В 66 г. до н. э. римский полководец Помпей присоединил Иудею (будущую Палестину) к Римской республике.

Ожидание мессии и попытка императора Адриана построить храм Юпитера в Иерусалиме в 132 г. привела к восстанию евреев под предводительством Бар-Кохба. Римляне сурово покарали евреев. Было разрушено до тысячи городов и селений, около полумиллиона евреев убиты. Провинция Иудея была переименована в Палестину.

После раздела Римской империи в 395 г. Палестина стала провинцией Византийской империи. К этому времени среди местного эллинизированного населения сформировалась сильная христианская община, известная как Иерусалимская православная церковь.

Еврейская община существенно уменьшилась, но и во второй половине V века в Палестине сохранялось еврейское большинство.

В 638 г. арабы захватили Иерусалим, а патриарх Софроний отдал ключи от города халифу Омару.

В 1096 г. папа Урбан II организовал Первый крестовый поход с целью спасти христианские святыни и самих христиан Палестины от свирепых сарацин (арабов).

Европейские трубадуры, а спустя 500 лет знаменитые романисты типа Вальтера Скотта представляли крестоносцев как гуманных и справедливых воинов. Увы, на самом деле это были бандиты, убийцы и грабители.

15 июля 1099 г. крестоносцы овладели Иерусалимом и перебили всех его жителей — мусульман, евреев и христиан. Главная синагога была сожжена вместе с сотнями укрывшихся там евреев.

Крестоносцы образовали Иерусалимское королевство во главе с графом Готфридом Бульонским. Крестоносцы назначили патриархом Иерусалима капеллана графа Роберта Нормандского Арнульфа Шокесского. Православные же иерархи из Иерусалима и других районов Палестины были вынуждены бежать в Константинополь. За двести лет крестовых походов число христиан на Ближнем Востоке уменьшилось в 10 раз.

В 1244 г. арабы окончательно овладели Иерусалимом. Город переходил от одного мусульманского правителя до другого, пока в 1517 г. Иерусалим и Палестина не были завоеваны турками.

Отечественные историки до предела фальсифицировали историю Оттоманской империи.

Турция почти пять веков была врагом № 1 Московского царства и Российской империи. С 1568 по 1918 г. эти страны провели 13 больших войн, из которых только две — Прутский поход 1710–1711 гг. и Крымская война — были проиграны русскими. Мало того, с начала XVI века по 1769 г. Россия отражала регулярные, часто ежегодные набеги татар — вассалов Оттоманской империи. Ну а с начала XIX века по 1864 г. русские войска вели непрерывные бои с горцами Кавказа, которых поддерживала Турция — деньгами, оружием и военными инструкторами.

Можем ли мы в такой ситуации ставить в вину отечественным военным историкам и писателям XIX — ХХ веков негативное отношение к Оттоманской империи и туркам? Разумеется, нет. Но чем страшнее враг, тем лучше его следует знать. А невежество и верхоглядство историков и писателей лишь ведут к очередной беде столь любимого ими русского народа.

При царизме все, от западников до славянофилов, брызгая слюной, поносили османов, считая их дикими варварами, недостойными существования в цивилизованном мире.

Советские же историки добавили ещё и «классовый взгляд»: «Турецкое государство складывалось как военно-феодальное, грабительское государство; террористический режим, установленный завоевателями, надолго закрепил все самые худшие стороны феодального строя»[1].

Попробуем разобраться, почему турки-османы менее чем за полтора века превратили крошечное княжество, неизвестное в Западной Европе или на Руси, в Оттоманскую империю? Начну с того, что своим рождением Оттоманская империя обязана… крестовым походам.

В России долгое время крестоносцев изображали благородными, хотя и наивными рыцарями, жертвовавшими своим благополучием и жизнями ради своих убеждений.

Увы, Крестовые походы были не движением гуманистов, желавших освобождения угнетенных народов от варваров-басурман, а наоборот, вторжением невежественных дикарей-грабителей в арабские страны, чья культура и наука опережала Запад на несколько веков.

Рассказ о ходе Крестовых походов и создании латинского королевства со столицей в Иерусалиме — тема отдельного разговора. Я же остановлюсь на последствиях Крестовых походов.

Подавляющее большинство населения Европы и Америки[2] уверены, что Византия погибла под ударами турок. Увы, причиной гибели Второго Рима стал Четвёртый крестовый поход, в ходе которого в 1204 г. западноевропейские рыцари взяли штурмом Константинополь.

В том же 1204 г. крестоносцы создали на части территории Византии так называемую Латинскую империю со столицей в Константинополе. Русские княжества не признавали этого государства. Русские считали законным властителем Царьграда императора Никейской империи (основанной в Малой Азии). Русские же митрополиты продолжали подчиняться константинопольскому патриарху, жившему в Никее.

В 1261 г. никейский император Михаил Палеолог вышвырнул крестоносцев из Константинополя и восстановил Византийскую империю.

Увы, это была не империя, а лишь её бледная тень.

В империи, как в колонии, хозяйничали генуэзцы. Они, кстати, колонизировали всё побережье Чёрного моря от устья Дуная до Батума.

Слабость Византийской империи усугублялась внутренней нестабильностью. Наступила агония Второго Рима, и вопрос был лишь в том, кто станет наследником.

Между тем крестовые походы продолжались. Другой вопрос, что западные монархи давно забыли о гробе Господнем. Так, в ходе Седьмого крестового похода (1248–1254) французский король Людовик IX пытался захватить… Египет, а в восьмом походе Людовик IX двинулся в Тунис, там же король и умер от чумы.

Вскоре крестоносцы потеряли все анклавы в Азии. В 1268 г. египетский султан отвоевал Антиохию, в 1289 г. — Триполи, в 1291 г. — последнюю крепость крестоносцев на Востоке — Акру.

Король Иерусалима перебрался на остров Кипр. Венецианцы завладели двумя десятками островов Эгейского моря, островом Крит, Ионическими островами, а также стратегически важными крепостями на полуострове Пелопоннес — Корон и Модон.

Таким образом, утратив влияние в Азии европейцы, захватив стратегически важнейшие крепости и острова, сумели установить контроль над всем Восточным Средиземноморьем.

В 1492 г. закончилась Реконкиста, то есть война Кастилии, Арагона и Португалии против мавров в Испании. Рухнул последний анклав мавров — Гранадский эмират. А ещё раньше, в 1479 г., произошло объединение Кастилии и Арагона в Испанское королевство.

Увы, ни португальцев, ни испанское рыцарство не удовлетворило вытеснение мавров с Пиренейского полуострова. Им нужны были новые земли, деньги и рабы. Поначалу это могло дать лишь вторжение в Северную Африку. Во второй половине XV века португальцы захватили большую часть Марокко.

Но основными направлениями экспансии Португалии стали Атлантический и Индийский океаны. Выход Португалии в океан официальные советские историки объясняли следующим образом: «К концу XV в. из-за турецких завоеваний основной поток восточных товаров в Европу и европейских товаров в Азию пошел через Александрию.

Арабы стали единственными торговыми посредниками, и европейцы переплачивали им в 8—10 раз дороже против цены на восточные товары на месте».

Как видим, здесь, да и во многих отечественных и западных изданиях утверждается, что якобы турки перекрыли «основной поток восточных товаров в Европу». Иначе как наглой ложью назвать это невозможно. Вот я беру в руки «Атлас истории средних веков»[3], на страницах 17–18 — «Экономическая карта Европы и Ближнего Востока в XI — начале XIII вв.». Ни одного сухопутного (караванного) пути в западной или центральной части Малой Азии нет. Вся торговля шла только через Проливы. Но, увы, не в Аравию и Индию, а лишь в порты Чёрного моря. Итак, как говаривал незабвенный Кот Бегемот: «Поздравляю вас совравши».

То есть как в XII веке товары с Ближнего и Среднего Востока и из Индии шли через порты Триполи, Бейрут, Акра, Яффа и Александрию, так и шли в начале XVI века, да и позже, после османского завоевания.

Имела ли место переплата в 8—10 раз за сухопутный и морской транзит? Да, имела. Но виноваты тут в первую очередь пираты-рыцари с Кипра и Родоса, а также венецианские пираты с Крита и других островов.

И вот Васко да Гама в мае 1498 г. прибывает в Индию. После этого португальцы энергично принялись осваивать Индийский океан и стали каждый год отправлять туда большие эскадры, иногда до 20 кораблей, хорошо вооружённых артиллерией, с тысячами матросов и отборных солдат. Португальцы решили вытеснить из Индийского океана арабов и всю морскую торговлю там прибрать к своим рукам. Благодаря превосходству вооружения им это удалось. Но португальцы стали гораздо более жестокими эксплуататорами населения прибрежных областей Индии, а позже и лежащих дальше к востоку Малакки и Индонезии. От индийских князьков португальцы требовали прекращения всяких торговых отношений с арабами и изгнания арабов с их территории. Португальцы стали нападать на все встречавшиеся им суда, как арабские, так и туземные, грабить их и уничтожать команды.

13 февраля 1502 г. Васко да Гама во второй раз отправляется к берегам Индии. Теперь у него эскадра из 14 кораблей. Вот только один эпизод его плавания у берегов Индии, описанный в бортовом журнале: «В этот момент нам встретилось большое судно с паломниками из Мекки, оно направлялось в Кожекоде. Узнав об этом, адмирал велел обстрелять судно из пушек и поджечь его. Затем последовала ужасающая резня… Обезумевшие от страха мавры хватали горящие уголья и бросали их в португальцев, а те отвечали из мушкетов». Расстрел судна длился четверо суток. В конце концов уцелевшие арабы, спасаясь от пламени, бросились в море. «Море побагровело от крови. Из трёхсот пассажиров судна в живых осталось только двадцать детишек, которых дон Васко снял с горящего корабля и которых наш священник сегодня утром окрестил»[4].

Не довольствуясь Индийским океаном, португальцы полностью захватили контроль над Красным морем и Персидским заливом. В стратегически важных точках они захватили крепости и беспощадно топили все мусульманские суда, благо, иных там было.

В Красном море крестоносцев пытались остановить мамлюкские султаны Египта. Для борьбы с ними португальский адмирал Д’Альбукерке предлагал отвести воды Нила и тем самым уничтожить Египет без войны. Д’Альбукерке писал: «В Джидде и Мекке нет вооруженных людей, только отшельники; зато в стране пресвитера Иоанна полно людей и полно лошадей. Разве могут 3 тыс. мавров что-нибудь сделать с 500 конными португальцами? Если 500 не сделают, возьмите 1000. Мекку так легко уничтожить, что я думаю, что она уже уничтожена»[5]. (Зря мусульмане забыли эти идеи носителя европейской цивилизации.)

Итак, над исламским миром нависла страшная опасность. Португальцы появились в Красном море и Персидском заливе, испанцы одну за другой захватывали арабские крепости на африканском побережье Западного Средиземноморья. А из Персии двигались орды «красноголовых» головорезов. Взоры всех суннитов были обращены к Константинополю. Только османы могли спасти исламский мир.

Вопреки мнению большинства отечественных и западных историков, турецкие завоевания XV–XVI веков объясняются в первую очередь поддержкой народных масс, точнее большинства населения соответствующего региона или, по крайней мере, существенной его части.

Попытки дать объективный анализ успехов турок крайне редки в отечественной и иностранной литературе. Так, Н.А. Иванов писал: «В XVI в. престиж османов был очень высок. Как на Востоке, так и на Западе было много поклонников турок, особенно среди угнетенной и эксплуатируемой части населения. На Балканах и в Венгрии, в Западной Европе и России “отыскивались, — говоря словами А.Е. Крымского, — большие группы людей, которые, каждая в силу далеко не одинаковых соображений и настроений, не только без ужаса помышляла о грозящей возможности турецкого нашествия и завоевания, но даже прямо желали этого”.

В арабском мире наблюдалась аналогичная картина. В Магрибе крестьяне и жители городов воспринимали турок не иначе как покровителей и спасителей. Тунисский историк Ибн Абу Динар (XVII в.) с радостью отмечал каждую победу османского оружия. У арабского анонима XVI в., составителя “аль-Газават” — героического повествования о подвигах братьев Барбаросса, а также в кабильских народных песнях турки-османы предстают как защитники простых людей, как отважные и искусные воины, беззаветно сражавшиеся с врагами ислама. В кабильском фольклоре высшей мерой похвалы было сравнение с турком. На Востоке, в частности, в Египте, преобладали такие же настроения. С течением времени они приобрели характер бездумной традиции, глубоко укоренившейся в сознании многих поколений. Даже такой египетский историк-аристократ, как Абд ар-Рахман аль-Джабарти (1754–1825), который от всей души ненавидел турок, отдавал дань этой традиции. “В начальную эпоху своего правления, — писал он, — они [османы] были самыми лучшими из тех, кто стоял во главе уммы после халифов, ведомых правильным путём”.

Туркофильство в арабском мире, как и в Европе, было основано на непомерной идеализации османских порядков. В грядущем приходе османов народ видел отрицание всех зол и пороков, присущих арабскому восточнофеодальному обществу. В противовес собственным правителям османы представали как поборники правды и справедливости, как защитники шариата, которым Аллах дарует победу.

Взятие Константинополя в 1453 г. и дальнейшие успехи турок объяснялись не иначе как божественным промыслом. Считалось, что сам Бог направляет оружие османов…

Накануне османской оккупации в Каире часто говорили о вещих снах и видениях, предрекавших гибель мамлюкского султаната. О взятии Туниса в 1574 г., согласно народной молве, просил сам Сиди Махрез — святой покровитель города, который явился во сне Селиму II»[6].

Итак, подавляющее большинство мусульман-суннитов считали, что османы выполняют волю Аллаха. Ну а противоречить воле Всевышнего….

Да что арабский мир… По всей Европе ходили фантастические слухи о царстве справедливости у османов. Появились даже туркофильские издания, к которым, замечу, султаны не имели никакого отношения. Так, рыцарственный «турок» из одноименной драмы поэта XV века Ганса Розенплюта защищает замученных купцов и крестьян. Он всегда на стороне бедняков, которые своим трудом кормили господ, «получая взамен за это лишь новые тяготы». Турок обещает «реформировать и наказать аристократический мир».

А.Е. Крымской писал, что в произведениях И.С. Пересветова султан Мехмед II «с любовью обрисован как тип царя, который жестоко расправился с неправедными вельможами, но зато своей жестокостью к ним вводит в свою землю всеобщую справедливость»[7]. Пересветов восторгается Мехмедом II, велевшим с нерадивых и лживых судей живьем сдирать кожу, на которой написать: «Без таковые грозы не мочно в царство правды ввести»[8].

А первый социалист-утопист Томмазо Кампанелла (1568–1639) советовал во всем подражать мусульманам и «ввести ряд реформ на турецкий манер».

Даже Мартин Лютер (1483–1546) утверждал: «Многие требуют прихода турок и их управления… Слышу я, что есть в немецких землях люди, желающие прихода и владычества турок, которые хотят лучше быть под турком, чем под императором и князьями».

Морские гёзы, боровшиеся с испанцами за свободу Нидерландов, носили шляпы с серебряным полумесяцем и вышитой надписью: «Лучше турки, чем папа».

Греки на островах Эгейского моря ненавидели крестоносцев за преследования православной церкви и страшные поборы, и видели в османах своих освободителей.

Да, турки разрушили часть православных церквей, но в целом в империи имела место веротерпимость как к христианам, так и к евреям. «В европейских общинах XVI–XVII вв. наблюдался настоящий приступ османофильской эйфории. Евреи Европы рассматривали Османскую империю чуть ли не как рай на земле. После пятого Латеранского собора (1512–1517) турки-османы выступили в роли активных покровителей Реформации. Они всецело “поддерживали протестантское дело и руководство, где это только было возможно”. В своих посланиях (намэ-и хумаюн) к “лютеранским беям Фландрии и других испанских владений” османские султаны осуждали католицизм, “отвергаемый как исламом, так и лютеранством”, и призывали вождей нидерландских гёзов координировать свои действия с морисками Испании и со всеми теми, кто борется против “папы и его мазхаба”»[9].

Спору нет, в Османской империи был хоть и своеобразный, но, тем не менее, феодальный строй, благо, иных экономических отношений тогда и быть не могло. Но турецкий феодализм можно с известной натяжкой назвать «народным феодализмом». Турецкие сановники в основном были выходцами из крестьян. И они везде представляли себя как защитников интересов простых тружеников земли. Султан Сулейман Великолепный требовал от своих пашей «обращаться с нашими подданными так, чтобы крестьяне соседних княжеств завидовали их судьбе». Селим I в завоеванном Египте раздавал бедноте мясо, освободил феллахов и бедных горожан от трудовой повинности в пользу армии, возложив её на зажиточную часть населения. А под своими стихами, высеченными у каирского ниломера, он подписался: «Хадим аль-фукара Селим», то есть «Служитель бедняков Селим».

Турки подчеркнуто жестоко наказывали за любое неуважение к крестьянскому труду. Хронист Бартоломео Георгевич во время персидского похода 1533 г. «видел спахия, обезглавленного вместе со своим конём и слугой, потому что конь, оставшись без привязи, забрёл на чьё-то поле».

Замечу, что за порчу без крайней необходимости крестьянских посевов в оттоманском войске казнили даже военачальников. Так было при завоевании Египта, Венгрии и других стран.

Турецкие султаны впервые со времен Римской империи попытались создать многонациональное и многокофессиональное государство. Причём это государство должно было основываться не только на строгих наказаниях, но и на справедливом, по понятиям турок, устройстве общества.

Турки почти очистили Средиземное море от христианских пиратов. Они выгнали крестоносцев с Кипра, Крита, главного пиратского гнезда — Родоса и десятков других островов. Турецкий флот выбил португальцев из Красного моря. Турецкие эскадры ходили к берегам Индии и даже Индонезии. Султан Сулейман Великолепный заключил договор о военном союзе против Португалии с султаном княжества Аче на острове Суматра. Турки поставили Аче корабли и артиллерию, флотом Аче командовали турецкие офицеры.

Несмотря на ряд побед португальцев в морских боях, захват османами азиатского и африканского побережья Красного моря нанес тяжёлый удар претензиям португальцев на монополию торговли экзотическими товарами в Индийском океане. «Древний путь пряностей» был возрожден турками в 1550–1570 гг. Вся Западная Европа, за исключением Испании, Португалии и западных провинций Франции, снова стала снабжаться пряностями из стран Арабского Востока, теперь уже ставших частью Османской империи. Французский историк Ф. Бродель писал: «Через Красное море поступало столько перца и пряностей, сколько их ранее никогда не поступало». Так, в 1554–1564 гг. турки через свои красноморские порты ввозили в Европу по 20–40 тысяч центнеров пряностей в год. В 1554 г. только Венеция закупила в Александрии 6 тысяч центнеров, а в 1560–1564 г. закупала уже по 12 тысяч центнеров в год. И лишь в 70‐х гг. XVI века португальцы смогли несколько улучшить свое положение.

В Европе имя Сулеймана Великолепного (годы правления 1520–1566) ассоциировалось с успешными походами в Венецию, Австрию, Западное Средиземноморье, Персию и т. д. Но сами турки звали его Кануни — Законодатель.

Французский путешественник уже после смерти Сулеймана писал: «Турки во всём такие любители порядка, что соблюдают его в мелочах. Поскольку экономика и распределение продуктов составляют одну из основ поддержания порядка, они уделяют этому особое внимание, следя за тем, чтобы продуктов было много и распределялись они в разумной пропорции. Они никогда не станут продавать вишню или фрукты первого сбора на вес золота, как это делается во Франции… Если их надзиратели, которые совершают ежедневные обходы, обнаружат торговца, обвешивающего покупателей или продающего свой товар по завышенной цене, то немедленно будет примерно наказан или доставлен в суд. Поэтому там даже ребёнка можно послать на рынок, не опасаясь, что его обманут.

Нередко надзиратели за рынком, встречая ребёнка, расспрашивают его, за какую цену он приобрёл покупки. Даже взвешивают их, чтобы убедиться, не обманули ли дитя. Я видел торговца, который получил удары по пяткам за то, что продал лёд по пять динаров за фунт… Торговца, обвешавшего покупателя, могут опозорить тем, что просунут его голову в отверстие доски, увешанной колокольчиками, которую он должен носить. Над торговцем в таком виде все окружающие смеются…»[10]

Замечу, что ислам запрещал правоверным заниматься ростовщичеством, и Кануни строго следил за этим. Однако султан позволял заниматься ростовщичеством и различными финансовыми операциями христианам. Поэтому уже в XVI–XVII веках ряд греческих и армянских кланов составили себе огромное состояние.

Разумеется, в Турции применялись и свирепые казни. Но не будем забывать, что на дворе был XVI век — век опричнины, Варфоломеевской ночи, аутодафе в Испании и Нидерландах и т. д. И если мы будем сравнивать законодательство Турции не с современным «либеральным» правом, а с законами или, точнее, беззаконием, которое творили западные и северные соседи Оттоманской империи, то Турция при Сулеймане Кануни представляется правовым государством и, не побоюсь сказать, оазисом справедливости в Европе и Азии.

«Важные государственные посты в Османской империи получали не благодаря титулам, а благодаря заслугам и уму. Европейские лидеры были поражены таким бурным расцветом Османской империи и хотели знать, в чем причина такого успеха. “Вы имеете в виду, простой пастух может стать великим визирем? — Воскликнул Венецианский сенат, когда их посол рассказал о том, что происходило в империи, где каждый гордился тем, что он раб султана. — Высокое государственное лицо низкого происхождения? Сила Ислама растет за счет второсортных людей, крещенных и воспитанных христианами? Невероятно!” Действительно. Восемь великих визирей Сулеймана были христианами и были привезены в Турцию рабами»[11].

Оттоманская империя в XV–XVII веках являлась единственным в мире крупным государством, в котором в мирное время была установлена полная веротерпимость, и человек любой конфессии не только мог свободно использовать свою веру, но и имел возможность владеть землей, флотилией торговых кораблей, банком и т. п.

Управление иноверцами в Оттоманской империи велось в основном не непосредственно, а через руководство их конфессий. Возьмём, к примеру, одно из главных обвинений, предъявляемых к туркам: «налог кровью», то есть отбор мальчиков-христиан в школы, готовившие янычар и чиновников. Так вот руководили этим процессом не султанские чиновники, а греческие попы. Самое забавно, что они иной раз брали взятки от мусульман, чтобы их детей, записав в христиане, отправили учиться.

Представим на секунду русскую деревню даже не в XVI, а в XVIII веке. Прибывает чиновник из Петербурга отбирать детей крепостных крестьян в гвардейскую военную школу или в Лицей. Немедленно сбежалась бы толпа, и дело неминуемо бы закончилось дракой между родителями претендентов.

Ни один отечественный автор не попытался сравнить положение крестьян (мусульман или христиан) в Оттоманской империи в XVI–XVII веках и крестьян во Франции, Речи Посполитой и России. Какие они имели права и сколько у них отбирали господа и государство? Увы, везде сравнение в пользу турок. Есть свидетельства современников, что крестьяне многих германских, венгерских и польских земель ждали прихода турок. В 1668 г. гетман Пётр Дорошенко отдался с большей частью Малороссии под власть султана Мехмеда IV. Лишь в сентябре 1683 г., после разгрома турецких войск под Веной, Мехмед IV отказался от власти над Малороссией. А то бы «оранжевые» в 2018 г. в Киеве торжественно отметили бы 350‐летие «воссоединения украинского народа с великим турецким».

Ну а в 1708 г. многие тысячи донских казаков во главе с атаманом Игнатом Некрасовым ушли под покровительство турецкого султана, спасаясь от резни, устроенной петровскими воеводами. Почти одновременно и по тем же мотивам к туркам ушло почти в полном составе войско Запорожское. В 1733 г. Анна Иоанновна разрешила запорожцам вернуться в Россию. Но в 1775 г. Екатерина II разгромила Запорожскую сечь, и опять значительная часть запорожцев подалась к султану.

Замечу, что и некрасовцы, и запорожцы получили в Турции плодородные земли, и никто не заставлял их менять веру или обычаи.

В предыдущей главе я умышленно не сказал ни слова о евреях. Без этого отечественный читатель не сможет понять положение евреев в империи османов.

Османская империя была основана в l299 г. Османом I Гази (Осман-бей) вдоль границ Византии.

Когда сын Осман-бея Орхан Бек в 1326 г. завоевал Бурсу, евреи, покинувшие её из-за войны, вернулись в город. Орхан и его брат Алаэддин проявляли особый интерес к евреям, которые, по их мнению, имели талант к промышленности и финансам.

В каждом завоёванном ими городе турки встречались с евреями, которые считали их «спасителями». Эти города были: Галлиполи (1354), Анкара (1360), Эдирне (1361/1363), Измир (1422), Салоники (1429) и, наконец, Константинополь (1453).

При штурме Константинополя турецкими войсками в 1453 г. еврейский квартал сгорел, однако резня, учинённая завоевателями, не коснулась его обитателей. По мнению ряда исследователей, некоторые евреи помогли туркам захватить город.

После того как Константинополь стал столицей Османской империи, положение местных евреев существенно улучшилось. Они получили статус «зимми», согласно Пакту халифа Омара, гарантировавшему им общинную автономию, свободу вероисповедания и экономической деятельности, защиту от преследований мусульман.

Это побудило многих евреев, бежавших во время осады, вернуться в Константинополь. Власти отвели им на южном берегу Золотого Рога несколько кварталов. Проживание в них не было обязательным: евреи обосновались и в тех частях города, где преобладали мусульмане.

Стремясь отстроить Константинополь и превратить его в экономический и политический центр своего государства, султан Мехмед II Завоеватель (1451–1481) переселял сюда ремесленников и торговцев из Малой Азии и с Балканского полуострова. Среди них были большие группы евреев из Греции (в основном из Салоник), Болгарии, Македонии и Албании; таким образом, численность еврейского населения города существенно возросла.

Для управления различными конфессиями султаны создали систему миллетов. Миллет — от арабского слова milla — религия религиозной группы.

6 января 1454 г. в честь возведения в патриаршее достоинство монаха Геннадия II Схолария Мехмед II даровал ряд важных прав и свобод греко-православным подданным, объединив их в византийский миллет (рум миллети). В 1461 г. был учреждён армянский миллет (эрмени миллети).

Иудеи не были формально выделены в отдельный еврейский миллет (яхуди миллети) вплоть до 1835 г. Однако ряд прав и обязанностей константинопольского великого раввина (хахам-баши) был аналогичен полномочиям греко-православного и армянских патриархов.

При этом немусульмане в целом считались «подчиненной общиной» (миллет-и махкюме) по отношению к мусульманской «господствующей общине» (миллет-и хакиме).

Система миллетов позволяла султану контролировать иноверные общины через их религиозные институты. Церковные иерархи наделялись существенными административными, фискальными и судебными прерогативами, позволявшими им применять практически любые меры принуждения и наказания своих «духовных чад».

В то же время они несли перед Высокой Портой ответственность за лояльность единоверцев, а также за бесперебойную выплату ими налогов. Административные и судебные полномочия наряду с духовным авторитетом религиозных лидеров общин служили основой функционирования своеобразной, не имевшей территориальных границ «теократической автономии», обеспечивавшей османским властям эффективное управление иноверными подданными, в какой бы части империи те ни проживали.

При Мехмеде II подавляющее большинство евреев были романистами. Это название произошло от самоназвания византийцев — ромеи (буквально: «римляне»).

Кстати, термин «Византия» придумал немец Иероним Вольф. В 1557 г. он издал книгу «Корпус византийской истории». Термин прижился, и я тоже использую его как удобную метку — Византия, Золотая Орда, Киевская Русь и т. п. Речь идёт о придуманных в XVII–XVIII веках названиях государств, которых никто не знал во время их существования.

Итак, романиоты-евреи жили в XV веке в Малой Азии, Греции и Южной Италии. Языком романиотов был еврейско-греческий диалект. Они носили преимущественно греческие родовые имена. Даже синагоги романиотов имели греческие названия.

До начала XVI века романиоты оставались основной еврейской общиной в Османской империи. Забегая вперёд, скажу, что диалекты романиотов сохранились вплоть до 1941 г. Однако немцы, оккупировавшие Грецию в 1941–1944 гг., убили 67–70 тысяч евреев-романиотов. Выжило около 10 тысяч. После этот остатки романиотов перешли на греческий язык.

В Израиле потомки романиотов слились с сефардами. Единственная синагога в Израиле, соблюдающая романиотские обряды, находится в Иерусалиме.

Во второй половине XV века в Турцию хлынули ашкеназы — выходцы из Англии, Франции и Центральной и Восточной Европы.

Первые ашкеназы прибыли в 60‐х гг. XV века из некоторых районов Баварии (откуда они были изгнаны герцогом Людвигом IX), а позднее — и из других германских государств, особенно из Австрии, а также из Венгрии. Многих из них подвигло на переселение послание раввина Ицхака Царфати из Эдирне, в котором описывалось благоденствие евреев под властью Османской империи. Другими руководило связанное с мессианскими чаяниями стремление обосноваться как можно ближе к Эрец-Исраэль. В Константинополь переезжали и евреи из различных государств Италии.

Султанское правительство отвело новоприбывшим большие участки земли в предместье Константинополя Хаскёй. Романиоты, ашкеназы и итальянские евреи во второй половине XV века образовывали отдельные общины. Османская администрация рассматривала эти общины как единую автономную религиозно-административную единицу («миллет»), возглавляемую духовным лидером романиотов, раввином Моше бен-Элияу Капсала (1420–1496 или 1497). После его смерти официальным главой константинопольского еврейства стал ученик рава Моше — раввин Элияу Мизрахи.

Глава миллета ведал внутренними делами евреев города, представлял их перед властями, собирал налоги. Раввин Мизрахи возглавлял и романиотскую йешиву[12], в которой изучались не только религиозные, но и светские предметы.

Отношения между лидерами общин не всегда были ровными: однажды четыре ашкеназских раввина даже обвинили раввина Капсала в том, что он выносит по вопросам семейного права постановления, не соответствующие Галахе, и потребовали объявить ему херем[13].

Мехмед II, взяв Константинополь, заявил: «Бог даровал мне много стран и заповедал мне заботиться, обеспечивать пропитание и защищать потомков своих учеников, пророков Ибрагима (Авраама) и Якуба (Яакова). Кто из вас хотел бы приехать в столицу, Константинополь, с Божьей помощью, и поселиться там под сенью смоковниц и виноградников, жить в мире, свободно заниматься торговлей и владеть собственностью?»

В 1454 г., почти за 40 лет до изгнания евреев из Испании, раввин Ицхак Царфати, главный раввин города Эдирне (Османская империя) обратился с посланием к своим единоверцам в Европе (Соаве, Райне, Моравии, Штирии и Венгрии), которые подвергались гонениям со стороны христиан, и призвал их переселиться в Османскую империю, где к евреям относились намного более терпимо — согласно законам шариата. Получив это историческое письмо, многие еврейские семьи решили эмигрировать в Османскую империю.

«Я слышал о страданиях, более горьких, чем смерть, постигших наших братьев в Германии в результате тиранических законов, принуждения к крещению и изгнаний, которые происходят ежедневно. Учителя, друзья и знакомые, я, Ицхак Царфати, провозглашаю вам, что Турция — это земля, в которой нет изъяна и где всё будет хорошо для вас. Дорога в Турцию — это дорога к лучшей жизни. Здесь каждый человек живет в мире и спокойствии под своей виноградной лозой и смоковницей. Здесь вам разрешено носить самые драгоценные одежды.

Кроме того, блага этой земли и доброты её народа нигде не найти в Германии. Для вас дни недели, суббота и святые дни полны печали. Они не проявляют никакого уважения к возрасту или мудрости. Они запрещают образование в ваших школах, мучают вас во время богослужения и мешают работать вам в их праздничные дни. Они закрыли ваши дома молитвы и ваши школы. Теперь, увидев всё это, почему ты всё ещё спишь? Проснись и покинь эти проклятые земли навсегда!» (Письмо было написано на иврите.)

31 марта 1492 г. король и королева Кастилии, Леона, Арагона, Сицилии, Гранады и др. Фердинанд Арагонский и Изабелла Кастильская подписали во дворце Альгамбра указ о высылке евреев: «После долгих раздумий и трезвого размышления мы настоящим приказываем, чтобы все евреи, живущие в пределах нашего царства, покинули страну со своими жёнами, детьми, слугами, независимо от возраста, и никогда не возвращались на эти земли».

Крайним сроком, чтобы покинуть страну, определялась полночь, 2 августа 1492 г. Евреи оставили свои дома, земли, животных, состояние и драгоценности, взяли лишь ключи от своих домов, надеясь вернуться в Испанию когда-нибудь в будущем. Сколько евреев покинуло Испанию, точно не известно. Оценочная цифра — 120 тысяч.

В те дни только одна страна, Османская империя, охотно принимала иммигрантов иной веры, происхождения, культуры, говорящих на другом языке.

Султан Баязид II подписал указ, обращённый к губернаторам всех османских муниципалитетов, в котором говорилось: «… Не говоря уже об отказе во въезде евреям из Испании, их следует приветствовать с полной открытостью сердца, и любой, кто выступает против этого, обращаясь с иммигрантами с презрением или причиняя им вред каким-либо образом, будет наказан смертью…»

Иммануэль Абоаб (1555–1628) приписывает Баязиду II слова: «Напрасно считали мудрым католического монарха Фердинанда, ибо он изгнанием евреев обеднил Испанию и обогатил Турцию».

В конце XV — первой половине XVI века в Константинополь прибыло много (по некоторым данным, до 40 тысяч) сефардов, изгнанных или эмигрировавших из Испании, а позднее — и из Португалии (1496–1497) и некоторых других стран и областей. В их числе было немало марранов, то есть евреев, принявших христианство, и их потомков. Все они получили возможность остаться в городе на постоянное жительство. В 1520–1530‐х гг. в Константинополь переселялись также ашкеназы из венгерских земель, завоеванных Сулейманом I Кануни.

К середине XVI века численность еврейского населения города достигла 50 тыс. человек (по другим данным, в 1570‐х гг. она составила около 30 тыс. человек). Константинополь стал, таким образом, одним из крупнейших в мире еврейских центров.

Но тем не менее и в Турции евреи не были защищены от навета — клеветнических обвинений в убийстве нееврейских детей и добавлении их крови в мацу, которую едят в Песах. Когда в 1530 г. евреи Амасьи столкнулись с подобной клеветой, а вскоре после этого — и евреи Токата, султан Сулейман Великолепный постановил: «Поскольку это сообщество платит мне налоги, я не хочу, чтобы кто-либо из его членов страдал от нападений или несправедливости. Любые подобные иски будут рассматриваться в султанском суде и без моего прямого приказа не будут рассматриваться нигде».

После этого султаны Османской империи издавали множество указов о кровавом навете. Последний из них был издан 27 октября 1840 г. султаном Абдул-Меджидом после инцидентов в Дамаске и на Родосе, и в нем говорилось: «…и ради любви к нашим подданным не можем мы позволить, чтобы еврейский народ, явно невиновный в возводимых на него обвинениях, терпел горести и муки вследствие обвинений, ни в малейшей степени не основанных на истине…»

Евреи (главным образом, сефарды) заняли доминирующие позиции в торговле, банковском деле, судовладении. Некоторые ремёсла (например, производство огнестрельного оружия) начали развиваться в Константинополе только после их прибытия. Наиболее состоятельные члены общины брали на откуп сбор налогов и таможенных пошлин, чеканку монеты, другие занимались ремеслом.

Экономическая деятельность евреев стала одним из главных факторов расцвета Константинополя в XVI веке. Росло и благосостояние еврейской общины: в ней появились обладатели чрезвычайно больших состояний. По сообщению салоникского раввина Моше бен-Баруха Алмоснино (ок. 1515 — ок. 1580 гг.), который жил в Стамбуле в 1565–1568 гг. и составил его описание, отдельные евреи владели усадьбами, не уступавшими по великолепию дворцу великого визиря.

Некоторые еврейские финансисты и коммерсанты, врачи, переводчики (выполнявшие также дипломатические поручения) назначались на высокие официальные посты, входили в ближайшее окружение султанов и пользовались при дворе немалым влиянием.

Например, представители трёх поколений семьи Хамон — уроженец Гранады Йосеф Хамон (умер ок. 1518 г.), его сын Моше (ок. 1490 г. — ок. 1554 г.), внук Йосеф (умер в 1577 г.) — были лейб-медиками Баязида II (1481–1512), Селима I Явуза (1512–1520), Сулеймана I и Селима II (1566–1574). Они часто выступали в защиту своих единоверцев: так, по просьбе Моше Хамона Сулейман I издал фирман (указ), запрещавший обвинять евреев в ритуальных убийствах.

В конце XV — первой половине XVI века в Константинополе часто происходили конфликты между романиотской и сефардскими еврейскими общинами, вызванные несовпадением галахических традиций, обычаев, методов изучения Торы и т. п. Авторитетные галахисты, к которым обращались участники подобных конфликтов, как правило, принимали сторону сефардов. Этот фактор, а также численный перевес, богатство, влияние при султанском дворе и обширные познания во многих областях обеспечили сефардам ведущую позицию в среде стамбульского еврейства. Основным языком общины стал ладино (еврейско-испанский язык).

Одним из наиболее значительных новшеств, принесённых евреями в Османскую империю, был печатный станок. Именно евреи в конце XV века принесли в Константинополь новейшее техническое достижение того времени — книгопечатание. Первая половина XVI века стала периодом расцвета еврейского книгопечатания в Константинополе.

Это было обусловлено ещё и тем, что столица Османской империи, где еврейские книги не подвергались цензуре (в отличие от христианских государств Европы), привлекала из Испании, Португалии и Италии много печатников, обладавших необходимыми знаниями и навыками и располагавших рукописями выдающихся учёных и мыслителей.

В первых типографиях Константинополя печатались книги сразу на нескольких языках — иврите, греческом, латыни. Книги продавались здесь же, в Галате (генуэзский район в европейской части Константинополя). С тех пор прошли века, евреи переселились в другие места, типографии открылись везде, но традиция торговать книгами в Галате осталась, в чём и сейчас могут убедиться туристы.

Всего год спустя после изгнания из Испании, в 1493 г., братья Давид и Шмуэль ибн-Нахмиас основали в Константинополе (в Галате) первую ивритскую типографию. По общему мнению исследователей, первая напечатанная там книга была «Арбаа Турим» — фундаментальный галахический кодекс, составленный раби Яаковом бен-Ашером (1270–1340), также известным как Бааль а-Турим.

В период османского владения Палестиной прошли три крупные волны еврейской иммиграции в Палестину.

В начале XVIII века была предпринята одна из самых значительных попыток алии (репатриации) из Европы и обновления еврейского религиозно-национального центра в Иерусалиме. Во главе этого движения стоял рабби Иехуда Хасид, прибывший в Иерусалим в 1700 г. во главе примерно тысячи своих последователей — выходцев из различных стран Европы.

До их прибытия иерусалимская община насчитывала 1200 человек, в том числе 200 ашкеназов. Однако сам Иехуда Хасид после прибытия в страну внезапно умер. Между его последователями и обременённой долгами ашкеназской общиной Иерусалима возникли трения, приведшие к сожжению ашкеназской синагоги кредиторами-арабами (1720 г.) и выселению евреев-ашкеназов из города. Долгое время после этих событий еврейские иммигранты из Европы селились главным образом в Хевроне, Цфате и Тверии.

Следующая волна, известная как Первая алия, началась в 1881 г., когда евреи были вынуждены спасаться бегством от погромов в Восточной Европе и Российской империи.

В конце XIX века появилось движение политического сионизма, которое ставило своей целью основание еврейского государства на земле Израиля. Основателем идеологии сионизма считается Теодор Герцль. В 1896 г. Герцль опубликовал свою книгу «Еврейское государство» (нем. Der Judenstaat), в котором изложил своё видение будущего еврейского государства, а в 1897 г. Герцль руководил первым Всемирным еврейским конгрессом.

Вторая алия (1904–1914) началась после кишинёвского погрома. Приблизительно 40 тысяч евреев поселилось в Палестине. Большинство иммигрантов первой и второй алии были ортодоксальными евреями, но вторая алия включала также и социалистов, основавших киббуцное движение.

Еврейские иммигранты, руководствуясь сионистскими идеями о важности возвращения евреев к сельскому хозяйству, создали ряд кооперативных сельскохозяйственных поселений. В 1882 г. еврейское население Палестины составляло 24 тыс. человек и было полностью городским, а к 1914 г. оно достигло 85 тыс. человек, при этом 12 тыс. из них жили в 44 сельскохозяйственных поселениях, созданных после 1881 г. (численность всего населения Палестины в 1914 г. составляла 700 тыс. человек).

В 1909 г. вблизи Яффы был основан квартал Ахуззат-Баит, который быстро развивался и превратился в город Тель-Авив. В 1912 г. в Хайфе было начато строительство Техниона — первого высшего учебного заведения в Палестине.

Постепенный упадок и ослабление империи с начала XVIII века привели к тому, что главы провинций практически перестали подчиняться центральным властям, а европейские страны приобретали всё большее влияние на дела Османской империи.

В начале 1799 г. в Палестину вторгся Наполеон. Французам удалось овладеть Газой, Рамлой, Лодом и Яффой. Однако французский полководец не сумел овладеть крепостью Акко и был вынужден отступить в Египет.

В начале XIX века правитель Египетской провинции Мухаммед Али стал практически независимым от султана, а в 1832 г. захватил Сирию и Палестину, нанеся поражение турецкой армии в битве при Коньи. В 1840 г. Турция при помощи Великобритании и Австрии вернула себе контроль над этой территорией.

В 1838 г. открылось первое западное консульство не в портовом городе — Великобритания создала представительство в Иерусалиме. В течение последующих 20 лет все крупные западные страны также открыли консульства в этом городе.

С 1839 г. в империи наступила эпоха «танзимат» (реорганизации), которая продолжалась при трёх султанах — Абдул Меджиде, Абдул Азизе и Абдул Хамиде. Эти реформы также затронули и Палестину. Новые законы, выравнивающие права подданных султана, способствовали развитию частной собственности, производства сельскохозяйственной продукции, росту населения и уровня жизни. Европейские державы продолжали укреплять свои позиции в стране. Дипломатический конфликт между Францией и Россией из-за контроля над святыми местами стал поводом для начала Крымской войны. Росло число паломников и туристов, население провинции к 1880 г. достигло 450 тыс. человек.

Еврейский историк Вальтер Лакер пишет, что Палестина в середине XIX века пребывала в состоянии полного упадка. Польский историк. Г.А. Любарский, описывая Палестину последних лет XIX века, подверг жёсткой критике работу местных административных органов империи. Он писал, что огромные взятки, которые нужно выплачивать местным чиновникам, убивают любую инициативу и делают собственника почти беззащитным. Он приводит пример с проектом строительства современного водопровода в Иерусалиме, который не был реализован из-за того, что размер взяток по нему достиг половины стоимости самого проекта.

Первая мировая война подорвала развитие Палестины, были разорваны связи с поставщиками товаров, в том числе и продовольствия, население страдало от голода.

Османские власти во время войны широко использовали принудительную трудовую повинность на прокладке дорог, рубке леса и т. п. Они конфисковали оружие еврейских жителей мошавов и Тель-Авива.

Многие поселившиеся в Палестине евреи были подданными враждебных Османской империи государств, в частности Российской империи. В декабре 1914 г. 700 евреев — иностранных подданных были задержаны в Яффе и затем депортированы в Египет. После этого евреи, имевшие иностранное подданство, начали покидать Палестину. За время войны Палестину покинуло более 11 тыс. евреев (свыше ⅛ всего еврейского населения).

К концу октября 1917 г. британская армия вторглась в Палестину с юга и взяла Беер-Шеву, Газу и Яффо. 11 декабря 1917 г. войска генерала Алленби вступили в Иерусалим. Север страны оставался под турецким управлением до сентября 1918 г., а затем Палестина полностью перешла под контроль Великобритании, и, таким образом, османская эпоха управления Палестиной завершилась.

К моменту прихода в 1917 г. англичан в Палестине существовали три административных единицы, называемые по имени своего центра:

А) Вилайет (провинция) Бейрут, с территорией севернее линии Яффо — Иерихон — Иордан, состояла из трёх санджаков (округов): Акко, Бейрут и Наблус (Шхем).

Б) Самостоятельный иерусалимский санджак (округ), к которому относились сам Иерусалим, Вифлеем (Бейт Лехем), Хеврон, Газа, Беер Шева, подчинялся непосредственно Стамбулу. Порой этот санджак, наряду с санджаками Акко и Наблус, называли Южной Сирией. Южная граница чётко определена не была, но включала в себя восточную часть синайского полуострова и северную часть Негева.

В) Центральный и южный Негев, вместе с западной частью Аравии, относился к вилайету Хиджаз.

Термин же «Палестина» использовался только для определения консульской юрисдикции европейских держав и охватывал район от Рафиаха (сейчас сектор Газа) на юге и до реки Литани (сейчас Южный Ливан) на севере. Западной границей было море, восточной — сирийская пустыня.

«Население Ишува 1914 г., так стали называть со второй половины XIX века ашкеназскую общину Палестины в отличие от еврейских общин стран Рассеяния, можно было разделить по 2‐м критериям:

1‐й критерий:

– “Старый Ишув” — евреи, жившие в Палестине до начала 80‐х гг. XIX века — начала 1‐й алии, и их потомки. Они жили в основном в Иерусалиме, где в 1880 г. составляли большинство — 17 тыс. из 31‐й тысячи общего населения, в Тверии — 2,5 тыс., Цфате — 4 тыс. и Хевроне — 800, а также в Яффе — 1 тыс. и Хайфе — 300. Основным источником их существования была халука — пожертвования евреев рассеяния своим соплеменникам, поддерживающим еврейское присутствие на Святой Земле. Эти пожертвования распределялись между различными общинами: сефардской и ашкеназийской, и группами, образованными по месту их происхождения.

– “Новый Ишув” — иммигранты — олимы, приехавшие в Палестину в 1‐ю алию (1881–1903) и во 2‐ю алию (1903–1914).

2‐й критерий:

— подданные султана — в основном старый Ишув.

— иностранцы, в основном из Российской Империи, и немного из Австро-Венгрии, Германии. Румынии и других стран»[14].

Я просмотрел десятки источников, но нигде ничего не говорится об серьёзных этнических столкновениях в Палестине со второй половины XIX века до 1914 г. Таким образом, свыше 400 лет турецкого правления в Палестине был мир, если не считать похода генерала Бонапарта.

Весной 1917 г. в связи с приближением с юга (из Египта) британских войск все еврейские жители Яффы и Тель-Авива были депортированы на север Палестины. После раскрытия в сентябре 1917 г. подпольной еврейской организации Нили, которая передавала разведывательные сведения британцам, а также нелегально доставляла палестинским евреям финансовую помощь из США, были проведены массовые обыски и аресты.

К концу октября 1917 г. британская армия вторглась в Палестину с юга и взяла Беер-Шеву, Газу и Яффо. 11 декабря 1917 г. войска генерала Алленби вступили в Иерусалим. Север страны оставался под турецким управлением до сентября 1918 г.

Уже в самом начале «Великой войны» страны Антанты начали делить турецкий Ближний Восток.

Уже в ноябре 1915 г. правительства Англии и Франции приступили к переговорам о разделе азиатской части Турции. Обе стороны выделили для переговоров своих лучших знатоков Ближнего Востока: Франция — бывшего французского генерального консула в Бейруте Пико, Англия — эксперта Министерства иностранных дел по ближневосточным делам Сайкса.

Уже в январе 1916 г. проект соглашения был готов. В английскую зону было решено включить Месопотамию с Багдадом и Басрой, но без Мосула. Кроме того, Англия получала палестинские порты Хайфу и Акру. Во французскую зону были включены Ливан, прибрежная часть Сирии (западнее линии Алеппо — Хомс), часть Восточной Анатолии, Малая Армения и Курдистан. Палестина (без Хайфы и Акры) должна была составить международную зону.

Наступление русских войск на Кавказе внесло серьезные коррективы в планы Англии и Франции. Опасаясь, как бы области Азиатской Турции, о разделе которых они сговорились, не оказались захвачены Россией, Франция и Англия поспешили согласовать свои планы с царским правительством. В феврале 1916 г. Пико и Сайкс срочно выехали в Петроград. Памятной запиской английского и французского посольства в Петрограде от 25 февраля (9 марта) 1916 г. царскому правительству было сообщено содержание предварительного англо-французского соглашения о разделе Азиатской Турции.

Докладывая о проекте Сайкса — Пико Николаю II, министр иностранных дел С.Д. Сазонов указывал, что для России «наиболее существенное значение» имеет предложенная в этом проекте граница между русскими и французскими будущими владениями. «С точки зрения топографической, — писал Сазонов во всеподданнейшей записке от 29 февраля (13 марта) 1916 г., — она представляется довольно естественной, следуя по направлению главного горного массива, но по политическим и стратегическим соображениям она едва ли может считаться приемлемой. Появление на большом протяжении нашей азиатской границы, в местностях со смешанным и беспокойным населением, великой европейской державы, хотя бы в настоящее время и союзной нам, и внедрение её углом в русско-персидскую границу — должно быть признано нежелательным». По мнению Сазонова, для России «наиболее выгодною была бы общая граница на юге с каким-либо азиатским мусульманским государством в виде ли арабского халифата, или турецкого султаната»[15].

В заключение своей всеподданнейшей записки Сазонов отметил, что если бы не удалось добиться создания между русской и французской зоной (за счет уменьшения последней) буферной области, то «следует во всяком случае настаивать на включении в нашу зону Урмийского округа и Битлисских проходов, предоставив французам некоторые вознаграждения в Малой Армении в районе треугольника Сивас — Харпут — Кесария».

Последний вариант в конечном счете и лег в основу соглашения России с Францией и Англией о разграничении их будущих владений в Азиатской Турции. Получив согласие французского правительства на включение в русскую зону Битлисских проходов и области Урумийского озера взамен территории Малой Армении, ограниченной треугольником Сивас — Харпут — Кесария (Кайсари), Сазонов 17 (30) марта поставил вопрос о разделе Азиатской Турции на обсуждение особого совещания.

Соглашение между Россией и Францией о разделе Азиатской Турции было заключено 13 (26) апреля 1916 г. По этому соглашению Россия получала «области Эрзерума, Трапезунда, Ванна и Битлиса до подлежащего определению пункта на побережье Черного моря к западу от Трапезунда». Кроме того, ей отдавалась часть Курдистана, «расположенная к югу от Вана и Битлиса, между Мушем, Сертом, течением Тигра, Джезире-ибн-Омаром, линией горных вершин, господствующих над Амадией», которая по плану Сайкса — Пико предназначалась Франции. Взамен этого Франция получила обусловленную часть Малой Армении. 26 апреля (9 мая) и 3 (16) мая 1916 г. состоялось соглашение между Францией и Англией — так называемое соглашение Сайкса — Пико. 17 (30) мая 1916 г. Англия присоединилась к франко-русскому соглашению о разделе Азиатской Турции.

Революция в России внесла свои коррективы в планы раздела Османской империи.

Сложившаяся на арабском Востоке после 1918 г. расстановка сил была закреплена в рамках так называемой мандатной системы, инициатива принятия которой принадлежала президенту США Вудро Вильсону и британскому генералу Д. Смэтсу.

Эта идея была активно поддержана правительством Великобритании. Предложенная система должна была стать продолжением экспансии стран Запада в регион Ближнего Востока, а также обеспечить США возможность на равных с колониальными державами распространять своё влияние в ключевых пунктах планеты, том числе в Ближневосточном регионе. Показателем этого можно считать тот факт, что на Парижской мирной конференции неоднократно звучали предложения о передаче практически всей территории Сирии и Палестины под американское управление.

Содержание и форма мандатной системы определялись в статье 22 Договора о Лиге Наций, принятого 28 июня 1919 г. Целью создания системы было провозглашено развитие и сохранение благосостояния народов, вышедших из-под управления государств, проигравших Первую мировую войну.

Державы-победительницы должны были опекать эти народы, делиться с ними опытом государственного управления и нести ответственность за успешность развития опекаемых территорий. В соответствии с названным документом, подмандатные территории делились на три категории: развитые (категория А), менее развитые (категория В), и наименее развитые (категория С). Практически все ближневосточные территории были признаны относящимися к первой категории.

На мирной конференции в Версале в 1919 г. под Палестиной была определена область, включающая территории, на которых сегодня располагаются Израиль, Иордания и северо-западная часть Саудовской Аравии. Было принято решение, что Палестина должна стать подмандатной территорией Лиги Наций.

24 июля 1922 г. на конференции в Сан-Ремо Лига Наций передала мандат на управление Палестиной Британии. Согласно мандату Британия обязалась:

«Статья 2: …создать такие политические, административные и хозяйственные условия, которые обеспечат установление еврейского национального дома в Палестине, как изложено в преамбуле, и развитие институтов самоуправления.

Статья 5: …никакая часть территории Палестины не может быть уступлена, сдана в аренду или помещена под управление иностранной державы.

Статья 6: …содействовать еврейской иммиграции и поощрять плотное заселение евреями земель, включая государственные земли и пустующие земли, не являющиеся необходимыми для общественных надобностей.

Статья 7: …способствовать приобретению палестинского гражданства евреями, которые выберут Палестину местом своего постоянного проживания».

В подмандатной Палестине, переданной Лигой Наций под управление Британии, Лондон обязался создать условия по установлению Еврейского национального дома.

Однако в июле 1922 г. вопреки взятым обязательствам Британия разделила Палестину на две части: меньшую — западную и большую — восточную. Восточная часть стала называться Трансиордания (нынешняя Иордания). Англичане запретили евреям селиться в восточной части Палестины.

Британия способствовала совершению в Аравии государственного переворота, свергнув законных правителей Хашемитской династии (потомков Мухаммада) и установив режим ваххабитов. Для поселения изгнанного аравийского правителя Абдуллы Хашемита, его клана и сторонников англичане аннексировали 78 % Палестины, выделенной Антантой для еврейского государства. Под будущее еврейское государство осталось только 22 % от всей территории Палестины.

Параллельно с этим в 1922 г. в «Белой Книге» британского правительства был заявлен отказ от «создания в Палестине еврейского национального дома». Более того, в 1933 г. Англия вводит ограничения на приезд евреев в Палестину.

А теперь перейдём к французским подмандатным территориям.

В июне 1919 г. в Дамаске был созван Всеобщий сирийский конгресс, активно протестовавший против навязывания мандата Парижской мирной конференцией. В ноябре конгресс призвал народ к «защите отечества от французских оккупантов». Тогда же был образован Народный совет национальной обороны, в который вошли представители многих городов и областей, а также различных политических движений.

8 марта 1920 г. Сирийский национальный конгресс провозгласил независимость Сирии, а принца Фейсала — её королём. В новое государство, помимо Сирии, Палестины и Ливана были включены части Морской Месопотамии.

Англия и Франция были согласны на «условную независимость» Сирии и Месопотамии с тем, чтобы они некоторое время, не оговаривалось, какое, имели статус «надмандатных территорий», то есть полуколоний западных держав. Ну а когда они «станут способными быть самостоятельными государствами, вот тогда и получат независимость».

24 апреля 1920 г. генеральный секретарь французского Министерства иностранных дел Бертело и глава Имперской нефтяной компании (Англия) Кедман подписали соглашение о нефти, которое 25 апреля было утверждено Ллойд Джорджем и Мильераном. Этим соглашением разрешалась нефтяная проблема на Ближнем Востоке, в Румынии, а также во французских и английских колониях. Англия удерживала за собой Мосул, но гарантировала Франции 25 % будущей добычи мосульской нефти. Франция со своей стороны обещала обеспечить вывоз английской нефти через Сирию к Средиземному морю.

В июле 1920 г. 20‐тысячная французская армия двинулась на Дамаск. В битве у горного прохода Майсалун несколько сотен сирийцев во главе с полковником Юсуфом Азме погибли, закрывая собой путь к столице. Увы, король Фейсал капитулировал перед французскими войсками, разоружил армию и сдал Дамаск без боя. Но его «поступок» французы так и не оценили и после захвата Дамаска выслали Фейсала из страны. Французы не нуждались в арабском короле, к тому же тесно связанном с их британскими конкурентами.

Лондон ценил и Фейсала, и его отца, и в июле 1921 г. под давлением оккупационных войск временное иракское правительство провозгласило его королём. Замечу, что Фейсал I правил Ираком до самой своей смерти в сентябре 1933 г. А далее правили его сын Гази и внук Фесал II. Лишь 14 июля 1958 г. организация «Свободные офицеры» во главе с Абдель-Керимом Касемом свергла правившую в Ираке почти 40 лет Хашимитескую династию. Сам Фейсал II был убит в ходе штурма его дворца.

После захвата Дамаска все арабские патриотические организации были разогнаны, а все политические партии Сирии запрещены. 9 августа 1920 г. французский военный суд приговорил к смертной казни 37 ведущих арабских политических деятелей. Тем же, кто успел эмигрировать, приговор был вынесен заочно.

Несмотря на то, что движение сопротивления было обезглавлено, на установление мандата народ ответил восстаниями. В августе 1920 г. начались крестьянские волнения в области Хауран, а в 1921 г. восстание охватило уже всю Северную Сирию. В апреле 1922 г. в Дамаске и других городах прошли бурные демонстрации. Этому новому всплеску борьбы способствовали судьбоносные внешние факторы — разгром интервенции в России, победа кемалистов в Турции и формальное провозглашение независимости Египта.

В сентябре 1921 г. Партия арабской независимости созвала конгресс для обсуждения судеб региона после распада Оттоманской империи. Конгресс выработал требования, направленные в Лигу Наций: признание независимости и национального суверенитета Сирии, Ливана и Палестины; признание права этих стран объединиться под властью гражданского правительства, ответственного перед избранным народом парламентом, а также права на объединение с остальными арабскими странами в форме федерации; полная отмена мандата; эвакуация французских и английских войск из Сирии, Ливана и Палестины; отмена декларации Бальфура, открывавшей путь еврейской колонизации Палестины. Однако Лига Наций проигнорировала эти требования.

На конгресс был избран постоянно действующий Исполком, работавший в Каире. Во время работы Генуэзской конференции (10 апреля — 19 мая 1922 г.) Исполком направил в Геную сирийско-ливанскую делегацию с меморандумом, перечисляющим требования сирийского народа. Они были направлены против раздела страны, создания искусственных таможенных границ и барьеров, против режима капитуляций, инфляции, против передачи эмиссионных функций французскому частному банку.

В июле 1922 г. сирийско-ливанская делегация отправилась в Лондон, где утвердился текст мандатов. Делегаты требовали, чтобы вопрос о политическом устройстве Сирии и Ливана был передан на рассмотрение их населения, и чтобы Лига Наций перед окончательным решением судьбы этих стран выслушала их представителей. Но Совет Лиги Наций проигнорировал эти требования и утвердил текст мандатов, что немедленно было опротестовано сирийско-ливанской делегацией. Повторный протест был оглашен в сентябре 1922 г. перед Ассамблеей Лиги Наций. Но Ассамблея утвердила мандаты.

Французские власти в Сирии попытались подавить арабское национальное движение, используя принципы «разделяй и властвуй». Они активно укрепляли позиции религиозных меньшинств и содействовали распрям на конфессиональной почве. Маронитский район в Горном Ливане был расширен путем присоединения к нему долины Бека, населенной в основном мусульманами, а также и городов Триполи, Бейрут, Сайда и Сур (Тир). Остальная часть Сирии была разбита на 5 полуавтономных единиц: Дамаск, Халеб, Латакию (область алавитов), Джебель-эд-Друз (область друзов) и Александретту (ныне Искандерун, передан Турции в 1939 г.). А на крайнем северо-востоке страны в районе Ракки и Дейр-эз-Зора был выделен отдельный округ, управлявшийся непосредственно из центра. Политическими делами этих территорий ведал верховный комиссар в Дамаске, назначавший всех правительственных и местных чиновников и отвечавший за режим чрезвычайного положения, введенного в 1920 г.

Франция попыталась расчленить Сирию на отдельные мелкие государственные образования — Ливан, Дамаск, Халеб. 31 августа 1920 г. была создана «автономная территория алвитов». 12 июня 1922 г. это территориально-административное образование переименовали в «Государство алавитов». Французский администратор стал теперь называться губернатором, были созданы ведомства финансов, общественных работ, здравоохранения, юстиции, возглавленные французскими советниками.

Политика дезинтеграции страны только усилила экономический кризис в Сирии, что в конце концов привело в тупик и французские власти. И в 1922 г., после прокатившихся по всей стране крупных волнений, они вынуждены были провозгласить образование «Федерации автономных государств в Сирии» в составе трёх государств: Дамаска, Халеба и алавитского образования. Во главе федерации стоял президент, избираемый на один год, и федеральный совет. При президенте были образованы три федеральные дирекции: финансов, общественных работ и гражданских дел.

Но это изобретение французской администрации просуществовало недолго, и уже 5 декабря 1924 г. федерация была ликвидирована, а Сирия объявлена единым государством, в которое вошли Дамаск, Халеб и государство алавитов.

Это государство просуществовало в рамках французского мандата с 1922 г. по 1936 г., хотя алавиты и добивались полной независимости. Алавитское государство включало два бывших санджака — Латакийский (области Латакия, Джебле, Банияс, Масьяф, Хафера) и Туртусский (области Тартус, Сафита, Телль-Калях), имело собственный флаг в виде полотнища белого цвета с желтым солнцем в средней части и четырьмя красными углами. Население Алавитского государства составляло 278 тыс. человек (176 тыс. алавитов, 52 тыс. суннитов, 44,5 тыс. христиан, 4,5 тыс. исмаилитов). В 1930 г. Алавитское государство приняло свою конституцию.

Большинство населения государства Алеппо (1920–1925) составляли мусульмане-сунниты. Алеппо занимало северную Сирию и плодородный бассейн реки Евфрат в восточной Сирии. В этих областях сосредоточилась большая часть сельскохозяйственных и минеральных ресурсов Сирии. Автономный санжак Александретты был присоединен к государству Алеппо в 1923 г.

В столице — городе Алеппо — помимо мусульман-суннитов имелись многочисленные христианские и еврейские общины. В государстве Алеппо также проживали меньшинства шиитов и алавитов. Этнические курды и ассирийцы населяли восточные области рядом с арабами.

Суннитское население государства Алеппо было решительно настроено против раздела Сирии. В итоге в 1925 г. Франция объединила государства Алеппо и Дамаска в государство Сирия. Столицей государства стал город Дамаск.

А теперь мы вновь обратимся к британским территориям.

«Вся законодательная и исполнительная власть в Палестине оказалась теперь сосредоточенной в руках английского Верховного комиссара, при котором функционировали Исполнительный и Консультативный советы. Исполнительный совет состоял из главного секретаря, генерального прокурора, казначея, а Консультативный включал в себя данный Исполнительный совет и глав основных ведомств палестинской администрации.

Верховный комиссар обладал неограниченным правом назначать и увольнять правительственных чиновников, продавать или сдавать в аренду любые земли, не находившиеся в частном владении, и т. д. Власть Верховного комиссара не имела никаких конституционных ограничений в том, что касалось жителей Палестины. Контроль над британской мандатной законодательно-исполнительной властью сводился лишь к тому, что было заложено в самом решении о предоставлении мандата и в Учредительном законе, гарантировавшем населению свободу совести и отправления религиозных культов, справедливую судебную систему и другие традиционные западноевропейские права. Верховный комиссар Палестины широко пользовался своим законодательным правом, издавая каждый год законов не меньше, чем британский парламент.

В административном отношении Палестина, площадь которой составляла 9 тыс. кв. миль, была разделена на три округа: Северный, Южный и Иерусалимский. Город Иерусалим был одновременно и административным окружным центром, и столицей подмандатной Палестины. Каждым из округов управлял английский комиссар; районами, входящими в их состав, также руководили английские чиновники»[16].

Еврейское население представлял Исполнительный комитет Всемирной сионистской организации (ВСО), официально признанный мандатом и преобразованный в 1929 г. в Еврейское агентство. Кроме того, по инициативе англичан был создан Еврейский национальный совет, представлявший исключительно ишув (еврейское население Палестины) и официально признанный органом еврейского самоуправления, занимавшийся сбором налогов с евреев на содержание школ и удовлетворение коммунальных нужд.

Арабы отказались участвовать в создании Законодательного совета. Тогда верховный комиссар мандатной комиссии Герберт Самюэль предложил арабским лидерам создать Арабское агентство. Арабское агентство должно было бы заниматься социальными проблемами нееврейского населения и иметь право совещательного голоса по вопросам еврейской иммиграции. В отличие от Еврейского, Арабское агентство выражало бы интересы исключительно местного арабского населения.

В Османской империи, в том числе и в Палестине, еврейских погромов практически не было. Но после развала империи на Ближнем Востоке начал набирать силу антисемитизм.

К 1917 г. на территории Палестины проживало около 85 тыс. евреев. В ходе Третьей алии в страну прибыло ещё около 40 тысяч переселенцев. Британские власти установили квоты на приём новых иммигрантов, но их число продолжало возрастать.

Арабское население Палестины было недовольно ростом еврейской общины. Немаловажную роль в распространении антиеврейской пропаганды среди арабов сыграли европейцы — зачастую местные мусульмане и христиане перенимали европейскую юдофобию.

В 1920 г. на основе еврейской организации самообороны «Ха-Шомер» была сформирована новая еврейская военная организация — «Хагана» (на иврите «Оборона»).

В апреле 1920 г. в день пророка Мусы — Моисея — в Иерусалиме начались погромы. Они продолжались четыре дня. Жертвами стали не только вновь прибывшие в страну евреи, но и издревле жившие там иудеи. Всего погибло пять евреев, 200 были ранены. Арабов убито было четверо, ранено — 53. Любопытно, что в числе пяти погибших евреев были офицер и два солдата Еврейского легиона, созданного англичанами в марте 1915 г.

В 1919 г. была образована Социалистическая рабочая партия Палестины. В 1921 г. она была переименована в Коммунистическую партию Палестины.

В ночь на 1 мая 1921 г. еврейские коммунисты распространили листовки на арабском языке и идише, призывая свергнуть власть англичан и установить в Палестине советскую власть. Кроме того, члены Еврейской коммунистической партии хотели устроить шествие от Яффы к Тель-Авиву. Члены еврейского социалистического движения Ахдут ха-Авода также хотели устроить свою демонстрацию. Коммунисты разрешения на акцию не имели, а социалисты получили. Тем не менее обе партии решили устроить свои шествия. Когда две колонны еврейских левых столкнулись, началась массовая драка. Её пыталась остановить британская полиция, которой решили помочь местные арабы, как христиане, так и мусульмане. В конце концов беспорядки охватили всю южную часть Яффы.

На фоне общей паники арабы с оружием в руках начали еврейский погром. С холодным оружием и пистолетами арабские мужчины убивали евреев, а женщины грабили их дома.

Жертвами погрома стали 47 евреев и 48 арабов. Ранены были 146 евреев и 76 арабов. Большая часть арабских жертв — результат подавления беспорядков британскими войсками. Комиссар Сэмюэл даже объявил чрезвычайное положение, ввёл цензуру в прессе и позвал британские части из Египта. Был снят с поста мэр Иерусалима — араб Муса Хазем Эль Хуссейни.

За пару месяцев до майского погрома он заявил: «Евреи были одними из самых активных сторонников разрушения во многих странах… Известно, что распад России был полностью или в значительной степени вызван евреями, и значительная часть поражения Германии и Австрии также на их совести».

Восстания арабов привели к ограничению еврейской иммиграции британскими властями. В 1921 г. из мандата была выделена Трансиордания — по сути три четверти изначальной его территории.

Тем не менее, спустя три года началась Четвертая алия — в Палестину переехали за пять лет 82 тысячи евреев. Это произошло из-за антисемитских погромов в Польше и Венгрии. Кроме того, сыграло роль ограничение иммиграции, введенное в 1924 г. Соединёнными Штатами Америки. Приехали в основном семьи городских торговцев и других предпринимателей, не захотевших платить повышенные для всех горожан Польши налоги.

В августе 1929 г. арабы убили 133 еврея, а бойцы «Хаганы» и англичане — 116 арабов. Повод к беспорядкам был несерьёзным — выросло число молящихся евреев у Стены плача в Иерусалиме, и в ходе празднования Йом Киппура там решили установить стулья и перегородки для удобства молящихся. Но лидеры арабской общины города решили, что эти конструкции нарушают статус-кво — евреи с османских времён не могли ничего строить возле Стены плача. Были уничтожены древние еврейские общины в Газе, Хевроне, Шхеме и других городах.

В 1920–1930‐e гг. усилилась скупка евреями крупных участков земли у богатых арабских землевладельцев, проживавших, как правило, за пределами Палестины. Земли эти были населены мелкими арабскими крестьянами-арендаторами, жившими там в течение поколений. Семьи, столетиями жившие там, сгонялись с купленной земли новыми хозяевами. Тысячам арабских семей пришлось покинуть земельные участки и перебраться на окраины городов, резко понизив свой социально-экономический статус, а цены на землю в Палестине увеличились с 1910 по 1944 г. в 50 раз!

Поскольку в соответствии с принципом «Еврейского труда» евреи стремились сами обрабатывать землю, а всё растущее число еврейских иммигрантов необходимо было обеспечить работой, многие арабы неизбежно лишились занятости, среди них была высокая безработица. Положение арабского населения усугубляла длительная засуха в начале 1930‐х гг. и последствия мирового экономического кризиса. В частности, резкое падение цен на основную сельскохозяйственную продукцию Палестины на мировых рынках.

Приверженность правительства Англии созданию в Палестине «еврейского национального дома», подкреплённая мандатом Лиги Наций, также волновала палестинских арабов, опасавшихся создания в Палестине еврейского государства в результате постепенного изменения демографического состава за счёт иммиграции.

Всё вместе привело к арабскому восстанию 1936–1939 гг. в Палестине, позже известном как Великое восстание (аль-Тавра аль-Кубра) или Великое палестинское восстание (Таврат Филастин аль-Кубра).

Оно стало народным националистическим восстанием палестинских арабов в Подмандатной Палестине против британской администрации Палестинского мандата с требованием независимости арабских стран и прекращения политики бессрочной еврейской иммиграции и покупки земли с заявленной целью создания организации «Еврейский национальный дом». Восстание совпало с пиком притока евреев-иммигрантов — около 60 тысяч в тот год. Еврейское население под эгидой Великобритании выросло с 57 тысяч до 320 тысяч в 1935 г. А также с положением феллахов, лишившихся земли, которые, переехав в столичные центры, чтобы спастись от крайней нищеты, оказались социально маргинализированными.

Непосредственной искрой для восстания стало убийство двух евреев группой кассамитов[17] и ответное убийство еврейскими боевиками двух арабских рабочих. Эти инциденты вызвали вспышку насилия по всей Палестине.

Через месяц после начала беспорядков Амин аль-Хусейни — президент Высшего арабского комитета и муфтий Иерусалима — объявил 16 мая 1936 г. «Днём Палестины» и призвал к всеобщей забастовке. Многие в еврейском ишуве заклеймили восстание как «аморальное и террористическое», часто сравниваемое с фашизмом и нацизмом.

Однако председатель Еврейского агентства Давид Бен-Гурион описал причины восстания как страх перед растущей еврейской экономической мощью, противодействие массовой еврейской иммиграции и страх отождествления англичан с сионизмом.

Всеобщая забастовка продолжалась с апреля по октябрь 1936 г. Восстание часто делится историками на две фазы. Первая фаза была спонтанным народным сопротивлением, которое лишь во второй момент было подхвачено городским и элитарным арабским высшим комитетом, который придал движению организованную форму и был сосредоточен главным образом на забастовках и других формах политического протеста, чтобы обеспечить политический результат.

К октябрю 1936 г. первая фаза была подавлена британской гражданской администрацией, использовавшей комбинацию политических уступок, международной дипломатии (с участием правителей Ирака, Саудовской Аравии, Трансиордании и Йемена) и угрозы введения военного положения.

Вторая фаза, начавшаяся в конце 1937 г., представляла собой возглавляемое крестьянами движение сопротивления, спровоцированное британскими репрессиями 1936 г., в ходе которого всё больше британские войска становилось объектами нападения, поскольку сама армия всё чаще нападала на деревни, которые, по её мнению, поддерживали восстание.

На этом этапе восстание было жестоко подавлено британской армией и палестинской полицией с использованием репрессивных мер, которые были направлены на запугивание всего населения и подрыв народной поддержки восстания.

Более доминирующую роль на арабской стороне занял клан Нашашиби, чья партия НДП быстро вышла из состава повстанческого Арабского высшего комитета, возглавляемого радикальной фракцией Амина аль-Хусейни, и вместо этого перешла на сторону направляемых британцами «Фасаил ас-Салам» («Банд мира») в координации с британской армией против националистических и джихадистских арабских подразделений «Фасаил» (буквально «банды»).

Согласно официальным британским данным, охватывающим всё восстание, армия и полиция убили более двух тысяч арабов в бою, 108 были повешены и 961 человек умер из-за того, что они назвали «бандитской и террористической деятельностью». По одной из оценок, десять процентов взрослого мужского палестинского арабского населения в возрасте от 20 до 60 лет было убито, ранено, заключено в тюрьму или сослано. По приблизительным оценкам, число убитых палестинских евреев достигло нескольких сотен.

Англичане использовали против палестинских арабов тактику коллективного наказания, которая была узаконена официально. В 1924–1925 гг. на подмандатной территории был введён указ «О коллективной ответственности и наказаниях», а в 1936 г. он был подкреплён указом «О коллективных штрафах». Был также издан закон, вводящий смертную казнь за владение оружием без разрешения колониальных властей. В ходе восстания была сформирована система военных судов, решение которых не могло быть обжаловано.

Разрушение домов в качестве меры коллективных наказаний стало обычной тактикой британской армии с начала восстания. Эта мера применялась как в сельской местности, так и в городах. Самой крупной акцией по взрыву домов было уничтожение от 200 до 240 домов в старом городе Яфо (Яффе) летом 1936 г., в результате которого без жилья остались около шести тысяч человек. Люди были оповещены о предстоящем уничтожении их домов за 14 часов листовками, сброшенными с самолёта.

Гассан Канафани[18] упоминает два населённых пункта (Абу-Кабир и Шейх-Мурад), где было уничтожено, соответственно, 300 и 350 домов. Многие деревни были разрушены целиком, причём их разрушение даже производилось артиллерией военных кораблей. Всего за время восстания в ходе военных действий и в качестве карательных акций было уничтожено около 2000 арабских домов.

Восстание 1936 г. показало, что евреи и арабы не могут жить рядом. Давид Бен-Гурион сказал присутствующим на похоронах, состоявшихся 20 апреля 1936 г. в память о девяти жертвах беспорядков в Яффе накануне, что евреи будут в безопасности только «в общинах, которые на 100 % еврейские и построены на еврейской земле».

Хотя мандатное правительство Палестины и ввело меры по ограничению передачи земли от арабов евреям, покупателям и продавцам их было легко обойти.

Правительство подмандатной территории установило минимальную заработную плату для арабских рабочих ниже, чем для еврейских. Цель этого — помощь евреям, делавшим капиталовложения в экономическую инфраструктуру Ишува, такую как электростанция в Хайфе, маслобойно-мыловаренный завод «Шемен», мукомольные заводы «Grands Moulins» и цементный завод «Нешер», чтобы они могли пользоваться дешёвой арабской рабочей силой, прибывающей из сельской местности.

Восстание арабов возобновилось осенью 1937 г. Началось с убийства в Назарете 26 сентября боевиками-кассамитами исполняющего обязанности окружного комиссара Галилеи Льюиса Эндрюса.

Палестинцы Эндрюса люто ненавидели за поддержку еврейских поселений в Галилее, и он открыто советовал евреям создать свои собственные силы обороны. 30 сентября были изданы постановления, позволяющие правительству задерживать политических депортированных в любой части Британской империи и уполномочивающие Верховного комиссара объявлять вне закона ассоциации, цели которых, по его мнению, противоречат государственной политике.

Хадж Амин аль-Хусейни был отстранён от руководства Высшим мусульманским советом и Генеральным комитетом вакфов. Местные национальные комитеты и Высший арабский комитет были распущены. Пять арабских лидеров были арестованы и депортированы на Сейшельские острова. Джамаль эль-Хусейни, опасаясь ареста, бежал в Сирию, а Хадж Амин эль-Хусейни — в Ливан. Все границы с Палестиной были закрыты, телефонная связь с соседними странами прекращена, в прессе была введена цензура, а недалеко от Акко был открыт специальный концлагерь.

В ноябре 1937 г. еврейская террористическая организация Иргун предприняла серию неизбирательных нападений на арабское гражданское население в качестве формы того, что группа назвала «активной защитой» от нападений арабов на еврейское гражданское население. Британские власти учредили военные суды, которые были созданы для рассмотрения дел о преступлениях, связанных с ношением и применением огнестрельного оружия, саботажем и запугиванием. Однако, несмотря на это, арабская кампания убийств и саботажа продолжалась, и арабские банды в горах преобразовались в организованные партизанские отряды.

Насилие продолжалось на протяжении всего 1938 г. В июле 1938 г., когда британские власти в Палестине в значительной степени утратили контроль над ситуацией, туда прибыли новые части из Египта, а в сентябре — из Англии.

В августе 1938 г. арабом был убит чиновник британской администрации в городе Дженин. Стрелявший был позже убит при попытке к бегству. В ответ британцы решили в качестве акта возмездия уничтожить часть города при помощи взрывчатки. Был взорван целый квартал. Для подрыва домов использовались даже морские мины.

Другой мерой стало взимание коллективных штрафов с деревень или размещение британских гарнизонов в деревнях, содержать которые были обязаны жители деревни. В случае если у сельских жителей не было денег, штрафы взимались продукцией.

Задержанные повстанцы иногда использовались британскими солдатами в виде живых щитов. Например, их сажали на капоты переднего грузовика в конвое или на специальную дрезину перед поездом. Арабам, раненным в бою, британцы зачастую не оказывали помощи, военнопленные подвергались избиениям и плохому обращению, были случаи массового расстрела арабов при их попытке сдаться в плен.

Действия англичан против арабов по своей жестокости не уступали действиям гитлеровцев в Восточной Европе в 1941–1945 гг., а в чём-то и превосходили их.

Так, британские сапёры собрали 20 арабов из деревни аль-Басса, загнали их в автобус, а затем водителя автобуса заставили проехать по мощной фугасной мине, заложенной солдатами, которая полностью разрушила автобус, разбросав повсюду изуродованные тела арабов. Затем других жителей деревни заставили закопать тела в яму.

Полиция была передана под оперативный контроль командующего армией, а военные чиновники заменили гражданские власти в обеспечении порядка. В октябре Старый город Иерусалима, ставший оплотом повстанцев, был вновь оккупирован войсками. К концу года в городах было восстановлено подобие порядка, но терроризм продолжался в сельских районах вплоть до начала Второй мировой войны.

Только за последние 15 месяцев восстания было совершено 936 убийств и 351 покушение на убийство; 2125 случаев снайперской стрельбы; 472 брошенных и взорванных бомбы; 364 случая вооружённого ограбления; 1453 случая диверсий против государственной и коммерческой собственности; 323 похищенных человека; 72 случая запугивания; 236 евреев убиты арабами и 435 арабов убиты евреями; 1200 повстанцев убиты полицией и военными и 535 ранены.

В борьбе с повстанцами-арабами англичане широко применяли авиацию. Бомбардировщики, патрулировавшие в воздухе, были обязаны в течение пяти минут либо атаковать повстанцев напрямую, либо сообщить их позиции пехоте. Во время восстания было нанесено 47 авиаударов, что привело к тяжёлым потерям повстанцев.

В 1936 г. офицер штаба ВВС Ближневосточного командования, базирующегося в Королевстве Египет, Артур Харрис, известный как сторонник «воздушной полиции», прокомментировал восстание, сказав, что «одна 250‐фунтовая или 500‐фунтовая бомба в каждой деревне, которая говорит не по очереди», удовлетворительно решила бы проблему.

В 1937 г. Харриса повысили до коммодора ВВС, а в 1938 г. он был направлен в Палестину и Трансиорданию в качестве командующего офицера ВВС. Контингент королевских ВВС находился в регионе до сентября 1939 г. «Ограниченные» бомбардировки арабских деревень проводились королевскими ВВС, хотя иногда это приводило к разрушению целых деревень. Харрис описал систему, с помощью которой непокорные деревни удерживались под контролем с помощью воздушных бомбардировок, как «воздушную булавку».

Массовое убийство с воздуха арабского населения было по достоинству оценено в Лондоне, и 1 июля 1936 г. Харрис получил воинское звание — вице-маршал авиации, а 1 июня 1941 г. — маршал авиации.

Именно Харрис стал командующим британской стратегической авиации (Bomber Command). Именно он официально потребовал от лётчиков «разрушения немецких городов, убийства немецких рабочих и дезорганизации цивилизованной жизни по всей Германии». На его совести убийство 600 тысяч мирных жителей Берлина, сотен тысяч жителей Франции, Италии, Австрии, Румынии и других стран.

В Англии Харриса открыто называли мясником (Butcher Harris). В 1948 г. Харрис уехал из Англии в Южную Африку и более не возвращался. Он ни в чём не раскаялся: «Лично я не считаю, что все оставшиеся в Германии города стоят жизни одного британского гренадёра».

А начал свою кровавую карьеру Харрис в Ираке в 1920‐х гг. Там англичане с 1923 по 1941 г. бомбили всех — турок, курдов, арабов. В 1925 г., после визита в Ирак, британский министр колоний Лео Эмери отметил: «Власть короля Фейсал держится по всей стране только на британских самолётах. Если же убрать самолёты, завтра же вся система рухнет».

Интересно, что в Ираке уже в 1920 г. британские самолёты сбрасывали на селения повстанцев химическое оружие. А в 1929 г. в Ираке были проведены войсковые испытания беспилотных самолётов «Larynx». Эти дроны доставляли 100 кг взрывчатки на расстояние до 190 км.

Англичане считали важным преимуществом дрона его большую скорость — 320 км/ч. В 1925 г., когда начались работы над дроном, его перехват истребителями был исключён.

«Larynx» весил около 300 кг и запускался с катапульты. В Ираке два дрона запустили с катапульты на эсминце, а ещё три — с наземной пусковой установки. Однако КВО составило около 10 км. А это перебор даже для атомной бомбы! После стрельб в Ираке работы над «Larynx» были завершены.

Итак, кровавый след Харриса — Ирак, Палестина, Германия, далее везде.

В 1992 г. в Лондоне установили памятник Артуру Харрису. Но лондонцы периодически поливают памятник краской и пишут неприличные слова. Поэтому вокруг памятника круглосуточно дежурит полиция.

Любопытно, что среди множества наград Англии, США, Франции и др. Харрис награждён ещё и орденом Суворова 1‐й степени. Не пора ли лишить Харриса ордена, пусть и посмертно?

А теперь ещё раз вернёмся в Палестину. «Хагана» (на иврите означает «защита»), еврейская военизированная организация, активно поддерживала действия англичан в подавлении восстания. Хотя британская администрация официально не признавала «Хагану», британские силы безопасности сотрудничали с ней, сформировав Полицию еврейских поселений, Еврейскую внештатную полицию и Специальные ночные отряды. Специальные ночные отряды занимались деятельностью, описанной администратором колоний сэром Хью Футем как «экстремальная и жестокая», включающей пытки, порку, издевательства и казни арабов.

Британские власти содержали, финансировали и вооружали еврейскую полицию с этого момента и до окончания действия Мандата, и к концу сентября 1939 г. около 20 тысяч еврейских полицейских, статистов и поселенческой охраны получили разрешение правительства носить оружие, которое также распространяло оружие в отдаленных еврейских поселениях, и разрешило Хагане приобретать оружие.

Независимо от англичан, «Таас» (подпольное военное производство «Хаганы»), разработало 81‐мм миномёт и изготовляло мины и гранаты, 17 500 которых было изготовлено и использовано во время восстания.

В июне 1937 г. британцы ввели смертную казнь за несанкционированное хранение оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ, но поскольку многие евреи имели разрешение на ношение оружия и хранение боеприпасов для обороны, этот приказ был направлен в первую очередь против палестинских арабов, и большинство из 112 арабов, казнённых в тюрьме Акко, были повешены за незаконное хранение оружия.

Ну а далее, чтобы избежать обвинений в предвзятости, процитирую Википедию:

«Позже возникло много спекуляций вокруг предполагаемой роли Германии и Италии в финансовой поддержке восстания, основанных на ранних заявлениях еврейских активистов о том, что обе страны разжигали восстание, передавая повстанцам наличные деньги и оружие. Планы Германии по поставке оружия повстанцам так и не были реализованы из-за недоверия к саудовским посредникам. Попытки Италии поставлять оружие через то же место были пресечены британской разведкой.

Британцы так и не нашли оружия или амуниции немецкого или итальянского происхождения. Разведка королевских ВВС отклонила эти заявления либо как относящиеся к “сравнительно небольшим” суммам, либо как направленные на дискредитацию палестинцев. Аль-Хусейни и его сподвижники получили ограниченное финансирование от фашистской Италии во время восстания, поскольку итальянцы вели спор с Соединенным Королевством из-за Абиссинии и хотели не только подорвать британский тыл, но и расширить итальянское влияние в регионе.

Повстанцы использовали итальянское финансирование для контрабанды оружия в Палестину через Сирию. Общая сумма итальянского финансирования составила приблизительно 150 000 фунтов стерлингов. Оно прекратилось в конце 1938 г. и не сыграло решающей роли, поскольку пик восстания пришёлся на эту дату.

В первые годы после 1933 г. к Германии обращались различные арабские националистические группы из Палестины и из-за рубежа с просьбой о помощи, но Германия категорически отказала. Поддержание хороших отношений с англичанами по-прежнему считалось первостепенной задачей, поэтому оно ограничилось выражением своего сочувствия и моральной поддержки. Вскоре после начала восстания, в декабре 1936 г., к Германии обратился командир повстанцев Фавзи аль-Кавукджи, а в январе 1937 г. — представители Высшего арабского комитета, оба просили оружия и денег, но опять напрасно. Некоторое ограниченное немецкое финансирование восстания можно датировать примерно летом 1938 г. и, возможно, было связано с целью отвлекая британцев от продолжающейся оккупации Чехословакии. Абвер давал деньги аль-Хусейни, а другие суммы направлялись через Саудовскую Аравию.

<…>

По мере приближения неизбежной войны с Германией британские политики пришли к выводу, что, хотя они могли рассчитывать на поддержку еврейского населения в Палестине, у которого не было иного выбора, кроме как поддержать Великобританию, поддержка арабских правительств и населения в районе, имеющем огромное стратегическое значение для Британской империи, не была гарантирована. Премьер-министр Невилл Чемберлен заключил: “Если мы должны оскорбить одну сторону, давайте оскорбим евреев, а не арабов”.

<…>

Среди британских официальных лиц росло ощущение, что им больше нечего делать в Палестине. Возможно, конечным достижением арабского восстания было то, что британцев тошнило от Палестины. Генерал-майор Бернард “Монти” Монтгомери заключил: “Еврей убивает араба, а араб убивает еврея. Это то, что сейчас происходит в Палестине. И, по всей вероятности, оно будет продолжаться в течение следующих 50 лет”».

Сразу после начала Второй мировой войны руководство еврейской общины приняло решение оказать поддержку Англии. Были открыты бюро для записи добровольцев. В течение первой недели в английскую армию записались 136 тысяч человек — треть еврейского населения Палестины!

Но этот порыв власти встретили холодно. Мало того, начались акции против отрядов еврейской самообороны — «Хаганы» и «Эцела», десятки человек арестованы, конфискованы склады с оружием. В феврале 1940 г. были введены предусмотренные «Белой книгой» ограничения на продажу евреям земли, что вызвало бурное возмущение. От «Эцела» отделилась ещё более радикально настроенная группа «Лехи» во главе с Абрахамом Штерном. Она объявила войну англичанам, пыталась сотрудничать с итальянскими и немецкими фашистами.

Мало кто знает, что весной 1940 г. Палестина имела реальный шанс подвергнуться мощным авиаударам… советских ВВС.

24 января 1940 г. начальник Генерального штаба Великобритании генерал Э. Айронсайд представил военному кабинету меморандум «Главная стратегия войны», где указывал следующее: «На мой взгляд, мы сможет оказывать эффективную помощь Финляндии лишь в том случае, если атакуем Россию по возможности с большего количества направлений и, что особенно важно, нанесем удар по Баку — району добычи нефти, чтобы вызвать серьёзный государственный кризис в России»[19].

3 февраля французский Генштаб дал командующему ВВС Франции в Сирии генералу Ж. Жюно, полагавшему, кстати, что «исход войны решится на Кавказе, а не на Западном фронте», приказ изучить возможность осуществления воздушного нападения на Баку.

Для бомбардировки Баку на Ближний Восток англичане направили несколько эскадрилий новейших бомбардировщиков «Блейнхем» Mk.IV.

В Москве всерьёз восприняли угрозу западных союзников. В полную боевую готовность была приведена система ПВО Закавказья.

В районе Баку было сосредоточено 420 зенитных пушек калибра 76–85 мм и 60 орудий малого калибра. К июню 1941 г. в ПВО Баку было 19 радиолокационных станции (13 «Рус-1» и 6 «Рус-2»), а в ПВО Москвы — всего три («Рус-1»).

Тем не менее Сталин решил не ограничиваться обороной. Где-то в начале февраля 1940 г. советское командование приступило к подготовке ответного удара. Его должны были нанести шесть дальнебомбардировочных полков (всего свыше 350 бомбардировщиков ДБ‐3).

6, 42 и 83‐й дальнебомбардировочные полки начали сосредотачиваться на аэродромах Крыма. Ещё три полка ДБ‐3 должны были действовать с аэродромов в Армении в районе озера Севан.

Эскадрильи первой группы, пролетев над Турцией, должны были атаковать британские базы в Ларнаке, Никозии и Фамагусте на Кипре, базу в Хайфе в Палестине и французские военные объекты в Сирии.

Самолёты второй группы, базировавшиеся в Армении, должны были лететь через Иран и Ирак. В районе Багдада полки расходились в разные стороны на турецкие объекты и на британские базы в Ираке и в Египте.

Последний самый лакомый кусочек достался 21‐му дальнебомбардировочному авиаполку. Две его эскадрильи должны были атаковать британскую эскадру в Александрии, две эскадрильи — сбросить бомбы под Порт-Саидом, а одна эскадрилья должна была разрушить шлюзы Суэцкого канала и парализовать британское судоходство.

Однако планам англичан и французов не суждено было сбыться.

10 мая вермахт начал наступление на Западном фронте. 15 же мая капитулировала голландская армия, а танковый корпус генерала Гота расчленил 2‐ю и 9‐ю французские армии и двинулся на Сен-Контен. Понятно, что тут бравым союзникам стало не до Баку.

13 октября 1940 г. Риббентроп в письме к Сталину вежливо поддел его: «…советский нефтяной центр в Баку и нефтепорт в Батуми, несомненно, уже в этом году сделались бы жертвой британских покушений, если бы разгром Франции и изгнание английской армии из Европы не сломили бы английский дух нападения как таковой и не положили бы внезапный конец всем этим махинациям»[20].

Итак, с июня 1940 г. ситуация изменилась — Англия осталась в войне одна против фашистских держав, её правительство возглавил жёстко настроенный против Германии Уинстон Черчилль. Евреи стали в массовом порядке записываться добровольцами в английскую армию. Палестинским арабам англичане особо не доверяли — их лидер Великий муфтий Иерусалима Хадж Амин аль-Хусейни отправился в Берлин, встретился там с Гитлером и призвал всех арабов восстать против англичан.

Гитлер, принимая специального посланника правителя Саудовской Аравии Ибн Сауда Халида Аль-Худ Аль-Гаргани, сказал: «Если бы Шарль Мартелл не одержал победу при Пуатье […], то мы, по всей вероятности, были бы обращены в мусульманство, в этот культ, который прославляет героизм и который открывает седьмое небо только для отважного воина. Тогда германские расы завоевали бы весь мир».

В Палестине как на подмандатной территории, в отличие от Англии, не было воинской повинности, поэтому евреи и арабы, поступавшие на британскую службу, все были добровольцами или наёмниками, называйте как хотите.

После войны 1947–1949 гг. архивы и личные документы, связанные с ролью арабов-палестинцев в боях против гитлеровской коалиции, были утеряны. Поэтому исследователям сложно определить точное количество арабо-палестинских солдат, призванных в британскую армию.

По данным ESCO Foundation, во Второй мировой войне участвовало 9000 палестинских добровольцев, в британских архивах фигурирует число 12 000, а арабские источники утверждают, что в ряды британской армии было призвано 17 000 палестинских арабов. В документах архива ЦАХАЛ указано, что с 17 октября 1939 г. по 12 декабря 1940 г. в ряды британской армии влились 2458 солдат-арабов из подмандатной Палестины. В основном они были распределены в пехотные подразделения, в Королевский военно-морской флот и во вспомогательные войска.

Первое сообщение о призыве 418 добровольцев появилось в газете на арабском языке «Палестина» 18 октября 1939 г. В сообщении от 22 октября указано, что количество арабских новобранцев выросло до 445 человек, в их числе семь врачей и инженеров, а также 257 представителей разных профессий. 147 добровольцев отправились на службу в регулярные части британской армии, а 34 были назначены на штабные должности.

Всего за годы войны из 400‐тысячного еврейского населения добровольцами в английскую армию записались более 30 тысяч человек, 15 % из них — женщины. В начале 1942 г. они вступили в женские части британской армии, а в 1943 г. — в женские подразделения королевских ВВС. Всего в армии Великобритании служили более 4 тысяч еврейских женщин из Палестины.

В Палестине Италия была заинтересована в нанесении ущерба нефтеперерабатывающим заводам в Хайфе, которые производили около 1 млн тонн топлива в год. Поэтому первые бомбовые удары лётчики Муссолини произвели именно по Хайфе, которая сегодня именуется северной столицей Израиля.

15 июля 1940 г. после 9 часов утра 10 итальянских трёхмоторных бомбардировщиков SM‐79 «Савойя-Маркетти» сбросили бомбы на хайфский нефтеперерабатывающий завод и нефтехранилища британской компании «Shell International Petroleum». При этом налёте погиб один рабочий и трое получили ранения. 24 июля налёт на Хайфу повторился. И здесь жертв было уже больше — 46 человек было убито и 88 получили ранения.

В третий раз итальянцы бомбили Хайфу 6 августа 1940 г. В этом налёте зенитным огнём был сбит первый и последний итальянский бомбардировщик. Итальянские бомбардировщики базировались на острове Родос, с 1912 г. принадлежавшем Италии.

В ходе налёта пяти итальянских бомбардировщиков SM‐79 на Тель-Авив 9 сентября 1940 г. было сброшено 62 бомбы. Гражданское население не имело информации о возможности таких налётов, а потому не были приняты какие-либо меры безопасности. Бомбы упали в районе центральных улиц Буграшов и Трумпельдор, а также рядом с бульваром Бен-Цион и театром «Габима». В результате этой атаки погибли 137 человек и 350 получили ранения.

Вполне возможно, что пилоты планировали бомбить Яффу и перепутали её с Тель-Авивом. Кстати, итальянское радио сообщило о налёте 9 сентября на Яффу, а не на Тель-Авив.

Сразу после капитуляции Франции (подписания перемирия с Германией) возникла ситуация, вполне нормальная для животного мира — на тяжелораненого большого зверя набрасываются большие и малые хищники. Ведущие державы мира приступили к захвату французских колоний и кораблей в Африке, Азии и Восточной Индии.

Поводом для британского вторжения в Сирию в 1941 г. стали события в соседнем Ираке. В 1921 г. англичане посадили на королевский престол в Ираке выгнанного французами из Сирии короля Фейсала. Государства Ирак как такового до 1918 г. никогда не существовало. Просто Лондон сам себе дал мандат на управление этой частью бывшей Оттоманской империи.

Поскольку британский мандат в 1932 г. истекал, 30 июня 1930 г. Лондон навязал Ираку кабальный договор на 25 лет. Согласно его условиям, Англия имела в мирное время право держать ВВС и пехотные части на авиабазах близ Басры и в Хаббании и право перевозки по всей стране войск и грузов.

3 апреля 1939 г. в автомобильной катастрофе погиб иракский король Гази, сын Фейсала. На престол вступил четырёхлетний король Фейсал II. По указанию из Лондона иракское правительство 5 сентября 1939 г. объявило войну Германии. Однако после вступления в войну Италии отношения между Багдадом и Римом разорваны не были.

В марте 1941 г. премьер Черчилль решил, что премьер-министр Ирака Рашид Али аль-Гайлани готовит заговор против англичан. Этого оказалось достаточно, чтобы Лондон высадил десант в Басре. В ответ иракское правительство решило закрыть обе британские авиабазы.

К авиабазе Хаббания подошли иракские войска. Но их 2 мая встретила британская авиация.

В Хаббании базировались 82 английских самолёта и ещё несколько бомбардировщиков «Веллингтон», поддерживавших британские наземные войска с других аэродромов. В итоге иракцы отошли от авиабазы.

2 мая 1941 г. премьер Рашид Али аль-Гайлани обратился к Гитлеру с просьбой о вооружённой помощи. И уже на следующий день германскому посольству в Виши было поручено получить от французского правительства разрешение на переброску через Сирию самолётов и военных материалов для Ирака. 5 и 6 мая адмирал Дарлан заключил с немцами предварительное соглашение, по которому германская авиация получала возможность пользоваться взлетно-посадочными площадками в Сирии.

13 мая несколько германских самолётов произвели посадку на аэродром в Мосуле. Позже Черчилль писал в своих мемуарах: «С 9 мая до конца месяца на сирийских аэродромах приземлилось около 100 немецких и 20 итальянских самолётов». Но, увы, это лишь фантазии престарелого джентльмена.

Небольшая техническая помощь немцев не оказала и не могла оказать никакого влияния на ход боевых действий в Ираке. Плохо вооружённые и ещё хуже обученные королевские войска повсюду отступали, и 31 мая 1941 г. Ирак капитулировал.

Однако англичане решили использовать транзитную посадку нескольких германских самолётов на территории Сирии для захвата её. Надо ли объяснять, что в мае 1941 г. германские самолёты садились и в Португалии, и в СССР, и во многих других странах, а британские — по всему миру, но это никто не использовал как casus belli.

В британской официальной истории Второй мировой войны говорится: «Английские начальники штабов не хотели упускать возможности добиться сотрудничества Турции»[21].

В Лондоне прекрасно знали о пограничном конфликте Турции и Сирии и надеялись обещаниями передачи северных сирийских территорий втянуть Турцию в войну. По плану Черчилля турки должны были оккупировать север Сирии, в том числе район Алеппо. Турки отправили на границу несколько дивизий. Однако 16 мая 1941 г. генерал де Голль, встретившись с британским генералом Уэйвелом в Каире, пришел в ярость и потребовал отказаться от турецкого участия в операции «Экспортер». Такое название получил британский план вторжения в Сирию.

Де Голль сам давно собирался вторгнуться в Сирию, даже до начала событий в Ираке. Ещё 24 апреля 1941 г. он писал генералу Катру: «Я имею честь передать вам планы грядущих операций в Сирии… Целью операции является установление сначала в Дамаске, а затем и в Бейруте, военной власти, способной обеспечить деятельности верховного комиссара Свободной Франции»[22].

Французские сухопутные силы в Сирии и Ливане к июню 1941 г. состояли из 18 пехотных и 20 кавалерийских батальонов (всего 35 тыс. человек), в которых служило менее 8 тыс. этнических французов, а остальные — «колониальные войска» и некоторое количество солдат Иностранного легиона. Командовал ими бригадный генерал Анри Денц, он же был генеральным комиссаром (административным главой) Сирии и Ливана.

Сухопутные войска располагали 120 орудиями и минометами, но всего 19 танками.

Французские ВВС в Сирии и Ливане имели в своем составе до 90 самолётов. В мае 1941 г. там дислоцировалось 26 истребителей «Моран-Солнье» MS.406, 5 разведывательных групп, оснащенных архаичными двухместными бипланами «Потез» 25.ТОЕ и 6 скоростных многоцелевых самолётов «Потез» 63‐11. Из-за начавшихся атак британской авиации на французские объекты правительство Виши приняло спешные меры по усилению сирийской авиационной группировки. И уже 28 мая 24 самых современых французских истребителя «Девуатин» D.52 °C прибыли из Алжира на аэродром Раяк через Бриндизи и Афины.

31 мая генерал Анри Денц потребовал от германского командования прекратить использование сирийских аэродромов самолётами люфтваффе. Так что к началу британского вторжения (8 июня) на территории Сирии и Ливана не было ни одного германского самолёта и даже солдата. Так что повод для нападения исчез.

Тем не менее 8 июня британские войска начали вторжение в южную часть Сирии с территории Палестины и Трансиордании (с 1946 г. Иордания). Численность британских войск составила 34 тыс. человек — 18 тыс. австралийцев, 9 тыс. англичан, 2 тыс. индусов, 5 тыс. французов и французских колониальных войск, подчинявшихся Де Голлю.

Кроме того, в составе британских сил были две роты диверсантов «паленах», завербованных из бойцов «Хаганы». Одной из рот командовал Моше Даян, потерявший в ходе операции в Сирии глаз — французская пуля попала в бинокль.

С моря англичан прикрывала эскадра вице-адмирала Э. Кинга в составе крейсеров «Феб», «Аякс» и «Ковентри», а также шести эсминцев и нескольких подводных лодок. Однако в случае необходимости к ним могли присоединиться основные силы британского средиземноморского флота, базировавшиеся на Александрию.

Французские морские силы под общим командованием контр-адмирала Пьера Гутона располагались в Бейруте, являвшимся торговым портом, не имевшим практически никакой защиты. Французские ВМС располагали двумя однотипными лидерами — «Вальми» и «Гепард» (водоизмещение 2500 т; скорость 38 узлов; вооружение: 5 — 138‐мм пушек, 6 торпедных аппаратов), подводными лодками «Кайман», «Морзе» и «Суффлер», сторожевым кораблем «Элла», танкером «Адур» и несколькими тральщиками.

Следует заметить, что, несмотря на подавляющее превосходство англичан, французские моряки действовали достаточно активно. Уже 8 июня подводная лодка «Кайман» выпустила по крейсеру «Аякс» торпеду, но промазала.

На следующий день, 9 июня, лидеры обстреляли британские части, двигавшиеся по дороге вдоль побережья. Обстрел не был эффективным, поскольку на кораблях не имелось осколочно-фугасных снарядов.

Затем, когда подоспели британские крейсера, лидеры отошли и возвратились в Бейрут без сколько-нибудь серьезных повреждений.

Одновременно над морем произошел воздушный бой. Пара французских истребителей атаковала барражирующие над британскими кораблями истребители «Фейри Фульмар» и сразу сбила два самолёта. Для прикрытия британских кораблей были вызваны «харрикейны», базировшиеся в Палестине. Один из них атаковал над побережьем двухмоторный разведчик «Потез» 63‐11, поджег ему один из двигателей, но затем потерял противника из виду. День закончился атакой двух звеньев бомбардировщиков «Мартин» 167F колонн «Свободной Франции» в районе города Мескии.

Адмирал Эндрю Каннингхэм, главнокомандующий британским флотом на Средиземном море, немедленно послал подкрепление в виде шести эсминцев и крейсера «Линдер».

На суше британские части 9 июня захватили крупный город Кунейтра, но на следующий день французы, применив танки, отбили город, взяв в плен британский батальон.

