Мы должны сразу сказать, что именно делает этот учебник бизнеса непохожим на любой другой, который вы когда-либо читали. Это его источник – старинная книга буддийской мудрости, именуемая Алмазный огранщик. Она начинается со строк, приведённых вверху.

В Алмазном огранщике сокрыта древнейшая мудрость, к помощи которой мы прибегали, чтобы превратить «Андин Интернэшнл» в компанию с годовым оборотом свыше 100 миллионов долларов. Вначале было бы неплохо кое-что узнать об этой важной книге, чтобы уяснить ту роль, которую она играла в истории восточного мира.

Алмазный огранщик – это первая из известных на Земле книг, которая была напечатана, а не написана от руки. В Британском музее есть копия, датируемая 868 годом н. э., то есть выпущенная почти за 600 лет до Библии Гуттенберга.

Алмазный огранщик содержит запись учения, изложенного Буддой около 2500 лет назад. Сначала оно передавалось изустно, а потом с развитием письменности было начертано на длинных пальмовых листьях. Сначала слова книги писали иглой на этих прочных листьях, а затем в царапины, оставленные иглой, втирали сажу. В Южной Азии можно до сих пор обнаружить вполне читаемые книги, изготовленные таким способом.

Обычно эти пальмовые страницы скрепляли вместе одним из двух способов. Иногда середину пачки листьев протыкали шилом и связывали, пропустив нить сквозь получившееся отверстие. Другие книги заворачивали в ткань.

Будда проповедовал Алмазного огранщика на санскрите, древнем языке Индии, которому, по нашему предположению, около четырёх тысяч лет. Около тысячи лет назад эта книга попала в Тибет и была переведена на тибетский язык. На протяжении сотен лет её вырезали на деревянных досках, покрывали эти доски краской и печатали на длинных полосках рукодельной бумаги, прижимая её к доске и прокатывая валиком. Эти длинные бумажные листы – ксилографы – хранятся завернутыми в шафрановую или бордовую ткань, так же как и во времена книг на пальмовых листьях.

Алмазный огранщик распространился и по другим великим странам Азии, включая Китай, Японию, Корею и Монголию. За последние двадцать пять веков её многократно перепечатывали на языках этих стран, а её мудрость передавалась в непрерываемой устной традиции от учителей к ученикам, из поколения в поколение. В Монголии книгу считали такой важной, что каждая семья обязательно имела её копию, бережно хранимую в домашнем алтаре. Один-два раза в год домой приглашали местных буддийских монахов, которые вслух читали этот текст с целью передать благословение его мудрости.

Постичь мудрость Алмазного огранщика не так просто. Истинный его смысл, так же как и во множестве других учений Будды, скрыт мистической завесой сверхсекретного языка, приподнять которую может только живой учитель, используя искусные объяснения, которые записываются в течение веков. На тибетском языке у нас имеется три таких ранних наставления, возраст которых колеблется от почти шестнадцати веков до чуть ли не одиннадцати сотен лет.

Но, что ещё более важно, недавно мы обнаружили ещё один комментарий к этому произведению, более современный и вполне доступный для понимания. В течение двенадцати последних лет мы с группой коллег занимаемся Проектом по сохранению азиатского литературного наследия (Asian Classics Input Project – ACIP), цель которого – сберечь старинные книги по тибетской мудрости. В прошедшем тысячелетии эти книги содержались в великих монастырях и библиотеках Страны Снегов, защищённой от войн и нашествий непреодолимой природной стеной Гималайских гор. С изобретением аэроплана ситуация изменилась, и в 1950 году Тибет был захвачен коммунистическим Китаем.

Во время вторжения и последующей оккупации, которая продолжается по сей день, около пяти тысяч библиотек и монастырских школ, хранящих эти великие книги, было уничтожено. Только очень небольшую их часть вынесли с собой беженцы, совершившие опасный переход через Гималаи в районе горы Эверест. Чтобы ощутить степень нанесённого ущерба, представьте, что некая могущественная держава атаковала Соединённые Штаты и сожгла почти все колледжи и университеты, а также все книги во всех их библиотеках. Представьте, что остались только те книги, которые вынесли с собой беженцы, за несколько недель или месяцев пешком добравшиеся до Мексики.

В рамках проекта ACIP тибетские эмигранты в лагерях Индии научились заносить эту литературу, которая стоит перед угрозой исчезновения, на компьютерные диски. Затем информация попадает на CD-ROM или в Интернет и бесплатно распространяется между тысячами учёных по всему миру. На сегодняшний день мы сохранили таким способом около 150 тысяч страниц ксилографов, отправляясь в отдалённые уголки мира, чтобы обнаружить книги, которые ранее можно было найти только в Тибете.

В глубинах покрытой пылью веков коллекции манускриптов Санкт-Петербурга нам посчастливилось отыскать копию замечательного комментария к Алмазному огранщику, привезённую в Россию одним из первых исследователей Тибета. Этот трактат под названием Солнечный свет на пути к свободе был написан великим тибетским ламой по имени Чоней Дракпа Шедруп, жившим с 1675 по 1748 год. Так совпало, что он – выходец из того же тибетского монастыря Сера Мей, где я и сам получил своё научное образование. Он вошёл в историю под прозвищем Чоней Лама или «Лама из Чоней» – области на востоке Тибета.

На всём протяжении этой книги мы будем пользоваться не только подлинными цитатами из Алмазного огранщика, но и текстом из трактата Солнечный свет на пути к свободе. Этот столь важный комментарий впервые переведён на английский язык. Кроме избранных мест из этих двух великих работ мы будем включать объяснения, передаваемые устно на протяжении последних двух с половиной тысячелетий, в том виде, в каком я получил их от моих наставников. В завершение мы рассмотрим реальные случаи из моей жизни в загадочном мире международного алмазного бизнеса, демонстрирующие, как древняя мудрость может сделать ощутимо более успешной вашу собственную жизнь и работу.

Уже в самом полном названии Алмазный огранщик сокрыта секретная мудрость высокого уровня, и прежде чем по-настоящему вникнуть в то, как с её помощью добиться успеха, нам хорошо бы разобраться, в чём смысл этой мудрости. Сперва обратимся к тому, как сам Чоней Лама объясняет санскритское название:

Здесь «алмаз» – самое важное слово для объяснения того, как достичь успеха в бизнесе и жизни. В древнем тибетском понимании алмаз представляет собой скрытый потенциал всех вещей, который обычно называют «пустота». Бизнесмен, который полностью осознаёт этот потенциал, поймёт и все ключевые моменты для достижения успеха в любой деятельности, как в финансовой, так и в личной. В следующей главе мы объясним это гораздо более подробно, а сейчас достаточно узнать три признака, по которым этот потенциал во всём напоминает алмаз.

Прежде всего, алмаз чистой воды приближается к абсолютно прозрачному физическому веществу. Представим большой лист оконного стекла, такой, например, как стоит у нас на двери, ведущей в сад. Стекло выглядит совершенно прозрачным, настолько, что бывали случаи, когда гости по ошибке входили прямо через него, разбивая вдребезги. Но если посмотреть на него сквозь кромку, то есть вдоль, а не поперёк, то оно, как и большинство других стёкол, будет иметь тёмно-зелёный цвет. Такой цвет объясняется эффектом накопления мельчайших вкраплений примеси железа, разбросанных по всему объёму, и лучше всего проявляется, когда смотришь через толстый массив стекла.

Взгляды на чистоту алмаза различаются. В торговле мы определяем ценность алмазов прежде всего по отсутствию в них цвета: полностью бесцветные алмазы – самые редкие и дорогие. Мы относим такие алмазы к классу «D», что само по себе является отчасти исторической ошибкой. Когда была придумана современная система классификации алмазов, уже существовало несколько таких конкурирующих систем. Литера «А» широко использовалась для бесцветных алмазов очень высокого качества, за ними следовали алмазы чуть похуже класса «В» и так далее по латинскому алфавиту.

К сожалению, у каждой компании были свои представления о том, каким алмазам присваивать литеры «A», «B» и другие, и это, конечно же, доставляло покупателям множество проблем. Один и тот же класс «B» могли получить почти бесцветный алмаз в одной фирме и камень желтоватого оттенка – в другой. Поэтому разработчик новой системы решил просто начать с незанятой буквы по алфавиту и присвоил лучшему, или самому бесцветному, камню класс «D».

Если бы существовал алмаз класса «D» такой величины, чтобы из него можно было сделать оконное стекло, то, как ни смотри сквозь такое стекло – вдоль или поперёк, через плоскость стекла или его кромку, – оно будет одинаково прозрачным. Такова природа всего того, что полностью чисто или прозрачно. Если перед двумя людьми поставить такую алмазную стену в несколько футов шириной с не отражающей свет поверхностью, то они её вообще не увидят.

Потенциал успеха, скрытый в Алмазном огранщике, такой же, как этот экран из алмазного стекла. Он всегда, везде и во всём окружает нас, им обладает каждый объект и все живые существа. Чтобы добиться ощутимого личного или коммерческого успеха, нужно задействовать именно его. По злой иронии судьбы, несмотря на то что этим потенциалом буквально пропитаны любая вещь и каждый человек вокруг нас, сам он остаётся невидимым: нам его просто не разглядеть. Назначение Алмазного огранщика именно в том, чтобы научить нас видеть его во всём.

Второй важный признак алмаза заключается в том, что он попросту самая твёрдая вещь во Вселенной. Ничто из существующего не может его поцарапать, кроме другого алмаза. Согласно одному из методов измерения твёрдости, шкале Кнупа, алмаз втрое твёрже, чем следующий сразу за ним природный минерал рубин. Сами же алмазы могут царапать друг друга только в том случае, если на том, который царапают, имеется так называемое мягкое направление.

Именно так и происходит огранка алмазов. Хотя алмаз и нельзя поцарапать, его можно расколоть или расщепить вдоль грани, как полено топором при колке дров. Для огранки мы берём отходы – осколки от огранки других алмазов или кусок отбракованного необработанного камня, недостаточно чистого для изготовления бриллианта, разбиваем и перемалываем их в порошок.

Этот алмазный порошок тщательно просеивают через набор сит или металлических ячеек, пока он не станет очень мелким, и затем хранят в стеклянной бутылочке. Далее готовят большой стальной диск высшей закалки и делают его поверхность рифлёной, прочерчивая узкие бороздки до тех пор, пока вся она не покроется сетью тонких насечек. На это колесо наносят очищенное масло. Чаще всего это оливковое масло, но у каждого огранщика есть свой собственный секрет единственно правильной смеси.

Стальной круг закрепляют на оси, соединённой с мотором на массивном столе, усиленном крепкими стальными распорками. Это необходимо для того, чтобы избежать любой вибрации, ведь колесо начинает вращаться со скоростью в сотни оборотов в минуту. Затем масло посыпают алмазным порошком до тех пор, пока не образуется серая паста.

Необработанный алмаз часто выглядит не более эффектно, чем речные камушки – прозрачная льдинка, угодившая в оболочку грязно-коричневого или оливково-зелёного цвета. Бывает, что камень весь состоит из одной такой оболочки – воистину не ваш день! – это означает, что вы наполовину сточили его только для того, чтобы обнаружить, что сырьевой камень, за который заплачено так много, не стоит вообще ничего.

Этот булыжник закрепляется в небольшом держателе – оправке – на конце ограночной головки – кронштейна, который выглядит как подвесной звукосниматель в старых проигрывателях грампластинок. Камень фиксируют в оправке специальным термостойким клеем, который не размягчается от нагревания алмаза при огранке.

Когда я впервые попал в ученики к мастеру-огранщику по имени Сэм Шмулев, в качестве клея использовали пасту, приготовленную из воды и асбеста. Когда камень нагревался, смесь высыхала и спекалась, хорошенько зажимая алмаз в оправке. Мы делали эту пасту, разжёвывая асбест; никто тогда не знал, что даже небольшой кусочек асбеста может вызвать рак. Я помню одного резчика, который таким образом заработал себе большую опухоль в горле.

Мотор включается, и круг должен тронуться и вращаться без малейшего следа вибрации: балансировка круга на некоторых старых ограночных станках всегда отнимала у нас несколько часов. И вот огранщик сидит на высоком сиденье, которое выглядит как детский стульчик, и склоняется над станком. Он берёт рычаг ограночной головки с приклеенным необработанным камнем в её оправке и слегка прикасается им к разогнавшемуся кругу.

Алмаз неизмеримо твёрже стали, поэтому если мастер слишком сильно прижмёт необработанный камень с острой гранью, то он начнёт разрезать сам ограночный диск. Вы аккуратно проводите камнем по кругу и затем, перевернув рычаг, подносите его к глазам. В другой руке у вас увеличительное стекло огранщика, или лупа. Опытный огранщик поднимает камень к лицу, проверяет шлифовку алмаза и возвращает его на круг одним плавным движением, повторяя его несколько раз в минуту. В это время он похож на ловкого жонглера с тростью.

Когда вы переворачиваете камень вверх для проверки, то вытираете его перекинутым через плечо полотенцем, чтобы удалить смесь масла и алмазного порошка, собравшуюся на его поверхности. За одну-две минуты круг проточил на поверхности крошечное плоское пятнышко, которое станет вашим «окном» в нутро камня. Вы вглядываетесь в это окно через увеличительную лупу, чтобы увидеть, нет ли там внутри пятен, включений или трещин, с целью в дальнейшем попытаться расположить их так, чтобы либо сточить их на нет, либо хотя бы поместить как можно ближе к алмазной кромке, пока камень принимает форму. Чёрная крапинка на остром кончике бриллианта, например, отразится от его придонных граней целым множеством пятен, в то время как на самом деле есть только одно, – такой брак превратит стоимость готового ювелирного камня почти в ничто.

Этот процесс разглядывания через окно и попыток точно представить себе, как будет сориентирован готовый бриллиант, очень похож на планирование и разметку куска мрамора для скульптуры с целью наилучшего использования природных зон его оттенков и текстуры. Распланировка большого камня может включать шлифование нескольких окон сквозь его оболочку, чтобы потом изучать камень в течение недель или даже месяцев, делая наброски геометрических моделей, которые позволят получить из заготовки изделие максимально возможного размера.

Чёрные крапинки, которые иногда видны внутри алмаза, – на самом деле чаще всего тоже маленькие кристаллы алмаза, захваченные большим кристаллом по мере его роста. Алмаз – это простой уголь, который сначала расплавился при высокой температуре в жерле вулкана, а потом оставался под землей в условиях огромного давления, что и превратило атомную структуру сырого угля в кристаллическую решётку алмаза. Вообще-то крошечные алмазы могут быть выращены в довольно-таки различных условиях, например сформироваться в самой точке столкновения метеорита, содержащего уголь, с поверхностью Земли; при взрыве образуется кратер порядочного размера с алмазной россыпью в центре.

Эти симпатичные маленькие «алмазы в алмазе» могут появиться как чёрные вкрапления либо, если они выстроятся вдоль соответствующей оси, образовать невидимый карман внутри необработанного камня. В обоих случаях они доставляют большие неприятности огранщику, создавая крошечные области напряжения внутри. Когда камень опускается на шлифовальный круг и резчик начинает воплощать свой план по превращению его в бриллиант, то кажется, будто алмаз сопротивляется этой процедуре.

Несмотря на смазку, алмаз начинает визжать на стальном диске как резаный. Чаще всего алмазогранильные мастерские на нью-йоркской 47-й улице – это серые, слабо освещённые огромные комнаты без перегородок на верхних этажах зданий. Но это ещё и каналы, пропускающие через себя алмазы на миллионы долларов, по которым втекает река американского алмазного импорта, а вытекают бриллиантовые потоки к производителям ювелирных украшений. Представьте себе сплошные ряды огранщиков, склонившихся над своими гранильными кругами. Они с силой прижимают плоскость обрабатываемого алмаза к стальному диску, и каждый алмаз визжит, как очень плохие тормоза. И в центре такого скрежещущего циклона сидят привыкшие к этому хаосу огранщики, со спокойными, глубоко сосредоточенными лицами.

Трение между камнем и шлифовальным кругом производит столько тепла, что обрабатываемый алмаз вскоре раскаляется и начинает флуоресцировать тёмно-малиновым цветом, об него можно серьёзно обжечься. Как только жар достигает очага напряжения вокруг инородного включения, камень может разорваться на мелкие кусочки, с огромной скоростью разлетающиеся с колеса по всей комнате. Если камень был большим, то вы получите возможность увидеть, как несколько тысяч долларов рассыпаются в горстку алмазного песка.

Почему же так важно то, что алмаз является прочнейшим минералом во Вселенной? Что это вообще значит быть абсолютным, быть самым-самым – самым высоким, самым коротким, самым длинным, самым большим? Наш разум отказывается принять эту идею, потому что на деле нет ничего настолько высокого, к чему нельзя добавить ещё полметра, нет ничего настолько короткого, от чего нельзя отрезать хотя бы чуточку. А вот твёрже алмаза быть действительно нельзя!

Ни один физический предмет не способен быть таким по-настоящему абсолютным, каким является тот скрытый потенциал, о котором мы говорили. Это высшая природа каждой вещи, это абсолютная истина каждой личности и каждого объекта. Твёрдость алмаза есть именно та характеристика, которая позволяет ему ближе всего подойти к абсолюту в природе: он обладает величайшей твёрдостью, какая только может быть. Вот в чём суть второго важного признака алмаза: он может служить метафорой для обозначения той единственной вещи, которая поистине абсолютна.

А теперь вспомним о тех кусочках алмаза, которые рассыпались по полу гранильной фабрики, после того как камень взорвался изнутри и разлетелся во все стороны со шлифовального диска. Они напоминают о третьем важном качестве алмаза. Каждый алмаз на атомарном уровне очень прост и является чистейшим углеродом. Углерод карандашного грифеля и углерод бриллианта – есть одно и то же химическое вещество.

Атомы углерода в грифеле соединены друг с другом слабо связанными слоями, подобно пластинам сланцевых пород или картам в колоде. Когда вы водите острием карандаша по листу бумаги, эти слои сдвигаются друг относительно друга и остаются на бумаге один за другим. Специалисты называют это «рисовать карандашом».

Атомы чистого углерода в алмазе соединены между собой совсем по-другому, образуя совершенную симметрию во всех направлениях, что препятствует появлению свободных слоёв материала и делает алмаз самым твёрдым среди известных нам веществ. Однако самое интересное заключается в том, что каждый алмаз, любого происхождения, состоит из того же простого углерода, скреплённого в такую же атомарную решётку. Это означает, что любой, даже самый крошечный алмазный осколок на молекулярном уровне идентичен любому другому куску алмаза.

Какое отношение это имеет к скрытому потенциалу вещей? Ранее мы говорили, что у каждого отдельного объекта во Вселенной – от неодушевлённых вещей, типа булыжников и планет, до одушевлённых, типа муравьев и людей, – есть свой собственный скрытый потенциал или собственная изначальная природа. Всё дело в том, что каждый из потенциалов в этих примерах, каждый отдельный образчик изначальной природы точно такой же, как и все остальные. И в этом смысле скрытый потенциал вещей – единое их качество, которое может обеспечить как внутренний, так и внешний успех, – тоже походит на алмаз.

Вот именно поэтому в названии книги есть слово «алмаз». Алмазы совершенно прозрачны, почти невидимы, и скрытый потенциал всего, что нас окружает, также трудно увидеть. Оба эти понятия близко подошли к тому, чтобы быть чем-то абсолютным: самая твёрдая вещь из существующих – и скрытый потенциал вещей, который есть их чистая и абсолютная истина. Вещество любого алмазного осколка в любой точке Вселенной везде одно и то же – стопроцентно чистый алмаз, и это верно для скрытого потенциала вещей: каждый экземпляр этого потенциала точно такая же чистая и точно такая же абсолютная реальность, как и любой другой.

Теперь выясним, почему книга называется «Алмазный огранщик». На деле некоторые из первых переводчиков этой работы на английский язык просто опускали вторую часть названия[1], не понимая, насколько решающим она является для смысла книги.

Мы должны совсем кратко упомянуть здесь о том, что существуют два способа увидеть скрытый потенциал вещей, их изначальную природу. Один из них заключается в том, чтобы «узреть» эту природу, прочитав объяснения о ней – вроде тех, что можно найти в этой книге, – а потом сидеть и усердно размышлять о прочитанном до тех пор, пока не осознаёшь потенциал и не сумеешь его использовать. Второй способ состоит в том, чтобы войти в состояние глубокой медитации и на этот раз «узреть» потенциал непосредственно, глазами своего разума.

Хотя второй способ и обладает большей мощью, использовать потенциал может любой, кто хотя бы понимает его принцип.

Те, кто увидел этот потенциал непосредственно, вскоре понимают, что увидели нечто изначальное. Они ищут в своём сознании что-нибудь, с чем это можно сравнить. Ближайшая к этому изначальному потенциалу вещь из нашего обычного мира – обычная вещь, ближайшая к тому, чтобы быть чем-то изначальным, – это алмаз, единственная вещь, твёрже которой нет.

Однако, хотя алмаз и является самой изначальной вещью обыденного мира, его и рядом нельзя поставить со скрытым потенциалом, о котором мы говорим и который опишем более полно в следующих главах, потому что он есть нечто воистину изначальное. В этом смысле получается, что алмаз не является полностью адекватной метафорой, ведь его совершенство может улучшить «огранщик», превосходя его твёрдость силой того, что на самом деле изначально. Вот именно поэтому древняя книга мудрости называется Алмазный огранщик, она говорит нам о таком потенциале, который является, если можно так выразиться, более изначальным, чем сам алмаз, наитвердейшая вещь, ближайшая к изначальности в окружающем нас нормальном мире.

Если всё это трудно воспринимается, не переживайте. Задача Алмазного огранщика в том и состоит, чтобы помочь нам прорваться через это. Секрет истинного устройства вещей, секрет достижения настоящего и непреходящего успеха в повседневной жизни и коммерческих начинаниях запрятаны глубоко, и открыть их без серьёзных усилий нелегко. Но это открытие стоит таких усилий.

Можно сказать, что мы с вами собираемся отправиться в путешествие по совершенно неизведанным землям – ведь этот новый подход к идеям управления нашим бизнесом и нашей жизнью никогда ещё не был описан в современной литературе такого типа. Чтобы облегчить нашу задачу, послушаем немного о том, где и когда проповедовали эту мудрость.

Для начала обратимся к первоисточнику – самому Алмазному огранщику. Время – более двух тысяч лет назад, место – древняя Индия. Богатый человек, принц по имени Сиддхартха, завоёвывает сердца жителей своей страны, подобно тому, как это сделает пять столетий спустя плотник по имени Иисус. Принц вырос в богатстве и роскоши дворца, но после того как увидел человеческие страдания – после того как понял неизбежность расставания с самыми дорогими для нас предметами и людьми, – он покинул дворец и в одиночестве отправился на поиски причин, вызывающих наши страдания, и способов устранить эти причины.

И он достиг полного понимания этого, и стал учить людей своему пути. И многие покинули свои дома, чтобы следовать за ним, соглашаясь вести простой образ жизни – жизнь монаха, свободного от собственности. И были их мысли свободны от бремени забот о том, что и кому принадлежит.

Много лет спустя один из учеников рассказал о том, как впервые была изложена проповедь Алмазного огранщика. Он называет Будду, своего Учителя, Победоносным.

Фраза: «Я слышал, как Будда говорил эти слова однажды» – обычное начало древних книг мудрости, многие из которых были записаны гораздо позже того, как Будда покинул этот мир. Люди в те дни очень хорошо умели запоминать с первого раза наставления великих учителей.

Слово «однажды» многозначительно. Во-первых, оно характеризует необычайно высокий уровень интеллекта, которым обладал простой народ древней Индии; об этом говорит тот факт, что они не только могли наизусть со слуха выучить проповедь, но и понять её сокровенный смысл. Во-вторых, это слово показывает, что Алмазный огранщик прозвучал только один раз, а значит, заключённая в нём мудрость – знание о том, что реально приводит всё в движение, – это редчайшая драгоценность нашего мира.

В своём комментарии к Алмазному огранщику Чоней Лама подробнее рассказывает о том, как и когда прозвучало это великое учение. Жирным шрифтом показаны цитаты из Алмазного огранщика, которые он вставил в свой текст.

Смысл этих вступительных строк Алмазного огранщика очень важен. Будда собирается дать своё учение собранию монахов, которые решили, подобно ученикам Иисуса, оставить свои обычные занятия и посвятить свои жизни изучению буддийского пути. Но причина, по которой передача учения вообще состоялась, заключается в том, что нашлись могущественные богатые люди, которые сделали это возможным.

Власть царей древней Индии была движущей силой экономической и политической жизни управляемых ими стран, эта власть является не чем иным, как точным эквивалентом современного мирового бизнес-сообщества. Когда в наши дни мы говорим о Будде и буддийских идеях, то чаще всего рисуем себе экзотического гражданина восточной национальности с шишкой на макушке, а если нам приходилось видеть китайские статуэтки, то ещё и с улыбкой до ушей и большим животом. А теперь представьте себе высокого изящного принца, который неспешно путешествует по стране и со знанием дела, убеждённостью и состраданием проповедует идеи, которые каждый человек может использовать, чтобы достичь жизненного успеха и сделать саму эту жизнь осмысленной.

И его последователи – это не просто бритоголовые нищенствующие монахи, сидящие скрестив ноги перед голой стеной и бубнящие ОМ. Возможно, величайшими мастерами буддизма в древние времена были именно члены царского рода, обладающие вдохновенным азартом и талантом управлять целыми странами и их экономикой. Есть, например, великое буддийское учение под названием «Калачакра», или «Колесо Времени», – за последние несколько столетий оно передавалось в особом кругу каждым далай-ламой Тибета. Так вот, в самом начале Будда учил ему древних царей Индии, то есть личностей выдающейся интуиции и необыкновенных возможностей, которые, в свою очередь, передавали его по царской же линии на протяжении многих поколений.

Я завёл здесь этот разговор, чтобы обратить ваше внимание на обычное заблуждение, касающееся не только буддизма в частности, но и внутренней духовной жизни каждого вообще. Буддизм всегда учил, что есть время и место для того, чтобы вести уединённую жизнь монаха, отрешиться от мира с целью научиться быть ему полезным. Но мы должны служить миру, а раз так, то для этого мы должны жить в этом мире.

В те годы, когда я занимался коммерцией, мне довелось столкнуться с большим числом воротил бизнеса, которые раскрыли мне невероятные глубины своей внутренней духовной жизни. В первую очередь это касается алмазного дилера по имени Дхиру Шах из города Бомбей, название которого недавно исправлено на более точное Мумбай. Если вы взглянете на г-на Шаха, сходящего по трапу самолёта в нью-йоркском аэропорту Кеннеди, то увидите смуглого низкорослого очкарика с редеющими волосами и застенчивой улыбкой. Он проберётся сквозь толпу, подхватит свой небольшой потёртый чемоданчик, затем возьмёт такси и отправится в самый скромный отель Манхэттена, где на ужин неизменно съест несколько ломтиков хлеба домашней выпечки, приготовленного и заботливо уложенного в сумку его любящей женой Кетки.

На самом же деле г-н Шах – наиболее влиятельный скупщик бриллиантов в мире, ежедневно приобретающий тысячи камней для «Андин». И всё же он, без лишних слов, высочайшая духовная личность из тех, что я когда-либо встречал. Не торопясь, год за годом, он раскрывал для меня богатство своей внутренней жизни.

Г-н Шах исповедует джайнизм – древнюю религию Индии, которая зародилась в ту же эпоху, что и буддизм, около двух тысяч лет назад. В вечерней тишине мы вместе усаживались на холодный пол храма в его квартале; простой, но изящной конструкции, этот храм был настоящим уголком спокойствия посреди бомбейского хаоса. Служители неспешно двигаются перед алтарем в прохладном полумраке внутреннего святилища, на их лицах отблески приглушённого красного света небольших масляных ламп, которые они возжигают в честь своего бога.

Женщины в мягких ниспадающих шёлковых одеждах молча входят и прикасаются к земле в глубоком поклоне, затем так же молча садятся для молитвы. Детишки, перешептываясь, переходят от статуи к статуе, глядя вверх на тысячи изображений святых. Коммерсанты, оставив свои портфели и обувь у подножия паперти, в благоговении поднимаются к порталу храма, чтобы войти и расположиться для своей внутренней беседы с Махавирой.

Вы можете долго сидеть в этом храме, пребывая в благодати; вы можете совершенно позабыть о времени, о том, какой сегодня день недели, о том, что вам пора вставать и идти домой, и даже забыть об Оперном театре.

Оперный театр – имя нарицательное для обозначения алмазного бизнеса в Индии, где в грязных кирпичных домах и многоэтажных офисах стоимостью несколько миллионов долларов работает порядка полумиллиона человек, ограняя бóльшую часть мирового оборота алмазов и снабжая своей продукцией клиентов в Америке, Европе, Ближнем Востоке и Японии. Оперный театр – это на самом деле всего лишь два ветхих здания в дебрях Бомбея, одно в шестнадцать, а другое в двадцать пять этажей, названное так, потому что неподалёку находится столь же ветхое здание старой оперы.

Чтобы попасть туда, вы приезжаете в полуразвалившемся авто к невероятно переполненной парковке, затем чудом проталкиваетесь, выискивая лазейки, через плотную толпу начинающих алмазных дилеров, выкрикивающих друг другу предложения и контрпредложения и размахивающих потрёпанными бумажными пакетами с горсткой крошечных алмазов внутри. Потенциальные партнёры – продавцы, стоящие лицом к лицу с покупателями, – тыкают друг друга в ладони, на немом языке этой особой распальцовки обсуждая цену, при которой сделка состоится.

После того как вы прорвались через эту мелкую рыбешку, вы пробиваетесь через толпу, осаждающую один из работающих сегодня еле живых лифтов. (Здесь всегда нужно выбирать: либо поехать на лифте с риском застрять на несколько часов между этажами, когда опять вырубят электричество, либо преодолеть около двадцати пролетов лестницы пешком, проклиная бомбейскую жару и влажность, насквозь пропитавшую потом вашу свежую новую рубашку.) Далее следует ритуал открывания экзотической комбинации старинных индийских замков, электронных детекторов движения и навороченных акустических датчиков – и вот вы в офисе.

