Write Blocked

Diary of Nate The Minecraft Ninja 3: Field Trip of Horror

Как вы уже, наверное, знаете, меня зовут Нэйт Нунан. И я вполне типичный школьник из Центрального города. Немного неуклюжий, но, когда никто не видит, – очень крутой. Хотя, если так подумать, не самый типичный: другие школьники вряд ли так же круты, как я. Даже когда их не видят.

Дело в том, что я вхожу в тайный орден, известный как ниндзя Края. Не хочу хвастаться, но это довольно круто. Не то чтобы мне вообще можно было этим хвастаться – у нас ведь тайный орден. Когда меня принимали в его ряды, я поклялся никому об этом не рассказывать. Правда, один человек об ордене всё же знает – это моя лучшая подруга Кэти Кеннеди. Мне кажется, это не считается нарушением тайны – ведь она узнала про него случайно.

Да и к тому же Сэцуо-сэнсэй, мой наставник, спокойно отнёсся к этому, ведь Кэти даже помогала мне во время миссий. Наверняка он не хуже меня знает, как сложно что-то утаить от лучшей подруги. А уж убедить её не ходить со мной на каждую вылазку и того сложнее.

Во время своего первого задания я перехватил братьев-разбойников Тика и Така: эти ребята должны были доставить секретный груз с ингредиентами для сборки железного голема доктору Хиробрину. Подробнее о планах доктора я узнал на втором задании. Тогда же я обнаружил, что он злодей на все сто процентов: его логово кишит зомбаками, а в помощниках у него ходит ниндзя.

Эту ниндзя-помощницу зовут Лала, что означает «лабораторная ассистентка лабораторного ассистента». Лала носит ниндзя-форму красного цвета (согласен, это на редкость глупо). Сэцуо-сэнсэй ничего не знает о присутствии других ниндзя в Центральном городе. Так что происхождение Лалы для нас загадка.

Я понятия не имею, зачем доктор Хиробрин пытается сконструировать железного голема, кто такая Лала на самом деле и почему она работает на доктора. Но сегодня всё это не имеет значения.

Потому что сегодня я не тот ниндзя Нэйт.

Сегодня, по крайней мере пока, я обычный школьник.

Школьник, у которого впереди очень увлекательный день. Совсем не похожий на обычный день в нашей школе.

В обычный школьный день вытащить себя из постели с утра – непосильная задача. Думаю, вам это тоже даётся нелегко. Неужели есть такие дети, которые утром с удовольствием идут на занятия?

Ладно, я готов допустить, что кому-то нравятся некоторые школьные предметы. Но ведь там же ещё эти задиры футблокеры и занудствующие по любому поводу учителя!

Я знаю только одного человека, который ходит в школу с удовольствием. Это директор Патрик – вот он-то наверняка каждое утро просыпается в радостном предвкушении. Он спит и видит, как бы впихнуть в наши головы побольше всяких правил. Уверен, у него есть дневная норма по количеству учеников, которых надо оставить на продлёнку в наказание…

Но сегодня всё это было не важно.

Сегодня нас ждала школьная экскурсия. И не просто какая-то там обычная экскурсия – мы ехали с ночёвкой в зимний центр развлечений, который находится в горах. А значит, не было никаких уроков, никаких замечаний и, уж конечно, никакого директора Патрика!

Я мог бы сказать, что и виду не подал, как я рад и как взволнован. Ведь настоящий ниндзя сохраняет спокойствие в любой ситуации. Но это, конечно, было бы неправдой.

Пока мы с Кэти стояли в очереди там, откуда нас должна была забрать вагонетка-автобус, я чуть не прыгал в предвкушении поездки. Хорошо ещё, что Сэцуо-сэнсэй меня не видел – было бы очень стыдно перед ним за своё нетерпение. Но я ничего не мог с собой поделать.

Гора Снежной жути – самое интересное место, где мне довелось бы побывать. По крайней мере, за последнее время.

Стоя возле школы с рюкзаком за плечами, я кутался в плотную зимнюю куртку. В рюкзаке, где-то под запасным комплектом одежды, была запрятана моя ниндзя-экипировка: костюм и оружие.

Ведь ниндзя всегда должен быть наготове, не так ли?

А кто знает, что ждёт меня на этой экскурсии.

И если уж быть до конца честным, то я даже хотел нарваться на какие-нибудь неприятности. Чтобы доказать Сэцуо-сэнсэю, что я достоин повышения до следующего ранга – с деревянного меча до каменного, – нужно было успешно выполнить ещё одну миссию.

О горе Снежной жути ходили слухи, будто там живет злой снежный человек – так что экскурсия была отличной возможностью проявить свои способности во всей красе.

Моё сердце колотилось в предвкушении.

Мы с одноклассниками толпились около школы в ожидании транспорта, который должен был отвезти нас к горе. Горный домик с вершиной соединяли многочисленные рельсы.

Мы ждали отправления все утро. И чем дольше это длилось, тем сложнее мне было вести себя спокойно. Чувство было такое, что, если мы будем медлить ещё, я просто взорвусь.

Наверное, криперы ощущают что-то в этом роде.

– Кэти, мы уже вот-вот поедем! Я это чувствую! – я бил рукой по воздуху в нетерпении.

– Нэйт, да чего ты так заводишься? Ты сейчас из штанов выпрыгнешь!

– Ничего не могу с собой сделать! Ты же знаешь, что, по слухам, на горе живёт злобный снеговик? – с нетерпеливой улыбкой рассказывал я Кэти. Она ко всему происходящему относилась куда спокойнее.

– Злобный снежный человек? – Кэти с недоверием окинула меня взглядом. – Такие слухи обычно полная ерунда. Наверняка это просто байка, придуманная для привлечения туристов. Каждый зарабатывает как может, – скептически заметила она.

А ведь она верит в такое количество всяких несуразных вещей, что уж не ей сомневаться в существовании злого снеговика. Неужели она это серьёзно? Я ведь ей ничего не говорил, когда она рассказывала про долину коровоцветов под Центральным городом. А если уж это, по её мнению, может быть правдой, то что говорить о снеговике?

– А вдруг он существует? По слухам, он питается детьми, которые отбиваются от своей группы, – я попытался нагнать жути, сделав страшный голос, но Кэти это не впечатлило.

– Да ладно тебе, Нэйт. Нет там никакого снеговика. Ты что, правда веришь в эту ерунду?

– Конечно! А ты что, нет?

– Как по мне, звучит не очень правдоподобно. К тому же снеговики вообще не злые. Они радуют нас зимой, разве нет? С чего бы это снеговику становиться злым? – Кэти скрестила руки на груди.

– А может, его снежная семья или друзья бросили его на произвол судьбы? – предположил я.

Слухи ведь не могут лгать. Я понятия не имел, откуда этот слух вообще мог появиться, но это только добавляло ему правдоподобия в моих глазах. По крайней мере, так я себя убеждал. Сомневаться не было никаких причин. Пока не доказано обратное, снеговик существует, и точка.

Кэти пожала плечами и нетерпеливо поправила лямки рюкзака. Казалось, мы ждали уже не первый час. Хотя на самом деле прошло всего-то минут двадцать.

– Ну и не верь, дело твоё. А я вот могу получить повышение, если разделаюсь с этим снеговиком, – тихо сказал я, стараясь не привлекать внимания. – Только представь, как отреагирует Сэцуо-сэнсэй, когда я расскажу ему о победе над злым снеговиком с горы Снежной жути! Каменный меч мне после этого обеспечен.

Когда меня приняли в орден ниндзя Края, то присвоили самый первый ранг – деревянный меч. Уверен, уже скоро меня ждёт повышение!

А повышение – это не только новый классный меч. Продвижение по иерархии ниндзя Края открывает доступ к более продвинутым тренировкам и экипировке. Ниндзя каменного меча умеют делать такие штуки, о которых мне доводилось только читать.

Я старался изо всех сил, но пока меня всё ещё не повысили. Но Сэцуо-сэнсэй наверняка заметит мои успехи после того, как я покончу с опасным снеговиком – грозой детей!

– Ну не знаю, я бы на твоём месте не рассчитывала на эту историю. Снеговик, поедающий отставших детей… – покачала головой Кэти. – Почему он вообще стал бы выбирать жертвами именно одиночек?

Но уж на такой вопрос я готов был ответить без труда.

– Так ведь на группу нападать опаснее. Одиночка, отставший от своих, куда более лёгкая мишень. Для снеговика-злодея – как раз то, что надо.

