© Борисова И.Ю., перевод на русский язык, 2024

© Баранова К.А., иллюстрации, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

На часах было 07:42. Усталый, я стоял возле своего шкафчика в средней школе Центрального города. Нет, усталый – это слишком мягко сказано. Я был измождён. Обессилен. Раздавлен необходимостью вытащить свой зад из постели с утра и тащиться в школу. И не потому, что вчера вечером я слишком долго играл, читал под одеялом очередной комикс или делал ещё что-нибудь такое, что обычно делают по вечерам нормальные дети. Всё дело в том, что я ниндзя. А значит, я выполняю секретные миссии – и им нет дела до того, что мне завтра в школу.

Да-да, вы всё поняли правильно. Я – ниндзя.

Я знаю, о чём вы сейчас подумали. Да как этот неуклюжий мальчишка может быть ниндзя? Но в этом и есть положительная сторона – по крайней мере, так я себя утешаю. Моя сила в том, что ничего крутого от меня не ждут. Меня всегда недооценивают. И это, наверное, не очень здорово – но только не для ниндзя. Для нас непредсказуемость – самое главное.

Быть частью ордена ниндзя Края, конечно, очень круто. Но есть и недостаток – на следующий день приходится тащиться в школу. Я всё время чем-то занят: то выясняю, что же всё-таки конструирует доктор Хиробрин, то я в поисках сбежавшей профессорши Пайпер, то пытаюсь придумать, как же наконец получить повышение до ранга каменного меча. А иногда просто разыскиваю тех, кто по ночам переворачивает городские урны.

С таким напряжённым графиком у меня есть полное право время от времени прогуливать уроки. Ведь мне до поздней ночи приходится гоняться за разными злодеями.

Вот и сегодня стоило мне открыть двойные двери средней школы Центрального города, как я обнаружил, что кое о чём забыл. Все ученики были одеты в серое и фиолетовое. Все – кроме, разумеется, меня. У меня чуть челюсть не отвисла – я вспомнил, что сегодня День школьного духа.

Пока я шёл по коридору до своего шкафчика, на меня косились все подряд. Знаете, как в кошмарах, когда снится, что ты оказался в школе без штанов? Вот примерно такое же ощущение.

И что ещё хуже – я увидел, как через плечо на меня посмотрела Мин Мэй. Она повернула голову в мою сторону, и я еще раз заметил, какие у нее красивые густые шелковистые волосы. Надеюсь, она не посчитает меня борцом против системы или кем-то в этом роде. Хотя… может, ей нравятся борцы против системы…

Но не успел я задуматься о том, сочтёт ли Мин Мэй протестного Нэйта классным парнем, как сзади меня кто-то похлопал по плечу. Я обернулся и увидел, конечно же, Кэти Кеннеди. Это моя лучшая подруга, владелица цыпленка Нудла, который живёт у неё в шкафике, и по совместительству (а ещё – вопреки моим предостережениям) – моя напарница в ниндзя-приключениях.

– Что, тоже забыл? – поприветствовала меня Кэти.

На ней были голубые джинсы, тёмно-синий свитшот и такое же, как у меня, замученное выражение лица. Вчера вечером мы выяснили, что доктор Хиробрин через подземные тоннели незаконно поставляет в город запрещённое оборудование. Мы вышли на подземное логово в канализации, где провели несколько незабываемых часов (незабываемые ароматы!), но так и не обнаружили ничего конкретного.

Мало того что наша операция не достигла цели, так мы ещё и провоняли до ужаса.

– Вроде того. Хотя будь я даже одет в цвета школы – школьного духа во мне бы от этого вряд ли прибавилось, – пожаловался я.

– Ну да, всё равно что свинью накрасить, – с жалостью заметила Кэти.

– Воняем мы точно по-свински, – посмеялся я, принюхиваясь к своей рубашке. – Да уж, – я фыркнул и замахал руками, чтобы отделаться от запаха.

Забрав из шкафчиков всё необходимое, мы взяли рюкзаки, закинули их на плечи и зашагали по коридору.

Из краснокаменных динамиков раздался голос директора Патрика:

– Вниманию всех учащихся! Сегодня утром проводится праздничная линейка – проходите в актовый зал. Ровно в 8 утра мы начнём проникаться школьным духом. Опоздавших ждёт школьная душная тюрьма. Ладно, шучу. Ну всё, крафтеры, до скорого!

Мы с Кэти переглянулись. Зная директора Патрика, мы не удивились бы, если бы где-нибудь в школе в самом деле обнаружилась душная тюрьма. Короче, не пойти в актовый зал было нельзя.

– Тьфу, я так не хочу идти. Мы будем слишком выделяться, – промямлила Кэти.

– Угу, я тоже не горю желанием.

– Ну, сядем, значит, где-нибудь сзади.

И мы вместе пошли по коридору в сторону актового зала, выделяясь на фоне одетых в фиолетово-серые цвета учеников. Настоящего актового зала – такого, как бывает в старшей школе, – у нас не было. Вместо него под руководством учителей соорудили импровизированную сцену посреди нашего спортзала и расставили там скамейки из булыжника, установив всё это прямо на блестящий пол из деревянных блоков.

Мы пробирались к задним рядам, повыше – там мы должны быть менее заметными.

Когда мы с Кэти уселись, я увидел, что Мин с подружками заняли места в первом ряду, и почувствовал лёгкую зависть – Робби Рэгсдилл со своими туповатыми дружками по школьной футблочной команде сел сзади неё.

Я тоскливо наблюдал, как она то и дело поворачивается к Робби, чтобы перекинуться с ним парой слов.

Мы с Робби не сходились во мнениях по многим вещам – например, я категорически не соглашался с тем, что однажды он «заработал» мои деньги на обед, потому что ему «пришлось на меня смотреть». А он не соглашался с тем, что я имею право хоть иногда вылезать из своего шкафчика. Хотя последнее время он реже меня достаёт – слишком много у него стало забот. Например, призрачный цыпленок, который преследует его то тут, то там.

За это я очень благодарен Нудлу.

Я осмотрел зал. Свободных мест почти не было – только несколько штук впереди, и рядом с ними стояли ребята из школьного совета с табличками в руках. Они размахивали плакатами, на которых были привычные для школьных мероприятий надписи: «Крафтеры, вперед!» или «Кто не в фиолетово-сером, тот болван!»

Через пару минут зал стал успокаиваться. На сцену вышел директор Патрик в фирменном фиолетовом галстуке и такого же цвета носках.

– Добро пожаловать на праздник Школьного духа! – голос директора раздавался поверх стоявшего гама зрителей. Он махнул рукой секретарю – тот торопливо подскочил к директору и передал ему микрофон.

– Ну всё, тихо, тихо, – громко произнес он.

Стоявший в зале гам тут же прекратился – все знали, что второй раз директор Патрик предупреждать не станет. Он ухмыльнулся, довольный нашим послушанием.

– Для нас, Крафтеров, праздник Школьного духа – особенный день. И в честь этого события я хочу сделать анонс. Сегодня после уроков в честь Дня духа состоится волшебное представление, на котором выступит наш специальный гость… – Директор выждал паузу и криво ухмыльнулся для большего эффекта. – Эрнесто-вызыватель!

К его разочарованию, громогласных аплодисментов не последовало. К моему разочарованию – рука Кэти взмыла вверх. Она размахивала рукой туда-сюда, привлекая внимание директора, а я вжался в скамейку и пробубнил ей на ухо, что надо поменьше высовываться.

Директор Патрик тяжело вздохнул и протёр ладонью лоб.

– Да, Кэти?

– А разве вызыватели не злые?

– Нет, Кэти. Вызыватели не злые. Это стереотип – и, если честно, очень оскорбительный. Так вот…

Но Кэти вскочила с места и снова стала тянуть руку.

– Вопросы задашь потом, – рявкнул в микрофон директор.

– Это не так. Вызыватели – злые. Это известный факт. Такая у них рабо… – я не дал ей закончить, накинув ей сзади на лицо капюшон от толстовки.

Кэти с негодованием обернулась, но мне всё же удалось усадить её на место. Нам обоим могло достаться. Нельзя просто так брать и перечить директору Патрику.

Она снова вскочила и собиралась продолжить, но, к счастью, директор её прервал.

– Известный факт, Кеннеди, состоит в том, что злой вызыватель никогда не согласился бы бесплатно выступать перед полным залом учеников, – возразил он. – Да и за те копейки, которые нам выделяют, на большее рассчитывать не приходится, – добавил он наполовину про себя.

Кэти снова плюхнулась на скамейку и сложила руки на груди.

Видно было, что она разочарована.

Директор Патрик распустил собравшихся, и мы с Кэти следом за одноклассниками побрели по школьному коридору.

– Нэйт, ты пойдёшь? – сдерживая зевок, спросила она.

– Не-а. Сил нет. Мало было последней миссии, Сэцуо-сэнсэй ещё и тренироваться меня заставляет как сумасшедшего. «Нэйт-кун, ради каменного ранга придётся попотеть», – я попытался передразнить решительный тон сэнсэя, чем повеселил Кэти. – Нет, правда, надо хоть часок поспать. А потом выяснить, что затевают доктор Хиробрин и эта Лала. Напасть на его лабораторию снова уже точно не выйдет. Придётся придумать другой способ его остановить.

– А я, наверное, схожу, – ответила Кэти. – Не буду снова злить директора Патрика. Да и хочется глянуть на этого «доброго» вызывателя.

Тут я обратил внимание, как мимо нас прошла Мин. Чёрные шелковистые волосы струились по её спине.

– Мне так не терпится посмотреть представление, – сказала она подруге.

