В тумане дождь идти не должен, но хлынуло сплошной стеной. Потому как не туманом дорогу заволокло, машина въехала в самую настоящую грозовую тучу. По стеклу било не понять что, то ли капли, то ли град, «дворники» не справлялись, видимость сошла на нет, а остановиться нереально. Дорога петлистая, обочина узкая, водитель фуры может не заметить вставшую машину, сомнет и пустит под откос. Или «курица» какая-нибудь тупо воткнется, бегай потом по страховым. Словом, лучше ехать, чем стоять, Костя Булахов следовал этому принципу даже сейчас, когда вокруг бушевала природа.

Ливень усилился, видимость нулевая. Костя отнюдь не трус, но ему стало не по себе. Зато Дусе хоть бы хны, глаза закрыты, голова откинута назад, на лице полная безмятежность. Спит Евдокия, хоть из пушек пали. Где-то неподалеку слева и сзади громыхает, густые такие раскаты, плотные, но Дуся не просыпается.

Ливень прекратился почти мгновенно, стоило только вырваться из облака на перевале. Небо впереди все так же затянуто, но стало значительно светлей, как будто солнце вышло. Или это вышла девушка — из кроссовера цвета грозовой тучи. Погода, мягко говоря, не жаркая, а она в одних шортиках. И футболка на голую грудь. Летом Алиса нижнее белье не носила, уж кому-кому, а Косте это известно.

Он узнал свою бывшую подружку, вздохнул, но проехал мимо. Алиса торопилась в магазин, а у них все есть. Дуся запасливая, у нее полная сумка с провизией, бутерброды, котлеты, минералки, соки, в одном термосе чай, в другом — кофе. Печенье, пряники, конфеты, шоколадки…

Дуся будто почуяла появление Алисы, проснулась, глянула по сторонам, зевнула, потянулась. Только затем посмотрела на мужа.

— Кофе будешь?

Костя кивнул. В самый раз покурить, выпить кофе и не взбодриться, как обычно, а, напротив, успокоиться, снять напряжение. Конечно же, Алиса пробудила в нем былые чувства.

Дуся налила кофе не сразу, сначала открыла сумку, достала из нее пластиковый контейнер, откуда извлекла котлету, нанизав ее на вилку. И подала Косте. Одну половинку откусил он, другую — она. И сразу же взялась за вторую. Пока Костя дожевывал свою часть котлеты, она, опередив его, слопала целую котлету. Еще и с хлебом. Дальше яйца, огурчики, редисочка. Про мужа Дуся не забывала, но ела при этом как будто и за него. Ела смачно, с аппетитом. И ей можно было только позавидовать. Кость у нее широкая, ела она за двоих, но при этом не было в ней ни капли лишнего жира. Хотя и костлявой ее не назовешь. Очень даже ничего фигура, роста Дуся выше среднего, талия, бедра, ноги — все в порядке. Грудь, правда, всего лишь второго размера, зато упругая, как у юной девы. А ведь ей уже двадцать шесть, и ребенок есть.

Алисе двадцать семь. Костя гулял с ней, пока она не променяла его на деньги, вышла замуж за толстосума и уехала с ним в Краснодар. Восемь лет прошло с тех пор, образ Алисы потускнел, стерся, но сегодня, проезжая мимо Краснодара, Костя поглядывал по сторонам, вдруг увидит ее. И ведь увидел, по дороге к морю. Сердце до сих пор колотится в груди, никакими котлетками не успокоить. Алиса все стоит перед глазами. Она ведь практически не изменилась. Все такая же красивая, стройная, длинноногая. Внешность подкорректирована, это не укрылось даже от беглого взгляда. Носик подправлен, губки подкачаны, макияж, что называется, парадновыходной, для особых случаев, но так женщина и должна следить за собой. Это Дуся красится только по праздникам, считая, что естественная красота ей больше к лицу. И ведь не сомневается, что красивая. В чем-то она, конечно, права, но почему же с ней так скучно?…

Костя выкурил одну сигарету, взялся за вторую, только тогда Дуся наконец-то подала кофе.

— А почему так медленно едем? — спросила она.

— Дорога мокрая, котлеты плохо перевариваются.

— Котлеты?… — задумалась Дуся.

Действительно, при чем здесь котлеты? А мокрая дорога Костю не смущала. Машина мощная, внедорожный «Лексус», резина премиальная, аквапланирование практически нулевое.

Он в свое время и не думал о богатой невесте, женился на обычной, в общем-то, девушке, просто за семь лет отец Дуси успел получить хлебную должность. Пять лет уже осваивает муниципальный бюджет, с каждым годом пила становится все толще, опилки — крупнее. Костя не возражает, но тестя не поддерживает. Тот предлагал ему должность в городской администрации, но Костя ни в какую. У него своя фирма, системы отопления и водоснабжения под ключ. Ростов — город большой, заказов хватает, работа идет. Но на квартиру в Сочи ему пока не хватает. Да он и не стремится. Это у тестя зачесалось, решил обзавестись недвижимостью на побережье, все уже решено, одна часть суммы уже у риелтора, вторую доставит Костя. Квартира готовая, с обстановкой, провести оплату, и можно сразу въезжать. Заодно и отдохнут. Начало августа, высокий сезон. Небо на побережье заволокло тучами, на лобовом стекле дождевые капли. Но уже завтра погода начнет налаживаться.

— Бумажные, — усмехнулся он.

Таких «котлет» у них с полсотни, в обычном пластиковом пакете — на полу за сиденьем, запечатанный сверток прикрыт несвежим бельем. Одна «котлета» — один квадратный метр жилой площади. Квартиры в Сочи жуть какие дорогие, так что денег много. Но к ним нужно относиться просто. Костя давно это уже понял. Начнешь трястись над наличностью, прятать-перепрятывать, обязательно сопрут. А бросил на пол — как будто там какой-то пустяк, и ничего не случится. Ну, если только машину в море не смоет — каким-нибудь селевым потоком. Дождь в горах всегда опасен.

— Это ты про деньги? — догадалась Дуся.

— Довезти нужно в целости и сохранности.

— Нас нужно в целости и сохранности довезти.

— Целость береги смолоду! — усмехнулся он.

— А что с этим не так? — косо глянула она на мужа.

Дуся отдалась Косте с ходу, еще и познакомиться толком не успели, а уже оказались в одной постели. С ним она и рассталась со своей девственностью. Алиса же мурыжила его почти месяц, но первопроходцем с ней он так и не стал. До него кто-то протоптал к ней дорожку. И все же, обнимая Дусю, Костя порой представлял на ее месте Алису. И сейчас он ехал медленно вовсе не из предосторожности. Хотел, чтобы Алиса обогнала его.

И очень скоро это произошло, темно-серый «Инфинити» обошел их по сплошной полосе и преспокойно продолжил путь, оставляя после себя водяную взвесь из-под колес. Дуся распечатывала глазированный сырок, поэтому ничего не заметила. И появление Алисы не почувствовала. А она знала о ее существовании, даже рвалась выяснять отношения. Волосы обещала ей повыдергать, и ведь не шутила. Костя, помнится, с трудом отговорил ее. Дурой назвал, она в слезы, но его это не тронуло. А ее остановило.

Дорога вилась под горами, тяжелые тучи низко стелились над морем. Дождь то усиливался, то слабел, но не прекращался. А «Инфинити» ехал быстро, и Костя старался не отставать. Хотя и не всегда удавалось удержаться на хвосте. «Инфинити» то терялся на серпантине, то снова всплывал перед глазами. Дуся погони не замечала, плотно перекусив, она вернула сумку-холодильник на место, нащупала пакет с деньгами и снова постаралась заснуть. И это ей удалось. Деньги на месте, муж водитель опытный — переживать нечего. Вечером они будут в гостинице, завтра отвезут деньги в банк, а там и новоселье можно справлять. Квартира отличная, ремонт, обстановка, но главное, вид на море. А погода в центре Сочи всегда солнечная, это здесь льет дождь, а там и сегодня рай. С переменной облачностью. А завтра солнце будет жарить от рассвета до заката.

Костя представил себя в шезлонге на пляже, из моря выходит Алиса в мини-бикини, подсаживается к нему… И вздохнул — тайком от жены. Дуся завтра выйдет из моря — в своем закрытом купальнике. Улыбнется ему, и сразу в сумку — сырки там у нее, шоколадки…

Костя уверенно жал на газ, крутые повороты проходил на скорости, но все же не лихачил. И дорога сама по себе сложная, и дождь все хлещет, опять же, видимость ни к черту. Но кому-то не терпелось поскорее отправиться в ад, так он подумал, когда его на запредельной скорости обошла красная «Мазда». Обошла, едва увильнув от мчащегося навстречу «КамАЗа». Один цвет машины говорил о характере ее владельца, а бешеный маневр это подтвердил.

— Чтоб тебя! — Костя не сдержал эмоций.

— Что такое? — Дуся открыла глаза.

— Камикадзе, черт бы его побрал!

— А-а… Я-то думала, нас в море смывает!

— Типун тебе!

— Может, назад?

— Так на обратном пути смоет!

— Давай поосторожней!

В голосе Дуси звучала тревога, но чувство беспокойства не помешало ей снова заснуть. Потрогала пакет с деньгами, налила мужу кофе, отхлебнула для пробы, и снова спать.

За тридцать лет жизни Костя успел уяснить, что лучшая защита — это нападение. И если впереди опасность, то не разворачиваться надо, а, напротив, брать разгон. Может, потому он и не сбросил газ, увидев, как мутный поток воды выносит на дорогу мелкие камни. Откуда-то сверху хлынуло, вода шла, размывая горную породу, и поток стремительно усиливался. Довольно крупный камень, подскочив, ударил машину по заднему крылу, на этом все и закончилось. Для Кости. А цепная реакция за спиной продолжалась.

Костя притормозил, глянул назад и увидел поток из камней и жидкой грязи. Эта бурлящая жижа стремительно расширялась, создавая реальную опасность для дорожного полотна. И для самого Кости, хотя он отъехал довольно далеко. К тому же дождь мог вызвать и новый селевой поток, от которого уже не удастся увернуться.

Костя быстро набрал скорость, само чутье заставляло его спешить.

— Что там? — встревоженно глянула на него Дуся.

— Это по днищу стукнуло?

— По крылу, вмятина будет!

Костя мрачно усмехнулся. Это после удара в глаз синяк не сразу появляется, а вмятина уже существует. Вопрос только в том, большая она или так себе. Ответ он будет смотреть уже потом, когда минуют опасный участок.

— Да?

— Буду называть тебя вороной!

— Чего?!

— А того! Накаркала! Чуть в море не смыло!

— Да ладно!

Дуся открыла окно, высунула голову, но Костя и не думал притормаживать. Потом в Ютубе глянут. Если выживут.

Дорога шла на подъем и упиралась, казалось, в скалистую гору. Но так только казалось. Впереди Костю ждал очередной крутой поворот. Впрочем, он мог обогнуть скалу по щебеночному проселку, который уходил дальше в горы. Дорога, надо сказать, неплохая, не асфальтовая, но полотно ровное, без колеи, достаточно широкое для того, чтобы могли разъехаться две машины. Этот путь Костю не интересовал, но все же он успел заметить указатель: «Отель «Старая сказка» — 2 км». И даже вопрос в голове мелькнул: действительно, а кому интересно это место в горах вдалеке от моря?

Затерянный в горах отель не интересовал его вовсе, куда больше Костя думал о встречных машинах. Он готов был остановиться, чтобы перекрыть дорогу и сообщить об опасности. Но навстречу ни одного автомобиля. Зато очень скоро «Лексус» уперся в задние габариты черного «Икс-седьмого» «БМВ», который, в свою очередь, стоял перед знакомым «Инфинити». Еще дальше — красная «Мазда» и синий «Фокус», возле которого под проливным дождем переминался с ноги на ногу худосочный паренек в толстовке с капюшоном. Там же Костя увидел еще троих мужчин и женщину с зонтом. Все они смотрели куда-то вперед, туда, откуда навстречу не шли машины.

Женщина худощавая, в джинсах, стрижка короткая, волосы темные — это явно не Алиса. Мужчины разной комплекции, один среднего роста, толстый, под зонтом, другой высокий, спортивного сложения, третий коренастый. Но из них Костю интересовал только тот, кто мог ехать в одной машине с Алисой. Возможно, ее муж. Он у Алисы не рослый и не коренастый, возможно, ее суженый стоял сейчас под зонтом.

— Здесь будь, я сейчас!

Дождь не прекращался, но Костя все же вышел из машины, прихватив зонт. Дуся не могла отправиться в дорогу, не узнав прогноз погоды, отсюда и зонт в запасе.

Алиса находилась в «Инфинити», за рулем автомобиля. Она опустила стекло, хотела что-то сказать проходящему мимо Косте, но, узнав его, не смогла выдавить из себя и слова. Он усмехнулся, показав ей спину. Чувствует за собой вину, если дара речи лишилась.

Мужчины, парень и женщина развернулись к Косте, как по команде. В глазах страх и тревога, причем у всех без исключения. И очень скоро стало ясно, что пугало людей.

Впереди оползень. Смещение горных пород вызвало обрушение дороги. Камни, щебень, вода — все ушло вниз, пролом издалека не виден. А с близкого расстояния — страшно глянуть. И еще страшней представить себя в клокочущей пучине, куда с гор бурно и шумно стекала вода.

— Давай назад! — сказал парень, легонько коснувшись плеча Кости.

Лохматый, узколицый, впалые глаза, с горбинкой нос, созвездие родинок на шее. Взгляд беспокойный, но страх в них не сказать что панический.

— Куда назад? Там тоже дорогу смыло! — сказал Костя, снова с опаской заглянув в пропасть.

Пролом довольно глубокий, под нагромождением обломков дорожного полотна шумела вода, вымывая песок. Разжиженный грунт растекался по склону горы — вниз от дороги к морю. Провалившихся машин не видно, доставать вроде бы некого. Но самое время спасаться самому. Корка асфальта под ногами могла уйти вниз в любой момент.

Первым остановился и развернулся к Косте толстячок. Лицо широкое, но не круглое. Лет сорок пять ему, никак не меньше, но ни намека на плешь. Волосы густые, с едва заметной проседью, прическа пышная, с расширением вверх, а щеки толстые — все это придавало голове форму «восьмерки» с двумя глазками в перемычке. И сейчас эти глазки метались в поисках пятого угла.

— Как это смыло?

— Еле успел проскочить, камнем по крылу прилетело.

Костя хмурил брови, глядя на толстячка. Он не узнавал человека, за которого Алиса вышла замуж. Совсем незнакомое лицо. Хотя видно, что мужчина состоятельный. Платиновая цепь на шее, на руке часы с короной, возможно, подлинный «Ролекс». Спортивный костюм от Армани. И зонт с логотипом «БМВ». Возможно, Костя имел дело с владельцем черного внедорожника.

— И что, нельзя проехать? — Женщина под зонтом с интересом смотрела на Костю.

Лет тридцать пять ей, стройная, сухопарая, смугловатая от природы, фигурой она чем-то напоминала Дусю, даже размер бюста тот же. Но если на жену Костя смотрел равнодушно, то незнакомкой он мог бы и залюбоваться. Что-то волнующее угадывалось в изгибах ее упругого тела. Стройные сильные ноги в облегающих джинсах притягивали взгляд, пробуждая непристойные мысли. А еще Костя мог бы запасть на ее глаза, небольшие, но очень красивые — возможно, из-за томной глубины в них. Кожа лица уже не юная, но в тонусе, чистая, гладкая, увлажненная дождем и кремами.

— Не знаю, там хорошо хлынуло. Может, не только сверху. — Костя кивнул за плечо, на оползень за спиной. — Может, и снизу подмыло.

Земля из-под ног могла уйти в любое время, но он стоял как вкопанный, чтобы не прослыть трусом или даже паникером. И красовался он прежде всего перед Алисой, которая уже вышла из машины и смотрела на Костю, развернув над головой пластиковый пакет.

— И что же делать? — спросила брюнетка, она так же с интересом смотрела на него.

Надо сказать, ее взгляд смущал Костю. Да, он высокий, внешность у него вроде бы ничего, в глазах, говорят, что-то есть. И все же красавцем он себя не считал. И женские сердца разбивать не стремился. Хотя супружескими отношениями не дорожил и считал, что ему не повезло с женой.

— МЧС вызывать надо! — сказал парень.

Стоящий рядом с брюнеткой рослый мужчина нехорошо глянул на него. Нахмурился и коренастый. То ли они не считали свое положение столь серьезным, чтобы звать на подмогу, то ли не хотели, а может, и боялись связываться с государственными структурами. Об этом Костя подумал вскользь, хотя и попытался поймать промелькнувшую в голове мысль. Положение аховое, с одной стороны обвал, с другой — обрыв, и люди, которых он видел перед собой, так просто никуда не денутся. И хотелось бы знать, с кем придется иметь дело в ближайшие… возможно, сутки, а то и больше.

Костю спасатели не пугали, но чем они могли ему помочь? Прислать вертолет и забрать его вместе с Дусей? Но машина останется на дороге, возможно, впоследствии будет уничтожена стихией. Деньги он возьмет с собой, а вдруг кто-то очень умный и ответственный узнает про них, могут возникнуть неудобные вопросы. Уж не лучше ли отсидеться где-нибудь в горах? В одной компании с Алисой.

— Тут отель недалеко есть, — предложил вариант Костя. — В горах. И дорога ничего так.

Он смотрел на коренастого. Если рослый держал под локоток брюнетку, значит, этот короткостриженый тип ехал в машине с Алисой. Черствое выражение лица, грубые черты, жесткая линия рта, раздвоенный подбородок. Под крепким широким носом багровый рубец, как раз там, где находился губной желобок. Может, губу когда-то в этом месте разорвали, а потом зашили. Рубашка черная, шелковая, с длинными закатанными рукавами, ворот расстегнут, в темных кущах на груди неудачно прятался золотой крест. К такой рубашке подошли бы зауженные брюки с низкой талией и черные лакированные туфли, но мужчина был в широких шортах и шлепках. Мокрый с головы до ног, но это его мало смущало.

— Да видел, поворот там, — кивнул рослый. — И указатель. «Старая сказка».

И этот имел внушительный вид, жесткие линии, резкие черты. Глаза близко посаженные, неведомая сила как будто притягивала их к узкой переносице, а они отталкивались друг от друга, создавая напряжение, которое усиливало взгляд. А рослый смотрел на Костю не без пристрастия. Не нравилось ему, как брюнетка на него реагирует.

Костя усмехнулся, глядя на него. И тот внутренне всколыхнулся, уловив вызов в его взгляде. Его обрадовал повод наказать Костю, правая бровь угрожающе поползла вверх. Он требовал срочного ответа, хотел знать, что Костя нашел смешного в его словах.

— Из своей «Мазды» видел? — Костя также угрожающе повел плечами, давая понять, что с ним лучше не связываться. — На бешеной скорости!

Он ведь очень даже мог дать в зубы. Кикбоксингом в свое время занимался, даже в боях без правил участвовал, неважно, что на любительском уровне. Важно, что драка его не пугала, для него кулачный бой — как ураган для буревестника.

— На бешеной скорости!.. — незаметно толкнув своего спутника, улыбнулась брюнетка. — Чуть в пропасть не влетели… Спасибо мальчику!

Она кивком указала на паренька и вдруг взяла Костю за руку, с силой сжав пальцами его бицепс. Как будто на прочность его попробовать хотела. В свое удовольствие.

— Нельзя здесь стоять!

Она потянула его на себя, не успел Костя отойти на шаг-два, как асфальт лопнул и кусок дороги, на котором он только что стоял, сполз в пролом.

— Ну вот! — нервно засмеялась брюнетка.

Рослый с силой потянул ее за собой, она отцепилась от Кости и поспешила к своей машине. А паренек лихорадочно открывал дверь своего «Форда», который очень даже мог уйти под землю прямо сейчас.

— И никакой я не мальчик! — буркнул он, собираясь закрыть за собой дверь.

Костя тоже спешил к своей машине, но решил задержаться. Мальчик от обиды мог наделать глупостей и двинуться вперед, когда ехать можно только назад. Костя придержал дверь и в двух словах объяснил, как и куда ехать. Парень сдал назад, избежав столкновения с «Маздой», стал разворачиваться.

И «Мазда» пришла в движение, и Алиса скрылась в своей машине, не забыв глянуть на Костю, когда он проходил мимо. Волосы у нее мокрые от дождя, видно, не очень-то помог ей пакет над головой.

И сам Костя промок до нитки, но это пустяк по сравнению с тем, что могло случиться с ним как в прошлом, так и в настоящем. И с ним. И с Алисой. Их могло засыпать камнями, смешать с песком, и это слабое утешение — быть похороненным в одной с ней могиле. Опасность еще не миновала, расслабляться рано.

О своей жене Костя подумал в последнюю очередь. Но подумал. Ее тоже нужно спасать. Может, в горах действительно безопасно?

Для дома здание большое, для отеля не очень. Стены из серых бетонных блоков, фундамент высокий, из цельного камня, низ первого этажа обложен кирпичом песочного цвета, но работа по облицовке дома прервалась в самом начале. Штабеля кирпича так и остались стоять неподалеку от дома под щитами из рубероида и досок.

Из этого же кирпича сложены были заборные столбы и верхняя часть фундамента под него. Наверняка проемы планировалось заполнить чем-то серьезным, но никак не сеткой-рабицей, натянутой к тому же кое-как. Забор огораживал большой двор, часть которого занимал загон для овец, их блеяние не резало, но напрягало слух. За домом виднелись стройные ряды виноградника.

— Это что такое? — спросил паренек, выходя из машины.

Он с недоумением смотрел на вывеску над крыльцом. «Отель «Старая сказка»«. Хочешь — верь, хочешь — не верь. В такую сказку.

— Зато дождя нет, — сказал Костя.

Вряд ли отель работал, зато место живописное. Дом стоял у подножия густо поросшей лесом горы, возвышаясь над речной долиной. Ничто не указывало на возможность схода селевых потоков. Дождь здесь, конечно, был, трава мокрая, с водосточной трубы все еще капает — в переполненную бочку на углу дома. Но лужи только во дворе, да и на дороге тонкие ручейки, больше вода нигде не скапливалась, все стекало в реку, которая шумела метрах в трехстах под горой. Нужен всемирный потоп, чтобы вода поднялась к дому.

К дому подъехала красная «Мазда». Толстяка и Алисы со своим спутником еще нет, а может, их и не будет. Они отправились к месту, где дорогу накрыл селевой поток. То ли не поверили Косте, то ли решили, что не все так серьезно. Возможно, грязевая жижа уже сошла, не смыв дорожное полотно. Может, и проезд открылся. Но путь на Сочи в любом случае закрыт, а возвращаться домой Костя не очень-то и хотел.

Не дожидаясь, когда из «Мазды» выйдет брюнетка со своим спутником, Костя открыл калитку и вошел во двор.

— Осторожно! — крикнул паренек.

У Кости екнуло сердце, на него мчалась огромная овчарка с оскаленной пастью. Собака не гавкала, всего лишь утробно рычала — верный признак, что это не предупреждение, а прямое нападение. Но пса остановила цепь, прикрепленная к его ошейнику. От чувства беспомощности овчарка громко залаяла. Костя наблюдал за ней уже из-за калитки.

Дверь открылась, на крыльцо вышел седовласый мужчина с недоразвитой нижней челюстью и выступающими верхними резцами. Клетчатая рубашка с длинным рукавом была заправлена в старые трикотажные треники только одной половиной, другая свисала чуть ли не до колен. В правой руке свернутый в трубку глянцевый журнал, им он и замахнулся.

— Мухтар, фу!

Из названия журнала Костя смог разглядеть две буквы. «Р» и «L». Еще разглядел пышные серебристо-пепельные волосы какой-то глянцевой красотки. Неужели «Playboy» с голыми бабами?… Но если мужик и листал журнал, то наверняка редко. У него явно было занятие поважнее, чем пялиться в журнал. Об этом свидетельствовали натруженные руки — загорелые, промаринованные потом, землей и, пожалуй, овечьим навозом. Треники мокрые до колен, в брызгах грязи. Калоши — такие же. Видно, в загон ходил недавно — под дождем.

— Красавец Мухтар! — Рослый смело зашел во двор, без страха подошел к собаке.

Он смотрел ей в глаза так, как будто пытался подавить ее волю. И ведь преуспел в этом. Мухтар голову перед ним не склонил, но по холке себя потрепать позволил. При этом он едва слышно рычал, но рослый все равно мог праздновать победу. Прежде всего над Костей. И он отпраздновал, глянув на него высокомерно-покровительственно, а на свою спутницу — торжествующе и в ожидании похвалы.

— Отец, может, ты мне объяснишь, где здесь отель? — спросил он, снисходительно глянув на седовласого.

— Где отель?! А ты не видишь?

— Работает?

— Ну-у! — крепко задумался мужчина.

— Там дорогу размыло, нам бы переночевать! — сказала брюнетка.

Она подошла к Косте и по-хозяйски положила руку ему на плечо. Прикосновение не то чтобы мягкое и нежное, но приятное. Только вот радости оно Косте не доставило. Он понял, что брюнетка таким образом дразнила своего мужчину, игриво наказывая за какие-то мелкие грехи. Его дразнила, а Костю подставляла.

— Дорогу размыло?!. — Глазки у седовласого забегали, как будто в голове включился калькулятор.

Отель относительно небольшой, номеров не очень много, но можно тупо поднять цену. Дороги нет, конкурентов тоже, почему бы не воспользоваться ситуацией?

— Точно пока не знаем, — в раздумье сказал Костя.

Если обратная дорога открылась, они могли бы вернуться в Туапсе, машину оставить там, а в Сочи отправиться на катере, чем не вариант?… Действительно, а что ему здесь делать, если Алиса уехала? Это с ней здесь будет интересно, а без нее тоска и скука.

— В Сочи точно дороги нет, — сказал паренек. — Там такой пролом, за неделю не сумеют восстановить дорогу.

— А зачем вам Сочи? — Седовласый вскинул руки, взывая к горно-курортным богам. — Оглянитесь, какая красота вокруг!.. А дышится как!

Костя кивнул. Воздух здесь отменный, особенно сейчас, когда после дождя пахнет озоном. И немного овечьим дерьмецом, что не критично. И дождь не идет. На трассе, может, и хлещет, а здесь только под ногами мокро.

— И какие у вас номера? — спросила брюнетка.

— Номера как номера… И стоянка для машин. — Седовласый неуверенно повел рукой вправо.

Большую часть места, отведенного под стоянку, занимали штабели кирпича, досок, на куче щебня лежала ржавая совковая лопата. Можно было поставить пару машин, но Костя не стал бы рисковать: слишком уж это сомнительное удовольствие — получить саморез в покрышку. Тем более что он мог спокойно оставить «Лексус» на дороге, она хоть и узкая, зато обочина широкая и, главное, прочная, дождем не размоет.

Дорога не обрывалась, тянулась дальше вдоль русла реки, петляя, уходила в лес, но вряд ли по ней часто ездят.

— Можно глянуть? — спросил паренек, решительно открывая калитку.

— Ну а чего ж нельзя? — вроде бы и приветливо, но уныло посмотрел на него седовласый.

Паренек зашел, но Костя остался стоять, что-то не хотелось ему заходить в дом. Наверняка внутри такой же недодел, как и снаружи, возможно, даже стены не оштукатурены. Видно, хозяин поздно хватился, сначала возвел здание, а потом понял, что спросом гостиница пользоваться не будет. Не хотел народ слушать старые сказки, оттого стройку и заглушили. Здание хозяин сносить не стал, завел баранов и овец, так и живет, наслаждаясь прекрасными пейзажами и женщинами с картинок. Но ведь это не отель, и все это понимали.

— И вы заходите! — Седовласый глянул на Костю и стоявшую рядом брюнетку, видимо, посчитав их мужем и женой.

— Пойдем?

Женщина по-свойски провела рукой по плечу Кости, подталкивая его к калитке. Он не повелся, отошел в сторону, освобождая ей путь. Она прошла мимо, не повернув головы, но взглядом по нему все-таки скользнула, затаенно при этом улыбнувшись. И рослый глянул на него — косо, предостерегающе. Как будто это Костя клеился к его жене, а не наоборот.

Седовласый провел гостей в дом, дверь закрылась, из машины торопливо вышла Дуся. Она что-то жевала, Костя кисло глянул на жену. Ее легче убить, чем прокормить… Чем видеть, как она постоянно жует.

— Ты чего стоишь? — с набитым ртом суетливо спросила Дуся. — Все номера хорошие займут!

Костя качнул головой. Не интересовали его номера без Алисы. Но вдалеке, на дороге показались машины, черный «БМВ» и темно-серый «Инфинити». И сразу стало ясно, что обратного пути нет. И что им с Алисой никуда не деться друг от друга.

Настроение не то чтобы поднялось, но дышать стало легче. Костя не жаловал Дусю, тяготился ею, но при всех своих недостатках она — мать его ребенка. И неплохая, надо сказать, мать. Да, любит поесть, но так и готовит она вкусно. Отменная хозяйка, может, и скучно с ней в быту, но комфортно. И не гуляет она, глазами в мужиков не стреляет, а в постели — горячая штучка. Не так уж с ней и плохо, если разобраться. Во всяком случае, на сторону Костю тянуло только в мыслях, в реальности же он ни разу не изменил жене. И не собирался. Даже сейчас не собирался. Алиса отрезанный кусок, возвращения к ней не будет, он точно это знал. И настраивался на то, что встреча с ней станет для него испытанием. Вдруг представится возможность тряхнуть стариной, как в таком случае отказаться? А отказаться придется… Но в то же время Алиса словно глоток свежего воздуха, потому и дышать стало легче.

— Ты давай! — Костя кивком указал на дом. — А я за машиной присмотрю!

— Ну да, машина… — кивнула Дуся.

Перетягивая на ходу волосы, она зашла во двор отеля. Даже не глянув на поникшего пса, поднялась на крыльцо и скрылась в доме, оставив дверь приоткрытой.

Костя кивнул, глядя вслед жене. За машиной глаз да глаз нужен, слишком уж там крупная сумма, чтобы не придавать ей значения. Но чахнуть над золотом он не собирался. Если что, тесть еще наворует.

Сначала подъехал «БМВ», толстяк еще не успел выйти, как остановился «Инфинити».

— Что это за сарай? — кривился мужчина, глядя на отель.

— Не знаю, но говорят, есть номера.

Костя крепко затянулся, глядя на выходящую из машины Алису. Все те же развратные шортики на ней, ножки завораживают взгляд. А вместе с ней из машины выходил счастливый обладатель этого чуда. Возможно, коренастый только-только убрал руку с ее коленки.

— И номера есть, и бараны, — усмехнулся он.

Голос у него по-мужски густой, но не басовитый. Зато слегка дребезжащий. Чем-то напомнил беканье матерого барана.

— Шашлык, — кивнул Костя. — А в подвале домашнее вино. Если очень хорошо попросить. За отдельную плату.

— Ты здесь был? — с подозрением глянул на него толстяк.

— Нет.

— А откуда знаешь?

— Так овцы. И виноград.

Виноград еще только созревал, наливался соком, ну так на новый урожай никто и не претендовал. Наверняка в подвале хранилась бочка прошлогоднего вина. А может, и не одна.

— А то, может, ты нас нарочно сюда завел!

— Ага, и дорогу обвалил, — глянув на Алису, с усмешкой сказал Костя. — Возле своей гостиницы.

И она смотрела на него, причем, что называется, во все глаза. И с затаенным восторгом улыбалась, чуточку приоткрыв рот. Глаза сияли в предвкушении великих событий, во всяком случае, так могло показаться.

— Так это все-таки твоя гостиница? — с хищным торжеством во взгляде сощурился толстый.

— Нет, конечно!

Улыбка на губах Алисы ничуть не померкла. Ей все равно, есть у него своя гостиница или нет. Прежде всего ее интересовал он сам, а не то, чем она могла поживиться. По крайней мере, сейчас. Это в прошлом деньги стояли на первом месте, поэтому она и променяла пустой карман Кости на тугую мошну.

— Ну смотри!

Толстяк поднял руку, как будто собирался ущипнуть Костю за щеку, предостерегая от обмана, но в последний момент передумал и повернулся к нему спиной.

— Эй! — позвал его Костя.

Толстяк остановился и с важностью большого босса повел ухом. Забыл, наверное, что нет с ним охраны, некому подстраховать его откормленную задницу.

— Тебе не туда, тебе к баранам!

— Что?! — Толстяк резко развернулся к нему.

Но Костя лишь усмехнулся, сурово глядя на него.

— Если ты быкуешь, это не значит, что ты бык! — сказал он, откровенно насмехаясь над немощностью оппонента.

— Да ты хоть знаешь!..

— Началось! — нахраписто перебил его Костя.

И надвинулся на него, заставив попятиться. Алиса засмеялась в голос, толстяк обиженно глянул на нее, покосился на коренастого, как будто тот должен был, но не пришел ему на помощь. И снова повернул к дому. На ходу вынимая мобильник с таким видом, как будто собирался поднять по тревоге личную охрану.

Коренастый подошел к Косте и протянул руку. Он смотрел на него с иронией человека, получившего удовольствие от зрелища.

— Федор! — сказал он с ударением на вторую гласную.

Костя вяло пожал его руку. Что-то не было желания дружить с человеком, который только что лапал его любимую женщину.

— Костя!.. — представился Булахов. — Ты бы шел, Федор, пока хорошие номера не разобрали.

— А что, есть плохие? — уже на ходу спросил мужчина.

— Ты такой оптимист! — усмехнулся Костя.

Федор не смог устоять перед инстинктом брать от жизни самое лучшее, перешел на быстрый шаг и очень скоро скрылся за дверью.

— Представляю, какие там номера! — сказала Алиса.

Она шла неторопливо, глядя Косте прямо в глаза. И при этом вынимала руку из несуществующего набедренного кармана, пальцы ласкающе двигались вверх по обнаженной ноге.

— Костя! — представился он.

— Алиса! Будем знакомы! — вкрадчиво улыбнулась она, оценив его шутку.

— Ах, Алиса!

— Ну так встретились же.

— И я не один, и ты непонятно с кем.

— Увы, жизнь не стоит на месте! — не очень опечаленно вздохнула она.

— Может, это твой пасынок? — усмехнулся Костя, давая понять, что шутит.

— Ага, с большими… — Алиса осеклась, осознав неуместность такого юмора.

— С большой машиной, — подсказал он.

— Ну да, ну да… А я все думаю, что за «Лексус» за нами гонит! — Она обласкала взглядом его внедорожник. — Большой такой!

Костя кивнул. Если бы не гнал, то не успел бы оказаться на изолированном отрезке дороги — рядом с ней. На застывшем отрезке судьбы.

— Думаешь, за тобой гнался?

Алиса глянула так, словно заглянула к нему в самую душу — нежно, хитро и глубоко.

— Это ты так думаешь!

И так же нежно провела пальцами по его плечу. И не длинными своими ногтями с акриловым покрытием провела, а подушечками пальцев, чтобы почувствовать тепло его тела. И пошла дальше, оставляя после себя пьянящий аромат цветочного поля — и благоухающие розы там, и горечь полыни, и дурман маков. Только что духами обрызнулась, и помада на губах совсем свежая. Видно, что готовилась к встрече с ним. В предвкушении чуда. Вокруг никого, только пес на задних лапах да с жалобным взглядом, никто не увидит, как Костя проведет рукой по ее спине до самой талии. А она не будет против, он точно это знал. Но воли рукам не дал… Испытание огнем началось.

Дверь открылась, на порог с недовольным видом вышла брюнетка. Первым делом она глянула на Костю, затем уже на Алису, недовольные складки в уголках губ разгладились.

— Что-то не так? — останавливаясь, спросила Алиса.

Она не притормаживала, глядя на женщину, напротив, набирала ход. Короткие до невозможности шорты грациозно покачивались в такт движениям, что-что, а играть бедрами Алиса умела. И не только бедрами… Костя помнил… Он все помнил!

— Караван-сарай какой-то! От слова сарай!

— Туалет на улице?

— Да нет, все удобства. Вроде бы…

Алиса кивнула, продолжила путь, открыла дверь, переступила порог. Костя с трудом оторвал от нее взгляд. И перевел его на брюнетку, которая ревниво глянула на оголенности Алисы.

Пожар в душе требовал срочных мер, Костя быстро достал сигарету, щелкнул зажигалкой. Что-то слишком уж много он стал курить. Это, конечно, объяснимо, но скоро никотин из ушей закапает.

Достала сигарету и брюнетка. Подошла к Косте, горячо посмотрела в глаза и повела рукой с зажатой в двух пальцах сигаретой. Она просила огонька, но Костя качнул головой. Ее тонкие, черного цвета брови удивленно взметнулись вверх.

— Сначала познакомимся… Костя!

— Ну, конечно! — польщенно улыбнулась она. И коснувшись пальцами его плеча, назвалась: — Агата!

— Все-таки угадал! — изобразил он радость.

— Я так почему-то и думала, что вас Костя зовут… Может, на «ты» перейдем?

— Ну, мы же здесь самые догадливые! Конечно, на «ты»!

— Догадливый, — кивнула она. — Ты догадливый. Шашлык вечером будет. И вино! Ты угадал!

Костя озадаченно провел пальцами по щеке. Агата находилась в доме, когда он предсказывал шашлык и вино, как она могла слышать? Но ведь услышала.

— Сам от себя иногда балдею, — отшутился он.

Агата не осталась в долгу. Посмотрела на него с иронией.

— Ты этим особенно не увлекайся! — сказала она и кокетливо провела пальцами по своим волосам. От живых женщин балдеть надо, как бы говорила она, особенно от красивых. А она явно считала себя таковой. И не безосновательно.

Агата направилась к своей машине, а на крыльцо вышла Дуся, бледная, растерянная, как будто мышь в номере увидела. Или тараканов. Костя усмехнулся, глядя на нее. Она могла погибнуть на дороге, их отрезало от внешнего мира, но это такая мелочь по сравнению с тараканами.

Спускаясь по ступенькам, она смотрела куда-то сквозь Костю, подошла, остановилась. Только тогда осмысленно посмотрела на него.

— Это я Алису сейчас видела? — спросила она.

— Я вот тоже думаю, что это привидение, — кивнул он.

— Привидение?! — Дуся качнула головой, отказываясь верить ему.

— Призрак из прошлого. Надо бы тронуть ее… за что-нибудь… Может, и не призрак.

— Ты это серьезно?

— Что призрак?

— Что тронешь?

— Можешь ты попробовать. В принципе, все равно, кто тронет. Если призрак.

— Я тебя трону!.. Больно! — Дуся всем видом давала понять, что не шутит. А ударить она могла. Рука у нее не мужская, но крепкая. И тяжелая.

— И я тебя люблю… Номер взяла? — спросил он.

— Взяла! — Она не сводила с него глаз.

— И как?

— Никак! Ни о чем номер! Но лучше, чем твоя эта!

— Вещи брать?

— Вещи?! — нахмурилась Дуся.

— К Алисе переезжать.

— К Алисе?!

— В номер! С тобой!

— А-а, в номер! — растормаживаясь, захлопала глазами Дуся.

— Мы здесь надолго.

Костя кивнул, в раздумьях глядя на жену. Если дороги нет, если они отрезаны от внешнего мира, само провидение велит им держаться вместе. Держаться друг за друга. Не только узы брака должны связывать их, но и чувство единения, которое исподволь охватывает попавших в беду людей. Тем более что Дусе не на кого здесь больше надеяться, кроме как на мужа. Костя не имел права подвести ее.

— Ну да, говорили…

— Что говорили?

Костя вспомнил, что так и не спросил у Федора об обратной дороге, хотя и собирался.

— Обвал там, на дороге, где мы проезжали. Сильно завалило.

— Сейчас переоденемся и поедем разгребать, — сказал Костя.

— Завал? — нервно спросила Дуся.

— Кто, если не мы?

— А Алиса останется? — Дуся кивком указала на дом.

— Алиса останется, — усмехнулся он.

— А мы поедем?

Косте вдруг стало не до шуток. Похоже, Дуся готова была делать что угодно, хоть ползком на край света, лишь бы Алиса исчезла с горизонта. Уж очень она переживала и ревновала.

— Никто никуда не поедет. Здесь будем… И ничего не бойся! — тихо, но четко сказал он и повернул к машине.

— Все надо забрать! — с упором на первое слово сказала Дуся, когда он открыл багажник.

— Не все! — качнул головой он, выразительно глядя на жену.

Вряд ли в номере есть сейф: не тот уровень обслуживания. Или даже не обслуживания. А машина закрывается надежно, сигнализацию так просто не отключить, да и не полезет туда никто. Даже тот не полезет, кто знает про деньги. Миллионы будут искать в номере, но никак не в машине.

— Думаешь? — Дуся напряженно смотрела на него.

— Сколько раз тебе говорить, не суетись под клиентом!

— Не знаю, может, ты Алисе об этом говорил!

— Оставь Алису! — тихо сказал он.

— Вырядилась, как проститутка!.. А почему как?

— Я сказал, хватит! — Костя резко глянул на жену.

Дуся взяла сумку с остатками еды, свою любимую подушку, а Костя занялся поклажей, забрал сумки, чемодан, рюкзак. Пакет с деньгами остался в машине. Он так решил — и точка.

Как он и ожидал, отель изнутри оставлял желать лучшего. Но и не пугал. И стены оштукатурены, и пол застелен линолеумом. На первом этаже холл, широкой аркой совмещенный с довольно-таки просторной столовой. Стены не белены, всего лишь зашпаклеваны под покраску, но смотрятся вполне терпимо. Линолеум дешевый, но это куда лучше, чем голая стяжка. Двери сосновые, без наличников и доборов. Столы под пышным слоем строительной пыли. Большая часть помещения захламлена — упаковки с ламинатом в штабеле, фанера, сухая смесь в мешках.

— Я все уберу! Будет как надо! — говорил, оправдываясь, седовласый.

Федор слушал его со скепсисом, Алиса же с пренебрежением смотрела на Дусю, демонстративно не замечая Костю.

Лестница широкая, удобная, но мраморные ступеньки на железном каркасе закреплены плохо, шатаются, постукивают под ногами. На втором этаже все тот же ламинат и грунтованные стены. Дверь в комнату без наличников и доборов. Холл захламлен, пол грязный. И в номере не ахти. Пыль с палец толщиной, пол вообще без покрытия — голая стяжка, окно без подоконника и занавесок, зато с видом на дорогу, где стояли машины. Из мебели двуспальная кровать, тумбочки, шкаф и пара стульев, даже трюмо отсутствовало. Зато санузел в рабочем состоянии. И кафельная плитка там, и фаянс, и душевая кабинка, с лейки в железный поддон капала вода.

— Зато машину видно! — будто прочитав его мысли, сказала Дуся.

Костя приложил палец к губам, выразительно глядя на нее. Чем чаще говоришь о деньгах, тем больше навлекаешь на них беду.

— Я понимаю, что здесь никто ее не угонит, но все равно.

Дуся выразительно глянула на стену, за которой находился соседний номер. Все правильно, у стен есть уши. А может, она имела в виду чьи-то конкретные уши, Алисы, например. Возможно, Алиса со своим Федором заняла номер по соседству с ними. А он вовсе не сын ее мужа, тут явно что-то другое. Разве Алиса не могла развестись и снова выйти замуж? Это верно, жизнь на месте не стоит.

— Не угонит, — сказал он. — И не смоет. Думаю, здесь безопасно.

— Не знаю, мне здесь никто не нравится, — качнула головой Дуся.

— Даже я?

— Ты особенно!

— И как мне исправиться?

Дуся стояла у окна, смотрела на машину, на ней тоже шорты, хоть и не такие короткие, но тем не менее. Спортивный топик с широким плетением сзади, спина, считай, открытая. Кожа у нее чистая, гладкая, упругая, приятно увлажненная. И фигура хороша, особенно сзади. Шорты на резинке, снимаются легко, а ему срочно нужно выпустить пар после разговора с Алисой. Да и Агата женщина волнующая…

— Как исправиться… — пожала она плечами, продолжая смотреть на машину и думая о деньгах.

— Может, что-нибудь придумаем?

Костя прижался к жене, настраиваясь на порочную волну, но почему-то ничего не почувствовал. И шорты у Дуси какие-то не такие, и топик не сексуальный, и стояла она как-то коряво, да и вообще…

— Что придумаем?

— Как насчет половой жизни?

— Гм!

