— … и, что сам думаешь насчёт всего этого???

— Что думаю? — Хмык, но какой-то он с примесью зависти… что ли. — Создалось впечатление, что жены Костяна, все по уши влюблены ещё и в нашего Серёгу. Сергей то, Сергей сё. И обидно ещё и то, что и наши с тобой подруги подвержены той же болезни. По-другому, это состояние у наших женщин я назвать не могу.

— Ну, у меня-то понятно… — улыбается, довольной такой улыбкой, Василий. — На, лучше глотни пивасика, давненько мы с тобой не пивали его под солёную рыбку. Девки с чего-то кричат, что это вредно для мужского здоровья, а вот водку, значит, с вином безмерно лакать, это, в их понимании, нормально. Хотя ты прав насчёт Серёги, что-то с ним всё завязано в нашей семье. Но и грех на это нам с тобой жаловаться. И тебя женил почти, и меня. Про Константина, вообще молчу. У тебя-то как, свадьбу, когда организовываете теперь, в свете последних событий?

— Теперь уж и не знаю — вздыхает тяжко братец близнец. — Да и нужно ли? Ведь обвенчались все тайно — отвечает точная копия спрашивающего.

— Ха… тайно! Все наши на венчании были — смеётся Вася. — Маму с папой предупредили. У меня и тёща прилетела.

— Ну, твоя тёща это что-то. Отдельная песня. Мне так, увы, не повезло — вздыхает, светящийся счастьем, Гена.

— У тебя Настя одна чего стоит. Вообще, кажется, что она без комплексов дама. А тёща моя, тут я согласен с тобой полностью, да, класс женщина. Но ведь… — пауза — она должна была стать родственницей Сергея.

Помолчали…

— Опять, двадцать пять! Всё ещё продолжаешь мандражировать по этому поводу? Ну, подумаешь, увёл Соньку из-под носа у брата. Да это ещё посмотреть надо, кто кого соблазнил, ты её, или Соня тебя. Ты мне лучше другое скажи. Чего это наши девчонки, ни с того — ни с сего, так резко возбудились и без свадьбы, считай, под венец с нами дёрнули, резко??? И твои, и мои, и даже малую твою и то к алтарю притащили. А ей, напомню, лет-то всего ничего — задаёт вопрос Геннадий.

Василий, задумчиво посматривает на брата.

Сидят в своей квартире. Вечером — поезд. Решили самолётом все же в столицу не лететь. За последние месяцы налетались уже, хоть и на дирижабле. А про самолёты теперь и вовсе-то и подумать им страшно. Такого комфорта, как на воздушном лайнере, увы, нигде не найти, даже в поезде, в вагоне СВ.

— Испугались вызова — тихим голосом отвечает Вася. — И не одни они. Я тоже боюсь. Чего? Непонятно. Но на душе неспокойно. С какого перепуга нас в столицу вызывают, причём, и тебя, и меня? Вместе. Вызов один на двоих пришёл. Зачем? Есть мысли на этот счёт???

Гена морщится, и задумчиво нос пальцем почесал, словно это ему думать помогает…

— Перед всем этим дурдомом с тайным венчанием, бабушка Анина звонила. Полночи они болтали. Что там было в том их разговоре, не скажу, я спал, да и Настя умотала меня. Утром же только к двенадцати проснулся, а они всё в гостиной у нас сидят, беседуют. Я как раз до ветра решил сходить после ночи-то. А они на меня взглядом мазнули и продолжили обсуждение. Я краем уха слышал, типа того, что застолбить очерёдность какую-то, и кто из них первая жена, кто вторая, и что делать, если третью и последующую брать придётся. Ну, как в твоём случае. Спрашиваешь, почему твою малолетнюю дурёху вызвали в Крым⁇ Так скажу, как думаю. Чтобы спасти всю её семью.

— От чего спасать надо-то? — Пугается Вася.

Как-то он к малой уже привык и видно тоже любит её, всё же любовной магией ему от неё хорошо досталось…

— От полного уничтожения — жёстким голосом говорит возмутительные вещи, брат. — Неужели удивлён, и про обычаи в рядах аристократии не в курсе, как те с подобными дурёхами в их среде поступают, и за одно с их всеми родственниками?

Василий кивает, сам изумляется, какие брат его единокровный выводы делает из пускай странного, но вполне обычного решения, как венчание, пускай и тайное.

— А, если кто, из женщин высшей знати включая, сюда и нашу правящую фамилию нами заинтересуется? Не подчистили бы они очередь для себя.

— Что? — Уже по серьёзному изумляется Василий. — Им-то это зачем?

— А ты передачу с нашим участием по телевизору видел? Нет? Вот и я не видел — вздыхает Гена. — А Настя мне на ушко шепнула, что приказ об отмене трансляции выхода её в эфир дали из канцелярии императрицы. И отснятый материал весь у них забрали. И в интернете ничего нет. И тут вызов. Настя со своими ребятами думали, что там такое, и пришли к выводу… — эта передача, с нашим участием, явно теперь просматривается в личном порядке теми, кто за неё очень хорошо заплатил. Очень хорошо, причём, всей группе, кто и снимал тогда. Всё премиальными выплатили. Очень много выплатили. Все смогли себе квартиры, вполне приличные в столице купить. В Питере!!! Как тебе такие выводы? Отсюда и венчание. Против божественного никто не пойдёт, даже венценосные особы, проклятием накроет. Потому и выдали твою малую за тебя резко, и родители её не возражали, и молча теперь трясутся за свою жизнь. Даже сейчас боятся. И мои, Аня с Настей, тоже боятся. А в твоём случае, Дарья с Соней тоже получается под ударом, хотя и меньшим, чем мелкая. Но всё позади. Венчание прошло. Мы от поездки отказаться сами попросту не можем. Но вот, что нас там с тобой ждёт, вот вопрос. Конкретики-то нет, почему именно нас вызывают. Костик пообещал, если что… он всех на уши поставит. А возможности у него теперь для этого ого-го.

Помолчали. Каждый думал о чём-то своём. Потягивали пиво, раздумывали над проблемой, решение которой, пока казалось им непонятным. Да и та ли это проблема? Конкретики ведь, как не было, так и нет. Просто вызов в столицу, а для чего? Сказано, что по месту прибытия сообщат.

— Но мы с тобой немного отвлеклись от начальной темы разговора — подал голос Геннадий. — Серёга и всё что с ним связано. И сочинское поместье, и крымское. За сочинское, кстати, мои девчонки знали. Анна про него, оказывается, Насте говорила. Правда, и всей правды, в итоге, так и не сказала. Не объяснила, кто и за что подарил эту усадьбу Сергею. И именно ведь Сергею, а не скажем, нашим родителям. Вопрос, почему??? Да, и как оказывается, даже дед с бабушкой ничего о подобном не знали. Так-то…

— А крымское после поединка, получается, перешло под руку Сергея — спрашивает Василий. Брат молча кивает, со значением во взгляде. — Дела… тут ещё Костик записями делился. Он ведь бой с профессиональной точки зрения рассматривал. Говорил ещё, что нагоняй Сереге устроит, как встретятся они. Плохо тот в тактическом плане бой провёл. Но Костику в этом плане виднее, он же спец.

— Ну, и что! Подумаешь, тактика! В итоге-то победа за ним и поместье сочинское за собой оставил, и крымское в придачу приобрёл — отвечает ему братец. — И вообще, я к чему… отлично ведь мы тут отдохнули. И море, хоть уже и холодное, и покатушки на катере. И в горы в поход ходили. Классно было!

Помолчали.

— Твои — беременны? — Меняет резко тему разговора, Вася.

Смотрит выжидательно на брата. Между ними никогда секретов не было…

— Обе — кивает головой Гена, но сам как-то затравленным, что ли выглядит. — Я и сам не понял, как всё получилось. — Вздыхает. — Бабуля Анина на седьмом небе от счастья. Настя с мамой нашей на эту тему беседу вела. С завтрашнего дня вроде как, пока мы с тобой отсутствовать будем, всех наших девчонок мама, в приказном порядке, в больницу к себе в отделение уложит. Профилактическое обследование.

— Дарья тоже нашим дедушке с бабушкой похвасталась сим известием — делится новостями Василий.

— И Сонька? — Уточняет у брата, Гена.

Ответом тяжкий вздох со стороны брата.

— Что? И тёща тоже, того самое??? — Настал момент изумляться теперь и Геннадию. — Малую ещё надеюсь, не натянул⁇ — Подкалывает он брата.

— С ума сошёл! Сколько ей лет? Всё шутки тебе… — обижается Василий — А насчёт тёщи, ты угадал. Думал, скандал устроит. Да куда там, Сама радостная и муж её, как я понял, от ещё одного ребёнка не против. Странная семейка.

— Ну, как бы и не знаю даже — качает головой Геннадий. — Ты же в курсе про данные о силе молодых жён Константина, как магинь? Он с тобой делился этой, секретной, вообще-то, информацией?

— Говорил только, что все нерождённые пока дети уже магически активны. А за девчонок своих молчал. А тебе что, говорил? — Интересуется он у Гены.

— Про детей тоже заикнулся, но потом проболтался, что жёны его все, включая даже малолетку Катю, уже по силе едва ли не архимагини. Как тебе такое? И с Аней Лара делилась, рассказывала про Катюху, какой у неё скачок в силе, и уровнях произошёл. Она же слабосилком была, а тут… боевой магистр с задатками архимага.

— Понял я, к чему ты клонишь. Тёща моя свои невеликие магические силы так решила прокачать??? — Делает предположение Вася.

— Ну, не забываем и про твой размер, её он тоже впечатлил. Но я бы на твоём месте, когда в следующий раз с ней уединишься, спроси, как она, после любви с тобой, себя ощущает. Есть ли, какие видимые изменения, например, в её магической составляющей? Вдруг, нам и своих девчонок удастся, как и Константину, поднять на столь впечатляющий уровень в силе, как магинь — задумчиво говорит Геннадий.

Отвлеклись на смену бутылок. Вася на кухню сходил, сменил тарелку с закуской. Рыба под пивасик шла на удивление, хорошо.

— Нет. Что-то тут не так. Может Константин у нас и какой-то особенный, но слишком сильных изменений ни в Соне, ни в Дарье, я сам не чувствовал. А ведь мы с ним из одного лона матери вышли и отец у нас один. Вроде что-то есть, но, чтобы столь сильный скачок — нет. Даже после обряда в храме, тоже нет. Тут явно что-то другое… — делает свои умозаключения Василий.

— Или не только это — задумчиво говорит Гена.

— Ты сейчас про что⁇- переспрашивает близнец.

— Сергей… и его эти непонятные шашни с жёнами Константина. С нашими девчонками у него таких открытых и доверительных отношений, точно нет. А тут… полуголыми перед ним рассекали. Знаю, слышал…

Вася, при этом, краснеет. Слишком свежи в памяти картинки его первого знакомства со своими… теперь то, что, не невестами, а уже жёнами? Во всяком случае, с самыми старшими из них.

— Катерина, когда купались в море, причём ночью, обмолвилась, что впервой также с Сергеем купалась, и очень ей это понравилась тогда. У всех девок Костика тоже такие загадочные улыбки мечтательные, при этом, были. Словно они там не купались, а сексом с ним занимались. Что там с Серёгой происходит и вокруг него, уж точно, не все понятно.

Но Василий решает резко сменить тему их разговора. Что-то она его слишком сильно стала напрягать.

— Как себя в столице будем вести? — Спрашивает он свою точную копию…

— Запомни главное, Васька, ничему не удивляться, — отвечает брату Гена — и ничего никому не обещать. А с остальным по ходу пьесы разберёмся…

— … ну, и как тебе мамуля попытка мальчиков соскочить⁇

Красавица Ольга смотрит насмешливо на свою венценосную мамочку.

Загородная резиденции императрицы. Личные покои. Зимнее убранство сада. Стеклянный фасад, отделяющий холод улицы от комфорта личных апартаментов, комнат наследницы…

— А ты знаешь, — улыбается Анна — а ведь забавно получается… мировые проблемы отступили на второй план, возможная война с индусами не так тревожит, хитроумные, изворотливые попытки Султана Афганистана по-родственному посетить нашу страну, не так уже и волнуют. Аристократические дрязги отошли словно за горизонт и не отсвечивают. Торговые разборки с Поднебесной не беспокоят, от слова совсем. И много ещё другое, что творится вокруг нас в мире, как-то отступило. А вот тот факт, что симпатичные парни на меня не реагируют как на женщину, (но в основном их теперь уже к венцу подвели. Жёны хитрыми таким оказались) жалко, ведь меня женского счастья лишили… и вот это по-настоящему цепляет. Хороший ход исполнили негодницы. Но нам-то с тобой от этого нелегче…

— Так я и не поняла. Мы парней что, отпускаем? — уточняет правила игры у мамы дочка, удивлённо при этом смотря на мать.

— Так решили же… Чего уж там. Не судьба. А ведь хотела я соскочить с их родителя. Да и тебе, я смотрю, этот Василий очень понравился.

Печальная улыбка на лице молодой красавицы.

— Да… — улыбается молодая копия мамы — Забавный. Стеснительный. Но, как мужчина очень даже ничего так.

На это уточнение дочери Анна только вздыхает тяжко.

— Я тебе доченька больше скажу… вернее даже покажу. — и кладёт на столик перед дочерью кулон. — Проверку прошли мальчики. Неподвержены они влиянию нашему проклятью, в овощ не превратились бы, свяжи мы с ними судьбы. Да вот… не судьба. Венчание…

Ольга ошарашено смотрит на мать.

— Так может тогда… — в её глазах плещется невысказанный вопрос.

— Всех убить, предлагаешь? Но ведь всем рты не закрыть. Придётся и родственников под полное уничтожение подводить. Ты точно этого хочешь? — жёстким властным голосом задаёт вопрос правительница Империи.

Ольга зло сжала зубы от накатившего на неё бессилия.

— Во всяком случае девок их, этих хитрожопых уж точно. — выговаривает она матери то, что думает.

Императрица головой качает, соглашаясь с дочерью.

— Подстраховались, без проведения официальной свадьбы. Ведь даже малую… и то под венец подвели. Страховка. Но, что сделано уже, то сделано. А так бы да… интересно могло бы получиться. — задумчиво тянет Анна — Любовь-морковь, дети опять же.

— Так давай артефактом незаметно и других родственников этой семьи проверим. — предлагает Ольга.

— Думаешь, ты самая умная??? — печальной улыбкой награждает Анна свою дочь — Даже одного из племянников проверили Геннадия Васильевича. Отец его сейчас в Москве в главке МВД служит, впрочем, как и его друг полковник. Была оказия. Сама инкогнито ездила. Как спецоперацию по обезвреживанию преступника всё обставили. Интересный опыт. Но не об этом сейчас. Так вот, результат, увы, не столь хороший, как с отцом и Геннадием, с Василием, этими аполлонами-парнями. А если быть точнее, то полный ноль. Для нас они не кандидаты.

— А племяш этот? — недоговаривает Оля

— По возрасту примерно, как известный тебе Сергей Геннадьевич. — отвечает Анна. Поняла о чём хотела спросить дочка. — Чуть старше. На год вроде.

— А Сергея проверяли… — уточняет Ольга.

— Нет… — мотает головой Анна. — А главное, как? Не было такой возможности

Сама кружево поправляет на рукаве своего длинного халата.

Расположились вдвоём нам удобном диванчике. Свет в комнате притушен. Вечереет. За большим панорамным окном идёт снег. Первый серьёзный снег. Крупные хлопья… и ни ветерка. Красиво. Ещё и подсветка очень удачно подобрана для деревьев и кустарников, раскинувшегося под окнами парка. Таинственной и волшебной кажется улица.

— До него как подобраться? Артефакт должен быть у меня в руках при проверке. А вот Василия и Гену я проверила ещё вчера. Наши… но увы. Если только полностью весь род невест… вернее уже жён, полностью зачистить. А это, как минимум, пару сотен человек. Ты на это пойдёшь⁇

Внимательный взгляд на дочь.

Та печально понурила голову.

Всхлипывает…

— Да, уж… А счастье было так близко. И ведь до этой осени парни ведь никому были неинтересны. Совсем. Такое сокровище лежало… нас ждало. А на выходе… опять упустили. — печально подводит итоги этого уикенда императрица.

— Ну, у тебя же ещё Геннадий Васильевич остался. Отец этих аполлонов. — с завистью в голосе говорит Ольга.

— Да… но, когда это всё будет? И будет ли вообще. С Натальей я, конечно, вроде как всё уже обговорила, во всяком случае первоначально наметились точки соприкосновения в этом щекотливом вопросе. А как сам её муж к подобному предложению отнесётся, пока непонятно. Да и трон я пока не в состоянии тебе передать. Пока не выдам, надеюсь, что очень удачно тебя замуж. Подумать только… власть в стране сильна и прочна как никогда в истории. Поддержка народная практически абсолютная. В мировом пространстве особых потрясений не предвидится. Враги посрамлены, ещё и деньгами пытаются за свои косяки, как ты любишь выражаться, откупиться. Всё отлично, в том числе и здоровье. А вот личного счастья, увы, нет. И пока одни туманные намётки на это счастье имеются. У тебя же и того хуже, мою судьбу повторить разве или пробабки твоей?

— Ну, уж нет! Только не это!!! — буквально шарахается в сторону от матери, наследница.

Помолчали.

— А что там Светлана наша, которая Косицкая? Вернулась уже? — спрашивает родительницу дочка.

— К чему спрашиваешь? — улыбается Анна — Вспомнила про её последнее предсказание, на счёт нас с тобой, и себя за одно?

— Не без того. — отвечает Ольга — Интересно же, кому она себя в жёны напророчила, причём аж третьей женой.

— Молчит. — вздыхает правительница — Имела с ней беседу по её возвращению. Глазами хлопает… ну, и оправдывает свою фамилию

— В смысле? — не понимает Ольга о чём говорит мама.

— Косит, что непонятного! Типа, не помнит ничего. А фамилия у неё напоминаю… Косицкая.

Смеются. Развеселились наконец-то.

— А что по первой претендентке в жёны, к пока ещё неизвестному принцу? — задаёт вопрос Ольга.

— Ну, не такому уж и неизвестному принцу. — улыбается Анна — Пока что в кандидатах одна кандидатура, учитывая кого на должность первой старшей жены пророчит Светлана.

— Неизвестный князь Салтыков???

Кивает печально Анна.

— Подступиться к старшим в клане Салтыковых не получилось. Но факт остаётся фактом… финансовые дела клана их пошли в гору. Резко. Просрочек с оплатой по счетам не допускают, а значит, значительные средства сконцентрированы на их счетах в банках. Но у банков данные никак не взять. И кто этот неизвестный пока нам князёк, установить не получается. Никак. Ждём. Ну, не будет же он скрываться вечно. Хотя, для клана ничего, по сути, не меняется, разве что в Боярской Думе представителя их нет.

— А что Сергей, который Геннадьевич? К нему же, как не крути, все нити ведут? — напоминает Оля.

— Так-то оно так, — соглашается с дочерью императрица — но на пальцах рук у него княжеского перстня нет. А снять его попросту нельзя. Разве что, на минуточку, представить, что он Истинный! Но это, сама понимаешь, невозможно просто.

— А если проверить? — загораются энтузиазмом глаза девушки.

— И что ты предлагаешь? — спрашивает Анна.

— Так музей государственный! Первый трон династии… — с надеждой во взгляде смотрит умненькими глазками Ольга, на свою венценосную, но такую несчастную, в женском плане, мать. Молчание. Императрица обдумывает слова дочери. — Мы же ничего не теряем. Об этом никто кроме представителей нашей фамилии и то из архивов, и не знает. А кто с ними, этими архивами, кроме нас с тобой возился? А, ведь если только предположить, что мальчик, и правда, хоть как-то относится к истинным… по какой-то причине, то, если присядет на этот трон, для всех музейный экспонат, он просто зависнет на долгое время. Согласно документам дошедших до нас… по срокам от дня до года. А если нет, то просто посидит на жёстком кресле и вперёд на выход. Устроим ему экскурсию???

— А как в столицу пригласить, чтобы он не смог отказаться, как в прошлый раз, проигнорировав твоё же приглашение? — напоминает Ольге, о её неудачи, Анна.

— Так просто… вызов сделаем — предлагает девушка — по поводу чествования автора лучшей песни года, и все дела. А там экскурсии, банкеты организуем, и проверим за одно его и на наш семейный артефакт. Может, и он, как и его отец и старшие братья, окажется не подвластен силе артефакта.

— Один раз он уже отказался от твоего вызова. — напоминает Анна дочери.

Ольга обижено морщится.

— Тогда вызов сделать за подписью твоей канцелярии. Тогда уж он точно не отвертится. А что, идея! И не надо приурочивать вызов непосредственно к записи передачи «Песни Года». Там и исполнителя песни хватит. А вот уже сами, как и так ясно, мы главные выгодо-получатели от его песни, и по чествуем автора.

Анна задумчиво смотрит на дочь.

— А не будет ли это выглядеть в глазах общественности странным? Мол, вызвали поблагодарить всего одного человека???

Но Ольга на замечание матери только отмахивается…

— Да перед кем нам отчитываться? Делать нечего! А, что касается пацана, так и так ясно ведь, что по популярности песня про «бесноватую императрицу» никому из других авторов и композиторов не переплюнуть. Да и афишировать зачем. Кому надо будут знать. Песня, музыка и стихи зарегистрированы. Роялти выплачивается, пускай и через исполнителя. Не столь и важно. А вот на нашу благодарность в глазах народа, он же должен был бы рассчитывать? Вот и осветим как раз в этом ракурсе для всей страны нашу «Благодарность».

Помолчали. Мама задумчиво морщит лобик. От мысленного процесса даже морщинки на лбу, красивейшей их женщин, появились.

— Делай… — соглашается она. — но с небольшими уточнениями. Твоя дальняя родственница с «Туманного Альбиона» тоже на этом приёме, в обязательном порядке, должна быть. И Косицкая так же.

— Светлана-то нам зачем? — не понимает раскладов матери Ольга.

Анна покровительственным взглядом смотрит на дочь… неопытна та ещё в интригах.

— Светлана пока что совершенно не умеет скрывать свои эмоции. Врать у неё абсолютно плохо получается. И представь теперь её реакцию, когда в Царском Селе, на семейном приёме, где могут быть только все свои, она увидит Сергея? А? А, если именно его она и имела ввиду, в своём прогнозе о будущем семейном обустройстве императорской семьи⁇

— Она может и ошибаться, или что-то пойдёт в истории не так. — опешила немного от напора родительницы, наследница престола.

— Бывает и так как ты говоришь, — соглашается Анна — но по большому счёту мы хотя бы поймём, а не этого ли своего знакомца она в своих мечтаниях на троне императорском видела, в своих пророческих снах. А это дорогого стоит. Но до самого мероприятия Светлана о Сергее и его приезде, знать не должна. Понятно?

— Да. — коротко отвечает на вопрос матери дочь.

— Теперь, что касается нашей англичанки. — опять берёт слово родительница — Она в православии желает пометь имя. Просит пойти в мир православия под именем греческим… Елены.

— Прекрасной, что ли⁇ — улыбается Ольга.

Смеются…

— Скорее даже Василисы, потому что премудрая. — вторит ей мама — Я ей предложила выбирать себе имя из этих двух вариантов. Пока думает, что для неё лучше, быть красивой или мудрой. И её мы в обязательном порядке, на дни пребывания в гостях Сергея, приглашаем к себе в Зимний Дворец.

— А не поспешим ли мы? Вдруг, он не Салтыков? — говорит Ольга.

— Так мы и не настаиваем… — потом всё же немного подумав, Анна вынуждена была согласиться с замечанием дочери — Но ты, пожалуй, права. Тогда сама берёшь со своими подружками и фрейлинами мальчишку в оборот. Погостит он у нас, от силы, дня три. В первый день, приезд, знакомство. Второй, экскурсии. А в третий… А ладно, тогда и бал с банкетом… разрешаю предновогодний устроить. Занимайтесь там с девчонками. По финансированию, канцлер выделит деньги, я команду дам. Но не забывай… семейное торжество, а потому количество приглашённых строго ограничено. И, что касается нашей англичанки… если Сергей не подтвердит на троне свою принадлежность к истинным, то и знакомить нашу Елено-Василису с ним считаю преждевременным и нецелесообразным. А вот Светлана должна увидеться с ним в первый же день. Надо это будет подстроить, красиво сделать, чтобы со стороны всё выглядело, как их случайная встреча. Ну, и профессионалов, кто знаком с физиогномикой я сама приставлю к ним. Справишься?

— Конечно. — забавно корчит рожицу Ольга — Это же бал устраивать, а не на полигоне отрабатывать очередную связку боевых плетений. Нет уж… я лучше в красивом платье по залу большому в танце покружусь. Но вот как быть с Василисой… или как там её… Еленой, с англичанкой нашей? Тут всё спорно. Во-первых, если её выдергивать из монастыря, то придётся и все дни привлекать к развлекушкам. Не прилично будет, оставить гостью одной и не пускать её на мероприятия, хоть они и считаться будут как семейные. И ведь она теперь, итак, член нашей семьи. А ты ставишь при этом задачу, если наши опасения на счёт Сергея свет Геннадьевича не подтвердятся, их не знакомить. То есть постоянно разводить по углам. А народу-то на вечеринке будет мало. Сложно будет такое провернуть, тем более все будут знать, по какой причине, этот, ещё вчера простолюдин, приглашён на такое мероприятие в имперский дворец. Не реально это…

— Ну, тогда пускай всё идёт, как идёт. — соглашается с дочерью Анна.

Потом смотрит на довольную дочь…

— Чего? — сама улыбается императрица, видя радость на лице своей дочурки. На что получает ещё более озорную улыбку…

— На ровном месте получила разрешение устроить бал, как я хочу. К тому же и парней приглашу. А можно гвардейцев⁇ — просит разрешение Ольга.

Морщится Анна.

— Грубые. Испортят тебе праздник. А тут ещё, считай, гражданский, как они выражаются, шпак. Точно до поединков дойдёт. Оно тебе надо? Так, что нет. Приглашаешь мальчиков только из наших дальних родственников и мирных, по возможности. Тебе же неприятности на танцах не нужны? Нет? Во-от! А помня про то, что и Сергей любитель почесать кулаки… так тут нужно ещё более вдумчиво всё продумать.

— Мам… а что там саксы по нашей гостье думают? — меняет резко тему разговора Ольга — Я слышала запрос на выдворение из страны они сделали.

— Угу. Есть такое. — отвечает Анна. — Но сама понимаешь, идти у них на поводу я не собираюсь. Тем более нет и причины отправлять, обратно к родителям нашу родственницу. Девочка официально прошение на моё имя подала и не забываем про алтарь, и данную клятву на родине молодому Салтыкову. Я-то понимаю, чего хотят бриты. Попытаться снять в храме клятву с девушки и потом, в очередной раз, её разыгрывать, как приз. Нет уж. Она теперь послужит нам на благо, своей чистой родословной. А вот англичан развести на деньги, на причитающееся ей наследство и приданное у меня получилось. Посетил сенат тут на днях посол английский. Вот ноту ему и сунули о том, что девушка-то теперь бесприданница, а это в корне неправильно. Ну, и затронули вскользь вопрос денег… сколько мол было перечислено Салтыкову и были ли эти переводы в реале. Они и подтвердить-то боятся, потому что вылезут на свет суммы, которые они выделяли на подкуп наших сенаторов в Боярской Думе. А тут и мы слегонца допустили утечку информации о англичанах, и аккурат она попала на стол канцлеру Германии. Да со всеми нашими выкладками, что, куда, и зачем, и причину озвучили… про руду и её поставки. Скандал не случился, но англы быстро сообщили, что требования о приданом девочке нашей более чем уместны. И транш позавчера полной суммой прошёл. Всё! Девочка у нас очень богатая невеста, даже по меркам любых из наших Великих князей.

— Получается, два раза за девчонку они заплатили? Один раз, мы предполагаем, Салтыкову, теперь вот непосредственно ей. — удивляется Ольга

— Всё так. — отвечает Анна — Теперь осталось с её помощью лишь снять проклятие рода с нашей фамилии. И у нас с тобой есть для этого все возможности.

— За исключением Салтыкова или его замены… — напоминает о неприятном наследница.

— Всё так. Но с деньгами она просто может своё гнёздышко свить. И пусть уже не она, а её дети тогда послужат нам и нашим потомкам. — вздыхает обречённо Анна. — Может, они будут счастливее чем мы с тобой, милая моя девочка…

— … и как теперь всё это объяснить? Поведай Фрэнк. Премьер-министр в бешенстве пребывает. Германцы намёками дали понять, что откуда-то в курсе попыток отжать у них поставки, так нужной миру, руды. А залежи, считай, есть только в рабской России. Какую игру вели-то сильную и уже к последнему этапу подбирались… и чисто было все придумано, чтобы переворот без пролития крови, сотворить. Да вот… Есть, что по данным о Салтыков?

Тёмные улицы пригорода Лондона. Зябко. Ноябрь на дворе. Здание в мрачных тонах. Высокие окна и постоянный холод в его больших помещениях. Не спасают от сквозняков ни камины, ни магически активные нагревательные приборы. Хозяин этого здания, мог себе позволить и такие немыслимые траты…

— Данных много, а если в них все вникнуть, то их получается и нет вовсе, одна вода, и как, говорят на Руси… «одна бабка сказала». Но что подделать, службы безопасности Российской Империи разбиралась во всём случившимся и их копии документов расследования, за хорошую мзду, нам передали доброжелатели наши. Но, увы, ничего существенного нет. Вообще. Никто не может ответить на главный вопрос… «почему???». Почему именно на князя Салтыкова сработала защита, о которой десятки сотен лет никто и не помнил. Знали… предания-то остались, но уже в неё никто не верил. И тут… Вот только почему именно Салтыков, да ещё именно в тот момент, когда на него была возложена задача, провести заключительную фазу операции? Всё же было готово. Всего декады не хватило, чтобы деньги разошлись по адресатам. Получатели ждали лишь перевода наших средств и начали бы действовать. И тут погибает от древней защиты наш князь, в итоге мы теряем деньги, а с ними и сторонников.

— Приплюсуй сюда, Френки, и имиджевые наши потери. Кто теперь с нами захочет связываться? А? — задаёт вопрос босс.

— Деньги решают всё… — не соглашается помощник.

— Ага… Вот только, как их перекинуть теперь в Россию, ты об этом подумал? Кто выступит в качестве посредника, когда русское СБ имперское попросту лютует? Как? Нам люди не верят уже! Ведь многие рода и кланы, поведясь на наши обещания, вложили в операцию свои средства и средства кланов. Так ещё теперь и следователям так ниточку дали… «на что, мол, вы выделяли такие деньжища». Боюсь на долгое время мы потеряли влияние на аристократов Российской Империи. Как бы и вовсе не навсегда. Кстати, что там по новому князю Великому? Мне послышалось или правда, какой-то выскочка прошёл ритуал и при этом остался в живых, как и все его родственники?

— Князь Воротынский, сэр. Двадцать голосов в Думе. — докладывает помощник.

— О, боги!! Этого ещё не хватало. Надеюсь, он не приверженец автократии и самодержавия??? — уточняет хозяин дома.

— Пока, что в заседаниях Думы участия не принимал. Молод. Военный бывший, но не в чинах. Мечтает о карьере полицейского. Во всяком случае мечтал, до того момента пока не стал Великим Князем. Слушатель академии МВД в Омске. Четыре жены. Есть наследник. Из очень важного… его одна из жён, принцесса Султаната. Попала в плен. Кстати, пленена, как раз-то им.

— Постой, постой. Не чащи… Тема Афганистана мне очень близка. Всё-таки мы его своей колонией когда-то считали, хотя и ошибались сильно. Эти хитромудрые и нас вокруг пальца обвели, попользовались нашей благосклонностью, и в итоге потом так усилились, что стали на равных с нами пытаться вести дела в мире, а главное на Востоке, не считаясь с интересами нашего королевства. А потому, поподробнее об этой принцессе. Что она в России-то делала, установили?

— Об этом информации нет. Но по обрывкам данных можно понять, что была она в плену у русских. А затем там и родила. Как оказалось, от в солдата, кто её в плен и взял. Имело место изнасилование. Хотя… ведь восточные женщины насилия над собой бы не потерпели, был бы стопроцентный суицид, а тут… Нет информации, но зато есть наследник клана Воротынских, признанный новым князем. По факту мальчик, как и его мать магометанин.

— Людей отправлял всё разузнать? — уточняет у своего верного слуги хозяин дома — Уверен, что мимо такой информации, ты бы просто так мимо не прошёл.

— Пытался, но около этой семейки слишком много сбэшников крутится, причём не только имперских, но и аристократических кланов. Не пробиться, да и опасно очень. У меня там три группы пропали бесследно. Под плотным колпаком новоиспечённый князь. Но кое-что узнать удалось. Данные в общем пользовании, — докладывает слуга по секретным поручениям — о семье нового князя, ещё до его восхождения на княжеский трон, путём женитьбы на одной девице, которой самой императрицей дана возможность нести продолжение рода князей. Ритуал, сами знаете, никто в последние столетия не пережил, как в России, так и в других странах со старой историей, на вроде нашей.

— Вот именно поэтому этот случай так волнует меня. А теперь представь, что кто-то из членов семьи этого молодого дворянина в обязательном порядке мужского рода, как понятно, женится на представительнице аристократической общественности великой Британии. Род тех же Гамильтон почему бы не возродить? Кстати, сокровищницу клана молодому князю удалось открыть?

— Поговаривают. что да. Ехать за ним в Рязань, это его новая вотчина, я посчитал слишком опасным. Но деньги всё решают. Донесли, что да… сокровищницу он посетил, причём не один, а с жёнами.

— Но это же невозможно⁇ — удивляется сенатор и глава одной из разведывательных служб, при британском парламенте.

— Поговаривают, но опять же данных точных у меня нет. Все девочки, его теперешние жёны, очень сильно продвинулись в рангах магии. По силе, а не по обученности, все четверо чуть ли не архимагини уже. Так-то…

— Ого-го! А, вот это интересно. Прямые родственники мужского пола, есть у этого молодого князя по линии матери? — спрашивает босс.

— В семье откуда он вышел, всего сейчас, девять детей. Из них четыре девочки и пять мальчиков. Князь не был одним из старших среди детей. Возможно его можно было на старый русский манер назвать третьяком. Так вроде раньше в России третьего ребёнка в семье обычно называли. Два первых близнецы. Сейчас их окучивают свахи. Есть данные, что пытаются мальчиков женить, хотя им уже под тридцатку лет, уж точно. До сего года они никому интересны не были. Там такая ситуация… клан семейный, за какие-то заслуги перед отечеством, их императрица ввела в дворянское сословие, с присвоением права называться графами. Младшие родственники, не наследники, все виконты. Там хитро в представлении было сказано… вроде как за одно достижение это награждение, но факту однозначно имеется и другая, основная причина. Никто ничего не знает. Официальное же объяснение я и комментировать не хочу. За такое и в денежном эквиваленте, за подобную услугу, вполне бы хватило благодарности, от венценосных господ. Но тут и титул… и деньгами помогли. Да всё там непросто.

Тишина в кабинете, где проходит разговор. Хозяин апартаментов задумался над полученной информацией. С полчаса гость слушал лишь, как шумит каплями дождь на улице, о крышу здания. Сильный дождь. К похолоданию…

— Нам нужно, кровь из носа, расположить к себе, младшую часть мужского состава семьи, этого новоиспечённого великого князя. — задумчиво пуская в потолок порцию ароматного дыма от сигары, говорит сенатор — Связываться со старшими братьями, считаю пустой тратой времени. Над ними, уверен, и так уже колпак висит, и их уже не отпустят в свободное плавание. Сейчас свахи всех ведущих родов империи передерутся между собой из-за них, пытаясь, протолкнуть им в жёны своих девок. Вот уверен в этом, исходя из тех данных что ты мне сейчас предоставил. И их сложно перевоспитывать, раз они уже взрослые и наверняка и армии успели послужить, как и их единокровный брат, который теперь князь.

— Так и есть. Оба служивые. И да… уже у каждого по две невестки в претендентках на алтарь и венок свадебный имеют. А один ещё и младшенькую прибрал, которая в своё время, его любовной магией окатила.

— И она ещё жива, как и её родственники? — переспрашивает хозяин кабинета.

— Жива. Сам удивляюсь. У нас бы уже давно… — пауза — покрошили всех…

— Что есть, то есть. — пауза. Явно принимает какое-то решение старший в этой достойной паре джентльменов. — При посещении Букингемского дворца постараюсь напроситься на аудиенцию к её Величеству. Если не в курсе, то скажу… в нашей империи, с возрождением кланов и родовой аристократии, ситуация как бы не хуже, чем в той же России. Можно сказать, в разы хуже. Если, как и князь, например, кто из младших сможет пройти хотя бы раз алтарь во время ритуала возвращения аристократического рода, то ему можно будет таких невест с возможностями возрождения штук несколько предложить, в качестве будущих жён. Очень богатых, надо сказать, жён. А мы, я тебе напомню, старейшая в мире Империя, где правит аристократическая прослойка населения. И вот, увы, она у нас уж очень сильно, особенно за последнее столетие, истончилось. Французы с итальянцами, вот уверен, тоже сейчас зашевелятся и сделают, как и я, такие же выводы. Старших взрослых братьев молодого князя сложно перетянуть на свою сторону и чем-то заинтересовать, а вот младшеньких… очень даже да.

— Но один-два человека… что это нам даёт? — не понимает собеседник доводов своего руководителя — Какой от них прок?

— В долгосрочном плане просто огромный. А на короткие дистанции я, увы, не стратег. Мелко. Не понимаешь? — задаёт вопрос босс.

— Дети? — понятливо кивает один из лучших секретных агентов Британии.

— Правильно. «ИХ»… дети!! И эти, особенные, я надеюсь дети, дадут ещё потомство. И для этого всё нужно будет сделать, и желательно чтобы мужского пола оно было. А теперь представить, сколько родов мы сможем поднять из небытия⁇ А??? А это, между прочим, и сокровищницы родов и кланов. Магические изыскания, которые вели на протяжении веков в почивших кланах и родах. Сила огромная заложена, в этом, по сути, простом решении. Сейчас бы нам заполучить от этой семейки преданного последователя, в будущем англа или брита. Да я уже согласен даже на шотландца… который и даст нам своё потомство, через которое мы сможет возродить из небытия аристократические кланы с большой магической и военной родословной, и задатками сильных магов. Как и добраться к тому, что спрятано у них в сокровищницах. А это, мой друг, будет огромный скачок… Я надеюсь на сотни, если не тысячи сильнейших магов. Как тебе такая перспектива???

— М-да, уж. Впечатляет. Но и сами говорите же, что наши враги не дремлют, а тут и вовсе… начинают думать и действовать как и мы. Но нам надо как-то подойти к мальчикам.

— Надо и притом… ненавязчиво. Наверное, уже сейчас у них в сознании нужно формировать устойчивое положительное отношение к Британии. Вот только, как это сделать? Я не знаю. Я стратег. Это ты у нас непревзойдённый тактик, тебе и карты в руки. При этом заявляю официально… финансирование этого нового проекта будет полностью за счёт казны и без всяких обременений. Максимально возможное по своим размерам. Цени. И поверь… я положительное решение этого проекта продавлю, где следует…

— А если у меня не получится… подружиться… может, тогда их…

Но договорить слуга господина просто не успел.

— И думать забудь. Не получится с этими, так ведь они дадут потомство. Эта операция нашего министерства на годы рассчитана будет. Неограниченная, вообще по времени. Не получится с нынешними носителями этой крови… они наплодят наследников… и просто сыновей. Вот тебе и фронт для работы. Дерзай… ты или, скажем, твои последователи. Понятно?

— Курица, несущая золотые яйца? — ухмылка довольная на лице боевика.

Он понимает… теперь это основная задача на всю его оставшуюся жизнь. А под задачу целый отдел можно будет создать, со своей инфраструктурой… а при неограниченным финансированием…

Какие не бывалые перспективы открываются перед ним и его последователями…

Мечтательный взгляд в потолок…

— Бриллиантовые, Френки, бриллиантовые. — довольная ухмылка на лице сенатора. Удалось ему зацепить своего цепного пса. — А потому, делать всё возможное, чтобы с головы твоих потенциальных объектов воздействия и волоска не упало. Кстати, это касается и всех остальных членов семьи и даже девочек. Напоминаю…

— Дети! Я помню. И в будущем их тоже можно будет использовать на благо Британии. — улыбается секретный агент.