«Мин будет там», – подумал я.

– А знаешь что, Кэти? Ты права. Я с тобой, – ухмыльнулся я. – В конце концов, что такого может случиться?

Кэти оглянулась, заметила стоявшую позади Мин и косо посмотрела на меня.

– Тили-тили-тесто. Увидимся после уроков, – саркастично бросила она.

– Сейчас будет что-то крутое, – шепнула мне Кэти.

Мы с ней дожидались появления Эрнесто-вызывателя. Вот-вот должно было начаться волшебное представление.

Директор Патрик упорно призывал нас вести себя тише – и с каждым повторением его лицо становилось всё краснее, а на лбу всё отчетливее проступала фиолетовая венка.

– Тс-с, пусть директор передохнёт, – прокомментировал его старания я.

– Это тебя научили ниндзя-медитации, – шепнула в ответ Кэти, – а нас-то нет.

– Боюсь, ему даже целый сеанс йоги не поможет успокоиться, – рассмеялся я.

Несколько учеников прошли мимо нас и уселись на скамейках за нами. Они с предвкушением ждали зрелища и обсуждали его.

Внезапно зелёный занавес рассекла чья-то фигура – кто-то выпрыгнул на сцену. Незнакомец распахнул полы и обнаружил себя: это оказался тучный седой старик с лысиной, одетый в плотно сидящий чёрный плащ с позолотой посередине.

– Ха, этому дядьке ниндзя-тренировки точно пошли бы на пользу, – шепнул я Кэти, и она усмехнулась в ответ.

– Дамы и господа! Я знаменитый волшебник, первоклассный заклинатель и непревзойдённый мастер колдовства. Позвольте представиться: меня зовут Эрнесто-вызыватель! – и он резво проскакал по сцене.

– Вот это да! – оживлённо зашумел зал. Представление начиналось.

– Наверное, вы хотите знать, кто такие вызыватели, – Эрнесто почесал подбородок. – Что ж, сейчас поймёте!

– Вода! – тут из-за занавеса высунулась чья-то рука, державшая ведёрко воды. Эрнесто подхватил его и тут же бросил прямо в сидевших на первом ряду зрителей.

– Огонь! – Эрнесто вытащил кусок кремня и стали и принялся высекать искру, но тут его прервал выскочивший на сцену директор Патрик, выбивший эти приспособления из рук колдуна.

Но Эрнесто так легко было не остановить. Представление продолжилось!

– Воздух! – продолжал Эрнесто, сталкивая директора со сцены. Таинственная рука снова высунулась из-за занавеса – на этот раз она держала лист бумаги. Эрнесто ловко сложил самолётик и запустил его летать по спортзалу.

На этом месте он выждал драматическую паузу.

– А теперь – камень! – Эрнесто призвал кучку досаждателей, которые появились прямо из-под земли и с громким хлопком рассекли воздух, прежде чем снова исчезнуть под землёй.

– Ничего себе! – поражённо восклицали зрители.

– Но и это ещё не всё, – ухмыльнулся Эрнесто. – Ну-ка, вексы!

Эрнесто повернулся вокруг себя на кончиках пальцев ног, словно балерина, и возле него вспыхнул свет.

Вспышка была такой яркой, что я зажмурился. Когда я снова открыл глаза, в воздухе летали сотни каких-то мелких созданий.

Я косился туда-сюда, пытаясь понять, что же это такое.

– Да это же…

– …феи? – сняла у меня с языка Кэти.

Она почти угадала. Правда, это оказались совсем не те милые создания из детских сказок. У них были массивные руки, высеченные из камня, а крылья их трепетали со скоростью колибри.

Одна из фей пролетела у меня прямо перед носом, и я успел разглядеть её лицо – оно застыло в каменной улыбке.

Мин попыталась прихлопнуть одну из фей, та с грохотом отлетела на пол и срикошетила назад, оказавшись позади скамейки Мин.

– А земля где?! – со смесью отвращения и раздражения воскликнула она.

– Что-что, а-а, девочка? – хихикал Эрнесто, глядя на неё со сцены.

– Вода, огонь, воздух и земля. Должна быть земля, а не камень, – разочарованно сказала Мин.

– Эй, девчонка!

– Меня зовут Мин Мэй.

– Ладно, Мин, – прокряхтел Эрнесто. – Я тут взрослый, а ты ещё маленькая. Поэтому мне виднее, какие стихии должны быть. Так вот, на чём я остановился… Мои каменные феи зовутся вексами, – объявил Эрнесто. – И это милейшие создания на планете. Пока что.

– Да они же отвратные! – возразила Мин, пытаясь прихлопнуть ещё одну кружившую вокруг неё фею.

Эрнесто театрально поднёс ладонь ко лбу и пробубнил:

– Фу, терпеть не могу детей!

– Тогда что вы здесь забыли? – не унималась Мин.

– А вот это хороший вопрос! – Эрнесто улыбнулся и щёлкнул пальцами, и сзади него появился ещё один досаждатель. Он цапнул зубами воздух, а когда закрыл пасть, Эрнесто уселся на него сверху как на стул.

– Эй, хотите сказочку? Давным-давно я был кем-то вроде суперзлодея, – объявил он. – Но потом у меня случилась полоса неудач, и я решил сменить стезю. Мама научила меня, что неудачи – это не противоположность успеха, а его неотъемлемая часть. – Эрнесто тараторил в микрофон, и ученики захихикали, а он злобно поморщился.

– Ну-ка хватит! Так, перейду сразу к делу. Я здесь, чтобы отнять у вас карманные деньги. Нет, не потому что мне нечем выплачивать ипотеку за свое злодейское логово. Просто нет ничего проще, чем отнимать конфетки у детишек. А вы тут все, – он провёл пальцем по залу, – вы все детишки и есть! – заявил Эрнесто.

Толпа ахнула. Ученики переглядывались друг с другом, недоумевая – это он так шутит или действительно запахло жареным.

Кэти вскочила на ноги и высоко подняла руку:

– Постойте, так вы же вроде как перестали быть злодеем…

Эрнесто смерил Кэти взглядом.

– Ну, значит, не перестал, – и он ухмыльнулся, как настоящий злодей.

Парочка векс подлетела к дверям на противоположном конце спортзала. Они растопырили руки и затрясли своими маленькими мечиками, перегородив единственный выход. Из-под земли в дверном проеме появился ещё один досаждатель, который стал угрожающе клацать зубами.

Директор Патрик тем временем ошалело носился по спортзалу в поисках выхода. У его лица кружилась кучка векс, которые били его своими маленькими мечиками.

– А ну, отстаньте! – кричал профессор.

Вексы пискляво хохотали и продолжали жалить директора, который вдруг потерял сознание и повалился на пол, словно мешок картошки.

– Он что, помер? – Кэти уставилась на лежащего директора.

– Да нет, просто вырубился, – ответил я.

Вексы переключились на учеников и принялись кружить над рядами скамеек. Они кололи и тыкали ребят своими мечиками, требуя отдать им карманные деньги.

Ещё одна векса опустилась прямо на Кэтино плечо.

– А ну-ка, давай сюда деньги! – высокий голос вексы даже мог бы показаться милым, если бы не звучал так угрожающе.

– Ай! Она села прямо на меня! – закричала Кэти.

Это для Кэти было уже чересчур, и она, размахнувшись, ударила вексу с такой силой, что та отлетела в другой конец зала.

Робби Рэгсдилл забрался с ногами на скамейку, прыгал и кричал:

– Эй, ну откуда у нас деньги? Мы пять часов назад ходили на обед и всё там потратили. Отстаньте от нас. Это вообще не круто.

Я сжал зубы. Какая ирония! С каких это пор Робби говорит, что отбирать деньги – это не круто?

Эрнесто, всё это время ходивший по сцене туда-сюда, наконец остановился:

– Пять часов назад, говоришь? Тьфу, как же я мог так просчитаться? Мой психолог был прав. Надо тщательнее строить планы.

Эрнесто почесал голову. Казалось, он и в самом деле не знал, что ему теперь делать.

– Во всём виноват ваш директор Патрик. Это он назначил моё шоу на вечер. Как будто перед обедом времени не было! – Эрнесто недовольно показал пальцем на директора, который по-прежнему лежал на полу. – Впрочем, какая разница? Деваться вам всё равно некуда. А я сейчас придумаю новый план.

– Нэйт, ты должен найти выход, – взмолилась Кэти, нервно покачивая ногой.

– Не могу, – жалостливо ответил я. В зале творилось полное смятение. Вексы налетали на визжащих от страха учеников, пытавшихся отмахиваться.

– В смысле – не можешь? Разве не в этом ремесло ниндзя – спасать вот такие ситуации?

Векса опять замахнулась на Кэти своим мечиком, и та снова отшвырнула её прочь.

Я вздохнул. Вообще-то Кэти была права. Я до сих пор не разделался с Эрнесто только по одной причине: я не мог допустить, чтобы вся школа узнала, что я на самом деле ниндзя. Ведь это означало нарушить первую и главную заповедь кодекса ниндзя Края.

– Я оставил в шкафчике свой ниндзя-костюм. Если как-нибудь отвлечь Эрнесто, я смогу выбраться отсюда, забрать костюм и надрать ему зад как следует.

Не успели мы даже задуматься, как это сделать, к сцене подошла Мин. Эрнесто тем временем что-то писал у себя в тетради, отчаянно жестикулируя.

Заметив приближение Мин, он отложил ручку и громко отчеканил:

– Опять ты? Ну чего тебе?

– Отпустите нас НЕМЕДЛЕННО, – потребовала Мин. Мы с Кэти встревоженно переглянулись.

