Фантастический рассказ

Перевод Я. Грекова

Собственно, в этом не было ничего странного. И все же таки, когда анализаторы «Зенита-1», неторопливо и ритмически щелкая металлическими клавишами, впервые выстукали ровные строки цифр, никто не смог сдержать разочарованного вздоха. Даже Командир, не говоря уже о Штурмане, Враче и Физике. Штурман вслух перевел эти цифры на обычный человеческий язык:

- Давление воздуха - вдвое ниже, чем на наивысших вершинах Гималаев… Верно? - переспросил он, взглянув на Физика. Тот утвердительно кивнул головой. - Кислорода - в тысячу раз меньше, чем на Земле. Углекислоты - вдвое больше… Водяного пара - в сто раз меньше, чем у нас. Значит…

- Значит, выходить можно только в скафандрах, - подытожил Врач.

Он еще раз взглянул сквозь толстое прозрачное стекло иллюминатора. Пространство, покрытое желтым крупнозернистым песком, застывшие волны которого тянулись от самого корабля к далекому горизонту, походило на среднеазиатскую пустыню: такие же ровные барханы, без намека на растительность, сплошное песчаное море.

По правую сторону, почти на самом горизонте, из песков возникали невыразительные пригорки, похожие на полузанесенные руины. Но что это было на самом деле, догадаться не мог никто, и даже мощные бинокли здесь не помогали. Воздух, чем дальше к горизонту, все больше колебался и мерцал подвижными волнами; они шли от нагретого грунта и искривляли очертания пригорков. «Руины?» - подумал Врач. Кто знает, что может быть в этом неизвестном, загадочном мире, где все пока что так малопонятно, кроме строк четких цифр, которые неутомимо выстукивали анализаторы корабля.

И еще казалось, будто ясно ощущались отвесные потоки горячих лучей, которые беспощадно лились с выгоревшего бледно-голубого неба. Врач нервно передернул плечами, представив, какая там жара, и вслух прочитала еще одну строку, отстуканную анализатором:

- Температура воздуха - 20 градусов по Цельсию.

- Ясно, - подтвердил Физик, не оборачиваясь. - Освещенная сторона, лето… Наверное, может быть и еще больше…

Командир, который до сих пор молчал, что-то обдумывая, сухо сказал:

- Кажется, никаких неожиданностей нет, товарищи? Вы же не собирались встретить на Марсе крымские пляжи или Кавказскую Ривьеру? Данные анализаторов, в сущности, совпадают с теми сведениями, которые мы уже получили от автоматических космических станций. Или, может, Врач, вы недовольны из-за того, что нужно носить скафандры? Хорошо, хорошо, - улыбнулся он, увидев резкий жест возражения. - Так вот, нового здесь ничего нет. А все, что нужно для работы, у нас как раз есть. Так вот: начнем, прежде всего, с тех пригорков, которые, кажутся мне наиболее интересными. Руины это или естественные повышения грунта? Это мы и выясним в первую очередь. Приказываю…

Межпланетный космический корабль «Зенит-1» твердо стоял на своих трех выдвинутых лапах на грунте Марса. Его сигарообразный корпус вначале четко вырисовывался в чистом прозрачном воздухе. Но чем дальше юркий вездеход отдалялся от корабля, направляясь вглубь песчаной пустыни, тем менее выразительными становились его очертания в нагретой неспокойной атмосфере чужой планеты. Воздух вокруг него все больше дрожал и переливался горячими волнами.

На вездеходе ехали двое - Штурман и Физик. Только двое пассажиров, если не учитывать двух роботов, похожих на блестящие металлические шары с небольшими цилиндрическими выступами, будто головами, увенчанными прямоугольными антеннами. Вел машину Штурман, который пристально вглядывался в то, что с корабля виделось бесформенными песчаными пригорками - цель их поездки. Не менее внимательно вглядывался в эти пригорки и Физик, который все время докладывал по радио Командиру, следившему за ними с корабля, о своих наблюдениях.

- Кажется, Командир, это все ж таки руины, - возбуждено проговорил Физик. - Теперь, когда мы уже значительно приблизились к ним и меньше мешает тепловое мерцание воздуха, я различаю словно бы остатки домов, правда, очень разрушенных…

- Подождите с вашими руинами, - прозвучал в его прозрачном шлеме голос Командира. - Сначала сообщите еще раз, которая температура в скафандре.

- Двадцать два градуса, - ответил Физик. - Климатическое устройство работает безупречно. Так вот, эти руины…

- Обождите! Как чувствуете себя, Штурман? - оборвал его голос Командира.

