Храм высокий, белый и стройный, без лишних внешних украшений, вся его красота – блеск и позолота внутри. И человек таким же должен быть, скромен ликом, богат душой.

В Троицком храме тридцать две ступеньки. Если вспомнить, что храм – дом Бога, получается, что тридцать две ступеньки ведут нас к Богу, и столько же ему к нам. Потому что не бывает лестницы, которая ведет только вверх или только вниз.

Старики говорят, что вся наша жизнь – лестница, а уж наверх ты по ней поднимаешься или вниз спускаешься – личное дело каждого. Храм белый, как помышления тех, кто его создавал, мечту – сердце города. Гордыня заставляет сделать храм лучше всех, похвастаться перед Всевышним, сотворить новую вавилонскую башню, чтобы выше всех, чтобы на самые небеса, но храм – это просто сердце. А сердцу не нужны дорогие облачения. Троицкий собор – символ смирения и скромного предстояния перед Богом.

Древние церкви Пскова, побеленные, одноглавые, с характерными как бы отделенными от храма звонницами и крыльцами, резко отличаются от других памятников русской архитектуры того времени, то есть можно считать, что у Пскова сложился свой индивидуальный архитектурный стиль.

Если мы сегодня приедем в Псков, то увидим его главный храм – Троицкий собор.

Это будет четвертое по счету здание собора, которое было построено в 1699 году, на том же месте, где стояли предыдущие храмы.

Троицкий собор во все времена играл огромную роль в жизни Пскова. Во-первых, прямо перед собором находилась вечевая площадь, где вече избирало посадников и решало, какого князя призвать к себе.

В подклете Троицкого собора с самых давних времен хоронили князей и священников.

Там же был похоронен местный юродивый Николка Салос, прототип юродивого из трагедии «Борис Годунов» А. Пушкина[36]. В январе 1570 года, когда Иван Грозный учинил страшную резню в Великом Новгороде и после этого направился с аналогичной карательной миссией в Псков, навстречу царю с иконами и хлебом-солью вышли люди. А перед всеми верхом на палочке скакал юродивый Николка Салос[37]. «Иванушка! Иванушка! Покушай лучше хлеба-соли, а не христианской крови!» – нараспев предложил дурачок. В ярости царь повелел схватить «дерзеца», но тот внезапно стал невидимым…

Пораженный чудом, Иван Васильевич все же взял себя в руки и попробовал отшутиться: «Я христианин и не ем мясо в пост». «Ты кровь человеческую пьешь!» – глядя в глаза царю, громко ответил вновь сделавшийся видимым блаженный.

Царь пощадил Псков и ничего не сделал дерзкому юродивому. Так Псков был в очередной раз спасен. А Николка Салос прожил свою странную жизнь городского сумасшедшего, после чего горожане с почестями похоронили его в подклети Троицкого собора. История юродивого описана в летописях, хранящихся в Святогорском монастыре.

При соборе велось летописание, хранился архив и казна.

В алтаре Троицкого собора долгое время находился меч святого Довмонта-Тимофея (сейчас на него можно посмотреть в Псковском музее-заповеднике). Этим мечом подпоясывали в Пскове всех князей, приносящих клятву верности перед вечем, а значит, перед всем честным народом.

В 1935 году в соборе был организован антирелигиозный музей. Но во время Великой Отечественной войны храм снова освятили, и с тех пор он больше уже не закрывался.

Возможно, изначально Вдов. Расположен на реке Гдовке, в 2 км от ее впадения в Чудское озеро в деревне Устье, в 125 км к северу от Пскова. Гдов был передан вдовствующей княгине Ольге: «Гдов, ныне Вдов, город весьма древний, мнят, яко и Изборск, до построения Плескова был, мнят, якобы оной во вдовстве дан был княгине великой Ольге, отчего он Вдов, или Вдовий, назван…»[38].

Впервые Гдов упоминается в Первой Псковской летописи (Тихоновском списке) осенью 1322 года: «В лето 6831. Приеха князь великий Георгий с Низу во Псков, и прияша его псковичи с честию от всего сердца. Toe же осени избиша немцы пскович на миру, и гостей во озере, и ловцов на Норове реце; а берег весь и городок Гдову, Череместь взяша; и послаша псковичи к Давыду князю в Литву, и Давыд князь приеха на сыропустной недели в четверток, а князь Георгий еще бяше в Пскове; и еха князь со псковичи за Нерову и плени землю немецкую до Колываня; а князь великий Георгий поеха изо Пскова в Новгород»[39].

Во времена своего правления князь Довмонт выделил Псковскому девичьему монастырю Ивана Предтечи земли в Гдове, о чем упоминается в жалованной грамоте 1623 года царя Михаила Федоровича[40]. Кроме того, при проведении археологических раскопок в 1989 году Львом Большаковым на месте старого собора Димитрия Солунского были обнаружены остатки старого храма XII века.

А еще в 1431 году в пятую неделю после Пасхи, весной – при князе Дмитрии Александровиче Ростовском и псковских посадниках Якиме Павловиче Княжичеве[41], Феодосии Феофиловиче и Стефане на реке Гдове была заложена новая крепость – должно быть, старые постройки совсем обветшали: «В лето 6939. ‹…› Того же лета, на весну, псковичи наяша мастеров 300 муж и заложиша город новый, на реце, на Гдове, половину стены камену, а иную половину древяну, при князи Димитрии Александровичи и при посаднике Якиме Княжичеве; и единого лета оучиниша каменую и древяную стену, и земцы безкии даша мастером 300 рублев».

Позднее, в 1434 году, деревянные стены крепости были заменены каменными.

В 1463 году на Гдов было совершено нападение условно «немцами». На самом деле «немцами» на Руси называли практически всех иноязыких: немцы – значит немы, не могут говорить по-русски. К слову, в Пскове и Новгороде было полно настоящих немцев и латышей, и к ним вполне привыкли.

20 января 1480 года враги осадили Гдов и сожгли посад: «В лето 6988. ‹…› Тоя же зимы, генваря в 20 день, приидоша немци с многыми силами к Гдову городу; и начаша огненыя стрелы на град пущати, и бяше велми притужно граду; и посади и волости вся пожгоша; и отъидоша прочь, а град бог оублюде, святыи великии мученик Димитрии»[42].

Можно долго описывать красоты этого места, но я бы хотела рассказать легенду о Гдове[43].

Когда-то Гдов был всего лишь рыбацким поселком. Правда, это был богатый и большой поселок, и все-то у него было – были мужья крепкие, рыбаки да плотники, были жены верные, и в домах детишек мал мала меньше.

Однажды весной собралась большая артель за рыбой, а женщины остались дома, улова дожидаться. В то время люди жили спокойно, мирно спали на дне Чудского озера рыцари в латах, и никто не стремился нарушать границ Пскова, так что рыбаки давно уже перестали таскать с собой тяжелые копья, мечи и щиты – и без них мороки хватает, как рыба на нерест пойдет, только поспевай.

В тот раз лов выдался удачным, рыбаки возвращались домой, предчувствуя знатный пир, который устроят им жены, когда у Вороньего острова на них нежданно напали вооруженные до зубов ливонские рыцари. Все рыбаки погибли, а рыцари забрали весь улов и повезли к себе домой, собираясь в другой раз непременно навестить саму деревню.

На третий день после нападения Чудское озеро вернуло селению трупы их близких. Горький плач поднялся над водою, похоронили вдовы своих мужей, а сами – некогда горевать – пошли копать ямы вокруг своей деревни. На дне ям они вбили острые колья, а поверхность заложили валежником – со стороны и не разберешь, что что-то не так.

Вскоре рыцари действительно явились в деревню, надеясь пограбить всласть. Они ведь знали, что все или почти все мужчины погибли, а значит, женщины остались без защиты. И уж, конечно, не ожидали подвоха, вот и угодили в волчьи ямы. Валежник не выдержал их тяжести и провалился. Тех, кто пытался выбраться из ямы, рыбачки встречали наверху и закалывали копьями.

Прошли годы, и отважные рыбачки построили вокруг своего поселка стену и назвали новый город – городом Вдов.

Изборск (Избореск, Сбореск, Сборск, Сборц; эст. Irboska – Ирбоска), один из древнейших русских городов, упоминаемый начальным летописцем как центр кривичского населения вместе со Смоленском и Полоцком.

Согласно легенде, Изборск был основан Словеном, сыном Гостомысла. Сам Словен имел сына-наследника Избора (Трувор), в честь которого город и был назван.

Другой вариант: Избор или Трувор был сыном Гостомысла и младшим братом Рюрика: «…И пришли к славянам, и сел старший Рюрик в Новгороде, а другой – Синеус – на Белоозере, а третий – Трувор – в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля. Новгородцы же – те люди от варяжского рода, а прежде были славяне. Через два же года умерли Синеус и брат его Трувор. И овладел всею властью один Рюрик, и стал раздавать мужам своим города – тому Полоцк, этому Ростов, другому Белоозеро. Варяги в этих городах – находники, а коренное население в Новгороде – славяне, в Полотске – кривичи, в Ростове – меря, в Белоозере – весь, в Муроме – мурома, и над теми всеми властвовал Рюрик», – сказано в «Повести временных лет». Ну, в общем, понятно, сначала власть находилась в руках нескольких братьев, а затем досталась Рюрику. В Изборске есть курган, в котором похоронен Трувор. Его так и называют «Труворова могила». Екатерина II учредила медаль, на которой изображен курган и начертано: «До днесь памятен», внизу подпись: «Трувор скончался в Изборске, 864 г.».

При княгине Ольге (годы правления 945–960) Изборск превращается в пригород Пскова.

Начиная с 1233 года Изборск то и дело попадается в летописях и документах той эпохи. Неудивительно, как раз в то время заметно участились нападения немецких рыцарей. Войны с орденом продолжаются около трех столетий, до начала XVI века. Изборск то и дело осаждали, разоряли, сжигали. В результате в 1330 году Изборск был построен на новом месте посадником Селогой[44] вместе с псковичами и изборянами на Жеравьей горе. Здесь проблемы с агрессорами не прекратились, но новая крепость в период от постройки до XV века выдержала восемь серьезных осад.

В настоящее время Изборская крепость сохранилась и является редким памятником русского военного зодчества. Имена ее шести башен – «Вышка», «Темнушка», «Куковка», «Рябиновка», «Колокольная» и «Плоская». В крепости есть потайной ход, как без него.

Такое странное название города – Остров. Точная дата основания Острова неизвестна. Предполагается, что он существовал уже в XIII веке. Первое летописное упоминание об Острове относится к 1341 году, когда на помощь псковичам, которые вели бой с ливонцами, «приспели островитяне с посадником своим Василием Онисимовичем».

Раскопки в этих местах установили, что изначально крепость была деревянной, но к середине XIV века псковичам и островитянам пришлось спешно укреплять крепость. На островке, образуемом рекой Великой и протокой Слобожихой, была построена каменная крепость, которая стала крупнейшим по тому времени военно-оборонительным сооружением Древней Руси. Оборонную мощь усиливали пять башен и захаб, представляющий собой длинный и узкий коридор, напоминающий рукав. В русских и немецких крепостях захаб – обычная военная хитрость. Он нужен для того, чтобы ворвавшиеся в крепость враги попадали в ловушку, устроенную в захабе. Как правило, захаб соединяет внешние крепостные ворота в башне с внутренними воротами, ведущими в крепость.

Крепость расположена на пограничном рубеже, из-за чего она довольно часто подвергалась нападениям. В 1348-м и 1406 годах защитники крепости сумели остановить ливонских захватчиков. Крупную победу островитяне одержали в 1426 году[45]. В течение всего XV века враги посягали на Остров. Лишь в 1501 году, в ходе Русско-литовской войны (1500–1503), войска Ливонского ордена под предводительством Вальтера фон Плеттенберга[46] сумели захватить крепость и разорить город.

Во времена Ливонской войны, в 1581 году, польский король Стефан Баторий двинул стотысячную армию на Псков, но дорогу ему преградила крепость Остров. Три дня король осаждал крепость, и в результате она пала и находилась под властью поляков до марта 1582 года, когда Остров был возвращен ее подлинным хозяевам по Ям-Запольскому миру.

В 1412 году псковичи решили построить новую крепость, которая должна была послужить заменой разрушенной Витовтом[47] в 1406 году крепости Коложе[48]. Новым местом была выбрана излучина реки Великой, село Опочка[49]. Крепость так и назвали Опочкой.

В 1426 году Опочка выдержала свой первый экзамен, пережив осаду литовских войск, а в 1427-м – ливонских. В 1517 году крепость была осаждена польско-литовским войском Константина Острожского[50], но на этот раз на подмогу явились из Пскова и пригородов, и захватчики были разгромлены. В годы Ливонской войны 1558–1583 годов в Опочке размещался многочисленный стрелецкий гарнизон.

Порхов – город (с 1239), расположенный на Шелонской низменности, на реке Шелонь (бассейн озера Ильмень).

Название происходит не от порхъ – порох, которого во время основания города на Руси еще не знали. А, по одной версии, в значении «пыль, прах» – известковая пыль. По другой порхъ – «белый камень», или известняк, который добывают в тех местах. В общем, версии схожие.

Город основан в 1239 году новгородским князем Александром Ярославичем, впоследствии прозванным Александром Невским. Сначала Порхов был деревянной крепостью, как часть системы крепостей на реке Шелонь с целью защиты юго-западных подступов к Новгороду: «князь Александр с новгородци сруби городци на Шелоне», – сказано в Новгородской Первой летописи старшего и младшего изводов.

Далее известно, что в 1346 году крепость выдержала осаду войска литовского князя Ольгерда. В результате литовцы понесли серьезные потери: «много… людии погыбло и конев…»[51].

В 1387 году крепость решили перестроить в камне. Так что, когда в 1428 году литовский князь Витовт восемь дней осаждал Порхов, ему уже пришлось иметь дело с укрепленной крепостью, которую он «проверил» имеющейся у него артиллерией. И что же – крепость серьезно пострадала, но не была разрушена. Осада прекратилась только потому, что новгородские послы во главе с архиепископом Евфимием[52] привезли 5000 рублей отступных. Через два года крепость отремонтировали и реконструировали.

Существует еще одна легенда основания Порхова[53], согласно которой два охотника Василий и Феофил (по другой версии – посадники, только неизвестно, где находились их владения) поссорились с новгородским вечем и были приговорены в Великом Новгороде к смертной казни. Самих должны были казнить, а их дома и все добро решили предать потоку (разграблению). То есть самих убьют, а семьи пойдут по миру христарадничать.

Узнав, какая беда их ждет, охотники собрали свои семьи, взяли оружие и какие-то вещи и бежали из Новгорода, покуда целы. Долго ли, коротко ли блуждали – и вышли к месту, где река Шелонь впадает в Ильменское озеро. Там они построили плоты и поплыли вверх по течению. Целью их был лесистый остров, где находилась покинутая деревня. Охотники в лесах все стежки-дорожки знают, неудивительно, что и про это место где-то слышали. Там они построили деревянную крепость и принялись заниматься привычным делом. Постепенно к ним начали переезжать другие недовольные властью. Неудивительно, что про крепость узнали и в Новгороде.

А дальше легенды расходятся: по одной версии, новгородское вече решило отравить Василия и Феофила с семьями, по другой – отравители рассказали о планах веча храбрым охотникам, попросив у тех, как это водится, политического убежища.

Как видите, легенда совсем не отменяет авторства крепости Александра Невского, он явно строил город на месте, где до него был какой-то поселок. Но ведь и охотники построили свой городок в месте, где кто-то жил до них.

Дата рождения Довмонта (по другой версии Доманта) неизвестна, происходил он из литовского княжеского рода и владел в Литве Нальшанским уделом, находящимся на территории нынешней Белоруссии.

Еще будучи отроком, Довмонт отличался упорством в достижении цели, умом и непокладистым норовом. Все старался делать на свой лад, мало кого слушая. Мальчика рано заметил опытный воин и мудрый политик князь Миндовг, к тому времени уже начавший собирать разрозненные земли Литвы в единое государство. Миндовг понимал, что если приручит сироту, сделает его своим вассалом, то и принадлежащие тому приграничные земли также окажутся во власти Миндовга. Вассал моего вассала – мой вассал. Поэтому он покровительствовал юному наследнику Нальшанского удела, став для него сначала чем-то вроде старшего товарища, а затем второго отца.

Довмонт свято верил Миндовгу, готовый в любой момент сложить за него голову. Некоторые источники утверждают, что Довмонт был сыном Миндовга и братом Войшелка[220], но это вряд ли. Участвуя во многих походах вместе с Миндовгом, юный Довмонт, скорее всего, только считал боевого командира своим вторым отцом. Вот фрагмент из речи, которую Довмонт через несколько лет будет держать перед псковской дружиной: «Кто стар – тот отец мне, а кто млад – тот брат». Если человек пользовался такими оборотами речи и в обычной жизни, неудивительно, что сторонние наблюдатели называли его сыном Миндовга.

XIII век – время, когда литовские и белорусские княжества живут разрозненно, каждый город как маленькое государство. Собираются вместе, только если нужно одолеть врага или отправиться в совместный поход. Миндовг начал собирать вокруг себя маленьких князьков, после того как вокняжился в Новогрудке[221], для чего был вынужден принять православие. Это происходит в 1246 году, еще через два года под властью Миндовга находятся уже Новогрудок, Волковыск, Слоним, Здитов, кроме того, его ставленник княжил в Полоцке, а с 1252 года и в Гродно.

Ему бы несколько лет прочного мира, в течение которых можно будет найти новых союзников, но время не располагает к спокойной жизни. Князья живут, совершая походы на территории соседей: нужны новые рабы, пропитание дружине, которую приходилось не только кормить, но и одевать, вооружать, учить. Не будет дружины – некому станет охранять земли от набегов соседей. Так и живешь. Пока добываешь хлеб насущный у соседей, приходят пришлые и отбирают все самое дорогое у тебя. Возвращаешься и летишь за супостатами мстить, полон отбивать да учить врагов уму-разуму, чтобы в следующий раз знали, куда не стоит соваться. В общем, обороняйся, веди военные походы, верши суд – так и проходит княжья жизнь.

Правление Миндовга тоже не было усеяно лепестками роз, скорее уж наоборот, постоянно приходится бороться с врагами, причем как внутренними, так и внешними. Его силы изрядно подточили полоцкий князь Товтивил[222] при поддержке галицкого князя Даниила и своего дяди – жемайтского князя Викинта[223], которые в 1251 году совершили неудачный поход в Литву против Миндовга.

Ради обороны князь был вынужден засесть со своей дружиной за стенами в Воруте, где и выдержал осаду. После чего, едва оправившись, Миндовг совершил ответный визит в Жемайтию к обидчикам, где осадил городище Тверимет – столицу своего врага Викинта, и какое-то время поддерживал продовольственную блокаду, но все равно крепость взять не удалось.

После этого Миндовг начал задумываться, откуда еще взять силы, ибо с каждым днем врагов становилось все больше и больше, и тут взгляд его пал на Ливонский орден, традиционно насаждающий огнем и мечом святую католическую веру. Ливонский орден был силен, его поддерживал Рим. Поэтому Миндовг отправил своих послов на переговоры и в 1251 году, отринув православие, в которое так и не уверовал, крестился по католическому обряду. За что в 1253 папа Иннокентий IV[224] признал Литву католическим государством, и Миндовг был коронован как «король Литвы».

На глазах Довмонта творилась самая настоящая история, создавалось мощное государство. Он видел, как князья ради своих целей переходят от одного хозяина к другому, прыгают из одной религии в другую. Цель оправдывала средства. Мало убить врага, – учил юношу Миндовг, – оставишь его потомство, они затем явятся за твоей головой, поэтому убивать нужно всех, включая малых детей.

Однажды в походе Довмонт убил какого-то знатного воина и забрал его меч. Прекрасный меч, достойный короля. Миндовг мог потребовать добычу себе, и доверчивый юнец, несомненно, отдал бы просимое, но король посчитал возможным не претендовать на добро своего верного вассала. Все-таки оружие поверженного принадлежит победившему его. Согласно экспертизе, сделанной в XXI веке, меч был изготовлен на территории нынешней Австрии немецкими оружейниками. В истории псковского края этот меч еще сыграет свою роль. Так что не будем забывать о нем.

В качестве особого отличия Миндовг послал князей Довмонта и Трайнату в земли разбитого ордена в Ливонию. Из похода они вернулись с богатой добычей, но не победили, потому как не умели еще брать крепостей. Немного пограбили окрестности и ушли.

Судьба изменилась в один день. Неизвестно отчего умерла супруга Миндовга Марта, оставив его с маленькими сыновьями, и король решил жениться снова. Обычно у королей огромный выбор невест на любой вкус, но Миндовг приглядел себе сестру жены и, соответственно, законную и любимую супругу Довмонта.

Вот как описывает ситуацию, вспыхнувшую в Литве в 1263 году, Ипатьевская летопись: «в то время умерла княгиня Миндовга и начал он печалиться по ней, а сестра ее была замужем за нальшанским князем Довмонтом. И послал Миндовг к нальшанскому князю за своею свестью (свояченицей), говоря так: „твоя сестра мертва, приезжай оплакивать ее“; она приехала. Миндовг же захотел взять ее за себя и молвил так: сестра твоя, умирая, велела мне взять тебя за себя, так как другая детей не поднимет».

Проще говоря, король прикрыл явное вероломство последней волей усопшей. Довмонту было прислано приглашение приехать вместе с супругой на похороны. Известие о желании Миндовга жениться именно на жене Довмонта застало их врасплох. Впрочем, юная супруга Довмонта также не возражала выйти замуж за старого короля. По тому, как быстро она приняла это предложение, было понятно, что Миндовг давно уже поделился своими планами с изменницей. В общем, они были заодно!

Довмонт хотел зарубить короля на месте, но вокруг Миндовга постоянно находились хорошо обученные воины его личной охраны. Пришлось сделать вид, будто он принял волю его величества как должное, и убраться побитым псом в свои Нальшаны.

«Чести своей никому не отдам!» – придумал Довмонт себе девиз и принялся ждать удобного случая, чтобы сквитаться с венценосным предателем. Любой другой смирился бы со своей судьбой, нашел себе другую жену, та родила бы ему детей. Но Довмонт теперь был способен думать только о своей потере. О супруге, которая, едва поднявшись с его ложа, перешла на ложе Миндовга. Теперь она жила в королевском замке, воспитывала детей Миндовга. Думать об этом было невыносимо, не думать невозможно.

Если бы жена была похищена злодеем, Довмонт мог бы разрабатывать план освобождения любимой, но она была довольна произошедшим. А значит, Довмонту оставалось только мстить.

Меж тем в литовском королевстве назревал заговор против Миндовга, князья Тренята[227] и Товтивила[228] решили свергнуть короля, дабы править самим. Зная о ситуации Довмонта, ему тоже предложили участвовать в заговоре. Но если другие заговорщики планировали узурпировать власть, Довмонт мечтал только наказать предателей.

Осенью 1263 года он находился в походе на Брянское княжество. Поход пришлось прервать, так как приехавший к Довмонту гонец принес письмо, в котором князья-заговорщики сообщали, что время мести пришло, волхование показало, что им сопутствует удача, и выступать следует немедля.

В результате 12 сентября 1263 года Миндовг и два его малолетних сына были убиты. После него правил так и оставшийся язычником Тренята, но через год его убили по приказу сына Миндовга Войшелка, который, узнав о смерти родителя и братьев, был вынужден снять с себя монашеские ризы, покинуть монастырь и отправиться мстить. Сначала ему, правда, пришлось на короткое время поехать в Пинск за войском, с которым он и пошел на Литву, где уничтожил множество своих врагов.

Что же до Войшелка, он дал клятву надеть снова монашеское облачение через три года после того, как отомстит за отца. Расквитавшись с Тренятой, Войшелк отправился в Нальшаны, дабы покончить с Довмонтом и его окружением.

Довмонт был искусным воином, но силы Войшелка превосходили его возможности, так что нашему герою пришлось бежать. С собой Довмонт уводил триста знатных семей, которым бы досталось от захватчиков, решись они остаться в Нальшанах.

Покорив и забрав себе власть в Нальшанах, Войшелк сел на отцовский трон и правил до 1267 года, после чего оставил власть своему другу Шварну[229] и ушел в монастырь на Волыни.

Войшелк был убит в середине апреля того же 1267 года на пиру в гостях у галицко-волынского князя Василька Романовича[230] претендентом на литовский престол Львом Даниловичем. Вряд ли это было настоящее политическое убийство, скорее по пьяному делу.

Но нас интересует прежде всего судьба Довмонта и его связь с Псковом. В это время изгнанник как раз всерьез задумался об этом городе, решительно устремившись туда.

Почему именно Псков? Путь из Нальшан неблизкий, по дороге можно было завернуть и в другие земли, кроме того, Довмонт оставался язычником, а псковичи были уже давно православными христианами.

Дело в том, что за несколько лет до вышеописанных событий в Псков пришло множество нальшанцев, там они благополучно крестились и основали свою общину. «Упомянутые Лектавы, Йетвезы и Налсаны с легкостью крестятся, потому что христианские няньки их выращивают с колыбели. Так что мы сможем в безопасности среди них пребывать», – сказано в «Описании земель». Выражение, конечно, весьма циничное, потому как откуда в Литве и Белоруссии христианские няньки? Из того же полона. Впрочем, кого это когда-либо интересовало?

Что касается Довмонта – он мог найти приют в организованной его бывшими соотечественниками общине.

По другой версии, в Пскове еще помнили его родную тетку, сестру матери, святую благоверную княгиню Евпраксию Псковскую, в миру Евфросинию, дочь полоцкого князя Рогволда Борисовича. Ту самую, которую убил сын ее мужа, князя Ярослава, когда женщина приехала в Ливонию. Если поверить в псковскую тетку, придется поверить и в то, что матерью Довмонта была русская княжна, выданная за литовского князя. Евпраксия основала монастырь, где некоторое время была первой игуменьей, над ее могилой мироточила икона. Тетка погибла двадцать лет назад, но ее все равно почитали, и Довмонт был здесь не чужим.

Можно предположить, что воспитанный русской матерью Довмонт мог знать русскую речь и что-то о православии. Вот почему князя вместе с таким большим числом соплеменников радушно приняли псковичи, которые к тому же слышали о его воинских подвигах. Довмонту было немногим больше шестнадцати лет, он был знатного рода, имел богатый воинский опыт, кроме того, он не представлял в Пскове интересов своего сюзерена, а значит, через него никто бы не попытался влиять на политику независимого по натуре Пскова. Поэтому ничего странного, что очень скоро псковское вече выносит решение поставить литовца своим князем. Ради этого город готов прогнать Святослава, а стало быть, нарваться на неприятности с правящим домом, потомками Александра Невского. Впрочем, самого Александра не стало в один год с Миндовгом.

В результате Довмонт был крещен в Троицком храме с переименованием в Тимофея в честь Тимофея палестинского.

Так что через год после приезда, в 1266 году, жители Пскова избрали Довмонта своим князем.

Может показаться, что стать русским князем – это такое простое дело, но на самом деле Довмонта ждало самое настоящее испытание. Он должен был отправиться походом во главе псковской дружины, и поход этот был на родную ему Литву – двойное испытание. Перед походом Довмонт творит молитву в храме Святой Троицы.

Можно сказать, что, решившись на подобное, Довмонт облекает себя на незавидную роль предателя – пошел против своих. Но давайте обратимся к истории: 1) в то время еще не существовало такого понятия, как Литва, были отдельные княжества, так или иначе связанные друг с другом. С одними Довмонт дружил, другие считал врагами; 2) Довмонт не собирался воевать со своими бывшими союзниками. У него в родных местах и врагов было достаточно много, так что повел он псковское войско именно на своих бывших врагов. Совместил, так сказать, приятное с полезным.

Из Пскова князь вел за собой всего лишь 290 воинов, тогда как новый нальшанский князь Гердень[231], узнав о походе русских, выставил против него отряд в восемьсот человек. При этом Довмонт вел людей в бой, не прячась ни за чьими спинами, а Гердень предпочитал отсиживаться за крепостными стенами.

Довмонт использовал поход с целью личной мести. Он захватил Нальшаны, пленил литовскую княгиню и детей Герденя, кроме этого, взял огромный полон своих бывших соплеменников и вернулся вместе с ними в Псков.

Воспользовавшись отлучкой Довмонта, великий князь Ярослав Ярославич[232], по понятным причинам недовольный избранием литовца (еще бы ему быть довольным – псковичи предпочли ему Довмонта), сделал попытку изгнать того из Пскова, обратившись за помощью в этом деле к Новгороду. Неожиданно Новгород ответил категорическим отказом. Так что Ярослав Ярославич был вынужден распустить специально собранные для этого подвига войска. Новгородцы любили воевать не меньше псковичей, и Довмонт был им люб. Понимая, что тот будет раз за разом ходить на Литву, возвращаясь с богатой добычей, они предпочли договориться с ним о следующем совместном походе, а не избавляться от смелого и решительного князя.

Приведя в Псков первую партию людей, Довмонт после поступал так не однажды, насильно привозя на русскую землю литовцев, собирая их и сплачивая вокруг себя на новом месте, где теперь стоял его дом. И дом этот носил имя Дом Святой Троицы.

Но вернемся к первому походу Довмонта на Литву. Узнав, что его жена и дети пленены, Гердень бросился в погоню и, несомненно, догнал бы тяжелый, малоподвижный обоз, поэтому Довмонт отправил обоз под охраной в двести человек в Псков, а сам, оставив себе всего девяносто воинов, устроил засаду.

Его люди успели отдохнуть и занять удобную позицию на берегу Двины напротив брода. Узнав от разведчиков, что литовское войско уже близко, князь обратился к своим воинам со следующей речью: «Братья мужи-псковичи! Кто стар – тот отец мне, а кто млад – тот брат. Слышал я о мужестве вашем во всех странах… Выступим же за Святую Троицу и во имя Отечества!», после чего они дождались, когда враги вошли в воду, и расстреляли их из луков.

Вот как пишут об этом псковская и новгородская летописи: «Перейдя вброд через Двину, отошел на пять верст и поставил шатры в бору чистом, а на реке Двине оставил двух стражей – Давыда Якуновича, внука Жаврова, с Лувою Литовником. Два же девяносто воинов он отправил с добычей, а с одним девяносто остался, ожидая погони. В то время Гердень и князья его были в отъезде, когда ж приехали они домой, то увидели, что дома их и земля разорены. Ополчились тогда Гердень, и Гойторт, и Люмби, и Югайло, и другие князья, семьсот воинов погналось вслед за Довмонтом, желая схватить его и лютой смерти предать, а мужей-псковичей мечами посечь; и, перейдя вброд реку Двину, встали они на берегу. Стражи, увидев войско великое, прискакали и сообщили Довмонту, что рать литовская перешла Двину ‹…› Выехал князь Довмонт с мужами-псковичами и божиею силою и помощью святого Христова мученика Леонтия с одним девяносто семьсот врагов победил. В этой битве был убит великий Литовский князь Гойторт, и иных князей многих убили, многие литовцы в Двине утонули, а семьдесят из них выбросила река на остров Гоидов, а иные на другие острова были выброшены, некоторые же вниз по Двине поплыли. Из псковичей же тогда был убит один Онтон, Лочков сын, брат Смолигов, а другие остались невредимыми». «И яко увѣдаша плесковици погоню, отослаша полонъ, а сами сташа крѣпко противу им о сию страну Двины. Литва же начаша бродитися на сию страну; тогда плесковици сняшася с ними; и пособи богъ князю Домонту со плесковици, и много множество их побиша, а инѣи в рѣцѣ истопоша, и толко убѣжа единь князь Гердень в малѣ дружинѣ; плесковици же приидоша вси здрави».

В результате войско Герденя было наголову разбито, Гердень сбежал. Из девяноста человек Довмонта погиб один. Чудо!

Сам Гердень будет убит в следующем походе Довмонта: дело должно быть доделано. Что же касается участи его детей в плену, то доподлинно известно, что один из них, получивший в крещении имя Андрей[233], стал епископом города Тверь. Его так и назвали – Андрей Герденев. В XIII веке выше епископа стоял только митрополит. Вот и делайте вывод, как обошелся с пленными детьми своего врага князь Довмонт.

Возвращение князя из его первого похода на стороне Пскова было поистине триумфальным. Теперь стало понятно: не только мудрое вече, но и весь город, как один человек, принял пришлого князя, который стал своим, родным. Мало этого, надолго образ Довмонта стал неотделим от слова «победа».

В следующем, 1268 году князь Довмонт бился при Раковоре, где русская рать в составе дружин великого князя Ярослава Ярославича, Дмитрия Александровича и князя Довмонта одержала победу над датскими рыцарями и Ливонским орденом.

Да, снова Ливонский орден, мало его громил Александр Невский. Впрочем, с памятного 1242 года на Чудском озере прошло 26 лет. Неудивительно, что за это время можно было подсобрать силы. Да и двинуть войска, дабы отстоять свое феодальное государство на захваченных русскими прибалтийских землях. Кроме того, последние лет десять они то и дело осуществляли вылазки, разоряя крестьянские деревни. Но теперь к Ливонскому ордену присоединились еще и датские рыцари, которые овладели Колыванью (ныне Таллин) и Раковором (Раквере).

После этих событий в Новгороде собрался совет князей и было принято решение совместными усилиями выбить рыцарей из Раковора.

Войско собралось огромное – тридцать тысяч, половина из Новгорода, половина из Пскова. Перед выступлением Довмонт положил свой меч перед алтарем в Троицком соборе и обратился к Господу со следующей мольбой: «Господи Боже, призри на кротких и смиренных рабов твоих и смири высокие мысли гордых»[234]. Когда он закончил, игумен Исидор перепоясал Довмонта его мечом и благословил на битву. Войско выступило 23 января 1268 года, но навстречу им летели не закованные в броню рати, а вежливые послы Ливонского ордена, которые заверили русских, что-де Ливонский орден не собирается в этой войне поддерживать датчан. «Прислаша немцы послы свои, с лестью глаголюще: „Нам с вами мир, перемогайтесь с колыванцы и раковорцы, а мы к ним не приставаем, на то крест целуем“». Иными словами, воюйте со своими обидчиками датчанами и знайте: мы им помощи оказывать не собираемся, наше дело сторона.

Это был тактический ход: пусть русские думают, что победа дастся им легко, пусть утратят бдительность, приведут меньше сил.

При этом одиннадцатый магистр Ливонского ордена Отто фон Роденштейн возглавил объединенные войска дерптского епископа, датчан из Везенберга и закованных в броню немецких рыцарей у реки Кеголы, где они собирались дождаться русских.

Так, 18 февраля 1268 года, началась великая битва при Раковоре. Первым делом немцы выстроились в свинью и ударили в центр русского воинства по новгородским полкам, сметая людей, точно это были не тренированные воины, а игральные карты. Новгородцам пришлось особенно тяжело, но тут на помощь пришел Довмонт, ударив со своего фланга.

Четыре часа длилась ожесточенная рубка, после чего русские обратили в бегство своих врагов, уцелевшие рыцари скрылись за стенами Раковора. Преследовать их было непросто, так как приходилось бежать по телам своих же товарищей. В результате немцы и датчане были разбиты, но и русские понесли немалые потери.

По традиции простояв три дня «на костях», Довмонт и Дмитрий отправились в очередной победоносный поход на Ливонию. «Пройдя земли непроходимые, пошел на вируян, и завоевал землю их до моря… И прославилась земля наша во всех странах, и страшились все грозы храбрости великого князя Дмитрия Александровича и зятя его Довмонта, и мужей их – новгородцев и псковичей». Довмонт действительно скоро станет зятем князя Дмитрия, но об этом мы поговорим особо.

Победа была неполной, так как не следовало оставлять без присмотра последних рыцарей за стенами Раковора. Христианское милосердие, конечно, хорошо, но и о практической стороне вопроса не следует забывать. «Из искры возгорится пламя», чего же ждать от затаивших обиду и наверняка поклявшихся отомстить воинов. Через год, весной 1269-го, они действительно нанесли ответный удар, вторгшись в пределы псковской земли, сожгли Изборск и 23 апреля осадили Псков.

Снова поднял Довмонт дружину, они бились десять дней, после чего ливонцы были вынуждены отступить, вынося на руках тяжело раненного магистра Отто фон Роденштейна. Результатом этой победы стал мирный договор, просуществовавший целых тридцать лет.

Проблемы у Пскова с этим мирным договором, конечно же, не исчерпались. Было еще много жестоких битв и славных побед, например, в 1270 году великий князь Ярослав Ярославич самовластно посадил на место Довмонта в Пскове некоего Айгуста, но жители города не стерпели и прогнали ставленника, после чего снова возвели в князья Довмонта. Впрочем, это все мелочи по сравнению с радостью от подписанного мира, все-таки на одного сильного врага меньше, уже благо.