С 9 по 22 июня шли упорные бои за город Мерджуон, трижды переходивший из рук в руки. Провалилась и попытка с ходу взять Дамаск — прорвавшиеся к нему индийские части были контратакованы и окружены в пригородном поселке Мецци, где двое суток упорно оборонялись. Только 21 июня основные силы союзников вышли к Дамаску, тогда войска Виши без боя оставили город.

Успехом завершилось наступление на центральную Сирию из пустыни на границе с Иорданией частей Британского Арабского легиона, захвативших горные проходы с минимальными потерями и взявших города Месмия и Пальмира соответственно 14 июня и 3 июля.

К 9 июля передовые части союзников вышли с юга к Бейруту, прорвав мощный оборонительный рубеж у города Дамур. Это предрешило исход всей кампании. После взятия союзниками Дамура генерал Дентц начал переговоры о капитуляции. С 11 июля боевые действия были прекращены. А 14 июля в Акре было подписано соглашение о прекращении боевых действий, по условиям которого войска союзников занимали всю Сирию.

До 30 тысяч евреев из Палестины участвовали в войне с Германией в составе британской армии. Из их числа в сентябре 1944 г. была сформирована так называемая Еврейская бригада численностью в 5 тысяч бойцов.

Еврейская бригада была единственным национальным воинским соединением в составе союзных войск в годы Второй мировой войны. Она состояла из евреев-добровольцев, имела свои войсковую эмблему и знамя — белое полотнище с двумя голубыми полосами, золотой звездой Давида и надписью «Еврейская бригада».

Еврейская бригада была образована в результате слияния трёх батальонов палестинского полка, нёсшего караульную службу в Египте, Киренаике и самой Палестине. Бригаде были придана батарея лёгких зенитных орудий.

Командиром Еврейской бригады был назначен бригадный генерал Э.Ф. Бенджамин (1900–1969), еврей, уроженец Канады, служивший в инженерных войсках британской армии. Он командовал бригадой со дня её создания и до окончания её действий.

Батальонами командовали англичане, а ротами — в основном евреи (в чине майора и даже подполковника). В Еврейскую бригаду влились еврейские беженцы из Европы, а также некоторые евреи, служившие в различных частях британской армии.

В ноябре 1944 г. Еврейская бригада была переброшена из Египта в Италию. Первый бой в Италии солдаты Еврейской бригады приняли в составе 8‐й британской армии. Она действовала против частей 42‐й егерской дивизии вермахта.

Войну Еврейская бригада закончила на территории Голландии. А в июне 1946 г. её расформировали. Но приобретённый в годы войны опыт бойцам и командирам бригады в дальнейшем очень пригодился. Многие из них стали первыми командирами молодой Армии обороны Израиля, а Мордехай Маклеф и Хаим Ласков — даже начальниками Генерального штаба.

17 мая 1939 г. британское правительство опубликовало «Белую книгу» Макдональда, которая практически запретила еврейскую иммиграцию и покупку земли евреями, и ревизовало «Декларацию Бальфура», заявив, что «еврейский национальный очаг уже создан». Одновременно этим же документом Британия отказалась от обещаний в отношении арабов, изложенных в переписке Мак-Магона — Хусейна 1915 г., в которой предусматривалось независимое арабское государство в его «естественных границах», включающих, по мнению арабов, в том числе всю Палестину. Британия утверждала, что гарантии Мак-Магона не распространялись на Палестину.

Арабские лидеры не оценили уступок в части запрета еврейской иммиграции и отвергли «Белую книгу». Они требовали немедленно и полностью запретить иммиграцию и ускорить переход к независимости. Оппозиция в британском парламенте, американские конгрессмены и Постоянная мандатная комиссия Лиги Наций обвинили британское правительство в нарушении условий Мандата в части обязательств перед евреями.

«Белая книга» Макдональда стала поворотным пунктом в отношениях Великобритании и сионистов — сионистские лидеры фактически отказались от признания законности британского мандата на Палестину. Для обхода ограничений на иммиграцию евреями была создана подпольная организация «Моссад ле-Алия Бет».

Начало Второй мировой войны сильно осложнило ситуацию с созданием еврейского государства. Оккупация Польши и запрет еврейской эмиграции как из СССР, так и с территорий, подконтрольных Третьему рейху, подорвали потенциальную базу иммиграции.

Двойственное отношение сионистов к Великобритании в этой ситуации выразил Давид Бен-Гурион: «Мы должны помогать англичанам в войне, как если бы не существовало “Белой книги”, и мы должны бороться против “Белой книги”, как если бы не велась война».

После 1945 г. Великобритания оказалась вовлечена в нарастающий конфликт с еврейским населением. Основной проблемой стало нежелание нового правительства Великобритании во главе с Клементом Эттли отказаться от ограничений «Белой книги» 1939 г. Министерская комиссия рекомендовала ограничить иммиграцию «1500 разрешениями в месяц на въезд для евреев, переживших Катастрофу».

Отказ Великобритании от обещаний сионистскому движению, запреты на покупку земли и ограничения иммиграции вызвали резкое усиление антибританских настроений и прямой борьбы со стороны еврейской общины. Руководители трёх подпольных сионистских организаций («Хагана», «Иргун» и «Лехи») заключили соглашение о начале совместной вооружённой кампании против британских властей. В 1946 г. силы сопротивления провели ряд масштабных диверсий, а британские войска и полиция — массовые аресты и высылки.

О размахе деятельности этих организаций можно судить по следующему факту. Так, в результате обыска английскими войсками только в киббуце Яжур было изъято 325 винтовок, 96 миномётов с большим запасом боеприпасов, свыше 5 тысяч ручных гранат и другое вооружение. Кстати, качество обнаруженных миномётов, изготовленных в подпольных мастерских «Тааса», оказалось очень высоким. Это ввело в заблуждение британских экспертов, которые решили, что миномёты были изготовлены в США, а в Палестине их только собрали.

Во время Мандата евреи никогда не составляли большинство населения Палестины, но численность свою значительно увеличили. Так, в 1920 г. арабы составляли абсолютное большинство (90 %), а к 1947 г. евреи составили 31 % населения.

На 1943 г. на территории Британского мандата в Палестине евреям принадлежало 49 % городской и сельской застройки и 12 % пригодной к обработке земли (пашен и многолетних насаждений). Всего около половины земель находилась в государственном владении, около 47 % земли принадлежало арабским и другим нееврейским землевладельцам, примерно 6 % было во владении евреев.

К началу 1920‐х гг. одной из важнейших целей руководства еврейской общины (ишува) в подмандатной Палестине стало создание «государства в пути» — формирование независимых, насколько возможно, от британской администрации органов власти.

Действуя на правах общественно-политических организаций, эти структуры осуществляли реальное управление делами ишува и по замыслу создателей (прежде всего Бен-Гуриона) смогли бы превратиться в органы государственного управления в момент провозглашения независимости.

Несмотря на все препятствия, еврейские поселенцы создали эффективную структуру управления в качестве подготовки к созданию собственного государства. Политолог Алек Эпштейн отмечает, что с момента перехода «Еврейского агентства» из-под контроля организаций диаспоры под контроль ишува в 1936 г. оно стало исполнять роль правительства.

В отчёте Палестинской королевской комиссии 1937 г. ишув был назван «государством в государстве» и были отмечены крупные успехи в деле создания еврейского национального очага. Руководство ишува стремилось включить все группы еврейского населения в свою сферу деятельности. Для этого, в частности, в руководство «Еврейского агентства» были введены представители несионистских группировок, хотя они составляли в нём незначительное меньшинство.

Специальная комиссия ООН в 1947 г. в своём докладе указывала, что ишув выполняет государственные функции, а «Еврейское агентство» — правительственные. В частности, было отмечено, что:

«Вступление в еврейскую общину является фактически автоматическим для всех евреев от восемнадцати лет и старше, которые прожили в Палестине по крайней мере три месяца. Всё взрослое население в возрасте 20 лет и старше принимает участие в избрании членов Выборного собрания, из которого образуется “Ваад леуми” (Национальный совет). В сотрудничестве с другими общественными организациями “Ваад леуми” содержит — почти исключительно на средства, получаемые от взимаемых им налогов и из других доходов, — систему еврейских школ и сеть учреждений общественного здравоохранения и социального обслуживания…

В жизни еврейского населения Палестины “Еврейское агентство” занимает особое место как ввиду его положения согласно статье 4 мандата, так и в качестве организации, представляющей мировое еврейство. Организованное в Палестине в форме примерно двадцати департаментов, соответствующих в общем министерствам самоуправляющегося государства, Агентство касается всех сторон еврейского экономического и социального развития в Палестине и имеет решающее влияние в главных вопросах политики и управления, особенно в вопросах иммиграции и развития сельского хозяйства».

В 1947 г. британское правительство заявило о своём желании отказаться от мандата на Палестину, аргументируя это тем, что оно не способно найти приемлемое для арабов и евреев решение. Созданная незадолго до того Организация Объединённых Наций на Второй сессии своей Генеральной Ассамблеи 29 ноября 1947 г. приняла план раздела Палестины (резолюция Генеральной ассамблеи ООН № 181).

Согласно этому плану, Иерусалим должен был стать международным городом (corpus separatum) под управлением ООН, чтобы не допустить конфликта по его статусу. В пределы Иерусалима также предполагалось ввести такие окрестные населённые пункты, как Шуафат, Эйн Карем и Вифлеем.

Большинство еврейского населения приветствовало предложенный план раздела Палестины. Хотя такие радикальные еврейские организации, как «Иргун» Менахема Бегина или «Лехи» Ицхака Шамира, отвергли этот план, считая его несправедливым по отношению к евреям, Еврейское агентство, представлявшее большинство ишува, решило принять план ООН.

Арабские руководители, в том числе Лига арабских государств и палестинский Высший арабский совет, категорически отвергли план ООН по разделу Палестины и заявили, что приложат все усилия, чтобы помешать его реализации. Так, Джамаль аль Хуссейни, исполнявший обязанности председателя Высшего арабского совета, 24 ноября 1947 г. угрожал, что «Палестина будет охвачена огнём и кровью, если евреи получат хоть какую-нибудь её часть».

Принятие этого плана стало возможным благодаря его поддержке со стороны крупнейших держав — СССР и США. Советский Союз, пытаясь укрепить свою позицию на Ближнем Востоке, стремился, в первую очередь, подорвать позиции Великобритании. Поддержка плана ООН со стороны СССР стала большой неожиданностью как для евреев, так и для арабов. В частности, советский представитель А.А. Громыко на пленарном заседании 26 ноября решительно высказался за «вариант раздела Палестины на два самостоятельных демократических государства — арабское и еврейское».

По мнению израильского политика Юлия Кошаровского: «Ближневосточная политика Сталина строилась таким образом, чтобы изгнать Великобританию из стратегически важного региона и, по возможности, занять её место. Именно этим определялась поддержка борьбы евреев Палестины против Британского мандата за свою национальную независимость».

Историк Дмитрий Мосяков считает, что советские инициаторы этой политики надеялись, что Израиль, возглавляемый выходцами из российского Бунда, станет очагом социализма на Ближнем Востоке, подконтрольным Москве, в противовес арабским режимам, ориентированным на Запад.

Помощник В.М. Молотова М.С. Ветров (позже советский посол в Дании) приводит слова Сталина: «Давайте согласимся с образованием Израиля. Это будет как шило в заднице для арабских государств и заставит их повернуться спиной к Британии. В конечном счёте британское влияние будет полностью подорвано в Египте, Сирии, Турции и Ираке».

Среди политической элиты США по этому вопросу существовали серьёзные разногласия, и в итоге решающую роль сыграла личная позиция президента Гарри Трумэна, который ради принятия решения о создании Израиля пошёл на прямой конфликт с руководством Госдепартамента.

В марте 1947 г. Трумэн в частном порядке пообещал Хаиму Вейцману (будущему президенту Израиля) поддержку идеи раздела Палестины, но на следующий день американский посол в ООН проголосовал за передачу Палестины под опеку ООН. Трумэн пришёл в ярость и обвинил в произошедшем чиновников Госдепартамента.

Однако за этим голосованием стояла группа высокопоставленных лиц, включая госсекретаря Джорджа Маршалла и министра обороны Джеймса Форрестола. Многие сотрудники Госдепартамента во главе с госсекретарём Джорджем Маршаллом опасались того, что явная поддержка еврейскому государству приведёт к тому, что СССР выступит в качестве союзника арабским странам и получит широкий доступ в регион.

Как заявлял первый министр обороны Джеймс Форрестол президенту Трумэну: «Вы просто не осознаёте, что существует 40 миллионов арабов и 400 тысяч евреев. Миллионы арабов одержат верх над тысячами евреев. Нефть — вот та сторона, на которой мы должны находиться».

С другой стороны, как полагал советник президента Кларк Клиффорд, «демократическое государство на Ближнем Востоке станет долгосрочной гарантией безопасности не только нашей страны, но и всего мира».

Конфликт между Трумэном и Маршаллом по этому вопросу грозил перерасти в правительственный кризис. Однако разрастания скандала удалось избежать. Трумэн настоял на своём решении поддержать создание Израиля. Существенную роль здесь сыграло и влияние еврейской общины в США, голосами которой хотел заручиться Трумэн в преддверии президентских выборов 1948 г. Кроме того, как пишет Е.Е. Эпштейн в статье «Образование государства Израиль и ближневосточная дипломатия США»: «Г. Трумэн был южным баптистом и питал некоторую религиозную симпатию к евреям».

На первом этапе вялотекущие вооружённые столкновения, происходившие с середины 1930‐х гг., на следующий день после утверждения в ООН плана раздела Палестины на еврейское и арабское государства переросли в полномасштабные боевые действия почти во всех районах соприкосновения евреев с арабами.

Этот этап войны характеризовался противоборством между еврейскими и арабскими нерегулярными формированиями. К первым относились «Хагана», «Иргун» и «Лехи»; ко вторым — Арабская освободительная армия и Армия Священной войны. Британские войска готовились к предстоящей эвакуации и мало вмешивались в противостояние группировок.

Бенни Моррис, один из израильских новых историков, делит этот этап на два периода: период с 29 ноября 1947 г. до марта 1948 г. характеризовался тем, что еврейские силы декларировали принцип «ответных акций» против арабов; с марта 1948 г. до середины мая 1948 г. этот принцип отменяется и война характеризуется активными действиями «Хаганы» по взятию под контроль территорий в подмандатной Палестине.

Численность еврейских вооружённых сил с центральным командованием в ноябре 1947 г. можно оценить в 14–16 тысяч человек (кроме того, до 20 тысяч в городских ополчениях ХИМ и молодёжных организациях ГАДНА и около тысячи во вспомогательной еврейской полиции, подчинённой британскому командованию), а в мае 1948 г. — в 27–35 тысяч человек (включая или исключая ХИМ, насчитывавшие около 6 тысяч человек).

Арабы пытались отрезать Иерусалим от прибрежной части страны, где находилось большинство еврейских поселений, а еврейские формирования пытались сохранить связь с Иерусалимом и обезопасить связывающую Тель-Авив и Иерусалим дорогу. На первом этапе войны еврейским силам не удалось выполнить эту задачу, хотя связь между Иерусалимом и еврейскими поселениями на побережьях поддерживалась при помощи вооружённых конвоев, которым удавалось пробиться в Иерусалим.

Предпринимались также попытки захвата еврейских населённых пунктов в других районах страны. Первой такой попыткой стало нападение 8 декабря арабского отряда на район Ха-Тиква в Тель-Авиве, отражённое «Хаганой» с тяжёлыми потерями со стороны атакующих. Основными районами военных действий в период с ноября 1947 г. до середины мая 1948 г. стала территория, отведённая ООН под создание еврейского государства (за исключением транспортного коридора из Тель-Авива в Иерусалим), в том числе, почти не было столкновений в заселённых арабами Верхней Галилее и Самарии.

Первые 4 месяца первого этапа войны «Хагана» придерживалась оборонительной тактики. Начало боевых действий застало силы Ишува врасплох, в разгар реорганизации, до того, как была мобилизована молодёжь. В первые дни после начала войны «Хагана» даже не контратаковала, находясь в пассивной обороне. В городах со смешанным населением — таких, как Хайфа, Яффа и Иерусалим — арабы инициировали столкновения, обстреливая еврейские дома, машины и пешеходов.

Позже, в начале января 1948 г., «Хаганой» были сформулированы «принципы возмездия», согласно которым предполагалось, что еврейские силы не будут атаковать первыми и будут предприняты усилия, чтобы в акциях возмездия уничтожались только виновные в атаках на евреев При этом силы «Хаганы» совершали периодические вылазки, известные под общим названием «агрессивная защита».

30 ноября 1947 г., через день после принятия резолюции ООН о разделении Палестины, «Хагана» издала декрет, призывающий население еврейского ишува (мужчин и женщин) в возрасте от 17 до 25 лет на службу.

4 декабря 1947 г. 120–150 вооружённых арабов из города Саламе атаковали маленький кибуц Эфаль к северо-востоку от Тель-Авива. Местным жителям удалось отбить атаку благодаря вовремя подошедшему подкреплению «Пальмаха».

8 декабря тель-авивский район Ха-Тиква подвергся атаке отряда в несколько сотен арабских бойцов из Лода, Рамле и Наблуса под командованием Хасана Саламе. Нападающим удалось захватить несколько домов при нейтралитете размещённых в этом районе британских частей, прежде чем прибывшие силы «Хаганы» и еврейской полиции отразили атаку. Нападавшие потеряли около 60 человек. С еврейской стороны погибли два человека и был похищен один ребёнок, которого позже вернули британцы.

18 декабря по приказу местного руководства «Пальмаха» была атакована арабская деревня Хисас в районе Хулы, где перед этим был убит проезжавший через деревню еврей. Одной из целей атаки стал особняк, принадлежавший сирийскому шейху. Силы «Хаганы» вошли в деревню ночью, когда жители спали, и стали подрывать дома. В ходе рейда было убито 15 человек, включая 5 детей (по другим источникам, два дома были забросаны гранатами и число погибших составило 10–12 человек, включая детей).

Бен Гурион принёс публичные извинения за эту операцию и заявил, что руководство Ишува не давало указания её проводить. В ответ 9 января 1948 г. кибуц Кфар-Сольд на севере страны был атакован двумя сотнями арабских солдат, переброшенными через сирийскую границу. Нападение было отражено совместными действиями еврейских и британских сил.

27 декабря отряды вооружённых арабов из Калансуа и Тайбе атаковали соседний кибуц Кфар-Явец. Это нападение стало ответом на разрушение евреями близлежащего колодца.

28 декабря силы «Хаганы» из Лехи атаковали деревню Лифта на северо-западной окраине Иерусалима на основании ошибочной информации о причастности её жителей к нападению на еврейский автобус. Боевики из Лехи в ходе этого рейда остановили автобус и открыли огонь по его пассажирам. 11 января «Хагана» повторно атаковала Лифту, многие дома в деревне были взорваны, все жители деревни покинули её или были изгнаны еврейскими силами. 9 января 1948 г. многочисленный отряд Арабской освободительной армии атаковал кибуц Кфар-Сольд в Верхней Галилее. Нападение, рассматривавшееся как месть за атаку «Пальмаха» на Хисас в декабре, было отбито.

14 января АОА взяла в блокаду еврейское поселение Кфар-Эцион. Отряд «Пальмах» из 35 человек, посланный на прорыв блокады, был атакован АОА, все солдаты в ходе боя погибли, арабы надругались над их трупами. Этот отряд известен как «Отряд Ламед-Хей» (в иврите такая совокупность букв обозначает число 35).

20 января Второй Ярмукский полк Арабской освободительной армии силами от 200 до 300 бойцов под командованием сирийского офицера под прикрытием миномётного и пулемётного огня атаковал со стороны арабского города Таршиха еврейское поселение Ехиам, обороняемое силами 30 членов «Хаганы». Это нападение было также отражено с помощью подошедших позже англичан.

26 января 1948 г «Хагана» объявила общую мобилизацию. 10 февраля попытка захвата арабами под руководством бывшего британского офицера Салаха Хаджа Мира еврейского квартала Емин-Моше в Иерусалиме была пресечена британскими войсками.

16 февраля силами Первого Ярмукского полка АОА был атакован кибуц Тират-Цви в районе Бейт-Шеана. Благодаря перехвату радиопереговоров противника «Хагана» оказалась готова к нападению, и атакующие оказались отрезаны от своих баз.

После переговоров с командованием прибывшей на место событий колонны британской бронетехники арабы получили разрешение отступить, не сдав оружия. Командующий АОА Фавзи аль-Кавукджи в своих мемуарах, напротив, утверждает, что арабская сторона одержала решительную победу, и оценивает число убитых с еврейской стороны в 112 человек.

В феврале «Хагана» провела ряд операций против арабских населённых пунктов, которые позиционировались ею как возмездие за уничтожение конвоя «ламед хей». 15 февраля были атакованы деревни Кесария (на месте древнего римского города Кесария), Боррат-Кесария (на месте нынешнего города Ор-Акива), Хирбат-аль-Бурж (к востоку от города Биньямина) и Атлит (на месте современного Атлита). В результате атак арабское население полностью покинуло эти деревни. По данным Паппе, оно было изгнано еврейскими силами.

Эти незначительные на первый взгляд эпизоды характеризуют начальный этап войны. Очевидная цель «Хаганы» — вытеснение и уничтожение арабского населения.

К весне 1948 г. еврейские формирования перешли к наступательной тактике и приступили к взятию под свой контроль населённых пунктов в Палестине, в том числе и некоторых из пунктов, предназначенных планом ООН по разделу Палестины для арабского государства.

10 марта руководство Ишува приняло план «Далет» (далет — четвёртая буква ивритского алфавита). В нём содержался план действия еврейских сил на период прекращения британского мандата и возможной конфронтации с армиями арабских государств.

План предусматривал превращение «Хаганы» из военизированной организации в регулярную армию, образование бригад и командований фронтов. План также предусматривал захват контроля над территорией еврейского государства (согласно разделу ООН) и над территориями, прилегающими к еврейским поселениям, находящимися на территории предполагаемого арабского палестинского государства. Документ предусматривал временную оккупацию территорий, находящихся за пределами еврейского государства, если с таких территорий велась бы против этого государства враждебная деятельность. В нём также говорится о необходимости захвата арабских деревень, прилегающих к еврейским населённым пунктам, а также британских баз и военных участков после отступления оттуда британцев. План предусматривал уничтожение арабских населённых пунктов и депортацию их населения в случае, если их жители будут оказывать сопротивление.

С принятием плана «Хагана» официально перешла от декларированной тактики «акций возмездия» к активной наступательной тактике. План был введён в действие в начале апреля.

К середине апреля 1948 г. еврейские силы в Палестине перешли к активным наступательным действиям. Согласно официальным британским данным, до этого (а именно к 3 апреля 1948 г.) обе стороны понесли примерно равные потери: 967 убитых и 1911 раненых арабов, 875 убитых и 1858 раненых евреев. В последующий период арабские потери резко возрастают в результате успешных наступательных действий еврейских частей. Арабский историк Ариф аль-Ариф указывает, что к 15 мая потери арабов в Палестине (включая как местное население, так и бойцов АОА и Армии Священной войны) достигли четырёх тысяч убитыми.

3 апреля еврейские силы впервые полностью овладели арабской деревней. Ею стал господствовавший над въездом в Иерусалим Кастель, гарнизон и всё население которого бежали после начала обстрела. К полудню того же дня силы Армии Священной войны численностью до 400 человек попытались отбить деревню, но успеха не добились. К утру 4 апреля к ним прибыло подкрепление из иерусалимского района Катамон, и штурм продолжался до 5 апреля, после чего атаки захлебнулись из-за нехватки боеприпасов и ранения командира. Тем временем, 6 апреля по дороге из Тель-Авива в Иерусалим, больше не контролировавшейся арабами, евреям удалось провести большой транспортный конвой с продовольствием.

Новый штурм Кастеля 7 апреля возглавил лично Абд аль-Кадир аль-Хусейн. На этот раз штурм сопровождался миномётным обстрелом, причём обстрел, как указывает Смирнов, вели четверо наёмников из числа британских солдат. Атакующих также прикрывали два броневика, но и в этот день Кастель арабам взять не удалось. Только штурм 8 апреля, в котором участвовали уже свыше двух тысяч арабов, закончился успехом. Однако в попытках вернуть контроль над Кастелем Абд аль-Кадир был убит.

4 апреля силы АОА численностью до тысячи человек под командованием бывшего турецкого офицера Фавзи аль-Кавукджи при поддержке батареи 75‐миллиметровых гаубиц, предоставленных сирийской армией (за полтора месяца до официального вступления Сирии в войну), атаковали еврейское поселение Мишмар-ха-Эмек к юго-востоку от Хайфы.

Силы защитников Мишмар ха-Эмека были впятеро меньше, чем у нападавших, и их вооружение состояло из одного лёгкого пулемёта, нескольких миномётов и стрелкового оружия, которого не хватало на всех. После артобстрела начался штурм поселения, отражённый его защитниками; следующей ночью им пришло подкрепление в количестве одной роты. Артобстрел продолжался два дня, после чего британские власти заставили стороны заключить суточное перемирие для эвакуации из поселения женщин и детей.

За время перемирия к месту боёв подошёл батальон «Пальмаха», но у атаковавших по-прежнему было преимущество в численности и вооружении. Поэтому вместо того, чтобы контратаковать арабов, еврейский батальон обошёл силы Кавукджи с фланга, заняв несколько арабских деревень у него в тылу и перерезав коммуникации. Это заставило АОА прекратить атаки на Мишмар ха-Эмек и попытаться вернуть захваченные деревни. Бои продолжались с переменным успехом до 12 апреля, когда большая часть хребта Кармель оказалась под еврейским контролем. При последней попытке Кавукджи штурмовать Мишмар ха-Эмек его силы едва не попали в котёл и в дальнейшем вынуждены были покинуть Галилею.

10 апреля на юге был снова атакован кибуц Кфар-Даром. На этот раз к атакующим присоединились добровольцы из батальонов «Мусульманских братьев», атака сопровождалась миномётным и пулемётным огнём, но была снова отбита с большими потерями среди атакующих (11 убитых, по официальной сводке).

Важную роль на начальном этапе войны сыграл захват евреями Тверии. Тверия, расположенная на берегу Тивериадского озера, к весне 1948 г. представляла собой город со смешанным населением (6 тысяч евреев и 4–5 тысяч арабов). Город имел стратегически важное положение, так как через него проходила дорога, связывающая еврейские поселения в Верхней Галилее с побережьем. Отношения между арабами и евреями, веками проживающими в городе вместе, были довольно дружественными.

4 декабря был заключён пакт о ненападении между арабскими и еврейскими городскими лидерами. Положения этого пакта были подтверждены в начале февраля. Местный арабский лидер — шейх Наиф Табари — и его клан прилагали усилия, чтобы обуздать националистически настроенную молодёжь.

Ту же политику среди еврейской молодёжи вели руководитель Еврейского национального фонда в Галилее Йосеф Нахмани и мэр Шимон Дахан. Тем не менее отдельные группы жителей начали эвакуироваться из города уже в это время: небольшая шиитская коммуна покинула город совсем, часть арабских семей из смешанных кварталов перебралась в чисто арабские, а из преимущественно арабского Старого города к февралю 1948 г. бежали три четверти проживавших там евреев.

В первые месяцы войны арабское руководство города даже не допускало в него иностранных арабских добровольцев. К марту отношения улудшились, в результате попыток солдат «Хаганы» разоружить арабскую молодёжь. По данным Паппе, боевики «Хаганы» сбрасывали на арабские районы бочки со взрывчаткой со склонов гор.

Бегство еврейских жителей из Старого города возобновилось. Снабжение населения города продуктами было прервано, в арабской части города был недостаток продовольствия, и магазины были закрыты. В город прибыло несколько десятков иностранных арабских добровольцев, а еврейские машины на дороге, ведущей через город в Верхнюю Галилею, стали подвергаться нападениям. По данным историка Паппе, в городе было лишь 30 арабских добровольцев, поскольку их проникновению в район препятствовала британская армия.

Перемирие рухнуло окончательно в начале апреля. 10 апреля арабские кварталы подверглись миномётному обстрелу. 9—11 апреля «Хагана» атаковала деревню Хирбет Насир-аль-Дин, расположенную на горах к западу от Тверии, в соответствии с приказом «уничтожить концентрацию противника» в деревне. 22 жителя деревни было убито, включая нескольких женщин и детей, а население деревни бежало в город, сея панику среди его арабских жителей. Паппе называет произошедшее в деревне резнёй.

16—17 апреля силы «Хаганы» (бригада Голани и Пальмах) атаковали город. Ими были взорваны арабские дома на границах арабских и еврейских районов. Арабские кварталы стали обстреливаться из миномётов. В течение суток от обстрелов погибло 80 арабских жителей города. Англичане не откликнулись на просьбу арабского населения о помощи и отказались вмешиваться до 22 апреля, хотя, по данным Паппе, сперва обещали арабам защиту

«Хагана» потребовала полной капитуляции от арабского населения и отклонила идею о перемирии. 18 апреля арабские лидеры города приняли решение об эвакуации всего населения, возможно, по настоянию британцев, хотя национальное арабское руководство в заявлении ООН обвинило в произошедшем еврейскую сторону. На грузовиках, предоставленных британскими войсками и королём Трансиордании, арабское население города, включая и вооружённые отряды, было доставлено в Назарет (находящийся под контролем АОА) и в Трансиорданию.

После эвакуации арабов еврейские жители города и часть солдат «Хаганы» начали грабёж оставленного имущества. Отряды «Хаганы» и полиция пытались этому препятствовать, производились аресты, несколько мародёров были ранены, один убит, но 22 марта полиция и «Хагана» утратили контроль над происходящим. Также были эвакуированы несколько прилегающих к Тверии арабских деревень.

Хайфа — крупнейший порт Палестины — имела второе по величине арабское население среди палестинских городов. Арабские районы Хайфы были сконцентрированы у подножия горы Кармель и тянулись вдоль побережья. Более новые еврейские районы были расположены выше по склону горы Кармель.

Всего к началу конфликта в городе проживало около 70 тысяч арабов. Около 20 тысяч арабских жителей города, составлявших финансовую элиту арабского сектора, покинули Хайфу ещё до апреля 1948 г., в надежде переждать период столкновений, начавшийся в городе с декабря 1947 г.

Исход оставил арабское население Хайфы без лидеров. «Хагана» планировала установить контроль над городом после окончательного ухода британцев, чтобы не провоцировать конфронтацию с ними. Эвакуация британских войск из Палестины должна была происходить через Хайфу.

В апреле в городе происходили эпизодические стычки между отрядами «Хаганы» и арабскими нерегулярными формированиями. По данным Морисса, численно силы сторон были примерно равны и составляли с каждой стороны от 500 до 1000 человек.

Силы «Хаганы» в городе насчитывали 2000 человек, а арабов — 500 человек (в основном ливанские добровольцы). Арабские отряды были хуже вооружены и организованы, не обладали тяжёлым вооружением, а кроме того, находились в невыгодном топографическом положении — у подножия горы Кармель. Еврейские отряды обладали миномётами, были лучше организованы и занимали господствующие высоты. Попытка арабской стороны доставить в город оружие и боеприпасы для располагавшейся там части АОА была сорвана еврейскими силами 17 марта 1948 г. В этом бою погиб командующий арабскими войсками в городе Мухаммед аль-Кунейти.

Между еврейскими и арабскими районами располагались позиции британских войск, чьей задачей было не допускать столкновений. 19 апреля председатель хайфского отделения Гистадрута Абба Хуши посетил командующего британскими силами в городе — генерала Хью Стоквелла — и спросил его, как он отнесётся к возможной атаке на арабов со стороны «Хаганы» в Хайфе.

Стоквелл ответил, что относится к этому крайне негативно, и британская армия должна будет вмешаться. Стоквелл проинформировал Аббу Хуши, что через два дня британские войска уйдут из занимаемых ими районов в центре города.

На рассвете 21 апреля британские войска оставили свои позиции, разделяющие арабские и еврейские кварталы, и отошли в район порта и Французского Кармеля. Между арабами и евреями немедленно завязалась перестрелка. В то же утро 21 апреля силы «Хаганы», в рамках операции «Биур Хамец», предприняли наступление в арабском районе Вади-Рушмия на севере города. Через этот район проходила дорога, связывающая Хайфу с еврейскими поселениями в Западной Галилее.

В Вади-Рушмия «Хагана» встретила сопротивление со стороны арабских сил. Там завязался бой, который длился более суток — до 11 часов утра 22 апреля — и кончился победой «Хаганы». Большинство жителей района бежало в Нижний город. По данным Паппе, британский командующий Стоквелл вызвал к себе утром 21 апреля представителей арабского населения города и высказал мнение, что арабскому населению следует покинуть город.

В час ночи 22 апреля силы «Хаганы» начали миномётный обстрел Нижнего города с горы Кармель. К утру еврейские отряды начали атаку на Нижний город с юга и с горы Кармель; завязались уличные бои за наиболее сильные арабские позиции в районе здания железнодорожной компании (Khouri House), телефонной станции и зданий командования арабской милиции, находившихся над Старым рынком. Рукопашные бои, бои внутри зданий и от дома к дому продолжались до раннего утра и сопровождались миномётными обстрелами, названными одним из британских очевидцев «абсолютно неприцельными и отвратительными».

Из-за миномётных обстрелов и коллапса арабских сил и администрации (руководство которых уже оставило город) среди жителей Нижнего города началась паника. Разнёсся слух, что британцы, взявшие под контроль порт, обещают защиту, и они устремились в гавань. Многие на лодках эвакуировались на северную часть хайфского залива в Акко. При этом среди паникующего населения при входе в порт происходила давка, часть лодок с беженцами перевернулась. Паппе пишет, что арабские лидеры города, пытаясь упорядочить эвакуацию, с помощью громкоговорителей призывали арабских жителей города собраться на рынке близ порта. Когда толпа собралась там, миномётчики «Хаганы» открыли по ней огонь. Это вызвало усиление паники и давки в порту, так как, спасаясь от обстрела, толпа хлынула туда.

Призывы арабского населения города прислать помощь извне остались без ответа. Британская армия остановила колонну арабских сил, двигающуюся для помощи жителям Хайфы со стороны Тиры. Британский командующий в Хайфе Стоквелл утверждал, что сделано это «из гуманитарных соображений, чтобы избежать продолжения боев, исход которых был предрешён».

Сирийское и ливанское правительства 21 апреля потребовали от Британии немедленно остановить происходящее в Хайфе, угрожая в противном случае вооружённым вмешательством. Однако британская армия не предприняла никаких действий. Утром 22 апреля оставшиеся в городе представители арабских властей запросили перемирия, но «Хагана» настаивала на полной капитуляции.

По данным британской стороны, 21–22 апреля в ходе боёв погибло 150 арабов и 16–20 евреев. Из отчёта Каннингема в Министерство колоний следует, что за всё время боёв погибли 100 арабов и 14 евреев, но арабские средства информации в те дни завысили число погибших арабов до 23 тысяч. Историк и мэр Восточного Иерусалима Ареф аль-Ареф оценивает число убитых арабов в 150–300 человек при 363 убитых евреях.

В 16 часов 22 апреля при посредничестве англичан состоялась встреча между представителями «Хаганы» и оставшимися арабскими лидерами города (бизнесменами и духовными лидерами). Еврейская сторона требовала полной сдачи оружия, депортации из города мужчин-иностранцев и введения комендантского часа для облегчения еврейским силам проводить поиски оружия; при этом было обещано относиться к арабскому населению как к «свободным и равным гражданам Хайфы». Арабская делегация попыталась связаться с Верховным арабским комитетом в Иерусалиме, но, не получив ответа, заявила, что не имеет полномочий заключать соглашение, и что арабское население желает эвакуироваться.

В последующие 10 дней практически всё арабское население города эвакуировалось на британских военных кораблях в Акко и Бейрут и на автоколоннах, охраняемых британской армией, в Назарет и Наблус. В городе осталось всего около 5000 арабов. 24 апреля силы «Хаганы» атаковали прилегающие к Хайфе пригороды — Балад аш-Шейх, Яжур и Хавассу. Британцы посоветовали жителям этих населённых пунктов покинуть их, что они и сделали под британским эскортом.

В разных районах города еврейские части то пытались остановить бегство арабов, то способствовали ему. Радио Еврейского агентства на арабском языке от имени «Хаганы» призывало арабских жителей остаться в Хайфе, подчёркивая необходимость в сотрудничестве между общинами (к этим призывам присоединился и действующий мэр города Шабтай Леви). Оставшимся жителям была обещана защита. При этом брошенные арабские дома подверглись разграблению.

Командование бригады «Кармели» отдавало приказы о пресечении мародёрства, но одновременно с попытками прекратить грабежи, сопровождавшимися даже стрельбой по мародёрам. Причём часть солдат «Хаганы» открыто участвовала в грабежах. 1 мая город посетил Бен-Гурион, выразивший шок и недоумение в связи с массовым бегством арабского населения и призвавший к уважению арабской собственности и оказанию помощи оставшимся арабским жителям. Тем не менее он подчеркнул, что ишув не заинтересован в возвращении беженцев.

В дальнейшем — в июле 1948 г. — всем оставшимся в городе арабским жителям Хайфы (3500–5000 человек) было приказано покинуть свои дома в различных районах Хайфы и переселиться в Вади Ниснас — бедный район города. Согласно дневнику Бен-Гуриона, и после переселения туда арабы Хайфы подвергались жестокому обращению со стороны израильской армии.

В Цфате проживало, по разным оценкам, от 1500 до 2400 евреев (среди которых преобладало пожилое и религиозное население) и 10–12 тысяч арабов. Силы АОА и местного арабского ополчения в городе составляли около 400 человек. Паппе указывает, что только половина из них были вооружены. Джошуа Ландис пишет, что в Цфате были сосредоточены около 700 арабских бойцов. Из них примерно две трети составляло местное ополчение, вооружённое только наполовину.

Силы «Хаганы» в городе составляли от двух взводов до 200 человек. В дальнейшем в ходе боя за город они были подкреплены силами «Пальмаха» и выросли до тысячи человек. Во второй половине апреля еврейский квартал Цфата был отрезан от остальных еврейских поселений и окружён арабами, которые превосходили евреев по численности и по оснащённости сил.

Британцы покинули город 16 апреля и передали арабским силам контроль над «Цитаделью» — развалинами крепости крестоносцев, расположенной в центре города на холме и доминирующей над ним. В ночь ухода британцев арабские силы атаковали еврейский квартал города, но были отбиты. Арабы стремились как можно скорее захватить Цфат, «использовав его как трамплин для захвата всей Галилеи». Цфатским арабам оказывали также поддержку десятки близлежащих деревень, обеспечивавших им доступ к городу со стороны ливанской границы.

К началу мая арабские линии снабжения между Сирией и Цфатом были перерезаны «Пальмахом» в результате операции «Матате» (Метла). 1 мая «Пальмах» захватил две арабские деревни к северу от Цфата и перерезал снабжение Цфата со стороны арабской Западной Галилеи, после чего стал возможным доступ от горы Кнаан в еврейскую часть Цфата.

2 мая большая часть 3‐го батальона «Пальмах» была переброшена в еврейский квартал и приступила к миномётному обстрелу арабских кварталов. Началась подготовка к взятию всего города под контроль.

1 мая в двух захваченных деревнях — Бирие и Айн-Зайтуне — силы «Пальмаха» приступили к взрывам домов. В Айн-Затуне еврейскими силами было расстреляно несколько десятков захваченных ими мужчин — жителей деревни.

Взрывы домов в захваченных деревнях были хорошо видны из Цфата и оказали негативное влияние на настроение арабских жителей города. Паппе приводит свидетельства одного из солдат «Пальмаха» о том, что среди погибших в деревнях было много детей и женщин.

После операции «Матате» была «прервана связь между арабской частью Цфата и Сирией, и в значительной степени был подорван боевой дух цфатских арабов».

Параллельно «Пальмах» предпринял «зачистку» арабских деревень и бедуинских становищ к юго-востоку от Цфата между Рош-Пиной и озером Кинерет, а также к северу от Рош-Пины. Официальной целью этой операции было разрушение «баз противника и мест сбора сил вторжения с востока». При этом «арабы деревень Зангария, Араб-аль Шамалина (районы расселения бедуинов) и Табгха должны быть атакованы, их жители изгнаны, а дома взорваны».

Пальмах «вычистил» бедуинское население: «Палатки были сожжены и большинство домов были взорваны». Католический священник Бонифаций Бительмеер так описывает происходившее в ходе операции в арабской деревне Табгха близь Капернаума на берегу озера Кинерета:

«В Табгхе послышался ужасный взрыв; выбежав на улицу, мы увидели столбы дыма, поднимающиеся в небо; дом за домом подрывались и поджигались; “победители” возвращались с полными грузовиками скота. Что они не могли забрать — они расстреливали».

В ночь на 6 мая в Цфате 3‐й батальон «предпринял лобовую атаку на “Цитадель”, возвышавшуюся в центре города. Атака велась под прикрытием огня миномётов “Давидка”[23], однако была подавлена превосходящими силами арабов». Неудача тяжело отразилась на настроении евреев этого города, поэтому командование операцией рассмотрело предложение об эвакуации из Цфата и его предместий детей и небоеспособного населения. Игаль Алон отклонил это предложение.

С другой стороны, арабы Цфата были тоже напуганы миномётными обстрелами и предложили свой вариант перемирия, но Игаль Алон отказался принять предложенные ими условия.

Позже к арабам подошло подкрепление, и они «лихорадочно готовились к наступлению на еврейский квартал».

10 мая после массированного обстрела солдаты Пальмаха пошли в атаку на три главных объекта — на Цитадель, дом «Шалва» и полицейский пост, находившийся на границе еврейского квартала. Историк И. Кохен писал:

«На этот раз Цитадель пала после короткого, но отчаянного боя. Дом “Шалва” был взят в ходе атаки. В нём забаррикадировались 60 иракских добровольцев. В рукопашном бою … погиб командир роты А. Лихт, возглавивший группу, прорвавшуюся в дом. Самым трудным и кровопролитным был бой за здание полиции. […] (его) удерживали около 100 ливанских добровольцев; оно было тщательно укреплено. Все попытки сапёров взорвать здание не удавались, так как взрывчатка намокала под дождём. Все сапёры были ранены. […] пришлось мобилизовать бойцов, не обученных приёмам диверсий. Наши ударные силы насчитывали к тому времени не больше 15 человек».

Согласно Кохену, по плану, разработанному иерусалимским муфтием Амин аль-Хусейни, находившимся тогда в Ливане, был предусмотрен захват Цфата и объявление о создании арабского правительства с временной резиденцией в нём: «Как выяснилось, мы опередили противника всего на один день».

Арабы Цфата были напуганы миномётными обстрелами со стороны еврейских сил — среди них разнёсся слух, что евреи используют «тяжёлые фугасные бомбы». В результате взаимных артобстрелов погибло много мирных жителей города. Арабское население начало массовый исход из Цфата. По одной версии, жители добровольно покидали свои дома, а по другой — производилось изгнание жителей «Пальмахом».

10—11 мая арабские районы города полностью опустели, осталось лишь несколько больных, стариков и арабов-христиан. Согласно дневникам Д. Бен-Гуриона, они были в последующие недели высланы в Ливан или перевезены в Хайфу.

Яффо (Яффа) был крупнейшим по населению арабским городом в Палестине (с населением около 80 тыс. человек) и по плану ООН предполагалось, что город будет входить в арабское палестинское государство, находясь в еврейском государстве в виде анклава. Но уже к середине апреля 1948 г. около трети населения города покинуло его (в их числе многие местные арабские лидеры).

«Хагана» поначалу не собиралась атаковать Яффу, поскольку её руководство полагало, что Яффа, расположенная в центре еврейского населения, падёт сама. Однако «Иргун», впечатлённый успехами «Хаганы» в Хайфе и Тверии, решил атаковать Яффу самостоятельно.

25 апреля «Иргун», сосредоточивший для этой цели силы, эквивалентные шести ротам, и два трёхдюймовых миномёта, без согласования с «Хаганой» атаковал северный район Яффы — Маншия. В районе в течение трёх дней шли бои, которые закончились отступлением арабских сил и бегством жителей в центральную часть города. Боевики «Иргуна», плохо вооружённые и обученные по сравнению с «Хаганой», потеряли в ходе боёв 40 человек. Имеются свидетельства со стороны членов «Хаганы» о том, что боевики «Иргуна» надругались над трупами убитых арабов.

28 апреля в Яффу прибыло подкрепление АОА, но ему не удалось отбить Маншию. Жители города были деморализованы поражением в Маншии, напуганы тем, что им противостоял «Иргун», ответственный за «резню в Дейр-Ясине». Кроме того, три дня боя сопровождались непрекращающимися миномётными обстрелами центра города со стороны «Иргуна», сеющими панику среди населения. Всё это вызвало массовый исход жителей города в южном направлении в сторону Газы.

Многие спасались на лодках морским путём. Согласно А. Каннингему, при обстрелах со стороны «Иргуна» не делалось различия между военными и мирными целями, и они велись, чтобы «сломить дух вражеских войск и вызвать хаос среди гражданских лиц с целью спровоцировать массовое бегство». Впоследствии Менахем Бегин подчёркивал, что миномётчикам был отдан приказ избегать обстрела больниц, культовых сооружений и иностранных консульств, но в связи с плохой подготовкой миномётчиков и большим КВО минометов Давида этот приказ в любом случае был бессмысленным.

Бездействие британской армии во время захвата Хайфы «Хаганой» (21–22 апреля) и действия англичан против арабов в ходе этих событий вызвали напряжение в отношениях между британцами и арабскими странами. Арабские страны обвиняли Хью Стоквелла — командующего британскими силами в Хайфе — в заговоре с евреями.

В Лондоне премьер-министр вызвал к себе фельдмаршала Монтгомери, и министр иностранных дел Бевин заявил ему, что «резня арабов поставила его в невозможную позицию перед арабскими государствами».

Когда «Иргун» атаковал Яффу, британское правительство приняло решение не допустить повторения того, что произошло в Хайфе и, несмотря на намечающуюся скорую эвакуацию британских войск, подкрепило свои силы в районе Тель-Авива войсками, прибывшими из-за пределов Палестины. Руководству «Иргуна» через мэра Тель-Авива Израэля Рокаха было приказано немедленно прекратить атаку. В противном случае англичане угрожали «бомбардировать Тель-Авив с моря, неба и суши». Но «Иргун» отказался прекратить нападение.

28 апреля в Яффу вошли 4500 британских солдат и танки. Британские ВВС совершали полёты над Тель-Авивом и один раз атаковали позиции «Хаганы» в Бат-Яме, а британские корабли ошвартовались в яффском порту. В квартале Маншия начались бои между «Иргуном» и англичанами, начавшими миномётный обстрел позиций «Иргуна». Монтгомери приказал армии добиться, чтобы Яффа осталась в руках арабов, и «бомбить и стрелять в евреев». Он заявил: «Чем больше вооружённых членов “Иргуна” и банды Штерна (то есть Лехи) удастся убить — тем лучше».

Однако 1 мая англичанам, еврейским силам и арабскому мэру Яффы удалось добиться временного соглашения. Силы «Иргуна» вышли из Маншии, перед выходом взорвав несколько домов и полицейский участок. Их заменили солдаты «Хаганы». К югу от Маншии заняли позиции британские войска. Кроме того, «Хагана», по требованию англичан, прекратила начатую 28 апреля операцию «Хамец», целью которой был захват арабских деревень к востоку от Яффы с тем, чтобы блокировать город.

Несмотря на прекращение боевых действий, бегство жителей города, деморализованных произошедшими событиями, продолжалось. Многие магазины были закрыты, госпитали не работали, возникли перебои с электро- и водоснабжением.

Разведка «Хаганы» сообщала, что «Иргун» оставил после себя изуродованные трупы арабов, и что британские солдаты грабят брошенные дома. 4 мая бежал и мэр города Юсуф Хейкаль. Прибывшие из Рамлы арабские иррегулярные части пытались остановить по крайней мере бегство взрослых мужчин, а Верховный арабский комитет запретил представителям городских властей покидать город, но бегство продолжалось.

13 мая британцы покинули свои позиции, и отряды «Хаганы» и «Иргуна» в количестве 5000 человек атаковали город. Согласно Паппе, с арабской стороны 1500 добровольцев, среди которых были боснийцы и германские колонисты-темплеры, пытались остановить еврейские силы. Паппе пишет, что «когда Яффа пала, всё её население в количестве 50 000 человек было депортировано при посредничестве британцев», и что еврейские солдаты стреляли в воздух, чтобы ускорить бегство жителей. Когда еврейские силы заняли город 14 мая, там осталось лишь 4000 арабских жителей.

Согласно Моррису, между «Хаганой» и представителями жителей города было подписано соглашение. Согласно ему, арабские жители обязались сдать оружие, а «Хагана» — соблюдать Женевскую конвенцию и разрешить «мирно настроенным» бежавшим жителям вернуться — сначала женщинам и детям, а затем, после проверки, мужчинам.

Однако беженцам так и не было дозволено вернуться, а в городе началось массовое мародёрство со стороны еврейских солдат и жителей Тель-Авива. В одном из отчётов «Хаганы» говорилось: «…большая толпа женщин, детей и мужчин грабит всё — стулья, шкафы и другую мебель, домашнюю и кухонную утварь, простыни и подушки».

«Хагана» пыталась разогнать мародёров, однако эти попытки осложнялись тем, что в грабёж были вовлечены многие солдаты, офицеры и полицейские. Был отмечен случай изнасилования 12‐летней девочки солдатами. На пляже были найдены трупы 15 расстрелянных арабов, которые, возможно, были убиты солдатами «Хаганы».

Враждебные акции по отношению к арабскому населению города и вандализм по отношению к их имуществу продолжались вплоть до августа 1948 г.

Акко (Акра) по плану ООН входила в состав арабского государства в Палестине. Первая попытка захвата города была предпринята «Хаганой» 25–26 апреля — непосредственно после захвата Хайфы, — когда бригада «Кармели» подвергла город артобстрелу. Однако британские войска вмешались и «Хагана» была вынуждена временно отступить.

Население Акко было полностью деморализовано артобстрелами, наплывом беженцев из Хайфы и соседних деревень, бегством гражданского и военного руководства и разрушением инфраструктуры. В начале мая в городе разразилась эпидемия тифа, в результате которой погибло более 70 человек. Заболели и многие английские солдаты. Британские военные врачи и работники Красного Креста в городе пришли к заключению, что зараза попала в город через акведук, доставлявший воду извне.

Акко был окончательно захвачен в ходе операции «Бен-Ами», начатой 13 мая бригадой «Кармели» под командованием Моше Кармела. Еврейские силы со стороны Хайфы начали продвижение на север, захватили ряд деревень и разрушили арабский пригород Хайфы Сумейрия. Затем 16 мая бригада приступила к артобстрелу Акко. В ночь на 18 мая город сдался. На улицах города представители «Хаганы» обнаружили 60 трупов. Несмотря на предложения некоторых офицеров изгнать арабское население города, этого сделано не было. В дальнейшем арабское население Акко получило израильское гражданство.

Забегая вперёд, скажу, что на 2015 г. в Акко проживало 69,6 % евреев, 27,3 % мусульман и 2,9 % христиан. В мае 2023 г. я посетил старый город Акко, и он показался мне скорее арабским городом. Я видел там несколько старинных мечетей.

Второй этап войны начался в момент окончания действия Британского мандата. В связи с этим 14 мая 1948 г. была провозглашена независимость государства Израиль, а 15 мая 1948 г. экспедиционные части армий пяти арабских государств вошли в бывшую подмандатную Палестину. Большинство из этих арабских стран, кроме Египта (бывшего формально независимым от Британии), сами получили независимость за 1–5 лет до Израиля. Ввод арабских регулярных войск был совершён с целью уничтожения нового еврейского государства и, согласно декларации арабских стран при вторжении, для защиты арабского населения и создания в Палестине «единого государственного образования, где все жители будут равны перед законом».

Интервенция арабских армий в бывшую подмандатную Палестину была запланирована заранее и назначена на момент официального окончания действия Британского мандата — в полночь на 15 мая 1948 г. Силы арабских армий, вторгшихся в Палестину, составляли, по различным оценкам, от 42 до 54 тысяч человек, в то время как вооружённые силы Израиля на первых порах составляли от 35 до 45 тысяч человек.

На момент провозглашения Израиля «Хагана» сумела мобилизовать 45 тыс. человек, способных носить оружие, включая женщин и подростков. Не всех солдат удалось вооружить: в распоряжении Израиля было 22 тысячи винтовок, 11 тысяч автоматов (большей частью кустарной сборки), 1500 пулемётов и 85 противотанковых ружей.

К середине войны регулярные силы израильской армии составляли более 100 тысяч человек. Армию Израиля пополнили многие добровольцы из-за рубежа, в том числе с военным опытом после Второй мировой войны.

Важную роль на втором этапе войны сыграла авиация. Поэтому на ней мы остановимся подробнее.

Начну с Израиля. Первые попытки формирования будущих еврейских ВВС относятся к 10 ноября 1947 г., когда была организована «Хагана Шерут Авир» («Воздушная служба»). Её возглавил Ешуа Эшел, а его заместителем стал Аарон Ремез.

В распоряжении израильтян на момент начала войны имелось, по одним данным, 9 самолётов, среди которых не было ни одного боевого; по другим — 28 разведывательных и транспортных самолётов.

Каждая доставка военного самолёта в Палестину — отличная тема для шпионского детектива.

18 мая 1948 г. СССР первым из стран мира признал государство Израиль. После премьер-министр Израиля Голда Меир вспоминала: «Кто знает, устояли ли бы мы, если бы не оружие и боеприпасы, которые мы смогли закупать в Чехословакии и транспортировать через Югославию и другие балканские страны в те черные дни начала войны, пока положение не изменилось в июне 1948 г.? За первые 6 недель войны мы очень полагались на снаряды, пулеметы и пушки, которые Хагане [израильская военная организация. — А.Ш.] удалось закупить в Восточной Европе, тогда как даже Америка объявила эмбарго на отправку оружия на Ближний Восток».

Из Чехословакии в Израиль поставлялись автоматическое оружие, пушки, бронетехника и самолёты как производства фирмы «Шкода», так и германские трофеи. Так, в апреле 1948 г. евреи купили у Чехословакии 10 «учебных самолётов» С‐210. Любопытно, что С‐210 — это внутреннее заводское наименование и, соответственно, не известное за рубежом, истребителя S-199, производимого на заводах чехословацких фирм «Авиа» и «Летов». Фактически же это была копия германского истребителя Ме-109G-14. Бортовое вооружение истребителя — 20‐мм пушка MG-151 и 13,1‐мм пулемет MG-131, равно как и бомбы к нему — были германскими.

29 мая 1948 г. палестинские евреи выгрузили и собрали первые четыре истребителя-бомбардировщика «Авиа» S-199 (модификация немецкого истребителя «Мессершмитт» Bf.109), которые были доставлены на Святую землю в результате договорённостей между Израилем, СССР и Чехословакией.

За первую партию в 10 истребителей S-199 с запасом бомб евреи уплатили 1,8 млн долларов, то есть цену более чем приличную. Через месяц, 20 мая 1948 г., Израиль и Чехословакия подписали соглашение на поставку ещё 15 истребителей S-199.

И уже 20 мая 1948 г. четыре S-199 атаковали колонну египетских войск. Каждый нёс по две бомбы весом по 70 кг.

В ходе операции «Вельветта» евреи закупили в Чехословакии 60 истребителей «спитфайр» по цене 23 тыс. долларов за самолёт. Иосип Броз Тито предоставил в качестве перевалочного пункта заброшенную авиабазу люфтваффе у города Никшич.

«Спитфайры» стартовали с чехословацкого аэродрома в Кунавице, заправились в Никшиче и далее летели с югославскими знаками 2250 км над морем до Израиля. Для этого «спитфайры» снабдили дополнительными топливными баками и сняли пушки.

27 сентября пять истребителей вылетели в Израиль, два из них совершили вынужденную посадку на Родосе (позже их отпустили).

26 декабря 1948 г. последние «спитфайры» прибыли в Палестину. Два самолёта разбились при перелёте.

Инженер фирмы «Локхид» Эл (Адольф) Швиммер купил четыре «летающих крепости» Б‐17 за 15 тыс. долларов за штуку. Он воспользовался тем, что американцы разоружили и распродали значительную часть своих «летающих крепостей» частным фирмам для использования в качестве грузовых и пассажирских самолётов.

Первый Б‐17 был почти в идеальном состоянии, так как снимался в каком-то военном фильме, а вот на трёх остальных было демонтировано вооружение. Два бомбардировщика использовались в качестве грузовиков и им просто срезали пулемётные точки, чтобы не мешались, а один служил для аэрофотосъёмки и у него осталась только носовая гондола.

Первый самолёт из-за тяжёлых погодных условий был вынужден сесть в Канаде. Там экипаж оштрафовали за нарушение воздушного пространства и контрабанду оружия на сумму в 100 долларов и отпустили. Дальше он полетел на Азорские острова, и там его арестовала португальская полиция по американскому запросу.

Три других самолёта летели иным маршрутом. Сначала из Майами в Пуэрто-Рико, а уже потом — на Азорские острова. Ну а дальше от Азорских островов до Чехии уже не так страшно.

В итоге все три оставшихся бомбардировщика добрались до авиабазы Жатец в Чехословакии. И уже 15 июля 1948 г. Б‐17 бомбили Рафу, Газу и Эль-Ариш. Везде бомбардировки велись «по площадям», то есть вслепую по городским кварталам. Только в Каире погибло 30 мирных жителей.

Но самое забавное — дислокация аэродрома, где «летающие крепости» загружались бомбами и отправлялись в рейд на арабские города. Это была чехословацкая (!) авиабаза Жатец!

Прибывающие «летающие крепости» радикально изменили мощь израильской бомбардировочной авиации и использовались очень интенсивно. Благодаря коротким расстояниям эти самолёты совершали до девяти (!) вылетов в день, каждый с полной бомбовой нагрузкой. Ковровые бомбардировки не отличались точностью, но моральный эффект, видимо, был значительным.

Уже утром 16 июля три Б‐17 отправились бомбить Эль-Ариш. Пока пилоты вели самолёты, бортстрелки забавлялись стрельбой по наземным целям. Подошедшие на малой высоте «летающие крепости» обрушили на аэродром 7,5 тонны бомб, не встретив никакого сопротивления, — египетский командир базы решил, что это британские самолёты, и во избежание осложнений запретил зенитчикам открывать огонь.

В тот же день Б‐17 бомбили египтян в Ашдоде и Мадждале, а в конце дня две «летающие крепости» атаковали Машмар Хаярден. Ночью израильская «дакота» в течение 45 минут сбросила на Дамаск две тонны бомб.

Три тяжёлых Б‐17 совершили за всё время 164 вылета (до 27 вылетов в сутки), однако их удары по боевым позициям противника отличались низкой точность и эффективностью.

Авиация противников Израиля была в плачевном состоянии. В начале войны Египет отправил на фронт около 20 «спитфайров» и несколько переоборудованных транспортных самолётов С‐47, получивших полуофициальное название «Дакота-бомбер».

23 июня 1948 г. египетский подполковник Ибрагим Хакки подписал заказ фирме «Macchi» на 24 истребителя МС‐205V — 8 «натуральных» МС‐205V, а также 16 истребителей МС‐202, которых итальянцы обязались капитально отремонтировать и модернизировать, установив двигатели «Фиат RA‐1050RC Тайфон», доведя самолёты до стандарта МС‐205V. Стоимость контракта составила без малого 650 тысяч фунтов стерлингов.

Однако сохранить в тайне эту сделку не удалось. В Италии действовала разветвлённая агентурная сеть различных еврейских организаций, довольно успешно проводивших разведывательно-диверсионные операции. В апреле 1948 г. они взорвали в порту Бари итальянский пароходик «Лино», загруженный оружием для Сирии.

16 августа 1948 г. израильские диверсанты напали на штаб военно-морской авиации в Венеции. Израильские спецслужбы возникли из террористических организаций и не слишком утруждали себя соблюдением формальностей — нападение на штаб было попыткой доказать ошибочность продажи Египту двух четырёхмоторных SM‐95 и двух трёхмоторных «Фиат G-212 Монтероса». Эти самолёты составили парк совместной итало-египетской авиакомпании SAIDE.

Попытка еврейских террористов убить принца Сулеймана Набиба, летевшего в Венецию осмотреть самолёты, оказалась менее успешной — бомба взорвалась до того, как принц поднялся на борт самолёта.

Пытаясь помешать усилению вражеской авиации, 18 сентября еврейские диверсанты напали на ангар Аэромакки в Венежено. Об эффективности этого рейда есть разные мнения. По наиболее распространенной на Западе и в Израиле версии, заряды были установлены в пять «египетских» и два «итальянских» «Макки» MC‐205V, а также в три лёгких самолёта МВ‐308. Уничтожен был один MC‐205V и три МВ‐308, а остальные самолёты повреждены, и это повлияло на срок прибытия самолётов в Египет.

Но недавно итальянский исследователь Джанни Каттанео опроверг эти утверждения, выяснив, что в момент нападения диверсантов все египетские истребители первой партии были на другом аэродроме, и терракт не повлиял на сроки исполнения заказа.

Так или иначе, но первые четыре итальянских истребителя прибыли в Египет только 16 сентября 1948 г. Три следующих «макки» доставили в Египет 6 октября, ещё четыре машины — 26 октября и, наконец, последняя четвёрка прибыла 24 ноября. Всего 15 «Макки» МС‐205V было доставлено в Египет в ходе войны.

Всего в течение 1948–1949 гг. Египет получил 62 модернизированных истребителя «Macchi C.205V Veltro» (итал. «Greyhound»).

Ещё во время войны эта машина считалась весьма эффективной. Быстрая, надёжная, с мощным вооружением (два 7,7‐мм пулемёта, два 12,7‐мм пулемёта и две 20‐мм пушки), она уничтожила не только массу бомбардировщиков союзников, но и способна была на равных сражаться с одним из лучших американских истребителей, знаменитым P-51D «Мустанг».

Далее Египет попытался создать свой собственный истребитель. В пригороде Каира Хелуан (Helwan) была основана одноимённая компания — «Helwan Aircraft Factory», которая занялась производством итальянских истребителей, лицензию на которые отдали итальянцы как штраф за расторжение контракта. В компанию были приглашены немецкие авиаинженеры, оставшиеся без работы.

Двигатель на новой машине остался немецкий — «Daimler Benz DB 605», производившийся по лицензии в Италии. Планёр же претерпел существенные изменения.

Увы, лишь в 1950 г. всё было готово к началу серийного производства первого египетского истребителя, получившего название «Helwan» HA‐100. Однако ещё до начала производства Египту удалось восстановить отношения с Великобританией, и с 1950 г. начались поставки реактивных истребителей «Gloster Meteor» F4 и «De Havilland Vampire» FB5. Эти самолёты сделали HA‐100 в одночасье устаревшим.

ВВС Сирии были созданы в 1948 г., когда в их состав вошла первая группа сирийских пилотов, обучавшихся в английской военной школе. К концу 1947 г. в составе ВВС имелось всего две эскадрильи, вооружённых английскими учебными самолётами Т‐6 «Харворд» («Гарворд»). Всего 17 машин. Они производились ещё с 1942 г. в Канаде по британской лицензии. Самолёт одномоторный двухместный, двигатель 600 л.с., максимальная скорость 338 км/ч, дальность полёта 1191 км. По проекту «Харворд» не имел вооружения, но сирийцы ставили на него пулемёты и подвешивали под крылом бомбы для использования самолёта в качестве лёгкого штурмовика.

Кроме того, в ВВС Сирии в 1948 г. имелись два лёгких двухмоторных бомбардировщика «Авро-Энсон» (160 кг бомб, два 7,7‐мм пулемёта) и три транспортных самолёта С‐47 «Дакота».

В израильской армии в 1948–1949 гг. был всего один 82‐й танковый батальон, состоявший из пяти рот, из которых три были «танковые»: рота «А» («Алеф» — славянская) из русскоговорящих солдат, рота «Б» («Бет» — англо-саксонская), состоявшая из англоязычных солдат, и рота «Г» («Гимель»), состоявшая из евреев. У рот «Б» и «Г» была традиция давать личные имена танкам.

После боёв за кибуцы Дегания-Алеф и Дегания-Бет евреям досталось несколько трофейных танков «Рено» R-35. Точное количество подбитых тогда танков до сих пор является предметом спора, но, по отчётам ремонтной мастерской на начало июня 1948 г., у них был один исправный танк «Рено» и ещё два находились в ремонте. Первое боевое применение этих танков было ещё 30 мая 1948 г., когда трофейный «Рено» со сгоревшим бортовым фрикционом, перевозимый в кузове тяжёлого грузовика, использовали при штурме полицейского участка в Ладжуне как передвижную огневую точку.

Следующее и последнее применение танка «Рено» в бою состоялось 10–11 июня, когда единственный исправный танк своим ходом отправили с ремонтной базы Тель Литвински для усиления бронеавтомобилей из 82‐го батальона, которые должны были поддерживать атаку бригады «Александрони» на Рош ха-Аин. Атаку отменили, и танк своим ходом вернулся назад, но перед самой базой двигатель окончательно скис, что, видимо, поставило крест на их дальнейшем использовании.

В марте 1948 г. во Франции было куплено десять танков «Гочкис» H39 по цене 41 тыс. долларов за штуку, с боекомплектом в тысячу 37‐мм патронов на каждый (при проверке там оказались одни только осколочные снаряды).

В Израиль они прибыли во время первого перемирия, 15 июня 1948 г., и поступили на оснащение роты «А» 82‐го батальона. Как оказалось, двигатели танков были предельно изношенными, и механикам с трудом удавалось поддерживать исправными только 5–6 танков одновременно.

Первое применение танков «Гочкис» в бою состоялось 9 июля 1948 г. во время операции «Дани» при захвате аэродрома Лод. При этом после захвата аэродрома рота «А» умудрилась заблудиться и обстрелять своих же бойцов из бригады «Александрони».

16 октября 1948 г. в ходе неудачного боя за Ирак эль-Маншию в начале операции «Йоав» рота «А» практически перестала существовать, так как потеряла четыре танка из пяти участвовавших в атаке. В декабре 1948 г. один исправный танк «Гочкис» и пять неисправных были разоружены и отправлены на хранение, а их вооружение установили на башенные бронеавтомобили.

Танк «Шерман» Mk III (М4А2) с собственным именем «Меир» был первым танком, появившимся в 82‐м танковом батальоне. Его 14 мая 1948 г. выкупили закупщики «Хаганы» в Хайфе у британских солдат, занимавшихся утилизацией танков, не подлежавших вывозу из Палестины.

В мастерской, куда привезли танк, выяснилось, что он к боевому применению негоден, так как у него была неисправна трансмиссия. Кроме того, полностью отсутствовало вооружение и механизм поворота башни. Танк был приведён в рабочее состояние и временно вооружён вставным стволиком в виде 20‐мм автоматической пушки «Испано-Суиза» HS-804 в неподвижной башне. Первое боевое крещение «Меир» принял 3 июня 1948 г. в ходе утренней атаки бригады «Кармели» на город Дженин. Увы, в самом начале атаки у него полностью вышло из строя сцепление.

Во время второго перемирия танк был полностью восстановлен, в том числе и механизмы наведения башни, а оружейники из ТААС восстановили списанную 75‐мм танковую пушку М3, пара штук которых была «экспроприирована» со склада в порту Хайфы с помощью солдата-ирландца за взятку в 250 палестинских фунтов за пушку. После ремонта танк применили в бою за Бейт-Гуврин 22 октября 1948 г., а окончил он свою боевую карьеру 29 декабря 1948 г. в ходе операции «Хорев», когда в бою с египетскими силами к северу от Бир-Лахфан его гусеница была перебита огнём противника, и из-за невозможности эвакуации танк решили подорвать.

Танк «Кромвель» Mk IV с собственным именем «Рут» с 75‐мм пушкой QF 75 mm Мk V и корпусом танка «Type F» с двумя люками, открывающимися вбок, был первым из двух танков «Кромвель», которые в ночь с 29 на 30 июня 1948 г. угнали два сержанта-дезертира — ирландец-механик Майк Фланаган и шотландец Гарри Мак-Дональд — с территории базы 4‐го/7‐го гвардейского Королевского драгунского полка, где они служили[24].

В апреле — ноябре 1948 г. с Чехословакией шли переговоры о закупке до 32 лёгких танков двух типов, в документах их именовали «9‐тонные» и «16‐тонные». Речь шла о танке LT‐38 (немецкое обозначение PzKpfw 38(t), вес 9,4 тонны) и истребителе танков «Хетцер» («Охотник»; на базе того же PzKpfw 38(t), вес 16 тонн).

Сделка так и не состоялась, главным образом из-за большой цены, требуемой чехами, — 90 тысяч долларов за штуку. Хотя позже её снизили до 75 тысяч, это всё ещё было слишком дорого. Для сравнения, танки «Гочкис» Н39 покупались во Франции за 41 тыс. долларов, а танки М5А1 в США — всего за 8,8 тысячи долларов.

Ещё один «Шерман» М4А2 евреи летом 1948 г. нашли на свалке металлолома. В ноябре 1948 г. в Италии евреи закупили 30 — М4А1 со 105‐мм гаубицей М4. Все эти танки были с неисправной ходовой частью, без пулемётов, оптики, средств связи и т. п., но главное, с охолощённым орудием (затвор снят, в стволе автогеном проделаны отверстия). Лишь четыре «Шермана» были полностью восстановлены до конца войны, ещё пять были на ходу, но без пушек, и использовались как учебные и тягачи.

На ноябрь 1949 г. на ходу было 14 танков «Шерман», но только четыре из них имели пушки: три — 75‐мм танковую пушку М3 и один — 75‐мм полевую пушку Круппа. Речь идёт о 75‐мм качающихся частях пушек Круппа времён Первой мировой войны.

В дальнейшем пушки Круппа были установлены ещё на пять «шерманов». И только в середине 1950 г., после закупки 50 пушек М3 во Франции, появилась возможность завершить ремонт «итальянских» танков. Все шесть «шерманов», ранее вооружённых пушкой Круппа, были перевооружены на гаубицы М4.

А теперь перейдём к боевым действиям сторон. Арабские армии действовали несогласованно между собой, и остаётся непонятным, был ли у них единый разработанный план боевых действий.

Арабские лидеры мало доверяли друг другу, и особенно королю Трансиордании Абдалле, считая, что он ставит своей целью не ликвидацию Израиля, а захват территорий, предназначенных для Палестинского арабского государства на Западном берегу реки Иордан.

Позже командующий Арабского легиона британец Джон Глабб подтвердил, что реальной целью трансиорданской армии была «оккупация центральной и наибольшей части Палестины, отведённой для арабов планом ООН 1947 г.». В своём письме британскому правительству король Абдалла писал о том, что в его планы входит только захват Западного берега, на что министр иностранных дел Великобритании Эрнст Бевин ответил ему, что это «очевидная цель», но что иорданская армия не должна захватывать территории, предназначенные для еврейского государства.

Начиная с 15 мая 1948 г. израильские города и аэродромы подвергались постоянным налётам египетских ВВС. В частности, Тель-Авив был атакован уже в первый день вторжения. В результате бомбардировки центральной автобусной станции погибли 42 человека. Попала под бомбёжку и последняя авиабаза британских ВВС, очевидно, принятая египтянами за израильскую.

Египетские сухопутные войска начали своё наступление в районе Газы и высадили с кораблей десант севернее этого города. В районе Газы продвижение египетских войск было задержано сопротивлением расположенных там кибуцев. 23 мая основным египетским силам удалось ценой потери 300 солдат захватить кибуц Яд-Мордехай.

Три других населённых пункта — Нирим, Кфар-Даром и Ницаним — оказались в осаде. В конце концов 7 июня Ницаним удалось взять. Нирим и Кфар-Даром так и не были взяты, как и ещё один кибуц Негба, при штурме которого египтяне потеряли 100 солдат и четыре танка. В общей сложности, защитники кибуцев выиграли пять дней для основных сил «Хаганы».

К 29 мая египетские войска продвинулись до города Ашдод. Севернее Ашдода — в 32 километрах от Тель-Авива — они были задержаны еврейскими силами, взорвавшими мост. Эта точка (32 км до Тель-Авива) стала самой северной точкой, до которой продвинулись египетские войска.

Другая группировка египетских войск развернула наступление в северо-восточном направлении в сторону Беер-Шевы. Она отрезала Негев от основных еврейских населённых пунктов на побережье. Часть египетских войск проследовала в район Хеврона и Вифлеема, где соединилась с силами трансиорданского Арабского легиона. Этим частям удалось 21 мая захватить еврейское поселение Рамат-Рахель к югу от Иерусалима, но на следующий день с помощью сил бригады «Эциони» евреи смогли отбить его. Дальнейшие усилия египтян ни к чему не привели.

За несколько минут до полуночи 15 мая (времени официального окончания Британского мандата) король Трансиордании Абдалла прибыл к восточной части моста Алленби. В полночь он выстрелил в воздух из пистолета и дал команду своим войскам в составе четырёх полков пересечь реку Иордан и вторгнуться на западный её берег.

Силы Арабского легиона приступили к захвату Иерусалима. К 28 мая они принудили еврейские силы в Старом городе сдаться, после чего еврейское население было оттуда изгнано (290 мужчин в возрасте 18–45 лет на год попали в трансиорданские лагеря военнопленных), а сам еврейский квартал был разграблен и сожжён, десятки синагог были взорваны.

Командующий силами легиона в Иерусалиме Абдулла Телль, увидев, против какой ничтожной кучки защитников еврейского квартала сражались его солдаты, заявил, что, знай он об этом раньше, его людям хватило бы палок вместо пушек. Командующий трансиорданской армии «с удовлетворением отметил, что впервые за тысячу лет в Старом городе не осталось евреев, и они больше не вернутся сюда».

Западный Иерусалим и еврейский анклав на горе Скопус оставались под контролем израильтян, однако подвергались артиллерийским обстрелам, в ходе которых гибло много гражданских лиц.

Дорога, связывающая Иерусалим и Тель-Авив, была перерезана, и сообщение по ней прекратилось. Силам Арабского легиона удалось захватить форт в районе Латруна, контролирующий эту дорогу. Атаки еврейских сил на форт не приносили успеха. Снабжение еврейского Иерусалима производилось по спешно построенной, так называемой «бирманской», грунтовой дороге в объезд Латруна. На большей части Западного берега Иордана трансиорданская армия не встретила никакого сопротивления со стороны евреев.

Иракской армии ставилась задача установить контроль над нефтепроводом «Iraq Petroleum Company» на всём его протяжении в Нижней Галилее вплоть до Хайфы. 14 мая иракские части заняли электростанцию на восточном берегу Иордана, а 15 мая, форсировав Иордан (мосты через реку были взорваны еврейскими силами), вторая бригада иракской армии в составе двух пехотных, артиллерийского и бронетанкового батальонов начала штурм кибуца Гешер. Штурм предваряли артобстрел и бомбардировка с воздуха. Несмотря на это, кибуц занять не удалось, и иракцы, потерявшие шесть бронемашин, перешли к осаде.

На шестой день осады — 22 мая — была предпринята попытка замкнуть блокаду кибуца, заняв крепость крестоносцев Бельвуар, господствующую над местностью, но бойцы бригады «Голани» отбили атаку, и иракцы отошли за Иордан.

К 24 мая иракская армия, вновь перешедшая Иордан, заняла так называемый «треугольник» — арабские города Дженин, Туль-Карем и Шхем (Наблус). Из района Туль-Карема иракцы пытались атаковать Нетанию и захватили поселение Геулим к юго-востоку от города, но затем были выбиты оттуда силами бригады «Александрони», нанесшими удар, пока иракские солдаты занимались грабежом.

1—2 июня израильтяне силами трёх батальонов попытались занять Дженин, где им противостояли только несколько рот иракских солдат и местные ополченцы. Силам «Хаганы» удалось дойти до центра города, но фланговый удар свежего батальона иракцев, подошедшего из Шхема, обратил в бегство один из еврейских батальонов, а за ним отступили и остальные. Командир группировки Моше Кармель требовал от центрального командования нанесения отвлекающего удара в направлении Туль-Карема, чтобы он смог удержать Дженин, но ему было отказано, и город остался в руках арабов.

Сирийские войска начали наступление в районе южного побережья озера Кинерет. Наступление велось силами Первой пехотной бригады при поддержке бронетехники, в том числе не менее 13 танков «Рено» R35.

К 18 мая им удалось захватить посёлок Цемах и кибуцы Шаар ха-Голан, Масада и Дгания, но к началу июня им пришлось оставить эти населённые пункты. К 10 июня сирийцы произвели наступление к северу от озера Кинерет и в ходе тяжёлых боёв овладели кибуцем Мишмар ха-Ярден на израильской стороне реки Иордан.

Атаки малочисленной ливанской группировки в районе Малкии и Наби-Юши были отбиты, после чего силы израильтян были переброшены с ливанского на иерусалимский фронт. Однако к 6 июня объединённые силы сирийцев, ливанцев и АОА перегруппировались и атаковали Малкию, захватив её у малочисленного еврейского гарнизона. Оттуда арабские силы продвинулись в центральную Галилею, населённую преимущественно арабами, и закрепились в этом районе.

26 мая 1948 г. «Хагана» была преобразована в регулярную Армию обороны Израиля. Боевые части «Иргуна» и «Лехи» вступили в ЦАХАЛ по всей стране, кроме Иерусалима, где они продолжали действовать самостоятельно.

Благодаря поставкам оружия извне, в первую очередь через страны Европы, и финансовой помощи еврейских организаций США, Израиль уже в июне 1948 г. смог начать контрнаступление.

Основной поток оружия в Израиль направлялся по воздуху из Чехословакии при поддержке СССР. Значительную часть поставок составляло трофейное оружие вермахта.

1 июня несколько израильских самолётов нанесли удар по Амману, где проходила встреча лидеров ЛАГ. Сброшено 10 бомб, убито 12 и ранено 30 человек. Ответная бомбардировка Тель-Авива 3 июня египетскими ВВС оказалась неудачна: из 4 самолётов «дакота» один бомбардировщик был сбит, другой, подбитый, дотянул до своей территории. После этого египтяне более не использовали С‐47 в качестве бомбардировщиков.

11 июня 1948 г. посреднику, назначенному Генеральной Ассамблеей ООН — графу Фольке Бернадоту, — удалось добиться от сторон установления перемирия сроком на один месяц. Также при его посредничестве было заключено соглашение о демилитаризации горы Скопус — еврейского анклава в Восточном Иерусалиме.

Израильская сторона за время перемирия сумела серьёзно довооружиться, доставив морем десятки лёгких и средних танков «Хочкис» H35 и «шерман», и тяжёлые шестидюймовые миномёты.

Тяжёлые миномёты Израиля достаточно любопытны. Так, 155‐мм (6‐дм) миномёт «Фриц» был разработан еврейским конструктором Евгением Ратнером в апреле 1948 г. Миномёт создан по глухой схеме. Вес мины 44 кг, дальность стрельбы до 4 км, скорострельность 2 выстрела в минуту.

Первый миномет был готов к испытаниям 8 мая 1948 г., на 1 октября 1948 г., по отчётам, их имелось 33 штуки. Но в январе 1949 г. их уже остаётся всего 12 штук. И миномёты начинают снимать с вооружения из-за большой опасности для расчётов при стрельбе (стреляют только со шнура из окопа). По отчётам артиллерийской службы, на 31 марта 1949 г. было израсходовано 8152 штуки 6‐дюймовых мин.

Кроме того, израильтяне использовали два десятка типов иностранных миномётов, добытых самыми экзотическими способами.

81‐мм «трёхдюймовые» английские миномёты «Ordnance ML 3 inch Mortar» моделей Mk II и Mk II LR были в основном трофейные. Официально летом 1948 г. был куплен только один миномёт, но он был учебным.

В мае 1948 г. в бригаде «Негев» было два трофейных 81‐мм французских миномёта «Брандт» Mle1927/1931. Позже к ним добавился ещё один, купленный 3 июня 1948 г.

С 1 апреля 1948 г. по 1 октября 1948 г. было куплено два японских 81‐мм миномёта «Тип 97», скорее всего, в числе партии трофейного японского оружия, купленного на Филиппинах.

В общей сложности было куплено 24 — 120‐мм французских миномёта «Брандт» Mle 1935 и Mle 1941, двумя партиями по 12 штук. Первая прибыла летом 1948 г., вторая — 12 декабря 1948 г. По отчётам израильской артиллерийской службы, на 31 марта 1949 г. было израсходовано 5565 штук 120‐мм мин.

В ходе перемирия на корабле «Альталена» «Иргун» доставил в Израиль оружие, часть которого требовал передать своим отрядам в Иерусалиме, а не ЦАХАЛ. В результате конфликта между правительством и «Иргуном» «Альталена» была потоплена.

Арабские армии в это время дооснащались в основном стрелковым оружием, за исключением Арабского легиона, по неофициальным каналам получившего артиллерийские боеприпасы с британских военных баз. Обе стороны при этом нарушали введённое на поставки оружия в регион эмбарго (в отношении арабских стран не действовавшее до их вступления в войну). Армии по обе стороны фронта пополнились десятками тысяч новых солдат. В частности, к египетским войскам присоединились экспедиционные силы Судана (6 рот), таким образом ставшего ещё одной страной, принявшей участие в войне, а в израильскую армию влилось до 4000 ветеранов Второй мировой войны из армий союзников.

9 июля срок перемирия истёк. Попытки его продлить были поддержаны Израилем и отвергнуты Арабской лигой. За 36 часов до его окончания египетские силы уже перешли в наступление, вытеснив израильтян с ряда второстепенных позиций.

С 9 по 18 июля израильским войскам удалось установить связь с Негевом, разорвав коммуникации между арабскими силами в районе Газы и в Иудее.

В этот же период израильским войскам удалось овладеть городами Лод (Лидда) и Рамла и вытеснить оттуда силы трансиорданского Арабского легиона. В руках ЦАХАЛ оказался крупнейший аэропорт Палестины, находившийся в Лоде. Через некоторое время после этого началось насильственное изгнание арабских жителей Лода и Рамле. От 50 до 70 тысяч жителей (значительная часть которых бежала туда в предшествующие месяцы из Яффы и соседних деревень) были вынуждены покинуть свои дома.

На севере ЦАХАЛ в ходе операции «Декель» удалось очистить от арабских сил всю Нижнюю Галилею от Хайфы до Киннерета. Под контроль Израиля перешёл город Назарет. Арабское население города полностью осталось на месте, так как согласилось сдаться практически без сопротивления в обмен на обещание израильского командования не депортировать жителей города. Также ЦАХАЛ удалось захватить кибуц Мишмар ха-Ярден и отбросить сирийские войска в этом районе.

К 18 июля между сторонами вновь было заключено перемирие, продлившееся до 15 октября.

15 октября израильская армия предприняла против египетских войск операцию «Йоав», направленную на получение контроля над Негевом. Официальным поводом для операции стали нарушения египетской стороной положений соглашения о прекращении огня. Так, египтяне препятствовали доставке грузов израильской стороной по проходу между деревнями Хатта и Каратия и атаковали израильские блокпосты, прикрывавшие этот проход. Кроме того, египетские войска после заключения перемирия заняли позиции по израильскую сторону демаркационной линии.

Посредник ООН Ральф Банч полагал, что операция таких масштабов была результатом долгой подготовки, а не акцией возмездия за нападения на конвои, и настаивал на возвращении к линиям прекращения огня, но его требования не были удовлетворены. 21 октября израильтянами была захвачена Беер-Шева.

Почти сразу же при посредничестве США было заключено новое перемирие на израильско-египетском фронте, вступавшее в силу 22 октября. Вечером 21 октября два египетских военных корабля, включая флагман египетского ВМФ «Эмир Фарук», заняли позиции на рейде тель-авивского порта. По оценке израильской стороны, это было сделано с целью воспрепятствовать довооружению Израиля с помощью грузов, доставляемых морем.

Ну а далее следует новая детективная история. Летом 1948 г. агенты израильской разведки, руководимые Зевом Хайямом, вышли на владельцев небольших верфей, в годы Второй мировой войны строившей взрывающиеся катера для Х флотилии MAS. Они предложили владельцам верфи купить шесть оставшихся катеров по цене 3 тысячи долларов за штуку. Конечно, официально катера закупались как гоночные и спортивные, но все, и продавцы, и покупатели, понимали, кому и для чего понадобились эти необычные катера.

Катера были доставлены в Израиль в августе 1948 г. Они были приписаны к специальному диверсионному подразделению военно-морских сил Израиля. Командовал этим подразделением Йохан Бин-Нун. Официально в составе ВМФ эти катера считались спасательными.

Первоначальные тренировки экипажей проводились на Тивериадском озере. Первым инструктором выступал итальянец Фиоренцо Каприотти. Он оказался очень ценным приобретением для израильтян. Фиоренцо Каприотти как боевой пловец Х флотилии MAS участвовал в атаке в бухте Суда на Крите и в атаке на Мальту. Попал в плен. Когда возвратился на родину, стал искать работу. В это время на него вышли израильские спецслужбы.

Сначала Каприотти проверял исправность купленных катеров МТМ, потом переехал в Израиль для подготовки израильтян. Режим секретности был максимальный. К осени 1948 г. катера были перебазированы в порт Яффа. Катера нужно было доставлять в район проведения операций. Для этой цели переоборудовали патрульное судно — бывшую яхту «Ма’оз» К‐24, которую передали в распоряжение диверсантов Бин-Нуна. «Ма’оз» имела водоизмещение 1050 тонн и была вооружена одной 76‐мм пушкой. Развивала скорость 15 узлов. «Ма’оз» К‐24 была построена в Германии в 1931 г. как частная яхта «Argosy». Участвовала в гражданской войне в Испании на стороне республиканцев. С 1942 г. входила в состав ВМФ США как патрульный корабль USS «Cythera» PY-31. В 1946 г. яхту приобрела израильская организация, и она получила название «Abril». В 1948 г. включена в состав ВМФ Израиля как «Ма’оз» К‐24. Яхта имела на корме два крана и место для размещения всех шести катеров МТ. Время спуска на воду всех катеров составляло около 6 минут. Один из катеров предназначался для подъёма боевых пловцов с воды. Израильтяне считали, что их диверсанты не должны были попадать в плен.

22 октября 1948 г. в районе 16.00 по местному времени в районе Газы был обнаружен флагман египетского флота фрегат «Эль-Амир Фарук». В некоторых источниках утверждается, что это был эсминец. Но это не так. «Эль-Амир Фарук» имел любопытную историю. Он был построен в 1926 г. в Тайнсайде (Великобритания), как грузопассажирское судно. В 1936 г. его мобилизовали в Королевский ВМФ Великобритании и вооружили по образцу шлюпов типа «Flower». Его водоизмещение было 1441 тонна, скорость хода 17 узлов (около 30 км/ч).

К 1948 г., когда корабль входил в состав ВМФ Египта, он был вооружён одной (некоторые источники утверждают, что двумя) 76,2‐мм пушкой, четырьмя 20‐мм автоматическими пушками «Эрликон», пулемётами и глубинными бомбами. На момент атаки «Эль-Амир Фарук» сопровождал деревянный тральщик класса BYMS водоизмещением 215 тонн. После Второй мировой войны Великобритания передала 9 таких тральщиков ВМФ Египта.

Командующий израильским ВМФ Гершон Зак направил на перехват египетского флагмана соединение в составе корветов «Хагана» и «Веджавуд», большого охотника за подводными лодками «Ногах» и базы взрывающихся катеров «Ма’оз». Нужно сказать, что эта атака была проведена после того, как при посредничестве ООН было заключено соглашение о перемирии, то есть израильтяне этой атакой его нарушили.

В 18.40 по местному времени «Ма’оз» отделилась от израильских кораблей и направилась к точке атаки. Эту точку рассчитали так, чтобы атакующие катера остались не замеченными с берега. В 21.00 были спущены на воду все четыре катера. Два из них предназначались для атаки, третий был резервным, четвёртый, без взрывчатки, с двумя моряками, должен был подобрать экипажи атакующих катеров с воды.

В 22.00 катера приблизились к египетским кораблям. Египтяне считали, что уже действует перемирие ООН, израильтяне атаковать их не будут, поэтому они несли обычные ходовые огни.

Командующий операцией Бин-Нун приказал первому катеру атаковать «Эль-Амир Фарук», второму — тральщик. Замысел был в том, чтобы при выходе в атаку катера прошли между египетскими кораблями. Это затруднило бы ответный огонь с них. Но, пока катера маневрировали для выполнения задуманного, «Эль-Амир Фарук» повернул на север, а тральщик — на юг. Египетские корабли разошлись. Наблюдая это, первый катер начал атаку «Фаруха», но сразу был им обнаружен. С него по катеру был открыт огонь.

Пилот второго катера, видя, что тральщик уже ушёл достаточно далеко, решил также переключиться на атаку на египетского флагмана. Но в этот момент у него забарахлил мотор, и катер лёг в циркуляцию. Командир резервного катера принял решение всё-таки догнать и атаковать тральщик. Он с запозданием покинул катер всего в 30 метрах от тральщика.

«Эль-Амир Фарук» был взорван первым катером. Он затонул через 5 минут. Тральщик был повреждён, но сохранил плавучесть, и египтянам удалось отбуксировать его в Александрию. Четвёртый, спасательный, катер подобрал пилотов трёх ударных катеров. В 22.25 спасательный катер пошёл на поиск плавбазы, и в 23.10 все боевые пловцы поднялись на борт «Ма’оз».

Израильтяне прекрасно понимали, что атаковали египетские корабли, когда действовало перемирие под эгидой ООН, поэтому, во-первых, публично об атаке не сообщили. Сделано это было ещё и потому, чтобы сохранить в секрете наличие взрывающихся катеров в своем арсенале. Во-вторых, после ночной атаки «Ма’оз» три дня находилась в море, чтобы её возвращение в базу нельзя было связать с атакой на египетский флагман.

Египетский тральщик получил небольшие повреждения и был отремонтирован.

После войны 1948–1949 гг. у израильтян осталось два катера МТ. Неизвестно, пополнили ли они их количество, или нет. Известно только, что позднее один из уцелевших катеров был переброшен в Красное море и использовался для высадки агентуры на побережье Иордании. Последний из сохранившихся катеров типа МТ сегодня находится в Музее военно-морского флота в городе Хайфа.

После возобновления военных действий на севере сирийская армия была отброшена, а Арабская освободительная армия разгромлена на территории Ливана. На юге был взят город Эль-Ариш, что поставило египетские части под угрозу окружения. В центре страны израильтяне овладели районами к югу и к северу от Иерусалима и разблокировали дорогу в город. Восточный Иерусалим и значительные части Иудеи и Самарии (позже ставшие известными как Западный берег) остались под контролем трансиорданских войск.

В начале 1949 г. под эгидой ООН состоялись прямые переговоры между Израилем и всеми воюющими странами, кроме Ирака (он отказался от переговоров), в результате которых были достигнуты соглашения о линиях прекращения огня. Были заключены соглашения о прекращении огня с Египтом (24 февраля), Ливаном (23 марта), Трансиорданией (3 апреля) и Сирией (20 июля). Это была наиболее кровопролитная война в истории Израиля — израильские потери убитыми составили около 6000 человек. Потери арабов, по разным источникам, составили от 5 до 15 тысяч человек.

Любопытна официальная позиция СССР в войне. СССР поддержал план ООН по разделу Палестины и признал Израиль немедленно вслед за провозглашением независимости. В конце 1947 г. руководство еврейского ишува обращалось к СССР с просьбами о поставке оружия, но в прямых поставках оружия было отказано. Тем не менее СССР косвенно поддержал Израиль, разрешив поставки оружия из Чехословакии и не препятствуя эмиграции евреев в Израиль (в первую очередь — бывших граждан Польши). Часть из них успела получить боевой опыт в Советской армии и сыграла заметную роль в становлении бронетанковых войск и артиллерии Израиля. Одновременно с этим поток эмигрантов из Восточной Европы и СССР использовался для внедрения советских агентов.

В газете «Правда» от 30 мая 1948 г. было выражено мнение, отражавшее тогдашний курс внешней политики СССР на Ближнем Востоке: «Надо ясно сказать, что, ведя войну против молодого израильского государства, арабы не сражаются за свои национальные интересы, ни за свою независимость, но против права евреев создать своё собственное независимое государство. Несмотря на всю свою симпатию к движению национального освобождения арабского народа, советский народ осуждает агрессивную политику, ведомую против Израиля».

В результате войны около половины территорий, выделенных под арабское государство, и Западный Иерусалим оказались оккупированы Израилем. Остальные арабские территории, а также Восточный Иерусалим, оказались оккупированы Трансиорданией и Египтом и оставались под их управлением до 1967 г.

В целом под израильским контролем оказались 1300 кв. км и 112 населённых пунктов, отводившихся решением ООН арабскому государству в Палестине. Под арабским контролем оказались 300 кв. км и 14 населённых пунктов, решением ООН предназначенных еврейскому государству.

Линия разделения войск после заключения перемирия получила название Зелёной линии. До Шестидневной войны она существовала как линия прекращения огня, а после неё приобрела политический статус, поскольку территории под контролем Израиля за её пределами ООН считает оккупированными.

С апреля по декабрь 1948 г. около 600 тысяч арабов (в различных источниках приводятся цифры от 520 до 900 тыс. человек, иногда даже более) стали беженцами. В арабском мире эти события получили название «ан-Накба» — «Катастрофа». Основными причинами исхода арабского населения были страх перед боевыми действиями, разворачивавшимися в густонаселённых районах, и жестокостями еврейских военных, стремившихся выдавить его с территории Палестины.

В Йемене, Египте, Ливии, Сирии и Ираке прошли антиеврейские демонстрации и были организованы жестокие погромы. В результате свыше 800 тысяч евреев были изгнаны или бежали из арабских стран в Израиль и некоторые другие страны.

С открытием в 1869 г. Суэцкого канала перед Англией встала задача освоить новый путь в Индию и на Дальний Восток, пролегавший теперь через Средиземное море, Суэц и Красное море. Владея Гибралтаром и Аденом, Англия контролировала выходы в эти моря, а британская военно-морская база на Мальте была сильной позицией вблизи наиболее узкого и наиболее поддающегося блокаде района Средиземного моря, но сам Суэцкий канал оставался неподконтрольным Англии. В финансовом отношении его контролировали французские компании, а политически, находясь на территории Египта, он был в руках правительства хедива (египетского монарха) и его сюзерена — турецкого султана, хотя власть последнего являлась скорее номинальной.

В случае войны канал мог быть занят сухопутными войсками враждебных Англии держав. Да и самый крайний вариант развития событий — объявление Египтом в случае войны о нейтралитете канала и введение запрета на проход через него боевых кораблей всех стран — крайне беспокоил владычицу морей.

По мнению королевы Виктории и премьера Дизраэли, Суэцкий канал мог быть только британским, и лорды Адмиралтейства должны были решать, чьи суда пропускать по каналу, а чьи нет.

Для начала Дизраэли обеспечил Англии экономическое господство над каналом. Всего акций Компании Суэцкого канала имелось 400 тысяч. Египетский хедив Измаил, испытывая острую нужду в деньгах, решил продать принадлежавшие ему 176 тысяч акций. Дизраэли, узнав об этом, не стал тратить время на проведение кредитов через парламент и 25 ноября 1875 г. с помощью банкирского дома Ротшильда приобрел у Измаила его акции, что обеспечило британскому правительству экономический контроль над каналом.

Но продажа акций не спасла финансы Египта, и 8 апреля 1876 г. египетское правительство объявило о своей финансовой несостоятельности. Но Дизраэли просчитался: он планировал загнать хедива в кабалу к Англии, а тот начал вести переговоры с французскими банкирами и уже в мае достиг с ними соглашения о консолидации египетского долга. Ценой этого должно было стать установление международного финансового контроля, обеспечивающего платежи по займам, а органом этого контроля становилась организация кредиторов «Касса египетского государственного долга».

Сделка эта была крайне невыгодна английскому правительству, ведь оно стремилось целиком подчинить Египет своему влиянию, а теперь в Египте водворялся международный, а фактически французский контроль.

В ноябре 1876 г., помимо опеки «Кассы египетского долга», англо-французский кондоминиум назначил хедиву ещё двух финансовых контролёров. Один из них был англичанином, зато другой — французом. Первый контролировал доходы, а второй — расходы египетской казны.

В начале 1882 г. в Египте произошёл государственный переворот. Хедив Тевфик был фактически низложен, а власть принял полковник Ахмет Орабы, сын простого феллаха. Орабы выдвинул лозунг: «Египет для египтян». Он быстро избавился от англо-французского контроля над финансами страны, чем завоевал доверие народа.

В Константинополе по инициативе Франции была создана конференция послов великих держав, где французы попытались ограничить притязания Англии на Египет. Средством для этого стало принятое всеми державами обязательство «не искать в Египте каких-либо территориальных приобретений или исключительных выгод»[25]. Англия была вынуждена принять это обязательство, вскоре ею нарушенное.

Ввод турецких войск в Египет и усиление там власти султана менее всего устраивали Англию, и премьер-министр Гладстон решил действовать немедленно, не ожидая турок. В мае 1882 г. в Александрию была направлена британская эскадра адмирала Сеймура. Французы решили, что они тоже «не лыком шиты», и отправили туда свою эскадру.

Теперь нужен был повод для нападения. Англичане заметили, что якобы египтяне ремонтируют свои береговые батареи, то есть их вооруженные силы ведут рутинную работу, положенную по уставу. Вот вам и повод для нападения. Как не вспомнить дедушку Крылова и его басню «Волк и ягнёнок».

Адмирал Сеймур направил египтянам ультиматум с требованием прекратить усиление береговой обороны Александрии, угрожая в противном случае бомбардировкой города. Египетские власти заявили в ответ, что никаких новых укреплений не возводится. Как показали дальнейшие события, египтяне, по сути, были абсолютно правы. Может, где-то что-то на батареях и приводилось в порядок, но в целом там царил бардак. К примеру, у египтян имелось 87 исправных мин с зарядом 250–500 фунтов (102–205 кг) пироксилина и 500 мин с зарядом 100 фунтов (30,5 кг) пироксилина. Мины были пригодны к постановке даже с гребных шлюпок. Если бы египтяне выставили минные заграждения перед фортами, то «британская эскадра никогда не вошла бы в гавань, не говоря уже о нравственном влиянии присутствия мин на экипажи судов»[26]. Однако египетские офицеры даже не знали, как пользоваться этими минами.

Тем не менее Сеймур продолжал настаивать и грозить египтянам. Командование французской эскадры, наконец, сообразило, что дело идет к британской оккупации Египта, и не придумало ничего лучшего, как тихо уйти из Александрии. Уход французов окрылил Сеймура, и 11 июля 1882 г. британская эскадра бомбардировала египетские форты.

После интенсивной бомбардировки с моря египтяне в ночь на 3 июля тихо покинули форты Александрии.

Ещё до бомбардировки Александрии на Кипре были сосредоточены сухопутные части под командованием Гарнета Уолснея, предназначенные для оккупации Египта. Узнав о бомбардировке, Уолсней в инициативном порядке[27] отдал приказ высадить десант в Александрии. 17 и 18 июля 1882 г. в Александрии было высажено две тысячи британских войск, а через несколько дней их число достигло 5 тысяч. Египетские войска отошли на 24 км от города и заняли оборону у городка Кафр-эль-Довар.

27 июля британский парламент ассигновал на вторжение в Египет сумму, эквивалентную 23 миллионам золотых рублей. Для приличия Англия предложила и другим государствам участвовать в оккупации Египта, но парламенты Франции и Италии не дали ни гроша.

В августе 1882 г. на средиземноморское побережье у Александрии и на берег Красного моря в Суэце были высажены британские сухопутные части общей численностью 22 тысячи человек. К концу сентября египетские войска были разбиты, и весь Египет оказался под властью англичан.

Британский кабинет лицемерно заявил, что Англия, мол, не имеет намерения удерживать Египет, и английские войска уйдут оттуда тотчас же, как только внутреннее состояние страны позволит им отказаться от своей якобы тягостной миссии. Забегая вперед, скажу, что в 1922 г. французский журналист Джульетт Адам не поленился и посчитал, что за пятьдесят лет британское правительство дало 66 официальных сообщений о выводе британских войск из Египта.

В 1882 г. в результате спровоцированной Великобританией англо-египетской войны в стране был установлен британский колониальный режим. Власть хедива была ограничена настолько, что страной фактически управлял британский дипломатический агент и генеральный консул. Несмотря на то что Египет формально являлся частью Османской империи, он стал британской колонией.

В ходе Первой мировой войны в Египте, как и в большинстве колоний, резко усилилось движение за национальную независимость.

В конце 1918 г. экс-вице-президент Законодательного собрания Египта Саад Заглюль со своими сторонниками, основавшими партию «Вафд» («Делегация»), начали кампанию по сбору подписей под Хартией национальных требований, важнейшим из которых было предоставление Египту полной независимости.

8 марта 1919 г. в Египте вспыхнуло мощное антибританское восстание. Ему предшествовала массовая демонстрация в Каире против ареста руководителя «Вафд» Заглюля. Сосредоточив в Египте большую армию, англичане в конце марта подавили восстание.

В конце 1919 г. правительство Великобритании отправило в Египет комиссию во главе с министром колоний Альфредом Мильнером. Изучив положение дел на месте, она пришла к выводу о необходимости изменения формы колониального господства. Комиссия рекомендовала признать независимость Египта при условии заключения с ним договора, который гарантировал бы неприкосновенность военно-стратегических, политических и экономических интересов Великобритании. Она советовала также посредством некоторых уступок отколоть от национально-освободительного движения его правое крыло и добиться сотрудничества с ним.

Попытки Великобритании в течение 1920–1921 гг. заключить договор с националистами, который обеспечил бы её «особые права» в Египте в духе «плана Мильнера», потерпели провал и вызвали в ноябре — декабре 1921 г. новое восстание в Каире. Народное восстание 1921 г. было жестоко подавлено.

Оба восстания стали серьёзными ударами по британскому господству в Египте. 28 февраля 1922 г. правительство Великобритании опубликовало декларацию об отмене протектората и о признании Египта «независимым и суверенным государством».

При этом Англия сохранила права на оборону Египта, охрану имперских путей, проходивших через страну, и на «соуправление» Суданом. В Египте сохранялись британские оккупационные войска, советники, верховный комиссар. Экономические позиции Великобритании не пострадали. 19 апреля 1923 г. была принята конституция Египта, в соответствии с которой страна стала конституционной монархией с двухпалатным парламентом.

Королём Египта с помощью англичан стал седьмой сын египетского хедива Исмаила-паши. В октябре 1917 г. Ахмед Фуад стал султаном Египта, а в феврале 1922 г. — королём Фуадом I.

В апреле 1936 г. после смерти Фуада королевский трон в Египте унаследовал его единокровный сын Фарук.

В 1936 г. между Англией и Египтом была достигнута договорённость, согласно которой Египет становился полностью независимым государством. Однако британские войска оставались в зоне канала ещё на 20 лет, до 1956 г. (в этом году договор должен был быть пересмотрен и мог быть продлён).

23 июля 1952 г. в Каире произошёл государственный переворот, к власти пришли военные из группировки «Свободное офицерство» во главе с генералом Мохаммедом Нагибом. Король Фарук I был свергнут и на яхте «Медуза» убыл в Италию.