- Так же, Командир.

- Хорошо. Как ультрафиолетовые лучи? Не ощущаете?

- Ничуть, - ответил Физик. - Скафандр чудесно защищает от них, даже здесь, где атмосфера имеет такую незначительную плотность и пропускает лучи значительно больше, чем атмосфера Земли.

- Штурман, как у вас?

- Все без перемен, Командир.

- Хорошо. Теперь можете докладывать дальше, Физик, - позволил Командир.

Голос Физика оживился:

- Руины уже довольно близко. До них не больше чем полтора километра. Хорошо вижу их! Это, безусловно, остатки каких-то больших строений. Похоже на огромный город, засыпанный…

- Штурман, уменьшить скорость вездехода! - снова оборвал его голос Командира. - Какие у вас впечатления?

- Считаю, что Физик прав. В тех руинах можно заметить что-то даже похожее на улицы, - доложил Штурман.

- Хорошо. Остановите вездеход! Пошлите сначала роботов. Когда они проверят, безопасно ли там, тогда уже отправитесь и вы.

Штурман и Физик переглянулись. Впрочем, приказ есть приказ.

Штурман выключил мотор вездехода.

Роботы будто бы только и ждали сигнал Физика. Когда он наклонился к небольшой платформе вездехода, где они лежали, и нажал контрольные кнопки управления, металлические шары будто прыгнули с платформы и побежали один за другим к руинам, до которых было еще далеко. Программу для роботов приготовили заранее. Казалось, блестящие шары просто катятся по песку: их маленькие лапы были почти незаметны в быстром движении. Гибкие, словно щупальца, руки роботов будто что-то непрестанно нащупывали, беспрерывно двигаясь в воздухе. Физик и Штурман, не отводя взгляда, смотрели на два телеэкрана: скрытые внутри роботов камеры пересылали им изображение того, что происходило перед Робом и Ботом. Такие же экраны были и на межпланетном корабле, где Командир с Врачом напряженно следили за происходящим.

Изображение руин на экранах увеличивалось по мере того, как роботы приближались к ним. Теперь появились очертания отдельных домов. Они становились все более крупными. Басовитый механический голос Роба доложил:

- Большой дом. Самый большой. На площади. Могу войти. Выполнять?

- Заходи, Роб, заходи! - возбужденно ответил Физик. Почти вместе с тем прозвучал другой, более высокий, чем у Роба голос.

- Иду по следам Роба. Выполнять?

- Да, Бот! Выполняй!

- Есть! Есть!

На экране появилось широкое отверстие в стене большого каменного дома. Осторожно, словно опасаясь ловушки, Роб переступал лапами. Вслед за ним так же осторожно двигался Бот. Первый докладывал:

- Похоже на коридор. Стены составлены из каменных глыб. Возможно, бетон. Коридор расширяется. Перехожу в другие помещения.

- Бот, проверь счетчик Гейгера! Что он показывает? - громко спросил Физик.

Высокий голос Бота ответил:

- Радиоизлучение в норме. Угрозы нет.

Физик нажал переключатель связи с Командиром.

- Командир, может, пора двигаться и нам? Ведь нет никакой опасности.

- Подождите. Пусть роботы продолжат проверку, - прозвучал уверенный ответ Командира. - Спокойствие и выдержка, Физик!

- Есть! - покорно ответил тот и снова переглянулся с молчаливым Штурманом.

Телекамеры роботов уже показывали высокое просторное помещение. Свет прожекторов выхватывал фрагменты стен, каменный свод потолка. Физик аж дрожал от волнения: ведь он видел перед собой остатки культуры марсиан, которые выстроили этот, теперь мертвый город. А равнодушный механический голос Роба продолжал:

- Вижу стены. Идут в направлении нового коридора. Пол покрыт пылью. Мешает двигаться.

- Бот, сообщи данные анализаторов! Что нового? - спросил еще раз Физик.

Высокий голос доложил:

- Радиоизлучения нет. Состав воздуха без перемен.

Физик уже хотел нажать переключатель связи с Командиром, как вдруг один из двух телеэкранов погас. Вместо четкого изображения на нем осталось серое пятно. Это был экран Бота.

- Кинескоп потерял эмиссию, или что? - обеспокоенно прошептал Физик. И громко позвал: - Бот, что случилось? Почему нет изображения?

Транслятор Бота молчал. Ни звука. И мрачная тьма на экране.

- Бот! Отвечай! Что произошло? Бот! Ответы не было.