Теперь Довмонт большей частью занимался тем, что укреплял свой любимый город, первым делом возведя каменную оборонительную стену, названную в его честь Довмонтовой. Место же, окруженное стеной, в результате стало называться Довмонтовым городом. Разобравшись с укреплением, князь поставил, в благодарность Господу, именем которого одерживал победы, храмы.

В пору вечевой республики (до 1510 года) Довмонтов город считался центром церковного и административного управления Пскова и Псковской земли. Размер Довмонтова города невелик – около полутора гектаров – в XII–XVI веках, но псковичи возводят здесь из камня более 20 церковных и гражданских построек.

К сожалению, храмы и административные здания Довмонтова города не сохранились до наших дней.

Псков занимал пограничное положение, что, с одной стороны, требовало постоянно оставаться настороже, неприятель близко, с другой – давало возможность хорошо и выгодно торговать.

Заключая прочный торговый договор с тем или иным городом, следовало поставить на его территории лавки или гостиные дворы, к примеру, в Новгороде был такой псковский гостиный двор. Он открылся уже в XIV–XV веках. Это подтверждается Новгородской таможенной грамотой 1571 года: «А псковичи и немцы с своим товаром ставятся на своих дворех» – заметьте, в грамоте псковские купцы как бы приравниваются к немецким.

Псковский купеческий двор в Новгороде отличался завидными размерами, «его длина составляла 30 сажень, он имел 4 горницы, 41 амбар. Кроме амбаров на дворе находились лавки. К Псковскому гостиному двору примыкал Льняной ряд, где велась торговля товаром, привозимым в большом количестве из Псковской земли: льном, пенькой и коноплей. Гостиные дворы находились в заведовании голов, которые смотрели за порядком, начальствовали над дворниками и производили суд между останавливающимися на гостиных дворах как русскими, так и иноземными купцами. Рядом с псковским двором на реке Волхов находилась пристань, где можно было вести торговлю, не разгружая судов.

Наличие Псковского гостиного двора в Новгороде было важной предпосылкой для установления торговых связей Пскова с восточными территориями. Псковские купеческие караваны наверняка достигали городов верхнего Поволжья – Ржева, Твери, Ярославля, но дальше на восток предпочитали не ходить: длительный путь и торговые издержки в виде таможенных пошлин, уплачивавшихся при пересечении административных границ, делали такие экспедиции экономически невыгодными. Таким образом, установление дипломатических и торговых отношений Пскова с городами ганзейского союза было предопределено особенностями его географического положения, государственного строя и становления его суверенитета»[235].

Уже со второй половины XIII века Псков фактически становится независимым от Новгорода. Псковичи успешно торговали с Нарвой, Ригой, Дерптом, Полоцком, позднее – с городами Ганзейского союза[236]. При этом Псков не только интенсивно поставлял свои товары в Западную Европу, но и переправлял заморский импорт в другие русские города и княжества, да и в далекие восточные страны, где был на них спрос. Купцам было выгодно привести товар в Псков, и пусть потом псковичи сами торгуют им где желают: это гораздо удобнее, нежели ехать невесть куда по чужой территории, не зная, где их ждет засада. На Запад из Пскова шли караваны, груженые мехом, медом, воском, кожей, щетиной, салом, льном и многим другим. Запад поставлял золото, серебро, медь, олово, свинец, сукно, полотна, драгоценные камни, вина, пряности, пергамент, соль. В общем, уже во время правления Довмонта Псков мог прокормить и защитить себя сам, без помощи Господина Великого Новгорода. Тем не менее понадобится еще почти сто лет, чтобы Новгород официально оформил право Пскова на собственное самоопределение. Я имею в виду Болотовский договор 1348 года. «…Чтобы новгородские посадники в Пскове не управляли и не судили, чтобы в церковных делах от имени новгородского епископа судил пскович, чтоб никого из Пскова не вывозили в Новгород для службы в войне…»

Двадцать лет прошло, как ушел Довмонт из Литвы. В его волосах уже давно появилась седина, а он все еще был один. Как-то раз приехавший в гости к другу князь Дмитрий, сын Александра Невского, предложил ему взять в жены одну из своих подросших дочерей. Довмонт взглянул на пятнадцатилетнюю Марию и вдруг дал утвердительный ответ.

Двадцать лет он не мог сойтись ни с одной женщиной, припоминая давнюю обиду, теперь же горечь старого предательства ушла, он успокоился. Обновленный Довмонт взял за себя княжну Марию, и через положенное время она подарила ему сына Давида[237].

В первом жизнеописании князя «Повесть о Довмонте», написанном во второй четверти XIV столетия, так и сказано: «благоверный князь Домонт испроси за себе у великого князя Димитрия Александровича дщерь княгиню Марью». Далее Дмитрий Александрович именуется тестем Довмонта. Однако существует и другая версия, согласно которой Марию называют дочерью Александра Невского и, соответственно, сестрой Дмитрия.

На знаменитой чудотворной иконе Мирожской Богоматери «Оранта», оригинал которой хранится ныне в Псковском музее-заповеднике, изображена Богоматерь, стоящая в молитвенной позе с воздетыми к небу руками. На ее груди в складках плаща находится младенец Христос, явленный миру. По сторонам от Богородицы расположены две фигуры, мужчина и женщина. Надпись, сделанная над головой стоящего слева от Богородицы князя, гласит: «Благоверный князь Довмонт во святом крещении Тимофей». Над головой княгини «Благоверная княгиня Мария Домантова жена дщерь Великого князя Александра Невского».

О том, что псковская княгиня и жена Довмонта – дочь Александра Ярославича Невского, говорится в житийных сборниках XVI–XVII веков: «Князь же Дмитрий Александрович, увидев блаженного князя Довмонта мужество и храбрость, отдал за него сестру свою княжну Марию Александровну». О том же говорится и в «Сказании о чуде иконы Мирожской Богоматери» XVI века.

Вот так путаница: икона говорит одно, летопись – другое.

Эта икона была выполнена по заказу князя, и есть основание предполагать, что изображенные на ней князь и княгиня псковские имеют даже некое портретное сходство с оригиналами. Князь Довмонт невысокого роста, во всяком случае, он писан вровень с супругой, одет в богатое княжеское одеяние: ярко-красное платье, подпоясанное поясом; через левое плечо перекинут плащ, на ногах кожаные сапоги. Хорошо видно, что Довмонт уже весьма пожилой человек, с залысиной и спадающими на плечи поредевшими волосами, с остроконечной небольшой бородой, едва доходящей до груди, со слегка выступающим из-под складок одежды животом. Поднятые руки обращены к Богоматери и Спасителю. Выражение лица сосредоточенное, губы плотно сжаты, лицо испещрено глубокими морщинами. Княгиня, напротив, молода и весьма мила, ее голова покрыта полосатым покрывалом. Богатое женское одеяние плотно окутывает фигуру. Руки княгини также подняты вверх. Глаза опущены, лицо строгое и печальное.

Так дочерью Александра Невского или внучкой была княжна Мария, подарившая герою Довмонту наследника?

У Александра Ярославича Невского были следующие дети: Василий, Дмитрий, Даниил, Андрей и дочь Евдокия. Никакой дочери Марии среди его отпрысков не значится.

Сын Александра Невского Дмитрий родился около 1250 года. Сначала отец поставил его княжить в Новгороде, потом он понадобился ему в Переяславле. Его дети: Александр, Иван, несколько дочерей, имена не указаны. Так, может быть, Мария среди них?

С другой стороны, понятно, что у человека 1250 года рождения вряд ли в 1267 году могла оказаться дочь на выданье. Где-то вкралась ошибка, но где именно, неизвестно. Не исключено, что в дате рождения самого Дмитрия. Но тогда кого Дмитрий отдал за Довмонта? Возможно, это навсегда останется для нас тайной.

После смерти Александра Невского братья Дмитрий и Андрей поспорили о том, кому из них достанется владимирский великокняжеский стол. Андрей Александрович в качестве убедительного аргумента привел на Владимирскую землю татарскую рать, после чего Дмитрий Александрович был вынужден отступить в Новгород. Но там его ждала засада. Оказалось, что новгородские бояре давно уже переметнулись на сторону Андрея. Они пленили жену, двух дочерей Дмитрия, а также пришедших с ним бояр с семьями. Сам Дмитрий успел удрать и спрятался до времени в крепости Копорье. Чтобы возвратить плененных, Дмитрий был вынужден признать право Андрея на великокняжеский стол во Владимире.

Дмитрий отошел в сторону, но не смирился и вскоре возобновил борьбу за свои права, попросив помощи у своего друга псковского князя Довмонта, пообещав ему за это свою дочь Марию в жены. В результате все пленники были освобождены, а Довмонт получил обещанную ему награду. Некоторые историки считают, что после этого Дмитрий какое-то время жил у Довмонта в Пскове. Довмонт же вторгся со своими псковичами в Ладогу и вывез оттуда тестеву казну, которую и передал Дмитрию.

Марии в ту пору должно было исполниться по крайней мере четырнадцать лет. По тем временам вполне себе брачный возраст.

Отчего же тогда появилась легенда о дочери Александра Невского? Скорее всего, это произошло оттого, что имя легендарного князя Александра Невского было у всех на слуху, в то время как его сын не был столь знаменит. Спросят, от кого князь жену себе взял, отвечали, мол, от Александра Невского. Внучку его. Со временем слово «внучка» потерялось.

Известно, что Довмонт скончался в 1299 году. Долгое время считалось, что его Мария Дмитриевна последовала за ним через год после смерти князя, но недавно московская исследовательница Л. В. Столярова[238], изучая рукописный Служебник начала XIV века, изготовленный во Пскове, нашла следующую запись: «В лето 1317 преставися раба божия княгиня Мария Домонтовая ноября в 6 на память святого Павла Исповедника». То есть вдова Довмонта пережила его на целых восемнадцать лет, возможно, вышла еще раз замуж, а последние годы своей жизни приняла постриг с именем Марфа в псковском монастыре, где и скончалась в 1317 году. Княгиня была похоронена в псковском Рождества Иоанна Предтечи женском монастыре. Надпись на ее могиле гласила: «Гробница под спудом благоверной княгини схимонахини Марфы. Память ей совершается ноября 8 числа. Поется всенощная за упокой. Також литургия за упокой. По церквам раздается на поминовение 40 пометок. А в пометках пишется четыре имя. Мощи не свидетельствованы».

По преданию, женский монастырь за рекой Великой был основан теткой Довмонта княгиней Евфросинией-Евпраксией. С момента своего основания монастырь превратился в место пребывания и погребения представительниц псковских княжеских семей. Считалось, что рядом с Марией-Марфой была погребена ее невестка, супруга Давыда, сына Довмонта и Марии, которую звали Наталией. Но никаких данных, которые подтверждали бы это предание, до сих пор не найдено. После Довмонта Давыд некоторое время управлял Псковом. Более подробно о нем мы поговорим позже.

В 1299 году Ливонский орден нарушил тридцатилетний мир и напал на Псков. Довмонт был уже пожилым человеком шестидесяти лет, но он поднялся и взял в руки знаменитый меч, когда ему доложили о том, что рыцари сожгли пригородные Снетогорский[239] и Мирожский монастыри[240].

Посреди ночи отворились ворота Пскова, откуда вылетели князь с дружиною. «Погани немцы оступиша град Псков, хотяше его пленити. Боголюбивый же Тимофей не стерпе ждати муж своих большея рати и выеха малою дружиною. Помощью святые Троицы и Святого Петра и Павла на березе удари на них; и бысть сеча зла, якоже николи не бывало у Пскова, и раниша самого комендаря по голове и ливонцев изьмове». То есть Довмонт повторил подвиг Александра Невского, согнал противника на тонкий весенний лед реки, который проломился под тяжело вооруженными рыцарями.

Довмонт умер у себя дома, во время эпидемии, которая косила в то время его народ, не различая ни чинов, ни званий, ни заслуг. Умер 20 мая того же года, после чего его с большими почестями отнесли в Троицкий собор. Князя положили в склеп, рядом с ним покоился его верный меч.

После этим Довмонтовом мечом в Троицком соборе будут препоясывать всех князей Пскова.

Князь же Довмонт сделался в сердцах людей святым защитником земли русской от любых врагов.

Через 75 лет после смерти князя была построена первая в его честь церковь, до октября 1917 года мощи и оружие святого князя хранились в Троицком соборе. На его клинке выбиты слова: «Чести своей никому не отдам!».

Тридцать три года псковичи выбирали своим князем Довмонта и ни разу не пожалели о своем решении.

После этого началась иная, инфернальная жизнь Довмонта-Тимофея.

В 1480 году, когда огромное войско осадило Псков, князь Довмонт явился во сне к одному горожанину и произнес: «Возьмите одеяние (покров) гроба моего, обнесите его трижды вокруг города с крестами и ничего не бойтесь». Летопись свидетельствует, что устрашенные враги сразу же отступили от города.

Следующее явление князя было замечено в XVI веке после Баториева нашествия[241], тогда же Довмонт был причислен православной церковью к лику святых.

Прошли века, страна крепла и расширялась, русские землепроходцы двинулись на Восток. И вот представьте: 1679 год, крайний форпост и оплот православия – Албазинская крепость на реке Амуре, гарнизон которой составлял всего 826 казаков.

Согласно летописи, в 1679 году, в Петров пост, отряд казаков во главе с Гаврилой Фроловым, выходцем, между прочим, из псковских земель, отправился на разведку. Когда они возвращались по горной дороге, перед отрядом вдруг неведомо откуда появился всадник, закованный в броню и вооруженный мечом. Увидев воинов, он приблизился и произнес: «Я Довмонт Псковский. Вскоре будет вторжение иноплеменников. А паки они придут, будут приступы и бои великие, и я в тех боях буду в помощь русским людям. А града враги не возьмут».

В результате в начале лета 1685 года крепость действительно выдержала натиск значительно превышавшей силы противника цинской армии (по китайским данным – 3 тысячи, по русским – 5 тысяч человек, не считая конницы). Они потребовали от русских под страхом смерти немедленно уйти с Амура. 10 июня цинская флотилия появилась вблизи Албазина. Русские еще не дали своего ответа, как на реке показались плоты. Поняв, что враг близок, местные крестьяне, всего 40 человек, заспешили спрятаться за стенами крепости. Заметив их, маньчжурские корабли обстреляли плоты из пушек и захватили крестьян вместе с их скарбом.

Когда началась осада, стало понятно, что бревенчатые стены Албазина, предназначенные для защиты от туземных стрел, не выдерживают попаданий из тяжелых орудий. По словам очевидцев, случалось и такое, что китайские ядра пролетали город насквозь, пробивая при этом и северную, и южную стены.

В крепости начались пожары, сгорели хлебные амбары и церковь с колокольней. Была подбита одна из трех русских пушек. Сто человек погибли в результате обстрелов.

В Нерчинске уже готовили отряд из ста человек и две пушки в помощь погибающей крепости, на помощь Албазину из западносибирских острогов шел отряд под командованием Афанасия Бейтона[242], но они опоздали.

Когда китайцы начали собирать хворост и заваливать им крепостной ров, защитники крепости поняли, что их собираются сжечь. Следовало отогнать врагов от рва, но боеприпасы закончились.

В результате пришлось принимать решение: либо стоять до конца и неминуемо погибнуть вместе с крепостью, либо отдать крепость в обмен на жизни людей. Воевода Толбузин[243] сказал, что сдаст крепость при условии, что захватчики не станут преследовать ни остатки гарнизона, ни находящихся за стенами крепости штатских, и позволят им беспрепятственно добраться в Нерчинск.

26 июня, после того как из города вышел последний человек, военачальник Лантань уничтожил строения Албазина и, считая свою миссию выполненной, отошел к Айгуну. Там был оставлен гарнизон в 500 человек, остальные цинские войска ушли по Сунгари на юг в Маньчжурию.

Добравшись до Нерчинска, албазинцы и наконец пришедшее к ним подкрепление решили попытаться вернуть себе город. Узнав, что цинские войска покинули разрушенный Албазин и даже не сняли посевы в окрестных деревнях, русские выслали сначала 200 конных казаков Бейтона, после чего 27 августа 1685 года на пепелище Албазина прибыл новый гарнизон, а также крестьяне и мастеровые. Все вместе они до зимы заново отстроили город и несколько деревень. Таким образом, несмотря на военную победу, Цинскому Китаю не удалось вытеснить русских из Приамурья.

Прошли века, а на Руси чтят память святого благоверного князя Довмонта-Тимофея. Уже в наше время на территории Печерского гарнизона (Псковская область) возведена в его честь часовня. И все это время над Псковом незримо для его жителей стоит божий воин Довмонт, защитник земли русской.

Девиз князя Довмонта «Чести своей не отдам никому» в настоящее время находится на гербе города Пскова.

Неизвестно, когда этот герб в первый раз появился на псковских знаменах. Первое упоминание о гербе Пскова в «Росписи всем Государевым печатям» 1626 года гласит: «Печать Псковская: барс, под барсом земля», только изображался зверь, устремившийся вправо. Но в указе 1666 года об изготовлении так называемого гербового знамени царя Алексея Михайловича есть такое описание: «Печать псковская, на ней рысь бежащая».

Рысь или барс?

Большинство историков сходятся на том, что на псковском гербе изображен барс. Барс есть на государственной печати 1583 года Ивана Грозного. В титулярнике 1672 года к изображению барса добавлена благословляющая рука (десница божия), выходящая из облака, – такая композиция повторяется и на всех позднейших рисунках герба.

Описание герба: в лазоревом поле вверху – выходящая вниз из серебряных облаков правая длань телесного цвета (десница Божия), внизу – идущий золотой барс с червленым языком, серебряными глазами, когтями и зубами, с черными отметинами и с кистью на конце хвоста. Щит увенчан муниципальной короной достоинства установленного образца. Щитодержатели: обернувшиеся барсы (как в щите), увенчанные по плечам венцами святого Довмонта в виде серебряных, украшенных лазоревыми камнями обручей о пяти видимых криновидных (в виде садовых лилий) зубцах, перемежаемых жемчужинами на малых зубцах, а вверху, между концами больших зубцов – серебряными же месяцами; барсы держат вдоль краев щита золотые мечи, обращенные вверх рукоятями, увенчанными малыми лапчатыми крестами; мечи вложены в лазоревые, украшенные серебром, ножны; подножие – золотое узорное. Девиз князя Довмонта «Чести своей не отдам никому» начертан серебряными литерами по лазоревой ленте.

Муниципальная корона установленного образца для городского округа, являющегося центром субъекта Российской Федерации, – золотая башенная о пяти видимых зубцах, имеющая золотой лавровый венок; дополняющий корону обруч с самоцветами указывает на то, что в прошлом город был столицей княжества. Помещаемая за короной накрест пара серебряных мечей с золотыми эфесами указывает на принадлежащее городу Пскову почетное звание Российской Федерации «Город воинской славы».

Барс – символ отваги, храбрости, мужества. Поза зверя, высунутый язык и поднятая передняя лапа подчеркивают его нацеленность на врага. Золотой цвет свидетельствует о богатстве, справедливости, великодушии. Благословляющая рука означает покровительство небесных сил. Голубое (лазоревое) поле – знак красоты, величия, неповторимости мест.

Два меча предоставил бог земному царству для защиты христианства. Папе предназначен духовный, императору – светский[289]. Папе предназначено ездить верхом в положенное время на белом коне, и император должен держать ему стремя, чтобы седло не сползло. Это значит: кто противится папе и не может быть принужден церковным судом, того император обязан принудить при помощи светского суда, чтобы был послушен папе. Точно так же и духовная власть должна помогать светскому суду, если он в этом нуждается.

§ 1. Каждый христианин обязан по достижении им совершеннолетия участвовать трижды в году в церковном суде в том епископстве, где он проживает. Свободные же люди бывают трех родов: люди, могущие быть шеффенами[290], которые должны участвовать в епископском суде, чиншевики в суде пробства и поселенцы [ландзассы] в суде декана [архипастыря].

§ 2. Равным образом они должны участвовать в светских судах. Шеффены – в суде графа через каждые 18 недель по королевскому приказу [банну]. Если же суд по поводу преступления назначается через 14 ночей после очередного суда, то [шеффены] обязаны участвовать в нем для того, чтобы осуществить суд над преступлением. Тем самым они оправдали свою земельную собственность перед судьей, и, таким образом, их земельная собственность свободна от судебной повинности.

§ 3. Чиншевики тоже обязаны на основе их земельной собственности участвовать в суде шультгейса[291] через каждые шесть недель после вызова. Из их среды должен быть избран судебный исполнитель, если [прежний] судебный исполнитель умрет.

§ 4. Поселенцы [ландзассы], не имеющие никакой земельной собственности в данном месте, обязаны участвовать в суде гографа[292] через каждые шесть недель. В этом суде и в каждом суде фогта сельский староста должен обвинять тех, кто не является на суд, хотя и обязан явиться, [равно как и по делам, в которых при преследовании преступника] криком призывали на помощь, в случаях нанесения людям кровавых ран, [затем] если кто-либо побьет другого или причинит другому вред обнаженным мечом или [в делах] о всяком преступлении, за которое полагается [лишение] жизни или руки, если по этому поводу не была возбуждена перед судом жалоба [потерпевшим]. По другому [поводу] он не обязан обвинять.

§ 1. Origines[293] предсказывал в свое время, что должно быть шесть веков, каждый век по тысяче лет, а на седьмом веке мир должен погибнуть. Так вот, нам известно из священного писания, что с Адама начался первый век, с Ноя второй, с Авраама третий, с Моисея четвертый, с Давида пятый, с рождением Христа – шестой. В седьмом мы живем без определенного счета.

§ 2. Равным образом установлено 7 военных щитов, из которых королю принадлежит первый; епископам, аббатам и аббатисам – второй; светским князьям – третий, если они становятся вассалами епископов; сеньорам – четвертый; лицам, могущим быть шеффенами, и вассалам – пятый, а их вассалам – шестой[294].

Как христианство в седьмом веке в точности не знает, как долго этот век будет существовать, точно так же и о седьмом щите неизвестно, имеет ли он ленное право и военный щит. Шестой щит превратился в седьмой благодаря тому, что светские князья стали вассалами духовных князей, чего раньше никогда не было. Как феодальная лестница кончается на седьмом щите, точно так же и родство заканчивается седьмой степенью.

§ 3. Далее заметим, где родство начинается и где оно кончается: в голове находятся муж и жена, которые соединены законным браком. Место шеи занимают дети, если они полнородные, происходят от того же отца и той же матери. Неполнородных [единокровных или единоутробных] отодвигают в следующую часть тела. Если, однако, два брата женятся на двух сестрах, а третий брат на сторонней женщине, то их дети все же равны при получении наследства, если они равного рождения. Дети полнородных братьев находятся там, где плечи сходятся с руками; равным образом и дети сестер. Это первая степень родства, которую причисляют к родным, – дети братьев и дети сестер. В локтевом суставе находится вторая [степень родства]. В запястье – третья. В первом суставе среднего пальца – четвертая. Во втором суставе – пятая. В третьем суставе среднего пальца – шестая степень родства. На седьмом месте находится ноготь, а не сустав, поэтому здесь кончается родство, и его называют ногтевым родством. Те, которые находятся между головой и ногтем и могут причислить себя к одинаковой степени родства, получают наследство в равной доле. Кто может причислить себя к более близкому родству, тот прежде получает наследство. Родство кончается на седьмой степени для наследования, хотя папа разрешил брать жену в пятой степени родства. Но папа не может устанавливать никакого права, которое ухудшало бы наше земское или ленное право.

На уродов и на карликов не переходит ни наследство, ни лен, равно как и на детей-калек. Наследники и их ближайшие родичи должны тогда принять на себя попечение о них. Далее, если родится ребенок немым, или безруким, или безногим, или слепым, то он наследник по земскому праву, но не наследует лена. Но если он получил лен до того, как он таким стал, то он лена не теряет. Прокаженный не получает ни лена, ни наследства. Но если он получил их до заболевания, то он сохраняет и передает их по наследству, как другой человек.

§ 1. Если сын при жизни отца возьмет жену, равную по рождению, и приживет с ней сыновей, а затем умрет раньше своего отца, не будучи еще выделен, то его сыновья участвуют в наследстве своего деда наравне с братьями их отца вместо своего отца. Но все они получают только долю одного лица. Не может быть такого положения в отношении детей дочери, чтобы они получили одинаковую долю, что и дочь из наследства деда или бабки.

§ 2. Дочь, которой в [родительском доме] не выделена ее доля, не делит материнскую долю с дочерью, которая выделена. Однако то, что причитается ей по наследству, то она должна делить с сестрой. Женщина нецеломудренным поведением вредит своей женской чести; своих прав, однако, она не теряет, равно как и своего наследства.

§ 3. Священник участвует в равной доле с сестрой в материнско-женской доле и имеет равную долю с братьями в земельной собственности и наследственном имуществе. Никто не может считаться на положении священника, разве только он был обучен и посвящен в священники и был пострижен в священники раньше, чем ему стало причитаться материнское имущество. Если же женщина не имеет другого брата, кроме священника, то она получает равную долю, как и он, в наследстве и в материнском имуществе. После смерти священника из его достояния не выделяется материнского имущества, ибо все, что он оставляет, является наследственной массой. Не выделенная сестра не делит материнского имущества со священником, если он имеет церковь или приход.

§ 1. Все, что бы человек ни оставил после себя из своего имущества, называется наследством.

§ 2. Кто принимает наследство, тот должен по закону платить долги в пределах стоимости движимого имущества. Долг, вытекающий из кражи, грабежа или по игре, он не обязан покрывать, равным образом и какой-либо иной долг, в котором он не получил встречной выгоды или не был поручителем; такой долг должен наследник покрыть, если будет доказано по праву со стороны 72 лиц, которые все являются свободными шеффенского сословия или законнорожденными литами.

§ 3. В отношении долгов [наследодателя], которые известны [наследнику как должнику], [кредитор] не должен доказывать их свидетелями; если он хочет отказаться от свидетелей и обвинить должника [т. е. наследника] в соответствии с земским или ленным правом в том, что он знает [о долге], – этот долг должник должен либо признать и покрыть, либо, отрицая долг, принести о том присягу.

§ 4. Наследнику также должно быть уплачено все то, что должны были умершему.

§ 5. Долг, который наследник сам должен, не требует [указанных] доказательств; он должен его признать или отрицать.

Кто в качестве поручителя или иным образом обязался, тот должен выполнить и твердо сдержать слово в отношении обещанного. Если обещавший впоследствии намерен это отрицать, то он может очиститься перед противником своей присягой в том случае, когда обещание не было дано перед судом. То, что он торжественно [перед судом] обязался, его противник доказывает двумя свидетелями, и судья должен быть третьим.

§ 1. Если кто земельную собственность продает, или закладывает, или хочет при помощи свидетелей доказать что-либо, касающееся его права, или жизни или здоровья, или что ему было обещано перед судом, или что ему было присуждено, то это должно быть засвидетельствовано судьей сам-сем из числа людей, которые с ним участвуют в вынесении решения[295].

§ 2. Свидетельство судебного исполнителя, когда оно требуется, считается за двоих там, где нужно приводить свидетельство семи лиц. Его возмещение [bute] тоже двойное, равно как и его вергельд, согласно его [рождению] с того момента, как он избран судебным исполнителем.

§ 3. Мировая [примирение] или обязательство прекратить вражду [файду], которые заключаются в суде, доказываются судьей и двумя свидетелями. Если же это имело место не перед судом, то тот, кому обещана мировая или обещано прекратить вражду, должен это доказывать сам-сем.

§ 1. Если кто-либо обещает другому передать земельную собственность в судебном порядке, а тот дает встречно серебро и другое свое имущество, а затем получатель умрет до того, как передача будет закреплена, то земельный участок должен быть передан наследнику, как это следовало [покупателю], так как он полностью заплатил [за землю]. Так же следует поступать при передаче всякого движимого имущества.

§ 2. Далее, если кто обещал другому свое имение и обязал передать его с согласия своего господина, поскольку он сможет добиться этого согласия, и если получатель оплатит полностью или частично и умрет до получения, то первый обязан передать имение ленному наследнику умершего независимо от того, будет ли он равным по рождению или нет. И если нет ленного наследника, то он обязан передать его наследнику по праву, кто бы он ни был, так же как он должен был передать умершему, если он полностью оплатил; иначе он должен вернуть все то, что за это было уплачено.

§ 3. Так же должен поступить и господин, если ленник оплатил ему имение, которое господин должен был ему предоставить и освободить [от притязаний других лиц], и если до наделения ленник умрет.

§ 4. Если кто-либо обязанный передать имение обещает, что он добудет согласие на наделение леном и сделает это и при свидетелях потребует, чтобы получатель за этим поехал и принял лен, а последний отказывается без достаточных оснований, и если после этого господин умрет или откажется наделить леном и, следовательно, обещавший уже не сможет добиться согласия, как раньше, то он освобождается от въезда, но не освобождается от передачи имения, если тот все же впоследствии сможет его получить[296].

§ 5. Если кто-либо передает другому свое имение во владение до формальной передачи права собственности, то он должен защищать его владение [против притязаний третьих лиц] до формальной передачи права собственности, поскольку тот будет нуждаться в его защите. Если же владение будет правомерно изъято у него или у того, кому продавец обязан был передать право собственности, то пусть он вернет ему все то имущество, которое было дано взамен.

§ 6. В случае смерти того, кто должен передать право собственности, его сын не обязан осуществлять передачу, разве только он сам дал обещание или выставил поручителей.

Если отец дает своему сыну одежду, [боевого] коня, лошадей и латы в ту пору, когда он [сын] в них нуждался и их мог использовать, а отец их мог дать, и затем отец умирает, то сын не должен делить их со своими братьями, равно как он не должен вернуть их господину своего отца или другим наследникам отца, если он [сын] с отцом не равный по рождению, разве что он не был выделен его отцом этим только имуществом.

Если дети после смерти матери остаются под опекой отца и затем от него отделяются, то он должен им сохранить и вернуть все имущество их матери, разве только он утерял это имущество вследствие несчастной случайности и без его вины. То же самое должна сделать жена отца детей, если их отец умирает, а также каждый, кто является опекуном детей.

Если братья или иные люди имеют свое имущество сообща и если они его умножают за свой счет или при помощи своего труда, то доход от этого имущества является общим, равно как и убыток. Однако то, что кто-либо со своей женой приобретает, того он со своим братом не делит. Если кто-либо проиграет свое состояние, или прокутит, или расточит излишними расходами или подарками и если его братья или другие, которые с ним имели общее имущество, не давали согласия, то убыток, который понесен, – это исключительно его убыток, а не его братьев или его компаньонов, с которыми он имеет общее имущество.

§ 1. В случае выдела отцом или матерью кого-либо из их сыновей или их дочерей путем выдачи им части своего имущества, независимо от того, продолжают ли [они] участвовать в ведении общего домашнего хозяйства или нет, если только они после смерти отца или матери претендуют на наследство, – братья в отношении братьев или замужняя сестра в отношении неотделенной сестры, – эти выделенные должны с присягой принести для общего дележа все то имущество, с которым они были выделены, если это движимое имущество, кроме лишь материнской доли. Если же это другое имущество, что может быть доказано, то в отношении его они могут не присягать.

§ 2. Если, однако, они отказываются от участия в дележе наследства, то они и не участвуют в нем, разве только они будут отрицать свой отказ на реликвиях. Если они отрицают перед судом, то доказательства противного могут быть даны при помощи лучшего судебного доказательства, чем присяга отрицающей стороны. Сельский староста является свидетелем в отношении крестьянина в этих вопросах в пределах своего судебного округа.

§ 1. Хотя по ленному праву господин [сеньор] передает лен отца только одному сыну, но этого нет по земскому праву, чтобы он [сын] один его получал, разве только он предоставит своим братьям то, что им причитается в ленном имуществе.

§ 2. Равным образом это не будет по земскому праву, если отец выделит своего сына при помощи лена и ему передаст лен с условием, чтобы он сохранил лен после смерти отца и одновременно чтобы в остальном ленном имуществе он получил бы равную долю со своими братьями. Хотя по ленному праву они не могли бы это оспаривать, все же это не соответствует земскому праву; и если они обжалуют это по земскому праву, то они могут по судебному решению обязать его к правильному разделу наследства.

§ 1. Если кто-либо свое движимое имущество кому-либо одолжит или заложит, или сдаст на хранение под условием или не под условием, а тот затем пожелает оспаривать или же его наследник после смерти [будет оспаривать], то первый скорее сможет сохранить вещь при помощи присяги сам-третей, поскольку тот принесет присягу один. Однако если тот, который имеет вещь во владении, сможет доказать при помощи свидетелей, что спорная вещь – его [давно] приобретенное или унаследованное движимое имущество или если [его] правопредшественник находится в суде, то тогда он тем самым уничтожает доказательство своего противника, кроме случая отказа его правопредшественника [очистить вещь от притязаний истца].

§ 2. Если кого-либо обвинят по поводу вещи, которая не окажется у него, то он очищается присягой. Если, однако, будет доказано, что вещь находится у него, то он должен отвечать без права на очистительную присягу.

§ 1. Никто не может приобрести иного права, кроме того, которое ему свойственно по рождению. Если он, однако, отказывается перед судом от своего права и притязает на другое право, которое он не может обосновать, он теряет оба права. Исключение составляет крепостной, отпущенный на свободу; он приобретает права свободного поселенца [ландзасса].

§ 2. Если ребенок рожден свободным и по праву [ «законным»], то он сохраняет права отца. Если же отец или мать – министериалы господина, то ребенок приобретает права согласно рождению.

§ 1. Если мужчина умирает бездетным, то его наследство получает его отец. Если у него нет отца, то наследство получает мать преимущественно перед его братом. Наследство после сестры или брата отца или матери получает сын, а не дочь, разве только что сына не имеется, тогда наследство получает дочь. Если наследство переходит к более дальним наследникам, чем сестры и братья, тогда все [находящиеся] в одинаково близком родстве получают равные доли, будь то мужчина или женщина: они называются саксонскими сонаследниками. Однако дитя сына или дочери получает наследство преимущественно перед отцом и перед матерью, и перед братом, и перед сестрой, и вот почему: наследство не уходит от потомков до тех пор, пока имеются нисходящие потомки, равные по рождению. Кто не равен другому по рождению, тот не может получить и его наследства.

§ 2. Шваб не может получить наследства по женской линии, так как женщины по своему полу все лишены наследства вследствие греха их предков.

§ 1. Троякого рода права получили саксы против желания Карла. Швабское право – из ненависти к женщинам.

§ 2. Второе: то, что человек обещает не перед судом, это он может, как бы оно ни было известно, отрицать при помощи своей присяги, и это не может быть опровергнуто свидетелями.

§ 3. Третье заключается в следующем: в Саксонии в королевском суде по праву не может быть принято решение, если сакс опорочивает решение, предлагая разрешить поединком и победой большинства. И если он оспаривал решение сам-сем против других семи, то та сторона, на которой победило большинство, выиграла дело. В этой части они сохранили свое древнее [обычное] право, поскольку оно не противоречило христианскому праву и вере.

§ 1. Шваб наследует военное снаряжение и наследство за пределы седьмой степени родства, поскольку он может определить, что данное лицо является его ближайшим родственником по отцовской линии, или если он может доказать свидетелями, что один из его предков от одного из предков того [т. е. данного лица] или что тот от одного из его предков требовал перед судом военного снаряжения или получил его.

§ 2. Шваб обжалует вынесенное в Швабии по спору между швабами решение в высший суд и ссылается на суд в Старой Швабии, который должен быть назван, и на большинство в соответствующем суде. Швабское право отличается от саксонского только в отношении порядка наследования и в порядке оспаривания судебного решения.

§ 1. Обратите внимание, что именно каждый рыцарского звания может дать своей жене в качестве утреннего дара [Morgengabe]. Утром, когда он идет с ней к столу, перед едой пусть он подарит ей без права оспаривания наследниками слугу или служанку, достигших совершеннолетия, сад и дом и пасущийся в поле скот.

§ 2. Где жене не принадлежит участок под строением, она после смерти мужа должна в течение шести недель после тридцатого [дня] так убраться со строением, чтобы не испортить землю. Если же она предложит приобрести по крестьянской оценке строение тому, кому принадлежит участок, и тот откажется, то она имеет право снести [строение] с тем, что она должна опять сравнять землю.

§ 3. Если она остается со своими детьми или с наследниками ее мужа большее или меньшее время неотделенной со своим имуществом, а впоследствии с ними расстается, то она сохраняет все права в своем имуществе, которое будет налицо в том виде, как она этим правом обладала тогда, когда умер ее муж.