– Как-то это всё слишком запутано. Ну это моё мнение, – пожала плечами Кэти. – Да и потом, если он правда существует, почему ему не придумали какое-нибудь прозвище? Ну, там, «ледяной пожиратель детишек» или что-нибудь в этом роде. А то просто – злой снеговик.

– Ледяной пожиратель детишек?

– Ну как вариант. Чтобы слухам про злодеев верили, у них должны быть страшные-страшные имена. Так их охотнее будут бояться.

– То есть ты не веришь в снеговика, потому что у него нет имени?

Может, наш снеговик и безымянный, но для меня он от этого не менее реален. Хотя, может, я просто убеждаю самого себя. Вчера я целую ночь представлял, как разделаюсь с ним. Как после этого смириться с тем, что его просто-напросто не существует?

К тому же я надеялся, что Кэти разделит моё воодушевление. Ведь в одиночку предвкушать встречу со злым снеговиком совсем не так здорово. Впрочем, даже если нет – её сомнения не пошатнут мою решимость выполнить эту миссию!

– Просто я не доверяю слухам.

Кэти вообще не особенно разделяла мой восторг по поводу экскурсии. Хотя утром всё было иначе.

Когда мы только пришли в школу, она тоже была заинтригована предстоящим путешествием. Но стоило ей слазить к себе в шкафчик, чтобы покормить Нудла, как её словно подменили. Теперь она то и дело беспокойно поглядывала в сторону школы.

– Кэти, что случилось? Ну хорошо, допустим, нет никакого снеговика. Значит, мы классно проведём время в горном домике, покатаемся на коньках по ледяным блокам и пожарим шашлык на костре!

– Я переживаю из-за Нудла, – она в очередной раз посмотрела на двери школы.

Нудл, её маленький странный цыплёнок, остался внутри. Он жил в шкафчике у Кэти и проводил там большую часть времени. «Большую часть» – потому что он то и дело оттуда сбегал, чтобы объявиться в самый неожиданный момент в самом неподходящем месте.

Сегодня утром, когда Кэти, как всегда, кормила Нудла дынными семечками, он заметил, что в рюкзаке у неё вместо привычных учебников тёплая одежда. Не знаю, как он умудряется замечать такие вещи. Нудл хоть и маленький, но очень умный. Он стал прыгать туда-сюда и встревоженно кудахтать. Наверное, пытался сообщить мне и своей хозяйке, что будет по нам скучать.

– Да всё с ним будет нормально. Ты каждую пятницу оставляешь его в шкафчике на выходные. Здесь то же самое, – напомнил я. – К тому же он любит прогуляться по школе, когда никого нет. Так что найдёт себе занятие.

Когда Нудл заметил тёплые вещи в Кэтином рюкзаке и распереживался, мне пришлось быстро захлопнуть дверцу, чтобы его никто не услышал.

Если он будет слишком шуметь – его точно заметит кто-то из учеников или учителей.

Я стал убеждать Кэти, что в школе ему будет гораздо безопаснее, чем в путешествии с нами. Ведь на вершине горы снежно и холодно – а цыплята такого не любят.

Когда Кэти ещё раз открыла шкафчик, чтобы в утешение угостить Нудла дынными семечками, он покосился на меня.

Он меня и раньше не жаловал, а теперь я подкинул ему ещё один повод себя недолюбливать.

Но если Кэти решит взять его с собой – его наверняка заметят, а это значит, что у нас будут проблемы. Ладно ещё, если это произойдёт в школе – но на постоялом дворе наверняка потребуют денег за его размещение, приравняв к домашнему питомцу. Хотя какой из цыплёнка питомец. Но такое Кэти и Нудлу точно говорить нельзя.

Эта парочка стала неразлучной.

А я вот совершенно не хотел, чтобы мне снова пришлось гоняться за Нудлом. Лучше уж я побегаю за снеговиком. Нудл слишком упрямый и на одном месте сидеть не станет. А прятать его ото всех и одновременно разыскивать снеговика – никаких сил не хватит.

– Понимаю, ему здесь ничего не угрожает, но… Ты видел, как он на меня посмотрел? Как будто я его предала, ударила в спину. Он совсем расстроился! – драматично воскликнула Кэти.

Драма – это вообще по её части. Я не всегда мог понять, серьёзно она говорит или притворяется. Хотя должен признать – вид у Нудла был несчастный. Но, в конце концов, он ведь просто цыплёнок!

– А может, всё-таки вернуться за ним? Найдётся и ему местечко в рюкзаке. Шуметь он не станет, если дать ему дынных семечек, – Кэти уже собралась идти к школе.

Я схватил её за плечо.

– Кэти, ну не надо. Зачем так рисковать? Что мы будем делать, если его найдут? – спросил я.

Ведь Нудл всегда куда-нибудь сбегал – где бы Кэти его ни оставила. Я уже столько раз ловил его по школьным коридорам, что при одной мысли об этом у меня дёргался глаз. И то, что о нём до сих пор никто не узнал, – настоящее чудо.

Кстати, Робби по-прежнему думает, что в нашей школе завёлся цыплёнок-призрак.

– Пожалуй, ты прав, – вздохнула Кэти. Она последний раз бросила взгляд в сторону школы и повернулась ко мне.

– Смотри, – я показывал в сторону приближавшихся шахтёрских вагонеток. – Это за нами!

Вагонетки, сцепленные в импровизированный автобус, подъезжали к нам. Дети наперегонки кинулись к ним – все хотели занять лучшие места.

– Мне срочно надо в туалет. Займи мне пока место, ладно? – крикнула Кэти и побежала в сторону школы.

– А раньше ты сходить не могла? – прокричал вдогонку я, но она уже скрылась в дверях.

Мы столько времени ждали, и Кэти не могла сходить в туалет раньше? Уф-ф. Чем быстрее все займут свои места, тем быстрее мы отправимся. А чем скорее мы отправимся – тем скорее меня ждёт встреча со снеговиком. А значит – повышение.

Я забрался на кресло в средней части вагонетки – чуть ближе к началу. В конце будет толкотня возле дверцы – это я знал точно.

Места быстро заняли. Кто-то ссорился по поводу того, где кому сидеть.

Когда все уже почти расселись, Кэти наконец вернулась из туалета. Вагонетка двинулась с места, а мы приветствовали отправление одобрительным гулом. Впереди нас ждала гора Снежной жути.

Всю дорогу я не сводил глаз с гор, приглядываясь к каждому силуэту – вдруг это окажется снеговик. Но вокруг на многие километры не видно было ничего, кроме снега. Снег лежал на камнях, на деревьях – а вот снеговиков нигде не обнаруживалось.

В какой-то момент я заметил, как что-то задвигалось вдали. Озадаченный, я указал на это Кэти. Она ответила, что это обычный белый медведь – и, к моему разочарованию, оказалась права. Когда вагонетка повернула, я и сам в этом убедился. Четыре лапы, медвежья голова, медвежье туловище – ошибки быть не могло.

Белые медведи – это нейтральные мобы, которые обитают в снежных широтах. А я искал снеговика. Поглазеть на живого медведя, конечно, классно, но совсем не так классно, как найти снеговика-злодея.

Мы приближались к горе, и дальше рельсы шли под уклоном вверх, превращаясь в краснокаменную железную дорогу. Вагонетка набрала ход, и ветер зашумел так сильно, что мы еле слышали друг друга.

Наконец показался постоялый двор, и мы стали замедляться.

– Вот и он, наконец-то! – Кэти показывала на выросший перед нами силуэт сооружений.

Основание дома было построено из кирпичных блоков, а крыша состояла из блоков дубовой древесины.

Работники станции оживлённо приветствовали нас, размахивая руками.

Едва мы добрались до места, как я уже готов был пуститься на поиски злодея снеговика. Пока остальные ученики забирали вещи, вылезали из вагонетки и шли в сторону гостевого дома, я схватил рюкзак и устремился к заснеженным холмам.

– Нэйт, ты куда? – спросила Кэти, догоняя меня – ей пришлось быстро подняться со своего места.

– Искать снеговика.

По плану экскурсия должна была продлиться сутки с небольшим. Это совсем немного, так что я не собирался тратить время даром – каждая секунда была на счету.

Как любит говорить Сэцуо-сэнсэй: «Секунда столь же ценна, как и блок золота, но купить секунду за блок золота невозможно».

– Да мы же только приехали! – Кэти посмотрела на меня как на сумасшедшего.

– Именно. Самое время начинать поиски. А ты пока развлекайся с остальными. Я справлюсь сам. Настоящие ниндзя идут на дело в одиночку, – сказал я, собираясь идти в сторону горы.

