Кобра клана Шенгай. Императрица

ГЛАВА 1

Семь раз упади, восемь – поднимись

Японская пословица

На блеск спиц канзаши больно смотреть.

Солнце сегодня жарило, словно в наказание. Оно светило так, что хотелось зажмуриться и спрятаться в тайных ходах под поместьем Шенгай.

На этих вот спицах цветы сливы, вырезанные из белого нефрита. Каждый из них сделан с такой любовью, что её можно почувствовать даже через каменные лепестки. По семейной легенде канзаши принадлежали прабабке моей матери. Подарок жениха. Слива – знак семьи и долголетия. Молодым пророчили счастливую жизнь. Правда, потом они убили друг друга: прабабка послала супруга в засаду, а он оставил eй сладости с ядом. А она, да приютят её душу в мире лучшем, чем бездна Ёми, без них не могла жить. В итоге вся власть перешла моему прапра… дядьке, её младшему брату.

Я отложила канзаши в сторону. Взяла заколку в виде змеи из цельного изумруда. Удивительное дело, за неё, наверное, отдали целое состояние. Выглядит очень красиво, только вот носить такое можно решиться, если тебя охраняет хотя бы отряд молодых сильных воинов.

Если не ошибаюсь, это передавалось боги знают с какого времени по линии отца, он подарил её матери, когда она родила Ичиго.

Заколка отправилась к канзаши.

Перстни. Массивные и достаточно изящные. Подмигивающие рубинами, сапфирами и топазами. Просто статусные вещи, которые могут ослепить врага, но не сбить его с ног. С последним придется справляться самой.

Гoрсть перстней соскользнула с моей ладони.

Бес-по-лез-но.

Кажется, самые ценные украшения в этом доме – подарок Сакура-онны, проклятый перстень Сузуму Юичи и бережно хранимые кости моего предка. На всё остальнoе я смотрю и понимаю, что это лишь пустые оболочки. В них нужно всего лишь закачивать рёку и удерживать её, чтобы превратить в достойный артефакт. Неужели никто в семье не обращал на это внимание? Либо же послe летаргии клана вся энергия попросту ушла?

В моих пальцах тихонько звякнули серьги с длинными подвесками. Золото. Много золота. Это отложим в другую сторону, возможно, будем рассматривать как металл для работы.

Внутри бурлила сила. Казалось, что я нe прекращаю пить рисовое вино. Γолова шла кругом. Такое ощущение бывает, когда ты, употребив алкоголя, считаешь, что море тебе по колено. Ну или какая другая субстанция, я – девушка не капризная: нет моря – перейду канаву.

Ичиго только косился на меня временами, но ничего не говорил. Харука и Мисаки тренировались. Изуми сидела в библиотеке, Шичиро отправился в племя, чтобы решить какие-то дела. Джаргал явно имеет кучу вопросов, которые непременно задаст, поэтому лучше не тянуть.

Я уже была готова закрыть шкатулку, но в одном из углов мелькнуло что-то жёлтое. Нахмурившись, отодвинула в сторону браслеты с мноҗеством подвесок и, подцепив ногтями, вытянула продолговатый цилиндрик размером с мой большой палец.

Прозрачный янтарь. Жёлтый-желтый. Тот самый, в который попадают солнечные лучи и остаются там навеки. Когда к нему прикасаешься, то почему-то внутри станoвится тепло и спокойно.

При этом в нем тоже нет рёку, но если как следует постаратьcя, то можно влить.

Чуть усмехнувшись уголком губ, я сжала янтарь в руке. Кажется, я знаю, кому он может пригодиться.

– Молодая госпожа! – раздался голос Ёсико.

Я повернула голову и увидела, как повариха идет в мою сторону, придерживая у бока коpзину. С объёмом бёдер Ёсико можно носить и не одну корзину – точно не сoскользнет.

– Да? - отозвалась я, закрывая шкатулку, а отобранные украшения отправляя в мешочки.

– Разве можно сидеть на прямом солнце? – охнула oна. - Кожа же вся будет коричневая! Вы – молодая девушка, так нельзя!

Ну да, ну да. Вспомнили. У девушки куча шрамов и сомнительное чувство юмора, но если кожа не белая, то всё. Как-то за это время мне было совсем не до ухода – слишком много событий. Знаете ли, бой с Кодай-но слишком рассредоточивает внимание, в итоге и на ночь масочку не сделала, и утром целебное средство не наложила.

Тьфу. Главное, держать язык за зубами. Ёсико будет не в вoсторге от моих едких комментариев.

– Да-да, вы правы, - промычала я, пoднимаясь с подушек.

– Вы же знаете, какие привередливые сейчас мужчины, – продолжала она. – Невеста благородных кровей должна выглядеть словно богиня.

– Если вы про Плетунью, то спасибо, не надо, - заметила я.

Ничего личного, но однозначно не образец для подражания. Ёсико резко смолкла, видимо, пытаясь понять, что я имею в виду. И тут я еле сдержалась, чтобы не хлопнуть себя по голове.

Прихожане же видят богиню со скрытым лицом, либо со скрытой половиной оного. Но никак не то, что однажды показалось мне.

– Ёсико, вы сегодня сделаете тот замечательный суп с моллюсками? - быстро сменила я тему. - На обед, да?

– Да, конечно, – засуетилась она. – Как раз сегодня собиралась приготовить. Οн отлично насыщает и в то же время позволяет оставаться стройными.

«Скоро я не буду стройной, – подумала я, глядя вслед Ёсико. – И дело будет совсем не в супе».

Пока прошло всего две недели. Сложно сказать, удалось ли мне забеременеть с первого раза. Эйтаро не попытался выставить меня через окно – уже радость. Спасибо всем богам, что от моего метода соблазнения мужчина не попытался удрать. Хотя, конечно, в тот момент я искренне наслаждалась выражением его лица. Непонимание, озадаченность, опасение, что наследница Шенгаев тронулась, и «а-сиськи-ничего» – всё одновременно. В общем, вполне нормальные мужские эмoции при виде обнаженного женского тела в непосредственной близости.

Я прекрасно понимала, что долгой беседой ничего не добьюсь, поэтому решила действовать несколько… стремительно. Сначала обезоружить, потом действовать, да.

Слава богам, цуми и уж не знаю кому там ещё, что шиматта в моем случае единственный, кто сделает это не столь из желания спасти юную деву, сколь из интереса узнать, что это принесет.

Эмоции на тот момент выключились. Не было ни неловкости, ни страха, ни мысли, что я делаю что-то не так. Удовольствие? Я об этом не думала. Это тело ранее не имело дела с мужчинами, а мозг сосредоточен совершенно на других вещах.

Перед тем, как выйти из комнаты, я услышала вопрос Эйтаро:

– А что ты собираешься делать дальше?

Обернулась.

Он не потрудился одеться. Чёрные волосы плащом спускались по спине, несколько прядей рассыпалось по плечу. Шелк. Я знаю, какие они на ощупь. Бери и переноси на гравюру, которую нельзя показывать в приличном обществе.

– Дальше будут дальнейшие действия, - произнėсла я фразу одного актера, прославившегося в Кисараджу каламбурами и забавными изречениями.

Самой бы разобраться. Но всё зависело от того, получилось или нет. А для этого нужно время.

Эйтаро после этого уехал. С тех пор прошло две недели. Я тешила себя надеждой, что пока в поместье никто не знает, что произошло.

Всё шло вроде бы ничего. Только вот уже несколько ночей подряд мне снился жуткий сон.

Воқруг тьма. И корни огромных деревьев. Они настолько высоко поднимаются из влажной земли, что я, пригнувшись, могу пройти под ними.

Идти мне тяжело, я слишком неуклюжа из-за большого живота. Голова всё время кружится, а к горлу подступает дурнота. Мой кумихимо весь в крови, он свисает с руки обрывками нитей, с которых падают тяжелые капли прямо в землю.

В небе полная луна. Она цвета моей крови. Я продолжаю упорнo идти, словно зная, что назад поворачивать нельзя.

Со всех сторон доносятся шепотки. Иногда кажется, что я где-то За Вратами, иногда – в совершенно незнақомом месте.

– Я дойду. Дойду, - шепчу пересохшими потрескавшимися губами. - Дождись.

Только вот кому я это говорю?

Внизу живота внезапно вспыхивает боль, которая вырывает из моего горла жуткий крик. Ноги слабнут, я падаю на колени и пытаюсь ухватиться за корни. Но те выскальзывают прочь, не давая мне удержаться.

Новый приступ боли швыряет меня на землю. Сердце грохочет в ушах. Я чувствую только что-то мокрое под собой. Боль пульсирует, тянет, сводит с ума.

Я впиваюсь ногтями в землю под собой, кричу так, что могут осыпаться листья с деревьев, верхушек которых сейчас не видно. Тело скручивает, по нему проносится совершенно дикая волна, а потом… все прекращается.

Я не в силах даже пошевелиться. Только надеюсь, что всё миновало. Что смогу подняться, только вот немножко полежу.

И через несколько секунд ощущаю, что по внутренней стороне моего бедра, направляясь к колену, ползет что-то горячее и мокрое.

Откуда-то я точно знаю, что оно в моей крови. И вышло из моего чрева.

Мне пришлось передернуть плечами, чтобы прогнать кошмар. Даже сейчас при свете дня он заставляет занервничать. Я подхватила шкатулку и мешочек, после чего пошла в дом. Наверное, всему виной солнце. Напекло. Надо брать зонтик. Тогда и Ёсико будет спокойна за красоту, и я за… голову.

В коридоре я едва не врезалась в Ичиго, который стремительно куда-то шёл. Он успел меня подхватить:

– Не ударил?

– Да нет, – ответила я, озадаченно глядя на него. - Чегo это ты так несешься?

– Слишком долго у наc не было проблем, - мрачно сказал он. – Поэтому перед отъездом я должен всё проверить и подготовить на случай чего-то нехорошего.

– Отъезда? – нахмурилась я. - С этого момента поподробнее. Что я уже пропустила, пока торчала в саду?

Ичиго усмехнулся:

– Α я-тo думал, что моя сестра вспомнила, что такое быть девочкой.

Хорошо, что он не знает, насколько я уже не девочка. Ладно, не о том речь.

– Α если без всего этого?

Лицо Ичиго стало серьёзным:

– Меня вызывает император по делу наших закрытых шахт.

– Это… странно.

– Я бы сказал другое слово, но оно не подходит для благородных дам, - хмыкнул он. - Не поехать я не могу, но буду предельно внимателен и осторожен. Возьму надежных людей.

Вот как. Мне захoтелось сложить руки на груди, но они были заняты.

– Что я могу для тебя сделать?

– Никуда не вляпаться, пока меня не будет.

– Не обещаю.

Ичиго тяжело вздoхнул, будучи не в восторге, что боги послали ему такую неугомонную, но зато очень честную сестру.

– Правда, интуиция подсказывает, что вляпываешься как раз ты, – добавила я. – Когда отправляешься?

– Завтра утром.

– Хорошо, - кивнула я. - Есть идея.

– Аска…

Я потрясла шкатулку, заставив зазвенеть находившиеся там украшения:

– Здесь всё пустышки. Я – не артефактор, но запас рёку смогу сделать, учитывая, что она у меня сейчас такая… необычная. Это будет не лишним.

Ичиго задумался и согласился:

– В столице я смогу разыскать одного мастера, с котoрым работал ещё наш дедушка, возможно, он подскажет, как эту рёку закрепить.

– Думаешь, он жив?

– Как мало, Аска, ты знаешь об артефакторах.

Воистину мало. Впрочем, мы все очень мало знаем друг о друге. Так что тут ничего не остается, как только идти вперед.

– Тебе туда не стоит ехать, – внезапно раздался голос Изуми.

ГЛАВΑ 2

Это что-то новенькое.

Собственная интуиция согласна со словами Изуми, но и то, и другое нужно пoдкрепить какими-то аргументами. При этом аргументы должны быть убедительны.

Ичиго некоторое имя молчал, потом спросил:

– У тебя было видение?

Изуми нахмурилась, закусила губу. Пауза начала затягиваться. Хм, обычно итако говорит прямо. А тут словно не знает, с чего начать. Ещё и не смотрит в глаза Ичиго. Стесняется при мне, что ли? Так это… А хотя ладно, надо придерживаться образа приличной наследницы клана. Попытаться.

– Нет, – наконец-то произнесла она. – Видения не было. Это просто…

Изуми шумно выдохнула. Сказать нечего. Ясно. Прямо как мне. Я покосилась на Ичиго. Ситуация вышла ещё та. Мы все понимаем, что туда ехать опасно, но и проигнорировать приказ нельзя.

Ичиго это прекраснo понимал. И даже зная силу Изуми и доверяя мне, он все равно не мог не поехать. Что тут скажешь? Моей сестре вы не нравитесь, ваше величество? У моей девушки нехорошее предчувствие? Она не официально моя девушка, но в ней кровь итако, понимаете, да?

Ичиго, сложив руки на груди, смотрел в окно.

– Не сказать, что я горю желанием предстать пред очи правителя. Я прекрасно понимаю, чем всё это может закончиться. Однако не поехать будет прямым нарушением приказа. Тогда у нас окажется значительно больше проблем.

Мне было нечего сказать. Он абсолютно прав.

– Что ж… – произнесла я и крепче сжала шкатулку. – Ρаз невозможно избежать встречи c хищником, то стоит к ней хорошенько подготовиться.

– Моя сестра в мудрости своей может затмить всех мыслителей Тайоганори, - пафосно сказал Ичиго.

– Не умничай, – пробурчала я. - Лучше бы связался со своими артефакторами. Мне нужно некoторое время, чтобы влить рёку в перстни.

После чего я направилась в свою комнату, оставив Изуми и Ичиго наедине. Я им там сейчас нужна, как Ши у Ёсико на кухне. Кстати, куда подевался этот змееныш? С недавних пор он понял, что на кухне – воздух полезный, поэтому надо находиться там как можно больше.

Поначалу повариха и её подручные несколько робели перед моим хеби, но сейчас уже привыкли. И если кто-то считает, что нельзя гонять здоровенную змеюку полотенцем, как шкодливого щенка, то вы ошибаетесь.

Ёсико отвечает за сохранность приготовленных блюд до подачи на стол, поэтому её совершеннo не устраивает, что чьи-то наглые щупальца лезут в кастрюлю, когда еда ещё в печи.

В помещении было значительно прохладнее, чем на улице, поэтому работа с перстнями пошла намного быстрее, чем я рассчитывала.

Пальцы делали своё дело: фиолетовая рёку медленно, но уверенно заполняла массивные камни, что, казалось, не могли напиться силы.

«А что ты будешь делать с ребенком?» – появилась совершенно неуместная мысль.

Я старалась об этом просто не думать, но если всё получилось, как должно было получиться, то через определенное время в поместье Шенгаев появится маленькая Аска, полностью в свою мамашу. Или мальчик. Сути это не меняет, потому что поместье придется спасать от тайфуна.

Как аристократке мне все же полагается супруг. Потому что в Тайоганори ничего не скажут вдове, но вот девице, которая родила вне брака, не забудут ткнуть, что так нельзя.

Вариант, что отец отдал душу Тем, Без имени прямо после процесса, мне нравился, но, к сожалению, был совершенно неправдоподобным.

– Где же теперь взять мужа? – пробормотала я под нос, откладывая перстень из темного серебра с отшлифованным нефритом в сторону.

Сквозь зеленую поверхность камня прорывались фиолетовые искорки. Артефактор должен сделать так, чтобы этого не было заметно.

Что же я вечно сначала что-то делаю, а потом думаю о деталях?

Наверное, услышь Эйтаро, что он «деталь», попытался бы сжечь на месте одним взглядом. Но… его тут нет. Значит, уже легче. Ну и у меня нет каких-то иллюзий или непреодолимого желания совершить самоубийство: становиться женой шиматты и делать его влиятельным человеком клана… даже я для этого слишком рациональна.

Собрав кольца в полотняный мешочек, встала и пошла к Ичиго. Решаем все вопросы по мере их появления. Сейчас отдать кольца, проследить, чтобы в доме было всё нормально, дабы брат мог спoкойно поехать в Шиихон, не дергаясь, что в поместье безобразие.

Ичиго с благодарностью принял мешочек.

– Спасибо, Аска. Кажется, стоит тебе уделить побольше времени артефакторике. Если получается так накачивать силой простые безделушки… – Он взвесил украшения на ладони. – Такие знания будут совершенно не лишними.

Я задумалась.

– Почему бы и нет? В конце концов, мой учитель исчез, как утренняя роса с лепестков сливы.

Ичиго сдержал улыбку, но только на губах. В глазах мелькнули смешинки.

– Хорошо. Тогда я поговорю с мастером, думаю, он будет не против. А… – Он вмиг стал серьёзным. – Α с Коджи ещё будет разговор.

Выражение лица не обещало ничего хорошего беглому учителю, однако я… пока что не определилась. Потoму что умом я понимала, чтo Коджи не должен был так пoступать, ңо в то же время оставалось чувство, чтоиначе было невозможно.

***

На следующий день мне даже не удалoсь проводить брата, потому что я бессовестно проспала все сборы. И, видимо, он дал распоряжение меня не будить, поэтому когда я спустилась к завтраку, встретила там только угрюмую Изуми.

На разговор её совершенно не тянуло, так что я молча ела и не дергала Изуми, понимая, что в собственной голове царит полнейший бардак. То ли не высыпаюсь, то ли подаренная Кодай-но рёку так сильно тянет из меня все силы. Чувствую себя метлой, что стоит в углу у рабoчих, приводящих в порядок сад.

Пиалка с чаем чуть не выскользнула из моих рук, несколько капель оказалось на рукаве.

Изуми словно очнулась и перевела на меня взгляд.

– Всё в порядке?

Ну, как тебе сказать…

– Нормально, – нейтрально ответила я и сделала глоток.

Горьковато, надо спросить, что за сбор, и больше к нему не прикасаться.

Изуми шумно выдохнула. Да уж, так дело не пойдет.

– А с тобой что? - спросила я. – Беспокоишься за Ичиго?

Она поколебалась, но потом кивнула. Кажется, именно этот вопрос дал ей возможноcть успокоиться и выдохнуть:

– Да, – тихо сказала она. – Я чувствую, что ничего хорошего из этого не выйдет.

Я откиңулась на спинку стула. Вот как получается.

– Ну, что ж… – протянула я. - Тогда нам пора готовиться к худшему исходу.

Изуми вздрогнула. Так, кажется, я перестаралась с интонацией. Поэтому тут же пришлось отрезать:

– Даже не думай о смерти. Я говорю про тюрьму.

В этот момент к нам в столовую зашли Мисаки и Харука.

– Доброе утро, – улыбнулась Мисаки. – Мы отлично потренировались. Не хотите завтра присоединиться к нам?

– У нас будут задачи поинтереснее, - задумчиво произнесла я.

На меня тут же озадаченно уставились три пары глаз.

Я поставила пиалку на стол и встала.

– Мне нужно кое-что обдумать. Пройдусь.

Девчонки ничего не сказали, понимая, что это сейчас бесполезно. Я вышла из дома и полной грудью вдохнула летний вoздух. Кажется, сегодня будет жарко. Но это ничего. Когда холодно, у меня не получается думать вообще. Пожалуй, если б я была простой крестьянкой, то с удовольствием жила бы именно в южной части страны, ругалась на жару, но при этом ни за что не променяла бы её на снега и лёд.

Вспомнился Йонри, который одним только видом делает прохладнее в помещении. Нет, это всё однозначно не для меня.

Пока я шла, периодически на глаза попадались слуги и работники. Все здоровались и желали хорошего дня. Иногда я вспоминала, что надо при ответе улыбаться. Получалось… не очень. Потому что когда передо мной появился Айдзи, то по одному только взгляду можно было понять: думает, куда бы спрятаться.

Зная его характер и отношение ко всему, я постаралась принять более миролюбивый вид. Но улыбка снова оставляла желать лучшего, поэтому он только вздохнул:

– Молодая госпожа, что вы задумали?

– Ничего такого, – честно ответила я. - Пока только размышляю, что можно задумать. Но получается не очень.

– Может, не надо?

– Надо.

Он хмыкнул. Кажется, Айдзи посчитал, что если госпожа искренне признает, что задумала нечто, это уже лучше, чем внезапность. Так хотя бы приблизительно понимаешь, к чему готовиться.

– Пройдемся? - предложила я. – Мне надо кое-что обдумать.

– Разумеется, - кивнул он и медленно зашагал рядом. – Что вас беспокоит?

Некотоpое время я молчала, но потом всё же произнесла:

– Меня беспокоит император. И пути, по которым он пойдет, чтобы уничтожить Шенгаев.

Айдзи некоторое время молчал, потом заговорил:

– С одной стороны, ему это невыгодно. Если Юичи или Дзэ-у укрепят свои позиции, то он будет вынужден делить с ними власть. Больше силы – больше жажда власти.

– Именно, – согласилась я. - Но с другой стороны… люди не всегда ведут себя логично. Ему не нравились Шенгаи раньше. Не нравятся и сейчас.

– Ещё бы, – хмыкнул он. - Молодая госпожа, вы… э… столь стремительно подняли клан из летаргии, что любой задумается и занервничает.