— Ты вытираешь пыль, я мою пол! — отстраняясь от нее, сказал он.

Определенно номер нуждался в генеральной уборке, иначе жить здесь просто невозможно. Тем более с Дусей.

Ноги связаны, голова задрана, нож у самого горла, а овца лежит, даже не дергается. У Кости внутри все сжалось, а ей как будто хоть бы хны.

— Ну, извини, дорогая!

Яша, муж Агаты, уверенно провел ножом по горлу, хлынула кровь, овца наконец задергалась.

— А чего ты такой бледный, герой? — с ухмылкой безжалостного убийцы спросил Яша. Он смотрел прямо в глаза, наслаждаясь его растерянностью.

— Тебе так кажется! — парировал Костя.

Он угадал, гостиница спросом не пользовалась, поэтому хозяин так и не закончил свой проект, переориентировав его под фермерское хозяйство, которое, судя по всему, еще не скоро оправдает вложенные в стройку средства. Если вообще оправдает. Впрочем, Георгий Артурович прав на «Старую сказку» не имел, он всего лишь работал здесь, хозяйские вложения его мало интересовали, он отвечал только за настоящее. Распорядитель не упустил возможности подзаработать, и номера случайным гостям сдал, и барана заколоть разрешил — за отдельную, разумеется, плату. Он и сам бы это сделал, но Яша напросился. И канавку для крови в земле вырыл, и овцу связал, и ножом по горлу, и все так спокойно, как будто каждый день убивал. При этом он смотрел на Костю так, как будто вскрывал горло ему.

— Ну что ты хочешь от городского парня!

Агата погладила Яшу по голове, предупредительно при этом глянув на Костю. Она просила его не заводиться, не нагнетать обстановку. И еще она как будто обещала не заигрывать с ним. И ему обещала, и Яше. Ситуацию действительно нужно было успокоить. Сейчас в ход мог пойти нож, потом шампуры. Все может произойти. Ведь к шашлыкам полагалось вино. Георгий Артурович обещал привести всех в полный восторг. Он сейчас пока что занят, порядок в доме наводит.

— А вы сами откуда? — примирительным тоном спросил Костя.

— А это тебя не должно чесать! — Яша продолжал смотреть ему в глаза.

— А если повежливей? — Костя угрожающе сощурил глаза.

Нож не так страшен, как кажется. Десять ударов можно пропустить и остаться в живых. Костя всегда так начинал думать, когда намечалась драка с поножовщиной.

— Умер, бедняжка! — вздохнула Агата, с грустью глядя на несчастное животное.

— А мы будем его кушать, за наше здоровье! — сказал Федор.

— Сначала шкуру снять! — усмехнулся Яша, протягивая Косте нож рукоятью вперед.

Барашка нужно освежевать, дело нужное, не вопрос. Но если этим должен был заняться Костя, то Яша черта с два здесь угадал.

— Нарываешься? Ну давай! — Костя резко вскинул руку, вызывая его на драку.

Яша разжал руку, окровавленный нож упал в канавку с кровью. Поднялся, повел плечами. Костя усмехнулся. Поигрывать плечами, вскидывать руки, показывая свою готовность к бою, это всего лишь жесты, за которыми должно следовать дело. Если ничего не происходит, то это всего лишь бравада. И вообще, руки вскидывают не для того, чтобы принять стойку, а чтобы набрать инерцию для немедленного удара. Во всяком случае, Костя поступал именно так. И если он поведет сейчас рукой, то драки не избежать. А он уже подал импульс в кулак.

— Так, все!

Агата встала между ними. Поворачиваясь лицом к мужу, она глянула на Костю с кокетливым укором.

— Он что, шуток не понимает? — сбавляя обороты, спросил Яша.

— Он спросил, откуда мы!

— Оттуда! Где баранов на раз-два плюнуть режут!.. Но мы люди мирные, да? — Яша обращался к Косте, а смотрел на жену.

— Да пошел ты! — Костя сплюнул себе под ноги, повернулся и, скользнув взглядом по Федору, направился к дому.

И Дуся еще там, и Федор вышел без Алисы. Обед им не предлагали, ужин еще только начинают готовить, а отношения уже обострились. Понятно, что камнем преткновения стала Агата, но Косте от этого не легче. Осталось только с Федором столкнуться из-за Алисы. Один ревнивец ударит с фронта, другой — с тыла, как в такой ситуации не пропасть?

Время близилось к вечеру, но еще светло. Тучи разошлось, выглянуло солнце, Костя с яркого света зашел в затхлый полумрак дома и лоб в лоб столкнулся с Георгием Артуровичем. Они остановились в полушаге друг от друга, в нос ударил запах крепкого табака и прокисшего пота, такой смесью только собак со следа сбивать.

— Ты из какого номера? — спросил старый, тяжело, исподлобья глядя на него.

— Костя меня зовут. Константин Булахов.

— Пошли в подвал, Константин Булахов! — распорядитель не сводил с него взгляда.

— Не понял!

— Вина возьмешь!

— А сам не можешь?

Что-то не хотелось Косте ни в какой подвал — даже из любопытства.

— Да сам-то могу.

Глаза привыкли к сумраку, и Костя заметил, как у Георгия Артуровича вздулись желваки. И передние резцы стали как будто больше. Взгляд помутнел. Не понравилось мужику, что с ним на «ты» без уважения. И это несмотря на его почтенный возраст.

— Только ты потом жалеть будешь, Константин Булахов.

— Чего так?… Винный зал там у вас?

Костя решил смягчить тон. В конце концов, мужик действительно уже в возрасте, лет шестьдесят ему, не меньше. Да и не пугал он его, просто внешность у него жутковатая, оттого и взгляд кажется зловещим.

— И черепа. — Георгий Артурович все так же тяжело смотрел на него.

— Черепа?

— Древнее захоронение раскопали, когда строили. Решили не выбрасывать.

— И много черепов?

— Да шучу! — засмеялся распорядитель.

— Да иди ты!

— Ну что, за вином идем, Константин Булахов?

В подвал вела широкая каменная лестница, ступеньки под ногами не шатались, дверь дубовая, и наличники здесь, и доборы, все как положено. Лестница выводила сразу в зал, где стояли бочки с вином, в соседнем помещении находилась винодельня, через широкую арку Костя заметил дробилку, пресс с длинной ручкой, чаны.

— Ну как тебе? — спросил Георгий Артурович.

— Впечатляет!

— Считай, что экскурсия… С дегустацией.

В подвале прохладно, воздух свежий и влажный, как в горной пещере, под потолком лампы под плоскими жестяными абажурами. Бочки не маленькие, дубовые, прохладные, приятно липкие на ощупь. Все с деревянными затычками, только две с медными кранами. Здесь же наряду с пустыми трехлитровыми банками стояли глиняные кувшины. Георгий Артурович взял один.

— Шесть литров белого, девять красного, думаю, хватит, — сказал он, размышляя вслух.

— А если не хватит? Ночью здесь, в подвале, не опасно?

— Ну, если не запрут случайно, то нет.

— А могут запереть?

Костя глянул по сторонам. Подвал глубокий, стены каменные, пол бетонный, окошки под потолком, но все маленькие, свет сквозь них практически не пробивается, но воздух поступает исправно.

— Ну, если без спросу пойдешь.

Лампы светили тускло, но все же Костя видел, что кувшины и банки запыленные, и это не помешало старому поставить емкость под кран и повернуть рычаг.

— А мыть тару не пробовали? — спросил он.

— Внутри чисто, — не моргнув глазом, отбился Георгий Артурович.

— Да?

Костя взял пустую банку, заглянул в нее. Внутри пыли поменьше, но тем не менее.

— Ты с Дусей из Ростова, да? — спросил старый, будто не замечая его манипуляций с банками.

— С Дусей, из Ростова, — кивнул Костя, удивленно приподняв бровь.

— Хорошая у тебя жена, — чуть ли не с завистью произнес распорядитель.

— Не жалуюсь! — Костя вскинул обе брови.

— Красивая… Чем занимаешься, Костя?

— С Дусей?

— Вообще. Где работаешь?

— Отопление, водоснабжение под ключ. Но я так понимаю, вам это не нужно.

— Да успели провести, — кивнул старый.

— Неудачное место?

— Да место хорошее… Думали, что дело выгорит. А не выгорело. Не хочет народ к нам ехать. Думали, будут заезжать, горы, воздух. Вино, шашлык… А-а! — Георгий Артурович махнул рукой, отгоняя непрошеные сожаления.

— Ну вино-то, надеюсь, не пропадает?

Старый наполнял уже банку, Костя взял кувшин, понюхал, оценивая содержимое. Судя по запаху, вино хорошее.

— Можешь попробовать.

— А стакан есть?

— Так пей, никто не увидит.

— Я увижу, — качнул головой Костя, с подозрением глядя на мужчину.

Такой и плюнуть в вино мог, а потом на стол подать. Или в банку налить, в которую справлял малую нужду.

— Не хочешь — не надо, — обиженно буркнул Георгий Артурович.

Он наполнил еще одну банку, велел отнести в столовую.

— Дальше я сам.

Поднимаясь по лестнице, Костя пожал плечами. И зачем этот старый хрыч звал его в подвал? Чтобы два раза не ходить или хотел поговорить о Дусе? Может, влюбился на старости лет? А почему бы и нет? Дуся очень даже ничего собой. Костя помнил, как познакомился с ней. Не такой уж он тогда был пьяный; увидев ее на танцполе в ночном клубе, с ходу оценил красоту ее спины и короткое коктейльное платье. А задницей она как двигала. И когда повернулась к нему, он от страха не шарахнулся, смазливая мордашка, сочные губки. А как дрожали руки, когда он забирался к ней под платье… Понятное дело, Алиса вызывала в нем куда более бурные чувства, но так и Дуся одно время горячила кровь. А он взял да заскучал с ней…

Чувства пробудились с новой силой, стоило только Косте увидеть Алису. Она стояла в холле на втором этаже. Волосы собраны в пучок, бейсболка на голове, теннисное платье чуть короче среднего, кроссовки с пышной шнуровкой. И без каблуков ноги стройные, длинные, чертовски сексуальные. Эти ножки сводили с ума не только Костю.

— Если вы хотите поиграть в теннис, у меня ракетки есть! — молодой водитель «Фокуса» тужился изо всех сил, чтобы удерживать взгляд на уровне ее груди.

В глаза смотреть стеснялся, на ножки — боялся, а грудь закрыта платьем… Хотя и туда смотреть нельзя. Костя поймал себя на желании схватить парня за плечи и с толчка повернуть его спиной к Алисе, чтобы не пялился на нее. И не предлагал какой-то там теннис. Ракетка у него есть…

— Не хочу я играть в теннис! — Алиса великодушно улыбалась, глядя на бедного паренька.

— Нет? — вздохнул тот.

— Если Алиса надела кроссовки, это не значит, что она собирается бежать кросс! — сказал Костя, останавливаясь перед ними.

Но парень даже не повернул головы.

— А вас зовут Алиса? — дрожащим от волнения голосом спросил он.

— Меня зовут Алиса!

— Слава!

— Слава чему? — засмеялась Алиса. — Теннису?

— И теннису тоже!.. Я, между прочим, чемпионат города выиграл! — Парень гордо расправил плечи.

— Город, наверное, маленький, и мы о нем даже не слышали, — не удержавшись, съязвил Костя.

И нарвался на острый, осуждающий взгляд Алисы. Если она и кокетничала со Славиком, то как с забавным парнишкой, не более того. Но при этом никто не давал Косте права насмехаться над ее собеседником. Глупый у него юмор, неуместный — именно это она и хотела сказать.

— Город маленький, — уныло глянул на него паренек. — И вы вряд ли о нем слышали.

— Но Слава все равно герой! — заступаясь за него, сказала Алиса.

— Да ну! — Костя и понимал, что нужно притормозить, но что-то не очень получалось.

— Видел бы ты, с какой скоростью красная «Мазда» неслась! — продолжала она.

— Видел! — кивнул он.

— И я видела! Как она на Славу неслась! А он встал посреди дороги, руки раскинул!.. Да, Слава?

— Да сам не знаю, как получилось! — засмущался парень. — Смотрю, дороги нет, а машина несется как бешеная!..

— Тебя же насмерть могли сбить! — Алиса восхищенно смотрела на него. И на Костю глянула — хитро, загадочно, как будто дразнила его вниманием к постороннему персонажу.

— Ну так не сбили же!

— И мы остановились, а могли улететь!.. Ты бы и нас остановил?

— Кого это вас? — спросил Костя, выразительно глядя на Алису.

Она так и не ответила на вопрос, с кем путешествует. А он не рискнул навести справки, хотя и мог выяснить через Георгия Артуровича, кем Федор приходится Алисе.

— Я, Слава, уже второй раз замужем, — с наигранной печалью сказала она. — А ты ко мне клеишься!

— Я клеюсь?!. Да нет!

— Клеишься, — сквозь зубы процедил Костя.

— Я замужем, мальчики!.. Если что-то хотите спросить, узнать, пишите письма. В запароленных конвертах!.. Пока!

Алиса весело щелкнула Славу по носу, тихонько засмеялась и повернулась к лестнице, нарочно крутанув задом так, что платье вздулось колоколом. Костя стоял на одном с ней уровне, он ничего не мог видеть, но по лестнице поднимался толстяк, имя которого пока оставалось неизвестным. У мужчины захватило дух — такие виды перед ним открылись.

— Алиса, вы просто прелесть!

— Игорь Евгеньевич! — то ли восхитилась, то ли возмутилась она.

— Алиса не играет в теннис! — громко сказал Костя.

— При чем здесь теннис? — удивился толстяк.

— А при том, что ракетку свою спрячь!

В это время открылась дверь, и Костя увидел Дусю, которая смотрела на него, не переступая порог номера.

— Послушайте, молодой человек! Я, конечно, человек терпеливый! — завелся толстяк.

— Игорь Евгеньевич, не обращайте внимания! — Насмешливо глянув на Костю, Алиса взяла мужика за локоток и легким движением заставила развернуться. — Люди молодые, неопытные, стресс у них, гормональный сбой, нервы ни к черту.

— Да уж!

Алиса не брала толстяка под руку, но Костя смотрел на нее так, как будто она уходила с ним в обнимку. А ведь она могла делать все что угодно, и он не вправе указывать ей. Да и какая ему, в общем-то, разница, с кем она спит, с мужем или с первым встречным?

Навес без крыши, стол без скатерти, лампа на ветру качается, в загоне блеют барашки, тучи затянули небо, скрыв звезды и луну. Шашлык уже остыл. Но это никого не печалит, всем хорошо, все в тонусе. Женщины пьют белое, мужчины красное, все, как сказал Дербенов. Но кувшины и банки уже пустые, а расходиться никто не собирается. Вот тут Георгий Артурович ошибся, не рассчитал.

— Артурыч, что за дела? — обращаясь к распорядителю, Яша почему-то смотрел на Костю. — Давай наливай!

А ведь его жена с Костей уже не заигрывала, не строила ему глазки, не клеилась. Даже ногой коленки не коснулась, хотя сидела напротив него через стол.

— Идти надо!

А Дербенов смотрел на Дусю, как будто предлагал прогуляться с ним. Он сидел напротив нее, рядом с Агатой.

— Так в чем же дело?

— Одному страшно! — Дербенов не сводил глаз с Дуси.

— А ты зайди, и сразу головой в песок! — Костя качал головой, предостерегающе глядя на него.

— Там бетон! — засмеялась Агата.

— Пойдем? — спросила Дуся, незаметно толкнув Костю ногой.

Она обращалась к нему, но Дербенов, услышав ее, не так понял.

— Пойдем! — Он резко поднялся, но, видимо, кровь прилила в голову, он пошатнулся, накренился, заваливаясь назад.

— Эй!

Агата среагировала почти мгновенно, с легкостью кузнечика соскочила со скамейки, на которой сидела, в последний момент поймав его и даже удержав. Яша чуть промедлил, но все же пришел жене на помощь. Впрочем, Дербенов сознания не потерял, ему всего лишь помогли восстановить равновесие, окончательно в себя он пришел уже на ногах.

— Голова закружилась! — будто оправдываясь, сказал он и снова глянул на Дусю, чувствуя досаду на себя.

— Так это, вино неслабое. — Язык у Федора не заплетался, но ворочал он им уже тяжело.

В каком состоянии находилась Алиса, Костя не видел: она сидела слева от него через Федора, который, судя по всему, действительно приходился ей мужем. Алису мог видеть Игорь Евгеньевич, который сидел напротив нее рядом с Яшей. И Славик сидел напротив нее, но по другую сторону стола, строго по диагонали. Однако это не мешало Славику посматривать на нее. Костя нет-нет да перехватывал его взгляды.

— Может, ему спать пора? — спросила Алиса.

Она поднялась, как будто собиралась помочь Яше и Агате, которые держали Дербенова с двух сторон.

— Не надо спать! Хорошо все!

Виновато глянув на Дусю, Дербенов расправил плечи, развел руки, давая понять, что поддержка ему не нужна. И когда его отпустили, направился к дому. Верный Мухтар сорвался с места и засеменил за ним. Овцы дружно заблеяли. А все, кто находился за столом, негромко засмеялись.

— А ты чего сидишь, герой? — обращаясь к Славе, спросила Алиса. — Помоги дяде Гоше!

Слава сорвался с места и присоединился к Дербенову.

— А что, не герой?… — усаживаясь на место, Агата смотрела ему вслед. — Мы без него точно бы влетели!

— А может, и перелетели бы! — усмехнулся Костя. — Через пролом. На такой скорости!

— Вот, и я думаю, перелетели бы! — подхватил Яша.

— А скорость да… Ты, случайно, не камикадзе? — спросил Федор.

— Камикадзе! На крыльях любви!

Яша обнял Агату и чмокнул в ухо, да так, что у нее там зазвенело.

— Ты чего? — Агата потирала ухо, но не злилась, на мужа смотрела весело.

— Это любовь! — кивнул Федор, поворачиваясь к Алисе.

Она испуганно вскочила, отпрянула.

— Вот только не надо!

— Нельзя?

— В ухо?

— Что, в прейскурант не входит?

— Что в прейскурант не входит?! — возмущенно глядя на мужа, Алиса покрутила пальцем у виска.

— А ты реально гнал, как камикадзе! — махнув на нее рукой, Федор повернул голову к Яше.

— По-другому не умеем!

— Да мы тоже, в общем-то… Это ты в черном «Лексусе» за нами ехал? — Федор вдруг повернулся к Косте.

— За вами? — Костя постарался изобразить невинное удивление, но голос у него, кажется, дрогнул.

— То догонишь, то отстанешь… Крутая тачка, не вопрос!

— Не знаю, не гнался я.

— И Алису не знаешь? — Федор буравил его взглядом.

— Знаю. И Алису знаю, и тебя.

— Да нет, меня ты сегодня узнал. А с Алисой у тебя что было?

— Феде больше не наливать!

Алиса по-прежнему стояла, через голову мужа глядя на Костю. И знаками просила не обращать на пьяного внимания.

— Ты же знал ее раньше, да?

— Тебе не все равно?

— А-а, все-таки знал!.. Все-таки за ней гнался!.. Что, не догнал?!

— Белка за тобой гонится! Что, не догонит?

— Слушай, а ты борзый! — Федор поднимался медленно, угрожающе.

Костя прекрасно понимал, чем это может для него закончиться. А кулак у Федора крепкий, рука сильная, тело тренированное. Пришлось подниматься вслед за ним. Хорошо, Дуся правильно все поняла, вышла из-за стола, освобождая место для маневра. Правда, при этом взяла Костю за руку, собираясь повиснуть на ней, но вовремя осознала свои глупые действия.

— Борзый, да? — настраиваясь на удар, спросил Федор.

— Я Алису раньше знал, — сказал Костя в готовности к атаке.

Он чувствовал неуверенность противника, себя держал под полным контролем, так что возможный удар отражать не будет. Ударит на опережение, как он это умел.

— Бросила она тебя, да? — скривился Федор.

— Закрылся бы ты! — рыкнул Костя.

Алиса схватила мужа за руку и потянула на себя.

— Хватит молоть чушь! — будто соглашаясь с Костей, сказала она.

— Сама же говорила!

— А у тебя язык как у бабы! Болтливый!

— Молчи, женщина!

— Алиса, отойди! — попросил Костя.

Он смотрел на противника, но при этом краем глаза видел и Яшу с Агатой, они наблюдали за сценой, мысленно делая ставки на противников. Яша болел за Федора, Агата, похоже, за Костю. Хлеб, вино, зрелище… Если грянет драка, вечер, считай, удался.

— Отойди!

Глядя на Костю, Федор повернулся к Алисе боком. Оттолкнул ее плечом и вдруг, резко повернувшись к противнику, выбросил вперед руку. Но Костя ударил еще раньше — коротко и быстро. Точно в подбородок противника. Федор вырубился начисто. Хорошо, Алиса успела отойти, иначе в падении он подмял бы ее под себя.

В себя Федор пришел сразу же, как только оказался на земле. Тряхнул головой, поднялся, с трудом удерживая равновесие.

— Еще? — спросил Костя.

Он не смотрел на Яшу, но чувствовал его реакцию. Яша в раздумье чесал репу, ведь на месте Федора мог оказаться он сам. И толстяк хмурил брови, он ведь тоже задирал Костю.

— Не надо! — Алиса выступила вперед, закрыв собой мужа.

Костя кивнул, взял свой стакан и жестом предложил ей выпить. Алиса недовольно цокнула языком, но приглашение приняла. Но выпить с ней тет-а-тет не удалось, под руку подлезла Дуся и, хищно глядя на Алису, чокнулась с Костей.

Допивали остатки, но появился Славик, принес две банки — одну с красным, другую с белым вином. Дербенов не пришел.

— А где дядя наш Гоша? — спросила Агата.

Она старательно не смотрела на Костю, чтобы не злить мужа. Федор успокоился, но вспылить мог Яша. В этом случае Федор мог присоединиться к нему. Игорь Евгеньевич точно останется в стороне, он драться с Костей не собирался даже мысленно. И не хотел, и не мог, потому что боялся. И еще потому, что его клонило в сон. Подняли тост за мир во всем мире, толстяк выпил, встал, вскинул руки, давая понять, что ему пора.

Его сильно качнуло, откуда-то появился Федор, взял его под руку.

— Пойдем, Евгении, провожу!

— Федя, про жену не забудь! — издевательски бросил вслед Яша.

И получил локтем в бок. Агата ударила его, но на Алису глянула без всякого чувства вины за него. Может, Федор на самом деле предпочитает мужчин красавице-жене? Маловероятно, но вдруг?

— А это правда, что вы с Костей раньше встречались? — спросила Агата, когда Федор и толстяк скрылись в доме.

— Неправда! — ответила за Алису Дуся и так посмотрела на Агату, что у нее отпала охота продолжать разговор.

Зато Алису понесло.

— Я не бросала Костю, — сказала она. — Я всего лишь изменила ему. С красивой жизнью. А он не простил… И правильно сделал!

— Изменила она! — презрительно фыркнула Дуся. — Вышла замуж за толстожопа!.. Э-э, за толстосума!

— И за толстожопа тоже, — не очень весело засмеялась Алиса.

— А на Костю не мылься! Он мой!..

— И что ты мне сделаешь? — приняла вызов Алиса.

— Ой, как интересно! — Агата сложила ладошки на груди, акриловыми ногтями касаясь подбородка. Она умоляла не останавливаться и продолжать шоу.

— А узнаешь!

— Все! — Костя решительно поднялся из-за стола.

Он налил себе полный стакан, предложил выпить на посошок, его поддержали. Двести граммов залпом взбаламутили в нем хмельной осадок, кровь заиграла, голова поплыла, Костя плохо помнил, как дошел до номера.

Там его слегка отпустило, он смог ощутить под собой точку опоры, правда, уже лежа на спине.

— Я тебя этой сучке не отдам! — Дуся суетливо стягивала с него джинсы.

— А ты Федю видела? — спросил он.

— Да нужен мне твой Федя! — Дуся всем, чем только могла, показывала, что ей нужен только Костя.

Так вдруг захотелось закурить.

— И я его не видел. Может, правда, с толстым закрылся? — скривил он губы.

Если Федя вдруг какой-то не такой, то спать Алиса ляжет одна. Если, конечно, Славик не подсуетится. Но Славика она вряд ли к себе подпустит, а с Костей ей точно захочется тряхнуть стариной… Может, зря он ушел? В Алисе столько секса, он мог бы наесться досыта. Она сама кормила бы его с руки. И плевать на Дусю… Или нет?

Дуся будто читала его мысли и делала все, чтобы сомнения мужа в жене гибли в самом зародыше. И делала так страстно… Очень скоро Костя забыл об Алисе. Но Дуся не унималась. Пока он курил, она достала из сумки бутылку коньяка, наполнила бокалы, он выпил. И очень скоро заснул…

Разбудила его Дуся. За окном светло, на часах половина десятого, а в голове все еще ночь. Спать охота, сил нет. Но Дуся трясла его, требуя к себе внимания.

— Завтракать давай!

В комнате пахло жареным мясом и кофе, на тумбочке стоял поднос, на нем дымящаяся чашка, тарелка с шашлыком, хлеб. Дуся уже что-то жевала.

— Завтрак в постель — это хорошо, — кивнул Костя, вспоминая вчерашние с ней выкрутасы.

А ведь неплохо было. Но так и Алиса, наверное, не скучала.

— Вчерашний ужин. Не знаю, кто там последний уходил. В холодильник все убрали. Шашлык, вино… Вина половина трехлитровой банки. Белого!

— В холодильнике?

— Холодненькое, — кивнула Дуся. — Принести?

— А мы куда-то едем?

— Это вряд ли! Слава ездил, смотрел, дорогу еще не расчистили.

— Слава ездил?

— Там только Слава один живой… Ну, еще дядя Гоша, он там с баранами, на пастбище куда-то их погнал.

— Ну так остальные сейчас оживать начнут. А вина всего полбанки.

— Я сейчас!

Дуся ушла, Костя взял тарелку с теплым после микроволновки мясом, пальцами взял кусок, засунул в рот. Да, холодненького винца сейчас бы не помешало.

Дуся вернулась с полной банкой. Жаль, что не трех-, а однолитровой.

— Я там нашла, перелила…

— А ты чего в халате?

Костя потянулся к жене, поднял полу халата, заглянул под него. Вроде не голая. Но так и белье не совсем обычное, стринги на ней с прозрачным кружевным нашлепником.

— А что не так? — приятно удивилась она.

— Перед Славиком задом крутишь?

— Ну, если зад есть, чего не покрутить? — Дуся смотрела прямо в глаза.

— Перед Славиком?

— Перед Славиком, — кивнула она, разливая вино по стаканам.

— Задом?

Костя схватил Дусю, потянул на себя, она захихикала, но забралась на него. Ногами сжала его бедра, не выпуская при этом из рук стаканы.

— Выпьем или будем осторожно? — спросила она, поудобней устраиваясь на нем, как в седле.

— Осторожно не будем! — качнул головой Костя.

Он махом осушил стакан, поставил его на тумбочку. Дуся успела сделать всего пару глотков, прежде чем он забрался под нижнюю ниточку ее стрингов. И стал ее раскачивать — медленно и осторожно, постепенно наращивая темп.

Алиса появилась на самом интересном месте. Причем появилась не в возбужденных фантазиях, а наяву. Открыла дверь, вошла в номер, два-три мгновения в замешательстве смотрела на них, а затем сказала:

— Щукина убили!

— Мы сейчас! — сказал Костя, не глядя на нее.

Он Алисе не изменял, неоткуда взяться чувству вины, и все равно лучше бы она здесь не появлялась. И еще Алиса была прелесть как хороша в своем коротком шелковом халатике. Волосы распущены, глаза и губы сочно накрашены.

— Выйди! — крикнула Дуся.

Алиса кивнула и скрылась за дверью. Дуся соскочила с Кости, оправляя на себе халат. Надо было подниматься, куда-то идти, они оба это понимали.

— Я сейчас!

Она торопливо направилась в душ, но вдруг замерла на полпути. И в недоумении повернулась к Косте.

— А кто такой Щукин?

В ответ он пожал плечами. Действительно, кто такой Щукин? И почему его убили?

Труп лежал под обрывом, на полпути от дома к реке. Голубое с бежевым поло, широкие синие джинсы, слипоны с белой подошвой. Именно так вчера был одет Игорь Евгеньевич. Он же Щукин.

От дороги вниз к реке вел пологий склон, который обрывался практически под прямым углом. Поросшую травой почву сменял скальный каменистый грунт, на всем расстоянии от обрыва до реки чередующийся с гравийно-галечными отложениями. Река разлилась от дождей, но все равно лежащее на земле тело находилось далеко от воды.

Уступ неглубокий, метра два-три, не больше, Костя мог бы спрыгнуть вниз, но у трупа сидел Мухтар. Хозяин поставил ему задачу охранять тело, и собака рычала на всех, кто выходил к обрыву. Здесь уже находились Агата, Славик, в сопровождении Алисы подошли Костя и Дуся. От дома торопливо шел Федор. Дербенов пока не появлялся, насколько понял Костя, он пытался дозвониться до полиции.

— Смотрю, заходит! Губы сжаты, даже зубов не видно! — рассказывал Славик. — Что такое, дядя Гоша, спрашиваю? Не ответил! Сначала тетрадь свою открыл, фамилию нашел, только тогда ответил — Щукина, говорит, убили!

— А почему убили? — спросил Костя, с высоты глядя на труп. — Крови вроде не видно.

С уступа можно было спуститься вниз по тропинке, это всего двести-триста метров в обход. Но смущала собака, это во-первых. А во-вторых, на месте будет работать следователь, нельзя там оставлять следы. Каждый мог убить Щукина, и Костя в том числе.

— Так вроде на животе лежит, — пожала плечами Агата. — Может, впереди там где-то рана?

— Или задушили… — предположил Славик. — Дядю Гошу нужно спрашивать, он видел. Он сказал, что убили.

— Так, может, он и убил? — спросила Алиса.

— Кто, дядя Гоша?

Костя глянул на нее, но она отвела глаза. Как будто видеть его не хотела. И халат она как будто нарочно сняла, надев футболку и спортивные брюки.

— Сейчас придет, спросим, — сказал Славик.

— Что ты спросишь? — Агата повела бровью, удивленно глянув на него. — Думаешь, он признается?

— В чем? — спросила Дуся.

Взяв Костю под руку, она с опаской глянула вниз. Высота, может, и небольшая, но лучше не срываться.

— Что, правда Игоря Евгеньевича убили? — Федор остановился рядом с Дусей и взял ее за руку, чтобы глянуть вниз.

— Эй! — Костя предостерегающе глянул на него.

Во-первых, Дуся — не станция страховки. А во-вторых, чего это он за бабу хватается? Может, потому что сам баба? В душе. И Алиса сказала, что он баба болтливая. Может, она знала про него что-то ну очень интересное.

Федор спохватился, отдернул руку, но было уже поздно. Костя в упор смотрел на него.

— Вчера он для тебя просто Евгеничем был!

— Когда вчера?

— А когда ты с ним в номер ушел. И закрылся там.

— Я?! В номере закрылся? — Федор беспомощно глянул на Алису — в ожидании поддержки.

— Уходил, уходил, — закивала Агата.

— Так я потом вернулся!

— Сразу после того, как мы ушли? — глянул на него Костя.

— Ну, не сразу…

— Успели? — Костя в упор посмотрел на Федора.

— Что успели?

— Может, ты его обесчестил?

— Слышь, ты! — Федор попытался схватить Костю за грудки, но не смог.

Рука оказалась в захвате рычагом наружу.

— Костя, не надо! — Алиса положила руку ему на плечо.

Он отпустил Федора, а она руку не убрала.

— Ты хоть думай, что говоришь! — Федор возмущенно смотрел на Костю, но как будто не замечал ее руки на его плече.

— Ну а вдруг? Может, он от этого со скалы бросился?

— Не вынес позора? — прыснула Агата.

Зато она смотрела на руку Алисы на его плече. И Дуся заметила.

— А если серьезно? — спросила она, скинув руку и зло, с презрением глянув на Алису.

— Серьезней нужно быть, а вы тут глупости говорите!

Федор совершенно расклеился. Мужик мужиком был, а тут вдруг раскис. Может, с ним на самом деле не все в порядке.

— Паспорт покажи! — потребовал Костя.

— Зачем паспорт? — нахмурился Федор.

— Да, зачем паспорт? — спросил Славик.

— Что-то не верю я, что ты муж Алисы.

— А кто сказал, что я ее муж?

— Никто не говорил? — Костя возмущенно вскинул брови.

— Ну, Артурычу сказали…

— А на самом деле он тебе кто? — Костя резко глянул на Алису.

От неожиданности она шарахнулась от него.

— Тебе не все равно?

— Вчера было все равно! А сегодня нет!

— Ну, друзья мы… — выдавила она.

— А муж где?

— Умер муж! В прошлом году еще.

— Еще раз, кем тебе приходится Федя?

— Говорю же, друг!

— Семьи?

— Почему семьи?

— Ну, муж у тебя не бедный был.

— Ну не бедный…

— И этот при бабках, — сказал Костя.

— И что? — Алиса потрясенно смотрела на него.

Но он перевел взгляд на Федора.

— Может, ты втираешься в доверие к богатым толстячкам, а?

— Слушай, пацан, ты меня достал!

— Я пацан? Насколько ты старше меня? На три года, на четыре?

— На шесть, — подсказала Алиса.

— Ой, какой большой!

Федор ударил неожиданно, кулаком в живот, только каким-то чудом Костя успел напрячь пресс. Резкая боль заставила его скривиться и слегка согнуться в поясе, но на колени он не упал, в бараний рог не скрутился. Костя, отступив, справился с болью, выровнял дыхание.

Федор больше не атаковал, но боксерскую стойку принял, с ликованием поглядывая на Алису. Но зря он надеялся на свою неуязвимость. Костя чувствовал в себе силы отправить его вслед за Щукиным — с обрыва вниз, а там уж как повезет.

— Ну так что, чем ты там в доверие втираешься? — спросил он.

— Я ведь и добавить могу!

— Ну давай! — Костя этого только и ждал.

— А ведь ты не сразу вернулся, — сказала Агата, обличительно глядя на Федора. — Полчаса тебя не было.

— Да какой полчаса, минут двадцать!

— Не знаю, не слышал, чтобы ты от Щукина выходил, — сказал Костя.

Не так уж вчера скрипела кровать под ними с Дусей, он мог услышать, как открывалась дверь.

— Ну, хорошо, полчаса! Поговорили, как мужик с мужиком!

— О чем?

— О чем? — задумался Федор.

И снова ударил — в расчете на внезапность, но в этот раз Костя не позволил застать себя врасплох. Федор провел прямой в голову, а он поймал его на опережение — ногой в живот, под пупок.

— Твою мать! — опускаясь на корточки, простонал несчастный.

— О чем вы говорили? — спросил Костя.

— Тебя это не касается!

— Нас касается! — Славик смешно вскинул голову и расправил плечи. Карликовый петушок хвост распушил.

— Хотелось бы знать, — кивнула Агата, без всякой насмешки глянув на парня.

А со стороны дома к ним шел, прихрамывая, дядя Гоша. За ним брел, потирая глаза, Яша. Даже издалека было видно, как он зевает, забывая закрыть рот ладошкой.

— Да просто за жизнь поговорили!..

— И ты ушел? — спросил Костя.

— И я ушел, — кивнул Федор.

— А Щукин остался?

— Да, остался!

— И когда вы все разошлись? — глянув на Агату, спросил Костя.

Она смотрела на приближающегося мужа, его же как будто и не замечала. Но на вопрос ответила четко:

— Да через час… Может, через два.

— Я еще за вином в подвал сходил, — кивнул Федор.

— За белым?

— Да я уже не помню.

— Не помнишь. Потому что голова другим была забита. Ты к Щукину ходил. Сюда, к обрыву! Глянуть, как он там, не разлагается еще?

— Как он мог разлагаться, если он живой был? — возмущенно проговорила Алиса.

— Где был?

— В номере!

— Ты к нему заходила? — с усмешкой спросила Дуся.

— А если заходила, тебе-то что? — зыркнула на нее Алиса.

— Девочки, спокойно! — мотнула головой Агата. — Вопрос серьезный! Щукина убить мог любой из нас!

— Любой из вас. — Останавливаясь, Дербенов угрюмо смотрел на нее.

— А из вас? — резко спросил Костя.

— У меня нет мелкашки! — глянув на него, отрезал старый.

— При чем здесь мелкашка?

— А ты вниз спустись, переверни тело, рана там в груди. Маленькая дырочка. Такую только мелкашка оставить может.

— Может, его штырем каким-нибудь проткнули.

— Да нет, ткань от футболки вместе с пулей в рану вошла, ну, слегка, так и не заметишь. А если штырь вытащить, материя из раны вместе с ним выйдет…

— Ничего не понял, но очень интересно, — усмехнулся Костя.

На самом деле он понял Дербенова, просто вдруг возникла потребность позубоскалить, чтобы мужик не зазнавался.

— А почему ты не понял? Дядя Гоша все ясно сказал! — с подозрением глядя на Костю, Федор ткнул его пальцем в грудь. — Вот я прижал твою футболку. Палец убрал, футболка отлипает. А если палец у тебя в груди останется, то и футболка там будет…

Федор убрал палец и на всякий случай отступил на пару шагов.

— Знаешь, куда себе палец вставь?

— Костя, твое возмущение вполне понятно, — с легким укором, стараясь говорить ровно, без напряжения, произнесла Агата. — Но кипятиться сейчас не надо! Успокойся, будь попроще.

— Кстати, а чего это ты разволновался? — спросил Яша, с удовольствием присоединяясь к травле Кости. — Это что, твоя мелкашка?

— Почему мелкашка?

— Тебе же сказали!

— Что мне сказали? Мелкашка — это калибр пять и шесть. А у автомата — пять сорок пять, еще меньше, — блеснул познаниями Костя.

— Разбираешься в оружии? — Агата смотрела на него с вкрадчивым интересом.

— В армии служил.

— То есть убивал ты не из мелкашки, а из автомата? — косо глянув на жену, спросил Яша.

— Не убивал я!

— Ну так докажи! Давай мы у тебя в номере посмотрим!

— Спокойно, спокойно!.. — Дуся крепко взяла Костю за руку, оттягивая ее вниз. — Посмотрите у нас в номере, нет у нас ничего!

— А в машине?

— Ну, и в машине, — с запинкой, но позволила Дуся.

В машине деньги, много денег, но что с того, если их найдут? Это их деньги, никакого отношения к убийству они не имеют. А отобрать деньги Костя не позволит. Тем более что дядя Гоша вызвал полицию.

— Давай с машины и начнем! — постановил Яша.

— А потом в номер? — спросил Костя.

— А потом в номер!

— Может, потом вашу машину осмотрим? А потом вашу! — Костя повернулся к Алисе.

— С чего это?

— А с чего нашу?

— Костя прав! — вступилась Агата. — Если подозревать, то всех!

— Следователь пусть подозревает! — Дербенов повел руку, будто финишным флажком отсек «до» от «после». — Сейчас подъедет, всех обыщет!

— Как он подъедет? — спросил Федор.

— На вертолете… Я сказал, что депутата убили. Они тянуть не будут.

— А кто депутат? — разволновалась вдруг Алиса. — Щукин?

— Не знаю, — усмехнулся старый. — Но я все равно сказал… Вдруг на самом деле депутат!

— Ну дядя Гоша, ай да… голова! — засмеялась Агата.

— Кстати, насчет головы… Винца бы сейчас! — Яша приложил пальцы к вискам.

— Винца бы… — будто соглашаясь, повторил за ним Дербенов. — Но не сейчас. Менты уедут…

— Там в холодильнике чуть-чуть оставалось, — сказала Дуся.

— Когда это было? — фыркнула Алиса.

— Кстати, а кто со стола вчера убирал? — спросил Костя.

— Мы убирали, — глянув на Алису, сказал Славик и заметно смутился. Хотя и не покраснел.

— Интересно! — нахохлился Федор.

— А ты не знал? — Костя резко повел плечом в его сторону.

— Так я спать пошел!

— Пьяный был?

— Ну, да.

— А за вином в подвал кто ходил?

— Потому что пьяный был, потому и ходил!

— На Щукина?

— Да нет, Щукин жив был, когда мы с Алисой спать пошли, — сказал Славик.

— С Алисой? — нехорошо глянул на него Костя.

— Ну, в смысле в разные стороны… Э-э, по разным номерам, — мялся парень.

— И мы Щукина видели, — сказала Агата. — Он в окно выглядывал, на машину смотрел.

— На свою?

— Ну не на твою же!

— Я знаю, где его машина стоит, — задумался Костя.

Он видел, как Щукин загонял вчера свой «БМВ» в аппендикс, каковым был отрезок дороги с южной стороны дома. Дорога тянулась вдоль забора и упиралась в густой кустарник, сразу же за которым начинался горный лес. Видел он эту машину, когда спускался вниз по лестнице. Вернее, собирался спускаться. Проходил мимо окна в холле, выходящем на юг. Было еще второе окно — в номере, которое занимали Яша и Агата.

Щукин взял себе двухкомнатный люкс, окна которого выходили на север и на восток. Отсюда вопрос: если он так беспокоился о своей машине, почему не оставил ее на сквозной дороге, которая пролегала с восточной стороны дома?

— На свою машину он и смотрел. Боялся, что угонят, — глянув на жену, сказал Яша.

— Так там вроде «Фокус» стоит, подпирает, — вспомнил Костя.

— Подпирает, — согласился Славик. — Без меня не угонят!

— А он все равно на машину смотрел?

— Может, боялся, что поцарапают, — пожал плечами Яша.

— Кто?

— Да хотя бы ты!

— Я в это время уже спал.

— Костя, ну что ты такой ершистый? — увещевающим тоном спросила Агата. — Мы не знаем, зачем Щукин на свою машину смотрел. Может, он просто в окно смотрел. Мы этого не знаем. Мы знаем только, что видели его, когда в номер шли.

— И мы его не убивали! — Яша качал головой, с искренним осуждением глядя на Костю. И усмехался, мысленно называя его недоделанным. Сыщиком или нет, но точно недоделанным.

— А почему вы думаете, что его убил кто-то из нас? — приложив палец к щеке, спросила Алиса. — Игорь… Евгеньевич. Игорь Евгеньевич, может, и не депутат, но при делах, машина у него вон какая, стоит больше чем десять лямов. У таких людей врагов больше, чем у некоторых друзей.

Алиса глянула на Славика, не заостряя на нем внимания, но тот принял все на свой счет.

— Почему это у меня друзей мало? — возмущенно спросил он.

Но Алиса как будто и не услышала его.

— Может, за ним кто-то приехал? С малокалиберным пистолетом… Или с автоматом?

— Кто-то — это киллер? — Агата в раздумье смотрела на Алису.

— Ну да.

— А дороги? Дороги смыты, не проехать, — пожал плечами Федор.

— Но кто-то же проехал! — Яша внимательно смотрел на Костю.

— Ну да, я киллер! — усмехнулся он.

— Кто знает!

— А может, ты киллер?

— Да нет, Яша — это вряд ли, — качнул головой Федор, с подозрением глядя на Костю. — Яша гнал, как псих, Яша обгонял, а не догонял. А ты догонял! Кого-то догонял. Может, Щукина?

— Все сказал? — презрительно фыркнул Костя.

— Никуда не уходи, будь все время на глазах. — Яша смотрел на него не мигая.

— А то что?

— Ты под подозрением, парень!

— Ну-ну!

— На самом деле все очень серьезно, — сказала Агата, с сожалением глядя на Костю. — Алиса права, среди нас на самом деле может быть киллер. Или ты, или Яша, или Федор. А может, и Слава.

— Ну да, — усмехнулся Славик. — У меня даже теннисные ракетки для этого есть. И теннисный мячик. Теннисный мячик — это мелкий или крупный калибр?

— Говорите какую-то ерунду! — повысила голос Дуся. — Киллеры, миллеры… Кто видел, как Щукин выходил из дома? И когда?… Камер у вас, конечно, нет? — обращаясь к Дербенову, спросила она.

— Разводка есть, а камеры только собирались закупить, — думая о чем-то своем, сказал он.

— Мы с Костей точно спали, из номера не выходили! — Дуся посмотрела на Агату так, как будто передавала ей эстафетную палочку.

Теперь им с Яшей объясняться.

— И мы спали. Как зашли, так сразу спать легли!

— Когда вы зашли в номер?