По правде говоря, я так и планировал – найти снеговика самостоятельно. Хотя если слухи о его злодействе правдивы, это наверняка будет опасно.

И не важно, что Кэти всегда игнорировала мои просьбы отпустить меня на миссию одного и шла со мной – в отличие от меня, она не проходила подготовку на случай опасности.

Кэти вздохнула.

– Нэйт, подожди хотя бы пока стемнеет.

– А зачем? – оглянулся я.

– Ну хотя бы затем, чтобы твой ниндзя-костюм не так выделялся. Смотри, тут кругом белый снег. И яркое-яркое солнце. Оно подсвечивает тебя – мол, глядите, у нас тут ниндзя крадётся! Тебя заметят, и ты не сможешь спрятаться.

Спорить было не о чем – Кэти говорила дело. Обратив внимание, что я наконец к ней прислушался, Кэти продолжила:

– К тому же монстры обычно выходят по ночам. Если этот снеговик действительно злодей, то выслеживать своих жертв он тоже станет ночью. А не средь бела дня. Вот.

Я угрюмо опустил плечи. Кэти была права, но я уже настроился идти на поиски. Я целую ночь не смыкал глаз, думая, как буду выслеживать снеговика.

И по сравнению с охотой за ним всё остальное казалось очень скучным.

Ну кому захочется идти играть в снежки с одноклассниками, когда можно отправиться на поиски снеговика-злодея, чтобы заслужить повышение до ранга каменного меча? Слишком уж неравноценная замена.

– Ладно, ты права.

Кэти посмотрела на меня и ухмыльнулась:

– Повтори, пожалуйста. На этот раз – с выражением.

Мне ничего не оставалось, кроме как снова признать её правоту.

– Вот проказница.

– Ещё какая, – гордо улыбалась Кэти.

Она схватила меня за руку и потянула за собой к гостевому дому на горе Снежной жути.

– Ну пойдём, а то пропустим всё веселье. К тому же я замёрзла! – У Кэти застучали зубы.

Я рассмеялся, и мы побежали на постоялый двор. Интересно, чем там сейчас заняты наши одноклассники?

На заднем дворе за гостевым домом находился окружённый деревянной изгородью каток, и некоторые ученики, едва успев добраться до постоялого двора, побежали кататься на коньках. Мы с Кэти, немного обустроившись, решили к ним присоединиться. Но по дороге на каток Кэти засомневалась – видно было, что она вдруг передумала кататься.

– Слушай, я… в общем, я просто тут посижу, посмотрю, как вы катаетесь, – сказала она, садясь на скамейку возле изгороди.

– Да что случилось? Ты же всё самое интересное пропустишь! – сказал я, глядя на веселившихся на катке ребят.

Кэти старалась никогда не пропускать интересные события. В том числе поэтому она так стремилась сопровождать меня на миссиях.

Конечно, она хотела мне помочь – не без этого. Но стоило ей узнать, что где-то происходит что-то захватывающее, она всегда была тут как тут.

Так что такая перемена меня удивила – это было совсем не похоже на Кэти.

Она вдруг отвернулась и что-то пробормотала.

– Что-что ты сказала?

– Я просто не умею кататься на коньках, – повторила Кэти. – Никогда раньше не каталась. Боюсь, что упаду и все будут надо мной смеяться.

– А, так ты только из-за этого?

– В смысле – только? Я переживаю, что надо мной будут смеяться, а ты так говоришь, будто это ерунда! Очень мило! – Кэти нахмурилась. – Что же ты за друг такой?

Я рассмеялся и покачал головой.

– Кэти, в этом правда нет ничего страшного. Я умею кататься и помогу тебе. Ну же, пойдём. Я тебя научу, – я протянул руку, чтобы она встала со скамейки.

Раньше мы с родителями каждую зиму ходили кататься на коньках. А ещё во время своих ниндзя-тренировок я очень неплохо развил чувство равновесия.

Так что научить Кэти кататься на коньках было для меня раз плюнуть.

– Просто поверь в себя и не бойся. Это уже половина результата. Как говорит Сэцуо-сэнсэй, где есть страх, там нет места разуму, – пожав плечами, сказал я.

Кататься на коньках правда совсем не сложно – нужно лишь преодолеть страх поначалу. А потом становится легко и весело. И я знал, что если помочь Кэти на первых порах, то всё у неё получится.

– Ладно, но пообещай, что не бросишь меня на катке! – Кэти смотрела на меня, и я заметил в её глазах испуг.

– Обещаю.

Мы осторожно зашли на ледяные блоки. Кэти тут же развела руки в стороны, стараясь удержать равновесие.

– А-а! – прокричала она.

Я схватил её за руки, чтобы она не упала. Кэти задергалась и чуть не сбила с ног меня самого, хотя я изо всех сил старался делать вид, что стою как вкопанный. Не хватало ещё, чтобы она запаниковала – тогда мы бы точно оба упали.

– Расслабься. Дыши глубже. Я тебя держу, – успокаивал я Кэти.

Кэти наконец задышала. Она немного расслабилась, но всё ещё держалась на коньках неустойчиво.

– Так… кажется… я начинаю понимать… – тихо произнесла Кэти, словно собственный голос мог нарушить её равновесие.

– Кстати, открывать глаза тоже бывает полезно, – усмехнувшись, заметил я.

Потому что Кэти зажмурилась сразу, как только мы вышли на лёд. Я осторожно отпустил её левую руку.

Кэти осторожно открыла сначала правый глаз, потом левый.

– Хм-м, а это не так уж сло-о-о-о… – Кэти снова вдохнула и попыталась поймать равновесие взмахом левой руки.

– Давай, у тебя получается, – подбадривал я.

В этот момент с противоположного края катка раздался визг. Это кричала Мин Мэй.

Мин Мэй – первая красавица нашей школы. И, разумеется, главная звезда. Она идеальна во всём, за что берётся. Кроме, похоже, катания на коньках.

Мин изо всех сил держалась за поручень, ограждавший каток. Глаза у неё были навыкате от страха. Но меня поразило не это, а то, что ей никто не помогал. Разве можно было проигнорировать самую классную и популярную девчонку школы?

Не размышляя ни секунды, я отпустил руку Кэти и помчался к Мин Мэй.

Сзади послышался другой визг, не слишком плавно перешедший в БУМ! Это Кэти свалилась на лёд. А я думал, она устоит.

Но ведь Мин Мэй тоже нуждалась в моей помощи.

– Эй, ты в порядке? Тебе помочь? – я подкатился к Мин Мэй и протянул ей руку.

Мин Мэй улыбнулась мне своей тщательно отработанной улыбкой. В её глазах можно было утонуть. Наконец-то она узнает, как я крут на самом деле. Пусть даже с осенним балом вышло не очень, зато теперь судьба дает мне второй шанс.

– Ой, Нэйт! Вот спасибо, – мило проговорила она и взяла мою руку. – Как здорово, что ты мне помог.

Когда она произносила моё имя, я на мгновение позабыл, где нахожусь. В её устах оно звучало как музыка. «Нэйт». Я мысленно повторил своё имя ещё пару раз. Клянусь, в своём коротком имени я слышал целую симфонию! «Нэйт… Нэйт… Нэйт…»

– Эй, Нэйт, всё нормально?

Я очнулся и вспомнил, что происходит.

– Э-э, да так, з-задумался немного, – заикаясь, проговорил я.

Мой ответ звучал так неубедительно, что меня покинули последние крупицы уверенности в себе.

Соберись, тряпка!

Я ведь столько раз репетировал свои реплики. Столько раз представлял себе, как она будет отвечать. Должен же я хоть раз не облажаться перед ней!

И почему это происходит каждый раз, а?!

Борясь со своей неловкостью, я осторожно повёл Мин Мэй по катку. На секунду я обратил внимание на Кэти. Она так и сидела посреди катка, уставившись на меня.

Да ладно, ерунда. Кэти сама справится. И она, конечно, меня поймёт. Мин еле устояла на коньках – разве я мог остаться в стороне?

Моё внимание снова принадлежало Мин Мэй.

– Во-от, просто катись вперёд. Левой ногой, правой ногой… – объяснял я, пока мы катились по катку.

– Ух ты, Нэйт, у тебя круто получается, – Мин крепко держалась за мою руку.

Как же это приятно! Я чувствовал прохладу катка и мягкое тепло ладони Мин. Она катилась рядом со мной, и от неё пахло свежими цветами. Я хотел ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не очередной сон. Но она бы решила, что я уж совсем странный. Так что пришлось сдержаться.