Новым королём был провозглашён шестимесячный (!!!) Фуад II — сын Фарука. Но и он был смещён 18 июня 1953 г., а Египет провозглашён республикой. Первым президентом страны стал Мохаммед Нагиб.

28 февраля 1954 г. президент Нагиб подал в отставку и был отправлен под домашний арест, под которым он оставался до 1973 г.

Вся власть перешла к полковнику Абделю Насеру. Он решает в течение 15–20 лет провести индустриализацию страны и освоить целый ряд пустынных районов. Стержнем этих планов стало строительство огромной гидроэлектростанции в Асуане на реке Нил.

Но для постройки плотины в Асуане требовались огромные средства. И вот Насер обратился к Международному банку реконструкций и развития (МБРР) с просьбой о займе 1,3 млрд долларов, по тем временам огромной суммы. Банк тогда, как и теперь, контролировался США. И вот банкиры предложили свои условия Насеру: египетское правительство обязуется в течение периода строительства плотины, то есть 15 лет, направлять все внутренние ресурсы страны на эту стройку. Кредиторам будет дана возможность наблюдать за выполнением данного обязательства и ревизовать египетскую экономику. Далее, Египет не имеет права на протяжении этого времени брать кредиты у других государств. МБРР, который бы гарантировал получение кредита, компетентен следить за экономикой Египта и контролировать его государственный бюджет, чтобы иметь представление, до какой степени Египет в состоянии выплачивать деньги.

Президент Египта внимательно выслушал директора МБРР Юджина Блэка, а затем сказал: «Быть может, нам предоставит кредит другая великая держава. И без унизительных оговорок».

Насер знал, что говорит. Он ещё 19 октября 1954 г. добился соглашения с Англией о выводе в течение 20 лет всех британских войск из зоны Суэцкого канала. А 26 июля 1956 г. Насер объявил о национализации компании Суэцкого канала. Теперь доходы от канала должны идти на строительство Асуанской плотины.

16 августа 1956 г. в Лондоне открылась международная конференция по Суэцкому каналу. Египет ещё за четыре дня до этого отказался от участия в конференции. На конференции США предложили интернационализировать канал, передав его под международную юрисдикцию. Понятно, что главную роль в этом международном управлении должны были играть Соединенные Штаты. Переговоры зашли в тупик.

А пока в Лондоне шли разговоры, бывшая администрация Суэцкого канала отозвала оттуда почти всех лоцманов. Канал встал, поскольку в самом Египте подобных специалистов не было. И тут глава советской делегации в Лондоне министр иностранных дел Д.Т. Шепилов позвонил напрямую Хрущёву. Никита Сергеевич в этот момент находился на пляже в Ливадии. Рядом на плетеном столике стоял телефон спецсвязи ВЧ. Выслушав Шепилова, Никита Сергеевич позвонил в Киев 1‐му секретарю Кириченко. И через несколько часов самые опытные одесские, николаевские и херсонские лоцманы начали собирать чемоданы. Вскоре корабли с советскими лоцманами пошли по каналу в обычном режиме. И вот тогда в Париже и Лондоне вспомнили о пушках — «последнем доводе королей».

Насер понимал неизбежность войны с Англией и Францией. Поэтому в 1955 г. Египет подписал с согласия СССР договор с Чехословакией при посредничестве премьер-министра Китая Чжоу Эньлая.

Египет получил: реактивные истребители типа МиГ‐15бис — 80 шт., бомбардировщики Ил‐28–39 шт., танки Т‐34 — 230 шт., бронетранспортёры — 200 шт., самоходные артиллерийские установки — 100 шт., пушки разные — около 150 шт. (по другим оценкам, до 500), грузовики ЗИС‐150–100 шт. Позже поступили 12 новейших истребителей МиГ‐17Ф с советскими и чехословацкими инструкторами. В результате этих поставок «в численном выражении вооружённые силы Египта к началу 1956 г. вчетверо превосходили израильские».

Национализация Суэцкого канала оказалась неожиданным действием для Великобритании и Франции, которые на месте не имели военных частей, которые могли бы незамедлительно быть задействованы в установлении контроля над каналом, пока общественное мнение мирового сообщества было на их стороне. У Франции значительные воинские части находились в Алжире, а у Великобритании — в Иордании. Такая пауза дала возможность Египту занять более гибкую позицию по вопросу о режиме пользования каналом, в частности, было заявлено о гарантии Египтом права беспрепятственного прохода судов (за исключением израильских) через Суэцкий канал. При таких обстоятельствах военная операция Великобритании и Франции не имела бы уже широкой поддержки западного сообщества.

Тем не менее уже на следующий день после национализации канала, 27 июля 1956 г., правительства Англии и Франции приняли решение о военной операции против Египта. О принятом решении были извещены Соединённые Штаты Америки, и прибывший в Лондон государственный секретарь США Аллен Даллес дал согласие на военную операцию, «если мирные усилия не достигнут цели».

22 октября 1956 г. в Севре (Франция) состоялась секретная встреча, в которой участвовали: с израильской стороны — премьер-министр Бен-Гурион, начальник Генштаба Моше Даян и генеральный директор Министерства обороны Шимон Перес; с французской стороны — министр обороны Морис Буржес-Монури, министр иностранных дел Христиан Пино и начальник Генштаба Морис Шалль; с британской стороны — секретарь по иностранным делам (министр) Селвин Ллойд и его помощник сэр Патрик Дин.

Переговоры длились 48 часов и закончились подписанием секретного протокола. Согласно разработанному плану, Израиль первым должен был атаковать Египет, а Великобритания и Франция вслед за этим должны были вторгнуться в зону Суэцкого канала под предлогом «защиты канала и необходимости разделить враждующие стороны». Предполагалось, что по окончании войны Израиль аннексирует весь Синай или, по крайней мере, его восточную треть по линии Эль-Ариш — Шарм-эш-Шейх. Израиль при этом обязался не атаковать Иорданию, а Великобритания — не оказывать помощь Иордании, если она атакует Израиль.

По настоянию израильской делегации, опасавшейся невыполнения обязательств со стороны своих союзников, договор был составлен в письменном виде, подписан и передан каждой из сторон.

Перед началом событий Франция направила в Израиль два своих боевых авиаподразделения — истребительные эскадры ЕС‐1 с восемнадцатью F‐84F «Тандерстрик» и ЕС‐2 с восемнадцатью «Мистэр» IVA. Перелетов Средиземное море с промежуточной посадкой в Алжире, 22 октября 1956 г. «мистэры» приземлились в Хайфе, а двумя днями позже F‐84F прилетели в Лидду. На самолётах небрежно нарисовали звёзды Давида и, назвав для маскировки 199‐й и 200‐й эскадрильями ВВС Израиля, поручили им оборонять небо Земли обетованной.

29 октября 1956 г. над Синаем появилась четвёрка израильских истребителей «Мустанг», оснащённых железными крюками на длинных тросах. Первая пара должна была вывести из строя провода телеграфно-телефонной связи между Эль-Тамада и Митла, а вторая — между Куссемой и Нахле.

Увы, первый же зацеп за провода привёл к разрыву троса, и, чтобы выполнить задание, пилоты прибегли к смертельно опасному трюку — на высоте всего несколько метров от земли рвали провода пропеллерами и крыльями своих старых самолётов.

29 октября 1956 г. в рамках операции «Кадеш» израильские войска атаковали позиции египетской армии на Синайском полуострове. Операция получила своё название в честь города Кадес на Синае, который несколько раз упоминается в Торе. Израиль объяснял своё вторжение в Египет необходимостью прекратить вылазки федаинов из Газы.

Египетское командование не ожидало израильской атаки. В день нападения начальник Генерального штаба Египта Абдель Хаким Амер и многие старшие египетские офицеры находились на переговорах в Иордании и Сирии. В ночь на 28 октября израильский истребитель «Метеор» сбил самолёт Ил‐14 с египетской военной делегацией на борту, следовавший из Сирии в Египет. В результате погибло 18 офицеров египетского Генштаба, но Амер не пострадал, так как вернулся в Египет на другом самолёте позднее.

20 октября в 15.30 с аэродрома Экрон вылетала пара учебных «Метеоров» Т‐3 из 117‐й эскадрильи и направилась к Египту со стороны Средиземного моря. Их задачей было отвлечь на себя внимание операторов египетских РЛС, в то время как израильтяне производили высадку воздушного десанта на Синае. Майор Эйал вскоре вернулся на базу из-за технической неисправности самолёта, а лейтенант Меир Ливне продолжил выполнение этого рискованного задания.

Тем временем в 16 транспортных «дакот» был погружен усиленный батальон 890‐го полка 202‐й парашютно-десантной бригады, насчитывавший 395 человек. Под прикрытием 10 «Метеоров» F‐8 и FR-9 из 117‐й эскадрильи в 17.00 десантники высадились в районе памятника Паркеру, что стоит на восточном входе в ущелье перевала Митла, в 27 км от самого перевала. Вследствие навигационной ошибки высадка состоялась в 4 км от намеченной точки. На обратном пути «метеоры» передали своих подопечных «ураганам» из 113‐й эскадрильи, но одна «дакота» осталась в районе высадки для обеспечения радиосвязи.

Двенадцать «мистэров» из 101‐й эскадрильи поочерёдно парами патрулировали вдоль Большого Горького озера, готовые помешать египетским истребителям атаковать транспортники. С высоты 3,5 км лётчики прекрасно видели египетскую базу Кабрит, однако противник никакой активности не проявлял, а израильским пилотам линию Суэцкого канала пересекать запрещалось.

Десантники Эйтана заняли позиции на входе в ущелье и оборудовали там небольшую взлётную полосу, способную принимать Пайпер[28] «Кэбы». Приданные батальону 8 «пайперов» и «дакота» были готовы при необходимости вылететь на Синай. Вечером того же дня три «норатласа» и три «дакоты» 103‐й эскадрильи израильтян выбросили на парашютах дополнительную группу десантников и 120‐мм миномёты.

Французские «норатласы», взяв на борт израильских штурманов с Тель-Нофа, доставили четыре безоткатные 106‐мм пушки, два 120‐мм миномёта, восемь джипов, а также боеприпасы. «Пайпер» «Кэб» сержанта Моше Авена произвёл разведку дороги, а Амном Лолав на другом «пайпере» эвакуировал неудачно приземлившегося десантника. Однако пилот заблудился и был вынужден приземлиться в пустыне и переночевать.

За 10 часов до начала высадки батальона остальная часть 202‐й бригады под командованием Ариэля Шарона снялась с иорданской границы и преодолела по пустыне Негев 65 миль до границы с Египтом. Бригада, состоявшая из двух десантных и двух механизированных батальонов, а также роты танков АМХ-13, артиллерийского и миномётного батальонов, двинулась на соединение с десантом через Кунтилу, Темад и Нахле. Часть сил наступала с фронта, а израильский авангард обошёл Кунтилу и атаковал с тыла. В результате после короткой перестрелки египетский гарнизон (взвод пехоты) оставил свои позиции. Израильтяне двинулись к Темеду.

Следуя секретному соглашению с Израилем, Великобритания и Франция наложили вето на предложенную США резолюцию Совбеза ООН, призывающую Израиль прекратить агрессию против Египта.

К 5 ноября девять бригад израильских войск оккупировали весь Синайский полуостров. Две египетские пехотные дивизии, отдельная пехотная бригада, бронетанковая бригада и пограничники беспорядочно отступали, оставив фактически без боя 400 единиц новых автомашин, бронетехники и артиллерийских орудий, в том числе 40 танков Т‐34, 60 бронетранспортеров, несколько десятков тяжёлых противотанковых орудий СУ‐100.

30 октября правительства Великобритании и Франции в ультимативной форме потребовали от египетского командования отвода войск от Суэцкого канала на 16 километров, а затем ввода своих войск в зону канала якобы для защиты его от разрушений. Причём в ультиматуме даже не содержались требования о немедленном выводе израильских войск с Синайского полуострова. Естественно, что египетское правительство не ответило на ультиматум.

На следующий день англо-французская авиация начала бомбардировки военных и промышленных объектов Египта, использовав для этого 300 английских и 240 французских самолётов. Первые удары наносились по египетским аэродромам Альмаза, Абу-Суэйр, Инхас и Кабрит.

К этому времени египетская армия, флот и ВВС находились в стадии перевооружения со старой матчасти — английских и французских обносков времен Второй мировой войны, на новую, в основном советскую технику.

В результате первых авиаударов англо-французской авиации удалось уничтожить более ста египетских самолётов. Превосходство союзных лётчиков-профессионалов над египтянами было полное. Неприятности у союзников происходили лишь при встрече с самолётами, пилотируемыми инструкторами. Так, ещё 30 октября истребитель МиГ‐15 сбил британский разведчик «Канберра». Через два дня десять британских истребителей «Хантер» атаковали над окраиной Каира три бомбардировщика Ил‐28. Заработали носовые и кормовые 23‐мм пушки Нудельмана-Рихтера, и два «охотника» разлетелись на куски.

К 1 ноября в бой вступила специально переброшенная из СССР группа истребителей МиГ‐17, которым 2 и 3 ноября удалось сбить несколько английских самолётов.

К 3 ноября англо-французской авиации удалось завоевать господство в воздухе. Потеряв большое число самолётов, главным образом на земле, египтяне приняли решение рассредоточить оставшиеся боевые машины. При помощи советских и чехословацких лётчиков двадцать бомбардировщиков Ил‐28 перебазировались в Саудовскую Аравию, а остальные самолёты, в том числе МиГи — на южную авиабазу Египта в Луксор.

6 ноября англо-французские силы высадили морской и вертолётный десант в Порт-Саиде. 7 ноября союзники захватили Порт-Саид и продвинулись вдоль Суэцкого канала на 35 км. Авиация с аэродромов Кипра, Мальты и с авианосцев прикрывала высадку морского десанта, блокировала аэродромы противника, наносила удары по скоплениям живой силы и техники. С 8 по 20 ноября в Порт-Саиде высадились войска союзников второго эшелона — до 25 тысяч человек, 76 танков, 100 бронемашин и более 50 орудий крупного калибра. Общая численность десанта превысила 40 тысяч человек.

В ходе боёв за Суэц французы впервые в истории применили в бою противотанковые управляемые ракеты (ПТУР) SS-10. Ну а в декабре 1956 г. первая партия из 50 ПТУР SS-10 была поставлена в Израиль.

Сразу после начала боевых действий Черноморский флот был приведен в состояние боевой готовности. Отряд кораблей начал готовиться к походу в Средиземное море.

31 октября 1956 г. начальник канцелярии президента Египта Али Сабри во время разговора с послом СССР в Египте Е.Д. Киселевым просил направить отряд военных судов СССР к побережью Египта. МИД СССР отклонил эту просьбу.

В телеграмме министра иностранных дел Д.Т. Шепилова от 3 ноября на имя посла говорилось: «Что касается соображений, которые были высказаны Сабри относительно посылки, например, военных судов СССР к побережью Египта, то наши военные люди говорят по этому поводу, что такой шаг с нашей стороны, не дав реальных положительных шагов, мог бы лишь осложнить положение Египта, поскольку он мог бы повести к дальнейшему усилению флотов Англии и Франции, сосредоточенных вблизи Египта, и к обострению их атак против египетской территории. Все эти агрессивные действия они стали бы прикрывать и оправдывать ссылками на угрозу со стороны военно-морских сил СССР. Это только облегчило бы им обман мировых общественных кругов и дальнейшее осуществление агрессивных планов».

Это было совершенно правильное решение. Советские корабли имели только артиллерийское вооружение без крылатых ракет и ядерного оружия, поэтому могли стать лёгкой добычей англо-французского флота.

Оказавшись в безвыходном положении, Насер направил президенту США Дуайту Эйзенхауэру, председателю Совета министров СССР Николаю Булганину, премьер-министру Индии Джавахарлалу Неру и президенту Индонезии Сукарно послания с призывом о помощи. Первым двум — как руководителям великих держав, способным воздействовать на агрессора, двум другим — как лидерам движения неприсоединения.

США на срочно собравшемся в тот же день заседании Совета Безопасности призвали всех его членов, в том числе Англию и Францию, воздержаться от применения силы. Одновременно Израилю предлагалось отвести войска в пределы национальных границ.

И тут янки, желавшие под личиной миротворцев взять под контроль канал, попали в ловушку. Утром 5 ноября министр иностранных дел Д. Шепилов направил телеграмму председателю Совета Безопасности, в которой говорилось, что если в течение 12 часов не будут прекращены боевые действия и в трёхдневный срок не будут выведены войска агрессора с египетской территории, то все члены ООН, и «прежде всего СССР и США», окажут Египту военную поддержку. Советский Союз, подчеркивалось в телеграмме, готов уже сегодня предоставить «жертве агрессии» помощь путем «посылки военно-морских и военно-воздушных сил, воинских частей, добровольцев, инструкторов, военной техники»[29] и т. д.

Вечером того же дня по личному указанию Хрущёва были отправлены специальные послания главам правительств Англии, Франции и Израиля, в которых говорилось, что война с Египтом «может перекинуться на другие страны и перерасти в третью мировую войну», в которой может быть использована «ракетная техника». СССР не исключал возможности «применением силы сокрушить агрессора и восстановить мир на Востоке». Поздней ночью в МИД были вызваны послы стран-агрессоров, где им в довольно суровом тоне было изложено «первое и последнее предупреждение».

Советское предупреждение вызвало шок. Позже Сергей Хрущёв писал: «…в Лондоне и Париже послание произвело эффект разорвавшейся бомбы. Ги Молле подняли с постели. Прочитав официальный текст, а главное — сопровождавший его комментарий с конкретными подсчетами, сколько ядерных зарядов потребуется для уничтожения Франции, премьер-министр бросился к телефону звонить в Лондон. В британской столице царила такая же нервозная обстановка.

Всю ночь продолжались консультации, и так и сяк прикидывали, насколько реальна угроза вмешательства Советского Союза, применения им атомного оружия? После заявления Вашингтона о своем невмешательстве они остались одни»[30].

И уже на следующий день Никита Сергеевич получил послания из Англии и Франции, в которых премьер-министры А. Иден и Ги Молле сообщали о прекращении огня в ночь с 6 на 7 ноября 1956 г. А 8 ноября аналогичное послание пришло и от израильского премьера Бен Гуриона.

Союзники попытались оставить свои войска на египетской территории на неопределенный срок. По сему поводу появилось заявление ТАСС, в котором говорилось: если агрессоры не выведут свои войска с захваченных территорий, то компетентные органы Советского Союза не станут препятствовать выезду в Египет «добровольцев», желающих помочь дружественному народу в борьбе против колонизаторов.

Понятно, что речь шла о регулярных войсках.

В результате 23 ноября началась и уже через месяц полностью завершилась эвакуация англо-французских войск из Египта, а последний израильский солдат покинул Синай 7 марта 1957 г.

31 января 1957 г. Египет разорвал последнее соглашение с Англией о сотрудничестве в эксплуатации Суэцкого канала. Сам канал был расчищен от мин и затопленных судов с помощью советских специалистов, и 29 марта 1957 г. по нему вновь пошли корабли.

После окончания Суэцкого кризиса СССР пошел на свертывание политических и экономических отношений с Израилем. В конце 1956 г. были аннулированы многочисленные торговые контракты. (До суэцких событий Советский Союз поставлял в Израиль нефть, нефтепродукты и другие товары и импортировал из Израиля цитрусовые.) В 1956 г. в Израиль было поставлено советских товаров на 23,6 млн рублей, в том числе 123 тыс. т нефти и 241 тыс. т мазута.

В Израиле было закуплено товаров на 8,3 млн рублей, в том числе 12,4 тыс. т апельсинов. (Превышение стоимости экспорта над импортом израильтяне оплачивали свободной валютой.) Многочисленные попытки израильской стороны нормализовать торгово-экономические связи ни к чему не привели, хотя официальный Тель-Авив в обмен на «мир с Москвой» был готов поддержать большинство внешнеполитических доктрин Советского Союза, начиная с «борьбы за разоружение и кончая германским вопросом».

После войны 1948–1949 гг. израильский и египетский флоты были значительно усилены путём закупки судов времён Второй мировой. При этом обе стороны приобретали суда в основном у Англии.

К началу 1956 г. израильский флот приобрёл два бывших английских эсминца типа «Z» (2600 т, четыре 114‐мм орудия) — «Эйлат» и «Яффа», ранее находившиеся на консервации. Кроме них имелось три фрегата типа «Ривер» — «Мисгав», «Миснак» и «Мистак» (по 2400 т, три 102‐мм орудия), СКР «Ногах» (330 т), 10 торпедных катеров (в том числе 7 типа Т200, 62 т, построены во Франции в 1951–1952 гг., и три типа Т209, 43 т, построены в 1942 г. в Англии), плавбаза «Мацпен», а также три десантных судна разных типов — LCT, LCI и LCM, американской постройки.

К 1956 г. израильский торговый флот насчитывал 31 судно общей грузоподъёмностью 232 тыс. тонн, из которых 27 тыс. т. — пассажирских, 152 тыс. т. — грузовых и 53 тыс. т — танкеры.

По данным справочника «Jane՚s Fighting Ships» в 1950–1956 гг. египетский флот имел не менее пяти эксплуатационных потерь. Так 26 июля 1950 г. минный тральщик «Gaza» (бывший «BYMS 2013» водоизмещением 215 т) затонул у Мерса-Матрух после взрыва топливного бака. 7 марта 1953 г. корвет «Sollum» (бывший британский тральщик «Wedgeport», переданный Египту в 1946 г., 672 т) затонул у Александрии в штормовую погоду. В ночь с 16 на 17 мая 1953 г. фрегат «Misr» (бывший американский PF‐84, с 1944 г. по 1946 г. британский «Papua», с 1950 г. грузовое судно «Malrouk», 1060 т) затонул после столкновения к югу от Суэца, с большими потерями среди членов экипажа, был поднят и служил в дальнейшем блокшивом. В 1949–1950 гг. были потеряны два сторожевых катера класса Fairmile «B» (бывшие британские).

Стремясь ещё более увеличить мощь своего флота, Насер решил закупить корабли в США, но летом 1955 г. американцы ему отказали. Ещё раньше Насер просил и СССР, и там пошли ему навстречу, благо, в 1955–1956 гг. у нас шло массовое производство кораблей и подводных лодок.

Осенью 1955 г. группа высокопоставленных офицеров ВМС Египта прибыла в Таллин для осмотра советских кораблей. Там египтяне поднялись на борт головного эсминца проекта 30‐бис «Смелый». Из Таллина корабль перешёл в Балтийск, откуда выходил на боевые стрельбы, организованные специально для «покупателей». Эсминец арабам понравился, они решили приобрести два корабля. Стоимость поставки и механизм оплаты неизвестны, однако тогда египтяне заявляли, что за корабли будут расплачиваться «бартером» — поставками хлопка.

Для подготовки и передачи кораблей ВМС Египта в СССР было создано специальное соединение — ЭКОН-40.

В состав ЭКОН-40 вошли два ЭМ проекта 30‐бис — «Смелый» и «Скорый», четыре БТЩ пр. 254, десять торпедных катеров, две средние подводные лодки проекта 613 и одна малая подводная лодка XV серии. Торпедные катера выделял Черноморский флот, их должен был доставить транспорт «Колхозник».

В декабре 1955 г. два эсминца и три подводные лодки перешли в порт Гдыня для обучения египетских экипажей.

Египтяне послали три группы своих моряков в Гдыню для обучения. В ноябре 1955 г. первая группа из 30 египетских военно-морских офицеров и моряков прибыла на Черноморский флот для прохождения обучения на подводных лодках. Оставались там до февраля 1956 г.

Торпедные катера 183‐го проекта были первыми кораблями, переданными Советским Союзом египтянам. К передаче их подготовили моряки Черноморского флота в Поти, в Египет их доставили на борту транспорта «Колхозник». 19 апреля 1956 г. двенадцать торпедных катеров в Александрии были переданы ВМС Египта.

В том же 1956 г. ВМС Египта получил и шесть торпедных катеров типа 108 из Югославии: TČ 173 — TČ 179.

В марте — апреле 1956 г. с Балтики в Египет перешли четыре МТЩ проекта 254 (обозначение НАТО — Т‐43): Т‐497, Т‐498, Т‐499 и Т‐500; дабы обмануть супостатов, они шли под польскими флагами.

«В марте 1956 г. египетские экипажи эсминцев закончили подготовку и вылетели в Египет, а эсминцы “Смелый” и “Скорый” неожиданно заменили другими кораблями. Прибывший в Либаву заместитель ГК ВМФ по тылу адмирал Н.И. Виноградов сообщил, что правительство приняло решение продать Египту более новые корабли — “Сметливый” (бортовой № 53) и “Совершенный” (бортовой № 54). 20 мая они вышли в Гдыню, а 31 мая оттуда под польскими флагами пошли в Египет.

После прихода 11 июня в Александрию эсминцев, арабы опешили: “Вы пригнали не те корабли!”, но после полученных разъяснений египтяне успокоились. И уже 28 июня эсминцы были переданы ВМС Египта, получив наименования “Al Nasser” (бортовой № 911) и “Al Zaffer” (бортовой № 916)»[31].

Вопрос об отправке подводных лодок в Египет засекречен до сих пор. По данным зарубежных СМИ, две подводные лодки пр. 613 и одна XV серии в октябре 1956 г. вышли из польского порта Гдыня в сопровождении двух судов снабжения. Все шли под польскими флагами. Они дошли до Гибралтара и, получив сведения о начале войны, повернули обратно.

А теперь перейдём непосредственно к ходу боевых действий. Вечером 30 октября из Порт-Саида вышел египетский эсминец «Ибрагим эль Аваль» и направился к израильскому побережью с целью обстрела береговых целей в районе Хайфы. В 3 ч. 30 мин. 31 октября «Ибрагим эль Аваль» подошёл к порту Хайфа на расстояние в 10 км и, двигаясь со скоростью 12–14 узлов, выпустил по порту 220 114‐мм снарядов. Снаряды поразили причал, доки и другие объекты ВМФ. Обошлось, однако, без потерь и серьёзных разрушений.

При этом израильская РЛС обнаружила корабль и отметила его приближение, но не идентифицировала как неприятельский военный корабль. Патрульные суда не заметили эсминец, а потому тревога была объявлена, только когда уже начался обстрел.

Завершив обстрел, эсминец повернул на курс, ведущий мимо острова Кипр к сирийским портам. На широте ливанского порта Тир «Ибрагим эль Аваль» встретил французский эсминец «Керсен» D-622, который в 3 ч. 38 мин. открыл огонь, выпустив 64 снаряда. Поблизости находился и второй французский эсминец «Сюркуф» D-621. Увидев, что его обнаружили, командир «Ибрагима» приказал ложиться на обратный курс и полным ходом пошел к Порт-Саиду.

Штаб ВМФ Израиля дал сигнал эсминцам, находившимся в тот момент в 50 км к западу от Хайфы, идти на перехват и вступить в бой с вражеским кораблём. Эсминцы «Эйлат» и «Яффа» в 3 ч. 56 мин. бросились в погоню.

В 5 ч. 27 мин. израильские эсминцы обнаружили «Ибрагим», идентифицировали его и открыли по нему огонь с расстояния 8200 м. Некоторое время суда вели артиллерийскую дуэль. Обнаружив, что путь в Порт-Саид отрезан, «Ибрагим» взял курс на север в Бейрут, но не смог оторваться от израильских эсминцев. В ходе боя «Яффа» сделал по врагу 242 выстрела, а «Эйлат» — 194 выстрела, но попаданий в египетский эсминец не было.

В такой ситуации штаб ВМФ Израиля вызвал воздушную поддержку. Разведчик «дакота» в 5 ч. 46 мин. определила местоположение египетского эсминца и навела на «Ибрагима» два реактивных истребителя «ураган», вооружённых 16 бронебойными ракетами Т‐10 каждый.

Истребители заходили на цель со стороны солнца. Ведущий снизился до 200 метров и с дистанции около 450 метров открыл огонь. Набирая высоту, пилот оглянулся и увидел, как от эсминца полетели куски. Второй «ураган» выполнил аналогичную атаку. С «дакоты» подтвердили — цель поражена. Всего в корабль попали 4 ракеты (из 32 запущенных). Одна ракета разбила орудие, другая пробила топливный бак ниже ватерлинии. Были также повреждены силовая установка и руль. Погибли два египетских моряка, и ещё восемь получили ранения.

«Ибрагим» отбуксировали в Хайфу, после ремонта он вступил в состав ВМС Израиля под наименованием «Хайфа».

«Второе столкновение на море имело место в Красном море в тот же день 31 октября. Египетский фрегат “Домиат” перевозил египетскую воинскую часть из города Суэца в Шарм-аш-Шейх с целью усиления тамошнего гарнизона. Британская эскадра, состоявшая из крейсера “Ньюфаундленд”, одного эсминца “Диана” и двух фрегатов “Крейн”, “Моудест”, патрулировала в Красном море к югу от Суэца. В Красном море находился и британский военный танкер “Уэйв Соверен”, обслуживавший корабли отряда. В ходе патрулирования, крейсер обнаружил затемнённый корабль, шедший в противоположном направлении.

Приблизившись на 1500 метров, крейсер потребовал от корабля назваться, в противном случае по нему будет открыт огонь. “Домиат”, а это был он, попытался уйти, в 01.30 1 ноября по нему с крейсера был открыт огонь. Египтяне открыли ответный огонь, и 2 снаряда главного калибра попали в английский крейсер, слегка его повредив, был убит 1 моряк и 5 были ранены.

Однако британские артиллеристы были точнее, “Домиат” получил множество попаданий, в том числе в мостик и рулевую рубку. Окончательную точку поставил эсминец “Диана”, капитан которого расстрелял “Домиат”, когда его капитану показалось, что фрегат пытается протаранить его корабль. “Домиат” перевернулся и затонул. “Ньюфаундленд” и “Диана” спасли 69 египетских моряков. Погибли у египтян 6 офицеров и 50 матросов, британские потери составили 1 убитый и 5 раненых.

Затем британцы подняли на борт уцелевших моряков с фрегата и продолжили патрулирование.

В Красном море помимо британских кораблей был и французский отряд в составе 2 фрегатов “Газель” F‐736 (647 тонн), “Ла Перуз” F‐750 (1372 тонн), 1 тральщика “Жасмин” М‐663 (232 тонн).

Ответом египетских властей на англо-французский ультиматум была угроза заблокировать Суэцкий канал путём затопления значительного числа судов на его фарватере. Последний караван судов, направлявшийся с севера на юг, вошёл в Суэцкий канал в ночь с 30 на 31 октября. Выйти он не успел, так как Англия и Франция начали боевые действия против Египта, а последний воплотил свою угрозу, затопив 1–5 ноября 51 судно между Порт-Саидом и Суэцем. 21 судно затопили в районе Порт-Саида, в том числе плавучий док, четыре землечерпалки, семь буксиров, спасательное судно “Полукс” и так далее. 30 кораблей затопили на отрезке между Эль Кап и Суэцем, включая мост в Эль Фирдан и понтонный мост в Исмаилии.

Среди затопленных кораблей были, помимо обычных судов (плавучие краны, землечерпалки, буксиры и так далее), были фрегат “Абикир” и десантный корабль “Акка”. Попытка интервентов помешать этому путём нанесения ударов по кораблям, предназначенным для блокирования канала у причалов, провалилась. Так, два налёта на десантный корабль “Акка” только повредили его, что не помешало его затопить на 81 километре канала, на фарватере канала у озера Тимсах, с грузом цемента. Его подняли только в январе 1957 г. водолазы, работающие на ООН. При этом египетские власти возложили ответственность за это на авиацию агрессоров, заявив, что это они потопили корабли и тем самым заблокировали канал.

Возглавлявший тогда Генштаб Армии обороны Израиля Моше Даян писал: “Между прочим, то, что египтяне закрыли Суэцкий канал, означает ещё одну военно-политическую оплеуху британцам. Они знали о намерении египетского руководства на буксирах притащить в канал суда и затопить их там, а потому британцы планировали разбомбить эти корабли на стоянках в Порт-Саиде, в гавани Суэца и на Большом горьком озере. Не знаю, почему, план не сработал — или египтяне опередили британцев и переместили корабли в канал, или британские лётчики промахнулись по целям, — всё, что мне известно, это то, что канал блокирован”.

Судоходство по каналу остановилось, в канале оказались заблокированы 13 нейтральных судов: танкеры “Eli Knudsen” (Норвегия), “Statue” (Либерия), “Поти” (СССР), грузовое судно “Eugenia” (Либерия), танкер “Brigitte” (Панама), грузовые суда “Lemsterkerk” (Нидерланды), “Dorado” (Панама), танкер “Amalfi” (Италия), грузовые суда “Kyoto” (Швеция), “Emma” (Италия), танкеры “Hektoria” (Норвегия), “Americano” (Италия) и грузовое судно “Mary” (Либерия). Только в начале 1957 г. суда были выведены.

31 октября французский крейсер “Жорж Лейг” ещё до истечения срока ультиматума поддержал артиллерийским огнём действия израильских войск в секторе Газа, обстреливая египетские позиции у Рафаха.

Вечером 31 октября авианосное соединение под командованием английского вице-адмирала Пауэра подошло на 50 миль к побережью Египта. В 21.30 с британских аэродромов Мальты и Кипра поднялась в воздух первая группа бомбардировщиков. Час спустя самолёты атаковали 11 баз египетских ВВС, в том числе Алмаза, Деверсуар, Файид, Джамиль, Исмаилия, Инхас, Кабрит, Шаллуфа, Суэц.

По приказу из Лондона шедшие на Каир-Уэст “Велиэнты” повернули обратно в связи с тем, что рядом с аэродромом проходила дорога, по которой эвакуировали граждан США. Последняя ночная бомбардировка закончилась за 10 мин. до восхода солнца — в 4.30. Около 3.40 авианосцы повернули на курс против ветра и начали подготовку к взлёту. Через 10 мин. палубные самолёты начали взлёт. Собравшись в тактические группы, самолёты атаковали авиабазу в Каире и базу ВМС Египта. Атака на Александрию осложнялась тем, что там находились корабли 6‐го флота США, прибывшие для эвакуации американских граждан. Египтяне практично разместили свои корабли поближе к американским, надеясь таким образом обезопасить их от атак с воздуха»[32].

Всего англичане сосредоточили на Мальте 24 стратегических реактивных бомбардировщика «Вэлиант», которые произвели 259 боевых вылетов, сбросив на египетские объекты 1962 бомбы общим весом 940 тонн. Это было первое в истории боевое применение реактивных стратегических бомбардировщиков.

Кризис в Сирии и её сближение с СССР и Египтом в известной мере являются следствием войны 1956 г.

Патриотические силы в Сирии понимали, что в одиночку противостоять агрессии США и Израиля практически невозможно. Как уже говорилось, была тенденция к объединению с Ираком, но египетский вариант оказался более перспективным. Египет был рядом, имел общую границу с Израилем. Ну а Гамаль Абдель Насер превратился в харизматичного лидера не только Египта, но и арабского мира, продвигая и реализуя идею панарабизма и «арабского социализма».

Сирийский президент Куатли был активным сторонником союза с Египтом. 4 сентября 1957 г. между Сирией и Египтом было заключено соглашение о создании «экономического союза».

До 1956 г. вооруженные силы Сирии использовали только устаревшее вооружение, да ещё собранное «с бору по сосенке».

Так, в начале 1950‐х гг. большинство бронетехники было германского образца. 17 танков Т‐4Н в начале 1950‐х гг. поступили из Испании, а ещё одна партия этих танков в 1953 г. прибыла из Чехословакии. Кроме того, Чехословакия поставила несколько десятков германских САУ с 7,5‐см, 10,5‐см и 15‐см орудиями.

Настоящие боевые самолёты были получены только в 1954 г., когда из Англии начались поставки реактивных истребителей «метеор» модификаций Ф.8.Т.7 и НФ.13.

На основании постановлений Совета министров СССР № 1929 от 9 апреля 1956 г., № 6628 от 7 ноября 1956 г. и № 157—84 от 12 февраля 1957 г. в Сирию, начиная с 1956 г., направлялись первые группы военных специалистов. В 1956 г. в Сирию от Министерства обороны впервые было командировано 60 человек, в том числе 5 переводчиков.

Значительно увеличились поставки вооружения из Чехословакии. Эти поставки с июля 1955 по июнь 1956 г. британские эксперты оценили в 6,6 млн фунтов стерлингов (18 млн долларов). Из Чехословакии было поставлено в том числе: 80 танков Т‐34, 18 самоходок СУ‐100, 20 немецких 15‐см самоходных орудий, 120 советских БТР‐152, 25 — 122‐мм пушек А‐19, 38 — 122‐мм гаубиц М‐30, 30–85‐мм и 48–37‐мм зенитных орудий, 15 тысяч автоматов М‐25. Также было поставлено большое количество боеприпасов, в том числе: 6 тыс. авиационных ракет, 325 тыс. ручных гранат, 50 тыс. снарядов для 15‐см германских САУ, 10 тыс. снарядов для 5‐см немецкой танковой пушки PZ-3, 36 тыс. снарядов для 37‐мм и 144 тыс. снарядов для 20‐мм пушек, 7 млн 9‐мм патронов и 2 млн 7,62‐мм патронов. Прибыло в Сирию и много вспомогательной техники.

Кроме того ВВС Сирии получили из СССР 25 истребителей МиГ‐15бис и 6 учебных МиГ‐15УТИ. Сирийские пилоты на египетской авиабазе Абу-Суер проходили подготовку, когда в 1956 г. начался Суэцкий кризис, 1 ноября при налете англо-французской авиации на эту базу среди прочих были уничтожены и четыре МиГа ВВС Сирии.

С 29 октября по 10 ноября 1956 г. из социалистических стран в Латакию прибыли пять судов, доставивших среди прочего груза только стрелковое оружие. В конце ноября 1956 г. СССР заключил первое прямое соглашение с Сирией о продаже оружия, реактивных самолётов и зенитных орудий. Кроме того, Москва согласилась организовать подготовку сирийского военного персонала, но отказалась направить своих инструкторов для работы с вооружением.

21—23 марта 1957 г. на Бермудских островах состоялось совещание глав правительств США и Англии, повестка которого официально не сообщалась, однако позднее выяснилось, что её решения поставили Англию в ещё большую зависимость от США.

Так, Дуайт Эйзенхауэр навязал британскому премьеру Гарольду Макмиллану участие в совместной разработке двухступенчатой баллистической ракеты «Скайболт».

Кроме того, на Бермудах Эйзенхауэр и Макмиллан обсудили конкретные планы подрывных действий против арабских стран, и главным образом против Сирии, Египта и Иордании. Совещание разработало программу подрывных действий против арабских стран, включая организацию антиправительственных заговоров и провокаций, проведение экономического бойкота экспортируемых Сирией и Египтом товаров на внешних рынках, принятие проектов строительства новых нефтепроводов на территории Турции с тем, чтобы создать ещё один поток нефти в Европу помимо Суэцкого канала и нефтепроводов на территории Сирии.

США и Англия организовали бойкот традиционных предметов экспорта Сирии — пшеницы, хлопка, пряжи, текстильных изделий и др. Чтобы воспрепятствовать продаже сирийской пшеницы — главной статьи экспорта страны, США выбросил на итальянский рынок по демпинговым ценам большую партию пшеницы, и Сирии удалось реализовать лишь 50 тыс. т пшеницы из 350–400 тыс. т, предназначенных для продажи. Кроме того, на рынки Греции, Италии и Франции были брошены по демпинговым ценам большие партии американского хлопка. Под нажимом американцев иракские и турецкие фирмы расторгли все заключенные ранее с Сирией контракты по закупке продукции сирийских текстильных фабрик.

Англо-американская компания «Ирак Петролеум Компани» неожиданно заявила о сокращении своей деятельности и прекращении работ по строительству крупного нефтепровода через территорию Сирии, уволив тысячи сирийских рабочих. Контролируемые западными державами банки отказывались участвовать в торговых операциях с сирийцами или предоставить им кредиты. Делались активные попытки затянуть финансирование ряда проектов по экономическому развитию Сирии, а также по укреплению обороноспособности страны.

Но правительству Сирии удалось выстоять в этой борьбе. Оно приняло ряд мер для выправления экономического положения страны: ввело систему нормирования продовольственных товаров для населения, обеспечило поставку топлива для бесперебойной работы промышленных предприятий, повысило некоторые таможенные пошлины, прекратило импорт предметов роскоши, в то же время увеличив ввоз наиболее необходимых стране товаров и т. д.

На помощь Сирии пришли социалистические страны во главе с Советским Союзом и дружественные арабские государства. СССР заявил о своей готовности закупить у Сирии 300 тыс. тонн пшеницы и другие сельскохозяйственные излишки. Египет предложил заключить трёхстороннее соглашение, по которому Сирия передавала Италии 220 тыс. т твердой пшеницы, а Египет покупал у Италии 300 тыс. т мягкой пшеницы, оплатив Сирии стоимость 220 тыс. т её пшеницы. В августе 1957 г. сирийское правительство заключило соглашение о техническом и экономическом сотрудничестве с СССР, которое давало Сирии возможность выдержать экономический бойкот, организованный западными странами.

Между тем с лета 1957 г. советские корабли начали проявлять активность на Средиземном море. В июне 1957 г. эсминцы «Бесследный», «Бурливый» и танкер «Алатырь» вышли из Севастополя для перебазирования на Тихоокеанский флот. Корабли вышли в Средиземное море, 23 июня прошли через Суэцкий канал в Индийский океан и в июле пришли во Владивосток.

В конце июня — начале июля 1957 г. отряд кораблей Черноморской эскадры в составе крейсера «Михаил Кутузов» и эсминца «Безукоризненный» под флагом командующего эскадрой кораблей ЧФ контр-адмирала В.Ф. Чалого вышел из Севастополя и направился в Ленинград для участия в параде кораблей, посвященном Дню ВМФ 14 июля. После завершения мероприятий 19 августа 1957 г. корабли отправились обратно.

На обратном пути в Средиземное море советские корабли жестко опекались кораблями и самолётами Англии и США. К этому времени советская разведка засекла в Восточном Средиземноморье 57 боевых кораблей и 65 вспомогательных судов стран НАТО.

30 августа отряд советских кораблей совершил заход в албанский порт Дуррес. А 3 сентября «Кутузов» и «Безукоризненный» покинули берега Албании и направились в Севастополь.

В июне 1957 г. в Александрию из Одессы прибыл теплоход «Крым», он возобновил пассажирское сообщение между СССР и Египтом. Линия существовала с начала века и прервалась в 1914 и 1941 гг.

В июле 1957 г. в Египет из СССР были поставлены первые три подводные лодки пр. 613.

В начале августа 1957 г. США инспирировали в Дамаске попытку государственного переворота. 13 августа сирийские силы безопасности блокировали посольство США в Дамаске, чтобы помешать началу заговора, финансируемого ЦРУ. Было объявлено о раскрытии этого заговора. В тот же день сирийское правительство выслало из страны трёх замешанных в заговоре американских дипломатов — военного атташе полковника Роберта Моллоя, второго секретаря Говарда Стоуна и вице-консула в Дамаске Франсиза Джетона.

Правительство США отрицало свою причастность к заговору и на высылку своих дипломатов ответили тем же — 14 августа сирийский посол в Вашингтоне Зейн эд-Дин и второй секретарь посольства были объявлены «персонами нон грата».

Уже 17 августа проамериканский начальник Генштаба сирийской армии Низам аль-Дин был смещен, а на его место назначен генерал-майор Афиф аль-Бизри, которого западные СМИ срочно записали в коммунисты, чтобы доказать наличие «коммунистической агрессии». Сам аль-Бизри на пресс-конференции заявил по сему поводу: «Если вы считаете коммунистом всякого человека, который любит свою страну, то я коммунист». Новый начальник Генштаба провел чистку старших офицеров в армии, в ходе которой были сняты 9 высших офицеров.

21 августа 1957 г. президент Эйзенхауэр на пресс-конференции, отвечая на вопросы корреспондентов о его отношении к событиям в Сирии, допустил ряд выпадов против СССР. Президент без всяких оснований утверждал, будто Советский Союз стремится к «захвату Сирии». Однако позже Эйзенхауэр в ходе пресс-конференции вынужден был признать, что все его «обвинения» против СССР по меньшей мере беспочвенны, ибо, как он сказал, до настоящего времени Соединенные Штаты не имеют ещё достаточной информации о положении дел в Сирии и только ещё «собирают» эту информацию. Президент вынужден был признать, что положение в Сирии является чисто внутренним делом этой страны и ни в коем случае не оправдывает какого-либо американского вмешательства на основе «доктрины Эйзенхауэра».

Американские СМИ открыто требовали наказать Сирию. Так, газета «Нью-Йорк геральд трибюн» 21 августа в статье «Для Соединенных Штатов настало время понять, каким образом следует использовать мировую мощь» откровенно призывает к «использованию силы — моральной, экономической, политической и военной» против Сирии. Газета «Чикаго трибюн» в угрожающем тоне пишет о том, что правительство США, «возможно, предпримет шаги» с целью посылки «американского вооружения и солдат на Средний Восток». Газета «Крисчен сайенс монитор» предлагает оказать на Сирию «военное и экономическое давление со стороны Турции и Ирака, действующих в консультации с Вашингтоном».

21 августа французская газета «Пари пресс — Энтрансижан» писала о передвижениях 6‐го американского флота на Средиземном море, в статье указывалось, что это запланированные маневры. Однако лондонский корреспондент «Франс суар» сообщал, что передвижения американского флота предприняты в связи с кризисом вокруг Сирии, где недавно был разоблачен заговор.

23 августа государственный секретарь США Даллес послал в Турцию своего помощника Лоу Гендерсона, который провел в Турции переговоры с премьер-министром Турции Мендересом, государственным министром Зорлу и другими официальными лицами и представителями военного командования Турции, а также с королем Ирака Фейсалом, премьер-министром Ирака Айюби, королем Иордании Хуссейном. В ходе этих переговоров рассматривался разработанный в США план вооружённой интервенции против Сирии, предусматривающий использование в этих целях вооружённых сил Ирака и Иордании, а также Турции и Израиля, с целью насильственного изменения существующего в Сирии демократического строя, свержения законного правительства Сирии и обеспечения прихода к власти прозападных сил.

В Бейруте Гендерсон провел аналогичные переговоры с государственными деятелями Ливана. И в Турции, и в Ливане Гендерсон встречался с бежавшими из Сирии политиками, причастными к недавно разоблаченному в Сирии антиправительственному заговору.

Гендерсон всеми силами пытался обеспечить участие арабских государств — Ирака и Иордании — в военных действиях против Сирии. При этом Ирак и Иордания должны только начать боестолкновения на своих границах с Сирией, после чего основной удар нанесли бы вооружённые силы Турции при поддержке соединений 6‐го военно-морского флота США, сосредотачивавшегося в Восточном Средиземноморье. Но представители Ирака и Иордании отказались.

Тогда американцы решили изменить план и потребовали, чтобы нападение на Сирию начала Турция. Однако турецкие представители потребовали, чтобы в военных действиях против Сирии приняло участие хотя бы одно из арабских государств, выступление которого явилось бы не только сигналом для нападения турецких войск, но и было бы использовано в качестве прикрытия турецкой агрессии против Сирии.

При обсуждении планов нападения на Сирию предполагалось и участие Израиля. Однако Израиль отказался: «Израиль не видит необходимости в войне против Сирии и всеми силами будет стремиться остаться вне военного конфликта».

В Ливане Гендерсон также не имел успеха. Ливанское правительство более чем прохладно отнеслось к участию в вооружённом нападении на Сирию.

Когда стало ясно, что арабские страны отказываются воевать против Сирии и дело организации нападения арабских государств на Сирию срывается, США сделали основную ставку на Турцию, где в результате поездки Гендерсона началась интенсивная подготовка к открытому военному нападению на Сирию и разработка планов нападения. Это делалось под непосредственным руководством американского посла в Анкаре Уоррена, главы американской военной миссии в Турции генерала Мида, командующего сухопутными войсками юго-восточной части южноевропейского театра генерала Рида и начальника штаба этих войск генерала Баллока, американского военного атташе в Анкаре Халфорда.

К 12 сентября американские военные советники в Багдаде и Анкаре уже изучали «возможность координации действий армии Ирака и турецких сил». Предварительный план рассматривался на совещании представителей США и Англии 17 сентября. Он заключался в следующем: волнения в пределах Сирии, сопровождаемые пограничными инцидентами между Сирией и Ираком или Иорданией, чтобы служить предлогом для иракских (или иорданских) действий согласно статье 51 Устава Организации Объединенных Наций, предусматривающей самозащиту, которые в свою очередь вызвали бы вспышку племенных восстаний в самой Сирии. Турецкую помощь потребовал бы Багдад и Амман, если бы они столкнулись с серьезным сирийским сопротивлением.

В середине сентября 1957 г. на территории Турции собрались бежавшие из Сирии реакционные политические деятели, которые хотели создать там «Комитет свободных сирийцев» для борьбы против правительства Сирии. Среди них были бывший премьер-министр Хусни Барази, бывший министр иностранных дел Ильян, бывший военный атташе в Риме Хусейни, активный участник раскрытого заговора в Сирии и другие. Предполагалось, что финансировать деятельность «Комитета» будут США. Сирийская газета «Ан‐Наср» сообщала, что из перехваченных секретных документов стало известно, что нападение на Сирию намечалось на 27 сентября.

А президент Египта Гамаль Абдель Насер использовал сирийско-американский кризис 1957 г. для того, чтобы не дать СССР стать главным союзником для Сирии и ограничить влияние короля Саудовской Аравии на межарабской арене. 9 сентября газета «Аль-Ахрам» опубликовала интервью президента Египта Гамаль Абдель Насера главному редактору этой газеты Мухаммед Хасанейну Хейкалу. В нем президент Насер осудил политику США на Среднем Востоке и разоблачил замыслы американцев против Сирии. Президент предостерег от недооценки подрывных действий США против арабских стран. Он указал на пропагандистскую сущность американских утверждений о том, будто Сирии угрожает некая «коммунистическая опасность».

Насер сказал: «Разговоры о коммунистической угрозе и кампания сначала были направлены против Египта и Сирии, но неожиданно нажим изменился и был сосредоточен на Сирии. Было выделено несколько миллионов долларов на осуществление доктрины Эйзенхауэра в качестве приманки для жертвы. Вместе с тем наряду с запугиванием стала использоваться приманка. Королей и президентов предостерегали против коммунистической угрозы; их предупреждали, что она близка, их предостерегали, что эта угроза уже поглотила одну из стран и что она готова обрушиться на другие, если они не будут бороться. Такова была линия американской политики для достижения её целей».

В заключение Насер подчеркнул: «Египет будет и дальше оказывать Сирии неограниченную и безоговорочную поддержку. Какую бы форму ни приняло оказываемое на Сирию давление, никогда не следует забывать одного, а именно: всем своим политическим, экономическим и военным потенциалом Египет поддерживает Сирию в её борьбе, которая является и нашей борьбой в борьбе арабского национализма»[33].

В преддверии нападения на Сирию правительства Египта и Сирии приняли дальнейшие меры по укреплению сотрудничества. С 6 по 12 сентября 1957 г. в Каире состоялось совещание объединенного египетско-сирийского командования, на котором было принято решение об оказании Египтом немедленной помощи Сирии в случае агрессии. 28 сентября 1957 г. президент Египта в интервью американским корреспондентам сказал: «Как вы знаете, у нас есть соглашение с Сирией относительно обороны от агрессии, и если против Сирии будет совершена агрессия, то Египет будет защищать Сирию всеми средствами».

11 сентября Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в Турции Н.С. Рыжов посетил премьер-министра Турции Аднана Мендереса и вручил ему послание председателя Совета министров СССР Н.А. Булганина о ситуации вокруг Сирии, где говорилось:

«Для вооружённого нападения против Сирии определенные круги США хотели бы использовать прежде всего такие страны на Ближнем и Среднем Востоке, как Иордания, Ирак и, может быть, некоторые другие. Однако они вынуждены считаться с тем, что народы всех без исключения арабских стран не питают привязанности к багдадскому военному пакту, не желают прислуживать колонизаторам, как это делают правительства некоторых из этих стран.

<…>

В связи с этим, как об этом заявляют открыто, в планах развязывания военных действий против Сирии определенная роль отводится Турции. Мы, конечно, не хотели бы верить этому, но дело настолько серьезно, что мы сочли возможным обратиться по этому вопросу к правительству Турции и поделиться с ним определенными соображениями. Нас глубоко тревожит то обстоятельство, что имеются признаки, указывающие на то, что руководящие деятели Турции, по-видимому, склонны пойти навстречу, такого рода, планам. Мы не скроем, что мы с большой озабоченностью встретили сообщения о сосредоточении турецких войск у границ Сирии, а также о переброске американского оружия на территорию Турции для осуществления нападения против Сирии. Разве трудно понять, для каких целей могут сосредоточиваться войска при такой обстановке, когда против небольшой соседней страны, на границах с которой сосредоточиваются эти войска, ведется разнузданная клеветническая кампания, полная вымыслов и провокационных призывов.

<…>

И когда поступают сообщения о концентрации турецких войск на турецко-сирийской границе, у нас возникает естественный вопрос, а как бы чувствовали себя турки, если бы на их границах начали сосредоточиваться иностранные войска.

По нашему глубокому убеждению, Турция могла бы навлечь на себя лишь большие несчастья, если бы она стала руководствоваться советами тех иностранных кругов, которые, отнюдь не заинтересованы в поддержании мира на Ближнем и Среднем Востоке»[34].

30 сентября турецкий премьер-министр А. Мендерес вручил через посла СССР в Анкаре ответ на послание Н.А. Булганина от 10 сентября. В ответном послании Мендерес затрагивал как вопросы положения на Ближнем и Среднем Востоке, так и вопросы советско-турецких отношений. При этом делалась попытка оправдать политику колониальных держав на Ближнем и Среднем Востоке, а также методы давления и угроз, применяемые со стороны США и Турции в отношении Сирии. Мендерес утверждал, в частности, будто Сирия «вооружается в степени, намного превышающей её нормальные нужды обороны», и что якобы Сирия превращается в «склад оружия». Концентрацию турецких войск на сирийской границе он называл мерой, «направленной на обеспечение собственной обороны» Турции. Вместе с тем в послании содержится заверение о том, что у Турции не было и никогда не будет «ни малейших агрессивных намерений» по отношению к её соседям, и что Турция будто бы желает «уважения независимости и территориальной целостности» для сирийского народа, а также для всех арабские стран.

С сирийским кризисом удачно совпало успешное испытание межконтинентальной ракеты Р‐7. 27 августа 1957 г. в советских СМИ было опубликовано сообщение ТАСС о проведении в Советском Союзе в последнее время успешных испытаний межконтинентальной баллистической ракеты и взрывов ядерного и термоядерного (водородного) оружия: «Полученные результаты показывают, что имеется возможность пуска ракет в любой район земного шара. Решение проблемы создания межконтинентальных баллистических ракет позволит достигать удаленных районов, не прибегая к стратегической авиации, которая в настоящее время является уязвимой для современных средств противовоздушной обороны». 24 сентября было опубликовано сообщение ТАСС о проведении в Советском Союзе взрывов ядерных и водородных зарядов в рамках боевой подготовки Советской армии и Военно-морского флота.

Окончательно точку в вопросе наличия у СССР межконтинентальных ракет поставил запуск 4 октября на околоземную орбиту первого в мире искусственного спутника диаметром 58 см и массой 83,6 кг.

6 октября 1957 г. на Новоземельном полигоне была взорвана водородная бомба нового типа (РДС‐37) мощностью 2,9 мегатонны. Через 4 дня там же торпеда Т‐5, выпущенная с подводной лодки, произвела подводный взрыв ядерного заряда РДС‐9 мощностью 9 кт.

Агентство ТАСС громогласно объявило об испытании водородной бомбы, а о торпеде с ядерной боевой частью умолчало. Тем не менее янки все-таки догадались о торпедном взрыве.

Естественно, пуски Р‐7 и термоядерный взрыв произвели определенное впечатление на Белый дом и Пентагон.

31 августа 1957 г. в Средиземное море вышел отряд боевых кораблей Балтийского флота под командованием вице-адмирала В.Ф. Котова в составе крейсера «Жданов» и эсминца пр. 30‐бис «Свободный». Корабли направлялись в Югославию с дружественным визитом. Сразу после выхода корабли попали под пристальное наблюдение со стороны кораблей и самолётов НАТО, в проливе Большой Бельт вокруг отряда опасно маневрировал датский военный корабль № 373.

9 сентября корабли прошли Гибралтар и вошли в Средиземное море, в районе острова Альборан крейсер передал на эсминец запас мазута. 12 сентября корабли прибыли в порт Сплит, где простояли 6 дней, за время которых их посетили свыше 15 тысяч человек. Но вот рано утром 18 сентября был получен приказ срочно идти к берегам Сирии.

К 8 сентября пять кораблей 6‐го флота ВМС США приблизились к сирийским берегам. 24 сентября под прикрытием маневров в Средиземном море туда было переброшено дополнительно 38 боевых кораблей во главе с авианосцем «Лейк Чэмплен». К 25 сентября оперативная группа американских кораблей, действовавшая у берегов Северо-Западной Турции, насчитывала 75 кораблей, на борту которых находилось 8 тысяч морских пехотинцев.

Двое суток «Жданов» и «Свободный» шли в режиме боевой готовности № 1 и № 2. Когда наши корабли вошли в Латакию, их бурно приветствовали тысячи людей: «Сирийцы считали советских моряков спасителями. Местные газеты писали, что после прихода “Жданова” и “Свободного” турецкие провокации сразу же прекратились и впервые за многие месяцы сирийцы могли спать спокойно»[35].

29 сентября офицеры отряда советских кораблей во главе с вице-адмиралом В.Ф. Котовым посетили президентский дворец, где встретились с президентом Сирии Шукри Куатли. На ужине, устроенном для советских моряков, министр национальной обороны Сирии Халед Азем он заявил: «Латакия не является советской базой, однако у Советского Союза есть хорошая база в сердце каждого араба». Каждому офицеру крейсера «Жданов» президент Сирии подарил часы и кинжал. Тогда в СССР противоударные и водонепроницаемые часы были роскошью, а кинжал из дамасской стали вообще был экзотикой. Но часы и кинжалы очень понравились высшему флотскому начальству, поэтому офицерам со «Жданова» пришлось делиться и оставить себе что-то одно — либо часы, либо кинжал.

1 октября «Жданов» и «Свободный» ушли из Латакии. 7 октября они прошли Гибралтар, а 11 октября вошли в Балтийское море.

Разумеется, два советских корабля одни не могли остановить агрессоров. 4 октября 1957 г. из Севастополя с визитом в СФРЮ на борту крейсера «Куйбышев» отправился министр обороны СССР Маршал Советского Союза Г.К. Жуков. Крейсер сопровождали эсминцы «Бывалый» и «Блестящий». Отрядом командовал контр-адмирал П.Н. Тюняев. 5 октября отряд вышел в Эгейское море, вечером 7 октября в Адриатическое море и утром 8 октября пришли в порт Задар, где Жуков сошел с крейсера и уехал в Белград.

7 октября Н.С. Хрущёв, отвечая на вопросы корреспондента американской газеты «Нью-Йорк таймс» Дж. Рестона, заявил, что СССР настроен серьезно и не позволит совершить нападение на сирийцев: «Правящие круги США буквально толкают Турцию против Сирии. Турция стягивает свои силы к сирийской границе. Она даже оголяет некоторые участки границы с Советским Союзом. Но она напрасно это делает… Это факт, что Турция готовит войну против Сирии. На этот опасный путь толкают Турцию некоторые руководящие деятели США. Общественность должна знать об этом. Я надеюсь, Вы нас поймете. Ведь США находятся далеко от этого района, а мы по соседству. Если там начнут стрелять пушки, то остановиться будет уже трудно. От автоматов и пушек дело может дойти до ракет, что приведет к тяжёлым последствиям».

13 октября 1957 г. в порт Латакия под прикрытием египетских военных кораблей прибыли египетские транспорты. На их борту находились первые отряды египетских войск, отправленные в Сирию для укрепления её обороноспособности на основании договора, подписанного 11 сентября 1957 г. в Каире.

К 18 октября Турция сосредоточила на границе с Сирией до 50 тысяч солдат, около 500 танков и САУ. Американцы продолжали сосредоточивать корабли в этих районах. В Измир (Турция) прибыл отряд кораблей во главе с ракетным крейсером «Канберра», к острову Родос подошла АУГ во главе с авианосцем «Ф.Д. Рузвельт», а на Крит прибыл отряд во главе с крейсером «Олбэни».

Понятно, что главным аргументом для Турции и США были не советские корабли на Средиземном море, а мобилизация и сосредоточивание сил Закавказского военного округа на северо-восточной границе Турции. Нужным сигналом стало и назначение прославленного советского военачальника Маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского командующим Закавказским ВО. Туркам дали понять, что произойдет в случае нападения на Сирию. Причём в Анкаре прекрасно понимали, что если русские войска займут Карскую область бывшей Российской империи, то они вряд ли оттуда уйдут, как это случилось в конце 1977 г. Госдепартамент США выступил с предложением «избежать» столкновения. 29 октября 1957 г. угроза вторжения в Сирию была снята.

В мае 1964 г. Н.С. Хрущёв решил отправиться в Египет. Для пущей важности он решил плыть морем на пассажирском теплоходе «Армения». Вместе с президентом Египта Героем Советского Союза А. Насером Хрущёв должен был участвовать в церемонии открытия Асуанской плотины и ГЭС, построенных с помощью Советского Союза.

На всем пути до Александрии «Армения» была под надзором натовских кораблей и самолётов. Корабли бесцеремонно сближались, самолёты проносились над мачтами.

Никита Сергеевич был взбешен. Он возмущенно спрашивал у военных: «Почему здесь хозяйничают американцы? Где же наш флот?»

И вот 9 июня того же года из Либавы вышли две подводные лодки — С‐250 и С‐187 — проекта 613 в сопровождении плавбазы «В. Котельников». Командовал отрядом Валентин Козлов, тот самый, напугавший президента Эйзенхауэра.

Лодки находились в походе до октября. Гибралтар лодки демонстративно прошли днем 22 июня в надводном положении. В Средиземном море за нашими лодками следила целая армада кораблей вероятного противника. Как потом посчитали в разведуправлении Главного штаба ВМФ, на каждую из наших подлодок в Средиземном море приходилось по 23 корабля и 180 самолётов.

«Обеспокоенные внезапным появлением подводных лодок в море, которое адмиралы США считали своей “заповедной зоной”, их противолодочные силы окружили нашу якорную стоянку у острова Альборан. Вскоре сюда подошли обе моих лодки, черноморский танкер “Золотой Рог” и два морских тральщика. Отсюда после кратковременного отдыха, инструктажа командиров и пополнения запасов лодки направились в отведенные районы.

Целой операцией прикрытия, с использованием тральщиков и плавбазы, под которыми укрывались внезапно нырнувшие лодки, удалось обеспечить их отрыв от преследования. Набор противолодочных буев, подбираемых тральщиками, оказался в нашем распоряжении.

<…>

С‐187 обнаружила позднее и следила за ПЛАРБ[36] в течение 54 минут. В боевых условиях командир её мог за это время нанести торпедный удар по подводному ракетоносцу, тем самым решить сложнейшую задачу противоборства.

В этом и заключается оперативно-тактический смысл так называемого “слежения” за авианосцами и подводными ракетоносцами нашими подводными лодками ещё в мирное время, чтобы с началом войны или по специальному приказанию внезапно наносить удар по такому грозному противнику. Преимущества малошумных дизель-электрических лодок при решении такой задачи, с одной стороны, очевидны, с другой — их малая скорость и постоянная зависимость от аккумуляторной батареи сводила вероятность достижения боевого успеха до минимума»[37].

В начале августа С‐250 и С‐187 повстречали большую подводную лодку Северного флота, ну а в октябре лодки Козлова были сменены новой парой балтийских лодок С‐374 и С‐280.

Вместе с балтийскими и североморскими подводными лодками боевую службу на Средиземном море несли и черноморские подводники.

Первая черноморская подводная лодка (С‐70) вошла в Средиземное море 10 ноября 1964 г. А на следующий день Дарданеллы прошла и вторая подлодка — С‐74.

Походы черноморских лодок в Средиземное море были серьёзно осложнены из-за статьи 12‐й «Конвенции о режиме проходов», подписанной рядом государств, в том числе и СССР, 20 июля 1936 г. в Монтрё.

Согласно ей черноморские государства имеют право проводить свои подводные лодки через Черноморские проливы только при следовании их на ремонт вне верфей Черного моря или к новому месту базирования. Проход Проливами разрешается в одиночку, то есть в зоне Проливов может находиться в состоянии транзита лишь одна иностранная подводная лодка, притом в светлое время суток и только в надводном положении. При необходимости подводные лодки могли проходить Проливы в сопровождении надводных кораблей.

Конфликт с США и Турцией стал для сирийского руководства ещё одним аргументом в пользу союза с Египтом.

Создание Объединенной Арабской Республики (ОАР) явилось первым шагом к объединению арабских государств. Баасистское правительство Сирии в январе 1958 г. направило в Каир делегацию и предложило Египту объединить два государства. Министр иностранных дел Сирии Салах Битар просил ускорить работу по объединению стран. Египетский президент Абдель Насер согласился, но на условиях, которые давали преимущество Египту и ограничивали влияние сирийских политиков.

Первые соглашения о создании панарабского государства были подписаны 1 февраля 1958 г. во дворце Кубба в Каире Гамалем Абдель Насером и президентом Сирии Шукри аль-Куатли. 21 февраля в Египте и Сирии прошли референдумы об объединении двух стран в единое государство, а Насер был избран президентом ОАР. Акт об объединении стран был подписан их президентами 22 февраля 1958 г. Прибывшего в Дамаск Насера приветствовали толпы народа. Любое из арабских государств могло присоединиться к ОАР.

В 1960–1961 гг. Абдель Насер, занимавший пост президента ОАР, проводил широкую кампанию по национализации банков и частных предприятий в стране. Насер поссорился с Куатли и отправил его в ссылку.

Несмотря на большую личную популярность Насера, союзное государство распалось из-за противоречий, вызванных претензиями Египта на ведущую роль. 28 сентября 1961 г. офицеры сирийской армии захватили власть в Дамаске, арестовали и выслали из страны представителя Насера маршала Абдель Хаким Амера и объявили о выходе Сирии из ОАР.

После того как в ходе переворотов 8 февраля в Ираке, а 8 марта 1963 г. в Сирии к власти в этих странах вернулась партия Баас (Партия арабского социалистического возрождения), были предприняты попытки возродить союзное государство в составе Египта, Сирии и Ирака. Уже 10 марта в Дамаск для переговоров об объединении прибыла иракская делегация во главе с министром внутренних дел Али Салехом Саади и министром обороны Салехом Аммашем. 14 марта премьер-министр Сирии Салах Битар по радио объявил, что главной задачей его правительства является создание союза ОАР, Сирии и Ирака, с возможным включением в него Алжира и Йемена. 15 марта Насер провел в Каире переговоры с сирийской и иракской делегациями. 19 марта Салах Битар прибыл в Каир с трёхдневным визитом и провел переговоры с Насером. 25 марта в Каир для переговоров об объединении прибыла алжирская делегация во главе с министром обороны Хуари Бумедьеном.

17 апреля 1963 г. в Каире было распространено коммюнике Насера, руководителя Сирии генерал-лейтенанта Луэя аль-Атаси и премьер-министра Ирака Ахмеда Хасана аль-Бакра о создании Федерации в составе Египетского, Сирийского и Иракского районов со столицей в Каире. Федерация должна была сохранить флаг ОАР с добавлением к нему ещё одной звезды. Но последовавшие вскоре политические кризисы в Сирии и Ираке прервали процесс объединения.

Египет, однако, продолжал официально использовать название ОАР до конца жизни Насера. После его смерти в 1971 г. название государства было изменено на «Арабская Республика Египет».

Между тем росла напряженность на сирийско-израильской границе. Обострение отношений произошло из-за трёх основных факторов — конфликта из-за водных ресурсов, конфликта из-за контроля над демилитаризованными зонами вдоль линии прекращения огня 1948 г. и поддержки сирийским правительством военизированных группировок палестинских арабов, периодически начинавших партизанскую войну против Израиля. Демилитаризованные зоны в соответствии с соглашением 1948 г. не должны были находиться под чьим-либо суверенитетом. Израиль пытался установить над ними контроль, провоцируя сирийцев и в ходе возникших столкновений расширяя свой контроль на эти зоны. Замечу, что ещё 30 марта 1956 г. министр иностранных дел Израиля Моше Шарет заявил послу СССР в Израиле, что «Соглашение о перемирии не запрещает проведение ирригационных или каких-либо других работ гражданского характера в демилитаризованной зоне. Более того, в соглашении сказано, что гражданская жизнь в указанной зоне должна проходить нормально».

При этом, согласно заявлению израильского представителя в Совете Безопасности ООН Аббы Эвена, только за первые 11 месяцев 1955 г. на сирийско-израильской границе длиной всего около 22 миль было зафиксировано 108 нарушений Соглашения о перемирии со стороны Сирии, значительную часть из которых составляли обстрелы израильских деревень, сельскохозяйственных рабочих и рыбаков.

В 1964–1966 гг. происходили столкновения между Сирией и Израилем из-за водных ресурсов. В июне 1964 г. Сирия решила отвести воды реки Иордан, впадающей в израильское озеро Кинерет, на свою территорию.

В 1964–1965 гг. произошло 4 крупных пограничных инцидента с участием танков и авиации. В июле 1966 г. израильская авиация уничтожила тяжёлую технику, занятую в работах по отводу вод, прекратив их окончательно, и сбила сирийский МиГ, пытавшийся вмешаться.

В 1965 г. была образована Организация Освобождения Палестины, декларировавшая своей целью исправление несправедливостей, причиненных, по её мнению, палестинским арабам, и расформирование «сионистского образования». Ведущее место в ней занимала военизированная организация Эль-Фатх, которая 2 января 1965 г. совершила свою первую военную операцию против Израиля — нападение на «всеизраильский водопровод».

Всего с января 1965 по июнь 1967 г. Эль-Фатх и другие группы совершили 122 нападения на Израиль, в основном неудачных. Хотя большая часть нападений со стороны Эль-Фатх происходила с ливанской и иорданской территорий, вооружение, обучение и поддержку группа получала в основном со стороны Сирии. Сирийцы предпочитали, чтобы нападения палестинцев происходили и со стороны других арабских государств, опасаясь израильских ответных мер. При этом король Иордании прилагал усилия, чтобы предотвратить нападения палестинцев на Израиль с территории Иордании.

В октябре и ноябре 1966 г. террористическая организация Эль-Фатх усилила свою диверсионную деятельность против Израиля.

В ночь с 7 на 8 октября в пригороде Иерусалима Верхняя Ромема в результате трёх взрывов были повреждены два жилых дома и легко ранены четыре человека. «Расследование показало, что следы диверсантов, заложивших взрывчатку, вели к иорданской границе».

8 октября близ поселка Шаар ха-Голан в районе Иорданской долины были произведены взрывы сельскохозяйственных построек. Прибывший к месту взрыва моторизованный патруль подорвался на мине, четверо служащих пограничной полиции погибли. Ответственность за диверсию взяла на себя организация Эль-Фатх.

В ночь на 11 ноября в районе границы между Израилем и территорией, оккупированной Иорданией в ходе Арабо-израильской войны 1947–1949 гг., взорвался заряд, подложенный боевиками «Движения за национальное освобождение Палестины» (ФАТХ), являющемся «Организации освобождения Палестины» (ООП). Погибли 3 и было ранено 6 солдат Армии обороны Израиля.

13 ноября 1966 г. Израиль в ответ на подрыв своих солдат двумя днями ранее провел операцию против ООП. В ходе операции в деревне Саму на оккупированном Иорданией Западном берегу реки Иордан израильские войска взорвали 125 домов, погибло 15 иорданских военнослужащих и 3 мирных жителя. Рейд вызвал волну демонстраций протеста против хашимитской династии на Западном берегу реки Иордан. Вслед за этим правительственные СМИ Иордании обвиняли Насера в том, что он «прячется за юбками войск ООН» и не пришел на помощь Иордании вопреки своим более ранним обещаниям. Израильская операция была осуждена резолюцией 228 Совета Безопасности ООН, который предостерег Израиль от повторения подобных акций. При этом причины рейда в резолюции упомянуты не были.

В ноябре 1966 г. Египет и Сирия заключают военный союз.

Периодически на границе Сирии и Египта шли воздушные бои с израильскими истребителями. Так, 14 февраля 1960 г. над сирийской границей произошел бой арабских МиГ‐17 с израильскими истребителями «Супер Мистер». Сирийцы утверждали, что сбили один израильский самолёт, а израильтяне отрицали его потерю. Замечу, что сверхзвуковые истребители «Супер Мистер» поставлялись Францией Израилю с 1958 г.

В ночь на 27 сентября 1961 г. четверка разведчиков Ил‐28Р, «взлетев с сирийских аэродромов, на малой высоте, одновременно в разных местах вторглись в воздушное пространство Израиля на севере и, пройдя всю страну, проследовали в Египет, попутно отсняв наиболее интересные стратегические объекты израильтян при помощи фотографических осветительных авиационных бомб.

Одновременные скоординированные действия нескольких разведчиков буквально “поставили на уши” систему ПВО Израиля. Экипаж поднятого на перехват Вотура-2N метался над Израилем, получая противоречивые данные наведения. Визуально заметив вспышки ФОТАБ над аэропортом Лод, лейтенант Бен-Зион Бени Зохар направил самолёт к Лоду. Офицер наведения тут же потребовал повернуть на юг, где Ил‐28Р только что отснял ядерный центр Димона. После этого экипаж получил координаты уходящего в сторону Сектора Газы разведчика и оператор лейтенант Рамати обнаружил противника при помощи РЛС.

Пилот пытался прицелиться с помощью радара, но так и не получив звукового сигнала, свидетельствующего об успешном прицеливании, засадил длинную очередь в темноту ночи. Ушедшие в никуда снаряды самоликвидировались, а молодой лётчик, выполнявший свой первый реальный перехват, запаниковал — лейтенанту показалось, что противник открыл ответный огонь и поразил его самолёт. Наземный оператор приказал немедленно вернуться на базу»[38].

Перед рассветом 17 марта 1962 г. первый боевой вылет совершила тройка «Вотур-2А» из 110‐й эскадрильи. Целью «вотуров» была сирийская артиллерия, обстреливавшая кибуц Эйн-Гев. Капитан Рубен Харель сбросил осветительные бомбы, а подполковник Менахем Бэр и капитан Йонатан Шачар атаковали позиции противника 250‐кг бомбами, но безрезультатно. Известно, что когда в атаку на сирийские позиции в Нокие поднялись солдаты бригады «Голани», они встретили серьезное сопротивление и понесли большие потери. Раненых эвакуировали в тыл на вертолётах S-58.

20 марта 1962 г. сирийский Ил‐28 провел успешный ночной разведывательный полет над Израилем и дежурный «Вотур-2N» опять не смог помешать противнику. Это стало последней каплей в чаше терпения командования и как только в Израиль прибыли первые «Миражи-III», с «Вотуров-2N» были демонтированы радары DRAC‐25A, а самолёты стали истребителями-бомбардировщиками.

В августе 1963 г. экипаж в составе Одеда Эреза и Йонотана Шачара на разведывательном «Вотуре-2BR» отправился на поиски строящейся сирийской авиабазы Т‐4. (Позже советские военные будут именовать её Тифор.) Летя на большой высоте по весьма приблизительной карте Ближнего Востока, экипаж смог найти строящуюся авиабазу. Отсутствие у противника ЗРК позволяло разведчику без особого риска действовать на большой высоте, которая усложняла перехват сирийским истребителям.

«22 августа 1963 г. пара израильских “Миражей” 101‐й эскадрильи была выслана на перехват четверки сирийских МиГ‐17 в районе Галилейского моря. Руководимые наземным оператором капитан Эзра Дотан и капитан Меир Ливне на малой высоте настигли противника и поразили каждый по одному МиГу. Несмотря на полученные повреждения, оба МиГа благополучно вернулись на базу.

<…>

13 ноября 1964 г. “Миражи” впервые были испробованы в качестве ударных самолётов. Их целью стала сирийская артиллерия на Голанских высотах, несмотря на хорошие результаты, использовать таким образом новейшие истребители завоевания господства в воздухе было нецелесообразно и роль ударных самолётов Миражи исполняли лишь эпизодически на протяжении всей своей карьеры.

На следующий день, 14 ноября, произошел первый бой двух новейших истребителей — над Голанскими высотами сошлась пара израильских Миражей и несколько сирийских МиГ‐21. Благодаря наведению с земли капитану Амосу Амиру и лейтенанту Йохаю Рихтеру удалось занять позицию позади МиГов. Амир произвел пуск R-530, но ракета, что называется “пошла своим путем”. Амир запустил по противнику “Шарир-1”, лишь недавно принятую на вооружение тепловую ракету израильского производства. Однако и эта ракета не пожелала наводиться на сирийский истребитель и упала на землю. Тогда ведущий сблизился до 400 метров и продырявил МиГ‐21 огнем из пушки, но и это не помогло — везучий МиГ отделался повреждениями и вернулся на базу»[39].

В 1965 г. пара сирийских МиГ‐17 потеряла ориентацию и села на израильском полевом аэродроме. Судя по всему, их навели подключившиеся израильские операторы, хорошо владевшие арабским.

14 июля 1966 г. во время штурмовки позиций сирийской артиллерии четырьмя «супер мистерами», их перехватила четверка МиГ‐21 и повредила один самолёт. На выручку «мистерам» пришла четверка «миражей» 101‐й эскадрильи и над озером Кинерет начался воздушный бой, в ходе которого Йорам Агмон сбил один из МиГов пушечным огнем. МиГ‐21 свалился в штопор, а пилот катапультировался. Это была первая победа израильского «миража». Через месяц, в ночь на 15 августа 1966 г., патрульный катер израильтян сел на мель в Галилейском озере.

Приготовление к войне 1967 г. в США, Израиле и Египте начались сразу после окончания войны 1956 г.

5 января 1957 г. президент Эйзенхауэр обратился к конгрессу со специальным посланием, в котором охарактеризовал положение на Ближнем и Среднем Востоке как «критическое». Он потребовал позволить ему, как Верховному главнокомандующему, использовать там вооружённые силы США в любой момент, не испрашивая разрешения законодательной инстанции. Одновременно президент призвал арабские страны отказаться от сотрудничества с СССР и его союзниками. Так возникла «доктрина Эйзенхауэра». Теперь Москва получила полную свободу действий на Востоке. При этом советская пропаганда могла манипулировать «угрожающей для арабов американской доктриной».

19 января МИД СССР подготовил специальную справку для ЦК КПСС, в которой, в частности, говорилось, что, в связи с «необходимостью противопоставить так называемой “доктрине Эйзенхауэра” по отношению к Ближнему и Среднему Востоку… нашу советскую программу», уже составлены проекты «соответственных предложений Советского правительства (“Декларация четырёх”), адресованных формально правительствам США, Англии и Франции, но рассчитанных, прежде всего, на правительства и народы Ближнего и Среднего Востока». В программе содержался перечень мер «по вопросу о мире и безопасности на Ближнем и Среднем Востоке и невмешательстве во внутренние дела стран этого района». Указывалось на необходимость прекращения поставок вооружений в страны Арабского Востока. Перед тем как советские инициативы будут обнародованы, говорилось в справке, «целесообразно было бы ознакомить с ними правительства стран народной демократии, Югославии, а также Насера (Египет), Сабри Асали (Сирия) и Неру (Индия)».

Египетский президент, как и ожидалось, «проявил известную озабоченность по поводу пункта 5 Декларации четырёх держав о взаимном отказе от поставок оружия» в регион. По этому поводу послу СССР в Каире были даны «специальные разъяснения» для Насера. В них указывалось, что «Советское правительство исходит из того, что наличие пункта 5 Декларации… ни в коей мере не означает, что ставится под сомнение выполнение соглашений о поставках Египту из Советского Союза оружия. В Москве исходят из того, что при всех условиях заключенные соглашения должны быть выполнены… Таким образом, нет оснований для беспокойства со стороны стран Ближнего и Среднего Востока по поводу возможных последствий для них, вытекающих из наличия пункта о прекращении поставок вооружения из СССР».

29 ноября 1957 г. на заседании Президиума ЦК был утверждён документ «О поставках Египту специмущества». В нём отмечалось, что Государственному комитету Совета министров СССР по внешним экономическим связям и Министерству обороны СССР при переговорах с представителями египетского правительства надлежит руководствоваться следующим: СССР предоставляет Египту кредит в сумме 700 млн рублей для оплаты поставок из Советского Союза «машин и оборудования». СССР «даёт согласие на поставку вооружения и военного имущества Египту в 1958–1959 гг.». Поставку военного имущества производить с оплатой одной трети его стоимости. Кредит предоставляется из расчёта 2 % годовых и погашается в течение 5 лет равными ежегодными долями, начиная с 1967 г.

В 1957 г. в Москве в Военной академии им. М.В. Фрунзе начала обучение первая группа египетских военнослужащих.

В конце апреля 1958 г. египетский президент Гамаль Абдель Насер впервые прибыл в Москву. Он присутствовал на Красной площади на Первомайском параде и демонстрации, посетил Черноморский флот, из состава которого Египет получил некоторые боевые корабли и ракетные катера.

В целом за период с 1956 г. до июня 1967 г. Египет приобрёл в СССР до 600 боевых и учебных самолётов: бомбардировщики Ту‐16 (часть из них была оснащена крылатыми ракетами «воздух — земля» КС‐1 с дальностью полёта 90 км), Ил‐28, истребители МиГ‐15, МиГ‐17, МиГ‐21, истребители-бомбардировщики Су‐7, свыше 1 тыс. танков (ИС‐3, Т‐34–85, Т‐54, Т‐55, ПТ‐76), самоходные установки Су‐100, более 700 бронетранспортеров.

Египетский флот получил 30 боевых кораблей (подводных лодок пр. 613 и пр. 633 — 13, эсминцев пр. 30‐бис — 4, противолодочных кораблей — 4, тральщиков — 5, десантных кораблей — 4), 17 ракетных катеров пр. 183р «Комар» и 18 торпедных катеров, а также военно-транспортные самолёты и вертолёты. В 1966 г. на вооружение ПВО Египта стали поступать зенитные ракетные комплексы С‐75. Общий объём советской военной помощи Египту в период 1956–1967 гг. оценивался в 1,5 млрд долларов.

К началу 1964 г. флот Египта состоял из: бригады торпедных подводных лодок, бригады эсминцев, бригады торпедных и ракетных катеров, дивизиона тральщиков и нескольких судов обеспечения. На вооружении бригады береговой артиллерии находились 152‐мм орудия. Обучением египетских военнослужащих занимались советские специалисты. Так, в 1964–1966 гг. в различных структурах египетского флота их насчитывалось от 80 до 90 человек.

В начале 1967 г. в израильских штабах преобладало мнение, что Египет вряд ли начнёт полномасштабную войну. Оно основывалось на том факте, что восемь элитных бригад Египта были задействованы в гражданской войне в Йемене, где они сражались на стороне республиканцев против роялистов. Весной 1967 г. израильско-египетские отношения были относительно спокойными.

В то же время отношения Израиля с Сирией в указанный период были обострены из-за трёх основных факторов — конфликта из-за водных ресурсов, конфликта из-за контроля над демилитаризованными зонами вдоль линии прекращения огня 1948 г. и поддержки сирийским правительством военизированных группировок палестинских арабов, совершавших диверсии против Израиля.

В 1964–1966 гг. происходят столкновения между Сирией и Израилем из-за водных ресурсов. В июне 1964 г. Сирия решает отвести воды реки Иордан, впадающей в израильское озеро Кинерет, на свою территорию. В 1964–1965 гг. происходит 4 крупных пограничных инцидента с участием танков и авиации. В июле 1966 г. израильская авиация уничтожает тяжёлую технику, занятую в работах по отводу вод, прекратив их окончательно, и сбивает сирийский МиГ, пытавшийся вмешаться.

Всего с января 1965 г. по июнь 1967 г. Эль-Фатх и другие группы совершили 122 нападения на Израиль, в большинстве своём неудачных. Хотя большая часть нападений со стороны Эль-Фатх происходило с ливанской и иорданской территорий, вооружение, обучение и поддержку группа получала в основном со стороны Сирии. Сирийцы предпочитали, чтобы нападения палестинцев происходили со стороны иных арабских государств, опасаясь израильских ответных мер. При этом король Иордании прилагал усилия, чтобы предотвратить нападения группировки на Израиль с территории Иордании.

В октябре и ноябре 1966 г. террористическая организация Эль-Фатх усилила свою диверсионную деятельность против Израиля.

В ночь с 7 на 8 октября в пригороде Иерусалима Верхняя Ромема в результате трёх взрывов были повреждены два жилых дома и легко ранены четыре человека. Расследование показало, что следы диверсантов, заложивших взрывчатку, вели к иорданской границе.

8 октября близ поселка Шаар ха-Голан в районе Иорданской долины были произведены взрывы сельскохозяйственных построек. Прибывший к месту взрыва моторизованный патруль подорвался на мине, четверо служащих пограничной полиции погибли. Ответственность за диверсию взяла на себя организация Эль-Фатх.

В ночь на 11 ноября в районе границы между Израилем и территорией, оккупированной Иорданией в ходе Арабо-израильской войны 1947–1949 гг., взорвался заряд, подложенный боевиками Эль-Фатх (ООП). Погибли трое и было ранено 6 солдат.

13 ноября 1966 г. Израиль, в ответ на подрыв своих солдат двумя днями ранее, провел операцию против ООП. В ходе операции в деревне Саму на оккупированном Иорданией Западном берегу реки Иордан израильские войска взорвали 125 домов, погибли 15 иорданских военнослужащих и три мирных жителя.

Рейд вызвал волну демонстраций протеста против хашемитской династии на Западном берегу реки Иордан. Вслед за этим правительственные СМИ Иордании обвиняли Насера в том, что он «прячется за юбками войск ООН» и не пришёл на помощь Иордании вопреки своим более ранним обещаниям. Израильская операция была осуждена резолюцией 228 Совета Безопасности ООН, который предостерёг Израиль от повторения подобных акций. При этом причины рейда в резолюции упомянуты не были.

С апреля по май 1967 г. наблюдалось учащение боестолкновений на сирийско-израильской границе. В своем выступлении в Кнессете 22 мая 1967 г. премьер-министр Израиля Леви Эшколь возложил на Сирию ответственность за 113 инцидентов (подкладывание мин, диверсии и т. д.) в период с мая 1965 г. по май 1967 г. Он также обвинил Сирию в «возмутительных» обстрелах, включая артиллерийские, израильских фермеров и населенных пунктов, не вызванных какой-либо военной необходимостью. По результатам действий Сирии с июня 1966 г. Израилем было подано 34 протеста в Совет Безопасности ООН.

Ряд источников приводят слова Моше Даяна, сказанные им в частной беседе с журналистом Рами Талем в 1976 г., о том, что около 80 % столкновений было спровоцировано Израилем. Комментируя слова Моше Даяна, посол Израиля в США Михаэль Орен отметил, что, несмотря на наличие «элемента правды» в словах бывшего в те годы в политической оппозиции Даяна, следует учесть, что Израиль всегда рассматривал демилитаризованные зоны на своем севере, как часть его суверенной территории, которую он вправе обрабатывать. Кроме того, он отметил, что часть таких операций была связана с нарушением Сирией статус-кво в распределении водных ресурсов и поддержкой ею операций палестинцев против Израиля.

7 апреля 1967 г., после обстрела с сирийской территории работавшего в демилитаризованной зоне израильского тракториста, израильтяне открыли ответный огонь. Израильские самолёты попытались уничтожить позиции тяжёлой артиллерии на Голанских высотах, но подоспевшие арабские МиГи помешали этому. Пара «миражей» перехватила четверку сирийских МиГов и сбила два из них около Дамаска. Через полчаса израильские «Миражи» сбили над Голанскими высотами ещё три МиГ‐21.

12 мая агентство «United Press International» опубликовало сообщение: «…высокопоставленный израильский источник заявил, что Израиль предпримет ограниченную военную операцию с целью свергнуть дамасский военный режим, если сирийские террористы продолжат рейды с целью саботажа на территорию Израиля. Это будет решительный удар против сирийского правительства».

13 мая 1967 г. правительство Египта получило официальное уведомление правительства СССР о том, что израильские войска готовят нападение на Сирию, и что на северной границе Израиля с этой целью сконцентрировано от 11 до 13 израильских бригад. Датой предполагаемого израильского нападения было названо 17 мая. В тот же день, 13 мая, Сирия потребовала действий со стороны Египта для предотвращения предполагаемого нападения со стороны Израиля. Начальник египетского Генерального штаба Мухамед Фавзи срочно вылетел в Дамаск для консультаций.

14 мая Египет мобилизует свои силы в зоне Суэцкого канала и вокруг неё. 15 мая, в День независимости Израиля, египетские войска были переброшены на Синай и начали концентрироваться у израильской границы.

Летом 1967 г. Египет вывел свои войска из Северного Йемена. Вслед за этим покинули Южный Йемен и англичане. Была провозглашена Народная Демократическая Республика Йемен (НДРЙ).

У арабских стран не было единого плана войны, каждая страна имела свой план военных действий, не согласованный с планами других стран.

Египетский план войны состоял в том, чтобы на первом этапе прочной обороной измотать израильские войска на Синайском полуострове, нанести им тяжёлые потери и выиграть время для мобилизации. На втором этапе — перейти в контрнаступление и, нанеся главный удар из района Абу-Авейгилы, окружить и уничтожить израильские войска в южной части страны. Затем развить успех на Тель-Авив и во взаимодействии с вооруженными силами Сирии и Иордании нанести Израилю решительное поражение. В случае нападения Израиля на Сирию предусматривался переход в наступление.

План войны несколько раз менялся, из-за чего войска неоднократно перебрасывались из одного района в другой, получали новые задачи, которые не успевали усвоить, личный состав изматывался, возрос износ техники, снижалась боеспособность.

16 мая Египет требует от ООН вывести войска безопасности ООН, патрулировавшие линию прекращения огня 1948–1956 гг. Генеральный секретарь ООН У Тан пытается убедить правительство Египта отказаться от требования эвакуации войск. Он также просит у Израиля разрешения разместить войска ООН с израильской стороны границы, однако получает отказ от обоих правительств.

17 мая в 8 часов утра по гринвичскому времени египтяне уже занимали наблюдательные посты вдоль границы.

17 мая два египетских МиГа пролетели над территорией Израиля — с востока (из Иордании) на запад. Их полёт прошёл точно над израильским ядерным центром в Димоне. Перехватить их не успели.

17 мая Иордания начинает мобилизацию.

18 мая вскоре после полудня (по гринвичскому времени) египтяне приказали отряду из 32 солдат ООН, занимавшему наблюдательные посты в Шарм-аль-Шейхе, эвакуироваться в течение 15 минут. Официальное египетское требование до сведения генерального секретаря ООН У Тана было доведено, но лишь в 4 часа дня. У Тан немедленно отдаёт распоряжение вывести войска. В тот же день начинается мобилизация в Кувейте.

18 мая, после поспешного ухода сил ООН, арабское радио заявило: «С сегодняшнего дня больше не существует чрезвычайных международных сил, защищающих Израиль. Мы более не будем проявлять сдержанность. Мы далее не будем обращаться в ООН с жалобами на Израиль. Единственным методом воздействия, который мы применим в отношении Израиля, станет тотальная война, результатом которой будет уничтожение сионистского государства».

Министр обороны Сирии Хафез Асад заявил: «Наши силы сейчас полностью готовы не только к отражению агрессии, но и к началу процесса освобождения, к уничтожению сионистского присутствия на арабской земле. Сирийская армия держит палец на спусковом крючке… Я, как военный человек, уверен, что пришло время вступить в войну на уничтожение».

К 18 мая сирийская армия была полностью готова к боевым действиям в районе Голанских высот.

19 мая войска ООН выведены, 20 мая частичная, по другим источникам, полная, мобилизация в Израиле завершена.

21 мая в Египте объявлена всеобщая мобилизация.

22 мая президент Египта Насер, разместив гарнизон в Шарм-эль-Шейхе, объявляет блокаду Тиранского пролива, закрыв израильский порт Эйлат.

23 мая Саудовская Аравия объявляет о готовности принять участие в военном конфликте.

23 мая Израиль заявил, что «помехи, чинимые израильскому судоходству в Тиранских проливах, будут рассматриваться как акт войны, равно как и вывод войск безопасности ООН (UNEF), отправка иракских войск в Египет и подписание военного пакта между Египтом и Иорданией». Он оставляет за собой право начать военные действия.

24 мая Иордания завершает мобилизацию.

25 мая военный министр Египта Шамс эль-Дин Бадран вылетает в Москву. Он просит у советского руководства разрешения атаковать Израиль. Однако председатель Совета министров А.Н. Косыгин не даёт советского одобрения для «превентивной атаки против Израиля», заявив, что «Советский Союз против агрессии».

Вернувшись в Египет, Бадран информирует Насера, что СССР не разрешает Египту атаковать первым, но что СССР обязуется вмешаться в военный конфликт в случае если США вступят в войну на стороне Израиля. В связи с этим Насер информирует военное командование Египта, что Египет будет вынужден выдержать удар, который Израиль нанесёт первым. Командующий ВВС Египта генерал Судки Махмуд заявляет Нассеру, что такая тактика будет губительной.

26 мая Насер, обращаясь к руководителям панарабской федерации профсоюзов, сказал, что если разразится война, «она будет тотальной и её цель — уничтожение Израиля».

28 мая Судан проводит мобилизацию. П29 мая алжирские войска направляются в Египет.

30 мая Египет и Иордания подписывают договор о взаимопомощи. Египет направляет генерала Абдула Муним Риада принять командование силами союзников на Иорданском фронте.

31 мая иракские войска направлены в Иорданию.

Чтобы избежать войны, советское руководство приняло решение об организации в Москве встречи премьер-министра Израиля Эшкола с президентом Насером. 27 мая 1967 г. в ходе беседы с советским послом премьер-министр Израиля Эшкол выразил желание нанести краткий визит в Москву и встретиться с руководителями советского правительства для обсуждения положения на Ближнем Востоке. Решение Политбюро об организации этой встречи было принято 28 мая.

Посол СССР в Каире через маршала Амера запросил мнение президента ОАР по этому вопросу. Насер ответил, что он считает соображения советского правительства «мудрыми и полностью их разделяет». По его словам, «…поскольку ОАР не собирается нападать на Израиль, переговоры Эшкола в Москве не могут нанести ей ущерб». Более того, после визита Эшкола в Москву, как он думает, «…Израиль будет вести себя более спокойно». На аналогичное обращение советского правительства премьер-министр Зуэйн, а также находившийся с визитом в Москве глава сирийского государства Атаси ответили негативно.

В связи с позицией, занятой в этом вопросе сирийцами, было решено положительного ответа на просьбу Эшкола о поездке в Москву не давать. 29 мая сирийское правительство было поставлено в известность, что СССР не намерен принимать Эшкола без согласия Сирии и ОАР. 1 июня через посла в Каире советское правительство известило Насера о том, что из-за резко отрицательной позиции сирийцев мы предложения премьер-министру Эшколу о приезде в Москву не делаем.

С апреля 1967 г. американцы приступили к усилению 6‐го флота, который ещё с 1944 г. находился в Средиземном море. (Строго говоря, американские эскадры, дислоцированные в Средиземном море, получили наименование «6‐й флот» в 1950 г.).

3 мая 1967 г. большой отряд американских боевых кораблей из Норфолка и Чарлстона совершил десятидневный рейс до Гибралтара. В составе отряда был авианосец «Саратога» CVA‐60 с четырьмя кораблями охранения, в том числе ракетным эсминцем «Ричард Э. Берд» DDG-23, а также 12‐й дивизион эсминцев. 11 мая группировка прошла Гибралтар.

3—13 мая в восточной части Средиземного моря прошли военно-морские маневры Турции и Англии. Маневрами руководит командующий ВМС Турции адмирал Недждет Уран.

24 мая британским военным кораблям, находящимся в Средиземном море, было приказано «временно задержаться» в этом районе в связи с напряженностью на Ближнем Востоке. ВМС Англии в Средиземном море состоят из 2 фрегатов «Рил» F‐129 и «Эскимо» F‐119, 6 тральщиков, 1 подводной лодки. Кроме того, приказ «задержаться» в Средиземном море распространяется и на авианосец «Викториес», следующий в Англию с Дальнего Востока. 22 мая британский авианосец «Викториес» прошел Суэцким каналом из Красного моря, направляясь на Мальту.

25 мая корабли американского 6‐го десантного отряда покинули главную базу 6‐го флота Неаполь. 3500 морских пехотинцев были размещены на десантном транспорте «Камбриа» APA‐36 и шести других транспортах.

26 мая американцы начали эвакуацию семей американских дипломатов из Каира.

29 мая американские авианосцы «Саратога» и «Америка» встречаются у острова Крит с командующим 6‐м флотом вице-адмиралом Уильямом Мартином, держащим флаг на крейсере «Литлл Рок», сопровождаемые крейсером «Галвестон» и 10 эсминцами.

30 мая Турция сообщила, что она предоставила разрешение Советскому Союзу провести 10 военных кораблей из Черного моря через Проливы в Восточное Средиземноморье, чтобы укрепить его военно-морскую силу там. Также турецкие чиновники сообщили, что СССР информировал турецкий МИД, что помимо заявленного отряда кораблей один большой плавучий сухой док с двумя судами обеспечения пройдут через проливы до 15 июня. На вопрос журналистов, закроет ли Турция проливы в случае войны, министр иностранных дел Турции, он же министр внутренних дел, Фарук Сукан сказал: «В настоящий момент мы не думаем ни о каких мерах».

31 мая первый отряд советских кораблей, о проходе которых Турция была уведомлена 22 мая, проследовал черноморскими проливами. Отряд состоял из плавбазы подводных лодок «Магомед Гаджиев» и танкера «Фиолент». В проливах они сопровождались четырьмя турецкими торпедными катерами. «Магомед Гаджиев» находился в Средиземном море до 3 октября.

31 мая американский противолодочный авианосец «Интрепид» CV-11 прошел через Суэцкий канал к заливу Акаба, направляясь дальше в Тихий океан.

24 мая руководство ВМФ СССР усилило Средиземноморский отряд кораблей ракетоносной авиацией. 24 мая в Штабе ВМФ были подготовлены проекты писем от генерального секретаря ЦК КПСС Л.И. Брежнева президентам Египта и Югославии. Проект письма Насеру содержал два запроса: во-первых, разрешить развертывание советской авиации на египетских аэродромах: «Как одна из мер к ограничению возможной агрессии против независимых арабских государств, мы рассматриваем — если вы соглашаетесь — возможность временного доступа советским ВВС к аэродрому в ОАР в ожидании дальнейшего усиления конфликта», во-вторых, лично обратиться к президенту Тито, чтобы он разрешил пролет этих самолётов через югославскую территорию.

К моменту нападения на арабские страны в составе израильских вооружённых сил насчитывалось около 250 тыс. человек, 1100 танков и 450 боевых самолётов, 18 боевых кораблей. В сухопутных войсках состояло: 31 бригада (23 мотопехотные, 6 бронетанковых и 2 воздушно-десантные) и до 10 отдельных танковых батальонов. На вооружении танковых войск, составляющих основу сухопутных войск, состояли американские и английские средние танки «Шерман» М‐4, «Паттон» М‐48, «Центурион» М‐5 и М‐7 и французские лёгкие танки АМХ-13.

Израильские ВВС имели на вооружении 72 «миража», 24 «супер мистера», 60 «мистеров», 40 «ураганов», 20 «вотуров» и 70 учебно-тренировочных самолётов СМ.170 «Мажистер».

К 5 июня 1967 г. вооружённые силы Египта насчитывали около 300 тыс. человек. В их распоряжении имелось 1200 танков, до 500 боевых самолётов и около 90 боевых кораблей, почти все они были советского производства. На Синае и в зоне Суэцкого канала была развернута самая сильная группировка египетских войск в составе четырёх мотопехотных и двух танковых дивизий, пяти отдельных пехотных и мотопехотных бригад 1‐й полевой армии, а также нескольких бригад обеспечения. Личный состав групировки насчитывал 90 тысяч человек при 900 танках и самоходных установках, 1000 стволов артиллерии и 284 самолёта.

Численность сирийской армии составляла 50 тысяч человек. Сирийские ВВС насчитывали 112 самолётов, в том числе 97 боевых (60 — МиГ-21, 35 — МиГ‐17, 2 — Ил‐28) и 10 вертолётов Ми‐4. Сухопутные части включали 15 бригад (две танковые, одна механизированная, пехотные регулярные и резерв 1‐й очереди — 9, пехотный резерв 2‐й очереди — 3). На вооружении они имели 350 танков, 460 орудий (192–122‐мм гаубицы М‐30, 66 противотанковых орудий 85‐мм, 100 корпусных орудий калибра 122–152 мм, 90 — 120‐мм минометов и 12 РСЗО). В районе Голанских высот сосредоточились 6 бригад и 5 отдельных батальонов, всего 201 танк и 268 орудий.

В 1966 г. между Египтом и Сирией было подписано соглашение, согласно которому на сирийской авиабазе Дмейр разместились три эскадрильи истребителей МиГ‐17Ф и МиГ‐19С ВВС Египта. Сирийские ВВС имели 36 истребителей МиГ‐21Ф, 100 МиГ‐15бис и МиГ‐17Ф.

5 июня с согласия премьер-министра Эшколя министром обороны Израиля генералом Моше Даяном и начальником Генерального штаба генерал-лейтенантом Ицхаком Рабином было принято решение нанести воздушный и наземный удары. Рано утром самолёты израильских ВВС, находясь над восточной частью Средиземного моря, повернули на юг и нанесли удары по всем аэродромам Египта.

Подготовка к внезапному израильскому авиаудару проводилась в полной секретности. В день начала войны, ранним утром, агенты израильских спецслужб пробрались на крышу посольства США в Тель-Авиве и вывели из строя установленную там антенну слежения, чтобы не дать США возможности засечь вылет израильских самолётов. Сами израильские пилоты узнали о предстоящей операции лишь за 5 часов до авиаудара.

Первоначальный удар по Египту был нанесён в 7 ч. 45 мин. утра. Нападению практически одновременно подверглись 11 египетских авиабаз. В операции участвовало 183 израильских самолёта, что составляло 95 % израильской боевой авиации. К 9 часам утра израильской авиацией было уничтожено 197 египетских самолётов, из них 189 на земле и 8 в ходе воздушных боёв. Было разрушено или повреждено 8 радарных станций. 6 египетских авиабаз в районе Синая и Суэцкого канала были приведены в полную негодность.

После возвращения израильских самолётов на свои базы, их дозаправки и перевооружения, в 10 часов утра по египетским авиабазам был нанесён повторный удар, в котором участвовало 164 самолёта. В ходе этого удара было атаковано 14 авиабаз и уничтожено ещё 107 египетских самолётов.

В ходе двух этих ударов Израиль потерял 9 самолётов, 6 других были серьёзно повреждены. 6 израильских лётчиков погибло, трое ранено и двое попало в плен. В общей сложности было уничтожено 304 из 419 египетских самолётов.