§ 4. Если вдова после смерти мужа остается с детьми в их имении, которое ей не принадлежит, без раздела, и если сын при ее жизни женится, а затем умрет, то жена сына имеет преимущественное перед его матерью право на получение из имущества ее мужа утреннего дара, полученного от мужа, и продуктовой доли, равно как и своей женской доли [Gerare], при условии, что она может доказать и свое, и мужа бесспорное владение этим имуществом.

§ 5. Если, однако, сын умрет в имении матери, то мать скорее может при помощи свидетелей отспорить имение, чем вдова ее сына.

§ 6. Утренний дар жена доказывает присягой на реликвии, а владение – свидетелями.

§ 7. Далее, ее родственники получают ее женскую долю, если она умрет до своего мужа, преимущественно перед матерью ее мужа. Мать – гость в доме сына, а сын – в доме матери.

§ 8. Все – не рыцарского звания – дают своим женам в качестве утреннего дара только лучшую лошадь или скот, который они имеют.

§ 9. Утренний дар жена может доказывать на реликвиях без свидетелей.

§ 1. Можно, далее, женщинам давать земельную собственность пожизненно с согласия наследника, как бы молоды они ни были, в том судебном округе, в котором находится земельная собственность, в любом месте, когда там есть суд, который судит по приказу короля.

§ 2. Никто не может оспаривать у женщин право на пожизненное содержание: ни впоследствии родившийся наследник, ни кто-либо, кому по наследству переходит имение, разве только она сама себя лишит тем, что вырубит плодовые деревья или изгонит из имения людей, которые родились в этом имении, или каким-либо способом утратит владение – источник пожизненного содержания, если она не оправдается в том, в чем ее обвиняют, на очередном суде. Если муж согласно праву будет разведен со своей женой, то она все же сохраняет свое пожизненное содержание, которое он ей предоставил в своем имуществе.

§ 1. Наследник имеет право приехать к вдове в имение до тридцатого [дня] для того, чтобы озаботиться о том, чтобы ничто не пропало из того, что ему причитается. По его совету жена должна обеспечить похороны и тридцатый [день]. Никаких других правомочий в отношении имения он до тридцатого [дня] не должен иметь.

§ 2. От наследника нужно в первую очередь требовать, чтобы он уплатил челядинам заработанную ими сумму, которая им причитается по день смерти господина. И их нужно держать до тридцатого [дня], чтобы они могли искать себе работу. Если наследник хочет, то пусть они по-прежнему служат и получают прежнюю заработную плату. Если же им дана лишняя заработная плата, то излишек они не обязаны вернуть. Если, далее, им отказывают в уплате заработанного за год или за полгода, то они могут доказывать присягой на реликвии. Кто служит из милости, тот может просить наследника о милости. Если нанятый человек умрет до того, как он заработал плату, которую ему обязались уплатить, его наследнику не обязаны уплатить больше того, что заработано и что причиталось за время до его смерти.

§ 3. Затем жена должна разделить с наследником все продукты, все имеющееся продовольствие, которое после тридцатого [дня] осталось в каждом доме ее мужа или где вообще он имел продовольствие в своем владении.

§ 4. Далее, жена должна в качестве особого имущества мужа-воина [Herwede] дать меч мужа и лучшего коня или лошадь оседланную и лучшие латы, которые он имел, когда он умер. К этому она должна дать походную постель, одну кровать, одну подушку, одну простыню, одно покрывало, два умывальных таза и одно полотенце. Это обычное военное снаряжение, как оно должно быть дано; однако некоторые присоединяют различного рода предметы, которые сюда не относятся. То, что жена из этих вещей не имеет, того она не должна давать, если она принесет очистительную присягу в том, что она этого не имеет, в отношении каждой вещи в отдельности. То, что, однако, может быть доказано [обнаружением спорной вещи], об этом ни мужчина, ни женщина не могут приносить очистительной присяги.

§ 5. Где имеется два или три претендента на одно военное снаряжение, там старший берет меч, а остальное они делят по равным долям между собою.

§ 1. Если сыновья не достигли совершеннолетия, то военное снаряжение [от вдовы] берет старший способный носить меч родственник, равный по рождению, и становится опекуном детей до их совершеннолетия. Тогда он должен вернуть им все их имущество, разве только он сможет доказать, куда он израсходовал его в их интересах или что он утратил это имущество вследствие грабежа или несчастного случая и без его вины.

§ 2. Хотя ребенок по ленному праву и достиг юношеского возраста[297], все же его законный опекун должен замещать его в его имении в его интересах и служить вместо него его господину в соответствии с тем, как должен был служить подопечный, [до тех пор] пока он не может сам себя содержать вследствие своей неразумности, или малолетства, или телесной слабости. Кто, однако, является наследником ребенка, тому опекун ребенка должен из года в год, пока ребенок не стал совершеннолетним, показывать имущество и ставить его в известность, что он ничего вопреки своим обязанностям не совершил. Ибо часто бывает, что один является опекуном ребенка, а другой – его наследником. В тех случаях, где опекун одновременно является наследником, там он не должен никому давать отчета об имении ребенка и не должен выставлять поручителей. Он является также опекуном вдовы, пока она не выйдет замуж, если он равный с ней по рождению.

§ 1. После выделения особого имущества мужа [воина] пусть жена возьмет ее утренний дар. К нему относятся все рабочие лошади, рогатый скот, козы и свиньи, которые выгоняются на пастбище пастухом, далее – огороженный [усадебный] участок и дом.

§ 2. Откормленные свиньи, однако, относятся к продуктовым запасам, [как] и все наличные продукты во всех домах ее мужа.

§ 3. Затем она берет все, что относится к женской доле. Это все овцы, и гуси, и сундук, вся пряжа, постели, подушки, простыни, скатерти, полотенца, купальные простыни, умывальники, подсвечники, льняное белье и все женское платье, перстни, браслеты, головные украшения, псалтырь и все богослужебные книги, которые обычно читают женщины, кресла, лари, ковры, пологи, стенные ковры и все головные повязки. Это все то, что принадлежит к женской доле. Еще принадлежат к ней различные мелочи, как щетки, ножницы, зеркало, но их я отдельно не перечисляю. Ткань, которая не скроена для женских платьев, и золото и серебро не в изделиях не принадлежат женщинам. Все, что имеется, кроме перечисленных вещей, все относится к наследству.

§ 4. Что из этого было заложено при жизни умершего, то право выкупа из залога принадлежит тому, если он того захочет, кому принадлежит заложенное.

§ 1. Священник делит [наследство] с братом, однако монах – нет.

§ 2. Если ребенка до достижения юношеского возраста [12 лет] обращают в монахи, то он может по достижении этого возраста выйти [из монастыря] и сохраняет ленное и земское право.

§ 3. Если же поступает в монастырь человек, достигший юношеского возраста, то он отрекается от земского и ленного права, и его лены от него свободны, так как он отказался от своего военного щита, поскольку имеются в том свидетели среди монахов того монастыря, куда он поступил, или семь человек из числа его сотоварищей по сословию, которые его видели в монашеской жизни, хотя бы он выбыл в течение одного года, как это допускается у «серых монахов»[298].

§ 4. Но если он пошел в монастырь без согласия своей законной жены и если она по церковному праву вернет его из монашеской жизни, то он сохраняет свои права по земскому праву, но не свои лены, которые он отдал. Ибо муж может отказаться от своего щита без согласия жены.

§ 5. Если ребенок умрет или его отдадут в монастырь до достижения юношеского возраста, то тот, кто имеет его движимое имущество, должен отвечать перед тем, кому бы это имущество ни причиталось после смерти ребенка, разве только имущество было истрачено с согласия наследника.

Если монахиня становится аббатисой или монах епископом, то они могут приобрести от государства права военного щита, но прав по земскому праву они тем самым не приобретают.

§ 1. Каждая женщина оставляет двоякого рода наследство: свою женскую долю – своей родственнице, которая является ближайшей по женской линии, и наследство – ближайшему родственнику, будь то женщина или мужчина.

§ 2. Каждый мужчина рыцарского рода оставляет двоякого рода наследство: наследство – ближайшему родственнику, равному ему по рождению, кто бы он ни был, и особое имущество воина – ближайшему способному носить меч родственнику. Кто не принадлежит к рыцарству и военного щита не имеет, тот в случае смерти оставляет только наследство, но не военное снаряжение.

Все, что из такого имущества будет оставлено без наследника, – особое имущество воина, наследство, женская доля – должно быть выдано судье или судебному исполнителю, если он это потребует после тридцатого (дня). Все это судья должен сохранять год и один день в неприкосновенности и ожидать, не будет ли на это имущество кто-либо претендовать по праву. Затем судья может это обратить в свою пользу, кроме случаев пребывания наследника в плену или на имперской службе или отсутствия из страны для служения богу вне страны (участие в крестовом походе). Тогда судья должен ждать с наследством, пока он не вернется. Ибо в течение этого времени он не может упустить свое наследство. Речь здесь идет о движимом имуществе.

В отношении земельной собственности и надельной земли сакс утрачивает права, если не заявляет о них в течение тридцати лет и одного года и одного дня. Государство и шваб никогда не утрачивают права собственности, поскольку они могут его доказать свидетелями.

Каждый пришлый приобретает наследство в Саксонии по праву страны, а не по личному праву, будь то баварец, шваб или франк.

§ 1. Муж и жена не имеют раздельного имущества при их жизни. Если же жена умирает при жизни мужа, то после нее не переходит по наследству к ближайшим [ее] родственникам никакое движимое имущество, кроме женской доли и земельной собственности, если она ее имеет. Жена не может без согласия мужа также отчуждать что-либо из ее имущества так, чтобы из-за этого он потерпел ущерб в [своих] правах.

§ 2. Если муж берет жену, то он берет в свое владение [Gewere] все ее имущество в порядке правомерной опеки. Поэтому жена не может давать мужу никакого дара ни из ее земельной собственности, ни из ее движимого имущества, так как тем самым она отнимает это имущество у своих правомерных наследников после своей смерти; муж не может приобрести никакого другого права владения на имущество жены, кроме того, которое он приобрел с самого начала в силу его права на опеку.

Жена, далее, никоим образом не может приобрести права собственности на имущество, служащее для ее пожизненного содержания; также не может этого и ее наследник после ее смерти, если свидетелями будет доказано, что оно было ей дано пожизненно. Если она будет утверждать, что это ее собственность, и если это будет затем опровергнуто по праву, то она теряет и то и другое: и собственность, и пожизненное содержание.

Теперь послушайте относительно жены, беременной после смерти мужа и доказавшей, что она была беременна ко дню погребения или к 30 дню после погребения. Если ребенок родится живым и если жена может представить четырех свидетелей мужей, слышавших голос новорожденного, и двух женщин, которые ей помогали при родах, то ребенок получает наследство отца. Если ребенок затем умрет, то наследство переходит к матери, если она равна ему по рождению, и устраняются всякие права ожидания на лен отца, так как ребенок жил после смерти отца. Лен становится [после смерти ребенка] для господина вакантным, если ребенок был показан столь большим, что он мог быть жизнеспособным. Если ребенок был открыто [публично] принесен в церковь, то тот, кто это видел и слышал, должен быть свидетелем, что ребенок был жив.

§ 1. Земельная собственность может быть отчуждаема с согласия наследников без разрешения судьи, если только [отчуждатель] держит половину гуфы[299] и дворовый участок, на котором может развернуться повозка; при этом он должен уплатить судье [причитающееся] ему по праву.

§ 2. Если кто-нибудь отчуждает свое имение, а затем его обратно получает в виде лена, то господин от этого дара ничего не будет иметь, если он не сохранит имения в своем свободном владении год и день. После этого он может неоспоримо опять передать имение тому же в лен, причем ни тот, ни его наследники тогда не смогут претендовать на аллодиальное [право] собственности на это имение.

§ 3. Если судья неправомерно препятствует кому-нибудь в отчуждении его земельной собственности, то тот может произвести отчуждение перед королем при посещении им саксонской земли так же, как он должен был это сделать перед судьей, если только можно будет доказать, что судья чинил препятствия неправомерно.

§ 1. Все сокровища, находящиеся в земле глубже, чем вспахивает плуг, принадлежат королевской власти.

§ 2. Серебро никто не может добывать в имении другого без согласия того, кому принадлежит местность. Если он и дает разрешение, то надзор остается за ним.

§ 1. Если женщина выходит замуж и родит ребенка до положенного срока и ребенок окажется жизнеспособным, то права ребенка могут оспариваться, так как он родился слишком рано.

§ 2. Если женщина родит ребенка после смерти мужа позже нормального срока, то права ребенка тоже могут оспариваться, так как он родился слишком поздно.

Кто открыто прелюбодействует [сожительствует] с чужой женой или изнасилует женщину или девушку, тот, если он и женится на ней, никогда не получит от нее правомерных [ «законных»] детей.

§ 1. Наемные бойцы [в судебном поединке] и их дети, актеры и все незаконнорожденные, и воздававшие [осужденные] за кражу и грабеж или возвращавшие [награбленное] и изобличенные на суде, или которые откупаются от смертной казни или телесных наказаний [ «выкупают жизнь или кожу и волосы»] – все они лишены прав.

§ 2. Те, далее, которые год и день находятся в королевской опале, объявляются по приговору лишенными прав и лишаются земельной собственности и лена: лен становится для господина свободным, собственность переходит во власть короля. Если наследники в течение года и дня не получают обратно при помощи присяги собственность от короля, то они, как и находящиеся в опале, теряют наследство, кроме случаев, когда уважительная причина помешала им явиться; уважительная причина должна быть доказана, как полагается [по праву]. Земельная собственность министериалов не может отойти к королю и вообще за пределы власти их господина, если они лишаются своих прав.

§ 3. Законных детей не может больше иметь человек, лишенный прав, разве только он выйдет на бой на коне с копьем перед королевским войском против другого короля. Тогда ему возвращаются его права, но не его имение, которого он лишен.

Лишенные прав за грабеж или кражу при вторичном обвинении в грабеже или краже не могут очищать себя присягой. Они имеют три возможности на выбор: либо пройти испытание раскаленным железом, либо опустить руку в кипящий котел до локтя, либо защищаться поединком.

Кто изобличен в воровстве или исключен как дезертир из имперской службы, того по приговору лишают чести и ленного права, но не жизни.

Если девушка или вдова жалуется по земскому праву на своего опекуна, что он отнимает у нее земельную собственность, лен или пожизненное содержание, и если он по этому поводу будет трижды вызван в суд и не явится на третье заседание суда для выполнения своих обязанностей, то он должен быть объявлен плохим опекуном, т. е. его нужно лишить опекунских прав. Тогда судья должен стать опекуном женщины и должен дать ей судебную защиту в отношении имения, которое у нее было отнято.

§ 1. Несовершеннолетний [12–21 год] и достигший предельного возраста [60 лет] может иметь опекуна, если он в нем нуждается, но может его и не иметь, если он желает. Кто не явился вместе со своим опекуном, тот должен его привести к следующему судебному заседанию, назначенному судом по его жалобе. По достижении 21 года мужчина становится совершеннолетним. После 60 лет мужчина достигает предельного возраста, когда он может иметь опекуна, если он того пожелает, причем он этим не уменьшает размера возмещения или своего вергельда. Если возраст мужчины неизвестен, то он считается совершеннолетним, если он уже с бородой и имеет волосы внизу и под каждой рукой.

§ 2. По достижении юношеского возраста он может быть опекуном своей жены или чьим он должен быть, если пожелает, и даже выступать за подопечных в поединке, хотя он еще несовершеннолетний. Ибо, поскольку он способен себя представлять, постольку он может представлять своих подопечных[300].

При жалобе женщины на изнасилование, если она не влечет за собою судебного поединка, судья должен дать женщине опекуна, равно как и во всех случаях преступления, когда преступник застигнут с поличным, если женщина своего правомерного опекуна не имеет под рукой. Если же иск ведет к поединку, то ее опекуном может быть любой [способный носить] меч родственник по отцовской линии, если он равного с ней рождения [происхождения].

Далее, если девушка или женщина подает иск по земскому праву на своего законного опекуна, что он отнимает у нее ее имение, то в суде ей должен быть назначен опекун. Точно так же, если муж отчуждает ее имение навсегда или на время [ее] жизни.

§ 1. Если же муж не равного рождения с женой, то [он] все же является ее опекуном, а она одного с ним сословия и вступает в права его сословия с момента, когда она взошла на его ложе. Если он умирает, то она выходит из его сословия и приобретает права сословия по своему рождению; поэтому ее опекуном должен быть ближайший ее родственник, [способный носить] меч, равного с ней рождения, но не [родственник] ее мужа.

§ 2. Жена, далее, не может без согласия своего мужа ни уступать свое имущество, ни продавать земельную собственность, ни покидать [имущество], находящееся в ее пожизненном пользовании, так как он совместно с ней владеет имуществом. Девушки и незамужние [т. е. вдовы и разведенные] продают свою земельную собственность без согласия опекуна, разве только он является их наследником.

Девушки и женщины должны иметь опекуна при всяком иске потому, что нельзя опровергнуть свидетелями того, что они на суде говорят или делают.

§ 1. Если у женщин дело дойдет до присяги, то приносить присягу должны они сами, а не их опекуны. Их законный опекун должен, далее, давать [судебное] поручительство, принять вызов и отвечать по нему.

§ 2. Опекун, назначенный судом, тоже должен за них давать поручительство и принять [вызов] и впоследствии не иметь от этого никаких убытков, поскольку он покажет только правду, когда он допрашивается судом, ибо его опекунство продолжается не долее чем [данный] судебный процесс. На каждое дело судья должен назначать отдельного опекуна.

§ 1. Все незаконнорожденные, а также лишенные прав не могут иметь опекуна при подаче ими исков и при судебном поединке.

§ 2. Хромые также должны отвечать и искать на суде без опекуна, разве только дело требует судебного поединка. Тогда опекуном может быть его ближайший родственник, [способный носить] меч, мужской линии, равного с ним рождения, любой, который пожелает; если хромой, вызванный на судебный поединок, не имеет своего опекуна на месте и подтвердит это присягой, то он получает в качестве опекуна того, кто согласится, или он может на свои деньги [пфенниги] нанять [бойца], хотя бы можно было доказать, что он имеет законного опекуна.

§ 3. Если же он защищается при помощи наемного бойца, то и истец может его изобличить при помощи наемного бойца, хотя бы истец первоначально не вызывал его на поединок, и это не может повредить ему в суде. Так же можно защищать и умершего, если противник хочет его изобличать [поединком]. При помощи наемного бойца любой мужчина может таким путем защищаться. Однако при помощи наемного бойца нельзя изобличать неопороченного человека в отношении его прав.

Если раненый вызывает на поединок того, кто его ранил, и если он в силу слабости своего тела не может участвовать в поединке и он не имеет опекуна, который согласен выполнить это за него, то тогда его нужно вновь вызвать на то время, когда он сам сможет участвовать в поединке.

§ 1. Далее, кто другого ранит или убьет и [кто-либо] его пойманного приведет в суд и захочет обвинить его как нарушителя мира, но не сможет это сделать, то он сам будет обвинен в преступлении, которое тот совершил в отношении другого.

§ 2. Актер или незаконнорожденный все же тем самым не является равным вору или разбойнику, так что против него можно выставить наемного бойца.

§ 1. Бывает, что человек лишен прав, но [не объявлен] лишенным мира [вне права] и лишенным семейных прав. Ибо лишенный прав может взять жену по праву и иметь от нее детей, которые будут равного с ним рождения. Они смогут получить наследство после него, равно как и наследство их матери, если они равного [с их родителями] рождения, разве только что они будут различаться по крепостному состоянию. Муж по праву и жена по праву после лишенного прав не наследуют.

§ 2. Говорят, что никакой ребенок для своей матери не может быть рожденным не по праву; это не так. Женщина может иметь правомерного ребенка, свободно рожденного, крепостного и рожденного не по праву. Если она крепостная, то она может быть отпущена на свободу. Если она жена не по праву, то она может взять мужа по праву и прижить детей в браке.

§ 3. Чьи права не опорочены в течение четырех поколений предков, т. е. со стороны обоих дедушек и обеих бабушек и отца и матери, рождение [происхождение] того никто не может опорочить, если только он не утратил своего права.

§ 4. Если свободный шеффенского сословия вызовет на поединок кого-либо равного с ним сословия, то он должен показать, кто четыре его предка и свой [родной] дом и должен их назвать, иначе тот может по праву отвергнуть поединок с ним.

§ 5. Если кто вызывает другого на поединок и тот по праву поединок отвергает, то он должен уплатить ему пеню [возмещение].

§ 1. Без согласия наследника и без засвидетельствования в надлежащем суде никто не может отчуждать свою земельную собственность или своих крепостных. Однако господа обменивают своих министериалов без участия суда, если обмен можно доказать и удостоверить свидетелями. Если он отчуждает без согласия наследника, то наследник в силу решения может распорядиться имением, как будто тот, который совершил отчуждение, хотя и не имел на это права, умер.

§ 2. Все [свое] движимое имущество кто-либо может отчуждать без согласия наследника в любом месте [т. е. в любой, необязательно судебной, форме]; и он отчуждает и передает в лен имущество, пока он, опоясанный мечом и со щитом, в состоянии с камня или с пня (дословно: «с палки высотою в локтевую кость») сесть на коня без посторонней помощи, кроме того, что ему держат коня и стремя. Если он более не в состоянии это сделать, то он и не может передавать, отчуждать или отдавать в лен и тем самым лишить того, кто имеет право на ожидание после его смерти.

§ 3. Все то, что кто-либо получил не по праву, он должен вернуть обратно во владение [того, от кого получил]; тогда этот не может ссылаться на сделку по отчуждению, а только на те права, которые он в отношении продававшегося имущества имел до того, как оно было у него изъято.

§ 4. Если кто-нибудь, будучи болен, отчуждает свое имущество или заложит в то время, когда он этого делать не должен был, то никто не может в этом обвинять его жену или его челядь. Ибо они не имеют права возражать против передачи, будь она правомерной или неправомерной. Если кто получил что-нибудь не по праву, то это может быть истребовано в правомерном порядке от того, кому было передано. Жена отвечает только за то имущество мужа, которое вследствие его смерти перешло в ее владение.

§ 1. Кто не является на призыв о помощи, или кто жалобу подает не по праву, или кто вызывает на поединок имеющего право не участвовать с ним в поединке, или кто в назначенный день суда не явится в срок или вообще уклоняется, или на суде говорит и действует противоправно, или кто не уплачивает присужденной судом [суммы] – тот по поводу каждого такого дела платит судье штраф[301]. И по поводу каждой вины, за которую кто-либо получает возмещение, судья может требовать штраф. Однако часто уплачивается судье штраф за непристойности, совершаемые во время заседания суда, когда ни жалобщик, ни тот, против кого направлена жалоба, не получает возмещения.

§ 2. Если кто-либо претендует на имущество и подает о том жалобу, которая по суду будет отвергнута, то он не платит ни штрафа, ни возмещения, поскольку он ничем не завладел [самовольно].

§ 3. Кто не уплатит штрафа и возмещения в надлежащий срок, у того судебный исполнитель должен взять залог и этот залог немедленно обратить [на покрытие штрафа или возмещения] или продать залог. Однако судебный исполнитель имеет право брать залог только в том случае, если он решением на то уполномочен.

§ 4. Никто не платит штрафа дважды за одно и то же, разве только он нарушил мир и подлежит отлучению от церкви за то же деяние. Этот должен платить штраф по церковному праву и по светскому и уплачивает возмещение тому, кому он нанес вред.

§ 1. У чиншевика не может быть изъято в залог [имущество] за долги его господина свыше размера чинша, который он уплачивает ежегодно.

§ 2. Кто своего чинша не уплачивает в установленные сроки [дни], тот должен на следующий день платить вдвойне, и так все дни, пока он чинш задерживает, однако лишь поскольку господин требует уплаты чинша по правомерному решению и в доме чиншевика, ибо он не обязан свой чинш платить за пределами своего дома.

§ 3. Господин или его представитель, который передал участок, должен по праву доказывать [обязательства по] чиншу, коль скоро чиншевик отрицает, и то же самое в отношении десятины с имения, на котором он сидит. Если же он [чиншевик] утверждает, что он уплатил, то он должен это доказать сам-третей из числа тех, которые это видели и слышали, что он уплатил, если это оспаривается.

§ 4. Господин имеет право брать залог на своем имении без разрешения судьи за те повинности, которые ему обязались [вносить] с его имения.

§ 5. Чиншевик, далее, не имеет права добывать камни и глину без разрешения своего господина, чиншевиком которого он является, равно как рубить дрова или рыть на чиншевом участке, разве только это будет его вечнонаследственный чиншевый участок.

§ 1. Всякий светский суд имеет своим началом избрание. Поэтому судьею не может быть назначенный судья и никто иной, если он не был судьею по рождению или по своему лену.

§ 2. Если будет совершено преступление, воровство или грабеж, причем преступник будет схвачен с поличным, то по этому поводу можно избрать одного гографа минимум от трех деревень для того, чтобы судить пойманного с поличным, если нельзя раздобыть ленного судью.

Должность гографа не приобретается ни как лен, ни по наследству. Ибо это добрая воля народа избрать гографа по каждому делу [пойманного с поличным] или на определенный срок. Если же господин передаст [эту должность] в качестве лена, то он должен обеспечить своему человеку и его детям выполнение этой его ленной обязанности, если только этому не воспрепятствует народ [иным] своим правомерным избранием.

Если вор или разбойник не будет изобличен в течение дня и ночи, то гограф не имеет больше над ним права суда. Тогда его должен судить судья, наделенный леном. Это касается того гографа, которого избирают для суда в тот же день по преступлению, в котором [преступник] пойман с поличным.

§ 1. Кого выбирают на длительный срок [судьей], того граф или маркграф должен наделить леном. Для него устраивают совещания. Этот имеет право судить и о преступлениях, совершенных более суток тому назад.

§ 2. Если граф явится в суд гографа, то судебная власть гографа приостанавливается. Точно так же приостанавливается власть графа, когда король появляется в его графстве, и они оба присутствуют. То же в отношении каждого судьи, где присутствует король, и жалоба тогда направляется королю.

§ 1. Судья может рассматривать, где бы он ни был, в пределах своего судебного [округа] любые иски и преступления, разве только кто-либо предъявил иск о земельной собственности или если обвиняют свободного шеффенского звания в преступлении. Это судья может рассматривать только в местах созыва очередных судебных заседаний приказом [банном] короля. Приказом короля никто не может судить, если не получил приказа от короля. Кто однажды [эту] власть получил, тот не должен вторично ее получать, когда король умрет. В пределах судебного округа может быть только один суд по королевскому приказу. Кто судит приказом короля, не получив его, должен отвечать своим языком[302].

§ 2. Судья, который судит приказом короля, не должен вести очередного заседания без своего шультгейса, перед которым он должен обязаться к правосудию. Поэтому он должен прежде всего спросить шультгейса о его суждении, время ли быть судебному заседанию, и затем должен ли он запретить преждевременный уход из суда и запретить совершать непристойное в суде. Когда это выполнено, тогда каждый может подавать иск о том, что его задевает, через своего представителя [говорителя], чтобы без его помощи не упустить [чего-либо].

§ 1. Без представителя [говорителя] человек может искать и отвечать, если он хочет рисковать нести ущерб, который может произойти от того, что он оговорится и не сможет уже это исправить, как это возможно при наличии представителя, если он какое-либо слово не подтвердил.

§ 2. Судья должен дать в качестве представителя того, кого прежде всего просит сторона, и не назначать никого другого, пока первый не будет законно освобожден от своих обязанностей. Отказаться быть представителем никто не может в пределах своего суда, где он имеет оседлость или имение или где он подает жалобы в суд, кроме случаев [необходимости выступления] против своих родственников и против своего господина или против своего вассала, и если жалоба угрожает его телу, или его здоровью, или его праву.

§ 3. Где человек ищет право [правосудие], [там] он должен участвовать и помогать праву [правосудию].

§ 1. Жалобщик [истец] не должен давать поручителей, пока не будет назначен день рассмотрения его жалобы. Кто не может выставить поручителя и не имеет там наследственной земельной собственности, тот должен находиться во власти судебного исполнителя, если он жалуется на преступление или жалоба о том подана на него.

§ 2. Если двое одновременно просят об одном и том же представителе, то дело судьи, кому из них он его раньше даст. Если двое одновременно подают жалобу, то дело судьи, которого из них он выслушает раньше, разве только один из них свидетелями докажет, что он первый подал жалобу.

§ 3. Если заикающийся оговорится, он может себя поправить. Если он нанесет ущерб интересам того, чьим представителем он является, то тот вправе исправить это при помощи другого представителя.

§ 4. Каждый не лишенный прав может быть представителем в земле саксов по земскому праву, кроме священника. Он должен только выставить поручителя, если у него нет земельной собственности, в обеспечение судебного штрафа и пени [возмещения], если провинится, но не ранее.

§ 5. Кого берут в качестве представителя, тот может выступать по всем делам, возбужденным против его доверителя, и по всем делам, возбуждаемым тем [его доверителем], до тех пор, пока он по праву не будет отстранен или пока один не откажется от другого.

§ 1. Никого нельзя принуждать приносить жалобу, которой он не возбуждал. Каждый может умолчать о своем ущербе, доколе он желает. Если он призывает на помощь, то он должен это сделать в определенной правом форме, так как призыв на помощь есть начало жалобы.

§ 2. Если кто-либо [во время суда] обращает свой меч во вред другому, то меч переходит к судье.

§ 3. За напрасный призыв на помощь, если призывавший не следует ему согласно праву, он платит три шиллинга штрафа[303].

§ 4. Если истец ведет свое дело без вызова на поединок, то в случае, когда [ответчик] отведет жалобу своей присягой о невиновности, истец не терпит от этого никакого ущерба, как [было бы], если бы он вызвал ответчика на поединок.

§ 5. Если жалобщик не знает имени нарушителя мира, то он может обвинять его, не называя его имени.

§ 6. Свидетельские доказательства, на которые кто-либо ссылается, должны быть представлены в течение шести недель или тотчас же, если он пожелает. Если же [свидетели] должны доказать право на земельную собственность, это должно быть представлено немедленно или к ближайшему заседанию суда.

§ 7. Судья должен спрашивать человека [сторону], подтверждает ли он слова своего представителя, и должен спрашивать о решении между речами двух сторон [у шеффенов]. Если он запрашивает по своему усмотрению, а не согласно праву, то это не во вред и не на пользу сторонам.

§ 8. Какое решение [суждение] первым запрашивается, то первым должно быть дано [найдено].

§ 9. Оба – и жалобщик и тот, против которого направлена жалоба, – по поводу каждой [речи] трижды могут совещаться со своими представителями столь долго, пока судебный исполнитель не пригласит их вновь [на судебное заседание].

§ 10. Во всех городах имеется суд, где судьи судят на основании решения [суждения шеффенов].

§ 11. Никто не должен публично говорить перед судом, если он имеет представителя. Если его судья спрашивает, подтверждает ли он слова своего представителя, то он может сказать «да» или «нет» или просить разрешения посовещаться.

§ 1. Кто хочет вызвать на судебный поединок лицо равного с ним сословия, тот должен просить судью, чтобы управомочил его на это в отношении нарушителя мира, которого он здесь видит. Если ему будет указано по решению [шеффенов], что он вправе это сделать, то он должен спросить, где он может его схватить, чтобы это способствовало осуществлению его права. Тогда ему предоставляют право схватить у воротника. Когда он им овладеет и затем с разрешения [суда] отпустит, он должен его осведомить, почему он им овладел. Это он может сделать немедленно или посовещавшись [с представителем] по этому поводу. Затем он должен его обвинить в том, что он нарушил его мир или на королевской дороге, или в деревне. Как он мир нарушил, так он должен и указать в жалобе. Затем он должен далее его обвинять, что он его ранил и учинил над ним насилие, которое он может доказать. Затем он должен показать рану или рубец, если рана зажила. Затем он должен жаловаться дальше, что он ограбил его имущество, что он взял так много, что это не бесценок и не недостойно поединка. В отношении этих трех преступлений он должен жаловаться одновременно. Если он умолчит об этом, то он проиграл поединок.

§ 2. Затем он говорит: «Я видел сам его самого и прокричал ему призыв о помощи. Если он согласен это признать, то это мне любо, а если он это отрицает, то я его буду изобличать по праву, которое мне предоставляет народ или шеффены, если суд происходит приказом короля». Затем тот пусть требует поруки, и она должна быть ему предоставлена. Однако допускается исправить свою жалобу до предоставления поруки. Когда порука предоставлена, тогда тот доказывает свою невиновность или присягой, или судебным поединком, если жалобщик его законно вызвал [на поединок] и если он может иметь место; я имею в виду, если он, несмотря на ранение, может сражаться.

§ 3. Каждый может отказаться от поединка с тем, кто низшего по сравнению с ним рождения. Тому, кто выше стоит по рождению, нижестоящий не может отказать в поединке по мотивам высшего рождения, если только тот его вызвал. Отказаться, далее, от поединка можно, если вызов последовал после полудня, если только вызов не был начат раньше. Судья должен озаботиться о щите и мече для того, кого обвиняют, если он в том нуждается. Далее, кто-либо может воспрепятствовать поединку между его родственниками, если они оба являются его родственниками и если он может присягнуть на реликвии сам-сем в том, что они близкие родственники, что они по закону не могут друг с другом сражаться.

§ 4. Судья должен дать двух посланцев каждому из тех, которые должны сражаться, и они должны следить за тем, чтобы те были вооружены по правильному обычаю. Кожаной и полотняной одежды они могут надеть столько, сколько они хотят. Голова и ноги спереди должны быть обнажены, а на руках они могут иметь лишь тонкие перчатки; обнаженный меч в руках и один подпоясанный или два – это предоставляется их свободному выбору; круглый щит в другой руке, на котором допускается только дерево и кожа, кроме оковки, которая может быть из железа; кафтан без рукавов поверх нижней одежды. Мир должен быть обеспечен на поле под страхом смертной казни, чтобы никто не мешал их поединку. Каждому из них судья должен дать человека, который имеет палку [жезл]. Они ни в коем случае не должны мешать, кроме как если один из них упадет, тогда он должен простереть между ними [сражающимися] палку; то же [должны сделать], если один из них будет ранен или будет просить о палке, – этого он не может сделать, если он не имеет разрешения от судьи. После того как на поле установлен мир, они должны по праву испросить поле, которое судья им должен предоставить. Они должны снять с ножен наконечники, ибо они имеют разрешение от судьи. Оба они должны вооруженными предстать перед судьею и присягнуть; один – что обвинение, которое он предъявил ответчику, правильное, и другой – что он не виновен, что бог им поможет в их поединке. Когда они впервые сходятся, к солнцу они должны быть поставлены в равном положении. Если будет побежден тот, против кого жалуются, то его будут судить, если же он победит, то его освобождают от штрафа и возмещения.

§ 5. Обвинитель должен первым выйти на поле. Если другой слишком долго медлит, то судья должен потребовать его через судебного исполнителя в том доме, где он вооружается, и должен послать с ним двух шеффенов. Точно так же его нужно вызывать во второй и в третий раз. Если он не явится после третьего вызова, то обвинитель должен встать и просить о поединке и сделать два взмаха [мечом] и один толчок по воздуху. Этим он победил его в споре по обвинению, против него выдвинутому, и судья должен его [обвиняемого] судить так, как если бы он был побежден в поединке.

Таким же образом следует изобличать мертвого, если он был убит во время кражи, или разбоя, или тому подобных деяний. Если есть возможность изобличить мертвого при помощи свидетельства семи лиц, то не требуется вызывать его на поединок. Если, однако, родственник умершего вызовется выступить за него, кто бы он ни был, то он тем самым исключает всякое свидетельство, тогда его нельзя изобличать без поединка, разве только он объявлен находящимся под подозрением[304].

§ 1. Так же, как здесь указано, изобличают и того, который был вызван и приглашен на поединок, обязался явиться или выставил поручителя, однако в назначенный день суда не явился.

§ 2. Кто жизнь или руку выкупает, если он был приговорен к этому, тот становится лишенным прав[305].

§ 3. Кто поручится доставить кого-либо [в суд] в связи с совершенным им преступлением и не сможет доставить, тот должен уплатить его вергельд, но этим [уплатой вергельда] он не умаляет своих прав [сословных и пр.] из-за того, за которого он поручился.

§ 4. Вергельд должен быть уплачен в течение 12 недель с того момента, как вергельд присужден. Всякий долг вносится тому, кому надлежит вносить, накануне того дня, когда должно быть исполнено, если исполнение производится в таком месте, откуда тот, в пользу которого исполняется, без затруднений сможет доставить [к себе]. Если потребуется, он должен иметь в том свидетелей двух людей, которые видели, что он исполнил [обязательство] или предлагал исполнение серебром или имеющими хождение деньгами там, а тот незаконно отказался там принять.

§ 1. Если кто-либо будет схвачен с поличным на месте преступления, то немедленно, как только он пойман, он должен быть приведен в суд и жалобщик должен его изобличать сам-сем.

