Каждый из нас под новый год ждёт своего чуда. А если это, не просто новый год, а смена эпох? В такой момент чуда ждут даже те, кто в чудеса не особо то и верит. А ещё это особое время, когда те, кто для нас эти чудеса совершают, могут их исполнять. Эта история о тех, кто может, и хочет исполнить наши самые заветные фантазии.
1.0
Дорогой дневник только тебе я могу всё рассказать. У меня есть мечта. Да скажешь ты, моя мечта банальная, но мне все равно. Я всё ещё жду своего принца. Да мой дневник, мне уже двадцать пять. У меня лишние десять…ну ладно… двадцать килограмм лишнего веса, и пишу я тебе эти строки, заедая все вкусными пироженками, моими любимыми, между прочим, с кремом. И так. Да, я не топ модель, не красавица, хотя…Если взять себя в руки … тьфу причём тут вообще внешность. Мой принц полюбит меня такой, какая я есть. Да, я только что облизала пальцы, которые были все в креме. А если б рядом был мой принц. Он бы взял мои пальчики, нежно прикоснулся к ним губами, кончиком языка, провёл бы, вдоль пальчика своим язычком, слизывая крем, с наслаждением впитывая вкус крема и моих рук. Он взял бы мои пальчики, нежно покусывая и посасывая у себя во рту играя языком … Ух мой дневник, что — то я отвлекалась. Так вот. Моя мечта встретить принца. И время, как раз подходящее скоро новый год. Да не просто новый год, а новое тысячелетие и это самое подходящее время чтоб загадать самое заветное новогоднее желание. Я вчера была у гадалки, и она мне нагадала, что в эту новогоднюю ночь мой принц придёт ко мне. И мне нужно подготовиться. Так что дорогой дневник, доверяю тебе самое дорогое, что у меня есть — свою мечту. Интересно, какой он будет. Высокий красивый, обеспеченный…
Эхом по всему миру разносятся слова желаний…
— Дорогой дедушка мороз мне уже 38 лет, а я всё ещё не замужем пошли мне в этом году мужа, пожалуйста…
— Дорогой дедушка мороз пишет тебя Ульяна мне 29 лет, и я хочу встретить свою любовь…
— Дорогой дедушка мороз я весь год была послушной девочкой, мыла посуду, ходила на работу, уступала место пожилым и беременным в транспорте, однажды, я даже перевела старушку через дорогу, хочу в новом году встретить своего единственного…
***
Вселенная огромная в ней каждому есть место, и каждый рождается и создаётся с определенной целью. И, каждому, даётся шанс поймать свою удачу. На земле подходил к концу двадцатый век. Время большого будущего и великих перемен. Воздух был буквально насыщен ожиданием. Ожиданием чего такого, а вот чего именно было непонятно. Кто-то, ждал конца света, а кто-то, обретал новую надежду.
***
Сигнал общего сбора вызвал всеобщее оживление, давно они не слышали этот звук, и уже его заждались, кто-то обрадовался, кто-то насторожился. Но все тут же отложили все свои дела и направились в сторону зала для общих сборов. Все кроме одного. Невысокий сгорбленный карлик с искривлённым лицом презрительно сплюнул на пол и размазал своей метёлкой плевок по грязному полу.
— Пошли, — пнул его высокий тонконогий урод, чьи ноги заканчивались овальной головой, из которой периодически, то появлялись, то исчезали отростки, заменяющие ему руки. — Общий сбор объявили.
— Успею, — фыркнул карлик и снова презрительно сплюнул, растирая плевок по грязному полу.
Зал быстро наполнялся. Если описать в трёх словах тех, кто наполнял зал, то получилось бы, ночные кошмары ожили. В зале собирался вся демоническая сила эротизма. Вот так, вопреки всем нашим представлениям и фантазиям, сексуальные демоны в своём так сказать естественном виде выглядели именно вот так. Кто-то безглазый, но многорукий, чтоб заниматься сексом, не обязательно видеть, главное трогать. Кто-то вообще был без рук, но имел много ртов и глаз. Некоторые имели руки, ноги и не только их. Кто-то был покрыт шерсть, кто-то абсолютно голый. И каждый имел свой запах, были такие кто не мылся принципиально, а кто-то специально для такого торжественного момента оделся в свои лучшие лохмотья, годами нестиранные. И весь этот нереально эротично соблазнительный свет демонов искусителей постепенно наполнял зал. В толпе там и тут раздавались возгласы «Наконец то» Время пришло» «Дождались» «Ух порезвимся» «Я от стояка чуть не умер» и тому подобные выкрики.
Уродливый сгорбленный карлик, таща за собой метёлку, с трудом пролез в образованную щель между двумя пузатыми уродцами, был тут же придавлен и оттеснён к стене у входа. Свет в зале ярко вспыхнул. Все тут же затихли. В воздухе над ними вспыхнула яркая вспышка, и образовалось облако. Оно увеличилось, превращаясь в шарообразное нечто. У существа вспыхнули два глаза, открылся рот, и он громогласно расхохотался, наполняя своим смехом весь зал.
— И так, — отсмеявшись, пробасил шар, — наконец-то наше время пришло. На земле сменяется эпоха, и нам снова даётся шанс, попасть в мир людей и повеселиться вместе с ними… — вопли всеобщей радости заглушили слова шара. Резкий звук пукающего шара заставил всех замолчать и посмотреть на него. — Прошу обратить ваше внимание на то, что земля за эту тысячу лет сильно изменилась, и у каждого из вас будет задание не просто соблазнять людей и оставлять после себя как можно больше потомственных следов. Всем вам нужно будет собрать и принести мне энергию исполненных сексуальных желаний или фантазий людей. Каждый из вас получит вот такой сосуд. — В воздухе появился небольшой сосуд в виде искривлённой розы, стеблем которой служил отросток с двумя шариками на конце. — Этот сосуд наполнится только при условии, что желание или фантазия, которую вы исполняли, будет идти, как говорят люди, от души и сердца.
— УУУУУУУУУУУ — послышался разочарованный ропот и гул
— Мы хотим секса и оргий, мы не хотим любви…
Снова резкий звук пукающего шара заставил всех замолчать.
— Я же сказал, — пробасил на весь зал, висящий над ними шар. — За тысячу лет люди сильно изменились, они по-прежнему любят секс, но теперь им мало просто заниматься сексом. Им подавай любовь и романтику.
— А я говорил, что так будет, — пробурчал вжатый в стену карлик, но его слова потонули в разочарованных возгласах и презрительных фырканьях.
— … Заполненные сосуды вы принесёте и как обычно сдадите мне, — продолжил басить шар. — Нужно собрать как можно больше эроэнергии, чтоб не получилось, как в прошлый раз — шар весь сморщился хмурясь. Снова недовольный ропот и гул прошёлся по толпе. — Я тоже голоден, перебил их шар, поэтому в этот раз в помощь каждому из вас вам будет разрешено один раз прочитать человеческие мысли. — Снова недовольный ропот и гул …
— В прошлый раз мы могли безгранично читать их мысли, — выкрикнул кто-то из толпы.
— И чем это закончилось? — рявкнул шар, чуть не взрываясь от ярости, и тут же все притихли.
— А я ведь предупреждал, — снова произнёс карлик и получил, чей-то ногой по зубам.
Шар заметно остыл, широко улыбнулся.
В зале неожиданно раздались голоса людей:
— Дорогой дедушка мороз хочу встретить мужчину свой мечты…
— Дорогой дедушка мороз надоели мне пустышные глупые бабы, хочу умную красивую, и чтоб знала своё место…
— Дорогой дедушка мороз я уже не молодая, но и не старая и очень устала быть одной, прихожу домой, а дома встречает только кот, хочу, чтоб вместо кота меня встречал муж в растянутых трениках с лёгким запахом перегара…
— В этот раз, — перебивая неизвестные голоса людей, пробасил шар. — Нашими жертвами будет определенный вид людей, узнать их будет очень легко. В воздухе повисло изображение женщины на вид от 25–40 лет. Потухший взгляд, сгорбленная осанка, серая непонятного фасона одежда. — И мужчина, молодой, лет 30 на вид небольшая щетина, худощавый, сгорбленный. Одетый в высветившийся от частых стирок серо-черной расцветки свитер, под ним несвежая рубашка, застёгнута на все пуговицы и не первой свежести брюки. — Таких людей очень много, их можно встретить везде, на улице, в транспорте… — пробасил шар. — И именно у таких нереализованных в личной жизни индивидуумов скрывается то, что нам нужно. Их самая заветная сексуальная фантазия мощная вкуснейшая энергетическая сила. — Шар, широко улыбаясь, облизнулся. Довольный ропот прошёлся по толпе. Карлик презрительно фыркнул и получил, чьим-то локтем в глаз. — Скоро новый год и не просто новый год, новое тысячелетие, люди в ожидании чуда, — прогремел на весь зал шар — Дайте им это чудо, и они с радостью отдадут нам то, что мы любим больше всего эроэнергию. — Зал взорвался радостными воплями ободрения и предвкушения. И только карлик презрительно сплюнул на спину стоящего перед ним демона, и, расталкивая всех, направился к выходу.
— Куда это ты собрался? — пробасил шар, подлетая к карлику, демоны расступились, карлик остановился, заметно сжался, едва слышно выругался и обернулся. Шар висел перед ним в воздухе, нахмурившись, пристально глядя на него.
— Задание принято, — избегая смотреть в глаза шару, тихо произнёс карлик — Пошёл исполнять.
— Не спеши, — пробасил шар. — Перед ними возникло три сосуда. — Для тебя лишённые почётного звания, — широко улыбнулся шар. — Особое задание, — карлик закатил глаза и проклинал про себя всех демонов вместе с шаром и вселенским равновесием в придачу. — Ты принесёшь мне три сосуда…
— Три!!! — воскликнул карлик и чуть не упал, его подхватили чьи-то сильные руки, грубо встряхнули и поставили на ноги.
— Три! — прогремел шар, расхохотавшись на весь зал. — Первый ты наполнишь чистой женской энергией желанного секса, второй мужской энергией желанного секса, а третий сосуд ты наполнишь объединённой мужской и женской энергией, давшей новую жизнь.
— Но Ийклод как я это сделаю? — воскликнул карлик, хватаясь за голову роняя свою метлу.
— Прояви фантазию. В прошлый раз ты отлично себя показал. — От его слов демоны расхохотались ещё сильнее.
Три колбы с мелодичным звоном упали к ногам карлика. Карлик, не скрывая презрения, проклиная свою судьбу, наклонился, собрал колбы, засунул их себе за пазуху, и повернулся уходить, но тут ему в спину, что-то больно стукнуло.
— Метлу забыл, — расхохотался стоящий недалеко от него демон с щетиной и бородавками по всему телу.
Хохот заглушил нецензурный ответ карлика, поднимающего свою метлу. Демоны уже перестали обращать внимание на него. Шар снова поднялся в воздух, возвышаясь над всеми, он сильно засветился, раздуваясь в размерах. С потолка на демонов посыпались колбы, которые они ловили на лету, кто-то сразу прятал их в карманы, кто-то ловил, рассматривал, пробовал на вкус. Под самым потолком появился циферблат, на табло появилось число 30.10.1999 года. 23.00
— Через час, — прогремел голос раздувающегося шара на весь зал. — Откроется проход в мир людей. В этот раз у нас с вами есть два месяца на то чтоб запастись едой. Шар ещё больше раздулся и лопнул эффектным фейерверком, разбрызгивая искры и световые всполохи рассыпаясь мелкими искрами падая осадком сверкающей пылью. Пыль, оседая, буквально на глазах преобразовывала собравшихся в зале демонов. Из уродливых, сгорбленных, лохматых, покрытых шерстью и вонючих тварей, демоны превращались в высоких стройных ухоженных людей. Мужчин и женщин. Они медленно выпрямлялись, расправляли сгорбленные спины и плечи, одёргивали и расправляли одежду, поправляли или наоборот распускали шикарные волосы. Изящно потягивались и наклонялись, привыкая к новым состояниям их обновлённых тел. В зале продолжали фоном звучать голоса незнакомых людей.
— Дорогой дух нового года я уже давно не верю в чудеса, и в деда мороза. Но так хочется в новогоднюю ночь встретить свою любовь подпись Алена.
— Дорогая снегурочка пишет тебе Егор, я разочаровался в женщинах, но уверен, что ты не такая как все они, приди ко мне в эту новогоднюю ночь…
Карлик, сжав метлу, так что у него побелели пальцы, медленно распрямлялся. Из мелкого, сгорбленного уродца, он превратился в широкоплечего стройного спортивного телосложения молодого парня лет двадцати пяти на вид. Всклокоченные слипшиеся волосы преобразились в густые светло русые немного вьющиеся, они красивой волной упали на широкий лоб, едва касаясь густых черных бровей, ещё минуту назад сильно вдавленные почти бесцветные глаза позеленели, чернота ресниц подчеркнула вырез кошачьих глаз. Сгорбленный огромный нос уменьшился, высокие скулы выпрямили искривлённую симметрию лица бывшего карлика. Губы до этого выглядевшие тонкими едва заметными полосками, приобрели правильную немного припухлую форму и приятный розовый оттенок. Раздвоенный подбородок сросся, сузился, придав лицу слегка овальную форму. Бывший карлик с презрением выпрямился, расправил широкие плечи, вздохнул полной грудью. Его лохмотья преобразились в джинсы и тёплую рубашку, но не смогли скрыть его спортивную фигуру и накаченные плечи. Он всё ещё держал в руках метлу, которая раньше карлику была почти во весь рост, сейчас едва доставала ему до груди. Под рубашкой что-то звякнуло. Бывший карлик расстегнул рубашку, обнажив кубики пресса на своём животе, и на пол упали три пустые колбы. Бывший карлик посмотрел на упавшие колбы, они медленно поднялись перед ним в воздух, он взял их свободной рукой и разложил по карманам две в карманы рубашки, одну в задний карман брюк.
— Шочик, — окликнул его кто-то сзади, бывший карлик обернулся. Перед ним стояла роскошная брюнетка с распущенными волосами с соблазнительным декольте обтягивающего платья. Раньше эта соблазнительная красавица была примерно с него карликового роста, с торчащими гнилыми зубами. Вместо волос у неё была лысина, вместо груди две дырки, с кривыми ногами коленками назад. «Ийклод все ещё не простил тебя», — грустно произнесла она. Шочик промолчал в ответ. — Хочешь, я помогу тебе… — она сделала несколько шагов к нему, соблазнительно покачивая бёдрами.
— Не стоит, — покачал головой он в ответ. — Лучше тебе держаться от меня подальше. — презрительно сплюнул он. — А то испортишь ещё себе репутацию.
— Ну, зачем ты так, — огорчилась она. — Я правда хочу тебе помочь, они не справедливы к тебе.
— Не справедливы, — расхохотался Шочик. — И это говоришь мне ты, демон, который влюбляет в себя, а потом разбивает влюблённые сердца вдребезги и питается энергией разбитых людских сердец. — хохотал он.
— Бесполезно милый, — ухмыльнулась вдруг демоница. — У тебя всё равно не получится стать хуже, чем ты уже есть. — Она резко отвернулась от него и ушла.
Шочик посмотрел на метлу, которую все ещё держал в своей руке, о чем-то задумавшись. Вдруг его лицо исказилось в гримасе хитрой полу усмешки полу ухмылки, он сжал руку с метлой, метла вдруг рассыпалась, он демонстративно стряхнул остатки пыли от метлы со своих рук. Откинул волосы, тряхнув головой. Выпрямился, расправив свои широкие, мускулистые плечи. В зале раздался бой часов, один за другим из зала стали исчезать демоны. Шочик быстро застегнул свою рубашку заправил её в джинсы, неожиданно на нем появилась тёплая зимняя куртка, и тёплые зимние ботинки. С той же презрительной полу улыбкой полу усмешкой он исчез.
— Танюха, Танька мать твою, — толкнула её Светка, высокая стройна блондинка с шикарным каре и маникюром, за пять тысяч рублей который она сделала буквально вчера. — Танька глянь, какой зеленоглазый красавец, видно, что спортсмен, гляди какие мускулы, даже под курткой это заметно, — указала она на проходящего мимо их прилавка высокого стройного зеленоглазого парня лет двадцати пяти на вид.
— И что, — вздохнула Татьяна, провожая взглядом парня, на которого указывала Света. — Он на меня даже не взглянул, а вот тебя буквально раздел глазами.
— Да, — хитро прищурилась Света. — А я и не заметила…
К прилавку подошла пожилая семейная пара, Татьяна взвесила им колбасы и сыра, с нарисованной улыбкой пожелала им всего хорошего.
— Я уже улыбаться не могу, — процедила она сквозь зубы Свете, улыбаясь.