— Ну, когда… Вопрос, конечно, правильный…

— Два часа было, двадцать минут, — сказал Яша.

— Ты помнишь? — приятно удивилась Агата.

— Да на часы глянул… Сколько там у нас времени, думал! — Он обнял жену за плечи и что-то нежно шепнул ей на ушко.

Агата хихикнула, глянув при этом на Костю.

— А у вас сколько времени было? — спросил вдруг Слава, остро глянув на Алису.

— Это ты о чем? — захлопала глазами та.

— Ну, вы же тоже чем-то там занялись?

— Чем это мы занялись?… Слава, что это с тобой, голос прорезался? Или в голову что-то ударило?

Славик заметно растерялся, но продолжал взывать к Алисе.

— Может, ты тоже видела Игоря… Евгеньевича?

— Мы же с тобой его видели… Или ты его потом видел? Ты же, наверное, долго не мог заснуть! В одиночестве разные мысли в голову лезут… — усмехнулась Алиса.

Славик обиженно повернулся к ней боком.

— Не видел! — буркнул он.

— А вы, Георгий Артурович, что видели? — спросила Дуся.

— Не видел я ничего, — виновато глянул на нее Дербенов. — Проснулся, светло уже, никого нет, в доме тихо… Проспал немного.

— Когда проснулись? В какое время?

— В половине седьмого. Для меня это поздно…

— А труп когда увидели?

— В половине десятого, где-то так. А что?

— А из дома когда вышли, овец когда погнали?

— В начале восьмого…

— Может, в это время Щукин еще дома был?

— Дуся, браво! Первое место по переливанию из пустого в порожнее! — хлопнула в ладоши Алиса.

— Ну, может, и не первое, но когда убили Щукина, определит следствие, там у них свои способы. — Агата невесело глянула на Дусю. — И кто его в последний раз видел, тоже определят.

— И машину твою обыщут! — Яша указал пальцем на Костю.

— Твою тоже!

— И нашу тоже, — кивнула Агата.

— Может, опохмелиться успеем, — с надеждой сказал Федор. — Пока следователь не подъехал. А то на трезвую голову как-то не по себе.

— Можно и опохмелиться, — пожал плечами Дербенов и направился к дому, хлопнув по карману, в котором у него находились ключи.

Костя уныло смотрел ему вслед. Он точно не убивал Щукина, но это мог сделать кто угодно. В том числе и Георгий Артурович. А почему бы и нет?

Вертолет под охраной пилотов стоял с опущенными лопастями. У трупа следователь, эксперты, усатый оперативник уже опрашивает Дербенова. И до Кости он доберется, можно не сомневаться. Или Яша накапает, или Федор, в любом случае в покое не оставят. Но пока что никто не мешал Косте стоять и наблюдать за работой следственной группы.

Дербенов не обманул, в груди у покойного обнаружилось пулевое отверстие, правда, с расстояния Костя не мог определить размер, обычный калибр или мелкий. Впрочем, все равно. В любом случае факт оставался фактом, Щукина убили выстрелом в грудь. Убили. Застрелили.

— Собаки нет, — вдруг сказал стоящий рядом Славик.

— Какой собаки? — не понял Костя.

— Служебно-разыскной. Места в вертолете мало, не взяли.

— И что?

— Просто собаки нет, говорю.

Славик находился в нервном напряжении, сдерживая в себе только ему известные эмоции.

— А зачем говоришь?

— Просто подумал.

— А почему подумал?

Славик раздраженно глянул на Костю.

— Я тебя не понимаю!

— Что ты не понимаешь?

— Ты же меня ни в чем не подозреваешь? — разволновался Славик.

— Чем там Алиса могла заниматься? И с кем?

— Чем и с кем?

— Ну ты у нее спрашивал. Почему она могла Щукина видеть… Она что, с ним чем-то занималась?

— Разве я это говорил? — задумался Славик.

— Ты спрашивал. Может, Алиса видела Щукина, спрашивал!

— Ну так она же сказала, что мы вместе его видели.

— Тогда зачем ты спрашивал?

— Сам не знаю, что на меня нашло.

— Друзей у тебя нет, это тебя обидело?

— Обидело? Да нет… Но задело! — закивал парень.

— Алиса умеет обижать, — хмыкнул Костя.

— А ты ее знал раньше?

— Любовь у нас была. Но тебя это не касается!

— А сейчас что?

— Это тебя тем более не касается… А если ты думаешь, что я тебе морду из-за Алисы начищу, так у нее для этого… непонятно кто есть.

— Непонятно кто, — кивнул, соглашаясь, Славик.

— Яша с Агатой ушли спать вчера в районе двух часов. А вы с Алисой когда?

— В районе трех.

— Но сначала ушел непонятно кто?

— Федор.

— И где он был, когда вы зашли в дом? Щукина вы видели, а его?

— Его Алиса могла видеть. Она в свой номер зашла, я в свой.

— А видела?

— Думаешь, что Федор со Щукиным мог быть?

— Если честно, не очень верится, но жизнь умеет удивлять.

— Я не знаю, где Федор был, это у Алисы нужно спросить. — Славик почему-то отвел взгляд.

Костя внимательно смотрел на него. Что-то знал паренек, что-то знал, но не хотел говорить. А может, и боялся.

— Щукин в окно смотрел, на свою машину, — сказал он. — Это когда Яша с Агатой его видели. А когда вы с Алисой его видели, что Щукин делал?

— У окна стоял. Спиной к окну. Как будто кого-то ждал.

— А там сразу от окна слева Яши с Агатой номер.

— И ваш с Дусей тоже.

— Чуть дальше.

Лестница прямиком выходила на первый по счету номер, а справа от нее находился последний, который занимали Костя с Дусей. Номера чередовались по часовой стрелке, второй номер пустовал, в третьем обосновались Федор с Алисой. Эти три номера располагались с западной стороны здания. Четвертый, люкс, выходил на северную и восточную стороны. Пятый и шестой только на восточную. Пятый номер занимал Слава, шестой выбрала Дуся.

— Нас Щукин ждать не мог, — качнул головой Костя.

— Так никто и не говорит… Может, он Алису ждал?

— Алису?

— Он же почти спал, когда мы по лестнице поднимались, а увидел ее, проснулся, заулыбался.

— Обрадовался?

— Алисе?

— Мне кажется, она ему нравится… Нравилась.

— Тебе тоже.

— А она может не нравиться?

Славик повернулся к Косте спиной. Он смотрел на Алису, которая шла к ним в сопровождении Агаты и Дуси. Распущенные волосы развеваются на ветру, футболка волнующе облегает грудь, брюки — бедра. Никакой нормальный мужчина не смог бы устоять перед этим очарованием. Но Костя засматриваться не стал, некрасиво это — пялиться на девушку в присутствии жены. Тем более что к ним поднимался следователь Кудрявцев.

Поднимался он обходным путем, по тропинке, наискосок пересекающей уступ снизу вверх. По тропинке, которой Дербенов водил своих баранов на водопой.

Следователь поднялся, подошел к месту, откуда открывался вид на лежащий под обрывом труп. Внешне мужчина чем-то напоминал мультяшного Карлсона. Среднего роста, в меру упитанный, нижняя часть головы шире верхней, нос картошкой, глаза маленькие, волосы рыжие, лохматый. Для полного сходства не хватало только моторчика. Реально не хватало. Поэтому ему пришлось подниматься пешком, а тело тяжелое, ноги не очень сильные, устал бедняга, запыхался. Потому ни с кем не заговорил. Скользнул взглядом по Алисе, обозрел с высоты труп и повернулся к дому. Но пошел не сразу, сначала долго смотрел на траву, как будто что-то искал в ней.

И ведь нашел. Каплю крови нашел, вернее, то, что от нее осталось. Затем нашел другую, третью и пошел по этому следу в сторону дома.

— Нормально! А мы стояли тут, даже не думали! — удивленно протянула Агата, разглядывая пятнышко на травинке, обнаруженное следователем.

И пошла за ним. «Карлсон» заметил движение за спиной, остановился, повернулся.

— Не надо за мной ходить! — предостерег он. — И вообще, давайте к дому! Нечего здесь топтаться!

— Кто здесь останется, тот и убийца, так, что ли? — фыркнула Алиса.

— А ты останься, посмотрим! — усмехнулась Дуся.

Алиса у обрыва не осталась, побрела к дому вместе со всеми. И следователь Кудрявцев вышел к отелю — по следу. Вышел к месту, где стоял «БМВ» Щукина. Костя и хотел глянуть, что он там нашел, но следователь велел ему сходить за криминалистом.

Пока следователь с экспертом осматривали возможное место убийства, оперативник закончил разговор с Дербеновым, допросил Яшу, Федора и взялся за Костю. Попросил паспорт, Дуся сходила, принесла.

— Булахов Константин Данилович, — прочитал капитан Котиков.

Он если и похож был на котика, то на морского. Тело плотное, упитанное, но мышечная масса явно преобладала над жировой. Жесткие черты лица, тяжелые щеки, сильный подбородок. Глаза обыкновенные, но, когда он смотрел на собеседника, выискивая в нем изъян, становились маленькими. И взгляд лез в душу, как сверло бормашины в зуб.

— Он самый.

— Адрес проживания город Ростов-на-Дону, улица… В Сочи зачем едете?

— Отдыхать.

— Санаторий, дом отдыха, номер в гостинице, комната в частном доме?

— Номер в гостинице.

— Забронировали?

— Забронировали.

Котиков не успокоился, пока Костя не доказал, что бронь действительно существует. К счастью, звонить никуда не пришлось, Дуся открыла почтовый ящик, нашла нужный файл, открыла, показала.

— А вашу машину можно осмотреть? — спросил Котиков.

— Вообще-то нельзя, — глянув на стоящего в отдалении Яшу, поморщился Костя. — Но если очень нужно, то можно.

— А нужно очень? — не отрывая от него глаз, усмехнулся капитан.

— Вам видней!

— Да вы не обижайтесь, Константин. Просто поступил сигнал. — И Котиков глянул на Яшу.

— Я даже знаю, от кого.

— Ну так что?

Костя открыл машину, Котиков не стал надевать резиновые перчатки, возможно, за отсутствием таковых, полез под сиденье голыми руками. Пошарил под передними, осмотрел пол под задними. Костя ничего не понимал. Место, где вчера находился пакет с деньгами, было пустым. А ведь машину точно никто не вскрывал, сигнализация сработала, что называется, штатно. Может, какой-то профессионал постарался. Профессиональный убийца много чего должен уметь, прежде всего вскрыть и угнать хорошо защищенный автомобиль.

Костя глянул на Яшу, но тот не отвел глаз. И Федор, казалось, не чувствовал за собой никакого греха, кроме злорадства.

Котиков осмотрел салон, полез в багажник, но и там ничего не нашел, кроме вещей, так необходимых на пляжном курорте. Костя взял с собой пляжные коврики, ласты, трубку, маску, но Котикова это богатство нисколько не заинтересовало.

Пока капитан осматривал багажник, Дуся заметила пропажу. И онемела, глядя на грязное полотенце, которое лежало на месте пакета с деньгами. Так и стояла с открытым ртом, пока Костя не захлопнул крышку багажника. Дуся вздрогнула так, как будто эта крышка опустилась ей на голову, большими глазами посмотрела на мужа. Ему ничего не оставалось, как развести руками.

Котиков подал знак, что не закончил с ним, и направился к Яше.

— Гражданин Кошляков, я могу осмотреть ваш автомобиль? — на ходу спросил он.

— Наш уже кто-то осмотрел! — пробормотала Дуся.

Костя с трудом вытащил из кармана пачку, ватными пальцами вынул из нее сигарету. Двадцать четыре миллиона. Двадцать четыре миллиона! Да тесть убьет его за такие деньги. Или сам удавится.

— Что ты молчишь? — спросила Дуся, не поворачиваясь к нему.

— Я узнаю, кто, — выдавил он.

— Кто-то… — Дуся повернула голову и посмотрела на Алису, которая стояла у красной «Мазды», наблюдая, как Яша открывает багажник.

— Может, Щукин? — спросил Костя.

— Щукин?! — Дуся резко повернулась к нему.

— Я так понимаю, его у «бэхи» убили. А тело с обрыва сбросили.

— Кто?

— Да все равно!

— Может, этот кто-то и спер наши деньги!

— Может, и так… Сначала Щукина убил, затем деньги украл… Или сначала деньги…

Костя посмотрел на Яшу, перевел взгляд на Федора, и тот спокоен, и другой. Как будто они понятия не имели, что произошло.

— Не важно, Щукина сначала или деньги… Денег нет, вот что важно! — протяжно вздохнула Дуся, поворачиваясь к Косте спиной.

— Я найду!

— Легко сказать!

— Начну с Яши. Душу из него вытрясу!

Костя готов был рвать и метать, чтобы найти утраченные деньги.

— Не надо душу! — всполошилась Дуся.

— И Федю, суку!..

— Ну все-все!.. — Дуся повернулась к мужу, обняла его и прошептала: — Я знаю, где деньги!

— Как это знаешь? — всколыхнулся Костя.

Дуся почувствовала, что он может ее оттолкнуть, и еще крепче прижалась к нему.

— Я их взяла и спрятала!

— А сказать не могла?

— Ну тебе же все равно…

— Кто сказал, что все равно!

— Ну извини!..

— Извини!.. Где деньги?

Если деньги в номере, то их нужно перепрятать. Раз уж полиция начала обыскивать машины, то и до гостиницы доберутся.

— Я их в лесу спрятала.

— Ты дура?

— Да нет, я хорошо спрятала!

Если Дуся обиделась на дуру, то совсем чуть-чуть.

— Пойдем посмотрим!

Стараясь не привлекать к себе ненужное внимание, они вышли на дорогу, на которой стоял «БМВ» Щукина. Там и увидели следователя, но не у самой машины, а за забором. В тандеме с экспертом они что-то искали под окнами дома. Увидев супругов, следователь велел им уходить и не топтаться возле машины.

Пришлось возвращаться, проходить мимо толпы, которая уже переместилась к темно-серому «Инфинити».

— Куда это вы? — спросил Славик.

— Да глянуть хотим, откуда в Щукина стреляли.

— Откуда в него стреляли?

— Не знаю. Следователь гильзу во дворе дома ищет.

Костя не знал, что именно искал Кудрявцев, но, скорее всего, полицейских интересовала гильза. А что еще они могли искать?

— Гильзу? Во дворе дома? — задумался Славик.

— А мы думаем, что из леса стреляли. Там эксперт возле машины, не пускает. В обход пойдем.

Отель не очень большой, но территория основательная, парковка, загроможденная кирпичом, загон с овцами, сараи, виноградники, все это обнесено сеткой-рабицей, в общем, путь не близкий.

— Мне с вами можно?

— Ну давай! — Костя сделал вид, что охотно согласился с просьбой парня.

Овцы расправились с травой, что росла возле дома, но все же он нахватал колючек на штанины, а у самого леса нога угодила в ежевичное плетение под кизиловыми кустами. Лес низкорослый, дубы, граб, орешник, прелая листва под ногами. Заросли пышные, тенистые, но вполне проходимые.

Лесом вышли к машине Щукина. Дорога вдоль южной стороны дома заканчивалась, дальше шла тропка, которая уходила далеко в лес — вверх по горе. Именно на эту тропинку и показывала красноречивым взглядом Дуся. Ей не терпелось поскорей увидеть свои деньги, но Славик не уходил и старательно искал гильзу.

— А отсюда действительно могли выстрелить, — сказал он.

— В кого? — спросил Костя.

— Как это в кого? В Щукина!

— А где он стоял?

— Где он стоял?!. - нахмурился Славик. — Я откуда знаю?

— Тогда откуда такая уверенность, что в него могли стрелять отсюда?

— Уверенность?!. Не знаю, я всего лишь предположил.

— Нашел гильзу?

— Да разве ж ее сразу найдешь? Может, в кустах где-то?

— Отсюда могли стрелять, — сказал Костя, указывая на куст боярышника, возле которого стоял Славик.

— Могли, — кивнул парень.

— Ты и стрелял.

— Я?!

— Твои следы здесь найдут!

— Да нет! — Славик пугливо отпрыгнул от куста.

— Давай отсюда, пока менты не подошли! — Костя указал ему рукой в обход дома. — Как сюда шел, так и обратно возвращайся.

— А вы?

— Да мы пойдем прогуляемся. — Костя повел рукой по тропинке вверх по горе.

— Здесь так легко дышится, — кивнула Дуся. — И не жарко!

— С вами можно?

— Не понял, ты что, подсматривать любишь?

— Подсматривать?!

— Или третьим хочешь?

— Э-э… Так вы это?

— Это! И без тебя!..

Костя спровадил Славика, дождался, когда он скроется из виду, только тогда они взяли курс на тайник, который, возможно, уже таковым не являлся.

Деньги могли похитить, Костя не исключал такой возможности. А еще Дуся могла заблудиться, не найти место, где их спрятала. Она очень переживала, поэтому спешила. Раз споткнулась, другой, на третий раз потеряла равновесие, и Костя не успел ее удержать. Ударилась коленкой о камень, скривилась, но путь продолжила, не хромая.

Наконец она остановилась, указывая на дерево, которое росло на обрывистом взгорке недалеко от тропинки. Корни дерева сильно выступали, под ними образовалось сразу несколько углублений.

— Здесь, кажется!

Костя вздохнул, глядя на жену. Дерево будто говорило, что под ним может быть тайник. Тот же Дербенов здесь ходил, вдруг он заметил следы, которые оставила после себя Дуся… Впрочем, пусть Степан Павлович сам со своей дурой дочерью разбирается.

Дуся с опаской подошла к дереву, присела, нацелилась на одно из углублений.

— Точно там? — спросил Костя.

— Точно!

— А вдруг это змеиные норы!

— Нет! — Дуся вскочила, торопливо отошла от дерева.

— А вчера не думала?

— Вчера думала, как тебя проучить!

— Давай, учи!

— Давай сам!.. Ну пожалуйста!

— Я что, похож на бессмертного?

— Ну, Костя!

— Давай, давай!

— Ну хорошо! — Дуся вернулась на место, присела, набрала в легкие воздух.

— Шуток не понимаешь?

Костя взял жену за плечо, занял ее место и, мысленно перекрестившись, сунул руку в углубление, которое запросто могло оказаться змеиной норой. За руку его никто не цапнул, но и денег он не нашел.

— Нет ничего! — скривился он.

— Должно быть!

Костя обшарил углубление под корнем, но увы.

— Может, в другой норе? — дрожащим голосом спросила Дуся.

— В норе?!

— Да нет, это не змеиная нора!

Дуся набрала в легкие воздух и решительно сунула руку в соседнее углубление. И тут же пугливо отдернула ее, как будто змея укусила.

— Ой!

— Что такое?

Костя схватил ее за руку, думая увидеть следы от зубов.

— Там что-то железное!

— А ну-ка!

Костя сунул руку под корень, нащупал какую-то металлическую трубку. Потянул на себя и вытащил винтовку со снайперским прицелом. Деревянное ложе, металлический ствол с коротким глушителем на нем, снайперский прицел, рукоять вместо приклада. Спилили приклад, рукоять плотно обмотали изолентой, отчего винтовка казалась кустарной поделкой.

— Ничего себе!

— Малокалиберная?

— Малокалиберная! Спортивная! По ходу, для биатлона.

За спиной хрустнула ветка, Костя развернулся и увидел Славика, парень подкрадывался к ним, плотно сжав губы. Еще бы уши пальцами заткнул, чтобы идти бесшумно.

Славик смотрел на винтовку так, как будто не понимал, что это такое. А когда понял, остановился, рот открылся сам по себе.

— Что это у вас?

— Это не наше! — мотнула головой Дуся.

— Ты что здесь делаешь? — спросил Костя.

— Да интересно стало! — Славик обличительно смотрел на него.

— Винтовка это.

— Да вижу, что винтовка!

— Малокалиберная.

— Похоже на то.

— Похоже… — передразнил Костя. — Ты лучше скажи, почему не убегаешь?

— А нужно?

— Ну, если мы киллеры, что нам сейчас мешает тебя убить?

— Но вы не киллеры! — попятился Славик.

— А вдруг?

— Да нет!

— А винтовка откуда?

Костя вроде бы и насмехался над растерянностью Славика, но при этом чувствовал, что зашел в тупик. Он мог набить парню морду, но стрелять в него — это чересчур. Не мог он убить человека. А выкручиваться как-то надо. Вне всякого сомнения, Костя держал в руках орудие убийства. Отпечатки пальцев можно стереть, но свидетеля так просто не убрать. Славик видел Костю с винтовкой, если он даст показания, арест гарантирован.

— Да вот, представили себя на месте убийцы. Куда он мог орудие убийства спрятать. Смотрим, норы змеиные под корнями, винтовка влегкую помещается.

— Змеиные норы?

— А чем тебе не змей! — Костя потряс оружием.

— Ну да, жало свинцовое…

— А чего ты за нами следишь?… Ты вуай… Извращенец?

— Нет. Просто подумал, что вы можете что-то знать.

— Да, мы знаем, что ты под утро из дома выходил! — пошел ва-банк Костя.

И Дуся поддержала его.

— Я видела!

— Но я ничего не делал! — с растерянным видом произнес Славик.

— Всего лишь винтовку спрятал, — усмехнулся Костя.

— Я спрятал?!

— А кто?

— У вас винтовка, только вы знали, где она.

— Так, может, мы ее и спрятали. После того как ты Щукина застрелил. Или не ты?

— Не я!

— А кто?

— Не знаю… А вы точно не убивали?

— И сейчас тебя не убьем. Не сможем. Хотя и надо, — глянув на Дусю, предположил Костя.

— Извращенец! — сказала та, с насмешкой глядя на Славика.

— Да не подглядывал я за вами! То есть подглядывал, но не из-за того, что вы… Короче, не убивал я Щукина! И винтовку не видел!.. А как стреляли, видел!

— Та-ак! — оживился Костя.

— Кто стрелял? — спросила Дуся.

— Не знаю, темно было.

— Откуда стреляли?

— Не знаю.

— Из леса, из дома, откуда? — качал головой Костя.

— Говорю же, не знаю! Мы со Щукиным сцепились, он меня за куртку схватил, развернул. Я отталкивался от него, смотрю, он вздрогнул, пятно какое-то на футболке выступило…

— Кровь?

— Ну я сразу не понял, а он дернулся, отпустил меня. И побежал.

— Побежал? С пулей в груди?

— Да.

— К реке?

— К реке!

— А почему к реке? Там что, медпункт открыли?

— Куда глаза глядят побежал! А стрелять могли из дома, из леса, оттуда, где мы гильзу искали. В этом секторе, от дома до леса, а со стороны реки точно стрелять не могли, я к дому спиной повернут был и к лесу, где в этом секторе…

— А со Щукиным чего сцепился? При чем здесь Алиса? — спросил Костя.

— А я говорил, что Алиса при чем? — удивился Славик.

— Ты на Алису наезжал, если не помнишь! Что-то не так с ней ночью было!

— Ну да, что-то не так… Я слышал стоны за стеной. В соседнем номере. В спальне Щукина. Он там с кем-то был.

— Женщина стонала?

— Он там с кем-то занимался сексом!

— С Алисой?

— Не знаю!

— Может, с телевизором?

— В номерах нет телевизоров.

— Айфоны есть. С хорошим звуком.

— Ну да, я так и подумал, но слышу, дверь открывается, выглядываю, а из номера Алиса выходит. Осторожно так глянул, она меня и не заметила… Или заметила. Но ничего не сказала, — пожал плечами Славик.

— Я знала, что Алиса шлюха! — Дуся смачно шлепнула себя по бедрам.

— А Федя где в это время был?

— Не знаю, может, спал.

— Вы когда с Алисой поднимались, Щукин стоял в холле и кого-то ждал, — напомнил Костя.

— Может, и ждал, — кивнул Славик.

— Может, Алису?

— Может, ее!

— Может, она ему знак какой-то подала?

— Да нет, глянула на него, как на пустое место. Ничего не сказала. И он ничего не сказал.

— А тебе что сказала? — спросила Дуся.

— Спокойной ночи пожелала.

— Ничего не пообещала на прощание?

— Нет.

— Даже надежду не дала?

— Да нет.

— Для Щукина берегла? Надежду. И дала! — злорадно засмеялась Дуся.

— Не знаю… Я уже спал, слышу, кто-то громко застонал, потом все стихло… Ну, я поближе подошел, прислушался, слышу, кровать скрипит, а так чтобы в голос…

— Но Алису ты видел?

— Ну да.

— И решил выяснить, что да как. У Щукина.

— В общем, да. Лег, не спится, слышу, он из номера выходит. Ну, я за ним. Он из дома, я из дома. Он к машине, я к машине.

— А смысл?

— А вдруг он изнасиловал Алису?

— Ну, если только по ее согласию! — фыркнула Дуся.

— А ты, значит, против насилия? — с усмешкой спросил Костя.

Он бы на месте Славика задался тем же вопросом, но сначала бы постарался получить ответ у Алисы. Если ее изнасиловали, это одно, а если она сама отдалась, то какой смысл наказывать Щукина?

— Или обидно стало, этому дала, а этому не дала? — глумилась Дуся.

— Сам не знаю, зачем пошел! Но пошел!.. Просто спросить хотел!

— Спросил?

— Спросил. Может, мне показалось, что Алиса была у него в номере, спросил. А он — не твое собачье дело! А потом как схватит за грудки! Я вырвался, оттолкнулся от него, хотел вырвать вторую руку, тут бац, и пуля у него в груди… Если бы он сразу упал, я бы смог понять, откуда стреляли, а он бежать бросился. Ну, и я за ним…

— Зачем за ним? — спросила Дуся.

— Бьют — беги, бегут — догоняй! — ответил за Славика Костя.

— Ну да.

— Догнал?

— Чуть вместе с ним с обрыва не свалился. Смотрю, бежит, бежит и вдруг пропал. Я на всякий случай притормозил… Остановился, смотрю, лежит, я спустился, уже светать начинало, не так темно было. Спустился, а он мертвый… Ну, я домой.

— Как будто ничего не было?

— А что было? Я Щукина не убивал, а на меня бы всех собак повесили! Вот у меня брат двоюродный зашел домой, а там жена мертвая, его и посадили. Хотя он точно не убивал!

— Брата оставим в покое. Тем более двоюродного.

— Но ведь посадили!.. И тебя посадить могут! — злорадно глядя на Костю, предрек Славик.

— Если ты скажешь!

— А почему я должен молчать?

— А если мы видели, как ты винтовку прятал? — спросил Костя. Он вынул из кармана носовой платок, протер винтовку там, где касался рукой.

— Видели! — кивнула Дуся.

— А почему следователю не сказали?

— А были не уверены. А сейчас уже уверены! Пойдем и скажем, — кивнул Костя, возвращая винтовку на место.

— А может, и не знали мы ничего, — сказала Дуся. — И тебя не видели, и винтовку не находили.

— Ну давайте так! Вы ничего не знаете, и я ничего не видел!

— Но Алиса выходила из номера Щукина? — спросил Костя и в раздумье кивнул. Славик действительно наезжал на Алису, приревновав ее к Щукину. Наезжал и туманно намекал, но под подозрение все же попал. Скорее всего, он не врал, что Алиса была со Щукиным. Возможно, и в остальном говорил правду.

Но в то же время Славик действительно мог приревновать Алису и приговорить Щукина. Их машины стояли рядом, а в его «Фокусе» могла находиться винтовка… А может, он и ехал за Щукиным, чтобы его убить. На киллера он не похож, но внешность — материя обманчивая.

— Выходила. Да Щукин и не отрицал.

— А на что она купилась, не говорил?

— На что купилась? Да на деньги!.. — хмыкнула Дуся. — Щукин предложил, она согласилась… Проститутка!..

— А Федя знал, что она была со Щукиным? — задумался Костя.

— Узнал и пошел его убивать? — Дуся качнула головой, не очень-то соглашаясь с этой версией.

— А почему нет?

— Сначала бы он убил Алису!

— Но Федор действительно мог отомстить Щукину! — подхватил Славик.

— Это понятно. Непонятно, почему ты следователю ничего не сказал?

— Говорю же, не хочу оказаться крайним!

— А если мы скажем, ты скажешь про винтовку, — вслух подумал Костя.

— А вдруг это ты решил наказать Щукина? — Славик смотрел ему прямо в глаза.

— Ну так скажи следователю, что видел нас и знаешь, где винтовка. Тогда на тебя точно не будут думать.

— А вы скажете, что не было никакой винтовки. Что вам сейчас мешает ее перепрятать?

— Этим мы сейчас и займемся, — кивнул Костя.

— Желаю удачи!

— А потом скажем, что ты дрался со Щукиным. На рассвете. Дрался и все видел.

— Никто ничего не скажет! — Дуся дернула Костю за руку. — Слава, ты молчишь, и мы будем молчать. Договорились?

— Если честно, мне все равно, кто убил Щукина, — кивнув, сказал Славик. — Нисколько его не жалко… Может, он правда купил Алису. Может, у них там с деньгами напряг, а он предложил кругленькую сумму… И вообще…

— Что вообще?

— Пойду я!

Славик сунул руки в карманы, развернулся и пошел, стараясь держаться раскрепощенно. Но напряжение чувствовалось. А вдруг Костя возьмет винтовку и выстрелит в спину?

Но Костя за винтовку не хватался, в спину не стрелял. Он ждал, когда Славик исчезнет из вида. А Дуся, изнывая от нетерпения, сунула руку в еще не обследованную нору под корнями, что-то там нащупала. Из груди вырвался вздох облегчения.

— Все на месте!

С облегчением вздохнул и Костя. Если вдруг Славик сдаст их, вопрос встанет ребром: или в тюрьму, или откупаться. Возможно, деньги понадобятся им уже сегодня.

— Сучий потрох! — глядя вслед Славику, выругался Костя. — Про собаку говорил. Хорошо, говорит, что собаки нет. Ну, когда менты прилетели без собаки… Для него хорошо! Так бы собака на него вышла…

— Не такой уж он и простой, каким кажется.

— Вот и я думаю. Винтовку нужно перепрятать!

— Может, лучше следователю сдать? Скажем, деньги прятали, случайно винтовку нашли.

— Откуда деньги, Зин?… Двадцать четыре лимона!

Если деньги привяжут к убийству Щукина, следствие просто обязано будет выяснить их происхождение, как бы это не закончилось конфискацией.

— Двадцать четыре лимона! — усмехнулась Дуся. — Интересно, сколько раз за эти деньги можно трахнуть твою Алису?

— Пойти спросить?

— А тебе так интересно?

— Очень интересно! Может, Славик врет? Может, не было у нее ничего со Щукиным. Может, это Славика винтовка и он сейчас за ней шел!

— Если сдаст нас, значит, он.

— А если не сдаст?

— Тогда точно он!

Деньги спрятали в одном месте, винтовку в другом, на все ушло не меньше двух часов.

— Что скажем, где были? — на обратном пути спросила Дуся.

— Спроси что-нибудь полегче.

Костя чувствовал себя бараном в загоне. Ничего такого не делал, а из-за денег, из-за Славика попал в идиотское положение. И нет чтобы сразу идти к следователю, они с Дусей выбрали падение на дно тупика. И оказались в полном загоне. Вряд ли это закончится чем-то хорошим. Наверняка их впереди ждет засада. И полноценный допрос с пристрастием. А потом появится собака, она возьмет след, выйдет на винтовку, а вместе с тем откопает и деньги… Да уж, вляпались так вляпались.

Но оправдываться перед следователем не пришлось. Группа закончила работу, Костя вышел из леса в тот момент, когда вертолет закончил набирать высоту.

Им навстречу неосторожно вышла Алиса.

— А где вы были? — спросила она с таким видом, как будто они скрывались от правосудия.

— А ты где была? — вопросом на вопрос ответила Дуся.

— А где я была? Здесь была! Следак меня допрашивал и тебя хотел… Допросить, — Алиса нарочно выдержала паузу.

— А Щукин как тебя хотел? — язвительно спросила Дуся.

— А Щукин хотел меня как мужчина… И как твой муж! — тем же ответила Алиса и смело глянула Косте в глаза. Смело и предостерегающе. Пусть только попробует сказать, что не хочет ее.

— Мой муж тебя в номере у Щукина не драл! — не осталась в долгу Дуся.

— Что?! — взвилась Алиса.

— А Щукин драл!

— А это правда, что в лес ходить нельзя, бешеные мухи кусают! — Алиса покрутила пальцем у виска, с брезгливостью глядя на Дусю.

— Труп Щукина убрали? — спросил Костя.

— Нет. Сказали, вертолет обратно пришлют. Часа через два. А что?

— Экспертиза будет, с кем Щукин время перед смертью проводил. В своем номере! — Костя развел руками, призывая смириться с неизбежностью.

— Ты это серьезно? — Алиса потрясенно смотрела на него.

— Правда откроется.

— А как они узнают, что со мной? Это же с меня мазок… Эй, ты что, издеваешься? — спохватилась Алиса.

— А мазок возьмут! — едко усмехнулась Дуся. — И докажут, что ты была со Щукиным.

— А если была, то что?

Костя смотрел на Алису, пока та не отвела глаза. И только затем, ничего не говоря, отправился к себе в номер, увлекая за собой Дусю. Алиса, конечно, могла блудить с кем угодно, имела полное на это право, но если так, то ей лучше держаться от него подальше. Может, Костя и хотел ее как женщину, но ведь он человек, а не животное, чтобы занимать очередь в собачьей свадьбе.

Славика нашли в своем номере. День жаркий, кондиционеров нет, но это не мешало ему мять головой подушку. В номере не убрано, везде пыль, вещи разбросаны, одно слово, холостяк.

— Я никому ничего не сказал! — Славик с тоской смотрел на Костю.

— А ведь ты был прав, Алиса была со Щукиным, — тихо сказала Дуся.

Но Костя поморщился так, будто она крикнула ему на ухо.

— Она сказала? — оживился Славик.

— Можешь в этом убедиться.

— Как?

— А предложи ей цену! — сумничала Дуся.

Костя не выдержал, схватил жену за руку и вывел из номера.

— Ты чего? — возмутилась она.

— За сводничество сажают, если ты не в курсе!

Алиса, может, и дрянь, но это не дает Дусе права торговать ею.

В номере Костя бухнулся на кровать, а Дуся отправилась в столовую, и ведь удачно сходила. Принесла вчерашнего мяса, разогретого в микроволновке, хлеба и холодного вина. Только вот радости Косте плотный обед не принес. И вино почему-то не пьянило.

Шашлык хорошо готовить из свежего мяса. Освежевать, нарезать, посыпать луком, чуть подождать, и можно на огонь. Но и вчерашнее мясо жарилось очень даже неплохо, только вот в рот лезло не очень. И дело не в мясе, а в отношении к нему. Утром шашлык, в обед шашлык, вечером тоже шашлык, правда, уже в большой компании. В большой, но невеселой.

Дороги не восстановили, мертвого Щукина отправили на вертолете, а живых оставили в недостроенном отеле. Дядя Гоша уже, похоже, не рад, что принял гостей. Не рад деньгам, которые они платили за постой, за мясо и вино. И на Дусю не посматривал с интересом, как это было вчера.

— И все-таки кто убил Игоря нашего Евгеньевича? — тускло спросила Агата.

— Вопрос не в том, кто убил, вопрос в том, что нам за это будет, — усмехнулся Федор.

— Всем будет? — удивленно глянула на него Алиса.

— Я так понял, этот Щукин реально крутой ферзь. У него тут строительство в Сочи, элитное жилье в центре города.

— Если в центре, если слишком элитное, до двух лямов за квадрат. А если не очень, то в районе пятисот тонн, — в раздумье проговорил Костя.

— Там и бабки реальные, и мафия реальная. Приговорят нас за Щукина, покрошат в капусту.

— С вертолета? — все так же уныло спросил Костя.

— А хотя бы!

— Назначаешься воздушным наблюдателем. Услышишь шум винтов, поднимай тревогу!

— Это ты прикалываешься! — напыжился Федор.

— Сам же напросился! — усмехнулась, глянув на него, Агата.

Костя кивнул, соглашаясь с ней. Федор напрашивался не только на колкое слово, у Кости чесались кулаки набить ему морду. Может, это все-таки он убил Щукина, а они теперь страдают из-за этого.

— А то что?

В ответ Костя решительно поднялся из-за стола.

— Ну давай! — поднялся и Федор.

Но на нем повисла Алиса, а в Костю вцепилась Дуся.

— Мальчики, а давайте не будем! — не осталась в стороне и Агата. — Нам сейчас друг за друга держаться надо!

— Киллера так и не нашли, — закивал Федор. — Может, он где-то рядом?

— Выбирает жертву, — подлила масла в огонь Агата.

— Тогда это не киллер, а маньяк! — мотнула головой Дуся.

— Нет здесь никаких маньяков! — Дербенов громко опустил на стол крупную мозолистую ладонь и тоже поднялся из-за стола, но только для того, чтобы уйти.

— Тебе плохо, Георгий Артурович? — участливо спросила Агата.

— Да нет, просто голова тяжелая.

— Это давление. Пойдем померяем, если что, укол сделаем!

— Не надо укол… Но пойдем померяем! — согласился Дербенов.

Агата и присоединившийся к ней Яша увели его, слышно было, как за ними закрылась дверь. И овцы вразнобой заблеяли, будто недовольные тем, что хозяин их покинул. И Мухтар гавкнул.

— Может, правда кто-то рядом? — поежилась Алиса.

— Обожаю такие вот истории у костра, — усмехнулась Дуся.

— Ночь, костер, комары, привидения. Отель «Старая сказка».

— Маньяки! — засмеялся Славик.

— Никто там на вертолете не летит? — спросил Костя.

— Не летит! — огрызнулся Федор. — Но прилететь может!

Дуся отреагировала немедленно. Сначала толкнула Костю в бок, а затем спросила, ни к кому конкретно не обращаясь:

— А шприцы у этих Кошляковых откуда? У кого там давление?

— Почему Кошляковы? — спросил Костя.

— Ну так следователь Яшу гражданином Кошляковым назвал.

— А Агата?

— Ну и Агата Кошлякова. Наверное.

— А что такое? — с вызовом спросила Алиса. Похоже, она поняла, куда клонил Костя.

— Ну вы же не муж и жена. И Агата с Яшей неизвестно кем друг другу приходятся.

— Тебе неизвестно. Потому что ты скрывался от следствия! — распалилась Алиса.

— Я не скрывался от следствия!

— А где вы пропадали?

— Любовью занимались! — не выдержала Дуся. — Нам можно, мы муж и жена!

— И мы вместе живем! — обняв Алису, засмеялся Федор. — Сейчас вот пойдем в номер да как заживем!

— И все-таки, кто ты такой, Федя? Чем живешь, чем занимаешься?

— Это спрашивает у меня тот, кто прятался в лесу от ментов! — засмеялся Федор.

И снова Дуся толкнула Костю, пытаясь его успокоить.

— А давайте больше не будем ругаться! — поднимаясь из-за стола, сказала Алиса. — Если мы с Федей любовники, если я изменяю своему мужу, что в этом такого?

— Ты же сказала, что твой муж умер.

— Умер. А я ему мертвому изменяю. Потому что Федя не хочет на мне жениться. Вот если бы женился…

— Да я бы с удовольствием! — замялся Федор.

— А ты Славика попроси, он в тебя, как собачонка, влюблен! — сказала Дуся.

— Может, и я в Славика влюбилась! — кивнула Алиса. — Но если так, то это мое… наше с ним личное дело! И не надо, пожалуйста, лезть в наши дела! Прошу вас! Во-первых, это некрасиво! Во-вторых, опасно! Для всех!.. А вдруг здесь маньяк за углом!

— А у нас даже оружия нет, — с намеком глянув на Костю, высказался Славик.

— У Артурыча ружье есть, — вспомнила Алиса. — Он его в шкафу держит.

— В железном шкафу, — уточнил Славик.

— А ключ держит в кармане, — добавил Федор.

— Предлагаю объединить наши усилия, дождаться, когда Артурыч заснет, и забрать… одолжить у него ключи! — предложила Алиса.

— Объединиться — это значит больше не лаяться! — пояснил Славик.

— Ну, если Алиса гуляет от мужа… Действительно, нам какая разница? — фыркнула Дуся.

— Дуся, не будь язвой, тебе это не идет! — качнул головой Федор.

Костя пожал плечами, еще раз соглашаясь с тем, что сейчас не время для ссор и тем более драк. Ну гуляет Алиса, ну не может она без приключений, что с этим поделаешь? Ну прикупил вчера Щукин пару часов ее любви, от нее же не убудет. А Федор, может, и не рохля, но убивать из-за нее не стал бы. А если то, что Алиса слаба на передок, не имеет отношения к убийству, то и коситься на нее нечего. И губу на эту ее слабость раскатывать не стоит. Дуся обязательно подтвердит эту мысль — очередным толчком в бок.

Ружье похищать не пришлось. Яша вернулся с охотничьей двустволкой, сел, приставил ружье к ноге, с гордостью за себя обвел взглядом стол.

— Только ничего не подумайте, — усаживаясь, сказала Агата. — Артурыч сам нам дал.

— А он что, уже умер? — спросила Дуся.

— Почему это умер?

— Ему что, ружье не нужно?

— Да за себя он не боится. Сказал, врагов у него нет.

— А если это он Щукина убил? — тихо спросила Алиса.

— Зачем? — пристально посмотрела на нее Агата.

— Не знаю. Может, классовая ненависть!

— Не говори глупости… Хотя нет, говори!.. Если вдруг кто-то кого-то подозревает, давайте выкладывайте, обсудим! — Агата настраивалась на серьезный разговор.

— Может, лучше вина выпьем? — засмеялся Федор.

— Вина хоть залейся! — подхватил Яша. — Артурыч сказал, сколько нужно, столько и берите. Только считать честно! Вино небесплатное.

— Да мы это поняли.

— И оплатить можем. Причем легко! — с намеком глянув на Федора, уточнила Алиса.

— Да, деньги есть… — кивнула Дуся. — Может, и нам грозит классовая ненависть?

— Ну, тачка у вас крутая, не вопрос. Второе место после Щукина, — кивнул Федор.

— Если не первое, — сказала Алиса.

— Он имеет в виду другую очередность, — вздохнула Агата. — Щукина нет, кто следующий?

— Очень смешно! — Дуся возмущенно уставилась на нее.

— Ну ты же любишь истории у костра.

— Нет костра!

— И ничего не подгорает?

Дуся ничего не сказала и, глянув на Костю, подняла свой стакан. Он кивнул, соглашаясь чокнуться с ней, его поддержали все, но выпили молча.

Вроде и чокнулись, но вышло, как будто за упокой.

Небо затянуло тучами, поднялся ветер, зашумел виноградник, но дождь не хлынул. Алиса никак не реагировала на Костю. Она подсела поближе к Славику, разговорилась с ним, возможно, назло ему, своему бывшему жениху из прошлой жизни.

Вино закончилось, Федор предложил свои услуги, Яша отдал ему ключи от подвала, но вместе с ним отправил и Славика. Видимо, не доверял. Вдруг Федор сольет всю бочку, а вино загрузит в свою машину. С него станется.

Федор со Славиком вернулись, принесли кувшин и банку вина, банкет продолжился. Но скоро ушли Агата с Яшей, сказали, что очень устали за день, но взяли с собой полкувшина белого вина.

— Уставать так уставать — до самого конца! — усмехнулся Федор, глядя им вслед.

Язык у него заплетался, взгляд осоловел.

— Ну да, послушать музыку, покурить и спать, — сказала Алиса, вдруг загадочно глянув на Костю.

— Покурит, обязательно покурит! — пообещала Дуся, стрельнув в нее глазами. — И музыку послушаем!

— Опять уйдете, нас оставите?

— А вот не уйдем!

Костя уходить не хотел, вино ударило в голову, потянуло на глупости, но Алиса, слегка перебрав, отправилась спать. Вслед за ней ушел и Федор.

— И я пойду! — будто оправдываясь, сказал Славик.

Он почему-то боялся смотреть Косте в глаза, во всяком случае, ему так показалось.

— И пусть наша тайна уйдет с тобой… в сон! — скривил губы Костя.

Без Алисы стало неинтересно, в сон клонило все сильней, и тем не менее он не торопился уходить. Вслед за Славиком.

— А мы остались охранять, — в раздумье проговорил он.

Он видел, как уходил Яша. Но не видел, как он уносил ружье. Никто не уносил. Может, лежит себе на скамейке, бери кто хочет.