Здесь всё по-другому. В офисах побольше – везде мрамор: мрамор на полу, мрамор на стенах, мрамор по всей ванной комнате и шедевры утончённой античной резьбы на мраморных подставках, привезённые из бельгийского филиала. Арматура в туалете вызолочена, а унитаз представляет собой невероятную комбинацию западного стульчака с восточными подставками для ног по бокам, чтобы при желании можно было по-индийски усесться на корточки.

За внутренними закрытыми на замок дверьми располагаются тихие кондиционированные комнаты с длинными рядами юных индийских леди, одетых в свободные сари, излюбленную одежду женщин Индии на протяжении последних тысячелетий. Они неслышно сидят под флуоресцентными лампами с точно подобранной длиной световой волны, перед каждой девушкой лежит аккуратная горка алмазов, стоимость которой может достигать ста тысяч долларов. Рука с остроконечным пинцетом выскальзывает из складок сари, подхватывает из горки очередной алмаз, подносит его к ювелирному увеличительному стеклу, вроде монокля, прижимаемому к глазу другой рукой, и грациозным жестом укладывает на подкладку из тонкой бумаги в одну из пяти-шести меньших кучек, так сортируя их по классу и цене.

В комнате слышны лишь тихое шуршание пинцета по бумаге да лёгкое постукивание алмазов, укладываемых в соответствующую горку. Эта картина везде одна и та же, будь то Нью-Йорк или Бельгия, Россия или Африка, Израиль или Австралия, Гонконг или Бразилия.

Как-то раз мы выезжали за город, чтобы увидеть, как на самом деле в Индии режут камни. Огромное количество алмазов ограняют на дому при участии всей семьи. Необработанное алмазное сырьё из крупных алмазных компаний Бомбея ежедневно развозится по сельской местности через широкую сеть посыльных с крошечными сумками, путешествующих на поезде, автобусе, велосипеде, а то и просто пешком. Камни возвращаются тем же способом, заканчивая свой путь в одной из сортировочных комнат, а затем в металлической коробочке препровождаются курьером компании по перевозке ценных грузов «Бринкс» на ежедневный авиарейс в Нью-Йорк.

Навсари – это типичный город огранщиков в штате Гуджарат, области на север от Бомбея, с наибольшей концентрацией алмазных фабрик. Рабочие стекаются в Навсари со всей страны в надежде получить самую стабильную работу в Индии. Они нанимаются, скажем, на шесть месяцев, обычно до одного из больших религиозных праздников вроде Дивали. Затем получают праздничную премию и на следующий день отправляются назад, порой за тысячи миль, чтобы несколько недель побыть со своей женой и детьми и вложить деньги в соседский урожай кукурузы. Потом снова пакуют небольшую сумку и возвращаются на фабрику, на очередную полугодовую вахту.

Покупка алмазов в Навсари не похожа ни на одну другую во всём мире. Представьте, что вы пытаетесь протиснуться сквозь толпу, запрудившую целую милю-другую грязной улицы в центре индийского городка. Все орут, каждый крикун сжимает в руках маленький клочок бумаги, в который завернута пара алмазов размером чуть больше, чем точка в конце этого предложения. Камни ещё покрыты шлифовальной смазкой, делающей их тускло-серыми, но на ярком солнечном свете только дурак – или хорошо обученный индийский дилер – попытается купить такой алмаз, не имея возможности отличить чисто белый (очень дорогой) от ярко-жёлтого (можете сразу выбросить).

Машины с обеих сторон прокладывают себе дорогу сквозь сплошную человеческую массу, автомобильные сирены надрываются. Солнце бьёт в голову. Тончайшая пыль, покрывающая вашу рубашку, смешивается с потом, превращаясь в коричневую пасту. Уличные мальчишки на четвереньках ползают буквально между ног у дилеров в надежде отыскать случайно оброненный кусочек алмаза; они похожи на кур, роющихся в земле в поисках зерна.

Самые окраины индийской алмазной империи лежат ближе к Бхавангару, недалеко от западного побережья Аравийского моря, там, где начинаются пустыни Раджастана и стоит Джайпур – город алмазных дилеров, выстроенный из розового песчаника. Дхиру Шах повёз меня туда на разболтанном индийском самолёте, и вот мы уже в машине на пути к самому священному месту для джайнов – горе Палитана.

Остановившись у последней алмазной фабрики на границе с пустыней, размером не более виллы, пьём сильно ароматизированный индийский чай из маленьких чашечек, а ребятишки и экзотические женщины из прислуги выглядывают из-за черепичных стен и навесов, хихикая и смотря во все глаза на белого человека, впервые за долгие годы проходящего этой дорогой. Мы покидаем этот дом и последнюю фабрику, оставив суету позади, как бы уходя от своего бизнеса к подножию священной горы в поисках внутренней жизни.

Ночуем в скромном постоялом дворе у подножия горы. Его построили по своему вкусу добровольцы из числа наших собратьев по алмазному бизнесу, чтобы приезжать туда всякий раз, когда возникает осознание такой духовной потребности. Перед самым рассветом Дхиру молча приводит меня в особый внутренний двор, откуда начинается тропа к вершине. На каменных стенах вырезаны молитвы двадцати пяти веков, здесь мы оставляем обувь, ибо восхождение по этой каменной тропе должно быть совершено босиком в знак уважения к святости этого места.

Мы в предрассветных сумерках двигаемся вперёд вместе с тысячами пилигримов. Воздух прохладен. Впадины, протёртые в камнях под нами, напоминают о том, что, выходя каждым утром в течение столетий, миллионы ног взобрались на гору этим путём. Восхождение длится несколько часов, но их почти не ощущаешь, окружённый со всех сторон возвышенными мыслями и молитвами паломников, надёжными как скала под ногами.

И вот мы на вершине и вступаем под сень небольших, вырезанных из камня храмов, святилищ и алтарей, ещё более тёмных внутри, чем темнота снаружи. Мы просто движемся вслепую на ощупь, садимся, где придётся, и застываем в медитации на холодных камнях. Света нет, едва слышны беззвучные молитвы. Чувствуешь не только дыхание и стук сердца тысяч людей вокруг, но и охватившее всех ожидание.

Все паломники, обратившись лицом на восток, сидят на склоне вершины, обращённом к равнинной части Индии. Тьма в закрытых для медитации глазах начинает едва заметно отступать; вскоре появляются розовые, затем шафрановые и вот, наконец, золотисто-бронзовые тени поднимающегося индийского солнца. Мы остаемся, мы все остаемся в медитации, каждый обдумывает свою жизнь и то, как он будет теперь жить после возвращения.

Никто не брал с собой воду или пищу, это было бы почти кощунством по отношению к горной святыне. Нам пора вставать, и вот, совершив поклонение храмам, мы начинаем вприпрыжку спускаться к подножию. У всех теперь приподнятое настроение, ребятня хохочет и убегает вперёд. Первый раз в своей жизни вы понимаете, какое это всё-таки чудо – обувь, потому что ваши непривычные к камням ноги начинают всё больше опухать и кровоточить. И тем выше вы оцениваете это великое изобретение.

И только тогда я узнаю, что Дхиру Шах, этот весёлый маленький темнокожий алмазный дилер, провёл первые годы своей жизни у ног духовных наставников на этой самой горе. И только потом я узнаю, что во время его визитов в Нью-Йорк на совет директоров иностранных филиалов он, похоже, соблюдает пост и глубокой ночью совершает молитвы в своём маленьком гостиничном номере над сверкающими огнями Таймс-сквер. Его офисы в Бомбее излучают тепло семейного очага; он заботится о каждом из своих служащих как о сыне или дочери, одним помогая оплатить свадебную церемонию, а другим – похороны близкого человека. Через него целыми днями проходят сделки на миллионы долларов, а он озабочен тем, чтобы не взять себе ни цента, если тот предназначен для других целей.

Дома он столь же хорошо руководит своей собственной семьёй. В те годы, пока я тесно сотрудничал с семьёй Шах, они жили в крохотной квартирке на третьем этаже небольшого тихого дома в местечке под названием Виле-парле. Г-жа Шах была состоятельной и до замужества, а Дхиру (вступивший в брак, уже имея сына по имени Викрам) прибавил к её богатству своё, и люди вокруг стали назойливо призывать их переехать в апартаменты побольше. Дети, мол, растут, и им требуются собственные комнаты. Но семья продолжала жить, как жила годами: дед оставался в отдельной удобной комнате с входом через кухню, окружённый всеобщей заботой и уважением; остальные, посмеиваясь, устраивались на ночлег под звёздами, тесно сдвигая свои постели, чтобы поместиться на балконе и во сне наслаждаться ночным воздухом и ароматами цветущих деревьев. И даже когда наконец была достроена их многокомнатная квартира в элитном районе города, всё закончилось тем, что спать они стали вместе в угловой комнатке. В тесноте, да не в обиде! И они счастливы.

Я это вот к чему. У американцев, не исключая меня самого, всегда был очень циничный взгляд на отродье, которое мы называли «бизнесмены», и когда в 60-е годы я подрастал, это слово в чей-либо адрес звучало почти как оскорбление. Стереотип бизнесмена был такой: волчара, одетый в подчёркнуто деловой костюм, со слишком быстрой речью, живущий только ради денег и готовый на всё ради денег, равнодушный к нуждам окружающих его людей. Только представьте себе этот портрет!

Но мир бизнеса сегодня – это, без сомнения, обширное объединение самых талантливых людей страны. В них есть то, что в Америке называют драйв, а во Франции – кураж; они обладают способностью делать именно то, что нужно для успеха любого предприятия, причём делают это как никто другой. Их работа автоматизирована и отлажена как часовой механизм, они постоянно улучшают продукцию, постоянно сокращают свои временные и денежные затраты. Они уверенно идут по пути новаторства и повышения эффективности, как никто в нашем обществе.

Бизнесмены – это содержательные, гибкие, основательные и проницательные люди.

Другие здесь просто не выживают, ибо бизнес требует особой чистоты человеческой породы, у него свой собственный естественный отбор. Никто не будет слишком долго терпеть тебя на любой должности, если ты работаешь непродуктивно. И владельцы, и руководство, а ещё чаще твои собственные коллеги изгоняют тебя из своей среды, если тебе не удаётся внести свой вклад в производство. Я неоднократно наблюдал такой процесс: это похоже на отторжение организмом инородного тела.

Самые выдающие бизнесмены обладают богатым внутренним миром: их духовный голод – потребность в истинной духовной жизни – такой же, как у нас, только ещё сильнее. Много чего повидав, они лучше понимают мир, чем большинство из нас; они прекрасно знают, что он может дать им, а чего не может. Они требуют логики в духовных вещах, они требуют, чтобы метод и результаты его применения были чётко определены, как ясны и понятны условия любой коммерческой сделки. Часто эти люди выпадают из активной духовной жизни, и это вовсе не потому, что они жадные или ленивые, просто ни один из путей не отвечает их требованиям. Алмазный огранщик как будто специально создан для таких людей – талантливых, крепких и здравомыслящих.

Никогда не соглашайтесь с идеей, что у активно работающего коммерсанта нет возможностей, времени или личных качеств, которых требует настоящая духовная жизнь, или с мыслью о том, что глубокая внутренняя работа якобы противоречит карьере бизнесмена. Мудрость Алмазного огранщика гласит, что именно люди, способные к бизнесу, обладают достаточной внутренней силой для быстрого восприятия и осуществления глубочайших духовных практик.

Эта мудрость хороша для людей, с таким же успехом хороша она и для бизнеса. И это совершенно не противоречит внутреннему смыслу слов Будды. В Америке именно бизнес-сообщество возглавит незаметную, но неизбежную революцию во взглядах на то, как вести дела на работе, да и в жизни, используя древнейшую мудрость для достижения целей современного мира.

Итак, в заключение давайте послушаем, как Будда проснулся и приступил к работе в тот день, когда он проповедовал искусство Алмазного огранщика.

Итак, теперь мы готовы снизойти к презренному металлу. Согласитесь: вы хотите стать профессионалом в бизнесе, чтобы добиться успеха в жизни, но инстинкт настойчиво подсказывает вам, что ваша жизнь будет неполной, если в ней нет духовности. А вам ведь хочется и миллион сделать, и в медитации преуспеть.

Секрет заключается в том, что для достижения ощутимого успеха в бизнесе непременно сталкиваешься с необходимостью глубоких внутренних постижений из числа тех, что сопутствуют духовной жизни. Вот как можно капитал приобрести и невинность соблюсти. В этой главе мы всесторонне рассмотрим потенциал, заключённый во всех вещах – то, что буддисты называют «пустота», – но пока прошу вас не удивляться этому странному названию и не пытаться постигнуть его второпях. Скажу только, что здесь его смысл не совпадает с привычным, а обозначает не что иное, как секрет любого успеха.

Хорошей отправной точкой может стать удивительный диалог между Буддой и его учеником Субхути:

После таких слов начинает казаться, что Алмазный огранщик уплывает куда-то в свой мир по имени «Полная бессмыслица», под которым буддизм, к сожалению, известен в нашей культуре. Однако он всё что угодно, только не это.

Давайте посмотрим, что здесь говорится и почему, и попробуем понять, как это вообще может иметь применение в нашей коммерческой жизни. А применение иметь оно действительно может, ибо слова этого диалога хранят подлинные секреты полного жизненного успеха.

Этот разговор означает вот что.

В предыдущей главе мы говорили о скрытом потенциале всех вещей – о том, что буддисты называют «пустотой». Мы ясно увидели: ничто из того, что случается с нами, не является по сути хорошей или плохой вещью, иначе все остальные воспринимали бы это так же, как мы. Например, раздражающий вас коллега производил бы на всех и каждого точно такое же впечатление, как и на вас, если бы его «раздражательность» была чем-то внутренне присущим ему и излучалась бы из него по всей комнате. На самом деле почти всегда находится кто-нибудь, кто считает такого человека хорошим и привлекательным.

Из достоверности этого факта, следуют два вывода:

1. Этот человек не обладает внутренним качеством быть раздражающим или приятным. Сам по себе он «чист», «нейтрален» или «пуст».

2. Причина, по которой лично мы считаем его раздражающим, должна приходить откуда-то ещё.

И откуда же она приходит? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо выявить особые принципы развёртывания скрытого потенциала вещей и использования этого потенциала для достижения успеха в работе и в личной жизни. Вот что Будде пришлось сказать в Алмазном огранщике о том, как сделать бизнес совершенным и жизнь совершенной – о том, как создать совершенный мир, или рай.

Великий учитель Чоней Лама разъясняет эти таинственные строки таким образом:

Будда продолжает, разъясняя свои слова в следующих строках Алмазного огранщика:

Давайте считать «совершенный мир» «совершенным бизнесом». Отметим, во-первых, что будет неверно утверждать, что совершенный бизнес мог когда-либо существовать сам по себе. Ни книга, ни приобретение здания, ни эта сволочь, что отравляет вам жизнь на работе, – ничто из этого, ничто вообще, не исходит само из себя. Ничто из этого не будет ни плохой, ни хорошей вещью по своей внутренней сути, иначе все и каждый видели бы во всех вещах одно и то же.

Но люди видят разное. И потому вещи чисты, нейтральны, или, как говорят буддисты, «пусты». И всё же мы действительно считаем одни вещи хорошими и действительно считаем другие вещи плохими. Но если такое восприятие исходит не изнутри самих этих вещей, то откуда же оно приходит? Если мы разгадаем эту загадку, то, возможно, сумеем заставить вещи оказываться такими, какими мы их хотим.

Достаточно поразмыслить несколько мгновений, и становится вполне очевидно, что тот или иной взгляд на вещи исходит от нас самих. Считаем ли мы своего коллегу раздражающим или привлекательным, есть вопрос нашего собственного восприятия. Это доказывается тем фактом, что другие сотрудники смотрят на этого человека иным, порой даже противоположным образом.

Как же так случилось, что вещи происходят из нас самих? И как мы можем использовать это явление с пользой для себя?

Думаю, что самое важное, о чём надо поговорить вначале, – это то, как эти вещи не происходят из нас самих.

Легко сказать, что наш взгляд на других людей и другие вещи исходит из нашего собственного сознания, наших собственных ощущений. Но при этом совершенно очевидно и очень неприятно, что это вовсе не означает, что мы можем управлять формированием своего восприятия по собственному желанию. Нет ни одного бизнесмена в мире, который хотел бы своего краха, который желал бы обанкротиться и видеть страдания своих разочарованных работников, неоплаченных поставщиков, огорчённых жён и детей.

В какой-то степени верно, что наше восприятие банкротства рождается в нашем же сознании, но из этого не следует, что устранить банкротство можно простым желанием избавиться от него. Что бы ни заставляло нас видеть вещи тем или иным образом, оно принуждает нас силой, не оставляя нам выбора, независимо от нас, несмотря на то, чего мы хотим в настоящее время.

Отсюда мы должны перейти к буддийской идее отпечатков в уме – истинному значению слова «карма». Но поскольку вокруг этого понятия развелось столько неправильных толкований, давайте в нашем разговоре придерживаться термина «ментальные следы, оттиски или отпечатки».

Представьте, что ваш ум – это видеокамера. Ваши глаза, уши и всё остальное – это линзы, через которые вы смотрите наружу. Почти все рукоятки и кнопки, определяющие качество записи, привязаны к намерению, то есть к тому, чего вы желаете и почему. Как же происходит запись? Как оттиски успеха или провала коммерческих предприятий запечатлеваются в нашем уме?

Давайте поговорим об идее ментальных отпечатков в целом. Представьте, что ум – это кусок очень чувствительного пластилина. Всякий раз, когда он входит в соприкосновение с чем-нибудь в прямом или переносном смысле, эта вещь оставляет на нём свой отпечаток. Но у этого пластилина есть и другие удивительные качества.

Прежде всего он полностью чист и нематериален, совсем не то что наши тела и всё, что создано из плоти и крови.

Буддизм не принимает идею о том, что мозг и есть ум, хотя частично ум может, в некотором смысле, пребывать вблизи и вокруг мозга. Но ум простирается и до кончиков пальцев руки: вы чувствуете, когда кто-то к ним прикасается, и это именно ваш ум чувствует прикосновение. Более того, если я спрошу вас, что вкусненького найдётся в вашем домашнем холодильнике, ваш ум обратит туда свой взор – ваша память извлечёт из себя представление о тех продуктах, которые, возможно, уцелели там после завтрака. Таким образом, ваше сознание через посредство рассудка и памяти, можно сказать, совершает путешествие далеко за физические границы вашего внутреннего мира, вашего физического тела, уйдя совершенно в другое место. А если я предложу вам вообразить далёкие звёзды и другие галактики, где тогда окажется ваш ум?

Ум-пластилин обладает ещё одним интересным качеством. Представьте, будто он тянется, вроде длинной макаронины, вдоль всей вашей жизни от её первого момента до последнего (а может быть, и дальше в обе стороны, но мы сейчас не будем в это углубляться). Другими словами, он простирается во времени. Следы, отпечатанные на таком уме в первом классе – азбука, например, – остаются в нём, что позволяет вам читать слова и во втором классе, и сейчас.

На Западе мы не очень привыкли говорить о процессе обучения как о «целевом насаждении ментальных отпечатков», но если поразмыслить, мы посылаем своих детей в школу именно за этим. Мы ожидаем, что учитель в первом классе сумеет посеять «разумное, доброе, вечное» в виде ментальных отпечатков в уме нашего балбеса, и надеемся, что эти всходы останутся там, когда он поступит в медицинскую школу, и нам в старости не придётся рассчитывать на одну только пенсию. Мы полностью признаём идею ментальных отпечатков, хотя совсем не задумываемся над тем, как всё это функционирует, – почему, например, наш мозг не увеличивается в размерах, когда мы становимся старше, ведь ему приходится вмещать в себя весь этот накопленный с годами хлам.

Давайте поговорим о тех видах отпечатков, которые заставляют нас считать на самом деле «чистые» или «нейтральные» (или «пустые») вещи хорошими или плохими. Я надеюсь, что вы уже достаточно прочли в этой книге о природе «пустоты», чтобы осознать, что она не имеет ничего общего с «отсутствием смысла», или «чёрными дырами», или попытками представить себе «ничто», или другими подобными заблуждениями. «Пустота» означает только то, что хорошие и плохие вещи, которые с нами происходят, не содержат сами по себе качества быть плохими или хорошими.

Эти следы «хороших» или «плохих» переживаний укореняются тремя различными путями: когда мы делаем что-то, говорим что-то или даже когда мы думаем о чём-то. Наш встроенный видик – наш ум – включён всё время: один из умственных уровней постоянно пишет на кассету всё, что мы ощущаем через линзы глаз, ушей и т. д., включая сами мысли. Когда вы видите, как выручаете своего сотрудника, переживающего трудные времена, в вашем уме появляется хороший отпечаток. Когда вы видите, как пытаетесь совсем чуть-чуть обмануть своего покупателя или поставщика, в уме возникает плохой отпечаток.

От положения рукоятки регуляции намерения на камере более всего зависит, насколько сильным, или глубоким, станет отпечаток. Если вы помогаете сотруднику не потому, что так уж заботитесь о нём, а в основном из-за того, что его проблемы отражаются на производстве и ваших доходах, то положительный отпечаточек в вашем уме будет почти незаметным. Если вы выручаете его, потому что понимаете, что эта проблема действительно делает его несчастным, то хороший отпечаток выйдет намного сильнее. А если вы помогаете ему, потому что осознаёте, что черта между «я» и «ты» проведена искусственно, что рана одного из нас причиняет боль всем, – короче, если видите себя сражающимся с нашим общим врагом, человеческим несчастьем, – тогда отпечаток будет самым мощным из всех возможных.

Есть и другие настройки, которые стоит учитывать. Во-первых, это эмоции. Если вы решили надуть своего покупателя, ещё и сильно разозлившись на него, то чувство гнева сделает отрицательный отпечаток в вашем уме настолько же сильнее.

Далее следует то, что мы называем «правильное опознавание». Если вы надули покупателя по ошибке, например неправильно прочитав цену на экране компьютера, то соответствующий отрицательный след будет намного слабее, чем если вы ясно понимали бы, что называете неверную цену.

Условия, или обстоятельства, которые окружают субъект, по отношению к которому вы совершаете действие, также играют важную роль в определении того, насколько сильным будет отпечаток.

После двух-трёх лет работы в бизнесе по купле-продаже больших пакетов с полированными алмазами я решил, что смогу оценивать алмазы лучше, если буду понимать, как их гранят. И вот я стал стучаться в двери маленьких запрятанных гранильных мастерских – это вам не алмазные лоточники с 47-й улицы, – пытаясь найти того, кто мог бы меня научить.

Я разыскал одного из самых известных огранщиков; насколько помню, он в то время работал над одним из самых больших ограненных алмазов в мире, «фантазийным» камнем канареечного цвета весом свыше 400 карат, который был куплен ювелирной сетью Zales. Он сказал, что иногда я могу приходить к нему и смотреть, но это были только слова. (Кстати, «фантазийными» называются алмазы природной окраски – ярко-желтые, бурые или синие, как, например, Алмаз Хоупа.)

Я наткнулся на нескольких южноафриканских огранщиков и провёл с ними несколько дней, но у них было слишком шумно. Проблема была ещё и в том, что мне нужно было найти того, кто мог учить меня довольно-таки поздно, почти по ночам, потому что мы по-прежнему продолжали вкалывать на износ, занимаясь налаживанием бизнеса в «Андин». Так я столкнулся с Сэмом Шмулевым.

Шмуль, как мы его называли, был ещё одним настоящим джентльменом в алмазном деле. Его жена Рэчёл была моей правой рукой в «Андин» и чуть ли не главной причиной успешной работы нашего отдела. Шмуль согласился обучать меня по ночам и в воскресенья. Одной из причин этого стало то, что многие алмазные дилеры в Нью-Йорке являются ортодоксальными евреями, которые чтят шаббат – субботу, и никого на 47-й улице, если он религиозен, не заставляют работать в этот день.

Переступив порог гранильной мастерской в первый раз, я почувствовал себя как Данте, которого Вергилий водит по кругам ада. Шмуль буквально за руку притащил меня к почти незаметной входной двери между двумя облицованными мрамором небоскрёбами на улице, ясное дело, Сорок седьмой, к маленькому лифту. Тот еле поднял нас где-то на десятый этаж и с облегчением выпустил в едва освещённый узкий коридорчик с узкими же дверями по обеим сторонам. Каждая из этих обшарпанных ветхих дверей была тем не менее снабжена внушительными, сверкающими новизной, экзотическими замками и засовами. Большую часть дверей украшало пять-шесть дешёвых рукописных табличек; позже я узнал, что это были различные «псевдонимы», под которыми могло работать какое-нибудь предприятие скромного алмазного торговца с именем типа Бенни Аштар, численностью в один человек.

По мере того как мы приближаемся к странной входной двери, всё громче и громче становится слышно высокое комариное пение, как будто подходишь к огромной пещере, в которой, запертые как в ловушке, тучами вьются миллионы этих тварей. Сама эта громадная металлическая дверь представляет собой некое хитроумное сооружение стального серого цвета без номера и вообще без каких-либо табличек. Высоко над дверью, из-под самого потолка, своим всё(не)видящим оком на нас таращится видеокамера слежения.

Шмуль нажимает на кнопку звонка, и мы ждём.

Никакой реакции.

Он нажимает ещё и ещё, и наконец из-за двери раздаётся крик: «И уже хто там?»

Камера-то, ясное дело, как всегда, не работает – ни у кого нет ни времени, ни желания её чинить.

«Шмуль!» – «Таки о’кей». – И вы слышите, как отпираются бесчисленные замки, щеколды, запоры, цепочки, задвижки, крючки, защёлки, засовы, – наконец дверь со скрипом открывается.

Шум вырывается наружу, влетает вам в уши, заполняет голову. Такое ощущение, что получасовая какофония прогулки по нью-йоркской улице – визг тормозов, завывания клаксонов, грохот отбойных молотков – сжата в несколько аккордов. Шмуль проходит вперёд под первыми пристальными взглядами хозяина мастерской – «Вэй, всё в ажуре, он со мной» – и тащит меня через «западню» (которая тоже сломана) в саму мастерскую.

Одна-две головы на границе, за которой начинается уже просто сплошной шум, поднимаются и, оценив ситуацию – вроде не ограбление и не покупатель, – сразу опускаются обратно, спеша удостовериться, что алмаз едва ли в микрон не сошлифовался на нет, пока они вертелись.

Комнату перегораживают с пяток длинных и узких, как ребра, столов. Каждый стол снабжён тремя-четырьмя вращающимися металлическими кругами, и перед каждым кругом сидит на высоком стуле огранщик, склонившись над своим камнем. Места располагаются с обеих сторон для экономии ценнейшего офисного метража – чуть ли не самой дорогой недвижимости в мире, поэтому одного огранщика отделяет от другого, сидящего наискосок, всего несколько футов. Проводя на стуле от десяти до четырнадцати часов, вы видите только лица парней наискосок, – хорошо ещё, если с ними есть о чём поговорить.

Такого освещения, как на алмазном производстве, нет больше нигде. Когда коричневатая оболочка необработанного алмаза обдирается до получения прозрачной зеркальной грани, мельчайшие частицы алмаза откалываются и смешиваются с очищенным маслом на поверхности металлического гранильного круга. Из-за невероятно высокой скорости круга крошечные песчинки прозрачной алмазной пыли и капли масла разлетаются по воздуху, эта липкая дрянь летит в ближайшую стену или вашего коллегу, где и оседает.

Поэтому здесь каждый дюйм серый, тускло-серый. В серой-серой комнате с серыми-серыми стенами и полом сидят серые-серые огранщики в серых-серых рубашках, брюках и ботинках, с серыми-серыми руками и серыми-серыми лицами. И даже окна здесь серые. Можно побывать на тысячу футов под землей или на сороковом этаже сверкающего снаружи стеклом нью-йоркского небоскрёба (где полно алмазных цехов), но так и не увидеть отличия подземного освещения от серой мглы, пробивающейся через окна. Не перестаю изумляться, глядя, как из тёмных преисподних появляются на свет изысканные ювелирные камни. Это всё равно что смотреть на розовый лотос на пруду возле нашего монастыря в Индии, который вырастает из единственной почвы, дарующей ему жизнь, – смеси ила и грязи. Буддисты обожают эту метафору – Можем ли мы быть как лотос? Можем ли и мы расцветать, поглощая боль и неустроенность жизни, можем ли использовать её несовершенство, чтобы стать одной из редчайших драгоценностей мира – истинно сострадательной личностью?

Шмуль даёт мне несколько необходимых указаний с чего и как начать, а затем усаживает меня на высокий скрипучий стул; слева передо мной Натан, справа Хорхес. Натан – хасидский еврей из Бруклина. Каждый день он приезжает на работу в специальном автобусе; женщины и мужчины в нём сидят по разные стороны друг от друга, разделённые занавеской, и читают молитвы, пока старенький жёлтый школьный автобус, прокладывая себе путь через Бруклинский мост и Чайнатаун, добирается в Район. Натан – счастливчик, у него постоянный контракт с крупным производителем ювелирных изделий на огранку четвертинок (камней весом в четверть карата). Вообще-то это не слишком выгодное предложение – стоимость его труда приближается или даже превышает стоимость готового камня, – но они торгуют высококачественными украшениями, а он запрашивает хорошую цену за стабильное количество. Поэтому если будет по-настоящему много работать, то сможет заработать на жизнь.

Хорхес совсем с другой планеты. Он один из пуэрториканских мастеровых, хорошо известных в алмазном деле: гордый и неуправляемый. Иногда он уходит в запой и не показывается целыми днями, иногда исчезает в Пуэрто-Рико на несколько недель и вдруг возвращается на работу как ни в чём не бывало, как будто ходил пить кофе. Но его золотые руки! Ни у кого нет таких рук, что мелькали бы над гранильным диском как крылья стрекозы, создавая шедевры из абсолютно безнадёжных кусков сырья. Ему доверяют обрабатывать лучшие камни в мире, вот и сейчас в его верных руках двенадцатикаратный алмаз, раскалённый до малинового цвета визжащим железным кругом. Ограненный, он потянет больше чем на пятьдесят тысяч долларов.

