Kito feat. Reija Lee — Sweet Talk

Переворачивая очередную страницу газеты мужчина внимательно изучал напечатанную статью. Несколько снимков на тыльной стороне медленно шевелились, выставляя напоказ жирную надпись «Новый фурор…».

Пар, исходящий из чашки, поднимался вверх, растворяясь и исчезая в воздухе. Утренние лучи солнца проскальзывали в столовую, заставляя переливаться несколько приборов. Тишина и спокойствие окутывали со всех сторон, давая насладиться свободными утренними минутами.

Тихий звук подтолкнул поднять глаза, а внимание с газеты сместилось на вошедшую девушку. На пороге комнаты появилась миниатюрная особа, неловко стукнувшись плечом о дверной косяк. Встречая взглядом он легко повел бровь и подметил, насколько она была мелкой, взъерошенной и милой в коротком домашнем платье.

— Доброе утро, — прикрыв ладонью рот, прошептала девушка, — ты давно поднялся?

— Как обычно, — переворачивая газету, Драко проследил за её действиями. Как она чуть придерживает стул, отодвигает его, присаживается с противоположной от него стороны. Пальцы подхватывают непослушный локон, убирая его с лица.

Сбоку послышался еле уловимый хлопок, а возле стола показался домовой. Молчаливо кивнув и ставя на стол новый чайничек с чаем и пустую чашку, эльф обратился:

— Вам подать завтрак?

— Спасибо, Оскар, не нужно.

— Хорошо, зовите, если понадоблюсь, — с последними словами он сделал несколько шагов назад и исчез.

— О чем статья? — наливая чай, Гермиона взглянула на несколько мелькающих колдографий. — Она на главной и довольно сильно бросается в глаза.

— Ничего нового, — сложив газету в двое, мужчина отложил её на стол, — абсолютно.

— Совсем? — Поджав одну ногу под ягодицы, Гермиона поморщила нос. Обжигающе горячий чай опалил нёбо, заставляя скривиться. Пальцы дотянулись к свежей прессе, подвигая ближе к себе. — «Галерея Саатчи открывает двери, готовясь показать свою обширную коллекцию всем желающим», — цитируя написанные строки, девушка делает несколько мелких глотков. — Мне понравились картины, которые мы смотрели на выставке в прошлый раз, — она подняла взгляд выше, — и понравилась экскурсия в тайники.

— Запретный плод сладок, да? — отпивая чуть остывший чай, Драко подмигнул.

— Это вдохновило! — она восторженно пискнула. — Сколько всего я потом написала? Две или три картины? Я с удовольствием посетила бы ещё.

— Тайники? — Он отставил чашку. — Одно пожелание и я все организую. Мне понравился взрыв твоих эмоций после. Все же твоё вдохновение проявляется не только на холсте.

— Драко, — Гермиона вновь поморщила нос. Внимательный, чуть прищуренный взгляд встретился с серыми глазами, — галерея! Поход в галерею, просмотр картин и все!

— Ну что ты, — поднимаясь с места, он не разрывал зрительный контакт, — тема яркая, живая, необъятная и по-своему вдохновляющая. И я готов вновь и вновь углубляться в некоторые волнующие моменты, — обходя стол, Драко остановился рядом девушкой. Одной рукой оперся на спинку стула, другой он легко обхватил девичий подбородок. — С днём рождения, — наклоняясь немного ниже, он разорвал зрительный контакт, акцентируя свое внимание на чуть розовых губах.

Гермиона едва выдыхает в момент мягкого поглаживания кожи. Когда он проводит кончиком пальца по щеке, продолжая наклоняться ближе. Двигается лениво, намерено медленно. А после в один миг создает неожиданный переполох в её сознании и теле. Мужской язык легко проходится по её нижней губе, резко проникая в рот. Дыхание сбивается, языки сталкиваются в медленном танце. Запах парфюма бьет в голову, а удовольствие медленно наполняет тело.

Выдох. Гермиона растерянно открывает глаза, прослеживая за тем, как Драко с легкой ухмылкой отстраняется от её лица. Кратким движением он облизывает свою губу, выравниваясь и возвышаясь над ней.

— На восемь забронирован столик в «Оранжерее», не опаздывай.

— Не опаздывай? — Гермиона удивленно вскинула бровь, смотря снизу вверх. — Мы пойдем туда по отдельности?

— Да, — он кивнул, — не заставляй меня ждать, — Драко подмигнул, а после, делая несколько шагов в сторону выхода из столовой, скрылся из виду.

Несколько мгновений Гермиона смотрит в сторону двери. Подушечки пальцев скользят по ещё чуть влажным губам, вспоминая соблазнительный поцелуй. Легкая улыбка отражается на лице, а тихое движение домового эльфа заставляет её вернуться в реальность. Оскар убирает недопитый чай и столовые приборы, оставленные Драко после завтрака. Иногда поглядывая на витающую в облаках женщину.