— Что-то здесь не так. — Дуся тяжело ворочала языком.

Костя обошел стол, ружье действительно лежало на скамейке. Он взял его, преломил стволы.

— Что здесь не так?

Яша мог застрелить Артурыча и подложить ружье в расчете, что Костя или кто-то возьмет его, оставив на нем отпечатки пальцев. Но это не малошумный мелкий калибр, а полноценное охотничье ружье, кто-нибудь да услышал бы, как убивали Дербенова. Но не было выстрела.

— Сначала Федя ушел, потом Алиса.

— И что?

— И Славик вслед за ними. Как будто они ему местечко рядом с собой приготовили.

— В постели?

— А вдруг!

— Алиса такая шлюха, клейма ставить негде, да? Ты это хотела сказать? — завелся вдруг Костя.

Алиса, конечно, не ангел, и со Щукиным она могла переспать из-за денег, но Дусе совсем необязательно и дальше втаптывать ее в грязь.

— Я хотела сказать, что Федя ею торгует… Может ею торговать, — немного подумав, поправилась Дуся. — Вчера он мог продать ее Щукину, а сегодня Славику.

— Хочешь сказать, что Алиса проститутка, а Федя — сутенер?

— Ну, может, не профессиональная проститутка. Может, просто деньги нужны.

— И Славик ей заплатил?

— Феде заплатил. Они за вином ходили, могли договориться. Федя видел, как Славик смотрел на Алису. Все видели. А Федя ничего, не возражал. Ему все равно!

— Это Славик сейчас к Алисе торопился?

— Ну да.

Костя решил начать обход с номера Славика, дверь оказалась незапертой. Он дернул за ручку, дверь открылась.

На полу в темноте лежал человек. Костя включил свет, ожидая увидеть Славика, но перед ним лежал Федор. На боку, в неестественной позе. Глаза открыты, на лице гримаса предсмертного ужаса, губы и подбородок в блевотине, и на полу еще не высохшее рвотное пятно.

Костя приложил пальцы к шее, он знал, где проходит сонная артерия, куда нужно давить, но пульс не нащупал. А тело еще теплое, не окоченевшее.

Рядом с телом на полу лежала опрокинутая бутылка с минералкой. Вода еще не впиталась в бетон, не высохла. Видно, бутылка стояла на тумбочке. Федору стало плохо, рвотные массы перекрыли горло, задыхаясь, в панике он задел рукой бутылку. Об этом Костя подумал невольно, вскользь.

— Что это такое? — через силу выдавила Дуся.

Костя был потрясен не меньше жены.

— Это не маньяк! — качнул он головой.

— А если его отравили?

— Чем?

— А что там в бутылке?

Костя кивнул. Возможно, Федору стало плохо, едва он сделал глоток. Сильное отравляющее вещество вызвало рвоту, заблокировало дыхание, на пол он упал вместе с бутылкой.

— И кто мог его отравить?

— А если Славик?… Может, ему платить за Алису нечем?

Конечно же, Дуся несла чушь, но Костя все же развернулся на сто восемьдесят градусов. Он собирался постучать в номер к Алисе, но и в этом случае дверь оказалась незапертой. Костя решительно распахнул ее: все равно, если у них там со Славиком интим. Повод, чтобы обломать им кайф, у Кости железобетонный.

Выключатель искать не пришлось, Алиса и Славик занимались друг другом при свете. Он лежал на кровати со счастливой улыбкой на лице, она полусидела, подложив под спину подушку, в руке бокал вина. Ее наготу скрывал прозрачный пеньюар. Скрывал только от посторонних взглядов. От Славика не защитил. Славик явно уже получил свое и балдел, пытаясь поверить в свое счастье.

Увидев Костю, Славик вскочил, Алиса же даже позу не изменила. Всего лишь возмущенно повела бровью, на губах выступила ехидная улыбка. А в ней намек. Это ведь она повернула ключ в замке и не кому-то открыла дверь, а Косте, чтобы он зашел и посмотрел, как и с кем она проводит время. И осознал свою ошибку. Алиса легла бы с ним, будь он хоть чуть-чуть понастойчивей.

— Эй, я не понял! — Славик потянул на себя простыню и обнажил ноги Алисы, открытые практически по всей длине. Пеньюар оказался до неприличия коротким.

— Что ты не понял? — напирал на него Костя.

— Кто дал тебе право врываться? — Алиса обращалась к нему, но смотрела на Дусю.

— А что ты Федю своего не зовешь? — спросил Костя.

— Надо будет, позову!

— Сколько ему нужно заплатить, чтобы переспать с тобой?

— Сколько ему заплатить? — нахмурилась Алиса.

— Сколько ты заплатил?

— Не твое дело! — взвизгнул Славик.

— Или ты еще не расплатился?

— Расплатился! — Алиса смотрела Косте прямо в глаза.

— Ну так сколько?

— Много! Я стою очень дорого!.. Доволен?

— И даже не покраснеет! — презрительно фыркнула Дуся.

— Ну чего ты? Давай зови своего Федю! — провоцировал Костя Алису.

— И позову!

— Давай, зови!

— Не надо никого звать! Я сам!

Обозленный Славик уже готов был, казалось, броситься на Костю. Но его смущала Дуся. Он без штанов, а она стоит смотрит… Костя едва не расхохотался, глядя на этого героя.

— Что здесь у вас такое происходит? — в номер стремительно вошла Агата. Черная футболка, белые шорты, тапочки на босу ногу. В глазах тревога.

— Только тебя здесь не хватало! — скривилась Алиса.

— Это ты мне говоришь? — возмущенно удивилась Агата.

— Это я тебе говорю!

— Твой Федя там мертвый лежит, а ты мне что-то говоришь?

— Мой Федя? — захлопала глазами Алиса. — Мертвый?!

— Как — мертвый? — сдулся Славик.

— А ты не знал? — скривился Костя. — У тебя в комнате лежит! Водички попил и отравился!

— Какой водички?

— Отравленной!

— Вы что, серьезно! — Алиса поднялась с кровати, схватила халат.

А Славик так и остался стоять, закрываясь простыней.

— А почему ты думаешь, что Федя отравился? — спросила Агата.

— Бутылка там с водой стоит, из рук у него выпала.

— А если он поперхнулся?

— Не знаю, может, и поперхнулся. Это пусть менты выясняют!.. Давайте все на выход, нашему мальчику нужно одеться!

Женщины ушли, а Костя остался — проконтролировать Славика. Вдруг он попытается сбежать.

— Давай одевайся! Герой-одиночка!

— Это правда, что Федя мертвый?

— Вода у тебя там была? Минералка.

— Не помню… Да, на тумбочке стояла… — Славик торопливо одевался.

— Не помнит он!

— Я не травил Федю!

— А как он в твоей комнате оказался?

— Ну как… — Славик отвел глаза.

— Ты еще покрасней, красна девица!.. Кто тебе Алису предложил, Федя или она сама?

— Ну, Федя.

— А ты не отказался?

— А если у меня крышу от нее сносит?

— Ах да, ты же влюбился!

— А что, не мог?

— От любви крышу реально сносит. Я бы убил Федю, если бы узнал, что он Алисой торгует!.. Так ты из-за этого его убил?

— Это какой-то розыгрыш!

Застегивая пуговицу на брюках, Славик рванул из комнаты. Если бы Костя и хотел его задержать, то не смог бы поймать.

К женщинам уже присоединился Яша. Он стоял над трупом, открыв рот. То ли смерть Феди так потрясла его, то ли он только что осознал происходящее, в момент, когда зевал. Так и стоял, не закрыв рот.

— Это что, правда? — простонал Славик.

И этим как будто вернул Яшу в чувство.

— Как Федя у тебя в комнате оказался? — спросил он.

— Ну-у, мы… Я… — заблеял Славик.

— Федя ему Алису продал, на час, на два, не знаю, — с удовольствием прояснила Дуся.

— Как это продал?

— А как сутенеры проституток продают?

— Я тебе не проститутка! — зашипела Алиса.

— А я-то думаю, чего это Слава без штанов! — всплеснула руками Агата.

— Да мне фиолетово, что вы думаете! — психанула Алиса.

— И это правильно! — закивал Яша. — Эти сороки тебе сейчас такого наговорят!.. А ты не слушай!..

— Кто сорока?! — вскинулась Агата.

— А ничего, что у нас второй покойник? — спросил Костя.

— Ну да… — косо глянув на мужа, кивнула Агата. — Вода на полу, блевотина… Может, он в рвоте захлебнулся?

— Был у нас такой случай, мужик нажрался… Федя вроде не слабо выпил, — в раздумье проговорил Яша.

При этом он украдкой посматривал на Алису. Сутенера нет, и расплачиваться с ней можно напрямую. Без комиссии. Почему бы не воспользоваться открывшейся вдруг возможностью?

— А если отравился? — спросил Костя.

— Я отравил? — взвился Славик.

— Ну, твоя же бутылка… Твоя?

— Ну моя!

— Ты знал, что Федя подонок? — давил Костя. — Ты знал, где он будет спать?

— То есть это все я?

— А почему ты закрылся с Алисой в ее комнате? Со Щукиным она спала у него, — неосторожно напомнил Костя.

— Кто спал со Щукиным? — оживился Яша.

— Ну ты и козел! — Алиса зло зыркнула на Костю.

— Да, почему со Щукиным в его комнате, а со Славой у себя! — включилась в разговор Дуся.

— Девочка, давай ты не будешь нервничать! — Призывая Алису к спокойствию, Агата обняла ее за плечи. — Вопрос задан по существу. И мы все хотим знать ответ. Сама понимаешь, почему.

— А как можно спать в этом свинарнике! — Алиса обвела рукой номер.

Славик действительно не заморачивался уборкой, на подоконниках, на мебели слой пыли. Алиса же, может, и шлюха, но не грязнуля, в номере у нее относительно чисто, Костя успел это заметить.

— И у Щукина свинарник, — сказала Агата.

— Ну так я пыли с ним наглоталась, мне это надо?

— А что тебе надо? — съязвила Дуся.

— А иди ты знаешь куда, кобыла!

— Спокойно, девочки, спокойно! — призвала женщин к порядку Агата.

— А ты ведь тоже влюблен в Алису! — выпалил Славик, шагнув к Косте.

— Я влюблен?

— А то я не вижу, как ты на нее смотришь!

— Это все слова!

— Слова?!. Ты же сам сказал, что Федю за такое безобразие мало убить!

— Мало, — согласился Костя.

— И Щукин перед тобой провинился… Куда ты спрятал винтовку?

— Я спрятал винтовку? — Костя постарался взять себя в руки.

— Да, мелкокалиберную, с оптическим прицелом! И с глушителем!

— Да, да, Костя, нам всем хотелось бы это знать! — Агата скрестила руки на груди в готовности внимательно слушать.

— Ты видел у него винтовку? — Яша перевел взгляд со Славика на Костю.

— Не знаю, о какой винтовке он бредит!

— Не было никакой винтовки! — поддержала мужа Дуся.

— Была! Я видел! И место могу показать!..

— Где ты ее спрятал? — усмехнулся Костя.

— Надо будет следователю сказать, что в момент убийства рядом со Щукиным находился Славик, — сказала Дуся.

— Находился, ну и что? Я его не убивал!

— Но ты находился рядом со Щукиным? — Агата весело глянула на мужа.

Драма разыгралась не на шутку, с каждой сценой все интересней.

— Этот подлец обесчестил Алису! — принимая монументальную позу, вытянулся в струнку Славик. — Я должен был с ним поговорить! Он вышел из дома, я за ним! Я спросил, он схватил меня за грудки! В этот момент прилетела пуля!

— Если Щукин подлец, тогда кто ты? — спросила Дуся.

Агата поморщилась, махнув на нее рукой.

— Откуда прилетела пуля?

— Не знаю… Я так понял, из леса. Из того, который за домом. За виноградником.

— Как ты это понял?

— Да не понял я! Щукин меня закрутил… Сразу не понял, потом понял, когда увидел винтовку там, в лесу. Костя ее прятал.

— Костя ее прятал! — Агата рубанула рукой перед собой, будто отсекала пустопорожнее от главного: Костя прятал винтовку, значит, он и убил, а все остальное уже не суть важно.

— Не было никакой винтовки! Славик все придумал!

Костя решил твердо стоять на своем. А завтра он расскажет следователю, как все было на самом деле. Следователю скажет, а не кому-то.

— Может, все-таки признаешься! — Агата требовательно смотрела на него.

— Тебе признаться? — возмущенно протянула Дуся.

— Нам признаться! — смерила ее взглядом Агата.

— Откуда у тебя ампулы для уколов от давления? — спросила Дуся.

— При чем здесь это?

— Зачем ты сделала укол Артурычу?

— Не делала я никому укол! — Агата смотрела на Дусю как на сумасшедшую.

— Но ампулы есть?

— Нет ничего!

— Но ты же сказала! Померяем давление и, если что, сделаем укол. Артурычу ты говорила?

— Ну, говорила… Думала, у него что-то от давления есть.

— Если есть, то таблетки… Обычно от давления таблетки при себе держат, укол «Скорая помощь» делает.

— Допустим, у нас были ампулы, и что с того? — Агата посмотрела на мужа так, как будто он должен был подтвердить поставленный ею диагноз. Шизофрения у Дуси, сама она в этом, казалось, ничуть не сомневалась. — К чему ты завела этот разговор?

— Может, ты и Артурыча отравила? — выпалила доведенная до истерики Дуся.

— Зачем мне травить Артурыча?

— А зачем Косте убивать Щукина?

За спиной послышались шаги, Костя обернулся и увидел Дербенова. Он шел тяжело, лицо заспанное, в глазах страдание, как будто каждое движение отдавалось у него болью в ногах, в теле.

— Ну вот и дядя Гоша! — ликующе улыбнулась Агата. — А ты говорила!

— Что у вас тут такое?

— Еще один труп! — развел руками Яша.

— Что с ним? — Дербенов смотрел на труп расстроенно, но без паники, как будто знал, что сегодня кто-то должен был умереть, и мысленно приготовился к этому.

— Да непонятно пока, — пожал плечами Яша. — Или рвотой захлебнулся, или отравился.

— Возможно, и то и другое, — усмехнулась Агата. — Одно производное от другого.

— Кто мог его отравить?

— Да пока неясно, — глянув на Костю, пожал плечами Яша.

— Опять в полицию звонить! — вздохнул Дербенов.

— Да пусть подъезжают! — И Агата смотрела на Костю как на виновника всех бед. — Узнают много нового.

— И откуда вы все взялись на мою голову, — буркнул Дербенов, исчезая за дверью.

— Живой дядя наш Гоша! — сказала Агата, обличительно глянув на Дусю.

— Да, но ампулы у тебя могли быть. А это химия!

— Дуся, ты не обижайся, но я больше не могу слышать этот бред! — Агата взяла ее за руку, примирительно глядя в глаза.

— А что вы на нас набросились!.. Ну да, нашли мы винтовку, деньги прятали и нашли! — не выдержала напряжения Дуся.

— Какие деньги? — с интересом глянул на нее Яша.

— А с какими деньгами на море ездят?

— С безналичными… Ну, и немного наличностью.

— А мы много наличностью взяли. Триста тысяч!

— Долларов?

— Яша! — Агата резко глянула на мужа.

— Все, молчу!.. Просто спросить хотел, зачем прятать триста тысяч?

— А затем, что любопытных много! — отрезал Костя.

— Ну, хорошо, вы прятали деньги, а нашли… Что вы там нашли? — спросила Агата.

— Винтовку нашли. С оптическим прицелом.

— В лесу?

— Да.

— Там, где «БМВ» Щукина стоит?

— Да, там.

— В том месте дорога заканчивается, из окна тропинку видно. С этой тропинки стреляли?

— По этой тропинке мы пошли. И случайно нашли винтовку.

— Ну все правильно, — кивнул Яша. — Киллер отработал по Щукину, сбросил винтовку и дальше пошел. Хрен его найдешь!

— Думаешь, киллер? — Агата с сомнением смотрела на мужа. — Думаешь, ушел?

— Я не знаю, с кем там Щукин спал. Я не знаю, кто там что с ним выяснял. Я уверен, что его убили не из-за этого… Почти уверен.

— А Федора за что?

— Ну, если он кого-то продавал… — Яша усмехнулся, глянув на притихшую Алису. — Не задорого хоть?

Та и хотела сказать что-то злое, острое, но вдруг задрожала, даже зубами клацнула. Алису хватил озноб, Славик это заметил, полез в шкаф за чемоданом.

— Эй, ты бы поменьше здесь пылил! — предостерег его Яша.

— Кстати, а нам здесь не место! — кивнула Агата, указывая на выход.

— А чего ты здесь раскомандовалась? — подбоченилась Дуся.

— Чего раскомандовалась?… — задумалась Агата. — Может, потому что я точно ни в чем не виновата?… Яша, ты никому меня не продавал?

— Да нет вроде!

— Может, я со Щукиным перед его смертью разговаривала?

— И я не разговаривал, — кивнул Яша.

— Может, нас видели с винтовкой?

— Кто нас с винтовкой видел?

— Вы могли видеть, как Щукина убили. — Костя в упор посмотрел на Яшу. — Из окна.

— Да, могли!.. Но мы не видели. И не убивали!

— А вдруг?… Славик не может точно сказать, откуда стреляли. Щукин дергал парня за грудки, его из стороны в сторону бросало. И наклоняло. В момент выстрела он не ориентировался в пространстве, — говорил Костя.

Славик молчал, но кивал, соглашаясь с ним. И надевал на Алису теплую кофту. И она не сопротивлялась, покорно подставляла руки.

— Может, это вы из своего номера стреляли! — подхватила Дуся.

— Мы из номера стреляли? — Агата в раздумье приложила палец к щеке.

— Может, и могли. Но мы не стреляли, — качнул головой Яша. — И не видели, и не стреляли. Ничем не можем помочь!

— Да, но такая возможность существует… Пожалуй, вы правы, нам сейчас никак нельзя судить друг друга! — Агата смотрела на Костю с иронией невиновного и строго следящего за своим поведением человека.

— Мы выходим или нет?… — спросила Дуся, глядя, как Славик снова лезет в свой чемодан. — Ты можешь забрать свои вещи. Феди больше нет, ты можешь жить с Алисой. Только не продавай ее. Даже если она очень-очень этого захочет!

— А иди ты в пень, овца! — Алиса резко надвинулась на Дусю.

Но та не отступила, и Алисе пришлось толкнуть ее в плечо, чтобы пройти. Толкнула она и Костю, он упираться не стал, отошел в сторону, освобождая проход.

Славик торопливо закрыл чемодан, взял его в руку. И чуть ли не умоляюще посмотрел Дусе в глаза.

— Пожалуйста, не надо так больше! Вы ничего не знаете!

— А ты расскажи!

— У нас еще будет время для серьезных разговоров, — произнесла Агата. — Как насчет чаю?

Костя вовсе не хотел пить с ней чай, но и оставлять компанию без присмотра не мог. Может, у них собачье чутье и мощный фонарь, пойдут в лес, найдут деньги, а там вовсе не триста тысяч. Или Мухтара попросят взять след, Яша легко нашел с овчаркой общий язык.

— Сейчас спустимся, — сказал Костя, открывая дверь в свой номер. — И ружье возьмем.

— Ружье у тебя? — спросил Яша.

Но Костя не удосужился ему ответить. Сам все увидит.

— Ружье у тебя? — повторил он.

— Это не орудие убийства.

— Так никто ничего… Просто обидно. Артурыч под личную ответственность дал, а я забыл.

— Ты же охотник, как ты мог забыть про ружье?

— Кто тебе сказал, что я охотник? — удивился Яша.

— А овец резать?

— А разве овец режут охотники? — задумался Яша.

— Овец горцы режут, а они все охотники.

— Нет, не только горцы режут овец, и не все горцы охотники… Но в чем-то ты прав… Ну так что, отдашь ружье?

— Ну, если дядя Гоша под личную ответственность дал.

Костя отдал ружье, закрыл за собой дверь.

— Вот попали! — Дуся стояла, опустив руки, как это бывает, когда человек не знает, за что хвататься.

— Да уж.

— Что я не так сделала?

— Все так… Я сейчас чай пойду пить, а ты давай в лес!

— В лес?! — оторопела Дуся.

— Деньги охранять. Винтовку из тайника возьмешь, чтобы от разбойников отбиваться.

— Ты шутишь?

— Не совсем. Деньги охранять надо. Я за Яшей здесь присмотрю, — ответил Костя.

— А с Алисой как? Она из-за денег совсем стыд потеряла. Проститутка!.. Тоже за ней присмотришь?!

— Со стороны. Ты со мной?

— Я к окну! Смотреть буду, кто из дома выходит. Пока вы там чай пьете.

— Только чай, — кивнул Костя.

Смерть Федора потрясла его, от этого он протрезвел, и добавить не хотелось.

— Или с тобой? — задумалась Дуся.

— А окно? Вдруг Артурыч за деньгами пойдет!

— Или Славик.

— Да нет, Славику некогда будет. К Славику много вопросов. Во всяком случае, у меня.

Алиса также спустилась вниз в столовую. Агата предложила чай, который она же и заварила.

— Ну что, начнем с самого начала? — потирая ладоши, спросил Яша.

Он в предвкушении смотрел на Алису. Если она продажная, то почему бы не купить час-другой удовольствия с ней? Он готов хоть сейчас.

— Это ты о чем? — спросила Агата, глянув на кувшин с вином.

— Это я о корне зла… Сначала Щукин корень пустил… И где он? Потом Слава… И где теперь Федя?

— Корень зла у вас в голове! — огрызнулась Алиса.

— А зачем ты слушаешь? Тебя особо никто сюда не звал, сама пришла. Все точки над «¡» расставить, да? А то вдруг мы все думаем, что это ты убила Федю… — в язвительном тоне проговорила Агата. — Ну давай, оправдывайся!

— А чего оправдываться? Не убивала я Федю!.. И не собиралась убивать!

— Щукин спал с тобой? — с хищной улыбкой жестко спросил Яша.

— Ну, спал.

— За деньги?

— Федя с ним договорился…

— Федя сутенер?

— Он пристав, — уныло усмехнулась Алиса, разочарованно глянув на Костю.

Она так надеялась на его поддержку, а он и не думал ей помогать. А пора уже бросить ей спасательный круг. Или хотя бы не участвовать в общей травле. И не топить.

Костя смотрел на Алису холодно, без видимого раскаяния. Проститутка она и всегда была ею. Именно поэтому они и расстались.

— Судебный? — спросила Агата.

— Почти.

— Что значит почти?

— Если коротко, то мой муж попал на бабки, занял у серьезных людей, а отдать не смог. Он умер, а мне теперь выплачивать.

— Поэтому ты пошла на панель?

— Да какая панель?… Так, подвернулся вариант, Федя не упустил. Почему я приставом его назвала, потому что его ко мне приставили. Серьезные люди.

— Вариант со Щукиным?

— Ну да. Федя увидел, что Щукин слюнки на меня пускает, подошел, договорился.

— За сколько? — Яша сглотнул слюну, прежде чем задать вопрос.

— Это неважно.

— Сейчас все важно!

— Неважно! — уперлась Алиса.

— Неважно! — поддержал ее Славик.

— А в Сочи зачем вы ехали? — спросила Агата, с усмешкой глянув на мужа.

Неважно, сколько стоит Алиса, все равно у него ничего с ней не выйдет. Уж она-то позаботится об этом.

— Друг там у Виталия, а у него своя гостиница… Виталий — муж мой. Покойный. Виталий в свое время помог этому другу с деньгами, Леша возвращать не стал, сказал, что это долевое участие в бизнесе, ну как-то так. В общем, Федя решил, что Леша может выкупить у меня эту долю. Там не очень много, что-то в районе двух миллионов, но мне хватит расплатиться.

— С Федей?

— С людьми, которых он представляет. С кредиторами, короче.

— А тут появилась возможность расплатиться без всякой гостиницы! — подсказала Агата.

— Хочешь сказать, что я стою два миллиона за ночь? Ну, спасибо тебе, конечно! — грустно усмехнулась Алиса.

— Что, меньше?

— Я не буду об этом говорить!

— Сколько ты заплатил? — обращаясь к Славику, спросил Яша.

— Я тебе сейчас в морду дам! — разозлился тот. Он был похож на неуклюжего петуха, готового броситься на матерого быка.

— Что ты сказал? — вскинулся Яша.

— А то, что ты всех уже достал! Не даст тебе Алиса, понял? — Агата, нахохлившись, смотрела на мужа.

— А если я «лимон» предложу?

— Яша, ты правда уже достал! — вступился за Славика Костя.

— А если я знать хочу? Как Алиса на все это реагирует!.. Я смотрю, она злится. Значит, и Федя ее злил! Я бы его на ее месте убил бы!

— Ты не на моем месте! — отрезала Алиса.

— Так я и не убивал!

— И я не убивала!

— А ты что скажешь? — Яша ткнул пальцем в Славика.

Тот дернулся, терзаемый желанием схватить его за этот самый палец и вывернуть руку, но понял, что не сможет этого сделать, и замер. Ни техники ему не хватит, ни силы, чтобы совладать с таким бугаем.

— Ты не следователь! Я перед тобой отчитываться не собираюсь!

— Твоя бутылка там на тумбочке стояла! — мотнул головой Яша.

— Кто сказал, что бутылка стояла на тумбочке? — спросил Костя.

— Кто сказал?… — Яша растерялся всего лишь на мгновение. — А где она еще могла стоять?

— Она могла лежать. На кровати.

— На кровати может лежать Алиса! — осклабился Яша.

— Козел! — Алиса размахнулась, чтобы влепить ему пощечину.

Но Яша, перехватив руку, оттолкнул ее. И Костя пришел в движение. Прыгнув на Яшу, он мощно толкнул его и, сдвинув с места стол, прижал к стене. Но тут же отошел на расстояние удара и вскинул руку, чтобы бить. Но Агата его опередила. Схватила его за плечо, развернула к себе.

— Все, хватит! — обращаясь и к нему, и к мужу, выпалила она.

Костя удивленно смотрел на нее. А рука у нее не по-женски сильная, хватка жесткая, движение резкое, уверенное.

— Все, всем спать!

— А это не тебе решать! — возмутилась Алиса.

— А кому? Тебе?!. — Агата спросила и открыла рот, как будто собиралась продолжать.

Хотела назвать Алису проституткой, но решила не разжигать конфликт.

— Идем спать! — волком глянув на Костю, согласился Яша и, резко шагнув к нему, толкнул его плечом, требуя посторониться.

Но Костя не сдвинулся с места. И только выждав момент, развернулся вслед за ним, чтобы не получить в спину. Но Яша больше не атаковал. Набирая ход, он вышел из столовой.

— Завтра успокаивать никого не буду! — выбросив руки вверх и в стороны, выпалила Агата. — Хоть поубивайте друг друга!

— Завтра уже наступило! — сказал Костя.

Но Агата как будто не услышала его и вслед за мужем скрылась из виду.

— И убить могут, — сказала Алиса, с надеждой глядя на Костю.

Не хотела она, чтобы он воспринимал ее как проститутку. Но как быть, если он уже не сможет относиться к ней по-другому?

— Кто кого может убить? — спросил он.

— Не знаю, — пожала плечами Алиса. — Но кто-то может! Может быть, это Артурыч убивает.

— Почему Артурыч?

— А скучно ему!

— Железный мотив, — усмехнулся Костя.

— А где он сейчас? Почему не с нами?

Костя нахмурился. Не думал он, что Артурыч мог убивать, но из столовой вылетел пулей. Вдруг, пока они здесь выясняли отношения, с Дусей случилось нечто страшное. Она, может, и не так сексуальна, как Алиса, невесело с ней, иногда до раздражения скучно, но все-таки он совсем не хотел ее терять. Скорее всего, она ему дороже, чем Алиса…

Сигнал тревоги прозвучал вхолостую. Дуся сидела у окна и спала, уложив голову на руку. Костя кашлянул, она встрепенулась, подняла голову.

— Я не сплю!

— Я сейчас!

Костя спустился вниз. Как оказалось, Алиса и Славик не собирались никуда уходить, они сидели за столиком и о чем-то шушукались. Костя прошел мимо, осторожно открыл дверь в комнату, где проживал администратор. И в свете горящего во дворе фонаря увидел человека приблизительно такой же комплекции, как Дербенов. Он лежал на кровати, накрывшись простыней, и не шевелился.

— Георгий Артурыч! — тихонько позвал Костя и вздрогнул, когда человек ожил.

— Чего тебе?

— Да вот подумал, вдруг и вас отравили.

— Меня-то за что? — Дербенов приподнялся на локте.

— Был бы человек, а повод найдется… Шучу! — закрывая дверь, сказал Костя.

Он вернулся на второй этаж и на всякий случай заглянул в комнату Славика. Вдруг Федя ожил и куда-то ушел. Но, увы, труп так и оставался лежать на полу. А вот бутылка исчезла.

Алиса и Славик так и сидели за столом, но пили уже не чай, а вино. Молча, каждый думая о чем-то своем.

— А где бутылка? — спросил Костя.

— И без бутылки хорошо! — Славик щелкнул пальцем по кувшину с вином.

— Где бутылка из твоего номера, та, из которой Федор пил!

— Так в номере должна быть! — Славик шумно поднялся из-за стола, едва не опрокинув стакан с вином.

— Нет бутылки!

— И кто ее взял?

— А ты не мог?

— Я?! Зачем?

— На бутылке отпечатки твоих пальцев?

— Я бы просто стер отпечатки. Так проще.

— А отравленная вода? Если она отравленная.

— Вскрытие покажет… Если она отравленная.

— Логично, — кивнул Костя.

Но подозрение со Славика не снял. Поумнеть парень мог уже после того, как забрал и уничтожил бутылку с отравленной водой. Сначала сделал, а потом уже подумал.

— Славик точно не брал бутылку. Кто мог это сделать? — Алиса вопросительно смотрела на Костю.

Даже морщины на лбу появились от напряжения мысли. Бутылку мог забрать и сам Костя, и Яша в паре с Агатой, и Дербенов. Алиса хотела знать, кто это сделал. И зачем?

— Я не знаю, кто это сделал, — качнул головой Костя. — Я знаю, что если вас подставляют, то вам нужно вести себя очень осторожно.

— А нас могут подставлять? — спросила Алиса.

Костя не знал что думать. Возможно, это Алиса со Славиком убили Федора. Если так, то никто их не подставляет…

— Если да, то нам со Славиком нужно держаться вместе! — сама же сделала вывод она.

Костя кивнул, соглашаясь с ней. И даже мысленно добавил, что им всем нужно держаться вместе. Всем, кто есть в этом доме. Но вслух об этом не сказал. И повернул к выходу.

— Ничего, если я лягу спать со Славой? — спросила Алиса таким тоном, как будто всаживала ему нож в спину.

Но Костя почувствовал себя так, как будто его всего лишь укололи шпилькой. Обернулся и с усмешкой глянул на Алису. Ему совершенно все равно, с кем спят проститутки.

Дуся сидела у окна, пальцами придерживая веки, чтобы не закрывались глаза. И все равно ничего не видела, хотя и не спала.

— Артурыч вернулся? — спросил он, хотя точно знал, что Дербенов никуда не уходил.

— А должен был вернуться?

— Не знаю, тебе в твоих снах видней.

— Так не спала я!

— А надо!.. Давай ложись… — велел Костя. И, немного подумав, добавил: — Я посижу!

Кошляковы в своем номере, Алиса и Славик в столовой, Дербенов спит, но все могло измениться в любой момент. Вдруг Славик, Яша или даже Артурыч отправятся в лес искать винтовку. Момент старта не должен остаться незамеченным. Именно поэтому Костя и встал на пост. Вернее, сел. И очень скоро ему самому захотелось взяться пальцами за веки, потому что закрывались глаза.

И еще он подумал о том, что наблюдение из окна ничего не изменит. Ну выйдет, например, тот же Яша, он сразу же скроется из виду. Скроется еще до того, как Костя поймет, кто это. И уйти он может куда угодно. Славик, например, мог забраться в свою машину, Костя из окна даже не увидит, как он открывает дверь. И еще из дома имелся второй выход, с западной стороны, Костя просто физически не мог его контролировать… Одним словом, он очень скоро убедил себя в том, что его бдение не имеет смысла. И в конце концов заснул.

Один дневальный смотрит в окно — в ожидании дежурного по части, другой спит на кровати рядом. Вася Крыльцов на шухере, Костя отдыхает, все под контролем. Но почему тогда перед глазами стоит майор Скобцев? И трясет за плечо. Просыпайся, солдат, не сработал ваш хитрый план!.. Все-таки заснул Крыльцов, пропустил дежурного в казарму.

Костя уже проснулся, он поднимался, глядя на Скобцева, но почему его снова кто-то трясет за плечо? И почему он снова просыпается?

— Давай, вставай, девять утра уже! — Дуся заспанная, лохматая, в глазах смятение.

— И что, мы куда-то спешим? — зевая, спросил Костя. — Или дорогу отремонтировали?

— На тот свет дорогу отремонтировали!

— Что, еще кого-то упокоили?! — встрепенулся он.

— А тебе Феди мало? В соседнем номере лежит!

— А менты? Девять часов, как-никак!

— А по ощущениям? — усмехнулась Дуся.

В комнате действительно темно для утра. Костя глянул за окно. Тучи темные, низкие, но дождя нет. Пока.

— Нелетная погода?

— Не знаю. Нет пока никого… И Мухтар гавкает!

Действительно, за окном надрывалась собака. И овцы дружно блеяли.

— Дербенов где?

Костя окончательно проснулся, вышел из номера. В холле мертвая тишина, из номеров не раздавалось ни звука. И на первом этаже спокойно. В столовой никого, только остатки от ночного пиршества. Пустая банка из-под вина, два стакана и недопитый бокал. Номер Дербенова пустовал. Костя обошел весь первый этаж, прошел по двору, вернулся и дернул за ручку пустующего второго номера. Мало ли, вдруг Дербенов там решил прилечь. Но дверь не открывалась. Заперт был и номер Щукина. В пятом номере находился только труп Федора.

Оставались первый и третий номера, в одном Агата и Яша, в другом Алиса… Неужели с Яшей?…

Начал Костя с первого номера, дверь ему открыла заспанная Агата.

— Чего стучишь? — недовольно спросила она, постепенно просыпаясь.

Взгляд ее становился все мягче, уголки губ поднимались вверх.

— Спите?

— А что?

— Артурыч пропал!

— Так баранов своих погнал, — пожала плечами Агата.

— Стоят бараны. Недоенные!

— Недоенные?… А-а! — оценив шутку, игриво улыбнулась она.

— Да, но бараны стоят!.. А где Яша?

— Знаешь, я тоже думаю, что Яша должен быть среди баранов! — совершенно серьезно ответила Агата.

— А я думаю, что пусть Костя вина холодненького принесет! — донесся из глубины номера голос.

И еще Костя услышал, как открылась дверь в третий номер. В холл выглянул Славик. И вид у него не заспанный, а просто усталый. Как будто он и не ложился спать. Неужели Алису по кочкам гонял?

— Что-то случилось? — спросил Славик.

— А что-то должно было случиться?

— Полиция, например, должна подъехать.

— Артурыч куда-то пропал. — Костя внимательно смотрел ему в глаза.

— Ну так, может, овец пасет?

— А Мухтар здесь остался?

— Ну да, собака все утро брешет.

— Вам не мешает? — усмехнулся Костя.

Дверь распахнулась, и перед ним предстала Алиса. Волосы распущены, короткая комбинация, тапочки на каблуке.

— Нам не мешает! — с вызовом ответила она.

— Рад за вас!

Костя повернулся и нос к носу столкнулся с Дусей.

— Пойдем? — спросила она, пристально глядя на мужа.

— Куда?

— Артурыча искать!

Дуся, похоже, готова была вести его хоть в царство мертвых, лишь бы держать подальше от Алисы.

— Пока дождь не начался, — кивнул Костя.

Тучи сгущались, срывались капли дождя, Костя повернул к машине, нажал на кнопку пульта. Центральный замок щелкнул, двери открылись, но вместе с тем сработала и сигнализация. Костя несколько раз нажал на кнопку, прежде чем она заглохла.

— Что это? — спросила Дуся, встревоженно глядя на него.

— Не знаю. Но возможно, машину кто-то пытался открыть.

— Деньги!

Дуся рванула в лес по знакомой тропинке, схватив зонт, Костя последовал за ней. Но до тайника они не добрались, путь им преграждал Дербенов. Он лежал на тропинке, раскинув руки. Глаза открыты, в них навеки застывшее удивление, во лбу маленькая дырочка. Неужели снова стреляли из мелкашки?

— Да что же это такое! — забилась в истерике Дуся.

— Опять из мелкашки!

Над головой зашелестели листья, на нос упала крупная капля. А где-то над морем громыхнула гроза.

— Сейчас ливанет! — предупредил Костя.

— А деньги?… Деньги смоет!

Костя качнул головой. Деньги он хорошо запаковал, полипропилен плотный, без дырок, вода внутрь проникнуть не должна. К тому же место на возвышенности, лужи образовываться не будут, дождевые потоки пройдут стороной.

— Если до сих пор не смыло, то не смоет!

— А может, смыло?

Дуся вмиг забыла о страхе перед покойниками, присела над трупом, ощупала карманы брезентовки, наброшенной на футболку. И карманы шорт не обошла вниманием.

— Дура! Он туда шел, а не обратно! — Костя повел рукой в глубь леса, вверх по склону горы.

Дербенов шел, с кем-то столкнулся, даже испугаться не успел, как все произошло. Судя по выражению лица, Дербенов не ожидал выстрела. А умер он практически мгновенно. Во всяком случае, в предсмертных судорогах не бился.

Сверху хлынуло так, как будто полное воды небо перевернулось.

— Уходим! — Костя потянул за собой Дусю.

Но ее тянуло к деньгам.

— Нет!

— Да!

Костя схватил ее, потащил за собой, но Дуся уперлась.

— Да пойми ты, глупая! Труп найдут, нас обыскивать будут, деньги найдут… Жалеть будем!

— Глупая? — Дуся в раздумье глянула на него. — Ну, хорошо, хоть не дура!

— Возможно, из нашей винтовки стреляли!

Костя застыл как вкопанный. А вдруг убийца действительно стрелял из той самой винтовки, которую они спрятали? Но как он ее нашел? Или это сделала Дуся?… Но как она могла с первого же выстрела попасть точно в лоб? Она не могла!

— Ты давай домой, а я сейчас!

Забыв о ливне, Костя обогнул труп и зашагал к тайнику. Но Дуся и не собиралась уходить. Так же не обращая внимания на дождь, она пошла за ним, цепляя зонтом промокшие ветви деревьев и кустов.

Зонт защищал ее плохо, к тайнику она вышла вся мокрая, одна только голова относительно сухая. Костя сунул руку под корень дерева, но винтовку не нащупал. А в этом месте было только одно углубление. Следующее под деревом в ста метрах дальше. Деньги там. Туда Дуся его и потянула.

— Деньги, деньги!.. Винтовка пропала!

— Как ее могли найти?

— Не знаю!

— И деньги тоже могли найти! — крикнула она.

— Да черт с ними, с деньгами. Нас посадить могут… Меня могут посадить, — немного подумав, уточнил он.

Славик уже рассказал, что видел его со злополучной винтовкой в руках. Это значит, что Костя первый в списке подозреваемых.

— Да хотя бы глянуть!

Деньги были на месте. Костя не ошибся, водой тайник не залило и вряд ли зальет. И пакет герметичный.

— Здесь оставим! Нельзя брать с собой!

Прежде чем вернуть пакет на место, Костя долго всматривался в завешенную дождем даль. Вдруг кто-то наблюдает за ними, видит, куда они кладут деньги. Но вроде поблизости нет никого. Да и кто пошел бы за ними в такую погоду?

Костя успокоил себя, вернул деньги на место, но обратно отправился чуть ли не бегом. Подглядывавший за ним человек должен был уходить от него, чтобы не попасться на глаза, причем должен идти быстро. Он мог выдать себя неосторожным движением. Но не выдавал. Потому что никто не следил за ними и не уходил от них.

Они с Дусей вышли к трупу, только там увидели Яшу. Тот вздрогнул, увидев их, более того, бросился бежать. Или на самом деле испугался, или придуривался.

Дождь закончился, как только они с Дусей вошли во двор дома. Как по команде закончился, облака разошлись, и даже выглянуло солнце.

Но в доме ждала грозовая туча. Яша встретил Костю с ружьем в руках. Агата стояла рядом, по лестнице спускались Алиса и Славик.

— Где вы были? — щелкнув курками, спросил Яша.

— Гуляли! — Костя с досадой смотрел на него.

А ведь собирались они держаться все вместе, чтобы никто не оставался без присмотра.

— Артурыча зачем убили?

— Не убивали мы!

— Где мелкашка?

— Нет никакой мелкашки!

— Мел кашку прятать ходили! — Яша глянул на жену, затем на Алису.

— Ничего мы не прятали!

— Славик, ты видел винтовку? — кивком указав на Костю, спросил Яша.

— Видел!

— Где он ее прятал? Место показать сможешь?

— Смогу!

— Выходим! — Яша повел стволами, указывая на дверь.

Но Костя остался стоять. Не собирался он никуда идти — мокрый и голодный. Хотя бы в сухое переодеться.

— Я ведь не шучу! — Яша предостерегающе качнул головой. — Убивать не буду, а коленку прострелю!

— Не промажешь?

— Картечью?!. Что-нибудь да попадет!.. Я сказал, на выход!

Костя вздохнул, тронул Дусю за плечо и вместе с ней вышел из дома. Вслед за ними потянулись и все остальные, те, кто остался в живых.

Облака расходились, небо светлело, в любой момент мог появиться вертолет с полицейскими. Следственно-оперативная группа могла подъехать и на машине, если дорогу вдруг восстановили. Если да, то Косте от этого не легче. Не сможет он уехать отсюда: Яша вцепился в него как клещ.

Костя с Дусей шли впереди, они вывели процессию к трупу, Агата с Алисой ахнули ради приличия и продолжили путь. Славик указал на дерево, под которым Костя нашел винтовку.

— Давай, глянь, что там? — велел ему Яша.

И Славик не стал возражать, сунул руку в одну прощелину, затем в другую и все-таки вытащил винтовку.

— Осторожно, пальчики не оставь! — запоздало предостерег Яша.

— Да я только за рукоять! — нахмурился Славик.

Агата посмотрела на него, перевела взгляд на Костю.

— Можете стереть, все равно моих пальчиков там нет, — сказал он.

— Стер уже?

— Не было здесь винтовки. В другом месте была.

— Я не знаю, где она была. Я знаю, что, убив Артурыча, ты положил ее сюда.

— Не убивал я Артурыча!

Костя и сам понимал, насколько жалко выглядит это его отрицание. Славик видел его с винтовкой, это уже само по себе, считай, приговор. Если, конечно, Щукина и Дербенова убили именно из этой винтовки.

— Не хотел убивать, — качнула головой Агата. — Просто пошел винтовку перепрятать. А Дербенов тебя увидел. И понял, что это ты и Щукина убил, и Федю.

— Федю, — кивнула Алиса, с осуждением глядя на Костю. — Феоктистова.

— Фамилию нужно знать, — усмехнулся Яша. — Тогда перед следователем глазами не будешь хлопать. Ты убил Феоктистова?… Так точно, я! Понял, как нужно отвечать?

— Иди ты знаешь куда?

— Да нет, братан, туда ты пойдешь!.. Может, вместе с женой. Если вы вместе убили!

— В номере мы всю ночь были, — отозвалась Дуся. — Как нашли Федю мертвого, так из номера не выходили.

— Не знаю, не видели, как вы не выходили… Славика я вот, например, видел. И Алису. Всю ночь в столовой сидели. Только утром и разошлись.

— Алиса со Славиком в столовой оставались, — качнул головой Костя. — Ты еще раньше нас ушел.

— Яша потом снова подошел, — сказал Славик.

— К Алисе приставать?

— Костя, ну зачем ты так! — пристыдила Агата Булахова. — Я попросила Яшу извиниться перед ребятами. Он извиняться приходил!

— Может, хватит комедию ломать? На меня все решили повесить? — спросил Костя.

— Следователь вешать будет. Сказать, за какое место?… Давай, спиной ко мне! Пошли!

Яша навел на Костю ружье и велел возвращаться в гостиницу. Там их заперли в номере. Яша даже забрал ключи от машины, хотя не имел на это никакого права.