— Умница, всё понимаешь. Теперь давай вернёмся к клану наших бывших союзников. Салтыковы! Как понимаешь ты сложившуюся с ним ситуацию на данный момент? — задаёт неожиданный вопрос босс.

Френк поднимает глаза к потолку. А красиво тут. Древнее здание. Он знает, строение постройки конца прошлого века, и ведь как сохранилось…

Но не отвлекаться… разговор-то идёт серьёзный, ценой на миллионы, если не на миллиарды фунтов стерлингов финансирования…

— А как её понимать? — кстати, о деньгах… — Мы потеряли кучу денег. Огромную кучу и вернуть нам их может только они.

— Бред. — не соглашается с ним его начальство, в виде этого сухонького старичка с морщинистым лицом, одетого с иголочки в дорогущий костюм из шерсти местных коз. Дорогущей, надо сказать, шерсти… — Ты сам-то веришь в то, что кто-то нам будет возвращать деньги, когда и так понятно, что мы всеми силами от них будем открещиваться. Ты хочешь скандала на весь мир?

— Ой! Что-то не подумал. Но и отдавать просто так эти деньги, я считаю, кощунством. — набирается смелости, возразить своему начальству Френки.

— Деньги — тлен! Скажу больше, девка, которую мы с Салтыковым, в качестве его будущей невесты отправили в Россию, и которая королевских, кстати, кровей… не собирается возвращаться назад. Попросила убежища в России. Сейчас изучает православие. Но не суть… их императрица потребовала выплатить ей причитающееся приданное. А на минуточку, это всё приданое было переведено на счета Салтыковых.

— Во-от. — улыбается Френк — Так почему бы нам их с них обратно не затребовать? Как понял, на нас надавили так, что, мы вновь повторно эти выплаты сделали???

— Конечно! А по-другому то как? Засветился бы весь транш, а там…не важно сколько… но поверь… очень много. Так обложили скоты, что и деваться-то некуда было. А с Салтыковым, мой друг, другая проблема связана, и это далеко не деньги. Использовать девушку российская сторона может только концепте с Салтыковым. Клятва у алтаря в нашем храме!!! От проклятия уже не уйти. Можно рискнуть, конечно, и выдать девушку замуж за другого кого, но поверь… этот другой после свадьбы и декады не проживёт. Но об этом знать никому не надо. Пускай русские делают ошибки роковые. А потому, и хочу тебя уберечь от неправильных, опрометчивых шагов. Искать Салтыкова я тебе запрещаю. Уверен я в твоих возможностях и способностях, а потому ты его найдёшь, уж точно. Но вслед за тобой по пятам и другие, тобой проторённой дорогой пройдут. И ведь тоже найдут! Успеешь ты его ликвидировать и деньги при этом забрать? Вот, как раз-то в этом я очень уж сомневаюсь. А потому и запрещаю поиск. Объявится кто, как продолжатель рода… с тем и будем работать.

— Так я разбирался уже… и ниточки были, но удивительным образом они как-то сами собой оборвались. — говорит задумчиво Френки.

— С этого момента поподробней… — просит босс.

— Всё упирается… как бы не было это смешно, в одного из братьев молодого князя Воротынского. Я же говорил, «Виконтом», аристократическое звание, всем отпрыскам того семейства предоставила право, не наследникам, называться их императрица. Так вот… в Сочи наш князь сошёлся в поединке магическом с этим молодым человеком.

— Слышал что-то подобное. Рассказывали после приезда в Англию Салтыкова, что кому-то на поединке имение в Крыму проиграл. Что ответной ставкой с той стороны было похожее по стоимости, но новодел… вполне приличная усадьба в Сочи. Это так? — уточняет сенатор.

— Да. Вот я и подозревал хозяина этого поместья в Сочи. И к моему удивлению, им оказался родной брат нового князя Воротынского.

— Ты про ниточки обмолвился. Что по ним? Я тебе полностью довею и твоему чутью. Так что не так⁇

— На пальцах рук у молодого человека нет кольца главы клана. А потому… — вздыхает Френки.

— Гадство. — бормочет себе под нос сенатор. — За «Истинного», я даже думать не хочу. Ещё больший бред. Но раз мальчик братик младший своего высокородного родственника, то его под плотную разработку берём. Вот и наметилась наша основная цель. Он главная на сегодня, для тебя цель!!! Ищи выходы на него. Подводи к нему своих людей, в особенности опытных, красивых женщин. Думай, как всё это провернуть. В стратегическом плане он наш главный объект воздействия. В долгосрочной перспективе… по обмену опытом, студентом он должен быть в числе приглашённых на обучение в Британии. Думай. Разрабатывай план. Сколько нужно людей, оборудования, сил и средств всё выделим. Делай расчёт. Не скупись. Причём, надо это было начинать делать ещё вчера. Действуй. И помни, мне нужен результат, но не ценой невероятных усилий. Всё же это долгосрочный наш проект. Но про неограниченное финансирование, как в плане денег, так и ресурсов, помни. Жду докладов. Выходи на меня хоть ночью. Работай. И удачи тебе, Френки…

Урок физики закончился. Звонок на перемену. Можно и отдохнуть при условии, что мне дадут. Но одно хорошо… нам аудиторию менять не надо. Следующий урок, а по расписанию у нас литература, пройдёт в кабинете, который и закреплён за нашим классом, а это значит, что из класса мне необязательно выходить на перемене. Даже подышать на улицу не хочу выдвигаться, ни туалет посетить. Может, всё-таки пронесёт и не по мою душу тут некоторые с утра появились.

Вот только, по ходу, не судьба…

Видно поняв, что из класса по какой-то причине на перемену я выходить не собираюсь, моя новая знакомая сама зашла в аудиторию, при этом, многих моих одноклассников весьма сильно удивив этим поступком. Класс у нас всё же боевой, девчонки против посторонних, тем более кто, кажется, младше и слабее всегда выступают единым фронтом. Вот только оказывается некоторые, в том числе и мальчишки нашего класса, гостью знали лично…

— О! Привет, Танюха! Какими судьбами у нас? — Удивлённый возглас Курниковой Верки.

За Верку поговаривали, что, получив одарённость лет, так пять назад, её родители пытались пристроить своё молодое чадо к какому-нибудь процветающему желательно, дворянскому роду, в качестве «Дворянской дочери». А тут ты глянь, знает, представительницу рода Завьяловых. Дела…

— Привет, Верунчик! — Сказала, как кошку погладила незваная утренняя гостья, а сама при этом с меня взгляда своих наглых глаз не сводит.

— Всем привет… — и уже мне. — А ты чего там галёрке расположился? Боишься девочек, потому и один сидишь?

— Ах, ты ж сучка… — в голове раздаётся злой голос Бори — Ну, сейчас ты своё получишь. На тренировке я её трогать особо не стал, так пошутковал чуток, да видно мало, не дошло до её молодых мозгов, что не стоит тебя трогать. Так нет же, припёрлась. Ну, ничего. Даванём???

И влепил Искин мою отталкивающую ауру на полную силу.

Я же, продолжаю молчать. А что? Со мной ведь отдельно никто так и не поздоровался даже.

Девушка, как раз в мою сторону направилась, но через несколько шагов была вынуждена, остановится и видно было, что делает она это через силу.

А ведь удивлена. Я вчера из спорткомплекса с наливающимися синяками выходил, которые сегодня к утру обещались принять вид огромных фингалов на всё лицо. А тут так выгляжу со стороны, словно вчера с ней и не дрался вовсе, чем как раз-то она и не может похвастаться. Нос, припухший и тенями, синяки под глазами затушёваны. Не помогла лечебная магия девчонке, впрочем, как и посещение больницы.

Удивление в её глазах.

— И про претензии свои к тебе забыла. И чего спрашивается, пришла, чего ждала в коридоре почти час, пока урок закончится — бормочет недовольный Боря. Но чувствуется в девчонке стержень в характере.

— Поговорить надо. Выйдем? — Предлагает она мне.

Я же кривлюсь, потирая демонстративно у себя шею ладонью.

— А бить не будешь, как вчера? — Спрашиваю я её, напуская в голос испуга. — Кстати, как там твой очаровательный носик???

И ухмыляюсь усмешкой самой провокационной, на какую только способен.

Достал до её больного, во всех смыслах этого слова, места. Прямо чувствуется, как начинает беситься она. Но надо отдать должное девчонке, умеет своими эмоциями управлять. Страшный противник…

— Об этом и поговорим — и не удерживается от колкости. — Смотрю, подлечился уже?

Я же, вальяжно на стуле развалился в расхлябанной позе отдыхающего.

— Ты про синяки, которые ты мне вчера под вечер наставила? — Спрашиваю я. — Так ещё в машине всё прошло, тем же вечером, когда домой после трени ехал — улыбаюсь я ей в ответ. — В наших-то краях ты, каким боком? Или специально ко мне на свидание решила прийти, но вроде уговора, пока мы вчера в обнимку кувыркались на матах, не было.

Народ в классе молча слушает нашу с ней шутливую перебранку. Кто к нам в гости забрёл, те, кто знаком с девочкой, народ уже просветил. Все прониклись трагизмом момента. Ведь явно будут бить, а кого и так понятно. Вот только в последнее время со мной непонятности творятся, и если во что вляпываюсь, то обязательно победителем из таких стычек выхожу. Стычка с Данькой Ветровым, тому примером…

Но смысл дальше тянуть, скоро и звонок на урок прозвенит.

Старосте нашей говорю…

— Если задержусь, то предупредите литричку, что за мной пришли. Вопрос жизни и смерти! — Добавил я трагизма в ситуацию.

Поднимаюсь из-а парты, киваю гостье на выход.

— Пошли — говорю я Татьяне. — Времени и так на разговор в обрез. Не при всех же обсуждать наши с тобой непростые отношения…

Ей так и хочется крикнуть на весь класс, чтобы дошло до всех, нет никаких между нами отношений. Но «метать бисер перед свиньями» девушка, уж точно, не собирается, блюдёт себя и свой имидж местной чемпионки.

Хотя чего уж греха таить, после моих провокаций разговоры всё равно пойдут по школе и всем рты не закрыть.

Но мне то что, это не мои проблемы. Это не я, а она ко мне пришла, причём, с самого утра, а ведь могла и среди урока физики обратиться к учителю нашему с просьбой разрешить мне отсутствовать до конца урока. Но ведь сдержалась. А это значит, чувствует она себя тут неуверенно. А ведь дворянка и род серьёзный, даже в рамках столицы, не говоря уже о нашем захолустье.

Ух ты, ведь знает, где тут у нас принято разборки между собой чинить.

Так же первый успеваю присесть на уступ в стене здания школы. Мне ничуть не совестно сидеть при даме. Эти дамы всё же магически сильнее любого мужчины, в теории, а вот когда речь за ходит за любовь, тут всё… выкидывают белый флаг и сдаются на милость победителя. Вот только у меня сейчас далеко не тот случай…

— Медики не могут понять, что со мной. Повреждения пустяковые, а вот целители разводят в стороны руками, лечить только лекарствами и силами собственного организма. Магия, в моём случае, бессильна. Объяснить ничего не хочешь? — Задаёт она прямой вопрос.

— А должен? — Улыбаюсь я.

Злится. Еле сдерживается, чтобы не заехать кулаком в мою слащавую рожу.

Играю с огнём, ведь реально могу нехилых люлей получить от неё.

— Скажи ещё, что мои эти беды не из-за тебя. — зло говорит она.

Пожимаю плечами.

— А мне-то, откуда знать? — Отвечаю я. — И вообще, это вообще-то я пострадавшая сторона. Чего вчера, словно собака злая с цепи сорвалась? Я что, когда-то наступил на твою любимую мозоль, что ты меня так сильно била? Сама не хочешь мне ничего объяснить⁇ Вроде мы нигде никогда не пересекались, так с чего ко мне такая лютая злоба или ты на всех, у кого в труселях не как у тебя, готова зубами рвать? Детская психологическая травма? Старший брат бил часто или папа⁇

Лучше бы молчал.

Еле успел голову убрать, её кулак штукатурку на стене отбил на том месте, где совсем недавно была моя голова.

Вот… теперь, шипя сквозь зубы, ушибленную руку баюкает. Может, и вовсе перелом заработала.

— И что это сейчас было? — Убираю я улыбку с лица. — Я вроде, в отношении тебя, руки не распускал. С чего такая агрессия. У тебя и так с медиками непонятки, а теперь и с рукой месяца три в гипсе ходить будешь. Доигралась.

Прыскают слёзы из глаз у девчонки…

— Никто меня никогда не бил. И папа у меня очень добрый, да и старшего брата нет. Я старшая из детей, в нашей семье — хлюпая носом, говорит эта девчонка из стали. — Вчера, не спорю, сорвалась. Взбесил ты просто меня своим независимым видом. Да и просто вначале поиграться хотела, да ты так активно начал сопротивляться, словно ровня мне, ну и сорвалась. Переборщила с подзатыльниками. Да вот потом сама пропустила твою неожиданную атаку. Родители волнуются, хотят в Питер меня отправлять. У нас профессором в столичной академии магии, мой дядя родной работает. Мама вечером ему после того, как в больницу неудачно съездили, и эскулапы руками в стороны развели, позвонила. А я не хочу в Питер, у меня соревнования на носу и новогодние праздники. В лицее, где учусь, у нас новогоднее представление, и я снегурочкой должна была там быть. А теперь как? Вот опять же рука…

Сижу молча слушаю эти женские причитания, да комментария Бори, из которых «тупая соска» — это самые приличные эпитеты в отношении этой сыкухи.

Мне реально надоели эти сопли…

— Давай тогда договоримся так… — говорю я — обо мне никто ничего не узнает от тебя. Ты, когда на тренировку приду, ведёшь себя со мной, как старая подружка. Для всех, я твой старый знакомый, а драка между нами… ну, придумаешь что-нибудь. Скажешь, например, что я не подарил тебе на какой-нибудь праздник подарок, хоть и обещал. Я переживу такие обвинения. В общем, сама что-нибудь придумаешь. И на будущее, между нами, просто мир, и нормальные дружеские, на людях, во всяком случае, отношения. Нам всё равно придётся пересекаться на тренировках и тренер у нас один. Как тебе такое предложение?

Она злобно поглядывает на меня, продолжая баюкать ушибленную руку.

— Как я теперь на тренировки буду ходить с таким шнобелем? — Шмыгает она своим большим, распухшим, красным носом. — А ведь в середине января на соревнования ехать.

— Так вроде нет соревнований по рукопашке? — Удивляюсь я. — Мне Даня говорил об этом.

— А, как тогда я чемпионкой стала? — Ухмыляются она.

Успокоилась, только красные глаза говорят о том, что она недавно плакала.

— Да и рука… — опять хлюпает она носом.

Качаю головой. Настоящая женщина, сама накосячит, а виноват мужчина…

— Ничего с ней не будет — приходит ехидный голос от Бори. — Сниму порчу, делов-то. Но договор должна соблюдать, напомни ей об этом, а-то ведь женщина, сама себе что-нибудь дополнительно надумает. Удивляюсь я вашим земным созданиям в женском обличии…

Я же смотрю на неё оценивающе. Нет, такая уж точно, договорённости соблюдать будет, чего бы ей это не стоило.

— Ну, так что, договор? — Спрашиваю я её. — Восстановишься за сегодня, хотя целители — это весьма дорогое удовольствие. Но от тебя никто обо мне не узнает, и ты это мне сейчас пообещаешь. Ну…

— Обещаю, и придумаю о нас сказку для всех. Например, скажу всем, что ты мой бывший…

— Чего? — Не понял я.

— Бывший мой парень! — Поясняет она мне неразумному. — Ты меня младше-то на пару лет всего. Разница в возрасте всего, ничего. Ты, как насчёт такой для всех легенды? Не обидишься?

Я видно слишком удивлённым и обескураженным выглядел со стороны от таких перспектив, но прийти в себя мне, как всегда, помог Искин.

— На что обижаться? Что она у тебя в подружках ходила? Местная чемпионка? Вот везёт, так везёт… — смеётся довольный Боря.

Но отвечать приходится мне.

— Пустить слух можно… — немного прокашлявшись, говорю я — но сама отрицай всё, зачем нам это. А так другие всё за нас придумают — смеюсь я. — И дай руку. Нужен контакт с открытым участком твоей кожи, чтобы поправить тебя немного. Увы, я не целитель, но вот теперь… — я нежно прошёлся ладонью своей по её руке, которая ещё совсем недавно чуть мне самому нос не сломала, а то и челюсть. — Всё! Можешь опять к целителю идти. И вообще, подумай над своим поведением. Что ты лучше других руками умеешь в драке махать, ещё не делает тебя непобедимой. Помни об том. Мне так всегда брат говорит…

Увы, урок литературы я пропустил, но надеюсь, нашей учительнице по литературе объяснят, что я не просто так прогулял её урок, у меня была на это серьёзная причина.

До перемены так на улице и простояли болтая. Таня мне посвятила о нравах, царящих в спортивном обществе, куда меня затянул Данька. Что сказать, отбор лучших, для боевых дружин дворян, из числа простолюдинов.

И да, как таковых официальных соревнований между подобными клубами нет, но вот неофициальные ещё как проводятся. И призовые на них разыгрываются нешуточные.

Этот клуб держат Завьяловы. Тренер — представитель младшей ветви клана, несмотря на то, что предки выходцы из западных славян. Но никто, никого не принуждает к подписанию вассального договора. Если тренер решит и признает, что из тебя выйдет толк, то милости просим, тренируйся себе на здоровье, кто бы ты ни был…

Прозвенел звонок. Мы распрощались. На вопрос, когда ждать на тренировку меня, ответил честно, вызывают в столицу, и когда вернусь даже сам не представляю, а потому и попросил её об этом предупредить нашего тренера.

Вот пообщались по-простому и впечатление от общения совсем другое. Нормальная девчонка, и не такое уж она и чудовище… — это замечание искина. Не понимает он наших земных женщин, а от того всё больше и больше начинает их бояться…

Дальше, простой учебный день. Оценки «Отлично» по всем предметам кроме литературы. На переменах отдыхаю, и общаемся с ребятами. Сестрёнки уже откуда-то прознали, что по мою душу, партнёрша по занятиям в спортивной секции приезжала. О чём-то со мной долго беседовала, что мне даже любимую литературу пришлось прогулять. Кстати, учительница к моим проблемам отнеслась с пониманием, только уточнила у класса, не стоит ли бежать спасть меня, не станут ли на этой встрече меня бить. Пронесло…

А вот после занятий у меня были проблемы посерьёзней и поважнее.

На предпоследнем уроке, а было у нас как раз черчение, искин доложил…

— … договорился о встрече с Голицыным старшим в кафе, недалеко от школы, в котором как-то с девчонками отдыхали. Чай с печеньками попьём и под сухарики, и поговорим, узнаем, чего от нас с тобой этому князю надо. Но что надо, примерно понимаю…

Хмыкаю.

— И самому понятно, ищут, кто князя Салтыкова заменил в обществе, причём, ведь уже банкиры смену династии признали. Вопрос, только такой возникает, как хочет хитрый дед меня раскрутить на откровения? Наглостью? Так пошлю, впрочем…

— Думаю, какие-то артефакты есть специальные, или необязательно специальные, но которые сигнализируют владельцу, что рядом с ним находится тоже глава рода или клана — делает предположение искин.

— Как вариант. И что делаем? — Пугаюсь я.

— Ой, я тебя умоляю. Нас не раз уже, все кому не попадя, на всякую гадость проверяли. Мы просто не замечали этого. Подумаешь, очередная проверка. Но я буду на чеку, если что почувствую, обязательно тебе тут же сообщу.

К кафешке я подъезжал за полчаса до времени назначенной встречи.

Пока припарковался. Пока столик, заказанный на свой вкус, сервировал и угощения заказал, причём не жадничал, что не съедим, я уж точно, с собой заберу…

Через полчаса…

— … Евгений Александрович, прошу, проходите. Я тут взял на себя смелость заказать кое-что из сладкого к чаю. А может, вы хотите кофе? Тут говорят, его неплохо готовят, хотя я и не разбираюсь в этом. Для меня сорта кофе ничего, практически, не значат. Я редко его пью. И да, меня Сергеем зовут.

Несколько скомкано наша встреча началась. Я после уроков немного устал, а если учесть, что в кафе я заранее приехал, и пока заказ делал, пока меню просматривал, а потом ждал, когда чай подадут, в удобном кресле уселся в удобной позе, и к своему стыду, немного прикимарил или по-простому, заснул.

Но дед оказался и, правда, мировым. Не зря он так быстро и Костика, и деда нашего с бабушкой быстро очаровал.

Вот и на меня он произвёл очень приятное впечатление.

Юморил. Смешные истории рассказывал. В общем, относился ко мне немного снисходительно, видя как бы и вовсе не своего же внука, ну, и разговор вёл в соответственном ключе…

— … нет — мотаю я головой. — Продавать я ничего не собираюсь. Семья большая. Вон, сами же видели, почти все мои родственники и в Сочи, и в Крыму уже успели отдохнуть. На очереди родители с младшенькими. Так что ни о какой продаже поместий и речи не может идти… — говорю я, спустя уже, как час нашего общения.

А опытный сенатор меня быстро на откровения развёл, всё пытался докопаться, как это я умудрился в поединке за обладания поместий, целого боевого офицера победить, да так, что он просто сознание потерял. Такого практически добиться-то и более опытному бойцу-магу практически невозможно.

Я же, просто плечами пожимал, отвечая, что, мол, плохо всё помню, да и повезло. И ещё, я очень хотел победить.

— Сергей! Видишь у него кулон на запястье. Это ничто иное, как пульт управления какого-то сложного электронно-магического устройства от Джоре. И дед, заметь, всё при разговоре как бы невзначай пытается прикоснуться этим кулоном к твоей руке. Ага! Ему явно контакт с твоим телом нужен, чтобы что-то определить с помощью этой штуковины.

— Это чем-то нам грозит? — Уточняю я мысленно у искина.

— Я всё время, пока вы беседовали, пытался настроиться на это устройство. Получилось. Что-то подобное и в Содружестве имелось от наследия древних. Простая штуковина, но есть одна особенность у него… настоящего хозяина, это устройство, чувствует на расстоянии и начинает петь гимн. Вот и вся проверка. Если бы ты был хоть немного Джоре и имел их навыки и магическую силу, то этот прибор бы тебя попросту засветил перед всеми, кто в курсе. В нашем же случае, это простое баловство, но есть и практическое применение, для нас с тобой, от этой встречи и этой навязчивой проверки со стороны князя. Я могу в любое время отключить это устройство и князь им больше, без нас, не сможет воспользоваться. А вот для чего оно… я попросту не в курсе…

— Разберёмся со временем и с этой загадкой — бормочу я себе под нос…

Сегодня убываем в столицу. Маму с папой предупредил насчёт того, что меня вызвали на награждение, за песню посвящённую прабабке императрицы. Так всё обставил. Общались по телефону.

Никто меня провожать в аэропорт не приедет, все заняты. Костика с жёнами в городе нет. Девчонок одних вечером кататься по городу не отпустит никто. Отец с мамой дома с малыми возятся, и Рита им в этом помогает.

Братцы только недавно вернулись из подобной, как у меня намечается, поездки.

Зачем ездили? К кому? Непонятно, хотя Боря и пытается дотянуться до девайсов родичей, чтобы подслушать что-нибудь интересное из их разговоров. Но пока ничего узнать так и не удалось. Братья по своим будущим родственникам разъехались. В городе их тоже нет.

Анна, кстати, бывшее поместье любителей «Дьяволов» выставляла на продажу. Не захотела её бабуля там жить. Вроде даже, как и новые жильцы у меня в соседях уже есть, но не знакомился ещё. Сам-то дома практически не бываю, только ночую.

По выходным в СТО пропадаю, заказы, которые понабрал дед тоже кому-то выполнять надо, раз старшие братья на своё СТО попросту забили. Теперь оно по факту моё, так дед мне и сказал, когда в крайний раз мы с ним по телефону общались.

В школе всё как обычно. На каждом уроке спрашивают. С ребятами отношения ровные. Сестрёнки опять за старое принялись, пытаются мне устроить свидания со своими подружками, правда, только с теми, кто за это свидание в состоянии не кисло так заплатить.

Но по понятным причинам, все эти свидания, увы, приходится отодвигать на неопределённый срок. Сестрёнки и так уже всем подружкам в школе разболтали, что меня на награждение вызывают в столицу, как автора лучшей песни года. Кстати, в секретариат школы документы вызова отдал. Официальное разрешение прогуливать школу у меня теперь есть. Можно и вовсе на уроки не ходить до конца четверти, в ведомостях, на данный момент, по всем предметам у меня одни пятёрки. На золотую медаль иду, спасибо Боре…

Искин с Петровским договорился о встрече в том же кафе, где я с Голицыным вчера встречался. Но вот в отличие от Евгения Александровича мой новый будущий собеседник настаивал на встрече в более немноголюдном месте. И этот факт навевал на определённые мысли…

— … странно наша переписка с графом прошла — говорит Боря.

Завёл он со мной разговор на эту тему на последнем уроке. У доски я уже отметился, рассказал благодарным слушателям, в лице моих одноклассников о материке Африка её природе и фауне.

География у нас сегодня и сейчас…

— Этот граф настаивал на встрече в его машине и предлагал для этого, как место встречи, парк центральный «Культуры и отдыха». Там и так в любой день немноголюдно, а в это время прохожих и просто отдыхающих днём с огнём не сыщешь. Боюсь не будет столь же приятной беседа с этим графом, как у нас была вчера с Голицыным. Евгений Александрович к тебе был расположен положительно, а вот насчёт «Алмазного Барона», как называют за глаза в империи графа, я сильно что-то сомневаюсь.

— Потому в кафе и пройдёт наша встреча. Попробует наезжать… попросту уйду — отвечаю я искину.

— Угу. Так-то оно так, но это при условии, если тебе это дадут сделать. Уверен, граф с охраной будет и пикнуть не успеешь, как скрутят и в машину засунут — не соглашается со мной Боря. — Придётся вырубать, а это, как мы поняли, не лучший способ. Усилишь ещё какого-нибудь урода ненароком. Хотя, как шанс последней надежды вполне себе решение, но в кафе видеонаблюдение и охрана тоже, какая-никакая имеется. В случае чего копов вызовут, главное, кричи громче, типа грабят…

— Посмотрим — отмахиваюсь я. — Разберёмся. Тем более, сегодня за рулём Саня, а в салоне с ним вместе меня будет ждать Тая. Отобьют. Без страховки мы на встречу не пойдём.

— Я тоже из этого исходил — говорит Искин. — Едва сам не согласился на встречу в парке, помня про нашу первую подобную попытку со старшей Савельевой. Но тогда тоже было непонятно, решатся ли на захват по жёсткому варианту её церберы. Но тогда обошлось. А вот в этом случае я что-то не уверен. Как и говорил раньше, положение графа на данный момент весьма щекотливое. Вложил он средства клана и свои личные в организацию переворота, выделив транши, для подкупа сенаторов, да, по известной нам причине, ничего в итоге, у них не вышло. А средства-то уже потрачены, и никто их возвращать не собирается. Англы, как понял, графа послали. Деньги же они выделяли, вот, по ходу и сказали, мол, сам пускай их и ищет. Но это мои личные предположения, сделанные согласно, полученных исходных данных и, что немаловажно, вашей людской логики. Деньги выделены, но до адресата не дошли, значит, где-то же они осели. Вот и ищут теперь тех, кто может помочь им их найти, а потом забрать. А все, как не крути, ниточки от тех событий, ведут, увы, к тебе непосредственно, и нас спасает только то, что кольца главы клана нет у тебя на пальцах рук, как у всех других глав кланов высших аристократических фамилий империи. Думаю, Петровский и хочет это, как-то проверить или ещё какие мысли на этот счёт у него есть. Ведь получается, крымское поместье на тебя тоже указывает. Все твои родственники, в том числе и ты сам отлично в границах древней усадьбы, весьма, к слову сказать, неплохо себя чувствуете, и на это ни у кого ответа нет. А почему, собственно, так получается, если кто из вас не глава клана Салтыковых? А кто, в первую очередь, может претендовать на это звание, в свете последних событий? Правильно, только ты. Короче, как по мне, крайне хреновый расклад получается. Спасает нас только отсутствие кольца у тебя на пальце. И всё!

— Считаешь, будет наезжать? — Уточняю я у Искина.

— Гарантию могу дать. А потому, есть два варианта решения этой проблемы. Первый, вовсе не ходить на эту встречу. А почему, собственно, нет? Ты несовершеннолетний и на эти встречи с взрослыми дядьками, можешь чихать с большой колокольни. Второй вариант, Таю за спиной у себя на этой встрече держать. Дойдёт до рукоприкладства, она и магией может легко долбануть. Не забываем, она полноценная валькирия. Боевой маг, и что-то мне говорит о том, что в последнее время она не хило так в силе подросла. Вопрос, с чего бы это???

— И какие мысли на этот счёт⁇ — Спрашиваю его я.

— Простые, до одури — смеётся Боря. — Ритуал принятия в род. Как не крути, а это было. Так! На пальцах рук у ребят кольца, как и у твоего старого дворецкого, папаши Саньки твоего. Это раз. Потом ты с Таей немного похулиганил, не в плане секса, нет, а вот с магической начинкой её мы поиграли. Это два. Ну, и ещё, постоянные занятия сексом теперь уже с партнёром, кто тоже вхож в род, и что-то мне подсказывает, Саня как-то Таю усиливает и в ответ усиливается сам. Как? Не могу понять. Разбираться с этим серьёзно надо, но это можно и потом сделать.

Угукаю в ответ, а искин всё не унимается…

— Так, я что? Пишу ребятам, что у нас сегодня встреча с представителями аристо и что Тая на этой встрече присутствует в качестве твоей телохранительницы? — Спрашивает меня Боря.

Соглашаюсь, а чего ещё делать. Вилка далеко, как и Азиза. Да и Лара тоже могла бы в качестве моей защитницы побыть. С боевой подготовкой у неё тоже всё хорошо, как в магическом плане, так и чисто физика боевика раскачена у неё просто отлично.

Но за неимением невесток брата рядом со мной, пользуемся приставленной ко мне помощницей. Но Азиза ведь насчёт Таи говорила, что та боевик каких поискать и что, когда она рядом со мной, за безопасность моей тушки можно сильно не беспокоиться. Посмотрим, как всё выглядит на самом деле.

Проверим в деле, так сказать, боевые возможности моей помощницы…

По окончанию уроков, не тратя время на раскачку и разговоры с друзьями по школе и классу, быстро убываем на своём «Горце» до знакомой кафешки. Надо бы прибыть туда первыми…

Вот только…

— … Петровский всё кафе на три часа выкупил — докладывает Боря. — Посетителей в кафе никого нет. Обслуги, считай тоже. Всем погулять сказали до завтра. На дверях объявление, что кафе закрыто на спецобслуживание. Всё видеонаблюдение отключают. Охраны, увы, нет. Тоже на сегодня у них выходной. Распустили, сунув ребятам по сотке рублями, в качестве премии. Каждому!!! А потому, предлагаю первый вариант, который мы с тобой обсуждали. Встречу, считаю надо проигнорировать.

— Но мы слово дали, а в дворянской среде вроде как, так не делается. Слово держат — не соглашаюсь я.

— Да, бред! Мы дети, да и к дворянскому сословию всего пара- тройка месяцев, как относимся. Ерунда. Простят… — стоит на своём искин.

Но я принимаю решение идти на встречу. Чего уж, не стоит бегать от проблем.

Спешить некуда. До встречи ещё полчаса. Смысл гнать, просто на другой улице постоим. А Боря через наблюдение в кафе постарается за нашими будущими, надеюсь, что просто собеседниками присмотреть.

Но, увы, качественно работают ребята. Все камеры видеонаблюдения в кафешке отключены. Никого постороннего в кафе нет. На месте швейцара пара плотных ребят в дорогих костюмах-тройках стоят. Бойцы из охраны «Алмазного барона».

Сидим молча. Я настраиваюсь на встречу. Тая с Саней не отвлекают, вопросами не донимают. А у меня самого в душе крепнет желание воспользоваться предложением Бори… и проигнорировать эту непонятную, для меня, встречу. Но смалодушничать не получается…

Саня получает от меня команду продолжать движение, цель — кафе «Весёлый гномик».

И вот, что ещё интересно, Тая вообще не выказывает беспокойства, полностью уверена в своих силах. И ещё, что немаловажно, Саня тоже столь же спокоен и даже весел. Это что-то мы только с Борей немного мандражируем.

Ну, правда, чего нам может сделать, среди бела дня, вполне респектабельный дворянин?

Хотя истин хмыкает в ответ на мои мысли и выдаёт…

— «Много чего неприятного. Ты уж поверь!»

Но и отступать некуда, да и уже некогда, мы приехали.

Машина останавливается. Первой из неё выходит Тая.

Появление моей спутницы вызывает у охраны графа вначале недоумение, а потом недовольство и беспокойство одновременно. Но и препятствовать ей, сопроводить меня в кафе, никто из них не решается, видно команды соответствующей нет. Решило их начальство, что одна девушка у меня в сопровождении — это меньшее из зол, и это не причина устраивать разборки на улице, на глазах случайных прохожих, по столь пустяковой, на первый взгляд, причине.

Нас сопровождают, но в кафе-то я сам спокойно ориентируюсь, вот и иду прямо в основной зал заведения.

И не прогадал. Там меня и ждут.

Не стал граф дешёвые фокусы устраивать, чтобы я его ждал. Я прибыл вовремя, как мы с ним и условились. Он уже на месте.

Вот теперь настало время приветствий. Представиться не помешает мне первому, я всё же младший, как по возрасту, так и рангу, этому аристократическому табелю о рангах Российской империи.

Но мне-то на него, на этот табель плевать, с высокой колокольни, но и графу, как оказалось тоже. Явно ведь не на разговор простой меня позвал, а точно, разборки чинить собирается. Прав был Боря, надо было не ходить на эту встречу, но и уйти просто так мне теперь уже никто не позволит. А мою сопровождающую явно в расчёт никто из присутствующих не берёт. Вид у неё молодого секретаря при юном отроке. Кто ж на такую преграду всерьёз посмотрит.

А зря…

— Мне абсолютно всё равно, как тебя зовут малыш — первым нарушает молчание граф. Он и представляться-то не думает. — Да и тебе тоже моё имя ничего не скажет. У меня не так много времени на положенные расшаркивания, но получилось всё так, как и планировалось мной. Можно сказать, что наша встреча оказывается, была предопределена. У меня к тебе будет масса вопросов, но сразу начну с главного… ответишь, поможешь, и будешь свободен, во всяком случае пока.

Ишь ты, какими загадками-то разговаривает дядя. Даже присесть мне не предложил.

Центр зала очищен от столов и стульев. Словно боевой ринг смотрится сейчас помещение. По кругу, по периметру зала, вдоль стен вся мебель сложена.

— У нас не получится разговора, в таком тоне — говорю я, и пытаюсь развернуться. — Пошли, Тая — говорю я. — Нам тут явно не рады…

А чего тянуть? Прав был во всём Боря, разговора с этим графом у нас, уж точно, теперь не получится.

Но не тут-то было…

— Пацана в мешок. Он мне живой нужен — громким голосом тут же начинает раздавать команды граф. — Бабу… ликвидировать. Но прежде можете покуражится. У вас на это три часа есть, пока я в подвале этого заведения, плотно пообщаюсь с мальчишкой. Как на улице стемнеет, водителя их машины позовите поужинать, скажите, что хозяин зовёт. С ним не церемоньтесь. Живыми мне тут никто из них не нужен. Мне нужны только ответы на мои вопросы. Действуйте…

Пятеро, не считая графа с нами из его охраны в зале, на данный момент, находятся. Ещё двое за входными дверьми присматривают. Итого, в конечном итоге, получаем семь противников на нас двоих, не считая самого графа. В ловушку сам себя я получается, загнал…

— А я тебе говорил… — бормочет, молчавший до сего момента Боря. Но он же меня и подбадривает. — А вот теперь просто наблюдай, как работают настоящие профи…

Смазанное рядом какое-то движение.

Я напрягаю зрение, в чём мне помогают возросшие способности организма, и реакция искина.

Таи размытый силуэт метнулся, к прикрывающим графа парням.

Неуловимые движения. И три тела валятся на пол.

Граф в ужасе пытается что-то крикнуть. Вижу даже, как он рот для крика разевает, но быстро затыкается. Тая, как-то неестественно руку свою вывернула, и её удар пришёлся графу в район его горла. Вон, как руками схватился за свою шею, глаза пучит, пытаясь хоть что-то сказать, но в итоге, слышу только его тихие хрипы…

«У меня же за спиной двое были!» — Вспоминаю я.

Я вообще, ничего предпринять сам не успел, да видно и не надо уже…

— Магией она их обездвижила. Сейчас добьёт — объясняет мне происходящее Боря. — Её уровня бойца, слава богам, у графа, в его охране, не оказалось. Тебя он за противника не считал, вот и поплатился. Саня, кстати, двоих в предбаннике успокоил. Нет, не упокоил, не беспокойся. Кое-чему его, его невеста уже успела научить, так что твой дворецкий и раньше-то не дурак был подраться, теперь же почти профессиональным телохранителем становится, с таким-то постельным инструктором. Ну, всё… теперь и просто поговорить можно. Тая бойцов графа вяжет их же ремнями. Но для безопасности руки и ноги им попросту вывернула, чтобы неожиданностей с их стороны не было. Жёстко, но у неё приказ. Кто попытался напасть на предмет её охраны, не жилец. Да и сама же понимает, что эти исполнители сами-то и знать ничего не знают. Да и зачем нам «Язык», когда у нас сам граф в руках в наших загребущих есть, а разговорить его, раз плюнуть. Он так подставился, что теперь к нему любое воздействие при допросе применить уместно. Вот только не мы этим заниматься будем. Зачем? Когда у нас есть Костя, дедушка. Запись того, что тут происходило я уже и Виолетте, и Азизе, и дедушке твоему отправил. И очень похоже на то, что и Тая в режиме реального времени репортаж для своей родственницы ведёт от первого лица. Так что… смысл нам тут торчать? Сейчас сюда столько народу набежит, что будет не протолкнуться.

— И как тогда мы будем действовать? — Спрашиваю его я.

— Как? Да просто… — отвечает Боря. — Будущих молодожёнов тут в кафе оставляем, дожидаться, когда кавалерия из СБ нашего рода здесь появится. За Ростовых не забываем и за твою бабулю по линии мамы. А коль тут такая величина беспредел пытался устроить, то и госбезопасность появится. Надеюсь, с ними ты, в такой обстановке, провести увлекательно остаток дня не хочешь? А тебе, я напоминаю, сегодня ещё в аэропорт ехать, и желательно, при этом, на самолёт не опоздать, и отдохнувшим быть. Перелёт дело непростое. А тут, уверен, и без нас разберутся, кому следует. Запись от тебя я Сане передам по интернету. На него и разрешение будет выделено, подписывать документы от твоего имени. Всё же он у тебя дворецкий, как никак. Так что расслабься и давай скажи пару слов Тае, она явно ждёт слов благодарности от тебя, как своего работодателя. Работу-то она выполнила выше всяких похвал, как хорошо, а главное, эффективно. И давай на выезд, иначе не успеем, а вот от полицаев отбиться будет тебе намного труднее…

Всё же я вспомнил стюардессу Наташу и её обволакивающий, успокаивающий голос, а главное, мягкие, внушительные полушария её несравненно широкой и большой «Души». И чего спрашивается на неё девчонки Константина взъелись, такого ценного специалиста потеряли. Хотя, может и не всё так плохо с ней… ведь вроде как на повышение её отправили.

Но всё же я сравнил комфорт дирижабля с самолётом, он ни в какое сравнение не идёт, и не в пользу последнего это сравнение. Быстро? Да! Громко? Ещё как! Жуть, как неудобно же, хотя вроде, как и бизнес классом лечу.

Стюардессы, миниатюрные девушки посматривают на меня заинтересовано. Всё же один лечу, и по моей физиономии ведь видно, что сопляк я ещё. Но на лацкане пиджака вышит наш герб, который мамане от щедрот императрицы перепал, вернее, дедушке с бабушкой. Хотя по факту ведь главой нашего рода и клана, как раз-то моя мама является.

Ну, а тут щегол с отметиной рода бизнес-классом в столицу направляется. И я один. Совсем один. Тая с Саней разборками занимаются, разгребают то, что случилось сегодняшним днём в одной знакомой кафешке, недалеко от школы.

