Голубое небо, пальмы и безупречные пляжи с белым песком. Клэр Прентисс думает, что её новый дом - рай, а её новая работа начальника службы безопасности в клинике кажется слишком хорошей, чтобы быть правдой. Так оно и казалось. Но правда хуже, чем она могла себе представить.
Жуткие сны, эротические навязчивые идеи и извращённые фантазии - не единственное, что внезапно вторгается в жизнь Клэр. Неужели кто-то действительно подглядывает в её окна по ночам? Да. Неужели эти гротескные вещи в лесу - реальность? Да. Преследуют ли они Клэр? Да. Но у всего этого не человеческая природа. Это что-то чудовищное...
Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.
Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...
Бесплатные переводы в наших библиотеках:
BAR "EXTREME HORROR" 2.0 (ex-Splatterpunk 18+)
BAR "EXTREME HORROR" 18+
Тела лежали по частям. Они были искусно расчленены.
И им было более десяти тысяч лет.
Команда профессора Фредрика наконец открыла склеп час назад. Сканирование ММД делал сам Фредрик; круг каменных скамеек, которые он первоначально обнаружил, имел типичную конгрегацию Понойя. Индейцы Понойя сейчас были в центре внимания археологических кругов, и именно Фредрик их обнаружил. Эти раскопки должны были сделать его знаменитым.
"Мне сейчас почти семьдесят, - подумал он. - Я заслужил право быть знаменитым, чёрт возьми".
Да, он обнаружил это малоизвестное ответвление индейского племени, но никто ещё не обнаружил ни одного из мест их поклонения. Фредрик давно понял, что тайны древних рас всегда открываются путём анализа их религиозной системы. Он чувствовал, как его прежний пульс подпрыгивает от волнения.
- Ниже, - сказал он в микрофон. - Ещё десять футов, и я буду на полу.
Он ждал, вися в упряжи, пока его команда будет выполнена. Фонарик повернулся, открывая более краткие кусочки чуда. Фредрику не терпелось встать перед ними на колени и насладиться ими, как ребёнку у подножия рождественской ёлки. Волнение было ошеломляющим, его сердце колотилось под пыльной рубахой цвета хаки.
"Не допусти сердечного приступа, - предупредил он себя. - Пусть он будет у тебя завтра. Но сначала нужно посмотреть, что находится в этом склепе..."
Его ноги в ботинках болтались в воздухе, всего в нескольких футах над тем, что, вероятно, окажется самой важной находкой в его жизни.
Затем его тело начало подниматься. Они тянули его обратно.
- Чёрт возьми, что вы делаете? - крикнул он в микрофон. - Вниз! Вниз!
Но он отправился обратно, выкарабкавшись из этого вновь обретённого сердца тьмы. Однако прежде чем он полностью выбрался из склепа, его фонарик на последний момент упал на самое первое, что он увидел:
Тела. Расчленённые тела, сохранившиеся временем и случайностью почти до совершенства...
- Извините, профессор, - сказал Дейлс. Дейлс был старшим ассистентом Фредрика: молодой, дерзкий, но очень хороший. Это были третьи раскопки, на которых он сопровождал Фредрика, и парень знал все тонкости. У него была дурная привычка засовывать мармеладных мишек за щёку, как жевательный табак, и у него была умная задница, подкреплявшаяся его академическими успехами. Но втайне Фредрик теперь мог относиться к нему почти как к сыну и надеялся, что мальчик пойдёт по его стопам и в гораздо старшем возрасте.
Дейлс продолжил свои поспешные объяснения, почему он так быстро извлёк Фредрика из чрева склепа.
- Это испытательное оборудование. Это всё наши вещи, помните? Это из инвентаря колледжа. Федеральные власти, возможно, и платят за эти раскопки, но они не покупают нам никакого нового испытательного оборудования.
Фредрик вылез из своих подъёмных ремней, практически впадая в истерику прямо там, в пещере.
- О чём ты говоришь?
- Воздушный зонд.
- Что?
- Это первая серия Бектон-Дистал, профессор. Ему практически столько же лет, сколько...
Глаза Фредрика сузились, когда его коллега замолчал. Он ткнул пальцем.
- Ты дерзкий молодой негодяй, ты знаешь это? Ты собирался сказать, что ему практически столько же лет, сколько и мне?
Дейлс ухмыльнулся с полным ртом мармеладных мишек.
- Нет, профессор, я имел в виду, что он стар как мир - и давайте посмотрим правде в глаза. Это почти то же самое. И прежде чем у вас произойдёт четвёртое коронарное заболевание в вашей карьере, позвольте мне объяснить. Когда мы впервые опустили зонд, он стал зелёным, поэтому мы послали вас. После того, как вы оказались там, зонд стал красным. Эта чёртова штука настолько старая и ржавая, что давала нам ложноположительные результаты, и потребовалось пять минут, чтобы настоящие показания зарегистрировались в хроматографе. Когда вы были там, профессор, вы вдыхали пару тысяч частей на миллион метана, углекислого газа и радона. Ещё пять минут в этой дыре, и вы были бы мёртвы... и меня не волнует, что говорят остальные преподаватели, профессор. Миру лучше с вами, чем без вас.
Фредрик сделал ответный жест средним пальцем, но после нескольких ворчаний и быстрого кашля сказал:
- Хорошая работа, сынок. Спасибо.
Дейлс рассмеялся.
- Итак, теперь я получу пятёрку за диссертацию, верно?
- Не дави на это, - Фредрик наконец сбросил остатки неуклюжей упряжи.
Поднялся шум, когда несколько других студентов-энтузиастов бросили в яму белый вентиляционный шланг. Дейлс изобразил беспокойство, схватил Фредрика за плечи и отвернул его от поля зрения.
- Не смотрите, профессор. Это вернёт травматические воспоминания о вашей последней колоноскопии!
- Ты сегодня просто блестящий комик, Дейлс! Что нам следует сделать, так это бросить тебя в эту яму. Просто сядь и поговори сам с собой пять минут - весь этот горячий воздух наверняка выдует любые токсичные пары внутри тебя.
- Хи-хау, босс! Это настоящий удар по яйцам!
Фредрик нахмурился, глядя на высокое солнце. Вся активность на этом месте начинала его раздражать: грохот двигателей земснарядов, грузовики, въезжающие и выезжающие из пещеры, бесконечная дробь лопат, вгрызающихся в каменистую землю.
- Сколько времени потребуется, чтобы сделать проход?
Дейлс сел на раскопанный кусок чёрного гранита, углубления которого указывали на то, что он, вероятно, когда-то использовался в качестве опоры для обезглавливания.
- Там внизу может быть много кубических ярдов пространства, - отметил он. - Вы знаете, что делать? Насколько велик склеп?
Вопрос сбил его с толку.
- Невозможно сказать. Я лишь несколько раз мелькнул светом фонарика, прежде чем меня оттащили назад. Я даже не смог оценить внутренний периметр.
Дейлс пожал плечами.
- Может занять час, может занять месяц.
Эта возможность наполнила его ужасающим отчаянием.
Он хотел вернуться туда.
Сейчас же.
- И вы уверены, что видели тела? - спросил Дейлс.
- Расчленённые тела, - сказал Фредрик. - Тела расчленены в бёдрах и плечах.
- Хм-м-м, - Дейлс задумался об этом. - Кости, вы имеете в виду. Окостеневшие останки?
- Конечности невероятно хорошо сохранились. Практически нетронутые...
- Через десять тысяч лет? - Дейлс пошёл дальше. - Чёрт побери, это какая-то ерунда, да? Высокий уровень азота, чистый тепловой поток метана и углекислого газа, а поскольку склеп был так хорошо запечатан, весь радонитовый газ, который вытекал из сланца, никогда не выходил наружу. Самый большой стояк для любого археолога.
Тем не менее нетехническая терминология Дейлса оказалась верной. Монументальная удача создала абсолютно исключительные условия для археологической сохранности. Простая случайность позаботилась о том, чтобы тела в склепе были безупречно мумифицированы.
"Десять тысячелетий, - понял Фредрик. И до сих пор целы..."
Дейлс усмехнулся.
- Не могу дождаться, когда увижу выражения лиц придурков, которые смеялись над вами всё это время. Я имею в виду, Господи, это не какое-то торфяное болото в Андах или талые предгорья в Непале. Это во Флориде, босс. Вы обнаружили, что ответвлённое индейское племя исповедовало систематизированную религию ещё до того, как появилась какая-либо систематизированная религия. Вы надерёте всем задницы, вы знаете это? Вы чертовски круты!
Хотя Фредрик оценил ободряющие замечания, какими бы грубыми они ни были, он знал, что ни одно из его открытий не будет принято как правдоподобное, если то, что, по его мнению, он видел в склепе, окажется какой-то оптической иллюзией. Низкое содержание кислорода вполне могло объяснить такую галлюцинацию. А в возрасте Фредрика вполне возможно и принятие желаемого за действительное, полагал он. Но он был так уверен. Он был уверен, что видел тела, и он был уверен, что видел...
- А что насчёт голов? - спросил Дейлс, словно перехватив мысль. Но что это был за странный вопрос. - От туловищ были отделены только руки и ноги, или головы тоже?
- Головы тоже, - просветил Фредрик.
- Значит, вы были правы с самого начала. Всё это время вы говорили, что Понойя приносили ритуальные жертвоприношения.
Фредрик сразу понял его точку зрения, а затем быстро поправил:
- О, нет, я не думаю, что тела были жертвами жертвоприношений. Они криво лежали на полу склепа. Никакого шаблона, никакого порядка. И они были жрецами.
- Вы издеваетесь надо мной!?
Фредрик так энергично потряс головой, что из него вылетела пыль.
- Их ритуальные одежды, конечно, достаточно окислились, но остатки я всё равно мог различить очень хорошо. Эти мужчины были одеты в альбы и палантины, замысловатые сутаны. Там было четыре тела, Дейлс, и я также видел на полу что-то, похожее на четыре окисленных головных убора.
Дейлс подмигнул.
- Попался! Глупый я. Головной убор обычно не остаётся на голове, когда голова отрублена.
- Да, и я не думаю, что их отрубили.
Теперь Дейлс начал терять часть своего остроумия.
- Что, вы имеете в виду, что они каким-то образом отделились после мумификации? Тремор, землетрясение?
- Нет, нет, нет, - настаивал Фредрик, напрягая память о своём видении. - Я говорю о морфологии голов - околосмертной, а не послесмертной. Точно так же, как выглядели шеи. Головы не были отрублены, Дейлс. Их оторвали.
Дейлс выплюнул мармеладных мишек и посмотрел на Фредрика.
- Теперь вы начинаете меня пугать. Обычно жертвоприношения совершают жрецы. Но вы хотите сказать мне, что десять тысяч лет назад кто-то спустился туда и принёс в жертву жрецов?
Несмотря на яростное палящее солнце, он дрожал во влажном воздухе. Это место заставило его задуматься о преступлениях, о насилии. Ряд привлечённых студентов крушил склон хребта двадцатифунтовыми кирками. Другие долбили лопатами аморфные формы вещей, которые за последние шесть дней раскопок подняли из векового забвения. Пыль поднималась волнами. Беспокойный звук металла, ударяющего по камню, звучал как знакомая песня. Фредрик посвятил свою жизнь этому: выдавливанию задушенных цивилизаций из толстой кожи земли. И всё же он никогда раньше не чувствовал себя так. Он чувствовал себя нарушителем границы.
Он посмотрел на свои кожаные ботинки с глиняными крапинками, те же самые, которые он носил на бесчисленных раскопках. От Галлии до Ниневии, от Иерихона до Трои и Кносса. Он отстранился, желая улыбнуться. Он считал себя призраком будущего. Всем этим городам, когда-то великим, тысячелетия спустя было суждено быть потоптанными старыми ботинками Фредрика. Время похоронено. Целые цивилизации заперты в слоях глины. Он ходил по мирам, и когда-нибудь, как он понял, кто-то вроде него будет ходить по его миру.
"Но не сегодня..."
Сегодня Фредрику предстояло стать провозвестником между настоящим и мрачным прошлым.
Оставшись один, он смотрел на вход.
"Склеп", - подумал он.
Да, то, что любой другой назвал бы просто дырой в земле, люди вроде Фредрика назвали бы склепом. Склепы и зиккураты. Башни и туннели. Вверх и вниз. Они были универсальными. Все древние цивилизации придерживались схожей духовной идеологии.
Небеса были наверху. Ад был внизу.
Например, Вавилонская башня представляла собой зиккурат, освящённое сооружение, чья продуманная высота должна была приблизить жрецов к небесам.
Фредрик в этой изолированной тропической пещере нашёл аналог - церемониальный склеп, глубина которого должна была приблизить жрецов к подземному миру.
Ближе к Аду.
Понойя. На древних табличках малоизвестного индейского племени говорилось о священном склепе - сеннане - и казалось, что Фредрик нашёл его. Точно так же, как древние склепы, скажем, в Месопотамии, за исключением...
"Этот склеп, должно быть, был вырыт на пять тысяч лет раньше, чем самый старый месопотамский склеп", - подумал Фредрик.
Доказательство существования религиозной системы вознесения, существовавшей за восемь тысяч лет до Рождества Христова?
В Северной Америке?
"Это поставит современное археологическое сообщество на уши..."
Изображение в луче фонарика вернулось перед его мысленным взором; Фредрик был уверен, что тела в склепе принадлежали жрецам Понойя. Необычная обстановка склепа прекрасно сохранила их регалии: нагрудные украшения. Нарукавники и браслеты. Головные уборы больше напоминали остроконечные митры ассирийских прорицателей дыма, чем что-либо, что можно было бы считать типичным для церемониальной одежды коренных американцев. Понойя были уникальными во многих отношениях: во-первых, у них была уникальная, сложная письменность, и они записывали религиозную письменность примерно в то же время, когда египетская аристократия писала на прессованном папирусе. Во-вторых, они писали иеретически: писать разрешалось только духовенству. В-третьих, они не были поклонниками природы. Они были богословами по наследству.
Другими словами, Понойя не поклонялись высшему богу. Они поклонялись "низшим" богам.
Сдерживаемое волнение Фредрика теперь заставляло его трястись. Его старые суставы начали болеть от того, что он ходил взад и вперёд перед ограждением безопасности вокруг устья склепа. Через некоторое время он понял, что солнце начало садиться, а он даже не заметил этого. Один студент быстро пробежал мимо, помахав ему рукой:
- Грузовик с едой здесь, профессор. Пойдёмте скорее к нему!
А затем остальная часть раскопок начала отрываться. Внезапно на площадке воцарилась тишина, если не считать равномерного пыхтения небольшого бензинового двигателя вентилятора. Только оставшись совершенно один, Фредрик заметил панель дисплея воздушного зонда старой серии.
Свет был зелёным.
Прошли часы; наверняка помещение склепа к этому времени уже проветрилось. Дейлса нигде не было видно, он, несомненно, стоял в очереди за едой.
"Проклятие", - подумал Фредрик.
Он не мог больше ждать.
Он начал пристёгиваться к спускаемым ремням.
- К чёрту лебёдку, - бормотал он про себя дальше. - Я сделаю это старым добрым способом...
Меры предосторожности и простой здравый смысл ускользнули от него; он закончил приготовления. В паре десятков ярдов под его ногами, прямо под землёй, его с распростёртыми объятиями ждала загадка возрастом десять тысяч лет.
Она больше не будет ждать.
Крепко прижав к груди верёвку, Фредрик начал опускаться в яму. Металлические укусы на кончиках его ботинок помогли ему выровнять шаг, и через несколько мгновений старик с мастерством эксперта пробирался вниз по узкой воронке.
"Осторожнее с краем", - напомнил он себе, пройдя некоторое время.
Нижняя стена - пол - должна скоро появиться.
Носок его ботинка потёрся, измеряя, нащупывая конец.
"Не облажайся, старый хрен!" - предупредил он себя.
Правда, в прошлом он спускался по верёвке бесчисленное множество раз, но сейчас ему было семьдесят. Даже свободное падение всего на несколько футов может сломать его бедро или сломать колено.
"Осторожно, осторожно..."
Теперь он опускал весь вес своего тела только за счёт силы своих рук. Абсолютная темнота склепа, казалось, поглотила его целиком.
Ниже...
"Где этот чёртов пол!"
...и ещё ниже. Полная чернота лишала всякого ощущения размера; в какой-то изначальной части его психики его ноги могли свисать над шахтой глубиной в милю. Этот мысленный образ, усугублённый тьмой, которая теперь, казалось, стала ещё темнее, заставил его сердце снова дрогнуть. Он знал, что недостаточно силён, чтобы подняться обратно в пределы провала, где, по крайней мере, он мог удержаться. Теперь его руки дрожали, и он понял, что у него есть единственный выход: отпустить и упасть.
Ему не нужно было приказывать своим рукам, чтобы освободить верёвку. Вся сила в его руках в перчатках ослабла, и он упал...
"Боже, пожалуйста! Спаси меня!"
Он пролетел около восьми дюймов, прежде чем его ноги коснулись дна склепа.
"Идиот! Сумасшедший старый дурак!"
Но тем не менее он поблагодарил Бога.
Он стоял неподвижно в темноте, позволяя своему сердцу немного биться, возвращая свои истинные чувства.
"Я здесь. Наконец-то".
Влияние этого факта в конце концов поразило его:
"Я первый человек, ступивший в это место... за десять тысяч лет..."
Он наклонился, нащупал верёвку, к которой привязал фонарик, затем схватил её в руки. Он подождал немного, а затем - какое-то безвкусное ощущение драматизма - фонарик был у него в руках, но всё ещё не горел.
"Когда я включу его, я увижу фрагмент, возможно, самой загадочной истории, когда-либо обнаруженной в Северной Америке..."
А после:
- Хватит мелодрамы, - сказал он себе вслух. - Вместо того, чтобы стоять здесь, как какой-то семидесятилетний чудак из дома престарелых, включи чёртов фонарик.
Но прошло ещё несколько секунд, а фонарик так и не горел.
Он мог только догадываться. Историческая человеческая природа боялась темноты, но сейчас, похоже, Фредрик боялся света.
Почему?
"На полу лежат расчленённые тела, - подумал он. - Иерархические индийские жрецы Понойя. Как они оказались расчленёнными?"
Он боялся.
"Какой ужас творился здесь тогда, когда заканчивался последний ледниковый период?"
В целом это не были типичные опасения учёного-историка. Такие люди, как Фредрик, мыслили категориями радиоуглеродного датирования, стратификации почвы, веса, размеров и образцов керна. Его мир существовал с точки зрения объективных особенностей, а не...
Не эмоциональных, нелогичных понятий вроде страха.
В конце концов, чего ему было бояться?
Что бы ни совершило то ужасное злодеяние, которое произошло здесь, наверняка уже давно умерло. В холодном, разумном и научном мире Фредрика не было призраков. И дьяволов не было. Понойя поклонялись низшим демонам, руководствуясь той же самой механикой формирующих суеверий, которая влияла на все виды раннего человека. В них верили, да.
Но демонов не существовало.
Когда профессор Фредрик включил фонарик, он увидел, что явно ошибался.
Демоны существовали.
И один такой демон сейчас потянулся прямо к нему...
Всегда было ярко освещено. Всегда было так тихо.
Всегда было одно и то же.
Клэр знала, что это сон, но каким-то образом этот факт никогда не приходил ей в голову, пока она его видела, что делало его ещё более жестоким. Быть изнасилованной было всё равно что вспомнить собственное убийство после того, как её реанимировали. Разве мало в её жизни пошло не так? Почему судьба сочла нужным проклясть её ужасным сном трижды в неделю?
В кошмаре она была так же парализована, как и тогда, когда это произошло на самом деле: он ввёл ей что-то. Она не могла пошевелиться, но всё чувствовала. Самые леденящие душу слова, которые она когда-либо слышала, сейчас звучали в их невнятном, идиотском ужасе:
- Не-не-не волнуйся, Клэр. Я не-не-не причиню тебе вреда, пока не закончу.
Он схватил столярное шило в своей странно деформированной правой руке, только с большим и указательным пальцами - врождённый дефект, как ей сказали. Левая рука была нормальной. По какой-то причине подробности события - в воспоминаниях - никогда не были такими тревожными, как этот единственный образ - деформированная рука.
Затем рука делала с ней что-то, ласкала её, тыкала её в места - ей просто хотелось вскочить и закричать, отбиваться так яростно, как только может любая женщина, убить его, но, конечно, ничего этого не произошло. Препарат парализовал её так же эффективно, как сломанный позвоночник.
Она не могла вздрогнуть. Она даже не могла извиваться.
Всё, что она могла сделать, это лежать там и смотреть, видеть всё, чувствовать... всё.
Он решил изнасиловать её в кабинете для вскрытия, свет ламп для осмотра ярко светил ей в лицо, кожа на её голой спине сморщилась на холодном стальном столе. А потом... простая, ужасная тишина. Единственное, что она могла слышать, это его причмокивание губами и стук её сердца. Он также несколько раз укусил её, каждый удар его зубов был словно электричество, пронзающее её плоть.
Её использовали как кусок мяса, её драгоценную жизнь и тело изуродовали ради развлечения этого извращенца. Не имело значения, что он на самом деле не ранил её - укусы едва прорвали кожу - и не имело значения, что после того, как он добился своего, постовой охранник пришёл прежде, чем он смог начать работать над ней шилом. Что шокировало Клэр, так это отношение офиса главного судьи-адвоката, выражение на всех их лицах, которое говорило: "Она сама напросилась". Остальная часть возмущения разыгралась в течение унизительных месяцев, с заголовками в газете базы каждую неделю вроде: "Свидетельские показания повествуют о том, что "изнасилованный" лейтенант лгал", затем "Судья говорит, что лейтенант Прентисс не будет подавать иск об изнасиловании в военно-полевой суд".
У преступника было алиби, дежурный охранник получил деньги, тест на сперму оказался отрицательным, и она не прошла ни один полиграф.
Всё это было подстроено.
После Тейлхука в 1991 году, сексуального скандала на Абердинском испытательном полигоне, "сержантов-насильников" Форта Леттервуд и так далее, дядя Сэм больше не потерпит осуждающих заголовков в национальных газетах.
И полковник Гарольд Т. Уинстер, командир исследовательского корпуса, тоже... потому что преступник был сыном Уинстера.
Вместо этого старая добрая коррупция и сексизм вышвырнули Клэр с весов правосудия.
Она сонно села на узкой кровати с матрасом. Сквозь погнутые жалюзи просачивались едва заметные лучи рассвета.
"Ещё один день с протянутой рукой", - подумала она.
Комната, в которой она проснулась, пахла не очень хорошо; в приютах для бездомных так почти всегда и бывает. Лёгкий храп с других коек то поднимался, то опускался в постоянном дрожании. Клэр просыпалась так каждое утро: в шоке, в недоумении. И в бешенстве.
"Это не для меня! - подумала она, глядя на других женщин, спящих на своих койках. - Это не для меня! Мне здесь НЕ место!"
Она это знала. Но она всё равно была здесь, и была здесь уже несколько месяцев.
Высокие баллы за экзамен и высшее образование со средним баллом 3,9 не имели никакого значения, как и классификация допуска к военной информации "совершенно секретно". Её увольнение из ВВС США, напечатанное замысловатыми готическими буквами, гласило "С ПОЗОРОМ" в верхней части. Любой работодатель, который проводил базовую проверку криминального прошлого и кредитной истории, немедленно приветствовал её статус увольнения. Её диплом в области уголовного правосудия теперь стоил меньше рулона туалетной бумаги; ни одно полицейское управление или охранная фирма в стране не тронуло бы её. Её выдающаяся служба перед военным судом была спорной, как и благодарности и медаль за доблесть. Во всех отношениях, формах и проявлениях имя Клэр Прентисс было поговоркой о грязи.
Даже самые простые рабочие места с минимальной заработной платой были недоступны для неё; экономика района залива Тампа, основанная на туристических долларах, была очень конкурентоспособной. Чтобы устроиться на работу в киоск с попкорном на пирсе Сент-Питерсберга, требовалось подать заявление и пройти собеседование, которое в конечном итоге раскрыло бы её позорное увольнение из армии. Это было смешно. Уборщица, мытьё посуды, вывоз мусора - вакансии были, но никто не хотел её брать. Она подала заявку на одну работу у подрядчика, который убирал мусорные контейнеры.
- Нанимать тебя - значит нарываться на неприятности, - сказал он ей. - Зачем мне нанимать тебя, если у следующего человека в очереди нет позорного увольнения?
Работодатель не мог отрицать правоту, но - мусорные контейнеры, ради бога!
"Они даже не наймут меня чистить мусорные контейнеры!"
Работа по очистке устриц тоже была справедливой.
- Это работа для идиотов, дорогая, но мне нужны честные идиоты. Извини, ты слишком большой риск, - сказал босс.
Клэр почти потеряла контроль.
- Какой риск? - возразила она. - Вы боитесь, что я сделаю что-то, потому что у меня было позорное увольнение? Украду устриц? Буду каждую ночь класть несколько штук в карман и выходить с ними? Продавать их на улице за деньги на крэк? Господи Иисусе, неужели никто не может дать мне шанс?
Хозяин только пожал плечами:
- Я бизнесмен. Я не обязан давать тебе шанс. Дело в том, что у тебя дерьмовое прошлое, поэтому я не собираюсь тебя нанимать. Конечно, отстойно, что девушка с твоим образованием не может получить работу по очистке устриц... но ты должна была подумать об этом, прежде чем испортить себе жизнь.
Клэр хотела свалить его прямо там и трижды ударить его об пол, пока он не начнёт плакать. Вместо этого она ушла.
- Я не испортила себе жизнь, - прошептала она себе сейчас, на жалкой кровати в приюте для бездомных. - Меня подставили, и меня обманули.
Но никто не хотел этого слышать. Это была история каждой женщины, попавшей в беду. Это была вина кого-то другого. Они верили в это так же, как верили, что любой осуждённый, которого вы спросите, на самом деле невиновен.
Вот что мир говорил ей сейчас:
"Не повезло тебе, дорогая".
Пот на её коже был похож на слизь слизняка. Она прищурилась на часы в скудном утреннем свете: 04:57. Прекрасные военные хронометражные часы только напомнили ей, что ей придётся очень скоро от них отказаться. Четыреста долларов в розницу, но ей повезёт, если она получит за них пятьдесят у ломбарда Сент-Питерсберга. Её взвод охраны на базе дал ей их, когда она стала 1-м лейтенантом... когда она была кем-то, когда её уважали и любили. Когда у неё была жизнь.
Персонал приюта придёт через час, чтобы разбудить их. Кошмар лишил её возможности нормально отдохнуть ночью, и не было смысла пытаться снова заснуть сейчас - она знала, что её будет ждать изуродованная рука насильника. Зачем доставлять ей такое удовольствие?
"Пора сваливать из этого места", - подумала она.
Автобусы начнут выезжать из Уильямс-парка только через час, и если повезёт, она успеет на грузовик Миссионеров Милосердия на 4-й улице, чтобы получить бесплатный сэндвич. Она схватила одежду с металлического складного стула у кровати и тихонько поплелась в туалет. Флоридская жара была достаточно сильной, а в убежище не было кондиционера. Клэр чувствовала себя отвратительно, её бюстгальтер и трусики прилипли к ней. Приятный прохладный душ - вот что ей было нужно. Может, это улучшит её настроение.
А может, и нет.
"Ааа-ааа-ааа-ааа-ааа-ааа, проклятие! - подумала она. - Тест дезодоранта!
Правда, сейчас она была бездельницей по любым меркам, но без наркотической или алкогольной зависимости она, по крайней мере, имела право на частное тестирование продукта. Деньги были невелики, но это было лучше, чем ничего. Сегодня, из всех вещей, она тестировала новый шариковый дезодорант с неловким условием: ей не разрешалось принимать душ в течение двадцати четырёх часов.
"Очаровательно. А сегодня будет высокая температура на улице".
Ещё один пинок под зад.
"Нет смысла переживать, - решила она. - Просто смирись с этим".
Она попыталась помыть голову в раковине, но кран был слишком коротким, а раковина слишком маленькой. Ей пришлось довольствоваться только умыванием рук и лица; затем она натянула одежду и выбежала из убежища на улицу.
Центр города Сент-Питерсберга был прекрасен утром... если смотреть на восток, в сторону воды. Если смотреть на запад, то открывался обильный вид на мотели для бездомных из окрашенного кирпича, ломбарды и алкобары. Она сжала кулаки так сильно, что ногти на ладонях чуть не покрылись кровью, когда она пришла в Уильямс-парк и увидела всех пьяниц и проезжих, спокойно сидящих на траве и поедающих сэндвичи. Грузовик с сэндвичами уезжал.
Она стояла на углу, притопывая ногой, сдерживая себя, требуя от себя:
"Я не буду плакать. Я не буду кричать. Я не потеряю себя. В мире полно женщин, которым в сто раз хуже, чем тебе, так что... СПРАВЬСЯ С ЭТИМ, КЛЭР! Просто так уж получилось, по какой-то чёртовой причине, что у тебя плохой день. Просто... СМИРИСЬ С ЭТИМ".
Иногда она действительно верила, что это может быть какой-то дефект в её духовности, что какое-то божество - Бог, Будда, кто угодно - наказывает её за то, что она растратила жизнь, когда-то полную возможностей, за то, что она просто не решила быть хорошим человеком.
Да, иногда она действительно рассматривала такую возможность.
- Чёрт возьми, - прошептала она вслух. - Я хороший человек. Со мной всё в порядке. Я соберусь и исправлю свою жизнь.
У неё в кармане было ровно пять четвертаков. Этого хватило бы, чтобы сесть на автобус №35 до 66-й улицы. Здесь не было пересадок, так что ей пришлось бы пройти тридцать кварталов оттуда до здания "Тестирование продукции "На холмах".
Ладно. Это будет тяжело, но она собиралась это сделать.
"Просто сделай это и перестань ворчать. По одному шагу за раз".
Через стекло автобусной остановки она ахнула, увидев тощую, нищую женщину с подстриженными светлыми волосами и запавшими глазами. Потёртые рабочие ботинки вместо женской обуви, мятые брюки цвета хаки на несколько размеров больше и грязная оливково-серая футболка с надписью:
Нижняя губа Клэр задрожала, когда она вгляделась в правду того, что на самом деле с ней происходило. Она была голодной, истощённой. Вся её жизнь шла насмарку.
В её глазах блеснула слеза.
В мусорном ведре она заметила коричневый бумажный пакет - китайская еда на вынос. Недоеденный яичный рулет в открытом белом контейнере выглядел очень заманчиво, но она просто не успела. В нём были муравьи.
"Я не собираюсь есть мусор, - подумала она с убеждением. - Подожди, а что там..."
Она потянулась ко дну пакета и чуть не взвизгнула, когда нашла несколько пластиковых пакетиков с соусом для утки и острой горчицей. Они не были открыты. И, что ещё лучше, одно печенье с предсказанием в целлофановой упаковке.
Ей стало стыдно, что другие видят её такой; тем не менее, пакетики с приправами были сочными на вкус. Она хрустнула печеньем с предсказанием. Было вкусно.
Затем она прочитала своё предсказание:
Следующий оргазм Кэри Энн, казалось, раздавил её. Да, её раздавила страсть, её сдавила её потребность. Кэри Энн Уэллс, бросившая учебу в четвёртом классе, не была на самом деле образовательно обеспечена клиническим пониманием того, почему это может быть... и ей было всё равно. Например, ей никогда бы не пришло в голову, что давняя зависимость от метамфетамина может иметь к этому какое-то отношение. Вместо этого она предпочитала думать о себе как о страстной женщине, которая удовлетворяла свои физические желания женственным, естественным образом, а не как о беспризорнице, безнадежно пристрастившейся к разновидностям амфетаминов и впоследствии предавшейся необузданным сексуальным излишествам из-за подчиняющей среды и связанной с ней зависимости от неестественной стимуляции определённых химических рецепторов в её скоро - если не уже - повреждённом мозге.
Кэри Энн была бродягой в трейлере, другими словами, наркоманкой "метового" происхождения и шлюхой, чья возможность свободной воли давно была отдана трагедии злоупотребления наркотиками. Однако в её собственном сознании она была яркой, счастливой женщиной, которая любила, чтобы её любили.
И прямо сейчас Джори Кейн дарил ей действительно сильную любовь.
Лес был какофонией, давка ночных звуков была почти осязаемой, когда Джори врезался в неё. Калеб отправил их обратно к лодке за новыми снастями, но они не успели спуститься по тропинке и двух минут, как рука Джори уже нашла путь к её обрезанным шортам. Реакция была почти автоматической, она укоренилась в ней. Она тут же стянула с себя верх, потащила его вниз к ближайшей роще пальм.
- Что бы ты ни делал, - прошептала она, - не говори Калебу...
- Чёрт побери этого Калеба, - пробормотал он и грубо стянул с неё шорты.
Он так же быстро спустил джинсы, затем прижал её колени к её лицу.
Кэри была готова; она всегда была готова. Но...
- Ты не собираешься надеть...
Ум-мф!
Нет, сказал ей следующий жест. Он не собирался.
- Спорим, Калеб не делает с тобой вот так...
Кэри Энн втянула воздух сквозь зубы.
Нет. Калеб так не делал.
"Боже, он огромный", - только и успела подумать она, а затем её пронзили.
Но дискомфорт был восхитительным, резкое проникновение прямо в неё и оно включило все её сексуальные чувства одновременно. Как выключатель - щелчок! - и она включилась и работала, горячий, тикающий прибор, готовый к использованию. И Джори хорошо её использовал.
Худший образ мелькнул в её голове: Калеб хрустит по тропинке, гадая, что их так долго занимает, и...
Находит их.
Не то чтобы Кэри Энн боялась физического насилия - Калеб был просто безобидным толстячком, который никогда в жизни не дрался и для которого идея насилия сводилась разве что к удару мотылька - она просто не хотела терять кормушку. У Калеба был собственный трейлер 24 на 52 фута в Пеликан-парке, который купили ему родители, и трейлер был очень хорошо обустроен: оконные блоки в каждой комнате, большой японский телевизор, видеомагнитофон и DVD, и одна из тех спутниковых тарелок. Ему никогда не приходилось работать, потому что у него было какое-то странное заболевание костей, из-за которого он немного странно ходил, поэтому он получал 795 долларов в месяц от Службы социального обеспечения, плюс пару тысяч в месяц от родителей. Видите ли, Калеб был белым мусором высшего общества, тем типом мужчины, с которым все женщины породы Кэри Энн хотели остепениться. Он не курил мет, он просто пил пиво и жевал табак, но он был счастлив отдать хорошую порцию этих ежемесячных денег своей "любящей девушке". Калеб поддерживал Кэри Энн в её любви к кристаллическому метамфетамину, а Кэри Энн поддерживала Калеба в фальшивом состоянии самооценки.
Идеальные отношения.
Калеб был "стеной" Кэри Энн, и она, чёрт возьми, не собиралась терять его из-за беспечности. Конечно, она изменяла ему при каждой разумной возможности, но она знала, что ей придётся быть очень осторожной с Джори. Они были троюродными братьями или что-то в этом роде, и когда Джори в последний раз вышел из тюрьмы, он начал подлизываться к Калебу. Калеб, со всей своей неуверенностью, любил появляться на публике с большим крепким приятелем-деревенщиной, таким как Джори. Это заставляло его чувствовать себя уверенно. Так что у Джори тоже была своя игра. И столько же, что можно было потерять.
Её пот пропитал измятую лесную кровать под ней. Джори продолжал толчки. Если её женское естество было цветочной клумбой, Джори выкапывал её с корнем, сорняками и всем остальным. Её экстаз пожирал её, и её первый оргазм взорвался. Сексуальные возможности Джори превратили её в маленькую, тёплую, мокрую вещь, чьей единственной целью в мире было извиваться в земле и испытывать удовольствие.
Как бы ей ни ненавистно было это предложение, она прошептала между толчками:
- Дорогой, тебе придётся поторопиться! Калеб придёт за нами...
Джори, всегда романтичный, тут же прижал ладонь к её губам. Жёстко.
- Тихо, сука. Я пытаюсь это сделать.
Теперь Кэри Энн могла дышать только через ноздри. Грубое и резкое обращение оскорбляло её... примерно на пять секунд, а затем её наслаждение, казалось, только усиливалось этим жестом оскорбительного пренебрежения. Её глаза выпячивались вверх в ночь. Сквозь раскидистые верхушки пальм над головой она могла видеть луну, и луна, казалось, смотрела на неё так же пристально, как будто следила за ней, молчаливый вуайерист, который был доволен, наблюдая за её удовольствиями.
Она просто извивалась и крутилась, пока новые кульминации взрывались глубоко внутри неё.
В своём блаженстве она умудрилась подумать:
"Бедный толстый маленький Калеб. Надеюсь, он развлекается со своей удочкой".
Калеб морщился от лёгкой боли в спине, когда забрасывал удочку. Он пытался настроить свой вес на резком отливе озера, но это только приносило ещё больше паутин боли. Остеопения была сукой, но в остальном он не мог жаловаться. Ему так повезло, что у него богатые на бабки родители и хороший двойной трейлер.
"И спасибо Господу за мою замечательную, любящую девушку, - подумал он. - Плюс мой замечательный новый лучший друг, Джори".
Видите ли, Калеб был скромным парнем, и он ничего не принимал как должное. С другой стороны...
"Интересно, что их так долго нет..."
Всё, что он сделал, это отправил их обратно на лодку за ещё несколькими удочками и более крупными грузилами. Оказалось, что в озере было гораздо больше рыбы, чем он ожидал; Калеб охотился за некоторыми из знаменитых угрей-трескунов, и в этом озере они якобы были, но ему нужно было более глубокое грузило. Он насытился морской рыбалкой - он мог поймать группера и овцеголового окуня во сне - и он обловил почти все большие и маленькие озёра во всём заливе. Калебу нужны были новые места, и поэтому он решил рискнуть и приехать сюда, здесь есть озеро Стефани, а озеро Стефани является охраняемым озером в федеральном рыбном и охотничьем заповеднике.
Джори помог ему с его снаряжением; он также быстро разобрался с забором с помощью болторезов. Такая форма незаконного проникновения была федеральным преступлением, конечно, и вполне вероятно, что всё, что мог поймать Калеб, будет охраняемым видом.
Но Калеб был большим напористым деревенщиной, понимаете? Крутой парень, которого не остановит ни один знак "Посторонним вход воспрещён". Он был мужчиной, и, ей-богу, если он хотел порыбачить на этом озере, он чертовски хорошо это сделает. На самом деле, Калеб был уверен, что его мужественность и неуважение к закону были тем, что возбуждало Кэри Энн в нём. О, и его крепкая внешность тоже. Под этим пивным животом было много мышц.
Кэри Энн и Джори были хорошими людьми, чтобы составить ему компанию; они не особо увлекались рыбалкой, и Калеб это понимал. Рыбалка была как боулинг, сложный вид спорта, хобби для человека с мозгами. Было очень мило, что они всегда так стремились помочь ему с его инвалидностью. Они были настоящими друзьями. Калеб знал, что скоро попросит Кэри Энн выйти за него замуж, и, конечно, Джори будет шафером.
Нет ничего ценнее хорошей женщины и хорошего друга.
Лунный свет плавал на ряби на воде. Он убаюкивал Калеба, делал его сонным. Восемь банок лёгкого пива тоже немного помогали, но это не имело значения.
"Чёрт возьми, - подумал он и огляделся. - Они всё ещё не вернулись? Если бы я не знал их лучше, я бы мог заподозрить их в..."
Даже не нужно было заканчивать такую извращённую мысль. Калеб знал, что вероятность того, что Кэри Энн ему изменит, примерно такая же, как вероятность того, что солнце забудет завтра встать.
Но его приманки просто не опускались туда; они не держались. Угорь-трескун, сом-грейсби, форель-скамп - все они ждали его в этом озере, и он уж точно не проделал весь этот путь, чтобы уйти с пустым холодильником.
"Мне нужны более тяжёлые снасти в такую погоду! Полагаю, мне придётся поднять свою большую задницу и самому вернуться к лодке, - решил он. - Кэри Энн и Джори, должно быть, заблудились".
Калеб собирался встать, когда... что-то дёрнуло.
Он зацепил крючок, начал подтягивать его...
"Фунта полтора, два, может быть", - он судил по рывку.
Форель? Не похоже. Борьбы почти не было. Он подтянул её и...
"Ну, разве это не самая странная вещь..."
То, что висело на его удочке, живое и дёргающееся, было омаром.
Калеб любил омаров, а этот был довольно большого размера. Но была большая проблема. Омары были солёными десятиногими раками, а озеро Стефани было таким же солёным озером, как апельсины были апельсинами во Флориде.
- Хм-м-м... Разве это всё не странно..."
Не склонный к глубоким размышлениям, Калеб отмахнулся от двуустки и положил резвое, хлопающее хвостом существо в холодильник. Ему и в голову не пришло бы, что он поймал не омара, а речного рака - в двадцать-тридцать раз больше обычного.
- Чёрт!
Ещё один рывок, сильный сразу после того, как он снова закинул удочку. Когда он подсёк...
- Чёрт!
...его удочка изогнулась, словно он тащил кирпич.
"Мне достался большой! Самое время!"
Несмотря на восемь банок пива и остеопению, он встал, чтобы вытащить свою добычу.
Затем его "добыча" так сильно дёрнулась, что удочка вырвалась у него из рук.
Калеб не мог в это поверить.
Удилище отлетело назад и приземлилось в воде.
"Что, чёрт возьми, ЭТО могло быть?"
Калеб очень хотел узнать, и он также хотел вернуть своё удилище. Он видел, как оно плавало там, в нескольких ярдах, у поплавка на ручке.
Затем с трудом он залез в воду, по колено, потом по бёдра.
"Эта удочка стоила добрых два с половиной доллара. Не собираюсь отдавать её озеру. И что это могла быть за рыба? В пресной воде? Должно быть, что-то очень большое..."
Калеб внезапно остановился в воде.
Что-то очень большое коснулось его.
"Не паникуй!"
Он стоял неподвижно, руки наготове.
За его спиной шевельнулось снова что-то большое - что-то длиной шесть или восемь футов - плыло к нему.
"К чёрту удочку и катушку. Я убираюсь отсюда..."
Он повернулся очень медленно, чтобы не взбалтывать воду, поднял одну ногу, чтобы сделать первый шаг вперёд к берегу, и...
БАЦ!
Вода вздыбилась. Челюсти шириной в фут ударили Калеба прямо в пах и сжали его. Он упал, крича, плескаясь, наматывая неистовый круг в воде, пока его хищник наматывался вместе с ним: угорь - да - десять футов в длину и фут в обхвате. Огромные челюсти сомкнулись сильнее; Калеба парализовало от боли, он был неспособен на ответные действия, неспособен даже издать последний крик, прежде чем огромный вес существа и грубая животная сила утащили его под воду, в...
Тишину. Черноту. Ужас.
Мозговые импульсы Калеба всё ещё работали, хотя все человеческие рассудки теперь исчезли. Он просто утонет в этом холодном неистовом ужасе, с этой штукой, грызущей его пах. Он больше никогда не будет рыбачить. Он больше никогда не выпьет ещё одну банку пива. Он больше никогда не будет заниматься любовью с Кэри Энн, и он в последний раз похлопал по плечу своего хорошего друга Джори.
Затем, как раз перед его смертью...
Рука схватила его за воротник и вытащила из воды.
- Джори, слава богу! Убери от меня эту чёртову штуку!
В конце концов угорь отпустил его, грызущая хрящевая боль утихла, и Калеб тяжело вздохнул с почти бессмысленным облегчением.
"Я спасён! Я спасён!"
Вернувшись на берег, он рухнул в изнеможении, посмотрел на Джори и...
Это был не Джори.
Калеб пожалел, что не вернулся в воду снова, к угрю, когда увидел лицо существа, которое его вытащило.
Кэри Энн лежала голая и блаженно измученная на мягком ковре леса из опавших пальмовых листьев и мха. Она была маленькой лесной феей любви, тропической Венерой, отдыхающей в своих плюшевых владениях. Её волосы были взъерошены, её кожа была покрыта потом, она вдыхала тёплый ночной воздух, глядя мечтательными глазами на звёзды. Такая мирная, такая естественная, такая красивая...
Джори громко помочился в нескольких футах от неё, и во время того же процесса он также рыгнул, прочистил горло и хрюкнул, и издал длинный пук.
Чтобы закрепить романтический момент, Кэри Энн сказала:
- Дорогой, я схожу с ума, я так чертовски сильно напряжена. Достань трубку. Давай покурим.
- Я ссу, сука! - проворчал он ей в ответ.
Судя по звуку, он начинал новый пролив. Она могла видеть его в стороне, между пальмами, руки на бёдрах и выгнутая спина - он уносился прочь.
"Какой мужчина... Такой красивый... Жаль, что у Калеба так много денег, потому что я бы..."
Эта мысль раздавила её.
- Чёрт! Как я могла забыть? Мы должны были вытащить эти штуки из лодки, Джори! Калеб будет здесь с минуты на минуту!
Джори натянул джинсы, затем, казалось, что-то покрутил в руках.
- Этот жирный пудинг? Он рыбачит. Да пошёл он.
- Но, Джори...
Слабый оранжевый свет на мгновение превратил грубое лицо Джори в мерцающую маску. Он раскуривал свою трубку!
- Джори! Ты ведь поделишься этим со мной, да?
Джори резко фыркнул.
- Как я выгляжу, как Санта-Клаус? Хочешь наркоты, трахнись с дилером, - он быстро вдохнул, горячими рывками. - Возьми немного от своего толстого любовника.
Хмурое лицо Кэри Энн было таким же глубоким, как ночь.
"Мужчины. Что за кучка ублюдков! После того, как ты даёшь им то, что они хотят, они обсирают тебя".
Это было грустное смирение, но оно было для неё привычным. Она снова легла, сцепив пальцы за головой. Глядя в небо. Даже грубость Джори не могла разрушить этот момент красоты для неё.
Фу-уп...
Это был самый тихий звук, но... странный. Что-то упало на землю. Кокос или что-то ещё? Нет, Джори, наверное, просто швырнул в неё её одежду, грубый придурок.
Она села, посмотрела вниз...
И закричала так громко, что её легкие загорелись.
Скосив глаза и высунув язык, Калеб уставился прямо на неё - отрубленная голова Калеба, то есть.
Голова упала в область листвы между раздвинутыми ногами Кэри Энн.
Запертая в ужасе, она издала ещё несколько криков, таких высоких и громких, что птицы взлетели с деревьев, а ящерицы бросились в укрытие. Джори шёл к ней, и в своём почти парализованном сознании она рассудила, что он идёт ей на помощь.
Но он шёл как-то странно, волоча ноги, и казалось, что он что-то несёт, несёт что-то в руках, и теперь он стоял прямо перед ней, и вот тогда он уронил то, что нёс.
Он бросил это прямо на колени Кэри Энн.
Охапка его собственных внутренностей.
Горячие внутренности ударили прямо в неё, обрызгав её, и реакция Кэри Энн на этот жест была разумной: она закричала громче и ещё сильнее.
Джори упал, разрез в его животе зиял, когда наружу вывалилась ещё часть его нижнего желудочно-кишечного тракта.
Кэри Энн брыкалась и кричала, когда большая невидимая рука медленно и уверенно тащила её за волосы в лес.
Но вечер всё ещё был для неё особенным.
- Вы ведь не мылись, не так ли? - спросила раздражённая полная женщина довольно замкнутым тоном.
- Нет, мэм, - ответила Клэр.
Казалось, "мэм" сразу успокоила ведущую группы. На самом деле, перед ней за столом сидели три женщины с избыточным весом, и Клэр была в недоумении, когда заметила маленькую табличку с надписью:
- Я спрашиваю, потому что - и не обижайтесь, дорогая - такие люди, как вы, склонны игнорировать инструкции.
Другая толстая женщина как бы усмехнулась.
- С другой стороны, такие люди, как вы, вообще не так уж много моются, верно?
"Такие люди, как я, - поняла Клэр. - Бездомные, люди улицы. Бездельники".
- Не слушайте её, дорогая. Мы понимаем ваше положение; вот почему мы позволяем нескольким из вас воспользоваться возможностью принять участие в наших тестах. Знаете, чтобы немного помочь вам.
Клэр стиснула зубы и ответила ей.
- Я очень ценю это, мэм.
- Хорошо. Теперь, пожалуйста, снимите рубашку и поднимите правую руку.
Клэр так и сделала, смущаясь, что её плохое питание фактически уменьшило её грудь до такой степени, что её бюстгальтер обвис.
Каждая женщина проходила мимо и нюхала её подмышку, затем снова садилась.
"Не могу поверить, что я это делаю. Я позволяю толстым дамам нюхать мою подмышку за деньги".
- Очень хорошо, дорогая. Теперь наденьте рубашку обратно.
- Это всё?
- Пока да, - тройной подбородок лидера немного дёрнулся, когда она быстро взглянула на часы. - Сейчас десять часов. Ваше следующее нюханье в полдень, потом ещё в два.
- Что мне делать тем временем, мэм? Остаться в вестибюле?
- Нет, нет, дорогая. Идите пройдитесь по солнышку.
- И не мойтесь! - добавила другая женщина.
- После нюханья в два часа вы получите свои двадцать долларов.
- Да, мэм. Спасибо, мэм.
Клэр задумалась.
"Я только что поблагодарила женщину... за то, что она меня понюхала. Господи".
- Вы прекрасная, порядочная молодая девушка, и поскольку ваши анализы крови отрицательны на алкоголь и наркотики - в отличие от большинства таких, как вы, - я запишу вас в качестве постоянного тестировщика. В основном это будет мыло, дезодорант и шампунь. Если вы будете ходить на приём, то будете зарабатывать шестьдесят долларов в неделю.
- Я очень вам благодарна, мэм.
- Хорошо. Можете идти. Нам нужно сделать наши записи.
Клэр вышла из кабинета, оставив женщин - очевидно - записывать описания запаха подмышки Клэр. Она не знала, смеяться ей или плакать. Для неё шестьдесят долларов в неделю были большими деньгами. Они тестировали эти новые продукты на кожную сыпь, аллергические реакции и так далее, но она с радостью пошла бы на небольшой риск. И как только она начнёт получать больше еды, она сможет восстановить уровень белка и начать продавать свою кровь. Тогда она действительно будет на коне.
Снаружи, снова под ярким утренним солнцем, она на самом деле улыбнулась. Неосознанно её рука скользнула в карман и нащупала крошечную обёртку от печенья, которое она нашла в мусоре.
Оно обещало ей что-то хорошее, не так ли? Как ни странно, это сбывалось.
"Не принимай ничего как должное, - предупредила она себя и направилась через парковку. - Конечно, сегодня будет адски жарко, но я собираюсь ходить так и мне это ПОНРАВИТСЯ".
В любом случае, это не должно быть ничем страшным. На службе она всегда максимально проходила все тесты на физподготовку. Она совершала двадцатимильные марши с полным рюкзаком и едва ли вспотела. Сегодня ей действительно за что-то заплатят.
Да, это было хорошее начало, и кто знает? Может быть, оно станет ещё лучше.
- Клэр Прентисс?
Мужчина, казалось, появился из ниоткуда, из яркого света солнца, отражающегося от крыш автомобилей. Высокий, лет тридцати, подтянутый, в лёгком, хорошо сшитом костюме. Казалось, он отошёл от блестящего кабриолета "Мерседес", нового.
Она тут же подумала:
"Полицейский. Из наркоконтроля, наверное".
Во Флориде они все ездят на дорогих машинах без опознавательных знаков; это были машины для изъятия наркотиков.
- Нет, - сказала Клэр и попыталась пройти мимо.
Ей нечего было скрывать, но ей это просто не нравилось.
- Номер социального страхования 220-75-2516?
"Чёрт возьми! Кто этот парень?"
- Кто я - это моё дело. Хорошего вам дня.
Она пошла дальше.
- Мы просто проверили ваш номер социального страхования в базе данных округа; вот как мы узнали, что вы здесь, мисс Прентисс, - почти пробормотал он, пытаясь не отставать. Его туфли "Гуччи" стучали по горячему асфальту. - Это совершенно законно. О, меня зовут Деллин.
- Чего вы хотите, Деллин? - спросила она, не останавливаясь.
- Ну, как я уже сказал, я хочу знать, вы ли Клэр П. Прентисс, бывший 1-й лейтенант Службы безопасности ВВС, 31-го бомбардировочного крыла, 1-го отряда безопасности, авиабазы Макдилл.
Клэр остановилась, прижав кулаки к бокам, в ярости.
- Да!
Этот Деллин долго смотрел на неё, обмениваясь взглядом на её лицо с тем, что, должно быть, было личной фотографией на планшете, который он держал.
- Ого, я думаю... у вас были трудные времена, да?
- Нет, я всегда так одеваюсь! - она снова пошла быстрым шагом.
Всё это неприятно пахло; ей нужно было уйти оттуда. Во Флориде всё ещё действовали законы о бродяжничестве. Копы здесь были хорошо известны тем, что отвозили бездомных к границе Джорджии и выбрасывали их там, а для бродяги было только одно место хуже, чем Флорида, и это была Джорджия.
- Подождите!
- Я ничего плохого не сделала! Нет, у меня нет адреса, у меня нет работы, у меня нет видимых источников дохода, но я не преступница, так что оставьте меня в покое, офицер!
Затем он начал смеяться.
- Вы думаете, я коп? Я похож на копа?
Она не ответила, просто продолжала идти. Быстро.
- Иисус, я не коп, я кортикальный митоэктонолог!
Даже Клэр, в своей спешке и гневе, должна была остановиться на этом. Она нахмурилась, прищурившись на него.
- Что?
- Я... - он отмахнулся рукой. - Долгая история. Я учёный, вот и всё.
- Какого чёрта вы от меня хотите?!
- Расслабьтесь, мисс Прентисс, - короткая пробежка за ней оставила его запыхавшимся. - Всё, что я хочу сделать, это предложить вам работу.
Остров имел форму буквы V, последний из цепочки барьерных ключей, которые начинались недалеко от Клируотера, Флорида, и тянулись примерно на двадцать пять миль вдоль Мексиканского залива. Фактически, это был самый южный остров в этом регионе, соединённый с остальной линией островов единственным двухполосным консольным мостом, единственным доступом к любым населённым пунктам. Основание V указывало на устье залива Тампа - отсюда его первоначальное предназначение как военно-морского гарнизона.
Парк Форт-Алачуа был построен в 1898 году для защиты залива от последнего врага Соединённых Штатов: Испании. Но испанская "империя" так и не осмелилась начать надёжную атаку; если бы это произошло, мощные 12-дюймовые морские миномёты форта и скорострельные противокорабельные винтовки быстро переместили бы любые наступательные суда на дно нетронутых вод, где в любом случае оказалась бóльшая часть испанского флота. Строительство форта, в конечном счёте, подверглось критике со стороны некоторых членов Конгресса как колоссальная трата денег военного министерства США, поскольку впоследствии он фактически не использовался, до 1942 года, когда армейский авиакорпус превратил его в учебный полигон для воздушных бомбардировок.
Так что, возможно, это было не такой уж и пустой тратой; пара парней по имени Тиббетс и Фереби научились сбрасывать бомбы в Форт-Алачуа. И хотя эти двое товарищей сбросили всего одну бомбу в бою, они оказались грозной командой. Тиббетс был пилотом, а Фереби бомбардировщиком самолёта под названием "Энола Гай".
В 1960 году форт был официально включен в Национальный реестр исторических мест не только из-за своего прошлого как военного поста, но и из-за своего существования как полноценной субтропической среды обитания. В длинных угловатых границах его девятисот акров было озеро с родниковым питанием, мангровые заросли, залив, лиственный лес и семь миль нетронутого пляжа с белым песком. Сегодня сохранилась впечатляющая артиллерия, как и оригинальные каменные казармы, наблюдательные пункты и бастион штаба с арками в стиле Тюдоров, который теперь функционирует как музей - в целом, потрясающее место для туристов. Однако для любителей природы это было ещё более привлекательно: самую уникальную флору и фауну Флориды можно было найти в парке Форт-Алачуа, а его уникальная география сделала его одним из лучших парков на берегу залива для кемпинга, катания на лодках, рыбалки и пеших прогулок.
В середине 90-х годов всё восточное крыло парка было закрыто для публики.
Какой у неё был выбор? Ну, более прагматичным выбором, возможно, было бы уйти, а не садиться в машину с совершенно незнакомым человеком. Инстинкты Клэр подсказывали ей, что этот красивый, хорошо одетый мужчина по имени Деллин, вероятно, не убийца или серийный насильник, но Теодор Банди тоже был красивым и хорошо одетым. Отчаяние здесь пересилило здравый смысл. Она была бездомной почти год, и вдруг этот резкий, дружелюбный парень в шикарной машине предлагает ей то, в чём она нуждалась больше всего на свете - работу. Клэр знала, что у неё есть только один истинный выбор.
Она села в машину с этим совершенно незнакомым человеком и позволила ему увезти её.
Это было слабым утешением, но она всё ещё помнила все свои приёмы рукопашного боя.
"Если он попытается сделать что-то странное, - рассуждала она, - я надеру ему задницу".
Всё просто.
Он сказал, что он какой-то учёный, и когда они выехали на дорогу, он был достаточно прямолинеен, чтобы предъявить удостоверение личности без всяких вопросов.
- Так... что насчёт этой работы? - спросила она.
- То же самое, чем вы занимались раньше. Работа по обеспечению безопасности.
Клэр нравилось думать о своей работе в качестве командира взвода военной полиции в Службе безопасности ВВС как о чём-то более значительном, чем "работа по обеспечению безопасности". Она не охраняла кондитерскую; она отвечала за охрану периметра строго секретных баз данных для Корпуса клинических исследований ВВС. Тем не менее, она не имела права жаловаться.
"Минимальная зарплата, вероятно, - предположила она, - но это определённо лучше двадцати долларов за то, чтобы сунуть свою подмышку в лицо толстой даме".
- Вы слышали о парке Форт-Алачуа? - спросил затем Деллин.
Он съехал с шоссе и теперь сворачивал перед отелем "Дон Сезар" - похожим на розовый замок - самым известным отелем на побережье. Несколько мгновений спустя он направлялся на юг по одному из ключей ограждения.
"Мы едем на пляж?" - задавалась вопросом Клэр.
- Форт... что? - сказала она.
- Парк Форт-Алачуа. Вот куда мы направляемся.
Она немного подумала.
- Я родилась и выросла в Мэриленде. Я провела четыре года во Флориде, в Макдилле, но, честно говоря, я всегда была так занята своим взводом, что у меня не было возможности увидеть что-либо за пределами центра Тампы. Даже на пляж не ходила. Так что я мало что знаю об этом районе. Я слышала о парке Алачуа, но никогда там не была. Это большой кемпинг или что-то в этом роде, верно?
- Всё это и многое другое, - Деллин продолжал ехать по главной улице. Шикарные пляжные отели поредели, превратившись в более тихий жилой район. - Зимой это большое туристическое место, отлично подходящее для походов на природу, катания на каноэ, рыбалки. Это, пожалуй, самый разнообразный кемпинг во Флориде, потому что там есть всего понемногу. Здесь есть весеннее озеро, пальмовые рощи, настоящая поляна и настоящий залив. Любители природы его обожают - зимой, конечно. Летом здесь невыносимо жарко, влажно и полно комаров, так что никто даже близко не подходит к этому месту.
- Похоже на рай, - сказала Клэр. - Не могу дождаться.
- Не волнуйтесь, в клинике есть кондиционер.
- Клиника?
Деллин покачал головой.
- Извините, я забегаю вперёд. В чём суть? Мы хотим, чтобы вы руководили нашей службой безопасности в нашей онкологической клинике.
- Онкологическая клиника? - Клэр не могла не удивиться. - Вы построили онкологическую клинику в тропическом кемпинге?
- Я знаю, это звучит странно, но всё из-за сокращения бюджета. Форт-Алачуа технически принадлежит Службе парков США - другими словами, подразделению федерального правительства. Федеральное правительство не может позволить себе покупать новую землю для новых проектов, поэтому они просто разрезали парк Форт-Алачуа пополам. Западная половина по-прежнему является общественным парком. Восточная половина теперь является частной собственностью Министерства внутренних дел, и Министерство внутренних дел, так сказать, позволяет Военно-воздушным силам использовать её.
- О, фантастика. Вы хотите, чтобы я снова работала на Военно-воздушные силы, - пробормотала Клэр в своём замешательстве.
- Нет, вы будете такой же, как я, - сказал Деллин. - Я нахожусь в аренде для проекта от Национальных институтов здравоохранения. Я не работаю на Военно-воздушные силы, я просто был передан по субподряду. То же самое и с вами; вы будете гражданским субподрядчиком. Я знаю, что вы не слишком хорошо относитесь к Военно-воздушным силам, понимаете, после того, что с вами случилось, но не волнуйтесь. Всё это гражданское. Никакого персонала Военно-воздушных сил на территории, никогда. Военно-воздушные силы финансируют проект, потому что они владеют патентом на лекарства.
Клэр раздражённо пожала плечами.
- Какие лекарства?
Деллин постучал себя по голове.
- Боже, извините. Мне просто пришло в голову, что вы даже не знаете, что произошло. Ваше последнее место службы, корпорация "Клинические исследования", нашло лекарство от одной из самых страшных форм рака.
Клэр высоко подняла бровь.
- Правда?
- Да. Это было около года назад, как раз в то время, когда вас убрали. Они изобрели препарат, который воздействует на опухолевые клетки и уничтожает их в типе рака, называемом стромальной карциномой. Он всегда был неизлечим, потому что распространяется очень быстро; это самый быстрорастущий рак из всех существующих. ВВС нашли иммунный агент, который останавливает его, излечивает, иногда всего за месяц. Это настоящий прорыв.
- Да, это звучит как огромный прорыв, - согласилась Клэр, но не смогла полностью подавить свой цинизм. - Так почему же я не слышала об этом в новостях?
- Потому что он ещё не одобрен Министерством здравоохранения. Вот почему они построили клинику - одобренные Министерством здравоохранения испытания на людях начались пару недель назад.
Это звучало захватывающе, но...
Военно-воздушные силы? Клиники? Аннексия земель?
"Я НИЧЕГО из этого не понимаю", - подумала Клэр.
- Слушайте, я знаю, что детали сбивают с толку, - продолжил Деллин. - Причина, по которой военным было законно аннексировать половину парка, заключается в том, что они согласились официально перевести восточный сектор в категорию природного заповедника. Таким образом, ни один из новых законов об охране окружающей среды не будет нарушен. Обычно, когда военные исследования приводят к открытию, которое улучшит общественное здравоохранение, исследование затем подхватывает Министерство здравоохранения США. Причина, по которой этого не произошло в этом случае, чисто политическая. Если существенное лечение рака получено в результате исследований ВВС, ВВС получают больше бюджетных ассигнований на будущие исследования. Обычно военные как можно быстрее отказываются от подобных вещей, потому что не хотят с этим возиться. Давайте посмотрим правде в глаза: военные исследования должны приводить к лучшим способам убийства людей, а не их спасения.
- Но поскольку это так важно, - заключила Клэр, - это серьёзное лечение рака, ВВС не хотят отдавать должное гражданским лицам и терять потенциальную дойную корову.
- Вы поняли, - сказал Деллин. - Безопасность - не такая уж большая проблема в онкологической клинике, конечно, но тогда нужно учитывать военный настрой. Шпионы в ВВС не хотят, чтобы кто-то другой украл их исследования.
- Промышленные шпионы, - заметила Клэр.
- Правильно. Мы с вами оба знаем, что ничего подобного не произойдёт, но ВВС в этом отношении очень щепетильны. И есть обоснованная угроза кражи просто потому, что...
- В онкологических клиниках используют всевозможные обезболивающие, в основном производные морфина, - поняла Клэр. - Вам нужна безопасность, чтобы местные наркоманы не ворвались туда и не убежали со своей следующей дозой.
- Вы попали в точку.
Теперь, когда у неё было больше подробностей, она почувствовала себя лучше. Однако одна часть всё ещё не укладывалась.
"Почему я?"
- Кажется, вы приложили немало усилий, чтобы найти меня, - заметила она. - Вы ведь знаете, что я - бракованный товар, если говорить о ВВС?
- О, ваш статус увольнения? Конечно. Не беспокойтесь об этом.
Его безразличие к этому вопросу воодушевляло, что вызвало у неё подозрения.
- Для такой работы, обычной работы по охране, почему бы просто не разместить объявление в газете?
После короткого смеха Деллин объяснил:
- Мы не можем просто нанять кого-то с улицы для этой работы. То, что вы сказали раньше, совершенно верно; в онкологической клинике много морфина. По той же причине мы не можем нанимать людей из подрядчика по обеспечению безопасности. Нам нужны люди с допуском на федеральном уровне. Вы знаете, сколько стоит сделать это для новичка? Больше, чем пару таких машин. Но вы уже получили допуск. Другие сотрудники службы безопасности тоже бывшие военные, члены парламента. Уже получили допуск и уже прошли обучение.
- Да, но мой случай немного другой. У меня позорное увольнение - за лжесвидетельство, - напомнила она ему. - Они говорят, что я солгала в военном суде, что я...
- Выдумала историю об изнасиловании. Я знаю. Не беспокойтесь об этом.
Клэр откинулась назад, слегка нахмурившись.
"Всё ещё звучит как-то подозрительно", - призналась она.
- Это работа с минимальной зарплатой, я полагаю?
Деллин бросил на неё шокированный взгляд.
- О, нет, не поймите меня неправильно. Вы будете начальником службы безопасности в клинике, а не каким-то охранником, отбивающим часы. Я уполномочен предложить вам стартовую зарплату в размере 52 000 долларов в год, плюс бесплатное здравоохранение и стоматологию. В наше время я понимаю, что это не такие уж большие деньги для человека с вашим опытом, но...
Клэр была скептически настроена.
- Пятьдесят две тысячи?
Внезапно Деллин занервничал.
- Э-э-э... плюс ежегодная надбавка, десятипроцентная премия, если вы останетесь на двенадцать месяцев, а затем годовой контракт, о котором вы можете договориться. Но мне очень жаль, если вас оскорбило это предложение.
"Он серьезно?!"
- Я согласна, - сказала Клэр. - Когда мне начать?
- Ну, немедленно.
Клэр знала, что она сможет это сделать, но теперь у неё внезапно появились другие проблемы.
"Проклятие! Я бездомная. Мне нужно купить одежду, мне нужно найти место для проживания. Этот чёртов парк вообще находится на автобусной линии?"
Смущённая, она призналась:
- У меня есть кое-какие дела, о которых мне нужно позаботиться, понимаете? Как вы думаете, можно ли получить небольшой аванс с моей первой зарплаты?
- О, я забыл - извините, - Деллин протянул ей конверт.
Необычно толстый конверт.
- Мы не полные скряги, - сказал он. - Вот немного денег, чтобы покрыть расходы на переезд.
У Клэр отвисла челюсть, когда она отсчитала 7500 долларов стодолларовыми купюрами.
- Это... Господи! Это же куча денег!
- Это просто стандартная сумма на переезд.
Она не помнила, чтобы была так взволнована.
- Я могу купить одежду, купить подержанную машину и ещё останется достаточно денег на первоначальный взнос за квартиру!
- Купите всю одежду, которую захотите, - сказал он, - но машина вам не понадобится. Трудовой договор предоставляет начальнику службы безопасности новый внедорожник бесплатно. Мы платим за бензин, страховку, всё остальное. О, и вы также получаете бесплатное жильё.
Клэр чуть не рухнула на сиденье.
- Это хороший однокомнатный коттедж, прямо на берегу залива, и он совершенно новый, а не какой-то там притон. Мы построили небольшой комплекс коттеджей недалеко от клиники для удобства. Я живу там, и другие сотрудники службы безопасности тоже. Вы можете жить в городе, если хотите, но арендная плата заоблачная.
"Коттедж. На пляже. Бесплатно".
- Я думаю, это сойдёт, - сказала Клэр, всё ещё ошеломлённая.
- И вам понравится этот район. Конечно, в это время года здесь адски жарко, но как только вы увидите парк, вы поймёте, о чём я говорю. Это действительно тропический рай.
Впереди них длинная прямая дорога разделяла остров-барьер пополам. Песчаные дюны проносились по обе стороны, подкрепленные одинокими рядами стрельчатых пальм, затем начинался пляж. Сквозь деревья вода казалась ярко-зелёной. Небо было безоблачным, безупречно голубым. В последний год нищеты она забыла, насколько прекрасно побережье Флориды.
"И теперь я живу здесь", - подумала она.
Или на это она надеялась.
- Полагаю, вы хотите, чтобы я прошла какой-то тест на профпригодность, верно? А как насчёт моего собеседования?
- Вы только что прошли собеседование, - сказал Деллин и подмигнул ей. - Вы прошли. Я административный директор; я занимаюсь всем наймом. Ваши благодарности ВВС и награда за выдающиеся заслуги покрывают тест на профпригодность. Вы приняты на работу.
Внезапно её охватил короткий всплеск смеха.
- Похоже, мне не придётся посвящать сегодняшний день обнюхиванию.
- А?
- Ничего. Так вы мой босс?
- Нет. Сейчас мы встретимся с боссом.
Знак в конце главной дороги был большим, как ворота гаража. Ярко-синий с белыми буквами.
- Ого, кажется, место закрыто, - заметила Клэр.
Это сильно контрастировало с предыдущим, более весёлым:
- Туда, - Деллин указал направо. - Это главная часть парка. Там находятся все кемпинги и пешеходные тропы. И, как вы видите...
Они лениво проехали по крутому повороту, точке соединения отличительной формы острова в форме буквы V. Здесь, с видом на устье залива Тампа, стояли настоящие каменные сооружения форта. Многие из валов выглядели так, будто их построили недавно, пушки были наготове, стволы подняты. Несколько туристов забрели в центр для посетителей с крышей-ротондой.
Затем Деллин указал налево.
- Это мы.
Ещё сотня ярдов идеально прямой дороги привела их к неохраняемому воротному посту.
- Это как бельмо на глазу, - прокомментировала Клэр.
- Да, уродливо, не правда ли?
Высокий двухслойный забор сиял, как мишура, с рулонами новенькой колючей проволоки из нержавеющей стали. Более традиционная колючая проволока заполняла зазор между двумя слоями забора. Последние две мили поездки показали Клэр почти невообразимый диапазон природной красоты - и всё это внезапно прервалось этим неприглядным столбом ворот.
- Доступ к воротам есть только у сотрудников и пациентов, и на этом раннем этапе у нас даже не так много пациентов. В общем, это меньше двадцати человек. Ворота полностью покрыты проволокой, но не так уж и кусаются, - сказал Деллин. Пульт в машине открыл ворота. - Заборы не простираются слишком далеко в лес.
- Внешний вид - это девяносто процентов эффективной безопасности... и эти ворота выглядят довольно эффектно, - прокомментировала Клэр.
- Многие нарушители бросят один взгляд на этот забор безопасности и развернутся, отправятся куда-нибудь ещё. Эта проволока ограждения сделана из стали 460; большинство болторезов не пройдут через неё, и даже если им удастся прорезать дыру, они никогда не пройдут через всю эту колючую проволоку. Мы определённо надеемся, что она оказывает такой сдерживающий эффект.
Они проехали; ворота загудели, быстро закрываясь за ними. Клэр легко заметила и видеокамеры, уставившиеся на них с высоких кронштейнов на деревьях.
- А если это не так, то, возможно, это их остановит.
Следующий знак не мог быть более ясным.
- Ого. Это выглядит серьёзно. У вас здесь вооружённые часовые?
- Да. Вы. И ещё двое. Как я уже сказал, в основном проволока - бюджет не предусматривает дополнительных охранников. Есть один рейнджер из Службы парков США, но его юрисдикция заканчивается у ворот.
- Почему? Это всё федеральная земля, не так ли?
- Да, но она больше не открыта для общественного пользования. С юридической точки зрения есть разница между парковой зоной США и заповедником. Безопасность заповедника - это обязанность "одобряющего субъекта" - в данном случае ВВС. Департамент природных ресурсов Флориды также не имеет полномочий. Что касается парня из службы парков, он приходит к нам только раз в неделю для сообщений о возможных нарушениях, или время от времени вы можете видеть, как он следит за одним из любимых мест браконьерства. Мы сообщаем ему о любых нарушениях, касающихся самой земли, но это всегда мелочи.
- Можете привести мне несколько примеров?