— Улыбайся, — широко улыбаясь, произнесла Света, кивая ещё одному молодому проходящему мужчине. Хозяин увидит кислую мину на твоём лице, уволит к чёрту, он тебя уже предупредил. А потерять работу за два месяца до нового года не самое приятное завершение года. Подошёл ещё один молодой парень, Светка тут же оттеснила Татьяну, с шикарной улыбкой расхваливая сорта колбас и сыров. Татьяна отошла в сторону, она склонилась к прилавку, поправляя ценники.
— Девушка подскажите, на ваш взгляд, какой сыр подойдёт к этому вину? — услышала она приятный мужской тембр голоса и подняла голову. Перед ней стоял зеленоглазый красавец, на которого недавно указывала Светка. Татьяна растерялась и даже почувствовала, что краснеет. Впервые за несколько лет к ней обратился такой шикарный молодой человек. Она давно работает в этом супермаркете и многих покупателей буквально уже выучила по лицам. Этого парня она сегодня увидела впервые. — Девушка с вами все в порядке? — спросил парень, пристально глядя на неё смущая её ещё больше.
— Танька, — подскочила к ним освободившаяся Светка. — Ты чего застыла. Вам что подсказать? — расплылась она, в улыбке глядя на молодого парня.
— Да вот, — указал парень, тоже улыбаясь. — Не могу выбрать, какой сыр к этому вину подойдёт.
— О, — воскликнула Светка. — Вино, сыр у вас сегодня свидание?
— Нет, — улыбнулся парень. — У меня сегодня день рождение, вот решил сам себя поздравить. Крепкое мне нельзя, завтра на работу.
— А почему сам себя? — удивилась Светка.
— Я один. — улыбаясь, развёл руками парень. — В этом городе недавно.
— Надо же, какое совпадение, — воскликнула Светка. — Я тоже одна и смена у меня скоро заканчивается.
— То есть как это одна. — слова Светки вывели Татьяну из ступора, а как же твой Сашка?
— А мы с ним расстались, — Светка больно наступила на ногу Татьяне. — Я просто не говорила тебе, так как мне больно об этом вспоминать, очень одиноко, и не кому утешить бедную девушку. — вздохнула Светка, почти пуская слезу.
«Вот жжешь с…» — подумала Татьяна, отодвигаясь от неё.
— А во сколько смена заканчивается? — спросил, улыбаясь, парень.
— Через час, — подмигнула ему Светка.
— Как через час! — снова воскликнула Татьяна. — Магазин до одиннадцати работает, а сейчас только восемь.
— А я отпросилась сегодня пораньше. — Светка буквально прожгла Таню своим взглядом. — Мне же, так тяжело, пережить разрыв с парнем, — снова чуть не заплакала Светка.
— Так что насчёт сыра? — подмигнул ей парень.
— Ах да, сыр, — Светка быстро пробежала глазами по прилавку. — Возьмите вот этот, протянула она ему кусок одного из дорогих сыров.
— Я полностью доверюсь вашему выбору, — улыбаясь, произнёс парень, беря у неё сыр. — Значит, через час говорите, смена заканчивается… — он посмотрел на часы на своей руке.
— Да. — кивнула Света, улыбаясь ещё шире, хотя казалось, шире уже больше некуда.
— Тогда встретимся через час у входа в магазин, — подмигнул ей парень. — Как вас зовут?
— Светлана, — едва сдерживая свои эмоции, произнесла она.
— Светлана, — повторил за ней парень, загадочно ухмыляясь — Это значит светлая…
— Да, — кивнула она. — Я специально в блондинку перекрасилась, чтоб соответствовать имени.
— А вас как зовут? — неожиданно парень посмотрел на Татьяну
— Меня?! — Татьяна, аж воздухом поперхнулась от неожиданности и закашлялась.
— Это Танюха. — рассмеялась Светка. — Она у нас через чур скромная.
— За то ты у нас слишком раскрепощённая, — неожиданно для себя рассердилась Татьяна и снова испугалась того, что она не может себя контролировать.
— Мне, к сожалению, пора, — парень снова посмотрел на свои часы. — Светлана, вас я жду через час у входа, а вам Татьяна я желаю удачи. — Парень подмигнул Светлане и ушёл.
— Танька! — Светка буквально запрыгала от радости. — Ты поняла, что сейчас только что произошло?
— Нет, — злобно проворчала она в ответ, подошёл ещё покупатель.
— Танюха обслужи, мне пора бежать. — Светка бегом, на ходу срывая с себя халат и перчатки, помчалась в сторону подсобного помещения, где там же находился кабинет директора.
Обслужив ещё несколько покупателей, Татьяна осталась одна за прилавком, она с тоской посмотрела на часы, мимо пробежала Светка, помахав ей на ходу рукой, и скрылась за стеллажами.
«Конечно она у нас блондинка с фигурой модели» — Таких, как она, мужики любят, — пробурчала себе под нос Татьяна и на глаза навернулись непроизвольные слезы. Подошёл ещё один покупатель. Загнав все свои эмоции глубоко в себя, подув в глаза, чтоб осушить с трудом сдерживаемые слезы Татьяна обслужила очередного покупателя. Мимо прошёл директор.
— Татьяна, — строго посмотрел он на неё. — Вы снова не улыбаетесь. — Я уже устал вам постоянно повторять, вы лицо магазина. Вы просто обязаны встречать покупателей с улыбкой.
— Простите Виктор Сергеевич, — промямлила она в ответ.
— Брали бы пример со Светланы, она всегда улыбается, посмотришь на неё светлая жизнерадостная, и вы стоите, хмурая, ни один клиент не захочет подойти к такому продавцу.
— Простите, — снова промямлили ему в ответ
— Дождётесь у меня, — погрозил ей директор и ушёл.
Снова, не прошеные слезы набежали на глаза, подавив в себе эмоции, Татьяна натянуто улыбнулась очередному покупателю.
С трудом дождавшись окончания рабочего дня, Татьяна переоделась, попрощалась с охранником и побрела домой. Хорошо, что жила она буквально в двух кварталах от магазина, в котором работала. Кутаясь, в тонкое, не по погоде лёгкое пальто, она устало брела мимо стоящих машин, пустых детских площадок. На улице иногда встречались редкие прохожие, которые, так же как она, спешили поскорее попасть домой.
Придя домой, хотя, домом это можно было назвать с натяжкой, Татьяна снимала комнату в однокомнатной квартире, деля её с давней своей знакомой. Соседки по комнате снова не было дома, она в очередной раз ночевала у своего парня. Скорее всего, она скоро переедет к нему, и Татьяне придётся либо искать себе новую соседку, либо, снимать квартиру полностью. А снимать всю квартиру для Татьяны было слишком дорого.
Сняв пальто и скинув с уставших ног ботинки, Татьяна прошла на кухню, поставив на стол коробку со своими любимыми пирожниками, она включила чайник. В раковине стояла со вчерашнего дня немытая посуда. Взяла свою кружку, она откопала среди грязной посуды чайную ложку. Помыла её. Чайник закипел, Татьяна закинула в чашку пакетик дешёвого чая, положила себе три ложки сахара, налила кипятка, пролив немного на стол. Кипяток растворил засохшую каплю позавчерашнего кетчупа на столе. Сделав вид, что ничего не заметила, Татьяна взяла чай, коробку с пирожными и прошла в комнату. Поставив всё на тумбочку возле своей кровати, она скинула с себя джинсы, свитер и лифчик прямо на пол, и, завернувшись в старый, но любимый тёплый халат, забралась в свою холодную постель. Немного посидев, кутаясь в халат и одеяло, Татьяна открыла верхний ящик тумбочки и достала свой дневник. Открыв его ключиком, висевшим у неё на шее, на обычной цепочке, она пролистала больше половины исписанных листов и остановилась на половину исписанной странице. Взяв пирожное и сделав несколько глотков горячего чая, Татьяна замерла с ручкой в руке.
Перед глазами как живой вдруг возник образ сегодняшнего парня. Его шикарные зелёные глаза, его улыбка, Татьяна почувствовала, как по ней побежали мурашки, но тут же вспомнилась счастливая убегающая Светка, и её передёрнуло, снова комок, подкативший к горлу, в этот раз был проглочен вместе с любимым пирожным с кремом.
— Дорогой дневник, сегодня я встретила настоящего принца, у него были очень красивые зелёные глаза, обаятельная улыбка, и невероятная фигура. Он заговорил со мной, но, к сожалению, он ушёл со Светкой. Но, я уверенна, где-то в глубоко в душе, он хотел бы познакомиться со мной поближе. Очень, очень, очень, глубоко в душе. Слезинка упала на листок. Татьяна, молча, жевала пирожное, глотая его вместе со своими слезами.
— Все достало, — воскликнул Игорь, вскакивая из-за компьютера и направляясь в кабинет директора, он бес стука вошёл, застав директора разговаривающим по телефону. Директор жестом указал ему сесть. Игорь сел, внутри у него все кипело от злости. Едва, себя сдерживая, он с трудом, дождался, пока директор договорит по телефону.
— В чем дело? — строго спросил директор, глядя на него.
— Эта курица крашенная меня достала, я больше не намерен как мальчик бегать перед ней и объяснять этой тупой блондинке что бумага для факса не подходит для принтера, Виктор Семёнович я увольняюсь, — Игорь отстегнул бейдж от лацкана своего кармана на рубашке, положил его на стол директору и вышел.
Вернувшись в кабинет, Игорь схватил свою куртку, сигареты, и ушёл не оборачиваясь. Его провожали взглядами, сидящие за не закрытыми дверями кабинетов, коллеги теперь уже бывшей его работы.
— Что происходит? — спросила операционистка Ольга у сидящей рядом Валентины.
— Опять наш сисадмин что-то не поделил с секретаршей боса, — прошептала Валентина склоняясь как можно ближе к Ольге.
— Она и правда тупая, — фыркнула Ольга. — Вчера я прохожу мимо неё, она окликает меня и спрашивает, знаю ли я как на рабочем столе создать ярлык почты, чтоб она могла сразу видеть, пришло ли новое письмо или нет, а то каждый раз открывать почтовый ящик ей трудно?
— Говорят она спит с нашим босом, поэтому ей всё прощается.
— Ну да, — вмешалась сидящая впереди них Оксана. — Были бы у меня такие сиськи как у неё, мне бы тоже все прощалось. — Девчонки захихикали, на них стали косится другие работники, они притихли и каждая, уткнувшись в свой монитор, вернулись к своей работе.
Выйдя на улицу, Игорь закурил, отошёл от здания офиса, прошёл по дорожке в сторону небольшой аллеи, присел на свободную скамейку. Он докурил сигарету, руки уже почти не дрожали. Игорь закурил ещё одну сигарету, ещё пару затяжек и он почувствовал, что замерзает. Дул холодный ноябрьский ветер, небо затянуло серыми тяжёлыми тучами. На душе было паршиво, погода соответствовала его настроению. Мимо него прошла обнимающаяся парочка. Парень шёл, обнимая девушку за талию, что-то негромко ей говорил, склоняясь к самому её уху, она, держа розу в руке, с улыбкой кивала ему. Игорь затянулся, провожая счастливую пару взглядом. Перед глазами как живой встал образ секретарши боса. Фигуристой светловолосой Натальи, он буквально, как наяву, почувствовал аромат её духов и в его штанах непроизвольно от него все ожило. Наталья снилась ему уже третью ночь подряд. И каждую ночь она приходила к нему с очередной поломкой принтера или компьютера, и умоляла поскорее его все починить, иначе её уволят с работы. А за работу она расплачивалась с ним всегда одним и тем же, в последнем сне она просто легла на принтер, включая его и делая копии своей обнажённой груди, медленно поднимая себе юбку, под которой у неё ничего не было. Игорь схватился за голову. Образ лежащей Натальи на принтере из его сна никак не хотел уходить. Порыв холодного ветра вернул Игоря в реальность. «Все завтра заберу документы из бухгалтерии и прощай Наталья со своими буферами.» Игорь на автомате закурил ещё одну сигарету. Он снял очки, протёр их, одел снова. Проблемы со зрением у него были с детства. Таких как он, обычно дразнили ботанами и очкариками. Невысокий, худощавый, он пытался ходить в спортивную секцию, но из-за очков всё обычно заканчивалось на первом занятии. Он даже курить не мог как обычно все курят, одна две затяжки, и он начинал задыхаться и кашлять, чаще всего сигарета у него просто тлела, а он сидел, смотрел на неё, вдыхая её дым, нередко скрывая свою неприязнь к сигаретному дыму. Ему просто нравился образ курящего плохого парня, который он видел у других и как он думал, удачно их копировал сам. Жаль, что он не вышел ростом и мускулами. Игорь вспомнил, как они переезжали офисом, и он не смог дотащить свой стул до четвёртого этажа, он уронил его себе на ногу и потом почти неделю хромал, выслушивая насмешки коллег. «Все, с меня хватит!» — Игорь запустил сигаретный бычок далеко в кусты, специально целясь мимо урны. — «Я, взрослый мужчина, мне уже почти двадцать шесть лет. Я сам себе зарабатываю, да я живу с мамой в одной квартире, но это, потому что маме без меня будет тяжело…» На соседнем офисном здание вешали растяжку с новым годом, с новым тысячелетием и пожеланиями исполнений всех желаний. «Точно скоро же новый год, да ещё смена эпохи, двадцать первый век на дворе. Самое время начать новую жизнь». Игорь встал, холодный ветер подул сильнее, начал накрапывать дождь. Поёжившись, он поспешил на остановку. Прождав довольно долго, и успев хорошенько промёрзнуть он, наконец-то дождался нужного автобуса, ехать ему было далеко, пройдя, по почти пустому салону, он прошёл и сел на самое дальне место у окна.
Знакомый маршрут, глядя в окно, Игорь наблюдал, как город постепенно готовился к новому году, украшались витрины, стены, и фасады зданий. Очки снова запотели, ему пришлось их снять протереть и снова надеть. Праздничного настроения, что-то не ощущалось. Снова вспомнилась Наташка из сна, и шевеление в его штанах заставило Игоря выпрямиться, он осмотрелся, рядом с ним никого не было. Чтоб отвлечь себя хоть как-то он снова посмотрел в окно. По улицам ехали машины, шли куда-то по своим делам люди. Дождь за окном усилился. Выйдя на своей остановке, Игорь зашёл в супермаркет. Равнодушно посмотрев на стоящих за прилавком колбасного отдела двух продавщиц. Первая полная, невысокая брюнетка с косынкой на голове потухшим взглядом серых равнодушных глаз, вторая привлекла его свой шикарной улыбкой, но как только они встретились глазами, улыбка с лица красотки тут же исчезла, сменившись гримасой презрения. Игорь уже привык к таким взглядам, поспешил отвернуться, прошёл в хлебный одел, взял булку хлеба, прошёл на кассу. На кассе была небольшая очередь. Расплатившись, Игорь вышел, остановившись недалеко от выхода из магазина, достал пачку сигарет, коробок спичек, закурить ему не дал шум сзади него.
— Да что ж за день сегодня такой, — услышал он приятный женский голос и обернулся.
На лестнице держась за перила, стояла девушка, лица незнакомки он не видел, но шикарные формы её фигуры, даже тёплое пальто не скрыть смогло. Девушка наклонила голову, и волнистые темно каштановые волосы волнами спадали с плеч, закрывая её лицо. Возле неё на лестнице валялись рассыпанные только что купленные продукты. Девушка приподняла ногу, каблук её сапога был сломан.
— Вам помочь? — Игорь поспешно засунул сигареты и спички в карман, подскочил к девушке, собирая рассыпавшиеся продукты.
— Ещё и пакет порвался, — девушка подняла голову в её невероятно прекрасных глазах стояли слезы. — Увидев лицо девушки, Игорь на миг растерялся, не зная, как реагировать, если эта красавица вдруг сейчас заплачет.
— Одну минутку. — Игорь с тем, что уже успел собрать, буквально забежал в магазин, и быстро вернулся, неся в руках два пакет в которые он собрал все, что была рассыпано.
— Спасибо вам огромное, — девушка протянула Игорю руку.
— Не за что. — Игорь не знал, как ему быть в такой ситуации, осторожно пожимая девушке руку, обычно, такие как она всегда с презрением на него смотрели, а эта держала его за руку и даже улыбнулась ему.
— Есть за что, — ещё шире улыбнулась ему незнакомка. — Не перевелись ещё рыцари в наше время.
— Мне до рыцаря как до луны шагом, — грустно улыбнулся Игорь.
— Вы себя недооцениваете, — девушка посмотрела на свой сломанный каблук. — Как же мне теперь домой дойти.
— Давайте я вам помогу. Тут недалеко есть кисок ремонт обуви. Предлагаю дойти до него.
— Если честно, — смущаясь, девушка опустила глаза. — Я все деньги потратила в магазине. — Игорь впервые видел, как красивая девушка смущается перед ним.