А чего там разбираться-то? И так всё понятно. Видео происходящего хватает, причём от первых лиц съёмка велась. Не помогли похоже приготовления людей графа, не удалось им замести следы. Никак у них не получилось, отключив видеонаблюдение в заведении, обезопасить себя от неконтролируемой ими съёмки на постороннюю камеру. И прав оказался Боря, госбезопасность взяла под своё крыло расследование инцидента, это и причина того, что Таи с Саней рядом со мной нет. В планах они тоже должны были со мной лететь в столицу, да видно не судьба.

Меня не дёргали, и это уже хорошо. И снова прав оказался предусмотрительный Искин, моя доверенность, о представлении права представлять мои интересы в правоохранительных органах, выданная мной моему дворецкому, сильно облегчила мне жизнь. Хотя думаю, и так бы отпустили меня безопасники, вопрос только когда бы это произошло. Или за час до отлёта, с пеной у рта собираться в поездку, или выспавшимся и отдохнувшим в самолёт садиться. Ведь это два несоизмеримых варианта.

А, что касается расследования, то…

— … достанется на орехи «Алмазному королю». И думаю, что мы о нём ещё очень долго ничего не услышим. — хмыкает у меня в голове Боря.

Лететь нам три часа. Вроде и удобное кресло, и расстояние между моим креслом и соседним приличное, что даже ноги вытянуть можно, но всё едино самолёт по комфорту сильно проигрывает дирижаблю. Вот о чём я в первую очередь позабочусь, для своих личных перелётов, когда разбогатею и в силу войду, так это о покупке приличного дирижабля, и найму для него верный экипаж, в обязательном порядке со стюардессами, типа красавицы Наташи.

Но это в планах на будущее. Мне бы же сейчас эту предстоящую поездку пережить…

— … а, что касается «Алмазного короля» то походу капец ему. Свергли мы его. — развивает свою мысль Боря — Тая, пока ждали полицию и прибытие Сб клана и представителей госбезопасности, немного побеседовала с пленными. С самим графом, естественно. Как понятно, другие бедолаги её совсем не интересовали, ими Саня занимался. Он их в одну кучу сволакивал. А вот графу Тая быстрый блиц-допрос устроила. И средства, и способы воздействия для него она совсем не выбирала. Жёстко, больно и крайне эффективно. Тот сразу понял с кем имеет дело, всё же сам бывший вояка наш граф, и на задаваемые вопросы отвечал чётко, правдиво, а главное быстро. Ну, что сказать… я был прав. Подслушал я через её коммуникатор их увлекательную беседу. В двух словах… у графа ситуация патовая, вот и убедил он сам себя, что ты и есть настоящий князь Салтыков, который и может его финансовые трудности, пускай и временные, быстро решить. И ведь угадал, гад. Ничем другим его действия не объяснялись. Всё просто… отчаяние, волнение за сохранность клана и страх дикий перед императрицей. Ведь понятно, куда делось его всё состояние, которое он намеревался увеличить в несколько раз, путём предательства, за которое очень нехило так предлагали заплатить заинтересованные лица. А тут раз… и резкий облом. Ни денег, ни преференций, и карающий меч со стороны императрицы над его головой замаячил. Рано или поздно и до него бы сладкого госбезопасность добралась. В любом случае конец ему бы пришёл. А так получилось, что немногим быстрее этот конец наступит для него теперь. Всё. Больше никто за его действиями в отношении тебя, не стоял. Это была его личная инициатива. Но и того, что он успел натворить теперь ему лет так на…дцать хватит, если и вовсе по-тихому в камере где-нибудь не удавят спящего. А вот, что касается теперь его клана… хороший вопрос. Признание в измене государству на лицо. Сепаратные настроения поддерживал против законной правительницы. И разве после этого кого-то на плаву из его рода и клана, оставят? Сильно сомневаюсь. Так что теперь про клан графов Петровских навсегда можно забыть. А вот, какие преференции это даёт нам? Вопрос. Как уже мы сами поступим и, что будет думать на этот счёт императрица? А, что это дело громкое и до неё дойдёт в докладах, в этом я полностью уверен.

— А мы сами в столицу летим. — напоминаю я Искину.

— Ну, может быть будет возможность напрямую замолвить за себя словечко. С этого «Алмазного королька» можно многое, для себя любимого, стрясти. И за меньшее получали неплохие дивиденды. То же имение в Сочи из этой оперы, если чё… — напоминает Боря.

Мечтательно слащавую лыбу давлю, у себя на довольном лице…

— Было бы неплохо. Я от халявы бы не отказался, в очередной раз. А у алмазного магната думаю, много интересных дорогих безделушек есть, на вроде машин и прочего.

— Это, да. — соглашается Искин — Вопрос только в том… А не национализируют ли все его имущество федералы?

Морщусь. Вполне возможный вариант.

— А как там всё разрулили-то после прибытия госбезопасности? — уточняю я у Бори.

— Так всех на подписку о невыезде накрутили. Это, что касается наших. О тебе разговора не было. Тая и Саня до сих пор в конторе… объяснения дают следакам. Потерпевших, включая графа, увезли люди «в одинаковых серых пиджаках» в неизвестном направлении. От Азизы много звонков было и от Вилки. Летят домой к нам. Но тебя-то не застанут уже на месте и об этом они все в курсе. Бабуля в дороге вместе с дедом. Тоже хочет поинтересоваться, а кто это, и за что их внука в подвале пытать собирался. Думаю, что и самим безопасникам от твоих стариков достанется, а тут ещё и Костя со своими «гремучими змеями» заявится. Тут так просто не пошалишь. Великий князь, на минуточку он, и ты его родственник. А так, теперь ждём реакцию государыни. Вот уверен, такое происшествие мимо неё точно пройдёт, к тому же тебя к ней в гости позвали. В общем, посмотрим…

Я же, откинувшись всем телом в удобном кресле, расслабился, распластавшись, как амёба по мягкой обивке полукровати. Перевёл кресло в положение лёжа. Прикрыл глаза и пытаюсь хоть немного поспать. Вылет поздний, тем более ещё прилично и в полёте провести времени придётся. А не посплю, так хоть отдохну и подумаю. И ведь, есть о чём…

Девчонки…

Все, с кем имел хоть какие-то отношения, то ли меня бросили, то ли нашли себе более перспективных ребят, для общения. Подруга, на кого не обижаюсь совсем та, что к воякам ушла, по протеже Виолетты. К ней претензий у меня нет. Сразу же предупредила… общаться не будем.

А вот остальные…

И Аня, и Лада, и Динка… все в итоге меня бросили. А ведь, с моей стороны, вполне серьёзное отношение к ним было, даже к мелкой. Но увы… разбежались, как крысы с тонущего корабля. За Соню вообще молчу.

И вот теперь поездка непонятная в столицу по приглашению, которое сложно проигнорировать. Канцелярии императрицы бланк, а это уже серьёзно.

Дозвон до меня был перед посадкой в самолёт, и представитель канцелярии в нашем городе проконтролировал моё появление в самолёте. Не дали бы соскочить, уж точно.

И в сам самолёт препроводили, и на регистрации лично провели вне очереди, и с багажом моим невеликим, помогли разобраться. Приветливый молодой человек, при нём ещё парочка сопровождающих и помощников. Учтивые, молодые люди улыбчивые и знающие. Настоящие профессионалы. Ненавязчивые и культурные. Убедились, что я в самолёте, что место я занял согласно выделенной квоте, причём в бизнес-классе разместили.

Пожелали счастливого полёта… и уверен, что доложили потом на верх, когда мой самолёт оторвался своими шасси, от бетонки.

Контроль и учёт!

И проинструктировали они — в столице меня на самой стоянке, у самолёта встречать будут, туда для меня машину подадут. Вопрос с багажом решат и привезут его в место, где в столице и буду квартировать, практически одновременно с моим появлением там.

А ведь меня сразу после аэропорта, даже не дав переодеться, ждут непросто встречающие. Меня повезут знакомиться с ночным Петербургом, а затем на поздний ужин в Царское село. А это на минуточку, в дороге ещё час не меньше, придётся провести.

И, как намекнули мои провожатые… ужин в тесном семейном кругу будет происходить. Вопрос… чьей семьи только? Родственников в Питере у меня вроде, как и нет. В Москве, да… дядя Вова с тётей Олей и их детьми. И с Дальнего Востока вроде, как тётушку переводят в столицу. Хотя в какую, точно не могу сказать. Информации на этот счёт у меня такой нет.

Сам не заметил, как задремал.

Стюардесса, которая обслуживала бизнес-класс несколько раз предлагала прохладительные и горячительные напитки. Отказался. Потом фрукты предложили отведать. Согласился. А затем меня уже не тревожили. Я как-то умудрился задремать. Может сам подвигнулся на такой шаг, или, что наиболее вероятней, Боря помог. У него всегда один и тот же вопрос на уме на счёт меня… — я должен быть всегда по возможности отдохнувшим, и с чистой, ясной головой, и трезвыми мыслями на уме.

Глаза продрал, когда уже наш самолёт заруливал на стоянку. Всё, наш перелёт окончен. Можно собираться на выход.

И, что ещё интересное, на счёт меня даже у экипажа был явно недвусмысленный приказ… — повышенное внимание к моей персоне тому подтверждение. И второе, озвучила уже сама стюардесса по имени Жанна…

— … вы уже проснулись? — Мило улыбается она мне.

Наклонилась, в глаза заглядывает, но вот ворот форменной рубашки не рискнула приоткрыть, хотя глазами красавица так откровенно стреляет, пытаясь меня собой заинтересовать…

— Вас, Сергей Геннадьевич, уже встречают. Как только остановятся двигатели, мы вас пригласим на выход. Вы будете первым. Даже капитану корабля не разрешили самолёт покинуть. Вас ждать будут. И спасибо, что воспользовались услугами нашей авиакомпании. Как вам перелёт?

Улыбаюсь милой девушке в ответ.

— Просто прекрасно. Весь полёт проспал, а это, знаете ли, показатель. Обычно я плохо в незнакомых местах засыпаю. А тут так сладко спалось.

И вновь улыбка у меня на лице.

— Я рада, что вам понравилось. — отвечает мне учтиво красавица.

Киваю.

— Думаю, дня через три-четыре снова воспользуюсь услугами вашей авиакомпании. Надеюсь, ещё встретимся, Жанна.

— До, свидании Сергей Геннадьевич. — Улыбается она.

Ишь ты, знает моё имя отчество⁇ Дела…

— Да на счёт нас у них команда была, и так понятно. — говорит Боря — Представители канцелярии прямо до кресла тебя сопровождали, а это о многом говорит. Если бы ты заартачился в очередной раз, за тобой бы и домой приехали. Сам же помнишь, звонок от них раздался тогда, когда мы с тобой из кафе домой ехали. А затем уже в аэропорту их представители нас ждали. И ведь предлагали машину за тобой прислать, да ты, как всегда, таксиста знакомого вызвал.

— Ташик и так уже считай, на наш род работает. — отвечаю я. — И ещё и родственников своих пристроил к нам. У мамы, то есть скорее у Риты под контролем работают его женщины. По дому какие-то обязанности выполняют. Так зачем мне ещё кого-то просить незнакомого, тем более всего лишь чтобы меня из дома до аэропорта довзти. Бред.

— Согласен. — легко говорит Боря.

Явно, другое на данный момент его интересует…

— Волнует меня этот вызов. — серьёзным тоном говорит Искин — Чего им от нас понадобилось? Вот вопрос. Думаю, это приглашение, почтить вниманием автора и композитора песни, занявшей по отзывам первое место, конечно, хороший повод, но ведь, как понял, нас пригласили одних. Понимаешь, о чём я?

— Ну, как и в первый раз, по приказу наследницы. Хоть и неофициально был оформлен вызов, но я тоже вроде как там должен был быть едва ли не в одного. Настораживает. — соглашаюсь я с Борей.

— В таком случае, не делай, главное, резких движений и за языком следи, кому и что ты хочешь сказать. Если, почувствую в каком-то вопросе подвох, тут же предупрежу. А пока всё… давай вставай. Собирайся. Сейчас за нами придут.

И ведь точно, и пары минут не прошло, как в салоне самолёта показался настоящий гвардеец. Офицер.

Я уже подумал… ну не за мной же такую величину в погонах гонять в качестве встречающего. Но ошибся… это был как раз, будущий мой сопровождающий.

— Поручик Пятов Илья Иванович, к вашим услугам, господин виконт. — представился офицер, под изумлёнными взглядами присутствующих. А их в бизнес-классе самолёта было прилично и все через одного представители дворянского сословия империи. Остальные, явно приличные буржуа… не бедные причём, раз могут себе позволить летать в самолёте бизнес-классом.

— Сергей. — протягиваю я офицеру руку, которую он с почтением пожал.

— Я ваш сопровождающий на время вашего прибывания в столице, Сергей Геннадьевич. — говорит он — Есть ещё и другие помощники, вернее помощницы, но все они фрейлины, как нашей императрицы, так и великой княжны. — улыбается мне открытой улыбкой этот молодой франт.

Одет с иголочки. Причёска без изъяна, словно только что вышел он от цирюльника. Открытый взгляд, располагающая улыбка. Приятной внешности. Явно юный совсем офицер.

«Сколько ему лет, интересно?» — думаю я.

На что мне тут же отвечает Боря.

— Перед тобой юнец, настоявший граф… младший сын графов Пятовых. Внук князя Ржевского. В этом году закончил юнкерское училище, и как видишь прыгнул через звание. Молод, красив, богат. Сказочно богат! Пускай, князь Ржевский и не к великому роду относится, но не чурается промышленности. Имеет заводики на Урале, причём, связанные с литьём серебра. И в Омске золотишком промышляет. Ну, и ещё из интересного, что сумел на за этот отрезок времени найти в нэте в свободном доступе… относительно свободном, конечно… — чувствую, как ухмыляется своей крутизне Искин — его род постоянно конфликтовал с Петровскими. А о чём это нам говорит?

— Понятно… — цежу я сквозь зубы тихо — уже все в курсе моей стычки с графом.

— Правильно… — радостный какой-то голос у Искина — а также, что рассматривают Ржевские тебя как своего союзника, и возможно, хотят что-то особое выжать из сложившейся ситуации с проколом этого финансиста и непризнанного алмазного короля Российской Империи. Чувствую, впереди не хилый такой передел зон влияния в этой области финансовой империи назревает. Одну фигуру убрали, вторая на доске шахматной появилась, причём все знают, что ты брат… любимый, причём, брат великого князя Воротынского. Тут уже такого в интернете успели нафантазировать. Кстати, о вашей стычке уже слили информацию в общий доступ. Не удивляйся. И ещё скажу по этому персонажу… это хороший знак, явно нас начали воспринимать по серьёзному, причём все. И точно говорю, всё происходит с лёгкой подачи самой императрицы. С чего только такое к нам с её стороны, хорошее отношение??? Я тут немного порылся в интернете и подумал, а почему такое внимание к нашей песни? И знаешь, что я нарыл?

— Не, а. — отвечаю мысленно я.

Молча при этом иду по салону самолёта за своим сопровождающим.

— А то, что благодаря нашей песни рейтинг поддержки императрицы в стране, со стороны простого народа, рекордный за все время существования такого рейтинга, и таких изучений общественного мнения. Рекордный!!! И всё благодаря твоей песни.

— Песня вообще-то твоя. — напоминаю я.

Чувствую, как отмахивается Искин на моё замечание, своими несуществующими руками.

— Не важно. Ты ей тут новую жизнь дал, и это для всех главное. — говорит он…

— … и как тебе Петербург? Понравился ночной город? Я специально попросила твоих встречающих провезти тебя через весь город, прежде чем к нам в гости тебя доставить…

Милая девушка, красивая вся в мать. Старше меня по возрасту, но её видно этот факт совсем не смущает. Разница у нас лет так в пять, а-то и больше.

— Три с половиной… — тут же приходит мне на помощь Искин. — Но соглашусь, выглядит старше она своих лет. Видно, давит на неё ответственность за страну. Чего говорить… будущая императрица, чай. После матери трон перейдёт только ей. Вот и наслаивается на её облик эта ответственность за страну и за народ, её населяющий. Вон, какая морщинка на лбу уже имеется у неё. Забот много. И ещё… когда ты только вошёл в зал, где тебя ждали высокие встречающие, я прикрыл тебя от действия очередного какого-то артефакта. Тоже видно по воздействию изделие древних Джоре.

— И какое у него действие? — уточняю я мысленно.

Заинтриговал меня Искин если честно.

— Понятия не имею! — отвечает чем-то озабоченный Искин — Что-то проверочное… но второстепенное, как по мне. С магией носителя связан напрямую артефакт. Относительно простой. Но это для древних он простой артефакт, а даже в Содружестве к любому изделию Джоре относились очень серьёзно. Так что, от греха подальше, пришлось попытаться ему противостоять. Как только почувствовал воздействие от него на тебя я его попытался отключить. Защиту выстроил, если быть точнее. С самим артефактом я ничего поделать не могу, сложно это… не мой, уж точно, уровень. Но получилось видно. Воздействия с его стороны на тебя я больше не чувствую. Разузнать бы только, а что с его помощью сея дамы хотели, в отношении тебя выяснить? А?

Сижу за столом напротив венценосных особ. Нас за столом всего четверо. Императрица с дочерью и приближённая, наверное, подружка княжны. Нас почему-то не представили друг другу в самом начале знакомства, хотя и сидим за одним столом. И явно этому есть какие-то причины.

А девочка-то хороша… глаз просто не отвести, но как-то уж больно стеснительно она себя за столом ведёт, даже странно.

Зал небольшой. Колоны имеются в наличии, с лепниной у самого потолка. Светлые тона стен. Картины навешаны на них. Большие окна убраны в пепельных тонах шторы, которые с потолка буквально до самого пола спускаются. Красиво и необычно.

Люстра монстра-монументальная свисает с потолка, и настоящие свечи по её бокам горят. На вскидку под сотню точно есть сальных изделий. Красиво. Всё под старину оборудовано тут. И ещё… на моих сотрапезницах, надеты вечерние платья прошлого века.

Завораживающий вид пред глазами. Есть мешает только он сильно… хотя и не очень. Объелся уже…

— А меня этот вид девиц и красивой женщины на одну мысль натолкнул. Но потом её обсудим и то, если до этого дело дойдёт. — заинтриговывает меня Боря…

Но на заданный вопрос наследницы надо отвечать, причём желательно честно…

— Не понял, если честно, ничего. — отвечаю я. — Огней много. Рассмотреть архитектуру зданий полностью не получилось, не смотря на искусственную подсветку их стен и окон. Каналы, речушки, зажатые в бетонные короба. Странно, как по мне. Здания старые. С виду, мне показалось, что обшарпанные. Мне больше новоделы нравятся… — и правда, полностью честно отвечаю я на заданный вопрос. Не собираюсь в угоду собравшимся, «Ахами» и «Охами» делиться, выказывая восхищение, которого совсем, надо сказать, и не испытываю. — Улочки, в большинстве своём, узкие. Машин много. Пробки. Мне, думаю, больше морская прогулка понравилась бы по городу. Но сейчас уже не сезон… морозы наступают.

Мать с дочерью переглядываются между собой.

«А ведь тень разочарования виднеется в их взглядах. Даже мне это заметно, хоть я и не искушён, в различии человеческих эмоций, которые можно считать по лицам. С чего бы это интересно? Не обиделись же они, что мне не понравилась их столица, их родной город?» — думаю я.

— Тут кое-что явно другое. — отвечает Боря.

Общаемся между собой мысленно.

— Артефакт и его блокировка тобой? — уточняю я.

— В точку! Чего-то большего они от его воздействия на тебя ожидали, а тут я его действие свёл на нет. Я сразу заметил, как скривилось лицо императрицы и знак она какой-то подала рукой, который, однозначно, дочь её поняла. И тут же брезгливость по лицу наследницы мелькнула в отношении тебя. Вроде, и также говорит, и обращается к тебе, но прежней заинтересованности уже нет. Как бы, что-то ещё хочет проверить… но на успех этой проверки, у неё в душе надежды уже нет. А ведь они на тебя ставили и надеялись на что-то. На что??? Понять не могу. Но это пока. Коммуникаторы их я взял уже под свой контроль. Уж тут, в Царском Селе, я их прослушивать смогу, а вот потом, когда домой вернёмся… очень навряд ли. Тут нет такой поддержки со стороны того, кто усадьбу поддерживает в магическом состоянии, как у нас в Крыму контролёр с этим справляется. Тут я подобного не смог ничего обнаружить, что уже странно, согласись.

Я же перевожу взгляд на свою тарелку. Накормили от пуза, дышать трудно. Переел, так всё было очень вкусно. Я отведал почти всех блюд, стоящих на столе, в отличии от моих сотрапезниц. Те, так… с неохотой вилками в своих тарелках ковырялись. И ещё… разговор как-то не шёл явно. Не получив подтверждения своих ожиданий, царские особы почти потеряли ко мне всякий интерес…

Видя, что наследница не собирается отвечать на мои признания на счёт их родного города, слово для ответа взяла, уже сама правительница империи.

— Морские прогулки мы не планировали в этот раз. Раньше надо было приезжать, когда приглашали. — И видя замешательство в моих глазах, добавила… — Ну, да, помню, как же. Ты же тогда так неудачно заболел…

Ольга морщится, но молчит, ведь это её приглашение я, по сути, так нагло проигнорировал.

А императрица между тем продолжала развивать свою мысль…

— Но, есть и другое интересное, что можно увидеть у нас в столице, и главное в этом списке… Государственный Музей. Завтра целый день вы с Ольгой гуляете там, она будет твоим гидом. Весь день, включая и вечернее время. Я же не знаю во сколько вы сегодня изволите спать лечь, а завтра проснётесь. — улыбается императрица — Подружки её вам компанию составят. Прогуляетесь по музеям города. И это интересно. Поздним вечером, общие посиделки… У нас тематический вечер будет, посвящённый прошлому нашей страны. Ты будешь изображать, с другими ребятами твоего возраста, думских бояр, а девушки оденутся в одежды времён Бориса Годунова. Мы так часто развлекаемся. Тебе в помощь на завтра Светлана Косицкая. Вы ведь с ней уже знакомы?

Киваю.

— Мы с ней тут уже виделись, сразу, как во дворец вошли с моим сопровождающим, господином поручиком. Неожиданная, надо сказать, встреча. Не думал, что со Светланой я в самой столице встречусь, тем более в Царском Селе. Думал, она не при дворе прижилась…

— Вот именно, что прижилась. — шипит неожиданно зло Ольга.

Но делает это с таким милым личиком, я даже подумал вначале, что мне просто показалось и послышалась эта реплика.

— Явно, девчонки друг друга ненавидят. — скрежещет голос Бори у меня в голове — И ещё… по Светлане я никакой информации найти в интернете не смог, что уже наводит на определённую мысль. Точно тебе говорю, девочка находится под плотным колпаком СБ империи. Вопрос… почему тогда нам так спокойно с ней дали встретиться… и тут и в деревне???

— Всё потом… давай вначале эту беседу закончим. Императрица меня рассматривает, как насекомое, думая, дать мне ещё пожить или прихлопнуть. Что-то изменилось сильно в момент, когда я в зал этот вошёл. — говорю я мысленно Боре.

— Надеюсь узнаем, что тут происходит, подслушав их разговоры. А пока, вот у меня какое предложение… и как раз под старину все на предстоящих посиделках одеты будут…

Пару минут он меня в курс вводил своей задумки, пока я делал вид, что очень занят разделкой, у себя в тарелке, очередной «Котлеты по-Киевски…»

Не знаю, как так получилось, но императрица мне сама подыграла…

— А скажи-ка мне Сергей, как тебе удаётся придумывать все эти песни? Хорошие, надо сказать, песни. — спрашивает она меня.

И тут же её поддержала вопросом ко мне и наследница…

— И программу про моду мне сказали, что ты тоже придумал и даже участвовал в их съёмках. Скажу сразу… нам с мамой понравилось особенно, где ты с братьями снимался. Как тебе удаётся совмещать несовместимое?

Пожимаю плечами.

— Само по себе приходит в голову. Меня тут, намедни, молнией ударило. Вот после этого, всё это и прёт из меня. — почти честно отвечаю я — Слова и музыка буквально в голове всплывают, надо только поймать настрой и, ну и, — мнусь я — на чём-то внимание своё сконцентрировать.

— А песня, из-за которой мы тут все собрались, как она появилась? На чём ты так сконцентрировал своё внимание, как ты говоришь, что вышел такой шедевр? — улыбаясь милой, почти доброй улыбкой, задаёт вопрос Её Величество.

Вот только доброты в её глазах я что-то не наблюдаю совсем. Но отвечать-то надо и желательно правдоподобно…

— Нарвался в интернете на историю вашей прабабки, Ваше Величество. Все историки считают её одной из величайших правителей Российской Империи. Вот и нахлынуло…

И я пропел с протяжкой…

И там… шальная императрица

В объятьях юных кавалеров забывает обо всём…

И сам не понял, когда успел в голос магию вплести.

Под впечатлением дамы за столом…

Вот опять ко мне нешуточный интерес у них вспыхнул, а у кого-то похоже, и другая заинтересованность появилась нежданно.

Но Боря мне подгадил в душе немного…

— Или твои напевы упали на подготовленную почву. Вначале разочарования на счёт тебя, обман в ожиданиях. Теперь вот по новой всё всколыхнулось. Качели, блин… Как бы нас с тобой, реально, не укачало ими. Поосторожней, а-то сам себе приключений на свою задницу и голову найдёшь. С огнём играешь, всё же два правителя страны перед тобой. Ещё раз говорю… осторожней!

Но похоже уже было поздно…

У императрицы глаза пеленой заволокло. Грудь, зажатая корсетом, едва наружу не выпрыгивает, так глубоко она дышит.

— Забавно! Вроде и пару строчек ты пропел, а как за душу-то взяло. — говорит императрица, а сама на девочек своих взгляд бросила.

— Согласна с вами, Ваше Величество — впервые за весь вечер, подала голос, неприметная на первый взгляд, девчонка. Но вот по виду весьма красива девица.

И акцент ещё этот…

Она что… иностранка???

— Перед тобой дальняя родственница императрицы. И вроде как, английская принцесса, при этом. Накопал тут про неё в интернете. Есть информация. Даже нас немного с ней кое-что связывает.

— Не понял? — я реально удивлён.

А чего скрывать, в отличии от княжны, её подружка мне реально в душу запала. Понравилась с первого взгляда. Такая… симпотяжка, скромница. Глазками зыркает, сияя, ресничками порхает, взгляд на меня как-то искоса кидает, голову наклоняя. Похоже я ей тоже интересен.

Искин реально своим ответом меня удивил.

— Это и есть девчонка, которую князь молодой Салтыков из Англии в Россию привёз, и кто и должен был быть его невестой. Их, вроде, даже как обвенчали в английском храме. Помолвка была.

— И что теперь? — не понимаю я, куда клонит Искин.

— Честно? Бес понятия! Но я постараюсь и на этот счёт, пока мы в Царском Селе, ответы отыскать. А пока давай, заканчивай молчать. Венценосные твои собеседницы ждут от тебя исчерпывающего ответа на свои вопросы. И ты уж постарайся…

И я продолжил свои объяснения о неожиданно появившемся у меня таланте…

— Вот так и получается. А, что касается передачи… правда, что-то про своих братьев я по телевизору ничего не видел… то там тоже всё просто. Им на свидание с девушками идти, а одеваться красиво и стильно они, к своим годам, так и не научились. А у меня знакомые, как раз появились на местном телевидении. Вот я и подумал… девчонку ведь одел, на экране всё показывали, и спонсоры были, а почему бы не провернуть тот же фокус, и в отношении парней. Получилось неплохо, как по мне.

Снова эти переглядывания между матерью и дочкой…

— Понятно. Повторюсь… Василий и Гена, твои старшие братья, очень неплохо смотрелись в этой передачи. И, да… скоро она выйдет в эфир. — говорит Анна.

Но тут вмешалась Ольга.

— Но, Сергей, сейчас ведь ты сам испытываешь сильные эмоции, а значит, и в голове у тебе опять что-то повернётся так, что ты что-нибудь придумаешь. Для нас, например… Песню там, или ещё что? Есть, какие мысли?

Я же перевожу взгляд на английскую принцессу, которая опять не поднимает на меня взгляда своих прекрасных глаз.

— Да есть кое-что, и для кое кого. — отвечаю я, смотря на эту прелесть, которая сидит на против меня и глаз своих на меня не поднимает.

А ведь нагло ответил я. Что-то закусился я, как бы не одёргивал меня Боря.

— Да? И что ты там придумал ещё??? — задаёт прямой вопрос Анна, Императрица Российская.

— Песню, для одной девушки. Вот прям душу мне рвёт словами песня. И для вас, госпожа, с вашей дочерью тоже есть задумка, но в этом деле мне бы нужна была помощь ребят, с кем мы программы для телевидения создавали. Если есть такая возможность, то на завтрашний вечер они бы мне нужны были. Я бы с ними обсудил свои придумки. Не хотелось бы черновой вариант вам сейчас рассказывать, и тем более показывать. Но есть предложение личного характера и к вам обеим. — изумление на лице императрицы, впрочем, как и заинтересованность просматривается. — Можно вас попросить, тоже снятья в клипе на песню, вам обеим, посвящённой.

Весьма нагло, надо сказать, делаю я им необычное предложение. Но похоже заинтересовал…

— Заинтриговал. — Улыбается Анна, а сама на дочку посматривает. — А ты, что скажешь?

В глазах у наследницы пляшут бесята…

— Легко! Всё едино, без твоего решения ничего на люди не выйдет. — кивает довольная Ольга. — Но вначале, чтобы принять окончательное решение, я бы хотела послушать, какую песню ты собираешься посвятить моей сестрёнке. Ведь, для неё же, у тебя в голове родилась песня? Ведь так? — спрашивает она меня прямо. Киваю, на что довольная Ольга едва ли в ладоши, от переполняющих её чувств, не хлопает. — Василиса… ты ведь хочешь услышать, что придумал именно для тебя, этот необычный юноша?

Впервые прямой взгляд на меня со стороны красавицы. Всматривается, словно что-то знакомое увидеть пытается.

— Что-то? — смеётся Боря — У алтаря она давала клятву на верность мужу, поправлюсь, жениху при обручении. А им должен был быть Салтыков!!! А может, и клану «БУДУЩЕГО» мужа она давала клятву??? Кто его знает. Полная привязка, получается. Не уверен, но что-то она чувствует в отношении тебя. Но давай послушаем, что сама она скажет на этот счёт…

— Интересно и мне. — звонкий, как колокольчик, юный голосок, у милой леди. — Мне уж точно никто и никогда песен не посвящал. Меня Василиса теперь для всех зовут. — сама представляется мне девушка. — Я урождённая Стюард. Дальняя племянница Британской Королевы, и родственница вашей, теперь уже нашей, правительницы, императрицы Анны. Я в вашу страну жить приехала и очень рада узнать, что в ней есть такие талантливые люди как вы, Сергей. Я просто поражена тем, что тут о вас рассказывала Ольга, моя сестра. И я с удовольствием послушаю песню, которую вы для меня, как оказывается, только что тут при нас, придумали. Просим…

Милый картавый акцент. Непривычно рождённой в Британии англичанке выговаривать правильно русские слова. Очень уж наш язык для иностранцев сложный.

А ведь она похоже, где-то моя ровесница по возрасту. Забавно может получиться…

Теплота по груди волной пошла. Такое ощущение, как будто тону я в глубине этих голубых, прекрасных глаз.

— Всё! Похоже, ты пропал. — смеётся Искин. — До чего же вы люди сентиментальные и глупые. Но надо признать… любовь у вас, одно из самых сильных чувств, и ради неё вы, люди, на многое способны пойти, вплоть до самопожертвования. Надеюсь, у нас до этого не дойдёт. Дерзай! Понял я, что ты собираешься делать. Как вариант! Мы в любом случае, ничего не теряем.

Пауза затягивается. Я не могу оторвать от лица девчонки своих глаз, и она как-то обескуражено всматривается в меня, что-то во мне найдя особенное.

Неужели…

— Действуй. — приходит одёргивание со стороны Искина — Ольга злиться начинает, глядя на ваши гляделки с англичанкой. А вот императрица явно что-то задумала, и по отклику её магии, не очень хорошее в отношении тебя. Давай! Чего, уже…. Отступать всё равно уже некуда…

Отвожу взгляд от красавицы.

Всё… нет никого краше её теперь для меня!!!

Мотаю головой как чумной, избавляясь от наваждения. Вот же… привидится же такое в голове. И вновь ловлю её направленный на себя заинтересованный и, по-моему, влюблённый взгляд. Но уже спокойно я к нему отношусь. Наваждение сошло на нет.

— Мне бы гитару… — говорю я. — Романс, не романс, но песня будет любовной направленности, с вашего позволения Государыня.

Сидя изображаю я поклон.

Поощряющая улыбка со стороны императрицы, вот только опять этот холодный, оценивающий взгляд на меня, словно мясник тушу свиную осматривает, прикидывая как разделывать её будет.

— Спой нам и, для нас с дочкой, и для Василисы, в частности. Развлеки. — даёт разрешение на исполнение мной песни Анна.

Улыбка у меня на лице. Я по очерёдности перевожу свой взгляд по заинтересованным лицам, сидящих за одним столом со мной, дамам.

— Будем считать, это признанием… — говорю я такие слова, словно в омут кидаясь. Ну, очень нравится мне эта скромная девчонка, хоть она и принцесса, и сестра нашей великой княгини. Она почти также как Косицкая Светлана, очаровательна своей юной красотой. Но с той у нас в отношениях всё сложно… — Есть же, говорят, такое понятие, как любовь с первого взгляда? — добавляю я опасные слова.

А вот и гитару слуги принесли.

Обслуга явно из особо приближённых, тоже с заинтересованностью посматривают на меня. Обо мне кто только в этой стране не знает, благодаря одному неплохому и жутко сейчас на данный момент популярному в России исполнителю песен… моих песен, вернее наших с Борей.

Вот и сейчас я собираюсь очередной шедевр выдать…

Боря тут про их исполнителя, из далёкого Содружества говорил.

Горец. Эпос относится вообще-то к сладкоголосым ушастым. Но есть одно отличие… они горцы. В горах живут на своих планетах. Дерзкие, смелые воины. Блюдут честь смолоду. Оскорблений в свой адрес не прощают, кто бы их им не нанёс. Таков у них жизненный постулат. До смерти бьются за свою честь.

И отношение к женщинам у них особое. Даже мыслей об изменах не допускают. Невместно. Наказание за прелюбодеяние у них одно — смерть, причём, для обоих любовников. И, да… сладкоголосые. Любят песни и знают в них толк.

На наш язык имя исполнителя весьма необычное… Темиров Тимур. Но сами слова и музыка меня сильно зацепили. Боюсь подумать, что с моими первыми в нашем мире слушательницами этой песни случится…

А пока гитару перенастраиваю… аккорды-то у меня непривычные для местных…

Все молча ждут начала мини концерта, особенно волнуется с чего-то виновница, кому и посвящаю я свою песню. Опасное я занятие для себя нашёл. Ольга… и ведь явно злится, да и императрица с чего-то недовольна, хотя и старается не подавать виду…

Но начало концерта затягивать нельзя. Устраиваюсь поудобней на стуле, немного отодвинувшись от стола. Играть на инструменте так мне легче.

Взял первые аккорды. Полилась мелодия…

Я же перевожу свой взгляд на самую юную красавицу…

— Название песни… по первым трем словам. — говорю я.

А потом, заканчивая проигрыш и добавив в голос магии, начинаю выводить слова первого куплета…

И подумать не мог, что первый куплет станет словно предсказанием того, что случится немногим позже, вот только узнал я об этом только утром. А что касается песни… явно она всем понравилась. Но, если Василиса на меня ликующе смотрела во все глаза, от волнения приоткрыв свой красивый, ярко очерченный ротик, без следов всякой помады на её губах, то вот представители царственной семейки, увы, таких же радостных эмоций явно не испытывали, а вот засвисти, и злости в их чувствах было предостаточно.

А я продолжал свой заплыв по волнам музыки, стихов и скрепляющих их, магии…

Посмотри вокруг — погода щедрая

Дарит красоту неимоверную,

Лёгкий ветерок нам дует с берега,

Эту красоту тебе дарю.

Первый куплет подходит к концу, а вот пожар эмоций у моих слушателей в душе только разгорается. И, если та кому, и посвящена мной эта песня купается на волнах зарождающейся, надеюсь, любви, всё это отражается в её глазах, в которые я не отрываясь сморю, то вот остальные слушательницы, явно умирают от зависти, хотя и им очень нравится эта песня, но не нравится тот факт, что не им я её посвятил…

Боря мне, буквально транслирует, разливающиеся вокруг меня эмоции. Но все хотят продолжения, этого не отнять. И я их не разочаровываю, выдавая припев, который, по сути, и является моим признанием…

А вот тут уже Боря кидает мысль… императрица с чего-то резко смутилась, словно виноватой в чём-то себя посочувствовала в отношении меня. У Ольги на глазах наворачивается слёзы… и похоже на то, что это слёзы отчаяния…

А я заканчиваю припев. Слова уж больно у них серьёзные, для такого момента…

Эффект, разорвавшийся бомбы в зале. Все молчат. Обескураженный вид милых дам. Такое прямое признание.

Да ещё со стороны кого⁇ А может, это просто слова? Слова для песни, а не испытываемые певцом чувства. Слишком уж быстро эти чувства вспыхнули. Ну, не бывает так… Или всё-таки бывает?

Этот вопрос в глазах Ольги.

А я выдаю наскоро, после проигрыша, второй куплет…

Благодарный взгляд со стороны англичанки. А ещё говорят, что они холодные до жути, а тут, вон, какие эмоции девочка-то выдаёт. Впервые ей, явно, кто-то так в открытую в любви объясняется…

Не отводя взгляда от лица взволнованной девушки после проигрыша, повторяю ещё дважды припев, чем буквально добиваю девицу, а уже, заканчивая песню, контрольным выстрелом зависти и похоже, что и ревности, добиваю и венценосных особ…

Звучание гитары растворяется в тишине зала последним аккордом. Тишина. Звенящая тишина. По лицам, сидящих за столом девушек и женщины, катятся слёзы. И всё это происходит молча.

Вот только Боря не удерживается от комментария…

— Одна плачет от счастья, а двое, не скажу, что соперницы… от зависти и ревности. С ума сойти! Как ты смог одной выбранной песней себя заставить так уважать, этих опаснейших женщин империи. И ещё кое-что чувствую в эмоциях в их душах… я сейчас про венценосных особ, если что… и это разочарование. Сильное разочарование и надежда на что-то, что должно произойти, едва ли, не завтра. Что-то этот завтрашний поход по музеям меня сильно волновать начинает. Но ещё есть одно чувство, причём исходит оно от обеих представительниц правящей династии, и оно мне очень не нравится.

— И какое, если не секрет? — уточняю я у Бори.

— Жажда мести. Желание это просто всеохватывающее разум правительницы. И вторит ей в этом желании и её дочь. Походу… мы влипли мой юный друг. Нас собираются убивать. Возможно, что не сразу, а со временем, но это чувство не спутать ни с чем. Увы… но нам желают смерти!

Немного ошарашенный вид у меня. Я глазами вожу по залу. Ничего не скажешь, обескуражен я такими заявлениями Искина…

— Как в древности говорили. — бурчу я. — Так не доставайся же ты никому???

На этом наши сегодняшние вечерние посиделки закончились. Императрица ласковым голосом отпустила меня, причем в провожатые, под удивлённым и возмущённым взглядом Ольги, выделила мне Василису. Как не дулась наследница, но её Анна попросила немного задержаться и проводить её до императорских покоев.

Боря буркнул только…

— Прослежу. Может чего интересного узнаю.

А я с девушкой, которая находилась под впечатлением, от впервые услышанного признания в любви, пускай сделанного и с помощью песни, а не высказанного напрямую. Но всё же это было настоящее любовное признание, прозвучавшее впервые.

И вот эта красавица, добровольно, аккуратно взяв меня под руку, повела по залам загородного Дворца.

А потом, я даже не заметил, как к нам присоединилась ещё одна девица…

Подумать только, стоило только закрылась за нами дверь отделяющая нас от зала, где мы ужинали, и где ещё за столом оставались сидеть государыня и её дочь, как тут же в мою руку с другой стороны от Василисы, вцепилась… вот же неожиданность, Светлана Косицкая.

— Ты чего тут делаешь? — удивляюсь я.

А вот Василиса, наоборот, промолчала.

— Тебя караулила… — кидает спокойный и какой-то удовлетворённый взгляд на мою спутницу, Светлана. — И рада, что с тобой в качестве провожатого Василису выделили, а не Ольга тебя по дворцу проводить надумала.

— Она хотела… — подала голос с акцентом Василиса — Но её мама не отпустила.