– И стоило отвлекать меня от ведения дневника ради такой ерунды? Я как раз поймал вдохновение! И нет, девчонка, даже не надейся. Никуда я вас не отпущу.

– Тогда вам следует принять к сведению, что моя мама – адвокат, а мой папа знает весь уголовный кодекс наизусть. А вы, мистер, сейчас нарушаете очень много статей, – громко объявила Мин под одобрительные возгласы детей.

Для не-ниндзя она ведёт себя очень храбро. Я сам поёживался от страха. Интересно, ей вообще когда-нибудь бывает страшно?

– Нет, вы только посмотрите! Она меня ни капельки не боится! – обратился Эрнесто к своим вексам, и те захохотали в ответ. – Но это пока. Пока ты не видела, на что я способен!

Мин смерила его скептическим взглядом.

Это окончательно взбесило Эрнесто. Он встал и пошёл прямо на Мин. А я рванул ему наперерез – через весь зал, перемахивая через ряды скамеек. Когда я оказался рядом, Мин удивленно взглянула на меня:

– Как это ты так быстро здесь оказался?

– Ну… я просто…

– Ну-ка быстро вернулись на свои места, оба! С меня хватит! – кипел Эрнесто.

Мысли в голове спутались. Надо было срочно что-то придумать. К счастью, Сэцуо-сэнсэй научил меня быстро соображать в критических ситуациях.

– Мне надо пи-пи, – неожиданно для самого себя выпалил я. Мин покраснела и захихикала. Покраснел и я.

«М-да, Нэйт, ты, как всегда, молодец. Ладно, раз сказал А, надо говорить и Б».

– Прямо очень надо, – добавил я, краем глаза замечая, как Мин еле сдерживает смех. Я улыбнулся ей в ответ.

Но Эрнесто оставался более чем серьёзен. Он подозвал парочку вооружённых мечами векс, которые хихикали над нами, обнажая острые клыки. И знаете, скажу честно, я ниндзя и много чего пережил: меня колотили, кололи, бросали, рубили, стреляли в меня, но вот меньше всего я бы хотел, чтобы эти клыки вонзились в моё тело.

– Отведите его в туалет, – сказал вексам Эрнесто и, глядя на меня, добавил: – И не смей чудить!

Неожиданно для самого себя я отвесил ему благодарный поклон. Вексы стали хватать меня за рукава, но я не обратил на них внимания, обернулся к Мин и помахал ей рукой. Она, похоже, не поняла зачем, но тоже помахала в ответ.

Конечно, на близкое общение это не тянет, но тоже кое-что. Я бросил взгляд на наши с Кэти места – моя подруга выглядела растерянной, хотя наверняка догадывалась, что у меня есть план.

Стоп, а он у меня есть?

Моё сердце забилось быстрее, чем крылья сопровождавших меня векс. Если я что и вынес из тренировок, то понимание, что выход из положения находится, лишь когда ты спокоен, уверен в себе и собран. Как говорил Сэцуо-сэнсэй, «из ясных мыслей, Нэйт-кун, рождаются ясные планы».

Проходя через ведущие в коридор двери, я глубоко вдохнул и закрыл глаза. Моё сердце снова забилось в обычном темпе.

Бум-бум. Бум-бум.

Я прислушался к пульсации крови внутри своего тела и стал повторять мантру:

– Всё под контролем.

Верил ли я в это на самом деле? Бездна побери, конечно, нет. Но настоящий ниндзя – это прирождённый обманщик. Самого себя обманывать тоже полезно. И это сработало. Я сумел успокоиться и собраться с мыслями.

– Всё под контролем.

– Всё под контролем.

– Всё под контролем.

Мою медитацию бесцеремонно прервал писклявый голос:

– Да что это он такое делает?

Я открыл глаза и обнаружил вексу, кружившую возле моего лица. Её тело было грифельного цвета и рубленой формы – как статуя, которую скульптор забросил, толком не обработав.

– Думаю.

– Череп не жмёт? – прокомментировала вторая векса.

– Давай живее. Нам пора обратно, – сказала первая и стала дёргать меня за рукав.

– Ладно, ладно, – вяло отмахиваясь, проворчал я. Мы шли по коридору, по обеим сторонам которого стояли шкафчики учеников школы. Туалет был прямо за углом. Я искал глазами способ сбежать.

– Можно я на секунду загляну к себе в шкафчик? – невинно поинтересовался я.

Одна из векс усмехнулась:

– Хорошая попытка. Мы что, по-твоему, вчера родились?

– Вчера? А разве не час назад?

Мне ткнули мечиком прямо в нос.

– Ай, – воскликнул я, хватаясь за лицо.

Меня проводили прямо до кабинки, как следует толкнув.

«Так, это всего лишь вексы. Если я разделаюсь с ними, никто и не заметит».

– Кстати, чтобы ты не думал лишнего… – со смехом сказала одна из векс. Сверкнула яркая вспышка, и они обе превратились в двухметровых крепышей с каменными мускулами. Рядом с такими даже борец-профессионал показался бы дохляком.

Я нервно сглотнул.

Векса взяла меня за плечи и с лёгкостью подняла в воздух.

– А то мало ли что тебе там в голову взбредёт, – голос её теперь стал низким. Её напарница хихикнула.

– Это как вам такое удалось? – недоумевал я.

– А ты думаешь, Эрнесто-вызыватель стал суперзлодеем просто так? Нет, у него всегда есть туз в рукаве. У обычных вызывателей обычные вексы, а мы у Эрнесто умеем превращаться в мегавекс!

– Ладно, спасибо за информацию… – закашлялся я, когда векса отпустила меня падать на землю.

Так, придётся менять план на ходу. Не всё под контролем, ох не всё.

«Думай, Нэйт, думай!»

Я всю голову сломал в попытках припомнить, случалось ли что-то подобное до этого. Какой-то псих, вооружившийся способностью призывать бесячих и злобных векс, взял в заложники целую школу. И эти его существа могут превращаться в каменных здоровяков, увеличиваясь при этом раз в десять. Нет, кажется, такое на моей памяти впервые.

К такому Сэцуо-сэнсэй меня точно не готовил.

Хуже всего то, что у меня не было под рукой моего костюма. У меня их несколько – ниндзя часто ввязываются во всякие передряги, после которых костюм можно выбрасывать. Так оно регулярно и происходило – к большому недовольству Сэцуо‐сэнсэя. Но я всегда носил в рюкзаке костюм про запас.

Потому что сэнсэй постоянно наставлял меня:

«Успех, Нэйт-кун, – это когда тщательные приготовления совпадают с подходящей возможностью».

Ты ведь никогда не знаешь, что может случиться – раз, и какой-то чокнутый вызыватель уже захватил твою школу.

К тому же в ниндзя-костюме у меня припрятаны всякие полезные штуки: метательные стрелы, деревянный меч и ещё парочка вещей для непредвиденных обстоятельств. Вот бы они сейчас были со мной!

Догадываюсь, что сказал бы мне Сэцуо-сэнсэй. Какую-нибудь из своих коронных мудрых фраз вроде «Когда все двери закрываются, настоящий ниндзя прорубает свою собственную».

Хм… прорубает собственную?

Я выглянул из трещины на двери кабинки. Вексы стояли возле раковин и о чём-то шептались.

О, а вот и вентиляционный люк – прямо над соседней кабинкой! Я пролез под перегородкой, благодаря судьбу за то, что не вышел ростом.

Но чтобы открыть люк, нужен был подходящий инструмент. Или хотя бы какой-нибудь. Я присмотрелся к своим кроссовкам – на концах шнурков были твёрдые пластиковые наконечники. Я снял кроссовку и запрыгнул на сиденье унитаза. Ловко орудуя наконечником, я откручивал один за другим винты, державшие крышку люка.

Ниндзя – это тот, кто может создавать возможности на пустом месте из подручных материалов.

Вексы, к счастью, увлеклись болтовней. По-моему, они обсуждали Эрнесто-вызывателя.

Когда я ослабил третий винт, он с мягким хлопком приземлился на пол кабинки. Весь недолгий полет я сопровождал его взглядом, словно в замедленной съемке.

– Уф-ф, – поёжившись, фыркнул про себя я. Но не растерялся и в тот же миг нажал ногой на смыв. Раздавшийся шум моря спас мой коварный план – вексы ничего не поняли.

Обливаясь потом, я принялся выкручивать шнурком последний винт и наконец освободил крышку люка. Забираясь наверх, я на всякий случай ещё раз нажал на смыв. Кажется, вексы не услышали, как кроссовка свалилась у меня с ноги и упала на пол.

Что ж, видимо, придётся довольствоваться одним.

Хорошая новость была в том, что я всё же выбрался.

Сгруппировавшись, я стал толкать себя вперёд с помощью стоп и бёдер, продвигаясь по вентиляционной шахте. Я понятия не имел, куда она ведёт.

– Он что, смыл второй раз? – услышал я.

Я изо всех сил отталкивался ногами. Меня спасало лишь то, что эти громадины точно не пролезли бы в узкий люк следом за мной.

Впереди оказалась Т-образная развилка. Мой шкафчик находился в западном крыле, так что я повернул направо. Хорошо, что благодаря тренировкам я неплохо ориентировался в замкнутых пространствах.

Однажды Сэцуо-сэнсэй даже запер меня на восемь часов в деревянном сундуке. Конечно, это не самый интересный способ провести летнюю субботу, но зато к темноте и тесноте мне было не привыкать.

Весь в пыли, я продолжал двигаться вперед по узкому металлическому коридору. Впереди меня ждала очередная развилка – на этот раз вариантов было целых три.