Несмотря на то что египетские базы ВВС ожидали израильского удара, он оказался внезапным, так как был нанесён не на рассвете, когда обычно проводятся такие операции, а в более позднее время утра. Бдительность на египетских базах была несколько ослаблена, патрульные самолёты были сняты с дежурства, а большинство пилотов находилось в столовой.

Первая волна ударов была нанесена по взлётным полосам, что делало практически невозможным взлёт самолётов, а также посадку самолётов, находящихся в небе. Израильские самолёты атаковали авиабазы на египетской территории, проникнув в Египет с запада и севера со стороны Средиземного моря, в то время как египетские радары в основном просматривали территорию к северо-востоку и востоку, предполагая, что израильские самолёты могут атаковать только со стороны израильской границы. Кроме того израильские самолёты летели на предельно малой высоте, недоступной для египетских радаров, и соблюдали полное радиомолчание.

Израильская атака была очень точно скоординирована. Израильские самолёты (разных типов и вылетевшие с разных баз), атаковали египетские аэродромы, находящиеся в различных частях Египта, практически одновременно.

В день израильского нападения египетские ПВО получили приказ не стрелять по пролетающим военным самолётам, поскольку существовало опасение, что может быть сбит самолёт с египетским военным командованием, отправившемся в это утро для инспекции позиций на Синае. Этот приказ усилил замешательство египтян во время израильской атаки.

Примерно в 11 часов дня Израиль стал подвергаться налётам со стороны ВВС Сирии и Иордании. В результате ответного израильского авиаудара по базам ВВС этих стран в 12.45 были уничтожены все ВВС Иордании (28 самолётов) и около половины ВВС Сирии (53 самолёта), а также 10 иракских самолётов.

Всего к концу войны израильтяне уничтожили около 450 самолётов противника, из них 70 в ходе воздушных боёв, а остальные на земле. Сам Израиль потерял 40 самолётов (среди них 6 учебных самолётов реактивных «Фуга СМ.170 Мажистер» действовавших в боях на иорданском фронте).

Разгром ВВС противника в первый же день войны позволил израильским ВВС добиться почти полного господства в воздухе. Практически не встречающие сопротивления бомбардировки арабских колонн и позиций израильскими ВВС, в том числе с применением напалма, были важнейшим фактором деморализации и коллапса египетской, сирийской и иорданской армий.

Утром 5 июня, в день начала войны, пресс-служба армии Израиля заявила, что с ранних часов утра израильская армия вступила в бой с египетской армией, которая начала «продвижение в сторону Израиля».

5 июня развёрнутые вдоль фронта по оси север — юг израильские войска были усилены механизированной дивизией полковника Эхуда Решефа, механизированной дивизией генерал-майора Исраэля Таля, механизированной дивизией генерал-майора Ариэля Шарона, бронетанковой дивизией генерал-майора Авраама Йоффе. Дивизия Таля начала наступление броском Хан-Юнис — Рафах — Эль-Ариш, бригада Решефа двинулась на юг, в Газу, дивизия Шарона усилила давление против укреплений в районе Абу-Агейла — Куссейма. Днём позже Йоффе нанёс удар между дивизиями Таля и Шарона в центр Синая.

6 июня около полудня Газа сдалась Решефу. Шарон, захвативший Абу-Агейлу, отправляет часть своих войск очистить Рафах и Эль-Ариш, с остальными войсками он совершает бросок к ущелью Митла. Йоффе после скоротечного боя восточнее Бир Лахфана успешно атаковал основные египетские силы в центре Синая в Джебель-Либни. Египетский главнокомандующий отдаёт приказ об отступлении всех войск с Синая, что усугубило деморализацию, начатую превентивными воздушными атаками.

7 июня основные силы Таля подошли к Бир-Гифгафу, его северные специальные силы двигались на Румани. Передовая бригада Йоффе, дойдя до восточного края ущелья Митла, оставшись без топлива и боеприпасов, остановилась и была окружена отступавшими египетскими частями. Другая часть бригады двинулась на выручку к окружённым. Шарон вышел к Нахлю, другие подразделения очистили северо-восточный Синай, а воздушный и водно-сухопутный десанты захватили Шарм-эль-Шейх.

8 июня египетские бронетанковые части пытались прикрыть отступление, но были отброшены Талем, продолжавшим давление на Суэцкий канал между Кантарой и Исмаилией. Дивизия Йоффе, воссоединившись, прорвалась через ущелье Митла и подошла к каналу с противоположной от Порт-Суэца стороны. После ускоренного марша через пустыню дивизия Шарона взяла Нахль и последовала за Йоффе в ущелье Митла. Несмотря на остававшиеся в изоляции египетские части, Синай полностью был в руках израильтян.

9 июня Совбез ООН добился прекращения огня. Израиль прекратил огонь немедленно, Египет — на следующий день.

Израильская стратегия предполагала избегать операций против Иордании и Сирии, пока не будет одержана победа на Синайском фронте. В то же время Израиль стремился установить контроль над Иерусалимом. Несмотря на то, что королю Хуссейну было предложено сохранять нейтралитет в обмен на обещание о ненападении, арабское давление заставляло короля вступить в войну, а недавнее соглашение с Насером делало нейтралитет невозможным.

Очевидно, король надеялся, что его дальнобойная артиллерия (155‐мм пушки «Длинный Том»), направленная на Тель-Авив, удержит от нападения Израиль. Однако эти орудия представляли угрозу взлётно-посадочной полосе основной израильской северной авиабазы в Рамат-Давиде. Исходя из этого, после начала обстрела Израилем было принято решение об операциях против Иордании.

5 июня. Первый день. В 8.30 МИД Израиля передал главе Организации ООН по наблюдению за перемирием генералу Буллу письмо для короля Иордании Хуссейна. В письме короля просили воздержаться от вступления в войну и давалось обещание, что в случае неучастия Иордании в войне ей не будет причинено вреда. Письмо было передано королю только в 11.00, но он отверг его, указав, что его самолёты уже на пути к израильским целям.

В Иерусалиме спорадические бои начались в 10.15 утра. В 11.45 иорданский арабский легион начал миномётные обстрелы целей в Западном Иерусалиме, а иорданская артиллерия начала наносить удары по целям к востоку от Тель-Авива и по Изреельской долине.

Подкрепление, направленное бригадным генералом Узи Наркисом командующему центральными силами, позволило тому начать наступление силами трёх бригад. Главными в операции были парашютисты подразделений полковника Мордехая (Моты) Гура. В тот же день они приблизились к стенам Старого города, где гарнизоном командовал иорданский бригадный генерал Ата Али.

6 июня. Второй день. Израильское наступление на Старый город было остановлено сильным и упорным сопротивлением. Тем не менее окружение города было завершено — части танковой бригады захватили Рамаллу на севере, другая бригада заняла Латрун на юго-западе. Впервые после 1947 г. дорога Тель-Авив — Иерусалим была открыта для израильского движения.

7 июня. Третий день. Полковник Гур штурмом взял Старый город. Около полудня был захвачен Вифлеем, чуть позже — Гуш Эцион. Обе стороны принимают предложение Совета Безопасности ООН о прекращении огня с 20.00.

5 июня. Первый день. Израильские Северные силы, возглавляемые генерал-майором Давидом Элазаром, приблизительно составляли две с половиной бригады. К полуночи одна дивизия и усиленная танковая бригада подходили к Дженину.

6 июня. Второй день. В результате тяжёлого сражения Дженин взят.

7 июня. Третий день. Израильтяне, продолжая натиск на Наблус, после кровопролитного сражения овладели им. Сильно поредевшие иорданские силы переправились через реку Иордан, где оставались до прекращения огня.

После разгрома египетских ВВС израильская авиация была перенацелена на Сирию и Иорданию. Около часа дня 5 июня она атаковала авиабазы ВВС Сирии в Дамаске, Сейдкале и другие. Из-за удаленности аэродром Тифор (Т‐4) был атакован только через два часа после начала общего наступления против Сирии. Сирийские ВВС потеряли 61 самолёт, в том числе 10 МиГов — 7 МиГ‐21 и 3 МиГ‐17 — были сбиты израильскими истребителями. Два «мистера» удалось сбить ПВО Дамаска, ещё один «мистер» был сбит четверкой МиГ‐17. Всего же официально признанные потери ВВС Израиля на этом направлении составляют четыре самолёта.

В 1967 г. израильско-сирийская граница протяженностью около 80 км проходила от Галилейского озера до ливанской границы недалеко от гор Хермон и Миела. На границе находились Голанские высоты — идеальное оборонительное сооружение для сирийцев. Начиная с Войны за независимость, основные усилия инженерных частей сирийской армии под управлением советских инструкторов были направлены для укрепления позиций в этом районе. К началу войны там находилась 30‐тысячная группировка сирийских войск при поддержке нескольких сотен танков и артиллерии.

Сирийское командование планировало начать наступление 6 июня, но войска оказались не подготовленными к проведению наступательной операции, а ВВС, понесшие большие потери, оказались небоеспособными. К тому же сирийцам не приходилось рассчитывать и на поддержку египетских войск, понесших на Синайском полуострове большие потери. Поэтому наступление пришлось отменить, а войскам было приказано перейти к обороне.

9 июня в 12 ч. 30 мин. израильские войска в составе шести бронетанковых, двух пехотных и одной воздушно-десантной бригад общей численностью 20 тыс. человек при 250 танках напали на Сирию. Главный удар наносился севернее Тивериадского озера на Эль-Кунейтру, Дамаск, вспомогательный — южнее Тивериадского озера на Рафид. Сирийские войска упорно сопротивлялись, имея превосходство в танках и артиллерии, но уже к вечеру были сломлены и в ночь на 10 июня начали отступление. К концу дня 10 июня израильтяне заняли Голанские высоты и вклинились на территорию Сирии на 26 км.

10 июня Совет Безопасности ООН принял решение о прекращении огня. Однако активные боевые действия израильских войск продолжались. Израильтяне захватывали отдельные высоты, узлы дорог и населенные пункты, тем самым значительно упрочняя свое положение. 11 июня ВВС Израиля бомбили Дамаск и сирийские войска.

Фактически же боевые действия на Сирийском фронте прекратились только 13 июня.

Основная часть военно-морских сил Израиля (включая все эсминцы, подводные лодки и десантные корабли) базировалась на Средиземном море. На Красном море находились 3 торпедных катера и 4 десантных катера (в том числе 2, переброшенные по суше из Хайфы за примерно месяц до войны), а также сторожевой катер полиции и 8 мобилизованных гоночных катеров. На Тивериадском озере находились 3 десантных катера, использовавшихся в качестве сторожевых.

В состав израильского флота входили:

— 3 эсминца: К‐40 «Эйлат» и К‐42 «Яффа» типа Z и эскортный эсминец К‐38 «Хайфа» типа «Хант»;

— 3 подводные лодки, из них только «Танин» полностью боеспособна, «Рахав» не могла погружаться, а «Левиафан» находилась в пути из Англии в Израиль, прибыла уже после окончания боёв, в середине августа;

— 6 танкодесантных кораблей (НАТАК) и 8 десантных катеров LCM:

3 36‐метровых десантных корабля (водоизмещение 122 тонны): П‐51 «Эцион Гевер», П‐53 «Кейсария» и П‐55 «Шекмона»; могли разбираться на две части для перевозки в Эйлат на грузовиках;

3 так называемых «60‐метровых десантных корабля» (водоизмещение 730 тонн): П‐61 «Ашдод», П‐63 «Ашкелон», П‐65 «Ахзив»;

— 8 десантных катеров LCM (НАМАХ) — 1 в Хайфе (ещё 2 были переброшены в Эйлат), 4 в Эйлате (включая прибывшие из Хайфы) и 3 на Кинерете;

— 10 торпедных катеров, в том числе 8 боеспособных (5 — на Средиземноморье, 3 в Эйлате) и 2 на ремонте:

среди катеров на Средиземноморье — 6 французских ТКА типа Меулан 62 тоннны. 3 катера в Эйлате — итальянские ТКА типа «Baglieto»;

— 8 мобилизованных рыболовецких судов.

В начале Шестидневной войны военное руководство Израиля поставило перед ВМС Израиля задачу — нанести удар по военно-морской базе Египта в Порт-Саиде.

Для осуществления операции были выделены эсминец «Яффа», несколько торпедных катеров и подразделение коммандос «Шайетет 13», которых предполагалось доставить с помощью так называемых «живых торпед» типа «Малайя».

В ночь на 5 июня 1967 г. отряд израильских судов в составе эсминца и нескольких торпедных катеров приблизился к Порт-Саиду, где был был встречен перед волнорезом двумя египетскими ракетными катерами типа «Оса» (пр. 205). Израильтяне открыли по ним огонь из 20‐мм пушек, и арабы поспешно повернули назад в гавань, не сделав ни одного выстрела. Оба катера египтян «Оса» были повреждены.

Затем израильские водолазы безуспешно пытались установить местонахождение трёх египетских торпедных катеров и трёх специальных судов по борьбе с подводными лодками, которые должны были находиться в порту Порт-Саида, кроме двух ракетных катеров «Оса». Водолазам удалось обнаружить только два нефтеналивных танкера, которые они не стали подрывать по невыясненным обстоятельствам.

В ночь с 5 июня на 6 июня 1967 г. израильская подводная лодка «Танин» с морскими диверсантами на борту проникла в тщательно охраняемую акваторию морской базы в Александрии.

Группа израильских водолазов (6 бойцов из «Шайетет 13») с зарядами для подрыва египетских военных судов, вышла через люк подводной лодки и пробралась вглубь порта.

По сведениям израильтян, еврейские морские диверсанты потопили 2 ракетных катера противника типа «Оса» и повредили 2 египетские подводные лодки прямо у причальных стенок. Египтяне же утверждают, что израильским боевым пловцам удалось подорвать только старую землечерпалку и баржу, а также повредить плавучий док.

Во время акции израильская подводная лодка была обнаружена гидроакустикой стоявшего у входа в гавань египетского эскадренного миноносца «Суэц», который непрерывно наносил удары глубинными бомбами.

6 июня подводная лодка обнаружила и атаковала вышедший в базовый дозор египетский фрегат «Эль Тарик». «Танин» произвела два двухторпедных залпа, но в обоих случаях вахта фрегата своевременно обнаруживала следы идущих торпед и египетский корабль маневрированием уклонялся от них. Затем «Эль Тарик» сам перешёл в контратаку, сбросив в место предполагаемого пуска торпед 8 глубинных бомб. В результате вышла из строя лодочная ГАС.

Тем не менее «Танину» удалось уйти, и 9 июня она вернулась на базу в Хайфу. Египтяне же утверждали, что потопили подлодку.

Подлодка «Танин» ждала водолазов почти до рассвета, прежде чем выйти в открытое море, но водолазы не возвратились. Не удалась и попытка экипажа «Танина» подобрать их по истечении суток, как было условлено на случай, если водолазы не уложатся в установленное время или перед ними возникнут непредвиденные трудности.

Дело в том, что в полдень 6 июня четверо израильских водолазов были замечены арабами в воде вблизи яхтенной гавани восточнее Александрии и взяты в плен. Ещё двое израильтян были схвачены 4 часа спустя, когда пытались овладеть моторной лодкой и бежать на ней.

На следующее утро 6 июня после нападения авиации на Порт-Саид, египтяне, в страхе перед израильскими ударами, поспешно увели свой флот из зоны военных действий. Атака израильских военных кораблей достигла важной цели: был предотвращен обстрел Тель-Авива с моря ракетами П‐15 с радиусом действия 35 миль. Этими ракетами были оснащены 18 советских ракетных катеров, переданных СССР Египту.

7 июня израильтянами был захвачен Шарм-эль-Шейх, планировалась помощь ВМС при захвате Эль-Ариша, но из-за быстрого продвижения сухопутных сил Израиля она не понадобилась. Также не был осуществлён рейд на Хургаду.

На 2 июня 6‐й флот имел в своем составе 2 авианосца, 2 крейсера, 16 эсминцев, 3 подводные лодки, 4 тральщика, вспомогательные суда и не менее восьми десантных судов с двумя тысячами морскими пехотинцами на борту.

3 июня из Черного моря в Средиземное двумя отрядами прошли три боевых и два вспомогательных судна. В первом отряде было четыре судна, во втором — ещё одно. Первый отряд возглавляло вспомогательное судно с бортовым номером 7011, на борт которого сел турецкий лоцман, помогавший осуществить проводку кораблей, которые сформировали линию приблизительно в три мили длиной. За вспомогательным судном следовал БРК пр. 56М «Прозорливый», за ним эсминец пр. 56 «Пламенный» и замыкал отряд БПК пр. 61 «Отважный». В этот же день Проливы прошло ещё одно вспомогательное судно с бортовым номером 7035.

К 5 июня в Средиземном море насчитывалось 10 советских подводных лодок: 2 атомных ПЛАРК К‐131 и АПЛ К‐52, 8 торпедных дизельных: четыре пр. 641, в том числе Б‐4, Б‐109, одна пр. 633 С‐38, три пр. 613 (С‐100, С‐154 и С‐160). Находящаяся в Адриатическом море ПЛАРК К‐131 с восемью крылатыми ракетами П‐6 в полночь с 5 на 6 июля получила приказ идти к израильским берегам и быть готовой нанести удар по береговым целям.

АПЛ проекта 627А К‐52 в ночь с 5 на 6 июня прибыла в район Тель-Авива. По обнаруженной авианосной ударной группе США несколько раз выходили в учебную торпедную атаку. На лодке закончилось продовольствие, но только в ночь с 10 на 11 июля К‐52 пополнила запасы провизии и регенерации с плавбазы Магомет Гаджиев на рейде Александрии.

6 июня в состав 14‐й эскадры в Средиземное море прибыла группа из пяти подводных лодок (четыре пр. 641, в том числе Б‐7, Б‐31, Б‐34, и одна пр. 611 Б‐74) и плавбаза «Федор Видяев» 179‐й дивизии подводных лодок (ДПЛ) Северного флота.

Интересен рассказ И.М. Капитанца, находившегося в самом начале войны на эсминце «Настойчивый»: «2 июня мы стали на якорь у острова Мальта в районе Ла-Валетты. Только собрались немного отоспаться, половить рыбу, вдруг из Главного штаба шифровка: “Возможна угроза воздушного нападения! Корабль привести в полную боевую готовность, организовать оборону рейдовой стоянки… Пакет №… вскрыть!”»[40]

Еще перед началом боевых действий на Средиземном море из состава Черноморского флота были направлены крейсера «Дзержинский» и «Кутузов». Среди моряков ходили слухи, что в период кризиса на борт крейсера «Слава» были приняты снаряды с ядерной боевой частью. Подтвердить или опровергнуть эту информацию я не могу, хотя склоняюсь к тому, что все-таки снаряды были. Во всяком случае, доподлинно известно, что из Севастополя был направлен специальный транспорт со снарядами для крейсера «Слава». «Перегрузка снарядов в рейдовых условиях в районе острова Крит потребовала больших усилий для личного состава корабля и транспорта»[41]. Видимо, на этом транспорте и были доставлены специальные снаряды. Иначе зачем гонять транспорт? На крейсере что, отсутствовал боекомплект? Ведь «Слава» в Средиземном море учебных стрельб не вел!

Советские артиллерийские крейсера неотступно следовали за авианосцами 6‐го флота «Америка» и «Саратога». Как рассказывали моряки, в случае подготовки к взлету большой группы штурмовиков крейсера должны были расстрелять авианосцы.

Интересно, каковы были шансы крейсеров пр. 68бис в бою с авианосцами? Общеизвестно, что за всю Вторую мировую войну авианосцы всего лишь два раза попадали под огонь крупных надводных кораблей. 8 июня 1940 г. германские линейные корабли «Шарнхорст» и «Гнейзенау» потопили британский авианосец «Глориес» у берегов Норвегии, а в 1944 г. японцам удалось нанести повреждения американским эскортным авианосцам в заливе Лейте.

В 1960–1980‐х гг. у крупных артиллерийских кораблей в океане не было ни одного шанса в бою с авианосцами. Иное дело — Средиземное море, где советские и американские корабли находились на расстоянии нескольких километров, а то и сотен метров друг от друга.

Наши крейсера пр. 68бис во время слежения находились в боевой готовности № 2 или № 1, что позволяло через 15 секунд после получения приказа открывать по противнику огонь главным калибром. Предполагалось, что за несколько минут интенсивной стрельбы крейсер выведет авианосец из строя. Для последнего боя крейсеру отводилось всего 5 минут. Даже учитывая фактор внезапности, предполагалось, что через несколько секунд по крейсеру открыли бы ответный ракетно-артиллерийский огонь корабли охранения.

«Если обстановка в начале войны и в первые минуты боя развивалась “благоприятно”, перед командиром крейсера вставала дилемма: как стрелять? Если поражать взлетную палубу, нужно вести огонь по навесной траектории издалека — с 80–90 кабельтовых, а с этих дистанций попаданий будет мало. Если приблизиться почти вплотную и стрелять в упор, по настильной траектории, то палуба могла бы остаться малоповрежденной. Если угол встречи снаряда с взлетно-посадочной полосой оказывался менее 20 градусов, то возможен был рикошет. А если целиться чуть ниже, то в этом случае все снаряды легли бы в борт и, возможно, вызвали обильные пожары. А далее как могли бы развиваться события и осталась бы у авианосца способность отправлять в небо самолёты — одному Богу известно…

Еще одна особенность позволяла надеяться в “последнем бою” именно на крейсера проекта 68бис. Крейсера обладали большой боевой устойчивостью. Рациональное бронирование и хорошо продуманная защита важных центров, высокая живучесть корпуса и главного оружия корабля — 152‐мм артустановок, наличие двух центральных постов, двух дальномерных постов, двух РЛС управления артогнем, дублирование систем наводки, заряжания и механизмов башен, возможность перехода полностью на ручное управление — все было рассчитано на получение тяжёлых повреждений. Корабль практически создавался для боя и в отличие от современных ракетно-артиллерийских кораблей мог выдерживать повреждения различной степени тяжести. Живучесть артиллерии главного калибра была очень высокой. Крейсер мог продолжать вести огонь главным калибром полностью обесточенный, буквально только руками матросов и даже в состоянии, когда бронированные башни уходили бы под воду. Уникальные кораблестроительные и огневые возможности корабля непременно бы сыграли свою роль в схватке с авианосцем»[42].

От себя добавлю, что по тактико-техническому заданию (ТТЗ) башни главного калибра пр. 68бис должны были сохранять боеспособность при воздушном взрыве мощностью одна мегатонна на дистанции 700 м. Ну, это требование ТТЗ вряд ли бы выполнилось, но в целом живучесть крейсеров пр. 68бис в условиях ядерной войны была куда выше, чем у авианосцев.

Ну а в ходе вьетнамской войны американские авианосцы пылали, как огромные костры, из-за взрыва маленькой НУР под крылом штурмовика, а потом шли в капитальный ремонт на много месяцев.

Советские корабли плотно опекали американские авианосцы. С утра 2 июня АУГ во главе с авианосцем «Америка» сопровождал БПК пр. 61 (бортовой номер 381), к нему по возможности и мере необходимости присоединялись и другие советские корабли. Как-то их число дошло до четырёх в зоне видимости, одним из которых было разведывательное судно. Американцы пытались отогнать наши суда, но те не отставали. В результате этого маневры кораблей относительно друг друга становились опасными. Так, в один из моментов маневрирования БПК с бортовым номером 381 прошел в 150 метрах от носа эсминца «Уильям С. Лоу» DD 763.

7 июня в 13 ч. 30 мин. (в 11 ч. 30 мин. по мадридскому времени) командующий 6‐м флотом вице-адмирал Уильям И. Мартин с борта флагманского корабля 6‐го флота крейсера «Литлл Рок» CLG-4 послал сообщение советскому БПК пр. 61 с бортовым номером 381, сопровождавшему авианосец «Америка» CVA‐66, на русском и английском языках: «Ваши действия за прошедшие пять дней затрудняют проведение наших операций. Занимая позиции внутри строя наших кораблей и неотступно следуя за нашим движением, вы посягаете на свободу передвижения в открытом море, традиционно соблюдавшуюся мореплавателями на протяжении столетий. Через несколько минут авианосная группа начнет маневрирование на высоких скоростях, постоянно меняя курс. Сохранение вашего местонахождения создаст опасность как для вашего корабля, так и для кораблей нашей группы. Я требую от вас без промедления покинуть наш строй и прекратить ваши опасные действия».

После этого советский БПК № 381 отстал от авианосца, но уже поздним вечером 7 июня однотипный первому кораблю БПК пр. 61 «Отважный» (бортовой номер 383) прибыл на замену и начал сопровождать авианосец и его окружение.

Замечу, что наши БПК пр. 61 не зря так близко подходили к американским авианосцам и другим кораблям. Их артиллерийское вооружение (две спаренные 76‐мм артустановки АК‐276) было довольно слабым. Так что оружием их первого удара были 533‐мм торпедные аппараты и ЗУР «Волна» (время реакции 5 секунд).

Важную роль в слежении за американцами играли и разведывательные суда, внешне похожие на рыболовные траулеры. Так, в районе к западу от Гибралтарского пролива и непосредственно у испанской военно-морской базы Рота за американскими атомными подводными лодками следило судно «Краб». В районе Тунисского пролива за подводными лодкам следил разведывательный корабль «Белуга».

Еще одно судно пр. 393А — «Лоцман» — «пасло» с 30 мая по 7 июня 1967 г. американский авианосец «Саратога». Когда разведывательное судно подошло слишком близко к авианосцу, взлетевший с него истребитель-бомбардировщик F‐8 спикировал на него и сбросил на палубу… несколько рулонов туалетной бумаги.

4 июня 1967 г. к берегам Синая приблизилось американское разведывательное судно «Либерти». После полудня 8 июня стояла ясная солнечная погода. Американец находился в 21 км от берега. Внезапно «Либерти» был атакован четверкой израильских истребителей, обстрелявших корабль неуправляемыми ракетами и огнем бортовых пушек.

Почти одновременно появились три израильских торпедных катера Т‐203, Т‐204 и Т‐206, вооруженных двумя 450‐мм торпедными аппаратами, а также двумя 40‐мм и 20‐мм автоматами.

«Либерти» дал несколько очередей из двух 12,7‐мм автоматов. Тем не менее большой, тихоходный («Либерти» шел 5‐узловым ходом) и маломаневренный корабль представлял идеальную цель для торпедных катеров. Однако израильтяне ухитрились «мазать» с достаточно близких дистанций.

Так, Т‐204 с дистанции 2000 м выпустил одну торпеду, но она затонула по пути к цели. Т‐206 выпустил две торпеды с дистанции 1000 м и 550 м, и оба раза промазал. Наконец, Т‐203 с 2 км выпустил две торпеды, и одна все-таки попала в «Либерти». Всего нападение с воздуха и торпедная атака заняли 20 минут.

Из 294 человек команды «Либерти» было убито 34 и ранено свыше 170 человек, включая капитана.

Любопытно, что «Либерти» долго не мог связаться с кораблями 6‐го флота, поскольку радиотехнические средства Израиля глушили все передатчики американцев. Наконец удалось сообщить о случившемся на авианосец «Саратога». Там оперативно подняли в воздух соединение истребителей и штурмовиков. Одновременно президент США Джонсон по «горячей линии» позвонил председателю Совета министров СССР Косыгину и сообщил, что самолёты не собираются бомбить Египет, а лишь защищают американский корабль. (Как же нас тогда уважали — янки спрашивали разрешения, кого бомбить, а кого нет. Сейчас это ненаучная фантастика!). Косыгин через несколько минут перезвонил и сообщил, что информация об инциденте передана президенту Насеру.

Однако ещё через несколько минут Белый дом приказал вернуть самолёты на «Саратогу».

Следует отметить, что до сих пор (на ноябрь 2023 г.) вся информация о нападении на «Либерти» строго засекречена как в США, так и в Израиле. Если верить современным американским журналистам, расследование инцидента в США даже не производилось. Израиль просто выплатил небольшие компенсации пострадавшим морякам и семьям погибших.

Таким образом, ни США, ни Израиль даже не дают официальной версии случившемуся. Большинство военно-морских историков считают, что Израиль не хотел, чтобы США знали о ходе боевых действий, и намеренно атаковал «Либерти».

Однако кое-где проскальзывает версия о том, что израильтяне перепутали и приняли «Либерти» за советский разведывательный корабль. Вспомним, что где находился наш третий разведчик, до сих пор неизвестно. О начале конфликта в Кремле знали заранее, и неужели они не отправили разведывательный корабль к берегам Синая!

Любопытно, что американские эсминцы подошли к полузатопленному «Либерти» лишь утром 9 июня. А вот поздно вечером помощь американцам предлагало советское судно. Капитан «Либерти» по понятным причинам отказался от помощи русских. Так что это был за корабль? Очевидец с «Либерти» утверждает, что это был эсминец, который находился вблизи «Либерти» до самого рассвета и ушел лишь после появления на горизонте американских кораблей. Отечественные независимые исследователи утверждают, что никаких наших эсминцев у берегов Синая не было, а таинственный русский корабль был, скорее всего, грузовым судном.

Но ведь наши разведывательные корабли так были похожи на грузовые суда! Так что присутствие советского разведывательного корабля ставит все точки над «i». Израильтяне перепутали разведывательные суда, а может, кто им и помог играть в «обознатушки»?

В ходе «шестидневной войны» у берегов Египта курсировали разведывательные суда: проекта 393 «Лоцман», «гидрографические суда» проекта 391 ГС‐36 «Атлас», «Океанограф» и ГС‐55.

В ходе войны израильские войска нанесли серьёзное поражение Египту, Сирии, Иордании и палестинским вооружённым формированиям, оккупировали Синайский полуостров, сектор Газа, Голанские высоты и Западный берег реки Иордан общей площадью 68,5 тысяч квадратных километров.

Арабские потери, по данным Британского института стратегических исследований, составили: 40 тысяч человек убитыми, ранеными и пленными, около 900 танков, более 1 тысячи стволов артиллерии, более 400 боевых самолётов. Наибольшие потери понёс Египет — 80 % от всего имевшегося военного снаряжения и боевой техники. Только на Синайском полуострове в результате эффективного применения израильтянами бригадных тактических групп (на базе штатной бронетанковой бригады) египтяне потеряли около 17 тысяч человек личного состава и 709 танков, из которых 100 были захвачены в полной исправности и с неизрасходованным боекомплектом и около 200 — с незначительными повреждениями и неисправностями.

Безвозвратные потери Египта составили 11,5 тысяч человек; в плен попало 5,5 тысяч египетских военнослужащих. Потери Сирии — 50 самолётов и 50 танков, Иордании — более 20 самолётов и 150 танков, Ирака — 2 самолёта, не считая 18 самолётов, повреждённых на аэродромах.

Президент Насер сделал умный ход — взял на себя ответственность за все неудачи на фронте и заявил, что уходит с поста президента. Ночь самоотставки Насера стала самой «шумной» за все дни войны. Десятимиллионный Каир непрерывно скандировал: «На-сер! На-сер! На-сер, не уходи!»

Распространялись самые противоречивые слухи — от самоубийства президента до международного империалистическо-сионистского заговора против свободолюбивого египетского народа, который якобы станет реальностью в случае ухода «раиса» (по-арабски — президент, руководитель). Утро стало победой Гамаля Абделя Насера. В глазах большинства арабов он предстал настоящим героем, выигравшим «шестидневную» войну.

Израильские потери во время войны 1967 г. составили: около 800 человек убитыми, 700 человек ранеными, около 100 танков и 48 боевых самолётов.

В ходе войны Советский Союз направил к берегам Египта оперативную эскадру ВМФ из состава Черноморского флота: 1 крейсер, до 9 эсминцев, до 3 подводных лодок. Вскоре к ней присоединилась группа кораблей и подводных лодок из состава Северного флота. Эскадра увеличилась до 40 боевых единиц, в том числе 10 подводных лодок. Корабли находились в боевой готовности с 1 по 31 июня 1967 г. и базировались в египетском порту Порт-Саид.

Им противостояли корабли 6‐го флота США — 2 авианосца («Америка» и «Саратога»), 2 крейсера, 4 фрегата, 10 эсминцев, несколько подводных лодок. Эти силы в случае обострения обстановки могли быть усилены со стороны Великобритании.

10 июня СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем и по прямой линии связи с Вашингтоном довел до мирового общественного мнения, что если Израиль не прекратит военные действия, то Советский Союз «не остановится перед принятием мер военного характера».

Лишь в XXI веке в Интернете появились некоторые подробности советского ультиматума.

Так, в Восточное Средиземноморье были направлены атомные подводные лодки К‐172 и К‐131 пр. 675, а также атомная подводная лодка К‐52 пр. 627А. Лодки проекта 675 имели на борту крылатые ракеты П‐6 со спецзарядами мощностью в одну мегатонну. Лодка К‐52 была торпедная.

В случае необходимости предполагалось нанести удар ракетами П‐6 по Израилю. Надо ли говорить, что оное государство было бы полностью уничтожено. При этом радиоактивные осадки неминуемо выпали бы на территориях соседних арабских стран, вне зависимости от силы и направления ветра.

Информацию об этом я нашёл в статье «СССР в войне против Израиля: жуткая правда событий 1967 г.»[43].

А может, это фейк? Увы, об этом знал где-то в 1991 г., но сослаться мне было не на что.

Видимо, в США и Израиле узнали о П‐6 на наших подводных лодках, и 10 сентября израильтяне прекратили огонь на всех фронтах.

Через несколько дней после окончания войны из СССР начались массированные переброски оружия, снаряжения и инструкторов в Египет и Сирию. Была выделена чрезвычайная экономическая помощь. Уже 14 июня в Египет для «моральной поддержки» прибыла эскадрилья бомбардировщиков Ту‐16. Вслед за ней по воздушному мосту в ОАР стала перебрасываться другая советская военная техника и оружие. Только в октябре 1967 г. в Египет было доставлено: 100 истребителей МиГ‐21, 50 — МиГ‐19, 60 — Су‐7 и 20 бомбардировщиков Ил‐28.

В результате победы армии Израиля в Шестидневной войне в 1967 г. в руках еврейского государства оказались Синайский полуостров, Западный берег реки Иордан и Голанские высоты.

В ноябре 1967 г. Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию 242, которая призывала Израиль уступить захваченные территории в обмен на завершение состояния войны.

Однако резолюция 242 не устроила ни Израиль, ни палестинцев, поэтому египетский лидер Гамаль Абдель Насер заявил, что у него нет иного выбора, кроме как «поддержать храбрых борцов сопротивления, которые хотят освободить свою землю».

Насер полагал, что если подвергать еврейское государство частым ударам из артиллерии, атакам диверсантов и авиации, это вынудит неприятеля постоянно держать под ружьём большое количество резервистов, что тяжело скажется на экономике Израиля и сделает его более уступчивым. Египетский президент отдал приказ о начале постоянных артобстрелов израильских позиций на восточном берегу Суэцкого канала.

В сентябре 1968 г. Египет подверг контролируемый израильтянами восточный берег Суэцкого канала массированному артобстрелу, в результате которого погибло 10 израильских солдат и 18 получили ранения. 26 октября произошёл новый мощный артобстрел израильских позиций, который привёл к гибели 13 израильтян, 34 человек получили ранения.

В ответ ЦАХАЛ обстрелял города Суэц и Исмаилию и нанёс новый удар по остаткам нефтеперерабатывающего завода.

В ночь с 31 октября на 1 ноября 1968 г. 14 израильских десантников в ходе операции «Шок» высадились с вертолётов в глубине египетской территории, в сотнях километров от Суэцкого канала. Они взорвали стратегический мост через Нил и крупную, незадолго до того построенную советскими специалистами электротрансформаторную подстанцию в Наг Хаммади.

Это действительно вызвало шок у египетского руководства. Ведь ближайший израильский аэродром находился в 700 (!) километрах. Израильское командование посадило два тяжёлых вертолёта «Супер Фрелон» на два торговых судна в Шарм-эль-Шейхе, суда подошли к египетскому берегу в Суэцком заливе и выпустили вертолёты.

В феврале 1969 г. Насер объявил об окончании ноябрьского прекращения огня. 8 марта 1969 г. египетская артиллерия вновь подвергла израильские позиции массированному обстрелу. В операции также принимали участие самолёты МиГ‐21. Израильская артиллерия открыла ответный огонь.

9 марта 1969 г. в результате прямого попадания израильского снаряда в блиндаж в районе Исмаилия погибли начальник египетского Генштаба генерал Абдул Риад и несколько сопровождавших его офицеров, прибывших на передовую для ознакомления с ситуацией на месте.

После этого артиллерийские дуэли стали регулярными. ВВС Израиля атаковали артиллерийские и ракетные батареи ПВО Египта. Израиль нёс небольшие, но регулярные потери. За май, июнь и июль погибло 47 израильских солдат, 157 было ранено, потери египтян были значительно больше.

23 июня 1969 г. формально объявлена президентом Египта Насером война на истощение против Израиля: «Я не могу сегодня захватить Синайский полуостров, но я могу сломать дух израильтян, ведя войну на истощение».

Египет сконцентрировал у канала до тысячи стволов артиллерии. Насер объявил, что 60 % укреплений линии Бар-Лева уничтожено. На самом деле большая часть укреплений уцелела.

В ночь с 19 на 20 июля отряд израильского спецназа («Сайерет Маткаль») и морских десантников высадился на острове Грин (Зелёный) в Суэцком заливе.

В начале ХХ века англичане построили бетонный форт на коралловых рифах. Длина острова Грин 145 м, ширина 65 м. Весь остров забетонирован. Гарнизон острова — до 75 человек. На острове находились четыре 85‐мм зенитных пушки, два 37‐мм автомата, а также 14 пулемётов. На пятиметровой вышке располагалась РЛС.

По израильским данным, было уничтожено до 60 египтян, подорвано 85‐мм орудие и РЛС. Потери израильтян составили 6 человек.

9 сентября 1969 г. десантная группа израильской армии, состоявшая из шести танков Т‐54 и трёх бронетранспортеров БТР‐50, на трёх десантных кораблях ВМФ пересекла Суэцкий залив под прикрытием «миражей» и, «круша всё на своем пути», прошлась по побережью залива на расстояние в 50 км. В течение 9 часов израильские танки уничтожали попавшиеся им по дороге транспортные средства египетской армии, РЛС, наблюдательные пункты, армейские склады и лагеря. То, что не успели разрушить танки, было добито штумовиками «скайхок», которые легко уничтожили удалённые друг от друга и незащищённые радиолокационные станции египтян в пустыне за Суэцким заливом. Потери Египта составили более 150 человек только убитыми, ЦАХАЛ потерял один из «скайхоков», пилот погиб. Эта операция создала ещё одну зияющую брешь в системе ПВО Египта.

Тотальное господство в воздухе позволило израильским штурмовикам выполнять свои задачи практически без помех. Сеть египетских радаров насчитывала 47 станций советского производства. Почти все они были уничтожены. Несколько египетских радиолокационных станций находились на территории Иордании для раннего обнаружения израильских самолётов. Они также были уничтожены.

11 сентября 1969 г. ВВС Египта попытались нанести ответный удар, но потеряли 11 МиГов, не нанеся какого-либо ущерба израильтянам.

Израильская разведка выявила местонахождение радара П‐12ПМ советского производства: оказалось, что он установлен в районе Исмаилии, точнее, в расположении египетской армейской базы Рас-Ариб. 24 октября 1969 г. израильские самолёты разбомбили установку в том месте, которое указали разведчики. А через несколько часов выяснилось, что радар действует. Оказалось, что разбомблённый радар был муляжом. Настоящий же размещён в другом месте.

В район Суэцкого канала был направлен самолёт-разведчик, осуществивший аэрофотосъёмку. Снимки показали, что примерно в десяти километрах к западу от Рас-Ариба появились два новых объекта. А именно — бедуинские шатры.

Именно в этих шатрах были спрятаны два вагончика с радарной установкой. Более того, судя по сделанным с воздуха фотоснимкам, в районе размещения радара египтяне не установили ни наземной, ни противовоздушной защиты, как принято в таких случаях, очевидно, соблюдая строгую конспирацию. Шатры были разбиты в безлюдном месте, к ним не вела ни проселочная дорога, ни даже протоптанная тропа.

Все данные были внимательнейшим образом изучены и проанализированы. Удалось выяснить, что в одном из бедуинских шатров установлен собственно радар со всеми его датчиками, антеннами и экранами, а в другом — система связи и система питания, которая получала ток от генераторов, расположенных в подземном бункере.

В ЦАХАЛе понимали, что добраться до радара крайне сложно, поэтому его решили уничтожить с воздуха. Операция была спланирована чётко и точно, но когда самолёты уже вышли на взлётную полосу, они неожиданно получили приказ заглушить двигатели. Дело в том, что у армейского командования возник более смелый план — не уничтожить радар, а похитить его и доставить в Израиль.

Операция по похищению П‐12ПМ получила кодовое название «Тарнеголь 53» («Петух» в переводе на русский).

Израильские десантники прилетели ночью на трёх вертолётах «Супер Фрелон» и быстро захватили позицию. Египтян (их отряд состоял всего из 10 солдат) удалось застать врасплох, несколько из них погибли в перестрелке, остальных израильтяне взяли в плен. Радар был разобран. Один вертолёт нёс часть весом 4 тонны. Второй поднял блок связи и антенну, общим весом 2,5 тонны.

Радарная установка была передана экспертам технической разведки ВВС в самом лучшем виде. Те сумели «вытащить» из неё информацию, позволяющую понять выработанную советским командованием концепцию противовоздушной защиты. На основе этой информации ЦАХАЛ разработал средства электронной защиты от радарных установок советского производства, которые находились на вооружении соседских арабских армий. Чуть позднее радар П‐12ПМ был переправлен в США для изучения американскими экспертами.

Израиль не распространялся о своём успехе. Однако иностранные СМИ всё же добыли информацию и рассказали об этой дерзкой операции «в голливудском стиле». А в европейской прессе даже появились карикатуры, изображающие израильские вертолёты, несущие через границу египетские пирамиды.

В середине июня 1967 г. в Москве приняли решение сформировать на Средиземном море 5‐ю оперативную эскадру. 14 июля Главнокомандующий ВМФ подписал приказ № 0195, в котором говорилось: «С сего числа считать сформированной для несения боевой службы на Средиземноморском театре 5‐ю Средиземноморскую эскадру кораблей ВМФ СССР. Место дислокации — Средиземное море».

Тут следует заметить, что к середине 1960‐х гг. в ВМФ сложилась новая форма поддержания сил в высшей степени боевой готовности в мирное время — боевая служба. Её содержание заключалось в том, чтобы мероприятиями и действиями флота, проводимыми по единому замыслу и плану, предотвратить внезапное нападение или ослабить до минимума возможные ракетно-ядерные удары ВМС США и НАТО. Эта цель могла быть достигнута при своевременном обнаружении атомных подводных лодок с баллистическими ракетами и авианосно-ударных соединений противника и уничтожении первых до старта ракет, а вторых — до массового подъема палубной авиации в воздух. Заблаговременное развертывание части боевых сил ВМФ в определенных акваториях морей и океанов для немедленного их применения в случаях неконтролируемого развития военно-политических кризисов стало объективной необходимостью.

Вообще говоря, штаб эскадры (в/ч 51215) существовал уже с 3 июля 1967 г., о чем свидетельствует приказ командира эскадры № 01 от этого числа «О вступлении в должности офицеров управления 5‐й эскадры кораблей ВМФ». В соответствии с этим приказом в состав управления вошли 20 человек, среди них: командир эскадры — контр-адмирал Петров Борис Федорович; заместитель командира эскадры — контр-адмирал Рензаев Николай Федорович; начальник штаба — капитан 1‐го ранга Платонов Виталий Васильевич.

В 10 ч. 00 мин. 9 июля 1967 г. штаб эскадры на борту эсминца «Благородный» под флагом первого заместителя Главкома ВМФ адмирала флота В.А. Касатонова вышел из Севастополя в Средиземное море, а 12 июля в порту Александрия перешел на борт большого противолодочного корабля (БПК) «Комсомолец Украины». В 10 ч. 00 мин. 13 июля 1967 г. было установлено оперативное дежурство по 5‐й эскадре. На следующий день, 14 июля, командир эскадры вступил в управление кораблями эскадры, которые находились в Средиземном море: крейсер «Дзержинский», плавбаза «М. Гаджиев», атомная подводная лодка К‐21, 9 дизельных подводных лодок, большие противолодочные корабли «Комсомолец Украины» и «Отважный», эсминцы «Гневный», «Прозорливый», «Серьезный», «Благородный», «Пламенный», сторожевой корабль «Ворон», морской тральщик «Казарский», 4 десантных корабля, 3 спасательных судна и 3 танкера.

Следует заметить, что с июля 1967 г. крейсер «Дзержинский» посетил прифронтовой город Порт-Саид. «Дзержинский» стал на бочках в Суэцуком канале «напротив управления Суэцким каналом. Рядом находились три больших противолодочных корабля, а у причала — несколько десантных кораблей, доставивших в Порт-Саид усиленный батальон морской пехоты. Боевая техника — танки, бронемашины и батальон разместились на берегу в готовности отразить нападение израильтян. Линия фронта проходила очень близко — по Суэцкому каналу, точнее — по левому берегу канала в районе города Порт-Саид. Небольшой клочок земли длиной километров 5 и шириной до трёх километров находился в руках у египтян. С сигнального мостика в бинокль хорошо просматривались позиции воюющих сторон, правда, никакой стрельбы не было, солдаты спокойно ходили и несли дежурство на укрепленных позициях. С приходом советских кораблей прекратились бомбардировки и обстрелы города, население восторженно приветствовало нас, заполняя набережную канала тысячными толпами…

Перво-наперво надо было уберечь Порт-Саид и Александрию от бомбардировок, и советские моряки с этой задачей справились. Каждый взлет израильского самолёта фиксировался локаторами “Дзержинского”, дальнейший полет истребителей или бомбардировщиков отслеживался радиолокационными станциями. Ракеты на кораблях подавались на пусковые установки, крейсер был готов поразить любую воздушную цель в своей зоне ПВО»[44].

Еще 25 мая 1967 г. 4 роты морской пехоты с ротой плавающих танков на БДК пр. 1171 вышли из базы Балтийск в Средиземное море.

«С завершением перехода по маршруту корабли в составе ДЕСО (ЭМ “Стремительный”, БДК пр. 1171, танкер “Шексна”) вошли в Порт-Саид. Затем подразделения 2‐го батальона (упр. 2 БМП, 5 РМП, взвод ПТУР и хозвзвод) осуществили погрузку на БДК пр. 1171, где находилась 4‐я РМП гв. капитана В.Д. Стебловского. На этом корабле 2‐й батальон выполнял задачи боевой службы в течении трёх с лишним месяцев, постоянно отрабатывая вопросы готовности к высадке и ведения боевых действий на борту.

После прибытия на смену батальона МП Черноморского флота 2‐й батальон БФ получил задачу совершить переход морем в Севастополь, затем погрузиться на железнодорожный эшелон и совершить марш к месту постоянной дислокации в ВМБ Балтийск»[45].

Несмотря на объективные трудности первых дней, штаб эскадры достаточно быстро вошел в курс событий и надежно, со знанием дела руководил деятельностью кораблей, практически непрерывно находящихся на ходу. Ввиду того, что в Средиземном море находилось достаточно большое количество боевых кораблей и вспомогательных судов (например, с 14 июля 1967 г. по 1 января 1968 г. боевую службу прошли 115 кораблей и судов, из них 36 подводных лодок, 54 боевых надводных кораблей и 25 судов обеспечения).

Несколько слов стоит сказать и о снабжении советских кораблей в Египте в 1967–1969 гг.

Боевая служба вспомогательных кораблей на Средиземном море началась в июне 1964 г. Директивой штаба Черноморского флота от 11 июня 1964 г. ставилась конкретная задача Тылу флота и отрабатывалась организация по подготовке сил боевой службы к обеспечению их в Средиземноморской зоне. Этой же директивой предписывалось для организации снабжения всеми видами материальных средств сил боевой службы создать группу судов снабжения в составе танкера «Золотой рог», «Водолей 19», водолея «Сура», рефрижераторного судна «Руза», МБ‐16 и Плавмастерской-26.

Приказом начальника Управления вспомогательных судов и аварийно-спасательной службы флота (УВС и АСС) от 27 июня 1964 г. было сформировано нештатное Управление группы судов снабжения. Командиром группы судов снабжения назначался командир 467‐го дивизиона судов снабжения капитан 2‐го ранга Н.И. Киреев. С целью улучшения качества планирования и материально-технического обеспечения кораблей и подводных лодок, несших боевую службу, директивой штаба флота от 22 октября 1964 г. при штабе ЧФ была создана нештатная группа планирования.

В 1965 г. судами вспомогательного флота было совершено 40 рейсов в районы боевой службы и подано 32 600 т материальных средств, в том числе 20 000 т топлива и масел, 12 300 т воды, 90 т продовольствия и других запасов.

Помимо этого, с 1968 г. для обеспечения кораблей Средиземноморской эскадры на арендных условиях в портах Александрия и Порт-Саид было организовано хранение топлива и масел, которые доставлялись туда вспомогательными судами. В состав Средиземноморской эскадры входило несколько судов обеспечения, сведенных в 52‐е оперативное соединение.

В этот же период в военном порту Александрия на арендованном причале на постоянной основе находились суда дивизиона судов обеспечения в составе плавмастерской, водоналивной (500 тонн) самоходной баржи, морского буксира, водолазного бота, несамоходного плавсклада. Задача этого дивизиона заключалась в обеспечении межпоходовых ремонтов подводных лодок, в обеспечении их материальными запасами и организации отдыха личного состава подводных лодок, а также обеспечении продовольствием, водой и другими запасами кораблей боевой службы, заходящих в порт.

Для обеспечения кораблей малого водоизмещения на территории Египта в Мерса-Матрухе были установлены две секции плавпричала ПЖ-61. У причала постоянно находился Плавсклад-7 тыла ЧФ. Периодически там находился морской буксир и водолазный бот. На плавскладе хранились продовольствие, шкиперское имущество и регенерация, которые систематически пополнялись судами вспомогательного флота. В пункте Мерса-Матрух обеспечивались тральщики, малые противолодочные и сторожевые корабли. Кроме того, в Мерса-Мотрух периодически заходили суда с малой осадкой (рефрижераторы, танкер «Руза», морские водоналивные баржи и буксиры). В их задачу входило принять на борт от плавсклада продукты, воду, масла и другие материальные средства и обеспечить ими корабли в точках восточной части Средиземного моря.

В марте 1968 г. между СССР и Египтом было достигнуто соглашение о размещении на территории ОАР авиационной группы морской авиации в составе шести самолётов Ту‐16Р для ведения разведки в Средиземном море в интересах обеих стран. Согласно договоренности первоначальная численность этого подразделения, получившего название «90‐я отдельная дальне-разведывательная эскадрилья особого назначения» (90 ОДРА ОН) с базированием на аэродроме Каир-Вест, составила 130 человек.

Дальнейшее комплектование группы морских разведчиков производилось на базе 943‐го морского ракетоносного авиаполка (МРАП) ВВС ЧФ, дислоцированного в поселке октябрьское.

Первоначально эскадрилья подчинялась непосредственно главному военному советнику министра обороны ОАР генералу П.Н. Лащенко, но при необходимости переходила в оперативное управление КП 5‐й эскадры, который размещался в Александрии.

Весной 1970 г. эскадрилья полностью перешла в распоряжение командования Черноморского флота. Разведчики Ту‐16Р парами выходили на Средиземное море, а иной раз на Красное для слежения за кораблями НАТО. Основной целью эскадрильи были авианосные ударные группы 6‐го флота США в Средиземном море во главе с флагманом — авианосцем «Индепенденс».

С появлением в составе эскадрильи самолётов, оборудованных станцией радиотехнической разведки СРС‐4 («Квадрат-2»), в интересах арабской стороны советские Ту‐16Р занимались радиоперехватом и обнаружением израильских РЛС.

В конце 1969 г. эскадрилью дополнили три самолёта — постановщика помех Ан‐12ПП из 117‐го Берлинского ордена Кутузова радиополка специального назначения (Шауляй) и несколько Ан‐24.

В январе — феврале 1970 г. на базе 57‐й Смоленской морской ракетоносносной авиадивизии (аэродром базирования — Быхов) были сформированы и подготовлены для отправки в Египет две группы по 4 самолёта РЭБ Ту‐16П, в дополнение к выполняющему задачу в Египте звену Ан‐12ПП. В апреле под Асуаном на аэродроме Сахара приземлились первые 4 самолёта РЭБ Ту‐16П из 170‐го гвардейского краснознаменного морского ракетоносносного авиаполка ВВС ДКБФ из Быхова.

19 августа 1968 г. в 90‐ю отдельную дальнеразведывательную эскадрилью особого назначения (ОДРАЭ ОН) вошла группа под командованием подполковника В.И. Голяна в составе трёх противолодочных самолётов-амфибий Бе‐12 из 2‐й эскадрильи 318‐го отдельного противолодочного полка дальнего действия (ОПЛАП ДД) ВВС ЧФ. Самолёты с опознавательными знаками ОАР проследовали через Венгрию и Югославию.

Уже через неделю после прибытия экипажи самолётов Бе‐12 в условиях африканской жары приступили к выполнению поставленных перед ними задач. Вылеты обычно проводились в утренние часы. Все вылеты осуществлялись парой самолётов. Максимальное удаление районов поиска от аэродрома базирования составляло 350–400 км.

За три первых месяца пребывания в Египте три экипажа произвели 38 самолёто-вылетов. Экипажи смогли оценить дальность средств поиска, правда, пока только по своим подводным лодкам.

В октябре 1968 г. были обнаружены две первые иностранные субмарины в Средиземном море. За первой слежение производилось 1 ч. 37 мин., за второй — 48 минут.

Поскольку аэродром Каир-Вест находился на расстоянии более 200 км от побережья, по договоренности с арабской стороной Бе‐12 перебазировали на аэродром Мерса-Матрух.

Из-за недостаточного радиуса действия самолётов Бе‐12 командование авиации ВМФ решило заменить их самолётами Ил‐38, что, бесспорно, увеличило бы объем информации об этом стратегически важном районе. Так что летом 1971 г. самолёты Бе‐12 отправились на аэродром своего постоянного базирования — в Крым на озеро Донузлав.

В сентябре 1970 г. два самолёта Ил‐38 с опознавательными знаками ОАР сели на аэродроме Мерса-Матрух и через несколько дней приступили к поисковым действиям. В июне 1971 г. прилетела ещё пара Ил‐38, а самолёты Бе‐12 убыли в СССР. С применением самолётов Ил‐38 границы районов поиска значительно расширились.

Работа экипажей Ил‐38 началась не с поиска подводных лодок в глубинах Средиземного моря, а с попытки обнаружить израильские ракетные катера на переходе из Франции. Задача решалась по просьбе руководства ОАР. Катеров на переходе не обнаружили, и, судя по всему, их переход закончился успешно.

Самолёты Ил‐38 иногда производили длительные разведывательные полеты на большой высоте, выходили в Тирренское море и доходили до острова Монтекристо (между Италией и Корсикой). Добытая экипажами Ил‐38 информация представляла большую ценность для командования 5‐й эскадры.

Следует заметить, что аэродромы, на которых базировалась советская авиация, и базы кораблей с февраля 1970 г. по июнь 1972 г. прикрывались советской же ПВО.

Так, порты Александрия и Мерса-Матрух с воздуха прикрывались советскими истребителями МиГ‐21. «Как первый этап взаимодействия с самого начала боевых действий наших войск была налажена и периодически действовала организация выполнения кораблями эскадры задач радиолокационного дозора (РЛД) в интересах КП наших и египетских войск ПВО и ВВС. Корабль РЛД с трёхкоординатной РЛС (обычно БПК проекта 61) выдвигался в район севернее Порт-Саида и по специальной разработанной штабом эскадры сетке квадратов ПВО передавал донесения о пролетах израильской авиации из морского сектора (собственно, ради египтян пришлось разработать эту сетку, отказавшись от “общесоюзной” сетки ПВО). Как отмечалось командованием наших войск и египетской стороной, это значительно увеличивало дальность (“руку”) предварительного (предупреждающего) обнаружения следующих над морем групп израильской авиации, совершающей налеты на объекты АРЕ.

В дальнейшем было установлено тесное взаимодействие с КП ЗРБР и ЗРДН, непосредственно осуществляющими зенитное огневое прикрытие кораблей эскадры в гавани Александрии. Эту задачу выполняли два ЗРДН: восточный — с одного из центральных городских пляжей Александрии (прямо в центре города в районе фешенебельного отеля Сан-Стефано, на глазах “ отдыхающей публики” и иностранных туристов). Здесь же, наверняка, дневали и ночевали постоянно не один израильский шпион или соглядатай. И западный — тоже с пригородного пляжа (местечко Агами). Третий дивизион позднее прикрывал гавань и аэродром небольшого порта Матрух, куда с июля 1970 г. заходили наши корабли среднего и малого водоизмещения и вспомогательные суда, а также базировались самолёты морской противолодочной авиации Бе‐12, и периодически Ил‐38, Ан‐12, Ан‐24»[46].

Задачу прикрытия кораблей эскадры в море истребительной авиацией выполняла 108‐я истребительная бригада 35‐й отдельной истребительной эскадрильи (фактически полк МиГ‐21–30—40 самолётов) с аэродрома Джанаклис близ Александрии. Прикрытие осуществлялось по заявкам КП эскадры способом «дежурства на аэродроме» (иногда «дежурства в воздухе») одного-двух звеньев истребителей. На период прикрытия радиосвязь КП бригады с КП эскадры, если флагманский корабль эскадры действовал в зоне прикрытия. По сигналу с КП эскадры через 3–5 минут в небе появлялись советские истребители, но с египетскими опознавательными знаками на крыльях. Такая организация действовала устойчиво, без сбоев, весь период пребываний советской истребительной авиации в Египте.

В 1972 г. по требованию египетского президента Анвара Садата 90‐я ОДРАЭ ОН вернулась в СССР.

Основную задачу советских кораблей на Средиземном море адмирал Г.Г. Костев сформулировал следующим образом: «Задача эскадры заключалась в наблюдении за американским флотом в районе его маневрирования. За каждым американским авианосцем непосредственное слежение выполнял одни надводный корабль. Дизельные подводные лодки по своим возможностям следить за авианосцами не могли, лишь фиксировали факт прохода авианосцев через определенный район, на котором подводные лодки были развернуты в завесе (по три-четыре единицы). Главная же задача дизельных подводных лодок из состава 5‐й ОПЭСК заключалась в выявлении районов нахождения американских ракетных подводных лодок в зоне Средиземного моря с целью определить их реальную угрозу для территории СССР с южного направления для последующего определения путей по её ослаблению в районе, где традиционно господствовал флот НАТО»[47].

19 сентября 1968 г. впервые на боевую службу в Средиземное море вышел противолодочный крейсер «Москва». На его борту находилась 3‐я вертолётная эскадрилья с 14‐ю экипажами и вертолётами Ка‐25ПЛ. Все они могли вести поиск лодок днем, а шесть из них — ещё и ночью.

Первая поисковая операция получила название «Удав». Результаты её оказались скромными: подводная лодка была обнаружена, но время слежения составило 1 ч. 22 мин., а время непрерывного контакта с лодкой — всего 42 минуты.

3‐я вертолётная эскадрилья 872‐го вертолётного полка в 1969 г. выполнила ещё два похода на боевую службу на противолодочном крейсере «Ленинград» — 20 апреля и 16 августа. В этих походах участвовало до 18 экипажей, а в походе 20 апреля 1969 г. участвовал командующий ВВС ЧФ генерал-лейтенант авиации А.А. Мироненко.

«В этих походах было полное взаимодействие с кораблями 5‐й эскадры, КПУГ 30‐й ДИПК. Лодка была обнаружена, установлено 11 контактов с ней, время слежения составило более 3 часов, а с КПУГ — 45 мин. Общая обследуемая площадь составила 18 000 кв. км. Дальность поиска ПЛ днём с ВГС — 80 км, на буях ночью — 110 км»[48].

15 сентября 1969 г. на базе 3‐й вертолётной эскадры был сформирован 78‐й отдельный вертолётный полк.

После Шестидневной войны 1967 г. между Израилем и арабами не был заключен мир, а установилось шаткое перемирие, периодически нарушаемое обеими сторонами.

21 октября израильский эсминец «Эйлат» под командованием капитана 3‐го ранга Итцхака выполнял боевое патрулирование у берегов Синайского полуострова.

«Эйлат» вел разведку радиоэлектронных средств Египта. Для этого он, двигаясь зигзагами, то заходил, то выходил из его территориальных вод. В конце концов он довольно глубоко зашел в глубь территориальных вод, и тогда с главного командного пункта египетских ВМС в Порт-Саиде поступил приказ атаковать нарушителя государственной границы.

В 17 ч. 00 мин. по местному времени на двух египетских ракетных катерах пр. 183Р, стоявших у пирса Порт-Саида, была сыграна боевая тревога. Началась предварительная подготовка к старту ракет П‐15 с радиолокационной головкой наведения. На обоих катерах были включены РЛС «Рангоут». Через 5 минут оператор РЛС одного из катеров обнаружил эсминец «Эйлат» на дистанции около 130 кабельтовых (23,8 км). В 17 ч. 10 мин. на катерах была подана команда «Ракетная атака». РЛС «Рангоут» обоих катеров взяли морскую цель на сопровождение. Включена бортовая аппаратура ракет. Оба катера отошли от пирса и легли на боевой курс.

17 ч. 19 мин. — старт первой ракеты. И через 5 секунд уходит вторая П‐15. Секунд через 20 сигнальщик эсминца доложил командиру о ярких вспышках и дымовых шлейфах. Итцхак приказал сыграть боевую тревогу, дать кораблю полный ход и идти зигзагами. Все шесть 40‐мм зенитных автоматов открыли ураганный огонь по двум приближающимся шлейфам дыма (поскольку самих ракет с эсминца не видели). Но все было напрасно. Через 60 секунд после старта первая ракета поразила машинное отделение корабля.

Спустя несколько секунд вторая ракета взорвалась в котельном отделении. Эсминец сразу же лишился хода и обесточился. Аварийные партии вступили в борьбу с огнем. С помощью запасной радиостанции командир эсминца связался с израильским командованием и доложил о случившемся. Несмотря на все усилия экипажа в борьбе за живучесть, эсминец начал тонуть.

В 17 ч. 23 мин. был произведен старт двух ракет со второго катера. На этом катере запоздали с пуском ракет из-за того, что командир зазевался и слишком поздно покинул ходовой мостик. При стрельбе он должен был укрываться в ходовой рубке. Третья ракета поразила тонущий эсминец, а четвертая — обломки корабля в воде и, естественно, плававших членов экипажа эсминца.

Обломки «Эйлата» до сих пор лежат на дне залива Эт-Тина. Из 199 человек экипажа эсминца погибло 47, а остальным удалось спастись, но 81 человек получил ранения различной степени тяжести.

После пусков оба катера произвели штатное послезалповое маневрирование — легли на курс отхода от пораженной цели. Первый катер пошел вправо от боевого курса, второй — влево. Они развили максимальную скорость и двинулись в Порт-Саид. Первый катер благополучно подошел к пирсу. А второй из-за бестолковости командира не вписался в требуемый поворот, определенный створными знаками, выскочил на прибрежные камни и пропорол себе днище. Катер был снят с камней через трое суток и поставлен на ремонт в док. Но, как говорится, победителей не судят.

Президент Объединенной Арабской Республики Египет Гамаль Насер наградил участников первого в истории войн на море успешного применения ракетного оружия капитана 2‐го ранга Али-Дами, старших лейтенантов Ахмеда Хакера и Абдель Вахеда и лейтенанта Хасана Хозми Амина орденами Египта.

А теперь я бы хотел вспомнить поэму «Граф Нулин» незабвенного Александра Сергеевича.

2 ноября 1967 г. в Египет прибыла первая группа советников из числа адмиралов и офицеров ВМФ СССР во главе с вице-адмиралом Б. Сутягиным — старшим военным советником командующего ВМС ОАР. Вместе с ним прилетели советники командиров соединений, военно-морских баз (Александрия, Порт-Саид, Суэц), кораблей, частей, а также офицеры штаба и некоторые флотские специалисты.

К тому времени египетский флот считался самым крупным в Восточном Средиземноморье, по боевому составу и возможностям многократно превосходившим ВМС Израиля. Он включал несколько соединений, укомплектованных кораблями, преимущественно советского производства.

Среди них:

— бригада подводных лодок (6 лодок пр. 613 и 6 лодок проекта 633), старшим советником командира бригады являлся капитан 1‐го ранга В. Тюник (его аппарат — 15 чел.);

— бригада ракетных катеров (12 единиц, в том числе 6 единиц проекта 205 с ракетами П‐15), старший советник — капитан 1‐го ранга Е. Шкутов (аппарат — 5 чел.);

— бригада торпедных катеров проекта 206, старший советник — капитан 2‐го ранга В. Зеленин (аппарат — 5 чел.);

— бригада эскадренных миноносцев (9 единиц, в том числе 4 корабля проекта 30‐бис, 2 из которых в 1967 г. прошли модернизацию в СССР, 2 английских миноносца постройки 1944 г., модернизированных в Индии);

— 3 фрегата английской постройки 1942–1944 гг., старший советник — капитан 1‐го ранга В. Зуб и др.

Во время Шестидневной войны как в Вашингтоне, так и в Москве существовали опасения, что Израиль при неблагоприятном для него развитии событий сможет прибегнуть к применению некоторых видов оружия массового поражения, наличие которого официальным Тель-Авивом не отрицалось. Опасения заметно усилились после того как израильтяне (будто бы по «трагической» ошибке) разбомбили американское военно-морское судно электронной разведки «Либерти», призванное предупреждать применение ядерных и химических компонентов вооружённой борьбы. Отчасти именно с целью сдерживания к берегам Египта (в Красное море) прибыла эскадра ВМФ СССР с ядерным оружием на борту.

После поражения в войне и закрытия Суэцкого канала часть египетских кораблей осталась в Красном море, в том числе три эсминца, один фрегат, две подводные лодки, два ракетных катера, два торпедных катера и два тральщика. Из них была сформирована Красноморская группа кораблей. Советским морякам приходилось работать фактически на два фронта — на Красном море, где в южной части Синайского полуострова не прекращались боевые действия, и у африканского побережья ОАР, где обеспечивалась система ПВО и решались другие боевые задачи.

Согласно указаниям министра обороны СССР, советским военнослужащим запрещалось участвовать в боевых действиях и предписывалось избегать пленения противником. Вместе с тем, им неоднократно приходилось выходить в море на кораблях для выполнения боевых задач. Одеты они были в матросское рабочее обмундирование, не имели погон, знаков различия и документов.

Наиболее успешной «акцией» египетского флота после потопления «Эйлата» явилась операция (в ночь с 9 на 10 ноября 1969 г.) по нанесению артиллерийского удара по береговым военным объектам на севере Синайского полуострова в 40 км восточнее Порт-Саида. Эсминцы «Насер» и «Домьетта», на борту которых находились советские специалисты, во взаимодействии с ракетными и торпедными катерами, береговой артиллерией и при поддержке авиации подвергли обстрелу израильские позиции в районах Румани и Эль-Балузы, где были сосредоточены военная техника, склады топлива и боеприпасов. После успешного выполнения задачи, в ходе которой большинство из этих объектов, а также механизированная бригада израильтян, были уничтожены, при отрыве от противника эсминцы в течение двух часов подвергались атакам более чем сорока израильских самолётов, три из которых были сбиты.

Ситуация на фронте резко изменилась с появлением израильских истребителей «фантом». Переговоры о закупке «фантомов» велись Израилем ещё с правительством Джонсона, однако договор был подписан только 27 декабря 1968 г. уже с администрацией президента Никсона.

В сентябре 1969 г. начались американские оружейные поставки ВВС Израиля: 86 истребителей F‐4E, 12 разведчиков RF‐4С, а также штурмовиков Дуглас А‐4 «Скайхок». Вместе с самолётами в Израиль прибыли десятки пилотов — ветеранов Вьетнама (в основном евреи).

Поступившие на вооружение «фантомы» вскоре стали применяться в ходе «войны на истощение». 11 сентября 1969 г. израильским «фантомом» (пилот Е. Ханкин) был сбит египетский МиГ‐21.

17 ноября 1969 г. при нанесении бомбового удара по позиции РЛС Иордании был сбит израильский F‐4E, пилоты катапультировались. Этот случай стал первой боевой потерей «фантома» в ВВС Израиля.

9 декабря 1969 г. в бою с египетским МиГ‐21 был сбит ещё один израильский «фантом».

«Фантом» F‐4 по своим лётным характеристикам превосходил всех своих соперников, изготовленных в Западной и в Восточной Европе. Установленная на нём новейшая электронная аппаратура позволяла «фантому» совершать бреющие полёты на низких высотах с большой скоростью, что значительно уменьшало опасность поражения от советских зенитных ракет С‐75.

Ввод «фантомов» в действие увеличил эффективность израильских ВВС в борьбе с египетской ПВО. Лёгкость и безнаказанность полётов привели к тому, что воздушные операции были включены в учебные планы израильского военно-лётного училища, с проставлением оценок в «зачётку». На египетских объектах отрабатывались упражнения по пикированию, заходу на цель, практической стрельбе и т. д.

Использовались израильские «фантомы» и для психических атак на жителей египетских городов. Истребители-бомбардировщики проносились на сверхзвуковой скорости на предельно малых высотах над Каиром и другими населёнными пунктами, производя потрясающий эффект: в домах вылетали стекла, у многих людей лопались барабанные перепонки.

В конце 1969 г. Израиль приступил к осуществлению плана операции «Хордос» с целью уничтожения 18 военно-стратегических объектов Египта. Перед этим ВВС Израиля совершили более 300 разведывательных полётов авиации, в ходе которых были выявлены египетские зоны ПВО. После их подавления израильские ВВС нанесли ракетно-бомбовые удары по центральным районам и пригороду Каира.

Для примера приведу действия израильской авиации 20–24 июля 1969 г. На Суэцком канале для прикрытия артиллерийских батарей от авианалётов были развёрнуты 7 дивизионов зенитно-ракетных комплексов С‐75М. Они были расположены в Суэце, Порт-Саиде и Исмаилии. После нескольких пусков 6 из 7 дивизионов были за четыре дня уничтожены полностью.

«Всё это настолько обострило обстановку в Египте и нанесло такой ущерб престижу президента Г. Насера, что он вынужден был решиться на беспрецедентный шаг — совершить в декабре 1969 г. тайный визит в Москву для “важной и конфиденциальной” беседы с Л. Брежневым. Суть просьбы Насера заключалась в создании “эффективного ракетного щита” против израильской авиации с посылкой в Египет “регулярных советских частей противовоздушной обороны и авиации”. Содержание просьбы намного превосходило все прежние обязательства Москвы, поэтому решение об её удовлетворении было принято на заседании Политбюро ЦК КПСС вместе с командованием Вооружённых Сил.

Незначительные дискуссии в Политбюро вызвали технические детали предстоящей акции. Насер настаивал, чтобы ввод советских войск в Египет произошел открыто. В крайнем случае миру можно было бы объяснить, что все войска — исключительно добровольцы. Л. Брежнев возражал: “Нам никто не поверит, что нашлось воевать в чужой стране столько добровольцев. И вообще — мы так не привыкли”. В конечном итоге все сошлись на том, что акция должна пройти “без шума”.

Буквально через несколько дней после отъезда египетской делегации в конструкторские бюро ВПК и научно-исследовательские учреждения МО поступила команда — необходимо ускорить работы, чтобы “оторвать израильские самолёты от земли”, то есть найти средства борьбы с низколетящими самолётами противника.

К этому времени уже в течение двух лет в безводных оренбургских степях, в поселке Донгул, создавался ПЗРК “Стрела-2” (совместно с профессорско-преподавательским составом и специалистами Военно-воздушной инженерной академией им. Жуковского). В самом конце 1969 г., когда 10 израильских “фантомов” по привычке на малой высоте перелетели Суэцкий канал и, покачивая крыльями с подвешенными бомбами и ракетами, приблизились к позициям египетской армии, раздалось несколько залпов “Стрелы”. Домой вернулись только четыре машины противника.

Интенсивность налётов на Египет резко снизилась. Мир узнал о появлении в СССР нового переносного ЗРК, стреляющего с солдатского плеча и наводимого на цель по тепловому излучению двигателя самолёта. Владеть этим оружием египетских солдат обучали инженеры-испытатели Коломенского КБ, которые работали с главным конструктором Б. Шавыриным в знойных оренбургских степях… Вскоре появились усовершенствованные ПЗРК “Стрела-2М”, “Стрела-3”, их новые модификации “Игла” и “Игла-1”.

Параллельно египетский президент, стремясь закрепить “свой военный успех”, в очередной раз обратился к советскому руководству “оказать прямую военную помощь стране, не являющейся участником Варшавского Договора”. При этом Насер неоднократно подчёркивал, что если это смущает русских, то Египет готов вступить в Варшавский Договор “хоть завтра”.

Эпизодические воздушные схватки между египетскими и израильскими лётчиками начались весной 1968 г. в районе Суэцкого канала. Со стороны Израиля в воздушных боях участвовали самолёты “Мираж”, со стороны Египта — истребители МиГ‐21. После нескольких неоправданных потерь израильтяне взяли передышку. Оперативная пауза была использована для более тщательной подготовки к воздушным боям с учётом американского опыта во Вьетнаме. Процесс обучения значительно облегчился после бегства в Израиль иракского лётчика на самолёте МиГ‐21с»[63].

Операцию «Бриллиант» несколько недель готовили израильские и американские разведчики. Они подкупили (за 500 тысяч фунтов стерлингов) иракского пилота Мунир Редфа (этнического еврея). И тот 16 августа 1966 г. перегнал свой МиГ‐21 на израильскую авиабазу Хацор.

В такой обстановке началась операция под кодовым названием «Кавказ». Именно так она была названа в приказе министра обороны СССР Маршала Советского Союза А.А. Гречко. Суть операции заключалась в создании системы ПВО в Египте на основе регулярных частей и подразделений Советской армии. Первоначальные действия СССР заключались в формировании особой дивизии ПВО из состава действующих частей и последующей отправке в Египет. Главком ПВО Маршал Советского Союза П.Ф. Батицкий лично поставил задачи на оперативном совещании в штабе войск ПВО.

Основу будущих ПВО Египта должна была составить сформированная из различных бригад 18‐я особая зенитно-ракетная дивизия, созданной на базе 11‐й Днепропетровской дивизии.

13 января 1970 г. вышел приказ о формировании дивизии и «боевом слаживании». Назначенные командиры дивизионов получали личный состав и технику и направлялись на полигоны в Ашулуке и Янгалже для боевых стрельб по низколетящим целям.

В состав 18‐й дивизии вошли четыре зенитные ракетные бригады:

— 1‐я ЗРБр (559 ЗРП), командир полковник Б.И. Жайворонок;

— 2‐я ЗРБр (582 ЗРП), командир подполковник Н.А. Руденко;

— 3‐я ЗРБр (564 ЗРП) командир майор В.А. Белоусов;

— 4‐я ЗРБр, командир полковник Шумилов (уже в Египте бригада сокращена до одного дивизиона, что позволило увеличить количество дивизионов в остальных бригадах до 8).

Под командованием командира дивизии генерал-майора А.Г. Смирнова было 24 зенитно-ракетных дивизиона, 4 технических дивизиона, 2 технические батареи, 24 взвода ПВО, 3 полных и 1 сокращённое отделение регламентных, настроечных и ремонтных работ «Шилок».

2 марта 1970 г. дивизия приступила к отправке в Александрию. Бригады были доставлены в порт Николаев и распределены на гражданские суда. Для доставки дивизии были задействованы 16 судов торгового флота. Каждое судно брало на борт два дивизиона ЗРК С‐125 вместе с техникой и личным составом, а также некоторое количество техники и личного состава других подразделений. На верхней палубе располагались только тягачи, автомобили, генераторы и «шилки» (накрытые брезентом). Личный состав и пусковые установки с ракетами грузились в трюмы.

5 марта в порт Александрии вошел первый транспорт «Роза Люксембург», который разгрузился в ночь на 6 марта. Бригада Жайворонка уже к вечеру 6 марта начала марш. Вечером 7 марта на авиабазе «Кайро-Уэст» началось её развертывание. 18‐я особая дивизия приступила к несению боевого дежурства в египетском небе. Размещение дивизионов ПВО для защиты египетских объектов было закончено в кратчайшие сроки. Были прикрыты аэродромы, порты, группировки войск, левый берег Суэцкого канала, Асуанский гидроузел и другие объекты.

Так, три бригады были сосредоточены в районе Каира, одна группа из двух дивизионов на юге прикрывала Асуан, а другая, на севере, — порт Мерса-Матрух. Была создана и четвёртая бригада пятидивизионного состава (командир — полковник Шумилов) для прикрытия Александрии. Однако впоследствии она была расформирована.

В ночь с 14 на 15 марта 1970 г. первые дивизионы под командованием подполковников Н. Кутынцева и Кириченко заступили на боевое дежурство. В апреле свои позиции занял дивизион из бригады майора В. Белоусова, под командованием В. Таскаева.

Позиции, подготовленные для размещения дивизиона В. Таскаева, представляли собой железобетонные укрытия для кабин и личного состава, которые выдерживали прямое попадание 500‐кг бомбы, а также укрытия для пусковых установок ракет и заряжающих машин из мешков с песком и обваловки. Дивизиону были приданы для непосредственного прикрытия от ударов авиации 4 ЗСУ «Шилка» и отделение переносного зенитно-ракетного комплекса (ПЗРК) «Стрела-2». «Шилки» располагались на расстоянии 300–500 м от дивизиона по кругу, а посты «Стрела-2» вывозились с рассвета и дежурили до заката солнца на расстоянии 5–7 км на вероятных маршрутах полёта израильских самолётов на малых высотах. От наземного противника дивизион охраняли до роты египетских военнослужащих. Для каждого дивизиона было предназначено несколько таких позиций, которые менялись примерно через одну-две недели. На оставляемых точках организовывались ложные позиции — ставились деревянные макеты.

5 июля 1970 г. 10‐й дивизион ЗРК С‐75М и 3‐й дивизион ЗРК С‐125 впервые участвовали в бою с 24 самолётами противника. В три часа дня группа из 14 самолётов атаковала позиции ракетчиков. Израильские «фантомы» из 69‐й эскадрильи разделились на две группы. Ударная группа из трёх пар шла на малой высоте на советские позиции.

Дивизион подполковника С.К. Завесницкого выполнил два пуска. В результате один из F‐4 был сбит. Остальные вышли из боя и ушли из зоны обстрела.

По самолётам других групп огонь открыли египетские С‐75М. Они сбили ещё один «фантом».

В тот же день в 16 часов начался второй налёт группой из 10 самолётов. На этот раз «фантомы» решили напасть на стоявших в засаде С‐75М. Два дивизиона встретили группу огнём в лоб. Работали не только ракетные установки, но и зенитная артиллерия. 69‐я эскадрилья потеряла ещё один «фантом».

Несколько слов стоит сказать и о РЛС советских войск в Египте. Радиотехнические войска (РТВ) всей группировки ПВО включали 7 радиотехнических полков (ртп). В каждой дивизии ПВО по 2 ртп, в 8‐й дивизии ПВО — один радиотехнический полк. Радиотехнические полки по структуре были аналогичны радиотехническим частям РТВ ПВО СССР, состояли из радиотехнических бригад (РТБ) и радиолокационной разведки (РЛР). В каждом РТБ было 6–7 подразделений. В каждом РТП состояли военный советник командира РТП и старший инженер. В батальонах — советник командира РТБ, в прифронтовых ротах — советник командира РЛР.

В дивизии находился советник начальника РТВ и связи дивизии. На вооружении РТВ находились РЛС сантиметрового диапазона П‐35, метрового диапазона П‐12, П‐14Ф, дециметрового диапазона П‐15, высотомеры ПРВ‐10. В 1970 г. была смонтирована АСУ «Воздух-1С» на командных пунктах РТБ, совмещенных с КП истребительных и зенитно-ракетных полков.

С начала 1969 г. авиация противника начала действовать регулярно и массово. Удары наносились всегда в дневное время после проведения воздушной разведки под прикрытием помех. Применялись шумовые помехи высокой интенсивности в метровом диапазоне 75—250 мГц, в сантиметровом диапазоне 2500–3800 мГц.

Зачастую интенсивность помех была такой, что экраны РЛС засвечивались полностью. Технические средства защиты от активных помех, какими были оснащены применяемые РЛС, были малоэффективны.

При подходе к цели израильская авиация использовала предельно малые высоты — 30–50 м. В условиях помех на таких высотах самолёты противника были практически не наблюдаемы развернутыми РЛС. Удар наносился НУРСами с последующим набором высоты и ухода от цели.

В январе 1970 г. в Египет перебазировалась советская авиационная группа, включавшая в себя 35‐ю отдельную разведывательную истребительную эскадрилью (30 МиГ‐21МФ, 42 лётчика, командир — полковник Ю. Настенко) и 135‐й истребительный авиационный полк (40 МиГ‐21МФ, 60 лётчиков, командир — полковник К. Коротюк).

К началу 1970 г. в составе военно-воздушных сил Египта состояли две бригады самолётов МиГ‐21, две бригады МиГ‐17, бригады Су‐7, Ил‐28, Ту‐16, Ил‐14, Ми‐4, отдельная смешанная разведывательная эскадрилья (Ан‐12) и другие подразделения. Однако все они были неполного состава — бригада включала четыре эскадрильи.

Советские истребители перебазировалась лётными и воздушными эшелонами на Ан‐22 и Ан‐12, а дивизия ПВО — морским транспортом. Воздушный маршрут пролегал над Средиземным морем. Ориентирами и радиомаяками служили расставленные по пути советские военные корабли. Они же обеспечивали и охрану трассы от израильской авиации.

Для перебазирования в 1973 г. только отряда МиГ‐25РБ (четыре самолёта, семь лётчиков, 220 специалистов, боеприпасы, оборудование) потребовалось 12 рейсов Ан‐22 и 72 — Ан‐12. Самолёт Ан‐22 перевозил один МиГ‐25РБ. Операция была проведена с соблюдением секретности и успешно завершена.

Одной из главных задач советской авиации и средств ПВО было прикрытие строительства Асуанской плотины, на которой работало до 15 тысяч советских специалистов, а также группировки кораблей Средиземноморского флота. Основными самолётами двух авиационных бригад (под общим командованием генерала Г.У. Дольникова) был самолёт МиГ‐21МФ. Он имел четыре ракеты Р‐ЗС, двухствольную пушку ГШ-23Л, три подвесных бака общей ёмкостью 1800 л. Действовала истребительная авиация как с трёх основных и двух запасных аэродромов, так и с подскока (из засад) и специально расширенных участков шоссейных дорог.

Появление в египетском небе советских истребителей привело к временному снижению активности израильской авиации, поэтому первая встреча советских и израильских пилотов произошла лишь 13 апреля. Закончилась она мирно — противники разошлись, не решившись вступить в бой. Аналогично разрешились ситуации 18 и 29 апреля.

К июню 1970 г. советские лётчики имели уже до 100 и более боевых вылетов, но воздушных боёв не проводили. Бригады, главным образом, прикрывали ВМБ в городах Александрия, Марса-Матрух, Асуан, имея на аэродроме дежурное звено, в воздухе — пару, продолжали прикрывать корабли флота при переходе из Александрии в Порт-Саид. Кроме того, по просьбе командования АРЕ советские лётчики неоднократно прикрывали боевые порядки египетских истребителей-бомбардировщиков и бомбардировщиков до линии фронта.

Первый же воздушный бой, в котором участвовали советские лётчики, был проведен 22 июня 1970 г. парой МиГ‐21. В результате боя был сбит штурмовик «скайхок».

Для глубокой разведки оккупированного Израилем Синая и собственно Израиля Египет направили специальную разведывательную авиационную группу, оснащённую самолётами МиГ‐25. Такое решение было принято в значительной мере по инициативе руководства Министерства авиационной промышленности. Положение, сложившееся к тому времени вокруг МиГ‐25, было далеко не простым — испытания проходили сложно, доводка машины затягивалась.

А гибель 26 апреля 1969 г. командующего авиацией ПВО генерал-лейтенанта А.Л. Кадомцева из-за разрушения двигателя и пожара на борту МиГ‐25 и вовсе подорвала доверие к самолёту. Принятие его на вооружение оказалось под вопросом. В этих условиях заместитель министра А.В. Минаев, неравнодушный к судьбе самолёта (в должности заместителя главного конструктора по системам управления он принимал участие в его разработке), предложил опробовать МиГ‐25 в деле.

Заинтересованы в этом были и военные — представлялась редкая возможность испытать самолёт не на привычных полигонах, а в реальных боевых условиях.

Летом 1970 г. на базе НИИ ВВС в Ахтубинске началось формирование группы, в которую включили 70 наиболее квалифицированных специалистов из НИИ ВВС, Липецкого учебного центра и лидерных частей ВВС, успевших освоить новую машину. К группе прикомандировали также работников ОКБ и промышленности, многие из которых знали самолёт «с малых лет» и участвовали в его доводке.

Для отправки в Египет из числа самолётов, проходивших испытания в НИИ ВВС, выделили два разведчика МиГ‐25Р (серийные номер 0501 и 0504) и два разведчика-бомбардировщика МиГ‐25РБ (серийные номера 0402 и 0601). Работа с машинами, «персонально знакомыми» специалистам группы, упрощала обслуживание и снижала риск неприятных сюрпризов.

Для ведения плановой и перспективной фотосъёмки самолёт имели комплект из двух сменных фотомодулей, оснащенных аэрофотоаппаратами (АФА) А‐72, А‐87 и А‐10–10 с фокусным расстояние 150, 650 и 1300 мм. Эта аппаратура, разработанная Красногорским опытным машиностроительным заводом «Зенит» под руководством А. Бешенова, позволяла выполнять съёмку с высот до 22 000 м.

Для радиотехнической разведки МиГ‐25 имели бортовые станции СРС‐4 и СРС‐4Б «Вираж». Навигационный комплекс самолёта (включавший автоматический радиокомпас АРК‐10, допплеровский измеритель скорости и угла сноса ДИСС‐2, бортовую вычислительную машину) был связан с системой автоматического управления САУ-155 и позволял выполнять полёты по заданному маршруту в автоматическом режиме. МиГ‐25РБ отличались от «чистых» разведчиков возможностью подвески бомбовых держателей и установкой системы навигационного бомбометания «Пеленг».

Поначалу место предстоящей «спецкомандировки» держалось в секрете. Лишь после прохождения медкомиссии на пригодность службе в странах с сухим и жарким климатом появились догадки — видимо, Африка. Вскоре командование подтвердило — группа командируется для оказания интернациональной помощи ОАР.

К концу сентября подготовка была окончена, но перелёт отложили: 28 сентября умер Насер, а от нового президента ОАР Анвара Садата, больше склонного к дипломатическому улаживанию споров, ожидали перемен в политическом курсе. Однако вскоре Садат подтвердил неизменность намерений Египта освободить оккупированные территории, и работа возобновилась.

В марте 1971 г. поступил приказ о срочном перебазировании группы. Навёрстывая упущенное время, решили перебросить технику и людей воздушным путём на транспортных самолётах Ан‐12 и Ан‐22. У МиГ‐25 отстыковали «негабаритные» крылья и оперение, но погрузить их в «Антеи» всё равно не удалось — мешали колёса основных стоек шасси. Неожиданно простое решение подсказали сообразительность и хорошее знание матчасти: стойки удалось переставить «наизнанку» колёсами внутрь. Необходимые сантиметры были выиграны, и МиГ благополучно закатили в Ан‐22.

В Египте группа, получившая название 63‐й отдельный авиационный отряд (ОАО), была размещена на столичном аэродроме Каиро-Уэст.

63‐й ОАО подчинили непосредственно главному военному советнику генерал-полковнику авиации В.В. Окуневу. Оперативное руководство и постановку задач выполнял Герой Советского Союза генерал-майор С.И. Харламов. От Минавиапрома работу курировали А.В. Минаев и заместитель главного конструктора П.Г. Шенгелая.

Собирать МиГи пришлось в ангарах, хранивших следы недавнего налёта израильских самолётов, которые вскоре прилетели вновь. Их целью стал ангар, в котором бригада горьковчан вела сборку истребителей МиГ‐21.

После облёта ангаров «фантомами» ПВО аэродрома была усилена: его защищали ЗРК С‐75 и С‐125, а непосредственно вокруг стоянок разместили 5 приданных разведотряду зенитных самоходных установок ЗСУ‐23—4 с советскими экипажами. Наземную охрану несли советские спецназовцы, оборудовавшие вокруг сеть стрелковых точек и проволочных заграждений. Лишь внешний пояс охраны аэродрома занимали египетские солдаты.

После сборки и отладки МиГ‐25 перекатили в укрытия, оставшиеся от бомбардировщиков Ту‐16.

В конце апреля 1971 г. начались первые пробные полеты, выполнявшиеся над египетской территорией. В них отрабатывались профили и маршруты предстоящих рейдов, производилась «пристрелка» фотоаппаратуры, настраивалось и программировалось навигационное оборудование. Так как высокую точность прохода по трассе, необходимую для качественной фотосъёмки, должна была обеспечить автоматика, а бортовой аппаратуре в пустыне «зацепиться» было не за что, то маршруты пролегли над характерными ориентирами — знаменитыми пирамидами Долины Царей, за что лётчики прозвали эти полёты «туристическими».

В мае подготовка закончилась, и отряд был готов начать разведывательную работу. К этому времени ОКБ С.К. Туманского дало разрешение увеличить время работы двигателей на полном режиме с 3 минут до 8, а затем и до 40. Это дало возможность практически все полёты выполнять без ограничений и на максимальной скорости.

Решили и проблему со снабжением отряда специальным высококипящим топливом Т‐6. Из советских портов танкеры доставляли его в Александрию, а оттуда КрАЗы с автоцистернами перебрасывали на Каиро-Уэст.

План полётов был продуман до мелочей. Находясь в укрытии, лётчик запускал двигатели, проверял работу систем самолёта и выруливал на старт. На ВПП он занимал определённую точку, заранее привязанную к местности, — «крест». Его координаты были заложены в бортовую систему автоматического управления и становились началом отсчёта в программе рейда. С этого момента полёт проходил в режиме полного радиомолчания (лётчикам разрешалось выходить в эфир лишь в экстренных ситуациях).

На маршрут МиГ‐25Р уходили парой. Это повышало надёжность выполнения задания и придавало лётчикам спокойствие — в случае аварии одной из машин со второго самолёта к месту происшествия могла быть точно выведена поисково-спасательная группа.

Точное время вылета заранее согласовывалось с истребителями прикрытия — звеном МиГ‐21, приходившим с аэродрома Бэни-Суэф.

Радиоперехват израильтян был поставлен отлично, и вызов прикрытия по радио был бы равнозначен оповещению открытым текстом о выходе разведчиков. Истребители барражировали над Каиро-Уэстом, пока МиГ‐25 не занимали место на старте.

Убедившись в готовности подопечных, пара МиГ‐21 проходила над полосой, а за ними взлетали разведчики. Сзади во время разгона и набора высоты их прикрывала вторая пара истребителей. Через несколько минут МиГ‐25 набирали скорость М = 2,5 и выходили на маршрут.

Полеты проходили на полном режиме работы двигателей, максимальной скорости и высоте 17–23 км, что было единственным средством защиты невооружённого разведчика. Угнаться за ним действительно не мог никто. Каждую минуту двигатели вырабатывали полтонны топлива, самолёт становился легче и постепенно разгонялся ещё больше — до М = 2,8. Температура воздуха в воздухозаборнике достигала 320 °C, а обшивка самолёта разогревалась до 303 °C. По словам лётчиков, даже фонарь кабины нагревался так, что к нему невозможно было прикоснуться. Больше всего при этом доставалось опознавательным знакам ОАР, нанесённым на скорую руку. Краска, которой были нарисованы красно-бело-зеленые кокарды, вспучивалась и оплывала.

С выходом на боевой курс автоматика начинала работу плановыми аэрофотоаппаратами (АФА) вертикальной съёмки и перспективными, дававшими картину сбоку на расстоянии до 90 км.

Чтобы нагрев не влиял на работу чувствительной аппаратуры, фотоотсек самолёта был оборудован системой кондиционирования, поддерживавшей в нем постоянную температуру с точностью до 7 градусов. Фотосъёмка в скоростных полётах обладала и другой особенностью — быстрое смещение фотографируемого объекта (за одну секунду под МиГ‐25 проносился почти километр местности), а получение качественных снимков требовало достаточной выдержки. Чтобы добиться чёткости изображения, фотоаппараты самолёта имели следящую систему — установленную перед объективами приставку с качающейся призмой, компенсировавшей смещение объекта и удерживавшей его в фокусе.

Некоторые режимы фото- и киносъёмки требовали выдерживания постоянной скорости полёта. За счёт выработки топлива самолёт шёл с набором высоты и постепенно забирался на 22 тысячи метров. Помимо фотографирования, МиГ‐25 вели радиоразведку, обнаруживая крупные сооружения, пеленгуя радиолокационные посты, узлы связи и электронной борьбы.

Весь проход по трассе от Суэца до Порт-Саида занимал всего 1,5–2 минуты. Возвращающихся с задания МиГ‐25 снова встречали истребители прикрытия, сопровождавшие их до самой посадки. МиГ‐21 оставались над аэродромом до тех пор, пока разведчики не заруливали в укрытия.

Хотя израильская авиация, потеряв несколько самолётов на подступах к Каиро-Уэсту, и не предпринимала больше попыток налёта на сам аэродром, обмен ударами продолжался.

В сентябре египетской ракетой был сбит израильский самолёт радиотехнической разведки «стратокрузер», который, ведя разведку с высоты 8—10 тыс. метров, постоянно нарушал египетскую границу. Самолёт упал на Синайском полуострове. Весь экипаж погиб. В ответ на это через день израильтяне со своей территории и с аэродромов на Синае подняли большое количество авиации (до 30–50 самолётов) и, не доходя Суэцкого канала, осуществили групповой запуск противорадиолокационных ракет «шрайк».

В связи с большим количеством вражеской авиации, обнаруженной арабскими радиотехническими войсками, была включена в работу вся приграничная ПВО с большим количеством различных радиоэлектронных средств (РЛС РТВ, ЗРК, сухопутные «шилки», связные радиорелейные и др. средства). В результате образовалось «мерцающее» радиоэлектронное поле.

Оказалось, что в таких условиях «шрайки» работать не могут. Их запоминающие устройства перескакивали с одной чистоты на другую, начиналось рыскание по азимуту и непопадание на цель. В результате эффективность группового запуска ПРР «шрайк» оказалась ничтожной.

Из нескольких десятков снарядов в цель попал только один. К сожалению, при этом была выведена из строя РЛС П‐35 на ремонтно-технической базе в Абу-Сувейре. Была повреждена ППК, поломано нижнее зеркало антенны, иссечены осколками и камнями облучатели и волноводы. ППК пришлось заменить. Остальные «шрайки» не достигли цели, взорвались или упали на землю и разрушились.

В связи с этим в октябре на авиабазе Каиро-Уэст были сооружены специальные подземные капониры, в которых заняли места МиГ‐25. Бетонированные убежища могли выдержать прямое попадание полутонной бомбы, имели все необходимые коммуникации и обеспечивали полную подготовку самолёта. Практически все работы по обслуживанию машин, включая опробование двигателей, могли выполняться под землей, и капонир самолёты покидали лишь на время полёта.

Полёты разведчиков проходили с интенсивностью два раза в месяц. После того, как был отснят район вдоль канала, трассы полётов переместились на Суэцкий полуостров. Продолжительность их возросла, и некоторые задания стали выполняться с подфюзеляжным подвесным баком объёмом 5300 л, позволившим увеличить дальность до 2130 км.

Каждый вылет приносил сотни метров фотопленки, рулоны которой передавались на дешифровку в разведотдел штаба главного военного советника. Качество снимков, сделанных с высот более 20 км, было великолепным — на них ясно просматривались не только постройки и сооружения, но и группы людей, отдельные автомашины, боевая техника. На планшетах дешифровщиков вырисовывалась и сеть дорог, связывавших узлы израильской обороны. Таким образом, удавалось установить положение даже замаскированных объектов складов и укрытий.

Передний край 160‐километровой «линии Бар-Лева» проходил по берегу и включал в себя высокий насыпной вал с противотанковыми заграждениями, колючей проволокой и ловушками. За ним на глубину 30–50 км тянулась первая оборонительная полоса, состоявшая из сети опорных пунктов и огневых точек, приспособленных к круговой обороне. Их основу составляли вкопанные в землю установки ПТУР и танки, среди которых оказалось неожиданно много отечественных Т‐54 и Т‐55, захваченных израильтянами в 1967 г. С воздуха хорошо просматривались противотанковые средства, плотность которых составляла 10–12 танков и 4–5 орудий на километр фронта. Пространство между опорными пунктами перекрывали проволочные заграждения, препятствия и минные поля.

Неясным поначалу было назначение хорошо видимых больших хранилищ на самом берегу канала, похожих на пожарные пруды и оборудованных стоками к воде. Как оказалось, в них находилась нефть, которую предполагалось слить в канал и поджечь при попытке его форсирования. (Один из лётчиков сказал по этому поводу: «Хорошо, что не дерьмо!»)

На удалении 30–50 км от канала по горному району и перевалам Гидди и Митла проходила вторая оборонительная полоса. Она была оборудована дотами, артиллерийскими позициями и укреплениями. Для переброски оперативных резервов из тыла и между позициями израильтяне проложили сеть дорог, а для доставки горючего провели несколько трубопроводов. С помощью аппаратуры радиотехнической разведки удалось вскрыть центр радиопомех у горы Геббель-Умм-Махас, обнаружить РЛС ПВО и зенитные позиции.

Работа 63‐го ОАО продолжалась. Разведчики заходили все дальше на восток, и к зиме их маршруты пролегли над Израилем. Опыт предыдущих войн показал, что небольшие размеры этой страны дают возможность быстро маневрировать войсками, перебрасывая их с одного фронта на другой. Так было и в июне 1967 г., когда после разгрома египетской армии израильтяне отвели часть своих сил на север и нанесли поражение Сирии. Поэтому, учитывая возможность подтягивания резервов противника на Синай, требовалось изучить его тыловую инфраструктуру и сеть коммуникаций, связывавших Израиль с оккупированными территориями. Другими задачами разведки над Израилем были оценка возможностей его портов, через которые шли поставки вооружений, вскрытие сети ПВО и аэродромов.

Израильские истребители не пугали лётчиков. У них уже был опыт таких встреч над Синаем, где МиГ‐25 не раз проходили над аэродромом у Мелеса. «Фантомы», поднимавшиеся на перехват, уступали МиГ‐25 и в скорости, и в высоте полёта. Пытаясь дотянуться до МиГа и занять положение для атаки, «фантомы» выходили на предельный угол атаки, теряли управление, клевали носом или сваливались в штопор. «Миражи» отставали от МиГ‐25 ещё больше, напоминая на этих высотах снулую рыбу. Контакт израильтян с разведчиком оставался в лучшем случае визуальным, и неуловимый МиГ снова и снова уходил от преследователей.

Зенитные ракеты «Хок» MIM‐23A, которыми была оснащена ПВО Израиля, тоже не представляли серьезной опасности для МиГ‐25. Бортовая аппаратура разведчиков не раз фиксировала работу РЛС противника, засекавших нарушителя. Однако тревожного сигнала «Сирены», сообщающей о готовности ЗРК к пуску, не было. МиГ‐25 шёл выше зоны досягаемости «хоков», которые могли поразить цели лишь на высотах до 12,2 км. Обнаружив позицию ЗРК, лётчики ограничивались включением станции постановки помех СПС‐141 и продолжали полёт.

Куда больше опасений вызывали слухи о появлении в Израиле ЗРК «Найк-Геркулес» с досягаемостью до 50 км. При встрече с ними, помимо постановки помех, на помощь мог прийти противоракетный маневр — самолёт, достигающий «горкой» динамического потолка 37 км и выдерживающий перегрузку до 5, обладал реальной возможностью уклониться от ракет. Однако США так и не поставили «найк-геркулесы» Израилю, хотя поставляли эти ЗРК не только союзникам по НАТО, но и Тайваню, и Турции.

Дальние полёты велись до марта 1972 г. Единственным, что могли противопоставить этому израильтяне, были протесты, которые заявлял их представитель в ООН Рафаэль после каждого пролёта МиГ‐25.

В Египет были доставлены специальные авиабомбы с улучшенной аэродинамикой ФАБ‐500Т (термостойкие), специально разработанные для внешней подвески МиГ‐25РБ. После сброса с большой высоты они могли пролететь по баллистической траектории к цели несколько десятков километров. Каждый из МиГ‐25РБ мог нести до восьми ФАБ‐500Т, однако до бомбардировок дело не дошло.

Интересно, были ли снабжены термостойкие ФАБ‐500Т выдвижными крыльями? Так, в конфликте на Украине ФАБ‐500 с выдвижными крыльями пролетают до 70 км, а то и больше.

С апреля по декабрь 1972 г. лётчики и инженеры 63‐го ОАО возвратились домой. Четвёрка МиГ‐25 осталась в Египте, полёты на них продолжила сменная группа из частей ВВС. Успешная и эффективная работа МиГ‐25 в боевых условиях подтвердила их уникальные возможности и была зачтена в программу госиспытаний. Создатели машины и руководство ВВС получили доказательства надёжности и перспективности нового самолёта. В декабре 1972 г. был подписан акт о принятии МиГ‐25РБ на вооружение.

В период пребывания группировки советских войск в Египте её посещали: председатель Совета министров СССР А.Н. Косыгин, председатель Президиума Верховного Совета Н.В. Подгорный, секретарь ЦК КПСС Б.Н. Пономарёв, министр обороны маршал А.А. Гречко, его первый заместитель маршал С.Л. Соколов, начальник Генерального штаба маршал М.В. Захаров и ряд других руководителей Министерства обороны.

«Война на истощение» шла с переменным успехом и могла продолжаться бесконечно. Сложилась своего рода патовая ситуация. Тогда США выдвинули план мирного урегулирования ближневосточной проблемы, известный как «план Роджерса», выдвинутый им 9 декабря 1969 г. План предусматривал прекращение огня на 90 дней как первый шаг к установлению мира. Египет не без нажима СССР согласился, Израиль тянул с ответом.

Ситуация резко изменилась лишь после того, как в результате огня советских ракетных дивизионов израильская сторона стала нести ощутимые потери в авиации. Всего с 20 июля 1969 г. по начало августа 1970 г. было сбито 94 израильских самолёта, что равнялось примерно 50 % от имевшегося в Израиле парка боевых машин. 7 августа наконец-то было установлено перемирие сроком на три месяца. «Война на истощение» пошла на убыль.

С 4 августа 1970 г. советские военнослужащие никаких боевых действий не вели, что было связано с началом египетско-израильских консультаций. Советские воины-зенитчики в основном занимались обслуживанием боевой техники и обучением местных солдат и офицеров. В марте 1971 г. первая группа советских специалистов была заменена вновь прибывшими из СССР военнослужащими.

За успешные боевые действия в Египте 166 офицеров, сержантов и солдат зенитно-ракетной дивизии были награждены правительственными наградами. Сам командир генерал-майор А.Г. Смирнов был удостоен ордена Боевого Красного Знамени.

Сразу после смерти Г. Насера (28 сентября 1970 г.) началось постепенное ухудшение советско-египетских отношений, хотя на первых порах новый египетский президент А. Садат стремился действовать как и его предшественник и даже после нескольких официальных визитов в Москву подписал 15 мая 1971 г. Договор о дружбе и сотрудничестве с СССР.