- Какой-нибудь деревенщина вырезает инициалы своей девушки на пальме, находящейся под угрозой исчезновения, или вырывает заново посаженный тропический холм своим мотоциклом, и тому подобное. Ах да, и рыбалка. Вы скоро разберётесь, но восточная часть острова состоит из трёх отрогов, которые ответвляются от главного участка. На среднем отроге есть довольно большое пресноводное озеро, в котором водится исчезающая рыба. Так что время от времени деревенщины с юга Сент-Питерсберга выскальзывают и пытаются нас ограбить. Озеро - одна из тех территорий, которые находятся за пределами комплекса, за которыми вам придётся присматривать.
"Пока что всё звучит хорошо", - подумала Клэр.
Но она не будет самонадеянной; Деллин явно хотел, чтобы он взял её на работу, но ей всё равно нужно было встретиться с боссом клиники, и, несмотря на влияние Деллина, она знала, что плохое впечатление может поставить под угрозу всё дело. Она посмотрела на себя и довольно прямолинейно поняла:
"Я выгляжу как куча дерьма. Моя одежда грязная и мятая, и я воняю. Если хозяин заведения увидит меня такой, он вышвырнет меня за дверь, вероятно, с прищепкой на носу".
- Мне действительно нужно привести себя в порядок перед встречей с боссом, - пискнула она. - Я хочу, чтобы вы знали, что я не всегда так выгляжу.
- Не беспокойтесь об этом, - сказал Деллин в третий или четвёртый раз. - В клинике есть душ и раздевалка. Вы можете привести себя в порядок и надеть форму сотрудника службы безопасности. Вы будете выглядеть отлично.
Она вздохнула с облегчением. У неё всё ещё было множество вопросов, но теперь пейзаж отвлекал её внимание. Основная часть острова, казалось, существовала в идеальной симметрии: идеально прямая дорога, идеально прямые овраги, затем идеально ровные ряды пальм.
- Теперь посмотрите на это, - сказал Деллин и улыбнулся ей.
Он повернул налево, на хорошо выровненную грунтовую дорогу, и остановился.
У Клэр перехватило дыхание. Дорога - снова идеально прямая - казалось, уходила в чащобу, виртуальный туннель через густой тропический лес из пальм высотой в сто футов и австралийских сосен. Два дерева, обозначающие вход, были соединены на самых верхушках раскидистыми лианами и испанским мхом, как естественная арка. В один момент солнце палило на них, но в следующий... машина медленно двинулась в прохладный тихий полумрак, пейзаж безупречной природы, непохожий ни на что, что Клэр когда-либо видела.
- Неплохое зрелище, да?
- Да, - согласилась Клэр. - Чуть красивее, чем парк джунглей в центре Сент-Питерсберга.
- В этом парке есть небольшой кусочек каждого естественного географического примера в штате Флорида и почти каждый пример фауны и флоры. Работать здесь - это почти как быть в отпуске семь дней в неделю.
- Понимаю, что вы имеете в виду, - сказала она, - но...
Она не могла подавить внезапный приступ пессимизма. Все эти месяцы в убежище или ночёвки под мостами и ожидания грузовика с раздачей пропитали её, как пятно, которое не отмывается.
- Я должна сказать вам, Деллин. Я не из тех, кто смотрит дарёному коню в зубы, но всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Деллин взглянул на неё, улыбаясь.
- Или, может, вы просто заслуживаете чего-то хорошего для разнообразия.
Клэр откинулась назад по воле ветра.
"Да. Может, я действительно заслуживаю..."
По сути, Кэри Энн больше не обладала разумом человека. Теперь она действовала только на своих нервах, адреналине и базовом инстинкте аборигена. Обрывки памяти время от времени вспыхивали, но только на секунды, воспроизводя ужас прошлой ночи: обезглавливание Калеба, потрошение Джори и... то, что произошло потом. Что-то ещё преследовало её, так же периодически - высокий, крутящийся звук, как визг кошки, но затем Кэри Энн поняла, что она просто помнит свои собственные крики.
Шестнадцать часов спустя, голая и изуродованная, она лежала полностью погребённая в лесных отходах, только её нос и один глаз были видны. Прошлой ночью мужчина, убивший Калеба и Джори, тащил её по лесу, казалось, часами, но каждые пятнадцать минут или около того он, казалось, делал перерыв - чтобы изнасиловать её.
Вот как прошла ночь - вся ночь.
Она так и не увидела своего нападавшего - он предпочитал её на животе, в земле - она только чувствовала его, изнурительное и почти формальное насилие над её телом. Он так и не сказал ни слова. Сопротивление было бесполезным, даже неразумным, как она довольно быстро поняла. Его руки были твёрдыми, как засохший цемент, а его хватка - как тиски. Однажды она пнула его, целясь в пах, но промахнулась. Он ответил на действие, просто схватив её за запястье, которое сжал, пока...
Хруст!
...её запястье не сломалось.
Позже она снова начала кричать, и, очевидно, это начало его раздражать. Он дёрнул её за волосы, ударил ладонью одной руки по её губам и запечатал ей рот. Затем другой рукой он зажал ей ноздри. Он позволил ей медленно задыхаться, содрогаясь, и всего за мгновение или два до того, как она умрёт, он отпустил её ноздри - только чтобы зажать их секунду спустя, когда она успела хрипеть на одном дыхании. Он делал это некоторое время, накрывал и отпускал, накрывал и отпускал, пока она не получила сообщение: не кричи. Она получила шанс проверить свою решимость прямо здесь и сейчас; действие поочерёдного доведения её до почти смерти через удушение заставило его снова возбудиться, а затем её снова швырнули животом в грязь и взяли ещё раз.
На этот раз Кэри Энн не закричала.
В своей жизни она совершила несколько плохих вещей, и в кратких обрывках сознания сейчас она действительно это осознала. Изменяла Калебу, конечно, и обманывала его при каждом удобном случае, но это было пустяком. Но был тот случай, когда она проезжала мимо, пару-тройку лет назад. Это было задолго до того, как она замутила с Калебом. Её парень в то время купил плохую травку, которая оказалась орегано без всякого наполнителя! Они поехали обратно на тот же угол улицы в южной части; её мужчина открыл огонь из револьвера 9-мм, четырнадцать выстрелов. Убил дилера, который их обманул, сбив с него кепку.
Убил и маленького мальчика, когда он ехал на велосипеде в соседнем квартале.
Но Кэри Энн не стреляла, она была только за рулём, так что это не её вина, не так ли?
Что ещё она сделала действительно плохого? Она много раз занималась проституцией в своё время, и когда её герпес был активен, она не потрудилась рассказать клиенту. Но это была проблема клиента. Она также продавала свою долю крэка и кристаллического метамфетамина, но, эй, такова была жизнь. Когда она продавала, у неё не было никаких сомнений в том, чтобы травить этой дрянью детей на школьном дворе. Дети были проще всего, одна-две затяжки, и они подсаживались. Первое, что они делали, это бежали домой, крали все деньги из маминой сумочки и возвращались за добавкой. Лёгкие деньги.
На самом деле у неё было гораздо больше грехов, но размышления о них сейчас не принесут ей никакой пользы. Да, это правда. Она совершила несколько довольно плохих поступков в своей жизни.
Но были ли они достаточно плохими, чтобы оправдать такую смерть?
Вчера ночью она потеряла счёт, сколько раз её насильник насиловал её. Она была без чувств, полупарализованная от шока. Она даже больше не чувствовала боли, каждый раз, когда он хватал её за волосы, чтобы тащить, как кто-то тянет дорожную сумку.
Неужели она действительно умерла и попала в ад?
Это было?
Это было её наказанием за все те плохие поступки, которые она совершила в своей жизни: быть изнасилованной этим безликим мужчиной до бесконечности? Быть волочащейся голой по болотам, речному илу, по зарослям меч-травы и камышам? Навсегда?
Нет.
Потому что далеко за полночь она сбежала.
Она не знала, как ей так повезло. Он тащил её дальше по лесу, но вдруг раздался сильный звук ударов, и он её уронил. Она то приходила в сознание, то теряла его в течение последнего часа, и её мозг сейчас работал только наполовину, но когда он её уронил, это встряхнуло её чувства достаточно, чтобы понять, что что-то произошло. Она перевернулась в грязи - они только что вошли в солончак во время отлива - и открыла глаза.
Тучи разошлись, и большая полная луна сияла над болотом. Было ещё больше ударов, затем громкий треск, за которым последовали ещё более громкие удары! И вот тогда глаза Кэри Энн смогли зафиксировать, что происходит. Её нападавший размахивал длинной крепкой веткой, как оружием, ударяя ею по земле, пытаясь попасть в...
Сердце Кэри Энн, казалось, застыло в её груди.
...в десятифутового аллигатора.
Животное рванулось вперёд, чудовищные челюсти щёлкнули вниз.
- Съешь его! - крикнула Кэри Энн аллигатору хриплым свистящим голосом. - Откуси голову ублюдку! - и затем она слепо побежала в лес, сама быстрая, как животное.
Её нападавший всё это время был спиной к ней; она не видела его лица или каких-либо других деталей, только то, что он был голым и мускулистым. Но Кэри Энн было всё равно, как он выглядит. Она просто бежала.
К тому времени почти каждый квадратный дюйм её кожи был вымазан в речном иле и болотной тине - идеальный камуфляж. Её единственной надеждой было то, что аллигатор превратит её нападавшего в фарш, но она знала, что лучше не рассчитывать на это. Если он выживет и придёт за ней, ему не понадобится много времени, чтобы найти её. Её бег по лесу был похож на лавину, и чем глубже она продвигалась, тем больше деревья закрывали лунный свет. Она понятия не имела, куда идёт, не знала, как лучше всего выбраться с этого проклятого острова.
И вместо этого она зарылась.
Она нырнула на землю и полностью укрылась листьями и лесной подстилкой.
"Я буду лежать здесь и не пошевелюсь до рассвета. Если я буду прятаться всю ночь, может, он уйдёт, думаю, он потерял меня. И даже если этот ублюдок не уйдёт, у меня будет гораздо больше шансов найти одну из троп лагеря, когда взойдёт солнце..."
И вот она лежала там всю ночь напролёт.
Это был, на самом деле, самый умный ход для любого, кто оказался в таком затруднительном положении. Однако она не учла, насколько она истощена и потрясена. Она тут же уснула... и проспала ещё долго после рассвета.
К тому времени, как она проснулась, она уже запекалась в своём коконе из детрита. Солнце сквозь верхушки деревьев, казалось, стояло высоко в небе - уже за полдень. Когда она проснулась, нормальная умственная деятельность всё ещё намекала на неё; теперь она была обезвожена, а пустой желудок со вчерашнего дня в сочетании с отменой амфетамина не помогали. По крайней мере, у неё было несколько чувств вместе - достаточно, чтобы понять, что прошлая ночь была не сном.
"Калеб, без головы, - подумала она отрывисто. - Джори. Выпотрошен. Тем парнем. Надо убираться нахрен. Убираться. Отсюда".
Ей нужно было найти главную дорогу, либо это, либо...
"Лодка!"
Они приплыли сюда на лодке Калеба!
Теперь ей бы только понять, где она...
Но тут ей пришла в голову другая мысль, решающая.
"Тот человек. Который насиловал меня всю ночь".
Где этот человек? Он что, отказался от её поисков?
Аллигатор его схватил?
Даже в своём подавленном состоянии ума она наслаждалась фантазией: аллигатор разрывает её обидчика на части. Голова, конечно, останется напоследок; эти огромные челюсти разнесут её на части, как пенопластовый шар, а мозги некоторое время будут сочится на языке гиганта...
Но сейчас времени на фантазии не было.
Когда осознанность вернулась, она резко села, её покров из листьев лопнул вокруг неё. Чёрт!
Насекомые были повсюду.
В панике она отряхнула несколько со своих грудей сразу, затем быстро потянулась и сорвала одного с расщелины ягодиц...
... и чуть не закричала во весь голос, увидев его размер.
Это был один из тех древесных тараканов, длинный и широкий, как стакан, и почти такой же круглый. Она могла чувствовать больше там, внизу, они ползали ниже, но затем...
Хруст-хруст-хруст!
Шаги.
Реактивный ужас заставил кровеносные сосуды в её мозгу набухнуть, пока они не были готовы лопнуть.
"Он!"
Она скользнула обратно под кучу листьев, накрылась так быстро, как только могла, но и так осторожно, чтобы не создавать лишнего шума. Всего через несколько секунд Кэри Энн снова была похоронена.
Медленное, равномерное продвижение шагов приближалось, становилось громче. Кэри Энн прислушивалась к голосам, к разговорам - к любым признакам того, что это могут быть туристы или местные. Но ничего не было, и это был явно один человек.
Это должен был быть он.
Она лежала неподвижно, как труп, хорошо понимая, что именно этим она и станет - трупом, - если слишком громко вздохнёт, закашляется, вздрогнет или сделает хотя бы самый незначительный звук или движение.
Тем не менее, шаги хрустнули ближе.
Влажная грязь из лесной постели лежала на её теле, как горячий, влажный ковёр с тяжёлым ворсом, но через крошечную щель между листьями на её лице она могла немного видеть. Она могла видеть область пространства справа от себя, и, судя по звуку шагов, её нападавший должен был идти прямо рядом с ней.
Хруст-хруст-хруст-хруст...
Громче. Ближе.
Затем Кэри Энн подавила сильнейшее желание вздрогнуть, даже завизжать. Она ведь забыла о чём-то, не так ли?
Древесные тараканы.
Они, конечно, всё ещё были там - теперь их стало больше - они скапливались на её коже, в основном вокруг ягодиц, внутренней части бёдер и лобковой области. Это была обратная пытка: желание сорвать их, но знание того, что если она это сделает, то снова окажется в лапах насильника и хладнокровного убийцы. Усилие, чтобы не пошевелиться, ощущалось как медленный удар током под её тяжёлым укрытием. А древесные тараканы...
Теперь древесные тараканы бродили по её лобковым волосам, направляясь ниже, направляясь к ближайшему источнику влаги.
Ток её отвращения сейчас достиг пика... как раз в тот момент, когда её нападавший...
Хруст!
...остановился.
Он остановился, как вкопанный, прямо рядом с ней.
Слышала ли она, как он принюхивается? И какой звук раздался дальше, что-то вроде низкого гортанного хрюканья?
Сквозь эти крошечные щели в листьях на её лице она могла видеть ноги, от лодыжки до уровня бедра. Его кожа была пятнистой и казалась сероватой в пробивающемся солнечном свете, и, как и у неё, она была усеяна всякой грязью из залива и леса. И...
Что это было, качалось у него на боку?
Ведро?
Да, она могла видеть его довольно ясно. Он нёс длинное, шириной в фут пластиковое ведро.
Это могло бы показаться довольно странным фактом для размышления, если бы не пара других фактов, которые присутствовали в то время.
Во-первых, Кэри Энн к тому времени была наполовину безумна, и...
Во-вторых, древесные тараканы теперь нашли свой путь во влагалище.
Её пульс наверняка утроился. Мог ли он услышать это? Она скулила под грязью и просто не осознавала этого?
Мог ли он учуять её страх?
Как раз в тот момент, когда её измученный наркотиками, травмированный пытками и изнасилованиями разум убедился, что он сейчас наклонится, чтобы смахнуть грязь с её лица, вытащить её и сломать ей шею, пока он насилует её в последний раз...
Он ушёл.
Кэри Энн ждала целых двадцать минут, лёжа, словно мёртвая, зарытая в землю, прежде чем вылезти из-под земли и помчаться в противоположном направлении.
Её лёгкие хрипели от новой свободы, её грязные ступни и ноги, покрытые землёй, мчались по лесу. Она убирала отвратительных тараканов, пока бежала, не зная, куда бежит, но всё равно бежала от него.
Лес, казалось, темнел, пальмы и сосны над головой были такими густыми, что они заслоняли почти весь солнечный свет; тем не менее, слева от себя она могла видеть ослепительно яркий свет, и тогда она наконец поняла:
"Вода!"
Это было озеро Стефани? Это был один из проходов между отрогами острова или, может быть, сам залив?
Она замедлила шаг, оглянулась через плечо, затем бросилась к деревьям прямо перед берегом и уставилась.
Впервые в жизни, возможно, удача была на стороне Кэри Энн Уэллс.
Водная поверхность мерцала в лучах яркого солнца, длиною в милю между двумя густо поросшими лесом отрогами острова. Это был проход от залива.
И всего в сотне ярдов или около того вниз по ближайшему отрогу она могла видеть лодку Калеба, именно там, где они оставили её вчера вечером.
Когда они приблизились, стрелочные знаки гласили просто:
"Нет, - подумала она, бросив свой первый взгляд на место через лобовое стекло "Мерседеса". - Типичные ВВС. Они могут потратить восемьсот долларов на сиденья для унитазов и двадцать пять баксов за штуку на пятицентовые заклёпки, но они не могут купить приличный архитектурный проект".
Скатная крыша была построена под неприглядным высоким углом, для ураганов, как предположила она, а остальная часть растянулась как длинное одноэтажное здание с унылыми, странно узкими окнами и общей структурой, похожей на эмалированный шлакоблок. Цветовая гамма? Бледно-серая.
- На ум приходит слово "институциональный", - сказала Клэр, когда они выходили из машины на небольшой асфальтовой стоянке.
- Это не то сооружение, конечно, учитывая окрестности, - прокомментировал Деллин. - Но вы же знаете военных: одни функции, никакого стиля. ВВС неважно, как всё выглядит, пока оно выполняет свою работу... и говоря о выполнении работы, видите того старика?
Худой пожилой мужчина с тростью медленно шёл по парковке к ожидающей его машине. Лысеющий, сутуловат, и те немногие волосы, что у него были, были белоснежными. Он остановился, чтобы помахать Деллину, затем заковылял дальше.
Деллин помахал в ответ.
- Это мистер Хэнклин. Он должен был умереть месяц назад. Рак кишечной стромы распространяется так быстро, что вы не поверите.
- Я никогда не слышала о таком виде рака, - сказала ему Клэр.
- Строма - это разновидность соединительной ткани вокруг органов нижней части брюшной полости. Она уже не такая уж редкая, но причина, по которой среднестатистический человек не знаком с ней, заключается в том, что она не входит в первую десятку. Рак лёгких, печени, простаты, груди и яичников - главные убийцы. Строматический рак не слишком отстаёт. Он уникален, потому что практически не поддаётся лечению. Химиотерапия, облучение, хирургия - ничто из этого не работает, потому что он развивается слишком быстро. К моменту постановки диагноза он уже распространился повсюду, и когда он распространяется, он ускоряет злокачественность, куда бы он ни попал. Другими словами, когда он распространяется в лёгкие, рак там тоже становится неизлечимым. Он делает рак в любом месте, куда он распространяется, таким же уникальным, потому что он мутирует маркеры роста в раковых клетках. Мы говорим о матери всех карцином.
Клэр последовала за ним через хорошо затенённую парковку.
- Но теперь вы можете лечить его, благодаря какому-то препарату, который изобрели ВВС?
- Правильно. Это моноклональное антитело, похожее на старые методы лечения рака, только это было генетически модифицировано. Мы называем его интертиолят. Именно исследования ВВС определили точный ген-маркер, который инициирует рост каждой раковой клетки. Определив этот ген-маркер, мы смогли генетически изготовить антитело, которое молекулярно воздействует на сам маркер, уничтожая его. Оно останавливает рак. Затем появляются иммунные клетки и уничтожают все его следы, - Деллин усмехнулся, когда они подошли ко входу в клинику. - Пока что в исследовании приняли участие восемь пациентов и восемь излечений. Если мы продолжим поддерживать такие результаты ещё шесть месяцев, здравоохранение ускорит разработку нашего препарата и выведет его на рынок через год. Мы спасём множество людей от одного из самых болезненных видов рака.
Клэр была поражена и оценила усилия Деллина объяснить этот крайне сложный вопрос простым языком. Клэр показалось, что она будет работать в учреждении, которое может стать очень примечательным в скором времени.
Но то, что происходило с ней прямо сейчас, преувеличивало потенциальную важность клиники на данный момент. Её жизнь вот-вот должна была измениться; кто-то наконец дал ей второй шанс. Она знала, что не может упустить такую возможность.
Внутри клиники всё выглядело так, как она и ожидала. Стерильный декор; светлые, ровные тона; музыка. Вместо сонных художественных репродукций на стенах висели анатомические диаграммы, а также небольшие фрески вроде:
- Вам это понравится, это ещё один большой бонус для сотрудников, - сказал Деллин и открыл дверь с надписью:
Там был длинный диван, стол по колено с журналами и телевизор. Одна небольшая стена была полностью занята коммерческой автоматической кофемашиной, которая предлагала множество видов кофе.
Клэр сразу поняла, что он имел в виду.
- Может быть, вы этого не знаете, но бесплатный кофе - мечта каждого охранника.
- И это действительно первоклассный гурманский кофе, а не пойло, которое вы обычно найдёте в автоматах, - он указал на конец блока. - Вот там любимое место охранников - оно сделает столько холодного кофе, сколько вы захотите. Охранники его любят, потому что они много времени проводят на жаре, совершая обходы.
- Это дорогое удовольствие, - отметила Клэр, - но на самом деле оно имеет большой деловой смысл. Службы безопасности в ВВС делают то же самое. Когда ваши охранники пьют бесплатный кофе всю смену, они не засыпают на своём посту.
- Никогда не думал об этом с этой точки зрения, но да, отличная идея. Угощайтесь. Я собираюсь взять воды. Бесплатная бутилированная вода и газировка тоже в холодильнике.
Клэр в полной мере воспользовалась преимуществом, взяла большую чашку холодного кофе и добавила в неё сливки и сахар, что стало бы отличным тонизирующим средством, учитывая, что она сегодня не потребляла ни одной калории, кроме своего печенья с предсказанием.
"Боже мой, это прекрасно!" - подумала она после первого глотка.
Это было испытание для неё, чтобы не проглотить всё сразу, но она не хотела показаться обжорой перед Деллином.
- Я дам вам ключ безопасности позже, - сказал Деллин, выводя её обратно. - Он открывает это, офис безопасности, все внутренние двери и станции наблюдения. Каждый ключ индивидуально закодирован - это в основном для вас, как начальника службы безопасности.
- Закодирован? - спросила Клэр. - О, вы имеете в виду какой-то индивидуальный идентификатор?
- Да. Таким образом, компьютер безопасности может записывать, кто куда и когда ходил. Например, когда я открывал дверь кофейни, компьютер регистрировал это, так что теперь в файле входа записано, что именно мой ключ открыл дверь.
- Это отличная система, - с энтузиазмом воскликнула Клэр. - Мы использовали похожее оборудование в ВВС. Значит, все двери в здании подключены?
- Почти так. На внешних дверях и окнах есть активная сигнализация, но почти каждая дверь с ключом подключена к компьютеру.
- Что ж, это значительно облегчает мне работу.
- По правде говоря, эта система сигнализации настолько сложна, что даже я не знаю всех её функций, - сказал он. - А я её заказал.
- Это ещё одна вещь, о которой вам не нужно беспокоиться. Я могу управлять такими системами с закрытыми глазами.
Деллин провёл её вглубь здания и показал ей женскую часть раздевалки для сотрудников.
- Мой офис прямо по коридору, - сказал он. - Просто заходите, когда приведёте себя в порядок. В кладовой есть кое-какая униформа.
- Спасибо. Я скоро.
Деллин ушёл, и внезапно Клэр осталась одна в длинной, безупречно чистой комнате. Она сняла свою старую одежду, схватила полотенце и поспешила в душ.
- Ой! Извини!
Как раз когда Клэр заходила в душевую, она наткнулась на другую женщину, которая как раз выходила.
- Моя ошибка, - пробормотала Клэр. - Я не думала, что здесь есть кто-то ещё, поэтому не обратила внимания, - она надеялась, что вспышка смущения не заставила её покраснеть; она так быстро, как только могла, обернулась полотенцем вокруг себя.
- Во время этих дневных смен так чертовски жарко, что я всегда быстро принимаю душ во время перерыва, - сказала другая женщина.
Она была голая, мокрая насквозь, и в тот момент у неё не было полотенца, но она, казалось, нисколько не чувствовала себя неловко, стоя перед совершенно незнакомым человеком без единого стежка. В своей прошлой жизни Клэр тоже никогда бы не была скована - во время своей военной службы она фактически жила с другими женщинами и постоянно одевалась и принимала душ вместе с ними. Но её смущение в этот самый момент не могло быть более очевидным.
Другая женщина была крепкой, пышногрудой, сияющей здоровьем, в то время как Клэр знала, что выглядит ужасно по сравнению с ней - костлявая, с выступающими рёбрами, с крошечной грудью.
- Я Джойс, - представилась другая женщина и пожала Клэр руку.
- Клэр.
- Не обращай на меня внимания! - Джойс схватила полотенце, обернула им свои длинные каштановые волосы.
Она поставила одну ногу на скамейку и начала вытираться вторым полотенцем. Когда она наклонилась, чтобы вытереть одну тонизированную, загорелую ногу, перед ней, на шее, качнулся ключ.
- Мне нужно вернуться к работе.
К смущению Клэр теперь примешивался намёк на зависть. Джойс была прекрасна, её невысокая фигура подчёркивала её изгибы, талию и широкие бёдра. Полный, очень глубокий загар ясно давал понять, что она загорала голой.
- Чем ты занимаешься в клинике? - спросила Клэр. - Ты врач, исследователь или что-то в этом роде?
- Нет. Охранник, - теперь она надевала брюки цвета хаки с чёрной полосой по ноге. - И мне сегодня нужно быть начеку, потому что они приводят нового начальника службы безопасности.
- Э-э-э, это, должно быть, я, - сказала Клэр.
- О, боже! Извини, я думала, что ты, э-э-э... Я понятия не имела!
"Я такая худая, - подумала Клэр, - она, наверное, приняла меня за пациента".
- Да, Деллин собирается проинструктировать меня через несколько минут. Я была командиром взвода в ВВС четыре года.
- Ого. Э-э-э, я уйду с дороги через минуту, - Джойс внезапно заторопилась; теперь, когда она знала, что Клэр её начальница, она казалась немного скромнее, быстро застёгивая рубашку безопасности на своей пышной груди.
Вдоль одной стены Клэр заметила шкафчик для оружия "Лексан" с несколькими дробовиками и ещё один с бронежилетами.
- Деллин говорил мне ранее, что на объекте не так уж много проблем, - она указала на шкафчики. - Но это жилеты полицейского класса и помповые дробовики "Ремингтон" последней серии. Вам когда-нибудь действительно нужна была такая экипировка?
Джойс подтянула брюки и завязывала рабочие ботинки.
- Не совсем, но у нас есть на всякий случай - из-за браконьеров. Но если ты была спецназовцем в ВВС, ты уже знаешь историю с кевларовыми жилетами. Я иногда надеваю свой ночью, но в дневные смены? Забудь об этом. Слишком жарко.
Клэр точно знала, что она имела в виду, особенно в этой среде. Бронежилеты и тропическая жара несовместимы.
- Да, в Макдилле у меня всегда кожа чесалась от этих чёртовых штук, поэтому я надевала его только на критически важные задания по безопасности.
- То же самое, - сказала Джойс. - Мы их почти никогда не носим, и мы никогда не используем дробовики. Для такого объекта безопасности они действительно излишни.
Клэр поняла её точку зрения. Но она не могла сдержать любопытства по поводу периметра и его потенциала.
- Здесь были убийства?
Джойс усмехнулась.
- О, ничего подобного.
- А как насчёт арестов? Вам когда-нибудь приходилось кого-то арестовывать?
- Мы иногда задерживаем нарушителей, но передаём их полиции или парковой службе. Но, как я уже сказала, это ещё одна вещь, которая почти никогда не случается.
Тон Деллин был похожим, и именно это её беспокоило.
"Они, кажется, слишком уверены, что ничего серьёзного здесь произойти не может..."
Джойс уже была одета.
- Мне пора возвращаться на обход. Было приятно познакомиться!
- То же самое. Позже ты сможешь показать мне территорию?
- Отлично! Пока!
Джойс уже выходила, когда Клэр её прервала.
- Подожди, Джойс? Ты ничего не забыла?
Молодая женщина повернулась, затем покраснела, увидев, что Клэр указывает на её ремень с пистолетом, висящий на открытом шкафчике.
- О, отлично! Какое потрясающее первое впечатление! Извини.
- Всё в порядке.
Джойс торопливо схватила ремень.
- Увидимся позже. С нетерпением жду возможности поработать с тобой.
Затем она ушла.
Клэр рассмеялась про себя. Она немного молода, но кажется довольно милой. Клэр не сомневалась, что при должной подготовке Джойс могла бы стать прекрасным охранником. Она казалась мотивированной, воодушевлённой.
Прохладный душ казался греховно снисходительным; она хотела бы провести час под сильным потоком, но сегодня такой роскоши не будет. Она быстро вытерлась и оделась. Хотя даже самая маленькая униформа была ей велика, она сделала всё возможное, чтобы носить её, и поблагодарила судьбу за фен на стене. Её светлые волосы доходили только до середины шеи, но они были всклокоченными, неподстриженными довольно долго. Если уж на то пошло, то выглядело так, будто она сама их подстригла - что было правдой, поскольку парикмахерские обычно не вписывались в бюджет бездомного. Но фен позволил ей распушить их, пока она не стала ими достаточно довольна.
"Вот. Теперь я не так уж похожа на алкашку, которая только что выползла из канавы".
Она в спешке вышла из раздевалки и пошла прямо в офис Деллина. Первый день на работе - не время опаздывать.
- Извините за униформу, похожую на униформу Африканского корпуса, но это было лучшее предложение, что мы получили - сказал Деллин.
Его маленький, тесный офис стал ещё теснее из-за двух больших компьютерных экранов и трёх стеллажей с книжными полками до потолка.
- Цвет будет довольно хорошо отражать тепло, - предположила Клэр. - На самом деле неважно, как выглядит униформа, если она идентифицирует человека, который её носит, как человека, занимающего руководящую должность.
- Хорошее замечание, - он убрал карты пациентов, которые читал. - Кажется, я уже говорил, что у нас только два других охранника, Рик и...
- Джойс, - закончила Клэр. - Я только что с ней познакомилась.
- А, хорошо. Так что мне не нужно говорить вам, что нам придётся экономить на графике. Мы не получим увеличения бюджета до следующей осени, так что до тех пор нам придётся работать с вами троими, - он улыбнулся ей. - Теперь график - это ваша проблема. Джойс у меня с восьми утра до четырёх вечера, а Рик с четырёх до полуночи. С полуночи до восьми мы остаёмся без охраны и полагаемся на сигнализацию.
Это был худший возможный график. Клэр хорошо усвоила, что одних только систем сигнализации в часы пик преступности никогда не бывает достаточно.
- Тогда я займусь расписанием. Мы будем работать с охраной с полудня до четырёх, а я возьму на себя работу с полуночи до полудня.
Деллин посмотрел на неё.
- Мы не ожидаем, что вы будете работать так долго.
- Это проще простого, и это лучший способ, - сказала Клэр без особого беспокойства. - Я привыкла к этому со времён службы в ВВС, и поскольку я отвечаю за безопасность, я не против поспать немного, чтобы не допустить ошибок. Я не хочу потерять работу через неделю после того, как меня наняли. Какие бы у вас ни были проблемы с безопасностью, я ими займусь.
- Мне нравится ваше отношение. Хотел бы я быть таким же энтузиастом. Вы быстро поймёте - здесь становится чертовски скучно.
- Хорошо, и моя работа - сделать так, чтобы стало ещё скучнее.
Заявление позабавило его.
- Это немыслимо, но, пожалуйста, не стесняйтесь доказать мне обратное. В любом случае, раз уж мы заговорили о расписании, есть и хорошие, и плохие новости. Хорошая новость в том, что клиника закрыта по субботам и воскресеньям. Никому не нужно отчитываться, включая охрану.
- У всех выходные?
- Ага, - Деллин лукаво ухмыльнулся. - У всех, кроме начальника охраны. Вы будете на связи все выходные. Если сработает сигнализация, вам дадут знак. Если придёт доставка, вы откроете погрузочную площадку и распишетесь в доставке. Если сработает датчик движения на контрольно-пропускном пункте, вам дадут сигнал. Это плохие новости. Если у вас возникнут проблемы, вы вызовете рейнджера, а если это серьёзная проблема, вы вызовете полицию, а затем меня. Это звучит как большая проблема, но на самом деле это не так уж и важно. Как я только что сказал? Всё скучно? Поверьте. Здесь мало что происходит, и то, что вы на дежурстве, не означает, что вы должны быть на месте. Нам всё равно, вы можете отправиться в центр города или сидеть в своём коттедже и смотреть телевизор все выходные - если у вас есть пейджер. Вы можете лежать на пляже в своём бикини от восхода до заката - но если ваш пейджер зазвонит, вы должны ответить.
Клэр пожала плечами. Это была совсем не плохая новость, особенно если учесть зарплату и льготы.
- В ВВС я была на дежурстве почти каждые выходные в течение четырёх лет. Это не будет проблемой.
- Вы быстро во всём разберётесь, - он вывел её из тесного офиса и повёл по коридору. - А теперь позвольте мне провести для вас экскурсию за двадцать пять центов.
Объект оказался ничем не примечательным - в целом, таким, как и ожидала Клэр. Проверочные кабинеты, смотровые кабинеты и центральный процедурный кабинет, оборудованный для хирургии. Там были КТ-сканер и аппарат МРТ, УЗИ и другие типичные диагностические отсеки.
- Посмотрите на это, - сказал он далее. - Идеальный пример снисходительности ВВС, - он открыл дверь с надписью УМИ, которая показала им комнату с банком компьютеров, смотровым столом и несколькими большими головками, похожими на сопла, свисающими с потолка на шарнирных скобах. - Поскольку это онкологическая клиника, ВВС автоматически снабдили её этим аппаратом. Это усиленный модулятор излучения - убийца опухолей, самая последняя разработка в области онкологических технологий. Несколько матриц низкодозных радиоактивных пучков по сути наводят перекрестье на злокачественную опухоль. Он может уничтожить опухоль размером с шарик для страйкбола, не повреждая при этом никакие окружающие здоровые ткани.
- Это звучит потрясающе.
- Так и есть, - Деллин рассмеялся. - Но нам это не нужно. Этот аппарат бесполезен против того вида рака, с которым мы имеем дело. Мы сказали им, что нам не нужен аппарат, но они всё равно его прислали; сказали, что это "протокол инвентаризации ВВС", согласно которому аппарат должен быть доставлен. Смешно! Эта штука стоит полмиллиона баксов.
Ещё больше отходов и неосмотрительных расходов, но Клэр видела это всё время.
Внутри клиника казалась больше, чем снаружи. Рядом с автоматом с кофе находился небольшой кафетерий и столовая, в которых работали два гражданских лица.
- Хотите верьте, хотите нет, но еда здесь довольно вкусная, и она очень дешёвая, - сообщил ей Деллин. - Хотя на территории нет военнослужащих ВВС, клиника всё равно считается военной казармой.
- Значит, еда со скидкой, как в обычных закусочных, - предположила Клэр.
- Верно. Стейк на косточке за два бакса. Свежая рыба на гриле, жареная курица, всякие вкусности. Все, кто работает в клинике, едят здесь каждый день. У них даже есть рёбрышки по средам. Сделайте себе одолжение и воспользуйтесь этими услугами. Без обид, но...
- Я знаю, - призналась она. - Я довольно худая. Шеф охраны весом сто фунтов под дождём не производит особого впечатления на визуальное присутствие власти.
Клэр почувствовала запах жареного лука и стейка. Сочные ароматы напомнили ей, как она голодна и как давно она не ела в последний раз.
"Первое в списке дел, - подумала она. - Обожраться".
- Да, всегда лучше выглядеть соответственно. Насколько доверяли бы мне мои пациенты, если бы я весил триста и курил одну сигарету за другой? То же самое. И поскольку мы вроде как говорим об одном и том же, - сказал он, делая паузу.
- Да?
Деллину теперь было немного не по себе, он огляделся по полу.
- Э-э-э, да. Конечно, это ваше дело, и я не имею в виду, что вам есть чего стыдиться; я понимаю, что у вас была дурная репутация в ВВС и всё такое. Я просто хочу сказать, что вам, вероятно, будет выгодно всё это держать при себе, особенно то, что вам не везёт с момента увольнения. Это может... вы знаете...
Жестокая правда.
- Это разрушит моё доверие в глазах персонала, которым я командую, - полностью поняла она. - Трудно будет кому-то серьёзно относиться к начальнику службы безопасности, если они узнают, что она провела последний год в очередях в ночлежках.
- Хорошо, что вы можете смотреть на это так.
- Мне не стыдно за то, что со мной произошло, потому что я ничего плохого не сделала. Но всё это дерьмо теперь позади - благодаря вам. Я отлично справлюсь с работой для вас.
- Уверен, что так и будет, - сказал Деллин.
Затем он познакомил её с некоторыми из медицинского персонала: томографами, медсёстрами, техниками, все они казались компетентными и дружелюбными. Однако её взгляд немного блуждал по самому Деллину
"Какой хитрый лис", - подумала она, хотя не совсем понимала, почему она сделала такое замечание.
Она пыталась сосредоточиться на своей работе. Но теперь, когда его пиджак был снят, галстук ослаблен, а рукава закатаны, Деллин показался ей ещё более привлекательным, чем раньше. Под сшитой на заказ рубашкой он был явно в форме, его руки были сильными и хорошо очерченными, плечи широкими.
"Немедленно отвлекись от таких вещей! - закричала она на себя. - Будь внимательна! Делай свою работу!"
Но это определённо не в её стиле - так оценивать мужчину.
"Будь реалисткой. У него, вероятно, есть сногсшибательная жена и куча детей".
Она снова сосредоточилась на деле: знакомстве с объектом.
- Вот ваш офис, - сказал Деллин и показал ей небольшую охранную зону.
Довольно стерильно. Стол, компьютер, картотека, сейф для ключей. В углу стояла гражданская рация, а ряд небольших чёрно-белых телевизионных экранов показывал несколько зон внутренней и внешней части клиники.
- Отлично, - одобрила она. - Видеокамеры замкнутой цепи.
Он показал ей кнопки консоли.
- На объекте десять камер, пять внутри, пять снаружи. У вас есть шесть мониторов в реальном времени, от A до Е. Вы нажимаете кнопки, чтобы вывести то, что вам нужно. Вероятно, это излишние расходы.
- Конечно, но это не повредит.
- Вот ваши ключи, - сказал он затем и достал из стола небольшую связку ключей. - У вас есть главный ключ к каждому замку на объекте - это личный ключ безопасности, о котором я упоминал ранее. У каждого из других охранников тоже есть главный ключ. Плюс у вас есть эта связка ключей, плюс есть второй комплект для любого дежурного охранника.
Клэр взяла ключи, затем повесила свой главный ключ на шею и позволила ему упасть в тунику. Он щекотал, холодный, между её грудей.
- Не волнуйтесь, у нас не будет никаких проблем с контролем ключей.
- То же самое касается и этого, я боюсь, - и затем он протянул ей небольшой пейджер. - Как и ключ, вы должны всё время носить его с собой. Но не расстраивайтесь... - он указал на такой же пейджер на своём поясе. - У меня тоже должен быть один.
- Никаких проблем, - сказала Клэр и щёлкнула своим.
Затем Деллин повёл её по другому коридору. Когда они проходили мимо ещё нескольких кабинетов и смотровых комнат, у Клэр уже укоренившийся инстинкт безопасности заставил её обратить внимание на замки на дверях: обычные замки с ключом для дома.
- Надеюсь, в вашей аптеке нет таких замков, - сразу же сказала она.
Деллин, казалось, был ошеломлён.
- Ну да, есть. Что не так с этими замками?
- Они плохие, вот что. Я могла бы открыть их с помощью изогнутого рыболовного крючка и маленькой плоской отвёртки. Если у вас здесь есть мощные обезболивающие, вам, по крайней мере, нужен дверной замок военного класса плюс засов.
Прямо за следующим углом Деллин остановился.
- Вот оно.
Большая табличка на двери гласила:
Клэр рассмеялась.
- Вы шутите, да?
Деллин почесал голову.
- Что?
- Первое, что мы сделаем, - избавимся от таблички. Иначе, если кто-то всё-таки сюда проникнет, вы скажете им, где именно находятся вкусности.
Деллин моргнул.
- Ааа... Почему я об этом не подумал?
Они зашли внутрь, чтобы Клэр могла осмотреться.
- Ого, у вас тут столько наркоты, что хватит поднять Элвиса, - сказала она.
- Почти все производные морфина. Всем нашим пациентам приходится принимать их на первых этапах лечения.
Глаза Клэр обшарили запертые полки.
Сульфат морфина в таблетках, сульфат морфина в ампулах для инъекций, гидроморфон и многое другое. Клэр не была экспертом по региональным наркозависимостям, но она помнила несколько учебных блоков по этой теме и знала, что краденые рецептурные препараты были самым крупным бизнесом на побережье залива Флориды, рядом с кристаллическим метамфетамином. Весь крэк, кокаин и героин отправлялись в Майами и города восточного побережья.
- Это рай для наркоманов. Сульфат морфина и любые другие формы морфия с замедленным высвобождением продаются на улице по сто долларов за таблетку.
- Правда? - Деллин казался шокированным. - Мы покупаем их оптом по пять баксов за упаковку.
- На улице одну из этих таблеток разрезают на десять частей. Мне бы не хотелось думать об уличной стоимости всего этого добра. Контроль ключей очень важен для этой комнаты.
Они вышли обратно, Деллин снова запер дверь.
- Эту дверь можно открыть только нашими личными ключами безопасности, и в учреждении они есть только у пяти человек: у вас, двух других охранников, у меня и у директора.
Это звучало благоразумно, но одного контроля ключей никогда не было достаточно. Клэр хорошо знала это по собственному профессиональному опыту.
- Вы проверили всех, кто здесь работает, на предмет судимостей и наркотических историй?
- Конечно. Все кристально чисты, даже уборщики и повара.
- А подрядчики? Люди, которые строили это место? Нередко бывает, что мошенник-подрядчик или рабочий копирует ключ.
- Работавшие здесь подрядчики были сначала проверены Службой расследований Министерства обороны.
- Хорошо, это то, что мне нужно услышать, - Клэр была рада, что всё, казалось, встало на свои места; ей не придётся самой разбираться во многих вопросах. - Итак, первое, что мы сделаем, это снимем эту вывеску; я сделаю это сама, когда вы закончите мне показывать. Второе - нам действительно нужно поставить на эту дверь серьёзный замок, такой замок, как... - и тут что-то привлекло её внимание. Она указала. - Такой замок, - закончила она.
В дальнем конце коридора была ещё одна дверь. Здесь вывеска гласила просто: КРЫЛО Б, а на двери был не ключевой замок, а высококачественный засов с кнопкой пропуска.
- Что такое Крыло Б?
- Там мы храним наши истории болезни пациентов и наши основные лечебные фармацевтические препараты, о которых я вам рассказывал раньше - интертиолят. Гарри - единственный, у кого есть доступ к Крылу Б.
- Гарри?
- Директор клиники. С нашей точки зрения, интертиолят ещё более чувствителен, чем все эти обезболивающие в хранилище аптеки, и Гарри очень параноидально относится к этому, но я не могу сказать, что виню его. Если кто-то украдёт достаточно нашего запаса интертиолята для синтеза, патент ВВС на него будет бесполезен на международном уровне. Вот почему Гарри не хочет, чтобы кто-то ещё был в Крыле Б. Иногда он ведёт себя как тот ещё мудак, но он хороший парень. Сегодня он проводит симпозиум в Сарасоте, но должен вернуться к пяти. Тогда вы с ним встретитесь.
По крайней мере, это объясняет крыло, закрытое для посещения, хотя Клэр не была уверена, была ли это такая уж хорошая идея - лишать доступа даже службы безопасности. Это их работа; они могут управлять им так, как хотят.
- Хорошо, Крыло Б ограничено. Но нам действительно нужен высококачественный замок-засов на аптеке.
- Я поговорю с Гарри, когда он вернётся. Заставить его отправить запрос на заказ на работу - это как вырывать зубы, но я уверен, что он выслушает ваши доводы, - Деллин взглянул на часы, затем пробормотал неразборчивое ругательство. - У меня сейчас пациент, но я догоню вас позже. Почему бы вам не связаться с Джойс по рации и не попросить её показать вам объект?
- Сделаю. Увидимся позже.
Деллин улыбнулся и ушёл, но пока он это делал, Клэр снова спохватилась.
Она смотрела на него, размышляя о настоящем телосложении под одеждой.
"Чёрт возьми, девочка, вот и снова! Что с тобой? Проклятие! Ты даже не проработала целый час, а уже вожделела своего босса!"
Нет, это было совсем не похоже на Клэр, и ей пришлось задаться вопросом, почему? Она не любила загадки, особенно когда они касались её самой. Но, возможно, некоторые из более первобытных аспектов её психики стали чрезмерно компенсировать это сейчас, когда её внезапно поместили в положение социальной нормы.
"Я больше не переживаю из-за еды и жилья, - предположила она, - так что теперь вступают в действие другие инстинкты, инстинкты, которые были деприоритетными, когда я была бездомной".
Она была сексуально мертва после изнасилования, конечно, и сексуально неактивна в течение нескольких лет до этого, всегда ставя свои личные приоритеты на свою работу. Она хотела, чтобы её карьера была прочной и надёжной, прежде чем она отправится на какие-либо серьёзные поиски отношений. Это всегда казалось самым разумным планом, но теперь, когда она об этом подумала, возможно, это было ошибкой с самого начала. Было такое понятие, как быть слишком серьёзным, слишком разумным. Ей было почти двадцать девять лет, и бóльшая часть её романтического расцвета уже позади.
"Если бы у меня был муж или серьёзный парень во время изнасилования и военного суда, по крайней мере, кто-то был бы рядом со мной, и я не была бы бездомной после увольнения. Я всё это неправильно разыграла", - поняла она сейчас.
Но сейчас было явно не время для таких размышлений.
"Самоанализом займёшься позже, - подумала она. - Теперь у тебя есть работа. Не облажайся в первый же день из-за того, что тебе понравился твой чёртовый босс".
Она вернулась в офис охраны, по пути улыбнувшись одному или двум пациентам. Первое, что она сделала, это схватила отвёртку "Филлипс", затем немедленно вернулась в аптеку и сняла бросающуюся в глаза вывеску с двери.
Теперь нужно было связаться с Джойс, осмотреть периметр.
Но другая вывеска царапала ей глаза, как раз когда она отворачивалась от аптеки.
"И именно там они хранят сверхсекретный препарат от рака, - вспомнила она. - Интертиолят".
Клэр пришлось согласиться; чем меньше людей имеют доступ, тем лучше, но она должна была задаться вопросом, не параноидально ли Деллин и директор клиники относятся к перспективе промышленного шпионажа и кражи. Клэр знала, что настоящей целью кражи было хранилище аптеки.
"Мне нужно узнать о системе сигнализации, узнать, сколько из этих дверей подключены", - сделала она себе заметку.
Она бросила последний взгляд на дверь Крыла Б, затем вернулась в свой кабинет.
На столе лежал прикрепленный к планшету ежедневный журнал операций; Клэр могла видеть, что Джойс уже начала его, перечисляя свои первые обходы. Клэр сама зарегистрировалась и отметила свой основной инструктаж с Деллином. Её внимание привлекли шкафчики на другой стороне кабинета. Табличка на одном шкафчике гласила:
"Это я, так что... Не возражаете, если я так сделаю..."
Она вытащила свой личный ключ безопасности с шеи, и - конечно же - он открыл шкафчик.
"Хорошо! Теперь мы посмотрим что там!"
На крючке висел полностью подогнанный кожаный ремень для пистолета, в комплекте с кобурой с защёлкой и шестидюймовым Кольт Трупер Марк III .357 магнум.
- Мне подходит, - пробормотала она себе под нос.
Ей пришлось продеть ремень в несколько пазов, чтобы он соответствовал её талии, и вот тогда она заметила, что ремень, хотя и относительно новый, уже использовался в прошлом. Отверстия для ремня были изношены. На дне шкафчика блестел золотой значок безопасности. Клэр подняла его и прикрепила прямо на место. Но затем...
Там было что-то ещё.
Она наклонилась и подняла небольшую латунную пластинку. Это был бейдж.
"Какого чёрта? Я думала, что я начальник службы безопасности?" - но потом ей пришло в голову, что она, должно быть, смотрит на бейдж человека, которого она заменяет.
Деллин на самом деле не упоминал, что она кого-то заменяет, но какое это вообще имеет значение? Теперь она порылась в ящиках стола. Потребовалось всего несколько минут, чтобы просмотреть некоторые из прошлых операционных журналов, чтобы понять это.
"Г. Флетчер?"
Теперь она увидела имя на том, что, казалось, было самым первым журналом. Грейс Флетчер. Начальник службы безопасности. Деллин сказал ей, что клиника работает всего около месяца, но Клэр могла видеть по журналам, что даже до официального начала клинических испытаний здесь проводилась операция по обеспечению безопасности. Конечно. Теперь это имело смысл. Фактический контракт на обеспечение безопасности вступил в силу почти год назад, когда объект находился в стадии строительства.
"И эта женщина здесь - Грейс Флетчер - была начальником службы безопасности до меня".
Клэр теперь сидела неподвижно за столом, постукивая пальцем по промокашке. Она не могла устоять перед очевидным любопытством.
"Интересно, что с ней случилось?"
Казалось, сейчас самое время это выяснить.
"Мне в любом случае нужно, чтобы Джойс показала мне объект. Я спрошу её".
Она развернулась на стуле в сторону радиоприёмника. Это была стандартная гражданская базовая станция со сканером, тремя многоблочными частотными диапазонами и частным каналом. Она собиралась включить её и позвонить Джойс, когда...
"Что, чёрт возьми, это такое?"
Малейшее движение привлекло её внимание, когда она взяла микрофон.
Движение на одном из экранов замкнутой системы.
Экранов было несколько, но они были не очень большими - всего тринадцатидюймовые дисплеи. Один показывал ворота безопасности на главной дороге, другой - вход в клинику, а ещё несколько показывали различные точки периметра, которые находились глубже снаружи.
На последнем экране она увидела что-то движущееся.
Камера показывала расширенный вид того, что, казалось, было задним входом в клинику; на экране она могла видеть погрузочную площадку здания, её единственную дверь отсека опущенной и длинную грунтовую дорогу, уходящую от неё. Движение, которое она обнаружила, было таким далёким, что ей просто повезло, что она вообще его уловила. Её привлекло мельчайшее подмигивание, похожее на металлическую вспышку, от рощи пальм и нескольких приземистых кустов пальметто. И...
Вот оно снова - вспышка.
Клэр уставилась на экран, но детали были слишком далеки.
- Где зум на этой штуке? - произнесла она вслух. - А, мне повезло...
На консоли она нашла элементы управления камерой, каждая камера и её экран для размещения были обозначены буквой. Она нажала стрелку зума для камеры F, значительно приблизив кадр.
- Не говорите мне, что в мой первый день на дежурстве нарушитель...
Объектив увеличился до невероятного масштаба, затем она переместила камеру так, чтобы её "нарушитель" оказался в центре кадра.
Это был человек, ну да, два человека на самом деле.
"О, нет, - простонала Клэр у себя в голове. - Похоже, мой первый официальный отчёт будет о моём собственном персонале".
Вспышка, которую она увидела, была значком, значком безопасности, а человеком в кадре была Джойс. Значок подмигнул на солнце, когда она расстегнула рубашку, чтобы обнажить грудь.
Сейчас она была в тесном клинче с другим охранником, высоким темноволосым мужчиной.
- Отлично. Это просто здорово.
Мужчиной-охранником, очевидно, был Рик, о котором Джойс и Деллин упоминали ранее, и было столь же очевидно, что Джойс и Рик были не очень-то осмотрительными любовниками. Клэр была взбешена, не столько тем, что она их поймала, сколько тем, что теперь у неё была обязанность что-то с этим сделать.
"Чёрт возьми!"
Стоит ли ей ссылаться на них в письменной форме? Сообщить о них Деллину? Уволить их на месте? Она вздохнула, подперев подбородок рукой.
- Это мне не нужно. Не в мой первый день, - её взгляд снова метнулся к экрану.
Пара любовников обнималась, обмениваясь глубокими, жадными поцелуями. Джойс прижала Рика к дереву, и когда её голые груди тёрлись о его грудь, её рука, не теряя времени, скользнула в его защитные брюки. Их жесты казались неистовыми, отчаянными, поскольку они практически терзали друг друга в маленькой бухте кустарника. Голова Джойс откинулась назад; рот Рика провёл влажную линию от её губ до выступающей груди, затем крепко присосался к соску. Когда его рот отстранился, сосок торчал, как розовый гвоздик, и всё тело Джойс вздрогнуло, когда он сильно дёрнул сосок пальцами. Затем его рот лизнул другую грудь, повторил ласки, в то время как его рука нагло раскрылась над промежностью брюк Джойс и начала тереть.
"Боже! - подумала Клэр. - Это какое-то шоу, и теперь мне лучше придумать, как его закончить..."
Она снова потянулась к радиомикрофону, но не могла отвлечься от маленького видеоэкрана. Она никогда не была вуайеристкой, но это...
Это...
Было слишком заманчиво, чтобы не смотреть.
Теперь Джойс стояла на коленях, Рик тяжело дышал, стоя у дерева. Угол обзора камеры не позволял Клэр видеть мелкие детали, но ей не нужно было рассказывать, что происходит. Часть её чувствовала себя неловко, наблюдая за этим, ей было не по себе.
Но другая её часть?
Затем Рик грубо поднял Джойс на ноги, снова обнял её с силой и развернул. Теперь Джойс стояла у дерева, её глаза были закрыты от блаженства, когда Рик глубоко целовал её в губы, его язык погружался глубже. Голый плоский живот Джойс, казалось, втягивался и вытягивался от возбуждения, а её большая грудь казалась ещё больше, соски торчали, как шипы.
"Ладно, Клэр, хватит. Это служба безопасности, а не театр для взрослых".
И когда она повторила свой приказ прекратить смотреть на проделки на экране и предпринять какие-то управленческие действия...
"О, нет! У них, возможно, не хватит наглости..."
Она уставилась ещё сильнее.
"Нет, пожалуйста! Не средь бела дня!"
Рик всё ещё крепко целовал Джойс, но теперь его большие руки были заняты её талией. Он расстегнул её ремень, расстегнул перед её брюк несколькими уверенными, неделикатными движениями. Затем он спустил её брюки прямо там, у дерева.
"Я не могу в это поверить!" - подумала Клэр.
Выражение лица Джойс было похоже на распутный восторг, её глаза сияли щёлочками. Рука Рика настойчиво скользнула под её трусики, затем он начал стаскивать их вниз...
Клэр могла только покачать головой в недоумении, но как раз в тот момент, когда казалось, что Рик и Джойс собираются довести свои действия до самого крайнего предела...
"О, слава богу", - подумала Клэр.
Внезапно на лице Джойс промелькнул простой здравый смысл, и она ухмыльнулась, отталкивая его и качая головой. Клэр могла видеть, как её губы беззвучно говорят: "Нет, нет, нет, нет!", когда она снова натягивала и застёгивала свои защитные брюки. Затем она выбежала из кадра с тихим дразнящим смешком на губах. Рик сгорбился в понятном разочаровании и пошёл за ней.
"Они, должно быть, думали, что камера безопасности слишком далеко, чтобы заснять их", - предположила Клэр.
Но, застав их, она не чувствовала себя особенно умной или наблюдательной. И они, вероятно, не догадались бы за миллион лет, что новый начальник будет максимально увеличивать масштаб изображения и наблюдать за ними.
Что ей делать?
Конечно, Рику и Джойс нужно будет сохранить свой пылкий роман в тайне; иначе они потеряют работу. Клэр было достаточно легко осудить их безответственность по чисто объективным причинам. В любом случае, физическое проявление чувств во время дежурства недопустимо. А откровенная сексуальная активность? Это простое и понятное нарушение, за которое можно уволить. Нет, они не занимались сексом прямо там, в лесу, но это неважно. Они были ужасно близки, и их намерения нельзя было отрицать.
"Я должна сообщить о них Деллину и рекомендовать их уволить".
Но затем она вспомнила о своей собственной маленькой слабости сегодня: сколько раз она ловила себя на том, что мечтательно пялится на Деллина?
"Думаю, я не из тех, кто говорит о моральных преступлениях на рабочем месте".
Она включила микрофон, нажала на кнопку.
- Джойс? Это Клэр. Где ты сейчас?
Рация тут же затрещала в ответ.
- Я на СП-6.
Клэр понятия не имела, что это значит, но быстрый взгляд на карту местности объяснил: СИСТЕМА ПАТРУЛИРОВАНИЯ, за которой следовали цифры, увеличивающиеся до двадцати четырёх.
"СП, - предположила она. - Система патрулирования".
- Ладно. Мне нужно, чтобы ты показала мне территорию. Встретимся на парковке у входа.
- Сделаю. Я уже в пути.
"Ты уже в пути, всё в порядке - вероятно, в очередь за пособием по безработице", - подумала Клэр, запирая офис и направляясь к выходу.
На парковке, даже несмотря на достаточную тень от высоких деревьев наверху, жара стала совершенно невыносимой.
"Привыкай", - сказала она себе.
Пока она ждала, на парковку заехали ещё несколько амбулаторных пациентов и вошли в клинику. Все они были пожилыми и все улыбались, несмотря на свой мрачный диагноз рака. Конечно, они улыбаются. Их вылечивают, хотя месяц назад их частные врачи, вероятно, говорили им, что они неизлечимо больны. Несмотря на то, что она была всего лишь охранником, Клэр находила необычайно захватывающим быть связанной с учреждением, которое нашло лекарство от рака. Когда испытания закончатся и - как надеялись, пройдут успешно - Клэр с нетерпением будет ждать новостей в заголовках.
На дальнем углу парковки она заметила два парковочных места, где ярко-жёлтая краска на новом асфальте гласила: "ТОЛЬКО ДЛЯ ОХРАНЫ ПАРКОВКИ". Одно место было пустым, но на другом стоял припаркованный новенький белый "Шевроле Блэйзер". Клэр медленно обошла большой полностью оборудованный полноприводный автомобиль, думая:
"Неужели это..."
Да!
Деллин сказал, что ей предоставят автомобиль бесплатно; Клэр сразу поняла, что это он. Чёрные трафаретные буквы на дверях гласили: "НАЧАЛЬНИК БЕЗОПАСНОСТИ". Ключи на её кольце переключения передач открыли его; она не могла не присмотреться. Внутри всё ещё пахло относительно новым, а обивка выглядела безупречно. Кондиционер, электрические стеклоподъёмники, CD-плеер, а также сканер и радиоблок, который, должно быть, был вспомогательным для базовой станции радио в офисе.
"Это определённо подойдёт", - сказала она себе.
Раздался рёв мотора, затем на стоянку въехала машина 4 на 4 поменьше с похожими опознавательными знаками безопасности. Джойс улыбнулась и помахала рукой из открытого окна водителя.
"Ого, Джойс, - подумала Клэр с каким-то остроумным цинизмом. - Мне кажется, или ты выглядишь немного покрасневшей?"
- Проверяешь свои новые колёса, да? - сказала Джойс, когда она подъехала. - Это дежурный грузовик, но теперь он твой. Он отличный, не так ли?
- Неплохо. Мне нравится.
- Да, как и первому начальнику охраны тоже...
- Грейс Флетчер, - заявила Клэр. Она села на пассажирское сиденье грузовика Джойс. - Ты её очень хорошо знала?
- Нет, не совсем - на самом деле это был всего один день. Она обучила меня на объекте, показала, где находятся контрольные пункты, и на этом всё закончилось. Уволилась на следующий день. Но она была довольно милой.
- Почему она уволилась?
- Она не могла справиться с климатом, вот что она мне сказала, но потом один из охранников сказал мне, что они считают территорию слишком опасной, - Джойс выехала со стоянки и направилась по главной дороге, ведущей в клинику. - Сначала я покажу тебе восточный отрог острова - это самая дальняя граница участка, - затем средний отрог, чтобы ты могла увидеть проток и зыбучие пески.
Упоминание слегка дёрнуло Клэр.
- Зыбучие пески? Ты шутишь?
- Нет. Болота, карстовые воронки, зыбучие пески - у нас есть всё, а также змеи, акулы и даже аллигаторы.
- Значит, Грейс Флетчер не преувеличивала: территория довольно опасна.
Джойс рассмеялась.
- Прогуливаться по центру Тампы ночью - это опасно. Ни одна из змей не ядовита, акулы заплывают в среднюю бухту только в разгар лета, аллигаторы боятся тебя больше, чем ты их, а поле зыбучих песков полностью огорожено. Если только ты не совсем беспечна, это место совсем не опасно.
Клэр решила приберечь свои собственные суждения на потом. Дорога сузилась, когда они пересекли восточный отрог острова; внезапно густой туннель из деревьев открылся на совершенно неухоженный пляж и потрясающий вид на залив.
- Вот это пейзаж, - прокомментировала Клэр. - И какой красивый, изолированный пляж.
- Туда никто не ходит, потому что по какой-то причине скаты любят это место для своего размножения.
"Фантастика, - подумала Клэр. - Змеи, акулы, аллигаторы, а теперь и скаты!"
- О, да, и медузы тоже, - добавила Джойс. - В определённое время года тысячи из них приплывают сюда. У некоторых из них есть такие щупальца-жала длиной в три и четыре фута. Обмотай одну из них вокруг ноги, и ты будешь чувствовать её целую неделю.
Клэр была слегка ошеломлена.
- Ну, похоже, я не пойду в воду. Никогда.
- О, нет, это было бы ошибкой. В средней бухте, где стоят коттеджи, ничего подобного нет. Ты будешь жить на острове, верно?
- Да. Деллин сказал, что я могу, если захочу.
- Ну, поверь мне, ты захочешь. Это самое красивое место, которое ты когда-либо видела, и там нет арендной платы! Прямо на пляже. Там живёт куча сотрудников, и это меньше чем в миле от работы. Я заметила миссис Грейбл в крайнем блоке, которая убирает его, так что, думаю, это то, что как раз тебе достанется.
- Миссис Грейбл?
- Она, типа, управляющая, тоже живёт там со своим мужем. Она занимается всем обслуживанием, уходом за территорией, и если что-то сломается в твоём блоке, звони ей.
- Не могу дождаться, чтобы увидеть это место.
Джойс проехала через средний отрог острова: болота, топи и, конечно же, заросший, огороженный периметр с надписью ОПАСНОСТЬ! ЗЫБУЧНЫЕ ПЕСКИ! До сих пор всё, что видела Клэр, было буквально тропическими джунглями.
- Итак, восточный и средний отроги - они такие заросшие и густые. Не могу поверить, что у вас есть какие-то проблемы с вандалами и нарушителями в этих районах.
- У нас их нет, - подтвердила Джойс. - И теперь ты понимаешь, почему они решили закрыть эту половину парка для публики; отроги суши намного уже и их гораздо сложнее обслуживать. Но центральный отрог - где находятся клиника и озеро - вот где у нас проблемы.
- Браконьеры, да?
Джойс кивнула.
- Сейчас охота на аллигаторов незаконна, но время от времени мы видим здесь каких-нибудь тупиц, которые этим занимаются. Они продают мясо ресторанам. А озеро Стефани полно охраняемых и находящихся под угрозой исчезновения видов пресноводных рыб, поэтому браконьеры выходят туда ночью со своими удочками. Мы поймали несколько из них. Штраф за каждую рыбу составляет 1500 долларов.
- Ого!
- Да. Но идиоты продолжают прибывать. И, конечно, есть старый добрый Троянский мыс. Это маленькая лагуна прямо в конце отрога, окружённая пальмами. Это считается лучшим романтическим ночным местом для всех бедняков, получающих социальное обеспечение в Тьерра-Рохо и на юге Сент-Питерсберга. Они ходят туда пить пиво и курить травку. И мне не нужно объяснять, почему они называют его "Троянским мысом".
Клэр на мгновение задумалась, затем закрыла глаза.
- Я так понимаю, мы говорим не об Агамемноне и Ахилле.
Джойс хихикнула.
- Помню, как-то утром я пошла туда, чтобы проверить систему патрулирования, и насчитала вдоль пляжа сорок шесть использованных презервативов. Это было так мерзко!
- Посмотри на светлую сторону. Они практикуют безопасный секс.
- Чёрт с ними. По крайней мере, будет меньше детей, принимающих метамфетамин. Криминальный элемент к западу от материка - это стопроцентный нищий. Белый мусор из трейлера. Извини, если это звучит неполиткорректно, но зачем ходить вокруг да около? Эти люди существуют, чтобы трахаться и курить мет, а для охранника они просто заноза в заднице.
Внезапное грубоватое социальное наблюдение Джойс быстро удивило Клэр. Её собственные взгляды на такие вещи были немного более внимательнее, или она на это надеялась: люди не были плохими по своему выбору, они были плохими из-за невнимания к дискриминации, подчинению и негативной среде, в которой они были вынуждены расти. Выросшая в приюте, не говоря уже о годе бездомности из-за дискриминации, она немного знала об этом предмете.
С другой стороны, она всегда поддерживала своё чувство морали, всё самостоятельно.
- Расслабься, - продолжила Джойс. - Я не превращаю тебя в расиста. Просто меня действительно бесит видеть, что эти люди делают с собой. Я выросла в гетто в Нью-Гемпшире, и когда мне было шестнадцать, многоквартирный дом сгорел, и погибла вся моя семья.
- Ого. Мне жаль это слышать.
Воздушный тон Джойс свидетельствовал о том, что она не ищет жалости. Она просто пожала плечами.
- Во втором классе я подверглась насилию со стороны одного мерзкого учителя, я росла, питаясь плавленным сыром, который выдавали по талонам, и я видела, как пожарная часть Нашуа складывала то, что осталось от моих родителей и младшего брата, в мешки для трупов. Иногда случаются дерьмовые вещи - такова жизнь. Но со всем дерьмом, через которое я прошла, я никогда ничего не воровала, никогда не принимала и не продавала наркотики. У меня было много возможностей, и были времена, когда это было действительно искушающе. Но я никогда этого не делала.
Клэр внимательно слушала то, что рассказывала её сотрудница, не только слова, но и то, что общего было между ними.
"Ей приходилось даже хуже, чем мне, но она всё равно держалась".
Теперь, когда Клэр узнала всё это, она изменила свои первоначальные впечатления.
"Думаю, немного шалостей в лесу - не такое уж ужасное оскорбление".
Клэр почувствовала себя угрюмой, услышав об ужасных невзгодах молодой женщины.
Джойс весело рассмеялась.
- Извини! Я не хотела так жаловаться.
- Всё в порядке. Ты сильная женщина.
- Возвращаясь к сути. Когда деревенщины не нюхают свои метамфетаминовые трубки, эти придурки развлекаются с помощью...
- Рецептурных обезболивающих, - подхватила Клэр, - которыми, как раз, напичкана клиника.
- Да. Так что это наша самая большая проблема. Мы не можем позволить, чтобы педики ворвались и прибрали всё это к рукам.
Клэр почти рассмеялась над небрежным языком Джойс.
"Педики. Иисусе. Эта девчонка - просто улёт".
- Хотя это немного забавно, - продолжила Джойс. - Деллин и Гарри больше волнуются о запасах интертиолата, чем всем этим морфием. Они действительно обеспокоены тем, что кто-то может проникнуть на объект и украсть немного.
Клэр подняла бровь.
- Это звучит немного излишне параноидально, и довольно жадно и корпоративно. Но посмотри на это с их точки зрения. Интертиолят - это их детище. Конечно, лечение рака не должно зависеть от того, кто получит признание, но давай посмотрим фактам в лицо. Если бы я помогала изобретать эту штуку, я бы тоже хотела признания и денег. И я бы сделала всё возможное, чтобы какая-нибудь другая компания меня не обманула.
- Да, я думаю, ты права.
- Они платят нам за охрану Крыла Б, как будто это Форт-Нокс, так что мы этим и занимаемся.
По пути Джойс указала на другие болота и топи в самых безлюдных районах местности; затем она поехала обратно в клинику.
- Теперь, когда я увидела это, другие отроги не кажутся мне немного жуткими. Там почти как в тропическом лесу, - отметила Клэр.
Она также отметила жару и влажность. Казалось, что её форменная блузка прижимается к коже и высасывает влагу. Внезапно мысль о том, что кто-то уходит с этой работы из-за климата, показалась не такой уж и далёкой.
- Возвращаясь к тому, о чём мы говорили ранее. Грейс Флетчер сказала тебе, что уходит из-за климата, но другой охранник сказал тебе, что это из-за потенциальных опасностей? Это Рик тебе это сказал?
- О, нет. Это было ещё до того, как Рика наняли, - объяснила Джойс.
Капли пота стекали по её щекам и шее, но она, казалось, нисколько не чувствовала себя неуютно. Однако её выражение лица казалось скептическим.
- От персонала ходило много разных слухов. Грейс получила твою работу, и у неё было два других охранника: Роб и Донна. Все трое составили первую команду охраны объекта. Всё шло хорошо, пока внезапно - около месяца назад - все трое не подали на увольнение. Деллин был не слишком счастлив, потому что это заставило его отвлечься от пациентов, чтобы нанять новую команду. Я была первым новым сотрудником. Грейс показывала мне всё и говорила, что причина, по которой они все уходят, в том, что слишком жарко. Ладно. Я ничего об этом не думаю, и я чертовски счастлива, потому что я получила работу. Тем вечером, однако, я столкнулась с парнем, Робом Томасом, на системе патрулирования, и он сказал мне, что они все подали своё увольнение, потому что у них было несколько стычек с аллигаторами и змеями, и они просто посчитали, что эта работа слишком опасна. Мне это показалось немного излишне реактивным, но, опять же, какое мне дело? Им не нравится эта работа, это их дело. Улавливаешь мою мысль?
- Да, - ответила Клэр, высунув руку в окно. - Что-то ещё?
Джойс на мгновение замерла.
- Да, и это немного странно. Я прихожу на следующее утро, чтобы начать смену, а Грейс нет. Роба и Донны тоже нет, и все их шкафчики пусты.
- Их две недели перед увольнением истекли, ты имеешь в виду?
- Нет, в том-то и дело. У них оставалось ещё десять дней, но они все трое ушли накануне вечером, все трое, в одно и то же время. Вот почему это кажется мне немного странным. Не соблюдая двухнедельное правило, они теряют выходное пособие. Я имею в виду - чёрт - они, должно быть, действительно ненавидели эту работу, раз так быстро ушли и сказали к чёрту выходное пособие. Тебе не кажется это немного странным?
- Да, - призналась Клэр. - И это просто звучит... подозрительно.
- Э-э-э, и никто никогда не узнает настоящую причину. После их ухода ходили слухи один за другим, до такой степени, что это становилось смешно. Девушка в кафетерии сказала мне, что они сбежали из города, потому что были действительно разыскиваемыми преступниками. Уборщик сказал мне, что слышал, как Деллин уволил их, потому что они воровали наркотики из хранилища аптеки. Люди в баре говорили, что они все были кучкой пьяниц, а парень из службы по борьбе с вредителями сказал мне, что это был трёхсторонний любовный треугольник, который пошёл не так, - Джойс покачала головой, удивлённая. - Кто знает? И если ты спросишь меня, кого это волнует?
- Это довольно неважно, когда ты докопаешься до сути, - предложила Клэр, хотя она должна была признать, что её любопытство было задето. - Ты здесь уже месяц, и тебе всё ещё нравится эта работа, верно?
- Это отличная работа. Хорошая зарплата, медицинская страховка и бесплатный пляжный домик? Ты шутишь? Это лучшая работа, которая у меня когда-либо была. Всякий раз, когда я вижу аллигатора, я кричу "бу!", и он убегает.
- Я уже воодушевлена, - сказала Клэр.
Они вернулись на главную дорогу, длинные каштановые волосы Джойс развевались на ветру.
- Поверь мне, Форт-Алачуа - самый безопасный парк, какой ты когда-либо найдёшь.
Её душили. Руки умело сжимали её шею, выжимая её, как губку для мытья посуды. Её обнажённое тело содрогалось под кристально чистой водой; изо рта вырывались пузыри.
Бедная Кэри Энн.
Как Бог мог так с ней поступить? И это после того, как она была так близка к тому, чтобы сбежать?
Её насиловали в лесу в течение нескольких часов прошлой ночью, тащили через ежевику, кусты и болота, кишащие насекомыми, и даже несмотря на всё это, ей удалось сбежать от этого злодея, спрятаться до рассвета и найти лодку. Это было чудесное достижение по любому поводу, но особенно для женщины с телосложением и конституцией Кэри Энн: худой, обезвоженной высасывающим жаром залива, голодной. И всё же в своей чистой воле к выживанию она избежала этого ужасного насильника и похитителя. Она пережила весь этот ужас, боль и лишения - и ради чего?