Отлично, подумал я. Теперь я понятия не имел, где нахожусь, а времени прошло достаточно – вексы наверняка уже заметили мою пропажу.

Я угадал: сзади донесся гулкий голос – он сотряс стенки трубы, по которой я полз, и прокатился эхом по всей вентиляции. Если эти вексы умеют превращаться обратно – мне крышка.

Потому что внутри было настолько тесно, что я даже не смог бы отбиваться. Я просто лежал бы неподвижно, дожидаясь, пока они затыкают меня своими мечиками.

Только этого не хватало.

– А ну-ка, вернись! – кричала векса в открытый проём.

– И как нам теперь превратиться обратно? – спросила одна другую.

Эхо доносило до меня их шёпот.

– Понятия не имею. Я думала, ты знаешь.

– Ну хорошо, а как ты увеличилась?

– Да просто поверила в себя.

– Тупее ответа я в жизни не слышала.

– А ты что сделала, чтобы вырасти?

Я так перепугался, что не стал дослушивать их разговор – я снова взял вправо, потому что чуть поодаль виднелся люк вниз. Быстро добравшись до него, я обнаружил, что подо мной учительская.

«Ну что ж, выбирать не приходится», – подумал я, понимая, что от учительской до моего шкафчика довольно далеко.

Я сжал пальцы в кулак и начал молотить по решётке. Теснота мешала размахнуться как следует, но люк поддался и с грохотом обрушился на стоявший внизу стол. Следом за ним грациозно приземлился я.

До этого я ни разу не бывал в учительской. Мы с Кэти вечно шутили, что у учителей, наверное, есть все удобства – ведь они постоянно там сидят. Значит, у них наверняка найдётся и сауна, и личный бариста, и коктейли с зонтиками, и даже пенящийся джакузи.

Хотя, конечно, странно было бы застать директора Патрика на полном расслабоне. Или увидеть нашего учителя по математике, мистера Андерсона, в плавках. Нет уж, спасибо.

Правда, настоящая учительская оказалась совсем не похожа на ту, которую нафантазировали себе мы с Кэти. В ней стояла кофемашина, ведёрки с водой и молоком для неё, старая потёртая картина, изображавшая нашу школу, парочка квадратных столов и стульев, за которыми, судя по их виду, когда-то сидел учеником сам директор Патрик, и видавшая виды печь, где разогревали еду.

– М-да, – вырвалось у меня, – а я-то думал…

Тут из коридора донеслись чьи-то шаги. У меня внутри всё похолодело.

– Ну куда же ты спрятался, а, малыш?

Это оказались те самые вексы. Вариантов у меня было два: выйти из учительской и сразиться с ними лицом к лицу – без оружия и экипировки – или снова удирать по вентиляции.

Мегавексы сделали выбор за меня. С оглушительным треском ломающейся древесины и лязгом металла выбитая дверь учительской повалилась на пол.

Я с ужасом смотрел на зияющий проём, из которого высунулась одна из мегавекс.

Следом за ней в учительскую вломилась вторая и сразу ринулась на меня, словно грузовой поезд. Я стремительно взмыл в воздух, едва уворачиваясь от её громадного каменного кулачища.

Векса размахнулась с такой силой, что не устояла на ногах и со всего маху врезалась в кофемашину. По всей учительской разлетелись молочные и водяные брызги.

Я обернулся на неё. От удара она потеряла ориентацию. По её каменному торсу стекали молочные капельки.

– Ну привет, подруга. Ты за мной?

Вторая векса взревела, обнажая ряд огромных острых клыков, похожих на медвежьи, и тоже рванула на меня.

Громадина размером с баскетболиста протаранила собой столы и стулья, которые разлетелись по сторонам. Когда эта ревущая каменная глыба почти добралась до меня, я подпрыгнул и, сгруппировавшись, кувыркнулся в воздухе как мячик.

Как и её напарница, вторая векса не сумела затормозить и протаранила головой печку для приготовления еды, рухнув на пол. Искры из застрявшей у неё на голове печки летали туда-сюда.

– Да как вы смеете устраивать такой бардак в учительской! – негодовал я.

Обернувшись, я заметил, что первая векса снова поднялась на ноги. Из ноздрей у неё вырывались клубы дыма, как у разорителей. Векса бросилась на меня, а я прыгнул со стойки вверх и уцепился за потолок, развернувшись и снова оказавшись к ней лицом. Векса изо всех сил замахнулась.

Она зарядила в меня кулаком, словно я был растянутой под потолком боксерской грушей. Я успел поднять ноги и уйти от удара, спрыгнув прямо на вексу и крепко уцепившись ногами за ее шею. Векса замотала головой, пытаясь меня сбросить.

– Ну что же ты? Тебя сейчас задушит школьник! – поддразнил я вексу, которая уже начинала задыхаться.

Векса врезалась спиной в стену позади себя, уничтожив висевшую там картину и припечатав меня.

Завывая от боли и хватаясь за мою руку, она снова принялась меня сбрасывать. От удара о стену я ослаб, так что ей удалось разжать мою хватку и освободиться. Она сразу швырнула меня через всю учительскую.

Я приземлился на ноги и тут же зашагал – наступать оказалось больно, ведь я по-прежнему был в одной кроссовке, а весь пол покрывали осколки разбитых предметов.

– Ай-яй-яй, – я скорчился, прыгая на одной ноге.

Так вот что чувствуют мама с папой, когда наступают на мои разбросанные по полу игрушки.

Вторая векса тем временем лежала в отключке с печкой на голове. А пламя из печки перебиралось на расстеленный ковер из овечьей шерсти – он уже начал тлеть и дымиться.

Внезапно один из стульев заполыхал.

Я уставился на вексу, которая снова попёрла на меня. Утерев пот со лба, я как следует вдохнул, собрал все силы в кулак – а точнее, в стопу – и со всей мочи зарядил в неё ногой с разворота. Сэцуо-сэнсэй гордился бы таким ударом.

Обутой ногой я поддел объятый пламенем стул и запустил его в полёт через учительскую, попав прямиком в грудь вексы. Не медля ни секунды, я побежал к двери и вылетел в коридор – туда, где был мой шкафчик.

А им пока будет чем заняться!

Обычно я всюду ношу с собой запасной ниндзя-костюм, который хранится в потайном отделении моего рюкзака. Кто знает, где могут случиться неприятности. Но школьное представление стало исключением – рюкзаки надо было оставить в шкафчиках. А поступить как настоящий супергерой и надеть ниндзя-костюм прямо под обычную одежду я не догадался.

Я открыл шкафчик и торопливо оделся, убедившись, что за мной никто не наблюдает. Странное, конечно, чувство, когда переодеваешься прямо посреди пустого школьного коридора, потому что все остальные ученики и учителя заперты в спортзале.

Сначала я надел свою лёгкую чёрную ниндзя-куртку. В ней есть несколько потайных отделений – туда я кладу оружие и инструменты. На бёдра я повязал красный пояс. Лицо скрыл за чёрной маской, похожей на балаклаву или на маску горнолыжника, вроде тех, за которыми прячут лица бандиты. А на голову повязал красную бандану. Вот и всё, я готов.

Первое время, когда я ещё не привык к ниндзя-маске, мне казалось, будто я задыхаюсь: она закрывает лицо полностью, и остается лишь прорезь для глаз. Но сейчас я чувствую себя в ней вполне естественно.

Я уже собирался уходить, как вдруг услышал писк из соседнего – Кэтиного – шкафчика. Приложив руку к дверце, я прошептал:

– Нудл, сиди потише. Тут по всей школе летают противные каменные феечки.

Я немного подождал, ожидая услышать в ответ возражения, но вместо этого Нудл устало зевнул, и я пошёл по своим делам.

Надо было что-то придумать – и быстро. Начнётся ли в учительской в итоге пожар и смогут ли вексы гоняться за мной дальше, я не знал. Я должен был проникнуть в спортзал, но единственный вход охраняла кучка векс и досаждатель.

Так, что сказал бы Сэцуо-сэнсэй?

Если прохода нет, сделай его… так, кажется, я понял, что надо делать.

Сперва я пошёл в раздевалку при спортзале, чтобы разжиться чьими-нибудь кроссовками – ходить и дальше босиком было невыносимо больно. Когда всё закончится, обязательно верну их на место. Вскрыв первый попавшийся шкафчик, я обнаружил кроссовки с аккуратно связанными друг с другом шнурками. Я развязал узелок и попытался натянуть их на ноги.

Маловаты.

– Да как же так, в школе учатся сотни детей! И надо же мне было наткнуться на шкафчик того, у кого размер обуви меньше, чем у новорожденного зомбёнка, – я с досадой вздохнул и положил кроссы на место.

Можно было, конечно, перебирать дальше, но я решил, что время дороже. Кто знает, что там сейчас Эрнесто вытворяет в спортзале.

Добежав до конца коридора, я выскочил на улицу. Школа Центрального города состояла из двух этажей с плоской крышей.

Обычному человеку даже в голову не пришло бы пытаться карабкаться на неё снизу. Но я-то не обычный человек, я ниндзя.

Заложники находились в переделанном под актовый зал спортзале – в том крыле, что побольше.

Стоит мне добраться до его крыши, и я легко проникну внутрь.

Поблизости не нашлось ни одного дерева, с веток которого можно было перемахнуть на крышу. К счастью, я прихватил с собой новое изобретение ниндзя Края – удочку с крюком-кошкой.

Рукоять удочки укрепили металлическим покрытием, так что она стала гораздо надёжнее обычной рыбацкой. А крюк на конце был достаточно прочным, чтобы выдержать мой вес.