— Понятно. — улыбается Светлана. — Народ, как на счёт похулиганить? Спать сильно никто не хочет?

Я перевожу взгляд на прижавшуюся ко мне с другого бока английскую принцессу…

— Вино пить? — спрашивает она Свету.

Та удивлённо приподнимает бровь, явно не ожидала такого ответа, от такой, на вид скромницы.

— Отличная мысль. А ещё можно в зимний сад пойти. Там беседки и ночное небо над головой. На счёт вина и закуски к нему, я распоряжусь. И там можно вообще до рассвета просидеть. В любом случае, я узнавала, раньше обеда нас не поднимут.

— А музей? — напоминаю я девочкам, о распоряжении императрицы.

— После обеда поедем. — отвечает Светлана — Я тоже на экскурсию напросилась, а если и Ольга не поедет вообще хорошо будет. Кстати, Серёжа, а ты к рождественскому балу приготовился?

— Какому ещё балу? — изумляюсь я. — На такое я уж точно не подписывался.

— Императрица разрешила Ольге провести в семейном кругу вечерний бал. — говорит Светлана — Бал для своих. Посторонних там не будет. Семейный… Но я узнавала… ты точно приглашён. На счёт нас с Василисой точно не скажу, там сама Ольга решать будет.

— Тогда точно, меня там не будет, после сегодняшнего. — вздыхает с боку у меня, англичанка.

— А что было сегодня? — тут же навострила ушки Света.

Хмык со стороны принцессы.

— Да кое-кто в чувствах пытался своих разобраться, и как объект выплеска эмоций почему-то выбрал меня.

Ох уж мне этот взгляд, впрочем, и вторая пара женских глаз выражала не менее удивлённо-восхищённый взор.

— А поподробней можно⁇ — тут же вскипает у кого-то женское любопытство.

— Ну, не здесь же… — кидает на неё возмущённый взгляд Василиса. — Давай, как ты и предложила, в зимний сад веди. Я только один раз там была.

Я же замечаю, когда Василиса волноваться начинает, то акцент у неё ещё больше слышится и речь словно затормаживается, понятно, что слова пытается подходящие вспоминать. А потому, сам желая сделать ей приятное, перехожу на язык Шекспира…

— А вас ругать не будет никто? — поздно подумав о том, а знает ли «английский» Косицкая.

Оказалась, что знает.

Взгляд на меня изумлённый.

— Удивил, так удивил. Английский в империи не очень распространён к изучению, а я даже не разберу, есть у тебя акцент или нет. — говорит Светлана.

— Он, как житель Лондона говорит, хотя и всего ничего сказал. Ну-ка, расскажи-ка нам сказку юноша, откуда такие познания в языке моей родины? — задаёт вопрос Василиса.

Ой… что-то я пожалуй поспешил с утверждением, что девочка большая скромница. Тут больше уместна поговорка… «В тихом омуте, черти водятся». Похоже — это как раз наш случай.

Локтем сильнее немного её ладонь к своему боку прижимаю, обращая её полное вынимание на себе, и говорю…

— Наверное, знал, что ты встретишься на моём пути, вот и готовился, изучая язык Британской империи.

— Шутник. — хмурится она. — Если есть у нас продолжения в наших с тобой отношениях, то только на ближайшие два дня. Ты послезавтра уедешь и привет. Нам не суждено больше увидеться, и это факт.

— Кто знает, кто знает… — загадочно улыбается Светлана.

А вот Василиса явно удивлена её заявлением.

— Ты сейчас что… серьёзно⁇ — спрашивает она.

— Серьёзней некуда, подруга. — смеётся Косицкая — Не надо смешить бога, рассказывая о своих планах. Так и тут так же… «пути господни неисповедимы». А сейчас, что нам мешает просто наслаждаться жизнью? Зимний сад в нашем распоряжении. Сейчас там, в любимой моей беседке, стол уже накрывают. Я запрос отправила. Поболтаем… повеселимся. Я приказала и гитару туда принести. Надеюсь, Сергей нам ещё споёт?

— Спел уже… — бурчу я — Хватит.

— Но я-то не слышала. — ухмыляются Света — Да и Василисе будет приятно ещё раз услышать, признание в любви. К тому же, я уверена, у тебя есть ещё песни чтобы занять дам, чтобы они не скучали. В интернете хватает видео с твоим участием, где ты со сцены ресторанов свои песни исполняешь. Подумаешь… будет что вспомнить… как и то, как ты пел ночью двум прекрасным дамам на гитаре, с самом Царском Селе, в колыбели российских императоров, сидя под открытым небо, смотря на звёзды зимней ночи,

— Сильный довод… — нехотя соглашаюсь я.

Да и приятно прижавшиеся в обоих сторон девушки, подвигали на подвиги…

А почему, собственно, и нет? Меня отпустили? Делаю, что хочу? Во-от! А тут ещё и вино предлагают попробовать из местного винного погребка. А ерунду в Царском Селе уж точно держать не будут. Это же касается и того, чем придётся это вино закусывать.

Надеюсь, уборная там есть…

А дальше так и разговаривая на неместном языке мы, почти обнявшись, шли по залам дворца.

Слуги где-то на периферии глаз сновали, явно нас контролируя, но не пытаясь остановить или ещё как-то препятствовать нашему передвижению по ночному дворцу. Необычные ощущения…

А потом и вовсе всё волшебно было.

Ночное небо над головой. Подсветка деревьев и больших кустарников на улице. У нас же полумрак вокруг, а главное, тепло. Куча зелени вокруг. Какие-то растения, кустарники. И тут же тропики, скамейки, и удобные беседки, в одной из которых мы с девочками и устроились около накрытого немудрёной закуской, столика.

Скамейки с мягкой подстилкой, на которой можно не только сидеть, а даже лежать. Вот совсем как сейчас это делают девчонки, расположились полулёжа у столика, с бокалами в руках, куда я налил им неплохое такое вино. Со слов Светланы, французское вино и лет ему так двадцать-тридцать, и ведь, что интересно, в уксус не превратилось до сих пор. Явно тут без магии не обошлось. Приятное на вкус, немного терпкое в меру сладкое.

Много разговаривали, да и вино развязывает языки. Моя принцесса оказалась вполне компанейской девчонкой. Под утро принялась жаловаться на жизнь, вино в голову ударило, полностью снося барьеры.

Из её рассказов понял, не сахар у неё жизнь на родине была. Возвращаться она туда ни при каких обстоятельствах не будет, разве что, когда замуж выйдет. Если теперь, выйдет.

Матом помянула бывшего кандидата в женихи. Плачет. Теперь ей век в девках старых куковать и приданое не поможет. Ну, это я разобрал из того набора слов, который шёл из уст пьяной в дым бедолаги. А вот почему в девках останется, этого я так и не понял…

Может всё дело в Салтыковых???

Ох, уж мне эти лягушатники. Какое коварное вино…

Пил-пил вместе со всеми. Смеялся в душе над Васей, как разрешила мне, с подачи Светланы, называть себя заграничная принцесса, когда мы одни…

А смеялся над тем, как она набралась…

А уже после того, как под мои песни мы весело встретили рассвет в Зимнем Саду дворца, и я попытался встать. Да куда там… голова полностью ясная, а ноги не идут. Дела….

В общем, нас разнесли слуги по комнатам. Стыдобище…

Никогда так не надирался. И Боря, гад, ни в какую, не хотел мне по-быстрому разум и организм отрезвить. С чего бы это…

Утреннее пробуждение…

Хотя…

— … какое, к чертям собачим, утреннее пробуждение? — До одури радостный, бодрящий голос Бори у меня в больной голове отдаёт набатом.

После вина и похмелья от него, голова попросту раскалывается.

А искин, между тем, продолжал…

— Полдень на дворе. Снег идёт. С обеда у вас поездка запланирована. Я поздний завтрак тебе в номер заказал через твой коммуникатор. Принесут сейчас. Можешь не спешить вставать. Очухайся пока. Я сейчас тебе помогу немного. Но немного, чтобы ты чувствовал всё же последствия вчерашнего запоя. Надо же, на троих вы два ящика вина, дорогущего, между прочим, за раз до утра употребили. Девчонки, вообще в хлам. Светлана ещё как-то бодрилась, а вот ваша Вася… в нулину. Но хоть пока спала, не блевала. Уже хорошо. Тоже только сейчас проснулась, я по коммуникатору её состояние организма её отслеживаю. В постели нежится. Собирается приводить себя в нормальный вид. Упёртая, ей бы ещё поспать, но она очень хочет с тобой этот день провести. Понимает, завтра на бал её, уж точно, не позовут, впрочем, как и Косицкую.

— А ты откуда знаешь? — Тут же задаю я вопрос. — Неужели⁇

Хмык со стороны Бори.

— Всему всё своё время. Расскажу, а пока пройдусь немного по вчерашней ночи. Что ты вчера устроил? Хорошо, что я все камеры в Зимнем Саду отключил. Сейчас, местные специалисты пытаются с компьютерным сбоем разобраться. Но вот у всех слуг их коммуникаторы вывести из строя я не мог. Было бы слишком всё странно. Так что, твой ночной концерт с песнями и магией запредельной в голосе, они запечатлели на свои, кто побогаче, на камеры телефонов, а кто просто запись аудио делал себе на коммуникатор. Но уже с утра в ютубе ты первая звезда, с новыми песнями любовной направленности. Жди теперь от Макса претензии и запрос на новые песни. Но с этим-то ладно, меньшая из бед. Но зачем ты, когда вы встречали рассвет, лежа на полу беседки, и стал целоваться, то с одной, то с другой, вот это для меня неясно. В любви одной признавался, причём, у всех на глазах, включая представительницу правящей семьи императоров. Ты тут же, лапая своими ручками принцессу заморскую, местную графиню за задницу щипаешь, а она к тебе сама же липнет, и вы сливаетесь в страстном поцелуе. Хотя не отнять, девки к тому моменту были в таком состоянии, что я удивлён, чего ты их сегодня ночью обоих женщинами не сделал. Они и на это готовы, причём обе, были. И не удивительно, такие песни и столько в них магии твоей было. Кто б устоял. Дамы из обслуги тоже уже на всё готовые были, попали под очарование твоих песен и особенно твоей магии. Утром доклад императрице прошёл, а в свете того, что они там с дочерью насчёт тебя ещё вчера вечером нарешали, пока ты со Светой и с Васей зажимался, то и не знаю, как теперь тебе быть. К тому же, о вашем загуле среди местных уже слухи пошли, а кое-кто и видео ваших непотребств друг дружке в сетях сливает. А ведь ты не думал, что у принцессы и тайные воздыхатели имеются, причём, среди сыновей очень знатных фамилий. Очень…

Морщусь. Хоть и убрал почти похмелье Боря, но всё равно до идеала моему организму ещё очень далеко. Что интересно, раздет я догола. И вон, краем глаз вижу, одежда на стульчике аккуратно так сложена. Кто это обо мне так позаботился?

Боря читает мои мысли…

— Девушки красавицы, которые тебя до комнаты твоей вусмерть пьяного вели — говорит искин. — И ты по дороге и к ним приставал, и даже целоваться лез. А уж когда они тебе сюда привели, то и дали оторваться своим желаниям. Можешь представить, что они тут с тобой вытворяли, пока ко сну тебя тёпленького готовили. Не буду говорить, просто представь себе. Но, нет… ты всё ещё мальчик. До нужного дело так и не дошло, но девушки оторвались по полной. Напоминаю, они слышали твои песни, а признание в любви песней ты исполнял за время до утра четыре раза, и всё на бис. Но что происходило здесь в комнате останется на их совести. Ты сам, всё едино, ничего не помнишь. А вот для императрицы подготовили полный доклад о том, как вы отдыхали и о чём вы вчера между собой разговаривали. Благо, никакого криминала в ваших словах не было. Всё было благопристойно, в отношении трона. А теперь к главному. Готов?

Киваю. А сам опять глаза прикрыл. Окна хоть и прикрыты плотными шторами, но свет от окна сильно по глазам бьёт, хотя и не солнечно не улице. Как сказал Боря, на улице идёт снег. Скоро зима…

— Подслушал я вчера разговор между царственными родственницами, пока вы в Зимнем саду отдыхали. Долгий разговор у них был и, что самое удивительное, вился он вокруг, как понятно тебя, но и не только. Они затронули судьбу и других членов твоей семьи.

— Опять отец? — Начинаю злиться я. — И мама⁇

— А вот и не угадал, хотя в разговоре и затрагивали они твоих родителей. Но так, вскользь. Но давай всё по порядку… и скажу честно, мои худшие подозрения, насчёт наших правительниц подтвердился.

— Так я их зацепил с этой Васей, что они решили меня кончить? — Делаю предположение я.

— Да! И самым изощрённым способом, причём, несколько раз, при этом, страхуясь, чтобы уж покончить с тобой наверняка. Но начнём мы не с тебя, а с братьев твоих — удивляет меня Боря. — Ты в курсе, что девчонки братьев твоих старших с бабушкой Анни, заставили ребят пойти с ними под венец, а именно обручиться с невестами, да к тому же всё это происходило в храме. Всё по-взрослому. Не прокопаться. Не знал? Заостряю твоё внимание… в храме! Прошли они оба со своими, теперь уже считай жёнами, полную процедуру венчания.

Я даже подскочил на кровати от таких известий. Резкое движение отдало болью в голове…

— Ничего себе! А почему я ничего не знаю? — Задаю я очевидный вопрос. — То-то они себя так по приезду необычно вели. И встретиться не захотели.

— Не до этого им было. Напоминаю… их тоже, как и тебя сейчас в столицу, наши любвеобильные правительницы вызывали — отвечает Боря.

— А любвеобильность императрицы и наследницы тут причём? — Тут туплю уже я.

— Вы же зацепили за столом, пока ужинали в разговоре тему, когда снимали передачи про модный приговор. Так? — Спрашивает Боря. — И ты всё удивлялся, почему передачу с участием твоих братьев ты так в эфире телевизионных каналов страны и не увидел. Было такое?

— Да… — отвечаю я.

— Так объясняю… — говорит искин — и это тоже обсуждали потом, между собой, царственные родственницы. Им обеим очень понравились твои братья, и к слову, они-то как раз прошли проверку артефактом, действие которого на тебя я полностью заблокировал. Так вот, мальчики ту проверку прошли, а на минуточку, она даёт понять обладателю артефакта, пригоден ли мужчина к зачатию с нею детей, и при этом, без последствий для себя, или нет. Так вот, и Вася и Гена полностью по этим критериям подходили к императрице и наследнице. То есть, простым языком, они обе могли от них забеременеть и иметь, вполне здоровых детей. Но видно что-то заподозрила опытная бабуля Анны и подговорила девчонок Васи и Гены действовать на опережение, то есть тупо застолбить за собой ребят. А иметь детей от женатых мужчин, ни наследнице, ни тем более самой императрице, попросту нельзя. Что-то там с проклятием каким-то связано. Тоже вскользь они говорили об этом.

— И что теперь⁇ Меня проверили, но ты им не дал получить результат проверки. Они-то как раз и морщились, и потеряли почти ко мне разом обе интерес. Помню. В глаза резко бросилось такое их поведение. Но ладно, я чисто с твоей помощью отмазался. А с братьями-то, что теперь? — Спрашиваю я Борю.

— А то, что их тоже приговорили… — отвечает Борис. — Только в отличие от тебя… на пожить ещё, им до Нового года время всего отмерено, впрочем, как и их жёнам и ближайшим родственникам, включая и твоих маму и папу. Я запись сделал их разговора. Ложись обратно на кровать. Чего вскочил? Замёрзнешь ведь. Прохладно в комнате. Прикрой глаза. Я тебе сейчас запись включу их разговора. Камер хватает… они хоть, и отключили их, прежде чем к разговору между собой приступить, да вот только не все.

Смеётся…

Делать нечего. Послушался искина. Можно и полежать ещё, раз время позволяет. И отдохну ещё, и погляжу, чего там наши недоброжелательницы нам подготовили…

Одеяло до подбородка натянул. Прикрываю глаза. Мягко. Тепло. Одеяло приятной мягкой тяжестью прижимает меня к кровати. Так и хочется и вовсе отключиться от всех навалившихся проблем и просто отдаться во власть Морфея, но не успеваю. Перед внутренним взором открывается вид на зал, в котором мы ужинали.

Вот, вижу, как за мной и Василисой закрываются двери… и тут же вскакивает со своего места Ольга…

— Мам, почему ты их одних отпустила? Ну, почему⁇

— Успокойся, родная. Есть кое-какие мысли и надо их с тобой обсудить — отвечает императрица.

Пас руками, и все слуги тут же покидают зал, оставляя венценосных особ одних в большом помещении.

Потом дёргается изображение. Мигает. Понятно, это императрица камеры отключила все.

Все, да не все!

Изображение мигнуло пару раз, и…

Нет, не пропало, а наоборот, стало ещё более чётким…

— Бесит этот молодчик⁇ — Задаёт прямой вопрос, усевшийся за своё место за столом дочери, императрица.

— Аж, трясёт… — отвечает громким голосом, явно на эмоциях, Ольга. — Наглый. Не понимает словно, с кем ему посчастливилось за одним столом посидеть. Ни капли, хоть какого-то подобострастия, словно с равными разговоры ведёт. А уж, что касается Элиз, то и вовсе, ни в какие ворота.

— Расстроена, что не тебе песню парень посвятил? Может, просто не решился? — Подначивает дочку, родительница.

— Есть такое ощущение — честно отвечает Ольга. — По первости вроде как смешно было, а потом захватила и музыка, и слова. И сколько чувства в этой песни было, аж сердце в предвкушении заныло. Жаль пустышка он, и не только в магии, если и завтра проверку провалит. А всё к этому и идёт. То всё… пустое место он. Разве, что песни красивые сочиняет.

— Да, уж… с «Императрицей» он нас сильно выручил — улыбается Анна. — А теперь, что касается его братьев. Насчёт парня позже немного поговорим. Навеяло… затронули разговор с их младшеньким, и всё в душе всколыхнуло. А ведь могло быть и получиться с ними, да уж больно невестки у них очень продвинутыми оказались. Защитили свои и любовные вложения. Итак… отомстить хочешь?

— Кому? — Удивляется Ольга.

— Вначале братьям молодого негодяя, кто не тебе песни посвящает, и в любви вечной признаётся. Но и ему воздастся, уж поверь. Но в начале с братьями его определимся. Уж больно я себя обделённой, и чего греха таить, обманутой чувствую. И заметь, вернёмся на минутку к Сергею Геннадьевичу. Ты же, помнишь, как в этом же зале те, великовозрастные самцы себя вели?

— Ага — смеётся Ольга. — Как нашкодившие коты. Дрожали. В голосе тоже нервные нотки и неуверенность во всех движениях. Как не старались себя подбадривать, и друг друга, но видно было, что до жути и меня, и тебя боялись. И даже вино им не помогало, а только ещё более замкнутыми они становились. А этот малолетка… — Ольга делает страшные глаза, так злится. — Бесит, гад. Вальяжно так себя ведёт, словно каждый день с императрицей за одним столом ужинает.

— Что есть, то есть. Тоже этот момент в глаза бросился. А потом его признания, да ещё кому. Элиз! Наша Васька вся, аж расплылась от чувств… — кривится императрица.

— Не одна она, мам. Чего обманывать себя? И я, да и ты, наверняка очень бы хотели в этот момент оказаться на её месте. Да не повезло, этот хам выбрал её. Сволочь. Просто сволочь… — нервно дёргает плечиком, наследница престола.

— Ничего… не злись красавица моя, отомстим — пытается успокоить дочь, императрица. — И отомстим, как говорится, по-королевски. И самое главное, отказаться от нашей мести никто из них не сможет. Не дадим. Итак, давай определимся на берегу. Желание есть старших братьев, этих Персовых и их девок, кто так над нами пошутил, к ответу призвать? — Задаёт прямой вопрос дочери, Анна.

Та, тут же сникла…

— Да как-то это… — мнётся она. — Не то, чтобы боязно, но ведь за что им мстить?

— За поругание наших надежд. И это раз! — Строго говорит мать девушки. — За то, что прикрылись нашим проклятием. И ведь по наглому прикрылись. И это два! Могли их девки нам дать сделать из их парней, наших любовников, хоть на время? Натешились бы ими, а потом отпустили. Бы…

— А отпустили бы мы их, мама? — Тоже отвечает прямым, неприятным вопросам к маме, дочка.

— В теории, да… — смеётся императрица. — Но, что это тогда меняет? — Спрашивает она дочь.

Та лишь в ответ, плечами пожимает. Сказать-то в ответ на свой же вопрос нечего. Ответ очевиден.

— И, как ты хочешь им отомстить? Ну, чтобы это хоть со стороны выглядело более-менее прилично, в глазах общества. Дураков-то в стране нет. Давно в дворянской среде вывелись, скорее вывели.

— Не всех, дочка. Ой, не всех. И граф Петровский тому примером. Но о нём мы, немного позже поговорим. А пока, продолжим решать вопрос, как нам отвечать на неправедные действия невест, хотя уже, пожалуй, жён, знакомых нам с тобой «Аполлонов», несостоявшихся наших любовников. Продолжим? — Улыбается Анна.

Улыбка наконец-то появляется и на лице Ольги. Предвкушающая улыбка…

— Ну, удиви меня, мамуля — говорит она. — Что ты там придумала, в качестве изощрённой мести?

— Увы… — вздыхает правительница — давно до нас придумано всё. Нет ничего нового, разве что подача со временем меняется. А так, хочу воспользоваться советом, который дала мне Катька Савельева.

— И что тебе этот цербер твой посоветовал? — уточняет Ольга. — Четвертовать их? На большее она вряд ли, на что способна.

— А-ха-ха-ах! — весело рассмеялась родительница девушки. — Ой, рассмешила. Но мысль хороша и полностью в духе обычных предложений Катьки. Но нет, не наш случай. Тут тоньше приходится работать, но не менее, смертоносно. Хотя с этой семейкой и не угадаешь. Ну да ладно, в случае чего на благо империи всё задуманное сработает в долгосрочной перспективе, моя ты будущая правительница.

— Ну, не томи, рассказывай! — От любопытства Ольгу, едва изнутри не разрывает на части. Не терпится ей узнать, какую изощряемую казнь придумала для всех, кто их с мамой обидел, императрица. — Что там такого могла придумать этот боевик в юбке? У неё же, как она сама иногда шутит… «одна извилина в голове, и та фуражкой натёрта».

— Ну, это она на себя наговаривает. Изворотливая тварь, но верная тварь. А предлагала она подобное уже небезызвестному тебе, Сергею Геннадьевичу, но в добровольном порядке принять на себя некоторые обязательства.

— Стоп… — опять вскочила на ноги наследница — ты же рассказывала. Ты имеешь в виду, заставить их принять на себя звание одного из потерянных кланов Великих князей Российской империи?

Довольная улыбка на лице матери. Гордится она своей дочей, будущей Императрицей Российской.

— И как тебе моя задумка? — Уточняет она у дочери.

— Бесподобно. И, правда, можем сразу двух зайцев поймать, а-то и трёх…

— Трёх? — Удивляется Анна. — Ну-ка, я вообще-то лишь двух в этой задумке вижу — говорит правительница.

Ольга снисходительно смотрит на свою маму, умнейшую из женщин, но, увы, с зашоренным сознанием в определённых областях, а именно, в отношениях между людьми.

— Если пройдёт задумка как месть, все кто придумывал, как защитить мальчиков от нас с помощью венчания и сами парни попросту погибнут при прохождении ритуала, а не пройти его, мы им попросту не позволим. И это первый заяц! — Принялась объяснять матери, своё видение ситуации, Ольга. — Но это же Персовы, и их брат Константин, теперь уже Великий князь Воротынский, тому отличный пример. Могут и проскочить, впервые за столько столетий. Тогда мы получаем Великих князей в Думе Боярской, так нами с тобой ненавистной. И эти мальчики, уж точно, будут там голосовать за наши с тобой решения. И это заяц под номером два! Ну, и в-третьих, у них всего по две жены сейчас, у Василия третья малолетка числится. И уж императрице и её наследнице, уж точно, будет незазорно иметь в любовниках МОЛОДЫХ Великих Князей. Салтыков, сука, был в оппозиции и на наши прелести не вёлся. Его англы прикормили на свою голову, теперь вот расхлёбывают. Ну, да пусть их. Но вернёмся к мальчикам, увы, они могут от такого счастья и отказаться и в этом случае мы им, как Великим Князьям ничего сделать не сможем. Про последствия не напоминаю, ты их и так не хуже меня знаешь…

Ну, ничего себе, вот они дают⁇ Помню эту Савельеву. Помню, как она напирала на меня, принять звание какого-то там южного князя, владельца Киева. Еле отмазался, и грубо тогда пришлось действовать. В общем, просто послал её. А вот тут-то всё серьёзней, обставят как награду и всё… приплыли. Отказаться от чести не выйдет, хотя да, с Костей прокатило, может и с братьями также получится.

— Обязательно получится — влезает в мои мысли, Боря. — Не отвлекайся. Слушай, дальше ещё интересней будет. И что касаемо тебя, тоже очень занимательно придумают, бестии. Вот же какие они мстительные, любвеобильные потаскушки, а ещё императрицы, как нынешние, так и будущие.

Но точно, не стоит отвлекаться. У дам разговор-то, как понял, только в самом вначале…

А там и, правда, продолжилось обсуждение судьбоносных, во всём смысле этого слова, решений, причём, этих решений насчёт членов моей семьи…

— А ведь и права, три — ухмыляется довольная Анна. — Я как-то про молодых мальчиков в виде Великих князей и не думала всерьёз. Их и не было почти никогда. А ведь и верно, отлично может выйти, если у меня с их папой и мамой ничего не получится, а про тебя и вовсе молчу. Тогда и их «повышенная женатость», я сейчас про их двоежёнство говорю, не помеха. Заманим в постельку. С их братом Константином в любом случае ничего бы не получилось, четыре жены, плюс одна из них принцесса Афгана, а с ними у нас только-только отношения на уровне государств наладились, а-то ведь воевали почти безостановочно. А вариант. Прабабка-то так с Бестужевым младшеньким закрутила, так и успокоилась тогда, и привела, в итоге, империю к недосягаемым высотам. Вариант…

— И кого ты им во владения выбрала? — Уточняет у матери, Ольга.

— Хотела бы их развести в разные стороны, а теперь вот думаю, что зря. Надо, и правда, выбрать таких бывших князей, у которых, как и у Воротынского наибольшее количество голосов в Думе. Станут нашими постельными мальчиками, и голосовать будут за нашу фракцию в Боярской Думе. Мысль хорошая, я считаю…

— Таких, не обидишь… — говорит задумчиво, между тем, Ольга. — И обижать, даже сейчас нельзя. А ведь им кто-нибудь обязательно объяснит, что кидаем их, по сути, на верную смерть. И как же тогда с этим быть? — Задаёт вопрос дочь.

— Разберёмся потом — отвечает Анна. — В первом варианте, не перед кем будет извиняться. Второй и третий, решаемо, главное, чтобы выжили и ритуал полностью прошли. А потому, в надежде на будущее, я бы предложила Василию Геннадьевичу княжество Калиты. Кто там у нас из князей последний раз правил?

— Алушкевичи. Из Речи Посполитой к нам перебрались, а потом их главный женится на вдове Калитыных. Семь голосов в думе. Исчез род столетие назад. Все в войнах погибли — напомнила Ольга. — Кстати, отличный вариант. Мне нравится. А что по Геннадию придумала? — Спрашивает она маму.

— Перуновы — отвечает Анна, ловя изумлённо-вопросительный взгляд со стороны дочери. — Думаю, пора перевернуть страницу их позора. Их род и клан сполна заплатил за смуту. Вот донскую вольницу и отдадим Геннадию свет Геннадьевичу. Он более резкий из них двоих и более деятельный, что ли. А у Перуновых багаж территорий приличный. Дон, а это Ростов и Азов. Активы огромны, и не подвластны мне, почти. Ведь отобрать земли не получилось. Дума в своё время подтвердила право мести князя и претензии его к императорской семье. Как такового предательства не было. Неповиновение, да, которое можно было просто решить, позови пра-пра-пра-дед его на разборки в Москву. Но гордыня сыграла, что и привело, в итоге, к великим потрясениям потом, во всей Империи. До сих пор разгребаем последствия того бедлама. Ну да ладно. Так что в отношении Геннадия не три, а все четыре зайца поймать можем. Ему бы только вольницу донскую немного приструнить…

— Если ритуал пройдёт… — говорит задумчиво Ольга — то все недовольные поутихнут. Против богов никто не пойдёт. Против их воли. А пройдённый ритуал не что иное, как положительное решение богов. На этом можем сыграть. Отцу их тоже подкинешь возможность испытать себя?

— Нет, уж. Таким ресурсом я раскидываться не хочу — отвечает Анна. — И присутствовать на ритуалах сыновей им с женой тоже запрещу.

— С одной женой? — Ухмыляется Ольга.

— Одной! Зачем мне конкурентки? — Отвечает правительница.

Смеются.

Настроение резко пошло у обеих вверх.

— Так… — просмеявшись говорит Анна. — Со старшими отпрысками этой необычной семейки мы разобрались, а вот теперь перейдём к их бывшему младшенькому. Желание мести никуда не делось у тебя? — Задаёт она вопрос дочери.

Та, лишь головой из стороны в сторону медленно поводит…

— Как-то уже на Геннадия или Василия я настроилась. Но да, этой Элиз уж больно хочется напакостить, и как это лучше сделать, чем лишить её любви, пускай и любви простого провинциала, деревенщины вчерашней — задумчиво говорит наследница.

— По ней уже Пожарский сохнет. Младший их, но он наследник. Всё мечтают, вечные наши оппоненты по линии императоров хоть и другого рода, породниться с правящим домом — задумчиво говорит Анна.

— Ко мне клинья подбивал, но боится, хотя и командор уже по силе, как маг. МАГ!!! Боевой маг!!! Его насчёт меня, проклятие останавливает. У них тоже подобный артефакт есть. Он мне, увы, не пара — говорит наследница. — Потому и отстал, переключившись на нашу Василису, как только Салтыков погиб.

— Я даже не рассматриваю этот союз и всё сделаю, чтобы он никогда не состоялся — нервно как-то говорит императрица. — Плодить прямых конкурентов, ну уж нет, нам вон, новоиспечённой Василисы достаточно. А вот взять и отдать её бывшему простолюдину, провинциалу. Хороший ход, тем более, когда они так подставились.

— Они⁇ — Удивляется Ольга.

— Сейчас, в Зимнем саду, в компании с Косицкой вином балуются. Ну, и любовные песни парня слушают. Пока мы тут сидим, они на вино налегают. Пускай. Там у меня уши есть, всё узнаем, о чём говорили.

— Так ты серьёзно хочешь Сергею отдать Василису? — Обижено начинает, буквально ныть, Ольга.

— Я тебя не пойму! То ты говоришь, что уже настроилась вновь на его братьев старших, а тут опять малолетку наглого к своей троюродной сестре, вернее двоюродной, ревнуешь. Ты реально ревнуешь? — Удивляется уже мама.

Ольга, всхлипнув, отвечает…

— Да сама себя не пойму. Завидно… и это понятно. Ну, и злость берет, почему не я? На завтрашний день надежды у меня, увы, нет. Не «Истинный» он, уж точно. Не повлияет на него первый трон императоров. Вот я уверена в этом, но проверить, конечно, не помешает.

— Не помешает — соглашается с дочерью, императрица. — Я уже сопровождающему приказала, любыми средствами усадить Сергея на трон первого императора. Граф, мальчик смышлёный, заинтересует парня. Выполнит приказ. Но я тоже ничего от этого не жду. Ничего! А потому и спрашиваю тебя, хочешь узнать, чего я нашему малолетнему наглецу приготовила⁇

Ольга, заинтересовано смотрит на мать…

— Во-первых, Петровский… — начинает свой очередной доклад императрица.

— А с ним-то, что не так? — Удивляется Ольга.

— Всё не так! — Отвечает довольная, Анна. — Разговорили его. И поспособствовала этому, помощница Сергея, воительница из рода принцессы Азизы, которую она приставила к Персову младшему. Пытала она его зверски. Жёстко, не взирая на ранги и приличия. Всё рассказал, да под запись. Потом моим людям передала эту тварь. Он-то уже понимает, что приговорён, а вот что делать с его родом и кланом… вопрос? Наследника прямого нет. Все рода клана замешаны в готовящемся перевороте. Сейчас там, на Дальнем Востоке, аресты идут. Сопротивления законной власти нет. Все испуганы и подавлены. В зародыше, считай, очередной мятеж подавили. И всё, опять же косвенно, благодаря Сергею. С Салтыковым он засветился, хотя там и недоказуемо его прямое участие в создании условий, благодаря которым и погиб Великий Князь. Разбирались… и не только мы, но и представители Думы. Но всё тщетно… чист малыш. И теперь возникает вопрос, а что делать с наследием Петровских.

— И? — Во все глаза смотрит на мать, наследница.

— А тут всё одно к одному приложилась. — Ухмылка на лице правительницы. — Петровский напал на родственника Великого Князя, сам таковым не являясь. Для Боярской Думы — это преступление века! Наказывать надо? Надо, причём наижесточайшим образом. Род в утиль, потребует Дума. Но это Якутия! Алмазы, производство. У графа временные финансовые трудности были, которые, по сути, мы ему и подстроили. Он лишь свои активы, с дуру, все в готовящийся переворот вложил. А банки, по моей личной просьбе, отказали ему в рассрочках и кредитах. Всё! Уж это-то я с банкиров, работающих на нашей земле, могла стребовать. И не отказали. Клан Петровских оказался под ударом. Что ж делать? Разрывать клан и пускать по миру с огромными долгами? Можно. Не жалко. Но вопрос, а нужно ли? И тут появляется опять же Сергей, наш свет Геннадьевич. Неосторожное признание в любви к принцессе, члену правящего дома. Дурачок, не понимал, что делает. Когда просто пел — это была просто шутка. Можно было бы всё на неё свести. А вот сейчас, когда они уже целуются — это всё, жуткое оскорбление Дома. Но мы же не хотим скандала?

Ольга головой качнула из стороны в сторону.

— Нет! — Говорит она.

— И я тоже так думаю — улыбается Анна. — И невместно какому-то провинциальному викончику рот свой раззявить на представителя правящей династии. А вот наследнику «Алмазного короля», графу — вполне можно и попробовать, если есть отзыв от объекта страсти. А отзыв, как раз есть. Не умеет, пить девочка. Уже много лишнего она наговорила, пока они там, в Зимнем саду, винишком не в меру балуются. Завтра вечером отчитаю обоих. Её в ссылку в монастырь, пускай обычаи и язык народа страны, где жить собирается, изучает. Колечко от жениха об обручении вручим, и на долгие шесть лет мы про неё забываем.

— Это как? — Удивляется Ольга. — Почему именно шесть лет и какова причина такого решения?

Реально не понимает она причин такого решения матери.

— Граф просить руки принцессы может и объясняться в любви, а вот получить разрешение жениться на особе королевских, императорских кровей, увы, вряд ли. Гарантированный отказ обеспечен. А вот…

— Великий Князь!!! — Понимает задумку матери, Ольга.

— Молодой Великий Князь, можно сказать, что юный совсем! — Смеясь, поправляет дочь, довольная императрица.

Она же видит, что Ольга быстро поняла все выгоды данной многоходовки.

— Все довольны. По Петровскому. Уже дана мной команда озвучить в СМИ всю информацию по нападению его и его людей на бедного мальчика. Как тот только выжил и ума не приложу! Тут же озвучивается доклад собственной безопасности империи о делах Петровского, как организатора заговора против законной власти. То есть меня, императрицы! Народ, благодаря, опять же Сергею и его песни, и её влияния на умы сограждан, требует немедленно наказать злодея. Что мы и делаем… ну, и награждаем… Кого⁇

— Невинно пострадавшего от графского произвола, причём, государственного преступника — подсказывает дочка.

— Правильно! — Улыбается всё ещё довольная императрица — И клан, который мы по всем законам, должны были бы уничтожить и задвинуть на затворки истории. В забвение времени! А мы вместо этого просто передаём клан провинившегося аристократа во владения пострадавшему, тоже аристократу, который, конечно же, имеет право на виру со стороны обидчика.

— Но как же, а долги⁇ — Не понимает раскладов Ольга.

Анна, заговорчески улыбается…

— А следом на всю страну объявление, что новоиспечённый граф Петровский обручён с представителем правящей династии, а если конкретно, то, с попросившей политического убежища у нас в стране, моей племянницей. Пару намёков банкирам и у господина графа отсрочка по всем его финансовым обязательствам. А там, глядишь и Азиза со своими людьми подсуетится. Не забываем и про Ростовых. Да и сам потенциал клана, никуда не делся. И пускай крутится. Это, как один из вариантов развития ситуации. Забрать-то и конфисковать мы всё не можем. А нам и не надо всё, достаточно выкупить по бросовой цене добычу алмазов и заводы, которые изготавливают из них бриллианты и технические средства на базе алмазов. Я уточняла, под сотню миллиардов рублей общий фонд промышленного производства. И чего этому дураку не хватало? Ведь заслужено его называли… «Алмазным королём»! Но тут их глава влез в политические разборки, и принимал активнейшее участие в подготовке государственного переворота, к тому же, он агент заграничных спец служб. Он уже во всём сознался и на всех подельников даёт показания.

— Не вижу пока что, в чём наша с тобой выгода, мама? — Смотрит выжидающе на мать, Ольга. — Кроме того, чтобы отжать производство алмазов. Но это, в дальнесрочной перспективе. Зачем нам эта суета с обручением мальчика и нашей принцески?

— Всё ревнуешь, девочка?

Но Ольга вопрос матери попросту проигнорировала.

— А так всё просто, моя милая… — отвечает императрица. — Получается почти так же, как и в случае с его братьями. Мы даём ему право на ритуал по воскрешению древнего княжеского рода. Пройдёт ритуал, который, к слову, они все уже один раз со своим братом Константином проходили, и получит тогда всё… и принцессу в жёны, и компенсацию за заводы, как граф Петровской. Не доживёт… из-за многих причин, в том числе тут и обручение с принцессой, которая всё-таки давала клятву быть женой главы клана Салтыковых, а не именно погибшему князю. Ну, и про проклятие великих родов не забываем. А почему шесть лет…

— Да поняла я уже — кивает головой Ольга. — Крайний срок прохождения ритуала, двадцать лет от роду. А выходить замуж, представительница правящей династии, может только девственницей. Вот мы и прячем ото всех потенциальную невесту, потенциального Великого Князя. Срок крайний хранения… — смеётся она — шесть лет.

— Вот и законсервируем! Оградим, так сказать её, от всяких соблазнов — улыбается Анна, довольна она, видя такой настрой своей дочери. — Кстати, о девственности… напомнить тебе про предсказание Светланы???

Ольга нервно дёргает щекой.

— Но он же мне всё равно не подходит. Артефакт, сей факт, уже подтвердил.

— С потенциальными Великими Князьями такой фокус не проходит — напоминает дочери Анна. — Всегда есть процент ошибки. Возможно, это как раз наш случай. Ну, так что насчёт девственности?

— Я подумаю, но Светке я всё равно не верю. Не верю! И, кстати, я так и не услышала. А, где во всём наш этом, наш с тобой интерес?

Мама смотрит на неё изумлённо.

— Ну, как же… — бормочет она обескуражено. — Не пройдёт ритуал, всё… свободен. На переработку, если что останется от него. Не Салтыков он или не сможет побороть проклятие англичан, та же история. Чем тебе не долгосрочная месть? А так от него мы получаем одни плюсы. Про алмазы мы с тобой обсудили всё…

— Не отдаст — уверено говорит Ольга.

— Что⁇ — Потерянно почему-то выглядит императрица на это заявление дочери.

— Не отдаст, говорю. Он молодой, но не идиот же — добавляет Ольга.

— Ну, это мы ещё посмотрим. Надавим, никуда не денется. Миллион предложим, ещё и радостный будет, что такую головную боль мы у него забираем — говорит, неуверенно как-то, Анна.

— А почему просто не национализировать и в свой фонд не забрать? — Уточняет Ольга. — Дума?

— Она, противная… — вздыхает императрица. — Без добровольной продажи, никак.

— Мам, но всё-таки, зачем нам нужно, чтобы Элиз за этого простолюдина вышла замуж?

Мать немного задумалась, собираясь с мыслями.