Чтобы её поймали и всё началось снова.
Она вспомнила своё безумное, рыдающее изнеможение, когда она пробиралась из леса к мягко плещущемуся берегу. Лодка Калеба всё ещё была там, где они оставили её вчера вечером. Она хихикала, как чертёнок, широко раскрыв глаза в безумном ликовании, пока она неловко отвязывала беседочный узел от береговых корней, к которым они пришвартовались, затем вытащила лодку, пока она не оказалась по пояс. Чистая вода залива ощущалась как ласка небес для её грязной, искусанной насекомыми кожи. Она перевернулась в лодку и сразу же начала грести.
"Я свободна! Я выбралась! - воскликнул её измученный разум. - Я сделала это!"
Она гребла, буквально, как сумасшедшая, потому что она уже была безумной, совершенно бредящей сумасшедшей женщиной, которая только что освободилась из когтей непостижимой смерти. Она бормотала что-то безмолвное и восторженное, а затем её охватило ещё бóльшее волнение, когда она увидела, чуть больше чем в миле от неё, парусную лодку, лениво плывущую по устью залива Тампа. Теперь безопасный, нормальный мир был так близок к ней, и она гребла, гребла и гребла, пока её сердце чуть не разрывалось. И она снова подумала:
"Я сделала это! Я сделала это!"
Вот тогда она заметила, что лодка не движется вперёд.
Она гребла сильнее, яростнее, вёсла вырывали струи воды и выстреливали ими на ярды позади неё. Но...
Лодка всё ещё не двигалась.
Она была на мели? Этого не могло быть! Теперь она была по крайней мере в пятидесяти футах от берега! Она опустила весло прямо вниз, до самого конца рукоятки, для бóльшего доказательства.
Если лодка не была на мели, то почему она не двигалась?
Затем её ликование рассеялось.
Очень медленно её нападавший, её враг прошлой ночи, поднялся, капая, из воды на носу лодки. Он был там всё это время, держа лодку руками.
Он посмотрел на неё через нос и улыбнулся.
Кэри Энн закричала так сильно, что её лёгкие чуть не вылетели горячими кусками, так громко, что белки её глаз кровоточили до ярко-красного цвета, и так высоко цапли и радужные попугаи взлетели с пляжа испуганными толпами.
При дневном свете не было никакой безопасности - не здесь. Она могла кричать сколько угодно, но люди на паруснике никогда бы её не услышали. Никто бы не услышал. В мгновение ока руки её насильника схватили её за горло, и утащили в воду. Удушение было медленным, преднамеренным, руки держали её, затем поднимали обратно на достаточное время, чтобы сделать один вдох, прежде чем снова опустить её лицо вниз. Если бы она была более разумной в то время - и более здравомыслящей - она бы легко почувствовала ликование, чистое садистское наслаждение со стороны нападавшего. Он собирался убить её медленно...
Ради развлечения.
Погружённая, её лицо раздулось, её волосы распустились вокруг головы, словно трагическая текучая аура. Её руки пытались разорвать хватку на горле, но это было бесполезно; её ноги выбрасывались в прохладную воду, не натыкаясь ни на что. Каждый раз, когда её тащили наверх, она чувствовала, как бушующая эрекция скользит по её животу и бёдрам.
К этому времени Кэри Энн просто хотела умереть.
Её руки соскользнули с его толстых запястий.
Просто умереть...
Она сдавалась?
Легче умереть...
Теперь её конечности безвольно упали в воду. Он держал её, наблюдая за её лицом под рябью воды. Кэри Энн смотрела в ответ, её язык был толстой пробкой во рту, торчащей между губами. Хотя её мозг больше не был способен к нормальной обработке мыслей, что-то всё же зафиксировалось сейчас, самое суровое осознание, которое потрясло её умирающую психику, словно извержение.
Среди всех ужасных вещей, которые произошли, и со всем, что он сделал с ней - прошлой ночью и сейчас - это был первый и единственный момент, когда у Кэри Энн был шанс по-настоящему увидеть его лицо.
И внезапно этот образ - это лицо - согнуло её. Самый низменный инстинкт охватил её, как ветерок против последнего тлеющего угля в костре, и её чистый ужас разгорелся снова.
Мгновение спустя её нападавший завыл, его руки отпустили горло Кэри Энн. Вой прозвучал, как низкий рог, взорвавшись вокруг них - вой агонии.
Кэри Энн, не осознавая этого, наклонилась, схватила одно из его яичек и начала его крутить. Её ногти вонзились в мошонку. Она упёрлась обеими ногами в его бёдра и потянула.
И оторвала яичко.
Раздались ещё более вопли агонии. Хрипя, Кэри Энн бросилась к берегу и побежала обратно в лес. Вой преследовал её, громкий, как пушечные выстрелы, но её нападавший этого не сделал.
Было уже далеко за полдень, солнце стояло высоко, дневной свет бушевал, и в этом дневном свете Кэри Энн наконец увидела лицо своего нападавшего, и теперь она бежала, бежала, бежала обратно в тропический лес, молясь о том, чтобы снова сбежать, потому что теперь она знала нечто, вне всякого сомнения:
Этот безумный насильник был вовсе не человеком.
Не человеком, а чем-то чудовищным.
Да, демон тянулся к профессору Фредрику, который стоял обеими ногами на дне древней пещеры.
Рот Фредрика открылся, но из него вырвался лишь сухой хрип. Его старое сердце, казалось, остановилось на полпути.
Затем он заметил, что демон ест мармеладных мишек.
- Дейлс! Боже мой! - ахнул Фредрик. - Ты напугал меня...
- До чёртиков? - кивнул Дейлс, улыбаясь. - Вам следовало включить фонарик, когда вы спускались, тогда я бы увидел это, крикнул бы, чтобы вы знали, что я здесь.
Фредрик всё ещё не оправился от пережитого страха. Он был так зол, что хотел крикнуть в лицо своему помощнику, но потом...
Большая часть его была рада, что на самом деле это не демон ждал его здесь внизу.
- Вы задремали наверху, - продолжал Дейлс, жуя. - После еды я проверил воздушный зонд, и он был на зелёном. Я не хотел прерывать ваш прекрасный сон, поэтому первым спустился вниз, чтобы убедиться, что опоры надёжны, - Дейлс подмигнул в свете факела. - Не волнуйтесь, я никому не скажу, что на самом деле я был первым человеком, ступившим сюда за десять тысяч лет. Можете оставить себе эту заслугу.
- Знаешь, Дейлс, я знаю, что я старый человек, но я готов поспорить, что всё ещё могу надрать твою молодую, умную и саркастическую задницу.
Дейлс улыбнулся.
- В своих снах, дядя Джо, и говоря о надирании задниц, вы были правы. Здесь внизу происходили серьёзные надирания задниц.
- Ты их видел?
- Да, и это не окостенения и не окаменелости. Это тела, - Дейлс поднял фонарик под подбородок. - Расчленённые тела.
- И обезглавленные, да?
- Точно, профессор. На минуту я подумал, что эти ваши очки мистера Магу заставляют вас видеть такие вещи, но затем моё собственное острое орлиное зрение быстро подтвердило ваше нелепое заявление, - Дейлс нахмурил обе брови, глядя на Фредрика. - Кто-то оторвал им головы, мать их.
- Ты говоришь с красноречием королей, - сказал Фредрик. - На самом деле, я думаю, что я позволю тебе написать мою будущую автобиографию-бестселлер. А теперь отойди с дороги, чтобы я мог взглянуть на своё открытие.
После этого легкомыслие длилось недолго. Даже Дейлс, прирождённый шутник, выглядел совершенно серьёзным, когда они направили свои лучи в самую широкую часть склепа.
Кровь - часть её в продолговатых лужах, часть в фонтанах - высохла до кофейно-коричневого цвета, но редкая смесь поглощённого метана и азота делала её всё ещё влажной. Конечно, это было не так, но эффект был леденящим.
- Проклятие, - пробормотал Дейлс. - Это много крови.
Сланцевый пол казался безупречным, даже отполированным, несмотря на то, что он не использовался сто веков. Конечности четырёх жрецов Понойя - колдунов, как их ещё называют - были разбросаны в разные стороны, а головы были откручены и затем положены лицом вверх к стене склепа. И снова эффект был леденящим: сморщенные головы смотрели на них.
- Меня бросает в дрожь, - заметил Дейлс. - Если кто-то из них начнёт говорить... мы сможем уйти?
Повязки и браслеты на руках продолжали сиять в своих чистых золотых пластинах - никакого потускнения, никакого окисления, как будто украшения были отполированы несколько часов, а не десять тысячелетий назад. Непристойные туники с рукавами-пагодами всё ещё украшали торсы, сделанные из кожи и замысловато украшенные чернильными отметинами, которые всё ещё выглядели чёткими и резкими. Неизбежный процесс кариолизиса, замедленный защитной средой склепа, заставил внутреннюю часть этих ритуальных одежд слиться с кожей, создавая завораживающую рябь, в то время как ожерелья из бисера и перьевые бахромы вокруг воротников остались практически нетронутыми. Фредрик никогда не видел ничего подобного. Головные уборы, также разбросанные в стороне в какой-то драке, которая здесь происходила, остались абсолютно нетронутыми, и что ещё более странно в своей форме митры, совсем не похожей на типичные перьевые головные уборы, которые обычно считались церемониальными облачениями коренных американцев. Он знал, что многое из этого начнёт распадаться теперь, когда оно подвергнется воздействию обычного воздуха (ему нужно будет как можно скорее отправить сюда съёмочную группу), но он также знал, что, скорее всего, органические остатки - конечности, туловища и головы - не испытают такого распада, если с ними обращаться правильно, естественная мумификация по сути оберегает кожу.
Затем он подумал:
"Кожа. Боже..."
- Осторожно, - предупредил Дейлс. - Если вы что-то разобьёте, это может быть ядовитым.
Фредрик не услышал своего помощника. Он стоял на коленях перед одной из рук, рассматривая её под светом своего фонарика. Ногти, что неудивительно, продолжали расти после смерти, и рука не согнулась, как он ожидал. Время и воздух здесь, внизу, сохранили её так хорошо, что он даже мог видеть завитки и раздвоения отпечатков пальцев, всё ещё нетронутыми. Ещё более уникально то, что там, где рука была отсоединена от плеча, Фредрик мог видеть чистый белый шар плечевой кости и высушенные артерии, висящие в замороженном стазисе. Но он на самом деле был поражён видом кожи в луче фонарика, которая выглядела прозрачной, как тонкое стекло Депрессии, и отдавала блестящим желтовато-бежевым оттенком.
"Невероятно".
- Эти тела сохранились лучше, чем Ледяной человек из парка Татшеншини, - сказал он вслух. - Лучше, чем дети торфяных болот и мумия из пещеры духов Невады.
Голос Дейлса отразился от темноты зловещим эхом.
- Да, профессор. И это тело тоже.
Фредрик встревоженно поднял взгляд. Он мог видеть игру света Дейла вдалеке.
- Ты нашёл ещё одно тело?
- Да. Вы должны это увидеть...
Старые колени Фредрика хрустнули, когда он вскочил и потащился вперёд. Склеп был намного длиннее, чем он себе представлял, намного просторнее. Дэйлс посмотрел на тридцать ярдов в эхо-тьме.
- Это ужасно... и в то же время прекрасно, - сказал Дэйлс себе под нос.
Шаркающие шаги Фредрика замедлились, когда его свет начал освещать открытие его помощника.
Это была женщина.
"Боже мой..."
Женщина, столь уникально и идеально мумифицированная, что у Фредрика закружилась голова от этого зрелища.
Из маленьких, тонко отёсанных кирпичей чёрного сланца в центре склепа был возведён дольмен - жертвенный алтарь. А на вершине дольмена лежала женщина - скорее всего, девочка, достигшая половой зрелости - маленькая, обнажённая и нетронутая в своей 10 000-летней смерти.
Она лежала безмятежно, бархатистые прямые чёрные волосы всё ещё были целы и лежали на её плечах. Иссыхание времени стянуло кожу, но в этой прохладной среде с высоким содержанием азота/углекислого газа она оставалась безупречно гладкой, без признаков сморщивания, обвисания, ряби. Маленькая грудь всё ещё была более чем очевидна, тёмные чрезмерно большие соски всё ещё чётко очерчены, всё ещё растянуты от ужасного натиска убийства. Глаз, конечно, не было (они все были такие), но блаженный облик оставил вид бесконечного взгляда, а не ужасных глазниц. Всё в ней было прекрасным, хрупким, даже ангельским в древней красоте. Фредерик почти устыдился, когда посмотрел между её слегка раздвинутых ног на молодой лобок.
"Четырнадцать, пятнадцать лет, наверное, - прикинул он. - И девственница, без сомнения".
Даже её естество казалось изящно прекрасным, нежная расщелина в некогда непорочной, мягкой как тесто плоти. Редкие лобковые волосы выглядели как тёмный туман.
- Назовите меня извращенцем, босс, но эта девчонка выглядит так, словно её можно взять на выпускной, - пошутил Дейлс. - Боже, она красивее, чем та чирлидерша, с которой я встречался в прошлом семестре, а чирлидерше не было десять тысяч лет.
Фредрик не слышал глупых замечаний; он был слишком очарован находкой. Величайшая мечта каждого археолога была прямо здесь, лежала перед ним... мерцая в своём странном, мёртвом великолепии и почти улыбаясь его благоговению.
Но самым удивительным было увидеть просто кожу девушки. Без пор, гладкая, идеальная. Естественная тёмная пигментация её расы была вымыта временем и абсолютной темнотой, оставив блеск, как рисовая бумага, с жутким грязно-белым оттенком, который напомнил Фредрику пятна на использованном чайном пакетике. Сквозь замечательную прозрачность кожи, тонкую и изящную, как отдельные нити, проступали едва заметные шоколадные узоры вен. Фредрик считал, что за всю историю смерть никогда не выглядела настолько живой.
- Сохранность поразительна, - сказал он.
- Это не поразительно, профессор, это не имеет себе равных в анналах сохранения человека. Эта цыпочка заставляет мумию Анд "Красотки Сью" выглядеть как высохшая собачья какашка. Вы будете знаменитым, всё в порядке. Через неделю эта цыпочка будет постоянно экспонироваться в Смитсоновском институте, с аккуратной маленькой фотографией вас на табличке рядом с ней. И все те парни там, которые думали, что вы полный мудак, могут начать есть своё дерьмо. После того, как мы получим несколько фотографий этого в журналах, никто больше никогда не опровергнет ваше утверждение, что Понойя были жертвенными.
- И смотри! Она даже не разрезана, - с удовольствием сказал Фредрик.
Теперь всё больше и больше его переводов антаблементов понойцев оказывались верными. В отличие от тольтеков, элевсинцев и других древних цивилизаций, практиковавших человеческие жертвоприношения, понойцы не вырезали сердце жертвы - архетипическое приношение. Вместо этого девственница приносилась целиком и без изъянов тёмным дьяволам, которым поклонялись понойцы. С самым жутким энтузиазмом Фредрик далее заметил:
- Её удавили на месте. Ты всё ещё можешь увидеть след от верёвки на её горле.
- И вы тоже.
- Она, должно быть, умерла в чистом ужасе... но она кажется такой мирной, такой безмятежной.
- Она, вероятно, верила в то же, во что верили жрецы, вероятно, думала, что отправится в какую-то экстатическую загробную жизнь в награду за то, что позволила принести себя в жертву.
"Может быть, - размышлял Фредрик. Эта мысль казалась потусторонней. - Может быть, она сейчас там... наблюдает за нами".
- Но это ведь не вопрос на шестьдесят четыре тысячи долларов, не так ли? - продолжал Дейлс.
Нет, не был. Холодные суровые факты реальности снова врезались в сознание старого профессора. Какая совершенно таинственная вещь. Она терзала его.
"Кто убил этих четырёх жрецов?"
Дейлс выразил это своими словами.
- Сначала жрецы прокомпостировали цыпочку, затем кто-то спустился сюда и поступил как пещерный человек со всеми четырьмя, разорвав их на части, как кучу кукол Кена. Кто мог это сделать, профессор? Я имею в виду, даже если вы забудете о мотиве на минуту, кто мог это сделать? Судя по их телам, их вручную расчленили. Никаких следов топора, никаких режущих инструментов для этого не использовалось. Их разорвали на части. Как будто их тащили лошади или дёргали на средневековой дыбе. Теперь поправьте меня, если я ошибаюсь, но я не вижу здесь никаких лошадей или дыб.
- Я знаю, - признался Фредрик, не упуская из виду науку и логику. - Это не имеет особого смысла. Ответ где-то есть - мы просто его не видим.
- Члены воюющего племени? Может быть, семинолы?
- Семинолы даже не прибыли сюда десять тысяч лет назад, - сказал Фредрик. - Они даже не мигрировали так далеко, как Алабама. И ни один из народов мускогиан тоже. А те, кто жил в этом районе, боялись Понойя; они убегали от них, никогда не сражались - их было недостаточно много. Нет, Дейлс, нелогично, что другое племя пришло сюда во время ритуала жертвоприношения, спустилось и убило жрецов.
Дейлс должен был усмехнуться.
- Ну, если учесть, что на самом деле делали здесь внизу жрецы... может быть, больше никто и не спускался.
Фредрику было трудно проигнорировать этот нелепый комментарий. Он чувствовал беспокойство, тошноту в этой темноте со всеми этими телами.
"Если учесть, что на самом деле делали здесь внизу жрецы..."
Да, жрецы совершили человеческое жертвоприношение, пытаясь воплотить одно из безымянных божеств подземного мира, которому они поклонялись.
Казалось, тишина нависла над ним, как чёрная как смоль простыня.
- Хорошо, Дейлс, - наконец ответил он. - Я бы рассмотрел возможность успешного демонического воплощения.
- Вы бы согласились?
- Конечно. После того, как найдёшь настоящий труп демона, конечно.
Он ожидал типичного замечания нахала, но теперь заметил, что Дейлс вообще не услышал его саркастического заявления.
- Дейлс?
Дейлс стоял совершенно неподвижно, держа фонарик наготове, глядя вдаль. Казалось, он тоже завис там, среди тишины и темноты.
- Дейлс?
Молодой человек сделал несколько быстрых шагов вперёд, а затем резко остановился.
- Хватит там, сынок. Ты меня пугаешь. Что, чёрт возьми, ты видишь?
Дейлс быстро повернулся, застыв, когда снова посмотрел на Фредрика. Его глаза казались напряжённо открытыми, они были такими широкими, а его лицо выглядело сморщенным, как будто от какого-то мимолётного страха. Он сказал очень тихо:
- Примерно в десяти ярдах впереди нас есть ещё одна дыра.
- Что! - воскликнул Фредрик. Эта перспектива нисколько его не напугала, она его наэлектризовала. - Отверстие в ещё один склеп? Это потрясающе! Покажи мне! - и затем он рванулся вперёд.
Дейлс схватил Фредрика за руку.
- Подождите. Послушайте!
- Перестань вести себя как дурак! Что с тобой?
Глаза Дейлса остались застывшими широко открытыми.
- Другой склеп - другая дыра...
- Что с ней?
- Из неё торчит когтистая лапа.
К тому времени, как Джойс закончила показывать Клэр остальную часть собственности, было четыре часа дня, смена; жара уже превратилась в липкую дымку. Джойс ушла, а на смену пришёл следующий охранник, Рик. Клэр не смогла удержаться от едва заметной улыбки на губах, когда её представили, вспомнив, как она украдкой взглянула на камеру видеонаблюдения. Он казался компетентным и умным, и он сослался на свой собственный опыт работы в военной полиции.
"Он квалифицирован, у него есть мозги, и пока он не будет заниматься непотребными вещами на рабочем месте, я не думаю, что он будет проблемой".
Она договорилась встретиться с ним в офисе охраны, чтобы сменить его, когда его собственная смена закончится в полночь.
Когда Рик отправился на грузовике на свой первый обход, Деллин вышел из входа в клинику, перекинув куртку через плечо. Он запер передние стеклянные двери, затем улыбнулся, подходя к Клэр и Джойс на парковке.
- Джойс, ты уже показала своему новому боссу все тонкости?
- Весь участок, да, сэр, - ответила Джойс.
- И я рада сообщить, - добавила Клэр, - мы не столкнулись ни с одной змеёй или аллигатором.
- Как гласит старая поговорка, они не будут беспокоить тебя, если ты не будешь беспокоить их.
- Это то, что я ей говорила, - сказала Джойс.
- Поверь мне, Клэр, единственное, чего тебе здесь нужно бояться, - это скука, - он указал на другую машину охраны. - Я не дал ясно понять, что теперь она твоя, по крайней мере, пока ты работаешь на нас.
- Да, спасибо, - сказала Клэр. - Это действительно мило. Я хорошо позабочусь о ней.
Но теперь она заметила, что Деллин вытащил ключи от машины; похоже, он уезжал из клиники на весь день.
- Так что клиника сейчас закрыта?
- Да, мы обычно закрываемся около четырёх, и большинство медперсонала уходит домой. Уборщики остаются до восьми, а кухарки остаются до шести, так что не забудь взять ужин.
Клэр была в замешательстве.
- Так что, я так понимаю, что сегодня я не встречусь с директором клиники?
Деллин закрыл глаза, провалившись в памяти.
- Гарри! Всё верно. Извини, я должен был подать сигнал, когда он звонил. Его конференция в Сарасоте затянулась, так что он не собирается возвращаться в клинику, когда она закончится. Ты встретишься с ним завтра.
- Хорошо.
- Ты уже всё распланировала?
- Я сменю Рика в полночь, а потом буду работать до полудня.
- Звучит неплохо, - затем Деллин снова провалился в памяти. - Чёрт, как же я безрассуден! Ты ведь даже свой коттедж ещё не видела, да?
- Нет, ещё не видела.
- Я бы сам тебя отвёз, но я встречаюсь с друзьями в городе на ужин. Джойс, не могла бы ты отвезти Клэр в коттеджи и познакомить её с миссис Грейбл?
- Я была бы рада, - сказала Джойс. - Я всё равно сейчас еду домой.
Деллин направился к своему "Мерседесу".
- Здорово. Увидимся завтра. И, Клэр, здорово, что ты с нами.
- Спасибо.
Деллин уехал в закат.
- Деллин классный, но он определённо загадка для нас, - заметила Джойс, когда он ушёл.
- Что ты имеешь в виду?
- О, знаешь ли... Симпатичный, но застенчивый, сосредоточенный, но отстранённый. В одну минуту он будет шутить с тобой, в следующую минуту он не будет знать о твоём существовании, потому что он так поглощён своей работой.
- Ну, это важная работа, верно?
- Конечно, это так, но иногда кажется, что у него в то же время есть и другие вещи на уме. Никто на самом деле ничего о нём не знает. Кольца нет, так что, я думаю, он не женат, но кто знает, есть ли у него девушка, бывшая жена, дети? У него также есть пляжный коттедж, но у него также есть и квартира в городе.
- Ты имеешь в виду Тампу или Сент-Питерсберг?
- Никто не знает. Он даже никогда не упоминал, встречается ли он с кем-то, связан ли с кем-то.
- Это его дело, - прямо заявила Клэр. - И поскольку он наш босс, вероятно, было бы хорошей идеей не беспокоиться о его личной жизни.
- О, я знаю это, но ладно, - сдержанная улыбка Джойс казалась лукавой. - Как любая настоящая женщина не задумается немного? Господи, он такой чертовски красивый!
Клэр почувствовала искушение сделать это своим первым упражнением в дисциплине начальника по отношению к подчинённым и напомнить Джойс, что подобные замечания совершенно неуместны. Но она не стала беспокоиться; это заставило бы её почувствовать себя лицемеркой. После её собственного блуждающего взгляда сегодня?
- Он, наверное, всё равно гей, - сказала Джойс, смеясь. - По-настоящему красивые здесь обычно такие.
Клэр решила немного поиграть с ней.
- Хм-м-м, ну... Рик довольно симпатичный мужчина. Ты думаешь, он гей?
"А, Джойс? - продолжила она мысленно. - Наверное, нет, потому что он точно не был похож на ГЕЯ, когда ты практически обхватывала ногами его ранее".
Комментарий мгновенно насторожил Джойс - и она плохо это скрыла.
- Не пойми меня неправильно. Рик хороший парень, но я бы с ним никогда не стала встречаться, конечно. Мы работаем вместе! Встречаться с тем, с кем работаешь, противоречит политике компании.
"Хм-хм..."
Джойс сейчас явно неуютно себя чувствовала.
- Прежде чем мы пойдём в коттеджи, можем ли мы вернуться внутрь на минутку?
- Да, конечно.
- Я изнемогаю. Эти дневные смены летом просто убийственны.
Джойс отперла входные двери ключом на шее, и Клэр последовала за ней. Внезапный поток воздуха от кондиционера вызвал у Клэр приятный холодок. Но она почувствовала укол боли, когда они проходили мимо кафетерия; около дюжины технических специалистов сидели за большими столами. Ароматы были восхитительными.
- Я пропускаю ужин сегодня вечером, пытаясь следить за своим весом, - предложила Джойс. - Но я не против подождать, если ты хочешь зайти и что-нибудь купить. Повара фантастические, а скидка, которую мы получаем, невероятная.
Клэр почти съёжилась от комка голода, скручивающего её живот. Но она не хотела выглядеть обжорой, набивая своё прежде бездомное лицо перед одним из своих сотрудников.
"Мне просто нужно будет что-нибудь купить позже, - приказала она себе. - Будь сильной. Набьёшь свою дырку для пирогов позже".
- Нет, я не хочу.
- Ладно, - Джойс шла дальше, как будто торопясь, пока не добралась до кофейни для персонала.
- О, так вот куда ты торопишься, - заметила Клэр.
- Ты уже выпила холодный кофе? Он такой вкусный.
- Да, я уже выпила один.
- Готова поспорить, что выпиваю галлон за смену, - Джойс достала свой главный ключ, но прежде чем она успела отпереть дверь...
Щёлк!
...дверь открылась.
- Что... - Джойс нахмурилась. - Тебе сюда нельзя!
Из комнаты вышел худой тридцатилетний мужчина с длинными светлыми волосами, держа в руке холодную бутылку газировки. Высокий, загорелый, с видом любителя активного отдыха.
"Парень из Службы парков США", - поняла Клэр, заметив очевидные ботинки, сланцево-голубые шорты и белую рубашку с коротким рукавом.
На рубашке красовались федеральные нашивки и значок, а на шее висел бинокль.
- Ух ты, попридержи лошадей, дорогая, - сказал он. - Я просто беру колу, а не крушу это место. Я зашёл поговорить с Деллином, узнать, нет ли у тебя инцидентов с нарушителями или выбросами мусора, о которых можно сообщить. Мне разрешено находиться в здании, ты же знаешь.
Джойс, казалось, была раздражена этим мужчиной.
- Не тогда, когда оно закрыто, и не в комнате отдыха охранников!
- Деллин открыл мне комнату перед уходом, сказал, чтобы я сам себе всё взял, - мужчина покачал головой, ехидно ухмыльнулся Клэр. - Извините, мисс Френдли не собирается нас представлять... - он протянул руку. - Я Адам Кори, смотритель парка. А вы, должно быть, новый начальник службы безопасности?
Клэр пожала ему руку. Она была сильной и твёрдой.
- Да, Клэр Прентисс. Деллин проинформировал меня, что любые сообщения о вандализме или разрушении среды обитания следует направлять вам. Это верно?
- Конечно, - ответил Адам, откидывая светлые локоны со лба. - Обычно я захожу один или два раза в неделю, чтобы проверить. Но если я вам понадоблюсь, в любое время... - он дал ей карточку. - Позвоните мне на телефон. Я на связи круглосуточно.
- Спасибо...
Джойс уже проскользнула мимо него; она раздражённо переспросила:
- Клэр, не хочешь ли ты холодный кофе или газировку или что-нибудь ещё?
Адам закатил глаза от её тона. Клэр не поняла.
- Да, я сейчас буду, - сказала она, затем обратилась к смотрителю парка. - Приятно было познакомиться, Адам.
- И мне приятно. Я работаю здесь уже много лет, знаю это место лучше, чем большинство. Если у вас возникнут вопросы или опасения, не стесняйтесь...
- Я уже показала ей местность, Адам! - Джойс продолжила свои таинственные придирки. - А теперь почему бы тебе не пойти посчитать пальмы или что-нибудь в этом роде. Мы с Клэр заняты!
Адам снова закатил глаза.
- Хорошего дня.
Затем он ушёл.
Джойс гремела вещами в комнате отдыха, наполняя большую термокружку холодным кофе. Закончив, она с удвоенной силой захлопнула крышку. Она развернулась и посмотрела на Клэр, стиснув зубы.
- У тебя практически пар из ушей идёт, Джойс.
- Он просто так меня бесит!
Клэр налила себе большую кружку холодного кофе, затем насыпала туда сахара.
- Что у тебя с ним? Деллин уже сказал мне, что ему здесь разрешено быть.
- Ну, скажем так, однажды ночью я совершила большую ошибку в суждениях, и теперь я никогда не услышу конца этому. Я пошла с ним однажды, и он в итоге начал лапать меня, как какое-то животное. Я сказала ему, что больше не хочу его видеть, но он просто продолжал преследовать меня - неделями.
- Правда?
- И я думаю, что он подглядывает за мной.
Всё это было так банально, но Клэр не могла сдержать своё любопытство.
- Это серьёзно. Если ты уверена, ты должна сообщить о нём в полицию.
Джойс пробормотала.
- Ну, я не уверена. Не на сто процентов. Но было много раз - знаешь ли. Я могла принимать душ или одеваться, и я просто знала, что кто-то смотрел в окно. Я также почти уверена, что он подглядывает за мной, когда я загораю на пляже. Зачем ещё у него этот бинокль?
- Он смотритель парка, Джойс. Они обычно носят с собой бинокли. В каждом из грузовиков охраны есть бинокль, но это не значит, что мы подглядываем. Адам кажется мне совершенно нормальным парнем.
Джойс всё ещё говорила, но не с Клэр.
- Да, ну, это просто его манера, настоящий милашка поначалу. Послушайся моего совета - присматривай за ним.
Клэр улыбнулась про себя, думая, что лучше оставить эту тему. Она знала, что у каждой истории есть две стороны, и, учитывая внезапный всплеск враждебности со стороны Джойс, зачем беспокоиться об этом?
- Успокойся и забудь о нём, - сказала Клэр. - И давай уйдём отсюда. Я умираю от желания увидеть свой коттедж.
Через несколько мгновений Клэр уже сидела за рулём своего "Блэйзера", Джойс направляла её к самому восточному отрогу острова. Молодая женщина вовремя успокоилась, потягивая свой гигантский кофе со льдом. Вскоре она вернулась к безобидной болтовне.
- Спасибо, что подвезла меня. Обычно я возвращаюсь домой пешком - пытаюсь не набрать вес. Это всего миля, если срезать, но сегодня просто чертовски жарко.
- Да, это был бы довольно изнурительный поход, - Клэр начала замечать, как сквозь лоск Джойс просачивается неуверенность.
Она впадает в ярость из-за смотрителя парка, и это уже второй раз, когда она жалуется на свой вес. Клэр хотела бы иметь фигуру, как у Джойс - крепкую, выносливую, со следами нужного жира. Внезапно падающее чувство собственного достоинства не соответствовало остальной её энергичной личности.
"Мне показалось, что Рик не жалуется на твой вес", - хотела сказать часть её.
Но теперь ей пришлось усомниться в себе, что она вообще так думает. Это было почти как выстрел.
"Полагаю, у меня есть некоторые проблемы с самооценкой", - призналась она себе, ведя "Блэйзер" по узкой гравийной дороге.
Она не могла забыть взгляд Рика, когда она увидела их вместе на видеоэкране, это пылкое пламя. Когда в последний раз мужчина желал Клэр с такой же страстью?
"Признайся, Клэр. Ты завидуешь Джойс".
Она заставила себя сменить тему.
- Расскажи мне об этом, о миссис Грейбл. Она подсобница или что-то в этом роде?
- Представь её управляющей, - сказала Джойс. Она расстегнула тунику на несколько застёжек и взмахивала ею вверх и вниз, чтобы охладиться. - Она следит за коттеджами, за территорией, чинит то, что ломается. Это очень плохо - она ведь такая милая женщина.
Клэр моргнула во внезапном замешательстве.
- Что плохо?
- Её муж её шлёпает. Время от времени мы видим её с распухшей губой или синяком под глазом.
Клэр мгновенно вскипела.
- Это серьёзно? Как только я увижу что-то подобное в первый раз, я сообщу о нём в полицию.
- Это ничего не даст. Она никогда не выдвигает обвинений, говорит, что упала с лестницы или поскользнулась в душе.
- Это возмутительно. Те, кто бьёт жён, как и насильники - отбросы общества. Какой у неё муж?
- Не знаю, никогда его не встречала, даже не видела его вне дома. Она сказала, что он работает в ночную смену на опреснительном заводе. Какое-то время я уже начинала думать, что у неё вообще нет мужа, как будто она какая-то вдова, живущая в отрицании, но однажды я увидела его стоящим перед окном кухни и оглядывающимся по сторонам. Насколько я могла видеть, нормальный мужчина.
- Да, Джойс, но уроды - настоящие преступники и социопаты в нашем обществе - всегда выглядят нормально.
- Странно, однако. Окно было открыто, и он просто высунулся, оглядываясь. Поэтому я позвала его и поздоровалась, но он полностью проигнорировал меня. Нырнул обратно и ушёл, как будто даже не слышал меня.
- Да, это странно.
- И был один раз... Я почти уверена, что видела следы удушения на её горле. Это действительно беспокоит меня. Она такая милая, но чувствует, что должна мириться с такими вещами.
- Ну, если я когда-нибудь увижу, как он её бьёт... Я сама подам на него ордер на уголовное преступление, - поклялась Клэр.
Внезапно она почувствовала себя подавленной и раздражённой. На самом деле, не так давно она сама стала жертвой насилия со стороны мужчины. Она почувствовала облегчение, когда Джойс завершила тему:
- Вот и всё. Разве они не великолепны?
Гравий хрустнул под большими шинами "Шевроле Блэйзер", когда Клэр свернула в аккуратный, хорошо заросший кустарником тупик. Низкие, крепкие пальмы, казалось, цвели над головой, и сквозь них стояли коттеджи. На самом деле это были свайные дома из тёмных обработанных досок, построенные на конструкции из свай высотой четыре фута на случай высокой воды. По крайней мере десять домов тянулись изогнутым рядом с щедрыми рядами пальм и кустарников между ними. Менее чем в ста ярдах от них мягкие волны разбивались о безупречный белый песчаный пляж.
- О, Боже! - воскликнула Клэр. - Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я ведь не живу здесь, правда?
- Конечно, живёшь. В самом большом, прямо там.
От волнения Клэр даже не почувствовала удушающей жары, когда вышла из кондиционированного "Блэйзера".
Джойс улыбнулась ей вслед.
- Я живу через два дома. Заходи в любое время, если тебе что-нибудь понадобится. Тебе здесь понравится.
- Спасибо, Джойс.
- Просто заходи. Миссис Грейбл уже там.
Клэр чуть не перепрыгнула через короткие деревянные ступеньки. Она предположила, что это будет арендная недвижимость за тысячу долларов в неделю у риелтора по аренде жилья. Она была похожа на бунгало на тропическом курорте. Длинный деревянный балкон тянулся от края до края со стороны пляжа, с высоким стеклом, выходящим наружу. Одна из раздвижных дверей была открыта, лёгкие шторы развевались.
Внутри она встретила миссис Грейбл, которая складывала свежее постельное бельё.
- О, как приятно познакомиться, Клэр, - поздоровалась она, больше как давно потерянная тётя.
На ней был простой свитер без рукавов, цветочный узор на нём слегка выцвел, у неё были тёмные волосы, едва заметные седины, собранные в пучок. Ей было за пятьдесят, но она оставалась удивительно стройной и подтянутой.
- Деллин сказал мне, что ты переедешь немедленно, поэтому я всё подготовила.
- Просто прекрасно, миссис Грейбл.
Огромный выбор горшечных и подвесных растений создавал впечатление, что тропический лес снаружи незаметно проникает в интерьер. Быстрый осмотр показал ей просторную спальню с широкими мансардными окнами, небольшую, но эффективную кухню и гостиную с видом на пляж. Центральный кондиционер тихо гудел, наполняя яркие солнечные комнаты дрожащим воздухом. Светлые полы из твёрдой древесины блестели под слоями мерцающего герметика, с редкими лёгкими ковриками тут и там. Телевизор, стереосистема и видеомагнитофон в углу.
"Это слишком! - подумала она. - Господи! Единственное, чего не хватает, - это джакузи".
Но затем, к её почти шоку, миссис Грейбл открыла раздвижную дверь вдоль следующей стены.
"Нет! Нет!" - подумала Клэр в недоумении.
Перед ней журчала прохладная голубая джакузи, встроенная в солнечную террасу из мореного дерева, которая тянулась по всей боковой длине коттеджа. Шестифутовый забор из красного дерева окружал всю террасу - полная роскошь в полной приватности.
- Миссис Грейбл, у меня нет слов.
- Во Флориде у нас нет джакузи. Вода охлаждается. Твой коттедж - единственный, где это есть - это привилегия для начальника службы безопасности.
Клэр практически шаталась.
- Невероятно.
Миссис Грейбл отвела её обратно в дом.
- О, и я думаю, ты уже знаешь, как всем этим пользоваться, - сказала она дальше.
В небольшой нише у гостиной находилось то, что по сути было копией оборудования для обеспечения безопасности в её офисе в клинике: радиоприёмник и ряд видеоэкранов, которые, несомненно, были подключены к массиву камер безопасности, разбросанных по всему участку.
- Да, это то же самое, что рация и экраны в клинике. Эта штука действительно пригодится в выходные, когда я буду на дежурстве.
- Я думаю, тебе здесь очень понравится.
- Я уверена, что понравится.
- А если возникнут какие-то проблемы, я прямо по соседству.
- Спасибо.
Только сейчас Клэр осознала странность; сначала она её не заметила, потому что была слишком ошеломлена великолепными апартаментами, но теперь ей пришло в голову, что миссис Грейбл, похоже, изо всех сил старается стоять так, чтобы правая сторона её лица была отвёрнута от Клэр. Однако в широком настенном зеркале Клэр мельком увидела то, что пыталась скрыть женщина.
Уголок её губы распух, как...
"Как будто кто-то ударил её в рот, - поняла Клэр, мгновенно вспомнив подозрения Джойс. - Чёрт возьми. Это ужасно".
Она хотела что-то сказать, но знала, что это не её дело. Это поставит женщину в затруднительное положение, смутит её. Но в следующее мгновение..
"О, нет... о, господи, нет..."
- А вот твой ключ, - сказала миссис Грейбл.
Это было, когда она наклонилась, чтобы поднять ключ от дома со стеклянной столешницы журнального столика: верхний край её свитера распахнулся, почти полностью обнажив верхнюю часть её груди. На краткий миг Клэр заметила уродливый овальный рубец, полностью окружавший сосок.
Это был след от укуса.
Проблеск этого длился всего мгновение, а затем миссис Грейбл встала и радостно вручила Клэр ключ от дома. Но проблеск этого - следа - было больно просто видеть. Клэр знала, что это был не укус любви. Миссис Грейбл укусили так сильно, что от этого действия остался приподнятый рубец, повреждение, далеко выходящее за рамки стадии синяка. Ублюдок почти откусил ей сосок. Насильник Клэр обращался с ней так же, кусая так сильно, что в нескольких местах его верхние резцы соприкасались с нижними - через её плоть. Боль была ужасной, и след оставался там в течение недели.
Она сразу почувствовала себя ужасно. Вид извращённой травмы испортил волнение от того, что она увидела свой замечательный новый дом.
"Бедная женщина..."
Сейчас не время, Клэр знала, но она пообещала себе, что, как только узнает миссис Грейбл получше, она поговорит с ней об этой проблеме, может быть, запишет её и её мужа на консультацию или что-то в этом роде.
- Закаты не похожи ни на что, что ты когда-либо видела, - продолжала миссис Грейбл, как будто ничего не случилось. - И, смотри. У тебя два уровня штор.
Коттедж всё больше и больше походил на уик-энд богатого голливудского продюсера. Миссис Грейбл нажала на выключатель на стене: первый комплект длинных тюлевых штор был задёрнут на стенах с выходящими на пляж зеркальными окнами. Она могла видеть сквозь них мягкую, нечёткую ясность.
Миссис Грейбл издала преждевременный смешок, который бросал вызов её возрасту.
- Очень заманчиво просто ходить голышом; ты получаешь весь солнечный свет, но никто не может тебя увидеть. А когда солнце становится слишком ярким...
Следующая кнопка задёрнула тяжёлые затемняющие шторы на стекле.
- Ух ты, - только и смогла сказать Клэр. - Это место просто фантастическое.
- Ну, я оставлю тебя, чтобы ты устроилась.
Клэр начала вопрос:
- Мои вещи... - но затем она неловко остановилась, чтобы подумать.
Что она могла сказать?
"Э-э-э, ещё несколько часов назад я была бездомной. У меня нет никаких вещей, включая одежду. Где ближайший магазин?"
Клэр не любила врать, но она подумала, что простая ложь в данном случае будет уместна.
- Бóльшая часть моих вещей находится на складе, но есть некоторые вещи, которые мне нужны прямо сейчас. Есть ли поблизости магазины?
- О, да, много магазинов по ту сторону моста. "Уолмарт" на Тайроне огромный. Но если ты не хочешь идти так далеко, просто вернись на Галф. Там много маленьких магазинчиков. Ты их не пропустишь.
- Вернусь на Галф. Спасибо.
- Я полагаю, ты будешь много работать по ночам. Предыдущий начальник службы безопасности в основном работала в ночные смены.
- Да, я буду с полуночи до полудня в будние дни и по вызову в выходные, - пауза. Любопытство Клэр продолжало терзать её. - Предыдущий начальник - Грейс Флетчер, верно?
- Да.
- И она жила в этом же коттедже?
- Да, жила. У двух других охранников тоже был коттедж рядом.
Клэр потёрла подбородок; тайна не отпускала.
- Я просто не могу понять, почему они уволились. Платят отлично, работа не может быть такой уж тяжёлой, а бесплатный коттедж на пляже? Я не понимаю.
Миссис Грейбл положила руку на плечо Клэр, как мать, которая даёт советы.
- Я не люблю говорить плохо о людях, дорогая, но Грейс и двое других? Ну, они определённо воспользовались ситуацией. У Деллина не было выбора, кроме как отпустить их.
- Итак, их уволили. Я слышала, что они все уволились одновременно.
- Боюсь, это не совсем так. Было довольно много выпивки. О, ты бы видела пустые бутылки и банки, которые валялись здесь после их ухода. А вечеринки? Всем нужно веселиться, но то, что они здесь делали, было просто позором.
- Что... они делали?
- Донна и Роб - другие двое охранников? Они всегда приходили сюда в предрассветные часы - из-за джакузи, конечно. И эти трое так громко веселились - это было похоже на римскую оргию, скажу я тебе. Я не могу себе представить, чтобы молодые люди были такими наивными; то, что вокруг этой террасы есть забор, не означает, что люди не могут слышать, что происходит. И это было не только по выходным. Они собирались вместе и в будни - во время своих смен. Я видела, как они крадутся сюда через лес, ради всего святого! Кого они думали обмануть? - миссис Грейбл на мгновение остановилась. - Я больше ничего не скажу. Я никогда не сплетничаю.
"Ну тогда... спасибо за сплетни".
Старшая женщина сжала плечо Клэр, более материнские жесты.
- Рик и Джойс - замечательные жильцы, и я могу сказать, просто взглянув на тебя - ты умная, ответственная женщина.
- Мне бы хотелось так думать, - усмехнулась Клэр. - И не волнуйтесь, никаких диких вечеринок в джакузи тоже не будет.
- Я уверена, что их не будет, и я уверена, что тебе здесь будет хорошо, - но теперь в её голосе прозвучало что-то вроде сурового выражения. - И, дорогая, если ты не против, что я это говорю - ты ужасно худая. Так что наращивай немного мяса на костях. Честно говоря, работать там в такую жару? Ты же скоро высохнешь!
- Не волнуйтесь, миссис Грейбл, я не собираюсь высыхать в ближайшее время. Первое, что я сделаю, как только доберусь до магазина, - это плотно поем.
- Обязательно сделай это - и если тебе что-нибудь понадобится, я рядом.
- Большое спасибо.
- Пока!
Клэр улыбнулась, когда женщина ушла.
"Немного болтливая, но она мне нравится. Она милая".
И она знала, что та была права насчёт её худобы. Она ещё раз оглядела коттедж и осталась поражённой.
"Ничего лучшего и желать нельзя было за миллион лет..."
Следующий импульс был непреодолимым: со всеми вещами, которые она знала, что ей нужно сделать сейчас, она должна была ещё раз оглядеться.
Гостиная, спальня, терраса.
"Ого", - вот и всё, что она могла подумать.
Она несколько раз подвигала шторами взад-вперёд, просто ради развлечения, наблюдая, как за ними появляется и исчезает пляж. Вернувшись в спальню, она поймала себя на том, что смотрит на большую двуспальную кровать.
"Какая роскошь..."
После стольких месяцев на раскладушках и, что ещё хуже, на земле под мостом? Она знала, что больше никогда не будет воспринимать вещи как должное - даже такие простые вещи, как кровати и душевые. Ещё один быстрый взгляд на джакузи вызвал у неё сильное искушение просто снять всю одежду прямо там и залезть в неё, но более ответственная часть её натуры отвергла эту идею.
"Мне всё равно нужно пойти в магазин, купить одежду, еду, а потом сегодня вечером поработать!"
Работа, да. Ещё одно, что она никогда не принимала как должное. Теперь у неё была работа.
У неё был дом.
Теперь она смотрела на себя в зеркало в спальне, и вот тогда её полностью осенило.
"У меня снова есть жизнь".
Далее импульс. Она не полностью осознавала это, когда её пальцы скользнули в карман и достали обёртку от печенья, скомканную этим утром. Она снова расправила её и приклеила к зеркалу, засунув один край под рамку, чтобы она держалась.
- Точно так и было, - сказала она себе.
Да, у неё снова была жизнь, и она была полна решимости не разочаровать людей, которые её ей подарили. Деллин и этот парень Гарри, директор.
"Я буду лучшим начальником службы безопасности, которого эти ребята когда-либо видели".
Она собиралась уйти, когда заметила коробку в конце комода. Это была просто маленькая шкатулка для туалетного столика, но красиво оформленная в разных тонах инкрустированного дерева. Когда она подняла крышку, то обнаружила, что верхний ярус пуст, но когда она вытащила верхний ярус...
"Хм-м-м..."
Внутри лежала стопка снимков, и тот, что на самом верху стопки...
"Грейс Флетчер, я полагаю", - подумала Клэр.
Яркая цветная фотография была снимком выше талии привлекательной женщины лет тридцати. Брюнетка, зачёсанные назад волосы, без макияжа. Легчайшая улыбка намекала на кого-то серьёзного, умного и компетентного. Всё по делу, без глупостей. И табличка с именем на форме легко читалась: ФЛЕТЧЕР, Г.
Но это была не форма службы безопасности, это была форма ВВС с капитанскими погонами на плечах. Клэр это показалось странным, но только на мгновение. То, что сама Клэр была бывшей военнослужащей, сменившей предыдущего начальника службы безопасности, который также был бывшим военнослужащим, не показалось таким уж совпадением после секундного раздумья. Объяснение Деллина было совершенно логичным: клиника технически была собственностью ВВС. Зачем платить дополнительные деньги за проверку биографических данных гражданских стажёров, если можно нанять бывших военнослужащих, которые уже прошли проверку и подготовку? Рик и Джойс были бывшими военнослужащими ВВС.
Поэтому неудивительно, что Грейс Флетчер тоже была бывшей военнослужащей.
Как бы ей ни было любопытно, Клэр не успела посмотреть другие фотографии, и она посчитала, что было бы уместно попытаться выяснить, куда переехала Грейс Флетчер, чтобы вернуть ей фотографии. Но... Сейчас не было времени беспокоиться об этом, и тогда, шутки ради, она приклеила фотографию на зеркало, рядом с обёрткой с предсказанием.
- Спасибо за отличную работу, Грейс Флетчер, - сказала Клэр снимку. - Надеюсь, у тебя всё хорошо... где бы ты ни была...
Она выбежала, взволнованная тем, что сможет заняться своими обязанностями и официально приступить к новой работе. Однако, когда она запирала входную дверь, она заметила дверной молоток. Раньше она не обратила на это внимания, потому что дверь была открыта, когда она впервые вошла.
"Странно", - подумала она.
Дверной молоток не мог быть более неподходящим для такого жилого помещения: это был просто маленький овал из тусклой старой латуни в форме лица. Но лицо было лишено черт, за исключением двух больших пустых глаз. Не было ни рта, ни носа, ни линии подбородка - только глаза.
Сначала глаза её беспокоили. Они казались зловещими. Но потом, когда она ещё несколько мгновений смотрела на молоток, эти же самые зловещие пустые глаза, казалось, изменились. Казалось, они каким-то образом приветствовали её.
"Помогите...
Что...
Что...
Не так...
Со...
Мной...
Не могу...
Не могу...
Думать...
Что-то...
Не так...
С моим...
Мозгом".
Да. Что-то было совсем не так из-за серии коротковолновых параорбитальных лоботомий. Повреждение мозга было необратимым. Она больше не могла думать, по-настоящему. Казалось, появлялись только обрывки мыслей, как кляксы слов, которые она едва могла понять. Даже если бы кто-то сел рядом с ней и объяснил ей прямо в лицо, что с ней сделали, она бы не смогла понять.
Но их интересовал не её мозг.
У неё всё ещё была двигательная функция, но теперь она была неконтролируемой. Толстые брезентовые ремни крепко прижимали её к столу. Она могла видеть буквы на брезентовых ремнях, название их производителя - "ПОУЗИ" - но она не помнила, какие именно буквы были. По крайней мере, ей повезло в одном отношении: достаточно синаптических связей в её мозге были разрушены, так что к настоящему моменту дискомфорт и боль не ощущались.
Свет загорался и гас. Она слышала голоса, но обычно не могла их понять, потому что почти забыла, что такое разговор. Она чувствовала вещи, но не чувствовала их: вещи, входящие в неё, части её существа, открывающиеся и протыкаемые. В какой-то момент она повернула голову, когда включился свет, и увидела внутривенную линию, входящую в её руку... но она не знала, что это было.
Она на самом деле даже не знала, что такое её рука.
Однажды она подняла глаза и увидела лица, смотрящие на неё.
Но не могла этого понять.
"Что-то...
Не так...
Мой мозг..."
- Ты всё делаешь замечательно, - сказал однажды голос.
Иногда она содрогалась. Её голова несколько мгновений мотала вверх-вниз, слюна слетала с её губ. В её глазах запечатлелся образ. Её живот был опухшим, кожа натянулась и готова была лопнуть лишь от укола булавкой.
Но она не знала, что это её живот. Не знала, что она беременна, даже не знала, что это значит. Единственное, что она действительно знала, это то, что с ней случилось что-то не то.
"Кто...
Это сделал...
Со мной.."
Свет снова погас.
Ей больше нравилось, когда свет был выключен.
Её звали Грейс Флетчер. Но, конечно, к этому времени она даже не знала, что такое имя.
Клэр не хотела тратить время понапрасну. Если бы она доехала до универмага на полуострове, это сэкономило бы ей немного денег, но она хотела вернуться в клинику как можно быстрее; ей ещё многое предстояло узнать об этом месте, и хотя её смена технически начиналась только в полночь, она считала своим долгом вернуться как можно скорее, ещё раз осмотреть территорию до захода солнца. Она также хотела вернуться и прочитать некоторые отчёты о смене Грейс Флетчер, понять, как она управляла делами. Поэтому вместо этого Клэр отправилась за покупками в первый попавшийся пляжный магазин и сосредоточилась на разумных вещах первой необходимости - нескольких парах летних шорт; нескольких лёгких воздушных блузок, кроссовок, сандалий и - какого чёрта? - решила она - паре купальников. Но даже чрезмерно высокие цены едва ли повлияли на деньги, которые Деллин дал ей в качестве пособия на переезд. Затем она быстро зашла в супермаркет "Пабликс" за продуктами и туалетными принадлежностями и вернулась на территорию парка задолго до семи вечера.
Сначала она вернулась в коттедж, чтобы положить продукты в холодильник, затем вернулась в клинику. "Шевроле Блэйзер" ехал хорошо, даже по более неровным внутренним дорогам парка, которые в основном были либо гравийными, либо грунтовыми. К семи часам похолодало, и когда она продвинулась дальше вглубь территории, то снова обнаружила, что её отвлекает чистая природная красота участка. Кусты пальметто и заросли травы свиязи дико росли между бесконечными пальмами. Маленькие зелёные попугайчики кричали на неё из гнёзд испанского мха. Маленькие ящерицы, казалось, мгновенно застыли на стволах деревьев, и в какой-то момент она увидела четырёхфутовую цаплю, наблюдавшую за ней, когда она проезжала мимо. Когда она остановилась, величественное создание уставилось на неё и расправило свои большие белые крылья, словно бросая ей вызов.
"Не волнуйся, птица, я не собираюсь вмешиваться в твою территорию".
Она подозревала, что птица должна быть безвредной; тем не менее, острый клюв длиной в фут выглядел достаточно угрожающе.
- О, чёрт возьми... Только не говорите мне..."
За следующим поворотом поднялся небольшой знак:
Но знак подтвердил страх Клэр.
"Сумасшествие. Я на неправильном пути".
Должно быть, она пропустила свой поворот с главной дороги обратно в парк.
"Осторожнее", - предупредила она себя.
Она не хотела ехать всю дорогу до озера, чтобы развернуться, поэтому она осторожно попыталась сделать трёхточечный разворот. Дорога была чуть больше, чем служебная дорога, очень узкая.
"С моей удачей я проеду через какой-нибудь редкий исчезающий куст папоротника или что-то в этом роде".
Но когда она была на полпути, закончив маневр...
ХРУСТ!
"О, нет!"
Она остановилась, быстро выскочила с фонариком и бросилась к задней части машины. Она не могла понять, что она задом наперёд наехала, но звук не оставлял сомнений, что она во что-то врезалась. Она огляделась, но...
Ничего.
Только кучи мёртвых листьев, пальмовых ветвей, лиан и сорняков. Не имело значения, что ещё полтора часа будет светло; в этой глубине леса было темно, как ранний вечер. Она водила фонариком туда-сюда, щурясь, но так и не увидела, что во что-то врезалась.
"Что это был за хруст?"
Она прищурилась сильнее, заметила странный провал в земле, и, наконец, поняла, что это было. Это был овраг, выстилающий дорогу, но она не могла его увидеть, потому что он был полон листьев. Когда она наклонилась, то что-то почувствовала.
"Лист металла?"
Она откинула листья и вскоре обнаружила небольшую гребную лодку.
Она покачала головой, жалуясь самой себе.
"Какого чёрта в овраге в полумиле от озера и ещё дальше от залива стоит лодка?"
Очевидно, кто-то её сюда поставил, намеренно спрятал под кустами.
"Зачем?"
Она выкопала несколько листьев, пошарила внутри корпуса. Она не ожидала ничего найти, но уже через несколько секунд вытащила коробку со снастями.
"Ладно, не такая уж великая находка. Это лодка браконьера. Они охотятся за рыбой, которая водится в этом озере".
Но это всё равно не объясняло, почему они спрятали лодку здесь.
"Думаю, мне лучше отнести её в клинику".
Это была небольшая лодка из лёгкого алюминия, и она легко помещалась в багажнике "Блэйзера". Сначала она подумала позвать Рика на помощь, но потом отказалась от этой идеи.
"Лучше привезти её самой, показать этим людям, что я могу сама со всем разобраться".
Клэр была не из тех, кто зовёт мужчин, когда нужно было сделать какую-то грязную работу. Она вела "Блэйзер" вперёд, пока задняя шина не оторвалась от лодки, затем вышла обратно. Часть носа была раздавлена шиной. Она открыла заднюю дверь "Блэйзера", затем спустилась прямо в овраг.
Её целью было просто схватиться за край лодки, поднять её, а затем засунуть всё это в заднюю часть "Блэйзера". Но была одна проблема.
В тот момент, когда она ступила в овраг, она не могла пошевелить ногами.
"Фу... Грязь".
Но она поняла, что это не совсем грязь, когда начала тонуть.
"Зыбучие пески!"
Осознание встряхнуло её, но она не запаниковала. Она заставила себя не двигаться быстро, и на мгновение это сработало; она не чувствовала ничего твёрдого под ногами, но она больше не тонула. Это была старая бабушкина сказка: чем больше ты борешься, тем быстрее тонешь? Она узнала об этом секунду спустя, когда осторожно наклонилась в сторону и потянулась к заднему бамперу "Блэйзера". Всего за несколько секунд она погрузилась от середины икры до середины бедра. С фонариком она оглядела край дороги в поисках лоз, веток, всего, за что можно было бы ухватиться, но ничего не было, и эти несколько движений погрузили её ещё на несколько дюймов.
- Не паникуй, - прошептала она себе.
Но теперь ей стало страшно.
Даже борт лодки был слишком далеко для неё; она протянула руку, схватив фонарик, попыталась зацепить его расширенную головку за борт лодки, но...
Щёлк!
Фонарик выскользнул из её руки и упал в лодку.
Клэр ещё не совсем впала в панику, хотя теперь она была по пояс и тонула всё глубже. Кричать было бесполезно, и она не могла добраться до радио или гудка.
"Но я всё ещё могу издавать звуки".
Очень медленно она достала пистолет, стряхнула с него зыбучие пески, похожие на овсянку, и подняла его в воздух.
"Кто-нибудь услышит, - решила она, всё ещё довольно спокойно, учитывая затруднительное положение. - Кто-нибудь придёт".
По крайней мере, так она говорила себе, опускаясь ещё на дюйм. Она взвела курок пистолета...
- Теперь не нажимай и не делай этого, Клэр. Твоя вспышка может вызвать пожар. Все эти упавшие кусты здесь - как трут.
Клэр с облегчением взглянула на голос. Это был Адам Кори, смотритель парка.
- Слава богу! - воскликнула она. - Я в зыбучих песках!
- Да, конечно, как и написано на знаке, - Адам стоял, ухмыляясь, выпятив бедро, и лениво направлял свой фонарик на знак, установленный в нескольких футах от дороги.
"Господи, - подумала Клэр. Какой-то испанский мох с низкой ветки тамаринда заслонил часть знака. - Но я всё равно должна была его заметить, - сказала она себе. - Мне следовало быть более наблюдательной. Если бы я это сделала, то не была бы по пояс в ЗЫБУЧИХ ПЕСКАХ, выглядя как совершенная ИДИОТКА!"
- Да, я, очевидно, пропустила это, - сказала она. - Я думала об этой чёртовой лодке. Помоги мне выбраться отсюда, ладно?
- Конечно, Клэр, - сказал Адам слишком небрежно, всё ещё ухмыляясь.
Клэр протянула руку, ожидая, что Адам сделает то же самое, но вместо этого...
Щёлк!
Он закурил сигарету.
Клэр была подавлена. Впервые за всё время она действительно испугалась.
- Это серьёзно, Адам! Я тону! Я сейчас утону в этой штуке!
Он выплюнул дым.
- Нет. Такая подтянутая девчонка, как ты? Бывшая военнослужащая и всё такое? Ты сможешь выбраться сама.
Клэр приложила все усилия, покрутила бёдрами и ногами и смогла слегка отодвинуться в сторону, но с каждым рывком она только опускалась на дюйм.
- Слышала эту бабушкину сказку? Чем больше ты борешься, тем быстрее тонешь? - Адам сдержал ухмылку. - Это правда.
Теперь Клэр была по середину живота.
"К чёрту всё это. Он сумасшедший или что-то типа того..."
Она снова подняла револьвер. Четыре выстрела в воздух.
"И если этот психопат мне не поможет - два выстрела в него".
Этот жест стёр ухмылку с его лица, и он внезапно бросился вперёд.
- Ого! Постой! Не стреляй! Это шутка!
- ШУТКА? - проревела в ответ Клэр.
- Извини, это плохая шутка, - говорил он теперь, наклоняясь. - Глубина всего лишь чуть больше ярда.
Клэр уставилась на него. Когда она вытянула ноги в зыбучих песках, то почувствовала что-то твёрдое у своих пальцев.
- Овраг вымощен кирпичом, - объяснил Адам, пытаясь сдержать смех. - Летом он переполнен зыбучими песками.
- Ты, МУДАК! - заорала Клэр.
Пистолет всё ещё был тяжёлым в её руке, она на самом деле не собиралась стрелять в него, но... эта идея звучала довольно мило.
Раздался громкий, мокрый всасывающий звук, когда Адам вытащил её. В какой-то момент её гримаса удлинилась, когда вязкое трение почти стянуло её штаны. Разве это не было бы здорово! Когда её запястье начало выскальзывать из его хватки, у Адама не осталось выбора, кроме как просунуть другую руку ей за бедро, чтобы не упустить её. Она не упала обратно, но действие заставило его руку сжать одну сторону её ягодиц и несколько пальцев прижаться к её лобку.
- Убери свою руку от моей ЗАДНИЦЫ!
- Извини, я...
Вернувшись на дорогу, Клэр топталась вверх-вниз, с неё слетали куски зыбучего песка. Она выглядела нелепо.
- Слушай, Клэр, мне правда жаль. Это была просто шутка. Ты никак не могла пострадать.
Клэр редко демонстрировала вспышки, которые можно было бы назвать взрывными, но в этот раз... она взорвалась.
- Заткнись, ты невероятный ПРИДУРОК! ТЫ УБЛЮДОК! ТЫ СУКИН СЫН!
- Я сказал, что мне жаль, Клэр. Боже. И, да ладно, что ты вообще делала в этой штуке?
Всё, что она могла сделать, это продолжать злиться на него.
- Я пыталась засунуть эту чёртову лодку в заднюю часть моего чёртового грузовика, потому что она была спрятана в чёртовом овраге! Потом я утонула в чёртовом ЗЫБУЧЕМ ПЕСКЕ, а потом появился ТЫ и СОВСЕМ не помог мне! ЧЁРТ ВОЗЬМИ!
Он пробормотал ещё больше извинений, пока Клэр краями рук соскребала зыбучий песок с ног.
- Вот, позволь мне помочь тебе, - предложил он.
Но она закричала:
- Даже не подходи ко мне! - она пронеслась мимо него, намеренно задев его плечом, и направилась обратно к оврагу. - Я верну эту чёртову лодку в офис, а потом позвоню в Службу парков США и подам жалобу!
- О, да ладно. Это немного перебор, не так ли?
- Нет!
- Меня могут перевести или даже уволить.
- Тебе стоило подумать об этом, прежде чем связываться со мной!
- Слушай, я тебе заплачу. Я...
Что-то оборвало предложение во рту Адама. Когда взгляд Клэр метнулся, взгляд Адама тоже.
Что-то - шум, хруст - казалось, приближался к ним.
- Ты слышишь это? - спросил он.
- Да. Это доносится из леса, не так ли?
Да, что-то быстро хрустело, большое животное бежало по лесу. Но Клэр не думала, что это животное. Вместе с хрустом раздался тонкий хриплый звук, который звучал...
"По-человечески", - поняла она.
- Не знаю, что это, но звучит оно точно не правильно, - сказал Адам, явно встревоженный.
Он посветил фонариком в лес и вытащил пистолет. Их ссора из-за зыбучих песков давно затихла. Что-то в этом звуке было совсем не так.
Затем звук прекратился.
- Не хочу этого говорить, но я мог бы поклясться, что видел, как кто-то оглядывался на нас, - сказал Адам.
Самое страшное было то, что Клэр тоже так думала.
Они оба стояли там по крайней мере минуту, глядя в окно. Но было слишком темно.
- Я собираюсь развернуть грузовик, включить дальний свет.
- Хорошая идея...
Клэр вернулась к "Блэйзеру", открыла дверцу, и не успела она даже подумать о том, чтобы закричать, как из "Блэйзера" выскочили две длинные костлявые руки и схватили её за горло.
После ужина муж миссис Грейбл, Деррик, уснул на диване. Она улыбнулась ему, наклонилась и поцеловала его в щёку. У неё не хватило духу разбудить его и уложить в постель. Он просто выглядел таким умиротворённым.
"По крайней мере, он всё ещё у меня, - подумала она с некоторым удовлетворением. - Мы всё ещё есть друг у друга".
Этот факт, прекрасное доказательство любви, сделало всё остальное терпимым.
Да.
Всё остальное.
Она оставила телевизор включенным для него. Это работали лекарства, которые делали его сонным в необычные моменты. Она хотела, чтобы его любимый канал про путешествия, со всеми этими пляжными шоу, был включен, когда он проснётся. Она знала, как он мечтал пойти на пляж, войти в воду, в волны... У него были свои мечты, но что насчёт миссис Грейбл?
"День за днём, вот и всё. Это всё, о чём я могу просить".
Это Гарри отправил её в реабилитационный центр много лет назад. Он дал ей это прекрасное место для жизни, работу, способ заботиться о своём муже. О, конечно, иногда она его ненавидела, потому что за это приходилось платить. Но платить приходилось всего два-три раза в неделю.
И это было лучше, чем быть мёртвой.
Она бы наверняка уже умерла, если бы не Гарри. Это было десять лет назад, до несчастного случая с Дерриком, и это был четвёртый раз, когда чёрный дёготь героина овладел её душой и заставил её отказаться от брака. Деррик потратил недели, пытаясь найти её, и когда он нашёл, он позвонил Гарри. Гарри потянул за некоторые ниточки и получил в распоряжение следственную группу. Они нашли её в Сиэтле, на пересечении Третьей улицы и улицы Джеймса, где она занималась проституцией и снова вбивала шесть четвертьграммовых доз в день прямо себе в руку. То, что она делала, иногда всего за пять долларов, даже не вызывало у неё отвращения в то время. Ей просто нужно было сделать, что угодно, чтобы купить четверть грамма дёгтя. Она жила как животное, рылась в мусорных баках и делала отвратительные вещи с отвратительными людьми.
Да, она бы уже наверняка умерла, если бы не Гарри. Он просто продолжал прощать её и прощать - и Деррик тоже. Как оказалось, последняя реабилитация сработала, и она снова обрела жизнь.
Так что... Если смотреть на это с этой точки зрения, то, что она должна была делать два или три раза в неделю, когда звонил звонок?
Это была небольшая цена.
"Вероятно, это будет сегодня вечером", - поэтому она знала, что должна подготовиться.
Она выпила две крепкие порции виски из бутылки, которую держала в прачечной. Цветок тепла, который они оставляли в её животе, всегда помогал ей справляться, и они немного притупляли её. Опухоль на её губе почти сошла; она догадалась, что ему сказали не бить её слишком сильно по лицу. Жильцы будут удивляться, задавать вопросы. Иногда было нелегко скрыть синяки и отёки. Следы на других частях тела можно было скрыть одеждой, но на лице?
"Боже, надеюсь, он не ударит меня по лицу сегодня вечером..."
Её интимная зона - это другая история. Иногда она хромала целый день после этого, от того, что он с ней там делал, а потом всегда были укусы и удушье. Она даже не смела думать об этом, не могла.
Когда она злилась, когда эти внутренние ярости начинали расти, и она снова начинала ненавидеть Гарри, достаточно было случайного образа из её прошлой жизни, чтобы промелькнуть обратно - как она кололась под мостом Аврора или занималась минетом с алкашами на Пионер-сквер - и ненависть и ярость развеялись, как струйка пара.
Всё могло быть намного хуже.
По крайней мере, её возвращение к нормальной жизни было благосклонно к её телу. Не только для её возраста, но и учитывая тяготы героиновой зависимости, она выглядела довольно хорошо. Упражнения и хорошая диета поддерживали её в тонусе.
"Пока ещё нет целлюлита, и грудь не обвисла, слава богу".
У неё всё ещё были удовольствия, которые она могла предложить Деррику, даже несмотря на его состояние. Она знала, что он любит её высокую, пышную грудь. Вот почему она ненавидела это ещё больше, когда ей приходилось заниматься с ним любовью в лифчике. Теперь она обхватила свою грудь перед зеркалом в ванной и поморщилась от боли от последнего укуса. Это всё ещё выглядело ужасно, этот рваный след от укуса, вздувшийся вокруг её нежного соска.
"Больной ублюдок..."
Но в этом не было смысла, не было смысла ненавидеть. Она давно это усвоила. Такова её судьба. Это был странный способ помочь Гарри, но она была обязана Гарри жизнью.
"Так что не жалуйся на несколько маленьких укусов".
Она стояла там, глядя на себя в зеркало, когда сумерки начали забирать яркое небо. Внутренняя часть дома стала синей, затем оранжевой, затем всё темнее и темнее. Миссис Грейбл наблюдала, как она превращается в тень.
Некоторое время спустя, как она и предсказывала, раздался звонок. Её тело вздрогнуло, как будто её только что ударило током. Дом, казалось, задрожал.
"Пора", - подумала она.
Миссис Грейбл сняла одежду, повернулась в сумеречно-окрашенной темноте и тихонько пошла к ступенькам, по которым она спустилась в подвал.
Он увидел их.
Он увидел свет, поэтому спрятался.
Он был расстроен, он был зол и грустен одновременно.
Он как раз собирался снова схватить маленькую тощую грязную девчонку, но тут загорелись эти огни.
Маленькая тощая грязная девчонка.
Ему нравилось играть с ней. Ему нравилось слышать её крики, когда он делал это с ней. Он должен был отвести её обратно в то место - он это знал - и он также знал, что вернуть её обратно в то место было очень важно.
Но теперь он знал, что поступил плохо.
Ему не следовало так много играть с ней; ему следовало сразу же отвести её обратно в то место.
Теперь возникла большая проблема, и он знал, что это его вина.
Теперь там был этот мужчина и эта другая женщина. Теперь у них была маленькая тощая грязная девчонка. Его первым побуждением было выйти к ним. Сначала он вцепится когтями в горло мужчины и посмотрит, как вытечет вся его кровь, а затем разорвёт ему живот и вытащит все эти тёплые мокрые вещи, которые были внутри. Ему это нравилось. А женщина? Он потащит её вниз и сделает это с ней жёстко. Он будет делать это с ней много раз. Но на этот раз он будет умным. На этот раз первым делом он сломает ей ноги. Чтобы она не могла убежать, как маленькая тощая грязная девчонка. Он сломает ноги и маленькой тощей грязной девчонке, что он должен был сделать в первую очередь. А затем он сделает это с ней снова и, вероятно, просто убьёт её на этот раз, потому что он был зол на маленькую тощую грязную девчонку.
Да, он хотел выйти, когда впервые увидел этого мужчину и эту женщину, но потом он увидел, что у мужчины и женщины есть эти огнестрельные штуки.
Он знал, что огнестрельные штуки могут причинить ему боль.
Теперь он сидел, забившись за дерево; он был очень расстроен. Как всё могло пойти так неправильно?
Вскоре стало больше людей, больше огней, смешных мигающих красных и белых огней, а затем какие-то мужчины положили маленькую тощую грязную девчонку на эту длинную штуку, а затем посадили её в штуку с мигающими красными и белыми огнями и уехали, забрав с собой маленькую грязную тощую девчонку. Затем мужчина и женщина с пистолетами тоже ушли. Теперь всё, что он мог сделать, это сидеть в одиночестве в тёмном лесу.
Он позволил маленькой тощей грязной девчонке уйти.
Они никогда не будут счастливы.
- Иисус, - Клэр села за стол и на мгновение закрыла лицо руками.
- Да, это было что-то, - сказал Адам.
После того, как скорая помощь уехала, Клэр и Адам поехали обратно в офис службы безопасности, ярость Клэр из-за "шутки" о зыбучих песках давно забылась. Первое, что она сделала, - кратко рассказала Рику о том, что произошло, приказала ему прекратить обычные обходы и провести остаток смены, патрулируя отрог озера.
Может, там был ещё кто-то.
Это было почти час назад, но она всё ещё чувствовала себя напуганной, а кофеин из нескольких чашек холодного кофе только сильнее её взбудоражил. Всё это было ужасно.
- Ты в порядке?
- Да, - сказала она. - Я просто не могу выбросить этот образ из головы. Бедная девочка.