- Роб! Взгляни вокруг. Проверь, что произошло с Ботом. - Голос Физика едва ли не прерывался от волнения. - Отвечай, Роб!

Басовитый механический голос Роба ответил без малейших эмоций:

- Бота не вижу. Он исчез.

На телеэкране Роба передвигались глубокие тени, контуры большого помещения, какие-то углубления. И все. Бота не было.

…Вездеход приближался к руинам города. Штурман вел его точно по пути роботов, прошедших здесь недавно. Он все время проверял направление, сверяясь с экраном Бота: предыдущие изображение на нем, записанное на видеомагнитофонную ленту, было снова запущено для контроля. Впрочем, даже и без этого Штурман и Физик хорошо видели выразительные следы, которые оставили на песчаном грунте лапы роботов.

А впереди - разрушенные полузасыпанные песком мертвые дома. Могучие стены странной невиданной архитектуры. Наглухо замурованные стены поднимались по правую и левую стороны, будто сказочные крепости. Но ни Штурман, ни Физик не делились впечатлениями по поводу этого: их беспокоило загадочное исчезновение Бота, который все продолжал молчать и не отвечал на радиосигналы.

Роб, которому приказали не сходить с места, тоже молчал, лишь изредка подавая регулярные короткие сигналы: они свидетельствовали, что с ним все хорошо. Физик знал, как тревожно следит за их путем Командир, который остался с Врачом в космическом корабле. Что с Ботом? На этот вопрос пока не было ответа.

Вездеход оказался перед зияющим провалом в стене огромного дома, стоящего на широкой площади в стороне от других. Да, это было то самое отверстие, изображение которого высвечивалось на экране Бота.

- Словно большой портал, Командир, - громко произнес Физик в микрофон. - Темный, но широкий.

- Вездеход здесь пройдет свободно, Командир, - добавил Штурман, держа руки на руле.

- Вперед! - коротко приказал Командир. И после небольшой паузы, когда вездеход очень осторожно, на малой скорости начал продвигаться вперед, бросая в отверстие снопы яркого света включенных прожекторов, добавил: - И проверяйте каждый шаг, товарищи!

Штурман и без напоминания вел вездеход осторожно, пристально вглядываясь в освещенное пространство, открывавшееся перед ним. Физик вцепился руками в борт машины и подался вперед, будто готовый выпрыгнуть из нее, хотя в этом и не было нужды, - по крайней мере, сейчас. Он напряженно размышлял.

Не было сомнений, что на Марсе когда-то бурлила жизнь.

Полузасыпанный песком, разрушенный город являлся наглядным доказательством этого. Разумные существа некогда создали этот город, построили эти огромные дома. Что произошло с жителями потом? Почему и когда исчезли эти существа? Вероятно, они были похожи на людей… и очень развиты… Иначе разве выстроили бы они такие исполинские дома, как это центральное сооружение на площади, в коридорах которого свободно проходит вездеход? Из какого материала сделано это? Похоже на бетон, потому что нет и следов кирпичной кладки. Но, однако - кто его знает?… Впрочем, главное сейчас - узнать, что произошло с разумными существами, марсианами, которые жили здесь?…

Яркий электрический свет обеих прожекторов придавал погруженному в полумрак огромному залу причудливый, фантастический вид. Углы, которых не достигал свет, погрузились во тьму, казавшуюся особенно густой и загадочной. Но Физик не имел возможности оглядываться вокруг. Он пристально вглядывался в четкие следы, которые оставили на припорошенном пылью полу лапы роботов, и, то и дело проверял прочность покрытия. Позади его был вездеход, заливавший светом путь, а где-то в конце зала, который казался необъятным, слабо мелькал далекий прожектор Роба. А где-то между этими двумя точками должна была находиться пропасть, в которой исчез Бот. Но где именно?…

Ага, вот она!

По краям широкого провала в полу торчали обломки то ли камня, то ли бетона, - точно этого Физик не знал. А внизу, где-то на глубине четырех-пяти метров, светился прожектор Бота. Насколько можно было рассмотреть при тусклом неровном освещении, на нижнем этаже также было пусто; только сухая серая пыль толстым слоем покрывала все пространство.

«Да неужели же марсиане не оставили после себя ни одной вещи?» - с изумлением подумал Физик.

Он уже собирался бросить Боту моток троса, которым тот должен был привязаться, чтобы вездеход вытянул его вверх, как вдруг заметил в пыли около лап робота какие-то блестящие предметы. Они тускло отливали в свете прожектора, падавшего немного выше их. Казалось, что это были пластинки из светлого металла, полузасыпанные серой пылью. Физик недоверчиво прищурился: может, это были куски отшлифованного металла, которые отломились от корпуса робота, когда тот падал? Он громко спросил:

- Бот, у тебя ничего не сломалось?