— Ваши дети, дочка. Возможные дети! Надо говорить, что будут предлагать за брак с моими внуками все правители мира??? У них похожая ситуация, а в Старом Свете и вовсе катастрофическая, с канувшими в лето кланами. Великими кланами! Магия рулит в мире и её законы. И с ними нам приходится считаться. И эти ограничения никак по-другому не обойти. Персовы, конечно, удивляют и этот Сергей ещё тот везунчик, но, чтобы сразу в одном месте всё сошлось… и Великое Княжение и главенство в клане Салтыковых… не верю. Но посмотрим. Ответ получим в течение предстоящих лет…

— Шести лет! — Напоминает Ольга. — Долго!

— Ты про девственность? — Улыбается Анна.

— Я ещё не решила… — отвечает печально-задумчивая Ольга. — Да и как решать? Всё равно терять мне её тут не с кем…

Смеются…

Глава восьмая

— … вот такой вчера разговор у них состоялся — говорит Боря. — А сейчас у императрицы утреннее совещание идёт в её кабинете. И о вас с принцессой, со Светкой, разговор шёл. Доклад полный, что, где, когда и сколько. По-видимому, не только на микрофоны и видеотехнику тут упор делают. Есть и профессиональные слухачи. Они-то свою работу от и до делают. Императрица чему-то очень довольна. Наговорили вы вчера, точно, много лишнего. Ты скорее напел, чем наговорил, а вот принцесса наша уж слишком под вино разоткровенничалась. Озвучила правительница и новые свои указы. И про братьев твоих там всё есть. А про тебя и вовсе отдельный указ. И то, что ты теперь граф с лёгкой руки императрицы. И от самого незадачливого бывшего графа, из его бывшей «алмазной империи» тебе достаётся только его активы до Уральских гор. Алмазное дело национализировано всё-таки. Многое он наговорил. Дума поддержит такое решение императрицы. За предательство, надо карать.

— Что там про Уральские горы⁇ — Бурчу я, еле шевеля языком. А ведь мог и просто подумать…

— Из активов тебе достаётся, выплаты дохода с заводов за этот год. Этот год все бывшие предприятия «Алмазного короля» будут работать на кошелёк твоего клана. Последующие годы, пять процентов со всего. Немного, но в объеме производства, очень прилично получается. Но, правда, денег ты свои не увидишь до своего совершеннолетия, в твоём случае… двадцатилетия. Это решение императрицы. О причине такого решения тебе объяснять надо?

— Элиз и княжество — хмыкаю я. — А может плюнуть на всё… и просто сейчас это княжество себе на шею повесить. В плюсах, невеста эти годы при мне будет. Кстати, на какое княжество меня пророчат, в качестве правителя?

— Крымское ханство! — Смеётся Боря. — Всё же императрица у нас ещё та шутница. Но шутка удалась на все сто. Теперь Керченская цитадель — твоя вотчина. Поздравляю! Но это при условии, если мы уже сейчас о себе, как ты предлагаешь, заявим, как о Великом князе. Хотя, я считаю, что это всё же преждевременное. Предлагаю подождать.

— Сколько? — Спрашиваю я.

— А эти предлагаемые шесть лет и подождать — отвечает искин. — А что мы теряем? Девчонок, за это время, у тебя может быть уйма. Обручение, это не целибат. Это девушке сложнее и то, есть варианты, а уж мужчине и подавно. А потому, ждём. А Элиз, это, как приз, который дождётся тебя в любом случае. В её варианте, если не ты, а кто другой — это верная погибель. Вечное девичество, раздвинь она ноги перед кем-то другим. Устои общества, да и на неё, как я понял, какие-то большие планы у императрицы нашей. Но вот смущает и то, что и на нас с тобой у неё почему-то планы имеются, и боюсь, что связаны они с наследницей, напрямую.

— Этого ещё не хватало… — бормочу я. — И что мы сейчас тогда делаем? — Спрашиваю я искина.

— А что делаем? — Удивляется Боря. — Встаём. Обедо-завтракаем. Приводим себя в порядок. Потом убываем по музеям. Сегодня у нас день знакомства с культурной жизнью и историей города. Посидим на троне первого императора. Я всё по нему посмотрел, пока ты спал, в интернете. И скажу так, это изделие мне знакомо.

— Что? — Удивляюсь я. — Откуда? Это же просто трон.

— Нет, это не трон — принялся объяснять искин. — Это настоящий артефакт, пилотское кресло с корабля. Но непростое, а с главного мостика. Капитанское! Вывод прост, первый император в российской империи был никто иной, как капитан корабля пришельцев, по-простому, Джоре. И, если я что-то смыслю в изделиях древних, то все эти артефакты Великих родов, храмов все завязаны на капитанское кресло своего создателя того, кто первым создавал всю эту систему опознавания и контроля. Увы, но потомки явно потеряли знания пользования древним артефактом. И всё, забыв, ничего умнее не придумали, как выставить первый трон императоров на всеобщее обозрение народу, как простую дорогую диковинку, не зная, на сколько она дорогая и необычная. И контролёр в нашем Крымском поместье, и это кресло пилота, взаимосвязаны магией. Уверен, мы сегодня много узнаем о вашем мире, очень многое и не известное тут больше никому. Во всяком случае, никто больше в этом не разбирается. Например, и в Англии, и во Франции с Германией в музеях тоже выставлены подобные экспонаты. Так что…

— Час от часу не легче. Придётся вставать — говорю я. — Уж больно мне что-то самому теперь в музей захотелось.

Полтора часа на сборы, принятие душа. Потом приём пищи в гордом одиночестве. Но обслуживание тут на высшем уровне. Вопросы лишние не задают. Что попросишь, в меру сил, делают. А сил уж на многое, у местных хватает.

Не успел отдохнуть после обеда, сидя в удобном кресле и наблюдая в окно, как на улице продолжает идти снег, всё уже белым-бело вокруг, как в дверь моей комнаты постучали…

— А вот видимо слугу и за тобой послали — говорит Боря.

Но не угадал, что бывает с ним крайне редко. На пороге моих апартаментов стояла, одетая по-зимнему, раскрасневшаяся, видно от быстрой ходьбы, Светлана Косицкая.

— Привет, мученик — весело здоровается она со мной. — Говорила я вам вчера, так много с непривычки не пить, да куда там. Но ты хоть на ногах, а кое-кто до сих пор в постели отлёживается. Мы одни едем. Твой провожатый уже в машине нас дожидается. Ольги тоже не будет. Занята она, готовит завтрашние мероприятия. Я сегодня побуду твоим гидом. Одевайся…

Боги! Это сколько же музеев в главной столице? Уму не постижимо! И это ещё меня никуда, типа оперы, не ведут, а то, как сказала Света, были и такие предложения насчёт моего досуга в столице. Но решили меня оперой не проверять, не мучить, а вот от музеев отказаться не получилось. В итоге, забег по двум музеям занял у меня время ровно до самого позднего вечера. Только к девяти часам удалось до Царского Села добраться…

Но поездка не оказалась бесполезной, как я вначале опасался, в отличие от Бори. Как и предполагал искин, мне удалось посидеть на древнем артефакте, причем не минуту, не две, а вполне целый час, при этом, мы дурачились с моими провожатыми. Я изображал из себя императора, рассевшись в древнем троне, а вот Света и наш молодой граф, провожатый, были моими поддаными.

Дурачились, как могли. Я тянул время, Боря попросил, ему для настройки артефакта под нас с ним нужно было в транс входить, а-то бы артефакт отключил меня. А так… контакт есть! Боря работает! Мы же с ребятами весело проводим время.

Пришлось даже немного руку поцарапать. Для активации артефакта, искину зачем-то понадобилась моя кровь.

Удивительно, но в огромном музее кроме нас, посетителей нет. Личная просьба императрицы, смотрителю. Он нас-то и водил по залам, пока мы в зале посвящённому самым древним временам основания империи, не попали. Тут нас смотритель и бросил, пообещав прислать через время служителя. Он нам дальше экскурсию проводить и будет…

Мы, как раз возвращались в Царское Село, уставшие, но довольные проведённой прогулкой. Боря мне тут, пока все в салоне, кроме водителя, спали, отчитывался о проделанной за сегодня работы. Он докладывал, что происходило в наше отсутствие в Царском Селе, а, если конкретнее, то у нашей любимой императрицы…

— … как и говорил, управление всей империей, императоры когда-то проводили через пилотское капитанское кресло. Все рода древние находятся под постоянным контролем Искина вложенного в пилотское кресло, который и управляет всей системой слежения в стране. И я был прав, контролёры подключены к общей системе. Огнями, на невидимом другим смертным экране галовизора, указаны те кланы и их исторические базы, по-нынешнему лены, которые в данный момент существуют. Те кланы и рода, которые не функционируют, отключены об общей сети. Смею предположить. Есть база в космосе, возможно, что на Луне, которая этой всей системой и управляет. Но это не точно, может быть, просто спутник имеется на орбите планеты, а может, и законсервированный межзвёздный космический корабль системы Джоре всё это время висит в космосе у нас над головами. Простыми средствами наблюдения его не обнаружить. Оборудование Содружества нужно для таких целей, и то не факт, не всегда можно обнаружить то, что на создавали Джоре, даже нашими разработками. Удалось подключиться не сразу, но мы это сделали. И знаешь, что самое главное, благодаря чему у нас это получилось?

Я даже и не представлял, если честно. Так Искину и сказал…

— Кулон защиты Древних, подарок афганской принцессы Азизы. Именно благодаря ему, искин Джоре признал ТЕБЯ в праве отдавать ему приказы.

— Что? — Изумляюсь я. — Какие приказы?

Мурашки от страха по спине забег делают. Вот это мы влипли…

Но Искин поспешил меня успокоить…

— Приказы почти любые, не выходящие из переченя запретов, оставленных прошлыми хозяевами планеты. А так, в рамках этих правил, мы с тобой с империей можем творить, что захотим. Ну, к примеру, кланы Великих Князей, которые выделила императрица твоим братьям, в общем, я их уже активировал, усадьбы древние этих головных родов в кланах. Они уже настроены на твоих домочадцев. В храм тебе уже с ними не обязательно идти. Так, наверное, даже лучше будет. Поднастроил и Рязань на Константина. На нас, весь Крым замкнул. А вдруг? От Крыма, всего два было Великих Князей. Салтыковы, которые забыли о своих истоках. И вот… Керченская крепость и принадлежащие ей земли. Князь Крымский!! Так и назывался когда-то, бывший подданный Турции. Хан всех крымчаков!!! И вот такой подарок, с лёгкой руки императрицы, нам достаётся. За весь Крым десять голосов в думе. Сила! Плюс Салтыкова голоса. Да с нами, как и Костей будут вынуждены все считаться, а если все вместе объединитесь…

Понятно. Полный контроль над Думой со стороны императрицы. Если, конечно, она с нами не поругается. Например, из-за того, что, по сути, не зная всего нашего с Борей расклада, она отправляет, хладнокровно, меня на верную смерть, как и моих единокровных братьев.

— Что по императрице и наследнице? Что у них сегодня было. Ты их дела контролировал? — Задаю я вопрос Искину.

— Из Питера ещё можно следить за коммуникаторами венценосных девочек, когда они находятся в Царском Селе, а вот дальше, увы — говорит Боря. — Но сегодня никто из них из Царского Села никуда не уезжал, и работали они кто где, но в самом поместье. Ольга вся озабочена делами завтрашнего бала, который всю ночь идти будет. А императрица работала с документами. Проблем у империи хватает, но на удивление, не решаемых из них ни одной сейчас нет. Ближе к вечеру Элиз очнулась. В порядок себя привела и в общество вышла. Её тут же, после позднего обеда, в кабинет к правительнице потащили. До сих пор там её императрица прорабатывает. Во-первых, записи с телефонов прокрутила она девочке, как вы там с ней в засос целуетесь. Ну, ты выдал — смеётся искин. — Уже довели бедной девочке, что теперь у неё есть суженый, и обручение произойдёт сегодня в местном храме. Сказала ей Анна, что ты уже граф, а потому обручение вполне уместно. А вот насчёт возможной свадьбы, то ждать этого счастливого события вам всем шесть лет, до совершеннолетия жениха. И то, если ты станешь Великим Князем, только тогда императрица даст добро на брак. В противном же случае, помолвка будет расторгнута. Сказать, что девушка под впечатлением, не сказать ничего. Поплакала, но в принципе, вроде как довольна выбором своей опекунши. Все ждут тебя.

— А от Петровского нам, что досталось, в итоге — уточняю я у искина.

Хмык, со стороны Бори.

— В отличие от вчерашнего вечера, практически всё переиграли. В нашем ведении остаётся древняя вотчина Петровских, находящаяся в Вологодской губернии. Вполне себе усадьба, маленькая, но достойная. Остальной весь актив забирают. Деньгами за всё отдают, это я уже тебе говорил. Счета, на поддержание усадьбы, будут оплачивать через канцелярию императрицы, вплоть до твоего совершеннолетия. И, увы, в шестнадцать лет тебе уже никак не жениться. Пока не объявишь себя Великим Князем, поход к алтарю с невестой отменяется. Всё! Обложили. Ну, ещё один хитрый ход, они с дочкой такой вариант рассматривали, ты переводишься сейчас учиться в Петербург, и тогда тебе отдают местную усадебку графа. А она тут вполне себе приличная, даже по меркам местных аристократов. Умел «Алмазный король» жить, и любил всем пыль в глаза пускать. Но и, правда, до последнего момента у него никогда проблем с финансами не было. Никогда! Он сам себя загнал в ситуацию, когда пришлось, почти считай, разбоем заниматься…

— И, что ты сам предлагаешь? — Задаю я ему прямой вопрос. — Стоит соглашаться на переезд посередине учебного года?

— А почему бы, собственно, и нет? Что тебя там держит кроме родителей, с которыми ты и сам сейчас не живёшь? Мама занята. Отец тоже пропадает на своей работе. Мама закончит строительство перинатального центра у вас в городе. Обкатает проект со всех сторон, проинспектировав его. Внесет изменения в другие проекты и всё… уедет в столицу. Я так думаю, хотя и не факт. А вот нас там, у вас в городе, ничего не держит. Ну, разве что сестрёнки твои, но у них тоже уже своя жизнь, подружки, мальчики. Не до тебя им теперь. На каникулы к деду с бабой приезжать будешь, хотя я тут подслушал, не я лично, но их разговор. Контролёр прислал из Крыма. Они на полном серьезе обсуждают возможность переезда к тебе в усадьбу в Крым. Там их правнуку очень нравится. А ради него они и деревню свою готовы оставить. Потому и говорю, предложат такой вариант, соглашайся не раздумывая, к тому же у тебя тут и так приличная квартира имеется, с выходом окон на Сенатскую площадь. Надо будет, кстати, посетить и проверить твою недвижимость. Разобраться, кто сейчас там живёт или там только прислуга обитает.

Так под укачивание едущего по заснеженной дороге автомобиля и под болтовню Бори я и провёл всю дорогу от Питера до Царского Села. Светик голову мне на плечо положила, на сидении калачиком почти свернулась, ноги под себя поджав. Устала. Спит.

Но с горем полам добрались, вот же непогода, как разыгралась. Настоящая зима вокруг.

Не успел до своих покоев дойти и скинуть промокший полушубок, как тут же появился слуга, и учтиво пригласил в кабинет правительницы. Та перед ужином пожелала срочно что-то со мной обсудить. Знаем мы эти срочные дела.

Ну, ничего, я к этому разговору более-менее, готов…

А ведь великая актриса в императрице пропадает. Как она разыгрывала свой гнев, вот только я на её игру как-то и не реагировал совсем. Просто молча смотрел на ее исход праведным гневом, по поводу нашего ночного поведения. Вот только это уж совсем на меня не действовало.

Наконец поняв, что напрасно теряем время и нервы, спокойным голосом произнесла…

— Садись.

Я всё это время стоял столбиком по середине её кабинета, в шагах четырёх от её рабочего стола.

— Непрошибаемый ты. Но опять же тебе везёт — садится в своё кресло императрица. Рукой мне указывает на стул. — Граф, который перед отъездом на тебя напал со своими людьми, дал признательные показания, и не только в том, что хотел тебя убить, но и в более серьёзных преступлениях. Ты его вывел на чистую воду. Ты пленил и его, и его людей, а значит, достоин награды. Я начну с этого, потому что всё в твоём деле взаимосвязано — спокойно говорит Анна.

Сидим за столом в её рабочем кабинете, напротив друг друга. Больше в помещении никого нет.

А императрица, между тем, продолжает так нервно начавшийся наш разговор.

— Тебе присваиваю графский титул. Цени. Примешь вотчину Петровских. Из их производств всё конфисковано в пользу казны, за исключением родовой усадьбы. Где она находится, потом тебе расскажут. И да, отказа не приемлю. Ещё от моих щедрот тебе перепадает шанс восстановить клан Великих Князей. У тебя, я знаю, есть в Крыму поместье. Будет ещё целый город, если и не весь Крым. И название клана, соответствующее, Великий Князь Крымский. Отказаться от милости нельзя, можно только её принять со всем смирением. На принятие клана, на собирание с силами, даю тебе время до полного совершеннолетия, то есть до твоего двадцатилетия. Ну, и зачем это мне понадобилось, скажу в двух словах, чтобы не приказать мне тебя казнить за оскорбление члена императорской семьи, как действием, так и словом. Но это мы можем и исправить, всё будет зависеть сейчас от твоего ответа. Честного ответа. Ты делаешь предложение моей племяннице руки и сердца, господин граф, и будущий Великой Князь⁇

— Ух, ты! А ведь всё по серьёзному обставили. Не подкопаешься. Эх! Красиво сработали — восхищается Боря.

Ну, а императрице я, конечно же, ответил согласием.

— Да! Я прошу у Вас руку и сердце вашей родственницы, Государыня Императрица.

Встаю я вначале на ноги, а потом опускаюсь перед ней на правое колено.

— Ну, а теперь я объясню, зачем я тебе присваивала и графа, и князя, вопреки общей административной аристократической практики. Итак…

Как же всё, оказывается, сложно-то у них. Это нельзя, так не делай, то не моги, а подобное и вовсе не пробуй.

И племянницу императрицы, ни в коем случае нельзя руками по заднице гладить, и за сиськи её, маленькие ещё, держаться, тоже не смей. Титулом не вышел.

А что не помнишь ничего, так ничего страшного, слуги тоже имеют в своём арсенале телефоны с камерами. Так что всё непотребство заснято на качественные камеры, причём и как мы с ней целовались, тоже. Представляю состояние девчонки, когда ей императрица крутила эти видео.

М-да уж, нехорошо получилось. Простого виконта, за подобное, и на дыбе можно покатать в допросной, и былые заслуги не помогут…

Но в моём случае помогли, как былые заслуги, так и будущие, на которые видимо очень рассчитывает императрица, что я ей их, в обязательном порядке, когда-нибудь ещё окажу. Меня, не то, что спасли и помиловали, просто красиво сделали так, что я вроде, как и вправе на подобные действия стал. Граф. Целый граф!!! Это вам не какой-то там виконт, тем более, когда он личный гость императрицы в её дворце.

Говорю же, сложно всё очень тут у них.

Табели о рангах непросто так составлены, у каждой категории аристо есть свои права, впрочем, как и обязанности. Просто об обязанностях сами аристо чаще всего забывают.

А вот мне напомнили…

О многом напомнили…

— … ты просил ребят, твоих знакомых, пригласить, телевизионщиков. Они уже тут — говорит Анна, императрица Всероссийская. — Обещал нам с дочкой необычное что-то показать, и для оформления своей задумки во что-то осязаемое, тебе нужны были помощники. Теперь они у тебя есть. Завтра перед балом хочу увидеть черновой вариант твоей задумки. И раз, как я поняла, это будет опять очередная песня, я вызвала пораньше во дворец и знакомого тебе исполнителя твоих песен. Очень, кстати, популярного в стране теперь певца. Прибыл он со всеми своими музыкантами. Завтра они отрабатывать приглашение будут, участвуя в бале, в качестве музыкального сопровождения. Так что, если потребуется, то и они в твоём распоряжении до полудня завтрашнего дня. Потом я хочу видеть, как сказала ранее, промежуточный вариант твоей идеи. Ужин для вас, я в малом зале приказала накрыть. Там и со своими старыми знакомыми пообщаешься. И предвидя твой вопрос насчёт Василисы, говорю сразу — нет. На бал она не будет приглашена, наказана за вчерашние непотребства. Видеться вам с ней я пока запрещаю, как и общаться через коммуникаторы и телефоны. Единственно, что прямо сейчас мы с тобой из этого кабинета, идём в местный храм. Одеваться по-зимнему не надо. Есть коридор, который идёт под землёй, с выходом на прихрамовую территорию. Там тепло, не замёрзнем. У алтаря повторишь своё прошение в отношении моей племянницы, и наш местный священник проведёт между вами обручение, в вашем случае, помолвку. Так как ты просить будешь у меня, дать разрешение на обручение… с меня и кольца вам обоим, но не обручальные. Конечно, нет. Это ты сам, если у тебя всё получится в будущем, выберешь их своей невесте. Сейчас же простые кольца, которые вы будете носить оба на мизинце левой руки. Ты не ослышался. И ты тоже! Кольца непростые, древняя реликвия семьи императора. А почему на левой руке? Так девушка у нас иностранка. Уважим и их традиции. А свадебные кольца для невесты, уже твоя проблема, а от помолвочных не отказывайся, хотя у нас в стране кольцо носит, только будущая невеста. Но в нашем случае вмешалось древние поверье. Мне не пришлось их поносить, пускай за меня это сделает моя племянница. А кольцо, предназначенное для тебя, может и тебе поможет в чём-то серьёзном. Напомню, древний артефакт. Такие кольца своим внукам и правнукам раздавал, при помолвке, первый Император. Цени.

Я молчу. И даже искин слова императрицы пока никак не комментирует. Но думаю, что это ненадолго. Роет видно в этом направлении в интернете информацию Боря. Может, что и получится об этих кольцах нам узнать.

А дальше и вовсе не было времени на обдумывание слов императрицы. Меня потащили через какие-то переходы. Минут пятнадцать шли, даже устал немного, ведь и по сторонам надо было поглазеть, много чего интересного попадалось на глаза. И под ноги смотреть тоже надо было, пару раз спотыкался, чуть не упал.

Храм, не храм, но маленькая часовенка, уж точно.

Святой отец, сморщенный дедок с добрыми глазами и пронизывающим взглядом.

В комнатке перед часовней на меня накинули какую-то древнюю хламиду, что-то навроде плотного плаща, расшитого золотой росписью с непонятными символами.

— Письмена Джоре… — впервые за последний час подал голос искин. — Отключаюсь. Что-то навроде поисковика тут работает. Блокировку поставил, но мало ли…

Ух, ты ж… а церковники, оказывается, не так уж и безобидны. Да вон и сам дедок в рясе на меня немного удивлённо посматривает, явно чего-то другого от меня ожидал, от увиденного в часовне. Артефакты древних? Возможно. Стоп. Алтарь! От него силой тянет.

А если⁇

— Стоп, дурак!!! — Крик в голове от обещавшего спрятаться, Бори.

Да видно поздно уже…

Я потянул на себя силу, которой был наполнен алтарь часовни. Несильным ручейком поток магии от алтаря потянулся в мою сторону.

Хм, а старикан-то ничего и не заметил. Просто чему-то удивлён он, в моём поведении.

Ага. Понятно! Не только я его удивил, но и моя наречённая невеста.

В похожей хламиде, накинутой, в её случае, прямо ей на голову, скрывающей лицо, стоит она около меня. А я вижу немного другое…

Я ведь прежде, чем целовать первый раз девчонку, тогда на посиделках в Зимнем Саду, сделал ей подарок. Активированный щит от Джоре ей на оголённую шею повесил, отобранный у князя Салтыкова при памятном поединке. И я просил её о моём подарке никому не рассказывать, и этот кулон никогда не снимать. И жамкал я её тело потом, чтобы настроить древний артефакт на неё, а не то, что все подумали. Ну, так мне легче было его настроить на неё лично. Да и приятное это было занятие. Совмещал приятное с полезным, а главное, очень нужным.

И вот этот мой подарок ожил в этой часовне на груди у девушки. Защита на что-то сработала, впрочем, как понял, и моя тоже. То-то старикан так взволнован.

А потом началась служба, которая длилась относительно недолго, с час, наверное. В часовне только мы вдвоём с Василисой, императрица, как опекунша моей невесты теперь, и сам святоша.

На императрице лица нет, так взбледнула. С чего бы, интересно? Так жалко отдавать эти два стальных колечка?

А непростые они явно. В резонанс они вошли, стоило только мне колечко на пальчик девушки нацепить, и когда она одновременно со мной мне на мизинец левой руки это, не снимаемое теперь украшение, надела.

Стоп! Как же так⁇ Ведь стального цвета была эта железяка!!!

А теперь…

Всеми цветами радуги пылает кольцо у меня на руке, на всю маленькую часовню. Отблески разных цветов лучиками рисунки по стенам рисуют.

Длилось это светопреставление всего ничего, секунд пять не больше. Но явно что-то произошло из рук вон выходящее. Теперь бледным выглядит не только императрица, но и сам священнослужитель.

— Боги приняли вашу клятву. Разрешение матери услышано всевышним — сухим, кашляющим голосом, буквально проскрипел старик. — Благословляю вас, дети мои…

Увы, но поцеловать невесту мне, попросту не дали.

Голосок её. Кулон на шее у неё, мною активированный висит. Не спутать девицу ни с кем. Даже за руки подержаться нам не дали. Служба закончилась и девчонку быстро из часовни вывела через другой выход, императрица. Я же, как дурак остался наедине с алтарём. Священник вышел вслед за правительницей.

— Ну, и дела… — взволнованный какой-то голос у Бори.

С чего бы это. Небывалые дела. Уже сам факт того, что искин в опять какие-то эмоции показывает, говорит о неординарности, возникшей с нами ситуации…

— Василису быстро императрица, ожидающим в той комнате женщинам, с рук на руки передала. Прямо сейчас в Зимний Дворец, в Питер, твою невесту увозят. К чему такая спешка? Непонятно пока. А вот разговор у священника и императрицы интересный происходит. Послушай. Тебе понравится. Увы, но видео нет. Через коммуникатор императрицы связь держу. Камеры в часовне отсутствуют. Слушай…

Словно помехи в эфире радиостанции, которые, впрочем, пропали, не успев и появиться. Но треск в ушах был приличный.

— Помехи магические⁇ — Поражаюсь я.

Хотя и неудивительно, я же стою почти вплотную к алтарю. Может, от него наводка сил идёт? Но подумать об этом я уже не успеваю. В ушах раздаётся голос императрицы…

— … то есть, как это ты не смог, ни на него, ни на неё, поводок накинуть? Колечки ведь у них на руках, у обоих. Метка стоит, а запустить ты её не смог, получается? — Каким-то обескураженным голос Анны, слышится мне.

Сильно она чему-то, пока неясному мне, удивлена… вернее даже, поражена.

— Не понимаю, что произошло — отвечает ей второй голос, принадлежащий, судя по всему, святоше. — Обычная ведь, привычная процедура. И ещё… функционал не отключён. Он, как бы это сказать, расширился, и приоритет перешёл к носителю. Теперь они сами нашими маленькими артефактами, каким-то образом, будут управлять. А снять, не получится.

— Вот это, да — шепчет императрица. А потом задаёт вопрос громким голосом. — Получается, полное приручение артефакта, на наших с тобой глазах, произошло?

— Угу. Так и есть, ваше Величество. Подобного и не припомню, когда и было — отвечает ей священник.

— Зато я помню — говорит задумчиво она. — Триста семьдесят пять лет назад. Молодая чета, которая и не стала императорской, зато детей от того брака было двенадцать малышей, за всё время их жизни. Крайнего княжна родила, когда ей было далеко за пятьдесят. Они, как в сказке, долго жили, любили друг друга, и умерли в один день. Больше сотни лет прожили. Самые долгожители империи, среди императорской семьи. Тогда тоже радуга была… — бормочет она еле слышно.

— Тут больше цветов. Четырнадцать, минимум, я насчитал — уверяет её святоша. — Выброс силы огромный. Алтарь просел сильно, и я это почувствовал. Сил у меня практически не осталось. Всё на поддержку алтаря пошло. Никогда такого не было. Это знамение, моя императрица.

Пауза затягивается.

— Знамение, говоришь… — задумчиво бормочет себе под нос, Анна. — И, как быть? Разлучать их или дать видеться⁇ — Задаёт вопрос она святому отцу.

— Вы обмолвились, шесть лет примерно у них отсрочка по свадьбе, которая будет ещё или нет, не знает никто? Хм… — обдумывает слова императрицы, старикан. — Дети от этого союза, нам бы точно не помешали, а как они зачаты, в законном браке или вследствие блуда… какая разница! Главное, чтобы между ними этот блуд произошёл. Так почему бы не подтолкнуть их к этому, раз нет уверенности в том, что этот союз на законных основаниях состоится, и долго продержится. Успеет она, пока не погибнет парень, зачать ребёнка после свадьбы? Не погибнет ли он уже через день или два, после бракосочетания? Хватит ли им одной брачной ночи, чтобы зачать детей???В нашем случае, главное дети. А их теперь друг к другу со страшной силой тянуть будет. Может…???

Невысказанный, но такой понятный вопрос со стороны святоши…

— Хм… интересная мысль — говорит Анна. — Потянуть со свадьбой, а вот с детьми нет? А, как это подстроить… я придумаю. Возвращайся к парню. Выпроваживай его. Там в комнате его провожатый ждёт. Выведет. Я пока что с Василисой ещё пообщаюсь. Перехвачу, чтобы не увезли девочку. Есть с ней мне ещё, о чём поговорить…

Связь прервалась.

— Всё. Идёт сюда святоша — говорит Боря. — И убери руку с алтаря, ты, сам того не замечая, скачиваешь с него ману и силу. Отойди, чтобы святой отец ничего не заметил. Нам с тобой только этих проблем не хватает.

А дальше, меня выпроводили из часовни. Улыбчивый слуга отвёл в обещанный малый зал. Не успел я сесть за огромный стол, как в помещение начали заходить какие-то люди, среди которых я, к своей радости, узнал и старых своих знакомых…

— Привет, бродяги!!! — Вскакиваю я из-за стола. — Как же я вас всех видеть-то рад…

Ну, не всех, конечно. Насти, среди ребят, не было…

Саня, радостный, полез обниматься. Вторит его начинаниям и Алик. А вот старший брат Сани старался держать дистанцию, уже известно видно им, что перед ними настоящий граф, и вполне возможно, что в будущем, и Великий Князь. Это, конечно, при условии, что от этих щедрот императрицы нашей, мне суждено будет остаться в живых, по-простому… выжить.

А люди всё продолжают заходить. Среди парней и парочка вполне приличных девах затесалось. И все понятно мне, неизвестные пока ребята, за исключением одного примечательного лица…

— Макс! Во, дела!!! Это ж, сколько времени мы с тобой не виделись-то? — Кричу я своему «Голосу», поющему мои песни для народа, вернее, не мои, конечно, а наши с Борей…

Обнялись и с ним сердечно.

— Так я у вас в городе не появляюсь. Всё гастроли. То там, то тут… — радостно скалится Максим. — И ты в столицах не бываешь. А я звал, приглашал. Только сейчас вот ты приехал. Кстати, ты чего тут-то? — Уточняет он.

Шепчу ему на ухо…

— На «Песне года» я не буду светиться. Так что сам разберёшься со всеми, кто там хотел с автором твоих песен познакомиться поближе. А императрице, особо про её прабабку песня понравилась.

— Как и всей стране — шепчет в ответ Макс.

— Так-то так, но вот императрица решила автора, так сказать, поблагодарить. Лично, при этом, отблагодарить. Вот я и тут — отвечаю я на его вопрос.

— А нас чего вызвали⁇ — Спрашивает мой музыкальный, очень талантливый друг.

— Песню новую разучивать будем, для императрицы и её дочери — говорю я.

— А Влада с парнями, зачем сюда тогда притащили? — Не унимается дотошный лидер российских хит-парадов.

— А подумать? — Спрашиваю я его.

— Клип? Неужели клип??? — Вскричал он громко, привлекая к нашей обнимающейся парочке, стоящей посреди зала, внимание всех собравшихся в зале, необычных для этого места, гостей.

Влад на меня ещё внимательнее вглядываться начинает. Я его улыбкой подбадриваю, видно же, как мандражирует наш известный продюсер.

— Всё потом — говорю я громко. — Сейчас за встречу, сядем, выпьем и перекусим, чтобы сил набраться. Ночью спать я вам не дам, да вы и сами не захотите. Работы много. Суть проблемы позже обрисую. А пока вы мне расскажите, как тут в столице живёте-поживаете. Как устроились? Всё ли хорошо? Что обещали, начальство выполнило в отношении вас? Помню же, какие перспективы вам рисовали, когда зазывали и сколько чего обещали…

Уселись. Полчаса обычный застольный трёп. Все проголодавшиеся. Устали пока добирались, ну и проголодались естественно. На спиртное никто не налегает. Под закуски и нечастые тосты, добрая спокойная дружеская беседа идёт…

— … мы тебе очень благодарны, Серёга — говорит за всех Алик. — Как в сказку попали. Вначале, кто на съёмных квартирах жил, кому служебную жилплощадь выделяли. Но всё оплачивалось студией. И с зарплатой не обманули. Хотя сейчас и в разы больше получаем дохода. Есть с чего. Твою тему, тобой предложенную юзаем, и успех полный имеем у нашего зрителя. Уже двенадцатую передачу про моду и как правильно одеваться снимаем. Всё идёт в эфир… — потом переглядываются между собой пацаны… — почти все — поправляется Алик. — Ну, ты надеюсь в курсе. Но мы не внакладе. И премии нам всем выплатили, приличные причём. Квартиры на них в Питере, в центре, каждый себе приобрёл. Живём. И работа есть, и идеи новые уже свои обкатываем. Все довольны.

Но в его голосе чувствуется какое-то напряжение.

— Чего это они? — Удивляюсь я.

— Так знают же, что вторая передача нигде ещё не светилась, после того, как её венценосные особы посмотрели. Думаю, что и за молчание, им премию всем и отсыпали, чтобы рот прикрыть — говорит Боря. — А у меня идея, ведь твоя Динка пропала и не звонит. А тут через её маму с дядей Веней можно, как актрису её сюда дёрнуть. Пообщаетесь, и она у нас весьма красива… в клипе лишней не будет.

Морщусь.

— Плохая идея — отвечаю я. — Коль не звонит, значит, что? Или не может, или не хочет. Я лично ставлю на второе. Сама не хочет общаться, а это значит, что кто-то её к рукам уже прибрал. Хотя там мама ещё та собственница. Присмотр за дочкой будет плотный. Может, какие-то заморочки семейные у неё? С отцом, к примеру, или родственниками отца. А на главную роль, красавиц мы и тут найдём. Так что всё. Все наелись, можно и о делах наших поговорить. Итак, начнём…

Работали целую ночь и ранее утро. Разогнал всех спать часиков в десять утра, и сам отправился к себе. После обеда у нас небольшое представление, для государыни Императрицы и её наследницы-дочери.

Влад единственно с Алексом и Саней, увы, спать только после показа уйдут. Им отснятое на скорую руку смонтировать к показу нужно.

А как проходили съёмки, да просто, как только я довёл концепцию нового клипа до ребят, тут же от них буквально, словно из вулкана, понеслись предложения, как всё обставить. Антураж древнего дворца — это лучшие экспозиции, на фоне которых можно любой шедевр создать, тем более что песен-то у меня две. Вот только клип, вернее основную отснятую идею, мы покажем на одну песню.

А там уже, как понравится или не понравится песня основным заказчикам. Что уж говорить, а идея у меня весьма провокационная. Подумать только, предложить сняться в клипе про любовь не только наследной великой княжне, но и её матери, действующей императрице Всероссийской…

И ещё есть некоторые отличия, исполнять песни буду не я, а Макс, уж больно щекотливая ситуация может возникнуть… посвяти я песню наследнице. А если ещё и сам и её петь буду с приложением магии в слова, то может и рвануть. У девушек, когда касается вопросов любви, вообще, мне кажется, мозги отключаются, и руководствоваться они начинают только своими чувствами. А от любви до ненависти один шаг, можно и на плаху легко загреметь, если, что не понравиться. А я, можно сказать, только жить начал.

Побережёмся…

А актёров быстро нашли на главные и на второстепенные роли, и для массовки. И с костюмами никаких проблем не было. Впереди ведь бал-маскарад, а тема маскарада — старая, милая Российская империя и как отрывались на Новогодних праздниках наши бабушки с прапрабабушками. Когда ещё молодыми были и их дедушки, с прадедушками.

А некоторые залы Великого Елисейского Дворца и сохранились в первозданном виде с тех времён. Вот Алик и помчал с некоторыми слугами осматривать нужные апартаменты, а Влад с Саней, поняв концепцию клипа, принялся за подбор актёров.

Мы с Максом изучали песню. Я объяснял, как он их, вернее, они звучать все две должны. И, конечно же, эти песни после разрешения императрицы войдут в его репертуар, который он будет, уже обновлённый новыми песнями, петь по всем селам, городам и весям нашей необъятной Родины.

Уставшие, но довольные мы отправились утром следующего дня, отдыхать в выделенные нам апартаменты, а слугам наказом разбудить нас на обед, с учетом нужного времени на приведения себя в порядок. В помятом виде представать перед императорской семьёй, так себе идея…

Пробуждение по команде искина.

— Подъем, соня — будит меня Борис. — Всё проспишь. Во дворце небывалая суета. Мало того, что на вечер бал назначен, так и ваша съёмка клипа и репетиция исполнения песен поставили всех обитателей дворца и его гостей, на уши. Все не столько в предвкушении бала, сколько хотят лично увидеть, что за суета-сует творилась во дворце ночью. И песни пели, и киношники-телевизионщики что-то снимали. Какие только среди слуг и домочадцев не ходят слухи об этом. Но всё вертится вокруг тебя, все эти слухи, что именно ты опять что-то замутил. И сам понимаешь, всё доложено уже и императрице, и её дочери. Конечно, ничего такого полного, по существу, и ясного доложить в своих информационных сводках соответствующие специалисты не могли. Снимали-то отрывками, эпизодами, а песни вы разучивали там, куда никому хода не было. Ты же сам выставил пригляд из людей Макса, кто не был задействован в репетиции. Он же всю свою банду во дворец притащил, справедливо полагая, что такой возможности может в жизни больше и не быть. А потому, повторюсь, одни слухи и ничего конкретного. По этой причине и интерес у императорских особ повышенный, и ждут, не дождутся они, когда вы, господин Сергей, изволите проснуться, и предпримете попытку показать им результат вашей общей ночной деятельности. Вставай, нас ждут великие дела…

— Что по Владу и его парням? Результат съёмок, в одну вменяемую видео-зарисовку внесли уже? — Продирая глаза и зевая при этом, спрашиваю я искина.

— Всё получилось в лучшем виде. Мне лично понравилось, хотя Влад и недоволен. У него ещё там куча идеей появилась, как всё улучшить. Он хотел бы с тобой эти моменты попозже обсудить. Я у них результат итоговый их стырил. Тебе могу прокрутить. Хочешь?

— Давай! — Говорю я. — Пока поваляюсь немного ещё под одеялом. Говорят же, что резко просыпаться нельзя. А так несколько минут полежу за одно и результат нашей ночной работы посмотрю. Давай, жги!

И ведь не обманул Боря…

Клип готовый у него в его закромах уже был, его черновой вариант, в главных героях, где совсем не те актёры, на которых я лично рассчитывал…

Ух, ты! И музыку уже наложили, и исполнение явно лучшее, что было в конечном варианте. Макс ещё оставался репетировать, когда я спать пошёл.

Четыре минуты… и всё, и это весь результат бессонной ночи, работы большого коллектива вызванных специалистов.

Материал меня порадовал. Не идеал, конечно, как по мне, но тоже нормально. Для показа идеи пойдёт, к тому же в планах в клипе совсем другие главные героини будут.

— Понравилось? — Уточняет у меня искин.

Я уже на ногах. Побежал умываться. Через полчаса меня ждут уже за столом в малом зале. На сегодня и завтра это наша штаб-квартира во дворце. Рабоче-совещательное место нашей рабочей группы.

— Нормально — отвечаю я. — Считаю, что это лучший результат, который можно наспех в такой ситуации, и за столь короткое время получить. Идея ясна. Для показа заказчику в самый раз пойдёт. Или, скорее правильнее сказать, кому посвящается этот клип, результат черновика должен понравиться, как и мне.

— Скажу больше, уже понравилось — огорошил меня своим признанием Боря.

— Не понял — удивляюсь я. — Это как?

