Ветер начал слабеть. Хоть песок и продолжал лететь, закрывая все вокруг, заметая, будто снег, я понял, что буря уже начала терять свою силу. Еще немного, и все стихнет.

Это же надо было так угодить!

А все мое упрямство…

Но все же я оказался прав. Хоть Замир последние два дня твердил, что мы ничего не найдем, удача улыбнулась буквально в последний момент — покореженные здания я заметил уже под вечер, когда начало темнеть, да и то случайно.

Но я знал, что был прав: я точно видел зеленый Всполох в этой стороне, хоть кроме меня его никто не заметил. И мы должны были сюда отправиться, ведь в лагере дела шли все хуже и хуже: еда заканчивалась, лекарства тоже. На ногах осталось всего трое.

Наше крохотное поселение было на грани жизни и смерти, и с этим нужно было что-то делать.

И тут я заметил Всполох. Он дал надежду. Обломки, части иных миров, появляющиеся среди пустыни, могли дать многие полезные вещи, включая еду, медикаменты, оружие, технику…

Здесь можно было найти все что угодно. Естественно, если доберешься сюда первым.

На Пекле самые отчаянные сражения идут именно за Всполохи. Мародеры, мусорщики, поисковые группы из крупных городов, банды… Здесь можно было встретить кого угодно, и с легкостью лишиться жизни.

Но у нас не было выбора. Нам нужно было найти лекарства и еду, иначе все, кто остался в лагере, погибнут.

Я упрямо шел сюда, игнорируя стенания Замира, и был уверен, что Всполох появился в этой стороне. В конце концов мы добрались. Летели всю ночь, а когда поднялось солнце, когда дикая жара (что для Пекла совершенно нормально) стала уже просто невыносимой, мы добрались до крайних зданий.

Всполох был огромным. Все, что я видел до этого, ограничивалось кварталом, ну, максимум двумя-тремя. А здесь… Наверное здесь был целый район.

Интересно, с какой он планеты? Частью какого города раньше были эти здания?

Раз Всполох был зеленым, вполне возможно, что нам встретятся люди, и у них можно будет узнать, откуда они.

Вот только что делать с этими самыми людьми?

Как я уже говорил — у нас в лагере дела идут совсем плохо. Новенькие нам не нужны — мы их банально не прокормим…

Но и бросать бедолаг здесь нельзя — они просто погибнут…

Ну, или же им не повезет еще больше — сюда прибудут мародеры, и все, кому довелось тут очнуться, попадут в рабство…

Я вновь выглянул в дверной проем.

Да, определенно, буря заканчивается — уже нет молний, бьющих в землю, нет вихрей, закручивающихся в колонны, тянущиеся в небо. А раз так — ждать осталось совсем немного.

Я вернулся назад, в подвальчик, который мы с Замиром облюбовали и заняли, чтобы переждать бурю.

— Ну, чито там? — спросил он.

— Буря заканчивается. Еще немного, и можно будет выходить.

— Надэюс, никто сюда нэ подобрался, пока мы сыдым! — буркнул он.

В этом весь Замир — ворчать по поводу и без он любил даже больше собственного сына, ради которого, к слову, и отважился отправиться со мной: пареньку нужны были лекарства, а еще больше нужна была еда, как и всем нам…

Я стянул с плеча «Отбойник» — старенький, но надежный автомат, заставший еще корпоратские войны, сотрясавшие Галактику, и уселся под стену.

Спать хотелось неимоверно — мы уже больше суток на ногах. Но расслабляться нельзя — как только буря утихнет, нужно выходить, искать все необходимое и лететь назад, ведь люди в лагере могут нас попросту не дождаться….

Я прикрыл веки, и перед глазами замельтешили картинки. Мое детство и юность на Земле, затем Хруст, где мне пришлось пройти через многое…

Каким же я все-таки был дураком! Приключений мне, видите ли, не хватало! Ведь сидел себе уже спокойно, в тепле, в комфорте, при деньгах. На кой черт я согласился на то задание?

Любопытство? Скука? Или все вместе?

Теперь трудно сказать…

Сожалею ли я о том, что покинул дом и попал сюда?