— Вы хотите позавтракать? — домовой кратко повел губой в нерешительной улыбке. — Мы можем приготовить что-то праздничное.

— А? — Гермиона глянула на собеседника. Другая рука потянулась за газетой, раскрывая её, она склонила голову чуть набок, — крепы с арахисовым маслом, черникой и джемом, пожалуйста.

— Конечно, — Оскар кивнул.

— Можешь подать мне в мастерскую? С удовольствием перекушу за работой, — поправив спадающую прядку за ухо, она улыбнулась.

— Да-да, все будет, — приняв пожелания, домовой отходит в сторону и исчезает.

Перелистывая утреннюю газету, Гермиона изучает свежие новости, сводки, с удовольствием останавливает внимание на колонке касающейся галереи Саатчи.

Любовь к искусству — любовь к прекрасному. Она связала свою жизнь с творчеством, красками, мольбертами и живописью. С новыми всевозможными направлениями в искусстве. Её воодушевляет мир, в котором она живет. Страсть, которой пропитывается, счастье, которое может ощутить не только иллюзорно, но и в реальности. Она нашла место для каждой частицы своей души. Для работы, любви, друзей, для всего, что может оставить какой-то значимый след в жизни.

Она нашла себя с мужчиной, который заставил её осознать, насколько она ценная. Дал ей понять, что она вправе выбирать свою собственную дорогу, останавливаться там, где чувствует любовь для себя. Который оказался тем самым воздухом весенним утром. Прекрасным, свежим, заставляющим дышать полной грудью и наслаждать мгновениями, проведенными в этот миг.

Закончив с утренней прессой, Гермиона выскользнула из столовой. Медленно добираясь до просторной мастерской — студии, которую она сделала в отдаленном крыле дома. Домашние тапочки приятно согревают ноги, когда она ступает по мраморному полу. Завтрак уже стоит на овальном столике. Поднос, накрытый серебряной крышкой, рядом несколько тканевых салфеток и маленький букет цветов, собранных из сада.

Гермиона улыбнулась, осматривая милую подачу, которую подготовил для неё Оскар и наверняка ещё несколько домовых эльфов. Мастерская принимала в себя огромное количество света, широкие окна без единой ткани впускали лучи осеннего утра. Пара-тройка сверкающих зайчиков скользят по стенам и рабочим поверхностям. Десятки разновидностей холстов стоят на высоких подставках, несколько картин находятся в ожидании последних мазков. На широком мольберте размещается начатое полотно, которое вызывает новый прилив вдохновения.

Стягивая маленькую резинку для волос с кисти, Гермиона ловко завязывает копну непослушных кудрей. Проходит вдоль стола с массой разнообразных кистей, красок, акрила, масла, палитр. Машинально стягивает обручальное кольцо, помещая в маленькую пиалу в дальнем конце стола. Пачкать такие вещи краской она не любит, поэтому в большинстве случаев ограничивает ношение украшений в дни творчества. Про себя усмехается и вспоминает, как однажды несколько дней кряду искала кольцо в студии. Оно затерялось между открытых сосудов с красками.

Пальцы подхватывают тройку кистей, измазанную палитру и тюбики с краской. Сильнее прижимая все к себе, она подвигает высокий стул ближе к подготовленному мольберту. Зачаровывая дощечку с красками, располагает её в воздухе рядом с собой и удовлетворенно выдыхает, начиная наносить произвольные мазки на полотне.

Взглянув на настенные часы, Гермиона поправила тонкую лямку платья. Легкий шелк приятно струится по телу, когда она проходит по просторной спальне. Пара аккуратных движений и, подхватив клатч, она выскользнула из комнаты.

Два часа назад она получила письмо с кратким «Ждем тебя в Шарф баре в 18:00».

Гермиона подкрасила блеском губы и, закинув его в сумочку, улыбнулась. Добравшись до камина, она взяла немного пороха и шагнула внутрь.

Через несколько секунд она оказалась в просторном красивом и мягко освещенном помещении. Черно-золотой интерьер бара создает приятные впечатления, заставляя невольно любоваться каждой увиденной деталью. Пара официантов проскальзывает между расставленными столиками, они приветливо улыбаются и ведут себя максимально дружелюбно.

Оглядывая зал, Гермиона улыбнулась, когда увидела, что за одним из столиков находятся ожидавшие её подруги.

— Вижу, вы зря время не теряете? — осматривая подруг, она замечает несколько начатых коктейлей, закуски и пару упакованных коробочек.

— Гермиооона, — чуть пропела Джинни, переводя взгляд выше. Поднявшись на месте, она с нескрываемой радостью двинулась к подруге с объятиями, — с днем рождения, дорогая, — улыбка не сходит с женских губ, а руки прижимают подругу ближе.

— Спасибо, — Гермиона кивнула.

