Вайнона Беннетт, владелица агентства «Брачные игры» считает, что каждый должен найти настоящую любовь, и для нее неприемлема связь по расчету. Еще хуже, когда такое нужно провернуть для избалованной светской дивы, у которой вместо души — бумажный пакет с новым платьицем, а в голове лишь список покупок. Но когда влиятельные люди шантажом вынуждают взяться за дело, Вайноне приходится сделать из полудикого Зейна Шепарда достойную партию или окажется за решеткой.
Но для приручения Зейна необходимо чудо. Он невоспитанный, раздражительный… и опасный для уже жестоко разбитого сердца Вайноны. Вот только парень оказывается не такой, каким кажется — под дикой внешностью, бьется сердце истинного джентльмена.
Удастся ли им сорвать кровожадные планы его семьи и обрести счастье? У них появляются неожиданные союзники в лице крошечной собачки с большим чутьем на неприятности и граммар-наци, которая обожает ставить точки.
Georgette St. Clair / Джорджетт Сент-Клер
A Grizzly Kind Of Love / Так любят гризли
The Mating Game 3 / Брачные игры — 3
Над переводом работали: Наталья Ульянова, Валерия Плотникова, Настасья Гузанова, Анастасия Иванова
Русифицированная обложка: Арина Журавлева
Материал предназначен только для предварительного ознакомления и не несёт никакой материальной выгоды!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
Любое копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков — запрещено.
Пожалуйста, уважайте чужой труд!
Глава 1
Обеденный шум в «Жаждущем верблюде» не заглушил тихий сигнал о входящем текстовом сообщении на телефоне Вайноны Беннетт. Она улыбнулась и вытащила гаджет из сумочки. Теперь все входящие сообщения могли означать лишь одно — детские фотографии.
— В этом году я в одиночку вызвала демографический взрыв оборотней, — проговорила Вайнона, пока официантка ставила тарелки перед ней и офис-менеджером Джиллиан Фрай. Чизбургер с картошкой фри для Вайноны и какая-то странная смесь из тофу с киноа для Джиллиан.
Вайнона взглянула на экран мобильного телефона, куда ей только что отправили сообщение с фотографией пары очаровательных львят-оборотней. Она уже два года владела агентством «Брачные игры» и была ответственна за несколько десятков успешных браков. Сначала ей слали фотографии пар, затем свадебные, а вот теперь детенышей медвежат, дракончиков и котят. В последние дни она была завалена детскими фотографиями, которые вызывали удовлетворение одновременно с острой болью в груди — и Вайнона притворялась, что не замечает эту боль. Она сунула телефон обратно в сумочку и приступила к чизбургеру, игнорируя другой голод, который сидел глубоко в теле: жажда собственной пары и детенышей.
— На самом деле это невозможно, — серьезно заметила Джиллиан. — Никто не может в одиночку создать демографический взрыв оборотней. Для этого нужна пара. Кроме того, ты не родила и не усыновила. — И принялась за свой киноа.
Джиллиан, оборотень-оцелот, строгая женщина в больших круглых очках, с собранными в пучок светло-каштановыми волосами. Она была полной противоположностью подруги и работодателя — миниатюрная, серьезная и неброско одетая, в то время как Вайнона — рыжеволосая оборотень-волк, пышнотелая, жизнерадостная и любила одеваться в яркие цвета и узоры.
— Я в метафорическом смысле. Ну, я ведь свела так много пар, у которых появились детеныши и… ой, забудь, — остановила себя Вайнона, качая головой, и откусила еще чизбургера. Она работала с Джиллиан уже полтора года и до сих пор забывала, что с ней нельзя разговаривать как с нормальным человеком. Джиллиан — девушка уровня Менсы
— Вот будь у тебя пара и роди ты много детенышей, тогда… ну, нет, ты все равно не создала бы демографический взрыв. — Она остановила руку, которой несла вилку с киноа ко рту, на полпути и продолжила, серьезно аргументируя свою точку зрения. — Одна пара оборотней не смогла бы этого сделать. Даже если бы они принадлежали к необычайно плодовитому виду.
— Ну, поскольку у меня никогда не будет пары, этого точно не произойдет, — заметила Вайнона и сделала большой глоток чая со льдом. — Детенышей не будет. — Она изо всех сил старалась скрыть тоску в голосе.
На тридцать седьмом году жизни она вдруг начала слышать тиканье своих биологических часов. Однако ее брак закончился унизительным предательством, и в наши дни Вайнона более чем настороженно доверяла мужчинам. Она даже ни с кем не встречалась после развода, и когда мужчины пытались флиртовать, она вежливо отказывала.
«
Джиллиан сделала глоток воды со льдом, обдумывая заявление Вайноны.
— Ну, несмотря на современную науку, все еще невозможно предсказать будущее, — напомнила она боссу. — И, кроме того, ты еще в том возрастном диапазоне, когда остается вероятность фертильности.
Вайнона рассмеялась.
— Спасибо за такую оптимистичную оценку. Сегодня ты просто яркий лучик надежды.
— Правда? — Джиллиан, с озадаченным выражением лица, прожевала киноа.
— Да. Однако мой первый брак закончился катастрофой, и я не стремлюсь повторить опыт, — сказала Вайнона. Еще рано начинать пить? Сейчас полдень. Один бокал вина. Разговоры о бывшем всегда вызывали у нее желание выпить бокал. Или три.
Джиллиан отложила вилку и, казалось, мгновение собиралась с мыслями.
— Ты веришь, что некоторые люди просто не созданы стать кому-то парой? — спросила она со странным выражением, которого Вайнона раньше не видела у нее.
— Конечно, — ответила Вайнона, пожимая плечами. — Ну, например, если кто-то, скажем, пережил физическое или эмоциональное насилие, должен сначала разобраться в себе. Или если кто-то настолько закомплексован, что чувствует необходимость быть хронически неверным, ну, знаешь, вот мужчина, который решил заняться сексом с лучшей подругой своей жены на собственной кухне в тот день, когда жена устраивала ему сюрприз на день рождения… — Вайнона посмотрела вниз и поняла, что частично перекинулась и выпустила когти, испортив маникюр.
— Это ужасно. — Джиллиан сморщилась.
— Официант! Очень большой бокал мерло, пожалуйста! — крикнула Вайнона.
Мерло подали быстро, и Вайнона сделала большой глоток. Можно было бы даже назвать это жадным глотком. Джиллиан закончила есть и смотрела, как Вайнона пьет.
— Я заметила, что после упоминания о бывшем муже следует немедленное употребление, по крайней мере, одного бокала алкогольного напитка, что напоминает звонок Павлова, вызывающий слюноотделение у собак.
— Так и есть, — сказала Вайнона. — До дна.
Когда она допила вино, к столику подошла смутно знакомая, но хмурая женщина. На вид ей около сорока, модно костлявая и вся в дизайнерских шмотках — розово-лимонно-зеленое твидовое платье от Шанель; сумочка от Биркин; туфли от Лабутена. На тонкой шее висела нить большого жемчуга.
— Вайнона Беннетт? — произнесла женщина резким, обвиняющим тоном, который Вайноне не понравился.
— Зависит от обстоятельств, — смущенно ответила Вайнона.
Джиллиан озадаченно уставилась на нее.
— Как это может зависеть? Если только ты не страдаешь раздвоением личности.
Вайнона отвернулась от женщины и посмотрела на Джиллиан.
— Тебе повезло, что ты хорошая секретарша.
— О, нет, вовсе нет, — вежливо поправила Джиллиан. — Это не везение, а сочетание превосходных организационных навыков и трудовой этики, привитых мне родителями с раннего возраста.
— Прошу прощения, — произнесла женщина тоном, который предполагал, что она не привыкла к игнорированию. — Ты не отвечаешь на мои звонки.
— А-а. — Теперь Вайнона вспомнила, откуда знала эту женщину. Сесили Шепард, медведица-оборотень из клана медведей, приятельница бывшего мужа Вайноны, Хартфорда. Она познакомилась с ними, когда они с Хартфордом переехали в Сидар Парк. Одной из радостей развода была идея о том, что ей больше никогда не придется общаться с претенциозными друзьями из загородного клуба.
— Жаль, что это не продлилось так долго, как хотелось бы, — пробормотала она.
— Прошу прощения? — Женщина выгнула бровь.
— Да, я специально не отвечала на звонки, потому что не буду работать с Зейном. Есть другие брачные агентства.
— Могу предоставить вам список, — предложила Джиллиан. — Вайнона составила его в качестве рекомендации для клиентов, которых отвергает. Менее желанные клиенты. Непривлекательные или грубые, или…
Выражение лица Сесили становилось все более и более испуганным.
— Да, она уловила суть, — быстро перебила Вайнона. — Кроме того, важный факт: честность не всегда лучшая политика.
— Разве? — Джиллиан озадаченно свела брови на переносице. — Я совершенно уверена, что это так.
Сесили вытащила папку из сумочки и швырнула ее на стол перед Вайноной. Затем открыла папку и указала на фотографию красивого мужчины с темными взъерошенными волосами, густыми темными бровями и широкими скулами. Вайнона бросила один взгляд на фотографию и вздрогнула, почувствовав, как по телу пробежал острый электрический трепет.
Она определенно никогда не встречала Зейна в загородном клубе; в противном случае, точно его запомнила бы. На фотографии он был одет в джинсы и футболку, которая словно была нарисована на его мускулистых руках. Он никогда в жизни не был в загородном клубе.
Вайнона тряхнула головой и отвела взгляд. Сесили не попросила
— Зейн довольно привлекателен, — огрызнулась Сесили. — В моей семье все хороши. Он красив и наследует значительную часть нашего состояния. На самом деле, он считается одним из самых завидных женихов медведей-оборотней во всем штате.
Вайнона одарила ее вежливой улыбкой. Она раньше не видела фотографии Зейна, но знала о его репутации.
— Да, он, безусловно, красив. А еще груб. Ему отказали три других брачных агентства. Мы общаемся между собой, если ты не знала.
— Это не его вина. В детстве он перенес ужасную травму. Его родителей убили, и он много лет вел одинокое, дикое существование в лесу, пока его не обнаружили охотники. — Сесили приняла самодовольное выражение лица. — Это произошло десять лет назад, но он все еще пытается приспособиться к цивилизованному миру.
Вайнона смутно припомнила, что читала об этой истории в новостях. Родители Зейна были убиты, когда ему было пять лет, а его нашли в двадцатилетнем возрасте. Сейчас ему тридцать.
— Я сожалею о том, через что ему пришлось пройти, но это не значит, что кто-то из моих подходящих кандидатур хочет выйти замуж за кого-то грубого, темпераментного человека, который ест руками.
— На самом деле, нам не нужна невеста. Мы нашли кандидатку. Тиффани Чарльз.
Тиффани наглая избалованная светская львица, которая хорошо известна в высшем обществе оборотней. Эти двое подошли бы друг другу.
— Тогда я тебе точно не нужна. Мазел Тов счастливой паре.
— Ты не понимаешь, — снисходительно произнесла Сесили. — Нам не нужно, чтобы ты искала ему пару, мы хотим, чтобы ты подготовила его к спариванию.
— Прошу прощения? Что брякнула эта сумасшедшая медведица? — уточнила Вайнона и увидела, как Джиллиан передернуло. Ей до боли не нравилась неверная постановка слов в предложении.
Сесили заговорила с преувеличенным терпением:
— Мы хотим, чтобы ты его перевоспитала. Научи, как быть хорошей парой. Преподай манеры за столом. Отправь на тренировочные свидания. Покажи, как одеваться по-джентльменски.
— Почему бы вам самим этим не заняться?
— Видит бог, мы пытались. Из-за перенесенной травмы воссоединение с семьей прошло очень трудно. Он предпочитает общаться с толпой мерзавцев на мотоциклах и проводит с нами очень мало времени.
— Могу представить, — пробормотала Вайнона. — А почему ты думаешь, что он послушает меня?
— У тебя самый высокий показатель успешных пар среди всех брачных агентств в городе. Очевидно, ты способна научить оборотней вести себя правильно, чтобы очаровать потенциального партнера.
Вайнона расхохоталась.
— Серьезно? Считаешь, что я одновременно учу людей не быть самими собой? Обманом прокладывать путь к созданию пары? Ты заблуждаешься. Мой талант заключается в том, чтобы находить людей, подходящих друг другу по любви.
Сесили усмехнулась.
— Ерунда, не существует брака по любви. Посмотри на меня и моего мужа — каждый из нас вплоть до мелочей соответствует списку требований к идеальной паре, но мы ненавидим друг друга. — Она бросила взгляд через зал, и Вайнона заметила высокого хмурого медведя-оборотня с каштановыми волосами, тронутыми серебром. Он стоял в дверях и нетерпеливо тыкал пальцем в мобильный телефон, похоже, посылал кому-то очень неприятное сообщение. — Но с точки зрения привлекательности и родословной мы — идеальная властная пара. Нам завидуют все пары из нашего круга общения. Вот в чем суть брака.
Вайнона на мгновение потеряла дар речи.
— А… да… окей… У Зейна есть что-то общее с Тиффани? — спросила она. — Чем он зарабатывает на жизнь?
— Он занимается ремонтом мотоциклов. — Сесили закатила глаза. — На самом деле, это хобби, ради забавы. Арендную плату за жилье он нам не платит.
Вайнона выгнула бровь.
— Разве технически это не его собственность? Он же унаследовал ее от родителей?
Сесили сверкнула глазами.
— Это неважно. Фактически всю работу делает мой муж: управляет лесозаготовительной деятельностью, как и до того, как Зейна, к счастью, нашли. Зейн не проявлял ни малейшего интереса к семейному бизнесу или к цивилизованному поведению, и несмотря на все его желания, мы, вероятно, могли бы… — Она внезапно замолчала и выдавила страдальческую, неестественную улыбку. — Но ты превратишь его в очаровательного джентльмена, и он станет парой.
Вайнона с тоской посмотрела на пустой бокал и подумала, не покажется ли дурным тоном заказать бутылку и ни с кем не поделиться? Вполне возможно, что да. Она подавила вздох и снова обратила внимание на Сесили, которая нетерпеливо постукивала ножкой.
— Поскольку ты явно его терпеть не можешь — и, пожалуйста, не сотрясай напрасно воздух, притворяясь, что это не так, — почему тебя вообще волнует, найдёт он пару или нет? И что заставляет тебя думать, что он согласится на столь глупую авантюру?
Сесили нахмурила идеально выщипанные брови.
— Наследственное право, — пробормотала она. — Неважно. На самом деле, тебя это не касается.
Джиллиан, которая до этого сидела молча, прочистила горло.
— Извините, — сказала она. — Вам не приходило в голову, что после нескольких недель в компании Вайноны, этот медведь может влюбиться в нее, а не в женщину, на которой вы собираете его женить?
— Сомневаюсь, — усмехнулась Сесили, с удивлением глядя на Вайнону. — Могу заверить, моя дорогая, что это очень далеко внизу в моем перечне проблем. Сразу после пункта, если метеорит упадет на Северную Америку.
— Хватит, — Вайнона вскочила и швырнула папку на стол. — Забери свою папку и засунь в свою мохнатую задницу. — Вайнона почти никогда не употребляла подобных выражений, но для Сесили сделала исключение.
— Мы еще не закончили.
— Я закончила
— О, ты, безусловно, станешь, — возразила Сесили с холодной уверенностью и взглядом, который Вайноне не понравился.
Глава 2
Джиллиан вернулась в офис после обеда, но Вайнона отправилась купить канцелярские принадлежности и несколько свежих цветов для вазы на столе Джиллиан. Был теплый весенний день, и обычно посещение цветочного магазина привело бы в восторг, но сегодня она едва могла сосредоточиться. В визите Сесили и Хьюберта было что-то очень смущающее. Но хуже всего, что когда она ставила букет на заднее сиденье микроавтобуса, ей пришло смс от бывшего мужа.
«Если услышишь что-нибудь от Шепардов, ты не знаешь, где я».
И все. Никаких «Привет, прости, что был таким придурком» или «Как дела?» Она, конечно, не ожидала чего-то подобного от Хартфорда, ведь он закатил истерику, когда она сказала о разводе, причитая о том, что никто в их компании не развелся, и она выставит его дураком, а затем пригрозил разрушить ее репутацию, чтобы изгнать из их общества. Когда она ответила «Клянешься на мизинчиках?», он не увидел в этом юмора, швырнул вазу в стену и вылетел из дома.
— Я не знаю, где он, — раздраженно повторила она и стерла сообщение. Конечно, она не знала, где этот идиот. Он отправился в кругосветное путешествие, чтобы похандрить, и, насколько Вайнона знала, спустя несколько лет все еще не вернулся.
Закрыв заднюю дверцу фургона, она увидела пожилую даму с ходунками, которая медленно с трудом пробиралась к своей машине, стоящей через несколько мест от нее. Женщина изо всех сил пыталась удержать большую сумку с продуктами.
— Разрешите Вам помочь? — крикнула Вайнона.
— Что, дорогая? — Женщина повернулась к ней и выронила сумку. Она испуганно вскрикнула, когда яблоки покатились по тротуару.
— О, всё хорошо? Я сейчас всё подниму, — сказала Вайнона, опускаясь на колени, чтобы собрать фрукты в пакет.
Вайнона протянула сумку с продуктами, но вместо того, чтобы забрать её, женщина шлепнула пачку бумаг поверх продуктов, мило улыбнулась и сказала:
— Вручено.
Вайнона в шоке уставилась на бумаги, когда женщина ушла, складывая на ходу ходунки. Кто-то подал на нее в суд? Какого черта?
— Вы, должно быть, шутите! — крикнула она женщине.
— Срабатывает каждый раз, — самодовольно бросила женщина, садясь в машину.
— Эй, вы забыли продукты! — крикнула Вайнона. Женщина закрыла дверь авто и дала задний ход.
Чертыхаясь себе под нос, Вайнона положила продукты на скамейку и схватила бумаги. Возможно, какой-нибудь бездомный найдет пакет; она ненавидела выбрасывать еду впустую. Затем посмотрела на стопку бумаг и, почему-то не удивилась, увидев, что Шепарды подали на нее в суд. Еще в ресторане Сесили была крайне уверена, что заставит Вайнону делать то, что хочет. Но почему они подали на нее в суд за мошенничество? Это, должно быть, какая-то нелепая ошибка, потому что у нее никогда не было с ними никаких деловых отношений. Хотя это сообщение от Хартфорда… От внезапного приступа тревоги у нее перехватило дыхание. Почему он не хотел, чтобы Шепарды знали, где он? Что он натворил?
Она вернулась в офис и позвонила Роланду Брауну, знакомому адвокату. Он — лев, который женился на газели после того, как Вайнона устроила им свидание. Самая странная пара на свете, но сейчас они ожидали пополнение.
Роланд заехал через пару часов, вошел в кабинет Вайноны, сел на диван и с хмурым видом прочитал документы.
— Хм, — протянул он, читая.
Вайнона сидела за своим столом и с тревогой наблюдала за ним.
— Не хмыкай. Не смотри так, — сказала она. — Почему ты качаешь головой? Что происходит?
— Ну, согласно иску, ты и твой бывший муж уговорили Шепардов инвестировать в строительный проект во Флориде. Предполагалось, что там будет пляжный курорт, но участок земли оказался болотом, поэтому вы и смогли купить его так дешево. Вы приобрели землю через подставную компанию, которая выдавала себя за строительную. Сама земля ничего не стоит.
— Я ничего подобного не делала! — возмутилась она. — Зачем мне это?
— Не знаю, но твоя подпись стоит в контракте, — сказал он.
Она встала и подошла, чтобы взглянуть на документ.
— Ее можно подделать, — крикнула Джиллиан из-за своего стола в другой комнате.
— И отпечаток лапы и большого пальца? — Роланд указал на каждый отпечаток.
— Они только на последней странице документа, — запротестовала Вайнона. — Остальная часть изменена. Лишь в одной сделке с недвижимостью мы с моим бывшим участвовали — купили квартиру в кондоминиуме, которую собирались сдавать в аренду, а на средства отдыхать летом. После развода, мы вернули депозит в десять тысяч долларов и разделили его.
Роланд свел брови на переносице.
— Хм. — Она ненавидела, когда он так делал. — После того, как вы подписали документ, кто отнес его в здание суда?
Она внезапно похолодела.
— Мой бывший муж.
— Вероятно, он подменил страницы контракта, кроме последней.
— Это невозможно! — пролепетала она.
— Ну, мы можем подать в суд. Где твой бывший муж?
Волосы на затылке встали дыбом.
— Он уехал из страны после того, как мы развелись. Я понятия не имею, где он сейчас находится. Он только что прислал мне сообщение, в котором говорилось, что если Шепарды спросят, где он, я должна ответить, что не знаю, и это, собственно, правда.
— Что ж. Невероятно удобно для него, да? Можно даже сказать, подозрительно. По сути, твой бывший муж обманул Шепардов на пятьсот тысяч долларов, и, вероятно, повесил половину долга на тебя. Нам, пожалуй, придется обратиться в суд, чтобы доказать подделку контракта. — Он покачал головой. — И, надеюсь, мы сможем это доказать.
— Неуместное использование слова «надеюсь»! — крикнула Джиллиан из другой комнаты.
Вайнона проигнорировала ее.
— Я понимаю. Есть ли какие-нибудь хорошие новости?
— Конечно, — сказал Роланд, и она просияла. — Поскольку я в долгу перед тобой за то, что ты познакомила меня с моей прекрасной невестой, я рад предложить свои услуги за пятьдесят процентов от обычной ставки.
Прекрасно. Его обычная ставка десять тысяч долларов аванса и семьсот долларов в час.
— Спасибо, Роланд, день стал лучше, — сказала она с гримасой. — Я позвоню.
Через несколько минут после его ухода в офис позвонила Сесили.
— Да, твой судебный пристав уже вручил мне бумаги, и она такая же скользкая и коварная, как и ты. Всё это мошенничество — подстава, — злилась Вайнона.
— Ну ты, конечно, можешь подать в суд, — сказала Сесили так весело, что Вайноне захотелось протянуть руку через телефон и дать ей пощечину. — Я полагаю, что такая реклама не пойдет на пользу твоему бизнесу. Кроме того, дело уголовное, потому что ты совершила мошенничество. Мы еще не ходили к окружному прокурору, отложили визит на завтра. Однако тебе лишь нужно согласиться потратить три недели на Зейна, сделав его достаточно цивилизованным, чтобы начать ухаживать за Тиффани, и мы не будем выдвигать обвинения. Я отправлю контракт в твой офис с изложением наших условий.
— Хочешь сказать, что этот брак стоит четверть миллиона долларов? — недоверчиво спросила Вайнона.
— Значительно больше. Кроме того, мы свалим все на твоего бывшего мужа. Его семье придется заплатить.
— Если этот контракт вообще существует, то все его идея, — возмущенно сказала Вайнона.
— Неважно.
Вайнона обдумала эту идею. Зейн, судя по слухам, был грубым придурком, а Тиффани — избалованной сучкой. Она не думала, что отличная идея соединить их в пару, но они оба взрослые, и, казалось, готовы вступить в брак по расчету.
— Ты уверена, что она действительно хочет его в качестве пары? — спросила она.
— Ей все равно с кем вступать в брак, так как это по расчету. Ее клан хочет этого. Быть Шепардом очень престижно. Известно, что самцы Шепардов физически самые сильные среди всех медведей-оборотней. И наша фамилия уходит корнями в поколения; мы одни из Первых Оборотней Виргинии.
Вайнона с отвращением вздохнула.
— Хорошо, — сказала она. — Присылай документы, и я попрошу своего адвоката взглянуть на них.
Она повесила трубку и увидела, что в дверях стоит Джиллиан.
— Ты решила заняться этим? — спросила Джиллиан.
Вайнона пожала плечами.
— Что может пойти не так? — спросила она.
* * *
Как оказалось, многое.
После подписания контракта на следующее утро Сесили, Тиффани и ее два личных помощника — имена которых Вайонона тут же забыла, — а также тявкающая длинношерстная чихуахуа по кличке Спринклз появились в офисе.
Помощницы — женщины средних лет, которые заискивали перед своей хозяйкой, как перед королевской особой. Тиффани же — худая, как тростинка, со светлыми волосами, искусно уложенными в рваной стрижке и обрамлявшими ее худое лицо — была одета в пышное платье до щиколоток от Dolce & Gabbana с красно-черным геометрическим принтом и стильные красные туфли на платформе. Она, презрительно скривив губы, взглянула на Вайнону, одетую в платье с цветочным принтом от Target. Джиллиан, стоявшая рядом с Вайноной, казалось, полностью ускользнула от внимания Тиффани.
— Вот мой список требований, — произнесла Тиффани, бросив на стол Вайноны лист бумаги, затем опустила тощую задницу в кресло у стола и выжидающе уставилась на Вайнону.
Вайнона посмотрела на список.
— Должен каждый день покупать мне цвиты. Должен мыннимум пять раз в день гаворить, что я кросивая, но каждый раз па-разному и быть убидительным. Мыннимум раз в месяц должен покупать дрогоцености на десить тыщ долларов, кроме маего дня раждения, Раждиства и других празднеков, кагда должен покупать больше. Ежемесячные траты на маю адежду — пятьдесят тыщ долларов. Он заботится о дитенышах, я не меняю падгузники, мы нанемаем трих нянь для дитей.
Дальше Вайнона читать не могла, ее уже затошнило.
— Я думала, ты закончила колледж, — сказала она, глядя на Тиффани. Та пристально смотрела на Спринклза, который рылся в ее сумочке и рычал, затем бросила на Вайнону быстрый взгляд.
— Ну, да. Летом отлично кончила, — похвасталась она.
Джиллиан передернуло, и она помассировала виски указательными пальцами.
— Может «закончила с отличием»? — поправила она, чем заслужила презрительный взгляд Тиффани.
— Нет, не так, — усмехнулась Тиффани. — С «отличием» кончают только лузеры, я же отлично! — Она взглянула на своих помощниц, и те послушно расхохотались.
У Вайноны начала болеть голова.