Я как следует замахнулся и запустил леску на крышу спортзала, а затем потянул рукоять на себя. Мне удалось крепко зацепиться за край.

«Умоляю, не оборвись», – думал я, начиная карабкаться вверх.

Я надеялся, что моё злоупотребление печеньками из «Хрустящего крипера» не отложилось в несколько лишних килограмм, из-за которых я сорвусь вниз.

И хотя у меня были с собой все нужные инструменты, задача оказалась сложной. Я весь взмок, пока добрался до крыши. Наверху я обнаружил четыре прожектора из стеклянных блоков, укреплённые на каменном покрытии.

Часть блоков, из которых состояли изначально прожекторы, отсутствовала. Из-за этого образовались проёмы, в которые я мог попытаться протиснуться. Я слышал, что там стали гнездиться птицы, и как школьный уборщик сетовал, мол, ему приходится убирать птичьи какашки, и грозился уволиться. Не говоря уж о том, что в дождливую погоду внутрь проникала сырость.

Посмотрев вниз, я понял, что нахожусь прямо за сценой. Эрнесто всё ещё прохаживался по ней туда-сюда, о чем-то говоря и жестикулируя, а вот две вексы, охранявшие вход, превратились в мегавекс.

Это явно были не те вексы, которые водили меня в туалет, – те должны были бы хорошенько поджариться.

Мелкие вексы кружили над рядами зрителей. Директор Патрик по-прежнему лежал на полу без сознания. Учителей завели в отдельный угол – там их сторожил целый рой мини-векс.

По правде говоря, ученикам было не столько страшно, сколько скучно. Все сидели на своих местах, время от времени отмахиваясь от становившихся слишком назойливыми векс.

Кэти оставалась там же, где и была, когда я ушёл, – в верхнем ряду. Она сидела наклонившись и разглядывала свои белые кроссовки. Да уж, ну и скукотища там у них. Ну ничего. Сейчас повеселимся.

Ну всё, пора внутрь!

Я сунул руку в поясной карман – там была припрятана липкая зелёная слаймовая жижа, которую я тщательно нанес на ладони. Кажется, кое-кто сейчас крепко влипнет.

Как говорит Сэцуо-сэнсэй, иногда чистые помыслы требуют грязных методов.

Я осторожно пробрался сквозь щель в прожекторе на крыше и оказался позади сцены, под потолком. Чтобы удерживаться наверху, я хватался за потолок липкими ладонями. Я опять вспомнил про печеньки из «Крипера», надеясь, что мои поплотневшие от сладостей бока не утянут меня вниз вопреки клейкой жиже на пальцах.

Тихо и стремительно я двигался по арочному потолку спортзала, скрываясь за перекрытиями, которые рассекали зал от одного конца до другого.

– Фу, гадость, – пробубнил я, стряхивая с головы паутину, – терпеть не могу пауков.

Если бы не ниндзя-маска, эта паутина уже была бы у меня во рту. Под потолком оказалось много птичьих гнёзд – похоже, от птиц избавиться уборщику так и не удалось. Хм, наверное, одно из гнёзд принадлежит попугаю Сэцуо-сэнсэя. А иначе как он оказывается в школе с такой скоростью?

До сцены оставалось всего ничего. Я оторвался ногами от потолка и повис на одних руках на высоте примерно тридцати блоков. Меня держала клейкая слизь и, конечно, мои ниндзя-мускулы.

Проворным движением я оторвал обе ладони от потолка, сжал пальцы в кулаки и спикировал на пол, не издав ни малейшего звука, словно бумажный самолётик.

Я оказался за сценой. Никто меня даже не заметил.

Сделав сальто, я перемахнул на саму сцену, тут же прижавшись к перегородке. Не успел я и шагу ступить, как с дальнего ряда раздался голос:

– Эй, слышь, вызыватель!

Конечно, это была Кэти. Кто же ещё.

Я вздрогнул.

Кэти никогда не отличалась терпением – как бы я ни заверял её, что не стоит высовываться. Вот, например, неделю назад она вместе со своим питомцем Нудлом напросилась ко мне на миссию, и мы выслеживали доктора Хиробрина в одной, как мы думали, заброшенной лаборатории.

Так вот, тогда я попросил её дождаться меня, а сам пошёл осматривать лабораторию, чтобы убедиться, что внутри действительно никого нет. Но Кэти стало скучно, и она решила зайти внутрь. Как оказалось, ровно тогда же туда пришли доктор Хиробрин и его помощница Лала. Из-за этого нас застали врасплох.

Мне пришлось отбиваться от полчищ зомбаков, спасать зазевавшегося Нудла и сражаться с другим ниндзя – с Лалой, причем эту дуэль я ещё и проиграл.

– Ну-ка тихо! Молчать! Ты что, не видишь? Я работаю и пытаюсь сосредоточиться! – крикнул в ответ Эрнесто. – У вас, мелюзги, с собой ни монетки денег! А значит, я должен придумать новый злодейский план!

– Я уже придумала его за тебя, – не унималась Кэти.

Я покачал головой. Мне становилось не по себе. Из-за наглости Кэти дело могло принять совсем плохой оборот. К тому же мне недоставало обзора, чтобы понять, что происходит в зале.

Мои ладони всё ещё были липкими, и я воспользовался поддерживавшими сцену столбиками, забравшись на один из них. Закрытый занавес скрывал меня с другой стороны, а сам я мог наблюдать за всем происходящим.

– Как насчёт зайти за деньгами завтра? Приходи на этот раз перед обедом – кстати, обедаем мы в одиннадцать…

– Эй, ты что, правда думаешь, что я куплюсь на такое? Я тебе ни капельки не доверяю! Знаю я вас, принесёте завтра еду из дома и опять будете ходить без денег! И что мне тогда у вас отнимать? Ваши дурацкие калькуляторы?

– А что, это неплохая идея. Их можно продать за неплохую сумму – изумрудов двадцать, – задумчиво ответила Кэти.

– Калькуляторы по двадцать изумрудов? Ух, ну и цены нынче! Так, ну-ка хватит болтать! Ты меня отвлекаешь! Сиди смирно, надоела уже!

Я бросил взгляд на сцену. Кэти пожала плечами в знак покорности и уселась на своё место.

– Пожалуйста, отпустите нас. У нас всё равно ничего нет. К тому же я опаздываю в музыкальную школу, у меня скоро урок вокала, – не выдержала Мин. Она сложила руки на груди и сидела с недовольным видом.

Эрнесто резко развернулся, и полы плаща описали полукруг позади него. Я сверху следил за тем, как он подзывает к себе одну из векс, круживших поблизости.

– Мой психолог постоянно говорит мне быть настойчивее, – Эрнесто указал пальцем в сторону Мин, – а тебе, тебе следует быть потише! – вскипая, повторил он.

Векса захохотала и подлетела к Мин, та издала леденящий кровь вопль.

Я воспользовался моментом и запустил крюк своей удочки вверх, цепляясь за воздуховод, и резко подался за ним. Зал удивлённо выдохнул – я прилетел сверху, оказавшись прямо перед Мин, и замахнулся, чтобы могучим ударом запустить вексу куда подальше.

Но не тут-то было: существо вцепилось клыками в перчатку на моей руке. А из-за слаймовой жижи на руках векса прилипла намертво к моей ладони – деваться ей было некуда, как она ни пыталась вырваться.

Я скинул её с руки вместе с перчаткой.

– Ой! – воскликнула Мин. – Это ты…

Я посмотрел на Мин.

А она – на меня…

Я понадеялся, что Мин меня не узнает – в конце концов, она видела только глаза. От нервов у меня под маской выступил пот. Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но в ту же секунду вокруг нас закружились вексы. Я оттеснил Мин, чтобы ей не досталось, а сам ушёл из-под атаки обратным кувырком.

– Замрите! – рокотал со сцены голос Эрнесто, услышав который, все вексы разом замерли.

Я внимательно смотрел на него, выжидая, что он станет делать дальше.

– Так-так-так. Ниндзя-школьник – это что-то новенькое. Тебе не рановато?

Я очень хотел возразить Эрнесто, но понимал, что, стоит мне открыть рот – меня наверняка узнают по голосу. И скорее всего, это сделает Робби, который доставал меня тем, что я якобы слишком мелкий на вид.

Я сделал голос пониже и крикнул:

– Ну всё, хватит! Пора отпустить заложников. Никто не должен пострадать.

Я специально подчеркнул, что никто не должен пострадать. Потому что пару дней назад я очень мило попросил одного злодея отпустить меня с седьмого этажа – и тот исполнил мою просьбу. Было больно.

– Ну уж нет! – возразил Эрнесто. Лицо его помрачнело, он опустился на колени. – Ты что, не видишь? Я не могу, – застонал он.

От неожиданности я немного попятился. Даже вексы застыли в изумлении, недоумённо переглядываясь.

– Хоть на этот раз у меня должно получиться. Я не могу облажаться снова. Сколько можно, – жалко произнес он.

Ну и дела. А я-то думал, сейчас будет пафосная злодейская речь.

Когда ты уже не первый раз дерёшься со злодеем, то замечаешь, что у всех у них есть кое-что общее. Например, они очень любят толкать пафосные речи.

– В семь лет я очень хотел стать скаутом, чтобы мама мной гордилась, – всхлипывал Эрнесто. – Но у меня не получалось вязать узлы и ориентироваться по компасу. А ещё эта аллергия – на траву, на пыльцу, сорняки, собак, кошек, на старичков и старушек, которых я должен был переводить через дорогу. Да на всё! Кроме этих дурацких камней, – выпалил он.

– А, так вот почему вексы каменные, – заметил я.