Клэр и Адам услышали звуки ударов из леса, даже подумали, что они что-то увидели. Вот тогда Клэр вернулась к своему "Блэйзеру", чтобы включить дальний свет и...
"Боже!" - подумала она, вспоминая.
Эти длинные тонкие руки выскочили из машины, грязные руки схватили Клэр за горло, не чтобы навредить ей, а чтобы схватить её.
- Помоги, святой Иисус, пожалуйста, помоги мне, он всё ещё там, пытается убить меня, я умоляю тебя, пожалуйста, помоги мне! - раздался нечеловечески высокий голос.
Девушка в грузовике - голая, в бреду и искусанная насекомыми - потеряла сознание всего через несколько минут после того, как вцепилась в Клэр. Длинные волосы висели скользкими прядями, её кожа была расцарапана, содрана и измазана в грязи. Очевидно, её покалечил нападавший, и она провела немало времени, убегая через лес и солончаки.
"Бегать от кого-то, - подумала Клэр. - От кого-то, кто всё ещё там".
Безопасность, теперь, в офисе охраны, казалась фальшивой. Клэр посмотрела на Адама.
- Думаю, полиция штата оцепит остров и устроит облаву. Нам лучше вернуться туда и помочь им.
Адам сел, расслабленно откинулся на спинку стула и без особого класса закинул ботинки на стол. Теперь в нём было что-то вроде: то, что сказала Клэр, было наивным, и он пытался найти безобидный способ сказать ей это.
- Ну, видишь ли, мне неприятно это говорить, но никакой облавы не будет, и полиция штата ничего с этим не сделает.
- Девушку изнасиловали!
- Прости за мой французский, но, вероятно, её друзья - по её собственной воле - изнасиловали её, а потом она потерялась в болотах, потому что она была вся на наркотиках. Мы говорим о Кэри Энн Уэллс, а не о Марте Стюарт. Эта девушка печально известна в местной криминальной сводке.
Клэр воздержалась от следующего возражения. Вернувшись на дорогу, Адам сразу же узнал девушку, заявив, что видел её в городе много раз.
- Местная бродяжка, крупная наркоманка. Её зовут Кэри Энн Уэллс. Спроси любого полицейского на пляже отсюда до Клируотера - эта девушка хорошо известна.
- Я понимаю твою обеспокоенность, Клэр, - говорил он теперь в офисе, - но все эти дикие вещи, которые она говорила? Это чушь. Её не изнасиловали, на неё никто не нападал и не удерживал против её воли. Она наркоманка, вот и всё. Все белые отбросы здесь этим занимаются. Они приезжают сюда на остров по ночам, чтобы браконьерствовать, курят свой метамфетамин и всё портят. У давних наркоманов мозги поджариваются, и поверь мне, Кэри Энн Уэллс - давняя наркоманка. Эта штука заставляет тебя бредить, вызывает галлюцинации, сводит с ума. Это даже может заставить тебя увидеть монстров.
Клэр пришлось учесть, что её собственные эмоции могли затуманить её суждение, с того момента, как она услышала слово "изнасилование". Когда они были в дороге, врачи скорой помощи положили Кэри Энн на носилки и накрыли её, и именно тогда она на несколько мгновений пришла в сознание. У Клэр было время задать несколько вопросов:
- Кэри Энн? Теперь с тобой всё будет в порядке, так что не волнуйся. Но нам нужно узнать о человеке, который сделал это с тобой. Ты знаешь его имя? Ты помнишь, как он выглядел?
Выражение лица девушки было совершенно скелетным, а голос был хриплым.
- Он насиловал меня всю ночь... - её лицо сморщилось, как белый чернослив, от воспоминаний. - Он просто продолжал это делать...
Простое упоминание об изнасиловании только заставило Клэр почувствовать себя хуже из-за девушки. Она хотела продолжить расспрашивать её, но...
"Я лучше оставлю её в покое, - решила она. - Она в шоке, она бессвязна".
- Просто отдохни немного, Кэри Энн.
Клэр собиралась уйти, но костлявая рука девушки схватила её за рубашку. Каким-то образом она ухмыльнулась, хотя девушка выглядела безумной.
- Я же поранила его. Я сильно поранила его.
- Что, Кэри?
Она протянула другую руку, пальцы которой, казалось, обхватили что-то...
Что-то кровавое.
Клэр взяла это.
"Фу! Что это..."
Она подумала о большом очищенном помидоре. Он был мокрым, горячим в её руке. Действительно ли он был покрыт кровью или просто болотной грязью?
- Я оторвала одно из яиц ублюдка...
"Да, она сейчас не в своём уме, что понятно. Она не знает, что говорит", - Клэр знала, что скользкая штука в её руке не могла быть яичком. Она была слишком большой.
Но знание того, что это было, только усиливало тайну.
"Что это за штука?"
Кэри Энн не отпустила рубашку Клэр. Ручейки слёз смыли полосы грязи с её лица.
- Это был не человек. Это был монстр.
Рука соскользнула; женщина снова потеряла сознание. Затем её увезли санитары, огни скорой помощи заливали лес красным и белым светом.
Теперь, когда Клэр об этом подумала, объяснение Адама стало самым разумным. Наркотический бред и галлюцинации. Но потом всегда было...
- Я согласна с тобой, Адам. Но ответь мне на один вопрос. Что это за штука, которую я положила в холодильник?
Действительно, когда они вернулись в офис, Клэр положила "яичко" в пластиковый пакет и засунула его в холодильник, чтобы сохранить как улику. Сначала она думала, что полиция захочет, чтобы его как следует проанализировали.
Адам усмехнулся и достал пластиковый пакет. Он протянул его.
- Опять же, прости за мой французский, но это точно не яйца какого-то парня. Господи, они такие же большие, как чёртово манго. Я же говорил тебе, что деревенщины приезжают сюда, чтобы браконьерствовать на рыбе из озера Стефани. Это, вероятно, брюхо карпа или просто горсть рыбьих кишок. Этот кристаллический метамфетамин заставит тебя думать о чём угодно, - он ещё больше хихикнул, ещё больше покачал головой. - Я бы хотел встретиться с человеком с парой таких больших яиц, - он бросил нагруженный мешок в мусор.
Каким бы грубым он ни был, объяснение показалось разумным.
- А лодка, которую ты нашла, когда ты пошла немного поплавать в зыбучих песках?
Клэр показала ему средний палец.
- Она, очевидно, была там давно. Браконьеры не ездят сюда на машинах, потому что знают, что не смогут проехать через главные ворота безопасности, поэтому они приезжают сюда на моторной лодке, но привозят с собой лодку поменьше, для озера. Вероятно, они спрятали её там под кустами, чтобы не возиться с ней каждый раз, когда они выходят.
Опять же, ещё одно весомое объяснение. Никаких загадок.
- Я сейчас не на работе, так что я ухожу, - сказал Адам. Затем он улыбнулся. - Если только ты не хочешь, чтобы я остался, помог тебе выслеживать монстров в лесу. Знаешь, я готов поспорить, что этот монстр всё ещё там, ищет свой орех!
Взгляд Клэр не мог быть более суровым.
- Эй, Адам? Сделай мне одолжение и убирайся отсюда к чертям.
Он остановился у двери.
- Как хочешь, я сказал, что сожалею о зыбучих песках. Ты остынешь, женщины всегда так делают.
- Убирайся!
Он поплёлся прочь, оставив Клэр томиться в раздумьях.
"Какой придурок!"
Было уже девять тридцать; её официальная смена начнётся только через два с половиной часа. Она потратила некоторое время на то, чтобы описать весь инцидент; Деллин захочет получить полный отчёт утром. По рации она приказала Рику возобновить обычные обходы. Как бы сильно она теперь не ненавидела Адама Кори, он был прав насчёт того, что произошло. Учитывая наркотическое прошлое девушки? Нет, в лесу нет насильников.
По крайней мере, Клэр смогла оценить свои собственные недостатки в результате. Истеричное заявление Кэри Энн Уэллс об изнасиловании мгновенно вызвало у Клэр самые худшие представления, поскольку её саму изнасиловали не так давно. Её возмущение было мгновенным; она даже не остановилась, чтобы рассмотреть другие, более разумные возможности.
- Ну, теперь всё в порядке, - пробормотала она себе под нос.
Она потратила некоторое время, чтобы просмотреть картотечный шкаф в углу, откопать несколько старых операционных журналов. Она хотела получить представление о том, как Грейс Флетчер управляла всем, и после получаса изучения журналов она была рада увидеть, что её собственные протоколы были похожи. Однако на одном листе был жёлтый стикер, на котором Грейс нацарапала себе записку:
"Пар? Из Крыла Б?" - Клэр просмотрела журнал, чтобы узнать больше подробностей.
Прямо под стикером была запись:
"Хм-м-м, - подумала Клэр. - Крыло Б - это просто складское помещение. Почему пар должен выходить оттуда?"
Это был хороший вопрос. Но затем через несколько мгновений возник ещё один; Клэр заметила ещё один стикер на более свежем журнале.
Грейс Флетчер была любознательной женщиной; она задавала себе вопросы об этом месте с помощью напоминаний. Клэр просмотрела журнал и, конечно же, нашла.
Клэр никогда не слышала о сборке магния-железного углеродного элемента, но её любопытство продолжало разгораться.
"Какое-то медицинское или диагностическое оборудование? - предположила она. - Должно быть, но это и сообщение о паре из Крыла Б? Очень интересно".
Настолько интересно, что она обнаружила, что выходит из здания, ходит с фонариком и осматривает часть конструкции, которая составляла Крыло Б.
Луч её фонарика скользнул вдоль крыши. Небольшое металлическое выпускное отверстие выпускало пар до такой степени, что она удивилась, как не заметила его раньше. Устойчивый газообразный шлейф развернулся в верхушки деревьев и сумерки.
"Почему пар выходит из Крыла Б? Здание пустое. Там что-то течёт?
Ей было так любопытно, что она вернулась внутрь и через несколько мгновений прижала ухо к главной защитной двери крыла.
Но ничего не услышала.
"Забудь об этом. Вероятно, это увлажнитель воздуха или что-то ещё..."
Однако, вернувшись в офис, она включила компьютер, но тут же была разочарована, обнаружив, что в нём нет модема, и нет возможности получить доступ к веб-серверу. Нет возможности поискать в интернете и узнать об этой штуковине. Она предположила, что могла бы зайти в офис Деллина, посмотреть, есть ли у его компьютера какие-либо возможности для работы в сети, но это не казалось оправданным.
"Забудь об этом", - снова подумала она.
Затем запищала рация. Это был Рик.
- Эй, Клэр, я просто хотел сообщить тебе, что я открываю главные ворота для доставки.
- Хорошо, - ответила Клэр в микрофон.
На экране наблюдения она увидела, как Рик вылезает из своей машины безопасности и приближается к главным воротам, похожим на крепость. С другой стороны стоял большой грузовик.
- Я встречу их на погрузочной площадке. Кто доставляет?
- "Нанотехнологии Ходдера".
- Мне не нравится это место, Харли Мак, - пожаловалась Синни. - Здесь жутко.
- Заткнись. Ты хочешь, чтобы они тебя услышали?
"Не говори мне заткнуться!" - подумала Синни Бок.
Конечно, она никогда бы этого не сказала; у неё не хватило бы смелости. У Харли Мака был достаточно скверный характер, и он стал ещё хуже, когда он не кайфовал пару дней. Синни знала, что если она нагрубит ему, он просто снова её ударит.
Но это не было преувеличением. Этот конец парка был жутким.
- Где бутылка? Господи Иисусе, Син, если ты выпьешь всю бутылку, то будешь видеть звёзды целую неделю.
Синни не сомневалась в этом; нахмурившись, она передала ему бутылку Wild Turkey. Когда они не употребляли наркотики, это немного снимало остроту. Проблема была в том, что Синни никогда не держала спиртное в себе. Она становилась беспокойной, дурманящей; её зрение становилось нечётким.
"Ну что ж... По крайней мере, во мне уже есть достаточно. Это лучше, чем ничего, - предположила она.
И если Харли Мак начнёт бить её позже, ей не придётся чувствовать всё это.
Синни Бок было тридцать, но жестокое солнце Флориды и полжизни "гонки" измотали её, по крайней мере, до сорокапятилетнего вида. Тонкое телосложение и волосы цвета раковины, полной воды для мытья посуды, не помогали. Если это и утешало, то постоянные линии загара, казалось, делали плоскую, как блин, грудь не такой уж плоской, и у нее никогда не было детей, так что её живот всё ещё был довольно упругим. И Харли Мак, по сути, был на пути к тому, чтобы стать мужской версией того же социального вида. Вместе они были в значительной степени статус-кво своего наследия, две горошины в бесконечном стручке, и то, что они делали здесь, было просто выполнением постдарвиновского провидения. Их существование, по сути, вращалось вокруг двух вещей: грабежа и наркотиков - плюс третья вещь между ними: секса. Харли Мак уже дважды отсидел за кражу со взломом, и он определённо не хотел получить третий удар. Вот почему он следил за клиникой, чтобы поближе рассмотреть место, прежде чем он его разнесёт. Харли Мак не был тупым деревенщиной. Он собирался сделать эту работу правильно.
Фактически, это был третий раз, когда он вышел в парк ночью. Насколько он мог судить, охранники дежурили только в будние дни, никакой охраны по выходным, и это означало, что в клинике должна быть довольно хорошая система сигнализации. Харли Мак был чертовски хорош во взломе замков, но с дверями, на которых была проводка? Он мог забыть об этом. Но он уже решил, что не будет лезть ни в какие двери.
Он собирался подняться - через пол.
И он знал, что внутри была целая куча наркотиков, ожидающая, когда он её схватит. Деньги, которые он получит за такую добычу, надолго заставят его и Синни застрять во льду.
- Похоже, этот чёртов смотритель парка не вернётся, - сказал он.
Они прятались за холмиком мелкой травы, глядя на клинику. Теперь двое охранников, казалось, расписывались в получении какой-то партии; над погрузочной площадкой горели огни, и длинный ящик выкатывали из грохочущего грузовика.
- Надеюсь, мне не придётся разбираться с этими охранниками.
Синни тут же пожаловалась:
- Ты сказал, что не будет настоящих проблем в эти выходные, потому что охранники тогда не на дежурстве!
- Заткнись. Я сказал, что, по-моему, охранники не на дежурстве, не могу быть уверен.
- Харли Мак! Обещай мне, что никого не тронешь!
Харли Мак пробормотал, вернул ей бутылку. Они были здесь всего час, а она уже была занозой в заднице.
- Просто выпей ещё и заткнись. Я никого не трону.
- Ты обещаешь?
- Обещаю, детка.
"Нет, я никого не трону, - поправился он, - но я обязательно УБЬЮ их, если меня увидят. На этот раз никаких свидетелей. Не могу вернуться в тюрьму".
Нет, в тюрьме штата было не весело, и с его худым, жилистым телом и длинными волосами он сводил с ума большинство этих старожилов. Харли Мак сомневался, что кто-то вообще называл его настоящим именем во время его последнего срока; он был "Малышом", он был "Милашкой", он был "Белой Сучкой". Харли Мак был примерно таким же крутым уличным деревенщиной, какого только можно найти, но в загоне? Он быстро понял - буквально за один день - что не знает, что такое крутость. Когда в первый раз зек похлопал его по паху, Харли Мак дрался, ну да, - и его тут же избили до полусмерти и изнасиловали прямо на полу, пока надзиратели делали вид, что не видят. Неважно, насколько ты крут снаружи. Внутри такие парни, как Харли, были собственностью. Он стал "Мальчиком-Вишенкой" быстро, и так же быстро он стал неотъемлемой частью мира, который большинство людей не могли себе представить, мира, где мужчин обменивали на других мужчин за пачку сигарет, и где "подбрасывание салата" не имело ничего общего с салатом. В сговоре Харли Мак делал вещи, о которых он никогда не мог рассказать Синни. Однажды ночью, сразу после того, как он вышел, она спросила его:
- Они, ты знаешь, они когда-нибудь хотели, прижать тебя и попытаться...
- О, да, они пытались, - солгал Харли ей в лицо, - но я просто выбил дерьмо из них всех. Я стал героем тюремного блока, потому что выбил бы дерьмо из любого из тех парней, кто пытался сделать что-нибудь из этой странной штуки.
Герой тюремного блока, действительно. По правде говоря, Харли Мак был тюремной сучкой. Но его маленькая невинная ложь достаточно успокоила Синни. Он всегда будет героем для неё... даже когда он бил её по лицу.
Теперь она сама смотрела через холм.
- Вот тот охранник, Харли Мак, он выглядит довольно крутым.
Харли разинул рот.
- Блин, девочка. Тот большой хер? Я заставлю его кричать и звать свою мамочку, держа только одну его руку, - его прищур сузился; теперь он заметил другую охранницу, женщину. - Хотя я не отказался бы поваляться в сене с той цыпочкой. Эта маленькая штучка? Держу пари, она пищит, когда получает своё.
- Лучше не начинай! - в ярости воскликнула Синни. - Тебе лучше даже не думать о таких вещах!
Синни было легко вывести из себя, особенно когда она была пьяна, - и жестокая черта Харли Мака никогда не упускала возможности.
- Да, я спущу с неё её рабочие штаны безопасности и задам ей за всю её жизнь. Я трахну её от одного конца этого парка до другого, а затем переверну её и начну снова. Да, сэр, эта белокурая сучка будет ходить как ковбой до конца своей жизни.
На этот раз Синни так сильно ударила его по спине, что у неё заболела рука.
- О, да, ты самый большой мудак, которого я встречала в своей жизни! Ну, давай иди вперёд! Почему бы мне просто не позвать её сюда прямо сейчас и...
Остальные возражения пьяной Синни превратились в приглушённый хнычущий звук, когда её парень схватил её губы и зажал их. Её руки и ноги задёргались от боли.
- Я же предупреждал тебя, говори тише, пьяная дурочка! Я просто пошутил ради Христа.
Когда он отпустил её, она отодвинулась, прижав руки ко рту.
- Чёрт тебя побери, Харли Мак, - прошептала она сквозь пальцы. - Это больно!
- Так и должно было случиться. Я же сказал тебе держать свою дырку закрытой. Видишь, что происходит, когда ты не делаешь то, что я тебе говорю?
Она, конечно, промолчала.
"Чёрт тебя побери! Не смей обращаться со мной так!"
Теперь она сидела позади него, сердито глядя, как он продолжал смотреть через холм на клинику.
"Я просто не буду с ним разговаривать, посмотрим, как ему это понравится, а потом, когда мы будем в постели, и он захочет немного любви, он её не получит".
Да, она ему покажет, всё в порядке. На самом деле, к тому времени, когда происходил этот случай, Синни полностью вырубалась от огромного количества алкоголя и вообще не имела никакого права голоса в этом вопросе. Когда Харли Мак хотел "любви", он её получал; состояние сознания Синни едва ли имело значение.
Что-то подпрыгнуло рядом с ней.
- Что это?
Оно снова подпрыгнуло, что-то размером с кусок мыла.
- О, смотри! Жаба!
Синни всегда любила животных, и жабы всегда были её любимыми. Большинство женщин отвергали их как бугристые, отвратительные существа, но не Синни. Для неё они были милыми. Она вспомнила, что когда она была маленькой (ещё до того, как отец познакомил её с половым актом в возрасте тринадцати лет, и до того, как она начала курить метамфетамин в раздевалке десятого класса), она держала домашних жаб в аквариуме с землёй на дне. Она кормила их червями и сверчками и ставила в аквариумы крышки с водой. Ей нравилось, как они квакали и смотрели на неё этими большими чёрными мраморными глазами. Они были очаровательны и забавны, и она любила их больше, чем любых других домашних животных, которые у неё когда-либо были. Однажды её братья использовали их, чтобы играть с ними в бейсбол, но это была уже совсем другая история.
Здесь, за холмом, вид жабы привёл её в восторг. Она тут же её подобрала.
- Привет, мистер Жаб, - прошептала она. - Харли Мак, посмотри, что я нашла. Он милый, не правда ли?
Харли Мак не разделял её энтузиазма.
- У тебя сиськи вместо мозгов? Он пописает тебе в руку и передаст тебе бородавки, тупица.
Синни просто ухмыльнулась. Он сам был тупицей; все знали, что жабы на самом деле не передают бородавок. Однако он пописал ей в руку, довольно щедро, но Синни не возражала. Он ничего не мог с собой поделать, это было просто безобидное маленькое животное.
Затем безобидное маленькое животное укусило её прямо за большой палец.
Всё произошло так быстро. Харли Мак заглушил её крик за полсекунды, снова сжав ей губы.
- Что, чёрт возьми, с тобой не так! - раздался его собственный яростный шёпот.
Мявкая, Синни попыталась отшвырнуть жабу... но не смогла. В свете, проникающем с погрузочной платформы, она увидела, как челюсти амфибии сомкнулись над её большим пальцем.
И она даже увидела два тонких, длиной в полдюйма, клыка, пронзивших её кожу.
Боль была настолько сильной, что она забыла о том, что у жаб нет клыков. Харли Мак открутил жабу и отбросил её, затем отпустил губы своей дрожащей подруги.
- Она укусила меня, у неё были клыки! - прошептала она.
- Кто, жаба? - он испытывал искушение прямо там засунуть ей одну жабу в рот. - Жабы не кусают людей, ты, маленькая идиотка! И у них нет клыков!
- Да? Смотри! - она подняла свой кровоточащий большой палец, два прокола были очевидны.
- Ты просто поцарапалась о какую-то траву, дыра. И чертовски хорошо, что мотор грузовика работает, иначе охранники бы тебя услышали. Я пытаюсь застолбить это место, чтобы мы могли сделать хороший улов, а ты там играешь в хватание за задницу с жабой. Теперь возвращайся и жди в лодке.
"Ждать в лодке? Типа, одной?"
- К чёрту. Я не собираюсь ходить по этому жуткому месту одна. Там может быть ещё больше этих клыкастых жаб.
Харли Мак только покачал головой.
- Ладно, тогда молчи, если собираешься остаться. Ещё одно слово, и я проломлю тебе голову ломом.
Виски немного приглушил боль, но в глазах Синни всё ещё стояли слёзы, когда она смотрела на рану. Эта жаба укусила её. У неё были клыки. Она видела, как кровь всё ещё капала из пары следов зубов. Теперь она впадала в депрессию.
"Я хочу вернуться в трейлер..."
По крайней мере, в трейлерном парке было безопасно (если не считать проезжающих мимо машин и взрывающихся в ванной лабораторий по производству метамфетамина).
"Нет никаких жаб с клыками!" - рассуждала она.
Да, эта часть парка была жуткой, она просто была какой-то ненормальной. И по мере того, как алкоголь ещё больше притуплял её чувства, она убеждалась, что это было даже больше.
"Этот чёртов парк - зло..."
Она потянула за рубашку своего мужчины с надписью MOTORHEAD и самым тихим голосом взмолилась:
- Харли Мак, давай просто уйдём. Это место пугает меня. Забудь об этой дурацкой клинике.
- Нам нужна эта дурь, которая там...
- Я... я найду работу. Мы сможем купить столько льда, сколько захотим, на мою зарплату.
- Не смеши меня. Ты не продержалась на работе больше дня за всю свою жизнь; ты даже два плюс два сложить не можешь. Я ворвусь в это место и заберу их запасы.
Синни вспомнила, как на секунду мелькнула жаба: челюсти сомкнулись на её большом пальце, клыки впились в кожу. Большие чёрные глаза смотрели прямо на неё, и она могла поклясться, что чувствовала, как её липкий язык слизывает её кровь. Она заплакала, как ребёнок.
- Пожалуйста, пожалуйста, я хочу домой...
А затем два копья боли пронзили её голень; казалось, её режут ножом. За мгновение до того, как закричать, она посмотрела вниз и увидела, что на этот раз это была не жаба, а длинная извивающаяся змея, сверлившая её своими клыками.
- Меня кусает змея...
БАХ!
На этот раз Харли Мак не стал дурачиться. Один быстрый удар его большого кулака в голову Синни мгновенно заглушил её крик и вырубил её. Он беспокойно выглянул из-за холма и с облегчением увидел, что двое охранников всё ещё не услышали её всплеск благодаря шуму двигателя грузовика. Чертовски повезло. Он решил сдаться на сегодня; как он мог бы хорошо понаблюдать за этим местом, когда эта шумная пьяная сука орёт каждые пять минут?
"Чёрт возьми, я просто вернусь сюда в субботу вечером и сделаю работу, и я оставлю эту занозу в заднице дома... если я не убью её первым делом..."
Ему придётся нести её обратно на лодку, но это не было большой проблемой; мет поддерживал её в форме и в тонусе. Прежде чем он потянулся, чтобы поднять её, он подумал:
"О чём, чёрт возьми, она кричала на этот раз? Змея?"
Затем он присмотрелся.
"Мелкая тупица не лгала".
Змея действительно укусила её - или, по сути, всё ещё кусала её, энергично в ногу чуть выше лодыжки. Это была просто зелёная змея, длиной меньше двух футов, и не ядовитая.
Харли Мак схватил змею, отдёрнул её и отшвырнул, но когда он это сделал, внезапная тошнота опустилась в его живот. Он перекинул Синни через плечо и потопал обратно к своей лодке как можно быстрее.
Да, в этом парке было что-то неладное, и Харли Мак хотел побыстрее убраться оттуда.
Почему?
Потому что, когда он стащил змею с ноги Синни, он не мог не заметить кое-что.
У змеи было две головы.
Деревянный упаковочный ящик был восемь футов в длину и один фут в высоту и ширину. Внутри балок два на четыре, которые образовывали его конструкцию, простирались листы фанеры. Клэр могла легко прочитать чёрные трафаретные буквы:
После того, как водитель и Рик вручную загрузили ящик в трюм погрузочной платформы, Клэр расписалась за доставку от компании "Нанотехнологии Ходдера".
- Что именно это такое? - спросила она водителя.
Его глаза налились кровью от слишком большого количества кофеина.
- Понятия не имею, - ответил он, поправляя бейсболку Devil Rays, перевёрнутую задом наперёд. - Я просто еду и забираю. Но мы делаем много регулярных рейсов для "Нанотехнологий Ходдера".
- Куда? В больницы? В такие клиники?
- Да, но также и на множество заводов.
- Заводы? Тогда, я думаю, это какой-то элемент освещения.
- Понятия не имею, - он ухмыльнулся ей гнилыми зубами. - Хорошего дня!
Он вернулся в свой грузовик и уехал. Клэр только покачала головой.
- Я думаю, это какой-то нагревательный элемент, - предложил Рик, заперев трюм погрузочной платформы.
- Обогреватели? Во Флориде? - Клэр это показалось абсурдным. - Если это правда, то это чертовски длинный нагреватель. Этот ящик был восемь футов. Ты имеешь в виду плинтусный обогрев?
- Нет, как водонагреватель или что-то в этом роде, я думаю. Я как-то спрашивал об этом Деллина. Для какого-то медицинского оборудования. О, теперь я вспомнил. Он сказал, что они нужны им для стерилизации.
Клэр нахмурилась. Она не понимала, как что-то столь тяжёлое и длинное может понадобиться для стерилизации, но, с другой стороны, это не её сфера деятельности.
"Ну что ж. Стерилизация".
По крайней мере, у неё был ответ, странный и довольно скучный.
- Есть новости о том, как дела у той девушки? - спросил Рик.
- Я звонила в больницу некоторое время назад. Она обезвожена и в шоке, но её состояние стабильно. Они также лечат её большим количеством антибиотиков, чтобы предотвратить инфекции; у неё было много укусов насекомых.
- Очень плохо, что эти люди путаются с наркотиками, а потом происходят такие вещи. Она могла умереть здесь, - он взглянул на красные задние фонари грузовика. - Я пойду запру главные ворота, когда грузовик уедет, а потом вернусь и покажу тебе окрестности. У меня ещё полчаса до смены.
- Забудь, - отмахнулась от него Клэр. - Я выпишу тебя в журнале. Просто иди домой, как только закроешь ворота.
Эта новость порадовала Рика.
- Ты уверена?
- Да, Джойс хорошо показала мне окрестности ранее. На самом деле, мне немного не терпится сделать свой первый самостоятельный обход. Просто уходи. Нет смысла нам обоим потеть здесь.
- Спасибо, Клэр! Хорошей смены.
Клэр помахала рукой, когда он уезжал. Когда она спустилась по погрузочной рампе обратно к своему грузовику, мощные прожекторы выключились из-за датчика движения. По какой-то причине она чувствовала себя вялой, скучающей - даже после всей суматохи дня. Ей не терпелось начать свой первый официальный обход контрольно-пропускных пунктов объекта, чтобы самостоятельно осмотреть территорию. Главные ворота, озеро, пляжи, несколько точек на территории клиники и ряд других зон объекта были оборудованы контрольно-пропускными пунктами, которые точно проверяли, в какое время охранник был на станции. Давно прошли те дни, когда охранники таскали с собой таймер; теперь им нужен был только главный ключ, который регистрировал время обхода на компьютере безопасности. Клэр сделала много обходов за свою карьеру, но никогда не была на таком красивом месте. Даже в удушающую полуночную жару вид места в его краях лунного света казался райским. Вечер пульсировал от густых волн трелей сверчков. Ночные птицы резвились.
"Это, конечно, лучше, чем смотреть на охранные лагери ВВС и слышать взлетающие F-16 каждые две минуты".
Экзотические звуки животных затихли, когда она приблизилась к берегу, и она улыбнулась про себя, вспомнив, где именно она сейчас находится, в том, что Джойс назвала "Троянским мысом". Маленькая лагуна лежала неподвижно, как чёрное стекло.
"Никаких любовников сегодня вечером, - подумала она, когда скользила по местности в свете прожектора "Блэйзера".
Она объехала край лагуны, затем оказалась на пляже. Она выключила двигатель, выключила фары. В этот поздний и тёмный час пляж внезапно превратился в крошечную область сюрреализма, тайное место только для неё. Нежный прибой плескался о берег. Лунный свет прокладывал длинные рябью линии, как лисьи огни, по воде, и вдруг Клэр почувствовала, что она единственный человек в мире.
Широко раскрыв глаза на воде, она благодарила Бога, или вселенную, или судьбу за то, что случилось с ней...
"Большое спасибо за то, что позволили этому случиться со мной. Наконец-то - что-то хорошее. Спасибо!"
Это была не совсем молитва, но вполне могла быть ею. Теперь она была счастлива, впервые за год. Но она также была благодарна.
Она хотела просто посидеть здесь ещё несколько минут, наслаждаясь тишиной и покоем. Это было так спокойно, так безмятежно. Но вскоре начали вторгаться отвлекающие факторы. Не столько мысли, сколько образы - образы мужчин.
Деллин и его привлекательная, озабоченная манера, врачебная, но сексуальная. Потом Рик, грубый, жёсткий, но умный, и крепкие мышцы, которые она помнила, когда тайно наблюдала за ним и Джойс в их эротическом клинче.
"Боже", - подумала она, немного задыхаясь.
Ей становилось жарко, и дело было не в вечерней жаре. Это сбивало её с толку, этот внезапный всплеск гормонов; это преследовало её весь день. Она работала с привлекательными мужчинами годами, но никогда это не оказывало такого воздействия. Как бы она ни старалась вытолкнуть образы, они продолжали проникать в её разум: теперь она вспоминала больше того, что видела на экране Рика и Джойс, обнажённые груди Джойс выпячены, руки Рика по всей её поверхности, словно лепя сладострастную статую, его рот оставлял влажные следы на её коже...
"Прекрати это!"
Что-то ещё, тогда - не образ из памяти, а фантазия. Она поддалась этому, она не могла ничего с этим поделать. Теперь на экране была не Джойс, а она. Внезапно руки Рика оказались на ней, рот Рика омывал её соски. Теперь Клэр была знойной статуей. Её дыхание срывалось, когда изображение менялось и становилось темнее, жарче. Теперь не Рик ухаживал за ней, это был Деллин, флегматичный, сосредоточенный, его тёмные глаза пристально смотрели на неё. Она съёжилась и поднялась на цыпочки у дерева, когда руки Деллина схватили её за талию и начали медленно скользить вверх по её влажной от пота коже. Руки обхватили её грудь и сжали, щипая её соски в V-образных складках своих пальцев.
"Ссс-ссстоп!"
Ещё более необъяснимо, муза усилилась. Да, её сейчас трогали, как она хотела бы, чтобы её трогали, медленная, неторопливая рука скользила назад по её ягодицам. Когда её мысли умоляли, чтобы пальцы скользнули выше, они подчинялись, не слишком осторожно пробегая по борозде её лона. Но рука больше не была Деллина, она была Адама.
Вот что было необъяснимым: как бы сильно она ни осуждала дерзкого смотрителя парка, аффекты фантазии обострялись. Она знала, откуда они взялись. Из более раннего времени, когда он вытащил её из воронки глубиной по пояс; он положил руку ей между ног, притворяясь, что хочет помочь. Возможно, это даже не было необходимо, просто грубиян, который подкупает дешёвым чувством...
Но теперь ей было всё равно, и она больше не пыталась заставить себя остановиться. Она просто сидела в "Блэйзере" в лунном свете, и поддалась ему. Рука сильнее сжала, пальцы исследовали. Его язык скользнул вверх по её шее, а затем он начал шептать ей:
- Не-не-не волнуйся, Клэр. Я не причиню тебе вреда, пока не закончу.
Фантазия рухнула; её разум подвёл её самым предательским образом. Хотя это длилось всего секунду, казалось, что прошли часы, поскольку каждая деталь её изнасилования прокручивалась в её сознании. Тёмный тёплый лес исчез. Теперь она лежала на спине на холодной стальной платформе для вскрытия. Светильники для осмотра почти ослепили её своим идеальным белым сиянием. Это были руки Стюарта Уинстера, которые скользили по контурам её обнажённого тела. Она всегда считала его безобидным; он был гражданским, работавшим на базе, уборщиком, и единственное, что было в нём примечательно, - это то, что он был сыном полковника Уинстера - командира Корпуса клинических исследований ВВС, который, очевидно, использовал своё влияние, чтобы получить эту работу. Клэр быстро поняла, что слово "безобидный" не подходило для описания отсталого двадцатидвухлетнего парня.
Его левая рука была нормальной, и это была рука, которая держала заострённое шило. Он медленно провёл иглоподобным острием вверх и вниз по коже её живота, недостаточно, чтобы прорвать кожу, но достаточно, чтобы оставить едкое покалывание. Это была его правая рука, которая спустилась ниже - деформированная рука. Врождённый дефект делал руку похожей на коготь, с всего двумя пальцами - большим и указательным.
Это была рука, которая усиливала её ужас. Не её похищение и изнасилование, не страх смерти. Не образ его лица, не слегка деформированный лоб. Это была эта рука, похожая на плоскогубцы...
Она была на ночной смене, делая обходы по периметру административного здания. Он вырубил её сзади дубинкой, а затем ввёл ей какой-то паралитический препарат. Она пришла в себя в комнате для вскрытия. Связывание лодыжек и запястий было необязательно; то, что он ей ввёл, вызвало полный паралич основных произвольных групп мышц. Она могла открывать и закрывать глаза, немного двигать губами, но это было всё, и препарат не обладал анестезирующими свойствами.
Она могла чувствовать всё. Она просто не могла двигаться.
- Клэр, Клэр... Ты действительно хорошенькая.
Пуская слюни, он облизывал всё вокруг её лица, пока два отвратительных пальца ловили её "киску". Волна боли, словно сигарета, пронзила её, когда он резко укусил один из её сосков. Её рефлексы подсказывали ей кричать, съёживаться и бежать от боли, но снова был наркотик, который он ей ввёл. Ни одно мышечное волокно не дрогнуло в ответ, и ни звука не сорвалось с её губ. Зубы впились так сильно, что она услышала, как они щёлкнули.
Это усилило её ужас.
"Что он укусит дальше?"
Её сердце забилось от этого страшного вопроса, когда его рот двинулся ниже, ниже её талии, где он вскоре оказался там вместе с рукой, работая в тандеме. Клэр просто хотела умереть. Было ясно, что он хотел сделать, и без дополнительных трёх пальцев это было довольно легко.
"Я хочу поиграть с тобой... внутри".
Клэр чувствовала себя так, будто её оперируют, пусть и нехирургическим путём. Что-то живое и ужасное было внутри неё, но, к счастью, это длилось недолго. Более острые потребности извращенца взяли верх, и вот тогда он забрался на неё и просто сделал это. Клэр больше не чувствовала себя человеком, больше не чувствовала себя по-настоящему живой; она была просто кучей гамбургерного мяса, которое месили и тыкали на холодной столешнице.
Она никогда не узнает, убил бы он её на самом деле. Он быстро кончил, оставив физический факт, как горячий клей между её ног.
"Теперь мы поиграем ещё немного, Клэр", - невнятно пробормотал он, но он оторвался от неё за минуту до того, как вошёл охранник.
Всё закончилось так же быстро, Клэр поправлялась в больнице, ожидая, что справедливость восторжествует.
Чего так и не произошло.
Всё это было изысканной подставой. Всего за несколько недель они заставили всё выглядеть так, будто Клэр была патологической лгуньей, пытающейся сфабриковать фальшивое дело об изнасиловании, чтобы прославиться.
"Господи Иисусе", - только и думала она сейчас.
Наконец-то она смогла выкинуть всё это из головы. Кошмарное воспоминание уплыло, как и предыдущие фантазии. Сидя в грузовике, она чувствовала себя измотанной, противной от пота и отчасти тошнотворной.
"Вот вам и идиллическое видение пляжа..."
Она подняла окна "Блэйзера", включила кондиционер и поехала.
По крайней мере, она быстро отвлеклась от этого. Прохладный воздух заставил её почувствовать себя лучше. Она проехала к пунктам питания на первом отроге острова и вскоре оказалась на дороге, идущей вдоль другого пляжа. Когда она посмотрела налево...
"Это пляжные коттеджи?"
Узкий водный канал разделял отроги, и когда она присмотрелась, то увидела скопление пляжных коттеджей на другой стороне. Это было всего в нескольких сотнях ярдов. Она могла видеть свет в некоторых из них.
Она задумалась на мгновение, а затем пришла к выводу: что плохого? Она закончила с часовыми обходами, и не было похоже, что она намеренно вторгается в чью-то личную жизнь. Она просто хотела посмотреть, как выглядит её коттедж с такого расстояния.
Она достала из бардачка бинокль и поднесла его к глазам...
Вот это был вид. Она была удивлена силой и чёткостью бинокля, и ещё больше удивилась, когда включила зум. Рябь на воде казалась всего в нескольких футах от неё, и когда она немного подтолкнула бинокль вверх, она увидела свой собственный коттедж в мельчайших деталях. Она оставила открытыми длинные моторизованные шторы за раздвижными стеклянными дверями, и случайно оставила включенным кухонный свет, но этого освещения было достаточно, чтобы увидеть почти всё внутри.
"Держи эти шторы закрытыми на ночь", - напомнила она себе.
Если она могла так хорошо видеть это место, то и любой другой мог, особенно Адам Кори, которого Джойс уже подозревала в подглядывании.
В следующем коттедже - коттедже миссис Грейбл - её внимание привлекло короткое движение. Это был единственный коттедж, который не был построен на сваях. В окне произошло ещё одно движение.
"Ладно, я знаю, что не должна этого делать, но мне ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно взглянуть на её мужа".
В одном окне она увидела миссис Грейбл, совершенно голую. Несмотря на возраст женщины, было легко сказать, что она много лет тренировалась, чтобы поддерживать себя в форме; голой она выглядела даже лучше, чем в простом платье, в котором Клэр видела её раньше, когда они познакомились.
"Боже мой, у неё тело, как у спасателя с Южного пляжа".
Тяжёлая грудь с тёмными, выступающими ареолами нисколько не обвисла, и не было никаких следов целлюлита на ягодицах или бёдрах. К сожалению, даже на таком значительном расстоянии Клэр могла различить ужасный след от укуса, который она мельком увидела, когда они были у неё в коттедже, овальное кольцо вокруг соска, похожее на клеймо, а теперь она заметила несколько похожих следов на спине. Но без брутальных отметин фигура миссис Грейбл в форме песочных часов и женственные линии заставили бы позавидовать большинство двадцатилетних.
"И некоторых двадцативосьмилетних тоже", - признала Клэр.
Женщина выглядела так же сексуально после того, как натянула на голову узкую бордовую ночную рубашку, крепкая грудь торчала, когда она выходила из комнаты.
"Но где же этот чёртов муж?"
Чёткое поле зрения бинокля Клэр переместилось на следующий блок света, окно гостиной, как предположила она. Однако здесь свет был тусклым, и она могла видеть включенный телевизор.
"Там есть мужчина, всё верно, - решила Клэр, - и он такой же, как все мужчины - слюнявая сексистская свинья".
Очевидно, на экране был какой-то канал о путешествиях, две блондинки в бикини резвились на каком-то экзотическом, далёком пляже.
Затем она увидела её мужа.
Из этой позиции она могла видеть только его голову. Симпатичный мужчина, длинные тёмные волосы с несколькими седыми прядями, красивые черты лица.
"Только я начала верить, что у неё на самом деле нет мужа, и вот он, - подумала Клэр. - И Джойс была права, он выглядит нормально, даже красив".
Она могла видеть, как он тепло улыбается, когда его жена вошла в комнату. Глаза Клэр немного расширились за биноклем.
Миссис Грейбл теперь ухмылялась, и в этой ухмылке было что-то явно распутное, горячая грязная страсть. Она встала перед телевизором, закрывая экран...
И начала танцевать.
И не джигу. Медленный, плавный танец, как у танцовщицы в стрип-клубе.
Её руки разжались на её тонкой талии, затем начали скользить вверх, пока не стали ласкать её грудь. Одна рука задержалась там, пальцы пощипывали сосок, а затем другая рука снова опустилась, разглаживая прозрачную ткань, которая натягивалась на её лобок.
"Ладно, она танцует стриптиз для своего мужа. В этом нет ничего плохого - пока он не начинает её бить..."
Но теперь что-то столкнулось с её мотивами. Это совсем не было похоже на неблагополучный брак; это было похоже на счастливый, живой брак. Выражения на их лицах были как у двух людей, горячо влюблённых.
"Но этот мужчина действительно был избивателем жён? Я не знаю, - подумала Клэр. - Он просто не выглядит как такой человек. Господи, может быть, миссис Грейбл просто неуклюжая; может быть, она действительно упала с лестницы и поскользнулась на мыле? Может быть, эти следы укусов были на самом деле сыпью от какого-то кожного заболевания?"
Клэр знала, что она достаточно вторглась в их личную жизнь. Как раз в то время, как миссис Грейбл медленно поднимала подол своей ночной рубашки на голые бёдра и промежность, Клэр отвела бинокль от окна, предоставив им возможность поиграть.
Но когда она это сделала, поле зрения сразу же упало на другое окно, такое же тускло освещённое, только на этот раз это был не свет от телевизора, а свет от нескольких свечей.
И это было окно в коттедже Джойс.
"Вот и снова. Небольшое тайное моральное преступление среди моих сотрудников".
Затем она нахмурилась на себя.
"И кто я такая, чтобы говорить о моральном преступлении? Я та, кто подглядывает в окна".
Клэр знала, что это неправильно, но она наблюдала несколько минут, довольно очарованная физической ловкостью своих двух охранников. Джойс и Рик, конечно, оба были голыми, и они использовали высокую кровать Джойс под балдахином в качестве сексуального спортзала, активно исследуя каждую мыслимую позу - и некоторые не столь мыслимые - в которой их гениталии могли бы быть соединены. Красивое лицо Джойс казалось широко открытым в самом напряжённом блаженстве, её соски набухли, её скользкие от пота груди вздымались. Мускулистые руки и грудь Рика напряглись до острых как бритва контуров, когда он поворачивал свою возлюбленную во все стороны.
"Господи Иисусе, сегодня все готовят бекон! - подумала Клэр. Это была почти завистливая жалоба. - Это чертовски счастливый остров..."
Она опустила бинокль, подумала об этом мгновение, затем убрала его.
"Я была плохой девочкой достаточно долго. Джойс действительно нужно закрыть жалюзи".
Она знала, что служебные романы всегда имели большой потенциал для неприятностей, но ей слишком нравились Рик и Джойс, чтобы сообщать о них. Кроме того, они были хорошими охранниками, и Клэр также надеялась, что они все тоже смогут стать друзьями.
Она не могла отрицать свою маленькую влюблённость в Деллина, но он был слишком далёк, слишком поглощён своей профессией, чтобы считать Клэр кем-то бóльшим, чем просто служащей. Ни о чём, кроме прочных профессиональных отношений, не могло быть и речи, и Клэр чувствовала себя нелепо, даже размышляя о романе. По правде говоря, у неё уже давно не было настоящих друзей - бóльшую часть её студенческих лет и всё время её службы в ВВС - до такой степени, что теперь отсутствие какой-либо социальной жизни казалось нормой. В колледже она сделала оценки своим главным приоритетом, а в ВВС - своей производительностью труда. Теперь, спустя столько лет, она начала понимать, чего она упустила.
"Ну, я разберусь. Это всего лишь мой первый день!"
Ей просто нужно было найти обходной путь, чтобы предложить Рику и Джойс быть более сдержанными. И закрыть их чёртовы жалюзи, когда они делают "ух ты"!
Она решила вернуться к работе. Она снова завела "Блэйзер" и поехала. Проверка дверей в клинике показалась хорошей идеей, и ей не помешало бы ещё раз проверить главные ворота. "Блэйзер" скрылся за узкой дорогой.
В каком-то смысле, было жаль, что она не осталась здесь ещё на несколько минут - с биноклем - потому что если бы она это сделала, то увидела бы тёмную фигуру, крадущуюся около коттеджей, заглядывающую в окна.
Рука, почти нежно, потёрла раздутый живот. Её пупок к этому времени вывернулся наизнанку, торчащий маленький узелок плоти.
Машины гудели.
Что-то быстро пищало вместе с её сердцем.
- Тужься сейчас. Тужься.
Женщину на столе номер два звали Донна Крамер. Она была довольно молода и даже могла бы назваться привлекательной во время беременности. Дородовая лактация наполнила её грудь, осветлила соски. Стальные стремена широко раздвинули её ноги.
Она не могла кричать; ей заткнули рот дыхательным аппаратом, простой пластиной резины с воздуховодом в нём.
Она также не могла много чувствовать, и она едва могла думать, потому что, как и Грейс Флетчер - женщина на столе номер один - она была подвергнута радиоактивной лоботомии. Технически её состояние можно было бы назвать СВС - стойким вегетативным состоянием. Менее чем технически, можно было бы сказать, что её мозг был испорчен до такой степени, что он больше не работал.
- Двадцать восемь дней - это удивительно, - раздался над ней голос.
На самом деле в комнате стояли две фигуры - двое мужчин - но это всё, что сниженные умственные функции Донны позволяли ей знать. Она даже не знала, что собирается рожать, по крайней мере, на самом деле. Теперь она потеряла эту концепцию.
- Тужься, тужься. Не волнуйся. Ты будешь прекрасной, прекрасной матерью - матерью чуда...
Было не больно. Между спинальными инъекциями и лоботомией префронтальных болевых центров она чувствовала только огромное давление. Возможно, это был инстинкт или фантомная память, которые позволяли ей напрягать мышцы живота, когда мужчина говорил:
- Тужься.
Она тужилась и тужилась.
- Я вижу головку! Тужься!
Она тужилась и тужилась ещё немного.
- Да, да!
Огромное давление покинуло её, как будто его вытащили отсюда. Её голова упала на стол, а её пухлые, наполненные молоком груди закачались. Хотя она не могла понять, что видит, её зрение всё ещё регистрировало.
Она увидела, как её тугой, блестящий, раздутый живот сжался так же быстро, как баскетбольный мяч с воткнутым в него ножом.
То, что было внутри, теперь было снаружи.
Некая синаптическая активность вызвала ещё один фантомный намёк на мысль: она должна была что-то сейчас услышать? Плач ребёнка?
Но она ничего не услышала.
- Чёрт возьми. Он не выжил.
- Это очень плохо.
- Не стой там с этим. Убери его. Мне тошно смотреть на это.
- Извини.
Донна Крамер увидела маленькую штуку, которую из неё вынули. Какой-то мужчина держал её на весу в ярком свете, как мешок с луком. Розовый пупок свисал, словно петля кишечника.
Голова Донны невольно повернулась в сторону. Её глаза встретились с чьим-то взглядом. Это была Грейс, женщина на столе номер один, чьи глаза смотрели прямо в её глаза. Глаза были мертвы, но каким-то образом всё ещё живы.
Долгий вздох.
- Убери это сейчас же.
- А как насчёт...
- Она? Оставь её пока. Мы продолжим внутривенное питание. И вымоем её. Я пока не знаю, что с ней делать.
- Могу ли я...
- Просто делай, как я говорю. Я дам тебе знать, когда решу. Чёрт. У нас всё ещё эти тератологические синдромы. Я этого не понимаю; мы сделали полный скрин.
Пауза растянулась над белой комнатой.
Затем тот же голос сказал:
- Попробуй, попробуй ещё раз, я думаю...
Донна не могла расшифровать ничего из дискурса, поэтому не имело значения, что происходит.
Он сказал, что она будет матерью чудес.
Какое-то чудо.
Насколько бы близкой к клинической смерти мозга она ни была, даже Донна знала, что это не было чудесным.
Это было чем-то чудовищным.
- Да, вот это первый день, - сказал Деллин.
Пар от его кофе поднялся вверх. Клэр сидела напротив него в кафетерии клиники, где он любезно купил ей завтрак, заплатив королевские четыре доллара за обе полные тарелки с беконом, яйцами, картофельными оладьями и блинами на молоке размером с фрисби. Клэр инструктировала его о своей смене.
- Заброшенная гребная лодка, которую, похоже, намеренно спрятали, и истеричная голая девушка в остром шоке, - сказал он. - За один день у тебя было больше событий, чем обычно у нас бывает за шесть месяцев.
- Ну, тогда я очень надеюсь, что это покроет следующие шесть месяцев, - попыталась пошутить Клэр.
Но всё это было не шуткой; женщина из прошлой ночи могла так же легко умереть.
Чтобы быть доскональной, она отправила по факсу отчёт о Кэри Энн Уэллс в местную полицию и получила номер дела на случай, если ей понадобится дополнительная информация. Лодку она просто спрятала в сарае на территории. Что касается девушки, то Деллин не был так уж удивлён, сославшись на многое из того, что Адам сказал о местных "наркоманах".
- У меня смена в полдень, - продолжила Клэр, пытаясь только откусить кусочек от своего завтрака.
Он был таким вкусным, что ей хотелось бы проглотить его весь сразу.
"Не выставляй себя жадной свиньёй перед Деллином!" - подумала она.
- Если ты не возражаешь, мы будем сидеть без дела с полудня до четырёх. Поскольку сегодня пятница, я хочу удвоить охрану с четырёх до полуночи, на случай, если кто-то из местных решит зайти.
- Ладно, ладно. Как считаешь нужным. Твоё суждение - часть того, за что мы тебе платим.
- Ты знаешь, когда придёт директор клиники? Я бы очень хотела с ним сегодня встретиться.
- Гарри? О, да. Это будет в понедельник, конечно. Сегодня он делает обход с онкологами в "Госпитале Тампа". Нам действительно нужно больше пациентов, потому что первая серия все вылечены.
- Это замечательно.
- Это точно. На самом деле, у меня сегодня только два приёма послеоперационного ухода, а потом я уйду отсюда. Думаю, я сегодня пойду на пляж, если индекс УФ-излучения не будет слишком высоким.
Клэр улыбнулась этой мысли.
- Да, я думаю, онкологи не слишком любят нежиться на солнце.
- Просто для небольшого цвета, и всё. Хочешь присоединиться ко мне?
Внезапный вопрос, казалось, загнал мысли Клэр в кирпичную стену.
"Чёрт! Он просит меня пойти с ним на пляж? Я-я-я..."
- О, извини. Глупое предложение с моей стороны, - сказал он, прежде чем она успела ответить. - Ты только что закончила двенадцатичасовую смену - конечно, ты пойдёшь прямо домой и ляжешь спать. Особенно после вчерашней суматохи, ты, должно быть, измотана.
"Чёрт... Единственным правильным ответом было согласиться".
- Да, я очень устала. Но спасибо, что спросил.
- Тогда как-нибудь в другой раз. Я имею в виду, если тебе захочется.
"Поверь, мне захочется".
Казалось, что её похлопало по плечу крошечное отчаяние.
- Это было бы здорово, - она старалась не дать разговору запнуться. - Кажется, Джойс говорила мне, что у тебя где-то есть квартира, но иногда ты останавливаешься в одном из коттеджей?
- У меня есть кондоминиум в центре города, там я и живу бóльшую часть времени. Но иногда по выходным я останавливаюсь в своём коттедже. У меня тот, что в самом конце.
Это только заставило её ещё больше задуматься о нём.
"У него есть квартира в центре города. Есть ли у него жена? Дети?"
Возможно, нет, если он так просто пригласил её на пляж.
"Есть ли у него девушка, или он её ищет?
Боже, Джойс, вероятно, права. С моей удачей, он гей".
- О, и я вчера вечером расписалась за доставку, - сказала она, - от "Нанотехнологий Ходдера".
Деллин просто кивнул, погрузив в сироп вилку с блинами.
- Сборка магнитно-железного углеродного элемента.
Деллин кивнул.
- Рик сказал, что это для стерилизации или что-то в этом роде?
Ещё один кивок.
- Это объясняет пар, выходящий из крыши над Крылом Б?
- Ага.
"Господи, помоги мне в этом".
Как раз когда она начала думать, что Деллин нарочно не хочет об этом говорить, он доел свою тарелку, глотая.
- Это называется промышленный сухожаровой эксикатор - немного сложнее, чем стерилизация. Система намного дороже, но она не даёт Агентству по охране окружающей среды ворчать на нас. Большинство медицинских учреждений избавляются от своих отходов с помощью мусоросжигательной печи на месте. Но в наши дни? Сжигание такого рода вещей оставляет много дыма и сажи. Дымоходы в федеральном заповеднике - это большое табу.
- О, - сказала Клэр.
Она всё ещё не совсем поняла. Ничего особенного. Но теперь она чувствовала беспокойство - он закончил свой завтрак, и ей больше не о чем было сообщить. Она отчаянно хотела поговорить о чём-то ещё... потому что она не хотела, чтобы он уходил. Но это заставило её почувствовать себя совершенно непрофессиональной, как маленькая школьница, влюблённая в учителя.
Деллин посмотрел на часы, затем отодвинул тарелку.
- Ну, мне пора идти.
"Вот и всё", - мрачно подумала Клэр.
- Пока...
"Да, я определённо питаю слабость к этому парню".
Подперев подбородок рукой, она наблюдала, как он выходит из кафетерия, возвращаясь в свой кабинет.
Когда кафетерий почти опустел, она закончила есть и почувствовала, что вот-вот лопнет. Она знала, что именно внезапная меланхолия заставила её съесть всё. Позже она бродила вокруг клиники, регистрировала номера бирок на парковке, закончила свой операционный отчёт. Просто занималась работой для себя. Чтобы победить депрессию, ей нужен был хороший крепкий блок сна.
"Ещё десять минут, и я уйду отсюда", - подумала она, глядя на настенные часы.
Её внимание снова вернулось, когда факсимильный аппарат внезапно зашумел.
"Хм-м..."
Один лист свисал с валика, как язык. Она достала его.
- Вы, должно быть, издеваетесь... - она прочитала полный факс, в котором ей сообщили, что она должна ожидать доставку в понедельник днём.
"Мы получили это только вчера вечером".
Смутившись, она прикрепила его к пробковой доске в качестве напоминания.
"Я всего лишь охранник. Никто мне ничего не обязан рассказывать. Деллин только что объяснил, для чего эта сборка - эксикатор для стерильной утилизации отходов. Кажется немного странным, что нам понадобится ещё одна сборка так скоро", - подумала она.
Она знала, что Деллин сейчас в своём офисе; она могла пойти и спросить его об этом.
"Я лучше подожду с этим; я спрошу его об этом в понедельник. Я только что с ним завтракала, я бы ему просто надоела".
Девять минут спустя она собиралась закрыть кабинет и уйти, когда зазвонил телефон.
- Охрана клиники.
- Привет, Клэр, это я, - ответил голос.
Ухмылка Клэр скривила её губы.
- Кто это я?
- Адам, ты знаешь, большой плохой бесчувственный смотритель парка.
"Опять этот придурок..."
- Чего тебе, Адам? Я не на смене.
- Извини, что беспокою тебя, милая...
- Не... называй меня милой.
- Но ты, возможно, захочешь спуститься сюда, на озеро Стефани, и проверить это, потому что - и я надеюсь, ты простишь мой французский - здесь есть что-то, что на сто процентов наверняка облажается.
- Что... что это? - вот всё, что она смогла сказать.
- Лягушка размером с пакет с грёбаными продуктами, вот как она выглядит для меня.
Оценка Адама была преувеличена... но не намного. Клэр никогда не видела лягушку такой большой и странной окраски. Загорелая кожа с чёрными точками. И у неё был хвост.
Существо было мертво, раздавлено на берегу. Его восьмидюймовые челюсти были слегка раздвинуты, через которые выдавилась бóльшая часть его внутренностей.
Она вопросительно посмотрела на Адама.
- Ты её переехал?
- Да, несчастный случай, конечно. Я просто подумал, что это куча грязи, которая там лежала, когда я ехал вдоль береговой линии. Потом я почувствовал удар и услышал громкий шлепок, - теперь он действительно выглядел немного тошнотворным, глядя на неё сверху вниз. - Услышал ещё один звук, почти как лай.
- Лай? Ты имеешь в виду, как у собаки?
- Да, вроде того, - его глаза сузились от замешательства, затем он попытался изобразить: - Рр-р-руф!
Клэр была озадачена. Она никогда ничего подобного не видела.
- Должно быть, она весит десять фунтов.
- Пятнадцать, я бы сказал.
- Ну, я никогда не слышала, чтобы лягушки вырастали такими большими, но ты же любитель природы, так что... Они бывают?
- Да, на грёбаном Мадагаскаре - прости за мой французский. И даже те, которые вырастают такими большими... не имеют хвостов.
Отвращение исказило лицо Клэр, когда она присмотрелась.
- У них ведь также и нет клыков, да?
- Таких у них нет, - сказал Адам, стоя, скрестив руки, и задрав одну ногу на старое срубленное дерево. - У всех лягушек и жаб есть зубы, но обычно только два спереди, и они крошечные. Но такие клыки? Я никогда о них не слышал.
Край челюсти существа напоминал странное лезвие пилы с перекрывающимися клыками спереди. У Клэр свело живот, когда она увидела его полностью, и она поняла, что если животное решит укусить человека, оно может нанести серьёзный ущерб. Однако его лоб казался совсем не лягушачьим, наклонённым наружу над глазами, как будто выступающим в виде точек, а ступни на концах его пронированных предплечий были размером с детскую ладонь.
- Это либо какой-то очень редкий вид, о котором я не знаю, либо это мутация, - сказал Адам.
- Мутация? Ты не можешь быть серьёзным.
- Почему нет? Это происходит постоянно. Давным-давно я был на полевой работе в заповеднике у озера Кроталус. Оказалось, что завод по производству растворителей каждую ночь сбрасывал свои отходы в озеро. И там всё накрылось пиздой, э-э-э, прости...
- Я знаю, Адам, простить за твой французский, - раздражённо сказала она. - Зачем вообще это говорить, если ты собираешься ругаться? И ты говоришь мне, что промышленный сброс может вызвать такие мутации?
- Не вижу причин, по которым это не так. Из-за того, что они сбрасывали в Кроталус, у саламандр выросло шесть ног. У всех щук и солнечных рыб появились канцерогенные опухоли, и опухоли были в форме рыбьих голов. Цапли и чайки питались червями, живущими на берегу, а затем откладывали сросшиеся яйца. Вылупившиеся детеныши были червями с клювами. Из чего-то подобного могут возникнуть всевозможные мутации. Это совсем не редкость.
Клэр ничего об этом не знала. Она пошла к лесной опушке, оглядываясь по сторонам.
- Осторожно, - сказал Адам. - Там могут быть зыбучие пески.
Затем он тихонько усмехнулся.
"Хотела бы я иметь верёвку, потому что я бы с удовольствием повесила его".
За деревьями она не заметила ничего необычного, но что она ожидала увидеть? Ещё одну гигантскую лягушку, прыгающую вокруг? Затем она вернулась к берегу, вглядываясь в почти неподвижную воду. Её желудок снова сжался, когда она подумала, что увидела змееподобную фигуру - длиной десять футов - скользящую под поверхностью.
"Нет, нет, - подумала она. - Это была просто тень или что-то в этом роде. Рябь на течении..."
Адам оправдал всё, что Клэр могла подумать о нём сейчас, когда он засунул шарик жевательного табака себе за щеку и начал сплёвывать.
- Ты начальник службы безопасности. Каковы твои выводы?
Это был уместный вопрос.
- Полагаю, кто-то сбрасывает что-то токсичное в озеро.
- Да. Например, кто?
- Откуда я знаю? - она наклонилась, уперев руки в колени, чтобы снова взглянуть на огромную лягушку.
"Это как раз то, что мне нужно увидеть после того обильного завтрака. Мутировавшая лягушка с кишками, свисающими изо рта".
Это зрелище отвлекло её; взгляд Адама резко отдёрнулся, когда она встала и обернулась.
"Извращенец пялился прямо мне на задницу!"
- Хороший вид?
- А? - он сплюнул в воду полоску коричневого сока. - Ну, мне нужно сообщить тебе, что здесь нет никаких заводов по производству растворителей. Но что здесь есть?
- Клиника, Адам. Ты это хочешь сказать? Что клиника сбрасывает токсичные побочные продукты в озеро? Это смешно. Там не производятся токсичные вещества. Они лечат пожилых амбулаторных пациентов.
Теперь Адам закурил.
"Он жуёт табак и курит, - заметила Клэр. - Этот парень - приз. Держу пари, он никогда в жизни не поднимал сиденье унитаза".
- Я просто думаю о прошлых ассоциациях. Когда происходит что-то подозрительное, ты оглядываешься и смотришь, нет ли подозрительных людей поблизости.
- Ты имеешь в виду себя, да?
Адам улыбнулся сквозь комментарий.
- Может быть, того парня, на которого ты работаешь.
Клэр моргнула.
- Директор клиники? Гарри?
- Нет. Посмотрим правде в глаза. Очевидно, что ты положила глаз на Деллина Дэниелса...
Клэр была возмущена.
- Это НЕ так! Это нелепо! - прокричала она ему в ответ, всё время думая: "Откуда он знает?!" - И в нём нет ничего подозрительного!
Адам побрёл обратно к своему грузовику.
- Да, ну, может, ты и права.
- Что? Что подозрительного в Деллине?
Он вытащил большой мешок из своего грузовика.
- Давай просто оставим это. Забудь, что я сказал. В любом случае, ты здесь настоящий авторитет. Это твоя работа - проводить расследование, не так ли?
"Он просто полный псих!"
Клэр решила, что даже не признает его загадочное обвинение, отвечая на него дальше.
- Что ты сейчас будешь делать? - спросила она раздражённо.
- Ого, ты, должно быть, сегодня действительно в ударе, - он раскрыл сумку, наклонился. - Ты можешь быть авторитетом на территории, но это всё ещё государственный заповедник. Я должен отнести это к своим властям. Хочешь помочь мне?
Он имел в виду лягушку! Он пытался засунуть эту отвратительную вещь в сумку.
- Э-э-э, нет, - заверила она его.
Она направилась обратно к своему грузовику, слишком злая, чтобы что-то сказать.
- О, вот ты и топаешь, вся такая нервная. Прямо как типичная женщина, - ему удалось засунуть мёртвую лягушку в сумку; она свисала с его руки, как мешок с картошкой. - Но когда ты выйдешь из своего припадка... подумай о том, что я сказал. Слышишь меня?
- Уходи! Забирай свою лягушку и убирайся отсюда!
Адам пожал плечами.
- Будь осторожна с этим парнем.
Клэр захлопнула дверь и уехала.
- Я ведь не теряю свой прежний чопорный вид ВВС, правда? - спросила она себя в зеркале.
Она была совершенно измотана и так разгневана, что чувствовала, как бьются её виски. Можно ли во всём этом винить Адама Кори? Если так, то она позволила своей профессиональной хватке значительно пострадать. Сексизм в рабочей среде - в частности - и плохие люди в целом были аспектами жизни, с которыми она научилась справляться. Она никогда не позволяла этому влиять на неё до такой степени. Это было не в её характере - позволять инциденту или неприятному человеку так её злить.
"Успокойся, Клэр. Господи, это не так уж важно. В мире полно придурков - нельзя позволять им тебя бесить".
Она сразу поняла, что глупо обдумывать причину своего раздражения. Это не имело никакого отношения к её вчерашней смене и не имело никакого отношения к отвратительной лягушке. Это было даже не полное отсутствие вежливости у Адама Кори, когда он постоянно раздевал её взглядом.
Деллин.
Вот что это было. Во-первых, было дерзкое заявление рейнджера о том, что Клэр положила глаз на Деллина. Но даже не это её завело. Адам намекнул, что у Деллина не самое безупречное прошлое; не слишком многословно, низкопробный рейнджер намекнул, что в прошлом Деллина может быть что-то криминальное. Она крепко задумалась, а затем просто покачала головой.
"Подумай об источнике. Он просто завидует Деллину, по какой-то причине он ему не нравится, поэтому он выдумывает кучу дерьма. Конечно, я положила глаз на Деллина, но этот придурок Адам Кори определённо положил глаз на меня".
По мнению Клэр, всему своё время и место, и есть большая разница между тем, чтобы быть объектом восхищения мужчин и быть объектом пристального внимания как сексуальный объект. Стюарт Уинстер тоже много пялился на неё, а потом приставал к ней и в итоге изнасиловал.
"Последнее, что мне нужно, это ещё один извращенец, пялящийся на меня за моей спиной".
Но эти наблюдения сейчас казались ей запутанными.
"Адам Кори вожделеет меня? Это загадка..."
Она стояла голая перед зеркалом над длинным комодом... и ей не нравилось то, что она видела. Прошло много времени с тех пор, как она чувствовала себя хоть сколько-нибудь привлекательной, и отражение в зеркале совсем не помогало.
"Я никогда в жизни не выглядела ХУЖЕ".
Её ребра были видны, её тазовые кости торчали. Из-за огромного завтрака её живот выпирал, но её грудь была крошечной после последнего года питания с раздаточных тележек, часто всего один приём пищи в день.
Она ударила рукой по комоду, затем улыбнулась своему отражению.
Она отказалась позволить себе стать неуверенной в себе; она не собиралась хандрить и ругать себя. Это не Клэр, и она никогда не была такой.
"Да, я худая, как ёршик, и у меня был плохой год. Но сегодня всё изменится. Я наберу вес и вернусь в форму. Я преуспею в своей работе и буду двигаться вперёд. И я НЕ позволю таким идиотам, как Адам Кори, беспокоить меня!"
Всё просто.
Последнее внимание заставило её почувствовать себя ещё лучше.
"И, кроме того, Деллин пригласил меня пойти с ним на пляж, так что я не должна выглядеть ТАК уж плохо..."
Ещё проще.
Первое, что она сделала, вернувшись в свой коттедж, - приняла долгий прохладный душ. В качестве постельного белья она надела простую футболку очень большого размера, которую купила в магазине; она доходила ей почти до колен, и спереди было написано "ЖИЗНЬ - СУКА". Она собиралась упасть в постель в тот самый момент, но снимок Грейс Флетчер на зеркале привлёк её внимание и напомнил ей...
"Верно, там было ещё больше фотографий".
Она снова открыла деревянный ящик туалетного столика и достала оставшиеся фотографии.
Ещё несколько Грейс Флетчер, несколько фотографий коттеджа, пляжа, озера - типичные фотографии, которые сделал бы любой.
Последняя фотография была групповой.
- Не верю, - пробормотала Клэр. - Это не...
С фотографии на неё смотрели три человека, все улыбались и были одеты в форму охраны. Одна была Грейс Флетчер, другой был мужчина с тёмной стрижкой "ёжик" и усами, а третья была...
"Донна Крамер", - подумала Клэр.
Они вместе прошли базовую подготовку и школу военной полиции; они были друзьями.
"Вот это совпадение".
Клэр помнила Донну Крамер как яркую, смелую женщину, достойного новобранца и отличного человека. Они довольно много времени проводили вместе во время своих учебных месяцев, даже немного переписывались после того, как переехали на свои отдельные постоянные места службы. Однако через некоторое время они перестали общаться друг с другом, о чём Клэр теперь сожалела. Увидев эту фотографию Донны, она с радостью вспомнила о некоторых хороших временах, которые она пережила в ВВС.
Она никогда не видела мужчину на фотографии. Бывший военный тоже. Стрижка всё сказала. Клэр не могла вспомнить, но она думала, что миссис Грейбл сказала, что его зовут Роб или Боб. Однако глаза Клэр сузились - теперь ей на ум сразу пришло что-то ещё.
Миссис Грейбл сказала, что Грейс Флетчер и других охранников уволили за вечеринки на дежурстве. Вечеринки в джакузи по ночам. Чрезмерное употребление алкоголя. Римская оргия, как предположила женщина. Клэр не могла знать, насколько это было преувеличением, но она определённо не помнила Донну Крамер такой.
"С другой стороны, кто знает? Люди меняются".
Её соблазнила сонливость; большая мягкая кровать и прохладный воздух не могли бы быть более комфортными.
"Пожалуйста, никаких кошмаров, никаких снов об изнасиловании сегодня", - пришла обнадёживающая мысль.
Иногда ей снился этот сон несколько раз в неделю, жестокая уловка её собственной психики. Почему какая-то часть её разума заставила её пережить изнасилование во сне? Но сейчас ей было так хорошо, что она была уверена, что на этот раз её не будет. Она быстро задремала, закинув одну руку за голову. У неё была привычка спать на животе, и её предплечье свисало в щель между краем кровати и стеной.
"Да, сон, - подумала она. - Это просто... так... приятно..."
Как только она полностью заснула, её пальцы коснулись чего-то.
Её глаза снова открылись. Когда её предплечье свисало в щель, кончики её пальцев приземлились на что-то плоское.
"Чёрт возьми".
Под кроватью была какая-то коробка, и она знала, что её любопытство не даст ей уснуть, пока она не выяснит, что это такое.
Слишком часто её любопытство было её проклятием. Затем она оказалась на коленях, вытаскивая то, к чему она прикоснулась, из-под кровати.
Коробка из-под обуви.
Но в ней не было обуви.
Клэр вздохнула сквозь улыбку, когда подняла крышку. Первое, что она увидела в коробке, был вибратор из зелёной прозрачной резины.
"Грейс Флетчер, ты непослушная девчонка..."
Устройство было постыдным в том, как детально оно копировало контур пениса; если на то пошло, это была карикатура, слишком большая, слишком жилистая, слишком толстая. Клэр чуть не взвизгнула, когда взяла его в руки. Прозрачная резина цвета киви, которая окружала корпус батареи, была тёплой и желеобразно мягкой. Она выглядела зверски, чужеродно. Клэр не могла представить, как можно использовать такой на себе, но всё равно хихикнула.
Но в коробке из-под обуви было ещё кое-что.
- МАКСЕЛЛ, - прочитала она. - Серебристые, 3 штуки.
Видеокассеты.
Две видеокассеты VHS были сложены в коробке, в которой они были куплены. Клэр вытащила их, но не обнаружила на них ничего, ни дат, ни тем. Однако коробка была рассчитана на три кассеты, и не было никаких признаков третьей.
"Может, она всё ещё в видеомагнитофоне, - подумала она, - но... Я измотана. Действительно ли я хочу сейчас этим заниматься?"
Она нахмурилась, услышав ответ, и поплелась в гостиную к более чем современному развлекательному центру, установленному в углу.
Сейчас в видеомагнитофоне не было ни одной кассеты.
"Ещё есть первые две, - подумала она. - И, полагаю, пора начинать".
Она вставила первую кассету, откинувшись на спинку длинного дивана.
"Наверное, видео из отпуска или что-то в этом роде", - предположила она.
Но она ошибалась.
Очень ошибалась.
Теперь она была полностью в его распоряжении, но, вероятно, не надолго, так что...
"Повеселюсь немного, пока могу".
Её голова мотнулась вперёд и назад, когда он лизнул между её грудей. Вкус был очень солёным; ему понравилось. Затем он схватил её лицо руками.