— С Днем рождения, Герм, — отставляя коктейль в сторону и поднимаясь с места, Пенси подмигнула, — вот и ты на год ближе к морщинкам на своем лице, — она рассмеялась. Обхватывая ладонями лицо подруги, притянула ближе, целуя в щеки.

— Пенс, — она пискнула, — ты как обычно.

— Зато правдивооо, — протянула девушка, вновь присаживаясь на свое место.

— Не первый коктейль? — Гермиона рассмеялась, присаживаясь на свободный стул.

— Первый, мы только пришли, — Джинни присела рядом.

— Вы готовы сделать заказ? — к столику подошел официант.

— Мне повторить, — Пенси подвинула бокал чуть ближе.

— Конечно, — тот кивнул, — а вам, дамы?

— Беллини, пожалуйста, — подняв взгляд на официанта, Гермиона сделала заказ.

— Мне пока не нужно, — Джинни кивнула.

— Конечно, — приняв заказ, мужчина развернулся, отходя в сторону.

— Я к вам ненадолго, — Гермиона отложила клатч на край столика, — на восемь назначено свидание, на которое просили не опаздывать.

— А Драко в курсе? — Пенси прищурилась, допивая остатки своего напитка. — На свидания расхаживаешь, колечко сняла, погляжу.

— Мерлин, — Гермиона взглянула на руку, подмечая, что после утреннего творческого прорыва так и не надела кольцо обратно.

Главное не забыть, главное не забыть, где оно.

— В курсе, — она пожала плечами, — он тоже приглашен.

— Ваши напитки, — появившийся официант расставил несколько красивых бокалов на стол. Забрал пустой и, кивнув, молчаливо удалился.

— Какие у вас на сегодня планы? — Джинни обхватила пальцами тонкую ножку высокого бокала, продолжая скользить по нему.

— Ужин в «Оранжерее», — Гермиона сделал мелкий глоток персикового коктейля.

— И все? — Пенси удивленно вскинула бровь. — «Оранжерея», ресторан на Гринвич авеню? Не где-то во Франции или, может, на островах?

— Да, ресторан на Гринвич авеню, — новый глоток коктейля.

— У вас все в порядке?

— Что ты имеешь в виду? — Гермиона улыбнулась.

— Подожди, — опираясь на локти, Паркинсон двинулась чуть вперед, — а что он тебе подарил?

Молчаливо пожав плечами и делая новый глоток беллини, Гермиона смотрит на подругу. Пенси всегда отличалась крайним любопытством, с которым было довольно интересно иметь дело.

— Ещё ничего.

— Боже мой, — Пенс склонила голову, а после резко повернулась её в сторону Джинни. — Мне кажется это крах. Развод. Отношения скатываются в пропасть. Мы их теряем.

— Пенси, — Джинни нахмурила брови, — ты пришла к этому выводу из-за ужина в ресторане в Лондоне и того, что он не подарил ей подарок с самого утра?

— Да! Это же Драко, — Пенси подхватила коктейль, делая большой глоток, — сама вспомни, что было на прошлые дни рождения!

— Ну… — Джинни задумчиво покачала головой.

— Ну не ну, а он всегда умел зацепить, — девушка сделала глоток коктейля, — вспомни тот раз, когда он затащил её на остров Ваадху. И после чего? Напомни, а? — Пенси взглянула на Гермиону, заведомо зная ответ.

— Мне было очень любопытно посмотреть на фитопланктон. Книга меня сильно зацепила, и я была довольно эмоциональна… — Гермиона поглаживала ножку бокала.

— Знаешь, не все мужчины так реагируют на эмоции. Учитывая тот факт, что с момента прочтения книги и до момента того, как вы оказались на острове, прошло сколько… три, четыре дня?

— Два, — Гермиона поджала губы.

— Два дня, Гермиона. Два. Ты прочитала книжку и проявила свою заинтересованность в том, чтобы посмотреть на сияющую водичку.

— Это нужно видеть, — она улыбнулась, — по ночам мириады крошечных организмов сияют в воде нежным неоновым светом, создавая иллюзию переливающегося звездного неба. Этот феномен подарил Ваадху титул самого романтичного курорта в мире…

— Вот! И это не на какой-то праздник или годовщину свадьбы. Это потому, что ты, моя дорогая, захотела посмотреть на это. И я молчу о том, что в добавок к этому у тебя появился тот невероятный набор с голубыми бриллиантами. Похожий на твой планктон, да?

— Пенс, не начинай, — Джинни улыбнулась, — может завтра утром она будет сидеть где-то на Фудзияме.

— Завтра — это завтра, а день рождения у неё сегодня.

— Девочки, разве дело в подарке?

— Нет, — пискнула Джинни.

— Да и да, — Пенси сделал ещё один глоток напитка.

— Внимание — лучший подарок, — Гермиона пожала плечами, вновь делая глоток коктейля.

— О, не начинай, — Пенси усмехнулась, — признай, тебе тоже любопытно, как все обернется.