— Идёмте. — Игорь удобнее взял её пакеты и сам не понял, как подал руку незнакомке, удивляясь самому себе и несвойственному ему поступку. Медленно идя по тротуару, строну киоска ремонта обуви, Игорь мысленно пересчитывал, хватит ли ему денег оплатить ремонт её каблука.
— Вы точно настоящий рыцарь, — улыбалась ему незнакомка. — Как вас хоть зовут?
— Игорь, — не смог не улыбнуться в ответ он.
— Вам подходит это имя, — улыбнулась ему незнакомка. — Вы знаете, что оно означает?
— Нет.
— Игорь — это хранитель.
— Никогда об этом не задумывался. — А вас как зовут?
— Ева, — представилась незнакомка, споткнулась, и чтоб не упасть, она буквально вцепилась в парня, обнимая его.
— Осторожнее, — Игорь сам чуть не упал от неожиданности, прижал её к себе. Они были практически одного роста. Их лица оказались слишком близко к друг другу. Заглянув в её зелёные кошачьи глаза, Игорь впервые увидел не обычное презрение, с которым на него смотрели все девушки, а интерес, и впервые он увидел, как глаза могут улыбаться. Он ощутил аромат её духов, и внутренне напрягся, от того, что сам он пахнет свитером, который вчера постирала ему мама. Хотя у него есть флакон туалетной воды, которую ему подарила мама, но он очень редко доставал его из коробки.
— Ой, простите, — Ева отпустила его, посмотрев на окончательно сломанный каблук.
— Возьмём его с собой. — Игорь отпустил Еву, наклонился и поднял каблук с асфальта.
Дойдя до киоска, они увидели запертую дверь и надпись закрыто.
— Что же делать? — расстроилась Ева.
— Знаете, я живу вон в том доме, — указал Игорь на недалеко стоящий дом. — Идёмте ко мне, там моя мама, она, что-нибудь придумает.
— Вы знаете как-то неудобно, — засмущалась Ева.
— Неудобно ходить без каблука, — неожиданно для себя выдал Игорь, улыбаясь. — Идёмте, — уже ошалевая с самого себя, и своей несвойственной ему настойчивости он потянул девушку за собой, ещё больше удивляясь самому себе.
— Вот тут трудно поспорить, — сдалась Ева. На лифте они поднялись на 8 этаж. Игорь открыл дверь своим ключом.
— Сынок, — удивлённо произнесла мама, выходя в коридор. — А ты почему не на рабо… — она замерла недоговорив.
— Мама, привет, я не один.
— Я вижу …
Ева встретилась с глазами невысокой худощавой пожилой женщины. На вид ей можно было дать от сорока до шестидесяти лет. Короткая стрижка седых, но недавно крашенных волос, аккуратно расчёсанных и уложенных. Маленький лоб, морщинистые глубоко посаженные серые глаза, ровный тонкий нос, тонкие бледно розовые губы и заострённый подбородок. Одета она была в тёплый домашний костюм, состоящий из свитера и тренировочных штанов, на ногах тёплые тапочки
— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась Ева улыбаясь.
— Здравствуйте … — мама стояла, растеряно смотрела то на сына, то на незнакомку.
— Мама — это Ева, — представил её сын — У неё сломался каблук.
— Ах, вот оно что, — меняясь в лице, посмотрела на неё мама, осматривая сапог со сломанным каблуком.
— Да, — кивнула Ева. — День у меня сегодня не удался, выходила из магазина, и на лестнице каблук обломился, если б не ваш сын…
— Я одна воспитываю своего мальчика и старалась воспитать его достойным человеком, — перебила она Еву
— У вас это получилось, — улыбнулась ей Ева.
— Конечно. — кивнула она. — Игорёчек, у нас же внизу ремонт обуви есть.
— Знаю мам, — Игорь поставил сумки с покупками Евы на пол. — Но он закрыт, по этой причине мы и пришли к тебе. Ты у меня всегда находишь выход из любых ситуаций.
— Да. — согласилась с ним мама. — Я учу своего мальчика, что безвыходных ситуаций не бывает. Но что вы в дверях стоите, Игорь помоги Еве снять пальто, проходите на кухню, замёрзли, наверное.
— Ой, нет, — поспешила отказаться Ева. — Мне домой нужно, я живу в этом районе, только на другом его конце, но со сломанным каблуком, да ещё и с пакетами идти очень сложно.
— Какой у вас размер обуви? — сдвинув брови, мама Игоря посмотрела на стройные ноги Евы.
— Зимней тридцать восемь.
— Минутку, — мама Игоря скрылась за дверью в другую комнату. Прошло пару минут, и она вышла к ним, неся коробку в руках, — Ну-ка, примерь, подойдут? — она достала замшевый, почти новый сапог из коробки.
— Ого, мама, — воскликнул Игорь. — Это же сапоги, которые ты носила в молодости.
— Да. — неожиданно лицо мамы расплылось в улыбке, разглаживая морщины на лице и скидывая ей сразу лет двадцать. — Когда-то я была молода, красива, и могла себе позволить сапоги на каблуках.
— Мама ты у меня и сейчас не старая.
— Спасибо сынок. Держи. Протянула она Еве сапог — Одевай…
— Мне неловко, — замялась Ева смущаясь.
— Потом смущаться будешь, — нахмурила брови мама Игоря. Ева сняла сапог со сломанным каблуком и надела тот, что ей предложили. Сапог подошёл идеально. — Держи второй! — Ева переобулась. Каблуки новых сапог были на пять сантиметров выше тех, что были у Евы до этого.
— Отлично, — ухмыльнулась мама Игоря. — Домой дойти теперь сможешь?
— Конечно, — улыбнулась Ева. — Сапоги великолепные. Чем я могу Вас отблагодарить?
— Ничего не нужно моя милая, — произнесла мама Игоря, таким тоном как будто Ева должна им теперь миллион рублей. — Сыночка проводи Еву до дому, и поскорее возвращайся обратно, обедать будем.
— Хорошо мама, — Игорь отдал купленный им хлеб матери, снова надел свою куртку, взял пакеты Евы, и они вышли из дома.
— У тебя замечательная мама.
— Да она у меня самая лучшая…
— Нам туда, — перебив Игоря указала дорогу Ева. Пройдя к самому дальнему дому, они вошли в первый подъезд пятиэтажного дома, квартира Евы была на первом этаже. Она открыла дверь своим ключом, и они вошли. Небольшой коридор квартиры бабочки разделял кухню и единственную комнату. — Проходи, — улыбнулась ему Ева, — Пакеты отнеси на кухню, я сейчас, — Игорь разулся, прошёл на кухню, поставил пакеты на стол. Осмотрелся. Небольшая кухня, справа стол у окна, рядом со столом два стула, слева раковина, небольшой разделочный стол печка, и холодильник. Игорь растерялся, не зная, как себя вести дальше. Впервые он попал в такую ситуацию. Послышались шаги, он обернулся и замер. Ева вышла к нему в лёгком, едва прикрывающем её халатике. Она была даже лучше Наташки из его снов. Улыбаясь, она подошла к нему, обнимая его за шею и наклоняя, она привлекла его к себе, и дальше Игорь потерялся, даже в своих снах он не мог представить себе ничего подобного. Она поцеловала его, обжигая своим жарким дыханием. Касаясь её губ, Игорь буквально растворялся в поцелуе, теряя ощущение с реальностью. Очнулся он тогда, когда упал на кровать, осознав, что из одежды на нем уже ничего нет. Каждое прикосновение их губ буквально обжигало, он хотел ещё и ещё.
— Не спеши, — услышал он вдруг её голос.
— Я хочу тебя, — не смог сдержать себя Игорь.
— Я тоже тебя хочу, — улыбнулась она, целуя его. — Но, не хочу спешить, она сидела на нем верхом, медленно двигаясь, дразня его.
— Я не хочу больше ждать. — вдруг взревел опьянённый страстью, Игорь схватил её, перевернулся, укладывая её на спину, решительно раздвинул ей ноги и с нереальным, почти звериным полу рыком полу стоном он вошёл в неё.
— Да! — воскликнула Ева, смеясь. — Правильно, буди в себе спящую страсть, пусть она вырвется наружу, дай мне то, что я хочу! — сосуд, висящий над ними, стал наполняться серебристой субстанцией. Игорь, теряя полный контроль над собой, с животной страстью буквально впивался в неё, заглушая поцелуями её стоны. — Я хочу ещё — прошептали ему на ухо, покусывая его мочку. Перевернувшись и оседлав его, Ева его руками ласкала свою грудь, живот, опускаясь, ниже не сбиваясь с темпа, она опустила его руки, погладив себе бедра. Подняв голову, Ева с улыбкой наблюдала, как сосуд над их головой заполнил уже почти на половину нижних шариков. Руки Игоря уже без её помощи ласкали её бедра, поднимаясь выше и выше.
— Да мой мальчик, — выгибаясь, произнесла она, позволяя ему войти ещё глубже в неё. Его пальцы скользнули по бёдрам, к животу, дразня её, и медленно опускали все ниже, туда, где всё горело от страсти и желания. Ева снова выгнулась, и его пальцы скользнули вниз, скользя по заветному бугорку клитора возбуждая и дразня её. — Продолжай. — она взяла его руки в свои, помогая ему доставить себе ещё большее удовольствие. Выгибаясь, она ощущала напряжение и дрожь его тела. Его руки уже без её помощи знали, где и как погладить и прикоснуться.
— Я хочу тебя всю! — Игорь решительно схватил её за бедра, сел прижимая её к себе сильнее, покрывая поцелуями её губы, шею, он поймал ртом её сосок и из его груди вырвался звериный рык, заглушенный её поцелуями, оргазм высвободил из него то, что ей было нужно. Чистую вкусную энергию человеческого экстаза. Обессиленные они упали на кровать. Сердце в груди Игоря так бешено стучало, что ему стало плохо, в глазах потемнело, в ушах зазвенело. Он закрыл глаза, прижимая к себе горячее потное тело красивой настоящей женщины, с которой у него только что был невероятный секс. Её запах буквально опьянял его.
— Если я открою глаза, ты исчезнешь? — неожиданно для себя вдруг спросил он, когда ритм его сердца стал приходить в норму
— Нет. — услышал он ответ и открыл глаза. — Она лежала рядом, гладила его по груди, играя с его соском.
— Ты ангел, спустившийся с неба.
— Нет. — улыбнулась она. — Я не ангел. — Ева посмотрела на сосуд, висящий над ними, он был виден только ей. В этот раз ей повезло, обычно за один раз сосуд наполнялся вполовину меньше от той нормы, что сейчас была заполнена. В этом парне, не смотря на его щуплый вид ботаника, и маминого сынка скрывался огромный потенциал сексуальной страсти, такие люди давно уже не попадались. Ийкон был прав, когда указывал нам таких людей. Жаль, что он одноразовый вздохнула про себя демоница. По правилам, нужная им энергия собирается только с первого контакта с человеком, все остальные контакты давали энергию, но она уже была абсолютно безвкусная и бесполезная для них. — Тебя мама ждёт — с улыбкой напомнила ему она.
— Точно! — спохватился он. — Мама, он вскочил, но тут же сел обратно.
— Мы больше не увидимся? — не оборачиваясь, спросил он.
— Нет. — покачала она головой.
Игорь встал, собрал свои вещи, неспешно оделся, увидел на полу свои очки, поднял их, протёр рукавом своего свитера. Одел их. Вышел в коридор. У двери стояли мамины сапоги, он обулся, надел куртку, взял мамины сапоги и вышел в подъезд, прикрыв за собой дверь. За его спиной раздался щелчок замыкающего дверного замка. Игорь вышел из подъезда, на улице было уже темно, шёл дождь, переходящий в мокрый снег. Он неспешно шёл по темной улице в сторону своего дома, на встречу ему шла полная женщина, на миг проезжающий автомобиль осветил её лицо, и оказалось, что это не женщина, а довольно молодая девушка с пышными формами, её лицо показалось ему знакомым, она зябко куталась не по погоде в тонкое пальто. Девушка, не глядя на него с равнодушным даже уставшим видом, прошла мимо, неся в руке коробку с пирожными.
— С кремом, — вдруг подумал Игорь. — Как я люблю.
Капли дождя застыли на очках, Игорь снял очки, протёр их. Вдалеке виднелись окна его квартиры. В окне на кухне стояла его мама и смотрела в окно. Она всегда так делала. И каждый раз, возвращаясь, домой, он видел её в окне.
Вернувшись, домой за ужином, Игорь, с неохотой рассказал маме, как уволился с работы. Она как обычно выслушала его с пристальным всё знающим и понимающим взглядом, сказала, что утром позвонит своему знакомому и решит вопрос с его новой работой. Она изначально была против этой работы и, как всегда, оказалась права. Игорь её практически не слушал, он все ещё ощущал на своём теле прикосновения и поцелуи Евы. Сославшись на усталость, он быстро убрал за собой посуду, и закрылся в своей комнате. Он упал на свою кровать, вспоминая гибкое тело Евы, её запах, тонкий пьянящий аромат духов и женского тела. Все что с ним произошло, было нереально, но это было. Сломанный каблук в его кармане был единственным напоминанием.
Утром его разбудила мама, сказала, что все уладила, его ждёт новое собеседование, он быстро умылся, позавтракал, поцеловал маму и ушёл.
Новая работа оказалась в их районе, пешком полчаса ходу неспешным шагом. Мамин знакомый оказался замом, который порекомендовал его, и Игоря приняли практически без вопросов. Выйдя из нового офиса, Игорь прошёл на остановку, дождался нужной маршрутки, сел и поехал на свою старую работу. Ему предстояла встреча с теперь уже бывшим начальником, и, конечно же, с Наташкой. Проезжая знакомым маршрутом, Игорь, словно впервые, видел улицы, по которым до этого ездил каждый будний день и иногда на выходные. У него вообще с утра было чувство, как будто он заново родился, и мир вокруг него ещё вчера унылый и серый, вдруг засиял новыми красками. Сидящая рядом девушка вдруг улыбнулась ему, попросив её пропустить, так как ей нужно было выходить. Игорь встал, с улыбкой пропустил, и сел на её место у окна. Даже присев, он чувствовал, как его тело буквально каждой клеточкой ощущает, белье на наем, майку под свитером, штаны, носки, ботинки, куртку. Его тело и он сам радовался тому, что он сейчас сидит в этой маршрутке у окна, любуясь видом из окна. Капли мокрого снега красиво поблёскивая от проезжающих мимо машин, подсвеченные от фонарей стекали по стеклу. Можно было даже рассмотреть отдельные снежинки, медленно тающие на стекле. Выйдя из маршрутки, он впервые обрадовался ветру, накинув на голову капюшон, он не спешно шёл в строну офиса бывшей работы. В дверях он столкнулся с Саньком теперь уже бывшим коллегой по бывшей работе. С улыбкой пожал ему руку, утвердительно кивнул на его вопрос об увольнении и вошёл в офис. Наташки на рабочем месте не было. Стол, за которым она обычно сидела, и встречала всех кроме него, с очаровательной улыбкой, был как обычно завалин, компьютер включён, это значит, Наташка была где-то недалеко. Не теряя времени, он отправился в бухгалтерию, за трудовой и расчётом.
— А твоё заявление у шефа, — строго смерила его взглядом старший бухгалтер. — Иди к нему.
Игорь вернулся в холл и замер перед закрытой дверью кабинета директора. Постучавшись, он вошёл.
Наташка смерила его презрительным взглядом, она стояла, наклонившись, возле директора, что-то ища у него на столе в пачке бумаг.
— Заходи, — хмуро пригласил его директор. — Присаживайся, — он указал ему на кресло для посетителей. Игорь прошёл и сел. — Остыл… — директор строго посмотрел на него.
— Да. — кивнул Игорь.
— Вчерашний день вычту у тебя из зарплаты, можешь идти работать, — директор взял бумагу со своего стола. — Все Наталья идите, вот это всё заберите, — он собрал в кучу бумаг, разложенных у него на столе — Разберёте все, тогда и принесёте мне. — Наталья быстро все сгребла, смерила ещё одним презрительным взглядом Игоря и вышла.
— Я нашёл себе новую работу, — тихо, но твёрдо произнёс Игорь. — Я пришёл получить расчёт, и забрать свои документы. — уже громче произнёс он, удивляясь самому себе.
— Даже так. — удивлённо приподнял брови директор, не ожидавший такого от этого тихони. Повисла пауза. Директор внимательно смотрел на него. Впервые Игорю не хотелось сжаться от взгляда директора, а наоборот, он вновь неожиданно для самого себя смело посмотрел в глаза директора. — Ну что ж, — директор склонился над коммутатором, — Наталья принесите мне заявление на увольнениеНесмехайлова Игоря Анатольевича, оно должно быть среди тех документов, что вы забрали.