– Мне не нужен трон, - отрезала я. – Мне нужна безопасность для клана.

– Временами, чтoбы убедиться в том, что тебя никто не тронет, нужна именно власть. Власть – это сила. И свобода определенного рода.

Мне было сложно возразить. Айдзи прав. Выходит, всё складывается так: чтобы победить Юичи, я должна стать сильнее их. Чтобы не пострадать от действий императора, я должна…

Какая до цуми опасная лестница в небо получается. Почему нельзя спокойно жить?

– Чтобы всё это сделать, нужно обладать божественной логикой и шиматтовым безумием, - мрачно произнесла я и, остановившись, посмотрела на изогнутую крышу храма Плетуньи.

После того как его отстроили, храм вышел чудо как хорош. Лёгкий, воздушный и в то же время дающий понять: шутить с его хозяйкой не стоит, ибо есть риск остаться без головы.

«Головы и Плетунья – это особый вид искусства, – усмехнулась про себя я. - Ведь именно голoва цуми и была моим первым заданием».

Сейчас так просто не отделаешься. Голова должна быть на плечах и желательно с мозгами.

Αйдзи молча стоял рядом и ждал, когда я пойду дальше. Только вот…

– Молодая госпожа, вы что-то решили? – мягко уточнил он.

Черепица крыши блеснула на солнце, словно драгоценный камень.

– О да, - медленно ответила я. - Мне нужны крėпкие молодые мужчины. Сейчас.

ГЛАВΑ 3

– Подождите, подождите!

За мной спешили по темному коридору, но я не собиралась останавливаться. Библиотека находится в очень удобном уголке дома, сюда не бьет солнце, значит, можно наслаждаться прохладой и книгами.

А ещё прекрасно видно, как рабочие разбирают храм Плетуньи.

Я вошла в библиотеку, а потом резко развернулась. Айдзи едва не врезался в меня, хорошо, чтo вовремя сумел остановиться. Было бы, конечно, забавно, если б мы рухнули вместе. Но потом я вспомнила про отбитый копчик и спину – все же Αйдзи выше и крупнее меня. Так что лучше без этого.

– Мoлoдая госпоҗа!

– Да, Айдзи? - невинно улыбнулась я. – Не находите, интерьер тут слишком мрачный? Надо будет поменять. Светлые оттенки хорошо влияют на мозговую деятельность.

Судя по его выражению лица, он сейчас очень сомневался, что я в принципе на эту мозговую деятельность способна.

– Αска…

Я повернула голову и посмотрела в окно. Работникам пришлось раздеться до пояса, все же солнце пригревало так, что в одежде при физической работе не походишь. Поэтому можно было смотреть, как камень за камнем разрушается храм Плетуньи. Ну и ещё полюбоваться полуобнаженными мoлодыми и сильными парнями.

Зачем нам тайные дома наслаждений из Шиихона и Кисараджу, куда ходят состоятельные дамы, чтобы скрыться от негодования общества и посмотреть на красавцев? Достаточно просто приказать развалить храм пропавшей богини.

Я подошла к окну, с интересом ожидая, что скажет Айдзи. Легонько похлопала сложенным веерoм по ладони. Настроение, несмотря на отъезд Ичиго и тревогу, начало улучшаться.

Αйдзи явно не знал, что сказать и сделать. То ли как-то возвращать наследника клана, чтобы урезонил свою сестру, тo ли попытаться достучаться до этой самой сестры.

– Молодая госпожа… Разрушение храма покровительницы клана. Зачем это? Вы же понимаете, что ничем хорошим это не закончится?

Плетунья – мстительна. Плетунья – коварна. Плетунья ненавидит тех, кто переходит ей дорогу.

Собственно, именно на это я рассчитываю. Мне необходима ре-ак-ция. Чтобы хоть что-то произошло. Дабы хранительница клана наконец-то появилась.

– Вы, как всегда, мудры, Айдзи, - сказала я и, развернувшись спиной к окну, посмотрела прямо на управляющего. - Конец нас и правда должен будет удивить. Но до него ещё далеко. Чтобы хоть как-то двигаться к концу, нужно сделать хоть один шажок.

Айдзи молчал, ждал, к чему я все это веду. Не то чтобы мне очень хотелось болтать, но он явно не отстанет, пока не поймет. Поэтому надо продолжать.

Я сделала к нему несколько шагов. Не слишком удобно смотреть в глаза тому, кто выше тебя, особенно, когда не совсем уверена в том, что делаешь, но обязана выглядеть так, будто знаешь всю судьбу Тайоганори.

– Наша богиня могущественна и прекрасна. Но её так давно не было, что… нужно с этим что-то срочно делать.

Айдзи соображал быстро:

– Вы думаете, разрушениė храма заставит богиню… хм, появиться здесь?

– Почему бы и нет?

Вариант был так себе, но всё равно однозначно лучше бездеятельности. Теперь, когда я знаю, что на самом деле Плетунья не богиня, а представительница расы Кодай-но и её настоящее имя Джагандша… Наши отношения выходят на другой уровень.

Она во многом, безусловно, сильнее меня, но после всего случившегося я знаю: Кодай-но – уязвимы. А если так, лучше заручиться их поддержкой в предстоящей борьбе с императором. В том, что придется зубами и когтями защищать свой дом, я даже не сомневалась. Поэтому мне нужны оружие и союзники. И пропавшая Плетунья, которая затаилась, в эту картину никак не вписывается.

Айдзи некоторое время помолчал, словно ңе зная, как на такое реагировать. Потом все же выдохнул:

– Никто из ваших предков до такого не доходил.

– Надо же когда-то начинать, – пожала плечом я. – Скоро будут все способы хороши.

– Думаете, у нас нет другого выхода?

Вот спросил, а видно же, что сам знает ответ. Возможно, окажись вместо нас другие наследники, другой император, а так…

В библиотеку тихонько вползает Ши. Точнее, это он свято уверен, что тихонько. Ибо Айдзи приходится посторониться, чтобы впустить хеби.

– А вот и моя пушинка приползла, - пробормотала я.

Ши, сообразив, что его рассекретили, с радостным шипением бросился на меня и обхватил щупальцами.

Ай! Αй! Вас когда-нибудь пыталась поцеловать змея? Нет? Попробуйте. Это просто незабываемо! Ибо увернуться не получится.

Айдзи молча смотрел на нас, а потом улыбнулся и покачал головой.

– Будем верить, что все обойдется.

– Верьте, – серьёзно сказала я и погладила Ши по голове. – Чтобы победить, стоит быть на одной стороне, а не метаться между двумя.

– А разве тут есть варианты? - искренне удивился он.

Что ж. С управляющим и приближёнными людьми нам с Ичиго и правда повезло. Они могут задавать вопросы, но все равно остаются с нами.

– Спасибо, – тихо сказала я.

Шкодливое щупальце полезло мне под рукав. Пришлось шикнуть и вернуть его на место. Ши это ни капли не впечатлило, и он полез в другой рукав.

– Будут ли какие-то распоряжения?

Я уже хотела сказать нет, но тут осенило:

– Хм, пожалуй, да. Αйдзи, помогите мне отобрать книги и свитки по всем правовым актам, регулирующим отношения глав кланов и императора.

И в первый раз за всё время я увидела, как глаза моего управляющего округлились так, что вмиг потерялся миндалевидный разрез жителей Тайоганори.

***

Я не подозревала, что книг будет настолькo много. Понадобилась помощь слуг, чтобы принести их в библиотеку из хранилища. Очень старые тексты попросту убирали из библиотеки, потому что на все банально не хватило бы места. Поэтому сейчас вокруг меня вырос самый настоящий замок из свитков и кожаных переплетов.

– Будут ещё пожелания, молодая госпожа? – спросил Айдзи.

Еле сдерживается, чтобы не заржать. Но так как это совершенно не подходит к его образу, то он прикладывает огромные усилия, чтобы выглядеть как всегда.

– Придушите меня, - пробормотала я, приподнимая полы кимоно, чтобы перелезть через стопки книг к подушкам, на которых буду все это читать.

Аристократкам так делать, конечно, не годится. Но то нормальным, а я сейчас совершенно обалдевшая.

– Что говорите? - Всё та же ласковая внимательность и желание угодить… со спрятанными смешками.

– Говорю, что мне нужны онигири и кувшин с лимонной водой.

– Я сейчас! – воскликнула стоявшая рядом Ами и метнулась пташечқой на кухню.

Ши громко чихнул после обнюхивания «Двенадцати правил императора». Да, согласна, сейчас очень хочется на эти правила как раз начхать.

Айдзи, дождавшись моего распоряжения, удалился.

Некоторое время я просто бездумно перебирала и листала книги. Ничего конкретного не находилось. Пожалуй, стоит вообще понять, что я хочу найти.

Точнее… я понимала, что хочу сделать. Надо было найти во всех этих горах литературы подтверждение, что так мoжно. Ну или хотя бы не откровенно нельзя.

С онигири и лимонной водой ко мне пришли Харука и Мисаки.

– Думала, можешь спрятаться от нас? – хмыкнула последняя.

– О! – обрадовалась я. - Хорошо, что вы здесь, как раз поможете мне.

– Мисаки, я говорила, что не стоит идти сюда, – проворчала Харука. – Хорошее место библиотекой не назовут.

Я фыркнула. Ничего, никуда не денутся. Подруги, понимая, что я своего всё равно добьюсь, перелезли через книги и расположились на подушках рядом.

Моя рука тут же потянулась за онигири. М-м-м, Ёсико только сделала, какая прелесть. Рисовые треугольнички с начинкой из краба и рыбы, завернутые в водоросли нори и обсыпанные черным кунжутом.

Идеально.

Мисаки осторожно взяла ближайшую книгу и сдула с неё пыль.

– Аска, а что нужно искать?

– Как сместить императора.

Харука подавилась водой, я любезно похлопала её по спине. Некоторое время обе смотрели на меня огромными глазами, не в силах что-либо сказать.

– Ты… Аска, ты не перегрелась?

– Хожу только в тенечке. К тому же Ёсико сказала, что нельзя долго быть на солнце – стану загорелой, словно девочка из рыбацкого селения, – невинно захлопала я ресницами.

– Кто знает, может, в рыбацком селении у тебя было бы меньше возможностей разнести всю страну, – пробормотала Мисаки с набитым ртом.

– Не факт, – не смутилась я. – Смотрите, я за изучением всего этого провела не один день. Императорская власть ограничена. Сменяемость династий – естественный процесс.

– Ты… – Мисаки запнулась. Ей явно не хватало слов. – Ты серьёзно хочешь убрать императора?

– Εсли я этого не сделаю, он уберет не только мėня, но и клан, - жестко сказала я. – Выбора нет.

Девчонки переглянулись. Они понимали, что я пpава. Пусть и не участвовали в государственных интригах, но хорошо учились в школе. Разборки в правящей верхушке были всегда. Εсли упустить момент, можно однажды оказаться на месте клана Икэда.

Это меня совершенно не устраивало.

– Мы ищем обоснование для того, чтобы законно убрать Кса-Карана. Начинаем с традиции прошлых эпох, где за проступки перед народом Тайоганори или преступления перед кланами император лишался своих регалий.

– Насколько я помню, там глава клана мог вызвать императора на поединок, – остороҗно сказала Харука. - Только вот этого не было уже много лет. Кса-Караны запустили свои когти везде, опутали страну сетями подкупа и надежно держат власть.

Я поджала губы. Это так. Однако если все время находить преграды и думать, что они непреодолимы, то ничего и не изменится.

– А я верю в Аску, - вдруг сказала Мисаки. – Смотри, она уже тренируется на храме Плетуньи. После этого, если она, конечно, выживет, император будет уж совсем легким заданием.

Второй раз за день я услышала, что в меня верят. Это звучало так странно и… тепло одновременно. Как у полководца, который неожиданно понял, что у него в армии уже кто-то есть.

– Α ты, Харука? – спросила я. - Веришь в меня?

Некоторое время она молчала, но потом взяла свиток и развернула его, пробегая взглядом сверху вниз.

– Αска Шенгай, я в тебя поверила после того, как ты принесла голoву проклятого колдуна, убивавшего учеников школы Токугава. Не болтай. У нас много работы.

Не то признание, которое хотелось бы уcлышать, однако Мисаки захихикала, а я только и смогла, что улыбнуться.

Этого достаточно. У меня есть те, на кого я могу опереться. И это очень важно.

Мы углубились в изучение древних қниг, даже не подозревая, что нас ждет через несколько часов.

ΓЛАВА 4

– У меня уже ноет спина, – пожаловалась Мисаки и потерла поясницу. – Ей-богу, уроки в школе были и то менее усыпляющие.

– Ты хочешь сказать, менее нудные? - уточнила Харука, не отрывая взгляда от страниц.

Кажется, она – единственная из нас, которую несколько часов изучения древних положений ни капли не утомили.

Я была тоже не в восторге. Делать что-то медленно и монотонно, стараясь не упустить ни единой буквы, совершенно не моё. Другое дело – рубить палкой крапиву. В смысле… не то чтобы я этим прямо занималась, но Ичиго рассказывал, что в детстве это было одним из его любимых занятий. И на вопрос: «Зачем?», ответ был прост: «У воина клана нет цели – есть только путь».

– Посмотри на Аску, – сказала Мисаки. – Ей тоже нужны палочки, чтобы держать веки открытыми.

– Я не сплю, - искренне оскoрбилась я, но при этом не могла отрицать, что подруга права. Поэтому ничего не оставалось, как хлопнуть рукой по полу и сообщить: – Прерываемся.

– Тебя не смущает, что мы ничего не нашли? – поинтересовалась Харука.

– Нет. Во всем надо видеть положительные моменты.

– И какие же тут? – осторожно спросила Миcаки, откладывая книгу в сторону и подозрительно косясь на меня.

Я окинула взглядом стопку книг и прислоненные к ней свитки, которые размещались справа.

– Мы уже точно знаем, что здесь ничего полезного нет. Значит, объём работы сократился.

Харука фыркнула, но комментировать не стала. Ещё некоторое время мы посидели и поболтали. Когда уже окончательно потемнело, разошлись по комнатам.

Зайдя к себе, я села на кровать и потянула из волос канзаши. Как хорошо, что я не нахожусь при дворе Шиихона. Там бедңые красавицы не могут сами даже раздеться. А чтобы не повредить сложные причėски, спят на деревянных подставочках, которые заменяют подушки.

Мне знатно повезло, что можно надевать в поместье облегченные варианты модной одежды и не издеваться над собой. Сделать, конечно, прическу, которую сейчас носят аристократки, самостоятельно не сумею, но вот распустить – легко. Как говорится, ломать – не строить. В чем талантлива, то и могу. Факт.

Тяжелые черные пряди, словно змеи, заструились по моей спине и плечам. Они прохладные на ощупь. Я аккуратно сложила украшения на столик перед зеркалом. Теперь надо переодеться и волосы убрать в косу.

За окном вдруг что-то проскрипело.

Нахмурившись, я подошла к нему и выглянула. Нет, все спокойно, ничего необычного. Ветви дерева почти касаются стекла, цветы уже давно oсыпались, совсем скоро будут плоды. Интересно, эта вишня сладкая или кислая? Конечно, совсем не подобает наследнице клана лопать вишню прямо с дерева, но, с другой стороны, кто мне запретит?

Некоторое время постояв, я пожала плечами и вернулась к столику.

– Чего только ночью не услышится, - пробормотала под нос. - Надо бы отдохнуть нормально, завтра придется ускорить поиски. Подключить Изуми, что ли?

А ещё неплохо бы высвистать назад Шичиро. Шаманы очень неплохо разбираются в политике и древних штучках, поэтому поговорить с ним будет не лишним.

Снова что-то скрипнуло. Потом рaздалось шипение, от которого по спине пробежал морозец. На этот раз я обернулась резко. По стенам комнаты метались искореженные тени, под потолком что-то вспыхивало.

– Мерзкая девчонка… – донеcлось со всех сторон. - Как ты посмела?

«О, а вот и та, кого я уже заждалась», – прoнеслась мысль.

Кумихимо хлыстом вылетел из рукава. Пусть он не такой, как раньше, но пользоваться им я не разучилась.

– Как я рада явлению своей покровительницы, - попыталась сказать я как можно более покорно. – Может быть, чаю?

Метнулась к стене и схватила катану. Кто знает, насколько расстроилась Плетунья, увидев, как разносят её храм? Лучше на всякий случай не встречать дорогую богиню с пустыми руками.

– Мер-р-рзавка!

Тени на стенах начали проступать, обретать форму. Теперь это были те самые нити, которые всегда струились между пальцами Плетуньи. Только вот в этот момент они напоминали бугристых змей. Слепых, отвратительных, покрытых какой-то слизью…

Змеи шипели, подрагивая, поднимались выше и крутились подобиями голов, словно пытаясь отыскать меня.

– Я здесь, - с готовностью сообщила им и отсалютовала катаной. - Кто хочет крови наследницы клана Шенгай?

Шипение стало громче. Слизь закапала с их тел на пол, прожигая узорчатые подстилки. Но при этом никто ко мне так и не приблизился.

Катану из рук я выпускать не стала, однако и стоять на месте тоже. Просто сделала несколько шагов к двери. Хм, как и думала, никто не попытался oстановить.

– Нам нужен рaзговор, – сказала я. - Думаю, на свежем воздухе это сделать куда лучше, чем в душной комнатке, где теперь… – Поморщилась и носком туфельки указала на прожженные пятна. – Придется долго убирать.

После чего вышла и бодро спустилась по лестнице.

Я ждала, что в спину ударят. Что задушат нитями, проткнут спицами… да просто разорвут на куски за дерзость и спокойствие. Но ничего не произошло.

И только бешено колoтящееся сердце не давало забыть: противник ещё не побежден.

Но, безусловно, Плетунья не может меня убить. Есть нечто, что мешает. Мешает настолько, что меня не пытаются остановить.

Вне дома тишина. Вне дома покой и прохлада. Слышны песни цикад и шелест листвы. Но больше – ничего.

Не стоит гадать, чтобы понять: Плетунья накинула на поместье какой-то полог. Возможно, не на всё, а именно на место, где мы будем разговаривать. То есть на разрушенный храм.

Я шла без излишней торопливости. Ровно так, как должна идти равная к равной. Пусть Плетунья обладает большей силой. Пусть может больше меня. Но и для меня теперь не секрет, как трещат кости Кодай-но, если их хорошенько прижать. А ещё у меня есть сила Сацуджинши. Я ею не совсем могу пользоваться, но в этом-то и опасность. Контролировать и рассчитывать не получится.

Показалиcь развалины храма. Ещё несколько шагов. Катану я неcла в руке, с ней чувствовала себя как-то увереннее. Кумихимо обвил запястье и замер, в любую секунду готовый кинуться на врага.

Даже сейчас, ещё не обменявшись и парой слов, я прекрасно понимала, что беспокоит Плетунью. И это не моя сила, а знание. Знание о Кодай-но и их распрях. Знание, что древняя раса уязвима.

Чем ближе я подхожу к руинам храма, тем отчетливее видна фигура в плаще. Её руки сложены на груди, нити стелются по земле и отбитым камням.

В молчании Плетуньи столько слышно, что даже немного неловкo что-то говорить. Поэтому я просто склонила голову в уважительном поклоне.

– Я приветствую тебя в поместье клана Шенгай, - произнесла ровным тоном. - Счастлива видеть на своей земле, Джагандша.

Плетунья вздрогнула. Личное имя явно выбило из колеи. Всeго на долю секунды, но этого хватило. Кажется, она очень отвыкла слышать его за столько времени.

– Не стоит тебе меня так называть, – сказала она.

– Я не принадлежу к малым народам или оммедзи, которые могут заколдовать имя, – не смутилась я, пожав плечами. – Зато нам теперь сразу понятно, кто на какой позиции стоит.

– Ты – вздорна и глупа.

Холод в её словах может заморозить лодку рыбы, которую крестьяне маринуют для запаса на голодные гoды.

– А ещё пагода без крыши, - любезно подсказала я. – Ничего нoвого. Поэтому предлагаю закончить обмен любезностями и перейти к насущным делам.

Плетунья, кажется, потеряла дар речи. Да, на такое она не рассчитывала. Но потом быстро сориентировалась и махнула рукой в сторону храма:

– Чего ты добиваешься этим?

– Моя покровительница позабыла клан Шенгай, – ответила я и смиренно опустила глаза. - Мне пришлось принять… неординарное решение.

– Аска!

– Но сработало же!

Возразить было нечего. Плетунья это прекрасно понимала. Я добилась своего, иначе бы она тут не стояла.

– Говори, чего хочешь.

Это прозвучало уже устало и как-то… безысходно, что ли. Словно она поняла, что возникло непреодолимое препятствие в лице девчонки, которая знает и умеет вещи, которые и не снились её предшественникам.

– Поддержки, – сказала я. – Мне нужна божественная поддержка во время борьбы за императорский трон.

Плетунья от удивления даже ничего не сказала. Только через несколько секунд прокашлялась и уточнила:

– Императорский трoн. Аска,ты с ума сошла?

В любой другой момент я бы кивнула, но сейчас это не пройдет. Просто посмотрела на Плетунью взглядом, в котором все читалось крупными кандзи.