— Ну… — Гермиона облизала губу, — возможно, немного.

— Что касается подарков, — Джинни подхватила коробочку и подвинула её ближе к Гермионе, — с днем рождения!

— Спасибо, Джинни, — Гермиона улыбнулась, принимая подарок. Отодвинув бокал чуть в сторону, она обхватила край коробки и подвинула ту ближе к себе. Пальцы ловко потянули за ленту, развязывая её. Цветная упаковка поддалась напору, когда ноготь разрывал бумагу. Справившись, Гермиона вытянула красивый коробочек и, быстро открыв его, удовлетворенно улыбнулась. В чехле находился безумно красивый именной набор кистей, которые тотчас заставили её улыбаться. Пальцы притронулись к деревянным ножкам, подмечая, насколько те были аккуратными и элегантными. Мелкая роспись переливалась золотом, продолжая двигаться вверх — вниз по черному дереву. — Это потрясающе! — оторвав взгляд от кистей, Гермиона посмотрела на подругу.

— Рада, что тебе понравилось, — Джинни кивнула.

— Безумно!

— Можешь повосхищаться и моим подарком, — Пенси дернула головой, подвигая маленький коробок. Внешний вид упаковки кардинально отличался от того, что подарила Джинни. Вместо ярких цветов и пестрой ленты, подарок Паркинсон упакован в однотонный темный цвет, без дополнительных лент. Проделав похожие манипуляции, Гермиона открыла коробочек, цепляясь взглядом за аккуратное украшение. Тонкая цепочка и кулон в виде маленькой палитры, усыпанной мелкими разноцветными камнями. — Пенсииии, — Гермиона выдохнула, — вау! Девочки, это безумно красиво! Вы невероятны!

— Конечно! Разве может быть иначе? — Пенси усмехнулась.

Подоспевший к столику официант собрал пустующие бокалы, вежливо предлагая обновить напитки. Джинни и Пенс приняли предложение, когда Гермиона все еще обдумывала пить ли ей ещё или нет.

— Я не планировала сейчас много пить, — Гермиона закусила нижнюю губу, — к тому же мне скоро убегать.

— Бокалом больше, бокалом меньше, — Пенси пожала плечами, — повторите всем.

— Так уж и быть, — Гермиона одобрительно кивнула. Опираясь руками на край стола, она усмехнулась, легко выдыхая, — Беллини пожалуйста.

— Пару минут, — официант вновь улыбнулся удаляясь прочь.

— Хочешь прогуляться? — выходя на свежий воздух, Драко оглядывает Гермиону.

— Разве что немного, — она кивнула, — не хочу так сразу домой. Сегодня отличная погода.

— Домой? — Драко усмехнулся, поправляя спавшую бретельку на женском плече. — У меня есть ещё планы на этот вечер.

— Планы? — подняв взгляд на мужа, Гермиона вопросительно вскинула бровь. Проведенный вечер в ресторане, приятная музыка, вкусное вино и ужин. Общение и обсуждение всего, о чем можно было только подумать. И сейчас, наблюдая за мужчиной, она не может понять, чего можно ожидать дальше. В его глазах сверкает блеск, заставляя её на минуту замереть. Его теплая рука, обхватывающая подбородок и краткий поцелуй в уголок губы рассеивает мысли в голове.

— Нам не так и далеко, — Драко скользит рукой вниз, цепляет её плечо, руку, обхватывает её. Сильнее сжимая пальцы, делает шаг в сторону и увлекая за собой.

— Куда мы идем? — проходя по вечерним улочкам, Гермиона вопросительно вскидывает голову выше в попытках разглядеть профиль Драко. Рука приятно согревается в мужской ладони, которая ни на мгновение не отпускает свою крепкую хватку. На улице становится малолюдно и свежо от уже прохладного осеннего ветра. Плечи, как и оголенные ноги покрываются мелкими мурашками, заставляя немного съёжится.

— Вдохновлять тебя, — он усмехнулся, когда, чуть замедлив шаг, повернул на соседнюю улицу.

— М? — удивление и непонимание отразилось в голосе. Но уже через пару мгновений Гермиона резко выдохнула, понимая, о чем именно говорил Драко. Выходя на широкую улицу, она замечает знакомое здание, которое буквально сегодня утром фигурировало в их разговоре. Галерея Саатчи. Помпезное, огромное, с высокими колонами, вычурными арками и тоннами ручной фасадной лепнины. Подсвеченное теплыми огнями с лицевой его части. Каскад мраморных ступеней встречает их.

— Вдохновлять? — Гермиона улыбнулась. — Драко!

— Да?

— Все бы ничего, но галерея работает до девяти, — она закусила губу.

— Я знаю, — Драко не отпускал женскую руку, продолжая подниматься по ступеням вверх.

— Тогда…?

— Все для тебя, — он подмигнул, — свобода действий. Я сделал возможным наше сегодняшнее пребывание тут после закрытия.