— Минутку…
В кабинете повисла такая тишина, что стало слышно тиканье часов на стене, вошла Наталья, неся листок, она, молча, положила его перед директором, смерила очередным презрительным взглядом Игоря, и вышла, стуча каблучками. Директор бегло прочёл написанное, поставил свою подпись, и молча, отдал заявление Игорю. Игорь, так же молча, взял заявление и вышел, прикрыв за собой дверь, проходя мимо Натальи, он вновь поймал на себе её презрительный взгляд, и от этого взгляда у него вдруг все закипело. «Да кто она такая, чтоб на него так смотреть!» — мелькнула вдруг у него шальная мысль, и как червяк вгрызалась ему в мозг, кольнув в самое сердце. Борясь с новым для него, непонятным чувством, он прошёл в бухгалтерию, отдал заявление.
— Жди, — не отрываясь от компа, сказала ему бухгалтерша. Игорь прошёл и сел на единственный свободный стул в кабинете, поймав себя на мысли, что раньше он без приглашения, никогда бы так не поступил. Бухгалтерша встала, вышла из кабинета. Кроме неё в большом кабинете было полно народу, но все они делали вид, что Игоря тут нет. Вернулась бухгалтерша отдала ему трудовую. — Расчёт получишь в конце месяца, — процедила она, сквозь зубы, уставившись в свой монитор. Игорь взял трудовую, сунул её во внутренний карман своей куртки, и на ходу застёгиваясь, вышел. Не успел он закрыть дверь, как в него, буквально врезалась Наталья, она почти бежала, насколько это было возможно, в узкой юбке и на высоких каблуках неся кипу бумаг и перебирая их на ходу пытаясь уложить их, чтоб они не разлетались. От неожиданности Наталья выронила бумаги, подняла голову, и, увидев Игоря, так презрительно скривилась, что он просто озверел от её взгляда. Он схватил её, прижал к стене и впился ей в губы так сильно, что Наталья, пискнув, приоткрыла рот, позволяя ему слиться с ней в глубоком поцелуе. Воспоминания о горячем теле Евы нахлынули на него с такой силой, что Игорь, теряя над собой контроль, сжал грудь Натальи, впиваясь ей в губы, не давая ей опомниться. Его руки быстро и уверенно скользили вдоль её тела, опускаясь все ниже и ниже прижимая её не позволяя вырваться. Короткая узкая юбка практически сама поднялась, когда он схватил её за бедро, заставляя обнять себя ногой прижимая её к стене. Зверь, сидевший в Игоре, требовал крови и мести. Подчиняясь порыву, Игорь, целуя, укусил её. Не до крови, но увидев её раскрытые от ужаса глаза, он решительно расстегнул себе ширинку, резким движением отодвинул полоску её трусиков и вошёл в неё. Услышав её стон, и приглушенный поцелуем крик, Игорь ликовал. Несколько резких толчков, вялая, неуклюжая попытка вырваться со стороны девушки. Дрожь во всём его теле высвободилась всей ненавистью и удовлетворением от того, что он только что сделал. Отпустив Наталью, он демонстративно обтёрся об её юбку помяв её грудь, застегнулся, поправил очки, куртку, и ушёл не оборачиваясь.
***
Татьяна шла домой, кутаясь не по погоде в тонкое пальто, неся в руке коробку с её любимым пирожным. Было холодно, шёл снег. Небольшой ветерок подгонял снежинки. К утру обещали метель. Татьяна спешила, она промёрзла, и пожалела, что не одела, зимние тёплые сапоги, и дублёнку. С утра было не так холодно, как теперь. Она уже дважды чуть не упала, удерживаясь за забор. Дорожка была скользкой. Её дом уже был виден. Она поспешила перебежать через дорогу, поскользнулась и упала, раздавив рукой коробку с пирожным.
— Черт! — выругалась она, глядя на свои пальцы, вымазанные в креме. Она даже не поняла, ушиблась она или нет сидя на асфальте.
— Позвольте, я вам помогу, — услышала она приятный мужской голос и увидела протянутую ей руку. Она подняла глаза и замерла. Перед ней, склонившись, и протягивая ей руку, стоял тот зеленоглазый красавец, который сбежал от Светки после первого свидания с ней.
— Вы… — одними губами произнесла она, теряя почву под собой.
— Давайте руку, — зеленоглазый незнакомец ещё ниже склонился к ней.
— Нет уж, — Татьяна с ужасом попыталась отодвинуться от него, сильнее испачкавшись в коробке с пирожным. — Уж лучше я сама убьюсь, чем с вами.
— Я не совсем вас понимаю, — улыбнулся незнакомец, заставляя сердце Татьяны забиться сильнее.
— Вы пригласили мою подругу на день рождения, и пропали.
— Ах, вот вы о чем, — перестал улыбаться незнакомец. — Давайте всё же я вам помогу, асфальт холодный, сидя на нём вы простудитесь. — Незнакомец решительно взял её за руку и потянул на себя, поднимая. — А мне показалось, что она вам не подруга. — продолжил он и так легко поднял её с земли, потянув за руку, что Татьяна впервые подумала, а действительно ли она такая толстая какой себя считала до этого момента.
— Да не важно, — они замерли, незнакомец продолжал держал её руку. — Это не даёт вам право бросать её. — Татьяна попыталась вырвать свою руку, незнакомец сжал свои пальцы, удерживая её. Он был высокий, Татьяна едва доставала ему до плеча.
— Что бы бросать, нужно вначале это взять, — неожиданно хищно ухмыльнулся незнакомец, потянув её на себя.
— Вот и берите, что хотите, а меня оставьте в покое, — через силу выговорила Татьяна, пытаясь вырвать свою руку из его сильной, тёплой, и приятной руки, а у самой, сердце было готово выпрыгнуть из груди. Его глаза буквально заворожили её, от его улыбки бросило в жар. Никогда ещё мужчины так на неё не смотрели.
— Так я уже взял, — незнакомец другой рукой попытался обнять её.
— Нет… — Татьяна хотела оттолкнуть его второй рукой, он ловко перехватил её за вторую руку, сжал, поднёс к своим губам и вдруг неожиданно медленно лизнул её пальцы, слизывая с них крем, осторожно, проводя языком вдоль пальчиков затем, взял все четыре пальца в рот, слегка посасывая их. Он поиграл во рту языком, щекоча её пальчики, с наслаждением облизнул остатки крема, подмигнул ей, отпустил, и ушёл не оборачиваясь. Татьяна вдруг осознала, что если сейчас она не вздохнёт, то задохнётся. Она не знала, сколько она так стояла и не дышала. Пошатнувшись, она прошла вперёд, схватившись за ствол дерева, жадно вдыхая холодный воздух. Все её тело горело так, что ей пришлось расстегнуться. Отдышавшись, она обернулась, на улице кроме неё никого не было. Холодный снег и ветер приятно охладили её. Она посмотрела в сторону, куда ушёл незнакомец. Дорога насколько хватало света от фонарей, была пуста. Татьяна посмотрела на свою руку, сбоку на ней осталось ещё немного крема, несколько снежинок упали ей на руку, медленно, тая. Татьяна снова посмотрела туда, куда ушёл незнакомец. Порыв ветра растрепал её волосы, распахнув пальто, тело все ещё горело, но уже не так, Татьяна чистой рукой запахнула пальто и поспешила в сторону своего дома. Стараясь ничего не трогать второй рукой, она поднялась на лифте, открыла дверь своим ключом, одной рукой скинула с себя ботинки и пальто, прошла на кухню, села за стол, положив перед собой руку с остатками крема. Вспоминая игривый язык незнакомца на своих пальцах, Татьяна вдруг залилась краской, тело предательски отозвалось мурашками и жаром, вспоминая, как он легко поднял её и сжал руку, воображение легко дорисовало картинку, как он, так же легко мог поднять её на руки прижать к себе и… — Нет! — вскочила она. — Я не такая! Я не хочу вот так, с первым встречным, даже с таким нереальным красавцем как он! — Но тело предательски горело, а воображение рисовало картинки, продолжения того, что разум отвергал. Татьяна вскочила, пытаясь убежать от наваждения, и своих мыслей, забежала в ванную, скинула с себя одежду и первым делом тщательно намылила свою руку, но чем тщательней она её тёрла, тем сильнее были воспоминания о крепкой руке незнакомца, державшей её. В реальность вернул только холодный душ. Из ванной она вышла совершенно уставшая и опустошённая. С трудом она вернулась на кухню, налила себе чаю, сделав глоток, с кружкой, прошла в комнату, поставила кружку на тумбочку возле кровати, легла, выключила свет. На неё вдруг навалилась такая усталость, что сил не было даже сделать ещё глоток чая.
Татьяна только к вечеру следующего дня стала приходить в себя, впервые радуясь своей работе и наплыву покупателей, так как, общаясь с ними, она на какое-то время забывала о вчерашнем незнакомце и тому, что с ней вчера произошло. Светка без умолку, что-то болтала, улыбаясь проходящим мимо парням и мужчинам. Татьяна её вообще не слушала, посмотрев на часы, она с удивлением увидела, что ещё полчаса и рабочий день будет закончен. День пролетел для неё незаметно. Перед закрытием магазина она как обычно подошла к прилавку со сладостями, протянув руку к своему любимому пирожному, и замерла, не донеся свою руку, ту самую, которую вчера незнакомец облизывал так, как будто это был его любимый леденец.
— Чего зависла Танюха? — окликнула её со смехом Светка. — Весь магазин знает, что это твои любимые бери побольше, — рассмеялась она.
— Да идите вы все к чёрту! — вдруг воскликнула Татьяна, отходя от прилавка ничего не взяв.
Выйдя из магазина, она медленно шла по знакомой дорожке в сторону дома. Обойдя небольшое офисное здание, детскую площадку, она повернула и пошла по хорошо освещённому тротуару. Мимо шли редкие, прохожие, кутаясь от мороза, падающего снега и ветра. Проезжали машины. В окнах мелькали огоньки гирлянд. Подходя к месту, где она вчера упала, Татьяна с замиранием сердца, заметила возле дерева мужскую фигуру. Подойдя ближе, она выдохнула с облегчением и разочарованием одновременно, мужчина стоял не один, а с девушкой. Он было гораздо ниже зеленоглазого незнакомца, стоял, курил, и о чем-то спорил с девушкой. Было видно, что они ссорятся.
— Бедняги, — пробормотала, проходя мимо них Татьяна. — И чего я себе на придумывала, он даже Светку бросил и сбежал, куда уж мне то лезть. — вздохнула она. — Не хочу больше его видеть, такие как он приносят только расстройство и разочарование. — Но её тело вновь предательски отозвалось на воспоминания о крепких руках незнакомца. Снова бросило в жар, сердце сильно застучало. — Через неделю новый год, — переключила она себя, — Завтра я выходная, нужно подготовиться.
За приготовлениями и предпраздничной суетой Татьяне почти удалось избавить себя от воспоминаний о зеленоглазом незнакомце, теперь та встреча для неё была словно во сне, «Да было необычно, приятно, но теперь она проснулась и все как обычно. Скоро новый год» — размышляла она, вешая гирлянду на стенку. «Самое время подумать, как, а главное с кем я буду встречать новый год?» — домой в деревню к родителям и родственникам ехать не хотелось. Тем более она работает тридцать первого декабря до девяти вечера, и потом, второго утром ей выходить на работу. В этом году она чуть ли не с боем отвоевала себе выходные, и вместо неё первого января работать будет Светка. «Отвоевать, то я отвоевала» — вздохнула Татьяна — «А вот встречать этот новый год, я видимо буду одна» — Татьяна поправила мишуру на еловой ветке, стоящую на полу в банке, заменявшую ей в этом году ёлку. Нужно ещё многое успеть сделать.
Утром Татьяна первым делом принялась за уборку, понимая, что всю неделю она будет работать в предпраздничной суете. В перерывах она обзвонила своих подруг, порадовалась с ними, что каждая уже давно распланировала, где, как, и главное с кем будут встречать новый год. У неё и подруг то было всего три вместе с соседкой по квартире. Перспектива встречать новый год одной улыбалась ей все меньше и меньше.
Утром Светка буквально порхала по магазину, и без расспросов было понятно, что свидание с зеленоглазым красавцем, удалось. Да и не хотела Татьяна слышать подробностей. Она вообще не хотела общаться с ней
— Фу очкарик, — презрительно фыркнула Светка, услышала её только Татьяна.
— Не очкарик, а слабовидящий, — равнодушно возразила она в ответ, провожая взглядом щуплого парня в очках прошедшего мимо их прилавка.
— И зачем таких только рожают, портя генофонд нации.
— Зато, такие, как ты, возомнили о себе черт знает, что, — вдруг рассердилась Таня.
— Танюха ты чего?! — удивилась Светка, не забывая улыбаться проходящему мимо парню, к которому подошла очень милая на вид девушка и улыбка с лица Светы тут же исчезла.
— Что вам? — спросила у них Татьяна.
— Пол кило ветчины и сарделек. — Татьяна взвесила, запаковала и отдала покупки парню. Видя, как Свете не понравилась, что парень с девушкой Татьяна даже улыбнулась.
— Вот совсем другое дело, — воскликнул директор магазина, проходя мимо них, — молодец Татьяна ведь можете если захотите. — Татьяна улыбнулась директору в ответ — Вот, чтоб так было всегда — погрозил он им пальцем и ушёл.
— Был бы наш директор лет на двадцать моложе, — вдруг произнесла Светка.
— Фу, — презрительно фыркнула Татьяна. — Он же женат…
— Эх, Танька, ни чего-то ты не понимаешь в этой жизни…
— Глядя на тебя и понимать, что-то не хочется.
— Глупая ты. Мы женщины, рождены, чтоб получать от мужиков всё, что мы захотим. Они наши слуги и рабы, и просто обязаны давать на всё что мы захотим.
— Ага, — кивнула Таня, и ради этого ты готова раздвигать ноги перед ними.
— Почему только ноги, — ухмыльнулась Светка. — Можно ещё открывать ротик и правильно использовать свой язычок.
— Фу, — передёрнуло Татьяну.
— Видела бы ты, как мой вчерашний зеленоглазый друг стонал и просил ещё, когда я сделала ему вот так, — Светка подразнила её высунутым языком.
— Прекрати, — скривилась Татьяна, даже слушать не хочу…
— Глупая ты, — ухмыльнулась Светка. — Не понимаешь ты той силы, которая в тебе скрыта.
— Какой силы? — переспросила Татьяна, не понимая.
— Сексуальной, у тебя на лбу написано, что уже год как мужика не было. Да тебе сейчас дай мужской член, ты засосёшь его до смерти. — Ты же, буквально каждого мужика раздеваешь, и прям тут, посреди магазина готова устроить оргию. А на вчерашнего, зеленоглазого, ты только взглянула, и вся потекла, — расхохоталась Светка.
— Светка ты ненормальная, — покрутила у виска Татьяна.
— Я-то, как раз нормальная в отличие от тебя.
Их отвлекли подошедшие покупатели, и Татьяна с огромной радостью и облегчением принялась расхваливать товар, обсуживая покупателей лишь бы не слышать Светку.
Вечером после работы была планёрка, на которой директор дал указания готовиться к новому году, и украсить зал. Позже он вывесит расписание работы в новогоднюю ночь и новогодние каникулы.
В прошлом году Татьяна все праздники, в том числе и новогоднюю ночь, проработала в этом магазине. Она единственная кто был трезвый, и практически сама обслуживала всех покупателей, пока остальные пили в подсобке. В этом году она хотела, чего-то особенного и не собиралась все праздники торчать на работе. Новый год приближался, настроение ухудшалось. Соседка по комнате сказала, что после нового года они все-таки решили съезжаться с её парнем, и ей теперь нужно или платить за квартиру самой, или искать себе новую соседку. Ни того, ни другого делать Татьяне не хотелось.
— Дорогой дневник — это снова я. Уже неделю я тебе ничего не писала, так как сильно уставала на работе. Завтра, наконец-то у меня выходные. Мы неделю украшали магазин и витрины, зачем я сказала директору, что я хорошо рисую? Достал он меня, со своим «Дорисуй ещё вот тут побольше снега, вот тут пусть звезда ярче светит» Но зато, он дал мне дополнительный выходной. Завтра я планирую весь день не вылезать из постели, по телеку идёт мой любимый фильм. Я купила с запасом своих любимых пирожных. И так, снова я отвлеклась. Скоро новый год, и знаешь дорогой дневник я вдруг, почему-то стала его ждать. Ну вот предчувствие у меня, что в этом новом году случиться, что-то особенное. Я даже ёлку в этом году хочу нарядить, квартиру украсить. Татьяна осмотрела свою комнату. А ещё мой дорогой дневник представляешь, Светка уже неделю сама не своя, всегда такая весёлая, меня постоянно цепляет, а тут вдруг притихла, молчит, проходящим мужчинам глазки не строит, ей даже директор замечание сделал, что она перестала улыбаться, а меня похвалил. А сегодня она мне рассказала, что её зеленоглазый красавец. Тот, что приглашал её на день рождение, оказался обычным кобелём. После того, единственного случая он пропал, она даже на квартиру к нему приходила, сказали, что он съехал, а куда неизвестно. Знаешь дневник, мне её даже жалко, если честно, она готова под каждого мужика ложиться, а я так не хочу. Я жду своего принца. И мне плевать, сколько на это, уйдёт времени, я дождусь его.