Шмуль достаёт старую проверенную гранильную головку из коллекции экзотических инструментов, воткнутых в отверстия по краю его скамьи; возможно, это та головка, на которой учился он сам, настоящий антиквариат, заря алмазного гранильного дела. На конце рукоятки, сделанной из твёрдой качественной древесины, закреплена толстая медная оправка со свинцовым шариком на конце. Мы нагреваем шарик с одного края на маленькой спиртовке, которая всегда у него под рукой, пока свинец не становится мягким. Затем быстрым движением Шмуль вдавливает необработанный камень в свинец, плотно подгоняя его несколькими быстрыми щелчками ногтя.

Совершенная атомная структура алмаза делает его не только одним из чистейших веществ во Вселенной, но и одним из лучших проводников тепла и электричества. Совсем маленький алмазный квадратик, помещённый под чувствительное электрическое соединение – скажем, в крошечный выключатель космического аппарата, – гарантирует, что оно никогда не выйдет из строя из-за перегрева, потому что алмаз отводит тепло лучше любого другого вещества. Поэтому алмазы можно найти в лучших изделиях NASA. Я помню большой камень, который они заказали в соседней фирме, – они требовали, чтобы он был почти безупречным и большого диаметра. Он был вырезан в форме диска и использовался для защиты внешних линз камеры на спутнике, посылаемом на Марс, ведь алмаз неподвержен почти никакому виду окислительной или другой коррозии. Они даже заказали ещё один такой камень про запас, на случай, если что-то произойдёт с первым. Я и представить не могу, во сколько им всё это обошлось! О чём это я? А, так вот, Шмуль должен был пошевеливаться, потому что алмаз проводит тепло лучше, чем металлы, даже такие, как золото или серебро, и может вызвать неслабый ожог.

На роль моего первого камня Шмуль доверил мне изрядный кусок «борта» – так называют ошибку природы, допущенную при формировании алмаза. Подобное случается, когда вещество алмаза кристаллизуется не вполне правильно и напоминает не лёд, а мутный студень защитного цвета. Эти камни годятся, только чтобы растирать их в абразивный порошок для шлифовки или, на худой конец, чтобы выравнивать, как утюжком, железный гранильный круг в тех местах, где неправильный алмаз с непредсказуемой ориентацией твёрдых слоёв оставил на нём «борозды», или выемки. Необработанный камень весит пару каратов, но стоит меньше десяти долларов, так что нам нечего терять, если я при огранке запорю все его углы.

А углы должны быть идеальными. Алмаз обладает высшей степенью преломления, или рефракции, среди всех природных веществ, что опять-таки объясняется совершенством его атомарной структуры. Рефракция имеет отношение к свойству материала впускать свет, отражать его от задней грани (фацеты), или внутреннего зеркала, насквозь к наружной поверхности и выпускать обратно к наблюдателю. Если угол нижней части слишком острый (глубокая огранка), тогда по законам преломления свет отразится между задними гранями, не поднимаясь наверх, и камень будет казаться безжизненным и тусклым даже нетренированному глазу. Если дно сделано слишком плоским, то свет просто пройдёт насквозь сверху донизу, так же как он проходит через плоское дно граненого стакана, и такой алмаз не будет сверкать, или, как говорят, играть. Потому-то самым трудным навыком, которым должен овладеть новичок, и является умение точно «попасть» в угол нижних граней. Этот угол составляет 40 целых и три четверти и ни на полградуса больше или меньше.

Так вот, Шмуль, учитель от бога, даже не собирается допускать меня к современным ограночным головкам с автоматической установкой угла: начинать я должен не более чем с круглого алмазного булыжника, запаянного в свинец на конце медной оправки. Чтобы добиться нужного угла, приходится наклонять медяшку и удерживать, прижимая к колесу. Несколько микронов алмаза содрано, и мне надо быстро поднести камень к моему ювелирному увеличительному стеклу (лупе) и проверить угол странным инструментом, который выглядит как металлическая бабочка. Фокусное расстояние лупы около дюйма, и это означает, что моё лицо почти полдня приклеено к держащим стекло пальцам. Мне приходится опираться ими на кончик носа, чтобы лупа не дрожала – ни у кого из людей нет такой твёрдой руки, чтобы без дополнительного упора удержать от тряски обнаруженное во время поиска внутри камня угольных пятнышек микроскопическое включение. Это то же самое, что, запершись в маленьком шкафу, искать с микроскопом блох во время землетрясения.

Мне понадобилось около получаса, чтобы осознать, что я смотрю не на включения в алмазе, а, скорее, на кожные поры моего пальца по другую сторону камня. Держать лупу и лекало и головку с камнем, пытаться удерживать пальцы от тряски, глядеть на свет под правильным углом, задерживать дыхание, стараться не слышать визжания гранильных кругов вокруг, причём одновременно, – это, пожалуй, чересчур. Уголком глаза я смотрю на стрелки часов, еле двигающиеся ко времени окончания работы, тем медленнее, чем оно ближе.

Но вот небольшая суета, и я вижу Хорхеса, вернее, его зад (он несколько полноват), ползающего на коленках с носом у самого пола. Как я позже узнал, это обычная поза в алмазном бизнесе, когда кто-то роняет камень. Это выглядит бесподобно: полная комната взрослых людей, многие из которых – фешенебельные миллионеры, рассекающие на четвереньках по полу, хватающие и осторожно разрывающие каждый катышек пыли в надежде найти камень, улетевший с колеса или у кого-нибудь с пинцета. На курсах по сортировке алмазов нас не отпускали домой, пока блудный камень не находился. Один раз нам пришлось задержаться после уроков на три часа – красивый бриллиант приличного размера пролетел через всю комнату и приземлился на уголок преподавательской кафедры, а вовсе не на пол, который мы прочесывали дюйм за дюймом снова и снова.

Так вот, Хорхес всё ползает по полу, сначала вполне тихо, потом всё более шумно, потом слегка матерясь по-испански, и вот уже на полу Натан, а Хорхес смотрит на Шмуля несколько безнадёжным взглядом, который означает: «Мы имеем здесь проблему. Уже становись на все четыре и впрягайся». В течение несколько минут на полу оказываются все. Алмазы на сумму в несколько сотен тысяч долларов зависают над вращающимися с бешеной скоростью кругами в ожидании огранки, пока алмазных дел мастера проявляют свою цеховую солидарность. Потерян двенадцатикаратный алмаз – самый крупный за довольно-таки большой срок.

Мы ищем далеко за полночь. Сначала каждый кусочек поверхности пола, потом подоконники (к счастью, сами окна не открывались годами, поэтому можно было не бояться, что камень упал в руки какого-то алмазного дилера-счастливчика, что в прошлом не раз случалось на 47-й улице). Затем карман рубашек каждого (любимый тайник); затем отвороты брюк; затем ботинки; затем носки; затем за поясом, в штанах, в исподнем, в сумках и коробках, в щелях и трещинах. Мы проверяем даже волосы, у кого они, конечно, есть (маленькие алмазы часто там застревают), но всё безуспешно. Потом мы повторяем всё это ещё раз, потом ещё и ещё. Уже почти светает, когда мы все до одного – ведь не ушёл никто, все остались помочь – сдаёмся, совершенно зайдя в тупик.

Этот случай – пример того, как оттиск в уме может отпечататься особенно сильно, когда что-то доброе или недоброе делается тому, кто в великой нужде. В алмазной отрасли есть страховые полисы, которые покрывают подобные неприятности, но почти никто не может себе их позволить. Хорхесу потребовался бы целый год, чтобы возместить стоимость камня, и вы можете быть уверены, что он выплатил бы всё до копейки, потому что для огранщика это дело чести. Каждый, оставивший свою работу, чтобы помочь ему в поисках, проявил заботу о том, кто попал в беду. Когда речь идёт о таком человеке, действительно нуждающемся в помощи, то отпечаток – хороший, если мы помогаем, и плохой, если проходим мимо, – будет намного глубже.

Кстати, на следующее утро хозяину мастерской позвонил огранщик из соседнего офиса вдоль по коридору с вопросом – не потерялся ли у нас большой камень? Он нашёл его на полу, в углу, где сидит бухгалтер. Так я получил посвящение в абсолютную личную честность почти любого в алмазном мире – это произвело на меня глубокое впечатление. Мы выяснили, что алмаз срикошетил от металлического угла гранильной скамьи, прокатился по полу, нырнул в малюсенькую трещину в плинтусе и, попав через зазор между стеной и полом в такую же трещину в плинтусе, вышел с другой стороны стены. Стоит ли говорить, как был благодарен Хорхес!

Отпечаток будет глубже не только тогда, когда вы делаете что-то человеку, который попал в беду; подобным же образом он усиливается, если вы действуете в отношении того, который вам очень полезен или обладает исключительным авторитетом. Одно дело походя уволить сотрудника, который отработал без году неделю, не сделав никакого серьёзного вклада, и совсем другое – отпустить многолетнего соратника, помогавшего строить компанию, только потому, что он почти выработал стаж ухода на пенсию. Одно дело опоздать с оплатой телефонного счёта, и совсем другое – нарушить устное соглашение с партнёром, который по доброте душевной доверил тебе дорогой свёрток с алмазами.

В алмазном бизнесе существует практика таких соглашений. Вся оптовая торговля алмазами традиционно зиждётся на концепции мазал. Мазал не санскритское слово, это аббревиатура еврейского выражения на идише mazel un b’rachah, означающего «Наслаждайся этим в добром здравии!». Среди алмазных бизнесменов это слово означает «договорились». На самых высоких уровнях алмазного бизнеса большинство работает, исходя из принципа мазал, или устного совершения сделки. Камни на миллионы долларов продаются и покупаются по телефону, иногда людьми, которые никогда в глаза друг друга не видели, и всё это с помощью одного волшебного слова мазал. Как только у вас изо рта вырывается мазал, значит, вы приняли на себя обязательство соблюдать условия сделки любой ценой.

Держать мазал – сердце алмазного бизнеса. Нарушить мазал – неслыханно. Когда продавец и покупатель после яростной торговли оба говорят мазал, это значит, что их договор высечен в граните, и уж как минимум в их сердцах. Нет никаких контрактов, никаких подписей. Вы заплатите ту сумму, которую обещали, в тот день, о котором договорились, потому что вы сказали мазал.

Теперь вы можете представить, что впечатление или отпечаток в вашем уме значительно сильнее, когда вы надругались над самим духом мазала или сделали что-то дурное человеку исключительной репутации. Пример этого содержится в том, что мы называем «подменой», или нарушением системы «memo» – ещё одной священной традиции алмазного ремесла.

Допустим, Дилер А посылает свёрток или маленький бумажный пакет с тремя сотнями однокаратных неоправленных алмазов Дилеру Б на оценку, или консигнацию. У Дилера Б есть несколько дней, чтобы тщательно просмотреть камни и решить, покупать партию целиком, частично или не покупать вовсе. Если он решает покупать всё, то обязательно будет рассчитывать на скидку с общей цены пакета, и размер этой скидки станет объектом жаркой торговли, которая будет потом идти с переменным успехом неделями.

Если Дилер Б решает купить только несколько из камней, предложенных Дилером А в партии, то Дилер А по традиции имеет право запросить большую индивидуальную цену за каждый камень, который Дилер Б решил оставить себе. Это объясняется тем, что стоимость лучшего камня партии обычно намного выше, чем стоимость гадких утят в том же самом пакете, поэтому если вы снимаете сливки, то есть обесцениваете партию, лишая её самых лучших образчиков, то и платить за них должны побольше.

Если теперь предположить, что Дилер Б оказывается низким негодяем, то он может позвонить Дилеру А через несколько дней и сказать: «И что ты думаешь, я только что и делал? Смотрел то добро, что ты прислал – поверить не могу, что ты мне предлагаешь такой drek, в натуре. Присылай своего охранника прямо сейчас, уже пусть всё забирает обратно. Если я вставлю этот стеклярус в кольца, моя Софа в такой бижутерии даже в сортир не пойдёт».

(Drek на идише означает «дерьмо». Если перед вами индийский дилер, подставьте слово karab. Если французский, скажите merde. Ну и так далее. Если вы покупаете камни у кого-то, то они всегда drek. Если вы продаёте камни кому-то, тогда – даже если это тот же самый drek, что вам предложил сегодня утром кто-то ещё, – они уже становятся mitzia, или «сокровище задаром».)

На самом деле в течение нескольких дней Дилер Б самым тщательным образом изучал алмазы Дилера А. Он вытащил парочку самых ценных алмазов и заменил их своими собственными, более низкого качества, но такого же веса. Ведь алмазы похожи на снежинки – нет ни одной пары одинаковых, и никто на свете не упомнит всех «алмазов пламенных в пещерах каменных», особенно если в этих пещерах, как на складе «Андин», скажем, около четверти миллиона алмазов. Шансы, что никто не заметит подмену, велики.

Конечно, по ходу дела мы разработали разные фокусы, чтобы удостовериться, что мы не стали жертвой подобного жульничества. Алмаз слишком твёрд, чтобы можно было взять иголку и нацарапать свои инициалы на своих камнях. Для этого в нашей отрасли служат высокоточные лазеры, позволяющие прожечь крохотный опознавательный номер на боку алмаза, если вам действительно этого хочется. (Это так дорого, что оправдывает себя только для «сертифицированных» и ещё более дорогих камней.) Мы также нашли способы использовать рентгеновские лучи для определения подделок и подмен и научились проверять тысячи камней одновременно в небольшом передвижном рентгеновском аппарате, который размещался в автомобиле и мог быть доставлен куда угодно.

Однако на деле этот выродок из дилеров, который отваживается на подмену, рано или поздно делает какую-нибудь простую ошибку (бесчестность и глупость часто сопутствуют друг другу в одном и том же уме, подобно алмазу и гранату – красному драгоценному камню, который предупреждает старателя о возможном присутствии алмазов). Весть облетает мир за день-два, и внезапно этот дилер отовсюду слышит только: «Нет, именно этих у нас товаров сегодня нет», когда звонит по поводу новой партии.

Здесь всё дело в том, что Дилер Б обманул священное доверие Дилера А. Он нанес убыток человеку, который доверял ему, он попрал институт чести, олицетворяемый понятием mazal, и это ещё в большей степени делает отпечаток его поступка в его собственном уме намного сильнее.

Тот стиль (или манера), с которым вы делаете что-нибудь хорошее или плохое, так же влияет на силу, с который оттиск запечатлевается на пластилине, именуемом вашим умом. Скажем, вы не только опоздали с оплатой поставщикам, но ещё и пытаетесь придумать себе отговорку. Вот самые известные из тех, что я слышал, занимаясь бизнесом:

Конечно, самый известный метод – простое уклонение: снимите все-все телефоны в бухгалтерии с рычагов или (если у вас садистские наклонности) запишите на автоответчик сладкий голос, повторяющий каждые полминуты: «Ваш звонок очень важен для нас! Пожалуйста, подождите ещё несколько секунд, пока наши представители обслуживают других тоже очень ценных клиентов!», добавьте к этому совершенно отвратительный музыкальный фон и будьте уверены, что такой ваш стиль значительно усилил след отрицательного деяния в вашем уме.

Последний фактор, влияющий на то, как отпечатки насаждаются в вашем уме, связан с теми выводами, которые вы сделаете для себя мысленно, вслух или на деле. Проще говоря, вы довольны тем, что натворили? Вы собираетесь это повторить? Вы берёте на себя ответственность за содеянное? Если так, то оттиск будет настолько же сильнее – неважно, положительный или отрицательный.

Вот таковы принципы ментальных отпечатков. Наш ум – как очень чувствительная плёнка; что бы ни представало перед ней, особенно то плохое или хорошее, что мы делаем другим, всё оставляет на ней оттиск или отпечаток (а в уме – впечатление); след голубиных лапок или волчьих когтей на свежем снегу, след, остающийся потом надолго.

Как эти отпечатки влияют на нашу жизнь? Можно ли ими воспользоваться? Можем ли мы заставить дела идти так, как мы этого хотим? Чтобы это понять, необходимо связать принципы потенциала с самим потенциалом.

Теперь у нас есть все части этой головоломки – всё, что нужно знать для того, чтобы использовать глубокое знание древнего Тибета в вашей собственной жизни и устремлениях, – и остаётся только собрать их воедино.

Прежде всего мы увидели, что каждая вещь – вообще всё – обладает скрытым потенциалом, чем-то вроде изменчивости в пределах того, чем она могла бы стать. Ни один из наших знакомых не является раздражающим сам по себе, потому что всегда найдётся человек, который считает такового весьма привлекательным. Каким бы лично мы его ни представляли, это мнение исходит не от него. Тогда откуда? Очевидно, что это каким-то образом исходит от нас, из нашего собственного ума.

Можно ли тогда, не долго думая, решить, что раз всё исходит из нашего собственного ума, то мы будем считать всё дурное, что с нами случается, хорошим? Каждую плохую сделку – удачной? Нет, вы уже знаете, что этот метод не работает. Вы не можете купить дом или послать детей в школу, просто возжелав этого. По-видимому, нечто, заставляющее нас видеть вещи тем или иным образом – как что-то хорошее или как что-то плохое, происходящее с нами, – действует насильственным образом, то есть принуждает нас видеть вещи такими, какими мы их видим.

Так вот, всё это из-за ментальных отпечатков, о которых мы говорили выше, а искусство буддийской мудрости в том и состоит, чтобы заставить их служить вам на пользу. Для этого вы должны знать, как эти отпечатки влияют на вас. Давайте обратимся за советом к самому Алмазному огранщику.

Трудно поспеть за мыслью Будды. Наверное, будет лучше, если мы возьмём с собой в дорогу Чоней Ламу, чтобы он растолковал нам каждый шаг. Вот его толкование.

Назад, к Алмазному огранщику.

Эти строки также объясняет Чоней Лама.

Этот фрагмент предназначен, чтобы продемонстрировать ряд различных идей. О чёрных и белых деяниях, которые вы совершили раньше и которые собираетесь совершить позже, можно сказать так: те, что в прошлом, уже закончены, а те, что в будущем, ещё не начинались.

И потому они являются несуществующими; но нельзя также не согласиться и с тем, что в более широком смысле они существуют. Мы должны также согласиться с тем, что они связаны с умственным потоком того, кто их совершил, и с тем, что соответствующие последствия этих поступков влияют на этого человека. Эти и другие непростые вопросы подняты в приведённых выше словах.

Алмазный огранщик продолжает:

Чоней Лама объясняет последние строки в таких словах.

Итак, мы увидели, что любое событие, которое когда-либо случается с нами, по сути, «нейтрально» или «пусто». Содержание, которое мы видим в этом событии, – то есть то, что мы воспринимаем его как приятное или неприятное, – не является чем-то ему присущим, исходящим от него. Скорее это содержание исходит от нас, хотя мы-то как раз и не можем управлять этим процессом. Пока не можем.

Здесь кроется секрет ментальных следов. Они насаждаются в наш ум, как было описано выше: через врата нашего собственного самоосознания в те моменты, когда мы делаем что-нибудь на пользу или во вред другому. Сила, с которой они отпечатываются, зависит от различных, ранее упомянутых факторов. Перечислим их ещё раз. Это наши намерения; сила наших эмоций; насколько хорошо мы осознаём, что делаем; стиль, в котором мы действуем; до какой степени мы впоследствии берём на себя ответственность за содеянное; и наконец, конкретные подробности, касающиеся субъекта наших деяний – человек в большой нужде, некто очень нам полезный или кто-то в авторитете.

Остаётся только обсудить, каким образом эти отпечатки определяют то, как мы воспринимаем окружающее. Согласно старинным буддийским книгам, видеокамера нашего ума каждое мгновение – короткое как щелчок пальцами – записывает около шестидесяти пяти дискретных изображений, или отпечатков. Эти отпечатки попадают, можно сказать, в некоторое место нашего подсознания. Там они остаются на дни, или годы, или даже десятилетия, воспроизводясь каждую миллисекунду, с каждым включением-выключением самого ума, перемещаясь подряд как кадры киноленты, дающие нам иллюзию непрерывности.

Подобно семенам в мире природы, семена в потоке ума продолжают расти после того, как были посажены, и так же как в природе, их прирост экспоненциален. Размеры укоренившегося ментального отпечатка в первый день удваиваются каждую секунду, к третьему учетверяются, а к пятнадцатому дню скорость роста уже в шестнадцать раз превышает первоначальную.

Если хорошенько подумать, в этом принципе нет ничего удивительного. Сравните вес желудя в граммах с весом дуба, который из него вырос, – это ведь буквально тонна древесины на грамм семени. Древняя мудрость Тибета гласит, что умственные ростки ведут себя так же, и это более чем справедливо. Сравните, например, суммарную массу федерального бюрократизма в Соединённых Штатах с крошечным зародышем новой формы правления в умах основателей государства в далёких 1700-х – тем самым зернышком, откуда всё это произросло. Вспомните тот момент своего детства, когда вы впервые поняли значение денег, и посмотрите, как сильно в эти последние двадцать лет ваша жизнь и мысли были заняты погоней за ними.

Та идея, о которой мы сейчас говорим, в Тибете называется kenyen chenpo: огромный потенциал для достижения выгоды и огромный риск потерпеть убыток, причём в одном флаконе. Даже совсем незначительные и лёгкомысленные действия, направленные на других, засевают наш ум желудями, которые ко времени своего созревания могут вырасти в необъятные дубравы наших переживаний. Как же произрастают эти семена? Какие правила здесь работают?

Наш ум напоминает обширное вместилище тысяч и тысяч ментальных отпечатков. Как самолёты у взлётной полосы аэродрома, они ждут своей очереди взлететь. Чем сильнее отпечаток, – согласно тем принципам, о которых мы говорили выше, – тем раньше он взлетает, в то время как слабые оттиски плетутся далеко позади, каждую минуту накапливая силы, пока они остаются у взлётной полосы. Как только мы совершаем очередное направленное на других действие, которое отпечатывается сильнее одного из уже существующих, этот новый оттиск перемещается вперёд по очереди, поближе к взлётной полосе.

Когда самолёт-отпечаток взлетает, то есть когда впечатление выходит с подсознательного уровня ума на сознательный, это целиком окрашивает (скорее даже определяет) наше восприятие того события, которое мы в данный момент переживаем. Вот некая конструкция из четырёх двигающихся цилиндров телесного цвета, прикреплённых к бочонку, предстаёт перед вами, и на сознательный уровень вашего ума поступает отпечаток, требующий интерпретировать эти новые данные, как «человек».

Розовый овал появляется в середине яйца на верху бочонка. Сразу вслед за этим красный блестящий цилиндр возникает внутри овала и начинает болтаться вперёд-назад. Уровень шума начинает быстро меняться вокруг цилиндра, в то время как гласные и согласные звуки соединяются особым образом в слоги. Одновременно с этим негативный отпечаток, выращенный за последние дни, появляется в сознательном уме, требуя, чтобы вы интерпретировали эти новые данные, как «босс кричит на меня». И так далее.

Есть четыре правила, определяющие, как отпечатки прошлого «созревают» в уме и, таким образом, заставляют вас видеть, что вещи вокруг вас проявляются именно так, а не иначе.

Следующие строки определяют то, что тибетцы называют силой правды:

Давайте скажем прямо. В мире бизнеса мы всё время видим, как хорошие люди, во всех отношениях порядочные коммерсанты бывают изруганы и оплеваны своими далеко не самыми худшими коллегами. И там же мы видим людей эгоистичных, жадных и безнравственных, которые гребут деньги лопатой. Как же это соотнести со всем тем, что мы говорили до этого?

Наша система содержит очень простое объяснение тому, «почему грешник благоденствует», как говорится в Библии, – и почему праведник бедствует. Вот несколько основных её принципов.

Давайте предположим, что вы поняли сущность Алмазного огранщика. Вы понимаете, что само по себе ничто не является таким, каким оно есть, – не имеет собственной независимой природы, – иначе каждая вещь и любое явление воспринимались бы всеми одинаково. Но одно и то же часто воспринимается всеми нами по-разному, причём ясно, что этот взгляд на вещи не появился из ничего, а раз так, то он должен появляться из нас самих. Вы также понимаете, что этот ваш взгляд вызывают семена, или следы, или отпечатки, которые вы ранее оставили в своём уме, когда делали, говорили или думали что-то хорошее или плохое в отношении другого человека.

Наконец, вы понимаете, что исходя из вышесказанного вы можете существенно планировать своё будущее, всего лишь отслеживая свои мысли, слова и действия в течение дня. В результате вы достигли того, чего надеялся достичь любой индивидуум за всю историю человечества и за всю историю бизнеса: умения управлять своей судьбой. Вы теперь знаете, как достичь успеха.

Теперь я хотел бы сказать несколько слов о том, как пойти ещё дальше, о тех методах, которые позволят вам получить максимальное удовольствие от вашего успеха. Буддийские мыслители говорят, что одно дело преуспеть, скажем, материально, и совсем другое – в полной мере насладиться этим успехом. В этой и последующих главах мы поговорим о различных способах оставаться счастливым каждый день и каждый час, при этом продолжая сражаться за успех в бизнесе. А начнём с того, что научимся «задавать день».

Чтобы день задался, надо его «задать». Тибетские мудрецы называют этот процесс репра tang. Это выражение означает задать настроение на весь день, проведя утром несколько минут в тишине, а сама фраза близка к другой, которая означает «выпустить стрелу». Это спокойное утреннее время, проведённое наедине с самим собой и позволяющее мысленно подготовиться к предстоящему дню, имеет – подобно шестиразовому ежедневнику – исключительную важность для того, чтобы справиться с задачей по обеспечению полного личного и коммерческого успеха в будущем. Основы этой практики можно отыскать в древнем учении Будды, например в Книге золотого света, содержание которой было изложено более двух тысяч лет назад; кое-что в мире, конечно же, изменилось, но только не основные принципы того, как задать свой день, которые как непрерываемая традиция передавались через все эти столетия от учителя к ученику в виде глубокой, личной практики на всю жизнь.

В одной очень полной версии этой практики утверждается, что начинать её нужно вообще накануне вечером. После того как вы улеглись в постель, сначала оглянитесь на прожитый день, как мы описывали это выше. Выберите три самые лучшие вещи, которые вы сделали, сказали или подумали, потом три наихудшие. Особенно сосредоточьтесь на лучших и, засыпая – входя в мир сновидений, который, как говорят тибетские учителя, во многом напоминает призрачный мир между вашей смертью в этой жизни и пробуждением в следующей, – представьте тот самый момент, когда зазвонит ваш будильник. Представьте ваши первые мысли по пробуждении, первые минуты, когда вы ещё сладко потягиваетесь, зеваете и открываете глаза. Как вам, вероятно, подсказывает ваш собственный жизненный опыт, эти несколько минут – если быть точным, около часа – определяют ваш стартовый настрой на целый день. И лучший способ сделать так, чтобы день задался, – это начать его с практики молчания и размышления.

Существует несколько основных методов выполнения индивидуальной практики молчания, которые столетиями отрабатывались великими учителями в Тибете и задолго до этого. Если вы знаете их и следуете им, тогда это время безмолвия – даже если вы будете уделять всего несколько минут в день – станет, возможно, самой важной и заветной частью вашей жизни. Практика молчания начинается с поиска места в вашем доме или квартире, где вы собираетесь ею заниматься.

Важно, чтобы у вас нашлось физически изолированное место, где вы будете практиковать утреннее безмолвие. Прежде всего ни в коем случае не делайте это в своей постели, то есть в том месте, где вы только что несколько часов провели во сне, в том месте, которое до сих пор окутано дремотой и мраком. За всю свою жизнь вы привыкли умолкать в кровати и после этого засыпать, поэтому во время практики молчания вас, скорее всего, там рефлекторно охватит сонливость. Поэтому важно встать и уйти с кровати.

В Тибете монахи идут умываться; сначала они брызгают себе воду в лицо, а потом сильно сморкаются, чтобы во время утреннего безмолвия дышать очень тихо. Эта процедура каждое утро звучала в нашем монастыре как грандиозная трубная симфония опорожняемых носов. Затем вы чистите зубы, чтобы во время безмолвия во рту был приятный вкус; это ещё одна вещь, помогающая вам не отвлекаться. Потом вам необходимо ввести в организм какую-нибудь жидкость – вы наливаете себе, скажем, чай или сок или чашечку вашего любимого кофе и прихлёбываете, пока прибираетесь в своём спокойном уголке.

Это специально выделенный уголок в вашем жилище, куда вы всегда уединяетесь для практики утреннего безмолвия. Думаю, прежде всего нужно сказать о нём, что это укромное место, относительно которого вы достигли соглашения с домочадцами, что они не будут беспокоить вас там по утрам во время размышлений. Насколько мне известно, некоторые бизнесмены для этого выделяют и приводят в порядок удобный закуток в подвальном помещении; другие, у которых места не так много, покупают изящные японские ширмы и отгораживают уголок в своей квартире; третьи просто договариваются с семьёй о предоставлении комнаты в их полное распоряжение, скажем, с семи до семи тридцати каждое утро. Что бы вы ни выбрали, главное, добейтесь, чтобы окружающие в оговорённое время не нарушали вашу уединённую тишину, а также непременно устраните все остальные источники помех.

Это означает: отключите телефон в этой комнате; добейтесь того, чтобы никто не вздумал слушать на всю громкость радио или смотреть телевизор; постарайтесь уменьшить уличный шум, прикрыв окна, например выходящие на шумную дорогу или улицу. Вы должны обеспечить полную тишину во времени и пространстве, насколько это позволяют ваши жилищные условия. Если к семи часам в доме или снаружи уже слишком шумно, то вам стоит начинать ещё раньше, но и в этом случае обязательно отводите для ночного сна столько часов, сколько лично вам обычно требуется, чтобы хорошенько высыпаться, – тогда ваша практика утреннего безмолвия будет успешной.