– Ну вот, вроде получается, – широко улыбнулась она. – Спасибо, Нэйт! Ты настоящий друг.

«Друг»? Интересно, что она имеет в виду… Мы ведь с ней толком не общались раньше. Интересно, она теперь считает меня крутым? Она же привыкла проводить время с крутыми ребятами – а я к таким точно не относился. Получается, если она назвала меня другом, то теперь я, по её мнению, крутой…

Ведь правда?

– Ура, я научилась! – обрадовалась Мин. Её слова снова вернули меня в реальность – оказалось, что мы уже проехали целый круг по катку. – Нэйт, ещё раз спасибо тебе!

Она отпустила мою руку и укатила в сторону своих друзей. Стоп, и это всё? Всего одна минута счастья, да и то я так переживал, что толком ничего не заметил. Эх, похоже, снова всё как в тот раз – я имел в виду историю с осенним балом.

Я с досадой хлопнул себя ладонью по лбу. Ну вот, типичный Нэйт. Опять облажался.

Я разочарованно выдохнул и покатил дальше, думая о том, как мне в следующий раз не ударить в грязь лицом перед Мин Мэй.

Вдруг я понял, что совершенно кое о чём позабыл. Точно, Кэти!

Интересно, она всё ещё сидит посреди катка?

Я оглянулся по сторонам, но Кэти нигде не было. Наверное, она как-то смогла подняться и пошла к себе, в гостевой дом. Ух, она мне точно это припомнит.

Я решил покататься ещё и, проезжая мимо Мин Мэй, каждый раз улыбался ей, а она улыбалась мне в ответ. Ну что ж, это тоже небольшая победа.

Вечером ребята собрались вокруг костра, который развели перед гостевым домом: все смеялись и рассказывали друг другу страшные истории. Мы расселись у костра сразу после ужина, а сейчас стало уже совсем темно.

На горе Снежной жути не было фонарей из светящегося камня, да и факелов за территорией постоялого двора тоже не было. Так что ночное небо здесь казалось гораздо темнее, чем в Центральном городе.

Раньше, когда я ещё не был ниндзя, я бы испугался. Но не сейчас: для ниндзя темнота – родная стихия.

Тёмной ночью мы с Кэти легко могли улизнуть незамеченными.

Кэти сидела возле меня, и я похлопал её по плечу. Она грызла печенье и, не дожевав очередной кусок, повернулась ко мне. Я хотел было расхохотаться – так смешно она выглядела. Но охота на снеговика – дело серьёзное, так что мне было не до шуток.

Я кивнул головой в сторону леса, начинавшегося позади нас. Кэти стряхнула крошки с лица и кивнула мне в ответ. Мы дождались, когда подошла очередь Робби Рэгсдилла рассказывать свою страшилку. Он начал свою историю про цыплёнка-призрака, который вдруг появился у него в шкафчике в школе, и все рассмеялись. Никто не обращал на нас внимания, и мы, воспользовавшись моментом, ускользнули прочь.

Все ребята ушли к костру, так что я мог спокойно переодеться в свой ниндзя-костюм прямо в гостевом доме. Кэти тоже решила заглянуть к себе в комнату – сказала, что ей надо кое-что захватить перед выходом.

Мы встретились у выхода с постоялого двора. Кэти подошла к месту встречи с рюкзаком на плечах.

– Ты что, пойдёшь с рюкзаком?

Кэти спокойно кивнула, словно тащить тяжёлый рюкзак на миссию – обычное дело. Придерживая лямки, она добавила:

– Это ты в свой комбинезон закутался, а мне вот холодно.

– Это не комбинезон. Это традиционный костюм ниндзя, который в ордене Края передаётся из поколения в поколение. И да, в нём очень тепло и удобно, – я потуже затянул на голове свою красную повязку.

Кэти, как ни странно, была по-своему права. Рюкзак – это удобно, да и спину согревает. Может, однажды даже изобретут куртку из рюкзаков. В ней будет очень тепло и точно поместится всё необходимое!

Ладно, шучу. Разумеется, она окажется слишком тяжёлой, да и смотреться будет по-дурацки. Я покачал головой и сконцентрировался на том, что было сейчас по-настоящему важно.

На том, что пришло время отыскать злобного снеговика.

– Ну пойдём.

Я жестом предложил Кэти следовать за собой, и мы вошли в лес, покрывавший гору Снежной жути. Мы двигались по заснеженным горным тропам, внимательно наблюдая, нет ли вокруг какой-нибудь приметы снеговика.

– А как ты думаешь, почему эта гора называется горой Снежной жути? – спросила Кэти, когда мы немного углубились в лес. – Звучит как-то страшновато.

– Поэтому-то и ходят слухи про злого снеговика. Никто бы не стал называть гору, где живёт злодей снеговик, горой Весёлых снежинок или как-нибудь так.

– Наверное. Но кто вообще пустил этот слух? Вот ты, например, от кого услышал про снеговика? – от подъёма в гору у Кэти сбивалось дыхание.

Мы бродили уже целый час – и пока безрезультатно. Я устал и замёрз, да и Кэти не особенно скрывала, что она тоже устала и замёрзла. Впервые на холод она пожаловалась минут через десять после того, как мы ушли с постоялого двора.

Неудивительно, ведь в отличие от меня Кэти не тренировалась в додзё все летние каникулы напролёт, совершенствуясь в терпении и силе духа.

– Да я уже не помню. Где-то как-то раз услышал.

Я уже начал допускать, что Кэти была права и никакого снеговика на самом деле никогда не существовало. Эх, и зачем только я полез за ним в горные леса? Тут холодно и кругом снег, а все остальные сейчас наслаждаются теплом в уютном гостевом доме!

Я всё больше сожалел о своем решении пойти на поиски, как вдруг мои размышления прервал пронзительный визг, прорезавший ночное небо.

Мы с Кэти остановились как вкопанные и испуганно переглянулись.

– Это злобный снеговик! – у меня перехватило дыхание.

– Ледяной пожиратель детей! – задыхаясь, одновременно произнесла Кэти.

Визг раздался снова. Это был громкий, пронзительный вопль, полный ужаса и страха. Крик, от которого кровь застывала в жилах. Мы не раздумывая помчались в ту сторону, откуда доносился шум. Что ж, пожалуй, теперь Кэти точно мне поверила.

По крайней мере, мои собственные сомнения точно рассеялись.

На полпути к вершине мы наткнулись на незнакомую женщину. На неё напали – правда, не тот самый снеговик, а горстка зимогоров – это такие скелеты, которые появляются в заснеженных, ледяных или замёрзших локациях. Гора Снежной жути наверняка подходила по всем трём пунктам.

Это была светловолосая девушка в лабораторном халате – благодаря ему она казалась очень взрослой. Она изо всех сил пыталась увернуться от стрел, которые выпускали в неё из своих луков зимогоры.

Зимогоры подбирались к ней всё ближе: вряд ли она смогла бы сдерживать их натиск долго.

Чтобы спасти её, я обошёл зимогоров сзади. У меня под ногами захрустел снег, но, к счастью, эти ребята не отличаются хорошим слухом. Достав из колчана охапку стрел, я принялся запускать их одну за другой. Зимогоры не сразу меня заметили – я успел положить троих, пока они поняли, кто и откуда в них стреляет.

Всей толпой они повернули на меня – именно этого я и добивался. Теперь, когда девушка была в безопасности, я мог сконцентрироваться на том, что умел лучше всего.

Пришло время для хорошей драки!

Я вытянул из ножен деревянный меч и приготовился идти в рукопашную. Мимо меня проносились стрелы зимогоров. Прыгая влево-вправо, я уворачивался, стараясь не поскользнуться на заледенелой снежной корке. Скользкая поверхность не давала мне свободно двигаться – нужно было изо всех сил удерживать равновесие, чтобы не упасть.

Хорошо бы Сэцуо-сэнсэй провёл нам курс о том, как сражаться на разных поверхностях. Можно было бы принести к нам в додзё разные блоки со всеми видами земли, чтобы как следует потренироваться на каждом.

Я быстро сообразил, что не обязательно так уж стараться удержать равновесие: скользкую поверхность можно использовать как преимущество. Ведь я хорошо умел кататься на коньках, так что и по снегу скользил очень даже ловко.

Когда один из зимогоров подобрался ко мне вплотную, я уклонился от его удара, проскользнув на подошвах в сторону. Скелет даже не успел повернуться вслед за мной, а я уже как следует размахнулся и зарядил ему мечом прямо в грудину. От моего удара его хрупкие старые кости разлетелись во все стороны.

Но ко мне подбирались ещё пятеро.