Вернувшись, домой за ужином, Игорь, с неохотой рассказал маме, как уволился с работы. Она, как обычно, выслушала его с пристальным всё знающим и понимающим взглядом, сказала, что утром позвонит своему знакомому и решит вопрос с его новой работой. Она изначально была против этой работы и, как всегда, оказалась права. Игорь её практически не слушал, он все ещё ощущал на своём теле прикосновения и поцелуи Евы. Сославшись на усталость, он быстро убрал за собой посуду, и закрылся в своей комнате. Он упал на свою кровать, вспоминая гибкое тело Евы, её запах, тонкий пьянящий аромат духов и женского тела. Все что с ним произошло, было нереально, но это было. Сломанный каблук в его кармане был единственным напоминанием.
Утром его разбудила мама, сказала, что все уладила, его ждёт новое собеседование, он быстро умылся, позавтракал, поцеловал маму и ушёл.
Новая работа оказалась в их районе, пешком полчаса ходу неспешным шагом. Мамин знакомый оказался замом, который порекомендовал его, и Игоря приняли практически без вопросов. Выйдя из нового офиса, Игорь прошёл на остановку, дождался нужной маршрутки, сел и поехал на свою старую работу. Ему предстояла встреча с теперь уже бывшим начальником, и, конечно же, с Наташкой. Проезжая знакомым маршрутом, Игорь, словно впервые, видел улицы, по которым до этого ездил каждый будний день и иногда на выходные. У него вообще с утра было чувство, как будто он заново родился, и мир вокруг него ещё вчера унылый и серый, вдруг засиял новыми красками. Сидящая рядом девушка вдруг улыбнулась ему, попросив её пропустить, так как ей нужно было выходить. Игорь встал, с улыбкой пропустил, и сел на её место у окна. Даже присев, он чувствовал, как его тело буквально каждой клеточкой ощущает, белье на наем, майку под свитером, штаны, носки, ботинки, куртку. Его тело и он сам радовался тому, что он сейчас сидит в этой маршрутке у окна, любуясь видом из окна. Капли мокрого снега красиво поблёскивая от проезжающих мимо машин, подсвеченные от фонарей стекали по стеклу. Можно было даже рассмотреть отдельные снежинки, медленно тающие на стекле. Выйдя из маршрутки, он впервые обрадовался ветру, накинув на голову капюшон, он неспешно шёл строну офиса бывшей работы. В дверях он столкнулся с Саньком теперь уже бывшим коллегой по бывшей работе. С улыбкой пожал ему руку, утвердительно кивнул на его вопрос об увольнении и вошёл в офис. Наташки на рабочем месте не было. Стол, за которым она обычно сидела, и встречала всех кроме него, с очаровательной улыбкой, был как обычно завалин, компьютер включён, это значит, Наташка была где-то недалеко. Не теряя времени, он отправился в бухгалтерию, за трудовой и расчётом.
— А твоё заявление у шефа, — строго смерила его взглядом старший бухгалтер. — Иди к нему.
Игорь вернулся в холл и замер перед закрытой дверью кабинета директора. Постучавшись, он вошёл.
Наташка смерила его презрительным взглядом, она стояла, наклонившись, возле директора, что-то ища у него на столе в пачке бумаг.
— Заходи, — хмуро пригласил его директор. — Присаживайся, — он указал ему на кресло для посетителей. Игорь прошёл и сел. — Остыл… — директор строго посмотрел на него.
— Да. — кивнул Игорь.
— Вчерашний день вычту у тебя из зарплаты, можешь идти работать, — директор взял бумагу со своего стола. — Все Наталья идите. вВот это всё заберите, — он собрал в кучу бумаг, разложенных у него на столе — Разберёте все, тогда и принесёте мне. — Наталья быстро все сгребла, смерила ещё одним презрительным взглядом Игоря и вышла.
— Я нашёл себе новую работу, — тихо, но твёрдо произнёс Игорь. — Я пришёл получить расчёт, и забрать свои документы. — уже громче произнёс он, удивляясь самому себе.
— Даже так. — удивлённо приподнял брови директор, не ожидавший такого от этого тихони. Повисла пауза. Директор внимательно смотрел на него. Впервые Игорю не хотелось сжаться от взгляда директора, а наоборот, он вновь неожиданно для самого себя смело посмотрел в глаза директора. — Ну что ж, — директор склонился над коммутатором, — Наталья, принесите мне заявление на увольнение Несмехайлова Игоря Анатольевича, оно должно быть среди тех документов, что вы забрали.
— Минутку…
В кабинете повисла такая тишина, что стало слышно тиканье часов на стене, вошла Наталья, неся листок, она, молча, положила его перед директором, смерила очередным презрительным взглядом Игоря, и вышла, стуча каблучками. Директор бегло прочёл написанное, поставил свою подпись, и молча, отдал заявление Игорю. Игорь, так же молча, взял заявление и вышел, прикрыв за собой дверь, проходя мимо Натальи, он вновь поймал на себе её презрительный взгляд, и от этого взгляда у него вдруг все закипело. «Да кто она такая, чтоб на него так смотреть!» — мелькнула вдруг у него шальная мысль, и как червяк вгрызалась ему в мозг, кольнув в самое сердце. Борясь с новым для него, непонятным чувством, он прошёл в бухгалтерию, отдал заявление.
— Жди, — не отрываясь от компа, сказала ему бухгалтерша. Игорь прошёл и сел на единственный свободный стул в кабинете, поймав себя на мысли, что раньше он без приглашения, никогда бы так не поступил. Бухгалтерша встала, вышла из кабинета. Кроме неё в большом кабинете было полно народу, но все они делали вид, что Игоря тут нет. Вернулась бухгалтерша, отдала ему трудовую. — Расчёт получишь в конце месяца, — процедила она, сквозь зубы, уставившись в свой монитор. Игорь взял трудовую, сунул её во внутренний карман своей куртки, и на ходу застёгиваясь, вышел. Не успел он закрыть дверь, как в него, буквально врезалась Наталья. Она почти бежала, насколько это было возможно, в узкой юбке и на высоких каблуках неся кипу бумаг и перебирая их на ходу пытаясь уложить, так чтоб они не разлетались. От неожиданности Наталья выронила бумаги, подняла голову, и, увидев Игоря, так презрительно скривилась, что он просто озверел от её взгляда. Он схватил её. Прижал к стене и впился ей в губы так сильно, что Наталья, пискнув, приоткрыла рот, позволяя ему слиться с ней в глубоком поцелуе. Воспоминания о горячем теле Евы нахлынули на него с такой силой, что Игорь, теряя над собой контроль, сжал грудь Натальи, впиваясь ей в губы, не давая ей опомниться. Его руки быстро и уверенно скользили вдоль её тела, опускаясь все ниже и ниже прижимая её не позволяя вырваться. Короткая узкая юбка практически сама поднялась, когда он схватил её за бедро, заставляя обнять себя ногой прижимая её к стене. Зверь, сидевший в Игоре, требовал крови и мести. Подчиняясь порыву, Игорь, целуя, укусил её. Не до крови, но увидев её раскрытые от ужаса глаза, он решительно расстегнул себе ширинку, резким движением отодвинул полоску её трусиков и вошёл в неё. Услышав её стон, и приглушенный поцелуем крик, Игорь ликовал. Несколько резких толчков, вялая, неуклюжая попытка вырваться со стороны девушки. Дрожь во всём его теле высвободилась всей ненавистью и удовлетворением от того, что он только что сделал. Отпустив Наталью, он демонстративно обтёрся об её юбку помяв её грудь, застегнулся, поправил очки, куртку, и ушёл не оборачиваясь.
Татьяна шла домой, кутаясь не по погоде в тонкое пальто, неся в руке коробку с её любимым пирожным. Было холодно, шёл снег. Небольшой ветерок подгонял снежинки. К утру обещали метель. Татьяна спешила, она промёрзла, и пожалела, что не одела, зимние тёплые сапоги, и дублёнку. С утра было не так холодно, как теперь. Она уже дважды чуть не упала, удерживаясь за забор. Дорожка была скользкой. Её дом уже был виден. Она поспешила перебежать через дорогу, поскользнулась и упала, раздавив рукой коробку с пирожным.
— Черт! — выругалась она, глядя на свои пальцы, вымазанные в креме. Она даже не поняла, ушиблась она или нет сидя на асфальте.
— Позвольте, я вам помогу, — услышала она приятный мужской голос и увидела протянутую ей руку. Она подняла глаза и замерла. Перед ней, склонившись, и протягивая ей руку, стоял тот зеленоглазый красавец, который сбежал от Светки после первого свидания с ней.
— Вы… — одними губами произнесла она, теряя почву под собой.
— Давайте руку, — зеленоглазый незнакомец ещё ниже склонился к ней.
— Нет уж, — Татьяна с ужасом попыталась отодвинуться от него, сильнее испачкавшись в коробке с пирожным. — Уж лучше я сама убьюсь, чем с вами.
— Я не совсем вас понимаю, — улыбнулся незнакомец, заставляя сердце Татьяны забиться сильнее.
— Вы пригласили мою подругу на день рождения, и пропали.
— Ах, вот вы о чем, — перестал улыбаться незнакомец. — Давайте всё же я вам помогу, асфальт холодный, сидя на нём вы простудитесь. — Незнакомец решительно взял её за руку и потянул на себя, поднимая. — А мне показалось, что она вам не подруга. — продолжил он и так легко поднял её с земли, потянув за руку, что Татьяна впервые подумала, а действительно ли она такая толстая какой себя считала до этого момента.
— Да не важно, — они замерли, незнакомец продолжал держал её руку. — Это не даёт вам право бросать её. — Татьяна попыталась вырвать свою руку, незнакомец сжал свои пальцы, удерживая её. Он был высокий, Татьяна едва доставала ему до плеча.
— Что бы бросать, нужно вначале это взять, — неожиданно хищно ухмыльнулся незнакомец, потянув её на себя.
— Вот и берите, что хотите, а меня оставьте в покое, — через силу выговорила Татьяна, пытаясь вырвать свою руку из его сильной, тёплой, и приятной руки, а у самой, сердце было готово выпрыгнуть из груди. Его глаза буквально заворожили её, от его улыбки бросило в жар. Никогда ещё мужчины так на неё не смотрели.
— Так я уже взял, — незнакомец другой рукой попытался обнять её.
— Нет… — Татьяна хотела оттолкнуть его второй рукой, он ловко перехватил её за вторую руку, сжал, поднёс к своим губам и вдруг неожиданно медленно лизнул её пальцы, слизывая с них крем, осторожно, проводя языком вдоль пальчиков затем, взял все четыре пальца в рот, слегка посасывая их. Он поиграл во рту языком, щекоча её пальчики, с наслаждением облизнул остатки крема, подмигнул ей, отпустил, и ушёл не оборачиваясь. Татьяна вдруг осознала, что если сейчас она не вздохнёт, то задохнётся. Она не знала, сколько она так стояла и не дышала. Пошатнувшись, она прошла вперёд, схватившись за ствол дерева, жадно вдыхая холодный воздух. Все её тело горело так, что ей пришлось расстегнуться. Отдышавшись, она обернулась, на улице кроме неё никого не было. Холодный снег и ветер приятно охладили её. Она посмотрела в сторону, куда ушёл незнакомец. Дорога насколько хватало света от фонарей, была пуста. Татьяна посмотрела на свою руку, сбоку на ней осталось ещё немного крема, несколько снежинок упали ей на руку, медленно, тая. Татьяна снова посмотрела туда, куда ушёл незнакомец. Порыв ветра растрепал её волосы, распахнув пальто, тело все ещё горело, но уже не так, Татьяна чистой рукой запахнула пальто и поспешила в сторону своего дома. Стараясь ничего не трогать второй рукой, она поднялась на лифте, открыла дверь своим ключом, одной рукой скинула с себя ботинки и пальто, прошла на кухню, села за стол, положив перед собой руку с остатками крема. Вспоминая игривый язык незнакомца на своих пальцах, Татьяна вдруг залилась краской, тело предательски отозвалось мурашками и жаром, вспоминая, как он легко поднял её и сжал руку, воображение легко дорисовало картинку, как он, так же легко мог поднять её на руки прижать к себе и… — Нет! — вскочила она. — Я не такая! Я не хочу вот так, с первым встречным, даже с таким нереальным красавцем как он! — Но тело предательски горело, а воображение рисовало картинки, продолжения того, что разум отвергал. Татьяна вскочила, пытаясь убежать от наваждения, и своих мыслей, забежала в ванную, скинула с себя одежду и первым делом тщательно намылила свою руку, но чем тщательней она её тёрла, тем сильнее были воспоминания о крепкой руке незнакомца, державшей её. В реальность вернул только холодный душ. Из ванной она вышла совершенно уставшая и опустошённая. С трудом она вернулась на кухню, налила себе чаю, сделав глоток, с кружкой, прошла в комнату, поставила кружку на тумбочку возле кровати, легла, выключила свет. На неё вдруг навалилась такая усталость, что сил не было даже сделать ещё глоток чая.
Татьяна только к вечеру следующего дня стала приходить в себя, впервые радуясь своей работе и наплыву покупателей, так как, общаясь с ними, она на какое-то время забывала о вчерашнем незнакомце и тому, что с ней вчера произошло. Светка без умолку, что-то болтала, улыбаясь проходящим мимо парням и мужчинам. Татьяна её вообще не слушала, посмотрев на часы, она с удивлением увидела, что ещё полчаса и рабочий день будет закончен. День пролетел для неё незаметно. Перед закрытием магазина она как обычно подошла к прилавку со сладостями, протянув руку к своему любимому пирожному, и замерла, не донеся свою руку, ту самую, которую вчера незнакомец облизывал так, как будто это был его любимый леденец.
— Чего зависла Танюха? — окликнула её со смехом Светка. — Весь магазин знает, что это твои любимые бери побольше, — рассмеялась она.
— Да идите вы все к чёрту! — вдруг воскликнула Татьяна, отходя от прилавка ничего не взяв.
Выйдя из магазина, она медленно шла по знакомой дорожке в сторону дома. Обойдя небольшое офисное здание, детскую площадку, она повернула и пошла по хорошо освещённому тротуару. Мимо шли редкие, прохожие, кутаясь от мороза, падающего снега и ветра. Проезжали машины. В окнах мелькали огоньки гирлянд. Подходя к месту, где она вчера упала, Татьяна с замиранием сердца, заметила возле дерева мужскую фигуру. Подойдя ближе, она выдохнула с облегчением и разочарованием одновременно, мужчина стоял не один, а с девушкой. Он было гораздо ниже зеленоглазого незнакомца, стоял, курил, и о чем-то спорил с девушкой. Было видно, что они ссорятся.
— Бедняги, — пробормотала, проходя мимо них Татьяна. — И чего я себе на придумывала, он даже Светку бросил и сбежал, куда уж мне то лезть. — вздохнула она. — Не хочу больше его видеть, такие как он приносят только расстройство и разочарование. — Но её тело вновь предательски отозвалось на воспоминания о крепких руках незнакомца. Снова бросило в жар, сердце сильно застучало. — Через неделю новый год, — переключила она себя, — Завтра я выходная, нужно подготовиться.
За приготовлениями и предпраздничной суетой Татьяне почти удалось избавить себя от воспоминаний о зеленоглазом незнакомце, теперь та встреча для неё была словно во сне, «Да было необычно, приятно, но теперь она проснулась и все как обычно. Скоро новый год» — размышляла она, вешая гирлянду на стенку. «Самое время подумать, как, а главное с кем я буду встречать новый год?» — домой в деревню к родителям и родственникам ехать не хотелось. Тем более она работает тридцать первого декабря до девяти вечера, и потом, второго утром ей выходить на работу. В этом году она чуть ли не с боем отвоевала себе выходные, и вместо неё первого января работать будет Светка. «Отвоевать, то я отвоевала» — вздохнула Татьяна — «А вот встречать этот новый год, я видимо буду одна» — Татьяна поправила мишуру на еловой ветке, стоящую на полу в банке, заменявшую ей в этом году ёлку. Нужно ещё многое успеть сделать.