— Ладно. Ты хоть посещала занятия?
— Естественно, нет, — ответила Тиффани, выглядя оскорбленной. — Родители заплатили кому-то, чтобы посещать вместо меня. Я лишь раз была, чтобы вступить в сестринство.
— И твои родители пожертвовали на крыло здания колледжу?
— На новую библиотеку. Как ты узнала? — Тиффани посмотрела с легким любопытством, затем снова нахмурилась на Спринклса. Он сердито тявкал, обнажив крошечные клыки. — Заткнись, крыса, — прошипела она.
— Просто угадала, — сказала Вайнона с вымученной улыбкой и взглянула на Сесили. — Этот список…
Сесили укоризненно нахмурилась.
— Ты подписала контракт.
Да, согласно контракту, семья Шепард простит долг и не станет преследовать Вайнону в судебном порядке, если той удастся воспитать Зейна так, чтобы Тиффани сочла его, по крайней мере, терпимым.
У нее три недели.
Тем временем и Джиллиан, и частный детектив ее адвоката делали все возможное, чтобы выследить ее бывшего мужа и изучали подставную компанию, которая обманула Шепардов.
— Ну, я…
— Фу, он помочился в мою сумочку! Я ненавижу эту собаку! — закричала Тиффани и сунула сумочку одной из своих помощниц, которая неохотно взяла ее, держа на расстоянии вытянутой руки. Разъяренное тявканье Спринклза пронзило воздух.
— Тогда зачем ты его завела? — раздраженно огрызнулась Вайнона.
— Они есть у всех! И хорошо смотрятся на фотографиях! — Тиффани вскочила. — Он помочился на мой телефон? Мне это надоело! Он возвращается в магазин!
Вайнона должна бы быть любезной с Тиффани, но обнаружила, что не может больше сдерживаться.
— В какой магазин? — процедила она сквозь зубы.
— «Животные как Элегантные Аксессуар», конечно. В торговом центре.
— Что, черт возьми, с тобой не так? — Вайнона пристально посмотрела на клиентку. — Нельзя покупать в торговом центре! Нужно брать у заводчика или из приюта.
— Приют? — Тиффани выпрямилась в полном ужасе. — О, может мне стоит пойти и купить себе одежду в комиссионном магазине? — Она взглянула на своих помощниц, и обе снова расхохотались, как по команде.
Джиллиан подошла, залезла в сумочку и достала Спринклза, который мгновенно успокоился, затем опустила его на пол, села рядом с ним на колени и погладила по спине.
— Мы оставим его себе. Теперь он будет офисным четвероногим другом.
— Офисным кем? — Глаза Тиффани расширились в замешательстве, и ее взгляд метался туда-сюда между Джиллиан и Вайноной.
— Хорошо, я встречаюсь с Зейном вечером, и позвоню тебе завтра, чтобы сообщить об успехах. Уходите. Просто уходите, — сказала Вайнона Сесили, которая нахмурилась.
— Ты производишь не очень приятное первое впечатление. Не забывай, тюремная роба в полоску не идет крупным женщинам. — Она бросила на фигуру Вайноны брезгливый взгляд, затем вскрикнула и отскочила, свирепо таращась на Спринклза. Джиллиан обняла его, защищая.
— Он укусил меня за лодыжку! — провизжала Сесили.
— Я вымою ему рот с мылом, — ответила Вайнона. — Чтобы не случилось пищевое отравление.
Сесили, задрав нос, вышла из кабинета, Тиффани и ее помощницы последовали за ней, и Тиффани громко жаловалась:
— От сумочки несет мочой! Отвези меня в магазин Coach. Новое правило для пары — он должен ненавидеть собак!
Джиллиан взяла список и начала читать его, затем повернулась к Вайноне со слезами на глазах.
— Он заботится о дитенышах, я не меняю падгузники, мы нанемаем трих нянь для дитей… Вайнона, эта женщина — чудовище!
— Я знаю! — Губы Вайноны скривились от отвращения.
— Я имею в виду, посмотри на правописание! А пунктуация! Не заставляй меня начинать с пунктуации! — Джиллиан тихонько, жалобно всхлипнула.
— То-о-о-о-очно. — Вайнона закрыла лицо руками. — Плевать, что она собирается выйти замуж за мужчину ради денег и престижа, а затем отдать детенышей няне. Пунктуация — вот истинное отражение души.
— Совершенно верно. — Джиллиан бросила список на стол, словно он — собачье дерьмо. — Ведь если ей удастся обрести пару, то любой может найти ее. Верно? — Она снова посмотрела на Вайнону с тем странным выражением на лице.
— Время покажет. — Вайнона посмотрела на Спринклза, который поднял крошечную лапку, чтобы пописать на ножку стола. Затем посмотрел на нее и ухмыльнулся, высунув маленький розовый язычок из уголка рта. Вайнона вздохнула. — Да, Спринклз, это отлично подводит итог моему дню, — закончила она.
Глава 3
Первым делом Вайнона занялась гардеробом Зейна. Лично ей нравился неряшливый, сексуальный образ плохого парня, но не Тиффани. И если ему придется приглашать Тиффани в рестораны типа тех, которые она обычно посещала, им придется купить ему несколько сшитых на заказ костюмов. Сесили и Хьюберт всеми руками «за»; они были оскорблены его обычной одеждой и были более чем готовы заплатить за новый, респектабельный гардероб для своего непутевого племянника.
В Сидар Парке было три ателье по пошиву одежды для медведей-оборотней. Она записалась на прием в десять утра в самом престижном заведении и стояла перед входом, когда Зейн с ревом подъехал на своем Харли Роуд Кинг, припарковался и снял шлем.
Вживую Зейн выглядел еще более ошеломляющим. Высокий, широкоплечий, с властной осанкой. Он был одет в чёрную футболку, мотоциклетные ботинки и джинсы, заляпанные моторным маслом, и у него была сексуальная щетина на квадратной челюсти. Вайнона стояла и смотрела, как он спускает ногу с мотоцикла — несмотря на свою мускулистую фигуру, он двигался с грацией пантеры.
Ярко светящее ему в спину солнце, заливало его золотистым светом, от чего Зейн очень походил на греческого бога. Он был ростом около 195 сантиметров и весил по меньшей мере 113 килограмм.
Он подошел к ней и снял зеркальные солнцезащитные очки, посмотрев на нее сверху вниз. Вайнона посмотрела на него и заморгала на солнце, гадая, что он о ней думает. Она потратила слишком много времени на раздумья о том, что надеть, и, в конце концов, остановила выбор на простом ансамбле: розовая футболка с волнообразным вырезом и струящаяся юбка в цветочек из легкого джерси с розовыми босоножками на низком каблуке с ремешками.
Она отчаянно пыталась не слышать голос матери в голове «Носи темные цвета, чтобы скрыть объемы, и не надевай ничего, что липнет к твоим булкам». И в основном ей это удавалось.
— Ты готова? — проворчал Зейн, взглянув на зеркальную витрину магазина.
Она подавила вспышку раздражения от столь не любезного приветствия.
— Здравствуйте, я Вайнона Беннетт, — сказала она, протягивая руку. Он посмотрел на ее руку, потом на нее.
— Я знаю. — Еще одно ворчание.
Что ж, это будет даже приятнее, чем с Тиффани. Какие же «веселые» три недели Вайноне предстояло пережить.
Она посмотрела на него.
— Ты хочешь, чтобы я научила тебя, как быть милым кавалером, или нет? Потому что все начинается с первого впечатления, и до сих пор ты производишь только ужасное.
— Серьезно?
К черту — она не собиралась тратить свое время на то, чтобы на нее ворчал сексуальный неандерталец. Нет, просто неандерталец — забудь эту чертову «сексуальную» часть.
— Послушай, — начала Вайнона, изо всех сил стараясь не потерять самообладание. — Тебя устраивает это соглашение?
Потому что в противном случае она могла бы просто развернуться, пойти домой и молиться, чтобы суд разрешил ей программу трудоустройства
Зейн пожал плечами и посмотрел ей в глаза, выражение его лица было холодным, слегка удивленным.
— А тебя?
Какой странный вопрос. Почему его должно волновать, что она думает об этом соглашении?
— Что ты хочешь этим сказать?
— Только то, что сказал.
Она подавила стон.
— Вы с Тиффани взрослые люди, и никто не приставляет пистолет к вашим головам. До тех пор, пока ты хочешь вступить с ней в брак по расчету, я готова работать, чтобы ты научился вести себя более-менее цивилизованно.
Он фыркнул.
— Мило с твоей стороны.
— А я не говорил, что хочу, — продолжил он. — Закон клана Медведей гласит, что я должен выбрать себе пару до тридцати одного года, если хочу унаследовать собственность семьи.
— Так почему же ты позволяешь своей семье выбирать?
— Мне все равно, кого они выберут. Это брак по расчету.
— Почему ты не выбрал пару раньше?
Он с нечитаемым выражением лица посмотрел ей в глаза.
— Не было необходимости. Клан Ковентри узнав, что я не женат, сообщил о нас Медвежьему Совету, и мне дали время до конца года, чтобы выбрать себе пару.
— Ну, если ты хочешь иметь хоть малейший шанс спариться с Тиффани или любым другим подходящим оборотнем, стоит вежливо поприветствовать ее. Пожалуйста, пожми мне руку, когда я ее протяну, и после того, как представлюсь, скажи, что ты рад со мной познакомиться.
Она протянула руку.
— Здравствуйте, я Вайнона Беннетт.
Он взял ее за руку и пожал один раз.
— Ты мне это уже говорила.
— Ух! К черту все это. Даже Тиффани Чарльз не заслуживает того, чтобы быть быть в паре с таким придурком. — Она развернулась и зашагала к своей машине.
— Ты куда? — крикнул он ей вслед.
— Подальше от тебя!
Она села в машину и уехала. Минуту спустя она увидела, что Зейн следует за ней на мотоцикле. Вайнона съехала на обочину, кипя от злости, а он затормозил рядом с ней. Она опустила окно, готовая снова сорваться, но Зейн просунул руку в салон.
— Привет, я Зейн Шепард, — вежливо сказал он, глядя ей прямо в глаза.
Она поколебалась, затем взяла его за руку и пожала.
— Вайнона Беннетт, — процедила она сквозь зубы. — Я очень рада с Вами познакомиться.
Он выгнул бровь и очаровательно улыбнулся.
— Ну, мисс Беннетт, не очень в это верится.
Выдержав его пристальный взгляд, она сказала:
— Хорошо, значит можно сказать Тиффани, что у тебя всё хорошо со слухом.
После этого она развернула машину и вернулась в магазин. Зейн остановился рядом с ней, когда она припарковалась. В ателье витал тонкий мужской аромат с нотками дерева, кожи и дыма, говоривший о классе, стиле и огромных деньгах. Зейн фыркнул и нахмурился, а Вайнона бросила на него свирепый взгляд, чтобы он не говорил ни слова. Вдоль стен тянулись вешалки с прекрасно сшитыми костюмами из дорогих тканей, выполненных в мрачной палитре черного, темно-синего и оттенков серого. То тут, то там бросалась в глаза приглушенная полоска или изысканно подобранная шелковая подкладка. В дальнем конце комнаты за длинным столом стройный мужчина в белоснежной рубашке резал выкройку огромными серебряными ножницами, держа во рту ряд булавок. Когда звякнул звонок над дверью, он воткнул булавки на лацкан и поспешил к Вайноне и Зейну.
Она объяснила портному, что нужно, и отправила Зейна в примерочную снимать мерки.
Некоторое время спустя портной с криком выбежал из кабинки.
— Он пытался укусить меня! — причитал портной. А затем выбежал через парадную дверь магазина, и та с грохотом захлопнулась за ним.
Вайнона ворвалась в примерочную, где Зейн небрежно чистил ногти перочинным ножом, который сунул обратно в карман, когда она подошла прямо к нему.
— Что за черт? — закричала она. — Ты хочешь чертово наследство или нет?
Он хмуро посмотрел на нее.
— Думаю, да, — ответил он, пожимая плечами.
— Тогда почему ты пытался укусить его?
— Мне не нравится, когда какой-то незнакомый парень лапает меня за промежность. И я просто зарычал, а не пытался его укусить. Будь так, я бы проглотил его одним махом.
Вайнона прямо чувствовала, как повышается кровяное давление.
— Он делал замеры, а не лапал!
Он медленно пожал плечами.
— Не вижу разницы.
Ей очень, очень нужно подогнать ему костюм. А еще очень, очень нужно выпить чего-нибудь покрепче, но с этим придется подождать.
— Отлично. А что, если это сделаю я?
При этих словах в его глазах блеснуло веселье.
— Дерзай.
Она тут же пожалела о своем предложении, но взяла метр с того места, где портной уронил ее на пол, опустилась на колени и начала снимать мерки. Когда Вайнона приблизилась к его промежности, поняла, что ее щеки пылают от смущения.
Зейн возбужден и не стеснялся этого. И выпуклость просто огромная.
Вайнона, у которой дрожали руки, отвела взгляд. Сегодня кому-то придётся обратиться к бойфренду на батарейках. И этот кто-то — Вайнона.
— Ты в порядке там, внизу? — В его голосе звучало веселье.
Она пробормотала под нос обзывательство, которое рифмовалось с «котел».
— Что?
Вайнона бросила на него сердитый взгляд. Черт возьми, с таким же успехом Зейн мог бы вообще не носить штанов; очертания члена идеально обрисовывались на ткани, и Вайнона теперь знала, что он был обрезан.
— У тебя слух оборотня. Ты слышал, что я сказала.
Он рассмеялся.
— Мне казалось, ты должна учить меня быть цивилизованным.
— О, моя фраза оскорбила твои невинные чувства?
Он свирепо ухмыльнулся.
— Да, мне так больно, но думаю, с помощью терапии и нежной заботы я, возможно, когда-нибудь поправлюсь.
— Заткнись. И перестань дергаться. Ты как заведенный.
— Прости, что ты только что сказала? Я как…
— Нет! — взвизгнула она. Хотя так и было. — Я всё.
Он всерьез обвинил ее в том, что она его возбудила? Зейн с ней флиртовал? Нет, она даже ни на миг не допускала эту мысль. Ей все померещилось.
Встав, она подошла к столу, на котором лежали блокнот и карандаш портного, голова кружилась, трусики были неприлично влажными, а соски набухли, превратившись в чувствительные бугорки. Черт возьми. Она забыла сколько сантиметров. Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох и сосчитала до десяти. Затем вернулась к Зейну, отказываясь встречаться с ним взглядом.
— Мне нужно еще раз снять мерки.
Его медового цвета глаза весело заблестели.
— Столько, сколько захочешь, дорогая. У меня впереди целый день.
Вайнона опустилась на колени и заставила себя снять мерки, затем вернулась и записала их.
— У меня такое чувство, что твои тетя и дядя отвалят целое состояние за эти костюмы, — сказала она, когда они выходили из примерочной.
Он лишь пожал плечами в ответ. О, какой позор прятать такие плечи под костюмом.
— Плевать. Это они хотят нарядить меня цирковым медведем.
— Цирковые медведи ведут себя гораздо приличнее. Ладно, я получила тебя столько, сколько смогла вынести за один день. Увидимся завтра вечером за ужином. Мы встречаемся у меня дома, потому что ты еще не готов к ресторану. Адрес пришлю сообщением. — И, не оглядываясь, она зашагала к своей машине, проклиная своего бывшего мужа, удачу и Зейна Шепарда.
Глава 4
На следующее утро Вайнона стояла рядом со своей машиной на стоянке за офисом, пытаясь не дать Спринклзу помочиться на колесо, пока разговаривала по телефону с адвокатом.
— Прекрати! — сказала она с раздражением. Он посмотрел на нее большими черными мраморными глазами, поднял ногу и помочился на шину. Затем ухмыльнулся и завилял хвостом. — Ты дьявол!
— Я? — Роланд казался оскорбленным. — Я, конечно, знаю, что многим людям не нравятся адвокаты, но думаю, что это немного…
— Не ты! Я разговариваю с собакой.
— У тебя собака? С каких это пор?
— С тех пор, как Джиллиан со мной спасла его от психопатки. Одна сумасбродная светская львица, которая назвала это «Спринклз». Я пыталась изменить кличку на Геркулес, чтобы компенсировать крошечный размер, но он игнорирует меня, пока я не назову его Спринклз. Пожалуйста, давай сосредоточимся на насущном вопросе. Мой паршивый бывший — что выкопал на него?
В этот момент по стоянке прогуливался мужчина. Волк-оборотень — не серый волк, как она, а юконский волк с Аляски; Вайнона была близко, и учуяла запах. Высокий, худощавый, а стрижка и осанка говорили о бывшем военном. В нем было что-то немного настораживающее — от него исходила скрытая угроза. Она готова была поспорить, что в армии он был снайпером. Мужчина остановился и бросил на нее осуждающий взгляд, поправив ее предложения:
— Правильно говорить: «Что накопал на него?», а ещё «Мы с Джиллиан».
И тут же тревога сменилась раздражением. Бывший военный, ставший школьным учителем? Она покачала головой и отвернулась от него.
— Пока мне удалось отследить твоего бывшего мужа в Мексике. Подставная компания принадлежит другой подставной компании, которая принадлежит корпорации штата Делавэр. Знаешь, насколько строги их законы о неприкосновенности частной жизни. Будет непросто что-то нарыть.
— Подозреваю, что сложно. Роланд, просто найди этого ублюдка. И плевать, что для этого потребуется. Я злее мешка с кошками.
Она повернулась и заметила, что мужчина неодобрительно смотрит на нее.
— Ты не злее мешка с кошками. Как может мешок злиться? И что это за человек, который складывает кошек в мешок? — Он выглядел возмущенным. Спринклз подбежал, нетерпеливо обнюхал его и завилял хвостом. Вайнона опустилась на колени и подняла пса, затем хмуро посмотрела на парня.
— Слушай, приятель. Отставить прослушку, приём! Никому не нравится проезжающий мимо граммар-наци (
.
.
Он медленно покачал головой.
— Я не ехал, а шёл. Боже милостивый. Невероятная дилемма, с которой я никогда раньше не сталкивался. — Он засунул руки в карманы пиджака и задумчиво нахмурился. — С одной стороны, ваша речь наивна и безграмотная. Но, с другой стороны, вы женщина, и спасли собаку.
Вайнона долго-долго смотрела на него, прежде чем поняла, что происходит.
Он подумывал приударить за ней. В наименее лестном из возможных способов. А еще он один из навязчивых корректоров грамматики. Симпатичный парень, но явно сумасшедший.
— Нет, спасибо, не заинтересована, — бросила она через плечо, открывая дверцу машины и усаживая Спринклза в его маленькую переноску.
— Не заинтересованы чем? — спросил он. — Будьте более конкретны.
Она уставилась на него.
— Не интересуюсь сумасшедшими мужчинами, которые преследуют меня на парковке и исправляют мою речь. — Захлопнув дверь, она гордо уехала.
* * *
Вайнона жила в небольшом доме в стиле бунгало с двумя спальнями в пригороде Сидар Парка, граничащем с заповедной территорией. Это идеальное место, чтобы отправляться на пробежку по вечерам после каждого стресса. В тот вечер Зейн вовремя появился у нее дома, и нужно отдать ему должное. К несчастью, в качестве подарка хозяйке он преподнес ей мертвую белку, которую держал за хвост и пытался отдать ей. Она в ужасе отскочила.
— Что за черт? — взвизгнула она.
Он посмотрел на нее с невинным выражением лица.
— Ты сказала, что я должен принести подарок. Я собирался приготовить ее на твоем гриле. У тебя ведь есть гриль?
— Да. Для хот-догов и гамбургеров. Иди и выбрось это сейчас же. — Она указала на мусорный бак на обочине.
— Если настаиваешь. Пустая трата хорошей еды. — Он покачал головой, но пошел выбросить белку.
Раздосадованная, она вошла в дом, и минуту спустя к ней присоединился Зейн. Спринклз поприветствовал его танцами и лаем, но в стиле «Ты мне нравишься, почеши мне задницу!», а не «Я раздеру твои лодыжки».
Зейн озадаченно посмотрел на Спринклза. Пес был так взволнован, что теперь ходил кругами.
— Что это такое?
— Это собака по кличке Спринклз. Не смотри на меня так — я не выбирала это имя. Или собаку.
— Он последовал за тобой домой?
— О, нет, я забрала его у Тиффани, потому что она сказала, что собирается вернуть его в зоомагазин в торговом центре, откуда взяла.
— Хм. — Он слегка нахмурился.
Ой. Она не должна вызывать у него неприязнь к Тиффани. Вайнона пыталась заставить его жениться на Тиффани, потому что сучка Сесили была права в одном — тюремная роба ей не к лицу.
Зейн наклонился и протянул руку. Спринклз облизнул его, и Зейн выпрямился.
— Ты ему нравишься? У него сомнительный вкус, — заметила Вайнона.
— Или, может, у меня приятный запах.
— Зейн Шепард, ты только что пошутил?
— Что такое шутка? — спросил он, уставившись на нее в замешательстве. — Это что-то съедобное?
Она раздраженно выдохнула.
— Зейн, иногда ты заходишь слишком далеко, изображая дикого оборотня из лесной глуши. Ладно, давай покончим с этим. Пойдём в столовую.
Он подчинился, идя за ней по дому и разглядывая картины на стенах прихожей.
— Семья? — спросил он.
— Моя племянница Дейзи, ее муж Райкер и их сын Джаспер. Они были моими первыми клиентами в агентстве. — Она не смогла сдержать гордости в голосе. — О, а это лучшая подруга Дейзи Каденция, тоже клиентка, ее муж и дракончики.
— Симпатичная семья. — Святые небеса, спонтанный комплимент. Однако она не питала особых надежд. Цивилизованный оборотень не сделал бы ни одного комплимента.
Она указала на обеденный старый дубовый фермерский стол, который накрыла так, словно они были в шикарном ресторане. Она достала фарфор «Ленокс» и столовые приборы. Ужин готовился на медленном огне на кухонной плите, а салат в большой деревянной миске стоял на буфетном столике.
— Ладно, присаживайся. Теперь мы разберем столовое серебро.
Он едва скрыл, что закатил глаза, усаживаясь на стул.
— Звучит завораживающе. Не могу дождаться.
Говорилось ли что-нибудь в книгах по этикету о том, чтобы проткнуть гостя его же вилкой для салата? И если проблема конкретно не рассматривалась, разрешено ли это?
Он взял обеденную тарелку и посмотрел на тарелку под ней.
— Почему здесь две тарелки?
— То, что под ней, называется зарядным устройством. Она служит декоративной основой.
Он скептически посмотрел на Вайнону, будто она пошутила, затем осторожно поставил блюдо обратно.
— Ты так ешь каждый вечер? — спросил он. — Все эти вилки, ложки и ножи?
— О, нет, я довольно неформальна в этом вопросе. Но мы не учим тебя быть моей идеальной парой. А пытаемся ввести тебя в высшее общество.
Но, набравшись храбрости, она продолжила:
— Что касается столового серебра, по сути, оно подается снаружи внутрь. — Она идентифицировала каждый предмет, начиная с вилки для салата, прокладывая путь по хлебной тарелке хлебным ножом, установленным на ней под углом. Затем продемонстрировала, как правильно держать каждый предмет. Но заметила отсутствующее выражение его лица и пришла в отчаяние.
— Ну, вот и все, — пробормотала она себе под нос и подала ему суп и салат.
Он взял суп и стал пить прямо из миски, громко прихлебывая. Спринклз сидел у его ног и наблюдал за происходящим с явным одобрением. Затем Зейн начал есть салат руками.
— Прекрати, — сказала она.
— Хорошо. — Он бросил салат обратно в миску. — В любом случае, я не большой любитель овощей.
Она схватила миску с супом и салатом, пошла на кухню и принесла ребрышки и картофельное пюре, которые приготовила для основного блюда.
Он взял мясо руками, оторвал кусочек и отправил в рот.
— Зейн, прекрати! — закричала она.
Он прожевал и проглотил.
— Леди, вы хотите, чтобы я поужинал с вами или нет?
— Но не так же! Пользуйся ножом и вилкой!
Он взял вилку для салата, повернул ее не в ту сторону, воткнул в ребрышко и подцепил кусок целиком.
Вайнона хлопнула ладонью по столу.
— Зейн! Ты нарочно.
— Да неужели?
— Перестань вести себя, как осел, — рявкнула она.
— Хм. Что мне за это будет?
— Кроме наследства?
— Да. — Он смело встретил ее взгляд.
Она закатила глаза.
— Отлично. Что нужно сделать, чтобы заставить тебя есть цивилизованно?
— Сходи завтра со мной на рыбалку. Нужно выехать пораньше. Я приеду в пять утра.
Это странная просьба, но в данный момент она готова пробежаться с ним голышом по Главной улице, если бы Зейн просто правильно съел чертов ужин. Может, он решил, что если ему приходится страдать, занимаясь тем, что он ненавидит, то и она должна страдать. Что ж, тут он просчитался — ей нравилось бывать на свежем воздухе, и она всегда хотела научиться ловить рыбу.
— Хорошо. Если мы начнем с самого начала, и ты будешь следовать моим инструкциям и есть как джентльмен, я даже насажу наживку на крючок.
Он приступил к ужину с манерами аристократа восемнадцатого века.
Глава 5
Вайнона широко зевнула, стоя на берегу озера и восхищаясь рыбацкой лодкой, которую Зейн только что осторожно загнал задним ходом в озеро Серена. Она намного причудливее, чем ожидала Вайнона. Двадцать футов в длину, всевозможные потайные отделения для ящиков со снастями, стойка для удочек и удобные кожаные сиденья.
Вайнона проснулась в четыре утра, приняла душ, оделась и выпила три чашки кофе, прежде чем Зейн приехал за ней на пикапе. Она никогда раньше не была на озере Серена, хотя оно находилось всего в получасе езды от дома. Она определенно приедет сюда снова в будущем. Здесь так тихо и умиротворяюще, вдали от шума уличного движения, городских звуков и запахов. Восход Солнца окрасил горизонт в пылающие красные и оранжевые тона. Сосны окаймляли берега и простирались вдаль, насколько хватало глаз, а утренний воздух был свежим и прохладным.