Я вытащил очередную стрелу и метнул её в одного из зимогоров. Попав, я ранил его, но не уничтожил. Моя стрела застряла у него в рёбрах. Не скрою, в этот момент я немного разочаровался. Я много работал над силой броска, но, видимо, мне всё ещё не хватало подготовки.

Зимогоры тем временем продолжали наступать.

Я собрался с силами и рванул им навстречу. Молниеносно уворачиваясь от летящих в меня стрел, я продвигался к скелетам всё ближе.

Одна стрела просвистела с правой стороны – я скользя ушёл влево. Другая, наоборот, прошла левее, и я увернулся вправо. Следующая летела мне прямо в корпус, но я упал на колени и проехал на них вперёд, а когда угроза миновала, снова вскочил.

Пришло время показать скелетам мой самый крутой ниндзя-приём – атаку с воздуха во вращении.

По правде говоря, я ни разу не применял эту технику в реальной схватке. Сэцуо-сэнсэй показывал мне её – но только один раз. Это была продвинутая техника для более опытных ниндзя рангом повыше моего. Но она была незаменима в случае, когда ниндзя сражается сразу с несколькими противниками. И чтобы покончить с ними быстро, я должен был успешно её применить.

Так, нужно вспомнить слова Сэцуо-сэнсэя.

«Порхай как бабочка, жаль как пчела».

Я вытянул руку, в которой держал меч, а ногами принял специальную стойку и сильно оттолкнулся, взмывая в воздух. Мимо просвистели ещё несколько стрел – это зимогоры пристреливались к летящей цели. Я напряг мышцы корпуса, собрав всю оставшуюся энергию, и сделал мощный оборот в воздухе вокруг своей оси.

Провернувшись, я вытянул перед собой меч и рассёк четверых зимогоров, окруживших меня. Их кости с грохотом обрушились на снег.

Остался всего один.

Последний зимогор шёл на меня, явно не собираясь тратить время на оплакивание повторно умерших напарников. Как-то бессердечно с его стороны. Хотя что ещё ожидать от живого мертвеца.

Интересно, о чём думают мёртвые? Хотя такой вопрос подразумевает, что они вообще способны думать. Скорее всего, ни мыслей, ни чувств у них нет в принципе.

Я снова подпрыгнул в воздух, замахнулся и вонзил меч прямиком в последнего зимогора, одновременно приземляясь на снег. Этого удара хватило, чтобы сразить скелета. Из оставшейся от него горстки костей я с усилием вытащил меч обратно. На лезвии остались только снежинки.

Я спокойно отряхнул клинок. На мой ниндзя-костюм тут и там налипли снежные комья. Если бы не горячая битва, то я наверняка бы замёрз: от снега ткань местами промокла, а на горе было очень холодно.

«Так, Нэйт, ну-ка вспоминай. Что говорят крутые ниндзя, когда одерживают очередную победу?»

– Умные зимогоры не ходят в горы!

– Ничего себе. Впечатляющая победа. Очень впечатляющая.

Я обернулся и увидел девушку в лабораторном халате – она внимательно смотрела на меня. Между тем из-за дерева появилась Кэти: во время сражения она спряталась, а теперь снова подошла ко мне. Девушка приблизилась к нам.

– А, вы про то, как я победил скелетов? Я просто хотел вам помочь.

Хотя внутри себя я просто сиял от радости. Помогать другим всегда было безумно приятно – а ещё приятнее становилось, когда они говорили, как я классно справился.

Я осмотрелся вокруг и стал собирать свои стрелы. Хотелось выглядеть так, будто я действительно чем-то занят, а не просто стою и напрашиваюсь на комплименты. Ведь настоящий ниндзя похвалу не принимает: по-хорошему спасённый вообще не должен его заметить.

– Что ж, вы хорошо справились. Просто отлично. Не хотелось бы попасть вам под горячую руку, – улыбнулась девушка. – Меня зовут профессор Пайпер. У меня лаборатория на вершине горы Снежной жути, – она указала в сторону вершины.

– Странное место для лаборатории, – заметила Кэти.

– Зато там никто не отвлекает, – пояснила профессор Пайпер. – Вы наверняка знаете, как мешает иногда городской шум.

Я кивнул – для меня её слова звучали вполне убедительно. Но, кажется, не для Кэти.

– Это да, – сказала Кэти и посмотрела на вершину, а потом снова на профессора Пайпер.

– А как вас зовут, молодой человек?

– Вообще-то мне нельзя… – Я пытался сообразить, как дать ей понять, что я не вправе раскрывать ни свою личность, ни то, что я принадлежу к ордену ниндзя Края.

– Он не просто так носит маску, – пришла мне на помощь Кэти.

– Вот как… Ладно, мне пора в лабораторию. Ещё раз благодарю вас за спасение. Надеюсь, по пути я не нарвусь на очередные неприятности, – кажется, учёная беспокоилась из-за того, что ей предстоит идти одной.

Моя же обязанность как ниндзя – сделать так, чтобы она добралась до нужного места безопасно.

– Мы можем вас сопроводить. Тогда, даже если вы встретите по пути мобов, мы сможем помочь вам отбиться, и всё будет хорошо, – предложил я.

Мне казалось, что именно так и следует поступить. Профессор Пайпер остановилась и задумалась над моим предложением.

– Нет-нет, нам уже пора бежать, – Кэти поёживалась при одном упоминании о том, что сейчас придётся идти до самой вершины.

– Ну раз вы не спешите, то я буду рада приятной компании, – профессор, кажется, совершенно игнорировала слова Кэти.

Я кивнул, тоже не обращая на Кэти внимания. Не знаю, почему она вдруг решила, что нам пора возвращаться. Не помочь профессору было бы грубо с нашей стороны. Но Кэти неожиданно схватила меня за руку.

– Можно тебя на секундочку? – она отвела меня в сторону, чтобы профессор нас не слышала.

– Кэти, в чём дело? – спросил я. Поведение Кэти выглядело грубо по отношению к профессору Пайпер, и на неё это было совсем не похоже.

– Нэйт, мне это не нравится. И эта учёная тоже не нравится. Нам надо уходить. У меня плохое предчувствие насчёт неё.

Плохое предчувствие?

– Ну что ты начинаешь? Плохое предчувствие – это просто лосось на ужин у нас с тобой был недожаренный.

Кэти недовольно поджала губы.

– Кэти, у ниндзя есть обязанности. Мы должны помогать людям. Она совсем одна на этой горе, и кроме нас ей некому помочь. Ты же видела этих зимогоров. А что, если на неё нападут снова? Ты сможешь спокойно спать, зная, что мы не помогли бедной девушке добраться до безопасного места?

– По-моему, это ты «начинаешь». Нэйт, прошу, подумай как следует. Что она вообще, по-твоему, делает одна посреди ночи на горе?

– Ну, вообще-то, нам она может задать такой же вопрос, – заметил я.

– Да уж точно не снеговика разыскивает, – фыркнула Кэти.

– Кэти, ну хватит. Уже поздно. Нам пора на постоялый двор – а сейчас давай быстро проводим профессора Пайпер до лаборатории, – ответил я. – Вот-вот появятся монстры. Ты же сама сегодня говорила, что по ночам они активнее всего.

– А что, если она сама и есть монстр… – шепнула мне Кэти.

Я бросил взгляд на профессора Пайпер – она приветливо улыбалась и махала нам рукой, нетерпеливо переминаясь с ноги ногу и стряхивая с волос падающие снежинки. Ну разве эта девушка может оказаться монстром? Пусть она и странноватая – но уж точно не злая.

Уж монстра я бы вычислил сразу. Я видел, что такое зло. Вот взять, например, доктора Хиробрина – даже через тёмные очки понятно, что он настоящий злодей!

– Короче, я иду её провожать. Ты как хочешь – можешь подождать меня здесь или возвращаться на двор. Только будь осторожна – говорят, снеговик поедает тех, кто отбивается от своих!

Я повернулся и пошёл к профессору Пайпер. Кэти с досадой выдохнула и побежала за мной следом.

– Просто чтоб ты знал – я не боюсь этого дурацкого снеговика. Но я веду себя как настоящий друг. А друзья не бросают своих, какую бы ерунду те ни вытворяли. Так что я с тобой, – пробубнила Кэти.

Профессор Пайпер улыбалась и внимательно смотрела на нас.

– Что ж, пойдёмте. Эта дорога ведёт прямиком в лабораторию.

Она начала подниматься в гору, а мы последовали за ней.