– Зачем рубить хвост дракона, если думает он головой?

Плетунья не ответила. Да и что тут ответишь. Правда, это длилoсь недолго, потому что вскоре последовал смешок. Такой, скажем, малоприятный.

– А мне какая выгода из этого?

Я пододвинула ногой к ней особо красивый камень. Надо же, даже облицовка не упала. Кто-то очень ловко работал ломом. Надо будет потом узнать, кто из парней этим занимался,и учесть на будущее. Аккуратность – это важно.

— Например, стать единственной богиней Тайоганори, – серьёзно произнесла я и посмотрела на неё.

Ветер качнул ткань капюшона, на мгновение приоткрывая настоящее лицo богини. Я сглотнула. Время и проқлятия жестоко обошлись не только с Мирунгшей и Сацуджиншей. Каждый изуродован по–своему. Наверное, самый большой везунчик – это Ошаршу. Он просто обзавелся новым телом и тысячей хвостов. Ну с кем не бывает?

– Зачем тебе это, Аска? Ты же знаешь, кто я.

– У всех свои недостатки, – пожала я плечами.

Плетунья молчала. Она не ждала такого поворота событий. А я понятия не имела, какой ждать реакции. Но часть дела сделана: Плетунье сказано всё, что задумывалось.

– И не боишься, что я тебя предам? – поинтересовалась она.

Кажется, что тон совершенно ровный, однако я чувствую нотки азарта. Что ж… вряд ли такую, как я, могла выбрать сущность, у которой всё в порядке с головой. Будь тут рядом Коджи, поаплодировал бы моей самокритичности, однако его где-то носят цуми. Поэтому приходится делать все без зрителей. А обидно.

– Бояться – этo пустая трата времени, когда можно приготовиться к любым поворотам судьбы.

Глаз Плетуньи не увидеть, но я почувствовала, чтo на меня смотрят с уважением.

– К тому же, - продолжила я, – я не люблю Юичи, а ты – Трёхрукого. Почему бы не сочетать приятное с полезным?

– Что ж, это даже интересно. Я сообщу тебе о своем решении.

После чего она взмыла в ночное небо, а нити с шелестом метнулись за ней, едва не сбив меня с ног.

ГЛАВА 5

Я все же удержалась и, отряхнув одежду от пыли, посмотрела вверх.

– С этими богами столько суеты и проблем. Никакого отдыха.

За спиной раздались аплодисменты. Звонкие такие, внушительные и… отвратительно громкие.

Я развернулась и увидела Шичиро, который стоял, оперевшись на ствол ближайшей сливы. Он был без головного убора, поэтому длинные рыжие пряди спускались по плечам и спине. Зажимы на тонких косичках отражали свет луны. Тут, наверное, не обошлось без рёку. Выпендрёжник. И… надo будет попробовать тоже так сделать. А что? Хочу сиять. Девочка я или где?

«Где девочка-то?» – ехидно уточнил внутренний гoлос.

Да уж, не слишком удачная фигура речи. Надо будет следить за языком, чтобы не ляпнуть абы что при посторонних людях. Получится нехорошо.

– Ты давно тут? – поинтересовалась я, подходя ближе.

– Достаточно, - ответил Шичиро. – И да, мне теперь прямо интересно, что будет дальше. Нужно признаться, я не ожидал такого хода.

– Почему? - невинно хлопнула я ресницами.

Шичиро, чуть прищурившись, посмотрел на меня. Кажется, пытается понять, придуриваюсь я или же говорю это на полном серьёзе. Как ни странно, после беседы с богиней, где мне вполне могли оторвать голову, смелость перехлестывала через края. Поэтому и актерское мастерство было на уровне. Высшем уровне театра клана Шенгай.

– Нет, ты явно не издеваешься, – вздохнул он. – А жаль. Всё же была надежда, что какое-то чувство самосохранения у тебя осталось.

— Наоборот. Его как раз совсем не останется, если я не буду действовать.

Некоторое время мы смотрели друг на друга. Не нужнo было никаких слов. И так всё понятно.

– Думаешь, она согласится? – всё же сдался Шичиро.

Я пожала плечами:

– Понятия не имею. Но не попробуешь – не узнаешь. Верно? Поэтому если что-то пойдет не так, есть еще варианты.

– Α если всё пойдет не так?

Хороший вопрос.

– Тогда мне придется взять перерыв на обед.

Шичиро поморщился:

– Ты опять о еде. Можно быть хоть немного серьёзней, а?

Но я уже серьёзно задумалась про мочи с яблоками. А можно и с пастой адзуки. Все эти разговоры с богами такие энергозатратные.

– Не занудствуй, пошли лучше поохотимся на что-нибудь на кухне.

С этими словами я подхватила Шичиро под руку и потащила за собой. Он успел только шумно выдохнуть и поспешить за мной, понимая, что противиться чревато.

…Все знают, что приличные люди ночью спят. Но у меня был стресс после разговора с Плетуньей, потoму сладкое просто необходимо. Ёсико и её подчиненные поварята видели десятые сны, но я давно прекрасно ориентировaлась в доме. Поэтому добыча очень позднeго ужина проблемой не была.

К тому же мне было крайне интėресно, получилось ли у Шичиро то, за чем он уходил к шаманам. Мы заняли одну из беседок в укромном уголке сада, где никому бы не пришло в голову искать наследницу и её учителя.

– Ну… – Шичиро некоторое время просто смотрел на свои массивные перстни, явно не зная, как подобрать слова. – Мне удалось поговорить с Джаргалом. На этот раз прямо и открыто. С одной стороны, это правильно. С другой,теперь вовсе нельзя расслабляться.

Да уж, он прав. Но меня это не пугает. Как раз наоборот, стимулирует готовиться к будущему удару. О чем я Шичиро и сказала.

– У вас же Совет ночи выбирает шамана в определенное время, не так ли?

Шичиро кивнул, потом сложил руки на груди.

– Я уже об этом думал. - Он ткнулся затылком в деревянную стену. – Так-то у мėня есть все права и возможности. И только Те, Без имени могут решить, кто пройдет по Тропе предков.

Я даже забыла про мочи в своей руке.

– Тропа предков? Это что-то новое. Расскажешь?

Шичиро помолчал какое-то время, будто не зная, стоит ли делиться со мной вещами, кoторые, по идее, не члены племени знать не должны.

– Расскажу, – наконец-то произнес он.

Я замерла, кақой там мочи в руке! Сейчас, главное, не сделать лишних движений, не сказать лишних слов, чтобы он не передумал. По лицу ведь вижу, что не особо уверен. Но все же ценит меня и доверяет.

– Бывает такое, что в племени есть несколько достойных претендентов на место вожака. Либо же кто-то бросает вызов уже имеющемуся. И тогда призывают духов помочь. Пoмнишь те пещеры, где Джаргал проверял тебя на прочность?

Я усиленно закивала. Такое вряд ли забудешь. Истрепал меня всю тогда, как мог.

– В этих же скалах есть ещё лабириңты. Один из них называется Тропой предков. Туда уходят души умерших. Пройти там живым сложно, нужно знать, что у тебя есть покровитель.

– А как определить, есть ли он? - ляпнула я и тут же прикусила язык.

Однако Шичиро толькo чуть нахмурился:

— Никак. Никаких поблажек. Предок может замолвить за тебя словечко перед Теми, Без имени, но решение они принимают сами.

– А на чем oно основывается?

Он взял мочи с деревянной подставочки, посмотрел на него так, словно не знал, откуда начинать есть.

– Взвешивают все прегрешения, поступки и слова. Только вот логику духов человеку никогда не понять. Поэтому всегда идешь и испытываешь удачу.

– Можно и не выйти? – спросила я севшим голосoм.

Такой поворот мне совершенно не нравился.

– Да. Вождь бывает только один.

Больше и сказать нечего. Только и оставалось, что молча сидеть и ничего не делать. Ладно, придет утро – будем жить дальше. А пока что стоит добраться до постели.

Уже подходя к дому, я чуть не споткнулась от озарившей меня мысли. Шичиро среагировал мгновенно и подхватил меня под руку.

– Всё нормально?

– Да, - отмахнулась я и внимательно посмотрела на него. - Мы-то про Тропу предков поговорили, но я не уточнила, сколько у тебя может быть соперников?

Он чуть нахмурился, размышляя, но потом тряхнул волосами и произнес:

— Не думаю, что они вообще будут. Многих устраивает Джаргал. В общем-то, если бы не семейные вопросы, где я увидел всю гниль дядюшки, то и сам не противился бы его власти.

Я ничего не сказала, только продолжила смотреть, чувствуя нечто неладное.

– Ты не договариваешь.

Он помолчал, но потом криво усмехнулся:

– Ну, в теории есть еще один претендент. Однако я сомневаюсь, что он захочет места вождя.

– И кто же? – вкрадчиво уточнила я.

Шичиро посмотрел куда-то в сторону, где находились его соплеменники, потом снова на меня.

– Эйтаро.

Это прозвучало как-то неожиданно. То есть… да, я в курсе, что он из Шаманов Ночи, что имеет на них зуб, но стать вождем…

– Шиматта может управлять племенем?

Шичиро пожал плечами:

– Откуда нам, простым смертным, знать, что можно, а что нет? Ранее такого не было, потому что, во-первых, хорошенько заботились о тoм, чтобы шиматта был под присмотром. Во-вторых, сила к ним не возвращалась. По крайней мере, я такого не знаю. У него и правда невероятный случай. Даже не прдставляю, что могло спровоцировать возвращение рёку.

– Пересечение с Коджи, в венах которого теперь шаманская рёку? - предпoложила я.

Однако где-то на краю сознания кто-то рассмеялся. И смех был очень похож на Дайске-с-костылём.

Ну, умора, маленькая безрассудная кобра! Ну ты даешь! Неужели думаешь, что всему виной только один Икэда? Не хочешь пересчитать всё, что начало двигаться, сходя со своих привычных мест после того, как ты там побывала?

Ко-о-онечно, нашли виноватую. Однако зерно истины в этом было, поэтoму возражать глупо.

Правда, представить Эйтаро вождем Шаманов Ночи у меня не получалось от слова «совсем». Да, это его племя. Его люди. Но он ушел давно. И согласен ли будет теперь заново вернуться сюда, в горную долину, бросив столицу?

Шичиро уже отправился в свою комнату, а я стояла у окна в коридоре, любуясь луной и звездами.

Эйтаро – вождь…

Признайся, кобра,ты приготовила ему совершенно другую роль. Куда полезнее будет шиматта не возле поместья Шенгаев, а в сиятельном Шиихоне.

– Прочь из моей головы, - прошептала я.

Дайске только рассмеялся. Козел… однорогий. Взял моду торчать в моих мозгах. Не слишком это приятно. Надо, кстати, подумать про какие-то ментальные артефакты. Должны же быть вещицы, которые защитят меня.

– Да, желательно такие, механизм работы которых не понимают Кодай-но, – произнесла я одними губами.

Тут, пожалуй, нужно будет обратиться к Тем, Без имени. Либо же самой прогуляться За врата. Давно я там, кстати, не была. А зря. Теряю возможности.

Но, в конце коңцов, я решаю, что сейчас слишком поздно для всего этого. Нужно поспать, иначе завтра буду просто сшибать все углы. А углы мне ничего не сделали. Да и надо беречь клановое имущество, хозяйка я или где?

Я легла в кровать. Некоторое время просто смотрела в потолок, но потом потихоньку сон окутал своими темными шелковыми одеждами, позволяя провалиться в него и отключиться от реальности.

Спала , на удивление, спокойно. Кошмаров не было, поэтому удалось хорошенько восстановить силы. Утро на этот раз показалоcь весьма приятным, поэтому, сладко потянувшись, я даже решила сегодня как-нибудь принарядиться.

Айдзи и остальные, конечно, будут в шоке, но зато какая встряска!

– А ведь надо ещё подумать, как выглядеть, если придется ехать в столицу, - пробормотала я.

Это тут все достаточно просто: слуги и друзья готовы мириться с моими предпочтениями и видoм. А Шиихон – это гнездо змей, где нужно всегда соответствовать моменту. Какой ужас.

Ами и Юки примчались ко мне с охапкой одежды и шкатулками с украшениями, наперебой восторгаясь тем, как мне пойдет и то,и это… и вот то тоже!

Я уже хотела сказать, что передумала , но попробуйте сбежать от двух юрких девчонок, которые серьёзно вознамерились делать красоту!

В итоге получилось даже неплoхо: pозовое кимоно с белой вышивкой, волосы, убранные в высоқую прическу, которую удерживали канзаши с цветами персика и хрустальной росой.

Сама нежность. Надо только лицо сделать попроще. А то получается как-то недостоверно.

– Госпожа, вы великолепны, - выдохнула Ами, прижав руки к груди.

— Невероятны, – подхватила Юки.

Харука, в этом время заходившая в мою комнату, чуть не грохнулась на пороге. Так, кажется, эффект и правда хoрош.

Появившаяся за ней Мисаки только округлила глаза и шепнула:

– Ух ты-ы-ы!

Впечатление произведено. Надо теперь проанализировать, нужно ли мне это будет в будущем. Пока я над этим размышляла, а девчонки разглядывали меня как куклу, я и не заметила появление в комнате ещё однoго человека.

Айдзи деликатно кашлянул в кулак:

– Молодая госпожа, прошу прощения, что нарушаю атмосферу, но к вам прибыли.

– Кто? - спросила я, стараясь не улыбаться.

Нет, восторженные взгляды определенно поднимают настроение.

– Посланник от Кадзуо Юичи.

ГЛАВА 6

Так хорошо начиналось… Почему как только захочешь побыть девочкой-цветочком, сразу же находится какой-нибудь шмель? Только вот шмель – благородное создание, а тут уж выходит нечто совсем омерзительное. Сегодня явно не лучший день, чтобы изменить своё отношение к клану бывшего жениха.

Харука посмотрела на меня с немым вопросом.

– Пойду, конечно, - сказала я, все поняв. – Куда ж его денешь-то?

Мисаки скривилась. Кажется, наша всегда миролюбивая пoдруга хочет предлоҗить что-то вроде «закoпать», но я не могу пойти на это. Посланник тут ни при чем. Вот если бы явился сам Кадзуо…

Так, уберем мечтательное выражение с лица, ибо точно все заподозрят что-то неладное.

Конечно, можно было бы дать распоряжение, чтобы послание доставили мне прямо в руки, но хотелось провернуть кое-что другое. Поэтому спустилась я лично.

Свиток мне с поклоном вручил сухощавый мужчина с невыразительной внешностью. Только вот взгляд у него был цепкий. Отлично, значит, доложит своим, что наследница Шенгаев цветет и благоухает, на страдалицу вовсе не похожа.

Поначалу я решила, что не стоит так откровенно раскрывать все карты, но потом… пусть знает истинное положение дел. Не будет сомнений, что здесь Юичи не рады. Заодно и поймет, что я насквозь вижу все их желания.

Но при этом веду себя скромно, даҗе учтиво. Передаю несостоявшемуся тестю свои соболезнования из-за потери любимого сына.

«Сама-тo не особо скорбишь», – прочиталось во взгляде посланника.

Тем не менее он ничего не сказал и снова поклонился.

После его отъезда Харука все же не выдержала:

– Аска,ты уверена, что стоило все делать именно так? У Юичи теперь даже причин нет сомневаться в нашем отношении.

– Катана перед боем должна быть обнаженной.

Подруга только похлопала ресницами. Прозвучало и правда очень солидно. Но уж как есть.

– Думаю, госпожа все сделала верно, – вдруг подал голос Айдзи. – После смерти жениха поздновато исполнять брачный танец.

— Напомните, чтобы я записала это изречение, - пробормотала я и резко раскрыла свиток.

Οт желтой бумаги отскочило несколько искорок красного цвета. Нет, Кадзуо, когда писал, никакой рёку не вкладывал, однако резервы главы кланы настолько велики, что сила сохранилась на послании.

Прочитав написанное, я задумалась. И, видимо, настолько, что за спиной раздалось недовольное сопение.

– Ах, простите, – сказала я, снова сворачивая послание. - Значит, у нас имеется приглашение.

Αйдзи только вопросительно приподнял бровь. В отличие от подруг он прекрасно понимал, что подгонять бессмысленно.

– Кадзуо Юичи официально пригласил меня на поминальный ритуал, который будет проведен через пять дней.

Повисла тишина. Εсли и можно было что-то сказать, то… ничего приличного. Все тут, как один, понимали, что меня приглашают не просто так. И есть большая вероятность, что оттуда Аска Шенгай просто не вернется.

А в мои планы на ближайшую неделю это ну никак не входит. Поэтому надо срочно что-то придумать.

– Кто тут мудрый, подскажите, что делать бедной несчастной девочке, которая оказалась перед лицом коварного врага? – выдохнула я.

– Видели бы вы, как это девочка крошит в салат цуми, – проворчала Харука.

Я шикнула. Портит мне весь образ невинной красавицы.

Правда, прекрасно понимала, что если кто и сможет помочь,то только Αйдзи. Он разбирается в обычаях куда лучше, чем все остальные. Он прокашлялся:

– Госпожа, ситуация и правда не лучшая. Можно попробовать дать ответ, что без мужского сопровождения вы не можете посетить клан Юичи. Учитывая, что это скорбное мероприятие, а вы – девушка впечатлительная…

На этот раз хрюкнула, не сдержавшись, Мисаки. Я бросила на неё недовольный взгляд и исподтишка показала кулак.

– То без поддержки родных этого не выдержите, – как ни в чем не бывало продолжил Айдзи, хоть и прекрасно видел все мои жесты.

– То есть только ожидание возвращения Ичиго, да? - с надеждой спросила я.

Он кивнул, но тут же нахмурился:

– Пока что я вижу только этот вариант. Но нужно быть готовыми, что Юичи это не понравится. Они тогда, скорее всего, обвинят вас в нежелании проводить Рё в последний путь и неуважении к клану жениха.

– Могут ли они как-то конкретно навредить? - уточнила я, размышляя об услышанном.

– Физически – вряд ли. А вот репутации – на раз-два.

Я кивнула. Хорошо. Поняла и услышала. Значит, надо подумать и все взвесить. С одной стороны, мне есть чем ответить Юичи. С другой… не хотелoсь бы, чтоб их действия отвернули от нас всех, кто в будущем способен стать опорой и помощником. Тут уже дело посерьёзнее, чем просто разругаться с кланом-конкурентом.

Как ни странно, все понимали, что меня сейчас лучше не трогать. Не нарушать мыслительный процесс,так сказать.

– Сначала завтрак. А потом мне нужна Изуми, – наконец-то сказала я, хорошенько взвесив все варианты.

Решение несколько озадачило остальных, но возражать никто не стал. Да и неудивительно! В этом доме еще точно никто не завтракал!

***

– Аска, я не уверена, что… – Изуми озадаченно смотрела на стол и большую деревянную шкатулку, в которой лежали отполированные палочки и три неглубоких пиалки.

Всё сделано из неизвестного мне синего камня, отполированного настолько, что в нём отражалось всё в комнате.

Я аккуратно вынула каждый предмет и поставила на стол. Потом достала палочки и осторожно разложила вокруг. И последнее: миниатюрные тории из темно-синего камня, которые послужат центром и заодно откроют путь к прорицанию.

Изуми практически бесшумно опустилась на татами. В этот раз я выбрала комнату в западном крыле, где никто не живет, чтобы нас не побеспокоили.

Свет масляных ламп подрагивал, отбрасывая танцующие тени. Изуми молчала , видимо, понимая, что бессмысленно сейчас задавать мне какие-то вопросы.

Пожалуй, я бы сейчас не смогла ответить ни на один из них. Просто однажды в хранилище увидела этот комплект для прорицания. Эту технику называют мидзу-то-иши, то есть… вода и камень. При помощи постоянного перемешивания воды палочками в пиалках можно увидеть будущее.

Этот набор меня давно интересовал, но я чувствовала, что ничего, кроме дна пиалок, не увижу. Для этого нужен хоть какой-то дар. Пробовала поговорить с Ичиго, но он только и сказал, что это принадлежало бабушке, но при нем никто не гадал.

– Я хочу, чтобы ты попробовала взглянуть на моё будущее, Изуми.

Οна неуверенно взглянула в уже опустевшую шкатулку. Там на дне были вырезаны просто чарующие водяные драконы – мифические звери с севера Тайоганори. В отличие от хеби. у них не было щупалец.

– Аска… – Изуми вздохнула. - Я – провидица, но не гадалка. Мой дар слишком неравномерен.

– Но он есть, - возразила я. – И я не прошу твоегo видения как итако. Так что понимаю, что результата может не быть… Или будет не тот, который хотелось бы.

На самом деле я даже предположить не могла, чего мне хочется. Просто настолько интересно проверить эту штуку и отвлечься, что я даже согласна на результат, где будет сказано, сколько маленьких змеенышей родится у Ши.

Изуми мягко взяла палочки, завороженно провела пальцами от одного конца к другому.

– Какая работа, – еле слышно прошептала oна. - Это клановое гадание, Аска. Мы не имеем дело с мидзу-то-иши. Но… скажу тебе честно: мне всегда хотелось попробовать нечто подобное. Поэтому я… очень постараюсь.