— С утра всех, кого вы привлекли к съёмкам клипа, дёрнули к себе их Величество и Высочество — объясняет Боря. — Долго расспрашивали. Просили песню даже напеть. Так что в предвкушении, потому что все, кто участвовал в съёмках в красках и эмоционально очень расписали, как всё было необычно красиво и круто. А от ребят телевизионщиков девчонки местные и вовсе без ума, кстати, в том числе и от тебя. Ты ведь мелькал то на импровизированных съёмочных площадках, то с Максом песню до идеала доводил. Всё! Уже у двери посыльный за тобой. Её Величество уже вся извелась, так ей хочется увидеть воочию результат вашей ночной работы. Одевайся и на выход. Уже не отвертеться…

Обед прошёл как-то дёргано, к тому же не успел я сесть за стол и хоть что-то себе в тарелку с общего стола положить, как в зал, буквально, влетел почтенный слуга и, увидев меня, тут же направился в мою сторону.

— Ваше сиятельство — обратился он ко мне, согласно моему новому аристократическому статусу. Граф же я всё-таки…

Сидящие рядом со мной парни из телевизионщиков и музыкантов переглянулись, ведь между собой мы и сегодня, и вчера вовсе по-простому общались, без всяких этих аристократических заморочек…

— Её Величество приглашает вас к себе за стол. Отобедаете вместе. И попрошу вас, не надо задерживаться, уж больно на взводе правительница — шепчет мне на ухо старый слуга.

Почтенный надо сказать слуга, и ведь сам явно непрост этот посыльный, барон по званию, уж точно, и это — как минимум…

Я просто протягиваю руку в сторону Влада. Тот так же молча вкладывает мне в ладонь флэшку…

— Лучший вариант под номером три, как по мне — всё же объясняет он. — Вторая песня в исполнении Макса, под номером семь. Мы сегодня с утра запись на камеру сделали, в их исполнении. Как понятно, без фактуры и художественного наполнения. Ну, всё… ждём!

Волнуются парни. Хотя понятно же, если понравится всё — это и деньги, и уважение коллег. Но я считаю им, и бояться-то нечего, ведь финансовых потерь никаких, на коленке всё исполнено.

Посмотрим, что из всего этого, в итоге, получится…

Пять минут ходу по переходам дворца. А вот и трапезная императрицы. В зале только венценосные дамы. Увы, ни Косицкой, ни тем более, Василисы, за столом не было. Да больше никого в зале нет.

— Ну-с… привет. — На моё приветствие отвечает императрица. — Вижу, уставший ты. Но успели, выполнили, что я просила?

— А как можно по-другому, государыня — с поклоном отвечаю я, занимая место за столом, с её позволения.

— Да уж, наслышана. Все только и говорят о том непотребстве, что ночью творились во дворце. Шум от музыки я и утром спросонья слышала, хотя разобрать ничего конкретно не могла. Готов похвастаться результатами? — Спрашивает она меня.

Молча киваю в ответ.

Наш разговор между собой с интересом слушает и Ольга, при этом, глазами на меня так зыркает, но и слова не говорит. Интересно, что это у неё за обет молчания?

— Тогда, давайте быстро обедаем и ко мне в рабочий кабинет пойдём. Там у меня комната есть, оборудованная для отдыха. И большой телевизор имеется в наличии и проигрыватель для флэшек и других приблуд. Там и расскажешь нам всё о своей задумке, что за подарок такой ты нам с дочерью подготовил. Ну, и на результат поглядим, оценим…

Улыбаюсь, в ответ…

— Результат вполне приличный — говорю я. — Две песни. На одну уже клип примерно, каким я его вижу, сняли. Черновой вариант. Вторую, просто группа Макса исполняет. Хорошо получилось. Тоже думаю, клип бы создать. Концепция такая же, как и клип на первую песню. Они как бы, по задумке моей, друг друга продолжают. Первая песня просто про Россию и жизнь, например ваша, как правительницы во дворце. Вторую песню больше к любовной тематике я бы отнёс. И в обоих клипах в своих мечтах я бы хотел видеть вас двоих, как главных героинь…

Удивление на лицах венценосных особ.

— И кого мы там играть должны? — Удивляется, сильно удивляется Анна.

Я же, просто пожимаю плечами, игнорируя полностью недовольство в её голосе…

— Самих себя, естественно — отвечаю я. — В клипе, ваши девушки снялись, но было бы лучше, если бы главные роли исполнили вы обе. Думаю, что народув стране это очень бы понравилось, увидеть вас, так сказать, в нормальной домашней, почти жизненной ситуации. Любовная тема, как к Родине, так и мужчине к женщине, близка народу. Но давайте и, правда, Ваше Величество, отобедаем, а потом я вам всё уже и покажу, и расскажу…

… и вот мы уже в кабинете. Обед, как и говорил, прошёл как-то скомкано. Я хотел есть, а женщины изнывали от нетерпения. Как результат, и кусочек не лез им в горло. Не до обеда им было. Изнутри любопытство их сжигало заживо.

А я ел неспеша, целенаправленно, вдумчиво насыщаясь, не обращая внимания, какие просящие, а потом и гневные взгляды кидала на меня, та же Ольга.

Но вот окончен обед. Мы, мило беседуя ни о чём, по длинным коридорам дворца идём втроём в сторону расположения личных апартаментов императрицы, в частности её рабочего кабинета.

Ух, ты… какие размахи!! Красиво. Впечатляет…

— Это мой малый кабинет — говорит Анна. — Там, где я провожу собрания совета империи, зал раза в три больше. Но нам не сюда, а в соседнюю комнату. Там у меня оборудована зона, где можно в неформальной обстановке вопросы с гостями решать. Удобно… и ненавязчиво, да, и официоза меньше. Вот и сейчас давайте как раз воспользуемся неформальной обстановкой, и оценим, поглядим на результат вашей и ваших друзей, работы. Ведь именно вы рекомендовали этих специалистов нам. Располагайтесь — играет роль гостеприимной хозяйки императрица. — Вы с Ольгой на диване располагайтесь, а я кресло у окна займу.

Занимаем места «согласно купленным билетам».

— Она что, вас специально рядом на один диван садит? — Удивляется Боря. — Ой, что-то мне это уже не нравится.

Мысленно отмахиваюсь.

— Ерунда. Прорвёмся!

Рассаживаемся. Я попросил включить телевизор и аппаратуру для проигрывания файлов. Но, прежде чем показывать результаты нашей работы принялся объяснять, чего же я хотел снять и что показать под музыку своей песни…

— … мне, прежде всего, хотелось передать зрителям атмосферу жизни аристократии в те давние времена. Потому мы и использовали у актёров одежду древних времён, в основном времени Серебряного Века. Получилось или нет… вы, определите сами, уже по ходу просмотра клипа. О второй песни и возможности съёмки клипа на неё, мы поговорим позже. А пока…

Я нажимаю на пульт. Мигнул экран телевизора. Пошло изображение.

А ведь отлично интерьер передан древних залов дворца. Это императрице и её дочери тут всё знакомо, а для меня это что-то новое и неизведанное, словно я и, правда, в старые времена как-то окунулся, очутился в этом дворце, провалившись в прошлое, лет так на сто-двести назад…

Тихая музыка. Приятный голос исполнителя.

А ведь очень даже неплохо…

— Конечно, неплохо — смеётся Боря. — Я тебе передал точную концепцию клипов, которые снимали на эту песню у нас в Содружестве. Не забывай! Слова песни написал аристократ от ушастых, граф, по-вашему, Виктор Пеленягрэ. Великий поэт и великий эленте. Но вот положил слова на музыку простой музыкант из глубинных государств Содружества Александр Добронравов. У него было много написано песен, и это одна из них. Но вот вдохнул в песню настоящую жизнь, основатель музыкального коллектива «Белый Орёл» опять же эленте, герцог Владимир Желчков, его имя на ваш манер. Был он влюблён в дочь своего императора. Неразделённая и трагическая любовь была у них. Песня — шедевр. Он кумиром стал у молодёжи. Он же её и исполнял. Но повторюсь, это песня посвящена дочери императрицы, как и в нашем же случае… спустя сотни лет и миллиарды километров расстояния она прозвучит снова и тоже будет посвящено императорской семье. Слушаем…

Слежу за реакцией, дам. Смотрю, как лицо расслабилось у императрицы. А вот Ольга напротив, напряжена. Чего-то явно ждёт, для себя, от этой песни…

А на экране обычный бал, вернее его имитация, конечно. Красивые дамы, мужественные кавалеры…

Гвардейцев, для съёмок привлёк Влад, да и место первой сцены отлично выбрано. Красиво-то как…

А тут уже и второй куплет подоспел…

Улыбается императрица. Что-то хотела сказать, но вопрос видно в горле застрял.

Малый тронный зал. На трон, что понятно, никто не решился сесть, а вот подержаться немного… это да, изображая из себя императрицу. Красивую женщину в годах выбрал на эту роль Влад. Мастер он, однако, полностью как по мне, угадал он с выбором актрисы. Выбор явно и самой императрице понравился, вон, как мило улыбается…

А вот Ольга явно не в восхищении, от того, кто изображает её, вернее, её персонажа в будущем. Явно уже примеряет она эту роль на себя, и ей явно это нравится…

Без проигрыша и третий куплет пошёл влёт…

Ловят каждое слово царственные особы, да и музыка высший класс.

Ну, а последний куплет после красивого проигрыша, довершает нашу пробу. Читается восхищение и от музыки, и от слов песни на лицах императрицы и её дочери…

Последние аккорды. Музыка затихает. В комнате тишина. Улыбки, на лицах милых дам.

Молчат они. Прикрыв глаза прочувствовать, пытаются переосмыслить и слова, и музыку песни. Явно зашло, причём обоим.

Я расслабился. Да и Боря успокаивает.

— Понравилось и мне, и девушкам — смеётся Искин. — И я уверен, что не откажутся дамы поучаствовать в съёмках обоих клипов, тем более, вторая песня вообще бомба.

Да уж, бомба. Что-то я уже боюсь прокручивать запись второй песни. Хотя на неё не снят пока клип, но вот сама музыка, и стихи особенно там весьма провокационные…

— А ты чего хотел? Тот же герцог Желчков всё своей возлюбленной песни посвящал, и по всему Содружеству талантливых поэтов песенников и композиторов искал. Вот и нашёл опять же в центральных системах у людей, композитора Игоря Матвиенко, и поэта Михаила Андреева. Потом сам же со своей группой её и исполнил. И опять же получился хит на все времена. Так- то…

И ведь угадал, проблемы возникли с этой песней.

Но какого плана…

Обсудили, как и главное, когда будем снимать клип. Дамы обе согласились сняться в нём. И всё для народа, чтобы единение императорской власти и простого народа показать, что тоже и любят, и страдают, и плачут правительницы великой страны. Всё также у них, как и у простых людей.

И вот на этой волне, правительницы полные энтузиазма, попросили показать им и вторую песню. Сразу предупредил, что идея клипа и как его снимать, есть. Опять же с ними в главной роли, но прототип, увы, за одну сегодняшнюю ночь и утро снять не успели. А потому только песня в исполнении Максима.

Включаю проигрыватель и слежу за их лицами.

А ведь пробрало. Всё же Максим сильно вырос в профессиональном плане, как исполнитель, да и голос у него по истине хорош. Вот только не на такой эффект от песни я рассчитывал. Совсем не на такой…

У Анны слёзы на глазах. Она восторженно посматривает, то на меня, то на дочь. Ольга тоже взволнована, вот только в глазах у неё плещется непонятно какие чувства. Злость и обида… уж чего-чего такой реакции со стороны девушки я, уж точно, не ожидал.

— Женщины… одно слово — бормочет недовольный эффектом от песни на принцессу-княжну и Боря.

Но дальше возмущаться не решается, чтобы меня не отвлекать, ведь Ольга, в отличие от матери, отмалчиваться не собирается…

— Что-то не так, милая? — Заботливо спрашивает её, мама. — Тебе разве не понравилось песня⁇ — Задаёт она дочери прямой вопрос.

Я тоже во все глаза смотрю на княжну.

Чего мне от неё ещё ждать. И ведь почти угадал…

Не всё так просто…

— Для Василисы ты лично пел… — размыкает уста Ольга. — И было это… — пауза — душевно. А эта песня хорошая, мне понравилась. Не могла такая песня девушке не понравиться. Но я её не прочувствовала — и смотрит на меня так, с вызовом. — Ты же мне эту песню посвящаешь?

Упс.

— Приплыли! — Бухтит недовольный Боря. — От проблем с этими дамочками уйти ну, никак нельзя. И как прикажешь отвечать? Скажешь, что тебе… и непонятные последствия нас ждут от помолвки, до эшафота. Скажешь, что не только для неё, а для всех женщин мира, то, судя по её настрою, тебя она сама тут же и прикопает, и мама её ей в этом поможет. И, что выберешь ты?

Прикрываю глаза. Тяжело вздыхаю. Ох уж мне этот выбор. А пожить-то ой, как ещё хочется. Особенно, когда эта жизнь налаживаться только начинает. Только почувствовал вкус этой самой жизни…

Взрослой жизни!

Дамы ждут ответа от меня, а вот я молчу. И только упрямо не смотрю в сторону Ольги.

Это её начинает сильно бесить, но сдерживается будущая императрица…

— Мам, скажи там, чтобы нам сюда гитару принесли. Сергей же нам споёт?

Ну, тут молчать нельзя.

С поклоном и кивком головы, ведь сижу, отвечаю…

— Со всем смирением и желанием, Ваше Высочество.

Побольше почтения, а то что-то злится на пустом месте начинает дочка императрицы, а к каким последствиям, для меня любимого, это может привести, одному богу известно.

— А мне понравилась песня. Очень душевно Максим её спел. Или как правильно его называют все, Влад Барк! — Говорит императрица. И уже Ольге. — Гитару принесут сейчас. Я попросила… — и переводит взгляд уже на меня. И пропела!!! — « Я боюсь твоих губ, для меня это просто погибель. В свете лампы ночной твои волосы сводят с ума. И все это хочу навсегда, навсегда я покинуть. Только как это сделать, ведь жить не могу без тебя…»

Вот это память и голос у императрицы хороший, музыкальный.

И глаз с меня не сводит…

— Хорошие слова. Сильные, но и опасные. — Улыбается… — потому и промолчал на вопрос Оленьки⁇

Вот же провокаторша.

Улыбаюсь в ответ её улыбку, но не тороплюсь с ответом на её вопрос.

А императрица не унимается.

— Сам споёшь и также чувственно, как для Василисы пел. Ты понял?

А вот тут в вопросе уже чувствуется угроза. Хотя, чего уж там, я и так знаю, что эти две бестии в своих планах меня уже приговорили.

Шум какой-то со стороны входной двери. А, понятно… гитару принесли.

Ну, и хорошо, можно проигнорировать вопрос хозяйки апартаментов.

Молча беру гитару в руки. Начинаю перенастраивать инструмент. Тяну так, этим действием, время.

— Ну, и как быть? — Задаю я вопрос искину.

— Как? — Ухмыляется Боря. — А чего мы теряем? Жги, как ты умеешь… и пофиг на последствия.

Первые аккорды…

Впиваюсь взглядом во взволнованное лицо княжны…

Тихим голосом начинаю куплет. Магии и сейчас своей не жалею. Будь, что будет…

Восторг на лицах обеих представительниц императорской семьи.

А я их добиваю припевом, по максимуму вкладывая в прекрасные слова песни свою магию голоса…

Ко второму куплету подхожу более уверенно. Голос крепнет, а сам тут глазами я словно с Ольгой дуэль веду. Поединок на клинках! Ведь сучка меня приговорила, а любви хочет? Как? Как такое можно в себе совмещать? Не понимаю…

Да чего там сжигать, когда ещё ничего не построено. Даже мечтать насчёт неё нет никакого желания, впрочем, как вообще ни о ком. Василиса? Ну, это так. Нравится, конечно, девочка, но всю жизнь с ней связать, как-то, если честно, то не готов. Хотя, увы, шансов соскочить не оставляют, чувствую, придётся жениться, не отвертеться теперь. Если выживу, конечно…

А тут и припев подоспел…

Получи — гадина. Любви хочешь? Пострадать? Так получи пополной и страдай себе на здоровье, если вообще умеешь это делать.

Магии не жалею для этого…

Как там сказала императрица? Опасный куплет? Очень опасный и опасные слова. Но я уже закусился на этих двух бестий. Ударить бы любовной магией! Увы, сейчас жалею, что этим не обладаю, хотя может Боря и может помочь. Но и моего голоса, подкреплённого магией обеим за глаза, хватает…

Императрица цитировала мне этот куплет, в чём-то пытаясь меня обвинить. А вот теперь сами на себе попробуйте его ощутить уже по-настоящему. Это вам не Максим с его профессиональным исполнением, тут чувствами вашими играю и магией, эти чувства ваши щекотать буду.

Удар…

И всё же добился своего. Слёзы по щекам текут у девочек. Ольга и вовсе уже носом шмыгает.

Ну-с… и последний аккорд…

Два раза повторяю припев. Чувства, хватило им.

Чувств им, видите ли, не хватает. А сейчас?

Но я же для вас обеих ничего из себя не значу? Сами же говорили. Не истинный, и проверку артефактом на то, чтобы наделать вам детей, не прошёл. В любовники не гожусь.

Ну, и слава богу… а пока, пора заканчивать этот мини концерт и так вон предо мной две ревущие коровы сидят. Всё никак успокоиться не могут…

И ведь не под рассчитал я, с магией и чувствами дам.

Императрица меня просто выгнала из кабинета. Сказала, что до вечера, чтобы отсыпался.

Влад с друзьями, приглашены на бал. Макс там со своим коллективом петь будет, развлекать нас. Так что ещё успею обсудить с друзьями планы по созданию клипов. И да… они в теме. Будут нам лучшие из возможных кандидатур в роли главных героев, влюблённой дочери и её мудрой мамы…

А я что? Мне два раза повторять не надо. Гитару оставляем здесь, а сам на выход. Боря, что надо, подслушает. Пусть не видео, но через коммуникаторы, о чём царственные родственники будут между собой говорить после моего ухода, уж точно подслушаем.

— Ты куда? — Уточняет у меня искин.

— Спать. Вернее, досыпать — отвечаю я. — Раз до вечера нам дали время, посвятим его себе. На балу мы должны быть живчиками, всё же всю ночь скакать придётся. Кстати, что там наши дамы? — Уточняю я у искина.

— Успокаиваются. А то Ольгу что-то и вовсе на истерику со слезами пробило. Но уже вроде всё, слушает поучения мамаши своей.

— И о чём эти поучения? — Интересуюсь я.

— Да про то, что зря она пытается себя в тебя влюбить и что ни к чему хорошему это не приведёт.

— Мудрая мама — улыбаюсь я.

— Для тебя, типа, почему-то это смертельно. А ещё напомнила дочери про артефакт, которым нас они приголубили в первую нашу встречу, как ты только появился во дворце.

— А про Истинного? — Уточняю я.

— Нет, почему-то разговора нет — отвечает Боря. — Видно сказка про Истинных с чем другим связана, а не с тем, кого императрицам и их дочерям в любовники себе брать. Но вот обсуждают сейчас вероятность того, что ты станешь Великим Князем. И, что какое-то проклятие теряет смысл. И вот тогда да… можно подумать и о детях. Ваших детях. Но тут выступает очень выпукло другая проблема. Муж, Великий Князь, это в первую очередь опасно для них самих, а всё потому, что ты можешь тогда на законных основаниях узурпировать власть. Что-то про клятвы у алтаря. Так когда-то произошло с князем Борисом Годуновым. И их этот момент очень пугает. В общем, трындец полный. Теплится у них надежда, что ты теперь и вовсе Салтыков, и что какое-то предсказание тогда сработает, тем более, одна часть его вроде, как уже почти свершилась, или свершится в ближайшее время. Всё сложно что-то слишком. Вроде, как ты полный ноль и даже не Пустышка и в то же время им чисто из женской, наверное, вредности, в душе хочется, чтобы у вас, как в сказке, всё было с княжной, всё по любви и до гроба. Сами никак не определятся насчёт тебя, чего же им больше хочется, чтобы ты подох, или чтобы выжил. Смешно…

— Кому как — вздыхаю я. — Мне совсем не смешно.

Добрался-таки до выделенных мне апартаментов.

Быстро в душ и в постельку. Сонный… еле до кровати добрался.

Сон без сновидений, явно Боря постарался. Следит, чтобы я за столь короткое время, как можно лучше отдохнул, и чтобы меня ничего во сне не беспокоило.

О! Вот вроде и бодрствовать начинаю. Медленно просыпаюсь, потягиваясь всем телом в постели.

— Ну, наконец-то — смеётся Боря. — Тебя, если честно, уже заждались.

— Кто? — Не понимаю я, про что говорит искин.

— Да уж, многие — печально как-то, говорит Боря.

— Ты чего? — Удивляюсь я таким эмоциональным качелям со стороны искусственного интеллекта.

— Да вот, не понимаю я вашу человеческую сущность — говорит, словно жалуется на жизнь, искин. — Вроде ты и императрице нравишься и её дочери, но обе в тоже время всеми фибрами своей души желают тебе не процветания, а думают, как выгоднее тебя им использовать. А вдруг тебе суждено будет выжить как-то, тогда, да… и про любовь можно вспомнить, что там они планировали. Капец, какие просчитанные и расчётливые твари. И это сплошь и рядом. Если с проказами императрицы и её дочери мы разберёмся спокойно и их расклады хоть как-то понять можно насчёт тебя, то вот и остальным ведь от тебя нужно тоже что-то. Есть у некоторых людей вполне меркантильные желания. Но ведь есть и те, кто тебя не только ограбить, но и убить желают.

— Стоп… — говорю я. — С этого места подробней. Кто, как и главное, зачем и за что? Что я успел кому-то сделать такого, что мне они смерти желают?

Не верю я в то, что слышу, но и не доверять возможностям искина, у меня причин нет.

— Молодой князь Пожарский! — Объявляет Боря моего здешнего недоброжелателя.

— А этому-то я что сделал? — Удивляюсь я.

— А вспомнить, не желаешь? — Удивляет меня своим нежеланием говорить сразу по делу, искин. Заскучал он, видать, пока я спал.

Думаю, но видно спросонья у меня мыслительные процессы все немного заторможены. Не вышли ещё на полную мощность.

— Вроде, что-то там с Василисой связано было… — озаряет меня догадка.

— В яблочко! — Хмыкает Боря. — Если не помнишь, то я напомню. Он считал её уже чуть ли не своей невестой. А вот императрица говорила, что костьми ляжет, но такого союза не допустит.

— А эти Пожарские… — зевая, не успеваю я воспроизвести вопросительную интонацию в голосе.

Но Боря понял мой, получается так и не высказанный до конца, вопрос.

— А Пожарские — это старинный императорский род, но не прямой и к клану самой императрицы имеет посредственное отношение. Но они прямые потомки тоже императоров, только другой ветви правящего рода. И такое, оказывается, бывает. К слову, о могуществе клана, приведу всего один пример. Их основное имение, которое обычно принимает под свою руку наследник рода, находится аккурат напротив кремлёвского дворца императрицы в Москве. И по размерам, территория поместья в центре второй столицы страны в два раза превышает сам Московский Кремль, колыбель российских императоров.

— Получается… вечное противостояние? — Понимаю, о чем говорит Боря.

— Да. Которое длится уже не одно столетие — говорит он.

— Это великой род, вернее, князья они Великие? — Уточняю я у искина, интересующую меня информацию.

Не буду даже ничего спрашивать, откуда он берет эту информацию. Не удивлюсь, что в очередной раз поковырялся он в компьютерах службы безопасности империи.

Ну, и ладно, лишь бы на нас не вышли сыскари…

— Великий, а как же, ведь прямые родственники императоров. Но… если ты спрашиваешь, заседают ли их главы в Боярской Думе, то огорчу тебя, нет — говорит Боря.

— Не понял! А почему? — Удивляюсь я.

— Да потому, что ты забываешь обо всём, что тебе рассказывали умные люди. А говорили они о том, что представителям императорской семьи вход в Боярскую Думу заказан. Закрыт!!! Так равновесие власти соблюдается в стране.

Точно. Вспомнил…

— И этот Пожарский? — Понимаю я, что сейчас услышу.

— На престол имеет право. А вот, как Великий Князь он, по сути, никто. Никакой власти в стране. Великих Князей защищает перед императрицей Дума. А его, увы, только родство с троном. И то… родство это какое-то зыбкое.

— Потому и вцепился он в Василису? — Понимаю я, что к чему.

— Да — отвечает Боря. — Василиса, она кровью своей ближе к трону, чем он, и намного. У неё больше прав на трон. Потому императрица и говорит, что не допустит их брака. Ей выгодней Василису за тебя отдать. Ты уж точно, слишком далёк от трона. Хотя… в свете последних наших достижений и в первую очередь даже не Великое Княжение, а…

Но договорить Боре я не дал.

— Приручение трона первого императора, который в музее, как простой экспонат выставили… — хмыкаю я.

— Правильно! Теперь мы можем спокойно управлять империей. Вопрос только в том, а оно нам надо? — Задаёт вопрос Боря и явно ждёт от меня на него ответа.

Исчерпывающего ответа.

— И на хрена козе баян? Как любит выражаться дедушка — спрашиваю я искина. — Или… зачем нам этот геморрой? Теперь уже, как любит выражаться Константин. При нужде, конечно, можно и воспользоваться открывшимися возможностями, как в нашем случае, когда нам Крымское ханство пообещали в полное правление. Или настроить будущие владения Гены и Васи. Это, да! А по-другому… зачем? На трон я не хочу претендовать. Целее буду. Так что Боря умерь свои аппетиты. Нам это, уж точно, не надо…

Я так и продолжаю лежать в кровати. А кому я там срочно понадобился… ещё подождут. Я не выспался. Да и посредничать хочется в отместку за то, что я пережил за последние сутки. Один последний мини-концерт и разговор с царственной семейкой сколько сил и нервов из меня вымотал, страшно подумать. Имею право на отдых и пох мне бы на этот бал, пускай без меня веселятся…

— Ребячество, такое твое поведение, — смеётся Боря — но не спорю, по чести сказать, имеешь право на такое поведение. Но вернёмся к нашему разговору… я ведь ещё не закончил.

— В смысле? — удивляюсь я.

— Да за этого Пожарского князька не всё ещё тебе рассказал. — говорит Искин.

— А есть ещё что сказать? — заинтриговал…

— Да. Причём, что касается тебя как раз напрямую. — не разочаровывает меня Боря.

Точно есть ему что сказать в дополнение к уже рассказанному. Послушаем.

— Интересно. Слушаю… — говорю я вслух.

— А всё дело в том, что Пожарские, это боевики и сплошь настоящие маги. Дамочек обычно сильнее на порядок. Не всех, конечно. Вилка с Азизой и остальные жёны Костика с ним могли бы посоперничать. Но не суть, главное, в этом вопросе тот момент, что все они в семье именно боевики и привыкли решать вопросы, любые вопросы, силовыми методами. Но есть нюанс, на протяжении всей истории существования этого клана, они использовали свой имидж отмороженных боевиков в глазах общества, себе во благо… на материальные блага. Работали на свой карман считай, законными способами грабя доверчивых, неопытных, юных представителей аристо, с которых было что взять.

— То есть? — не понимаю, что он хочет мне этим сказать.

— Да просто… Их род императорский и, кстати, то кресло пилотское, что сейчас выставлено в Государственном музее, как трон первого императора, как раз достояние этого клана. — ошарашивает меня такими известиями Искин.

— То есть первый император был из клана Пожарских? — удивляюсь я.

— Нет, что ты. — успокаивает меня Боря — Как раз-то и нет, но находился этот трон аккурат на территории нынешнего московского поместья Пожарских. Оно древнее Московского Кремля. В древности, на месте этого поместья, было расположение ставки первого императора. Потом построили Кремль. И император переехал вначале в Кремль, а затем построил себе и новую столицу. Я про потомков, вообще-то, первого императора говорю и про Петербург. Пожарскому, как сподвижнику первого императора и его, считай, родственника и отдали, вернее, подарили за службу, место под строительство поместья. И не забывай про магию. Всё строительство велось с постоянным использованием зачарованный и заклинаний. Не удивлюсь, о наличии там алтаря или чего подобного.

— Всё это, конечно, интересно. Но каким боком это всё касается меня??? — задаю я ему прямой вопрос.

— А с этим всё просто, я не договорил… И так про законное отнимание денег и земли у доверчивых богатых дворян-идиотов и их сынков. Почему сынков? Потому что, вызывать на балах на поединок… вернее, провоцировать на проведение поединка Пожарские умели филигранно, куртуазно и чего греха таить, красиво. Но, как и в твоём случае с Салтыковым, просто так выходить на поединок считали зазорным. И делали ставки! И всегда… всегда Пожарские, в ответной ставке, выставляли, в качестве ответного лота, московское древнее поместье. Всегда! Ну, и требовали аналогичной ставни от своих оппонентов по поединку.

— Пока непонятно, но всё также интересно. — говорю я.

— А всё логично и просчитано. Единственным условием Пожарские выставляли дополнительно одно всего требование, что победитель поединка должен был прожить в имении не менее суток. На выполнение этого условия давалась декада по времени. Если не мог там победитель жить, значит, он считался проигравшим.

Ишь ты, как хитро. Понятно, на что надеялись Пожарские. — думаю я.

— Контролёр от Джоре??? — задаю я вопрос Искину.

— Да! Только у Пожарских древнее поместье и контролёр там матёрее. Никто… никто за эти тысячелетия существования России как государства., не мог прожить и суток в поместье. А некоторые самые упёртые погибали, и их останки вытаскивали на всеобщее обозрение безумной толпы. Но это было раньше. Сейчас среди аристо, когда есть интернет, таких доверчивых идиотов практически не осталось. Но ведь ты ненастоящий аристо, и в твоём активе есть одна из самых древних усадеб в империи, которой когда-то владели Салтыковы. Они и сейчас ею владеют, только об этом мало кто знает. Старший Салтыков и его финансист-друг, умеют хранить тайны. — напоминает мне Боря.

— Ага… — хмыкаю я — Ещё и отлично умеют подыграть. Подумать только, до императрицы дошли со своими прошениями об отмене результатов проигранного их главой поединка. В Дворянское Собрание петицию писали. Шумиху подняли будь здоров. Всё по-взрослому…

— Да, хорошо подыграли. — соглашается со мной Боря — Легенда получилась на загляденье о нашей с ними непримиримой вражде. Но сейчас я не об этом.

— А с чего ты вцепился в этого Пожарского? С какого перепуга? Ну, не определил же ты, так на вскидку, что именно он нам может желать нехорошего? — спрашиваю я.

— Так императрица в разговоре со своей дочерью обмолвилась об этом молодчике и, что лично ему и его людям сопровождения, как родственника императора, у каждого есть свита, приглашение на бал от лица Ольги послала. — объясняет Боря.

— Так, вроде, она сама же была против присутствия на балу гвардейцев и других буйных неадекватных молодчиков. Что изменилось-то? — задаю я, мучащий меня вопрос.

— Честно сказать, не знаю. — отвечает Искин — Но обронила императрица одну интересную фразу, с тобой, кстати, связанную. На вопрос подобный дочери они и ответила, что мол надеется на чудо, а коль и ты там будешь, может что и произойти между тобой и этим Пожарским.

— Женское чутьё? — уточняю я мнение Искина.

— Может и так, но скорее опыт большой в управлении людьми и вращения её постоянного в среде аристократов. Но какую-то свою цель она определённо вынашивает. Какую? Не скажу. Ну, и вот… услышав подобное я по камерам вычислил, где этот молодчик, в каких апартаментах остановился. Скажу так, в приличных, не зря он тут ассоциируется всеми, как прямой потомок древних императоров. В общем, планку держит высокую в обществе. Но не это меня порадовало, а то, что я застал его, когда он со своим доверенным лицом разговаривал, из числа сопровождения свой свиты. Дальний родственник, вроде в ранге барона сейчас. Молодой человек весьма приятной наружности. Но не о них сейчас идёт речь, а о сути их разговора. А обсуждали они между тем, вот же повезло, как его светлость будут сегодня, подгадывать момент, чтобы именно вас, милостивый государь, вызвать на дуэль.

Страх липкими лапками прошёлся от затылка, до пяток, морозя нервы по всему телу.

Сглатываю судорожно. От страха пересохло всё в горле в миг.

— Если он маг и боевик, кто ему даст провести поединок со мной? Это же простой и законный способ моего убийства! Хладнокровного убийства!!! Императрица же обещала мне защиту в её доме! — паника охватывает мой рассудок.

Я реально боюсь и не стыжусь этих чувств. Жить я очень хочу, а хорошо жить, ещё больше.

— Это, да. — соглашается с моим заявлением боря. — Противник очень серьёзный. Но ты мне всё никак договорить не даёшь. Пожарские в таких случаях, когда им удаётся выставить в ставке своё поместье… Повторюсь… поместье!!! Так вот, наследники этого древнего, уважаемого рода императоров всегда… всегда проигрывают поединок своим оппонентам, как бы не были те слабы, как подёнщики и бойцы.

Я минуту, наверное, молчу, обдумывая услышанное.

— Поддавался, чтобы выигравший поединок аристо выполнил, или вернее, попытался выполнить остальные условия пари? Так? — догадываюсь я, про что мне рассказывает Искин.

— Ага. — смеётся Боря — И как можно понять, ни у кого за это время это так и не получилось. А получалось так, что пари выигрывали уже они, Пожарские. А затем уже по накатанной схеме… или продавали обратно владельцам их поместья, понятно что по высокой цене. Или себе оставляли, отдавая поместья, например, своим многочисленным родственникам. Ну, или просто выставляли на торги. Но всегда… всегда они оставались в выигрыше! Всегда!!! В итоговом варианте не проигрывали они никогда.

— И как это касается нас с тобой? — уточняю я.

— Имение твоё в Крыму. — напоминает Боря — Пожарский хочет тебя унизить, и это раз. Ну, и заработать на тебе, кто ему может помешать? А так чем-то его очень прельщает поместье твоё в Крыму. Возможно, знает или догадывается что и там есть сильный контролёр.

— Вопрос только в том… Как же он его приручать собирается? — спрашиваю я.

— Надеется на что-то. Тайн в кланах своих хватает, причём очень древних. Очень. — намекает на толстые обстоятельства Боря.

— Тогда давай подытожим, что мы имеем на данный момент. — предлагаю я — Меня убить пока не хотят, а просто желают забрать у меня Крымскую усадьбу, таким необычным образом, просто проиграв мне в поединке. Так?

— Так! — соглашается с моими выводами Искин и тут же добавляет — но я не говорил, что они тебя убить не хотят. Если ты не поведёшься на их московский особняк с прилегающей территорией с видом на реку Москву и Государственный Кремль, то что ж, можно и прирезать такого несговорчивого господина. Будет драка до первой крови… а это один удар. А кто сказал, что он единственный не может быть смертельным?

Вот же гадство…

— Считаешь, если дело дойдёт до вызова на поединок, надо соглашаться на ставки? — спрашиваю я его.

— В обязательном порядке. — уверено говорит Боря — Альтернатива, бой на смерть. Жалеть тебя никто не будет. И уж поверь, они всё так провернут, что поединок, и сама императрица не сможет отменить. Так что…

Понятно. Выхода нет и вызов примем, и на бой выйдем, и победить в поединке себе позволим. Вопрос как же дальше быть.

Хотя…

— Вот именно, что для нас это, в нашем теперешним положении, совсем не проблема. Проблема в том… А, что делать потом, когда мы оттяпаем это московское поместье древних у родственников прошлых императоров. Нам существовать вообще дадут? — рассуждает как-то мрачновато слишком Искин. — Но и отказаться вариантов нет, если, конечно, не пожертвовать Крымской усадьбой. Но, думаю это лучший невыход. Лично я предлагаю драку. Удивим, так удивим своих оппонентов. Они ещё локти пытаться кусать будут, да уже поздно будет дёргаться. А вот обезопасить себе от поползновений со стороны Пожарских в твою сторону, я предлагаю с помощью самой правительницы. Уверен, что само действо будут разыгрываться, аккурат, на глазах императрицы и возможно, что и её дочери. Вот и будет нужно сделать так, чтобы именно её Величество была гарантом того, что не будет попыток отобрать у тебя поместье силой, если ты его выиграешь, выполнив все пункты договора. Ведь, что мешать будет и потом спровоцировать дуэль между тобой и младшим из Пожарских. Но тогда, уверен, тебя точно будут пытаться уничтожить. Хотя и в этом случае есть у нас неплохие шансы выжить. Я про то говорю и намекаю, что у нас есть защита, и тоже древняя…

— Щит Джоре от Азизы? — понимаю о чём говорит Боря.

— Конечно! — радуется чему-то Искин — А в боевом варианте, просто будем гасить всех, выкачивая из соперников силы, причём вплоть до летательного исхода последних. Я тебе в этом помогу. Сам ты не осилишь.

Что-то новенькое, — удивляюсь я. Но раз Боря такое говорит значит уверен, я смогу подобное сотворить с его помощью. И, если честно, то будущих оппонентов мне совершенно не жаль. Да и усиливать их не хочется, помня о том что происходило с теми же Савельевой Машкой и Светкой Косицкой после того, как я их, при нашей стычке, отключил, отправив в нирвану бессознательного состояния. А оказывается, можно качнуть силы и магию из человеческого тела так, что вызвать этим гибель последнего? Интересно. Не думал о своих возможностях по-настоящему, как об оружии. Но будем знать. Вопрос… на ком бы потренироваться только? Где такие жертвы найти⁇ И стоит ли⁇ Может всё как-то более мирно разрешится или Пожарский передумает и не станет искать повод для вызова меня на дуэль. И потом…

Кривлюсь.

Или и вовсе плюнуть на всё и не ходить никуда, сказавшись заболевшим, например. Заявить, что нездоровится мне что-то.

— Не вариант. — тут же отвечает на мои мысли Боря. — Ты тут диковинка для всех. На тебя, как на музейный экспонат многие и слетаются, чтобы посмотреть… простолюдин, ставший за непродолжительное временя, за несколько месяцев, графом. Небывалые дела. К тому же поэт-песенник, сочиняющий отличные шедевры музыкальные. Уж поверь, стоит только заикнуться тебе сейчас, что ты приболел, и тут же в твоём номере станет не протолкнуться, от разных, там, докторов и магов-целителей. Не стоит искушать судьбу, чтобы тебя посчитали лгуном и трусишкой. Вставай. Собирайся. Твой костюм новогодний готов. Ты у нас сегодня в качестве королевского шута выступаешь. Даже вон, маленькую гитару тебе принесли. Такой французско-итальянский Фигаро. Для тебя не нашли видно ничего подходящего твоей сути, как они её понимают, в закромах императорских костюмерных. Скоморохом бы вырядили и-то лучше бы было. Но видно намекают, что на иностранную принцессу позарился… потому и Фигаро. Ну, и ладно. Подъём! В душ и одеваться. Нас ждут очередные, хоть и незапланированные, но всё-таки приключения…

— Я бы и без них отлично себя чувствовал… — бормочу себе под нос.

Но встаю с кровати. Как бы мне этого не, не хотелось, но надо…

Поглядим, чего там нам Пожарский князь приготовили… какую пакость…

И всё-таки я задержался. Ну, ладно… опоздал, конечно. Задерживается начальство, а я на него уж точно никак не тяну.

Пока собирался с Борей болтали потому, собственно, и опоздал. Новости домашние Искин докладывал.

Моя стычка с Петровским много шума в определённых кругах наделала. Даже вон… Боярская Дума своё недовольство высказала. Константин в своём праве вершить суд, дело касаемо его семьи, семьи ближайших родственников. Но заместо него, это делать будут его супруги. Виолетта и Азиза уже прибыли оказывается к нам домой и вовсю ведут разборки произошедшего. Как доложил Боря, представители дома Воротынских уже посетили переданную мне, головную усадьбу графства. Как понятно и Морозовы и Яровые своих представителей тоже выделили в боевую группу. Финансисты Султаната проверяют документы по решению императрицы, про выделяемые средства с доходов предприятий, бывшего алмазного короля. Можно теперь быть уверенным, ни рубля мимо кассы не просочится.

Ещё новость… в Питер прибыли Тая с Александром. Мой молодой дворецкий получил от Искина распоряжение от моего имени, разобраться с квартирой, числящейся за нами по адресу, переулка Никольский, близь Сенатской площади. Доклад ожидает Боря в течении дня, но рассчитывает его получить завтра с утра или в обед. Мало времени, для проведения разбирательств. И там-то же не очень простая ситуация оказалась… владелец по сути недвижимости я, а вот эксплуатирует нещадно квартиру почему-то бывший владелец. Но ничего, Тая там со всем разберётся, тем более им в помощь от Азизы, вечерним сегодняшним рейсом из второй столицы, пребывают помощники. Аудит быстро проведут. Надо… и до суда дело доведут.