Эрнесто приподнял голову и уставился на меня:

– Да если бы! Нет, доля правды в этом есть… Кстати, у меня ещё брат есть, тоже Эрнесто. Вот у него всегда всё получалось. Мы с ним были в одном скаутском отряде. И что ты думаешь, он хоть раз помог своему младшему братику Эрнесто? Ни разу! Наоборот, он всем говорил, что мы никакие не братья и что меня вообще усыновили у каких-то циркачей.

– Разве такое бывает? – спросил я, но Эрнесто не ответил.

– И в школе волшебства было то же самое, – продолжал он. – Один раз он заклинанием вызвал козлов, и один из них с такой силой боднул меня в зад, что я потом три месяца не мог присесть. А ведь это был мой первый учебный год! Мне и так непросто было заводить знакомства в школе. А уж после такого унижения о друзьях нечего было и думать! Меня четыре года подряд дразнили козлозадым! Четыре дурацких года! Ни одна ведьмочка школы даже не смотрела в мою сторону.

– Козлозадый, – хихикал я, пытаясь не сложиться пополам от смеха.

Все дети с огромным интересом слушали жалобные откровения Эрнесто и, конечно, тоже расхохотались на этом месте.

– Хватит ржать! Этот день мне до сих пор в кошмарах снится! Я всегда считал козлов дурацкими бесполезными существами. А сейчас у меня от одного их вида панические атаки! Настоящие чудовища! – Эрнесто задрожал от страха.

– Ну и ну, – я не знал, что сказать.

Это была одна из самых странных злодейских речей, что я слышал.

Эрнесто мог сравниться даже с безумной профессоршей, которая хотела превратить Центральный город в снежную пустыню, натравив на него армию големов-снеговиков. Хотя нет, пожалуй, он всё-таки её переплюнул.

– Да уж, тебе есть над чем поработать. Но это явно не повод удерживать в заложниках целую школу, – добавил я.

Эрнесто недовольно нахмурился:

– Я им покажу. Я всем покажу. Брату, скаутам, одноклассникам! Я все четыре года еле справлялся на уроках для вызывателей – всё из-за этой дурацкой истории с козлом и аллергии. Но вот стихией камня я к старшему возрасту овладел в совершенстве, – Эрнесто указал на векс, послушно порхавших возле сцены. – Может, я и не стал середняком сразу во многом, зато кое-что одно я освоил по-настоящему, – довольно улыбаясь, объявил он. – Мои вексы сильнее, чем у кого-либо. Только они умеют превращаться в мегавекс.

– Ну как тебе сказать, – не удержался я. – Во-первых, умом они у тебя точно не вышли. Во-вторых, многие из мелких векс даже не знают, что они способны стать большими. А те, которые знают, понятия не имеют, как потом уменьшиться обратно. Если уж ты решил завести прислужников, сделай их большими и страшными. Что это за малыши с мечами-зубочистками? Для вызывателя это как-то слабовато. Хотя мне, как ниндзя, с таким, как ты, конечно, гораздо проще.

Тут я немного поторопился.

Эрнесто пришёл в ярость. Он спрыгнул со сцены и рванул в мою сторону – с перекошенной от гнева физиономией он вдруг оказался всего в полуметре от меня. – Да как ты смеешь меня критиковать?! Мой психолог предупреждал меня о таких, как ты. Ты просто завидуешь моим магическим способностям. Ты-то не умеешь вызывать таких существ. Что, ты ещё не понял, для чего моим вексам две формы? Эй, вексы! Пришла пора камню покорить стихию воздуха! – Эрнесто заорал мне прямо в лицо, так что я вздрогнул и закрыл уши руками.

Маленькие вексы закружились. От их крыльев поднялся сильный ветер. Он срывал объявления с доски и опрокинул компостер, мусор из которого тут же завертелся в носившемся по залу воздушном потоке.

Валявшегося без сознания директора Патрика таскало ветром туда-сюда, как дохлую рыбину, пока он не уткнулся в обитую овечьей шерстью стену спортзала.

Вексы носились вокруг в мощном торнадо, которое чуть не сбило меня с ног. Если бы я поддался и потерял равновесие, то упал бы прямо на появившиеся из пола клыки, но я устоял и подскочил вверх, чтобы избежать угрозы.

Я схватил удочку и запустил крюк куда-то ввысь, чтобы с его помощью удержать себя на месте. Крюк с лязгом зацепился за металлическую трубку воздуховода, и я дёрнул рукоять, вытягивая себя вверх из бросавшего меня туда-сюда торнадо.

Добравшись до решётки, я уцепился за неё. Ученики и учителя прятались под скамейками, пытаясь спастись от летавшего в воздухе хлама.

Наверху я был в безопасности и вдали от порывов ветра. Внизу, подо мной, Эрнесто хохотал как псих, хватаясь за полы своего плаща, которые развевались на ветру.

Барабаня пальцами по металлической решётке, я задумался. Нужно было определиться, какое оружие можно бросать в поток.

Стрелы точно не подходили – они легко могли ранить кого-нибудь в зрительном зале.

Вексы отлично работали сообща: каждая из них находилась ровно там, где нужно было, чтобы поддерживать вихрь. Их было несколько сотен, но они строго держали построение.

Что бы сделал на моем месте Сэцуо-сэнсэй? Наверняка сказал бы что-нибудь вроде «Иногда вместо того, чтобы биться о стену, можно просто попросить кирпичи тебя пропустить».

М-да. Даже когда я приписываю Сэцуо-сэнсэю собственные мысли, я всё равно не могу понять, что он имеет в виду.

Стоп, кажется, эти слова всё-таки навели меня на мысль.

Я соскочил с воздуховода – поток воздуха утянул меня прямо в поднятое вексами торнадо. Приблизившись к кучке векс, я приземлился. Они недовольно поглядывали на меня.

– Эй, – крикнул я погромче, чтобы порывы ветра не заглушили мой голос.

Одна из векс в ответ открыла рот, обнажив пару острых как иголки клыков.

– Мелкий, ты что, не видишь? Мы тут вообще-то работаем, – крикнула мне другая векса, махавшая крыльями со скоростью какой-нибудь колибри.

– Работаете? А денег вам за это платят? Вы, наверное, не в курсе, но этот ваш вызыватель не отнял ни у кого ни изумруда карманных денег, – заметил я, крепко держась за крюк своей удочки. Поток продолжал носить нас по залу в головокружительном вихре.

– А ведь он прав, – сказала одна из векс.

– Нам что, вообще не заплатят? Он и так грозился вычесть из моей зарплаты пять процентов!

– Всего пять процентов? Я вообще работаю за будущий выходной!

– Выходной? Да я тут бесплатно корячусь!

– Подождите, а можно вообще работать за деньги? Я думала, что раз родилась прислужницей, то всё, ничего другого в жизни быть не может.

Вексы принялись спорить друг с другом, пока их возмущение не обрело конкретную форму: все как одна разом прекратили синхронно порхать. Циклон мгновенно рассеялся, а весь летавший в воздухе хлам упал обратно на пол.

Вексы стали летать в хаотичном порядке, врезаясь друг в друга.

– Эй, а я вот что могу! – прокричала одна и стукнула другую вексу, вызвав цепную реакцию.

Я висел в воздухе на своем крюке, а вокруг меня развернулось настоящее побоище.

– Эрнесто, сдавайся! – призвал я, аккуратно маневрируя и облетая кучку векс, стараясь не получить в нос кулачком.

– Стоп, а куда это он подевался? – вслух подумал я. На сцене Эрнесто не было – он куда-то исчез, и это было явно не к добру.

– Он за занавесом! – крикнул кто-то из зала.

«Так, пора с этим покончить!»

Я побежал к сцене и в изящном прыжке вскочил на подмосток. Без малейшего страха я отодвинул занавес и обнаружил Эрнесто: он стоял спиной ко мне, склонившись над чем-то.

Эрнесто резко повернулся – в руках у него оказались бурлящие пробирки и мерные цилиндры. Я видел такие штуки на уроках химии, когда мы пользовались варочной стойкой.

Ярко-розовая жидкость пенилась, стекая под ноги. Глаза Эрнесто ошалело блестели.

– Эрнесто, пожалуйста, убери эти штуки, пока ты не причинил вред самому себе, – осторожно произнёс я, медленно приближаясь с поднятыми вверх руками к обезумевшему вызывателю.

– Молчать! Ты что, не понимаешь? Эти вексы – мое наивысшее достижение! Я четыре года совершенствовал заклинание, которое их вызывает. И я не позволю им просто перебить друг друга, а самому себе – позорно проиграть. А теперь с дороги, коротышка! – проворчал Эрнесто и прошёл мимо, задев меня плечом.

– Коротышка? – переспросил я сам себя.

Уж не ему меня так называть! Он сам-то выше меня сантиметров на пять. А ведь вроде как взрослый. Наверное, груз неудач тянет его вниз. Честно говоря, я понимал, почему его все дразнили.

Я покачал головой и повернулся вслед за Эрнесто, но – что бы он ни задумал с этой флуоресцентной смесью – остановить его я уже не успевал. Он принялся забрасывать зельями дерущихся векс, и стоило жидкости попасть на их каменные тела, как они забывали о своих раздорах и покорно поворачивались к хозяину, ожидая указаний.

– Дети мои, хватит драться! Вы же видите, кто ваш настоящий враг. Это ниндзя. Это он посеял среди вас недовольство и вражду. Не надо бить друг друга – бейте лучше его! Он уверен, что вы не сможете с ним справиться, – Эрнесто говорил так спокойно, что его голос вызывал у меня тревогу.