§ 2. Точно так же поступают с обвиняемым, находящимся под подозрением, при доказывании преступления, вследствие которого он объявлен под подозрением.

§ 3. Однако никого нельзя присуждать к смерти [только потому, что] он состоит под подозрением или лишен прав, если именно он не объявлен таковым в установленном порядке.

§ 1. Если жалоба перед судом заявлена против отсутствующего, то он должен быть вызван на судебное заседание к следующему судебному дню. Обвиняемый в преступлении должен быть трижды вызываем на судебное заседание, каждый раз через каждые 14 ночей. Если в [таком] преступлении обвиняется свободный шеффенского сословия, то он должен быть вызван трижды через каждые шесть недель под [страхом] королевского приказа и в надлежащий суд.

§ 2. Кто не явится в третий раз, тот объявляется находящимся под подозрением.

§ 1. Ни по какому другому обвинению нельзя объявить кого-либо находящимся под подозрением, разве только там, где дело идет о жизни и руке.

§ 2. Если один другого изобьет дубиной так, что тело вспухнет, или если один другого окровавит без глубоких ран и [пострадавший] заявит жалобу судье, или судебному исполнителю, или сельскому старосте и сельским жителям и докажет это по свежим следам, а тот не явится в назначенный день в суд для того, чтобы защищаться или чтобы загладить вред по праву, то он объявляется находящимся под подозрением.

§ 3. С кровавой раной, без глубоких ран или даже с рубцом на ране, может один другого вызвать на судебный поединок, призывая воинственными словами к поединку.

§ 4. Без глубокой раны может, далее, кто-нибудь другого убить или изувечить ударами, или пинками, или бросанием, или каким-либо иным способом и тем заслужить смертную казнь или отсечение руки и быть объявленным находящимся под подозрением.

§ 5. По какой бы вине ни был кто-либо объявлен находящимся под подозрением, если он вовремя, пока находится под подозрением, будет пойман и доставлен в суд, то он лишается жизни, если он будет через свидетелей изобличен в преступлении и в том, что он находится под подозрением. Если же он уже находится под подозрением и явится добровольно [не пойманным] в суд, то он вступает в свои права, как будто он никогда не был под подозрением.

Кто [доставит] в суд [труп] убитого или задержанного раненого и будет его изобличать как нарушителя мира при помощи поединка или без поединка и не сможет его изобличить, тот должен сам быть судим за нарушение мира.

§ 1. Если кто-либо жалуется относительно имущества в течение трех очередных судебных [сессий], то имущество должно быть ему присуждено и должно быть передано ему под власть; тогда никто его не может лишить владения, разве только по [новому] правомерному иску. Отвести передачу может ответчик в течение годичного срока при помощи присяги на реликвиях; но он должен выступить относительно имущества немедленно, а именно в ближайшие три судебных [сессии] после того, как вчинен был по этому поводу иск.

§ 2. Если иск о долге предъявлен против того, который не подсуден данному суду и в суде не присутствует, то ему должно быть предложено судом уплатить в течение 14 ночей или по праву возразить против долга. Если он не сделает этого, то у него должен быть взят по этому случаю залог, и взятая вещь должна быть как обеспечение трижды каждый раз через 14 ночей предъявлена жалобщику, если он этого требует. Если он этого не требует, то все же вещь должна шесть недель сохраняться без использования [нетронутой]. Если тот в течение этого срока не опровергнет долга, то он в дальнейшем не сможет опровергнуть, разве только ему помешала уважительная причина. Тогда следует для погашения долга взятую вещь заложить или, если это невозможно, продать. Если что остается сверх [долга], то остаток нужно вернуть тому [должнику]. Если сколько-нибудь не хватает, то нужно дополнительно взять вещь, пока он [истец] не получит долг.

§ 3. Если кто-нибудь обвиняется перед судом в преступлении, вследствие которого были призывы о помощи, и если раньше, чем пройдет ночь, жалобщик сможет доказать сам-сем преступление, то того, кто совершил [преступление], объявляют немедленно находящимся под подозрением. Если, однако, судья не находится в пределах своего округа тогда, когда это произошло, то жалоба вместо судьи заявляется судебному исполнителю. Если жалобщик будет иметь свидетелей, что жалоба принесена, то совершившего преступление объявляют находящимся под подозрением в первый же день появления судьи в своем суде, как если бы преступление было совершено в тот же день.

Тот, кого гограф объявил находящимся под подозрением, будет считаться таковым в графском [округе], если гограф засвидетельствует это перед графом. Точно в таком же порядке и граф при помощи своего объявления может добиться от короля объявления лишенным мира.

Если сеньоры объединяются клятвой и при этом игнорируют империю, то они действуют тем самым против империи.

Если граф пропускает свой назначенный день суда [очередной сессии], то жалобщик потерял только время [судебный день]. Если граф пропускает из судебных дней тот, который назначен для [разбора дела] о [совершенном] преступлении, то жалобу нужно начинать с самого начала.

§ 1. Если к кому-либо предъявляют иск в его присутствии относительно земельной собственности или лена, которые он имеет в правомерном владении, то его нужно вызвать на следующее судебное заседание, если он заявит «я сюда не вызван по этому поводу». Если он и по повторному иску просит об отсрочке, то она должна быть ему дана; затем он должен отвечать.

§ 2. Если вызывают на поединок того, что явился в суд непредупрежденным и который не был вызван по тому делу, то ему должен быть дан срок по его рождению, если он о том просит, для того чтобы он мог подготовиться после того, как обяжется принять поединок и не ранее: для свободного, могущего быть шеффеном, – шесть недель, для министериала – 14 ночей, и так же [для] других свободных.

§ 3. По всем другим делам, по которым кто-либо кого-либо обвиняет, отвечать нужно немедленно: либо признавать, либо опровергать.

§ 1. Кто хочет перестать считаться лишенным судебного мира, тому судья должен дать мир, чтобы явиться в суд, если он, со своей стороны, этого желает. Если он при помощи присяги на реликвии будет освобожден от состояния [находящегося] под подозрением, то судья и община должны его освободить при помощи пальцев и языка, как и поступали, когда его объявляли под подозрением[306]. Затем ему должен быть предоставлен мир, и он должен выставить поручителей, что он явится в суд на три судебных заседания, если от него этого потребуют; затем он должен обязаться отвечать, если кто-либо хочет его обвинять. Если никто не обвиняет его в течение трех судебных заседаний, то его следует освободить от обвинения.

§ 2. Если кто-нибудь освобождается от состояния под подозрением, когда жалобщик отсутствует, и он [обвиняемый] выставляет поручителя или обещает, что он явится в суд, а затем он не явится, то штраф с поручителя получает судья, а не жалобщик, если судья его [обвиняемого] вновь объявит находящимся под подозрением, как он это должен по закону.

§ 3. Если, однако, он [обвиняемый] выставляет поручителя по поводу своей явки в суд, а ему помешала уважительная причина, вследствие чего он не может явиться, то пусть поручитель или иной какой-нибудь посланец от него сообщит и докажет это присягой на реликвии.

§ 1. Кто в пределах судебного округа имеет такую земельную собственность, которая больше стоит, чем его вергельд, тот не должен представлять поручителей, когда его обвиняют в преступлении.

§ 2. В течение 14 ночей должен быть уплачен долг, присужденный судом; судебный штраф – в течение шести недель; возмещение после судебного штрафа – в течение 14 ночей. Если, однако, кому-либо возмещение присуждено до судебного штрафа, то оно должно быть ему уплачено в течение шести недель, а судебный штраф затем в течение 14 ночей. Исполнение должно быть произведено в доме того, кому следует, пока светит солнце, если он имеет дом в пределах судебного округа; или в доме, ближайшем от судьи, если он там своего дома не имеет.

§ 1. Кто отклоняет перед судом правомерно присужденное возмещение, тот больше не может требовать его.

§ 2. Всякую уплату долга необходимо доказывать сам-третей при помощи людей, которые это видели и слышали.

§ 3. Кто не явится в суд, если он обязан явиться, того присуждают к судебному штрафу, если только он не имеет обоснованных возражений.

§ 4. Кто видит передачу или слышит предлагаемое решение и немедленно не возражает, тот позже не может возражать[307].

Четыре случая имеются, которые признаются уважительными причинами [неявки в суд]: арест и болезнь, служба богу вне страны (крестовый поход) и имперская служба. Если кто-либо не может явиться в суд потому, что ему препятствует такая причина, и это будет должным образом доказано одним из его посланцев, кто бы он ни был, то это остается для него без вредных последствий, и он получает срок до ближайшего судебного дня, когда он освободится от такого препятствия.

Если кто-нибудь обвиняет в преступлении отсутствующего, а, когда тот после явится в суд, жалобщик больше его не обвиняет, то он должен уплатить судье штраф, а тому возмещение, и того [обвиняемого] объявляют свободным от обвинения. Если же он отстаивает свое обвинение, то, хотя тот и избежит обвинения по праву, жалобщик никакого ущерба не несет, разве только он его вызвал на поединок.

§ 1. Кто, далее, приступит к ответу и ему будет по решению назначен день суда, а он не явится, то он считается изобличенным.

§ 2. Судья должен, далее, иметь поручителя от жалобщика и от того, против кого принесена жалоба, в том, что они на суд явятся. Пусть и они требуют свое право от суда.

§ 3. Если рассмотрение жалобы но обвинению арестованного будет отложено до следующего судебного дня, то его нужно освободить под поручительство, разве только он был пойман на месте преступления.

§ 1. Находящегося под подозрением можно арестовать в замиренные дни. Но судить его нельзя в эти дни, разве только он был пойман на месте преступления.

§ 2. Никто не обязан представить поручителя на большую сумму, чем его вергельд, разве только дело касается долга, который он признает или который законно с него требуется.

§ 3. В замиренные дни допускается только присяга о мире, а также против того, кто пойман на месте преступления.

§ 4. Кто нарушает мир в замиренные дни, того эти дни не защищают; равным образом [не защищает] ни церковь и ни кладбище за деяние, которое он там совершил.

§ 5. Если кто-либо в замиренные дни жалуется на другого, но не на преступление, то судья может судить в отношении того, кто готов к ответу, и должен ему предложить либо признать и исполнить в законный срок, либо отрицать. Но он не должен в замиренные дни назначать судебные заседания.

§ 6. Если, однако, обещано принести присягу, то она должна быть принесена в ближайший незамиренный день.

§ 1. Кто обязался принести присягу по поводу долга и не принес ее в законный срок, тот считается обязанным по долгу, по поводу которого он обещал принести присягу, разве только ему помешала уважительная причина, которая должна быть доказана. Если присяга была обещана перед судом, то нужно платить штраф судье, а тому, кому обещана присяга, должно быть уплачено возмещение.

§ 2. Если он [должник] готов принести своевременно присягу, которую он обещал, а тот [истец] не хочет или его нет там, где присяга должна быть принесена, тогда пусть он будет свободен от присяги и долга, по поводу которого он обещал принести присягу, если он это может доказать свидетелями.

§ 3. Если подлежат внесению деньги или серебро, а кредитор не ждет в назначенный день или не принимает, то он тем самым свои деньги не теряет, а теряет только день [срок]. Если он, далее, тому обещал [допустить] въезд [судебного исполнителя] до уплаты долга по этому поводу, то он свободен от этой обязанности, но не освобождается от уплаты денег и долга, по поводу которого он должен был допустить въезд.

§ 4. В замиренные дни нельзя творить суд.

§ 1. Никто не должен предлагать [находить] решение [в деле] против своего господина, против своего вассала и против своего родственника, если речь идет об их жизни, их здоровье или их чести.

§ 2. Свободные, могущие быть шеффенами, имеют право предлагать [находить] решение в отношении любого. Но в отношении них никто не может предлагать решение, которое касалось бы их жизни, их чести или их наследства, равно как никто не может оспаривать их решение, разве только он равен [им] по рождению.

§ 3. В суде, не выносящем решение приказом [банном] короля, предлагать решение и оспаривать его может каждый в отношении другого, если он обладает полным правом участвовать в делах, которые могут разбираться в судах, выносящих решение не приказом короля.

§ 4. Если кто оспаривает решение, то оно переносится к вышестоящему судье, в конечном счете – к королю. Для этого судья должен дать своих посланцев, которые услышат, кто из них [т. е. какая из сторон] добьется решения [в свою пользу] у короля. Посланцы должны быть из свободных, могущих быть шеффенами, если это происходит в графстве. Если же это происходит в маркграфстве, то это могут быть любые люди, кто бы они ни были, лишь бы они обладали полным правом. Судья должен их содержать и дать им достаточно хлеба и пива и три блюда в день, и кубок полного вина. Два блюда нужно дать слугам. Пять снопов для каждой лошади на день и на ночь, и их нужно сначала подковать. Должно быть шесть слуг и восемь лошадей. После того как они выяснят, где в саксонской земле находится король, они должны направиться ко двору и затем в течение шести недель возвратиться с решением.

§ 5. Кто оспорит решение, но этим ничего не добьется, тот должен за это уплатить судье штраф, а тому, чье решение он оспорил, – возмещение и судье уплатить издержки, которые он понес на посланцев.

§ 6. Оспоренное решение нельзя переносить из графства в маркграфство, даже в том случае, если граф получил графство от маркграфа. Это установлено потому, что в маркграфстве нет суда приказом [банном] короля и там право иное. Поэтому решение должно быть перенесено в имперский суд.

§ 7. Если тот, кого запрашивают о решении, не может его предложить [найти] и [присягой] докажет, что он не в состоянии его найти, тогда можно спросить другого, затем третьего и четвертого; последний получает такой же срок, который был дан тому, против которого решение дается.

§ 8. Если сакс оспаривает решение, и клянется правой рукой, и ссылается на большинство, то он должен по этому поводу сражаться в поединке сам-сем против семи других. Где победит большинство людей, та сторона выигрывает дело [решение]. Каждый побежденный платит штраф судье и возмещение тому, который против него сражался. Сражаться на поединке по поводу судебного решения можно только перед имперским судом.

§ 9. Когда кого-либо запрашивают о решении и он его предлагает по своему разумению, как он считает это наиболее справедливым, то если даже решение окажется несправедливым, он из-за этого не несет никакого ущерба.

§ 10. Если кто-нибудь возразит при голосовании и предложит другое решение, то тот, к кому присоединится большинство, и проводит свое решение, и оба предложивших решение остаются без штрафа, ибо никто из них здесь не оспорил решения другого.

§ 11. Кто оспаривает решение, тот должен заявить следующее: «Решение, которое нашел он, является несправедливым, его я оспариваю и переношу его туда, куда я по закону должен перенести, и буду просить там, куда я должен дело перенести, о решении».

§ 12. Если шваб оспаривает решение сакса или сакс решение шваба, то они могут решать этот вопрос перед королем тем же порядком, как указано выше.

§ 13. Оспаривать решение нужно стоя. Предлагать решение [в суде, проводимом] приказом короля, нужно сидя, каждый в своем судейском кресле. Кто, однако, не рожден для скамей, тот должен испросить по решению судейское кресло, чтобы предложить другое решение. Тогда ему должен освободить кресло тот, кто предлагал первое решение.

§ 14. Решение, которое этот затем предлагает, он вызывается доказать как правильное и переносит его туда, куда он его по праву должен перенести, и просит для этого посланцев. Оспоренное решение нельзя ставить на голосование. Кто его предложил, тот не может от него отступиться без согласия того, в пользу которого оно было предложено.

§ 15. Кто пойман на месте преступления и приведен в суд, тот не может оспаривать решения, равно как и тот, который должен участвовать в поединке, когда он вышел на поле поединка.

§ 1. Теперь внемлите о преступлениях и какое за них наказание ожидает. Вора надлежит повесить. Если же в деревне произойдет кража днем ценою меньше трех шиллингов, то за это сельский староста в тот же день может подвергнуть телесному наказанию [побоям и выстриганию волос] или [дать] откупиться тремя шиллингами. Затем тот считается обесчещенным и лишенным прав.

§ 2. Это высший суд, который имеет сельский староста; он не может судить по тому делу, если прошла ночь после подачи жалобы. Но о деньгах и ином движимом имуществе он может судить позже.

§ 3. Такое же наказание полагается за неверные меры и неверные весы, за обман в торговле, если это раскрывается.

§ 4. Всех тайных убийц и тех, которые ограбят плуг (выпрягут и уведут лошадей), или мельницу, или церковь, или кладбище, а также изменников и тайных [ночных] поджигателей, или тех, которые выполняют чужое поручение в своих корыстных целях, – их всех следует колесовать.

§ 5. Кто убьет кого-нибудь, или [незаконно] возьмет под стражу, или ограбит, или подожжет, кроме тайных [ночных] поджогов, или изнасилует девушку или женщину, или нарушит мир, или будет застигнут в нарушении супружеской верности, тем следует отрубить голову.

§ 6. Кто хранит краденое или награбленное или оказывает этому помощь, и, если он будет изобличен в этом, его следует наказать, как тех (см. § 5.).

§ 7. Христианина – мужчину или женщину, – если он еретик, и того, кто имеет дело с волшебством или с отравлениями, если он будет в том изобличен, следует подвергнуть сожжению на костре.

§ 8. Судья, который не наказывает за преступление, тот сам подлежит тому же наказанию, которому должен был подвергнуться преступник. Никто не обязан посещать судебное заседание этого судьи и участвовать с ним в суде, поскольку он сам пренебрег правосудием.

§ 1. Если один другого убьет в условиях необходимой обороны и не рискнет при нем остаться для того, чтобы доставить его [труп] в суд, чтобы [можно было] судить об этом, из боязни за свою жизнь, и если он явится в суд без убитого и признается [в убийстве] до того, как против него будет заявлена жалоба, и попросит о том, что следует по праву, то он не должен быть осужден к шее [смертной казни]. Судье следует присудить высший штраф в деньгах, какой только ему платится, а родственникам – их вергельд. Им надлежит [трижды] предложить получить их вергельд в следующий судебный день, во второй и в третий. Если они тогда не явятся, то он [вергельд] остается у него до тех пор, пока они не отсудят у него по иску, а ему должен быть предоставлен мир. Никто не может притязать на его шею, поскольку он законно просил о том, что следует по закону, до того, как против него была возбуждена жалоба.

§ 2. Если доставят убитого в суд непохороненным и предъявят жалобу против того [убившего], то он должен нести ответственность своей шеей [жизнью] или должен изобличить убитого.

§ 1. Если кто требует в судебном порядке такую вещь, относительно которой он должен дать ручательство путем присяги, и если он дает такую присягу, а затем явится третье лицо и потребует ту же вещь, а тот, который дал ручательство, не сможет законно отклонить притязания третьего лица, то он должен отказаться от своего требования с уплатой возмещения за [неоправдавшееся] ручательство и должен уплатить судье штраф за ручательство – это его правая рука, посредством которой он присягал, или половина его вергельда.

§ 2. Если дает ручательство кто-либо, требующий особое воинское [мужское] имущество или наследство, или женщина, требующая свою женскую долю или какое-либо движимое имущество, и это ручательство будет законным образом признано ничтожным, то они за это платят судье штраф и теряют вещь, уплачивая возмещение.

§ 1. Каждый должен давать поручительство по делам об убийстве, изувечении и ранении за своего господина, с которым он связан присягой верности, и за способных носить меч родственников по мужской линии.

§ 2. Кто искалечит или ранит другого и будет в этом изобличен, тому отрубают руку. За преступление, в совершении которого кого-либо изобличили поединком, его лишают жизни.

§ 3. Каждый получает возмещение [bute] сообразно своему рождению, если он не был лишен этого права.

§ 4. Если судебный исполнитель отвечает перед судьей за то, что он упустил что-либо [из причитающегося судье] по праву, он отвечает королевскими ударами: это 32 удара зеленым дубовым прутом в два локтя.

§ 5. За рот, нос и глаз, язык и уши, мужские половые органы, руки и ноги, если [их] кому-нибудь изувечат, и нужно будет возместить ему за это, то должны оплатить ему половиною вергельда.

§ 6. Каждый палец [руки] и палец ноги имеет особое возмещение – десятая часть причитающегося ему вергельда.

§ 7. Поскольку пострадавший не умер, то, как бы его ни изувечили во время одного нападения, он получает удовлетворение в размере половины вергельда. Если же его изувечат вторично, повредив другой орган, то каждый раз ему нужно дать удовлетворение в размере половины вергельда.

§ 8. Если кого-либо побьют без кровавых ран или обругают лжецом, тому должно дать возмещение сообразно его рождению.

§ 9. Если кому-нибудь ранят орган, который уже раньше был возмещен, то, если потом отсекут полностью, он не может требовать удовлетворения свыше причитающегося ему возмещения.

§ 1. Сын не отвечает за отца после его смерти за то преступление, которое отец совершил.

§ 2. Отец может один раз освободить сына, если тот обвиняется в преступлении, поскольку он от него не отделился, путем принесения присяги на реликвии, что сын не виновен в содеянном. Если, однако, оба – отец и сын – обвиняются в одном и том же преступлении, то отец ничего не может снять с сына, пока он сам не оправдается.

§ 1. В отношении кого бы то ни было нельзя предлагать [находить] решение о том, как его наказать, пока он не будет настолько изобличен, что его должно подвергнуть наказанию.

§ 2. Нельзя также предлагать [находить] решение о том, как кто-либо должен доказывать при помощи свидетелей свое право на имение или на владение имением, пока решением его не обязали представить свидетельские доказательства.

§ 1. Отец может сына перед судом оделить любым имуществом, которое сын согласен принять, как бы мало оно ни было.

§ 2. Господин может освободить один раз своего человека – осужденного, если он присягнет на священной реликвии в том, что тот в силу рождения является его человеком и что он не виновен в том, в чем его обвиняют. Все же он остается опороченным и лишенным прав.

§ 1. Брат и сестра получают наследство их полнородных братьев и сестер впереди неполнородных брата и сестры как со стороны отца, так и со стороны матери. Дети полнородных братьев одинаково близки неединокровным братьям при получении наследства.

§ 2. Полный вергельд и полное возмещение имеет каждый, хотя бы у него отсутствовал какой-нибудь орган, поскольку он ранее не доказывал перед судом свое увечье, чтобы тем самым получить опекуна или чтобы получить причитающееся удовлетворение.

§ 1. Чиншевик, кто бы он ни был, передает свое строение, находящееся на чиншевом имении [т. е. цензиве], своему наследнику, разве только он рыцарского звания и передал строение своей жене в качестве утреннего дара.

§ 2. Если имение господину освободится (умер, не оставив наследника), тогда он берет строение вместе с леном, разве только ленник имеет жену, которой он передал строение в качестве утреннего дара.

§ 3. Если жена имеет право пожизненного содержания из земельной собственности или с лена, то те права, которые она имеет на строение, после ее смерти не переходят по наследству к ее ближайшим родственникам, а получает строение тот, для кого освобождается это имение. Равно как каждый может свое строение на своем лене улучшать или ухудшать без согласия своего господина, так точно может и жена поступать в отношении [имущества, служащего для] ее пожизненного содержания.

§ 4. Если, далее, кто-либо имеет сына, который является наследником его лена, а не наследником по земскому праву, то сын сохраняет строение отца, находящееся на его лене, с большим правом, чем тот, который является наследником отца по земскому праву.

§ 5. Если, далее, господин предоставляет другому свое имение без оговорок, то все строения на нем принадлежат тому вместе с имением, как это принадлежит господину, разве только он исключит строение.

§ 1. Что нужно доказать против судьи при помощи свидетелей, то не требует свидетельства судьи, если обвинение [требование] не больше, чем [сумма] штрафа. Это он доказывает сам-третей из числа заседателей, которые участвуют в том суде. Если же вина выше, то он должен иметь в качестве свидетеля против судьи шультгейса или судебного исполнителя вместо судьи.

§ 2. Если он приведет в доказательство свидетельство шультгейса, или судебного исполнителя, или шеффенов, тогда судья тоже должен быть свидетелем относительно правоты их показаний, которые он слушал, хотя он об этом раньше и не знал. Если судья вопреки праву откажется быть свидетелем, то тот все же полностью обеспечен имеющимися свидетелями.

§ 3. Если кто удалился от мира, достигнув юношеского возраста, надел монашеское одеяние и затем постригся, то, если он даже не сделал этого перед судом, а затем хочет оспорить, [тогда] это может быть опровергнуто без [обращения] в суд свидетелями сам-сем из числа лиц одного сословия с тем, который удалился от мира, видевших его в монашеской жизни или из числа братьев [монахов], где он постригся. Приносил ли он присягу послушания или нет, он все же считается сложившим с себя военный щит.

§ 4. Если нужно доказывать семью людьми, то можно опросить двадцать одного человека для засвидетельствования этого.

§ 5. Если кто-либо ссылается на свидетельство того, против которого доказательство направлено, то тот обязан по справедливости показать под присягой, что он по этому поводу знает, или возразить, что он об этом ничего не знает. Если тот подтвердит против себя самого, то доказательства не требуется. И тот должен тогда уплатить по этому делу штраф судье, а ему возмещение, в такой же мере обратно это должен был бы сделать тот, который не добился показания, так как это значило бы, что он вызвал того на дачу свидетельских показаний не по праву и против своей совести.

Поскольку мужчина без жены быть не хочет или не может, постольку он может взять жену по праву, если у него даже три жены умерли, или четыре, или больше. Равным образом и женщина берет мужа и по праву приживает детей от последнего, как от первого, и передает им по наследству свои права и свое имение.

§ 1. Никого нельзя лишить права владения по суду, даже если он бесправно владеет, иначе как при помощи правомерной жалобы, если он сам присутствует, или вызвав его для суда в надлежащий судебный день; если он не явится, то тогда его можно по праву лишить права владения.

§ 2. Каждый может по праву лишиться прав на свое имение, если он его продаст или заложит, или передаст права на него или не объявит своему [новому] господину, или если оно будет от него отсужено по земскому или по ленному праву, или если он иным образом передает без принуждения; тогда он справедливо лишается права владения. Поэтому никого нельзя по праву лишить права владения, кто владеет, разве только он присутствует для ответа или будет по жалобе вызван в надлежащий судебный день.

§ 1. Если кто-либо будет обвинен в насильственном захвате, причем поимка с поличным может быть доказана, тогда судья, вызванный призывом о помощи, должен немедленно следовать и разобрать дело по жалобе об ограблении, прежде всего против грабителя и пособников его преступления. Немедленно после этого он должен восстановить его владение, если тот, против которого возбуждена жалоба, не опровергнет ее в определенном правом порядке.

§ 2. Где судья не судит или не в состоянии вынести окончательное решение, там пусть судит король в очередной приезд его в саксонскую землю, если имеются основания для жалобы.

§ 1. Деньги нужно возобновлять при приходе нового господина[308].

§ 2. Если монетный мастер выпустит фальшивую монету, желая купить на нее, то он лишается шеи [т. е. жизни]. Если у лишенного прав вследствие воровства или разбоя найдут три [фальшивых] пфеннига с половиною, то он лишается руки, разве только имеет поручителя. Если у полноправного найдут фальшивых денег на один шиллинг, то он теряет его, но не больше. Если же он имеет больше, то он лишается руки, разве только он имеет поручителя.

§ 3. Если монетный мастер испортит монету, но не выпускает ее по полной стоимости, то никто не может его обвинить в подделке, чтобы он должен был за это отвечать. Монеты монетный мастер должен выпускать полновесно, равного веса и с равным содержанием серебра.

§ 4. Никто не имеет права учреждать или выпускать монету без согласия судьи в пределах его судебного округа. Так же должен и король для [подтверждения] правомерности прислать свою перчатку в доказательство того, что такова его воля.

§ 5. Никто, далее, не имеет права чеканить монеты одинакового с другими образца без особых отличительных знаков.

§ 6. Когда пфенниги [определенной чеканки] запрещают, то в течение 14 ночей [после запрещения] можно еще этой монетой платить и выкупать залог. Кто этой монетой будет покупать после правомерного срока, тому может монетный мастер разбить монеты, но должен ее [разбитую] ему вернуть.

§ 1. Кто уклонится от уплаты мостовой пошлины или водной пошлины (проезд на пароме), тот должен платить в четырехкратном размере. Кто уклонится от уплаты рыночной пошлины, тот должен уплатить 30 шиллингов. Четыре пешехода уплачивают один пфенниг, один верхом на лошади – половину пфеннига; нагруженный воз – четыре туда и обратно. Это уплачивается в качестве водной пошлины; в качестве мостовой пошлины – половина.

§ 2. Священники, и рыцари, и их челядь свободны от таможенных пошлин. Каждый также должен быть свободен от таможенных пошлин, когда он едет [в повозке] или верхом или идет пешком, если он не пользуется паромом или мостом, и с полным правом он должен быть свободен от пошлины за охрану [конвой], если он хочет рисковать своим имуществом и своей жизнью. Если же он кому-нибудь вносит пошлину за охрану, то тот должен его охранять от ущерба в пределах округа своей охраны, в противном случае он должен ему возместить [ущерб].

§ 3. Порожний воз платит половину пошлины против нагруженного, полвоза – половинную часть.

§ 4. Кто едет ненадлежащим путем через обработанное поле, тот платит за каждое колесо один пфенниг, а едущий верхом – половину, и они должны возместить ущерб, если хлеба стоят на поле. Для этого можно у них взять залог (арестовать телегу и лошадь до тех пор, пока штраф не будет заплачен).

Если они противоправно препятствуют взятию залога, то их можно задержать, призвав на помощь; тогда они должны будут возместить за призыв на помощь в размере трех шиллингов и все же обязаны дать по праву залог.

§ 1. Кто рубит дрова, или косит траву, или ловит рыбу в естественном водоеме, принадлежащем другому, тот карается тремя шиллингами; ущерб он возмещает по закону.

§ 2. Если он ловит рыбу в прудах, которые вырыты, или рубит [на дрова] посаженные или плодовые деревья, или срывает чужие фрукты, или срубает межевые деревья, или выкапывает камни, которые врыты в качестве межевых знаков, то он должен уплатить 30 шиллингов. Если его застают на месте, то у него можно взять залог или его задержать за ущерб без согласия судьи.

§ 3. Кто ночью крадет скошенную траву или нарубленные дрова, тот карается ивой[309]. Если он крадет днем, то он подвергается телесному наказанию.

§ 4. Вода, имеющая течение, является общей для транспорта и для рыбной ловли. Рыболов вправе, далее, использовать правый берег так далеко, как он может шагнуть из судна.

Если кому-нибудь по воде приплывет [принадлежащее] другому имущество, которое называется движимым имуществом, то он должен тому вернуть, поскольку тот по праву на это имущество претендует, а ему возмещает его расходы по оценке добрых людей. Он должен объявить об этом имуществе и хранить его нетронутым шесть недель. Если кто-нибудь об этом спросит, он должен признать. Если же он будет отрицать, то он будет считаться вором, если вещь потом у него найдут, и он должен будет ее вернуть с возмещением и штрафом, потому что он ее воровски утаил. Но он не совершил такого воровства, которое повлекло бы поражение его чести или касалось бы его здоровья и жизни, так как получил эту вещь из владения другого не воровским и не грабительским [образом].

Если кто претендует на наследство не по родству, а на основании обещания, то это требование считается неправильным, разве только можно будет через свидетелей доказать, что обещание было дано перед судом.

§ 1. Кто будет лишен жизни по суду или самому себе причинит смерть, после того наследует ближайший родственник.

§ 2. [Имущество, добытое] воровством или разбоем, которое будет у него найдено, судья должен оставить у себя в течение года и дня; если в течение этого времени никто не будет на это претендовать по праву, то пусть судья обратит это в свою пользу.

§ 3. Никто не может лишить имущества другого, которое он имеет у себя, хотя бы тот и был лишен жизни [за содеянное].

§ 1. Никто не обязан отвечать за своего слугу в большем размере, чем его заработная плата, в этом [размере] он его поручитель.

§ 2. Если господин прогоняет слугу, он должен уплатить ему полную плату.

§ 3. Если слуга сбежит от своего господина самовольно, то он должен господину уплатить столько же, сколько ему господин обещал; а то, что ему было уплачено, то он должен вернуть вдвойне.

Слуга, который вступил в брак или является опекуном малолетних детей, может уйти со службы от своего господина и получить столько платы, сколько ему причитается до этого времени. Если, однако, ему больше уплачено, то он должен излишек возвратить без дальнейшего ущерба.

§ 1. Кто побьет чьего-либо слугу, или задержит, или ограбит, кроме как только за вину господина, тот должен по закону уплатить возмещение обоим, если он не принесет присяги на реликвии в том, что сделал [это] не для оскорбления и не к вреду господина; в таком случае он будет свободен от возмещения. Для оскорбления – я имею в виду, что он его бьет из-за вины господина, а не слуги, или по вине их обоих. Ко вреду – я имею в виду, если он его так побил, что господин не может воспользоваться его службой; в этом случае он должен возместить господину ущерб в том размере, как это должен был бы сделать слуга, если бы он незаконно сбежал со службы, и должен уплатить возмещение обоим, если он не снимет присягой на реликвии оскорбление и вред господину слуги, которого он побил или задержал.

§ 2. Кто задержит кого-либо, тот должен отвечать перед каждым его господином и перед каждым его родственником и его женой, если он будет в этом обвинен, до тех пор, пока он будет его держать в заключении.

Застигнутым с поличным считается тот, кто схвачен во время совершения преступления или во время бегства с [места] преступления, или если он имеет во владении краденые или награбленные [вещи], если он сам носит ключ [от вещей], если только [вещи] не столь малы, что их можно просунуть[310].

§ 1. Если кто-нибудь на другой день найдет украденную или ограбленную у него вещь у кого-нибудь, который ее открыто купил и, не скрываясь, пользовался и о том имеет свидетелей, то его нельзя обвинить в том, что он пойман с поличным, даже если у него найдут украденную вещь, разве только он раньше был лишен прав. Ибо с согласия судьи он может правомерно истребовать свою вещь.

§ 2. Если же тот откажется вернуть вещь без суда, то он должен потребовать от него вернуть ему вещь на суде. Если тот от этого откажется, то он должен позвать [соседей] на помощь и схватить его как вора, как если бы он был застигнут с поличным и выдал себя попыткой к бегству. Если же тот добровольно явится в суд, он должен правомерно добиваться вещи.

§ 3. Если тот возражает, когда это касается одежды, что он ее соткал, а когда это касается лошади или скота, что он их вскормил в своей конюшне, то тогда может держать вещь тот, у кого она находится во владении, если он может это доказать сам-третей из числа односельчан и может удержать вещь с большим правом, чем тот, который искал по своду.

§ 4. Если он скажет, что он вещь купил на общем рынке, но что он не знает у кого, то его нельзя обвинить в краже, если он только докажет место [покупки] и принесет в том присягу. Он теряет, однако, свои деньги, которые он за вещь заплатил, а тот получает свою вещь, которая была у него украдена или ограблена, если он требует ее присягой на реликвии сам-третей полноправных лиц, которые знают, что он утратил вещь вследствие кражи или грабежа.

§ 5. Если он говорит, что вещь ему передана или он ее купил, то он должен назвать правопередатчика [ручателя], от которого он купил, и указать то место, где он купил. Он должен, однако, присягнуть в том, что он отсылает к надлежащему правопредшественнику. Тогда тот должен следовать за ним в течение 14 дней, куда он направится, по судоходной воде. Если ему будет представлен правопередатчик, как полагается по закону, то правопередатчик должен отвечать вместо него за вещь. Если же с правопередатчиком он потерпит неудачу, то он должен вещь вернуть с возмещением и со штрафом; и если его будут привлекать за кражу или ограбление, то он должен очиститься по праву. Если проиграет тот, кто начинал дело, то он тоже должен оставить [в покое ответчика] с возмещением и со штрафом.

§ 6. Можно ссылаться на многих правопередатчиков [последовательно] с одного на другого, пока не дойдут до того, который сам вскормил в своей конюшне, если речь идет о скоте, или сам соткал, если это одежда.

§ 7. Сам-третей должен оспаривать вещь тот, который предъявил иск, если у другого с правопередатчиком ничего не вышло.

§ 8. У кого найдут по своду вещь, тот должен сохранить ее в своем владении до тех пор, пока она правомерно не будет у него отсужена.

§ 1. Если кто-нибудь найдет вещь и станет это отрицать, если будет об этом спрошен, то вещь считается краденой. То, что кто-нибудь найдет или отобьет от воров или разбойников, об этом он должен объявить среди своих односельчан и в церкви. Если в течение шести недель явится тот, кому эта вещь принадлежит, то он должен требовать эту вещь сам-третей и возместить расходы, которые другой понес, если речь идет о лошади или о скоте.

§ 2. Если тот, кому принадлежит вещь, из другого судебного округа, то тот, который вещь отбил от вора или разбойника, удерживает третью часть.