Что же подтолкнуло Садата к двойной игре? С одной стороны, он питал истинные симпатии к американцам и весьма недоверчиво относился лично к Л.И. Брежневу.

С другой стороны, Садат убедился, что арабо-израильский конфликт потерял первостепенное значение в советской внешней политике. Москва не собиралась жертвовать «разрядкой» ради удовлетворения амбиций египетского лидера.

«Наконец, освобождение Синая становилось для Садата делом личной чести. Все в Египте над ним посмеивались. В экономике и политике он не разбирался. На пост президента попал случайно. Много пил, особенно любил русскую водку. Тайные контакты с США вселяли надежды на необходимое самоутверждение на ниве победоносной войны с Израилем.

Советской военной разведке стало известно, что США по линии ЦРУ заверили Садата, что готовы оказать Египту “всемерную помощь” при условии избавления от советских войск. К тому же американцы всячески подчеркивали, что египетская армия уже оправилась от шока 1967 г., восстановлена, обучена и готова к битве с Израилем. Садат колебался вплоть до апреля 1972 г., когда его очередной визит в СССР не дал ожидаемых результатов: Египту было отказано в просьбе увеличить советскую военную помощь. Тут же в Каир прибыл госсекретарь США Г. Киссинджер, который поставил египетскому лидеру примерно такое условие: убирайте из страны русских, и Америка будут выплачивать вам ежегодно 3 млрд долларов для поднятия экономики и укрепления обороны…

7 июля 1972 г. советский посол В. Виноградов прибыл в резиденцию А. Садата, чтобы довести до египетского руководства содержание беседы Л. Брежнева с американским президентом Ричардом Никсоном, где частично обсуждалась ближневосточная проблема. Брежнев в очередной раз подтвердил свою решимость защищать справедливое дело арабских народов, заявлял о готовности вести переговоры с США о сокращении поставок вооружения на Ближний Восток.

Когда В. Виноградов закончил разговор, Садат нервно спросил: “Это всё?” — “Да, всё”, — ответил посол. — “Ну так вот, — без перехода начал египетский президент. — Я решил отказаться от услуг советских военных. Они нам больше не нужны. Пусть возвращаются домой, отдыхают… Обсуждение излишне. Я уже принял решение. Советские военные должны немедленно уехать…”

Тут же были обнародованы цифры и даты. Их общая канва сводилась к следующему: к 17 июля 15 тыс. советских специалистов должны быть за пределами Египта. Из страны вывозится всё вооружение, которое использовалось непосредственно советскими военнослужащими. Правда, через несколько дней Садат чуть подкорректировал свои требования и стал настаивать на передаче египетской стороне всего поставленного из СССР оружия и боевой техники.

Вскоре американские эксперты буквально наводнили египетские части ПВО, начав “знакомиться” с технической документацией с советским грифом “Совершенно секретно”. Одновременно в местных средствах массовой информации началась кампания, смысл которой сводился к тому, что СССР, проникнув в Египет в силу стечения обстоятельств, больше думал о распространении собственной коммунистической идеологии, чем о военной стороне дела, поставляя в страну “второсортное оружие”, чего нельзя сказать об американцах, сумевших оснастить Израиль первоклассной боевой техникой. Однако, по заключению военных экспертов (в частности, генерал-полковника И. Катышкина), эти утверждения не соответствуют истине — даже в Советском Союзе далеко не каждая воинская часть имела оснащение, сравнимое с тем, что было в Египте. К слову сказать, советская военная помощь Египту за период с 1965 по 1972 гг. составила 3,2 млрд долларов»[65].

С одной стороны, потеря престижа, а особенно форма требований Садата о высылке советских специалистов была оскорбительна для СССР и нанесла серьёзный ущерб его политике на Ближнем Востоке. А с другой стороны — это развязало руки Брежневу для проведения его бредовой политики «разрядки». Ведь на самом деле Белый дом никогда не планировал налаживания дружественных отношений, а наоборот, через «разрядку» планировал разрушить СССР изнутри.

«Отправляли советских военнослужащих самолётами Ан‐12, Ан‐22, Ил‐18 и Ил‐62, а также теплоходами в Севастополь и Одессу. Солдаты и офицеры ждали торжественного приёма, встречи с родными и близкими. Однако… порты оказались оцепленными вооружёнными людьми в штатском. Всех строили и в сопровождении автоматчиков отводили в военные городки. Было запрещено звонить по телефону, ходить в туалет без сопровождения охраны, делиться с кем-либо из местного персонала любыми впечатлениями от заграничной командировки. Лишь на четвёртые сутки после соответствующих инструктажей, проводившихся офицерами особого отдела, “воинов-интернационалистов” начали откомандировывать к местам постоянной службы.

Несколько месяцев на Ближнем Востоке царила неопределённость. В Каире ждали встречного жеста со стороны Вашингтона и Тель-Авива. Но при этом ничуть не смягчалась антисионистская риторика в стране. Однако ни США, ни Израиль никак не реагировали на столь “драматический” поступок египетского лидера. Вскоре Садат понял, что войны с Израилем не избежать — иначе ему уготовлена политическая смерть. А для этого нужно было пока продолжить сотрудничество с СССР.

В декабре 1972 г. Садат принял решение о продлении на пять лет “военно-политических льгот” Советскому Союзу. В Москве подобное решение было воспринято как знак “особых” отношений с Египтом, поэтому военные поставки шли в необходимых размерах, продолжалось экономическое сотрудничество. С декабря 1972 г. по июнь 1973 г. Египет получил больше советского оружия, чем в течение 1971–1972 гг., причём теперь он получал оружие без советских советников, решавших в свое время, где и как оно должно быть использовано. Садат признавал, что Кремль “заваливает” его новым оружием»[66].

8 марта 1963 г. в ходе переворота в Сирии от власти были отстранены буржуазно-помещичьи круги. К руководству пришли представители средних и промежуточных слоёв сирийского общества.

Организаторами переворота были три армейские группировки, в том числе офицеры-насеристы и члены Военного комитета. Официальное руководство сирийской Партии арабского социалистического возрождения (ПАСВ) не принимало в нём прямого участия. Тем не менее партия оказалась наиболее крупной политической организацией, близкой к восставшим армейским группировкам, и ей было передано государственное руководство страной. 24 марта 1963 г. был создан Национальный совет революционного командования (НСРК), к которому перешла законодательная и исполнительная власть. Председателем его был назначен генерал Луэй аль-Атаси, занимавший видные государственные посты в период объединения.

Руководство ПАСВ сразу же начало активно действовать в пользу создания нового государственного объединения с Египтом, стремясь тем самым получить поддержку юнионистских сил, прежде всего в армии. К этому вынуждали его и начавшиеся уже через три дня после переворота вопреки неоднократным правительственным запретам демонстрации сторонников как немедленного, так и поэтапного объединения с Египтом.

В марте в Каире были проведены переговоры между Сирией, ОАР и Ираком. В результате 17 апреля 1963 г. была принята Хартия Федерации арабских республик в составе указанных государств. Однако выявившиеся уже во время переговоров серьёзные разногласия между сирийской делегацией и президентом Насером, несовпадение позиций ПАСВ и сирийских юнионистских организаций, последовавшие затем репрессии против последних привели к провалу всех предпринятых для восстановления объединения усилий. В июле того же года соглашение о создании федерации было фактически аннулировано.

В 1970 г. военная фракция ПАСВ, возглавляемая министром обороны Хафезом Асадом, требовала проявить более реалистический подход к проблеме урегулирования ближневосточного конфликта. Выработанные ею предложения были вынесены на обсуждение IV региональной конференции ПАСВ, состоявшейся в сентябре 1968 г. Они включали необходимость улучшения отношений Сирии с другими странами, вовлеченными в конфликт, а также с Ираком; передачу армии контроля над всеми воинскими частями в Сирии, в том числе и над действующими с её территории отрядами палестинских партизан; улучшение технической оснащенности и укрепление боеспособности вооружённых сил; расширение сотрудничества с другими патриотическими и прогрессивными силами страны. Однако большинство участников конференции выступили за продолжение прежнего курса. Аналогичным было и решение X общеарабского съезда ПАСВ, созванного в том же месяце.

1 мая 1969 г. был утверждён проект временной конституции. Сирия объявлялась «демократической, народной и социалистической республикой». Высшая законодательная власть передавалась Народному совету, который избирался сроком на четыре года, власть на местах — муниципалитетам, через которые «граждане могли осуществлять свои политические права». Конституция определяла Сирию как государство с «социалистической плановой экономикой». Отмечалось наличие трёх видов собственности: народной, коллективной и частной. Размеры и сфера приложения допускаемой частной собственности определялись специальным законом, причём интересы её владельцев не должны были противоречить интересам общества и должны были отвечать основному социальному требованию — служить росту благосостояния народа.

29 мая 1969 г. было сформировано новое правительство, в которое вошли представители ПАСВ, несколько «независимых» и один коммунист. Президентом был назначен Нур ад-Дин Атаси. Министром обороны стал генерал Хафез Асад. Своей основной задачей правительство провозгласило проведение в жизнь решений IV чрезвычайной региональной конференции ПАСВ.

Нападение Израиля и внутренние проблемы привели в октябре 1970 г. страну к кризису. Создавшееся в партии и в стране положение вынудило армейскую фракцию принять решительные меры. 13 ноября 1970 г. Хафез Асад отдал приказ об аресте президента Hyp ад-Дина Атаси и генерального секретаря партии Салаха Джадида. Власть в стране перешла в руки армейской фракции.

В результате состоявшегося 12 марта 1971 г. референдума подавляющим большинством голосов Хафез Асад был избран президентом Сирии. В апреле было сформировано новое правительство во главе с Абд ар-Рахманом Хлейфауи.

12 марта 1973 г. в результате всеобщего референдума была утверждена постоянная конституция. Сирийская Арабская Республика объявлялась «суверенным социалистическим народно-демократическим государством» с «социалистической плановой» экономикой, «преследующей цель ликвидации всех форм эксплуатации». Устанавливались три формы собственности: народная, коллективная и частная. Подчеркивалось, что основной закон определяет социальное назначение частной собственности «в интересах национальной экономики и в рамках планов развития. Формы её использования не должны противоречить интересам народа».

Законодательная власть осуществляется президентом, а также Народным советом, который избирается всеобщим, тайным и прямым голосованием на четырёхлетний срок. Исполнительная власть осуществляется президентом республики, избираемым на семь лет, Советом министров, местными народными советами.

26 декабря 1968 г. в афинском аэропорту два палестинца — 19‐летний Тахер Хусейн Ямани и 25‐летний Махмуд Исса — обстреляли из автоматов «Боинг-707» израильской авиакомпании «El Al». После этого оба террориста бросили оружие и сдались полиции. Лайнер был слегка повреждён.

Через два дня Израиль напал на Ливан. Повод — террористы-де прилетели из Бейрута.

В 20 ч. 37 мин. 28 декабря 1968 г. восемь вертолётов «Супер Фрелон» израильских ВВС и восемь вертолётов «Белл» вылетели с авиабазы Рамат-Давид в Ливан. Шесть вертолётов «Супер Фрелон» несли ударную группу, которая состояла из 64 коммандос отряда «Сайерет Маткаль», а два других действовали в резерве. Семи вертолётам «Белл» была отведена активная роль в миссии, один оставался в резерве. Из семи пять должны были действовать в поддержку эвакуации коммандос, один должен был служить командным центром операции, а другой должен был обеспечивать поддержку в патрулировании и передаче сообщений.

Вертолёты встретились в 12 километрах от ливанского побережья, прежде чем двинуться в сторону Бейрута. Силы из 36 коммандос находились в режиме ожидания для быстрого развёртывания на авиабазе Рамат-Давид на случай, если потребуется выполнить спасательную операцию. Два штурмовика A‐4 «Скайхок» и два истребителя-бомбардировщика «vautour» также находились в воздухе, чтобы в случае необходимости оказать воздушную поддержку на случай любого ливанского военного вмешательства.

Два транспортных самолёта «Норд Норатлас» также были подняты в воздух, чтобы впоследствии оказать помощь в эвакуации, в то время как ещё два были развёрнуты для сброса сигнальных ракет, передачи информации и спасения на море. «Боинг‐707» находился над северной частью Израиля для обеспечения радиорелейной связи. На аэродроме Бетцет был создан пункт дозаправки для любых нуждающихся в нём вертолётов.

Учитывая возможность того, что аэропорт не удастся обеспечить для эвакуации, был запланирован альтернативный выход морем. Военно-морские силы Израиля разместили у ливанского побережья четыре ракетных катера и два торпедных катера. Одному из торпедных катеров пришлось вернуться на базу из-за неисправности двигателя, в то время как остальные силы заняли позиции примерно в 25 километрах от ливанского побережья. Тринадцать морских коммандос «Шайетет» на тринадцати резиновых лодках отошли на расстояние 1500 метров от берега, чтобы оставаться в готовности в случае необходимости создать альтернативный пункт эвакуации.

Как видим, в ответ на нападение двух террористов Израиль собрал целую армию для производства бандитского нападения на пассажирские лайнеры в аэропорту Бейрута.

Всего было уничтожено 14 авиалайнеров арабских компаний, которые на 30–50 % принадлежали американским и французским компаниям.

Общая стоимость уничтоженных самолётов оценивалась в 43,8 миллиона долларов, из которых британские страховщики первоначально согласились выплатить 18 миллионов долларов, исключая все полисы, которые не покрывали военные действия.

Нападение вызвало широкое международное осуждение. 31 декабря 1968 г. Совет Безопасности Организации Объединенных Наций принял резолюцию 262, в которой осудил Израиль за «преднамеренные военные действия в нарушение его обязательств по Уставу и резолюций о прекращении огня», сделал «торжественное предупреждение Израилю о том, что в случае повторения подобных актов Совету придется рассмотреть дальнейшие шаги по выполнению своих решений», и заявил, что Ливан имеет право на соответствующее возмещение. Резолюция была принята единогласно.

Результатом рейда стал резкий упрёк со стороны Соединенных Штатов, которые заявили, что ничто не указывает на то, что ливанские власти имели какое-либо отношение к нападению на рейс 253 компании «El Al».

Франция, исторически связанная с Ливаном, резко отреагировала на это нападение. Президент Шарль де Голль счёл это личным оскорблением и дипломатической провокацией. Французское правительство отозвало своего посла в Израиле и впоследствии ввело эмбарго на поставки оружия, причём в качестве фактора указывалось использование Израилем вертолётов французского производства в ходе рейда.

С 1969 г. израильская авиация совершала регулярные налёты на Сирию. Налётам способствовало то, что Голанские высоты и горный хребет Антиливан в районе ливано-сирийской границы существенно затрудняли обнаружение израильских самолётов на дальних подступах к объектам в прифронтовой полосе.

Подлётное время израильских самолётов от аэродромов подскока до передовых сирийских частей составляло всего несколько минут. Из-за несвоевременности обнаружения и запаздывания сигнала тревоги зенитному полку фактически оставались одна-две минуты на приведение техники в готовность, а иногда этого времени не было вообще.

24 февраля израильская авиация бомбила Дамаск. Согласно израильским данным, было сбито три сирийских МиГа, у евреев потерь не было.

В ходе большого воздушного боя 8 августа 1969 г. сирийские ВВС потеряли 7 истребителей МиГ‐21.

11 декабря 1969 г. в воздушном бою с израильскими истребителями сирийцы потеряли три самолёта. В бою 8 января 1970 г. они потеряли ещё три МиГ‐21. Всего с момента окончания Шестидневной войны сирийские ВВС потеряли 17 самолётов.

Всё это время не прекращалась психологическая война. Так, 23 января 1970 г. пара сирийских МиГ‐21 перешла звуковой барьер над Хайфой. А на следующий день израильские «фантомы» летали на Дамасском и другими сирийскими городами. 2 февраля над Голанскими высотами был сбит системами ПВО разведывательный «Мираж-III».

В августе 1972 г. над Голанскими высотами были сбиты 4 сирийских самолёта, а позже в ходе воздушных боев погибли ещё 8 сирийских истребителей. В январе — сентябре 1973 г. израильтяне сообщили об уничтожении 20 сирийских самолётов при потере своего одного самолёта.

Следует заметить, что большие потери арабских лётчиков объясняются лучшей подготовкой израильских пилотов, а также их превосходством в радиотехнических средствах разведки. Наконец, все цифры потерь взяты из израильских источников за отсутствием реальных сирийских документов. Фактические потери евреев больше, а арабов — меньше.

В 1959–1962 гг. Н.С. Хрущёв с подачи советского ракетного лобби прекратил все работы по созданию ствольной артиллерии большой и особой мощности. Среди них были и 180‐мм дальнобойные пушки С‐23 системы В.Г. Грабина. В 1955 г. Сталинградский завод «Баррикады» изготовил малую серию из семи 180‐мм пушек С‐23. На этом их производство закончилось. А в 1959 г. С.П. Королев с санкции Хрущёва «съел» знаменитое артиллерийское КБ ЦНИИ-58, а его глава Грабин был уволен.

К 1967 г. пушки С‐23 были выведены из боевого состава Советской армии. Но вот грянула Шестидневная война. Израильтяне заняли господствующие над сирийской территорией Голанские высоты и установили там американские 175‐мм самоходные пушки М107, имевшие дальность стрельбы 32 км при весе снаряда 25 кг. Евреи получили возможность безнаказанно внезапно открывать огонь по сирийским военным объектам — штабам, РЛС, позициям зенитных ракет, аэродромам и т. д.

А «великий и могучий Советский Союз» ничем не мог помочь братьям-арабам, так как высокоточных ракет у нас тогда не было, а дальнобойную артиллерию погубил Хрущёв. По указанию ЦК КПСС на заводе «Баррикады» (№ 221) срочно приступили к восстановлению производства С‐23. Сделать это было весьма непросто, поскольку значительная часть документации и технического оборудования была утеряна. Тем не менее коллектив завода успешно справился с поставленной задачей. До 1971 г. для Сирии было изготовлено двенадцать 180‐мм пушек С‐23.

Наши 180‐мм пушки стреляли 88‐килограммовыми осколочно-фугасными снарядами на дальность 30,4 км, а активно-реактивными — на 43,8 кг.

Одна С‐23 была захвачена израильтянами и хранится у них в музее артиллерии в Зихрон Якове. А остальные 11 пушек С‐23 на 2016 г. использовались сирийцами в боях с мятежниками.

2 апреля 1970 г. самолёты ВВС Израиля нанесли удар по позициям сирийского укреплённого района на Голанских высотах. Завязался воздушный бой, в ходе которого израильтянами были сбиты около 10 арабских самолётов. Но и израильский «фантом» попал под перекрёстный огонь зенитных орудий, самолёт вспыхнул, и пилотам пришлось катапультироваться прямо над сирийскими позициями.

В начале лета 1972 г. ливанская и сирийская агентура израильской военной разведки АМАН передала важную оперативную информацию — стало известно о том, что группа высокопоставленных офицеров сирийского Генштаба в ближайшее время планирует провести инспекцию приграничных с Израилем районов Южного Ливана и посетить сектор Вади Шуба.

Начальник Генштаба Давид Элазар приказал провести операцию по похищению этих сирийских генералов для их обмена на израильских лётчиков. Командующий Северным округом Мордехай Гур доверил операцию спецназу «Сайерет Маткаль», командиром которого был подполковник Эхуд Барак.

21 июня 1972 г. в 3 часа утра отряд «Сайерет Маткаль» во главе с Йони Нетаньяху пересек границу с Ливаном. На этот раз было решено усилить спецназ двумя бронетранспортерами. Ещё до наступления рассвета бойцы «Сайерет Маткаль» заняли исходные позиции в районе Вади Шуба. Эскорт должен был появиться около полудня. Так и случилось. Примерно в 12 часов послышался шум приближающейся колонны автомобилей. Йони Нетаньяху взглянул в бинокль и заметил белый «лендровер» с ливанскими жандармами и легковые автомобили «остин» и «импала», в которых, вероятно, сидели сирийские офицеры. Йони Нетаньяху тут же связался с Бараком, который находился в это время на командном пункте, разместившемся на одной из баз Хар-Дов. Не прошло и полминуты, как последовало разрешение приступить к операции.

Один из бронетранспортёров неожиданно вырвался из укрытия и замер в считаных метрах от белого «лендровера» с ливанскими жандармами. Прежде чем конвой опомнился, израильские спецназовцы, находившиеся на бронетранспортёре, открыли плотный автоматный огонь по «лендроверу». Несколько ливанских жандармов были убиты на месте, один сирийский офицер получил тяжёлое ранение.

Вся операция заняла не более 5 минут.

Уничтожено трое сирийцев, в руках израильтян оказались пятеро высокопоставленных сирийских офицеров, капитан ливанской разведки и трое ливанских жандармов. Среди пленных: генерал — начальник оперативного отдела сирийского Генштаба, два полковника военной разведки и два офицера разведки ВВС Сирии. На найденной у них карте были помечены военные и гражданские объекты, находящиеся в Израиле.

Хотя сирийцы, узнав о случившемся от американских дипломатов, сразу заявили, что готовы к обмену, но премьер Голда Меир заартачилась и потребовала какого-то тройного обмена с участием египтян, что, естественно, не удалось осуществить, и поэтому лишь спустя 8 месяцев после операции, 3 июня 1973 г., капитан Пини Нахмани, капитан Гидон Маген и лейтенант Боаз Эйтан были обменены на пятерых высокопоставленных сирийских офицеров и ещё 46 сирийских солдат.

Осенью 1972 г. израильские самолёты семь раз бомбили Сирию и три — Ливан.

До октября 1973 г. Израиль 82 раза нарушал воздушное пространство Ливана в районе городов Тир, Сайда, Марджаюн, Эн-Накура, Ярин, Бент-Джбаиль, Марун-Эр-Рас и др.

13 сентября 1973 г. сирийцы напали на израильский разведывательный самолёт, летевший над Средиземным морем, чтобы сфотографировать военные объекты в Северной Сирии.

Это был разведывательный полёт четырёх израильских «фантомов», маршрут которых проходил над основными сирийскими авиабазами, затем над Латакией, затем уход над морем на юг в Израиль.

Сирийцы подняли на перехват свои МиГ‐21. ВВС Израиля направили для прикрытия разведчиков 4 «фантома» и 8 «Мираж-3». Завязался воздушный бой, в результате которого было сбито 12 или 13 сирийских МиГ‐21 при потере одного израильского «Мираж-3».

Один сирийский пилот был взят израильтянами в плен и впоследствии обменен на израильских пленных. Повреждённый израильский самолёт приземлился в авиабазе Рамат-Давид.

В 1973 г. войсках и силах ПВО Сирии были проведены мероприятия, позволившие повысить огневые возможности частей и подразделений. Так, значительно усилилась ПВО дивизии, чему способствовало включение в пехотные и танковые бригады ПЗРК «Стрела-2» и «Стрела-2М», а в танковые бригады танковых дивизий, кроме того, ЗСУ‐23—4 «Шилка». Тем не менее, многое задуманное осталось незавершенным. Так, был закончен только первый этап обучения личного состава ЗСУ‐23—4 «Шилка» и ПЗРК «Стрела-2».

Войска ПВО Сирии в своем составе к началу боевых действий имели 6 зенитных ракетных бригад (38 дивизионов) и 16 зенитных артиллерийских полков. Три зенитные ракетные бригады имели смешанный состав (по два дивизиона «Волга», один-три дивизиона «Двина» и два-пять дивизионов «Печора»). Три бригады состояли из дивизионов ЗРК «Квадрат» (всего 15 дивизионов). Зенитная артиллерия ПВО включала 250 орудий. В боевых порядках зенитной ракетной бригады «Квадрат» развертывались ЗСУ‐23—4 «Шилка» (по шесть в каждой бригаде). Кроме того, в войсках ПВО находилось 155 ПЗРК «Стрела-2» и «Стрела-2М».

Уровень подготовки войск ПВО Сирии в целом оценивался удовлетворительно. Однако зенитные ракетные дивизионы, сформированные и вошедшие в группировку ЗРВ с января по август 1973 г., были недостаточно обучены сложным видам стрельб по скоростным и маневрирующим целям, а также в условиях радиопомех. Настройку аппаратуры и устранение неисправностей проводили в основном советские специалисты.

Подавляющая часть самолётного парка Израиля состояла из самолётов американского производства (112 «фантомов» и 140 «скайхоков»). Кроме того, были самолёты французского производства (47 — «Мираж ЗС»), а также устаревшие типы «вотур» (15), «супер-мистер» (25), «фуга мажистер» (80), «Мистер 4А» (25), «ураган» (35). Имелось также 10 беспилотных самолётов-разведчиков BQM‐34A.

Из общего числа боевых самолётов 45 находились в резерве, остальные в боевых частях. Техническая готовность самолётов «фантом», «скайхок» и «мираж» составляла 95 %, устаревших типов — 85 %. Все боевые авиачасти были полностью укомплектованы личным составом. На каждый боевой самолёт имелось 1,2–1,4 экипажа.

В частях ПВО Израиля, организационно входивших в ВВС, насчитывалось 102 пусковых установки ЗУРС «Хок» и 6 трофейных пусковых установок С‐75. Кроме того, имелось 30 дивизионов зенитной артиллерии.

Летом 1973 г. президент Египта Анвар Садат и президент Сирии Хафез Асад принимают решение начать войну против Израиля. Однако точную дату начала боевых действий президенты определили в строжайшей тайне лишь 4 октября. В тот же день об этом стало известно советской разведке, а американцы ничего не знали. Министр иностранных дел А.А. Громыко, узнав об этом, воскликнул: «Боже мой! Через два дня начнется война! 6 октября, по московскому времени в 14 часов! Египет и Сирия против Израиля!.. Вот не послушались нас, лезут. А чего лезут — сами не знают».

Кстати, высшее командование и правительство Израиля и не подозревало о «возможности всеобщей войны». Только в 4 ч. 30 мин. утра 6 октября разведотдел при Генштабе доложил руководству, что полученная только что информация «дает основание утверждать: враг начнет операцию “Шарара” (“Искра”) на двух фронтах в 18.00 вечера». Как позже отмечала специально созданная Следственная комиссия по обстоятельствам о войне Судного дня, именно ротозейство разведки стало причиной «дополнительных затруднений в приведении регулярных войск на фронтах в боевую готовность, особенно в зоне канала»[67].

Арабы начали войну около двух часов дня по местному времени 6 октября налетом истребителей-бомбардировщиков на несколько десятков израильских объектов. Порядка двух сотен египетских самолётов пересекли Суэцкий канал и атаковали три израильских аэродрома, несколько позиций ЗРК «Хок» и множество РЛС. При этом египетские Ту‐16 широко использовали крылатые ракеты.

Наступление арабов, приуроченное к празднованию в Израиле Дня искупления («Йом-кипура»), вначале развивалось успешно. Так, 6 октября после массированной артподготовки египетская пехота, поддержанная штурмовой авиацией и вертолётными десантами, форсировала канал, прорвала укрепления «Линии Барлева» и начала продвижение вглубь Синайского полуострова.

По передовым израильским аэродромам было нанесено несколько успешных ударов египетскими и сирийскими тактическими неуправляемыми ракетами «Луна-М». К исходу 8 октября египтянам удалось захватить на восточном берегу канала два армейских плацдарма глубиной по 10–12 км.

9—13 октября египетские пехотные дивизии закреплялись на достигнутых рубежах, одновременно на плацдармы перебрасывались резервы для дальнейшего наступления. Удары по переправам «скайхоков» и «фантомов» не достигали цели, отражаясь мощной ПВО, развернутой на западном берегу канала.

На Голанских высотах сирийцы атаковали израильские позиции, где размещались две бригады и одиннадцать артиллерийских батарей, силами пяти дивизий и 188 батарей. К началу войны 180 израильских танков противостояли примерно 1300 сирийским танкам. Таким образом, все израильские танки, находящиеся на плато, попали под первый удар. Кроме того, в самом начале боевых действий сирийцы вертолётным десантом высадили на горе Хермон группу коммандос, которая быстро захватила располагавшийся там мощный радар и систему укреплений.

Так же, как и египтяне на Синае, сирийцы старались все время оставаться под прикрытием своих ракетных батарей ПВО, и так же, как и египтяне, сирийцы оснастили войска большим количеством противотанковых установок, применение которых, однако, оказалось не столь успешным из-за неровного, холмистого театра военных действий.

Сирийцы ожидали, что переброска израильских резервистов займет по меньшей мере сутки. Между тем первые резервисты начали прибывать на Голанские высоты уже через 15 часов после начала войны.

Израильские «фантомы», несмотря на сильную ПВО противника, пытались атаковать его позиции. Уже к концу дня 6 октября израильтяне выполнили несколько десятков вылетов против сирийцев. Но из-за недостатка разведданных и сильного противодействия противника евреи потеряли 5 самолётов.

На следующий день, 7 октября, сирийские и иракские самолёты также проявляли высокую активность, потеряв при этом около 10 машин. По сирийским данным, их лётчики сбили в воздушных боях 12 израильских самолётов, в том числе два над Ливаном. Но, согласно официальным данным, потери Израиля во второй день конфликта составили 22 самолёта. Египетские же СМИ заявили об уничтожении 57 самолётов противника, при потере 21 своего истребителя.

«К вечеру 9 октября уцелевшие танки 7‐й бригады пошли в последнюю самоубийственную контратаку против 7‐й сирийской пехотной дивизии. Казалось, что с ними будет покончено, но очень вовремя и совершенно неожиданно для сирийцев подоспели 30 танков “центурион” из 188‐й бригады (это было всё, что осталось от бригады). Израильские танкисты с ходу расстреляли 22 арабских танка и переломили ход боя. Через час после вступления в бой танков 188‐й бригады арабы начали отходить. Командующий Сирийским фронтом генерал Янош радировал своим танкистам: “Вы спасли народ Израиля”. Он был прав: судьба страны решилась 9 октября на Голанских высотах. Сирийцам не хватило чуть-чуть удачи и чуть-чуть резервов.

В “Долине слез” 7‐я бригада потеряла 98 “центурионов” из 105 (по другим данным — 73), но смогла уничтожить 230 арабских танков и более 200 БТР и БМП. Ценой собственной гибели бригада остановила продвижение сирийцев.

188‐я резервная бригада потеряла техники меньше, чем 7‐я, но убыль личного состава была выше — за четыре дня боев в бригаде выбыло из строя 90 % офицеров.

Иначе в этот критический день 9 октября развивались события южнее Эль-Кунейтры. Здесь израильтяне смогли взять инициативу в свои руки: части подошедших 4, 9 и 679‐й резервных танковых бригад контратаковали подразделения сирийской 9‐й пехотной дивизии. Атака была отбита с большими потерями для израильтян, и они ввели в бой танки 205‐й резервной бригады.

Танковое сражение в районе селения Рамат-Магшимим взывало к памяти боев Второй мировой войны не только своим накалом, но и техникой, которая принимала в нем участие, 205‐я бригада имела на вооружении пусть модернизированные, но все же “шерманы” (М‐51), противотанковые батареи 7‐й пехотной дивизии — СУ‐100.

Израильтяне медленно, но верно теснили арабов, и к исходу дня вышли на подступы к узлу дорог и важному опорному пункту сирийцев Хуссейния. Хуссейния стала таким же местом притяжения бронетехники с обеих сторон, как несколькими днями ранее в “Долине слез”. И израильтяне, и арабы перебросили сюда по две танковых бригады. Танковое сражение закончилось в пользу израильтян.

К середине дня 10 октября израильские войска вышли на линию перемирия на всем её протяжении, и в боях на Сирийском фронте наступило относительное затишье. Обе стороны перегруппировывали силы и пополняли резервами свои войска.

Этот день знаменателен тем, что в войну на стороне арабов вступили Ирак и Иордания. В спешном порядке 350 иракских танков и 18 000 солдат направились на Голанские высоты; Иордания перебросила в Сирию свою элитную 40‐ю танковую бригаду. Поздней ночью в Тель-Авиве высокие государственные чины решали, как дальше воевать на Сирийском фронте.

Министр обороны Моше Даян резко возражал против вторжения на территорию Сирии, опасаясь возможного прямого военного вмешательства Советского Союза. Начальник Генерального штаба генерал-лейтенант Давид Элазар стоял за контратаку на глубину примерно 22 км с целью разгрома сирийской группировки. Решающим стало мнение премьер-министра Голды Меир, присоединившейся к начальнику Генштаба.

Наступление назначили на 11.00 11 октября. Израильтяне всего за один день смогли восстановить боевую мощь 7‐й бригады. В ней собрали все уцелевшие танки, а также придали свежий резервный батальон; в результате к утру 11 октября имелось четыре полностью укомплектованных танковых батальона. Как и намечалось, в 11 часов под прикрытием артиллерии и авиации танки Кахалани первыми пересекли “Пурпурную линию”. Угдат “Рафул”, главную силу которого составляли танкисты 7, 17 и 679‐й бригад, атаковал вдоль дороги Шамс — Мазрат-Бейт-Джан. Теперь перед израильтянами встали проблемы, ранее отравлявшие жизнь арабским танкистам — минные поля, скалистая местность, противотанковая оборона.

Удар пришелся по позициям 68‐й пехотной бригады 7‐й сирийской пехотной дивизии. Арабы не ожидали атаки и вначале растерялись, не оказав серьезного сопротивления. Ожесточенный бой начался, только когда танки вышли на подступы к опорному пункту Мазрат-Бейт-Джан. Два израильских танковых батальона попали под комбинированный удар авиации и артиллерии, после чего их с фланга атаковали сирийские танки. Сражение продолжалось шесть часов, до наступления темноты, и возобновилось с рассветом.

К 13 часам 12 октября израильтяне захватили Мазрат-Бейт-Джан. Южнее 7‐й бригады, вдоль шоссе Эль — Кунейтра — Дамаск, наносили удар танкисты 188‐й резервной бригады в составе 24‐го угдата (дивизии) генерал-майора Ланера (в угдат входили также подразделения 19, 20 и 78‐й танковых бригад). Арабские позиции вдоль этой дороги были укреплены значительно лучше, чем позиции в полосе наступления 7‐й бригады. Наступающие танки напоролись на хорошо подготовленную оборону и попали под массированный огонь ПТУР “Малютка”, запускаемых как с БРДМ, так и из хорошо замаскированных позиций спешенными расчётами. Данные о потерях 24‐го угдата в этом бою отсутствуют, однако израильский автор оценил их как “очень большие”.

К концу дня сирийцам с помощью авиации и расчётов ПТУР удалось остановить наступление израильтян. Израильское командование приняло решение сместить направление удара к северу и попытаться захватить Тель-Шамс.

Утром 12 октября 20 танков 82‐го батальона 188‐й бригады попытались обойти позиции сирийцев, обороняющих Тель-Шамс. Расчёты “Малюток” были начеку: они подбили восемнадцать израильских машин. Командир батальона подполковник Бен-Ханан был тяжело ранен, и его пришлось эвакуировать в тыл. С поля боя его вынесли разведчики капитана Янатана Нетаньяху, убитого три года спустя во время легендарного рейда “коммандос” в Эттенбе.

Танковая атака на Тель-Шамс с юга оказалась бесполезной, в то время как к вечеру 12 октября парашютисты 31‐й воздушно-десантной бригады, входивший в угдат “Рафул”, захватили арабский опорный пункт, потеряв всего четырёх человек ранеными.

Из 250 подбитых израильских танков 150 удалось впоследствии ввести в строй. Потери Сирии и её союзников — 3612 человек убитыми, 6900 — ранеными и 1500 подбитых танков»[68].

Египетские силы ПВО на Сирийском фронте нанесли большие потери израильским ВВС. «Только за первые четыре дня были потеряны 50 боевых самолётов и ещё 10 получили повреждения. Это составляло 20 % всего количества ударных машин. Но хуже всего, велики были потери летного состава.

Пилоты, действовавшие как штурмовики, были вынуждены определять и уничтожать цели с малых высот, что всегда чревато большими потерями от огня с земли. Разведывательные данные устаревали буквально на глазах, потому очень важным являлось взаимодействие с наземными контролерами. В результате всего этого многие пилоты погибали ещё до нанесения удара — в процессе поиска цели.

Израильское командование, проанализировав этот печальный опыт, стало спешно менять тактику применения: так, цели начали обозначать дымовыми снарядами артиллерии. За счет своей скорости самолёты стали делать всего один заход на цель. Практиковался налет нескольких машин на одну цель с разных направлений, одновременно в воздухе находился самолёт либо вертолёт, экипаж которого предупреждал ударные машины о каких-либо опасностях. Теперь подлет к цели производился на средних высотах, что снизило потери от огня ПВО. Широко применялись противорадиолокационные ракеты “Шрайк” американского производства. Все ударные самолёты в обязательном порядке должны были нести контейнеры средство радиоэлектронной борьбы»[69].

Еще в 1970 г. Израиль тайно закупил в США 12 реактивных беспилотных аппаратов «Firebee» компании «Теледайн Риан». Практически это были реактивные самолёты-снаряды со стреловидным крылом, запускаемые с борта транспортных самолётов С‐130 «Геркулес». Стартовый вес беспилотного летательного аппарата (БПЛА) составлял 936 кг, максимальная скорость 933 км/ч, дальность полета 950 км.

Американские компании специально модернизировали свои БПЛА в двух вариантах. Так, в версии БПЛА «Мабаг» вел аэрофотосъемку, а в версии «Шамит» БПЛА использовался в качестве мишени. Кроме того, американская компания «Нортроп Грумман» тайно поставляла в Израиль БПЛА типа «ложная цель» МQМ‐74А «Шукар», получивший в израильской армии название «Тэлем».

Таким образом, в 1973 г. впервые на Ближнем Востоке Израиль начал массово применять БПЛА в ходе военных действий. БПЛА серьезно затрудняли работу арабских средств ПВО и существенно снизили потери ВВС Израиля. Применение БПЛА во многом объясняет и разницу в сведениях о потерях израильских ВВС, которые приводят израильтяне и арабы, которые засчитывали беспилотники как боевые самолёты, и, на мой взгляд, в отношении «Firebee» это вполне справедливо.

В свою очередь сирийские ВВС поддерживали советские самолёты радиоэлектронной борьбы Ан‐12ППС из 117‐го отдельного авиационного полка РЭБ с постоянным местом базирования в Шауляе.

Роль системы противовоздушной обороны Сирии в отражении налётов израильской авиации в октябрьской войне 1973 г.

Куба послала в Сирию приблизительно 3000 солдат, включая экипажи танков.

С началом войны 150 кубинских танкистов были переброшены в Сирию на трёх советских самолётах по маршруту Гавана — Берлин — Дамаск. Однако они прибыли лишь на следующий день после заключения перемирия и в войне не участвовали.

Танки Т‐54 и Т‐55 кубинцы получили в Дамаске. После войны число кубинских добровольцев было увеличено до трёх тысяч. Из кубинцев сформировали 806‐й танковый полк, на вооружении которого состояло 110 танков Т‐54 и Т‐55, и 9 бронемашин БРДМ и БМД.

Первый бой кубинского полка с израильтянами состоялся в марте 1974 г. Кубинские добровольцы вернулись на родину в январе — феврале 1975 г.

Впервые официально Куба признала факт участия в войне с Израилем в октябре 1998 г., на 25‐ю годовщину начала переброски танкистов в Сирию.

ГДР направила в Сирию 12 полностью оснащённых боевым вооружением истребителей-перехватчиков МиГ‐21М. Машины в разобранном состоянии, вместе с немецкими военнослужащими, 22 октября были переброшены советскими самолётами Ан‐12 в Венгрию. 28 и 29 октября в Сирии самолёты были переданы советским военным инструкторам, после чего все военнослужащие ГДР вернулись на родину, и никакого участия в боях они не принимали.

Накануне боевых действий в октябре 1973 г. на сирийский фронт прибыли 20–30 пилотов ВВС КНДР.

По разным данным, в ходе октябрьской войны на территории Сирии находилось от 2,5 до 8 тысяч советских советников.

Уже на второй день войны СССР начал доставлять оружие и снаряжение в Египет и Сирию морем. Через 4 дня после начала войны 1973 г. советская военно-транспортная авиация приступила к переброске вооружений в Дамаск и Каир.

Всего в ходе войны экипажи ВТА СССР выполнили 78 рейсов на Ближний Восток на самолётах Ан‐22, 725 — на Ан‐12, перевезя при этом 1700 человек и 8157 тонн боевой техники и боеприпасов.

В середине декабря 1973 г. аппарат военного атташе при посольстве СССР в Сирии, совместно с офицерами из Группы военных специалистов, организовал отправку в СССР обломков израильских самолётов, сбитых советскими ракетами во время боевых действий. Останки в виде покореженных балок, бесформенных кусков фюзеляжа и крыльев, разбитых механизмов и агрегатов временно покоились в хозяйственном блоке при старом клубе Государственного комитета по экономическим связям СССР (ГКЭС), располагавшегося рядом с мечетью Эль-Фардус на площади Ат-Тахрир, а затем были по воздуху отправлены в Советский Союз.

Несколько слов надо сказать об участии в войне 1973 г. других государств.

Кроме Египта, Сирии и Ирака некоторые другие арабские страны участвовали в войне, предоставляя финансирование и поставляя оружие. Полная сумма, в которую вылилась эта поддержка, до сих пор не установлена.

Ирак послал на Голанские высоты свои экспедиционные силы в составе 30 тысяч солдат, 500 танков и 700 бронетранспортёров.

Саудовская Аравия и Кувейт предоставили финансовую помощь и послали некоторое количество войск для участия в конфликте. Марокко послало на фронт «Марокканский экспедиционный корпус защиты арабской родины» из трёх бригад под командованием генерала Абд аль-Слам Амер аль-Зафарири. Переброска марокканского корпуса также осуществлялась на советских транспортных кораблях.

Тунис послал на войну около 1000 солдат, которые воевали вместе с египтянами в дельте Нила.

Пакистан послал на фронт 16 пилотов. В рядах арабских войск также было много палестинцев.

Алжир направил для борьбы с Израилем экспедиционный корпус, включавший 59 самолётов (МиГ‐21, Миг-17, Су‐7), пехотный взвод и бронетанковую бригаду (с 19 артиллерийскими орудиями). Алжир также сыграл очень важную роль, отправив свой 8‐й пехотный механический полк для боевых действий на египетском фронте. Всего насчитывалось почти 2100 мужчин, 815 унтер-офицеров и 192 офицера.

Судан послал 3500 солдат.

С 1971 по 1973 г. Ливия поставляла Египту истребители «Мираж», а также оказала помощь в размере 1 млрд долларов на подготовку к войне.

6 октября 1973 г. началась новая арабо-израильская война. Египетским войскам поначалу удалось форсировать Суэцкий канал и продвинуться на 15–25 км вглубь Синайского полуострова. Однако 15 октября израильские войска перешли в контрнаступление. На следующий день израильтяне прорвались к Большому Горькому озеру, а затем переправились через него на западный берег Суэцкого канала. В ночь на 19 октября израильские войска форсировали канал севернее Большого Горького озера. Израильтянам удалось рассечь 2‐ю и 3‐ю египетские армии, занявшие оборону на восточном берегу канала.

Часть прорвавшихся израильских войск двинулась на запад к Каиру, а часть — на юг к Суэцу.

К концу сентября 1973 г. 5‐я эскадра (командир — вице-адмирал Евгений Волобуев) состояла из более 50 судов, включая не менее 11 подводных лодок: с Северного флота дизельные лодки, в том числе проекта 641, и атомные (по крайней мере две с ядерными крылатыми ракетами) и с Черноморского флота дизельная лодка проекта 613 (С‐96 под командованием А. Балашова); флагманское судно плавбаза подводных лодок проекта 1886 «Волга»; два крейсера — ракетный проекта 58 «Грозный» и артиллерийский проекта 68‐бис «Дзержинский»; четыре больших противолодочных корабля (БПК) проекта 61 «Проворный», «Красный Кавказ», «Сметливый», «Скорый»; БПК проекта 1134Б «Николаев»; несколько эсминцев, в том числе «Напористый» (проекта 56), «Оживленный» (проекта 30‐бис); несколько сторожевых кораблей (четыре СКР с Черноморского флота); два тральщика «Рулевой» (проекта 266М) и МТ‐219 (проекта 266); десантные корабли проектов 1171 и 773 и несколько вспомогательных судов.

В целом советские силы были тогда способны к запуску двадцати крылатых ракет в первом залпе. Штаб эскадры находился на борту флагманского судна «Волга», которое находилось около Балеарских островов к востоку от Испании, где готовилось встретить пришедшую 69‐ю бригаду подводных лодок.

Часть кораблей после выполненной боевой службы готовилась к возвращению. БПК «Проворный» возвращался в Севастополь после четырёхмесячной боевой службы, но уже в Дарданеллах был получен приказ, и корабль вернулся в Эгейское море. Там командир капитан 3‐го ранга В.И. Мотин объявил, что по приказу Министерства обороны СССР корабль переводится в полную боевую готовность в связи с началом арабо-израильской войны.

В ночь на 3 октября в Средиземноморье, маскируясь за многочисленными торговыми судами, поэшелонно форсировав Гибралтарский пролив, прибыла 69‐я бригада подводных лодок — 10 лодок, в основном проекта 641 (в том числе Б‐440, Б‐130, Б‐409, Б‐41, Б‐105), плавбаза «Федор Видяев» и два резервных экипажа, под командованием капитана 1‐го ранга И.Н. Паргамона. Они вышли на первую боевую службу сроком на 12 месяцев и должны были заменить находящиеся там подводные лодки. Однако из-за повышения боевой готовности никакой замены не произошло, и эти корабли влились в состав 5‐й эскадры.

Когда командующий эскадрой вице-адмирал Е.И. Волобуев узнал о предстоящем начале войны, он в 1 ч. 00 мин. 4 октября приказал начать передислокацию сил эскадры к египетскому и сирийскому побережью.

На 6 октября на Средиземном море находилось 48 американских военных кораблей. Они включали в себя флагманское судно десантный корабль «Маунт Уитни» LCC 20 (в море к югу от острова Крит), четыре атомные подводные лодки (находились на патрулировании в Средиземноморье), а также авианосные и десантные соединения.

Группа TG 60.1, состоявшая из авианосца «Индепенденс» (CVA 62) и кораблей охранения, стояла в порту Пирей. Группа TG 60.2, состоявшая из авианосца «Франклин Д. Рузвельт» (CVA 42) и кораблей охранения, дислоцировалась в различных испанских портах. Кроме того, на Средиземном море находилась группа TF 61 — десантное соединение в составе авианосца «Гуадалканал» (LPH 7) и девяти десантных судов, имевших на борту батальон морских пехотинцев (приблизительно 3000 человек), а также 3 многоцелевые атомные подводные лодки.

7 октября ударная группа TG 60.1 с авианосцем «Индепенденс» покинула Афины и направилась в район к югу от острова Крит, за ними следовал советский эсминец.

Ударная группа с авианосцем «Индепенденс» соединилась с отрядом кораблей, включавшим флагманское судно «Маунт Уитни», к югу от острова Крит, в то время как десантная группа TF 61 находилась в заливе Суза (на северном побережье острова Крит), где и стояла на якоре до 25 октября.

С объявлением повышенной боевой готовности на Черноморском флоте находившиеся в Черном и Средиземном морях корабли 30‐й дивизии надводных кораблей Черноморского флота выполнили положенные мероприятия по установлению готовности.

Черноморский флот был также переведен в повышенную боевую готовность. 9 октября 70‐я бригада противолодочных кораблей Черноморского флота с комбригом и штабом под командованием командира 30‐й дивизиона противолодочных кораблей (ДИПК) ЧФ контр-адмирала Л.В. Васюкова в составе крейсера «Ушаков», БПК «Отважный» и эсминца «Сознательный» вышли на боевую службу в Средиземное море для усиления 5‐й эскадры ВМФ. Позже туда вышли БПК «Решительный» и эсминец «Неуловимый». 28 октября к ним присоединились силы оперативного резерва Черноморского флота: ракетный крейсер «Адмирал Головко», БПК «Красный Крым» и эсминец «Находчивый» под командованием начальника штаба 11‐й бригады противолодочных кораблей капитана 1‐го ранга Н.Г. Легкого.

Всего в период наращивания сил боевой службы в состав 5‐й эскадры ВМФ прибыли: от Черноморского флота — 18 боевых кораблей; от Северного флота — 3 атомных многоцелевых и 10 дизельных подводных лодок, три надводных корабля; от Балтийского флота — несколько боевых кораблей.

В результате предпринятых мер к 31 октября 1973 г. в составе 5‐й эскадры находилось 90 различных кораблей и судов: подводные лодки, надводные боевые и специального назначения корабли и вспомогательные суда. Личного состава на кораблях и судах насчитывалось 13 777 человек, из них 1593 офицера, 835 мичманов, 11 040 матросов и старшин, 209 вольнонаемных служащих.

Дивизия морской ракетоносной авиации Черноморского флота находилась на боевом дежурстве на аэродромах Крыма, откуда подлетное время в район удара по противнику составляло 1 ч. 30 мин. — 1 ч. 50 мин.

Командир 5‐й эскадры контр-адмирал Е.И. Волобуев принял решение на применение сил эскадры:

КУГ‐1 в составе: крейсера «Адмирал Ушаков» (командир капитан 2‐го ранга Ю. Шумихин), БПК «Решительный» (капитан 3‐го ранга Р. Клявзо), эсминец «Неуловимый» (капитан 3‐го ранга В. Плохих), командир КУГ — командир 30 ДИПК ЧФ контр-адмирал Л. Васюков. Перед КУГ‐1 ставилась задача: непрерывное слежение, с началом боевых действий — уничтожение десантного отряда с вертолётоносцем «Иводзима».

КУГ‐2 в составе: ракетного крейсера «Грозный» (капитан 1‐го ранга В. Корнейчук), БПК «Проворный», эсминец «Пламенный», командир КУГ — командир 150‐й бригады ракетных кораблей ЧФ капитан 1‐го ранга Н. Рябинский. Перед КУГ‐2 ставилась задача: непрерывное слежение, с началом боевых действий — уничтожение авианосца «Индепенденс».

КУГ‐3 в составе: ракетного крейсера «Адмирал Головко» (капитан 1‐го ранга П. Гайдук), БПК «Красный Крым» (капитан 2‐го ранга Н. Головченко), эсминца «Находчивый» (капитан 2‐го ранга А. Старовойтов), командир КУГ — командир 11‐й бригады подводных кораблей ЧФ капитан 1‐го ранга Н. Легкий. Перед КУГ‐3 ставилась задача: непрерывное слежение, с началом боевых действий — уничтожение авианосца «Кеннеди».

КУГ‐4 в составе: крейсера «Мурманск» (капитан 1‐го ранга Е. Скворцов), БПК «Сметливый» (капитан 3‐го ранга А. Гармашов), командир КУГ — капитан 1‐го ранга Е. Скворцов. Перед КУГ‐4 ставилась задача: непрерывное слежение, с началом боевых действий — уничтожение авианосца «Рузвельт».

КУГ‐5 в составе: эсминца «Сознательный» (капитан 3‐го ранга В. Саможенов), БПК «Красный Кавказ» (капитан 3‐го ранга Ю. Кручинин), БПК «Отважный» (капитан 2‐го ранга И. Винник), командир КУГ — командир 70‐й бригады противолодочных кораблей ЧФ капитан 1‐го ранга Н. Ясаков. Перед КУГ‐5 ставилась задача: непрерывное слежение, с началом боевых действий — уничтожение десантного отряда во главе с вертолётоносцем «Гвадалканал».

Всего в ходе событий было создано 8 корабельных ударных групп (в ходе слежения состав и количество КУГ изменялись). Непосредственно в состав КУГ включались ракетные атомные подводные лодки. Для проводки и прикрытия конвоев транспортов и танкеров решением командира эскадры сформирован отряд прикрытия в составе: эсминца «Сознательный», БПК «Красный Кавказ», СКР «Куница», «СДК‐137», «СДК‐164», с задачей недопущения атак конвоев транспортов авиацией и кораблями ВМС Израиля[70].

«Командиры корабельных ударных групп мертвой хваткой вцепились в назначенные к слежению группировки противника. Попытки американских АУГ оторваться от кораблей слежения ни к чему не привели. Наши командиры, имея большой опыт слежения, вовремя разгадывали ухищрения американцев и держали под постоянным прицелом главные цели — авианосцы и вертолётоносцы.

Командиры ударных групп, имея в своем составе атомные ракетные подводные лодки, вынуждены были держать авианосец в определенном секторе стрельбы, другой сектор назначив для подводной лодки. Изменение курса движения авианосца создавало сложности в маневрировании. Для удержания авианосца в нужном секторе командир КУГ‐3 капитан 1‐го ранга Н. Легкий применил “военную хитрость”. Выпустив имитатор подводной лодки, тут же имитировал вступление якобы в связь с ПЛ по звуковой подводной связи. Авианосец, наблюдая имитатор и слыша имитацию переговоров по связи, полагал, что это подводная лодка, и двигался в нужном нам направлении. Между тем фактически наша ПЛ находилась в другом месте, в своем секторе стрельбы, держа авианосец на прицеле»[71].

Американцы предпринимали различные уловки с целью оторваться от советских кораблей. Так, они перешли на маневрирование на больших ходах (26–28 узлов), чтобы наши следящие КУГи израсходовали свое топливо, а затем и запасы наших танкеров-заправщиков. На больших ходах расход топлива увеличивается вдвое, а то и втрое. Штабной пост материального снабжения заранее переместил наши танкеры в восточную часть Средиземного моря. Следя за маневрированием АУГ и прогнозируя их местонахождение, посылали танкер в предполагаемую точку для заправки кораблей КУГ.

«“Гонка” кораблей продолжалась до конца кризиса. В этой обстановке, дополняя наших заправщиков, очень помогли три танкера 10‐тысячника типа “Казбек”, арендованные нами в Минморфлоте. Капитаны этих танкеров четко выполняли команды КП эскадры, их экипажи работали сноровисто и слаженно. Перебоев в снабжении не было.

Американцам было проще — их танкеры бункеровались в портах Греции, Кипра, Италии. А нашим приходилось преодолевать большие расстояния до портов Крыма или Кавказа. Мы уже тогда подумали: почему бы нам не брать топливо с проходящих советских танкеров, казна-то одна? А в случае боевых действий мы бы так и поступили…

Вскоре обстановка обострилась до предельной черты: крейсер УРО США полным ходом направился к нашему крейсеру, подошел на дистанцию 50 кабельтовых, сыграл боевую тревогу, направил орудия и ракетные установки на наш корабль. Об этом контр-адмирал Л.В. Васюков доложил нам и на ЦКП ВМФ. В свою очередь, он объявил боевую тревогу своей корабельной ударной группе, приказал БПК с открытием огня американского крейсера УРО атаковать его торпедами, сам изготовился нанести удар по авианосцу.

По эскадре объявили боевую тревогу. Нервы напряжены до предела. Что это, очередная провокация или действительно начало боевых действий? В инструкции кораблям боевой службы предписывалось: в случае враждебных действий со стороны кого бы то ни было, командирам принимать адекватные меры, вплоть до применения оружия. В данном случае крейсер УРО США угрожает нашему крейсеру, если откроет огонь, то и наши корабли должны ответить тем же»[72].

На случай военных действий в Средиземное море прибыла плавучая ракетно-техническая база ПРТБ‐33 (пр. 2001М, водоизмещением 4770 т) с запасом крылатых и зенитных ракет, снарядов и торпед.

Две вновь прибывшие подводные лодки проекта 641 — Б‐409 (командир капитан 2‐го ранга Ю. Фомичев) и Б‐130 (капитан 2‐го ранга В. Степанов) — по боевому распоряжению Главного штаба ВМФ были направлены в район восточной части Средиземного моря у побережья Израиля с задачей поиска и уничтожения кораблей противника с применением обычного оружия «в соответствии с боевым распоряжением командующего Северным флотом на поход». Задача командирам в таком виде, да ещё со ссылкой на распоряжение командующего Северным флотом — «…поиск ПЛАРБ, слежение, а с началом военных действий их уничтожение» была противоречива и непонятна. Тем не менее подводные лодки направились в районы, при этом пришлось провести операцию по обеспечению их отрыва от двух американских фрегатов, опекавших лодки с момента входа в Средиземное море.

Подводная лодка Б‐130 была направлена в район юго-восточнее острова Кипр — западнее Хайфы с задачей охраны и обороны транспортов, и командир имел указание «применять противолодочное оружие в интересах их противолодочной обороны».

Командир бригады капитан 1‐го ранга И.Н. Паргамон вышел на связь с Центральным командным пунктом ВМФ и начал настойчиво уточнять задачи лодкам, ссылаясь на возможность возникновения международного конфликта, чем вызвал раздражение московских адмиралов, видимо, и так нервно себя чувствующих в условиях начавшихся, хотя и на суше, боевых действий между Израилем и арабами. После получения упрека за излишнюю осторожность и разбора «в верхах», на третьи сутки, подводная лодка получили указание Главного штаба ВМФ об отмене ранее отданного приказания на «ведение боевых действий» и подтверждение выполнения ранее поставленной задачи против ПЛАРБ США в районах боевой службы. Впоследствии, по результатам действий, командиры этих подлодок были награждены орденами и получили повышение в должностях, как «получившие настоящий боевой опыт».

6 октября из Египта была начата эвакуация гражданских специалистов, в которой приняли участие несколько кораблей, в том числе эсминец «Напористый». Из Сирии наши специалисты были эвакуированы в последний момент, сторожевой корабль «Куница» вышел из порта в 17 ч. 45 мин. с семьями наших специалистов, а в 23 ч. 30 мин. израильтяне произвели налет на Латакию.

Операция по вывозу советских граждан прошла эффективно, но эвакуация несколько ослабляла готовность кораблей 5‐й эскадры, капитаны стремились скорее освободиться от пассажиров, которые мешали подготовке к боевым действиям.

Москва начала посылать технику и вооружение в Сирию и Египет. Уже 7 октября из черноморских портов Ильичёвск и октябрьский вышли первые советские транспортные корабли с оружием для арабов. На борт каждого транспорта грузилось до 90–92 единиц бронетехники. Среднее время перехода из советских черноморских портов в Сирию или Египет составляло 3–4 дня.

С 10 октября советские транспортные самолёты начали совершать регулярные рейсы в Сирию и Египет, перевозя оружие и снаряжение.

Для обеспечения безопасности проводки транспортов по зонам Эгейского моря и восточной части Средиземного моря специально сформировали отряд боевых кораблей Черноморского флота до 10 единиц, в том числе БПК «Красный Кавказ», «Проворный» и эсминец «Сознательный». Ими командовал командир 70‐й бригады эсминцев Черноморского флота капитан 1‐го ранга Н.Я. Ясаков. Корабли заходили в территориальные воды Сирии, стояли на внешнем рейде порта Тартус во время боевых действий.

Параллельно наши военные транспортные самолёты установили воздушный мост между СССР, Египтом и Сирией. К 12 октября ежедневно прибывало от 60 до 90 советских самолётов. Всего с 10 по 23 октября было совершено 934 рейса, и арабы получили 12,5 тыс. т грузов. Любопытно, что в обратном направлении в Москву удалось вывести захваченные на Синае новый американский танк М‐60, английский «центурион», беспилотный самолёт-разведчик производства США, оружие и боеприпасы, используемые израильтянами.

После начала операции по отправке вооружения флагманское судно плавбаза подводных лодок «Волга», крейсер «Грозный», и БПК «Красный Кавказ», «Проворный» и «Скорый» начали непрерывное слежение за американской АУГ к югу от острова Крит. В ответ ещё три судна эскорта присоединились к АУГ с авианосцем «Индепенденс». В это же время советские разведывательные суда начали отслеживать американскую десантную группу, находившуюся в заливе Суза (Крит), оставаясь там до 25 октября.

Советские подводные силы, вооружённые крылатыми ракетами, с 6 по 16 октября были развернуты следующим образом. Одна ПЛАРК пр. 675 маневрировала к юго-западу от острова Крит и держала под прицелом АУГ‐3, вторая ПЛАРК пр. 675 находилась к югу от Крита и была нацелена на АУГ‐2, ещё одна ПЛАРК пр. 670 была южнее Крита у африканского побережья в заливе Мерса-Матрух и целилась в АУГ‐1. Кроме того, у побережья Сирии патрулировала дизельная ракетная подводная лодка Б‐318 пр. 651.

Вот как описывает конвоирование наших торговых судов Ю.Л. Кручинин, бывший командир БПК «Красный Кавказ»: «Маршрут проходил вдоль побережья Турции к точке № 55, от нее конвой следовал к подходной точке порта Латакия или порта Тартус. Вход в порт производился в светлое время суток, большей частью с рассветом. В первое время возникали трудности при встрече транспортов. Опасаясь встречи с неприятелем, капитаны прижимались к берегу, шли в территориальных водах Турции, не сразу выходили на связь по УКВ, не отвечали на вызов прожектором, проявляя осторожность. Ведь встречи, особенно в первое время, происходили в темное время суток. Обнаружив транспорт, мы подавали прожектором фразу: “Я советский корабль”. И так несколько раз. Давали свои позывные, и только через какое-то время транспорт отвечал прожектором, затем на УКВ. Обо всех этих трудностях я докладывал в итоговом донесении. Спустя несколько дней, когда на транспорты посадили группы связи из военных радистов и сигнальщиков во главе с флотскими офицерами, трудности в организации встречи, опознавания и управления на переходе были преодолены.

Третий транспорт, который я конвоировал, следовал в порт Тартус. Это было в ночь с 14 на 15 октября. За 3–4 часа до подхода к порту РЛС “Ангара” обнаружила группу малоразмерных целей на дистанции 210–230 кабельтовых. В это время года в восточной части Средиземного моря установилась сверхдальняя радиолокационная наблюдаемость. Группа из 4 целей следовала в кильватерном строю курсом “норд” навстречу нам со скоростью 10–14 узлов. Точнее скорость с помощью РЛС воздушного обнаружения определить невозможно. На дистанции 190 кбт группа перестроилась в строй фронта, продолжая идти на сближение. Стало очевидно: по характеру маневрирования, месту встречи, малым размерам это были катера противника.

Что делать? Какое решение командира в данной ситуации? По боевой трансляции объявил: “Обнаружены ракетные катера противника!” На корабле объявлена боевая тревога. Даю приказания: командиру БЧ‐2 капитан-лейтенанту В.А. Кулику: “Произвести целераспределение ракетным и артиллерийским комплексам. Готовность к открытию огня — немедленная”; командиру БЧ‐4 старшему лейтенанту М.С. Журавскому: “Передать на ЦКП: Обнаружил катера противника. Пеленг… Дальность… Продолжаю следовать в порт Тартус”. Так как связь с ЦКП постоянная, то радиограмма сразу же идет оперативному ВМФ. Далее даю приказание командиру БЧ‐4 приготовить к передаче сигнал по СБД: “Подвергся нападению противника, вступил в бой”. Капитану транспорта передал: “Обнаружил ракетные катера. Если вступлю в бой, уходи в Латакию”. Продолжаем идти прежним курсом, скоростью 9 узлов. Дистанция сокращается, нервы на пределе. Теперь и навигационная РЛС хорошо наблюдает группу. Командир БЧ‐2 дал целеуказание на стрельбовые носовые станции “Турель” и “Ятаган”. Кормовые комплексы в “мертвой зоне”. Дистанция сокращается: 170, 160, 150, 140… Если катера будут атаковать, то с дистанции 90—100 кбт. Вводить кормовые комплекты в зону стрельбы не пришлось. На дистанции 125 кбт наблюдаем поворот целей на обратный курс. Катера, повернув на юг, увеличили ход и скрылись в южном направлении. Доложил об этом на ЦКП. Успокоил капитана судна. Установил по кораблю боевую готовность № 2…

С рассветом подошли к внешнему рейду порта Тартус»[73].

Балтийский тральщик «Рулевой» пр. 266М к началу войны находился в автономном плавании. С началом войны получил приказ идти в сирийский порт Латакия.

«26 октября выдался особо жаркий день. Пять израильских самолётов — два “миража” и три “фантома”, отбомбившись по Дамаску, возвращались на базу. Их полет проходил над Латакией. Целеуказание о приближении скоростных воздушных целей пришло на МТЩ “Рулевой” заблаговременно, так что зенитчики корабля были готовы к худшему развитию событий. Таковое и произошло. Один из “фантомов” отделился от группы и вышел на боевой курс, идя прямо на советский тральщик. По-видимому, он не до конца освободился от своих бомб и ракет и “приберег” кое-что и для морских целей.

На момент налета в порту Латакия разгружались два советских средних десантных корабля. На причалах сосредоточились несколько десятков единиц военной техники и ящики с боезапасом. Рядом с СДК покачивался на волнах наш тральщик с тактическим номером “219” — МТЩ “Рулевой” занимал позицию в порту прямо напротив выхода в море.

<…>

Когда “фантом” на высоте около 700 метров вошел в пике, я понял, что дальше медлить уже нельзя. Судя по докладам, радиолокационная станция МР‐104 “Рысь” цель захватила и уверенно вела, кормовая артиллерийская установка АК‐230 была готова стрелять. Когда командир радиометристов М3А крикнул: “Данные выработаны”, я приказал открыть огонь на поражение.

Два ствола АК‐230 “огрызались” буквально несколько секунд. Как потом подсчитали комендоры, по “фантому” было выпущено 47 тридцатимиллиметровых снарядов из магазина в 1050 патронов. Всего-то… Вспышка, треск очереди — вот что запомнилось морякам. Потом все стихло. Практически в ту же секунду ревущий в небе “фантом” был буквально перерезан советскими снарядами, как будто его прострочили швейной машинкой.

Так как высота полета истребителя-бомбардировщика была небольшая, наблюдавшие за воздушным боем увидели, как от “фантома” отвалилось крыло, затем хвостовое оперение. Машина сразу же загорелась и в процессе падения развалилась ещё на несколько частей. Через две-три секунды “фантом” упал за центральным молом, взорвавшись в момент соприкосновения с водой. Лётчики выпрыгнуть не успели.

На место падения быстро вышли небольшие сирийские катера, но, кроме расплывающегося по морю керосинового пятна, никаких плавающих останков не обнаружили»[74].

Другой инцидент произошел в тот же день в акватории Порт-Саида, где в те дни находилось восемь наших десантных кораблей и эсминец. В один из авианалетов комендор десантного корабля СДК‐137 (капитан-лейтенант Л. Лисицын) старшина 1‐й статьи П. Гринев своевременно обнаружил израильский «фантом», заходивший на боевой курс для удара по кораблю, открыл огонь на поражение и сбил его, за что был награжден орденом Красной Звезды.

В отечественных и зарубежных СМИ периодически публикуются статьи о неуязвимости американских авианосных соединений. В связи с этим стоит процитировать бывшего командира 5‐й эскадры адмирала В.Е. Селиванова: «Все время там [в Средиземном море. — А.Ш.] находились два американских авианосца. Одна авианосная группа в районе базирования в Неаполе, другая в Хайфе, в Израиле. У меня силы стояли так, что одна часть находилась в районе Туниса, другая в заливе Мерса-Матрух. Каждая часть была нацелена на свою авианосную группу противника. Каждый авианосец сопровождался нашими АПЛ с крылатыми ракетами. Рядом с авианосцем всегда находился наш корабль слежения, который засекал каждый взлет американского палубного самолёта и передавал эти данные на лодки. Кроме лодок, каждый авианосец сопровождался нашими КУГами, корабельными ударными группами. Если это крейсер, у которого дальность ракет триста — триста пятьдесят километров, то он и идет на удалении километров триста от АУГ (авианосной ударной группы) противника. Я старался так распределять силы, чтоб на каждый американский авианосец было нацелено не меньше чем по тридцать наших ракет, с готовностью к пуску ракет в две минуты. И я каждый час выдавал всем средствам эскадры обновленное целеуказание, противник был постоянно на прицеле. И мы, конечно, тоже были на прицеле у американцев.

При этом двадцать пять процентов, то есть каждая четвертая из наших ракет, были снаряжены ядерными боеприпасами. Вот есть на лодке восемь ракет, из них две с ЯБП. На “Славе” — шестнадцать ракет, из них четыре с ЯБП. Советский Союз взял в свое время на себя обязательство первым ядерное оружие не применять. Но трудно сказать, как бы это выполнялось во время войны. К примеру, если в бою я свои ракеты с обычным боеприпасом уже все выпустил, а меня продолжают со всех сторон атаковать, и никто мне не может помочь. Как можно прекратить сопротивление, не израсходовав свою главную ударную мощь?

Наши расчёты показывали, что в те годы их АУГ была способна гарантированно сбить двадцать две ракеты. Уже двадцать третью ракету авианосец ловит бортом. Двадцать четвертую опять могли сбить, но потом и три подряд пропустить и так далее. То есть при превышении двадцати двух ракет в одновременном залпе мы уже с высокой степенью вероятности поражали основную цель — авианосец. Поэтому мы считали, что тридцать ракет должны быть всегда готовы к пуску. Но я, честно говоря, никогда не верил, что американцы действительно смогут сбить все первые двадцать две ракеты. Уверен, что это число не превысило бы и десяти. Я много раз наблюдал боевую подготовку их зенитчиков. Они всегда стреляли только по парашютным целям. У нас это и за стрельбы-то не считалось, мы никогда по парашютным целям и не стреляли. Это же просто смех, поддавки! Мы всегда стреляли по практическим ракетам. Те, которые четко в тебя летят, на реальных скоростях, с разных направлений.

Я помню, в мою бытность командира дивизии на Балтфлоте мы проводили учения. У мыса Таран по моему отряду был осуществлен одновременный пуск двенадцати ракет с разных направлений. Часть ракет по нам запустили с подводной лодки, и одновременно с ней нас с разных сторон атаковали ракетные катера. Мы тогда сбили своими силами девять ракет.

При этом наши ракеты — умные, они, если встречают менее интересную цель, то пропускают её, ищут что-нибудь покрупнее. Если на пути к авианосцу стоит эсминец, то ракета его с правого или с левого борта обойдет, и полетит в ту цель, у которой отражающая поверхность больше, то есть найдет-таки авианосец. Причём точность наших ракет просто феноменальная. Я видел десятки учебных пусков ракет и почти всегда они попадали не просто в мишень, а ещё и в геометрическую середину цели»[75].

На случай форсирования израильскими войсками Суэцкого канала командование нашего флота планировало высадку «ограниченного» десанта морской пехоты на западном берегу канала. Но когда 17 октября израильские войска пересекли канал, морской пехоты рядом не оказалось. Отряд десантных кораблей (один БДК и шесть СДК)[76] уже находился в Средиземное море, но на борту у него были грузы, а полк морской пехоты ещё только готовился в Севастополе для переброски в Средиземное море. В сложившейся обстановке Главнокомандующий ВМФ приказал сформировать на каждом корабле 1‐го ранга (крейсер, БПК) по роте, а на каждом корабле 2‐го ранга (эсминец, сторожевой корабль) по взводу добровольцев. Каждый крейсер и БПК при нахождении на боевой службе имели подготовленные нештатные подразделения для действий в морском десанте на берегу. Подготовку они проходили в бригаде морской пехоты перед выходом на боевую службу.

19 октября командующий 6‐м флотом адмирал Дэниел Мурфи направил запрос адмиралу Волобуеву, заявив, что советские корабли нарушают соглашение о предотвращении инцидентов в открытом море от 1972 г., нацеливая свое оружие и ракеты в американские морские суда. Штаб 5‐й эскадры тоже заявил, что американские реактивные самолёты и вертолёты выполняли аналогичные действия в нарушение соглашения. Но американцы подсуетились первыми, и советское Министерство иностранных дел получило официальную жалобу от американского Государственного департамента по этому поводу, и на 5‐ю эскадру было послано распоряжение от руководителя Главного штаба ВМФ, чтобы командиры выполняли условия соглашения. Но это продолжалось недолго, так как ситуация вновь обострилась.

В ночь с 24 на 25 октября Р. Никсону было направлено послание Л.И. Брежнева, в котором предлагалось, чтобы в Египет, для обеспечения выполнения резолюции Совета Безопасности ООН о прекращении боевых действий, были направлены советские и американские воинские контингенты. В своих мемуарах А.Ф. Добрынин привел текст этого послания: «Мы вносим конкретное предложение — давайте вместе, СССР и США, срочно направим в Египет советские и американские воинские контингенты для обеспечения решений Совета Безопасности. Скажу прямо, если бы Вы не сочли возможным действовать с нами в этом вопросе, то мы были бы перед необходимостью срочно рассмотреть вопрос о принятии соответствующих шагов в одностороннем порядке. Допустить произвол со стороны Израиля мы не можем. У нас есть с Вами договоренность, которую мы высоко ценим, — действовать сообща. Давайте реализуем эту договоренность на конкретном примере в сложной ситуации. Это будет хороший пример наших согласованных действий в интересах мира».

В сообщении ясно давалось понять, что если Вашингтон отклонит предложение, Советский Союз оставляет за собой право одностороннего вмешательства. Сообщение особенно обеспокоило Вашингтон в свете увеличения советского присутствия в Средиземноморье. Там находилось 47 советских надводных кораблей и более 20 подводных лодок (4–5 из них имели крылатые ракеты П‐5 или П‐6).

В 1990‐х гг. отставной моряк рассказывал автору, что подводные лодки на Средиземном море получили приказ готовиться нанести удар крылатыми ракетами П‐6 по Израилю. Так, одна из точек прицелов была телевизионная башня в Хайфе.

В Закавказском военном округе начали маневры с участием авиации, а в семи воздушно-десантных дивизиях была объявлена повышенная боеготовность.

К Порт-Саиду были посланы группы кораблей в составе крейсера «Адмирал Ушаков», БПК «Отважный», эсминцев «Неуловимый» и «Сознательный», сторожевого корабля «Ворон», танкера, БДК «Воронежский комсомолец», десантных кораблей СДК‐83 и СДК‐164 (последние три имели на борту десант из добровольцев, сформированных по приказу главкома Горшкова). Десант предполагалось высадить в Порт-Саиде, организовать оборону с суши и не допустить захвата города израильскими войсками. Предполагалось держать оборону Порт-Саида до прибытия воздушно-десантной дивизии из СССР. Командование силами высадки возложили на командира 30‐й дивизии, а командный пункт развернули на крейсере «Адмирал Ушаков». Приказ об отмене операции поступил лишь при входе эскадры в Порт-Саид.

Предвидя, что 6‐й флот США мог рассматривать противодействие высадки советского десанта как приоритетное действие, Волобуев усилил группы сопровождения американских соединений к югу от острова Крит кораблями с крылатыми ракетами П‐35. Ракетный крейсер «Грозный», сопровождаемый БПК «Проворный» и эсминцем «Пламенный», присоединился к отряду, следящему за АУГ во главе с авианосцем «Индепенденс» и состоящему из плавбазы подводных лодок «Волга», крейсера «Мурманск» и эсминца «Напористый». Этот ход был бы также направлен на защиту воздушных советских перевозок, поскольку «Индепенденс» находился на маршруте советского воздушного моста в Египет.

Советские силы вокруг острова Крит теперь включили два крейсера — «Мурманск» и «Адмирал Ушаков», БПК «Красный Кавказ», «Проворный», «Решительный», «Сметливый», «Образцовый», эсминцы «Сознательный» и «Пламенный». Десантные силы, расположенные к северу от Порт-Саида, состояли из четырёх больших десантных кораблей — «Воронежский комсомолец», «Крымский комсомолец», «Красная Пресня», БДК‐104 и пяти средних десантных кораблей с морской пехотой на борту, БПК «Отважный» и несколько эсминцев, включая «Напористый». Охрану отряда осуществляли сторожевые корабли «Ворон», «Куница» и СКР‐77. В том же районе находились и два тральщика.

Еще несколько судов были в пути. Турции было заявлено о проходе через Проливы из Черного в Средиземное море семи судов. Два дополнительных десантных судна, вместе способные к переброске 1000 морских пехотинцев, готовились к выходу из Черного моря, а пять дополнительных подводных лодок были в пути к Средиземноморью с целью усиления 5‐й эскадры.

28 октября туда направились силы поддержки в составе ракетного крейсера «Адмирал Головко», БПК «Красный Крым», эсминца «Находчивый» под командованием начальника штаба 11‐й бригады противолодочных кораблей капитана 1‐го ранга Н.Г. Легкого со штабом.

Утром 25 октября, после ночного заседания правительства, Ричард Никсон сообщил, что предложение о посылке советских и американских воинских контингентов является неприемлемым в данных условиях. Для усиления своей позиции президент потребовал скорейшего перемещения АУГ во главе с авианосцем «Джон Ф. Кеннеди», все ещё находящейся к западу от Гибралтара, и АУГ с авианосцем «Франклин Д. Рузвельт», чтобы присоединиться к авианосцу «Индепенденс» в восточном Средиземноморье.

Одновременно Никсон потребовал от Израиля немедленно прекратить военные действия, и там не стали перечить.

Планы советской десантной операции в районе Суэцкого канала были отменены буквально в последнюю минуту. В течение 25 октября СССР согласился на план перемирия, который должен был выполняться силами по поддержанию мира ООН.

На следующий день министр обороны Джеймс Шлесингер объявил, что США понизили боевую готовность до третьей степени, но 6‐й флот продолжал оставаться на самой высокой степени готовности. В тот день 5‐я эскадра начала проведение учений против АУГ и десантных соединений в Восточном Средиземноморье, используя американские суда как цели моделируемых нападений.

Группа слежения КУГ‐1, следившая за АУГ ВМС США во главе с ударным авианосцем CVA 62 «Индепенденс», состояла из ракетного крейсера «Грозный», БПК «Проворный» и эсминца «Пламенный» под командованием капитана 1‐го ранга Н.И. Рябинского. Группа слежения КУГ‐2 в составе крейсера «Мурманск» и БПК «Сметливый» вела слежение за АУГ ВМС США во главе с ударным авианосцем CVA 42 «Франклин Д. Рузвельт». КУГ‐3 в составе крейсера «Адмирал Ушаков», БПК «Решительный» и «Неуловимый» вело слежение за амфибийным оперативным соединением ВМС США с десантным вертолётоносцем LPH 7 «Гуадалканал».

Через Гибралтар в Средиземное море с Северного флота пришел БПК «Кронштадт» проекта 1134A. Однако он остался в западном Средиземноморье и патрулировал там до ноября.

Группа слежения КУГ‐4 под командованием капитана 1‐го ранга Н.Г. Легкого в составе ракетного крейсера «Адмирал Головко», БПК «Красный Крым» и эсминца «Находчивый» вошла в Средиземноморье 29 октября и начала преследовать АУГ ВМС США во главе с ударным авианосцем CVA 67 «Джон Ф. Кеннеди». Группа КУГ‐5 под командованием капитана 1‐го ранга Н.Я. Ясакова в составе эсминца «Сознательный», БПК «Красный Кавказ» и «Отважный» начала преследовать амфибийное оперативное соединение ВМС США с десантным вертолётоносцем LPH 2 «Иводзима» около острова Крит.

Силы 5‐й эскадры достигли максимума 31 октября, составив 96 единиц, включая 23 подводных лодки, из которых, по крайней мере, семь с крылатыми ракетами. Они могли в первом залпе запустить 88 крылатых ракет.

60 американских кораблей в Средиземном море имели в своем составе 3 авианосца, 2 десантных вертолётоносца и 9 подводных лодок. Замечу, что до 1980 г. американский флот не имел крылатых ракет. Вокруг каждого авианосца находилось по три советских судна: два, вооружённых противокорабельными ракетами, и одно разведывательное, способное навести ракеты с находящихся в отдалении судов и подводных лодок.

Если ситуация на суше была разряжена, то кризис в море не только сохранился, но и достиг наиболее опасной стадии. Четыре американские ударные группы постоянно преследовались советскими кораблями. Три группы КУГ, следящие за американскими АУГ, могли запустить в первом ударе, по крайней мере, 13 ракет каждый по своей цели. Четыре советские атомные подводные лодки с крылатыми ракетами патрулировали поблизости. Американская десантная группа к югу от острова Крит была аналогично зажата группой из пяти боевых советских кораблей, некоторые из которых тоже несли ракеты.

В этот момент, как только стало ясно, что конфликт не будет иметь продолжения, Вашингтон приказал АУГ 6‐го флота оставить их районы развертывания к югу от острова Крит и идти на запад. Но начало движения было отсрочено до 16 ч. 00 мин. 30 октября из-за плохой погоды. Однако к тому времени напряженность ослабла. Этим Белый дом, бесспорно, посылал Кремлю сигнал, что его силы возвращаются в обычное состояние, силы 5‐й эскадры начали рассеиваться 3 ноября.

Тем не менее оба флота оставались в высокой готовности и следующие две недели. 6 ноября Волобуев отменил посещение порта в Алжире и продолжил слежение за ударными группами с авианосцами «Джон Ф. Кеннеди» и «Иводзима» к западу от острова Крит. 9 ноября группа кораблей с крылатыми ракетами, следящая за «Джон Ф. Кеннеди», была уменьшена и направлена для отдыха в Александрию (Египет).

Еще две группы слежения были расформированы 10 ноября, осталось только три КУГ. Крейсер «Грозный» впоследствии ушел в Севастополь, крейсер «Мурманск» ушел через Гибралтар на север. Несмотря на постоянные запросы о возвращении изношенных судов в районы базирования, адмирал Горшков не разрешил более существенное сокращение сил, следящих за соединениями во главе с «Джон Ф. Кеннеди», «Индепенденс» и «Рузвельт» до 15 ноября.

21 декабря 1973 г. в Женеве начала работу мирная конференция по Ближнему Востоку.

На 31 декабря 1973 г. в Средиземном море из состава Черноморского флота находился усиленный отряд кораблей в составе крейсера «Адмирал Ушаков», БПК «Отважный», «Решительный», «Неуловимый», эсминцев «Сознательный» и «Оживленный», трёх сторожевых кораблей, одного тральщика, двух средних десантных кораблей и плавбазы «Виктор Котельников». Помимо этого, здесь находились корабли Северного и Балтийского флота.

В 1974 г. корабли Черноморского флота противолодочный крейсер «Ленинград» и БПК «Скорый» приняли участие в боевом тралении Суэцкого канала. Траление проводилось вертолётами Ка‐25бтз и Ми‐8, после чего район был открыт для безопасного плавания.

К октябрю 1973 г. в составе египетского флота имелось 19 ракетных катеров советского производства — 8 проекта 205 с четырьмя противокорабельными ракетами П‐15 и 11 проекта 183Р с двумя П‐15. При этом 4 катера проекта 183Р находились на Красном море.

Береговые ракетно-артиллерийские части ВМС Египта имели довольно большое количество стационарных и буксируемых артиллерийских орудий и несколько дивизионов советских береговых противокорабельных ракетных комплексов «Сопка» с противокорабельными ракетами С‐2 (4К87). В составе ВВС Египта к октябрю 1973 г. насчитывалось примерно 30 дальних бомбардировщиков и разведчиков Ту‐16, из которых около 20 принадлежали к ракетоносным модификациям Ту‐16КСР‐2А, вооружённым ПКР КСР‐2, и Ту‐16КСР‐2—11, вооружённым ПКР КСР‐2, кроме того, последние могли нести противорадиолокационные ракеты КСР‐11.

ВМФ Сирии имели три ракетных катера проекта 205 и шесть катеров проекта 183Р, оснащенными ракетами П‐15. Береговая оборона располагала 100‐мм и 130‐мм мобильными артиллерийскими батареями, а также береговыми противокорабельными ракетными комплексами «Сопка».

К октябрю 1973 г. Израиль располагал 12 ракетными катерами типа «Saar» («Шторм»), вооружёнными от 5 до 8 противокорабельными ракетами «Габриэль-1». По водоизмещению (240 т), артиллерийскому вооружению (один-два 50‐мм автомата «Бофорс» или один 76‐мм автомат «ОТО Мелара»), по скорости хода (до 45 уз.) и по наличию средств РЭБ катера типа «Саар» («Saar») превосходили катера проекта 205, не говоря уж о катерах проекта 183Р.

Все израильские ракетные катера были сосредоточены на Средиземном море.

В Израиле ВМС оказались наиболее боеготовым видом вооружённых сил государства, во всеоружии встретившим арабское нападение 6 октября. Располагая данными разведки о подготовке Египта и Сирии к активным действиям, командование израильского флота отменило все праздничные увольнения в Йом-кипур и привело корабли в состояние повышенной готовности.

Накануне 6 октября было проведено оперативно-тактическое учение флота, а с утра этого дня началось развертывание ракетных катеров в море. К берегам Синайского полуострова в район северного фланга «Линии Бар-Лева» был выдвинут дозор в составе ракетных катеров «Соуфа» («Soufa») и «Херев» («Herev»), к которым позже присоединился новейший «Кешет» («Keshet»).

В 14 часов 6 октября израильский флот получил оповещение о начале боевых действий, а уже через три часа, к 17 часам, отмобилизация ВМС и приведение их в полную боевую готовность были закончены, и начался выход всех остальных катеров в море.

Три катера были отправлены к Синайскому полуострову на подкрепление уже находящейся там дозорной тройки, два катера развернуты в дозоре у Хайфы с целью обеспечения непосредственного прикрытия нефтеперерабатывающего завода, а ударная группа в составе четырёх ракетных и одного артиллерийского катеров под флагом самого командующего флотилией Баркаи вышла из Хайфы по направлению к сирийскому побережью, готовясь нанести удар по главной базе ВМС Сирии — Латакии. Ещё один израильский катер находился в ремонте в доке завода «Кишон» в Хайфе.

Другим мотивом было то, что Хайфа находилась вблизи от ливанской границы, что позволяло ракетным катерам противника достаточно скрытно подойти с северного направления на дистанцию пуска ракет по нефтеперерабатывающему комплексу Хайфы — в отличие от южного направления, побережьем которого Израиль владел на большую глубину, занимая территории Сектора Газы и Синайского полуострова. Поэтому было решено в первую очередь устранить потенциальную угрозу с севера.

Израильские ракетные катера, выделенные для удара по Латакии, покинули Хайфу ровно в 17 часов 6 октября 1973 г. и направились на северо-запад, держась далеко западнее территориальных вод Ливана. Катера шли двумя кильватерными колоннами: в левой, представлявшей собой непосредственно ударную группу, были «Мицнаг» («Miznag») (командир группы М. Баркаи), «ГААШ» («GAASH») и «Ханит» («Hanit»); в правой, шедшей с некоторым «отступом» в несколько миль, — «Решеф» («Reshef») и артиллерийский катер «Мивтах» («Mivtah»). Переход осуществлялся на большой скорости — до 30 узлов.

Поскольку целью операции было выманивание сил противника из базы с целью их уничтожения, то ограничения на работу радиоэлектронных средств не соблюдались, и все катера шли с работающими РЛС. Сам Баркаи был настроен крайне решительно и перед выходом заявил личному составу, что он намерен в случае отсутствия противника в море атаковать его непосредственно в Латакии, «а если будет надо, мы подойдем так близко, что сами сможем пришвартоваться там».

В 22 ч. 28 мин., когда катера находились в 35 милях мористее Латакии, РЛС катера «Мицнаг» обнаружила малоразмерную цель в 4 милях к северу от ударной группы. Почти одновременно эта же цель была обнаружена и РЛС катера «Решеф». Для её классификации «Мицнаг» по приказу Баркаи сделал несколько предупредительных выстрелов из 40‐мм артустановки по курсу неопознанной цели, которая в ответ резко увеличила скорость и открыла пулеметный огонь. Это был сирийский торпедный катер проекта123К под командованием капитан-лейтенанта А. Йехия, который возвращался из дозора у побережья Кипра.

Находящийся на правом фланге израильских сил «Решеф» (капитан 3‐го ранга Миха) увеличил ход до полного, устремившись на пересечение курса отхода вражеского катера, и в 22 ч. 40 мин. открыл по нему огонь из обеих 76‐мм артустановок по данным РЛС с дистанции около 10 км. Хотя вследствие темноты израильтяне визуально результатов не наблюдали, сирийский торпедный катер потерял ход.

Тем не менее Йехия успел передать радиосообщение о том, что он атакован «тремя вражескими кораблями». Получив это сообщение, штаб ВМС Сирии приказал морскому тральщику «Ярмук» («Yarmouk») проекта 254[77], несшему ближний дозор в 10 милях от Латакии, полным ходом отходить под прикрытие береговых батарей, а маневрировавшей южнее Латакии сирийской корабельной ударной группе в составе одного ракетного катера проекта 205 и двух катеров проекта 183Р — нанести удар по обнаруженному противнику. (По другим данным, эта группа изначально вышла из Латакии с целью перехода в Тартус.)

Около 22 ч. 50 мин. Баркаи приказал своим силам повернуть на восток и в прежнем строю полным ходом идти к Латакии, оставив «Ханит» добивать артиллерией поврежденный сирийский катер, что «Ханит» успешно и выполнил к 23 ч. 10 мин. (Позднее это решение Баркаи подвергалось критике, поскольку тем самым перед решающим столкновением был выведен из состава израильских сил один из четырёх ракетных катеров ради сомнительной задачи уничтожения цели, потерявшей ход и не представлявшей никакой угрозы.)

Тем временем с дистанции 25 км «Решеф» своими средствами радиотехнической разведки (РТР) обнаружил работу береговой РЛС Латакии, а катера левой колонны (ставшей после поворота северной) обнаружили радиолокацией отходящий к берегу тральщик «Ярмук».

С предельной дистанции 20 км «ГААШ» выпустил по нему ракету «Габриэль», которая, однако, в цель не попала, вероятнее всего, просто не долетев до нее и упав в воду после выработки топлива в двигателе.

«Решеф» сблизился с тральщиком на 18 км и также произвел пуск одной ПКР, которая через 2 минуты попала в цель, озарив ночь яркой вспышкой. Вслед «Решеф» выпустил ещё одну ракету по «Ярмуку», которая также поразила корабль противника. Тральщик окончательно потерял ход и загорелся, хотя и остался на плаву. Однако почти сразу же после пуска второй ПКР на «Решеф» засекли подходящие с юга три малоразмерные быстроходные цели. Это были сирийские ракетные катера.

В 23 ч. 30 мин. — 23 ч. 32 мин. с дистанции примерно 13 миль сирийские катера произвели по израильтянам залп шестью ракетами П‐15, немедленно после пуска в полном соответствии с положенными тактическими установками ложась на обратный курс и отходя на юг со скоростью 24 уз. Обнаружив пуск ракет, израильские катера начали отчаянно маневрировать, производя отстрел пассивных помех и включив станции активного радиопротиводействия. Применение средств РЭБ увенчалось полным успехом — активные радиолокационные головки самонаведения всех шести ракет П‐15 были дезориентированы, и ПКР упали в море за кормой израильских катеров, не причинив им никакого вреда.

Сами же сирийцы были введены в заблуждение большим количеством ложных целей, видимых на индикаторах РЛС, и не могли разобраться в обстановке, считая, что имеют дело с крупным соединением противника. Береговые РЛС обнаружили три быстроходные цели, маневрирующие якобы к северу от Латакии и не менее десятка целей в двух кильватерных колоннах к югу от нее.

После промаха сирийских ракет израильтяне устремились в контратаку, за счет превосходства в скорости катеров быстро сокращая дистанцию (по советским данным, большинство арабских ракетных катеров в 1973 г. не могли развивать ход более 24 уз. из-за плохого состояния материальной части). Но когда «Решеф» вышел на дистанцию ракетного залпа, на нем вследствие короткого замыкания вышла из строя система пуска ракет. Это поставило Баркаи в сложное положение, поскольку шедший за «Решефом» катер «Мивтах» был артиллерийским и не имел противокорабельных ракет, а в колонне самого Баркаи вследствие отделения «Ханит» оставались только два ракетных катера, и они находились дальше от противника, чем «Решеф».

По приказу Баркаи «Решеф» и «Мивтах» отвернули влево, а более быстроходные «Мицнаг» и «ГААШ» — вправо, пересекая курс предыдущей группы. Таким образом, сирийцы были практически взяты «в клещи».

Командир «Решеф» Миха, несмотря на неполадку, продолжал сближаться с противником, надеясь пустить в ход мощное артиллерийское вооружение своего катера, но колонна Баркаи опередила его, раньше выйдя на дистанцию пуска. В этот момент сирийский катер проекта 205 развернулся и произвел по колонне Баркаи пуск двух оставшихся ракет П‐15. Однако вследствие применения средств РЭБ эти ракеты постигла судьба предыдущих шести — они также взорвались за кормой израильских катеров. Ещё до того, как эти две ракеты упали в море, «ГААШ» (капитан 3‐го ранга Арие Шефлер) выпустил по катеру проекта 205 две ПКР «Габриэль», а «Мицнаг» — одну ПКР по катеру проекта 183Р. Оба сирийских катера были поражены примерно в 23 ч. 50 мин. и быстро затонули.

Второй сирийский катер проекта 183Р, видя, что уйти ему не удастся, круто взял к берегу и в полночь выбросился на прибрежную отмель южнее Латакии, после чего, видимо, был оставлен экипажем. В это время по израильским катерам открыла огонь сирийская 130‐мм четырёхорудийная стационарная береговая батарея, но попаданий ей так и не удалось достичь, хотя, по израильскому свидетельству, снаряды «ложились неприятно близко».

Приказав остальным своим катерам держаться вне дальности действительного огня сирийской береговой батареи, Баркаи на своем флагманском катере «Мицнаг» подошел, несмотря на артиллерийский огонь с берега, на дистанцию примерно 1 км к сидящему на мели катеру проекта 183Р и расстреливал его из 40‐мм автоматов, пока «сириец» не взорвался (по советским данным, это произошло в 0 ч. 25 мин.). Израильтяне не решились применить для уничтожения этого катера ПКР, поскольку высокий берег в этом месте отражал радиолокационные сигналы, что могло создать помехи полуактивной радиолокационной головке самонаведения ракеты «Габриэль».

В момент гибели сирийских ракетных катеров на связь с группой Баркаи вышел отставший «Ханит», который после уничтожения торпедного катера в течение примерно получаса не мог донести о себе вследствие отказов радиостанции. Баркаи приказал «Ханит» добить тральщик «Ярмук». Подойдя к «Ярмук», израильский катер сперва всадил в тральщик ещё одну ракету «Габриэль», а затем обстреливал его из 76‐мм артустановки, пока «Ярмук» не опрокинулся и не затонул. После этого «Ханит» соединился с остальными катерами израильского соединения, которое затем благополучно пришло в Хайфу.

Любопытно, что советским советникам и их сирийским подопечным в бою у Латакии померещились израильские вертолёты, которые якобы базировались на малых десантных кораблях.

Вот как это интерпретируется в совершенно секретной (гриф снят совсем недавно) «Истории развития морских вооружений». Там говорится: «Наряду с рейдами к арабскому побережью израильтяне для борьбы с надводными кораблями АРЕ и САР организовывали также морские засады из смешанных корабельно-вертолётных групп. В этих случаях катера патрулировали в 40–50 милях от побережья, за зоной возможного их обнаружения береговыми РЛС, а вертолёты барражировали вблизи побережья. При обнаружении противника последние снижались до 100–200 м и, производя галсирование на скорости 45–60 км/час, имитировали надводные корабли.

При подходе наведенных береговыми постами катеров АРЕ (САР) вертолёты отходили от побережья.

Сблизившись на дальность ракетного залпа, арабские катера производили пуски крылатых ракет П‐15 по “надводным” целям. Вертолёты, уклонившиеся от удара резким подъемом до 400–500 м, вместе со своими взаимодействующими катерами приступали к преследованию отходивших после залпа арабских ракетных катеров. В ходе преследования катера подвергались огневому воздействию корабельно-вертолётной группировки израильтян»[78].

Почти то же самое пишет В. Доценко: «Тактической группе из 5 ракетных катеров была поставлена задача нанести удар по порту и военно-морской базе Латакия: 2 катера должны были нанести удар с северо-запада, остальные — с юго-запада. Действия катеров обеспечивались 4 вертолётами, размещавшимися на 2 малых десантных кораблях. На вертолёты возлагались задачи: поиск кораблей противника, наведение на обнаруженного противника ударных сил и выдача целеуказания, нанесение вспомогательных ударов, создание помех средствами радиолокационного наблюдения противника.

<…>

Через несколько минут [израильские. — А.Ш.] вертолёты обнаружили 3 сирийских катера, следовавших в порт Тартус. Сирийские ракетные катера с помощью РЛС также обнаружили вертолёты, но приняли их за надводные корабли. Один сирийский катер был выслан для доразведки.

Однако, не дождавшись результатов разведки, командир тактической группы принял решение атаковать противника. С дистанции 13–19 миль были выпущены в одном залпе все боеготовые ракеты. Израильские вертолёты, обнаружив пуск ракет, резко набрали высоту и вышли из зоны наблюдения РЛС. Операторы классифицировали исчезновение отметок на экранах РЛС как потопление целей. Сирийские катера стали отходить со скоростью 24 узла под прикрытие береговой артиллерии. Израильские катера начали преследование со скоростью более 30 узлов. После сближения на дистанцию стрельбы ракетами “Габриэль” по разрядившимся сирийским катерам был нанесен удар: 2 катера были уничтожены прямым попаданием ракет, а 3‐й, уклоняясь от ракет и артиллерийского огня, выбросился на берег, где был уничтожен вертолётами»[79].

Надо признать, и я сам купился на эту официальную «липу» и упомянул об израильских вертолётах в книге «Оружие отечественного флота»[80].

Израильские официальные источники утверждают, что вертолёты не взаимодействовали с ракетными катерами ни в этой, ни в других операциях октябрьской войны, а все исправные десантные корабли израильского флота находились в период войны 1973 г. на Красном море.

Да и как десантные суда с максимальной скоростью 10 уз. могли взаимодействовать с катерами типа «Саар», имевшими скорость до 45 уз.? Да и зачем? Из-за малой дальности стрельбы ракет «Габриэль» вопрос о загоризонтном целеуказании даже не поднимался. Дело у Латакии решили не столько ракеты, сколько средства радиопротиводействия.

Замечу, что вертолёты над морем мерещились не только арабам, но и евреям. 7 октября в 20 ч. 30 мин. радиометрист РЛС израильского аэродрома ВВС, прикрывающего военно-морскую базу Шарм-аш-Шейх, обнаружил в Красном море два объекта, быстро направлявшихся к нему с юго-западного направления, классифицировал их как атакующие египетские вертолёты и доложил об этом командованию. Спустя несколько секунд в результате двух мощных взрывов израильская РЛС была уничтожена. Позже стало ясно, что «атакующие вертолёты» были крылатыми ракетами КСР‐ 2 или КСР‐11, запущенные с Ту‐16.

В ночь с 6 на 7 октября египетский флот предпринял набег на северный фланг «Линии Бар-Лева» у Рунами. В нем участвовала группа из семи египетских катеров (проекта 205, но, по израильскому источнику, часть катеров была торпедными проекта 206, на которых вместо торпедных аппаратов были установлены для обстрела побережья пусковые установки РСЗО). С целью введения в заблуждение противника египетские катера осуществляли выход в море из различных пунктов базирования.

Около 22 часов египтяне без каких-либо помех нанесли удар с моря (в том числе ракетами П‐15) по так называемому форту «Будапешт», при этом они не были обнаружены находившейся у побережья Синая группой из трёх израильских ракетных катеров.

На отходе египетские катера были обнаружены и перехвачены выдвинутой ещё утром севернее другой уже упоминавшейся группой израильских катеров под командованием Гидона Раза в составе «Соуфа», «Херев» и «Кешет». Хотя израильские катера быстро вышли на дистанцию ракетного залпа, все 11 произведенных пусков ПКР «Габриэль» оказались неудачными из-за отказов РЛС управления огнем «Орион» на всех трёх катерах.

Любопытно, что египтяне даже не поняли, что их топили ракеты с катеров, а приняли их за вертолёты, якобы применявшие ПТУР, и даже заявили об уничтожении одного из этих «вертолётов».

Лишь одиночный израильский истребитель F‐4Е «Фантом-2» сумел настичь египетские катера и бомбами потопить катер проекта 205.

Командование ВМС Израиля, воодушевленное первым успехом у Латакии, запланировало на следующую ночь с 7 на 8 октября аналогичный удар уже по египетскому Порт-Саиду. Однако операция сорвалась ввиду того, что вышедший первым в дозор к побережью Синая «Ханит» сел на мель и был снят с нее только при помощи других катеров. После этого израильские катера начали отход, но из-за навигационной ошибки ракетный катер «Мицнаг» оказался на траверзе Порт-Саида, где был атакован двумя находившимися в базовом дозоре египетскими ракетными катерами проекта 183Р. Выпущенные ракеты П‐15 в цель не попали, а египетские катера ушли в базу.

Оставив три катера в дозоре у Синайского полуострова, Баркаи приказал остальным силам возвращаться в базу.

Не успев до конца пополнить запасы топлива в Хайфе, израильские ракетные катера днем 8 октября получили приказ вновь выдвинуться к египетскому побережью — командование флота намеревалось таким образом оказать поддержку планируемому контрнаступлению израильских сухопутных войск. Вечером Баркаи вывел шесть катеров из Хайфы и повел их на юг. Ожидалось, что к ним присоединятся и три катера, находившихся в дозоре, но после рандеву с дозорными катерами выяснилось, что у них слишком мало топлива, и их пришлось отправить в базу. С оставшимися шестью Баркаи пошел к Порт-Саиду.

В 23 ч. 50 мин. флагман приказал катерам разделиться на три группы — северную («Решеф» и «Кешет»), центральную («Эйлат» («Eilath») и артиллерийский «Мифгав» («Mifgav») и южную (флагманский «Херев» и «Соуфа»), которые развернулись общим строем фронта с севера на юг, продолжая двигаться в юго-западном направлении вдоль египетского побережья.

В полночь 9 октября катера южной группы начали артобстрел нефтяных цистерн у Дамьятта, одновременно по указанию Баркаи южной и северной группами был произведен демонстративный отстрел дипольных отражателей с целью привлечь внимание египтян. Замысел увенчался полным успехом — в 0 ч. 15 мин. (по другим данным, ровно в полночь) средствами РТР израильских катеров был зафиксирован запуск ракеты П‐15 на дистанции около 48 км, вслед за этим были обнаружены четыре египетских ракетных катера проекта 205, идущих также строем фронта. В течение последующих 10 минут египетские катера дали три ракетных залпа с дистанции от 20 до 17 миль.

Все 6 катеров израильской ударный группы дали полный ход навстречу противнику и применили средства РЭБ. «Разрядившись» (по советским данным, были выпущены только 6 ракет, что, однако, представляется маловероятным), египетские катера легли на курс отхода в Александрию.

Дальше полностью повторилась та же история, что и у Латакии, — радиолокационные ГСН всех египетских ракет П‐15 были выведены из строя помехами, и ракеты упали в море, не причинив никакого ущерба, а удирающие арабские катера были настигнуты более быстроходными израильскими катерами. После 25‐минутной погони первой в дело вступила северная пара катеров, охватившая фланг отходящих египтян. Уроки боя у Латакии были учтены, и теперь израильтяне стреляли своими ракетами только «наверняка». С дистанции 17 км «Кешет» поразил одной ПКР «Габриэль» самый северный катер проекта 205, который загорелся.

Однако в этот момент от длительного крейсирования на полном ходу на израильском катере лопнул трубопровод системы охлаждения двигателей, и «Кешет» был вынужден остановиться для исправления неполадки. Подошедший «Мифгав» добил египетский катер огнем 40‐мм автоматов. Одновременно «Решеф» одиночными ракетами поразил ещё два катера проекта 205, первый из них был добит артогнем катера «Эйлат», а второй выбросился на прибрежную отмель, где и был расстрелян несколькими израильскими катерами. «Решеф» продолжал преследовать четвертый уходящий египетский ракетный катер, но в решающий момент снова, как и у Латакии, на израильском катере в результате замыкания отказала система пуска ракет.