Когда они прибыли, она была удивлена, обнаружив, что пара его друзей, львы-оборотни по имени Рекс и его подруга Тара, стояли у своей лодки, ожидая Зейна. У Рекса были густые темные волосы, стянутые сзади в конский хвост, и пышная темная борода. Они с Тарой были одеты в футболки «Харли» и джинсы. Вайнона была одета в джинсы, светло-голубую футболку и кроссовки, полагая, что она, вероятно, перепачкается или промокнет, или и то, и другое вместе. Зейн тоже был одет в футболку и джинсы, но, похоже, это его униформа.
— Так это она, — сказал Рекс, подходя и протягивая руку. — Где ее собачка из сумочки?
— Оставила дома. Не знаю, умеет ли он плавать, — ответил Зейн. — А окунь может подумать, что это наживка, и съесть его.
Зейн рассказывал о ней своим друзьям? Она содрогнулась при мысли о том, что именно рассказывал. По крайней мере, в лицо они определенно были дружелюбны.
— Пиво? — предложила Тара, протягивая охлажденную, запотевшую бутылку.
— Нет, спасибо, я и так никак не могу проснуться, — сказала она, поднимая бумажный стаканчик с кофе и снова зевая. — Но спроси меня снова в любое время после пяти вечера, и мы это обсудим.
— У нас намечается соревнование, — объяснил Рекс. — Посмотрим, кто принесет больше рыбы. Проигравший оплачивает выпивку в «Красном льве».
— Рекс устал быть все время проигравшим, поэтому иногда я позволяю ему выигрывать, — сказал Зейн, кивая другу с притворной печалью. — Иначе он заплачет.
— Не обращай внимания на галлюцинации Зейна — они бывают у него только, когда он бодрствует. Его маленьким часто роняли головой.
— Что ж, это, безусловно, дает ответы на некоторые вопросы, — сказала Вайнона, чем заслужила недовольный взгляд Зейна и улыбки Рекса и Тары. Она снова зевнула, допила остатки кофе и выбросила стаканчик в большой металлический мусорный бак, стоявший на берегу озера.
Рекс и Тара добрались вброд до своей лодки, забрались в неё и с ревом поплыли на восток.
— Милая пара. Откуда ты их знаешь?
— Рекс владеет мастерской, где я работаю. Гараж — это своего рода сборище представителей самых разных рас, в основном людей, которые не слишком хорошо вписываются в стаю или клан. Ладно, они пошли на восток, мы идем на запад, — сказал Зейн. — Встречаемся с ними здесь через три часа.
Он повел Вайнону вниз по реке, впадавшей в озеро, и они рассекали прозрачную воду, пока он не нашел место, которое понравилось, и не заглушил двигатель.
— Здесь настоящий рай на земле, — восхищенно сказала она.
— Почти стоит того, чтобы вставать ни свет ни заря, да?
Она подавила улыбку. Ей следовало бы пожурить его за резкость, но она слишком наслаждалась.
— Почти, — согласилась она. Затем взглянула на коробку со снастями. — Кстати, я солгала насчет наживки. Тебе придется самому насаживать её на крючок, — сообщила она ему. — Не люблю червей.
— Я тоже. — Он раскрыл ящик, в котором было полдюжины пластиковых отсеков с запасной леской, средством от насекомых, десятками разноцветных приманок, набором ключей от лодки, крючками и другими вещами, которые она не узнала. — Мы ловим большеротого окуня. Я неравнодушен к спиннербейтам.
— А я думала, что ты просто нырнешь и поймаешь рыбу зубами.
Он выгнул бровь.
— Это тот самый сарказм, о котором я слышал? Привычки ваши, городские жители, для меня так загадочны.
Он вручил ей удочку и начал объяснять, что делать. Затем с удивлением наблюдал, как она закидывает удочку, пригибаясь, когда она чуть не выколола ему глаз.
— Я нечаянно, — сообщила она.
— Значит, ты не пытаешься убить всех своих клиентов?
— Только особенных.
— Ну, по крайней мере, я особенный для Вас, мисс Беннетт. — Он подмигнул ей.
Проклятье, он очарователен. Вайнона подумала сказать ему, чтобы он вел себя так же с Тиффани, но не хотела портить момент.
Некоторое время они плыли молча, не бросая якоря, и она вдыхала пахнущий соснами воздух и сексуальный мужской аромат Зейна.
— Мой отец часто брал меня с собой на рыбалку, — сказал он ни с того ни с сего, и, зная, что его отца убили, когда он был совсем маленьким, Вайнона почувствовала острый укол сочувствия.
— Что вы ловили? — спросила она.
— О, все. В основном пресноводных рыб — окунь, краппи, стальноголовый лосось, форель, сом, судак.
— Это, должно быть, было чудесно.
Он откинул удилище и мастерски забросил, и она восхитилась тем, как леска рассекла воздух и действительно сделала то, что должна, вместо того чтобы обвиться вокруг чьей-то головы. Да, Вайноне нужно немного попрактиковаться.
— Чем ты занималась со своими родителями, когда была маленькой? — спросил он.
Она пожала плечами.
— Мой отец умер молодым. Мы с мамой ничего не делали вместе. Она наняла нянь, отправляла меня в лагерь для похудения, на занятия по этикету и в школу-интернат. Она все еще жива. Мы не общаемся.
— Черт. Я бы тоже не стал с ней разговаривать.
Вайнона поморщилась. Он прав. На самом деле, не было никакого смысла пытаться наладить отношения с матерью; не Вайнона их разрушила.
— Я пыталась поговорить с ней. Она злится на меня за то, что я порвала с бывшим мужем после того, как поймала его на измене. Беннеты не разводятся, мы терпим. Это должно быть нашим семейным девизом. Кроме того, у нее есть правило, что если я вешу больше 63 килограмм, а я вешу — могу добавить, значительно больше, — то она не будет со мной разговаривать. Для моего же блага. — Ой. Как все вдруг стало таким личным?
— Звучит, как настоящий приз.
— Я сожалею о том, что случилось с твоими родителями. И рада, что у тебя остались такие приятные воспоминания.
Он снова забросил удочку.
— Если у меня будут дети, я буду брать их с собой на рыбалку, — сказал он. — Мальчиков и девочек.
Когда некоторое время спустя она поймала рыбу, то почувствовала прилив триумфа.
— Ха! — закричала она, размахивая маленькой рыбешкой, прежде чем бросить ее в холодильник. Тот факт, что он уже поймал несколько окуней, которые были в четыре раза больше, нисколько не уменьшало счастья Вайноны.
— Сегодня вечером будешь есть свежую рыбу, — сказал он. — Я покажу, как правильно её чистить.
— Сегодня вечером? — удивленно переспросила она.
Он пожал плечами.
— Если у тебя нет других планов.
Конечно, она должна проводить с ним как можно больше времени. Этот мужчина не так легко поддавался цивилизованности.
— Э-э… нет… Ладно, я думаю, мы можем обсудить вежливые темы для разговоров на первых свиданиях, пока будем чистить рыбу, — сказала она.
Когда они направились обратно, она уловила чей-то запах в густой листве деревьев. Человек. Затем услышала громкий треск, и что-то просвистело мимо правого уха и шлепнулось в воду. За этим последовало еще несколько громких хлопков.
— Пригнись! — крикнул Зейн и бросился на нее, закрывая своим телом. Страх захлестнул ее могучей волной. Следующее, что она помнила, — они оба вывалились за борт и с громким всплеском ударились о ледяную воду. Они с Зейном погрузились под воду и оставались там, как показалось, целую вечность, но, вероятно, прошло меньше минуты. Больше она не слышала никаких других выстрелов.
В том месте было неглубоко, и они встали, чтобы побрести вброд к берегу. Зейн встал перед ней, загораживая от другого берега своим массивным телом. Его белая футболка стала прозрачной, как и ее. Вайнона дрожала, отчасти от холода, отчасти от потрясения. Его мокрая футболка обрисовывала каждый мускул и темные круги сосков. Он посмотрел на Вайнону, и взгляд скользнул по насквозь промокшей одежде, облегающей изгибы, затем поднялся к лицу.
— Чертовы охотники. Ты в порядке? — проворчал он.
— Да.
Он пристально посмотрел на лес.
— Я почти готов перекинуться и пойти поохотиться на тех охотников.
— Не надо, — сказала она, кладя руку на его мускулистые бицепсы. Вайнона почувствовала, как ее пронзила волна влечения, и быстро отдернула руку. — Это повлечет за собой юридические последствия. Я позвоню местному егерю и сообщу, как только мы вернемся.
— Хорошо, — сказал он, хмуро глядя на линию деревьев и принюхиваясь к воздуху. У медведей обоняние лучше, чем у волков. — Они ушли, — сказал он. — Мы можем вернуться в лодку.
Когда они встретили Рекса и Тару и рассказали о том, что произошло, Рекс тоже захотел пойти поохотиться, но Тара указала, что они уже далеко. К счастью, у Вайноны в грузовике была сменная одежда, как и у Зейна. Большинство оборотней носили с собой дополнительную одежду. Одевшись, они направились обратно в город.
— Я приеду в шесть с рыбой, — сказал ей Зейн, подъезжая к дому.
— Я не знаю, что делать с целой рыбой, — запротестовала Вайнона. — Мой опыт общения с ней — заказанные суши, либо покупное в продуктовом магазине филе.
— Это отвратительно.
— Ну, извини, — сказала она с раздражением. — Зато я сильна в другом. Например, я знаю, как проводить время с представителями противоположного пола, не вызывая у них желания убить меня.
— Ты уверена? — Он поднял стекло и уехал, оставив ее бормотать проклятия себе под нос, пока топала в дом, чтобы принять душ перед работой.
Глава 6
Придя на работу, она позвонила в Отдел по охране дикой природы, и ее соединили с егерем по имени Тремонт. Он оказался не особенно полезен.
— Ну, охота в этом районе запрещена законом, хотя в это время года здесь много браконьеров. Мы пошлем туда несколько человек, но уверен, что они давно ушли, — сказал Тремонт. — Но мы усилим патрулирование в этом районе.
— Спасибо, — сказала она, но сомневалась, что они приложат много усилий, или что она когда-нибудь снова услышит о них.
Она повесила трубку, чувствуя себя неловко из-за всего. Намеренно ли это? Может, это как-то связано с ее бывшим мужем? Вайнона всегда жила тихой, небогатой событиями жизнью, а теперь на нее подали в суд, ее шантажировали, и пули просвистели над головой. Совпадение ли всё это?
Выбитая из колеи, она вздрогнула, когда дверь в кабинет с грохотом распахнулась. Джиллиан. Нервы Вайноны просто на пределе. Джиллиан швырнула стопку папок на стол с несвойственной ей горячностью.
— Вот записи, которые я собрала о наших нынешних клиентах, — сказала она. — Те, кто прошел первоначальные квалификационные тесты, чтобы определить, имеют ли право на наши услуги. — Не делала ли она особого ударения на этих словах? Почему? И почему Джиллиан рассказывает ей то, что она и так знала? Они внедрили эту систему, когда Вайнона наняла Джиллиан. Все ее клиенты должны были согласиться пройти проверку на криминальное прошлое и кредитоспособность. Джиллиан и частная детективная фирма проводили предварительную проверку, убедившись, что у ее клиентов нет неприятных секретиков, которые могли бы укусить ее. В прямом или переносном смысле.
Джиллиан была уже на полпути к двери, когда Вайнона поняла, почему ее офис-менеджер не в духе, и почувствовала себя идиоткой. Джиллиан хотела стать одной из клиенток. Но не хотела выдавать себя и просить напрямую. Ей никогда не приходило в голову предлагать кому-то свои услуги, ведь предполагала, что любой, кто заинтересуется, просто спросит. Но Джиллиан не обычная девушка. Она знала, что была странной, и что иногда — ладно, все время — ее личность отталкивала большинство людей.
— Джиллиан, — позвала Вайнона. — А как насчет тебя? Что, если мы составим для тебя анкету знакомств?
Джиллиан остановилась в дверях и медленно обернулась.
— Мне? — осторожно переспросила она. — Я считаю, что статистически маловероятно, что где-то есть кто-то, кто стал бы подходящей парой для кого-то вроде меня. Я осознаю, что из-за легкого обсессивно-компульсивного расстройства и требовательности к грамматической правильности многие представители мужского пола считают меня нежелательной парой.
— Ну, мы не узнаем наверняка, пока не попробуем, не так ли? Мы не просили тебя заполнять анкету и не проводили предварительный поиск в существующем списке клиентов.
— Это правда.
Вайнона услышала ударение на слове «мы».
Она увидела выражение лица Джиллиан. Впервые с тех пор, как она познакомилась с Джиллиан, офис-менеджер выглядела смущенной.
— Ты… покраснела? — удивленно спросила Вайнона.
А теперь Джиллиан избегала ее взгляда. Она никогда этого не делала.
— Ну, поскольку я не смотрюсь в зеркало, не могу ответить на этот вопрос с полной уверенностью, хотя мои щеки необычайно теплые, а по коже идет неприятное покалывание.
— Ты сама заполнишь анкету?
Джиллиан покраснела сильнее.
— Если бы я сделала это и сравнила результаты с потенциальными клиентами, существующими в настоящее время в нашей базе данных, не нашла бы никого подходящего. — Она уставилась в землю. — И за всю жизнь меня ни разу не приглашали на свидание. Так что, вероятно, нет смысла продолжать.
— Эй, слушай, то, что ты не нашла в текущей базе данных того, кто оценил бы твои многочисленные особенные, замечательные и уникальные качества, не означает, что таких не существует, — сказала Вайнона. — Я начну поиски твоей идеальной пары.
— Ну, я бы не хотела, чтобы ты тратила на меня время…
— Это не проблема, — сказала Вайнона. — Мне следовало подумать об этом намного раньше. Ты настоящая находка, и любому повезло бы заполучить тебя.
Когда Джиллиан выходила из офиса, зазвонил телефон, и как только она подняла трубку, то сразу же пожалела.
— Отец Тиффани звонил мне несколько раз, — сказал Хьюберт Шепард без предисловий. — Ему не терпится сбыть ее с рук.
— Какая неожиданность.
Хьюберт не клюнул на наживку.
— Я ожидаю, что отчет о проделанной работе будет отправлен по электронной почте в мой офис через десять минут, — сказал он.
— Здравствуй, Хьюберт, — раздраженно сказала Вайнона. — Рада, что ты лично позвонил мне. Как твои дела?
— Я направляюсь на ланч с окружным прокурором, моим близким другом, — сказал он. — Девять минут и тридцать секунд. Если из-за тебя я опоздаю, буду недоволен. — И он повесил трубку.
Она закрыла лицо руками и застонала. Адвокат натыкался на кирпичные стены, пытаясь разыскать ее мужа и получить более подробную информацию о подставной корпорации, которая обманула Шепардов; подал ходатайство об открытии дела, но это занимало много времени, и каждый его шаг, стоил немалых денег. Скоро у нее не останется сбережений. Похоже, впереди еще по меньшей мере несколько недель укрощения дикого зверя, и, что хуже, она все больше и больше убеждалась, что это просто невозможно. Она была уверена, что все тренировки в мире не сделают из Зейна Шепарда джентльмена.
* * * * *
В тот вечер Зейн приехал с холодильником, полным рыбы, на заднем сиденье мотоцикла. На нем снова была свежая футболка и мотоциклетные ботинки. Джинсы облегали мускулистые бедра, и Вайнона не могла перестать думать об очертаниях его толстого члена, когда снимала мерки. Она старательно избегала смотреть на его промежность. Это не сильно помогло, потому что вместо этого она поймала себя на том, что разглядывает его сексуальную дневную щетину и гадает, каково тереться о нее.
— Что? — прорычал он, и она поняла, что пристально смотрит на него.
— Ничего! — радостно ответила она. — Почему бы тебе не приготовить рыбу, а я возьмусь за овощи? Заодно обсудим, как правильно пользоваться приборами.
Он недовольно ворчал, чистя и обваливая рыбу, но на протяжении всего ужина надлежащим образом пользовался салфетками и столовыми приборами, поддерживал нормальную беседу и был совершенно приятным партнером по ужину. Отлично! Она действительно делала успехи. Возможно, просто возможно, она действительно смогла бы подготовить его к свиданию с Тиффани Чарльз.
Эта идея подбодрила не так сильно, как следовало бы, учитывая, что альтернативой было банкротство, вероятная потеря бизнеса и, возможно, собственная тюремная камера размером восемь на десять дюймов.
Сразу после ужина, когда она встала, чтобы убрать тарелки, зазвонил его телефон. Он взглянул на нее.
— Извини, я должен ответить на звонок.
Он вышел через парадную дверь и остановился на крыльце, позволив двери закрыться за ним.
Она поддалась искушению и напрягла слух оборотня, чтобы подслушивать, вертя головой, чтобы разговор был четче. Но услышала только загадки. Насколько она могла судить, он давал кому-то инструкции о том, как разобрать двигатель. Но, если говорить конкретнее, это походило на то, если бы он рассказывал кому-то, как вывести из строя двигатель, не обнаружив саботажа. Как странно. Был ли он вовлечен в какую-то преступную деятельность? И если да, то почему? Он не нуждался в деньгах и не производил впечатления человека, стремящегося к роскошному образу жизни, которым жили его тетя, дядя и члены клана. Однако она не могла спросить его об этом, потому что тогда он понял бы, что она подслушивала.
Должна ли об этом она предупредить Сесили и Хьюберта? Что, если они устроят спаривание с Тиффани Чарльз и окажется, что он на самом деле преступник?
С другой стороны, на данный момент у нее недостаточно информации. На самом деле она мало что знала о двигателях и даже не могла быть полностью уверена в том, что слышит.
— Без проблем, — прорычал Зейн в трубку. — Не волнуйся, скоро у нас будет новый гараж. Просто сделай так, чтобы он ничего не узнал, иначе будут неприятности.
Она повернулась и поспешила на кухню с тарелками, которые поставила в раковину, чтобы сполоснуть, когда Зейн вошел.
— Так, — начала она. — Теперь нам нужно попрактиковаться в вежливом разговоре. Тебе нужно уметь очаровывать Тиффани, если хочешь завоевать ее расположение.
Он просто стоял, прислонившись к дверному косяку, и смотрел на нее. Она вспомнила, как Тиффани была одержима желанием получать комплименты.
— Для начала ты должен сказать, как хорошо я выгляжу, — сказала она.
— Разве ты не знаешь об этом?
Она покраснела. Что ж, по крайней мере, он считал ее хорошенькой. Хотя не ей должен делать комплименты.
— Не имеет значения, знаю ли я; женщинам нравится слышать это время от времени. И на самом деле мы говорим не обо мне, а о Тиффани. Сейчас тренировка, так что, когда ты увидишь ее, сможешь полностью ослепить своим очарованием. Давай, скажи что-нибудь лестное.
Он огляделся.
— У тебя чисто в доме, — сказал он.
Глупый, упрямый медведь.
— Обо
— Ты тоже чистенькая. Похоже, приняла душ перед моим приходом.
Она тяжело вздохнула.
— Это не комплимент — это воспринимается, как должное. Во всяком случае, можно на это надеяться. Сделай комплимент моей внешности.
— Хорошо. — Он пожал плечами. — Она великолепна.
— Кто она? — потребовала она сквозь стиснутые зубы.
— Твоя внешность.
Она пристально посмотрела на него. Черт возьми, он так хорошо держался за ужином. И вот он снова стал самим собой. Но это не сработает. Зейну нужно измениться.
— Зейн, ты нарочно ведешь себя, как упрямый осёл. Хорошо. Отлично. Что потребуется для того, чтобы ты согласился научиться делать нормальные комплименты?
На этот раз он не колебался.
— Прокатись со мной на мотоцикле.
Он и его странные просьбы. Неужели он думал, что она испугается ездить на мотоцикле? Ха. Она ему покажет.
— Ладно, идем.
— Нет, послезавтра, после работы. Сегодня я не захватил запасной шлем. А завтра я допоздна работаю в мастерской.
— Эм… может, мы и без шлема обойдемся… Я — оборотень, и быстро выздоравливаю…
Он покачал головой.
— Нет. Безопасность превыше всего.
— Хорошо, — сказала она, в ней закипало раздражение. — Отлично. Я прокачусь с тобой послезавтра вечером, если ты сможешь сделать мне искренний комплимент прямо сейчас. Позволь дать тебе несколько советов. Быстро взгляни на человека, которому делаешь комплимент. Посмотри, что сразу бросается тебе в глаза. Блестящие, красивые волосы? Новое платье? Если ты это заметил, то, вероятно, именно к этому человек приложил определенные усилия. Духи — отличный выбор; ты можешь сказать женщине, что она приятно пахнет.
Он посмотрел ей в глаза.
— У тебя красивые глаза, — сказал он с теплотой, от которой по всему телу Вайноны пробежала волна возбуждения. — Я мог бы смотреть в них вечно. И это платье очень красивое; розовый подходит к твоему цвету лица.
— Уау, — удивленно сказала она. — Это… потрясающе. Ты просто рожден для этого.
— Неужели? — Он выглядел удивленным.
Она сердито посмотрела на него и уперла руки в бока.
— Зейн Шепард, ты умеешь делать комплименты в любое время? Просто упрямишься.
— Ты так думаешь? — Он одарил ее белозубой улыбкой. — Если я буду слишком упрощать тебе задачу, ты не заработаешь свои деньги.
Она вздохнула.
— Верно. Мои сутенерские деньги.
Он пожал плечами.
— Эй, мы все должны как-то зарабатывать на жизнь. Некоторые чинят мотоциклы. Некоторые сводничают. Увидимся послезавтра. Встретимся здесь в шесть.
Она вышла на крыльцо, чтобы посмотреть, как он уезжает, затем вернулась в дом, чувствуя себя совершенно выбитой из колеи. На самом деле он, хоть и неохотно, добивался больших успехов, даже если чувствовал необходимость доставлять ей неприятности на каждом шагу. Возможно, у Вайноны все получится — и от этого острая боль пронзила до глубины души.
Вся ее жизнь сводилась к тому, что она соединяла пары, так откуда взялось чувство вины?
Оттуда, что все это подделка, и Вайнона учила кого-то разыгрывать спектакль, идущий вразрез со всем, во что она верила, и был полной противоположностью тому, что она говорила клиентам. Она всегда говорила быть самими собой на свиданиях. Если этого недостаточно, значит, другой человек не подходил. Зачем хотеть быть замужем за кем-то, кому не нравишься настоящей?
Глава 7
На следующее утро, как только вошла в свой офис, Вайноне позвонили по телефону, и Джиллиан ответила за нее.
— Вайнона, с тобой хочет поговорить начальник охотничьего хозяйства, — крикнула Джиллиан, когда Вайнона села за свой стол.
— Не ожидала услышать их снова, — задумчиво произнесла Вайнона и подняла трубку.
У Тремонта были для нее тревожные новости.
— Я думаю, что это может быть серьезнее, чем просто какой-то неосторожный браконьер, — сказал он ей. — Вчера мы выезжали в тот район. У вас есть враги?
Вайнона почувствовала, как по телу пробежал холодок.
— Насколько мне известно, нет. А что? — спросила она. Её бывший муж считается врагом? Если бы он знал, что Шепарды охотятся за ним, может, захотел бы устранить ее, а затем попытаться свалить вину за весь план на нее? Однако это казалось притянутым за уши. Хартфорд подонок, но не был глупцом. Он должен знать, что с его именем в контракте и с тем, что он подал контракт в суд, был на крючке, несмотря ни на что.
— Мы нашли там несколько пуль с серебряным покрытием, — сказал Тремонт. — В высшей степени незаконно, и обыкновенные браконьеры их не используют. Значит, кто-то там охотился на оборотней.
— Так… вы не считаете, что это был несчастный случай?
— Это возможно, но маловероятно, — сказал он. — Кто знал, что вы собираетесь туда?
— К сожалению, вероятно, очень много людей. Я рассказала об этом своей племяннице Дейзи, которая знает, что я не любитель прогулок на свежем воздухе, и ей это показалось забавным, поэтому она опубликовала это на своей странице в Facebook. А у Дейзи много друзей. Но она упомянула только мое имя, а не Зейна.
В посте Дейзи говорилось, что ее тетя Вайнона отправилась на рыбалку на озеро Серена с другом. Вайнона не рассказала Дейзи ни о Зейне, ни о юридическом кошмаре, с которым столкнулась. Она не хотела, чтобы Дейзи чувствовала себя обязанной пытаться помочь; Вайнона сама виновата. Так что, если кто-то стрелял серебряными пулями, значит они охотились на нее, а не на Зейна.
— Случалось ли с вами в последнее время еще что-нибудь необычное? Приходили какие-то угрозы, попытки взлома дома или на работе?
— Нет, и у меня есть системы сигнализации на работе и дома. Я бы знала, если бы кто-нибудь попытался вломиться.
— Ну, я бы на вашем месте был осторожен, — заметил Тремонт. — Возможно, есть псих, ненавидящий оборотней, который увидел, что ваша племянница опубликовала в социальных сетях пост, и решил, что вы будете одна в лесу. Мы усилим патрулирование в этом районе. Пули самодельные, и мы сейчас проводим баллистическую экспертизу, но сомневаюсь, что сможем их отследить. Просто будьте бдительней и звоните, если еще что-нибудь случится.
Повесив трубку, она позвонила адвокату Роланду и рассказала об этом.
— Это настораживает, — сказал он. — Ты думаешь, они могли целиться в тебя?
— Я сейчас ни в чем не уверена, но никто, кроме меня и Джиллиан, не знал, что я еду туда, и совершенно уверена, что Джиллиан не хочет меня убивать.
— Верно, — крикнула Джиллиан из приемной. — Тогда я стану безработной, и у меня не останется друзей.