Не знаю… Здесь тяжело, сложно, намного труднее, чем было на Хрусте, но есть и один плюс: в этом месте я чувствую себя живым, настоящим.

— Мик, брат! Вставай! Буря закончилься!

Я открыл глаза и, схватившись за руку, которую мне протянул Замир, поднялся на ноги.

— Ну щто, куда пайдем? — спросил он.

— Сейчас определимся, — ответил я.

Когда мы сюда забрались — из-за бури уже было ничего не разглядеть, так что сейчас для начала нужно проверить, на месте ли наши гравициклы.

На месте — вон, за углом стоят. Пылью их занесло солидно, но ничего страшного…

Я повернул голову и огляделся.

Теперь нужно решить, куда мы пойдем…

Так, это вроде обычный спальный район. Во всяком случае, здания тут однотипные, однообразные, и очень похожие на те, что я помню еще на Земле.

Ага! Вот и магазинчик на углу. Жаль, не маркет, но это уже что-то.

— Туда! — я указал пальцем в нужном направлении.

Мы с Замиром не стали бежать. Как раз наоборот — передвигались, пригнувшись, прячась за припаркованными гравилетами.

Во Всполохе шуметь не стоит, тем более сейчас — мало ли, кто тут есть поблизости?

До магазина мы добрались без приключений.

Дверь, к моему удивлению, была открыта, и мы прошли внутрь.

Ба! Да это же просто джекпот!

Замир, как и я разглядывающий витрины, прямо-таки причмокнул губами от восторга.

Вот уж действительно — повезло так повезло…

— Не бери скоропортящееся! Консервы, печенье…

— Ай, да знаю я, знаю! Хватай скорэй! — отмахнулся он.

Мы принялись набивать наши рюкзаки…

Собственно, пока мы сюда шли, рюкзаки мне казались огромными, однако последние десять минут показали, что не так уж и много в них влезает — забились они, к нашему сожалению, быстро.

Впрочем, это было не страшно — мы вернулись к гравициклам, перегрузили все найденное в седельные сумки и пошли на вторую ходку.

На третий раз, когда Замир направился снова к магазину, я его остановил.

— Нет. Идем дальше.

— Э! Зачэм? — удивился он. — Загрузымся па полной, и домой! Зачэм еще ходыт тут туда-сюда?

— Лекарства, оружие, — ответил я, — мало ли, что еще найдем?

— Проблем на жоп? — выдвинул свое предположение Замир.

Собственно, ничего другого я от него не ждал. Всегда был таким пессимистом, с самой первой нашей встречи…

— Идем уже! — приказал я, и, пригнувшись, двинулся вперед.

— Аа-а-ай кашмэ иб ашалуйя! — проворчал позади меня Замир. — Бэда будэт! Будэт бэда, мамой клянус!

— Не каркай! — осадил я его.

Мы пробирались мимо гравилетов, вглядываясь и вслушиваясь, но вроде пока было тихо, что не могло не радовать.

— Эй! Мик! Сматры! — Замир тихонько хлопнул меня по плечу и указал рукой направление, куда нужно было смотреть.

— Аптека! — обрадовался я. — Отлично! Это то, что нам нужно. Вот тут точно набьем рюкзаки, и свалим…

— Еда еще надо… — проворчал Замир.

— Ладно. Потом еще раз к магазину сходим, — согласился я.

В аптеку я решил идти один, Замира оставил на подходах — пусть сторожит. Тем более место у него было просто отличным: аптека находилась на углу двух длинных улиц, а Замир притаился в нише, между двумя гравилетами, приткнувшимися у стены. Его там хрен заметишь издалека, а вот он сам обе улицы отлично просматривает.

Мимо него даже муха не пролетит незамеченной.

Короче говоря, я со спокойной душой зашел в аптеку и принялся потрошить полки.

Обезболивающие, спазмолитики и успокоительное, противоинфекционные, дезинфицирующие средства. Греб я и таблетки от давления, препараты для сердечников, несколько упаковок бинтов, шины…

Нет, все-таки одним рюкзаком тут не обойтись — придется звать Замира…

Я подошел к двери, дождался, пока он обратит на меня внимание, и, дождавшись условного жеста, пробежал до его укрытия, запрыгнул за гравилет, стащил с плеч рюкзак.