— И что с нами будет? — спросила Дуся.

Ее колотил озноб, с этим нужно было что-то делать. К счастью, горячая вода подавалась исправно, Костя отправил ее в душ. И о себе не забыл.

— Не знаю, что с нами будет, — надев сухой спортивный костюм, сказал он. — Знаю, что нас конкретно подставили.

— И что нам делать?

— Что делать… Для начала хорошо бы узнать, как убийца нашел спрятанную нами винтовку.

— Может, с помощью собаки? — задумалась Дуся.

— Но деньги-то на месте!

— А если деньги просто не успели забрать?

— Деньги обычно забирают сразу… Вряд ли с помощью собаки!

— Тогда как же?

— Может, за нами следили… Не знаю. Знаю только, что мы конкретно попали.

— Тихо! — прислушалась Дуся.

Где-то вдалеке загудело.

— Вертолет!

— А если в этот раз с собакой?… Полицейские точно найдут наши деньги!

— Не найдут, вспомни, какой был дождь! Все следы смыл!

— Я сейчас завою громко-громко!

Вертолет подлетел к дому, завис. Винты крутились в том же бешеном темпе, в котором в голове у Кости метались мысли в поисках спасения.

Винты остановились, стало тихо, и в голове у него созрело решение.

— Не было никакой винтовки! — тихо сказал он, обращаясь к жене. — Славик ее придумал! Возможно, придумал в сговоре с Яшей… Не находили мы никакой винтовки, поняла?

Дуся кивнула, соглашаясь врать в унисон с ним.

— А сговор был! Вернее, сговор есть!.. Именно поэтому нас незаконно лишили свободы!

Костя схватил простыню, разорвал ее вдоль на две половины, сделал два жгута. Одним связал Дусю, а другим себя.

Они лежали на кровати, связанные по рукам и ногам, с кляпами во рту, когда появился следователь Кудрявцев в сопровождении Кошлякова.

— Не понял, зачем вы себя связали? — спросил Яша.

В ответ Костя возмущенно замычал и задергался, пытаясь разорвать путы на руках.

— Развяжите немедленно! — строго глянув на Яшу, потребовал Кудрявцев.

— Так никто их и не связывал!

Кошляков развязал Костю, Дусю, и следователь попросил Яшу удалиться.

— Гражданин Кошляков утверждает, что это вы убили гражданина Дербенова, — осматривая номер, сказал следователь.

— Мы — это кто, я, моя жена или мы оба?

— Кто-то из вас.

— То есть Кошлякову все равно, кто из нас убийца? Главное, от себя подозрения отвести?

— А подозрения есть?

— Ну кто-то же отравил Феоктистова?

— Насчет отравления пока ничего неясно.

— А убийство Щукина?… Кошляков все уши прожужжал, что это сделал киллер. И я, сказал, могу киллером быть, и Феоктистов, и Слава… Не знаю, какая у него фамилия… Пока не знаю, — усмехнулся Костя.

— Что значит пока?

— Не знаю… Ничего не знаю. Пытаюсь разобраться, в голову лезут мысли… Возможно, Слава следующий в очереди… Вот скажите, как связаны убийства Щукина и Феоктистова?… Если это все-таки убийство.

— И как они могут быть связаны?

— И почему Кошляков все про киллеров талдычит?… Может, он и есть киллер? Может, и Славе угрожает опасность, и мне…

— Труп Феоктистова обнаружили вы?

— И что?

— Зачем вы заходили в номер к Феоктистову?

— Я заходил в номер к Славе. Не знаю фамилии…

— Вячеслав Чередников.

— Я зашел к нему и увидел труп Феоктистова. Федор лежал на полу мертвый, на тумбочке стояла бутылка с питьевой водой. Он мог отравиться. Его могли отравить… Эта бутылка потом исчезла. Возможно, преступник заметал следы.

— Вы не знаете, где эта бутылка?

— Можете обыскать номер, бутылки у меня точно нет… Хотя! — Костя потрясенно посмотрел на Дусю.

А вдруг бутылка где-то в номере? Тот же Кошляков запросто мог подбросить ее.

— Скажите, как малокалиберная винтовка оказалась у вас в руках? — спросил следователь.

— Я могу сказать, что Кошляков придумал винтовку. И Чередникова подговорил. Как будто он видел, как я достаю из тайника винтовку.

— Кошляков подговорил Чередникова? — усмехнулся Кудрявцев, с сомнением глядя на Костю.

— Не знаю.

— Это при том что Кошляков киллер и может убить Чередникова?

— Чередников этого не знает.

— А Кошляков?

— Может, и Кошляков не знает. Я же не утверждаю, что Кошляков киллер, просто мысли вслух.

— У вас была малокалиберная винтовка?

— Нет. Не было и не находил. Сегодня да, сегодня видел. Слава ее достал… Но в руках я ее не держал!

— А ведь мы отпечатки пальцев снимем!

— Нет там моих отпечатков пальцев! Не может быть по определению!

— И Чередников на самом деле не видел, что у вас была винтовка?

— Нет.

— А что вы делали сегодня утром в лесу?

— Дербенова искали!.. Проснулись утром, смотрим, овцы в загоне, собака лает, его нет.

— И сразу пошли в лес?

— Нет, сначала двор обошли…

— К реке не ходили? Где труп Щукина нашли.

— Нет.

— Сразу в лес?

— А если оттуда в Щукина стреляли? Или из леса, или из окна номера, который занимают Кошляковы.

— Из окна номера.

— Только их окно выходит на машину Щукина! Только они могли видеть, как Щукин сцепился с Чередниковым!.. Вы же не зря искали гильзы под окнами Кошлякова, правильно я понимаю?

Кудрявцев отнес вопрос к разряду риторических.

— А Чередников мог убить Щукина? — спросил он.

— Физически или вообще?

— И физически, и вообще?

— И физически мог, — кивнул Костя. — Из винтовки даже женщины могут стрелять.

— Из винтовки? Женщины? — задумался Кудрявцев.

— Биатлонистки, например.

— Биатлонистки… Ну да, биатлонистки…

Костя внимательно смотрел на следователя. А ведь сегодня всплыла винтовка из тех, которые применяются в биатлоне. Приклад срезали, снайперский прицел усилили, приделали глушитель, и оружие киллера готово.

— В биатлоне и мужчины участвуют, — сказал он. — Слава на биатлониста не похож, но, возможно, он умеет стрелять. Теннисная ракетка у него есть, может, и спортивная винтовка имелась.

— Теннисная ракетка?

— Он говорит, что ехал в Сочи, там какой-то теннисный турнир. Кстати, руки у него не слабые.

— Теннисный турнир, теннисный турнир… — проговорил Кудрявцев, что-то прикидывая в уме.

— И отрава у него могла быть.

— А мотив?

— Ну, есть предположение, что Щукин приставал к Алисе. А Слава, насколько я понял, влюбился в нее без памяти… И Феоктистов Алису очень обидел.

— Как?

— А это вы у нее спросите, я за нее говорить не могу.

— Я слышал, Алиса была вашей девушкой.

— Когда-то, да, была.

— Как же так вышло, что вы оказались с ней здесь?

— Случайность… Случайно увидел ее по дороге, решил быть поближе, ехал за ней. Висел на хвосте. А тут обвал…

— Случайность?

— Я даже не знал, что у нее умер муж, что она сошлась с Федором.

— И Федор ее обидел?

— Я его не убивал. Ни Федора, ни Щукина, ни Дербенова!..

— А если мы докажем, что Дербенова убили вы?

— Дерзайте! — От волнения в горле пересохло, Костя глянул по сторонам в поисках бутылки с водой.

— Мы ведь докажем. Но тогда поздно будет каяться! — перешел на угрозы следователь.

— Против меня ничего нет! Кроме вранья Чередникова!

— Я не стану вас пока задерживать, гражданин Булахов, — немного подумав, сказал Кудрявцев. — Но вы не должны выходить из номера.

— Мы даже не завтракали! — мотнула головой Дуся.

— Ну хорошо, отправлю вашего мужа в отделение, там его и покормят.

— Да нет, не надо! У нас хлеб есть, консервы! — зачастила она.

— Оставаться здесь! И никуда не выходить!

— Здесь будем, — пообещал Костя и вздохнул, глядя, как за следователем закрывается дверь. Будь у Кудрявцева машина, он бы уже находился на пути в участок. А вертолет туда-сюда из-за одного-двух пассажиров следователь гонять не станет. Но заберет Костю с собой на обратном пути. Или отправит его вторым рейсом — вместе с трупами. Одним словом, перспективы — не позавидуешь.

За окном сверкало, грохотало, дождь лупил по крыше. Казалось, сама природа оплакивала Дербенова, хозяина этих мест.

— Думаю, вертолет сегодня не вернется, — сдерживая радость, тихо сказала Дуся.

— Завтра вернется, — буркнул Костя.

Кудрявцев действительно собирался забрать его с собой, но не хватило мест. А второй рейс, похоже, накрылся.

— Завтра нас здесь не будет! — мотнула головой Дуся.

— Сбежим?

— Уйдем. Через горы. Выйдем на дорогу, и домой, в Ростов. Черт с ней, с квартирой!.. Деньги, конечно, заберем!

— Меня и в Ростове найдут.

— Не найдут, я позабочусь об этом!

— Ты не понимаешь, если сбежал, если прячешься, значит, виноват!

— Скажем, что опасались за свою жизнь. А разве нас не могут убить?

— Могут, — кивнул Костя.

— Значит, надо уходить!

— Яша не даст.

— Яша… Это ведь он всех убил. Он!..

— Поэтому он нас и не отпустит.

— А зачем мы ему нужны? Сам же говоришь, если сбежали, значит, виноваты. А если мы виноваты, то ему и бояться нечего.

— Не знаю… Мы уйдем, а после нас останется труп.

— Чей труп?

— Ну а вдруг Яша на самом деле киллер и охотится на Славика? Славика и убьет. А свалит на нас.

— Зачем охотиться на Славика? Кто он такой?

— Не знаю.

— Ты же видел, какая у него машина. Сто лет в обед… На Щукина охотиться можно. На нас… На Алису, в конце концов… Но не на Славика!

— Значит, Алису убьют. И свалят на нас.

— Ну, Алису мы с собой не возьмем! — мотнула головой Дуся.

— И Славика могут убить, чтобы нас подставить. Ради этого и убить.

— Будем собираться?

Костя пожал плечами, уныло глядя на супругу. Собраться не проблема, вопрос в том, как и куда идти в сильный дождь. Смоет где-нибудь по дороге.

— А ты через горы собралась идти?

— Ну да, заберем деньги и пойдем дальше. Я смотрела по карте, там можно выйти к дороге.

— У тебя в голове только деньги, — усмехнулся он.

— А у тебя что? Алиса?! — вскинулась Дуся.

— На машине можно. До завала. Там сейчас работы идут, думаю, пешком мы там пройдем. А может, уже и на машине проедем.

— Там тоже дождь идет. Может, заново завалило?… Боюсь я там ехать.

— Посмотрим, до ночи еще есть время.

Дождь закончился к шести вечера, но небо не просветлело. А когда за окном стемнело совсем, в дверь постучали.

Костя приложил палец к губам. Вертолет не прилетал, представителей закона здесь нет, а у всяких там самозваных поборников справедливости полномочия допрашивать отсутствуют. Тем более что никого не хочется видеть.

— Эй, я же свет сейчас вырублю! — пригрозил Яша.

Костя кивнул, глядя на Дусю. Пусть делает что хочет, все равно.

— И воду перекрою!

Костя молчал, никак не реагируя на выходки баламута.

— Я ведь по-нормальному прошу! Поговорить надо!

Костя осторожно подошел к выключателю, потушил свет и лег на кровать. А Дуся отправилась в ванную, взяв пустую пластиковую баклажку, воды набрать.

Но свет так и не отключили, воду не перекрыли. Зато со двора потянуло дымком и запахом шашлыка.

— Ну да, бараны бесхозные, а убивать Яша умеет, — заметил Костя.

— И шашлык жарить тоже, — нервно добавила Дуся.

— Шашлыка завались, вина залейся.

— А мы тут без ужина топчемся! Голодные!

— Ничего, перетолчемся, — усмехнулся Костя.

Его-то на запахе шашлыка не разведешь, а вот Дусю можно. Ну любит она поесть, и ничего с этим не поделаешь.

— Перетолчемся? А с собой ничего не нужно?… И что нам там за столом сделают?

— А нож подкинут, которым потом кого-то убьют… Убьют, а на ноже мои пальчики… Да и не зовут нас.

— Позовут, вот увидишь.

— Позовут, потому что выманить нас нужно!

— А так они не могут нас убить? — не унималась Дуся. — Выбьют дверь и расстреляют!

— Забаррикадируемся!

— А под присмотром их всех как будем держать? Вдруг кто-то за деньгами пошел?

— Или сходил!

— Костя, не дразни меня!

В дверь снова постучали, на этот раз Костя упираться не стал.

— Что, затворники? — мило улыбалась Агата. — Мойте руки, и за стол! У нас все готово!

— Во двор? — повеселела Дуся.

— В столовую! Во дворе опасно!

— Со мной или без меня опасно? — мрачно усмехнулся Костя.

— Да мы вот подумали, не мог ты убить Дербенова.

— Почему?

— Да потому что из номера не выходил… Яша же не просто так в карты сел играть, он смотрел, чтобы из дома никто не выходил.

— Дербенов вышел.

— Потом поговорим! — сказала Агата и, весело подмигнув Косте, ушла.

— Ну вот видишь, ничего страшного! — сияла Дуся.

— Ну да, ничего. Если не считать, что меня сдали ментам.

— А ты договорись. Со Славиком. Пусть он скажет, что соврал.

— Смешно!

В столовой ярко горел свет, посреди помещения накрытый стол — гора шашлыка, два кувшина с вином, картошечка, огурчики, помидорчики, зелень. И женщины в платьях. Одна только Дуся в спортивном костюме.

— Ой, а я тоже пойду переоденусь! — загорелась она.

— И сразу возвращайся! — бросил ей вслед Яша.

— Тебе не все равно! — волком глянул на него Костя.

— Нормально! Мы им тут такую поляну накрыли, а он наезжать!

— Нам поляну?

— Всем!.. Чтобы все вместе были. Друг у друга на глазах.

— Я понял, следить друг за другом, — усмехнулся Костя. — Чтобы я больше никого не убил. Без свидетелей.

— Мы не знаем, кто убивает. Может быть, ты, может, мы, может, еще кто-то! — Агата не просто взяла Костю под руку, а грудью плотно прижалась к его плечу.

А выглядела она сейчас ну очень сексуально. Накрашенная, с распущенными волосами, платье не короткое, но с открытой спиной, да и декольте пугало своей глубиной. И Алиса не отставала от нее. Платье у нее прямое, закрытое, но короткое, ножки длинные, босоножки на шпильках. А запах ее духов заглушал аромат шашлыков.

— Может быть, злой дух вокруг нас ходит!

Алиса взяла Костю под левую руку и также прижалась грудью к его плечу. Яша и Славик переглянулись.

— Сейчас меня будут убивать, — вроде как в шутку сказал Костя.

— А ты готов умереть за меня? — спросила Алиса.

И она уже навеселе, и Агата. Настроение у них игривое, атмосфера в столовой как будто праздничная. Как будто и не лежат где-то неподалеку два трупа. И не бродит по мокрому лесу злой дух, убивающий всех, кто попадается на пути… Пир во время чумы.

— А надо?

— Не знаю. Но все возможно! — отталкиваясь от него, вздохнула Алиса.

Не ответил Костя на вопрос, а мог бы и соврать для приличия.

— За меня умирать не надо, — отпуская его руку, весело сказала Агата. — За меня нужно жить!

— И выпить! — кивнул Костя.

— А вот это правильно! — Яша сунул в рот кусок мяса.

— Тогда прошу.

Агата ласкающе провела рукой по спине Кости, подталкивая его к столу.

— Дуся еще не пришла.

— А мы в рамках тренировки, — с набитым ртом проговорил Яша.

— Тяжело в учении… — улыбнулась Агата, масляным взглядом скользнув по Косте.

— Шашлык попробуй, станет легче!

— Нового барана зарезал?

— Овцу… Хозяин завтра обещал подъехать, — сказал Яша. — Надо будет рассчитаться. Мы же ведь не халявщики.

— Мы-то не халявщики, — хмыкнула Алиса. — Но в этой гостинице нас уже два дня убивают!

— И не говори! — кивнула Агата.

— Ну что, давайте за мужиков! За всех. Даже за Щукина! — Яша поднял стакан.

— А чем тебе Щукин не угодил? — удивленно повела бровью Агата.

— Ну-у… Мне-то, конечно, все равно, а вот Славика он обидел… А Славик, между прочим, нас от смерти спас! — выкрутился Яша.

— И за это мы обязательно выпьем! — пообещала Агата. — Но потом!

— А сейчас за мужиков! — кивнула Алиса. — И даже за Федю!

— Сволочь?

— Еще какая!..

— Я тебя понимаю… Думаешь, Яша лучше?…

— Ну, он же тобой не торгует?

— Нет, но это потому, что смысла нет. Я слишком дорого стою!

Агата фактически нахамила Алисе, но при этом она улыбалась так, как будто сделала ей комплимент — в расчете на взаимность.

— Я не помню, чтобы Щукин спрашивал твою цену? — тем же ответила ей Алиса.

Агата попыталась проглотить эту плюшку, но не смогла, поперхнулась, на глазах едва не выступили слезы.

— Это он у тебя не спрашивал.

— Может, у Яши спросил? А он его за это… того! — насела Алиса.

— Собирался, — совершенно серьезно сказал Яша. — Но не успел!

— Опередили?

— И не знаю кто… Ух ты, да у нас тут конкурс красоты устраивать можно! — глядя на Дусю, бодро хлопнул в ладоши Яша.

Дуся надела облегающее платье из тонкой белой пряжи. Надо сказать, оно ей очень шло. И грудь изящно обтянута, и таз. На высоких каблуках Дуся держалась уверенно и раскрепощенно.

— Лишь бы не аукцион! — усмехнулся Костя.

— А может, попробуем? — азартно глянул на него Яша.

— А если я смогу купить здесь всех? — Костя в упор посмотрел на него.

— И даже меня?

— Ты мне и даром не нужен!

— Нам Славик нужен! — Дуся натужно улыбалась, пытаясь свести разговор к шутке.

— А вот это интересно! — натянуто засмеялся Яша.

— Я не продаюсь! — глянув на Алису, мотнул головой Славик.

— А если мы очень хорошо попросим?

— Все равно придется доплатить. Дело в том, что Слава очень хорошо вышивает крестиком! — весело сказала Алиса.

— Крестом он вышивает. Языком!..

— Что-то я не понимаю! — Славик настороженно смотрел на Дусю.

— Крестом ты на Косте вышил. Его завтра могут арестовать!

— Но если я на самом деле видел винтовку?

— А если мы на самом деле ее нашли?

— И вернули на место, — добавил Костя.

— Ну а что нам оставалось делать? — будто оправдываясь, спросил Яша. — Я же видел вас у трупа. В такой дождь.

— А что ты там у трупа делал? В такой дождь! — в том же тоне спросил Костя.

— Слава, скажешь следователю, что ошибся, — движением руки постановила Агата. — Не будем ссориться.

— Да? А откуда тогда я знаю, где винтовка? — с удивленным возмущением глянул на нее Славик.

— Кстати, откуда? — уставился на него Яша.

— Да ну вас! — махнул на него рукой парень.

— А если серьезно, то я вчера не просто в карты играл, я за домом смотрел. До семи утра. Костя до семи утра из дома не выходил, — сказал Яша. — Это я могу сказать точно!

— А зачем тогда на него наехал?

— Так Артурыча убили в районе пяти утра. Следователь сказал… Так что зря я на тебя наехал… Как насчет мировой?

— Да, но с винтовкой меня подставили.

— А ты не мог убить Щукина?

— Зачем мне его убивать?

— А мы до семи утра сидели?… — сворачивая разговор, спросила Алиса. — А я-то думаю, почему мне чертовски хочется спать?

— С кем? — спросила Агата.

— Могу попробовать с тобой!

— Со мной?!

— А что, слабо?

— Мне?!

— Предлагаю пари! — просиял Яша. — И себя в роли судьи!

— И сколько это будет стоить? — Агата, не мигая, смотрела на Алису.

— Костя все оплатит. Он у нас очень богатый… Если может купить здесь всех… Или слабо? — Яша пронзительно смотрел на Костю.

— А давайте просто напьемся, — предложила Дуся. — А потом каждый выберет себе партнера по душе…

— А если Костя выберет меня? — Алиса резко повернулась к ней.

— Не выберет!

— А вдруг?

— Алиса, нам всем нужно успокоиться, — сказал Костя. — Все на нервах, пытаемся развеселить себя, а получается какой-то балаган.

— Пытаемся себя развеселить, — кивнула в коротком раздумье Агата. — Все на нервах. Поэтому балаган. И злые клоуны.

— Ты не выберешь меня? — разочарованно, с осуждением спросила Алиса.

Дуся и хотела ответить в резком тоне, но Костя взял ее за руку, мягко сжав запястье.

— Я тебя выбрал! — сказал Славик, жестко и с обидой глядя на Алису.

— Спасибо, конечно, — усмехнулась Алиса, давая понять, что ей от этого не легче.

Не устраивал ее Славик на все сто, и она это не особо скрывала.

— Я могу сказать, что ошибся, что видел палку, а не винтовку. Палка у Кости была, а не винтовка, — взывая к Алисе, продолжал Славик.

— Да, но ты не к палке следователя привел, а к винтовке, — сказала Агата.

— Значит, я ее и спрятал. Значит, я и убил Щукина… Я с удовольствием убил бы эту свинью! — раздухарился Славик.

— А смог бы? — едко усмехнулся Яша.

— Смог бы! — резко глянул на него Славик.

— Но тебе все равно придется выпить за него. За помин души, так сказать. За него, за всех!

— И выпьем!

Яша налил, выпили не чокаясь. Затем повторили, закусывая шашлыком. Сначала Костя наелся, затем напился. Вино закончилось, когда потянуло в сон. И Яша как будто заметил это.

— Здесь все спать будем! — сказал он.

— Где здесь? — не понял Костя.

— В столовой. Хотите, на полу, хотите, на столах. Кровати можно принести… Кто как хочет, так и спит, но здесь. Чтобы не было потом никаких неясностей.

— Потом, это когда еще кого-нибудь убьют?

— Если будем держаться вместе, не убьют, — качнула головой Агата.

— Будем держаться вместе, — кивнул, поднимаясь, Яша. — Минут через десять и начнем. Сейчас схожу за вином. Кто со мной?

— Сам справишься! — махнула рукой Агата.

Яша принес две банки вина, поставил на стол. И обвел взглядом присутствующих.

— Все в сборе? — спросил он.

— Налей! — попросила Алиса.

В одной руке она держала бокал, в другой — таблетку.

— Противозачаточное? — спросила Агата.

— Изжога у меня!.. От тебя! — огрызнулась Алиса.

— Все в сборе? — плеснув ей в бокал, повторил вопрос Яша.

— Все! А что? — с подозрением посмотрел на него Костя.

— А тебя что-то пугает?

— За кроватью идти не хочется.

— В таком случае напивайся как свинья. Тогда и под столом будет хорошо.

— Я требую отмены банкета! — громыхнул вдруг за спиной незнакомый мужской голос.

Костя обернулся и увидел двух здоровых мужчин в охотничьих костюмах цвета хаки, в черных медицинских масках и с помповыми ружьями. Они стремительно вошли в столовую. Один занял правый угол из двух, ближних к арке, другой — левый. Но прозвучавший голос принадлежал не им, а третьему типу такой же внушительной комплекции. И этот в темно-зеленом костюме и медицинской маске, в руке пистолет с глушителем. Капюшон сброшен на спину, волосы короткие, глубокая вертикальная морщина на лбу, а параллельно ей багровый рубец с раздвоенным кончиком. Переносица широкая, глаза маленькие, глубоко посаженные.

— Эй, я не понял! — оторопело протянул Яша.

— Вы кто такие, мальчики? — весело спросила Агата.

— Закрой рот, девочка!

— Как некрасиво! — оттопырив нижнюю губу, фыркнула Алиса.

— Это ты та шлюха, которая спала со Щукиным? — едко спросил широконосый.

— Эй! — вскочил Славик.

Но бугай с ружьем резко шагнул к нему и врубил прикладом под сгиб колена. Ему даже не пришлось нагибаться для этого: руки у него длинные, а ноги короткие. Славик потерял равновесие и, опрокинув стул, сел на пол. А бугай, перевернув ружье, взял его в прицел.

— Поднялся, и к окну! — скомандовал он.

— А вам что, особое приглашение? — широконосый навел пистолет на Костю.

Тот и не хотел подниматься, но Дуся схватила его за руку, потянула за собой.

Их всех подняли из-за стола, согнали к окну. И Яшу, и Агату, и всех. Никто, похоже, не был в сговоре с налетчиками.

— Ты шлюха?… Или ты? — Широконосый перевел взгляд с Алисы на Агату.

— Все они тут шлюхи! — сказал здоровяк славянской внешности и с коричневым от загара лицом.

— Что вам нужно? — спросил Костя.

Загорелый вмиг пришел в движение, приклад его ружья полетел в живот Кости, он не стал закрываться, но напряг пресс. И выдержал удар, даже не согнулся.

— Что вам нужно? — повторил он в готовности увернуться от приклада в лицо.

— Кто убил Щукина?

— Говорил же Федя!.. — процедил Яша.

— Что говорил? — шагнул к нему коротконогий.

А в столовую вошел еще один «охотник», высокий, худощавый. И тоже в маске, которая закрывала только рот, нос у него был острый, с тонкой спинкой.

— Чисто наверху! — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Что ты говорил? — повторил за своим дружком широконосый.

— Да не я говорил, Федя говорил, что спросят за Щукина. Крутой мужик!

— Кто такой Федя?

— Так нет его. Умер. Отравился. Сначала Щукин, потом Федя…

— Ты кто такой?

— Я-то Яша… Яков Игнатьевич.

— Здесь что делаешь?

— Ну так всех нас тут отрезало. Дождем!

— Ты убил Щукина?

— Нет, конечно!

— А кто?

— Кто тебе про Алису сказал? — спросил Костя, спокойно, без вызова глянув на широконосого. — Через ментов узнал?

Но тот завелся, вспылил.

— Ты Щукина убил? — спросил он, приставив ствол к его голове.

Но Костя так и продолжал смотреть на него. Не в глаза смотрел, на переносицу, но взгляд не отводил.

— Если про Алису знаешь, то и про Федю должен знать. Щукин его кинул. Федя его за это и убил.

— И что с Федей? — опустив ствол пистолета, спросил налетчик.

Костя смотрел, как он достает из кармана мобильный телефон с толстой антенной. Звонить куда-то собирается. Видно, доложить об успешном захвате.

— Тебе же сказали, нет больше Феди. Сначала Щукина убили, потом его… «Груз двести» Федя, завтра его менты заберут.

— «Груз двести»? — широконосый в упор смотрел на Костю, зло, пронзительно и как будто в раздумье.

При этом он постепенно поднимал голову, заставляя Костю тянуться за ним. И Костя поднимал голову, догадываясь, чем это может закончиться. И ведь угадал, налетчик действительно рубанул его головой, но Костя успел подставить лоб. И все равно после удара едва удержался на ногах. От сотрясения глаза как будто крутанулись вокруг своих осей, как колеса с фейерверками, рассыпая искры. В голове что-то хрустнуло.

Поплохело и широконосому. Он подался назад, повел рукой, удерживая равновесие. Ему требовалось целых два-три мгновения, чтобы прийти в норму, Костя же мог атаковать прямо сейчас, но добить не рискнул: знал, чем это может закончиться. Худощавый стоял совсем рядом, и у него тоже пистолет с глушителем, а застрелить он мог не только Костю, но и Дусю, и стоящую рядом с ней Алису.

Впрочем, худощавый все равно поднял руку с пистолетом. И Костя уже рефлекторно шагнул к нему, закрывая грудью и Дусю, и Алису. Но налетчик замешкался, сразу не выстрелил, и Костя смог вцепиться в оружие и даже направить ствол в потолок. А из руки вырвать не удалось. Зато худощавый смог ударить его ногой в пах.

Острая боль скрутила Костю, пистолет он не отпустил, но тут в себя пришел широконосый. Он поднял руку, собираясь выстрелить бунтарю в голову.

Костя не заметил, как Агата смахивает со стола нож, но увидел, как он летит в широконосого и втыкается ему в руку.

Только вот сам нож впечатлить не смог. Маленький, лезвие острое, но узкое. Широконосый даже пистолет из руки не выпустил. Мало того, развернулся к Агате, собираясь выстрелить в нее.

Но первым выстрелил коротконогий. И не в Агату, а в Яшу, который, как оказалось, тоже метнул нож с небольшим отставанием. И метнул настоящую «финку», клинок вошел в горло широконосому по самую рукоять.

Прежде чем умереть, широконосый успел нажать на спусковой крючок. Пуля из ствола и фонтан крови из его горла вылетели практически одновременно. Пуля прошла у Агаты над головой. Зато не промазал коротконогий. Жакан пробил Яше голову насквозь, вырвав из нее огромный кусок вместе с ухом. Кровь, мозги, осколки костей выплеснулись на Агату, досталось Алисе и Дусе.

Костя все так же держался за пистолет, не позволяя худощавому выстрелить. Тот снова ударил его — свободной рукой наотмашь, Костя успел подставить плечо. А коротконогий, передернув затвор, снова выстрелил. Краем глаза Костя заметил, как Славик толкнул загорелого. Тот еще только собирался стрелять, вскидывал ружье, а Славик толкнул его на линию огня. Коротконогий выстрелил, загорелый дернулся, поймав в голову крупнокалиберную пулю.

Костя с силой рванул вперед, сдвинув противника с места и толкнув его на стол. Даже потеряв равновесие, худощавый удерживал пистолет в руке, Костя побоялся отпустить его, поэтому упал вместе с ним, успев заметить, как Славик бьет в голову коротконогого. Бьет кулаком, удар у него оказался мощный, хорошо поставленный.

Падая, Костя направил локоть в лицо противника. Ударил его и, вырвав наконец-таки у него из руки пистолет, поднялся. Худощавый двинул его ногой, Костя выдержал удар и сам врезал ему, попал куда-то под нижнее ребро. Худощавый скривился от боли, но из боя не вышел, стал подниматься. Костя не успевал направить на него пистолет, поэтому снова ударил — ногой в голову. Противник упал, только тогда Костя направил на него ствол. Но стрелять не стал. Дело в том, что Славик уже расправился с коротконогим. Ему хватило двух ударов, чтобы вышибить из него дух. А бил он четко, профессионально.

— Лежать, ублюдок! — взревел Костя.

— Не стреляй! — простонал худощавый.

Агата стояла над Яшей, безумными глазами глядя на мертвое тело. Широконосый все еще истекал кровью, конвульсивно дергая головой. Загорелый лежал, не шевелился. Пуля попала ему под левую руку, возможно, прострелила сердце. Если так, то с ним покончено.

— Сколько вас было? — спросил Костя.

— Четверо! — не стал медлить с ответом худощавый.

— Яша, вставай! — Агата нервно дернула мужа за руку.

Вся в крови, волосы растрепаны, глаза безумные, а если еще вспомнить, как она метала нож… Натуральная бестия!

— Агата, он не встанет!

Алиса неосторожно тронула ее за плечо.

— Уйди! — выкрикнула Агата.

— Точно четверо? — Костя на всякий случай держал в поле зрения арку, холл за ней.

Худощавый осматривал второй этаж, кто-то пятый, возможно, находился сейчас в подвале, шестой мог остаться во дворе. Шестой или даже седьмой-восьмой.

— Точно четверо!

— Если врешь, пристрелю!

— Четверо, больше никого!

— Убью, тварь!

Костя повернул голову на голос и увидел, как Агата, схватив нож, бросилась к лежащему на полу коротконогому.

Это он убил ее мужа, она явно собралась покончить с ним. Но Славик перехватил ее руку вместе с ножом.

— Ну, ты!

Агата попыталась ударить его коленкой в низ живота, но Славик легко подставил бедро. И тут же закрутил захваченную руку за спину, заставив Агату выгнуть спину.

— Ты кто такой? — взвыла она.

— Слава я! Передников!

— Ты не можешь так драться!

— Как так?

— Как профессионал!

— Это случайно!

— Ну нет!..

Коротконогий, пользуясь замешательством врага, попытался подняться, но Славик, не отпуская Агату, влепил ему ногой в голову. Да так мощно, что налетчик вырубился.

— Свяжи его! — крикнул Костя.

Славик возмущенно глянул на него, но тут же передумал возникать и, отобрав у Агаты нож, отпустил ее.

— Нельзя убивать! Сама же потом пожалеешь!

Славик уложил коротконогого на живот, снял с него поясной ремень и связал ему руки за спиной. Костя поступил точно так же с худощавым, только еще вдобавок стянул с него брюки — до колен. Чтобы не смог подняться.

— Говорит, что их четверо! — глядя и на Славика, и на Агату одновременно, Костя кивком указал на худощавого. — Надо бы двор осмотреть!

— А почему я? — зло спросила Агата.

— А потому что ты бешеная!

— Все! — Она подняла руки, давая понять, что взяла себя под контроль.

Но Костя ей почему-то не поверил.

— Мы с Агатой двор осмотрим, ты, Славик, давай в подвал, а потом наверх!

— А мы во двор? — поднимая с полу пистолет широконосого, спросила Агата и скосила глаза на коротконогого.

— Зачем тебе проблемы? — спросил Костя, глянув на Дусю, на Алису.

И одна стояла как заколдованная, и другая боялась пошевелиться. Все никак не могли оправиться от потрясения.

— Во двор так во двор!

Агата шагнула к выходу, толкнув Костю плечом, стремительно набрала ход.

— Мы тоже! — выдавила из себя Дуся.

— Возьми ружье! Если кто развяжется, стреляй!

Но ружье с пола подобрала Алиса, Костя успел это заметить, покидая столовую.

— Без разговора башку снесу! — донесся до него ее голос.

Во дворе тихонько блеяли всеми забытые овцы. Мухтар лежал возле трупов Дербенова и Феоктистова. Тела еще днем вынесли на полянку, где приземлялся вертолет. Костя думал, что собака охраняет своего хозяина, но, как оказалось, она лежала там, где ее настигла смерть. Ее убили двумя выстрелами в голову.

— Профессионалы! — осмотрев собаку, сделала вывод Агата.

— А ты кто?

— А что я?

— Нож метнула не по-детски!

— И что, убила?

— Нож слабый.

— Не по-детски Яша метнул! Вот он умеет!.. Умел, — голос у Агаты дрогнул.

— И тебя научил.

— Мы на даче в последнее время жили, там у нас дерево, доска. Тренировались. От нечего делать.

— Ножи метать?

— Ножи!

— А стрелять?

— И стрелять. Из пневматики.

— От нечего делать?

Агата резко повернулась к Косте.

— Если ты думаешь, что это Яша кого-то убил, то ты глубоко заблуждаешься!

— А кто мог убить?

— А кто сцепился со Щукиным?

Агата повернулась к Косте спиной, глянула по сторонам и направилась к дому. А платье у нее смелое, спина открытая, сдернешь бретели, откроется все тело. Линии спины красивые, широчайшие мышцы волнующе поигрывают в такт движениям. Костя мотнул головой вслед. Нет, не поддастся он соблазну.

Агата заглянула в столовую, но заходить не стала, вздохнула, оплакивая мужа, и поднялась на второй этаж. Ей нужно было смыть кровь и переодеться.

Славик стоял у окна, опираясь о ружье.

— Может, выключим свет? — спросил Костя.

— Да, конечно! — легко согласился парень.

Он снова, казалось, превратился в недозрелого губошлепа без малейших притязаний на лидерство. Он снова хотел казаться слабаком. И Алиса ему поверила. Во всяком случае, она, забыв о его недавних заслугах, подошла к Косте. А когда погас свет, прижалась к нему.

— Здесь страшно! Может, на второй этаж? — спросила она.

— Можно и на второй, — кивнул Костя.

Все двери заперты, но налетчики как-то смогли проникнуть в дом. Может, взломали замок отмычкой. Сейчас двери закрыты на засовы, но все равно нужно держать ухо востро. На втором этаже будет спокойней. Да и трупов там нет.

Костя схватил за ноги одного пленника, Слава — другого. Затащили их на второй этаж, бросили посреди холла.

— Мне нужно переодеться! — сказал Костя.

Свет в холле не горел, но Костя видел, какими глазами сморит на него Алиса. Она готова была слушаться его во всем. Мало того, хотела ему повиноваться.

— И умыться! — Дуся тоже все видела, поэтому нервно подтолкнула мужа в спину.

— И вещи собрать, — добавил Костя. — Сваливать отсюда надо!

— Надо! — кивнула Дуся и, когда Алиса исчезла за дверью, скрылась в своем номере.

— Ты как себя чувствуешь? — спросил Костя.

— Да ничего, — пожал плечами Славик.

— А в окно чего не смотришь?

— А надо! — кивнул парень и нехотя подошел к окну, откуда он мог наблюдать за дорогой, которая вела к дому от моря. Вдруг машина там появится или люди.

— Круто ты с этим разобрался! — Костя легонько пнул коротконогого.

Тот замычал, пытаясь языком вытолкнуть кляп.

— Да сам не понял, как получилось.

— На автомате действовал?

— Да нет, случайно…

— А врать нехорошо!

— Ну а если не случайно, то что? Я с детства айкидо занимался.

— Это не айкидо, это чисто ударная техника была.

— Ну одно другому не мешает…

— А почему лохом прикидываешься?

— Лохом?

— Алиса тебя за лоха держит!

— Ну-у…

— А ты, оказывается, супермен, да?

Костя помнил, как Славик пытался бросаться на Федю, на Яшу, даже на него. А ведь мог показать класс и тогда. Но ведь не бросился. И не показал. Во всяком случае, на глазах у всех.

— Не супермен я…

— Ведешь себя как тюфяк, ездишь на старом «Форде»… Сколько ты за Алису заплатил?

— Это не твое дело! — насупился Славик.

— Да нет, мое… Говоришь, Щукин тебя за грудки таскал? А может, это ты его крутил?

— Не крутил я его. И не убивал!

— А ведь мог. Из-за Алисы!

— Федя его убил. — Славик скосил взгляд на пленников.

Костя не собирался брать грех на душу и убивать. Здесь захваченных боевиков оставят или ментам сдадут, в любом случае они вернутся к своему хозяину, который хочет отомстить за Щукина. Пусть думают на Феоктистова. Феде все равно, а они хотя бы не зря здесь побывали.

— Но ведь мог убить и ты, — кивнул Костя.

— За что? В чем Щукин виноват? В том, что у него бабы в голове?… — спросил Славик. — А Федя ублюдок! Федя виноват!

— Федю можно убить?

— Федю отравили! Это не я!

— А Дербенова?

— Ты говоришь так, как будто ты ангел, а вокруг демоны. Видел я тебя! — усмехнулся Славик и снова указал взглядом на пленников. Они все слышат, так что лучше свернуть разговор.

Открылась дверь, и в темный холл пролился свет из первого номера. Агата вышла к ним в черном спортивном костюме. Стройная, упругая, пружинистая. В руке пистолет с глушителем. Волосы влажные, лицо чистое, свежий запах парфюма.

— Свет лучше не включать, — сказал Костя.

— Какой свет? — не поняла Агата.

— В номере.

— Режим светомаскировки?

— Он самый.

— А смысл?… Они знают, где гостиница. Знают, где мы.

— Кто они?… Как вы узнали, что за Щукина спросят? — обратился к пленникам Костя.

— Не знали, но догадывались… Непростой мужик!

Агата склонилась над коротконогим, выдернула кляп из его рта.

— Непростой он мужик, ваш Щукин? — спросила она.

— Вы даже не представляете, насколько!

— А ты разъясни!

— Вы приговорены!

— Приговорен ты!.. — Агата приставила ствол к горлу пленника и взвела курок. — Это тебе за мужа!..

— Агата! — Костя схватил ее за руку в последний момент.

Она выстрелила, пуля ударила в пол у самой головы коротконогого и с визгом улетела куда-то к четвертому номеру.

— Я все равно его убью! — сквозь зубы процедила она.

— Кто дал команду нас убить? — спросил Костя, поставив колено на грудь коротконогого.

— Я могу сказать, только это ничего не изменит. — Голос у налетчика заметно дрожал.

Страшно ему, вдруг Агата снова выстрелит? И на этот раз удачно.

— А ты все равно скажи!

— Брат Щукина отмашку дал!.. Как узнал, что вы его убили, так отмашку и дал.

— Мы убили?

— А ему все равно! Сказал, всех замочить!

— Сердито!

— Если мы на связь не выйдем, он еще людей отправит. Их у него много.

— Жить хочешь? — спросила Агата.

— Хочу!

— Выходи на связь!.. Скажи, что всех упокоили.

— Поздно уже, время прошло. Алеша звонить собирался, когда вы на него набросились.

— Мы набросились?

— Да уже неважно, кто… Всех замочат, и нас, и вас.

— И вас?

— Вы не знаете Щукина. Это зверь, а не человек!

— Тогда звони, скажи, что не могли выйти на связь. Сигнала не было!.. Или у вас спутник? — спросил Костя, вспомнив короткую толстую антенну на телефоне.

— Спутник… Дубиныч спросит Алешу, а как Алеша ему ответит?

— Кто такой Дубиныч?

— Да это неважно, вы до него не доберетесь. Да и зачем вам? Если доберетесь, проблему не решите. Если только Щукина замочите… Но вам на Щукина ни за что не выйти. И нам с Димохой тоже… — Коротконогий кивком указал на своего дружка. — Вам только бежать! Бежать, бежать… Чем дальше, тем лучше! Это мой вам совет!

— Куда бежать?

— Не знаю… От Дубиныча не убежишь!

— И все-таки как найти этого Дубиныча? — Агата приставила ствол к голове несчастного.

— Ну, найти нетрудно, — затрепетал тот. — Охранное агентство «Бережок»! В Сочи!

— А если соврал?

Агата вытащила кляп изо рта Димохи.

— Что скажешь, морда? — спросила она.

— Да врет Гера, врет!

— Нет никакого «Бережка»? — Агата приставила ствол к голове коротконогого.

— «Бережок» есть, Дубиныча никакого нет!

— Димоха, ну ты и падла!

— Я падла?!

— Гера падла! — Агата шевельнула пальцем на спусковом крючке.

Костя взял ее за руку, и она вздрогнула, будто проснулась. Разжала пальцы, и пистолет сам по себе выпал из ее руки.

— Ты что, собираешься искать Дубиныча?

— Какого Дубиныча? — Она недоуменно смотрела на Костю.

— Зачем тогда спрашиваешь?

— Оставьте меня в покое!

Забыв о пистолете, приложив к вискам пальцы, Агата повернула к лестнице.

— Ты куда?

В ответ она лишь махнула рукой.

— К мужу она, — тихо сказал Славик.

— Дверь не открывай! — бросил вслед Костя.

Агата кивнула, спускаясь по лестнице.

Костя достал смартфон, включил диктофон и приставил ствол к голове Геры.

— Что ты про Дубиныча знаешь?

— Знаю, что вам не надо его искать. Он сам вас найдет!

— Здесь найдет?

— С доставкой на дом.

— Найдет и убьет?

— Накажет.

— То есть нам угрожает опасность, нас могут убить?

— И могут. И убьют.

— Из-за Щукина?

— Из-за него.

— Ты понял, нам здесь оставаться нельзя, — обращаясь к Славику, сказал Костя. — Уходить нужно. Прямо сейчас. И плевать, что там Кудрявцев сказал.

— Кудрявцев нас всех подставил, — кивнул парень.

— Тем более… Помоги Алисе собраться, и уходим!

— И Агате нужно сказать.

Славик спустился вниз за Агатой, а Костя отправился к себе.

Дуся лежала на кровати, свесив ноги на пол. Спортивный костюм, кроссовки, сумка стоит собранная, чемодан. Все необходимые для пешего похода вещи сложены в рюкзак. Но Костя больше надеялся на автопутешествие.

— Спишь?

— Уходить пора! — не открывая глаз, хнычущим голосом сказала она.

Не хотелось ей никуда идти, Костя прекрасно ее понимал.

— Уходим!

Рюкзак он забросил за спину, чемодан взял в левую руку, сумку — в правую.