— Я больше ничего не нашел о твоём бывшем муже за исключением того, что они с Хьюбертом Шепардом на протяжении многих лет были вовлечены в несколько сделок с недвижимостью. В основном законно. Когда рынок недвижимости был на подъеме, они скупали недвижимость у домовладельцев, которые задолжали по ипотечным кредитам, и продавали ее.
— Я и не подозревала, что они были настолько близко знакомы.
— Я собираюсь разобраться с финансами семьи Шепард. Что-то мне кажется подозрительным во всей этой сделке, и я не совсем уверен, что это все дело рук вашего мужа.
— О, у них не было бы никакого мотива заниматься чем-то сомнительным в финансовом отношении, они довольно богаты, — сказала она. — Облаченные в дизайнерскую одежду, ездят на больших роскошных автомобилях, их семья владеет тысячами акров земли, где выращивают древесину, и очень успешной лесопилкой.
— Тем не менее, не все, что мы видим — правда. Возможно это просто маска. Ладно, не высовывайся, и если кто-нибудь еще попытается тебя убить, дай знать, — сказал Роланд.
Джиллиан просунула голову в дверь.
— С чего кому-то думать, что я хочу убить тебя? — спросила она. Вбежал Спринклз и задрал ногу, словно собирался пописать на стол. Вайнона зарычала, и он развернулся и убежал с раздраженным видом.
Она рассказала Джиллиан о серебряных пулях.
— Но, на самом деле, нет никаких признаков того, что кто-то целился конкретно в меня, — сказала Вайнона. — Ну, как можно точно знать, где я буду на реке в определенный момент.
Джиллиан не выглядела особенно успокоенной, но пошла на прогулку со Спринклзом и позволила Вайноне вернуться к работе. Вайнона включила компьютер и ввела имя Зейна, чтобы посмотреть, сможет ли найти что-нибудь полезное.
Большая часть информации оказалась устаревшей — душераздирающие статьи об убийстве его родителей. Они были богаты, их все любили и уважали. Клан на протяжении нескольких поколений владел лесными угодьями и лесопилкой. Когда ему было пять лет, он и его родители отправились на охоту, что делали каждый год. Их возвращения ждали через две недели. Но ни через две недели, ни спустя несколько дней позже они не вернулись. Тогда семья заявила об их исчезновении. К тому времени было уже слишком поздно.
Шепарды отправились в район Теннесси, где у семьи был охотничий домик. Судя по новостным статьям, все выглядело так, будто Зейн и его родители пробыли там всего день или два. Багаж не был распакован, и на него уже легла пыль и паутина. Значит, что бы с ними ни случилось, это произошло вскоре после их прибытия. Шепарды немедленно начали прочесывать окрестные леса и наняли поисковые отряды и следопытов-оборотней. Они разбили там лагерь, ведя поиски днем и ночью. В конце концов, спустя еще несколько недель, они сделали трагическое открытие в нескольких милях от хижины.
Останки родителей Зейна были найдены на лесной поляне. Тела Зейна не было, но на месте происшествия была найдена кровь, и анализ ДНК показал, что часть ее принадлежала ему. В то время предполагалось, что его маленький труп утащили дикие животные. Тогда пошли слухи, что родителей Зейна убили из-за делового соперничества с кланом итальянских медведей — семьей Мольфетта. Клан Мольфетта, который также владел лесопилкой и пытался прибрать к рукам бизнес клана Шепард, предположительно нанял убийцу, чтобы убить родителей Зейна. Через несколько дней после обнаружения родителей Зейна семья Мольфетта попала в загадочную автомобильную аварию, в результате которой погибли патриарх, их лучшие силовики и два лейтенанта. Более поздний репортаж в новостях показал, что автомобиль был поврежден, но так и не удалось доказать, кто это сделал. Шепарды были бы очевидными подозреваемыми, размышляла Вайнона, но они бы не оставили следов. После этого клан Мольфетта распался.
Продолжая читать, она почувствовала легкий озноб.
Родители Зейна были убиты серебряными пулями.
Совпадение? Может быть, а может, и нет. Конечно, если бы кто-то хотел убить оборотня, серебряные пули самый эффективный способ. Обычная пуля вряд ли убила бы оборотня.
Вайнона еще почитала информацию о семье Мольфетта. Они определенно были вне поля зрения; среди них один выживший — сын, которого поместили в приют для душевнобольных преступников после аварии, а остальные члены семьи залегли на дно.
Она переслала статьи Роланду.
Много лет спустя в новостях стало известно, что случилось с Зейном.
Охотник попал в медвежий капкан глубоко в лесу, и Зейн превратился из медведя в человека, чтобы спасти его. Затем Зейн отнес охотника в город и доставил в пожарную часть. Когда его спросили, как он выживал все это время, он отвел их в грубую хижину, которую построил сам. В то время он почти не разговаривал, общаясь в основном ворчанием. Он воссоединился с семьей, которая была благодарна и испытала сильное облегчение. Были привлечены эксперты, чтобы проследить за его реинтеграцией в общество. Он ненадолго переехал во владения клана, где бизнесом в его отсутствие управлял дядя, муж Сесили. Последующая история указывала на то, что он вернулся в лес, и на этом выпуски новостей в значительной степени заканчивались.
Поискав еще в Интернете, Вайнона нашла юридический иск, поданный кланом Ковентри, который хотел получить землю. Интересно, что в законах о собственности, написанных более ста лет назад, конкретно не говорилось, что он должен жениться на медведице, отметила она. В те времена смешанных браков оборотней было гораздо меньше, так что, вероятно, Конгрессу Брюинов даже не пришло в голову уточнить, что Прайм должен жениться на медведице. Получается, он мог жениться на любом оборотне.
Она тут же выбросила эту мысль из головы.
Неуместно. Это неважно и не имело к ней никакого отношения.
Зажужжал ее интерком, и как только Джиллиан сказала:
— Шепарды здесь.
Они вошли в офис. Встреча назначена не была, и они не стали дожидаться, чтобы узнать, занята ли она. Неудивительно.
Вайнона быстро закрыла статью об иске клана Ковентри и подняла глаза, не потрудившись скрыть раздражение. На Сесили было столько Шанель № 5, что можно было бы задушить лошадь, а Хьюберт, очевидно, разделял пристрастие своей жены к броскости, учитывая Ролекс и толстые золотые кольца.
— Как дела с моим племянником? — спросил Хьюберт. Как обычно, никаких приветствий или других любезностей.
Что ж, по крайней мере, у нее были хорошие новости.
— Мы добиваемся удивительно хорошего прогресса, — сказала она. — Он отличный ученик. У него безупречные манеры за столом, когда хочет, и может быть совершенно очаровательным.
— Хорошо, потому что нас ждет уже много деловых сделок, зависящих от этого слияния, — сказал Хьюберт.
Вайнона посмотрела на него с тревогой.
— Они еще даже не познакомились друг с другом, — сказала она. — Вы дали мне очень мало времени на подготовку. Что, если он не понравится Тиффани, несмотря ни на что?
— Не обязательно, чтобы он нравился Тиффани. Она должна просто его терпеть, — заметил Хьюберт, пренебрежительно махнув рукой. — Ее отец пообещал, что, как только она родит здорового наследника мужского пола, выделит значительную часть ее трастового фонда. Так что, если Зейн сыграет свою роль, все получится. Им будет разрешено жить в разных крылах особняка и вести свои дела.
— Брак, заключенный на небесах, — сухо заметила Вайнона.
— Именно так. — Он энергично кивнул. Вайнона предположила, что у них с Сесили похожая договоренность — они даже не смотрели друг на друга. — В субботу у них обед, — добавил он. — В полдень. У Гамильтона. Я жду, что он придет вовремя, будет одет соответствующим образом и готов пустить в ход всё своё обаяние.
— В субботу? У меня чертовски мало времени, — сказала она с тревогой.
Он обнажил в улыбке крупные зубы.
— Тогда тебе лучше очень постараться.
Глава 8
Спринклз стал звездой офиса. Кроме того, он обладал на удивление здравым умом. Каждый раз, когда рычал и скалил на кого-нибудь свои крошечные зубки, Вайнона замечала, что он попадал в точку. Люди, на которых он рычал, всегда оказывались клиентами, которые лгали о прошлом или вели себя грубо и требовательно, или из которых так или иначе выходили ужасные партнеры.
Однако в то утро он зарычал на парня, с которым Вайнона свела Джиллиан, — занудный оборотень профессор археологии, у которого, хотя бы с виду казалось, во многом совпадали интересы с Джиллиан.
Может быть, Спринклз ошибался насчет парня. Кроме того, возможно, она свихнулась, раз обращала внимание на мнение крошечного тявкающего монстра, который был меньше комочков шерсти, которые выкашливал перс ее матери.
— Он тебе понравился? — спросила Вайнона у Джиллиан. Та только что вернулась с ланча с профессором. — Находишь его привлекательным?
— Я думаю, да. У него неплохие качества. У нас много общих черт. Объективно, в теории, он приемлемый партнер.
Не похоже на страстный брак по любви, но с другой стороны, кто знает, как Джиллиан описала бы своего идеального партнера?
— А как насчет физического влечения? — надавила Вайнона. — Это важно. Между вами чувствовалась химия? Или связь?
— Трудно сказать. Не уверена, на что похоже это ощущение. — Казалось у нее появилась надежда. — Но может, что-то и получится со временем.
Хмм. По опыту Вайноны — нет. Должно быть хотя бы какое-то первоначальное возбуждение, какая-то искра притяжения. Но опять же, это Джиллиан.
— И как прошел обед?
— К сожалению, ему пришлось уйти в середине обеда. Ему прислали сообщение с чем-то срочным. — Джиллиан наморщила лоб. — У него, должно быть, отличная связь. Мы были в одном из ресторанов, где отключена сеть, но каким-то образом ему все равно пришло сообщение, где говорилось, что он должен немедленно уйти.
— Серьезно? — Вайнона почувствовала вспышку гнева. Лживый подонок.
— Да. Я очень надеюсь, что с ним все в порядке. Ему пришлось так быстро уйти, что не смог оплатить свою половину чека.
— Неужели? — Вайнона изо всех сил старалась сохранить нейтральное выражение лица, но когти появились из кончиков пальцев прежде, чем она смогла сдержаться. И быстро убрала их.
— Однако, уходя, он заявил, что позвонит. Так что, полагаю, самое подходящее, — дождаться его звонка? — Джиллиан выглядела такой искренней, что Вайноне пришлось сдержаться, чтобы не найти его домашний адрес, прийти к нему и перерезать глотку.
— Хорошо, но позволь мне еще кое-что узнать об этом парне и убедиться, что все его дела в порядке. Я свяжусь с другими агентствами знакомств в городе, посмотрю, знают ли они что-нибудь о нем.
О да, она поговорит с другими агентствами, — даст понять, чтобы держались за сотню миль от этого лживого придурка. Всем клиентам она говорила, что без проблем примет их решение, что тот, с кем она их свела, им не подходит. Просто ожидала от них честности. И не работала с подонками, которые разводили людей и оставляли в подвешенном состоянии. Или неудачники, которые разводили женщин на обед в ресторане. Она придумала, как Джиллиан больше не встретиться с этим парнем — хотя тот все равно не собирался ей звонить, но так Джиллиан не почувствовала бы себя отвергнутой. Она скажет Джиллиан, что узнала о нем кое-что ужасно неприятное, и что позвонила этому парню и велела никогда больше не звонить Джиллиан.
Вайнона вернулась в свой кабинет, кипя от злости.
Спринклз свернулся калачиком на маленькой лежанке рядом с ее столом. Когда он поднял на нее глаза и склонил голову набок, ей показалось, что его взгляд был довольно обвиняющим.
— Ладно. — Она сердито посмотрела на него. — Ты оказался прав. Следовало прислушаться к тебе.
* * * * *
— Нам нужно кое о чем поговорить, — сказала Вайнона, когда Зейн протянул ей мотоциклетный шлем. Она была одета в куртку, джинсы и ботинки, как он и велел.
— После того, как доберемся туда, куда направляемся.
Она забралась на мотоцикл позади Зейна и устроилась удобнее, обняв его за талию. Она никогда раньше не ездила на мотоцикле. Было волнующе слышать, как он заводит мотор, и чувствовать вибрацию между ног. Еще более волнующим было ощущение того, что она обнимала Зейна, прижимаясь к его широкой мускулистой спине. Сначала она была напряжена и цеплялась за него изо всех сил, но он предпочитал сельские дороги с небольшим движением, и она обнаружила, что расслабляется и устраивается поудобнее у него за спиной. Ветер трепал ее волосы, когда она теснее прижалась к нему и вдохнула запах тела.
Казалось, мотоцикл был частью Зейна, двигаясь так же грациозно, вписываясь в повороты, нетерпеливо мчась по прямым участкам дороги. Наконец, они добрались до маленькой закусочной на окраине города. Она стояла рядом с заправочной станцией, круглосуточным магазином и гаражом.
— Здесь я работаю, — сказал Зейн, указывая на гараж.
Рекс и Тара были в закусочной, вместе с полдюжиной других оборотней из гаража, где он работал, и их подружками, но как раз собирались уходить. Вайнона стояла и болтала с ними, пока Зейн заказывал ужин. Магазин располагался на берегу небольшого озера, и позади него стояли столы для пикника. Они сели за столик, и она съела свои хот-доги и картошку фри, а потом слизала кетчуп с пальцев. Затем посмотрела на Зейна, который наблюдал за ней с удивлением.
— Ой, иди ты. Делай, как я говорю, а не так, как делаю, — строго сказала она. — Тебе никогда не разрешается делать подобного на свидании.
Он усмехнулся.
— Постараюсь запомнить, спасибо.
— Хорошо, есть пара вещей, которые нам нужно обсудить, — сказала она. — Прежде всего, я полагаю, что Сесили и Хьюберт сказали тебе, что хотят, чтобы ты пообедал с Тиффани Чарльз в субботу.
— С кем?
— Тиффани Чарльз, медведица-оборотень, с которой они хотят, чтобы ты спарился?
Он пожал плечами и вытер пальцы салфеткой.
— Мне все равно. Большую часть времени я не отвечаю на звонки Сесили или Хьюберта.
— Почему?
— Они мне не нравятся.
— Ну, это… честно. — Она встретилась с ним взглядом. — Но, однако, они твоя семья и все такое.
Он пожал плечами.
— Я не рос с ними. Мои родители были моей семьей. Моим родителям они тоже не нравились.
Это насторожило ее. Она задумалась, не был ли он немного суров с ними. Конечно, они ужасные люди, но они его единственная семья. Сесили и Хьюберт были среди первых, кто примчался в хижину, как только поняли, что Зейн с родителями пропали; она прочитала об этом в статье. Это должно что-то значить; эти двое были классическими городскими жителями, и все же они готовы целыми днями бродить по лесу, пытаясь найти свою семью.
— А как насчет остальных членов твоего клана? — спросила она.
— Есть несколько приличных людей. После того, как родители умерли, и Хьюберт взял власть в свои руки, они рассеялись по стране, присоединившись к новым кланам.
— Итак, — продолжила она, — обед в субботу. В полдень. Ты… ты не против?
— Тебя это устраивает? — эхом отозвался он.
— Ты что, смеешься надо мной? — спросила она.
— Нет. Я задаю тебе вопрос.
— Ну… — Она помолчала, пытаясь придумать, как ответить на этот вопрос. Она не хотела лгать Зейну, но возникало чувство, что все равно ничего не сможет скрыть от него. — Я имею в виду… не совсем. Я просто, э-э… — Она не хотела открыто критиковать Тиффани, не ей принимать решения. — Мне не нравится учить кого-то быть кем-то другим, — призналась она. — Обычно я так не поступаю. Я провожу собеседования с потенциальными клиентами, знакомлюсь с ними и получаю представление о том, с кем они были бы совместимы.
Он выгнул бровь и посмотрел ей прямо в глаза. Она отвела взгляд.
— Так почему же ты согласилась работать со мной?
Она почувствовала, что покраснела. Шепарды настояли на заключении соглашения о неразглашении. Она не могла рассказать ему об их сделке.
— Есть причины, — пробормотала она. — По общему признанию, эгоистичные причины.
Он не стал спорить и просто равнодушно пожал плечами.
— Отлично. Костюмы должны быть готовы к пятнице. Ты можешь выбрать что-нибудь для меня.
Она кивнула, чувствуя легкую тошноту при мысли о том, что он пойдет обедать с Тиффани. Будет ухаживать за ней. Флиртовать. Он мог быть очень обаятельным при желании — и она знала, что у него был стимул, — он не хотел терять земли клана. Но для этого ее и наняли. Точнее сказать шантажировали.
— Хорошо, — сказала она. — О, и есть еще кое-что. Мне позвонили из Комитета защиты дикой природы, и сказали, что нашли серебряные пули там, где мы ловили рыбу. Я думаю, они рассматривают возможность того, что стрелок намеренно целился в оборотней.
Услышав это, он выпрямился и уставился на нее, качая головой.
— Мне это не нравится. Ты должна оставаться со мной, пока они не раскроют дело.
— Оставаться с тобой? Где? — Стоп, что? Она вовсе не собиралась этого говорить, а хотела сказать, что об этом не может быть и речи.
— В моем доме.
— Я не могу, — сказала она с сожалением. — Это непрофессионально. У меня дома есть сигнализация — со мной все будет в порядке. И мы с Джиллиан по очереди берем к себе на ночь Спринклза, так что, если моя очередь, то я точно буду в безопасности. — Она улыбнулась, но он нет.
— Со мной тебе было бы безопаснее.
— Сесили и Хьюберта хватил бы удар, — проворчала она. — По правде сказать, я думаю, что в то утро мы просто оказались не в том месте, не в то время.
— Ты уверена, что не хочешь воспользоваться шансом и мой дом переделать?
Она поморщилась.
— Нет, думаю, меня устроит переделка характера, привычек в еде и гардеробе. Я действительно так ужасна?
— Нет. Иначе меня бы здесь не было.
Она удивленно посмотрела на него.
— Ты серьезно?
Его чувственные губы изогнулись в довольной улыбке.
— Конечно. Я произвожу впечатление парня, который делает то, что ему не нравится?
Она почувствовала, как внезапное тепло разлилось по телу.
— Нет, — призналась она. То есть… ему нравилось проводить с ней время?
Нет, это опасный путь — она не могла направить мысли в ту степь.
Когда они возвращались к входу в закусочную, где был припаркован его мотоцикл, ей показалось, что она уловила знакомый аромат… Тот парень с парковки, который подслушал ее разговор и сделал замечание, насчет грамматики. Всего лишь слабое дуновение, которое исчезло так быстро, что она не была уверена, почудилось ей это или нет.
Она надела шлем и забралась на мотоцикл позади Зейна, устраиваясь поудобнее и стараясь не думать о его ланче с Тиффани. Зачем портить такую восхитительную поездку?
Когда они ехали в сторону города, она услышала визг шин, а затем грохот двух столкнувшихся машин далеко позади них.
Зейн тоже это услышал. Он немедленно съехал на обочину и позвонил 9-1-1. Затем он развернулся и направился обратно, доехав ровно настолько, чтобы увидеть машину, врезавшуюся в дерево и охваченную пламенем. На месте происшествия уже были полиция и пожарная машина — они добрались очень быстро.
Машина была перевернута и объята пламенем. Водитель, обмякший и неподвижный, висел вниз головой на сиденье. Пожарные пятились от машины. Зейн и Вайнона слезли с мотоцикла. Одним плавным движением Зейн превратился в медведя. Теперь он возвышался по меньшей мере на семь футов с густой каштановой шерстью, струящейся по массивному телу, а лапы стали размером с обеденные тарелки. Не раздумывая, Вайнона тоже превратилась, почувствовав, как с нее слетает одежда. Она последовала за Зейном к горящей машине, не зная, чем сможет помочь, но почему-то уверенная, что должна быть рядом с ним, если возникнет опасность.
Зейн ухватился лапами за дверцу со стороны водителя и, собрав всю огромную силу оборотня, рванул ее с отвратительным металлическим скрежетом. Затем разорвал ремень безопасности и осторожно вытащил водителя, когда пламя из двигателя взметнулось высоко в воздух. Встав на задние лапы, он подхватил обмякшего мужчину на руки, подбежал к машине скорой помощи и положил человека на носилки.
Вайнона подбежала к тому месту, где стоял Зейн. В воздухе пахло кровью, бензином и моторным маслом. Она почувствовала укол грусти, когда он посмотрел вниз на обмякшего мужчину и покачал головой. Водитель не выжил.
Зейн перекинулся в человека, шерсть ушла, морда съежилась, когти втянулись. Через минуту он, высокий, совершенно обнаженный и великолепный, стоял там, а позади пылала машина.
Вайнона последовала его примеру, а затем подошла к тому месту, где с нее слетела одежда, и превратила остатки рубашки в подобие саронга, скрывая промежность, затем надела туфли, которые, к счастью, выжили. Она не была так уж сильно смущена, потому что оборотни привыкли ходить голыми, даже среди людей. Потом вспомнила, что рядом Зейн, а она толстая, поэтому втянула живот и попыталась прикрыться руками. Зейн подошел к своему мотоциклу, открыл маленький пристежной багажник и достал запасную одежду. После чего протянул Вайноне футболку и влез в джинсы. Один из полицейских расспросил их, пока они одевались, но Зейн смог лишь сказать, что они слышали звук аварии, когда ехали в город.
Полицейский кивнул.
— Ясно, спасибо за помощь. Жаль, что парень не выжил. Виновник скрылся. Надеюсь, удастся найти второго водителя.
Вайнона запрокинула голову и принюхалась. Мертвый человек не парень с парковки. Несчастный случай очень странный — слишком уж все случайно и загадочно, но она не могла понять, что именно не так.
Чувствуя неловкость, она снова забралась на мотоцикл вместе с Зейном. Теперь она прижималась к его обнаженной спине и чувствовала, как твердеют соски. Она чувствовала мускусный запах его возбуждения и с огорчением поняла, что он, должно быть, тоже чувствует ее запах.
Это ерунда. Зейн — парень, а парней возбуждает любое неверное дуновение ветра.
Он отвез ее домой, где она плохо спала из-за того, что снилось, будто чувствует запах Зейна прямо за окном. Так близко, но все же так далеко.
Глава 9
На следующее утро Джиллиан, которая обычно была в высшей степени невозмутима, выглядела весьма встревоженной, когда Вайнона рассказала ей о случившемся.
— Вы рассказали полиции о мужчине с парковки? — спросила она.
— Нет, что бы я им сказала? Прошлой ночью мне показалось, что я уловила слабый запах парня, который почти неделю назад подслушал мой разговор и указывал на грамматические ошибки? А потом произошла автомобильная авария? Я даже не уверена, что почувствовала его запах.
— Он указывал тебе на ошибки? Ты не упомянула про это.
— Да, — подтвердила Вайнона, раздраженно качая головой. — И не один раз. В ходе очень короткого разговора.
— Ну, ты часто делаешь ужасные грамматические ошибки, — задумчиво произнесла Джиллиан. — Парень не может быть таким уж плохим. — Затем она поджала губы. — Но на днях кто-то стрелял в тебя, а потом прямо за тобой произошла авария.
— Но как такие вещи могут быть связаны? Честно говоря, я думаю, что работа с Зейном и необходимость иметь дело с Шепардами в целом выбивают меня из колеи, — сказала Вайнона.
Во время разговора, в дверь вошел мужчина, довольно симпатичный, одетый в тщательно отглаженный костюм. На его лице было нетерпеливое выражение. Прежде чем он успел заговорить, Спринклз поднял голову со своей собачьей лежанки у стола Джиллиан и зарычал, шерсть у него на спине встала дыбом.
— Извините, сэр, в настоящее время мы не принимаем новых клиентов, — сообщила Вайнона.
— Ну, не всех клиентов, а конкретно вас, — услужливо объяснила Джиллиан. — Ведь Вы не понравились Спринклзу.
— Джиллиан. Ты помнишь, как мы говорили о том, что честность — не всегда лучшая политика? — сказала Вайнона сквозь стиснутые зубы.
— Конечно. — Джиллиан озадаченно уставилась на нее, ее глаза стали огромными за совиными очками. — Это было меньше недели назад. Ты же знаешь, что у меня отличная память. Почему ты спрашиваешь?
— Забудь, — вздохнула Вайнона.
— Эй! — рявкнул мужчина. — Вы не можете отказать мне только потому, что я не нравлюсь какой-то крысиной собаке.
— Убирайся! — одновременно сказали Вайнона и Джиллиан, указывая на дверь.
Мужчина свирепо посмотрел на них и вышел, бормоча:
— Сумасшедшие сучки. — Это только укрепило первоначальную оценку Спринклза. Мужчины, которые называли женщин сучками, не могли зарегистрироваться у Вайноны.
Остаток дня она провела за собеседованиями с потенциальными клиентами, беседами с текущими клиентами и выполнением насущных дел. В течение всего дня она испытывала странное чувство опустошенности, будто ей чего-то не хватало. Наконец, она поняла, в чем дело. Зейн. У нее ничего не было запланировано с Зейном на тот день. Было странно проводить время без него. Она не увидит его до завтрашнего ланча, когда они попрактикуются есть в ресторане на публике. А на следующий день он обедал с Тиффани.
Осознание того, что целый день, проведенный без Зейна, мог вызвать такие чувства, наполнило Вайнону тревогой. В конечном итоге он создаст пару, — с Тиффани или с кем-то другим, — но точно не с ней. Она поймала себя на сожалении, что не может рассказать ему, почему на самом деле это делает, но дала слово и подписала соглашение о неразглашении.
Остаток дня выдался скучным и тяжелым, и Вайнона отправилась домой ровно в пять, что было необычно. Обычно она работала до семи или восьми. Не то чтобы у нее не было личной жизни. О, кого она обманывала? У нее не было абсолютно никакой личной жизни.
Она положила на сковороду несколько гамбургеров, но была так отвлечена, что забыла о них и случайно сожгла. Она выключила плиту, поставила сковородку в раковину, затем открыла окно, чтобы проветрить кухню. Потом пошла в гостиную, плюхнулась на диван и попыталась придумать, чем себя занять. Спринклз остался ночевать у Джиллиан; Вайнона пожалела, что он не с ней. Ей не помешала бы небольшая компания.