Утром Татьяна первым делом принялась за уборку, понимая, что всю неделю она будет работать в предпраздничной суете. В перерывах она обзвонила своих подруг, порадовалась с ними, что каждая уже давно распланировала, где, как, и главное с кем будут встречать новый год. У неё и подруг то было всего три вместе с соседкой по квартире. Перспектива встречать новый год одной улыбалась ей все меньше и меньше. Но упасть духом Татьяна себе не позволила. Закончив уборку, она налила себя чаю, придвинула к себе тарелку со своими любимым пирожными взяла блокнот, ручку и стала составлять меню на новый год, упрямо гоня от себя мысли, что в эту новогоднюю ночь она впервые остаётся одна. Записывая, вычёркивая, снова записывая варианты того, что можно приготовить для праздничного стола, Татьяна в конце концов отложила блокнот. Подойдя к окну, с кружкой чая она увидела, как к их подъезду подошёл молодой человек в очках, его лицо показалось ей знакомым «Фу очкарик» — вспомнила она слова Светки, когда этот же молодой парень проходил мимо их прилавка. Парень скрылся в подъезде. За окном шёл снег. На улице дети резвились, играя в снежки, катаясь на санках. Кто-то нёс ёлку, кто-то торопливо шёл с кучей пакетов в руках. В доме напротив мама с дочкой украшали окно самодельными снежинками. Она отошла от окна вернулась к столу. Блокнот лежал на столе весь перечёркнутый. Татьяна перевернула блокнот чистым листом взяла ручку и замерла. «Новогоднее меню для одного человека» написала она и подчеркнула. Она снова посмотрела в окно. Она снимала квартиру вместе со своей соседкой на четвёртом этаже двенадцатиэтажного дома, почти в середине огромного спального микрорайона. Район был благоустроен, всё почти в шаговой доступности, и работа рядом. И всё было как бы хорошо, кроме одного. Татьяна вздохнула, глядя на надпись в блокноте, в январе ей нужно искать себе соседку, или платить за квартиру самой, а это слишком дорого, впереди её ждала трудная рабочая предпраздничная неделя и самая волшебная ночь в году, которую она проведёт тут в этой квартире совершенно одна. Ком подкатил к горлу, она тут же поспешила заесть его пирожным и запить все это остывшим и вдруг ставшим безвкусным чаем.
В магазине все только и говорили о предстоящем празднике, кто и как собирается встречать новый год, даже вечно небритый с и перегаром сторож и тот похвастался тем, что его пригласили к друзьям на дачу. Светка вообще расхвасталась, что ей сразу пять парней, предложили, встретить новый год с ними и теперь она не знает, как ей разорваться и успеть везде. Пытаясь заглушить и спрятать свои эмоции, Татьяна, специально выматывала себя на работе так, что, приходя домой, раздевалась и сразу ложилась спать совершенно бес сил. Утром всё повторялось, часы медленно, и уверенно отсчитывали часы, и минуты, приближая то, чего ждали все, волшебную новогоднюю ночь. Татьяне все сложнее было рисовать на лице улыбку и врать всем, что в этом году её ждёт незабываемая новогодняя ночь. «Одинокой, всеми забытой и никому ненужной» — проглотив очередной ком в горле думала про себя Татьяна, улыбаясь очередному покупателю, желая ему счастья в новогоднюю ночь.
Тридцать первого декабря директор собрал всех перед работой на планёрку, поздравил с наступающим новым годом, раздал традиционные для них подарки продуктовые пакеты и по бутылке шампанского. Напомнив, что первого числа рабочий день и погрозив пальцем Светке, что никакие отмазки он не примет и на работу первого числа он лично придёт и всё и всех проверит.
В магазине был полный аншлаг, очереди, суета, хорошо, что Татьяна ещё до начала работы успела закупить для себя кое-что из продуктов. Но в общей суете и мрачности своих мыслей она забыла о самом главном. Перед закрытием магазина подойдя к прилавку со сладостями, Татьяна увидела совершенно пустые полки. Её любимых пирожен не было. Слезы мгновенно навернулись на глаза. К горлу подкатил такой огромный ком, что Татьяна стала задыхаться от нахлынувших на неё чувств. Сегодня новый год, самая волшебная ночь в году, а она мало того, что будет встречать эту новогоднюю ночь одна так ещё и её утешение, её любимое лакомство закончилось.
— Танюха! — услышала она, как зовут из подсобки, — Иди мы тебя ждём. Давай скорее, а то нам ещё много всего успеть нужно. — Усилием воли она с трудом задушила в себе слезы не желая показывать всем своё настроение, а главное, она не хотела, чтоб Светка всё узнала, Татьяна вошла в подсобку, там уже был накрыт стол и разлито по бокалам.
— Ты что будешь пить? — спросил у неё Иваныч, здоровый мускулистый мужчина, работающий у них грузчиком, — протягивая ей пластиковый стакан, налитый больше половины.
— А что нальёте то и буду. — вдруг выдала она, беря у него стаканчик.
— Ого! — расхохоталась Светка. — А наша-то тихоня не такая уж и тихая.
— Ну, всех с наступающим! — громко произнесла Ирина Владимировна, бухгалтерша, все чокнулись и выпили.
Татьяна практически залпом выпила содержимое бокала и поняла, что она сейчас задохнётся, водка сильно обожгла её рот, язык и небо, она впервые её пила и думала, что в бокале ей налили как обычно вино или шампанское.
— Держи, — хохотал Иваныч, протягивая ей кусок колбасы с помидором, — Закусывай …
— На, запей — смеялась Светка, протягивая ей другой стакан.
Татьяна, не чувствуя вкуса, практически не жуя проглотила колбасу с помидором, запила все это соком и только тогда смогла выдохнуть.
— О, видали, — смеялся Иваныч, — Танюха у нас, оказывается, умеет пить, а говорила, не пью, не пью.
— Так ещё по одной и я побежала, — заторопила всех Светка время почти уже десять вечера.
Иваныч всем налил и протяну Татьяне снова стакан с водкой.
— А давай, — вдруг ухмыльнулась Татьяна, чувствуя, как по всему телу разливается тепло.
— Ты вначале выдохни, выпей, потом вдыхай и сразу закусывай, — учил её Иваныч, протягивая ей кусок колбасы с помидором.
Все снова выпили, Светка весело со всеми распрощалась, обняв и перецеловав каждого, убежала.
— Ну что ещё по одной? — спросил Иваныч, подмигивая Татьяне
— Наливай, — кивнула она, протягивая свой стакан.
Выпили, закусили. Татьяна почувствовала, что пьянеет. По телу прошла ещё одна тёплая волна, её пошатнуло.
— Стоять, — Иваныч прижал её к себе, обнимая. — До нового года ещё два часа, нужно вначале его встретить, а потом уже можно падать, — расхохотался он.
— Точно, — кивнула ему Татьяна. — Сегодня же новый год, мне домой надо… — Татьяна осознала, что язык её плохо слушается — Меня там ждут…
— Сама дойдёшь? — спросил Антон, он работал в мясном отделе
— Конечно, — кивнула совсем захмелевшая Татьяна. — Где моё пальто? — Иваныч помог ей одеться
— Пошли, провожу тебя, — он взял её под руку.
— Там ещё пакет. — Татьяна обернулась, ища глазами подарок от директора
— Вот он, — протянул ей пакет Антон.
— Мерси, — улыбнулась ему Татьяна, вдруг послав всем воздушный поцелуй. Пакет взял Иваныч.
Они вышли на улицу не со стороны парадного входа, а с заднего двора. Иваныч крепко держал её под руку.
— Куда идти? — спросил он.
— Мне туда, — указала ещё сильнее опьяневшая Татьяна, протягивая руку к своему пакету.
Иваныч вдруг перехватил её руку притянул к себе, крепко обнимая.
— Сладенькая моя, — произнёс он. — Давно я на тебя смотрю, — он прижимал Татьяну к себе, склоняя к ней. Его не свежее дыхание, и стойкий запах мужского тела ударил ей в нос, вдруг отрезвляя.
— Иваныч, — ошалело оттолкнула его Татьяна, — Ты чего это?
— Иди ко мне моя зефи, рка — Иваныч прижал её к стене.
— О Иваныч, — услышали они голоса выходящих из магазина коллег по работе.
— Танюха, … А мы думали вы ушли, — воскликнул Антон, держа под руку Иришку кассиршу.
Татьяна оттолкнула Иваныча, плохо соображая, что происходит.
— Я уже ухожу, — заплетающим языком произнесла Татьяна, забирая свой пакт у Иваныча — Всех с наступающим, — вновь послала она всем воздушные поцелуй и пошла, не оглядываясь в сторону своего дома.
— Может, пойдёшь с нами? — крикнул ей Иваныч.
— Нет! — не оборачиваясь, помахали им в ответ, — Меня дома ждут!
— Ну, если надумаешь, заходи к нам! — крикнул ей Иваныч.
— Хорошо!
Татьяна, плохо соображая, что с ней происходит, пошатываясь, шла в сторону своего дома. Тело горело и не слушалось её. Во многих окнах домов, мимо которых она шла, горел свет, играла музыка, взрывались петарды. Навстречу ей шла весёлая компания молодых людей, они смеялись, танцевали, поравнявшись с Татьяной, один из парней вдруг схватил её, и закружил в танце, крича с новым годом и желая ей всего хорошего. Разойдясь с весёлой компанией, Татьяна пошла дальше. С балконов и открытых окон слышался смех, и крики поздравлений, она махала, ей отвечали, кричали и махали в ответ. Приятный холодный воздух освежил её. Тело уже не горело, стало более послушное, идти уже было проще. Татьяна шла вдоль забора, с удовольствием проводя пальцами по снегу, лежащему на нём. Снег приятно охлаждал её руку. Дойдя до своего дома, Татьяна с наслаждением, вздохнула, приятный морозный воздух. Подняв голову, она посмотрела на дом. Практически везде горел свет, мигали гирлянды, играла музыка. Воздух был буквально пропитан праздником. И только её окна оставались черными. Дома её никто не ждал. Из подъезда выбежала весёлая компания детей с двумя парнями, пробегая, они чуть не сбили её с ног. Отбежав от подъезда, они кидались снегом и запустили несколько петард. С балкона третьего этажа раздались крики «Давай ещё», и весёлая компания, кидаясь снежками, запустили ещё несколько фейерверков. Визг детей и крики радости смешались с музыкой и общим весельем.
Татьяна почувствовала, что замерзает, запахнув дублёнку, вошла в подъезд, на лифте поднялась на свой этаж, открыла дверь в свою квартиру. Включила свет. До неё доносилась музыка и весёлый смех от соседей. Татьяна прошла на кухню, поставила пакет на разделочный стол, прошла в комнату включила телевизор, чтоб не слышать тишину в своей квартире. На часах было почти одиннадцать ночи. Неожиданно вспомнив Иваныча, и его перегар Татьяне вдруг стало противно, она разделась и пошла в душ. Тёплые струи воды приятным массажем прошли по её телу. Она тщательно намылилась, вымыла голову, и встала под струю воды, наслаждаясь приятным душем. От тепла она снова почувствовал, что пьянеет. Захотелось расслабиться. Неожиданный звонок в дверь заставил её вздрогнуть. Татьяна замерла. Она никого не ждала. У соседки был свой ключ. Звонок повторился. Татьяна поспешила выключить воду, наспех вытерлась, накинула на себя свой любимый тёплый халат. В дверь звонили все настойчивее.
— Да кто там, — рассердившись вдруг, она не глядя распахнула дверь и замерла.
На пороге стоял зеленоглазый незнакомец с бутылкой шампанского, коробкой и пакетом в руках.
— Вы! — ахнула Татьяна, теряя почву под ногами, она отступила на несколько шагов.
— Добрый вечер, — улыбнулся незнакомец. — С наступающим вас новым годом.
— Что вы тут делаете? — не дыша, произнесла Татьяна, чувствуя, как пол уходит у неё из-под ног.
— Не поверите, — улыбнулся незнакомец. — Шёл к друзьям и видимо ошибся адресом, это улица Леваневского 195 квартира кв 78?
— Нет. — покачала головой Татьяна. — Это Улица Раевского 195 кв 78.
— Вот это поворот судьбы, — рассмеялась незнакомец. — Разрешите воспользоваться вашим телефоном такси вызвать.
— Да, конечно, — ошалелая Татьяна, теряя контроль над собой, не соображая, что с ней происходит, пригласила незнакомца в квартиру.
— Благодарю, — незнакомец вошёл, закрыв за собой дверь. — Где у вас телефон?
— Там в комнате, — указала Татьяна, чувствуя, как по её телу прошла волна мурашек.
Незнакомец протянул ей бутылку шампанского и коробку, поставил пакет, разулся, расстегнул куртку, и комната наполнилась ароматом дорого мужского парфюма, заставив Татьяну с наслаждением вдохнуть этот аромат. Пройдя за незнакомцем, Татьяна замерла в дверях. Незнакомец прошёл в комнату, телефон стоял на шкафу возле окна. Он набрал номер, короткие гудки слышны были даже Татьяне, стоящей у двери.
— Повезло мне, — улыбаясь, повернулся к ней незнакомец. — Такси видимо вызвать не получится, — он посмотрел на часы. — Скоро новый год, и встречать я его буду видимо один и на улице. — ухмыльнулся он.
— Попробуйте ещё раз. — Татьяна будто бы со стороны видела всё происходящее с ней.
Незнакомец снова набрал номер. Вновь короткие гудки были ответом.
— Бесполезно, линия видимо, перегружена, — улыбнулся он. — Простите, что я вам помешал, — Незнакомец подошёл к ней вплотную. Он был выше её на целую голову. Его зелёные глаза буквально заворожили её, воспоминания о его сильных руках, и то, как он слизывал с её пальцев крем, заставили сердце Татьяны забиться сильнее. Её рука разжалась, и незнакомец ловко поймал бутылку шампанского, выпавшую из её рук. — Да что ж это я, — нахмурился незнакомец. — Заставил вас держать такую тяжесть. Я смотрю, вы не куда не торопитесь сегодня, давайте выпьем это шампанское, пока вы его не разбили, — улыбнулся он, и тело Татьяны предательски отозвалось на его улыбку мурашками. Не дожидаясь ответа, незнакомец распечатал и ловко открыл бутылку шампанского. — Вы как предпочитаете пить шампанское? — спросил, улыбаясь он.
— Из бокала, — растеряно ответила Татьяна, буквально тая от его улыбки.
— А бокалы у вас где?
— В шкафу на кухне. — теряя ощущение с реальностью произнесла Татьяна.
— Разрешите, — незнакомец, не сводя с неё взгляда, обошёл её в проходе, обдав своим ароматом, подмигнул ей, и прошёл на кухню. Его запах манил её так, что Татьяна как привязанная пошла за ним, боясь потерять нить тонкого притягательного аромата. — Так, где у вас бокалы? — незнакомец встал посреди кухни, обернувшись к ней.
— Там, — Татьяна, держа коробку двумя руками боясь её уронить, указала на шкаф.
Незнакомец достал бокалы, разлил шампанское с бокалами подошёл к ней, взял из её рук коробку поставил на разделочный стол, протянул ей бокал.
— И так, — произнёс он с улыбкой. — Если я не ошибаюсь Татьяна … — он, прищурившись, посмотрел на неё.
— Да, — Татьяна ошалело, посмотрела на него
— Вы мне в магазине ещё приглянулись, — подмигнул ей незнакомец.
— Да, но ушли вы со Светкой и потом её бросили. — воспоминание о Светке немного отрезвили Татьяну вернув ей ощущение реальности.
— Да не бросал я её, — ухмыльнулся незнакомец. — Светлана, к моему большому сожалению, оказалась совершенно неинтересной личностью, а вот вы совсем другое дело, — вновь улыбнулся незнакомец. — В вас есть то, чего нет у Светланы. У вас очень богатый внутренний мир и вы просто шикарная девушка. Меня кстати, Владислав зовут, — представился незнакомец, коснувшись своим бокалом её бокала. Мелодичный звук бокалов шикарная улыбка, завораживающие зелёные глаза незнакомца, его аромат будто ввели Татьяну в транс, она вновь потеряла ощущение с реальностью. — Давайте выпьем за знакомство, — снова мелодичный звук бокалов. Татьяна, подчиняясь, послушно выпила, Вадим налил ей ещё. — С наступающим вас новым годом, — улыбаясь, произнёс он, снова касаясь её бокала издав мелодичный звук звенящих бокалов.
— Вы точно настоящий? — не веря, что все это с ней происходит, вдруг спросила Татьяна, отпивая половину бокала. — Или мне всё это снится?