Если вы будете относиться к вашему закутку как к особенному, почти священному месту, то ваши дела пойдут намного лучше. Это укромное место должно быть чистым и опрятным, и поэтому утром, войдя туда, мы всегда начинаем с уборки, подметания или вытирания пыли. Мы делаем так, даже если там и так очень чисто, потому что это хороший повод размяться. Тибетские мудрецы говорят, что, пока вы неспешно прибираетесь, вы должны представлять, что это олицетворяет очищение вашего бизнеса, вашей жизни и вашего ума. Если вы станете делать это систематически (иначе и быть не может, а то ничего у вас не получится), то обнаружите, что убирать-то в вашем уединённом месте стало почти нечего: так, несколько пылинок и каких-то бумажек то здесь, то там. Тогда мы переходим на более тонкий уровень и вычищаем мельчайший мусор, который ещё остаётся на полу или где-то ещё. Этот процесс показывает, что вы так наладили свой бизнес и свою жизнь, что вам остаётся вносить только небольшие коррективы время от времени. Но обязательно вносите эти коррективы и никогда не забывайте во время уборки, что именно она символизирует.

Если ваше укромное место чисто и опрятно, то это способствует успокоению вашего ума. Следующий шаг – найти удобное сиденье, на котором вы сможете войти в безмолвное размышление. Это безмолвие чем-то напоминает сны наяву, дневные грезы или слушание вашей любимой музыки: вы откидываетесь в кресле и прикрываете глаза или просто глядите перед собой; ваше тело расслаблено и неподвижно; вы даёте своим мыслям полную свободу. Смысл в том, чтобы найти способ устроиться примерно так же, пока вы будете углубляться в покой своего ума. Идея состоит в том, чтобы придать телу такое положение, которое будет оставаться удобным до тех пор, пока вы и ваш ум не решите покинуть безмолвие.

Согласно древним учениям Тибета, лучше всего, если это положение тела будет отвечать нескольким требованиям. Самое главное из них – держать спину прямо. Как говорят тибетцы, если вы сидите прямо, тогда что-то там, связанное с внутренним функционированием нервной системы, работает правильней и помогает вам лучше сосредотачивать свой ум во время безмолвия. Неплохо сидеть на чём-то достаточно мягком, но при этом и крепком, а также приподнять область копчика небольшой подушечкой: это помогает держать спину прямой. Если вам удобно, вы можете скрестить ноги, но можно и просто сидеть в нормальном положении, спустив ноги на пол, как вы обычно сидите.

Руки свободно положите на колени ладонями вверх и постарайтесь полностью расслабить тело. Хороший способ сделать это – совершить несколько медленных глубоких дыханий подряд. На тибетском языке эта практика со смешным названием ооk joong-ngoop популярна по меньшей мере шестнадцать столетий, с того времени как она появилась в тексте, именуемом Сокровищница высшего знания. Идея состоит в том, чтобы сконцентрировать ум для безмолвия путём отсечения других мыслей и ощущений; мы делаем это за счёт привязки ума к дыханию, отслеживая его вдохи и выдохи.

Правда, мы начинаем с выдоха, а затем вдыхаем! Вот как это работает. Вы фиксируете свой ум на внутренней части обеих ноздрей, вверх до самых дырочек. Представьте, что вы часовой, поставленный на посту у этих двух пещерок следить за теми, кто входит и выходит. С каждым вдохом и выдохом старайтесь осязать прикосновение воздуха к внутренней части носа, чувствуя, как холодный сухой воздух входит внутрь, а влажный тёплый воздух выходит наружу. Не покидайте свой пост: не разрешайте уму отвлекаться от внутренней части носа и прикосновения к ней входящего и выходящего воздуха. Если кто-то хлопнет дверью или громко заговорит, вы можете на миг отвлечься, но сейчас же немедленно возвращайтесь к дыханию.

Древний обычай гласит, что нужно повторять дыхание десять раз с условием: если вы основательно отвлечётесь и собьетесь со счёта, то должны всё начать сначала. Каждый счёт начинается с выдоха и заканчивается вдохом. Говорят, что такой способ счёта дыхания (противоположный нашему, который включает в себя вдох, задержку и выдох, как, например, в плавании) придаёт дополнительную силу для обращения ума вовнутрь, для фокусирования мыслей внутри. Если вы частенько сбиваетесь, не досчитав до десяти, это знак того, что у вас есть трудности с концентрацией. Это повлияет на всё, что связано с вашей коммерческой деятельностью, поэтому вы должны с особым вниманием проследить о том, чтобы регулярно – каждое утро – соблюдать утреннее безмолвие.

Вы можете закрыть глаза, можете оставить их открытыми, это неважно, лишь бы это вас не отвлекало. Если вы закроете глаза, то можете почувствовать сонливость, поскольку за всю жизнь выработался определённый рефлекс засыпания. Если вы откроете глаза, то, возможно, начнёте рассматривать вещи в комнате и терять нить размышления. Древние тибетские книги на это отвечают, что, если вы оставляете глаза открытыми, вы должны стараться не фокусировать взгляд на чём-то конкретном: просто позвольте глазам смотреть в пространство перед собой, как часто бывает, когда вы глубоко о чём-то задумываетесь, глядя в никуда. Будет ещё лучше, если вы слегка опустите взгляд вниз, чуточку прикрыв веки.

Теперь, когда сидите вы правильно, как вам правильно молчать? И как долго? Начнём со второго вопроса. Хорошо, если вы сможете проводить в безмолвии от пятнадцати до тридцати минут каждый день. Обратите особое внимание – «каждый день». Эти вещи не будут работать, если вы не будете заниматься каждый день, без перерывов. Лучший способ добиться ежедневности – выполнять эту практику в одно и то же время изо дня в день. Я ездил на работу в Нью-Йорк из центра штата Нью-Джерси на автобусе в одно и то же время каждое утро – вторая половина маршрута состояла из прямого участка автострады, заканчивающегося небольшим разворотом за минуту до въезда в тоннель имени Линкольна, ведущий на Манхэттен. Я всегда дремал по пути в Нью-Йорк, а просыпался каждое утро всегда в одно и то же время, аккурат перед самым тоннелем, успевая повязать галстук и надеть пиджак.

По пути домой я опять дремал всю первую часть поездки, чтобы прийти в себя после очередного сумасшедшего дня и вчерашнего недосыпа; этот сон почти всегда начинался в одно и то же время, скажем в шесть пятнадцать. Так продолжалось более десяти лет, и дело дошло до того, что где бы я ни был – даже на выходных, на праздниках или в отпуске – я всегда начинал засыпать точно в шесть пятнадцать. То же самое произошло и с обедом: мы уходили на обеденный перерыв ровно в час дня так много лет подряд, что в какой части света я бы ни находился, что бы ни делал, я всегда начинал чувствовать сильный голод в час пополудни нью-йоркского, то есть восточного стандартного, времени. Этот же принцип распространяется и на вашу ежедневную практику молчания.

Начните с того, что выкройте себе время для практики, скажем, ровно с семи утра каждый день. Сперва будет трудновато попасть в ритм. И вы не привыкли к практике безмолвия, и она не привыкла к вам – у вас поначалу не очень-то и получается. Но если вы просто продолжаете делать её в одно и то же время каждый день, это становится рефлексом, как сон или еда. И вот у вас начинает получаться всё лучше и лучше с самой практикой, пока наконец она не становится для вас любимым временем суток.

Так как же мы всё-таки должны практиковать безмолвие? Если взглянуть на фотографию Его святейшества Далай-ламы, на которой он сидит и медитирует в утреннее время, то может показаться, что он вообще ничем не занят. Но ничего не может быть дальше от истины. От начала до конца вашего безмолвного сосредоточения вы проделываете особый комплекс умственных упражнений, совсем как футболист проводит разминку в спортзале. И когда вы достигнете мастерства в своей практике утреннего молчания, ваш ум и соответствующее умение вести бизнес будут такими же ловкими, быстрыми и сильными, как движения профессионального спортсмена.

Когда вы уселись в первый раз, добейтесь ощущения полного удобства. Если вы не сделаете этого с самого начала, то позже вы непременно будете ёрзать и вертеться. Приведите свою позу в порядок, добейтесь того, чтобы спина была прямая, а затем просто посидите пару минут, привыкая к молчанию. Постарайтесь сидеть так тихо, как это физически возможно, то есть постарайтесь не шевелиться вообще, даже не моргать. Медленно направьте свой ум на дыхание и начинайте отсчитывать десять медленных глубоких выдохов-вдохов – не сдерживайте дыхание и не напрягайтесь. Сознательно попытайтесь отключить все чувства: ни на чём не задерживайте взгляд, ни к чему не прислушивайтесь, старайтесь не обращать внимания на соблазнительные запахи ожидающего вас завтрака и так далее. Если вам удалось досчитать до десяти, значит, вы готовы сконцентрировать свой ум на задаче, которую вы себе наметили на сегодня. Ведь нельзя же всё время только и делать, что отслеживать дыхание, – это не принесёт вам никакой пользы, разве что недолгое чувство уравновешенности, которое улетучится при столкновении с первой же серьёзной проблемой рабочего дня.

Поэтому большая часть практики молчания должна быть направлена на то, чтобы путём тщательного предварительного обдумывания уладить одну из проблем, которая мешает вам достичь успеха в коммерческой или личной жизни. Предположим, что вы постоянно сталкиваетесь с бизнес-проблемой № 18 из первой части книги: никто в компании, ни начальство, ни рядовые сотрудники, не торопятся помогать вам, когда вы остро нуждаетесь в помощи. Начните с безмолвия своего ума, пройдите путём подсчёта дыхания, после ненадолго остановитесь, просто наслаждаясь тишиной. Затем сознательно разверните свой спокойный ум к вашей проблеме.

Сперва вспомните реальный случай (это будет нетрудно), когда в течение примерно недели-двух вы в последний раз сталкивались с этой проблемой. При этом постарайтесь не обобщать: точно припомните конкретную ситуацию, когда кто-то не стал вам помогать, когда вы в том нуждались. Обратитесь к своей памяти и восстановите точное время и место – представьте то помещение, в котором вы находились, вспомните, с кем вы сидели, кто стоял рядом, как вы попросили о помощи; затем с кинематографической точностью воспроизведите картину отказа. Вспомните выражения лиц, слова и интонацию, с которой они были сказаны, вспомните, какие чувства вы при этом испытали. Вообще-то вам потребуется некоторый самоконтроль, чтобы снова не разозлиться или не расстроиться, так что будьте осторожны.

Затем рассмотрите пустоту или потенциал, который присутствовал в этой ситуации. Как вы помните, для этого нужно мысленно подробно рассмотреть, как разные люди по-разному воспринимали разворачивающиеся события. Ясно, что у того человека, который отказался вам помочь, не было проблемы с тем, с чем у вас есть проблема. Скорее всего, окружающие вообще не увидели в этом большой проблемы. Но вы увидели; вы увидели её как серьёзную проблему.

Это означает, что в действительности проблема не была сама по себе проблемой, иначе все присутствующие восприняли бы её одинаково, как одну и ту же проблему. Однако на деле эта проблема была чистой, или пустой, или нейтральной: некоторые люди видели её как проблему, а некоторые нет. Это означает, что её проблемность происходит не из неё самой, а откуда-то ещё, – и как мы уже заметили, у нас нет большого выбора, кроме как сказать, что она происходит из вашего собственного ума.

Означает ли это, что вы создали проблему на голом месте, там, где её и в помине не было? Ничего подобного. Сам факт, что ваш ум делает из проблемы проблему, означает, что это проблема; в действительности именно деятельность вашего ума может превратить в проблему всё что угодно. Это также не означает, что если вы решили не создавать из этого проблему, то это перестанет быть проблемой. Вполне возможно, что неполучение вами необходимой помощи – есть всего лишь восприятие, но это восприятие и его вариации и последствия вполне реальны: вы не сможете закончить порученную вам работу, и начальство не погладит вас за это по головке. Вы можете хоть весь день изо всех сил повторять, что эта проблема вовсе не проблема, стараться не считать эту проблему проблемой, но от этого она не перестанет быть проблемой, и она вам ещё навредит.

Затем, продолжая пребывать в тишине своей комнаты и спокойствии ума, мысленно обратитесь к источнику этой проблемы, которым, как вы знаете, является отпечаток, врезавшийся в ваш ум в прошлом, когда вы сами оставили кого-то без нужной помощи. Отложившись у вас в мозгу, этот отпечаток нагуливал жир, плавая у подсознательной области вашего ума, подобно прожорливой рыбе, а затем в подходящий момент всплыл на поверхность сознания. Он определил, даже скорее создал ваши ощущения во время того самого случая, когда вам было отказано в помощи. Не нужно искать злодея ни в том начальнике, ни в сослуживце; этот злодей – вы сами, и именно вы, и только вы можете и должны исправить положение.

Теперь сознательно перенеситесь в своём воображении в наступающий день и попытайтесь предвидеть похожую ситуацию, которая может произойти сегодня снова. Постарайтесь представить общую обстановку: то место, где вы, возможно, будете сидеть; тех людей, которые могут оказаться рядом с вами; слова, которые будут произнесены во время очередного отказа в помощи, которая необходима вам для работы; интонацию, с которой они будут сказаны; выражение лиц и позы окружающих. Затем сыграйте в своём уме в небольшую ролевую игру. Вспомните, как вы обычно реагируете на подобную ситуацию. Такой-то менеджер отказался вам помочь, и вот вы тешите себя надеждой, как они в свою очередь обломаются, когда им самим потребуется помощь от вашего подразделения в ближайшие же недели.

Но ведь теперь-то вы уже знаете, что «нормальная» реакция диаметрально противоположна правильной реакции. Тот момент, когда вы отказываете кому-то в помощи в отместку за то, что он не выручил вас, вы врезаете в свой ум новый отпечаток, который заставит вас увидеть, как в будущем вам снова отказывают в поддержке. Но вам-то надо совсем другое: вы хотели бы отпечатать в уме такой след, чтобы увидеть, как в следующий раз вы получаете необходимое содействие. А это можно сделать, только если в одностороннем порядке помогать другим: оказывать им всестороннюю поддержку, даже если они отказывают вам в ней. Представляете, что бы случилось, если бы весь мир узнал, что это лучший способ преуспеть для всех заинтересованных в этом!

Такая разновидность ролевой игры в течение вашего утреннего безмолвного созерцания не имеет ничего общего с прекраснодушной сентиментальностью. Это вполне прагматичное и расчётливое упражнение для достижения коммерческого и личного успеха. В некоторый момент в ближайшие день-два та ситуация, которую вы себе представляли, действительно произойдёт. И когда это случится, вы будете к ней готовы. Модель поведения, которая выработана вами путём подробного разбора возможных сценариев развития ситуации и предусматривает новый способ ответной реакции, активизируется почти автоматически. Вы сначала реагируете по-старому, но ваша постоянная практика утреннего безмолвия заставляет вас остановиться и вспомнить, что надо вести себя по-новому. Порочный круг самовоспроизводящегося зла сломан в самой своей основе: вы разрываете цепь своих жизненных неудач; вы прекращаете закладывать в ум отпечатки, которые заставят вас снова переживать провал за провалом.

Видите, насколько ценными могут оказаться минуты утреннего безмолвия для грядущего рабочего дня, насколько блестящей была идея мастеров древнего Тибета практиковать работу над проблемами до того, как они вообще случились. Благоприятная атмосфера вашего утреннего молчания и располагающая обстановка уединённого уголка очень сильно укореняют в вашем уме отпечаток, позволяющий вам правильно реагировать, и поэтому эти утренние минуты, проведённые в молчании, представляют собой бесценный вклад в часы наступающего дня.

В Тибете существует обычай заканчивать практику безмолвия особым образом. В завершение уделите несколько минут тому, чтобы мысленно вообразить себя таким, каким вы надеетесь стать в один прекрасный день. Например, представьте, что вы уже пожинаете плоды изучения и применения этой книги и принципов потенциала и отпечатков, описанных в ней.

Деньги текут к вам рекой; но ещё лучше то, что вы точно понимаете, как это работает, и точно знаете, что нужно делать, чтобы это продолжалось. Более того, вы знаете, какие шаги надо предпринять, чтобы и мысленно тоже получать удовольствие от денег. И вы аккуратно ведёте свои шестиразовые записи и регулярно соблюдаете практику утреннего молчания, чтобы мгновенно справляться со старыми проблемами и добиваться того, чтобы не возникали новые.

Но не останавливайтесь на этом. Подумайте хорошенько: разве это всё, к чему вы стремитесь? Что-то не верится, что может быть такой живой гомо сапиенс, который не хотел бы стать чем-то большим. Почему бы нам не изобразить вас не только богатым, но и щедрым филантропом: вы зарабатываете кучу денег, а раздаёте ещё больше. Мир с уважением смотрит на вас как на человека, который не только делает деньги, но и умеет правильно ими распорядиться, знает, как и чем помочь другим с помощью этих денег, и таким образом получить максимальное удовлетворение от денег. Ну и вообще, почему бы не нарисовать себя молодым, здоровым и жизнерадостным как двадцатилетний юноша, ведь именно таков результат созревания отпечатка, заложенного вашей заботой о здоровье и жизни других людей. Лично я напоследок добавил бы к портрету ещё несколько штрихов – действительно важнейших личных качеств: верный; чуткий; заботливый; нравственно безупречный; друг всех своих знакомых; образец для подражания всех детей и для делового общества страны; отличный семьянин; одним словом, просто образцовый бой-скаут. Где-то в глубине души всем нам хочется быть именно таким.

Тибетские мудрецы говорят, что этим должна завершаться ваша утренняя практика безмолвия – созерцанием себя в виде наиболее преуспевающего, мудрого и сострадательного человека, какого вы только можете себе представить. Перед тем как покинуть уединение, проведите несколько минут в тишине, в которую вот-вот ворвутся звуки утра, и изо всех сил постарайтесь увидеть свой идеальный портрет. Это оставляет в вашем уме очень сильный отпечаток, и вы непременно станете таким. Вот увидите. А теперь вскочили и быстро на работу; похоже, вы уже опаздываете!

Если вы будете аккуратно вести свой шестиразовый ежедневник и регулярно выполнять практику утреннего безмолвия, то скоро обнаружите, что ваши трудовые будни мало-помалу изменяются. Медленно, но верно ваша решимость раз и навсегда разорвать порочный круг зла начинает шаг за шагом очищать ваш мир. Сначала уходит одна проблема, затем другая; один мерзавец стал вашим лучшим другом; второго перевели; третий сам ушёл в другую компанию отравлять жизнь кому-то другому, и, в конце концов, вы обнаруживаете, что окружены во всех отношениях приятными людьми, а ваша работа стала вам в радость, а фирме в прибыль. Утреннее молчание не только на всю жизнь вооружает вас методами решать любые проблемы на работе; оно к тому же делает ваш ум более удовлетворённым и спокойным.

В этой и следующей главах мне бы хотелось углубиться в то, как вы можете получить наибольшее удовольствие от своего успеха, точнее, как добиться того, чтобы к моменту достижения этого успеха ваше тело оставалось бы таким же здоровым, как и ваш ум. Печальной стороной коммерческой жизни является тот факт, что к тому времени, когда бизнесмен, что называется, «состоялся» в корпоративном мире, часто выясняется, что ему пришлось пожертвовать ради этого своим здоровьем и семейной жизнью. Мы собираемся поговорить здесь о том, как нам убить двух зайцев: как быть наиболее преуспевающим менеджером в компании и при этом оставаться самым здоровым. Парадоксально, но лучшее, что вы можете сделать, чтобы сохранить молодость и здоровье своего тела, – это позаботиться о своём уме, а именно защитить его от того, что тибетцы называют «ментальными омрачениями».

Древняя буддийская философия так определяет ментальное омрачение: «любая эмоция, которая нарушает умственное равновесие того индивидуума, который её испытывает». Вы могли бы назвать такие омрачения «дурными мыслями». Существуют тысячи различных разновидностей ментальных омрачений, но в итоге все они сводятся к шести самым наихудшим: неправильная привязанность к вещам; неправильная неприязнь к вещам; гордыня; непонимания истинного механизма работы всех вещей; необоснованное сомнение в важнейших истинах; ошибочное мировоззрение.

«Неправильные» привязанность или неприязнь к вещам имеют специфическое истолкование. Вопреки некоторым неверным представлениям об идеях Будды, любить или не любить вещи само по себе вовсе не является неправильным. Вы можете любить свою семью и своих учителей, любить добродетель, в конце концов. Будде нравится видеть нас счастливыми и Будде не нравится то, что мы так много времени и сил тратим на то, чтобы быть несчастными. Однако если ваша привязанность к чему-то выводит вас из душевного равновесия или побуждает вас наносить вред кому-то другому в надежде обрести это, то это уже ментальное омрачение; мы называем это «дурной» привязанностью, потому что нанести вред другому ради получения чего-то – есть лучший способ не получить это.

Но самое главное, что вы должны узнать о ментальных омрачениях в этой главе, – это то, что с утра до вечера, день за днём, они подтачивают ваше здоровье. Существуют тайные тексты, хранившиеся в Гималаях, в которых более подробно описывается, как эти негативные мысли влияют на ваше тело; достаточно сказать, что сам процесс старения тесно связан с этими скверными мыслями. То есть каждый раз, когда вы огорчены из-за работы, каждый раз, когда вы рассержены или раздражены, каждый раз, когда вы завидуете другому вице-президенту или что-нибудь ещё в этом роде, что-то в вашем теле выходит из строя: появляется несколько новых седых волос; углубляется морщинка; чуть больше сжимается сердце. В результате всё это суммируется и приводит к тому, что вы стареете и теряете большую часть той силы, которой обладали в молодости. Как сказано в этих книгах, в конце концов всё это приводит к вашей смерти.

Поэтому цель этой главы дать вам несколько ключевых советов, помогающих в течение дня управляться с подобными мыслями. Мы начнём с того, что вернёмся к Алмазному огранщику, к тому фрагменту книги, где Будда описывает серьёзнейшее испытание, через которое ему довелось пройти за много жизней до этого. История такая. Будда был тогда монахом по имени Учитель Терпения. Как-то раз он медитировал, прислонившись спиной к дереву, в том же лесу, где обычно охотился царь Калингка со своими придворными. Случилось так, что и царица со свитой выехала в тот же день на природу пособирать цветы и всё такое, пока муж и его егеря будут выслеживать дичь.

И вот, царица выезжает на поляну и видит созерцающего монаха. Женщина глубоко религиозна и давно уже ждала возможности обсудить несколько духовных тем с опытным наставником. Поэтому она прерывает медитацию монаха, и он начинает отвечать на все её вопросы.

Спустя некоторое время на ту же поляну выбегает олень, которого преследует царь со своей свитой. Не слезая с коня, царь смотрит вниз и видит свою жену, горячо беседующую с монахом; он предполагает, что дело тут нечисто, и, опасаясь, чтобы у него не выросли рога побольше оленьих, приказывает своим телохранителям распять святого человека на земле, привязав руки-ноги к колышкам. Затем начинает медленно, фалангу за фалангой отрезать монаху сначала пальцы на руках и ногах, а потом и другие части тела.

Вот как Будда описывает это событие в Алмазном огранщике; его слова звучат несколько загадочно, но не переживайте раньше времени – мы подробно во всём разберёмся, и к концу главы вы всё прекрасно поймёте.

Сначала пусть Чоней Лама разъяснит нам, о чём же говорит Будда. Помним, что слова из Алмазного огранщика даются жирным шрифтом:

Далее Будда начинает сам объяснять свои слова:

Чоней Лама продолжает:

Похоже, эти строки можно свести к чему-то вроде:

Это очень трудное место. Да и какое это имеет отношение к тому, чтобы на работе защитить ваше тело от разрушительной привычки предаваться негативным эмоциям? Сначала поговорим о двух различных способах неправильного понимания этих строк (а их смысл всячески искажался на протяжении столетий), а затем объясним, что они означают на самом деле.

Существует широко распространённое недопонимание, которое возникло вместе с буддийскими книгами вроде этой, которые отрицают существование «Я», или «личности». Люди восприняли это так, что, мол, существует что-то вроде пространства, куда вы можете удалиться, когда у вас есть проблема. Это пространство либо просто пусто, либо в нём всё воспринимается как нереальное, и когда вы там оказываетесь, либо проблема уходит, либо вы к ней уже больше не привязываетесь. Если, например, ваша проблема в том, что кто-то на вас гневается, то эти люди предложат вам или просто притвориться, что этого человека нет рядом, или перестать о нём думать, и тогда у вас больше якобы не будет никаких проблем. И они думают, что речь идёт именно об этом, когда мы говорим об «отсутствии Я», которое Будда здесь развивает как «ни живого существа, ни вечной души, ни личности».

Однако это совсем не то, что имел в виду Будда, и, уж конечно, это никак не может помочь вам с отрицательными эмоциями на работе. Например, ничем не помогает попытка представить, что некоторых неприятных ощущений просто нет в помине, или что вы на самом деле их не испытываете, или что вы могли бы каким-то чудом отделить их от себя. Когда вы сидите в кресле стоматолога, а он сверлит вам корневой канал и вдруг задевает нерв – или когда вас распяли на земле, а Его Величество, растягивая удовольствие, не спеша, отрезает вам пальцы и всё остальное, то вряд ли вы сможете представить, что его там нет или что вас там нет. Не верите? Попробуйте. Но Будда имел в виду вовсе не это.

Фразу об «отсутствии представлений» тоже легко понять неправильно. Люди, прочитав эти строки, думали, что задача буддиста, пытающегося разрешить сложную ситуацию, состоит в том, чтобы сидеть и ни о чём не думать, либо стараться освободить свой ум от любых мыслей вообще; либо видеть, что мысли продолжаются, но каким-то образом умудряясь к ним не прислушиваться и за них не цепляться. Но и это совсем не то, что имел в виду Будда; вы, конечно, попробуйте сами, но на всякий случай не доводите дело до соблазнения царской жены, ограничьтесь сеансом у стоматолога. Не помогает? Что ж, таким способом боль не остановить. Так что же всё-таки имел в виду Будда?

Обратимся к ситуации в алмазном бизнесе; полем битвы у нас будет зал для заседаний руководства компании или ювелирный цех, так чтобы мы могли взять реальный случай из реальной жизни. Когда я работал в «Андин» вице-президентом, то частенько мог махнуть через океан в Азию, чтобы пожить в тибетском монастыре, где я проводил научные исследования. Я договорился с владельцами компании, четой Азриелант, что буду и там оставаться на связи по телефону в полной готовности организовать закупки алмазов, скажем, из Бомбея (который был не так далеко от моего монастыря) или Бельгии.

Легко сказать «оставаться на связи», но в те годы это было очень непросто: монастырь начался с нескольких палаток посреди буйного леса на юге Индии после того, как около сотни выживших монахов (первоначально их в нашем монастыре было около восьми тысяч, большинство из которых было убито или насильно обращено в мирян) спаслись, перевалив через Гималаи во время вторжения китайцев в Тибет. К тому времени, как я попал туда с научными целями, там было несколько сот монахов, скромный зал для собраний и простые избушки для монахов. Ближайший телефон, по которому можно было дозвониться до Соединённых Штатов, был в Мадакери, – это около трёх часов езды на автомобиле. Таким образом, краткий звонок, только для того, чтобы «оставаться на связи», превращался в целый день, да и то если повезёт.

И вот стою в этом грязном домишке на вершине горы в глуши индийских лесов, склонившись к древнему телефону, пытаясь разобрать, что там на другом конце провода кричит Офер из своего ярко освещённого офиса, выходящего окнами на огни башен-близнецов Всемирного торгового центра и Гудзон:

«Алло! Алло! Нам нужны камни! Огромный заказ! Что? А ты что думал? Десять тысяч каратов должны быть здесь, в Нью-Йорке, в течение десяти дней! Алло! Договорись с Бомбеем! Позвони в Антверпен! Займись уже этим вплотную!»

Вы знаете, десять тысяч каратов заказанных камней может означать около миллиона маленьких алмазов; при этом, чтобы в итоге купить на рынке один алмаз, вы порой должны выбрать его из двух или трёх. Итак, ты говоришь, что нужно перебрать несколько миллионов алмазов за десять дней. Предположим, что взять алмаз и рассмотреть его в увеличительное стекло занимает десять секунд. Это означает 6 камней в минуту и 360 камней в час на человека. Предположим, что вы сможете сохранять этот темп в течение не более пяти часов в день, чтобы не посадить глаза, то есть за день можно пересмотреть тысячи две камней максимум. Итак, ты собираешься отнять у своей команды как минимум тысячу человеко-дней, чтобы только приблизиться к выполнению этого заказа. Поэтому я переспрашиваю: «Десять тысяч каратов, верно? Алло! Офер! Ты уверен – десять тысяч?» – «Да, да, немедленно; прямо сейчас! Обзвони всех, поставь на ноги весь мир, ничего страшного! Удачи!» Короткие гудки.

Я записываю в блокнот количество и тип камня, который нам требуется, и приступаю. Несколько часов уходит на попытки дозвониться до всех наших закупщиков, разбросанных по земному шару. К тому времени, когда я покидаю телефонную станцию на Мадакери, уже почти темно. Мы выходим в небольшой садик, обращённый на прекрасную широкую долину, наслаждаемся вечерним воздухом и полной грудью вдыхаем запахи дикорастущих индийских цветов, смотрим, как на небо высыпают яркие звёзды. Мне хорошо: прекрасное чувство выполненного обещания переполняет меня, несмотря на то что сделать это было ох как не просто. Потом мы втискиваемся в старый разболтанный монастырский автомобиль и отправляемся назад. Меня ждёт ещё одна неделя напряжённых занятий с величайшими в мире ламами.

Почти одновременно со стекающимися со всего света в нью-йоркскую штаб-квартиру алмазами туда прибываю и я, пыльный, загорелый и очень довольный. Офер вызывает меня в свой кабинет, и я иду к нему гордой походкой уверенного в своих силах руководителя, который преодолел горы препятствий, но снабдил фирму товаром. Я сажусь и жду, когда начнутся поздравления.

– Ну и что всё это значит? – начинает Офер.

– Ты о чём?

– Об алмазах, ясен пень! Ты хоть знаешь, во что ты превращаешь нашу наличку? Ты что, сдурел?

Вам известно такое ощущение. Просто земля уходит из-под ног. Это не просто очередное недопонимание или коммерческая ошибка – это потрясение самих основ мира, нашего мира. Ну почему, почему всё не может идти по правилам? Думаю, вы понимаете моё состояние в этот момент. Но продолжим.