§ 3. Если же никто в течение шести недель не явится с требованием вещи, то судья берет две трети, а тот [который нашел ее] получает третью часть.

Должен быть им возмещен вред, причиненный чьей-либо небрежностью, будь то от пожара, или колодца, который не был обнесен оградой высотою до колена над землей, или если кто-либо застрелит или сбросит человека или животное тогда, когда он целился в птицу. За это ему не отказывают в жизни и здоровье [т. е. не подвергают его смертной казни или изувечивающим наказаниям], хотя бы человек умер, но он должен оплатить за него его вергельдом.

§ 1. Кто зерно ворует ночью, тот отвечает виселицей. Если же он ворует днем, то отвечает шеей.

§ 2. Если кто-либо проезжий скармливает [коню] зерно на поле, но никуда его не увозит, то он возмещает убыток соответственно его размеру.

§ 1. Чья собака, или боров, или лошадь, или бык, или какое-либо другое животное убьет или искалечит человека или скот другого, его хозяин должен возместить вред соответствующим вергельдом или по действительной стоимости, если свое животное опять возьмет во владение после того, как он о причине узнал.

§ 2. Если же он прогонит [животное], и не возьмет его во двор или в дом, и не будет кормить или поить, то он не отвечает за вред. Тогда пусть тот овладеет животным за причиненный ему вред, если он захочет.

§ 3. За действие животного штраф судье не присуждается.

§ 4. За вред, который причиняют чьи-либо лошади или чей-либо скот, находящиеся под присмотром его слуги или его челяди, отвечают те, под чьим присмотром [животные] находятся. Если же те сбегут, а лошади или быки и повозки будут задержаны, застигнутые на месте, и это будет доказано, то тот, чей это скот и повозки, если он не сможет [это] опровергнуть, должен возместить вред в пределах стоимости его повозки и его лошадей или другого скота, который задержан, или он должен отказаться от них; тогда имущество получает тот за причиненный вред.

§ 5. Если кто-либо потравит хлеба или другие посевы своих односельчан [соседей-крестьян] свиньями или гусями, которых невозможно взять в залог, и если затем на них будут пущены собаки, которые искусают их до смерти или изранят их, то этот вред не подлежит возмещению.

§ 1. Где судья не может взять в качестве залога в обеспечение штрафа чью-либо собственность вследствие ее незначительной стоимости, там судебный исполнитель должен отметить это крестом на воротах согласно решению шеффенов.

§ 2. Если [владелец имения] не освободит его уплатой долга [штрафа] в течение года и дня, то он будет лишен прав на него. После этого в течение года и дня пусть придет его наследник в суд и предъявит требование на свое наследство, как полагается по праву, присягой на реликвиях и уплатит долг, который судья должен при помощи свидетелей доказать сам-третей, как возникший в суде. Он не может доказывать большего долга, чем три штрафа или один вергельд.

§ 1. Если кто-нибудь обвиняет другого в том, что он отнимает его имение, которое каждый из них считает своим леном, и если они ссылаются при этом на двух [разных] господ, то каждый из них пусть приведет того, кто его наделил [леном] в суд. Кому будет дано ручательство [со стороны господина], тот получит имение. Чей поручитель не явится, тот проигрывает [дело], если они оба, не владея [фактически] имением, но, [будучи] оба наделены леном одновременно, притязают на него.

§ 2. Если же один из них по праву владеет имением год и день без [чьих-либо] основанных на праве возражений, то он таким образом не теряет имения на том основании, что его поручитель отказывает ему в ручательстве [т. е. в помощи обосновать его право на имение], лишь бы только он сам защищал свое право.

§ 3. Однако князья могут дать ручательство кому-нибудь в открытом, снабженном печатью письме, прислав с письмом прирожденного своего министериала, который вместо них защищал бы имение; письмо нужно передать тому, против кого иск направлен, для доказательства, если он в нем нуждается.

§ 4. Если же оба спорящих ссылаются на одного и того же человека, то они должны в течение шести недель явиться к нему для установления истины. Судья должен послать с ними двух посланцев, которые должны услышать, за кем остается имение, а кто теряет. Кто теряет, тот должен уплатить судье штраф, а другому – его возмещение.

§ 1. Если один объявляет имение леном, а другой [наследственной] собственностью, то при равном отношении обоих к владению имением последний с большим правом сохраняет имение в качестве собственности при свидетельстве двух шеффенов, чем другой в качестве лена.

§ 2. Наследственную земельную собственность следует, далее, с большим правом удержать, чем приобретенную или переданную [подаренную] ему в собственность.

§ 1. Тот, кто имеет имение во владении год и день без основанного на праве возражения, тот имеет в отношении этого имения правомерное владение. Если, однако, кто-нибудь оспаривает владение другого судебным иском, то, как бы долго тот ни владел [имением] силою, он никогда не добьется правомерного владения имением, пока [наличие] иска может быть засвидетельствовано.

§ 2. Если кто-нибудь имеет во владении имение, которое он приобрел по наследству или которое ему дано или предоставлено в лен и которое он сам ни у кого не отнял, то он и не должен в случае изъятия у него имения вернуть то, что он с имения получил, поскольку он ничьего права на это имение не отрицал.

§ 3. Кто претендует на право [наследственной] собственности на свой лен или на имение, служащее для пожизненного содержания его матери или родственницы по женской линии, тот должен [свое] владение на праве собственности доказать при помощи шести свободных, могущих быть шеффенами, или ему будет в этом отказано.

Если тот, против кого выдвинут в суде иск в его присутствии, будет уклоняться от суда, то он считается побежденным иском. Если же его обвиняют в преступлении, то он [в случае уклонения] должен немедленно быть объявленным под подозрением.

§ 1. Кто обработает землю другого, не зная [о принадлежности земли другому], или [землю] переданную ему другим, и будет в том обвинен во время обработки, то он теряет свой труд, если землю удержит за собой другой. А тот, кто ему ее передал, тот должен ему возместить его убыток.

§ 2. Кто засеет землю, о которой предъявлен иск, тот теряет свою работу и свой посев.

§ 3. То, что он посеял до иска, он получает посев, дает свой чинш тому, кто получает землю.

§ 4. Кто станет обрабатывать засеянное поле другого, тот покрывает нанесенный ему ущерб по праву и уплачивает возмещение.

§ 1. Кто свой скот прогонит по чужому посеву или чужой траве, тот должен покрыть ущерб но праву и возместить тремя шиллингами.

§ 2. Если же он не находится сам в том месте, где скот наносит ущерб, и если скот будет задержан в залог, то ущерб должны будут покрыть те, кому принадлежит скот, если сразу же будет доказано по оценке односельчан, и шесть пфеннигов уплачивает каждый за свой скот.

§ 3. Есть скот такого рода, что его нельзя загнать [в хлев], как, например, буйный конь, или гусь, или боров, тогда нужно пригласить двоих и показать им ущерб, а затем пойти за скотом в дом его хозяина и предъявить ему требование [о возмещении]. Тогда тот должен возместить вред за скот, равно так же, как если бы скот был задержан в залог.

§ 4. Если кто пригонит скот в другую общину на общинное пастбище и скот будет задержан, тот уплачивает шесть пфеннигов.

§ 5. Кто едет по необработанному полю, если только это не огороженный луг, тот за это не отвечает.

§ 1. Что пастух потеряет [из стада, находящегося] под его надзором, то он должен возместить.

§ 2. Если кто-нибудь оставит стоять свой урожай на корню, когда все люди уже урожай убрали, и урожай будет потравлен или скормлен, то убыток ему не возмещается.

§ 3. То же самое действует в отношении десятины, которую господин не хочет брать, если тот, кто должен ее сдать, оставляет стоять на полях и показывает это своим соседям.

§ 4. С каждого домашнего животного, приносящего приплод, десятина должна быть внесена вечером того же дня, когда животное возвращается домой. Десятина с жатвы вносится на поле, с домашних животных – в деревне, в каждом дворе, где рождается скот.

§ 5. С каждого животного, кроме кур, вносится десятина. С каждого двора, с каждого отделенного участка и с каждого одиночного дома в качестве десятой доли дается одна курица в день св. Мартина.

§ 6. Когда на поле вносится десятина по праву, то должен сдаваться каждый десятый стог, одинаково хороший, или десятый сноп.

§ 7. Если кто-либо хочет вывезти свой урожай, то он должен объявить об этом господину, имеющему право на получение десятины, если он находится в селе или на поле. Если тот затем не прибывает [за получением] своей десятины, то он сам отделяет десятую часть, причем он должен обеспечить присягу, если она от него потребуется, и должен показать десятину двум своим односельчанам и может оставить стоять на месте; тогда он больше не несет ответственности [за ущерб] по праву, если десятина испортится или пропадет.

§ 8. Иногда вносится определенный стог с гуфы и ягненок со стада овец, принадлежащего одному двору.

§ 9. При внесении десятины с зерновых веревка, которой связывают снопы, должна иметь локоть длины, [если веревку] растянуть между двумя узлами [какие делают при связывании] озимых.

§ 10. Кто вносит десятину по установленному обычаю, тот сдал правильно.

§ 11. От пчел же и от различного рода животных господин получает свою десятину, если он хочет подождать год-другой, тогда, когда ему будет полагаться от того двора, который должен будет внести. Если же он не хочет ожидать, то ему нужно сдавать то, что ему причитается, ежегодно.

§ 12. С каждого жеребенка и с каждого мула платят один пфенниг. С теленка, осла, и овцы, и поросенка – половину пфеннига, если [их] имеется пять или меньше. Если же имеется шесть или более, тогда господин берет себе одного. От сдачи шестого можно освободиться двумя пфеннигами, седьмого – полутора, восьмого – одним пфеннигом, девятого – половиной пфеннига. Тот, кому принадлежит скот, должен первоначально изъять двух из шести, трех из девяти, раньше, чем выберет себе господин, получающий десятину. Таким же порядком вносится десятина за гусей и за коз геллерами.

§ 1. Никто не может повесить водосточный желоб [выходящий] на двор другого.

§ 2. Каждый должен, далее, обнести забором свою часть двора. Если он этого не сделает и произойдет от этого ущерб, он обязан его возместить. Если ущерб получит он, то причинивший вред не несет ответственности.

Кто сажает межевые деревья или [кладет] межевые камни, тот должен делать это в присутствии того, кому принадлежит земля с другой стороны. Кто огораживает, должен ветви от плетня обращать в сторону своего двора.

§ 1. Печь, отхожее [место] и свиной хлев должны находиться в трех футах от забора.

§ 2. Каждый должен, далее, охранять свою печь и ее стенки, для того чтобы искры не попадали во двор другого ему во вред.

§ 3. Стоки надлежит выводить на земли, которые находятся за участком другого владельца.

§ 1. Если хмель свисает через забор, то тот, у кого во дворе находятся корни, может потянуться через забор, насколько это возможно, и притянуть хмель; то, что он притянет, – то его; то, что останется на другой стороне, – то принадлежит его соседу,

§ 2. Ветви его деревьев, далее, не должны свисать через забор соседа ему во вред.

То, что чиншевик возводит на чужой земле, с которой он уплачивает чинш, то он может снести, если он оттуда уходит, а также [это может сделать] его наследник после его смерти, кроме забора спереди и сзади и кроме дома и навоза в хлеву; это должен господин выкупить по оценке крестьян. Если он этого не сделает, то он [чиншевик] забирает это с другими [вещами].

§ 1. Никто не должен оставлять дома свой скот, который может идти с пастухом, кроме свиньи, которая выращивает поросят; эту нужно охранять, чтобы ей не был причинен вред.

§ 2. Никто, далее, не имеет права содержать отдельного пастуха, чем уменьшалась бы плата общественному пастуху, разве только он имеет три гуфы или более, которые являются его собственностью или составляют его лен; этот имеет право нанимать отдельного пастуха для овец.

§ 3. Там, где пастуху установлена оплата с гуфы, а не с [головы] скота, там никто не имеет права задерживать платы, чтобы село не осталось без пастуха.

§ 4. Что пастух гонит [на пастбище] и не пригонит обратно в село, он должен возместить. Если же у него отнимут волки или грабители, а он станется невредимым, и если он не позовет на помощь так, чтобы он мог иметь в том свидетелей, то он должен возместить.

§ 5. Если одно животное искалечит другое при пастухе или если затопчет его или искусает и если в том будут обвинять пастуха, то он должен указать то животное, которое причинило вред, и должен принести в том присягу. Тогда тот, кому принадлежит это животное, должен взять раненое животное для ухода за ним до тех пор, пока оно сможет опять выйти в поле. Если же животное подохнет, то он должен возместить согласно установленному его вергельду.

§ 6. Если пастуха будут обвинять в том, что он не пригнал какое-либо животное обратно в село, то он может освободиться от обвинения, если решится доказывать свою невиновность [присягой]. Если, однако, кто-либо обнаружит отсутствие своего животного и немедленно пойдет к пастуху, чтобы его обвинить свидетельством двух людей, то пастух не может приносить присягу, а должен возместить. Если же пастух будет утверждать, что животное не было ему передано, то [тот] скорее сможет доказать свидетельством двух людей, которые сами видели, что животное выгонялось в стаде пастуха, чем пастух очистится присягой.

То, что установит сельский староста на пользу села с одобрения большинства крестьян, против этого меньшинство не может возражать.

§ 1. Села, которые расположены у воды и имеют плотину, которая их предохраняет от наводнения, должны перед паводком укреплять свою часть плотины. Если же наводнение прорвет плотину и будут вызваны на помощь все те, которые сидят в пределах [т. е. имеют земли возле] той плотины, то, если кто-нибудь из них не придет на помощь для исправления плотины, он лишается всей наследственной собственности, которую он имеет возле плотины.

§ 2. Ту землю, которую вода подмоет, теряет тот, кому она принадлежит. Если же вода проложит новое русло, то от этого он ничего не теряет от своей земли.

§ 3. Если появится новый остров на реке, этот остров будет принадлежать к тому берегу, к которому он ближе. Если остров находится посредине, то он принадлежит обоим берегам; точно так же и русло, если оно высохнет.

Хотя одно имение и принадлежит нескольким лицам так, что один имеет его от другого, но весь ущерб, причиненный этому имению, должен быть возмещен [только] тому, кто имеет это имение в непосредственном владении, но не остальным[311].

§ 1. Если кто-либо не оставляет после своей смерти наследника по ленному праву, тогда тот, кто является его наследником по земскому праву, получает доход, который причитается с лена наследодателю.

§ 2. Теперь внимайте, когда что причитается. В день св. Варфоломея [24 августа] причитаются всякого рода чинши и повинности. В день св. Вальбурга [1 мая] причитается десятина с ягнят. В праздник Успения Богородицы [15 августа] – десятина с гусей. В день св. Иоанна Крестителя [24 июня] – всякого рода десятины с мяса, где ежегодно десятины выкупаются деньгами. Там, где десятина не выкупается деньгами, там срок взноса наступает тогда, когда животное получает потомство. В день св. Маргариты [13 июля] – все десятины с хлебов; со всего, что раньше заскирдовано, десятина причитается уже тогда. В день св. Урбана [25 мая] причитаются десятины с виноградников и садов. Чей-либо посев, который он произведет своим плугом, принадлежит ему с того момента, как прошла борона, и сад – с того момента, как он засажен и расчищен. Чинш с мельниц, и с пошлин, и с монет, и с виноградников причитается тогда, когда наступает день, назначенный для его уплаты.

§ 3. Если ребенок выйдет из малолетнего возраста до срока платежа чинша, причитающегося имению, то пусть он получит чинш. Если же он выйдет из малолетства после законного срока платежа чинша, он чинш теряет. Это я говорю вот для чего: если господин или кто-нибудь обрабатывает для него огород, или фруктовый сад, или виноградник и производит расходы до дня св. Урбана и ребенок тогда еще не вышел из малолетнего возраста, то господин берет себе плоды. Далее, если господин дал засеять землю ребенка до того, как ребенок вышел из малолетнего возраста, то господин сохраняет посев, но не жнивье и не виноградные лозы, если они стоят на земле и подвязаны к виноградным стойкам. Он не может также допускать, чтобы рубили лес ребенка, косили траву с того момента, как ребенок вышел из малолетнего возраста. Если же ребенок до этого выйдет из малолетнего возраста, то господин теряет свой труд, так как ребенок его ему не возмещает. Равным образом господин не возмещает ничего ни ребенку, ни наследнику ребенка, если господин получает плоды.

§ 1. Если господин хочет удалить своего чиншевика из своего имения, если только он не урожденный этого имения, он должен ему объявить [об этом] на Сретенье [2 февраля]. Точно так же должен поступить чиншевик, если он хочет покинуть землю.

§ 2. Если умирает чиншевик господина, то его место заступает его наследник и платит с земельного участка то, что тот должен был. Если же умрет господин, то чиншевик вносит свой чинш, который он обязался господину, тому, к которому переходит имение, и он не нуждается ни в ком, кто бы за него ручался, кроме его плуга.

§ 3. Королевская дорога должна быть настолько широкой, чтобы два экипажа могли разъехаться. Пустой экипаж должен уступать дорогу тому, который едет с кладью, и менее нагруженный – тяжело нагруженному. Едущий верхом должен уступить дорогу экипажу, а пешеход – верховому. Если же они на узкой дороге, или на мосту, или обгоняют верхового или пешехода, то экипаж должен остановиться, пока они не пройдут. Тот экипаж, который первым въезжает на мост, должен первым через него проехать, независимо от того, пустой он или нагруженный.

§ 4. Кто первый приходит на мельницу, тот должен первым молоть.

§ 1. Если кто-либо одалживает или закладывает другому лошадь, или одежду, или вообще какое-либо движимое имущество и каким бы путем он ни передал вещь из своего владения добровольно, то независимо от того, продаст ли вещь тот, который затем владел ею, или он ее заложит, или проиграет, или она будет у него украдена, или похищена, тот, который ее [первоначально одолжил или заложил, не имеет никаких прав требования к другим], кроме как к тому, которому он сдал или заложил.

§ 2. Если же умрет тот [должник или залогоприниматель] естественной или неестественной смертью, то он [одолживший, или заложивший свою вещь] может предъявить требование о своей собственности к наследнику или к судье, если вещь попадает к судье [в качестве выморочного имущества].

§ 1. Когда Бог сотворил человека, он дал ему власть над рыбами, и над птицами, и над всеми дикими животными. Отсюда мы имеем доказательство от Бога того, что никто не может быть лишен жизни или здоровья из-за этих вещей (т. е. из-за нарушения правил охоты).

§ 2. Однако существуют три лесные чащи в саксонской земле, где дарован мир диким животным под королевской защитой, кроме медведей, волков и лисиц. Они именуются заповедными [под королевским банном] лесами. Одна чаща у Койне, вторая – Харт, третья – Магетхейде. Кто в них охотится, тот должен уплатить королевский штраф [банн], что составляет 60 шиллингов.

§ 3. Кто едет через заповедный лес, у того лук и самострел должны быть не натянуты, его колчан должен быть закрыт, его борзые собаки и собаки-ищейки должны быть на привязи и все псы на своре.

§ 4. Если кто-либо гонит дикого зверя за пределами леса, [а его] собаки будут преследовать зверя [и] в лесу, он может тогда последовать в лес, но он не должен трубить в рог и натравливать псов, и если он тогда поймает зверя, он не совершает тем самым ничего противоправного; своих псов он имеет право позвать обратно.

§ 5. Никто не должен ступать на посевы при преследовании или при травле [зверя], начиная с того момента, когда зерновые пустили первые стебли.

§ 1. Кто содержит злую собаку, или ручного волка, или оленя, или медведя, или обезьяну, тот должен возместить вред, причиненный кому-либо. Если он захочет от них избавиться после причинения вреда, он тем самым не освобождается от ответственности, если [пострадавший] может доказать сам-третей, что он держал животных до того времени, когда они причинили вред.

§ 2. Если кто-либо убьет собаку, или кабана, или другое какое-либо животное в то время, когда оно хотело причинить ему вред, то он не обязан возместить убыток, если он решается принести присягу на реликвиях в том, что он [вынужден был] это сделать, обороняясь.

§ 3. Кто хочет содержать диких зверей вне пределов заповедных лесов, тот должен держать их в огороженном месте.

§ 1. Женщина не может быть представителем [говорителем] и не может приносить жалобы без опекуна. Этого [права] лишила всех женщин Калефурния, которая перед империей себя недостойно вела в гневе из-за того, что она не смогла добиться своего без представителя.

§ 2. Каждый мужчина может быть представителем и свидетелем, подавать жалобы и отвечать, только не в том суде, которым он объявлен под подозрением, или если он находится в королевской опале. Перед церковным судом он не может выступать, если он отлучен от церкви.

§ 1. Женщина или девушка, которые жалуются перед судом на изнасилование, должны жаловаться с призывом о помощи против застигнутого на месте преступления – и по поводу изнасилования, которое они должны доказать.

§ 2. Те, далее, которые приводят в суд пойманного при краже или грабеже, должны в отношении застигнутого на месте преступления возбуждать жалобу на основе призыва о помощи, что должно быть доказано при помощи людей.

§ 3. Кто, далее, мертвого доставит в суд и будет приносить жалобу по поводу преступления, которое совершено, тот должен жаловаться путем призыва на помощь против застигнутого с поличным, что стало общеизвестным.

§ 4. Кто, далее, ограблен и знает, куда унесено награбленное, тот, если он хочет, чтобы судья туда за ним последовал, должен вызвать его туда призывом о помощи и должен принести жалобу с призывом о помощи против застигнутого с поличным, которое он хочет там на месте доказывать.

§ 5. Где нет преступления с поличным, там нужно приносить жалобу без призыва о помощи, если хочешь остаться без ущерба.

§ 1. Ни один ребенок не может, пока он в своем [малолетнем] возрасте, совершить такое деяние, за которое он мог бы лишиться жизни. Если он убьет кого-нибудь или искалечит, то его опекун должен возместить вергельдом, если это будет доказано. Любой вред, который будет причинен ребенком, должен быть возмещен из его имущества.

§ 2. Если же кто-либо убьет ребенка, то он должен уплатить полный вергельд ребенка. Если кто-либо обругает ребенка, или выдерет за волосы, или высечет розгами за совершенный проступок, то он не несет ответственности, если он решил присягнуть на реликвии в том, что он побил ребенка не из-за чего другого, как только вследствие его проступка.

§ 1. Вот внимайте о старом мире, который императорская власть подтвердила земле саксов с согласия добрых рыцарей земли. Все дни и во всякое время должны иметь мир священники и духовные лица, девушки и женщины и евреи в отношении их имущества и их жизни; церкви и кладбища и каждая деревня в пределах ее рва и ее ограды; и плуги, и мельницы, и королевские дороги по воде и на земле; города должны иметь мир и все, что будет находиться в их пределах.

§ 2. Праздничные дни и замиренные дни установлены для всех людей как дни мира; таковых в каждой неделе четыре дня: четверг и пятница, суббота и воскресенье. В четверг святят елей, которым всех нас обращают в христианство при крещении. В четверг наш Господь Бог со своими учениками причащался хлебом из чаши, и с этого начался наш новый завет. В четверг Бог повел человечество на небо и открыл нам путь туда, который до того был для нас закрыт. В пятницу Бог сотворил человека, и в пятницу он был замучен человеком. В субботу он отдыхал, когда он сотворил небо и землю и все что в них было. Он отдыхал также в субботу в могиле после своих страданий. В субботу посвящают также для божьей службы священников, которые являются наставниками христианства. В воскресенье были прощены Богом за прегрешения Адама. Воскресенье был первый день, который когда-либо был, и будет последним днем, когда мы должны воскреснуть из мертвых и прибыть к милосердию божию душой и телом, – все те [из нас], которые это заслужили перед Богом. Поэтому эти четыре дня – общие дни мира для всех людей, за исключением тех, которые застигнуты на месте преступления или которые находятся в королевской опале или объявлены судом находящимися под подозрением.

Кого обвиняют в преступлении, тот не имеет права являться в сопровождении более тридцати человек, когда он придет в суд; они не должны носить никакого оружия, кроме меча.

Если у путешественника лошадь будет изнемогать, то он имеет право нарезать колосья и дать лошади столько, сколько он может [нарезать], стоя на дороге одной ногой; но он не должен [ничего] брать с собою.

Кто убьет или ранит нарушителя мира, тот за это не отвечает, если он сам-сем может доказать, что он его ранил при преследовании или при совершении преступления, когда тот нарушил мир.

Никого нельзя согнать с его имения, которое он имеет в своем владении, иначе, как если он будет лишен владения по суду.

§ 1. Кто нарушает мир, того нужно судить, как указано выше.

§ 2. Во время мира, в котором присягали, допускается ношение оружия только для имперской службы и для турниров, за исключением меча. Всех, которые носят другое оружие, следует судить, так как они должны считаться в королевской опале, если они в этом уличены. Но, далее, никто не имеет права носить меч внутри замка, или внутри городов, или внутри деревень, все те, которые там имеют дом или ночлег.

§ 3. Оружие можно носить, когда следуют на призыв о помощи; на призыв должны следовать по праву все, вышедшие из малолетнего возраста, способные носить меч, разве только будет налицо уважительная причина, [все] кроме священников и женщин, церковных служек и пастухов.

§ 4. Если они [преследуя преступника] войдут [въедут] в замок, где находится суд, поскольку тот, который призывал на помощь, пошел или поехал верхом впереди, то должны они там три дня пробыть, питаясь за собственный счет. Если же он [призывавший на помощь] ранен, так что он не мог следовать, то люди, до тех пор, пока они видят того, кто нарушил мир, обязаны преследовать [его]. Если он убежит в другой судебный [округ], то они имеют право схватить его там на поле, и если народ той земли не появится, то они должны увести его обратно.

§ 5. Если, однако, он убежит в деревни, или в города, или в замки другого судебного округа, то призыв о помощи нужно возобновить и пригласить сельского старосту, и крестьян, и рыцарей, которых можно в тот момент найти, и вытребовать его в надлежащий суд. Он должен быть им выдан, если он был застигнут на месте преступления и если они могут доказать свидетельством семи человек, что они его преследовали из их судебного округа как застигнутого на месте преступления. Затем они должны выставить поручителей в обеспечение его вергельда на случай, если они неправедно будут его судить [обвинять]. Затем они могут увести его обратно и там поступить по праву.

§ 1. Если нарушителя мира держат [т. е. скрывают] в замке неосновательно и судья будет приглашен туда призывом о помощи и будет потребована должным порядком выдача нарушителя мира так, что это в замке могло быть услышано, и если тогда они по праву не выдадут его, то замок и все находящиеся в нем объявляются состоящими под подозрением. Если же они впустят туда шесть посланцев судьи и обвинителя, которые искали нарушителя и награбленное, то они не должны быть объявлены находящимися под подозрением.

§ 2. Если замок будет обвинен в том, что грабеж совершен [кем-то] оттуда, то от этого владелец замка или один из его людей может очиститься присягой. Кто сам будет обвинен в преступлении, тот не может очистить от обвинения замок присягой раньше, чем он себя самого не очистил. Если же хотят изобличить замок поединком, то отвергнуть обвинение должен владелец замка или один из его людей против [т. е. приняв вызов на поединок] лица одного с ним сословия, или иначе замок объявляется под подозрением и так его судят.

§ 3. Тот, против которого будет выдвинуто обвинение, что он из замка учинил насилие, того должен владелец замка привести в суд, чтобы он дал удовлетворение или очистил замок присягой. Если владелец замка этого не сделает, то он должен сам за это отвечать.

§ 4. Если же кто-нибудь выдвинет обвинение против замка, что он оттуда был ограблен и он не знает, кто это сделал, то по этому [обвинению] владелец замка должен держать ответ в течение шести недель со дня заявления жалобы, либо освободить замок от обвинения присягой, либо должен возместить вред по правилам, разве что он ни советом [подстрекательством], ни [участием] в деянии не виновен.

§ 5. Если люди выехали из замка и нанесли ущерб и если они не вернутся день и ночь и награбленное не будет находиться в замке или вокруг него, то замок не отвечает за содеянное. Если же грабители вернутся в замок и награбленное будет находиться в замке или вокруг него, то замок отвечает за содеянное.

§ 1. Ни за какое преступление нельзя разрушать крестьянские дома, разве только в них была изнасилована девушка или женщина, или туда притащена для изнасилования. Об этом [разрушении дома] должно быть решение суда, если [обвинение] не будет опровергнуто на суде. Если же по этому поводу состоялось решение, то, хотя тот затем явится и изнасилование опровергнет, его ущерб [от разрушения дома] все же ему не возмещается, потому что это не было опровергнуто до того, как по этому поводу состоялся суд. Всякое живое [лицо], участвовавшее в изнасиловании, должно быть обезглавлено.

§ 2. Все, которые последовали призыву о помощи и задержали нарушителя мира, даже если он [затем] не будет изобличен, не понесут никакого наказания за то, что они его доставили в суд.

Священники и евреи, которые имеют при себе оружие и не пострижены, если над ними учинено насилие, должны быть возмещены [только] как миряне, ибо не должны носить оружие те, которые повседневно ограждены королевским миром.

Женщину, которая носит в себе живого ребенка, нельзя присуждать к более тяжелому, чем телесное, наказанию[312]. Слабоумных и умалишенных не следует подвергать наказанию. Если же они кому-либо и причиняют вред, то их опекун должен возместить его.

§ 1. Если кто-либо требует обратно то, что он подарил или продал, то тот, который владеет имуществом, может его удержать при помощи свидетельства сам-третей тех, которые это видели. Однако при помощи таких свидетелей он не сможет защищаться от другого, если он будет у него оспаривать его право на вещь, а должен будет защищаться очистительной присягой.

§ 2. Если признает, что [вещь была] куплена, он [продавец] должен быть поручителем по праву за эту вещь, которую он продал. Ибо тот считается вором или соучастником вора, который признал, что продал [вещь], а поручительство свое оспаривает, разве только он оговорил свой отказ от поручительства при продаже.

§ 1. Если кому-либо одолжили или сдали на хранение открыто [вещь] и он это может доказать сам-третей, то его нельзя обвинять в краже или грабеже. Трижды через [каждые] четырнадцать ночей, однако, должно вызывать его защищать свое владение, если он хочет. Если же он этого не сделает, то вещь передается во власть того, кто заявил иск. О дне суда должен тот, который имеет вещь во владении, тому, который ему вещь дал, объявить при свидетелях во дворе и в доме, если он желает остаться без ущерба.

§ 2. Одолженное имущество он может раньше всего принести тому, кто его ему одолжил, если он знает его дом, но так, чтобы при этом присутствовал истец.

§ 3. Если один дает другому свое имущество на сохранение, и оно будет у него украдено, или ограблено, или оно сгорит, или подохнет, если это скот, то хранитель имущества не должен нести никакого ущерба, если он готов будет присягнуть [как полагается] по праву, что это произошло без его вины.

§ 4. Однако то, что один другому одалживает или у него закладывает, – то он должен вернуть невредимым или возместить по его стоимости.

§ 5. Если же подохнет лошадь или скот во время нахождения в залоге без вины того, у кого вещь заложена, и он это докажет и обещает присягнуть [как полагается] по праву, тогда он не возмещает ущерба. Однако он теряет свое право требования, [в обеспечение] которого ему дан залог, если договором не было обещано иное.

§ 1. Если слуга проиграет, либо заложит, либо продаст имущество своего господина, то господин может потребовать возвращения [имущества], если он на него заявит претензию суду, как это [следует] по праву.

§ 2. Если же он проиграет свое собственное имущество, или заложит его, или продаст, или иным каким-либо способом лишится по своей воле, господин не сможет иметь никаких по этому поводу притязаний [к другим лицам], ибо господин не обязан возмещать слуге ущерб в имуществе, даже если он ему обещал возмещать его убыток. Следовательно, никто и не обязан перед ним нести ответственность.

§ 3. Если у слуги будет украдена или открыто похищена его лошадь или другое его имущество, в то время как слуга находится на господской работе, без вины со стороны слуги, то господин должен возместить ущерб. В этих случаях надлежит отвечать перед господином, если он предъявит претензию.

§ 1. Еврей не имеет права быть поручителем христианина, если бы он и хотел отвечать вместо христианина.

§ 2. Если еврей убьет христианина или совершит против него преступление, и будет при этом схвачен, то его судят так же, как христианина.

§ 3. Если, далее, христианин убьет еврея или совершит против него преступление, то его нужно судить за нарушение королевского мира, который он в отношении него нарушил. Этот мир добыл им Иосиф от императора Веспасиана, когда он излечил его сына Тита от ломоты.

§ 4. Если еврей купит или возьмет в залог чашу, или [церковные] книги, или церковное облачение, тогда он не имеет ручателя, и если найдут эти вещи у него во владении, то его судят как вора. Если еврей что-либо из других вещей покупает, не скрываясь и не крадучись, при дневном свете и в незапертом доме и если он может это доказать сам-третей, то он сохраняет свои деньги, которые он за них уплатил или ради них одолжил, при помощи своей присяги, хотя бы эти вещи оказались крадеными. Если, однако, у него доказательств не будет, то он теряет свои деньги.

Говорят, что замки и князья не должны иметь мира и он может быть в отношении их нарушен вследствие наличия защиты, которую имеют замки, и наличия вооруженных людей, которых князья должны вести с собою. Однако это не так. Ибо если тот, кто обещал князьям мир и обязался сохранять верность, нарушит мир в отношении них, то того нужно судить.

§ 1. Кто является поручителем за другого в том, что он его доставит в суд, и не сможет завладеть им, когда он должен будет его привести, то он должен будет возместить ущерб, в причинении которого тот обвинен. Ибо дело против того считается выигранным. Если же обвинение грозит жизни, то он должен уплатить свой вергельд; это будет причитаться жалобщику, а не судье; свой штраф, однако, судья получит.

§ 2. Таким же образом подлежит возмещению нарушение мира, который один обещал за другого. Если же мир нарушит тот, который его обещал за самого себя, то это падает на его шею. Нарушение мира нужно либо опровергнуть, либо возместить в том суде, где мир был обещан. Никто, далее, не может приносить жалобы против того, кому обещан мир. Если же кто-либо нарушит обещанный мир, то против него можно приносить жалобу, как хотят, с поединком или без него. Если его застигнут на месте преступления, то его можно судить во время мира. Кто, далее, захватит замки во время обещанного мира или людей, тот, кто это сделал, не сможет освободить своих поручителей своей присягой.

§ 3. Если кто-либо поручился за другого, что он его доставит в суд, и тот явится без поручителя и предстанет перед судом по праву и он сможет это доказать свидетелями, то он тем самым освободит своего поручителя.

§ 4. Если кто-либо, однако, поручился вновь доставить пойманного человека, то поручитель должен доказать, что тот вновь им доставлен, как он обещал, но что не сам пойманный [явился].

§ 5. Если кто-либо насильно уведет из суда человека, обвиняемого в преступлении, и будет с призывом о помощи пойман, то он подлежит тому же наказанию, как и тот. Если же он сбежал, то его немедленно объявляют состоящим под подозрением, если его застигли и преследовали криком [о помощи] и это может быть доказано.

§ 1. Если кто-нибудь должен к определенному сроку доставить обвиняемого в преступлении и тот тем временем умрет, то он должен его доставить в суд мертвым и тем освободиться.

§ 2. Если же он обвиняется по поводу долга, который еще не присужден с него, и он умрет до дня суда, то его не нужно доставлять в суд; если поручитель сам-третей сможет доказать факт его смерти, то поручитель свободен; в отношении долга ответственным будет наследник.

§ 3. Если подохнет лошадь или скот, который должен был быть доставлен в суд, то пусть поручитель принесет шкуру, и он тогда свободен.

Если кто-либо даст поручителя в том, что принесет присягу, а затем умрет до того, как присяга будет принесена, то присягу принести должен его наследник или его поручитель вместо него к обещанному сроку, иначе долг, по поводу которого обещана присяга, будет взыскан с поручителя.

§ 1. Если один приносит жалобу на другого, а тот на него, то тот, кто первый жалуется, не должен держать ответ по жалобе другого, пока этот не освободит себя.

§ 2. Если много человек приносят жалобы против одного по поводу преступления, то он не должен отвечать перед другими, пока он не освободится от обвинения со стороны первого. Если дело будет отсрочено, то он должен выставить поручителя только за свой вергельд, хотя имеется жалоба многих.

Если кто-либо будет обвинен в суде в преступлении в его отсутствие и будет тогда ему назначен [новый] день суда и если его в промежутке времени между судебными днями встретит жалобщик, то он его может по праву задержать по обвинению до тех пор, пока он не представит поручителя в том, что он явится [в суд], ибо судья дает мир тому, кто жалуется, а не тому, которого вызывают для явки в суд.

§ 1. Пока кто-либо не подтвердит слова своего представителя [говорителя], до тех пор слова его говорителя не могут нанести ему ущерба.