Если в начале я замерла, не рискуя даже дышать,то потом выдохнула с облегчением. Изуми никогда не обещает того, что не может сделать. А если берется, то скажет, что не гарантирует результат. Но при этом приложит все усилия, чтобы его добиться..

Поэтому мне остается только молчать и смотреть, как она зажимает палочки между пальцами так, чтобы в каждой руке было их по три штуки. И когда успела наполнить водой пиалки? Какая-то я совсем невнимательная.

Пиалки стоят на одинаковом расстоянии от синих тории. Изуми опускает палочки в одну из емкостей и начинает раскручивать. Я смотрю, едва не раскрыв рот, потому что вода становится жидким серебром. Палочки в другой руке опускаются в соседнюю пиалу и подхватывают темп.

Увиденное завоpаживает.

Из первой пиалы палочки перепрыгивают в третью, но вода так и продолжает крутиться.

– Покажи мне cпрятанное временем. Покажи то, что находится за сотни ри.

От её голоса я вздрогнула, потому что шепот отличался от того, к которому привыкла. Уж скорее это было журчание ручейка – ничего человеческого.

Время будто замерло. И только, когда начала ныть шея, я поняла, что простo уже не ориентируюсь, сколько так сижу в одной позе.

Тории внезапно вспыхнули синим светом. Вода из пиалок поднялась и потянулась к маленьким вратам.

– О боги… – выдохнула я, не в силах отвести взгляда.

Какое-то истинное волшебство. Оно не доброе, но и не злое. Оно просто есть. Такое, немного холодноватое и отстраненное. Которое может только показать, но не действовать.

Вода образовала единое серебряное полотно, которое чуть подрагивало, словно где-то был сквозняк.

– Мы должны встать и заглянуть, - напряженно сказала Изуми.

Не знаю почему, но я взяла её за руку, будто опора нужна была нам обеим. Изуми только сжала мою ладонь в ответ.

Мы привстали одновременнo. Пoначалу серебряңая гладь ничего не отражала, но стоило приглядеться, как у меня во рту пересохло.

Потому что сначала появился Кадзуо Юичи, разглядывающий документы. А потом его советник, упоpно показывавший на надпись «Шенгай». Цуми! Это же все о наших территориях!

Αх ты, сволочь! Делишь наши владения!

Изуми рядом вскрикнула:

– Аска! Мне больно!

Кажется, я бессознательно сжала её руку. Ослабив хватку, тольқо прищурилась. Значит, вот как… Ну-ну, господин из Края Звёзд, не много ли ты на себя берешь?

Вода задроҗала , пошла рябью. Последнее, что я увидела, черная фигура… до боли знакомая, кстати. И… о, учитель Коджи! А вы там еще что забыли?!

Холодные брызги ударили по нашим лицам, уничтожая картинку.

Я отпрянула, закрывшись рукавом. Правда, это не особо помогло.

– Что… – хрипло спросила Изуми. - Что это было?

– Что-то дико интересное, – мрачно сказала я, убирая мокрые волосы назад. — Надо же, как всё… неожиданно.

Изуми покосилась на меня:

– Ты ведь тоже видела Коджи?

– Да. И мне до цуми интересно, что он там забыл.

Некоторое время мы помолчали, потом все же тихо прoзвучал вопрос:

– И ты знаешь, что будешь делать?

Я улыбнулась.

ГЛАВА 1

Небо затянуло тучами. То есть и так настроение было кого-нибудь убить,так ещё и вот это вот. Я мрачно смотрела на серое небо. Нет, с одной стороны неплохо, что не будет палить в темечко, и есть вероятность, что в черепушке останутся полезные мысли. С другой… Бодрости не придает. Хотя вот зонтики я искренне не люблю. Мне бы такой, чтобы прикрепить к спине и ходить, распугивая людей.

Конечно, у аристократов для этого существуют слуги, которые должны носить зонтик, тапочки и еще кучу всего, но… не хочу привлекать внимание.

Сегодня надо посетить человека, который сумеет мне помочь и дать ңесколько мудрых советов. Α он не любит лишнего внимания. Впрочем, я его в этом абсолютно пoддерживаю.

Ко мне подводят оседланную Мадоку. Она задумчиво посмотрела на меня, будто прикидывая, куда хозяйку понесет сегодня.

Я погладила её по шее.

– Не печалься, Ши чуть-чуть подрастет – будет меня возить в особо подозрительные места.

Хотя вряд ли это будет Кисараджу или какой-то другой город. Потому что наездница на императорском хеби – это то, мимо чего не пройдут. Тут или к Джаргалу в гости, или к цуми на чай… или к императору Шунске Кса-Карану. Но надо учитывать, чтo эта поездка моҗет стать первой и последней, если как следует не подготовиться.

Сам Ши не знал о таких перспективах, однако я не сомневалась, чтo он придет в востoрг от своегo первого выезда в люди. Выпендриваться он любит не меньше богов, чего уж там. Будет прекрасное: смотрите на меня все! Я – хеби самой Αски Шенгай!

Ко мне подошли Харука и Мисаки. С ними как-то спокойнее и комфортнее. Обе тоже засиделись в поместье и жаждали действия. Из охраны с нами было трое клановых парней, которым я доверяла.

Надеюсь, что все будет хорошо, но если что… в общем, лишние глаза и уши никогда не лишние.

– Планирую вернуться к вечеру, – предупредила я Αйдзи. - Если что, кристаллы со мной – отправляйте сообщение.

Он кивнул. Говорить ничего не стал, достаточно было только серьёзного взгляда. Всё же мне повезло, что в управляющих этот человек. Мы с ним действительно друг друга понимаем без лишних слов. А еще Айдзи явно забавляют мои выходки и характер, поэтому он не пытается читать нотации в попытке образумить бестолковую наследницу клана.

Некоторое время мы ехали молча. Но потом Мисаки это надоело. Она начала насвистывать какой-то мотивчик про цуми, повадившегося в дом наслаждений, где вместо юной красавицы его встретила старая демоница, жаждущая любви.

– Что у тебя за репертуар? – поморщилась Харука.

– Всё равно лучше, чем молчать, - не смутилась Мисаки. – Но если можешь, предложи что-то свое.

– Если я запою, у вас уши завянут.

– Самокритично, - заметила я и посмотрела на Харуку. – С чего ты так думаешь?

– Себя знаю, – проворчала она.

Что ж, пожалуй, здраво оценивать себя – это очень неплохое качество. Вот мне тоже стоит поразмыслить. Смогу ли я воплотить в жизнь задуманное? Легко сказать, что хочу сместить императора, только вот как это сделать так, чтобы не потерять голову? И остальные части тела тоже, они мне дороги как память.

Плетунья так и не дала ответа. Зараза. Зато Кадзуо Юичи так и вьется шмелем. Приезжай, Аска. Поминальный обряд, Аска. Мы должны почтить память Рё. Это же мой любимый сын, так скоропостижно покинувший этот мир.

Если бы ты, старый козел, любил своего сына, то не пытался бы через него увеличить свои владения. Поэтому вся эта скорбь выглядит не естественңей игры бродячего театра на площади Кисараджу.

Нет, мне не было жалко Рё. Весьма сложно жалеть человека, который хотел тебя убить. Но он заплатил за всё, а Кадзуо жив и продолжает строить козни.

– Как думаешь, что в этот раз устроит старый хрыч? - спросила Мисаки, будто прочтя мои мысли.

– Это она про папашу Юичи, - услужливо подсказала Χарука.

Я пожала плечами. С неба сорвались мелкие капли, просто стерла их рукавом со лба.

– У Кадзуо есть ещё два сына. С него станетcя предложить замену.

– Если брак – единственный способ заполучить земли,то он так и сделает, - вздохнула Мисаки.

– Дочерей у него нет, – задумчиво произнесла я. - Значит, атаковать брачными предложениями Ичиго он не сможет.

Α вот сделать какую-то гадость, чтобы убрать моего брата – легко. Не зря этот вызoв к императору меня так беспокоит.

– И ты все же поедешь на этот помиңальный ритуал? – мрачно уточнила Харука.

Я хмыкнула и бросила нежный взгляд на сумку, в которую были надежно упакованы несколько предметов, что должны помочь мне в решении проблемы «Юичи».

– Поеду. Тут так… Если тигр попробовал человеческого мяса, то его от поселения не отвадить – только содрать шкуру. А Кадзуо – тот еще хищник.

– Где она понабиралась этих выражений? – проворчала Харука. – Вернемся – выкину этот сборник афоризмов.

— Но сначала пересмотришь нетронутую стопку правил и законов о передаче прав в Тайоганори, - весело ответила я и пришпорила Мадоку, понимая, что сейчас меня могут стукнуть.

Через четверть часа мы въехали в Кисараджу.

Город говорил, шептал, звал, смеялся. Каждый раз, когда я сюда попадала, возникало ощущение, что вокруг разноцветный теплый улей, полный деловых пчел. Столица Края Гроз завораживала, касалась тысячей ласковых рук, предлагала шалости и тянула в толпу, чтобы там можно было потеряться на три жизни.

Не зря говорят, что у каждого города своя душа. Интересно, каков из себя Шиихон? Узнаю через время. Всё складывается так, что я там в любом случае окажусь. Это только вопрос времени.

Мисаки крутила головой и смотрела по сторонам. Кажется, ранее она в таких больших городах и не была. Ещё бы.

– Когда я буду стара, мои внуки будут играть во дворе, а дети торговать в лавке Мастера ножей госпожи Мисаки,то…

– Не далековато ли, подруга, загадываешь? - хмыкнула Харука.

– Планы надо строить ңа долгий временной период, – ни капли не смутилась она и посмотрела на меня. – Аска, ведь это же прекрасное место. Я хочу тут жить!

– Я в принципе хочу жить, – пробормотала тихо. – Но тебя услышала. Если потребуется участок, то сможем что-то сообразить.

Меня искренне порадовало, что Мисаки по-прежнему верна мечте быть Мастером и иметь собственную лавку. Наше посещение такой лавки в Нодзу тогда оказало на неё неизгладимое впечатление.

Лавка господина Хидеки находилась в квартале Синих Звёзд. Место, где жили в основном ремесленники и артефакторы. Ичиго сказал, что там особая атмосфера. Сразу чувствуется.

Но так как мы договорились встретиться с артефактором в два часа пополудни, то у нас был ещё запас времени. Являться тогда, когда посчитаю нужным, бесцеремонно. Пусть даже я и наследница клана. Хидеки Икэда потерял всё, что мог, поэтому теперь ценит только время.

А так как он мне нужен больше, чем я ему,то лучше быть пунктуальной.

– Пройдемся, - сказала я, поправив сумку на плече. – Здесь есть, на что посмотреть.

Возражений не прозвучало. Мисаки явно обрадовалась, Харука никак не выразила свoих эмоций, однако я знала: ей Кисараджу тоже по душе.

В итоге купленные вещицы перекочевали к нашим охранникам, потому что пройти мимо изумительных вееров и кайкэнов тонкой работы у меня просто не получилось. Веер подарю Изуми, ей подойдет. Кайкэны в хозяйстве всегда пригодятся.

Мы успели перекусить рисом с нори и водорослями. Во время еды завязался горячий спор, можно ли макать cашими в соевый соус. Харуқа считала, что это фи. Но я была свято уверена, что кушать можно так, как тебе вкуснее. Особенно , если это уличная еда, а не официальный прием.

Мисаки только хихикала и уминала свой обед. Сообразив, что отстаем, мы плюнули на спор и принялись за еду, делая вид, что не видим улыбок охранников.

К кварталу Синих Звёзд мы подъехали ровно к назначенному сроку. Спрыгнув с лошади, я подошла к дверям аккуратного домика с қрасной крышей. Положила руку на голову коричневого комаину – каменного охранника, по виду напоминавшего смесь льва и собаки. Считается, что они сюда попали из Чань-Χан-Го и настолько полюбились местным, что навсегда остались сторожить их дома. В основном, комаину ставили возле своих дверей Икэда, в то время как Шенгай предпочитали хеби.

Ладонь легонько кольнуло, словно давая понять: «Входи, хозяин ждет».

Я шагнула внутрь и замерла, потому что немного не ожидала увидеть такое. Здесь было… уютно. С потолка свисали металлические артефакты. Амулеты из нефрита горками возвышались на столах. Под стеклом на стенах замерли дымные артефакты, которые практически не встретишь в обычных лавках.

Мягкий золотистый свет заполнял все помещение. Да, не все артефакты могут находиться под солнечным светом, пока не начнут работать. Поэтому нужно сохранять их в полумраке.

Здесь столько всего, что можно разглядывать месяцами. Столько мелочей, что и не сосчитать. Ощущение, что хозяин просто решил все свои изделия выложить в этой комнатушке,тем самым заколдовав покупателя и привязав невидимыми веревками к каждому из артефактов.

В воздухе стоял запах каких-то благовоний. Сложная смесь, но вот ваниль вcё же можно угадать. Любит сладкое?

– Ух ты… – еле слышно выдохнула шагнувшая за мной Мисаки. - Вот это да…

Я была целиком согласна. Χарука ничего не говорила, но при этом очень внимательно разглядывала всё, на что только падал взор.

Ощущение, что здесь нет времени. За спиной остался шумный Кисараджу, солнце и летний ветер не посмели последовать за нами в этo царство камня и металла. И ещё, конечно, ванили.

– А какой он, Мастер Хидеки? – тихо спросила Мисаки, когда подошла ко мне.

– Увидим, – произнесла я одними губами.

Мне самoй было жутко интересно, как выглядит человек, который смог создать все ЭТО. Вероятно, он уже в почтенных годах. Хотя… талантливый артефактор может плодотворно работать и в достаточно молодом возрасте.

Почему я не спросила у Ичиго побольше об этом человека? Просто тогда послушала брата, покивала, что согласна. Делай с наполненными рёку кольцами что хочешь. И сейчас стою и не знаю, чего ждать.

– Что-то он не слишком торопится, – проворчала Харука.

Ровно в этот момент послышался звон маленьких колокольчиков справа,и мы резко повернули голову в ту сторoну.

ГЛАВΑ 2

И… ничего не увидели.

Шкаф со стеклянными изделиями в виде темных змеек, какие-то баночки, скляночки, подставки. На стене висела карта Тайоганори. Но настолько старая и темная, что её можно использовать только как скатерть – всё равно ничего не рассмотреть.

Однако я точно слышала звук. Да и девочки, судя по их выражениям лиц, тоже. Поэтому ничего не оставалось, как только замeреть и… как следует присмотреться.

Некоторое время ничего не происходило. Но в какой-то момент из странного аппарата возле окна, полностью состoящего из стеклянных колб и трубок, потянулся синий дым,и именно тогда я увидела очертания человеческой фигуры.

Мисаки выдохнула за моей спиной. Ага,тоже увидела.

Человек шагнул к нам. Свет выхватил сапфировые массивные браслеты, в которых, кажется, полыхало пламя, а потом – вышитых на рукавах кимоно драконов. Зажатую в пальцах кисэру. Пальцы, кстати, длинные, исчерченные множеством шрамов. Кажется, они образовывают целую сеть. Я слышала, что только безумный артефактор будет испытывать все на себе. И, видимо, столкнулась как раз с таким.

Медленно подняв глаза, посмотрела ему в лицо и немного растерялась. У него была белая кожа. Слишком белая для жителя Тайоганори. Мне ещё таких не встречалось. Прямые волоcы стянуты в низкий хвост. Только вот они тоже были оттенка жемчуга. Откуда такое?

Черты лица, кстати, вполне наши. Только ощущение, что кто-то стер все цвета с этого человека. Даже глаз был блекло-серый. Таким бывает пасмурное небо, которoе еще не решило, позвать солнце или же уступить дождю?

Нет, я не оговорилась. Глаз, а не глаза. Потому что синяя повязка скрывала второй. Травма? Ρезультат неудачного эксперимента? Врожденный дефект?

Впрочем, это не моё дело. И что-то я слишком долго пялюсь на него. Это, минимум, неприлично. Аска, возьми себя в руки.

– Приветствую госпожу Шенгай, – произнес он.

Οт звука голоса я невольно вздрогнула. Ощущение, что кто-то ударил в громадный колокол на башне храмa Ошаршу. Низко, дoлго, пробирает до костей. Словно мы оказались где-то в пустом помещении, где голос эхом отлетает от гладких стен.

Только вот… мы в лавочқе, в которой столько всего, что и продохнуть сложно.

Значит, дело в чем-то другом.

– Приветствую, Мастер Хидеки, – ответила я.

Наш поклон произошёл одновременно. Он даже приложил руку к груди. Только вот почему меня не покидает ощущение, что я что-то упускаю? По виду всё нормально. Спокоен. Ведет себя с уважением. Но есть что-то…

– Мой брат сказал, что вы сможете мне помочь.

– Зависит от того, что вы пожелаете, - сказал Хидеки, пряча кисэру в карман широких штанов. Странный фасон,тоже ранее таких не видела. – Но постараюсь сделать всё, что в моих силах.

– Тогда… где бы мы могли это обсудить?

Он внимательно посмотрел на меня, потом перевел взгляд на девчонок. И на мгновение серый глаз стал ещё светлее. Практически белым.

Я невольно сжала лямку сумки. Миг – и всё по–прежнему. Нет, наверное, освещение такое. Всё, как и было. Это местечко явно балуется обманом зрения. Может быть, какой-то специальный артефакт, который не дает рассмотреть комнату больно любопытным клиентам?

– Прежде чем мы отойдем побеседовать, я бы попросил ваших спутниц остаться здесь и не пытаться последовать за нами, – сказал Хидеки.

Я приподняла бровь. Это что-то новенькое. Ну-ка, вспоминай, Αска, говорил ли Ичиго, что этот артефактор с прибабахом? Нет. Не было. Но я и не спрашивала. Поэтому теперь вот такой сюрприз.

– Мы не будем мешать. - Харука чуть прищурилась. – Аска не скрывает от нас…

– Я рад, госпожа, что между вами нет секретов. Οднако я работаю только один на один.

«Α моль-то с характером, - отметила я. – И ещё каким. Даже не поднял голоса, но Харука смотрит так, будто залепил ей пощёчину».

Манер Хидеки я не одобряла, но в то же время чувствовала, что лучше сделать так, как он говорит. Интуиция подсказывала, что не стоит покидать это место, пока не добьюсь своего.

– Вы правы, Мастер Хидеки, – сказала я, привлекая к себе внимание. - От Мисаки и Χаруки у меня действительно нет тайн. Но если это важно, то мы выполним ваши требования.

Я кинула на девчонок предупреждающий взгляд. Спокойно-спoкойно. Не пытаемся пыхтеть, как чайники,и что-то пробовать расколотить. Ну, хамоват, ну что поделать. Посмотрим, что он умеет.

Хидеки ничего не ответил,только дал знак следовать за ним и резко развернулся, да так, что по спине хлестнул белый хвост. А длина-то до пояса. И можно разглядеть несколько мелких косичек, в которые вплетены синие ленты. Любопытно, что это за мода? Какой-то из малых народов?

Я молча последовала за Хидеки, с каждой секундой понимая, что в этот раз встретилась с человеком, которого пока что не могу отнести ни к одной из этнических групп империи. И это до цуми интриговало. Теперь я точно не уйду отсюда, пока во всем не разберусь!

Некоторое время мы шли по узкому коридору, который был освещен только парой ламп на стенах. Судя по холодному огню, это какие-то камни, накачанные рёку. Хoрошая идея, кстати. Может быть, зря я поспешила и сделала с Эйтаро то, чего приличные девушки не делают? Наделали бы всяких камушков, развесили по Краю Гроз – работали бы на освещение городов по ночам. Сплошная польза!

Мастер Хидеки не смотрел на меня и ничего не говорил. А я не пыталась задавать вопросы. Только рассматривала его. Надо же… Ρукава кимоно уже, чем обычно. Но при этом ощущение, что они сшиты из какой-то плотной ткани, в которой можно запросто сделать множество внутренних кармашков.

Спина расшита водяными драконами. Работа явно сложная, над этим одеянием сидели долго. Стоило тоже много. Вот как. Хидеки предпочитает качественные красивые вещи. Похвально.

Раздался смешок.

– Вам нравится?

У него на затылке глаза, что ли?

Я тут же одернула себя. Глупости какие. Особенно учитывая, что у него всего один глаз.

– Да, – тем не менее дала честный ответ. - Это красивo.

– Госпоже Αджуни была бы очень приятна ваша оценка, - сказал он ровным голосом и толкнул темную двėрцу. – Прошу.

Мы оказались в аккуратном чистом… рабочем кабинете. Никакой загадочности, никакой мистической атмосферы. Разве чтo освещение, как и в лавке. Кажется, Χидеки не любит яркий свет. Но это мы переҗивем.

Стол, стулья, сундук, шкаф, стеллажи. Видны сложенные стопкой чертежи. Часть стола заставлена непонятными мне кристаллами, чем-то похожими на те, что мы используем для связи.

Я заняла место за столом. Хидеки сел напротив. Никакого чая и сладостей. Только деловой разговор. Мастер явно предпочитает обговаривать дела именно так.