Хотя командир «Решеф» Миха пытался продолжить погоню с целью уничтожения врага артиллерией, категорический приказ Баркаи, опасавшегося, что катер слишком оторвался от главных сил, заставил его повернуть обратно. В результате четвертому египетскому катеру проекта 205 удалось уйти.

В 1 ч. 30 мин. 9 октября израильские силы легли на курс отхода в Хайфу. На отходе израильтяне были атакованы одиночным египетским ракетным катером проекта 205, патрулировавшим перед Порт-Саидом, который с дистанции 20 миль выпустил три ракеты П‐15. Ни одна из ракет, как обычно, в цель не попала, что не помешало египтянам заявить о «потоплении» одного из израильских катеров.

Как и сирийцы в случае с Латакией, египетская сторона после боя у Дамьятта (который в Израиле называют боем у Дамьятта-Балтим) полагала, что имеет дело с израильскими «вертолётами», доставленными на малых десантных кораблях, и что именно их использованием противником в качестве своего рода ложных целей обуславливается низкая эффективность ракет П‐15.

Группа из трёх израильских ракетных катеров в ночь с 10 на 11 октября совершила набег на сирийское побережье. Три катера должны были обстрелять нефтяные танки в Баниасе. Группой прикрытия, действовавшей против Тартуса в составе «ГААШ», «Соуфа», «Хетц» («Hetz») и «Кешет», командовал сам Баркаи.

Обнаружив подход к Тартусу неприятельских кораблей, сирийцы выслали в море два ракетных катера (один пр. 205 и один пр. 183Р), которые в 23 ч. 30 мин. 10 октября произвели полный ракетный залп всеми П‐15, после чего сразу же стали отходить в гавань. Однако уйти им не удалось — израильские катера успели приблизиться на достаточное расстояние, чтобы поразить оба сирийских катера ПКР «Габриэль», в результате чего те выбросились на берег в районе порта. Все выпущенные сирийцами ракеты П‐15 (всего сирийцы выпустили в этом бою восемь ПКР, ещё две, видимо, с катера пр. 183Р, находившегося непосредственно в гавани), как обычно, были «уведены» израильскими средствами РЭБ.

Ударная же группа артиллерийским огнем подожгла часть нефтебаков в Баниасе, после чего прошла к Латакии, где на внешнем рейде ракетами «Габриэль» были потоплены два стоявших там торговых судна — греческое и японское «Ямаширо Мару» («Yamashiro Maru»).

В ночь с 11 на 12 октября израильские ракетные катера нанесли новый удар по порту Тартуса, подвергнув его артиллерийскому обстрелу. В самом порту попаданиями двух ракет «Габриэль» было поражено советское транспортное судно «Илья Мечников», прибывшее туда с грузом энергетического оборудования для строившейся при техническом содействии СССР электростанции на реке Евфрат. Судно полностью выгорело и село на грунт (впоследствии не восстанавливалось), но среди его экипажа погибших не было. Третья ПКР «Габриэль», пущенная по находящимся в гавани советским судам, угодила в волнолом порта. Её взрывом был серьезно повреждён один из сирийских катеров.

Сирийские катера в ответ произвели несколько безуспешных пусков ракет П‐15 прямо из гавани.

Удары израильских ВМС по Латакии и Баниасу имели место также 20 и 23 октября. Противодействие сирийцев ограничивалось в основном стрельбой береговой артиллерии, которой, по иронии судьбы, и удалось добиться единственного с арабской стороны успеха в борьбе с израильскими ракетными катерами. «Саар» получил попадание в носовую часть 100‐мм снарядом, причинившим некоторые повреждения. Ущерб же, понесенный Сирией в результате всех этих ударов, был куда более значительным: были повреждены портовые сооружения, энергетические мощности, уничтожены до 70 % нефтяных запасов, находившихся в портах, почти полностью прекращены какие-либо поставки в Сирию морем.

По израильским данным, из опасений высадки с моря израильских десантов сирийское командование в разгар боевых действий на Голанских высотах сняло с сухопутного фронта две бригады (в том числе одну бронетанковую) и перебросило их для обороны побережья.

Одновременно группы израильских ракетных катеров практически каждую ночь действовали у побережья Египта, обстреливая из артиллерийских орудий береговые объекты. В ночь с 14 на 15 октября близ Абукира четыре израильских катера подверглись атаке двух находящихся в базовом дозоре у Александрии египетских ракетных катеров (предположительно одного пр. 205 и одного пр. 183Р), которые с предельной дистанции выпустили пять ПКР П‐15.

Египетское командование заявило о «самой успешной атаке за весь период боевых действий», в результате которой у израильтян были «потоплены два ракетных и один торпедный катер».

На самом же деле все П‐15 вновь стали жертвами средств РЭБ. В один из отходивших египетских катеров попала ракета «Габриэль», и возник пожар, но экипаж потушил его и привел катер в порт. Возможно, в этом случае не взорвалась боевая часть ракеты.

В ночь с 16 на 17 октября израильские ракетные катера нанесли ракетные удары по Порт-Саиду. Видимо, по береговым объектам израильтяне стреляли, используя оптический визир. Египтяне запустили по катеру 4 ракеты «Сопка» с береговой пусковой установки, но все они прошли мимо.

Всего в ходе октябрьской войны выпустили, по разным данным, от 52 до 54 ПКР П‐15 и минимум 5 береговых ракет С‐2. И все ракеты без исключения прошли мимо. Израильские ВМС выпустили 55 ракет «Габриэль» Mk.1. Всего ракетами и артиллерией флотилии израильских ракетных и артиллерийских катеров были потоплены морской тральщик проекта 254, восемь ракетных катеров (пять проекта 205 и три проекта 183Р), один торпедный катер проекта 123К, три транспортных судна, два малых судна. Израильской авиацией был уничтожен один ракетный катер проекта 205, а израильскими диверсионными силами — два ракетных катера проекта 183Р и один малый десантный корабль.

Довольно безграмотно египетское командование применяло морскую авиацию. Оно предпочло использовать ракетоносцы Ту‐16КСР для нанесения «высокоточных» ударов ракетами КСР‐ 2 и КСР‐11 по отдельным особо важным объектам в глубине контролируемой Израилем территории Синайского полуострова. Первый удар, нанесенный вечером 6 октября по РЛС у Шарм-аш-Шейха, увенчался успехом, однако в дальнейшем израильтяне смогли организовать эффективный перехват этих больших, высотных и нескоростных (максимальная скорость 1,2 М) ракет силами ПВО, прежде всего истребительной авиацией.

Всего с 6 по 22 октября египтяне произвели с самолётов Ту‐16 КСР запуск 25 ракет КСР‐ 2 и КСР‐11, из которых двадцать, по израильским данным, были сбиты, и только пять поразили цели — две РЛС и склад снабжения. Замечу, что в этом были виноваты не столько арабы, сколько советские любители секретности. Ведь арабам поставили «кастрированные» авиационные противокорабельные ракеты, которые имели только одну частоту наведения, что ограничивало число запускаемых ракет и существенно ухудшало помехоустойчивость.

Куда эффективнее можно было использовать эти ракеты по транспортным судам, шедшим в Израиль. Другой вопрос, что египтяне боялись осложнения отношений с США и другими странами Запада.

Следует отметить, что в действиях на море в октябре 1973 г. почти не использовалась сухопутная авиация, как израильская, так и арабов. Самолёты обеих сторон были слишком заняты борьбой за господство в воздухе и поддержкой сухопутных войск.

Спекулируя на результатах октябрьской войны, израильская и западная печать провела кампанию по дискредитации советских противокорабельных ракет. Нашлись критики и у нас, разумеется, в послеперестроечное время. Так, на сайте альманаха «Войны. История. Факты» в статье «Боевые действия на море в ходе арабо-израильской войны 1973 г.» говорится: «События 1973 г. продемонстрировали, что ракетные катера советской постройки пр. 183Р и 205, концептуально ориентированные прежде всего на нанесение “неотразимых” ракетных ударов по крупным надводным кораблям противника, причём, как подразумевалось, без какого-либо противодействия с его стороны, оказались малоэффективными в современном морском бою».

Спору нет, катера проектов 183Р и 205 и их вооружение серьезно устарели по сравнению с израильскими «саарами». Но главной причиной неудач наших П‐15 стала низкая подготовка арабских офицеров и матросов, а также то, что арабам намеренно передавалась устаревшая и «кастрированная» советская техника.

У египтян и сирийцев имелись только кастрированные, то есть ухудшенные ракеты П‐15. Между тем в СССР к январю 1973 г. уже была принята на вооружение модификация ракеты П‐15 — П‐15М «Термит». Внешне она почти не отличалась от П‐15, но имелся ряд «изюминок», включая тепловую головку самонаведения «Снегирь», которая существенно увеличивала её эффективность.

Кроме того, 13 марта 1972 г. была принята на вооружение крылатая противокорабельная ракета П‐120 «Малахит» (несекретный индекс 4К85). Дальность стрельбы ракеты 120 км.

Ракета П‐120 имела улучшенные характеристики по сравнению с П‐15М, особенно по помехозащищенности и избирательной способности. Она лучше обеспечивала наведение ракеты на главную цель в корабельном ордере. Для повышения помехозащищенности на конечном этапе наведения ракеты на выбранную цель в состав БСУ был дополнительно введен тепловой канал. Таким образом, ракета «малахит» имела две головки самонаведения — радиолокационную и тепловую.

К моменту принятия на вооружение «малахита» в боевом составе Черноморского флота находились три малых ракетных корабля (МРК) пр. 1234 с водоизмещением 610/700 (стандартное/полное) тонн. Ещё два МРК были в строю на Балтике. На вооружение МРК поступило 6 пусковых установок «малахита», ЗУР «Оса-М» с боекомплектом 20 ракет, спаренная 57‐мм артустановка АК‐725 и 2–4 пусковых установки ПК‐6.

Были к октябрю 1973 г. в СССР и корабельные постановщики радиолокационных и тепловых помех. Ещё 21 июля 1959 г. вышло Постановление Совмина № 232–372 о разработке 140‐мм корабельной установки помех РУПП‐140 и 82‐мм установки помех КЛ‐101. Позже установки получили новые индексы ЗИФ-121 и ПК‐16.

Государственные корабельные испытания комплекса постановки ложных радиолокационных и тепловых целей ЗИФ-121[81] проходили с 1 августа по 30 октября 1967 г. на головном корабле проекта 1123 крейсере «Москва». На крейсере были поставлены две установки ЗИФ-121 головной партии. Установка ЗИФ-121 была принята на вооружение в 1969 г. под индексом ПК‐2.

В декабре 1965 г. установка КЛ‐101 была смонтирована на тральщике ТЩМ‐827 (проекта 254‐К), на котором с 22 по 24 декабря 1965 г. была проведена первая проверка установки стрельбой. Результаты были неудовлетворительные, и потребовались новые доработки. После доработки КЛ‐101 была смонтирована на ТЩМ‐135 (проекта 254) в апреле 1966 г. для проведения Государственных корабельных испытаний.

Эти испытания были проведены с 20 мая по 20 июня 1966 г., причём КЛ‐101 запускались как со снарядами радиолокационных, так и тепловых помех. Доработка комплекса затянулась, и окончательно комплекс ПК‐16 был принят на вооружение в 1971 г.

Итак, на тральщиках проекта 254, входивших в состав советского ВМФ, установки КЛ‐101 (ПК‐16) ставились, а вот на сирийский тральщик проекта 254 «Ярмук» и на ракетные катера проекта 205 их никак нельзя было установить.

Неужели наши вожди не знали, что США и Франция поставляют Израилю самое современное оружие, включая самолёты, неуправляемые ракеты всех классов? Неужели нельзя было заменить на сирийских ракетных катерах ракеты П‐15 на П‐15М с тепловыми ГСН (хотя бы на катерах пр. 205)? Да можно было и сами катера послать!

Наконец, передача Сирии трёх МРК пр. 1234 с Чёрного моря быстро бы изменила соотношение сил в пользу арабов. Ну а наш МРК прошел бы новые войсковые испытания в ходе реальных боевых действий.

Ах, не успели бы за несколько месяцев (недель) обучить сирийские экипажи! Так сделать экипажи смешанные или вообще оставить советские экипажи.

В октябре 1973 г. американские самолёты с закрашенными опознавательными знаками перелетали на израильские аэродромы прямо с американских авианосцев.

С 20 по 22 октября 1973 г. в Москве находился госсекретарь США Генри Киссинджер. В результате интенсивных переговоров был выработан проект резолюции по ближневосточному вопросу, которая 23 октября за номером 338 была принята Советом Безопасности ООН. Она предусматривала немедленное прекращение огня и всех военных действий с остановкой войск на занимаемых ими 22 октября позициях. Сторонам предлагалось начать переговоры с целью вывода израильских войск со всех захваченных с 1967 г. территорий. Египет и Сирия поддержали резолюцию. Израиль продолжал наступательные действия.

24 октября советское руководство предупредило «о самых тяжёлых последствиях», которые ожидают Израиль в случае его «агрессивных действий против Египта и Сирии». Тут же Л.И. Брежнев послал Ричарду Никсону срочную телеграмму, в которой заверил американскую сторону, что в случае её пассивности по урегулированию кризиса СССР столкнется с необходимостью «срочно рассмотреть вопрос о том, чтобы предпринять необходимые односторонние шаги».

В тот же день в Советском Союзе была объявлена повышенная боеготовность 7 дивизий воздушно-десантных войск. По дипломатическим каналам Москва дала понять, что не допустит поражения Египта. Американская реакция оказалась чрезмерно жесткой — была объявлена тревога в стратегических ядерных силах. Мир оказался в шаге от термоядерной войны. Израильские войска прекратили наступление. 25 октября состояние повышенной боевой готовности в советских ВДВ и американских ядерных силах было отменено.

На момент окончания конфликта израильские боевые подразделения находились в 100 км от Каира, 3‐я египетская армия была окружена. Дамаск мог обстреливаться израильской артиллерией с линии фронта, находившейся в 40 км от него.

Согласно ряду источников, война закончилась военной победой Израиля. Некоторые источники при этом отмечают, что ни египетская, ни сирийская армия не были разгромлены.

В ходе боевых действий обе стороны понесли тяжёлые потери в личном составе и матчасти.

По данным Википедии:

Потери Израиля в технике: от 109 до 120 самолётов и вертолётов сбито или разбилось при посадке, ещё около 20 было списано из-за повреждений. Потеряно 30 БПЛА.

Безвозвратные потери бронетехники составили 540 танков и 265 БТР на южном фронте и 300 танков и 135 БТР на северном фронте. Было выведено из строя 112 израильских крупнокалиберных орудий от 100 мм и выше.

Израильский флот потерял 1 танкер и 1 буксир, безвозвратных потерь среди боевых кораблей не было, были только повреждённые.

За войну Судного дня Израиль потерял 2522–3020 убитыми, 7500—12 000 ранеными, 326–530 человек попало в плен. По арабским заявлениям, Израиль потерял 8000 человек погибшими и 20 000 ранеными.

По соглашению об обмене пленными Израилю удалось вернуть пленных, многие вышли оттуда инвалидами.

Людские потери Израиля, по данным Пьера Рэзокса, составили: египетский фронт — 2082 убитых, 4555 раненых и 257 пленных, сирийский фронт — 938 убитых, 3580 раненых и 69 пленных. Количество убитых включает умерших от ран, пропавших без вести и не найденных.

Несколько образцов трофейной западной техники были отправлены в Советский Союз. Среди них были новейшие западные танки и один беспилотный самолёт. Впервые арабам удалось захватить израильское вооружение в столь больших количествах.

Для восполнения тяжёлых потерь США несколькими партиями до 24 октября поставили Израилю 48 — F‐4 и 30 — A‐4, позже в октябре были поставлены ещё 4 — F‐4.

Армии арабской стороны потеряли в технике 368–447 самолётов и вертолётов, безвозвратно было потеряно 1274 танка (643 и 631 по фронтам) и 500 других бронемашин.

Было выведено из строя 550 арабских крупнокалиберных орудий от 100‐мм и выше. Было потоплено 10 малых боевых кораблей, 1 был захвачен и ещё 6 были повреждены. Потери в людях составили 8528 убитыми, 19 549—19 850 раненых и 8424–9370 пленных. По израильским заявлениям, арабы потеряли 18 500 погибшими и 51 000 ранеными.

Потери добровольцев, наёмников и иностранных военных советников, участвовавших в войне, не публиковались. Израильтяне заявляли, что на египетской стороне участвовали северокорейские пилоты.

Египтяне, в свою очередь, заявляли, что на израильской стороне участвовали американские пилоты. Известно, что 13 октября на Голанских высотах погиб английский наёмник Роберт Коннор, воевавший на арабской стороне. Во время израильских бомбардировок погиб норвежский наблюдатель ООН. Израильскими катерами было убито 2 гражданских грека и 5 было ранено.

Подробный список потерь в войне опубликовал только Советский Союз. Его потери составили 2 погибших военных советника, 1 пропавший без вести и несколько раненых. Также во время израильской бомбардировки советского Дома культуры в Дамаске была убита советская учительница, ветеран. Из техники советская сторона потеряла один теплоход.

США в ходе конфликта от действий израильской авиации потеряли один транспортный корабль «Илья Мечников».

На Голанском фронте обмен пленными начался 1 июня 1974 г., сразу после окончательного прекращения послевоенных столкновений. 6 июня обмен был завершён, самолётами Красного Креста из Сирии было возвращено на родину 56 израильтян в обмен на возвращение 382 арабских солдат: 367 сирийцев, 10 иракцев и 5 марокканцев.

Главным результатом войны 1973 г. стал выход Египта из антиизраильской коалиции. Причём причиной этого стала политика египетского президента Анвара Садата. Объективно же египетские и сирийские вооруженные силы в 1973 г. показали себя с куда лучшей стороны, чем в 1967 г., а помощь СССР позволила им быстро возместить потери в военной технике.

18 января 1974 г. египетские представители в присутствии американской делегации на 101‐м километре шоссе Каир — Суэц подписали с израильтянами соглашение о разъединении войск. Израиль отводил свои войска на 32 км от Суэцкого канала. 31 мая аналогичное соглашение, но уже при посредничестве СССР и США, было подписано между Израилем и Сирией. Сирии возвращалась часть Голанских высот с городом Кунейтра на условиях демилитаризации и размещения здесь войск ООН, в состав которых планировалось включить советских офицеров в качестве военных наблюдателей.

В 1974 г. США безвозмездно передали Египту 250 млн долларов, в том числе 170 млн на расчистку Суэцкого канала и восстановление приканальной зоны и 80 млн на оплату импорта американских товаров. В 1975 г. размер американской экономической помощи Египту составил уже 370 млн долларов за счет возобновления поставок продовольственных товаров и 480 дополнительных кредитов на оплату импорта потребительских товаров. В документе «Заверения правительства США Египту» в сентябре 1975 г. США впервые официально подтвердили свою политику помощи Египту в деле экономического развития, что было непосредственно связано с подписанием под нажимом США соглашения о втором этапе разъединения египетско-израильских войск на Синае.

4 сентября 1975 г. египетское и израильское правительства заключили соглашение о втором этапе разъединения войск на Синайском полуострове, которое завершилось 22 февраля 1976 г. В результате второго разъединения войск Израилю передали 5000 кв. км египетской территории, Египту возвращены нефтепромыслы Абу-Рудайс и Рас-эс-Судр, а горные перевалы Гинди и Митла перешли под контроль чрезвычайных вооружённых сил ООН.

В буферной зоне была создана система раннего предупреждения, включающая по одному египетскому и израильскому посту раннего оповещения, три американских поста наблюдения и разведки и четыре автоматических поста. Систему обслуживали двести американскими техническими специалистами.

Соглашение предусматривало взаимные обязательства сторон не возобновлять боевые действия в течение трёх лет, а также разрешало провоз по Суэцкому каналу невоенных грузов для Израиля на судах третьих стран.

Садат, взявший курс на рыночные реформы (так называемая политика «открытых дверей»), оказался в сложном положении. Так, быстрый и многократный рост цен привел к массовым беспорядкам, погромам и мародерству. Для тоталитарных арабских режимов это — прелюдия государственного переворота и насильственной смены власти. Договор с СССР был разорван, американцы выступали за «всеобъемлющий» мир, большинство арабских государств заняли крайне прохладную позицию по отношению к Египту. Нужно было срочно искать выход, а их было только два: война или возвращение Синая.

Все самые секретные контакты Египта и Израиля находились под полным контролем как Москвы, так и Вашингтона. В резидентурах КГБ на Ближнем Востоке работали опытные специалисты, отлично владеющие арабским языком и имеющие надежные хорошо налаженные связи. Буквально в считаные часы они могли добыть любую нужную информацию и передать её Ю.В. Андропову. В Средиземном море постоянно находились три советских разведывательных судна — «Кавказ», «Крым» и «Юрий Гагарин», которые фиксировали все радио- и телефонные разговоры на территории Египта, Израиля и других стран. Вся полученная информация в режиме реального времени расшифровывалась специалистами ГРУ и отправлялась в Москву.

1 октября 1977 г. СССР и США подписали Заявление по Ближнему Востоку, в котором стороны определили дату созыва Женевской конференции (в декабре) и впервые, по требованию Москвы, включили в столь важный двусторонний документ пункт о правах палестинцев. Садат безоговорочно поддержал это заявление и назвал его «мастерским».

Израиль же назвал соглашение «совершенно неприемлемым». Уже 4 октября Моше Даян убеждал Дж. Картера, что целью совестных усилий США и Израиля должно быть соглашение с Египтом, а не всеобъемлющее ближневосточное урегулирование. «Если вы снимете одно колесо с машины, она не поедет, — убеждал израильский министр американского президента. — Если Египет будет вне конфликта, войны больше не будет». Картер хоть с трудом, но соглашался.

17 сентября 1978 г. Израиль и Египет при участии США подписали кэмп-дэвидские соглашения. 26 марта 1979 г. в Вашингтоне был заключен мирный договор между двумя странами. Начался вывод израильских войск с Синайского полуострова, который завершился в апреле 1982 г. Советскому Союзу во всем этом процессе отводилась роль наблюдателя.

В марте 1979 г. Египет был исключен из Лиги арабских государств. Штаб-квартира Лиги переместилась из Каира в Тунис. Возмущались своим лидером и израильтяне, получившие мир за территории.

Сразу же после окончания войны 1973 г. Сирия переместилась на первое место по советским военным поставкам в регион. Сюда же направлялась основная масса военных советников и специалистов, которые планомерно заменяли своих коллег, принимавших непосредственное участие в планировании и проведении наступательно-оборонительных действий сирийской армии в октябре. В основном они занимались обучением местных военнослужащих технике и тактике использования истребителей МиГ‐15УТИ, МиГ‐17 и МиГ‐21, штурмовиков Су‐7Б, военно-транспортных самолётов Ан‐24 и вертолётов Ми‐8. Позже в их задачу входило переучивание сирийцев на управление более современной боевой техникой, которая бурным потоком хлынула в страну.

Толчком к активизации советско-сирийского военного сотрудничества послужил однодневный визит 3 мая 1973 г. в Москву президента Сирийской Арабской Республики Xафеза Асада. В ходе визита были заключены ряд соглашений политического и военного характера. В Сирию были отправлены крупные партии ЗРК «Квадрат», боевых самолётов, танков Т‐62, другого военного имущества.

За первое полугодие 1973 г. Советский Союз поставил в Сирию военной техники и другого имущества на 185 млн долларов. Для сравнения: за весь 1972 г. советская военная помощь Сирии составила 35 млн долларов. С 1956 г. и до распада СССР Сирия была одним из основных партнеров СССР в области военного сотрудничества. За этот период советские военные поставки в Сирию оцениваются более чем в 26 млрд долларов.

По официальным данным, число советских военных советников в Сирии возросло до 560 человек, а по данным западных СМИ, в 1978–1982 гг. эта цифра составляла 3–6 тыс. человек. Советских военных советников и специалистов возглавлял главный военный советник в вооружённых силах — советник министра национального обороны САР. В отдельные годы эта должность называлась старший группы советских военных специалистов. Её последовательно занимали: генерал-лейтенант М. Терещенко (1974–1977), генерал-лейтенант В. Будаков (1977–1980), генерал-полковник Г. Яшкин (1980–1984), генерал-полковник В. Гордиенко (1984–1986), генерал-лейтенант Е. Смирнов (1986–1988), генерал-лейтенант В. Копылов (1988–1991) и генерал-лейтенант В. Цветков (1991–1994).

Особое внимание советские специалисты обращали на освоение сирийскими военнослужащими новой военной техники и оружия, в том числе танков Т‐62, самолётов Су‐7, и МиГ‐25, 130‐мм пушек М‐46, ПЗРК «Стрела» и более современных модификаций ПТУРСов.

Несмотря на мирное соглашение с Египтом, Израиль в конце 1970‐х гг. начал новый тур гонки вооружений. В связи с появлением ПЗРК типа «Стрела» в формированиях ООП («Организация освобождения Палестины») на территории Ливана израильское руководство считало наиболее важным превосходство в воздухе и в средствах ПВО. Основной упор делался на мероприятия по модернизации ударных самолётов. Эта программа включала установку автоматов по отстрелу тепловых ловушек и дипольных отражателей. Большое внимание уделялось применению средств радиоэлектронной борьбы, прежде всего подвесных контейнеров.

США увеличивали поставки в Израиль «скайхоуков» и «фантомов». А уже 14 апреля 1975 г. в строй вступил первый построенный в Израиле реактивный истребитель «кфир». В том же году была сформирована первая эскадрилья, на вооружении которой состояли исключительно «кфиры» израильского производства, а в других частях ВВС Израиля новыми машинами стали заменять «скайхоуки».

10 октября 1976 г. из США в Израиль начали поступать первые истребители-перехватчики F‐15 «Игл». В конце 1977 г. Израиль заказал авиапромышленности Соединенных Штатов 75 истребителей F‐16 для замены ими «скайхоуков».

Из вышесказанного ясно, что израильское руководство основной упор делало на увеличение мощи своих ВВС. Помимо этого, в 1976 г. Израиль получил 6 вертолётов АН-1 «Кобра», которые вывели поддержку армии на совершенной другой уровень. Позже израильские ВВС получили ещё 30 «кобр», а также 30 более лёгких и маневренных вертолётов 500МД «Дефендер», вооружённых ракетами «тоу».

Пополнились израильские ВВС и новыми транспортными вертолётами. На замену старых машин «Белл-205» стали поступать «Белл-212», закупались лёгкие вертолёты «Белл-206» и тяжёлые СН-53.

Израильские средства ПВО также подвергались глубокой модернизации. ЗРК «Хок» заменялись ЗРК «Усовершенствованных Хок», закупались в большом количестве мобильные ЗРК «Чапарел» и 20‐мм зенитные автоматы «Вулкан».

Следует сказать несколько слов об установке «Чапарел», поскольку у нас о ней забыли даже узкие специалисты. Комплекс «Чапарел» был принят на вооружение в США в 1968 г. Первые поставки в Израиль начались в ходе октябрьской войны 1973 г., и в самом конце войны им якобы был сбит арабский МиГ‐17.

Фактически ракета MIМ‐72 — это копия авиационной ракеты AIM‐9 «Садуиндер». Вес ракеты 86 кг. Снаряд может поражать вдогон цели, летящие со скоростью до 310 м/с. Высота поражения 15 м — 3 км. Дальность стрельбы от 800 до 6000 м.

Кроме того, на вооружение ПВО Израиля поступали простейшие советские спаренные 23‐мм установки ЗУ-2. Замечу, что эти установки были приняты на вооружение в СССР в 1957 г. и до сих пор эффективно применяются для стрельбы по низколетящим воздушным целям, а также для стрельбы по наземным объектам (личному составу, слабо бронированной военной технике, автомобилям и т. д.).

Поскольку в операциях войны 1973 г. крайне не хватало стратегической и тактической разведывательной информации, израильтяне стали уделять большее внимание воздушной разведке. Помимо самолётов дальнего радиолокационного оповещения Е-2С «Хокай» израильские ВВС пополнились самолётами OV–ID «Мохаук», а также большим количеством беспилотных летательных аппаратов (БПЛА).

В 1969–1970 гг. в Иордании начались конфликты палестинцев и администрации короля Хуссейна. Палестинцы потерпели поражение и отошли в Ливан. По Каирскому соглашению 1969 г. и Мелькартскому соглашению 1973 г. палестинцы право содержать в Ливане вооруженные отряды.

На территории Ливана, примыкающей к израильской границе, возникла самостийная террористическая «республика», получившая по имени главной палестинской организации название «Фатахлэнд». Лидер палестинцев Ясир Арафат воспользовался гражданской войной в Ливане, и фактически захватил власть в приграничных районах. На подвластной Арафату территории Ливана сконцентрировались десятки тысяч палестинцев, в многочисленных лагерях и учебных центрах шла подготовка формирований для последующей заброски в Израиль.

Подготовка палестинских боевиков проходила в СССР: в 165‐м Учебном центре по подготовке иностранных военнослужащих (УЦ-165) Генштаба в Крыму, на Высших офицерских курсах «Выстрел» в подмосковном Солнечногорске, в диверсионных школах КГБ и ГРУ под Москвой (в Балашихе), Николаевом (поселок Привольное), Оренбургом (Тоцкие лагеря) и в туркменском городе Мары. Там прошли учебу тысячи палестинцев.

Замечу, что в 1932 г. 55 % населения Ливана были христианами. С 1960‐х гг. численность христиан в Ливане медленно сокращалась. Большинство христиан в Ливане — марониты, тесно связанные с Западом. Следующей по численности христианской общиной являются греко-православные. Они меньше связаны с Западом и больше лояльны к арабам.

В Ливане конфессии руководителей страны официально закреплены конституцией. Так, президент Ливана обязательно должен быть маронитом, премьер-министр — суннитом, а спикер парламента — шиитом.

Палестинцы имели глупость ввязаться в Ливане в конфликт между христианами и мусульманами.

Полномасштабные боевые действия начались 13 апреля 1975 г. со столкновений в Бейруте между палестинскими боевиками и отрядами христианской партии «Катаиб». Столкновения начались после попытки убийства палестинцами одного из лидеров христианской общины Ливана шейха Пьера Жмайеля. Постепенно военные действия распространились на северные и восточные части страны.

До октября 1975 г. вооружённые столкновения происходили только между отрядами различных палестинских организаций и милициями христианских партий «Катаиб», «Национально-либеральной партии», движения «Стражи кедра», организаций «Марада» и «Танзим», во главе которых стояли известные христианские деятели Ливана — Пьер Жмайель, Камиль Шамун, Сулейман Франжье, Этьен Сакер. Позже эти милиции объединились в единую армию «Ливанские силы» (за исключением «Марады»). Политическим крылом «Ливанских сил» стала коалиция «Ливанский фронт».

В октябре 1975 г. к отрядам палестинцев присоединились воинские формирования мусульманских общин Ливана и левых партий, такие как Прогрессивно-социалистическая партия Ливана, Сирийская социальная националистическая партия, партия «Мурабитун», Ливанская коммунистическая партия и др. Они образовали «Национально-патриотические силы» (НПС), которую возглавил политический глава общины друзов Ливана Камаль Джумблат, питавший характерную для друзов ненависть к христианам, особенно маронитам.

Несмотря на более чем трёхкратный перевес противника в живой силе (силы палестинско-мусульманской коалиции насчитывали около 48 тыс. человек против 15 тыс. бойцов христианской армии), христианским отрядам удалось нанести ряд поражений антиправительственным войскам ООП — НПС.

В январе 1976 г. лидеры блока ООП — НПС обратились за помощью к президенту Сирии Хафезу Асаду, и тот отправил в Ливан палестинские части из состава Армии освобождения Палестины, базирующихся в Сирии, численностью от 5000 до 8000 человек, что резко повлияло на ход боевых действий. Христиане перешли к обороне на всех фронтах. Мусульманские офицеры во главе с дезертиром лейтенантом Ахмадом Хатыбом подняли востание в мусульманских частях ливанской армии, и в марте 1976 г. правительственные вооружённые силы Ливана распались.

Повстанцы организовали Армию Арабского Ливана и присоединились к альянсу ООП — НПС. В марте — апреле 1976 г. ООП — НПС начала наступление с целью уничтожения христианского анклава в Горном Ливане. Заместитель Арафата Салах Халаф заявил, что путь в Палестину лежит через столицу христианского анклава — Джуние (город, находящийся на северо-восток от Бейрута). Христианские войска были вынуждены отступить с некоторых позиций в Восточном Бейруте и в горах. Повстанцам удалось на некоторое время захватить около 70 % территории страны. Но после перегруппировки сил отряды христианской милиции перешли в контрнаступление и отбросили мусульман на исходные позиции, а на севере страны даже продвинулись далеко в глубь территории, захваченной отрядами НПС — ООП, вплотную подойдя ко второму по величине городу Ливана — Триполи.

В июне 1976 г. в Ливан вошли части сирийского военного контингента, который в союзе с проправительственными христианскими милициями нанес окончательное поражение блоку НПС — ООП. Последним значительным событием этой гражданской войны стал разгром в августе 1976 г. христианской милицией крупнейшего палестинского военного лагеря в Восточном Бейруте — Тель-Заатара.

После военных поражений второй половины 1976 г. и убийства агентами сирийских спецслужб главы Национально-патриотических сил Ливана Камаля Джумблата в марте 1977 г. блок НПС окончательно распался. Зато альянс проправительственных христианских партий «Ливанский фронт» усилил свои позиции, а его объединенная армия «Ливанские силы» под командованием младшего сына основателя и руководителя партии «Катаиб» Пьера Жмайеля — Башира — насчитывала 30 тысяч бойцов.

После заключения Кэмп-Дэвидского договора между Израилем и Египтом сирийское правительство изменило свою тактику в Ливане, сделав ставку на бывших противников из рядов развалившегося НПС. Сирийские войска начали перевооружение подконтрольных им палестинских и ливанских мусульманских группировок. Одновременно стали ухудшаться отношения Сирии с христианскими партиями, требующими немедленного вывода сирийских войск. Лидеры христиан Ливана стали тайно сотрудничать с Израилем, который снабжал их войска финансами и вооружением.

В 1978 г. произошло первое крупное столкновение между «Ливанскими силами» и сирийскими войсками. После Стодневной войны сирийские войска были и выбиты из христианских районов Восточного Бейрута и Горного Ливана. Однако сирийцам удалось сохранить свой контроль над севером Ливана, населенным христианами, маронитами и православными.

В 1981 г. началось новое обострение обстановки в Ливане, связанное с нападением сирийских войск на христианский город Захле в долине Бекаа. На помощь городскому ополчению Захле выступили отряды «Ливанских сил». Не сумев взять город сухопутными силами, сирийцы применили авиацию, против чего резко выступило руководство Израиля, заявившее, что оно не допустит истребления христианской общины Ливана.

В 1981 г. произошли первые воздушные бои сирийцев на истребителях-перехватчиках МиГ‐25. Так, 13 февраля в небе Ливана израильский пилот на американском F‐15 сбил сирийский МиГ‐25. Следующее боестолкновение произошло 29 июля. Две пары сирийских МиГ‐21 и МиГ‐25 вступили в схватку с группой израильских истребителей. При этом сирийцы потеряли один МиГ‐25, а израильтяне — один F‐15. После этого боя сирийское командование стало применять МиГ‐15 только для высотных перехватов.

Кроме того, израильские ВВС сбили два сирийских вертолёта, доставлявших войска к месту боевых действий.

После этого было достигнуто соглашение, по которому сирийские войска отступали от города, а отряды «Ливанских сил» уходили на территорию христианского анклава и в Восточный Бейрут. Сирийцы смогли войти в Захле только в 1985 г., после того как город был сдан по приказу Илие Хобейки, командовавшего «Ливанскими силами», имевшего тесные контакты с сирийскими спецслужбами и командованием сирийских войск в Ливане.

В мае 1982 г. израильское руководство приняло решение о вторжении в Ливан. Операция получила название «Мир для Галилеи». Её целью было разрушение военных структур ООП в Ливане и оказание помощи христианским силам в захвате политической власти в стране. В объекты нападения входили и сирийские части в долине Бекаа.

На ливанской границе Израиль сосредоточил 11 дивизий, объединенных в три армейских корпуса. В составе бронетанковых дивизий имелось 1200 танков. Общее командование операцией возлагалось на начальника Генштаба генерал-полковника Р. Эйтана и командующего Северным военным округом генерал-лейтенанта А. Дрори.

Операция «Мир для Галилеи» началась 6 июня 1982 г. Израильские войска, поддерживаемые авиацией, вторглись в Южный Ливан и начали продвижение в направлении Бейрута, уничтожая на своем пути палестинские формирования. Наступление шло на 100‐километровом фронте. Первыми на территорию Ливана были введены 4 дивизии, в последующие дни вводились дополнительные дивизии.

В первые два дня боев были уничтожены три палестинские бригады — «Айн Джалут», «Хатын» и «Эль Кадиссия». Спецназ «Голани» взял штурмом главную базу палестинцев — расположенную высоко в горах и считавшуюся неприступной крепость крестоносцев Бофор. В устье реки Авали был высажен морской десант частей 96‐й дивизии, что позволило отрезать пути отступления палестинцев вглубь Ливана. Части 91‐й дивизии взяли города Сайда и Тир, где провели массированную зачистку. Потери палестинцев исчислялись тысячами. Захваченных в плен палестинцев, порядка 10 тысяч человек, свозили в лагерь «Ансар».

Израильские танковые дивизии наступали по узким горным дорогам. В ходе тяжёлых боев с сирийскими танковыми частями израильские войска вышли к шоссе Бейрут — Дамаск.

Были уничтожены сотни советских танков, в том числе и впервые поступившие на вооружение сирийцев новейшие советские танки Т‐72. Так, в бою 9 июня между израильскими танками и передовыми частями двух сирийских бронетанковых дивизий, который произошел в южной части долины Бекаа, сирийцы потеряли около шестидесяти танков T‐55 и T‐62.

10 июня в северной части долины Бекаа произошло крупное сражение между 300–400 израильскими танками и примерно таким же количеством сирийских Т‐55, T‐62 и T‐72, развернутых вдоль дороги Бейрут — Дамаск. В бою приняли участие также израильская артиллерия и вертолёты, вооружённые ПТУРСами TOW. В ходе сражения все сирийские танки были выведены из строя и многие из них захвачены.

В ходе воздушного боя 7 июня был сбит один МиГ‐23. 8 июня, по израильским данным, были сбиты ещё 7 МиГов.

Сирийский президент Хафез Асад, обеспокоенный событиями в Южном Ливане, приказал увеличить количество ЗРК в районе долины Бекаа и сосредоточить бронетанковые части у ливанской границы. К вечеру 9 июня израильские танки вышли во фланг сирийских войск и ворвались в долину Бекаа. Израильские коммандос захватил в тылу сирийцев позиции на горе Шоуф, перекрыв им путь к отступлению.

Сирийская ПВО в этом районе состояла из 15 комплексов «Куб», двух С‐125 и двух С‐75 с 200 ракетами и более чем 400 зенитными орудиями. Из этих 19 комплексов ПВО до окончания конфликта были повреждены или уничтожены 17. Израильские ВВС, учитывая горький опыт войны 1973 г., теперь тщательно планировали все атаки на системы ПВО. Все позиции ЗРК были заранее разведаны с помощью беспилотников. По ним, помимо самолётов и вертолётов, работали и артиллерия, и танки израильтян. А появлявшиеся над полем боя сирийские самолёты встречали израильские истребители.

9 июня произошел крупнейший со времен Второй мировой войны воздушный бой, в котором одновременно участвовали сразу 60 сирийских и 90 израильских истребителей. Израильтяне заявили о 10 сбитых самолётах противника.

10 июня состоялась новая авиационная битва, в которой с обеих сторон приняли участие около 350 самолётов. По израильским данным, они сбили 25 МиГ‐21 и МиГ‐23, при этом не потеряв ни одного своего самолёта. По сирийским данным, их потери составили всего 7 машин. Советские военные специалисты, в большом количестве находившиеся тогда в Сирии, приводят следующие данные: сирийцы потеряли 22 самолёта (4 — МиГ‐23МФ, 8 — МиГ‐23МС и 10 — МиГ‐21бис), а израильтяне — 10 самолётов.

Сирийские самолёты и вертолёты «Газель» с противотанковыми ракетами нанесли существенные потери бронетанковым частям Израиля, но и сами при этом потеряли 25 самолётов и 3 вертолёта.

Израильские войска стремительно наступали. Так, всего через пять дней после начала операции, 11 июня, их танки вошли в предместья Бейрута. Части 90‐й танковой дивизии ворвались на территорию бейрутского аэропорта, десантники 35‐й парашютно-десантной бригады захватили президентский дворец в Баабде. 13 июня вся западная (мусульманская) часть Бейрута была окружена.

В Бейруте оказались окружены и заблокированы тысячи палестинцев во главе с Ясиром Арафатом. Израильское командование потребовало от них безоговорочной капитуляции. На господствующих высотах израильтяне разместили артиллерийские батареи, которые вели прицельный огонь по скоплениям палестинцев в блокированном Бейруте, авиация наносила массированные ракетно-бомбовые удары. Для поражения подземных бункеров впервые были использованы боеприпасы объемного взрыва. Сам Арафат непрерывно находился в перекрестьях прицелов израильских снайперов, ожидавших приказа на его ликвидацию.

В ночь на 13 августа Арафат капитулировал. Евреи разрешили ему и нескольким палестинским командирам морем эвакуироваться из Бейрута.

11 июня 1982 г. вступило в силу перемирие между Сирией и Израилем. Израильское наступление не смогло достичь своей основной цели. На приморском направлении израильские войска не смогли выйти к Бейруту и соединиться с войсками фалангистов, несмотря на то, что группировка войск на этом направлении достигла трёх дивизий. Не зашли они и к узлу дорог Захр Бейдара, хоть здесь наступала усиленная дивизия.

В конце июня израильская армия начала осаду Западного Бейрута, поскольку там находилась штаб-квартира ООП. Осада продолжалась до середины августа и привела к многочисленным жертвам среди мирного населения.

18 августа 1982 г. при посредничестве США, обеспокоенных ситуацией, было подписано соглашение, согласно которому силы ООП обязались покинуть Ливан, а Израиль обязался не продвигаться дальше и не оккупировать Западный Бейрут, населенный мусульманами и палестинскими беженцами.

21 августа президентом Ливана был выбран Башир Жмайель, маронит, возглавлявший самую мощную христианскую милицию «Ливанские силы». Израильское руководство надеялось, что он согласится подписать мирный договор между странами.

1 сентября около 10 тысяч боевиков ООП под наблюдением сил ООН были эвакуированы из Бейрута морским путем в Тунис и другие страны. Однако ряд источников утверждает, что в нарушение соглашения об эвакуации, ООП оставила в Ливане, по разным оценкам, от нескольких сотен до нескольких тысяч боевиков, имевших оружие, в том числе и противотанковые гранатометы. Перед эвакуацией Арафат также поручил Мугние, тогда сотруднику его «Подразделения 17», передать часть её оружия родственным ООП ливанским милициям.

С эвакуацией сил ООП операция «Мир для Галилеи» формально завершилась.

14 сентября вновь избранный президент Ливана Башир Жмайель и ещё 26 человек были убиты в результате взрыва бомбы в его штабе. Христиане обвинили в произошедшем сирийцев и палестинцев. Позже за это убийство был осужден ливанский христианин, Хабиб Шартуни, член Сирийской социал-национальной партии Ливана, предполагаемый агент сирийских спецслуж.

Сразу же после убийства Жмайеля Шарон приказал армии оккупировать Западный Бейрут. Этот шаг Израиля противоречил подписанным им за месяц до этого договоренностям. США выступили с протестом против действий Израиля.

Еще в июне 1981 г. во время очередного посещения Сирии советской делегации во главе с первым заместителем главкома ВМФ адмиралом Н.И. Смирновым удалось достичь договоренности по четырем главным положениям будущего соглашения, которое предусматривало:

1. Заходы советских военных кораблей в порты Сирии.

2. Создание пункта материально-технического обеспечения (ПМТО) в Тартусе, где предусматривалось разместить плавучий док и построить склады для снаряжения, продовольствия и боеприпасов. Для их обслуживания в Сирию будет направлено до 500 советских военнослужащих. Кроме того, предусматривалось создание двух стоянок для военных кораблей на одном из островов близ Тартуса и в бухте ближе к Латакии. Всего там могло быть принято до 20 кораблей.

3. Размещение советских военных самолётов на аэродроме Тифор и других аэродромах, которые будут определены в протоколе к этому соглашению. В 1981 г. там должны быть размещены разведывательные самолёты, летающие лодки и полк истребительной авиации численностью в 46 самолётов и 4 вертолёта.

Для их обслуживания будет размещено 2700 советских военнослужащих в Тифоре и 250 военнослужащих в пункте наведения. Разведывательные самолёты и летающие лодки, как это уже было в Египте, будут носить опознавательные знаки Советского Союза, а истребители — Сирии.

4. Размещение советской зенитной ракетной части на территории Сирии. В 1981 г. там будет размещен зенитный ракетный полк (ЗРП) для прикрытия Тартуса или любых других районов по согласованию сторон — 1600 военнослужащих. В 1983 г. ЗРП должен превратиться в бригаду (до 2000 военнослужащих) для прикрытия Тартуса, Тифора и других аэродромов, которые будут определены в протоколе.

28 июня 1981 г. советские военные доложили в ЦК КПСС, что сирийцы отказались от своего требования размещать наши зенитно-ракетные части для прикрытия сирийских объектов и что теперь путь к соглашению открыт.

В июле 1981 г. прошли совместные советско-сирийские военно-морские маневры. В учении было задействовано порядка 12 советских кораблей 5‐й эскадры. 6—12 июля батальонная группа, сформированная на базе отдельной бригады морской пехоты Черноморского флота, впервые произвела высадку десанта в районе порта Латакия и выполнила поставленные задачи в пустынной местности на территории Сирии. Командовал десантом подполковник В.Н. Абашкин, старшим десанта на переходе был командир 810‐й отдельной бригады морской пехоты Черноморского флота подполковник В.В. Рублёв. С четырёх десантных кораблей было высажено на берег 65 единиц боевой техники.

5 октября 1981 г. израильские агенты в Дамаске расстреляли сирийскую охрану и направили машину, начиненную взрывчаткой, к жилому городку советских военнослужащих. В результате взрыва погибли двое советских солдат, дочь одного офицера, 24 человека получили тяжёлые ранения. Ещё более ста офицеров и членов их семей получили ранения различной тяжести и были госпитализированы.

В городе Хаме по пути на аэродром были расстреляны четыре военных советника при авиационной бригаде. Позже в Дамаске был подорван штаб ВВС и ПВО, погибли около ста сирийцев, многие получили ранения, в том числе 6 наших советников, среди которых был советник начальника штаба ВВС САР полковник В. Глаголев.

Главный военный советник Григорий Петрович Яшкин как минимум дважды подвергался нападению. Однажды его машина попала под пули снайпера, а в другой раз он чудом остался жив — 5 октября, когда взорвали штаб. За три минуты до взрыва он поднялся на четвертый этаж и потому отделался лишь царапинами и лёгкой контузией. После этого всех советских советников и специалистов убрали из сирийских дивизий и бригад, участвовавших в боевых действиях, и сосредоточили их в Дамаске.

При этом руководство СССР по-прежнему планировало использовать сирийскую территорию для базирования своих сил, даже при угрозе оказаться втянутыми в ближневосточный конфликт. Григорий Петрович Яшкин вспоминал: «Зимой — весной 1982 г. советское руководство очень сильно давило на нас с послом, чтобы мы помогли решить вопрос с размещением в Сирийской Арабской Республике контингента наших войск: тыловой базы для 5‐й Средиземноморской эскадры, 3–4 зенитно-ракетных бригад и нескольких полков истребительной авиации. Москва не хотела потерять свое влияние на Ближнем Востоке и саму Сирию, вооружённые силы которой были втянуты в братоубийственную войну с отрядами “Ливанского фронта” — “фалангистами”, поддерживаемыми Израилем, и в операции внутри страны против экстремистов оппозиционных сил “Братьев мусульман”».

Опасность втягивания СССР в войну возросла во много раз, и лишь 8 апреля 1982 г. она была предотвращена. Из шифртелеграммы: «Дамаск. Совпослу… Только для вас и главного военного советника. Постановление Политбюро ЦК КПСС № 723 от 8.4.82 г. В целях поддержания режима X. Асада в его борьбе с антиправительственными выступлениями внутри страны и арабской реакцией признано целесообразным с нашей стороны не увязывать соглашение “О размещении” с соглашением “О поставках”. Л. Брежнев».

Первая реакция СССР на израильскую интервенцию в Ливане была крайне сдержанной. Все знали, что Брежнев доживает последние месяцы, и в Кремле шла борьба за власть и там было не до Ливана, не до палестинцев, не до Сирии. Поэтому Москва и пальцем не пошевелила, чтобы хоть как-то затруднить действия Израиля. И репутация СССР в арабском мире стала стремительно падать. Почти повсеместно в арабских столицах началось ухудшение отношения к советской военной технике, что сразу же сказалось на положении советников и специалистов.

Вечером 13 июня в Сирию срочно прибыл первый заместитель командующего ПВО СССР генерал-полковник Е.С. Юрасов. Его задачей было разобраться в причинах успешного действиями израильских ВВС против советских ЗРК, установленных в долине Бекаа. Вместе с Юрасовым прибыла и группа специалистов.

Главный конструктор комплекса «Бук» Ардалион Ардалионович Растов позже писал: «В первый же день были выведены из строя все наши комплексы “Бук”. Причём наши военные советники не могли понять, в чем тут дело. Оказывались разбитыми не только СУРНы[82], но и пусковые установки, которые, казалось бы, большой ценности не представляют. Потому что без СУРН они слепы, и потому враг всегда старался выбить эти самоходки управления. Но при этом СУРНы уничтожались не только в развернутом положении, но и в нерабочем, походном, когда они зачехлены и ничего не излучают. То есть, их никак не могли поразить противорадиолокационные ракеты “Шрайк”, которые летят на работу радаров. Генерал-полковник Яшкин ничего толком сказать не мог.

Нас уже 12 июня вызвали в Кремль, в Военно-промышленную комиссию. Мы пришли в кабинет её зампреда Леонида Горшкова. У него на столе уже лежали подробные карты и долины Бекаа, и всего Ливана, и Сирии. Один из генералов тут же докладывал об обстановке, один из его помощников непрерывно поддерживал прямую связь с Дамаском. Ничего нового мы не услышали, звучала лишь статистика: разбит комплекс там-то и там-то.

Пришлось срочно лететь в Сирию и ездить по боевым позициям, разгадывая эту тайну на месте. И первое, что бросилось в глаза — это неумелое использование арабами наших “Кубов”. Мы создавали их очень подвижными, а они норовили сделать их стационарными установками, не маневрируя ими. В современной же войне это смерти подобно. Но даже не это было корнем бед».

Подводя общие итоги боев в Ливане, главный военный советник в Сирии Григорий Яшкин писал: «В мировом общественном мнении могло сложиться впечатление, будто Сирия потерпела поражение и капитулировала. Особую досаду вызывало то, что и в Москве далеко не все разобрались в сложившейся обстановке. Из различных видов вооружённых сил и родов войск в Дамаск, не спрашивая согласия руководства CAP, начали приезжать одна комиссия за другой. Интересовались, в частности, причинами уничтожения зенитно-ракетных комплексов. Причём виновников, как ни странно, искали прежде всего среди своих. Нетрудно представить, как чувствовали себя в этой неразберихе офицеры советнического аппарата. Мириться с таким положением дел больше было невозможно, и я решил обратиться к министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Д.Ф. Устинову. По телефону я доложил, что перемирие ненадолго, схватка Сирии с Израилем ещё впереди. Разговор продолжался более часа. Дмитрий Федорович не прерывал, внимательно слушал меня, в заключение сказал: “Надо согласиться с вами. Мы предпримем меры, чтобы поправить дело. Передайте сирийскому руководству: пусть немедленно, сегодня же, посылают в Москву делегацию, чтобы определить, какую технику, оружие и боеприпасы надо поставить в первую очередь. С этой делегацией пусть вылетает ваш заместитель по вооружению. Проверяющих, кроме Юрасова и Горшкова, откомандировать немедленно в Москву”.

В продолжение и подкрепление телефонного разговора с Д.Ф. Устиновым я направил на его имя шифротелеграмму следующего содержания: “По различным источникам, а иногда и от лиц, которые были далеки от реально происходящих событий, делаются выводы о каком-то поражении и даже полном разгроме сирийских вооружённых сил в Ливане при отражении израильской агрессии. С такими выводами и сообщениями согласиться нельзя.

Во-первых, такие заключения полностью смыкаются с желанием США и всей мировой иудейской мафии: дискредитировать советское оружие, наше оперативное искусство и тактику, создать желаемый для них на этом этапе «миф о непобедимости».

Во-вторых, это не соответствует действительности. Сирийские вооружённые силы, как Вам известно, в активные боевые действия вступили только 9 июня 1982 г., когда израильтяне перенесли боевые действия в зону их ответственности, т. е. на четвёртый день войны. Четырём танковым дивизиям и двум отдельным бригадам израильских войск нанесено серьёзное поражение. К утру 11 июня сирийские войска полностью овладели инициативой и стали организованно контратаковать. На дамасском направлении провели артиллерийскую контрподготовку по району сосредоточения прибывшей 14‐й танковой дивизии противника и сорвали её ввод в сражение. Сирийскими войсками была отражена в Ливане и психическая атака, предпринятая с целью прорыва обороны в долине Бекаа и захвата автомагистрали Бейрут — Дамаск. Именно эта сложившаяся обстановка — переход инициативы в руки сирийцев — испугала США. Они поняли, что на этом этапе могут потерять свою «булаву» в лице Израиля на Ближнем Востоке и предприняли политический и дипломатический нажим, обман и шантаж, чтобы заставить руководство Сирии дать согласие на прекращение огня.

В‐третьих, советское оружие и боевая техника при умелом их использовании показали свою надёжность перед новейшей американо-израильской, а наши танки, особенно Т‐72 и Т‐62, — полное превосходство.

В‐четвертых, сирийские соединения и части, принявшие участие в боевых действиях, не только не потеряли свою боевую способность, а наоборот, окрепли, уверовав в свою силу, убедились в надtжности и превосходстве советского оружия в их руках. Прочно продолжают удерживать в Ливане занимаемые ими оборонительные рубежи на час прекращения огня, совершенствуют их в инженерном отношении и готовы к отражению атак противника в случае возобновления военных действий. Оперативно-стратегическое руководство осуществлялось и продолжается при помощи наших советников при центральном аппарате Министерства обороны Сирии. Верховный главнокомандующий — президент X. Асад и министр обороны Сирийской Арабской Республики М. Тлас работают в тесном контакте с нами. Решения по военным вопросам вырабатываются совместно.

В‐пятых, ВВС и ПВО, части РЭБ, радио- и радиотехнические подразделения, оснащённые нашей техникой, делали и делают все возможное для выполнения задач. Но надо признать: наша техника уступает технике США и Израиля. В этих видах ВС, родах войск и спецвойсках ВС CAP много уязвимых мест, о чем я Вам докладывал раньше и подробно доложат с прибытием в Москву Л.И. Горшков — заместитель начальника ВПК при Совете Министров СССР и первый заместитель главкома ПВО страны генерал-полковник Е.С. Юрасов.

Яшкин. 12 июня 1982 г.”».

8 июня, через два дня после начала конфликта, отряду кораблей американских ВМС было приказано покинуть испанский порт Рота и направиться в Восточное Средиземноморье, где к ним должен был присоединиться ударный авианосец «Джон Ф. Кеннеди», на борту которого находились около 5 тысяч моряков и 90 самолётов. При этом подчеркивалось, что акция предпринята Вашингтоном на случай «эвакуации» гражданского населения из Ливана.

Днем 10 июня, вслед за обстрелом Бейрута авиацией и флотом и провалившихся попыток высадки десанта в районе международного аэропорта, израильское командование предъявило ультиматум, в котором советовало всем покинуть город до начала штурма по указанным маршрутам. Иностранные посольства срочно эвакуировались. На советском пароходе «Репино» были эвакуированы 175 сотрудников советских учреждений в Ливане и членов их семей. При отходе из Бейрута пароход обступили израильские военные катера, пытавшиеся в нарушение всяких международных норм заставить его идти в один из израильских портов. Однако советские моряки отклонили все эти требования и благополучно дошли до сирийского порта Латакия, где более ста советских граждан пересели на теплоход «Лев Толстой», совершающий регулярные рейсы между Латакией и Одессой.

5‐я оперативная эскадра также принимала участие в событиях. Командовавший тогда 5‐й эскадрой контр-адмирал Селиванов Валерий Егорович писал: «Мои силы стояли в заливе Мерса-Матрух, в 52‐й точке, и большой отряд кораблей я уже заранее подтянул в район Кипра. На третий день конфликта с ЦКП Вооружённых Сил дежурный генерал передал мне приказ министра обороны к нолю часам встать на якорь в сирийском порту Тартус. Это было где-то часов в шестнадцать, до полуночи оставалось восемь часов. Я сразу понял, что израильтяне, видимо, планируют ракетно-бомбовый удар по Тартусу. И если мои корабли успеют войти в порт, то, скорее всего, Израиль не решится на этот удар. Израильтян можно понять. Связываться с нами им было не резон. А бомбить Тартус с находящимися в нём советскими боевыми кораблями — самоубийство. Ведь я буду иметь полное право поражать своими силами израильские ракеты и самолёты — я же не знаю, в кого и куда нацелены бомбы, по городу или по моим кораблям. А сил у меня для этого более чем достаточно.

<…>

Во время Сталинградской битвы Хрюкин (будущий маршал авиации) дал команду всем самолётам, какие могут подняться в воздух, со всех аэродромов лететь бомбить прорвавшуюся немецкую танковую колонну. Я отдал почти такой же приказ силам эскадры. Всем, кто на ходу — полный ход и идти на Тартус! Вот это было зрелище! Шли в темноте, трубы раскалились докрасна и светились, выбрасывая в небо целые снопы огня, шли на пределе возможностей.

Мы находились на таком расстоянии, что строго к полуночи никак не успевали. В 23–50 до берега ещё оставалось одиннадцать миль. Мы держали тридцать узлов, значит, за десять минут смогли бы пройти максимум ещё пять миль. Но город уже было видно, до него было соответственно двадцать два километра, огни на горизонте светились.

Здесь на связь опять выходит ЦКП, дежурный генерал спрашивает, что доложить министру обороны.

И здесь, каюсь, я решил, что “рейд”, это понятие растяжимое. Своим оружием город я уже прикрываю. Задачу теперь могу выполнить любую. Потому доложил, что наблюдаю город, становлюсь на якорь. И через полчаса встал на якорь! Таким образом, бомбардировку Тартуса мы предотвратили».

Ряд военных и политических руководителей СССР предлагали активней использовать возможности флота. 10 июня советский посол в Ливане Юхин направил в Москву предложение о посылке дополнительного количества наших кораблей в Средиземное море и имитации высадки десанта, но МИД это предложение отклонил.

Вечером 12 июня из Ливии в МИД поступила шифрограмма: «Каддафи решил передать Сирии свои ЗРК советского производства. Ливийцы просят переправить их в Сирию на советском судне, так как Израиль не посмеет ударить по нему или захватить».

МИД возражал, но ЦК КПСС и министерство дало согласие. И 13 июня начальник Генерального штаба маршал Огарков предложил вставить в Постановление ЦК пункт об указании Министерству обороны придвинуть к территориальным водам Ливана группу кораблей ВМФ СССР — крейсер, эсминец и два сторожевых корабля.

Более твердая позиция по отношению к агрессии Израиля прозвучала 14 июня в «Заявлении Советского правительства». Там, в отличие от Заявления ТАСС от 8 июня, где использовались обтекаемые формулировки — «Советский Союз требует немедленно положить конец вооружённому вторжению Израиля в Ливан и отвести израильские войска на свою территорию», — теперь более жестко определялась позиция СССР:

«Советский Союз не на словах, а на деле выступает на стороне арабов, добивается, чтобы агрессор убрался из Ливана. Тем, кто ныне вершит политику Израиля, не следовало бы забывать, что Ближний Восток — это район, расположенный в непосредственной близости от южных границ Советского Союза, и события в котором не могут не затрагивать интересов СССР. Мы предупреждаем Израиль об этом.

<…>

Советское правительство требует, чтобы эта наглая агрессия была прекращена. Со своей стороны Советский Союз будет делать всё от него зависящее, чтобы в этом районе был установлен прочный мир».

Но уже тяжелобольной Брежнев боялся предпринимать какие-либо серьезные шаги, и все эти приготовления прекратились после его возражения. В Триполи срочно телеграфировали остановить погрузку ливийских ЗРК на советское судно, а вопрос о направлении советских военных кораблей к берегам Ливана отпал сам собой.

С июня по сентябрь 1982 г. усиленная рота морской пехоты Балтийского флота с танковым взводом выполняла задачи боевой службы в Средиземном море с заходом в порт Тартус.

Находящийся с 14 февраля 1982 г. на боевой службе крейсер управления «Жданов» после начала боевых действий завершил 14 июня начатый 5 июня деловой визит в порт Дубровник (СФРЮ) и был переброшен к побережью Сирии. Там он с 20 июня по 12 августа обеспечивал ПВО САР на рейде порта Тартус от кораблей, самолётов США, НАТО и Израиля. Круглосуточно находились в боевой готовности № 1 половина зенитно-ракетных средств корабля. С 27 июня крейсер недолго находился с деловым визитом в порту Тартус со штабом 5‐й оперативной эскадры под командованием контр-адмирала В.А. Селиванова.

Командовавший тогда 5‐й эскадрой контр-адмирал Селиванов Валерий Егорович вспоминал: «Самолёты израильских ВВС неоднократно проходили в непосредственной близости от нас. Помню, стоим в Тартусе, с ГКП докладывают: “Наблюдаем на радарах израильские самолёты”. Проходит пара минут — “шарах”! Ожили зенитно-ракетные комплексы сирийской армии. Ракеты летят над нашими головами».

Прикрытие сирийских портов являлось одной из важнейших задач кораблей эскадры, так как через них шли грузы для восстановления обороноспособности сирийской армии. Уже вечером 11 июня министр обороны СССР Устинов направил в ЦК КПСС предложение немедленно поставить Сирии все необходимые средства для восстановления 10 зенитно-ракетных комплексов и для ускорения поставок по ранее заключенным соглашениям передать в 1982 г. три ЗРК «Волга» и 114 ракет к ним, 100 переносных ЗРК «Стрела-2М», 12 самолётов МиГ‐23МЛ, а также 100 бронетранспортеров и другое имущество — всего на сумму 180 млн рублей.

8 июля 1982 г. американские источники сообщили, что за последние три недели в сирийских портах разгрузились шесть советских торговых судов, имевшие зенитные ракеты среди другого военного груза. Эти поставки имели целью восполнить вооружение и оборудование, потерянное в сражениях с Израилем в Ливане. Прибывшие для восполнения потерь войсковые ЗРК «Оса-АК» и «Стрела-1» были более современной техникой по сравнению с имевшейся на вооружении сирийцев. К началу августа 1982 г. из СССР на самолётах и морским транспортом было перевезено вооружений и техники на 400 млн рублей.

В августе 1982 г. принимается решение о поставке Сирии новой партии советской военной техники, в том числе 50 истребителей МиГ‐23МЛ и МиГ‐23МЛА с ракетами Р‐24, перехватчиков МиГ‐25ПД, а также боеприпасов объемного взрыва и бомб повышенной мощности, которыми вооружались истребители-бомбардировщики МиГ‐23БН и Су‐22М.

26 сентября американские СМИ сообщали, что СССР быстро заменил и даже модернизировал большое количество вооружений взамен того, которое Сирия потеряла в войне с Израилем в Ливане. Новые поставки начались уже в июле.

Помимо СССР, помощь в восстановлении боеспособности Сирии оказала и Ливия, которая к этому времени уже передала сирийцам 20–30 истребителей МиГ‐21 и МиГ‐23. К концу октября в сирийский порт Тартус из СССР были перевезены сотни танков, бронемашин и грузовиков.

16 августа 1982 г., завершив боевую службу, в Севастополь вернулся крейсер управления «Жданов». Его сменил крейсер «Адмирал Ушаков». В начале лета 1982 г. крейсер «Адмирал Ушаков» неожиданно получил не свойственную ему задачу — на время плавания стать кораблем управления Средиземноморский эскадры. Обычно эти функции выполнял крейсер управления «Жданов», а его смена — плавбаза Северного флота — оказалась не готовой к походу.

Командир крейсера в 1982–1984 гг., вице-адмирал в отставке Александр Цубин вспоминал: «За месяц напряженной подготовки мы прошли док и текущий ремонт, получили и установили в постах и помещениях десятки единиц средств связи и специальной аппаратуры, создали в офицерской кают-компании пункт управления эскадрой, успели обучить и допустить к обслуживанию новой техники наших связистов. Крейсер, не подготовленный к размещению дополнительного числа людей, вынужден был взять к своим 870 членам экипажа всю группу управления — ещё 120 офицеров и мичманов».

Перемирие, достигнутое 11 июня 1982 г., уже 13 июня было нарушено: в ходе фоторазведывательного вылета в Ливан пары израильских самолётов «Кфир» они были обстреляны несколькими ЗУР комплекса С‐75М «Волга» Сирии. Одна из ракет взорвалась за задним самолётом звена и началась утечка топлива из крыла самолёта. Лётчик поврежденного самолёта пошел на вынужденную посадку на базе ВВС Рамат-Давид. При заходе на посадку самолёт потерял управление, и лётчик катапультировался.

Израильтяне использовали перемирие для перегруппировки своих сил в Ливане, а США и их союзники — для сосредоточения своих флотов у побережья Ливана.

22 июня израильская авиация и артиллерия атаковали позиции сирийских войск в Ливане в районе Бахамдун-Манцурия вблизи от стратегического шоссе Бейрут — Дамаск. Сирийские войска ответили огнем. Израильская артиллерия подвергла также интенсивному обстрелу сирийские позиции в районе населенного пункта Хаммана у того же шоссе. Вечером того же дня евреи по просьбе Госдепартамента вновь объявили о «перемирии». Однако на следующий день бои возобновились. 23 июня израильские танки и БТР при поддержке авиации начали крупномасштабное наступление на позиции сирийских и палестинских сил у шоссе Бейрут — Дамаск.

В июле 1982 г. в сирийских механизированных бригадах по инициативе наших советников появились подвижные противотанковые подразделения, вооружённые противотанковыми управляемыми ракетами (ПТУР) «Фагот». Григорий Яшкин вспоминал: «В один из первых дней войны советник при командующем сирийскими войсками в Ливане генерал-майор М.П. Носенко завел речь о подвижном противотанковом резерве.

“Идея хорошая, Михаил Петрович, но из чего его создать?” — спросил я.

“Подойдут наши ПТУР «Фагот». Я их возможности хорошо знаю. Машины же для их установки подберем здесь”, — ответил М.П. Носенко.

При очередном докладе в Москву я поделился этой идеей с первым заместителем министра обороны СССР Маршалом Советского Союза С.Л. Соколовым. Он поддержал наше предложение. Буквально на второй день специальными авиарейсами в Сирию были доставлены 120 ПТУР “Фагот” и по шесть комплектов боеприпасов к ним. В мехбригадах 1‐й и 3‐й танковых дивизий и во вновь созданной 10‐й механизированной дивизии сформировали подвижные противотанковые взводы на машинах-вездеходах. За несколько дней боёв они уничтожили более 150 танков противника. Только одна 21‐я мехбригада 3‐й танковой дивизии в боях на подступах в Дамасскому плато уничтожила 59 боевых машин».

21 сентября 1981 г. президентом Ливана стал Амин Жмайель, старший брат Башира. Новый президент обратился к западным странам с просьбой вновь направить в Ливан формирования многонациональных сил. 29 сентября в Бейруте высадились американские морские пехотинцы, где они присоединились к 2200 французским и итальянским военнослужащим, уже находящимся там.

4 октября состоялся первый после 13 сентября авианалет на сирийские зенитно-ракетные батареи, в результате чего была уничтожена одна боевая машина ЗРК «Стрела-1». 11 ноября 1982 г. в 7 часов утра в результате взрыва газа было полностью разрушено семиэтажное здание штаба израильских войск в Тире, на юге Ливана. 75 израильтян (33 солдата АОИ, 33 полицейских МАГАВ и 9 сотрудников ШАБАК) погибли и 25 были ранены. Погибли также несколько десятков арабских заключенных.

В середине сентября США и другие страны НАТО потребовали у Дамаска вывести сирийские войска из Ливана. У берегов Ливана началось сосредоточение кораблей США, Англии, Франции и Италии.

В конце октября 1982 г. сирийская делегация во главе с президентом X. Асадом провела переговоры с участием Л.И. Брежнева, Н.А. Тихонова, Ю.В. Андропова, Д.Ф. Устинова, А.А. Громыко, Н.В. Огаркова. Главным итогом этих переговоров стало решение о переброске в Сирию советских воинских подразделений ПВО.

Для усиления 5‐й эскадры из Севастополя вышел отряд кораблей Черноморского флота в составе ракетного крейсера «Грозный» и эсминца «Напористый». «Напористый» более 100 суток находился на линии дозора в районе Бейрута. Бывший в то время командиром корабля капитан 3‐го ранга В.В. Васильчук вспоминал, что основные силы эскадры находились у берегов Сирии, а к ливанским водам выходили лишь корабли, выполняющие задачи дозора: «Обстановка была очень напряженная и непредсказуемая. Представьте себе ливанский берег в огне и дыму, вокруг корабли трёх флотов стран НАТО (США, Великобритании и Франции) — в иные дни до девяноста “вымпелов”… а из наших рядом только “Курс”, вооружённый лишь разведсредствами».

В Сирию для защиты её воздушного пространства от возможных бомбардировок израильтянами были направлены два советских зенитно-ракетных полка ПВО дальнего действия (220‐й и 231‐й), вооружённые ЗРК С‐200М двухдивизионного состава с боекомплектом 96 ракет 5В28, оперативно-тактические ракеты «Точка» ОТР‐21, а также один технический полк, вертолётный отряд РЭБ и наземные части РЭБ.

Первый транспорт с войсками прибыл в порт Латакия в ночь на 10 января 1983 г. Личный состав, переодетый в гражданскую форму, маскировался под туристов. В последующие дни подошли ещё 5 транспортов. Уже 23 января 231‐й зенитно-ракетный полк ПВО дальнего действия (ЗРК С‐200) под командованием полковника Баса развернулся в районе Думейры, в 40 км западнее Дамаска.

В Зеленой Гуте (пригород Дамаска) был развернут технический полк. 100‐й вертолётный отряд РЭБ базировался на столичном военном аэродроме, а подразделения наземной РЭБ — на Голанском плато и в долине Бекаа. К 1 февраля в 5 км восточнее Хомса развернулся 220‐й зенитно-ракетный полк под командованием полковника И.И. Тетерева. Прибыли также новые войсковые ЗРК «Оса-Ока» для укомплектования смешанных бригад при общевойсковых дивизиях.

Сирийская авиация пополнилась истребителями МиГ‐25 и МиГ‐23МЛД с новыми бортовыми локаторами, способными сопровождать 4–6 целей и автоматически осуществлять по ним пуски ракет.

Четыре вертолёта Ми‐8ППА и 4 вертолёта Ми‐8СМВ в частично разобранном виде на двух транспортных самолётах Ан‐22 доставлены в международный аэропорт Дамаска. После сборки и нанесения опознавательных знаков ВВС САР вертолёты перелетели на аэродром эль-Меззе (западная окраина Дамаска, место постоянного базирования сирийских вертолётов SA.342). Техническое имущество и автотранспорт были доставлены морем. Командование первым составом 100‐го вертолётного отряда принял майор Иванов, замещал его начальник штаба майор Калафат.

Также на аэродроме эль-Меззе разместилась группа управления, четверо переводчиков и вертолёт Ми‐8П — «салон» главного военного советника с советским экипажем из Малино. В 1983 г. с аэродрома Буялык в Сирию был отправлен ещё один вертолёт РЭБ — Ми‐8МТП.

В 1982 г. Иран профинансировал создание в Баальбеке в 1982 г. шиитских организаций «Исламская Амаль» и «Хизбалла».

В сентябре 1982 г. в Ливане был создан «Фронт Ливанского патриотического сопротивления».

16 марта 1983 г. были ранены пять американских морских пехотинцев. Ответственность за атаку взяли на себя исламские фундаменталисты. 18 апреля автомобиль, загруженный взрывчаткой, взрывается у американского посольства в Бейруте, здание было повреждено, погиб 61 человек, включая 17 американцев, более 100 были ранены. Ответственность снова взяли на себя исламские фундаменталисты. 5 мая американский вертолёт с шестью морскими пехотинцами на борту был сбит в ходе столкновения между друзскими и христианскими бойцами.

Ливанцы предприняли серию атак против многонациональных сил, оккупировавших страну.

23 июля 1983 г. был создан «Фронт национального спасения» (ФНС), объединившего основные партии НПС.

8 августа сирийской ракетой в районе Султан-Яакуб в долине Бекаа был сбит израильский беспилотник.

Сирийцы же контролировали ситуацию главным образом с помощью самолётов-разведчиков МиГ‐25РБ, которые часто обнаруживались высоко в небе Бейрута.

Вывод Израилем своих войск в сентябре 1983 г. из района Шуф в Горном Ливане кардинально изменил ситуацию. Ливанская армия попыталась занять этот район, но там уже были отряды ФНС.

5 сентября, через сутки после ухода израильтян, объединенные отряды друзов, палестинцев, шиитов при поддержке сирийской пехоты и танков атаковали христианские города и деревни Алея и Шуфа. Подразделения «Ливанских сил» под командованием Самира Джааджаа оказывали упорное сопротивление, тщетно дожидаясь помощи со стороны ливанской армии, обещанной новоизбранным президентом Амином Жмайелем

В тот же день в районе христианского города Бхамдун «Ливанские силы» потерпели поражение от друзско-мусульманско-сирийских войск и, потеряв за сутки 150 бойцов, отступили с тысячами беженцев в город Дейр-эль-Камар. Друзское население и отряды друзской Прогрессивно-социалистической партии начали вытеснение христианского населения. По сильно преувеличенным данным СМИ, было убито более 1500 христиан, около 300 тысяч стали беженцами. Этот эпизод позже назовут «Войной в горах».

Отказ Амина Жмайеля направить части ливанской армии в защиту христианского населения Алея и Шуфа вызвал яростную критику в христианской общине. Его обвиняли в том, что, не сумев взять под свой контроль «Ливанские силы», Амин Жмайель решил максимально подорвать военную мощь и авторитет этой организации среди христиан Ливана, чтобы самому выступать как их единоличному представителю.

В феврале 1983 г. сотня британских десантников на берегу, а также эсминец «Глэморган» D-19 и фрегат «Бразен» F‐91 присоединились к многонациональным силам.

Постепенно многонациональные силы все плотнее втягивались в конфликт. 6 сентября друзская артиллерия обстреляла из района в горах Шуф позиции у бейрутского аэропорта, в результате чего два морских пехотинца были убиты и два ранены. Потери американцев с 28 августа 1983 г. составили 4 убитыми и 28 ранеными.

8 сентября фрегат «Бовен» FF‐1079 открыл огонь из 127‐мм пушки, пытаясь подавить друзскую батарею к югу от Бейрута, обстреливавшую бейрутский аэропорт. Это было первое использование оружия американским флотом в ливанском конфликте.

13 сентября американские силы в зоне конфликта перестали быть нейтральными. Государственный департамент объявил, что президент уполномочил Шестой флот поддерживать ливанскую армию. Американцы приложили большие усилия, чтобы восстановить ливанскую армию, поставляя ей вооружение, в том числе танки M‐48, полевую артиллерию и обучая её военнослужащих.

16 сентября американские корабли впервые вели огонь по целям в контролируемой сирийцами области Ливана. Фрегат «Бовен» FF‐1079 и эсминец «Джон Роджерс» DD-983 выпустили 72 снаряда по шести целям. Это был первый обстрел, когда подразделения США открыли огонь не для самозащиты, а атаковали батареи по требованию ливанского Министерства обороны. Сирия выступила с предупреждением, что в случае обстрела их позиций ими будет открываться ответный огонь.

В середине сентября начали действовать ВВС Ливана. Английские специалисты помогли отремонтировать три старых ливанских истребителя «Хантер». В сентябре 1983 г. они произвели первые боевые вылеты. 15 сентября эти три ливанских самолёта, поддержанные французскими палубными штурмовиками «Супер Этандар», атаковали друзские позиции в горах Шуф.

В ответ сирийцы на следующий день обстреляли позиции Многонациональных сил в районе Бейрута и аэродрома Раяк, где базировались ливанские «хантеры». После того, как ВПП была разрушена, истребители взлетали с находившегося рядом шоссе на город Библ.

17 сентября «хантеры» вновь попытались атаковать позиции друзов у населённого пункта Соук эль-Гарб в горном районе Шуф. Огнем ПВО сирийцев и друзов все три самолёта были поражены, один был подбит ракетой ПЗРК «Стрела-2» и упал в море, второй получил большие повреждения и совершил вынужденную посадку в Библе, а третий даже не пытался возвратиться на базу и улетел на аэродром Акротири на о. Кипр, где пилот попросил политического убежища. Правительство Кипра потребовало от Англии прекратить использование британских военных баз для посадок самолётов других держав.

18 сентября ливанская армия впервые вступила в бой с сирийскими силами к северо-востоку от Бейрута. Она отражала атаки бронемашин объединённой группировки сирийцев и палестинцев на свои позиции в Сук аль-Шарб.

23 сентября американцы ответили на артобстрел друзов огнем из 155 мм гаубиц морской пехоты и огнем из 127‐мм пушек крейсера «Виргиния» CGN-38.

24 сентября к берегам Ливана прибыл американский линейный корабль «Нью Джерси» BB-62.

25 сентября при посредничестве Сирии и Саудовской Аравии все ливанские противоборствующие стороны, включая Ливанскую армию, правохристианские «Ливанские силы», ПСП и «Амаль», подписали соглашение о прекращении огня. Было условлено созвать конференцию по национальному диалогу, что стало признанием несостоятельности линии на установление политической гегемонии фалангистов в союзе с Вашингтоном и Тель-Авивом.

31 октября — 4 ноября 1983 г. в Женеве состоялся первый тур конференции по национальному диалогу, в которой участвовали лидеры противоборствующих сторон — президент Амин Жмайель, лидеры ФНС Валид Джамбулат, Рашид Караме, Сулейман Франжье, руководитель движения «Амаль» Набих Берри, лидеры правых христиан Пьер Жмайель, Камиль Шамун и др. Конференция признала за Ливаном статус арабского государства и выступила за отказ от Ливано-израильского соглашения, что вызвало новый виток вооружённой борьбы. Армия раскололась на христианские и мусульманские части.

Несмотря на перемирие, перестрелки в Бейруте продолжались. 5 октября огнем с земли были повреждены два вертолёта морской пехоты. В городе работали снайперы. 8 октября ими были ранены два американца, а 14 октября один американец был убит и трое ранены. Снайперы морских пехотинцев вступили в трёхчасовую перестрелку, 16 октября от снайперов погиб ещё один американский солдат и пять ранены.

19 октября при взрыве заминированного автомобиля рядом с американским конвоем четверо морских пехотинцев ранены.

23 октября 1983 г. около 6 ч. 20 мин. утра грузовик «Мерседес-Бенц» въехал на территорию Бейрутского аэропорта. Он был похож на грузовик, доставлявший в штаб морской пехоты воду, поэтому не вызвал подозрения у часовых. Грузовик дважды объехал стоянку возле штаба, затем внезапно резко ускорился и направился к незапертым задним воротам. Часовые открыли огонь с запозданием, поскольку согласно правилам ведения боя для миротворческой операции в Ливане держали свое оружие незаряженным. Грузовик прорвался через заграждение из колючей проволоки, ворота и врезался в здание.

Грузовик был загружен более чем 5 тоннами взрывчатки ТНТ. В результате взрыва здание штаба морской пехоты полностью обрушилось, погребя под обломками 400 спящих американских солдат. Спустя примерно 20 секунд после взрыва аналогичной атаке подвергся штаб французских миротворцев, который также был уничтожен. Спасательные работы на обломках продолжались несколько дней, несмотря на то, что солдаты, разбиравшие завалы, периодически подвергались огню снайперов.

В результате террористических атак на штабы американского и французского миротворческих контингентов погибли 241 военнослужащий США и 58 военнослужащих Франции.

4 ноября 1983 г. в 6 часов утра террорист-самоубийца из организации «Исламский Джихад» взорвал машину со взрывчаткой у штаба израильской армии в Тире. Погибли 60 человек (28 солдат АОИ, полицейских МАГАВ и сотрудников ШАБАК, а также 32 арестанта), ещё 29 солдат получили ранения.

Западные союзники решили провести акции возмездия. Первыми начали французы. В полдень 17 ноября 1983 г. с авианосца «Клемансо», курсировавшего приблизительно в 160 км от побережья Ливана, взлетели восемь штурмовиков «супер этандар». Самолёты направились вглубь страны к Баальбеку для нанесения удара по старым ливанским казармам шейха Абдаллы, в которых были расквартированы исламские добровольцы, подозреваемые в том, что именно они организовали атаку на казармы французских десантников. Приказ о выполнении задачи отдавался из Парижа, но выбор дня вылета был оставлен за контр-адмиралом Клоцем, находившимся на борту «Клемансо», в зависимости от метеоусловий и других факторов. Каждый из восьми штурмовиков нёс по одной 400‐килограммовой и по три 250‐килограммовых бомбы. Прикрытие с воздуха обеспечивали два французских истребителя F‐8E «Круседер».

20 ноября 1983 г. в 14.30 во время авиационного налета на позиции ливанцев к северу от шоссе Бейрут — Дамаск прямым попаданием зенитного снаряда был сбит израильский самолёт «Кфир» С.2, пилотируемый командиром эскадрильи, подполковником Мики Лев. Самолёт был поврежден на расстоянии 15 миль от побережья, и Мики пытался дотянуть до моря. Однако после отказа всех гидросистем «кфир» потерял управление, и лётчик катапультировался над южным Бейрутом. После приземления он был взят в плен солдатами ливанской армии и вечером того же дня передан Израилю.

4 декабря американцы провели налет на сирийские позиции ПВО в Ливане. В налете участвовало 16 штурмовиков А‐6Е «Интерузер» и 12 «Корсар-2». Их сопровождали самолёт ДРЛО Е-2С «Хокай», а также самолёты — постановщики помех ЕА‐6В «Проулер». Все они стартовали с палубы авианосца.

Советские корабли, патрулировавшие район, своевременно оповестили сирийцев. У американцев были сбиты один А‐6Е и один А‐7Е. Кроме того, ещё у одного «корсара» ПЗРК «Стрела-1» повредила сопло двигателя.

5 декабря 1983 г. СССР выступил с предупреждением, переданным через агентство ТАСС, что американские воздушные налеты «рассматривались как серьезная угроза миру на Ближнем Востоке», а действия американцев против сирийских сил в Ливане расценены как бандитизм и агрессия.

6 декабря Сирия сообщила, что сбила в Ливане два израильских беспилотника. В этот день израильтяне попытались обнаружить позиции сирийских ЗРК в Ливане, запустив ложные цели «Телем». Когда «Телем» появились над долиной Бекаа, по ним отработали размещенные в Сирии ЗРК С‐200. Пуски произвели советские расчёты. По данным объективного контроля, одной из ракет были поражены сразу две цели, но обнаружено место падения только одного беспилотного аппарата. Был сбит БПЛА MQM‐74 «Телем» 200‐й эскадрильи ВВС Израиля. Сирийские мобильные ЗРК в работу не включались, и обнаружить их противнику не удалось. По воспоминаниям главного военного советника Г.П. Яшкина, за время блокады «…американцы массированно применили беспилотные самолёты-разведчики “файерби” над сирийскими войсками в Ливане, а также над советскими ЗРК в Сирии. Дивизионами непосредственного прикрытия — оОса” было сбито: 202 зрп — пять беспилотных самолётов, а 231‐м полком — шесть. 202 зрп пуском одной ракеты сбил на дальности 190 км самолёт раннего предупреждения “хокай”».

Тартус — второй по величине портовый город в Сирии после Латакии, административный центр мухафазы Тартус.

На латыни город назывался Антарадус (Antaradus), крестоносцы его называли Антартус (Antartus) или Тортоса (Tortosa).

Тартус расположен в 220 км на северо-запад от Дамаска и в 80 км к югу от порта Латакия. Расстояние до границы с Ливаном — 25 км.

Климат в Тартусе — умеренный, средиземноморский. Температура воздуха летом 30–35 °C, зимой температура может опускаться до 5—10 °C, а иногда — до нуля.

Около 70 % населения города — алавиты, которые поддерживают президента Асада. Остальные 30 % населения — мусульмане-сунниты и христиане.

В 1971 г. Советский Союз заключил с Сирией соглашение об использовании порта Тартус для маневренного базирования. При этом в порту мог проводиться небольшой ремонт кораблей с привлечением советских плавбаз и плавмастерских. Использование береговых ремонтных мастерских было ограничено. ВМФ СССР, оплачивая использование порта Тартус, пользовался при этом различными льготами, как например, упрощенный заход в порт.

В ноябре 1972 г. командир 211‐й бригады подводных лодок капитан 1‐го ранга А. Акатов с плавмастерской ПМ‐24 и подводной лодкой Б‐26 прибыл в порт Тартус для проведения межпоходового ремонта и отдыха личного состава. Это был первый заход для отдыха и ремонта в порту Тартус. Акатов вспоминал: «С прибытием в порт познакомился с нашими представителями в САР. Нанес визит командиру ВМБ. К нам отнеслись очень доброжелательно. Обеспечили всем. Через несколько дней я устроил обед для командования и офицеров базы, он прошел очень хорошо. Местные власти отвели нам участок пляжа для отдыха, предоставили автобус, организовали несколько интересных экскурсий. Мои офицеры штаба и подводной лодки приняли участие в подготовке масштабного для Сирии учения по высадке десанта. По окончанию учения был устроен большой прием от Командующего Сирийским флотом.

За период нахождения в порту два раза мы были свидетелями нападения израильской авиации по объектам порта и базы.

Прошел месяц, подводная лодка была хорошо отремонтирована, личный состав отдохнул, Очень тепло распрощались и вышли из порта»[83].

В ходе октябрьской войны 1973 г. советские транспорты с оружием устремились в сирийские порты Латакия и Тартус.

Для обеспечения безопасности проводки транспортов по зонам Эгейского моря и восточной части Средиземного моря специально сформировали отряд боевых кораблей Черноморского флота до 10 единиц, в том числе БПК «Красный Кавказ», «Проворный» и эсминец «Сознательный». Ими командовал командир 70‐й бригады эсминцев Черноморского флота капитан 1‐го ранга Н.Я. Ясаков. Корабли заходили в территориальные воды Сирии, стояли на внешнем рейде порта Тартус во время боевых действий.

В начале 1974 г. начальник тыла ВМФ адмирал Л.В. Мазин, изучая возможности маневренного базирования советских кораблей в Сирии, договорился с командованием ВМС Сирии: в случае острой необходимости заправлять наши корабли их топливом с последующим возвращением. Вскоре на эскадру пришло приказание Главного штаба ВМФ: направить в порт Тартус разведывательный корабль «Крым» для заправки 300 тоннами дизельного топлива и прохронометрировать время заправки.

Начальники политотдела Средиземноморской эскадры контр-адмирал П.Р. Дубягин вспоминал: «РЗК “Крым” принимал топливо двое суток. Как выяснилось, топливохранилища в Тартусе, как и положено, находятся за городом. Дизтопливо в порт доставлялось автоцистернами и из них перекачивалось на РЗК. Сирийское командование, не располагая большим количеством автозаправщиков, заключило договор с частной фирмой, которая, выполнив эту работу, выставила счет, в котором учтены километры перевозки, а также аккордная оплата круглосуточной работы водителей. И вылилось это в четырёхзначную цифру в сирийских фунтах.

Вот теперь на плавбазе идем в Тартус возвращать взятые взаймы 300 тонн дизтоплива. Аккордную оплату мы исключим — нам торопиться некуда, а за обратную перевозку придется платить. Этот эксперимент обошелся нам дороже самого топлива. О ситуации доложили в Главный штаб ВМФ.

Больше мы у сирийцев топлива не брали»[84].

Никаких капитальных сооружений в Тартусе наши моряки не имели. Тем не менее подводные лодки могли в этом порту производить ремонт, пополнение запасов, отдых и смену экипажей.

Кроме того, там находились склады средств регенерации, различного технического имущества, масел и продовольствия, а также производился малый межпоходовый ремонт подводных лодок. Для этого в Тартусе 30 апреля 1977 г. было сформировано Управление 229‐го дивизиона морских и рейдовых судов. Там постоянно находились плавмастерская, плавсклад, буксир, морская водоналивная баржа и водолазный бот. Непосредственное руководство тыловым обеспечением кораблей в акватории Средиземного моря осуществлялось штабом 5‐й оперативной эскадры. Управление судами обеспечение производилось с командного пункта командира 52‐й оперативной бригады судов обеспечения.

В 1984 г. в порту Тартус был создан 720‐й пункт материально-технического базирования с подчинением заместителю командующего Черноморским флотом по тылу. На выделенной сирийской стороной территории был установлен плавпричал ПМ‐61М, построено административно-хозяйственное здание, два хранилища типа СРМ, дизельный цех, казарма, столовая и другие хозяйственные объекты. Стала постоянно базироваться плавмастерская.

С 1985 г. после перелета экипажей 30‐го разведывательного полка ВВС ЧФ в Сирию на аэродром Тифор начались регулярные вылеты на боевую службу в Средиземном море самолётов Ту‐16Р с задачей воздушной разведки и выявления районов действия АУГ и КУГ ВМС НАТО.

ПМТО в Тартусе активно использовалась. Так, в середине 1980‐х гг. ежегодно в сирийском порту Тартус проводились межпоходовые ремонты 7 подводных лодок и 8 надводных кораблей. Казарменные помещения позволяют разместить полностью экипаж одной подводной лодки.

Объект занимает площадь в 2,3 га, но пока сирийская сторона денег за аренду земли не требует, так же как за электроэнергию и воду для технических нужд.

Постоянно шло развитие инфраструктуры базы. В 1987–1988 гг. отдельный мобильный инженерный батальон Черноморского флота выполнил работы по созданию пункта маневренного базирования в Тартусе.

Британские и американские СМИ утверждают, что в Тартусе существует мощная советская, а позже российская станция радиоэлектронной разведки. Российские военные никогда это не подтверждали и не опровергали.

В начале 1990‐х гг. из-за развала СССР и прекращения существования 7‐й оперативной эскадры ПМТО в Тартусе влачил жалкое существование. В 1996 г. ПМТО уже в сокращенном составе обеспечил заход в Тартус отряда российских кораблей во главе с авианосцем. В конце января 1996 г. соединение в составе авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов» и эсминца «Бесстрашный» прибыло на рейд порта Тартус. Плавмастерская в это время не только производила межпоходовые ремонты судов, входивших в состав отряда, но и использовалась как баржа, перевозя грузы (только одного картофеля было подано на корабли более 100 т) и заправляя водой стоящие на внешнем рейде корабли.

Посещение ПМТО становились редкими, в 1997–1998 гг. ПМТО приходилось обеспечивать по два корабля в год. Нормальному функционированию базы мешала затонувшая секция плавпричала № 1. Летом 1998 г. в Тартусе СБ‐5 и КИЛ‐158 в короткий срок, за две недели, подняли затопленный во время шторма железобетонный причал — собственность РФ. Предварительные работы на объекте выполнили водолазы плавмастерской ПМ‐56. А затем этот причал буксир СБ‐5 вывел в море и затопил на большой глубине. Руководил судоподъемными работами и операцией подъема и затопления плавучего причала главный инженер УПАСР ЧФ капитан 1‐го ранга Василий Бех.

В марте 1999 г. началась агрессия НАТО во главе с США против Югославии, а у российского ВМФ в Средиземном море находилась только одна плавмастерская ПМ‐138 в Тартусе. Именно после этого началось медленное возвращение российского флота в Средиземное море, и опорой ему здесь могла быть только ПМТО.

С января по май 1999 г. три российских корабля воспользовались услугами ПМТО. На май 1999 г. ПМТО Тартус структурно состоял из четырёх основных подразделений: автомобильной команды (12 единиц автомобильной техники), электростанции, хозяйственного отделения и объединенного склада.

К настоящему времени в Тартусе прорыто несколько глубоких скважин, от которых к пирсу проложен трубопровод длиной 1,5 км. Производительность его составляет до 100 т воды в сутки.

В оперативном подчинении ПМТО постоянно находится одна из плавмастерских ЧФ. Полная штатная численность ПМТО — 14 российских военнослужащих.

В декабре 2004 г. после многолетнего перерыва в ПМТО побывала специальная инспекция Черноморского флота, которая оценила его состояние и подготовила ряд предложений по дальнейшему использованию ПМТО. База была в плачевном состоянии. По оценке начальника МИС ЧФ полковника Сергея Тавадяна, состояние казарменно-жилищного фонда и военного городка, находится в удовлетворительном состоянии. Состояние административно-жилого здания, построенного 16 лет назад, неудовлетворительное, поскольку за все это время его ни разу толком не ремонтировали.

Кроме того, необходимо благоустроить прилегающую к этому объекту территорию, прежде всего в районе автопарка. Для нормального обеспечения базирования кораблей и судов предстоит выполнить ремонтные работы на единственном действующем плавпричале № 2. Куда более серьезные усилия требуются для восстановления притопленной секции плавпричала № 1, который не функционирует. Для его восстановления нужны две дополнительные секции и рейдовое оборудование: бетонные якоря, смычки, бридели.

Намеченные работы растянулись на несколько лет. В марте 2005 г. БДК «Азов» ЧФ доставил в порт Тартус и произвел очередную плановую замену тылового имущества на пункте материально-технического обеспечения Черноморского флота. Моряки доставили оборудование, необходимое для ремонта плавпричала и систем жизнеобеспечения военного городка.

По сообщениям ряда СМИ, летом 2006 г. Россия приступила к дноуглубительным работам в сирийском порту Тартус. Приступить к реальным работам на тартусском фарватере удалось с началом выполнения российско-сирийского соглашения о погашении сирийского долга в размере 3,6 млрд долларов (общая сумма долга составляет 14,4 млрд долларов). Однако представители ВМФ России опровергли сообщения, что этими работами занимаются корабли флота и в его интересах: «Никакие дноуглубительные работы ни в Тартусе, ни в других местах мы и раньше не проводили, и теперь проводить не будем. Имеющиеся там глубины достаточны для захода кораблей и судов с малой осадкой. Крупные корабли типа крейсера могут стоять и на рейде того или иного порта. Конечно, придется отремонтировать, модернизировать или построить заново причалы, но главное — создать развитую береговую инфраструктуру с необходимыми объектами, обеспечивающими ремонт, пополнение запасов продовольствия, воды, топлива, боеприпасов, отдых экипажей. Этим нам и предстоит заниматься в ближайшие годы»[85].

В августе 2008 г. на пресс-конференции в Дамаске заместитель посла РФ в Сирии Игорь Беляев заявил: «Россия намерена значительно увеличить свое военное присутствие в Средиземном море, а российские военные корабли станут частыми гостями в портах Сирии и других дружественных стран Средиземноморского бассейна».

И вскоре моряки пункта это почувствовали. Так, в январе 2009 г. в Тартус для пополнения запасов воды и продовольствия зашел отряд кораблей Северного флота. Тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов» встал на рейде Тартуса, а БПК «Адмирал Левченко» и судно обеспечения «Николай Чикер» ошвартовались у причалов порта. Через пару месяцев ракетный крейсер «Москва» в ходе боевой службы в Средиземном море на рейде сирийского порта Тартус пополнял запасы от танкера «Иман». Во время стоянки экипаж корабля получил возможность отработать действия по организации охраны и обороны корабля на незащищенном рейде.

В связи с большой востребованностью базы работы в Тартусе ускорили. Вспомогательное судно Черноморского флота КИЛ‐158 с помощью водолазов подняли несколько многотонных якорей, удерживающих плавпричал, заменили оборванные цепи на новые и вновь закрепили причалы. Были также восстановлены бетонные покрытия, проведены сварочные и покрасочные работы. Экипаж КИЛ‐158 также оказал помощь сотрудникам морской инженерной службы порта в прокладке подводного трубопровода для подачи пресной воды. Вместо пришедшего в негодность и затопленного в 1998 г. плавпричала в 2009 г. были доставлены с Черного моря две новые секции. В июле 2009 г. спасательный буксир «Шахтер» отбуксировал железобетонную секцию плавпричала в Тартус, также в июле другую секцию причала довел до Тартуса СБ‐5.

Как показывает практика, ПМТО крайне необходима флоту России, и не простаивает без дела. В октябре 2009 г. в Тартусе помимо целого ряда вспомогательных судов флота одновременно находились 4 российских БДК — «Азов», «Ямал», «Новочеркасск» и «Цезарь Куников». В конце 2009 г. в порт заходил балтийский СКР «Неустрашимый», следовавший на боевую службу в Аденский залив. В апреле 2010 г. для пополнения запасов в ПМТО заходил тяжёлый атомный ракетный крейсер «Пётр Великий».

В августе 2010 г. главнокомандующий ВМФ РФ адмирал В.С. Высоцкий сообщил РИА «Новости», что пункт базирования кораблей Военно-морского флота РФ в порту Тартус сможет после 2012 г. принимать тяжёлые корабли, в том числе крейсеры, и даже авианосцы. «Тартус будет развиваться сначала как пункт базирования, а затем и как база флота. Первый этап развития и модернизации завершится в 2012 г.», — сказал Высоцкий.

В августе 2010 г., во время своей инспекционной поездки на базу Тартус при загадочных обстоятельствах исчез, а затем был убит заместитель начальника ГРУ генерал-майор Юрий Иванов. Его тело обнаружили 16 августа 2010 г. выброшенным морем на берег на побережье Средиземного моря в турецкой провинции Хатай, которая граничит с Сирией.

Любопытно, что в декабре 2011 г. Тартус посетили два российских корабля. Вначале января 2012 г. к Тартусу подошла эскадра российских кораблей. Непосредственно в порт зашли БПК «Адмирал Чабаненко», СКР «Ладный» и танкер «Лена». На внешнем рейде остались авианосный крейсер «Адмирал Кузнецов», морской буксир «Александр Чикин» и два танкера.

С 18 по 20 февраля 2012 г. с визитом в Тартус прибыли два иранских корабля — эсминец «Шахид Канди» и корабль обеспечения «Харг».

В начале XXI века в Тартусе постоянно находится одна плавмастерская Черноморского флота.

В 2008 г. случилось досадное происшествие с плавмастерской ПМ‐138. При следовании из Севастополя в Тартус 18 февраля 2008 г. плавмастерская потеряла ход в Эгейском море в 18 милях от острова Икария. В спасательной операции участвовали два греческих военных самолёта и два судна. В конце концов греческий фрегат «Бабулина» взял на буксир ПМ‐138 и довел её до порта на острове Хиос.

2 ноября 2012 г. из Тартуса в Севастополь вернулась плавмастерская ПМ‐138, а на замену её ушла ПМ‐56.

Кроме того, осенью 2012 г. в Восточном Средиземноморье постоянно находился разведывательный корабль Черноморского флота.

7 декабря 2012 г. в Севастополь вернулся из десятинедельного похода в Средиземное море РЗК «Лиман», а взамен туда отправился РЗК «Экватор».

Надо ли говорить, что война в Сирии существенно осложняет функционирование 720‐го ПМТО в Тартусе. В нашей прессе появляются утверждения о том, что этот ПМТО не играет никакой роли, и нашим морякам надо уходить не только из Тартуса, но и из Средиземного моря в целом.

«Нашей корабельной группировке в Средиземном море не продержаться и недели… Гораздо проще не иметь кораблей в Средиземном море, чем решать задачи по их спасению, не имея возможности нанести противнику реальный ущерб». Создается впечатление, что люди, утверждающие подобное, мыслят категориями 30‐х гг. ХХ века. В случае начала боевых действий наша группировка не продержится в Средиземном море не то что неделю, но и пяти часов. Однако за это время при грамотном использовании спецбоеприпасов наши корабли могут нанести «неприемлемый ущерб» как кораблям, там и десяткам военно-морских баз и крупных городов стран НАТО.

Так что на Западе прекрасно понимают, что нападение на наши корабли — это «казус белли» максимум для тотальной, а как минимум — для локальной ядерной войны. Командиры наших кораблей 5‐й оперативной эскадры в Средиземном море, выйдя на пенсию, в РФ помалкивают в тряпочку, а на Украине, не стесняясь, говорят, что в случае массированного нападения на их корабли они бы, не раздумывая, пустили в ход спецбоеприпасы, не дожидаясь приказа из Москвы.

Флот на Средиземном море должен быть. Вспомним любимую пословицу адмирала Нельсона: «Fleet in being», то есть флот самим своим существованием решает те или иные военные и политические задачи.

Верховный муфтий Сирии сказал: «Если Россия уйдет с базы в Тартусе, ей во всем Средиземном море никто стакана воды не подаст».

Несколько слов стоит сказать о проблемах перевозки российских военных грузов в Тартус и Латакию. В советские времена перевозка военных грузов в страны Ближнего Востока велась на советских торговых судах. Но с развалом Союза Россия почти лишилась своего торгового флота. В итоге часть военных грузов в Сирию РФ с 1991 г. пришлось посылать на иностранных судах, чаще всего ходивших под «удобным» флагом.

Так, грузовое судно «Alead» под флагом Кюрасао вышло из порта Калининград с грузом военного назначения: три сирийских вертолёта, отремонтированные в России, и системы ПВО.

18 июня 2012 г. в 9 часов утра по местному времени на расстоянии 40 миль от шотландского порта Турсо судно «Alead» было остановлено британской береговой охраной. Британский морской страховой оператор «Standard Club» внезапно информировал собственника судна — российского оператора морских перевозок «Femco» — о прекращении действия страховой ответственности судна перед третьими лицами. Представители Евросоюза заявили судоходной компании о намерении досмотреть судно «Alaed» по предположению, что оно перевозит наступательное оружие в Сирию.

Позже некоторые британские СМИ сообщили, что премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон даже рассматривал возможность высадки группы спецназа на борта «Alaed» для силового захвата судна, сообщает РИА «Новости».

Во избежание возможного задержания судна было решено развернуть судно для захода в порт Мурманск для смены флага Кюрасао, под которым шло судно, на российский.

«То, что произошло с кораблем, который вез законтрактованное имущество, военную технику в Сирию для выполнения наших обязательств, я считаю это проявлением, если хотите, ненадежности британской страховой системы», — заявил министр иностранных дел С.В. Лавров. «Ссылки на то, что правительство попросило соответствующую страховую компанию отозвать страховку с этого судна, поскольку есть санкции Европейского Союза, меня убедить не могут. Есть международное право, санкции Европейского Союза частью международного права не являются», — прокомментировал ситуацию Лавров.