§ 2. Кто будет обвинен в преступлении, тот прежде всего пусть потребует гарантии. Пока гарантия не обещана, жалобщик может исправлять свою жалобу, а после уже нет.

§ 1. Если двое притязают на одно и то же имение после тридцатого дня (дело о наследовании), то тот, который имеет его во владении, не должен никому из них выдавать, поскольку они миром не покончат между собой или один отсудит по праву у другого.

§ 2. Кто после тридцатого [дня] неправомерно откажет в выдаче военного снаряжения или женской доли наследства и будет в том обвинен перед судом, тот уплатит по этому поводу штраф и возмещение.

§ 3. Когда на одно и то же имущество притязают двое и судья требует к суду, то нужно держать [перед ним] ответ, и судья должен держать имущество под своей властью до тех пор, пока они, [как] это [требуется] правом, между собою не договорятся; тот будет считаться свободным от притязаний, кто будет держать ответ перед судьей.

§ 4. Кто притязает на военное снаряжение, тот обязательно должен быть [способным носить] меч родственником. Кто требует женскую долю, тот обязательно должен быть родственником с женской стороны.

§ 1. Ни судья, ни кто-либо другой не могут опровергать жалобу, кроме того, против которого жалоба направлена.

§ 2. Лишенные прав не могут иметь опекуна.

§ 3. Перед находящимися в королевской опале и объявленными состоящими под подозрением никто не должен отвечать по их жалобам. Если же жалуются на них, то они должны отвечать перед тем судом, которым они объявлены состоящими под подозрением.

§ 1. Состоящий под подозрением может освободиться от этого состояния во всех [судебных] местах в пределах того суда, который его объявил состоящим под подозрением. Равным образом как жалобу против него можно возбудить во всех [судебных] местах, точно так же и освободиться он может во всех местах.

§ 2. Поручителя, однако, он должен дать в том, что он явится [в суд]. Если же у него нет поручителя, то пусть его сам судья задержит, пока он не выполнит своих обязанностей по праву.

§ 1. Если кто перед судом утверждает, что он освободился от состояния под подозрением, но не докажет этого свидетельством судьи, или шультгейса, или судебного исполнителя вместо судьи и двумя лицами, то жалобщику незачем уже больше доказывать, что тот был объявлен состоящим под подозрением.

§ 2. Кто объявлен [находящимся] в королевской опале, тому требуется два шеффена и судья в качестве свидетелей, когда он освобождает себя [от утверждения о том, что он опальный].

Свободные люди и имперские министериалы могут быть свидетелями и участвовать в заседаниях в имперском суде, потому что они приносят клятву верности империи, каждый из них по своему праву. Однако имперский министериал не имеет права по делу свободного лица, могущего быть шеффеном, ни участвовать в нахождении решения, ни быть свидетелем, когда речь идет о его [этого лица] жизни, или о его чести, или о его наследственном имуществе.

§ 1. Если кто обработает чужой участок земли по ошибке, то это не влечет возмещения. Кто, однако, обработает участок земли, заявляя, что он ему [принадлежит], и этот участок будет у него отсужен по суду, тот должен возместить ущерб.

§ 2. На своей земле можно взять обеспечение и без согласия судьи у того, кто ее обрабатывает, для того чтобы таким путем оградить свои права.

§ 3. За обработку участка никого нельзя лишить жизни или здоровья, разве только [участок] земли был уже у него изъят по суду и был предписан в связи с этим мир.

§ 1. Если двое оспаривают [друг у друга] имение с одинаковым основанием и докажут это одинаковым свидетельством, то его [имение] следует между ними поделить. Это свидетельство должны дать коренные окрестные жители, которые живут в том же или в ближайшем соседнем селе. Кто большее число лиц имеет в качестве свидетелей, тот получает имение.

§ 2. Если жители не знали, кто имел [спорное имущество] во владении, тогда следует решать путем ордалии водой, или жалобщик и тот, против кого возбуждена жалоба, должны присягать в том, что они правильно показывают, как они полагают [верным], и тогда судья должен дать своих посланцев. Если они оба в том же принесут присягу, то следует [имущество] разделить равномерно между ними.

§ 1. Если один одалживает другому лошадь или одежду на определенный срок и тот задержит сверх срока и по этому поводу будет принесена жалоба, то он должен немедленно вернуть вещь и возместить ущерб, если он ухудшил вещь.

§ 2. Его нельзя обвинять ни в воровстве, ни в грабеже по этому поводу, так как вещь была ему одолжена.

§ 3. [Собственник] может, далее, овладеть своей вещью по праву, когда он видит, что ее несправедливо задерживают сверх условленного срока.

Кто укрывает или кормит заведомо человека, объявленного состоящим под подозрением, тот должен за это платить штраф [судье]. Если же он этого не знал, то он избегает штрафа своей очистительной присягой.

§ 1. Нельзя подвергать наказанию того, кто в другом суде объявлен состоящим под подозрением. Кто объявлен состоящим под подозрением высшим судом, тот считается объявленным состоящим под подозрением во всех тех судах, которые относятся к этому суду. Тот, однако, который объявлен состоящим под подозрением в низшем суде, тот не считается подозреваемым в высшем суде, если дело о нем не будет туда правомерно перенесено.

§ 2. Низший судья не должен исполнять решение о [лице], объявленном состоящим под подозрением, если такое объявление произведено высшим судьей и если [этому низшему судье] неизвестно об этом в той мере, чтобы он сам мог бы быть свидетелем вместо высшего судьи.

§ 1. Если умирает судья, то обо всем, что произошло за его время, должен свидетельствовать его преемник в суде, хотя бы он сам этого не видал, поскольку он свидетельством шеффенов будет убежден в правдивости этого.

§ 2. В городах и в судах другого округа никто не должен давать ответ, разве только он там проживает или имеет имение, или он совершит там преступление или поручится там.

§ 3. То, что имеет место за пределами данного суда, о том в данном суде никто не обязан отвечать.

§ 1. Король – всеобщий судья повсеместно.

§ 2. В другом суде свободный, могущий быть шеффеном, не обязан ни с кем принять поединок. Однако он должен отвечать перед тем судом, в округе которого он имеет родовое имение. Если он там имеет шеффенское кресло, то там же он обязан участвовать в суде. Кто, однако, шеффенского кресла там не имеет, тот должен посещать высший суд по месту своего жительства.

§ 3. Это кресло передает по наследству отец старшему сыну; если он не имеет сына, то он передает кресло по наследству ближайшему и старшему способному носить меч родственнику равного с ним рождения.

Если кто вступит в брак с женщиной, не зная, что он не имеет права вступать с ней в брак по праву, и будет иметь от нее детей, а затем они будут в должном порядке разведены, то это не повредит правам детей, которые были рождены до развода, равно как и тому ребенку, которого мать носила [во чреве].

§ 1. Если утверждают о ком-либо, что он лишен прав по рождению или по промыслу, то это должен доказать тот, кто утверждает, сам-сем с людьми, которые обладают полной правоспособностью. Однако свою честь и свои права может тот отстаивать свидетелями скорее, чем те, которые свидетелями оспаривают его права.

§ 2. Если, однако, утверждают, что он лишен прав по суду вследствие кражи или грабежа, то это должен засвидетельствовать судья сам-сем.

§ 1. Ни один свободный, имеющий право быть шеффеном, не обязан доказывать наличие родового имения и не обязан указывать четырех своих предков, разве только он вызывает на поединок лицо одного с ним сословия. Можно доказывать наличие родового имения своей присягой, если даже оно находится не в том месте.

§ 2. Если двое должны получить одно наследство, то старший пусть делит, а младший пусть выбирает.

§ 1. Тот должен обходиться без представителя [говорителя], который сам приступил к ответу. Пока он воздерживается от ответа согласно суждению [шеффенов] и [решению] суда, до тех пор не считается, что он приступил к ответу.

§ 2. Судья должен быть равным судьей для всех людей. Он не должен ни предлагать [находить, выносить] решения, ни оспаривать их.

§ 1. В отношении того, что один другому должен или что он у того взял, он должен отвечать перед наследником, если тот умрет.

§ 2. Если же умрет тот, против кого подана жалоба, то его наследники по данному делу не отвечают, разве только они будут иметь в своем обладании то имущество, о котором возбужден спор.

§ 3. Если один другого задержит, но ничего у него не возьмет, или ранит, или побьет, но не смертельно и не искалечив, то он перед его наследниками за это не отвечает, если тот умрет после годичного срока, разве только тот до смерти подал жалобу в суд.

§ 1. Если пришелец будет утверждать, что он свободный, то его следует считать свободным, поскольку это не может быть опровергнуто свидетелями.

§ 2. Если кто-либо утверждает, что он свободный, а другой утверждает, что он его крепостной, так как он себя отдал ему, то тот может это опровергнуть присягой, если только это не было совершено перед судом.

§ 3. Если же он утверждает, что тот его крепостной по рождению, то он его сохраняет при помощи присяги на реликвии с двумя своими людьми.

§ 4. Если на него претендует другой господин, то оспорить это он может сам-сем со своими родственниками или достойными доверия людьми.

§ 5. Если, однако, тот сможет доказать свою свободу сам-сем со своими родственниками, тремя со стороны отца и тремя со стороны матери, то он отстоит свою свободу и устраняет все свидетельства [против].

§ 6. Кто имеет человека во владении, тот с большим правом может при помощи свидетелей удержать его за собою, чем тот, который не владеет им.

§ 7. Если кто-нибудь отдает себя перед судом в качестве крепостного, то его наследник вправе против этого возражать и вернуть его в свободное состояние.

§ 8. Если, однако, господин удержит его до его смерти, то он получит его наследство и его детей, если они принадлежат ему и если он прижил [этих детей] после отдачи себя [господину].

§ 9. Если кто-либо отказывается от своего господина и отдает себя другому и его потребуют в суд, а его господин, которому он отдал себя, не явится для того, чтобы выступить за него по праву, то тот, который на него претендует, отсудит его себе сам-третей со своими родственниками, если он изобличит его при помощи двух своих прирожденно принадлежащих ему людей. Если он его изобличил, он может завладеть им по праву ударом по шее, если он хочет.

§ 10. С кого жалобщик получает вергельд или возмещение в Суде, с того судья имеет право получить свой штраф, если он пожелает его потребовать.

§ 1. Каждый имеет право суда у короля.

§ 2. Каждый должен также отвечать перед королем во всех местах по своему праву, а не по праву жалобщика.

§ 3. Он должен также отвечать по каждой жалобе, по которой его обвиняют, разве только его вызывают на поединок. Тогда он может отказаться отвечать, если это не в той местности, откуда он родом.

§ 4. Если претендуют на его земельную собственность, то он должен отвечать только в той местности, в пределах которой она находится.

§ 5. Король должен, далее, судить по поводу земельной собственности не по праву лица, а по праву той страны, где она находится.

§ 1. Кого судья объявит состоящим под подозрением и этим доведет до королевской опалы, тот, в случае если он освободится от королевской опалы, должен следовать за двором шесть недель. Король должен ему тогда предоставить мир, и он должен поклясться, что он явится к тому судье, который объявил его состоящим под подозрением и довел до королевской опалы. Перед этим он должен явиться и обещать выполнить свои обязанности [явиться в суд] в течение 14 ночей с того времени, как он явится в ту местность. Он должен принести с собой письмо короля с печатью, чтобы судья знал, что он свободен от опалы.

§ 2. Кто попал в опалу, не будучи объявлен состоящим под подозрением, и освободится от опалы, тот должен следовать за двором шесть недель, и затем он свободен.

§ 3. Кто освобождает себя от опалы, и затем в суд не явится, и будет в этом изобличен, тот объявляется вне закона, как если бы он год и день был в королевской опале.

§ 1. Кто пойман на месте преступления в воровстве или в грабеже, тот не может ссылаться ни на какого правопередатчика [ручателя].

§ 2. Если, однако, кто-либо находит свое имущество, которое у него похищено или украдено, во владении другого, которому он не может предъявить обвинение, что тот застигнут на месте преступления, то тот имеет право сослаться на ручателя, если его по этому поводу вызовут на поединок.

§ 1. Если кто-либо в суде вызывает другого на поединок и дело по (предложению) шеффенов будет отложено, то обоим предоставляется мир; если он будет нарушен, то нужно предварительно дать удовлетворение по праву без поединка.

§ 2. Если же нарушитель мира будет застигнут на месте преступления, то его нужно судить как [нарушителя] мира.

§ 1. Если кто-либо изобьет другого без причинения глубоких ран или с ним подерется и будет пойман с призывом о помощи и доставлен в суд, то он не лишается ни жизни, ни здоровья; он только подвергается за это штрафу и возмещению.

§ 2. Кто предлагает себя суду в качестве свидетеля до того, как он будет запрошен судом по праву, тот исключается из числа свидетелей.

§ 3. Не совершит ничего неправомерного тот, кто загонит скот своего соседа вместе со своим [скотом] и утром его выпустит, если он этого не будет отрицать и не извлечет из этого никакой себе выгоды.

§ 4. Кто снимает урожай другого, ошибочно полагая, что это участок земли его или его господина, которому он служит, и если он его [урожай] не вывезет, тот не совершит ничего неправомерного; ему даже следует уплатить за его работу.

§ 1. Что кто-либо имеет в своем правомерном владении год и день, о том [он] должен отвечать немедленно, как только будет заявлена жалоба.

§ 2. Жену нельзя удалить из имения мужа после его смерти, если она носит ребенка [во чреве], пока она не родит его.

§ 3. Свою долю продуктов и утренний дар жена не передает по наследству при жизни мужа, а только в том случае, если она получила это после смерти ее мужа.

§ 4. Жена не передает своим наследникам также и строения, которые находятся в имении, предназначенном для ее пожизненного пользования, разве только она при жизни снесет их и поставит на своем собственном земельном участке или в своем лене.

§ 5. Если умрет чья-либо жена, то ее родственники, которые получают после нее ее женскую долю, должны из этой доли выдать мужу его кровать, как она стояла тогда, когда его жена жила, его стол со скатертью, его лежанку [скамью] с периной и его стул с подушкой.

§ 1. Кто требует перед судом долг с того, который не может ни покрыть его, ни выставить [за себя] поручителей, тому судья должен выдать должника за долг. Должника тот должен содержать наравне со своей челядью, и в пропитании, и в работе. Если он хочет его заковать в кандалы, то он может это сделать, в остальном он не должен его мучить.

§ 2. Если он его отпустит или [должник] убежит от него, [должник] тем самым не освобождается от платежа; пока он не уплатит и не сможет это доказать, всегда он – его залог за платеж.

§ 3. Если кого-нибудь обвиняют перед судом и ему судья предлагает дать ответ [как следует] по праву, а он не хочет ни отвечать, ни привести оснований, почему он не должен отвечать, то его присуждают к штрафу. Так же поступают во второй и в третий раз, и если он и потом не отвечает, то долг присуждается с него.

§ 4. Если же жалоба может повлечь для него лишение жизни или здоровья, то жалобщик должен свидетельствовать против него сам-сем.

§ 1. Если кому-нибудь следует получить что-либо, то он должен ждать этого до захода солнца в своем собственном доме или в соседнем с судьей, где долг был присужден.

§ 2. Если тот, кто должен внести пфенниги или серебро, предложит вместо этого залог, то он тем самым не освобождается от своего долга, разве только таково было их соглашение.

§ 3. Серебро можно внести через посланца. Никакого посланца нельзя считать ответственным за него, разве только так будет указано перед судом тем, кому серебро причитается.

§ 4. Следует уплачивать пфеннигами и серебром такими, какими обещано. Если же ничего относительно этого не определено, то надлежит дать серебро и пфенниги такие, какие имеют хождение в судебном округе.

§ 1. Любое обязательство и присяга заточенного [без суда], которые он дал в заточении, недействительны. Если же его освободят под честное слово до дня [суда], то он должен вернуться [как это следует] по праву и сдержать свое слово. Если он уплатит или будет освобожден без уплаты, то обязательство [не мстить], которое он тогда даст или в чем он поклянется, это он должен исполнить по праву, но не те обязательства, которые он дал во время [бессудного] заточения.

§ 2. Если кто-либо поклянется или обяжется, дав слово, спасая свою жизнь или здоровье, то, хотя бы он не смог это выполнить, это не наносит ущерба его правам.

§ 3. Если кого-либо вероломно заточат и затем тот, который его захватил, отпустит его под честное слово, или заставит его поклясться, или иначе как-либо обязаться под честное слово, то он не должен это выполнять, если он сможет при помощи присяги на реликвиях доказать, что тот его вероломно принудил к даче обязательства.

§ 4. Если кто-либо в судебном порядке что-либо требует от другого и тот спрашивает, на основании чего он ему должен, то [жалобщик] обязан по праву сказать, должен ли тот на основании данного обязательства или в силу наследства, которое тот получил.

§ 1. Бог создал человека по своему подобию и своими страданиями освободил одного так же, как и другого. Ему бедный так же близок, как и богатый.

§ 2. Так вот, пусть вас не удивляет, что эта книга так мало говорит о праве министериалов. Ибо оно так многообразно, что никто не может его исчерпать. Под властью каждого епископа, аббата и аббатисы министериалы имеют особые права; поэтому я и не могу их описать.

§ 3. Когда впервые было установлено право, тогда не было никаких министериалов; и все люди были свободными, когда наши предки пришли в эту страну. По правде говоря, мой ум не может понять того, что кто-нибудь должен быть в собственности другого. И о том, что это было, мы не имеем никаких свидетелей. Некоторые говорят, что они ошибаются, что собственность на человека началась с Каина, который убил своего брата. Потомство Каина погибло, когда был всемирный потоп, так что ничего от него не осталось. Также некоторые говорят, что собственность на человека произошла от Хама, сына Ноя. Ной благословил двух своих сыновей, относительно третьего он не упоминал о собственности. Хам занял Африку своим потомством; Сим остался в Азии; Иафет, наш предок, занял Европу. Следовательно, ни один из них не принадлежал другому. Затем говорят некоторые, что собственность на человека происходит от Измаила. Святое писание упоминает об Измаиле как о сыне служанки, и, кроме этого, ничего не говорит про него о собственности на него. Затем некоторые говорят, что она происходит от Исава. Иаков был благословлен своим отцом, и тот повелел ему быть господином над своим братом. Исава он не проклинал, о собственности он не упоминает. Мы еще и сейчас имеем в нашем праве то положение, что никто не может сам себя передать в собственность другому и что этому могут воспротивиться его наследники. Как же мог тогда Ной или Иаков одного передать в собственность другому, если никто [даже] самого себя не может передать в собственность.

§ 4. Мы также имеем для этого еще больше свидетельств. Бог отдыхал в седьмой день. Седьмую неделю также он велел чтить, когда он дал закон евреям и нам Святое писание. Он велел чтить также седьмой месяц и седьмой год, это называется годом освобождения. Тогда должны были быть освобождены и оставлены свободными все, которые были взяты в плен и обращены в рабство, в том платье, как они были пленены, если они хотели быть освобожденными и свободными. После семи раз [по] семь лет пришел пятидесятый год, это, значит, год радостей. Тогда каждый человек должен был быть освобожден и быть свободным, хотел он этого или нет.

§ 5. Также дал нам Бог еще большее свидетельство на монете [пфенниге], когда его искушали и он сказал: «Воздайте кесарю кесарево, а божье – Богу». Из этого стало нам известно из слов божьих, что человек должен быть божий и должен принадлежать Богу и что если кто другой, кроме Бога, его себе присвоит, то он поступит против Бога.

§ 6. Воистину крепостная зависимость имеет своим источником принуждение, и плен, и несправедливое насилие, что с древних времен выводится из неправедного обычая и теперь хотят возвести в право.

§ 1. Если кто-нибудь преступно завладел чем-либо и это у него отсудят, то он должен вернуть с возмещением.

§ 2. Если же он завладеет чем-либо с согласия того, кому это принадлежит, или если тот ему одолжит вещь или даст в залог, а он не уплатит и не вернет к назначенному сроку, то он не платит возмещения, разве только он обязался перед судом.

§ 1. В Вавилоне впервые возвысилась империя, которая покорила все страны; ее разрушил Кир и перенес империю в Персию; там она сохранилась до Дария последнего [из персидских царей]. Его победил Александр и принес империю к грекам; там она существовала, пока Рим не подчинил ее себе, и Юлий стал императором. С тех пор еще сохраняет Рим светский меч и ради св. Петра – духовный. Поэтому он называется главой всего мира.

§ 2. Наши предки, которые пришли в эту страну и изгнали тюрингов, были в войске Александра; с их помощью он победил всю Азию. Когда Александр умер, они не рискнули оставаться в стране из-за ненависти [к ним] и отплыли оттуда на трехстах кораблях; они погибли все, кроме пятидесяти человек. Восемнадцать из них пришли в Пруссию и овладели ею, двенадцать завладели Рюгеном; двадцать четыре пришли сюда в страну.

§ 3. Так как их не было так много, чтобы они могли обрабатывать землю, то, перебив и прогнав тюрингских господ, они оставили крестьян в живых и передали им землю на таких же самых правах, на которых ее еще сегодня имеют литы. Отсюда происходят литы. От литов, которые утратили свои права, происходят поденщики.

§ 1. Так вот, узнайте вергельд и возмещение всех людей. Князья, благородные и свободные, способные быть шеффенами, равны по возмещению и вергельду. Однако князей и благородных чтят золотой платой и им дают в качестве возмещения 12 золотых пфеннигов, из которых каждый должен весить как три серебряных пфеннига. Стоимость золотого пфеннига принимается за 10 серебряных; таким образом, 12 пфеннигов составляют 30 шиллингов[313]. Свободным шеффенского сословия уплачивают возмещение в 30 шиллингов полноценными пфеннигами; двадцать шиллингов весом должны быть равны одной марке. Их вергельд равен 18 фунтам полноценных пфеннигов.

§ 2. Жена имеет половинное возмещение и вергельд ее мужа. Девушка и незамужняя женщина имеет половинное возмещение согласно ее рождению [происхождению].

§ 3. Муж, далее, является опекуном своей жены с момента как она с ним повенчана. Жена, далее, принадлежит к одному с ним сословию с момента, как она разделила с ним ложе; после смерти мужа она освобождается от прав [в отношении к ней] мужа.

§ 4. Именуемые биргельдами и чиншевиками [Pflichthaften] и заседающие в суде шультгейса[314] получают в качестве возмещения пятнадцать шиллингов и десять фунтов в качестве вергельда[315].

§ 5. Из их числа можно избрать судебного исполнителя, если требуется, он должен иметь не менее трех своих гуф. Избирать его должны судья и шеффены.

§ 6. Другие свободные, именуемые поселенцами, приходят и уходят вроде гостей и не имеют земельной собственности в стране. Им также уплачивают пятнадцать шиллингов в качестве возмещения и десять фунтов вергельда.

§ 7. Двадцать шиллингов и шесть пфеннигов и полушка составляют возмещение литов и девять фунтов их вергельд.

§ 8. Две шерстяные перчатки и одни навозные вилы составляют возмещение поденщика.

Его вергельд состоит из горы пшеницы, заполняющей стог из двенадцати стоек, причем одна стойка отстоит от другой на сажень. Каждая стойка должна иметь двенадцать гвоздей один над другим, каждый гвоздь должен быть отдален от другого на длину человека до плеч для того, чтобы гору можно было заполнить от гвоздя до гвоздя; каждый гвоздь должен иметь по двенадцать кошельков и в каждом кошельке должно быть по двенадцать шиллингов[316].

§ 9. Детям священников и незаконнорожденным дается в качестве возмещения два воза сена, которые могут тащить двухлетние бычки. Актерам и всем тем, которые передают себя в собственность другого, служит в качестве возмещения тень человека. Наемным бойцам [в поединках] и их детям дают в качестве возмещения светлый блик на щите от солнца. Два веника и ножницы составляют возмещение для тех, которые утратили свои права вследствие кражи или грабежа, или другими деяниями[317].

§ 10. Возмещение лиц, лишенных прав, приносит им мало пользы, но оно потому установлено, что за возмещением следует штраф судье.

§ 11. Лишенные прав не имеют вергельда. Тем не менее, если кто-нибудь ранит, или ограбит, или убьет кого-либо из них, или изнасилует женщину, лишенную прав, и тем самым нарушит мир, то того нужно судить по закону о нарушении мира.

§ 1. Если кто-нибудь изнасилует продажную женщину или свою наложницу, то он может поплатиться жизнью, если он ее положит без ее согласия.

§ 2. По поводу одной раны можно обвинять не более одного; однако можно нескольких обвинять в подстрекательстве и в соучастии.

§ 1. Если кто-нибудь возьмет у другого что-нибудь силой или без его ведома, то, будь то много или мало, он должен это вернуть с возмещением или поклясться, что он не может это вернуть. Тогда он должен возместить по стоимости, как это оценит тот, который утратил вещь, разве только оценка будет снижена при помощи присяги того, кто должен возместить.

§ 2. Но певчих птиц, и охотничьих птиц, и борзых собак, и гончих собак, и ищеек можно возместить столь же хорошими, если это будет скреплено присягой на реликвиях.

§ 1. Кто убьет умышленно или неумышленно чужой скот так, что его можно будет использовать для пищи, тот должен возместить согласно установленному вергельду. Если он изувечит скот, то он должен уплатить в половинном размере и без возмещения; скот сохраняет тот, кому он до этого принадлежал.

§ 2. Если кто-либо убьет скот или искалечит его ногу умышленно и не в необходимой обороне и так, что скот нельзя будет употреблять в пищу, то он должен уплатить полный вергельд и возмещение. Если же он повредит один глаз, то он должен уплатить в половинном размере.

§ 3. Если же кто убьет или искалечит скот своими действиями, но не умышленно, и если он присягнет в том, то он должен уплатить без возмещения, как указано было выше.

§ 4. Если, однако, кто-либо искалечит или убьет собаку, потому что она хотела его укусить или потому что она искусала его cкот на дороге или в поле, то он за это не отвечает, если он присягнет на реликвии, что он не знал, как иначе защититься.

Если собаку ведут в поле, то ее следует держать на привязи, чтобы она никому не причинила вреда. Если же она причинит вред, то возместить вред должен тот, кто ее ведет в поле, или его господин, если тот не может возместить вред.

Когда немец за совершенное им преступление должен поплатиться жизнью или рукою, то независимо от того, выкупился он или нет, он не должен дополнительно платить ни штрафа, ни возмещения.

§ 1. Так вот узнайте вергельд за зверей и птиц. Курицу возмещают половиной пфеннига; утку – так же; гуся – одним пфеннигом: гусыня-наседка и курица-наседка возмещаются тремя пфеннигами во время того, как они сидят, и приманная утка так же. Так же поступают в отношении поросят и ягнят, пока они сосунки, и в отношении кошек. Овечка стоит четыре, теленок – шесть пфеннигов, жеребенок – один шиллинг, пока он сосунок, и сторожевой пес – столько же. Собака, которую называют овчаркой, стоит три шиллинга, так же кабан и годовалая свинья; бычок – четыре шиллинга, свиноматка – супоросая или подсосная – пять шиллингов, так же взрослый кабан и осел; мул – восемь шиллингов и так же рабочий вол и молодой конь; другие рабочие лошади, годные для полной работы, – двенадцать шиллингов. Животных, не достигших полного возраста, возмещают в соответствии с их возрастом. Верховую лошадь, на которой всадник должен служить своему господину, возмещают одним фунтом.

§ 2. Однако за рыцарских лошадей, коней, и иноходцев, и пони не установлен вергельд, так же как и для откормленных свиней. Поэтому надлежит их и все движимое имущество возвращать или возмещать по оценке тех, кто их утратил, разве только что тот, который должен возмещать, сможет снизить оценку при помощи своей присяги.

§ 1. Немцы должны выбирать короля по праву. Когда он посвящен теми епископами, которые к тому назначены, и вступает на престол [коронуется] в Аахене, тогда он получает королевскую власть и королевский титул. Когда его посвящает папа, тогда он получает и императорскую власть, и императорский титул.

§ 2. Короля избирают судьей над земельной собственностью, и леном, и над жизнью каждого. Однако император не может быть повсеместно и судить все преступления во всякое время; поэтому он передает князьям графство и графам шультгейство.

§ 3. В четвертые руки не должен передаваться ни один лен, имеющий суд [т. е. право суда над преступлениями, влекущими за собою] смертную казнь [шею] и [отсечение] руки; исключение составляет шультгейство в графстве, так как ни один судья не может вести суд, созываемый в установленные сроки, без шультгейса. Если кто-нибудь подает жалобу на судью, то он [судья] должен отвечать перед шультгейсом, ибо шультгейс является судьей в отношении его вины. Точно так же пфальцграф – судья над императором и бургграф – над маркграфом[318].

§ 1. Каждая немецкая земля имеет своего герцога [пфальцграфа]: Саксония, Бавария, Франкония и Швабия. Это все были королевства; с тех пор им изменили наименование и их [королей] стали называть герцогами, после того как они победили римлян; но они сохраняли князей в [качестве] вассалов и знаменные лены под тем же названием. После этого императоры отняли у них и князей, и знаменные лены.

§ 2. Каждый судья получает штрафы в пределах своего судебного округа, но не возмещение; ибо судья не может быть одновременно и жалобщиком и судьей. Ведь возмещения не дают никому, кроме жалобщика. Поэтому говорят, что князья остаются без возмещения; но это не так.

§ 3. Не допускается делить суд [судебный лен], равно как не допускается, чтобы тот, кому он передан, передавал его дальше в целом или в части, чтобы таким путем возникло правопреемство в судебном лене и чтобы такое положение должны были бы терпеть люди земли, разве только что это будет отдельное графство, являющееся знаменным леном; его нельзя оставлять свободным. Точно так же и король не может знаменный лен оставлять свободным, а он передает его вновь в течение года и дня.

§ 1. Судебный лен никто не может получить, если он не свободный, имеющий право быть шеффеном, и если он не дает королю клятву в верности службы по праву свободного человека, и если он не обяжется по этой клятве свидетельствовать, когда сошлются на его свидетельство.

§ 2. Когда выбирают короля, он должен принести присягу верности государству в том, что он будет укреплять правду и карать неправду, и защищать интересы империи, как он только сможет и будет в силах. После этого он уже никогда больше не должен приносить присягу, разве только его обвинит папа в том, что он сомневается в истинной вере. Затем он должен быть свидетелем во всех делах, по которым на него ссылаются, прося о королевской милости; обещание он должен давать взамен присяги, когда устанавливается мир.

§ 3. Хромого и прокаженного или того, кто правомерно отлучен папой от церкви, нельзя избирать в короля. Король должен быть свободным и законнорожденным и должен сохранять свое право рождения [происхождения].

§ 4. Король должен обладать франкским правом после избрания независимо от того, к какому племени он принадлежал до избрания. Ибо как франк не может быть лишен жизни, если только он не будет пойман на месте преступления или если он не будет лишен своего франкского права, точно так же никто не может приговорить к смерти короля, если предварительно он не будет правомерным решением лишен королевства.

§ 1. Над жизнью и здоровьем князей никто не может быть судьей, кроме короля.

§ 2. Относительно свободных шеффенского сословия, которые достойны смертной казни и осуждены, никто не может казнить их, кроме судебного исполнителя.

§ 1. После того как судебный исполнитель избран судьей и шеффенами, он должен принести присягу верности королю по праву свободного человека. Затем судья должен взять его за руку и посадить на подушку и на стул напротив себя и должен положить ему в полу святые мощи и даровать мир, как того требует право.

§ 2. Так получает судебный исполнитель свою власть, и он имеет право брать обеспечение, арестовывать, налагать запрещение в отношении любого человека и его имущества по праву, когда он к тому управомочен судебным решением. Если же он совершит преступление, он может быть лишен жизни и его имущества, как всякий другой. Он не должен носить ни меча, ни какого-либо другого оружия. Если кто-либо сопротивляется его праву, то он должен призывом на помощь созвать народ и выполнить свои обязанности, если он это сможет. Если он не сможет выполнить это, он приносит жалобу судье.

§ 3. Его право, далее, разрешить [каждому] десятому преступнику, который должен быть осужден, освободиться за выкуп. И там, где имеется выморочное имущество после мужчины или женщины, он получает нескошенное зерно и мужскую повседневную одежду. Далее, когда отчуждается имущество и даруется для этого мир, он должен с этого иметь три шиллинга. Он имеет право освободить от каждого села по одному человеку от обязанности являться в суд (уже в качестве заседателя), кроме сельского старосты.

§ 1. Императора не может ни папа, ни кто-либо другой отлучить от церкви с того момента, как он посвящен, кроме трех случаев: если он сомневается в истинной вере, или если он оставляет свою законную жену, или если он разрушает божий храм.

§ 2. При выборах императора первый голос принадлежит епископу Майнца, второй – Трира, третий – Кельна. Среди светских первый при выборах пфальцграф рейнский – имперский стольник, второй – герцог саксонский – маршал, третий – маркграф бранденбургский – имперский камерарий. Имперский шенк, король богемский, не имеет права избрания, потому что он не немец. Затем выбирают все имперские князья, духовные и светские. Те, которые первыми названы при избрании, должны голосовать не по собственному усмотрению, а должны первыми голосовать за того, кого все князья изберут императором.

§ 1. Имперские князья не должны иметь никого другого светского господина, кроме короля.

§ 2. Нет такого знаменного лена, при помощи которого кто-либо мог бы стать имперским князем, если он не получил этого лена от короля. Если другой от него получает, то он не является первым держателем лена[319], потому что тот раньше его получил, и он не может поэтому быть имперским князем[320].

§ 1. Когда избирают епископов, аббатов и аббатис, которые имеют военный щит, то пусть они раньше получат лен, а затем примут духовную должность. После того как они получат лен, они могут пользоваться ленным правом, но не раньше[321].

§ 2. Если епископы, аббаты и аббатисы не будут избраны в течение шести недель, тогда и наделение леном переходит к императору, и он наделяет леном того, кого он хочет, кто себя честно ведет.

§ 1. Император передает в лен все духовные княжеские лены при помощи скипетра, все светские знаменные лены он передает при помощи знамени. Ни один знаменный лен он не может оставлять вакантным более года и дня.

§ 2. В какой город государства ни прибудет король, для него свободна [чеканка] монеты и пошлина, и в какую землю (имеются в виду Саксония, Бавария, Франкония, Швабия) он ни прибудет, для него свободен суд, так что он может судить по всем жалобам, которые еще не начаты в суде и которые еще не разрешены.

§ 3. Если, далее, король прибудет в страну в первый раз, должны быть представлены ему все противоправно [бессудно] арестованные, и они должны быть приведены к нему и по суду изобличены или отпущены, как только их можно прислать после того, как их затребует на суд король или его посланцы от того человека, или от того двора, или от того дома (замка), где они находятся или находились в заключении. Если уклоняются от того, чтобы их привести после того, как они были затребованы для суда, и это может быть доказано перед королевским посланцем, то немедленно объявляются опальными все те, которые их арестовали, дом [замок] и люди, которые их противоправно [бессудно] задерживают.

§ 1. Каждые восемнадцать недель граф должен назначать заседания своего суда не в присутственные [замиренные] дни в установленном правом судебном месте, где должны находиться шультгейс, и шеффены, и судебный исполнитель.

§ 2. Никто не может быть шультгейсом, если он не свободный и если он не родился в той стране, где находится суд.

§ 3. Судебный исполнитель должен по меньшей мере иметь полгуфы своей земли.

§ 4. Все обязанные участвовать в суде должны находиться [ждать] в суде от восхода солнца до полудня, когда судья присутствует.

§ 1. Пять местностей, которые называются дворцовыми, находятся в земле саксов, где король в установленные правом дни должен иметь [вести] королевский суд. Первая – Гроне, вторая – Верла, расположенная за Госларом, Вальхаузен – третья, Альштедт – четвертая, Мерзебург – пятая.

§ 2. Семь знаменных ленов имеется, далее, в земле саксов: герцогство – пфальцграфство Саксония, маркграфство Бранденбург, ландграфство – Тюрингия, маркграфство – Мейсен, маркграфство – Лаузиц, графство – Ашерслебен.

§ 3. Далее, имеется в земле саксов два архиепископства и пятнадцать других [епископств]. Магдебургскому [архиепископу] подведомственны епископы Наумбурга, и Мерзебурга, и Майсена, и Бранденбурга, и Хавельберга. [Архи]епископ Майнца имеет в Саксонии четыре подчиненных [епископства]: епископа Хальберштадта, и Хильдесгейма, и Вердена и Падерборна. Епископы Оснабрюка, Миндена и Мюнстера подчинены архиепископу Кельна. Архиепископ Бремена имеет под собою епископов Любека, Шверина и Ратцебурга[322].