— Драко, — Гермиона удивленно взглянула на мужчину, который вновь усмехнувшись, проходил дальше.

Оказавшись в тихом, пустующем здании, Гермиона восторженно вздохнула. Единственный мужчина, охранник, впустивший их в галерею, скрылся из виду почти сразу, как открыл перед ними двери. Многочисленные залы позволяли свободно прогуливаться по галерее.

Сам комплекс имеет достаточно большую прилегающую территорию, благодаря чему тут проводятся одни из немногих редких выставок на свежем воздухе. Внутри, в малых пустующих залах, организовывают различные мероприятия, будь то модные показы, фотовыставки или презентации.

Все остальное пространство занимает исключительно галерея с картинами и залы с всевозможными бюстами, скульптурами и мелкими, но очень дорогими изделиями. Закрытые тайники на нижних уровнях хранят великие тайны и произведения искусства, которые не выставляются на всеобщее обозрение.

— Это невероятно, — она усмехнулась, — я даже не знаю, что мне хочется посмотреть больше.

— Из галереи Тейт перевезли коллекцию картин Ван Гога, хочешь посмотреть? — Малфой наблюдал за тем, как на женском лице сменяются эмоции. Как каштановые брови удивленно поднимаются вверх, а пухлые губы восторженно приоткрываются. — Порядка сорока произведений Ван Гога, чтобы рассказать о его духовной связи с Великобританией. Ты знала… — он сделал несколько шагов в её сторону, обхватывая за плечи и разворачивая к себе спиной. Аккуратно подталкивая девушку, он направляет её в сторону других залов. — Что первый раз Ван Гог побывал в Лондоне ещё до того, как посвятил себя искусству. Работал в аукционном доме, много гулял в одиночестве, увлекался британской музыкой и литературой.

— Конечно хочу! Почему я не знала? Нигде не писали о том, что картины транспортировали в другую галерею, — Гермиона медленно шагала.

— Об этом и не писали. Ещё не писали. Это будет первая большая выставка Ван Гога в Великобритании за последние десять лет, — медленно проходя по залу, он не отпусках Гермиону. — Парижский музей одолжил «Звездную ночь над Роной», которую они обычно никому не дают.

— Меня раздражает то, что ты знаешь больше меня, — она поморщила нос, улыбаясь.

— Дома есть книги и сведения о том, какой был Ван Гог, и ты можешь почитать.

— Я не о том, хотя и об этом тоже… — Гермиона медленно выскользнула из мужской хватки, разворачиваясь к Драко лицом. — Касательно того, что картины переместили из Тейт в Саатчи. О том, что «Звездная ночь» будет находится тут, в момент полноценной выставки.

— Мне было необходимо, — он пожал плечами.

— Ты мне ничего не говорил, — Гермиона театрально надула губы.

— Скажем так, ты сейчас узнала одна из первых, — Драко усмехнулся, — и поверь, тебе это может пригодиться.

— А может я раньше времени солью информацию о том, что в Саатчи теперь столько произведений Ван Гога, — игриво покусывая губу, Гермиона двигается вперед спиной. Взгляд скользит в сторону других картин. Внимание останавливается на нескольких полотнах, от которых лицо светится восторгом.

Драко на пару мгновений замер, рассматривая, как меняются эмоции на лице Гермионы. От задорной улыбки до восхищенного взгляда. От покусывания губы, до восторженного выдоха от лицезрения картины.

— Ты такая красивая…

— Что? — вздрогнув от неожиданности, Гермиона резко повернула голову в сторону мужа. Его ладонь обхватывает шею, а другая, с явным удовольствием ложится на затылок. Без единого слова, Драко прижимается с поцелуем, страстно, желанно и крайне напористо. Скользя пальцами в мягкие кудри, он сильнее прижимает Гермиону к себе. Язык нетерпеливо врывается в приоткрытый рот, наслаждаясь податливыми губами, ответными движениями и тихим несдержанным стоном.

Подушечками пальцев на шее, он чувствует, как ускоряется пульс. Чувствует, как сбивается дыхание. Как она сама сильнее приникает к нему, отдавая себя целиком в этот необузданный и спонтанный хаос. Языки соревнуются, сражаются, сталкиваются и играют.

Хватка ослабла, и она от порыва чувств отпустила маленький клатч из руки. Та с глухим звуком удаляется о пол, отскакивая в сторону. Рука скользит по мужскому плечу, врываясь в светлые волосы. Пальцы двигаются хаотично, уничтожая идеальную до этого момента укладку. Безудержный поцелуй создает ураган чувств. Зубы обхватывают нижнюю губу, с легкой яростью покусывая и оттягивая в сторону. Драко рычит, позволяя и с удовольствием принимая такие выходки в свою сторону. Воздуха мало, критически, они отстраняются друг от друга, хватая кислород и выравнивая собственное дыхание.