– Подожди, Офер. Ведь это ты велел мне купить эти алмазы – ты сказал, что тебе нужно десять тысяч каратов как можно быстрее.

– Десять тысяч каратов! Нет, он издевается! Я говорил тысячу! Ты что с дуба рухнул? Ну куда я дену эти десять тысяч каратов?

– Но ты же сам сказал мне купить десять тысяч. Как сейчас помню, я переспросил раза три. Вот и в блокноте я то же самое записал, когда мы с тобой по телефону говорили. Смотри – чёрным по белому – десять тысяч.

– Откуда я знаю, когда ты это накарябал? Может, сегодня утром с перепоя! Я никогда не говорил десять тысяч. Кто вообще может в здравом уме такое сказать – десять тысяч?

Когда в процессе изучения негативных эмоций вы отрабатываете умение избегать тех мыслей, которые раньше времени сводят вас в могилу, этот момент является решающим. Бизнес вообще требует мгновенной реакции и быстрых рефлексов, но с этим ничто не сравнится: в вашем распоряжении не более трёх секунд, чтобы активизировать свою защиту, прежде чем вы столкнётесь с сильными чувствами негодования, боли и гнева. Вы должны будете предпринять активные действия предупреждающего характера в течение этих трёх секунд, иначе будет поздно. В основе этих действий лежат концепции «отсутствие Я» и «отсутствие представлений», о которых только что говорил Будда. Только теперь мы должны наконец выяснить, что же он имел в виду, когда упоминал об этом. Давайте привяжем их к нашей конкретной жизненной ситуации. Мы будем использовать «три элемента», упомянутые Буддой, в рассказе о монахе, которого изощрённо истязал злобный ревнивец царь Калингка.

Понятие «три элемента» относится к трём составляющим данной ситуации: орущий босс (Офер); вице-президент, на которого орут (ваш покорный слуга, увы); и сам факт того, что это событие вообще происходит. Каждый элемент обладает собственной пустотой или тем, что мы называем здесь «потенциалом». На самом деле здесь полно всяких пустот-потенциалов, которые и создают всю эту кутерьму, но что удивительно, те же самые пустоты-потенциалы вещей способствуют и её устранению.

Рассмотрим потенциал босса. Да, его перекошенное злобой лицо сейчас зрелище непривлекательное, но представьте, что в этот момент вошла его жена, – она же по совместительству и совладелец фирмы. Она сказала бы, что гнев его прекрасен, ведь он защищает их компанию от безответственного идиота, который совсем рехнулся и скупает по всему миру алмазы, которые им не нужны и не по карману. Поэтому сам по себе босс не монстр или гений, всё зависит только от того, кто смотрит. Как мы уже много раз говорили раньше, сам по себе он попросту чист или пуст, а то, что он кажется мне хорошим или плохим в данный момент, зависит исключительно от того, какие именно отпечатки я заложил в свой ум в прошлом.

Не забывайте также ещё одну важную вещь, которую мы всегда упоминаем в подобной ситуации. Действительно, то, как он выглядит сейчас, не только обусловлено, но и вообще создано моим собственным умом, но это отнюдь не означает, что я могу тут же превратить его в славного парня. А всё потому, что в моём уме (в отличие от ума его жены) есть отпечатки, которые заставляют меня видеть его в облике рассерженного босса именно сейчас. Лучшее, что я могу теперь сделать, – это быть очень осторожным, чтобы не отпечатать новые следы в моём уме именно сейчас.

Какие отпечатки я имею в виду? Ну, конечно же, отпечатки, заставляющие вас видеть босса распекающим вас за то, что вы в точности выполнили его поручение. И как, по-вашему, получаются такие отпечатки? Вообще-то есть только один способ заполучить такой ментальный след – это самому накричать на человека, который – как ваш босс сейчас – рассержен тем, что он совершенно искренне считает серьёзной и разорительной ошибкой. Так какое поведение будет наиглупейшим в ситуации, когда на вас кричат? Правильно: накричать в ответ.

Если в течение трёх секунд – до того, как вас охватили досада и злость, – вы даёте своему уму возможность шаг за шагом рассмотреть этот процесс или хотя бы его значительную часть, происходят две вещи. Прежде всего вы избегаете ментального отпечатка, который позже принёс бы вам много бед. Представьте, что вы собирались взять чашку кофе со стола, а вместо этого случайно схватили банку с соляной кислотой (вполне реальная ситуация, если вы недостаточно осторожны в ювелирном цеху). Вы поглощены оживлённой беседой с кем-нибудь, так что не замечаете этого. Вы подносите банку к губам, уже начинаете наклонять её и вдруг, уловив в последний момент слабый запах кислоты, мгновенно ставите банку на место с вздохом облегчения. Но куда большее облегчение, когда вам в последний миг удаётся остановить свою досаду и злость. Это настоящая победа, ведь форточка была открыта только в течение трёх секунд, однако вы успели воспользоваться этой возможностью: распознать реакцию своего ума и, предотвратив гнев, обезвредить ту бомбу замедленного действия, которую он собирался заложить в ваш ум в виде ментального отпечатка.

Запомните: один-единственный момент гнева, отпечатывающий этот негативный след в вашем уме, может привести к дням, неделям или даже месяцам в будущем, в течение которых вы будете ощущать последствия этого отпечатка в окружающем мире. Как только вы сможете предотвратить один-единственный случай гнева, значит, все те усилия, что вы вложили в понимание идей этой книги, многократно окупились. Вы только что оградили себя от множества бед и страданий; вы только что свернули с неверного пути, на котором вас неминуемо ожидало бы несчастье.

Что касается концепций «отсутствие Я» и «отсутствие представлений», то теперь, когда мы подробно рассмотрели сам инцидент, с этим уже проще. «Отсутствие Я» означает, что вашему боссу самому по себе не присуща именно в этот момент природа той отвратительной визжащей личности. Если бы он имел такую природу, то даже его жена в этот момент сочла бы его отталкивающим, но этого не произошло. Таким образом «отсутствие Я» означает, что именно от вас, а не от него исходит всё, что вы в нём видите. Это вовсе не означает, что он как бы не существует или что было бы полезно притвориться, что его как бы нет сейчас перед вами.

«Отсутствие представлений» означает, что вы перестаёте думать о нём неправильным образом. Вместо того чтобы представлять его чем-то таким, что само по себе плохо, считайте его чем-то вроде пустого киноэкрана, на котором в одно и то же время показывают мелодраму для его жены и триллер для вас. Кинопроектором, конечно же, является ваш собственный ум, а электричеством ему служат ментальные следы ваших прошлых деяний, направленных на других. И опять-таки важно понять, что нет совсем никакой пользы в том, чтобы не думать о чём-то, или не считать что-то хорошим или плохим, или не привязываться к любым вашим чувствам или эмоциям. Запомните: и само это событие, и то, каким вы кажетесь себе и другим, и то, каким ваш босс кажется вам и другим, – все эти три элемента, несомненно, реальны. Реальные люди пострадают, реальные компании потерпят убыток, реальные вице-президенты лишатся очередной премии, но не из-за той причины, которую вы привыкли в этом видеть. Это всё следствие тех поступков, которые вы совершили ранее.

Ну и что же теперь делать? Одно дело ясно понимать, что если по прошествии трёх секунд вы отреагировали негативно, то вы непременно заложите в свой ум негативные отпечатки того же вкуса и вдоволь накушаетесь ими впоследствии. Мы об этом уже подробно говорили. Но давайте теперь поговорим о непосредственных последствиях вашей негативной реакции: вместо того чтобы без толку беситься, взглянем ей прямо в лицо.

В одной старинной индийской буддийской книге есть известный афоризм, который гласит:

Мы сейчас говорим о непосредственной пользе отказа от гнева. Главное испытание позади. Вы удержались от негативной реакции и этим защитили себя от повторения той же ситуации в будущем. Теперь вглядитесь в свой ум и искорените любой намек на гнев, любой зародыш гнева; затем пойдите ещё дальше и настройте свой ум на позитивную волну. Вместо спора о том, по чьей вине куплены ненужные бриллианты, вместо поиска того, кто разбазарил финансы компании, немедленно направьте свой ум на решение насущной проблемы текущего момента. В контексте данного реального случая самая важная идея всего этого упражнения, возможно, содержится в следующем: вы обнаружите, что благодаря тому, что вы перебороли свой гнев как раз перед тем, как он полностью овладел вашим умом, вы теперь можете направить всю свою энергию на решение проблемы. Ваш ум чист. Ваше лицо спокойно. Ваше сердце бьётся ровно, вы дышите спокойно.

Вот каким вы должны быть, когда сталкиваетесь с серьёзной проблемой, и это без сомнения самое лучшее, что вы можете сделать для укрепления вашего тела и здоровья на долгие годы. Каждый раз, подавляя очередные приступы гнева или других негативных эмоций, вы присоединяете к своей жизни и коммерческой карьере несколько дополнительных часов здоровья и счастья – всё это время добавляется в конец. Да и сиюминутные проблемы в бизнесе гораздо разумней разруливать, будучи в ясном уме и трезвой памяти.

И заключительный совет. Вы, наверное, заметили, что подход, представленный в этой книге, в целом очень похож на садоводство. Аналогия вполне уместная и основана на том, что проблемы возникают из прорастания семян, или ментальных отпечатков, которые вы посеяли в своём уме в прошлом. Как только эти ростки-отпечатки достигли определённой силы и взошли или почти взошли, готовые превратиться в растение, с ними, по существу, уже ничего нельзя поделать. С другой стороны, наивно ожидать дружных всходов вечером, если вы посадили семена-отпечатки утром.

Я это к тому, чтобы вы заранее привыкали смотреть на мгновенные результаты ваших действий скептически. Может быть, вы сможете сразу успокоить свой ум и приготовиться к тому, чтобы хладнокровно и рационально приступить к решению проблемы, но это вовсе не означает, что всё в комнате тут же успокоятся. Это вовсе не означает и того, что решение, к которому вы придёте в спокойном состоянии ума, обязательно сработает: не забывайте, что и его эффективность зависит от семян, посеянных задолго до этого. Однако это совершенно точно означает, что вы ухаживаете за будущими плодами своих нынешних посевов – это совершенно точно означает, что всё меньше и меньше напряжённых ситуаций будет случаться в вашем мире.

В предыдущей главе мы увидели, как умение наблюдать за своим умом и избегать отрицательных эмоций не только обеспечивает более радужные перспективы на будущее, но и вносит решающий вклад, как непосредственный – в ваше сегодняшнее физическое состояние, так и долгосрочный – в здоровье на все многие годы вашей корпоративной карьеры; не говоря уже о том, что каждый рабочий день приносит вам намного больше радости, если вы умеете подавлять и в конечном счёте сможете полностью победить каждое негативное состояние ума.

В этой главе мне хотелось бы раскрыть ещё один приём, который используют великие тибетские мудрецы для поддержания здоровья и высокой степени интеллектуальной творческой активности в течение всей жизни. Нередко можно встретить тибетских монахов в возрасте за шестьдесят и даже за семьдесят лет, неутомимое любопытство и интеллектуальный голод которых с годами только возрастают. Физически они способны к плодотворной многочасовой работе, а по лестнице легко перепрыгивают через две ступеньки – способности, которые западные люди утрачивают уже годам к сорока. Приём называется tsam.

Tsam по-тибетски означает «граница» или «разделительная линия», а само слово используется для описания умения регулярно время от времени оставлять работу, уходя от неё куда-нибудь подальше, как бы очерчивая около себя круг, внутри которого вы можете спокойно посидеть и поразмышлять.

В течение более чем пятнадцати лет моей работы в «Андин Интернэшнл» я соблюдал этот принцип Круга. Я строго придерживался правила, согласованного с владельцами компании, что каждую среду меня не будет на работе, чтобы иметь возможность физически отстраниться от служебных обязанностей и офиса для размышлений и поиска вдохновения. Вначале по моей инициативе начальство вычитало из моей зарплаты некоторую сумму за пропущенный день. Позже, когда выгоды практики Круга стали очевидны, мой оклад сравнялся с окладами тех сотрудников, которые не брали такой еженедельный отгул. Мы выбрали среду, потому что это менее всего вредило моим обязанностям руководителя подразделения: у меня всегда было два дня подряд – понедельник/вторник или четверг/пятница – для решения торговых или кадровых задач, которые легко могли растянуться более чем на день.

В качестве практической меры я подготовил очень сильного заместителя; это давало мне свободу удаляться в Круг и по возвращении вкладывать в фонды фирмы обретённую там силу. Кроме того, это значительно усиливало административный ресурс нашего отдела, что было особенно полезно в периоды максимальной производственной нагрузки. Персонал был приучен получать руководящие указания в равной степени от меня и от моего зама, и это снижало административную нагрузку в те периоды, когда нам вдруг приходилось увеличивать трудовые затраты на двадцать или даже тридцать процентов.

Это вообще обычное явление для алмазного и ювелирного бизнеса, где около шестидесяти процентов всех продаж приходятся на Рождество. Мы всегда изготавливали до восьми или даже десяти тысяч колец в неделю каждой осенью, а после Нового года сокращали производство до одной-двух тысяч. Всё это означает, что вы должны уметь радикально сокращать или, наоборот, увеличивать свой штат из месяца в месяц, сохраняя при этом готовность руководить подразделением, численность которого выросла чуть ли не вдвое по сравнению с тем, что было шесть месяцев назад.

Важно не рассматривать день в Кругу, как просто лишний выходной, как просто передышку для перетрудившегося начальника, хотя мне это действительно помогало легче справляться с транспортным стрессом от ежедневных двухчасовых поездок на работу на Манхэттен и обратно. Наоборот, для того, чтобы польза была максимальной, я строго планировал и так же строго выполнял эти дни Круга. Идея состоит в том, чтобы сломать привычный уклад; найти время подумать не о том, как, а о том, почему всё это происходит на работе, – это время для размышлений, время для планирования и, что, наверное, самое важное, время для обретения нового импульса, новых источников для вдохновения.

За время моей деятельности в «Андин» я нанял сотни людей, лично беседуя с ними, прежде чем принять на работу; с большинством из них мы не прогадали. Конечно же, я обращал внимание на обычные качества: порядочность, умение подчиняться, коллективизм, уважительность, сообразительность и честность. Но скажу вам по секрету, меня редко когда интересовали профессиональные навыки как таковые. Я знаю по опыту, что возможности человеческого ума так велики, что вы можете довольно быстро научить кого угодно делать чуть ли не любую работу в мире. Однако уйдут годы, чтобы отучиться от вредных личных привычек и дурных черт характера, вроде лживости или неуважения к другим, которые губят работника задолго до утраты им технических навыков.

Хочу поделиться с вами одним из своих приёмов на собеседовании – это тест на свободное время. Я обнаружил, что самый важный вопрос, который вы можете задать человеку, касается того, как он проводит свой досуг. «Андин» – то ещё местечко для работы, и рабочие дни порой требуют поистине нечеловеческих усилий, особенно в напряжённую предпраздничную пору. Чем больше времени проводишь в одном месте, тем меньше времени проводишь в каком-то другом. При этом существует некий предел тому, скольким новым вещам можно научиться, пребывая из месяца в месяц среди одних и тех же людей в одном и том же помещении.

Если вы больше никуда не ходите, если не видите ничего нового, если не говорите с новыми людьми, тогда ваш творческий потенциал неминуемо пострадает. Не будет преувеличением сказать, что несколько минут творческого порыва при разработке новаторских подходов могут быть гораздо более прибыльными для любой компании, чем недели, да что там – месяцы сверхурочных часов, добавленных приверженцами старого метода. Поэтому на собеседовании стоит уделить некоторое время тому, чтобы выяснить, каким именно способом повышает свой творческий потенциал в свободное от работы время очередной кандидат на вакансию.

Я обнаружил, что почти из всех, кто на вопрос о свободном времени отвечает: «В основном смотрю телик», получаются очень недалёкие сотрудники. Те, кто читает много книг (только не любовных романов), часто становятся содержательными и творческими работниками. Те, кто пишет прозу, а тем более стихи, обладают богатым воображением и играючи находят оригинальные решения сложных проблем. Кстати, молодых родителей нужно от этого теста освободить, потому что они с полным основанием ответят, что досуга у них просто нет – всё своё свободное время они уделяют воспитанию ребёнка, а дети, между прочим, являются одним из мощнейших источников творческого вдохновения. И наконец, мне кажется, что самыми надёжными и творчески одарёнными сотрудниками из всех были те, которые посвящают заметную часть своего свободного времени бескорыстному служению людям: помогают в церкви, возятся с трудными подростками или бесплатно работают по выходным в местной больнице.

Короче, суть в том, что вы и представить себе не можете, насколько важно для любого руководителя вести ту или иную вторую жизнь, иметь вторую всепоглощающую страсть, будь то стихосложение или фотография, спорт или уход за тяжелобольными, позволяющую иметь неисчерпаемые источники для вдохновения. Помню, как-то раз вернувшись после более продолжительного пребывания в Круге (я расскажу о таком позже в этой же главе), я сидел перед алмазным контейнером (что-то вроде обувной коробки со стекляшками на миллион долларов внутри) и смотрел на алмазные конверты, как будто видел их в первый раз.

Это такие особым способом согнутые листики бумаги, которые люди веками используют для хранения алмазов; как вы, наверное, уже предположили, есть там один фокус, как правильно сложить конверт, чтобы камни не выпадали – но в целом форма не меняется, я бы сказал, уже столетиями. Как не меняется и форма описи на конверте его содержимого. В самом верху помещают общее описание того, что там находится, скажем, «четверть карата, круглый». Где-то в середине, возможно, указание качества, типа «белый, цвет J». В правом нижнем углу ставят суммарный вес камней в пакете с точностью до сотой доли карата, например, «10.27 карата». Ну и, конечно же, где-то под внутренним клапаном мелким почерком написана зашифрованная цена камней: что-то вроде ZLD4 может означать: «первая цена $2000; продажная цена $1800; и ни при каких обстоятельствах не отдавать меньше чем за $1600».

Наконец, в ювелирных компаниях издавна так повелось, что тот, кто вынимает камень из пакета, обязательно делает отметку на внутреннем клапане, что-то вроде «Петров забрал 3 камня, чтобы вставить в образцы новых колец, такого-то числа такого-то месяца». Когда камни в конверте кончаются, кому-то может прийти в голову прикинуть общее число израсходованных камней и сравнить их с исходными данными, но, как правило, никто не обращает на это внимание за исключением тех случаев, когда пропажа налицо. И вот я уставился на коробку, полную таких пакетов, глядя на неё свежим взглядом, полученным от недельного пребывания в Круге, и ко мне приходит новая идея.

Эта концепция вызревала около тридцати шести часов; я почти не спал и всё добавлял и добавлял новые детали. Основная идея состоит в том, что, перед тем как сложить бумагу в конверт, на ней печатались специальные строки, обязательные для заполнения кладовщиками алмазного склада, которые делали особые пометки и записывали остаток камней автоматически, независимо от своего желания. Когда работники заполняли все строки, им было предписано менять конверт на новый, при этом проверяя количество и вес оставшихся алмазов. Я специально сделал строки большими, чтобы их было не так много, а конверты, используемые чаще других (значит, и большим числом людей), и проверялись тоже чаще.

Потом у нас появилась идея цветных конвертов, и в течение нескольких недель пакеты всех цветов радуги порхали по отделу. Теперь уже не нужно было брать пакет в руки, чтобы посмотреть, какого качества или формы были его камни, и сотрудники – за исключением двух-трёх дальтоников – быстро научились не смешивать разноцветные конверты (настоящая беда, когда работаешь с дюжиной конвертов с алмазами слегка различной формы). Несколько часов спустя мы выдвинули идею так печатать бумагу для конвертов, чтобы на ней была перфорация, и после использования пакет можно было развернуть и поместить в папку-регистратор. Таким образом, мы сохраняли долговременную запись с оригиналом подписи каждого, кто взял хоть один камень из описи, и заодно получали копию наших компьютерных систем учёта, на случай если там что-то слетит или пропадёт.

Потом мы стали играть с размером конвертов; придумали полосы для различных типов огранки, а также ввели в обиход многое другое, что сделало наши системы учёта и контроля потерь самыми продуманными и надёжными в алмазном бизнесе. А это опять-таки одна из очень немногих возможностей урвать кусок побольше, чем конкурент, ведь в международной алмазной промышленности сырьём распоряжается монополия (и серьёзных сделок не допускает), а квалифицированный труд по огранке почти везде в мире стоит одинаково.

Позже, попадая в офисы небольших алмазных компаний по всему миру, я испытывал чувство законной гордости, глядя, как они скопировали (а подчас и усовершенствовали) изобретённую нами систему. Даже если этот метод инвентаризации и контроля сократил стоимость алмазов в «Андин» всего на один процент, то и тогда мы говорим о миллионах долларов дополнительной прибыли за те годы, что он внедрён и действует. А родился он благодаря одному из дней в Кругу, проведённому подальше от работы и позволившему по-новому взглянуть на эту самую работу. Меня неизменно поражало, как в иных компаниях изо всех сил стараются выжать из своих менеджеров все соки, лишая их каждого часа свободного времени. А потом ещё искренне удивляются тому, что те настолько измотаны, что у них вообще нет ни новых идей, ни источников вдохновения на эти новые идеи, кроме всё того же надоевшего кабинета. Ну, думаю, я достаточно разрекламировал вам идею Круга, остаётся показать товар лицом, – давайте посмотрим, как его нужно делать.

Существует несколько основных правил планирования дня в Круге. Самое главное заключается в том, что Круг нужно проводить регулярно, в один и тот же день каждую неделю или раз в две недели, причём это время должно быть неприкосновенно. То есть если в качестве дня Круга вы избрали среду, то вы никогда не должны отступать от этого решения и идти на работу в среду. Причина этого довольна проста. Большинство талантливых людей в корпоративном мире – трудоголики, даже скорее трудоманы. Они будут работать независимо от того, действительно ли им нужно работать, и такую работу завершить в принципе невозможно. Им просто интересно работать с утра до вечера, это поддерживает уровень адреналина в крови, а любой начальник знает, что адреналин и есть тот самый наркотик.

Как правило, люди годами оставались в «Андин» даже после того, как у них появлялась возможность легко получить в другом месте зарплату побольше и должность получше, оставались потому, что наша компания всегда росла, и в ней всегда появлялись новые перспективы – вершины, которые хотелось покорить. Вполне возможно, что вы прониклись идеей Круга, не исключено, что вы даже попробуете её две или три среды подряд, но я вам гарантирую, что вы найдёте повод смыться на работу ради «ну очень важных дел» в связи с каким-нибудь предпраздничным авралом; и это полностью уничтожит смысл всей затеи. Как и большинство других глубоких практик и концепций, описанных в этой книге, идея Круга не может работать, если вы не обязуетесь воплощать её в жизнь равномерно и постоянно. Важно, чтобы в самом начале вы твёрдо усвоили: если посреди рабочей недели вы на один день прекратите работать, то вернётесь в свой кабинет с блестящими идеями, которые в сотни раз окупят этот неотработанный день.

Чтобы услышать, как эти блестящие идеи стучатся в ваш ум, пока вы пребываете в Кругу, важно соблюдать молчание. Первую половину дня Круга, скажем до двух часов дня, вы должны провести наедине с самим собой в полной тишине. Никаких телефонов, телевизоров; исключите все источники шума, которые могут помешать вам услышать замечательные мысли, которые роятся у вас в голове: радио, музыка, газеты, журналы, романы, дети, супруги, сантехники, домашние животные. Пойдите в свой закуток, то самое тихое место, которое мы приготовили в предыдущей главе, и просто молча посидите там в одиночестве.

Такое времяпрепровождение действительно весьма ощутимо выбивает из колеи большинство деятельных руководителей. Их первая естественная реакция – это непреодолимое ощущение того, что они зря теряют время. Мои люди сейчас на работе работают как папа Карло, бегают как заведённые туда-сюда, говорят по двум-трём телефонам одновременно и разруливают серьёзнейшие проблемы по всей компании, а я сижу тут и ничего не делаю. А тут ещё к завтрашнему дню надо было подготовить исключительно выгодное предложение, а шансов заняться этим практически нет. Да ведь и клиент-то один из самых серьёзных, а я тут транжирю драгоценное время, которое должен посвятить ему.

Или, скажем, супруги, или друзья, или дети начнут строить на вас планы, зная, что вы собираетесь быть дома целый день. «Если ты всё равно будешь торчать тут всё утро, то я не понимаю, почему бы тебе не заскочить в банк, а потом побыть дома и получить посылку, – всего-то делов на полчаса!» Пошлите их ко всем чертям. Круг должен быть пространством полной тишины и сосредоточения; он не работает, если вас прерывают даже на несколько минут. Вы должны отвоевать эти несколько редчайших, драгоценных, ничем не заменимых моментов своей жизни, чтобы погрузиться в тишину своего ума и найти глубочайшие ответы на те вызовы, которые бросает вам коммерческая и личная жизнь. Никогда не думайте, что это никчёмное дело. Вы не только раскрываете глубинные творческие способности своего ума, но и предотвращаете целый букет проблем со здоровьем, с которыми вы неминуемо столкнулись бы, если бы не нашли в себе силы переломить привычный ход событий. Не нужно быть гением, чтобы увидеть, куда заводит вас этот старый образ жизни. Вон почитайте страницу некрологов в любом номере New York Times и посмотрите, как много способных и талантливых бизнесменов сгорели на работе. Думаете, вы не можете быть следующим?

Спокойно посидев час-полтора в своём уголке и просто помолчав, займитесь физическими упражнениями. В древних тибетских книгах говорится, что тело и ум связаны на очень тонком и глубоком уровне: чем легче и стройнее ваше тело, тем свободнее движутся в нём тонкие энергии, и наоборот. В Соединённых Штатах бизнесмены традиционно предпочитают гольф, бег трусцой, шейпинг и тому подобное. Прекрасно: выберите из них то, что вам больше всего подходит, и приступайте, – больше вероятность, что вы не бросите занятие, если оно вам по душе. Опять-таки помните, что мы не говорим о тренировках ради тренировок, спортивных рекордов или своего рода тщеславия. Если ваше тело здорово, то ум проясняется; если ум яснее, то бизнес идёт в гору; а (как мы увидим позже) действительно ясный ум способен превзойти ограничения обычных коммерческих мотиваций: то есть вы учитесь подниматься из области, где бездумно делают бабки, в высшие сферы, где осмысленно зарабатывают деньги.

Замечу в скобках, что будет очень неплохо, если вы попробуете какие-нибудь экзотические занятия из тех, что действительно гораздо сильнее влияют на ум, чем, например, бегущая дорожка в тренажёрном зале. В последние годы я встречал бизнесменов, которые преодолели свою «застенчивость» и посещали уроки йоги, тай-цзы или даже курсы современного танца. Я не имею в виду ширпотребовские секции под руководством шарлатанов, где вы даром потеряете время и ничему не научитесь у гуру-самозванцев (лучше уж беговая дорожка). Но найдите время и потратьте деньги, чтобы отыскать настоящего мастера своего дела, который примет вас в личные ученики, и возьмите у него несколько персональных уроков. Установите и поддерживайте близкие отношения с истинным знатоком в течение месяцев и лет. Учитесь применять дисциплинированность, которую используете в управлении своим бизнесом, и здесь, в занятиях по поддержанию вашего тела в прекрасной форме, – опять-таки не ради внешней привлекательности, а для высших целей.

В дни Круга также сломайте и привычный распорядок приёма пищи; попробуйте, например, пить только воду или минералку до часа или до двух часов дня. Практика вашего утреннего молчания пойдёт гораздо лучше, да и физкультура тоже, хотя перед физическими упражнениями, возможно, и стоит выпить соку. Прежде чем первый раз поесть, некоторое время спокойно посидите и почитайте какую-нибудь содержательную литературу о высшем смысле нашей жизни. Это могут быть произведения кого-то вроде Ганди или Швейцера, Папы или Далай-ламы, это может быть Библия или что-то ещё, но главное, чтобы написанное было обращено к назначению нашего существования, а не к средствам нашего существования, и не к тому, как зарабатывать на жизнь. Пребывание в такой компании в течение практики молчания является одной из составных частей главной идеи Круга – вырваться за очень ограниченный набор понятий вашей непосредственной рабочей обстановки и раскрыть свой разум для самых блистательных мыслителей всех времён и народов. Тишина, в которую вы погружены, позволит расслышать, о чём вам нашептывает ум, а вдумчивое чтение книг титанов ума и сердца сделают этот шепот отчётливым.

После лёгкого обеда не стесняйтесь подремать, если вас клонит ко сну. Великие книги Древней Индии причисляют удовлетворение личной потребности в сне, наряду с такими факторами, как еда и безмолвное сосредоточение, к четырём физическим основам существования; поэтому хорошенько отоспитесь в день Круга, это не только освежит ваш ум, но и укрепит тело, компенсируя переутомление, которое оно получает от стресса на работе.

Во второй половине дня займитесь какими-то практическими занятиями; это может быть всё что угодно – искусство фотографии, изучение компьютеров или возделывание сада, но главная идея в том, что эти занятия не должны иметь прямой «практической» пользы для ваших обычных служебных обязанностей. Другими словами, вы не должны провести это время, совершенствуя свои знания бухгалтерской программы, которую завтра будете использовать на работе, но вполне можете потратить его, собирая компьютер из набора запчастей. И снова замечу, что будет лучше всего, если вы уйдёте из дома и займётесь таким делом бок о бок с тем, кто по-настоящему разбирается в нём; самое сильное вдохновение исходит от людей, в совершенстве овладевших мастерством, будь то цветы, музыка или ремесло. Идея в том, чтобы раскрыться навстречу творчеству и совершенству, – основную пользу вам приносит не овладение некими профессиональными навыками, а обретение умения мыслить как мастер и его страстной увлечённости любимым делом.