§ 1. Король Константин дал папе Сильвестру [I] светскую власть назначать штрафы в добавление к духовным карам [в размере] 60 шиллингов для принуждения всех тех, которые не хотят отвечать перед богом своей жизнью, чтобы они к этому принуждались их имуществом. Следовательно, светский суд и духовный должны действовать совместно для того, чтобы тот, кто противится одному, принуждался бы другим быть послушным и исполнять свои обязанности, вытекающие из права.

§ 2. Отлучение от церкви вредит душе, но ни от кого не отнимает жизни, не ущемляет прав ни по земскому праву, ни по ленному праву, если только не последует королевская опала.

§ 3. Объявление состоящим под подозрением грозит жизни, если подозреваемый будет схвачен, но не его правам, как долго бы он ни был в этом состоянии.

§ 1. Если король потребует имперской службы или призовет ко двору согласно решению и сообщит об этом князьям своим письмом, снабженным печатью, за шесть недель до начала [службы, суда], то они должны явиться в пределах немецкой земли, где бы он [король] ни находился; если они этого не выполнят, то они платят за это штраф[323].

§ 2. Князья, которые имеют знаменный лен, платят королю сто фунтов в качестве штрафа. Все другие платят десять фунтов, если не платится штраф за преступление.

§ 3. Герцогу платит также десять фунтов штрафа каждый благородный. Имеется, однако, достаточно местностей в герцогстве [Саксония], которые хотят иметь особенное право, как, например, Хольштейн, и Штормарн, и Хадельн. Об их праве и их штрафах я ничего не говорю.

§ 4. Шестьдесят шиллингов платят в качестве штрафа графу, а также фогту, которые судят приказом [банном] короля, если они судебную власть имеют от самого короля.

§ 5. Власть судить приказом [банном] короля никто не может передавать, кроме самого короля. Король не может по праву отказать в передаче банна тому, кому передан судебный лен. Если граф передает часть своей графской власти или фогт часть своего фогтства, то это против права. Наделенный таким путем не может получить никакого королевского банна, с которым надлежало бы считаться. Банном наделяют без [требования] ленной присяги.

§ 6. Пфальцграфы и ландграфы судят приказом [банном] короля, как и граф; им также платят шестьдесят шиллингов штрафа.

§ 7. Каждому маркграфу [уплачивают] тридцать шиллингов, поскольку он судит своей властью.

§ 8. Шультгейсу платят его биргельды восемь шиллингов в качестве штрафа.

§ 9. Наделенному леном фогту, который не имеет права судить приказом короля, платят самое большее – три шиллинга в качестве штрафа.

§ 10. Гографу [платят] шесть пфеннигов или один шиллинг в зависимости от решения народа [общины].

§ 11. Сельскому старосте платят шесть пфеннигов в качестве штрафа и иногда три шиллинга взамен телесного наказания, что предназначалось односельчанам совместно на выпивку.

§ 1. Маркграф судит собственной властью каждые шесть недель. Там может участвовать в вынесении решения в отношении другого каждый, кто не опорочен в своих правах[324]. Однако там никто не отвечает [на вызов] о поединке с человеком неравного сословия.

§ 2. Если кто-либо станет вассалом кого-либо своего же сословия, то он этим не унизит ни своего рождения [происхождения], ни своего земского права; свой военный щит, однако, он снизит.

§ 1. Нельзя создать [построить] рынок на расстоянии одной мили вблизи другого.

§ 2. Нельзя также строить замок или укреплять город деревянной оградой или каменными стенами, а также возводить вал или остров и башни в деревнях без разрешения местного судьи.

§ 3. Без его разрешения можно рыть землю до такой глубины, чтобы человек мог выбрасывать землю лопатой прямо наружу, без того чтобы использовать уступы. Можно также строить без его разрешения дом из дерева или из камня высотою в три пола [этажа], из которых один под землею и два над землею, если будет иметься дверь в нижнем ярусе над землею на высоте колена. Можно, далее, укреплять двор забором, частоколом, каменной стеной такой высоты, что человек, сидя на коне, может достать до верху. Зубцов и брустверов не должно быть на нем.

§ 4. Нельзя, далее, вновь возводить без согласия судьи замок, который был разрушен по судебному решению за преступление. Если же замок был разрушен насильственно или если господин по своей воле допустил его разрушение или вследствие бедности, то замок можно восстановить без разрешения судьи.

Если один незаконно отнимает у другого его дом и тот подаст на это жалобу, как полагается по праву, а дом будет насильственно удерживаться, то до тех пор, пока он [т. е. другой], имея на это право, не будет владеть домом, никем и никуда по поводу этого дома не может быть подан никакой иск, который требовал бы снести этот дом.

§ 1. Судья должен первый нанести три удара топором по замку или по строению, которое подлежит по судебному решению сносу; затем народ должен помочь рубить и сносить. Нельзя строение поджигать, или растаскивать дерево или камни, или [изымать] другие какие-либо предметы, которые там имеются, разве только те, которые туда попали вследствие грабежа. Если кто-либо будет по праву притязать [на эти вещи], то он может их вывезти. Ров и вал нужно сравнять с землей лопатой.

§ 2. Все те, которые были по данному делу заседателями, должны помогать в течение трех дней, обеспечивая сами себя пропитанием, если они призывом на помощь вызваны для этого.

§ 1. Где суд идет по приказу [банну] короля, там ни шеффены, ни судья не должны быть ни в судейских шапках, ни в шляпах, ни в шапочках, ни в клобуках, ни в перчатках. Мантии они должны иметь на плечах. Они должны быть без оружия.

§ 2. О любом, будь то немец или венд [славянин], крепостной или свободный, они должны судить трезвыми. Никто не должен предлагать [находить, выносить] решение не так, как они. Предлагать [находить, выносить] решение они должны сидя.

§ 3. Если их суждение будет оспаривать кто-либо равного сословия, он должен попросить место [скамью], чтобы предложить другое решение. Тогда должен встать тот, который предлагал решение, и этот должен сесть на его место и предложить то, что ему кажется [соответствующим] праву, и перенести решение туда, куда он по праву должен перенести, и он доказывает его [право] или теряет его по суду, как об этом раньше было сказано.

§ 1. Где судят не приказом [банном] короля, там может каждый, кто не лишен прав, предлагать [находить] решение и быть свидетелем в отношении другого, но ни венд [славянин] против сакса, ни сакс против венда.

§ 2. Если, однако, венд или сакс будет пойман на месте преступления и с призывом на помощь приведен в суд, то сакс может выступать свидетелем против венда и венд против сакса, и каждый из них должен принять решение другого, если он так был пойман.

§ 1. Каждый, кого обвиняют, может отказаться от ответа, если его не будут обвинять на его родном языке, если он не знает немецкого языка и в этом присягнет. Если его обвиняют на его родном языке, то он должен отвечать лично или через своего представителя [говорителя] так, как понимают жалобщик и судья.

§ 2. Если же он принес жалобу по-немецки, или отвечал, или предлагал решение на суде и это может быть доказано, то он должен отвечать по-немецки, кроме имперского суда, ибо там может каждый [судиться] по праву своего рождения [происхождения].

Законнорожденный и свободнорожденный ребенок сохраняет военный щит отца и получает наследство отца, а также и матери, если он равного с ней рождения или высшего.

§ 1. Если, однако, свободная шеффенского сословия женщина возьмет в мужья биргельда или ландзасса и будет иметь от него детей, то они не будут равного с ней рождения по возмещению и вергельду, ибо они имеют право их отца, а не матери. Поэтому они не получат наследство матери или кого-либо другого, кто является их родственником с материнской стороны.

§ 2. Такое же право имели министериалы до архиепископа Магдебургского Вихмана[325], а именно сын сохранял право отца, а дочь право матери, и они принадлежали господину отца или матери, если были министериалами. Тут не требовалось никакого обмена министериалами. Однако с самого начала права было правило, что крепостное дитя никогда не может приобрести [право] свободного рождения. Со времен архиепископа Вихмана было установлено правило, что и сыновья, и дочери немецкой матери принадлежат тому, кому она принадлежит, независимо от того, будет ли отец немец или венд, а дети вендки принадлежат господину отца, если отец венд; если же, однако, он немец, то они принадлежат господину матери.

§ 3. Говорят, что все вендки свободны, потому что их дети пользуются правами отца-венда. Это не так, ибо они уплачивают венечный сбор их господину, когда они выходят замуж. Если их потом покидает их муж по праву вендов, то они должны уплачивать господину отпускной [разводный] сбор, что составляет три шиллинга, и в некоторых местностях больше по обычаю страны.

Если жена будет законным образом разведена [разлучена] со своим мужем, то она сохраняет все же право пожизненного пользования земельной собственностью мужа, которое он ей предоставил, и ее строениями, которые на участке стоят; но их она не может ни сносить, ни вывозить. Другие строения у нее не остаются также и от утреннего дара. Ее женскую долю и долю продуктов она сохраняет. Ей также должно быть оставлено и передано все, что она принесла мужу, или столько из имущества мужа, сколько ей было обещано, когда они сходились.

§ 1. Законное пожизненное содержание женщина может получить с земельной собственности мужа, потому что при жизни ее никто не может этого содержания лишить; иначе дело обстоит с леном, так как лен во многих случаях может быть изъят[326].

§ 2. При жизни мужа лен является предметом права ожидания, а после смерти мужа – ее законным леном.

§ 3. Ни муж, ни жена не могут иметь лен дольше, чем пожизненно; [но] муж передает лен по наследству, а жена нет.

§ 1. Если у жены умирает ее муж и она остается с детьми с неразделенным имуществом длительный или короткий срок и затем делится с ними, то жена берет свой утренний дар, свою женскую долю и свою долю продуктов из всего того имущества, которое имеется, как она должна была взять в то время, когда умер ее муж.

§ 2. Если же жена вновь вышла замуж и муж вошел к ней и к детям [в дом] в неразделенное имущество и если затем жена умерла, то муж сохраняет все ее права на движимое имущество, за исключением прав на строения и на ее женскую долю.

§ 3. Если мужчина женится на вдове, которая имеет земельную собственность, или лен, или право пожизненного содержания с имения, или цензиву, которую он обрабатывает своим плугом, и если его жена умрет до посева, то он должен закончить работу, и посев, и уборку и отдать чинш или арендную плату тому, кому по наследству переходит имение.

§ 4. Все что, далее, в отношении чинша или арендной платы принадлежало к имению жены и подлежало уплате ей, является, если она умерла после наступления дня платежа, имуществом мужа, как это принадлежало бы ее наследникам, если бы она не имела мужа.

§ 1. Если кто-либо сдает свою землю засеянной за чинш или арендную плату на определенный срок с условием, что она должна быть возвращена засеянной, и если он в течение этого срока умрет, то земля должна быть возвращена засеянной наследнику [собственника имения], так как тот не мог сдать землю на срок дольше, чем он сам живет.

§ 2. Наследники должны, далее, от урожая дать столько [же] чинша или арендной платы тому, которому было предоставлено имение, так как умерший не обрабатывал этого имения своим плугом[327].

§ 1. Король и каждый судья имеют право решать о шее, и о руке[328], и о наследственном имуществе каждого из своих людей и их родни, и этим он не действует против своей обязанности верности.

§ 2. Каждый[329] может, далее, оказывать сопротивление противоправным действиям своего короля или своего судьи и даже оказывать помощь в обороне от них всяким способом, хотя [т. е. даже если] этот является его родственником или его господином, и этим он не действует против своей обязанности верности.

§ 3. Каждый может, далее, преследовать своего господина, и господин своего человека, и родственник родственника, и может даже оказывать помощь при призыве [о помощи] в его задержании для суда над ним за преступление, если он будет застигнут на месте совершения [преступления], и этим он не действует против своей обязанности верности.

§ 4. Каждый может, далее, следовать к дому своего господина и господин к дому своего человека, если он вызван туда призывом о помощи по поводу преступления, и он даже может помогать разрушить дом [замок], если тот не опровергнет [обвинение], как это надлежит по праву, и этим он не действует против своей обязанности верности.

§ 5. Каждый может помогать защищать города, замки, страну и жизнь своего господина, и родственника, и своего человека, и даже своего друга против господина, и родственника, и человека против насильственных посягательств и может против них вступить в бой, и этим он не действует против своей обязанности верности, если он только сам ничего не возьмет из их имущества.

§ 6. Если, далее, человек ранит своего господина или побьет его до смерти в необходимой обороне или господин своего человека, то этим он не действует против своей обязанности верности, если необходимая оборона в отношении его будет доказана [как это установлено] правом.

§ 7. Своему дорожному спутнику и своему хозяину, который дал ему приют, и своему гостю, и тому, который прибегает к его защите, он должен помогать против каждого, чтобы тот мог себя защитить от бесправного насилия, и этим он не действует против своей обязанности верности.

§ 8. Если господин обвиняет [своего] человека или тот господина, не обращаясь с жалобой перед его людьми [как надлежит] по праву, то этим он действует против своей обязанности. Если, однако, он ему не причиняет ущерба, а тот претерпел ущерб по собственной вине или по вине тех, которые присутствовали с его согласия, или если он был невольным пособником, то он должен возместить по праву ущерб, однако это не будет против его обязанности верности.

§ 9. Если кто-либо находится в походе, и не в качестве военачальника, и затем его люди нападут и причинят вред его господину, или его человеку, или его родственнику, или кому бы то ни было (имеются в виду участники похода) без его совета или его участия, если он это подтвердит присягой на реликвии, то он остается без обязанности возмещения и [без] кары.

§ 1. Где крестьяне основывают новую деревню на диких местах, владелец деревни может предоставить им право наследственных чиншевиков[330], хотя они и не прикреплены к тому имению по рождению. Однако он не может предоставить им прав или они сами себе установить права, которые ограничивали бы права судей страны, или уменьшали бы, или увеличивали бы размеры их штрафов.

§ 2. Никто из другой местности, далее, не обязан в селе отвечать по особому праву [данного] села, а только по общему земскому праву, когда он предъявляет там иск о наследстве, об имении или о долге.

§ 3. Где кто-либо предъявляет иск, там он должен и отвечать, когда иск [встречный] предъявляют против него, разве только его вызывают на поединок.

§ 1. Если биргельд умер, не оставив наследников, то его земельный участок в три гуфы или меньше принадлежит шультгейству. Если остается тридцать гуф или меньше, то они принадлежат графству. Если [осталось] больше тридцати гуф, то все переходит к королю.

§ 2. Если король или другой господин освободит своего министериала или крепостного, то тот получает права свободного поселенца [ландзасса].

§ 1. Если в каком-либо графстве умрут шеффены, то король может освободить путем [специального] решения имперских министериалов и назначить [их] туда шеффенами для того, чтобы можно было проводить там суд приказом короля и добиваться права. Он должен, однако, из королевских имений столько дать им в собственность, чтобы они тем самым могли [приобрести право] стать шеффенами, каждому из них три гуфы или больше. Имение он может взять из имений графства, если граф имеет их свободными, так как земельная собственность [прежних] шеффенов отошла графству.

§ 2. Министериалы передают по наследству и получают наследство, как и свободные люди, по земскому праву; но они не могут ни передавать, ни получать по наследству, ни получать наследство за пределами власти их господина[331].

§ 1. Кто лишен прав судом в одном месте, тот лишился прав повсюду, если о том имеется судебное доказательство. Однако никто не обязан представлять судебное доказательство в другой суд. А тот судья, перед которым утверждается, что он [обвиняемый] лишен прав, должен направить двух своих посланцев к тому судье, у которого он был лишен прав, для того чтобы они выяснили, можно ли об этом свидетельствовать, и затем они должны быть тому свидетелями.

§ 2. Если кто-либо отдает другому свое имение и передает ему во владение, хотя он сам им не владеет, и тот будет водворен судебным порядком, то тот, кто имеет фактическое владение, может возражать против водворения и его удалить, если он это будет отстаивать на ближайшем очередном заседании суда. Ибо никто не обязан уступать свое владение, если об этом не будет подана жалоба [иск] и он не будет вызван [в суд]. Если тому будет затем обещано владение и он будет водворен судебным порядком, то его нельзя удалить, разве только это будет сделано в силу [судебного] решения.

§ 1. То, что передается мужчине или женщине, они должны иметь в своем обладании три дня[332]. То, что они приобретают по жалобе или что они наследуют, для этого фактического обладания не требуется.

§ 2. Если один передает другому имение в лен или отчуждает его, то [оно] должно быть у него во владении в течение года и дня.

§ 3. Кто продает земельную собственность или движимое имущество, тот должен обеспечивать [покупателю] обладание [ими] в течение всей своей жизни, однако имение должно быть оставлено [как бы] в его владении для [судебной] защиты, несения риска потери, поскольку он [продавец] должен выступать за него [покупателя]. Ибо тот, которому оно передано, может сослаться только на передачу[333].

§ 1. Кто захватит насильственно у другого его имущество до его смерти, тот теряет все права на это имущество, которые он должен был унаследовать после смерти этого другого.

§ 2. Если ленник убьет своего господина, то он лишается жизни, чести и имения, которое он от него имел. Того же лишается господин, если он убьет своего ленника, и высший сеньор не может его [т. е. убитого] детей с имением опять передать тому же господину.

§ 3. Если, далее, кто-либо убьет своего отца, или своего брата, или своего родственника, или кого-либо, на чью земельную собственность или лен он имеет право ожидания, то он теряет все свои права ожидания, разве только он совершил это в состоянии необходимой обороны своей жизни, и эта необходимость обороны от убитого будет доказана, или что он совершил это неумышленно, так что это произошло против его воли.

§ 1. Если несколько лиц совместно обязались [уплатить] другому вергельд или исполнить [что-либо] другое, то они все ответственны за исполнение до тех пор, пока не будет оплачено [или исполнено]; однако каждый из них обязан [уплатить, исполнить] не все, а каждый столько, сколько с него причитается, поэтому его к тому может принудить по суду либо тот, кому обещано, либо тот, который совместно обещал и уплатил вместо него.

§ 2. Если, далее, несколько лиц обязываются уплатить долг одному лицу, а это обещание было дано нескольким лицам, то при уплате тому, которому должна была быть произведена уплата, или при заключении с ним мирового [соглашения], обязательство считается исполненным в отношении всех, которым это обязательство было дано.

§ 3. Кто дает поручителя с условием, что он либо сам исполнит, либо его поручитель вместо него, и сможет доказать, что он выполнил обязательство, тот освобождает своего поручителя.

§ 4. Если же кто-либо поручится за другого и обязуется выполнить, то он сам должен доказывать при помощи свидетелей, что он выполнил обязательство или кто-нибудь вместо него.

§ 1. Кто запашет, или обведет рвом, или обнесет оградой землю своей крестьянской общины и будет по этому поводу призван к ответу и обвинен сельским старостой, тот должен за это уплатить штраф в размере трех шиллингов. Если же он будет уклоняться от ответа перед сельским старостой и будет обвинен перед вышестоящим судьей, то он должен будет заплатить штраф судье и возмещение крестьянам тридцать шиллингов и вернуть общине захваченное.

§ 2. В таком же порядке отвечает одна крестьянская община перед другой тремя шиллингами и покрывает нанесенный ущерб, если ее обвиняют соседние крестьянские общины, как это надлежит по праву. Если же община будет уклоняться от ответа перед ними и будет обвинена перед вышестоящим судьей, то ее сельский староста должен за них всех уплатить штраф и возмещение крестьянам тридцать шиллингов и покрыть нанесенный ущерб.

§ 1. Если один мирянин будет обвинять другого мирянина перед духовным судом по поводу такой вины, о которой по праву должен судить светский судья, и если он этим причинит ему ущерб и будет за это обвинен согласно земскому праву, то он должен уплатить судье штраф, а тому его возмещение и покрыть его ущерб.

§ 2. Так же должен поступать сельский житель по отношению к другому, если он его будет обвинять в городе или в суде другого [гографства], хотя они оба живут в одном селе или в одном [гографстве], разве только ему было отказано в праве у [надлежащего] судьи.

§ 3. Отказывает в праве [правосудии] тот судья, который не хочет судить или не соблюдает свои установленные судебные дни.

§ 4. Отказывает в праве также тот, против кого возбуждена жалоба, если он объявляется состоящим под подозрением или он не платит или не возвращает долга, который он должен уплатить или вернуть, и его нельзя принудить к тому судом путем взятия залога; тогда против него можно подавать жалобу повсеместно, где только можно осуществить над ним право [правосудие].

§ 1. Если кто-либо должен что-нибудь доказывать через суд, то это должны удостоверить своей присягой судья королевской милостью, затем шеффены, равно как и все другие заседатели.

§ 2. Если приведут в суд человека, состоящего под подозрением, пойманного не на месте преступления, и будут просить о том, чтобы [он] был «посажен» [на пол][334], а тот будет отрицать факт объявления его состоящим под подозрением, тогда факт объявления состоящим под подозрением должен быть доказан при помощи судьи и заседателей до того, как он был посажен. Обвинителю не нужно быть свидетелем этого, если он сможет [доказать] это свидетельством суда.

§ 3. Если, однако, обвиняемый будет посажен [на пол], то обвинитель должен прежде всего присягнуть против него, что он виновен в том преступлении, за которое он объявлен состоящим под подозрением, клянясь богом и святыми. Затем должны присягнуть его свидетели в том, что его присяга чиста и непорочна.

§ 4. Таким же порядком должен присягнуть обвинитель и его свидетели против обвиняемого, не объявленного состоящим под подозрением, который был пойман на месте преступления и приведен в суд и в силу решения был посажен [на пол].

§ 5. Любое доказательство, которое кто-либо должен представить суду при обвинении или при защите, будь то об имуществе или о владении, должно совершаться предварительно с присягой его свидетелей, а затем с его собственной присягой.

Если кто-либо возьмет из общественной бани чужой меч, или платье, или умывальный таз, или ножницы, которые, по общему мнению, похожи на его вещи, или вывезет пустой или полный мешок из мельницы, или седло, или войлочную попону, или уздечку, или иное какое-либо имущество, принадлежащее другому, но похожее на его [имущество], возьмет вместо своего, или постель, или подушки, или простыни, если многие лежат совместно, возьмет вместо своего, а свое там оставит и если затем, полагая, что это его, будет держать эти вещи неспрятанными и затем обещает принести присягу, то эту вещь можно задержать и требовать ее возвращения. От обвинения в краже или ограблении, если он будет в этом обвиняться, можно очиститься присягой на реликвиях, если он имеет свидетелей в том, что он держал эти вещи неспрятанными. Тогда нельзя его и обвинять в том, что он пойман на месте преступления.

§ 1. Если кто-либо будет убит в поле и неизвестно будет, кто это сделал, то тот, кто его похоронит в поле или в деревне, и об этом будут знать соседи, тот не совершит ничего преступного.

§ 2. Если, далее, у кого-либо будет убит его родственник или его друг, то он может его похоронить, хотя бы он знал, кто его убил, если только он не возбудил жалобу с мертвым[335] перед судом; тогда он должен довести жалобу до конца и не может, пока дело не закончено, его похоронить без согласия судьи.

§ 3. Если человек упадет, или будет ранен, или избит так сильно, что он больше не сможет прийти в село, то тот, кто его принесет, если даже он умрет в его владении, не несет никакого ущерба. Наследники даже должны ему возместить издержки, если то имущество, которое имел при себе в момент смерти умерший, меньше стоит, чем издержки, которые имел принесший.

§ 1. Если кто-либо дает людям убежище и один из них убьет другого без его [хозяина] вины в пределах или за пределами его владения или какое-либо иное преступление один из них совершит в отношении другого, хозяин должен остаться без ущерба, равно как и все соседи, если они не смогли задержать нарушителя мира и если они принесут присягу на реликвиях, если их в том будут обвинять. Но такие жалобы должны приноситься в суд гографа.

§ 2. Судья не имеет права никого, кроме жалобщика, побуждать к поединку с опекуном или без опекуна [то есть] больше, чем к очистительной присяге, если тот готов ее принести, каждый согласно его праву.

§ 3. Он не может издавать никакого приказа или [устанавливать] убежище, налоги, повинности, ни возлагать обязанности на страну, разве только с ее [страны] одобрения.

1. Если кто хочет ознакомиться с ленным правом, пусть читает эту книгу и не пренебрегает ее учением.

2. Во-первых, заметим, что ленный щит начинается с короля и на седьмой ступени оканчивается.

3. Во-вторых, светские князья переходят в третий щит, когда они становятся вассалами епископов, и шестой щит переводят в седьмой.

4. Клирики, и женщины, крестьяне, и купцы, и лишенные прав, и незаконнорожденные, и все не рыцарского звания со стороны отца и их предков – все они лишены ленного права.

5. Если, однако, кто-либо им передаст лен, то они будут иметь право ленника, но только от него; своим детям они лен не передадут по наследству, а также они не смогут стать в ленные отношения к другому господину.

6. Все, не имеющие военного щита, не могут обладать ленным правом на основании свидетельства или вынесенного решения, но господин, наделивший их леном, не сможет отвергать их свидетельства. Однако если двое приписывают себе право на одно и то же имение, причем один из них имеет военный щит, а другой щита не имеет, то тот, кто обладает военным щитом, пользуется преимуществом при доказательстве по сравнению с тем, который не имеет военного щита.

7. Если обладающий полным ленным правом получит лен от клирика, или от женщины, или от кого-либо подобного, то он не может с этим леном переходить к другому господину, разве только речь будет идти об имперском или церковном лене, который мужчина [священник] или женщина получили на основании избрания; в этих случаях они будут иметь ленное право[337].

8. Ленник должен своему господину принести известную присягу в том, что он ему будет верен и будет ему другом. Таким образом, ленник является по отношению к своему господину обязанным, поскольку он его человек и от него держит лен. Если он этого не выполнит, то он не сможет быть свидетелем относительно ленного права своего господина. Ленник должен оказывать своему господину надлежащее уважение и нести службу.

9. Ленник должен нести надлежащую королевскую службу, объявленную приказом господина в присутствии двух его людей за шесть недель до похода. Служба должна осуществляться в пределах тевтонской земли, входящей в состав Римской империи.

10. Все, наделенные ленами к востоку от Заале, служат в Польше, Словакии и Богемии.

11. Шесть недель должен ленник служить своему господину за счет господина. После шести недель службы он отдыхает.

12. Когда германцы избирают императора, и он направляется в Рим, его должны сопровождать шесть князей, которые первыми были при его избрании, чтобы папа знал о законности избрания императора.

13. Так же должны следовать и все другие, держащие имперские лены, каждый со своим господином, если он только не откупится от похода десятой частью суммы, которую он ежегодно имеет от имения господина.

14. Об этом походе ленник должен быть предупрежден за год и шесть недель и три дня до похода.

15. Обязанность этой службы прекращается, как только император будет посвящен.

16. Ленник должен также служить своему господину тем, что он принимает участие в судебных решениях по ленному праву, когда это потребуется господину до полудня и в судебные дни. Если какое-либо дело начато до полудня в судебный день, то допускается его закончить после полудня и в несудебный день.

17. Если кто-нибудь одолжит своему господину свою лошадь или что-либо подобное и не получит от него обратно или вообще потерпит ущерб на его службе, то, пока он не получит следуемое, он не обязан участвовать в ленном суде или как-нибудь иначе служить, пока он не получит надлежащего возмещения своего ущерба.

18. Также если господин откажет [леннику] в правосудии, когда ленник предъявит ему обвинение в присутствии двух его людей, то ленник сможет отказаться от службы своему господину и не обязан присутствовать в его ленном суде.

19. Двое могут быть наделены одним леном таким образом, что один получает владение леном, а другой является его правопреемником (право ожидания лена) в этом имении после его смерти, если он ленных наследников, т. е. сыновей, в момент смерти иметь не будет.

20. Второй не получит лена, если его предшественник не будет владельцем лена в момент своей смерти и если господина, который наделил леном, не будет уже в живых в то время.

21. Когда умрет тот, который имел лен во владении, тогда второй в лене, о котором говорилось выше, в течение года и шести недель должен явиться к своему господину и просить, чтобы он подтвердил ему лен. Если тот так сделает, то он не нуждается больше в доказательстве; если же господин будет отрицать, то ленник должен доказывать сам-третей.

22. Если он фактически не является ленником, то он не может подтвердить свое право на лен никакими свидетельскими показаниями о том, что кто-либо видел или слышал [т. е. что ему был обещан лен].

23. Однако в отношении того, кто фактически владеет имением, все могут подтвердить, которым известно, что имение является его леном.

24. Отец передает по наследству сыну владение, равно как и лен, поэтому сын не обязан просить господина, чтобы он подтвердил ему лен отца.

25. Так и ленник, не имеющий сына, передает по наследству господину и владение леном, и самый лен, разве только господин предоставил кому-либо право ожидания на этот лен.

26. Если господин передает леннику имение, которое у него свободно, то право владения на это имение он тем самым не приобретает против своего господина, если тот будет отрицать наделение леном.

27. Некоторые говорят, что никто не может получить право ожидания лена без просьбы того, кто владеет леном. Это мнение неверно.

28. Наделенный усадьбой или фунтом ежегодно не получит от господина лена, который освободится вследствие смерти кого-либо из ленников его господина, если он не назначен [ожидающим]. Следовательно, преимущественным правом будет пользоваться тот, который считается ожидающим лен.

29. Если на один и тот же лен от одного господина будут претендовать двое, не владеющие им, то надлежит выяснить дату передачи им лена, и кто сможет доказать, что ему лен был передан раньше, тому лен и должен быть присужден.

30. Как только господин подтвердит передачу лена своему леннику в присутствии двух своих людей, так немедленно переходит на ленника право владения, которое имел господин до подтверждения передачи лена.

31. Если господин откажется подтвердить, что он предоставил лен, то ленник может взять во владение тот лен, который он захочет, из числа свободных у господина.

32. Если, однако, господин обозначит лен при наделении, указав город и место, ленник не должен завладевать сверх пределов предоставленного, но если ленник в течение года и шести недель будет владеть имением, то господин не должен менять ему имение.

33. Имения, которые ленник не имеет во владении и которые не были ему назначены, не передаются по наследству к сыну и не следуют за ним при переходе к другому господину. Тем не менее следуют за ним к другому господину и наследуются сыном лены ленника, которые перешли к нему в силу судебного решения.

34. Если господин передает в качестве лена усадьбу или виноградник, судебный лен или десятину, или тому подобное, или все, что он имеет свободным в каком-либо месте, то такой лен переходит и наследуется, хотя бы не имела места засвидетельствованная передача.

35. Если кто-либо получает в качестве лена право чеканки монеты, таможенные пошлины, виноградник, или десятину, или тому подобное, то этот лен переходит к другому господину и наследуется сыном, поскольку господин имеет источник [дохода от] лена в своей власти[338].

Если господин сохраняет в своей власти источник [дохода от] лена, он должен своим ленникам возместить ущерб от того, что им будет недоставать. Ибо господин должен предвидеть и не передавать в лен больше того, что он может.

36. Кто первый наделен леном, тот должен свой лен получить в том же месте, а кто наделен леном позднее, тот может требовать от господина компенсации.

37. Кто не наделен от господина ни усадьбой, ни половиной ее или кто не наделен господином никаким другим объектом с ежегодным доходом в 5 солидов [шиллингов] и больше, тот может быть отстранен от свидетельствования в ленном праве.

38. Один двор либо морген земли ленник, если он ими фактически владеет, может удержать при помощи одной своей присяги, и ему не требуются свидетели.

39. Земельный участок может принадлежать нескольким господам таким образом, чтобы один имел его от другого, но [лишь] один имеет его во владении.

40. Кто получает чинш с земельного участка, тот считается его владельцем, будь то мужчина, будь то женщина. Тем не менее владение не будет признано, если он владеет насильственно.

41. Ленник, имеющий имение от одного господина и утверждающий, что он имеет его от другого, теряет это имение, если не удержит его [в качестве ленника] тот господин, относительно которого ленник утверждает, что он имением наделен от него.

42. Никто не должен вторично получить имение от того же господина, если господин имение отсудит или продаст, а затем вторично тем же имением будет наделен в качестве лена, разве только имение не было во владении господина один год и шесть недель.

43. Если господин передаст лен своего ленника в его присутствии другому, и ленник не будет протестовать против этого, [то] он утратит свое право [на данный лен].

44. Если после смерти отца сын будет жить так долго, что его голос будет слышен во всех четырех углах дома, то он приобретает лен отца и устраняет всех [других] притязающих на лен. Сын, который не будет жить после смерти отца, ни от кого не отнимает лена[339].

45. После смерти отца сын должен в течение года и шести недель перед господином со сложенными руками признать себя вассалом по отцовскому лену и приблизиться к господину настолько, чтобы он мог взять его руку своими руками. Если, однако, господин будет восседать, то ленник должен преклонить колени перед ним, испрашивая [согласие на то, чтобы стать его вассалом].

46. Некоторые говорят, что также надлежит трясти руку. Не следует двигаться [лишь] всем телом, когда он приближается к господину. Следовательно, надлежит пожать [трясти] руки.

47. Когда ленник просит господина о признании его вассалом, он не должен опустить следующие слова: господин, я хочу быть наделенным вами леном, как это надлежит по праву, вследствие чего я прошу признать меня вассалом по отношению к вам по первому, второму и третьему обязательству[340], как мне надлежит по праву; свидетелями этого я призываю всех стоящих вокруг [здесь] ваших вассалов.

48. Если господин отклонит принятие [его в] вассалы, то ленник будет без обязательства службы владеть имением, по которому он предлагал себя в вассалы; и больше он никогда не должен впоследствии держать имение от этого господина, поскольку он среди своих людей имеет живых свидетелей того факта, что господин не требовал себе имения, и он будет передавать это имение по наследству своим сыновьям и сможет из этого имения наделять леном своих людей.

49. Ибо, согласно праву, ленник сохраняет то, чем господин вопреки справедливости отказался [его] наделить. Ленник не должен вторично просить о признании себя вассалом, разве только для того, чтобы снова засвидетельствовать [вышесказанное].

50. Господин не должен отвергать принятия никого в вассалы, разве только тот не имеет имперского щита.

51. Господин должен во всякое время и в любом месте передавать леннику его лен, когда ленник испрашивает лен вышеуказанным порядком. Тем не менее господин будет иметь оправдание, если он по этому поводу запросит мнение своих людей и те найдут, что надо отказать не ради господина, а согласно праву.

52. Но если господин примет его в вассалы, то он может, если пожелает, спросить, что он будет от него иметь. Часть этого или все целиком – он [ленник] должен указать немедленно; в отношении того, чего он не знает, он, если хочет, имеет срок 14 ночей. Если он и тогда не укажет, то он в дальнейшем не будет иметь никакого права в этом по отношению к этому господину.

53. Если то, что он назовет, господин не подтвердит, то он должен немедленно засвидетельствовать сам-третей своими людьми. Если он немедленно не будет иметь свидетелей, то он будет иметь срок в 40 ночей. Однако он должен немедленно в качестве свидетелей назвать людей своего господина, каких он пожелает, из которых господин приведет с собою семь в назначенный день, не тех, которых захочет господин, а тех, кого просит ленник.

54. Если кто-либо из этих семи будет налицо, то того господин не должен привести [с остальными] в назначенный день, а допрашивает немедленно.

55. Если кто-либо, не допрошенный немедленно, из числа тех, которых должен привести господин, будет в назначенный день отсутствовать, то этим свидетелем ленник считается засвидетельствованным[341].

К установленному дню ленник из им названных выбирает семь человек, по свидетельству которых он сохранит имение или его утратит; этих и никаких других допрашивает господин, и если ленник из этих всех от двоих получит засвидетельствование согласно праву в свою пользу, то он сохранит имение, а если не получит, то утратит, если он не обратится к надлежащему суду.

56. Равным образом, если не явится господин, то ленник сохранит имение. Однако причина отсутствия каждого может быть уважительной: и болезнь, и плен, и королевская служба, на которую он вызван по решению [курии], и необходимость тевтонской страны, если произойдет нападение со стороны чужого народа, на отражение которого он будет призван криком[342].

57. Вышеуказанным порядком ленник обращается в пределах вышеуказанного срока как владеющий имением на правах вассала к вышестоящему сеньору в тех случаях, когда умирает его господин, или когда он [господин] свое имение покидает, или когда он будет лишен имения в судебном порядке и испрашивает у вышестоящего сеньора, чтобы лен, к нему [вышестоящему сеньору] перешедший по праву, передал ему или перевел бы его к другому господину, от которого он смог бы держать лен с той же честью [тем же щитом], как от прежнего своего господина.

58. Ведь не допускается, чтобы вышестоящий сеньор перевел ленника в низший щит тем, что он его передал другому господину.

59. Кого вышестоящий сеньор в течение года и шести недель не передаст другому господину, того впоследствии он уже не может передать другому, а должен сам наделить леном[343].

60. Если умрет господин, законный сын которого находится в живых, то его ленник при малолетстве сына[344] не должен испрашивать лен у вышестоящего сеньора. Если сын пропустит свой срок, то ленник не лишается второго срока.