Я не переставал смотреть по сторонам, внимательно прислушиваясь – вдруг где-то появятся монстры или злые снеговики. А Кэти глаз не сводила с профессора Пайпер.

Лаборатория оказалась высотным зданием из булыжника с железными дверями на входе. Она напоминала скорее крепость, чем собственно лабораторию – величественное здание на вершине нависало над нами, пока мы приближались.

– Не нравится мне это всё. Ой как не нравится, – бормотала Кэти. Она устала и дышала неровно.

– Не могу не пригласить вас на чашечку горячего молока с мёдом, – сказала профессор Пайпер, открывая железные двери. Двери отворились с громким скрипом, напоминавшим стон.

Профессор вошла внутрь. Было темно – я различал очертания предметов, но не мог понять, что именно находится передо мной. И всё же я не чувствовал явной угрозы. Да и чашка тёплого молока со сладким мёдом – то, что нужно, чтобы согреться после тяжёлого восхождения.

– Нет-нет, мы в самом деле очень спешим, – сказала Кэти.

– Ну что вы, останьтесь. Вы ведь меня спасли, да ещё и проводили – я перед вами в долгу. К тому же на улице очень холодно. Куда же вы пойдёте в ночную стужу? Погрейтесь лучше за чашечкой чего-нибудь горяченького, – в словах профессора определённо было здравое зерно.

Ветер дул всё сильнее, и чем дольше я стоял снаружи – тем сильнее замерзал. За глоток тёплого молока я был готов на что угодно.

– Согласен. Чашечка горячего точно не повредит, – улыбнулся профессору я и пошёл внутрь.

Кэти недовольно фыркнула и прошла следом. Железные двери с грохотом захлопнулись за нами.

– Не к добру всё это, – сказала Кэти.

– Да просто двери тяжёлые, вот и грохочут, – я всё ещё пытался убеждать Кэти, а точнее, самого себя, что не совершил только что роковую ошибку.

Но, оглядевшись вокруг, я понял, что натворил.

Всюду, куда бы я ни посмотрел – везде были снеговики. Заряженные снеговики третьего уровня. С тыквами вместо голов, с рядом кнопок посередине и палками вместо рук. И что самое страшное – они двигались.

И двигались они прямо на нас.

Предчувствие Кэти её не обманывало – и дело было совсем не в рыбе на обед. Кэти была права с самого начала – дело дрянь. Хуже не придумаешь.

Я вытащил свой деревянный меч и отчаянно завертелся вокруг, пытаясь понять, откуда лучше начать атаку. В меня полетели снежки – они сбивали с толку, и от них я замерзал ещё сильнее. Снеговиков вокруг оказалось не меньше сотни – силы явно были не равны.

Сзади раздался визг – это кричала Кэти. Снеговики разделили нас и окружили её со всех сторон. И когда они только успели?

– Кэти! – я рванул к ней на помощь, но толпа снежных големов перегородила мне путь.

Снежки продолжали лететь со всех сторон. Орудуя мечом, словно бейсбольной битой, я пытался их отбивать – но снежков было слишком много. Один снежок угодил мне прямо в запястье и выбил у меня из рук мой деревянный меч.

Я даже не успел понять, что произошло, как меня уже окружили и обезоружили.

Я поднял руки вверх в знак того, что сдаюсь. Сопротивляться было бесполезно.

– Простите моё негостеприимство, – смеясь, сказала профессор Пайпер. – Но сейчас меры предосторожности – необходимость. Никогда не знаешь, кого встретишь в горах.

Пайпер прошла на противоположную сторону зала и поднялась на высокую лестницу из булыжника.

– Почему вы так поступаете? Мы ведь вам помогли!

Я попытался прорваться сквозь окруживших меня снежных големов, но они меня оттеснили, чуть не сбив с ног. Хоть у них и были палки вместо рук, силы в этих «руках» хватало.

– Всё началось несколько лет тому назад… – начала профессор.

– Ну конечно, самое время для экскурса в историю. Мало того что злодейка, так ещё и говорит стереотипными речами из кино, – закатила глаза Кэти.

Кэти сидела на полу в куче снега, а вокруг неё со всех сторон стояли снежные големы.

– А ну-ка, тихо! – рявкнула профессор. Она выпрямилась и сосредоточилась, как будто читала лекцию. У меня закралось подозрение, что она, похоже, не очень дружит с головой.

– Так вот, в то время я работала профессором в университете Центрального города. Между прочим, таких талантливых учёных, как я, в этой богадельне ещё поискать…

– И таких же чокнутых, – поддразнила Кэти.

Профессор Пайпер гневно посмотрела на Кэти. Если бы взглядом можно было убить – Кэти сейчас как минимум получила бы тяжёлое ранение. Но она, похоже, умудрялась сохранять спокойствие.

– В какой-то момент нам сократили финансирование, и я придумала гениальный план, как спасти любимый университет. Мы должны были по-настоящему отличаться от других вузов. Мне хотелось, чтобы каждый житель города хотел приходить в наш университет. А для этого нужно было погрузить Центральный город в ледяную стужу, сделав кампус райским островком посреди зимы.

Профессор явно предпочитала крайние меры. Да уж. Эта девушка была чокнутой на всю голову.

Везёт же мне. Мало мне было одного доктора Хиробрина – теперь надо ещё как-то разделаться с безумной учёной.

– А просто пирожками торговать на территории универа вы не догадались? – поинтересовалась Кэти.

Глаза профессора Пайпер злобно сверкнули.

– Клянусь, если вы ещё хоть раз…

– Ну и что вы мне сделаете? Возьмёте в заложники? Так ведь уже взяли, – ответила Кэти.

Кэти в общем-то была права. Терять нам было особо нечего, но кто знал, что ещё могло прийти в голову профессору Пайпер. Мало ли на что ещё она способна. А что, если ей захочется заморозить нас в ледяных блоках? Кэти нужно было остыть – и нет, не в буквальном смысле.

Профессор Пайпер раздражённо вздохнула:

– Вот почему я не могла работать с детьми. – Она набрала побольше воздуха и продолжила: – Так вот, когда я представила свой план декану, он ответил, что я рехнулась. И что с нашим вузом и так всё будет нормально. Тогда я стала проводить эксперименты, чтобы доказать, что мне по силам осуществить задуманное – заморозить весь город и сделать кампус точкой притяжения для туристов со всего света. Потом я продемонстрировала ему своих снеговичков, и тогда он меня уволил. Взял и выгнал меня из университета, заявив, что мои эксперименты опасны! Что ж, пусть так – и пусть все узнают, насколько они опасны! Моя армия снежных големов ещё пройдётся маршем по городским улицам. Месть надо подавать холодной – очень холодной.

У меня округлились глаза – похоже, эта женщина всерьёз верила в то, что говорила. Она в самом деле собиралась захватить город и погрузить его в стужу. Её планы явно не ограничивались одиноким злым снеговиком-охотником на заблудившихся детей, которого я рассчитывал встретить.

– Так почему же вы до сих пор этого не сделали? Вон сколько у вас големов – их тут целые сотни. Давно бы уже захватили город, – сказал я.

Профессор Пайпер вздохнула.

– Потому что стоит моим прекрасным големчикам приблизиться к Центральному городу, как они тут же тают, – всхлипнула она. – А это значит, пора возвращаться за работу. Ну-ка, свяжите этих двоих!

Она приказала големам нас связать и оставить в углу лаборатории. Я попытался вырваться, но бесполезно – их было слишком много. Даже если бы я как-то выскользнул, Кэти мне всё равно было не спасти.

Добраться до двери, не попав под бомбардировку снежками, было просто невозможно.

– Но зачем держать нас здесь? Почему бы вам нас не отпустить? – Кэти потупила глаза, пытаясь казаться милой.

Уж если она собиралась изображать невинное дитя – нечего было отпускать саркастические замечания в адрес профессора. Сэцуо-сэнсэй всегда говорил нам: «Пока враги болтают, стройте свои планы».

– Да просто я столько времени провела в одиночестве. К тому же вы теперь слишком много знаете. Я уже не могу отпустить вас обратно в город – вы всем обо мне расскажете. А пока в городе не знают, что я здесь – и лишнее внимание мне ни к чему, – улыбнулась профессор. – Ну всё, хватит болтовни, пора за исследования. Пойду разрабатывать новых снежных големов – более устойчивых к воздействию тепла!

И учёная скрылась в соседней комнате.

Я попытался избавиться от своих пут. Големы связали нас и ушли по своим делам – теперь они слонялись туда-сюда в центре зала. Они бросались друг в друга снежками и всячески развлекались. Наверное, когда ты сам снежный, получать снежком в лоб даже приятно.