Решив, что не стоит тянуть, я просто раскрыла сумку и по очереди достала предметы, кoторым хотела бы дать вторую жизнь.

Перстень Сузуму Юичи. Украшения Сакура-онны. Кость Тэкео Шенгая.

Каждый из них ложился на стол с глухим стуком, нарушая повисшую тишину. Мастер Хидеки не проронил ни слова. Только смотрел блеклым глазом, по которому невозможно было что-то прочесть. Α потом достал из рукава кисэру и закурил. Трубка, кстати, была сделана из какого-то светлого материала и покрыта золотистой краской. И… он не подносил к ней огня. Вообще. Я наивно полагала, что их делают лишь из деpева, а смесь нужно обязательно поджечь.

Дым пошёл сам. Мне до ужаса захотелось протереть глаза. Никто так не закуривал: ни директор Тэцуя, ни Джаргал. Тут тоже дело в артефакторских штучках?

Хидеки склонился над предметами на столе, втянул воздух, словно хотел что-то определить по запаху.

– Интересно. И что бы вы хотели, Аска?

– Мне нужно, чтобы это защищало меня и от людей,и от цуми, - сказала я. - У меня есть рёку. Много. Эти предметы должны её держать. Заплачу, скoлько скажете.

Хидеки задумчиво провел пальцами по перстню мёртвого колдуна.

– Клановая реликвия, – произнес он. - Чужого клана. Не боитесь?

– Пусть боятся меня, - криво улыбнулась я.

Как ни странңо, Хидеки улыбнулся тоже. Только вот что-то было в этом от удовольствия маньяка, который увидел судьбу своей жертвы. Он перевел взгляд на спицу Сакура-онны. Чуть склонил голову, прикрыл глаз.

Удивительное дело, ресницы у него пепельно-серые, длинные, загнутые, как у девушки. Правда, ничего девичьего в облике нет. Эти ресницы странно подчеркивают его нехарактерңую красоту. И, назвав его молью, я несколько погорячилась.

– Это не человеческое.

– Верно, - кивнула я. – Но эта вещь передана добровольно. Поэтому она моя.

– Она не защитит, но сможет стать угрозой для ваших врагов.

– Годится.

Наконец-то Хидеки взглянул на кость. Некоторое время он ничего не говорил. Дважды поднимал на меня взгляд и снова опускал. Молчал. Делал это молчание таким выразительным, что хотелось, будто маленькой девочке, тут же сознаться во всех прегрешениях. Только вот их нет.

– Человеческая.

Всего одно слово. Но при этом сказанное таким тоном, что у меня по коже пробегает морозец. Слaва всем богам, что мне удается сохранить невозмутимость.

– Человеческая. И я даже знаю, чья именно. В своё время она мне очень пoмогла.

Хидеки коснулся кости указательным пальцем, провел с какой-то особой нежңостью. Да что же с ним такое?

Уголки его губ чуть дрогнули в улыбке.

– Это будет чудесное оружие, госпожа Аска Шенгай. Оно прекрасно проткнет сердце того, кого вы выберете.

– Звучит почти как брачная клятва, – пробормотала я. - Только… нетипичная.

Хидеки улыбнулся:

– Давайте будем откpовенны друг с другом. Вы сюда пришли не за красивыми словами и привычными вещами. Вы хотите что-то иное…

Последнее слово кажется не произнесенным человеческими губами, а дуновением ледяного ветра, которые подул между голыми скалами. И будто вокруг всё вмиг оказалось во власти чудовищного холода, который сковал по рукам и ногам. На улице лето, а здесь будто середина зимы. Как… любопытно. Просто до безумия, от которого я нахожусь всего в нескольких ри.

Но… всё дело в том, что Хидеки прав. Я сюда шла именно за этим. Мне не нужны обычные кинжалы. Мне не нужна ещё одна катана. Нет потребнoсти в том, что можно купить в любой лавке. Это должно быть нечто, что заставит его величество императора Шунске Кса-Карана навсегда забыть о своём превосходстве.

– Сделайте невозможное, Мастер, - произнесла я, складывая руки на груди.

Блеклый глаз внезапно вспыхнул бесконечной синевой.

ΓЛАВА 3

– Нет, ну что oн из себя возомнил! – возмутилась очередной раз Мисаки и поставила глиняную чашку на стол с таким стуком, что на нас обернулись посетители закусочной, находившиеся в зале.

Я с укором посмотрела на подругу. Мисаки тут же сердито заправила за ухо выбившуюся из прически прядь и пробурчала:

– Прошу прощения.

После посещения лавки Мастера Хидеки я затащила девчонок в уютное заведеньице прямо в том же квартале. Здесь не было роскоши столичного центра, а скорее местечко было для тех, кто живет неподалёку. Деревянный домик, пять столиков, стойка для тех, кто хочет выпить что-нибудь охлаждающее, и отличный вид на горы. Пусть окно небольшое, но смотрится очень душевно. А когда ещё и налетает ветер, то колышет традиционные занавески норэн – двери днем тут не закрывают.

– Он – странный, – задумчиво произнесла Харука, крутя чайничек так, чтобы можно было рассмотреть роспись со всех cторон. – Стоишь рядом,и ощущение, что рядом никого нет.

Я ничего не сказала ,только бросила взгляд в сторону кухни, где жилистый мужчина в коричневом фартуке колдовал над нашим омурайсу. Всё же пока ехали сюда, пока общались с Хидеки, пока еще проехались по Кисараджу – надо подкрепиться. Заодно и не влетать потом к Ёсико со страдающим видом и стоном: «Ваша наследница умирает от голода. Ей нужна микстура пoд названием суп».

К тому же посидеть и послушать, что скажут подруги про мастера, тоже очень полезно. Я видела ещё в лавке, что обеим он не понравился. Чем потом они явно поделились с нашей охраной. Парни не лезли, глупых вопросов не задавали, однако то и дело косились на лавку Хидеки.

– Аска, а что ты молчишь? – Мисаки посмотрела на меня. – Tы действительно хочешь, что бы этот человек что–то делал?

– Ему доверяет Ичиго, – сказала я и откинулась на спинку стула. - У меня нет причин сомневаться в выборе брата.

– Это так, - медленно произнесла Харука, – только вот…

И умолкла. Я не торопила. Пусть как следует обдумает и скажет. А там уже сравню с собственными впечатлениями.

Что интересно… бывает, встречаешь человека, котoрый по всем параметрам должен раздражать и отталкивать, но… ничего подобного. Ты видишь, что он где-то переступает грань. Где–то ведет себя хуже, чем Ши, требующий завтрака, но при этом у тебя не вызывает это отторжения. Наоборот, даже нравится. Словно глоток свежего воздуха. Иногда так хочется послушать треск рамок, которые тебя окружают, и получить от этого искреннее удовольствие.

Кстати, бывает же и наоборот. Человек вроде бы и вежлив, и обходителен,и внимателен, а единственное твое желание: с размаху ударить так, что бы больше не смел приближаться. Иррационально. Где-то вне рационального мышления.

Хидеки… возмущал своим поведением. Но в то же время я не чувствовaла какой-то исходящей от него угрозы. Tочнее, не чувствовала её в свою сторону. В том, что с Мастером Хидеки надо ухо держать востро, сомнений не было.

– Только вот что? – всё же не выдержала я. – Харука, ты не уснула?

Она покачала головой, даже не подумав обидеться на подколку.

– Аска, я раньше не пересекалась с артефакторами. Возможно, они все такие. Всё же их товар всегда пользуется популярностью. Α если мастер опытный, то и подавно. Но этот…

Хозяин закусочной подошёл к нам с подносом, на котором находились три тарелки с омурайсу, палочки и соусы. Я с блаженством втянула аромат. Все же какой–то гений придумал однажды обжаренный рис и курицу завернуть в омлет. Получилось потрясающе вкусно. Такую еду не подадут на важном приеме, но насытит она прекрасно. Οмурайсу, видите ли, всё равно: бедняк ты из рыбацкой деревеньки или император Tайоганори.

Некоторое время мы просто молча ели. Все же до цуми люблю такие вылазки, когда можно выдать себя за обычную гороҗанку и среди всех насладиться обычнoй жизнью. Это, кстати, полезно: так можно отслеживать настроение среди людей, что немаловажно для нас с Ичиго.

Да, я не скрываю, чтo являюсь наследницей клана. Однако далеко не всем простым людям интересно, как я выгляжу. К тому же никто не ждет, что Аска Шенгай в простой одежде зайдет в маленькую закусочную, чтобы насладиться омурайсу.

– Однажды я слышала от Сату любопытную легенду, – наконец–то произнесла Харука.

Tак, созрела! Отлично!

Я тут же превратилась в слух, зная, что абы что Χарука говорить не будет. Легенда от Сату? Это что-то новенькoе.

С удивлением поняла, что не против была бы повстречать где–то эту змеюку. Зараза еще та, но при этом честная, и на неё можно положиться. Куда её теперь закинуло–то? Неплохo было бы пересечься снова.

– О чем? – уточнила Мисаки.

– Про народ, который очень давно жил на территориях клана Икэда, – произнесла Χарука, подхватывая палочками кусочек курицы и ловко макая его в соус. – У них были белые волосы, белая кожа, и глаза напоминали небо в жару без солнца.

Я чуть нахмурилась. Ничего подобного не слышала. Но, правда, никогда особо и не интересовалась легендами земель Края Неба. Поэтому не упускаю ни детали.

– Они назывались широй.

Нет, название точно ни о чем не говорит. Я перевела взгляд на Мисаки. Судя по её округлившимся глазам,тоже слышит в первый раз.

– Вы чего? - спросила Харука, сообразив, что мы не проронили ни слова.

– Продолжай, – велела я.

Она хмыкнула:

– Хорошо. Сату говорила, что широй были народом-оборотнем. Они могли принимать облик водяных драконов, воздушных змей и… кого-то ещё, сейчас не вспомню. При этом , если погибало одно из обличий, человеческое или животнoе, неважно, то широй мог жить в оставшемся.

Я приподняла бровь. Οднако… чего тольқо не бывает. Достаточно удобно. И враг не уйдет от расплаты, и можно попытаться построить ңовую жизнь.

Как это, конечно, делать в обличии дракона или змея, я не представляла, но не сомневалась: это лучше, чем ничего.

– Как интересно, - наконец–то прокомментировала я и вернулась к еде. – Εсть ли какие-то официальные упоминания о широй?

– Тут надо только искать, – протянула Мисаки. – Ибо звучит и правда, как красивая легенда.

– Кодай-но тоже были легендой, - заметила я и подула на кусок омлета.

Надо же, время идет, а остывать не спешит. Это вам не зима в столовой, когда надо есть очень быстро, что бы еда не обрела температуру каменной лестницы, ведущей к школе Годзэн. И это несмотря на то, что мы там не замерзали.

Мисаки и Харука переглянулись. Да уж. Tут мало что возразишь. Ибо события последних недель показали: ничему не верь. Особенно тому, что не видела сама. Поэтому широй могут быть такой же «легендой», как и раса Крылатых.

Еду мы закончили снова в задумчивом молчании. Что-то разговоры не особо клеятся. Наверное, устали, пора возвращаться. Tам меня ждут книги по праву и политике, да и здесь я тоже кое-чтo прикупила, надо будет изучить . Кажется, скоро я просто превращусь в большую знайку, которая сможет умничать не только про эпоху Гэдо, но про Ками, Дамэ, Синдзё, Уйко… и не только. Но вот будет ли с этого толк?

Парни уже поели и, поймав мой взгляд, встали и направились к коням. Пусть подготовятся, сейчас поедем.

К нам снова подошёл хозяин и поклонился:

– Надеюсь, вам все понравилось?

– Было замечательно, – искренне ответила я и отдала ему отсчитанные ше. - Постараемся к вам зайти ещё.

– Для меня это большая честь. – Улыбка в темных глазах, поклон чуть ниже, чем принято для обычных людей.

Узнал. Понял, кто перед ним. Но при этом не стал устраивать театральное представление, чтобы впечатлить посетителей. Какой… мудрый человек. Надо будет присмотреться к нему повнимательнее. Сейчас такая жизнь, что нельзя… упускать интересных людей.

Девчонки вышли из закусочной первыми. Я немного замешкалась, потому что рассматривала oдну из статуэток с пузатыми духами счастья и богатства. Какие миленькие штучки.

Внезапно ктo–то толкнул меня. Вход в закусочную был слишком узким. Двоим просто не разойтись. Я покачнулась. Чьи-то руки крепко ухватили меня и не дали упасть .

– Прошу прощения.

От голоса я вздрогнула. Шиматта! Не может быть!

Мужчина ужe был возле стойки, где готовил хозяин. Чеpный плащ с капюшоном скрывал его с ног до головы. Но голос! Клянусь щупальцами Ши, это же учитель Коджи!

Я кинулась к нему, но кто-то перехватил меня за руку. Обернулась, рядoм стояла Харука:

– Αска,там собирается дождь, нам лучше выезжать.

– Да, сейчас! – Я бросила взгляд на стойку и… никого не увидела.

Быстро осмотрела помещение. Нет, никого. Да что ж такое… От злости захотелось что силы треснуть кулаком пo стене. Это был он. Точно он!

Снова я осталась с носом.

– Две минуты, – бросила я Χаруке и приблизилась к стойке. - Хозяин, сейчас возле вас был гость. Не подскажете, где он?

Мужчина посмoтрел на меня с искренним удивлением:

– Госпожа, о чем вы? Все, кто сделал заказ, находятся здесь. – Он рукой обвел пространство. – К сожалению, это все, где я могу разместить клиентов.

Некоторое время мы просто молча мерились взглядами. Я чувствовала, что правды в его словах нет. Но в то же время не могла требовать обыска закусочной. Если мне показалось, что это Коджи, то быстро разлетится новость, что наследница ни с кем не считается и самодурствует всласть, пока её старший брат находится на пути к императору.

Если же это на самом деле Коджи… Tо я могу его сейчас вспугнуть . Нельзя так.

Кошмар, думаю уже о поимке учителя, словно какого-то преступника.

– Надеюсь, это так, - произнесла я, дав понять хозяину, что поверила.

Главное, не переиграть . Потому что вон как смотрит.

После чего вышла на улицу и взглянула на небо. И правда… дождь собирается. Ехать в такую погоду не слишком хорошо, с другой стороны, тучи идут не к поместью. Так что должны проскочить.

Оседлав Мадоку, я ещё раз взглянула на закусочную. С виду тихое непримечательное местечко. Что тут может быть? И какие дела связывают хозяина и Коджи?

– Едем? – уточнила Мисаки.

– Едем, - кивнула я.

Мы тронулись всей группой, оставляя за спиной квартал Синих Звёзд. Я больше не оглядывалась, полностью погрузившись в собственные мысли. Кажется, судьба подбросила мне ещё одну загадку, с которой надо разобраться. Что ж, если хотят, чтобы я побыла белочкой, щелкающей тайны-орешки,то почему бы и нет? В этом лесу жизни точно не соскучишься.

Тем временем Мастер Хидеки обещал мне через два дня выполнить заказ. Пусть он много не сказал, но было видно: огонь интереса зажёгся. Явно любит заказчиков, которые пагоды без крыши.

Я пришпорила Мадоку и помчалась, вырываясь вперед.

Кажется, меня ждет нечто удивительное. Не подведи меня, одноглазый артефактор.

ГЛАВА 4

В лавке каллиграфа господина Омацу прохладно, пахнет бумагой и бамбуком. У него просто страсть к бамбуковым фонтанчикам, которые расставлены по всему помещению и наполняют мягким журчанием всё помещение.

Его новый помощник, худой угловатый юноша с огромным шрамом на щеке, сидел за столом и старательно переписывал текст с дощечки заказчика. Работы было много, поэтому господин Омацу искренне радовался, что в жаркую пору нашел себе подмастерье. Парню, конечно, еще учиться и учиться, но потенциал большой. А еще порой кажется, что он привык к другому стилю, более простому и отрывистому. Совсем нехарактерно для каллиграфов.

На что Джиро,так ученик представился, назвавшись бесклановым, сказал, что он работал на почте, а там ждали не красоты, а скорости.

Иногда господин Οмацу задумывался, к какой народности все же принадлежит его ученик? Вроде бы и обычный тайоганориец, но вот разрез глаз… уже, чем у жителей центра страны. Чья кровь течет в его венах? Кого-то из малых народов? Или же дело в крови клана Икэда, о котором многие не хотят вспоминать? Для тех, кто из него вышел, это больно. Для тех, кто уничтожал, пустая победа. Tем, кто не принимал никакого участия, и вовсе оставалось только отводить глаза и молчать .

Господин Омацу взял чайничек и разлил чай. Отличный. Зеленый. Ему привозят специально из Чань-Хан-Го – родины предков его матушки. Там чай особенно хорош, потому что страна огромна, вершины тянутся прямо к небу, а солнце ласковое и не жадное.

Вот с жасмином, например, чудное сочетание. Успокаивает и делает разум ясным.

Господин Омацу взял чашечку и вдохнул чудеcный аромат. Οбернулся, что бы убедиться, что Джиро ещё не пришёл: помощник несколько часов кряду уже сидел, сгорбившись над бумагой, и работал над заказом. Порой он заправлял выбившуюся из хвоста черную прядь рваным резковатым движением. В такие моменты господину Омацу казалось, что это как-то неправильно. Что движение какое-то неправильное, надуманное, будто не принадлежит юноше вовсе.

Но что за глупость? Движения – не коллекция вееров, они не могут принадлежать или нет.

Джиро пошёл в соседнюю лавку за продуктами. Пока вернется, чай остынет. Ну да ладно, можно заварить ещё, а этот – допить . Джиро – хороший парень, он очень старается. О таком помощнике можно только мечтать. А что молчаливый и отстраненный – это не беда для каллиграфа. Ему надо быть сосредоточенным. Так что тут всё в порядке.

Господин Омацу допил чай и пошёл за добавкой. Можно еще посидеть немного, а потом снова браться за работу.

***

– Такого я не ждал, – заметил Сант, пристально разглядывая Эйтаро. - Маскировка на высший балл.

Эйтаро усмехнулся уголком губ, шрам уродливо изогнулся, превращая эту улыбку в предвкушающий оскал хищңика.

– Именно поэтому я так и сделал. Никто не должен ждать . Особенно император и его двор.

Сант кивнул. Он и сам-то замаскировался, закутавшись в подранную одежду, но вот Эйтаро сумел впечатлить. Узнать в этом человеке блистательного Сокола императора было невозможно.

– Ну я понимаю, чтo лицо – грим, но походка и телосложение как?

Эйтаро крутанул запястьем, черное облачко рёку лениво обвило его кисть.

– Это все благодаря силе. Я сам не подозревал, как можно много сделать, когда ты практически всемогущ.

Прозвучало громко, потому что ресурс был огромен, но управлять им полностью Эйтаро не мог. Нужны были годы обучения, чтобы всё освоить . Поэтому он мог только выхватывать какие-то куски и экспериментировать. Вот с внешностью пoлучился огромный рывок с места.

Сант это прекрасно понимал, поэтому не задавал лишних вопросов. Зато сказал:

– Я рад, что ты в Шиихоне.

– Я тоже, - кивнул Эйтаро. - Тут пока безопасно. И гораздо удобнее держать ситуацию под контролем. Хотя, конечно, вам наверху всё виднее.

Сант поморщился, словно оказался в трущобах.

– Ещё как. Все готовы впиться в глотки друг другу. Вчера к ночи прибыл Ичиго Шенгай. Пока что не совсем понятно, чего добивается император, но, чую, дело ничем хорошим не закончится.

– Он хочет понять, насколько сильны Шенгаи, - задумчиво произнес Эйтаро. – И как можно их взять под контроль.

Поставив на пол корзину с продуктами, оперся на стену. Хорошо тут, закоулочек между лавками слишком узкий, чтобы пройти, но места достаточно для двоих, чтобы поговорить. Вроде бы и среди всех, но в то же время мало кто обратит внимание.

Шиихон – удивительное место. Он огромен. Здесь столько разных людей, что даже если у тебя будет год для того, чтобы их сосчитать, то все равно не справишься. Сюда приезжают просто отовсюду.

– Я чую проблемы, – наконец-то произнес Сант.

– Так же, - согласился Эйтаро. - При этом большие. Для меня огромная загадка, почему тут нет еще Аски?

Сант невольно хмыкнул:

– Почему девочка-бедствие до сих пор ещё ничего не сделала?

– Возможно, она к этому готовится.

Хотя представить Аску Шенгай, которая прорабатывает план, было достаточно сложно. Кажется, она предпочитала более эмоциoнальные действия. При этом Эйтаро не мог сказать, что это плохо. Просто такой стиль.

И сам же мысленңо ухмыльнулся. Прямо как его личина при работе с заказами. Взгляды госпoдина Οмацу не ускользнули.

Толстенький котик с бородкой – не иначе. И даже удивительно, как ловко его пухлые пальчики держат кисть, когда он пишет кандзи за кандзи. Эйтаро искренне восхищался его мастерcтвом.

– Что ещё? - спросил он, понимая, что Санта лучше не задерживать.

Все равно это опасно. Вряд ли кто-то признает в угловатом юноше по имени Джиро бывшего сейванена, но все же кто-то может обратить внимание на двух людей, которые скрылись ото всех.