После паузы, во время которой робот, наверное, осматривал себя, тот четко и громко ответил:

- Все хорошо. Повреждений нет. Упал ногами. Ощутил лишь сотрясение.

- А что там, на полу возле тебя, Бот? - Голос Физика дрожал.

Снова повисла небольшая пауза. Робот наклонился, луч его прожектора скользнул по полу, по пыли.

- Вон там, возле твоих ног, Бот?…

- Лежит белый металл. Куски. Посмотреть?

- Немедленно, Бот!

Робот длинными суставчатыми руками взял одну металлическую пластинку и поднял ее к своим фотоэлементам. Потом так же безразлично ответил:

- На пластинке рисунки. Возможно буквы или цифры. Прочитать не могу. Недостаток нужной информации.

Физик ощутил, как стынут от волнения его руки. Отрывисто, напрягая все силы, чтобы его слова прозвучали как приказ, он велел:

- Бот, собери все эти пластинки. Все до одной. Понял?

- Да.

- И положи их в свою сумку! Осторожно, Бот, осторожно! И - все, обязательно все!

- Да, - невозмутимо ответил Бот и снова наклонился.

Робот, подсвечивая себе прожектором, собирал металлические пластинки одну за другой и складывал их в сумку, висевшую у него на боку. А Физик следил за его движениями и сам невольно повторял их. Он знал, что робот действует точно и правильно, но не мог преодолеть волнения, которое все больше охватывало его. «Марсианские находки!», - стучало у него в голове. И он то и дело повторял пересохшими губами:

- Осторожно, Бот! Осторожно! Не сломай ничего! Осторожно!

Три головы одновременно повернулись к люку, который вел в машинное отделение корабля. В глазах застыл немой вопрос. Командир прошел через люк в каюту и встал перед ними - Штурманом, Врачом и Физиком. Лицо его будто бы улыбалось, но глаза при этом были почему-то печальные, и это придавало Командиру какой-то непривычный вид. Командир на мгновение остановился, вглядываясь в присутствующих. Он вынул из кармана несколько листочков бумаги, на которых виднелись строчки, показал их товарищам и, наконец, произнес:

- Рад сообщить вам, что «Аргос» полностью справился со сложной задачей. Текст расшифрован!

- Ура! - бурно закричал Физик, но ему тут же сразу стало неловко за свою ребячливость.

Командир едва улыбнулся:

- Ничего, дорогой Физик, вначале я и сам готов был кричать «ура». Кроме того, именно вам принадлежит честь находки этих записей на металле. Еще раз поздравляю вас, друг.

Штурман и Врач заметили сдержанность Командира и отметили слово «вначале», которое он употребил. Это их удивило. Только Физик, красный от стыда, не заметил ни чего. А Командир взглянул в иллюминатор, протянул руку и тронул выключатель. В каюте «Зенита-1» погас свет. Перед глазами экипажа открылась волшебная картина ночного марсианского неба с сияющими, удивительно большими звездами. Одна из них медленно плыла с запада на восток - яркая звездочка серебристо-голубого цвета. Это был один из двух спутников Марса - Фобос.

Командир снова включил свет. Он сел за стол и немного торжественно обратился к присутствующим:

- Вас, наверное, удивило, что я погасил свет в каюте. Мне просто хотелось еще раз обратить ваше внимание на Фобос, который сейчас проходит по небосклону… Почему я сделал это? Сейчас вы обо всем узнаете.

- Неужели обо всем?… - заинтересованно спросил Врач, будто вспомнив что-то, но так и не закончил фразы.

Командир снова едва заметно улыбнулся.

- Да. Наша электронно-вычислительная машина «Аргос» на самом деле расшифровала записи, найденные Физиком. Правда, не все, далеко не все. Бот принес нам двадцать восемь таких металлических пластинок с загадочными значками. Но большую часть их съела коррозия. Мы с вами не можем восстановить значки, которые вследствие этого исчезли… Думаю, когда мы вернемся, специалисты обработают остатки пластинок и проявят на них все значки. Но это уже дело будущего. А пока что мы обработали фактически лишь пять пластинок, где буквы сохранились. Я говорю - буквы, потому что так оно и есть. «Аргос» прочитал их. Вот расшифрованные им записи.

Командир еще раз показал покрытые строками бумажные листки.