— Давай свой! — приказал я.

— Ай, зачэм так много?

— Будешь как в прошлый раз подыхать от того, что брюхо болит, а тут раз, и таблетку тебе. Еще поблагодаришь меня! — хмыкнул я.

— Я тогда много кюшаль, вот и болель брюх, — ответил Замир, — можно еще так болеть. Это лучше, чем когда еда нет.

— Рюкзак давай, троглодит! — буркнул я.

Осмотревшись, я вновь бросился к аптеке и продолжил мародерку.

Ну вот, мы не зря сюда столько летели. Уже старания и страдания с лихвой окупились…

Я тут же прикусил язык. Нельзя так говорить! Чему меня Пекло научило, так это тому, что надо говорить «гоп», когда перепрыгнешь, но никак не раньше, в том смысле, что радоваться добытому можно лишь тогда, когда припер добро в лагерь. По пути домой всякое еще может случиться. Для начала нам нужно выбраться из Всполоха, затем еще долететь до лагеря…

Рюкзак Замира я набил еще быстрее, ведь теперь помимо таблеток я забрасывал одноразовые шприцы, капельницы, даже тонометр, попавшийся мне под руку. Ну а что — вещица полезная…

Когда я уже, закинув рюкзак за спину, подкрался к выходу, то увидел, что Замир мне отчаянно сигналит руками, давая понять, чтобы я оставался на месте.

Вот же черт! Неужели кто-то объявился?

И какого хрена Замир рацией не воспользовался? Показывал же…

Впрочем, и так понятно — опять забыл. Все же темный человек: боится техники, как огня, и не доверяет ей. Когда-то из-за него, или точнее его этих забобонов, попадем мы в переплет.

Сначала я услышал шаги.

Кажется, двое. Метутся, топочут, вообще не смущаясь. Это кто же такой наглый?

— Хо! Бурун, гляди: аптека! Заглянем? Может, есть чего интересного?

— В таких «интересное» не попадается, — ответил второй голос, — давай вон туда. Зуб даю, туда эти на гравициклах летели.

У меня все похолодело внутри. Они что, нас с Замиром ищут?

Когда шаги начали удаляться, я осмелился выглянуть.

О, черт! Эти двое точно из «Токсичных» — банды, которая прямо-таки славится своей отмороженностью. И направляются они точно в ту сторону, где стоят наши гравибайки.

Нет, позволять им туда добраться нельзя.

Я бросил быстрый взгляд на Замира.

Тот уже изготовился для стрельбы, я тоже вскинул «Отбойник», выцелил голову идущего слева, справедливо рассудив, что Замир возьмет правого — ему как раз удобнее будет.

Бух!

Бух! Бух! Бух!

Я пальнул один раз, угодив точно в башку своей «цели».

Замир же дал короткую очередь и… По тому же бандюку, что и я.

— Вот ведь черт! — прошипел я, переводя прицел на второго, тут же шарахнувшегося в сторону.

Бух! Бух! Бух!

Первая пуля из «Отбойника» ударила в асфальт, вторая чиркнула по кузову гравилета, за которым попытался укрыться «Токсичный», ну а третья угодила ему в ногу, от чего он тут же рухнул, схватился за рану, и открыл было рот, чтобы заорать от боли во всю глотку.

Бух! Бух! Бух!

Короткая очередь, выпущенная Замиром, так и не позволила «Токсичному» заорать, угомонив его навеки.

Я вскочил на ноги, бросился бежать, на ходу бросив Замиру:

— Уходим!

Все, больше тут делать нечего. Мы взяли немного добра, причем даже больше, чем надеялись и рассчитывали. А раз так, надо сваливать, пока к «Токсичным» не нагрянуло подкрепление.

Мы в считанные секунды преодолели всю дорогу назад, до гравилетов, забросили рюкзаки за сидения, и взгромоздились было на машины, как вдруг рация у меня на груди ожила.

— Эй! Кто там хулиганит в северной части Всполоха?