Вечером пойдите и совершите сознательную попытку помочь кому-то в чём-нибудь. Это может быть детская спортивная команда, это может быть престарелый сосед, это может быть ваша семья. Если вы ежедневно ходите на работу, чтобы зарабатывать на хлеб для своей семьи, то в вас развивается особая разновидность эгоизма – эгоизм кормильца, который освобождает вас от выполнения более призземлённых обязанностей, будь то «женская» работа по дому, около него, и особенно от помощи соседям. Люди, которые делают сотни долларов в час на своей корпоративной работе, считают, что отвезти вечером пожилого человека в универсам – что-то вроде напрасной траты времени и их выдающихся способностей, ведь это может сделать кто угодно с минимальной зарплатой. Уж если и служить людям, так с размахом, благотворительность, так в городском масштабе!

Но суть совсем не в этом. Задача однодневной практики Круга в том, чтобы выбить нас из колеи однонаправленного корпоративного мышления, а сделать это можно различными способами. Мы сознательно стремимся освободить свой ум от технических деталей своего коммерческого процесса и просто раскрыть его для свежих источников творческого вдохновения: молчание, общение с мыслителями прошлого и, наконец, наверное, самое главное, вывести наш ум из того фокуса концентрации на самих себя, в котором мы проводим большую часть рабочего дня. Другими словами, мы укрепляем наши души и разум не только тем, что проводим день вдали от затверженных схем коммерческого мышления, но и тем, что проводим день, отказавшись от концентрации на самом себе.

Чтобы достичь этого, нет ничего лучше, чем ежедневное служение окружающим людям, которые в нас нуждаются. Оно было величайшим источником внутренней силы и творческого вдохновения во всю обозримую историю для всех выдающихся личностей, посетивших эту планету. Вы должны понять этот факт, высоко оценить его и затем сделать сознательное усилие избавиться от себя в самом себе, оказав незамысловатую старую добрую помощь тем, кто в ней нуждается: пожилым, бедным, одиноким – неважно. Согласно мудрости Востока, нет ничего, что придаст вам больше сил в корпоративной работе на следующий день.

В конце дня Круга, когда уже пора ложиться в постель, а все в доме угомонились, вернитесь в свой уединённый уголок и посидите там в молчании. Это время для того, чтобы подвести итоги дню, пересмотреть свои мысли и внести последние записи в шестиразовый блокнот. Постарайтесь как можно меньше думать о работе и о том, с чем вам придётся столкнуться завтра утром; секрет в том, чтобы позволить тишине и творческим импульсам работать с вашим умом всю ночь, пока вы спите, не тратя время на обдумывание подробностей завтрашнего дня. Вдохновение, основы которого вы заложили сегодня, придёт к вам завтра по мере надобности; его семена нуждаются и в тишине вашего сна, чтобы вырасти во всей своей полноте.

Последнее замечание о днях Круга: может показаться, что это выходной, часы спокойствия и размышлений, которые дают вам творческий импульс на следующий день-два. Однако теперь, изучив мудрость Алмазного огранщика, мы с вами знаем, что вдохновение, которое «просто пришло» к вам на следующий день, имеет совершенно особые причины – ментальные отпечатки, которые вы поместили в свой ум пребыванием в полной тишине, близостью к великим мыслителям и охотным служением окружающим вас людям. Это всё абсолютно ничем не отличается от того, о чём мы уже говорили; ведь на самом деле вообще ничего плодотворного никогда не произойдёт, если некий след от вашего доброго деяния в прошлом не заставит его произойти. Наш главный бизнес – возделывание сада светлого будущего.

Итак, вот что мы называем Недельным Кругом. Существует ещё одна разновидность Круга, которая была поистине моим самым мощным секретным оружием за всю карьеру на посту вице-президента «Андин». Она называется Лесной Круг, и вы должны будете его попробовать. Нет более эффективного способа глубоко проникнуть в будущее вашей коммерческой карьеры и совершить коренные изменения в вашем бизнесе, призванные как можно быстрее помочь вам достичь желанных целей.

Для проведения Лесного Круга вы сначала должны выговорить себе у руководства хотя бы две недели. Речь не идёт о вашем очередном отпуске; имеется в виду время сверх вашего отпуска. Ну и где же нам взять эти две недели?

Чтобы найти столько времени, вы должны сперва поверить в эффективность того, как вы будете проводить это время. Например, мы едим три раза в день не по необходимости, а потому что действительно хотим есть. Монахи в буддийской традиции принимают обет проводить большую часть дня без еды; вместо того чтобы благодаря этому обычаю ослабеть или отощать, большинство монахов в тибетских монастырях становятся сильными, лёгкими на подъём и очень проницательными. Мы находим время, пищу и место для еды трижды в день просто потому, что мы верим в это. Если вы верите в Лесной Круг, вы найдёте способ выделить свободное время, чтобы его проделать: это целиком во власти человеческого ума.

Давайте я вам сначала расскажу, что надо делать в Лесном Круге, а потом мы выработаем стратегию обретения свободного времени. Сначала убедитесь, что у вас есть чёткое время окончания вашей текущей работы, то есть что вы точно знаете день и час, когда прекратите работать. Если уже сейчас вы занимаете ответственный пост, то в первый раз вам будет невероятно трудно сделать это, ведь вы оказались на таком посту, потому что знаете, как работать, и очень любите работать, а те проекты, которыми вы руководите, развиваются по своим законам с необходимой им скоростью. Требуется большое искусство, чтобы передать их в чужие руки, приостановить на две недели или плавно завершить – и всё это к окончанию срока пребывания в офисе с точностью до часа. Но когда приходит вечер пятницы – время начала Лесного Круга, – физически отложите работу в сторону и мысленно выбросите её из головы. Никогда не попадайтесь в ловушку «ещё денек» или даже «ещё часок», чтобы закончить решающую последнюю стадию проекта. Вы должны ясно мыслить до последней минуты на работе, вы должны ясно понимать, почему именно вы собираетесь пройти Лесной Круг. А идёте вы туда, потому что если практика Круга будет успешной, то вы вернётесь на работу с таким количеством новых идей, творческого вдохновения и энергии, которых будет более чем достаточно, чтобы компенсировать тот незначительный урон, который, возможно, и потерпели некоторые из ваших проектов, оставленных на произвол судьбы, пока вы удалялись в Круг.

Чтобы выполнить практику Лесного Круга, вы должны найти полностью уединённое и тихое место. Что-то типа хижины в тайге или на побережье в мёртвый сезон, лучше всего за городом и вообще вне населённого пункта. Это должно быть такое место, где вы можете гулять, никого не встречая, где никто не будет стучаться в дверь по поводу и без повода, где нет транспортного шума, – ничего такого. Когда вы туда прибудете, удалите все раздражители: запакуйте книги, газеты и журналы в коробки, заприте телевизор и все виды радиоприёмных устройств на замок, а ключ спрячьте подальше, чтобы даже в минуту слабости не было возможности их достать; не принимайте ни почту, ни каких бы то ни было посетителей.

Между прочим, именно в этом заключается секрет того, что Лесной Круг действительно работает: вы должны оказаться в полной, окончательной тишине, в той, которая наступает в вашем уме, когда вы совсем-совсем одни. Так спланируйте свои дела, чтобы вам не надо было встречаться или говорить с кем-нибудь. Добейтесь, чтобы ваша семья и друзья поняли эту идею буквально. Выдерните телефон из розетки, а ещё лучше найдите место, где никогда не было никаких телефонов. Запаситесь едой в достаточном количестве, чтобы хватило на две недели, и не совершайте никаких вылазок в ближайший населённый пункт. Самым лучшим местом для Лесного Круга будет такое, где нельзя увидеть даже следов цивилизации, где нет ни автомобилей, ни детей, ни даже вездесущих туристов. Помните: это не отпуск, это серьёзная попытка достичь серьёзных духовных вершин внутри себя, и это восхождение надо совершать самостоятельно и в полном одиночестве.

И вот вы оказались наедине с самим собой – что теперь делать? Подготовьте себе хорошее тихое место на манер того, что мы устраивали для Недельного Круга – особую часть дома или комнаты, в которой вы будете заниматься только практикой молчания и больше ничем, там не надо есть, да и спать лучше подальше от него. Энергия этого места должна быть посвящена только одной цели, и эта цель – практика молчания. Кстати, это не должно быть чем-то вроде специального медитационного сиденья на полу с подушечкой и так далее, вполне достаточно просто удобного кресла со спинкой, которая поможет вам сидеть прямо.

Примерный распорядок дня должен состоять из чередования следующих занятий: около часа полного молчания, включающего только размышления о жизненно важных вопросах и серьёзных проблемах на работе; час неспешного изучения духовного наследия тех величайших умов, о которых мы говорили (включая, возможно, и принципы, изложенные в этой книге, особенно главу о бизнес-проблемах и их эффективных решениях); час спокойной прогулки или каких-то упражнений на свежем воздухе; час принятия лёгкой пищи и краткого отдыха. Важно питаться очень здоровой и лёгкой пищей – употреблять больше зелени и протеинов и избегать сахара и углеводов, которые ослабляют творческую энергию, которую вы можете обрести в Лесном Круге. Если тишина становится звенящей и вызывает беспокойство или лёгкое головокружение, увеличьте физическую нагрузку и добавьте в свой рацион блюда, содержащие растительные или животные жиры, например, макароны с сыром, жареную кукурузу с маслом или лазанью.

Через день такой жизни вы обнаружите, что вас охватили те же сомнения по поводу Лесного Круга, что были у вас по поводу его недельного собрата – вам, деятельному руководителю, трудно справиться с ощущением, что вы даром теряет время, потому что вы ничего не делаете. В такие моменты архиважно напоминать себе, ради чего вы всё это затеяли. Тишина, молчание и полное отсутствие любой работы напрягают всю вашу внутреннюю творческую энергию. Вы буквально никогда не делали этого раньше во взрослой жизни; никогда не напрягали свой ум изнутри, лишая его какой бы то ни было внешней стимуляции. Вы обнаружите, что происходит следующее: широкими мазками творческого вдохновения и силы ваш ум очерчивает наиболее общие вопросы вашей работы и семьи; ответы вызревают в тишине в подсознательном уме и приходят к вам спустя пять-шесть дней в виде вспышек озарения. Расслабьтесь и доверьтесь процессу; за прошедшие тысячелетия он помогал сотням тысяч мудрецов Востока, поможет и вам. Но вы должны дать ему шанс.

Не забудьте захватить небольшой блокнот, который будет служить вам дневником, и уделяйте ему много времени. Доверяйте ему свои мысли, беседуйте с ним. Записывайте все небольшие идейки, которые будут появляться в самом начале Лесного Круга, и будьте готовы к шквалу идей, находок и озарений после десяти-двенадцати дней. Следует также ожидать несколько дней упадка и уныния, где-то через неделю после начала, – это нормальное явление и часть процесса. Пребывание в Лесном Круге усиливает и усугубляет как положительный аспект вашего ума, так и отрицательный, поэтому вы будете то испытывать навязчивые волны нежности к своей семье, то беситься от злости на подставившего вас главного поставщика. Научитесь получать удовольствие от первого чувства, и не позволяйте выбивать вас из колеи второму.

Последние три-четыре дня в Лесном Круге – это особое время, предназначенное для того, чтобы полностью, в корне пересмотреть свою работу и свою жизнь. Ежедневно выделяйте для этого дополнительное время; сначала выписывайте все грандиозные идеи, которые касаются ваших проектов, а затем начните составлять новый план по дням, с кратким перечнем того, что именно нужно сделать для выполнения жизненно важных решений. Под влиянием тишины ваш ум будет работать яснее и сильнее, чем когда-либо раньше, – и предложения по некоторым изменениям в работе, образе жизни и семейной ситуации будут возникать сами по себе почти автоматически. Важно осознать, что это, возможно, первый раз, когда ваш ум работает с предельной точностью и ясностью; вы должны признать этот факт, поверить в него и продолжать «в вашей жизни после Круга» верить в те решения, которые пришли к вам во время практики Круга.

Позже, когда вы вернётесь на тот скоростной экспресс, который называется вашей работой и жизнью, некоторые из житейских и коммерческих решений, которые вы приняли в Круге, покажутся вам далёкими от реальности, даже наивными. Не верьте этому. Так ум, вернувшийся назад в мир шума и суеты, реагирует на мировоззрение, рождённое тишиной. Весь смысл Лесного Круга состоит в том, чтобы вернуться в полной боевой готовности к созданию нового мира, а новые миры нельзя построить без некоторого риска и смелости.

Небольшое замечание относительно блестящих идей, которых вы ожидаете во время Лесного Круга: помните, что и они, подобно тому что окружает вас снаружи, есть следствия отпечатков, которые вы поместили в свой ум в прошлом, принося добро другим. В исключительно благоприятной обстановке тишины и самоанализа эти отпечатки быстрее всплывают в сознательный ум; их развитию способствуют спокойные мысли, которые обычно посещают человека наедине с природой. Совсем не повредит, если за неделю-другую до отъезда в лес вы предпримите дополнительные усилия, чтобы стать добрее и внимательнее к коллегам по работе и членам семьи, постараетесь разрешить все не решённые до этого личные вопросы. Тогда у вас в голове будут правильные отпечатки, и можете смело ехать в Лесной Круг – они там обязательно созреют.

Чуть не забыл, мы же обещали подкинуть предложения о том, как заполучить свободное время для практики. Грубо говоря, единственный способ – взять эти две недели за свой счёт, предложив вычесть эту сумму (или даже чуть больше) из зарплаты. Ситуации в частных и государственных фирмах могут отличаться, но основной принцип состоит в том, что если вы готовы пойти на жертву и решительно настроены на Лесной Круг, то всё у вас получится. Постоянно напоминайте себе, что на карту поставлена не только ваша карьера, но и ваше здоровье, ваше спокойствие духа, ваше счастье и ваш творческий потенциал. Всё это стоит гораздо больше, чем ваш двухнедельный оклад, а ваш босс оценит серьёзность ваших намерений, раз вы готовы обменять серьёзный вычет из зарплаты на время.

Когда бы я ни брал свободные дни, особенно для Лесного Круга, я всегда предлагал соответствующие вычеты из моей заплаты, и моё предложение всегда милостиво принималось! Тем не менее руководство, несомненно, принимает к сведению, что вы верите в то, чего пытаетесь достичь в Круге. Вам также необходимо получить разрешение своей семьи на этот маленький отпуск, и в любом случае важному рассмотрению подлежит вопрос о том, насколько грамотно вы можете распорядиться своими регулярными обязанностями, чтобы не переложить их на коллег по работе и членов своей семьи. Важно, чтобы все понимали ваши цели, искренне содействовали и сопереживали вашей практике в Кругу; в этом случае ваша энергия будет намного лучше, а вероятность успеха выше. Однако это не означает, что вы должны отказаться от Круга, если вначале столкнётесь с некоторыми препятствиями – ведь вы не прохлаждаться туда едете. Речь идёт о внутренней работе, призванной определить, насколько вся ваша жизнь и карьера успешны и полезны для всех тех, кто рядом с вами, даже если поначалу они этого не понимают. Итак, будьте сильными и решительными. Вы делаете это, чтобы помочь другим.

С Лесным Кругом связаны ещё некоторые детали, которые лучше изучать не по книжкам, а наяву, как в спорте, где наиболее эффективно вы учитесь у живого тренера из плоти и крови. Если вы серьёзно настроены на применение Недельного Круга или Лесного Круга и хотите приделать ракетный двигатель к своей жизни и карьере, обратитесь к разделу «Заключение» в конце книги, чтобы наладить контакт с сотрудниками Института просветлённого бизнеса, которые помогут вам в этом.

Рассказ о том, как сохранить своё тело и ум в добром здравии, пока вы зарабатываете свои деньги по-новому, не будет полным без упоминания древней индийской методики, которая называется «превращение проблем в возможности». Это можно проделать на двух уровнях: на непосредственном и на окончательном.

Вы помните ту историю из главы 10, когда мы купили алмазов на десять тысяч каратов и едва не обанкротились? Там задача состояла в том, чтобы успешно пережить суровый наезд вашего босса и попытаться за несколько секунд, пока на вас кричат, совладать со своим собственным гневом и досадой, буквально за миг до того, как они успеют полностью оформиться в вашем уме. Непосредственный результат заключался в том, что вы покинули кабинет своего босса, сохраняя ясность сознания, во всеоружии и готовности разобраться с возникшей проблемой и исправить её. Долгосрочный результат состоял в том, что вы прекратили закладывать в свой ум ментальные отпечатки, которые привели бы к повторению зрелища сердитого босса: ваша рабочая обстановка с того момента будет всё спокойнее и спокойнее.

Итак, давайте представим, что мы вышли из кабинета, сохранив хладнокровие, – что же всё-таки делать с теми лишними десятью тысячами алмазных каратов? В сиюминутном смысле вы здесь защищаете свой ум, а в долгосрочном – предотвращаете переутомление и преждевременный износ своего тела, направляя свои мысли прямо в пустоту или в скрытый потенциал, присущий любой проблеме. Пустота означает, что проблема остаётся проблемой лишь до тех пор, пока ваши ментальные следы заставляют вас воспринимать её как проблему. И уже одно только то, что вы знаете об этой пустоте, позволяет вам превратить любую проблему в возможность.

Здесь важно осознать, что десять тысяч каратов могут правильно и на законном основании рассматриваться и как проблема, и как начало новой возможности. Попытка рассмотреть их как проблему сразу заставляет вас нервничать; она загоняет ваш разум в оборонительную позицию и парализует вашу творческую энергию. Вместо этого представьте, будто на прошлой неделе у вас была грандиозная чрезвычайно прибыльная идея, для реализации которой вам потребовались десять тысяч каратов; просто сейчас она вылетела у вас из головы. Вам остаётся её вспомнить!

В «Андин» в таких случаях мы обычно использовали простую стратегию: брали и разрабатывали дизайн нового изделия под то сырьё, которое было куплено по ошибке. Если вы паникуете в подобной ситуации, то прежде всего сковываете драгоценное творческое пространство своего ума, а это, в свою очередь, надолго затянет созревание идеи, которая может решить проблему. Кроме того, это способствует росту негативных отпечатков, которые в течение нескольких дней или недель будут всплывать в вашем сознательном уме и фактически препятствовать восприятию возможностей выхода из кризиса. Поэтому важно оставаться спокойными и сосредоточиться на процессе вспоминания: что же я всё-таки собирался сделать с этими десятью тысячами каратов? Предположим, что все эти камни представляют собой грязно-коричневую смесь всех форм и типов огранки. Такие алмазы труднее всего продаются на рынке; мелкие камни, которыми усеивают головки бура для бурения нефтяных скважин, то есть усеивали, пока находчивые индийские алмазные дилеры не нашли способ дёшево огранять их. Теперь такие бриллианты идут на знаменитые «однокаратные сердечки».

Эта модель стала настоящей палочкой-выручалочкой для алмазных дилеров и ювелирных фирм, у которых скопилось большое количество разнокалиберных камней; а мы в «Андин» довели эту концепцию до её высшего развития. Вот как это происходит. Сначала вы засыпаете все камни (мы сейчас говорим о миллионе алмазных осколков) в алмазные сита и целый день колотите небольшими металлическими брусками по крошечным железным цилиндрам, проталкивая алмазы через серию маленьких дырочек; в конце концов это приводит к тому, что все микроскопические бриллианты одинакового размера оказываются каждый в своей кучке. После этого вы проделываете очень тонкую работу со сверхчувствительными алмазными весами, чтобы, взвесив все алмазы, определить средний вес камня в каждой кучке (не забудьте, что на один алмаз приходится около одной миллионной фунта).

Таким образом, вы раскладываете камни, только микроскопически отличающиеся друг от друга по размеру, на пять-шесть кучек. Затем вы приносите заготовку – золотой кулон, по всей поверхности которого сделаны пятьдесят крошечных дырочек; окончательное изделие выглядит как коллекция алмазной крошки в форме сердечка. Камни глубоко утоплены в жёлтое золото, на фоне которого не так заметен их грязно-коричневый оттенок. И вот вы сидите с калькулятором и подсчитываете, какая комбинация пятидесяти камней из пяти кучек в сумме даст вес 99,5 процента карата – или любой минимально разрешённый вес, ещё считающийся «каратом» в данный момент. Результатом ваших усилий к концу дня будет изысканная бриллиантовая вещица, которую можно предложить за очень хорошую цену благодаря точнейшему контролю веса составных частей – золота и алмазов. А общий итог такой: когда эта модель входит в моду, то получается, что вы взяли и превратили ошибку, стоимостью в десять тысяч каратов, в большую удачу, стоимостью в десять тысяч каратов. Ну а дальше вы знаете. Босс посылает вас купить ещё десять тысяч каратов точно таких же камней, и может быть, повторить вам это не удастся.

Однако идея упражнения ясна. Любой существующий объект в мире – пуст. Это означает, что ни один объект в мире не является плохим или хорошим сам по себе: «кому и горький хрен малина, кому и бланманже – полынь». Объект становится хорошим или плохим исходя из ваших ощущений, а эти ощущения с большой точностью определяются хорошими или плохими отпечатками, попавшими в ваш ум в прошлом. Проблемы не являются проблемами сами по себе; скорее что-то в вашем уме заставляет вас считать проблему проблемой. Каждую проблему можно превратить в возможности, потому что ни одна проблема сама по себе не является проблемой и в самой себе не содержит проблему.

Попробуйте такое упражнение. Как только появится очередная бизнес-проблема, исходящая от вашего конкурента, представьте, что весь персонал конкурирующей фирмы укомплектован добрыми феями, которые умеют видеть будущее, которые обожают вашу компанию и которые поголовно ратуют за ваш большой успех. Они увидели, что вы двигаетесь в неверном направлении, и нарочно перекрыли это направление, чтобы вытолкнуть вас на правильный путь. Вместо того чтобы беспокоиться или огорчаться по поводу того, что задуманное вами не удалось, полностью повернитесь в сторону новых перспектив, которые открывает вам новое направление. Вместо того чтобы с сожалением оглядываться назад на старую, знакомую вам дорогу, постарайтесь разглядеть новый путь, по которому они хотят вас направить.

Будет ли такой взгляд на ситуацию реалистичным? Может, да, а может, нет. В сущности, это неважно. Конечный результат в любом случае один и тот же. Ваше расстройство и озабоченность внедряют в ум негативный отпечаток, а также забирают под себя часть умственного пространства, оставляя намного меньше места для творческой активности вашего ума. Это может ещё более осложнить ваше положение. А вот если вы сосредоточитесь на поисках скрытых возможностей проблемы, то это укрепит ваш ум и посеет в нём только положительные отпечатки – те самые отпечатки, которые в будущем заставят вас видеть успех. Поэтому имеет смысл начать уже видеть вещи именно так.

В начале этой главы мы говорили о двух уровнях превращения проблем в возможности: о непосредственном и об окончательном. Окончательная возможность, которую можно извлечь из каждой проблемы, – это прежде всего проникновение в суть скрытого потенциала всех вещей: в их пустоту. Как это работает?

Проблемы, как таковые, предоставляют нам самые лучшие возможности, какие только могут быть на свете. Как гласит мудрость древнего Тибета, ничего не может быть хуже, чем когда дела идут хорошо всё время. Это потому, что пока дела идут хорошо, мы никогда не задаёмся вопросом, почему всё вообще происходит так, как оно происходит. Вы никогда не увидите человека, который рвёт на себе волосы, посыпает голову пеплом и горестно восклицает: «Ну почему это случилось со мной?» – по поводу какой-нибудь жизненной удачи. Должно произойти какое-нибудь несчастье, чтобы мы задумались о том, какова причина всего происходящего.

Нет ничего более печального, ни с кем не может случиться большей беды, чем с компанией или руководителем, которые погрязли в благодушии из-за того, что слишком долго почивали на лаврах, чей успех был слишком постоянным и длительным. Ситуация всё время меняется, а благодушие не вдохновляет людей на мучительные и глубокие поиски причинного механизма истинной работы вещей. Поэтому в словах о том, что сам факт наличия проблем содержит в себе величайшие возможности, нет и тени прекраснодушной сентиментальности. Страдание толкает нас на поиски того, что же именно управляет окружающим миром, и если эти поиски приведут нас к открытию законов скрытого потенциала и ментальных отпечатков, то это самое лучшее из того, что вообще может с нами когда-либо произойти.

Путешествие сквозь мудрость Алмазного огранщика провело нас через две великие страны. И одна из них есть мир скрытого потенциала и отпечатков в уме – основа самой окружающей нас реальности, представляющая собой пустой экран, на который наши ощущения, целиком зависящие от поведения по отношению к другим людям в прошлом, проецируют успехи или провалы нашей коммерческой и личной жизни. Короче, мы узнали, откуда действительно берутся деньги, и обрели действительно надёжный, с «защитой от дурака», метод их зарабатывания.

Сами по себе деньги бессмысленны, если мы не умеем получать радость от их использования; вот почему мы научились сохранять тело и ум в ясности и добром здравии как на работе, так и за пределами офиса; научились, как, год за годом делая карьеру, сохранять юношеский задор и творческую активность. Однако напоследок мы должны поговорить о неизбежном. Речь идёт о том, что, каких бы выдающихся успехов вы ни добились в зарабатывании денег, а также в сохранении духовной чистоты, позволяющей вам правильно наслаждаться ими, вашему бизнесу, как, впрочем, и вашей жизни, в один прекрасный день должен прийти конец. В буддийской традиции бизнесмен не считается действительно преуспевающим, если он всего лишь сумел заработать кучу денег и даже если он при этом знает, как насладиться ими в полной мере. Окончание не менее важно, чем начало, чем сам процесс; придя к концу, к неизбежному концу, и оглянувшись на прожитые в бизнесе годы, вы должны иметь возможность не кривя душой сказать, что всё это того стоило, что все эти напряжённые часы и годы усилий имели непреходящее значение.

Решение удостовериться в том, что ваш бизнес в этом мире действительно имеет смысл и приносит пользу, не может даже прийти вам в голову, если вы не в состоянии взглянуть на вашу жизнь и вашу карьеру с точки зрения их неизбежного конца. Сложно решиться оценить осмысленность прожитой жизни, если у вас не хватает смелости представить себя в последние её часы, примерить на себя эту неизбежную ситуацию и с её высоты оглянуться на то, как вы прожили свою жизнь. Вот почему это глава рассказывает о Ширли.

Прежде чем перейти к Ширли, нам необходимо вернуться к Алмазному огранщику. Наверное, самые знаменитые строки этой древней книги расположены в самом конце; эти стихи носят название «Строфа о непостоянстве» и считаются настолько важными, что тибетские монахи обязаны регулярно произносить их каждое полнолуние и новолуние, ни в коем случае не пропуская. Они звучат так:

Ниже следуют комментарии Чоней Ламы; как всегда, слова оригинала даются жирным шрифтом. Хорошо видно, что он обнаруживает в этих стихах не только наставления по непостоянству, но и сильную связь с концепцией скрытого потенциала вещей, или пустотой.

[Это и есть упомянутые выше пять составных частей личности; «Солнцеподобный» – эпитет Будды.]

Только что процитированная строфа относится главным образом к непостоянству личности – к тому факту, что, как индивидуумы, мы должны прийти и к концу нашей карьеры, и к концу нашей жизни. На значительно более глубоком уровне (хотя речь идёт сейчас и не об этом) непостоянство может быть объяснено в терминах ментальных следов и скрытого потенциала. То есть в нашем уме существуют отпечатки, которые создают наше восприятие, самый мир вокруг нас и даже наше собственное тело и ум. Эти отпечатки похожи на любую другую форму энергии – на всё, что было когда-либо приведено в движение в силу неких обстоятельств или благодаря соответствующим условиям.

Скажем прямо, тот факт, что вещи приведены в движение, тот факт, что одни вещи – ментальные отпечатки определяют появление других вещей, окружающего нас мира и даже нашего тела и ума, непременно означает, что эти последние должны в какой-то момент остановиться, закоптиться, уже только потому, что они начались. Согласно буддизму, чтобы вещь закончилась, не требуется ничего, кроме того, что она началась. В тот момент, когда вы бьёте по мячу бейсбольной битой, вы уверены, что этот мяч где-то и как-то докатится до остановки. Ваша коммерческая карьера закончится, потому что вы получили свою первую работу. Ваша жизнь закончится, потому что вы родились, и никаких других причин не требуется. Успех вашей попытки удостовериться, что ваша личная жизнь и коммерческая карьера по-настоящему состоялись, зависит от вашей абсолютной уверенности в том, что в один прекрасный день они обе закончатся.

В тот день, когда я вошёл в «Андин» в поисках моей первой настоящей работы, я столкнулся с Ширли; это было нетрудно, так как она была единственной сотрудницей на тот момент. Я тогда только что оставил за плечами восемь лет напряжённых занятий в маленьком тихом монастыре с моим Ламой по теории буддизма и практики медитации, поглощающих всё моё время и внимание. Пока я каждое утро в течение двух часов добирался до работы, грохот и зловоние Нью-Йорка буквально доводили меня до тошнотворного состояния, но потом я целый день любовался Ширли, и это примиряло меня с жизнью. Она была сильной гордой уроженкой Ямайки с ниспадающими на плечи чёрными волосами и улыбкой размером с комнату. Я вырос в штате Аризона и никогда прежде не встречал островитянок, поэтому был в полном восторге, когда увидел, как это живое солнышко разгуливает по коридорам, напевая мелодичные песенки в живом британском ритме. Ширли и её муж Тед быстро стали для меня как семья; вместе с владельцами фирмы, Офером и Аей, мы переживали все взлеты и падения «Андин», пока, наконец, ежегодно удваивая и утраивая уровень продаж, мы не достигли его текущего объёма, превышающего 100 миллионов долларов в год. Мы с ней одновременно управляли большими подразделениями: она отделом доставки, а я – алмазным.

Неизменное чувство юмора и любовь, которую она изливала на окружающих, были поистине легендарными; мы могли проработать до часу ночи, а то и до двух, а она всегда оставалась всё такой же весёлой и приветливой, как и в начале дня. Её губы всегда что-то напевали, даже когда ей приходилось управлять почти сотней подчинённых или упаковывать и доставлять высококачественные ювелирные изделия количеством до десяти тысяч штук ежедневно, соблюдая немыслимо сжатые сроки. Она всегда приходила первой, а уходила последней и готова была насмерть биться за своих сотрудников. Эти и другие черты её характера завоевали ей исключительную преданность и любовь всех, кто с ней работал. Внутренняя мощь, которую излучали её глаза, и глубокие религиозные убеждения – деятельная христианская позиция – делали её оплотом силы для всех нас.