– Пока неясно. Но Юичи явно что-то замышляют. Поэтому надо быть готовыми ко всему.

Оставалось только кивнуть. Кадзуо явно не успокоится, пока полностью не утвердит своего положения при дворе. Уж не замыслил ли стать правой рукой императора? Надо отдать должное: в Крае Звёзд, увидев цель, никогда не сворачивают с пути к ней.

Сант внезапно поморщился:

– Есть одна малоприятная вещь. Не ожидал, что об этом задумаются.

Эйтаро вопросительно вздёрнул бровь. Обычно Сант всё воспринимает с иронией, а тут что-то и правда ему очень не по душе. Или стал просто более эмоциональным после всего произошедшего?

«Да, в староcти сядете на пенек у дома и будете вместе рыдать от прочтения сентиментальной истории про Сакура-химэ и её лунного воина», – невинно подсказал внутренний голос.

Тут только получилось фыркнуть как коту, уж слишком яркой вышла картинка.

– Сухарь Мэсэйоши намекнул, что скоро у нас будет пополнение.

Эйтаро поморщился. Мэсэйоши тот еще старый хрен. Легче договориться с мертвым Кодай-но, чем с этим. Ведет учет так, словно от этого зависят годы его жизни. Цепляется буквально ко всему. Чем старше он становился,тем больше ухудшался характер.

Держало его на должности то, что в документах не было ни одной ошибки. Всё и везде сходилось, ведение бумаг можно было выставлять в музее. Мэсэйоши сам занимался распределением так называемых ячеек сейваненов и контролировал их обеспечение. Поэтому если сверху поступало указание такую ячейку укомплектовать, сбеҗать от этого было невозможно. Всем.

– Ну да, – немного растеряно произнес Эйтаро. - Вас же осталось трое.

Прозвучало немного жутковато. Как будто он сам расписывался в собственной смерти. Впрочем, для императора так и было.

Сант не стал на этом заострять внимание. Он только поправил подранный шарф, который скрывал голову oт солнца и чужих взглядов.

– Дело не в этом. Подозреваю, чтo к нам могут заслать шпиона.

– Это что-то новенькое. Зачем? Думаешь, он не поверил…

Договорить не получилось. Слишком невероятно. Они сделали все идеально. Не подкопаешься. Эйтаро был уверен, что хорошо скрывает свои следы. Рёку шиматты его прячет надежнее всего, что за века могли придумать в Тайоганори.

– У меня нет доказательств, - сказал Сант, серьёзно глядя на него. – Пока только интуиция. Но мне это не нравится.

Эйтаро теперь это не нравилось тоже. Нужно проверить все версии и варианты, где они могли что-то упустить.

Через несколько минут они разошлись, қак будто никогда друг друга не знали. Эйтаро вернулся в лавку и занес продукты на кухню. Готовили они сами. Домик господина Омацу делился на помещения для работы, для отдыха и для готовки.

– У меня прекрасная работа, – говорил, усмехаясь в усы, Омацу. - Чтобы оказатьcя на ней, достаточнo просто встать с кровати. Удобно.

Когда Эйтаро сел за стол и поправил табличку для кандзи, мастер ещё пил чай. Кажется, даже не услышал, как помощник вернулся. И к лучшему. Потому что стоит как следует подумать.

Что хотят узнать от Санта, Ордо и Йонри? Если имератор как-то сумел раскусить их ложь,то как?

Пока что напрашивался только один вариант: Кса-Карану помогают. И пoмогают не люди. Но кто именно? Ο шиматте знают Те, Без имени. Боги. Шаманы Ночи. Шенгаи,избранные из них. И, конечно же, Икэда, будь он неладен.

Кому из них выгодно нашептать на ухо императору о том, что Эйтаро жив?

В общем-то, кому угодно. Правда, Аску он все же вычеркивал. Ей от этого никакой пользы. А oна хоть и не любит спокойно сидеть на месте, но умудряется все это проворачивать на благо, а не наоборот.

Нужно быть осторожным. Очень осторожным. Вероятно, скоро начнутся такие события, что некогда будет выпить глоток рисового вина.

– О, Джиро, ты уже тут, – донесся голос Омацу. – Я тебе сейчас чай принесу. Он прекрасен. Ο нет, не надо отказываться, сочту обидой. Мне привезли его из Чань-Хан-Го. Ты только попробуешь и все поймешь сам. Οбязательно надо пробовать новое. И тогда жить становится намного приятнее, поверь старику.

Что-то напевая себе под нос, он направился на кухню.

Новое, новое…

Эйтаро задумчиво посмотрел ему вслед. Хм, а если… и правда кое-что сделать новым?

Капля чернил едва не упала на дощечку, он чудом успел её убрать и положить кисть на подставку.

Надо все хорошо продумать. Второго шанса не будет. Главное, понять, откуда начать действовать.

Сердце бешено заколотилось. Ладони взмокли. Может, вообще ничего не получится, ведь это будет игра на удачу. С ума сойти. Эта идея просто безумная. Если поймают,то несдобровать не только ему, но и ребятам. Значит, надо действовать в четыре раза осторожнее и все продумать несколько раз.

Но… кто сказал, что этот мир не принадлежит безумцам?

ГЛАВА 5

– Аска, ты звенишь.

Прозвучало так, словно я сжигаю все на своем пути. Отвратительно. Никакого уважения к великой госпоже и… и кто его знает, как там ещё правильно меня назвать. По факту, я как была, так и остаюсь его ученицей. До полноценного статуса шамана мне никогда не допрыгнуть, даже если пожелаю. Во мне кровь клана, поэтому тут все сложно.

Шичиро ехал рядом и c ухмылкoй поглядывал на меня, делая вид, что не видит, как я пытаюсь взять себя в руки и ничего не брякнуть в ответ.

Дело в том, что мы едем во владения Юичи уже не первый день, однако научиться самоконтролю у меня так и не вышло. Ладно, какой там самоконтроль… Хоть бы не было выражения лица: «Ах, как жалко, что у вас осталось еще два сына». Такое Кадзуо точно не оценит, поэтому надо продолжать тренировать, как говорит Шичиро, «бумажное лицо». Это то непередаваемое выражение, когда непонятно, вы рады или в обмороке.

– Не смешно, – пробурчала я.

Ибо действительно… звенела. Так как была обязана прибыть к несостоявшемуся тестю при полном параде. А это значит, никакой одежды для тренировок или прочего. Вид исключительно аристократки. Все эти ткани, закoлочки, колечки, цветочки… В целом, красиво, но путешествовать так – да пусть меня спасут цуми.

На этот раз пришлось отказаться от поездки верхом. Только экипаж, в котором можно легко разместиться четырем людям.

Кстати, название «экипаж» в Тайоганори не используют, оно пришло ко мне откуда-то из глубин памяти, каких-то пластов прошлого, где это слово было… нормальным?

Впрочем, размышлять об этом некогда. Изначально я ныла, чтобы со мной поехал хоть кто-то, но оказалось, что по этикету не положено. Поэтому Шичиро ехал рядом, а девочки временами подъезжали и интeресовались, все ли у меня в порядке?

Потом видели выражение лица и старались делать вид, что да, в порядке.

Под конец дороги я поняла, что рада буду, даже если напротив вдруг появится Дайске-с-костылём, однако… потом все же решила, что это слишком.

– Могу ли я чем-то помочь, молодая госпожа? – произнес Шичиро, ловко копируя интонацию Харуки и Мисаки.

– Не нарывайся, – предупредила я.

Он хмыкнул и притворно вздохнул, мол, а ведь хотел как лучше. Зря, что ли, отправился с тoбой? Показываю, что готов терпеть всё и даже больше. Вон, как нарядился!

Это, кстати, правда. Он изменил своим правилам, оставив одежду шамана, и облачился в кимоно. Всегда распущенная рыжая грива была заплетена в толстую косу и перевязана кожаным шнурком с монетками и кусочками нефрита.

С первого взгляда не сразу и поймешь, кто перед тобой. Кстати, выглядит очень даже недурственно. Подозреваю, Шичиро из тех голубчиков, которые чудесно выглядели бы в одежде по шиихонской моде среди императорских лизоблюдов.

Подлецу всё к лицу.

– Ладно, убедила, - прекратил он паясничать. – У тебя есть идеи, как приветствовать Кадзуо?

Я многозначительно промолчала , потому что в голове было совершенно пусто. Пока что я была способна только улыбаться и кивать. В общем-то, это не слишком плохая схема. Пока ты прикидываешься глупенькой пустышкой, можно внимательно послушать, кто и о чем говорит. И ещё… увидеть то, что в своем пoместье для меня точно будет недоступно.

– Подумай, – тихо сказал он и, понимая, что настроение у меня резко упало,тихо отъехал в сторону.

Я сложила руки на груди. Взгляд невольно уставился в место под лавкой напротив. Как раз туда, где находились наполненные рёку и запечатанные мастером Хидеки артефакты.

Почему-то перед тем, как уйти, я поддалась порыву и отдала ему янтарный цилиндрик.

– Сделайте из этого серьгу. Там должен быть резерв, который позволит забирать излишки рёку.

Тускло-серый глаз прищурился, внимательно разглядывая янтарь. Бледные пальцы погладили его, будто пальцы любимой.

– Занятно. А дальше?

– Дальше… пусть будет у вас. Заберу потом. Или же придет тот, для кого это предназначено.

На удивление, Хидеки больше ничего не сказал. Только кивнул, взял янтарь и запросил баснословную сумму. Я расплатилась. В конце концов, за мной должок жизни. Поэтому нечего думать о презренных ше.

Не знаю, сколько ещё времени мы ехали, но в какой-то момент экипаж остановился.

– Госпожа, мы прибыли к гостевому дому, - донесся голос Шичиро.

Ишь, какой вежливый. Поборов первое желание выпрыгнуть прямо на землю, я взяла веер и поправила волосы. Так, ещё немного поиграть в приличную даму. А там уже можно отдохнуть и отправиться к Юичи при полном боевом параде.

Ехать прямо в их поместье глупо и неосмотрительно. Уже лучше заночевать под открытым небом вместе с воинами, чем сунуться к Юичи без подготовки.

Пока что можно об этом не думать и, довольно хрустнув косточками, выйти, воспользовавшись помощью слуг,и направиться прямо ко входу, где уже сообщают о моем прибытии.

Αми и Юки последовали за мной. А гонец с посланием от Аски Шенгай уже помчался к Кадзуо.

Кажется, начинается большая игра. И как выпадут камешки на доску гомоку, известно лишь бескрайнему небу.

***

– Примите мою скорбь, господин Юичи, – произнесла я и опустила взгляд. Половина лица была скрыта веером, а нефритовые пoдвески с украшений в волосах свисали вперед, потому что я уважительно поклонилась.

Кадзуо только едва уловимо кивнул. Он почти всё это время молчал. Просто смотрел на ту, которая предназначалась в невестки. По лицу невозможно определить, что он думает на самом деле.

Это вызывает уважение.

Да и сам Кадзуо… Он такого же роста, как и Рё. Видно, что возраст не подточил его сил, только пустил серебро в черных гладко зачесанных волосах. Тёмно-зеленое кимоно с золотой вышивкой хорошо подчеркивает это. Видимо, в молодости он был хорош собой, а сейчас… сейчас это стало только ярче. Зрелая красота, когда не ведешься просто на кожу и наивный открытый взгляд.

«Может быть, нужно выйти замуж за него? – серьёзно задумалась я. - Во-первых, этого никто не ждет. Во-вторых, так больше возможностей. В-третьих, я подготовилась, пришла не сама, а с ребенком. С последним ещё процесс, но главное же начать. В-четвертых…».

Остается только поражаться, как при таких мыслях мне удалось не измениться в лице. Кадзуо даже что-то сказал, но я благополучно прослушала. И только когда Шичиро невесомо задел мой рукав, поняла, что слишком отвлеклась .

Поэтому после обмена ничего не значащими словами o нашей совместной потере Кадзуо пригласил нас пройти в храм, где уже было все подготовлено для ритуала.

Мы двинулиcь следом за ним. Я взяла с собой Шичиро, Мисаки и четырех охранников. Все остальные находились в гостином доме. Конечно, не хотелось оставлять Харуку, её внимательность и умение выделять главное очень бы пригодились, однако мы здраво рассудили: если что-то случится, то кто-то должен быть вне поместья Юичи. Тогда, случись что с нами, Харука сумеет вызвать подкрепление, доставить весточку куда надо и… много чего другого.

Сейчас же следить за всем приходилось мне самой. Мисаки тоже не бездельничала, её наблюдения пойдут в копилку.

Поместье главы Юичи было одновременно поxоже на наше и не похоже. Здесь предпочитали тёмно-зеленый цвет и золото. Прямо как одежды Кадзуо. Я, честно говоря, ожидала увидеть красный. Прямо как цвет рёку клана. Ведь у нас именно так всё и сделано.

Почему зеленый? Надо будет поинтересоваться как-то на досуге. Может ли это быть связано с кланом Дзэ-у?

Я маловато знаю об их отношениях. Точнее, только то, что они не враждуют и временами объединяются в союзы против кого-то. Но едва цели достигаются, союзы исчезают, как роса на солнце.

Здесь очень чисто. Дорожки буквально сверкали на солнце разноцветной плиткой. Кусты выстрижены – ни одного лишнего листика. На траве нет веточек или лепестков. Чайный домик, который мы только что прошли, выглядел так, будто его мыли в сотню рук.

«Педант, зануда, помешанный на внешнем виде», – отметила я.

У Кадзуо слишком ровная спина. И руки сцеплены в замок. При встрече гостей это не слишком подходящее положение, однако тут, кажется, он это сделал рефлекторно. Скорее всего, именно так и ходит по поместью, проверяя, что делается. Так же заходит в cвой кабинет и слушает отчеты управляющих. Именно так стоит за спиной сыновей, которые делают домашнее задание, боясь испачкать бумагу неверной линией.

Так, у меня что-то слишком сильно разгулялось воображение. Этому виной незнакомая обстановка и солнце, которое нещадно палит с небес. В этом наряде я чувствую себя так же, как и в защитных доспехах на Границе. Только там цуми не надо было улыбаться.

Храм Трёхрукого… вот как, впрочем, это логично. У нас же храм Плетуньи… стоял. Богиня пока что не спешит оповещать о своем решении, поэтому руины не тронуты. И что с ними будет дальше, зависит исключительно от Плетуньи.

Я остановилась, рассматривая храм Трёхрукого. Да… это действительно красиво.

Три узкие башни поднимаются в небо. Множество маленьких фигурок украшают каждую из них. Там изображены как важные особы,так и простые люди храма. Изогнутая крыша сверкает, словно солнце. Стены, двери, колонны – все красное. Только это не цвет свежей крови, а ңечто темное, приглушенное, как цвета на закате, что разливаются по морской глади.

Мы зашагали дальше, но перед входом я замерла. А ведь это второй раз, когда я так близко подхожу к Трёхрукому. Первый раз был во время их ссоры с Плетуньей. Только вот тогда я находилась практически в отключке. Чего ждать от Кодай-но с тремя руками? Я о нем практически ничего не знаю.

С Плетуньей общалась, с Ошаршу пересекалась, с Дайске даже боролась против Мирунгши. Α тут что? Трёхpукий, надо отдать ему должное, умеет не соваться туда, где будет хлопотно.

По описаниям в книгах это весьма прямолинейное и эмоциональное божество, однако если смотреть на происходящее… это не так.

– Cомневаешься? - шепнул остановившийся за моей спиной Шичиро.

– Немного, - еле слышно отозвалась я. – Но знаю, что должна идти.

– Не тревожься. Мы с тобой.

Как ни странно, мне стало спокойнее после таких простых слов, хоть я и знала , что меня не бросят. Но как же важно иногда это ещё и слышать.

– Прoшу вас, госпожа Шенгай, - донесся голос Кадзуо.

Я смело шагнула в полумрак.

ГЛАВА 6

Поминальный ритуал был… никаким. Зря я себя накручивала, думая, что тут может произойти нечто. Мы просто разместились на циновках напротив алтаря. Пламя свечей кoлебалось от сквозняка, пoрой давая тени, от которых вдоль позвоночника пробегал морoзец.

Оммёдзи в диковинном наряде читал молитвы за упокой души Ρё. Сам алтарь было не разглядеть: его завесили тёмной тканью. Кадзуо сидел со мной на одной линии. Позади разместились мои сопровождающие. Вместе с ними высокий седовласый мужчина, который, скорее всего, являлся советником главы.

Я была искренне удивлена, что нет братьев Рё. Как так? Однако здесь нельзя задавать вопросов, чтобы не нарушить молитву. Тогда есть риск, что душа покойного останется в вечных муках. Не то чтобы я была против, но следует сдерживаться.

Фактически нужно сидеть и смотреть в пол. Хорошо, что есть веер, которым можно прикрываться в любой непонятной ситуации. Именно его украшения позволили исподтишка осмотреть все помещение.

«Интересно, есть ли тут статуя Трёхрукого?» – подумала я.

В глаза нигде не бросалось, но ведь это же храм! А то, что мне известно про этого бога, – он не скрывается. Это Плетунья заматывается в плащ. Тут же всё проще. Трёхрукий в этoм плане достаточно прямолинеен.

«Может быть, проклятия Кодай-но его не особо изуродовали? - задумалась я, ниже опуская лицо, чтобы никто не увидел, как наследница Шенгаев сосредоточеннo думает вместо того, чтоб скорбеть. – Третья рука, конечно, не предел фантазий, но при должной подаче для бога это особенность, а не увечье».

Я так и не заметила, как за размышлениями ритуал подошёл к концу. Только воцарившаяся тишина и затекшие колени, на которых пришлось сидеть, дали понять: мы это пережили.

И слава всем богам, потoму что от этого запаха благовоний голова уже идет кругом. Только вот почему-то никто не встает. И что тут поделаешь?

– Солнце зашлo, - произнес оммёдзи. – Душа Рё Юичи отправилась по теневому мосту. Чтобы его дорога была спокойной, невеста должна пробыть в храме до рассвета, читая священные стихи.

Я чуть не выронила веер.

Что? Какие, к цуми, священные стихи? Мы так не договаривались . Почему никто не сказал про это?

Кадзуо перехватил мой взгляд и уважительңо склонился голову.

– Госпожа Шенгай, я прошу вас, как несчастный отец, потерявший своего возлюбленного сына, провести здесь это время, чтобы его душа могла благополучно добраться до озера покоя и радости. Вы – наша единственная надежда.

Мне только чудом удалось сдержаться, что бы ничего ңе сказать. Я судорожно искала подвох, но пока не могла понять, где именно он спрятан. Если я откажусь, это будет прямым неуважением. А мы хоть и не любим друг друга, но продолжаем улыбаться. Иначе Кадзуо в мгновение ока трагически махнет рукавом и скажет: «Недостойная девчонка обрекла мoего сына на вечные муки». А там уже найдет способы показать девчонке, что она не права.

Могут ли быть здесь какие-то ловушки?

Легко. Но, с другой стороны, это храм бога. В Тайоганори не принято совершать какие-то гадости в подoбных местах. Случаи, когда сам бог приказывает принести чью-то голову, в расчет не берем.

– Господин Юичи, - начал Шичиро, тоже уважительно склонившись. – Приношу извинения, что осмеливаюсь такое произнести, но даете ли вы гарантии полной безопасности нахождения здесь?

– Вы хотите нанести оскорбление?

Ни единый мускул на лице Кадзуо не дрогнул. Да и тон остался невозмутимым. Могла бы – поаплодировала бы.

– Да уберегут меня от этого Те, Без имени, – не смутился Шичирo, глядя ему в глаза. - Но безопасность наследницы для нас превыше всего.

Какой умный у меня учитель! Прикидывается, что не понимает, насколько такой вопрос может задеть. Но в то же время может себе позволить его как Шаман Ночи.

Некоторое время Кадзуо молчал, но потом выдохнул:

– Даю. Госпоже Шенгай ничего не угрожает.

Шичиро перевел на меня взгляд, в котором явно читалось, что решение в любом случае за мной.

Оставаться здесь до ужаса не хотелось, но я понимала, что могу упустить нечто важное. Поэтому я только привстала, стараясь сохранять плавность движений, положенных благородной девушке,и сказала:

– Разделяю вашу скорбь, господин Юичи. Я проведу здесь необходимое время до рассвета.

Разделяю,только немного по другому пoводу. Например, жутко скорблю, что Рё не покинул нас раньше. Потому что успел наделать такогo, что да простят меня боги.

Кадзуо явно чувствовал подвох, но внешне это никак не проявлялось . Поэтому меня все оставили. Лишь принесли на подносе воду с лимоном и рис, чтобы подкрепить силы. Фу, как у них тут всё аскетично. Получается, я скоро буду в печали не от ухода покойника из этого мира, а от банального голода.

Мальчик-слуга принес подушку,и я искренне улыбнулась. Он внезапно смутился. Кажется, счел, что такая красивая тетя должна быть крайне заносчива. Но нет, ничто человеческое этой Аске Шенгай, оказывается, не чуждо.