Я наблюдал, как вексы снова меняли форму, превращаясь в гигантов наподобие тех, с кем я разделался сегодня в учительской. Они больше не рычали и не скалились – их лица не выражали ничего. Похоже, смесь Эрнесто привела их в состояние гипноза.

Не прошло и пары минут, как я оказался один на один с целой армией мегавекс.

А вот это уже нехорошо. Совсем нехорошо.

Заложники завизжали и сгрудились в верхнем ряду, пытаясь спастись от неминуемой угрозы в виде марширующей на них толпы огромных векс ростом с профессионального футблокиста.

Ниндзя знает, когда вступать в бой, а когда воздержаться от сражения. И я быстро подтянулся к потолку.

«Я знаю две вещи, – думал я, пытаясь составить очередной план победы над Эрнесто. – Первое: мегавексы слишком тяжёлые, чтобы летать. Второе: они не могут вернуться в исходную маленькую форму».

Тем временем вексы, а точнее – мегавексы, устраивали внизу полный хаос. Несколько из них принялись крушить сцену под хихиканье наблюдавшего за беспорядком Эрнесто.

В отчаянные времена планы тоже должны быть отчаянными. Сэцуо-сэнсэй обещал, что я никогда не воспользуюсь этим блоком – разве что буду в совершенно безопасном месте. И вот я собираюсь его применить – находясь посреди школьного спортзала.

Я запустил руку в потайной карман своего ниндзя-костюма и вытащил оттуда блок взрывчатки. Это тоже инструмент ниндзя Края – и делает он ровно то, что предполагает название: взрывается, если привести его в действие.

Нужно было сделать лишь одну вещь: заманить всех мегавекс в одно место. А учитывая, что умом мегавексы не отличаются, проблем с этим быть не должно.

– А ну слезай! – кричал мне Эрнесто, глядя, как его мегавексы напрасно пытаются взлететь, отчаянно размахивая своими маленькими крылышками.

– Осторожнее с желаниями – они сбываются, – ответил я, готовясь соскочить вниз.

– Что, мистер ниндзя, вы и вправду решили, что вам под силу справиться с нашей армией?

Давай, Нэйт. Пришло время сказать что-нибудь крутое. И сделать что-нибудь крутое.

– Ки-й-я, Эрнесто-вызыватель! – Я со свистом пронёсся мимо огромных голов мегавекс, опрокидывая их пяткой.

– Ах вот как, – сказал Эрнесто, поняв, что сейчас будет. Он вызвал досаждателя, который тут же начал кусаться – но я был выше, и он не смог меня достать.

Я влетел прямо в Эрнесто, сбив его со сцены и отправив в полёт на пол спортзала. Приземлившись на сцену, я оглядел уставившихся на меня злобных мегавекс.

– Эй, каменные бошки! – раззадоривал их я. Мегавексы застыли на месте и сверлили меня взглядами. «Это будет слишком просто, – подумал я. – Догоните меня, если сможете!»

Мегавексы рванули ко мне, но меня было не достать. Я вытянул себя под потолок, оставив толпу векс на сцене, куда я бросил свой блок взрывчатки. Я спокойно наблюдал за тем, как он падает на сцену, прямо в обезумевшую толпу мегавекс.

Блок звучно рванул, и мегавексы разлетелись по залу. А я приземлился около Эрнесто, который почему-то совсем не выглядел растерянным, как я рассчитывал.

– Ну что ж, хорошая попытка и всё такое, а теперь придётся собрать вещички и пройти со мной, – сказал я. Где-то фоном крутилась мысль, что раз Эрнесто так спокоен – у него наверняка припрятан в рукаве ещё какой-нибудь фокус.

Это ещё не конец, понял я.

Эрнесто сунул руку в карман жилета и извлёк оттуда жезл:

– Большинство вызывателей колдуют при помощи пальцев, но магия становится мощнее, если воспользоваться специальным инструментом, например жезлом!

– Каким таким жезлом?

– А вот э…

Я ногой выбил жезл у него из рук, и он с грохотом покатился по полу спортзала.

А дальше всё случилось как в замедленной съёмке.

Эрнесто посмотрел на меня широко раскрытыми глазами. Мы оба устремились к жезлу, но я оказался проворнее. Пригнувшись, я сделал подкат и оттеснил Эрнесто от жезла, бросаясь за ним.

Я вытянул ногу вперед, чтобы опередить Эрнесто, но, когда коснулся пола, почувствовал под своей босой стопой непревратившуюся маленькую вексу. Наступить на неё было так же больно, как на каменный шип. Я упал, сильно ударившись подбородком об пол.

Эрнесто наступил на меня сверху, не давая дотянуться до жезла. Всё происходящее напоминало странный и жутковатый кинофильм, который разыгрывался вживую – и зрители со скамеек скандировали, чтобы я хватал жезл.

Я вскочил на ноги и выстрелил удочкой в ноги Эрнесто. Верёвка связала ему ноги, и он повалился, как кегля. Я подошёл к нему, собираясь ударить по лицу, чтобы он потерял сознание.

И только я замахнулся, как он резко обернулся, злобно ухмыльнувшись. У меня перехватило дыхание: в руках он держал жезл. Не успел я шелохнуться, как он прокричал нараспев какую-то белиберду, и весь зал озарила вспышка яркого света.

Я попятился, ничего не видя.

В дальнем краю зала раздался гул. Глубокий, утробный звук эхом отскакивал от стен зала, а пол вдруг стал ходить ходуном. Я покосился в ту сторону – сначала в глазах стояли звёзды от яркой вспышки, но, когда взгляд прояснился, я увидел нечто, чего там раньше не было. Обломки мегавекс и целая толпа досаждателей слились в единый гигантский организм.

Который был зол.

Очень зол.

Эрнесто радостно посмеивался, а зрители завизжали от ужаса. Каменный монстр окончательно разнёс уцелевшие после взрыва остатки сцены, словно картон. От его рёва стены зала задрожали. Монстр повернулся и посмотрел прямо на меня.

Зрители укрылись, стараясь не пропустить, что будет делать каменное чудище. И это был мой шанс. На своей невероятной ниндзя-скорости я промчался по залу, перемахнул через препятствия и оказался среди скамеек.

Не только у Эрнесто припрятаны тузы в рукаве.

Я спикировал на соседнее место возле Кэти, которая, в отличие от остальных, была скорее встревожена, чем напугана. К счастью, все были слишком увлечены тем, как каменный монстр разносит спортзал, и я мог поговорить с Кэти, не рискуя себя выдать.

– Сделай что-нибудь, пока этот великан не размазал нас по стенам! – воскликнула она.

– Я сейчас выпущу тебя из зала. Сможешь кое-что раздобыть для меня? – торопливо спросил я.

Кэти подмигнула и кивнула мне:

– О, так тебе нужна напарница!

– Во-первых, ты не моя напарница. Ниндзя работают поодиночке. И да, мне нужна твоя помощь. Ты поможешь мне или нет?

– Подробности обсудим позже. А так – да, я помогу. Что ты хочешь?

– Нужно, чтобы ты взяла Нудла из своего шкафчика. А ещё мне понадобится скотч, чертёжная бумага и пара ножниц. Я пока отвлеку великана.

Кэти уставилась на меня в недоумении, но я не стал ничего объяснять и добавил:

– Расскажу по дороге.

Я достал удочку и запустил с её помощью Кэти к дверям зала. Она выбежала в коридор, а я устремился обратно – каменный монстр тем временем сорвал со щитков баскетблочные кольца и сплющивал их руками, словно картон.

– Эй, сюда! – крикнул я возвышавшемуся над залом голему.

Он рыкнул и потопал в мою сторону. Когда ему оставалось до меня полметра, я утащил себя крюком вверх, и каменная громадина с тяжёлым ударом врезалась в стену.

Новое творение Эрнесто оказалось крупнее, но не умнее предшественников – и велось на старые трюки.

Каменный голем негодующе зарычал и замахнулся на меня огромным кулаком. Я уклонился за миллисекунду до удара.

Тяжело дыша, я нырнул рукой в потайной карман костюма и вытащил оттуда ещё один блок взрывчатки. Я понимал, что вывести из строя такого гиганта одним блоком надолго не получится. Но это должно было дать мне пару минут, чтобы дождаться Кэти.

Выждав момент, когда голем снова почти настиг меня, я метнул в него блок взрывчатки.

Взрыв сбил гиганта с толку – он опрокинулся назад, судорожно хватаясь руками за воздух. Взрывная волна отколола от него несколько блоков, но в остальном он остался цел и невредим.

Я запустил в сторону голема пять стрел. Причем это были не обычные стрелы, а зачарованные. А точнее – с эффектом замедления. Они тормозят противника, ограничивая его движение на несколько часов.

Хотя такую громадину стрела если и задержит, то в лучшем случае на несколько мгновений.

Я берег эти стрелы на крайний случай – у меня их было всего пять штук. И вот крайний случай, похоже, наступил.

Каменный голем растерянно вскрикнул, приподнимаясь на колени и пытаясь отмахнуться от пяти стрел замедления.

Я отпрыгнул от него назад и бросил взгляд на Эрнесто. Вызыватель, скрипя зубами, шёл к своему поверженному созданию.

– Сейчас ты у меня попляшешь! – крикнул он мне.

Я как раз подбирал слова, чтобы заболтать его и отвлечь, и тут в зал влетела Кэти.

Эрнесто недоуменно уставился на неё:

– Эй, я тебя помню, ты одна из двух бесивших меня девчонок! Как ты смогла выбраться?

Прищурившись, он стал рассматривать, что держала в ладонях Кэти. И тут он понял.

Нудл, домашний цыплёнок Кэти, убедительно переодетый в козлика.

– Не может быть… – промямлил Эрнесто и попятился.