Меня между тем проводили в зал, в котором и проходил этот ночной новогодний бал. Даже императрица уже на месте. Возвышение у трона, некотором она восседает. Около неё её, приближённые придворные. Войти незамеченным у меня не получилось. Нет… музыка, конечно, не стихла с моим появлением. Музыканты не прекратили что-то весёлое, танцевальное играть. Нет! Но всё же многие заметили, что в зал вошёл опоздавший, из числа приглашённых на бал её высочеством.

Ой… как бы эти царственные бестии на свой счёт — это опоздание, не записали. Как намеренным оскорблением их чести не посчитали. А то…

Вот, только додумать я не успел…

— И кто же это играться вздумал, приглашением её высочества? Вы нанесли своим опозданием оскорбление венценосной особе, моей сестре. Игнорирование недопустимо волей царственных особ. И я, как представитель правшей фамилии, князь Пожарский наследник великого рода, вызываю тебя, чернь, на дуэль…

«— Лихо он. — хмыкает в голове голос Бори — Быстро сориентировался. Не стал тянуть. Явно, уж очень решительно настроен… проиграть нам поединок, и развести нас на наше поместье. Что ж, не будем его заранее расстраивать. Соглашайся, Серёжа. У нас, походу, всё равно другого решения не будет. Не дадут. Слишком опасные слова в его вызове, прозвучали. А опоздание — это так… лишь предлог, повод для драки, в глазах общественности. Но обставил всё красиво, ничего не скажешь…»

Огромный зал приёмов. Отделка зала под восемнадцатый век, только вместо свечей на огромных люстрах, их подобие из электрических лампочек. Свет мягкий, но очень всё хорошо освещается вокруг, отлично видно какие красивые платья у прекрасных нимф, а вот их кавалеры одеты, впрочем, как и я, в одежды прошедших веков.

— Отвечать надо. — дёргает меня изнутри Искин — вон даже музыканты играть перестали, всем интересно чем этот ваш скандал закончится. Прекратит его её величество или благосклонно отнесётся, к чаяньем защитника чести её дочери. Впрочем, как и её тоже. А ты молчишь. Все подумают, что ты испугался.

— А я и правда боюсь. — отвечаю я — Вообще-то, противостоять нам будет не абы кто, а боевой, признанный маг, к тому же сам он боевик, как воин не из последних. И что делать?

Хмык неопределённый со стороны Бори.

— Надеяться на то, что я его правильно просчитал, ну или подслушал его измышления, когда он делился планами с блинником на счёт тебя, полностью не стоит. Сам же знаешь, планы у людей быстро меняются, а в нашей ситуации тем более. Передумает и твоё поместье реально с помощью победы в поединке заберёт. Во всяком случае попытается это сделать. Но в глазах общественности он будет выглядеть, увы, не как герой. Мало чести с пустышкой, почти ребёнком, подростком, на поместья поединки разыгрывать. Другой вариант, что он проиграет и ты не сможешь выполнить дополнительные условия. У всех в глазах он будет считаться праведником… благородно поступил отдав поединок чести. Такой поступок не нанесёт никакого урона, наоборот, как и говорил, добавит благородства в его действиях в глазах местных аристо. И всегда он в плюсе, ведь поединок он тогда выиграет, даже проиграв его. Условия дополнительные… будь они не ладны, хотя в нашем случае, это отличный вариант. Но повторюсь… может и плюнуть на всё, и попытаться просто прикончить тебя, все же на кону ещё и английская принцесса! Кто его знает, как он в итоге поступит. Но будем готовы к любому варианту, не зря же тебя и Вилка гоняла постоянно на мечах биться, а потом и Тая продолжила твоё обучение. И не забывай, ты после поглощения останков псиона, моего бывшего хозяина, стал намного сильнее и проворнее. Намного сильнее любого, даже местного мага. Просто ты ещё не показывал своего предела в физическим плане. Отобьёмся. И давай уже оттаивай. Испуг ты всем уже показал. Теперь пора соглашаться на поединок и обговорить условия. Можно и вовсе поприкалываться, и выбрать в качестве оружия поединка, просто свои кулаки.

Я морщусь.

— Не поймут. Высшее общество, будь оно неладно. Оптимал, магия. Всё же у нас щит от Джоре имеется и полный я, с запасом магии и сил. А вот на счёт клинков не уверен. — говорю я.

— Тогда и выбирай магию. Пора уже о себе во всеуслышание заявить. А то пустышка, пустышка! Пустышки, между прочим, тоже разные бывают…

Но вот не выдерживает мой оппонент. Удивлён он тем, что я стою как истукан и слово в ответ не говорю.

Задаёт мне вопрос.

— Так вы граф, отказываетесь от моего вызова или всё же изволите согласиться на него⁇

Ишь ты, как запел! Я уже в его глазах граф, а не какой-то там представитель черни из простолюдинов???

Ухмыляюсь ему в ответ.

— Вы, болезненный, определитесь вначале, кто перед вами, и кому вы кидаете вызов. Неблагородному из черни? Как вы тут, намедни, выразились. Или всё же сиятельному графу вы кидаете вызов на поединок? Графу, с лёгкой руки её императорского Величества!

Поклон в сторону расположения больших кресел, заменяющих в этом зале троны, на которых, в удобных позах, расположились, с чего-то очень взволновано выглядевшие, члены императорской семьи.

Шепоток пошёл по залу. Ведь я красиво указал, на недостойные высказывания настоящему князю. Явно, многих он уже тут достал своей неуёмной заносчивостью…

А неуютно чувствует тут себя мой противник. Явно я сбил с него его воинственный настрой.

— Конечно, графу, ваше сиятельство! Я просто оговорился. Прошу прощения. Так, как? К барьеру⁇ — отвечает князёк.

Выкрутился. Учтиво очень общается со мной. Ну, и мне тогда в ответ не стоит хамить…

— Почему бы и нет, ваша светлость… — отвечаю я столь же учтиво, как и он. А почему бы мне ему не подыграть? Приходит в голову интересная мысль. И тут же меня словесно понесло… — Но я, вообще-то, не привык просто так кровь проливать, когда на кону ничего не стоит, и не щекочут нервы ставки на проигрыш, или выигрыш. Право, только не знаю чего бы и поставить. Деньги? — морщусь показушно — Это как-то слишком… — держу паузу, словно пытаюсь подобрать приличные слова к такому определению действа, связанного с деньгами, в ставке между нами. — Как-то низко это. — нахожу подходящее слова. Но вот свой спич я пока ещё так и не закончил, как хотел. Смотрю открытым взглядом, честным до дури, в глаза Пожарскому, и говорю последнюю, запланированную фразу. Интересно, поведётся ли он на подставу??? — А, что придумать, ума не приложу…

Пожимаю плечами.

Радостный оскал на лице князя…

— Предлагаю рискнуть поместьями. — говорит он, сверкая весёлыми глазками своими. Довольный как чёрт. — У меня личное поместье в Москве, у вас, как я слышал от Салтыкова в Крыму теремок достался. Чем не ставки? И нервы пощекочем, и интерес к поединку будет повышенный. Но некоторые условия только бы нам дополнительные к этому соглашению обсудить. Согласны?

Я же про условия пока вроде как и не слышу. Меня, типа, другое сейчас больше волнует.

— Крымское? — говорю я, как будто что-то обдумываю вслух. — Ну, не знаю. Мне тут Салтыковы всю плешь проели. Я, мол, нечестно его выиграл, это поместье у них. Слухи ходят, даже до её величества, старшие среди Салтыковых дошли со своими жалобам на меня, и вроде, как даже до Дворянского Собрания добрались…

Боря тут же хмыкает в голове.

— Красиво и вовремя, надо сказать, за Салтыковых ты пару фраз ввернул. Теперь уж точно тебя с ними, ну, никак не свяжут. — говорит он.

Я же добиваю своего противника.

— Есть неплохая усадьба в Сочи. Новострой, но весьма приличный по качество постройки, и место очень удачное. Вы, как насчёт черноморского курорта? — обращаюсь я к князю

Но уже тот морщится, причём совсем непоказанное у него такое отношение к моему предложению, как ранее делал я. Все почестному…

— Нет уж! Древность на древность!!! — Отвечает мне Пожарский-наследник. — Я рискую немало. Вы рискуете. Всё честно. А условие одно… после поединка победитель должен войти вправо владения доставшимся поместьем, а для этого сутки без выхода нужно ему провести в выигранной усадьбе. Я в крымской, если выиграю, вы в московской. Будете любоваться кремлём… древней вотчиной их Величеств.

И делает поклон уже со своего места, в сторону императрицы, и её дочери.

А венценосные особы явно разражены, и как бы сказать… не опечалены, нет… возможной моей гибелью во время поединка. А как бы правильно выразиться, читается сожаление в их глазах. Но волнуются они не за мою сохранность и моё здоровье… нет! А как раз за то, что в отношении меня рушатся уже их планы. Не верят они в то, что я смогу выжить, а что я упёртый знают и, что на сутки пойду в московское поместье Пожарских ночевать, и результат, в их понимании, со мной будет один. А значит…

А значит, прахом идут все их задумки на счёт меня. Противные, надо сказать, задумки в большей своей части. И я об этом помню.

Я стою с задумчивым видом, будто размышляю над предложением князя. А сам вот обсуждаю с Борей, как высказаться так, чтобы ещё и императрицу в наш разговор завлечь, в качестве арбитра нашего договора по ставкам.

Придумал…

— Я, конечно, не против полюбоваться ночным московским кремлём, — говорю я — но вот только меня волнует одно обстоятельство, в свете последних происшествий, связанных, как раз с подобным поместьем и тоже весьма древним. Да… я как раз сейчас про крымскую усадьбу говорю.

— А с неё то, что не так? — удивляется князь.

Попался, впрочем, как и императрица. Теперь ей уже тоже, от возлагаемых на себя в отношении нас с Пожарским обязательств, не отвертеться.

— А всё просто. — начинаю я объяснять свои опасения — Допустим, я честно победил в поединке. Точно так же, как когда-то в поединке с Салтыковым. Тогда почивший наследник, вернее он сам как Великий Князь подтвердил мой выигрыш, тем более сам принимал участие в передаче поместья моим людям в Крыму. И тут, по прошествии какого-то времени, появляются представители Салтыковых и начинают требовать вернуть им, мою, теперь уже, по всем законам, усадьбу. Как вон говорил я ранее, и до её Величества дошли и до Дворянского собрания со своими официальными жалобами. А не получится ли так, и в нашем с вами споре, князь? — смотрю я на взволнованного князя — Вы всего лишь наследник древнего рода. Не возмутится ли ваш батюшка и не начнёт ли требовать возвращения поместья? А? кто будет гарантом, что так не произойдёт?

Говорю я громко, а сам демонстративно поворачиваюсь в сторону, сидящей на постаменте в кресле, императрицы.

Теперь настал её черед морщиться. Не ответить на мой вопрос она уже, по-видимому, просто не может. Слишком… слишком много вокруг находится лишних ушей.

Смотрит с надеждой во взгляде на неё и Пожарский. Он уже считал, что птичка, в моём лице, попалась в расставленные им сети, а тут глядишь… ещё и вырываться вздумала, выставляя какие-то требования. Хотя положить руку на сердце, правильные это требования.

Такой же вывод по ходу сделала и императрица Анна.

— Я буду гарантом! — громко говорит, и тут же добавляет — И все собравшиеся господа аристократы в этом зале.

Лихо она переводит на всех стрелки ответственности за не очень-то чистое решение императрицы. Вот, что значит, опыт!

Ещё своей родственнице пускай и дальней, Пожарский-старший и мог бы, в теории, что-то высказать против, а такие же претензии уже всему народу собравшемуся в зале… ну уж нет, репутация рухнет вниз, и не поднять её и сотням поколений его рода в будущем.

Да и наследнику уже не отвертеться. Вон уже кусает губы, как бы не решил меня попросту прихлопнуть, отказавшись от своего же первоначального плана.

Но у нас есть, чем его удивить!

Анна переводит свой, какой-то уставший и расстроенный взгляд прекрасных глаз на меня…

— Может, откажешься от поединка, Сергей? — задаёт она мне неожиданный, как для меня так и для моего оппонента, вопрос — Ты ещё не вошёл в возраст, когда нельзя отказаться от поединка, в котором можно и погибнуть, тем более твой противник во много раз сильнее тебя как маг, и как просто воин. Не хочу врать о том, что я разрешала тебе опаздывать на бал. Это не так. Но и предлагаю просто воспользоваться отсрочкой. Поединок так и останется не удовлетворённым, то есть просто отложенным повремени. Ты потренируешься и станешь сильнее чем ты есть сейчас. И тогда мы опять, тут, в этом месте, в присутствия всё тех же господ, что находится в этом зале сейчас, ваш поединок и проведём, на тех же условиях. А? Соглашайся…

А вариант. Теплится надежда в душе…

Вот только Боря уже не так рад такой возможности.

— Ты не удержишься и где-нибудь обязательно засветишься, и как боец и как антимаг. И уж поверь, через эти годы князь тоже станет более матёрым и опытным. Он всё учтёт, все слухи о тебе перероет или вовсе, не удивлюсь, что установит за тобой и твоими похождениями, настоящую профессиональную слежку. Сейчас он относится к тебе, как к щенку, от которого не стоит ничего серьёзного ожидать. А вот потом уже, станет воспринимать тебя как волкодава. И тут у нас несколько вариантов развития событий… или самому подготовиться, или решить вопрос кардинально.

— Зачистить? — понимаю я о чем говорит Боря.

— А почему нет? Если он или его отец посчитают тебя слишком опасным, то… Всё может быть!

— Считаешь… надо соглашаться на поединок сейчас уже, а не рассчитывать на отсрочку от императрицы⁇ — задаю я прямой вопрос Искину.

— Да. Нам лучше сейчас обломать рога наследнику Пожарских, чем трястись от осознания того, что с твоим двадцатилетием, у нас не только женитьба, и великое княжество корячатся, а ещё и отложенный поединок с неслабым противником в наличии имеется.

— Понятно. — вздыхаю я, а сам поднимаю глаза, на ждущих мой ответ, венценосных особ

Кстати, Ольга тоже явно волнуется за меня…

Кидаю ей робкую добрую улыбку, а сам уже перевожу взгляд на, застывшее властной маской лицо, императрицы.

— Ваше величество… — говорю я громким голосом, чтобы мой ответ слышали все собравшиеся в зале — Я не сторонник откладывать на потом всякого рода разбирательства. Так что, я готов к поединку и принимаю даже те дополнительные условия, которые выставил князь. У меня есть только вопрос поэтому поводу… Сколько времени даётся на выполнения этого условия?

Довольством пышет рожа Пожарского-младшего.

— Декада. На всё про всё декада! — отвечает он.

Я качаю головой, соглашаясь с такими временными рамками, на выполнения условий поединка.

— Я как раз собирался по пути из Петербурга посетить и Москву. Есть там у меня и свои дела. Что ж… я согласен. Заскочу. Через пару дней там буду.

Вопросительно выгнутая бровь императрицы. Да и сам Пожарский немного озадаченным выглядит.

Я же разводу в стороны руками.

— Дела житейские. — говорю я и понимаю, что императрица ждёт более развёрнутого объяснения, моей задержки в основной столице империи. а потому добавляю… — С подаренной вами, ваше Величество, недвижимостью в городе, надо разобраться.

Она ухмыляется, показывая, что понимает о чём я говорю, и неожиданно для меня сама уже предлагает…

— Кстати, о недвижимости в столице! — задумчиво как-то говорит она — У меня есть такое предложение, Сергей. Думала об этом чуть позже поговорить, но раз так случилось, то скажу, что же задумала. От Петровского, у нас тут в городе, есть отличная усадебка, домик и небольшой парк при здании. Место отличное. Земля очень дорогая, всё же центр города. Окна одного из фасадов здания выходят, с видом на мой Зимний Дворец и Сенатскую площадь. Предложение такого порядка… ты переезжаешь в Петербург. На счёт места в лицее, лучшего в стране, я с их директором договорюсь. Ты же, если станешь учиться у нас получаешь в дар к поместью Петровского в Вологде, ещё и этот дом для проживания.

И смотрит так на ошарашенную таким предложением мою физиономию. Мне пришлось подыграть, да и Боря помог с мимикой лица, и выражением глаз…

— И каково будет… — улыбается она — твоё… — пауза — положительное решение???

Ну, от таких подарков точно не отказываются. Боря говорил про такую возможность, но я в неё до конца не верил.

А тут…

— Я согласен, ваше Величество. — с поклоном, отвечаю я.

Пожарский с завистью поглядывает на меня. Может, думает, поменять в ставке мою Крымскую усадьбу на Петровский особняк в Питере? Неужели он настолько дорогой???

— Необыкновенно… — смеётся, очень довольный происходящим, Боря. — Я же говорил, «Алмазный король» очень любил пускать пыль в глаза и казаться более крутым, чем он есть на самом деле. А усадебка, хоть и не очень большая, но находится в центре основной столицы империи. А это имидж! Подобным объектом недвижимости в столице на каждый Великий князь может, похвастаться. Вот Пожарский, сам тому примером. Но ему грех жаловаться, Древнее московское поместье пока ещё в его руках. Но это мы изменим, уж точно. А пока благодари императрицу и давай уже об условиях самого поединка с князем поговорим. Видно ведь, как он ожидает твоего вердикта. Вызываемая сторона оглашает условие, как и на каком оружии, будет происходить поединок.

Соглашаюсь с Искиным и выполняю то, что он мне советует…

— Благодарю за царский подарок, ваше Величество. — с чувством благодарности в голосе, говорю я.

На что она лишь отмахивается…

— С какой частотой ты влипаешь во всякие поединки, где такие ставки присутствуют, чувствую быстро ты останешься, в итоге, ни с чем, коль не слушаешь умных, опытных людей, которые тебе предлагали законную возможность, сейчас избежать столкновения, ни на жизнь, а на смерть. Поединок хоть и до первой крови, но как ты скажешь магии не убивать оппонента, а лишь легонько его ранить⁇ А? То-то же… глупыш. Но порадуйся пока подарку… уж и не знаю, оставит ли мой племянничек тебя в живых. — потом переводит взгляд на Пожарского. — Я бы, например, этого делать не стала…

Пипец…

Прозвучало, как приговор!!! Вначале одаривают, потом под меч, карающий непонятно за что, подсовывают мою голову. А тут и вовсе… прямым текстом дают команду… убить!!! Ничего я не понимаю. Обиделась на то, что не оправдал, во-первых, ею возложенных на меня надежд? А может, второе, что опоздал на бал, что и правда, оскорбление для неё? Ну, тут я сам дурак! Или всё же, в-третьих, отказался от предложенной ею отсрочки поединка? А ведь, и правда, за это время многое могло бы произойти. Но и Боря прав, оттягивать противостояние нельзя. Слишком опасно.

Хотя понятно и так… меня уже приговорили, и палач мой стоит на против меня. И ему, по сути, такая ситуация тоже не очень-то и нравится. Но, как отказать императрице? По идее… он, наверное, может, ведь в любом случае их семьи противники, хотя они и один клан, и один род. Чудеса, да и только.

Но захочет ли он, из-за меня сориться с правительницей и родственницей? Ой, вряд ли.

И потому, поговорим теперь об условиях поединка. А вот в них и кроется возможность, как моего спасения, так возможно, и победы в этом противостоянии.

Итак…

— Может, тогда перейдём к условиям проведения самого поединка? — Задаю я вопрос Пожарскому.

Даже не удосужился узнать его полного имени, да и сам он не спешил представиться. На поединок вызывал ведь… весь такой важный самой мыслью, что он родственник императорской фамилии и все в империи сами должны были с самого рождения знать поимённо всех членов фамилии. Может и так, но уж точно, это не касается меня. Раньше я, до сегодняшнего лета, и кто правит в стране-то, не знал. Знал, что императрица, а как её звать и не интересовался совсем, а про наследницу я и вовсе молчу. Чего там говорить тогда, про их ближайших родственников, мне-то, какое дело было до них.

Но всё изменилось с того момента, как у меня появился Боря. Вот точно, уж больно тип любознательный, всё про всех старается узнать. И вот, к чему всё это его любопытство привело в итоге, я уже граф и собираюсь сойтись в поединке с представителем правящей династии. С ума можно сойти.

Но в сторону все эти ненужные сейчас измышления, на кону, вообще-то, возможно, и вовсе моя жизнь стоит, уж больно нехороший взгляд на меня кидает мой противник, явно решил покончить со мной, выполнив тем самым просьбу-распоряжение императрицы, не жалеть меня. Совсем не жалеть.

Ну, так что ж… Приступим…

Пожарский кивает на мой вопрос, а сам видно даёт понять, что не хочет давить на меня в выборе оружия и правил проведения нашего поединка.

Как скажешь…

— Предлагаю магию, артефакты и всё то, в чём есть магия, кроме клинкового оружия. — предлагаю я.

Изумление на лицах собравшихся, мой противник тоже поражён моим выбором. Кто он, а кто я.

Надеюсь на артефакты? Ну, да ладно, но артефакты тоже имеют свой предел. А умею ли пользоваться и имею ли я вообще запас манны и магической силы, чтобы поддерживать артефакт в рабочем состоянии? Это отдельный вопрос. Но я мальчик-подросток, откуда у меня великие силы… да и к тому же, всем известно, что я полный «Пустышка».

— Вы уверены в своём решении, граф? — Тихим, вкрадчивым голосом задаёт вопрос, довольный моим выбором, Пожарский.

— Не уверен, если честно. — улыбаясь, отвечаю я ему. — Но думаю, это лучшее из двух зол. Увы, но с клинковым оружием у меня вообще, никак. Так что…

Тот кивает в ответ. Но довольная улыбочка так и не сходит с его лица и явно уже просчитывает, чем он меня приголубит, чтобы побыстрее и как можно эффективнее закончить поединок со мной. Всё… я им уже приговорен.

Я украдкой смотрю на императрицу. Раздосадована она. Мечется бедняжка в своих желаниях. И моей смерти ей хочется, причем показательной, и видно грустит о моих нераскрытых до конца потенциалах, и возможностей. И ведь запретить проведение поединка она уже не в силах. Не поймут-с…

Ольга тоже выглядит опечаленной. Эта дамочка, видно уже размечталась насчёт меня, а тут такой вселенский облом. Моя смерть на горизонте очень отчётливо замаячила, и она тоже ничего с этим поделать не в состоянии. Против решения матери не пойдёт. Опять же… не поймут-с.

А вот уже и распорядители на середине зала разнесли какие-то приблуды…

— Чего непонятно? — шепчет мне Боря, объясняя всё то, что происходит вокруг. — Артефактами определяют площадку, для проведения поединка. Он будет проходить прямо в этом же зале. Кстати, наши телевизионщики от Влада и его компашки, тоже ведь тут и ведут съёмку всего, что тут у вас происходит. Похоже, на то, что потом эти кадры будут использовать в клипе. А что? Пожарский очень импозантно выглядит. Красив зараза, ничего не скажешь. Да и вон даже пытаются наши режиссёры и нашим главным героиням объяснять, какие позы принимать, и какие лица, при этом, делать. «Шоу должно продолжаться», как у нас часто в Содружестве эленте говорили, несмотря ни на что. А игрушки-то ведь тоже древние, от Джоре. Интересно.

— Не смей к ним лезть! — Пугаюсь я.

— Да нет, конечно. — смеётся Искин — Потом просто отслежу, где их хранят, а вот уже ночью попытаюсь до них добраться, если конечно, есть там следящие камеры. Просто интересно попытаться наладить и с ними контакт. Кстати, ты ведь брал с собой подарки от Кати? Дроны? Меня разведка интересует, и кое-что из ремонтников. Если удастся проложить безопасный путь к месту хранения во дворце этих артефактов, я бы хотел их туда запустить, так сказать, поближе познакомиться с древними артефактами. Ты не против?

— Нет. — отвечаю я. — Но только ночью, а сейчас просто не мешай и не отвлекай. Вон уже распорядитель зовёт в образованный артефактами периметр.

— Да не бойся ты так. — пытается успокоить меня Искин — От магии ты полностью защищён. А для всех, по итогу вашего поединка, как бы он не закончился, все поймут одно, у тебя есть очень сильный артефакт и всё. Что в принципе, что и неудивительно совсем. Будут спрашивать, так отвечай честно, подарок афганской принцессы. А в Султанате, чего только из защиты нет. Ведь сам пойми, Афганистан всегда, всегда с кем-нибудь, да воюет. К примеру, с российской империей у него и дня мира не было. Вялотекущая война, вот обычно наше с ними состояние. Впрочем, сейчас тоже. Думаешь, почему отца Азизы и её брата, наследника султана, не пропустили в Россию? Всё просто мой мальчик… П режде, чем устраивать личную поездку, позаботься о том, чтобы с этой страной, куда ты собрался, было установлено хоть какое-то официальное мирное соглашение. Вот политики и дипломаты и работают в этом направлении, как с нашей стороны, так и со стороны султаната. И скажу так, это не быстрое дело. Через год, думаю, подпишут какой-то мирный договор, а там уже жди в гости отца Азизы и от этого нам, увы, не отвертеться. Так что, можешь всем смело говорить о подарке принцессы, все только и смогут, так это завидовать. Выкупать чужие подарки, как-то не принято в аристократической среде.

Но я уже не слушаю бормотание искина. Меня пригласили в импровизированный магический полигон, прикрытый артефактами защиты от Джоре, причём, стационарными артефактами и к тому же рабочими. Но тут понятно, они ни на кого, конкретно, не завязаны. Включились — выключились и всё. Тут привязка, как я понял, не предусмотрена. Но, возможно, я и ошибаюсь.

А между тем, действо началось. Распорядитель, в звании, не меньше, чем князь или граф, пожилой мужчина в расцвете сил и с сединой на висках, с доброжелательной улыбкой на лице, ведь смотрит на нас, как просто на драчливых детей, а потому и спрашивает с теплотой в голосе. Явно ему эта ситуация, неожиданно возникшая на скучном мероприятии, в его понимании, очень нравится, как и его роль в этом мероприятии…

— Вы не готовы пойти на мировую, господа? — Обращается он, как-то сразу к нам двоим.

— Нет! — чётким голосом отвечает Пожарский — Дуэль.

Я же, повторяю его слова и даже интонацию его копирую. Отказываться от поединка я тоже не намерен, теперь уж точно. Ставки сделаны — ставок больше нет.

— Тогда напоминаю, дуэль проводится до первой крови, или до момента, когда кто-то из вас не в силах будет продолжить поединок, или признает себя побеждённым. Всё ясно?

— Да. — коротко отвечаем мы, буквально в унисон.

— И напоминаю… — заканчивает свою речь распорядитель дуэли — сегодня только магия. Магия и ничего больше. За клинки не хвататься, иначе тот, кто нарушит это правило, тут же будет признан проигравшим в дуэли. Ну, что господа, готовы?

Киваю молча, впрочем, как и князь, но распорядитель ждёт от нас вербального словесного подтверждения своей готовности к проведению поединка.

— Да, готов. — отвечаю я.

Следом также отвечает и Пожарский.

— В таком случае расходимся, господа… — говорит распорядитель дуэли — Передвижение по арене поединка допускается. Вы в этом никак не ограничены условиями поединка. И удачи, мальчики… Выживите, главное, не стоит омрачать праздник нашей Великой княгини чей-то гибелью. С богом, господа! С богом!!!

Потом кидает взгляд на императрицу. Та так, как будто безразлично, махнула ладонью, типа начинайте…

И мы начали, после слов распорядителя.

— А теперь, господа, дуэль!!!

И тут же на меня обрушивается мощнейшее заклинание. Оно окутывает меня какой-то непонятной пеленой, буквально перенасыщенной силой и магией, правда, понять какого рода применена против меня магия, не ясно.

Зато всё понимает, Искин…

— Ну и дурачок! Разом, одним ударом хотел тебя он уничтожить. — и видя, что я ничего не понимаю, продолжил объяснять Боря. — Заклинание «Взрыв». Лучшее, что есть, как я понял, у нашего противника. К слову, пятого уровня заклинание. Пятого! И это очень, очень сильно, для вашего мира. Да чего там, и в Содружестве подобным могут похвастаться единицы, даже из числа признанных архимагов. Думаю, что артефакт, причём, очень неплохого исполнения. Но, есть один минус, в нём, сил и манны на него, нужно прорву. Что и выдал наш противник и сейчас он находится, буквально на нулях. Я ведь вижу, он даже с магического артефакта защиты, пусть и простенького, защищающего от первого-второго уровня боевых заклинаний, вытянул манну, и пуст он, полностью пуст. Всё поставил на один удар и, если бы не наш щит от Джоре, подарок Азизы, от тебя бы сейчас остался лежать на этом паркете, один пепел. Ну, а теперь наш выход. Помнишь, Азиза и Вилка тебя пытались учить простой «Магической стреле», базовому боевому заклинанию, и мы всё показывали, что оно у нас не получается. Так вот… пора продемонстрировать всем, что и ты на что-то способен. Опять же, скажем, что артефакт. Кто попробует разбираться предъявить его в качестве доказательства, после победы в этом поединке? Тебя и вовсе кто-нибудь в этом дворце не рискнёт трогать, а тем более добиваться очередного поединка с тобой, ты уж поверь. Сильнее Пожарского тут никого нет. А он, судя по всему, обосрался. И это уже многие сейчас поймут, как только марево от его заклинания развеется и спадёт с твоей фигуры, так и не проломив защитную магическую плёнку артефакта от Азизы, вышедшего из рук гениев, мастеров Джоре. Вот и удосужились мы проверить эффективность этого защитного артефакта.

— Однако. — улыбаюсь я на слова Бори.

А он продолжал радоваться уже точно нашей победе, в этом поединке.

— Ты бы видел сейчас выражение лица Пожарского. Он-то понимает, что ты цел, что как-то смог защититься от лучшего и самого мощного заклинания из его арсенала. А теперь он полностью пуст. И накопители его пусты и сам он едва, едва на ногах держится. И напомню, защиты у него нет и позаботиться о ней, сам не сможет. Может, грохнем князька? Ему и стрелы за глаза будет. — предлагает Искин.

— Не хочется, если честно. — говоря мысленно — Прав распорядитель, не хочется омрачать праздник нашей княгине смертью её родственника.

— Ну, как скажешь… — смеётся радостный Боря. — Тогда действуем так. Как только пелена от его заклинания пройдёт, а это произойдёт, буквально, через несколько секунд, ты начинаешь формировать перед собой структуру атакующего плетения, его будет видно всем, кто имеет дар, в том числе и самому Пожарскому. Напитываешь его силой, но не спускаешь в атаку, а просто держа его перед собой, делаешь несколько шагов в его сторону. Если он не дурак, а он, уж точно не дурак, то тут же признает своё поражение в поединке. Иначе, ему кирдык. Ну, всё… действуй.

Вот только никакое заклинание перед собой я сплести, просто не успел.

Только начал, только первые структуры перед собой навешал, как учили меня Азиза и Вилка, то тут же со стороны моего противника прозвучало заявление…

— Я признаю своё поражение господа. Я проиграл.

Делает кивок, князь. Вот только не видно, что как-то опечален он таким происшествием. Как бы и вовсе не на оборот. Хотя и понятно…

— Конечно, понятно — смеётся довольный Боря. — Все видели, в том числе и императрица с её дочерью, что он честно пытался выполнить её распоряжение-просьбу уничтожить тебя в поединке, и применил лучшее, что у него есть из магических атакующих заклинаний. Но не преуспел, а атакующих артефактов с собой он на бал, не брал. Не подготовился. Что в принципе не понятно, почему. Ах, да… он же собирался и вовсе без боя поражение своё признать, как обычно поступали, и он сам, и его предки, в подобных обстоятельствах. Но с тобой вышла осечка, но он думает, что, как всегда, всё ему достанется, что ты не сможешь и суток провести в его теперь уже бывшем поместье. Но вот этот вопрос мы немного позже провентилируем. Сам же знаешь, теперь у нас есть инструмент, для решения подобных задач. Но не будем спешить, вначале нужно доиграть в полной мере этот эпизод марлезонского балета. Жги…

Ну, а кто против.

Я делаю удивлённое лицо…

— Так быстро? — Задаю я вопрос, признавшему своё поражение, князю.

Тот лишь руками в стороны разводит…

— Если честно, не ожидал и не думал, что есть защита от моего главного оружия. Увы, поражён. Но и просить не буду показать, что же вас, в итоге, спасло.

В зале гробовая тишина, все хотят слышать наш разговор. На лицах императрицы и её дочери написано неподдельное удивление, вот только разочарования произошедшим, почему-то не видать. Неужели рады⁇

— Опять политика — влезает в мои мысли, Боря. — Я уверен, она специально выставила князя агрессором, ведь он мог и отказаться выполнять, выписанный же ею тебе, приговор. А кого больше не любят палача, лишающего жизни или того, кто вынес сей приговор?

— Как по мне, то оба безобразны — отвечаю я.

— Согласен, но в крови палач марается, а не судья, вот в чём вся разница, мой юный друг. — отвечает Боря — И чувствую, тут был простой расчёт. На что надеялась наша правительница, в вопросе вашего поединка? Она знала, что выйдешь победителем!

— Ну, точно знала, как поступали в подобных случаях Пожарские, на протяжении веков. Ведь так? Ты же сам мне говорил. — отвечаю я. — Тогда зачем было усложнять? Просто бы дала ему признать себя побеждённым без таких усилий, ведь будь на моём месте кто-то другой, сам ведь намекал, пепел бы от него остался.

— Всё так, мой милый друг, но она что-то хотела проверить и возможно это как раз касается, именно тебя, но может быть повезёт, и мы узнаем что. А нет, так не очень-то и хотелось. Но пора заканчивать этот маскарад, народ тут собрался, вообще-то веселиться, а не на поединщиков смотреть, хотя скандал удался, и главное, все живы остальное вторично. Ну, что я говорил, вот и наследница, наконец-то, бразды правления опять в свои руки берёт, в управлении праздником. На вас уже мало кто обращает внимание, за исключением, пожалуй, только императрицы. Слышишь, как опять музыканты Макса работать начали. Всё… праздник продолжается.

Праздник у других продолжается, а у меня очередные разборки. И кто бы мне их устроил, конечно же, императрица и её дочка…

— Так что у тебя там за защита такая необыкновенная?

Стою напротив импровизированного трона, на котором расположилась правительница империи.

Отвечать надо, тут не отмолчишься. Но ответ уже заготовлен, спасибо Боре, он всё просчитал.

— Это подарок на свадьбу брату. — отвечаю я — Какая-то безделушка от афганского Султана, чьей дочерью, оказывается, является жена Константина и мать его ребёнка. Ваня — мой племянник.

Играю я под дурачка…

Но и показывать кулон щита от Джоре, не спешу. Прав Боря, такая явная демонстрация своих артефактов, в приличном обществе, не приветствуется.

Видно ведь, как кривится лицо императрицы, хочется ей посмотреть, что это за подарок у меня такой от афганской принцессы.

Но чтоб меня, она себе в удовольствии не отказывает меня подёргать морально…

— Странный ты Сергей, но везучий и не такой, как все. Тем более, если вспомнить о твоём возрасте. Необычный. Но вот мне интересно, всего ничего я тебя знаю, но уже ты меня сумел заинтересовать. Но вот твои жизненные принципы, как-то непонятны мне. Чем ты, вообще, живёшь, о чем волнуешься, к чему стремишься, что хочешь достичь в жизни, какие у тебя, вообще, жизненные принципы? На это что можешь ответить или как обычно, отшутишься?

В голове тут же смех от Бори.

— Проси разрешение песню спеть и скажи, в ней и есть вся твоя моральная сущность. Есть чем удивить и рассмешить, ну и уязвить высоких господ, не без этого. Поверь, получится пушка, и Макс новой песни порадуется. В Содружестве, среди определённой части населения она была очень популярна. Пел её представитель горцев. Правда, другой народности, но не менее кровожадной. Вообще-то, все они были признанными воинами. Вот и песня, суть их принципов. Послушай её. Я тебе сейчас, для ознакомления, прокручу её. Постой на месте и позу мыслителя прими, типа думаешь, что ответить Великой императрице. И поверь, тебе понравится.

Прав, понравилось даже очень. Ответим, так ответим.

А Боря принялся, как обычно, за исполнителя и автора песни объяснять…

— Певец и исполнитель Арсен Шахунц, так на ваш манер его имя. У него много интересных песен, но эта была в Содружестве, мегапопулярна. Не прогадаешь… Макс, уж поверь, будет от неё в восторге. И давай, отвечай императрице, она ждёт серьёзный ответ на свой, не менее серьёзный вопрос. А мы, как обычно, попросту отбрешемся. Но отбрешемся, красиво.

Да, уж…

Вздыхая, я поднимаю взгляд на ждущую, с серьёзной миной на лице, императрицу. Неужели ей и, правда, эта информация от меня, так интересна?

Хотя, помня, какие она на меня навешала обязательства и не мудрено. И племянницу сватает, но тут я сам подставился под алтарь. И великое княжество крымское запросто так не дают, тоже какие-то планы, на этот счёт у неё меня есть…

— … чем я дышу и на что особо обращаю внимание, как на жизненные принципы, я хочу ответить… — смотрю, на внимательно слушающую меня императрицу и её дочь — песней. Новой песней. Можно???

— Ух, ты… — захлопала в ладошки, довольная Ольга. — Мам, пускай споёт. Всё больше развлечений. Какой же ты молодец. — это уже мне.

— Рад стараться, Ваше Высочество — склоняюсь я, как шут.

Но я же в наряде шута французских королей. Мне можно дурачиться, сегодня, во всяком случае.

И покривляться можно, разрешают и не одёргивают. Маскарад у нас новогодний или нет⁇

— Песней говоришь… — ухмылка появляется на лице, чего-то ожидающей императрицы. — Попробуй. Что тебе, для этого надо? — Спрашивает она.

— Гитара… — улыбаюсь я ей. — Это если хотите в узком кругу послушать или могу со сцены через микрофон выступить.

— А как лучше будет? — Не удержавшись, задаёт вопрос вперёд матери, Ольга.

Поворачиваюсь к ней

— Лучше, конечно, со сцены, Ваше Высочество. Микрофоны усилят очарование песни, да и музыканты помогут, они профессионалы, влёт подхватят мелодию, а она весьма простая — отвечаю я.

Ольга, прижав руки к груди, с надеждой во взгляде, смотрит на мать. Та, улыбнувшись тепло дочери, отвечает на невысказанную её просьбу, причём весьма в неожиданной интерпретации.

— Ты же у нас сегодня хозяйка. Это твой бал. Ты тут распоряжаешься, а не я. Я, как и все присутствующие, твоя гостья. Командуй, организовывай. — и переводит уже взгляд на меня — Надеюсь, нас Серёжа, и в этот раз, не разочарует.

Возвращаю улыбку императрице…

— Уж вы можете на этот счёт быть спокойны, Ваше Величество, неудовлетворённых, не будет. В песне, всё предельно доходчиво и простым языком сказано будет, чем же я живу…

— Ну, порази нас. Ждём… — вердикт выдаёт императрица.

И закрутилось.

Я к музыкантам. В свете прошедшего поединка мой рейтинг вознесся до небес, как и мой авторитет среди наших ребят, несмотря на мою молодость и небольшой опыт, и количество прожитых лет.

Всё объяснил. Даже напел мотив новой песни. Тут же рядом крутится и их начальство. Макс просится мне в подпевалы.

— Ну, попробуй. — сказал я ему. — Но ведущий голос мой, ты только на подпевках.

Соглашается, а сам довольный, как обожравшийся сметаны, котяра.

И вот у нас всё готово, для импровизированного концерта с моим участием.

За конферансье и ведущего концерта, у нас Макс, ему и слово…

— Господа! — объявляет он в микрофон на весь зал. — Сегодня у нас премьера песни. Исполняет впервые ее автор, с большой сцены и для почтенной публики. О чем песня и какие ею, он хочет дать ответы, расскажет он нам сейчас сам, с этой сцены. Попросим друзья…

Хлопки, радостные крики. Народ уже расшевелился и разогрелся и поединок тоже тому виной. Такие эмоции испытали, хотя и зрелищным нашу дуэль со стороны я бы, наверное, не назвал. Но всё же адреналина толпа изрядно хапнула. А тут ещё и победитель дуэли, песни которого, как оказалось, в основном в своём репертуаре держит популярнейший певец империи, сам решил со сцены новую песню представить. Вот же повезло.