— Я настоящий, — ухмыльнулся Владислав, ставя бокал на стол, он забрал из её рук недопитый бокал, — И готов тебе это доказать. Он взял её за руку, решительно притянул к себе, наклонился, заставляя её немного прогнутся, и, на секунду ухмыльнувшись, он как хищный зверь впился в её губы. От неожиданности она хотела крикнуть, приоткрыла рот, позволив ему слиться с ней в глубоком и таким долгим поцелуем, что Татьяна потерялась во времени и пространстве. Лишь на пару минут в реальность её вернула мысль, а действительно ли я такая толстая? Когда он легко взял её на руки, прижал к себе, целуя снова и снова. Голова кружилась, сердце буквально готово было выпрыгнуть из груди. А тело мгновенно отозвалось на его ласки и прикосновения, приятной дрожью и мурашками. Владислав отнёс её в комнату, уложив на кровать, тёплый махровый халат распахнулся сам собой. Не давая, ей опомнится, он с кинул с себя свою куртку, и рубашку. Не останавливаясь, он целовал её снова и снова, в губы, шею, спускаясь ниже, сжимая своими сильными руками грудь, гладя и лаская живот и бедра. Играя с ней, он провёл своим языком по груди, слегка прикусив сосок. Стон вырвался из её груди. Опускаясь ниже, он, поиграв языком по складочкам, на животе спускался всё ниже и ниже. Татьяна задрожала всем телом, замерев, он, слегка лизнув небольшие волоски внизу живота, спустился ниже, лаская бедра спускаясь к коленям. Дразня, покусывая и целуя, её он спустился к стопам. Кончиком языка поиграл с пальчиками на её левой ноге, и не спеша стал подниматься выше, вдоль ног медленно раздвигая их. Поглаживая, лаская и целуя, он чувствовал, как трепещет и отзывается её тело на его ласки. Поднимаясь выше, лаская кончиком языка её бедра, он вновь лишь слегка лизнул волоски заветного треугольника, заставив её выгнуться и застонать. Не останавливаясь и целуя её, он гладил и ласкал её живот, добравшись до груди, он вновь слегка прикусил её сосок и ловко расстегнул свои джинсы, как он их снял, Татьяна не помнила. В реальность её вернуло то, что он рывком раздвинул ей ноги и, замерев над заветным треугольник медленно лизнул. А потом как вампир буквально впился своими губами. Волна неги и возбуждения буквально накрыла Татьяну, она не могла себя сдерживать стонала и извивалась под ним, но он крепко держал её за бёдра, проникая своим языком туда, куда не проникал ещё не один парень. Татьяна охватила такая волна желания, что она закричала готовая на всё лишь бы он не останавливался, ещё чуть, чуть и… Владсилав вдруг замер остановившись.
— Не будем спешить детка. — улыбнулся он, целуя её в живот — Вот так, — вкрадчиво произнёс он дыши, — погладил он её по животу, лаская её. — Я хочу тебя, но спешить мы не будем, — он незаметно для неё посмотрел на часы, было 11:45. — Ты невероятная, — шептал он ей, лаская её живот и дразня её языком, играя в её складках. Татьяну волнами накрывали желания, тело требовало продолжение, она прогибалась под его руками, извиваясь, позволяя себя целовать и ласкать. — Да детка, — склонился он над ней, вновь целуя её живот, опускаясь все ниже и ниже. Татьяна уже сама раздвинула свои ноги, сгорая от желания и предвкушения. Дразня её, он провёл языком, едва коснувшись волосков, Татьяна застонала.
— Ну же — вырвалось из неё.
Владислав ещё раз, незаметно для неё глянув на свои часы, лёг на неё и медленно вошёл в неё. Из груди Татьяны вырвался не просто стон, это был призыв.
— Я хочу тебя! — полностью теряя над собой контроль, закричала Татьяна, отдаваясь ему. Владислав, целуя и лаская, проникал в неё все глубже и глубже, наслаждаясь тем, как её тело отзывается на его ласки и проникновения. Толчок, ещё, ещё и вот оно, Татьяна буквально взвыла, выгибаясь под ним накрытая волной оргазма, в этот момент за окном раздался бой курантов взрывы фейерверков и крики с новым годом с новым тысячелетием поздравляем всех. Владислав продолжал держать темп, удерживая извивающуюся Татьяну под собой. Пока она не упала бес сил, тяжело дыша под ним. Он медленно продолжал проникать в неё, целуя и лаская её, и шепча ей на ухо, какая она невероятная, девушка, она помогла ему, и он бесконечно ей благодарен за это. Над Владиславом висело три колбы, две были заполнены полностью, а третья только сейчас начала заполнятся. Увеличивая темп, и приподняв совершенно обессиленную Татьяну за бёдра, Вадим резкими короткими толчками, наращивая темп, высвободил то, что сдерживал в себе. Колба наполнилась полностью, часы на его руке негромко пискнули, напомнив ему, что время у него на исходе. Татьяна лежала под ним совершенно бес сил не в состоянии даже сдвинуться. Владислав отпустил её. Сдвинул ей ноги, лёг рядом, лаская и гладя, пока она не заснула.
Убедившись, что Татьяна крепко спит, он встал, неторопливо оделся, прошёл на кухню, раскрыл коробку, в которой лежали любимые пирожные Татьяны, положил одно пирожное на тарелку, рядом поставил её недопитый бокал с шампанским и недопитую бутылку шампанского. Свой бокал вымыл, убрал в шкаф. Выключил везде свет, и ушёл, тихонько прикрыв за собой дверь.
Резкий звук телефона разбудил Татьяну, она застонала, пошевелившись, её тело было будто то не её, голова раскалывалась. Телефон не переставал звонить, резкий звук звонка больно резал слух. Татьяна, застонав, села, и увидела, что она совершенно голая, натянув на себя одеяло, она с трудом встала, держась за шкаф, она добрела до телефона, который не переставал звонить.
— Да, — с трудом произнесла она.
— Доченька с новым годом! — прокричали родители в трубку. — Счастья тебе, здоровья и хорошего мужа в новом году!
— Спасибо мама, — пересохшим языком с трудом выговорила Татьяна.
— А что у тебя с голосом? — забеспокоилась мама.
— Ты меня разбудила! — непослушным языком заставила произнести себя Татьяна.
— Ой, прости дорогая, мы тогда потом позвоним, иди отдыха.
Татьяна положила трубку. Во рту все пересохло, закутавшись в одеяло, она, шатаясь, прошла на кухню, подошла к раковине набрала себе полную кружку воды и почти залпом её осушила. Набрала ещё воды, выпила половину и съехала по стене сев на пол, возле раковины держа в руке кружку. Сделав ещё несколько глотков, она осмотрелась. Первое что она увидела, это были стоящие на разделочном столе возле раковины закрытая коробка, и пакет, что она вчера принесла из магазина. Коробку вчера принёс Владислав, воспоминания о зеленоглазом красавце вызвали взрыв эмоций. Разум отвергал всё, что вчера с ней произошло. А её тело, наоборот, с живостью отзывалось воспоминаниям о его поцелуях, сильных руках, как он, ночью, решительно раздвинул её ноги и как вампир буквально впивался, лаская её. По телу прошёл озноб и мурашки, её передёрнуло. А разум предательски выдавал воспоминания о том, как он медленно вошёл в неё, проникая все глубже и глубже. Татьяна застонала, пальцы разжались, кружка выпала из рук, облив её водой.
— Чёрт! — выругалась она, пытаясь стряхнуть воду с одеяла. Это было бесполезно, одеяло тут же впитало в себя воду. С трудом она встала, прошла в комнату, на кровати лежал её смятый халат, скинув с себя мокрое одеяло, она завернулась в свой халат, плотно запахнув его и туго связав поясом. Но тут же ослабила узел. Снова телефонный звонок заставил её вздрогнуть. Татьяна подошла к телефону
— Слушаю, — хриплым голосом произнесла она.
— Танюха с новым годом! — прокричала её соседка по комнате. — С новым тысячелетием тебя всех тебе благ и удачи!
— Да, спасибо, — сглотнув, проговорила она в ответ.
— Ты как там не скучаешь? — было слышно, что соседка навеселе. — А то мы тут собираемся в торговый центр погулять, поехали с нами.
— Нет спасибо, — поспешила отказаться Татьяна. — У меня тут тоже очень весело…
— Ну ладно если что давай к нам, мы часа в два выезжаем, если надумаешь, подъезжай…
— Хорошо, — Татьяна поспешила распрощаться и положила трубку. Она посмотрела на часы, висящие на стене, было почти одиннадцать утра. Снова захотелось пить. Пройдя на кухню, Татьяна покосилась на обеденный стол, на котором стояли недопитая бутылка шампанского, её недопитый бокал, и тарелка с её любимым пирожным. Подняв упавшую кружку, Татьяна налила себе ещё воды. Сделав несколько глотков, она вдруг почувствовала, что её сейчас стошнит. Сдерживая в себе рвотные позывы, она быстро прошла в ванную. Остановившись возле раковины, в ванной она замерла, глядя на себя в зеркало. Взлохмаченная, лицо помятое, под глазами черные круги, снова захотелось пить. Склонившись и попив прямо из крана, из груди Татьяны вдруг вырвался смешок. Раньше она часто посмеивалась над соседкой, когда та после бурных гуляний выглядела так же, как сейчас она, и так же жадно, как сейчас она, пила воду прямо из крана. Не в силах сдержать в себе истеричный смех Татьяна подавилась водой, и рассмеялась, облокотившись на раковину. Тошнота вновь подкатила к горлу, Татьяна подняла голову, но увидев себя в зеркале, она вновь расхохоталась, прогоняя тошноту. Смеясь над собой, она скинула с себя халат, встала под струю тёплого душа. Душ приятным массажем прошёлся по её телу. Она не спеша помылась, вытерлась, одела халат. Выйдя из душа, прошла в комнату, повесила одело мокрой стороной на батарею под окном. Выглянула в окно. Во дворе было полно детей, они бегали, кидались снежками, их весёлые крики доносились даже через закрытые окна. Отойдя от окна, Татьяна вернулась в кухню и замерла в дверях. Снова воспоминания о Владиславе и его сильных руках пробежали мурашками по её телу. Прогоняя наваждение, Татьяна подошла к обеденному столу. Перед ней стоял её недопитый бокал с шампанским, открытая бутылка и тарелка с любимым пирожным. Рука сама потянулась к любимому лакомству, пирожное буквально таяло во рту, она закрыла глаза, смакуя очередной кусочек, вкус шампанского приятно дополнил вкусовых ощущений и Татьяна, открыв глаза, с удивлением посмотрела на свою вторую руку, в которой она держала бокал с шампанским. Пожав плечами, она допила остатки из бокала и вылила все, что было в бутылке себе в бокал. Пустую бутылку она поставила на пол возле ножки стола. Села за стол, облокотившись на стену, вытянув ноги, шампанское приятым теплом прошло по телу, расслабляя и снимая напряжение. До неё доносились весёлые голоса, музыка и поздравления с новым годом. Доев последний кусочек, и выпив остатки шампанского, Татьяна со вздохом, посмотрела на пустую тарелку и бокал. Оглядев кухню, на глаза ей снова попалась закрытая коробка на столе. Поставив пустой бокал на обеденный стол, она встала, подошла к разделочному столу и замерла, глядя на закрытую коробку. Вспоминая, как Владислав прижал её к себе, возле этого стола, наклонил, заставляя слегка прогнуться, и поцеловал. Тело вновь предательски отозвалось трепетной дрожью на эти воспоминания, и бросило в жар. Тряхнув головой, она прогнала воспоминания о Владиславе, потянулась открыть коробку и замерла. Пытаясь представить, что же в ней может быть? Но мысли упрямо возвращались к вчерашнему, к сильным рукам, его поцелуям и — «Нет!» — вновь тряхнула головой Татьяна, — прогоняя воспоминания. — «Этого просто не может быть!» — Но воображение упрямо напомнило ей, как Владислав, своим сильными руками, прижимал к себе, входя в неё все глубже выгибая её. «Господи!» — схватилась она за голову, садясь на пол у стола, — «Что же это такое со мной было этой ночью? Неужели это все было по-настоящему, а не в моем воображении…» — Шампанское ударило ей в голову, стирая грань между реальностью и её воображением. — «Я не верю в это!» — прошептала Татьяна, чувствуя, как пол уходит из-под неё. «Но если этого не было, то откуда тогда эта бутылка шампанского, и коробка?» — задала себе вопрос Татьяна, глядя на стоящую у стола пустую бутылку. Этикетка на бутылке была ей совершенно незнакома. В их магазине такие бутылки точно не продаются. Она подняла голову, вновь глядя на коробку на разделочном столе. С трудом встала, шампанское ещё сильнее ударило в голову, затуманив ей разум. Тряхнув головой, она раскрыла коробку, заглянула в неё, замерев от неожиданности. В коробке были её любимые пирожные. Увидев любимое лакомство, Татьяна взвизгнула от радости, не веря, что всё это происходит с ней. Взяв пирожное, она откусила кусочек, боясь, что это плод воображения. Пирожное таяло во рту, убеждая, что это не сон, оно настоящее. Смакуя каждый кусочек, Татьяна замурчала от удовольствия, включая чайник. Пока он вскипел, она успела доесть пирожное. Налив себе чая, Татьяна взяла ещё одно пирожное прошла в комнату включила телевизор села, удобно расположившись на кровати. Горячий чай приятно обжигал, разбавляя и разгоняя хмель по всему телу, пирожное буквально таяло во рту, смешиваясь с воспоминаниями о Владиславе и новогодней ночи, проведённой с ним. Настроение улучшалось, по телу вновь прошла волна неги, мурашек, и озноба. И уже было не важно, настоящий был он или нет, Татьяне хотелось верить в сказку и волшебство новогодней ночи. — «А раз ночь была волшебной, значит и ей в этом году повезло.» Успокоив себя таким мыслями, она усмирила конфликт между разумом и телом. На душе стало намного легче, воспоминания о Владиславе вновь приятной негой прошлись по телу, и разум в этот раз не вмешался, позволяя ей, расслабиться, и принять ситуацию такой, как есть.
Посмотрев несколько любимых новогодних передач, Татьяна окончательно расслабилась, захотелось есть. Она прошла на кухню, разобрала пакет, принесённый из магазина, не спеша приготовила себе праздничный ужин. Незаметно наступил вечер, по телевизору шёл один из её любимых фильмов. С удовольствием посмотрев его, и ещё несколько своих любимых новогодних передач Татьяна легла спать.
Утром она проснулась полная сил. В её теле ощущалась невероятная лёгкость, ей буквально хотелось взлететь. С удовольствием позавтракав своими любимыми пирожными, она с сожалением выкинула пустую коробку. В непривычно приподнятом настроении для себя пошла на работу.
В магазине покупателей было немного. Светка сегодня была выходная, и это ещё больше радовало Татьяну. График работы в праздничные дни был распределён так, что до 8 января все работали посменно, заменяя друг друга. Это не могло не радовать Татьяну, работая через день и чередуясь, она до конца всех праздников Светку не увидит. Отработав полдня, Татьяна поймала себя на мысли, что она хочет завтрашний выходной.
После ненапряженного рабочего дня Татьяна налегке возвращалась домой. Огорчило только то, что её любимые пирожные ещё не привозили после праздников, но завтра в магазин как раз должен был быть завоз товара и ей обещали позвонить, если их привезут. Предвкушая спокойный выходной день с любимым сериалом, который завтра, как раз будет идти весь день по телевизору, Татьяна, выпив чаю с конфетами легла спать.
Проснувшись утром, приготовив себе завтрак, она неспешно ела, сидя у окна. Зазвонил телефон. Отложив вилку, она прошла в комнату взяла трубку.
— Да…
— Танюха пляши, — услышала она весёлый голос Светки. — Привезли твои любимые пирожные, сколько тебе отложить?
— Коробку, — улыбнулась, отвечая ей Татьяна — Я сейчас приду за ними.
Положив трубку, она поспешно доела свой завтрак, убрала со стола, посмотрела на часы, до начала сериала было ещё полтора часа. Времени было достаточно, чтоб не спеша сходить в магазин и вернутся назад. Одеваясь, Татьяна надела, лёгкую кофту и джинсы обулась, и только тогда до неё дошло, что она забыла одеть лифчик. «А ладно под дублёнкой все равно не видно, есть на мне лифчик или нет», — подумала она, выходя из дома, и не спеша пошла по улице, радуясь общей суете вокруг неё. Дети играли и бегали, радуясь снегу, праздникам и новогодним каникулам. Прохожие были на весле, и все улыбались, поздравляли друг друга с наступившим новым годом. В магазине её встретила улыбающаяся Светка. Татьяна с улыбкой отмахнулась от расспросов, сказав, что спешит. Взяла коробку с пирожным из шкафа в подсобном помещении и прошла на кассу. Там была небольшая очередь. Обернувшись, Татьяна заметила в очереди за стоящей за ней девушкой знакомое лицо. Невысокий парень в очках держал в руке коробку дорогих конфет упаковку чая и красивый пакет. «Где-то она уже видела этого парня» — задумалась Татьяна, но тут подошла её очередь, отвлекая от размышлений. Расплатившись, Татьяна улыбнулась Иришке, сидящей за кассой, и вышла из магазина. На улице пошёл снег, снежинки приятно таяли на щеках, она шла не спеша, наслаждаясь прогулкой, и весёлой суетой вокруг. Зайдя в подъезд, она нажала на кнопку лифта. Дождавшись, пока дверь лифта откроется, она вошла в пустой лифт
— Придержите, пожалуйста, лифт, — услышала она, и, откликаясь, на чью-то просьбу, придержала дверь лифта. В лифт забежал парень. Тот самый парень, в очках которого она видела в магазине, лицо которого было ей знакомо.