— Сами пойдем? — спросила Дуся.

— Не знаю, — пожал плечами Костя.

И Агата его пугала, и Славик, что-то не то с ними, мутные они, непонятные. Может, кто-то из них убийца. Но отказаться от их компании значит оставить Алису в опасности. Она, конечно, не ангел, но Костя не мог бросить ее в беде.

— Алису забрать хочешь? — язвительно спросила Дуся.

— Алиса единственная, кого я не подозреваю. После тебя, — немного подумав, добавил он.

— Алиса после меня?

— После тебя, — сказал Костя.

А никуда ему от жены не деться. Именно в таком тоне и прозвучали его слова.

— Если честно, Славик меня настораживает! — поделилась мнением Дуся. — И Агата тоже… Можно забрать Алису, но тогда Славик за нами увяжется.

— Давай сначала вещи к машине отнесем, а там видно будет.

— На машине поедем?… А деньги? — тихо спросила Дуся.

— Ничего с ними не случится, потом заберем. Неизвестно, что с дорогой, всякое может произойти.

— Ну это если мы все вместе отсюда уйдем. Славик знает про деньги, Агата, вдруг они найдут их?

— Вместе и уйдем, — решил Костя.

Агата поднималась по лестнице, когда он вышел в холл.

— Уже смываешься? — с укором спросила она.

— Пока только вещи уложил. Давай быстрей, у тебя десять минут.

— Ну хорошо, — повеселела Агата.

Дверь открылась, из номера вышел растерянный Славик.

— Что не так? — нахмурился Костя.

— Алису разбудить не могу!

— Ну на руках ее в машину отнеси! — сказала Агата.

Она, похоже, и мысли не допускала о том, чтобы уходить пешком. Только на машине.

— Да? Ну хорошо! — Славик повернул назад.

— Тебе помочь? — спросил Костя.

— Сам справится! — Дуся толкнула его в плечо, направляя к лестнице.

Ни он, ни она не смогли пройти мимо столовой. Костя позарился на бесхозный дробовик, взял ружье, обыскал его владельца, отобрал у него запас патронов. А Дусю интересовало мясо. Готовый шашлык весь валялся на полу, но в холодильнике стояла целая кастрюля с маринованным мясом. Дуся забрала все.

— С тобой не пропадешь, — усмехнулся Костя.

С одной стороны, стыдно за нее, а с другой — мало ли что может случиться в дороге.

Как оказалось, уже случилось. Все четыре колеса его машины были спущены. И в каждой шине по пулевому отверстию. Из пистолета щукинские стреляли, в упор, чтобы наверняка. И «Мазда» стояла на пустых скатах, и «Инфинити», и «Форд» Славика. Костя не поленился, дошел до «БМВ» Щукина, но и эту машину не пощадили. Налетчики не жалели патронов, они думали, что жертвы попытаются сбежать, не верили в их способность дать бой, как оказалось, зря.

— Пешком уйдем! — сказала Дуся.

Она впихивала кастрюлю с мясом в сумку-холодильник. Холода эта вещь уже не давала, но для транспортировки вполне годилась.

Из дома вышел Славик, он с трудом нес на руках Алису. Драться он умел, Костя это уже понял, но тяжелая атлетика точно не его конек. Парень еле шел, руки разгибались, колени подкашивались.

— Давай обратно! — сказал Костя, приближаясь к нему.

— Как обратно?

— А так, колеса на всех машинах прострелены.

— Да ну!

Костя подставил руки, Славик вздохнул, глянув на него, но Алису ему сгрузил.

Ноги в коленях не прогнулись, руки под тяжестью тела не опустились, но все же Костя не без труда занес ее обратно в дом и уложил на кровать в комнате Дербенова. Алиса дышала, но лицо совершенно неподвижное, ни единой эмоции на нем. Или она умерла, или спала настолько крепко, что ничего не чувствовала.

— Мертвым сном спит, — выдохнув, сказал Костя. — Может, снотворное приняла?

— Да нет, она же говорила, что спать очень хочет.

— Или усыпили?

— Кто?

— Ну, может, в вино что-то подмешали. Клофелин, например.

— Все пили вино.

— А она еще и запивала. Таблетку. От изжоги. Может, таблетку перепутала, может, снотворное приняла?

— Может быть… Пусть здесь пока побудет.

Костя вышел в холл, по лестнице с двумя сумками спускалась Агата.

— Меня ждете? — спросила она.

— Там еще одно ружье в столовой, — сказал Костя. — С собой нужно взять. Пешком уходить будем.

— Как это пешком?

— Колеса на машинах прострелены… Если только со всех машин запаски пособирать… На чью ставить будем? — задумался Костя.

— На нашу можно! — разволновалась Агата.

— У вас седан, двадцатые колеса могут не встать. И на «Форд» не встанут.

— На твой «Лексус» встанут!

— Так у меня двадцатка, и у Щукина максимум двадцать первая.

— А ключи от его машины?

— С ваших снимем!

— У меня шестнадцатый радиус… — Славик выразительно глянул на Агату.

— Я откуда знаю?

— Хорошо бы, конечно, и у Щукина запаску взять, — вслух подумал Костя.

— Взломать можно. Кто нам что за это сделает? — спросил Славик.

— Уже делают, — усмехнулась Агата.

— Вот и я думаю, что хуже не будет.

— Где ружье? — глянув на Славика, спросил Костя.

Алиса брала дробовик, потом ствол оказался у Славика, где сейчас это ружье, вопрос.

— Так на втором этаже…

— Агата, возьмешь ружье! — распорядился Костя. — И патроны, если есть… А мы колесами займемся!

— Может, Алису ко мне в машину пока положить? — спросил Славик.

— Ну, если отдохнул, давай!

Славик поднатужился, оторвал Алису от кровати, вынес за порог, спустил с крыльца. Там уже подключился Костя, взял Алису за ноги. Она успела переодеться, стильная толстовка на ней с капюшоном, спортивные брюки, кроссовки.

— За руки давай!

Они отнесли Алису к машине, усадили ее, подошла Дуся, чуть погодя появилась Агата. И одна загружена под завязку, и другая.

— Там фары на дороге! — тревожной сиреной заголосила Дуся.

В одной руке у нее сумка дорожная, в другой — изотермическая, с мясом. За спиной дробовик. Вид, близкий к карикатурному, но Костя даже не улыбнулся. У Агаты одна сумка, которую она умудрилась закинуть за спину, как рюкзак, В руках ружье.

«Форд» стоял на дороге, которая, сужаясь до тропинки, вела в лес. Что ж, стартовая позиция не самая худшая.

— Уходим!

Костя снова схватил Алису за ноги, Славик — под руки. Вдвоем они потащили ее в лес. Женщины поспешили за ними.

В лесу они сгрузили Алису на землю, Костя поправил рюкзак за спиной, взял у Дуси ружье.

— Уходить надо! — не соглашаясь с тем, что остановились, мотнула головой та.

— А если это лесовоз мимо проезжает?

— Или хозяин гостиницы, — пожал плечами Славик.

Он тоже не остался без оружия, пистолет у него за поясом. Второй пистолет Костя держал притороченным к своему рюкзаку.

Дусю оставили с Агатой, втроем осторожно вышли к дороге. И сразу же повернули назад. Возле дома стояли два внедорожника, из машин выходили вооруженные люди.

Костя с ходу поднял Алису на руки. И кивком указал Славику на Дусю, чтобы он взял у нее сумку. И на форсаже — в лес, пока за ними не началась погоня.

Остановился он, лишь когда стали отказывать ноги. Уложил Алису на землю, перевел дыхание. И велел Дусе приготовить пустой пакет, а всем сложить в него телефоны, планшеты. У Агаты в сумке находился ноутбук, от него тоже пришлось избавиться.

— Я не знаю, какие у щукинских возможности, — сказал он. — Может, они уже взяли наш след.

Пакет спрятали под корнями дерева, там, где совсем недавно находилась злополучная мелкашка. Затем продолжили путь, Костя держал Алису под руки, Славик — за ноги, так и несли, спотыкаясь в темноте. Похоже, их никто не преследовал, они могли идти медленно — вверх по горе. И даже сделали привал.

— И куда мы идем? — спросила Агата.

— Скоро будет спуск, — сказал Костя.

— А дальше?

— Снова подъем. Очень крутой.

Дальше шли крутые скалистые горы. Костя знакомился с местностью по электронной карте, знал, что скоро тропинка резко свернет к северу — к ущелью. Потом снова на запад. Там она и растворится в горах. Нужно будет искать другой путь.

— Куда подъем?

— А у нас сейчас один путь, уйти от щукинских головорезов.

— Я так понимаю, карты ни у кого нет?

— Тебе же сказали, нам нужно спрятаться, — сказала Дуся. — Я думаю, нам не надо далеко уходить.

— И я так думаю, — кивнула Агата. — Разобьем лагерь на возвышенности.

— Мяса нам дня на три хватит, — сказала Дуся.

— Вина не взяла? — усмехнулся Костя. — Надо было целую бочку взять! Катили бы себе потихонечку!

— Палатку надо было взять.

— У меня палатка в машине! — вспомнил Славик.

— Шляпа! — фыркнула Агата.

— Тише можно? — попросила вдруг Алиса.

— Эй, ты что, не спишь? — возмущенно протянула Дуся.

Но Алиса ей не ответила. Она снова заснула, подложив под голову предплечье.

— Эй!.. — Дуся тряхнула ее. — Земля не мокрая, нет?

— Да нет, не очень… — пробормотала Алиса. И вдруг встрепенулась. — Земля?!

Но на ноги она не поднялась, всего лишь села, опираясь на вытянутую руку.

— И свежий воздух!

— А что случилось?

— В горах мы! Убегаем! Убивать нас идут!

— Как убивать? — Алиса скользнула взглядом по Славику, посмотрела на Костю.

И руку протянула, чтобы он помог ей подняться. Костя не стал мелочиться, нагнулся, взял ее под мышки, оторвал от земли. Она встала и оперлась на него, обняв за шею.

— Эй, а ты не припухла? — взвилась Дуся.

— Мне очень плохо… Мне очень хочется спать! — Алиса положила голову Косте на плечо.

— Идти надо! — сказал он, разворачивая ее вокруг оси.

— Я не могу!

— Тогда останешься здесь! — резко сказала Агата.

— Пойдем! — С досадой глянув на Костю, Славик взял Алису под руку.

— Только держи меня! — попросила она.

Алиса шла, засыпая на ходу. Но шла.

Они спустились с одной горы, остановились у подошвы другой.

— А толку дальше идти? — спросила Агата.

— Толку? — подхватила Алиса. — То вверх, то вниз, у меня уже ноги рыдают!

— И дышать темно, — глянув на нее, усмехнулась Дуся.

— Да уж, фонарь бы нам не помешал, — кивнул Славик.

— Фары! — глянул на него Костя.

— Где ж их взять, эти фары?

— Дело не в фарах, дело в машинах, они со стороны шоссе ехали.

— И что?… Хочешь сказать, что дорогу открыли? — обрадовался Славик.

— Назад надо!.. — сказала Алиса. — Только не сейчас!

Обняв Славика, она сползла на влажную траву. Роса выпала, это значило, что до рассвета осталось не так уж и много.

— Возвращаться надо, — в раздумье проговорила Агата. — Дождемся утра, и обратно. К утру щукинские уберутся, полиция подъедет.

— Кто знает, кто знает, — покачал головой Костя. — Но дальше идти смысла нет. Обратно надо, мимо дома, мимо машин — к шоссе.

— К шоссе, — кивнула Агата.

— А сейчас стоянку нужно разбить. Место бы выбрать.

Тропинка уходила вправо, а они свернули влево, поднялись вверх по крутому склону, вышли на пологую полянку, откуда открывался нужный им вид. Почва каменистая, трава чахлая, зато кусты боярышника высокие, пышные. А чуть дальше пройти, лес начинается, все те же знакомые бук, дуб, ясень, дикая груша, кизил.

— У кого там палатка в машине? — бросив сумку на землю, с усмешкой спросил Костя.

— И теннисные ракетки! — Алиса закрыла глаза, живой медалью повиснув на шее у Славика.

— Все в машине, — усмехнулась Дуся. — И вещи тоже.

— Да? А где наши вещи? — Алиса проснулась, отпрянула от Славика, осмотрелась.

— В доме все оставил, — вздохнул тот.

— Как в доме?

— А ничего, что Славик тебя, дуру, на руках тащил? — спросила Дуся.

— Кто дура?! — взвилась Алиса.

— Извини, я думала, это твое имя!

— Ты думала, что мы с тобой тезки?! — едко засмеялась Алиса.

— Будете бодаться, рога вырастут! — довольная собственной шуткой, засмеялась Агата.

— Тебе хорошо говорить, у тебя сумка! — вздохнула Алиса.

— И муж покойный!.. Это, по-твоему, хорошо? — надвинулась на нее Агата.

— И мой муж там лежит!

— Не муж, а сутенер!

— И ты туда же! — Алиса обиженно глянула на Агату.

— Да мне все равно, кто ты!.. Полотенце тебе дам, белье чистое есть, если не брезгуешь.

— А если брезгую?

— Тогда шиш тебе!.. У кого есть вода? — Агата подняла руку, в которой держала пустую пластиковую бутылку.

— У меня есть!.. Чуть-чуть, — немного подумав, добавила Дуся.

— Без воды плохо, воду нужно искать, — сказал Костя. — Я помню, тут ручей где-то должен быть.

— По карте можно глянуть… — Алиса ощупала карманы куртки. — А где мой телефон?

— Позвонить пошел, — сказал Костя. — И не вернулся!

— Далеко ручей? — спросил Славик.

— Ну, километра два… Три… — Костя указал на юг.

По склону вверх, затем вниз, до расщелины, по дну которого могла течь вода. А могла и не течь.

— Постарайся найти родник, — сказала Агата. — Ручьи сейчас грязные.

— Может, сама попробуешь? — огрызнулся Славик.

— Это ты мне? — возмущенно повела бровью Агата.

— Проехали!

Славик забрал у нее бутылку, Дуся дала ему вторую, такую же пустую.

— Со мной пойдешь? — обращаясь к Алисе, спросил Славик.

— Я так спать хочу! — закатила она глазки.

И действительно заснула, едва только он, обогнув заросли терновника, скрылся из виду. Легла прямо на землю, подложила под голову руку и заснула.

Дуся не была бы Дусей, если бы не взяла из машины пляжные коврики. Затолкала в сумку, сама же какое-то время тащила их, даже не думая избавиться от лишнего веса.

Она достала оба коврика, один расстелила для себя, а другой забрал Костя. И уложил на него Алису — спящую и обездоленную. Ни сумок у нее, ни рюкзака, хорошо, хоть переодеться успела прежде, чем заснула.

— Джентльмен? — язвительно спросила Дуся.

Костя молча снял с креплений рюкзака свернутый в рулон плед для пикника. Дуся посмотрела на него, перевела взгляд на Алису, недовольно повела бровью. Но Костя укрыл им жену. Только тогда она вспомнила, что плед мог пригодиться ему самому.

— А ты?

— А я на пост!.. Спи, через пару часов разбужу завтрак готовить.

— А шампуры взяли?

— И мангал, и шампуры. И даже шашлычную беседку!

— Ну тебя!

Агата стояла у куста, опираясь на ружье, и смотрела на тропинку. Небо уже просветлело, солнце где-то за тучей, нависающей над горами.

— Как думаешь, дождь будет? — спросил Костя.

— Если тебя пугает свинцовый дождь, то вероятность уменьшается. Погони пока не видно.

— А если вдруг?

— Предлагаешь отбиваться?

— А есть настроение?

— У меня? У меня есть! Я бы их всех, за Яшу!.. Только их много, а я не совсем дура.

— Яша и ножи метать учил, и стрелять.

— Говорю же, на даче жили.

— Дело было вечером, делать было нечего.

— Типа того.

— А работаешь где?

— В бюро добрых услуг.

— Это как?

— А так! Надоела тебе жена, приходишь к нам, платишь, через месяц жены нет, — совершенно серьезно сказала Агата.

И все равно Костя смотрел на нее в поисках подвоха.

— Совсем нет?

— Похороны за свой счет. А может исчезнуть бесследно.

— Это ты шутишь?

— Это я говорю то, что ты хочешь услышать. Ты же думаешь, что я киллер, да? — укоризненно усмехнулась Агата.

— Нет, конечно!

— Тогда зачем спрашиваешь, где я работаю?

— Ну, просто.

— Бизнес у нас, бройлеров разводим, рубим, продаем. Сестра у меня директор мегамаркета, со сбытом проблем нет.

— Это хорошо, когда со сбытом проблем нет.

— Плохо, что бройлеров рубить надо, Яша сразу приноровился, а у меня сердце кровью обливается, когда курицу рубить нужно. Сейчас уже не так… Бройлеры, они ведь быстро растут, не успеваешь привыкнуть.

— Ну, наверное, — пожал плечами Костя.

— Ты лучше спроси, где Славик работает, — вкрадчиво улыбнулась Агата.

— Не знаю, где он работает, но показал он себя хорошо. Одного под пулю, другого вырубил.

— Охранником он работает.

— Охранником?

— Цементный завод охраняют. У них охранная фирма, система, дисциплина, подготовка.

— Ну да.

— Внештатные задачи.

— Убить кого-то?

— Чей цементный завод он охраняет? Как хозяин завода связан со Щукиным? Цемент — это строительство, а Щукин чем занимался?

— Тоже строительством.

— Плюс на плюс, минус на минус — равно конфликт интересов.

— С летальным исходом.

— Соображаешь!.. С водой у нас неважно, собирались, собирались.

— Славик принесет.

— Дуся шашлык забрала, это хорошо.

— Надо будет костер развести.

— Давай, займись, а я постою посмотрю.

— Не заснешь?

— Засну. У костра. Который ты разведешь. Перед тем, как меня сменить.

— Не усложняй, — усмехнулся Костя, собираясь уходить.

— Эй, костер в лесу разводи, за деревьями дыма не видно! — Агата повела рукой в сторону от зарослей терновника, за которыми не так давно скрылся Славик.

— Хорошо.

— И дров там должно быть много.

С хворостом проблем не возникло. Костя выбрал место, насобирал дров, развел костер. О шампурах он подумал, глядя на пышный лесной орех. К нему и направился. Ветви лещины относительно ровные, срезать, обстругать, и прутья для мяса готовы.

Он уже подошел к орешнику, срезал одну лозу, когда увидел Агату. Обогнув терновник, она шла по едва заметной тропинке — по следам Славика. Шла спокойно, не озираясь, потому и не заметила Костю. И даже не почувствовала. Но далеко не ушла. Остановилась, повернулась к нему задом, быстро стянула штаны на резинке, оголив задницу, и сразу же села.

Уходил Костя осторожно, в страхе сделать лишнее движение, даже под ноги смотрел, чтобы не наступить на сухую ветку. Язык у Агаты острый, увидит — обзовет извращенцем.

Агата его не заметила, справила нужду и повернула назад. Костя вернулся к костру, подбросил веток, вернулся к орешнику и увидел Славу, он шел с двумя бутылками воды в руках. И в одной полтора литра, и в другой. В кармане еще одна бутылка, маленькая.

Славик шел, не замечая его, Костя вышел из-за дерева, от неожиданности парень вздрогнул.

— Нашел ручей?

— Нашел! Течет себе спокойно, как будто никаких дождей.

Славик шел быстро вверх по довольно-таки крутому склону, он заметно устал, но дыхание относительно спокойное, как у человека, привыкшего к серьезным длительным нагрузкам.

— Чистая вода? — взяв бутылку, спросил Костя.

— Родник там, кладка из камня, труба. И дорога — на шоссе выходит, на машине подъехать можно. Ну, я так думаю. К роднику люди ездят, мусор там…

— Мусор и у нас есть, — усмехнулся Костя. — Машины нету.

— Пешком уйти можно.

— А уверен, что к шоссе?

— Куда-то же дорога ведет!

— Странно!

— Что странно?

— Не видел я дорогу. Когда карту смотрел.

— Может, не заметил?

— Ручей заметил, а дорогу нет?

— Может, дороги нет?… Могла потеряться, если карта электронная. Так дорога есть, а на карте нет.

— Могла и потеряться, — пожал плечами Костя.

— А что ты здесь делаешь? — косо глянул на него Славик.

— Шампуры под шашлык строгаю… А ты что подумал?

— Да нет, ничего. — Парень на мгновение отвел глаза.

Возможно, он подозревал Костю в убийствах, а может, всего лишь делал вид, что подозревает, если знал, кто убивал на самом деле.

А ведь Славик действительно мог убить Щукина. Потому что киллер, исполняющий заказ. Феоктистова он мог убить, потому что влюбился в Алису. Ну а Дербенова мог убить как свидетеля… Но как же он тогда нашел винтовку?… А ведь мог найти, потому что следил за Костей. Умел выслеживать.

— Я пойду? — спросил Славик, внимательно и настороженно глядя на Костю.

— Ну, иди… Всех давай к костру подтягивай!

— Ага!

Дуся пришла сама — в одной руке рюкзак, в другой сумка с кастрюлей. Дорожную сумку нес Славик, поддерживая сонливую Алису, которая легла спать, лишь только оказалась у костра. Славик едва успел бросить под нее пляжную подстилку.

— Агату сменить надо, — сказал он, оставив Костю присматривать за костром.

— А у нас что, шашлыки будут? — едва он ушел, Алиса открыла один глаз.

— А ты что, притворялась? — спросила Дуся.

— Почему я притворялась? — Алиса открыла второй глаз.

— Не нравится тебе Славик! Достал он тебя!

— Хочешь подобрать? Пожалуйста!

— Я хочу подобрать?!. Меня и Костя устраивает!.. Это ты всех подбираешь!

— Может, и Костю подберу!

— Думаешь, Костя разбогател? — Дуся уперла руки в бока.

— При чем здесь это? — как-то не очень убедительно удивилась Алиса.

— Это мой отец разбогател!

— Да?

— Так что не мылься! Без меня он… — Дуся запнулась.

Но Костя продолжил ее мысль:

— Без тебя я ноль, да?

— Я этого не говорила! — сошла она с лица.

— И все равно спасибо!

— Дура у тебя жена! — не удержалась от шпильки Алиса.

— Слышь, ты!

Дуся бросилась на Алису с кулаками, но Костя вовремя встал между ними.

— Трупов на сегодня хватит! — сказал он.

— А какие сегодня трупы? — захлопала глазами Алиса.

— Пока никаких… Но думали, что ты открыла счет! — Костя смотрел на нее с интересом свободного мужчины.

Обидела его Дуся, очень сильно обидела. Отрекаться от нее он пока не собирался, но наказать хотел.

— Думали, что ты умерла. А ты, оказывается, всего лишь спала.

— Да вырубило.

— Ты еще до нападения спать хотела, — напомнил он.

— Ну да… — Алиса в раздумье приложила палец к виску.

— Может, колес наглоталась? — спросила Дуся, явно желая уколоть ее.

Костя глянул на нее с укором, Алиса же — в раздумье.

— Ну да, такое ощущение, как будто после колес вырубило.

— Знакомое ощущение? — съязвила Дуся.

Алиса усмехнулась, с вызовом глядя на нее.

— И колеса закидывала, и косячки, бывало, покуривала… Много чего бывало. Может, потому мужики меня так хотят, а?

— Хотят они, потому что ты всем даешь!

— Может, хватит?… — Костя резко повернулся к жене. — Или я для тебя ноль?

— Ну, если твой для нее ноль, хотелось бы знать, кто у нее там до тебя побывал? Может, морж какой-нибудь! С моржовым!

— Моржовый у тебя! Вытащить забыла!

— Я вас сейчас свяжу! — пригрозил Костя. — И рты заткну!

— А ты что, правда для нее ноль? — усмехнулась Алиса.

— Костя, не слушай ее! И меня, дуру, не слушай! — На глазах у Дуси заблестели слезы. — Ну, ляпнула, не подумав!

— А не надо думать. — Из-за куста выходила Агата. — Нужно тупо готовить завтрак.

— Рано еще, — качнул головой Костя.

Он и шампуров наделал, и камней натаскал, соорудил хоть и жалкое, но подобие мангала. Костер пылал жарко, но дрова еще не прогорели. На углях мясо нужно готовить, а не на огне.

— Подождем! — бросив сумку на землю, сказала Агата. Ружье она класть на сумку не стала.

— Будем ждать, — кивнула, зевая, Алиса.

— А ты уже проснулась?

— Как видишь!

— Вижу, что не совсем.

— Ну да, наверное… — легко согласилась Алиса и села на подстилку, собираясь лечь.

— Может, мне место уступишь? — не очень дружелюбно спросила Агата.

— А я?

— А ты за дровами давай! Шашлык жарить.

— Так Костя…

— Что Костя? — удивленно повела бровью Агата. — Костя тебя на себе тащил!

— Пока ты притворялась! — вставила свои пять копеек Дуся.

— Алиса притворялась? — Агата вскинула обе брови.

— Да слушай ты ее больше!

— Ну, если не притворялась, давай работай!

— А ты здесь главная?

— А тебя что-то не устраивает? — Агата шагнула к Алисе, пристально глядя ей в глаза.

И та пугливо шарахнулась от нее.

Агата остановилась, Алиса же продолжала пятиться, пока не споткнулась о корягу и не свалилась в заросли папоротника.

— Да ну вас к черту! — поднимаясь, истерично выкрикнула она и капризно посмотрела на Костю, требуя защиты.

— Замри! — сказал он, направляясь к ней.

Алиса в ужасе распахнула глаза, глянула за спину и рванула к костру, думая, что ее преследует гадюка. Споткнулась, стала падать, Костя подхватил ее, удержал. А она обняла его, прильнув к нему. И он не собирался отпускать ее. После того, что услышал от жены.

— Страшно подумать, если бы Алису ужалила змея! — засмеялась Агата.

— Главное, чтобы Костю не ужалило! — с сарказмом сказала Дуся.

— Если ужалит, будите! — укладываясь на подстилку, сказала Агата. — Вдруг пригожусь! — И она закрыла глаза.

— Третьей будешь! — засмеялась Алиса, отрываясь от Кости. — После Дуси!

— А я думаю, кто тут у нас первая шлюха! — всплеснула руками Дуся.

— За хворостом пошли! — Костя демонстративно взял Алису за руку и повел ее в лес.

Но Дуся двумя руками вцепилась в него.

— Костя, ты что, серьезно? — чуть не плача спросила она.

— Вернусь, когда рот себе зашьешь!

— Все, уже зашила!

Но Костя не останавливался, и Алиса, чтобы не отстать, взяла его под руку.

— Молчит! — сказала она, сдерживая смешок. — Может, правда зашилась?

— Не знаю, — останавливаясь, сказал он.

Алиса вдохновляла его на смелые фантазии, но переступить красную черту он пока не мог. Хотел, но не мог.

— Может, не будем ее дразнить? — спросила она, ласковым взглядом вползая к нему в душу. И за руку взяла, завораживая нежным прикосновением.

— Назад пойдем?

— Ты не хочешь со мной? — И он смотрел ей прямо в глаза, не чувствуя страха.

— Ух ты! — Взгляд ее наполнился восторгом, но при этом она выпустила его руку.

— Ну да, это не я богатый, это тесть мой разбогател!

Костя резко повернулся к ней спиной и пошел к огню.

— Дурак ты!

Алиса не пошла за ним. Оглянувшись, Костя увидел, как она вытаскивает из-под куста сухую палку — для костра.

— Все, я молчу! — Дуся смиренно опустила перед ним глаза.

— Молчи в десны! — переворачиваясь с боку на бок, буркнула Агата. — И без языка!

— Можно и в десны! Но с языком! — Дуся вдруг набросилась на Костю, впилась в него поцелуем.

Он не захмелел от страстных ощущений, не вспыхнул, но отцепился от нее не сразу. Любил он жену или нет, но нос от нее точно не воротил.

Деревянные шампуры начали обугливаться, а мясо еще только подрумянивалось, до полной готовности нужно немного подождать. Впрочем, Костя никуда не спешил. Пока все вдруг резко не изменилось.

— Тревога! — Славик подскочил к Алисе, схватил ее под мышки, потянул на себя, заставляя подняться.

— Что такое?

— Щукинские там! К нам идут!.. Быстрее, уходим!

— Алису давай на руки! — поднимаясь с земли, совершенно серьезно сказала Агата.

Славик кивнул, сгреб Алису в охапку, собираясь забросить ее на плечо.

— Агата пошутила! — забрасывая за спину рюкзак, сказал Костя.

— Пусти! — вырвалась Алиса.

— Уходим! — Костя схватил сумку, сунул туда плед и одну подстилку.

Вторая лежала далеко, идти за ней — терять время. Но Дуся так не думала. Она торопливо снимала шашлык с огня, вместе с шампурами бросая его в кастрюлю с сырым мясом. И за ковриком она пойдет.

— Да оставь ты!

Костя крепко взял жену за руку, потянул за собой, но все-таки она умудрилась схватить сумку с мясом.

— Быстрей! Быстрей! — поторапливал он.

— Куда быстрей? — захныкала Алиса.

— Куда глаза глядят!

— К шоссе выйдем! — сказал Славик.

Он схватил Алису за руку, чтобы подбодрить ее. Костя же, напротив, отпустил Дусю, которая вырвалась вперед, хотя и не знала, куда идти. Никто не знал. Даже Славик. Он всего лишь думал, что знает.

— Сколько их там, этих щукинских? — спросила Агата.

— Троих видел!

— К нам шли?

— Да. Мне кажется, дым учуяли!

— Быстро идут?

— Я бы не сказал. Но костер найдут — пойдут быстрей.

— Логично… Собака есть?

— Собаки нет.

— Уже хорошо… Алису любишь?

— Что?!

— Не любишь?

— Ну ты нашла время!

— Умереть за нее готов?

— Ну-у…

— Да или нет?

— Да!

— Костя, а ты готов умереть за Алису? — не унималась Агата.

— Костя готов умереть за меня! — Дуся даже остановилась, чтобы выразить свое возмущение.

— Костя, ты готов умереть за нас?

— Что за блажь на тебя нашла? — спросил Костя.

— Это не блажь. Это война!.. Не уйдем мы от погони. Мужики там тренированные, учуют след — не отпустят!

— Ну да, мужики там не простые. В хаки, в брониках!

— Так, может, спецназ?

— Да нет. У спецназа оружие спецназовское, а у этих карабины… Или охотничьи, или служебные. Может, охранная фирма, я не знаю.

— Карабины с глушителями?

— Да нет… Может, на самом деле чоповцы. Группа быстрого реагирования!

— У Щукина не может быть охранной фирмы?

— Еще как может!

— Охранная фирма, особая группа. А задача у этих парней все та же! Найти нас и наказать!.. — сказала Агата и, немного подумав, добавила: — Даже Алиса не хочет, чтобы ее изнасиловали.

— Даже ты не хочешь! — вспылил Славик.

— Ух ты, защитник нашелся!

— Да, защитник!

— Ну тогда пошли, защитник, защищать будем!

— Предлагаешь устроить засаду? — спросил Костя.

Он и сам понимал, что далеко им не уйти, а задача у щукинских головорезов конкретная — найти, догнать и наказать на месте. Вчера они точно не шутили.

— А что, слабо?

— Да нет, дело нужное!

— Это что, стрелять будем? — совсем невесело спросил Славик.

— На поражение!

— Это же статья!

— Алиса, приготовиться к субботнику! — крикнула Агата.

— Да тише ты! Я согласен! — решился Славик.

— Девочки, далеко не уходите! Мы сейчас!.. Держи!

Агата протянула Славику ружье, а взамен забрала у него пистолет.

— Стрелять умеешь? — спросила она.

— Сейчас посмотрим.

— С Алисой не прощайся. Еще увидитесь… Пошли.

Агата полностью завладела инициативой, она даже не думала спрашивать Костю, как лучше устраивать засаду. К тому же она и не собиралась прятаться, смело шла навстречу опасности.

И когда среди кустов замаячила фигура в униформе цвета хаки под черным броником, смело нажала на спусковой крючок. Костя даже понять ничего не успел, а бой уже начался. Он слышал, как лязгнул затвор пистолета, оснащенного глушителем. Увидел, как упал человек, в которого выстрелила Агата. Его спутники сразу все поняли и рассредоточились.

Передернув затвор, Костя выстрелил, ни в кого не попал, а в ответ прилетела пуля, срезав кленовый лист с ветки прямо у него над головой. Неподалеку рос дуб с чахлой листвой, но толстым стволом, за которым Костя мог бы укрыться от пуль. Так он и сделал, спрятался, тут же высунулся, выстрелил. Агата же продолжала движение, увлекая за собой Славика. Она ничего не говорила, но Костя, кажется, понял свою задачу. Сковать противника боем, отвлечь на себя внимание, пока Агата обходит его по флангу.

Он стрелял из дробовика, пока не опустел магазин, затем взялся за пистолет, быстро скрутив с него глушитель. Его задача не столько убивать, сколько отвлекать.

Агата стреляла через глушитель, Костя не слышал ее и не видел, поскольку они со Славиком скрылись в зарослях орешника. Но вот громыхнул дробовик, это Славик дал о себе знать. И громыхнул он, почти сливаясь с боем карабинов. Похоже, Славик и Агата вышли на позиции противника.

До этого по Косте били в два ствола, но после выстрелов Славика стрелял только один карабин. И стрелял он уже не по Косте. А затем и вовсе замолчал. Но стих и дробовик. Или Славик его перезаряжал, или с ним что-то случилось.

Костя не торопился. Сначала он забил патронами трубчатый магазин, только затем осторожно пошел вперед. Противник не подавал признаков жизни, но все равно было страшно.

Укрытия не помогли, встречный огонь не остановил Агату, она танком зашла во фланг противнику, и это дало результат. Один в бронике лежал на тропинке, другой неподалеку за камнем, третий за деревом. Первого уложила Агата точным выстрелом в голову, второму досталось от Славика. Пуля ударила его в бронежилет, пробить пластины не смогла, но кости под ним переломала. Агате осталось только добить жертву. А третьего стрелка Славик убить не смог бы при всем желании. Он сам поймал пулю — в грудь. Третьего уложила Агата, опять же выстрелом в голову.

Славик лежал на земле с открытыми глазами, он тяжело дышал, с ужасом глядя куда-то в пустоту перед собой. Агата лихорадочно шарила по карманам убитого боевика, вытащила перевязочный пакет, с ним бросилась к Славику.

— Я же говорила тебе, не высовывайся! — бормотала она.

На глазах блестели слезы. Не по себе стало и Косте. Он хоть и не доктор, но понимал, что Славику осталось жить совсем чуть-чуть.

— Братишка, ты чего? — Костя опустился перед ним на колени, взял за руку.

— Футболку подними! — распорядилась Агата, опускаясь на землю по другую сторону от парня.

Костя кивнул, задрал окровавленную футболку, Славик дернулся и возмущенно глянул на него. И даже повел головой, требуя прекратить безобразие. Костя останавливаться не стал, Агата размотала бинт, собираясь перевязать рану. Но Славик уже не реагировал на них. Возмущенный взгляд вдруг остановился, застыл и стал совершенно безразличным ко всему, к жизни, к смерти. Остановилось и дыхание.

— Эй, я не понял! — Костя попытался нащупать пульс, но бесполезно.

— Что тут непонятного? — вздохнула Агата. — Пал смертью храбрых!.. Пока ты прятался!

— Кто прятался?! — вскинулся Костя. — Я стрелял!

— Куда?

— В кого!.. Вас прикрывал!

— Ну да, — немного подумав, согласилась Агата. — Стрелял. Прикрывал.

— Просто я не настроен был на такой разгром.

— На какой такой?

— Который ты устроила!..

— Кто-то же должен был его устроить! — усмехнулась Агата.

— Устроила! Славик — все, умер!

— Война — это жертвы!

— Я бы спросил, что ты знаешь о войне… Но ты знаешь, что такое война!.. Только не говори, что ты на даче тренировалась!

— Что я сделала не так? — резко поднялась Агата, жестко глядя на Костю.

— Со Славиком что будем делать? — не зная, что ответить, спросил Костя.

— Что делать… — озадачилась она.

— Если в полицию заявим, как ты объяснишь три трупа? У всех дырки в голове, — мрачно усмехнулся он.

Хорошо стреляла Агата. Очень хорошо. Как бы ему башку не прострелила. Рука у нее не дрогнет.

— Ты, кажется, тоже стрелял. — Агата глянула на Костю с хищной усмешкой.

— А права стрелять нам никто не давал!

— Это ты так думаешь.

— Законного права.

— Предлагаешь списать все на Славика?

— Я предлагаю?!

— А что, вариант!.. Ты выстрелил в бронежилет, а Славик добил… Или ты добил?

— Я добил?

— А кто поверит, что стреляла слабая женщина? — удивленно спросила Агата, с игривой нежностью глядя на Костю.

— Я поверю.

— Ты до сих пор не можешь поверить, — не сводя с него глаз, качнула она головой.

— Да? Может быть.

— И я не могу поверить. Как будто бес в меня вселился.

— Ну да.

— Поверь, я сама в шоке!

— Оттого, что стрелять умеешь? — усмехнулся Костя.

— Ну, стрелять… Ты прав, дело не в Яше.

— А в ком?

— Уходить нам отсюда надо. Другая группа подтянуться может.

— Легко!

— Извини, Слава!

Агата снова вздохнула, достала из кармана платок, протерла пистолет и вложила его Славику в руку.

— Сама знаю, что сто тысяч раз неправа, но меня реально затаскают… Уходим?

Агата отдала Славику свой пистолет, полезла к нему в карман, достала оттуда несколько патронов, дозарядила бесхозный дробовик, с ним и покинула поле боя. Или место преступления?

— Что ты мне хотела сказать? — на обратном пути спросил Костя.

— Да что-то хотела.

— Дело не в Яше, дело в тебе, я правильно понял?

— Это не Яша учил меня стрелять, а наоборот. Я ведь с детства стрельбой занималась, мастер спорта…

— По биатлону?

— Почему по биатлону?… Ты намекаешь на винтовку?

— Не намекаю… — замялся Костя. — Просто подумал.

— Просто… — Агата полезла в карман, достала портмоне, вынула из него удостоверение, утверждающее, что Вереснякова Агата Игоревна является мастером спорта России по пулевой стрельбе. С две тысячи пятого года. Фамилия, видимо, девичья, на фотографии Агата совсем еще молоденькая.

— Ну что? — спросила она, наблюдая за его реакцией.

— Ну да, пулевая стрельба. Не написано из чего. Можно ведь и из пистолета, из винтовки.

— И винтовки, — кивнула Агата.

— Славик в теннис играл.

— И что?

— Ракетки с собой в машине возил.

— Славик на соревнования ехал, а мы с Яшей ехали отдыхать… Да и винтовка… — пожала она плечами.

— Что винтовка?

— Приклад отпилен, вот что… Старая винтовка, в шестьдесят пятом году разработана. Ее звезда закатилась в начале девяностых. Я из такой даже не стреляла.

— Но историю знаешь?

— Я знаю про оружие все!.. Поверь, такую винтовку даже к соревнованиям бы не допустили.

— А к убийствам?

— Тебе видней. Ты эту винтовку прятал.

— Я?!

— Ты следователю можешь что угодно напеть, я не против, — усмехнулась Агата. — Но Славик видел тебя с винтовкой… Кстати, можешь все свалить на него. Мне Щукина совсем не жалко!

— Нечего мне на Славика сваливать!

— А кому есть?

— Не знаю!

Костя глянул на Агату косо, а она — прямо и в упор. Остановилась, повернулась к нему и уставилась прямо в глаза.

— Зачем мне убивать Щукина?

— Не знаю.

— Ты видел винтовку… Будь я киллером, я бы с такой на дело не пошла.

— Винтовка как винтовка, — пожал плечами Костя.

— Тебе видней! — поворачиваясь к нему спиной, хмыкнула Агата.

— Да, но это не моя винтовка!

— Старая винтовка. Может, у Артурыча завалялась?

— Хочешь сказать, что это Артурыч Щукина убил?

— Или Артурыч, или тот, кто винтовку нашел… Ты с ним, кажется, в подвал спускался.

— С Артурычем? — нахмурился Костя.

— За вином. До того, как Щукина убили.

— И Артурыч не узнал свою винтовку?

— Ну как это не узнал… Узнал. За это его и убили… Могли убить… Про Федю спрашивать будешь? А то впереди тяжелый подъем, говорить будет тяжело.

Дорога действительно резко пошла в гору, приходилось помогать себе руками, чтобы преодолевать подъем.

Дусю и Алису нашли на полянке за пышным кустом, они лежали рядком — на пляжных подстилках. И обе смотрели в небо, как будто опасность могла свалиться оттуда. Увидев Костю, Алиса вскрикнула от неожиданности.

— Эй, предупреждать надо! — вскочив на ноги, воскликнула она. — Подкрадываешься!

Костя глянул на подстилку. Их было всего две, одну оставили у костра. Похоже, Дуся не побоялась сходить к брошенной стоянке. А чего добру пропадать?

— А где Славик? — глядя на Агату, спросила Дуся.

— Остался, — вздохнул Костя.

— Зачем остался? Кого-то ждет?

— Вы что, не слышали, как стреляли? — спросила Агата.

— Ну так, слегка…

— Слегка стреляли?!

— Слегка слышали.

— А Славик слышал не слегка… Уже не услышит!

— Уже не стреляют?

— Славика уже нет!

— Как нет?

— И нас может не быть, если мы отсюда не уберемся!

Агата подошла к Алисе, одной рукой обняла ее за голову и лбом приложила к своей груди.

— Все будет хорошо! — тихо сказала она.

— Славика убили? — Алиса в ужасе отшатнулась от нее.

— Он погиб как герой. Если тебя это утешит.

— Меня это не утешит!

— Пипец! — цокнула языком Дуся, во все глаза глядя на Алису.

И все разом посмотрели на нее.

— Что такое? — встрепенулась Алиса.

— Ничего, потом скажу… Мы идем или нет?

— Куда?

— К роднику надо выйти, — сказал Костя. — Там дорога, к шоссе, к морю… Хотя, конечно, Славик мог ошибаться.

— Славик? — задумалась Алиса.

— Из уважения к нему пойдем этой дорогой, — сказала Агата.

— А Славик что, правда погиб? — спросила Алиса.

— Пойдем этой дорогой. Из уважения к Славику, — повторил за Агатой Костя.

Им пришлось сделать крюк, чтобы выйти к роднику, у которого побывал Славик. Холодная вода вроде бы бодрила, но почему-то потянуло в сон. Впрочем, Агата объявила привал, Костя устроился в теньке на мягкой травке, рядом легла Дуся.

— Тебя тоже могли убить? — тихонько спросила она.

— Могли. И могут, — сказал он, пожевывая сладковатый кончик травинки.

— Могут?

— Этот кошмар еще не закончился.

— Мне страшно!

— За деньги?

— За деньги?! — перешла на шепот Дуся. — Деньги, конечно, нужно забрать!.. Если они на месте.

— Не на месте у нас душа, а деньги… Куда они денутся?

— Ну я бы не сказала. Неспокойно там! И ходят, и ходят!

— Кто ходит?

— Ну а кто за вами ходил?

— Давай потом. — Костя закрыл глаза.

Ему на самом деле очень хотелось спать. Что вовсе не удивительно.

— У меня тоже глаза слипаются, — сказала Дуся.

— Это плохо, — проговорил Костя.

Если все заснут, враг сможет незаметно подкрасться и вырезать всех. Но глаза не открывались. И сама лень шептала на ухо: «А все равно!»

— Алиса говорила, что ей в вино что-то подмешали, — сказала Дуся. — И она заснула. Как бы нам так не заснуть.

— Алиса говорила?… — Глаза открылись сами по себе. — Кто ей что подмешал в вино и когда?

— А тогда… Помнишь, ночью вино закончилось, Яша сходил в подвал, вернулся. А потом как началось… Одна только Алиса успела выпить.

— Ну да, таблетку запила, — вспомнил Костя.

— От изжоги.

— А может, от бессонницы.

— Да нет, от бессонницы она не принимала… Это Яша что-то подмешал.

— Яша?

— Решил сэкономить! — фыркнула Дуся. — Алиса дорого берет, а так забесплатно…

— С тобой все ясно! — Косо глянув на нее, Костя закрыл глаза.

— А может, Яша хотел всех усыпить!

— Чтобы всех забесплатно?

— А чтобы за деньгами потом пойти. За нашими деньгами! — Дуся едва сдерживала порыв, а так хотелось воскликнуть во весь голос.