- Не двигайся!
И лизнул оба её глаза.
Её голова задрожала в его хватке.
- Я просто облизываю тебя - прекрати!
Он не знал почему - ему просто нравилось лизать красивых девушек.
- Есть вещи и похуже, так что просто прекрати. Будь вежливой, и тебе не будет больно. А теперь... высунь язык.
Он крепче сжал её лицо; оно покраснело. Её глаза были зажмурены, и она держала рот закрытым.
Сегодня без языка.
Он провёл языком по её губам, но она так плотно сжала губы, что это было совсем не весело. Когда он начал сосать...
- Оу!
Он вовремя отдёрнул лицо. В одно мгновение она резко дёрнула головой вперёд, обнажив зубы. Она попыталась укусить его!
Теперь он был зол.
- Я тоже могу укусить.
На этот раз она действительно закричала. Они никогда не кричали, даже когда он проделывал с ними всякие штуки. Машина с насадками должна была это остановить, она что-то делала с их мозгами, чтобы они не могли шуметь и много двигаться.
Но машина с насадками, должно быть, не сработала правильно с этой.
Вопль затих.
Он усмехнулся.
- Ой, да ладно. Я не так сильно тебя укусил.
На этот раз он укусил сильно, высоко во внутреннюю часть бедра. Её вопль взорвался громким, уродливым криком, и всё её тело дёрнулось вверх. Если бы её лодыжки и запястья не были связаны, она бы смогла схватить его!
Это было не весело.
Он догадался, что ему в любом случае не следовало играть с ней; никто не сказал ему наверняка, закончили ли они с ней. Иногда ему разрешали играть с ними позже, когда они не были нужны или если была какая-то проблема. Большинство первых были такими, попутчицы, проститутки - эксперименты, и когда они заканчивались, он мог играть с ними и убивать их.
Он хотел бы убить эту.
Он подошёл к той, что была с более короткими волосами, той, что на столе номер один. Она была старше, но нравилась ему больше. Казалось, она будет с ним мила, если узнает его поближе. Он погладил её груди; они были большими и шаткими, как шарики с водой. Её глаза были открыты, и она моргала, но вообще не двигалась, когда он её касался.
"Ты красивая, - подумал он. - Даже с таким животом".
Он коснулся её беременного живота и потёр его. Когда он пощекотал выпирающий пупок, она не отреагировала. Когда он облизал его и пососал, она не отреагировала.
Да, она ему понравилась.
- Я-я-я укушу тебя, но совсем немного и не так сильно, - сказал он ей сразу в долгой словесной запинке.
Он укусил её сбоку, над рёбрами, сначала не слишком сильно, но через несколько секунд сильнее. Он ничего не мог с собой поделать. Ему нравилось их кусать.
Она немного дрожала; он видел, как дрожат её колени в стременах. Но она вообще не издала ни звука, она даже не повернула голову в другую сторону.
"Мне это нравится".
Он провёл пальцем по отметине. Это был чёткий фиолетовый овал.
"Ого, выглядит аккуратно".
Он хотел сделать ещё один.
Он перевернул её голову на столе. Её глаза, казалось, дико метались.
- Я-я-я сейчас укушу твоё лицо, но совсем чуть-чуть, и я обещаю, что это не будет сильно...
Он наклонился вперёд.
Он собирался укусить её в щёку, прямо в скулу, прямо под глазом...
- Нет, нет, - раздался другой голос.
Дверь захлопнулась.
- Ты не должен её мучить, не эту. Дородовая среда так же важна, как и формирующая, как и любая стадия развития, если уж на то пошло.
Он не знал, что это значит.
- И-извини.
Шаги застучали по кафельному полу, рука обняла его за спину.
- Всё в порядке, тебе не о чем беспокоиться. Используй другую для своей игры - ту, которая не прижилась.
Его отвели обратно к столу номер два.
- Она не смешная. Она пыталась меня укусить.
- Хм-м-м...
- Она также шумела и пыталась схватить меня. Но... но она не могла, потому что она...
- Из-за ограничений, конечно.
Пауза. Затем он подошёл к экранам, включил один и нажал синюю кнопку на коробке.
- Это полностью моя вина. Мне следовало быть немного осторожнее во время первой процедуры.
На одном из экранов появился рентгеновский снимок головы девушки.
Чисто!
Он показал вены и всё такое, и когда она повернула голову, рентгеновская голова тоже подвинулась.
Две штуки-сопла были передвинуты и направлены на её голову.
- Эти коротковолновые ядерные лоботомии никогда не были такими точными. Но она сильная девочка, должен сказать. Но если у неё всё ещё есть двигательная функция... это просто неприемлемо. Это для их же блага, в конце концов.
Он отрегулировал насадки, поглядывая то на экран, то на него.
- Сейчас можно использовать её для практики. Освежить свою технику. На этот раз что-нибудь трансорбитальное, да. Давай просто облучим всю двигательную борозду... и... ну... гипофиз тоже. Почему бы и нет?
Не так уж долго, потом:
- Вот. Это должно её успокоить.
Он подошёл, посмотрел на неё сверху вниз.
Он не был уверен.
- Ну, если ты всё ещё так беспокоишься о том, что она тебя укусит...
Скальпель с лезвием в форме дольки лимона сверкнул на свету. Сквозь щёку, в области, где сходятся верхние и нижние задние коренные зубы, лезвие было введено, затем протолкнуто вниз.
Оно издало тихий жуткий звук, как будто разрезали сустав сырой куриной ножки. Вышло на удивление мало крови. Затем процесс повторили на другой стороне её лица.
- Вот. Прямо через латеральную и медиальную крыловидные мышцы. Теперь она никого не укусит.
Теперь её рот просто отвис. Внутри язык, казалось, прыгал.
- Ух-ух!
- Давай, развлекайся, - шаги начали отсчитывать назад к двери. - Она нам больше не понадобится, так что... когда ты закончишь?
Палец указал на большой круглый люк на стене.
- О, ух ты! Спасибо!
Пауза. Мягкая улыбка.
Шаги ушли.
Дверь за ними захлопнулась.
Его яркие глаза уставились на девушку с отвисшей челюстью.
"Теперь я могу веселиться по-разному!"
И действительно.
Так он и сделал.
"Ох, чёрт возьми!" - подумала Клэр, когда видео закончилось.
За всю свою жизнь она видела откровенные сексуальные видео, может быть, один или два раза, ещё в колледже во время уик-эндов. И она никогда не смотрела больше нескольких минут. Все эти стоны и охи, голые люди, принимающие идиотские позы, каждая деталь гениталий в увеличенном масштабе. Ей это казалось просто глупым, совсем не эротичным.
Но записи, которые она нашла под кроватью?
Они были совсем другими.
Это были не типичные коммерческие предложения индустрии видео для взрослых; не было никаких глупых названий вроде "Назад в будущее" или "Ведьма из Блэр". У этих записей вообще не было названий, и не было "порно" звёзд.
Звёздами этих фильмов были Грейс Флетчер, Донна Крамер и Роб Томас, бывшие сотрудники службы безопасности клиники.
Внезапно аналогия миссис Грейбл с "римской оргией" оказалась слишком точной. Клэр была совершенно потрясена увиденным. Всё по максимуму, и все мыслимые сексуальные действия были выполнены. Среди смеха, хихиканья и резкого света они по очереди снимали друг друга на плёнку во время пирушки. Джакузи, диван, пол гостиной - всё это служило сценами для непристойного действия. В большинстве сцен выходки казались отчаянными; в нескольких плотских зарисовках они всё ещё были в обуви, когда занимались этим. В одной части отснятого материала Грейс и Донна маниакально целовались на полу в фойе, настолько увлеченные друг другом, что забыли закрыть входную дверь. В другой сцене Роб и Грейс занимались сексом на диване с такой яростью, что диван фактически опрокинулся.
"Это возмутительно! Они как собаки в течке!"
Это был настоящий плотский ад. Во многих сценах Роб кончал первым, но для Грейс или Донны это не было проблемой. Они добивали друг друга полупрозрачным зелёным вибратором.
- Это было слишком, - пробормотала Клэр вслух, когда записи закончились.
Она не могла себе представить, чтобы люди были настолько неконтролируемыми, и её особенно удивило поведение Донны Крамер. Клэр помнила Донну как довольно чопорную, даже консервативную, но последнее видео с ней показало полную противоположность: она растянулась голой на полу - на этом полу - с ногами, обвитыми вокруг головы мужчины, и другой женщиной, использующей её лицо как место для сидения.
"Вот вам и чопорность. Кучка сексуальных маньяков... и место, где я живу, раньше было их любовной хижиной".
Они, очевидно, снимали свои подвиги как эротическую диковинку, так же, как это иногда делают обычные пары - что-то возбуждающее, чтобы посмотреть в будущем, страстный остаток их романа.
Клэр задавалась вопросом, как она отреагирует, если когда-нибудь снова столкнётся с Донной Крамер, как она сможет успокоиться, если когда-нибудь встретит Грейс Флетчер? Перспектива - теперь, когда она об этом подумала - была даже не такой уж отдалённой. У них будет чёртова паника, когда они поймут, что оставили эти записи здесь. Было логично, что кто-то вернётся за ними. Кто бы мог оставить такие кассеты незнакомцу?
Теперь, когда она увидела кассеты, её любопытство утолилось. Однако оставался ещё один вопрос: где третья кассета? Набор был в упаковке из трёх штук, но их было всего две. Третья кассета была в коттедже?
"Какая разница! - закричала она себе. - Забудь об этом! Это неважно!"
Она положила кассеты обратно в коробку из-под обуви, собиралась отнести всё это обратно в спальню, но просто сползла, безвольная. Усталость застигла её врасплох; внезапно сон потянул её прямо туда, на диван.
"Хотя бы утащи свою задницу обратно в кровать", - подумала она, но нет, этого не произошло.
Длинный мягкий диван был слишком удобным. Обычно это могло бы её беспокоить - она хотела бы спать на чём-то, на чём люди занимались много раз сексом не так давно?
"Я слишком устала, чтобы об этом беспокоиться..."
Мягкий гул кондиционера убаюкал её в считанные мгновения.
Слава богу, ей не снилось её изнасилование. Вместо этого ей снились видео, Грейс, Донна и Роб, повтор того, что она только что смотрела, только версия сна была безмолвной. Никаких похотливых смешков, никаких волн стонов или кульминационных криков. Только тишина и движение, вся эта блестящая от пота кожа сходится, чресла расставлены, языки блуждают. Это была оргия снова и снова. Они приходили сюда и делали это каждую ночь? Казалось, что все трое пристрастились друг к другу, их экстаз был отчаянным.
Как это было?
Грейс стояла на четвереньках, пока Роб брал её жёстко и уверенно сзади. Донна лежала под ними, перевернувшись, её пальцы ног сжались на ковре. Её блестящие бёдра прижались к голове Грейс, которая была зарыта между её ног. Когда Донна кончила, она извивалась на полу, содрогаясь, а через несколько мгновений, после этого, голова Грейс откинулась в сторону. Она посмотрела прямо в камеру и ухмыльнулась.
И это была уже не Грейс. Это была Клэр.
Сразу лица перестали иметь значение - только тела, обнажённые, напряжённые, гиперчувствительные тела, которые сошлись в этом потоке похоти, которые съёжились от бóльшего. Клэр теперь была одним из тех тел, обнажённой и распутной, как и остальные. Это были ягодицы Клэр, которые были раздвинуты, груди Клэр были схвачены и сжаты, язык Клэр скользил по клитору и пенису одинаково. Всё, что было сделано в видео, теперь делалось с ней.
Она кончала многократно, от множества оргазмов. Сзади она почувствовала, как её пронзает восходящая волна удовольствия, V-образная форма двух пальцев скользит взад и вперёд по внешним складкам её полового органа, в то время как внутренние складки вспахиваются. Когда жужжащий кончик вибратора раздавил кончик её клитора, это было похоже на нажатие кнопки, и вот она снова, череда кульминаций разбивается, как стена, которая наконец рухнула под огромным противостоящим весом. Оргазм ощущался дьявольским, удовольствие было таким богатым, что могло быть нечеловеческим. Её чресла дёргались и дрожали. Казалось, её нервы пульсируют, как артерии, но кровь, которая наполняла их, была грубым эгоистичным примитивным удовольствием.
Она перевернулась и рухнула на спину; на мгновение она была слишком измотана, чтобы двигаться. Она чувствовала, как мурлычет глубоко в её горле, и всё, что она могла думать, было "больше, я хочу больше..." Её спутники спустились, такие же эгоистичные. Теперь, когда с Клэр было покончено, пришло время и ей сделать то же самое...
И это было только начало, начало сна, который будет длиться часами...
- Иисус, - вздохнула Джойс.
- Знаю, знаю, - согласился Рик.
Теперь, полностью измотанные, они лежали, прислонившись друг к другу, в грузовике охраны, оба голые ниже пояса, их рубашки были расстёгнуты, а ботинки закинуты в багажник. Они только что яростно занимались любовью, и это была часть "послесвечения": жужжание насекомых и адская жара. Прошёл час после заката, но жара и влажность, казалось, вливались в грузовик, как бульон... вместе с комарами. Они припарковались на одной из старых лесозаготовительных дорог, которые были закрыты с сороковых годов; Джойс не хотела рисковать, чтобы Клэр их не увидела.
"Не могу позволить ей узнать обо мне и Рике".
В последнее время сохранять эту скрытность становилось всё труднее и труднее.
В последнее время их страсть друг к другу казалась безумно сильной. Не проходило и часа, чтобы Джойс не думала о нём, не жаждала его.
"Нам просто нужно быть осторожными. ОЧЕНЬ осторожными".
Она любила эту работу и нуждалась в ней, а с таким рынком труда она нуждалась в ней гораздо больше, чем во всём этом дурачестве с Риком. Но ВВС не подготовили её ко многому в гражданском мире. Полицейская работа отпала; в наши дни большинство хороших отделов практически требовали степени магистра криминологии только для того, чтобы попасть в академию. Эта работа в службе безопасности была благословением.
"Не упускай её".
Но она просто не могла понять безумие чувств к Рику. Любила ли она его?
"Я определённо так не думаю", - ответила она себе.
Она была пацанкой столько, сколько себя помнила; она хотела открыть свой мир и свою жизнь сама, а не с кем-то другим, кто ходил за ней по пятам. Другими словами, она не была любвеобильной и чувствительной девушкой, и эти девчачьи чувства преобладали, и это было именно то, чего она хотела. В будущем, конечно.
"Я могу жить с парнем, я могу выйти замуж, я могу захотеть быть вовлечённой таким образом, - она покачала головой. - Но не раньше, чем в тридцать пять".
Её связь с Риком была чисто физической - просто то, как она иногда его жаждала, как-то её беспокоило.
"Он просто такой... ХОРОШИЙ!"
А что касается того, чтобы быть закоренелой девчонкой-сорванцом?
"Я думаю, что я девчонка-сорванец, которая также является сексуальной маньячкой".
Джойс знала, что она чувствовала, но знал ли он?
"Боже, я надеюсь на это. Я бы никогда не хотела причинить ему боль..."
Они оба полусидели и полулежали на сиденье грузовика, Рик обнимал её, а её голова лежала на его гладкой, мускулистой груди.
- Я никогда не чувствовал себя так раньше, - прошептал он.
Его рука сжала её руку.
"О, нет!" - она боялась это услышать.
Его рука сжалась сильнее.
- Я...
"Нет..."
Его пальцы с любовью прошлись по её волосам.
- Я почти уверен, что...
Джойс стиснула зубы.
"Не говори этого!"
- К чёрту всё это, - сдался он. - Я просто скажу это. Джойс, я люблю...
- Рик, пожалуйста! Я не готова ко всему этому! Пожалуйста, не говори этого!
Рик резко наклонился, закурил.
- Чего ты так раскис?
- Я как раз собирался сказать, что я люблю жить здесь, во Флориде. Разве нет? - затем он ухмыльнулся и рассмеялся.
Она сильно хлопнула его ладонью по груди.
- Вот почему ты мне нравишься, Рик. Ты придурок и не против часто это доказывать.
- Чертовски верно.
Джойс усмехнулась.
"Да, мне не о чем беспокоиться. Он знает счёт, и он такой же, как все мужчины. Всё, чего он хочет, это секс".
- Думаю, мы можем лежать здесь всю ночь и шептать милые глупости, - сказал Рик. - Или мы можем снова одеться и вернуться к работе. Клэр скоро сменит нас. А вчера она пришла на дежурство пораньше. С нашей удачей она сделает то же самое сегодня вечером и увидит нас.
- Не волнуйся. Я проезжала мимо её коттеджа, прежде чем забрала тебя. У неё даже не горели окна.
- Да, но это было два часа назад, - сказал Рик.
Джойс быстро выпрямилась.
- Что? Ты шутишь!
- Нет.
Это казалось невозможным. Казалось, прошло всего десять минут.
- Ты хочешь сказать, что мы...
- Трахались два часа, - закончил Рик.
"Проклятие!"
Джойс внезапно впала в ярость.
- Нам нужно одеться, вернуться на обход. Зная её, она выйдет раньше. Наши задницы поджарятся, если нас поймают! - теперь она стояла на коленях, наклонившись назад.
Когда Рик повернул голову, всё, что он мог видеть, - это её прекрасный голый зад, торчащий наружу.
- О, дорогая, ты не можешь показывать мне это прямо сейчас. Я выжат...
- Одевайся! - крикнула она в ответ.
Он снова надел брюки.
- Эй, мои ботинки тоже там. Можешь их достать?
Бац!
Она выстрелила его ботинками в переднее сиденье, промахнувшись на дюйм по его лицу. Рик натянул их, но не мог оторвать глаз от голого зада, который всё ещё был согнут прямо перед его глазами.
- Эй, Джойс? Надеюсь, это не прозвучит слишком романтично, но твоя задница устроила бы бунт в монастыре, - он не удержался; он провёл рукой по безупречному изгибу плоти. - Чёрт, она должна висеть в грёбаной Национальной галерее искусств.
Затем он провёл рукой по внутренней стороне её бедра...
- Нет! У нас нет времени!
Рик не мог в это поверить. Он уже снова возбудился.
- О, да ладно. Только по-быстрому? Это не займёт много времени.
- Нет! И где мой... чёрт возьми!
Джойс плюхнулась обратно на переднее сиденье, держа в руке только один ботинок.
- Где твой другой?
- Он не там! Должно быть, я случайно выкинула его в окно. Будь милым и принеси его.
Рик скривился.
- Я что, твой личный слуга?
Джойс посмотрела прямо на него.
- Да.
Её прекрасная голая грудь, казалось, тоже смотрела прямо на него.
- Ну хорошо. Я спросил, просто чтобы мы должным образом установили этот факт, - ответил Рик и вылез из грузовика.
Он потоптался за ним, оглядываясь в поисках ботинка, но всё, о чём он мог думать, было...
"Джойс. Господи. Такая красивая..."
Лунный образ её тела был словно крошечное головокружение позади его глаз. Её гладкая голая задница торчала, эти большие идеальные груди умоляли его через расстёгнутую блузку. Не имело значения, что их занятия любовью истощили его; внезапно он захотел бóльшего от неё, нуждался в бóльшем.
Рик был из Южной Дакоты, засушливых земель для скота и довольно низкого социального положения. Коровы были привлекательнее большинства местных женщин. После увольнения он приехал сюда только для того, чтобы проверить это, а теперь он просто покачал головой от невероятной причуды судьбы, которая бросила Джойс к нему на колени.
"Я тот счастливчик, сукин сын, что катаюсь с ней".
- Рик, поторопись! Нам пора!
"Её ботинок", - пришлось ему напомнить себе.
Он был слишком занят мыслями о ней. Он действительно любил её, но знал, что будет огромной ошибкой сказать ей это. Он прекрасно считывал её показания; она не хотела серьёзных привязанностей, поэтому Рик так бы и поступил, ведя себя так, будто это просто случайность. И если она хотела встречаться с другими парнями, Рик был и на это согласен, потому что если она это сделает...
"Мне просто придётся трахать её лучше, чем они..."
Он был вполне уверен в своей способности это сделать.
Она же вернулась к нему после своей одноразовой связи с Адамом Кори, не так ли? Во всём виноват Рик; он повёл её в бар, и они оба выпили слишком много и сильно поссорились. Это Рик сказал: "Эй, если тебе это не нравится, ты же не привязана к этому барному стулу. Ты всегда говоришь, что мы просто друзья и тебе не нужны обязательства. Меня это устраивает. Ты можешь уйти в любое время, когда захочешь".
"Да, это была БОЛЬШАЯ ошибка в тот вечер. Выпей ещё, Рик".
Джойс ушла, всё так и было. Она вышла из бара и направилась прямо в забегаловку через дорогу, в большое деревенское заведение под названием "Неряшливый бобр", место, где местные жители тусуются и занимаются всяким дерьмом. И примерно через час он увидел, как она ушла с этим придурком из парковой службы Адамом Кори.
Рик не закатил истерику из-за этого; это было не в его стиле. Конечно, подглядывать в окна тоже было не в его стиле, но в этом случае он чувствовал, что у него нет выбора. По шкале от одного до десяти Джойс набрала отрицательные баллы, когда дело касалось первого впечатления. Она могла быть довольно наивной - особенно с несколькими порциями алкоголя в ней. С другой стороны, Рик мог сказать с одного взгляда на лицо парня, что Адам Кори был ходячим психом. Рик мог видеть сквозь эту ехидную улыбку и бронзово-светло-природный взгляд парня - за всем этим было что-то встревоженное, клокочущее, как кастрюля с водой на полном кипении. Парень был извращенцем.
Вот почему он следил за ними. Это было то, чего он никогда не мог сказать Джойс, конечно, никогда. Тогда Рик выглядел бы извращенцем. Но он сделал это для её же безопасности. На случай, если Кори попытается выкинуть что-то безумное, Рику нужно было быть рядом, чтобы спасти её тупую задницу.
До этого так и не дошло, но, вероятно, дошло бы, если бы у Джойс не хватило здравого смысла уйти, когда она это сделала. Рик пробрался к задней части бунгало-солонки Кори на Сансет-Бич, но ему не пришлось долго подглядывать в это заднее окно, прежде чем его подозрения подтвердились сполна. Кори и Джойс целовались на кровати, поначалу всё было довольно обычно. Потом Кори встал и спустил штаны.
- Подумал, что тебе стоит взглянуть на мою штуковину. Говорят, это диковинка.
Джойс это не понравилось. На самом деле, она взглянула на него один раз, закричала и выбежала из дома. Она была в своей машине и уехала через тридцать секунд.
Рик сам чуть не закричал вслух, наполовину от отвращения, наполовину от веселья.
"У него в члене больше всего, чем у меня в коробке со снастями!"
Адам Кори мог бы стать олицетворением пирсинга гениталий. Кольца, гвоздики и булавки разных размеров украшали его интимные части до такой степени, что они мерцали. Всё было хромированным, и сложность, с которой эти штуки были закреплены на его плоти, была поразительной. Некоторые гвоздики выглядели как маленькие заклёпки, и с них, казалось, свисали крошечные серебряные цепочки. Крайняя плоть была окаймлена хромированными кольцами, а мошонка болталась, как маятник, под тяжестью пронзивших её безделушек. Но хуже всего было смотреть на головку:
"Я не верю! У этого парня из уретры торчит чёртово КОЛЬЦО!"
Рик не стал медлить; он выбрался оттуда почти так же быстро, как Джойс, и видение бронированных гениталий Адама Кори было не из тех видений, которые он скоро забудет.
"Да, Джойс, конечно, усвоила урок той ночью", - подумал он сейчас, всё ещё ища её потерянный ботинок.
Она вернулась к нему на следующий день, в слезах и умоляя о прощении. И хотя он никогда не говорил ей, что наблюдал, она в конце концов рассказала ему всё, что произошло, и включила подробности о "буровой установке" рейнджера. С этого момента Рик часто называл Адама "Рейнджер Бубенцы" и "Громоотвод".
- Рик! Ты ждёшь, пока Devil Rays выиграют игру? - пожаловалась Джойс. - Давай! Найди мой ботинок, чтобы мы могли выбраться отсюда!
Вот чёрт. Ботинок лежал дальше, чем он думал, носок рядом с ним. Он подхватил их, собирался вернуться к грузовику...
Затем он увидел что-то за пальмой.
"Я видел такие в клинике", - подумал он сразу.
За деревом стояло большое белое пластиковое ведро. Воск для пола для уборщиков привозили в таких вёдрах; он сам расписывался в доставке.
Но внутри был не воск для пола.
У Рика не было фонарика, но он мог видеть достаточно хорошо. Ведро было наполнено чем-то светлым и зернистым по текстуре. Это было не совсем так мелко, как песок, и на ощупь оно было зернистым.
"Мыло или что-то ещё? - подумал он. - Моющее средство?"
Но что оно здесь делало?
"Похоже, кто-то просто оставил его здесь".
- Господи Иисусе! Где ты? - закричала Джойс.
Рик побежал обратно к пассажирскому окну.
- Там, за деревом, ведро, полное мыла или чего-то ещё.
- Ну и что! Мы торопимся, помнишь?
Рик почесал голову.
- Ну, я не знаю, что это, и его там быть не должно. Мне принести его?
Джойс уставилась на него.
- Зачем?
- Знаешь, чтобы сообщить об этом.
- Ты что, спустил мозги в бумажный платок, когда в последний раз сморкался? Эта дорога перекрыта. Никому нельзя по ней ходить, потому что там опасность провалов. Что ты скажешь Клэр, Эйнштейн? "О, Клэр, мы были на той закрытой лесозаготовительной дороге, знаешь, той, по которой никто не должен ездить, потому что нам нужно было где-то спрятаться, чтобы мы могли ТРАХАТЬСЯ два часа, и мы нашли это ведро, полное мыла..."
- Понял, - сказал Рик. - Не подумал об этом. Так что я просто оставлю ведро здесь?
- Забудь об этом чёртовом ведре, - она протянула руку, выхватила свой ботинок из его руки.
- Не забудь свой носок, - сказал он и протянул ей носок.
- Я тебя сейчас ударю! - она выхватила носок.
Рик ухмыльнулся.
- Ого, ты сегодня такая задиристая. Мне это нравится.
Джойс просто сердито на него посмотрела.
- Просто заткнись и садись в грузовик! Ты шевелишься хуже, чем девяностолетняя женщина!
Рик рассмеялся про себя.
"Да, она та ещё сука, всё верно. Жаль, что я её люблю".
Он вернулся в грузовик, собирался завести его, но...
Джойс закричала.
Резкость крика заставила Рика чуть не обмочить штаны. Внезапно Джойс что-то пнула, и оно прыгнуло прямо на колени Рика.
- Что, чёрт возьми, не так?
- Это! - ответила Джойс и продолжила визжать. Она указала вниз, в подножие, куда уронила свой ботинок. - Там что-то было! Что-то живое!
- Что, в твоём ботинке?
- Да, да, да! Что-то заползло в мой ботинок! Думаю, это крыса!
Теперь она обнимала его, с отвращением и ужасом.
Рику это даже понравилось.
- Расслабься, детка. Ничто в мире не причинит тебе вреда, пока я здесь.
Её истерика продолжалась.
- Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, Рик, убей её! Я так боюсь крыс!
Рик ухмыльнулся.
"Похоже, всё, что мне нужно сделать, чтобы стать героем сегодня вечером, - это раздавить грызуна".
Здесь, среди болотных крыс? Он много на кого наступал.
- Успокойся, дорогая, я здесь.
Он включил свет в потолке. Но никаких признаков крысы в подножии он не увидел, и ничего не услышал.
- Ты уверена? Если бы здесь была крыса, мы бы услышали, как она шуршит.
- Я УВЕРЕНА! - рявкнула она. - Когда я засунула ногу в ботинок, я почувствовала её пальцами - она двигалась, Рик! И я также услышала её, лёгкий щелчок, словно её зубы щёлкают друг о друга!
Рик огляделся, затем погладил свою дубинку под сиденьем.
- Дорогая, я не думаю, что это...
Она отчаянно потянула его за рукав.
- Может быть, - прошептала она, - может быть... она всё ещё в ботинке.
Рик поднял ботинок.
"На ощупь... немного тяжёлый..."
И что-то двигалось внутри.
Он поднял дубинку, готовый ударить её торцом по крысе. Но когда он перевернул ботинок, оттуда выпала не крыса, которая начала бегать по полу грузовика.
Это был таракан.
Размером с крысу.
- Клэр? Клэр? С тобой всё в порядке?
Клэр чувствовала себя мёртвой во сне, но она не могла быть мёртвой - она всё ещё думала, она всё ещё чувствовала.
Это был кошмар, но... другого рода.
Она была в середине самого сексуального сна в своей жизни - и он ей нравился - но потом всё изменилось. Безумная оргия, казалось, длилась часами и часами, и в ней Клэр делала то, чего никогда бы не сделала в реальной жизни - самые похотливые вещи. Это было как в видео, которые она смотрела: отчаянная сексуальная распущенность, вакханалия. Во сне её два партнёра были безликими, лишёнными индивидуальности. Но им не нужны были имена, им не нужны были лица - они были просто игроками из подсознания Клэр; чтобы служить своей цели, им не нужно было быть кем-то, им нужно было только делать, потому что, делая, они выполняли свою функцию: раскрывать то, что психика Клэр пыталась раскрыть о ней. Сон был таким освобождающим...
Но затем он изменился.
"Нет, нет, нет", - подумала она.
Он изменился вокруг неё, её любовники растворялись, сцена растворялась и затем превращалась в...
Нет!
...в яркие белые огни в кабинете для вскрытий ВВС, холод стального стола на коже её голой спины.
И искажённое лицо Стюарта Уинстера, ухмыляющегося ей сверху вниз.
Сначала всё было так же: её полный паралич, царапины шила, прочерчивающие тонкие линии на её животе, и слова, которые она никогда не забудет...
- Не-не-не волнуйся, Клэр. Я не-не-не причиню тебе вреда, пока не закончу.
Какую же жестокость со стороны её подсознания было с ней сделать: возбудить её восхитительно эротичным сном, а затем бросить его прямо в середину самого ужасного воспоминания в её жизни.
Теперь он домогался её этой отвратительной, деформированной при рождении рукой, и всё, что могла сделать Клэр, это чувствовать ненависть, бушующую внутри дрожащего, неподвижного контейнера, которым было её тело. В конце концов рука убралась с изнурительной медлительностью, но жестокость кошмара усилилась; казалось, что из неё вытаскивают что-то длиной в десять футов. И затем...
ШЛЁП!
- Хм-хм, а вот и подарок, Клэр. Я достал его специально для тебя.
Что-то тяжёлое и мокрое упало ей на низ живота. Оно было горячим. Она не могла представить, что это, и не могла этого увидеть, потому что её паралич не позволял ей поднять голову. Это было похоже на кучу горячего, скользкого мяса.
Затем мясо начало двигаться.
Оно барахталось там мгновение, обливая её лобок и внутреннюю часть бёдер своей слизью. Мокрые хлюпающие звуки были слышны, когда то, что это было, начало искать опору, карабкаться...
Теперь оно ползло по её животу.
Стюарт Уинстер пускал слюни сквозь глупую ухмылку. Он обошёл стол и поднял её голову, чтобы она могла видеть.
Это была лягушка, мутировавшее существо, которое она видела сегодня на озере. Только теперь оно не было мертво, и его внутренности не свисали изо рта. Глаза размером с виноградину смотрели на неё, видели её. И на своих передних лапах размером с детские ручки оно спешило вперёд, карабкаясь вверх, его покрытое слизью пятнистое тело медленно скользило по животу Клэр. Она могла видеть его ужасный ободковый рот, частично открытый, и его клыки - как белые ногти. Казалось, что аберрация природы улыбалась. Затем лягушка поднялась ещё на несколько дюймов, её передние лапы лежали на её груди.
- Лягушонок собирается поцеловать Клэр!
Когда существо подползло ближе, его челюсти раскрылись невероятно широко, а затем они начали смыкаться над лицом Клэр...
- Клэр! Просыпайся!
Она почувствовала движение, ужас, и когда её глаза резко открылись, она подумала, что её выбросило из высокого окна, и она только что приземлилась. Она открыла рот, чтобы закричать, когда кто-то схватил её, но затем она узнала, кто это был...
Джойс.
- Успокойся, это я!
Клэр втянула воздух, словно только что вынырнула из глубины. Вокруг было темно, свет горел только в прихожей и на кухне. Она резко поднялась не на кровати, а на диване.
"Точно, я тут заснула... после просмотра тех видео..."
Она поднесла руку к груди, а потом вспомнила ужасный сон. Сначала оргия, потом изнасилование, потом...
Она поморщилась.
"Эта ОТВРАТИТЕЛЬНАЯ лягушка!"
- Рик, всё в порядке, так что иди и подожди в грузовике.
- А?
- Просто делай, как я говорю! - закричала Джойс. - Иди и подожди в грузовике!
"Рик тоже здесь? - сонно подумала Клэр. - И почему Джойс на него кричала? И... Что они вообще здесь делают?"
- Клэр, надень это, - говорила Джойс и дёргала за ночную рубашку.
- Что?
Но теперь она полностью проснулась, и вот тогда она поняла, что она практически голая. Когда она поднесла руку к груди, её грудь была голой; во время сна её ночная рубашка каким-то образом задралась на грудь.
"Должно быть, я сама её задрала!" - поняла она с внутренним шоком, и внезапно она засияла от смущения.
Она быстро натянула длинную рубашку до конца.
Джойс улыбнулась в тусклом свете.
- Не волнуйся. Рик - большое тупое животное. Он ничего не видел.
- Я... Господи, - только сейчас мысленные ориентиры Клэр снова всплыли на поверхность. - Почему вы с Риком здесь?
- Ну, мы уже волновались. У тебя весь вечер не горел свет, а когда ты не пришла в полночь...
- Сколько времени?
- Уже час ночи.
"Я на час опаздываю на работу!"
Этот факт её взбесил; она всегда гордилась своей пунктуальностью.
"Я никогда в ЖИЗНИ не опаздывала на работу! Что со мной не так?"
- Мне очень жаль, Джойс, - пробормотала она. - Вы с Риком получите двойную оплату за час. Я не знаю, что случилось. Я никогда не опаздываю на работу.
- Клэр, ничего страшного. Мы просто рады, что с тобой всё в порядке. Ты, наверное, просто очень устала и проспала.
Клэр приложила руку ко лбу, вспоминая.
"Та чёртова лягушка!"
Достаточно было того, что ей снова приснился Стюарт Уинстер; включение в сон уродливой десятифунтовой лягушки только усилило отвращение сна.
"А всё начиналось совсем по-другому", - вспомнила она сейчас.
Просмотр видео явно был толчком; её сны начинались эротически - в них не было ничего ужасного. На самом деле, они её возбуждали.
А потом всё испортило остальное.
- Мне приснился ужасный сон, - всё, что она смогла сказать и наконец встала с дивана.
Первое, что она заметила, была Джойс: одна нога была босой, другая в ботинке.
- Почему ты носишь только один ботинок?
- Мы покажем тебе, когда вернёмся в офис, - сказала Джойс, и её голос внезапно стал резким.
- Что-то случилось на месте?
- Ты не поверишь, что мы обнаружили.
Прежде чем Клэр успела задать ещё один вопрос, входная дверь со щелчком открылась; Рик просунул голову внутрь.
- Всё в порядке?
- Да! - хрипло сказала Джойс. - Подожди в грузовике!
Рик смущённо кивнул и вышел наружу.
- И тебе действительно стоит запирать дверь, когда ты спишь, Клэр, - сказала Джойс. - Мы просто вошли.
Клэр была встревожена. Было ещё одно, чего она никогда не делала.
- Я оставила дверь незапертой?
Джойс кивнула.
- Я, должно быть, становлюсь рассеянной, или это, или просто безответственной. Я действительно подаю потрясающий пример как новый начальник по безопасности - я оставляю свою входную дверь открытой и опаздываю на свою вторую смену.
Джойс рассмеялась.
- Забудь об этом. Иди собирайся, я подожду тебя здесь, - она замолчала, затем подошла к Клэр и вытащила что-то из своего кармана.
"Что это у неё?" - задалась вопросом Клэр.
Теперь Джойс шептала.
- И не волнуйся, Рик и этого тоже не видел.
В руку Клэр вложили жуткий зелёный вибратор. Язык Клэр, казалось, погрузился в её живот.
- Я вынула его из твоей руки прежде, чем он успел увидеть.
Смущение Клэр приковало её к полу. Она открыла рот, но голос замер.
- О, ты такая смешная! Тебе бы увидеть своё лицо! - сказала Джойс. - Не волнуйся, я никому не скажу.
"Боже, надеюсь, что нет", - подумала Клэр.
Она посмотрела на вибратор и его жуткую прозрачно-зелёную резину. Вены, проступавшие на его стержне, были отвратительны.
- Ты имеешь в виду, что я... использовала его на...
- На диване, во сне. Я слышала о лунатизме, но даже не хочу думать, как это называется. Хотя это мило.
Комментарий смутил Клэр.
- А?
Джойс закатила глаза.
- Клэр, ты ведёшь себя так, будто ты единственная женщина в мире, у которой есть вибратор.
- Он не мой, - поспешила сказать Клэр.
Джойс так же быстро нахмурилась.
- У всех женщин есть вибраторы, Клэр. Покажи мне женщину, которая говорит, что никогда не пользовалась вибратором, и я скажу, что она лгунья.
Что она могла сказать, особенно когда стояла там с вибратором в руке? Она была склонна всё объяснить, что вибратор принадлежал Грейс Флетчер, и что она смотрела сексуальные видеозаписи и так далее, но... Зачем беспокоиться? В любом случае, это неважно. Объяснять всё это было бы слишком сложно.
- Давай будем реалистами, - продолжила Джойс. - Иногда мужчины не могут удовлетворить нас, поэтому у нас есть маленький помощник. Не знаю, чего ты смущаешься; у меня, должно быть, уже больше дюжины разных видов. И у меня есть такой же, только красный, - озорная ухмылка озарила её лицо. - Эти вены дикие, да?
От простого упоминания о них у неё перевернулось в животе. Ей показалось это отвратительным, особенно вены.
- Не знаю, можно ли назвать их "дикими", Джойс. Не могу поверить, что я... пользовалась этим и не помню. Как ты сказала... - Клэр не могла подобрать слова, - во сне?
- Ты быстро поймёшь, солнце здесь может делать с тобой странные вещи; нужно время, чтобы привыкнуть. Ты можешь получить лёгкое тепловое истощение, даже не подозревая об этом. Ты обезвоживаешься, истощаешь запасы натрия, и это портит твой цикл сна. Добавь ко всему этому тот факт, что ты уже была немного измотана, плюс вчерашний инцидент с сумасшедшей девчонкой в лесу - всё это вскочит и даст тебе пинка под зад. Дарит тебе странные сны, заставляет делать странные вещи. Просто выпей сегодня много воды, и всё будет в порядке. Я даже отработаю твою смену, если ты плохо себя чувствуешь.
Это было щедрое предложение, но Клэр не могла его принять. Ей нужно было подать пример, и пока что она справлялась не очень хорошо. Всё это время Джойс доказывала, что она хороший человек и друг.
"Я ИСПРАВЛЮ это перед ней", - поклялась Клэр.
К тому же, сейчас она действительно чувствовала себя довольно хорошо.
- Спасибо, Джойс, ты прелесть. Но со мной всё будет в порядке. Дай мне две минуты, чтобы принять душ и одеться.
- Конечно, я подожду здесь.
Через несколько секунд Клэр уже была в душе, отбросив в сторону уличающий вибратор.
"Как же я облажалась!" - ругала она себя.
Но, по крайней мере, всё было в порядке. Прохладный душ ещё больше её оживил, смыв пот кошмара. Остаточное изображение лягушки-мутанта, ползущей по её животу, заставило её вздрогнуть; она снова намылилась, словно смывала с себя слизь.
- Просто сон, просто сон, - сказала она себе. - Абсолютно ужасный сон, да, но теперь он закончился.
Она даже не хотела размышлять о психологии всего этого.
"Я мастурбировала во сне, я была сексуально возбуждена... но зачем мне это делать во время кошмара, который был совершенно отвратительным?"
Начальная часть сна - оргия - была очень возбуждающей, но затем всё это рухнуло в кошмар об изнасиловании Стюарта Уинстера, а затем о той чудовищной лягушке, которая её домогалась. Даже сейчас, полностью проснувшись и взбодрившись душем, её преследовали аспекты кошмара, как затянувшиеся образы автокатастрофы или смерти. Было ли что-то в её подсознании, что находило такие ужасы возбуждающими?
"Нет, этого не могло быть. Это было бы вообще бессмысленно. Мой метаболизм разладился", - заключила она, скрипя от струи душа.
Она быстро вытерлась, натянула форму и застегнула ремень с оружием. Как и сказала Джойс, это сочетание усталости, слишком большого количества солнца и слишком большого количества суеты.
"Теперь со мной всё будет в порядке".
Джойс ждала её в гостиной. Они вышли из коттеджа, и на этот раз Клэр решила запереть дверь. Затем она села в свой "Блэйзер" и последовала за Джойс и Риком обратно в клинику.
Клэр понятия не имела, что, пока она принимала душ, за ней наблюдали через щель в окне ванной.
Голоса.
Сквозь стену.
Он приложил ухо к стене и прислушался.
"Один из них сумасшедший..."
- Я просто говорю, что нам нужно быть осторожнее. Ты не выглядишь слишком обеспокоенным.
- Чего беспокоиться?
- Бля? Здесь теперь люди, здесь полный штат охраны. А у тебя этот урод бродит по ночам.
"Этот урод, - подумал он. - Он имеет в виду меня?"
- Он только на очень короткое время. Дренажные трубы обеспечивают отличное укрытие. Они пять футов высотой, ради Бога. Никто не увидит его там внизу.
- Да, ну, он не всё время там внизу.
- Конечно, нет, он нам нужен для похищения и утилизации, и всего такого.
- Похищения? Да, он отлично справился с той девчонкой, которая сошла с ума в лесу, и не рассказывай мне об утилизации. Он должен выбрасывать этот хлам, а не оставлять его в лесу. Я уже нашёл два ведра этого дерьма.
- Цель в том, чтобы назначить ему график задач - это тренировочное мероприятие. Дело не в том, что он иногда забывает, где оставляет вещи, после того как ставит их на мгновение.
- Да? А что, если он сделает это с телом?
Он не был уверен, о чём они говорят. Всё, что он знал, это то, что что-то звучало неправильно.
- Избавься от урода. Мы слишком рискуем, оставляя его здесь...
"Урод".
Он думал, что знает, что это значит.
"Он говорит обо мне?"
Теперь он расстраивался. Он чувствовал, как его сердце забилось быстрее. Внезапно он забеспокоился, зашагал туда-сюда.
"Я не урод".
Теперь ему придётся вернуться по туннелю в подвал и взять миссис Грейбл. Он уже избавился от симпатичной девушки на столе номер два - и ему нужен был кто-то, кто... что-то с ней сделает. Ему нельзя было сильно ранить миссис Грейбл - хотя он и хотел бы её сильно ранить, по-настоящему укусить и сильно ударить. Но это было запрещено, не с ней. Ему не разрешалось делать это с ней.
Но он собирался сделать это с ней очень жёстко сегодня вечером.
Это был единственный способ успокоить его, единственный способ больше не расстраивать его.
"Я не урод, чёрт возьми!"
С ним всё было в порядке, и ему не нравилось, когда люди говорили, что что-то не так. Он был таким же умным, как и все остальные.
"И это не моя вина, что моя рука такая..."
Тайна пропавшего ботинка Джойс была раскрыта... когда Рик перевернул его вверх дном над маленькой раковиной в комнате отдыха.
- Невероятно, - пробормотала Клэр.
- Ты когда-нибудь видела что-то подобное? - спросил Рик.
- Слава богу, нет.
К счастью, таракан был мёртв. К сожалению, он был длиной восемь или девять дюймов и, должно быть, весил целый фунт.
- Я закинул его обратно в ботинок после того, как забил его насмерть своей дубинкой, - рассказал Рик. - Принёс его сюда, потому что мы думали, что ты захочешь его увидеть. Держу пари, что я ударил его четыре раза со всей силы, прежде чем его панцирь даже треснул, и потребовалось ещё десять ударов, чтобы убить его.
Его голос звучал рассеянно сквозь изумление Клэр. Насекомое было невероятно большим; она никогда не слышала, чтобы тараканы вырастали такими большими.
- И смотри, - сказала Джойс, поднимая свой ботинок. - Прежде чем он умер, он проел кожу ботинка.
Ещё бóльшее изумление, когда Клэр прищурилась на ботинок. Его кончик выглядел так, будто его прорезали острым ножом.
- Если оно может сделать это с кожей ботинка, подумай, что оно может сделать с человеческой кожей.
- Да, и я наступила на эту штуку.
- Тебе повезло, что у тебя все пальцы на ногах, - сказал Рик.
- Ну, одно можно сказать наверняка, - добавила Джойс. - Мне нужна новая пара ботинок, потому что я ни за что на свете не надену эти, - она с грохотом бросила ботинок в мусорное ведро.
Клэр не пришло в голову спросить, как отвратительное насекомое попало в ботинок Джойс; она была слишком занята тем, что просто смотрела на него и думала, может ли она поверить в то, что видят её собственные глаза?
- Это самая отвратительная вещь, которую я когда-либо видела, - заговорила Клэр. Затем: - Поправка, вторая самая отвратительная вещь.
Джойс и Рик посмотрели на неё.
- Что может быть отвратительнее таракана такого размера?
- Попробуйте десятифунтовую лягушку, - сказала Клэр. - Выпотрошенную. С зубами, как у собаки, - затем она пошла объяснять подробности того, что Адам нашёл на озере тем днём.
- Ну, это довольно странно, не так ли? - Джойс встала в позу. - Я не зоолог, но могу сказать, что тараканы и лягушки не вырастают такими большими. Это, должно быть, какая-то мутация.
- Так сказал и Адам. Он даже сказал, что это не такая уж редкость здесь. Какое-то токсичное соединение попадает в изолированную экосистему и вызывает дефекты и мутации.
- Адам - самый большой придурок на острове, - предложила Джойс, - но он знает своё дело. И он прав, в штате было немало мутаций, вызванных токсинами...
Вмешался Рик:
- Да, я помню этот момент в новостях некоторое время назад, аллигаторы с двумя хвостами.
- Верно, потому что кто-то сливал промышленные сточные воды в кучу озёр в округе Полк, - Джойс вопросительно посмотрела на раздавленное насекомое. - И вдруг у нас здесь, в парке Форт-Алачуа, появилось два разных вида мутаций. Что Адам сделал с лягушкой?
- Он взял её, сказал, что должен сообщить об этом. Очевидно, в Службе парков США есть какой-то орган, которому он должен передавать такие вещи, - Клэр посмотрела на гигантское насекомое, затем улыбнулась Рику. - Рик, будь добр, заверни эту штуку в фольгу и положи в холодильник, ладно?
Рик не придал этому значения, и, заворачивая это, сказал:
- Интересно, какого чёрта Рейнджер Бубенцы делал на озере? Он никогда туда не приходит, пока мы ему что-нибудь не сообщаем.
Клэр уловила намёк.
- Рейнджер... Бубенцы? Почему ты его так называешь?
Джойс бросила на Рика сдержанный взгляд.
- Что, он ходит с кучей мелочи в кармане? - подтолкнула Клэр.
- Он ходит с кучей чего-то в... - начал Рик.
Но Джойс перебила его:
- Рик, просто положи эту штуку в фольгу! - А Клэр: - Не слушай его, это долгая история.
- И довольно забавная, - подстрекнул Рик, убирая свёрток в холодильник. - Хочешь узнать, почему он боится молнии больше, чем кто-либо другой?
Джойс ухмыльнулась сквозь стиснутые зубы.
- Спасибо, Рик. Тебе действительно пора уходить, да? Пока! - она развернула его за плечи и вытолкнула за дверь.
Когда он ушёл, Клэр сказала:
- Я даже не буду спрашивать.
- Спасибо. Теперь, ты уверена, что чувствуешь себя хорошо? Если нет, я всё равно отработаю твою смену за тебя.
- Нет, я в порядке. Но спасибо, - но Клэр не могла не заметить гигантского таракана в холодильнике. - Адам не работает по ночам, не так ли? Я хочу, чтобы он убрал этого жука как можно скорее.
- Нет, он работает только в дневную смену. Позвони ему утром, он, вероятно, будет рядом, и поверь мне, он будет рад любому предлогу, чтобы прийти сюда.
Клэр вспомнила о происшествии на зыбучих песках.
- Сегодня я узнала его немного лучше, и ты права. Он придурок.
- Это мягко сказано. Говорю тебе, не доверяй этому парню настолько, насколько сможешь, - Джойс расписалась в своём журнале. - Слава богу за выходные. Ты будешь только на дежурстве, верно?
- В субботу и воскресенье? Да. Но я, наверное, всё равно сделаю несколько обходов, - сказала Клэр.
- Позвони мне, если захочешь чем-нибудь заняться завтра. Увидимся!
- Пока. И спасибо, что помогла мне сегодня вечером. Извини за то, что облажалась.
- Никаких проблем.
Джойс ушла, и Клэр улыбнулась ей вслед.
"Да, она классная, и Рик тоже. И они такие молодцы".
Клэр всё ещё не могла поверить, что она проспала и пропустила смену.
"Я должна убедиться, что это НЕ повторится".
Она была уверена, что этого не произойдёт, и ещё больше уверена в работе в целом теперь, когда она узнала место и людей. У каждого рабочего места были свои плюсы и минусы; быстрое их выявление было ключом к успеху, и оттуда она могла приспособиться к плохим моментам и использовать хорошие моменты в своих интересах.
Пока что единственным действительно плохим моментом был Адам Кори.
"Я могу с ним справиться, - она знала. - Но что насчёт этого таракана и лягушки? Всё, что я могу сделать, это сообщить об этом по соответствующим каналам, и Адам как раз и является этим каналом. Оттуда, - предположила она, - это будет работа какого-то подразделения Департамента природных ресурсов, чтобы исследовать возможность наличия загрязняющих веществ в этом районе".
Она не могла не задуматься над вопросом, хотя...
"Я думаю, я поеду к озеру Стефани. Посмотрю, нет ли там чего-нибудь ещё бóльшего размера, чем должно быть..."
Она проверила систему сигнализации, заперла офис и направилась к выходу. Но по пути она заметила дверь, приоткрытую на несколько дюймов, в крыле для лечения.
Дверь была обозначена как УМИ.
Она вспомнила, как Деллин рассказывал ей о системе - усиленном модуляторе излучения - что-то о перекрестье низкодозных радиоактивных лучей, убивающих крошечные опухоли с исключительной точностью. Но он также сказал, что система стоимостью в полмиллиона долларов не нужна для строматической карциномы, которую здесь лечат.
"Как бы то ни было, - подумала Клэр. - Но эту дверь нельзя открывать".
Она вспомнила, как заглядывала туда на днях: в комнате находился сложный блок компьютеров и экранов просмотра, а также большие соплообразные головки разряда, свисающие с потолка. Кто-нибудь мог легко войти сюда и украсть монитор или процессор.
Когда Клэр заглянула в комнату, она была пуста.
С мрачным смешком Билл-Бой заметил последнюю строку жёлтого знака; там не говорилось, что нарушители МОГУТ БЫТЬ оштрафованы и заключены в тюрьму, там говорилось, что они БУДУТ. Здесь, внизу, они относились к этому дерьму серьёзно. Однажды самого Билл-Боя оштрафовали на полторы тысячи долларов за кражу одной самки каменного краба. Всего одной. И они забрали его лодку! Это был риск любого браконьера, особенно во Флориде. Вы могли бы сломать челюсть своей жене доской два на четыре дюйма, и вам не дали бы столько же, сколько за выкапывание яиц морской черепахи. Полиции Флориды было плевать, если вы сели за руль пьяным, но не смейте связываться с этими пальмами и морским овсом. Он вспомнил, как однажды читал в газете о том, как копы открыли огонь по каким-то отбросам за то, что они стреляли в дельфина.
"Вот тебе и грёбаная Флорида, - подумал Билл-Бой. - За шлепок пенисом по пизде своей дочери получишь условный срок, но если тебя поймают на том, что ты стащил несколько яиц морской черепахи, ты отправишься в тюрьму на год".
Просто один день из жизни человека в профессии Билл-Боя.
Билл-Бой не был наркоманом, сидящим на метамфетамине или синтетическом героине, как большинство деревенщин из низшей части города. Он был просто добрым старомодным хроническим алкоголиком. У него была характерная внешность: тощий, как скелет, матерные татуировки, длинные волосы и футболка с южной рок-группой "Фу-Манчу". Он не хотел работать - не то чтобы он мог удержаться на ней, если бы и хотел - было проще браконьерить аллигатора, каменного краба вне сезона и главный приз: Chelonia mydas, также известную как зелёная морская черепаха. Билл-Бой имел работу, которую другие в его ремесле просто не имели. Если у вас нет связи с посредником для частных коллекционеров, продажа зелёных морских черепах была похожа на продажу бриллианта "Надежда". Но Билл-Бой знал этого дилера в Чайнатауне Тампы - этот чёртов парень платил сотню за каждое вылупившееся яйцо. Платил вдвое больше, если у вас что-то было за неделю до китайского Нового года. Был ли Билл-Бой готов к таким действиям?
Билл-Бой был готов.
Одно хорошее гнездо могло удержать его на лучшем "льду" Милуоки на год.
Нужно было быть осторожным, копая, вот и всё, так же осторожным, как он был в эту самую минуту: на коленях на восточном пляже парка Форт-Алачуа в два часа ночи. Гнёзда были оцеплены жёлтой лентой и кольями - он едва мог в это поверить.
"Спасибо, что УКАЗАЛИ МНЕ, где находятся яйца!"
Вы можете увидеть оцепления повсюду, даже на туристических пляжах - но слишком рискованно попадать туда. А вот парк Форт-Алачуа в это время? Яйца, находящиеся под угрозой исчезновения, умоляли, чтобы их откопали.
Он потрогал пальцами влажный песок; это был деликатный процесс. Разбил яйцо, и черепаха внутри крякнула - и сотня баксов полетела в окно. Конечно, Билл-Бою не очень нравилось, что китайцы делали с черепашками, как только они вылуплялись, - они срезали панцири с маленьких тварей и жарили их во фритюре ещё живьём. Это был какой-то восточный деликатес или ещё какая-то хрень. Звучало как-то жестоко для Билл-Боя - жарить черепашат из списка исчезающих видов - но...
"Блять, чувак. Бизнес есть бизнес. Если я не принесу им яйца, они найдут другого парня, который это сделает".
Билл-Бой был тем, кого можно назвать "функциональным" алкоголиком, в том смысле, что он всё ещё мог платить за квартиру и стремиться быть счастливым, несмотря на цирроз печени и всё такое. Пару браконьерских работ в месяц оплачивали его комнату в мотеле, и он даже мог тусоваться в пляжном баре, где были долларовые чеки и все пьяные женщины, на которых можно было посмотреть. В эти дни Билл-Бой просто дразнил женщин; они все были без ума от него из-за его внешности. Но он никогда их не подцеплял - лучше было поддерживать их желание, это сохраняло его таинственность. Но, по сути, у него не было причин подцеплять женщину. Тридцать лет хронического алкоголизма, как правило, выбивают грифель из сексуального карандаша полностью, так сказать.
"О, вот это сокровище!" - подумал он.
Его пальцы осторожно вынимали одно за другим яйца. Старая черепаха иногда откладывала семьдесят пять, и процент вылупления приближался к ста процентам, если их осторожно переносить. Билл-Бой перекладывал каждое яйцо в принесённую им мягкую корзину с такой осторожностью, что можно было подумать, что это гранулы нитроглицерина.
Через полчаса в корзине было шестьдесят шесть яиц.
"Бог сегодня мне улыбается, да, сэр!"
Пришло время уходить; он поймал свой улов. Конечно, он мог быть жадным и оглядываться в поисках новых гнёзд, но в его деле чем дольше ты торчишь, тем бóльшему риску подвергаешь себя. Иногда парк патрулировал рейнджер, и всегда была вероятность, что морская полиция увидит его лодку. Он даже слышал, что здесь есть охрана. Зачем рисковать?
"Вот зачем", - подумал он.
Менее чем в ста футах от него было ещё одно оцепленное гнездо.
"Это слишком просто".
Он тут же вернулся к мысли остаться. Не так уж много времени ушло бы на то, чтобы наполнить корзину. Но...
"Боже, здесь жарче, чем в печи для пиццы".
Да, даже в такой поздний час. И комары тоже нападали на него, привлечённые его пóтом.
"Мне нужно немного остыть..."
И он знал, что всего в пятидесяти ярдах от берега есть место, где он может это сделать. Озеро Стефани.
Билл-Бой встал, с его лба капала вода. Эта мысль в такую жару была соблазнительной.
"Да, думаю, я быстро окунусь, - и через несколько минут он уже вошёл прямо в воду. - Боже, как хорошо!"
Когда он оказался по бёдра, он присел на колени, обрезанные джинсы и футболка "ДОРОГА В АД" вместе с остальным его телом ласкала прохладная вода.
"Чёрт, мне сейчас нужно только холодное пиво, и я на небесах!"
Возможно.
Но на небесах, вероятно, не было того, что через мгновение заплыло ему в шорты. Алкоголик или нет, его рефлексы всё ещё были молниеносными.
"Какого чёрта?" - и он в мгновение ока снова выпрямился.
Билл-Бой замер.
Это было просто странное течение?
Сначала он не был уверен. Но чертовски точно чувствовалось, что что-то длинное и тонкое заплыло ему в шорты через дырку для ног. Он не хотел двигаться слишком резко, на случай...
Ну, на случай, если это была змея.
Но что бы это ни было, оно не ощущалось достаточно большим, чтобы быть змеёй. Оно ощущалось чрезвычайно тонким, не толще ручки, и он не был уверен, чувствует ли он это вообще сейчас.
"Оно выплыло обратно?"
Или, может быть, это было просто странное подповерхностное течение.
Билл-Бой не был уверен, что делать; просто какой-то инстинкт заставил его оставаться неподвижным. Лунный свет был здесь ярким, ярким на его лице и на воде, и когда он посмотрел вниз...
"Святой Господь, что ЭТО?"
...он увидел то, что сначала показалось ему ярдовой пряжей, плавающей на воде, но когда он прищурился, то увидел, что она не плавает, а плывёт.
Очень медленно Билл-Бой наклонился и, не двигая остальной частью тела, выхватил вещь из воды.
"Попался..."
И тут ему стало совсем дурно.
Это была не ярдовая пряжа, это была ярдовая многоножка, какая-то странная водная многоножка, о существовании которой он даже не подозревал. Он держал её близко за один конец, на том конце, где была голова, в то время как остальная часть быстро обвивалась вокруг его руки. Он чувствовал, как двигаются тысячи крошечных волосовидных ножек, но они не делали больно, а затем эта внезапная тошнота начала утихать, когда он вспомнил, что многоножки по сути безвредны.
"Оо-оо-оо! Вот ублюдок!"
Вот тогда-то безобидная многоножка и начала его кусать.
Он замахал рукой, пытаясь стряхнуть её - безуспешно. Вскоре она уже не просто кусала его, она вгрызалась в кожу, в предплечье. Он снова схватил тело, потянул и ужаснулся, увидев, что всего за эти несколько секунд она вонзилась ему под кожу на шесть дюймов. Когда он смог вытащить её, он взвыл - это было похоже на то, как будто из его плоти вытаскивают раскалённую железную кочергу. Когда он всё это вытащил, на этот раз он схватил штуку прямо под её головой и сжал её так сильно, как только мог, между большим пальцем и боковой частью указательного пальца.
Тошнота вернулась, как удар под дых.
Рот многоножки, если его можно так назвать, представлял собой расширяющееся и сужающееся отверстие, обрамлённое мельчайшими крючкообразными зубами.
Он сжимал сильнее и сильнее, надавливая, пока длинная отвратительная штука не обмякла. Он отшвырнул её так далеко, как мог.
"Господи, как же больно, вот сука..."
Чистый страх отрезал остаток мысли. В своём постоянном алкогольном опьянении он на мгновение забыл об одной важной возможности.
Та штука, которая заплыла ему в шорты...
Это была она? Та штука, которую он только что убил и отшвырнул?
Или...
"Есть ли ещё одна такая же... В МОИХ ГРЁБАНЫХ ШОРТАХ ПРЯМО В ЭТУ ГРЁБАНУЮ СЕКУНДУ?"
Последнее, к сожалению, оказалось правдой. Внезапно его промежность ожила от взрывного щекочущего ощущения, эти тысячи крошечных ножек обвились вокруг его мошонки и пениса. Самая примитивная интуиция ужаса дала ему чёткое представление о том, куда именно намеревалась направиться многоножка, поэтому Биллу-Бою просто нужно было УДАЛИТЬ её ОТТУДА, прежде чем она успеет это сделать.
Он тут же сдёрнул шорты, схватил свои сморщенные от ужаса гениталии, начал разматывать многоножку и...
...закричал высоко и громко, как гудок грузовика, когда угорь с головой размером с добермана выскочил из воды и одним укусом откусил бóльшую часть его правого бицепса. Секундой позже такой же кусок плоти был откушен из его ягодиц.
Боль, конечно, можно было описать как катастрофическую. Ментальная чувствительность Билла-Боя быстро исчезла, сменившись единственным импульсом самосохранения. Другая многоножка теперь быстро вгрызалась в его носовую полость через ноздрю; другая вгрызалась ему в ухо, в то время как другое ухо целиком откусила эффектная полосатая рыба, голова которой состояла в основном из зубов.
Вода вокруг него, казалось, просачивалась от активности, поскольку началось безумное кормление.
Отвратительные рыбы и ещё больше угрей использовали его в качестве еды; многоножки уже откладывали икру глубоко в его теле. Тем не менее, несмотря на всё это, Билл-Бой заслуживал, по крайней мере, некоторой похвалы за свою стойкость. Несмотря на потерю примерно куска плоти в секунду, его теперь в основном бездумные инстинкты позволили ему в конце концов выбраться из воды, где он рухнул на узкий берег. Чудовищные угри и рыбы исчезли - вместе с тридцатью процентами его мышечной массы.
И его сердце всё ещё билось.
"Я-я-я... всё ещё... жив".
Но по мере того, как возвращалась некоторая толика умственного процесса, возвращалась и та реактивность центральной нервной системы, которая называется болью.
И Билл-Бой начал шлёпаться о берег, как камбала на плите.
А первая многоножка? Та, что заплыла ему в шорты?
Она довольно хорошо прогрызала себе путь в нижнюю часть кишечника Билла-Боя через уретру.
Смена Клэр прошла вяло. В какой-то момент, во время патрулирования, ей показалось, что она услышала, как кто-то кричит или даже всхлипывает, но потом ей пришло в голову, что звук, должно быть, доносится через залив, из трейлерных парков на другой стороне. Вечеринки там регулярно переносились на остров.
Что касается удручающе большого таракана в холодильнике, то она была на самом деле возмущена тем, что Адам Кори не был у своего офисного телефона, когда она звонила в девять утра. Не то чтобы она хотела его видеть - ни в коем случае - она просто не хотела, чтобы эта мёртвая, завёрнутая в фольгу штука оставалась в холодильнике дольше, чем нужно. К сожалению, её исчезновение зависело от Адама.
"Чёрт возьми, - подумала она. - Похоже, он будет лежать там все выходные".
Всё, что она могла сделать, это оставить сообщение на автоответчике рейнджера. Болезненное любопытство преследовало её всю смену; по крайней мере раз в час она боязливо заглядывала в холодильник, наполовину ожидая, что серебристая упаковка будет разорвана, а таракан исчезнет.
Гигантские тараканы, гигантские лягушки. Она гадала, что скажет Деллин, когда она расскажет ему, что Адам чуть не обвинил его в сбросе какого-то токсичного побочного продукта в озеро Стефани.
"Может, мне стоит..."
Но она отбросила эту идею.
"Посмотри, если даже сегодня Деллин у себя в коттедже? Ты постучишься к нему и доложишь ему об этих инцидентах сейчас, в его выходной?"
В ВВС это была бы её обязанность.
Да, но это уже не ВВС, это гражданские, и гражданским не нравится, когда их достают на выходных.
Она призналась себе, что делает: придумывает повод, чтобы увидеть его, и проверяет утверждение Адама, что она "положила на него глаз".
"Ну, чёрт возьми, да, я положила на него глаз".
Но она также знала, что беспокоить его в выходной - это неправильно.
Последние полчаса смены она провела в офисе, выпивая последний стаканчик ледяного кофе и дописывая журнал и отчёт об инциденте. Клиника казалась странной в своей тишине; сегодня никто не приходил, даже уборщики. Её шаги эхом разносились по длинным белым коридорам, когда она включила сигнализацию и ушла.
Полуденная жара ударила по ней, как будто она врезалась в занавеску; солнце стояло высоко в идеальном голубом небе. Хотя формально она была на дежурстве все выходные, у неё не было смен, которые нужно было бы заполнить, и внезапно ей пришло в голову, что день слишком прекрасен, чтобы идти домой и спать. Она могла бы покататься, посмотреть город. Если бы сработала сигнализация, система подала бы ей звуковой сигнал. Она могла бы немного развлечься.
Затем включилась её более усердная половина.
"Можно немного развлечься в другой раз. Я только два дня назад начала эту работу. Ответственное дело - оставаться поближе к месту, просто на тот случай, если что-то СЛУЧИТСЯ".
Вопрос был решён, и она была рада, что её чувство дисциплины не дрогнуло - даже с карманом, полным денег, который у неё всё ещё был. Она подъехала на "Блэйзере" к главным воротам, просто чтобы провести последнюю проверку безопасности, а затем направилась обратно в свой коттедж.
"Интересно, кто..."
Она прищурилась; в пятидесяти ярдах впереди, на повороте на дорогу к коттеджу, выехал светлый полноприводный автомобиль с вращающимся фонарём наверху и скрылся. Когда она разглядела герб на задней части, то поняла, что это был Адам.
"Какого чёрта этот чудак делает на моей дороге!"
Она могла бы преследовать его, чтобы узнать, но...
"Забудь об этом. Хватит тебе этой занозы в заднице. Я не позволю ему испортить мне выходные".
Она продолжила свой путь, и любые неприятные чувства, которые у неё могли быть - об Адаме Кори, о том, что могут означать её кошмары, или об этой гротескной лягушке и таракане, о чём угодно - улетучились, когда она подъехала к своему коттеджу. Радость вернулась; она всё ещё не могла поверить, что живёт в этом чудесном месте, не могла поверить в свою внезапную удачу. Она оставила свои тревоги и смятение в "Блэйзере" и всё, что она взяла с собой на дорожку перед домом, была её улыбка.
- Эй!
Клэр обернулась у входной двери, её ключи звенели. Джойс улыбнулась ей в ответ с конца дорожки, в пляжном халате, шлёпанцах и солнечных очках.
- Привет, Джойс, - поздоровалась Клэр. - На пляж, я вижу?
- Да. Ты хочешь пойти?
Предложение звучало заманчиво.
- Ну, мне правда не стоит. Мне нужно...
- Сходи на пляж с Джойс, - сказала Джойс, поднимаясь по дорожке. - Пойдём, солнце будет в зените через час. Это идеально. И, вероятно, весь пляж будет в нашем распоряжении.
Клэр замялась. На самом деле она совсем не устала, особенно после того, как проспала накануне.
- Я...
- Отлично! - заявила Джойс. - Я подожду тебя, пока ты соберёшься.
Клэр улыбнулась и открыла входную дверь.
- Не ходи по почте, - заметила Джойс.
- А? Почта? Кто мог бы мне что-то отправить?
Но в двери была щель для писем, и когда они вошли, Клэр чуть не наступила на конверт, лежащий на сланцевом полу вестибюля.
- Это, наверное, твой контрольный список коттеджа от миссис Грейбл, - сказала ей Джойс и направилась прямиком на кухню. - Если что-то не работает, просто отметь это в списке и верни ей. Она позаботится о том, чтобы это быстро исправили. Эй, можно мне банан?
Вопрос отвлёк её; вчера она купила бананы и персики в магазине и положила их в миску на столешнице.
- О, конечно. Угощайся.
Затем она посмотрела на конверт, который был брошен в щель.
"Контрольный список..."
Но это был просто пустой конверт.
- Если у тебя нет купальника, это не проблема, - прокомментировала Джойс, очищая банан.
Именно тогда Клэр вспомнила - и запоздалое смущение грозило заставить её покраснеть.
"Вчера вечером, когда она разбудила меня от кошмара... Она увидела, как я держу этот вибратор - о боже!"
Но тот факт, что Джойс ничего об этом не подумала, только укрепил растущее самосознание Клэр.
"Наверное, я немного ханжа... Я всё время забываю, на дворе двадцать первый век, люди не стесняются секса. По крайней мере, большинство людей".
Джойс даже небрежно призналась, что у неё самой есть несколько вибраторов. Она была полностью сексуализированной женщиной, и это осознание заставило Клэр почувствовать себя неуклюжей. Пышное телосложение Джойс, казалось, сияло сквозь пляжный халат. Но привлекательно было не только её тело, но и её отношение, её непринуждённая уверенность. Внезапно Клэр почувствовала себя библиотекаршей, вздыхающей от тайной зависти к чирлидерше.
- Земля вызывает Клэр! Скотти тебя телепортировал?
Отвлечения переполняли её.
"Почему так? Почему это теперь происходит так часто? Она, должно быть, думает, что я полная дурочка!"
- О, купальник? Да, я вчера купила несколько в одном из тех пляжных магазинов. И большое полотенце тоже, - потом её осенило. - О, но - чёрт возьми. Я забыла купить лосьон для загара.
- У меня его много, - отмахнулась Джойс. Она бросила банановую кожуру в мусорную корзину, затем указала на свою сумку. - Плюс я купила большой кувшин заваренного на солнце холодного чая. Тебе понравится наш пляж. Это частный пляж, так что ты знаешь, что это значит, да?
- Что?
- Купальники необязательны.
Клэр не могла придумать ответа.
"Означает ли это, что она будет загорать голышом?"
Она не чувствовала себя достаточно комфортно, чтобы спросить. В конце концов она пробормотала:
- Это, наверное, не мой стиль. И прямо сейчас бóльшая часть меня белее песка.
- О, мы это исправим. Почему бы тебе не пойти и не собраться, а потом мы уже выйдем.
Сразу же Клэр поняла, что ей вежливо намекнули, что она медлит. Она поспешила в спальню, поспешно разделась. Из нескольких купленных купальников она надела сплошной купальник из лайкры мягкого мятно-зелёного цвета. Быстро проведя расчёской по волосам, она задумалась:
"Стоит ли мне сказать Джойс, что Деллин вчера пригласил меня на пляж?"
Но тут же нахмурилась и отбросила эту идею. Зачем? Джойс могла неправильно её понять. В какой-то ехидной, девчачьей манере это могло прозвучать так, будто Клэр хвастается. Эта мысль пришла ей в голову просто потому, что внезапное предложение Деллина приятно её удивило, и он даже предложил, что они могут вместе сходить на пляж в будущем.
Затем в голову пришла ещё лучшая мысль:
"Может, он даже сегодня там будет..."
- Эй, Клэр? Мы просто идём на пляж, а не на выпускной!
- Сейчас буду!
"Полотенце, пляжная сумка, - напомнила она себе. - Я ничего не забыла?"
Если и забыла, то узнает, когда придёт. Она надела солнцезащитные очки, влезла в шлёпанцы и собиралась выйти...
"О, конверт..."
Она положила его на комод. Она собиралась оставить его, посмотреть позже.
"Но что, если это не то, что подумала Джойс. Что, если это что-то другое?"
Она открыла конверт, вытащила один лист бумаги.
И уставилась.
Расположение печати был неровным на странице, и качество печати было довольно плохим - очевидно, это была множественная фотокопия фотокопии. Но больше всего Клэр беспокоила природа предмета.
Клэр уже видела подобные вещи раньше.
"Это уведомление о предъявлении уголовных обвинений..."
До сих пор Клэр знала, что всё это значит. Воинское подразделение, Единый кодекс военной юстиции, Генеральный судья-адвокат. Это был список уголовных обвинений, отправленных высшим юридическим органом армии для официального внесения в судебную базу данных армии США. Это был список людей, которых армия намеревалась судить за преступления.
Остальное было фактическим алфавитным списком военнослужащих, подлежащих судебному преследованию. Примерно на трети листа ей в глаза бросилось одно имя:
"Боже мой, - только и смогла подумать Клэр. Но следующая мысль пронзила её: - Адам!"