В северной части как раз были мы.

Меж тем голос в рации продолжил:

— Не бойтесь. Мы — не «Токсичные». У нас тут была парочка, но мы их пришили. И вы, как я понял, тоже их положили. Если что — мы из Дыры. А вы кто?

Про Дыру я слышал. В целом ребята оттуда мирные, да и само поселение вроде как тихое. Лидер у них, правда, козел, но это уже такое…

— Мы — мирные, — ответил я, активировав рацию.

— А откуда? Кто такие?

— Да… — тут я даже растерялся, не зная, как себя обозначить, — у нас лагерь в Красных Песках. Мы с вами пересекались как-то уже. Поторговали немного.

— А-а-а… Ты — Ник?

— Мик, — поправил я собеседника.

— Точно!

Вот засранец! Проверял меня, что ли?

— Ребят! Вы нигде аптеки не видели? Нам лекарства нужны…

Я задумался. В целом, что хотел, я уже из аптеки вынес, так почему бы не подсказать нормальным ребятам, где можно разжиться необходимым?

— Видели. Пришли кого-то к нам — покажем.

— О! Вот это разговор! Спасибо! Сейчас отправлю человечка, он вам гостинец передаст…

Ждать «человечка» долго не пришлось — появился он буквально через пять минут со стороны пустыни. Чтобы он сориентировался, я помигал ему фарами своего гравицикла.

«Человечек» был пареньком лет семнадцати.

— Здорово, коллеги! — поприветствовал он нас, спрыгнув со своего байка. — Мои сказали, у вас тут таблетками разжиться можно.

— Можно, — кивнул я, — пойдем, покажу…

— О! Зашибись! — обрадовался парень.

Я довел его до аптеки и кивнул на вход.

— Прошу…

— Благодарим… А кстати, вот вам наше «спасибо».

Парнишка протянул мне ни много ни мало — энергопистоль. Калибр слабенький, но все же целый энергопистоль!

— Ого! Кучеряво живете, такие гостинцы раздавать! — поразился я.

— Да нам с него нет толку — аккумулятор всего один, надолго его не хватит… Бесполезная игрушка!

— Кому как, — хмыкнул я, пряча оружие.

В отличие от разведчиков Дыры, я бы такие вещи не раздавал. Найти сменный аккумулятор — не проблема, а игрушка эта, как ни крути, денег стоит…

— И где такие еще есть?

— Да вон, на площади возле… То ли отеля, то ли… Не знаю, что это за здание — высокое и наполовину срезанное Всполохом.

— Ага, понял… — кивнул я.

Такое здание я видел — находилось оно в южной части Всполоха и, похоже, когда весь этот квартал «телепортировало», здание оказалось на самой границе, так что перенеслось, так сказать, ровно наполовину — другую часть будто ножом отрезали.

— Слушай… А у тебя клевый костюмчик! — заметил парнишка.

— Ага, спасибо, — буркнул я, напрягшись.

Подобные комплименты на Пекле отпускают, когда что-то хотят отжать.

— Да ты не боись! Я не в том смысле, — догадавшись, о чем я подумал, рассмеялся парнишка. Просто наши хотели на ту высотку залезть, так ведь никак — лестничные пролеты отрезало, а лифт, сам понимаешь, без электричества работать не хочет…

— А что им там, наверху, понадобилось? — удивился я.

— Да вроде на крыше еще такие пушки есть, — паренек кивнул на энергопистоль, который только что мне вручил.

— Еще, говоришь, есть? — задумался я.

Помимо еды и лекарств нам очень нужно было оружие…

— Короче, если хотите — дуйте к высотке. Наши там обретаются, — сказал паренек.

— Ладно, скатаем, — решился я.

Что ж, я много чего себе представлял, но явно не такое.

На площади возле высотки лежали трупы, причем были они… Крайне непрезентабельные.

Я присел возле одного из них.

Ну надо же, западло какое! Бронька неплохая, пушка в кобуре тоже пристойная, да только все превратилось в хлам. А тело… Такое впечатление, что этот бедолага просто сиганул с крыши.