Но Агата совсем рядом, она могла услышать их разговор.

— Это ты на ходу придумала?

— А вдруг?

— Забрать наши деньги и уехать?

— Ну, если дорогу восстановили, можно было и уехать.

— А они знали, где наши деньги?

— Может, и знали… А может, уже забрали!

От перенапряжения чувств произошел сбой, Дуся не выдержала, последнее слово прозвучало громко. Агата ничего не спросила, но открыла глаза и удивленно повела бровью.

— Может, деньги сейчас у нее? В сумке! — зашептала Дуся.

— Агата оставляла сумку, могла бы глянуть, что там.

— Как я могла? — искренне возмутилась она.

Костя с усмешкой глянул на жену и закрыл глаза. Дуся могла бы! Просто не сообразила.

— И правильно, что не смогла, — сказал он.

Что-что, а стрелять Агата умела. И рука у нее твердая. Ей ничего не стоит убить Дусю. И Костю вместе с ней. А заодно и Алису.

— Труба зовет! — поднимаясь, сказала Агата.

— А не рано? — закапризничала Алиса.

— Костя, давай! Им-то все равно, а тебе нужно бояться!

— Почему это Косте нужно бояться? — всполошилась Дуся.

— А ты подумай! Сколько мужчин в нашем кругу было, а сколько осталось?

— Пятерых уже нет! — От волнения Алиса дала петуха.

— Включая моего мужа! — Агата пристально посмотрела на Костю.

— Я как-то в этом виноват?

— Ну кто-то же положил начало!

— Начало?

— А дальше самотеком… — усмехнулась Агата. — Яша, Слава…

— Да, а почему выжил только ты один? — поддержала ее Алиса.

— А почему ты черная вдова? — уколола ее Дуся.

— Что?! — уставилась на нее Алиса.

— Муж умер, Федя умер, Славика вот убили…

— А что, Славик был моим мужем?

— Славик с тобой спал!

— Славик не был моим мужем!

— А Костя с тобой не спал! Поэтому он жив!

— Интересная версия! — усмехнулась Агата.

— Может, и Яша с ней спал! — пошла дальше Дуся.

— Яша со мной не спал! — Алиса подняла руки, собираясь вцепиться ей в волосы.

— А Дербенов? — спросила Агата.

— С ума сошли? — Алиса с надеждой глянула на Костю.

— Чепуха все это! — качнул он головой.

— А если нет? — не унималась Дуся.

— Ну, можно проверить версию, — усмехнулся он.

— Как?

— Переспать с Алисой. И посмотреть, что из этого будет.

— Ты серьезно? — оторопела Дуся.

— А ты?

— Ну, я не утверждаю, но все возможно.

— Переспать с Алисой возможно? — ехидно улыбнулась Агата.

— Пусть только попробует! — пригрозила Дуся.

— И ты его убьешь?

— Нет, просто кастрирую!.. Хватит чушь городить! — то ли взбунтовалась Дуся, то ли запаниковала, а может, и то и другое вместе.

— Уходим! — поднимая с земли свою сумку, сказала Агата. И дробовик она тоже взяла.

Так же как и Костя.

Дорога грунтовая, поросшая травой, но по ней действительно могли ездить машины. А Костя со своими спутницами одолел ее пешим ходом и вышел к знакомому проселку, по которому он мог выйти на шоссе. Или вернуться в страшную «Старую сказку».

— Можно обратно в отель, — сказал он, глядя по сторонам. — А можно на шоссе выйти.

— И на головорезов нарваться. — Агата тоже смотрела по сторонам.

— Ну, полиция-то уже там, наверное, — пожала плечами Алиса.

— Полиция уже, наверное, здесь! — усмехнулась Агата, увидев, как на холм со стороны отеля выезжает легковушка со световой панелью на крыше.

Видно, автомобиль бензиновый, да и ветер дул в его сторону — не слышно было, как работал двигатель.

И еще Агата глянула на куст, за которым они могли бы, но не успевали спрятаться. А машина ехала быстро, расстояние стремительно сокращалось.

— Спокойно, без паники! — сказала Агата, отбросив в сторону ружье. — Просто стоим, просто смотрим, просто вышли погулять.

— И оружия у нас нет, — кивнул Костя, отбрасывая свой дробовик. Вслед за ружьем полетел в кусты и пистолет.

Но просто стоять и смотреть не вышло. Полицейская «десятка» остановилась, из машины вышел знакомый капитан Котиков.

— А мы вас ищем, господа хорошие!

Он раскинул руки, как будто собирался обнять всех сразу. Обнять, чтобы не разбежались, и задержать.

— А вы из гостиницы? — спросил Костя, с подозрением глядя на него.

— Из гостиницы. А что?

— Ничего, что там куча трупов?

— Ну да, трупы… И нам очень хочется знать, что там произошло!

— Ничего особенного. — Костя смотрел на машину, в ней за рулем водитель, заднее сиденье вроде бы пустует.

Водитель в форме, обычный сотрудник полиции, далеко не самое страшное. Вот если бы там щукинцы затаились!

— Ничего особенного?!

— Муж мой там, — громко вздохнула Агата.

— Мои соболезнования! — Котиков так и держал руки в стороны.

— Вы не имеете права винить моего мужа!

— В чем винить?

— Нас захватили, нас хотели убить, Яша вынужден был взяться за нож!

— Кто вас захватил?

— Люди Щукина, — сказал Костя. — Двоих мы вам оставили.

— Мертвыми?

— Живыми. Но их, я так понимаю, забрала вторая партия.

— Вторая партия чего?

— Вторая партия кого! Шукинских. Сначала одни подъехали, затем другие. С одними мы справились, а от других убежали… Две машины было, много людей, вы их не застали?

— Не было никого, когда мы подъехали.

— А вы подъехали? Дорога открыта? — спросила Алиса.

— Со стороны Туапсе.

— Домой хочу, сил нет!

— Домой, в «Старую сказку»? — Котиков кивнул за плечо.

— Ну нет!

— А придется! Вас всех там очень ждут!

— Кто?

— Ваш любимый следователь Кудрявцев… Впрочем, могу сразу оформить доставку! — Оперативник указал рукой на машину.

— Если в участок, все не поместимся! — мотнула головой Агата.

— А всем и не надо! — Котиков выразительно глянул на Костю.

— Слава Передников вас обманул! Не видел он Костю с винтовкой.

— И Передников может это подтвердить?

— Не может. Его убили.

— Кто? — Котиков безотчетно провел пальцами по нижнему срезу рубашки навыпуск, там, где у него находилась кобура с пистолетом.

— Нас преследовали, был бой… — продолжала Агата, пронзительно глядя на него. — Слава отличный стрелок, я даже не представляла, что так можно стрелять.

— Как так?

— Одно дело — метко, и совсем другое — в людей.

— Он стрелял метко в людей?

— Он не говорил, но мне кажется, он служил в спецназе. Возможно, в Сирии… Он всех убил! Всех троих. И сам погиб.

— Убил троих?

— Брат Щукина сказал, что убьет нас всех. Ему все равно, кто именно убил его брата. Он хочет убить всех!

— Но пока не получается?

— Не знаю, Славы нет, защитить нас некому.

Костя понимал, что Агата нагло врет, но его это устраивало. Она врала не только в свою пользу, она выгораживала и его. Он и без того вымотался, мысль оказаться за решеткой терзала душу. Пожалуй, лучше вернуться в проклятую гостиницу, чем оказаться в кутузке.

— Я вас буду защищать, — улыбнулся Котиков, с интересом глядя на Алису.

— А можно домой? — захныкала та.

— Пешком? Там, кажется, остались ваши машины.

— С простреленными колесами.

— Мобильный шиномонтаж решит ваши проблемы.

— А можно пешком? — спросила Агата.

— Пешком пойдет водитель, а вы, пожалуйста, в машину!

Котиков действительно высадил водителя, занял его место, Косте указал на переднее кресло, а остальных закрыл на заднем сиденье. Именно закрыл. Как преступников.

На пути к отелю Костя вспомнил, как ехал сюда в злополучный для себя день. Если бы он знал, чем закончится эта поездка, то лучше бы остался где-нибудь в горах. Две-три ночи в машине — далеко не самый худший вариант. По сравнению с тем, что они сейчас имели.

Им с Дусей пока везло, оба живы. Но все могло измениться в любой момент. Проклятый отель звал их на продолжение кровавого банкета. Что, если Костя действительно следующий в списке?

У отеля стояли микроавтобус и полицейский «уазик», и это не считая «десятки», которая обслуживала Котикова. Еще и начальство на «Мерседесе» под эгидой ДПС могло пожаловать. Шутка ли, три трупа. И это не считая тел Феоктистова и Дербенова, которые, скорее всего, уже исчезли, не могли их не забрать: сколько времени прошло. А еще в лесу четыре тела…

Внедорожники, на которых подъехали щукинские головорезы, Костя не заметил. Хорошо, если бандиты смотали удочки, получив по зубам.

Кудрявцев стоял на крыльце и курил. Увидев подъехавшую «десятку», неспешно подошел к машине. Костю он узнал издалека, брови удивленно взметнулись вверх.

— Из машины не выходить! — распорядился Котиков.

Костя кивнул. Он бы здесь и остался. Сиденье, может, и не самое удобное, да и в машине душновато, но так не хотелось шевелиться. Сидеть бы и сидеть, пока ноги не онемеют.

Котиков отозвал Кудрявцева в сторонку.

— Шепчутся! — презрительно фыркнула Алиса.

— Решают, куда нас посадить. Можно в подвал, — сказала Агата.

— В подвале прохладно, — вспомнил Костя.

— И вино.

— Со снотворным, — произнесла Дуся.

— Это ты о чем? — спросила Агата.

— Яша твой Алису подпоить хотел. Не знаю, что он там в вино подмешал. Может, клофелин?

— Мой Яша подмешал?

— А вдруг?

— Ты еще следователю этот бред слей! — хмыкнула Агата.

— Зачем?

— Вот я и говорю, огород городить не надо. Вокруг трупов.

— А трупов много! — кивнул Костя.

И на их фоне клофелин в кувшине с вином казался таким пустяком.

— Много. И здесь, и там… Славик молодец, всех уложил, — сказала Агата, настраивая Костю на общую, ею сложносочиненную версию.

— Ну да, всех, — кивнул Костя, через открытое окно глядя на следователя и оперативника, безуспешно пытаясь подслушать их разговор.

А ведь они стояли недалеко, возле беседки у загона для овец, там, где не так давно собирались на шашлыки. Совсем недавно это было. И так давно.

Кудрявцев отбросил сигарету и, на ходу дослушивая рассказ Котикова, направился к машине. Указал на Костю пальцем и жестом призвал выйти к нему.

— Константин Булахов? — уточняя, спросил он.

— Он самый.

— Поговорим? — Движением руки следователь пригласил Костю в дом, а всем остальным велел оставаться на местах.

— И долго говорить?

Костя не спешил заходить в дом. Он думал и о Дусе, и об Алисе, и об Агате. Женщины устали, они голодные, им нужны отдых и обед.

— Сколько нужно, столько и будем говорить.

— Мы устали, за нами гнались бандиты!

— Какие бандиты?

— Такие! Которых должна была остановить доблестная полиция, но не смогла этого сделать. Или не захотела?

— Мы обязательно об этом поговорим.

— Женщинам нужно в номера, надеюсь, свет и воду не отключили?

— Что вы там про бандитов говорили?

— Думаю, Котиков вам все сказал.

— Где трупы? — немного подумав, спросил Кудрявцев.

— На месте. В горах. Часа три пути. Пешком.

— Далековато.

— Можно на машине. Через родник, так быстрей. «Десятка» не пройдет, «уазик» в самый раз.

— Покажете?

— Ну а что делать?

— Но сначала давайте в дом… И женщины пусть зайдут, — смилостивился Кудрявцев. — На втором этаже никого нет, пусть хозяйничают.

А на первом этаже хозяйничала полиция. Трупы из столовой уже забрали, остались только меловые силуэты на полу. Возможно, Агата надеялась увидеть тело своего мужа, но нашла только пустое место на том месте, где он лежал, всхлипнула, а поднимаясь по лестнице, расплакалась.

Кудрявцев дождался, когда женщины уйдут, и велел рассказать, как было дело. Костя скрывать ничего не стал, за кадром осталась только попытка усыпить Алису.

— То есть предполагаемые преступники хотели знать, кто убил Щукина? — подвел черту Кудрявцев.

— А затем наказать нас всех, — кивнул Костя.

— Это вам сказали захваченные вами люди?

— Одного звали Гера, другого Димоха. Мы им поверили. Собрались уходить и правильно сделали. Подъехали две машины, вышли вооруженные люди, мы ушли, через какое-то время трое из них отправились за нами. Остальные, видимо, уехали. Или вы видели кого-то?

— Не было никого, когда мы подъехали. Только трупы.

— А что нам оставалось делать? Ждать, когда нас убьют?

— Значит, двоих вы убили, а двоих задержали?

— Чередников молодец, не растерялся, одного бандита под пулю толкнул, другого обезвредил.

— А Кошляков, значит, убил нападавшего, метнув нож?

— Очень удачно!

— А его жена метнула нож менее удачно, — в раздумье проговорил Кудрявцев.

— Она учила мужа стрелять, муж учил ее метать ножи.

— Она учила мужа стрелять?

— Агата Кошлякова — мастер спорта по пулевой стрельбе. Стреляет она хорошо.

— И кого она убила?

— Никого.

— А случай в горах?

— Там она стреляла из ружья. Сказала, что попала в бронежилет. А Чередников стрелял из пистолета. Все три выстрела в голову.

— Почерк профессионала!

— Агата сказала, что умеет стрелять, но в голову выстрелить не сможет ни за что.

— А Чередников смог?

— У него не было выхода!

— А кто убил Щукина?

— Не знаю.

— Чередников говорил, что видел вас с винтовкой.

— Чередников ввел вас в заблуждение.

— Зачем?

— Не знаю.

— Чередникова нет в живых, все косяки можно на него списать, так?

— Я всего лишь говорю, что знаю, что видел. И чего не было.

— Винтовки у вас не было?

— Винтовки у меня не было! — решительно кивнул Костя.

— А ведь именно из этой винтовки убили Щукина! — Следователь пытливо смотрел ему в глаза.

— Его убили из винтовки, которую достал из тайника Чередников.

— А он мертв?

— Вы можете в этом убедиться.

— А кто, по-вашему, мог убить Феоктистова?

— Его могли отравить, — пожал плечами Костя.

— Вскрытие еще не провели.

— Чередников влюбился в Алису. Это все, что я могу вам сказать.

— А Щукин с ней, значит, был… А Дербенова кто убил?

— Не знаю. Когда его убили, Чередников находился в столовой вместе с Алисой. И Кошляков с ними был. В преферанс играли. Насколько я знаю.

— А кто мог убить Феоктистова?

— Не знаю. Можете подозревать меня. Кошляков говорил, что нарочно находился в столовой, чтобы видеть, кто входит в дом, кто выходит. Из столовой он мог контролировать всех. Кроме Дербенова. Дербенов вышел незаметно.

— А кто еще мог выйти незаметно?

— Через главный вход никто, а через запасной… Через запасной, в принципе, можно.

— Значит, Кошляков находился в столовой, следил, смотрел… Где он сидел? В каком положении? Где находились Чередников и Алиса?

— Не знаю, я к ним не спускался, не видел, — сначала сказал, а потом уже подумал Костя.

Возможно, Кудрявцев хотел подловить его, задавая вопрос. Если Костя знал, где находился Кошляков, значит, он сам спускался вниз, чтобы выйти из дома. Но Костя не убивал Дербенова, в момент его гибели он спал без задних ног в своем номере. Он не врал, поэтому следователь не смог поймать его на слове. Но врал он в другом. Это ведь Агата убила троих боевиков с карабинами. И еще на самом деле Слава видел Костю с винтовкой в лесу. Что ни говори, а сговор с Агатой избавлял их от серьезных проблем. Но подставлял под удар Славу, которому теперь все равно.

— Но кто-то убил Дербенова, — в раздумье проговорил Кудрявцев.

— Из чего?

— Возможно, из той самой винтовки…

— Которую Чередников вытащил из тайника?

— Из тайника, — кивнул следователь. — Неподалеку от которого нашли труп Дербенова.

— Возможно, Дербенов видел, как кто-то перепрятывал винтовку.

— В каком смысле перепрятывал? — встрепенулся Кудрявцев.

Костя с трудом сохранил самообладание. Все-таки он проговорился.

— Я не знаю, где находилась винтовка до того момента, как погиб Дербенов. Убийца взял ее, Дербенов увидел, убийца его убил как свидетеля, а винтовку… Возможно, он всего лишь вернул ее на место.

— Или перепрятал, — кивнул, нехотя соглашаясь, Кудрявцев.

— Не знаю.

— Может, у кого-то были счеты с Дербеновым?

— У меня счетов с ним не было, — качнул головой Костя.

— Тогда его убили как свидетеля, — кивнул следователь.

— Не понял! Если у меня не было с ним счетов, значит, его убили как свидетеля? То есть убить его мог только я?

— Но винтовку из тайника достал Чередников, — то ли утверждая, то ли спрашивая, сказал Кудрявцев.

— Это я знаю.

— И я это знаю… Все мы знаем, что всех собак можно вешать на Чередникова!

— Зачем мне вешать на него собак? Это вам нужно! Установить и найти убийцу, раскрыть дело. А мне домой надо. Вместе с женой.

— Вместе с женой, — усмехнулся Кудрявцев.

— Да, вместе с женой! А что не так?

— У Агаты Кошляковой погиб муж, у Алисы — не знаю, кем ей там Феоктистов приходился, — но он погиб.

— А у моей жены не погиб никто! Предлагаете восстановить справедливость?

— Да нет, просто мысли вслух… Пять человек погибли. Пять! И все мужчины.

— А шестой остался. И возможно, его жизнь находится под угрозой.

— Вы думаете, что кто-то уничтожает мужчин из тех, кто заехал сюда шестого августа.

— А если всех мужчин? Включая тех, кто появился здесь седьмого августа.

— Зачем вы это сказали? — нахмурился Кудрявцев.

— А вдруг?… Вы сейчас, конечно же, уедете, а мы останемся, да? Или подписка о невыезде уже не действует?

— Вообще-то действует.

— Но мы здесь не останемся. Капитан Котиков обещал вызвать мобильный шиномонтаж.

— Да, конечно!

— Как только машины отремонтируют, мы сразу же уедем!

Костя просто мечтал об этом. Обуть машину, забрать деньги, сесть в автомобиль и уехать. Домой в Ростов! И хрен с ним, с этим Сочи!

Да он и своим ходом готов отправиться в обратный путь. Забрать деньги, нанять такси до самого дома. А почему бы и нет? Машину заберут потом. Тесть кого-нибудь отправит. А может, через недельку, отдохнув, Костя снова соберется в Сочи и по пути заберет машину.

— Боюсь, что вам придется остаться здесь, — качнул головой Кудрявцев. — Хотя бы до завтра.

— Здесь? Где стреляют и убивают?

— Если страшно, можем взять вас под охрану.

— Пришлете наряд?

— Отправим вас в отдел. Под стражу.

— На каких основаниях?

— Оснований много. Ровно столько же, сколько трупов.

— Лучше остаться здесь, — пожал плечами Костя.

Погода вроде бы ничего, дождь не обещают, можно разбить лагерь в горах, там и переночевать. Где угодно, лишь бы не в этом треклятом доме!

— Хотя бы до завтра.

— Только до завтра!

— Да вы не переживайте, из Краснодара должна прибыть оперативная группа. Дело, сами понимаете, резонансное. На моей памяти такого еще не было.

— Ну так оставайтесь на ночь! — усмехнулся Костя.

— До ночи, думаю, и провозимся, — вздохнул Кудрявцев.

Он отправил Костю в номер, занялся Агатой, затем поговорил с Алисой и Дусей. Только после этого вместе с Костей в сопровождении экспертов отправился к месту, где находились четыре трупа.

Солнце уже сошло с небосклона, в горах стремительно темнело, но машины так и стояли со спущенными колесами.

— До завтра, парень!

Котиков не стал жать Косте на прощание руку, взял под козырек и был таков. Подбросил его к «Старой сказке», и можно домой вслед за Кудрявцевым и всей его группой.

— И все равно спасибо, — буркнул Костя, взглядом провожая «десятку».

Поверил следователь в их с Агатой версию или нет, но Костю задерживать не стал. А ведь мог отправить его в изолятор.

Но в то же время Кудрявцев поступил подло, заблокировав шиномонтаж. Котиков позвонил, договорился, но машина так и не подъехала. На завтра отложили. Козлы!

Костя осмотрелся, вокруг дома только машины со спущенными колесами, во дворе Дуся, Алиса, Агата, в беседке, в чугунной печи, горит огонь, в казане что-то варится. Пикник — это, конечно, хорошо, плохо, что пирушка может закончиться очередным трупом.

Больше всего появлению Кости обрадовалась Дуся, она шла к нему, но Агата вырвалась вперед.

— Ну что там? — спросила она, выжидательно глядя на него.

— А что там? Слава — герой! — уныло улыбнулся Костя. Устал он до жути, сейчас бы прилечь где-нибудь, и хрен с ним, с ужином.

— Ну да, герой, — глянув на Дусю, сказала Агата.

— Но он погиб! А мы живы… Пока!

— Что значит пока? Уезжать надо! — Дуся стояла за спиной у Агаты и усиленно сигналила мужу глазами.

Неужели деньги оказались на месте?

— Как? — спросила Агата. — Колеса спущены!

— А на одной машине! Как в прошлый раз!

— В прошлый раз мы так и не уехали, — усмехнулась Агата. — Потому что собирались на одной машине. А завтра все на разных машинах разъедемся. И навсегда!

— Уходить отсюда надо! — сказал Костя, сердито глядя на нее.

— Кудрявцев до завтра сказал здесь быть.

— Нам сказал быть, а Щукину сказал взять нас голыми руками. Можно брать. Скоро подъедут.

— Думаешь, щукинские еще появятся? — задумалась Агата.

— Щукинские уже были, а оперов из Краснодара до сих пор нет. А Кудрявцев обещал.

— Ну да, оперов нет. Никого нет. Даже овец забрали.

— Как забрали? — не понял Костя.

— Хозяин гостиницы подъезжал, всех овец куда-то увел! — Агата указала рукой куда-то в сторону моря.

— Хозяин гостиницы? А сам остаться не захотел?

— Нет, место, говорит, проклятое.

— А что, здесь уже кого-то убивали?

— Что-то убивали. Бизнес!.. Теперь вот за людей взялись.

— Кто?

— Злые духи гор! — Агата улыбнулась, давая понять, что ничуть не верит в эту чушь.

— Да, но убивали люди. — Костя выразительно посмотрел на нее.

— Да, но людей спровоцировали духи.

— Те, которые сегодня убили Славу.

— И эти духи могут вернуться, — кивнула Агата.

— Ружья нужно вернуть.

— Далеко идти.

— Четыре километра. Час туда, час обратно.

— Лучше два часа туда! — мотнула головой Дуся. — И будем на шоссе.

— И можно домой. На такси! — добавил Костя.

Дуся ликующе улыбнулась, давая понять, что деньги у нее — в целости и сохранности.

— А на Кудрявцева плевать!

— Может, пожуем на дорожку? — спросила Алиса.

Она только что подошла, в руке поварешка с прилипшим к ней рисом и морковью.

— Неужели плов? — облизнулся Костя.

— Да какое там! — отмахнулась Алиса. — Каша получилась!

— А пахнет вкусно!.. И вино хозяин не забрал! — улыбнулась Агата.

Она, похоже, ничуть не боялась оставаться в доме. Как будто точно знала, что, кроме нее, больше некому убивать. Но ведь это не так. Убить могли щукинские. Вряд ли появление полиции отбило у них охоту продолжать начатое.

— Вино не забрали, потому что оно тоже проклятое, — усмехнулся Костя.

— Может, потому Алиса и заснула! — кивнула Дуся.

— Предлагаю ужин на траве! — сказал он. — Подальше отсюда, но с видом на отель.

— А что? Накидаем одеял, сначала дастархан будет, а потом спать, вповалку на одеяла ляжем! — улыбнулась Агата, загадочно глянув на Костю.

— Если вдруг что, уходим в лес.

— А если ничего, спим вповалку? — надулась Дуся.

Костя мотнул головой. Слишком устал он для приключений, настроения нет от слова совсем. Пикник будет, плов будет, а ночью при свете луны они с Дусей отправятся в путь. Если деньги на месте.

— Вода есть? — спросил он, кивком указав на отель.

— А не страшно? — усмехнулась Агата.

Сумерки сгустились, в доме уже темно, Костя переступил порог, и по спине пробежал холодок. И Дуся скукожилась, следуя за ним. А в номере закрыла дверь на замок.

— Деньги в лесу, возле дома! — шепотом проговорила она.

— Перепрятала?

— Надежно!.. Далеко ходить не надо!

— А ходить надо. Сегодня уйдем… Одеяла давай вниз, а я матрас потом отнесу… Или сейчас?…

Пикник устроили на поляне с видом на дом и на машины Щукина и Славика. И кусты здесь пышные, и лес рядом, если вдруг появится враг, можно будет спокойно уйти.

Костя снес вниз несколько матрасов, женщины натаскали одеял. Он быстро принял душ, с мокрой головой вернулся на поляну, лег на матрас.

Рюкзак с вещами под рукой, деньги где-то рядом, Алиса подала тарелку с пловом, а Дуся стакан с вином, тайком заверив, что никакой отравы в нем точно нет.

Костя поужинал, осушил стакан и понял, что уйти тупо не сможет. Усталость от произошедших за сегодняшний день страшных событий навалилась на плечи, придавила к матрасу.

— Я никуда не пойду, — сказала Алиса. Она тоже легла на матрас, залезла под одеяло.

— Мы с Костей пойдем, — качнула головой Агата.

— Куда это? — встрепенулась Дуся.

— Ружье у Кости сильное. Нужно только поднять.

— Что поднять?

— Ружье, которое он сбросил, когда Котиков появился.

— А-а!

— А ты что подумала?

— Да иди ты!

— Пойду, потом. Хорошо здесь! — зевнула Агата, накрываясь одеялом.

— А за ружьем пойдем. Но потом, — кивнул Костя и тут же заснул.

Разбудил его удар по ногам. Так в армии поднимали заснувшего на посту бойца. Костя вскочил, но сильный удар в грудь сбил его с ног. Ударили ногой, мощно.

— Лежать!

Перед Костей стоял атлет в хаки, бронежилете и с карабином. Чуть в стороне еще двое — в знакомой экипировке. А между ними мужчина в темном костюме и с длинным зонтиком в чехле. Худощавый, узколицый, в лунном свете тускло поблескивала седина.

— Где Слава? — спросил мужчина, обращаясь к Алисе, которая сидела на матрасе, закутавшись в одеяло.

— Где Слава?! — опешила она.

— Слава Чередников.

— Зачем вам Слава? — удивленно спросил Костя.

— Да, зачем? — Дуся в страхе вцепилась ему в руку, грудью прижалась к плечу.

— Где он?

— Вы хотите его убить?

— Я хочу убить своего сына? — удивился седовласый.

— Своего… Вашего сына?! — чуть ли не вскричала Алиса.

— Где он?

— Это вы вчера ночью приезжали? — Костя кивком указал на дом.

— Мы приезжали, — густым басом изрек атлет. Он стоял в готовности в любой момент ударить Костю ногой.

— Так щукинские были. В смысле от Щукина.

— Со Щукиным мы разберемся, — сказал седовласый.

— Ничего не понимаю. Вчера были щукинские, потом подъехали вы?

— Подъехали.

— А мы ушли!

— Где Слава? — спросил седовласый.

— Где Слава? — повторил за ним атлет.

И все-таки ударил. Костя успел поставить блок, от удара он закрылся, но равновесие все же потерял и свалился в траву вместе с Дусей.

— Вы же убивать его пошли! — сказала Алиса.

— Кто убивать его пошел? Мы искать его пошли!

— Мы думали, что это щукинские. Мы думали, что вы нас идете убивать.

— Где Слава?

Костя поднялся и застыл в готовности отразить возможный удар.

— Так вы же его и убили! — выпалил он.

— Как убили? — Седовласый направился к нему, собираясь ударить зонтом с массивной ручкой.

— Мы думали, что вы нас идете убивать! Мы защищались!.. Слава защищался!

— Его не могли убить! — качнул головой седовласый и все-таки ударил Костю своим зонтом. — Его не могли убить! — повторил он.

— Его не должны были убить! — сказал Костя.

И глянул по сторонам в поисках Агаты, чтобы она подтвердила его слова. Но ее нигде не было.

— Но его убили!

— Ваши люди его и убили!

— Мои люди не могли его убить!

— Позвоните следователю Кудрявцеву, он вам все расскажет. И покажет!

— Что покажет?

— Тело Славы!

— Кто ты? — спросил седовласый, хищно глядя на Костю.

— Кто я? Отдыхающий! В Сочи на море ехал!

— Ты ехал убить Славу!

— Ну что вы такое говорите! — мотнула головой Дуся. — Мы на море ехали! У нас бронь в гостинице была! Позвоните Кудрявцеву, он скажет!

— Ты кто такая? — седовласый нацелил свой зонт на Алису.

Неужели он собирался ударить ее? Если да, то отец у Славы законченный ублюдок.

— Мы тоже на море ехали! — сжалась та в комок.

— С кем ты ехала на море?

— С Федей!

— Муж твой?

— В каком-то смысле.

— Напарник?

— Какой еще напарник?

— Или ты напарница? Киллера!

— Что вы такое говорите?

— Что знаю, то и говорю! Славу заказали! Его должны были убить киллеры!.. По его следу шли киллеры!

— За что его должны были убить? — спросила Алиса.

— Ты кто такая, чтобы задавать такие вопросы?

— Кто я такая? А Слава мне предложение сделал, замуж меня звал.

— Ты согласилась?

— Что согласилась?

— Замуж?

— А-а… Ну да, согласилась…

— В доверие вошла, а потом убила.

— Не убивала я!

— А кто убил?

— Говорю же, Слава в бою погиб, в перестрелке! — сказал Костя, рискуя вызвать огонь на себя.

Впрочем, от расправы не уйти, он прекрасно это понимал. Ночь, тишина, никакими оперативниками из Краснодара и не пахнет. Оружия у Кости нет, защититься нечем, а седовласый настоящий садист, пощады от него ждать не приходится.

Садист резко повернулся к нему и зонтом указал на Дусю.

— Кто это? Твоя жена?

— Жена!

— Вы должны были убить Славу?

— Нет, конечно!

— Тогда кто должен был его убить?

— Никто! Никто не пытался его убить!

— Тогда почему его убили?

— Так ваши люди его и убили!

— Кто подставил его под пули?

— Никто не подставлял!

— Или ему выстрелили в спину?

— Ему выстрелили в грудь! Из карабина! Я видел!

— Ты что видела? — Седовласый нацелил зонт на Алису.

— Ничего! Мы с Дусей в кустах сидели, прятались!

— Кто видел?

— Ну, Костя был, Слава, Агата с ними ходила.

— Кто такая Агата?

— Она тоже в Сочи с нами ехала.

— Зачем?

— Отдыхать… Наверное… С мужем они ехали… А Слава их спас!

— Слава их спас?

— Там дорога обвалилась! Он выбежал к ним, под машину бросился, так бы они разбились… Слава очень хороший человек! Добрый, надежный!

— Где Агата с мужем?

— Не знаю, здесь была, мы спать вместе легли.

— С мужем?

— Мужа убили. Вчера. Пришли, сказали, что Щукин их прислал. Слава одного толкнул, а другому как дал!.. Я даже не думала, что Слава может так драться!

— А муж Агаты?

— Ну, и муж Агаты! Он нож метнул! Одного убил! А Слава с двумя справился. И жив остался!..

— Где Агата?

— Да не знаю! Мы спали! Проснулись!.. Вы нас разбудили, смотрю, а ее нет!

— Убейте ее! — Седовласый направил зонт на Алису.

— Агату?! — не в силах поверить в свой приговор, спросила та.

— Тебя!

— Но меня нельзя убивать! — Алиса с ужасом смотрела на ствол карабина, направленный прямо на нее. — У меня будет ребенок от Славика!

Седовласый ничего не сказал, ни черточка не дрогнула на его лице, но атлет опустил карабин. И палец убрал со спускового крючка.

Седовласый скользнул взглядом по Косте и остановил на Дусе.

— Ты стрелять умеешь? — спросил он.

— Не надо нас убивать! — едва живая от страха, пискнула она. — Мы вам заплатим!

— Я задал вопрос!

— Двадцать пять миллионов! — на последнем слове Дуся обморочно всхлипнула.

— Что двадцать пять миллионов?

— Рублей… Забирайте все! Только оставьте нас в покое!

— У тебя есть двадцать пять миллионов? — В голосе седовласого послышался интерес.

— Да, мы квартиру ехали покупать. В Сочи!

— Двадцать пять миллионов за твою жизнь!

— За нашу! — Дуся кивнула на Костю.

— Нет, двадцать пять миллионов за одну!

— Но у нас больше нет!

— Тогда кто-то из вас умрет.

— Двадцать пять миллионов будет, но потом!.. Деньги есть, просто не здесь!

— Договорились. Где двадцать пять миллионов? Которые здесь.

Сделав шаг, Дуся едва не упала — от слабости в ногах. Костя, поднимаясь, сдал в сторону, подхватил жену, но едва не свалился на землю вместе с ней.

Он кое-как восстановил равновесие и тут же получил прикладом в спину.

— А ты куда? — спросил атлет.

— Сама пусть идет, — сказал седовласый.

Он жестом велел Косте опуститься на землю и отправил атлета вслед за Дусей. Немного подумав, он велел идти за ней и второму своему бойцу, сам остался с третьим.

— А Слава ваш сын? — заискивающим тоном спросила Алиса.

Но мужчина лишь смерил ее презрительным взглядом. Не собирался он разговаривать с грязью под ногами.

— Просто мне очень жаль, что с ним это случилось, — продолжала Алиса.

Костя не смотрел на нее, он наблюдал за Дусей, которая уже скрылась за кустом вместе с одним из двух сопровождающих ее охранников. Плакали их денежки. А потом и головы. Не отпустит их седовласый живыми. С деньгами, без, все равно убьет, потому что бандит, или вор, или просто маньяк с манией величия. При возможностях.

— Это Агата их всех повела, — сказала Алиса, не дождавшись реакции на свое сожаление. — Сказала, что мы не сможем уйти от погони, сказала, что нужно отбиваться. Мне аж страшно стало от ее смелости!

— Агата повела? Смелая? — задумался седовласый.

— А потом сказала, что это Слава всех убил!.. — разговорилась Алиса. — А может, это она убила!

— Славу?

— Всех!.. И Славу тоже!

— Кто всех убил? — Седовласый резко глянул на Костю.

— Ну, если вы хотите, чтобы их всех убила Агата… — пожал он плечами.

Действительно, а толку скрывать правду? Во-первых, Агата ушла, бросив их, а во-вторых, уже все равно, кто убил. Для них с Дусей все равно. Алиса, может, и выкрутится — с ее способностью вращаться без мыла, а их точно убьют. Костя, конечно, мог наброситься на седовласого, взять на удушающий прием, но, если получится, спасется только он сам. Дуся от пули не уйдет.

— Я хочу, чтобы ты сказал правду!

Седовласый поднял руку, призывая своего бойца приготовиться.

— Слава всех убил, — сказал Костя. — А что здесь удивительного? Слава сын своего отца.

— Такой же крутой и сильный! — поддакнула Алиса.

— Славу воспитывала мать, — качнул головой седовласый.

— Да, но кровь-то ваша! — Алиса смотрела ему в рот.

— Не надо мне тут вылизывать!.. И на Славу валить не надо!

— Но я видела, как Слава дерется! Это было круто!

Костя увидел женщину, выходившую из-за кустов. Она шла тяжело, с поникшей головой, как будто ее вели на казнь. Но ее не вели. Она шла одна. Никто не сопровождал ее. И это была не Дуся. Неужели Агата?

У Агаты походка легкая, пружинистая, но ведь она могла притворяться, чтобы сбить с толку седовласого. Возможно, она что-то задумала.

— А почему она одна? — обращаясь к своему бойцу, спросил седовласый.

— Не знаю.

— Пойди глянь!

Боевик направился к Агате, Костя увидел, как она завела руку за спину. И выхватив пистолет, тут же направила на него. Парень и понять ничего не успел, как уже падал, отбрасывая от себя карабин. Выстрела никто не услышал, но седовласый сунул руку под пиджак, возможно, чтобы достать оружие. Но Костя его опередил. Он сорвался с места, в два прыжка сократил расстояние и ударил кулаком в голову. Седовласый подался назад, пытаясь восстановить равновесие, пистолет вывалился из его руки, а Костя ударил снова. В этот раз снес противника с ног.

Костюмчик дорогой, сукно мягкое, гладкое, приятное на ощупь. И пояс из хорошей кожи, узел на руках затянулся легко, крепко.

— Ты даже не представляешь, что с тобой будет, урод! — в бессильной злобе шипел седовласый.

— А со мной? — спросила Агата, приставив к его затылку пистолет с глушителем.

— И с тобой!

— Ну что ж, будешь четвертым!

Она нажала на спусковой крючок, послышался холостой щелчок, но седовласый дернулся так, как будто у него лопнул мочевой пузырь.

— Костя, там не было денег! — простонала Дуся. — Деньги куда-то исчезли!

— Что за деньги? — спросила Агата.

— Двадцать пять миллионов рублей, — пояснила Алиса.

Ее трясло от волнения, зуб на зуб не попадал. Она закуталась в одеяло, но это не помогало.

— А что ты там делала? — обращаясь к Агате, спросила Дуся.

— Где «там»?

— В лесу! Возле тайника!

— Я знала, что там тайник?

— А вдруг?

— Вообще-то я задницу твою спасала!

— Ты убила их всех? — спросила Алиса.

— А ты имеешь что-то против?

— Ну нет, конечно!..

— Опять подарок от Щукина? — спросила Агата, пнув лежащего на земле человека.

— Да нет, это отец Славика!

— Отец Славика?

— Это он Славика в горах искал, его люди были.

— Хочешь сказать, что они не собирались нас убивать?

— Они не собирались убивать Славика, но могли убить нас, — сказал Костя.

— Они потребовали выкуп! — заявила Дуся. — Двадцать пять миллионов!

— Они не требовали, ты сама предложила! — не удержалась от подробностей Алиса.

— А ты бы молчала, целый день беременная! Ребенка она ждет!.. От кого?

— А это не твое дело!

— Спокойно, девочки, спокойно! — Агата улыбалась так, как будто получала удовольствие от этой перепалки.

Костя с пониманием глянул на нее. Снова она отличилась, троих боевиков уложила. Это не только героизм, но и стресс, нелегко ей сейчас.

— Что спокойно? — простонала Дуся. — Где деньги?

— Какие деньги?! — язвительно спросила Алиса. — Те, которые ты за свою шкуру предложила? Так Агата спасла твою шкуру, это теперь ее деньги!

— Мои деньги?! — развеселилась Агата. И, глянув на Дусю, щелкнула пальцами: — С тебя двадцать пять миллионов, дорогая!

— И с Кости!

— И с Кости?!. А Костя натурой расплатится, да, Костя?

— Шутишь? — спросил он, с интересом глядя на Агату.

— Настроение скотское!

— Нормальное настроение. Спасибо тебе, что не оставила нас!

— Ну, я же не какая-то там сволочь… — Агата улыбнулась, мягко положив руку ему на плечо. — Как ты обо мне думаешь.

— Я не думаю, что ты сволочь.

— Значит, это у нас Славика отец? — спросила Агата, снова пнув лежащего на земле мужчину.

— Слышь, ты! — зашипел тот.

— Он думает, что ты киллер! — язвительным тоном сказала Дуся.

— Я — киллер?! Хм!.. И кого я должна была убить?

— Его сына!

— Славика?… Костя, я его убила? Может, я ему в спину выстрелила?

— Да нет.

— Может, я его под пулю подставила? Но я, кажется, вместе с ним была? И без бронежилета.

— Без бронежилета, — кивнул, соглашаясь, Костя.

Агата действительно могла погибнуть. Тогда. И сейчас. Отчаянная она баба.

— Я рисковала не меньше, чем Славик!

— Так никто ничего.

— И все-таки я киллер! — Агата вдавила ствол пистолета в затылок лежащего на земле мужчины. — Но не самый жестокий… У тебя, мужик, есть целая минута для молитвы! Время пошло!

— За что его убивать? — спросил Костя.

— Кого его?

Костя кивнул, наклонился, сунул руку в карман пиджака, вынул оттуда портмоне. Права, техпаспорт, банковские и дисконтные карты, деньги. Права на имя Белогостова Аркадия Михайловича, шестьдесят третьего года рождения.

— Фамилия Белогостов, а Славика — Передников.

— Тебе же говорят, Славу мать воспитывала. Под своей фамилией.

— А ты где был, пока его воспитывали?

— Не твое собачье дело!

— Может, врешь, что Славик твой сын? — спросила Агата.

— Зачем мне врать?

— А чтобы в дураках не ходить, — усмехнулся Костя. — Получается, что ты сам своего сына убил. Людей за ним отправил. После того как нас щукинские отморозки хотели убить.

— Щукина тоже хотели убить, — буркнул Белогостов.

— Ты его знаешь?

— Нет.

— А чего говоришь?

— Вы его людей нам оставили, они рассказали. Кто-то из вас Щукина убил.

— Кто-то, — кивнула Агата. — Щукина убил. Но не Славика! Славика ты убил!..

— А еще нас убить хотел! — взвизгнула Дуся.

— Шутил я!

— Ну да, шутил! Я думала, все! — всхлипнула Алиса. — Чуть не описалась!

— Они правда собирались нас убить! — кивнула Дуся.

— Значит, деньги ушли не напрасно, — сказала Агата.

— Куда они ушли! — Дуся глянула на нее.

— Не знаю!

— А если знаешь?

— Это вместо спасибо за спасение?

— А тебя никто не просил!

— Да? Ну тогда представим, что тебя никто не спасал! — Агата направила на Дусю пистолет.

— Ты чего? — жалко пикнула она.

Костя усмехнулся, глянув на жену. Сама напросилась, он это хорошо понимал и даже не осуждал Агату, но навел на нее ствол «Вальтера», изъятого у Белогостова.

— Не надо так! — угрожающе сощурился он.

— Шуток не понимаешь? — Агата опустила оружие, недовольно и с обидой глянув на него.

— Откуда у тебя пистолет?

— Оттуда, где ты его бросил.

— Мой пистолет?

— Не узнаешь?

— У меня «Кехлер и Кох» был. А этот какой марки?

Костя внимательно смотрел на пистолет в руке Агаты. Черный цвет, прямоугольные контуры, почти полное сходство с пистолетом, от которого он избавился с появлением капитана Котикова. И глушитель одной длины.

— Какой марки? Система!.. «Глок».

— «Кехлер и Кох» был!

— Ты путаешь, «Кехлер» у Славика был, у тебя «Глок».

Костя кивнул. Пистолеты переходили из рук в руки, он мог и перепутать… Хотя он почти точно помнил, что к роднику шел с пистолетом «Кехлер и Кох».

— Ну, может быть.

— Это так важно? — удивленно повела бровью Агата.

— Да нет…

— Ты все время меня в чем-то подозреваешь!

— Да нет же…

— Если я забрала деньги?… Сколько там, двадцать пять лимонов?… Зачем бы я спасла вас? Нет вас — нет претензий, логично?

— Логично!

— Тогда в чем дело?

— А зачем ты нас спасла?

— А разве мы не одна команда? — Агата смотрела на него как на полного идиота.

— Ну, в общем, да.

— И что делать будем, команда? Я в тюрьму за убийство этих не хочу!

— Что скажешь, то и будем делать.

— Что будем делать? — Агата пристально посмотрела на Алису.

— Ну, что скажешь! — глянув на Костю, сказала та.

— А ты что скажешь? — Агата вплотную подошла к Дусе.

— Ну, я как все…

— Мы одна команда?

— Ну да.

— Я брала у тебя деньги?

— Н-нет.

— Может, ты взяла деньги? — Агата повернулась к Алисе.

— Я?! — встрепенулась та.

— А почему ты не могла взять деньги?

— Почему я не могла?