Внезапно она услышала грохот из кухни и вскочила. В тот же миг она почувствовала запах Зейна и побежала на кухню. Задняя дверь была выбита, практически свисая с петель, и Зейн стоял у холодильника.
— Что ты здесь делаешь? — требовательно спросила она.
— Я думал, дом горит, поэтому, не раздумывая, выбил заднюю дверь. — Он взглянул на нее, затем подошел и поставил на место, насколько возможно. — Я починю дверь завтра. Нужны новые петли. И замок покрепче. И дверь получше. Я достану стальную дверь.
Она уставилась на него в замешательстве.
— Я имею в виду, почему ты вообще у меня дома? Как оказался так близко, что почувствовал запах подгоревшего ужина?
— Из-за стрельбы я волновался за тебя. Пришел, чтобы присматривать. — Он начал рыться в холодильнике и доставать продукты.
— А теперь что ты делаешь?
— Готовлю для нас ужин. Я голоден.
— Боже. — На это у нее не было ответа.
— Иди отдохни, — сказал он. — Я приготовлю что-нибудь. Ужин на скорую руку через полчаса.
— Ты умеешь готовить? — скептически спросила она. — Ну, на настоящей кухне, а не на гриле?
Он взглянул на сковородку, стоявшую в раковине. Остатки гамбургеров лежали там, как маленькие кусочки древесного угля.
— Думаю, справлюсь, — сказал он.
Она направилась к выходу из кухни, затем остановилась и оглянулась.
— Только не говори, что прошлой ночью ты тоже дежурил возле моего дома?
— Конечно. Возможно, кто-то пытается застрелить тебя. — Он одарил ее свирепой ухмылкой. — Но сначала им пришлось бы пройти через меня.
— Что ж… спасибо. Но ты не должен этого делать, хотя я ценю это. Очень мило, если смотреть со стороны преследования. — Она покачала головой. — Ладно, значит, я действительно учуяла твой запах за окном спальни.
— Тогда почему ты не пригласила меня на чашечку кофе? — Он выглядел слегка обиженным.
— Я не думала, что ты действительно там был! Мне все это казалось сном! — раздраженно сказала она.
— Значит, я у окна твоей спальни, — это прекрасный сон, да? — Его самодовольная ухмылка вызвала вспышку раздражения.
— Нет! Это… это кошмар! — Она протопала в свою гостиную.
«Очень любезно, Вайнона. Особенно последнее язвительное замечание».
Она села в гостиной и включила телевизор, чтобы отвлечься. Через несколько минут в воздухе витали запахи лимона и сливочного масла. Зейн позвал ее в столовую минут через двадцать. Он приготовил восхитительную тилапию с лимонным маслом и рисом. Они сели и поужинали в дружеском молчании. Зейн на самом деле был потрясающим поваром. Каждый кусочек тилапии был терпким, маслянистым раем, и он приготовил как надо, так что она практически таяла во рту.
Как он этому научился? И как убедил всех, что сам хрюкающий боров, на ступень выше настоящего медведя?
— Кстати, я справился со всем блюдом одним набором столовых приборов, — сказал Зейн. — Что это за паршивый ресторанчик такой?
Она покачала головой.
— Черт возьми, я упустила шанс попрактиковаться.
— Придется загладить вину. Потанцуй со мной, — сказал он.
Она уставилась на него так, словно он лишился рассудка.
— Потанцевать с тобой?
— Да. Разве цивилизованные люди не танцуют вальс или что-то в этом роде?
А он прав — она должна научить его танцевать. Даже если это означало, находиться к нему слишком близко.
— Я научу тебя базовым шагам, — сказала она. — Тиффани и ее компания посещают много официальных приемов, на которых танцуют.
Она поставила пластинку в проигрыватель.
— У тебя есть граммофон, — сказал он, одобрительно кивая. — Мило.
Она начала демонстрировать шаги, а затем наблюдала, как он в совершенстве повторяет их. Когда они танцевали, он двигался с такой грацией и уверенностью, поражая Вайнону. Зейн, по-видимому, полон сюрпризов. Затем он споткнулся и случайно заключил ее в свои объятия. Она прижалась к его груди и посмотрела ему в глаза.
— Ты сделал это нарочно! — обвинила она.
— Ага, — протянул он, ничуть не смущаясь.
Он наклонился и поцеловал ее.
Она ожидала, что поцелуй будет агрессивным, неопытным, может, даже немного грубоватым, но нет. Он вышел волшебным. Губы Зейна были твердыми и властными, и он целовал ее со смесью страсти и утонченности, от которой у нее поджались пальцы на ногах и увлажнились трусики. Вайнона приоткрыла губы, и он погладил ее языком, надежно обхватив одной рукой за талию, а свободной рукой поглаживал затылок. С каждым скольжением и движением языка по телу Вайноны пробегали электрические разряды. Ее грудь была прижата к его широкому мускулистому торсу, и ей стало интересно, чувствует ли он, как бешено колотится ее сердце.
Он смягчил поцелуй, слегка коснувшись зубами ее нижней губы, затем едва коснулся ее губ своими, заставляя затаить дыхание и страстно желать большего.
Затем отстранился.
— На случай, если тебе интересно, это я сделал тоже нарочно.
Прежде чем Зейн успел сказать что-нибудь еще, за кухонным окном раздался дребезжащий звук, а затем Вайнона услышала приглушенные проклятия. Зейн предупреждающе зарычал, а его лицо покрылось шерстью. Длинные когти вырвались из кончиков пальцев.
— В чем дело? — спросила Вайнона. Принюхавшись, она почувствовала запах… Джиллиан и Спринклза? — Спринклз? — закричала она, и в ответ раздался шквал пронзительного лая.
Зейн подошел и снял кухонную дверь с петель, придерживая одной рукой. Он махнул Джиллиан и Спринклзу, чтобы они зашли внутрь, затем поставил дверь на место.
— Какого черта ты тут делаешь? — воскликнула Вайнона.
— Мы патрулируем, — сказала Джиллиан. — Тебя нужно защищать.
Вайнона посмотрела на Джиллиан в очках, которая, промокшая насквозь, весила, наверное, килограмм сорок пять. Затем перевела взгляд на Спринклза, который, возможно, мог бы добавить ей килограмма три, если взять в расчет мех. И ошейник.
— Ладно, — проворчала она.
— Из-за стрельбы и парня, который преследовал тебя, а еще автомобильная авария… — продолжила Джиллиан.
— Подожди. Кто-то преследует тебя? — Зейн выглядел сердитым.
Вайнона рассказала о мужчине на парковке и о том, что, возможно, снова почувствовала его запах возле закусочной.
— Почему ты не рассказала мне об этом раньше? — потребовал Зейн.
— Потому что вполне возможно, что у меня просто разыгралось воображение.
— Но вполне возможно, тебя преследует убийца. Если есть хоть малейший шанс, что ты в опасности, я останусь здесь.
— Но… у тебя же обед с Тиффани, — запротестовала она.
— И что? Могу и отсюда поехать.
— Я тоже остаюсь, — сообщила ей Джиллиан. — Мы со Спринклзом ляжем на диване.
— Нет, ты спи в гостевой комнате наверху, а я лягу на диване, — сказал Зейн. — И если кто-нибудь попытается войти, им сначала придется пройти через меня.
— Спринклз проснется, если кто-нибудь попытается вломиться, — уверенно сказала Джиллиан.
Зейн нахмурился.
— Так, сначала инцидент на реке, потом закусочная. В закусочную никто за нами не ехал, так откуда бы они узнали, что мы там? Я никому не говорил.
— Кто-то мог установить жучок на мотоцикл, — предположила Джиллиан. — Или на сотовый телефон. Или и туда, и туда.
— Могу я одолжить твой телефон? — спросил он Джиллиан. — Если кто-то взломал мой телефон, не хочу им пользоваться и дать подслушать.
Джиллиан разрешила ему воспользоваться телефоном, и он позвонил Рексу в мастерскую, попросив проверить мотоцикл. Очевидно, Зейн оставил байк у дома Рекса и попросил подкинуть к дому Вайноны. Остаток пути он пробежал в медвежьем обличье, так что Вайнона не услышала его.
Некоторое время спустя Зейну перезвонили. На его мотоцикле было установлено крошечное устройство слежения. Рекс забрал мотоцикл в гараж, чтобы проверить каждый квадратный дюйм и убедиться, что больше ничего нет.
Глава 10
Зейн проверил телефон и обнаружил, что кто-то взломал его и установил устройство слежения. Он избавился от телефона и купил новый с усиленной защитой. Затем сообщил об этом в полицию, наряду со стрельбой на берегу реки и автомобильной аварией. Вайнона пошла с ним, чтобы помочь написать заявление. Судя по всему, полиция не была убеждена в том, что инциденты связаны между собой, но им пообещали разобраться в этом.
Затем Зейн надел свой сшитый на заказ костюм и попросил Вайнону отвезти его в «Гамильтон» на ланч с Тиффани. Он настоял, чтобы она оставалась в этом районе на случай, если кто-нибудь снова попытается убить ее. Джиллиан поплелась за ними.
«Гамильтон», расположенный в центре Сидар Парка, был самым модным рестораном в городе. Зейн выглядел потрясающе красивым в костюме. Каким-то образом крупный, дородный мужчина, который не носил ничего, кроме джинсов и футболок, вдруг стал выглядеть так, словно был рожден для того, чтобы носить классический костюм и итальянские туфли из мягкой кожи.
Сидя с Джиллиан на скамейке в парке перед рестораном, Вайнона почувствовала легкую тошноту. Зейн внутри обедал со своей будущей женой, а Сесили и Хьюберт сидели за соседним столиком и шпионили за ними.
— У меня сложилось отчетливое впечатление, что на самом деле ты не хотела, чтобы Зейн обедал с Тиффани, — серьезно сказала Джиллиан.
Вайнона поморщилась.
— Ну, нет. Зейн, несмотря на все это бахвальство, на самом деле порядочный парень, а Тиффани… ну, ты с ней встречалась.
Джиллиан слегка вздрогнула.
— Да, к сожалению. И я была оскорблена ее грамматикой, — сказала она с обиженным видом. — Она ненавидит детей, собак и грамматику. Обычно я не повторяюсь, но ее преступления против английского языка невозможно переоценить.
Они благоразумно оставили Спринклза в доме Джиллиан. Вайнона была почти уверена в риске, что собака сорвется с поводка и направится прямиком к Тиффани — в попытке помочиться на нее.
Вайнона пыталась отвлечься, занимаясь работой, обзванивая клиентов, проверяя электронную почту и отвечая на письма. Настроение становилось все мрачнее и мрачнее. Наконец, она не выдержала.
— Я не могу просто сидеть здесь, — несчастно сказала она. — Давай… пройдемся и выпьем кофе. Вероятно, он задержится ненадолго.
Пока они шли, Вайнона втягивала воздух и могла бы поклясться, что снова почувствовала запах парня с парковки — всего лишь легчайший дуновение. Не совсем сильное, чтобы быть уверенной.
— В чем дело? — спросила Джиллиан. — Ты чувствуешь какой-то запах?
Прежде чем она успела ответить, почувствовала запах Зейна, гораздо сильнее, а затем он трусцой подошел к ней. Этот костюм, казалось, просто шел ему впору. Он должен быть на обложке GQ.
— Куда мы направляемся? — спросил он, замедляя шаг, как только поравнялся с Вайноной.
— Но… ты… ланч?
— Используй полные предложения, Вайнона, — упрекнула ее Джиллиан. — Я знаю, что ты умеешь.
Зейн улыбнулся Вайноне.
— Твоя подруга странная. Она мне нравится.
— Ты закончил обед? — Вайнона справилась с чувствами и взяла себя в руки.
— Похоже на то, да?
— И… — Она прикусила губу, затем заставила себя спросить. — Как все прошло?
— Все прошло в точности так, как планировалось.
Ее сердце рухнуло. Ну, конечно. Почему она обманывала себя, думая, что все будет иначе?
— Итак… когда хочешь увидеть ее снова? — Ее голос прозвучал хрипло и дрожаще, и она почувствовала себя нелепо.
Зейн поджал губы, притворяясь, что обдумывает, прежде чем, наконец, ответить:
— О, я думаю, в середине никогдабря.
При этих словах Джиллиан нахмурилась.
— Я не понимаю. Здесь мы работаем по восточному поясному времени. Сколько именно сейчас времени?
Зейн рассмеялся.
— Это причудливый способ сказать, что я больше ее не увижу.
Вайнона остановилась и уставилась на него. Джиллиан и Зейн тоже остановились, выжидающе глядя на нее.
— Но… ты сказал, что все прошло идеально.
— Нет, я сказал, что все прошло в точности по плану. Ты спланировала, что я должен сделать. Я сделал — пришел вовремя, принес цветы, нарядился в этот костюм, сделал ей комплимент. И притворился, что мне интересно то, что она говорит.
— А что она говорила?
Он пожал плечами.
— Понятия не имею. Я думаю, что-то вроде бла-бла-бла, Бриттани сказала, бла-бла-бла, новые туфли. Я просто кивал всякий раз, когда она замолкала и спрашивала: «Правда?»
— Ух ты. О, ну что ж… — Он определенно следовал ее инструкциям.
— Не хочешь выпить чашечку кофе? — Он вел себя так, словно не только что разрушил план по его женитьбе на богатой наследнице.
Ее телефон зазвонил прежде, чем она успела ответить, и она взглянула на экран, а затем сняла трубку.
Звонила Сесили, требуя, чтобы она немедленно вернулась в ресторан.
Она вздохнула.
— Мне нужно пойти поговорить с Сесили. С таким же успехом можно броситься под мусоровоз — думаю, эти два события схожи по своей приятности.
Она повернулась и пошла обратно к ресторану. Зейн и Джиллиан стояли, наблюдая за ней, готовые броситься на помощь, если кто-нибудь попытается убить ее, она была в этом уверена.
Сесили и Хьюберт стояли у ресторана, кипя от злости. Сегодня на Сесили было платье от Сирсакер Лилли Пулитцер с принтом в виде гигантских ломтиков апельсина, а на Хьюберте синее спортивное пальто от Армани в клетку, темно-синие брюки и синие мокасины. С первого взгляда трудно сказать, кто из них носил более массивные золотые украшения.
— Ты что, с ума сошла? Зейн сказал, что поселился в твоем доме из-за вероятности, что кто-то пытается убить тебя, — возмущенно сказала Сесили.
— Этого не было в нашем контракте, — добавил Хьюберт.
Вайнона собиралась прервать их и заверить, что между ней и Зейном ничего не происходит, но Сесили продолжила:
— Зейн не может оставаться с тобой, если кто-то пытается тебя убить. Мы не можем рисковать им, — прошипела она.
— Да, он очень дорог нам, — неубедительно добавил Хьюберт.
— На самом деле, мы сказали, что увольняем тебя, но потом он сказал, что отказывается спариваться с кем бы то ни было, пока ты не закончишь его обучение, так что, думаю, на данный момент мы застряли с тобой в одной лодке, — с горечью произнесла Сесили. — Теперь я вижу, что нанять тебя было огромной ошибкой. Следовало просто выдвинуть обвинения.
— Но если с ним что-нибудь случится из-за тебя, я могу заверить, ты отправишься в тюрьму на всю оставшуюся жизнь, — пригрозил Хьюберт.
— У тебя нет такой власти, — сказала Вайнона, хотя молилась, чтобы это было правдой. — На суде многое может случиться, если предположить, что дело зашло так далеко. И, кстати, откуда ты знаешь, что кто-то пытается убить не Зейна, а меня? Он был со мной, в то утро, когда стреляли; они могли целиться в любого из нас. — На самом деле, теперь, когда они узнали, что кто-то прослушивал его телефон и мотоцикл, казалось более вероятным, что целью был Зейн. Хотя она могла поклясться, что граммар-наци с парковки имел ко всему этому какое-то отношение, и он ждал у здания офиса Вайноны.
Хьюберт и Сесили встревоженно переглянулись.
— Что ж, пока нам просто придется смириться с этой ситуацией. По крайней мере, сегодня он произвел отличное впечатление на Тиффани, — сказала Сесили и взглянула на Хьюберта с обиженным выражением лица. — Если он способен быть цивилизованным, почему не может всегда вести себя таким образом? Это выше моего понимания.
— Скоро он будет счастливо женат на Тиффани, и это даст ему все необходимые стимулы вести себя, как джентльмен, — сказал Хьюберт с широкой фальшивой улыбкой своей жене. Затем бросил недобрый взгляд на Вайнону. — Не смей портить нам это дело.
— Ты имеешь в виду не соблазнять Зейна? — Вайнона не удержалась от подкола.
— Именно, — надменно сказал Хьюберт. — От этого зависит его будущее счастье.
— Возможно, нам следует нанять для него телохранителя? — задумалась Сесили, нахмурившись.
— Сомневаюсь, что он позволит. Он очень упрямый, — сказал Хьюберт, раздраженно качая головой.
— Если вы двое извините, у нас с Зейном на сегодня запланированы уроки ораторского искусства, — сказала Вайнона и оставила их.
Когда они подумали, что Вайнона находится вне пределов слышимости, Сесили яростно сказала:
— Кто мог пытаться убить его? Мы никому не можем позволить убить его — по крайней мере, до свадьбы. И не раньше, чем он станет отцом хотя бы одного детеныша. Это было бы финансовой катастрофой.
— Думаешь, я и сам не понимаю? Я не знаю никого, у кого были бы причины пытаться убить Зейна, но я займусь этим, хорошо?
Имели ли они в виду, что для Зейна было бы нормально умереть после свадьбы? У нее было ужасное предчувствие по поводу всего этого соглашения. Она бы не осталась в стороне и не позволила такому случиться с ним. Если бы он в конце концов передумал и согласился жениться на Тиффани, она, по крайней мере, предупредила бы, с чем ему предстоит столкнуться. Она предупредила бы его, даже означай это нарушение соглашения о неразглашении и, возможно, попадание в тюрьму.
Когда она вернулась к Зейну и Джиллиан, спросила:
— Ребята, вам не приходило в голову, что, возможно, кто-то пытается убить Зейна, а не меня?
— Конечно, — ответил Зейн. — Если кто-то прослушивает мой телефон и следит за моими передвижениями на мотоцикле, то могут охотиться за мной. Но раз странный парень, которого ты встретила возле своего офиса, следует за тобой по пятам, возможно, они охотятся за мной, чтобы добраться до тебя. Мы пока не знаем. Вот почему я собираюсь ходить за тобой, как приклеенный, пока мы не выясним это. — Его глаза на секунду вспыхнули сердитым желтовато-коричневым светом, будто он был на грани превращения. — А потом я собираюсь оторвать чью-то голову.
Глава 11
После обеда Вайнона поняла, что забыла ноутбук в офисе. Зейн настоял на том, чтобы отвезти ее, и проводил до дверей офиса. Он стоял и смотрел, как она выключает сигнализацию.
— Мне нужно позвонить, — сказал он. — Я выйду на улицу, с тобой все будет в порядке?
— В моем кабинете? Да, думаю, там я в безопасности, — сказала Вайнона. — Ты видел, как я выключила сигнализацию. Там никого не было, все в порядке.
Она прошла через приемную в кабинет и поняла, что была излишне оптимистична.
Мужчина со стоянки вышел из-за двери и закрыл ее. Вайнона отшатнулась с испуганным писком. Он не казался убийцей, но, возможно, он из тех, кто выглядел совершенно спокойным вплоть до секунды, когда перегрызает тебе горло.
— Не могу сказать, что удивлена, встретить Вас, — сказала Вайнона, умудряясь говорить спокойно, учитывая обстоятельства. — Но почему я Вас не учуяла?
— Я использовал ароматический спрей.
— Откуда Вы узнали, что я буду здесь в субботу днем?
— Сегодня утром я взломал Ваш телефон. Вы позвонили племяннице и сказали ей, что заедете к себе в офис за ноутбуком.
Ее одновременно разозлило и встревожило то, что он вообще знал о существовании ее племянницы Дейзи. Она не хотела, чтобы Дейзи попадала в поле зрения этого мужчины.
— Напрашивается вопрос, почему Вы следите за мной и взламываете мой телефон? — холодно спросила она.
Вместо ответа он наклонился и заглянул в ее сумочку.
— Где собака? — спросил он и хмуро посмотрел на нее. — Вы отвезли его в приют для животных?
— Я ни за что не сдам его в приют, — возмущенно сказала она. — Он у моей сумасшедшей ассистентки. Она бы Вам понравилась — она так же помешана на грамматике, как и Вы.
— Она хорошо к нему относится? А как насчет ее мужа, он любит животных?
— Она обращается с ним как с принцем, у нее нет мужа, и скажите мне, почему Вы вломились в мой кабинет. — Это становилось все менее пугающим и все более раздражающим.
— Что ж, это нарушение этического кодекса, но я пришел предупредить, что Ваша жизнь в опасности.
— Чей этический кодекс?
— Этический кодекс наемных убийц. — Ладно, снова страшно. Она могла бы позвать Зейна, но подозревала, что парень может убить ее прежде, чем Зейн явится. А что, если у него пистолет с серебряными пулями? Тогда он смог бы убить и Зейна.
— У убийц есть этический кодекс? — глупо повторила она.
Он раздраженно наморщил лоб.
— Да, я только что заявил, что у нас он есть. Пожалуйста, не отвлекайтесь.
Она покачала головой, теперь совершенно сбитая с толку.
— Я пытаюсь, но не понимаю. Вы убийца, но следуете за мной повсюду, потому что пытаетесь помочь?
Он вздохнул.
— Изначально меня наняли, убить Вас. На самом деле, я уже вышел на пенсию, но меня убедили взяться за это последнее дело из-за предполагаемого характера Ваших дурных поступков. Но потом я обнаружил, что человек, который нанял меня, солгал. Мне сообщили, что вы садист-мучитель животных, который делал ставки на собачьи боях… — Вайнона возмущенно втянула воздух, но он перебил ее прежде, чем она успела заговорить. — И поэтому я был готов нарушить личное правило, запрещающее убивать женщин. Однако я должен был убедиться в этом сам, и, проведя расследование в отношении Вас, обнаружил, что меня обманули.
— Вы зарабатываете на жизнь убийством людей, но у вас есть правила? Мне просто трудно уложить это в голове.
Он выглядел оскорбленным.
— Мой личный этический кодекс гласит, что я убиваю только других убийц. Все, кто нанимал меня, знали об этом. Как я уже сказал, я рассматривал возможность сделать исключение в вашем случае только из-за утверждений о жестоком обращении с животными. Мой клиент заявил, что Вы похитили его собаку и использовали ее в качестве приманки для питбулей, и он хотел отомстить. Но я не люблю, когда мне лгут. — Он нахмурился, выглядя таким возмущенным, что она едва удержалась от смеха.
Вайнона изумленно покачала головой.
— Знаете, по какой-то причине больше всего меня сейчас удивляет то, что Вы на самом деле понравились Спринклзу. До сих пор, за этим единственным исключением, его вкус был безошибочным.
— Конечно, я ему понравился, — раздраженно сказал мужчина. — Я владею организацией по спасению собак, и у меня безупречный характер.
— Кстати, у Вас есть имя?
Он уставился на нее так, словно она сумасшедшая.
— Конечно, у меня есть имя. У каждого есть имя. Не понимаю, как женщина с Вашим ограниченным интеллектом управляет успешным бизнесом.
Вайнона сдержала язвительный ответ. По сути, он пришел помочь, но сам страшный убийца. Наверное, не стоит его злить.
— Не могли бы Вы назвать мне имя?
— Нет. Однако вы можете называть меня Леандер. Мне нравится это имя.
— Кто нанял вас, Леандер?
Он почесал подбородок и выглядел задумчивым.
— Ну, это нарушение нашего…
— Кодекса? Послушайте, если Вы действительно здесь, чтобы помочь, мне нужно знать, кто хочет меня убить и почему, иначе я никогда не буду в безопасности. И Спринклз тоже не будет, — добавила она. — Он может попасть под перекрестный огонь.
Леандер выглядел значительно более встревоженным этим, чем при мысли о том, что она может быть в опасности. Ей следовало бы обидеться, но сейчас было плевать. Она хотела лишь знать, кто нарисовал мишень у нее на спине.
— Серджио Мольфетта нанял меня, — сказал он. — Он хотел убить вас, чтобы навредить Зейну.
Ее охватил озноб.
— Я думала, он в лечебнице для душевнобольных преступников.
— Он был там, но сбежал несколько месяцев назад.
Она нахмурилась.
— Мило с их стороны сообщить Зейну, что он сбежал.
Леандер озадаченно посмотрел на нее.
— Нет, на самом деле, насколько мне известно, никто не сообщил Зейну, что Серджио сбежал.
Ладно, если бы не факт, что он волк-оборотень, а Джиллиан — оцелот-оборотень, она бы поклялась, что этот мужчина — давно потерянный близнец Джиллиан. Он был не только помешан на грамматике, но и в равной степени не понимал сарказм.
— Начальника лечебницы подкупили, чтобы он отпустил Серджио и поместил в его палату другого заключенного. Поскольку это психиатрическая лечебница, никто не поверил человеку, который настаивал на том, что он не Серджио.
— Но, что Серджио имеет против Зейна? Все должно быть наоборот. Мольфетты убили родителей Зейна. Это Зейн впору таить обиду.
— Когда клан Мольфетта убивал родителей Зейна, сам Зейн, очевидно, убил одного из них. Предполагают, что он перегрыз горло старшему брату Серджио Мольфетта, — объяснил Леандер. — Видимо, молодой человек был любимцем их матери, которая умерла от горя, услышав эту новость. Серджио и без того был психически неуравновешен; зрелище того, как его мать умирает прямо у него на глазах, стало триггером, и он начал убивать, что, в конечном итоге, привело к психиатрической лечебнице.
— Серджио обвиняет Зейна в том, что он защищал себя и своих родителей? Он сумасшедший! — сердито сказала Вайнона.