«Печально, что вслед за американцами Евросоюз встал на почву односторонних санкций. В этом случае санкции были применены в экстерриториальном плане, затронув компанию государства, которое не нарушает никаких международных норм, никаких резолюций Совета Безопасности», — подчеркнул министр иностранных дел РФ.

В итоге основная часть военных перевозок в Сирию стала осуществляться на десантных кораблях ВМФ России. И вот несколько лет из Новороссийска и балтийских портов в Сирию на больших десантных кораблях (БДК) и средних десантных кораблях (СДК) доставляется военная техника. Кстати, Севастополь в этом транзите никогда не участвовал, а являлся лишь портом приписки черноморских десантных кораблей. Поэтому визиты балтийских и северофлотских десантных кораблей в Черное море стали рутинным явлением. Они забирали технику в Новороссийске и везли её через Проливы в Сирию.

И тут ещё раз оправдывает себя русская поговорка: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». В феврале — апреле 2014 г. большинство десантных кораблей всех флотов, перевозивших оружие в Сирию, было задействовано на перевозку войск и техники из Новороссийска в Крым.

А теперь перейдем к действию российских флотов у берегов Сирии.

31 декабря 1992 г. по указанию президента Б.Н. Ельцина была расформирована 5‐я оперативная эскадра. После её расформирования походы наших кораблей в Средиземное море стали редкостью. Через каждые 4–6 месяцев менялись в порту Тартус плавмастерские (ПМ‐56 или ПМ‐138).

Периодически ходят разведывательные суда ССВ‐201, «Кильдин», «Челекен», «Лиман» и др. Так, в ходе нападения стран НАТО на Югославию в 1999 г. разведывательные суда Черноморского флота с 4 апреля по 27 июня находились в Адриатическом море в районе боевых действий.

14 мая 2011 г. к берегам Ливии ушел разведывательный корабль «Приазовье». Любопытно, что срок пребывания «Приазовья» у ливийского побережья совпал со временем использования США крылатых ракет. После прекращения их пусков российское разведывательное судно ушло. Больше туда наши ни боевые, ни разведывательные корабли не ходили, хотя конфликт в Ливии продолжался ещё много месяцев. Это свидетельствует о том, что Кремль интересовали лишь «томагавки», а крайне важная политическая информация, содержавшая массу компромата о том, как авиация НАТО уничтожала мирное население, об использовании спецназовцев западных стран в операциях против сил Каддафи, Москву совершенно не интересовала.

И лишь в 2012 г. началось медленное возвращение российских кораблей в Сирию. Приведу лишь несколько характерных примеров. Так, в начале 2012 г. на рейде Тартуса стоял военный танкер «Иван Бубнов», а у побережья в районе Сирии — средний разведывательный корабль «Экватор».

14 февраля в Сирию вышел БДК «Азов» с морпехами для охраны ПМТО в Тартусе, но у него через 4 часа «скисли» двигатели, и «Азов» через 10 часов притащил обратно в базу буксир «Шахтер». Планировали отправить отряд из трёх БДК, но из Москвы пришел приказ отмены, и вместо них 22 февраля ушел в Тартус танкер «Иман» со взводом морпехов.

Замечу, что «Бубнов» покинул Севастополь 21 января 2012 г. С тех пор он в Восточном Средиземноморье заправил авианосец «Адмирал Кузнецов» (Северный флот), БПК «Адмирал Чабаненко», СКР «Ярослав Мудрый» (Балтийский флот) и эсминец пр. 1135 «Ладный» (Черноморский флот).

Походы десантных кораблей в Тартус и Латакию наши моряки окрестили «сирийским экспрессом». При этом десантные суда перекрывают все нормы надежности. Так, 18 декабря 2012 г. из Балтийска в Сирию вышел балтийский БДК пр. 775 «Александр Шабалин», а вернулся в Балтийск лишь 14 января 2014 г. Корабль пробыл в море без малого 13 месяцев — 392 дня, в том числе 283 ходовых суток, пройдя более 87,2 тыс. км, то есть больше двух длин экватора.

За это время он разгрузился в Тартусе 12 раз. А кроме того, поучаствовал в ученьях ВМФ РФ в Черном и Средиземном морях.

Наши десантные корабли ненадолго заходили в Новороссийск на загрузку, а далее снова шли в море: конечные пункты — Тартус и Латакия.

В «сирийском экспрессе» участвали даже корабли Тихоокеанского флота. Так, 19 марта 2013 г. из Владивостока вышел отряд кораблей ТОФ в составе БПК пр. 1155 «Адмирал Пантелеев», а также двух БДК: пр. 775 «Адмирал Невельской» (до 2011 г. БДК‐98) и пр. 775М «Пересвет» (до 2006 г. БДК‐11). Через Суэцкий канал отряд проследовал в Средиземное море. Во второй половине мая корабли заходили на заправку в Тартус.

После этого оба БДК 24 мая 2013 г. зашли в порт Новороссийск. Там экипажи отдохнули, корабли заправились топливом, приняли груз военной техники и 19 августа 2013 г. проследовали через Босфор. После разгрузки в Тартусе корабли примкнули к российской эскадре в Восточном Средиземноморье. «Пересвет» и «Невельской» вернулись во Владивосток лишь спустя 281 сутки, проведя в походе 9 месяцев и 6 дней.

Несколько слов стоит сказать об активности нашего флота осенью 2014 г.

13 сентября из патрулирования у берегов Сирии в Севастополь вернулся БПК пр. 61М «Сметливый».

29 сентября БПК «Вице-адмирал Кулаков», входящий в состав Северного флота, покинул Севастополь и ушел на десятидневное патрулирование у берегов Сирии, а затем двинулся домой в Североморск.

Как видим, возвращение Крыма в Россию существенно повысило оперативность российских кораблей на Средиземном море. До 2014 г. российские корабли, не входившие в состав Черноморского флота, не имели права посещать Севастополь. Замечу, что надводные корабли и подводные лодки США и других стран НАТО почти непрерывно околачивались в Севастополе, а вот БПК Северного флота не мог даже зайти и пополнить припасы.

Новости «сирийского экспресса»: 5 октября 2014 г. вышел из Новороссийска десантный корабль «Саратов», а на следующий день — «Новороссийск».

Боевые корабли России и Китая 14–15 мая прошли проливы Босфор и Дарданеллы. 17 мая в Средиземном море началась активная фаза российско-китайского учения «Морское взаимодействие — 2015», которая продлилась до 21 мая.

Китай представляли фрегаты «Линьи» и «Вэйфан», а также комплексное судно снабжения. От России — гвардейский ракетный крейсер «Москва», сторожевой корабль «Ладный», БДК «Александр Отраковский» и «Александр Шабалин», ракетный корабль на воздушной подушке «Самум» и буксир.

Учениями руководили заместитель главнокомандующего ВМФ России вице-адмирал Александр Федотенков и заместитель командующего ВМС Народно-освободительной армии Китая вице-адмирал Ду Цзинчэн.

Это был первый поход китайских кораблей в Средиземное море и, соответственно, первое русско-китайское учение в этом море. По словам представителей ВМФ России, провести учения в Средиземном море предложила китайская сторона. Для КНР это хорошая возможность проверить свои обновленные военно-морские силы.

Учения вызвали резко негативную реакцию США. По сему поводу в американской влиятельной газете «Los Angeles Times» говорилось: «Ни у России, ни у Китая нет ни дюйма средиземноморского побережья — и это делает их идею провести первые совместные флотские учения именно в Средиземном море неожиданной и даже провокационной. Начавшиеся в понедельник десятидневные маневры будут включать в себя боевые стрельбы в стратегическом водном пространстве, соединяющем Европу, Африку и Ближний Восток. Суть происходящего очевидна: мощный новый альянс восточных гигантов решил поиграть мускулами в непосредственной близости от Западной Европы».

Замечу, что у США тоже нет ни дюйма побережья на Балтике или в Черном море, а учения НАТО с участием американских кораблей проводятся там регулярно.

23 января 2015 г. российский флот провел учения в 70 км к западу от Тартуса. Закрыли район с радиусом около 70 км. Опасная для полетов зона простиралась на высоту до 20,1 км. Заодно было объявлено, что следующие учения пройдут с 30 сентября по 7 октября.

В ученьях приняли участие крейсер «Москва», СКР «Ладный», «Пытливый», «Сметливый», ракетный катер Р‐109, БДК «Саратов» и суда обеспечения.

Набирает темпы и «сирийский экспресс». Так, с 8 августа по 8 сентября 2015 г. шесть российских БДК разгрузились в Сирии уже 10 раз. Причём впервые за время существования «экспресса» военную технику грузили не только в трюмы десантных кораблей, но и на верхние палубы под брезентом. Так, 7 августа через Босфор прошел БДК пр. 1771 «Саратов» с полностью загруженной палубой. В проливе он поднял сигнальный флаг «Танго» — «Держитесь в стороне от меня».

Любопытно, что помимо десантных кораблей к участию в «сирийском экспрессе» стали привлекаться вспомогательные суда ВМФ и даже гражданские суда. Так, 1 сентября 2015 г. в Новороссийск зашел грузопассажирский паром «Александр Ткаченко», который ранее обслуживал переправу Темрюк — Керчь. 6 сентября паром прошел Босфор. На его палубе хорошо виден грузовой автомобиль «Урал» и другая техника.

20 августа Босфор прошел БДК пр. 1171 «Николай Фильченков». На его палубе под маскировочными сетками видны БТРы.

Для перевозок в «сирийском экспрессе» привлекли даже КИЛ‐158. Это судно-килектор водоизмещением 5250 т предназначено для постановки или съема боно-сетевого оборудования. Оно также может нести глубоководный аппарат.

Бывая в Севастополе, я каждый раз, гуляя по скверу Ленинского Комсомола, разглядываю корабли, стоящие в Южной бухте. Глядя на КИЛ‐158, я всегда думал — ну и скучная там служба. Но вот началась Русская весна, и КИЛ‐158 принял самое активное участие в блокировании кораблей украинского флота.

Ну а 8 сентября 2015 г. КИЛ‐158 покинул Севастополь и двинулся в Сирию. Вернулся он 10 октября и, заправившись топливом и что-то принимая на борт, готовится к новому походу в Тартус.

Регулярно ходит из Новороссийска в Тартус военный транспорт Северного флота пр. 550 «Яуза» водоизмещением 14 тыс. т. Ранее «Яуза» обеспечивала функционирование полигона Новая Земля.

Так, транспорт «Яуза» доставил в Тартус отряд морских пехотинцев Северного флота. А 29 сентября прошел Босфор и направился за новым грузом для Сирии в Новороссийск. Он прошел погрузку в Торговом порту и уже 1 ноября покинет Новороссийск.

Турецкое правительство резко негативно относится к российской военной операции в Сирии. Но политика политикой, а бизнес есть бизнес. Так, турки продали России 8 сухогрузов, построенных в 1985 г. Как уже говорилось, Ельцин в начале 1990‐х гг. разбазарил весь наш торговый флот: «Да забирайте — государство не обеднеет». И вот теперь срочно готовятся российские экипажи на эти 8 контейнеровозов, которые будут возить «сухие грузы» в Тартус и Латакию.

14 октября 2015 г. первый контейнеровоз, зачисленный в 205‐й отряд судов обеспечения ЧФ под названием «Двиница-50», прошел Босфор в направлении Средиземного моря. Дедвейт «Двиницы-50» 6400 т, дизельная установка обеспечивает скорость хода 9,8 узлов.

Второй турецкий сухогруз «Вологда-50» 19 октября пришел в Севастополь и начал грузиться боеприпасами.

В заключение стоит сказать несколько слов о состоянии сирийского флота после октябрьской войны 1973 г.

В 1975 г. СССР поставил Сирии два СКР пр. 159АЭ. Это была экспортная модификация СКР пр. 159А. Водоизмещение 950/1100 (стандартное/полное). Скорость хода 33 узла. Вооружение: две спаренные 76‐мм установки АК‐726, один 533‐мм торпедный аппарат.

В Сирии они числились корветами. Первый был введен в строй в марте 1975 г. и назван «Аль Хираса», второй вошел в строй через несколько месяцев.

Со времен войны 1973 г. остались два ракетных катера пр. 205Э, приобретенные в СССР в 1972–1973 гг. Катера имели по четыре пусковые установки с ракетами П‐20 (экспортный вариант противокорабельной ракеты П‐15).

В 1979–1984 гг. Сирия получила от СССР 8 ракетных катеров пр. 205ЭР. Катера оснащены четырьмя пусковыми установками с ракетами П‐22 (экспортный вариант ракеты П‐15М).

В 1981–1985 гг. СССР поставил 8 патрульных катеров пр. 1400М типа «Гриф» водоизмещением 35,9/39,7 т, скорость хода 30 уз., вооружение: 2 спаренных 12,7‐мм пулемета.

Еще три патрульных катера поставлены Ираном.

Сирия получила от СССР и 5 кораблей противоминной обороны: один морской тральщик пр. 266МЭ (водоизмещение 735/790 т); один базовый тральщик пр. 1265Э «Яхонт» (427/460 т); три разведывательных тральщика проекта 1258Э типа «Корунд» (88/95 т).

В 1984–1985 гг. сирийцы приобрели в СССР три десантных корабля пр. 771А водоизмещением 760/834 т.

Еще до октябрьской войны 1973 г. Сирия получила три советские подводные лодки пр. 613. Все они были построены на верфи «Красное Сормово», но передавались через Балтику. Это С‐167 (зав. № 703, в строй в СССР введена 30 июля 1954 г.), С‐171 (С‐902, 10 августа 1954 г.) и С‐183 (С‐214, 14 декабря 1954 г.).

После вывода из боевого состава сирийского ВМФ лодок пр. 613 из СССР было получено три подводные лодки пр. 633. Все они прошли ремонт и переделку в экспортное исполнение на судоремонтном заводе № 29 «Тосмаре» в Лиепае.

Три подводные лодки — С‐53, С‐101 и С‐4 — 19 октября 1985 г. покинули Лиепаю и через 24 суток прибыли в Тартус.

К 2008 г. все лодки пр. 633 были выведены из боевого состава.

Главной задачей сирийской флота является защита своего побережья, и он более-менее с ней справляется.

В ходе Ливанской войны сирийские корабли пытались блокировать часть побережья Ливана. 29 августа 1989 г. сирийский ракетный катер потопил мальтийский танкер «Саншилд», который вез оружие отрядам маронитов.

В зарубежных СМИ циркулирует сообщение, что 2 мая 2013 г. около 2 часов утра сирийские корабли потопили самонаводящейся торпедой израильскую подводную лодку у берегов Сирии на глубине 150 м. Однако Израиль по сему поводу хранит молчание.

Зато достоверно известно, что в начале гражданской войны в Сирии в её воды заходил германский шпионский корабль, но был энергично вытеснен сирийскими кораблями.

Последняя новость из Тартуса. 30 июля 2023 г. в Сирии, на рейде порта Тартус, прошёл парад средиземноморской группировки ВМФ РФ в честь Дня Военно-морского флота России. Об этом сообщает российское оборонное ведомство.

«В парадном строю были задействованы современные боевые корабли ВМФ России: дизель-электрическая подводная лодка проекта 636.3 “Краснодар”, фрегат “Адмирал Горшков”, малый ракетный корабль “Орехово-Зуево”, а также морской тральщик “Владимир Емельянов”. Сирийские военно-морские силы на параде представил морской тральщик “Хатын”. В отдельных элементах военно-морского парада принимали участие противодиверсионные катера типа “Кадет” и “Раптор”»[86], — говорится в сообщении.

Мероприятия начались с обхода принимающего парад командующего российской группировкой войск в Сирии генерал-полковника Андрея Сердюкова и командующего парадом, капитана первого ранга Дмитрия Добрынина. После обхода на борту фрегата «Адмирал Горшков» состоялась торжественная церемония отличившихся военных моряков.

В качестве почётных гостей на параде присутствовали посол России в Сирии Александр Ефимов, министр обороны Сирии Али Махмуд Аббас и главнокомандующий ВМС Сирии Мухсен Асаад Иса.

После окончания войны 1973 г. уровень напряженности в восточной части Средиземного моря был по-прежнему велик. Изображать СССР главным виновником этих конфликтов, мягко говоря, несерьезно. Возьмем, к примеру, Кипрский кризис 1974 г.

Кипр в 1878 г. был оккупирован Англией. 15 января 1950 г. по инициативе духовенства был проведен всенародный референдум. 95,7 % участников референдума высказались за присоединение к Греции. Архиепископ Макариос сначала разделял эту точку зрения, но затем потребовал предоставления Кипру права на самоопределение и создание самостоятельного государства.

Однако лишь 16 августа 1960 г. была провозглашена независимость Республики Кипр во главе с президентом Макариосом.

30 ноября 1963 г. президент Макариос предложил пересмотреть конституцию страны, добиваясь большей государственной централизации, создания единых муниципалитетов и отмены вето президента и вице-президента. Турки-киприоты усмотрели в этом нарушение прав турецкой общины.

С 6 августа 1964 г. на острове начались столкновения турецких боевиков с правительственными войсками. 8 августа турецкие штурмовики F‐84 и F‐100 бомбили территорию Кипра. На следующий день авианалеты продолжались, а к берегам острова подошли четыре турецких эсминца.

В тот же день, 9 августа, Совет Безопасности ООН призвал прекратить бомбардировки Кипра, а Макариос обратился к СССР, ЮАР, Югославии и Сирии с просьбой предоставить Кипру военную помощь.

15 августа было опубликовано заявление СССР о готовности оказать помощь Кипру в случае интервенции против него. 1 сентября между СССР и Кипром было заключено соответствующее соглашение.

К берегам Кипра прибыли советские надводные корабли и подводные лодки. До конца 1965 г. Кипру было поставлено 35 танков Т‐34/85, 45 — БТР‐152, артсистемы (БС‐3, ЗИС‐3 и Б‐10), ПТУРС 3М6 «Шмель» и т. д. В 1965 г. планировалось поставить 8 истребителей МиГ‐17 и зенитные комплексы С‐75. Однако из-за нажима США и стран НАТО правительство Кипра отказалось от истребителей и ЗРК.

В 1967 г. в Греции власть перешла в руки военной хунты — «черных полковников», как их именовали советские СМИ.

В начале июня 1974 г. президент Макариос поссорился с греческими офицерами из национальной гвардии. Кстати, последние упрекали президента за сотрудничество с СССР.

Кипрские епископы заявили о смещении Макариоса III с поста архиепископа, а правительство Греции потребовало от Республики Кипр изменить состав правительства. Макариос 2 июля потребовал от Греции отозвать с острова 650 греческих офицеров, назначенных в киприотскую Национальную гвардию.

15 июля Национальная гвардия устроила переворот. Президент Макариос бежал на британскую военную базу, а затем покинул страну. Новым президентом стал Никос Сампсон, известный своими антикоммунистическими взглядами.

15 июля в 11.00 на командный пункт 5‐й эскадры — крейсер «Жданов» пришло сообщение о военном перевороте на Кипре. Командование эскадры решило «все корабли из центральной зоны театра и точки № 5 (Китира) перевести в точку № 15 (южнее восточной оконечности о. Крит) и частично пока в Саллум. Далее ТЩМ “Контр-адмирал Першин” и ЭМ “Пламенный” получили распоряжения и проследовали соответственно: ТЩМ — в точку № 55 (восточнее о. Кипр), ЭМ — на линию дозора (юго-западнее о. Кипр). Задачи кораблей: разведка действий сил ВМС США и других стран НАТО, а также обстановки в зоне своих действий. В дальнейшем ТЩМ “Першин” с прибытием в точку № 55 был выдвинут на назначенную ему линию дозора северо-восточнее о. Кипр»[87].

6‐й флот тоже наращивал свои силы в районе Кипра. 15 июля, сразу после переворота на Кипре, авианосцу «Америка», который находился в испанском порту Рота, ожидая смены после шестимесячного пребывания в Средиземном море, поступил приказ остаться. Из США в Средиземное море на смену «Америке» шел авианосец «Индепенденс». Также к Кипру из Ионического моря пришел и авианосец «Форрестол» с кораблями охранения.

16 июля в 22 ч. 15 мин. в район конфликта вышел британский авианосец «Гермес» с отрядом морских пехотинцев на борту. Передовая группа коммандос высадилась в Ларнаке в 16 часов 20 июля.

19 июля в 17 часов турецкий флот получил приказ о начале вторжения на Кипр. «Вышедшее 19 июля в 18.00 из порта Мерсин корабельное соединение турецких ВМС в количестве 30 вымпелов в составе ДЕСО (23 десантных корабля), отряда кораблей огневой поддержки (ОКОП) и охранения десанта (5 эсминцев и 2 фрегата) первым ночью (на рассвете) 20 июля обнаружил ТЩМ “Першин”, развернутый в дозоре северо-восточнее о. Кипр. Командир тральщика капитан-лейтенант Малышев, как положено, сразу же доложил об обнаружении турецких кораблей в три адреса: ОД эскадры, ОД ВМФ и ОД ЧФ.

Здесь надо заметить, что, как позднее стало известно, выход этого турецкого корабельного соединения из Мерсина показывало вечером 19 июля английское телевидение. Но странно, почему-то наша разведка ВМФ или, извините, “прохлопала” это важное событие, или же где-то в командных инстанциях Минобороны или ВМФ не придали особого значения выходу турок в море, или просто решили подождать и посмотреть, что из этого последует дальше (19 июля — пятница!). Во всяком случае, на КП эскадры не поступило никакой информации о выходе такого сильного турецкого корабельного соединения в море.

Кроме того, на донесение командира ТЩМ “Першин” от ОД ВМФ, и тем более от командования и Главного штаба ВМФ, никакой реакции, приказаний и запросов утром 20 июля в наш адрес тоже не последовало (20 июля — суббота!). Так что пока разбирался с донесением командира тральщика только ОД эскадры наш флагманский связист капитан 1‐го ранга В.А. Попов, который приказал своим связистам немедленно установить с тральщиком прямую постоянную радиосвязь БПЧ ЗАС. После установления этой связи командир тральщика сразу же доложил, что наблюдает высадку морского десанта турок на побережье Кипра, в отдалении приземляются вертолёты с десантниками, корабли огневой поддержки ведут артиллерийский обстрел береговых позиций греков на острове.

Тральщик действовал в этом районе по 24 июля и, как у нас потом говорили, “пахал” за всю эскадру. Командир ТЩМ “Першин” наблюдал все высадки и действия турецких десантов, кораблей и авиации, о чем в своих донесениях подробно и толково докладывал ОД эскадры, ОД ВМФ и ОД ЧФ. Можно сказать, что этот корабль с его инициативным командиром стал единственным источником информации о действиях в эти дни турок для нас, да и для Главного штаба ВМФ. Тральщик приближался к береговой черте порою почти к границам тервод Кипра (6 миль)»[88].

Командование 5‐й эскадры разработало дислокацию:

— КУГ в составе ракетного крейсера «Грозный» и БПК «Красный Кавказ» выдвинуть в район западнее острова Кипр (командиром КУГ назначен командир 150‐й отдельной бригады ракетных кораблей ЧФ капитан 1‐го ранга Н.И. Рябинский);

— Эсминцы «Напористый» и «Бывалый» оставить в точке № 15 для перехвата авианосца «Форрестол», когда он проследует в восточную зону Эгейского моря, и для усиления КУГ;

— БПК «Красный Крым» оставить в Саллуме (точка № 12) с той же целью для перехвата авианосца «Индепенденс», если он появится; там же оставить СКР «Пантера»;

— СКР «Куница» и СДК «СДК‐82» проследовать в точку № 55 (восточнее Кипра) для усиления возможностей разведки действий кораблей и авиации НАТО;

— Флагманскому кораблю эскадры ПБС «Котельников» во главе КПУГ в составе БПК «Адмирал Нахимов», «Адмирал Макаров» занять район маневрирования к югу от о. Кипр;

— Задачи эсминца «Пламенный» и тральщика «Першин» оставить прежними;

— Посту МТО продумать порядок использования танкеров и подготовить распоряжения по заправкам кораблей, сориентировав капитанов по возможным районам действий танкеров.

«Таким образом, Кипр оказался как бы окруженным нашими кораблями. В то же время были у нас и сомнения: нужно ли было столько кораблей “гнать” к этому острову из-за начинающихся боевых действий каких-то двух саттелитов по НАТО, Греции и Турции? Не слишком ли много им чести? Не рациональнее было бы направить в помощь ЭМ “Пламенному” и ТЩМ “Першину” всего лишь один-два корабля? Потом уже направлять силы туда, где в них выявится необходимость. А.П. Ушаков колебался, но в итоге все сошлись на таком выводе: обстановка неясная, может быть всякое — вдруг ещё и срочно высаживаться нам на этот “экзотический” остров придется? Поэтому окончательно оставили вышеприведенный вариант решения.

Сразу же были подготовлены и переданы на корабли боевые распоряжения. Корабли по готовности снимались с якорей и начинали движение в заданные районы. Поскольку распоряжения в копии адресовались ОД ВМФ и ОД ЧФ, на связь с ЦКП ВМФ не выходим, — утро субботы, в Москве ещё спят. Ожидаем, какая реакция последует от Главного штаба ВМФ.

После 11.00 на переговоры вышел заместитель начальника ОУ ГШ ВМФ контр-адмирал П.В. Корецкий и сообщил, что главнокомандующий и начальник Главного штаба ВМФ одобрили решение командира эскадры по развертыванию кораблей. Далее он передал: действовать по обстановке; задачи те же; что творится на Кипре и что далее предпримут турки и греки, не ясно; пока наше правительство не считает необходимым вмешиваться в этот внутринатовский конфликт; быть готовым помочь в эвакуации с Кипра наших дипломатических работников и других граждан, для этой цели из Одессы выходит теплоход “Башкирия”. Поняли, что командование ВМФ не очень “встревожено” событиями на Кипре»[89].

Было ли решение советского правительства держать нейтралитет в ходе турецкой агрессии против независимого государства «мудрым и миролюбивым»? На мой взгляд, это было следствием малой компетентности кремлевских геронтократов.

Любопытно, что ряд сотрудников Госдепартамента США утверждали, что Москва первоначально планировала поддержать Турцию в случае её военной акции в отношении Кипра. Согласно высказываниям неназванных сотрудников Госдепартамента, были признаки, что Советский Союз обещал правительству Анкары свою поддержку. Помимо американцев, агентство «Франс Пресс» также сообщило20 июля, что в связи с обострением военно-политической обстановки в восточной части Средиземного моря приведены в боевую готовность десантные войска в количестве 50 тыс. человек.

Разумеется, ни «черные полковники», ни правители Анкары не были «белыми и пушистыми». Но из двух зол выбирают меньшее. «Меньшим злом» были «черные полковники». Эти персонажи всячески демонстрировали свой антисоветизм. Но, как известно, как раз военные хунты гораздо быстрее меняют на 180 градусов свою политическую ориентацию, нежели «демократические» правительства, связанные с парламентами и партиями. Правительство «полковников» в Греции пало уже 23 июля. Причиной этого стали захват Турцией значительной части Кипра и неготовность Греции к войне.

«Полковники» не были дураками, и заранее знали, что их ждет. В такой ситуации «утопающий хватается за соломинку». А подать грекам соломинку у СССР были все законные основания.

20 июля Совет Безопасности ООН в своей резолюции единодушно призвал к перемирию сторон и выводу с Кипра всего иностранного военного персонала, а также начала переговоров. 20 июля два самолёта ВМС США F‐4J, взлетевшие с авианосца «Форрестол», у острова Милос перехватили два греческих истребителя F‐5As и заставил их вернуться на свою базу. Обе стороны ограничились учебными атаками, так как не имели приказа открывать огонь.

Советское правительство могло разместить свои корабли между Турцией и Кипром и потребовать ухода турок. Ну и одновременно придвинуть войска Закавказского военного округа к турецкой границе, а во Фракии сосредоточить советские и болгарские дивизии.

Цель — припугнуть турок, а в идеале подтолкнуть Грецию к выходу из НАТО. Кстати, последнее было бы куда легче сделать при «черных полковниках», нежели при гражданских «демократах».

Мало кому известно, что Проливная зона и северная часть Эгейского моря находились под контролем советских… береговых частей Черноморского флота.

Еще в августе 1969 г. самоходные установки СПУ-35Б берегового комплекса «Редут» поступили на вооружение 51‐го ОБРП, а 2 июля 1970 г. полк был введен в состав сил постоянной готовности Черноморского флота. В Крыму полку были определены два позиционных района — на мысах Лукулл и Тарханкут. Еще два позиционных района были на болгарском побережье у Сазополя (в 50 км от турецкой границы) и Мичурина (в 20 км от границы).

Из Крыма П‐35Б контролировали почти всю акваторию Черного моря, вплоть до турецкого берега. А из Болгарии они могли поразить любую надводную или береговую цель как в Проливной зоне, так и в Эгейском море до островов Лемнос и Лесбос.

Чтобы более не возвращаться к роли советской береговой обороны на Средиземном море, забегу немного вперед. С декабря 1983 г. американский линкор «Нью-Джерси» стал регулярно обстреливать территорию Ливана, где шла гражданская война. В день он выпускал до трёхсот 406‐мм снарядов. Сам же линкор находился вне зоны огня полевой артиллерии. Досталось и сирийским войскам, дислоцированным в долине Бекаа. Там у них был убит важный генерал.

И вот в декабре 1983 г. в Казачьей бухте Севастополя на сухогруз Морфлота погрузили матчасть полка «Редутов» и личный состав, собранный из ракетных частей Черноморского флота.

Моряки получили приказ по прибытии в порт за три дня произвести марш в позиционный район и нанести удар по «Нью-Джерси». Однако из-за бдительности ЦРУ или болтливости сирийцев приказ выполнить не удалось. Меньше чем через 24 часа после выгрузки матчасти линкор полным ходом ушел на запад и впредь в Восточном Средиземноморье не объявлялся.

В 1975 г. корабли и суда Черноморского флота совершили 10 официальных визитов и 346 деловых заходов в 50 портов 28 стран мира. В визитах и деловых заходах участвовали 47 кораблей и 60 вспомогательных судов.

В середине 1970‐х гг. резко обострились отношения с Арабской Республикой Египет. В марте 1976 г. президент АРЕ Садат в одностороннем порядке денонсировал Договор о дружбе и военном сотрудничестве между СССР и Египтом. Кораблям, судам и советским специалистам было предложено покинуть Египет. Материальные средства из портов Александрия и Мерса-Мартух были частично погружены на вспомогательные суда и корабли и отправлены в Севастополь, остальное имущество, запасы, суда и плавсредства были перебазированы в Сирию. Личный состав, специалисты и их семьи были доставлены в Севастополь на транспорте «Кубань».

В июне 1976 г. Черноморский флот участвовал в корабельно-штабном учении с «обозначенными силами» на Средиземном и Черном морях под условным наименованием «Крым-76», проводимом под руководством главкома ВМФ. В учении участвовали все штабы и основные силы Черноморского флота и Средиземноморской эскадры. Действия объединений и соединений «обозначали» 25 подводных лодок, в том числе три атомные, 75 надводных кораблей, 35 вспомогательных судов, 8 полков авиации флота (72 самолёта и 28 вертолётов), более 20 частей боевого, тылового обеспечения, оперативные группы отдельной армии ПВО, дивизии ПВО (22 самолёта), штаба дальней авиации и отдельного тяжёлого бомбардировочного авиационного корпуса дальней авиации, армейского корпуса и мотострелковой дивизии. Всего в учении приняли участие до 20 тысяч человек. Фактически отмобилизовались 27 кораблей и частей, в том числе и полк морской пехоты.

На учении отрабатывались вопросы ведения боевых действий по уничтожению ударных группировок противника в Средиземном и Черном морях самостоятельно и во взаимодействии с дальней авиацией с применением различных средств поражения, блокада Проливной зоны, завоевание господства в Черном море, высадка оперативного воздушно-морского десанта и нарушение морских коммуникаций противника.

В 1978 г. Черноморский флот пополнился «кораблем комплексного снабжения» «Березина». Это было огромное судно, размером с линкор. Длина его составляла 210 м, водоизмещение 25 тыс. т. Его дальность плавания достигала 15 тыс. миль при 18‐узловом ходе. Но о чем у нас не пишут до сих пор — «Березина» представляла собой большой склад флотских ядерных боеприпасов.

Уже в ходе опытной эксплуатации (трёх боевых походов в Черном, Средиземном, Баренцевом морях и Атлантике) всего за 302 суток «Березина» прошла в общей сложности 26 313 миль, произвела 110 передач на корабли и суда ВМФ оружия, боеприпасов, продовольствия и топлива, в том числе траверзным способом — 18, контактным — 69, кильватерным — 10, вертикальным — 5 и плавредствами — 8.

В дневных и ночных условиях вертолёты выполнили 274 полета с общим налетом 60 часов, из них 165 полетов (37 часов) — в светлое время суток. Всего было совершено 30 рейсов с передачей на внешней подвеске вертолётов контейнеров ракет 9М‐33, РГБ, артиллерийского боезапаса и сухих грузов на тяжёлый авианесущий крейсер «Киев», а также БПК проектов 61 и 1134А.

Так, 22 декабря 1978 г. «Березина» в Средиземном море передала на плавмастерскую ПА‐21 контактным способом 13,7 т продовольствия и 10 т пресной воды, а на следующий день, 23 декабря, передала ГИСУ «Березань» 20 т воды и 80 т топлива, ГИСУ «Кильдин» — 10 т воды, спасательному судну СС‐26 — 3,2 т продовольствия.

24 декабря принятый на бакштов морской буксир МБ‐304 получил от «Березины» 50 т воды и 50 т топлива, ГИСУ «Гигрометр» контактным способом — 50 т воды и 120 т топлива, плавмастерская ПМ‐21–60 т топлива и ГИСУ «Кильдин» — 1,2 т продовольствия, 10 т воды и 110 т топлива.

25 декабря «Березина» передала контактным способом на спасательные суда СС‐21 и СС‐26 по 10 т пресной воды и 90 т топлива, на плавмастерскую ПМ‐21–40 т пресной воды, а на подводную лодку Б‐94 — 4 т продовольствия, 300 комплектов регенерации, 50 т пресной воды и 100 т топлива; на подводную лодку Б‐34 — 120 комплектов регенерации, 100 кг технического имущества и 20 т пресной воды.

27 декабря «Березина» передала контактным способом на плавбазу подводных лодок ПБ‐82 4,4 т продовольствия и 660 т топлива.

28 декабря с «Березины» на плавмастерскую ПМ‐21 было передано 30 т технической воды. 29 декабря на БПК «Смышленый» передано 100 т пресной воды и 860 т топлива, а на ПМ‐21 — 1 т технической воды и 30 т пресной воды.

30 декабря 1978 г. плавмастерская ПМ‐21 приняла с «Березины» контактным способом 100 т топлива[90].

17 мая 1981 г. с Балтийского флота в Средиземное море вышло госпитальное судно «Енисей» полным водоизмещением 18 875 т, скорость хода 19 уз., дальность плаванья 10 тыс. миль (16‐узловым ходом). На нем размещался госпиталь на 100 коек, профилакторий для отдыха экипажей на 200 мест, поликлиника, сауна и вертолётная площадка. На корабле было три (!) операционных зала, реанимация, рентген, УЗИ, киноконцертный зал, плавательный бассейн и т. д.

За последующие 20 лет службы «Енисей» 16 раз выполнял задачи боевой службы с Средиземном море. Только в Средиземном море на его борту было выполнено 200 полостных операций. Ну а, между нами говоря, в том же Средиземном море с борта «Енисея» было проведено несколько «специальных операций».

В начале 1986 г. генеральный секретарь Всеобщего народного конгресса Муаммар Каддафи провел в Ливии конгресс «Мирового центра по борьбе с империализмом и сионизмом». Президент М.С. Горбачёв поддержал этот конгресс, за что президент США Рейган назвал СССР «империей зла», а Каддафи обозвал Горбачёва «бешеным псом» и приказал его уничтожить.

В марте 1986 г. авианосцы «Америка», «Саратога» и «Корал Си» из состава 6‐го флота США сосредоточились у берегов Ливии в заливе Сидра. 14–15 апреля они провели морскую операцию «Эльдорадо Каньон», в ходе которой нанесли массированные ракетно-бомбовые удары по аэродромам и военным объектам в городе Триполи и по порту Бенгази, а также по резиденции Каддафи. В результате были разрушены основные радиотехнические посты и узлы связи. Сам Каддафи не пострадал, но погибли его приемная дочь Яна и более ста ливийцев. Во время налета было потоплено несколько ливийских военных кораблей и два ракетных катера («Эан Загут» советской постройки пр. 1234 и «Вахид» французской постройки). Американцы в этой операции потеряли два самолёта F‐111.

В связи с этим правительство СССР приняло решение организовать оповещение системы ПВО Ливии силами 5‐й флотилии. Для этого корабль управления плавбаза подводных лодок «Федор Видяев» встал у причала в порту Триполи для приема сигналов боевого управления и сводок о воздушной обстановке от Центрального командного пункта ВМФ, командного пункта Черноморского флота, и кораблей радиолокационного дозора. Затем они передавались по телефону на береговой командный пункт ПВО Ливии. Время доведения сигналов до КП ПВО Ливии жестко контролировалось Москвой и не превышало двух минут.

А далее я процитирую официальное издание командования Черноморского флота: «Советский Союз выступил на защиту неправомерно пострадавшей страны, для чего в заливе Сидра были выставлены корабельные дозоры из состава сил Средиземноморской эскадры, а на подходах к нему патрулировали подводные лодки с тем, чтобы незамеченным не пропустить прорыв кораблей 6‐го флота и авиации к побережью Ливии с целью нанесения ударов с моря и воздуха. Корабли эскадры были приведены в боевую готовность и сосредоточены вблизи залива Сидра. Инцидент был исчерпан, попыток нанесения повторных ударов не предпринималось»[91].

Детали операции до сих пор закрыты. Известно лишь, что в ходе учений «Подготовка и ведение боевых действий по уничтожению авианосных групп противника в ходе первой операции флота с применением обычного и ядерного оружия», проведенных в Средиземном море, участвовали 9 подводных лодок, включая одну атомную, 64 надводных корабля, 21 судно обеспечения, проведено 228 самолёто-вылетов и 211 вертолёто-вылетов от ВВС Черноморского флота. Кроме того, в учениях участвовала воздушная армия Верховного главнокомандования и т. п. Тогда мы ещё не были «банановой республикой».

В начале ноября 1989 г. Горбачёв и президент США Джордж Буш решили провести встречу на острове Мальта. Ради пиара и собственного тщеславия Михаил Сергеевич задумал провести переговоры на борту самого мощного крейсера Черноморского флота «Слава» (проекта 1164). За короткий срок на крейсере были подготовлены каюты для президентов. «В них установили рабочие столы, средства правительственной связи, бытовую технику, выделили место для приема посетителей, имелась и комната отдыха. Каюту командира определили резиденцией М.С. Горбачёва, поместив на дверях табличку “Председатель Верховного Совета СССР М.С. Горбачёв”, а каюту флагмана подготовили под резиденцию президента СТА, тоже снабдив дверь соответствующей табличкой. Подняться в каюты можно было по трапам и в лифте.

Особо готовилась кают-компания офицеров. Это просторное, красивое помещение оформили под цвет темного дерева, разместив в нем большой центральный полированный стол и боковые столы размером поменьше. Заменили шторы, портьеры, до зеркального блеска надраили металлические части»[92].

24 ноября 1989 г. крейсер вышел из Севастополя и 29 ноября прибыл на Мальту. Там уже стояли американские авианосец «Форрестол» и крейсер «Белкнап», а также наши сторожевой корабль «Пытливый» и огромный пассажирский лайнер «Максим Горький».

На устройство саммита Горбачёв потратил огромные суммы. Но офицерам и матросам, сошедшим на берег в Ла-Валетте, даже не была выдана валюта, поэтому они не могли купить ни газет, ни сигарет.

На стоянке «крейсер проверила группа охраны во главе с зам. начальника 9‐го управления КГБ. Они высказали замечание, что внутри корабля стоит специфический запах, а М.С. Горбачёв этого не переносит. Чтобы “облагородить” воздух, сотрудники охраны начали вдувать в систему корабельной вентиляции баллончики с французским дезодорантом, а в кают-компанию загрузили ящики со “спецпродуктами” — для завтрака, который должен был дать М.С. Горбачёв в честь американского президента. Ящики были опечатаны и охранялись»[93].

Однако Раисе Максимовне больше понравилось осматривать магазины и достопримечательности острова, и ни она, ни сам Михаил Сергеевич на «Славе» так и не появились.

Резиденцией «царственной» четы стал лайнер «Максим Горький». 1 декабря, то есть в один день с Горбачёвым, в Ла-Валетту прилетел Джордж Буш. Прямо из аэропорта на вертолёте он перелетел на палубу «Форрестола», где в его честь было устроено авиационное учение. Там Буш заявил, что «наступает эпоха мира». Ну, прямо как в воду смотрел. Затем американский президент на вертолёте перелетел на «Белкнап» и находился там двое суток.

3 декабря на катере «Белкнап» Буш прошел вдоль борта «Славы» и, махая руками, приветствовал экипаж советского крейсера. Горбачёв не сделал и этого.

Слабым утешением команде крейсера был визит 4 декабря президента Мальты Ч. Табоке с супругой. В их честь в кают-компании корабля был дан обед. Вечером того же дня крейсер «Слава» поднял якоря и отправился домой. В 1990 г. крейсер будет отправлен на завод им. 61 Коммунара в Николаев, где и простоял до 1999 г.

Несколько слов стоит сказать о переводе наших тяжёлых авианосных крейсеров (ТАВКР) с Черного моря в Гибралтарский пролив и далее к местам постоянного базирования.

15 марта 1983 г. ТАВКР «Новороссийск» вошел в Босфор. В Проливах его сопровождали три турецких ракетных катера, три больших патрульных катера, а также два разведывательных судна с корпусами черного и белого цвета, за что наши моряки прозвали их «Белый кардинал» и «Черный кардинал».

У Дарданелл 16 марта «Новороссийск» встретил турецкий фрегат «Берек» и греческий фрегат «Иеракс». Также в охранение ТАВКР вступили корабли Черноморского флота — БПК «Сдержанный» и эсминец «Находчивый».

На следующий день, 17 марта, наши корабли начала «пасти» уже эскадра из четырёх кораблей во главе с американским крейсером «Леги». На предельно низких высотах ежедневно проносились несколько десятков самолётов НАТО.

22 мая два американских палубных штурмовика «Интрудер» имитировали атаку «Новороссийска». Один из них сумел выйти из пике, а второй врезался в воду.

27 мая недалеко от Гибралтара советские корабли стали на якорь для приема воды и топлива. Подошел танкер «Пролетарская победа» и пришвартовался с кормы для передачи топлива кильватерным способом. А в это время вокруг описывал беспрерывные круги английский фрегат «Бервик», бортовой номер F115, проходя возле самого борта «Новороссийска». Но этого англичанам показалось мало, и вскоре к самому борту ТАВКР подошел английский катер «Стирлинг».

«Катер кружил вокруг “Новороссийска”, его пассажиры — спортивного вида молодые люди в шортах без рубашек — были вооружены “до зубов” кино- и фотоаппаратурой. На мостике, расположенном над ходовой рубкой, было 9 человек, и у каждого несколько съемочных аппаратов. Мы тоже снимали в упор и катер, и его команду.

Командир “Новороссийска” капитан 1‐го ранга Б.П. Черных, опасаясь, что англичане спустят аквалангистов через люк под днищем катера и поставят под корабль мины, дал команду гранатометчикам идти вдоль борта за катером и бросать в воду гранаты на тот случай, если они будут незаметно спускать водолазов. Матросы принесли мешок с гранатами и бросали их периодически метрах в 20‐ти за кормой катера. Взрывы были оглушительными. Вслед за гранатометчиками по палубе “Новороссийска” следовала толпа матросов, поскольку было время отдыха и палуба была полна народу. Зрелище было неповторимое! На катере, кажется, испугались такого оборота, из лица побледнели, они растерянно улыбались и смотрели на нас, но продолжали начатое дело. Неспеша они совершили ещё несколько кругов вокруг корабля, ведя съемки под грохот взрывов и среди всплывшей оглушенной рыбы, а потом удалились в сторону Гибралтара. Все это время немного поодаль ходил вокруг “Новороссийска” и фрегат ВМС Великобритании “Бервик”»[94].

А в 1988 г. при проводке ТАКР «Баку» к провокации флотов НАТО прибавились шуточки «Гринписа». 17 июня «Баку» стоял на якоре в нейтральных водах у берегов Африки. «В 16.00 неожиданно появилось небольшое судно “Сириус”, окрашенное в ярко-зеленый цвет, под флагами Голландии и ООН, порт приписки Роттердам. На судна вдоль борта крупными буквами надпись — “Greenpeace” (“Гринпис”) — “Зеленый мир”. С него спустили три надувных лодки с мощными подвесными моторами, в каждой было по два-три человека в спасательных жилетах. На судне и на лодках развернуты транспаранты с лозунгами.

Лодки на большой скорости бросились к нашему борту, и мы не успели ничего сообразить и предпринять. С помощью шаблонов и пульверизаторов они быстро нанесли на борту “Баку” международный знак “радиационной опасности” — три черных лепестка на фоне желтого круга. Дело было сделано, но они продолжали кружить рядом, явно вызывая нас на конфликт. Мы спустили командирский катер “Соколенок”, в него сели три матроса и помощник командира, капитан 3‐го ранга Андрей Андреевич Доценко, которые стали их отгонять. Лодки не уходили. К встреча с нами они готовились заранее, потому что на лодках были развернуты зеленые транспаранты из пластика, на которых громадными черными буквами было написано по-русски: “Разоружать моря” и “Море без оружия”»[95].

Наши интеллигенты-образованцы восхищаются действиями гринписовцев. Ну как же, они борются за мир, против ядерного оружия. Но вот незадача: в Средиземном море как сельдей в бочке американских, британских и французских боевых кораблей с ядерным оружием на борту. Воюй с ними — сколько влезет! Но тут выбрали именно советский корабль. Да ещё какой! «Баку» ещё не введен в строй, его ведут достраиваться в порт приписки за много тысяч километров от Средиземного моря. Никакого ядерного оружия на крейсере нет и не может быть до введения корабля в боевой состав.

Руководству «Гринпис» это все хорошо известно, хотя бы из газет. Но провокация все-таки устраивается — а вдруг у наших моряков сдадут нервы, и кто-нибудь стрельнёт, а то и просто долбанет багром по голове «гринписовца» в штатском. Вот тогда вся западная пресса захлебнется в злобном лае о «варварстве русских».

Тактику «гринписовских» агентов ЦРУ переняли ребята из «Аль-Каиды». Через два года, 12 октября 2000 г., среди бела дня в Аденском порту такая же надувная моторная лодка со взрывчаткой, ведомая двумя смертниками, таранила американский фрегат «Коул» водоизмещением 8 500 т. При взрыве в борту образовалась пробоина размером 6 × 12 м. Погибло 17, ранено 35 американцев. Корабль с трудом удалось спасти. Ремонт продолжался много месяцев.

Последним уходил из Чёрного моря ТАВКР «Адмирал Кузнецов». К концу сентября 1991 г. к отработке взлетно-посадочных операций на «Кузнецове» приступили строевые лётчики 100‐го полка. Первым 26 сентября посадку Су‐27К на палубу совершил их командир полковник Т.А. Апакидзе. К декабрю в рамках программы государственных испытаний было выполнено 80 полетов, но, несмотря на высокий темп испытаний, завершить весь их объем в текущем году не успели. К тому же после 13‐го полета уже на палубе «Адмирала Кузнецова» потерпел аварию головной самолёт МиГ‐29К — пилот после посадки по ошибке убрал шасси при работавших двигателях. И хотя машину вскоре восстановили, испытания МиГов прекратили.

К концу ноября 1991 г. процесс распада СССР приобрел необратимый характер (на 1 декабря были назначены выборы президента Украины и референдум в поддержку акта о государственной независимости этой республики, принятого Верховной радой 24 августа 1991 г.), госиспытания самолётов прекратили, и дальнейшее пребывание «Кузнецова» в Черном море теряло смысл. Стремясь спасти ТАВКР, главком ВМФ адмирал В.Н. Чернавин принял решение о срочном переводе корабля на Север, к месту постоянного базирования. Заранее определялась конкретная дата прохождения Гибралтарского пролива — 5 декабря 1991 г. В штабе Черноморского флота предлагали отправить на Северный флот вместе с «Кузнецовым» также большие противолодочные корабли проекта 1134Б «Очаков» и «Керчь», как наиболее современные, но по ряду причин это не было сделано.

Обеспечение перехода возлагалось на первого заместителя командующего Северным флотом вице-адмирала Ю.Г. Устименко, срочно прилетевшего в Севастополь. На борту «Кузнецова» также находился председатель Постоянной комиссии государственной приемки кораблей ВМФ вице-адмирал А.М. Устьянцев, поддерживавший связь с главкомом. Для обеспечения безопасного прохода «Кузнецовым» турецких проливов командующий Черноморским флотом вице-адмирал И.В. Касатонов заранее выслал к Босфору спасательный буксир «Шахтер».

И хотя о дате ухода корабля было известно заранее, не обошлось без спешки. Вечером 1 декабря Ю.Г. Устименко прибыл катером на борт стоявшего на внешнем рейде крейсера и приказал командиру срочно сниматься с якоря, несмотря на некомплект личного состава, главным образом офицеров и мичманов, оставшихся на берегу. На борту находились представители гарантийной команды от промышленности, а также 15 лётчиков и 40 техников 100‐го авиаполка, переходивших на Север. В 23 ч. 40 мин. «Кузнецов» дал ход и в охранении БПК «Скорый» и сторожевого корабля «Безукоризненный» вышел в море. На рассвете корабли были перед входом в Босфор, где их ожидал буксир «Шахтер».

Существует версия, что военный атташе США в Анкаре получил директиву воспрепятствовать проходу «Кузнецовым» турецких проливов хотя бы на сутки, но не успел (зато в 2001 г. это получилось в отношении его близнеца, проданного Китаю недостроенного «Варяга», целый год ждавшего в Черном море разрешения местных властей).

В сопровождении «Шахтера» ТАВКР прошел турецкие проливы, где несколько матросов хотели бежать, сбросив с кормы крейсера спасательный плотик и пытаясь достичь на нем турецкого берега, но были подняты на буксир и возвращены на корабль. В сопровождении турецких, а затем греческих, итальянских, французских и испанских кораблей, сменявших друг друга, а также авиации стран НАТО, «Адмирал Кузнецов» направился к Гибралтару.

Кроме кораблей непосредственного охранения обеспечение перехода авианосца до границы зоны ответственности Черноморского флота — меридиана 08°58′ западной долготы — возлагалось на находившуюся в Средиземном море 5‐ю оперативную эскадру (ПКР «Москва», БПК «Сдержанный», танкеры «Иван Бубнов» и «Борис Чиликин», подводные лодки Северного флота и плавмастерская ПМ‐9). В прикрытии ТАВКР участвовал и эсминец «Безбоязненный», осуществлявший межфлотский переход с Балтики на Тихоокеанский флот (корабли разошлись ночью 5 декабря в западной части Тунисского пролива на дистанции 20 миль).

Уже в Эгейском море на ТАВКР была отмечена вибрация третьей машины. Позже выяснилась причина — сорванная штормом и намотавшаяся на гребной винт рыболовная сеть. Движению это особо не мешало, поэтому так и шли до самого Гибралтара, где во время двухдневной стоянки и приема топлива с танкера «Иван Бубнов» корабельные водолазы ножами срезали сеть, освободив винт.

За Гибралтаром в охранение «Адмирала Кузнецова» вступили сторожевые корабли «Бдительный» (Балтийский флот) и «Задорный» (Северный флот).

Там же корабли разошлись с американской авианосной ударной группой во главе с новейшим атомным авианосцем «Джордж Вашингтон», следовавшей из Норфолка в Средиземное море. Американцы приступили к облетам нашего ТАВКР, фотосъемке и замерам его физических полей. «Кузнецов» в ответ передал сигнал «Провожу учения», увеличил ход до 24 узлов и поднял в воздух оба спасательных вертолёта Ка‐27ПС (самолётов на борту во время перехода не было). А «Задорный» попутно поднял с воды один из сброшенных американскими вертолётами радиогидроакустических буев. В районе 64‐й параллели «Бдительного» сменил эсминец Северного флота «Безудержный».

Корабль шел постоянным 12–14‐узловм ходом, не считая кратковременного увеличения скорости за Гибралтаром. Замечаний к работе котлов и турбин при переходе не было. После ухода американцев отряд советских кораблей сопровождали сначала британский, а затем норвежский фрегаты; от мыса Нордкап и до самого входа в Кольский залив за отрядом следил норвежский разведывательный корабль «Марьятта».

21 декабря «Адмирал Кузнецов» прибыл на Северный флот и был включен в состав 43‐й (Атлантической) дивизии ракетных крейсеров с базированием в поселке Видяево.

В конце 1991 г. 5‐я оперативная эскадра была расформирована. Советские корабли покинули воды Средиземного моря. Начался распад Союза и агония Черноморского флота.

Слова В.В. Заборского.

Исполняется на мотив марша «Прощание славянки»

композитора И.Н. Агапкина.

Полномасштабная разработка космических аппаратов в Израиле началась в 1981 г. Тогда начальник военной разведки (АМАН) генерал-майор Йегошуа Саги санкционировал выделение 5 млн долларов на изучение возможностей самостоятельного производства спутников, носителей и телескопических фотокамер.

В апреле 1983 г. было основано Израильское космическое агентство (СЕЛА), под эгидой которого развернулась разработка разведывательных спутников для Комиссии Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ). Главой агентства стал Юволь Неэман (Неман). Биография его не лишена любопытства. С 1942 г. — террорист организации «Хагана», с 1958 г. — военный атташе в Лондоне, с 1961 г. — директор лаборатории Израильской компании по атомной энергии. В известной мере по биографии Неэмана можно судить о направленности израильских космических программ.

В 1984 г. совместно с Концерном авиационной промышленности был основан Национальный центр космических знаний и подписан контракт на изготовление и запуск первого разведывательного спутника.

Для запуска спутника был создан «Шавит» (в переводе с иврита «Метеор») — трёхступенчатый твердотопливный носитель, созданный на базе двухступенчатой баллистической ракеты средней дальности «Иерихон-2» путем добавления третьей ступени с твердотопливным двигателем AUS-51 «Marble» конструкции концерна «Рафаль». Производитель двигательных установок первой и второй ступени — предприятие «Гивон» концерна «Таасия цваит» IMI (Israel Military Industries Ltd.), вся ракета-носитель собирается на предприятии «Малам» концерна «Таасия авирит» IAI в Беэр-Якове.

Длина ракеты «Шавит» 18,4 м; диаметр 1,7 м; размах стабилизаторов первой ступени 2,78 м, вес на старте — около 30 т. Ракета-носитель способна вывести на эллиптическую околоземную орбиту с апогеем 1040 км и перигеем 250 км груз в 200 кг. По другим источникам: 160 кг груза на орбиту с апогеем 1587 км, перигеем 207 км, с наклоном орбиты 143,2° или 156 кг на орбиту с апогеем 1171 км, перигеем 248 км и углом наклонения 142,9°.

Для запуска «Шавита» и других ракет-носителей на берегу Средиземного моря к югу от Тель-Авива на базе ВВС Пальмахим был построен одноименный космодром.

Любопытно, что из-за географического положения Израиля «Шавит» запускается на запад, то есть против направления вращения Земли.

Трасса полета ракет-носителей пролегает над Средиземным морем, проливом Гибралтар и далее над Атлантикой. При таком направлении пусков вес полезной нагрузки ракеты существенно сокращается по сравнению с пусками в направлении вращения Земли. Однако лишь используя такую трассу, Израиль смог обеспечить падение отработавших ступеней РН «Шавит» вне территорий других государств.

19 сентября 1988 г. РН «Шавит» вывела на орбиту первый израильский искусственный спутник Земли «Офэк-1» весом 155–156 кг. Таким образом, Израиль стал восьмой страной в мире, запустившей спутник собственной ракетой-носителем.

«Офэк-1» имел вид 8‐гранной призмы высотой 2,3 м, диаметр нижнего основания — 1,2 м, верхнего — 0,7 м. Спутник был оснащен системами телеметрии, ЭВМ и системой стабилизации в трёх плоскостях и предназначался для отработки различных космических технологий.

Спутники типа «Офэк» проектировались для фоторазведки. По заявлению израильских властей, они должны были вести наблюдение за арабскими странами, но нетрудно догадаться, что с их помощью велась разведка и других стран, в первую очередь СССР, а позже — РФ. По заявлениям представителей СЕЛА, «Офэк-1» был частью эксперимента, и не нес фотоаппаратуры.

По сообщениям западных СМИ, по наводке своих спутников «Офэк» израильские самолёты 6 сентября 2007 г. произвели бомбардировку сирийской территории. Авиаударам подвергся объект (предположительно ядерный реактор), расположенный вблизи городка Дир а-Зур недалеко от турецкой границы. Интересно, что израильские самолёты совершили налет не по кратчайшему пути и не со стороны Средиземного моря, а со стороны Турции.

Сирийские РЛС российского и иранского производства были «ослеплены» израильскими средствами радиоэлектронной борьбы.

На территории Турции были найдены использованные топливные баки, сброшенные с израильских самолётов. Турецкое правительство заявило вялый протест властям Израиля, а те принесли формальные извинения.

В настоящее время израильские разведывательные спутники регулярно фиксируют ядерные объекты в Иране, а правительство Израиля угрожает Ирану бомбардировками. Как видим, для руководства Израиля такие понятия, как государственный суверенитет и международное право, просто не существуют.

Кроме спутников-фоторазведчиков Израиль запускает и космические аппараты радиолокационной разведки ТЕХСАР.

Спутник ТЕХСАР (известен также как «Шилоах» — на иврите «Запуск») разработан «Израильской аэрокосмической компанией» (IAI) на базе спутников серии «Офэк» и, как и они, предназначен для разведки, однако имеет принципиальное отличие: в то время как «Офэк» — спутники фоторазведки, то есть ведут цифровую фото- или видеосъемку земной поверхности в видимом диапазоне, ТЕХСАР является спутником радиолокационной разведки. Основное его оборудование — радиолокационная станция с синтезированной апертурой (SAR — Synthetic Aperture Radar), работающая в диапазоне X.

РЛС SAR (на иврите «МАКАМ Мефатеах Синтети») — это специальные РЛС, установленные на самолётах или спутниках, позволяющие синтезировать изображение, как результат обработки сигнала нескольких электронных импульсов, направленных с РЛС в одну точку по ходу движения носителя. Таким образом, имитируется наличие антенны РЛС гораздо больших физических размеров, чем оно есть на самом деле, и синтезируется трёхмерное изображение высокого качества. Режим работы SAR имеют, например, РЛС истребителей-бомбардировщиков F‐15I и F‐16I (а в прошлом также F‐4E-2000) ВВС Израиля. Недостаток SAR — невозможность наблюдать за движущимися объектами (для преодоления этого разрабатывается технология ISAR — Inverse SAR).

Использование технологии SAR позволяет спутнику получать качественное изображение не только днем, но и ночью, в любых метеоусловиях. Сообщается также, что РЛС ТЕХСАР способна видеть через крыши домов, изготовленных из лёгких материалов. Полученное трёхмерное изображение отслеживаемых объектов транслируется на землю.

По данным издания «World Tribune», РЛС обеспечивает получение до 40 снимков за один виток с пространственным разрешением около 1 м в покадровом режиме и 3–8 м в режиме непрерывной съемки. Максимальная разрешающая способность аппаратуры достигает 10 см. Скорость передачи информации 600 Мбит в секунду. Количество снимков — до 180 000 в год. Объем памяти компьютеров спутника — 240 GB. Сообщается о четырёх различных режима съемки РЛС с синтезированной апертурой (РСА):

— Spot Mode — наблюдение за одним заданным районом, насколько это возможно с орбиты спутника;

— Strip Mode — наблюдение за всеми объектами на определённой полосе вдоль орбиты спутника;

— Mosaic Mode — съемка отдельных объектов вдоль орбиты спутника;

— Wide coverage — съемка широкой полосы местности с низким разрешением (обычно используется для картографирования).

Как и спутники серии «Офэк», ТЕХСАР изготавливаются фирмой МАБАТ (МВТ). Бортовая РЛС разработана и построена заводом «Эльта» (Elta System Ltd.) в Ашдоде — оба предприятия в составе IAI. По сути, ТЕХСАР образует с последними спутниками серии «Офэк» единое семейство, использующее единый двигатель и технологические блоки. Последние включают системы стабилизации спутника и его ориентации в пространстве, энергетические системы (в том числе солнечные батареи и аккумуляторы), системы связи и т. п. Отличается только блок полезной нагрузки, включающий фотокамеру для «Офэк» и РЛС для ТЕХСАР.

В то время как спутники серии «Офэк» выводятся на орбиту израильскими ракетоносителями «Шавит», для запуска ТЕХСАР было решено прибегнуть к иностранной помощи. Выбор пал на Индию, принципиальное соглашение об этом было достигнуто в 2004 г. в ходе визита в Индию тогдашнего гендиректора Министерства обороны Амоса Ярона. По сообщению «Times of India», индийское руководство дало согласие на запуск в обмен на получение развединформации со спутника. Утверждалось, что индийские спецслужбы уже давно обеспокоены нехваткой спутниковых разведданных об индо-пакистанской и индо-китайской границах.

Запуск ТЕХСАР состоялся ранним утром (в 3 ч. 45 мин. GMT, в 5 ч. 45 мин. по израильскому времени, в 9 ч.15 мин. по местному индийскому времени) 21 января 2008 г. Спутник был успешно запущен с космодрома Шрихарикота индийской ракетой-носителем PSLV (модели PSLV-СА), став первым израильским спутником, запущенным с территории Индии, и первым израильским спутником радиолокационной разведки. Спутник достиг расчётной орбиты примерно через 20 минут после запуска. За запуск ТЕХСАР Израиль заплатил Индии 14 млн долларов (по другим источникам — 15 млн, однако и это дешевле запуска «Шавит» — около 20 млн долларов). Для Индии запуск ТЕХСАР стал вторым в истории страны коммерческим запуском, после вывода на орбиту 23 апреля 2007 г. итальянского спутника.

Первые кадры были получены со спутника уже через 80 минут после запуска, а регулярная съемка началась 1 февраля 2008 г. При этом первым объектом, снятым ТЕХСАР, стал музей бронетанковых войск Израиля в Латруне.

Запуск ТЕХСАР сопровождался рядом задержек. Так, в апреле 2007 г. сообщалось, что спутник будет запущен в конце августе того же года. В июле стало известно, что запуск отложен примерно на неделю — на начало сентября 2007 г. Однако затем последовали дополнительные сдвиги даты пуска. Официальная причина задержек была связана с неисправностями в индийской ракете-носителе, однако ряд израильских источников утверждал, что запуск откладывается из-за давления, оказываемого на индийцев властями США. При этом, с чем именно связано это давление, не сообщалось.

Очередная дата пуска намечалась на 3 декабря, однако и она была отменена, при этом спутник уже находился на ракете-носителе. Как утверждалось в прессе, после этого Израиль действовал по двум направлениям: пытался убедить американцев прекратить давление на Индию и позволить осуществить запуск, и параллельно начал переговоры с Францией и Россией о переносе запуска на космодром одной из этих стран.

После того, как запуск спутника наконец-то состоялся 21 января 2008 г., появились новые сообщения, что причиной задержек было давление на правительство Индии со стороны Ирана. Это более логично — с одной стороны, Иран был действительно заинтересован торпедировать запуск ТЕХСАР, с другой — он имеет возможность давить на Индию, поскольку поставляет последней значительные количества энергоносителей (нефть и природный газ). США, если бы они действительно хотели помешать запуску, скорее давили бы напрямую на Израиль.

Характеристики спутника ТЕХСАР

* В скобках: по другим источникам.

Спутник «двойного назначения» «Эрос» создан по инициативе фирмы «ImageSat International» (ISI), совладельцами которой являются IAI, «Эль-Оп», а также европейские и американские вкладчики. Построил спутник завод МАБАТ; телекамера CCD (Charge coupled device) производства компании «Эль-Оп»; системы связи, передачи данных и др. — производства компаний «Тадиран Спектролинкс», «Элисра» и «Рафаэль». Резолюция камеры 1,8 м (в стандартном режиме или 1 м в «over-sampled» режиме), разрешение 7000 пикселей на линию. Ширина полосы съемки — 12,5 км. Время реакции — 1,8 суток, до 4 дней между визитами.

Первый спутник «Эрос-А1» был запущен 5 декабря 2000 г. в 12 ч. 32 мин. (GMT). Уже через четыре дня он передал первые снимки, а с 18 января 2001 г. был готов к коммерческому использованию.

В 3‐й четверти 2001 г. намечалось запустить идентичный ему «Эрос-А2» (запуск был отодвинут на 2002 г.), а со 2‐й четверти 2002 г. по 4‐ю четверть 2004 г. — шесть более крупных спутников «Эрос В1» ÷ «Эрос В6», камеры которых способны снимать полосу шириной 16 км с резолюцией 0,82 м и качеством 20 000 пикселей на линию.

Спутник «двойного назначения» «Amos» создан по инициативе израильской фирмы «General Satellite», образованной в 1982 г. В ноябре 1984 г. она впервые заявила о намерении запустить спутник связи. Спутник построен заводом МАБАТ. Ряд систем поставлены французской фирмой «Alcatel Espase» (ретрансляторы), немецкой фирмой DASA (объединяет «Dornier» (энергосистемы) и MBB), а также компанией «Barnes Engineering».

Спутник имеет размеры 2 × 2 × 1,5 м (2,3 × 1,5 × 1,5, по другим данным) и оснащен двумя солнечными батареями с размахом панелей 10 м. Спутник стабилизирован в трёх плоскостях. Срок его жизни 10–11 лет. Вес спутника на рабочей орбите — 996 кг, и он предназначен для ретрансляции теле- и радиопередач, а также цифровой информации. Для этого он оснащен семью основными и двумя запасными 30‐киловаттными приемопередатчиками (частота 10,95–14,5 MГц).

Ретрансляторы покрывают территорию площадью 0,75 млн кв. км, при этом спутник ориентирован так, что обеспечивает ретрансляцию с Ближнего Востока и Восточной Европы.

Разработка и строительство спутника стоили 190 (или 200) млн долларов, запуск — 30 млн, страховка — 28 млн (в июле 1993 г. правительство Израиля предоставило 100‐миллионные гарантии на кредиты под проект, 77,4 млн долларов были собраны у иностранных участников проекта). Планируемые доходы за 10 лет эксплуатации — 350 млн долларов.

16 мая 1996 г. ИСЗ «Амос» был запущен совместно с итальянским спутником на геостационарную орбиту РН Ариан с космодрома Куру. Спутник успешно проработал 12 лет.

В феврале 1996 г. правительство Венгрии заказало IAI спутник «Ceres», взаимозаменяемый с «Амос», но имеющий 16 ретрансляторов. Временно венгерская фирма «Антенна Венгрия» купила четверть мощности одного из ретрансляторов «Амос».

17 января 2002 г. было объявлено, что руководство IAI заключило контракт на 250 млн долларов с фирмой «Гонконг саттелайт Текнолоджи» (HKSTG) на изготовление двух спутников HKSAT на базе «Амос». Спутники рассчитаны на 12‐летний жизненный срок и снабжены 20‐киловаттными ретрансляторами. HKSAT‐1 позже получил название «Амос-2». В начале 2003 г. его хотели запустить китайской ракетой-носителем, но из-за каких-то «игр» он был запущен на геоцентрическую орбиту 28 декабря 2003 г. с космодрома Байконур. Вес «Амоса-2» 1,4 т, расчётное время работы — 12 лет. Следующий спутник — «Амос-3» — запустили 28 апреля 2008 г. и тоже с Байконура.

В 1998–2006 гг. в Израиле разрабатывалась ракета-носитель воздушного старта, предназначенная для выведения на низкую околоземную орбиту спутников весом до 100 кг.

Подобный носитель проектировался государственной компанией «Рафаль» на базе гиперзвуковой (М=6) баллистической ракеты-мишени «Анкор Шахор» («Черный воробей»), предназначенной для испытаний израильской системы ПРО «Хетц» («Стрела») в условиях, максимально приближенных к боевым.

Сравнительно небольшая (длина её — 4,82 м, диаметр — 52,6 см и стартовый вес — 1275 кг) и недорогая ракета, запускаемая с самолётов F‐4, F‐111, F‐15 и B-52, способна имитировать тактические баллистические ракеты стран — противников Израиля.

По словам главы фирмы «Рафаль» Якоба Торена, «ракета-носитель воздушного запуска “Aurora” — “расширенный” вариант существующей ракеты “Анкор Шахор”. У нас есть не только технология, но и базовый аппарат со средствами управления, электроникой и двигателями. Ракета несколько крупнее “Черного воробья” и будет иметь более мощный двигатель».

Данные израильских ИСЗ по состоянию на август 2008 г.

В конце марта 2021 г. три наноспутника, разработанные в Израиле, выведены на орбиту российской ракетой-носителем «Союз».

28 марта 2023 г. Израиль провёл первый за три года пуск. Ракета «Шавит», запущенная с космодрома Пальмахим в Израиле, успешно вывела на орбиту разведывательный спутник «Офен-13». Интересно, что этот космический аппарат вращается вокруг Земли против хода Земли, в отличие от спутников всех других стран.

Дело в том, что Израиль с трёх сторон окружён арабскими соседями, и у него остаётся всего один возможный вариант — пуск в западном направлении. В этом случае при неудачном запуске ракета и спутник упадут в Средиземное море, а не на территорию потенциального противника.

Ракета-носитель «Шавит» создана на базе межконтинентальной твердотопливной баллистической ракеты «Иерихон-3», способной доставить боевую часть весом 750—1000 кг на расстояние до 10 тыс. км.

В восточном направлении Израиль запустил научные разведывательные аппараты с помощью американской ракеты-носителя «Фалкон-9» с военного космодрома Вандерберг. Это «частично многоразовая ракета» — приземляется только первая ступень.

12 июня 2023 г. с авиабазы Вандерберг одной ракетой «Фалкон-9» были запущены три разведывательных израильских спутника: RUNNER-1, AYRIS-1 и AYRIS-2.

Сектор Газа — это территория на восточном побережье Средиземного моря площадью 363 кв. км (длина — 40 км, ширина — от 6 до 12 км). Согласно Плану ООН по разделу Палестины на арабское и еврейское государства, принятому в 1947 г., сектор входил в состав территории, выделенной для создания арабского государства.

В результате арабо-израильской войны 1948–1949 гг., которая началась после решения ООН и последующего образования Израиля, арабское государство создано не было, и с 1948 по 1967 г. сектор был оккупирован Египтом. По результатам Шестидневной войны сектор находился под контролем Израиля с 1967‐го по 2005 г. После утверждения Плана одностороннего размежевания в 2005 г. все израильские жители и военные покинули сектор Газа.

В регионе проживает около двух миллионов человек, что делает его одним из самых густонаселённых в мире.

Сектор носит имя Газа по названию его столицы и крупнейшего города. Газа — один из самых древних городов мира, люди жили на этом месте ещё 5000 лет назад. Город расположен на юге средиземноморского побережья. На протяжении большей части своей истории он служил важной остановкой на торговом пути, проходящем через Красное море. Это один из пяти самых известных городов филистимлян — древнего народа, который населял территорию от современного Тель-Авива до Газы, начиная с XII века до новой эры.

Название «Газа» впервые известно из надписей времен Тутмоса III — египетского фараона из XVIII династии, который правил в XV веке до н. э. Оно также упоминается в таблицах Таанаха — древнего ханаанейского, а затем израильского города (Ханаан — древняя страна на восточном побережье Средиземного моря, в Библии — земля, обетованная Богом Израилю). О Газе говорится и в Эль-Амарнских письмах — корпусе клинописных текстов XIV века до н. э., обнаруженных в развалинах египетского города Ахетатона. В Библии Газа упоминается как пограничное селение ханаанеев.

Согласно Топонимическому словарю Евгения Поспелова, Газа упоминается в египетских и ассирийских документах как Азат или Хазат, в современном арабском языке — Газза, на иврите — Азза. По-видимому, город возник как крепость, так как на иврите «аз» — это «сила», «крепость», «азаз» — «быть сильным», на арабском — «азиз», «азизо» — «сильный», «мощный».

Считается, что во времена Тутмоса III здесь проживали люди, бывшие потомками Хама Мицраима. От них произошли народы северо-восточной Африки (египтяне и ливийцы) и некоторые народы Ближнего Востока (филистимляне и кафториты).

Спустя некоторое время, в XII веке до н. э., сюда пришли филистимляне, образовавшие собственное государство — так называемое Пятиградье, в которое помимо Газы входили города Ашкелон, Ашдод, Екрон и Геф. После появления в этих краях евреев филистимляне регулярно нападали на них.

В 332 г. до н. э. Ближний Восток был захвачен войсками Александра Македонского. При нём край начал постепенно эллинизироваться. Однако правление Александра было недолгим, и греков сменили римляне.

После разделения единой Римской империи на Западную и Восточную части Газа отошла к Византии.

В 328 г. в Газе появился христианский монастырь, а спустя шесть лет она практически полностью стала христианским городом. Здесь учреждается пост епископа, а сам сектор получает наименование княжества Маюмского.

Начиная с VII века, в край пришли арабские завоеватели. Они принесли с собой новую культуру. Правда, оставшихся в Газе евреев и самаритян новые хозяева особо не трогали. До самого начала Крестовых походов там находилась довольно крупная их община.

С приходом в регион крестоносцев для евреев настали трудные времена, поэтому им пришлось покинуть Газу. После длительного периода борьбы в течение нескольких столетий территория поочередно переходила из одних рук в другие, пока в 1517 г. край не вошёл в состав Османской империи.

В 1917 г. сектор Газа был захвачен американцами, а затем вошёл в состав британской подмандатной территории Палестины.

В XIX веке еврейская община Газы пришла в упадок. Немногочисленные евреи (в начале XX века здесь оставалось 90 человек) покинули Газу в ходе этнических конфликтов второй половины 1920‐х гг. С того времени население города состоит в основном из арабов-мусульман и небольшого числа арабов-христиан.

В 1941–1945 гг. население Газы увеличилось с 19,5 тысячи человек до 32 тысяч из-за притока рабочей силы на строительство британских военных объектов.

Резко возросло население города также за счёт арабских беженцев после оккупации Газы египетской армией в мае 1948 г. К 1967 г. оно составляло 87 793 человека, помимо 30 479 человек, размещённых в пригородных лагерях беженцев.

В 1967 г. сектор Газа был захвачен Израилем. Правительство Израиля попросту не знало, что делать с захваченной территорией. Там была учреждена еврейская администрация. Началось строительство еврейских поселений, но Тель-Авив принципиально не хотел давать арабам Газы израильское гражданство.

В то же время ни Египет, ни Иордания не считали их своими гражданами. Между тем с 1950 по 2008 г. численность населения Газы возросла с 240 тысяч человек до 1,5 миллионов. Таким образом, появился новый народ. Единственный в мире народ, не имевший гражданства.

Бесправное положение палестинцев не могло не привести к восстанию, именуемому Первой интифадой[96].

В сентябре 1967 г. были убиты четверо израильтян (трое из них — гражданские лица). Подобные инциденты приводили к враждебности между израильтянами и палестинцами и волнениям на всех территориях, которые усиливались с каждым днём и достигли особенно широкого размаха в секторе Газа.

Началом первой интифады принято считать 9 декабря 1987 г. Непосредственно перед этим произошло несколько инцидентов. 6 декабря в секторе Газа был убит израильский торговец. Спустя два дня, 8 декабря, израильский армейский грузовик врезался в автофургон, перевозивший палестинцев, которые возвращались с работы в Израиле в лагерь беженцев Джабалия в секторе Газа. Четверо палестинцев погибли, десять были ранены.

Среди палестинцев в Газе немедленно распространился слух, что автомобильная авария была преднамеренной местью израильтян. 9 декабря в Джабалии начались демонстрации протеста. Палестинцы жгли покрышки, подростки забрасывали камнями израильские патрульные машины. Солдаты одной из машин открыли огонь по нападавшим, убив одного 17‐летнего юношу и ранив ещё нескольких. В скором времени беспорядки распространились по всему сектору, а затем перекинулись и на Западный берег реки Иордан. 19 декабря беспорядки дошли до Иерусалима.

Вначале основным методом восставших были нападения подростков из засады на израильских солдат. Пользуясь своим численным преимуществом (в нападениях обычно участвовало по несколько десятков человек), подростки засыпали израильтян градом камней. Вскоре, однако, восставшие взяли на вооружение бутылки с зажигательной смесью, гранаты, огнестрельное оружие, взрывчатку.

В 1988 г. были организованы ненасильственные действия, выражавшиеся в отказе коммерсантов-христиан от уплаты налогов, взымавшихся израильтянами для финансирования органов управления оккупированными территориями. Израильские власти сломили сопротивление высокими штрафами, конфискацией и распродажей оборудования, товаров и даже домашней утвари, изъятой у нарушителей.

В конце концов Израилю удалось подавить выступления палестинцев, тем более что силы палестинцев были несравнимы с хорошо оснащёнными и вооружёнными силами безопасности Израиля. Тем не менее интифада вскрыла многочисленные проблемы, касающиеся методов, применяемых израильской армией в отношении палестинцев, а также привлекла внимание мировой и израильской общественности к проблеме сохраняющейся израильской оккупации палестинских территорий. Интифада привела к расколу в израильском обществе. По мнению некоторых наблюдателей, именно интифада привела к росту израильского «движения мира» и переизбранию Ицхака Рабина премьер-министром Израиля в 1992 г.

По данным организации «Бецелем», за первые тринадцать месяцев интифады погибли 326 палестинцев и 12 израильтян.

По данным Палестинской группы по мониторингу прав человека, с начала интифады и до подписания «соглашений Осло» погибли 111 израильтян («Бецелем») и более 2 тысяч палестинцев; из них, до 1100 — убиты израильтянами и 1000 — в результате внутренних конфликтов.

Во второй половине 1993 г. начался переговорный процесс.

Первое соглашение было подписано тайно в Осло 20 августа 1993 г. министром иностранных дел Израиля Шимоном Пересом и представителем ООП Махмудом Аббасом.

9 сентября 1993 г. премьер министр Израиля Ицхак Рабин и председатель исполкома ООП Ясир Арафат, в преддверии подписания соглашений, обменялись письмами о взаимном признании через министра иностранных дел Норвегии Йохана Йоргена Хольста.

Ясир Арафат направил премьер-министру Израиля Ицхаку Рабину письмо, в котором от имени ООП были впервые заявлены следующие принципы:

— признание права Израиля на существование в мире и безопасности;

— признание резолюций 242 и 338 Совета Безопасности ООН;

— обязательство по решению конфликта мирным путём;

— отказ от терроризма и других форм насилия;

— принятие ответственности за исполнение этих обязательств всеми элементами и структурами ООП;

— объявление недействительными пунктов Палестинской хартии, отрицающих право Израиля на существование;

— обязательство внести необходимые изменения Палестинской хартии на рассмотрение Палестинского национального совета.

Ответом Израиля на это письмо стало признание ООП как представителя палестинского народа на переговорах о мире.

13 сентября 1993 г. в Вашингтоне, на лужайке Белого дома, на которой присутствовали президент США Билл Клинтон, премьер-министр Ицхак Рабин и председатель ООП Ясир Арафат, на торжественной церемонии Израиль и ООП подписали совместную Декларацию о принципах. Сам документ был подписан Шимоном Пересом от правительства Израиля и Махмудом Аббасом от ООП. Декларация была засвидетельствована государственным секретарём США Уорреном Кристофером от США и министром иностранных дел Российской Федерации Андреем Козыревым от России. После подписания состоялось историческое рукопожатие между Арафатом и Рабином.

Декларация содержала основные параметры промежуточного соглашения о палестинском самоуправлении, согласованные между сторонами: немедленное установление палестинской автономии в секторе Газа и анклаве Иерихона, скорейшее распространение её на палестинских жителей Иудеи и Самарии, договорённость о создании палестинского правительства и выборах законодательного совета. Особое внимание Декларация уделила развитию экономического сотрудничества между Израилем и ООП.

1. Соглашение «Газа — Иерихон» было подписано в Каире 4 мая 1994 г. и определило статус территории сектора Газа и анклава Иерихона площадью около 65 квадратных километров. Соглашение охватывает четыре основных области — меры безопасности, гражданские вопросы, правовые проблемы и экономические отношения. Соглашение предусматривает вывод израильских войск с упомянутых территорий, передачу властных полномочий от израильской гражданской администрации Палестинской национальной администрации (ПНА), описывает структуру и состав ПНА, её юрисдикцию и законодательные полномочия, её полицейский контингент и будущие отношения между ПНА и Израилем.

2. 29 августа 1994 г. Израиль и ООП подписали Соглашение о подготовке передачи полномочий и сфер ответственности, ставшее следующей фазой реализации Декларации о принципах. Речь идёт о передаче ПНА ответственности в пяти областях: образование и культура, социальное обеспечение, туризм, здравоохранение и налогообложение. Реализация соглашения завершилась 1 декабря того же года. 27 августа 1995 г. был подписан протокол о передаче ПНА ответственности за трудовые отношения, торговлю и промышленность, газ и топливо, страхование, почтовое обслуживание, статистику, сельское хозяйство и местное самоуправление.

28 сентября 1995 г. в Вашингтоне было подписано Временное палестино-израильское соглашение по Западному берегу Иордана и сектору Газа, получившее неформальное название «Осло-2» и завершившее первый этап переговоров между Израилем и ООП. Главной целью соглашения было расширение палестинского самоуправления в Иудее и Самарии путём создания избранного органа власти автономии — Палестинского совета — на промежуточный период сроком не более пяти лет со дня подписания соглашения «Газа — Иерихон» (до мая 1999 г.).

Это должно было позволить палестинцам самостоятельно вести свои внутренние дела, свести к минимуму трения между израильтянами и палестинцами и начать новый этап мирного сосуществования и сотрудничества, опирающегося на общие интересы и взаимное уважение. Одновременно соглашение должно было защитить интересы Израиля в сфере как стратегической безопасности, так и охраны жизни и имущества израильских граждан на контролируемых территориях.

Временное соглашение наметило курс развития отношений Израиля и ООП. Семь приложений к нему касаются мер безопасности, выборов, гражданских вопросов, правовых проблем, экономического сотрудничества и освобождения палестинских заключённых. Это соглашение дало палестинцам самоуправление в палестинских городах на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа, а также в 450 палестинских деревнях.

В рамках «соглашения Осло» территория Западного берега реки Иордан и сектора Газа была разделена на три зоны.

Кроме того, около 10 тысяч палестинцев были набраны для исполнения полицейских функций, получив тысячи трофейных автоматов Калашникова.

5 октября 1995 г. глава правительства Ицхак Рабин представил Кнессету соглашение Табы — Осло-2, подписанное 28 сентября 1995 г. Кнессет поддержал эту договорённость большинством голосов (61 против 59). В своём выступлении Ицхак Рабин пояснил, что целью соглашений является предотвращение двунационального государства путём создания субъекта, который «меньше чем государство», и который будет самостоятельно управлять жизнью палестинцев под своим руководством. Рабин подчеркнул, что постоянное соглашение не будет возвращением к линиям 4 июня 1967 г., а сохранит единый Иерусалим, будут аннексированы поселенческие блоки и граница безопасности Израиля будет в Иорданской долине.

4 ноября 1995 г. был убит премьер-министр Израиля Ицхак Рабин. Шимон Перес возглавил осуществление соглашений «Осло-2» в передаче городов на Западном берег реки Иордан контролю ПНА.

С 11 по 25 июля 2000 г. в Кэмп-Дэвиде состоялся Ближневосточный мирный саммит с участием президента Соединенных Штатов Билла Клинтона, премьер-министра Израиля Эхуда Барака и председателя Палестинской автономии Ясира Арафата.

Переговоры в конечном счёте провалились, и каждая сторона обвинила другую. На пути к соглашению было четыре основных препятствия: территория, Иерусалим и Храмовая гора, беженцы и право на возвращение, а также опасения Израиля по поводу безопасности. Разочарование ситуацией, сложившейся летом, привело к значительному расколу ООП, поскольку многие группировки ФАТХ покинули её, присоединившись к ХАМАС и «Исламскому джихаду».

13 сентября 2000 г. Ясир Арафат и Палестинский законодательный совет отложили запланированное одностороннее провозглашение независимого палестинского государства.

28 сентября лидер израильской оппозиции Ариэль Шарон и делегация партии «Ликуд» в сопровождении сотен израильских спецназовцев посетили Храмовую гору, которая считается третьим по значимости святым местом в исламе. Израиль претендует на суверенитет над горой и остальной частью Восточного Иерусалима с 1980 г., и этот комплекс является самым священным местом в иудаизме.

29 сентября 2000 г., на следующий день после визита Шарона, после пятничной молитвы в Старом городе Иерусалима вспыхнули массовые беспорядки. Израильская полиция обстреляла палестинцев на Храмовой горе, бросавших камни через стену Плача в еврейских верующих. До двухсот палестинцев и полицейских были ранены. Ещё трое палестинцев были убиты в Старом городе и на Масличной горе. К концу дня семь палестинцев были убиты и 300 ранены. В столкновениях также пострадали 70 израильских полицейских.

В последующие дни демонстрации вспыхнули по всему Западному берегу и Газе. Израильская полиция ответила штатными боеприпасами и пулями с резиновой оболочкой. За первые пять дней были убиты не менее 47 палестинцев и 1885 ранены.

30 сентября 2000 г. смерть Мухаммеда ад-Дурраха, палестинского мальчика, застреленного, когда он прятался за спиной своего отца в переулке в секторе Газа, была заснята на видео. Первоначально смерть мальчика и ранение его отца приписывали израильским солдатам. Сцена приобрела культовый статус, поскольку была показана по всему миру и неоднократно транслировалась по арабскому телевидению.

События октября 2000 г. относятся к нескольким дням беспорядков и столкновений на территории Израиля, в основном между арабскими гражданами и израильской полицией, а также к крупномасштабным беспорядкам со стороны как арабов, так и евреев. Двенадцать арабских граждан Израиля и палестинец из сектора Газа были убиты израильской полицией, в то время как израильский еврей погиб, когда его автомобиль попал под камень на автостраде Тель-Авив — Хайфа. За первый месяц интифады был убит 141 палестинец и 5984 были ранены, в то время как 12 израильтян были убиты и 65 ранены.

8 октября тысячи израильтян-евреев приняли участие в актах насилия в Тель-Авиве и в других местах, некоторые бросали камни в арабов, уничтожали арабскую собственность и скандировали «Смерть арабам».

12 октября полиция Палестинской автономии арестовала двух израильских резервистов, случайно попавших в Рамаллу, где за предыдущие недели была убита сотня палестинцев, почти две дюжины из которых были несовершеннолетними. Быстро распространились слухи о том, что в здании находились израильские агенты под прикрытием, и разъяренная толпа из более чем тысячи палестинцев собралась перед зданием вокзала, требуя их смерти. Оба солдата были убиты.

В ответ Израиль нанёс серию ответных авиаударов по объектам Палестинской администрации на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа. Полицейский участок, где имело место линчевание, был эвакуирован и разрушен в ходе этих операций.

Столкновения между израильскими войсками и палестинцами резко усилились 1 ноября, когда трое израильских солдат и шесть палестинцев были убиты, а четыре солдата ЦАХАЛ и 140 палестинцев получили ранения. В последующие дни число жертв увеличилось, поскольку ЦАХАЛ пытался восстановить порядок, и столкновения происходили каждый день. В общей сложности было убито 122 палестинца и 22 израильтянина. 27 ноября, в первый день Рамадана, Израиль ослабил ограничения на провоз товаров и топлива через контрольно-пропускной пункт Карни. В тот же день иерусалимское поселение Гило подверглось обстрелу из крупнокалиберных пулемётов палестинцев из Бейт-Джалы. Израиль ужесточил ограничения неделю спустя, и палестинцы продолжили столкновения с ЦАХАЛом и израильскими поселенцами, в результате которых в декабре был убит в общей сложности 51 палестинец и 8 израильтян. В последней попытке администрации Клинтона достичь мирного соглашения между израильтянами и палестинцами в декабре был запланирован саммит в Шарм-эль-Шейхе.

Саммит между Израилем и Палестинской автономией проходил с 21 по 27 января 2001 г. в Табе на Синайском полуострове. Премьер-министр Израиля Эхуд Барак и президент Палестины Ясир Арафат подошли ближе к достижению окончательного урегулирования, чем любые предыдущие или последующие мирные переговоры, но в конечном счёте не достигли своих целей.

17 января 2001 г. израильский подросток Офир Рахум был убит после того, как его заманила в Рамаллу 24‐летняя палестинка Мона Джауд Авана, член организации ФАТХ «Танзим». Она связалась с Офиром по Интернету и несколько месяцев крутила с ним онлайн-роман. В конце концов она убедила его поехать в Рамаллу, чтобы встретиться с ней, где вместо этого он попал в засаду, устроенную тремя палестинскими боевиками, и получил более пятнадцати выстрелов. Позже Авана была арестована в ходе масштабной военной и полицейской операции и пожизненно заключена в тюрьму. В январе были убиты ещё пятеро израильтян и восемнадцать палестинцев.

Ариэль Шарон, в то время представлявший партию «Ликуд», баллотировался против Эхуда Барака из Лейбористской партии. Шарон 6 февраля 2001 г. на внеочередных выборах был избран премьер-министром Израиля. Шарон отказался лично встретиться с Ясиром Арафатом.

Насилие в марте привело к гибели 8 израильтян, в основном гражданских лиц, и 26 палестинцев. В Хевроне палестинский снайпер убил десятимесячного израильского младенца на перевале Шалхевет. Убийство потрясло израильскую общественность. Согласно расследованию израильской полиции, снайпер намеренно целился в ребенка.

30 апреля 2001 г. в результате взрыва были убиты семь палестинских боевиков, один из которых был участником убийства Офира Рахума. Армия обороны Израиля отказалась подтвердить или опровергнуть обвинения палестинцев в том, что она несёт за это ответственность.

7 мая 2001 г. военно-морские коммандос ЦАХАЛА захватили судно «Санторини», которое двигалось в международных водах в направлении Газы, контролируемой Палестинской администрацией. Корабль был загружен оружием. Последовавшее израильское расследование утверждало, что груз был приобретён Народным фронтом освобождения Палестины Ахмеда Джибриля — Главным командованием (НФОП‐ГК). Стоимость судна и его груза оценивалась в 10 миллионов долларов. Сообщается, что экипаж планировал выгрузить груз бочек с оружием — тщательно запечатанных и водонепроницаемых вместе с их содержимым — в заранее оговоренном месте у побережья Газы, где Палестинская администрация их заберет.

8 мая 2001 г. двое израильских подростков, Яаков «Коби» Манделл (13 лет) и Йосеф Ишран (14 лет), были похищены во время пешего похода недалеко от своей деревни. Их тела были обнаружены на следующее утро в пещере неподалеку от того места, где они жили. Газета «USA Today» сообщила, что, по словам полиции, оба мальчика были «связаны, заколоты и забиты до смерти камнями». Далее сообщалось: «Стены пещеры в Иудейской пустыне были покрыты кровью мальчиков, по сообщениям, размазанной там убийцами».

После того как 18 мая 2001 г. террорист-смертник совершил теракт в Нетании, Израиль впервые с 1967 г. применил военные самолёты для нанесения ударов по объектам Палестинской администрации на Западном берегу и в секторе Газа, в результате чего погибли 12 палестинцев. В прошлом авиаудары наносились с боевых вертолётов.

Палестинские террористы в 2001 г. совершили ряд нападений террористов-самоубийц позже, среди них резня в пиццерии «Сбарро» с 15 жертвами среди гражданского населения (в том числе 7 детей); взрыв на железнодорожном вокзале в Нагарии, взрыва автобуса в Пардесе и т. д.

В дополнение к многочисленным стрельбам и атакам с применением гранат, в течение месяца в Израиле было совершено 15 взрывов, совершенных террористами-смертниками, в среднем по одному взрыву каждые два дня. Высокий уровень нападений вызвал повсеместный страх по всему Израилю и серьёзные нарушения повседневной жизни по всей стране. Март 2002 г. стал известен в Израиле как «Чёрный марш». 12 марта была принята резолюция 1397 г. Совета Безопасности ООН, которая подтвердила принцип сосуществования двух государств и заложила основу для Дорожной карты мира.

Кульминацией волны насилия 27 марта стал взрыв смертника во время празднования Песаха в отеле «Парк» в Нетании, в результате которого погибли 30 человек. Нападение получило название «Пасхальная резня». В общей сложности около 130 израильтян, в основном мирных жителей, были убиты в результате нападений палестинцев в марте 2002 г.

29 марта Израиль начал операцию «Оборонительный щит», которая продолжалась до 3 мая. ЦАХАЛ предпринял масштабные вторжения по всему Западному берегу и во многие палестинские города. Арафат был взят в осаду в своем комплексе в Рамалле. По оценкам ООН, 497 палестинцев были убиты и 1447 ранены в результате израильского вторжения с 1 марта по 7 мая. Доклад ООН снял с Израиля обвинения в массовых убийствах, но раскритиковал его за применение чрезмерной силы к гражданскому населению. Израильские силы также арестовали 4258 палестинцев. Потери Израиля в ходе операции составили 30 убитых и 127 раненых. Кульминацией операции стало занятие районов, контролируемых Палестинской администрацией.

В 2004 г. в ответ на неоднократные обстрелы израильских населённых пунктов ракетами «Кассам» и миномётными снарядами из Газы ЦАХАЛ действовал в основном в Рафахе — для поиска и уничтожения контрабандных туннелей, используемых боевиками для получения оружия, боеприпасов, беглецов, сигарет, автомобильных запчастей, электротоваров, иностранной валюты, золота, наркотиков и тканей из Египта. В период с сентября 2000 г. по май 2004 г. было обнаружено и уничтожено девяносто туннелей, соединяющих Египет и сектор Газа. Рейды в Рафахе оставили многие семьи без крова. Официальная позиция Израиля заключается в том, что их дома были захвачены боевиками и разрушены во время боёв с силами ЦАХАЛ. Многие из этих домов заброшены из-за израильских вторжений и позже разрушены. По данным организации «Human Rights Watch», для создания большой буферной зоны в городе было разрушено более 1500 домов, многие «в отсутствие военной необходимости», что привело к перемещению около 16 тысяч человек.

2 февраля 2004 г. премьер-министр Израиля Ариэль Шарон объявил о своём плане переселения всех еврейских поселенцев из сектора Газа.

В своей книге «Шарон: жизнь лидера» сын премьер-министра Израиля Ариэля Шарона Гилад писал, что он подал своему отцу идею ухода. Первоначально Шарон назвал свой план одностороннего размежевания «планом отделения» или Тохнит ха-хишнаткут, прежде чем понял, что «отделение звучит плохо, особенно на английском языке, потому что оно напоминает об апартеиде».

В интервью в ноябре 2003 г. Эхуд Ольмерт, заместитель лидера Шарона, который «в течение двух или трёх месяцев делал односторонние намеки», объяснил свою развивающуюся политику следующим образом:

«У меня нет сомнений в том, что очень скоро правительству Израиля придется заняться демографической проблемой со всей серьезностью и решимостью. Этот вопрос, превыше всех других, будет диктовать решение, которое мы должны принять.

В отсутствие согласованного соглашения — а я не верю в реальную перспективу соглашения — нам необходимо реализовать одностороннюю альтернативу… Все больше и больше палестинцев не заинтересованы в согласованном решении на основе двух государств, потому что они хотят изменить суть конфликта с алжирской парадигмы на южноафриканскую.

От борьбы против “оккупации”, на их языке, к борьбе за единоличное голосование. Это, конечно, гораздо более чистая борьба, гораздо более популярная борьба — и, в конечном счете, гораздо более мощная. Для нас это означало бы конец еврейского государства… параметрами одностороннего решения являются: максимальное увеличение числа евреев; сведение к минимуму числа палестинцев; не отступать к границе 1967 г. и не делить Иерусалим… Двадцать три года назад Моше Даян предложил одностороннюю автономию. На той же волне нам, возможно, придется поддержать одностороннее отделение… [это] неизбежно исключило бы диалог с палестинцами как минимум на 25 лет».

Шарон впервые предложил свой план ухода 18 декабря 2003 г. на Четвёртой конференции в Герцлии. В своем выступлении на конференции Шарон заявил, что «поселения, которые будут перемещены, — это те, которые не будут включены в территорию Государства Израиль в рамках какого-либо возможного будущего постоянного соглашения. В то же время, в рамках Плана разъединения, Израиль усилит свой контроль над теми же районами на Земле Израиля, которые будут составлять неотъемлемую часть Государства Израиль в любом будущем соглашении».

Именно в это время он начал употреблять слово «оккупация». Бернард Авишай утверждает, что уход из Газы был направлен скорее на предотвращение, чем на содействие мирным переговорам: Шарон одновременно аннексировал Иерусалим, Иорданскую долину и крупные поселения, такие как Маале-Адумим и Ариэль, которые он тем временем развивал, и тем самым изолировал палестинцев на Западном берегу на территории, которая составляла менее половины того, что существовало за Зелёной линией.

Шарон официально объявил об этом плане в своем письме от 14 апреля 2004 г. президенту США Джорджу У. Бушу, заявив, что «не существует палестинского партнера, с которым можно мирно продвигаться к урегулированию».

6 июня 2004 г. правительство Шарона одобрило измененный план разъединения, но с оговоркой, что за демонтаж каждого поселения следует голосовать отдельно. 11 октября, на открытии зимней сессии кнессета, Шарон изложил свой план по принятию закона о разъединении в начале ноября, и 26 октября кнессет дал свое предварительное одобрение. 16 февраля 2005 г. кнессет доработал и одобрил план.

В октябре 2004 г. старший советник премьер-министра Ариэля Шарона, Дов Вайсгласс, разъяснил значение заявления Шарона подробнее:

«Значение плана разъединения заключается в замораживании мирного процесса, а когда вы замораживаете этот процесс, вы препятствуете созданию палестинского государства и препятствуете обсуждению проблем беженцев, границ и Иерусалима. Фактически, весь этот пакет под названием “Палестинское государство” со всеми вытекающими отсюда последствиями был снят на неопределенный срок с нашей повестки дня. И все это с разрешения властей. Всё это с президентского благословения и ратификации обеими палатами Конгресса. Именно это и произошло.

Вы знаете, термин “мирный процесс” — это совокупность концепций и обязательств. Мирный процесс — это создание палестинского государства со всеми вытекающими отсюда рисками для безопасности. Мирный процесс — это эвакуация поселений, это возвращение беженцев, это раздел Иерусалима. И всё это сейчас заморожено… о чём я фактически договорился с американцами, так это о том, что с частью поселений вообще не будут иметь дела, а с остальными не будут иметь дела до тех пор, пока палестинцы не превратятся в финнов. В этом значение того, что мы сделали».

Демографические проблемы, сохранение еврейского большинства в районах, контролируемых Израилем, сыграли значительную роль в разработке политики.

Обоснование ухода было частично приписано кампании Арнона Соффера по поводу «опасности, которую палестинское лоно представляло для израильской демократии».

Шарон упомянул демографическое обоснование в публичном обращении 15 августа 2005 г., в день ухода, следующим образом: «Не секрет, что, как и многие другие, я верил и надеялся, что мы сможем навсегда удержать Нецарим и Кфар-Даром. Но меняющаяся реальность в стране, регионе и мире потребовала от меня переоценки и изменения позиций. Мы не можем удерживать Газу вечно. Там проживает более миллиона палестинцев, и с каждым поколением их число удваивается». В то же время Шимон Перес, тогдашний вице-премьер, заявил в интервью: «Мы уходим из Газы из-за демографии».

6 июня 2004 г. правительство Шарона одобрило измененный план разъединения, но с оговоркой, что за демонтаж каждого поселения следует голосовать отдельно. План был одобрен большинством в 147 голосов, но только после того, как министры и члены кабинета Национального союза Авигдор Либерман и Биньямин Илон были уволены из кабинета и было достигнуто компромиссное предложение члена кабинета от «Ликуда» Ципи Ливни.

После утверждения плана было решено закрыть промышленную зону Эрез и перенести её заводы в такие города Израиля, как Ашкелон, Димона, Ерухам и Сдерот. Эхуд Ольмерт, тогдашний министр промышленности, торговли и труда, заявил, что закрытие было частью плана Израиля по выводу войск из сектора Газа.

В результате принятия плана (в принципе) два министра от Национально-религиозной партии (НРП), Эффи Эйтам и Ицхак Леви, подали в отставку, оставив правительство с меньшинством в кнессете. Позже вся фракция покинула свой пост после того, как их призывы провести национальный референдум были проигнорированы.

15 августа Шарон заявил, что, хотя он надеялся, что Израиль сможет сохранить поселения в Газе навсегда, просто вмешалась реальность. «Мы предпринимаем этот шаг из-за силы, а не слабости», — повторив свой аргумент о том, что план ухода предоставил Израилю дипломатическую инициативу.

31 августа кнессет проголосовал за отвод войск от границы между Газой и Египтом и позволил Египту разместить пограничную полицию вдоль демилитаризованной египетской стороны границы, пересмотрев ранее заявленное намерение сохранить израильский контроль над границей.

В секторе Газа насчитывалось 21 гражданское израильское поселение, а в районе, эвакуированном на Западном берегу, насчитывалось четыре.

Шарон сказал, что его план был разработан для улучшения безопасности Израиля и международного статуса в отсутствие политических переговоров о прекращении израильско-палестинского конфликта. Около девяти тысяч израильских жителей в Газе были проинструктированы покинуть этот район, иначе им грозило выселение к ночи на вторник 16 августа 2005 г.

Согласно Пересмотренному плану разъединения, принятому 6 июня 2004 г., ЦАХАЛ должны были оставаться на границе между Газой и Египтом и могли бы продолжить снос домов для расширения там «буферной зоны» (статья 6). Однако позже Израиль решил покинуть пограничную зону, которая в настоящее время контролируется Египтом и палестинцами, через ПНА. Израиль продолжит контролировать береговую линию и воздушное пространство Газы и оставляет за собой право проводить военные операции, когда это необходимо (Статья 3.1). Египет будет контролировать египетскую границу Газы. Израиль продолжит обеспечивать Газу водой, связью, электричеством и канализационными сетями.

Соглашения, достигнутые при посредничестве, по словам Кондолизы Райс, предусматривали, что:

— Впервые с 1967 г. палестинские власти получат полный контроль над выездами и въездами на свою территорию.

— Обе стороны соглашения, Израиль и палестинцы, будут модернизировать и расширять контрольно-пропускные пункты, чтобы облегчить передвижение людей и товаров между Израилем, Газой и Западным берегом.

— Палестинцам будет разрешено использовать автоколонны автобусов и грузовиков для передвижения между Газой и Западным берегом.

— Препятствия для передвижения на Западном берегу будут устранены.

— На побережье Газы должен был быть построен палестинский морской порт.

Обе стороны считали палестинский аэропорт важным, и Соединенные Штаты поощряли Израиль поддерживать идею возобновления строительства с этой целью.

Израиль и Египет заключили соглашение, в соответствии с которым Египет может увеличить численность полиции на своей стороне границы, в то время как ЦАХАЛ эвакуирует жителей Газы.