Помню, как пришла первая неприятность; нам сказали, мол, что-то не так с Ширли и не хотим ли мы навестить её в госпитале. Это был тот самый шок, который всегда переживаешь, когда кто-то, казавшийся незыблемым, вдруг оказывается более чем уязвимым и хрупким. Такое же чувство я испытал, когда у моей матери обнаружили опухоль в груди или когда мой отец на охоте потерял сознание и почти сорвался со скалы, а я, совсем ещё пацан, пытался удержать его огромное тело от падения в пропасть. У Ширли был довольно серьёзный случай диабета, но всё могло бы ещё быть хорошо, если бы она слегка сбавила темп, питалась хорошо и регулярно и вовремя глотала все эти разноцветные пилюли.

Но ей было не до этого. Вы должны понять, что компания в те дни стремительно набирала обороты, завоёвывая рынок; мы были неуловимы, управляя по всему миру своими филиалами, которые не могли без нас обойтись. Мы с Ширли вышли на такой уровень, на котором играючи управлялись с сотнями тысяч или даже миллионами долларов в час. Наши заработки выросли почти пропорционально объёму работы и количеству подчинённых; мы стали маленькими богами в своих офисных королевствах, походя, за десертом решая судьбы своих подданных оптом и в розницу, как будто те были нашими куклами или игрушечными солдатиками, и перетасовывая их по своей прихоти. «Андин» была для нас и всепоглощающей страстью, и повелительницей; компания предъявляла к нам немыслимые требования и выводила нас на такой уровень интенсивности труда, который наголову превышал наши возможности. А наградой за всё были только деньги, которые мы и во сне не мечтали увидеть. И вот Ширли стала задерживаться всё позже и позже, приходя от работы в тот транс, в котором все мы до некоторой степени пребывали.

Ничего не было важнее работы. Иногда она забывала поужинать, иногда пообедать, потом стала всё чаще пропускать еду. Иногда она принимала свои лекарства, иногда нет, ведь важнейший заказ для J. C. Penney не мог запоздать ни на минуту. Тяжелейшая нагрузка и невнимание к своему здоровью начинали уже взимать свою неизбежную дань, но она и не думала останавливаться или хотя бы притормозить. Думаю, что именно в то время я усвоил один из наиболее важных корпоративных уроков: действительно хороший работник будет подгонять сам себя до тех пор, пока не загонит совсем, и требуются величайшая мудрость и самоконтроль со стороны его начальника, чтобы понять, когда следует заставить этого работника снизить обороты, даже если в результате пострадает производство.

Настало время, когда Ширли по состоянию здоровья уже не могла руководить большой группой людей, но просто из-за большой привязанности к ней владельцы компании создали под неё отдел обслуживания клиентов, с которым она могла ещё управляться в сниженном темпе. А потом она уволилась и переехала в штат Нью Гемпшир, чтобы отдохнуть и начать дорогостоящее лечение почечного диализа. «Андин» продолжала раскручиваться, и мне трудно было поддерживать связь с Ширли; мой рабочий день мчался со скоростью тысячу миль в час, иногда я одновременно говорил по трём-четырём телефонам, драгоценные камни летали по отделу уже не в маленьких конвертах, а в мусорных мешках и корзинах – уже не сотнями, а тысячами и десятками тысяч. А вот день Ширли всё замедлялся.

Последний раз я говорил с ней, когда случайно позвонил ей в тот самый момент, когда она только что вернулась из госпиталя, где ей ампутировали обе ноги. Как всегда, она была невероятно весела и внимательна, больше спрашивала обо мне, чем рассказывала о себе; а потом первый раз вслух проявила свою озабоченность собственным будущим, – мол, что же с ней теперь будет? Вскоре она умерла.

Узнав о её смерти, поняв, что женщины, с которой мы столько лет провели бок о бок, с которой с утра до позднего вечера делили всевозможные радости и печали, больше нет и никогда не будет с нами, мы первый раз оглянулись на свою жизнь в компании, посмотрев на неё глазами человека, который достиг последнего пристанища. Мы стали неизбежно задаваться вопросом – наверное, впервые, – чего вообще стоят все наши усилия. Это было даже занятно, да более чем занятно – эти размышления полностью захватили нас тогда; при этом иллюзия грандиозности и важности нашего бизнеса как-то сразу растаяла перед самим явлением смерти, задуматься о котором нас вынудил уход Ширли. Титаническая борьба за деньги уже никогда не будет такой, как прежде. Так значит, это серьёзно? Так значит, это навсегда? Мы проживаем здесь настоящую жизнь, а в конце мы с ней расстанемся. Несмотря на то что наша компания набирала вес и силу на рынке, несмотря на то что наш авторитет и денежные накопления выросли вместе с ростом «Андин», ни один из нас не мог больше игнорировать тот факт, что всё это забудется как страшный сон через пару дней после выхода на пенсию. Мы вынуждены были задаться вопросом, а почему мы вообще до сих пор там.

Буддийский подход к бизнесу гласит, что каждое утро мы должны входить в офис, задавая себе вопрос: «Как бы я провёл свой день, если бы знал, что вечером умру?» Нет, это не способ загнать себя в депрессию и не патологическая навязчивая идея. Это чрезвычайно практический метод; такая установка освобождает вас; этот приём способствует превращению вашего бизнеса в достойнейшее занятие, дело, которым вы действительно сможете гордиться, когда придёт конец вашей коммерческой карьере и настанет пора оглянуться назад и подвести итог. Вот как это работает.

В тибетских монастырях существует практика, которая называется «Созерцание смерти». Когда вы слышите эту фразу, вы, возможно, видите себя лежащим где-то на холодном тротуаре, пытаетесь представить себе хлопочущих врачей, кучу трубок в носу, капельниц в венах, непрямой массаж сердца, искусственное дыхание, рыдающих рядом родственников и то, как кривая сердечных сокращений на мониторе с печальным писком превращается в прямую. Но это совсем не то. В двух словах это выглядит так: проснувшись утром, вы продолжаете лежать в постели с закрытыми глазами и говорите себе: «Сегодня вечером я умру. Как же мне лучше всего распорядиться оставшимся временем?»

К вам в голову тут же придут самые разные мысли. Это как получить неожиданный выходной день, ну а раз вечером вы собираетесь умереть, то почему бы не попробовать что-нибудь экстравагантное или даже небезопасное, ведь вам всегда этого хотелось. Риск? Ну и что, вам всё равно сегодня умирать. Поэтому не удивляйтесь, если испытаете страстное желание прыгнуть с парашютом, или даже решимость спеть, наконец, в баре с караоке, или, может быть, отважитесь купить самые дорогие билеты на бродвейский мюзикл (если, конечно, будет дневной спектакль, до вечернего-то вы не доживёте).

Практику Созерцания смерти нужно делать регулярно в течение длительного периода времени – вот тогда она будет действовать наиболее эффективно. Очень скоро вы обнаружите её первый результат – упрощение вашей жизни: вы избавитесь от вещей или привычек, которые вам мешают, снижают ваш темп. Сколько у вас пар обуви? И где фотографии из вашего старого отпуска, которые вы уже больше не смотрите? Когда вы слышите эти вопросы, вы начинаете мысленно представлять все различные туфли, кроссовки, шлепанцы, которые у вас есть: ваш ум входит в гардеробную и видит как минимум те, которые вы носите чаще всего. А потом ваш мысленный взор переходит в кабинет или на журнальный столик и видит несколько стопок фотоконвертов; открывает один, другой и даже в общих чертах припоминает, что изображено на некоторых фотографиях.

Всё это доказывает, что где-то, на некотором уровне, вы храните мысленную опись всех своих вещей. Это, кроме того, означает, что часть пространства вашей памяти занята этими деталями; помните, что ум подобен жёсткому диску компьютера – у него тоже ограниченная ёмкость. Вы знаете, как начинают работать компьютеры, когда их жёсткий диск заполнен почти до отказа: программы перестают работать, всё тормозит, операционная система зависает. Вы также знаете, как здорово подключить новый компьютер, на котором полно свободного дискового пространства, – всё летает. Смысл Созерцания смерти в том, чтобы пересесть со старого компьютера на новый. Быстрый, грубый способ достичь этого заключается в том, чтобы начать попросту выбрасывать из дома вещи, которые вам больше не нужны или которые вы давно не используете. Таких вещей в вашем доме – процентов семьдесят пять. Есть хорошее правило: если вы не использовали вещь в течение последних шести месяцев – смело несите её на помойку. Не стоит, впрочем, летом выбрасывать зимнюю одежду, а зимой – летнюю: всякое может случиться, вдруг вы всё же не умрёте.

Когда вы ещё дольше позанимаетесь этой практикой, вы начнёте проделывать с вашими занятиями то же самое, что вы сделали уже с вещами. Если вы действительно собираетесь вечером уйти из жизни, разве вы станете от корки до корки читать воскресную газету или большинство журналов, на которые подписаны, или разгадывать кроссворды? Вы что, действительно будете переключать телевизионные каналы в безнадёжных поисках чего-нибудь поинтереснее рекламы? Вы будете тратить два часа на обед или ужин, перемывая косточки другим менеджерам? Примите уже решение: если бы я не стал делать этого в день своей смерти, то и сейчас не стоит. Между нами говоря, вы действительно можете умереть сегодня.

На каком-то этапе этого процесса вы начнёте всматриваться в свою карьеру как таковую. Ну неужели это та работа, которую вам хотелось бы делать, перед тем как умереть сегодня вечером? Может быть, есть что-то такое, чем вам действительно хотелось бы заняться, но вы не решались, потому что не были уверены, что сможете заработать и прокормить семью, или сомневались, что способны заняться чем-то совершенно для себя новым, или просто потому, что вы несколько ленивы и тяжелы на подъём? Жизнь и вправду очень коротка, а работоспособные годы ещё короче – годы максимального здоровья, энергии и интеллектуальной силы. Может быть, всё-таки стоит слегка поступиться деньгами ради того, чтобы каждый день заниматься любимым и очень важным для вас делом.

В конечном своём развитии данной практики Созерцание смерти перерастает в инстинктивное влечение к тем вещам в человеческой жизни, которые действительно наиболее прекрасны, полны высокого смысла и всё такое. С помощью практики внутренних раздумий и медитации вы направили своё мышление вперёд, к тому его состоянию, в котором оно с большой долей вероятности окажется в конце вашей карьеры и жизни. Возможно, у вас уже есть неплохие сбережения. Вы уже удовлетворили свои основные потребности, а может, и больше – добились комфорта для себя и своей семьи. С профессиональной точки зрения вы – человек на своём месте. Несмотря на то что ваша физическая энергия и до некоторой степени интеллектуальный потенциал, возможно, с годами слегка снизились, ваш богатый опыт всё же позволяет вам с успехом справляться почти с любыми задачами.

Именно в такой период своих размышлений удачливые бизнесмены в возрасте начинают интересоваться благотворительностью. Это происходит не оттого, что им нечем заняться; скорее эти люди в течение всей своей жизни обрели такую мудрость, которая помогла им безошибочно выделить ту единственно важную вещь, на которую действительно стоит направлять накопленные деньги, обретённую власть и богатый опыт. Такие люди пребывают в том самом размышлении, о котором мы недавно говорили; оглядываясь на свою карьеру с точки зрения её неизбежного конца, они непременно начинают задаваться вопросом: «А стоило ли?»

Идея заключается в том, чтобы представить, где вы окажетесь через несколько лет, и уже сейчас принять нужные решения, которые позволят вам оглянуться на эти несколько лет с радостью и глубоким удовлетворением. Знание того, что вы будете иметь такую возможность, делает не только цель, но и само путешествие к цели бесконечно более радостным и интересным. Поэтому попробуйте Созерцание смерти сейчас; я думаю, что вы придёте к тому состоянию ума, которое мы рассмотрим в следующей главе, – это то, что мы называем «поменяться местами с другими».

Вы должны пройти через весь процесс мысленного путешествия вперёд во времени и, оглянувшись на свою жизнь, с удовлетворением констатировать, что вы сделали наиболее важные и значимые вещи, причём не только в своей карьере, но и во всём бизнесе как таковом. Компании как люди: рождаются, взрослеют, проживают свою жизнь, затем стареют и умирают в силу самой природы вещей. Вы должны научиться оценивать свой бизнес с той же точки зрения, с которой вы оценивали свою жизнь, – вы должны представить его смерть и оглянуться назад.

А любой бизнес обязательно умрёт, и бизнесмен, который действительно осознаёт этот факт даже в разгар ошеломляющего успеха, неизменно находится в гораздо более выгодной коммерческой позиции. Такое понимание сохраняет вашу голову ясной, а жизненные приоритеты правильными. Да что там говорить, сам Будда ясно предвидел конец своего собственного бизнеса – закат буддизма как такового – и часто говорил об этом, чтобы сохранить свою ясность и ясность ума своих последователей. Алмазный огранщик приводит большой фрагмент одной из таких бесед; обмен мнениями начинается с вопроса, с которым к Будде обращается Субхути – бог мудрости, прикинувшийся простым монахом:

Эти «пять раз по пятьсот» как таковые относятся к продолжительности времени, в течение которого учение будет оставаться в мире: 2500 лет.

Различные древние книги, равно как и комментарии к этим книгам, по-разному отвечают на вопрос о том, как же долго учение продолжит существовать в этом мире. В них утверждается, что учение Всемогущего [Будды] будет продолжаться тысячу лет, или две тысячи, или две с половиной, или даже пять тысяч лет. Однако если приглядеться к этим утверждениям повнимательнее, то оказывается, что между ними нет никакого противоречия.

Причина отсутствия противоречия заключается в том, что некоторые из этих работ имеют в виду тот период времени, в течение которого люди будут всё ещё достигать буддийских целей или всё ещё будут практиковать учение. А другие упоминают время, в течение которого тексты этих учений будут оставаться в мире. Наконец, третьи описывают судьбу учения в Стране Татхагаты [в Индии].

Есть много примеров тех святых воинов, появление которых предсказывал Будда в упомянутых строках. В Стране Татхагаты просияли «Шесть Драгоценностей Страны Дзамбу» и другие им подобные герои. Тибет прославили такие великие личности, как Сакья Пандита, или Будон Римпоче, или Три Повелителя – Дже Цзонхава и два его духовных сына.

Нас, людей Запада, не может не поражать такой диалог, в котором основатель одной из мировых религий чуть ли не в первые часы существования этой самой религии предсказывает её исчезновение через две тысячи лет. Устойчивая тенденция всех наших институтов – бизнеса, политики, семьи и отдельной личности – подразумевает, что где-то в самых глубинах нашего сердца мы верим, что если в некоторый момент времени что-то идёт хорошо, то оно и дальше будет идти так же хорошо или даже ещё лучше. Однако в буддизме говорится, что все вещи управляются нашими ментальными отпечатками и ощущениями, которые эти отпечатки заставляют нас испытывать. А эти отпечатки подобны деревьям – семена попадают в почву, появляются ростки, дерево растёт, расцветает, а потом неизбежно умирает, когда энергия семени исчерпывается. Поскольку мир вокруг нас и мы сами – есть ощущения, управляемые силой ментальных семян, которые действуют точно так же, как семена растений, значит, и мы, как индивидуумы, и наш мир должны неизбежно прийти к концу.

Даже когда мы находимся на пике своей карьеры, даже когда наша компания лидирует на рынке, мы должны всегда об этом помнить. Чтобы уверенно шагать по жизни и успешно вести свой бизнес, мы должны постоянно поверять их самой ясной перспективой – мы должны постоянно мысленно переноситься в день проводов на пенсию, в день своей смерти, в день смерти самой нашей компании и оглядываться на плоды своего труда, вопрошая: «Всё это того стоило? Всё это имело смысл? Был ли это лучший способ прожить короткую, драгоценную человеческую жизнь?»

В следующей главе мы рассмотрим способы добиться того, чтобы ответить: «Да, это имело смысл». И не беспокойтесь; я научу вас, как убить двух и более зайцев. Наша цель: 1) заработать кучу денег; 2) остаться очень здоровыми телом и умом, чтобы вполне насладиться деньгами; и, наконец, 3) использовать деньги так, чтобы впоследствии гордиться собой. Кроме того, лучший способ правильно использовать деньги оказывается лучшим для управления как большой компанией и семьёй, так и вашей жизнью вообще.

He думаю, что в Америке найдётся хотя бы один бизнесмен, коммерческий руководитель, который совершенно ясно, нутром не чувствовал бы разницы между тем, что значимо, и тем, что бессмысленно. Время от времени нас могут сбить с пути движимое и недвижимое имущество или связи с людьми, которые пекутся только о своих интересах, но сама их природа такова, что мы быстро устаём и от того и от другого – понимание их бессмысленности неизбежно приходит к любому думающему индивидууму. В древних буддийских книгах говорится, что каждую личность на глубоко внутреннем уровне влечёт желание разобраться в том, что же по-настоящему значимо, и что мы не можем быть счастливы, пока не узнаем это. И как раз Алмазный огранщик довольно ясно определяет то, что имеет для нас непреходящий смысл.

Начнём с самого коренного текста:

Чувство, лежащее в основе этого отрывка, понятно; многие из использованных выражений – нет. Обратимся за помощью к разъяснениям Чоней Ламы, а потом посмотрим, как это применить в корпоративном управлении.

Не переживайте насчёт того фрагмента, где перечисляются различные виды существ; согласно древним книгам буддизма, вся Вселенная заполнена мирами и различными созданиями, о которых мы не имеем почти никакого представления. Главная идея состоит в том, что Будда описывает индивидуума, который хочет привести каждое живое существо, где бы во Вселенной оно ни находилось, к окончательному счастью: высшей нирване. В буддизме эта особая Мысль считается источником любого счастья как такового, но какое это отношение имеет к управлению бизнесом? И что означает последний абзац, где Будда говорит: «Даже если мне удастся привести каждое живое существо к полному счастью, то к нему вообще никто не придёт»?

Вспомните, что мы говорим о том, как придать вашей жизни значимость – и вашей личной жизни, и жизни в бизнесе. В предыдущей главе мы подробно рассмотрели смерть, или конец всему: конец вашей карьеры, конец вашей компании и в конечном счёте даже конец вашей жизни. Смерть – это факт жизни, и мы будем оценивать нашу жизнь в ретроспективе, с позиции её конца. Вы должны иметь возможность оглянуться назад и сказать, что вы не только делали деньги, не только наслаждались тем, что делали деньги и тратили их, но также изменили мир к лучшему, пока вы делали деньги.

И в этом, возможно, главный секрет древних книг по буддизму: простой повседневный метод, позволяющий сделать вашу жизнь и карьеру осмысленной, так чтобы они стали чем-то большим, чем просто постепенное истощение сил, богатства и жизненной силы, заканчивающееся старостью и смертью. Этот метод оказался ещё и великолепным инструментом управления всех времён и народов. В алмазном отделе «Андин» на одном и том же этаже обычно работали служащие более десяти различных национальностей: эксперты по рубинам и сапфирам из Таиланда; спецы по топазам из Шри-Ланка; сортировщики изумрудов из Индии; классификаторы жемчуга из Китая; подборщики драгоценных камней из Пуэрто-Рико и Доминиканской Республики; скупщики алмазов из Израиля; оправщики камней из Вьетнама и Камбоджи; контролёры качества и скупщики самоцветов из Барбадоса; координаторы закупок из Гайаны и так далее. Можете себе представить, как звучал этот многонациональный хор на десяти различных языках в комнате сортировки камней; какой аромат источали десять различных экзотических блюд, разогреваемых в микроволновке в обед; на какие ухищрения приходилось идти, чтобы соблюсти десять национальных этикетов одновременно: и ногами в сторону Таис не садись; и не угощай Гуджарати ничем, что выросло под землей; и ни в коем случае не забудь принести золото для невесты на китайскую свадьбу.

Но отдел работал, как единый организм, и я могу честно сказать, что работать с каждым из моих сотрудников было истинным удовольствием. Несмотря на огромную культурологическую разницу в происхождении и воспитании (больше всего меня огорчало то, что ни одна американская шутка никогда не казалась смешной всем, и поскольку никто из них не вырос в Соединённых Штатах, мне не удавалось каламбурить на тему старых телевизионных шоу, песен и тому подобных источников вдохновения), несмотря на наши явные и скрытые расхождения во взглядах, мы, в конце концов, пришли к глубокому чувству взаимной любви и уважения, которое, в свою очередь, позволило нашему подразделению работать, как хорошо смазанная машина. В значительной степени этому способствовало отсутствие личных конфликтов, которые могли бы произойти, но так и не произошли.

Думаю, что мы достигли этого главным образом из-за того, что с самого первого дня существования отдела придерживались философии, в основе которой лежала древняя буддийская практика под названием «встать на место другого». Если вы действительно хотите, чтобы ваш бизнес или ваше подразделение преуспевали, я предлагаю вам попробовать эту практику; она проста, исключительно эффективна и ничего не будет вам стоить. Это просто ваша позиция, ваше отношение, которое вы начнёте практиковать сверху – с себя, и которое затем усвоят все ваши подчинённые до низу. И не понадобится никаких постановлений, никаких объявлений, никаких собраний.

Сущность того, о чём говорил сейчас Будда – Мысль о просветлении, – в основе своей содержит идею «поменяться местами с другими». Этот обмен включает в себя три важные ступени, причём в третьей из них содержится ответ на вопрос, почему Будда сказал: «Никто не попадёт туда, когда ты всех приведёшь туда». Этой глубокой практике более 2500 лет; мы представим её здесь в классическом виде, но с современными примерами из реальной жизни.

Мне нравится называть первую ступень этой практики методом Жампы. Жампа – это молодой застенчивый тибетский монах, который живёт в маленьком монгольском монастыре в Нью-Джерси, где я много практиковал. Он готовит еду, косит газоны, заботится о престарелых ламах и выполняет миллион других лишённых самости заданий, делая это постоянно и без шума. Он включает метод Жампы, как только посетитель появляется на маленькой кухоньке рядом с жилищем настоятеля. Он проделывает это с вами, а вы даже не замечаете. Он открывает дверь, и солнечный свет его широкой улыбки освещает всё вокруг, но он уже делает это. Что «это» из себя представляет?

Жампа обучался в нашем родном монастыре Сера Мей, после оккупации Тибета переехавшим в Индию, и наставники у него были самые лучшие – двое высших лам по имени Геше Лотхар и Геше Тхуптен Тензин. Как только вы входите, он тут же усаживает вас на стул у кухонного стола и начинает хлопотать у плиты и холодильника, чтобы приготовить вам что-нибудь выпить или перекусить, пока вы рассказываете, зачем приехали в монастырь. Бродя по кухне, он наблюдает за вашими глазами и внимает языку вашего тела. Ваши глаза изучают обстановку: вот они остановились на чайнике, стоящем на плите, вот задержались на холодильнике, когда он взялся за ручку; так Жампа пытается понять, чего вы хотите выпить – горячего или холодного? На обеденном столе стоит вазочка с конфетами, чуть дальше – тарелка с печеньем, а на плите – неизменная кастрюля с супом; на чём же чаще всего останавливается ваш взгляд?

За несколько минут Жампа полностью разгадал ваши пристрастия. Теперь он знает, что вы предпочитаете: чай или кофе, горячий или холодный, с молоком или сахаром или так, печенье, крекеры или лапшу, – и ещё дюжину разных подробностей о том, что вам по вкусу, а что нет. Когда вы появитесь в следующий раз, ваши любимые напитки окажутся на столе прежде, чем вы откроете рот, потому что он помнит – он считает своим долгом запомнить это. Он считает это своим долгом, потому что искренне хочет дать вам то, чего вы хотите.

Вкратце, постичь метод Жампы – значит научиться быть очень внимательным к тому, что нравится другим и в чём они нуждаются. Делается это для того, чтобы суметь дать им то, чего они хотят больше всего. Это может звучать несколько наивно, но если вы найдёте время для простого упражнения, состоящего в выяснении того, чmo любят и чего хотят другие, это окажет глубокое воздействие на весь мир вашего бизнеса. Природа бизнеса и природа корпоративной жизни состоят в том, что начальники стремятся концентрироваться на задачах, стоящих непосредственно перед ними, – от них ждут индивидуальной работы, а они ждут индивидуального поощрения. Можете ли вы припомнить, когда в последний раз вам и другому вице-президенту давали праздничную премию на двоих в награду за совместные трудовые достижения? Такой индивидуалистический подход приводит к тому, что мы концентрируемся на себе в ущерб вниманию к окружающим.

Метод Жампы, первая часть способа поменяться местами с другими, выводит из этого фокусирования исключительно на себе и начинает нас учить быть восприимчивыми к другим. Это немедленно приносит вам всевозможные выгоды и в производственную, и в финансовую деятельность, а также укореняет в вашем уме наиболее мощные и прибыльные отпечатки. Вот как мы применяем этот метод в корпоративной среде.

Когда вы проходите по своему отделу, наблюдайте за людьми, которые на вас работают. Большинство из нас считает своим долгом быть специалистом по финансовой стороне управления производством; по действительно немаловажному распределению профессиональных обязанностей, влияющему на наш бизнес; по оценке состояния дел наших поставщиков, снабжающих нас услугами и материалами, абсолютно необходимыми для выпуска нашей продукции. Идея заключается в том, чтобы теперь вы сознательно научились быть экспертами в ещё одной области, а именно в пристрастиях и предубеждениях, симпатиях и антипатиях людей рядом с вами. Мы говорим здесь буквально обо всём, о каждой детали вокруг, которая их радует: и с чем они предпочитают замешивать кофе; и какой мягкости кресло выбирают; и сколько у них детей, как их зовут и каковы их успехи; и когда они были в отпуске, где именно, и было ли там здорово.

Вернувшись в свой кабинет, сядьте и вспомните все эти подробности о каждом из близких вам сотрудников. Если надо, запишите. Я обнаружил, что для этого очень полезен лаптоп; после работы всегда можно снова пролистать файлы по пути домой и ещё разок просмотреть, что вам удалось узнать. Такое упражнение неизбежно приведёт к некоторым улучшениям вашего поведения по отношению к каждому конкретному сотруднику, даже если это выразится всего лишь в том, что, встретившись с ним в следующий раз у кофейника, вы протянете ему сахарин вместо сахара. В глубине души люди действительно замечают вещи такого рода; в некотором смысле мы все похожи на вашу собаку – она всегда знает, когда к вам пришёл человек, который любит собак, а когда урод, который их терпеть не может, – и ведёт себя соответственно.

У людей есть инстинкт, который подсказывает им, когда вас не так уж беспокоят их нужды и предпочтения, но у них точно так же есть инстинкт, подсказывающий наличие противоположного отношения. Поначалу такое явное отслеживание их вкусов и желаний может показаться несколько искусственным, но это часть процесса, и это действительно так, вначале он и в самом деле искусственный. Позже он становится второй натурой, но это происходит только потому, что вначале вы всё делали искусственно.

Конечно, большинство ваших подчинённых предпочли бы, чтобы вы предоставили им шестинедельный оплаченный отпуск или удвоили зарплату. Но мы говорим совсем не об этих пристрастиях и предубеждениях. Мы вовсе не предлагаем вам предпринимать значительные финансовые, режимные или кадровые уступки. Речь идёт о том, чтобы вы просто спокойно наблюдали за окружающими и, заметив то, что, на ваш взгляд, им нравится больше всего, предоставляли им это, не выходя за рамки ваших непосредственных возможностей. Эта тактика неизбежно принесёт свои плоды, и вскоре ваши сотрудники начнут платить вам той же монетой. Представьте себе, как приятно работать в отделе, который полностью состоит из людей, которые ведут себя именно так.

В моей работе в «Андин» был такой момент, когда я осознал ясно, что основной причиной, по которой мне платят такую до смешного большую зарплату, было моё умение убедить людей работать вместе. Я понял, что наиболее важной ролью, которую я исполнял, была роль мирового судьи между двумя или тремя моими сотрудниками. Я понял, что наиболее важным рабочим временем для меня был тот час обеденного перерыва, который я почти всегда проводил с двумя подчинёнными мне руководителями, которые плохо уживались между собой. Такие разногласия подтачивают компанию медленно, но верно: начальник А испытывает лёгкую неприязнь к начальнику Б и идёт на разговор с ним, только когда этого нельзя избежать. С важнейшим заказом возникает небольшая проблема, которая яйца выеденного не стоит и может быть легко решена на ранней стадии в понедельник, но уже к пятнице превратится в катастрофу.

Начальник А знает об этой проблеме в понедельник, но ничего не говорит начальнику Б, который мог бы легко её уладить. Это не такой большой вопрос, который нужно было выносить на собрание трудового коллектива в понедельник, да её и обсуждать бы никто не стал – начальникам А и Б достаточно было перекинуться парой слов на эту тему за чашкой кофе, если бы у них была такая привычка изредка поболтать друг с другом в перерывах. Я хочу сказать, что наличие даже незначительной взаимной доброжелательности среди членов вашей команды принесёт гораздо больше денег, чем вы можете представить. И метод Жампы – первый шаг к этому.

И снова, никаких объявлений или директив – вы просто начинаете, а другие подхватывают. Помню, как в мой родной штат Аризона приезжал провести несколько бесед Его Святейшество Далай-лама, и мой школьный друг воспользовался случаем, чтобы задать ему вопрос: как лучше всего научить маленьких детей вести нравственный образ жизни? «В таком возрасте, – отвечал Его Святейшество, – неважно, что вы будете им говорить. Они будут наблюдать за вами и имитировать вас; они будут делать то, что делаете вы, поэтому вы столкнулись с самой что ни на есть тяжёлой задачей – быть нравственным самому». Вы должны начать шпионить – шпионить в хорошем, даже в прекрасном, смысле – за людьми, которые на вас работают, чтобы понять, что им нравится, что они считают важным в своей собственной жизни; а потом заняться тем, чтобы помогать им получить это.