— Да, — терпеливо сказал Леандер. — Вот почему он оказался в лечебнице для душевнобольных преступников. Вернемся к нынешней дилемме. Серджио планировал отомстить с момента, как сбежал. Он мог бы убить Зейна немедленно, но решил подождать, пока Зейн не найдет женщину, с которой хотел бы стать парой, а затем убить ее. Так Зейн будет страдать сильнее. А некоторое время спустя, за которое Зейн испытывал бы мучения, он приказал бы убить и Зейна.
— Но я не пара Зейна! — пролепетала Вайнона. С каждой минутой это становилось всё более нелепым.
— Я совершенно уверен в обратном. Серджио сказал, что поставил жучки в его дом, и ждал, чтобы нанять меня. До момента, пока Зейн не сказал одному из своих друзей, что нашел свою вторую половинку, — сказал он.
Но Вайнона познакомилась с Зейном всего около недели назад. Леандер появился на парковке на следующий день. Зейн должно быть решил, что она его пара с первого взгляда. Было ли это вообще возможно? Конечно, нет. Разве он не сказал бы ей что-нибудь?
Она помассировала пальцами виски. У нее начинала раскалываться голова.
— Ну, если не собираетесь меня убивать, значит, я в безопасности?
— Нет. Серджио послал другого убийцу, когда я отказался. Этот человек уже пытался застрелить Вас, а затем преследовал вас, едущих на мотоцикле. Я последовал за ним и заставил его съехать с дороги, прежде чем он успел сбить вас.
— Э-э… спасибо?
— Я считаю, что в вопросительной интонации нет необходимости. Я действительно спас Вам жизнь, так что надлежащий этикет требует, чтобы Вы поблагодарили меня. Однако давайте вернемся к Вашей текущей проблеме. Я бы предположил, что самый безопасный способ действий — порвать с Зейном и немедленно покинуть страну. Также сменить имя и оборвать все связи со своей прежней жизнью.
— Я с ним не встречаюсь! — Вайнона возмущенно фыркнула. — Я не могу порвать с кем-то, если я с ним не встречаюсь!
— Все равно Вам лучше уехать.
— Или я могла бы попытаться выследить Серджио Мольфетта и сдать его полиции. — Она не хотела прожить жизнь в бегах, все время оглядываясь через плечо. И если Мольфетта не сможет найти ее, он, вероятно, просто убьёт Зейна.
Леандер пожал плечами.
— Этот путь гораздо опаснее. Никто не знает, где он, так что, может, потребуется время, чтобы его разыскать. Я могу сказать, что он уже нанял нового убийцу по прозвищу Акула. И пытался напасть на меня, что забавно. Кроме этого, я больше ничем не могу Вам помочь.
И он вышел через заднюю дверь офиса.
У Вайноны закружилась голова, она схватила ноутбук и направилась к выходу из здания. Закрыв дверь, она включила сигнализацию, хотя и не была уверена, зачем это понадобилось. Если Леандер смог пройти через систему безопасности, она представляла, что любой, кто хотел добраться до нее, мог сделать то же самое. Вероятно, сигнализация может отпугнуть только грабителей-любителей, и все.
Когда она вышла на улицу, Зейн все еще разговаривал по телефону. Она навострила уши и услышала, как он рассказывает кому-то, как разобрать двигатель.
— Я серьезно, не позволяй ему выяснить, — услышала она его слова.
Какого черта? Во что вовлечен Зейн? Будто ему мало убийцы, охотящегося за ним и за кем-то из его близких.
Она протопала к нему, и он быстро повесил трубку.
— Ты рассказываешь кому-то, как вывести из строя двигатель? — требовательно спросила она.
Он выглядел смущенным, затем пожал плечами и прочистил горло.
— Лучше, если бы ты забыла, что слышала это.
— Хорошо, на сейчас, но только потому, что у нас есть более насущные проблемы.
Она рассказала, что только что произошло в кабинете, и Зейн яростно выругался, рывком распахнув входную дверь здания и окинув взглядом коридор.
— Ты в очередной раз сорвал мою дверь с петель, — указала она.
Он свирепо посмотрел на нее, затем отшвырнул дверь в сторону.
— Я заплачу за ремонт. Черт бы побрал все это! Он, вероятно, давно ушел, — сказал он. — И я не могу оставить тебя здесь одну, чтобы отправиться за ним.
— В любом случае, наверное, оно того не стоит, — сказала она. — У меня сложилось впечатление, что он говорил правду, и уже рассказал мне все, что ему известно. Я имею в виду, что он мог убить меня уже несколько раз, но не сделал этого. Я просто не знаю, что делать дальше.
— Я знаю, что мы будем делать, — сказал Зейн, сделав сильное ударение на слове «мы» и встав перед ней так, чтобы оказаться между ней и улицей. Он заслонял ее своим большим, крепким телом. — Мы сообщим об этом властям, которые объявят Серджио Мольфетта в розыск, а также арестуют подонков в психушке за то, что они выпустили его. И я предупрежу Рекса и мой клан, на случай, если он решит нацелиться на них. И пока его не поймают, мы с тобой уйдем в подполье. Я могу защитить тебя в честном бою, но не могу защитить от снайпера.
— А как насчет агентства? А как насчет Джиллиан?
— Я попрошу Рекса и парней из гаража охранять Джиллиан. Джиллиан может эффективно управлять бизнесом из дома. Скажешь всем, что тебе нужно срочно уехать по семейным обстоятельствам. Такое случается; придется с этим смириться. Мы едем прямо в полицейский участок, а оттуда уезжаем из города.
Когда они ехали в полицейский участок, Вайнона позвонила племяннице Дейзи, чтобы сказать, что ей придется исчезнуть на некоторое время.
— Что-то случилось? — спросила Дейзи обеспокоенным тоном. — Тебе угрожает какая-то опасность?
— Все будет хорошо. Я не могу сказать тебе всего, что происходит, но со мной большой и страшный телохранитель.
— Ха. На самом деле, это звучит довольно сексуально.
— Он в некотором роде сексуален, — сказала Вайнона, не подумав, а затем разозлилась, когда Зейн взглянул на нее и подмигнул.
— Ты и сексуальный телохранитель должны приехать и пожить со мной и Райкером. Я должна одобрить всех… телохранителей, — сказала Дейзи. — Особенно, если это ситуация типа постоянного телохранителя. Это так, да? Я слышу это по твоему голосу.
— Ты можешь встретиться с ним, но сейчас не могу остаться, и не могу сказать почему. — Райкер и его стая были крутыми, но у них не было иммунитета к серебряным пулям. У Дейзи недавно родился детеныш — Джаспер, и она снова беременна младшей сестрой Джаспера. Вайнона ни за что не осталась бы с ними и не подвергла бы их опасности. Зейн прав. Лучший способ для нее обезопасить всех — просто исчезнуть.
Глава 12
Зейн одолжил машину у Рекса, и они выехали прямо из гаража. Он хотел убедиться, что ни у кого не было времени установить жучок на новый автомобиль. Рекс и несколько других сотрудников гаража сопроводили их обратно в дом Вайноны, чтобы собрать чемодан. У Зейна была дорожная сумка, которую он достал из своего пикапа. Несмотря на то, что Рекс проверил грузовик сверху донизу, они не могли быть на сто процентов уверены, что не упустили устройство слежения; отсюда и заимствованная машина.
Затем они несколько часов ехали из Северной Каролины в Теннесси. Вайнона знала, что родителей Зейна убили в Теннесси, и ей показалось немного странным, что он захотел поехать именно туда, но не хотела поднимать такую болезненную тему.
Наконец, они проехали через крошечный, обозначенный точкой на карте городок под названием Фокс Холлоу, а затем по грунтовой дороге, отходящей от главного шоссе, пока не подъехали к маленькому домику, вымощенному булыжником, стоявшему на поляне среди высоких сосен.
Они выбрались из машины, и Вайнона огляделась. На переднем дворе лежала аккуратная стопка дров, а рядом, воткнутый в пень, находился топор. Там был старомодный насос, из тех, которые нужно заправлять. Одежда, развешанная на бельевой веревке, развевалась на легком ветерке. Она заметила одежду для взрослых и детские вещи нескольких размеров, подвешенный на деревянные прищепки. Справа от дома был огород и курятник. Куры клевали землю, а петух расхаживал с важным видом.
— Что это за место? — спросила Вайнона.
— Увидишь. — Он улыбнулся ей, открывая багажник машины, и потянулся за сумками.
— О, нет, позволь мне! — раздался чей-то голос.
Мужчина лис-оборотень, которому на вид было за пятьдесят, появился с бокового двора на костылях. Он потерял правую ногу ниже колена, и теперь там был протез. Его сопровождал волчонок, который трусил рядом в волчьем обличье и обнюхивал лодыжку Вайноны, и девочка рысь-оборотень, которой на вид было около шести или семи лет.
— Вайнона Беннетт, познакомься с моим почтенным дядей Фредериком Уайли, — сказал Зейн, который был более чем на фут выше рыжеволосого лиса с густыми усами и редеющими рыжими волосами с проседью.
— Я не знаю, что значит почтенный. Звучит, как ругательство, — весело сказал Фредерик и взглянул на Зейна. — Привыкаю к новой ноге. — Фредерик протянул руку и крепко пожал Вайноне ладонь. — Очень рад с Вами познакомиться. — Он взглянул на волчонка, который лизал ногу Вайноны. — Лукас, прекрати сейчас же — это невежливо, — сказал он, нахмурившись. Лукас повернулся и побежал обратно в сад. — Он появился у нас всего несколько недель назад и все еще немного застенчив, — извиняющимся тоном сказал Фредерик. — А эта юная леди — Рори, лучший на свете охотник на куриц. — Маленькая рысь-перевертыш просияла, услышав это.
Вайнона изо всех сил старалась не поморщиться, когда Фредерик схватил одну из сумок и с трудом перекинул ее через плечо, чуть не уронив.
Она взглянула на Зейна, который покачал головой и одними губами произнес:
— Позволь ему сделать это.
— Дети, проходите внутрь! Я пойду за вами! — сказал Фредерик.
Они поднялись по парадным ступеням на крыльцо с качелями и вошли в дом.
Женщина лисица-оборотень с седыми волосами, собранными в пучок, стояла у раковины, мыла посуду, и когда обернулась, ее лицо просияло.
— Зейн, какой чудесный сюрприз! Мы не ждали тебя еще две недели! И ты привел гостью, как мило!
Двое других оборотней просунули головы в комнату, с любопытством глядя на Вайнону.
— Да, прости мои плохие манеры за то, что не позвонил, предупредить о приезде, — сказал Зейн.
— Ты же знаешь, тебе здесь всегда рады. Ты ведь вытер ноги, дорогой?
— Нет, мэм. Мои искренние извинения. — Он подошел к коврику у двери и вытер ноги.
Вайнона уставилась на него с открытым от изумления ртом, когда он присоединился к ней.
— Кто ты такой? — прошептала она.
— Вайнона, — сказал он, — я хотел бы представить тебе мою тетю Кристин Уайли, а также Ши и Дина. — Ши волк-оборотень, которому на вид около четырнадцати, а Дин медведь-оборотень лет семнадцати или восемнадцати. Они оба подошли и застенчиво пожали Вайноне руку, сказав:
— Приятно с Вами познакомиться.
Вошел Фредерик и со стуком поставил сумку на кухонный пол.
— Я принесу остальное, — сказал он слегка запыхавшимся голосом. — Сейчас вернусь.
Вайноне не терпелось сбегать за багажом, но чувствовала, что Фредерику важно сделать это самому.
Зейн достал из своей сумки сверток и протянул Кристине.
— Подарок хозяйке дома, — сказал он с легким поклоном. Кристина открыла его. Это была плетеная корзинка, и в ней лежало душистое мыло. — От нас обоих.
— О, это так мило, дорогой, мой любимый аромат! — Она улыбнулась, как гордая мать. — И, кстати, мы получили твое благодарственное письмо. Я так рада, что тебе понравились джемы.
Вайнона уставилась на Зейна прищуренными глазами.
— Благодарственное письмо? Еще раз спрашиваю, кто ты такой? — пробормотала она. Он подмигнул ей.
Кристина посмотрела на Вайнону и радостно захлопала в ладоши.
— И ты, наконец-то, нашел свою пару! Мы знали, что ты сможешь! Мы поселим вас в коттедже для гостей на заднем дворе. Где твое кольцо, дорогая?
— Мое кольцо? — глупо повторила Вайнона. — Э-э, ну, видите ли… Я…
— Я все еще в поисках идеального кольца, — сказал Зейн. — Оно должно быть идеальным для идеальной женщины. Тетя Кристина, есть кое-что очень важное. Никто не должен знать, что мы здесь.
— Сколько раз я говорила — называй меня мама. Тогда приятного уединенного медового месяца.
— Оу, но вообще-то у нас не… — Вайнона начала объяснять.
— …совсем не обязательно, но все равно спасибо, — снова перебил ее Зейн.
— Дорогой, не начинай супружескую жизнь с того, что перебиваешь жену, — упрекнула Кристина. — Мы ведь воспитали тебя гораздо лучше.
Когда она это сказала, в дверь вошел Фредерик, занося багаж, и кивнул.
— Послушай свою тетю. Кстати, тебе нужна помощь?
Зейн кивнул.
— Вообще-то, да, давненько я не менял масло в машине.
— Зейн, Зейн, — мягко упрекнул Фредерик. — Ты такой хороший механик, а своей машиной пренебрегаешь.
Фредерик нетерпеливо выбежал на улицу, чтобы сменить масло.
Кристина взглянула на Зейна, слегка наморщив лоб, но улыбнулась, будто точно знала, почему Зейн привез машину, которая нуждалась в замене масла.
В голове Вайноны роились вопросы, но прежде чем она успела их задать, Кристина сказала:
— Вы как раз вовремя, чтобы помочь с ужином.
Следующее, что помнила, Вайнона помогала мыть и чистить картошку, а Зейн помогал своему «дяде» жарить стейки на гриле.
Всего было шестеро приемных детей; еще двое играли в лесу за домом. Все сели ужинать за огромный старинный стол в столовой и произнесли молитву перед едой. Вайнона наблюдала, как Зейн произносил что-то вроде «Пожалуйста, передайте картошку» и вежливо беседовал с Фредериком, Кристиной и детьми.
— Мы ляжем пораньше, — сказал Зейн Кристине. — Но завтра утром я соберу яйца.
Когда Зейн повел Вайнону в гостевой домик, она снова покачала головой.
— В последний раз спрашиваю. Кто ты такой?
Они переступили порог гостевого домика с одной спальней, оформленного в вычурном стиле кантри, с мягким диваном с цветочным принтом и образцами ручной вышивки на стенах. Фредерик втащил туда их багаж и оставил в гостиной. Зейн направился к кухне, но она преградила ему путь, уперев руки в боки.
— Полагаю, у тебя много вопросов, — сказал он.
— Ты чертовски прав, красавчик.
Он сел на диван, и она села рядом с ним.
Зейн откинулся на спинку и тяжело вздохнул, выражение его лица стало серьезным.
— Уайли вырастили меня после потери родителей. Ну, не сразу после этого. Я почти ничего не помню о том, как были убиты мои родители. Была только ужасная пустота. Я был ранен и бежал. Неделями бродил по лесу, пока не нашел палаточный лагерь, куда люди приезжали на фургонах. Я прожил в лесу неподалеку оттуда пару лет, сам добывая пропитание и воруя еду у отдыхающих. Парковые рейнджеры, в конце концов, прогнали меня, так что я пустился в бега, проделал долгий путь и наткнулся на Уайли. К тому моменту я был почти диким, но ты видела, какие они. Они всегда приютят брошенных детей, и все дети вырастают замечательными.
— Значит, они так и не позвонили властям, когда нашли тебя?
Он покачал головой.
— Они понятия не имели, кто я. Судя по состоянию, в котором я находился, они подумали, что я брошенный, одичавший детеныш, что не так уж необычно. К тому времени все в моей семье думали, что я мертв, поэтому никто меня не искал. Тогда у меня почти не было воспоминаний о семье; но с годами они медленно возвращались. Когда я, наконец, начал вспоминать и провел кое-какие исследования, узнал, что люди, убившие моих родителей, мертвы, а Серджио находился в психиатрической лечебнице, так что мне больше не нужно ничего делать. Как только мне исполнилось восемнадцать, я начал путешествовать по стране, работая в мастерских по ремонту машин, но всегда возвращался сюда.
Ее сердце сжалось от боли при мысли обо всем, через что ему пришлось пройти.
— Почему ты не сказал семье, что жив, как только понял, кто ты?
Он пожал плечами.
— Хьюберту и Сесили? Я же говорил, они мне никогда не нравились. Моей семье они никогда не нравились. Мои родители даже не общались с ними. Они шумные, броские, одержимые социальным статусом, тратят все время на шопинг или полеты по всему миру, как и остальные члены клана. Их около дюжины, все позеры, стремящиеся подняться по социальной лестнице. Просто не было причин обращаться к ним.
— Ладно. Я понимаю, но когда тебя, наконец, нашли, почему ты притворялся, что жил сам по себе все эти годы?
— Я хотел защитить Уайли от огласки, — ответил он. — Они очень замкнутые, скромные люди; весь мир появился бы у них на пороге, приставая с просьбами выступить по телевидению, и им бы это не понравилось. Я по-прежнему постоянно звоню им, навещаю каждый месяц или два, просто никому об этом не рассказываю. Даже Рекс не знает.
Она посмотрела на него в замешательстве, будто видела впервые.
— Когда тебя нашли… ты водил людей в тот лагерь, где жил раньше.
Он кивнул.
— Да. Я сам построил эту бревенчатую хижину. Не такое уж большое дело. Мне нравится разбивать лагерь.
— Но все это твое грубое, нецивилизованное, почти дикое поведение…
Он свирепо ухмыльнулся.
— Очень хорошо поработал, чтобы держать Сесили и Хьюберта на расстоянии.
Она ударила его по руке, очень сильно. К сожалению, его рука была настолько твердой, что это причинило боль ей, а не ему.
— Ты сукин сын. Мог бы вести себя, как истинный джентльмен с той минуты, как я впервые встретила тебя!
Он громко рассмеялся.
— Ага. Я уверен, что мог. Но разве тогда было бы весело?
Большой, глупый, упрямый медведь. Все эти неприятности, через которые он заставил ее пройти, — для собственного развлечения!
Она сидела, бормоча проклятия себе под нос, а он встал, подошел к холодильнику и взял пару банок пива. Несколько минут они сидели и молча пили, а Вайнона кипела от злости и думала о различных вариантах использования ковриков из медвежьих шкур. У Зейна была чудесная шкурка. Он бы хорошо смотрелся перед камином.
— Так почему же ты, наконец, согласился обзавестись парой? — спросила она, ставя пиво на кофейный столик. — В прошлом ты никогда не заботился ни о семейной земле, ни о бизнесе.
Зейн пожал плечами.
— Все из-за Уайли. Мне нужны деньги, чтобы помогать им, особенно после того, как с Фредериком произошел несчастный случай. Когда клану Ковентри не удалось захватить нашу землю, мне пришлось согласиться на брак. На самом деле мне все равно, с кем, потому что я никогда не видел себя в отношениях. — Он встретился с ней взглядом. — А потом я встретил тебя. И сразу все понял. Я знал, что это будешь ты.
Вайнона почувствовала, как ее раздражение исчезало, а сердце забилось быстрее.
— Но… но ты ведь позволил себе подписаться на все это. Я научу тебя быть цивилизованным, чтобы ты мог ухаживать за своей парой.
— И за какой парой, по-твоему, я ухаживал?
У нее отвисла челюсть.
— Лучший способ узнать тебя лучше — просто согласиться на всю эту сделку в стиле фильма «Моя прекрасная леди». — Он рассмеялся, увидев ее шокированный взгляд. — Я пару раз смотрел этот фильм.
Вайнона уставилась на него.
— Ну, я… То есть, я… Я буквально лишилась дара речи.
— Не-а, ты все еще разговариваешь. — Он улыбнулся.
Она с трудом сглотнула, когда по телу разлилось тепло. Леандер был прав; Зейн действительно решил стать ее парой, как только встретил.
— Когда ты пошел обедать с Тиффани, должна признаться… я думала, что меня стошнит.
— Когда я пошел обедать с Тиффани, я думал, что
— Да знаю я, знаю. Но тогда у меня не было выбора, потому что… — Она замолчала, чуть было не выдав ему секрет о сделке с его семьей из-за бывшего мужа.
— Потому что, что?
Она опустила взгляд.
— Я не могу тебе сказать.
Что же она делала? Он говорил о серьезных отношениях, а она хранила от него секреты. Но он просто посмотрел на нее долгим, испытующим взглядом и сказал:
— Хорошо.
— Хорошо? Ты не против, что я не могу рассказать тебе об этом?
— Я бы предпочел поговорить о том, как сильно я хотел сделать это… — Он наклонился вперед и поцеловал ее.
Вайнона со вздохом открыла рот, когда его теплые и сладкие губы приникли к нему. Она ответила сразу же, проводя языком по его языку и зарываясь пальцами в его волосы, притягивая ближе. Он поцеловал ее крепко и страстно, отчего у нее перехватило дыхание, а в животе разлилось волнующее вожделение. Когда он отстранился, у нее вырвался хриплый стон протеста, и Вайнона почувствовала, как по щекам разливается румянец.
— Хватит разговоров.
Затем он подхватил ее на руки и отнес в спальню.
Глава 13
Он уложил ее на кровать, застеленную стеганым одеялом ручной работы, красиво сшитым в веселых небесно-голубых и солнечно-желтых тонах. На ночном столике кто-то оставил стеклянную банку с букетом полевых цветов. Она сразу почувствовала себя, как дома, но времени любоваться простонародным декором не было, потому что не успела Вайнона опомниться, как Зейн уже снял с нее туфли и бросил рядом с кроватью. Затем оставил щекочущий поцелуй на изгибе ступни, и она хихикнула, затем прикусила губу, когда он скользнул ладонью вверх по икре, оставляя за пальцами дорожку поцелуев и покусываний. Добравшись до первой пуговицы на ее юбке, он расстегнул ее… Затем следующую, и еще одну. Когда Зейн полностью обнажил ее ниже пояса, за исключением трусиков, приподнялся и упивался ее видом, издавая низкое, хищное рычание, и дразняще провел пальцами по ткани, прикрывающей сердцевину.
Вайнона вздрогнула от его прикосновения и поняла, что вцепилась пальцами в одеяло.
Зейн стянул с неё трусики, раздвинул бедра и с озорной улыбкой склонил темную голову. И Вайнона пропала. Он целовал ее, исследуя ртом складки, втянул клитор в рот, прежде чем отпустить, и скользнул своим твердым языком в тугое, влажное лоно. Вайнона всхлипывала и извивалась, прижимаясь к его рту, не в силах вынести остроты ощущений, но одновременно желая большего. Она положила руки ему на затылок. Его волосы были шелковистыми, а щетина восхитительно шершавила нежную кожу на внутренней стороне бедер. У нее вырвался стон.
Зейн негромко заурчал от удовлетворения и возобновил атаку, лаская клитор и погружая палец в ее влагалище, чтобы добавить еще одно измерение к эротической пытке.
Вайнона застонала, когда он добавил второй палец и принялся двигать им туда-сюда, подстраивая движения руки под волшебство, творимое ртом, в искусном синкопированном ритме. Он провел пальцами внутри нее, задевая необходимую точку, приближая оргазм. Ее соски были напряжены, их покалывало, и при каждом толчке и дрожи они дразняще терлись о ткань лифчика, натягивая серебристые нити ощущений между грудью и клитором.
Она выдохнула имя Зейна и задрожала, тяжело дыша, прежде чем кончить и закричать, прижимаясь к его рту. Она сжала бедрами его голову. Когда спазмы оргазма сменились блаженными волнами удовольствия, Зейн погладил языком ее клитор, продолжая выжимать из тела наслаждение. Но когда снова поднес руку к сердцевине, Вайнона сказала:
— Нет, Зейн. Пожалуйста… — И потянула его за широкие плечи к себе на кровати.
Он с готовностью поднялся, и они разделись. Вайнона счастливо вздохнула, когда почувствовала, как его обнаженное тело прижимается к ней, а затем застонала, когда он плотнее прижался к ее бедрам, и ощутила, как налитый ствол прикасается к все еще содрогающейся плоти. Он начал водить головкой по складкам, и благодаря сокам возбуждения делал это с нежным дразнящим трением. Зейн поцеловал ее, и она крепко обняла его. Она почувствовала свой вкус на его губах и языке, а воспоминание о его темной голове у себя между ног, заставило стонать от вновь вспыхнувшего желания.
Зейн взял член в руку и расположился у входа. Вайнона стонала и извивалась, страстно желая ощутить его твердую длину внутри себя. Он двигался с ровным, настойчивым нажимом, входя плавно и уверенно, пока не оказался полностью внутри. Она сжала его внутренними стенками, Зейн застонал в ответ и начал двигаться, сначала медленно, но затем, набирая темп, пока не начал толкаться в нее быстро и требовательно.
Она вцепилась в его плечи, выдыхая от восторга каждый раз, когда он входил на всю дину. Каждое движение его подтянутого тела, казалось, отзывалось в ней, покалывание перерастало в острые ощущения, а острые ощущения в неудержимый бурлящий экстаз.
Вайнона вскрикивала снова и снова, теряясь в бездумном блаженстве. Пока она извивалась, стоны Зейна усиливались, переходя в долгий, полный усилий рык, когда он наполнил ее своим семенем. Затем он перевернулся на спину, увлекая ее за собой так, что она положила голову на его вздымающуюся грудь. Он гладил ее по волосам, а она слушала, как бьется его сердце.
Прошло много времени, прежде чем он отстранился от ее насытившегося тела и укрыл одеялом ручной работы.