— Это Ван Гог на тебя так действует? — хрипит он.

— Возможно, — она отстраняется. Чуть подмигивает и делает несколько шагов назад.

— Пошли, — он настигает её и обхватывает ладонь, — ты должна увидеть все эти произведения. К тому же… — Драко чуть усмехается.

— К тому же что? — Гермиона следует за ним. С любопытством рассматривает окружающее пространство, следит за мужскими движениями и заметной ухмылкой на губах. — Договаривай, ты знаешь, что я не переношу всю эту недосказанность.

— К тому же, — с уловимым азартом голосе проговаривает Драко.

Несколько просторных помещений сменяют друг друга. Проход и винтовая лестница, по которой в обычные дни нельзя ходить никому кроме обслуживающего персонала. Её интригует и напрягает эта недосказанность. Спустившись на несколько пролетов вниз, Драко продолжает вести её за руку.

Гермиона знает это место, когда-то она уже бывала здесь. Тайники. Территория, куда могут попасть очень немногие люди, работающие в галерее. И ей нравится, нравится то, что он делает для неё.

Рассматривая его профиль, она продолжает восхищаться такими любимыми и дорогими для неё вещами. Он создает мгновения и дарит эмоции. Она наблюдает, как он достает палочку и открывает одни, а потом вторые двери. Впускает её первой в просторный темный зал.

Гермиона чуть замирает, совершенно ничего не видно. Теплые пальцы скользят по её ладони вверх, и она слышит, как закрывается дверь.

Секунда и в помещении загорается свет. Множество деревянных картин расставлены на мольбертах, некоторые стоят на полу, упакованы в специальные коробки для транспортировки. Недалеко от входа размещен вместительный стол, на котором расположены десятки баночек, пиал, кистей, жидкостей для реставрации.

Тяжело выдыхая, Гермиона делает пару шагов вперед.

— Невероятно, — шепчет она, — это просто невероятно, — проходит дальше, внимательно рассматривая стоящие на стойках полотна. Переполняющие эмоции заставляют глупо улыбаться. Она чувствует себя маленьким ребенком в конфетной лавке. Счастливой и безумно взволнованной.

Не обращая внимания ни на что, она идет дальше. Пальцы тянуться к ближайшей картине, а здравый смысл тут же заставляет отдернуть руку. Нельзя.

Мягкие мазки и яркая краска. Гермиона как завороженная смотрит на полотно, на котором фигурирует одна из множеств картин Ван Гога. Автопортрет.

— Считается, — начала она, — что это последний автопортрет Ван Гога. И его самое знаковое изображение на холсте, — чуть щурится, наклоняется ближе. Поправляет волосы и внимательно рассматривает закрученные узоры на полотне. — Ты знал, что эта картина имеет похожие галлюцинаторные закрученные узоры, почти такие же как у Звездной ночи.

— Да.

От мужского голоса, раздающегося где-то совсем близко Гермиона вздрагивает. Поворачивая голову в сторону звука, она с улыбкой на лице морщит нос. Драко протягивает ей бокал вина, а его внимание приковано к картине.

— Когда люди думают о нем, то в большинстве случаев перед глазами всплывает именно этот автопортрет. Напряженный, задумчивый… а взгляд, — он склонил голову чуть набок, — эмоционально потрясен. Будто он уже все для себя решил.

— Откуда тут вино? — выравниваясь, Гермиона принимает бокал из мужских рук. Рассматривает бордовый напиток, чуть колышет жидкость и делает глоток.

— Ты думаешь, я не подумал об этом? — он так же отпивает алкоголь.

— О чем ты ещё подумал? — Гермиона дразнится. Медленно отходит назад, постукивая каблуками по деревянному полу. Не разрывая зрительный контакт, обходит Драко со спины и поворачивается к другой картине. — Неужели ты думаешь, что я отдамся тебе среди этих картин? — соблазнительно срывается с её губ. Она изучает полотно с цветами. Белыми, словно весенняя вишня только распустила бутончики на ветках. Голубое небо и нежные оттенки краски.

— Я не думаю, — Гермиона слышит мужской голос прямо за своей спиной. Немного замирает, когда тот превращается в шёпот возле её уха, — я знаю это.

— Эта твоя уверенность, — она закусывает губу, поворачивая голову в его сторону. Драко чуть склонился к ней, а на губах вырисовывается тонкая улыбка.

— Я уверен, что ты от этого без ума, — он оставляет невесомый поцелуй на открытом плече, — так же, как и я от тебя.

Сжимая бокал сильнее, Гермиона тихо выдыхает. Игривый взгляд бегает по его лицу. Она сама знает, чем закончится их вечер, но мелкие искры разжигают больший огонь, не так ли?

Прокручиваясь вокруг себя, она отходит назад, игриво покачивая бедрами. Внимание падает на стол с разнообразными баночками, кистями, мелкой утварью для картин. Делая несколько глотков вина, Гермиона оставляет бокал на деревянной поверхности и резко поворачивается на месте.