Короче, народ в нетерпении. Народ в ожидании чуда.

Чуда? Ну, вы его сейчас получите…

— Господа, новая песня… — я уже у микрофона и выдаю предпесенное представление сути своего, не запланированного выступления. — Увы, но прошу быть снисходительными, слова песни немного хулиганские, простые на слух, а мотив, чисто народный. Это мой ответ на заданный мне вопрос. Надеюсь, никого им не обижу. А пока начнём, пожалуй…

Я уже перенастроил гитару, а потому просто задаю ритм и вывожу основную часть мелодии, играя небольшое, простое по исполнению, вступление.

Парни не подвели сразу видно профессионалы, с первых нот уже пытаются подыгрывать.

Ну, начали…

Магию в голос и понеслось.

Первый куплет…

А ведь с первых слов, песня зашла слушателям, уже все на ногах, танцуют, в том числе и хозяйка бала. Одна императрица осталась на месте, и внимательно слушает мои признания, в этот раз совсем не любовные…

А теперь, припев…

Макс пытается подпевать, ему тоже песня, чувствуется, очень понравилась.

У сцены народ толпится, танцует и что удивительно, напротив меня извивается в танце и сама великая княжна.

А я продолжаю припев, правда, есть в нём немного изменения в словах, по сравнению с первой его частью…

А ведь зацепил. И не только большинство всей аудитории, что буквально бесится в танце под мою музыку и слова песни, в которые я столько магии вплёл. Но и сама императрица, по-видимому, поняла мой посыл. Не лезьте в мою душу, я и сам люблю жить, и даю это делать другим. Но печальная у неё какая-то улыбка на лице. Явно понимает, что своими наградами, с тем же великим княжением, она меня под очередную попытку отправить на тот свет подставляет. Но и отменить свое решение, она уже не может.

Всё… время ушло, теперь только ждать, что в итоге получится и не забывает про Москву, где мне надо быть в течение декады в обязательном порядке.

Ну, не верит она в меня, хотя какая-то надежда, что выживу, всё-таки в этой очередной передряге, еще посещает её в ее мыслях.

А я, между тем, выдаю второй основной, пожалуй, куплет песни…

И танцующий народ поддержал меня криками. И ты смотри, уже запомнили и сам припев… вон, как весело мне его помогают петь, подпевая все хором.

Выдали, так выдали…

А продолжение и вовсе все в унисон, словно мелодию поймали. Да и Макс с ребятами старается. Настоящее веселье…

Всё… аудитория моя. Можно и вовсе выдать тут концерт, песни с Максом исполнять. А ведь забавно я со сцены смотрюсь, фигаро и комическая гитара ещё за спиной. Шут, шут и есть…

И повтор полного припева, завершающий всю песню…

Народ беснуется, народ поет припев вместе с нами, с Максом. Да и парни, у кого есть микрофоны из музыкантов, тоже поддерживают нас своими голосами, отчего моя магия буквально вплетается во весь этот импровизированный хор.

Представляю, что сейчас там, у себя на постаменте, в удобном кресле-троне, чувствует наша правительница. А ведь в её взгляде я вижу что⁇ Зависть⁇

— А ты чего хотел… — во время проигрыша говорит мне Боря — она тоже такой подход к жизни позволить себе, никак не может. Жить, как хочет, не обращая внимания ни на кого постороннего. Никак! Она не может себе позволить не знать, что будет с ней, а значит, и со всей страной завтра. Никак. Но вот так порадоваться за того, кто это может себе позволить, она и может, вот и радуется, наверное, где-то глубоко в душе…

А мы все, после проигрыша, заканчиваем хором, буквально крича песню, повторяя припев…

А ведь пробрало императрицу. Я что, один это вижу? Она плачет⁇

— Ага — смеётся Боря — соринка ей в глаз попала и вот ещё раз смотри, как глаза то трёт. Завидует, сучка крашенная…

А я в одиночку, потихоньку тяну последние слова припева, под утихающую музыку…

… стою опять перед успокоившейся императрицей.

Ольга не хочет сидеть рядом с ней, встала рядом со мной, причём, взяв меня за руку, и пытается на танцпол меня вытащить, вот только мать ей этого сделать не позволяет…

— Оставь нас доча. Иди, потанцуй… — говорит она мягко.

Но я-то уже понял, что это такое, мягкая сила и как ею надо правильно пользоваться. В словах императрицы не просьба, а приказ, который ослушаться даже великая княжна не решается…

Всё… мы с ней на этом пятачке, где расположены кресла — троны и остались с ней одни.

— Ну, и чего она ещё нам подкинет, каких задач? — Ворчит, чему-то очень недовольный, Боря.

А императрица, между тем, разлепила уста…

— Песня и, правда, цепляет и смысл, несмотря на простые, народные, надо сказать, в своей сути слова, большой заложен. Радоваться жизни, чего бы с тобой не происходило! Интересный подход в жизни. И на твоём примере я бы сказала, что он рабочий этот подход вот что интересно. Никогда бы не подумала… — пауза.

Смотрит на меня, рассматривает, словно что-то во мне хочет увидеть скрытое ото всех. И ведь есть, что мне скрывать… ну, например того, кто сейчас молчит во мне…

— Ты твёрдо решил ехать в Москву и сутки пробыть в московском поместье Пожарских? — задаёт она наконец-то вопрос, видно мучающий её.

Чем-то, эта проблема с этим московским поместьем своих дальних, но тоже когда-то коронованных родственников, волнует её.

Пожимаю плечами…

— Ну, вообще-то, это уже не Пожарских поместье, а моё. — отвечаю весьма дерзко я.

Но неудовлетворения этот мой ответ у неё, на удивление, не вызвал.

Улыбка на её лице… печальная улыбка. А почему печальная, и так понятно, не верит она в меня, не верит…

— Давай сделаем так. Ты мне пообещаешь… — говорит она…

Я вопросительно выгнул левую бровь на лице. Боря помогает мне такое провернуть. Мимикой моего лица он даже лучше меня управлять может.

— На следующий день, когда ты проснёшься в поместье, ты мне лично позвонишь… — продолжает она какой-то непонятный мне разговор.

Разговор о чём?

Ух, ты…я сути слов не понял. Не если, а когда!!

Дела…

— А вот тут, по ходу, мы сейчас соприкоснёмся с очередной тайной дворца и императорской семьи, в частности. — а это уже голос Бори в моей голове звучит. Но ведь, как обычно, искин оказывается прав на все сто.

— Расскажу тебе немного об истории нашего рода и клана. — тихим голосом говорит Анна. — Скажу сразу, ни я, ни Ольга, ни мои прямые потомки, да и предки до сотого колена, наверное, не могли и не могут без приглашения посетить поместье родственников, находящееся напротив моего Кремля в Москве. И продолжается это безобразие не одно столетие, а если быть точнее, то почти две тысячи лет.

Ого! А вот это уже интересно.

— И почему же так происходит, а главное, и почему хозяева не приглашают вас к себе, когда вы это делаете, как хозяева, ведь Пожарский у вас сейчас в гостях находится? Думаю, это не справедливо. — не удерживаюсь я от вопроса.

Понимаю, щекотливая ситуация. Тайны семьи правителя, это токсичный багаж, он может в определённый момент и ко дну весь твой род и клан потянуть или, вообще, в небытие кинуть. Мало ли, что сейчас мне придётся узнать, благо, не все так опасно мне тогда показалось…

— Потому, что я хозяйка, а они… как бы это правильно высказаться, что-то вроде квартирантов там. На птичьих правах они там находятся. Об этом никто не знает. Мой первый предок подарил им эту усадьбу, но с условием, что в любой момент он её у них заберёт, для своих целей. Не забрал. А они просто, как хранители его воли и всё. Но эти хранители сейчас себя ведут там, как хозяева, а нас не допускают, потому что боятся…

Я же киваю, понимая, чего боятся Пожарские… того, что контролёр признает Романовых, основную ветвь семьи. Но не понимаю другого…

— А почему бы вам, в наглую к ним в гости, через реку, не прибыть. Что мешает-то?

Усмешка на её лице и опять, совсем нерадостная…

— Были прецеденты. — говорит она — Даже в своё время пытались силой туда прорваться…

Но я уже знаю ответ…

— Все погибли? — спрашиваю я, её.

Кивает…

— В том числе, и мой прямой предок.

Ага…

— Но почему… — честно не понимаю я.

— Да всё потому, что сам наш первопредок сказал, что только по приглашению хозяев… ну, квартирантов этих, туда зайти можно. Сказал тому, кто это место и охраняет.

Ага, значит всё-таки контролёр. Будем готовы и к этому.

Молчу я. Молчит и императрица. Так и не дождавшись от меня ещё вопросов, продолжила начатую в нашем разговоре, мысль…

— Так вот, в чём суть моей просьбы… ты звонишь мне и сообщаешь, что ты выполнил условия дуэли ваших с Пожарским договорённостей. Думаю, Ольге будет интересно посетить, впервые за столько столетий, поместье, которое когда-то принадлежало нам. И ты её пригласишь. Ведь так?

Ну, а чего кочевряжится.

Но паузу в моём ответе, императрица восприняла по-своему.

— Она приедет не с пустыми руками. Обещаю, будет подарок, а какой, скажу так… — улыбается Анна теперь уже вполне открытой улыбкой — он будет связан с историей этого древнего поместья, а если быть точнее, то будет частью этой истории. Ну как, заинтриговала тебя?

Улыбаюсь, в ответ.

— Договорились, ваше Величество…

— Ну, и отлично, а теперь иди, веселись, ты этого заслужил. — отпускает она меня.

Но я не спешу уходить.

— У меня есть тоже условие ваше Величество. — говорю я.

А вот теперь взгляд у неё заледенел.

— И какое условие? — Всё же удержала она злость в голосе.

И таким же мягким он, мне кажется, хотя, как Боря намекнул, она вся внутри горит буквально, праведным гневом.

Но мне всё равно…

— Ольга пускай приезжает не одна, а со своей сестрой… — говорю я — Василисой. Без неё, Ольгу не пустят.

Кажется, я почувствовал скрежет её зубов. Но неожиданно черты лица её разгладились.

— Думаю, она вспомнила, о чем говорил тот священник, который и проводил обряд обручения, вернее, вашей помолвки с Василисой. — говорит Боря.

— Намекаешь, что не надо пока клепать нам детей? — спрашиваю я его.

— Ага! — смеётся Искин.

— А ведь хочется… — вздыхаю я тайно от императрицы.

Подумает ещё, что так волнуюсь, ожидая её вердикта…

А императрица вновь сумела удивить.

— Хочешь похвастаться перед невестой поместьем, а может и подарить его ей? — Задаёт она неожиданный вопрос.

Но нас так просто не подловить…

— Жене, может быть, и то после рождения законного наследника. А просто невесте, то — нет. Подождём законного бракосочетания. — намекаю я на то, ждать этого вам события ещё шесть лет, а рождение наследника и того больше. И то при условии, что всё срастётся так, как всё они запланировали и что все ещё до этого светлого дня доживут.

По лицу дамы вижу… облом… Ну, хоть попыталась развести простачка. Не получилось в этот раз. Не получилось…

— Беги, веселись. До утра у меня есть время подумать и дать ответ на твою просьбу. Кстати, на завтра у тебя какие планы? — уточняет она.

— Да хочу, ваше Величество, с недвижимостью в Питере разобраться. И с квартирой, и, если позволите, сразу и усадьбу бывшую Петровского посетить. Обозначить, так сказать себя там, как нового хозяина.

Кивает…

— Хорошо… документы уже завтра туда нарочным отправят. Утром уже там будут, и все к исполнению. Проблем не будет. Владей. Заслужил. И, да… — тише ещё говорит она — за Петровского, отдельное спасибо. Продажная он шкура. — впервые грубо при мне она высказывается о ком-то — Предатель. Всё, свободен. Отдыхай…

И я пошёл отдыхать. И мне, если честно, понравилось.

Шампанское лилось рекой. Хоровод красивых девушек. Друзья рядом в виде Влада и его ребят. Макс, на сцене, выдавал наши с ним шлягеры. Особо народу заходила на ура, «Императрица», которая немного шальная.

Меня даже попросили спеть, но это было уже, когда я был изрядно подшофе.

Целый мини концерт выдал. Всю магию почти потратил, выдавливая под конец из себя крохи. Трогать накопитель Боря запретил напрочь, мало ли что. В итоге, на бис, два раза выдал — «Неоконченную любовь» и «любимая моя». Вдвоём, на два голоса исполнили с Максом, «как упоительны в России вечера» и конечно хитом была «Потому что нельзя быть на свете красивой такой».

Княгиня Ольга была в полном экстазе, потому что я каждый раз посвящал эту песню, именно ей.

В итоге, как добрался до своих апартаментов во дворце, я смутно помню. Помню, что вели меня туда две, напрочь раскрепощённые, девушки.

Боги! Как же болит голова. Долбанное шампанское. Идиотский шампусик. Опять перебрал. А мама бы поругала…

— Тебе надо было пары выпустить и отвлечься — голос в голове.

Реально ведь испугался, пока не вспомнил… Боря! Боря-я-я!!!

— Чего орёшь? — Отзывается искин.

— А чего не снимешь боль? — Жалуюсь я.

— Рано… — отвечает искусственный интеллект — уж больно у тебя рожа кислая сейчас, а она нам, как раз в самый раз, в данный момент.

— Это как? Не понял! — Шиплю я, как потревоженное земноводное…

— А то, что за дверьми в твою комнату, стоит Косицкая и хочет тебя лицезреть. Жуть, какая взвинченная и злая — докладывает Боря.

— С чего бы это? — Чего-чего, а Свету я бы хотел сейчас видеть меньше всего на свете.

Смешной получился каламбур.

— Да вот, ютуба насмотрелась сегодня с утра. Хотя уже у нас полдень на дворе. Не забывай, завтра съезжаем, а у нас ещё дела — напоминает Боря.

— Стоп! А причём тут ютуб? — Не понимаю я.

— А притом, что ты опять «Звезда ютуба». Пел вчера песни? Пел! Пел в начале просто для императрицы, но тогда ты был хотя бы трезв. А вот затем, устроили вы показательные выступления в дуэте с Максимом. Это он тебя спровоцировал на это, и эти записи как раз-то те, кто был на бале, и выставили в интернете под заголовком… «автор популярных песен выступает на званном бале наследницы престола». Благо, хоть не давали тебе там с себя одежду срывать, но то, что ты был невменяем от выпитого алкоголя, опытные точно заметят.

Прикрываю глаза. Вот же. Опять отличился.

— И что императрица и её дочь? — Задаю я вопрос, заходясь страхом.

— А, что они? Ничего. Повеселились, глядучи на твои выкрутасы. Да и весело всем было. Ольга, та и вовсе счастлива. Ты ей песни пел при всех… — и затянул… — «… потому что нельзя быть на свете краси-ивой тако-ой».

Безбожно при этом, фальшивя, видно специально делая так, чтобы своим пением заставить меня окончательно проснуться.

— И чем мне это грозит? — Реально пугаюсь я.

За прошлую песенку с менее провокационными фразами спетой принцессе, меня вообще-то, почти женили…

Наказание, так наказание.

А Боря явно пытается меня троллить…

— А чем может грозить песня? — Смеётся он — Ничем, естественно, но многие поняли, что наследница престола на тебя глаз положила, а чем это заканчивается, для кандидатов в любовники или мужья женщинам из правящей императорской семьи, многим известно. Потому тебя все, в большинстве своём, попросту жалели. Но я тут ещё разговоры всякие подслушивал. Всё сводилось в этих разговорах к тому, что «один раз не пидарас»! Так прям в открытую и выражались. Короче, проклятье императриц тебя не накроет так быстро. Прежним останешься, если повезёт. Сильно повезет! К слову, все любовники и бывшие мужья императриц плохо умирали. Очень плохо. За редким, очень редким исключением. Например, как Борис Годунов.

— Но он же когда-то императором был! — напоминаю я, о несостыковке в рассказе искина.

— Был, да недолго. Прикончили по-быстрому. Пять лет правил, пока наследников не наделал. Потом всё, упал неудачно на охоте. Голову и проломил, об откуда-то оказавшийся валун в чистом поле, который в высокой густой траве никто из провожатых и охраны не увидел. И, что самое забавное, обереги и магические щиты, не помогли. Очень странный камешек там попался и, конечно же, совершено случайно. Потом была пара императоров, в том числе и отец нынешней государыни, вот только, увы, он не смог дать стране нормального наследника, только наследницу. Был тут наследничек, но его историю ты уже знаешь.

— И что теперь? — Спрашиваю его я.

— А что теперь? — явно веселится искин. — Встаём и одеваемся. Косицкая ушла, но обещала вернуться. Зачем-то ты ей очень понадобился или просто хочет, напроситься к тебе в попутчики, погулять по городу. Она наводила справки о тебе, и стало ей известно, что ты собирался в город прокатиться, свою недвижимость проверить, в том числе и бывший мини дворец Петровского, как его усадьбу местные называют. Повторюсь, любил он пускать пыль в глаза посторонним, и о себе любимом байки придумывая, и вот с помощью подобных усадеб, их подтверждать. Хотя не спорю, богат был, да вот попался в кандалы. И напоминаю, не без нашей помощи. И теперь мы не только с его вологодской родовой усадьбой, которая в принципе, нам и не нужна, но и не продать её. По определению, только в наследство потомкам передать. Так вот, но и в Питере мы теперь с тобой, дворец почти отхапали, с лёгкой подачи императрицы, взамен только пообещав, что продолжишь ты обучение уже в столице империи, а не у себя в глубинке, по сути, в захолустье, в их понятии.

Как с таким планом действий мне было не согласиться, тем более, Боря меня заверил, что меня в моей питерской квартире с докладом, ожидает мой дворецкий и его верная Тая.

Хвосты успешно удалось сбросить. Косицкая, видно не ожидала, что я всё же смогу так быстро собраться. Ведь вчера реально, на балу наследницы, я изрядно и выпил, и повеселился, и дала мне ещё на раскачку час… но, как потом доложил Боря, очень злилась, что уехал в город, не взяв её. Но и претензий ко мне не предъявить, разговора, между нами, об этом, не было.

— У тебя сегодня званый ужин, причём, принимающая сторона императорская семья. — говорит Боря. — Ждут к восьми вечера. Только без задержек, ещё одного поединка, боюсь, ты уже не переживёшь. Так что постараемся, не опаздывать.

Едем на пригородном поезде, по-простому электричка. В городе возьмём такси, без колёс сложно…

Впрочем, это не моя забота, как оказалось…

— На вокзале, вас господин граф, уже будут встречать — смеётся Боря — Готовьтесь получать поздравление и люлей. Тая очень испугалась.

— С чего бы? — Не понимаю я.

— Не одна Косицкая в интернете, в частности, в ютубе, днюет и ночует, но и другие милые дамы. О бале наследницы многое писалось, а тут такой скандал. Магический поединок в стенах дворца в Царском селе. И кто, угадайте, его главный участник и победитель? Вот то-то же. Так что от Таи будешь отбиваться сам. Она, думаю, тебя от избытка чувств, до смерти зацелует и потенциальный её муж, в будущем, вам не помощник. Он тоже очень волновался из-за вас. И кстати, их парочку на время, но нам придётся разъединять.

Я удивляюсь.

— Это ещё зачем? — Реально не понимаю, чего хочет искин.

А как оказалось, всё просто…

— Не забыл, куда нам надо, в первую очередь, в городе заехать? — спрашивает Боря.

Киваю головой.

— Государственный музей. Или рядом гуляем под его стенами, или напрашиваемся на очередную экскурсию, что в нашем состоянии, увы, не лучший вариант. — отвечаю я.

— Всё так. — соглашается со мной Боря. — Я только на месте смогу сказать, получится у нас, через артефакт первого императора, по-быстрому, с поместьем Пожарских в Москве решить. То, что решим, это я однозначно говорю, но вот на удалении мне удастся всё это провернуть или нет? Так что да… возможно придётся и по залам музея прогуляться, во всяком случае, до нужного нам зала и там зависнуть, рассматривая экспонаты на некоторое время, надеюсь, что не на продолжительное. А что касается того, что надо разделять нашу влюблённую парочку, то всё просто. Тая, понятно, остаётся при тебе, как телохранитель и ведь ещё нам с наследием Петровского тут разбираться. А вот Александра я бы предложил отправить в Москву, подготовить народ, так сказать местных, в бывшем поместье Пожарского. Не удивлюсь, если мы сегодня провернём дело с пилотским креслом древних Джоре, то все те, кто пребывают в поместье Пожарских, окажутся, подвержены большой опасности. А так завтра, даже сегодня вечером он прибудет, просто отправим его самолётом туда, и он подскажет всем, чтобы бежали из поместья, как можно скорее, так как хозяин там сменился. И всё…

Я мотаю головой из стороны в сторону так, тихонечко раскачиваясь в такт такому мини массажу…

— Согласен. Не хотелось бы, чтобы контролёр в московском поместье кого-то убил. Будет не очень приятный резонанс от смены хозяев поместья. Да не простого ещё поместья. Не хотелось бы большой огласки. Хотя…

— Хотя, да… от огласки всё равно не уйти. Сенсация намедни случится из вон выходящая. Пожарские потеряют древнее поместье! — смеётся довольный Боря. — Но и не воспользоваться такой возможностью, я думаю, это будет кощунством. Да и наказывать надо, всё же тебя хотели по-настоящему убить, причём, в особо жестокой форме, уничтожить магически, в пыль. Вот теперь пускай расхлёбываются, да и развести ведь хотели просто, без особых напрягов с их стороны отобрать у нас наше поместье. А если бы мы упирались, то опять же, тебе бы грозила гибель. Так что, всё честно. Не они нас, так мы их… И да… на огласку как-то всё равно, что есть она, что нет. Вообще, фиолетово, как у вас говорят малолетки, на вроде тебя.

— Тогда куда, в первую очередь? — Задаю главный вопрос.

— Конечно же, музей, от него и будем плясать, как быстро результата добьёмся. А Саню можно сразу сейчас озадачивать билетами в Москву и проинструктировать его до слёз не забудь, на предмет, чего мы хотим получить от его действий, в бывшем поместье Пожарских.

Так и болтали, пока доехали до Питера.

Вокзал. Холодно. На улице снег, ветер и дворники, которые ведут непосильную борьбу со стихией.

— Хорошо хоть дороги более-менее почищены — бурчит Боря.

А вот и твои встречающие…

— Ну, держись, сейчас тебе за всё воздастся. — довольный хмык от Бори.

Угадал.

Тая налетела на меня, как цунами на побережье. Повисла и вдруг расплакалась совсем, как юная девчонка, а не серьёзный боевик в юбке. От такого конфуза не только я выгляжу ошарашенным, но и Александр, что кивком со мной поздоровался. А Тая всё висит на шее и не отпускает, поскуливая мне в ухо.

Глазами спрашиваю Саню, что с ней… — он плечами пожимает и тихо шепчет…

— Переволновалась…

— Да срыв у неё нервный. — говорит Боря, — чего не понятного. А тут всё наложилось и интернета ещё насмотрелась, а там и поединок ваш показали, но так, вскользь… Вот и на придумывала себе всякого. Ведь ей, как я понял, Азизой ставилась задача, любой ценой, хоть ценой своей жизни, уберечь тебя от больших опасностей. А тут… Петровского загасила и его людей, а вот разборки с органами, в вашем родном городе, оторвали её от тебя. И ты, в результате, без её присмотра тут сам, в Питере и Царском селе тусовался. Надежда была, что всё будет тихо и безопасно, но ты бы видел со стороны кадры вашего поединка. Если и мама твоя это видела, то…

Кривлюсь…

Понятно, получу по первое число, хотя ведь, когда приглашали в гости к императорской семье, гарантировали полную безопасность, а тут поединок, не на жизнь, а на смерть, тем более, магический, хотя я по определению, пустышка. Конечно, всего на придумываешь, беспокоясь за меня. Дела…

— Всё, успокаивайся. — шепчу я в ушко красавице, поглаживая её по спине, по её модной шубейке.

— Приодеться успели в Питере ребята — говорит Боря. — У нас такие вещи в продаже, не найти. Фирма, но с деньгами у Таи проблем нет и Саню тоже прилично так, приодела. Всё… успокаивается наша железная леди. Но совет, не заостряй внимание на том, что она расплакалась. Потом причину тебе скажу, а так просто давай озадачивай ребят, это им привычнее, да и разборок не нужных, таким нехитрым образом, избежишь.

Опять прав искин и как у него это только получается.

— Ладно, всё… — говорю я, — Машина есть? Нам колёса нужны.

— Джип Чероки на пару дней взяли в агентстве с водителем. Сами-то мы города не знаем. А что, надо много кататься? — Тут же оживает Тая и выглядит, словно и не было этого недавнего спектакля со слезами.

— Покататься придётся. — говорю я — В начале, катим к центральному государственному музею. Мне там, рядом с ним, неопределённое время погулять надо.

Смотрят на меня внимательно мои помощники. Странные вещи, может быть, говорю я, но молодцы, ненужных вопросов не задают. Надо, значит надо.

А я продолжаю прямо на платформе, для поездов вокзала, раздавать распоряжение своей главной рабочей группе поддержки.

— Саня нас покидает — говорю я. Он хмурится, но молчит и не возражает — Сейчас узнаёшь насчёт ближайшего рейса на Москву. Ты туда летишь. Разберёшься с билетами, и я тебе всё расскажу, что, когда и зачем.

И уже смотрю на Таю…

— А у нас вами, госпожа Тая, намечена увлекательная программа на несколько дней, которые мы тут с вами очень плодотворно должны провести. И первое — квартира, потом… кое-что ещё покажу. Мне тут по случаю, в Питере, перепала небольшая усадебка, адрес есть, но туда мы поедем в последнюю очередь. Всё будет зависеть от того, останется на неё сегодня время или нет. Мне опаздывать в Царское село, никак нельзя. А теперь, конкретика. Ты, Саша, берёшь такси и вперёд, готовиться к поездке. Как приобретёшь билет, сразу отзваниваешься. Подъедешь, я тебя проинструктирую о том, что я связываю и хочу от твоей поездки. А пока, разбегаемся. Тая, веди меня к машине. По дороге, обсудим дела, которые вы накопали по моей питерской квартире. Кстати, в Москве будет такая же задача, но там, вроде как, не такая ситуация с мне подаренной недвижимостью. Пока рассказывай, что накопали по питерской квартире…

Вот что мне нравится в ребятах, никаких лишних вопросов. Но видно, что расстроены, как Саня, так и Тая. Расставаться им совсем не хочется. Успокоил, сказав, что дня через два-три, опять вместе будем все.

Часик у музея проторчать мне с Таей пришлось. Машина при нас. И это упрощает вопрос передвижения по незнакомому городу.

Прогулялись по округе. Хоть и идёт снег, и ветерок чувствуется, но не особо холодно. А главное, пока что не сильно скользко. Боря сказал, где лучше всего есть контакт с древним артефактом у него. Повезло, рядом со зданием огромного музея, аккурат в нужном расположении, небольшая кафешка притулилась. За чашку кофе, тут драли деньги, как за бутыль хорошей конины, но нам на руку, хоть не морозить щёки, а ведь Боря предупредил, быстро не будет.

Сотку в рублях потратил, как на кофе, так и пирожное для Таи, и для меня. Ну, и конечно, разговаривали, ведь я их с Саней ещё в памятном кафе оставил, разбираться с напавшими на нас людьми графа Петровского. Бывшего графа Петровского.

Нынешний сам вон, с Таей сейчас неспешную беседу ведёт…

— … Азиза, на второй день прилетела. Но я и так без её помощи всё разрулила, да и на удивление, к нам у сбэшников и полиции никаких претензий не было, вопросы да… много пришлось объяснять и отписываться. Но наездов, о не правомерных действиях с нашей стороны, никаких не было. Петровского у меня забрали. Но перед этим, я с ним немного побеседовала.

Отводит взгляд.

Я же, хмыкаю, а в голове голос Бори отметился…

— Знаем мы, как ты с ним побеседовала. Он после той беседы, вообще всё, что знал, имперской СБ рассказал, так был поражён широтой её души…

Улыбаюсь, раз вклинивается в наш разговор с Таей, то у него всё хорошо.

Так и оказалось.

— Повозиться пришлось. — говорит Боря — Но привязка артефакта к тебе, полная, так что никаких проблем не возникло, просто перепроверил, всё ли правильно сделал. В общем, в поместье у нас полный доступ. Контролёр твой, но, как и в Крыму, его ещё найти надо, где он спрятался там, в поместье… Ну, и активировать. Он сейчас в режиме ожидания работает, в урезанном своём варианте функционирования. И ещё… к поместью прикреплён род слуг в звании баронов. Представляешь? Они не менее древние по родословной, чем сами Пожарские или Романовы. Но всё едино, слуги, которые привязаны к поместью. У них там свой дом. Своего рода дворецкие, но принадлежат не правящему клану или клану хозяина поместья, а самому поместью. Чьё поместье, тому и служат верой и правдой. Пожарские, конечно, считают их ветвью своего клана, но на самом деле, это не так. Серьёзные помощники, им и императрица не указ. Так-то на территории поместья они, вообще, ни для кого не уязвимы. Но верные… за предательство, ну ты понял… контролёр, попросту лишает жизни недостойных. Так что…

Качаю головой.

Боги… во что я, в очередной раз, вляпался…

Старый барон Бодров Иван Сергеевич с удивлением во взгляде взирал на нового посетителя. Нежданного, надо сказать, посетителя. Вот только и от ворот поворот сему господину ну никак не сделать, и не выгнать из древнего поместья, которое этот господин во чтобы то ни стало хочет посетить. Да мало того, что посетить просто, так и вовсе на ночлег тут устроиться желает.

Выгнали бы уже давно, да вот только происшествие неординарное случилось намедни, буквально за несколько часов до появления сего господина во владениях барона… увы, и не его к счастью владениях, а князей… Великих Князей Пожарских. Вот только теперь Иван Сергеевич не может точно быть уверенным, а хозяин ли теперь тут любой из Пожарских, в частности Вадим Иванович, наследник князей Пожарских, ведь случившееся сегодня намекает на то, что у усадьбы поменялся хозяин. Вернее даже не так… не хозяева, а те, кто ими себя считали всё это продолжительное время… сроком в тысячелетия.

А тут…

Что-то напрягало его в стоящем перед ним в почтенной позе, молодом человеке. Лет двадцать-двадцать пять этому юноше, да вот только опытный взгляд старого управляющего древним поместьем, говорил ему о том, что стоящий молодой господин, как бы это выразиться… близкий по духу ему человек. Но ведь явно этот молодец мало того, что не аристо, так и просто не относится к дворянскому сословию. Тогда почему родственную душу в нём видит старый почтенный барон???

— Так по какому вопросу вы к нам, милостивый государь? — с почтением в голосе как тому подобает древнее гостеприимство, спрашивает управляющий поместьем, молодого незваного гостя.

Ответом подобная доброжелательная улыбка исходит от парня. Ведь понимает гость, что не каждого на входе в усадьбу будет встречать главный тут среди всех присутствующих в поместье.

— Так получилось… Уважаемый…⁇ — вопросительная интонация в голосе парня.

— Барон Иван Сергеевич Бодров. Главным распорядителем тут тружусь вот уже сколько лет. А вы к нам уважаемый, какими судьбами? — задаёт он вопрос непонятному посетителю.

На что гость тоже с поклоном представляется.

— Александр Александрович Старицкий. К вашим услугам, ваша милость. — представляется мой дворецкий. — И я к вам по неотложному делу. У меня есть чем вас… не заю даже как сказать… и не обрадовать, но уж точно, что и не огорчить. Во всяком случае я очень на это очень надеюсь.

Барон на Саню посматривает с недоверием.

— Шутить изволите, уважаемый? — хмурится он.

— И в мыслях не было. Всё дело в том… — паузу держит моё доверенное лицо.

— Вы про то, что наш молодой хозяин проиграл в поединке, как в ставке, своё поместье? — задаёт неожиданный вопрос барон. Александр кивает ему в ответ. Тот же, мило улыбаясь, продолжает… — Так я про это знаю. Так вы представитель будущего хозяина поместья?

— Да, господин барон. — кивает головой Александр.

— И кем вы при нём, если не секрет? — интересуется Иван Сергеевич.

— Дворецкий, ваша милость. Мой дедушка Главный Дворецкий, но он безвылазно находится в вотчине его милости. А я всегда сопровождаю его Сиятельство.

Поднятые брови показывают, что барон немного озадачен такими заявлениями посетителя.

— А где находится вотчина вашего господина? — продолжает сыпать вопросами местный управляющий. — И да… чего тут в воротах стоять. Вы, как я понял, окончательно приняли решение ночевать у нас в усадьбе? — задаёт он первый вопрос по существу возникшей проблемы.

— Не я принимал решение, а мой господин. — с поклоном отвечает Александр.

— Ну, раз так, то прошу заходите. Будете желанным гостем. Да и побеседовать с вами мне будет интересно. У вас, кстати, не найдётся информации из-за чего поединок-то произошёл, тем более на званом балу у великой княжны. — задаёт вопрос глава местной обслуги.

— В моём распоряжении есть кое-что получше, ваша милость. Запись самого вызова и видео проведения поединка. Причём всё снято не камерами наблюдения, а вполне профессиональными работниками на их, соответствующей качеству, аппретуре. Уж поверьте, есть на что посмотреть. — предлагает молодой гость.

— Ух ты, как интересно! — улыбается, довольный возможностью получить исчерпывающую информацию по интересующему его вопросу, барон — А-то в интернете мало чего понятного, хотя по просмотрам те ролики, что там есть, а их, кстати, там огромное количество, так вот просмотров они получили по стране огромное количество за эти два дня. Но я хотел бы вас всё же предупредить заранее. Вы не гость моего бывшего господина… князя Пожарского, а из опыта могу сказать следующее, и на вас распространяется действо местного защитника древнего, при чём, поместья. И попрошу… почувствуете часа через четыре внезапное ухудшение самочувствия… отнеситесь к этому серьёзно. Это будет означать, что вам нужно как можно скорее покинуть усадьбу. Это понятно?

— Я с этим знаком, ваша милость. — огорошивает барона, своим ответом молодой человек — Наша усадьба в Крыму по древности мало уступит вашей московской. А-то, может быть ещё и по древнее будет. Так что если почувствую что-то неладное происходящее со мной, тут же приму меры к убытию. Вы уж не обессудьте. Но уверен, что это не потребуется. Итак, куда мне идти?

— За мной идите, я вас провожу. Дам распоряжение чтобы для вас готовили гостевые комнаты. И распоряжусь на счёт ужина. — говорит барон — А пока мы с вами расположимся в моём рабочем кабинете. Очень уж мне хочется посмотреть на те ваши видео, о которых вы недавно говорили.

— Почту за честь ваша милость. — с поклоном отвечает Александр…

… Три часа спустя.

На с вторую столицу империи опустились сумерки. Старый город засыпал. А вот в его сердце, рядом с Кремлём, по ту сторону Москвы реки, в своём кабинете старый хранитель древнего поместья в очередной раз просматривал файлы состоявшегося поединка между наследником Пожарских и нового, во всяком случае числящегося таким, хозяина древней московской усадьбы…

Его очень сильно что-то смущало в том, что видели его глаза.

Скрипнула входная дверь в кабинет. В приглушённом свете настольной лампы сложно было распознать кто же вошел в комнату, но гадать об этом Ивану Сергеевичу было не надо…

— Спит. Умаялся. — молодой женский голос раздался рядом. — Я присяду, папа?

— Садись, конечно. — улыбается барон — И как тебе наш необычный гость?

— Главное слово… необычный. Простолюдин, а ведёт себя как избранный. Хотя есть в нем кое-что необычное, но не для нас. Ты заметил перстень у него на правой руке? — спрашивает отца девушка.

Радость всей жизни. Поздний ребёнок. Наследница. Не рождаются, увы, в их роду мальчики. Не рождаются. Приходится девушкам рода приводить в семью мужчин со стороны, после проведении ритуала бракосочетания. Ведь именно у алтаря в древнем храме поместья новый мужчина рода, принимает древнюю фамилию. Когда-то подобное и с самим Иваном Сергеевичем случилось. Да вот только очень давно это было…

— Заметил, конечно. Как тут было не заметить? Но вот, в отличии от нашего родового знака видно, что перстень у крымского дворецкого, бывших владений Салтыковых, активирован. Он не игрушка. И думаю, что несъёмный. А этот факт о многом говорит.

— Об этом в летописях писали, я читала сама. — говорит девушка. — И как это может быть?

— Ну, может, раз есть. Но не об этом сейчас речь. тебя не смутило переданное распоряжение нового хозяина? — спрашивает её отец.

— Он им ещё пускай станет. Много за эти годы таких рвачей было, кому наши Пожарские имение на декаду спихивали. И, где они все теперь? Кто в могиле… кто сбежал… — напоминает о прошлых аферах хозяев, девушка.

— Ты мне, родная подскажи как быть? Не выполнять распоряжение нового хозяина пускай, который всего-то и декаду будет тут из себя начальника строить? — спрашивает барон — Вот и ответь мне, как будущая тут хозяйка. Как поступить нам⁇

Тишина в комнате. Слышно только как работает кондиционер, включённый на обогрев…

— Согласно древним правилам, отказать мы не в силах. Сами же дадим тогда возможность, в теории, лишить нашу фамилии звания хранителей данного поместья. Ведь даже в Кремле Московском не сохранилось такого института. Мы единственные во всей империи. — говорит Инга. — Так что считаю, что отказывать в выполнении поступившего распоряжения мы не в праве. С другой стороны, запускать в жилое состояние, законсервированное крыло основного хозяйского дома, которое мы не эксплуатировали вот уже не одно поколение… и Пожарские никогда на этом не настаивали, не стоит, из-за прихоти временщика. Получается взаимоисключающие решения. Я бы проигнорировала это требование. Хотя…

— Вот именно, что хотя… — вздыхает отец — Сколько там прошло времени с момента, как этот Александр зашёл на территорию усадьбы?

Девушка задумалась…

— Уже где-то восемь часов прошло с того момента. — опускает взгляд в пол наследница.

— И как он себя у нас чувствует? — интересуется отец.

— Ты и сам мог видеть… — отвечает дочка — Вы же тут в кабинете разговаривали почти пять часов безвылазно. Вам я сюда даже ужин приносила. Сама, между прочим, как простая служанка. А вот тогда ты и обратил внимание, что он не чувствует никакого дискомфорта, хотя местный защитник должен был его уже поприжать. А вот… Пироговы…

— Ага… в обед крик подняли, что резко съезжают. А ведь планировали тут неделю пробыть в гостях. И наследник им разрешил. А тут, сильные головные боли начались, причём резко у всех. Прислуга хорошо себя тут чувствует. Мы все тоже… а вот гостьи от Пожарских бегом покинули расположение поместья. И что нам понимание этого действа даёт? — задумчиво бормочем себе поднос старый барон.

— Это говорит о том, что Александра надо мне к венцу волочь. Дворецкий! Опытен! Правая рука господина. И ясно становится, Пожарский тут больше распоряжаться не сможет. — смотрит девушка на своего папу. — Так что… Я даю команду на расконсервацию покоев великих князей? Если честно, мне самой интересно, что там да как. Я ведь ещё малышкой там пыталась играть, да не пускало меня что-то. Магия, наверное. И я её действие на себе чувствовала. Вот и интересно теперь… допустит ли магия нас до древних покоев или нет.

— Вот и мне интересно. — говорит старый управляющий поместьем древних владетелей империи — Даже я там старался не появляться. И, что самое удивительное, со стороны если глянуть, то никакого запустения там и нет и в помине. Даже пыль отсутствует.

— Бытовые заклинания. — говорит девушка — Но расконсервировать мы всё можем, только имея на руках приказ хозяина. Вот и будет ответом нам, сменились они эти хозяева, или нет при условии, что расконсервация пройдёт штатно. Так запускать???

Тяжкий вздох со стороны родителя.

— Действуй. — даёт команду барон — И к мальчишке присмотрись. Твой спич на счёт вашего возможного бракосочетания не так уж и не невероятен, в нынешних условиях. Но дождёмся нового господина.

— Ты желаешь смены Пожарским? — задаёт прямой вопрос девушка.

Барон тяжёлым взглядом прошёлся по лицу любимой дочурки.

— Не могу ничего сказать. Мне всё равно в принципе, вот только не хочу давать, и правда, воображаемому новому хозяину поместья повода усомниться в нашей не компетенции. Мы верны поместью, а господа хозяева пускай меняются, нам то что. Мы в эти вопросы никогда не влезали… — очередной тяжёлый вздох — Да и не возникали никогда такие вопросы в прошлом…