Глава 14
На улице все еще было темно, и где-то прокукарекал петух. Петли на двери заскрежетали, когда входная дверь распахнулась, а затем заскрипели половицы, и кто-то медленно прокрался внутрь. Вайнона резко выпрямилась, сердце подпрыгнуло к горлу. О, Боже. Их нашли. Как? Была ли это Акула, или это был Серджио Мольфетта, или еще один из его головорезов? Причинят ли они вред Уайли? Неужели они уже убили Уайли? Если послали только одного человека, даже если бы этот человек был вооружен серебряными пулями, возможно, они с Зейном смогли бы справиться с ним.
Шерсть вздыбилась по всему телу, а когти изогнулись наружу. Она протянула руку и встряхнула Зейна, который лежал рядом с ней на боку… храпя, как медведь. Зейн, как и большинство медведей-оборотней, крепко спал.
Она наклонилась и прошептала ему на ухо дрожащим голосом:
— Зейн, пожалуйста, проснись! Просыпайся сейчас же!
Страх в ее голосе, очевидно, пробился сквозь туман сна. Зейн сел, потирая лицо руками и бормоча что-то бессвязное.
— Здесь кто-то есть! — прошипела она. Затем понюхала воздух и немного расслабилась. — Это мистер Уайли! — прошептала она. Ладно, значит, шансы на то, что мистер Уайли пришел, убить их, довольно низки.
Зейн застонал.
— О, Боже. Прости. Оставайся здесь, я разберусь, — пробормотал он, быстро натянул боксерские шорты и направился на кухню.
Она выскользнула из постели и направилась в душ, когда ее сердцебиение замедлилось почти до нормального. Боже, она надеялась, что они скоро найдут Серджио и Акулу. Вскакивать при каждом шорохе, постоянно оглядывалась через плечо… Так жить нельзя.
Несколько минут спустя Зейн вошел в ванную и присоединился к ней в душе.
— Извини, — сказал он. — Дядя Фред вспомнил, что нужно починить измельчитель мусора в раковине.
— И он решил, что ему нужно сделать это в шесть утра? — простонала Вайнона.
— Да, понимаю. Он просто пытается чем-то себя занять. Он вернется и сделает это позже.
— Ну, я-то уже проснулась, — проворчала она.
Зейн одарил ее ленивой улыбкой.
— Я тоже, — сказал он. — Ты собираешься что-нибудь с этим делать?
Она опустила глаза и густо покраснела. Зейн щеголял великолепным, толстым и налитым членом, который гордо торчал и игриво покачивался. Вайнона шагнула вперед и поцеловала Зейна, обхватив его подбородок и наслаждаясь ощущением утренней щетины на своей ладони. Затем провела пальцами по его горлу, скользнула ладонями по ключицам и мышцам плеч. Пресс на его плоском животе напрягся, когда она провела пальцами по чувствительной плоти, и, подняв взгляд, увидела, что он зажмурился.
Когда она обхватила рукой его горячую, твердую длину, он издал беспомощный стон, и Вайнона почувствовала прилив удовлетворения от того, какой эффект произвело на него ее прикосновение.
Она обхватила его яйца другой рукой, почувствовав еще один прилив силы, когда они сжались в ее ладони. Затем начала поглаживать его по всей длине, от основания до головки, скользя пальцами по расщелине, чтобы размазать преякулят.
Зейн запрокинул голову, обнажая сильную линию горла, и Вайнона могла видеть, как дернулся его кадык, когда он сглотнул, сдерживая очередной стон. Она продолжала его ласкать, слегка сжимая каждый раз, когда достигала головки, и удовлетворенно мурлыкала, когда дыхание Зейна становилось прерывистым, а на набухшей головке появлялась бисеринка спермы.
Теплая вода омывала Вайнону, стекая ручейками по полной груди и мягкому изгибу живота. Ее соски превратились в ноющие вершинки, а возбуждение бурлило внизу живота и между бедер. Она обнаружила, что сама начинает дышать быстрее и резче, вторя Зейну.
Страстное рычание заставило ее ускорить темп, и Зейн задрожал от ее прикосновения, но затем накрыл ее руку своей, чтобы остановить. Его член пульсировал, и Вайнона знала, что он вот-вот кончит. Он открыл глаза, и они были стеклянными от возбуждения. Его огромная грудь вздымалась от усилий сдержаться.
— Я хочу быть внутри тебя, — прорычал он, притянул ее к себе и поцеловал, прижимая к своему большому, горячему и скользкому от воды в душе телу.
Вайнона обняла его за шею и вцепилась изо всех сил, пока он вторгался в ее рот, командуя и овладевая ею языком и губами. Темные волоски на его груди царапали соски, и дрожь возбуждения сотрясла тело, несмотря на тепло воды и жар Зейна.
Он обнял ее за талию и притянул ближе, так что она приподнялась на цыпочки, затем подхватил под колено и приподнял Вайнону, зажав между своим телом и холодными плитками. Он держал ее так, словно она ничего не весила, даже не прерывая поцелуя.
Она обняла ногами его узкие бедра, упираясь пятками в мускулистую задницу, и почувствовала, как головка члена уперлась во влажные складки.
Зейн разорвал поцелуй и пристально посмотрел ей в глаза из-под тяжелых век, медленно, но уверенно входя. Влажное лоно нетерпеливо сжало его ствол. Вайнона издала протяжный стон возбуждения и ободрения. Зейн долгое мгновение просто стоял, прижимаясь к ней. Затем втянул мочку уха в рот и прикусил своими острыми зубами, затем поцеловал шею, посасывая плоть, чтобы оставить розоватый след любовного укуса. Вайнона задохнулась от возбуждения, затем издала нетерпеливый звук разочарования, желая, чтобы он двигался внутри нее, приближая их обоих к умопомрачительному освобождению, которое было уже близко.
Когда он начал двигаться, она вскрикнула, напряжение спало, и она раскраснелась. Жар разгорелся и начал выходить из-под контроля, пока не заревел внутри, поднимаясь все выше и выше и поглощая каждую мысль. Вайнона попыталась выгнуться навстречу толчкам, но была зажата на месте между внушительным телом Зейна и прохладной, твердой поверхностью. Каждый движение Зейна было сильным, напористым и неумолимым, пока не дошло до того, что Вайнона чувствовала лишь движущую силу Зейна внутри нее. Он застонал и ахнул, когда вошел на всю, и ощущение, прожигающее каждый нерв и вену, сосредоточилось в ослепительной точке, а затем взорвалось. Фейерверки вспыхивали за опущенными веками, и Вайнона едва слышала собственные крики из-за бешеного стука сердца.
Зейн вздрогнул и вошел в нее последний раз, его мышцы напряглись, когда он нашел свое освобождение внутри нее. Он издал долгий, мучительный стон, пока его возбужденный член пульсировал в ее тепле, переживая последние спазмы их взаимного оргазма.
Зейн опустил ее и поддерживал, пока она шатаясь, обмякшая от удовлетворения, цепляясь за него в поисках поддержки. Он наклонил голову и снова поцеловал Вайнону — долгое, томительное прикосновение, такое сладкое, что, когда он отстранился, она была уверена, что он, должно быть, смог увидеть звезды в ее глазах.
— Теперь, когда ты окончательно проснулась, — сказал он, скривив губы в греховной улыбке, — нам нужно привести тебя в порядок.
Он потянулся за большой мягкой губкой и намылил ее жидким мылом.
— Эй, кто кого воспитывает? — спросила она с притворным возмущением.
Но Зейн просто начал водить губкой по ее груди широкими кругами, отчего кожа стала скользкой, а соски снова напряглись.
Он крепко и быстро поцеловал ее, затем вернулся к своему занятию.
— Тише, испорченная девчонка.
Глава 15
Вайнона прислонилась к кухонной стойке и отхлебнула кофе, который только что сварил Зейн. Все тело ныло самым восхитительным, удовлетворенным образом. Два диких, страстных раунда секса менее чем за двадцать четыре часа… Она могла бы привыкнуть к этому, размышляла она. Но сначала о главном. Ей нужно выяснить, что происходит с Фредериком и его семьей.
— Расскажи мне, что случилось с Фредериком, — попросила она. — Если они твоя семья, то теперь и моя семья тоже.
Зейн выглянул в окно на главный дом, где можно было увидеть Фредерика, стоящего у колоды и поднимающего топор, чтобы нарубить еще дров.
— Фредерик и Кристина едва сводили концы с концами в финансовом плане. Раньше он был автомехаником, и несколько лет назад новый владелец купил мастерскую, в которой он работал. Год назад в гараже произошел несчастный случай, который стоил Фредерику ноги. Оказалось, что новый владелец мастерской не платил по страховке и задолжал кучу денег — гараж был заложен по уши, и он не платил никому из работников. Владелец сбежал из города, гараж закрылся, и не было ни цента, чтобы покрыть лечение Фредерика. Теперь Уайли тонут в медицинских счетах, одновременно стараясь позаботиться обо всех детях.
— О, это ужасно.
— Да, так и есть. Ближайшая мастерская находится в часе езды. Некоторые люди в городе намеренно портят машины и газонокосилки, чтобы он мог их починить, просто чтобы у него был какой-то доход.
— Вот почему ты рассказывал людям, как саботировать их двигатели.
— Ага. — Зейн тяжело вздохнул. — Дело в том, что мой дядя очень гордый человек, и он не будет принимать милостыню. Но им с Кристиной нужны деньги. Дин поступает в колледж в следующем году, а Ши поступит через пару лет. Они всегда были слишком щедры, жертвовали кучу денег на благотворительность и приютили всех этих детей. Никогда не копили деньги, всегда раздавали их. А теперь они отказываются принимать деньги от кого бы то ни было, включая меня. — Он разочарованно вздохнул.
— Они не берут деньги? — Вайнона недоверчиво покачала головой. — Странные ребята.
Зейн выдавил из себя улыбку.
— Именно. Но как только мы с тобой поженимся, я возьму на себя большую часть бизнеса по лесопилке, и хочу дать там Фредерику работу. Я обсудил это с ними, и они согласились, что так будет лучше. Кристина шьет и чинит одежду на дому, и она очень талантлива. Здесь мало людей, чтобы обеспечить ей стабильный доход, а в Сидар Парке их предостаточно.
— Оу! Я знаю кое-кого, кто мог бы помочь! — Глаза Вайноны загорелись. — Моя племянница Дейзи. Ее муж — Райкер Харрисон, бывший боксер, который выпускает линию спортивной одежды. Они могли бы поручить ей работу, с которой она могла бы справиться.
Зейн улыбнулся.
— Я был бы тебе очень признателен.
И тут ее осенило.
— Подожди, ты сказал, что мы с тобой поженимся. — Она уставилась на него. Правильно ли она расслышала?
Он рассмеялся.
— Ну, конечно. Теперь, когда я наконец-то сделал тебя достаточно цивилизованной, чтобы ты не ставила меня в неловкое положение на публике.
За это он получил шлепок по руке.
— Зейн Шепард, ты наглый хвастун и лгун.
— Я имею в виду, учитывая, насколько ты дикая, потребовалось много тренировок и терпения, но… Ой! Я сдаюсь! Сдаюсь! — Он засмеялся, уворачиваясь от новых ударов. — Конечно, — размышлял он, — тетя Кристина будет раздражена, когда поймет, что позволила неженатой паре поселиться в одной спальне на своей территории. В этом смысле она старомодна. Но мы побеспокоимся об этом позже. — Затем он нахмурился. — Мне следовало придумать более романтичный способ сделать предложение.
— Верно. — Но она улыбалась от уха до уха, чувствуя, как ее наполняет теплое сияние, когда посмотрела в лицо большому красивому парню, который собирался стать ее мужем.
Он потянулся и взял ее руку в свою, выражение его лица было серьезным.
— Итак… давай предположим, что я действительно сделаю предложение надлежащим образом… Каковы шансы получить положительный ответ?
Она старалась выглядеть суровой, но не смогла полностью скрыть улыбку.
— 50/50. В зависимости от времени суток, моего настроения и любых альтернативных предложений, которые я получу за это время.
— 50/50, интересно. — Он кивнул. — Мне нравятся такие шансы. — Он поставил пустую кружку из-под кофе в раковину, затем добавил: — И любому, кто хотя бы подумает о том, чтобы сделать тебе предложение, лучше уметь очень быстро бегать. — Его ухмылка была свирепой, и Вайнона не думала, что он шутит.
Она снова выглянула в окно.
— Мы ведь сейчас должны собирать яйца, не так ли?
— Ага.
Собрав яйца, они отнесли их в дом и помогли испечь блинчики.
Сразу после завтрака, подъехала машина. Зейн напрягся и подошел посмотреть в окно, затем снова расслабился.
Мужчина тащил газонокосилку по лужайке, и Фредерик вышел из дома, чтобы пойти взглянуть на нее.
Вайнона и Зейн сложили посуду в раковину и вышли на улицу.
— Рэндольф, ты уже второй раз за этот месяц гнешь эти лезвия, — говорил Фредерик мужчине, качая головой. — Нужно быть осторожнее.
Рэндольф бросил взгляд на Зейна, и Зейн слегка кивнул, когда Дин помог Фредерику оттащить газонокосилку в мастерскую, чтобы повозиться с ней.
Вайнона поняла в чем дело. Соседи могли так долго притворяться; но Фредерик рано или поздно поймет, что они специально ломают вещи, чтобы дать ему работу, и его гордость будет задета.
— Нужно поймать сеть и посмотреть, есть ли какие-нибудь новости, — сказала Вайнона. В доме Уайли сотовая связь не работала. Вайнона надеялась, что они получат хорошие новости; если Серджио схватили, возможно, им будет безопасно вернуться домой.
Пока они ехали, она сказала:
— Дай угадаю, ты посылаешь соседям деньги, чтобы покрыть весь дополнительный ремонт, за который они платят?
Он улыбнулся.
— Я рад, что женюсь на умной женщине. То есть, может быть, буду, если мне повезет и ты скажешь «да».
Как только они подъехали достаточно близко к единственной вышке сотовой связи в районе, Зейн притормозил, чтобы они могли позвонить.
Зейн позвонил в полицейское управление и Рексу, в то время как Вайнона позвонила Джиллиан. Она получила ответное текстовое сообщение от Джиллиан, в котором говорилось:
Повесив трубку, Зейн покачал головой.
— Ну, у полиции небольшой прогресс, — сказал он. — Хорошая новость в том, что начальника психушки арестовали, и подтверждено, что Серджио в Северной Каролине.
Тревога пронзила ее.
— И что в этом хорошего?
— Потому что он, вероятно, будет где-то в том районе, где, по его мнению, находимся мы, и тогда его легче поймать.
Он развернул машину, и они направились обратно к дому Уайли.
— Итак, мы здесь, в сельской местности, абсолютно без связи, и абсолютно не занятые, — сказал он. — Конечно, мы будем помогать по дому, но, кроме этого, у нас много свободного времени. Что делать, что делать? — Он лукаво ухмыльнулся и, держа одну руку на руле, погладил Вайнону по руке. Он не ставил под сомнение то, чем планировал заполнить это свободное время.
Глава 16
Следующие несколько дней Зейн и Вайнона провели, затаившись и помогая по дому Уайли. Вайнона работала в саду, а Зейн и Дин ремонтировали забор и курятник. Уайли владели собственностью, и у них был заинтересованный покупатель, поэтому, когда они переедут в дом Зейна, могли бы вырученные от продажи дома деньги направить на оплату медицинских счетов и отправить Дина в колледж.
В конце недели Вайнона и Зейн поехали в Фокс-Холлоу и припарковались перед крошечным магазинчиком и заправочной станцией. Зейн позвонил в полицию, у которой, наконец-то, были хорошие новости. Полиция выследила Акулу, который хорошо известен Интерполу и разыскивался за несколько убийств. Чтобы избежать смертной казни, он пошел на сделку. Серджио Мольфетта прятался в лесу к югу от Сидар Парка, и на него организовали настоящую охоту, во главе которой стояли волки-оборотни-ищейки.
— Это отличная новость, — сказал Зейн Вайноне. — Очевидно, Серджио заметили бегущим по лесу, и они точно знают, где он находится. Они должны схватить его к концу дня. Мы можем вернуться и начать планировать свадьбу.
— Да! — радостно воскликнула Вайнона. А потом: — Оу. — Потому что она все еще не могла рассказать ему о сделке с Сесили и Хьюбертом, и теперь была в заднице. И, вероятно, отправится в тюрьму на несколько лет, если только ее адвокат не сотворит чуда. Согласится ли Зейн на супружеские визиты?
— Что? — Он внимательно вгляделся в ее лицо.
— Ничего, — пробормотала она.
— Ты лжешь. Вайнона, мы собираемся пожениться. Тебя что-то беспокоит. Я ведь поделился с тобой всем, поведал все секреты своего прошлого. Скажи мне, что не так. — Она с трудом сглотнула и отвела взгляд. — Черт возьми, Вайнона! — Зейн был так зол, что его лицо на самом деле покрылось шерстью, а кости сдвинулись и кожа пошла рябью.
— Я не могу, — сказала она, и слезы обожгли ее глаза. — Действительно не могу. Юридически. И просто сказав это, я уже, сказала слишком много.
Она повернулась и, с бешено колотящимся сердцем, направилась в круглосуточный магазин. Она услышала гневный рев позади; Зейн не последовал за ней. Тяжело дыша, она прошла через магазин и вышла на заднюю парковку. Тогда, вероятно, на этом все. Конечно же, Зейн расстанется с ней. Как он может жениться на женщине, у которой от него секреты? По крайней мере, он отказался жениться на Тиффани — слава Богу. Это было бы катастрофой. Сесили и Хьюберт выдвинут обвинения против Вайноны, и ей практически невозможно доказать, что она не участвовала в афере.
Зазвонил ее телефон с мелодией звонка Джиллиан, и она схватила его и ответила на звонок.
— Привет, привет! — Голос Джиллиан был необычно бодрым.
— Привет. Как ты? Как продвигаются дела?
— Дела идут отлично. Наши клиенты очень терпеливы. Ты хоть представляешь, когда вернешься домой?
— Может быть, уже завтра. Кстати, за что ты меня благодарила?
— Ты же знаешь, — весело сказала Джиллиан. — Тебе действительно не следовало этого делать. Это был ранний подарок на день рождения?
— Что было ранним подарком на день рождения?
В голосе Джиллиан зазвучали нотки приглушенного почтения.
— Первое издание «Тезаурус Роже». Цветы красивые, но… это ведь настоящий «Тезаурус Роже» в первом издании. 1850-х годов. Оно, должно быть, стоило целое состояние.
Ее голос звучал так тронуто, что Вайноне очень не хотелось расстраивать ее.
— Джиллиан, это не я. Не было никакой открытки или записки?
— Нет, он просто лежал у меня на столе, когда я пришла утром на работу. Поэтому именно на тебя я и подумала.
Вайнона почувствовала странную волну беспокойства.
— Я думала, ты собираешься работать из дома.
— О, все в порядке — Рекс, Тара и Панхед сопровождали меня. Сигнализация была включена, когда мы приехали, и Рекс вошел первый, а Тара и Панхед охраняли меня в холле. Мне нужно было забрать кое-какие файлы.
— Это не я прислала тебе книгу, Джиллиан. Это очень странно. Ты говоришь так, будто она стоит тысячи долларов.
— Интересно… Нет, это кажется маловероятным.
— Что кажется маловероятным?
— Есть один джентльмен, который приходит в кофейню, которую мы с тобой часто посещаем. На днях у нас с ним состоялся разговор, после того, как он правильно указал на плохую грамматику в статье в «Нью-Йорк Таймс», которую я читала. И… — Она помолчала, затем продолжила доверительным тоном. — У меня действительно возникли чувства во время этого разговора. Нет, не так. У меня возникло одно чувство. Это чувство, которого я никогда раньше не испытывала. Вполне возможно, что это было… — она понизила голос, — …физическое влечение.
Помешанный на грамматике, который смог обойти сигнализацию в моем офисе?
— Как он выглядел? — спросила Вайнона, и сердце ее упало.
Джиллиан описала его. Высокий, худощавый, с военной стрижкой. Юконский волк-оборотень.
Леандер.
— Не волнуйся, Спринклзу он понравился, так что у него, должно быть, отличный характер, — уверенно сказала Джиллиан.
— Тогда ладно, — сказала Вайнона с наигранной веселостью. — Во сколько ты сегодня идешь на ланч?
— В полдень. Как и всегда. Не волнуйся — Рекс или Панхед пойдут со мной в кафе.
— Старайся, чтобы они все время были рядом, — сказала Вайнона, стараясь не выдать беспокойства в своем голосе. — Ладно, я вернусь совсем скоро!
Вайнона повесила трубку и пошла в круглосуточный магазин, где Зейн, без рубашки, в разорванных штанах, лихорадочно озирался по сторонам. Должно быть, он частично переместился и испортил одежду.
— Куда ты ходила? — требовательно спросил он. — Я не мог тебя найти. Я думал, Серджио добрался до тебя!
— Как? Он в Северной Каролине. А я была на заднем дворе где-то минут пять.
— Прости, что накричал. Ты не могла бы просто дать мне подзатыльник или что-нибудь в этом роде? Это заставило бы меня чувствовать себя лучше.
— Может быть, позже, — сказала Вайнона, направляясь к входной двери. — Нам нужно вернуться в Сидар Парк до полудня. Мне все равно, как мы это сделаем.
Когда они садились в машину Зейна, она рассказала о таинственном поклоннике Джиллиан.
— Так ты думаешь, это он? — спросил он.
— Уверена, что это он. Я хочу встретиться с ним лицом к лицу и спросить, какого черта он делает.
— Хорошо. — Он кивнул. — Но я все время буду рядом. Не думаю, что в Сидар Парке будет опасно. Серджио сейчас под наблюдением, и вряд ли сможет нанять еще одного киллера; не сможет же заплатить кому-то из них, сидя в тюрьме. Неподалеку отсюда есть частный аэродром. Мы поедем туда, и я позвоню Уайли и дам им знать, что мы уезжаем.
Зейн оплатил чартерный рейс, и они полетели обратно в Сидар Парк. Это заняло у них около полутора часов. Они взяли напрокат машину в аэропорту и направились прямиком в кафе, приехав пораньше. Вайнона перекинулась парой слов с официанткой, которая была ее подругой, и та позволила им спрятаться на кухне и наблюдать за дверью, пока не вошел Леандер. Войдя, он оглядел весь зал и сел за стойку лицом к двери. Через несколько минут вошла Джиллиан.
Вайнона и Зейн поспешно вышли из кухни и подошли к нему как раз в тот момент, когда он подошел к Джиллиан, чтобы поздороваться.
— Леандер, и что ты здесь делаешь? — яростно спросила Вайнона. Зейн скрестил руки на груди и сердито посмотрел на Леандера.
Впервые за все время уверенное поведение Леандера поколебалось.
— Я… пью кофе? — предположил он.
— Вижу. Какое удивительное совпадение, что пьешь именно здесь. Почему преследуешь мою помощницу? — надавила Вайнона.
— У меня нет плохих намерений по отношению к ней, — запротестовал он. — На самом деле, я хочу ухаживать за ней.
Вайнона вспомнила, как он выведывал об отношении мужа Джиллиан к Спринклзу. Он пытался выяснить, не замужем ли Джиллиан.
— Ты хочешь ухаживать за мной? — Джиллиан просияла. Затем с беспокойством посмотрела на Вайнону. — Подожди-ка. Откуда ты его знаешь и почему ты вообще здесь?
— Это о нем я тебе рассказывала — встреча на парковке, и его наняли, чтобы убить меня. — Леандер заметно вздрогнул при этих словах и нервно взглянул на Джиллиан, чтобы увидеть ее реакцию.
Глаза Джиллиан за толстыми линзами очков казались огромными.
— Это правда? — со слезами на глазах спросила она.
Лицо Леандера вытянулось. Он с трудом сглотнул, затем посмотрел ей в глаза.
— Да, — сказал он. — Я вышел на пенсию, и мне было очень одиноко. Вайнона описала тебя так, что я счел тебя потрясающей женщиной.
— Безумно ориентированной на детали, постоянно придирающейся, обсессивно-компульсивным граммар-наци? — Вайнона уставилась на него.
— Которая спасает животных, — добавил Лиандер, одобрительно кивая.
— Я и понятия не имела, что ты такого высокого мнения обо мне, — сказала Джиллиан Вайноне без тени иронии в голосе. Затем посмотрела на Леандера. — Что касается тебя, — сурово сказала она, — я даже не подозревала, что у меня есть сердце в романтическом смысле, а теперь ты его разбил. Не в буквальном смысле, конечно, иначе я была бы уже мертва, а в переносном. Ты обдумывал убийство моего самого дорогого… ну, моего единственного друга. Ты должен немедленно уйти и не возвращаться.
— Но я спас ей жизнь, предупредив, что Серджио охотится за ней.
— Этого недостаточно. — Она была бледна, но полна решимости. Леандер побледнел, но кивнул.
— Я понимаю, — печально сказал он. — Но просто, чтобы ты понимала насколько мои намерения искренни, мое настоящее имя Терренс Маршалл, и мой адрес — 3720 Рурал Роут 20, Финстервилл, штат Нью-Йорк. Я отдаю жизнь и свою свободу в твои руки. Я приехал сюда по заданию, но переехал бы сюда, если бы ты захотела. Если когда-нибудь захочешь увидеть меня снова…
— Не захочу, — ответила Джиллиан, и глаза ее наполнились слезами. — Пойдем, Спринклз. — Когда она уходила, Спринклз жалобно взвизгнул и печально посмотрел на Леандра.
Глава 17
Зейн и Вайнона на ночь остановились в отеле под вымышленными именами, а на следующее утро Серджио был схвачен егерями. На этот раз он предстанет перед судом за покушение на убийство. Кошмар закончился. Что ж, одна часть кошмара Вайноны закончилась. Она все еще в ловушке из-за дел с кланом Зейна. Ее адвокат зашел в тупик, пытаясь разыскать ее бывшего, и не смог найти никаких доказательств того, что контракт был подделан. У нее была временная отсрочка, потому что Хьюберт, Сесили и большая часть клана Зейна решили срочно уехать в отпуск в Швейцарию, когда услышали, что за ними охотится наемный убийца. Они оставили Вайноне несколько сообщений с угрозами, в которых говорилось, что если Зейн не будет готов жениться на Тиффани, когда они вернутся, то немедленно выдвинут обвинения.