Это не мог быть никто другой, кроме Адама, кто подсунул это в почтовый ящик Клэр.
"Господи Иисусе, я только что видела, как этот парень уезжал отсюда пятнадцать минут назад!"
Её неприязнь к Адаму вызвала её первую эмоциональную реакцию:
"Этот сукин сын подставляет Деллина, потому что знает, что я в него влюблена. Он пытается увести меня от Деллина к нему самому".
Но это была наименее практичная реакция, и она поняла это после ещё одного мгновения раздумий. Всё это означало нечто гораздо более важное.
Его мотивы не имеют значения. Адам был прав. У Деллина грязное прошлое.
"У нас есть что-то, что мутирует в местной фауне, вероятно, из-за токсичных химикатов, которые незаконно сбрасываются... и теперь я смотрю на официальный документ, обвиняющий Деллина в том же самом..."
Сразу же она впала в депрессию. Она поняла Деллина совершенно неправильно, и эта неоспоримая истина только что полностью разрушила её увлечение им. Конечно, она ничего не могла с этим поделать. Хранение самого документа представляло собой явное нарушение права Деллина на неприкосновенность частной жизни, и даже если бы полиция провела расследование под прикрытием, им было бы нечего предъявить в суде без подлинных доказательств.
"Меня даже могли бы обвинить за то, что у меня был этот документ, и только потому, что я знаю, что Адам был тем, кто принёс его сюда, у меня нет никаких доказательств этого. С моим СОБСТВЕННЫМ военным послужным списком?"
Клэр знала, что даже признание этой информации просто приведёт к увольнению с отличной работы и создаст для неё ещё больше проблем.
"Чёрт... Всякий раз, когда происходит что-то хорошее, за этим сразу же следует что-то, что всё испортит..."
- Клэр? Кажется, мне здесь исполняется сорок.
Она схватила свои вещи и выбежала. Она попыталась казаться равнодушной, но предполагала, что это будет заметно.
- Я готова. Извини.
- Отлично! - улыбка Джойс сияла. - Тебе понравится этот пляж!
Они вышли через чёрный ход, пошли по небольшой тропинке, которая шла через кусты пальметто и редеющие деревья, которые выстроились вдоль пляжа. Джойс практически бежала от своего энтузиазма; Клэр только хотела бы разделить его сейчас.
Конечно, она не могла рассказать об этом Джойс - она не могла рассказать никому. Она понятия не имела, как отреагирует, когда увидит Адама в следующий раз. Она могла только надеяться, что не увидит его.
- Возьми стул. Разве он не великолепен?
Несколько складных шезлонгов были сложены на краю пляжа. Джойс схватила один и шагнула вперёд неё.
Пляж был великолепен. Песок был идеально белым, а зеленовато-голубые волны прибоя безмятежно плескались прямо перед ней. Через залив шириной в милю она могла видеть первый выступ острова и высокое солнце, сияющее на воде. Это могло быть самым прекрасным видением в её жизни.
Но сейчас она едва узнавала его. Её влюблённость в Деллина была уничтожена. Трудно было вспомнить более глубокое разочарование.
"Я точно знаю, как выбирать парней, в которых не стоит влюбляться. Военный преступник..."
Но было и что-то ещё, неприятное беспокойство, которое, казалось, вгрызалось в неё, как укус насекомого, прямо в середину спины, такое, что невозможно было почесаться.
"Что-то в списке... может, аббревиатуры".
Её рассеянность была настолько полной, что она фактически поставила шезлонг не в ту сторону.
- Впервые на пляже? - сказала Джойс и начала смеяться. - Полагаю, ты действительно хочешь насладиться этим потрясающим видом на твой коттедж.
- Я сегодня настоящая дура, - ответила Клэр. - Я только что вспомнила, что забыла. Мой мозг, - она выпрямила стул, но её мысли всё ещё были в тумане.
"Да. Аббревиатуры. Была одна..."
Она вытянулась на шезлонге, глядя, но не видя на самом деле тихий прибой. Вот тогда она вспомнила аббревиатуру, которая её беспокоила. Прямо под именем Деллина в документе было указано место, где он служил. Внезапно она вспомнила, что именно там было написано:
Место службы: Форт-Дитрих, Мэриленд, (ОБО)
Аббревиатура в конце была той, которая её зацепила.
"ОБО, - подумала она в недоумении. - ОБО..."
Она знала, что уже слышала это раньше. Какой бы отдел или техническая специальность это ни была, она была уверена, что в ВВС тоже есть такая.
"Чёрт возьми! НЕНАВИЖУ так себя чувствовать! Это прямо на кончике моего языка!"
Но через несколько мгновений её раздражение превратилось в бледный шок - когда она наконец вспомнила, что означают эти три буквы.
"Отдел биологического оружия..."
Они будут злиться на него за то, что он находится здесь, когда это светлое время суток. Они не хотели, чтобы его видели обычные люди, поэтому он должен был оставаться внизу в трубе. Но иногда он всё равно выходил, потому что ему нравилось смотреть, как всё выглядит, когда на него падает свет.
Да, ему нравилось, как всё выглядит.
Ему нравилось просто сидеть здесь, вот так. Он сидел в кустах и смотрел наружу. Он знал, что скоро должен вернуться в трубу, но пока не хотел.
Прошлая ночь была захватывающей. Он наблюдал, как длинноволосый мужчина кувыркается и воет на берегу озера.
Твари в озере схватили его.
Было весело наблюдать, как он умирает.
Когда длинноволосый мужчина перестал двигаться и выть, он подошёл и поднял его, а затем бросил обратно в воду. Ему нравились твари в озере, и ему нравилось их кормить.
Длинноволосый мужчина подошёл к берегу; именно тогда он впервые его увидел. Он копался в песке на пляже, вытаскивая оттуда что-то и складывая в корзину. Он не знал, что это за вещи. Они были белёсыми и немного круглыми. Они были примерно такой же формы, как часть между его ног, которую мелкая худая грязная девчонка отобрала у него на днях, когда пыталась уплыть на лодке.
Когда она это сделала, ему было очень больно, но это не имело значения.
Та часть, которую она отняла, уже отрастала снова.
Позже мелкую тощую грязную девчонку увезли на грузовике с забавными хлопающими огнями. Он пожалел, что её увезли, потому что ему нравилось делать это с ней.
Они злились на него, потому что её увезли.
Ему не разрешалось убивать девушек, только мужчин. Он знал, что им нужно было поместить девушек в специальную комнату. Это всё, что он знал - что им нравилось помещать девушек в эту комнату.
Они также злились на него из-за вёдер.
Вещи в вёдрах.
Он должен был выливать вещи из вёдер в озеро, но пару раз он забывал.
Он ставил ведро на минуту, чтобы пописать, или словить змею на еду, а потом забывал о ведре.
Они кричали на него, когда он это делал.
Он забывал, где оставил ведро!
Он знал, что должен был делать всё лучше.
Теперь он сидел там, глядя вдаль. Он чувствовал себя умиротворённым. Теперь, когда он думал о вёдрах, он вспомнил корзину с прошлой ночи, ту, которую использовал длинноволосый человек. Он наполнял его беловатыми круглыми штуками, которые он выкопал в песке.
После того, как он бросил его мёртвое тело обратно в озеро, он съел все маленькие белые круглые штуки в корзине.
Они двигались у него во рту, прежде чем он их проглотил. Они были вкусными и наполняли его. Но ему больше нравились змеи. Он откусывал голову и высасывал кишки. Он также ел много насекомых. Ему нравилось, как они хрустят.
Теперь он начинал беспокоиться.
Ему нужна была женщина, чтобы сделать это. Ему нужна была она скоро.
Он не знал, где сейчас находится мелкая тощая грязная девчонка, но если бы он это знал, он бы пошёл и взял её и сделал бы с ней это жёстко.
Да, ему очень нужна была женщина, и он надеялся, что она скоро придёт. Иногда они приходили ночью со своими мужчинами. Он знал, что ему нельзя брать женщин в коричневых одеждах с блестящими металлическими пластинами. Это было запрещено, пока они не сказали. Их было две, и они были очень красивыми. Жаль, что ему не разрешалось брать ни одну из них.
Он знал, чего они хотят. Они хотели женщин извне.
Он знал, что если он достанет им женщину извне, они будут очень счастливы.
Он очень надеялся, что она придёт.
Может быть, она придёт сегодня вечером?
Он начал думать о двух симпатичных женщинах в одежде для пляжа. Ему больше всего понравилась та, что пониже, с волосами цвета песка на море.
Да, она ему очень понравилась.
Он хотел бы убить её и сделать это с ней, пока он её убивает.
Он не знал, почему он так себя чувствует.
Он просто хотел этого.
- Этот крекерный загар должен уйти.
- Что?
- У тебя то, что мы называем крекерным загаром, Клэр. Твоё лицо и руки великолепны, но остальная часть тела белая как привидение.
"Так вот. Я крекер".
- Мне определённо нужно больше выходить на солнце.
- Ну, мы можем начать прямо сейчас.
Они опустили шезлонги, и Клэр легла на живот, закрыв глаза и положив подбородок на запястья. Джойс разглаживала масло для загара по задней части ног Клэр, а когда это было сделано, она перешла к плечам.
"Боже, как приятно, - подумала она. - Но лучше я этого не скажу; она подумает, что я к ней пристаю".
Руки Джойс решительно работали над плечевыми мышцами и задней частью шеи.
- Ты уверена, что не хочешь вылезти из этого купальника - лучше загореть. Не волнуйся, я не лесбиянка; я не буду пытаться тебя совратить.
Клэр усмехнулась.
- Нет, признаю, я стеснительная.
Это было не в её стиле, просто эта идея казалась слишком странной. Она просто не была уверена в своём теле. Слишком худая, грудь слишком маленькая.
- Ну, по крайней мере, спусти верх этого чёртового купальника до талии.
Долгое мгновение раздумий, затем:
- Ладно.
Когда она села, Джойс помогла ей стянуть верх купальника вниз. Она, казалось, прекрасно понимала беспокойство Клэр, не позволяя своему взгляду упасть на её грудь.
- Вот. Это даст тебе хороший старт для спины. Нет ничего более неправильного во Флориде, чем девушка с линией купальника, проходящей через середину спины.
Джойс дважды нанесла лосьон, как профессиональный массаж спины, её пальцы напряжённо работали вверх по позвоночнику. Клэр почувствовала, что ускользает в жаркой, мечтательной усталости. На этот раз вырвалось:
- Боже, как это приятно.
- Так и должно быть.
Что касается самой Джойс, она подтвердила свои предыдущие предположения в тот момент, когда они разложили шезлонги. Она скинула пляжный халат, чтобы обнажить полную наготу, и не дала этому ни малейшего колебания, всё её тело было бронзовым от солнца. Клэр хотела бы быть такой же уверенной в себе.
Твёрдые кончики пальцев прошлись по длинной полоске мышц по обе стороны её позвоночника.
- Я говорю это просто как друг, - прокомментировала Джойс, пока её руки продолжали свою магию, - так что не обижайся, но тебе действительно нужно набрать вес. Ты красивая женщина, но ты была бы намного красивее, если бы набрала десять фунтов.
Клэр не обиделась; на самом деле она оценила замечание. Конечно, лучше было не объяснять её плохое питание. Собственные намёки Деллина в её первый день были совершенно верны: насколько надёжным начальником по безопасности она могла бы быть, если бы её охранники знали, что она пришла сюда прямо из приюта для бездомных? Вместо этого она просто сказала:
- Я знаю. Я как-то запустила себя с тех пор, как уволилась из ВВС. Но теперь всё изменилось.
- Хорошо.
Это был весь последний год - худший год в её жизни. Остаток её взрослой жизни поддерживал её в отличной физической форме, особенно во время службы в ВВС. Даже с момента полового созревания у неё никогда не было плохого самовосприятия. Она всегда считала себя среднестатистической, нормальной. Что в этом плохого? Это был стресс от бездомности, который испортил её внешний вид. Порочный круг. Даже когда была доступная еда - фургон с сэндвичами, бесплатные столовые - просто стресс от её ситуации убивал её аппетит. Теперь это было больше, чем просто правильно питаться, ей нужно было правильно управлять своим стрессом, а это означало не беспокоиться из-за каждой мелочи, не беспокоиться о вещах, выходящих за рамки практического смысла. Она уже видела, как это происходит сейчас; она видела, как это становится проблемой, если она не будет держать свои реакции под контролем. Нетипично крупные животные и насекомые, токсины, которые могут быть сброшены в озеро, клиника, Адам Кори и Деллин и всё остальное. Всё это накапливалось. Стоит ли ей беспокоиться об этих вещах? Были ли её опасения слишком реактивными?
"Вероятно, - ответила она себе. - Нужно держать это под контролем сейчас. Выбора нет".
Её сегодняшнее открытие едва ли помогло. Военное досье Деллина: жёсткий армейский лексикон - "Несанкционированное повторное размещение потенциально опасных, классифицируемых материалов" - означало то же самое, что Адам подозревал, что здесь происходит: сброс токсичных отходов. Его служба в Отделе биологического оружия только утроила интенсивность намёка.
Но она также знала, что может ошибаться во всём этом.
"Побеспокойся об этом позже", - приказала она себе.
И какой роскошный приказ это был - нежиться сейчас на прекрасном пляже. Но как только она поклялась оставить эти опасения позади, всплыло ещё больше.
- Ты встречалась с директором клиники? - спросила она. - Я ещё даже не видела этого парня.
- Гарри? Да, я встречалась с ним. Мы с Риком оба встречались с ним, когда проходили обработку. Приятный мужчина, лет пятидесяти. Не то чтобы он был огненным шаром, но чего ты ожидаешь от этих умников? Мы его нечасто видим. Насколько я понимаю, он тот парень, который открыл интертиолят, Деллин - тот парень, который вводит его пациентам. Гарри простой парень, если ты об этом.
- Хм-хм-хм... Деллин сказал, что я, вероятно, встречусь с ним на следующей неделе. Я просто подумала о нём.
Теперь кончики пальцев Джойс энергично точечно скользили по спине Клэр.
- Я скажу тебе ещё кое-что, парень, о котором я всё ещё думаю, - это муж миссис Грейбл. Она всегда говорит о нём, как о величайшем человеке в мире. Господи, он избивает её каждую ночь.
- Я видела её мужа вчера, - призналась Клэр, но, конечно, не призналась, как она его видела: через бинокль. - Я знаю, как обманчива может быть внешность, и я могу ошибаться, но если ты спросишь меня, он просто не похож на того парня, который будет издеваться над своей супругой.
Джойс пожала плечами.
- Ну, кто-то же избивает её как следует. И это действительно рассчитано. Он оставляет следы там, где их не видно, когда она одета. Сегодня она прополола грядки, и я увидела её спину, когда она слишком сильно наклонилась. Казалось, на ней были следы укусов, - теперь её большие пальцы поглаживали кончик копчика. - Но, полагаю, всегда есть вариант, который никто ещё не рассматривал?
- Что это?
- Кто знает? Может, миссис Грейбл увлекается такими вещами. Мазохизмом и тому подобным. Некоторые женщины возбуждаются, когда их бьют. Боль - часть удовольствия. Мне всё это кажется безумием, но я знала нескольких таких девушек.
Клэр тоже это показалось безумием; некоторые вещи она просто не могла понять. Конечно, она тоже слышала об этом явлении, но сомневалась, что у миссис Грейбл были такие наклонности.
- Я не знаю, - только и сказала она.
Солнце на её спине, вместе с руками Джойс, так расслабили её, что она не хотела думать ни о чём важном.
"Побеспокоюсь обо всём этом позже", - сказала она себе, едва открыв глаза.
Тон голоса Джойс смягчился.
- Если тебе это не нравится, так и скажи.
Клэр была сбита с толку этим замечанием. Массаж спины?
- Это чудесно, - сказала она.
- Нет. Я имею в виду это...
"О, Боже!" - подумала Клэр в шоке.
Мягкие руки Джойс скользнули; теперь они были на груди Клэр. Мышцы Клэр напряглись в ответ; она открыла рот, чтобы возразить, но...
Руки ещё немного скользнули по её груди, кончики пальцев пощипывали самые кончики сосков. Не слишком сильно, но достаточно сильно.
Клэр почувствовала смятение, затем её дух просто сдулся, чтобы сдаться.
"Я должна была знать, что может произойти что-то подобное..."
Она ничего не сказала, ничего не сделала, чтобы показать, что ей это не нравится.
Тёплое дыхание Джойс коснулось её затылка:
- Я и не думала, что ты будешь против, - и теперь она лежала плашмя на Клэр.
Мокрые руки сжимали переднюю часть её бёдер под спущенным купальником, пальцы играли в лобковых волосах. Клэр чувствовала, как соски её подруги твердеют на горячей коже её спины. Всё её тело загудело от противоречивых эмоций и восхитительных ощущений. Шок, который запер её... взорвался. Затем она просто, казалось, превратилась в жидкость от прикосновения Джойс, уплыла в потоке сложного удовольствия.
Вскоре она боролась с собой. Её охватили самые непристойные порывы, она хотела повернуться, сбросить купальник и просто обхватить ногами Джойс, скользнуть прямо по её идеальному бронзовому телу, целовать, ласкать и прикасаться.
- Оставайся так, на животе.
Клэр съёжилась; она хотела посмотреть, что делает Джойс, она хотела сделать что-то в ответ. Она дважды попыталась повернуться, но Джойс мягко оттолкнула её назад.
- Я думаю, тебе это понравится...
Мягкий жужжащий звук сначала был странным, но затем он стал привычным. Джойс медленно водила вибратором по внутренней стороне бедра Клэр. Экзотическое ощущение преследовало её; она мгновенно захотела бóльшего, она хотела его глубоко, прямо между ног.
"Боже, это слишком..."
И как раз в тот момент, когда она собиралась громко застонать...
- Клэр? Клэр, тебе лучше перевернуться сейчас.
Клэр встряхнулась от головокружения. Она почувствовала кратковременную дезориентацию, затем быстро приподнялась на локтях. Её открытые глаза вздрогнули и посмотрели на Джойс, которая лежала в своём шезлонге.
- Чт-что?
- Ты спала почти час, - сказала Джойс, не глядя на неё. Её лицо было обращено к солнцу, глаза закрыты за солнцезащитными очками. - Теперь тебе лучше перевернуться, а то спина сгорит.
Клэр вздохнула, поражённая.
"Боже, ещё один сон. Совсем скоро мне придётся пойти в клинику расстройств сна..."
Её снова подтолкнуло подсознание. Ничего не произошло, но даже так она всё ещё чувствовала последствие возбуждения, теперь уже напрасно. Означала ли лесбийская сцена что-то, чего Клэр не осознавала?
"Откуда ЭТО взялось? Что я, скрытая лесбиянка теперь?"
Она перевернулась на спину, надеясь, что ведёт себя нормально. Это была просто ещё одна загадка, просто ещё один аспект её самой, который она не могла контролировать. Разочарование раздавило её.
"Я знаю, что я не лесбиянка. Я знаю, что меня не влечёт к Джойс или к любой другой женщине. Что со мной СЕЙЧАС?"
По крайней мере, была одна светлая сторона - сон не был кошмаром. Не было никаких образов её изнасилования, никаких появлений Стюарта Уинстера и его скрюченной двупалой руки.
"Ладно, мне приснился эротический сон о Джойс, - смирилась она. - Это не так уж и важно..."
- Не забудь про масло. Солнце сейчас действительно в самом разгаре.
Клэр открутила бутылочку с маслом для загара и нанесла его на верхнюю часть ног и ступней, затем на руки, шею и лицо. Но она всё ещё была топлес, её купальник спускался до талии. Её соски были невозможно напряжены, и она была уверена, что Джойс их заметила.
"Это так неловко!"
Её руки почти дрожали, как будто она знала, что произойдёт дальше. Когда она размазала ещё масла по животу и груди, от волнения у неё чуть не сжались пальцы ног. Когда она наносила масло на свою грудь, казалось, что это делает кто-то другой, любовник.
В конце концов она откинулась назад и даже усмехнулась про себя.
"Я так запуталась!"
- Почему бы тебе не пойти со мной в бар сегодня вечером? - спросила Джойс. - Это довольно классное место, мы бы повеселились.
- Спасибо за предложение, но мне правда не стоит этого делать. Я все выходные дежурю; мне правда стоит держаться поближе к месту. И вообще, я не большая любительница баров, никогда не была любителем выпить.
- Так пей колу. Это в десяти минутах езды, прямо по Бульвару Гольфа. Если что-то случится в клинике, система подаст сигнал, и мы вернёмся и сразу же проверим. Но поверь мне, ничего не случится в любом случае. Пошли, я не хочу идти туда одна.
Клэр на самом деле не хотела; она никогда не чувствовала себя комфортно в барах, но с другой стороны, это может быть хорошей идеей пойти куда-нибудь, чтобы немного расслабиться.
- Конечно, я пойду с тобой, но я выпью только один напиток.
- Или два. Отлично! Будет весело, вот увидишь.
Увидеть новые места и познакомиться с местностью пойдёт ей на пользу, и, возможно, это будет весело. Она уже давно не была в барах.
Морской бриз и шум прибоя снова заставили Клэр уснуть, заснуть и снова проснуться. Никаких снов на этот раз, только короткие волны, набегающие друг на друга, и тёплая ласка солнца. Обрывки мыслей грозили оторвать щепки от чудесного облака тишины и покоя - Деллин, тараканы и лягушки, Адам Кори и так далее, - но она не позволяла им закрепиться. Это была такая роскошь, когда тебя не беспокоили.
- Привет, девочки. Ого, Джойс! Это лучший купальник телесного цвета, который я когда-либо видел.
- Ты мудак! - проревела Джойс, вскакивая с шезлонга и натягивая пляжный халат. - У тебя вообще нет никакого уважения? Что ты здесь делаешь!
Тишина и покой Клэр разбились, как пивная бутылка о тротуар. Она поняла это ещё до того, как посмотрела. Адам Кори, всегда присутствующий в своей форме парковой службы, подошёл прямо к ним сзади.
- Адам, это подло даже для тебя, - сказала Клэр и быстро натянула верх купальника.
Джойс кипела.
- Убирайся отсюда, извращенец! Что ты делаешь, подкрадываясь к нам?
Адам сделал кислое лицо.
- Я ни к кому не подкрадываюсь. Откуда мне было знать, что вы будете здесь голышом?
- Адам, сегодня у нас выходной, - пожаловалась Клэр. - Тебе незачем здесь находиться. Это действительно вульгарно.
Адам нахмурился.
- Не понимаю, о чём ты говоришь. Ты же мне звонила, помнишь? Какое-то сумасшедшее сообщение ты оставила на моём автоответчике.
"Таракан?" - подумала Клэр.
- Это просто к твоему сведению, Адам. Клиника закрыта до утра понедельника, можешь зайти и забрать его тогда.
- Почему не сейчас? Я имею в виду, некоторые из нас серьёзно относятся к своей работе. Когда нужно что-то сделать, мы это делаем, мы не откладываем это до понедельника, потому что предпочитаем сидеть на пляже голышом.
Клэр кивнула.
- Это подождёт, Адам. Это не так уж и срочно.
Джойс всё ещё сверлила его взглядом.
- Не могу поверить, что ты мог выкинуть такой извращённый ход. Ты просто использовал это как предлог, чтобы увидеть нас голыми. Я должна на тебя пожаловаться.
Рейнджер широко улыбнулся.
- Это смешно. Купание голышом на государственной земле является федеральным преступлением. Давай, доложи на меня. Всё, что сделает мой босс, это спросит твой адрес, чтобы он мог отправить тебе повестку и штраф за непристойное обнажение.
Джойс отвернулась от него и снова села в шезлонг.
- О, заткнись, Адам. Считай это твоим развлечением на день, - затем она слишком драматично затянула воротник халата потуже на шее. - Ты насмотрелся, теперь валяй. Время для подглядывания закончилось.
Адам теперь игнорировал её, обращаясь к Клэр.
- И я просто подумал, что тебе, возможно, будет интересно узнать, раз уж ты начальник службы безопасности - похоже, Кэри Энн Уэллс не приедет.
Клэр наклонилась.
- Что?
- Я звонил узнать, как у неё дела, но они сказали, что у неё вчера вечером началась сильная фибрилляция сердца. Сейчас она в реанимации, в критическом состоянии, - он начал уходить. - Извините, что прерываю вашу важную работу здесь.
Новости и вся ситуация заставили Клэр почувствовать себя паршиво.
- Это очень плохо для девушки, - сказала она.
- Да. Но что можно сделать? Эти наркоманы сами виноваты. Человеческое тело может выдержать только определённое количество издевательств.
Клэр предположила, что это правда, но ей от этого не стало легче.
- И - не знаю... Может, мы немного переборщили с Адамом. Может, он действительно не специально пришёл сюда, просто чтобы посмотреть на наши сиськи.
После минутного раздумья они обе посмотрели друг на друга.
Джойс сказала:
- Да, может, и Папа Римский гадит в лесу.
Ни Фредрик, ни Дейлс не могли отрицать того, что видели собственными глазами. Их широкоугольные фонарики тупо смотрели на их лица. Западная стена склепа стояла гораздо менее ровно, чем другие стены, больше похожая на кучу осадочного щебня, но тем не менее твёрдая, как сланцевая плита, сплавленная вместе эпохами и геотермическим давлением. И то, что они сначала приняли за вторую яму - или простое отверстие на краю стены - после более внимательного осмотра оказалось чем-то, больше похожим на трещину в перемешанном камне.
И из этой трещины высунулась рука.
Дейлс был первым, кто это сказал:
- Это не человеческая рука, - он умоляюще посмотрел на профессора Фредрика. - Правда?
Горло Фредрика было сухим, как сланцевый пол.
- Я должен сказать, что, м-м-м, это, кажется, не...
- Нет, нет, нет! - настаивал Дейлс. - Просто чтобы я знал, что я не сумасшедший. Если я сумасшедший, то это нормально. Скажите мне, что это... - он яростно ткнул пальцем в застывшую руку, - человеческая рука. Продолжайте. Просто скажите мне, и я уйду отсюда.
Фредрик понимал беспокойство своего молодого коллеги - Фредрик тоже был встревожен, и смущён, и взволнован, и немного напуган. Но он оставался спокоен в зернистой темноте.
- Дейлс, нет, это не похоже на человеческую руку. Она слишком большая. Но есть несколько вещей, которые могли бы объяснить её непропорциональный размер.
- Например?
- Ну, капризы подземной среды, например.
Нахмуренный взгляд Дейлса пронзил, как нож.
- Да ладно, босс. Четыре жреца и жертва жертвоприношения прекрасно замариновались здесь внизу. Тогда почему это не так?
Рот Фредрика открылся и закрылся.
- И не говорите мне, что это отёк от какой-то болезни или инфекции, передающейся через кровь. Вы можете видеть контуры этой руки так же хорошо, как и я. Нет никаких признаков отёка - она морфологически последовательна.
- Дейлс, нам понадобится тщательная микроскопия, прежде чем мы сможем однозначно исключить симптом отёка.
- Проклятие, профессор! - Дейлс указал на руку. - У неё есть когти!
"Ну, - подумал Фредрик. - Когти есть".
Рука была обсидианово-чёрной, полностью открытой в своём окаменении. Если бы он мог отождествить внешний вид кожи со словом, это было бы крокодил: сегменты разного размера, похожие на чешую, сотни их.
Когти были чем-то другим.
Каждый коготь доходил до злобной точки, и в них было чрезмерное уродство; они казались скорее частью каждого кончика пальца, чем чем-то, что выросло как человеческие ногти.
Если бы Фредрику пришлось отождествить слово с этой особенностью, это было бы...
"Демонический", - подумал он.
- Здесь внизу ничего не видно с этими чёртовыми аптечными фонариками, - проворчал Дейлс. - Я вызвал чёртову бригаду освещения двадцать минут назад.
- Будь терпеливым, парень.
- Эй, забейте на терпение, босс. Терпение может поцеловать мою волосатую задницу. Мы оба знаем, что это за штука. Я хочу увидеть её сейчас.
Их обвязки лежали на полу прямо в круге света под люком. Дэйлс надел свою радиогарнитуру, которая была подключена к подъёмному канату.
- Что, чёрт возьми, с вами там не так! Нам нужно освещение здесь, внизу, сейчас! Господи Иисусе, континентальный дрейф переместит Флориду в Техас к тому времени, как вы, тупицы, соберётесь! Если эта штука не спустится через пять минут, я поднимусь обратно и начну надирать задницы!
Из люка послышался смех.
- Да, смейтесь, придурки. Посмотрим, как вы будете смеяться в день экзамена, когда я завалю все ваши задницы.
Минуту спустя начали спускаться огни и команда.
- Дэйлс. Смотри.
На полу лежал длинный изогнутый предмет. Он был из твёрдой древесины, и, очевидно, был вырезан вручную. Один конец был рукояткой, и оттуда он расширялся и сглаживался, образуя заострённое лезвие.
- Что это? - спросил Дейлс. - Боевое лезвие Понойя?
- Близко. Это кирри-манано, "Дар-клинок" Понойя. Помнишь, металлургии не было - Понойя были мастерами в создании острых, как лезвия, клинков из твёрдой древесины. В жертвоприношениях Понойя никогда не было кровопускания - жертвы всегда подвергались удушению - но жрецы всегда приносили кирри-манано, чтобы преподнести в качестве дара. В случае, если воплощение, э-э-э, я имею в виду...
- Вы имеете в виду, если воплощение срабатывало, и они вызывали демона, они давали демону одну из этих штуковин кирри-манано в качестве дара, - сказал Дейлс. Затем он сдержал смех. - Ну, похоже, он не очень-то оценил подарок, босс. Он оторвал руки, ноги и головы тем, кто его ему подарил!
Разочарованный, Фредрик сжал переносицу.
- Дейлс. Я знаю, о чём ты думаешь, я действительно знаю, и в любое другое время я был бы удивлён, даже разочарован. Но при таких обстоятельствах я могу понять, как даже такие люди, как мы - люди науки - могли бы твёрдо поверить в возможность...
- Оставьте это, босс, - прервал его Дейлс. - Просто ответьте да или нет, - он снова направил свой фонарик на каменный дольмен, на котором лежала молодая женщина. - Женщину - жрецы убили её на дольмене?
- На типичном жертвенном дольмене, да. Они задушили её насмерть лигатурой, как это было у них принято.
- Они принесли её в жертву в явно оккультном ритуале.
- Да.
- Ритуал воплощения.
- Да.
- Они пытались - как и другие бесчисленные древние племена человечества - воплотить дьявола.
- Да.
- В склепе. В котором мы сейчас и находимся.
- Да.
Дейлс глубоко и размеренно дышал, произнося следующие слова.
- Тогда... кто убил этих четырёх жрецов?
Фредрик едва мог заставить себя ответить.
- Я-я полагаю, что единственным логическим выводом было бы...
- Чушь. Эта штука убила жрецов, эта штука, которая явно не человек, - голос Дейлса сорвался. - Эти жрецы воплощали демона - и им это удалось. Кем ещё эта штука могла быть... как не мумифицированным трупом демона?
Через час склеп был освещён как днём; через два каждый квадратный фут был оценён, размечен, оцеплен, сфотографирован и запечатлён на цифровом принтере.
Через три часа они получили первые показания СММиО.
- Можно было бы подумать, что этот чёртов колледж хотя бы раскошелится на одну из новых моделей, - пожаловался Дейлс, сидя за демонстрационной сборкой. - Этому старому куску дерьма требуется чёртова вечность только для обработки предварительных показаний.
- Терпение, - повторил Фредрик совет, который он сам изучал десятилетиями.
- Я знаю, что эта стена - тупик, так и должно быть.
- Возможно, но не обязательно, - предупредил пожилой мужчина.
Дейлс вёл себя так, будто даже не слышал своего наставника.
- Конечно, землетрясение, толчок? Он обрушил этот конец склепа, а это значит, что когда мы начнём раскопки, мы увидим, что ещё было здесь десять тысяч лет назад.
Фредрик решил поиграть с ним.
- Кажется, ты полон надежд.
- Почему бы и нет?
- Если это действительно обрушение, а не часть изначального склепа, то остальная часть тела твоего демонического друга будет измельчена под обломками. Если бы я был тобой, я бы надеялся, что это не обрушение. Я бы надеялся, что эта расщелина цела, и в этом случае остальная часть тела твоего друга может быть тоже цела.
Дейлс не ответил; он сохранял невозмутимое выражение лица на экране СММиО.
"Я думаю, он действительно верит, что это демон", - подумал Фредрик.
Он видел, как нечто подобное случалось с молодыми и более пылкими археологами в прошлом: серьёзное открытие иногда портило их представления. Однако это никогда не длилось долго.
"Дейлс вернётся на землю в скором времени. Я уверен, что болезнь крови может объяснить чрезмерный размер руки. Возможно, ударная травма незадолго до смерти. Возможно, стена упала на парня и не убила его мгновенно. Опухание от синяка и излияние избыточного креатинина в кровь могли объяснить размер".
Объяснение пришло бы со временем. Фредрик постарался бы не выставлять на месте Дейлса смущение на его лице после.
"По крайней мере, не слишком надолго".
Однако Фредрик не учёл, что его гипотеза не объясняет одну вещь: как их опухшая жертва камнепада умудрилась голыми руками обезглавить и расчленить четверых сильных мужчин.
СММиО означает систему молекулярного моделирования и отображения, относительно новую технологию, поскольку она была изобретена в восьмидесятых годах. Круглые датчики размером с обеденную тарелку излучали низковолновой сонар, который делал "рентгеновские снимки" всего, что могло быть заложено, например, в сплошной камень, блок бетона, сланцевый пласт, глиняный пласт или простую уплотнённую землю. Он измерял бы несоответствия в плотности твёрдости объекта. Он также сработал бы с грудой каменных обломков или, в данном случае, с тем, что Фредрик считал камнепадом из частичного обвала.
- Ух ты, - сказал кто-то позади них. - Её соски выглядят почти живыми.
Фредрик нахмурился позади себя. Это были фотографы, склонившиеся над жертвой на каменном дольмене.
- Не подходите так близко! - закричал он.
Они тут же отступили.
Кто-то ещё добавил:
- Да, любой, кто свяжется с мумиями профессора, получит пинка под зад от Дейлса.
Раздался смех, но Дейлс просто улыбнулся.
- Как насчёт того, чтобы мы прикрепили к тебе один из этих датчиков СММиО? Тогда мы сможем посчитать, сколько песчанок ты сегодня засунул в прямую кишку.
Смех раздался громче.
"Мальчишки есть мальчишки", - подумал Фредрик.
- Эй, профессор? Как мы протащим эти мумии в эту яму без повреждений?
- С огромным трудом, - даже Фредрик понимал необходимость некоторой легкомысленности время от времени.
"Если ты заставишь их смеяться и иногда будешь общаться с ними не на столь академических условиях, то они будут больше тебя уважать и работать усерднее".
- Любого, кто хоть немного повредит один кристаллический волосок на любой из моих мумий - я обезглавлю и займусь сексом с его пищеводом.
Теперь они гудели. Хорошее настроение будет необходимым; впереди было много тяжёлой работы, не только, казалось бы, невозможное извлечение мумифицированных останков, но и весь участок нужно было проанализировать сейчас, каждый квадратный дюйм прочесать, просеять и вычистить. И потом всегда было...
Фредрик посмотрел на руку. В ярком галогеновом свете она не выглядела такой уж устрашающей.
"Может, это какая-то перчатка? Церемониальная перчатка? Чёрт, плесень и окисление могли даже объяснить увеличенный размер. Почему я не подумал об этом раньше? И когтеобразный вид пальцев? Конечно, ритуальная перчатка с акульими зубами или когтями животных, вшитыми в кончики пальцев; плесень росла по кончикам, чтобы они выглядели однородно. Вот твой демон, Дейлс".
Но он не озвучил этот последний вывод; лучше было просто оставить чрезмерно усердного помощника преподавателя с его текущей задачей у циферблатов СММиО. Видение руки, однако, продолжало захватывать внимание профессора. Да, изначально казалось, что рука тянется из отверстия в основании пола, но это было не совсем так. Это трещина, выше уровня пола. Всё больше и больше казалось, что субъект, должно быть, был поглощён частичным обрушением склепа. Фредерик мог только молиться, чтобы хотя бы часть тела, соединённого с рукой, удалось спасти. Череп, скорее всего, будет раздавлен, но, возможно, остальная часть скелета будет в хорошем состоянии.
"Бедный Дейлс, вероятно, зря тратит время. Держу пари, что он получает максимальные показания плотности..."
- Невероятно, - пробормотал Дейлс и поднял глаза.
- Дай угадаю. Максимальные показания плотности. Упавший каменный щебень глубиной пятьдесят футов.
Дейлс покачал головой, внимательно изучая экран с показаниями.
- Всё как раз наоборот, профессор. Я получаю показания три нуля на глубине полутора метров.
- Что?! - вскрикнул Фредрик в шоке.
- Это не камнепад. За этим есть ещё одна комната.
Зрение Фредрика, казалось, поплыло, когда он уставился на наклонную стену из битого камня.
- Ещё одна комната, - пробормотал он. - Ещё один склеп...
Джойс ехала в своём личном автомобиле, старом кабриолете "Плимут", брезентовая крыша которого была постоянно закрыта. Она называла это своей машиной "для катания". Она включила какую-то хард-рок-группу, когда везла их обеих по прибрежной дороге. Клэр сразу почувствовала себя неловко из-за периодических гудков и свистов во время поездки; кабриолет выставил Джойс напоказ. На ней была майка абрикосового цвета с круглым вырезом, на которой было написано "ВЫРАЩИВАЙ НАРКОТИКИ, ПОСАДИ МУЖЧИНУ", но не эта забавная фраза чуть не стала причиной мелких столкновений во время их поездки. Плавающая грудь Джойс растягивала прозрачный материал верха до его физического предела. Даже мельчайшие детали ореола были различимы.
"Я была бы самой счастливой женщиной в мире, если бы у меня была грудь ВПОЛОВИНУ такого размера", - подумала Клэр.
Но Джойс была необыкновенно привлекательна. Клэр была одета в простые пляжные шорты и футболку без рукавов.
"Я, вероятно, буду торчать, как больной большой палец, сидя рядом с ней..."
Просто ещё одна пустячная неуверенность; она проигнорировала её, пока ветерок шевелил её золотистые волосы. Она также проигнорировала довольно непростительный инцидент на пляже с Адамом.
"Думаю, если ты собираешься лежать на пляже без топа, ты должна ожидать, что из-за дерева время от времени выползет один или два урода".
Это её не особо беспокоило; она сомневалась, что Адам бросил на неё хоть какой-то взгляд, кроме самого мимолётного, не с Джойс, развалившейся рядом с ней полностью голой. Хотя Кэри Энн Уэллс было жаль.
"Может, она выкарабкается, - надеялась Клэр. - Может, ей станет лучше".
Вскоре они съехали с прибрежной дороги и пошли по набережной, которая, казалось, была усеяна пляжными барами.
Клэр подняла бровь.
- Вот это я называю энтузиазмом.
- Это город крепко пьющих, - сказала Джойс. - Местные относятся к своим вечеринкам серьёзно. Но эти места довольно деревенские. Мы пойдём дальше.
- Что это значит? - спросила Клэр, указывая на вывеску на другом баре с надписью: БЕСПЛАТНЫЕ ИГРИЩА!
- Слава богу, сегодня чёртова пятница, - ответила Джойс. - Раз уж ты спросила. Я знаю, о чём ты думаешь, что я тащу тебя в какую-то забегаловку, но расслабься. Мы едем в единственный нормальный бар на этой полосе. Все остальные места - либо убежища для алкашей, либо места съёма для безмозглых.
Дальше они въехали на парковку, край которой проходил вдоль рыболовного залива. Первое, что увидела Клэр, был эвакуатор, вытаскивающий из воды белый седан.
"Нехороший знак", - подумала она.
Затем она заметила несколько полицейских машин, остановившихся посреди дороги; офицеры и несколько жителей собрались вокруг мужчины, который потерял сознание на двойной жёлтой линии. А дальше? Кто-то высунулся из окна квартиры на втором этаже; он согнулся в талии и шумно блевал перед фигурой "Трёх балбесов" в натуральную величину. Наконец, мужчина, рыбачивший в заливе, упал в воду, когда потянулся за пивом.
- Да, я вижу, они серьёзно относятся к своим вечеринкам, - сказала Клэр.
- О, это ещё ничего, ещё рано, - сказала Джойс.
Из толпы таверн, которые были забиты вдоль улицы, они вошли в одну со спорным названием "ДЬЯВОЛЬСКИЙ ЧЛЕН". Исходя из того, что она видела в непосредственной близости, надежды Клэр были не слишком велики, но она испытала облегчение, когда они действительно вошли и обнаружили, что стоят в непретенциозной, но хорошо обставленной таверне, полной повседневно одетых посетителей, которые выглядели определённо нормально.
"Никто не блюёт и не отключается на полу, - подумала Клэр. - Пока всё хорошо".
Интеллектуальный альтернативный рок, а не тяжёлый металл или Джимми Баффет, доносился из звуковой системы, и Клэр мгновенно соблазнилась ароматами, доносившимися с кухни. Это было явно на несколько ступеней выше типичных пивных и барных закусочных, которые она ожидала. Нелепо одетые барменши и официантки слонялись, выполняя свои обязанности, в то время как Devil Rays разделывали противника на огромном проекционном телевизоре.
- Чёрт, все столики заняты, - заметила Джойс. - В этом месте всегда так много народу. Не против посидеть за стойкой?
- Я не против.
Они обошли один конец, и какой-то парень с бородкой и в очках цитировал другу:
- На полсекунды - может, даже на три четверти секунды - можно было увидеть боковую часть левого соска Ксевы. Клянусь! На канале "Сай-Фай"!
- Да ладно!
Кто-то ещё упоминал губернатора Флориды термином, который начинался с буквы "х" и заканчивался корнем "сос", но в идеальной имитации Джона Уэйна. Другой парень, пьяный, восклицал всем, что Джон Ф. Кеннеди на самом деле был убит марсельским гангстером, нанятым исполнительной властью Южного Вьетнама. Никто не слушал. Но за стойкой бара ещё трое парней спорили из-за официальной рыбы штата Флориды. Один парень говорил:
- Это групер.
Следующий парень:
- Нет, это не так, это красный люциан.
Третий парень: - Я думал, это рыба-шприц.
Прямо перед ними к бару подошёл молодой парень в футболке Devil Rays и попросил пива. Бармен окинул его прищуренными глазами и сказал:
- Извини, приятель, ты выглядишь как-то молодо. Мне нужно увидеть доказательства твоего возраста.
Парень стоял в замешательстве, затем пожал плечами. Он начал расстёгивать ширинку.
- Не это! - закричал бармен. - Твоё удостоверение личности!
- О, смотри, - сказала Джойс, словно удивлённая. - Вот Рик.
Клэр могла бы рассмеяться над очевидной подставой.
"Ну разве ЭТО не совпадение!"
- И рядом с ним два места...
"Конечно".
- Привет всем. Забавно встретить вас здесь, - поздоровался Рик.
- Ты часто сюда приходишь? - спросила Клэр.
Джойс рассмеялась.
- Рик живёт здесь. У него раскладушка в кладовой.
- Забавно. Знаешь, что смешнее? Джойс держит свою раскладушку в заднем переулке. Десять баксов за поездку. Так она платит по счёту.
Джойс ткнула его в рёбра. Сильно.
- Продолжай в том же духе, Мистер Шутник. Так как насчёт того, чтобы заказать напитки?
Женщины сели по обе стороны от Рика. Подошла барменша в грязной форме, с медово-светлыми волосами.
- Чего бы вы хотели?
- Заткнись и пошла нахуй, - ответил Рик.
Клэр взорвалась.
- Рик! Что с тобой не так!
Но барменша хихикнула.
- Конечно. Три?
- Да, - сказал Рик. - И три лёгких пива, пожалуйста.
- Не падай со своего стула, - сказала Джойс Клэр. - Это коктейль.
Клэр не могла в это поверить.
- Ты говоришь, что есть напиток под названием "Заткнись и пошла нахуй"?
- О, да, - подтвердил Рик. - Этот город славится своими коктейлями. Мои любимые - "Пылающая задница" и "Раздвигатель Ног". Может, позже мы выпьем "Сперму Франкенштейна".
Клэр выглядела ошеломлённой.
- Ненавижу портить вечеринку, но мне придётся отказаться от "Спермы Франкенштейна".
Джойс и Рика явно позабавила наивность Клэр.
- Ты ведёшь себя так, будто не была в баре десять лет, - сказала Джойс.
- О, не так долго. Скорее семь или восемь.
Рик изобразил тревогу.
- Бедная девочка. Кто-нибудь - пожалуйста - дайте этой девушке "Оргазм"!
- Ладно, я не такая уж старая. Я помню, как выпила несколько таких в студенческие годы.
Подхватив легкомыслие, правда начала выходить наружу. Клэр начала бояться, что слишком много её собственной персоны было испорчено её чувством целеустремлённости. Дело было не только в том, что она не была в баре столько лет, а в том, что за всё это время она почти не выходила из дома. Не всё в жизни было работой - отношения с близкими людьми были тем, ради чего ты работал. У Клэр никогда не было близких людей, как она считала, что позже будет лучше для всего этого, а пока ей нужно было развиваться как можно эффективнее. И она делала именно это - пока всё не закончилось трагически. Изнасилование. Суд. Увольнение. Внезапно стало ясно, что жить по стандартам и правилам, которые любой сочтёт похвальными, было для неё ошибкой. Это оставило её ни с чем, и когда пришло время, когда ей так нужна была поддержка близких людей, рядом никого не оказалось.
"Чёрт. Ну вот, я снова начинаю жалеть себя. Джойс и Рик - мои друзья. Деллин - друг или, по крайней мере, человек, с которым у меня хорошие рабочие отношения. Хватит ныть! Ты всегда можешь вернуться в приют. Ты с людьми, которым ты нравишься, - всё хорошо!"
Она быстро почувствовала себя лучше, и когда принесли напитки, она предложила тост - "за гигантских тараканов и лягушек" - и одним броском уложила коктейль.
- Превосходный стиль и форма, - сказал Рик. - Джойс, для неё ещё есть надежда. Она настоящая тусовщица в процессе обучения.
- Вот, вот.
- Я рада, - сказала Клэр.
Не совсем лестным языком Клэр и Джойс рассказали Рику о своей встрече с Адамом на пляже.
- Наденьте ошейник и цепь на этого чудака, - предложил Рик. - И не позволяйте ему выходить со двора.
Клэр отхлебнула пива.
- Так когда же вы мне скажете, почему вы называете его Рейнджер Бубенцы?
- Это слишком мерзко, - сказала Джойс.
- И Джойс лучше знать, - выпалил Рик. - Ей действительно выпала честь...
Джойс снова ткнула его в рёбра, после чего он усмехнулся и обнял её.
Джойс тут же толкнула его коленом, а затем Рик убрал его руку с выражением лица, которое говорило: "Упс".
Клэр всё увидела.
Её не удивило неловкое молчание, которое последовало.
- Послушай, нам не следует быть нечестными, - призналась Джойс. - Мы с Риком... как-то... связаны.
- Правда? Я бы никогда не догадалась, - сказала Клэр.
- Но у тебя есть гарантия, что всё это останется за пределами рабочего места, - добавил Рик.
Клэр весело улыбнулась.
- Хорошо, потому что если этого не произойдёт, я уволю вас обоих на месте. Но серьёзно. Любые отношения между вами двумя - это ваше дело.
Может быть, это был коктейль и полпива, которые она уже выпила, а может, просто потому, что они ей нравились, и она чувствовала, что ей тоже нужно быть честной, и Клэр не смогла устоять.
- Просто сделайте мне одолжение. В следующий раз, когда решите пошалить в лесу, не делайте этого перед камерой наблюдения на погрузочной площадке, как вы сделали на днях.
Джойс покраснела как свёкла. Рик уткнулся лицом в ладони.
Теперь настала очередь Клэр посмеяться.
- Вот это я называю реакцией.
Теперь Рик снова обнял Джойс.
- Как говорится, женщины - нельзя с ними не жить и нельзя заткнуть им рот большими резиновыми пробками, когда они слишком много говорят.
Джойс толкнула его локтем в рёбра. Сильно.
- Да, и мужчины - нельзя списывать их со счетов в своих налогах, потому что нет вычета за жизнеобеспечение для пениса.
- Ваш секрет в безопасности со мной, - заверила Клэр. - Просто постарайтесь свести публичные поцелуи к минимуму, и то же самое делайте, когда вы рядом с миссис Грейбл. Она милая, но любит сплетни.
Было гораздо лучше, чтобы воздух прояснился по этому вопросу, и Клэр знала, что в результате ей будет намного легче иметь с ними дело на повседневной рабочей основе. В течение следующего часа они по очереди немного говорили о себе, и Клэр нашла интересным и обнадёживающим то, что у всех у них была похожая история, поскольку они все служили военной полицией в ВВС и все воспитывались в приёмных семьях.
- И похоже, что у нас всё получилось, - сказал Рик. - Не знаю, как у вас с Джойс, но я в своё время не кололся ни в одном школьном дворе. И я даже никогда не курил травку. И всё же мы всё время слышим в новостях о том, как приёмные семьи терпят неудачу.
- Забавно, что мы об этом говорим, - добавила Джойс. - Грейс Флетчер упомянула, что она тоже сирота.
- И она служила в ВВС, - сказала Клэр, вспоминая увиденный ею снимок. - Она была капитаном в Службе безопасности ВВС, - в голове завертелось ещё больше мыслей. - В своём коттедже я нашла несколько снимков, и на одном были Грейс и два предыдущих охранника, стоящих вместе.
- Донна и Роб? - сказал Рик.
- Да, и оказалось, что Донна - это кто-то, кого я знаю... э-э-э, знала. Её зовут Донна Крамер. Я ходила с ней на базовую и индивидуальную боевую подготовку в Райт-Паттерсон.
- Да, но это не совсем совпадение, что мы все были военными в ВВС - Деллин даже сказал мне, что они экономят деньги на проверке биографических данных.
- Я знаю, но разве не странно, что мы все сироты? - спросила Клэр. - Во время обучения я довольно хорошо знала Донну Крамер, и угадайте, что она мне однажды сказала? Её родители бросили её, когда она была маленькой, и государство поместило её в приёмную семью.
Теперь брови Рика взлетели вверх.
- Роб Томас, третий охранник...
- Ни за что, - сказала Джойс. - Ты же не скажешь нам, что он тоже был сиротой?
- Он тоже был сиротой. Мы были на постоянной службе вместе, он и я были охранниками багажа в аэропорту Холломан. Мы вместе тусовались в клубе каждые выходные, и будь я проклят, если он не упомянул мне об этом. Сказал, что его отец умер до его рождения, а его мать погибла в автокатастрофе, когда он был младенцем.
- Как-то странно, - сказала Клэр.
- Настолько странно, что нам нужно больше пива, - Рик заказал ещё одну порцию у барменши. - И что еще страннее, так это то, как они все исчезли за одну ночь.
- О, Рик, - устало сказала Джойс, - не начинай снова с этой чепухи.
- Пожалуйста, - сказала Клэр. - Давай послушаем эту чепуху. Джойс, ты сказала, что они все ушли, потому что боялись аллигаторов или зыбучих песков или чего-то ещё.
- Грейс сказала мне, что она приехала с севера и подала заявление, потому что не могла выносить жару, что довольно разумно, учитывая, как здесь чертовски жарко. А потом той ночью я столкнулась с Робом прямо здесь...
- Ты никогда не говорила мне, что встречалась с ним, - сказал Рик с немного бóльшей поспешностью.
- Я не встречалась с ним. Он просто был здесь, - Джойс поморщилась. - И заткнись. Но он сказал, что они с Донной подали заявление, потому что посчитали это место слишком опасным из-за аллигаторов и зыбучих песков и всего такого. Они были слюнтяями, вот и всё. И хорошо, что они были такими, потому что мы получили их работу.
- Конечно, но это нехорошо, что мы действительно получили их работу, потому что они все умерли.
Клэр мгновенно выпрямилась на барном стуле.
- Потому что они все что?
- Эй, ходили всякие слухи, - указал Рик. - У всех в округе была своя история. Они боялись аллигаторов, все они были пьяны, они попали в любовный треугольник, они были беглецами с ордерами на арест. Чёрт, я даже слышал, что Деллин поймал их троих за тем, как они занимались сексом голышом, когда они были на дежурстве.
"Ну, - подумала Клэр. - По крайней мере, я могу подтвердить последнее..."
Но было слишком неуместно упоминать видеозаписи.
"И слишком неловко, - спохватилась она. - Они, вероятно, попросили бы сами посмотреть видеозаписи, и... На этих записях есть несколько сцен, где Грейс и Донна использовали зелёный вибратор друг на друге... тот же вибратор, который Джойс видела у МЕНЯ..."
Но направление разговора теперь было интригующим; Клэр хотела услышать больше.
- Я люблю хорошие тайны, - уговаривала она. - Продолжай.
- Продолжай, - язвительно бросила Джойс. - Я говорю ему это каждую ночь, но он просто переворачивается и начинает храпеть.
- Нет, нет, ты путаешь меня с Рейнджером Бубенцы...
Джойс ткнула его локтем в рёбра. Сильно.
- Да ладно, Рик. Это увлекательно. Что ещё ты слышал?
Рик наклонился на локтях.
- И вот я сижу здесь однажды ночью, и входит местный полицейский, который не при исполнении. Он торопливо садится и начинает нести чушь о том, как его начальник боится, что город потеряет бóльшую часть своего туристического бизнеса в пик сезона, если газеты узнают обо всех этих людях, которые исчезают.
- Ты имеешь в виду, как...
- Местные деревенщины и наркоманы, как та девушка, которую ты нашла той ночью, - продолжил Рик. - Этот полицейский сказал, что за последний год их стало много. Они говорят, что на них нападают бычьи акулы, которые переворачивают их каноэ и маленькие гребные лодки, когда они плывут - можешь угадать, куда?
- Парк Форт-Алачуа, - сказала Клэр.
- Точно, наша сторона парка Форт-Алачуа. Почему? Потому что это отличное место для браконьерства. Полицейские сказали, что они обнаружили довольно много лодок, перевёрнутых в заливе, и некоторые из этих лодок были зарегистрированы - на деревенщин, которые были объявлены пропавшими без вести.
- Интересно, - сказала Клэр.
- Но это ещё не всё...
- Дай нам передохнуть, тупица! - пожаловалась Джойс. - Ты выбиваешь дрожжи из всего нашего пива.
Рик указал ей большим пальцем.
- Хочешь узнать настоящую причину, по которой она хочет, чтобы я заткнулся?
Клэр улыбнулась.
- Почему?
- Потому что она тоже боится - ой!
Джойс снова толкнула его локтем.
Рик потёр рёбра.
- Если ты продолжишь это делать, ты можешь задеть какой-нибудь нервный ствол, и это может сделать меня импотентом.
- Не этого ли я хочу?
Клэр потянула Рика за рукав.
- О чём ты говорил? Лодки, которые они нашли, были зарегистрированы на людей, которые пропали без вести?
- Некоторые из них. Даже самые безответственные деревенщины регистрируют свои лодки, чтобы получить полные лицензии на морскую рыбалку. Этот коп сказал, что более дюжины из них исчезли.
- Ладно, страшная история окончена. Это значит, что Великий рассказчик теперь может заткнуться.
Рик поднял палец.
- Но... есть ещё кое-что.
- Почему-то я думала, что так и будет, - сказала Клэр. - Так что выкладывай, пожалуйста.
- Однажды вечером я зашёл сюда выпить пива, когда Джойс работала, и одна из барменш начала рассказывать мне... - Рик пожал плечами, - рассказывать мне разные истории. Посмотрим правде в глаза, кто может её винить? Я чертовски интересный парень и...
- Кто-нибудь, дайте мне рвотный пакет! - взвыла Джойс.
- В общем, она начала рассказывать мне о том, как в последний раз видела Донну; это было якобы за ночь до её исчезновения. Донна пришла сюда, чтобы взять еду на вынос - три заказа, сказала, что едет на встречу с Грейс и Робом, и она специально сказала, что они все написали заявление на увольнение через две недели.
- Подумаешь, идиот, - фыркнула Джойс. - Ну и что, если они решили уйти на следующий день? Люди постоянно отказываются от двухнедельного ожидания. Им не хотелось ждать, поэтому они ушли.
Рик продолжал говорить так, как будто Джойс вообще ничего не говорила.
- Ии-ии-ии, пока она ждала свою еду, она выпила несколько напитков, но, разве вы не понимаете? Она немного опьянела.
- Как неожиданно, - пробормотала Джойс. - Жаль, что здесь не было такого чертовски интересного парня, как ты. Если бы она была такой пьяной, тебе бы перепало.
- Эй! Ей бы так не повезло. В любом случае, она выпила слишком много "Джонни Блэка" и начала рассказывать этой барменше о том, как они все напуганы до чёртиков, потому что там...
- Монстр бродит по парку, - вмешался голос позади них. - Что-то не человеческое, что-то чудовищное.
Все трое одновременно обернулись. Деллин стоял позади них, улыбаясь и скрестив руки на груди.
- Привет, Деллин, - сказала Джойс.
- Думаю, нам лучше купить боссу выпить, - добавил Рик, - чтобы он подумал, что мы крутые.
Но по какой-то причине Клэр чуть не подавилась. Она не могла быть более рада видеть Деллина, но его вид оставил её язык связанным.
- Спасибо за предложение, Рик, но я здесь только для того, чтобы взять с собой сэндвич с окунем, - Деллин был одет в теннисные шорты и футболку с надписью:
- Всё нормально. Отлично, - выпалила она. - Садись к нам. ПОЖАЛУЙСТА!
- Нет, я не могу остаться; я вымотался. Я в благотворительной лиге по софтболу с Советом врачей Флориды. Сегодня мы провели двойную игру.
- Вы выиграли?
- Нет, мы были раздавлены в обеих играх. Хотя я выбил страйкаут. Десять раз, на самом деле.
Сердце Клэр трепетало. Она знала, что это была глупая реакция, но она ничего не могла с собой поделать.
- Ну, я думаю, я не так уж и тороплюсь, - передумал он. Он сел на табурет рядом с Клэр. - Я действительно заезжал в клинику сегодня, - продолжил он, - перед игрой. И я видел твои отчёты об инцидентах.
Клэр пришлось отвлечься от своего напитка.
"Он подумает, что ты полная идиотка! Скажи что-нибудь".
- Тогда, я думаю, ты также видел...
- Таракана в холодильнике? Конечно, видел. А в другом отчёте было что-то о лягушке?
- Большая лягушка, около озера. Адам случайно переехал её на своём грузовике. Она была огромной, как таракан. Гораздо больше, чем должна была быть.
Деллин, похоже, нисколько не встревожился.
- Мутагенное загрязнение встречается гораздо чаще, чем думают люди, особенно во Флориде, и у меня есть преимущество понимать это просто потому, что я врач-онколог с опытом работы в области генетики и органической трансфекции. В конечном итоге большинство видов рака являются результатом процесса мутации, часто вызванного чужеродными веществами. Каждая клетка человеческого тела имеет мутагенный ген. Канцерогенные токсины будут нацелены на этот ген, и с этого момента может произойти всё, что угодно, потому что весь код ДНК становится неправомерно присвоенным и, следовательно, фальсифицированным.
- Я оставил свою докторскую дома, Деллин, - сказал Рик. - Как думаешь, ты мог бы это сказать...
- Менее сложными техническими терминами, конечно, - спохватился Деллин. - В каждой клетке твоего тела есть переключатель. Переключатель регулирует изменения и рост. Когда загрязняющие вещества попадают в клетку и переключают этот переключатель, может произойти всё, что угодно. Чаще всего происходит очень быстрый рост. Очевидно, именно это и произошло в этом случае.
- Я слышала о таких вещах, происходящих в этом районе, около озёр и водохранилищ, - сказала Джойс. - Но ты когда-нибудь видел таких больших тараканов?
- Ну, не таких больших, нет. Этот действительно был огромным.
Клэр чувствовала себя подавленной собственной застенчивостью. Она знала, что это был Деллин, и её сильное влечение к нему.
- Я видел лягушек, таких больших, как та, которую Клэр описала в своём отчёте. Это было в исследовании трансфекции, для которого я работал несколько лет назад.
- Что именно это значит - трансфекция? - наконец выдавила из себя Клэр. - Я никогда о таком не слышала.
- Это термин из генной инженерии. Трансфекция похожа на сплайсинг генов, только в ещё меньшем молекулярном масштабе. Когда вы переносите генетические свойства из одной клетки в другую. Например, ген роста. Если вы насыщаете ген роста углеродом в среде с высоким содержанием кислорода, а затем помещаете совместимую часть этого гена, скажем, в клетку печени, клетка печени растёт с экспоненциальной скоростью. Однако ключом является контроль характера роста. Растущая клетка печени не развивается нормально. Она становится опухолевой, затем злокачественной. Вот пример: промышленный загрязнитель, который просачивается в озеро или пруд, может трансфицировать мутагенные свойства в яйцеклетку лягушки. Ген роста в яйцеклетке - переключатель - включается ненормальным образом, и тогда вы получаете свою гигантскую лягушку. То, что мы делаем в клинике, является противоположностью этому процессу. Мы отключаем эти гены роста, что делает рак беспомощным против собственных реакций иммунной системы пациента, - Деллин внезапно нахмурился. - Боже, извините, я, должно быть, всем надоел до смерти. Это не совсем барная болтовня.
- О, это очень увлекательно, - настаивала Клэр, но затем более мрачные воспоминания начали портить часть её увлечения.
Деллин был обвинён в совершении преступления в армии, привлечён к ответственности... Последнее, что Клэр хотела сделать, это бросить вызов Деллину или поставить его в затруднительное положение, но её желание прощупать его по этому вопросу было слишком непреодолимым.
"Интересно, что бы он сказал, если бы..."
- Так о чём мы говорим, - продолжила она, - кто-то тайком пробирается к озеру Стефани и сбрасывает в него токсины?
- Вероятно, не кто-то, - ответил Деллин без колебаний. - После Второй мировой войны армейский авиакорпус закопал много неизрасходованного взрывчатого вещества в этом конце парка. Большинство авиабомб той эпохи содержали взрывчатые соединения на основе аммиака. Эти же виды соединений являются хорошо известными химическими мутагенами. Во время войны Форт Алачуа был армейским центром бомбометания. Они испытывали здесь различные виды бомб на устаревших кораблях, которые они выставляли в заливе. Это был также учебный полигон. Но часть тех порохов, которые они закапывали, просачивалось в водные системы внутренних островов. К сожалению, тогда не было никаких правил сброса отходов. Их единственной заботой была победа в войне, а не защита окружающей среды.
Небрежный ответ на вопрос Клэр успокоил её. Это не объясняло уведомление о преступлении, и она не могла его в этом упрекнуть. Но внезапно обвинения Адама показались ей гораздо менее вероятными.
Деллин улыбнулся.
- Что касается гораздо более интересной темы, о которой вы все говорили, когда я пришёл...
- Монстр на болотах, - сказал Рик, хотя и ухмыльнулся.
- Да, это был один из слухов, я боюсь, - признал Деллин. - Психопат или даже монстр. Всё, что Донна Крамер могла рассказать кому-то ещё, было просто основано на чрезмерно возбуждённом воображении. Местные браконьеры время от времени исчезают, и да, логично, что некоторые из них были съедены аллигаторами, потому что именно их они браконьерствуют в большинстве случаев. А некоторых, вероятно, съели акулы: они были пьяны в первую очередь, их каноэ перевернулись из-за их же неосторожности - мгновенная еда для акул. Но мельница слухов всё равно крутится, и мы говорим о классе людей, которые в основном необразованны и гораздо более склонны к бреду, связанному с алкоголем и наркотиками. В каждом месте будет своя собственная версия джерсийского дьявола, или человека-козла, или чудовища Лох-Несс. Это, как раз, наша версия.
- Слава богу за деревенщин, - сказал Рик. - Жизнь была бы такой скучной без них.
- Это примерно то же самое, что сказала Кэри Энн Уэллс на днях, - предложила Клэр, - перед тем, как её забрала скорая помощь. Она сказала, что на неё что-то напало - не человек, а монстр.
- Или розовый слон, - сказала Джойс. - Этот кристаллический метамфетамин заставляет тебя видеть всё.
- И насколько я понимаю, - сказал Деллин, - она была давней наркоманкой. Результатом являются всевозможные бредовые расстройства, а затем откровенная шизофрения. Это ужасная трагедия. Наркотики заставляют людей смывать свои жизни прямо в унитаз.
У Деллина были разумные ответы на всё, что ещё больше побудило Клэр отбросить любые намёки Адама. Однако был ещё один вопрос, и Джойс задала его прежде, чем Клэр успела:
- Но, блин, Деллин, нашим доверчивым умам нужно, чтобы ты разгадал ещё одну загадку. Что именно случилось с Грейс, Донной и Робом?
Деллин пожал плечами.
- Я их уволил.
- За что? - спросил Рик. - Мы слышали...
Деллин весело кивнул.
- Что они были заключёнными, наркоманами, ворами - я знаю. Я тоже слышал все эти истории. По правде говоря, они не были никем из этого, они были просто безответственными, некачественными сотрудниками. Я имею в виду, это была не просто небольшая халатность здесь и там, это было открытое злоупотребление своим положением. Они устраивали вечеринки в джакузи каждую вторую ночь в коттедже Грейс, когда они должны были быть на дежурстве. Однажды ночью я поймал их, поэтому уволил. У меня не было выбора. Это было моим плохим решением нанять их в первую очередь, и Гарри был очень зол на меня, потому что у нас как раз в это же время начинался большой сеанс терапии. Мне пришлось отнять драгоценное время, чтобы заменить их. Я определённо мог бы лучше судить о характере; насколько я мог судить, их военные записи были вполне неплохими, - ещё одна сдержанная улыбка в сторону Клэр. - Но вы мне нравитесь гораздо больше, чем они, и я уверен, что всё будет хорошо. Как ни странно, хорошо, что я уволил предыдущую команду.
Клэр чуть не поникла от этой улыбки.
- Ну, - сказала Джойс. - Мы обещаем, что никаких вечеринок в джакузи не будет.
Ещё один комментарий, адресованный Клэр:
- Мне всё равно, что вы делаете - только, пожалуйста - не во время дежурства. Гарри сдерёт с меня кожу живьём.
Вокруг них повеяло восхитительным пряным ароматом, когда снова появилась барменша с заказом Деллина на вынос.
- Мне пора бежать. Увидимся в понедельник.
Настроение Клэр резко упало. Ей хотелось сказать что-нибудь, чтобы удержать его там, хотя бы ещё на минуту. Потом она вспомнила...
- О, Деллин? И последнее, раз уж ты всё равно здесь.
- Конечно, - сказал он.
- Помнишь, как ты мне показывал клинику на днях? Ты показал мне ту комнату, где стояла большая машина с насадками? Ты говорил, что это отличный пример траты федеральных налоговых долларов, потому что в клинике она тебе не пригодилась, но они всё равно её установили?
Деллин постоял немного в тишине, размышляя.
- Нет, я...
- Ты сказал, что это убийца опухолей. Усиленное облучение или что-то в этом роде.
- О, да, ты имеешь в виду УМИ. Это могло бы быть сиденьем для унитаза за полмиллиона долларов, потому что нам оно не нужно. Но что...
- Я где-то читал, что у Майкла Джексона сиденье для унитаза за полмиллиона долларов, - перебил его Рик. - Чистое золото.
Джойс поморщилась.
- Заткнись.
- В любом случае, - закончила Клэр Деллину. - Оно исчезло.
Деллин озадаченно посмотрел на неё.
- Что исчезло? Ты не имеешь в виду УМИ?
- Да. Я проводила обычный осмотр дверей в свою последнюю смену, поэтому заглянула туда, а комната была пуста. Сопла, стол, все компьютеры и мониторы - всё исчезло. Для меня не было большой проблемой, что эта штука исчезла - я была уверена, что ты или Гарри просто приказали вернуть её поставщику. Я не понимаю, как и когда. Кто бы ни пришёл и не забрал её обратно - кто-то в клинике должен был открыть для них главные ворота и зарегистрировать их вход и выход. Никто из охраны этого не сделал, и компьютер должен был зафиксировать время открытия и закрытия ворот, но в системе вообще нет никаких записей.
Наконец Деллин вышел из своего замешательства.
- Я никогда не отдавал её обратно, и я не могу поверить, что Гарри сделал это, не сказав мне, и даже если бы он...
- Как я уже сказала, - добавила Клэр, - время входа и выхода автоматически регистрировалось бы в компьютере. Но этого не было.
Рик посмотрел на Джойс, покачав головой, делая очередной глоток пива.
- Я даже не знаю, о чём они говорят.
- Рик, ты никогда не знаешь, о чём говорят другие, - сказала ему Джойс. - Никогда. Так что ради Бога. Пожалуйста. Просто заткнись.
- Это действительно странно, - сказал Деллин. Он казался по-настоящему озадаченным, даже немного злым. - Я должен отвечать за всю логистику клиники. Похоже, я не очень хорошо справляюсь. Я не могу представить, чтобы кто-то украл Систему интенсивной лучевой терапии.
- Я не могу представить, чтобы кто-то даже сказал это, не говоря уже о том, чтобы украсть, - сказал Рик.
Его следующий глоток пива капнул, когда Джойс толкнула его локтем в рёбра.
- Серьёзно, - продолжил Деллин, больше обращаясь к Клэр. - Что-то настолько большое? Его же не могли украсть, не так ли?
- Я вообще не думаю, что это возможно, - сказала Клэр. - Не похоже, чтобы какой-то мошенник-сотрудник мог положить такую штуку в карман и уйти с ней. Просто невозможно, чтобы это оборудование вынесли из здания за такой короткий промежуток времени, чтобы никто не увидел, и нет возможности пронести его через главные ворота без разрешения. В любом случае, ключ от комнаты есть только у нас четверых, плюс Гарри.
- Я не брал его, клянусь! - сказал Рик. - Хотя, честно говоря, я думал об этом, но когда я спросил своего скупщика, сколько он даст мне за систему интенсивной лучевой терапии за полмиллиона долларов, он выгнал меня, сказав вернуться, когда у меня будут хорошие часы.
- Деллин? - предложила Джойс. - Я убью его, если хочешь. Только скажи, и я это сделаю. Я прикончу его прямо здесь.
Деллин даже не услышал её; его раздражение было вызвано не словесными выходками Рика, а явно информацией.
- Я действительно в тупике.
- Мне жаль, что достаю тебя рабочими делами в твой выходной, - сказала Клэр.
- Забудь об этом; это твоя работа - рассказывать мне. Я просто не могу понять, - Деллин провёл рукой по щеке, размышляя. - Ничего из этого не имеет смысла.
Клэр успокоилась, что её отчёт не донимал его.
- Было это, и вторая поставка от "Нанотехнологий Ходдера". Это тоже показалось мне странным, так как мы только что получили первую.
Теперь Деллин потирал глаза, наполовину посмеиваясь про себя от раздражения.
- "Нанотехнологии Ходдера". Вторая поставка. Ещё больше элементов магния-железа?
- Да, именно так. То есть ты об этом не знал?
- Нет. Я не знал. И да. Это странно. Это более чем странно. Это, должно быть, ошибка. Эти сборки элементов служат по крайней мере шесть месяцев на единицу.
- Сколько единиц установлено в клинике?
- Только одна.
Всё, что могла сделать Клэр, это пожать плечами.
- "Нанотехнологии Ходдера", должно быть, думают, что у нас их две. Они доставили ещё один заказ в понедельник.
- Хочешь, я спрошу у своего скупщика, сколько он нам даст за сборку элемента магния-железа? - предложил Рик.
Джойс погрозила пальцем прямо перед его лицом.
- Цементный болван, у них тут личный рабочий разговор. Это значит, что Великому рассказчику пора закрыть дыру в лице и перестать шуметь.
Деллин улыбнулся всему этому беспорядку.
- Ну, мой сэндвич остывает, и последнее, о чём кто-либо из нас должен беспокоиться в выходные, - это такая дрянь. Я... исправлю это в понедельник. Увидимся позже.
Они все попрощались, когда он ушёл, но перед тем, как уйти, он подмигнул Клэр.
"Ох, чего бы я не сделала..."
- Эй, Клэр, - сказал Рик. - Теперь можешь выключить автомат для игры в пинбол.
- А?