Эвакуация поселенцев была завершена к 22 августа 2005 г., после чего бригады по сносу снесли 2800 домов, общественных построек и 26 синагог. В Израиле были восстановлены две синагоги, строительство которых позволяло разбирать их на части и собирать заново. Снос домов был завершён 1 сентября, в то время как отель «Шират Хайям» был снесен позже.

28 августа ЦАХАЛ приступил к демонтажу кладбища в Гуш-Катифе, насчитывающего 48 могил. Все тела были вывезены специальными группами солдат под руководством Военного раввината и перезахоронены в местах по выбору их семей. В соответствии с еврейским законом, вся земля, соприкасавшаяся с останками, также была перенесена, и погибшим были устроены вторые похороны, при этом семьи соблюдали однодневный траур. По пути к перезахоронению все гробы были обернуты израильским флагом. Передача была завершена 1 сентября.

ЦАХАЛ также вывел свои силы из сектора Газа и к 1 сентября вывел 95 % своей военной техники. 7 сентября ЦАХАЛ объявил, что планирует перенести полный вывод войск из сектора Газа на 12 сентября в ожидании одобрения кабинета министров.

Восемь тысяч еврейских поселенцев из 21 поселения в секторе Газа были переселены. Поселенцы получили в среднем более 200 тыс. долларов США в качестве компенсации на семью.

Организация Объединенных Наций, международные правозащитные организации и многие учёные-юристы считают, что сектор Газа все ещё находится под военной оккупацией Израиля. Это оспаривается Израилем и другими правоведами.

После ухода Израиль продолжает сохранять прямой контроль над воздушным и морским пространством Газы, шестью из семи сухопутных контрольно-пропускных пунктами Газы, поддерживает на территории запретную буферную зону, контролирует реестр палестинского населения, и Газа остается зависимой от Израиля в вопросах водоснабжения, электроснабжения, телекоммуникаций и других коммунальных услуг.

19 декабря 2008 г. истёк срок полугодового перемирия между Израилем и находящейся у власти в Газе группировкой ХАМАС. Перемирие было достигнуто при посредничестве шефа египетской службы разведки генерала Омара Сулеймана и вступило в силу 19 июня 2008 г.

Соглашение базировалось на устных договорённостях и предусматривало прекращение обеими сторонами огня в секторе Газа. ХАМАС взял на себя обязательства по обеспечению выполнения соглашения другими группировками, не заявившими о своей оппозиции соглашению.

Предполагалось, что прекращение огня приведёт к открытию переходов между Израилем и сектором Газа, инициированию переговоров по освобождению Гилада Шалита и к обсуждению вопроса об открытии КПП Рафиах между сектором Газа и Египтом.

На момент заключения перемирия, только в 2008 г., по Израилю было выпущено 1007 ракет (без учёта миномётных обстрелов), четыре человека было убито (двое — в результате миномётных обстрелов), 66 человек ранено. За тот же период в результате ответных операций ЦАХАЛ в секторе Газа погибли десятки палестинцев.

Уже в конце июля перемирие начало нарушаться. Согласно отчёту Голдстона, 23 июня израильские пограничники открыли огонь по группе палестинцев, собирающих хворост у границы, и ранили одного человека, а из центра сектора Газа была обстреляна территория Израиля (один миномётный снаряд разорвался возле КПП Нахал Оз, второй — в Негеве).

Обстрелы Израиля из сектора Газа продолжались. 24 июня 2008 г. четыре ракеты «Касам» разорвались на территории Израиля, четыре человека было ранено. Обстрелы провели боевики группировки «Исламский джихад», согласно их заявлению в ответ на рейд ЦАХАЛ против боевиков группировки на Западном берегу, повлёкший гибель одного боевика. Представитель ХАМАС заявил, что обстрелы «вызваны израильской провокацией», но что группировка «заинтересована в затишье».

Согласно отчёту израильского Информационного центра изучения терроризма, в период с 19 июля до 4 ноября перемирие нарушалось спорадическими обстрелами ракетами, из миномётов и лёгкого огнестрельного оружия.

Причём в ряде случаях огонь вели не боевики ХАМАС, а неподконтрольные или враждебные ему террористические группировки (главным образом, «Аль-Каида», «Бригады мучеников Аль-Аксы» и др.).

За этот период по Израилю было выпущено 20 ракет и 18 миномётных снарядов (часть из них разорвалась на территории Газы). При этом ХАМАС заявлял, что эти организации имеют право обстреливать Израиль в ответ на действия ЦАХАЛ в Иудее и Самарии, где они, по заявлениям Израиля, продолжали попытки совершения терактов.

В отчёте также отмечается, что ХАМАС и другие палестинские группировки использовали перемирие, чтобы продолжить обучение боевиков и создания материальной базы для производства ракет. Утверждается, что огромное количество оружия было ввезено через подземные тоннели на 11‐км границе с Египтом.

Постоянные нарушения «нормализации» со стороны палестинских групп, неподконтрольных или враждебных группировке ХАМАС, действующих в секторе Газа, стали причиной выработки израильской политики реакции, выражающейся в периодическом закрытии пограничных пунктов на короткие промежутки времени (от нескольких часов и до одного-двух дней).

Так 11 августа, после того, как ракета упала рядом с детским садом в Сдероте, министр обороны Эхуд Барак приказал перекрыть КПП на границе с Газой. Вместе с тем Израиль воздерживался от проведения силовых операций в ответ на нарушения процесса «нормализации» неподконтрольными ХАМАС группировками, несмотря на мнение тех, кто считал такую реакцию необходимой.

4 ноября 2008 г. Израиль провёл военную операцию в секторе Газа, после того как, согласно заявлениям его военного и политического руководства, получил информацию о том, что террористы заканчивают строительство туннеля возле линии заградительных сооружений. Согласно ей, если бы подземная магистраль не была бы вовремя обнаружена и взорвана, ХАМАС мог бы совершить ещё одно похищение или совершить крупную диверсию.

Вход в туннель находился в доме в 245 метрах от центрального участка границы сектора с Израилем, напротив лагеря беженцев Дир Эль-Балах. Первоначальная информация о туннеле была получена от палестинца, пытавшегося некоторое время назад совершить теракт.

Согласно отчёту ЦАХАЛ, в ходе операции, во время блокирования дома боевики «Бригад Изз ад-Дин аль-Кассам» (ХАМАС) взорвали здание и открыли интенсивный огонь по израильским солдатам. Ответным огнём были ранены несколько боевиков, ещё один был убит. Позднее туннель был взорван. В ходе операции боевики открыли по солдатам и миномётный огонь из лагеря беженцев Эль-Бурейдж. Шестеро солдат ЦАХАЛ получили ранения (двое — средней степени тяжести, четверо — лёгкие). В результате операции 7 боевиков были убиты, 4 солдат ЦАХАЛ ранено.

В ответ, ссылаясь на нарушение перемирия Израилем, ХАМАС вновь начал обстрелы израильской территории практически в том же объёме, что и до начала перемирия.

При этом представитель ЦАХАЛ заявил, что операция не является нарушением договорённостей о прекращении огня, так как устное соглашение предусматривало возможность превентивных действий ЦАХАЛ в случае непосредственной угрозы безопасности израильтян.

Перед проведением операции в израильских СМИ публиковалась информация о намерениях боевиков ХАМАС осуществить новое похищение израильтян. В ходе учений, проводимых на территории Газы и Синайского полуострова, боевики «Бригад Изз ад-Дин аль-Кассам» не раз отрабатывали похищение израильских военных. Иногда на подобные учения они даже приглашали иностранных журналистов.

ХАМАС в свою очередь обвинил Израиль в стремлении сорвать своими действиями переговоры между ХАМАС и ФАТХ, проведение которых было намечено в Каире в первой половине ноября.

Израиль наносил по сектору ограниченные авиаудары, в ходе которых гибли боевики и гражданские лица, так 2 декабря израильскими ракетами было убито двое детей в Рафиахе.

После рейда израильских войск на территорию сектора 4 ноября 2008 г. ХАМАС снова начал обстрелы территории Израиля. До начала операции «Литой свинец» по территории Израиля были выпущены 191 ракета и 138 миномётных снарядов. Впервые были использованы, предположительно ввезённые за время перемирия, 122‐мм ракеты «Град» и 120‐мм миномёты.

ХАМАС объявил, что вынудит Израиль согласиться на прекращение огня на своих условиях. Для продолжения перемирия группировка требовала полностью снять блокаду сектора Газа, обязательства Израиля полностью прекратить военные операции в секторе Газа, а также распространение перемирия на территорию Западного берега.

15 ноября пресс-секретарь ХАМАС Фаузи Бархум заявил, что его организация жёстко ответит на любое вторжение ЦАХАЛ в сектор Газа: «Израильтяне не способны ценить мир и не успокоятся, пока не прольётся большая кровь», — сказал Бархум. Он также сказал, что «ХАМАС будет сражаться с сионистским режимом до полного его (режима) уничтожения». 17 декабря ВВС Израиля нанесли удар по цели на севере сектора Газа, откуда вёлся ракетный огонь по израильской территории. В результате был убит палестинец.

Решение о начале широкомасштабной операции было принято правительством Израиля после того, как десятки неуправляемых ракет «Кассам» и «Град», выпущенных из сектора Газа после окончания перемирия, обрушились на израильские города. Только за 24 декабря из сектора Газа было выпущено более 60 ракет и миномётных мин.

Предупреждение премьер-министра Израиля Эхуда Ольмерта, выступившего 25 декабря в эфире телеканала «Аль-Арабия», не было воспринято ХАМАС всерьёз.

27 декабря 2008 г. в 11 часов 30 минут местного времени был нанесён первый удар ВВС Израиля по инфраструктуре ХАМАС в секторе Газа. В налёте участвовало более 12 истребителей-бомбардировщиков F‐16 и боевых вертолётов AH‐64. Через полчаса последовал второй налёт с участием 30 боевых самолётов и вертолётов. Всего в первый день операции было атаковано более 170 целей в секторе Газа.

Израильская атака практически застала ХАМАС врасплох. Эффект неожиданности был достигнут благодаря целенаправленной кампании дезинформации, успешно проведённой израильским правительством и военными. Потеряв бдительность, руководство ХАМАС вышло из подполья и вернулось к обычному образу жизни. В результате в разбомбленных зданиях и тренировочных лагерях хамасовских боевиков в субботу днём было многолюдно.

Согласно сообщению агентства «Рейтер», за первый день операции 229 палестинцев было убито и 700 ранено. Среди убитых были гражданские лица и дети. Правозащитная организация Международная амнистия обвиняла Израиль в том, что авиаудары были совершены как раз в то время, когда дети находились по пути из школы.

К ночи на 28 декабря танки израильской армии начали сосредоточение на границе Газы, а израильская авиация продолжала наносить удары по объектам ХАМАС. Стало известно, что в ходе налётов было уничтожено здание, в котором располагался телеканал «Аль Акса», принадлежащий ХАМАС, а также мечеть в Газе, использовавшаяся как склад боеприпасов. Кроме того, были атакованы ряд административных объектов города и тренировочных лагерей ХАМАС.

Глава ХАМАС Халед Машаль пообещал, что палестинцы ответят Израилю за авиаудары, и предсказал, что арабо-израильский конфликт скоро закончится смертью «сионистского врага».

28 декабря правительство Израиля приняло решение о частичной мобилизации. В ночь на 29 декабря ВВС Израиля подвергли бомбардировкам около 20 целей в секторе Газа, в том числе Исламский университет в секторе Газа, здание Министерства внутренних дел, две мечети и городскую больницу.

В ночь на 30 декабря Израиль нанёс около 40 авиаударов по сектору Газа. Бомбардировке подверглись здания, где размещались службы безопасности движения ХАМАС, а также Министерства обороны, иностранных дел и финансов, рабочий кабинет экс-премьера Исмаила Хание и комплекс Исламского университета Газы, где располагалась главная мастерская по сборке взрывных устройств.

30 декабря правительство Израиля приняло решение мобилизовать ещё 2500 резервистов и отклонить предложение Франции о 48‐часовом перемирии.

С начала операции и по 31 декабря включительно израильские самолёты выполнили более 500 боевых вылетов, вертолёты — более 700 вылетов.

За 27–31 декабря из сектора Газа по территории Израиля было выпущено около 340 ракет и миномётных снарядов. При обстрелах погибло 4 израильтянина, в том числе 3 гражданских и 1 военнослужащий, десятки израильтян получили ранения.

Утром 1 января 2009 г. ВВС Израиля атаковали не менее 10 целей сектора Газа, в том числе: здание Министерства просвещения, здание Министерства транспорта правительства ХАМАС, дом боевика «Бригад Изз ад-Дин аль-Кассам» в Рафиахе, мастерскую по производству оружия в Рафиахе.

Днём ВВС Израиля атаковали три цели в секторе Газа. В ходе бомбардировок погиб Низар Райан — третье лицо в организации ХАМАС. Удар был нанесён по его дому в Джабалии. Вместе с ним погибли четыре его жены и девять из двенадцати детей. По территории Израиля за день со стороны сектора Газа было выпущено около 50 ракет.

2 января бомбардировке подверглись дома двух лидеров ХАМАС: Мухаммада Маатука в лагере беженцев Джебалия в северной части Газы и Имада Иакаля в центральной части Газы. Оба дома, по утверждению израильской стороны, служили также складом боеприпасов. При атаке никто не пострадал — жители были предупреждены заранее Израилем.

Израильская авиация также нанесла удары по 15 гражданским объектам города, среди которых — мечеть, в которой, по утверждениям израильтян, был склад с оружием. В ночь со 2 на 3 января было нанесено около 25 точечных авиаударов, в результате уничтожено два командира боевиков ХАМАС.

Перед началом сухопутной операции Израиль разрешил примерно 400 иностранным гражданам, проживающим в Газе, покинуть зону военных действий. Из этих граждан 180 — выходцы из России и стран СНГ. Утром 3 января самолёты МЧС России Ил‐62 и Як-42 доставили в Москву 178 граждан стран СНГ, эвакуированных из зоны конфликта.

3 января Израиль начал вторую (наземную) фазу операции «Литой свинец». Ей сопутствовал артобстрел северной части Газы, откуда, по израильским данным, боевики ХАМАС вели ракетные обстрелы. Операцией командовал командир дивизии Газа бригадный генерал Эяль Айзенберг.

После артподготовки три бригадные группы на основе двух пехотных бригад «Голани» и «Гивати» и десантной бригады в сопровождении танковых и инженерных подразделений начали наступление в северной части сектора в направлении Бейт-Ханун, Бейт-Лахия и Джебалия. Четвёртая бригадная группа на основе 401‐й бронетанковой бригады с пехотной и инженерной поддержкой нанесла удар в направлении Карни — Нецарим, рассекая сектор на две части. 4 января с моря в районе Рафиаха высадился израильский десант.

Развивая наступление, израильские войска вышли к восточной границе сектора Газа до побережья Средиземного моря, разделив анклав пополам, а затем к утру следующего дня на три части: севернее города Газа в направлении Бейт Ханун — Карни-Нецарим и южнее — в районе Хан-Юнис.

ЦАХАЛ продвигался по территории сектора Газа относительно медленно. Помимо танков и самоходных артустановок, в ход активно шли армейские тяжёлые бульдозеры, зачищая районы базирования боевиков и уничтожая склады оружия. Лидеры ХАМАС укрылись в бункерах.

Со своей стороны боевики ХАМАС продолжали ракетные обстрелы территории Израиля. В пригородах Газы, Бейт-Хануна и других населённых пунктов они оказали вооружённое сопротивление ЦАХАЛ. В ответ ВВС Израиля, продолжая подавлять огневые точки, наносили удары по местам, откуда, по мнению Генштаба армии Израиля, могли выпускаться ракеты. В гуманитарных целях ЦАХАЛ объявил с 7 января о ежедневном прекращении огня в Газе с 13.00 до 16.00. ХАМАС прекращение огня игнорировал и продолжал обстрелы, в том числе и в эти часы.

Помимо Газы израильские части сконцентрировались на севере страны близ ливанской границы, откуда могли последовать ракетные обстрелы со стороны «Хезболлы». Утром 8 января четыре реактивных снаряда типа «Град» были запущены с территории Ливана. Ни Израиль, ни «Хезболла» не были заинтересованы в очередной эскалации конфликта, особенно после войны 2006 г., потому ЦАХАЛ открыл ответный артиллерийский огонь по пусковым установкам противника.

Провокацию устроила действующая в Ливане палестинская террористическая организация «Генеральный штаб Народного фронта освобождения Палестины». На следующий день Совет Безопасности ООН принял на открытом заседании резолюцию с требованием о прекращении огня в секторе Газа, которая была отвергнута как Израилем, так и ХАМАС.

10 января израильская армия начала медленное наступление вглубь города Газа и окружающих его крупных пригородов. При поддержке танков и артиллерии ЦАХАЛ продвигался к центру города, ведя бои с боевиками ХАМАС. Поступали сведения об упорных боях на южных и восточных окраинах города Газа, в кварталах Шейх Аджлин, эль-Хава, Зейтун и эль-Туфа. Также происходили вооружённые столкновения на севере анклава — в Бейт Лахия и Джебалии, а также на юге — в районе Хан-Юнис.

На состоявшемся в ночь на 17 января экстренном заседании Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию с требованием немедленного прекращения огня в секторе Газа. Вечером того же дня кабинет министров Израиля проголосовал за прекращение огня в секторе Газа. На следующий день о желании прекратить огонь объявили ХАМАС и другие палестинские группировки, что привело к окончанию военной операции в секторе Газа. К 20 января из сектора Газа были выведены последние воинские подразделения ЦАХАЛ, однако в течение первых пяти дней с момента окончания операции боевики ХАМАС продолжали огонь по территории Израиля, хотя и не с такой силой, как прежде.

Большинство намеченных Израилем целей было достигнуто, но обстрелы территории страны со стороны Газы всё же прекратить не удалось. Хотя их интенсивность снизилась.

Операция «Нерушимая скала» или «Несокрушимая скала» — кодовое название израильской военной операции в секторе Газа, проведённой с 7 июля по 26 августа 2014 г.

Результатом военной операции «Литой свинец» стало резкое сокращение интенсивности обстрелов: если за 2008 г. по Израилю было выпущено 3276 ракет, то в 2009 г. — всего 367, в 2010 г. — до 150.

В 2012 г. по территории Израиля из Газы было выпущено 2078 ракет, из которых 520 были сбиты системой ПРО «Железный купол». Всего проведено 794 ракетных обстрела — без учёта миномётных. Вместе с миномётными обстрелами по Израилю было выпущено 2327 ракет и снарядов. 2012 г. стал рекордным по числу выпущенных ракет и интенсивности обстрелов. В результате обстрелов 5 человек погибли и 107 были ранены.

К лету 2014 г. зона, доступная ракетным обстрелам из сектора Газа, достигла Хайфы на севере Израиля, в ней оказались пять из восьми миллионов израильтян.

Вечером 12 июня 2014 г. на Западном берегу Иордана были похищены трое еврейских подростков. Израильское руководство возложило ответственность за их похищение на ХАМАС. Тела похищенных подростков были найдены 30 июня. За две с половиной недели в ходе поисково-спасательной операции и столкновений военными были убиты 7 палестинцев, задержаны — 419, из которых 279 состоят в ХАМАСе. 59 из них были прежде выпущены на волю в рамках «сделки Шалита».

Началу операции также предшествовали массированные ракетные обстрелы из сектора Газа юга Израиля. Так, в июне 2014 г. было 30 обстрелов, во время которых боевики выпустили 66 ракет и ранили троих граждан. Только за 8 дней июля произведено 104 обстрела, выпущено 250 ракет и семеро граждан ранено. 7 июля из сектора Газа было выпущено 80 ракет.

Сначала обстреливались территория Западного Негева и населённые пункты, граничащие с сектором Газа, затем города Ашдод и Нетивот. 7 июля 2014 г. на заседании узкого кабинета по вопросам безопасности было принято решение начать контртеррористическую операцию под кодовым названием «Нерушимая скала».

На границе сектора Газа началась концентрация сил Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ). ВВС и артиллерия наносили точечные удары по целям в секторе. Боевики продолжили ракетно-миномётные обстрелы израильской территории.

Вечером ВВС Израиля бомбили сектор Газа, нанося удары по инфраструктуре боевиков. В Министерстве здравоохранения Палестины в секторе Газа сообщили, что за первые 12 часов операции погибли 5 человек, 30 ранены.

8 июля ночью и утром ВВС нанесли удары по 50 целям в секторе Газа. Разрушены четыре дома высокопоставленных лидеров ХАМАС, также уничтожены 18 ракетных установок и поражены 10 наземных целей инфраструктуры боевиков. В результате бомбардировок ЦАХАЛ ранены 14 человек.

Окончательного решения о введении вооружённых сил в Газу не было принято. Членами военно-политического кабинета была одобрена мобилизация 40 тысяч резервистов. В тот же день зоной «специальной ситуации» была объявлена полоса в 40 км на границе с сектором Газа на время военной операции.

За первые сутки операции в секторе Газа были убиты свыше 30 палестинцев, из которых 13 детей, ещё более ста человек получили ранения.

Боевики «Изз ад-Дин аль-Кассам» безуспешно обстреляли израильский вертолёт из переносного зенитно-ракетного комплекса «Стрела-2». ВВС Израиля уничтожили в районе Рафаха командный центр боевиков ХАМАС.

9 июля, по сводке ЦАХАЛ, за 24 часа по территории Израиля из Газы было выпущено 154 ракеты. 117 ракет упали на израильской территории, 29 ракет были сбиты системой ПРО «Железный купол», остальные упали на территории сектора Газа. Террористы обстреливали города юга Израиля, а также Иерусалим, Тель-Авив, Ришон-ле-Цион и Хадеру.

К Газе перебрасывается бригада Нахаль для участия в возможной сухопутной операции. Танковые подразделения ЦАХАЛ подтягиваются к границе с сектором Газа в ожидании приказа о начале сухопутной операции.

По сообщению пресс-секретаря ЦАХАЛ бригадного генерала Моти Альмоза, начальник Генерального штаба Армии обороны Израиля генерал-лейтенант Бени Ганц утвердил вечером 9 июля план наземного этапа операции «Нерушимая скала» в секторе Газа.

С момента начала операции были убиты 43 палестинца, ещё 320 получили ранения.

По сообщению пресс-службы ЦАХАЛ, с полуночи 10 июля атакованы 54 цели на территории сектора Газа. С начала операции атакованы 785 целей: около 100 туннелей, 500 пусковых установок, 11 складов оружия и мастерских по производству вооружений, 24 объекта террористов, в основном командные пункты, 79 домов командиров боевиков, в первую очередь ХАМАС. В северной части сектора Газа ВВС ЦАХАЛ уничтожили троих боевиков, принадлежавших к Палестинскому Исламскому джихаду и причастных к производству ракет. По сообщению агентства «Maan», ВВС обстреляли автомобиль в центре города Газа. В результате воздушного удара трое убиты, четверо ранены.

ВВС ЦАХАЛ нанесли удары по 14 домам в секторе Газа, в которых хранились вооружения или с крыш которых осуществлялся запуск ракет по территории Израиля. Нанесён удар по дому одного из лидеров боевиков Палестинского Исламского джихада в Хан-Юнисе. Около КПП «Эрез» израильскими военными был застрелен подозрительный палестинец. Медицинские источники ХАМАС сообщают, что в районе Бейт-Лахии в результате обстрела погиб 5‐летний ребёнок.

Через контрольно-пропускной пункт «Керем Шалом» на границе Израиля и сектора Газа прошли около двухсот грузовиков с едой, медикаментами и другими товарами первой необходимости.

По сообщениям палестинских источников, ЦАХАЛ предупредил жителей населённых пунктов Бейт-Лахии, Бейт-Хануна и Абасана (большого и малого), находящихся на северной границе сектора Газа и Израиля, о готовящейся в этом районе войсковой операции.

С начала операции с моря, с суши и с воздуха в секторе Газа были уничтожены 930 объектов боевой инфраструктуры. Медицинские источники в секторе Газа вечером сообщили новые данные: 89 погибших и 560 раненых.

В течение суток ракетами из сектора Газа были обстреляны ряд израильских городов.

11 июля, по данным ЦАХАЛ, боевики выпустили из сектора Газа не менее 40 ракет. По сообщениям палестинских источников, в ночь на 11 июля ВВС ЦАХАЛ нанесли удары по сектору Газа. В результате атак 8 человек погибли, имеются раненые. Пресс-служба ЦАХАЛ сообщила, что в рамках операции с полуночи до 6 утра израильские ВВС атаковали 50 целей на территории сектора Газа. Всего с момента начала операции атакованы 1100 целей. Палестинские источники сообщают о 90 убитых и более 660 раненых.

Палестинские источники сообщили, что ВВС Израиля нанесли удар по автомобилю в секторе Газа. Уничтожены два боевика бригады «Изз ад-Дин аль-Кассам» — боевого крыла ХАМАС. Число погибших в секторе Газа с начала антитеррористической операции составило 100 человек.

Египетскими силами безопасности перехвачена партия ракет, которые палестинские террористы пытались перебросить на Синайский полуостров. После перестрелки с боевиками в районе Рафиаха, военные обнаружили туннель, в котором находились 20 боеголовок ракет «Град» и 20 установок «Град-П». Власти Египта закрыли пограничный переход в Рафиахе.

Противотанковыми ракетами боевики обстреляли израильский военный джип в районе Нахаль-Оз, на границе сектора Газа. В результате двое военнослужащих получили лёгкие ранения.

Палестинский Исламский джихад взял на себя ответственность за ракетный обстрел Гуш-Дана, заявив, что выпустил в сторону центра Израиля иранскую ракету «Фаджр-5». Израильские ВВС нанесли удар по дому Абдаллы Шами, одного из руководителей политического крыла этой террористической организации.

По данным пресс-службы ЦАХАЛ, 11 июля из сектора Газа по Израилю выпущено 140 ракет. В результате обстрелов двое израильтян получили ранения. Система ПРО «Железный купол» перехватила 27 ракет. С момента начала операции из сектора Газа выпущено свыше 680 ракет. По данным медицинских источников Газы, c начала операции в результате ударов ЦАХАЛ по целям в различных районах сектора убиты 127 человек, 924 ранены.

С 8 до 14 июля ВВС атаковали около 1470 целей в секторе Газа. По состоянию на утро 14 июля, медицинские источники Газы сообщили о 172 убитых и 1230 раненых. По данным ЦАХАЛ, с 7 июля из сектора Газа были выпущены более 980 ракет. Ранения в результате обстрелов получили более 20 израильтян, погибших нет. Израиль обеспечил проезд в Газу примерно 260 грузовиков, доставивших более 4400 тонн продовольствия, 900 тонн сжиженного газа, около 3,2 миллиона литров дизельного топлива, примерно 500 тысяч литров бензина. Кроме того, больницам в Газе были переданы более 500 порций донорской крови.

Удар с воздуха нанесли израильские ВВС по группе боевиков в районе Хан-Юниса. Имеются убитые и раненые. Пресс-служба ЦАХАЛ сообщила, что целью атаки стала группа ракетчиков, осуществлявшая обстрелы населённых пунктов на территории Эшколя.

Боевики выпустили противотанковую ракету в сторону израильского танка «Меркава 4», находившегося на границе с сектором Газа. Ракета была успешно отражена системой активной защиты «Трофи». Замечу, что первый раз эта система была применена 1 марта 2011 г.

По данным на 18.00, в течение дня из сектора Газа было выпущено около 80 ракет. Попытка ракетного обстрела Димоны. Ракета упала на незастроенной местности близ Йерухама. Сирены в Яд-Мордехае и Нетив-ха-Асара. Часть ракет сбита системой ПРО «Железный купол».

В сторону Израиля с территории Ливана были запущены две ракеты, одна из которых упала на территории Ливана, другая — разорвалась на незастроенной местности недалеко от Рош-ха-Никра. В результате обстрела никто не пострадал. В ответ на обстрел израильской территории артиллерия ЦАХАЛ нанесла удар по цели в Ливане.

Обе стороны выдвинули свои условия для прекращения огня. ХАМАС настаивал на освобождении 55 заключённых, активистов, которые вышли из тюрем в рамках «сделки Шалита» в октябре 2011 г., но затем были вновь задержаны в ходе операции «Возвращайтесь, братья» летом 2014 г. Дополнительно ХАМАС настаивал на открытии перехода Рафах на границе с Египтом.

Израиль требовал полного разоружения ХАМАС и уничтожении туннелей и шахт для запуска ракет.

Однако бои продолжались. На 20.00 15 июля в сторону Израиля запущено 125 ракет, из которых 20 сбиты системой ПРО «Железный купол». Обстрел продолжался до поздней ночи.

На 20 июля в Армию обороны Израиля призваны уже 53 200 резервистов. С начала наземной фазы операции погибли 5 израильских военнослужащих, 23 ранены. По данным медицинских источников сектора Газа, с начала операции в результате ударов ЦАХАЛ там погибли 360 человек, около 2250 ранены.

Бои закончились лишь 26 августа. В этот день ХАМАС выпустил 130 ракет и мин.

В этот день после нескольких раундов переговоров Израиль и ХАМАС по обоюдному согласию приняли мирную инициативу Египта. Инициатива предполагает прекращение огня на неограниченный срок. Обсуждение всех ключевых вопросов — демилитаризация сектора Газа, строительство морского и воздушного портов, а также требования, касающиеся освобождения террористов, выпущенных из израильских тюрем в рамках «сделки Шалита», а затем снова арестованных в ходе операции «Возвращайтесь, братья», откладывается на месяц. Израиль обязался открыть КПП и пропустить в палестинский анклав в большем объёме грузовики с гуманитарными грузами, стройматериалами и всем необходимым для восстановления сектора, а также расширить рыболовную зону.

Операция «Нерушимая скала» в секторе Газа, начатая 8 июля 2014 г., не считая почти девятидневного перемирия, длилась 50 дней — до 26 августа 2014 г.

Израиль задействовал в операции три дивизии, семь бригадных тактических групп, четыре пехотных и три танковых бригады, с приданными им батальонами инженерных войск и артиллерийскими дивизионами, а также некоторые спецподразделения. Мобилизовано более 82 тысяч резервистов. После срыва перемирия 19 августа ЦАХАЛ получил разрешение на дополнительный призыв 10 тысяч резервистов, но в полном объёме он не был осуществлён. Данные о том, сколько кадровых офицеров, контрактников и солдат срочной службы принимали участие в операции, ЦАХАЛ не публиковал.

Оценки численности боевиков, принимавших участие в вооружённом противостоянии ЦАХАЛ в секторе Газа, приблизительны. По разным данным, в боевых действиях участвовали от 10 000 до 40 000 активистов группировок ХАМАС, Палестинский исламский джихад, Комитеты народного сопротивления, Народный фронт освобождения Палестины, Демократический фронт освобождения Палестины, «Бригады мучеников аль-Аксы» (боевое крыло ФАТХ), фундаменталисты из «Бригад Абдуллы Аззама» и других.

За время операции погибли 69 израильтян (в их числе 67 военнослужащих) и один гражданин Таиланда. Более 800 человек ранены. Для сравнения, во время операции «Облачный столп» — 4 погибших, 239 раненых. Во время операции «Литой свинец» — 13 погибших, 518 раненых. Всего с начала операции медицинская помощь потребовалась 842 израильтянам. 37 из них получили осколочные ранения.

По данным медицинских источников сектора Газа, за время операции погибли 2141 человек, более 10 тысяч ранены.

С начала антитеррористической операции в сторону израильских населённых пунктов из сектора Газа выпущены около 4560 ракет и мин. 3641 из них разорвались на территории Израиля, 735 ракет сбиты батареями ПРО «Железный купол». ХАМАС показал, что способен обстреливать ракетами практически всю территорию Израиля (до Хайфы и севернее). ЦАХАЛ продемонстрировал высокую эффективность системы ПРО.

Девять противоракетных комплексов «Железный купол» показали свою эффективность в 90 % случаев. Система раннего предупреждения об обстрелах, подготовленная Службой тыла, оказалась эффективной в 99 % случаев.

ЦАХАЛ атаковал свыше 5260 целей в секторе Газа. Уничтожены тысячи ракет на складах, ракетных шахт и пусковых установок, разрушены десятки туннелей боевиков. Удары также наносились по штабам и бункерам, предприятиям по производству вооружений, тренировочным базам и прочим объектам инфраструктуры боевиков. В ряде случаев ЦАХАЛ был вынужден атаковать гражданские объекты, которые боевики использовали в качестве укрытий и плацдармов для ракетных обстрелов.

Ракетные обстрелы территории Израиля из сектора Газа нанесли прямой и косвенный ущерб народному хозяйству страны и личному имуществу граждан. Предприятия юга страны сообщили о падении уровня производства из-за отсутствия значительного количества работников, оставшихся с детьми дома или призванных в армию. Средняя суточная стоимость призыва резервиста, по разным оценкам, составляет от 450 до 600 шекелей. Каждая противоракета «Железного купола» сто́ит 20 тысяч долларов, каждый запуск противоракеты — 274 тысячи шекелей (80 тысяч долларов), час лётного времени боевого вертолёта — 5 тысяч долларов, час работы среднего БПЛА — 1,5 тысячи долларов, час работы боевого самолёта — 15 тысяч долларов. Для сравнения: операция «Литой свинец» обошлась в 3,57 миллиарда шекелей, а операция «Облачный столп» — в 2 миллиарда шекелей.

15 сентября 2014 г. Министерство финансов, после детальной проверки военных расходов, сообщило, что операция «Нерушимая скала» обошлась государству в 6,5 миллиарда шекелей (около 1,8 млрд долларов).

Контроль над сектором Газа сохранил ХАМАС, но он оказался в серьёзной зависимости от палестинской администрации в Рамалле, как по вопросам финансово-экономической, так и социальной помощи. В ПНА рассчитывали, что на фоне прекращения огня в секторе Газа будет налажена работа совместной администрации ФАТХ и ХАМАС, однако этого не произошло.

Соглашение в Каире предусматривало открытие КПП на границах сектора, но контроль за поставками по-прежнему будут осуществлять Египет и Израиль. ХАМАС не добился согласия Израиля по основным требованиям: в соглашения не вошли требования палестинцев о создании морского порта и аэропорта, об освобождении заключённых и задержанных в Иудее и Самарии, о переводе денежных средств в сектор Газа.

Официально Россия не поддерживала ни одну из сторон конфликта, в заявлении МИД РФ 7 июля 2014 г. выражается сожаление в связи с обострением обстановки и говорится, что «силовой сценарий чреват опасной дестабилизацией и без того неспокойной ситуации в регионе Ближнего Востока в целом».

«Железный купол» (ивр. Кипат барзель) — тактическая система противоракетной обороны, предназначенная для защиты от неуправляемых тактических ракет с дальностью полёта от 50 до 200 километров. Разработана израильской компанией «Рафаэль». Каждая батарея может защищать территорию площадью 1500 квадратных километров.

3 августа 2005 г. глава управления исследований и разработок Министерства обороны Израиля (MAFAT) генерал-майор доктор Даниэль (Дани) Голд принял решение по программе «Железный купол», которая будет включать исследования и демонстрацию возможностей системы перехвата ракет наземного базирования, атакующих территорию Израиля.

В феврале 2006 г. был подготовлен документ для осуществления исследования и демонстрации возможностей по перехвату таких ракет.

27 августа 2006 г. министр обороны Амир Перец резюмировал, что «Железный купол» — это «наиболее важный проект в данный момент, и поэтому нужно взвесить возможность определения программы развития как “чрезвычайная программа” и ускорить её насколько возможно».

Необходимость в надёжной и эффективной тактической системе ПРО возникла у Израиля ещё в 1990‐х гг., когда группировка «Хезболла», базировавшаяся в Ливане, начала ракетные обстрелы северных городов Израиля. Во время второго ливанского конфликта 2006 г. «Хезболла» выпустила по территории Израиля сразу 4 тысячи ракет. В основном ракеты были нацелены на город Хайфу.

В это же время с юга, а именно с территории сектора Газа, боевики из группировки ХАМАС выпустили в сторону Израиля около 8 тыс. неуправляемых миномётных снарядов.

12 ноября 2006 г. управление исследований и разработок Министерства обороны Израиля поручило компании «Рафаэль» начать полномасштабную разработку проекта.

1 декабря 2006 г. Амир Перец принял решение, что противодействие ракетам малой дальности обязательно и необходимо, и этот ответ — «Железный купол», и для него требуются внешние источники финансирования.

1 февраля 2007 г. комиссия во главе с Яаковом Нагелем представила Амиру Перецу рекомендации предпочесть «Железный купол» системе «Наутилус», и 4 февраля предложение было представлено премьер-министру Эхуду Ольмерту, который решил, что «понятно, что “Железный купол” — вещь неизбежная» и «мы не можем откладывать её разработку».

В апреле 2007 г. компания «Рафаэль» и Министерство обороны подписали договор на разработку и производство системы «Железный купол». 4 июня 2007 г. начальник Генерального штаба ЦАХАЛ Габи Ашкенази принял решение не запускать этот проект, пока не будут найдены средства для его финансирования.

3 июля 2007 г. министр обороны Эхуд Барак утвердил разработку системы «Железный купол».

В сентябре 2007 г. Габи Ашкенази принял решение о поставках в армию Израиля системы «Железный купол».

23 декабря 2007 г. министерская комиссия по вопросам национальной безопасности утвердила проект «Железный купол».

1 января 2008 г. запущена разработка проекта системы ПРО «Железный купол».

В ходе испытаний в январе 2007 г. боеголовка перехватчика успешно уничтожила ракету «Кассам» и 122‐миллиметровый реактивный снаряд системы «Град».

25 марта 2009 г. система успешно прошла контрольные испытания, и вероятным первым местом её базирования назывался город Сдерот.

В 2009 г. было объявлено, что Армия обороны Израиля сформирует дивизион в рамках ПВО для освоения системы «Железный купол». Предполагалось, что вначале система будет развёрнута вдоль границы с Газой, а затем также и на ливанской границе.

Первоначально сроком принятия на вооружение должен был стать 2011 г., но из-за обстрелов территории Израиля ракетами «Кассам» и «Град» предпринимались попытки ускорить ввод системы в эксплуатацию. Однако существенно ускорить начало использования «Железного купола» не удалось, первая батарея встала на боевое дежурство лишь в марте 2011 г.

В феврале 2017 г. Министерство обороны Израиля и оборонный концерн «Рафаэль» провели серию испытаний «Железного купола» после его очередной модернизации. Впервые вместе с системой были испытаны противоракеты «Тамир», на которых стоит оборудование совместного израильского и американского производства. Кроме того, в ходе испытаний была проверена способность «Железного купола» осуществлять перехват различного рода ракет, запускаемых одновременно или с небольшим интервалом из разных точек. Испытания признаны успешными.

В августе 2021 г. президент США Джо Байден заявил премьер-министру Израиля Нафтали Беннету, что США готовы поставлять Израилю ракеты для системы ПВО «Железный купол».

Два первых комплекса были развёрнуты в марте — апреле 2011 г. под Ашкелоном и Беэр-Шевой для защиты от ракет из сектора Газа. В ходе обстрелов территории Израиля из сектора Газа в апреле 2011 г. с помощью системы были сбиты 8 ракет «Град» из 8, запущенных по прикрываемым системой городам. Третий комплекс был развёрнут под Ашдодом в сентябре 2011 г.

В течение августа 2011 г. территория Израиля неоднократно подвергалась обстрелам со стороны сектора Газа. Террористами было проведено 82 обстрела 144 ракетами (в том числе залповые — до 7 ракет одновременно). Не менее 20 ракет сбиты системой ПРО. При этом 1 человек был убит, 24 — ранены.

Всего за 2011 г. совершено 229 обстрелов, 386 ракет, итог: трое погибших, 38 раненых, 34 ракеты были сбиты системой ПРО.

В марте 2012 г. система вновь доказала свою эффективность в течение серии обстрелов территории Израиля из сектора Газа ракетами класса «Град» и «Кассам». По состоянию на 12 марта 2012 г., с начала 2012 г. совершено 85 обстрелов, 185 ракет. Пятеро раненых. 61 ракета сбита системой ПРО. По оценке ВВС АОИ, на 12 марта «система ПВО “Железный купол” за трое с лишним суток ракетных обстрелов перехватила 85 % ракет, которые могли попасть в населённые пункты». Всего за первый год работы (к апрелю 2012 г.) система перехватила 93 ракеты.

В ходе операции «Облачный столп» в ноябре 2012 г. системой была перехвачена 421 ракета, выпущенная по территории Израиля из сектора Газа. Процент успешно перехваченных целей оценивается в 85 %.

В ночь с 12 на 13 августа 2013 г. системой была перехвачена одиночная ракета, выпущенная по городу Эйлат.

В ночь с 10 на 11 мая 2021 г. система перехватила около 200 ракет, выпущенных по Израилю из сектора Газа. Израиль оценил количество успешно перехваченных целей в 90 %. По данным пресс-службы Армии обороны Израиля, с 19.00 17 мая до 7.00 18 мая были зафиксированы пуски по жилым районам Израиля примерно 90 ракет из сектора Газа, из которых примерно 22 % упали на территории сектора, а остальные перехватила система ПРО «Железный купол».

Многоцелевая радиолокационная станция EL/M‐2084 компании ELTA Systems предназначена для точной идентификации цели и определения траектории её полета. Поскольку около 75 % ракет «Кассам» не попадают в цель, РЛС проводит вычисление траектории и не выдаёт команду на перехват, если, согласно расчётам, ракета упадёт в ненаселённый район. Это позволяет существенно снизить финансовые затраты на использование «Железного купола».

Центр управления огнём. Время от момента обнаружения цели до запуска ракеты-перехватчика: несколько секунд.

Три пусковые установки с 20‐ю ракетами-перехватчиками «Тамир». Длина ракеты 3 м, диаметр 160 мм, вес 90 кг. Боевая часть имеет неконтактный взрыватель.

Цена одной батареи составляет, по разным оценкам, от 50 до 170 млн долларов.

Длина ракеты «Тамир» составляет 3 м, диаметр — 160 мм, вес ракеты — 90 кг. Система наведения активная радиолокационная. Ракета выходит на цель по командам, полученными от бортовой РЛС. Система «Железный купол» может сбивать самолёты на высоте до 10 км.

На 2012 г. каждый пуск ракеты системы «Iron Dome» обходился в 30–40 тыс. долларов США, что многократно превышает стоимость любой из возможных перехватываемых ракет. Таким образом, даже при 100 % эффективности, перехват средства нападения обходится намного дороже, чем стоимость самого средства нападения.

Но экономическая эффективность системы заключается в том, что ранее при попадании ракеты в жилой квартал государство выплачивало не менее одного миллиона шекелей (около 250 000 долларов) компенсации городу и его жителям.

По данным Минобороны Израиля за 2012 г., за восемь дней 5 батарей перехватили 420 ракет, причём 80 были пропущены комплексом.

Согласно интервью полковника израильской армии «Ц.» (имя запрещено к печати), главы проекта «Железный купол», данному газете «Едиот Ахронот», во время Второй ливанской войны по Израилю было выпущено около 4000 ракет, 1000 из которых попали в населённые пункты. Во время войны только прямой ущерб составил 1,5 миллиарда долларов; использование «Железного купола» обошлось бы в 50—100 миллионов долларов. То же самое можно увидеть и на примере операции «Литой свинец». Таким образом, при длительном конфликте затраты на ракеты составляют всего 3–7 % от стоимости возможного ущерба.

Система ПРО состоит из трёх компонентов: это командный пункт, радарно-детекторная установка и ракетно-пусковая установка. Радар непрерывно мониторит воздушное пространство. И как только в него входит выпущенная ракета, то информация о ней тут же переходит в командный центр.

Там компьютеры анализируют её траекторию и принимают решение, нужно ли её вообще сбивать. Например, ракета летит в поле или даже в пустыню. Если нужно, то на её перехват пускается противоракета.

В первую очередь сбиваются только те ракеты, которые летят в густонаселённые кварталы. Затем сбиваются ракеты, летящие к деревням. А те ракеты, что упадут в пустынную местность, и вовсе не сбиваются.

В целом «Железный купол», по мнению автора, рассчитан только на палестинцев, не имеющих ни эффективных средств РЭБ, ни противорадиолокационных ракет, я уж не говорю о гиперзвуковых ракетах. Комплекс маломобильный и не подходит для мобильной войны.

Организация ХАМАС («Исламское сопротивление») была основана в 1987 г., в начале Первой палестинской интифады, на базе благотворительных организаций «Братьев-мусульман». Его первым руководителем стал Ахмед Ясин. ХАМАС отверг мирные соглашения в Осло 1993 г. и продолжал борьбу против Израиля насильственными методами. Его провозглашённой целью является создание исламского арабского государства на всей территории Израиля, сектора Газа и Западного берега реки Иордан.

В 2006 г. ХАМАС выиграл выборы в Палестинский законодательный совет, получив там большинство голосов, и в ходе боёв в секторе Газа в 2007 г. вытеснил оттуда сторонников ФАТХ, полностью поставив эту территорию под свой контроль. Это привело к обострению конфликта в секторе Газа и его многолетней экономической блокаде.

В ходе своей борьбы против Израиля ХАМАС практиковал нападения как на военных, так и на мирное население, использовал террористов-смертников, захватывал заложников и использовал их в качестве живых щитов. ХАМАС неоднократно устраивал обстрелы территории Израиля с помощью неуправляемых ракет «Кассам» и других.

ХАМАС признан террористической организацией Израилем, Канадой, США, Японией, Европейским Союзом, Организацией американских государств, а также в ряде других стран. Также запрещён в Иордании и Египте.

ХАМАС не признаётся террористической организацией, в частности, в России, Турции, КНР, Катаре, странах Организации исламского сотрудничества, а также в ряде других стран.

После создания Палестинской автономии в 1994 г. ХАМАС бойкотировала первые выборы в Палестинский законодательный совет (1996). Лишь после смерти Ясира Арафата в 2004 г. движение приняло активное участие в политической жизни автономии. Это было обусловлено тем, что после смерти обладавшего большой популярностью Арафата партия ФАТХ начала стремительно терять свои позиции, в то время как ХАМАС, напротив, приобрёл популярность среди палестинцев. В январе 2005 г. движение одержало убедительную победу на муниципальных выборах, получив в результате немало депутатских мандатов в таких городах, как Газа, Калькилия и Наблус (Шхем). ХАМАС и другие организации, которые в Израиле рассматриваются как террористические, получили 91 место из 118 в десяти административных советах. Движению ФАТХ, которое возглавляет глава Палестинской автономии Махмуд Аббас, досталось лишь 28 мест. Между этими палестинскими организациями установились натянутые отношения, нередко приводившие к вооружённым столкновениям.

Росту популярности ХАМАС в значительной мере способствовал вывод израильских войск из сектора Газа в 2005 г. Когда в феврале 2006 г. в Палестинской администрации прошли выборы в Палестинский законодательный совет, движение ХАМАС получило 73 из 133 мест.

Через месяц правительство, сформированное ХАМАС, во главе с Исмаилом Ханией, было приведено к присяге. В том же месяце по приглашению президента Владимира Путина делегация ХАМАС во главе с Халедом Машалем посетила Москву, что многими было расценено как шаг по пути признания некогда террористической организации.

После выхода Израиля из Газы ХАМАС резко ускорил наращивание своей военной мощи. Руководство военными приготовлениями осуществлялось штабом ХАМАС в Сирии и опиралось на иранскую и сирийскую поддержку, а также на средства, поступающие из Ирана, арабо-мусульманского мира и даже из стран Запада.

Поскольку программа ХАМАС предполагает уничтожение государства Израиль и его замену на исламскую теократию, то его руководство, придя к власти, отказалось признать ранее заключённые палестинцами соглашения с Израилем и разоружить своих боевиков. В результате ряд государств, ранее финансировавших автономию, начали экономический бойкот.

Успехи ХАМАС привели, с одной стороны, к конфликту с ФАТХ, которые уже успели сформировать легальные силовые структуры, пользующиеся поддержкой США и Европы, а с другой стороны — к обострению конфронтации с Израилем.

20 октября 2006 г. в секторе Газа было совершено покушение на премьер-министра Палестинской администрации Исмаила Ханию (ХАМАС) со стороны активистов ФАТХ. Кортеж был обстрелян боевиками из стрелкового оружия.

В феврале 2007 г. между руководителями ФАТХ и ХАМАС было достигнуто соглашение и создано коалиционное правительство. Международное сообщество в очередной раз потребовало, чтобы новое правительство ПА признало Израиль, разоружило боевиков и прекратило насилие. Трёхсторонние переговоры между США, Палестинской автономией и Израилем закончились безрезультатно.

В июне ХАМАС военным путём захватил власть в секторе Газа, заявив о намерении создать там исламское государство. В ответ 14 июня председатель Палестинской автономии и лидер ФАТХ Махмуд Аббас объявил о роспуске правительства, ввёл на территории автономии режим чрезвычайного положения и взял всю полноту власти в свои руки. В результате вспыхнувшей кровопролитной гражданской войны за власть ХАМАС сохранил свои позиции лишь в секторе Газа, тогда как на Западном берегу реки Иордан власть сохранили сторонники Махмуда Аббаса. Аббас создал на Западном берегу новое правительство. Тем самым ПА раскололась на два враждебных образования: ХАМАС (сектор Газа) и ФАТХ (Западный берег реки Иордан). 3 мая 2011 г. в Каире было подписано соглашение о межпалестинском примирении, участие в котором приняли функционеры ФАТХ и ХАМАС и представители ещё 11 политических движений и группировок Палестины.

В октябре 2007 г. Израиль объявил сектор Газа «враждебным государственным образованием» и приступил к его частичной экономической блокаде, периодически отключая подачу электроэнергии, прекращая снабжение энергоносителями и т. д. По состоянию на 2014 г. при власти ХАМАС значительную часть импорта разнообразных товаров, а также вооружений и боеприпасов сектор Газа получает из Египта.

Израильские спецслужбы предупреждали, что в секторе Газа организовываются ячейки «Аль-Каиды», но первоначально ХАМАС это отрицал. Однако напряжённость между сторонниками ХАМАС и «Аль-Каиды» постепенно нарастала. В мечетях и средствах массовой информации они обвиняли друг друга во всевозможных грехах. Сторонники «Аль-Каиды» утверждали, что ХАМАС «слишком мягкий», ведёт переговоры с Израилем и не выполняет заповедь джихада в полном объёме.

14 августа 2009 г. в Рафахе во время пятничной молитвы Абдель-Латиф Мусса, считавшийся главарём «Аль-Каиды» в секторе Газа, заявил: «Сектор Газа — это исламский эмират, мы принадлежим “Аль-Каиде”, и наш лидер — Усама бен-Ладен!»

Мусса подверг резкой критике ХАМАС и заявил, что «это недостаточно исламское движение». Он сказал, что ХАМАС больше рвётся к власти, чем стремится насадить исламское право.

В своей проповеди Мусса сказал, что ХАМАС проводит светскую политику и только рядится в одежды ислама: «Они не соблюдают шариат и предпочитают встречаться с конгрессменами, с Тони Блэром и Джимми Картером. Жаль, что Хании здесь нет, а то бы он послушал, что я о нём говорю. Если ХАМАС выберет путь Аллаха и джихада, то мы будем служить ему. Но если они попытаются захватить наши мечети, то мы им отрежем руки».

По словам имама, ХАМАС уже конфисковал у местной «Аль-Каиды» оружие на 120 тысяч долларов. Поэтому имам Мусса обещал мстить жестоко:

«Тот, кто будет нападать на нас, получит сам, тот, кто позарится на наши деньги, потеряет свои. Мы превратим жизнь ХАМАС в ад, если он попытается воевать с нами. Я не знаю, кого ХАМАС боится больше — США или ЕС. Почему ХАМАС не вводит шариатские суды и не вводит исламское право?»

Когда стало известно, что полиция ХАМАС подтягивается к мечети, к зданию подошли и вооружённые сторонники Муссы.

Силы ХАМАС окружили мечеть в Рафияхе, а затем между противоборствующими сторонами завязалась перестрелка. В мечети прогремели мощные взрывы. По крайней мере 24 человека были убиты, среди них Джибриль Аль-Шимали, один из полевых командиров ХАМАС, и ещё более 120 человек ранены.

Ихаб Гуссейн, пресс-представитель ХАМАС, заявил, что Мусса покончил жизнь самоубийством, подорвав закреплённый на его теле «пояс шахида». Несколько фундаменталистов последовали примеру лидера и также подорвали себя.

Руководство организации «Аль-Каида» заявило, что уничтожение одного из её лидеров в секторе Газа — шейха Абу-Нур аль-Макдаси — не пройдёт даром руководству ХАМАС:

«Наш ответ будет очень болезненным, и руководство ХАМАС пожалеет, что вступило с нами в конфликт».

Тем не менее «Аль-Каида», поглощённая борьбой за Иран и Сирию, не причинила особого вреда сектору Газа.

14 декабря 1987 г., в день создания организации ХАМАС, ее основатель шейх Ахмед Ясин провозгласил, что «любого еврея можно считать военным поселенцем, и наша обязанность — убить его», и что «освобождение всей Палестины от моря и до Иордана — наша стратегическая цель, и нет цели более святой и важной». Согласно идеологии ХАМАС, любой сионист считается врагом; освобождение всей Палестины от сионистов — святая цель. В хартии ХАМАС было записано: «Сбросим Израиль в море».

Изначальной целью движения декларировалось создание независимого исламского теократического палестинского государства на территории бывшей подмандатной Палестины, существовавшей до образования Израиля в 1948 г.

Хотя ХАМАС является чисто мусульманской организацией, на парламентских выборах 2006 г. он поддержал в округе Газа кандидата-христианина Хусама ат-Тауиля, который прошёл в Палестинский законодательный совет. На выборах мэра города Рамалла, временной столицы Палестинской автономии, ХАМАС поддержал женщину-христианку, Жанет Хури, которая выиграла выборы.

В январе — сентябре 2023 г. продолжалась вялотекущая война ХАМАС против Израиля.

В 2023 г., до нападения 7 октября, не менее 247 палестинских арабов погибли в столкновениях с израильскими военными и в ходе израильских антитеррористических операций. Количество жертв с другой стороны за этот же период составило 32 израильтянина и 2 иностранных гражданина.

Полномасштабное нападение произошло в день еврейского праздника Симхат Тора, на следующий день после 50‐й годовщины начала войны 1973 г.

СМИ Израиля и всего мира полны догадок, откуда взялось оружие у ХАМАС. Тель-Авив обвиняет в поставках оружия в сектор Газа Иран и Катар.

Но ведь Израиль с конца 1967 г. полностью контролирует ввоз в Газу любых товаров, как по мою, так и по суше.

На взгляд автора, в сектор Газа ввозится не боеготовое вооружение, а его компоненты, а также оборудование для производства вооружений на месте. Что-то доставляется контрабандой морским путём, что-то — через многочисленные туннели на границе с Египтом.

Большую же часть вооружений ХАМАС изготавливал в самом секторе Газа, в основном в туннелях и других подземных сооружениях.

Представители ХАМАС утверждают, что они на месте производят автоматы АКМ, реактивные гранатомёты РПГ‐7 и тандемные кумулятивные боевые части к ним, 82‐мм безоткатные пушки Б‐10 с дальностью стрельбы 4,5 км (они были приняты на вооружение в СССР в 1954 г.).

В Газе изготавливается также целая линейка реактивных снарядов с дальностью от 20 до 250 км.

Самые примитивные ракеты «Кхасан» изготавливаются из водопроводных труб.

Замечу, что из водопроводных труб можно изготовить и надкалиберные миномёты большой мощности, метающие мины весом до 100 кг и более. Другой вопрос, что из-за их малой дальности (800—2000 м) палестинцы их не применяют для ударов по Израилю, но в случае наземного вторжения в Газу мигом воспользуются оружием для уличных боёв.

Израильтяне не могут сказать ничего внятного о происхождении ракеты «Аяш-250» с дальностью 250 км. 19 октября 2023 г. ракета «Аяш-250» упала у самого южного города Израиля — Эйлата.

Израильтяне предполагают, что «Аяш-250» — это модернизация неуправляемой иранской ракеты «Zelrab-2». Внешне «Аяш» похожа на советскую ракету «Луна».

Ещё раз подчеркну, что все ракеты ХАМАС — неуправляемые, и их стоимость большее чем на порядок дешевле их перехвата комплексом «Железный купол».

В октябре 2023 г. палестинцы впервые массово применили дроны. Их квадрокоптеры — обычные свободно продающиеся коммерческие дроны. К ним просто подвешивают гранату. Квадрокоптер с кумулятивной гранатой уничтожил израильский танк «Меркава Mk.4».

Барражирующий дрон «Зуари» создан по самолётной схеме верхоплан. Двигатель — толкающий винт. Старт производится с катапульты на треноге с помощью газового баллончика. Дрон снабжён видеокамерой в передней части фюзеляжа.

Дрон назван в честь Мохаммеда Зуари — тунисского инженера, проектировавшего дроны. Зуари 15 декабря 2016 г. ехал на автомобиле по родному городу Сфакс в Тунисе. Внезапо, ему дорогу перегородил грузовик, а из проезжавшего рядом автомобиля диверсант произвёл очередь из автомата с глушителем.

Израильская разведка утверждает, что она борется с терроризмом во всём мире. Замечу, что это запрещено международным правом. Но как-то правительства большинства стран мира не обращают внимания на убийства израильской разведкой многих десятков инженеров и учёных во всём мире. Они никогда ни с кем не воевали — их убивали за талант.

Вне всякого сомнения, Иран причастен к поставке оружия ХАМАС. Но грозить ему за это бомбардировками? В таком случае и Россия должна нанести удар по Польше, Финляндии, Швеции и т. д., поставляющих на Украину танки, САУ и прочее вооружение.

Закончу рассказ о подготовке нападения на Израиль в октябре 2023 г. любопытным моментом. Палестинцы уже поняли, что США и Израиль контролируют все переговоры по мобильникам и всю информацию в компьютерах, и вели все переговоры об операции только по закрытой мобильной связи. Лично у меня один вопрос: а сколько спецслужб из скольких стран контролируют мой мобильник и мой компьютер?

Около 06.30 утра по местному времени 7 октября 2023 г. ХАМАС объявил о начале операции «Наводнение Аль-Акса», или «Буря Аль-Акса», в ходе которой, по разным оценкам, было выпущено от 2500 до более чем 5000 ракет из сектора Газа по Израилю, в результате чего погибли по меньшей мере пять человек.

Сообщалось о взрывах в районах, прилегающих к сектору Газа, а также в Тель-Авиве и Ашкелоне. Сирены воздушной тревоги были активированы в Беэр-Шеве и Иерусалиме. 9 октября ХАМАС произвёл ещё один залп в направлении Тель-Авива и Иерусалима, одна ракета упала рядом с терминалом аэропорта Бен-Гуриона.

Палестинцы также использовали дроны для сброса гранат на израильские приграничные наблюдательные вышки и пулеметы с дистанционным управлением для выведения их из строя.

Одновременно около 2500 боевиков проникли в Израиль из Газы, используя грузовики, пикапы, мотоциклы, бульдозеры, катера, а также парамоторы и аэрошюты (воздушные суда с крылом из ткани, оснащенные двигателем). Террористы имели при себе карты и разведданные по атакуемым населённым пунктам, а также инструкции по убийству и захвату в заложники мирных жителей, включая детей.

Помимо ХАМАС в нападении приняли участие и другие палестинские террористические группировки — исламистский Палестинский исламский джихад и леворадикальный Демократический фронт освобождения Палестины (ДФОП). Группировки Народный фронт освобождения Палестины (НФОП) и «Львиное логово» выразили свою поддержку нападению и объявили о максимальной боеготовности и общей мобилизации среди своих боевиков.

Армия Израиля временно утратила контроль над КПП Эрез и КПП Керем-Шалом. Боевики ХАМАС организовали высадку морского десанта у пляжа кибуца Зиким; около 60 террористов было уничтожено на море подразделением ВМС Израиля Снапир. Боевики захватили военную базу Нахаль-Оз, в результате чего по меньшей мере двое израильских солдат погибли и не менее шести попали в плен. Сообщалось о боевых действиях на военной базе Реим, штаб-квартире дивизии Газа. По поздним сообщениям, ХАМАС взял базу под свой контроль и захватил в заложники нескольких израильских солдат. К ночи 7 октября АОИ восстановила контроль над базой Реим и большей частью приграничных территорий.

Армия Израиля начала контртеррористическую операцию «Железные мечи» в секторе Газа. Министр обороны Израиля Йоав Галант сообщил о массовом призыве резервистов. 9 октября армия Израиля сообщила о вызове на службу 300 тысяч резервистов.

8 октября ЦАХАЛ ударом с воздуха пресёк попытку повторного проникновения террористов через повреждённое ограждение. 10 октября была пресечена ещё одна попытка вторжения террористов через пляж Зиким; 4 боевика были при этом уничтожены.

Для ликвидации террористов, захвативших полицейский участок в Сдероте, его пришлось постепенно разрушать, впоследствии как минимум одному из террористов удалось сбежать.

7 октября около 50 жителей кибуца Беэри были взяты в заложники и удерживались террористами в столовой кибуца. Спустя 18 часов все заложники были освобождены. Во время противостояния между боевиками и силами ЦАХАЛ в Беэри появились видеоролики, на которых боевики ХАМАС ведут босых заложников через улицу в городе.

В городе Урим, пригороде Офакима, Силы обороны Израиля спасли двух израильтян. В ходе спасательной операции четверо боевиков ХАМАС были убиты и трое солдат Армии обороны Израиля получили ранения.

Утром 8 октября «Хезболла» выпустила ракеты и снаряды по территории Мазария-Шабъа; армия Израиля нанесла ответный удар по южному Ливану. 9 октября армия Израиля заявила, что убила нескольких проникших из Ливана боевиков и открыла артиллерийский огонь по ту сторону границы. «Хезболла» отрицала свою причастность к инциденту. Палестинский исламский джихад позже взял на себя ответственность за вооружённое проникновение. Позже в тот же день возобновились бои между «Хезболлой» и израильскими войсками, в результате которых были убиты три боевика «Хезболлы».

Утром 7 октября, вскоре после нападения палестинских боевиков на приграничные территории Израиля, правительство Израиля объявило о начале контртеррористической операции, получившей название «Железные мечи». Министр обороны Израиля Йоав Галант объявил массовый сбор резервистов. Военно-воздушные силы Израиля нанесли удар по 17 военным объектам и четырём командным центрам ХАМАС.

Позже ВВС Израиля ударили по приграничной с сектором Газа территории. Армия обороны Израиля продолжает наносить удары по террористическим целям ХАМАС в секторе Газа: самолёт ВВС нанёс удар по ячейке террористов у КПП «Эрез» на границе с сек

Израиль приостановил поставку электроэнергии на территорию сектора Газа, откуда было совершено нападение.

Ночью 8 октября Армия обороны Израиля приступила к зачистке города Сдерот от исламских боевиков. Полиция и солдаты Армии обороны Израиля успешно вернули контроль над полицейским участком в городе Сдерот, который был захвачен ХАМАС.

8 октября Израиль нанёс удары по 426 целям в секторе Газа, включая жилые кварталы, туннели, мечеть, дома официальных лиц ХАМАС и башню Ватан, которая служила центром для интернет-провайдеров в этом районе. Армия заявила, что от палестинских террористов было освобождено 22 населённых пункта, и что зачистка ещё 8 населённых пунктов, включая Сдерот и Кфар-Азу, продолжается. Несколько палестинских боевиков, ехавших в угнанном автомобиле, были убиты израильскими войсками близ Ашкелона в результате перестрелки. Израильские силы также отбили полицейский участок Сдерота, уничтожив десять боевиков. Был отдан приказ об эвакуации жителей, проживающих вблизи сектора Газа.

Армия обороны Израиля заявила, что за ночь на 9 октября атаковала 500 целей в секторе Газа и восстановила полный контроль над всеми захваченными боевиками городами. Тем не менее операции против боевиков в Сдероте продолжались. Министр обороны Йоав Галант объявил о «полной» блокаде сектора Газа, которая приведёт к прекращению поставок продовольствия, отключению водо- и электроснабжения, добавив: «Мы боремся со зверями в человеческом обличье и действуем соответственно». Армия обороны Израиля заявила, что 15 приграничных населённых пунктов в секторе Газа были эвакуированы во избежание повторных вторжений.

По сообщению ЦАХАЛ, после зачистки приграничных территорий Израиля на них были обнаружены тела 1500 палестинских террористов.

Кроме этого, после ответных авиаударов Израиля Министерство здравоохранения Палестины в Газе сообщило о неуказанном числе раненых среди «многих граждан», а затем — о 413 погибших палестинцах (в том числе 78 детей и 41 женщина) и около 2000 раненых.

Организация Объединённых Наций заявила, что более 123 000 палестинцев были перемещены в результате боевых действий. Также она сообщила, что в результате израильских авиаударов было разрушено 159 единиц жилья и серьёзно повреждено ещё 1210. БАПОР сообщило, что был нанесён удар по школе, в которой находилось более 225 человек.

Тотальные бомбардировки сектора Газа продолжались до 25 октября. В ответ палестинцы запустили несколько сотен ракет по Израилю.

Число палестинцев, погибших в Газе, на 24 октября достигло 5791 человека, из них 2360 детей и 1292 женщин.

Соотношение убитых взрослых и детей похоже на правду. Так, по данным израильских СМИ, к 2015 г. половину населения сектора Газа составляли несовершеннолетние. Плотность же населения в секторе Газа — около 6 тысяч человек на 1 квадратный километр, то есть одна из самых больших в мире.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил, что члены организации ХАМАС — звери, и Израиль никогда не пойдёт на переговоры с ними. Израиль должен полностью уничтожить ХАМАС.

Однако ХАМАС поддерживают подавляющее большинство палестинцев в секторе Газа, и практически вся арабская молодёжь является потенциальными резервистами ХАМАС.

Так что трудно понять, как Нетаньяху планирует уничтожить ХАМАС. В любом случае это невозможно сделать без наземной операции в секторе Газа. И Израиль готовится к наземной операции.

К 24 октября 2023 г. США сосредоточили в Восточном Средиземноморье две авианосные группы с авианосцами «Джеральд Форд» и «Дуайт Эйзенхауэр». Каждый сопровождают 3–4 крейсера и эсминца, оснащённых крылатыми ракетами «Томагавк».

Нужна ли эта армада для борьбы с ХАМАС в секторе Газа и с «Хезболлой» в Ливане? Разумеется, нет. США готовят нападение на Иран. Цель — уничтожить «ядерные объекты в Иране», разбомбить иранские нефтепромыслы и избавиться от конкурента, и заставить иранское руководство отказаться от активной внешней политики в регионе.

США давно хотели взять под полный контроль Персидский залив. В 1935 г. англичане создали военно-морскую базу в Манаме (Бахрейн), которая контролировала Ормузский пролив.

Что представляет собой этот залив? Его длина 926 км (по другим сведениям — 1000 км), ширина 180–320 км, средняя глубина менее 50 м, максимальная — 102 м. Весь северо-восточный берег залива, то есть около 1180 км, — персидский. Он гористый, обрывистый, что облегчает оборону и размещение ракетных и артиллерийских батарей.

Самым уязвимым местом является Ормузский пролив. Длина пролива 195 км. Пролив сравнительно мелководный: предельная глубина 229 м, а на фарватере глубина до 27,5 м. Это позволяет эффективно использовать все типы донных мин.

В настоящее время движение судов в Ормузском проливе осуществляется по двум транспортным коридорам шириной в 2,5 км каждый. Танкеры, идущие в залив, идут по коридору ближе к иранскому берегу, а встречные, из залива, по другому коридору. А между коридорами находится буферная зона шириной в 5 км. Эта зона создана, чтобы исключить столкновение встречных судов.

Расстояние от Манамы до иранского берега всего 200 км. В августе 1971 г. англичане ушли из Манамы, но, как говорится, «свято место пусто не бывает», и Манаму заняли американцы. В конце 1971 г. площадь базы составляла 10 акров, к 2023 г. — уже 62 акра, а в ближайшее время планируется её расширить до 120 акров. Сейчас на базе находятся 4 тысячи американских военнослужащих. Кроме того, в Бахрейне США имеют авиабазу Шейх Иса.

В 1995 г. специально для контроля за Персидским заливом и западной частью Тихого океана США воссоздали 5‐й флот. Главная его база — Манама. За исключением штаба и отделов обеспечения, оперативные формирования 5‐го флота постоянного состава не имеют. Корабли для них выделяются по мере необходимости из других флотов.

В составе 5‐го флота почти постоянно присутствуют авианосные соединения и атомные подводные лодки с ракетами «Томагавк».

В сентябре 2021 г. Центральное командование военно-морских сил США (NAVCENT) учредила «Task Force 59» («Целевая группа 59») со штаб-квартирой в Манаме. Основной задачей подразделения является тестирование эксплуатационных возможностей широкого спектра морских автономных систем как разведывательного, так и ударного предназначения.

С 23 ноября по 15 декабря в Бахрейне прошли военно-морские учения «Digital Horizon» («Цифровой горизонт») 5‐го флота США, направленные на отработку и применение морских автономных систем, беспилотных летательных аппаратов, их интеграцию в единую систему боевого управления с использованием алгоритмов искусственного интеллекта.

В прошедших манёврах были использованы 15 различных беспилотных систем, при этом 10 из них 5‐й флот ВМС США применял впервые.

Во второй половине 2022 г. американцы начали патрулирование Персидского залива парусными морскими дронами «Saildron Explorer USV». Внешне дроны похожи на виндсерфинг.

Длина «парусника» 7 м, высота 5 м. В металлическом парусе и корпусе размещены солнечные батареи, питающие оборудование дрона. Автономность «Saildron Explorer USV» — от 6 месяцев до года, в зависимости от модификации.

30 августа 2022 г. иранский корабль захватил канатом дрон «Saildron Explorer USV» и стал буксировать его в сторону Ирана. Однако после угрозы американских кораблей иранцы обрубили канат.

5 сентября 2022 г. иранский эсминец «Джамаран» (водоизмещением 1420 т) в Персидском заливе заметил два дрона «Saildron Explorer USV», один из которых дрейфовал, а второй сидел на мели. Оба дрона были подняты на борт эсминца, и корабль направился к иранскому порту.

Но тут к месту инцидента прибыли американские эсминцы «Nitze» и «Delbert D. Black», а их бортовые вертолёты зависли над «Джамараном». Параллельно начались прямые переговоры между Вашингтоном и Тегераном. В результате на следующий день «Джамаран» сбросил в воду оба дрона. Что иранцы 18 часов делали с дронами, неизвестно.

Неопределённость статуса подводных и надводных дронов позволяет в нейтральных водах уничтожать или досматривать их на предмет «угрозы судоходству». Говоря по-русски, наши корабли и самолёты на Чёрном море, Балтике и других морях могут, не разбираясь, уничтожать любой дрон, не выходя за рамки международного права.

Пока же при захвате чужого дрона действует право сильного. И если бы Иран был ядерной державой, то его корабли вряд ли вернули бы дроны американцам. Поэтому (по крайней мере, до сентября 2023 г.) США «выгуливают» свои морские дроны в Персидском заливе только в сопровождении боевых кораблей. Так, 19 апреля 2023 г. дрон «L3 Harris Arabian Fox MAST‐13» прошёл Ормузский пролив в сопровождении двух сторожевых кораблей. Находившиеся поблизости иранские суда вели слежение, но не вмешивались.

С 1996 г. США несколько раз вводили санкции против Ирана и в первую очередь против экспорта иранской нефти. США грозят наложить санкции на государства — экспортёры иранской нефти.

Естественно, что в Иране научились обходить американские санкции, хотя при этом всё равно теряется часть доходов от продажи иранской нефти.

Так, западные СМИ пишут о «Призрачной армаде» Ирана, В конце 2022 г. газета «The Mail on Sunday» сообщала: «123 иранских судна обходят санкции на торговлю нефтью. Они меняют свое местоположение на GPS и создают видимость, что стоят на якоре в море, но в это время загружаются/разгружаются в порту. А ещё активно подделывают документы, используют флаги разных стран, отключают системы идентификации и используют подставные компании.

Нефть нередко перегружается на несколько судов и смешивается перед тем, как достичь места назначения. Так происходит и с “токсичной” российской нефтью. При этом у Ирана есть целая “подпольная” финансовая система для торговли в обход санкций», — пишет WSJ.

«Она включает счета в иностранных банках, компании-посредники за пределами страны и фирмы, которые координируют запрещённую торговлю. Годовой оборот оценивают десятками миллиардов долларов. А иранские банки привлекают аффилированные фирмы для управления торговлей под санкциями. Они регистрируют “дочки” за пределами страны, становятся доверенными для иранских торговцев, а затем торгуют с иностранными покупателями иранской нефти в валюте через счета в иностранных банках.

Что же Иран может противопоставить 5‐му флоту США? В 1992–1997 гг. РФ продала Ирану три подводные лодки проекта 877ЭКМ («Тарек», «Нур» и «Юнис»). К 2023 г. все лодки прошли ремонт и, возможно, модернизацию. Подлодка «Юнис» в конце 2020 г. совершила двухмесячный поход в Аденский пролив и Красное море.

17 февраля 2019 г. в строй вступила подводная лодка «Фатех» (водоизмещением 600 т, скорость подводного хода 14 узлов, четыре 533‐мм торпедных аппарата). Ещё три таких лодки находятся в стадии строительства.

Для действий в мелководном Персидском заливе предназначены 18 малых подводных лодок типа «Ghadir», построенных в Иране с 2007 по 2012 г. Их водоизмещение 120 тонн, скорость 11 узлов. Два 533‐мм торпедных аппарата. Предусмотрена возможность постановки мин.

Кроме того, в составе иранского флота 9 эсминцев, фрегатов и корветов, а также 24 ракетных катера.

Особый интерес представляет введённый в строй в сентябре 2021 г. корвет-катамаран «Шахид Сулеймани». Это первый иранский корабль, построенный по технологии Стелс. Водоизмещение корвета около 800 т, скорость 32 узла, дальность плавания 9000 км. Вооружение: одна 76‐мм установка Ото Мелара, одна одноствольный 30‐мм автомат и два трёхствольных 20‐мм автомата. Ракетное вооружение неизвестно, но на фото видны 6 коротких пусковых контейнеров и 16 установок вертикального пуска.

В 2017 г. в Иране вступила в строй первая плавбаза КСИР. Судно «Савиз» изначально было построено как сухогруз большого водоизмещения, но его переоборудовали по новому проекту. Оно получило новое радиоэлектронное вооружение для наблюдения и управления войсками. Также судно способно нести плавсредства разных классов, в том числе дистанционно управляемые морские дроны.

С 2017 г. «Савиз» регулярно появляются вблизи берегов Йемена. Видимо, корабль осуществляет помощь хуситам. Существуют различные версии и оценки деятельности такой плавбазы, но полная информация официально не раскрывалась.

Более того, официальный Иран не признает «Савиз» военным кораблём, обеспечивающим деятельность своих и дружественных формирований.

Официально первым «многоцелевым судном» или плавбазой ВМС КСИР стал «Шахид Рудаки», вошедшее в состав флота 20 ноября 2020 г.

Западные СМИ предполагают, что это — сухогруз «Галакси Ф» итальянской постройки, спущенный на воду в 1992 г. Водоизмещение «Шахида Рудаки» 120 тыс. тонн. Артиллерийское вооружение невелико — 23‐мм автомат, но габариты судна позволяют установить туда что угодно.

На палубе размещено 8 контейнеров ПКР, ЗРК, 6 воздушных дронов «Ababil-2», один вертолёт «Белл-412» и четыре морских дрона, для спуска которых предусмотрен кран.

Наиболее совершенная плавбаза «Макран» — бывший нефтяной танкер «Халидж-е Фарс», переоборудованный в военный корабль. Хотя это и не было официально признано, фирма «Tanker Trackers», которая отслеживает морское судостроение, идентифицировала его как судно японской постройки, построенное в 2010 г., ранее называвшееся «Beta», а ещё раньше — «Al Buhaira», и чей сигнал AIS последний раз был обнаружен в 2019 г. недалеко от Объединенных Арабских Эмиратов.

Корабль был спущен на воду 10 сентября 2009 г. на верфи Sumitomo Heavy Industries, Ltd. в Йокосуке, Канагава, Япония. И введён в строй 8 марта 2010 г.

Спутниковые снимки показывают, что переоборудование в военный корабль произошло на верфи ISOICO в Бендер-Аббасе, где танкер был «перестроен с навесами на палубе, похожими на ангары», и окрашен в серо-голубой цвет. Плавбазу спустили на воду в ноябре 2020 г. Ходовые испытания прошли с 9 по 14 декабря 2020 г.

Иранские СМИ заявили, что водоизмещение «Макрана» составляет 120 тыс. тонн, а его размеры: 228 м в длину, 42 м в ширину и 21,5 м в высоту. Автономность плавания — до трёх лет.

На полётной палубе «Макрана» размещается до шести больших вертолётов, а в средней и кормовой частях — ЗРК и ПКР.

25 июля 2021 г. эсминец «Саханд» и плавбаза «Макран» участвовали в параде на Неве в честь 325‐й годовщины Российского флота.

20 сентября 2022 г. плавбаза «Макран» и эсминец «Дена» из порта Бендер-Аббас отправились в кругосветное плавание.

В ходе плавания корабли посетили индийский порт Мумбаи, Джакарту и 26 февраля 2023 прибыли в порт Рио-де-Жанейро. Далее корабли обогнули мыс Горн, зашли в Кейптаун и в оманский порт Салила, и наконец 17 мая 2023 г. вернулись домой.

Надо ли доказывать, что в случае полномасштабной войны иранские плавбазы не смогут в океане противостоять американским авианосным соединениям. Однако для рутинной войны с американскими пиратами, захватывающими танкеры с иранской и российской нефтью, взрывающими газопроводы в Северном море, направляющими к берегам других государств многочисленные морские дроны, подобные плавбазы весьма эффективны.

Любопытно, что за четыре дня до атаки ХАМАС через Суэцкий канал прошла большая израильская подводная лодка типа «Дольфин», построенная в Германии. Через две недели она предположительно находилась в Красном море, а может, и в Индийском океане. В Израиле независимые обозреватели утверждают, что сия субмарина, несущая в своих торпедных аппаратах крылатые ракеты со спецзарядами, идёт в Персидский залив, дабы нанести удар по Ирану.

В Израиле утверждают, что Иран помогал ХАМАС атаковать Израиль. Якобы накануне в Бейруте один из руководителей КСИР, Исмаил Каани, встречался с лидером ХАМАС Хасаном Насралла и другими палестинцами.

Других доказательств причастности Ирана к атаке ХАМАС Израиль пока не приводит. Тем не менее, в Израиле раздаются призывы бомбить атомные и нефтеперерабатывающие объекты в Иране, а также нефтяные пласты неглубокого залегания, дабы устроить в Иране экологическую катастрофу.

Не менее любопытно, что 21 октября 2023 г. 44‐я оперативная группа военно-морского сопровождения Китая покинула Маскат и взяла курс на Средиземное море. В состав группы входят эсминец проекта 052D «Цзыбо», фрегат «Цзинчжоу», корабль комплексного снабжения «Цяньдаоху». Вторая группа якобы находится где-то в Кувейте, но это не точно. В неё входят эсминец типа 052 «Урумчи», фрегат «Линьи» и корабль снабжения «Дунпинху».

По официальной версии китайские суда идут в регион, «чтобы защитить коммуникации в случае обострения конфликта», поскольку через данный регион проходит большое количество маршрутов судов под флагом КНР.

Что произойдёт дальше? Всё кончится бряцаньем оружием или начнётся большой конфликт на Ближнем Востоке с участием США? А может ли этот конфликт перерасти в ядерную войну?

В 1991–2022 гг. правительство РФ занимало нейтральную позицию в ближневосточном конфликте и призывало всех, подобно коту Леопольду: «Ребята, давайте жить дружно!» И в октябре 2023 г. правительство РФ вновь заявило, что конфликт в Палестине может быть разрешён только за столом переговоров, и призвало стороны прекратить военные действия.

Но война ХАМАС и Израиля и удар по Ирану, способный вызвать экологическую катастрофу, — это, как говорили в Одессе, «две большие разницы».

Более половины рек Ирана впадают в Каспийское море, в которое неизбежно попадут нефть и радиоактивные вещества из разбомблённых иранских объектов. Ну а радиация воздушным путём может быть занесена и непосредственно в пределы РФ.

Не пора ли Кремлю предупредить зарвавшихся «коллег», что в случае нанесения удара по иранским атомным и нефтяным объектам Россия поставит Ирану наступательное и оборонительное вооружение, способное нанести неприемлемый ущерб любому агрессору?

Кто виноват в столетнем конфликте евреев и арабов в Палестине? Ответ очевиден — Лондон и руководители сионистского движения. И те и другие прекрасно понимали, что сотни тысяч евреев будут переселены не на пустое место, а на территории, плодородная часть которых достаточно плотно заселена столетиями проживавшими там арабами.

Ах, там две тысячи лет назад жили евреи! Ну и что? Так давайте выселим турок из Стамбула и поселим там греков, которые жили в Константинополе до 1453 г.

Евреев можно было переселить в другой район мира, с малой плотностью местного населения. А таких районов в мире в 1920‐х гг. хватало.

Можно было добиться абсолютно добровольного переселения части арабского населения в другие районы Палестины. Как? Да дать конфетку в виде нескольких миллиардов долларов. За большие деньги арабы продали бы свои наделы перебрались бы в другие районы Палестины или в Трансиорданию, или в Египет и т. д.

На освобождённых от арабов компактных (!) территориях, имеющих выход к морю, и поселить евреев. А при необходимости по периметру границ компактно (то есть без анклавов еврейского государства) разместить миротворческие силы.

Откуда взять деньги? Да хотя бы из фантастических репараций, наложенных в 1919 г. на Германию. Кроме того, сионистские организации в Европе и США обладали несметными капиталами.

Я не уверен на 100 %, что не произошёл бы конфликт, но на 95 % — без всякого сомнения.

Но англичане не считали арабов равными себе и позволяли делать в ними, что угодно.

Подобный раздел с созданием чисто еврейского и чисто арабского государств можно было сделать и после 1945 г.

Но никто не хотел платить. Мало того, англичане в 1920‐х гг. пытались в Палестине действовать по принципу «разделяй и властвуй».

Ну а после 1945 г. США и ряд стран Европы и Ближнего Востока начали ловить рыбку в мутной воде, ещё больше запутав палестинскую проблему.

Атлас истории средних веков / Под ред. Е.А. Косминского и А.П. Левандовского. М.: Главное управление геодезии и картографии МВД СССР, 1955.

Бабич В.В. Наши авианосцы на стапелях и в дальних походах. Николаев: Атолл, 2003.

Батлер Дж. Большая стратегия. Сентябрь 1939 — июнь 1941. М.: Издательство иностранной литературы, 1959.

Бовыкин В.И. Очерки истории внешней политики России. Конец XIX века — 1917 г. М.: Учпедгиз, 1960.

Война Судного дня. Ч. II. От прекращения огня до разделения сил. Тель-Авив, 1974.

Вспомогательный флот ЧФ России / Коллектив авторов под руководством А.Я. Наумова. Симферополь, 2004.

Документы. 1941 год / Сост. Л.Е. Решин и др. М.: Международный фонд «Демократия», 1998.

Доценко В.Д. Флоты в локальных конфликтах второй половины ХХ века. М.: АСТ; СПб.: Terra Fantastica, 2001.

Жирохов М.А. Крылья возмездия: Краткая история ВВС Израиля. М.: АСТ, Мн.: Харвест, 2001.

Иванов Н.А. Османское завоевание арабских стран. 1515–1574. М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001.

Иванов Н.А. Османское завоевание арабских стран. 1515–1574. М.: Восточная литература, 2001.

История развития оружия советского военно-морского флота в период 1946–1986 гг. М.: Воениздат, 1989.

История Средних веков / Под ред. Е.А. Косминского, С.Д. Сказкина. М.: Государственное издательство политической литературы, 1952.

Касатонов И.В. Флот вышел в океан. М.: Андреевский флаг, 1996.

Козлов В. Подводная война. Горизонты великого противостояния сверхдержав. М.: Яуза; Эксмо, 2005.

Костев Г.Г. Военно-морской флот страны 1945–1995. СПб.: Наука, 1999.

Крымский А.Е. О «туркофильстве» Европы и Московской Руси XVI в. // Приложение к книге: История Турции и её литературы. М., 1910.

Лубянов А.Н. Черноморские крейсеры проекта 68‐бис. Севастополь, 2008.

Лэмб Г. Сулейман Великолепный. Величайший султан Османской империи 1520–1566. М.: Центрполиграф, 2010.

Мошнин В.А. Оборона побережья с древнейших времён до наших дней. СПб.: Типография Н.В. Васильева, 1901.

На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. Севастополь, 2012.

Офан П., Мордаль Дж. Французский флот во Второй мировой войне. Екатеринбург, 1999.

Паршев А.П., Степаков В.Н. Когда началась и закончилась Вторая мировая. М.: Яуза; Эксмо, 2007.

Пересветов И.С. Сочинения. М. — Л., 1956.

Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины ХХ века / Под ред. В.А. Золотарёва. М.: Кучково поле; Полиграфресурсы, 2000.

Ротштейн Ф. Захват и закабаление Египта. М., 1959.

Фомин А.М. Война с продолжением. Великобритания и Франция в борьбе за «Османское наследство». 1918–1923. М.: Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2010.

Хрущёв С.Н. Никита Хрущёв: кризисы и ракеты. В 2 т. М.: Новости, 1994.

Широкорад А.Б. Битва за Сирию. От Вавилона до ИГИЛ. М.: Вече, 2016.

Широкорад А.Б. Оружие отечественного флота. Минск: Харвест; М.: АСТ, 2001.

Широкорад А.Б. Россия — Англия: неизвестная война 1857–1907. М.: АСТ, 2003.

Широкорад А.Б. Россия и Турция. Анатомия противостояния. М.: Вече, 2016.

Широкорад А.Б. Франция. История вражды, соперничества и любви. М.: Вече, 2008.

Штаб Российского Черноморского флота / Под ред. В.П. Комоедова. Симферополь: Таврида, 2002.

Ядерный архипелаг / Составитель Б.И. Огородников, М.: ИздАт, 1995.

http: //alerozin.narod.ru/Syria57.htm

http: //alerozin.narod.ru/SyriaTartus.htm

http: //maxpark.com/community/13/content/1983534

http: //military-informer.narod.ru/news-4.html

http: //www.history.nsc.ru/website/history-institute/var/custom/File/IE2009/021_Shapovalov.pdf

http: //www.vko.ru/biblioteka/opyt-boevogo-primeneniya-rtv-pvo-egipta-v-1968—1972‐gg

http: //www.turkey.ru/turkey/history/suleiman2.shtml

http: //z.berkovich-zametki.com/y2020/nomer8_10/sdavidovich1/

https: //alerozin.narod.ru/EgyptNavySoviet1.htm

https: //aveterra.livejournal.com/945580.html

https: //dzen.ru/a/ZBT‐35loNysOs8Yq

https: //dzen.ru/a/ZSaontFB1gJADMoX

https: //m2kozhemyakin.livejournal.com/36787.html

https: //proza.ru/2011/12/17/1751

https: //proza.ru/2020/02/21/1182

https: //ren.tv/longread/1151159‐sektor-gaza-istoriia-i-prichiny-konflikta-s-izrailem

https: //studfile.net/preview/3730275/page: 44/

https: //toldot.com/articles/articles_31265.html

https: //topwar.ru/120808‐britanskoe-zasile-v-egipte-v-xix-pervoy-chetverti-xx-veka.html

https: //tvzvezda.ru/news/20237301437‐c1M3I.html

https: //versia.ru/v-1948‐godu-v-izraile-kupili-italyanskie-vzryvayushhiesya-katera

https: //www.pravenc.ru/text/2563216.html

Мечеть Аль-Джаззар в городе Акко. Фото А. Широкорада

Подземный туннель тамплиеров в крепости Акко. Фото А. Широкорада

Арабы устроили диверсию на железной дороге в Палестине. 1935 г.

Английские войска в Иерусалиме. 1930 г.

Первомайский парад в Тель-Авиве. 1947 г.

Евреи выселяют арабов. 1938 г.

Еврейский патруль обыскивает арабов. 1947 г.

Бойцы «Хаганы». 1947 г.

Еврейская красавица с автоматом «Стэн» кустарного изготовления. 1948 г.

Джихад-мобиль по-еврейски. 1948 г.

Затопленные суда в Суэцком канале. 1956 г.

Самовзрывающийся итальянский катер из флотилии MAAS, тайно перевезённый в Израиль. Хайфа. Музей нелегальной эмиграции и ВМФ. Фото А. Широкорада

Британская 75-мм САУ «Арчер» завязла в египетских песках. 1956 г.

Французский десант в Египте. 1956 г.

Израильский 160-мм миномёт, изготовленный в 1966 г. Музей артиллерии в Зихрон-Якове. Фото Р. Казачкова

Президент Гамаль Насер: «Мирными целями не достичь блаженства». 1956 г.

Израильский вертолёт «Сикорский» СН-53. Авиабаза Тель-Ноф. Фото Р. Казачкова

Ракетный катер типа «Саар-2» «Мивтах», построеный во Франции. Хайфа. Музей нелегальной эмиграции и ВМФ. Фото А. Широкорада

Первый израильский дрон AQM-34M «Мабат». Музей ВВС в Хацериме. Фото Р. Казачкова

РЛС П-12, захваченная у Египта. Музей ВВС в Хацериме. Фото Р. Казачкова

Пусковой контейнер противокорабельной ракеты «Габриэль». Хайфа. Музей нелегальной эмиграции и ВМФ. Фото А. Широкорада

Египетский торпедный катер советского производства (проекта 123), захваченный в 1973 г. в египетской ВМБ Adabiya. Помимо двух 450-мм торпедных аппаратов катер оснащён восьмиствольной 122-мм ракетной установкой типа «Град». Хайфа. Музей нелегальной эмиграции и ВМФ. Фото А. Широкорада

Истребитель МиГ-23МЛД, угнанный сирийским лётчиком в Израиль 11 октября 1989 г. Музей ВВС в Хацериме. Фото Р. Казачкова

Израильский вертолёт «Блэк Хок» UH-60. Авиабаза Тель-Ноф. Фото Р. Казачкова

Реактивный катер, использованный палестинскими террористами утром 9 октября 1993 г. Хайфа. Музей нелегальной эмиграции и ВМФ. Фото А. Широкорада

Израильская подводная лодка типа «Галь». Хайфа. Музей нелегальной эмиграции и ВМФ. Фото А. Широкорада

Дрон дальнего действия «Heron NR». Авиабаза Тель-Ноф. Фото Р. Казачкова

Истребитель F-35. Авиабаза Тель-Ноф. Фото Р. Казачкова

Американский ЗРК «Пэтриот», поставленный Израилю. Музей ВВС в Хацериме. Фото Р. Казачкова

ЗРК «Железный купол». Музей ВВС в Хацериме. Фото Р. Казачкова

Израильские танки «Меркава» готовятся к наземной операции в Газе. Обратим внимание на «мангалы» над башнями — противодроновые сетки

ХАМАС показал беспилотники «Zouri», которые применяются для ударов по Израилю

История Средних веков / Под ред. Е.А. Косминского, С.Д. Сказкина. М.: Государственное издательство политической литературы, 1952. Т. I. С. 585.

Речь, естественно, идёт о культурной части населения. Так, большинство американцев вообще не знают, что такое Византия.

Атлас истории средних веков / Под ред. Е.А. Косминского и А.П. Левандовского. М.: Главное управление геодезии и картографии МВД СССР, 1955.

Цит. по: Блон Ж. Великий час океанов… Индийский. М.: Мысль, 1983. С. 31.

Цит. по: Иванов Н.А. Османское завоевание арабских стран. 1515–1574. М.: Восточная литература, 2001. С. 9—10.

Иванов Н.А. Османское завоевание арабских стран. 1515–1574. С. 22–23.

Крымский А.Е. О «туркофильстве» Европы и Московской Руси XVI в. // Приложение к книге: История Турции и ее литературы. М., 1910. С. 160.

Пересветов И.С. Сочинения. М. — Л., 1956. С. 153.

Иванов Н.А. Османское завоевание арабских стран. 1515–1574. С. 25.

Цит. по: Лэмб Г. Сулейман Великолепный. Величайший султан Османской империи 1520–1566. М.: Центрполиграф, 2010. С. 165.

Материалы сайта: http://www.turkey.ru/turkey/history/suleiman2.shtml

Йешива (иешива) — в еврейской истории — название института, являющегося высшим религиозным учебным заведением, предназначенным для изучения Устного Закона, главным образом Талмуда. В определённые эпохи йешива выполняла также законодательные и судебные функции. В последние столетия служила и для подготовки учёных к званию раввина.

Херем — высшая мера осуждения в еврейской общине. Как правило, заключается в полном исключении порицаемого еврея из общины. В более старом понимании слово значит «запрет» на что-либо по причине драгоценности, священности, или причине порочности, зла.

Материалы сайта: http://z.berkovich-zametki.com/y2020/nomer8_10/sdavidovich1/

Бовыкин В.И. Очерки истории внешней политики России. Конец XIX века — 1917 г. М.: Учпедгиз, 1960. С. 183.

Шаповалов М.С. «Либеральный курс» британской политики в Палестине в 1922–1928 годах // Материалы сайта: http://www.history.nsc.ru/website/history-institute/var/custom/File/IE2009/021_Shapovalov.pdf

Кассамиты — сторонники арабского проповедника Муххамеда-аль-Кассама. Убит англичанами 20 ноября 1935 г.

Гассан Канафани — палестинский писатель и политический деятель, член руководства Народного фронта освобождения Палестины (автор программы НФОП, в которой был обозначен переход фронта на марксистские позиции), признанного террористической организацией в США, ЕС и Израиле.

Степано В. Кавказский вариант // Авиамастер. 2003. № 1. С. 32.

Документы. 1941 год / Сост. Л.Е. Решин и др. М.: Международный фонд «Демократия», 1998. Кн. I. С. 307.

Батлер Дж. Большая стратегия. Сентябрь 1939 — июнь 1941. М.: Издательство иностранной литературы, 1959. С. 475.

Офан П., Мордаль Дж. Французский флот во Второй мировой войне. Екатеринбург, 1999. С. 188.

Миномёт «Давидка» — первый миномёт, созданный в Израиле. Конструктор — Давид Лейбович. Создан из канализационных труб по глухой схеме. Калибр 76,2 мм. Стрельба велась надкалиберными снарядами весом до 40 кг. Дальность стрельбы — до 200 м.

Использованы материалы сайта: https://dzen.ru/a/ZBT‐35loNysOs8Yq

Ротштейн Ф. Захват и закабаление Египта. М., 1959. С. 153.

Мошнин В.А. Оборона побережья с древнейших времён до наших дней. СПб.: Типография Н.В. Васильева, 1901. С. 468.

Одним из существенных факторов обеспечения политического и военного успеха Англии и Японии было свободное мышление послов, генералов, адмиралов и даже командиров отдельных судов, позволявшее, не сносясь с центром, предпринимать решительные действия в интересах своего государства. К сожалению, Гольштейн-Готторпская династия, правившая в России под именем Романовых, требовала от своих дипломатов и военных абсолютного подчинения и пресекала самостоятельные действия. Вот, к примеру, в ходе войны с Турцией летом 1811 г. на Дунае были очень холодные ночи, много солдат простудилось. Ясно, надо одеться потеплее, например, поменять летние штаны на суконные зимние. Чей это вопрос? Очевидно, ротного командира, ну, в крайнем случае, командира полка. Так нет! Кутузову лично пришлось обращаться к царю, чтобы солдатам штаны сменить. Пока шёл запрос, пока Александр I думал над столь важной проблемой, пока шло обратно высочайшее повеление, пришла осень. Царь Николай I лично решал, могут ли жёны декабристов брать с собой горничных или нет, что могут захватить из нижнего белья и т. д. В 1900 г. вдова генерала в Нижнем Новгороде решила открыть богадельню на 6 мест, так на это потребовалось разрешение не исправника, не градоначальника, не даже губернатора, а аж самого Николая II!

«Piper Aircraft Inc.» — компания-производитель самолётов общего назначения, расположенная в городском аэропорту Виро-Бич, штат Флорида, США.

Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины ХХ века / Под ред. В.А. Золотарёва. М.: Кучково поле; Полиграфресурсы, 2000. С. 175.

Хрущёв С.Н. Никита Хрущёв: кризисы и ракеты. В 2 т. М.: Новости, 1994. Т. I. С. 271.

Розин А. Военно-морское сотрудничество СССР с ВМС Египта. Ч. 1. / Материалы сайта: https://alerozin.narod.ru/EgyptNavySoviet1.htm

Розин А. Военно-морское сотрудничество СССР с ВМС Египта. Ч. 1 // Материалы сайта: https://alerozin.narod.ru/EgyptNavySoviet1.htm

Материалы сайта: http://alerozin.narod.ru/Syria57.htm

Материалы сайта: http://alerozin.narod.ru/Syria57.htm

Лубянов А.Н. Черноморские крейсеры проекта 68-бис. Севастополь, 2008. С. 272.

ПЛАРБ — атомная подводная лодка, вооруженная баллистическими ракетами.

Козлов В. Подводная война. Горизонты великого противостояния сверхдержав. М.: Яуза; Эксмо, 2005. С. 154–155.

Жирохов М.А. Крылья возмездия. Краткая история ВВС Израиля. Минск: Харвест, 2001. С. 145.

Жирохов М.А. Крылья возмездия. Краткая история ВВС Израиля. С. 148, 150.

Касатонов И.В. Флот вышел в океан. М.: Андреевский флаг, 1996. С. 147.

Ядерный архипелаг / Сост. Б.И. Огородников. М.: ИздАт, 1995. С. 80.

Лубянов А.Н. Наша главная цель — авианосцы противника // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. Севастополь, 2012. С. 522–523.

Материалы сайта: https://aveterra.livejournal.com/945580.ht

Лубянов А.Н. Черноморские крейсеры проекта 68-бис. Севастополь, 2008. С. 28, 29.

Домненко А.Ф. Морская пехота на боевой службе // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. Севастополь, 2012. С. 109–110.

Заборский В.В. ПВО: Защищая воздушное пространство над «нашим» морем // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 605.

Костев Г.Г. Военно-морской флот страны 1945–1995. СПб.: Наука, 1999. С. 448–449.

Зверев Ю.П. Корабельная авиация ЧФ в решении задач боевой службы // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 91.

Горбачёв С.П. «Лихие» русские подводники против беспечных «америкосов» // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 446.

Горбачёв С.П. «Лихие» русские подводники против беспечных «америкосов». С. 447–448.

Вспомогательный флот ЧФ России / Коллектив авторов под руководством А.Я. Наумова. Симферополь, 2004. С. 35.

Крепкер Н.И. Базовый тральщик в Средиземном. Такое тоже бывало… // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 467, 468.

Крепкер Н.И. Три боевых похода «Григория Вакуленчука»: просто служба // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 469.

Крепкер Н.И. Три боевых похода «Григория Вакуленчука»: просто служба. С. 471–472.

Ермаков В.М. Морской тральщик «Арсений Раскин». Три боевые службы за два года // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 480.

Ермаков В.М. Морской тральщик «Арсений Раскин». Три боевые службы за два года. С.483–484.

Платонов В.В. Наша эскадра. // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 255–256.

Платонов В.В. Наша эскадра. С. 256–257.

Заборский В.В. На грани войны. Средиземноморская эскадра в локальных конфликтах и на учениях // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 133.

Заборский В.В. На грани войны. Средиземноморская эскадра в локальных конфликтах и на учениях. С. 134.

Заборский В.В. На грани войны. Средиземноморская эскадра в локальных конфликтах и на учениях. С. 136–138.

Лубянов А.Н. Черноморские крейсеры проекта 68-бис. Севастополь, 2008. С. 82.

Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины ХХ века / Под ред. В.А. Золотарёва. М.: Кучково поле; Полиграфресурсы, 2000. С. 190.

В главе использованы материалы: Марковский В.Ю. 63‐й Отдельный авиаотряд советских ВВС в Египте. 1970–1972 гг. // https://m2kozhemyakin.livejournal.com/36787.html

Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины ХХ века. С. 198.

Россия (СССР) в локальных войнах и военных конфликтах второй половины ХХ века. С. 200.

Война Судного дня. Ч. II. От прекращения огня до разделения сил. Тель-Авив, 1974. С. 87.

Материалы сайта: http://military-informer.narod.ru/news-4.html

Жирохов М.А. Крылья возмездия. Краткая история ВВС Израиля. С. 218–220.

В тексте использованы данные статьи Дубягина П.Р. «На грани войны» // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 164–166.

Дубягин П.Р. «На грани войны» // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 167.

Дубягин П.Р. «На грани войны» // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 169.

Кручинин Ю.Л. В октябре 1973 года // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 184–186.

Лубянов А.Н. Последнее пике «фантома» // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 490–491.

Селиванов В.Е. Вспоминает КОМЭСК // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 266–267.

БДК — большой десантный корабль; СДК — средний десантный корабль.

Тральщик «Ярмук» — советский тральщик пр. 254, передан Сирии. Полное водоизмещение 569 т, длина 59 м, ширина 8,75 м, осадка 2,5 м. Вооружен двумя спаренными 37-мм автоматами В‐11М.

История развития морских вооружений. Книга 2. История развития оружия советского военно-морского флота в период 1946–1986 гг. М.: Воениздат, 1989. С. 120.

Доценко В.Д. Флоты в локальных конфликтах второй половины ХХ века. М.: АСТ; СПб.: Terra Fantastica, 2001. С. 227.

Широкорад А.Б. Оружие отечественного флота. Минск: Харвест; М.: АСТ, 2001.

К этому времени в документах вместо КЛ‐102 стали писать ЗИФ-121, индекс ЦКБ‐7. Не исключено, что и в ЦКБ‐34 пыталось приляпать к КЛ‐102 какой-нибудь свой индекс — СМ…

СУРН — станция разведки и наведения.

Цит. по: Розин А. Сотрудничество СССР и Сирии в военно-морской области. Ч. 2 // Материалы сайта: http://alerozin.narod.ru/SyriaTartus.htm

Материалы сайта: http://alerozin.narod.ru/SyriaTartus.htm

Материалы сайта: http://alerozin.narod.ru/SyriaTartus.htm

Материалы сайта: https://tvzvezda.ru/news/20237301437-c1M3I.html

Заборский В.В. Кипрский кризис // На острие глобального противостояния. 5‐я Средиземноморская эскадра ВМФ СССР на защите державы в эпоху холодной войны. С. 193–194.

Заборский В.В. Кипрский кризис. С. 194–196.

Заборский В.В. Кипрский кризис. С. 197–198.

По данным: Заболоцкий В.П. Корабль комплексного снабжения «Березина». История, конструкция, боевая служба // Морская коллекция. 2007. № 5.

Штаб Российского Черноморского флота / Под ред. В.П. Комоедова. Симферополь: Таврида, 2002. С. 116.

Крикунов В.А. Потеря «Славы»… Воспоминания начальника походного штаба // Тайфун. 2001. № 1.

Крикунов В.А. Потеря «Славы»…

Бабич В.В. Наши авианосцы на стапелях и в дальних походах. Николаев: Атолл, 2003. С. 133.

Бабич В.В. Наши авианосцы на стапелях и в дальних походах. С. 262–264.

Слово «интифада» на арабский переводится как «избавление».