Я дёргал руками туда-сюда, пытаясь освободиться. Тугие верёвки впивались мне в запястья – такими темпами я бы скорее поранился, чем выбрался. Если бы я дотянулся до стрел в кармане – я бы смог перерезать узел. Но меня связали слишком крепко.

Кэти должна нас спасти. Снова.

– Ну же, Кэти, придумай что-нибудь! Нам нужно отсюда выбраться, – я посмотрел на Кэти, но она просто сидела и смотрела в стену.

– Я. Тебе. Говорила.

– Кэти, хватит.

– Я тебе говорила, – не унималась Кэти.

– Давай займёмся поисками виноватого попозже – когда выберемся отсюда. Пока профессор Пайпер не придумала ещё какой-нибудь гениальный план.

– Если бы ты меня послушал, мы бы вообще здесь не оказались.

– Что ты такое говоришь?! Нас взяла в заложники сумасшедшая учёная! Почему ты обвиняешь в этом меня? Я-то в чём виноват? Никто не мог знать, что так выйдет!

– Да я же сразу сказала, что у меня плохое предчувствие! А ты, ты меня послушал? Нет!

– Прости, мне очень жаль, что я люблю помогать людям.

В своё оправдание должен сказать, что она действительно выглядела напуганной и безобидной. А я всего лишь последовал правилам приличия и предложил проводить её до дома. Неужели Кэти не понимает, что я хотел как лучше?

– Ах вот как? Помогать любишь? А помнишь, как ты «помог» мне встать на коньки? Я упала посреди катка, а ты убежал и даже не обратил на меня внимания! – разошлась Кэти. – Точно так же ты проигнорировал мои предупреждения сейчас. Ты никогда меня не слушаешь!

Я открыл рот и хотел что-то сказать, но не стал. Кэти была совершенно права. За сегодняшний день я столько раз игнорировал Кэти и пренебрегал ею, что мне самому за себя стало стыдно.

Друзья так не поступают.

– Кэти, прости меня. Ты права. Я никудышный друг. Мне надо было тебя послушать. И уж тем более не бросать тебя одну на катке. Прости, виноват, – и я посмотрел на неё.

Кэти глубоко вздохнула.

– Ладно, извинения принимаются, – улыбнулась Кэти. – Так, ну что, выбираемся отсюда?

– Да я пытаюсь, только вот никак не получается вывернуться. Чем больше пытаюсь, тем сильнее верёвка врезается в запястья. Может, ты попробуешь подкатиться ко мне и поможешь достать стрелы? Они у меня в кармане.

– Спокойно-спокойно. У меня есть туз в рукаве. А точнее – в рюкзаке, – Кэти хитро улыбнулась.

Големы сняли с неё рюкзак, когда связывали, и поставили его рядом – но так, чтобы она не могла достать до него. Кэти тихо-тихо свистнула. Из рюкзака показалась цыплячья голова.

Нудл!

Такого поворота я точно не ожидал. У меня чуть не отвисла челюсть – хорошо, что в маске ниндзя этого было не видно.

– А он здесь как очутился? – спросил я, глядя, как Нудл выбирается из Кэтиного рюкзака и шагает к нам.

– Помнишь, когда приехала вагонетка, я побежала в туалет? В комнате я выгрузила из рюкзака тёплую одежду, чтобы освободить место и взять его с собой. У меня рука не поднялась оставить его одного, – объяснила Кэти.

Нудл покачал головой и осмотрелся по сторонам. Я задержал дыхание – не хватало только, чтобы он запищал на всю лабораторию и привлёк внимание големов. Они-то с ним точно церемониться не станут.

Интересно, а профессор Пайпер любит есть на ужин куриные наггетсы?

– Нудл, пожалуйста, будь осторожнее. Ты сможешь расклевать клювом наши верёвки? – обратилась к нему Кэти.

Клянусь, перед тем как подскочить к нам и начать клевать верёвки, этот цыплёнок кивнул ей в ответ. Сначала он помог освободиться Кэти, а потом подошёл ко мне. Обклевав верёвку, он не упустил случая клюнуть и мой палец. Наверняка мстил за то, что я уговаривал Кэти не брать его с собой. Я пошевелил руками – ура, свобода!

Нудл выжидающе уставился на меня.

– Нудл, спасибо тебе. И прости, что хотел оставить тебя в шкафчике.

Сколько бы раз Нудл ни приходил нам на помощь – мне всегда казалось странным говорить цыплёнку спасибо. Наверное, к этому я не привыкну никогда. Совсем.

– Ну, что дальше? – спросила Кэти.

Я осмотрелся. Големы по-прежнему бродили туда-сюда – они не заметили, как мы освободились. Теперь перед нами стояла задача посложнее – добраться до выхода.

Если не справиться с големами, добраться до дверей было маловероятно. Даже не так – это было невозможно. Весь зал буквально кишел этими злобными монстрами.

И чтобы выбраться отсюда, нужно было как-то разделаться с ними.

– Что ж, придётся прокладывать себе путь с боем, – я вытащил деревянный меч, стараясь сделать это как можно тише.

Первая попытка подраться с големами не увенчалась успехом. Но, может, эффект неожиданности повысит мои шансы. В конце концов, сила ниндзя именно в том, чтобы нападать неожиданно.

Я смотрел по сторонам и думал, откуда лучше всего будет начать атаку. Конечно, всегда можно просто сломя голову ринуться на врагов – но хороший ниндзя сначала должен составить план.

Правда, времени строить планы у меня не было.

И вот почему: Нудл решил прогуляться по лаборатории и поглядеть, что тут к чему. Что ж, придётся драться – сейчас или никогда.

Гулял Нудл недолго – ровно до тех пор, пока не наткнулся на снежного голема. Пока он соображал, кто перед ним, его уже окружила толпа снеговиков со страшными тыквенными головами. Големы уставились на него, а он изо всех сил заверещал и прыгнул на руки Кэти.

Теперь все големы в лаборатории повернулись к нам. Набрав побольше воздуха в грудь, я издал громкий боевой клич и ринулся в атаку. Говорят, чем громче орёшь, тем легче драться.

Я рубил направо и налево, тесня наступавших на меня снеговиков. И сколько бы големов я ни поразил, тут же появлялись новые.

Я достал стрелы и стал метать их перед собой – сразу по три штуки. От тройного попадания один из големов рухнул на пол – но на его месте тут же оказалось ещё пятеро.

Со всех сторон полетели снежки. Я помчался куда-то вбок, рыская взглядом по лаборатории в поисках хоть чего-нибудь, что могло бы нас спасти. Запрыгнув на стол, я перескочил оттуда на верхнюю полку большого книжного шкафа.

С высоты я мог атаковать големов, оставаясь недосягаемым для ударов в рукопашную. Я метал в них стрелу за стрелой, пока големы окружали шкаф со всех сторон.

Разумеется, в ответ големы стали швыряться в меня снежками. Я разбивал их на подлёте своими стрелами. Но в отличие от снега, стрел у меня было ограниченное количество.

Что же делать?

– Их слишком много! – кричала Кэти. Она тоже забралась на стол, чтобы големы не били её руками.

Дела наши были плохи. Да что там плохи – безнадёжны.

Но нет, так легко я не сдамся. Мой путь ниндзя не закончится на верхней полке книжного шкафа под грудой снежков!

– Нэйт, если ты срочно не придумаешь какой-нибудь хитрый ниндзя-план, нам крышка! – кричала Кэти.

– Думаешь, я не пытаюсь? Надо придумать, как растопить их! – крикнул в ответ я.

– Постой, а где Нудл? – Кэти вдруг поняла, что её цыплёнок больше не сидел у неё на руках.

Это ещё что за новости? Он что, решил взять и исчезнуть прямо сейчас? Вот в этот самый момент? Интересно, у этого ходячего наггетса вообще есть мозги?

– А-ай! Ну-ка, уйди отсюда! А-а! Ах ты маленький! Да откуда здесь взялся цыплёнок?! – послышались крики профессора Пайпер.

Я оглянулся направо и увидел, как из соседней комнаты выбежал наш Нудл. За ним гналась профессор Пайпер – но проворства ей явно не хватало. Когда она, кажется, почти настигла цыплёнка, то поскользнулась на снежке и с грохотом рухнула на пол.

Нудл держал в клюве железное ведёрко с водой. И тут я сообразил. Вот умница. Он сейчас снова нас спасёт!

Профессор Пайпер тем временем поднялась и продолжила погоню.

– Нудл, скорее сюда! – крикнул я.