- Потому что именно так твоё лицо светилось всё время, пока он был здесь.
- Это не так!
Джойс подняла брови, кивнув.
- Ну, ладно. К чёрту, - сдалась Клэр.
Ей просто придётся больше работать, чтобы быть менее заметной. Гораздо больше.
- Он действительно красивый парень, - заметила Джойс.
- Точно как я, - вклинился Рик.
- Да, Рик, но у Деллина есть кое-что, чего нет у тебя.
- Назови хоть одно.
- Ум. Проницательность. Изысканность.
- Я сказал, назови одно, - Рик усмехнулся. - И кому всё это нужно, когда ты можешь быть таким чертовски интересным, как я?
- Какой болван.
- Да, но я твой болван.
Джойс и Рик теперь целовались, и это были не поцелуи в щёку. Клэр заказала ещё пива, и когда она мельком огляделась, несколько других пар в баре тоже целовались. Через плечо одной женщины Клэр увидела через окно отъезжающий "Мерседес" Деллина.
Было весело проводить время с Джойс и Риком, но внезапное появление Деллина испортило ей настроение. Она была рада его видеть, но теперь, когда его не стало, она чувствовала себя подавленной. Романтическое веселье вокруг неё казалось сюрреалистичным, детали и пропорции деформировались. Она слышала мокрые, сосущие поцелуи; она видела влажный блеск на соединённых лицах. Когда она снова взглянула на своих спутников, они занимались этим, грудь Джойс прижималась к груди Рика, её рука под барной стойкой скользила вверх по шортам Рика. Но каким-то образом это было не похотливо, а страстно, их поцелуи соединяли их в их любви, подтверждая их искреннюю потребность друг в друге. Клэр на самом деле немного напряглась, наблюдая за ними, не потому, что публичное зрелище было слишком явным, а потому, что это возбуждало. Это заставило её пожелать, чтобы она делала то же самое - с Деллином.
Клэр выдавила из себя улыбку, несмотря на своё уныние.
"По крайней мере, кто-то сегодня хорошо проведёт время".
- Прекрасная ночь, не правда ли?
- Тихо!
Синни не позволяла себе унывать - даже после того, как он ударил её ранее в трейлере. Она была позитивисткой. Они оба были раздражены от ломки и без денег, но Синни была полна решимости сделать это. Он сказал, что она слишком много говорит, и что это действует ему на нервы; Харли Мак был хорошим человеком, но когда он слишком долго обходился без льда, он становился злым. Обильное питьё немного снимало остроту, как в ту ночь, когда они пришли сюда, и Синни укусила большая толстая жаба и змея. Харли Мак ударил её всего несколько раз в ту ночь, и позже он извинился. Но сегодня у них не было денег даже на бутылку дешёвого виски.
Отказ от алкоголя сделал Харли Мака действительно злым.
Он высадил её на пару часов на тридцать четвёртой улице, вдоль дороги между мотелем и стриптиз-клубом, но это было бесполезно. Синни не возражала против занятий проституцией, если это означало деньги для их отношений - она бы сделала всё ради этого. Некоторые из мужчин, которые её подбирали, были не очень приятными и плохо пахли.
"Но кто сказал, что жизнь легка?" - рассуждала она.
Её мать всегда говорила ей - когда она сама занималась проституцией:
"Трудности полезны для души, дорогая. Это Божий способ испытать нас. Моисей терпел трудности, Иисус терпел трудности, и поэтому мы тоже должны терпеть трудности".
Синни смотрела на жизнь так же - хотя она сомневалась, что Моисею или Иисусу когда-либо приходилось трахаться с вонючими деревенщинами ради денег на метамфетамин.
Когда Харли Мак позже забрал её, он сильно ударил её в челюсть, когда она призналась, что не получила ни одного цента. Она ходила с дурацкими мыслями минут десять и видела звёзды, а он говорил ей много подлых вещей: "Боже мой, девчонка! Ты больше не можешь продать свою тощую задницу даже за десять баксов!" и "Бесполезная сука! Мне следовало бы вырезать твоё сердце и почки и продать их людям, которым нужна трансплантация, потому что ты не стоишь ни КАПЛИ ДЕРЬМА!"
Нет, Харли Мак был невесел, когда он становился таким, но это не помешало решимости Синни. Нужно принимать плохие времена вместе с хорошими.
Было уже поздно; они вытащили лодку на берег и накрыли её пальмовыми листьями на опушке леса, и теперь они тайком возвращались в ту клинику, где были все лекарства. Бóльшую часть из них составлял морфин, как сказал Харли Мэк, потому что это была онкологическая клиника, и они собирались продавать его за деньги, чтобы получить метамфетамин. Синни была впечатлена её этикой наркомана.
"Я бы НИКОГДА не стала употреблять морфин! Это то же самое, что героин. Единственные, кто употребляют морфин, - это белое отребье!"
- Харли М...
Примерно за то же время, что требуется глазу, чтобы моргнуть, Харли Мак развернулся, схватил своей большой грязной рукой рот Синни и сжал ей губы так сильно, что она заскулила.
Палец был направлен ей прямо в лицо, как пистолет.
- Ни слова, - сказал он, стиснув зубы от ломки. - Я не вернусь в тюрьму из-за твоего нытья и стонов. Если ты скажешь ещё хоть слово, прежде чем мы попадём в клинику, я откушу тебе губы и склею зубы клеем. Поняла?
Синни энергично кивнула, несколько слёз боли сверкнули в уголках её глаз.
"Я НЕНАВИЖУ, когда он так делает! - подумала она, когда его пальцы отпустили её губы.
Иногда он делал это слишком сильно, её губы так сильно распухали, что напоминали большую розовую присоску. Но она знала, что не стоит его раздражать, не когда он такой сильно чокнутый.
"Посмотри на светлую сторону - через час или два у нас будет целая куча хлама, чтобы продать наркоманам, и мы будем во льде месяцами!"
Это было замечательно в Синни. Всегда была светлая сторона в том, чтобы быть разорённым, тощим, нищим деревенщиной, живущим в ржавом трейлере и абсолютно никуда не идущим.
Харли Мак принёс свои отмычки - он был очень хорош с ними, он научился ими пользоваться, когда сидел в тюрьме. Он мог открывать ими двери обычно за то же время, что и настоящим ключом, но он уже сказал, что не будет использовать их, чтобы попасть внутрь клиники. Те внешние двери были с сигнализацией. Вот почему он принёс цилиндровый домкрат и длинный лом.
- Мы войдём через пол, - сказал он.
Синни понятия не имела, как он собирался это сделать, но она не осмелилась спросить. Но её самое большое беспокойство преследовало её всю ночь.
Эта жаба.
И эта ужасная двухголовая змея.
Обе отвратительные твари укусили её, и у неё всё ещё были следы. А теперь её живот скрутило, потому что Харли Мак стоял на коленях за клиникой и откручивал вентиляционную сетку, которая была установлена на цементном основании здания.
"Мы ползём туда, - поняла Синни с немалым страхом. - Там будет темно, скользко и мерзко, и я готова поспорить, что там под ней ещё куча этих клыкастых жаб и двухголовых змей..."
Харли Мак снял сетку меньше чем за минуту; это было впечатляюще - он сделал это, используя только лунный свет, чтобы показать ему, где находятся винты.
Но Синни знала, что там под ней не будет никакого лунного света.
Он посмотрел на неё, говоря грубым шёпотом.
- Мы сейчас заходим, и помни, ни слова, пока не войдём. А теперь дай мне фонарик.
Ещё один приступ страха пробежал по её позвоночнику.
- Фонарик...
- Я же сказал тебе взять фонарик, - сказал он самым мёртвым тоном. - Если ты забыла фонарик, я сломаю твою тощую шею прямо здесь.
К сожалению, у Синни не было хорошей памяти на детали. Она взяла с собой сумку с сигаретами, а также несколько очень больших чёрных пластиковых мусорных пакетов, чтобы они могли вынести наркотики.
Но она не помнила, чтобы когда-либо клала туда фонарик.
Её рот открылся.
Харли Мак встал и посмотрел на неё с совершенно пустым лицом.
- Ты тупая безмозглая сука. Ты забыла фонарик. Теперь мне придётся идти обратно в трейлер, чтобы забрать его. Но знаешь что? Я вернусь в трейлер один, потому что я убью твою бесполезную задницу прямо здесь и сейчас. Я избавлюсь от тебя раз и навсегда, потому что ты - самая большая головная боль...
Синни полезла в сумку, затем протянула Харли Маку фонарик.
- Ты моя хорошая девочка... - сказал он.
"Спасибо Иисусу и Моисею! Спасибо за то, что положили этот фонарик в мою грёбаную сумку!"
Съёжившись, она последовала за Харли Маком в дыру, ползая на животе. Ей более или менее пришлось следовать за его шаркающими звуками, потому что она едва могла видеть свет впереди себя. На улице было достаточно жарко, но здесь внизу было как сто двадцать градусов. Пот сразу же пропитал её кожу, и вся пыль и грязь здесь просто прилипали к ней. Каждое движение вперёд заставляло её молиться, чтобы её рука или колено не приземлились на одну из этих змей, и вскоре стало ещё хуже, потому что Харли Мак двигался намного быстрее; теперь он был намного впереди неё.
Как раз когда она больше не могла видеть никакого света...
"Если я потеряюсь здесь внизу, и ему придётся искать меня..."
Она услышала, как работает домкрат.
"Я ваша должница, Моисей и Иисус..."
Она следовала за ровным металлическим лязгом, пока не нашла его снова.
- Скоро мы получим свой кусок пирога, детка, - сказал он, поворачивая ручку домкрата.
Плоская распорная пластина на конце лома поднимала пол снизу; Синни слышала, как он потрескивал.
Она была рада видеть, что он счастлив. Потребовалось некоторое время, но в конце концов его усилия подняли достаточно большой квадрат пола, чтобы он мог полностью его сломать, как люк, и затем он полез наверх.
Наверху загорелся свет; отверстие стало ярко-белым. От одного вида этого света Синни почувствовала себя лучше - внизу, во влажной темноте, она чувствовала себя настороженной, нервной. Затем:
- Иисус Христос в киоске с хот-догами...
- Что там? - прошептала она.
В проёме появилась голова Харли Мака, ухмыляющегося сверху.
- Сегодня удача на нашей стороне, детка!
- А?
Он наклонился и вытащил Синни через отверстие за одно запястье. Следующее, что она осознала, - это то, что она стояла на ногах в маленькой ярко освещённой комнате, полной полок.
- Ты можешь в это поверить? Комната, в которую мы врываемся, как раз и есть шкафчик с наркотиками!
На полках стояли маленькие коробки и бутылочки. Синни увидела на них странные слова: МОРФИН, ГИДРОМОРФОН, МОРФИН ПРОЛОНГИРОВАННОГО ДЕЙСТВИЯ. Ниже стояли коробки с пергаминовыми флаконами, на которых было написано СУЛЬФАТ МОРФИНА. Это, в общем-то, говорило само за себя.
Харли Мак обнял Синни своими мускулистыми руками и поцеловал её.
Синни была в шоке.
- О, детка, прости, что я обращаюсь с тобой как с дерьмом и бью тебя, но это просто потому, что я вымотался. С этим уловом мы надолго обеспечены. Я куплю тебе хорошие вещи, такие, какие ты заслуживаешь, и много льда, - он крепко обнял её. - О, детка, я так тебя люблю!
Синни разразилась радостными слезами, с синяками, сморщенными губами и всем остальным. Как раз когда она попыталась поцеловать его в ответ, он сунул ей один из чёрных мусорных пакетов.
- Вот. Начинай заполнять его.
Потребовалось всего пять минут, чтобы очистить полки от их сокровищницы наркотиков. Уличная стоимость, вероятно, будет пятизначной. Но эйфория Синни была не только от счёта, она была от её любви.
"Не беспокоясь о наркотиках, мы можем иметь нормальные любовные отношения - как и должно быть!"
- Это было быстро, да?
Синни посмотрела в зубастую улыбку. Затем Харли Мак бросил оба пакета в яму.
- Самое умное, что можно сделать, это убраться отсюда прямо сейчас.
- Давай сделаем это! Давай вернёмся в трейлер и обнимемся!
Харли Мак пожевал внутреннюю часть губы.
- Блин, нам нужно хотя бы быстро взглянуть. Кажется неправильным проделать весь этот путь только для того, чтобы вломиться в одну комнату.
Синни это не понравилось.
- Но мы уже получили то, за чем пришли.
- Может, есть ещё кое-что. Может, там сейф или ящик для мелкой наличности. Пошли.
"Проклятие!"
Поворот ручки защёлки был всем, что нужно было сделать, чтобы открыть дверь. Теперь они стояли в длинном освещённом коридоре, и внезапно оба смотрели на одно и то же.
Дверь в конце коридора.
- Она выглядит не так, как другие двери, - заметила Синни.
- Это потому, что это дверь безопасности. На замке есть кодовая панель.
- Что это значит?
- Это значит, что я не могу её взломать, и это значит, что дверь, вероятно, запрограммирована, - глаза Харли Мака сузились. - Но это ещё не всё.
- Что?
- Это значит, что у людей, которые управляют этим местом, есть что-то за этой дверью, что для них более ценно, чем эта грёбаная куча героина, которую мы только что набрали. Ни за что на свете мы не уйдём отсюда, не осмотревшись.
- Ты только что сказал, что там есть кодовая панель, - заныла Синни. - Сработает сигнализация!
- Да, так и будет, если мы выломаем дверь. Но не если мы обойдём её.
И тогда Синни поняла.
Они снова спустились в дыру и оказались в жаркой темноте. Синни поняла, что жаловаться - плохая идея, это испортит хорошее настроение Харли Мака. Она легла на живот и, ползая по вонючей грязи и пыли, последовала за своим героем, волоча за собой пакеты. Десять минут спустя Харли Мак и его домкрат проделали ещё одну дыру в полу, и они поползли наверх.
- Смотровая. Большое дело.
Теперь они стояли в типичной смотровой, которую можно найти в кабинете врача. Когда Харли Мак открыл дверь, он обнаружил за ней похожую комнату. Синни открыла вторую дверь...
- Здесь коридор.
- Давай сделаем это быстро. Просто поищи лекарства или сейфы; встретимся здесь через пять минут. Ты иди туда, я пойду сюда.
Распухшие губы Синни приоткрылись, чтобы возразить...
- Не начинай, - предупредил он. Он коснулся её губ указательным пальцем. - Я сделаю их ещё толще, если ты начнёшь ныть.
Синни ни за что не хотела этого снова. Её губы уже были похожи на пару сжатых вместе сосисок, и они болели чертовски.
"Просто сделай, что он говорит..."
Пока что все двери были открыты, и за ними не было ничего интересного. Ещё одна смотровая, комната для собраний, комната с кучей компьютеров. Однако, направляясь к тому, что должно было быть дальним задним углом здания, она открыла дверь и обнаружила комнату, в которой не было ничего, кроме круглой дыры в полу, похожей на люк.
"Мы приложили все усилия, чтобы сломать пол домкратом, когда могли бы использовать это?"
Но когда она посмотрела вниз, то увидела, что это не так. Металлическая лестница спускалась вниз по меньшей мере на десять футов, намного ниже уровня земли под клиникой.
"Похоже на большую трубу", - сделала она вывод, прищурившись сильнее.
Похоже, лестница спускалась в канализационную трубу диаметром не менее пяти футов.
"Ладно. И что дальше?"
Она просто хотела закончить поиски и уйти.
- Чёрт, здесь ничего нет, - пробормотала она.
Ещё несколько дверей открыли офисы, конференц-зал, лабораторию, кладовку для уборщиц. Ничего интересного.
Синни нахмурилась, когда открыла последнюю дверь в коридоре. Ещё одна смотровая. Но больше остальных, и у одной стены было четыре отдельных смотровых зоны, которые были отгорожены занавесками. Металлические шкафы, установленные над стойкой, показывали различные препараты через свои стеклянные панели, но шкафы были заперты.
"Стоит ли мне их сломать? - спросила она себя. - Нет, я лучше пойду за Харли Маком, посмотрю, что он хочет".
Но потом ей пришла в голову идея получше.
Им пока что очень везло. Зачем портить удачу жадностью?
"Это глупо. У нас и так полно хлама. Я просто не буду рассказывать Харли Маку об этих шкафах. Чёрт возьми, я просто хочу домой!"
Она как раз собиралась уходить, когда...
Её глаза расширились. Она что-то услышала?
"Что это было... что?"
Может, она вообще ничего не слышала. Наверное, ей просто показалось...
Затем она снова услышала это, тихий звук, почти как вздох.
Очень медленно её широко открытые глаза обратились к ряду занавешенных секций.
"Нет! Я не буду смотреть за эти занавески!"
Вздох снова выскользнул наружу, и когда она сосредоточилась, ей показалось, что она услышала что-то ещё более тихое: слабый гул, как от далёкой машины.
Если здесь действительно кто-то был, ей нужно было это выяснить и рассказать Харли Маку. За этими занавесками мог быть пациент.
Дрожа от страха, Синни подошла к первой занавеске, заглянула в щель.
Никого!
Затем она полностью отдёрнула занавеску. Это была пустая койка для выздоравливающих, и это то же, что было за второй занавеской. Её сердце немного замедлилось, так как её страх пошёл на убыль.
Третья секция была другой. Там был длинный металлический стол с двумя канавками посередине, который напомнил ей какую-то катящуюся дорожку, а во главе стола было широкое устройство, похожее на люк, с круглым окном в нём.
"Чёртова стиральная машина! - она рассмеялась над собой. - Большая, как в прачечных. Должно быть, здесь они стирают халаты и постельное бельё клиники. Какая же я трусиха! - подумала Синни. - Что-то звякнуло из стиральной машины! И это, должно быть, сушилка здесь, за последней занавеской. Вот что значит гудящий звук".
Теперь, не боясь, она отдёрнула занавеску и...
За ней не было никакой "сушилки".
Крик вырвался из её груди, как взрыв бомбы. Слюна слетела с её губ, а глаза вылезли из орбит. Перед ней на мягком столе лежала дрожащая голая женщина, которая, должно быть, была на девятом месяце беременности. Ремни прикрепляли её к столу, а ноги были подняты и выпрямлены в гинекологических стременах, к которым были пристёгнуты её лодыжки. Пот так обильно покрыл кожу женщины, что она казалась залитой маслом. Огромный беременный живот бурлил.
Ужас отбросил Синни на целый ярд; она ударилась о рифлёный стол позади себя и упала набок.
- Харли МААА-ААА-ААА-ААА-АААК!!
Лицо Харли Мака смотрело прямо на неё с другой стороны.
"Он внутри этой стиральной машины!"
Конечно, она не могла ничего из этого предугадать. Беременная женщина начала что-то ей бормотать, пуская слюни. Гудение исходило от стиральной машины, и первым побуждением Синни было открыть её, вытащить Харли Мака, но когда она дёрнула за ручку, ничего не произошло.
Харли Мак был заперт внутри.
В отчаянии она снова посмотрела в окно, и вот тогда она поняла, что это не стиральная машина.
Она не вращалась, и внутри начало светиться что-то яркое и оранжевое. Лицо Харли Мака было прижато прямо к стеклу, как и его руки. Он смотрел на неё, крича. Синни могла только оглянуться в ужасающем замешательстве.
Лицо Харли Мака выглядело так, будто оно готовилось.
Каждый раз, когда он открывал рот, чтобы закричать, из него выходил дым. Теперь он кувыркался там, ещё больше дыма сочилось из его волос, пар выходил из ушей, а затем...
Шлёп!
Его глаза взорвались о стекло, жидкости мгновенно закипели.
Крики Синни закружились позади неё, когда она вылетела из ужасной комнаты. Теперь единственным импульсом было побег, и хотя в её психике не было места для расчётов, какая-то низменная часть её разума смогла распознать несколько дедуктивных моментов. Харли Мак не сам попал в люк - кто-то посадил его туда, и они, очевидно, сделали это в течение последних нескольких минут.
Так что тот, кто это сделал, вероятно, всё ещё был здесь.
Она промчалась по коридору, рванула за угол. Она прижалась к стене, прислушиваясь сквозь стук своего сердца к звуку шагов за ней, но ничего не услышала.
Она не помнила, как вернуться в комнату, через которую они вошли; вместо этого её подтолкнул инстинкт. Иисус и Моисей вели её во весь опор - первой дверью, которую она распахнула, была та самая, секция пола, разорванная и открытая, словно ожидающая её. Синни прыгнула внутрь, с грохотом упала на колени...
"Я выбралась!"
Но...
Она выглянула из маленького блока света, в котором стояла на коленях. Приторная, жаркая темнота смотрела со всех сторон. Без фонарика, как она найдёт дорогу обратно к куску пола, который они сняли? Её сердце колотилось, её дыхание было близко к точке гипервентиляции. Ей и в голову не приходило, что она теряет драгоценное время.
"Просто иди! Ползи по прямой, пока не доберёшься до внешней стены, а затем просто следуй по ней, пока не доберёшься до дыры..."
Это был единственный вариант, но он никогда не представится ей.
За долю секунды до того, как она начала выползать, она снова закричала, высокий, резкий вопль, больше похожий на крик животного, которого волочат вниз челюсти леопарда.
Рука протянулась вниз, схватила её за волосы и потащила обратно в здание.
В коттедже было жарко, когда Клэр вернулась; она забыла оставить кондиционер включенным, но после секундного раздумья решила оставить его выключенным и вместо этого открыть шторы и длинные раздвижные стеклянные двери. Она выключила весь свет и некоторое время просто стояла, просто глядя на залитый лунным светом залив и чувствуя, как бриз проникает сквозь окна. Чистое спокойствие принесло ей облегчение.
Бесцельный взгляд в одну сторону показал ей проблеск следующего коттеджа: миссис Грейбл.
"Только не это снова", - подумала она.
При свете свечей миссис Грейбл исполняла ещё один знойный танец для своего мужа, двигаясь, как вампирша, в тенях и тусклых полосках света. Клэр отвернулась.
"Да. Это снова", - подумала она, потому что, когда она отвела взгляд от коттеджа Грейблов, он тут же упал на коттедж Джойс.
Рик и Джойс нагло занимались любовью прямо на заднем балконе, гладкие ноги Джойс плотно обхватывали спину Рика. Их выдавали контуры их тел, луна подчёркивала линии мерцания от пота на их коже. Клэр чуть не поморщилась, отводя взгляд. На этот раз она не хотела смотреть.
Любовь была вокруг неё сегодня вечером, но не для неё.
Она поплелась обратно в свою гостиную, снимая по очереди топ, шорты и трусики, а затем легла на длинный диван. Теперь её недовольство уже не было для неё загадкой; её влюбленность в Деллина была настолько сильной, и теперь она знала, как бесполезно было просто продолжать приказывать себе отвлечься от этого.
"Этого не случится", - подумала она, свернувшись на диване в позе эмбриона.
Вечер в баре был очень весёлый; она позволила ей почувствовать себя частью чего-то нового - и ей это нравилось - но теперь всё закончилось, и она снова осталась одна, в темноте.
Она решила снова поспать на диване, внезапно слишком подавленная, чтобы даже пройти короткое расстояние до спальни. Невольно её взгляд упал на большой пустой экран телевизора прямо перед ней, затем ниже, на полку для хранения на телевизионной тумбе. Она увидела там коробку из-под обуви, в которой лежали непристойные видеокассеты. Она вспомнила, что это была упаковка из трёх кассет, но в упаковке было всего две кассеты. Подсказка не покидала её: где третья кассета? Что на ней? Однако двух кассет было достаточно, эротические откровения слишком запечатлелись в её памяти. Да, Грейс Флетчер и её коллеги были извращённой компанией. Было шокирующе видеть такие вещи на экране телевизора, но ещё более шокирующим было видеть, как её старая подруга Донна Крамер так рьяно принимает в этом участие.
"Донна никогда не казалась распутной, но... Кого я обманываю? - подумала Клэр, закрыв глаза. - Наверное, я просто завидую и не признаюсь в этом. Девушка, которая никому не нужна, всегда первая называет кого-то шлюхой".
Затем, так же непреднамеренно, она поймала себя на мысли, что в коробке из-под обуви всё ещё лежит прозрачно-зелёный вибратор.
"Великолепно..."
Её запреты и ухудшающаяся самооценка столкнулись с её воспоминаниями об изображениях с плёнок и даже с мыслями о Деллине сейчас. Она знала, что нарастающее возбуждение было не таким уж искренним и скорее реакцией на её разочарование. Она не смела мастурбировать; это было бы слишком нереально, это ещё больше угнетало бы её.
Лёгкий бриз продолжал дуть с залива. Она знала, что ей следует запереть раздвижные двери и задёрнуть шторы, хотя бы из соображений безопасности. Затем мимолётная мысль:
"Монстр в лесу..."
Она сонно усмехнулась.
"И к чёрту задёргивание штор. Спать голой на диване прямо перед раздвижными шторами было бы невозможно в любое другое время, но: сомневаюсь, что даже такой извращенец, как Адам, не будет спать в этот час, а если и не будет - мне всё равно".
Сон был тем, что ей было нужно. Случайная депрессия пройдёт завтра, и она сможет начать всё заново.
"Да. Просто хороший, долгий сон".
Казалось, через несколько мгновений её глаза резко открылись ослепительно-белому свету. Её сердце колотилось от непрерывного, леденящего кровь крика, но когда адреналин и инстинкт подтолкнули её броситься за оружием, уловка прерывистого сна рассеялась.
"Господи Иисусе!"
Обнажённая, потеющая и дрожащая, она скатилась с дивана, грохнувшись на пол. Действительно, хороший, долгий сон. Ночь прошла в жестокой спешке; настенные часы показывали десять утра! Этот ослепительно-белый свет оказался солнцем, падающим с крыльца, а криками?
Это был просто телефон, установленный слишком громко для неё.
Казалось, он звонил так много раз, что она думала, что звонящий сдастся прежде, чем она до него доберётся.
- Алло?
- Привет, Клэр, это Деллин. Мне очень жаль, что беспокою тебя.
"Деллин!"
Но её разум был заторможенным, вялым. И его тон звучал неправильно.
- Что-то не так?
- Ну, я сейчас в клинике, - пауза. - Твой пейджер случайно не сработал вчера вечером?
Теперь она почувствовала себя ещё более одурманенной. Она тут же схватила пейджер, увидела, что никаких сообщений не было отправлено.
- Нет, и он был со мной всё это время. Деллин, что случилось?
- Я вспомнил, что ты упоминала вчера вечером в баре, о ненужной второй поставке от "Нанотехнологий Ходдера".
- Верно. Эти штуки с элементами. В подтверждении доставки было сказано, что они прибудут в понедельник, - сказала Клэр, пытаясь стряхнуть с себя паутину.
- Я планировал позвонить им сегодня, чтобы отменить заказ, но только сейчас до меня дошло, что их офисы закрыты по выходным. Поэтому я пришёл в клинику, чтобы отправить им факс, но не могу понять, как заставить этот чёртов факс работать. Не могла бы ты...
- Дай мне десять минут, и я буду там. Это просто, - внезапный всплеск энтузиазма нахлынул на неё; любой повод увидеть Деллина сделает её день. Но затем она на секунду задумалась. - Но, Деллин, почему ты спросил меня, сработал ли мой пейджер?
- Это ещё одно, - сказал он с некоторым беспокойством. - Что-то здесь не так. Я думаю, кто-то был в здании.
- Все внешние двери и окна подключены к системе сигнализации, - объясняла она, показывая Деллину показания на мониторе. - Ты должен знать, ты тот, кто заказал систему. И запись входа/выхода в компьютере показывает пшик за субботу вечером. Никаких разрешённых входов и никаких нарушений. Если бы кто-то взломал, не только сработала бы сигнализация, но и место нарушения было бы отмечено прямо здесь, на компьютере. Но как ты видишь...
- Ничего, - признал Деллин, изучая экран. - Но, чёрт возьми. Я уверен, что кто-то был в хранилище аптеки.
Клэр пожала плечами.
- Дверной замок запрограммирован. Если бы кто-то вошёл туда, код-ключ сказал бы нам, кто это был и во сколько. И если бы кто-то взломал замок, то же самое. Время взлома было бы записано.
- Хм-м-м...
- Давай посмотрим саму комнату, - предложила она. - Может, ты поймёшь, что не так.
Деллин последовал за ней, тихий, озабоченный. Она подозревала, что он чувствовал себя немного глупо, с этим "предчувствием", что что-то не так в хранилище. После его странного телефонного звонка в коттедже Клэр быстро приняла душ, надела форму и ремень с пистолетом и как можно быстрее отправилась в клинику.
"Похоже, это всего лишь ложная тревога", - поняла она теперь.
В её деле всегда было благоразумно, чтобы охранники были параноиками, но не клиент.
"Что, чёрт возьми, его беспокоит?" - задавалась она вопросом.
- И в этом ты тоже была права, - небрежно заметил Деллин. По пути по коридору он остановился и открыл дверь с надписью УМИ. Комната была пуста, как уже знала Клэр. - Я просто не понимаю, как всё это оборудование могло исчезнуть без моего ведома.
- Я уверена, что этому есть разумное объяснение, - попыталась она его заверить. - По одной загадке за раз.
В конце коридора Клэр отперла дверь в аптечный склад, включила свет. Ничего не показалось странным, и весь фармацевтический инвентарь оказался целым.
- Мне комната кажется нормальной, - сказала она. - Просто не торопись, подумай. Что в этой комнате тебе кажется неправильным?
Деллин расстроенно покачал головой.
- Не знаю - ты, должно быть, думаешь, что я идиот. Я не очень хорошо умею это выражать словами, но... - он прищурился, окидывая взглядом маленькую комнату. - Все лекарства здесь, но... они выглядят неправильно. Просто кажется, что некоторые из них не на своём месте.
Клэр достала небольшую коробку с таблетками с надписью МОРФИН ПРОЛОНГИРОВАННОГО ДЕЙСТВИЯ. Она открыла коробку, сняла крышку, но осталась довольна защитной пломбой.
- Я проверю каждую бутылочку, удостоверюсь, что пломбы не были сломаны.
- Нет, в этом нет необходимости. И это займёт несколько часов.
- Это моя работа, Деллин. Если ты думаешь, что здесь кто-то был, я должна расследовать все возможные случаи. Я позову на помощь Джойс и Рика.
Он снова покачал головой.
- Нет, это будет пустой тратой времени. Ты уже установила, что никто не входил в комнату.
- Ладно, - но Клэр не знала, что делать дальше, и она определённо не хотела намекать своему боссу, что он, должно быть, воображает. - Так ты думаешь, что некоторые коробки находятся не на своих местах? Что кто-то их передвинул?
- Да, мне так кажется. Но зачем кому-то это делать?
- Кто проводит инвентаризацию?
- Я.
- Как часто?
- Каждый раз, когда я выписываю рецепт, я вношу его в компьютер, и компьютер говорит, сколько лекарств находится здесь.
- Кто-нибудь время от времени заходит, чтобы перепроверить запасы или проверить сроки годности?
- Нет. Это тоже всё делается в компьютере. И я, Гарри и охрана - единственные люди с ключом. Мне очень жаль, что я привёл тебя сюда просто так.
- Это не проблема, Деллин, - сказала она ему, но её собственное разочарование начало царапать её.
Профессиональная стена, которую она знала, что должна поддерживать, просто продолжала трескаться местами. Это было с того дня, как она встретила его. Боже! В какой-то момент её ногти впились в бедро, пытаясь отвести взгляд. Она просто не могла не украдкой взглянуть на него через трещины в этой стене.
Ей стало легче, когда неловкое молчание прервалось.
- Подожди, есть ещё одна вещь, которую я могу проверить. Я не думала об этом до сих пор.
- Что это?
- Счётчик людей.
- А?
Она указала на крошечный блок на стене.
- Детектор движения. Они являются частью системы безопасности, и они по всему зданию.
Деллин казался одурманенным.
- Я даже не знал, что у нас есть датчики движения.
Она снова заперла комнату, отвела его обратно в офис службы безопасности. Однако её забавляло, как мало он знал о системе клиники.
- Они не срабатывают, да и не нужно, так как все внешние входы срабатывают. Мы называем это счётчиком людей, потому что он позволяет нам узнать, все ли ещё есть в здании, когда мы собираемся запереться.
- Хорошо, что ты знаешь, что делать, потому что я, чёрт возьми, не знаю.
- Давай, я тебе покажу. Я докажу, что в той комнате никого не было.
Вернувшись в свой кабинет, Клэр открыла нужную программу.
- Это займёт всего минуту.
- Хорошо. Я принесу воды в бутылках. Хочешь чего-нибудь?
- Конечно, кофе со льдом, если не возражаешь.
- Сейчас вернусь.
Датчики движения просто регистрировали движение размером с человека, не столько как функцию безопасности, сколько просто меру предосторожности. Если пожилой пациент терял ориентацию и терялся, датчики движения немедленно его находили. Это был лучший способ убедиться, что весь медицинский и обслуживающий персонал уйдёт, когда придёт время закрываться. Клэр ввела временной промежуток и вчерашнюю дату.
"Может быть, когда он увидит доказательства того, что никто не входил в хранилище, он поймёт, что он просто параноик".
Но к тому времени, как Деллин вернулся с их напитками, Клэр изумлённо уставилась на экран компьютера.
- Я признаю свою ошибку, - сказала она.
- Что ты имеешь в виду?
Затем она нажала на карту здания. В маленьком квадрате, который представлял фармацевтическое хранилище, мигнула красная точка.
- Это действительно странно, Деллин.
- Я не понимаю тебя. Что это за красная точка?
- Нарушение. Кто-то был в той комнате вчера ночью, сразу после часу. Ровно семь минут и одиннадцать секунд.
- Но я думал, внешние датчики показали, что никто...
- Верно. Никто не входил в здание ни через одно внешнее окно или дверь.
- Но это же не имеет смысла...
Клэр уже встала и вышла. Когда она снова открыла дверь хранилища, первое, что она сделала, это посмотрела вниз.
- Это моё воображение, или этого ковра здесь не было, когда ты впервые показал мне эту комнату на днях?
Деллин уставился вниз, расцветая пониманием.
- Я... Ты права! Здесь никогда не было ковра.
Клэр откинула ковёр. Был произведён очень кустарный ремонт. Большой кусок пола был изъят и потрескался. Потом кто-то пришёл, забил его на место и накрыл этим ковром.
- Невероятно, - сказал Деллин.
Клэр глубоко вздохнула.
- Для меня это имеет смысл, Деллин, - сказала она с сарказмом. - Кто-то проник в клинику через пол, прямо в хранилище наркотиков - и ушёл, не взяв ничего.
- А потом кто-то другой всё скрыл, - сказал Деллин. - Кто-то внутри.
Дальнейшее расследование программы обнаружения движения показало, что эта часть системы была отключена сразу после взлома. Ещё больше прикрытия. И Деллин был прав; всё это должно было быть сделано кем-то внутри, кем-то, кто намеренно пытался скрыть этот факт от службы безопасности.
"Это просто безумие", - подумала Клэр.
Деллин стоял прямо за ней у компьютерной консоли.
- Как начальник службы безопасности, - начал он подавленным тоном, - полагаю, я знаю, о чём ты думаешь. Ты уже исключила Джойс и Рика, потому что они были с тобой в баре, когда это произошло. Но кто покинул бар менее чем за час до взлома?
Клэр улыбнулась, несмотря на разочарование.
- Ладно, Деллин, буду честна. Примерно секунду я думала, что это можешь быть ты. Но потом я подумала обо всех остальных факторах и поняла, насколько это было бы нелепо. Зачем тебе вламываться в собственную клинику - через пол - и ничего не воровать? И зачем тебе скрывать это после того, как всё произошло? И как ты вообще можешь отключить определённые разделы программы сигнализации, когда совершенно очевидно, что ты знаешь об этой системе меньше, чем я знаю об операции на открытом сердце?
Он рассмеялся про себя, и когда он положил руку ей на плечо, Клэр почувствовала глубокую вспышку чего-то совершенно нереального - вспышку желания, как будто прикосновение было интимным.
"Но это не интимно", - так же быстро сказала она себе.
Прикосновение было случайным - она только хотела, чтобы оно было чем-то бóльшим. Ещё более раздражающим было столкновение восприятий, которое возникло - её тайная тоска по этому мужчине натолкнулась на множество препятствий. Её чувства мешали ей быть объективной, что было высшим признаком непрофессионализма.
- Так, Деллин, ты служил в армии, да? В химическом отделе или что-то в этом роде?
- Я служил в армии, да, - его тон уже звучал как признание. - Но не в химическом отделе. Я был научным сотрудником в отделе биологического оружия в Форт-Дитрихе. И я полагаю, что причина, по которой ты спросила, в том, что ты уже знаешь, что мне предъявлено уголовное обвинение. Это Адам тебе сказал, верно?
- Да, - сказала она, теперь виновато.
- Он никогда меня не любил, и я не знаю, как он получил эту информацию.
- Это не моё дело, Деллин. Я просто чувствовала себя обязанной спросить.
- Но это твоё дело, потому что ты думаешь, что это может быть связано с некоторыми проблемами, которые здесь происходят. Я хотел рассказать тебе в любом случае, чтобы ты поняла. Я бы чувствовал себя ужасно, если бы ты подумала, что я какой-то преступник.
Неловкость усиливалась. Клэр уставилась на экран компьютера, притворяясь, что что-то делает.
- Я санкционировал утилизацию инертного побочного продукта из эксперимента по синтезу, - продолжил он. - Некоторые люди там считали, что материал был опасным, секретным компонентом оружия.
- Что произошло дальше? - она знала, что должна была спросить.
Его рука сжала её плечо - опять же, это был всего лишь случайный контакт, но для Клэр он оказался возбуждающим отвлечением.
Затем он объяснил остальное:
- Я провёл свой день в суде, доказал, что рассматриваемый материал был ошибочно помечен как опасный, а затем Военно-юридическая служба сняла все обвинения. Держу пари, Адам не рассказал тебе об этом, не так ли?
Клэр повернулась на стуле, с трудом сдерживая восторг.
- Деллин, правда, я никогда не подозревала тебя в каких-либо нарушениях, это просто моя работа - оценивать все факты, - но, не осознавая этого, она на мгновение положила свою руку на его руку.
Он не отдёрнул её.
- Неодобрение Адама ко мне слишком бессмысленно, чтобы даже пытаться объяснить. То же самое произошло, когда здесь была Грейс Флетчер.
Он не продолжил, что тайно сбило её с толку.
"Что он имел в виду? Адам был влюблён в Грейс, но завидовал более красивой внешности Деллина?"
Вопрос был интригующим - и совершенно неуместным. Мыльная опера не имела места в этой дилемме.
"Я должна докопаться до сути этой ошибки в безопасности, напомнила она себе. Кто-то ворвался в это здание, и я должна выяснить, кто и почему".
Её рука соскользнула с кончиков его пальцев, когда она попыталась вернуть профессиональную позу. Она пока не могла понять "почему". И "кто?"
- Деллин, мне неприятно это говорить, но сейчас твой босс выглядит не очень хорошо.
- Я знаю, - признался он с удивительной лёгкостью. Его рука соскользнула с её плеча. - Пойдём со мной в мой кабинет. Я лучше позвоню ему, приведу его сюда.
Клэр последовала за ним и теперь стояла позади него, когда он открывал журнал телефонных номеров на своём компьютере.
- Ненавижу звучать так негативно, но я ничего не могу с собой поделать, - сказала она ему. - Гарри - босс, директор всей клиники, но я его даже никогда не видела, а Рик и Джойс сами его почти не знают. Мне это кажется очень странным.
- Это странно, - сказал Деллин. - И, честно говоря, в последнее время здесь происходит много странных вещей. Единственный способ разобраться в этом - вытащить его сюда. Я уверен, что он сможет всё объяснить, но пока он этого не сделает... я такой же подозрительный, как и ты.
Деллин набрал номер, затем прошептал себе под нос:
- Чёрт! Это его автоответчик. Гарри, это Деллин. Кто-то взломал клинику вчера вечером. Убери свои клюшки и приходи, - он повесил трубку, затем выпалил своё разочарование.
Клэр смотрела вниз, ему за спину. Верх его рубашки был расстёгнут на несколько пуговиц, а угол, под которым она стояла, делал почти невозможным для неё не заметить загорелую кожу и хорошо подтянутую грудь. Когда она заставила себя отвести взгляд, она заметила, что его компьютер также был оборудован для доступа к индексам сигнализации и безопасности.
- Извини, я на секунду, - сказала она и наклонилась. - Вот ещё одна вещь, которую я забыла сделать.
- Что?
Она схватила его мышь и нажала на значок файлов безопасности, затем снова открыла программу детектора движения, как она это сделала в своём собственном офисе.
- Когда я впервые проверила программу, я проверила только раздел карты, который охватывает главный зал и хранилище аптеки, - она ввела тот же временной промежуток и нажала на опцию ВСЯ КАРТА.
- Что за... - начал Деллин.
- Да, - сказала ему Клэр. Красные точки отслеживания, активированные детекторами движения, пролегали по всей задней части здания. - Тебе определённо лучше привести Гарри сюда. Может, он сможет рассказать нам, кто у него бегает в Крыле Б в час ночи.
- Спасибо, что пришли в свой выходной, - говорил Деллин. - Вы оба получите двойную оплату. Как видите, у нас проблема.
Джойс и Рик стояли в маленькой комнате с ними, оба в форме и оба выглядели немного сбитыми с толку. И все они стояли вокруг большой дыры в полу.
- Кто-то проник в здание прошлой ночью, через это место, - сказала Клэр, указывая на дыру. - Это был единственный способ обойти сигнализацию.
- Но ничего не было украдено? - спросила Джойс.
- Нет.
Рик осмотрел полки.
- Слишком много наркотиков, чтобы просто оставить их лежать здесь. Они ворвались в эту комнату, затем развернулись и ушли, ничего не схватив? Почему?
- Возможно, - начал Деллин, - потому что это была не та часть здания, куда они пытались проникнуть.
Клэр снова высказалась:
- Единственное, что стоит дороже фармацевтических препаратов в этой комнате, - это запас интертиолята.
- Но всё это хранится в Крыле Б, - сказала Джойс.
- Да, и датчики движения тоже зафиксировали там активность, - продолжила Клэр, - всего через несколько минут после того, как здесь произошёл взлом. Другими словами, они проникли сюда, увидели, что находятся не в том месте, а затем проникли в Крыло Б. Через пол.
- Как вы оба знаете, только у директора клиники был код доступа, чтобы открыть дверь Крыла Б, - добавил Деллин. - Даже у меня нет доступа в это место.
Рик нахмурился.
- Это как запутаться в четырёх углах, - он посмотрел прямо на Деллина. - И это кто-то из своих.
- Да, - неохотно сказал Деллин, - похоже, так и есть.
- Значит, в полу Крыла Б тоже есть дыра? - спросила Джойс.
- Мы не можем знать наверняка, пока не проверим, - ответила Клэр. - Но нет другого способа, которым кто-либо мог бы туда попасть, не оставив время входа на компьютере.
Джойс всё ещё не понимала, что происходит.
- Значит, мы все будем стоять здесь, как кучка придурков, и ждать, пока придёт Гарри? Рик прав, это кто-то из своих, и, ну...
- Я скажу, если ты не скажешь, - вмешался Рик. - Гарри - единственный парень, который может за этим стоять. Он обворовывает своё собственное место и делает вид, что это сделала другая сторона.
Деллин поднял палец.
- Возможно. Но давайте подождём, пока не будут собраны все факты, прежде чем делать такой вывод.
Рик поднял бровь.
Клэр обратилась к двум другим охранникам.
- То, что мне нужно, чтобы вы двое сделали прямо сейчас, это проверили непосредственную территорию, скажем, в радиусе четверти мили от здания, начиная с самого здания. Просто хороший старый добрый поиск по сетке. Тот, кто проник сюда, проник под клинику через одну из вентиляционных сеток в фундаменте. Начните с этих точек и проработайте. Ищите следы шин, отпечатки ног, что-нибудь в этом роде.
Рик снова нахмурился.
- А как насчёт Крыла Б? Это ведь приоритет, не так ли? Мы должны добраться туда и посмотреть, не украли ли интертиолят.
- Мы не можем открыть дверь, пока Гарри не придёт, - сказал Деллин.
Рик, казалось, был близок к тому, чтобы выйти из себя.
- Мне неприятно это говорить, Деллин, но Гарри, скорее всего, вообще не придёт. Он, вероятно, сейчас на полпути в Европу, собирается продать образцы и формулу тому, кто предложит самую высокую цену. Не думаешь ли ты, что есть несколько фармацевтических компаний, которые могут быть заинтересованы в самом важном прорыве в области лечения рака за последние десять лет?
- Я понимаю, о чём ты говоришь, Рик, - сказал Деллин, - но я думаю, что знаю Гарри немного лучше, чем все вы. Я действительно не думаю, что проблема здесь настолько серьёзна. Лучше предположить, что вчера вечером сюда проникла посторонняя сторона, и, возможно, Гарри пытался это скрыть, чтобы спонсор и страховые компании не узнали. Я не знаю. Но давайте хотя бы дадим ему шанс.
- Деллин прав, - сказала Клэр. - Давайте сделаем это правильно - обыщем место преступления на предмет всех возможных улик. Добраться до Крыла Б прямо сейчас невозможно. Кто-то должен будет спуститься в эту дыру и ползти под зданием, пока не обнаружит там брешь.
- Да? - сказал Рик. - Мне это не очень напоминает операцию на мозге. Поэтому я заползу под чёртов пол и доберусь туда.
- Нет, Рик, - приказала Клэр. - Слишком жарко.
- Ты шутишь, да? Мы что, все дети и боимся жары? - усмехнулся он. - Дай мне фонарик, и я буду там.
- Там, наверное, сто сорок градусов, Рик, - предупредил Деллин. - Низкий уровень кислорода, высокая влажность. Я не сомневаюсь в твоей смелости, но даже самый крепкий парень не продержится там долго. Ты потеряешь сознание через пять или десять минут и умрёшь от теплового удара ещё через пять. Твой электролитный баланс нарушится, и твоё сердце остановится.
Джойс подталкивала Рика к двери.
- Давай, крепкий парень. Пойдём, сделаем то, что нам говорят. Как тебе такая идея?
Клэр улыбнулась им вслед, когда они уходили, но Деллин совсем не улыбался.
- Может быть, Рик прав, - сказал он. - Может быть, Гарри давно нет, а я просто наивный дурак.
- Если это правда, то мы все будем выглядеть глупо, Деллин, не только ты. Всё, что мы можем сделать сейчас, это ждать. Если Гарри не явится, то мы все вместе можем пойти в очередь на пособие по безработице, - Клэр попыталась сохранить боевой дух. - Но знаешь, что я собираюсь сделать прямо сейчас? Я собираюсь немного поболтать с человеком, которого я подозреваю даже больше, чем Гарри.
- Кто это?
- Адам.
- Думаю, нам стоит разделиться, чтобы охватить больше территории, - предложила Джойс.
- Хорошая идея, - Рик последовал за ней к одной стороне здания, пока они не достигли одной из вентиляционных сеток. - Начни с этой, я начну с сетки с другой стороны, - затем он улыбнулся про себя. - Но не забудь следить за этими здоровенными тараканами. Эти твари, скорее всего, выкусают из тебя всё дерьмо.
Джойс остановилась, обеспокоенно посмотрела на него.
- Ну, если подумать, всё может быть...
- Может, нам не стоит разделяться? Я думал, ты поймёшь мой намёк.
- Придурок.
Когда Джойс наклонилась, чтобы осмотреть землю, ведущую от вентиляционной сетки, Рик провёл рукой по её ягодицам.
Она подпрыгнула.
- Прекрати!
Затем он обнял её.
- Да ладно, они внутри. Как насчёт небольшого полуденного удовольствия?
Она отстранилась от него.
- Господи, Рик! Ты как козёл - всё, что ты хочешь делать, это есть и трахаться.
Рик разжал ладони.
- О чём ты говоришь? Я ни капельки не голоден.
- Хватит ерунды. У нас есть работа.
Рик осмотрелся без особой убеждённости.
- Мы ничего здесь не найдём, пошли.
- Мы будем действовать по правилам, как сказала Клэр.
- Ладно, но я всё равно не думаю, что это принесёт пользу. И Клэр не очень-то реалистична, не так ли?
Джойс ухмыльнулась ему.
- Что это должно значить? Что Шерлок пытается сейчас сказать?
Рик прислонился к пальме, закурил.
- Да ладно, Джойс. Клэр хорошая, но у неё такой пунктик по отношению к Деллину, что она не видит его замешанным в этом.
Джойс разочарованно вздохнула, выхватила у него сигарету, глубоко затянулась, затем выдохнула в раздражении.
- Ты тот, кто сказал, что это кто-то из своих!
- Конечно, так и есть, так и должно быть, - но теперь Рик, казалось, не хотел продолжать озвучивать то, что было у него на уме.
Он отошёл ещё на несколько ярдов от здания.
- Куда ты идёшь? - потребовала Джойс.
- Я ищу улики, - резко ответил он. - Это то, что мы должны делать, не так ли? И что мы пытаемся найти? Следы шин? Следы ног?
- Да, лопатоголовый. И что ты собирался сказать?
- Забудь. Ты просто выдашь мне кучу дерьма за эти слова.
Она побежала за ним, на окраину леса.
- Что?
- Эй, посмотри на это, Джойс...
- Не меняй тему. Ненавижу, когда ты так делаешь!
Рик повернулся, держа в руках пятигаллонное пластиковое ведро.
- Ещё одно такое. Оно было прямо здесь, за этим бревном, и оно полно этой гранулированной штуки.
Она не знала, о чём он говорит. Она заглянула в ведро и увидела материал, провела по нему пальцем.
- По ощущениям, это какое-то моющее средство или чистящее средство.
- Да, но что оно здесь делает? Оно в точности как то ведро, которое мы нашли той ночью.
- Когда? - спросила Джойс.
- Знаешь, в ту ночь. Когда мы занимались любовью.
- Рик, это же каждую ночь недели, - напомнила она ему. - Как думаешь, ты мог бы быть немного конкретнее?
- Той ночью, когда мы были в грузовике, на старой лесозаготовительной дороге. В ту ночь, когда таракан заполз в твой ботинок.
Мгновенное выражение отвращения мелькнуло при воспоминании.
- О, точно. Ты упоминал что-то о ведре, когда искал мой ботинок.
- Правильно, и ты сказала мне забыть об этом. Но теперь мне немного любопытно. Пошли, - и он начал уходить. - Эта дорога всего в паре сотен ярдов отсюда, если мы срежем здесь.
- Но я не хочу туда возвращаться! - воскликнула она. - Там могут быть ещё тараканы!
- Сейчас, средь бела дня? - усмехнулся он через плечо. - Тараканы ведут ночной образ жизни, и я хочу посмотреть, на месте ли это ведро. Можешь остаться здесь, если хочешь, я буду всего несколько минут.
- Чёрт! - пробормотала она, а затем побежала за ним. - Почему бы нам просто не взять ведро, которое ты только что нашёл, и не отдать его Деллину?
- Нет, - сказал Рик гораздо более непреклонно. - Я сейчас не слишком высокого мнения о Деллине.
Джойс пришлось продолжать бежать рысью, чтобы не отставать.
- И что это значит?
- Я даже не буду это озвучивать, потому что ты разозлишься, как всегда.
- Я уже разозлилась! Так что начинай говорить... и перестань так быстро идти!
- А, вот и лесозаготовительная дорога. Берегись провалов.
Он перешагнул через ежевику, затем помог ей перебраться. Земля была очень мокрой - плохой дренаж. Они всё ещё могли видеть едва заметные следы шин с того места, где они припарковались здесь несколько ночей назад.
Ботинки Рика цокали по грязной земле, когда он перебегал дорогу.
- Я так и знал. Первое ведро было прямо здесь - а теперь его нет.
Но Джойс стояла неподвижно, кипя от злости.
- Рик, перестань меня дёргать. Что ты собирался сказать?
- Дорогая, послушай. Ведра здесь нет...
- Мне плевать на это чёртово ведро! Что ты собирался сказать?
Теперь он наклонился, осматривая землю.
- Тебе это не понравится, по той же причине, по которой не понравится Клэр - потому что вы обе девушки.
- Тебе уже следовало заметить, что я не девушка. Я женщина. Так что за сексистскую идиотскую чушь ты собираешься мне вывалить?
- Думаю, Клэр знает, что она делает в качестве начальника службы безопасности, но она просто не видит всего под всеми углами, - начал он, всё ещё сутулясь и глядя на что-то. - Она так сильно запала на Деллина, что это затмевает её профессиональное суждение. И ты тоже считаешь, что он величайшее создание со времён нарезки хлеба.
Теперь её раздражение перемешалось с гневом.
- Отсталый, я не запала на Деллина. Если бы запала, я бы не спала с таким придурком, как ты, каждую ночь, не так ли?
- Я не имею в виду, что ты запала на него, но это то, что касается вас, цыпочек. Деллин - красавчик-умник. Каждый раз, когда этот парень входит в комнату, вы с Клэр обе ведёте себя так, будто это чёртов Микки Рурк, который только что вошёл. Никто из вас не видит дальше своего носа, потому что вы как цыпочки.
- Если ты ещё раз скажешь цыпочки, я тебе яйца отверну.
- Будь серьёзна, Джойс. Вы с Клэр обе считаете Деллина таким крутым, что он не может иметь к этому никакого отношения. Я прав?
- Я думаю, ты засунул голову себе в задницу, но это не имеет значения. Думаю ли я, что Деллин инсценировал взлом собственной клиники? Нет. Это нелепо.
Рик пожал плечами.
- Видишь? Ты только что доказала мою правоту. Лично я ничего не имею против Деллина, и до сегодняшнего дня я считал его совершенно крутым парнем. Но после всего дерьма, что произошло? Он воняет хуже, чем Гарри и Адам вместе взятые.
Она открыла рот, чтобы пожаловаться ещё, а потом просто сказала:
- Слишком жарко и душно, чтобы даже слушать дурацкие объяснения.
- Думай, что хочешь, - сказал он, всё ещё сгорбившись. - Всё, что я знаю, это то, что в некоторых внутренних делах парень, который первым звонит в полицию, обычно и стоит за этим. Если бы я собирался вырвать интертиолят из клиники - как сотрудник клиники - я бы сообщил об этом службе безопасности как можно быстрее. Потому что этот жест заставляет меня выглядеть более невинным, чем кто-либо другой. И кто вызвал службу безопасности по этому поводу?
- Деллин. Но мы даже не знаем, что интертиолят был украден. Нет никаких доказательств, что что-то было украдено.
- Э-э-э, и мы не узнаем, пока не попадём в Крыло Б. И кто нас туда не пустит? Деллин. Не говори мне, что ты поверила в эту чушь о том, что там слишком жарко. Господи, я же был в учебном лагере в Неллисе, штат Невада - в августе. Они тренировали наши задницы по четыре часа в день при температуре сто двадцать градусов. И мы, блять, не умерли. Никто не умирает от теплового удара за десять минут - кроме девяностолетних стариков. Я мог бы заползти в Крыло Б под полом за пару минут, и Деллин это знал. Вот почему он не отпустил меня.
Джойс собиралась выпустить ещё одну критику... пока не начала обдумывать его слова.
"Может, он прав".
- На что ты смотришь? - спросила она, и её раздражение рассеялось.
Он взглянул.
- Ты сказала, что мы должны искать следы на месте. Ну, вот целая цепочка свежих следов. И похоже, они ведут прямо к озеру.
Когда она приблизилась, то увидела, что он прав, и внезапно её яркая личность потеряла всю свою остроту.
- Давай, - сказал он. - Мы здесь охранники, давай сделаем свою работу.
- Почему бы нам просто не сообщить об этом Клэр...
Теперь он немного повеселился.
- О, большая крутая Джойси боится леса? Хм-м-м? - затем он издал кудахтавшие звуки.
Она не могла не улыбнуться.
- Там могут быть браконьеры или что-то в этом роде, больше, чем просто ровня большому крутому Великому рассказчику.
Рик хлопнул по своему ремню с ехидной уверенностью.
- Эй, будь человек большим или маленьким, полковник Кольт сравняет счёт.
- У браконьеров тоже есть оружие, лопатоголовый.
Рик пожал плечами.
- Тогда мы убежим. Давай!
Она последовала за ним, хотя и неохотно. Затем он обнял её, для бóльшей уверенности.
- Думаю, я действительно цыпочка, - призналась она.
- Ничего не случится, - сказал он ей. - Сейчас середина дня.
Линия следов, по которой они шли, была плохо сформирована; на земле было слишком много воды, чтобы они могли сохранить свои очертания в деталях. В нескольких местах, когда земля становилась суше, следы почти полностью исчезали, но Рику удавалось сохранять след воедино. Ещё через двадцать минут они прибыли на спокойный край озера Стефани.
- Ты можешь в это поверить? - сказал Рик. - Следы идут прямо к озеру, обрываются, а затем разветвляются.
Джойс прищурилась.
- И там ещё больше этой штуки...
Некоторые странные мыльные гранулы не смыло.
- Значит, это правда, - сказал Рик. - Кто-то сбросил эту штуку прямо в озеро.
- Кто-то из клиники.
- Да.
- И что? Мы не скажем Деллину, что нашли ведро и следы?
- Ни за что мы не скажем Деллину, - теперь Рик осматривал остальную часть береговой линии. - Мы скажем Клэр. Почему бы тебе не пойти и не сделать это прямо сейчас? Я хочу посмотреть, куда ведут остальные следы.
Нижняя губа Джойс дрогнула. Она схватила его за руку.
- Я слишком напугана, чтобы ходить по лесу одна.
- Эти следы ответвляются вдоль болота. На болотах часто водятся змеи. Змеи меня не беспокоят, но...
- Я не хочу приближаться к змеям! - почти закричала она.
Рик обнял её.
- Я знаю. Вот почему ты должна вернуться в клинику и рассказать Клэр о вёдрах. Я пойду по этим следам вдоль болота. Встретимся в клинике через час.
- Хорошо, - пискнула она. - Ты мой большой храбрый жеребец, не так ли?
- Это факт.
Она поцеловала его и отпустила.
"Может, я действительно люблю этого придурка", - подумала она.
Затем она повернулась, направляясь обратно в клинику.
Но, продираясь сквозь ежевику, ей приходилось постоянно напоминать себе об этом.
"Ничего не случится, - заверил её Рик совсем недавно. - Сейчас средь бела дня..."
- Да, - пробормотала она себе под нос. - Только - пожалуйста! Никаких змей. И никаких гигантских тараканов.
Но средь бела дня или нет, Джойс не ушла далеко. Она даже не успела вскрикнуть, как липкая двупалая рука схватила её сзади за горло.
И потащила вниз.
- Извините, мисс, но его сегодня не было, - сказала Клэр жизнерадостная пожилая женщина на стойке регистрации информационного центра парка Форт-Алачуа. Но женщина замерла, взглянув на часы. - И это на самом деле... немного странно, потому что мы закрываемся через час.
- Вы имеете в виду, что Адам Кори обычно приходит по воскресеньям? - спросила Клэр.
- О, да. Даже если он только для того, чтобы проверить сообщения, он зайдёт хотя бы раз.
"Великолепно".
- Возможно ли, что он пришёл сегодня, проверил сообщения, а затем ушёл, не застав вас?
- Полагаю, это возможно, но я так не думаю.
Сейчас было пять часов вечера. До сих пор директор клиники ни разу не приходил и не перезванивал, и теперь, похоже, то же самое происходило с Адамом. В клинике она оставила сообщения на его рабочем телефоне, на автоответчике его мобильного телефона и на его домашнем номере. Это Деллин предложил ей зайти сюда, в информационный центр. Но пока...
"Погоня за дикими гусями".
- Так уж получилось, что я оставила сообщение Адаму на его офисном автоответчике, - продолжила Клэр с женщиной за стойкой. - Мне действительно нужно знать, получил ли он это сообщение, и это довольно срочно.
Женщина бросила на Клэр оценивающий взгляд.
- Ну, я могу сказать, что вы официальное лицо, - сказала она, отметив форму Клэр, ремень с пистолетом и значок. - Проходите и сами проверьте его автоответчик. Его офис прямо по коридору.
- Спасибо.
Клэр поспешила по прохладному коридору, проходя мимо административных кабинетов и портретов известных исторических деятелей Флориды. Это было просто какое-то инстинктивное предчувствие, которое иногда возникало у неё, профессиональное предчувствие, и Клэр не могла от него избавиться. Она надеялась, что не предвзята и что она эффективно не допускает личной неприязни к Адаму в своей общей оценке ситуации. Всё, что она знала, было следующее:
"В клинике что-то действительно напутано, и я чертовски хорошо знаю, что он каким-то образом в этом замешан. Может быть, он не полностью за этим стоит, но он в этом как-то замешан".
В этом она была уверена.
На автоответчике в его офисе не мигали индикаторы сообщений.
"Это значит, что он уже прослушал сообщение, - подумала она. - Либо он пришёл сюда, не увидев даму за стойкой, либо он получил его по телефону".
И это могло означать только то, что он направлялся в клинику.
Это была большая беготня впустую, но, по крайней мере, в долгосрочной перспективе это сработает.
"Если только Адам не решит смыться после того, как получит моё сообщение, он ОБЯЗАН пойти прямо в мой кабинет".
Либо одно, либо другое. Если бы он уехал из города, то все бы знали, что он виновен, а если бы он этого не сделал, она бы с ним столкнулась, и Клэр было очень интересно, как рейнджер ответит на её вопросы...
Она вернулась в свой "Блэйзер" и немедленно отправилась в путь. Но как только она проехала через ворота безопасности...
Бип-бип-бип!
...зазвонил её пейджер.
"Весь этот день превращается в одну большую китайскую пожарную тревогу", - подумала она.
Она продолжала ехать к главному отрогу острова, осторожно снимая пейджер с пояса. Она была уверена, что это будет либо Деллин - позвонит, чтобы сообщить, что Гарри прибыл, - Рик или Джойс - чтобы сообщить, что они закончили поиски, - либо Адам перезвонит ей.
Это был не тот код.
"Это код сигнализации!"
Клэр была озадачена. Ещё одной особенностью системы сигнализации был автоматический дозвонщик: если срабатывала сигнализация на территории, механизм сначала звонил в службу безопасности, а если никто не отвечал, он набирал пейджер дежурного офицера и оставлял код.
Маленькая полоска жк-дисплея на пейджере гласила: ТРЕВОГА! СП-13!
"СП-13, - подумала она сейчас. - Это одна из систем патрулирования на объекте".
Она рванула "Блэйзер" вперёд. Она была на работе всего несколько дней - недостаточно времени, чтобы запомнить все номера станций. Одна рука шарила в бардачке, пока она ехала, нащупывая руководство по дежурству.
"Вероятно, просто Джойс или Рик случайно включили одну из периметральных сигнализаций", - решила она, но когда она нашла список номеров систем, то увидела, что номер 13 был одной из систем патрулирования на озере.
"Чёрт возьми. Думаю, мне лучше сначала поехать туда, посмотреть, что происходит, прежде чем возвращаться в клинику".
Всё потемнело, когда она снова вошла на объект, ветви бесчисленных пальм и сосен сомкнулись над головой, закрыв бóльшую часть солнца. Когда она добралась до края озера Стефани, она не увидела ни машин, ни людей.
"Система патрулирования", - подумала она.
Системы патрулирования работали по ключу - главному ключу каждого охранника. Когда ключ поворачивался по часовой стрелке, время регистрировалось в компьютере, доказывая, что охранник совершил свой обход. Но если возникали проблемы, ключ поворачивался против часовой стрелки, что приводило в действие систему.
"Здесь ничего нет, - подумала Клэр, проезжая мимо первого поста системы. - Кто, чёрт возьми, активировал датчик?"Она остановилась и уставилась на второй пост.
"Господи, это что..."
Когда она вышла и бросилась к посту системы, из замочной скважины торчал чей-то главный ключ и цепочка. Ключ был повёрнут против часовой стрелки.
И кровь была повсюду.
Кровь капала с цепи, и когда Клэр присмотрелась, она заметила что-то вроде следов волочения, начинающихся у подножия поста и идущих до самого берега озера. Почти как если бы...
"Кого-то тащили от поста системы..."
Её внутренности, казалось, провалились, когда она проследила следы волочения назад. Прямо на краю береговой линии...
Видение заставило её желудок сжаться. Она точно знала, что видит: большой поток крови.
Две стреляные гильзы в грязи ответили на остальные её вопросы. Ключ на посту контроля должен принадлежать Джойс или Рику.
"А всё, что мы носим с собой, - это пистолеты, а не дробовики".
Клэр побежала обратно к "Блэйзеру", задние шины раздували струи грязи, когда она нажала на газ и сделала крутой поворот.
"Кто-то выстрелил в Рика или Джойс из дробовика - вероятно, браконьер. Надо вызвать полицию, надо вызвать сюда скорую помощь..."
Она одновременно ужаснулась и оцепенела. Паника только помешает ей. Когда она перезвонила в клинику по рации, никто не ответил.
"Телефон, - подумала она дальше. - Где ближайший телефон?"
Клиника была в миле отсюда, а её собственный коттедж - всего в половине этого расстояния. В мгновение ока она затормозила у входа. Но когда она ворвалась в свой коттедж и взяла трубку...
"Чёрт!"
Линия была мертва.
Она бежала обратно к "Блэйзеру", когда увидела "Мерседес" Деллина, припаркованный перед его собственным коттеджем. Она не спрашивала себя, что он мог здесь делать; всё, что она подумала, было:
"Может, у него есть мобильный телефон!"
И она побежала.
- Деллин! - крикнула она и вошла прямо в коттедж. Она обнаружила, что дверь приоткрыта, и не удивилась, обнаружив, что его телефон тоже не работает. - Мне нужен твой телефон! Кажется, кого-то подстрелили на озере!
Ей ответила только тишина.
"Где, чёрт возьми, он?"
Она быстро обыскала весь коттедж, но его там не было. Она собиралась уйти - сбегать и посмотреть, не у миссис Грейбл ли он, - но внезапно остановилась, заметив что-то.
Странное ощущение охватило её, и тишина только усилила беспокойство. Вокруг неё коттедж Деллина был аккуратным и хорошо организованным, всё на своих местах.
Всё, кроме единственной видеокассеты, лежащей на телевизоре.
Когда она подняла её, то обнаружила, что это была не сама кассета, а пустая коробка от кассеты. На коробке было написано: МАКСЕЛЛ, Серебристые, 3 штуки.
Затем она посмотрела на видеомагнитофон и увидела кассету в загрузочном слоте.
Ещё до того, как она включила телевизор и вставила кассету, она знала, что эта кассета была третьей из трёх в её собственном коттедже.
Она была уверена, что это ещё одна сексуальная штука Грейс Флетчер и её извращённых друзей-охранников. Она уже видела первые две кассеты, и не свидетельство этой третьей кассеты заставило её сжаться. А вопрос:
"Какого чёрта Деллин делает с этой кассетой?"
Она задумалась над вопросом, есть ли что-то особенное в этой третьей кассете, но затем усомнилась в этом, когда экран зашипел. Грейс, Донна и Роб резвились голыми на большой кровати - это было то же самое. Но через мгновение Грейс приподнялась на локтях, широко раскрыв глаза.
- Что это было?
- Хм-м-м? - ответила Донна, и это было всё, что она могла сказать, учитывая её текущую деятельность.
Тяжёлая эротическая атмосфера была разрушена, когда Роб поднялся из оргиастического клубка.
- Я тоже это слышал. Кто-то снаружи.
Роб надел джинсы, затем вышел из кадра, в то время как Джойс и Донна встали и поспешно натянули халаты.
- Я ничего не слышала, - забеспокоилась Донна.
- Я слышала, - сказала Грейс. - Как будто ветка хрустнула.
- Роб, где ты! - спросила Донна слишком взволнованно.
- Успокойся, - сказала ей Грейс. - Он достаёт свой пистолет.
Теперь Донна поспешила уйти из кадра, побежав за Робом. Это оставило Грейс одну в комнате, срочность момента заставила её забыть, что видеокамера всё ещё работает. Она взяла свой пистолет с тумбочки, затем вышла из комнаты, крикнув:
- Куда вы двое пошли?
К сожалению, угол обзора камеры позволял видеть только кровать и не поднимался выше уровня талии. Единственное, что она могла видеть, - это тумбочка и нижняя треть окна.
"О Боже", - подумала Клэр.
Окно открывалось.
Кто-то раздвигал окно снаружи, затем забирался внутрь.
Клэр замерла на месте, не отрывая глаз от телевизора. Всё, что она могла видеть от злоумышленника, - это его ботинки, входящие внутрь, и потёртый джинсовый комбинезон. Всего за несколько секунд он оказался внутри, а через секунду уже вышел из кадра. Но в этот последний момент движения Клэр успела разглядеть, что он несёт с собой:
Двуствольное ружьё.
Прошло ещё несколько секунд, а на экране вообще не было никакого движения, но затем...
"Что он делает?"
Она видела, как конец ствола ружья медленно вдвигается обратно в кадр, упираясь в лампу на тумбочке. В конце концов лампа опрокинулась и рухнула на пол.
- Что это, чёрт возьми, было! - крикнул Роб из другой комнаты.
Худшим осознанием было то, что всё это происходило в том, что теперь было спальней Клэр. Она быстро вспомнила планировку комнаты и сразу поняла, что делает злоумышленник. Он прячется в шкафу, и он просто опрокинул лампу, чтобы заманить остальных обратно в комнату...
- Роб! Подожди! - теперь было слышно Грейс. - Не ходи туда!
Всё, что Клэр видела, это Роб ниже пояса, пересекающий спальню, когда...
"Боже мой..."
БАЦ!
...и всё, что было после этого, было безумием. Выстрел в живот отбросил Роба назад, бросил его на кровать, где он несколько мгновений выл, пытаясь засунуть свои внутренности обратно в живот. Большая белая кровать почти мгновенно покраснела. Роб коротко содрогнулся, затем замер. Из другой комнаты были слышны громкие шаги, бьющееся стекло и крики, но всё это очень быстро оборвалось.
Клэр в ужасе придвинулась ближе к экрану телевизора. Теперь сцена погрузилась в мёртвую тишину. Она лихорадочно схватила пульт, увеличила громкость.
В комнате снова послышались шаги. Короткая тень упала на простреленное тело Роба на кровати.
Затем раздался голос:
- Ка-ка-камера...
Рамка начала шататься. Очевидно, злоумышленник заметил камеру и поднял её.
Он развернул камеру и теперь смотрел прямо в объектив, и внезапно на экране телевизора появилось лицо злоумышленника.
Сердце Клэр чуть не остановилось.
Это было лицо Стюарта Уинстера.
Уродливое лицо ухмыльнулось, обнажив мокрые, слюнявые губы и кривые зубы. Он махал в объектив своей двупалой рукой.
Шок от увиденного на плёнке лишил её возможности двигаться в течение нескольких минут. Она почти задыхалась, её сердце пропускало удары.
Стюарт Уинстер.
Её насильник.
Был здесь.
Этот сумасшедший урод был ответственен за всё, что было неладно на территории. Все исчезновения были явно его делом.
Клэр пришлось посидеть ещё немного, прежде чем она смогла осознать это открытие и мыслить внятно. Но эта неоспоримая истина загнала ей в голову два вопроса.
"Зачем и как?"
Оба вопроса, казалось, невозможно было вычислить, имея так мало информации. Но один ответ, по крайней мере, пришёл ей в голову после одного случайного взгляда через комнату. Как этот преступник-дебил мог иметь какое-либо отношение к клинике?
Маленький письменный стол стоял на другой стороне комнаты, а над ним, на стене, висело несколько медицинских дипломов Деллина в рамках. Однако один из них не был дипломом. Клэр встала и подошла.
Это была газетная статья в рамке.
Короткая, из "Сэнт-Питерсберг Таймс". Заголовок гласил:
Небольшая фотография сопровождала статью: двое мужчин стоят перед клиникой, оба в белых халатах, оба улыбаются.
Один был Деллин, другой - полковник Гарольд Уинстер.
- Гарри, - прохрипела Клэр. - Это Гарольд Уинстер.
Её бывший командующий ВВС и отец её насильника.
Это было больше похоже на состояние фуги, которое взяло верх оттуда, логика отступила на второй план перед самыми холодными эмоциями. Обратиться прямо в полицию было разумным решением, но Клэр уже знала в глубине души, что она этого не сделает.
Она собиралась найти Уинстеров и, возможно, даже убить их.