— Благодарю вас, — улыбнулся ей парень, — Вам на какой этаж?
— На четвёртый — Татьяна на пару секунд растерялась, глядя на стоящего к ней боком парня. Он был выше её на пол головы примерно.
— Мне выше, — вновь улыбнулся парень, нажимая цифру четыре. Дверь закрылась лифт поехал.
***
Невидимый для всех людей Шочик сидел на крыше двенадцатиэтажного дома, в котором жила Татьяна. Он сидел на самом краю, свесив ноги, и наблюдал за людьми внизу. Их время было на исходе, 7 января ровно в 12 00 дверь в этот мир для них закроется, до следующего раза. Он с удовольствием сидел и наблюдал, как внизу люди занимались своими делами. Шочик был перенасыщен, люди бы сказали, что он объелся, был полон сил и мог позволить себе, просто сидеть и ничего не делая наблюдать. Пользуясь редкой для него возможностью сытости и безделья. Он видел, как из дома вышла Татьяна. Шочик облизнулся, вспоминая, какая она была вкусная. И именно она, своими простыми и для него легко выполнимыми, но в то же время очень сильными желаниями. Не просто заполнила до краёв необходимую ему эроэнергию, она ещё и его накормила, что называется до отвала, дав ему время и свободу на оставшиеся дни. И не только она. Игорь оказался такой же щедрый и его хватило, не только на демоницу, но и на Шочика. Он ухмыльнулся, вспоминая как пошёл на хитрость, воспользовавшись его буйной, неудовлетворённой страстью к секретарше Наташе. Дав ему небольшой толчок отключив в голове ненужные ему тормоза, а дальше физиология обоих взяла своё, а незащищённый секс в удачно совпал с нужным циклом. И Шочик сам того, не ожидая для себя, вдруг, легко получил то, что требовалось ему по заданию. За судьбу Наташи можно было не волноваться, она давно планировала забеременеть от боса. И прослеживая дальнейшую судьбоносную нить секретарши. Шочки ухмыляясь проследил за ней дополняя колбы нужной ему эро-энергией отключая у людей все что, что обычно заставляло их себя сдерживать. После Игоря, находясь в шоке, она заходит в кабинет директора с жаждой мести строя коварные планы как она будет мстить этому наглецу. Директор, находясь в ярости от неожиданного увольнения, казалось бы, тихого и выполняющего всё беспрекословно сотрудника. Не без помощи Шочика, заваливает секретаршу к себе на стол, та, ещё не отойдя от шока после Игоря, теряется вторично и…
Шочик довольно ухмыляясь спрятал заполненные колбы, радуясь, что ему больше не нужно напрягаться. И то, что вначале, казалось, как трудно выполнимое задание, в исполнении оказалось очень лёгким. Простые люди, обычные, естественные потребности…
Ну, а дальше всё предсказуемо просто. Задержка, известие о беременности, боса ставят перед фактом. Наташа получает долгожданное предложение о женитьбе — «кто последний тот и папа», — ухмыльнулся Шочик немного вмешиваясь в судьбу ребёнка, убирая внешние черты схожести с Игорем, делая его похожим на мать.
И теперь он перенасыщенный, не напрягаясь, сидел на краю крыши и наслаждался сытостью, покоем, и тем, что ему больше ничего не нужно делать.
— Выбираешь себе новую жертву? — услышал он приятный женский голос сзади. Он не обернулся, и так узнав Атиру, она была любительницей молодых людей и выбирала себе жертв до двадцати лет.
— Уже выбрал, — хищно оскалился Шочик не желая ставить её в известность, что он даже перевыполнил тот план, что дал ему Йиклод.
— А мне ещё немного осталось, — похвасталась ему демоница, подходя и обнимая его сзади. — Но я могу сделать небольшое отступление, — она склонилась над ним, покусывая его за мочку уха.
— Меня не интересуют небольшие отступления, — ухмыльнулся Шочик, позволяя ей поцеловать себя в шею. — А делая большое отступление, — злорадно ухмыльнулся он. — Ты не успеешь…
— Ты, как всегда, — демоница хотела укусить его за шею, но Шочик ловко увернулся, перевернул её, и, уложил себе на колени, с хищной ухмылкой склонился над ней, проводя рукой по её шеи и груди легко скидывая с плеча тонкую лямочку оголяя ей грудью. Он склонился над ней ещё ниже, едва касаясь её груди своими губами, и вдруг резко скинул ёе со своих колен. Демоница полетела вниз, проклиная его и обещая отомстить ему за это.
— Ты не исправим, — услышал Шочик сзади смех и обернулся.
Недалеко от него стояла ещё одна демоница. Шикарная брюнетка, с распущенными волосами, развивающимися на ветру. Шочик отвернулся от неё, посмотрев вниз на людей, которые спешили каждый по своим делам, не подозревая, что за ними наблюдают. Демоница подошла и присела рядом с ним полубоком лицом к нему, короткая юбка, одетая на ней поднялась ещё выше, когда она присела, согнув одну ногу. Демоница склонилась, рассматривая людей внизу.
— Смотри, — указала она на идущую вдоль забора Татьяну. — У неё просматривается чёткая линия судьбы, связывающая эту девушку вон с тем парнем, — указала она на идущего за ней парня в очках. — Глупые людишки, — ухмыльнулась демоница, бегут от своей судьбы. А ведь стоит ей только обернуться, немного притормозит, и вот она её судьба рядом с ней. А вместо этого она идёт, не оборачиваясь с мыслями о каком-то сериале, — ухмыльнулась она. — Люди не понимают свою силу чувства данное им от природы под названием любовь, которая переходит в сексуальную страсть, это великий дар, которым они совершенно не умеют пользоваться. А ведь это самое вкусное для нас — облизнулась она, причмокивая языком.
— Ты настоящий демон похоти, — ухмыльнулся Шочик.
— Нет, я демон не просто похоти я демон страстной похоти, — ухмыльнулась она. — Но смотри, они сейчас разойдутся, ещё немного и лифт закроется, — указала Демоница, видя, как Татьяна вошла в лифт, а парень за ней не успевает. — И все каждый из них пойдёт своей дорогой. А ведь в них обоих скрыта великая сила любви и страсти… — Шочик ты что делаешь? — испуганно воскликнула демоница.
— Придержите лифт, пожалуйста! — крикнул Игорь.
— Тебе прошлого раза было мало? — Демоница вскочила, злясь на него. — Нельзя, помогать людям, находить друг друга, нам категорически запрещено вмешиваться, тебя опять накажут.
— И что они мне сделают? — ухмыльнулся Шочик — Метлу дадут в два раза больше, — расхохотался он.
Игорь нажал на четвёртый этаж, лифт медленно поехал, отсчитывая этажи, проехав второй этаж, лифт, вдруг замер и свет потух.
— Шочик, — уже испуганно воскликнула демоница. — Остановись…
— Что произошло? — Татьяна отступила к стене, сжимая пакет с коробкой в которой были пирожные.
— Кажется, лифт застрял, — услышала она приятный голос парня.
— И что теперь делать? — испуганно спросила она, впервые застряв в лифте.
— Минутку — произнёс парень, послышалась непонятная возня, чиркнула спичка. Лицо парня осветилось на половину, он поднёс спичку к кнопкам, нажимая аварийную кнопку. Ничего не произошло. Он нажал ещё раз, снова тишина. Спичка догорела, обожгла ему пальцы. Он, беззвучно вскрикнул, скрывая в темноте от Татьяны свою боль.
— Пробуйте ещё раз нажать. — просила Татьяна.
— У меня осталась всего одна спичка, предлагаю пока её оставить на крайний случай, я два раза нажал кнопку вызова, подождём…
— Шочик… прекрати немедленно пока об этом не узнали, — демоница отступила от него.
— Правильно, — ухмыльнулся Шочик. — Уходи не мешай мне, а то скажу, что ты мне в этом помогала… — хищно оскалился он.
Татьяна стояла в полной темноте, сжав в руке ручки пакета, неожиданно она почувствовала едва ощутимый аромат дорого парфюма. Этот запах, она бы не с чем не спутала. Так пах Владислав, когда расстегнул свою куртку, пройдя мимо неё в комнату. Её тело тут же предательски отозвалось на этот запах, рисуя в темноте образ Владислава, вспоминая его сильные руки, его поцелуи, её обдало жаром на столько, что пришлось расстегнуться.
Игорь, вдохнув дым от потухшей спички, и подув на обожжённый палец, вдруг уловил знакомый аромат, так пахла Ева, когда он, потеряв контроль над собой, вошёл в неё, сгорая от желания.
Шочик ухмыльнулся сидя на краю крыши…
В полной темноте Игорь всё сильнее ощущал запах женщины, которую он желал и думал, что больше никогда не увидит, этот запах притягивал его и манил. Поставив свой пакет на пол, Игорь потянулся в сторону манящего его запаха и уперся во что-то тёплое и мягкое, осторожно погладив это в темноте, Игорь понял, что гладит женскую грудь. Под тонкой кофточкой лифчика не было. Грудь была больше, чем у Евы, но она была очень мягка и приятная на столько, что Игорь не удержался. И припал к этой груди, целуя её и ища сосок. Кофта ему мешала, и он почти рывком задрал лёгкую кофту и покрывая поцелуями живот, поднимаясь выше ища на ощупь сосок. Найдя, он припал к нему, целуя, посасывая, и играя с ним языком, услышав женский стон, он поднялся выше, целуя шею, массируя и гладя грудь, играя с соском своими пальцами, не останавливаясь и продолжая целовать, он поднялся к подбородку, нащупал губы. Он осторожно прикоснулся к пухлым, горячим губам чувствуя их необычный вкус. Облизнув её губы, он своим языком приоткрыл рот, сливаясь, с ней в глубоком поцелуе. Стон одновременно вырвался из груди обоих. Ее руки обвили его, прижимаясь к нему и отвечая на его поцелуи. Руки скользнули вдоль тела расстёгивая ширинки и стаскивая мешающие штаны. Да тела соприкоснулись. Согнувшись, Татьяна выгибалась, ошалевав от себя и вскрикнула от боли и неги, когда впервые в неё вошли с сзади. Стон и мужские хрипы «Я хочу тебя» заглушили в ней остатки разума, и она покорно прогнулась, раздвигая ноги и наклоняясь подчиняясь. Сильные руки умело ласкали там, где её хотелось. И два тела накрыло судорожной оргазмической волной.
— Дальше ребят уже без меня — ухмыльнулся Шочик, исчезая.
В лифте вдруг зажегся свет, и он поехал.
— Господи — воскликнула Татьяна, отталкивая от себя Игоря и судорожно ища свои брюки запахивая дублёнку. А тело все ещё подрагивало от остаточных воспоминаний
Парень отступил не понимая, почему его вдруг отталкивают, и моргая торопливо натянул свои штаны застёгиваясь.
Лифт остановился,
— Я не такая, — закричала Татьяна, хватая свои штаны и трусы, выскакивая из лифта.
— Да погодите вы, девушка, — Игорь споткнулся за свой пакет, схватил его, боковым зрением увидел, что на полу лежит ещё и пакет Татьяны. Он схватил и её пакет, придерживая ногой, не дверь лифта, не давая ему закрыться и выскочил за ней. Татьяна стояла возле своей двери, дрожащими руками не могла попасть ключом в замок. — Девушка да погодите вы, — крикнул ей Игорь. — Вы пакет свой забыли.
— Не подходите ко мне, а то я закричу!
— Ну в лифте вы кричали и мне это понравилось, — вдруг в несвойственной ему манере произнёс Игорь, останавливаясь недалеко от неё. Татьяна замерла. — Давайте спокойно поговорим, мы же взрослые люди в конце концов. — предложил ей Игорь.
— Я не такая, — покачала головой Татьяна, не оборачиваясь к нему, прижимая к себе свои штаны.
— Я тоже не такой, но там, в лифте ваш запах…
— Что! — воскликнула Татьяна, оборачиваясь к нему.
— В лифте в темноте вы пахли так возбуждающе, — неожиданно для себя вдруг признался ей Игорь, — Что я не смог удержаться. Вы невероятная девушка, я таких как вы ещё не встречал. И такое со мной, если честно, впервые в жизни.
— Со мной тоже такое впервые, — вдруг тихо произнесла Татьяна — В этом году вообще что-то невероятное происходит.
— И со мной так же, — улыбнулся Игорь. — Ваш пакет, — он протянул ей пакет с коробкой. — Как вас зовут?
— Татьяна, — она протянула руку, беря у него пакет, и прикоснулась к его руке, той самой, что недавно ласкала её. Осознав это, Татьяна залилась краской отворачиваясь.
— А меня Игорь, позвольте, я вам помогу, — он взял из её рук ключ вставил в замок, повернул его, открывая ей дверь. Татьяна вошла, замерев у дверей.
— Может, зайдете… — вдруг неожиданно для себя предложила она Игорю.
— С удовольствием, — улыбнулся ей Игорь, входя в квартиру и закрывая дверь.
***
Демоны возвращались, огромный чан постепенно наполнялся. Ийклод висел над чаном с довольной сытой улыбкой, лениво следил, как очередной демон появился возле чана, кинул в него свой пузырёк, посмотрел, как его тот, растворяется в общей массе, бурлившей в чане, и исчез. Йиклод спустился почти вплотную к бурлящей массе, шумно вдыхая аромат, исходящий от чана. Ещё один появившийся демон вызвал колебания воздуха, заставив его обернуться.
— Шочик — прогремел громогласно Ийклод — А я тебя жду, — улыбнулся он так, что его оскал занял почти весь периметр шара.
— ….. Кто бы сомневался, — выругался Шочик даже не пытаясь скрыть своего презрения.
— А мне тут сказали, что ты не успел справиться и собрать нужное количество эроэнергии.
Шочик подошёл к чану, и демонстративно, кинул в него один за другим, до краёв наполненные эроэнегрией три флакона.
— Надо же, — шар завис над чаном, фиксируя заметное его наполнение после того, как Шочик закинул в него свои пузырьки. — Удивил, — улыбнулся шар. — Если честно, я думал, что ты не справишься. И даже хотел уменьшить тебе дозировку, но ты справился молодец. — похвалил его шар. Шочик демонстративно повернулся и хотел уйти. — Постой! — резко остановил его Йиклод — Шочик скривился, замерев, но не оборачиваясь. — За то, что ты успешно справился с данным тебе заданием, я отменяю твоё наказание, но титул я тебе твой не верну, — ухмыльнулся шар. Шочек обернулся. — Посмотрим, как ты справишься с моим заданием в следующий раз, тогда и обсудим эту тему, расхохотался шар, взмывая вверх. Шочик презрительно сплюнул и исчез.
Пронзительный звук общего сбора призвал всех собраться.
Огромный шар, висящий над всеми в воздухе, улыбался, сытой и довольной улыбкой.
— Мы все молодцы! — пробасил он на весь зал. — Теперь нам хватит еды до следующего раза.
— Тебе повезло, — склонилась демоница к самому уху уродливого карлика, она ещё не изменила свой внешний вид и выглядела шикарной брюнеткой с грудью, которая чуть не выпала из её декольте, когда она сильно нагнувшись, прошептала Шочику на ухо. — Там, на крыше были только мы с тобой. Никто кроме нас двоих не знает, что ты натворил. Теперь, ты мой должник, — она лизнула его торчащее ухо. Шочик отмахнулся от неё, как от назойливой мухи, втиснулся между длинными ногами стоящего перед ним демона.
***
Весь август 2000 года и начало осени род дома были буквально переполнены. Акушеры шутили, что начало нового тысячелетия и новогодние праздники в этом году прошли намного веселее и интереснее чем обычно. Домыслов, и слухов по поводу наступления 21 века было столько, что люди поддаваясь общей суете и панике занимались любовью, так как будто делают они это в последний раз.
— А результат вот он, — произнёс акушер, принимая очередного младенца. — Ух какой богатырь родился, — воскликнул он. — Поздравляю у Вас мальчик.
Крик, только что новорождённого младенца раздался не только на весь родильный зал. Он оповестил всю вселенную, что на земле наступил не только 21 век, но и родилось новое поколение людей.