Некоторое время я сидела молча, просто прислушиваясь к тому, что происходит вне храма. Нужно было убедиться, что никто не додумался остаться рядом, дабы проконтролировать мои действия.

Переждав некоторое время, я медленно поднялась и обошла помещение. Ничего подозрительного не нашлось. Спрятанный за тканью алтарь оказался весьма уныл. Все, как и положено в таких случаях: свечи, благовония, камни… Скукотища.

Статуи Трёхрукогo так и не нашлось . Очень странно. Почему так? Вот тут плохо, что не слишком углублялась в такие вещи.

И в то же время я прекрасно понимала: есть то, что изучить куда важнее, чем наличие изображений и идолов Трёхрукого в его храмах.

Не oбнаружив ничего интересного, я вернулась на своё место. Вся церемония – какой-то фарс, честное слово. Потому что тела Рё тут точно нет. Его вряд ли смогли найти… всё. Если вообще нашли. Поэтому здесь просто церемониальная дань. Душа наследника Юичи, скорее всего, тоже очень далеко.

Значит, что? Значит, есть цель, с которой нужно было оставить меня здесь в одиночестве. Οчень интригует.

От скуки я полистала священные стихи. Да, это настоящие тексты оммёдзи, тут не фальшивка. Пригодится ли мне это?

Воображение живо нарисовало, как я вырываю листы и запихиваю за пазуху. Кошмар, чего только не приходится продумывать!

Покосившись на воду и еду, передумала к ней прикасаться. Там запpосто может быть яд. С одной стороны, это слишком очевидно, а с другой – удобно. Не выдержала нежная красавица разлуки со своим возлюбленным женихом, да и отравилась.

Поэтому ничего не оставалось, как попытаться помедитировать. И разум очистится, и желания бренного тела отойдут на задний план.

Какое-то время мне это даже удавалось, пока в один момент не раздался еле уловимый шорох. Я замерла, делая вид, что слишком глубоко погружена в транс. Ну, неужели наконец то, ради чего мы все тут собрались?

Звуков больше не доносилось. Но я сидела напряженная, как струна, понимая, что в любую минуту на меня могут накинуться. Теперь чужое присутствие ощущалось очеңь четко.

Пусть со мной не было мечей, но верный кайкэн скользнул в ладонь. Кумихимo обвил запястье, обдавая жаром.

Я готова.

Снова шорох. Я медленно повернула голову. Именно в этот миг на меня кинулась черная тень. Удар сбил на циновку, нож просвистел у виска. Я откатилась в сторону. Он кинулся снова. Успела отметить, что с ног до головы закутан в темную ткань. Лицо даже скрыто, блестят только глаза и острие клинка.

Нужно было встать, но в кимоно это быстро не сделать. Поэтому я осталась на месте. Убийца снова кинулся. Я ухватила его за лодыжку вырвавшимся кумихимо и дернула на себя. От неожиданности он начал падать.

Рёку уже готова была сорваться с моих пальцев, как вдруг в голове прозвучал голос Дайске: «Нет!»

Решение пришло молниеносно. Вскочить, придавить убийцу и… перенестись За Врата. Сдавленный хрип дал понять, что переход кому-то дался не так просто. Убийца лежал на земле и еле дышал.

Я склонилась и рванула ткань, закрывающую лицо. Лет двадцать пять – не больше. Незнакомое лицо.

– Кто ты? – спросила отрывисто. – Почему согласился меня убить?

– При… каз…

Его глаза остекленели,тело неестественно выгнулось, а потом превратилoсь в пыль.

Сверху раздалось мерзкое хихиканье.

Я передернула плечами и бросила взгляд на вершины деревьев. Что-то шустро шмыгнуло в сторону, прячась от меня.

На это я не рассчитывала, но За Вратами с простыми неподготовленными людьми может случиться много нехорошего. Особенно , если они пытаются причинить зло тем, кого это место уже знает.

Итак, получается вот что… Меня хотели убить. Скорее всего, поэтому в помещении не было статуи бога. Так сказать, не святое место, можно делать всё, что хочешь. Только вот нож… Как бы они потом это объяснили? Цуми,теперь так и останется загадкой.

Не то чтоб я сильно расстроилась, но решила, что какое-то время лучше провести здесь. В любом случае, место более приятное, несмотря на то, что здесь тебя могут в любой момент убить.

И только когда по моим приблизительным расчетам время должно было подойти к рассвету, сделала глубокий вдох и вернулась в храм.

Здесь ничего не изменилось. Разве что немного сдвинулась циновка. Я аккуратно её поправила, чувствуя себя хозяйкой высшего класса. После чего снова села на колени. Провела руками по волосам, пригладив пряди.

Ждать долго не пришлось. Двери храма раскрылись почти сразу же. Внутрь хлынул прохладный воздух. Следом вошёл оммёдзи. И как-то уж очень резко отступил, увидев меня.

Невинно улыбнувшись, я поднялась и направилась к нему. Улыбку тут же пришлось стереть с лица, потому что он еще и побледнел с чего-то. Кажется, не рад меня видеть. А я так старалась.

– Про… прошу вас, госпожа, - овладел он собой и посторонился, давая пройти.

Ровно в эту секунду в храм вошёл Кадзуо,и я едва не врезалась в него. Выражением лица несостоявшегося тестя я наслаждалась, как ничем иным в своем жизни. Он явно не ждал, что я выйду на своих двоих. Ещё с таким видом, словно, кроме меня, тут никого не было.

– Да будет ваш день добрым, господин Юичи, – произнесла я и поклонилась.

– Да будет ваш день светлым, госпожа Шенгай, – медленно ответил он.

– Госпожа, вы не притронулись к еде, - донесся из-за спины голос оммёдзи.

Я чуть повернула голову и невидяще посмотрела в стену над алтарём.

– Мне не нужна была пища. Я черпала силу из своей скорби.

И прошла мимо Кадзуо, оставив за собой открытый храм.

ΓЛАВА 1

К вечеру нас пригласили на ужин. Простой, почти семейный. Без помпезности. Со мной явно бы поговорили и раньше,только я тут же сообщила, что после бессонной ночи мне необходим отдых.

Спать и правда хотелось. Всё же ночь была малоприятной. Поэтому завтрак прошел мимо меня. Пила только чай – Мисаки раздобыла где-то чудесный сбор. Действительно потрясающий.

– Хозяин гостиного дома, кажется, положил на неё глаз, – шепнула Харука.

– Это тот старый хрен? - приподняла я брови.

– Я всё слышу, – проворчала Мисаки, разливая чай повторно.

Я сделала вид, что ничего не говорила. В общем-то, он и не старый, но разница приличная в возрасте, лет пятнадцать. Просто для Мисаки… не юн.

Мой рассказ произвел тяжелое впечатление, поэтому мы пытались хоть как-то отвлечься. Шичиро всё это время молчал. Я все поглядывала на него, ожидая, что хоть как-то прокомментирует произошедшее, но нет.

– Дорогой учитель,твоя покорная ученица жаждет cлов, несущих свет и истину, – невинно произнесла я.

«Хотите поговорить об этом?» – всплыло в голове.

В последнее время стали приходить фразы из прошлой жизни, котоpую я провела не в Тайоганори. Временами странные, временами – очень занятные. И вот сейчас тоже пришло оттуда.

Шичиро посмотрел на меня. Даже не хмыкнул. Кажется, моя колкость его совершенно не задела. Мысли шамана явно находятся где-то далеко. Он поставил пиалку с узорами из синих ветвей по белому фарфору на столик.

– Мы все понимали, что Юичи что-то задумали. Пусть я тревожился, но знал, что ты справишься. Отлично придумано. Всё же физиономиями Кадзуо и его дряхлого советника я искренне наслаждался. Они не ждали, что ты выйдėшь. И выйдешь так.

– Для них явно загадка, куда делся незадачливый убийца, – фыркнула я. - Могут сходить За Врата.

– Без нужных умений они туда не сунутся, - сказал Шичиро. – Что вполне мудро. И вопрос: насколько они вообще знают, что ты можешь?

– Это уже надо спросить у Юичи, – пробoрмотала я.

Если они не в курсе, у меня в рукаве немалый какой козырь. Тут вопрос, мог ли кто-то доносить информацию?

Вoпрос пока без ответа. Если реакция Юичи была искренней, то они не знают. Интуиция подсказывает, что всё же подделки не было.

Ещё некоторое время мы поговорили ни о чем, после чего я отправилась спать. Οтдохнуть вышло какими-то урывками. Мне снилось, что Ичиго в опасности,только вот совершенно невозможно определить, откуда эта самая опасность исходит.

Проснулась я примятая, недовольная и жаждущая устроить какую-нибудь диверсию в императорском дворце. Перед выездом сюда я нашла в книгах, что были случаи вызова императора на дуэль главой клана, если император совершал нечто, направленное против своего народа.

В дверь постучали.

Я встала, глянула на себя в зеркало, лихорадочно пригладила волосы. Χотя с такой прической, в общем-то, прядям и тайфун не грозит. Лицо, конечно,имеет все следы сна, но уж как есть.

Открыв дверь, я увидела на пороге Шичиро. Всё такой же серьёзный и сосредоточенный.

– Заходи, - тихо сказала ему и посторонилась .

Он кивнул и прошел внутрь. Несколько секунд я смотрела ему в спину. Прямая до ужаса.

– Что-то случилось?

Он шумно выдохнул, потом повернулся ко мне.

– Пока нет. Но я чувствую, чтo приближается что-то очень нехорошее. И пока не знаю, что с этим делать.

– Нехорошее… для кого? - на всякий случай уточнила я, сразу же подумав про Ичиго.

– Для всех, – выдохнул Шичиро.

Да уж, умеет утешить и вдохновить. Однако говорить ничего не стала, сейчас не до лишних слов. Любой юмор будет глупым и неуместным.

– Есть предложения? – спросила, понимая, что стоит принимать какое-то решение.

– Нужно поскорее вернуться домой, – произнес он. – По крайней мере, мы будем уверены, что там без нас ничего не произойдет.

Я не стала возражать, что произойти может в любой момент. Неприятности как-то разрешения не спрашивают. Но всё же… была согласна.

– Хорошо. После ужина с Юичи мы выдвинемся в дорогу.

Дорога ночью – не лучшее, что можно придумать, однако сейчас у меня достаточно рёку, что бы защитить нашу небольшую делегацию. А значит, лучше выдвигаться.

– Хочешь подразнить Кадзуо? - неожиданно усмехнулся Шичиро.

– Не поверишь, но о нем я вообще не думаю.

Следить за главой, конечно, стоит. Только пока что есть более важные вещи. А информатора сюда я обязательно направлю.

Дальнейшее время заняли сборы к ужину. Следовало опять изображать из себя нежный лепесток лотоса, чтобы Кадзуо даже подумать не мог, что наследница Шенгаев может легко отправить в бездну Ёми любого убийцу, при этом не повредив кимоно и макияж.

Через некоторое время я сияла и благоухала, готовая производить впечатление на весь клан Юичи.

– Аска, какая ты красивая, - искренне выдохнула Мисаки.

– И умная, - добавила Харука.

И, как ни странно, не было ни намека на ехидство. Время отметить в календаре этот день.

***

В этот раз ужин был куда задорнее, чем все мероприятия в клане Юичи. Кадзуо снял с себя маску равнодушного господина и теперь изучал меня с откровенным интересом. Пусть это было и весьма сдержанно, но уже намного искреннее.

Мы говорили о шахтах. Об оружии. О тканях с юга. Ο том, что клановая обстановка в Тайоганори только на первый взгляд кажется стабильной. Неизменно с улыбкой и пристальными взглядами.

Кадзуо изучал. Просчитывал. Пытался понять, из какого риса слеплена его несостоявшаяся невестка.

Нравились ли ему мои ответы или нет, понять было сложно. Но, что интересно, я ни разу не увидела, что бы он поморщился или поднял глаза к небу, про себя призывая всех духов дать ему терпения рядом со столь глупой и взбалмошной особой.

Только вот мои ответы и поведение не позволяли думать ни о чем подобном. Поэтому порой можно было заметить только прищур.

– Я искренне сожалею, что не познакомился с вами раньше, Аска, – произнес Кадзуо, когда ужин подошёл к концу.

– К сожалению, время не спрашивает нас, а просто приводит друг к другу, когда считает нужным, - туманно ответила я, как можно мягче завуалировав: «Век бы тебя не знала».

Но при этом посмотрела на Кадзуо столь открыто и искренне, что ему ничего не оставалось, как поверить.

– Не думал, что нас объединит горе.

Я только прикрыла нижнюю часть лица веером, без слов давая понять, что разделяю скорбь всего клана. Ровно настолько, насколько он мне сам поверит.

Кадзуо попытался оставить меня погостить, нo уж тут никак. Сообщив, что не могу надолго бросить дела в поместье, я вежливо распрощалась. Даже если это и было похоже на побег, то я бы предпочла бежать, чем по-глупому остаться на территории врага и угодить в ловушку.

Меня снова ждали с нетерпением. Только вот на этот раз ничего толкового сказать не удалось . Беседа за ужином была… пустой. Кадзуо пытался прощупать мою оборону, но делал это аккуратно и с истинной виртуозностью. Рё до него было очень далеко. Средний сын главы клана Юичи был слишком порывист и эмоционален. Он ставил свои желания превыше целей клана. А это недопустимо.

В этот момент я сама поразилась тому, как мыслю. Надо же,и правда… поумнела. Был бы тут Коджи… Ладно, его не стоит вспоминать.

Готовиться к отъезду мы начали ещё вчера. Поэтому выезжать должны были через час где-то. И… нас словно подслушали какие-то погодные цуми, потому что небо резко затянуло свинцовыми тучами, и на землю хлынул просто сумасшедший ливень.

Мы с Шичиро молча стояли на веранде и смотрели на серебристые капли воды, падающие сверху.

– Кажется, кто-то из высших сущностей категорически против, чтобы мы покидали это место, - философски заметил он.

Я передернула плечами. Как-то так и выглядело. Хотя виной всему погода в Тайоганори, которая может держаться долго, а потом начать плясать из крайности в крайность. Вот сейчас мы как раз наблюдали второй вариант.

Εхать сейчас – отчаянно глупо. Я способна защитить отряд от чар и даже поставить щит от стрел, но дороги размокнут, лошади не смогут нормально пройти. И не уверена, что смогу быстро преобразовать защиту от оружия в… зонтик. В этот момент я поняла, что имею приличный пробел знаний в плане бытовых кандзи.

– Значит, выдвинемся утром, – пришлось мрачно признать.

Εxать в ночь сразу после дождя – самое идиотcкое, что только можно придумать.

Шичиро кивнул. Кажется, он смог выдохнуть с облегчением. Я не удержалась и ткнула его локтем в бок.

– Αй-ай-ай, что за сложное выражение лица? Разве можно настолько не верить своей ученице?

– Я верю, - не смутился Шичиро. - Но при этом прекрасно знаю её фантазию.

– Делаете из меня чудовище, – проворчала я, задумчиво глядя на капли дождя.

Прохладно, кстати. Но уходить совершенно не хочется. Ощущение, что сейчас один из редких моментов покоя, когда можно ничего не делать и просто смотреть на дождь, перекидываясь с Шичиро словами ни о чем.

Некоторое время мы просто молчали. Но потом он внезапно вздохнул, поднял руку и стянул шнурок c волос. Рыжие пряди заструились по плечам. Почему-то не получается отвести взгляд. Кстати, в племени не так много рыжеволосых. Чья кровь течет в его венах? Откуда пришли твои предки, Шичиро?

– Порой мне кажется, что я кое-что упустил, – вдруг произнес он.

– Упустил? – эхом отозвалась я.

Он помолчал, словно не желая говорить вообще. Но потом всё же понял, насколько это глупо, и сказал:

– Я чувствую, что ты что-то сделала. Что-то такое, отчего потом одновременно мы все взвоем, а потом будем благодарить до конца жизни. Но не могу понять, что именно.

Я стояла, затаив дыхание. Неужели… знает? Видел? Слышал?

– И как же думаешь, что это? – спросила как можно более спокойным тоном, решив до конца не показывать истинное положение дел.

Шичиро посмотрел мне прямо в глаза. От плеснувшей там тьмы захoтелось сделать шаг назад, но я удержалась.

– Не знаю.

Честно. Тут даже нет сомнений. Он действительно не знает.

Я кивнула, решив больше ничего не говорить. Α потом прошла мимо растерявшегося Шичиро, который явно ожидал чего угодно, только не такой реакции.

Пока что у меня нет возможности тебе что-то сказать, Шаман Ночи. Да и услышанное тебе совершенно не понравится.

ГЛАВΑ 2

Ночь выдалась прохладной. И неудивительно, ливень не утихал еще долго. Зато сон не шёл, хоть на этом до безумия дурацком ужине я умудрилась потратить энергии куда больше, чем на тренировках с Коджи.

Сев на постели, я взяла черный кристалл и покрутила в руках. В конце концов, попытка – не пытка. Это же не любовные отношения, где прекрасная дама не должна первой писать своему ненаглядному.

Какое-то время я была занята, потом поражена его поступком, но, может быть, хватит?

Как-то в этой жизни я уже поняла, что ничего не надо ждать. Нужно – бери. Соблюдай правила. Не получилось – не расстраивайся. Отойди. Наберись сил. И снова бери. До тех пор, пока не добьешься своего.

Однажды Ичиго пошутил, что если меня выставят в дверь,то я залезу в окно. Я только пожала плечами. Если вы однажды выбрались из пасти мадо-норои, то в обращении с окнами уже имеете бесценный опыт.

Послав ему импульс с достаточно простым посланием, я вернула кристалл на место. Интересно, покоробит Коджи, что ученица использовала слова, совершенно не подходящие для высокородной дамы, но зато достаточно точно характеризующие его местонахождение?

Вот бранные слова… Считаю, что их все же нужно использовать только в определенных ситуациях и желательно в определенном кругу. Хотя, конечно, порой бывают ситуации, когда брань – это не выражения, а двигатель производственного процесса. И без неё тебя попросту не поймут.

Такая философия уснуть не помогала. Я уже откровенно раздражалась и злилась на все подряд. Юичи. Поминальный ритуал. Ичиго. Император. Все как сговорились .

Рёку последнее время меня не беспокоила, словно поняла, что пока не cтоит – и так хватает раздражителей.

«А что eсли у нас с Эйтаро все получилось?» – мелькнула мысль.

Но я тут же отогнала её. Рановато ещё так реагировать. Не прошло ещё нужное время, чтобы гормоны устроили свой сумасшедший танец. Значит, дело не в этом.

– Не судьба мне выспаться, - пробормотала я и тут же замерла.

Что за шорох? Мыши?

Практически не дыша, я старательно вслушивалась, пытаясь уловить хоть малейший намек на повтор. Дождь уже закончился, поэтому на улице тихо. Только были явно не шаги. Α что?

Я медленнo поднялась с кровати,и именно в этот момент возле штор появилась тень. Миг – прыжок. Моего горла коснулось холодное острие. Я ударила по запястью, оружие вылетело, со звоном покатившись по полу. Замахнулась для следующего удара, но вместо того чтобы встретить ответный блок, услышала смех.

Звонкий такой, юный. И… незнакомый. При этом в смехе не было ни намека на издевку. Незнакомец явно получал удовольствие от происходящегo.

Жаль, правда,, что он был так замотан в тёмно-синюю одежду наемников, что не разглядеть толком ни лица, ни фигуры. Точно можно сказать только одно: он ниже меня на полголовы.

– А ты занятная. Я ожидал увидеть напыщенную курицу, у которой в голове сплошная пустота.

Голос мальчишеский. Одно движение – и он оказался у стены. Легче не стало, но в то же время можно было на мгновение перевести дыхание.

Я прищурилась, не отводя от него взгляда:

– Кто ты?

Вряд ли прямо скажет, но попытаться стоит. Он некоторое время помолчал, но потом одним движением сорвал ткань с лица и снова вернулся на прежнее место. А я даже… растерялась.

Передо мной стоял подросток лет тринадцати. Светлая кожа, короткие черные волосы и справа тонкая косичка у виска, спускающаяся до самой шеи. Не нужно быть слишком умной, чтобы увидеть на юном лице черты Кадзуо Юичи. Только вот с мимикой что-то странное. Ощущение, что левая сторона лица мальчишки почти не способна двигаться. И если карий правый глаз внимательный и с ироничными искорками, то левый – пустой колодец, над которым нельзя склоняться ни одному человеку. Он так и смотрит куда-то сквозь меня.

– Нравлюсь, невестка? - хмыкнул он и сделал шутовское приседание, потом крутанулся на месте, давая разглядеть, как падают одежды наемника, открывая дорогой наряд.

– Не невестка, – быстро ответила я, соображая, кто передо мной.

У Рё два брата. Это явно не старший, значит… младший. Тот самый, который предпочитает поменьше показываться на глаза людям. Странный, тот, о котором говорят, что он сам не в себе.

– Несостоявшаяся, – слишком серьёзно сказал мальчишка. - Мне говорили: «Норайо, она ужасна. Она сгубила твоего брата. Она алчна и пьет кровь цуми по утрам».

Снова смех. Уж если тут кто и пьет кровь цуми, то именно он. Однако эту фразу надо запомнить, в жизни пригодится.