В её голове не было никакой ошибки. Винстер и его сын были вовлечены в какой-то необъяснимый заговор, который убивал людей. Таково было её обоснование, и она чувствовала себя вполне удовлетворённой им. Ей также пришло в голову - когда она проверяла барабан своего револьвера - что душераздирающие откровения последних нескольких минут вполне могли поразить её солидной дозой временного безумия, но об этой возможности она просто подумала:
"Мне всё равно".
Она бежала обратно к "Блэйзеру", когда заметила коттедж с другой стороны - дом миссис Грейбл. Входная дверь была широко открыта, что показалось странным.
Затем она услышала, как что-то треснуло.
Через открытую дверь ей показалось, что она видит, как что-то движется на полу.
Клэр снова вытащила пистолет и пошла.
Она могла сказать, что гостиная была в беспорядке, ещё до того, как она вышла на крыльцо. Клэр нырнула внутрь, осматривая каждый угол, пока проверяла комнату. Затем она просто уставилась на что-то.
На полу лежал мужчина средних лет. Это был муж миссис Грейбл; Клэр вспомнила, что видела его в окне той ночью. Она наклонилась, проверила его пульс и не удивилась, не найдя его. Уродливый угол его шеи не оставлял сомнений - она была сломана. И она сразу поняла, что не он был ответственен за синяки, которые она заметила на миссис Грейбл.
"Это не он её бил", - поняла она.
У мужчины не было рук.
Травма не была чем-то новым; он, очевидно, пострадал от какой-то катастрофической аварии много лет назад.
"Если не он её бил, то кто?"
Хотя ответ вряд ли имел значение. Его убили.
А где была миссис Грейбл?
Ещё одна дверь была открыта; она думала, что это, должно быть, другая комната, пока не увидела ступеньки, ведущие вниз. В этом коттедже был подвал.
Сердце Клэр колотилось. Она начала спускаться по ступенькам.
Внизу она обнаружила импровизированную спальню: кровать, стол, маленький телевизор, старый диван, но бóльшая часть этой комнаты тоже была в беспорядке.
"Кто-то здесь живёт, и я думаю, я знаю, кто..."
Единственным источником света была единственная голая лампочка над головой - Клэр едва могла видеть.
Она двинулась вперёд, выхватив пистолет.
- Ложись! - заорал кто-то.
Руки схватили её сзади, потянули вниз как раз в тот момент, когда...
БАЦ!
Комната вспыхнула на долю секунды. Выстрел из дробовика из-за дивана разорвал стену, область пространства, которую голова Клэр занимала всего мгновение назад. Её выдернул из зоны поражения...
Адам!
- Не высовывайся, - прошептал рейнджер.
Он оттащил её в сторону, за какие-то ящики для хранения. Клэр не могла понять ничего из того, что только что произошло, кроме того, что Адам спас ей жизнь.
- Я слышал крики женщины, - сказал он. - Итак, я вошёл. Нашёл мужа мёртвым наверху, - его голос дрогнул, его большой палец указал на другой конец комнаты. - Эта штука сделала это.
"Штука, - подумала Клэр. - Он имеет в виду Стюарта".
Но прежде чем она смогла попытаться понять что-то ещё...
Она съёжилась, когда крик пронёсся по комнате.
Это был женский крик, высокий, леденящий кровь и безумный.
Миссис Грейбл была там. Он держал её за диваном.
- Прикрой меня, - прошептала она Адаму. - Он убивает её.
Адам сглотнул, кивнув. Он поднял свой пистолет. Клэр собиралась рвануться в угол, но у неё не было возможности.
Ещё один выстрел дробовика сотряс комнату, заглушив крик миссис Грейбл.
"ИИСУС!" - Клэр отпрянула за ящик.
- Мы прижаты, - сказал Адам. - Один из нас должен выбраться отсюда и вызвать подкрепление.
Легче было сказать, чем сделать. Клэр резко оглянулась через плечо. Единственный выход - снова подняться по лестнице, но это приведёт её прямо на линию его огня. Самоубийство, она это понимала.
- Нам придётся рискнуть и поторопиться с этим.
Напряжённое лицо Адама не выглядело очень уверенным в перспективе.
Но потом...
"Что это?"
Адам тоже это услышал. Быстрые шаги, затихающие вдали.
- Похоже, он ушёл, - прохрипел Адам.
- Но куда? Подвал крошечный. Там есть дверь?
- Чёрт, я не знаю. Но, думаю, нам придётся это сделать. Ты готова?
Клэр кивнула.
- Ты берёшь ту сторону, я беру эту.
Адам снова сглотнул. Затем он прошептал:
- Давай!
Они оба побежали. Клэр сделала прикрывающий выстрел над диваном, когда Адам нырнул над койкой.
- Он ушёл, - объявила Клэр. - Он убежал - через это.
- Какого чёрта? - рука Адама с пистолетом всё ещё дрожала от толчка.
Он присмотрелся вместе с Клэр. Стена в конце подвала на самом деле была не стеной - это был какой-то дренажный канал. И в нём была дыра.
Клэр заглянула внутрь, держа пистолет впереди. Вонючий проход был почти такой же высоты, как и она сама.
- Он убежал, через это. Это как туннель.
Адам сел на край кровати, словно измученный.
- Это старая подземная система стока, её проложили в сороковых, на случай штормовых нагонов, - он невольно взглянул вниз, затем застонал. - О, Иисусе...
Его взгляд упал на тело миссис Грейбл. Клэр поморщилась. Женщина была голой и вся изуродованной. Огромное огнестрельное ранение в грудь прикончило её.
Клэр схватила простыню с кровати и накрыла труп.
Затем она посмотрела на Адама и почувствовала новый выброс адреналина.
- В тебя стреляли! - воскликнула она.
- Спасибо, я и не знал! - он поймал часть выстрела из дробовика в плечо. - Это не так уж и плохо, я думаю, - сказал он, вытаскивая небольшую аптечку с пояса.
Клэр помогла ему наложить бинт.
- Как думаешь, ты сможешь вести машину?
- А?
- Телефоны все отключены - они все проложены через клинику, - она собиралась отдать ему ключи от "Блэйзера". - Тебе нужно добраться до больницы, но тебе придётся вести машину самому, - затем она посмотрела на отверстие сбоку от трубы. - Мне нужно пойти за этим парнем, и я почти уверена, что эта сточная труба ведёт прямо в клинику - со стороны Крыла Б.
Адам всё ещё выглядел потрясённым.
- Ты не понимаешь. Это сделал не парень. Это было что-то действительно чудовищное. Я видел его лицо, Клэр, всего на секунду, но этого было достаточно, а потом я увидел его руку. Все эти истории - правда, - его нижняя губа задрожала. - Это какой-то...
- Это не монстр, Адам, - сухо сказала она. - Это человек по имени Стюарт Уинстер. Он уродлив и страшен, как чёрт, но я уверяю тебя, он человек.
- Стюарт Уин...
- Верно. Та же фамилия, что и у директора клиники. Стюарт Уинстер - сын Гарри. Мы с ним давно знакомы, и это слишком сложно, чтобы объяснять. У меня есть большие счёты с этими мудаками, и я собираюсь сделать это - сейчас. Отправляйся в больницу.
Адам сделал глубокий вдох, затем встал. Он сунул в рот пачку жевательного табака и закурил сигарету.
Клэр нахмурилась.
- Ты хоть представляешь, насколько это отвратительно?
Адам просто пожал плечами. Он сплюнул в угол.
- Сейчас я напуган больше, чем когда-либо в своей чёртовой жизни... но я ни за что не отпущу тебя туда одну.
- Забудь. Ты ранен.
- У меня всё ещё есть другая рука с оружием, - сказал он и махнул пистолетом. - Пойдём сделаем это.
- Спасибо, - сказала Клэр.
Она схватила фонарик со стола, шагнула в трубу. В ней было не так много воды, но на закруглённых стенках выросло множество грибков. Их ботинки шлёпали по грязи.
- Я действительно недооценила тебя, Адам, - сказала Клэр. Но она должна была извиниться перед ним. - Мне жаль. Оказывается, ты был прав с самого начала насчёт Деллина. Я не уверена, что именно они здесь делают, но они в этом замешаны.
- В чём?
- Они используют клинику как прикрытие для какого-то эксперимента, чего-то генетического, я думаю. Они помещают в озеро что-то, что вызывает эти мутации. Медицинское образование Деллина связано с генной инженерией, и он работал в армейском отделе биологического оружия. А Гарольд Уинстер раньше был командиром Корпуса клинических исследований ВВС. Я была там в составе службы безопасности, и всё, что мы когда-либо слышали, это то, что бóльшая часть исследований была связана с генетической наукой. Дальше я не знаю, и мне всё равно. Но сегодня я их закрою. В любом случае, мне жаль, что я так с тобой обошлась. Я думала, ты стоишь за всем, что здесь происходит.
- Извинения приняты, - сказал Адам. Он снова пожал плечами. - Это что-то, моя грёбаная карма, я полагаю. Просто что-то во мне заставляет каждую грёбаную женщину, которую я когда-либо встречал, думать, что я змеиное дерьмо.
- Ты уверен, что это твоя карма, а не твой язык?
- Блять. Опять это. Прости за мой французский.
Вонючий проход продолжался. С лишайников и плесени на них капал отвратительный конденсат сверху.
- О, дерьмо! - закричал Адам.
Клэр развернулась, взведя курок.
- Что?
Лицо Адама исказилось от отвращения. Таракан размером с ботинок скользил по его штанам. Он стряхнул его и сильно топнул. Насекомое издало хруст, почти как если бы кто-то наступил на банку с газировкой. Оно взвизгнуло, выплеснув чёрную жидкость из головы.
- О, здорово. Эти твари здесь, - сказала Клэр, так же испытывая отвращение. - Лучше бы им не пытаться ползать по МНЕ!
- Да, - сказал Адам. - И интересно, что ещё можно здесь найти.
Клэр не могла забыть нелепо увеличенную лягушку, с которой они столкнулись.
"С клыками", - подумала она.
Затем они оба замерли на месте.
Впереди послышался писк. Он напомнил ей о сломанном подшипнике колеса.
И он приближался очень быстро, и вскоре вместе с ним послышался ещё один звук: топот.
- О, нет, - пробормотала она.
- Единственное, чего я ожидал бы найти в канализации больше, чем тараканов... - сказал Адам.
Клэр точно знала, о чём он говорил, и ровный писк только ещё больше её напугал.
Она держала свой фонарь направленным прямо вперёд и вниз, в то время как оба держали оружие наготове.
Писк прекратился, как будто то, что спускалось по трубе, почувствовало их присутствие. Прошло так много времени, и Клэр слегка шагнула вперёд. Они с Адамом прищурились, но ничего не увидели.
- Где это? - сказала она.
- Если бы кто-то развернулся и убежал, мы бы его услышали.
Комментарий имел смысл, но...
"Может, и нет", - подумала она.
Затем она щёлкнула фонариком вверх, отведя луч от дна прохода и направив его наверх.
И закричала.
- Боже мой, ты доведёшь меня до могилы! - закричал Адам, и они с Клэр одновременно упали назад, шлёпая по грязи и одновременно стреляя из своих пистолетов вверх.
Крыса шла вверх ногами по потолку трубы, и когда они наконец увидели её, её морда была всего в нескольких дюймах от их.
Существо издало звук, больше похожий на собачий лай, когда залп пуль сбил его с ног. Оно дико дёрнулось, когда ударилось о цементное дно, кровь была скорее чёрной, чем красной. Но оно не умерло. Оно начало подниматься обратно...
Клэр и Адам разрядили в него свои цилиндры, сотрясение от выстрелов почти оглушило их. Когда колючий дым рассеялся, существо действительно лежало мёртвым.
- Не приближайся к нему! - закричал Адам.
Клэр не собиралась приближаться к нему, но ей нужно было рассмотреть его поближе. Она перезарядила, затем опустилась на колени на несколько ярдов назад, скользя по нему своим фонарём.
Поднялась волна тошноты.
- Адам, это нехорошо! Эта штука огромная! - пожаловалась она.
- Да, и мы в её доме. Вероятно, их там больше, намного больше.
Клэр не могла этого представить. Она не могла представить себе само существо, но она должна была попытаться. У него были общие черты, похожие на крысиные, только оно было полностью безволосым, его складчатая кожа была беловато-розовой с тёмными прожилками, смутно видневшимися под ней. Но текстура кожи была рыхлой, больше похожей на свежеощипанную куриную кожу.
А её размер?
- Эта штука размером со взрослую колли, - простонал Адам. - Кажется, меня сейчас стошнит.
- Вступай в клуб.
Но каким бы отвратительным ни было существо, Клэр не могла отвести от него глаз. Голова была решительно не крысиной. Она не была удлинённой и у неё не было ушей.
"Голова обезьяны? Кошачья?" - пыталась она придумать сравнение.
Больше всего её поразила симметрия.
- Посмотри, какая ровная голова, Адам.
- А?
- Все линии ровные, и голова совсем не похожа на грызуна.
- Это мутация! - возразил он, всё ещё испытывая тошноту. - Она испорчена, деформирована!
- Да, конечно, но обычно генетические дефекты вызывают мутации, которые асимметричны, потому что гены роста выходят из-под контроля.
- Кого, чёрт возьми, это волнует? Это полный отстой!
Это просто беспокоило её. Она держала фонарь на голове.
- И посмотри на это, посмотри на лоб.
- Я бы лучше не стал. Давай просто уйдём.
Брови существа казались слегка приподнятыми. Вверх.
"Как будто оно пыталось отрастить рога", - подумала она.
Больше никаких сюрпризов их не встретило во время путешествия по трубопроводу. Им потребовалось ещё пятнадцать минут, чтобы пройти остаток пути. Их ждала стальная лестница, ведущая в люк.
- Он будет ждать нас, - прошептала она. - Возможно, он прямо сейчас нацелил свой дробовик на верх этого люка. Есть предложения, как нам это сделать?
- Я могу придумать только один способ, - сказал Адам, - и насколько я понимаю, чем скорее мы выберемся из этой проклятой канализации, тем лучше, - а затем он просто бросился вверх по лестнице, крича во все лёгкие и стреляя из пистолета.
Ещё больше сотрясений ударило по ушам Клэр, когда она подняла голову и увидела, как Адам перелезает через край люка.
"Надо отдать ему должное, - подумала она. - У него есть яйца".
- Давай, поднимайся, - сказал он. - В комнате чисто.
Клэр вышла в маленькую комнату, в которой ничего не было, но сразу за дверью она увидела длинный, ярко освещённый коридор.
- Это Крыло Б, - сказала она.
- Никогда здесь не был, - добавил Адам, выглядывая.
- Я думаю, мы сейчас узнаем, почему Уинстер и Деллин держат эту секцию закрытой для всех.
Клэр собиралась выйти в коридор, но Адам её удержал.
- Что нам делать с сыном Уинстера?
- Найти его и убить, - сказала Клэр как можно более прямолинейно.
- Чёрт, и всё это время я даже не знал, что у Уинстера есть сын.
- До настоящего момента я уверена, что Гарри должен был скрывать своего.
- Почему?
- Потому что это единственный способ уберечь его от тюрьмы или психушки, - Клэр подсознательно проверила, достаточно ли у неё боеприпасов. - Но он уже убил миссис Грейбл и её мужа, а также подстрелил тебя и пытался убить меня. Думаю, это даёт нам полное право вышибить ему мозги. Это то, что я хотела сделать больше года.
- Что именно сделал сын Уинстера... - начал Адам, но потом передумал заканчивать вопрос.
"Спасибо", - сказала Клэр.
Они проверили и очистили каждую комнату в коридоре, каждая из которых была либо кабинетом, либо лабораторией, либо смотровой. Внезапно Стюарта Уинстера и его дробовика нигде не было видно.
"Может быть, он покинул здание, нашёл своего отца и направился в горы?" - подумала она, но она сомневалась в этом и очень надеялась, что этого не произойдёт.
Эти двое разрушили её жизнь - она не успокоится, пока не встретится с ними в последний раз.
И это было так похоже на полковника Уинстера - Гарри - играть с ней таким образом: заставить Деллина нанять её для этой работы, вручную отобрать охранников из системы приёмных семей - следовательно, никаких семей, которые придут искать их после того, как они "исчезнут". Она знала, что он приготовил для неё то же самое.
- О, чёрт, - сказал Адам, когда они вошли в следующую комнату.
Стены стеклянных резервуаров ясно давали понять: это была какая-то комната для образцов, и Адам заглядывал в один из резервуаров, когда сделал своё замечание.
- Что это, большой аквариум?
Клэр тоже заглянула.
- О, чёрт, - сказала она.
Резервуар занимал половину длины комнаты. Пузыри поднимались из фильтров по обе стороны, а его верхняя часть была прикручена болтами.
В резервуаре находились существа, напоминающие угрей, но эти угри были длиной в ярды, и вместо их грудных плавников были наросты, которые больше походили на...
"Руки, - поняла Клэр. - Крошечные руки..."
Угри взбесились, увидев, что Адам и Клэр заглядывают внутрь. Длинные челюсти, полные волчьих зубов, попытались прогрызть стекло; Клэр и Адам оба рефлекторно отступили назад.
Затем Клэр обратила внимание на головы. Как и крысоподобное существо, которое они видели в канализации, эти свирепые угри, казалось, обладали похожими выступами над глазами...
Все остальные резервуары содержали всё больше и больше мутаций: змей, насекомых, рыб, множество земноводных, землероек размером с морскую свинку, комаров размером с летучую мышь, гусениц размером с дубинку, все с клыками, все уникально мутировавшие, и все с необычными угловатыми выступами над бровями.
- Что, чёрт возьми, это такое? - спросил Адам.
Он был в другом конце комнаты, открыв шкаф. Внутри стоял контейнер, примерно такого же размера, как десятигаллонная бочка, но выстланный и увенчанный болтами. Маленькие индикаторные лампочки светились на какой-то панели переключателей. С одной стороны было окно, похожее на иллюминатор, освещённое изнутри, и когда Клэр заглянула туда, она увидела стойку со странными узкими пробирками. Распечатанная этикетка на стойке гласила:
- Какой-то генетический образец? - предположила Клэр.
- Полагаю, это одна из тех больших морозильных штуковин, - не очень бегло предложил Адам.
- Криолизация, - сказала Клэр.
- Если в этой штуковине нет бутылки "Бад", давай уйдём отсюда, - предложил он, потирая живот. - От этих штук во всех этих резервуарах меня тошнит.
Клэр посочувствовала. Они вышли из комнаты образцов. Клэр открыла следующую дверь, вошла...
- Мы ждали тебя, Клэр. Пожалуйста, заходи!
С другой стороны комнаты ей улыбался полковник Гарольд Т. Уинстер, одетый в чистый белый лабораторный халат, а рядом с ним стоял его сын в комбинезоне Стюарт.
- При-при-привет, Клэр! - заикаясь, пробормотал Стюарт, махая ей двупалой рукой.
Стюарт не держал дробовик.
Не так уж много мыслей пришло в голову Клэр, когда она подняла пистолет и прицелилась в изуродованное лицо Стюарта.
Неужели это так просто?
Её пистолет был взведён, палец на спусковом крючке.
"Я убью их обоих, не так ли?" - спросила она себя, и, похоже, ответ был "да".
Самооборона и оправданное убийство, вероятно, выдержат проверку в суде - если она немного лжесвидетельствует. Но настоящий сотрудник правоохранительных органов в ней знал, что технически это убийство.
"Что мне действительно следует сделать, так это надеть на них наручники и забрать их, предоставив властям разбираться".
Но тогда все это могло закончиться очередной чисткой.
Но секунду спустя это уже не имело значения.
Гарольд Уинстер с лицом ДеЛореана остался на месте, улыбаясь в её прицел.
Затем...
Щёлк!
Адам взвёл курок и приставил свой пистолет к её виску.
- Не заставляй меня опустошать твою симпатичную головку, милашка.
Клэр была в ужасе.
- Ты лживый, подлый УБЛЮДОК!
Адам взял её пистолет и засунул его за пояс.
- Это было немного неприятно - обвинять задницу Деллина, но то, что я увидел на твоём лице сейчас? Оно того стоило. Думаю, женская интуиция у всех одинаковая, да? Просто отстой.
Он развернул её и ударил об стену, чтобы лучше обездвижить.
- Молодец, Адам, - сказал Уинстер.
Но это был сын Уинстера, который легкомысленно приблизился к ней, его изуродованное лицо сияло при виде её. В тот же миг его смрадное дыхание ударило ей в лицо, его руки - одна нормальная и одна двупалая - были на ней.
- Я-я-я-я... укушу её, ладно, папочка? Только один раз, пожалуйста, папочка?
- Если ты это сделаешь, - начала Клэр и собиралась схватить его за горло.
Пистолет Адама снова был у её виска.
- Если он это сделает, тебя просто укусят, сладенькая, и я действительно хотел бы это увидеть.
- Я-я-я-я... люблю кусать девушек, особенно Клэр.
Глаза Клэр зажмурились: слюнявый язык Стюарта облизывал её лицо, кривые зубы на щеке, готовые укусить.
- Сынок, сынок, хватит об этом, - приказал Уинстер. - Ты повеселишься в своё время с Клэр и нашей другой симпатичной новой подругой, - Стюарт отступил, и Клэр вздохнула с облегчением.
Но она знала, что облегчение не продлится долго.
За Уинстером было несколько отгороженных занавесками кабинок, как в больничной палате.
- Иди, иди, - приказал он, махнув ей рукой. - Ты должна увидеть всю мою операцию.
Адам подтолкнул её вперёд, держа пистолет в руке. Уинстер отдёрнул одну занавеску...
...и Клэр поникла.
На смотровом столе внутри лежала Джойс, привязанная к нему. Она лежала либо без сознания, либо мёртвая.
- Не волнуйтесь, лейтенант, - сказал Уинстер. - Она всё ещё вполне жива и весьма важна для нас. Она хорошо подготовлена к нашим нуждам - как и ты.
Клэр не знала, что он имел в виду, не хотела знать.
- Мы готовы начать всерьёз. О, да, первоначальные испытания были подвержены многим недостаткам, но мы этого и ожидали. Мы просто дурачились, можно сказать, с такими субъектами, чтобы отточить правильные дозировки в соответствии с массой тела, показателями крови и так далее.
Он отдёрнул ещё одну занавеску. На металлическом столе лежала очень худая голая женщина с волокнистыми тёмными волосами. На столе были колёса и какая-то система рельсов.
- Боюсь, местные жители были не из тех, кого можно было выбрать, - сожалел Уинстер. - Плохое питание и разрушительное действие наркотиков и алкоголя снизили их плодовитость. Но они всё равно хорошо послужили своей цели.
Уинстер кивнул своему невменяемому сыну, который толкнул бедро девушки, после чего её тело медленно скользнуло по колёсам стола. Девушка вкатилась в большое круглое отверстие прямо за столом, но пока она катилась, Клэр увидела, как её пальцы слегка шевелились, а голова болталась взад и вперёд.
"Всё ещё жива", - подумала Клэр.
Стюарт закрыл большой оконный люк над желобом. В окне тут же засиял оранжевый свет, и девушка начала бешено метаться внутри, хныча.
- Боже мой, - пробормотала Клэр.
- Это новейшая разработка в области утилизации органических отходов, Клэр, - продолжал Уинстер своим застенчивым тоном. - Промышленный сухожаровой эксикатор. Ты знала, что для кремации тела традиционным способом требуется от шести до двенадцати часов? А ещё есть весь этот дым, который сопровождает процесс. Мы не можем допустить, чтобы дымовые трубы с сажей были видны на федеральном заповеднике. Этот процесс требует всего тридцать минут, чтобы полностью высушить человека, отгоняя всю влагу, каждую молекулу воды. Измельчитель превращает то, что осталось, в небольшую, управляемую кучку гранулированного осушителя, очень похожего на песок, - он поднял палец, воодушевлённый своими ужасными объяснениями. - В последнее время мы стали сбрасывать его в местные водоёмы - просто чтобы посмотреть, что из этого получится. И были достигнуты впечатляющие результаты.
- Мы видели эти результаты, Уинстер, - заговорила Клэр. - Он мутирует всё в озере.
- Действительно.
- И это пугает меня до чёртиков, - признался Адам. - Тебе следовало бы увидеть эту чёртову крысу, которая сегодня ночью оказалась в трубе.
Теперь Уинстер кивнул.
- Да, с этого момента нам придётся сбавить обороты и перейти на более контролируемую обстановку.
- И я только что видел некоторые из твоих "образцов" в той комнате со всеми этими стеклянными резервуарами, - добавил Адам. - Я понятия не имел, что ты уже получаешь такие результаты.
- Чудесно, не правда ли?
- Не тогда, когда мне приходится ходить по тому же лесу со всем этим дерьмом! - пожаловался рейнджер. - Это место превращается в шоу уродов, Гарри. Рано или поздно люди со стороны узнают, что здесь происходит.
- Нет, нет, Адам, ты действительно должен предоставить это нам.
- Как, чёрт возьми, - начала Клэр, - высушенные останки человека могут создавать то, что я уже видела здесь?
- Проницательный вопрос, - ответил Уинстер, - и ответ таков: мы высушили здесь не только людей.
Клэр уставилась на него.
Уинстер наслаждался этим, расхаживая по комнате в своём лабораторном халате, как профессор-медик перед классом, полным студентов.
- В отличие от кремации, которая окисляет материал, высушивание оставляет определённые клеточные атрибуты в отходах нетронутыми. Например, маркеры генов. И мы говорим об абсолютно уникальном маркере гена.
В её голове щёлкнуло воспоминание: то, что она видела в другой комнате, криолизатор.
- Главный образец, - сделала вывод она.
Уинстер указал, впечатлённый.
- Отлично, да! Главный образец. Видишь ли, Клэр, этот образец - то, ради чего на самом деле существует вся эта клиника. И он содержит свойства, ранее неизвестные генетической науке. Определённые звенья хромосомной цепи основного образца были сращены с репродуктивными генами субъекта, чего бы мы ни хотели - грызуна, амфибии, любого вида насекомого...
- Или человека, - выпалила Клэр.
- В конечном счёте, да, - с гордостью сказал Уинстер. - Но это была самая лёгкая часть. Достижение репродуктивного успеха было сложной частью. И мы это сделали.
Уинстер отдёрнул ещё одну занавеску, открыв типичную больничную кровать, но больше ничего типичного в ней не было. На ней лежала обнажённая женщина, запястья и грудь были привязаны к перилам, лодыжки привязаны к гинекологическим стременам. Нелепо беременная, раздутый живот женщины содрогался. Её голова была повёрнута набок, глаза открыты, и она тупо смотрела на Клэр, высунув язык.
"Грейс Флетчер", - Клэр сразу поняла.
Уинстер указал на несколько больших белых устройств с соплами, которые висели на шарнирных рычагах над кроватью Джойс, устройство, которое Клэр теперь узнала как пропавший аппарат УМИ. Затем он похлопал Грейс Флетчер по голове.
- Я сначала делаю им всем лоботомию, конечно, - это гуманно. Это делает их более управляемыми. На самом деле, я буду делать лоботомию твоей подруге Джойс через несколько минут, и я рад, что ты будешь здесь, чтобы наблюдать.
Колени Клэр дрожали.
Теперь Уинстер похлопывал по беременному животу Грейс Флетчер.
- Всё, что мы здесь делаем, вращается вокруг одного процесса, процесса, называемого трансфекцией.
Клэр вспомнила это слово; Деллин объяснил его, когда они были в баре. Сплайсинг генов на молекулярном уровне, сращивание выборочных частей генов в другую клетку, затем целевая клетка приобретает новые свойства.
- Грейс, вот, отлично справилась с нашей задачей, и Донна тоже какое-то время, - продолжил Уинстер. - Трансфекция сработала с ними изумительно. Донна родила два почти идеальных плода, а Грейс - три.
Клэр могла только надеяться, что она неправильно его поняла.
- Ты имеешь в виду, что...
- Мы трансфицировали репродуктивный генный маркер из основного образца в их яйцеклетки, оплодотворили их, а затем пересадили их в их матки. В наши дни это ужасно простой процесс. Поскольку мы всё ещё находимся на предварительной стадии, мы использовали сперму Стюарта для оплодотворения.
- И они родили...
- Давай назовём их "генетическими прототипами", ладно?
- Где они! - закричала Клэр.
Рука Уинстера потянулась к эксикатору, окно которого теперь было заполнено светящимся паром.
- Мы их, конечно, уничтожили. Как я только что сказал, сейчас мы находимся только на предварительной стадии. Полный комплект инкубаторов будет установлен только в следующем месяце. Но к тому времени мы будем готовы - ко второму этапу.
- Ты помещаешь в эту штуку младенцев! - закричала Клэр.
Уинстер отбросил самую мрачную ухмылку.
- Поверь мне, Клэр. Эти штуки не были младенцами.
Это было безумие. Ей нужно было выбраться, но как она могла это сделать, когда у неё за спиной пистолет Адама?
"Мне нужно что-то сделать, нужно ЧТО-ТО попробовать..."
- И ты также можешь в это поверить, Клэр: в Министерстве обороны есть некоторые отделения, которые очень довольны моими результатами на данный момент, и сделают всё, чтобы угодить мне, всё, чтобы защитить меня. Всё, что их волнует, - это результаты.
Клэр не сомневалась в этом. Какая польза от правосудия, когда власти были такими же злыми, как и преступники?
Уинстер обернулся, чтобы проверить жизненные показатели Грейс, и в этот момент Адам поднёс пистолет к её шее и схватил её за руку.
- Они собираются использовать тебя для этого, милашка, - прошептал он. - Но прежде чем они это сделают, я чертовски хорошо получу кусок от тебя, и это не будет неряшливыми каплями для зачатия его уродливого ребёнка, - затем он крепко потёр её руку о свою промежность.
Морщины отвращения пробежали по её лицу, когда она поняла, что чувствует: должно быть, дюжина металлических пирсингов в его гениталиях.
Клэр подумала, что её вырвет.
Адам отпустил её руку, когда Уинстер снова обратил на него внимание.
- Грейс и Донна пропали всего несколько месяцев назад, - бросила ему вызов Клэр. - Они не могли родить что-либо за такое короткое время.
Уинстер, казалось, был доволен вопросом.
- В нормальных репродуктивных условиях, нет, они не могли. Но вот где сияет наш успех, Клэр. Мы не просто трансфицировали генетические компоненты главного образца в яйцеклетку хозяина, мы также трансфицировали маркер роста в то же время, и за это мы должны благодарить только одного человека, твоего возлюбленного, Деллина.
Теперь Клэр ухмыльнулась, услышав его имя.
- Кстати, где Деллин? Я думаю, этот злой ублюдок будет здесь, злорадствуя вместе с тобой.
Уинстер прошёл через комнату, провёл пальцем по волосам Клэр.
- Тебе будет легче узнать, что Деллин держался в неведении относительно нашей настоящей цели здесь. Он учёный, занимающийся молекулярным нацеливанием, и блестящий. Именно его навыки позволили нам определить конкретный генетический маркер, который заставляет стромальный рак распространяться так быстро. Это самая быстрорастущая карцинома из существующих, - он поднял палец. - Если бы мы только могли извлечь это генетическое свойство из рака и трансфицировать его в человеческий репродуктивный ген - это был бы наш Святой Грааль. И Деллин достал его для нас, даже не подозревая, что мы на самом деле делаем. Его методы в передней части здания решили наши самые главные проблемы здесь, в задней части.
Облегчение, пусть и бесполезное, охватило её. Теперь ей стало очевидно: Адам подбросил видеокассету в коттедж Деллина, прекрасно зная, что именно туда она пойдёт, обнаружив, что её телефон сломался. Он был невиновен с самого начала. Но...
- Где он? - потребовала она. - Ты убил его, не так ли?
Уинстер ехидно погладил подбородок.
- Честно говоря, мы не совсем уверены. Как ты знаешь, вчера ночью к нам в клинику пробрались посетители. Мне было всё равно, что они взломали хранилище аптеки, но они были достаточно грубы, чтобы сделать то же самое здесь, в Крыле Б. После того, как ты совершила обход, Деллин сам пролез под здание и вылез через пролом в полу. Он, конечно, всё обнаружил, так что нам пришлось... усмирить его ярость.
- Где он!
Уинстер бросил взгляд на своего сына, который всё это время не сводил глаз с Клэр.
- Стюарт, выведи нашего доброго друга Деллина сюда, чтобы все его увидели.
Стюарт побежал в дальний конец комнаты, к двери с надписью "ХРАНИЛИЩЕ". Но пока он был вне зоны слышимости, Адам заговорил:
- Гарри, Господи Иисусе, ты должен что-то сделать с этим своим сыном; я же говорил тебе миллион раз, он непредсказуемый, у него нет никаких мозгов. Ты бы видел, что он сегодня натворил.
- И что же это могло быть, Адам?
Шёпот Адама был яростным.
- Он взбесился! Он убил твою сестру и её мужа, разгромил дом... - Адам поднял раненую руку, - а потом этот умственно отсталый маленький ублюдок чуть не убил меня!
- Ты знаешь, каким непостоянным он может быть, Адам. Ты уверен, что не сделал ничего, чтобы разозлить его?
- Нет!
- Ты уверен? Ты уверен, что он не пришёл в подвал, чтобы увидеть, как ты насилуешь мою сестру, Адам?
- Это то, что он тебе сказал? Ты поверишь ему вместо меня? Он чокнутый!
- К настоящему моменту, Адам, я уверен, ты знаешь, что я очень сосредоточенный человек, - продолжал Уинстер. - Меня не волнуют случайные неудачи или случайные люди, если на то пошло. Моя сестра для меня как сексуальное успокоение для Стюарта постепенно исчезала. Проект важнее всего этого, и какой бы беспорядок ты ни устроил в коттедже, тебе придётся просто убрать это. Или я найду кого-нибудь другого, кто это сделает.
Пойманный на собственной лжи, Адам просто сглотнул и кивнул.
Стюарт отпер кладовку и вытащил Деллина. Кровь была на одной стороне его головы. Он не двигался, и, похоже, не дышал.
- Ты убил его! - закричала Клэр.
- Приклад дробовика моего доброго сына быстро положил конец слежке Деллина здесь, - Уинстер подошёл, наклонился. - Но как тебе это нравится? Он всё ещё жив, - объявил он, пощупав пульс. Он снова погладил подбородок, теперь более задумчиво, и посмотрел на эксикатор. - Я пока не уверен, что хочу с ним делать. Обычно эксикатор справился бы, но... - он покачал головой. - Запри его обратно в шкафу, Стюарт. Нам могут понадобиться его знания на следующем этапе, - затем он улыбнулся Клэр. - Я уверен, что Деллин продолжит работать на нас - при должном давлении.
Стюарт затащил бесчувственное тело Деллина обратно в шкаф и снова запер его. Уинстер пошёл к столам.
- И я не хочу спойлерить, но ты можешь забыть о Рике, который ввалился бы сюда в последнюю минуту и спас вас всех...
Со всем, что произошло, это даже не пришло ей в голову.
"Рик. Где он?"
Она нашла окровавленный ключ в станции на озере, но так и не нашла тело.
- У нас здесь замечательная система наблюдения - правительство не жалеет денег, - Уинстер включил большой монитор безопасности. - Эта запись покажется тебе ещё интереснее той, что Адам подбросил в коттедж Деллина, - пообещал Уинстер.
"Озеро", - подумала Клэр, когда картинка сформировалась.
Это был дальний план с камеры, установленной высоко на одной из пальм. Звука не было, но она могла видеть всё, что ей было нужно.
Рик лихорадочно поворачивал ключ в замке, но какая-то фигура оттащила его. Когда он выпрямился, потянувшись за своим пистолетом...
"Нет!" - подумала Клэр, стиснув зубы.
...Рика буквально подняло с земли и отбросило назад, когда другая фигура разрядила оба ствола двенадцатого калибра в живот Рика.
Фигурой, конечно же, был Стюарт, который затем спокойно перекинул Рика через плечо и понёс его к берегу. Он не зашёл слишком глубоко, даже по колено, а затем позволил телу Рика плюхнуться в воду. Стюарт быстро побежал обратно к берегу, словно испугавшись чего-то в воде.
И тут это что-то появилось.
Даже на мониторе Клэр могла видеть приближающуюся рябь. Длинная и змееподобная тварь вынырнула на поверхность и быстро обвила своим телом Рика, затем утащила его под воду. Хотя она только мельком увидела, Клэр знала, что это было.
Один из тех мутировавших угрей, как в аквариуме в другой комнате...
Только этот был намного больше, и зубы крокодила, растущие из его челюсти, тоже были больше. Клэр просто закрыла глаза. Рик даже не смог оказать сопротивление, когда существо утащило его глубоко под воду.
- Вот и всё, - сказал Уинстер.
- Таким людям, как ты, нельзя позволять существовать, - пробормотала Клэр.
- Ах, но мы есть, Клэр, и знаешь почему? Мир не развивается сам по себе, он развивается усилиями немногих редких людей, которые осмеливаются нарушать правила и бросать вызов условностям.
- Ты просто балуешься с генетикой, Уинстер. Ты не делаешь здесь ничего, что изменит мир.
- О, но я сделаю это, Клэр, и эти определённые, более скрытые отделения нашего федерального правительства слишком уверены в этом. Будь уверена, ты поможешь мне по-своему, - ещё одна улыбка, - и в то же время обеспечишь моему славному сыну здоровое развлечение между беременностями.
Стюарт подбежал к ней, провёл своей изуродованной рукой по её лицу.
- Я с-с-с-скучал по тебе, Клэр.
Уинстер с гордостью посмотрел на него.
- Боюсь, Стюарт всегда был к тебе очень привязан, и, как и многие отцы, я не могу не дать ему всё, что он захочет. Конечно, как только мы полностью войдём во вторую стадию проекта, мы не будем использовать сперму Стюарта. Поверь мне, Клэр, твои яйцеклетки будут оплодотворены очень осторожно, лучшим проверенным генетическим материалом, который только может произвести наука. Я буду использовать тебя ради твоей матки, Клэр, а Стюарт будет использовать тебя как свою личную игрушку. Но это не так мрачно, как кажется, - Уинстер пожал плечами. - Тебе сделают лоботомию, ты никогда ничего не почувствуешь - э-э-э, по крайней мере, ты, скорее всего, не почувствуешь.
Клэр изо всех сил пыталась упорядочить мысли.
"Эти больные ублюдки настроены серьёзно. Я должна рискнуть..."
Но как?
Рука Стюарта, похожая на плоскогубцы, скользнула вниз к её груди, наткнувшись на её груди, затем скользнула ещё ниже.
- Отвали от меня, урод, - прошипела она.
- О, он просто хочет потрогать, - сказал Адам. - Лучше привыкай - скоро он будет делать гораздо больше.
- Ты такая крас-крас-красивая, Клэр. Я буду кусать тебя много раз, а потом трах-трах-трахну...
- Сынок, хватит, - отозвался Уинстер. - Сейчас у нас нет на это времени. Потерпи. Но давай покажем Клэр, что её ждёт в ближайшем будущем, - он встал сбоку от стола Джойс. Джойс всё ещё лежала без сознания, и Уинстер нагнулся и потянул вниз одну из насадок УМИ. - Тонкие, как нити, лучи коротковолнового, высокоамперного излучения направляются через необходимые нервные центры мозга, - он щёлкнул переключателем на панели, отрегулировал несколько ручек. Одна кнопка засветилась красным, и Клэр смогла прочитать над ней слово "РАЗРЯД". - Мы немного её притупим, вот и всё. Лучше, чтобы она прошла через свои беременности без способности думать. Полученный в результате стресс может сделать её менее восприимчивой к реплантации яйцеклеток, даже несмотря на терапию по лечению бесплодия.
- Терапия по лечению бесплодия? - спросила Клэр. - О чём ты говоришь?
- О, но ты сама проходила те же самые терапии, Клэр. Тот восхитительный кофе со льдом в комнате отдыха? Он загружен бромакрипином, окситокалистами, питательными веществами на основе цитрата - всё это улучшает здоровье матки и оптимальную овуляцию. Также в состав добавлены некоторые гормональные добавки, чтобы сделать двадцать три хромосомы в твоих яйцеклетках более восприимчивыми к новым факторам трансфекции из главного образца.
- Ты вкачивал эту штуку в нас, а мы даже не знали! - закричала Клэр.
- Точно, и это очень успешный режим. Побочные эффекты неизлечимы, и они вряд ли изнуряющие.
- Какие... побочные эффекты? - спросила Клэр.
Уинстер развёл руками.
- Гиперактивная сексуальная реакция. Ты ведь наверняка сама это замечала. Нет?
Тогда она поняла. Поток эротических мыслей и фантазий за последние несколько дней? Страстные сны и внезапное увеличение её полового влечения? И всё это время секретные добавки к напиткам в комнате отдыха настраивали её репродуктивный потенциал - для этого.
От этого ей становилось всё хуже и хуже.
Но всё же она знала, что ей нужно выиграть время, придумать что-то, уловку, какой-то ход... Но она продолжала получать пустые ответы.
Уинстер приставил сопло ко лбу Джойс; его рука потянулась, чтобы нажать кнопку "РАЗРЯД" на машине.
- Подожди! - сказала Клэр.
Уинстер остановился, посмотрел на неё.
- Ты знал, что твой сын изнасиловал меня на базе той ночью, не так ли?
- Конечно. Стюарт иногда немного выходит из-под контроля, как и любой взрослеющий мальчик.
- Так это действительно ты подстроил суд. Фальшивые полиграфы, подкупленные свидетели - ты всё это сделал.
- Да, я сделал. Я не мог просто сидеть сложа руки и позволить, чтобы моего единственного сына преследовали, не так ли? Даже учитывая его недостатки, я не мог позволить, чтобы его поместили в психиатрическую больницу. Стюарт - мой сын, Клэр. А ты? Ты всего лишь мелкая сирота, маленькая шестерёнка в моём огромном колесе. Ты должна чувствовать себя привилегированно, что я собираюсь позволить тебе жить.
- Ты называешь это жизнью? Безмозглый кусок мяса на столе? Матка, которая будет производить для тебя зародыши?
Уинстер надулся.
- Я не такой уж и злой, Клэр. За кого ты меня принимаешь? - затем ещё одна его кривая улыбка. - Ты не будешь безмозглой, ты будешь церебрально модифицированной.
Адам сжал её ягодицы.
- Тебе и той другой сучке будет здесь очень одиноко, - прошептал он. - Но не волнуйся. Я буду тайком возвращаться сюда время от времени, когда их не будет рядом, - он потёрся пахом о её бедро. - Я составлю тебе компанию.
Клэр отбросила своё отвращение и снова крикнула "Подожди!", как раз когда Уинстер собирался нажать кнопку.
Уинстер поднял брови.
- Есть свидетель! - Клэр выпалила. - Она в мгновение ока заставит полицию начать расследование.
- Она лживая сука, Гарри, - сказал Адам. - Нет никаких свидетелей.
- Та девушка из прошлой ночи, которую мы нашли в лесу, - Клэр пыталась вспомнить имя. - Кэри Энн Уэллс! Она не умерла, Уинстер. Ей становится лучше, и не пройдёт много времени, прежде чем полиция начнёт её допрашивать.
Уинстер выпрямился, его брови нахмурились от беспокойства. Затем он воскликнул:
- О, этот свидетель! - после чего они с Адамом расхохотались.
Теперь рука Адама потянулась и ущипнула её за грудь. Клэр вздрогнула.
- Где, ты думаешь, я был сегодня утром? - раздался ещё один влажный шёпот в её ухо. - Пришлось зайти и навестить бедную маленькую девочку, понимаешь? И я сделал ей небольшой подарок от Гарри.
- Дигиталис в капельнице, - заметил Уинстер. - Останавливает сердце на раз. Адам здесь очень кстати.
Настроение Клэр не могло упасть ещё ниже.
- Я уже начинала верить в это, - сказала она, больше себе.
- Что это, Клэр, дорогая?
- Слухи, - сказала она, - что здесь есть монстры. Даже Кэри Энн Уэллс сказала, что на неё напал монстр. Но никакого монстра не было. Это был просто твой сын, Уинстер, который в любом случае мог бы быть монстром.
Теперь Уинстер бросил на неё суровый взгляд, словно только что вспомнил о какой-то оплошности. Он снова убрал руку с кнопки разряда.
- Я извиняюсь, Клэр. Ты ведь не знаешь, не так ли? Будет уместно, если я объясню тебе остальное - прежде чем мы лишим тебя способности мыслить.
Он вытащил что-то из кармана, поднёс к губам и, казалось, дунул.
"Собачий свисток?" - вот всё, что смогла придумать Клэр.
Затем Уинстер обнял Стюарта за плечо.
- Это мой сын, Клэр.
Большая тень упала на пол.
- А это монстр, - закончил Уинстер.
Он указал на другой конец комнаты.
Клэр чуть не потеряла сознание, когда увидела то, что стояло в дверном проёме.
- Видишь ли, - злорадствовал Уинстер, - опыт Деллина в различных генетических митоэктонологиях, нацеливании клеточных частиц и общих протоколах трансфекции оказался самым ценным вкладом в проект, однако всё это время он никогда не знал, для чего мы на самом деле используем его навыки. Его методы не только успешно интегрируют сегменты ДНК - они также значительно ускоряют то, что мы в этой области называем точками насыщения углеродом и кислородом. Для неспециалиста? Это означает, что его методы значительно усиливают скорость органического роста, и всё это вместе - в сочетании с тем, что ты видишь сейчас - однажды позволит нам клонировать совершенно особенный тип людей.
Он был по меньшей мере семи футов ростом, с размахом плеч около ярда. Причудливые сети мышц и вен двигались под кожей, которая, казалось, была покрыта слизью. Цвет кожи был таким же фиолетово-белым, как у огромной безволосой крысы, которую они убили в трубе. Два отверстия вместо носа, два маленьких мясистых шишечки вместо ушей. Глаза были щелями, заполненными блестящей чернотой, а рот...
Оно открыло рот, чтобы сделать вдох.
Рот был сложной пропастью, заполненной зубами, гораздо более похожими на волчьи, чем на человеческие.
Оно стояло без одежды и воняло. Его гениталии свисали огромными кусками в паху, вся эта гротескная плоть слегка вздрагивала, когда чёрные глаза-разрезы пристально смотрели на Клэр.
- Зрелище творения, не так ли? - сказал Уинстер, глядя на него с явным благоговением.
- Кажется, меня сейчас стошнит, - выпалила Клэр.
- Несовершенное, да, но по мере того, как мы узнаём всё больше и больше, и по мере того, как наши методы продолжают совершенствоваться, просто представь, что мы сможем здесь создать. И ты, Клэр, будешь частью этого - в своём собственном маленьком роде.
Клэр сглотнула.
- Так вы...
- Создали его, - рявкнул Уинстер. - Прямо здесь. И ему меньше года. То, что я тебе говорил ранее, было не совсем точным - был один трансфицированный плод, которого мы не уничтожили, первый, - Уинстер был в восторге. - Этот.
Клэр едва могла смотреть на него.
- Мы усовершенствуем их, обучим, натренируем, - продолжал Уинстер. - Он уже подчиняется простым командам, он усвоил незначительный словарный запас, он научился выполнять незначительные задачи...
Она вспомнила крысу и некоторые образцы в резервуарах...
"Их головы, их черепа", - подумала она.
Брови, казалось, намекали на точки, которые никогда полностью не развивались, почти как рога. Это существо, стоящее перед ней, демонстрировало похожую черепную особенность. Затем её взгляд метнулся к его рукам...
Она смотрела на выпуклые мышцы. Там были группы мышц, о существовании которых она даже не подозревала. Её взгляд следовал за рукой до самого низа. Крючковидные ногти росли из концов толстых пальцев. У пальцев была лишняя костяшка? А затем...
"Подождите-ка!" - подумала она дальше.
Она посмотрела на другую руку.
Основная структура первой руки казалась нормальной, но на другой руке было только два пальца: большой и указательный.
"То же, что и у Стюарта".
Уинстер, казалось, видел, что она только что заметила этот факт.
- Я клонировал своего сына, после трансфекции некоторых других свойств - чтобы посмотреть, что из этого получится. Сама трансфекция прошла на сто процентов успешно, как и беременность. К сожалению, были некоторые дефектные свойства Стюарта, которые также просочились.
- Ты взял хромосомы своего собственного сына и сделал из них мутанта, - поняла Клэр.
- Да, но вскоре мы будем делать мутантов из твоих хромосом.
Он стоял там, безмолвный громадина...
"Монстр", - подумала она.
Клэр знала, что она смотрит в своё будущее.
- Теперь ты знаешь, - сказал Уинстер. - Выбор хозяев без семейной базы, без братьев и сестёр, без настоящих домашних корней был простым, с записями о военнослужащих в моём распоряжении. И я особенно хотел тебя, Клэр. Деллин даже не знал о наших прошлых отношениях, когда я послал его найти тебя. Остальные тоже - они были идеальны. Джойс кажется особенно плодовитой... - он снова направил насадку ей в голову. - Да, прямо здесь - я действительно начинаю понимать это, - казалось, он сопоставлял матрицу на одном из компьютерных экранов с МРТ-сканированием мозга Джойс. - Мы хотим сжечь двигательную борозду и правый задний квадрант височной доли - вот что мы хотим сжечь - вот оно, похоже на это...
Он потянулся к кнопке заряда.
- Подожди! - воскликнула Клэр. - Что это за запах?
Уинстер укоризненно взглянул на неё.
- Правда, Клэр. Ты слишком долго тянула время для своей подруги. Я бы ожидал чего-то более оригинального, чем это...
- Эй, Гарри? - Адам понюхал воздух. - Я тоже что-то чувствую.
Это была не уловка. Какой-то неясный едкий запах наполнил воздух. Глаза Клэр начали слегка щипать.
- Шкаф, - сказал Адам. - Хочешь, я его проверю?
- Нет, - Уинстер посмотрел на шкаф для хранения вещей. Затем он посмотрел прямо на огромного клона. Он громко сказал ему, указывая на дверь. - Деллин там. Возьми его. Убей его, - затем Стюарту: - Открой дверь для своего брата, сынок.
Стюарт приблизился к двери со своим ключом, его брат-мутант следовал за ним. Когда существо шло, его шаги шлёпали по кафельному полу. Стюарт потянулся вперёд со своим ключом, когда...
БАХ!
...дверь распахнулась и ударила Стюарта прямо в лицо. Он упал, вопя.
Комната, казалось, замерла. Всё произошло в доли секунды. Какой-то глубокий флегматичный звук вырвался из горла мутанта, когда Деллин - с окровавленным лицом - выскочил из шкафа и бросил стакан, полный какой-то маслянистой жидкости, в первобытное лицо существа. Затем...
ПУФ!
- Нее-еее-ет! - закричал Уинстер.
Отвратительный клон вспыхнул пламенем, чёрный маслянистый дым вырвался из ауры огня. Рёв агонии, вырвавшийся из его горла, едва не оглушил Клэр. Хотя всё это произошло за долю секунды, она увидела, что произошло.
Деллин поджёг жидкость с помощью подпружиненного кремневого воспламенителя; Клэр помнила, как использовала их для зажигания бунзеновских горелок на лабораторных занятиях в колледже.
Существо выбежало из комнаты, ревя и разгораясь всё сильнее, а затем:
Пандемониум.
Деллин бросился на Уинстера, схватил его за горло.
- Ты должен помнить, что ты хранишь в своих кладовых, Гарри, - сказал он, душив его. - Оно выжгло древесину вокруг замка серной кислотой и просто подожгло твоё творение фенолом...
Клэр схватила Адама за запястье и не смогла придумать ничего лучше, чем укусить его. Адам закричал. Он выронил пистолет, и он с грохотом покатился по полу. Она потянулась к пистолету, застрявшему у него на поясе, другой рукой, но затем он схватил её за горло своей большой рукой, начал сжимать.
Клэр была потрясена его силой, мгновенно застыв в ужасе. Его пальцы, сжатые как тиски, перекрывали приток крови к её мозгу. Всего за несколько секунд её зрение помутилось. В её голове боролась мысль:
"Нельзя позволить этому ублюдку убить меня - не так...
Но она обмякла.
- Выключи свет, милашка...
Это был скорее импульс, чем воля, когда Клэр ткнула Адама в глаз. Его рука соскользнула с её шеи, и он внезапно согнулся, держась за лицо.
- Ты СУКА! Ты выколола мне ГЛАЗ, чёрт возьми!
- Клэр! - закричал Деллин. - Убирайся отсюда, пока можешь!
Ещё больше фенола на полу загорелось - теперь плитка горела, чёрный дым заполнял комнату. Клэр побежала, не для того, чтобы убежать, а чтобы найти оружие, чтобы помочь Деллину. Она бросилась в соседнюю комнату, но прежде чем она смогла начать серьёзный поиск...
"Чёрт его побери!"
Она услышала шаги Адама прямо за собой.
Комната была ещё одной лабораторией; она заметила стол с несколькими компьютерными мониторами на нём - и нырнула под него.
- Ты никуда не пойдёшь, маленькая белокурая сучка, - прогрохотал голос Адама. - Я сделаю с тобой такую работу, что даже дьявол будет гордиться...
Клэр вжалась в стену под столом. Она могла видеть Адама, ниже пояса, приближающегося, и её пистолет больше не был у него на поясе, а это означало, что теперь он был в его руке.
"Какой глупый ход, - поняла она в мгновенном ужасе. - Теперь я здесь в ловушке. Всё, что ему нужно было сделать, это наклониться и посмотреть вниз... Придумай что-нибудь!" - закричала она себе.
Она могла видеть ботинки Адама - они шли прямо на неё.
Обеими руками она схватила шнур питания одного из мониторов прямо над собой; она несколько раз сильно дёрнула вниз. Сверху она услышала, как монитор ударился о стену.
"Вот сейчас..."
Этот последний рывок сумел вырвать соединения шнура из монитора. Теперь она держала шнур с открытыми концами, другой конец всё ещё был воткнут в розетку.
- Выходи, выходи, где бы ты ни...
Клэр выскользнула из-под стола, легла на спину между ног Адама. Он посмотрел вниз, ухмыльнулся, направил пистолет...
Затем закричал как резаный.
Клэр подняла одну руку, схватила его за ремень, а другой рукой втиснула оголённые провода ему в промежность. Чистый электрический заряд потрескивал; она могла видеть, как бело-голубые дуги прыгали вокруг его лобковой области. Он стоял там, крича и содрогаясь, и вскоре его пах начал дымиться, мощность заряда, несомненно, усиливалась всеми этими металлическими пирсингами в его гениталиях.
В конце концов, Адам рухнул.
"Потрясающе", - подумала она.
Адам был мёртв, его сердце остановилось от удара током, но когда он упал, пистолет скользнул под ряд тяжёлых полок, безвозвратно. Она поднялась, бросила на него последний взгляд. Его промежность дымилась. Один глаз вывалился из глазницы, другой был кроваво-красным от кровотечения.
- Иди на хер, Адам, - сказала она трупу. - И извини мой грёбаный французский.
Она побежала обратно в другую комнату, где Адам бросил первый пистолет, но теперь она едва могла видеть из-за всего этого дыма.
- Деллин! Где ты!
Ответа не было, только потрескивание пламени. Она подошла ближе, прищурилась и тут увидела их.
"Чёрт!"
Джойс пришла в сознание, кричала о помощи, лёжа привязанной к столу. Стюарт Уинстер прижал Деллина к стене, прижав лом к его шее.
"Он убивает его!"
Опять же, это был инстинкт, а не преднамеренность со стороны Клэр. Она схватила Стюарта за волосы сзади, дёрнула его вправо со всей своей силой. Его голова сильно ударилась о рифлёный металлический стол. Деллин бросился вперёд, чтобы помочь, прижав его плечи к земле. Тем временем Клэр уже принесла сопло УМИ. Она прижала его прямо к его лбу.
Затем она ударила по кнопке "РАЗРЯД".
Уродливая двупалая рука потянулась вверх, схватила горло Клэр и сжала, но Клэр просто стиснула зубы и взяла его, в то время как Стюарт начал дрожать на столе, пока устройство медленно прижигало случайные нервные центры в его мозгу. Пинцеобразная рука тоже дрожала вокруг её шеи, затем соскользнула.
"Кажется, он готов", - сказал Деллин.
- Не совсем. Я хочу, чтобы этот больной сукин сын был хорошо прожарен, - сказала Клэр.
Стюарт лежал, истекая слюной, неподвижный, но всё ещё живой. Деллин открыл люк эксикатора, и Клэр слегка потянула Стюарта, и он вкатился прямо внутрь.
Затем Деллин закрыл люк.
- Давай, это место быстро горит, - сказал он.
Клэр отстёгивала Джойс, помогая ей слезть со стола.
- Вот, бери её и выбирайся отсюда!
- Куда ты идёшь?
Клэр подняла с пола пистолет Адама, схватила фонарик.
- Я иду за Гарри! - крикнула она в ответ и исчезла в дыму.
Интуиция или удача подсказали ей, в какую сторону пойдёт Уинстер. Когда она вышла в коридор, она почти повернулась к выходной двери, задумалась на секунду, затем повернулась в противоположном направлении и пошла к лестнице, которая спускалась в большую канализационную трубу. Тут же она увидела следы в грязи, ведущие прочь.
Она не стала терять времени.
Она побежала.
Добравшись до мёртвого грызуна, она перепрыгнула через его тушу размером с колли, не останавливаясь, чтобы слишком пристально рассмотреть более мелких вредителей, которые теперь пировали им. Но она помнила, что сказал Адам, когда они были здесь ранее:
"Мы в его доме. Вероятно, их там больше, гораздо больше".
Клэр надеялась, что у неё не будет возможности узнать, правда ли это.
Шаги Уинстера продолжали идти прямо, когда она подошла к следующей лестнице и выходу - тому, что вёл в подвал дома миссис Грейбл. Он не пошёл туда - он продолжал идти прямо.
Так вот что сделала Клэр, хотя только что поняла, что понятия не имеет, где заканчивается труба.
Её ботинки хлюпали по углубляющейся грязи. Она прошла ещё сотню ярдов, но здесь, внизу, в вонючей темноте, это казалось милей.
"Вернись, - пытался соблазнить её голос в голове. - Возвращайся, найди Деллина и Джойс и убирайся отсюда".
- Нет, - ответила она себе.
Она не собиралась сдаваться. Она не могла.
Уинстер спустился в этот туннель, и она не собиралась останавливаться, пока не найдёт его.
Но всего через несколько ярдов что-то поставило под угрозу её решимость.
"Чёрт!"
Туннель разветвлялся на развилку.
К этому времени она уже шла по щиколотку в грязи. Следов не было.
"В какую сторону? Просто забудь об этом. Возвращайся!"
Затем другой голос, не её собственный, принял решение за неё.
- Я здесь, Клэр, - сказал Гарольд Уинстер.
Клэр направила свой фонарик туда, где туннель разветвлялся направо. Она едва могла его видеть, примерно в шестидесяти или семидесяти футах.
- Никто из нас не может бежать всю ночь, - раздался его голос, - и ты прекрасно знаешь, насколько опасна эта канализация. Я рискую, Клэр, надеясь, что я немного вне досягаемости твоего оружия.
На самом деле так и было. Она уже держала его на прицеле, но это был очень дальний выстрел.
- Давай заключим небольшую сделку, - сказал Уинстер.
- Ты, должно быть, шутишь! - чуть не рассмеялась она.
Она взвела курок пистолета, держа прицел на центре масс его тела - самой практичной цели в условиях низкой освещённости и дальнего огня.
- Прежде чем ты выпустишь в меня залп пуль, пожалуйста, выслушай меня.
Палец Клэр собирался нажать на курок, но затем она замерла.
- Я, должно быть, кажусь тебе самым злым человеком в мире, - проговорил он.
- Да.
- Но если ты убьёшь меня, всё, что ты будешь делать, - это довольно глупая первобытная эмоция: месть. Я не покривлю душой, когда скажу, что нахожусь на пороге прорыва, который может изменить наше общество - к лучшему.
"Я действительно хочу это услышать?"
- Чушь, Уинстер. Если я убью тебя, то сделаю мир безопаснее.
- Ты можешь верить в это, про себя. Но ты позволяешь своей ненависти мешать твоей объективности. Ты даже не можешь начать знать, какие хорошие вещи могут возникнуть из наших исследований...
Но это была просто риторика, и внезапно её осенило.
"Почему он остановился? Почему он просто не продолжил бежать?"
Не имело смысла останавливаться, чтобы противостоять ей, зная, что она вооружена. Затем она вспомнила, как они были в клинике, как сама Клэр нащупывала любое отвлечение, чтобы не дать Уинстеру нажать кнопку разряда.
"То же самое он делает и со мной, - поняла она. - Он тянет время".
Но время для чего?
"Пора кому-то подкрасться ко мне из..."
Клэр развернулась и закричала. Она успела только один раз выстрелить - в середину огромной когтистой руки, которая обрушилась на неё. Пуля прошла прямо через руку, но то, кому принадлежала эта рука, нисколько не заботилось об этом.
Пистолет вырвали, а Клэр схватили за горло и подняли вверх...
Шлёп!
Её голова была врезана в верхнюю часть трубы.
Она полностью обмякла, а затем её бросили в грязь.
- Молодец! - ликовал Уинстер.
У Клэр теперь слишком кружилась голова, чтобы видеть с какой-либо ясностью, но ей и не нужно было видеть, чтобы понять, что это будет ужасный конец. Отвратительный запах тела клона теперь стал намного хуже, смешавшись с вонью горелой плоти. Лицо, грудь и плечи были покрыты коркой угля, но чёрные глаза влажно блестели в своих щелях.
"Боже на небесах..."
Удар в голову начал спадать, но это казалось самой жестокой правдой из всех: она придёт в себя как раз вовремя, чтобы ощутить всю силу этого чудовищного изнасилования...
Тварь разорвала её верх. Затем она потянулась вниз, чтобы разорвать её брюки...
- Берегись! - закричал Уинстер.
Клэр, в ужасном оцепенении, не понимала, почему Винстер вдруг заревел. Руки монстра оторвались от её тела; угловатое, почерневшее лицо поднялось. Клэр поднесла руки к ушам, закричала от кошмарного шока от дульной вспышки и оглушительных выстрелов...
Огромная голова клона взорвалась на куски прямо у неё на глазах. Кусковое мозговое вещество вылетело с одной стороны и разбилось о стенку трубы. Клэр насчитала пять выстрелов из пистолетов.
Это Рик помогал ей подняться.
- Давай, - сказал он, - давай выбираться из этой дыры.
Жизнь Клэр только что была необъяснимо спасена, но её эмоции оставались острыми, воспалёнными. Оставалось сделать ещё одно дело.
Клэр вытащила из слизи свой пистолет и схватила фонарик.
- Клэр, забудь, - попытался убедить Рик. - Он слишком далеко...
Уинстер развернулся и убежал. Она едва могла видеть его на расстоянии выстрела.
Она сделала вдох, выдохнула половину и...
БАЦ!
Один выстрел. В прицеле Уинстер упал.
- Иисус, ты его подцепила, - сказал Рик. - Теперь мы можем идти?
Но Клэр побежала вперёд, глубже в трубу. Ей нужно было его прикончить.
Рик тянул её назад, когда Уинстер начал кричать. Они всё ещё были в нескольких ярдах от того места, где пуля свалила Уинстера.
- О, чёрт! - закричал Рик. - Посмотри на эти штуки! Клэр, нам нужно...
- Бежать отсюда! - закончила она за него, и они оба повернулись и побежали.
Крики Уинстера преследовали их всю дорогу обратно к лестнице, и когда они поднялись в подвал покойной миссис Грейбл, а затем выбежали из дома как сумасшедшие, запрыгнули в "Блэйзер" и выехали оттуда, Клэр показалось, что она всё ещё слышит крики Уинстера.
В тот последний раз, когда она мельком увидела его в канализации, они с Риком увидели несколько безволосых крыс размером с колли, которые очень тщательно поедали полковника Гарольда Т. Уинстера заживо.
Они выезжали с территории. За рулём был Рик. Они подобрали Деллина и Джойс на дороге сразу за клиникой.
Клиника была адом.
Некоторое время никто ничего не говорил.
Джойс сидела впереди. Клэр сидела сзади с Деллином, его рука обнимала её, пока проходил шок. Он не пройдёт полностью - никогда - но она довольно быстро пришла в себя.
- Рик? - спросила она. - Я забыла. Спасибо, что спас мне жизнь.
- Конечно, - только и сказал он, Джойс обняла его.
- Уинстер показал нам запись с одной из камер видеонаблюдения. Мы видели, как Стюарт выдал тебе из ствола в живот.
Рик задрал рубашку, показывая дырявый жилет из кевлара.
- Я конечно ко многому был готов... Но я думал, что мне точно конец, когда этот умственно отсталый урод бросил меня в озеро. Этот угорь или змея, или что там ещё это было, схватил меня за шею и потянул вниз. Но он довольно быстро отпустил меня, когда я отстрелил ему голову.
"Слава богу", - подумала Клэр.
Джойс всё ещё была потрясена. Клэр знала, что ей понадобится некоторое время, чтобы прийти в себя. Рука Деллина, обнимавшая Клэр, была почти отчаянной.
- Я до сих пор не могу поверить, что Уинстер там делал, - сказал он.
Клэр вспомнила вонь от этой штуки и её огромный вес на её спине в туннеле.
- Поверь, - пробормотала она. - Что теперь будет?
- Понятия не имею, - сказал Деллин. - И, честно говоря, я даже не хочу думать об этом прямо сейчас.
- Но куда мы пойдём? - спросила Джойс.
- Я знаю отличное место, - ответил Рик.
- Куда?
- Любое чёртово место, только не здесь...
Даже когда они вернулись на главную дорогу, за пределы официальной территории парка Форт-Алачуа, они могли видеть бушующий в лесу пожар.
Сквозь усталость Клэр пришла в голову последняя мысль:
"Интересно, что это был за главный образец. Уинстер так и не сказал..."
Но мысль растворилась, и она уснула в объятиях Деллина, когда они направились к мосту, который должен был вывести их на межштатную автомагистраль.
- Профессор?
Голос казался далёким, но лицо, от которого он исходил, было размытым прямо перед ним.
- Профессор Фредрик?
Глаза Фредрика были широко открыты, фокусируясь. Он лежал где-то ничком.
"Где солнце?" - задавался он вопросом, хотя он не был уверен, почему он так думает.
Рука нежно подтолкнула его.
- Профессор Фредрик, не пугайтесь. С вами всё будет в порядке...
Его зрение всё больше обострялось. Он посмотрел вниз и увидел, что лежит на койке, а перед ним на коленях стоит человек, довольно невзрачный, если не считать белой повязки с красным крестом на ней.
"Врач, - понял он, - или фельдшер скорой помощи".
Мужчина видел, что Фредрик уже пришёл в сознание.
- Я сказал, что с вами всё будет в порядке, сэр, но с сожалением сообщаю вам, что вы единственный выживший. Боюсь, все остальные погибли.
Фредрик не знал, о чём он говорил, но даже скорбное послание не пришло ему в голову. Когда он огляделся, то увидел, что находится в палатке. Несколько других медицинских работников молча слонялись вокруг, и там были и другие койки, но люди, которые лежали на них, были полностью покрыты белыми простынями.
- Это чудо, что мы смогли вас вытащить.
Фредрик протянул руку сквозь волну боли, грубо схватил мужчину за воротник.
- Что, ради Бога, случилось? Где я?
- Сэр, вы в полевом госпитале скорой помощи, - сказали ему. - Вы ничего не помните? Вы были в той пещере с другими археологами.
Его рука отпустила воротник, и его охватило ещё больше потрясения.
"Пещера. Склеп. Мы нашли настоящий индейский склеп Понойе - и мумифицированные тела..."
- Там был обвал, сэр. Передняя часть пещеры обрушилась.
Когда Фредрик сглотнул, он проглотил древнюю пыль.
- Дейлс, мой помощник...
- Боюсь, он погиб, сэр.
Слёзы хлынули сквозь ещё больше пыли на его лице.
- Со мной там было полдюжины студентов. Они все...
- Они все погибли, профессор. Мне жаль.
Фредрик уставился в потолок палатки, и слёзы снова навернулись. Мумии, чёрт их возьми. Внезапно величайшее археологическое открытие в истории штата Флорида потеряло всякий смысл. Всё было бы уничтожено при обвале, но теперь это не имело значения. Его студенты были ему как дети, а Дейлс был самым близким к настоящему сыну человеком, которого он когда-либо имел.
"Мёртв, - пришла голая мысль. - Мёртв из-за моих одержимостей".
Фредрик только хотел умереть вместе с ними.
Внезапный выброс адреналина схватил его сердце, когда воспоминания начали всплывать. Они были в склепе, мимо дольмена, на котором индейская девушка была принесена в жертву какому-то безымянному богу. Но жрецы ритуала тоже были принесены в жертву - вручную расчленены. 10 000-летняя сцена была слишком запутанной, но Фредрик знал детали ритуала.
"Обряд воплощения", - вспомнил он.
А затем...
Ещё воспоминания. Дэйлс смотрел на экран считывания оборудования для магнитной съёмки.
- Всё как раз наоборот, профессор. Я получаю показания тройного нуля на расстоянии полутора метров.
- Что? - закричал Фредрик.
- Это не камнепад. За этим есть ещё одна комната.
"Ещё одна комната, - вспомнил теперь Фредрик. - Ещё один склеп".
Мумифицированная рука, выглядывающая из трещины, действительно была похожа на лапу.
"Демоническую", - подумал он.
- Будьте осторожны! - крикнул ему Дейлс, когда он начал протискиваться в трещину.
И вот тогда он увидел то, что было по ту сторону.
- Профессор Фредрик? - снова врач, в палатке. - Вы можете рассказать мне, что случилось? Вы можете что-нибудь вспомнить? Что-нибудь вообще?
"Да", - мысль скрипнула, как старое дерево.
Он закрыл глаза, задумался сильнее, затем начал видеть больше. Ещё через несколько секунд он вспомнил всё.
- Что-нибудь, сэр? Нам нужно знать.
Фредрик пристальнее посмотрел на мужчину. Рядом с ним на коленях стоял кто-то ещё, другой доктор, как он предположил.
- Кто вы? - спросил Фредрик.
- Мы - аэромобильное отделение неотложной медицинской помощи, сэр, - сказали ему. - Когда произошёл обвал, ваши люди связались с властями по федеральному каналу связи.
Теперь Фредрик слышал вертолёты вдалеке.
"Медицинская помощь..."
- Из какой вы больницы?
- Из медицинского центра ВВС имени Лемея, - сказал мужчина.
"ВВС?" - подумал Фредрик.
- Нам позвонили, потому что мы могли добраться сюда быстрее, чем кто-либо другой.
Это была удача Фредрика, или, по крайней мере, он так думал. Он был жив, он собирался жить, но...
Что-то было не так...
Первый мужчина настаивал:
- Вы вошли во вторую пещеру, верно, профессор? Что вы видели?
Фредрик помнил, теперь он всё помнил.
- Ничего, - солгал он.
Когда он проскользнул через трещину, он действительно ожидал найти второй склеп, но это было совсем не то. Он просто стоял там в шоке, оглядываясь вокруг, не веря в то, что это возможно, и он вспомнил, как подумал:
"Жрецы снаружи думали, что они воплощают демона".
Он уставился на остальную часть прекрасно сохранившегося тела на полу. Вот что они получили вместо этого.
Это был не очередной склеп, в который он втиснулся, это была какая-то обрамлённая дверь. Внутри был тесный овал, полный бесчисленных аппаратов, которые давно потеряли свои огни. Он стоял внутри какого-то корабля...
А мумия на полу? Это был не демон, и это был не индеец Понойя.
Его взгляд метнулся к двум военнослужащим, стоящим на коленях перед койкой.
- Я ничего не видел, - снова солгал он. - Я ничего не помню о второй пещере, - он притворно поморщился. - Боже, у меня болит голова. Можете мне что-нибудь принести?
- У вас может быть сотрясение мозга, профессор, поэтому мы пока не можем дать вам никаких лекарств. Просто постарайтесь расслабиться, немного отдохнуть.
Фредрик кивнул, наблюдая, как двое военнослужащих встают и уходят. Это был второй, старший, который сразу же вызвал у Фредрика дурное предчувствие. Вот почему он солгал.
"Просто что-то страшное в его глазах..."
Он никогда не забудет и бейджик этого человека. Странное имя, которого он никогда в жизни не слышал. Уинстер.
Перевод: Alice-In-Wonderland
Бесплатные переводы в наших библиотеках:
BAR "EXTREME HORROR" 2.0 (ex-Splatterpunk 18+)
BAR "EXTREME HORROR" 18+