— Похоже, они на крыше были во время Всполоха, — заметил один из разведчиков Дыры, подошедший ко мне, — когда их перенесло, посидели там какое-то время и начали прыгать от безнадеги. В чем-то я их понимаю. Представляешь, как там печет?

Я лишь кивнул. Еще как представляю! Солнце взошло всего-то пару часов назад, а уже жара такая, что даже дышать тяжело. Ну, Пекло — оно и есть «пекло», не зря же так планету назвали…

— И пускай прыгаль. Маладэц, что прыгаль, — проворчал вечно недовольный Замир, — но бронь и пысталэт мог бы и снять, да? Тэбэ нэ надо, так людям бы пригодылся.

— Ага, я тоже об этом подумал, — рассмеялся разведчик. — Что за люди? Эгоисты!

Я лишь хмыкнул. Ну да, бедолаги застряли на крыше, начали там сходить с ума без воды и еды, и не нашли ничего лучше, как просто прыгнуть вниз и разбиться. Ну а что? Легкая смерть…

Мало того, что погибли ребятки ни за грош, так местные еще их проклинают, мол, не могли экипировку снять с себя, а потом уже начали бы самоубиваться…

— Ну так что, может, попробуем залезть на крышу? Если чего интересного найдем — пополам делим. Идет? — вкрадчиво предложил разведчик.

— Давай попробуем, — согласился я.

Все же оружие нам надо. Очень надо…

— Я пока ышо еда отнэсу к байкам, — заявил Замир, и даже не дожидаясь моего ответа, развернулся, пошел прочь.

Ну и хрен с тобой, золотая рыбка…

Пока добрались до крыши, я проклял все — и это сраное здание, и разведчика, подбившего меня на эту авантюру, и наличие в моем костюме альпинистского снаряжения, и инженера, его туда втулившего.

Целый час мы потратили на восхождение, причем большая часть времени была потрачена не на то, чтобы я поднялся, а на то, чтобы я помог подняться разведчику.

Ну да ладно. Худо-бедно, но как-то справились.

М-да… А на крыше было, мягко говоря, жарко. А если не мягко говорить, то пекло так, что глаза вытекали. Понятно, почему те бедняги спрыгивать начали. Наверное, я на их месте поступил бы так же. День тут выдержать сложно, а если сидеть несколько дней, да еще без воды и еды, даже не имея возможности хоть где-то спрятаться…

Кстати поднимались мы зря — оружия на крыше не нашли.

Я, совершенно разочарованный, собрался было уже возвращаться к краю и начинать спуск, как вдруг приметил одну странность — корпус одного из внешних блоков кондиционеров, что тут стояли, был оторван и стоял прислоненным к другому блоку. Эдакий шалаш из подручных средств.

А вот внутри шалаша…

— Эй! — позвал я разведчика.

В шалаше мы обнаружили человека и, к моему огромному удивлению, все еще живого.

При нем обнаружились два пистолета, однако брать я их не стал. Воспользоваться ими невозможно — оба под биокодом, а значит, стрелять из них может только владелец.

Есть ли спецы, способные взломать такие пушки — я не представлял, но даже если и есть — взламывать оружие выйдет наверняка дороже, чем купить новое. Так есть ли смысл заморачиваться?

— М-да… Так себе находка! — тяжело вздохнул разведчик.

— Что, вам люди не нужны? — поинтересовался я.

— Нужны, но… Намучаемся мы сейчас с ним…

— Да ладно! Не так уж и намучаемся, — пожал я плечами.

Все же заморочиться пришлось. Если восхождение у нас заняло час с небольшим, то спуск отнял два, а то и почти три часа.

Однако мы смогли спустить измученного, бредящего человека вниз. Уже там, уложив его в гравицикл, разведчики дали ему немного воды, вкололи обезбол и стимуляторы, однако бедолага в себя так и не пришел.

Что ж, надеюсь, все же выживет, и мы не зря с ним мучились.

Но это уже не моя проблема. Мое дело — доставить все необходимое в лагерь.

Мы распрощались с разведчиками Дыры, сели на байки и полетели прочь. Нам предстоял долгий путь домой, где нас с трофеями ждут не дождутся наши люди…