Кэти подошла ближе, останавливаясь возле скамейки, чтобы Эрнесто не сообразил, что страшный козёл на самом деле всего лишь маленький цыплёнок, которому соорудили козлиное туловище из папье-маше.

Нам повезло: Эрнесто был слишком напуган, чтобы соображать.

– Уберите это от меня! – верещал он. – Уберите это! Это страшное чудовище! А с чудовищами иметь дело я отказываюсь!

– Забавно, а сам вызывать чудовищ ты не против? – заметил я. – Ладно, предлагаю сделку.

Пот вперемешку со слезами стекал по лицу вызывателя.

– Нет, козёл не победит меня… Неужели опять… – простонал он.

Ещё с минуту он робко хлюпал носом и наконец утер лицо рукавом, добавив:

– Ладно-ладно, мир. Но если вы кому-нибудь расскажете, клянусь, я вас найду. И тогда мои вексы от вашей школы камня на камне не оставят!

– Клянусь кодексом ниндзя, что никому не расскажу о случившемся здесь сегодня, – сказал я, положив руку на сердце. Я готов был поклясться чем угодно, лишь бы этот тип наконец убрался. Он явно не из тех, кто умеет уходить вовремя.

Эрнесто угрюмо кивнул и подобрал прокатившийся по полу жезл.

Я машинально хотел выбить жезл у него из рук, но не успел – Эрнесто добавил:

– Всё нормально. Я сейчас отправлю его обратно в бездну.

Он взмахнул жезлом. Вспыхнул свет, и голем исчез. На полу остались только каменные блоки и стрелы.

Мы стояли возле школы. Костюма ниндзя на мне уже не было – я тайком переоделся. Вся школа смотрела, как Эрнесто затаскивают на спину большой полицейской лошади.

На школьной парковке толпились родители, крепко обнимавшие своих детей. Я заметил маму Мин – она грозилась засудить весь район. Её папы не было – он вообще не появлялся ни на одном школьном мероприятии.

Я уже дал показания полиции. То же самое сделали остальные ученики и учителя. И хотя все рассказывали о случившемся одинаково, полицейским непросто было поверить в эту историю. Ведь в ней ниндзя с вызывателем схлестнулись посреди школьного спортзала в битве, где поучаствовало полчище растущих векс, а в концовке появился даже целый каменный голем.

Полиция Центрального города всегда с сомнением воспринимала существование ниндзя. Даже несмотря на то, что я действовал с самого начала учебного года и уже разделался со многими преступниками. Быть ниндзя – значит оставаться в тени. Хотя теперь, когда меня в деле увидела вся школа, присутствие в городе ниндзя, наверное, перестанет быть тайной.

Но я хотя бы не выдал свою личность.

Директору Патрику к голове приложили ледяной блок. Он проснулся уже после того, как полиция увезла Эрнесто. Директор был бледный, как поганка, и казался расстроенным как никогда.

– Пожалуйста, соберитесь вокруг меня ненадолго – родители, учителя, дети, эм… ниндзя, если он всё ещё здесь, – тихим голосом попросил он.

Все встали вокруг директора Патрика.

– Я бы хотел принести официальные извинения за то, что коварный обманщик Эрнесто-вызыватель устроил кошмар на нашем представлении. Обещаю, в следующем году развлекательная программа на праздник школьного духа будет тщательно планироваться советом школы, а предложения бесплатно нас развлечь, к сожалению для бухгалтерии, будут отклоняться. Я также приношу свою благодарность этому… кхм, местному ниндзя, – директор оглядел толпу в поисках героя, – здесь ты или нет, но тебе сегодня благодарна вся школа.

Собравшиеся радостно зааплодировали. А я порадовался, что в толчее никто не заметил, как я покраснел.

Кэти подняла руку.

– Да, мисс Кеннеди? – устало среагировал директор Патрик.

– Сегодняшний день был для нас тяжёлым. Наш спортзал полностью разрушен. Значит ли это, что завтра мы можем не приходить в школу?

Ученики взволнованно переговаривались друг с другом.

Директор потёр виски и недовольно вздохнул.

– Разумеется, вы все должны прийти в школу завтра. Никто, кроме меня, во время инцидента не пострадал, если вы вдруг забыли.

– Но вы всего лишь упали в обморок, – прервала его Кэти.

– На этом праздник окончен. Всё, по домам, – рявкнул директор Патрик.

– Ну-у-у… – тоскливо вздохнули в толпе.

Ученики с родителями потихоньку потянулись к выходу с парковки, а я побрёл назад в школу, чтобы проверить, где Нудл. В суете он где-то потерялся, и я пообещал Кэти найти его и снять с него козлиный костюм. На полпути меня остановила Мин.

– Нэйт, можно? – мило улыбаясь, спросила она вежливым тоном.

Моё сердце дрогнуло.

– Д-да? – заикнулся я, неловко выпрямляя спину. Я внезапно забыл, как ходят нормальные люди. «Так, а руки куда девать?»

– Я просто хотела тебя поблагодарить, – искренне сказала она, заложив прядь шелковистых волос за ухо.

– Меня? Но за что… я же… я ничего не сделал, – нервно ответил я. – Я всё тот же обычный Нэйт.

Неужели она поняла?

Неужели она догадалась?

– Я про тот момент, когда ты отпросился в туалет. Точнее, не про это, а про то, что ты заступился за меня тогда. А ещё ты его отвлек, – объяснила Мин.

– А, ну да… Рад встрече!.. То есть рад был помочь! – нервно ответил я.

Я мог с лёгкостью сразиться с каменным монстром, но разговаривать с Мин – это совсем другая история. Я весь вспотел и, резко повернувшись, собрался уходить.

– Постой, – остановила Мин. Она подбежала ко мне и коснулась моего плеча. Мы встретились глазами. Она наверняка догадалась, что это была маска ниндзя. Поэтому она меня и не отпускает.

– А где ты был, пока происходила вся эта история? – спросила она. – Я как раз тебя искала.

– Э-э, – озадаченно промямлил я.

– Ну скажи.

Если бы я мог, Мин. Если бы я мог.

– В туалете. Съел вчера рагу не первой свежести. Ну, знаешь, случается такое иногда.

И я убежал прочь, оставив Мин с недоумением на её красивом личике.

Двери школы были заперты, но для ниндзя это не преграда. Я открыл окно с другой стороны своим деревянным мечом, который припрятал, замотав в куртку, и проскользнул внутрь. По темным коридорам я дошёл до шкафчика Кэти.

Я застал Нудла в попытках понять, как ему попасть обратно в шкафчик. Костюм козла по-прежнему был на нём. Я забрал его в туалет и там снял с него папье-маше, сполоснув водой зацепившиеся части. Несколько часов назад в этом же самом туалете я улыбался, обнаружив вентиляционный люк, по которому смог уйти от парочки приставленных ко мне мегавекс. Крышка люка всё ещё валялась на полу кабинки.

Я прошёл обратно к шкафчикам и вернул Нудла на место. Вряд ли он задержится в шкафчике надолго.

Потом я заглянул к себе, чтобы убедиться, что мой костюм на месте и не помялся. Убирать костюм в шкафчик для меня было всё равно что убрать в тёмный угол часть себя.

На улице несколько учеников стояли и разговаривали. Среди них был и Робби, так что я нервно сглотнул. Но тут Кэти улыбнулась и помахала мне рукой, и я облегченно выдохнул.

– Нэйт, ты как, цел? Ты такое пропустил! – воскликнула Стелла из нашей параллели.

– Да ладно? – не поверил я. Мне так часто приходилось скрываться и притворяться, что это стало для меня легко и привычно. – Эти два бугая увели меня в туалет и не выпускали оттуда.

Как-то слишком просто.

– Не повезло тебе. А потом появился этот ниндзя, и Эрнесто поднял такое торнадо! Он помахал жезлом, и все его мегавексы превратились в громадного монстра!

– Да уж. Этот ниндзя реально крут, – добавил Робби, отвешивая в воздух несколько ударов в стиле карате. – Он просто невероятный!

Кэти похлопала меня по спине.

– Да, он просто супер, – подмигнула мне она.

– А всё-таки интересно, кто он на самом деле, – сказала Стелла. – Может, мы его даже знаем. Вдруг он учится с нами в одном классе. А может, он даже стоит сейчас где-нибудь здесь, возле школы.

Стелла оглядела всех присутствующих. Главное, что о ней нужно знать, – она пишет для школьной газеты. И журналист она отличный. Мы неспроста зовем её Стелла – Длинный Нос.

– Когда-нибудь ты его обязательно вычислишь, – сказал я и отвёл Кэти в сторону.

– Ну что, Кэти, пойдём печенек поедим.

Я улыбнулся, хотя и очень устал. Сил уже совсем не оставалось.

Хоть я только что победил злого вызывателя, страдавшего ментальными расстройствами и пережившего травму, и спас школу от его векс-разрушительниц, впереди был вечер, а значит, нужно было расследовать дальнейшие планы доктора Хиробрина.

Ну да ладно. Зато с дневной миссией покончено. А работа ниндзя не заканчивается никогда.

Итак, существование ниндзя перестало быть тайной. Вся школа и весь город знают, что все они под наблюдением у ниндзя. И некоторые не остановятся ни перед чем, чтобы узнать, кто такой этот ниндзя. А значит, Нэйту придется постараться, чтобы его не раскрыли. Ещё сложнее ему будет, когда его личность окажется украдена!

Сможет ли Нэйт сохранить в тайне своё истинное «Я»?

Узнайте в следующей части:

«Приключения ниндзя из Майнкрафта. Книга 5. Кража личности».