— И в чем же ты ещё уверен? — шепчет она. Стоя вплотную к столешнице, Гермиона убирает одну руку назад для опоры на дерево. Внимательный взгляд прослеживает за каждым изменением на его лице. Она видит, как тяжелеет его взгляд.

Обращая внимание на спавшую лямку платья, она подхватывает её пальцами и замирает. Оставляя полосочку на месте, Гермиона медленно проходит пальцами по ключицам. Цепляет противоположную бретельку и аккуратно тянет вниз. Тонкий шелк спадает. Двинув немного бедрами, она помогает ткани скользнуть вниз и упасть у ног.

Она видит, как Драко тяжело сглатывает слюну. Но продолжает стоять на месте.

— Думаю ты прав, — Гермиона облизывает верхнюю губу, — только я ещё не могу определиться, — тихий, соблазнительный выдох, — что меня так сильно вдохновляет. Выпитые коктейли, Ван Гог или ты. Так трудно…

— Действительно, — он в несколькими глотками опустошает бокал. Двигается вперед и в несколько широких шагов оказывается возле неё. Бокал размещается на столе.

— Наверное, — Гермиона поднимает голову выше, — это все же Ван Гог, — игривая улыбка отражается на губах. — Эти мазки на холсте, знаешь, закрученные узоры и такие насыщенные цвета.

— Буйство красок? — Драко усмехается. Снимая пиджак, он бросает взгляд на стол. Замирает, ощущая, как женская ладонь обхватывает ремень и подтягивает ближе к себе.

— Да, красок, — она кивает.

Пространство накаляется от горячего дыхания и образующегося напряжения между ними. Наклоняясь, Драко обжигает женское ухо выдохом. Губы прикасаются к мочке, а напор становится куда сильнее.

— Как насчет… — он шепчет, пока рука натыкается на стоящую на столе колбу. Он поднимает её. Гермиона напряжена. Что бы она не говорила, как бы она не играла, это не может скрыть её желания.

Ухмылка не сходит с мужских губ. Пальцы поддевают крышку и открывают колбу с краской. А после, медленным и аккуратным движением он переворачивает сосуд. Густые капли падают на загорелые плечи, ключицы. Тонкая струя красного цвета скользит вниз по хрупкой коже. Гермиона дергается от неожиданного ощущения, прохлада, дрожь и интерес окутывают её целиком.

Он забавляется. Двигает колбой, распределяя краску по женской коже, выливает всю без остатка. Хрупкая посудина падает на пол, со звоном разбиваясь на мелкие осколки.

Пальцы прикасаются к цветным потекам. Пачкаются в красном оттенке и медленно вырисовывают дивные рисунки.

— Закрученные узоры? — Драко усмехается, — Я могу написать свою собственную картину, а ты будешь моим холстом, — он говорит тихо, медленно. Измазывает ладони в краске, спускаясь чуть ниже. Пальцы проходят по вздымающейся груди, отчего Гермиона вздрагивает.

— Да?

— Конечно. Думаю, это будет лучшая картинка, которую я напишу.

— Единственная, — она усмехается. Пальцы скользят вверх по рубашке, цепляя и расстегивая мелкие пуговицы.

— Мне может понравиться… — он наклоняет голову ниже и приникает к женскому рту. Медленно скользит языком по мягким, чуть приоткрытым губам. Будто пробуя её вкус. Легко, аккуратно. Наслаждается ответными действиями, нежным языком и сбитым дыханием. Ощущает терпкий, немного вяжущий привкус и пряный аромат от выпитого вина. Отрывается от рта, рассеивая дорожку из мелких поцелуев по щеке, уху. Руки обхватывают хрупкую талию, чуть сжимая испачканную кожу.

— Хочешь…? — она шипит, наслаждаясь каждым движением, каждым поцелуем, который он оставляет на ней.

— Серьезно? — Драко хрипит ей в ухо, его забавляет такой вопрос.

— Хочешь заняться сексом на полотне? — мягкий голос разлетается у его уха. Он оставляет ещё один мелкий поцелуй на скуле и выравнивается.

— На полотне?

— Да, — она кивает, пальцы поглаживают светлую кожу. — Переплетённые тела, как кисти на чистом большом холсте. Живопись секса, — Гермиона усмехается.

— Всё, что пожелаешь, — легкий кивок.

Что подталкивает её на подобное она и сама не знает. О Великий Мерлин, её мужчина поддерживает её в этом безумстве.

Измазанная красной краской, она проскальзывает чуть вбок, оставляя Драко стоять у стола. Его руки измазаны, так же, как и белая рубашка. Несколько мазков на животе контрастируют с белой кожей.

— Ты — невероятная ведьма, — он смеется. Наблюдает за тем, как его женщина в одном только нижнем белье, измазанная и заведенная, подхватывает сумочку. Достает палочку и с дальнего угла помещения левитирует несколько крупных полотен, размещая их на полу рядом. Взбив волосы, она усмехается и хищно смотрит на мужа.