61. Ибо сколько существует щитов, столько существует и сроков. Каждый [давностный] срок составляет один год и шесть недель.

62. Срок для ленника начинает исчисляться со дня, когда тот, кто должен стать его господином, сам наделен этим имением.

63. Ибо как может господин наделить леном раньше, чем его ленник может получить.

64. Для малолетних существует срок шесть недель после достижения ими 13-летнего возраста; ибо если они действуют в юношеском возрасте, то они могут иметь опекуна.

65. Юность начинается с 12-летнего возраста и оканчивается в 24 года.

66. Опекуном кого-либо не может быть тот, кто еще не вышел из юношеского возраста.

67. Доход от лена малолетних должен получать господин, пока они не достигнут 12-летнего возраста.

68. В период малолетства дети не могут ничего утратить в своих правах.

69. Если господин не захочет поверить, что отрок достиг 12 лет, то это должен подтвердить присягой опекун; после этого недопустимо, чтобы господин получил чинш отрока.

70. Если после смерти отца сын будет уже юношей, то он, явившись к господину для наделения леном, им и наделяется.

71. Если опекун будет вместо него просить господина согласно ленному праву о наделении леном, то он должен при наличии нескольких сыновей представить поручителей в том, что они не будут претендовать на наделение этим леном по ленному праву, за исключением одного этого сына.

Когда малолетний наделяется леном в период малолетства, счет лет для его людей начинается немедленно, с момента получения лена; в течение этого срока они должны получить свои лены от малолетнего; однако служить они будут вышестоящему сеньору, если вышестоящий сеньор не передает малолетнему свое право, которое называется Anevelle.

72. Если ленник, имеющий сына, умрет до истечения срока давности и если он еще лена не получил, то сын его не лишается права на лен. Точно так же, если умрет сын господина во время давностного срока своего ленника, то никто не может у ленника отсудить его лен.

73. Господину не разрешается дробить лен ленника, разве только он его имеет от нескольких сеньоров.

74. Если, однако, вопреки закону, он разделит, то меньшая часть следует за большей.

75. Ленник также не должен держать лен больше, чем от одного сына господина, хотя бы он был наделен несколькими. И наоборот, господин наделяет леном после смерти ленника только одного его сына.

76. В пределах [давностного] срока от усмотрения сыновей зависит, кто [из сыновей] будет наделен леном господином. Если же они единодушно не пришлют одного к господину, то господин наделяет того, кого захочет из них и кто в течение [давностного] срока законным порядком испросит лен. Если господин наделит одного из сыновей по произволу, а не по праву, то это не должно ни в какой мере повредить другим.

77. Если кто из сыновей свой срок пропустит, то в отношении него господин в дальнейшем свободен.

78. Если сын, который достиг юношеского возраста, законным порядком будет просить лен, в то время как он имеет малолетних братьев, то господин наделит его леном только после того, как получит поручителей в том, что братья не будут по ленному праву требовать от него этот лен, когда они достигнут их [юношеского] возраста.

79. Господин должен иметь поручителя в том, что малолетний до юношеского возраста не утратит своих прав и господин отвечает за отцовский лен только перед одним сыном.

80. Если кто захочет отсудить имение господину, или сыну, или кому-нибудь, кто по праву после его смерти должен обладать этим имением, и если он передаст имение в лен или откажется от него, то это не будет иметь законной силы, если он сохранит имение в своем владении вплоть до своей болезни, от которой он уже не оправится.

81. Вследствие этого ни от кого не может быть изъят лен [только] потому, что он слеп, или искалечен, или из-за какой-либо болезни, разве только из-за проказы. Прокаженный же не может ни иметь лена, ни передавать лен, после того как будет установлено, что он болен проказой.

82. Если, однако, господин сохранит за ним ленное право в присутствии своих ленников, то он не лишается своего ленного права.

83. Несколько человек могут быть наделены одним леном таким образом, что они его совместно принимают и одинаковые права в нем имеют до тех пор, пока они остаются вместе.

84. Если они, однако, совместно захотят разделиться, то полученный таким образом лен они могут делить между собою по желанию, и после этого никто из них не будет иметь никаких прав на часть другого, когда тот умрет, если только он не получил от господина права ожидания на этот лен.

После того как вышеуказанным способом кто-либо будет наделен леном, никто из наделенных не сможет сам что-либо передать в лен до тех пор, пока они не разделят его между собою.

85. Как может господин передать леннику часть лена, которую он не получил для себя отдельно. Также не должен господин, от которого он наделен, отбирать лен по праву, когда этот лен является совместным с господином.

Если несколько лиц будут наделены одним леном, и они не разделятся, то после смерти господина никто из них, кроме одного, не перейдет к другому господину.

86. Если господин по собственному желанию кого-либо наделит леном, а затем не сможет передать лен во владение, то он обязан дать возмещение.

87. Если, однако, господин передает лен, будучи принужден к тому по ленному праву, то в данном случае он не обязан дать леннику возмещение, если у него будет отсутствовать владение этим леном.

88. Кто меняет свое светское состояние на духовное, тот не передает лен по наследству, и ожидающие лен отстраняются.

89. Если сыновья при жизни отца будут наделены леном совместно с отцом, причем отец один будет иметь лен во владении до своей смерти, то после смерти отца они должны в течение года и шести недель явиться к господину и просить, чтобы он подтвердил передачу им лена. Если господин будет отрицать, то пусть предложат представить свидетелей. Господин может это отклонить, так как у них отсутствует владение. Поэтому я советую, чтобы дети претендовали на отцовский лен, прося принять их в вассалы.

90. В тех же случаях, когда у детей будет совместное и равное с отцом право владения, тогда дети сохраняют [его], если они представят доказательство ленных прав в течение года и шести недель после смерти отца.

91. Если отец откажется в пользу сына от какого-нибудь лена перед господином, то сын не получит уже этот лен по наследственному праву, так как это не будет его наследство.

92. Аналогично этому, кто откажется от лена в пользу господина и затем вновь будет наделен тем же леном, тот теряет право наследования в этом.

93. Кто имеет правомерное владение имением, тот с большим правом сохранит имение, чем тот, кто не имеет права владения, если он сможет это доказать по ленному праву.

94. Никто не может быть лишен владения иначе, как если оно будет от него отнято по суду.

95. Ленник может утратить владение, если он будет лишен его в судебном порядке или если он откажется от лена в пользу господина. Однако в течение года и шести недель он сможет присягой отрицать, что он отказался от имения, если только господин не передал лен другому в его присутствии.

96. Ленник может в более частых случаях свидетельствовать против господина, чем это допускается для господина против ленника.

97. Свидетелем владения может быть любой не лишенный прав, имеющий усадьбу [маис] в той же деревне или в одной из близлежащих.

98. Всякое владение доказывается семью свидетелями. Если, однако, будут доказывать свидетелями владение леном двое спорящих, из которых ни один не будет наделен леном от другого, то должны быть выслушаны свидетели обоих и должны быть опрошены люди той же деревни или какой-либо соседней близлежащей. Чье владение будет подтверждено наибольшим количеством свидетелей, за тем должно быть признано владение. Это доказательство должно быть ограничено той местностью, где расположены те имения, о которых идет спор, для того чтобы и господин сам слышать мог или двоих своих людей послать.

99. Если, однако, спор не может быть разрешен вследствие разноречивых показаний или незнания, каждый из спорящих должен под присягой доказать, какой лен он считает своим.

100. Если каждый будет присягой признавать своим, то либо нужно поделить между ними, либо проверить правильность этого при помощи божьего суда водою. Все же не дозволено применять божий суд по каждому делу; только там, где истина не может быть выяснена в суде, – там заканчивают ордалией.

101. Если и господин, и ленник приписывают себе владение леном, то лен сохраняет во владении при помощи свидетелей ленник.

102. Ибо ведь он не отрицает, что имение принадлежит господину, коль скоро ленник утверждает, что держит от него лен.

103. Если господин будет отрицать передачу лена, и ленник докажет владение и что он владеет год и семь недель этим леном, то после подтверждения этого срока ленник сохранит одной только присягой за собою лен, который отрицает господин Тем не менее свидетельство устраняет противоречие, если будет проверено.

104. Если господин будет утверждать, что ленник пропустил срок на получение лена, то ленник может это отрицать при помощи присяги.

105. Если, однако, господин о дне смерти своего ленника сообщит семи своим людям, как скоро он только сможет, и если, созвав к концу [давностного срока] сыновей [умершего ленника], господин сможет засвидетельствовать, что сыновья свой срок пропустили, то они заслуженно будут лишены всякого права на лен.

106. После этого свидетельство этих семи не сможет быть опровергнуто присягой сыновей, если господин так поступит. Таким же образом должен поступить господин, когда он захочет изъять по суду на основании ленного права имение от ленника, если тот в течение своего [давностного] срока не подтвердил лен присягой.

107. Свидетельство семи своих людей требуется господину, чтобы лишить ленника лена.

В трех случаях господин легче может победить ленника в споре при помощи свидетелей, чем ленник освободится от обвинения со стороны господина при помощи присяги.

108. В споре обо всем том, что господин должен получить от ленника по ленному праву или что ленник обещал господину, господин сможет победить ленника при помощи своих свидетелей. «Точно так же правомерную королевскую службу, потребованную от ленника по решению [курии], в случае отрицания ленником, что служба ему была предписана, господин может доказать свидетелями. Однако он не может предписать леннику королевскую службу раньше, чем она была предписана ему по решению [курии].

109. Равным образом, если господин по своему ленному праву предпишет леннику по решению [курии] явиться к нему ко двору, то в случае отрицания со стороны ленника [что он был вызван] господин может доказать это, как надлежит, свидетелями.

110. Если ленник имеет двух или трех сеньоров, то ленник служит тому, кто первый из них объявил ему о королевской службе, и оказывает помощь для похода другим, поскольку он от них имеет лены.

111. Если ленник переходит со своим леном не к сыну своего сеньора, а к чужому господину и [новый] господин лена не признает, то ленник должен засвидетельствовать лен при помощи вассалов прежнего господина, которых господин ничем не должен утруждать, но только расспросить о клятве верности прежнему господину. Господин может приводить свидетелей только из числа его ленников.

112. Господин, который не имеет своих ленников, может воспользоваться в качестве свидетелей, вместо своих ленников, ленниками вышестоящего сеньора.

113. Если господин заявит своему [т. е. вышестоящему] господину об отказе от своего лена [находящегося у] ленника, или кто-либо другой им будет наделен, то ленник может переходить со своим леном в течение своего [давностного] срока. Этот срок начинается с того дня, когда его господином ему будет объявлено в присутствии двух его вассалов, что он отказывается от его лена, или с того момента, когда либо высший сеньор, либо другой, наделенный на основе решения, отберет лен или предупредит крестьян, чтобы они никому с этого имения не платили чинша, кроме него, и чтобы они никому другому не служили.

114. Если господин будет отрицать, что он отказался от лена, то ленник должен его просить в присутствии своих людей, чтобы он в его присутствии освободил имение от оспаривания со стороны вышестоящего сеньора и чтобы он обеспечил ему владение имением.

115. Если господин этого не сделает, то ленник переходит вышеуказанным порядком к другому господину, которому его передаст вышестоящий сеньор.

116. Если господин отнимет неправомерно у ленника лен, или несправедливо откажет в наделении леном, или не захочет дать инвеституру на лен, который ленник от него держит, то ленник может жаловаться вышестоящему господину, который должен в присутствии своих вассалов через своего посланца от того потребовать, чтобы жалобщику он сделал, что полагается по праву. Если тот этого не выполнит, то вышестоящий господин на себя берет лен и ленник получит от него инвеституру вместо первого господина.

117. Если господин двоим или троим предоставит право ожидания на лен, местонахождение которого не обозначено, то тот, кому первому было предоставлено [право ожидания], тот получит первый освободившийся лен.

118. Если господин покинет страну в период [давностного] срока, когда его ленники должны получить лен, то это на ленниках не отразится, а [давностный] срок ленников будет считаться возобновившимся с того дня, когда господин вернется. Однако срок не будет продлен для ленника, если он сам выедет из страны в течение [давностного] срока, разве только он покинет страну ранее [до начала этого срока].

119. Точно так же, как ленник продлевает свой срок [давности] тем, что предлагает себя в вассалы, равно так же господин сокращает срок тем, что предлагает леннику получить лен.

120. Равным образом, если господин будет скрываться или запрется [в своем замке] в течение срока, когда ленники захотят получить лены, если они их должны получить по праву, то это не должно вредить ленникам, если они будут иметь относительно этого свидетелей. Однако ленник должен искать господина в его доме и просить принять его в вассалы в присутствии своих людей, и таким путем он в их присутствии получит причитающийся ему лен.

121. Если ленник утверждает, что он держит от кого-либо имение, инвеституры в отношении которого он не имеет, и господин не дает подтверждения, и если другого лена, кроме того, на который он претендует, он от [этого] господина не имеет, то, если он хочет сохранить этот лен за собой на основании ленного права, господин должен раньше, чем назначить день судебного разбора, получить от ленника поручителя в обеспечение уплаты штрафа и возмещения ущерба своих людей, если он будет оспаривать решение. Поручителя ленник не должен выставлять, если он имеет владение леном.

122. Если господин передает имение своего ленника кому-нибудь другому и если тот получит инвеституру перстом и словом[345], то ранее наделенный леном тем самым не лишится инвеституры, разве только господин сможет согласно ленному праву доказать, почему он правомерно отказал в инвеституре.

123. Ибо господин никому не может передать инвеституру в отношении лена, который он не имеет свободным.

124. Если господин путем перехода в вассалы понизит свой щит [ранг], то все наделенные им ленами должны либо перевестись к вышестоящему господину, либо должны быть им переданы другому господину, от которого они смогут держать их лены с той же честью [щитом], с какой они держали лен от прежнего господина.

125. Аналогично должен поступить ленник, если его господин понижает себя переходом от высшего сеньора к низшему вместе с леном своего ленника. Преимущественное право на получение лена будет иметь тот, которому предоставлено право ожидания лена с указанием местонахождения лена, чем тот, которому предоставлено право ожидания без указания местонахождения лена.

126. Господин, который вассалитетом понизит свой щит, лишается ленов всех своих ленников, если они обратятся к вышестоящему сеньору с просьбой о наделении ленами.

127. Управляющий имением не может получить инвеституру на какой-либо лен во время своей службы от того же господина, чьим управляющим он является, потому что господин передал ему свое имение на попечение.

128. Поэтому управляющий такого рода имением утверждается перед лицом и в присутствии людей, и он не переходит с этим имением к другому господину, разве только [тот] передает его по наследству своему сыну и не удерживает за собой имение при оставлении должности.

129. Судебный лен не могут иметь клирики или женщины и вообще лишенные прав.

130. То, что кто-либо получает не в качестве вассала, не признается леном; следовательно, если господин наделяет имением своих министериалов, то это совершается не на основании вассалитета, а по домениальному праву. Эта передача лишена ленного права и является передачей по должности. Ибо любой, являющийся по рождению министериалом, будет по праву стольником, или шенком, или камерарием, или марешальком.

131. Правовое положение всех этих вследствие их многообразия я не описываю, однако министериалы епископов, аббатов и аббатис имеют особые права.

132. Ленник держит любой лен на основании вассалитета; он прежде всего ленник господина, пока господин признает, что он его ленник; если господин отрицает вассалитет, то ленник его сохраняет при помощи присяги на реликвиях.

133. Господин может судить по поводу ленного права своего ленника, если вина заслуживает штрафа. Он начинает ленный суд до полудня в судебные дни в любом месте, только не на кладбище и не в церкви.

1. Остановимся на этом месте и обратимся к порядку судопроизводства.

Господин пусть спросит одного из своих ленников в присутствии других своих ленников, надлежит ли ему судить и в какой срок и в каком месте он должен вести против него судебное преследование.

2. Если вынесенное постановление допускает судебные действия, господин приглашает, начиная с этого дня или со следующих шести дней, ленника явиться в течение 14 ночей в ленный суд, в указанную деревню или курию, которая либо свободна у господина, либо которую держит кто-либо от него.

3. Если ленник будет спрашивать, в каком месте расположена деревня, то господин должен его об этом поставить в известность, так как имеется много деревень с одинаковыми названиями, которые отдалены друг от друга значительными расстояниями.

4. Если ленник наделен господином имперским леном, то господин должен его судить в имперских ленах.

5. Если, однако, лен ленника является собственностью господина, то господин должен согласно праву судить ленника на [территории] своей собственности.

6. Если господин наделен леном, являющимся собственностью его сеньора, и его ленник наделен им тем же леном, то господин может этого ленника судить в любом из своих ленов, но только не в городском лене[346].

7. Когда вышеуказанным порядком господин назначит по ленному праву определенный день [судебного заседания], он также предписывает своим ленникам приказом, чтобы они присутствовали в ленном суде. Кто этого не выполнит, тот платит господину штраф.

8. Так же должен поступить [т. е. уплатить штраф] обвиняемый [и не явившийся в суд] ленник, если господин назначил ему приказом день суда в его присутствии и без надлежащего с его стороны возражения.

9. Лен ленника должен служить для господина залогом в обеспечение штрафа. Все же ленник не должен давать господину залог свыше чинша, который он обязан вносить.

10. Где, однако, господин при помощи чинша с имений не сможет извлечь причитающегося ему штрафа, там он сможет изъять лен в свою пользу, ибо если ленник в течение года и шести недель не выкупит наложенный штраф, то отсуждается его лен.

11. Если ленник не захочет ничего слышать об обвинении его господином и о назначенном дне суда и если он находится так близко от господина, что мог знать об этом, то он не избежит штрафа.

12. Если, однако, ленник не присутствовал в то время, когда господин назначал ему день суда, то господин должен объявить ему через посланца в присутствии двух своих ленников в той же или в его курии, где он постоянно бывает.

13. Если, однако, ленника нет в курии, то господин предлагает ему этот день за 14 дней до дня суда в другом лене, которым он наделен от господина. К этому дню господин должен явиться в сопровождении не менее шести ленников и посланца, который вызывал обвиняемого.

14. Прежде всего господин спрашивает, наступило ли время суда, и после каждого предложенного решения он выясняет у своих ленников, согласны ли они с данным решением. Ленники господина имеют 14-дневный срок, если они не знают, какое предложить решение, и спрошенный один за другим каждый приносят присягу в этом.

15. Ленный суд, однако, тогда откладывается до тех пор, пока не будет предложено решение.

16. Суд дозволяется производить от восхода солнца до его захода. Когда начало определено [т. е. решено начать заседание], то господин спрашивает, дозволено ли ему пригласить обвиняемого. Когда на это получено согласие, тогда господин спрашивает, кто по праву должен пригласить обвиняемого. Это должен сделать ленник господина в присутствии двух других ленников или посланец господина в конце заседания [курии], где господин судит, следующими словами: «Обвиняемого приглашаю в присутствии господина вследствие вины, которая ему приписывается, и это я должен по праву сделать в первый, второй и третий раз».

17. Если он [обвиняемый] отсутствует, то посланец возвращается к господину, говоря: «Я не видел обвиняемого и никого другого с его стороны, кто бы мог [как надлежит] по праву оправдать его отсутствие».

18. Если то же подтвердят ленники, то господин спрашивает, что вследствие этого ему надлежит делать. Выносится постановление сделать вторично вызов и, равным образом, третий раз, как и раньше. Если вызванный в третий раз будет отсутствовать, то господин спрашивает, что ему надлежит делать, и тогда выносится постановление, что надлежит подождать до захода солнца.

19. Если обвиняемый и теперь будет отсутствовать после захода солнца, то господин спрашивает, ожидал ли он его, как полагается по праву. Если затем это будет подтверждено, то господин постановлением назначает другой день явки, в который он продолжает судебное преследование так же, как он это сделал в первый раз. Так же он поступает и в третий раз.

20. Если господин в какой-либо из этих дней не будет соблюдать порядок, как указано выше, то его судебное преследование почитается за ничто.

21. Господин не должен судить ни в закрытом [здании] курии, ни вообще под крышей. После того как в третий раз господин прождет обвиняемого до захода солнца, он спросит, что дальше ему надлежит делать.

22. После этого будет вынесено постановление о том, что господин должен засвидетельствовать все три свои судебных заседания. Первое – двумя своими ленниками. Их свидетельство гласит: «Своей клятвой в присутствии господина я подтверждаю, что я слышал и видел, что господин в первом судебном заседании и в назначенном месте ожидал обвиняемого, как надлежало согласно ленному праву, и осуществлял судебное преследование на основании надлежащих постановлений; этому обстоятельству я являюсь свидетелем».

23. После каждого показания свидетеля господин спрашивает, закончил ли он свои показания, как это надлежаще полагается.

24. Что кто-либо однажды под клятвой засвидетельствовал, о том вторично он не допрашивается.

25. Господин может допрашивать своих ленников столько, сколько он хочет, до тех пор, пока они полностью не дадут своих показаний.

26. Таким же порядком господин подтвердит второе судебное заседание и третье, но для каждого он должен иметь отдельных свидетелей.

27. После того как господин таким порядком подтвердит три своих судебных заседания, он запрашивает решение по поводу отсутствия обвиняемого.

28. Тогда выносится постановление о том, что от обвиняемого должен быть отобран лен. Тогда господин запрашивает, должен ли он сам это сделать или кто-либо другой. Постановление, однако, должно указывать, чтобы это сделал один из ленников господина, [который] произносит такие слова: «Этим я отбираю [по суду] у обвиняемого лены, которыми до этого он был наделен моим господином».

29. Тогда господин должен в конце концов забрать себе эти имения в присутствии двух своих ленников через посланцев и должен удерживать их один год и шесть недель, не извлекая дохода, ожидая, не вернет ли ленник себе имения, как надлежит по праву. Если в течение этого срока обвиняемый не вернет себе лен, он теряет вышеуказанным порядком все права на этот лен.

30. Господин забирает себе каждый лен в любом месте или в любой деревне. В тех случаях, когда несколько деревень принадлежат к одной [господской] курии, господин забирает во владение курию[347].

31. Если, однако, обвиняемый в течение своего [давностного] срока явится к господину для оправдания по ленному праву и если господин будет скрываться или запрется в замке для того, чтобы ленник не смог освободить свой лен, и ленник будет иметь в том свидетелей, то он сможет вернуть себе лен перед ленниками господина, как он это должен был сделать перед самим господином.

32. Если, однако, ленник явится и застанет господина, то прежде всего он просит говорителя, затем реликвии [для принесения присяги] для того, чтобы оправдать свой лен. Если господин ему в этом отказывает, то он сам доставляет реликвии, на которых он присягает в том, что его лены не отсуждены у него в таком порядке, чтобы он должен был их лишаться. Однако ленник этого не должен делать, если господин не будет отказывать ему в судебном разбирательстве.

33. Тогда господин, если пожелает, назначает ему особым постановлением день суда для ответа по обвинению. Если обвиняемый в этот день не явится, то он лишается по суду всех прав на лен, разве только уважительная причина послужит ему оправданием [неявки] или его задержит служба самому господину.

34. В день, когда ленник держит стремя господину, т. е. несет военную службу, или [участвует] в нахождении решения [в суде], или выполняет иную службу, он не держит ответа перед ленным судом, а также в тех случаях, когда господин, будучи обвинен ленником, уклоняется от судебного разбирательства и если ленник понес какой-либо ущерб на службе господина и этот ущерб ему не возмещен.

35. Господину дозволяется разрешать жалобы одного из своих людей на другого, поскольку на его службе состоит либо один из них, либо оба.

36. Когда ленник явится в назначенный день суда в курию, в которой судит господин, то не приводит никого, кто не является ленником того же господина. Если же он это сделает, то он платит за каждого штраф господину или должен очиститься присягой, что он их не видел.

Так же раньше, чем он явится к господину, он должен положить меч, и нож, и шпоры, снять перчатки и все железное. Сняв плащ, он должен его накинуть на плечо или совсем снять.

37. Он должен быть с непокрытой головой, мантия не должна быть надета, ни панцирь, ни какое-либо оружие.

38. Если он что-либо в этом отношении себе позволит, то он платит штраф господину.

39. Это я не говорю относительно тех, кто не обвиняется господином и не вызван вследствие обвинения в ленный суд.

40. Когда господин начнет судить вышеуказанным порядком, то он должен взять одного из своих ленников, который должен обратиться с речью к обвиняемому. Когда обвиняемый является к господину в первый раз, то господин должен его спросить, явился ли он с тем, чтобы дать ответ перед судом; после чего тот, если хочет, может попросить [разрешения] посовещаться, и если он [после этого] может уклониться от ответа, то пусть уклоняется. Если он этого сделать не может, то он должен вернуться к своему господину, говоря: «Вот я явился отвечать, как я это обязан по праву».

41. Тогда господин, [как соответствует] праву, предъявляет обвинение отдельно по каждому обвинению и предлагает, чтобы он дал по этому поводу ответ. Тогда обвиняемый просит представителя [говорителя] и каждый раз испрашивает разрешение посовещаться раньше, чем выступать.

42. Он лишается говорителя, если по первому же обвинению отвечает сам.

43. По каждому выступлению своего говорителя ленник запрашивается, подтверждает ли он его слова. Оплошность говорителя не вредит леннику, если он не подтвердил его слов.

При разноречивости двух выступлений господин спрашивает, какое правильное.

44. Если ленника будут допрашивать по усмотрению, а не так, как полагается по праву, то решение в отношении него не вредит. То, о чем раньше просилось, по поводу того раньше выносится решение.

Ленник может отрицать, что он по ленному праву предстал [перед судом], до тех пор, пока он не отвечал, как обвиняемый. Он не должен публично выступать перед господином, когда у него имеется говоритель, но, спрошенный господином, он должен лишь отвечать: «да», «нет», «прошу разрешения посовещаться». Леннику также предоставляется возможность оспаривать предложенное [членом курии] неправильное решение.

45. Ленник должен столько раз возражать своему обвинителю, сколько раз он уходит совещаться.

46. Ленник платит штраф господину по поводу всех обвинений, по которым полагается штраф, если только он не отвергнет обвинение присягой.

47. Но иногда господин предъявляет обвинения, по которым штрафа не полагается, как, например, сквернословие, если оно сказано ленником не в обиду господину и ленник это подтвердит присягой; за это господин не должен взимать штрафа.

48. Во всех случаях ленник платит господину штраф, если он наносит господину обиду или причиняет вред или если он что-либо скажет или сделает сверх того, что он должен делать в ленном суде.

49. Если кто-либо насильственно отнимет имение у ленника своего господина и тот не предъявит надлежащей жалобы или не сообщит [об этом] своему господину, то это является основанием для штрафа.

50. И если кто-нибудь заложит свой лен без разрешения господина, то господин должен ему предписать особым постановлением, чтобы он в течение шести недель выкупил лен из залога. Если он этого не сделает, то он платит своему господину штраф.

51. Если один ленник другому леннику причинит несправедливость в отношении имений своего господина или оскорбит словом или делом кого-нибудь, кто находится на службе господина, или причинит несправедливость ленникам, держащим лены от господина, или тем, которые родились в этих имениях, и если пострадавший будет надлежащей жалобой преследовать перед господином нарушителя, то по таким делам присуждается штраф в пользу господина. Однако ленник не держит ответа в отношении своего ленника перед своим господином, если тот не докажет, что ему его господин отказал в правосудии перед своим ленником[348]. Кроме вышеуказанных случаев, господин не является судьей в делах, когда ущерб нанесен его ленником.

52. Если ленник сморкается, или брызжет слюной, или кашляет, или чихает или если он становится с другой стороны своего говорителя, чем стоял раньше, или чистит себя, или оглядывается вокруг, или сгоняет мух, чтобы они ему не мешали, – по таким поводам он не платит штрафа господину; хотя все же некоторые имеют ошибочное мнение по этому поводу.

53. Десять фунтов должен платить ленник господину в качестве штрафа, но князь, имеющий княжеский лен, уплачивает штраф королю в размере ста фунтов.

54. Ленник господина получает удовлетворение в соответствии со своим рождением; и удовлетворение и штраф должны быть уплачены в ближайшем доме господина от того места, где они были присуждены, в течение 14 ночей.

55. Ленник в присутствии господина не должен садиться без его разрешения; но если он изнемогает, то он может лежать, и пусть он принесет присягу, если господин не захочет поверить, что необходимость заставляет его лежать. Не больше трех раз в один день может быть уплачен штраф господину.

По каждому обвинению он будет иметь право посовещаться, пока он трижды не будет вызван посланцем господина.

56. Курию, в которой судит господин, обвиняемый не должен покидать до тех пор, пока господин не кончит судить.

57. Каждый ленник господина, который не лишен королевского щита, может оспаривать предложенное другим [ленником] решение.

58. Если оспаривающего [предложенное] решение господин не наделил леном, дающим пять шиллингов годового чинша, или половинным наделом, тот должен дать поручителя; если его [оспаривание] не будет принято, то он платит штраф господину и удовлетворение леннику, чье решение он оспаривал. Никто не может быть его поручителем, если он наделен леном [тем же] господином.

59. Если ленник оспаривает [предложенное] решение, которое он считает неправомерным, то он обязан выдвинуть другое, если того от него потребует господин. И если господин обвинит его в том, что он оспаривает [предложенное] решение не ради правосудия, а для судебной волокиты, то ленник должен принести присягу в том, что он это делает только ради правосудия.

60. Когда ленник оспаривает решение, то он говорит следующее: «Если ты называешься и являешься, то вот ты и мне и тебе предложил несправедливое решение ленного суда, что порицаю и которое оспариваю и спрашиваю, с кем я должен сражаться, и в каком месте, и в какое время».

61. Тогда выносится постановление, что судьей в отношении оспариваемого решения должен быть вышестоящий господин; к нему должны пойти оба, и с ними посылаются два ленника господина для того, чтобы они были свидетелями, какое окончательное решение будет принято по спорному вопросу.

62. Господин, однако, должен дать посланцам содержание, а именно хлеб и пиво без определенной нормы и три надлежащих блюда для каждой еды, и бокал вина, и передние ноги их лошадей должны быть подкованы.

63. Два блюда нужно давать слугам и по 5 снопов для каждой лошади на день и ночь. Шесть должно быть слуг и восемь лошадей. В течение трех дней они должны отправиться в путь и должны привезти решение до истечения шести недель.

64. Если, однако, вышестоящий сеньор ко времени истечения срока на получение решения будет отсутствовать в стране, то они должны доставить решение в течение шести недель со времени возвращения вышестоящего сеньора в страну. К этому дню обвиняемый ленник должен явиться к господину с ответом, как он раньше делал, когда был вызван в суд приказом, и так, как было сказано.

65. Все вышеизложенное говорится об обычных ленах.

66. От них отличаются лены троякого рода; насколько они отличаются от обычных ленов, будет видно из нижеследующего.

67. Судебный лен не переходит в четвертые руки, кроме только суда шультгейса, который имеет право суда над судьями.

68. Когда судья обвиняется кем-либо, то судьей над ним является шультгейс. Никто не может передать суд, который ему был передан в лен, если это не самостоятельный суд, который к нему [лену] относится; этот он должен оставлять свободным.

69. Если кто-либо будет наделен леном из земельной собственности другого, то он с леном не переходит по наследству и не переходит к кому-либо другому. Тем не менее лен из земельной собственности переходит нисходящим в шестые руки, которым никто другой, кроме выше [егоо стоящего] господина, не может отказать в лене.

70. Точно так же господин, наделивший ленами из своей земельной собственности, может свободно от ленников, если ему понадобится, отобрать эти лены при условии возмещения ленникам ленами имперских имений.

1. Городской лен не переходит во вторые руки, но если все же горожанин передаст такого рода лен, то ленник сохраняет лен по ленному праву от этого господина, но к другому господину [в случае смены сеньора] он не переходит.

2. Горожанин не несет [военной] службы своему господину, но он должен пребывать в городе, должен защищать его от врагов и участвовать с господином в вынесении судебных решений по делам о господских [ленах], когда это потребуется.

3. Городской суд находится в руках господина только в его городах; вследствие чего в вынесении судебных решений участвуют только те, которые держат от господина городские лены, и в отношении городского лена свидетелями могут быть только горожане.

4. И наоборот, никто из владеющих городским леном не может участвовать в вынесении решений в отношении владеющего обычным леном и не может быть свидетелем в отношении любого другого лена, кроме городского, который ленник будет держать как вассал и в отношении которого он имеет инвеституру. Любой равный[349] может участвовать в вынесении судебного решения и выступать свидетелем в отношении другого ленника.

5. Город, в котором происходит суд господина, должен допускать свободный вход обвиняемого. При закрытых городских воротах ленник не должен участвовать в вынесении судебных решений.

6. В двух только случаях господину принадлежит право суда над горожанином.

7. Если горожанин действует против него вероломно или если он, когда возникает необходимость, не защищает город. Если господин судит горожанина по поводу таких преступлений, то он [как надлежит] по праву объявляет о суде либо ему самому, либо в его доме и ведет против него преследование, как указано выше.

8. Если, однако, господин в судебном порядке отнимет у горожанина городской лен и тот горожанин не оправдает свой лен присягой в течение шести недель, то в дальнейшем не будет дозволено, чтобы он очистил отобранный по суду лен.

9. Если горожанин не будет пребывать в своем городском доме, как полагается по праву, то господин предпишет особым постановлением, чтобы он вернулся на постоянное пребывание в город, и он объявит это ему лично или в его доме через посланца в присутствии двух горожан; если он в течение шести недель не вернется, то от него отбирается по суду его городской лен. Если, однако, в течение шести недель он один раз переночует в городе и будет иметь доказательство этого или если он представит уважительные оправдания своего отсутствия, тогда у него лен не отсуждается.

10. Если город будет разрушен либо вследствие обнищания господина, либо развалится вследствие его халатности, или будет уничтожен по судебному решению вследствие совершенного преступления, в котором горожанин неповинен, то он вследствие этого не лишается городского лена.

11. Но его городской лен превращается в обычный, когда город будет восстановлен и укреплен со всех сторон воротами и стенами. Однако восстанавливать город не допускается, коль скоро он уничтожен по судебному решению вследствие совершенного преступления.

12. Ленник не может получить имение в лен, если оно передано через посланца.

13. Без ущерба для своей чести ленник может взять с господина залог за его долг или по этому поводу подать на него в суд, если только раньше он возбудил против него, как надлежит по праву, жалобу перед его ленниками [в курии] и если господин отказал ему в правосудии по ленному праву; за это он не будет присужден к уплате штрафа господину.

14. Также, если господин учинит над своим ленником насилие или его ограбит и ленник вышеуказанным порядком возбудит против господина судебное преследование и если, явившись в суд, он будет возводить на господина обвинение в грабеже, а тот будет защищаться, то тем самым он не нарушит своей верности, если он не отказался быть [его] вассалом и не отказался от лена.

15. Если ленник откажется быть вассалом [своего] господина, то лен, который он держит от господина, будет у господина свободным. Наоборот, господин теряет лен, который от него держит ленник, если он откажется от ленника и ленник немедленно будет просить у вышестоящего сеньора этот лен по праву или будет просить о том, чтобы он его передал другому господину, от которого он смог бы держать [лен] с таким же достоинством [щитом], с каким он держал его от прежнего господина.

16. Только лично ленник может по праву отказываться от господина, и наоборот. Ни тот, ни другой из них не должен ничем вредить другому в течение ночи и одного дня.

17. Если ленник просит у господина сопровождающих, чтобы заявить возражение против своего положения вассала, и господин в этом откажет, то он выставляет трех свидетелей из числа ленников господина и затем может заявить [это] возражение в ближайшем городе или курии господина в присутствии находящихся там вассалов или в суде князя; и может отказаться перед господином от лена. Эти действия он должен совершить для засвидетельствования своего возражения.

18. Но если ленник после будет отрицать, что он отказался от господина, то не допускается это доказывать свидетелями, если тот решится принести в том присягу.

19. Однако если ленник по судебному решению согласно ленному праву будет освобожден от господина, это легче сможет доказать господин, чем отрицать ленник.

20. После того как таким порядком ленник откажется быть вассалом [господина], он не должен быть во враждебных с ним отношениях в течение шести недель; так же поступает господин, если отказывается от ленника.

21. Весь ленный порядок я изложил. Некоторые, однако, предполагают, что существуют многие лены, которые со временем прекращаются; один случай, когда господин и ленник проживают совместно; другой случай, когда лишаются лена вместе с [лишением] щита; третий – когда господин признается, что он передал лен в руки какого-либо другого ленника; и, наконец, лен, прекращается, когда ленник в нем не живет.

22. Всякая передача лена на определенный срок является недопустимой, вследствие чего все это мы отвергаем.

23. Если даже господин вынудит обещание у ленника, что имение передано не в качестве лена[350], то это не имеет силы по праву, ибо всякий переданный лен может быть утрачен, только если он будет отобран у ленника по судебному решению.