— А может, правда ты? — Дуся зло уставилась на Алису и перевела взгляд на Костю, как будто он был заодно с ней. Как будто они сговорились сбежать от нее вместе с деньгами.

— Ну нет! — От возмущения Алиса вытянулась в струнку и, плотно прижав руки к бедрам, шевельнула ладонями. Вышло, как будто цыпленок собирался взлететь.

Агата присела над Белогостовым, развязала узел на руках. Тот попытался встать, но она приставила пистолет к его затылку.

— Лежать!

— Лежу!

— Зачем убить нас хотел?

— Да не хотел! Шутил я!

— Ну да, девочки такие бедные, такие жалкие, так захотелось поглумиться, да? Херой!

— Ну, может, переборщил.

— А деньги? — вставила Дуся.

— Да иди ты со своими деньгами! — гаркнул на нее Белогостов.

— Опять грубишь, нехорошо!

Агата убрала пистолет, поднялась, сунув пистолет под мышку, хлопком отряхнула руки.

— Ну, чего лежишь? Поднимайся! В глаза тебе посмотрю!

Белогостов неторопливо поднялся, окинул всех взглядом видавшего виды человека, усмехнулся, давая понять, что накажет всех и каждого. Когда придет его время. А оно придет! Во всяком случае, сам он в этом ничуть не сомневался.

А вот Агата усомнилась. Глядя Белогостову в глаза, она вдруг резко поднесла к его горлу пистолет и сразу же нажала на спусковой крючок. Мужчина замертво рухнул на землю.

— Мамочки! — вскрикнула Алиса.

— Мамочку в морге будешь звать! — зло глянула на нее Агата. — Или ты не думаешь, что эта мразь могла тебя убить?

— Ну, думаю!

— Думает она… Чистый платок есть?

— Чистого нет!

— А что есть? — Агата беспардонно полезла к Алисе в сумку.

Достала оттуда футболку, протерла пистолет. Склонилась над покойником, приложила к рамке кожуха один палец, другой, а затем вложила пистолет ему в руку. Но и это еще было не все. Не вынимая пистолет из руки мертвеца, Агата выстрелила несколько раз в небо.

Пистолет с глушителем, выстрелов почти не было слышно, но Алиса и Дуся сжались так, как будто между ними в землю с грохотом ударила молния.

— Зачем это? — спросил Костя.

— Пороховые газы. На руке должны остаться пороховые газы. Тогда поверят.

— В то, что Белогостов убил своих людей и застрелился?

— Соображаешь!.. — жестко и вместе с тем мило улыбнулась Агата. — В напарники ко мне пойдешь?

— В напарники?

— Киллеры работают парами.

— Белогостов говорил, что Славика пара такая должна была убить.

— Мы с Яшей подходили для этого лучше всего.

— Что верно, то верно.

— Подходили. Но не подошли. И Славика почему-то не тронули, аж обидно.

— Так вы киллеры или нет? — в состоянии легкого ступора спросила Алиса.

— Нет, конечно!.. Это ведь вы Щукина убили!

Агата всего лишь шагнула к ней, Алиса испуганно шарахнулась, споткнулась, села на задницу. И упрямо мотнула головой.

— Мы не убивали!

— Я видела.

— Что ты видела?

— Мои окна на дорогу выходят, где машина Щукина стоит. Я Федю твоего видела… Как он стрелял, не видела. Видела, как он винтовку в лес понес.

— Да нет!

— Мы с Яшей тогда решили не вмешиваться, чтобы не остаться крайними. А потом Федю убили… Ты его убила!

— Нет! — Алиса потрясенно хлопала глазами, она даже не пыталась подняться.

— Знаешь, почему ты заснула? Ну, когда ребята тебя на руках тащили… — Агата сделала паузу, насмешливо глядя на Алису.

— Почему? — спросила Дуся.

— Яды вещь опасная, после работы с ними нужно мыть руки, а ты не вымыла. Там было всего чуть-чуть, микроскопическая доза, но тебе хватило. Чтобы заснуть. Было бы больше, лежала бы сейчас мертвая…

— Не было у меня никаких ядов!

— Ну конечно! — хмыкнула Агата.

— Так это ты деньги наши забрала? — толкнув Алису, Дуся упала на колени перед ее раскрытой сумкой, вытащили из нее пакет, выпотрошила, на траву полетели трусики, лифчики…

— Что ты делаешь?

Алиса схватила Дусю за плечо, та повернулась к ней и со злостью оттолкнула двумя руками. Алиса снова села на пятую точку, а Дуся вытряхнула содержимое ее сумки. Но вместо денег нашла наполовину полную склянку без этикетки.

— Что это? Яд?! — истошно спросила Дуся.

— Да какой яд?

— А что?

— Не знаю. Может, жидкость для снятия лака?… Не знаю, но это не яд!

Дуся откупорила склянку, понюхала.

— Ничем не пахнет!

— Это ничего не значит! — мотнула головой Агата. — Не все яды пахнут.

— А ты знаешь? — Алиса яростно взглянула на нее.

— Это не яд? — спросила Дуся.

— Нет!

— Тогда выпей!

— Я что, дура?

— Значит, яд!

— Но мы никому ничего не скажем! — Агата села на корточки, не сводя с Алисы глаз. — Если ты будешь делать все правильно… Кто убил Белогостова?

— Так он сам… Сначала людей своих, потом сам, — закивала Алиса.

— Отлично!

— Но я никого не убивала!

— А это уже неважно!

— Но это правда!

— Конечно, правда! — Агата поднялась, подмигнув Алисе.

— Не травила я никого!

— А кого собиралась отравить? Ты же не просто так этот яд достала! — Дуся свирепо смотрела на Алису.

— Когда я его достала?

— Когда руки не вымыла! — подсказала Агата.

— Да, когда руки!.. — Дуся нервно отбросила от себя склянку и, плюнув на ладони, потерла ими друг о друга.

— Да не было у меня никакого яда!

— Нас отравить хотела, чтобы деньги забрать!.. Где деньги, сука!

Дуся резко повернулась к Косте, вырвала у него из руки пистолет, но Агата подскочила к ней, отобрала у нее оружие.

— Все, все, все! Погорячились, и хватит!.. Федя еще той скотиной был!

— А деньги?

— Отдаст она вам все!

— Что я отдам! — взвилась Алиса. — Нет у меня ничего!

— Чистая футболка есть, — в раздумье сказал Костя.

— Ну была, и что?

— Агата пистолет ею протерла.

— Протерла, и что? — насторожилась Агата.

— А где твоя футболка? Где твоя сумка?

— В лесу осталась.

— То есть ты с сумкой от нас ушла.

— И что?

— Ты насовсем хотела уйти?

— А потом передумала.

— А как же одна команда?

— Поэтому и не ушла!

— А где сумка?

— Хочешь посмотреть?

— Дуся хочет посмотреть!

— Очень хочу! — кивнула Дуся.

— Денег там нет. И сейчас вы сами в этом убедитесь.

— Конечно!

Костя взял Агату за руку, забрал у нее пистолет, который она «забыла» ему вернуть.

— Ты что, правда меня в чем-то подозреваешь?

— Не подозреваю. И даже доверяю. Но проверяю… Как бы ты на моем месте поступила?

— На твоем месте я бы сдала тебя Кудрявцеву.

— А ты ему доверяешь?

— А я не могу ему доверять?

— А если хорошо подумать… Сначала появились щукинские, потом подъехал Белогостов. Сколько раз нас могли убить?

— Думаешь, Кудрявцев нас сдал?

— Не знаю. Знаю только, что он не дал нам отсюда уехать. И краснодарских оперов обещал прислать, где они?

— Может, он имел в виду этих? — Агата кивком указала на труп.

— Не знаю. Но я не стал бы ему доверять.

— Ты меня вернул на землю.

— Нужно отсюда убираться. И как можно скорей!

— Машины без колес! — нервно улыбнулась Агата.

Костя не знал, кто взял деньги. Возможно, Дуся решила схитрить, заявив о пропаже. Нет денег, ушли, хотя на самом деле они на месте. Деньги могла взять Агата. Взять и перепрятать, благо мест в лесу для этого достаточно. И Алиса могла это сделать. Может, она видела, как Дуся перекладывала свое сокровище.

Деньги лежали где-то неподалеку. И Костя должен был увести всех в лес подальше от гостиницы и установить за всеми наблюдение. Деньги большие, если Алиса взяла их, она обязательно за ними вернется. Или Агата… В лес нужно уходить, в горы. А оставаться на месте не следует, Кудрявцев замучает вопросами, и в этот раз точно придется ночевать за решеткой. Уходить нужно, и чем скорей, тем лучше.

— Машины без колес, — в раздумье повторил Костя.

Деньги могли находиться у Алисы в машине. Или у Агаты. Если он уведет всех в лес, Кудрявцев устроит обыск и найдет пропажу. Но никому ничего не скажет. Поделят добычу между собой, как будто так и надо… Может, не нужно никуда уходить?

— Заклеить не сможем? — Агата вопросительно смотрела на Костю.

— Вечером надо было думать.

— Ну да, это время.

— Шиномонтаж должен подъехать.

— А без нас он сможет?

— А почему бы и нет? Кудрявцев даст отмашку. А заодно получит повод устроить обыск.

— Ну да.

— Что у тебя ценного в машине?

— Что у меня ценного? — уловив в вопросе подвох, Агата усмехнулась. — Деньги! Двадцать пять миллионов!.. Нет, конечно!

— А у Алисы?

— У Алисы… От Алисы всего можно ждать!

— Ты на самом деле думаешь, что Щукина мог убить Федор?

— Я видела, как он уходил в лес, — пожала плечами Агата. — Но уже днем после того, как нашли труп… Винтовку не видела, врать не буду…

— А яд?

— Насчет яда придумала, — развела руками Агата. — Каюсь!.. Но ты видел ее глаза!

— А в пузырьке что?

— Понятия не имею!

— Может, глянем?

— Я в ядах не разбираюсь. А пробовать не стану. Если только Алисе дать попробовать. Но я не смогу, она своя… Хоть и дура.

— Когда ты ушла? — Костя повел рукой в сторону леса.

— За час до того, как все началось.

— А пистолет?

— Что пистолет?

— Когда ты успела сходить за пистолетом? За час бы не успела.

— Успела… В том-то и дело, что успела. — Агата твердо смотрела ему в глаза, но давалось ей это с трудом, приходилось делать над собой усилие.

Он и хотел сказать, что надо бы сходить глянуть, вдруг все стволы на месте, но решил не перегибать и не вооружать Агату. Она ему не подруга, она убийца, ей ничего не стоило всадить ему пулю в лоб. И ему, и Дусе, и Алису ей не с чего щадить. Если деньги у нее, убьет всех и уйдет с богатой добычей… Впрочем, оружием обзавестись она могла прямо сейчас, три трупа — три карабина, у кого-то, возможно, есть и пистолет. Агата любит оружие, она не обойдет вниманием трофеи. Косте следует смотреть в оба, чтобы не прозевать смертельно опасный момент.

— И как Белогостов подъехал, видела? — спросил он.

— Подъехал, потом пешком, — кивнула Агата, не сводя с него глаз.

— Где они оставили машину, не знаешь?

— Где-то оставили… Предлагаешь уехать на их машине?

— А почему бы и нет?

— За угон знаешь, сколько дают?

— У нас особые обстоятельства.

— Особые обстоятельства — это четыре трупа. Эти обстоятельства нам и пришьют. Мне пришьют.

— Но и оставаться здесь мы не можем. Менты подъедут, вопросы будут!

— Надеюсь, у тебя есть ответы? — Агата внимательно смотрела в глаза, выискивая слабину.

— Можешь не сомневаться, скажу, как договорились. Ты не при делах.

— Вчера не проговорился, — кивнула она.

— Можешь мне доверять.

— Я не думаю, что нужно уходить далеко.

— Разобьем бивуак, устроим пикник.

— Можно. Разве мы не заслужили немного отдыха? — думая о чем-то, спросила она.

— Отдых без вина.

Костя тоже задумался. Не похоже, что его опоили снотворным, но спал он как убитый. Вдруг снова заснет. А ситуация к такому отдыху точно не располагала. Не курортное сегодня настроение, Агате грозит статья за убийство, Костя лишился денег, одним словом, тоска зеленая. И все-таки к выходу они подготовились, выгребли из холодильника остатки мяса, даже похозяйничали на огороде: зелень и овощи лишними не будут. Ватный матрас прихватили.

Агата не торопилась к своей сумке, которая находилась в лесу, и потерять ее не особо боялась. И когда нашла ее, восторга не проявила.

— Смотреть будешь? — глянув на Костю, спросила она.

Бросила сумку и одновременно приставила к дереву карабин, давая понять, что в спину стрелять не станет.

— Я буду!

Дуся полезла в сумку, а Костя внимательно осмотрел местность, вдруг где-то нарушена целостность земляного покрова, может, схрон здесь недавно обустраивался, где сейчас деньги лежат. Но ничего такого не заметил.

Дуся без всякого стеснения порылась в сумке, вздохнула, а на ее глазах навернулись слезы.

— И все-таки где деньги? — простонала она.

— Ушли в счет оплаты за твою жизнь, — не удержавшись, съязвила Алиса.

— Держись от меня подальше! — шикнула на нее Дуся.

— Да нужна ты мне больно!.. Куда мы вообще идем? — топнула ногой Алиса.

— Не идем, а уходим! От следователя! Чтобы он не узнал, кто Федю отравил!

— Агата, скажи ей!

— Никто никого не травил! Никто ни в чем не виноват! — кивнула Агата, пристально глядя на Дусю.

— И деньги никто не брал! — зыркнула на нее та.

— Ну что, идем? — Агата подняла с земли свою сумку.

И про карабин не забыла.

Шли долго, то Алиса закапризничает, то Дуся заноет, но Агата послаблений никому не давала. И Алиса ее боялась, и Дуся, хотя обе и позволяли себе выражать недовольство.

Первое время шли уже знакомой дорогой, затем, пользуясь возможностью, свернули влево. И двигались, пока не вышли на живописную полянку, со всех сторон окруженную стеной из кустарников и камней. А посреди полянки рос огромный дуб.

Алиса опустилась на траву, едва только Агата объявила привал. Шла, шла и вдруг уже лежит.

— И что мы здесь забыли? — спросила она.

— Дуб красивый, — сказала Агата.

— И что?

— Ветви широкие.

— Златая цепь, кот ученый!..

— Обычной веревки хватит.

— Зачем веревка?

— Чтобы ты не ныла!

— Повесить меня хочешь? — всполошилась Алиса.

— Сама повесишься. От самой себя!

— Ничего у тебя не выйдет! — Алиса поднялась, подошла к Косте, взяла его за руку. — Мне страшно! — шепнула она ему на ухо.

Костя и сам понимал, что ситуация может обостриться в любой момент. И всю дорогу он шел замыкающим, чтобы не подставлять Агате спину.

— Чего встала? Огонь развести нужно, картошку почистить, мясом Костя займется. Пикник у нас, всем смеяться и веселиться!

Агата сбросила сумку на землю, но карабин из рук не выпустила. Костя не спускал с нее глаз. Вдруг она уже вплотную подошла к осуществлению своего плана? Именно поэтому он не хотел разводить огонь, это ведь нужно ходить, собирать сухие ветки для костра. Далеко зайти можно. С карабином, у которого снайперский прицел. Зайдет Агата в лес, возьмет всех на мушку и одного за другим, даже разбежаться не успеют.

— Дуся, Алиса, вы давайте за дровами, — сказал он, глянув на Агату, которая назначила себя главной.

Право на лидерство он оспаривать не собирался, не та ситуация. Сейчас он должен был бороться за право на жизнь.

— Далеко не уходите! — кивнула Агата.

— А почему мы? — надулась Дуся.

Тайком от Агаты Костя выразительно глянул на жену. Следить за Агатой нужно, чтобы не сбежала, а если вдруг что, то идти за ней. Может, и выведет к деньгам.

Соображала Дуся недолго, кивнула, взяла Алису под руку и повела ее в лес.

— А мы тут с Костей пока расслабимся, — сказала Агата. — Слишком уж у него там все напряжено.

— Как это расслабитесь? — Дуся резко повернулась к ней. — Где напряжено?

— Не туда смотришь! — Агата подошла к Косте.

В правой руке она держала карабин, а левой провела под пряжкой его поясного ремня. И подняв ту же руку, коснулась ладонью его груди.

— Душа у него напряжена.

— Ты что, не понимаешь, она же над тобой издевается! — сказала Алиса, чуть ли не с ненавистью глянув на Агату.

— Тебе же сказали, давай за дровами! — усмехнулась та. — И побольше! На костре тебя сжигать будем! Как ведьму!

— Меня?!

— Тебя! — Агата резко вскинула карабин, направив ствол Алисе в живот.

— Ты что делаешь?

Бледная как смерть, Алиса беспомощно глянула на Костю. Но тот уже навел на Агату пистолет.

— Опусти ствол! — сказал он. — И больше так никогда не делай!

— А как делать? — глядя на Алису, повела бровью Агата.

— Карабин, говорю, опусти!

— А то что?

— Ты меня знаешь!

— Что я знаю?… Я ничего про тебя не знаю! Может, вы с этой — одна банда! — Агата кивком указала на Алису.

— Мы не одна банда! — мотнул головой Костя.

Агата кивнула, как будто соглашалась с ним, опустила карабин и даже положила его на землю.

— Теперь ты! — И, поворачиваясь к нему, пальцем указала вниз.

Костя еще только думал, слушаться ее или нет, когда Алиса вдруг пришла в движение.

— Сука! — Она бросилась на Агату, собираясь схватить ее за волосы, но та ударила в ответ.

Ударила ногой в коленку, сильно и точно. От боли Алису скрутило, она с воем опустилась на землю и легла на бок. А Костя так и продолжал держать Агату на прицеле.

— Ну, и чего стоишь? — язвительно спросила она. — Почему не стреляешь? За свою любимую Алису!

— Не любимую! — пискнула Дуся.

Но Агата на нее даже не глянула.

— Думаешь, я не знаю, что там у вас было?

— Где что было? — встрепенулась Дуся.

— До тебя еще было… Но было!

— И что?

— Да тебе-то ничего, — вздохнула Агата. — А мне?… Ты-то своего удержала, а я своего — нет. Яша ведь тоже с ней спал. За деньги!

— Твой Яша? — нездорово возбудилась Дуся.

— Мой Яша!

Агата резко изменила линию поведения, из крутой бой-бабы превратилась в обыкновенную, обиженную судьбой женщину.

— Да что ты такое говоришь? — От возмущения Алиса хватала ртом воздух и уже не обращала внимания на боль в ноге.

— А что, со Щукиным ничего не было?

— Ну, со Щукиным было, — поморщилась Алиса.

— А со Славиком?

— Ну Славик… — замялась она.

— И с Костей заигрывала! — ткнула в нее пальцем Дуся.

— И после этого ты мне не веришь? — спросила Агата и вдруг, стремительно шагнув к Косте, вырвала у него из руки пистолет. Но тут же сбросила его на землю.

— Верю! — Дуся с презрением смотрела на Алису.

— Да идите вы знаете куда? — чуть не плача сказала та.

— Я понимаю, Федя сел тебе на голову, опустил ниже плинтуса… И даже Яшу готова простить… До Феди мне и вовсе дела нет…

— Не убивала я Федю!

— А я говорила, что ты его убивала?! — удивилась Агата. — Ну как же не говорила…

— Это в тебе чувство вины говорит, вот что я скажу, детка!

— Нет никакого чувства вины!

— Зачем Федя винтовку в лес носил прятать?

— Может, еще скажешь, что он и Артурыча убил?

— Артурыча Славик убил.

— Что ты несешь? — Алиса дернулась, чтобы ударить Агату, но, вспомнив, чем одна такая попытка закончилась, сникла.

— Ты попросила Славика сходить за винтовкой!

— Я попросила?!. Да мы со Славиком в столовой были, когда Артурыча убили!

— Это кто сказал, Яша? Так он и не то мог сказать после того, как переспал с тобой. Тогда в столовой тебя и отымел, пока Слава в лес ходил… Почему, думаешь, Артурыч проснулся? — обращаясь к Дусе, спросила Агата.

— Почему? — затаив дыхание, спросила она.

— Да потому что Алиса стонала, как последняя шлюха!

— А я что-то слышала! — округлив глаза, кивнула Дуся.

— Да врет она все! — мотнула головой Алиса.

— И я ничего не слышала? — угрожающе подбоченилась Дуся.

— Костя, скажи! — захныкала Алиса.

— Ну что вы, в самом-то деле, навалились вдвоем… — попытался заступиться он.

Федя действительно мог убить Щукина и спрятать в лесу винтовку. Алиса его отравила и отправила Славика в лес за орудием убийства. Чтобы уничтожить его. И с Яшей она могла согрешить. За деньги могла или в обмен на компромат… И все равно Косте было жаль эту заблудшую душу.

— А ничего, что это Алиса ваши деньги дернула? — спросила Агата.

— Сама ты деньги дернула! — взвилась Алиса.

— Ты видела?

— Знаю!

— А я не знаю! Но видела, как ты среди ночи в лес уходила.

— Я за куст уходила!

— На целый час?

— Да на какой на целый час!

— Где деньги, тварь! — взбесилась Дуся и, прыгнув на Алису, вцепилась ей в волосы.

Та ответила ей тем же.

— Надо их остановить! — Агата схватила карабин, дослала патрон в патронник.

Костя бросился к ней, собираясь отнять оружие, но не успел. Агата выстрелила. В воздух. Алиса и Дуся в ужасе отпрыгнули друг от друга и развернулись к ней.

— Совсем с катушек съехали? Нельзя нормально попросить?

— Что попросить? — не поняла Дуся.

— А то и попросить!.. — Агата направила ствол на Алису и вежливо проговорила: — Верни, пожалуйста, деньги!

— Да нет у меня денег! — мотнула головой Алиса.

Агата присела, подняла с земли пистолет и протянула его Дусе.

— Теперь ты попроси!

И Дуся с удовольствием навела ствол на Алису.

— Где деньги?

— Везде! — Костя шагнул к жене и вырвал пистолет из ее руки.

Агата лишь засмеялась, но ствол карабина на него наводить не стала.

— Хорош издеваться! — потребовал Костя.

— А ты не издеваешься? — зло усмехнулась она. — Я к тебе со всей душой, а ты волком на меня смотришь!

— Я волком на тебя смотрю?

— Как будто я киллер. А я шкуру этих овец спасаю. И твою, барана!

— Ты уж определись, волк я или баран?

— Иногда ты ведешь себя как баран!

Агата развернула матрас и легла, положив карабин рядом с собой.

— Где деньги? — взяв Костю за руку, спросила Дуся и попыталась отобрать у него пистолет, чтобы направить его на Алису.

— Что ты делаешь?

— Пытаюсь вернуть деньги!

— А откуда такие деньги, если не секрет? — не открывая глаз, спросила Агата.

— За Щукина заплатили! — сам не зная зачем, пошутил Костя.

— Я так почему-то и подумала, — усмехнулась Агата, давая понять, что не поверила ему.

Зато Алиса приняла его слова за чистую монету или сделала вид.

— Ты это серьезно?

— Серьезно! — надвинулась на нее Дуся. — Если эти деньги у тебя найдут, точно за убийство Щукина сядешь!

— Но их у меня не найдут!

— Но за Щукина посадят!

— Нет у меня ваших денег!

— А тебе деньги не нужны? — наседала Дуся.

— Нужны, и что?

— Ты поэтому под Щукина легла?

— Достала!

— А может, ты отравить его собиралась да не смогла!

— Федю смогла, а его не смогла?

— Ну, мало ли… Себя вот чуть не отравила, когда нас усыпить хотела.

— Руки не помыла? — ехидно спросила Алиса.

— Тебе видней!

— Ядом усыпить хотела?

— Хотела!

— Ядом если и усыпляют, то навсегда! А так снотворным усыпляют!

— Значит, перепутала яд со снотворным!

— Дура ты, а не перепутала!.. Не было у меня никакого яда!

— А что мы у тебя в сумке нашли?

— То, что Агата подбросила, то вы и нашли!

— Браво! — хлопнула в ладоши Агата. Она так и лежала, закрыв глаза.

— А яд со снотворным перепутала? — спросил Костя.

— Да не путала я ничего! — Алиса с досадой шлепнула себя ладонями по бедрам.

— Но перепутать могла? — Костя вдруг понял, что стоит на пороге важного открытия.

— Не понимаю тебя!

— Перепутать, ошибиться… Промазать!.. Ну, конечно!

— Что «конечно»? — Агата открыла один глаз.

— Славика заказали, за ним отправились киллеры, которые работают в паре.

— О чем это ты? — Агата открыла второй глаз.

— Славик влюбился в Алису, Алиса переспала со Щукиным, Славик пошел выяснять с ним отношения, сцепился с ним у его машины. А некто в первом номере открыл окно, навел на Славика винтовку. Щукин дернулся, подставился под выстрел, пуля попала ему в грудь. Но убила не сразу. Ничего не соображая, Щукин бросился к реке, Славик за ним, это его и спасло от повторного выстрела.

— Некто из первого номера? — Агата с обидой смотрела на Костю.

— Возможно, Яша.

— Стрелял в Славика, а попал в Щукина?… Чушь какая-то!

— Что ты там говорила про укол от давления?

— Не было никакого укола!

— Но ты же предлагала сделать укол! Значит, у тебя что-то было. И даже больше!.. Вы тогда уложили Артурыча спать, а потом сами ушли. Вы ушли первыми. Взяли у Дербенова ключи от пятого номера, там на тумбочке стояла бутылка, из которой пил Славик. Винтовка уже не работала, пистолет вы решили оставить на всякий случай, а жертву — просто отравить. Только вот незадача, Федя на свою голову продал Алису Славику и отправился спать к нему в номер. Решил попить водички, а там… Головой своей заплатил за то, что опустил Алису… А Яша заплатил головой за то, что промазал. За Щукина и ответил.

— Пистолет на всякий случай, говоришь? — Агата улыбалась, глядя на Костю так, как будто ничего особенного не происходило.

Но происходило. Он бил в самую точку, и она уже не могла позволить себе лежать с закрытыми глазами.

— Не ходила ты ночью никуда, а Белогостова из своего пистолета застрелила.

— И Белогостова! И еще троих! Вас, кажется, спасала!

— А не было бы ничего, если бы вы Щукина не убили! Не отправил бы его брат к нам своих головорезов!.. Ты ведь нарочно Славика на убой повела!

— И себя тоже.

— Ну понятное дело, ты рисковала.

— Баба ты рисковая! — кивнула Алиса.

Агата продолжала лежать, Алиса находилась у нее в изголовье.

— И что главное, не шлюха!

— Нешлюха неблагодарная! — усмехнулась Алиса.

— Закрой рот, шалава!

— Славик тебя два раза от смерти спас, а ты его на убой!

— Когда это два раза?

— Под машину бросился, вы его сбить могли, но он все равно вас остановил. А в столовой… Славик тогда всех нас спас!

— Иди ты в лес, Алиса! За дровами!.. Вдруг кто-то палочку подкинет! Может, Костя? Ты ж его хочешь?

— Может, и хочу!

— Достала! — Агата стала подниматься, поворачиваясь к Алисе.

Она, казалось, собиралась ударить ее рукой. И Костя должен был остановить ее, не прибегая к оружию. Он шагнул к Агате, опустив ствол пистолета. И она воспользовалась этим. Потеряв интерес к Алисе, она ударила его — ногой точно по руке, выбив из нее пистолет.

И тут же схватила карабин, собираясь выстрелить в него. Но Алиса вдруг прыгнула на нее, руками обхватив голову. Костя попытался вырвать из рук Агаты карабин, но та умудрилась ударить его — прикладом в челюсть, да так сильно, что он на какое-то время выпал из пространства и времени.

Костя видел свет в глазах, какие-то движения, в ушах гудело, голоса плыли, но схватку с Агатой он продолжать не мог. И запросто мог стать очередной ее жертвой.

Над ухом громыхнул пистолет, сквозь звон донесся голос Дуси:

— Стой, сука!

Голова встала на место, взгляд сфокусировался, и Костя увидел Агату — она бежала к лесу, а Дуся пыталась взять ее на мушку прицела. Выстрелила, но промазала. И третий выстрел оказался таким же безрезультатным. К четвертому выстрелу созрел Костя. Он мог отобрать пистолет у Дуси, но не стал стрелять. Во-первых, не мог он стрелять в женщину, а во-вторых, Агата уже скрылась за кустами.

Карабин лежал на земле, Алиса сидела на корточках, со страдальческим видом приложив пальцы к щеке.

— Что там у тебя?

На щеке красовалась ссадина, видимо, Агата задела острым выступом карабина.

— Сволочь! — расплакалась Алиса.

— Дура! Радуйся, что живая!

Он не знал, есть ли у Агаты оружие. Может, под кофточкой она держала еще один пистолет из личных запасов и сейчас готовилась взять реванш.

— Уходим!

Костя закинул карабин за спину, правой рукой схватил Дусю, левой — Алису, и повел их вниз по склону — к гостинице.

— Эту суку надо догнать! — Дуся дернулась, пытаясь вырваться.

— Тебе что, трупов мало?

— Агата сама должна стать трупом!

— И сдохнуть! — кивнула Алиса.

— Ну, в добрый путь!

Костя разжал руки, но ни Алиса, ни Дуся назад не повернули. И даже стали обгонять его — на пути к гостинице, под защиту полиции.

— Плакали наши денежки! — вздохнула Дуся.

— Про деньги никому ни слова!

— А как с Агатой быть, сдавать ее или нет? — чуть погодя, спросила Алиса.

— Сдавать! — кивнула Дуся.

— А если ее поймают?… Она ведь на меня все свалит!

— И тебя посадят!

— Да меня-то за что?

— За проституцию!.. Где деньги?

— Да не брала я!

— И кто поверит проститутке?

— Костя, скажи ей!

— А что Костя? Ты для него не проститутка?

— Хватит вам… Агату пока сдавать не будем, — сказал Костя.

— Почему?

— Подумают, что мы ее убили и на нее все валим. Как на Славика… Не поверит нам Кудрявцев. Сам пусть выясняет.

— А если выяснит, что мы все видели? Ну, как Агата убила Белогостова.

— Скажем, что решили не говорить из страха перед расправой. Мы ведь могли предотвратить убийство?

— А я думала!.. Но не могла!.. — мотнула головой Алиса.

— А с Яшей могла?

— Да не было у нас ничего с Яшей!.. Это Агата придумала, чтобы нас с толку сбить.

— Агата, — кивнул Костя.

Он ведь так и не узнал, кто убил Дербенова. Со Щукиным ясно, с Федей ясно, с Яшей, со Славиком, а вот кто Артурыча упокоил?…

Костя шел быстро, он спешил из опасения, что Агата найдет обходной, более короткий путь, опередит их, устроит засаду. Но нет, Агата не помешала им выйти к проклятой гостинице.

На Котикова они наткнулись, едва вышли из леса. К этому времени Костя выбросил карабин от греха подальше, но капитан все равно смотрел на него с тайным ужасом, как на человека, который в любой момент мог стать клыкастым зверем.

— Булахов, ты откуда?… Откуда вы все?

— С ночевки!

— Булахов! — к ним спешил Кудрявцев.

За ним неторопливо шел вальяжного вида толстяк в генеральском мундире.

— Может, ты объяснишь, что здесь произошло? — спросил Котиков.

— Сам в шоке! — глядя на труп, качнул головой Костя.

— Не знаешь?

— Мы здесь ужинали, собирались ночевать, смотрим, какие-то люди, ноги в руки, и в лес. Думали, погоня будет, но нет, пронесло… Кто их так?

— Кто их так? — Кудрявцев грозно хмурил брови, требуя срочного признания.

Генерал с ним, а ему нужен немедленный результат. Но Костя молчал. И Агату он сдавать не собирался. Во всяком случае, пока.

— Ты мне за все ответишь, Булахов!

— За что за все? За то, что вы бросили нас здесь на съедение щукинским отморозкам?… Вы же знали, что они за нами придут!.. Где охрана? Где опера из Краснодара?

— Да, почему вы бросили нас? — топнула ногой Алиса.

— Вас оставили здесь без охраны? — с интересом глядя на нее, спросил генерал.

— Оставили! Тут одно убийство за другим, столько людей погибло! И нас могли убить! А товарищ следователь нам охрану в кутузке предложил! Или там, или здесь! — кокетливо жаловалась Алиса.

— А мы знали, что нас убивать придут! — кивнула Дуся. — Под открытым небом ночевать устроились. Поэтому и смогли сбежать!

Но генерал на нее даже не глянул. Все внимание на Алису, а она и рада стараться.

— Эти люди приходили, чтобы вас убить?

— Эти люди уже убили нашего друга… — кивнул Костя. — Но мы все понимаем. И даже согласны остаться здесь, пока вы не найдете виновных.

— Мы точно ни в чем не виноваты! — пустила слезу Алиса.

Она стояла метрах в трех от генерала, но слеза все-таки капнула ему на грудь. Пусть и в переносном смысле.

— Майор, если граждане невиновны, нужно войти в их положение!

— Граждане вне подозрений, — не очень-то соглашаясь с собственным утверждением, пожал плечами Кудрявцев. — Судя по всему, произошла ссора, гражданин Белогостов убил троих, застрелился сам…

— Разбирайтесь, разбирайтесь!

— И разберемся! — лебезил следователь. — И в положение войдем. Шиномонтаж должен подъехать!..

— Хорошо бы! — кивнул Костя.

Он уже жалел о том, что решил не сдавать Агату, потому что вспомнил о перекрестке, где они сбросили оружие. Агата уже могла быть там, взять дробовик, пистолет и вернуться, чтобы затем расправиться с ними.

До этого перекрестка далеко, туда час, обратно столько же, за это время Агата может вернуться к месту, где спрятала деньги, забрать их и уйти уже навсегда. В лучшем случае. А в худшем начать охоту на Костю, Дусю и Алису… Может, все-таки стоит рассказать про Агату? Если ее тайна раскроется, то устранять Костю смысла не останется. И Дусю, и Алису тоже.

— Мы тогда подождем, когда шиномонтаж подъедет, — сказал Костя. — У себя в номере.

Кудрявцев молча кивнул, напряженно глядя на него. В номер, пожалуй, можно, а уезжать — ни в коем случае. Имеется еще много вопросов. Есть и непринятые решения.

Но, как оказалось, вопросов хватало и у генерала, Алиса же не торопилась никуда уходить и с удовольствием согласилась пообщаться с ним. Костя ее не ревновал, нет, но, уходя, на генерала глянул с неприязнью.

— Зачем нам в номер? — спросила Дуся. — Деньги нужно искать!

— Ты в номер, а я в лес. Деньги искать, — кивнул Костя.

— Так я с тобой!

— С тобой у меня будут связаны руки. Без тебя мне будет проще.

Он уговорил жену остаться в номере, накрепко закрыть дверь и ждать его. А сам тихонько покинул гостиницу, через виноградники вышел в лес, там, где уже могла объявиться Агата.

Костя осторожно приблизился к месту, где все еще лежал труп боевика. Представил, как все происходило. Дуся привела Белогостова к деньгам, вскрыла тайник, в этот момент появилась Агата с пистолетом в руке. Уложила одного, второго, пошла дальше… Вопрос, что она делала здесь? Ответ ясен. Нашла тайник, забрала деньги, перепрятала их, услышала голос Дуси, вышла к ней… Деньги сейчас где-то неподалеку. Костя уже пытался высматривать их, но поверхностный взгляд результата не принес. Но сейчас он, в общем-то, никуда не торопился, хотя и не мог полностью сосредоточиться на деньгах, нужно еще и смотреть по сторонам, чтобы Агата своим появлением не застала врасплох.

Осторожно перемещаясь от дерева к дереву, Костя заглядывал под кусты, под пеньки, под коряги, искал, но пока не находил свежесломанных веточек, сорванных листьев, взрыхленной почвы, углублений под корнями. Сначала он вышел к месту, где спрятал оружие. Затем добрался до дерева, под корнями которого в свое время нашел злополучную винтовку. Агата не дура, чтобы нести сюда свою добычу, поэтому Костя и не рассчитывал на успех. И точно, ни в одной норе денег не нашел.

Зато после двух часов бесплодных блужданий вышел на Алису. Она стояла на коленях и что-то вытаскивала из-под густого колючего куста. Он узнал Алису по фигуре. Костя шел тихо, Алиса его не слышала. Она торопливо достала знакомый полипропиленовый пакет, для герметичности обмотанный скотчем, суетливо сунула его в рюкзак.

— Тебе помочь? — спросил Костя.

Алиса не просто вздрогнула, ее тряхнуло изнутри так, что вздыбились волосы.

— А что помогать?… Грибы легкие!

— Грибы?

— Ну да! Подберезовики там, подосиновики! — Она держала рюкзак за лямки, не решаясь забросить его за спину.

— Здесь нет подберезовиков!

— Да?… Значит, подосиновики!

— Покажи!

— Да говорю же, подосиновики!

— А может, что-то другое?

Костя и не понял, откуда появилась Агата, как будто из ничего материализовалась. Костя держал в руке пистолет, но воспользоваться им не смог. Агата схватила Алису за шею и спряталась за ней как за щитом. И вдобавок приставила к ее горлу нож.

— Неужели ты сможешь выстрелить в меня? — с фарисейским удивлением спросила Агата.

— Если не отпустишь Алису!

— Зачем тебе эта убийца и обманщица? — засмеялась Агата.

— Я не убийца! — пискнула Алиса.

— И деньги не брала?

— Ну, деньги…

— А говорила, что не ты!

— А это ты! — Костя не знал, что и думать.

Федя мог быть не только сутенером, но и наемным убийцей. Может, это он собирался убить Костю, но застрелил Щукина? А может, Щукин изначально был его целью. Федя убил Щукина, а его самого, в свою очередь, отравила Алиса. Или Славик…

— Мне очень нужны деньги! — Алиса умоляюще смотрела на Костю.

— Значит, ты опередила Агату, проснулась раньше нее?

— Проснулась!

— Когда Агата пошла за деньгами, их уже не было.

— Не искала я ваши деньги! — мотнула головой Агата.

— А зачем ты здесь?

— А почему я не должна быть здесь! Я никого не убивала… Ну, если только в целях самообороны.

— Муж твой убивал.

— Да ну!

— Кудрявцев сказал! — соврал Костя. — По отпечаткам пальцев определили.

— Кудрявцев определил! — закивала Алиса. — Там еще и генерал Жеребилов из Следственного комитета!

— Где там?

— Белогостов непростой человек, а ты его убила, столько народу собралось. Мы, конечно, тебя не сдали… Но можем! — сказал Костя. — Давай, ты сейчас отпустишь Алису и спокойно уйдешь!

— С деньгами! — кивнула Агата.

— Без денег!

— Даю тебе две секунды! Или ты бросаешь пистолет, или Алиса умрет… Раз!..

Костя вздохнул. Алиса такая дрянь, что в нем умерли к ней все чувства. Но все же она очень ему дорога. Хотя бы как воспоминание. Не мог он отдать ее на растерзание Агате. Поэтому разжал пальцы, и пистолет выпал из руки.

— Я уйду с деньгами… — сказала Агата. — Мне они тоже очень нужны!

— Мы бы могли договориться.

Костя не искал одобрения у ментов и Агату не мечтал видеть на скамье подсудимых. Пусть оставляет деньги и уходит. Как будто ничего и не было.

— Мы договоримся, — кивнула Агата. — Потому что я порядочная женщина и не могу забрать твои деньги просто так!.. Я отвечу на все твои вопросы и возьму за это плату… Давай, спрашивай!

Костя качнул головой. Он не следователь, не опер, так что пусть Агата катится к черту. Но без денег.

— Кто убил Федю? — спросила Алиса.

— Яша его убил. Хотел отравить Славика, а воду выпил Федя! Такая вот селяви!.. Извиняться не буду, ты мне за это не заплатишь! А Яше твой Федя до лампочки!

— А убить вы хотели Славика? — спросил Костя.

— Ты правильно все понял. Угадал. Яша стрелял в Славика, но попал в Щукина.

— А винтовку отнес в лес?

— Где ты ее случайно нашел! — усмехнулась Агата.

— Но я перепрятал винтовку, почему она снова оказалась на прежнем месте? Потому что ее должен был найти следователь?

— Совершенно верно!

— И как вы ее нашли?

— Совершенно случайно… Совершенно случайно слегка усовершенствовали винтовку, врезали в рукоять поисковый трекер. Маленькая штучка, но такая полезная… Как не догадались в деньги такой положить?

— Не догадались!

— Тогда обтекай!.. Я с тобой расплатилась?

— Дербенова кто убил?

— Да это уже не важно!

— Алиса, вы в преферанс с Яшей играли? — спросил Костя.

— А ты думаешь, я с ним спала?

— Играли?

— Играли!

— Кто-нибудь из дома выходил?

— Артурыч, кажется, выходил. Через одну дверь.

— А через другую кто выходил?

— Точно не скажу кто, но кто-то выходил, — сказала Алиса.

— Может быть, Агата?

— Не знаю, может быть.

— Но Яша уверял, что Агата не выходила. Он для того и сел с вами играть, чтобы Агата смогла выйти незамеченной, чтобы перепрятать винтовку. Чтобы подставить меня. Но появился Артурыч. Выразил удивление, — мрачно усмехнулся Костя. — И Агата точным выстрелом в голову убила его. Как она это умеет делать!

— Даю тебе ценный совет! Иди работать в полицию!.. Да, забыла сказать, — хмыкнула Агата. — Совет стоит денег. Так что ты еще мне должен!

— Ты убила Дербенова!

— Никто ничего не докажет!

— А Славика под пули подставила!

— Я же говорю, что у меня принципы. Деньги не могу так просто взять, человека убить, который спас мне жизнь… Я могла выстрелить в спину, в память о Яше, разумеется. Но я повела Славика в бой! Меня тоже могли убить… Но убили его. Скажи, что я поступила нечестно?

— Звучит, конечно, красиво, но ты же не просто так пошла за Славиком, когда он отправился за водой. Пошла за ним, заметила меня и решила схитрить, присела под куст, как будто по нужде выходила, а не за Славиком… А ты за ним шла, чтобы убить!

— Подсматривать нехорошо!

— А в вино зачем снотворное подсыпали? Это ведь Яша принес вино со снотворным, одна только Алиса успела выпить. Если бы не щукинские, все бы выпили. Нас усыпить, Славика убить, забрать деньги… А может, всех убить?

— Прощай, Булахов! Интересно было с тобой поговорить!

Но уйти Агата не смогла. За ее спиной неожиданно появилась Дуся, держа в руках большую ветку, и тут же со всей силы ударила ею Агату. Полугнилая, но все еще крепкая ветка разломилась надвое. Голова не раскололась, но сознание Агата потеряла.

Досталось и Алисе, отвалившаяся половина ветки ударила по голове и ее, чувств она не лишилась, но глаза закатила.

— Не отдам! — прижимая рюкзак к животу, мотнула она головой.

— Не отдашь, сама возьму! — Дуся снова замахнулась.

Алиса всхлипнула, глянув на бесчувственно лежащую Агату и не желая оказаться рядом с ней в той же позе, бросила рюкзак под ноги Дусе.

— Ты еще заработаешь! — усмехнулась та.

— Как?

— Чем! — поднимая рюкзак, засмеялась Дуся.

— Не собираюсь я!

— Алиса выходит замуж! — улыбнулся Костя. — За генерала Жеребилова.

— Ну, об этом еще рано говорить!..

— А ты скажи! — перебил он и, взяв Алису за плечи, развернул ее к себе спиной.

— Идешь к нему, говоришь, что услышала от Агаты, показываешь, где она. Если захотят ее арестовать, пожалуйста, если нет, как хотят… Мы здесь вас будем ждать!

— Ну, хорошо!

Алиса повернулась к ним, но только для того, чтобы глянуть на рюкзак в руке у Дуси.

Костя нагнулся, связал Агату, которая уже начала приходить в себя.

— Эта сучка вернется за деньгами! — сказала Дуся, глядя вслед уже скрывшейся из вида Алисе.

Костя кивнул. Алиса пойдет на все, чтобы вернуть деньги, которые она уже на полном серьезе считала своими. Именно поэтому им с Дусей нужно уходить прямо сейчас. Пешком, к шоссе, к людям. А за машиной они вернутся потом, ничего с ней не случится. Если, конечно, их «Лексус» такой же везучий, как они с Дусей.