— Раздевайся, — шипит Гермиона. Быстро подходя к Драко, обхватывает рубашку руками и притягивает ближе к себе. Губы впиваются с жадным поцелуем. Адреналин бушует в крови, заставляя совершать такие необычные вещи.

Он не пасует. Обхватывает её за талию, приподнимая выше. Так, что она может обхватить его тело ногами. Гермиона сильнее обнимает шею, приникает ближе. Поцелуй становится все жестче, глубже.

Резко стягивает рубашку, отчего та немного рвется.

Драко одной рукой прижимает её к себе, другая двигается выше, теряясь в каштановых прядях. Он разворачивает её к столу, усаживает. Склянки падают на стол, краски растекаются по поверхности, смешиваясь между собой. Руки пачкаются в новые цвета. Желтый. Зеленый.

Его руки блуждают по женскому телу, облачая кожу в безумный яркий хаос. Ловким движением он расстегивает темный лифчик и откидывает его в сторону. Движение ниже и губы накрывают нежные груди. Язык скользит вокруг соска, а зубы немного оттягивают возбужденную плоть.

Стон срывается с губ.

Гермиона пытается найти дополнительную опору на поверхности, откидывается назад. Переворачивает лежащие на столе предметы, и ещё больше обмазывается в холодной краске.

— Драко…! — выкрикивает она, наслаждаясь вспыхнувшей страстью.

Он — её чертов естественный наркотик. Собственная зависимость, от которой невозможно избавиться. Гермиона дрожит, теряется. Вновь вскрикивает от его действий. Как он сильно держит её в своих руках. Вновь поднимает и двигается к лежащему на полу холсту.

Поцелуи заставляют теряться и не замечать ничего вокруг. Ни мерцающего света, ни десятка картин, ни прохлады тайников. Она не улавливает то, как они оказываются лежащими на полотнах. Как она борется с раздражающим ремнем на брюках, расстегивает и пытается стащить.

Возбуждение преобладает, заставляя отдаваться ярким вспышкам похоти. Они в ярких цветных пятнах.

Гермиона двигается, кожа прилипает. Еле уловимый запах сладости разлетается вокруг тел. Новый писк и крепкие руки сильно сжимают бедра. Драко смотрит на неё затуманенным взглядом и, облизывая губы, делает несколько грубых движений. Он обнимает хрупкую девушку, притягивая ближе и ближе к себе, наслаждается каждым стоном, сбитым дыханием и учащенным пульсом.

Движения подобны хаосу, буре, невероятному и пьянящему возбуждению. Она выгибается навстречу, приникает ближе и ближе. Хватает за руки, плечи, впускает дрожащие пальцы в платиновые волосы. Сильно сжимает их в страстном порыве.

Боже мой…

Приподнимая Гермиону чуть выше, он разворачивает ее спиной к себе. Она тяжело дышит. Поднимаясь на коленях, Драко надавливает ладонью на её спину, заставляя стать в более удобную позу.

Холст красится в яркое безумство от каждого нового движения тел. Невыносимый коктейль удовольствия накрывает её с головой в момент самых первых, медленных движений. Мужская ладонь проходится по ягодице, чуть сжимает её. Гермиона тихо стонет, поддаваясь. Невероятная композиция ощущений собирается воедино. В стоны, движения, жар и дрожь.

— Ну же… Гермиона, — он хрипит. Двигается ещё быстрее, ещё желаннее. Немного наклоняется, так, что губы оставляют несколько поцелуев на измазанной спине. Волна мурашек проходится по каждому участку тела, она дергается, закидывает голову назад.

— Быстрее… пожалуйста, — Гермиона стонет, голос срывается. Движения становятся хаотичными, резкими, грубыми. Она поддается назад, просит, умоляет. Сильнее вжимает руки в измазанный холст и резко дергается, прикрывая глаза.

Разливающаяся горячая волна окунает тело в блаженную эйфорию. Гермиона сильно дрожит, чувствуя, как Драко прижимается сзади, как сдавливает кожу, как утыкается лбом в её спину сильнее стиснув зубы. Содрогается с тихим, почти неуловимым хрипом.

Тело дрожит, сил нет.

Они падают на пестрое полотно, в надежде перевести дыхание.

— С днем рождения?

— Эмоциональный подарок, — Гермиона тяжело дышит, поворачивая голову в его сторону.

— О, подарок… — он поднимается на локтях, весь измазанный в ярких цветах, — она твоя.

— Картина? — Гермиона смеется, прикрывая глаза. Волосы прилипают к лицу, несколько прядей попали в рот, — перетянем и повесим в гостиной? Неплохой артхаус.

— Галерея, — тяжелый, все ещё сбитый вдох, — мой подарок на твой день рождения, — он улыбнулся.