Чтобы сделать второй шаг в практике «встать на место другого», надо представить, что вы поместили свой ум в их тело, и, открыв глаза, посмотреть на себя их глазами, чтобы понять, чего вы (они) хотели бы от вас (вас). Наверное, это звучит слегка запутанно, попробуйте представить, каково было переводить древнюю книгу по этому предмету с санскрита или тибетского!

Этот шаг называется меняться телами. Он поглубже и посложнее, чем просто наблюдение за окружающими людьми с целью увидеть, что им нравится, а что нет. Вспоминаю, как пытался заниматься этим с молодым парнем из Гайаны, который только что поступил на работу к нам в отдел. Он пришёл по рекомендации подруги своей матери, которая уже у нас работала (люди, которые работают с камнями, всегда приходят по рекомендации; нет никакого способа помешать сотруднику в любой момент времени вынести несколько сотен камней, поэтому все эти люди должны иметь достоверную автобиографию). В первый день мы посадили его перед большущей кучей алмазной крошки, дав ему задание пересчитать сотни или тысячи камней для заказа по изготовлению колец.

К концу дня я уже немного узнал его; он был очень мил с окружающими, легко обучаем, спокоен, скромен, у него в руках всё горело. Когда мы выходили с работы, я узнал ещё одну вещь: посмотрев в его глаза, я увидел в них смесь удовольствия от места работы и отчаяния при мысли о том, что придётся сидеть на стуле и пересчитывать камушки в течение следующих нескольких лет его жизни. А затем я проделал тот самый обмен телами, мысленно вошёл в его тело, посмотрел оттуда на своё лицо и спросил себя, чтобы я (он) хотел сейчас от меня (меня) услышать. И тогда я сказал: «Приходите утром в мой кабинет, и мы посмотрим, не найдётся ли для вас более перспективного занятия». И тут я почувствовал, как, слегка смутившись, я (он) захлопал глазами и широкая улыбка осветила моё (его) лицо.

Начиная с этого момента я постоянно внедрял свой ум в его тело; мы предоставили ему (мне) нечто такое, о чём я (он) всегда мечтал, – возможность учиться работать с компьютерами. Мы перевели его работать под руководством одного из реальнейших виртуозов-программистов, и когда он подтвердил свои способности, мы помогли ему окончить несколько курсов вечернего колледжа. Вообще-то в алмазном бизнесе такие занятия традиционно считаются табу: в течение напряжённых периодов года (перед Рождеством, например) все засиживаются на работе допоздна, но и в другое время никому не хочется, чтобы его измученные учёбой подчинённые угробили важную систему учёта или напортачили с алмазами. Но каждый раз, когда мы с ним встречались, я знал, что это было именно то, что я (он) хотел, когда я вглядывался в своё (его) лицо и узнавал чувство удовлетворения и успеха, которое приносило ему обучение, поэтому нам удавалось найти способ компенсировать его (моё) отсутствие по учебным дням. В результате он стал лучшим программистом из всех, что когда-либо работали у нас, и, что ещё важнее, он стал сотрудником, который знал, что мы делали то, что, как мы знали, было самым лучшим для него, даже когда это слегка вредило компании. Этим способом мы воспитали человека, который в переломный для фирмы момент отплатит нам добром; такого работника, который денно и нощно будет думать только о том, какую пользу он может принести компании и окружающим.

Невозможно переоценить людей такого типа, разбросанных по всему вашему отделу. Они пребывают в постоянном поиске способов разрешить проблемы с заказами, или устранить неполадки систем, или уладить конфликты с людьми ещё до того, как вы вообще об этом услышите. И когда закончится рабочий день, когда подойдёт к завершению ваша карьера и вы оглянетесь назад, то вспомните вовсе не удачные сделки, блестящие проекты, дебет-кредит и всё такое. А вспомните вы лицо юноши, глазами которого вы смотрели себе в лицо и понимали, как много вы для него сделали в этой жизни. Если вы будете придерживаться такого образа мысли, такого способа проникать в тела своих подчинённых и оттуда рассчитывать на вашу помощь, вы обнаружите, что внутри вас нарастает такое чувство глубочайшего удовлетворения, какое бывает у вас исключительно редко и в совершенно особых случаях. И чем больше вы будете заниматься такой практикой, тем чаще будет посещать вас это ощущение. Фактически это и есть признак того, что ваша работа начинает приобретать истинный смысл. Думаю, немаловажным будет вновь обратить ваше внимание на то, что такой образ мысли не только правильный, но ещё и самый доходный, потому что ваш отдел и ваша компания начинают сами собой управлять, ими начинают управлять люди, которым действительно до всего есть дело, потому что вам есть до них дело, потому что вы заботитесь о них так, как стали бы заботиться о себе. Деньги и счастье. Вот так вы и можете убить двух зайцев, да ещё и не попортив им шкуру.

Вы готовы к последнему шагу? Он требует некоторой тренировки, причём важно хорошо понять, что вам необходимо сперва достичь успеха на первых двух ступенях, прежде чем перейти к третьей. Не думайте, что это не стоит ваших усилий. Это не только развитие практики обмена себя на других во всей её полноте, но фактически, согласно древним буддийским книгам, высшее, окончательное развитие человеческого сердца и ума. Это трудно сделать, на это даже трудно решиться. Но ничто в целом мире не сделает вас более успешным руководителем и более успешным человеком.

Мы называем этот третий шаг трюком с верёвкой. Вы можете проделать это с любым из своих сотрудников; просто как-нибудь подойдите к его столу и встаньте рядом. Представьте, что у вас в руке огромное ковбойское лассо и что вы бросаете его на пол вокруг вас – петля окружает вас обоих. Теперь представьте, что вы оба – одна личность. Буквально.

Видите ли, на первых двух стадиях мы проделывали весьма радикальные вещи, связанные с тем, чтобы научиться наблюдать и думать о том, что действительно нравится окружающим нас людям, – мы даже дошли до того, что смогли меняться телами с кем-нибудь, глядеть оттуда на самих себя и видеть, что мы (они) больше всего от нас (нас) хотят. Но там ещё сохранялось различие между «он» и «я». Речь шла о том, что «я» смотрел на «него» или «я» пытался проникнуть в «его» тело. На третьей ступени мы поднимаем практику обмена себя на других на совершенно иной, гораздо более радикальный уровень: вы есть ваш сотрудник, а он есть вы: вы теперь одна личность.

Этот третий шаг полностью вышибает ваш ум из режима концентрации на себе самом, – чем грешат столь многие начальники, – действительно очень эгоистического режима, который формируется и поддерживается нашей привычной системой корпоративного поощрения. Теперь уже вопрос состоит не в том, получу ли я премию, и даже не в том, получит ли тот сотрудник премию, а в том, как бы нам получить нашу премию? К этому моменту вы уже настолько углубились в умы тех, кто на вас работает, что действительно рассматриваете своё и их благосостояние, как одно и то же. Это всё равно что стать с кем-то сиамским близнецом. Теперь вы едите в два горла; теперь у вас два комплекта ног, а в обувном магазине вам приходится покупать не меньше четырёх пар туфель (например, по паре домашних шлепанцев и по паре уличных ботинок); теперь вы в четыре уха слышите, как г. Большой Босс распекает кого-то из вас за то, что тот (или другой?) забыл заказать те полукаратные бриллианты огранки «принцесса».

Если вы принадлежите к одному из обычных типов бизнесмена, то такой образ мысли кажется вам чем-то очень непривычным. Задача явно вам не по зубам; на ум сразу приходят два вопроса. Первый заключается в том, что процесс обмена себя на других стал совершенно уж ненастоящим, – ну как, скажите, можно действительно быть другой личностью? Или, точнее, как два разных человека могут стать одним? И всё-таки это действительно совершенно реально; разгадка того, как это сделать, таится в словах Будды, которые он произнёс в начале этой главы, а именно: «В тот день, когда я приведу всех живых существ к полному счастью, не будет вообще никого, кто придёт к полному счастью».

Чтобы понять это, давайте вернёмся к нашему разговору о том, как зарабатывать деньги; давайте вернёмся к обсуждению причин, по которым с вами происходит всё, что с вами происходит. Мы здесь много раз говорили, что окружающие нас вещи некоторым образом нейтральны, как белый экран: это скрытый в вещах потенциал. Орущий на вас в офисе босс кажется вам противным, но вашему коллеге он, возможно, покажется славным, и в этом скрыт его потенциал, или его «пустота», означающий, что в основе своей он нейтрален. То, что я ощущаю его приятным или отвратительным; то, как я интерпретирую доносящиеся до меня звуки и появляющиеся передо мной формы, – как нечто хорошее или нечто плохое – не является чем-то приходящим «откуда-то извне», а именно из него. Мы уже выяснили, что всё дело в работе ментальных отпечатков, которые я поместил в своё собственное подсознание в прошлом, совершая положительные или отрицательные действия по отношению к другим. И эти отпечатки, созрев, всплывают теперь в моём сознании, окрашивая – да нет, на самом деле создавая – тот способ, которым я вижу мой мир (а этот злющий начальник – всего лишь осколочек этого мира).

Забудем ненадолго орущего босса – давайте обратимся к тому несчастному страдальцу, на которого он кричит; то есть к вашему покорному слуге. Если вся эта муть про скрытые потенциалы вещей и про отпечатки, которые я поместил в свой ум, чтобы видеть то, что я вижу, – правда, то я есть то же самое, что и орущий босс. Иными словами, то, как я вижу себя, управляется теми же самыми видами причин, которые управляют тем, как я вижу орущего босса. Я вижу себя таким, какой я есть, в силу того же ряда причин, по которым я вижу его таким, какой есть он. Я вижу себя таким, каким вижу, потому что отпечатки, созрев в моём подсознательном уме, попадают в мой сознательный ум и определяют то, что я вижу. Здесь очень важно понять, что они не только определяют то, как вы видите самого себя, но даже и сам факт того, что вы себя видите. То есть вы сами определяете себя, поскольку, делая это, вы проводите границы между собой и другими людьми и вещами только в силу прошлых привычек и отпечатков в вашем уме. Вы привыкли думать о себе, как о том, кто заканчивается на границе, определяемой вашей кожей, и этим сеете новые отпечатки, которые и дальше будут заставлять вас думать о себе точно так же. «Вы» кончаетесь там, где кончаетесь не потому, что это естественное место для окончания, а только лишь потому, что вы привыкли кончаться именно там.

Мы немного говорили об этом раньше. Любой может понять, совсем чуть-чуть поразмышляв, что граница, где кончается «Я» и начинаются «они», – очень зыбкая. Когда мать даёт жизнь ребёнку, её чувство «Я» неожиданно растягивается, чтобы охватить это другое, крошечное тельце: только попробуйте обидеть именно этого детеныша, и можете быть уверены, что именно эта женщина отреагирует такой вспышкой гнева, которая даже сильнее, чем если бы опасность угрожала её собственному телу. Больные с серьёзным случаем диабета ведут себя противоположным образом: у них на ногах образуются язвы, эти язвы становятся гангренозными, и доктора предлагают им на выбор, ампутировать ногу или умереть.

В тот момент, когда вы решаете, что предпочитаете потерять ногу, а не жизнь, вы сжимаете своё определение границ «Я» и оно занимает меньшее пространство, чем раньше. Это доказывает, что вы в принципе можете расширять или сокращать «Я» до больших или меньших пределов, поэтому не надо мне рассказывать, что вы не в состоянии проделать трюк с верёвкой и накинуть петлю вокруг себя и другого человека, чтобы стать с ним одной личностью. Только отпечатки из вашего прошлого, ваши привычка и выбор представления о том, что ваша граница совпадает с границей вашей кожи или вашего живота, – только всё это мешает вам сделать так, чтобы кто-то другой стал также и вами. Представьте, хотя бы на миг, что бы случилось, если бы весь мир думал и действовал так, как будто все другие – это они сами. Мы смогли бы привести всех к полному счастью, и «не один» не достиг бы полного счастья, потому что «каждый» был бы одним из нас: нами.

А это приводит нас ко второму возражению, ко второму сомнению, которое должно появиться у вас в голове по поводу всего этого предложения. Предположим, что мне удался трюк с верёвкой; предположим, что я взял-таки и растянул границу своего «Я» вокруг одного и даже нескольких других людей. Где мне провести черту? Где предел? Жизнь трудна сама по себе; представляется почти невозможным успешно удовлетворять физические и эмоциональные нужды даже той личности, которая обладает всего лишь одним телом и одним умом, – то есть нужды моего обычного «Я». Если уж ежедневная забота о себе самом – о поддержании одного только моего собственного тела в добром здравии и одного только моего собственного ума в ясности – требует таких титанических усилий, то на что я могу рассчитывать, заботясь ещё об одном или тем более о нескольких других людях, как если бы они действительно были «мной»? Да где мне взять ресурсы?

Прикол здесь в том, что ресурсы появятся вследствие самого деяния по расширению себя до нескольких других людей; то, что вы будете в состоянии физически и эмоционально справляться с заботой о множестве людей, как будто они есть «вы», есть следствие принятия истинного решения делать это. Если вся эта идея о том, что скрытый потенциал и ментальные отпечатки создают саму нашу реальность, верна, тогда не может быть лучшего способа создать богатство, чем поделиться им со всеми. Проще говоря, чтобы я когда-нибудь смог увидеть доллар, я должен укоренить соответствующий отпечаток – отдать кому-то цент. Значит, если я добьюсь того, что у всех окружающих, вместе с которыми я как бы составляю единое целое, единую личность, будут деньги, то уже само это деяние принесёт мне почти безграничные ресурсы. Вы только представьте себе такой мир, где каждый несёт ответственность за каждого, как если бы все они были «мной». И нет причин, делающих это невозможным.

Любой разумный человек, читающий сейчас эти строки, может почувствовать кожей, что мы на верном пути. Преодолеть тенденцию не думать о других; расширить своё представление о себе, чтобы включить в это понятие своих подчинённых и всех окружающих; работать не ради других, а так, как будто «других» нет, – это ли не настоящее счастье, это ли не истинное удовлетворение. В глубине души вы понимаете, что это было бы правильно. В глубине души вы понимаете, что было бы правильно начать это прямо сейчас. Вы знаете, что если проживёте так всю свою жизнь и подчините всю свою карьеру тому, чтобы пытаться осознанно работать на благо окружающих с таким же рвением, как вы работаете на себя, то сможете с гордостью оглянуться назад, потому что в этом заключается истинное предназначение человеческой жизни. Это и есть высшее богатство.

Если рассмотреть концепцию экономики в целом, любую экономическую систему от капитализма до социализма и коммунизма, то всё сводится к распределению материальных благ, ресурсов, нашего богатства – сколько достанется мне, сколько перепадёт вам, каковы правила для вычисления доли каждого. А если вы вдумаетесь повнимательней, то увидите, что все наши системы имеют две одинаковые, общие для всех, предпосылки. Первая, что существуют отдельные друг от друга «я» и «вы», между которыми надо «разделить» вещи; вторая, что мы должны установить систему распределения вещей, потому что вещи ограничены. Ну, теперь-то мы уже продемонстрировали, что вы легко можете выбросить обе эти предпосылки, куда следует. Чтобы понять, как это сделать, давайте вернёмся к Алмазному огранщику за напутственными головоломными словами от Будды:

Давайте, как обычно, обратимся к Чоней Ламе за помощью в объяснении этих слов. Было бы необходимо признать, что личность, скованная цепями идей о том, что вещи обладают собственными присущими им качествами, действительно могла бы собрать огромное количество заслуг, совершая акты даяния и тому подобные действия.

Некоторые идеи здесь совершенно очевидны, но как минимум одна не столь очевидна. Прежде всего Будда пытается донести до нас идею о том, что «заслуга», или благо, или сила определённых отпечатков в уме могли бы быть беспредельными. Во-вторых, говорит Будда, для того, чтобы эта сила была беспредельной, мы, «воины-бизнесмены», должны «совершать даяние, не раздумывая». Ну и что же, чёрт побери, это значит «давать, не раздумывая» и кто такие, в конце концов, эти «святые воины»? Ответ на оба эти вопроса составляет полное основание для того, что мы называем экономикой беспредельного.

Начнём с понятия «давать без раздумий». На самом деле это не более чем средоточие всех идей, о которых мы уже говорили. Любой бизнесмен, который в своём деле собаку съел, признаёт очевидную непредсказуемость стратегий бизнеса: иногда консервативный финансовый подход проваливается, а иногда только он и работает; иногда рискованная финансовая авантюра удаётся, а иногда она приводит к катастрофе. То же самое относится к толковым и бестолковым коммерсантам: некоторые толковые бизнесмены преуспевают, другие столь же толковые прогорают; некоторые бестолковые бизнесмены терпят неудачи, другие, ещё более тупые, цветут и пахнут. Похоже, ни один из обычных критериев – если быть действительно честными перед собой – вообще не работает предсказуемым или хотя бы безопасным способом. Для буддийского образа мысли – это прежде всего чёткое указание на то, что мы не выявили истинную причину богатства: мы действительно не знаем, что его создаёт.

Если вы хорошенько подумаете, то сможете разглядеть глубокую истину в самом распределении материальных ценностей среди людей нашего мира. Богатство приходит и уходит, по мере того как отдельные люди приходят к власти, а затем умирают; оно приходит и уходит вместе с рождением и падением целых стран и империй; кажется, что оно распространяется по всему миру во времена процветания, а затем иссякает по всему же миру во времена депрессии или войны. Великие изобретения, такие как пенициллин, пулемет или персональный компьютер, могут эффективно, всего за несколько лет вызвать рост или сокращение благосостояния, «абсолютного» богатства всего народонаселения планеты. Вот что я пытаюсь вам сказать: количество богатства вокруг – вещь не фиксированная, и никогда не была таковой. Оно колеблется. Это ставит под сомнение всю концепцию того, что в мире существует столько-то материальных ценностей, столько-то ресурсов; а мы должны всего лишь разработать хорошую систему распределения того ограниченного количества, которое нам доступно. А может, всё-таки есть другая возможность? Может быть, если выяснить действительную причину богатства, то мы смогли бы увеличить полное количество богатства в мире; то есть, может быть, каждый смог бы иметь достаточно или более чем достаточно.

Думаю, мы более чем убедительно доказали, что орущий босс есть нечто, созданное вашими собственными ощущениями. Давайте кратко повторим эту логику ещё разок. Говоря технически, говоря в строгом научном ключе, орущий босс есть на самом деле всего лишь набор цветов (преимущественно красных!), форм (в основном попрыгивающих от злости), децибелов (главным образом громких), а также гласных и согласных звуков (непрерывным потоком изливающийся на вас алфавит). Ваш ум под влиянием отпечатков, которые вы посеяли в нём задолго до этого, вынужден интерпретировать эти формы, цвета и звуки как отвратительного орущего босса.

Вы, конечно, помните, что ваш коллега, сидящий рядом с вами (который, возможно, не очень-то вас любит), или, скажем, жена босса воспринимают тот же набор форм, цветов и звуков как нечто приятное и уместное. Таким образом, «отвратительность» и «приятность» не может быть чем-то, что принадлежит боссу; это должно быть нечто приходящее откуда-то ещё, в противном случае мы все считали бы босса приятным или отвратительным. Действительно, единственно возможным вариантом является тот, что качества отвратительности и приятности накладываются на эту картину нашим собственным умом. Также совершенно очевидно, что мы делаем это не добровольно. Орущий босс может быть всего лишь аккордом-ощущением, сыгранным нашим умом, но не похоже, что мы имеем возможность включать и выключать это ощущение. Что-то внутри нашего ума заставляет нас переживать ощущение, это «что-то» и есть отпечатки, попадающие в сознательную часть нашего ума из его бессознательной части.

Наконец, до боли ясно, что независимо от того, существует ли действительно орущий босс сам по себе, или он является результатом соответствующего набора моих собственных ощущений, – это вообще никак не влияет на реальность его существования. Я в том смысле, что этот сумасшедший в любом случае собирается лишить меня премии, и тут уж неважно, является ли это сумасшествие присущим ему качеством, или это нечто такое, что я сам выращиваю в своём уме. Таким образом, уж если это знание того, что он – моё ощущение, действительно помогает, так только не в том, чтобы изменить происходящее в данный момент, потому что это уже происходит. Зато оно здорово поможет мне определиться с тем, как я буду реагировать на орущего босса; проще говоря, неужели я снова захочу увидеть его таким? Потому что единственная вещь, которая заставит меня видеть его таким, – это отплатить ему сейчас той же монетой. Единственная вещь, которая может создать ощущение орущего босса, – это отпечаток для орущего босса, а единственная вещь, которая может посеять такой отпечаток в моём уме, – да-да, именно то, что вы подумали, – наорать на босса в ответ. Однако какое же это имеет отношение к экономической науке, которую я в данный момент представляю?

Если вся эта теория истинна (а в этом нет сомнений), тогда теоретически я смог бы остановить появление любых орущих боссов в будущем, если я просто пойму, что происходит и воздержусь от того, чтобы в своей ответной речи наорать на него. Тогда в один прекрасный день он войдёт в комнату и мы – вместе с моим коллегой за соседним столом (помните того чувака, который недолюбливал меня и кайфовал, когда босс орал на меня?) – оба посчитаем его приятным. Если вы внимательно поразмыслите, то сможете понять, в чём тут соль: богатство в комнате, количество счастья или благосостояния в комнате увеличилось ровно вдвое, причём это ничего никому не стоило. Я стал счастливым, но не за счёт своего злорадного коллеги, – ничего подобного. Просто теперь счастья стало ровно вдвое больше, чем прежде. Вот и деньги работают точно так же.

Когда вы что-то отдаёте другому, когда вы помогаете хотя бы одному живому существу, прикладывая к этому свои руки, затрачивая своё время или предоставляя свои денежные средства, то соответствующий ментальный след отпечатывается в вашем уме; деяние всегда записывается сознанием факта этого деяния, ведь сознание всё время включено и постоянно записывает. Отпечаток остаётся в подсознании, набираясь сил, наполняясь энергией как любое растение или дерево. В какой-то момент он прокладывает путь на передовую линию вашего осознания, в ваш сознательный ум и окрашивает – и даже создаёт – как ваше восприятие окружающего мира, так и ваше самовосприятие.

Коммерческие сделки и бизнес-решения подобны пустому экрану. Увидите ли вы, что они работают или не работают, будут ли они удачными или нет, – всё это определяется не какими-то внешними факторами, типа коммерческого климата, или вашей сообразительности, или количества риска, на который вы готовы пойти, но исключительно тем восприятием сделок или решений, которое вас заставляют пережить отпечатки в вашем уме. До боли знакомые ситуации наглядно иллюстрируют то, что внешние факторы не определяют успех ваших сделок или решений. Например, одни и те же стратегии работают не всегда. Или другое необъяснимое (если вдуматься) явление: почему какие-то новые продукты идут на ура, а какие-то старые перестают продаваться вообще? Ну, с какой стати публика вдруг поголовно начинает зачитываться комической книгой Энди Уорхолла или признаёт бесценными каракули Пикассо, которые может намалевать любой ребёнок? Почему совершенно идиотские попсовые песни становятся хитами, а гораздо более серьёзные или – что ещё непонятнее – более идиотские с треском проваливаются? Что-то здесь не так. Похоже, успех всё-таки определяется вовсе не тем, чем, как мы думали, он определяется.

Итак, если все эти теории верны, то причина того, что любое конкретное коммерческое начинание (блестящее или идиотское) будет успешным и принесёт доход, обусловлена только хорошими отпечатками в уме его создателя. Тот, кто преуспевает, видит себя делающим деньги только потому, что когда-то в прошлом он посеял в своём собственном уме отпечаток, заставляющий его видеть себя делающими деньги. А такой отпечаток вы можете посеять, только если увидите себя дающим другим всё, что вы можете. Как мы видели, даяние такого рода начинается и должно начинаться ограниченным образом: небольшие одолжения в адрес сотрудников вашего подразделения или членов вашей семьи, основанные на близком наблюдении за ними с целью узнать, чего они хотят и в чём нуждаются.

Затем даяние переходит на более высокий уровень, охватывая, скажем, каждый отдел вашей компании, причём подношение приобретает более значительные размеры – вы, конечно же, предоставляете финансовую помощь, но, кроме этого, отдаёте ваше личное время, оказываете эмоциональную и профессиональную поддержку, делитесь с людьми своими идеями. К этому времени ваше даяние уже управляется более глубокой практикой вселения в тела других людей с целью узнать, что они рассчитывают получить от вас. Наконец, щедрость достигает своего пика, состояния, в котором вы со знанием дела вкладываете все свои личные финансовые, душевные и профессиональные ресурсы и навыки, а также ресурсы своей компании, в хорошо продуманный план, как принести счастье своей семье, всей компании, обществу и всем в этом мире – потому что вы осознанно расширили границы своего «Я» и теперь они охватывают всех «их», и, по сути дела, отныне попросту заботитесь о своём же, хоть и (гораздо) большем «Я».

Запомните, что этот последний шаг не будет успешным – и вы фактически не сумеете достичь конечного финансового и личного успеха, о котором шла речь в этой книге, – пока вы действительно не потратите время на то, чтобы понять принцип скрытого потенциала и ментальных отпечатков. Только тогда вы сможете по-настоящему оценить, какое беспредельное богатство может быть создано даянием, и только тогда сможете действительно осознать, что ваше «Я» по праву должно быть чем-то выходящим за пределы вашей сегодняшней очень ограниченной самости.

Предположим, некто уже понимает всё это и даже использовал для достижения финансового успеха. Теперь предположим, что он взял и обучил этому кого-то ещё, и тот, в свою очередь, тоже материально преуспел. Они – как те два чувака, которые сидят и не могут налюбоваться на своего душку-начальника, который раньше был тем самым орущим боссом. Теперь вместо одного богатого человека стало два. И поскольку богатство есть следствие отпечатка, поскольку коммерческая сделка, или бизнес-решение, которая сама по себе всего лишь нейтральна, или чиста, или потенциальна, неожиданно приносит успех, то мы можем сказать, что новое богатство появляется не за счёт старого богатства: то есть богатство удвоилось, его стало больше, чем раньше, в абсолютном смысле. Теперь предположим, что этот второй нувориш обучает третьего, и так далее – в общем, идея понятна.

Выражаясь точнее, можно сказать: тот факт, что некоторые люди богаты, а некоторые нет, свидетельствует о том – если мы поймём, как эта ситуация сложилась сама по себе, – что каждый может быть богатым. Другими словами, богатство в мире может быть безграничным, потому что оно сейчас ограничено. А идею о распределении ограниченных ресурсов можете выбросить куда подальше, а заодно и идею бедности, между прочим. Богатство – это ощущение (а поэтому – реальность), которое настигает каждого, кто был по-настоящему щедрым в прошлом. Поэтому богатство доступно всем людям без исключения.

Наш ум – ум, изуродованный предвзятостью, искалеченный сказочками, которые из поколения в поколение передаются благонамеренными родителями своим доверчивым детям в течение всей истории цивилизации, – пасует перед тезисом о том, что каждый живущий мог бы иметь более гем достаточное богатство. Раз такого не было в известной нам человеческой истории, говорит наш упёртый ум, значит, и сейчас такого быть не может. Мы не раз уже слышали такой аргумент в прошлом; нам не привыкать опровергать его неправоту. Берегись, Колумб, а то свалишься с края Земли – Земля-то плоская – костей не соберёшь! Железо слишком тяжёлое, и никогда не будет ни летать, ни плавать. Невозможно, чтобы все жители планеты имели одинаковый доступ к мировой информации, передаваемой по кабелям, сделанным из стекла, или излучаемой с такой высоты, что никакой птице не долететь. Ну и откуда тогда всё это появилось? Разве это не изменило абсолютное количество богатства в мире? Откуда на самом деле взялось новое богатство? Теперь вы знаете откуда.

Ещё пару слов о механизме экономики беспредельного, и мы закончим; вы сможете отшвырнуть книгу и испытать её теорию на практике. Процесс создания нового богатства работает бесконечно лучше, если вы понимаете, как он работает; то есть вам следует снова и снова перечитывать эту книгу до тех пор, пока у вас не сложится ясная картина того, как вместе работают скрытый потенциал и ментальные отпечатки. Даяние, вооружённое этим знанием, – это именно что, что имеет в виду Будда, когда говорит: «Давать, не раздумывая», а чётко понимая, как действительно работают вещи. Древние книги мудрости гласят: чтобы действительно включиться в эту тему с тем количеством усилий, которое необходимо для завершения задачи, вы должны начать с твёрдой уверенности в том, что механизм работает. А ещё там говорится, что эту твердую уверенность вы обретёте, только если к своему собственному удовлетворению придёте к логическому выводу, что он должен работать. И ещё одна деталь, которая точно вам понадобится.

Помните тот разговор о «святых воинах»? Вас, пожалуй, не удивит, что «святой воин» – это попросту тот, кто прошёл все три ступени практики обмена себя на других, которую мы в общих чертах рассмотрели в предыдущей главе. Логично? Единственный человек, который сможет столько отдать окружающим людям, чтобы отпечатать в их уме следы, которые позволят им увидеть огромное богатство много позже, – тот, кто действительно не видит большой разницы между собой и другими. Человек, который обладает лучшей возможностью быть истинно щедрым к другим, – это тот, кто постиг самый большой секрет жизни, самый большой источник полного счастья; тот, кто осознал, что работать лишь на единичное «Я», один рот и один желудок, – это абсолютно скучно, грустно и неправильно с точки зрения нашего человеческого предназначения.

А вот расширять своё «Я», включая туда всё новые тела, а потом обо всех них заботиться, – это безумно весело, это неведомая и бесконечная радость! И если вся эта мура о скрытом потенциале и отпечатках – действительно правда, то лучшим способом заботиться о других будет научить их самих, как стать богатыми, как наслаждаться этим богатством и как придать богатству смысл. Если вы действительно вдумаетесь в это, то поймёте, что уже просто поделиться богатством таким вот способом – беспредельным распространением знаний о том, как создать богатство, – есть самый эффективный способ посеять в вашем собственном уме семена такого богатства, о котором вы и не мечтали.

Это подводит нас к вопросу о всевозможных формах богатства за пределами наших представлений: вроде как войти в сад в поисках одного-единственного цветка, а выйти, сгибаясь под тяжестью сокровищ, о которых даже вообразить не мог, когда входил. Но это тема для отдельного разговора.