В течение следующих нескольких дней Зейн больше ни слова не сказал Вайноне о секрете, который она таила. Он ночевал у нее дома и вел себя, как идеальный медведь — сексуальный, вдумчивый, слегка грубоватый и очень внимательный. Он все еще был параноиком по поводу ее безопасности; каждое утро отвозил Вайнону на работу и забирал вечером.
Редкие книги любовной поэзии первого издания продолжали появляться в офисе, адресованные Джиллиан, которая с негодованием отказывалась их забирать. Вайнона никогда не видела Джиллиан такой мрачной. Вот почему настояла, чтобы Джиллиан поехала с ней, когда Зейн пригласил на обед в середине недели. Вайнона и Джиллиан вошли в ресторан, где их ждал Зейн. К своему удивлению, она увидела, что Сесили и Хьюберт вошли впереди нее. Должно быть, они только что вернулись из отпуска. Они стояли в вестибюле «Гамильтона», хмурясь и глядя на Вайнону так, словно только что учуяли что-то нехорошее.
— Что все это значит? — спросил Хьюберт у Зейна, с раздражением глядя на Вайнону. — Почему она здесь? Ты проводишь слишком много времени с этой женщиной. Отец Тиффани начинает жаловаться. Ты не общался с Тиффани по меньшей мере неделю. Тебе следовало бы ухаживать за ней, посылать ей подарки и…
— Пока тебя не было, я повнимательнее присмотрелся к бизнесу нашей семьи, — холодно прервал его Зейн.
Хьюберт и Сесили вздрогнули и с беспокойством посмотрели друг на друга.
— Я не знал об этом, — смущенно сказал Хьюберт. — Тебе следовало сначала прийти ко мне. Я генеральный директор. Мог бы ответить на любые твои вопросы. Что конкретно тебя интересует?
— Ну, для меня совершенно очевидно, что ты шантажировал Вайнону, — сказал Зейн. Заметив яростный взгляд Хьюберта, он добавил: — О, она мне ничего не рассказала. Не могла. Я видел соглашение о неразглашении в контракте, который вы заставили ее подписать.
— Ты рылся в моих документах! — Хьюберт сжал кулаки, а Сесили возмущенно втянула воздух. — Ты заходил в мой кабинет! Это незаконное проникновение. Я прикажу арестовать тебя. Жаль, что у них нет тюрем с совместным проживанием, иначе у вас двоих могли бы быть смежные камеры, — сказал он, бросив презрительный взгляд на Вайнону.
— Она не отправится в тюрьму. На данный момент я обнаружил доказательства того, что ее муж подделал документ, который она подписала, и сделал это в сговоре с инвестиционной компанией, которая, похоже, имеет отношение к тебе и твоей компании. Ты был замешан во всем этом с самого начала.
— Нет, это не так, — запротестовала Сесили. — Зачем Хьюберту присваивать деньги своего же клана?
— Зачем человеку, который любит тратить тридцать тысяч на часы и арендовать частные самолеты до Монте-Карло, нужно больше денег? Это ты мне скажи, — сказал Зейн, его губы скривились в усмешке.
— Это ложь! — рявкнул Хьюберт. — Если бы у тебя были доказательства, меня бы уже арестовали. — Но его голос дрогнул, и он не мог встретиться взглядом с Зейном.
— Да, это правда, — спокойно сказал Зейн. — У меня пока нет доказательств, но мы очень близки. Я сообщил об этом в офис окружного прокурора, и они проводят расследование. У меня уже есть доказательства причастности бывшего мужа Вайноны, и мы приближаемся к доказательству твоей причастности. Мои адвокаты выследили последнюю из подставных корпораций, и когда мы раскроем твою причастность, ты окажешься за решеткой.
Вайнона вздохнула с облегчением, прижалась к Зейну, и он защитно обнял ее рукой.
— Ты неблагодарный, — прорычал Хьюберт. — Эти годы я поддерживал клан на плаву, пока ты шлялся по лесам и играл со своими байками. И с того дня, как ты вернулся, не обращал ни малейшего внимания ни на клан, ни на нашу компанию.
— Я сделаю это сейчас, — сказал Зейн. — И собираюсь быть в офисе со своими бухгалтерами и адвокатами каждый божий день, просматривая каждый отдельный файл, пока мы не найдем то, что нужно.
— Я не дам тебе доступа к файлам компании.
— Тебе и не нужно. Я уже нанял хакеров и экспертов по компьютерной безопасности, которые обеспечат мне весь необходимый доступ.
— Эгоцентричный ублюдок. Ты не можешь просто взять и стать владельцем компании по своей прихоти. — Лицо Хьюберта становилось все краснее и краснее. — Я не позволю тебе втоптать компанию в грязь и разрушить клан ради твоего развлечения. Я вернусь в офис, адвокаты встретят меня там, и если ты туда войдешь, я прикажу тебя арестовать. Ты же знаешь, я каждую пятницу играю в гольф с шефом полиции.
— Мои родители основали бизнес, и им принадлежала большая часть земли. В завещании четко указано, что в случае их смерти, я наследую бизнес, когда мне исполнится двадцать один год. Ты всего лишь присматривал за компанией, до моего совершеннолетия. Я также владею землей, на которой расположен офис, и офисным зданием. Шеф полиции ничего не сможет с этим поделать, — сказал Зейн.
Лицо Хьюберта так покраснело, что стало по-настоящему тревожно, что его хватит удар.
— Сделай что-нибудь! — завопила Сесили. — О чем он говорит? Ты ведь не присваивал деньги у нашего клана, так? Хьюберт, ответь мне!
Хьюберт брызгал слюной, настолько разозленный, что у него вырвалось только рычание.
— У Вас подскачило давление? Выглядите так, словно Вам грозит инсульт, — с беспокойством сказала Джиллиан.
Хьюберт и Сесили развернулись и в ярости вышли из ресторана. Сесили свирепо смотрела на Хьюберта, который что-то яростно бормотал себе под нос.
— О Боже мой. — Вайнона опустилась на мягкую скамью у дверного проема. — Спасибо, Зейн. Это был сущий кошмар. Мне жаль, что я не могла рассказать тебе об этом раньше.
— Мне жаль, что я не оторвал ему голову, но сначала мне нужно провести кое-какое расследование, — сказал Зейн, глядя вслед хаммеру Хьюберта и Сесили, который с визгом выезжал с парковки. — Не думаю, что я приблизился к раскрытию всего, что он сделал. Я почти уверен, что он довел клан до банкротства, вот почему он так отчаянно добивался, чтобы я женился на Тиффани.
— Ты думаешь, Сесили знала? — спросила Вайнона.
Он покачал головой.
— Я думаю, она была искренне удивлена растратой, но уверен, она знала, что они с Хьюбертом тратили слишком много и что им требовалось свежее вливание наличных. — Он протянул ей руку. — Но в любом случае, теперь ты свободна. Уверена, что хочешь выйти замуж за нищего медведя?
— Любовь моя, я бы вышла за тебя замуж, даже если бы нам пришлось жить в бревенчатой хижине, которую ты построил сам. — Она встала и обняла его за шею. Зейн улыбнулся ей с облегчением.
Когда Зейн, его бухгалтер и адвокат вернулись в штаб-квартиру компании в тот же день, их встретили запертые двери и судебный запрет.
Глава 18
Адвокатам Зейна пришлось обратиться в суд, чтобы получить доступ в штаб-квартиру компании. Хьюберту удалось добиться, чтобы ему временно запретили въезд в офис компании, но на следующее утро судебный запрет был отменен. Дело было сложное; Зейн имел право бросить смертельный вызов своему дяде, и тот, как все знали, проиграет, но пришлось подождать, пока не будут решены юридические вопросы, затрагивающие клан и их собственность.
— Я удивлена, что Хьюберт все еще в стране, — сказала Вайнона, когда они подъехали к штаб-квартире компании, которая располагалась в здании напротив отеля. Зейн привел с собой Рекса, Панхеда, Наклеса и полдюжины других оборотней, которые работали с ним в гараже; они следовали за Зейном на своих мотоциклах. А еще они взяли с собой Джиллиан, чтобы помочь разобраться с бумагами, потому что она была такой навязчиво организованной.
— Похоже, он собирается драться так долго, как только сможет, — сказал Зейн. — Знает, что проиграет, поэтому я подозреваю, что он сбежит из страны прежде, чем у меня появится шанс бросить ему вызов.
Несколько человек Хьюберта на мгновение загородили им дорогу, рыча и ощетинившись. Зейн, Рекс и остальная команда зарычали в ответ. Через несколько секунд люди Хьюберта сдались, опустили плечи и отступили, чтобы впустить всех внутрь. Затем поспешили к своим машинам.
— Не уходите далеко, — крикнул им вслед Зейн. — Очень скоро будут выданы ордера на арест с вашими именами.
— Да пошел ты! Все испортил, эгоистичный ублюдок! — сердито крикнул один из мужчин Зейну. На нем был сшитый на заказ костюм в тонкую полоску и часы Ролекс, а выражение лица было совершенно несчастным. Теперь бесплатная поездка закончилась. Он сел в свой лексус и уехал, остальные люди Хьюберта последовали за ним.
Зейн повел группу в здание. Они вошли и обнаружили Хьюберта и Сесили в приемной вместе с бригадиром лесопилки Элджерноном, начальником бригады Питом и несколькими другими медведями, которых Вайнона не узнала, стоящими рядом с несколькими металлическими мусорными баками, полными горящих папок. Они с яростным рычанием посмотрели вверх, когда Зейн и его команда ввалились в комнату.
Джиллиан задохнулась от возмущения беспорядком, который они устроили, но Зейн только рассмеялся и сказал:
— Думаешь, это как-то помешает мне? Есть банковские записи обо всем, что вы сделали. Но не волнуйся, Хьюберт, еще немного и ты попадешь в тюрьму.
Хьюберт оскалился и издал низкий рык ярости.
Сесили сжала кулаки и смерила Зейна взглядом, полным чистой ненависти. Она была в ярости и чуть не расплакалась, понимая, что все рушится у нее на глазах, а она ничего не могла поделать.
— Ты всегда был ужасным, эгоистичным зверем. — Она сердито шмыгнула носом, глядя на Зейна. — Ставишь собственное счастье выше благополучия клана. Мы нашли тебе идеальную пару, которая спасла бы нашу стаю от финансовой катастрофы и подарила бы тебе детенышей с безупречной родословной. А теперь ты уничтожаешь нас всех.
— Это вы эгоисты, — огрызнулся Зейн. — Мои родители построили успешный бизнес, а вы его разрушили. Прогнали всех порядочных членов клана и опорочили репутацию.
— Ты такой же, как и твой отец. — Клыки Хьюберта опустились, и слова прозвучали невнятно. По его подбородку потекла слюна. — Самодовольный ублюдок.
Зейн взревел от ярости.
— Оскорбишь его еще раз, и мы покончим с этим прямо здесь! Ты же знаешь, что не сможешь победить меня в схватке.
Теперь выражение лица Хьюберта стало хитрым и злорадным.
— Я могу победить тебя, но не так, как ты думаешь.
Теперь Сесили начинала выглядеть испуганной. Она съежилась перед мужем, которого ненавидела, глядя на него с отчаянием.
— У тебя есть план? — захныкала она.
Хьюберт проигнорировал ее.
Зейн фыркнул.
— Ты можешь бежать из страны в чем есть и жить в бедности, или можешь принять мой вызов.
— Есть третий вариант, — прорычал Хьюберт, — я закончу то, что начал с твоими родителями. Братья Мольфетта облажались, но я не повторю этой ошибки.
— Босс. — Алджернон выглядел встревоженным. — Ты с ума сошел? Теперь нам придется убить их всех.
Вайнона в шоке затаила дыхание. В комнате стало очень тихо. Все тело Зейна покрылось шерстью, и он начал расти. Он контролировал изменение, так что все еще мог говорить, но в любую минуту мог обернуться медведем.
— Что ты сделал? — Сесили ахнула и посмотрела на Зейна огромными глазами. — Клянусь, я не знала.
— Я подозревал, что ты нанял братьев Мольфетта убить мою семью, а затем убил их самих, чтобы они не проболтались, — процедил Зейн сквозь зубы. — И я бы доказал это.
— Возможно, — сказал Хьюберт с безумной ухмылкой. — Все шло отлично, и мы встретились здесь на моих условиях. Прошлую ночь я заминировал здание. Я взорву тут все к чертям собачьим.
Прежде чем кто-либо успел остановить его, он бросился к двери и захлопнул ее. Раздался щелчок. Вайнону охватила паника, когда она поняла, что он, вероятно, также заблокировал замок. Сесили подбежала к двери и отчаянно дернула за ручку. Дверь не поддалась.
— Вайнона, Джиллиан! Найдите выход отсюда! Спасайтесь! — крикнул Зейн.
Хьюберт усмехнулся, и усмешка превратилась в рычание, когда он изменился. Его дорогой костюм порвался в клочья, а передние конечности удлинились и утолщились. Массивные золотые запонки расстегнулись, и драгоценности стоимостью в тысячи долларов посыпались на пол. Его мягкие с наманикюренными ногтями руки, которые выглядели так, словно они никогда не знали тяжелого труда, превратились в массивные мохнатые лапы с изогнутыми желтоватыми когтями. Алджернон и Пит последовали его примеру, встав на дыбы позади Хьюберта, с выпяченными челюстями и когтями.
Зейн тоже перекинулся, Панхед и Наклз встали по бокам от него. Рекс выкрикивал приказы другим парням из гаража, которые рассредоточились в человеческом обличье. Они образовали угрожающий полукруг из мускулов и тестостерона, многие из них держали в руках гаечные ключи длиной в два фута или тяжелые цепи, обмотанные вокруг костяшек пальцев. Хьюберт, вероятно, самонадеянный до самоубийства, думал, что он и его сторонники смогут победить.
Хьюберт бросился в атаку.
Две группы столкнулись в какофонии мясистых ударов и яростных воплей. Алджернон взвизгнул, когда цепь, которой размахивали, как хлыстом, ударила его прямо по морде. Хьюберт повернулся и зарычал на него, взбешенный трусостью, и Алджернон неохотно вернулся в бой. Хьюберт обхватил Наклеса огромными передними лапами в жестоком медвежьем захвате и дернул, отчего тот покатился по полу и раскидал парней из гаража, как кегли. Но они почти сразу же вскочили на ноги. Некоторые перекинулись, мех взорвался на их мускулистых телах, когда они стали больше и мутировали в высокие облики зверей. Другие плевались кровью, злобно ругались и снова бросались в драку, размахивая кулаками и вращая цепями.
Панхед и Пит боролись, щелкая друг на друга огромными челюстями. Пит замахнулся тяжелой лапой на покрытую шрамами морду Панхеда, но не попал в цель, когда большой медведь сделал низкий выпад и повалил его на пол, сотрясая фундамент.
Сесили вцепилась в красиво уложенные волосы, терзая залаченные пряди до тех пор, пока не стала похожа на пугало.
— Хьюберт, сделай что-нибудь! — закричала она.
Его голова резко повернулась, и он зарычал на нее, его глаза, казалось, засияли красным от дикого гнева. С его челюстей капала слюна, он издал фыркающий рев и направился к ней. На какой-то ужасный миг Вайноне показалось, что он собирается разорвать Сесили на части. Но Зейн врезался в него, отбросив назад. Хьюберт боролся, пытаясь подняться со спины на ноги, замахиваясь вытянутыми когтями на горло Зейна. Зейн просто опустил голову, терпя жестокие удары по задней части своей толстой, мускулистой шеи. Когти Хьюберта глубоко вонзились — почти до кости, — а густой мех Зейна быстро пропитался кровью, которая, капала на пол. Однако он никак не отреагировал на боль. Хьюберт, доведенный до грани дикой ярости тем, как быстро были разрушены его многолетние планы, нападал вслепую, не в силах причинить Зейну никакого смертельного вреда.
Не обращая внимания на шум, Вайнона и Джиллиан подбежали к окну и изо всех сил попытались его открыть. Оно было крепко заперто — возможно, даже заблокировано снаружи, точно так же, как Хьюберт заблокировал дверь.
Сесили свернулась калачиком и причитала. Она даже не смотрела смертельный поединок между Зейном и своим мужем — ее рыдания были вызваны чистой досадой и страхом за собственную испорченную шкуру.
— Вставай и помоги нам! — Вайнона закричала на нее, но она проигнорировала их, плача:
— Мы все умрем, мы все умрем!
Вайнона схватила стул и швырнула его в окно. Он с силой отскочил назад, даже не повредив стекло. После второго удара ножка стула раскололась. Вайнона лихорадочно огляделась среди рычащих, борющихся людей и медведей, Зейн и его друзья прикончили последнего из лакеев Хьюберта. Однако даже если бы ей удалось найти что-нибудь покрепче стула и разбить стекло, не было ни единого шанса, что все выберутся через окно до того, как взрывчатка Хьюберта разнесет все на куски.
За дверью раздался небольшой взрыв, заставивший всех подпрыгнуть. Вайнона с колотящимся сердцем обернулась посмотреть. Алджернон, Пит и другие люди Хьюберта истекали кровью на полу. Несколько друзей Зейна были тяжело ранены и покрыты кровью. Дверь открылась внутрь, и вошел Леандер.
Хьюберт снова принял человеческий облик. Кровь текла по его лицу и из дюжины зияющих ран на теперь уже обнаженном теле.
— Взрывчатка должна была сработать, — причитал он. — Почему она не сработала?
Леандер поднял черную коробку, из которой свисали провода.
— Это должно было сработать, — холодно сказал он. — Вероятно не сработало, потому что я уничтожил детонатор.
— Леандер, — выдохнула Джиллиан, ее глаза сияли. — Ты спас всех нас.
— Не-е-е-ет! — Хьюберт закричал и бросился к двери. Сесили попыталась ухватиться за его ногу, но он пнул ее и продолжил бежать. Зейн побежал за ним в облике медведя, и раздался вой боли, сопровождаемый отвратительным рвущимся звуком, а затем влажным, тяжелым стуком. Друзья Зейна, прихрамывая, вышли из комнаты, оставляя мертвых и умирающих позади. Пошатываясь, они выбрались на крыльцо, где Зейн возвышался над мертвым телом Хьюберта. Зейн быстро вернулся в человеческий облик и стоял там обнаженный и истекающий кровью.
Вайнона вызвала скорую помощь, а мужчины расселись на траве, перевязывая раны друг друга, сверкая кровавыми улыбками и обмениваясь рукопожатиями. Сесили выползла на переднее крыльцо и просто сидела там, свернувшись калачиком, и плакала. Вайнона попыталась хоть как-то утешить ее, но потерпела неудачу.
— Как… как ты узнал о бомбе? — спросила Джиллиан Леандера дрожащим голосом.
— Я никогда не берусь за задание, не изучив его досконально, — сказал Леандер. — Я навел справки о семье Зейна, и то, что я обнаружил, вызывало беспокойство, поэтому я начал следить за ними, стараясь убедиться, что они не будут представлять для тебя никакой опасности.
— И для Вайноны, конечно же.
— Конечно, конечно, — сказал он, пренебрежительно махнув рукой и не сводя глаз с Джиллиан.
Вдалеке завыли сирены.
— Джиллиан, — сказала Вайнона. — Не могу поверить, что говорю это, но я действительно думаю, что ты должна дать Леандеру шанс.
— Правда? — нерешительно спросила Джиллиан.
Леандер потянулся, взял руки Джиллиан в свои и посмотрел ей в глаза.
— Ну, он уже несколько раз спасал нас с Зейном, когда, конечно, мог бы убить. И его одобрил Спринклз. А это немаловажно.
— Да, очень важно. — Глаза Джиллиан наполнились слезами счастья.
— Клянусь своей жизнью, что ухожу из прежнего бизнеса, — с готовностью сказал Леандер. — Я использую свои накопления для спасения собак и управления приютом для бездомных животных, а также делаю пожертвования на программы повышения грамотности.
— О, как чудесно. — Глаза Джиллиан загорелись.
— Должен признаться, что в определенной степени это эгоистично с моей стороны. Но я ненавижу неграмотных почти так же сильно, как обожаю тебя.
Вайнона обратила внимание на Зейна, который сидел на ступеньках офиса своей компании, наблюдая, как медленно заживают его раны. Слава Богу, он оборотень, иначе некоторые из травм могли бы оказаться смертельными.
Она опустилась на ступеньки рядом с ним.
— С тобой все в порядке? — спросила она. — Я знаю, что физически с тобой все в порядке, но эти новости о твоей семье… Мне так жаль.
Он выдавил из себя кривую улыбку, потянулся и схватил ее за руку.
— А мне нет, — сказал он. — Теперь я, наконец, знаю всю правду, и все, кто стоял за их убийством, мертвы. Я могу начать восстанавливать семейный бизнес для Уайли и для клана, который мы с тобой собираемся построить вместе.
Эпилог
Хьюберт оставил финансы клана Шепард в ужасном беспорядке. Остальные члены клана находились в тюрьме, им были предъявлены обвинения в мошенничестве и покушении на убийство. Бухгалтеры Зейна смогли конфисковать все имущество Хьюберта и Сесили, а также других членов клана, которые участвовали в махинациях, и продали их на аукционах, чтобы погасить долг клана. Зейну, вероятно, придется продать около ста акров земли, чтобы лесопилка продолжала работать. Сесили была обездолена и переехала к родственникам, которые не были особенно любезны с ней. Она оказалась среди выживших членов клана, которым предъявили обвинения в мошенничестве. Но Вайнона не зацикливалась ни на чем из этого.
Это был прекрасный день для пикника, и Зейн пригласил всех в свой недавно расширенный дом на барбекю — он только что закончил надстраивать к нему еще одну комнату. Беременная на последних сроках племянница Вайноны Дейзи приехала со своим мужем Райкером, и сидела на качелях на лужайке перед домом. Джиллиан и Терренс, ранее известный как Леандер, сидели на ступеньках крыльца, читали статью на первой полосе «Нью-Йорк таймс» и смеялись над плохой грамматикой. Уайли сидели за столом для пикника, наблюдая, как младшие дети гоняются за сыном Дейзи Джаспером вокруг дерева. Джаспер был в облике волчонка и радостно тявкал.
Зейн стоял у гриля, подавая гамбургеры и хот-доги Рексу, остальным парням из гаража и их парам.
— Вайнона, ты ничего не хочешь мне сказать? — спросила Дейзи.
Вайнона озадаченно посмотрела на племянницу.
— Например?
Дейзи взглянула на талию Вайноны.
Вайнона расхохоталась.
— Я не беременна, если ты об этом, — сказала она. — С какой стати тебе пришла в голову эта мысль?
— Ну, кроме того факта, что вы с Зейном излучаете такое сильное удовлетворение…
— Дейзи, ты серьезно? — Вайнона почувствовала, что краснеет. — То, что мы семья, не значит, что ты можешь говорить мне такие неуместные вещи! — Это было правдой, но все же неуместной.
— Кроме того, миссис Уайли настаивает, чтобы вы поженились как можно скорее. Я подумала, может, она хотела, чтобы вы сыграли свадьбу до того, как станет заметна твоя беременность.
— О, святые небеса, нет, — сказала Вайнона. — Она просто очень религиозна и огорчена тем, что мы с Зейном до сих пор не женаты. Она хочет сделать из меня честную женщину. В остальном она невероятно милая. Ты знаешь, что она спокойно относится к тому, что я много ем? Это все равно, что иметь настоящую маму. — Ее голос стал слегка задумчивым. — Портия никогда не позволяла мне много есть. Кроме салата-латука и обезжиренного йогурта.
— Портия, извините за мой французский, бешеная стерва. Да, Джиллиан, я знаю, что это не по-французски! — крикнула она прежде, чем Джиллиан успела что-либо сказать. — Что за мать не позволит своей дочери называть ее мамой? Одним из самых счастливых дней в моей жизни был тот, когда Джаспер впервые сказал мне «мама».
— Это было на следующий день после того, как он сказал «папа», — добавил Райкер.
Дейзи покачала головой с ласковой улыбкой.
— Он никогда не позволит мне забрать пальму первенства в этом вопросе.
— Именно, — согласился Райкер.
Дейзи ударила его.
— О, иди, сделай что-нибудь полезное и принеси мне газировки, здоровяк. — Райкер наклонился и поцеловал ее в лоб, прежде чем отправиться за напитком. Теперь к ним направлялся Зейн, держа в руках поднос с гамбургерами. Он поднялся по ступенькам.
— Извини, Дейзи, можно мне сесть рядом с моей прекрасной невестой? — спросил он. — И могу я сказать, что сегодня ты выглядишь особенно прекрасно? Беременность, безусловно, идет тебе.
Дейзи подвинулась, освобождая ему место.
— Он такой джентльмен! И такой очаровательный, — сказала она Вайноне, которая взяла у Зейна бургер и откусила большой кусок. — С этим тебе действительно повезло. Как будто он учился в школе для джентльменов.
Вайнона подавилась своим бургером, а Зейн рассмеялся над выражением ее лица.
— С тобой все в порядке, принцесса? — Он ухмыльнулся. — Просто помни, если когда-нибудь понадобятся советы по этикету, я всегда рад помочь.
— Всегда рад помочь? — Она подавила смешок. — Я поквитаюсь с тобой за это позже, придурок с лицом гризли.
— Я рассчитывал на это, — прошептал он ей на ухо, и от его горячего дыхания волна возбуждения прокатилась по телу. — Обещаю не слишком сильно сопротивляться.
— Ау! — громко сказала Дейзи. — Я ее племянница, и сижу прямо здесь. Будьте сдержаннее.
Зейн положил руку Вайноне на колено, и Вайнона, сильно покраснев, отвела взгляд, съела свой бургер и притворилась, что не слышала ни слова из того, что только что сказала Дейзи.