Я спрыгнул со шкафа и замахал руками. Нудл резко повернул и побежал ко мне. Профессор Пайпер тоже повернула – точнее, попыталась. Но вместо поворота у неё получилось только снова растянуться на скользком полу, перелетев в падении через верстак.

Деревянным мечом я колотил големов, которые окружили мой книжный шкаф.

Разрубив их пополам, я дал Нудлу возможность добраться до меня.

Я выхватил у него из клюва железное ведро и опрокинул его, дав воде растечься по полу лаборатории.

– Не-ет! Деточки мои! – завизжала профессор.

Вода и пар растапливали големов одного за другим. Я ошарашенно смотрел, как снежная армия превращается в море слякоти прямо у нас на глазах.

– Она сейчас сбежит! – крикнула Кэти. Профессор Пайпер тем временем поспешила к дверям своей изрядно наводнившейся лаборатории.

Мы бросились вдогонку за ней, но не успели – она захлопнула за собой дверь. И как будто растворилась – ни удаляющихся шагов, ни звука, только громкий хлопок дверями.

Я открыл дверь и обнаружил, что проём выходит прямо на крутой утёс. Осторожно высунувшись, я посмотрел наружу – вниз вела ледяная горка, по которой уже мчала предусмотрительная учёная на вагонетке – она оборудовала в лаборатории запасной выход.

– Ещё увидимся, маленький ниндзя! Однажды я вернусь в Центральный город с армией снежных големов, и город падёт! И превращу его в ледяную пустошь! Вот увидишь! – Холодный ночной ветер разносил эхо её голоса. Её тирада заканчивалась злодейским смехом.

– Она что, засмеялась в конце?

– Ты тоже слышала?

– Она прямо ходячий стереотип. Не удивлюсь, если в конце окажется, что она на самом деле ведьма… – Кэти неспешно осматривала лабораторию профессора. – Надо сказать, логово она обставила со вкусом. Камень увит плющом – смотрится стильно и внушает трепет. Оставшиеся от прислужников злодейки лужицы добавляют ощущение заброшенности, – смеясь, комментировала Кэти.

Я покачал головой:

– Пойдём, надо скорее возвращаться. У меня уже зуб на зуб не попадает от холода.

Преследовать профессора Пайпер смысла не было. Нужно было успеть вернуться до тех пор, пока нас не начали искать.

Надо будет рассказать про Пайпер Сэцуо-сэнсэю. Похоже, нам угрожает новая опасность. И, кстати, победа над ней – хороший повод повысить меня до ранга каменного меча.

– Да, вот бы сейчас у камина посидеть, – Кэти взяла Нудла на руки и прижала к себе. – А то из цыплёнка так себе грелка.

Нудл посмотрел на неё, покачал головой и сильнее прижался к Кэти.

– Нудл, придётся тебе пока посидеть в рюкзаке. Нести на руках я тебя не смогу.

– До сих пор не понимаю, как тебе удалось сделать так, чтобы за всю экскурсию о нём никто не узнал. Даже я, – я рассмеялся. Для Нудла соблюдать тишину целый день было настоящим подвигом.

– Он умеет хорошо себя вести. Когда захочет! – Кэти гордо улыбнулась, глядя на своего питомца.

Что ж, уничтожить целую орду снежных големов – большое дело для цыплёнка. Неудивительно, что он устал не меньше нашего.

Я снял со стены факел. Мы в последний раз оглядели зал и вышли из лаборатории.

Теперь пора было возвращаться. И провести остаток экскурсии весело и с удовольствием.

Обратный путь оказался гораздо легче. Мы шли с горы вниз, а большую часть времени просто съезжали на спине. Так что даже идти особо не пришлось.

Когда мы подходили к постоялому двору, я услышал, как кто-то поёт. Голос звучал так мелодично и приятно, словно это был ангел. Никогда прежде я не слышал такого красивого пения.

Добравшись до двора, мы обнаружили, что ребята по-прежнему сидели у костра. Мин Мэй пела свою песню, а все остальные внимательно её слушали. Голос Мин очаровал всех ребят из нашего класса.

Сама песня тоже была необычной – я такую слышал впервые. Кажется, там было что-то про пчёл. А может, про цветы и птиц – я не очень прислушивался к словам. Мин могла петь о чём угодно – у неё всё получалось очень красиво.

Мин Мэй была лучшей певицей в нашей школе – наверное, такого красивого голоса не нашлось бы во всём Центральном городе. Я сел на свободное место рядом с Мин – от её пения и близости к ней у меня порхали бабочки в животе.

– Ну же. Давай. Я знаю, ты этого хочешь, – Кэти подошла ко мне, пытаясь скрыть укоризну в голосе.

Я покачал головой и посмотрел в сторону катка.

– А вот и нет. Ещё будет случай послушать, как она поёт. У меня есть идея получше: хочу предложить тебе урок катания на коньках. Как раз на катке никого нет.

Кэти задумалась. Она всегда переживала из-за того, что может упасть и над ней будут смеяться. А на пустом катке смеяться было некому. Она кивнула.

– Согласна. К тому же ты теперь передо мной в долгу. Если бы я не пошла с тобой, тебя бы точно скушал злобный снеговик, – сказала она и побежала на каток. А рюкзак оставила возле гостевого дома.

Я рассмеялся.

– Кэти, но ведь его существование всё ещё не доказано! – крикнул в ответ я. – Может, конечно, кто-то из снеговиков Пайпер отбился от своих и стал подъедать детей на склонах – кто знает.

Она улыбнулась:

– Ну ладно, пошли кататься.

Я взял её за руку, и мы побежали на каток.

Нудл поскакал за нами, оставляя на снегу маленькие цыплячьи следы.

– А потом нас спас цыплёнок, и мы растопили всех снеговиков, – рассказывал я Сэцуо-сэнсэю.

Сэнсэй стоял около книжного шкафа и листал какие-то книги. История была совершенно безумной, но он, кажется, ничуть не удивлялся.

– Интересно… – прокомментировал сэнсэй. Правда, я не понял, имел он в виду мой рассказ или то, что прочитал в книге.

На стене додзё висел тот самый сияющий каменный меч, который я так хотел. Я бросал взгляд то на меч, то на Сэцуо-сэнсэя.

– Что скажете, сэнсэй? Я заслужил ранг каменного меча?

– Эх, юный ниндзя. Ты забываешь, что путь в тысячу ли начинается с первого шага.

Сэцуо-сэнсэй часто говорил афоризмами и пословицами. Каждый диалог с ним заключал в себе жизненный урок.

– Понятно, сэнсэй, – поклонился я. – Я продолжу усиленно тренироваться, чтобы заслужить ранг каменного меча.

Я вздохнул и направился к выходу из додзё.

Сколько же ещё миссий я должен был выполнить, чтобы доказать, что я достоин нового ранга? Неужели я не так хорош, как хочу о себе думать? А может, сэнсэй вообще зря принял меня в орден?

– Нэйт-кун, послушай, – остановил меня сэнсэй.

– Что? – я повернулся и увидел, что он смотрит на меня.

– Путь наверх в нашем ордене тернист и труден. Даже если тебе кажется, что ты растёшь недостаточно быстро, тебе следует понимать, что с каждым повышением ранга возрастает и ответственность. Новый ранг влечёт за собой гораздо большую опасность, чем те, с которыми тебе доводилось иметь дело. Мой долг как учителя – удостовериться в том, что ты готов к этим вызовам. Но я хочу, чтобы ты знал: я каждый день слежу за твоим развитием, и оно меня впечатляет. Я ни разу не пожалел о том, что взял тебя в подмастерья.

Я снова кивнул в знак того, что услышал его слова. Хотя иногда мне и кажется, что сэнсэй холоден и равнодушен, на самом деле он всегда знает, как вернуть мне веру в свои силы.

Может, я пока и не получил ранг каменного меча. Но я был полон решимости расти и развиваться. Как сказал Сэцуо-сэнсэй, путь в тысячу ли начинается с первого шага.

В средней школе, как и во всём Центральном городе, празднуют Неделю духов. Директор Патрик задумал устроить городу сюрприз – магическое шоу-представление! Правда, есть одна проблема: вести шоу будет Эрнесто-вызыватель.

А разве вызыватели не злобные?

Эту загадку предстоит разгадать школьному ниндзя Нэйту Нунану и его лучшей подруге Кэти Кеннеди. Удастся ли Нэйту сохранить в тайне своё ремесло и при этом спасти школу?

Узнайте в следующей части:

Приключения ниндзя из Майнкрафта. Книга 4. Дальше – хуже!