- Я попробовал разложить их по смыслу, хотя это и очень условно. Тем более, что записи эти сделаны, как мне думается, десятки тысяч лет тому назад. Теперь понятно, почему в домах марсиан не осталось никаких вещей: время уничтожило их целиком. Время - и еще кое-что… Вот первый отрывок.

Он взял лист бумаги и стал громко читать:

- «…когда Синие выстроили свой Спутник и запустили его на орбиту, они считали, что уже победили. Синие ут-верждали, что теперь, когда Спутник ежедневно будет плыть по своей орбите вокруг планеты, каждый сможет убедиться в их полнейшем могуществе. И Зеленые подчинятся им. Но произошло не так, как они рассчитывали. Зеленые на своей половине планеты начали строить еще более мощные ракеты, уже с атомными двигателями…» Командир поднял глаза:

- Далее эту пластинку прочитать нельзя, остальные значки съела коррозия.

- Атомные двигатели?… Значит, марсиане уже тогда делали их, были знакомы с технологиями? - почти растерянно спросил Врач.

Командир утвердительно кивнул:

- Слушайте дальше:

«…они назвали его Сияние. Зеленые заявили, что их искусственное Сияние точно такое же, как и Спутник Синих, его диаметр также достигает десяти километров. Но, заявили они, мы имеем более мощные двигатели, и потому Сияние движется быстрее. Синие должны понять, что половина планеты, населенная Зелеными, более сильна, потому что Сияние оборачивается вокруг Марса трижды в сутки. И это они, Синие, должны им подчиниться. Так заявили Зеленые. Но и это не было концом. Потому что тогда…»

Врач нарушил молчание, которое воцарилось после прочтения этого отрывка. Он сказал:

- Итак, Спутник и Сияние - а по-земному, Деймос и Фобос - искусственные сооружения… И с того времени, как их запустили, они до сих пор обращаются по орбитам вокруг Марса?…

- Значит, что так, - ответил Командир. - Синие и Зеленые, очевидно, были большими враждующими группировками марсиан. И те, и другие владели своей половиной планеты, хотя мы и не знаем, почему и как это произошло… Впрочем, послушайте дальше. Третья пластинка рассказывает вот что:

«…атомные пушки, бомбы и ракеты. Это постепенно стало самым страшным бедствием на обеих половинах планеты. Кто-то понимал это, а кто-то - нет. Каждая половина считала, что может уничтожить другую. Но при этом Зеленые боялись Синих, а Синие - Зеленых, и никто не отваживался первым начать это уничтожение…»

Он взял четвертый листок бумаги. Пальцы его заметно дрожали, когда он поднес его к глазам.

- Слушайте, друзья, что было потом:

«…но кнопка была нажата, и атомные бомбы Зеленых начали взрываться на половине Синих, не оставляя в живых никого. Однако Синие тоже успели нажать кнопку на своей половине. И, хоть они и погибли, автоматические ракеты уже после их смерти начали уничтожать половину Зеленых. Кто-то погиб сразу, а кто-то позднее, но атомная смерть настигла всех. А те, кто случайно выжил, не могли ничего есть, потому что взрывы атомных бомб отравили всю пищу и всю воду, и после этого уже никто не мог спастись…»

Исследователи ошеломлены молчали. В руках Командира был еще один, последний листок бумаги. Последняя запись…

- Читайте, Командир! - хрипло выговорил Штурман.

- Прочитаю, все прочитаю, - ответил Командир. - Вот что написано на последнем листке, на последней пластинке из тех, где буквы сохранились:

«Я здесь, в подвале главного управления. Я знаю, что в скором времени погибну. Атомная смерть никого не обойдет. Наверное, я последний из всех. И я надеюсь, что кто-нибудь - возможно, даже пришельцы с других планет - когда-нибудь узнают из моих записей о том, что случилось на нашей планете, с нашей большой цивилизацией. Пусть хотя бы они будут более разумны, и не уничтожают самих себя атомными взрывами, потому что, однажды начав это уничтожение, никто уже не сможет его остановить…»

Командир замолчал. Молчали, пораженные, и его товарищи.

Потом Командир снова выключил свет.

И в темном иллюминаторе межпланетного корабля снова возникло прекрасное глубокое марсианское небо с его яркими звездами.

Фобос уже исчез на востоке, зато на небосклон неторопливо поднимался второй спутник Марса - Деймос, такой же равнодушный ко всему, что и первый. Он степенно плыл над мертвыми желтыми песками планеты, где уже не осталось ничего живого… Опустошенной планеты, которую люди называют Марсом…

This file was created with BookDesigner program bookdesigner@the-ebook.org 18.01.2024