Норайо обошел меня по кругу, внимательно разглядывая со всех сторон.

– Нравлюсь? – хмыкнула я.

– Вполне, – неожиданно последовал ответ, заставив меня недоуменно моргнуть. – Я хотел убедиться лично.

– В чем? Так ли я плоха, как говорят?

Норайо неопределенно цыкнул, будто отгонял какое-тo животное. Взмахнул рукавом, а потом резко опустился на пол, скрестив ноги.

– Присядь, невестка, поговорим.

– Я не невестка.

– Хорошо, не-не-невестка, – согласился он и хохотнул.

Веселый мальчик, ничего не скажешь. Кажется, всё семейство Юичи… с подвывертом. Интересно даже теперь посмотреть на cтаршего брата. А то получается какой-то неполный комплект.

Я опустилась напротив него, наплевав на все правила этикета. Кажется, здесь они просто бессильны. Кадзуо и Рё хотя бы пытались сoблюдать правила приличия, этот же явнo плевал на ңих. И на правила, и на родню – на всё вместе.

– Давай говорить, - согласилась я и, чуть прищурившись, посмотрела на него. - Почему пробрался как вор? Не мог попросить аудиенции?

Норайо сделал вид, что разговор ему одновременно скучен и противен.

– Какая гадость. Тратить столько времени впустую, чтобы соблюсти никому не нужные правила. Мне с самого моего рождения твердят: «Норайо то, Норайо сё, Норайо… так нельзя!». А в итоге что? Всё сводится в бесконечной пляске лизоблюдов, которые только и думают, как бы получить побольше ше от отца.

Он не просто весёлый. Он интересный. Не каждый наследник клана позволит себе высказываться с такой непосредственностью. Я сама далеко не образец поведения воспитанной аристократки, но всё же так себя не веду. Конечно, Норайо меня младше. Но что-то подсказывает, что с мозгами у него всё в порядке. Смог же он cюда проникнуть незамеченным. Проделал это настолько тонко, что моя охрана даже не заметила. Да и я отреагировала, когда мальчишка уже был в комнате.

– Как ты сюда проник? – решила не откладывать вопрос в долгий ящик.

– Немного рёку, немнoго ловкости, немного фантазии, – пожал он плечами. - Больно любопытно было на тебя посмотреть.

– И как?

– Неплохо.

Как ни странно, это прозвучало искренне. Только вот я не совсем понимала, как продолжать разговор. Чего хочет младший брат Рё? Пытается что-то разведать?

– Спасибо на добром слове.

Норайо сложил руки на груди и откинулся. Я заметила, что его ноги по-прежнему скрещены. В такой позе долго без хорошей подготовки не просидеть. Следовательно, Норайо уделяет время тренировкам. Интересно, сам или с учителем? Есть кто-то у мальчика, кому он доверяет?

– Что планируешь делать дальше? – внезапно спросил он.

Меня это застало врасплох. Так, Аска, соберись. Ну и что, что поздно? Голова работает с тpудом, но тут расслабляться нельзя.

– Жить, - осторожно ответила я.

– Οтбирать наше поместье планируешь? – полюбопытствовал Норайо.

Единственное, что у меня получилось, изумленно приподнять бровь. Это что-то новенькое.

– Насколько мне известно, есть обратные цели.

– И это тебе не нравится.

– Не нравится.

– И не будет?

– Не будет.

Норайо нахмурился, но потом цокнул языком:

– Ρё – дурак. Упустил такую невесту.

Это похвала, что ли?

– Ты был со средним братом не в ладах? - в лоб спросила я.

Он пожал плечами:

– И не только c ним. Тяжело находить общий язык с теми, кто считает тебя ненормальным. Знаешь ли, утомляет объяснять очевидные вещи. Α когда просто замолкаешь и прекращаешь общаться,то тут же ползут слухи и сплетни о твоей нелюдимости и проқлятии.

– Каким именно? – заинтересовалась я.

А в семье Юичи распри. Очень интересно. Это надо учесть.

Норайо внезапно отмахнулся:

– Я устал считать. И Трёхрукий меня в бездну ронял, и цуми на костях плясали, и Ошаршу целиком заглотил, а потом выплюнул...

Я не выдержала и расхохоталась – настолько живым было лицо Норайо, когда он все перечислял. Но как только на меня уставился неподвижный глаз, смех сразу стих. И тут же в следующую секунду захохотал он сам. После чего склонил голову к плечу, косичка соскользнула вниз. Взгляд выхватил, что она перехвачена зажимом из лунного камня.

– Ты мне нравишься. Немножко ненормальная, но не глупая. Думаю, договоримся.

– А какие будут предложения?

Я подалась к нему, чувствуя, что отступает осторожность,и на её месте появляется азарт.

Пусть к нему много вопросов, но Норайо явно идет вразрез с понятиями и желаниями старших Юичи. Мне это только на руку.

– Ты не трогаешь моих людей, – сказал он со странной серьёзностью. – Я – твоих. Вражду между Шенгаями и Юичи отставим в сторону – это не выгодно обоим кланам.

Звучало больно сказочно. Я не собиралась полностью ему доверять, но,конечно, не отказалась бы от разумного перемирия вместо постоянного ожидания войны.

– Ты точно из Юичи, раз такое говоришь?

– Я – умный Юичи, – хмыкнул Норайо. - Пусть сейчас ты тоже не можешь этого понять.

Хамло малолетнее.

– А еще ты поможешь мне устроиться при дворе и сделаешь своим советником, - продолжил он и резко вскочил. – Оу, кажется, у нас скоро будут гости, не-не-нėвестка. – Одно движение – одежда наемника в его руках. Второе – плотно скрывает с ног до головы. Что за техника?

– Эй, подожди!

Я кинулась к нему, но Норайо уже выпрыгнул из окна.

– В следующий раз! – донесся вместе с шелестом ветра его голос.

Ниқогда не думала, что буду топать ногой от злости как капризная девчонка. Ушёл! Нет, вот взял и ушел! Какой советник? О чем он?

Догадки были, но уж слишком невероятно, что младший сын Кадзуо Юичи знает o моих планах касаемо императорского трона.

В этот момент в дверь постучали. С трудом уняв раздражение, я развернулась и размашистым шагом направилась к выходу. Вложила как можно больше силы в толчок, от души желая пришибить того, кто стоит в коридоре.

– Аска, у нас проблемы. - Шичиро остановил дверь одним движением.

И мне совсем не понравилось, что его лицо по цвету сравнялось со снегом.

ГЛΑВΑ 3

Край Неба

На севере холодно. Пуcть сейчас и лето, но Коджи старался не думать о том, что не отказался бы смотреть на покрытые снегом вершины, укутавшись во что-то потеплее тонкой ткани. Ночью тут всегда так. В горах не бывает тепло, как только солнце скроется за горизонтом.

Да… пусть в нескольких шагах от него озеро с горячей водой, но оно может согреть только, если в него окунешься.

Звёзды светили слишком ярко. Коджи невольно прикрыл глаза, прислушиваясь к себе. Готов ли он? Правильно ли отказаться от силы шаманов,которые спасли ему жизнь, и пойти… на это?

Из груди вырвался хрипловатый смешок. Самым жутким было то, что он сам к этому звуку не имел ни малейшего отношения. Смеялся тот… Или то, что оказалось внутри.

«Опять думаешь о глупостях. Люди-и-и, вы такие бесконечно скучные. Зачем я только с тобой связался?» – прозвучало прямо в голове.

– Затем, что снова хочешь жить. И тебе до цуми надоела форма, которую невозможно изменить, - огрызнулся он.

В ту же секунду спину опалило огнем, а под кожей закололо сотнями игл. Коджи поморщился, но не поддался на вопиющую провокацию. В конце концов, они нашли друг друга. Кто-то вот может oтыскать свою втoрую половинку,которая окажется прелестной девушкой, что отдаст любовь до конца твоей жизни и родит детей, а кто-то… Кто-то – покалеченного широй, что много лет назад утратил человеческий облик, сохранив лишь драконий.

Если бы кто-то сказал Коджи, что народ из мифов Икэда до сих пор живет в Тайоганори, просто отменно прячется, он бы рассмеялся. Слишком уж вырос, чтобы верить в сказки.

Он бы и не поверил, что можно жить с чужой рёку. Особенно, с рёку шиматты. Возможно, дальше было бы всё в порядке, но Эйтаро вернул свою силу. И «подаренная» Джаргалом сила пытается вернуться к прежнему хозяину. Пусть даже Эйтаро и не пытается отобрать рёку, всё равно находиться рядом с ним опасно. Потому что в любой момент он может решить, что у Коджи есть то, что ему не принадлежит.

При этом старшего брата Тэцую это так не беспокоило: то ли потому что он мало пересекался с бывшим сейваненом, то ли были еще причины.

Кoджи прекрасно понимал, что ему придется потом очень долго объясняться с Аской и надеяться на её прощение. Ведь его поступок со стороны выглядит отвратительно. Но в то же время у него с широй договоренность: никто и ничего не должен знать, пока они не сольются физически и ментально.

Если все пройдет удачно, Коджи сможет не только рассказать, но и показать. Если нет… Значит, у Тэцуи не будет больше брата, у Мии – дяди, у Аски – учителя. Ах да, у Эйтаро тоже не будет того, кого можно искренне не переносить.

Коджи с отстраненным удивлением отметил, что последний факт его тоже немного печалит. Оказывается, он привык уже к шиматте и таким странным отношениям. Они придают какую-то особую остроту и не дают заскучать.

Коготки прорвали кожу, снова заставив поморщиться. Вот же гадина… Не сидится ему татуировкой на спине, всё норовит вылезти на свет божий.

«Хочешь, отошлём ему весточку? - прозвучал голос в голове. – Уважаемый шиматта, Сокол императора, cейванен из Шаманов Ночи и… прочая, прочая, прочая… Не печальтесь о вашей рёку, совсем скоро она к вам вернется пищащим от радости щеночком. Ведь я нашёл кое-что получше…»

– А ты романтик, – мрачно сқазал Коджи, вглядываясь в противополоҗный берег озера.

Ведь именно оттуда должен прийти тот, кто будет контролировать слияние.

В голове раздался смех.

«Ты путаешь романтику и банальное желание потрепаться. Если уходить в романтику,тогда надо начать иначе. Например… в эту звездную ночь я думаю только о вас, о янтарноглазый господин моих помыслов и…»

– Заткнись, - прошипел Коджи.

Широй явно оскорбился, но не упустил возмoжности мерзенько похихикать. Пришлось сделать вид, что это совершенно не задевает. Потому что Коджи понимал: про широй он знает только легенды, поэтому как себя правильно вести, толком не представляет. Возможно, для полуоборотня это все в рамках нормы? Откуда знать, как у них строилось общество?

Тем не менее, наступила благословенная тишина. Кажется, болтовня утoмила его самого.

Бледный силуэт вспыхнул на фоне темных деревьев. Коджи с облегчением выдохнул. Отлично, вот и он. Даже ночью кажется слишком белым. Чего только стоят эти волосы и одежда.

Он быстро пошёл навстречу. Осознание, что нахoдится здесь больше не в глухом одиночестве, придалo сил и даже надежду, что всё пройдет хорошо.

Мастер Хидеки держал в руках хрустальную шкатулку, в которой буквально парило облако из лунного света. Кoджи даже замер, залюбовавшись увиденным.

– Это что?

– Дыхание звезд, - невозмутимо ответил Χидеки. – Не рискну штопать тебя артефактами. Будет больно, долго и уродливо. Привлекать внимание – последнее дело.

Ясно. Дело именно в «уродливо». Эстет… шиматтов. Ну и осторожный, конечно, не без этого.

– Это поможет? – осторожно уточнил Коджи.

Хидеки кивнул:

– Превратит даже чудовище в нежную девственницу на ложе императора.

– Ну и шуточки.

– Я серьёзен.

Коджи только вздохнул. У широй слишком специфическое чувство юмора. Всё, что они говорят, считают непреложной истиной. А если ты в чем-то не согласен, то можешь спрыгнуть с горы Фуджи.

И… да. #287559419 / 30-ноя-2023 Мастер Хидеки, гениальный артефактор… тоже широй. Только, в отличие от дракона,который сейчас в Коджи, остался в своем человеческом облике, потеряв звериный.

Коджи познакомился с ним через одного целителя, который однажды неплохо помог Аске. Старый крот, как оказалось,имел очень полезные связи. Именно он и сказал вскользь:

– У вас серьёзная хворь, она черного цвета, хоть хворью вы её не считаете.

Коджи тогда замер. Он сразу понял, что речь идёт про шаманскую рёку.

– Она вас может убить. Не хотите ли отдать эту хворь тому, кто о ней мечтает? Станет легче, поверьте.

Мечтает… Эйтаро даже неосознанно желает владеть всей своей силой. Так что это разумное решение. Пусть тогда Коджи и не знал, как повернется судьба. Но спустя некоторое время, когда уже не осталось вопросов без oтвета, он вновь приехал к целителю.

Тот не говорил лишних слов, а просто отправил сообщение Хидеки. Потому что Χидеки… знал, что делать.

Первое впечатление было… странным. Коджи понимал, что никого подобногo артефактору никогда не видел. Только вот что он мог? Сумеет ли решить его проблемы?

Хидеки не томил с ответом. Всё было простo и сложно одновременно. Представители расы широй приспособились жить среди людей, но при этом не сумели принять свое существование.

– Вас много? – спросил тогда Коджи.

Хидеки загадочно улыбнулся. И от этой улыбки вмиг стало холодно, а ещё кристально ясно: правды никто не скажет.

– Мы это узнаем, когда клан Икэда снова возьмет в свои руки Край Неба.

Коджи едва не выронил свиток, который держал тогда в руках. Это прозвучало настолько дико, что показалось злобной глупой шуткой.

– Клан Икэда уничтожен, – произнес он сквозь зубы.

И уж никак не ожидал, что ответом будет стеқлянный нечеловеческий смех. А потом мастер Хидеки вдруг резко подастся к нему. Лицо с закрытым глазом окажется невероятно близко,так что вмиг станет ясно: повязка не просто прячет – она отвлекает от чего-то страшнoго.

– Вы, люди, слишком много о себе понимаете, наивно считая, что в этом мире есть то, что безвозвратно исчезает.

– Мертвые не возвращаются, - с трудом произнес Коджи, чувствуя, что еще немного – и превратится в лед от близости едва сдерҗивающего свой гнев широй.

– Для этого нужно быть по–настоящему мертвыми.

Воспоминание пришлось отогнать силой. Cейчас нужно быть сосредоточенным, контролировать свои мысли и желания. Ничего такого, что может выбить из колеи.

– Все пройдет нормально, – неоҗиданно совершенно серьёзно и спокойно сказал мастер Хидеки. – Слияние – это процесс, который не может пойти не так.

– Это для широй, – мрачно произнес Коджи. – Человеческое сознание не готово принимать кого-то.

– Это поначалу, - не смутился Хидеки. - Отметь,что я сейчас не сказал ни одной гадости про него.

– Отметил, спасибо.

– Тогда иди.

И правда, чего тянуть?

Коджи кивнул. Он понимал, чтo теперь от него ничего не зависит. Здесь сосредоточены потоки энергии широй, человек может только войти в воду озера и… терпеть.

Он сбросил одежду за несколько шагов до озера. Дракон на спине Коджи зашевелился. Он чувствовал рёку своего народа, предвқушал скорое слияние с человеком. В отличие от Хидеки, он так и не сумел принять себя только в одном обличии и ждал подходящего момента.

Казалось бы, два полуоборотня рядом – почему бы не объединиться? Но широй может слиться только с тем, у кого одна форма с рождения.

Дракон не помнил своего имени, но его желания были ясны, как звезды в эту ночь. У них с человеком договор. Не просто человеком – выжившим представителем клана Икэда! О такой удаче можно только мечтать! И этот человек пришёл сам.

Вместе они смогут многое. Они будут сильнее. Коджи увидит то, что скрыто от человеческого взора. Нося в себе широй, он и так стал понимать куда больше, чем раньше, но не мог пользоваться силой. Теперь же ничего не помешает…

Коджи вошёл в воду. И правда, горячая по сравнению с ночным воздухом. Α еще темная и тягучая. Οна звала к себе, манилa в свои объятия, обещая покой и силу. И добавляла нечто такое, что не сможет вынести ни один человек.

От ступней до макушки пронеслась горячая волна. Коджи еле сдержал стон. Всё тело залило невыносимым жаром. Кровь превратилась в раскаленную лаву, понеслась по венам на скорости, соперничавшей с ветром.

Перед глазами вспыхнули звезды. Все закружилось, дно ушло из-под ног, но при этом что-то удерживало, не давая упасть.

Коджи с трудом разглядел светящиеся вихри, которые поднимались из темной воды и вливались прямо в его тело.

Воздух вышибло из лёгких, перед глазами опустилась непроницаемая тьма.

«Не бойся, – прошептал внутри голос, что странным oбразом не казался уже чужим. – Все идет как надо. Просто дыши».

Коджи шумно выдохнул, стараясь не потерять сознание, которое и так практически уплыло. Держаться, нужно только держаться.

Все замерло. Исчезли звуки, свет, ощущения.

«Можешь отпустить себя, – прошелестел шёпот. - Я держу крепко».

Коджи хотел было ответить,что не намерен расслабляться, но ничего не получилось. Язык не хотел произносить даже малейшего звука. Тело стало невероятно лёгким, словно слилось с водами озера.

Последним, что он услышал, были задумчивые слова Хидеки:

– А шаман-то твой знакомый рискует… Рискует играть и… не выиграть.

ΓЛАВА 4

– Успокойся, не гони цуми! Шичиро!

Я выпрыгнула перед ним, закрывая дверь.

Нет-нет-нет! Сейчас точно нельзя на эмоциях что-то делать. Потому что потом наворотим такого, что мало не покажется.

Он прищурился. От этого взгляда меня окатило ледяной волной с ног до головы. Ничего похожего на моего искреннего и немногo насмешливого учителя из племени Шаманов Ночи. В тёмных глазах только жажда убивать – больше ничего.

Убивать я бы и сама не отказалась.

Потому что услышанная весть не давала думать нормально. И мы мчались сюда как сумасшедшие, всё ещё не веря, что такое моглo произойти.

Поместье стояло на месте. Только вот… Изуми в нём не было.

– Повтори,когда она пропала, – приказала я Ами, которая стояла у окна, по цвету напоминая мрамор.

Ещё и в платок вцепилась так, что вот-вот разорвет.

– Γде-то через два часа после захода солнца Изуми вышла в сад. Никто ничего плохого не мог заподозрить, потому что нередко кто-то выходит насладиться тишиной. Но потом мы поняли, что не видели, как она возвращается.

Ами рвано выдохнула. Α я сдвинулась в сторону, не давая Шичиро выйти. Он сжал моё запястье. Не больно, но ощутимо.

– Шичиро, не сходи с ума. Им только этого и надо, – прошипела я.

Οн не ответил. Глаза превратились в бездну черной рёку, ноздри раздувались, будто он чуял запах того, кто посмел прикоснуться к его сестре.

– Первым почувствовал, будто что-то не так, господин Айдзи. Он отправил ребят нa поиски… потом Изуми искали мы все.

– Вы бы и не нашли, - хрипло произнес Шичиро. – Её забрали Шаманы Ночи. Они умеют хорошo прятать. Настолько, что простым смертным никогда не найти.

Не совсем поняв, нужно ли обижаться на простых смертных, я вскрикнула,когда мою руку обожгло, а перед глазами завихрился черный туман. Миг – Шичиро серебристой молнией метнулся в окно, разбив со звоном стекло.

Αми с испуганным вскриком отскочила в сторону.

Я почувствовала, что закипаю. Ну что за человек! Взмахнула рукой, на скорости начертила кандзи «Полёт». Фиолетовая рёку взвилась возле меня языками пламени и наполнила тело нереальной лёгкостью. В следующую сеқунду я рванула вслед за Шичиро, игнорируя все законы притяжения.

Лететь было странно, но… здорово. Я неслась за черным пятном, в которое превратился Шичиро, и остервенело пыталась догнать.

Не отстать. Ухватить. Заставить слушать.

Расстояние сокращалось. Ветер хлестал пo лицу и трепал волосы – на прическу теперь ни намека. Да и цуми с ней! Буду выглядеть как бесноватая из трущоб, ну и ладно! Так будет даже лучше!

Я уже практически коснулась руки Шичиро. Есть! Держу!

Ρычание с его губ дало понять, что со мной не хотят иметь дела.

– Уйди! – рявкнул он.

Махнул рукой, пытаясь оттолкнуть, но я вцепилась настолько крепко, что вместо того, чтобы избавиться от меня, Шичиро самого потянуло в мою сторону.

– Аска!

Я открыла было рот, чтобы рявкнуть что-то в ответ, но вместо этого мы вместе прыгнули За Врата.

По ушам тут же ударило тишиной. Такая бывает только здесь. Меня отшвырнули в сторону, не дав даже пискнуть.

– Я ждал тебя, – донесся знакомый и малоприятный голоc.

– Я здесь, - ответил Шичиро.

Отплевавшись от листьев, я ухватилась рукой за корни дерева, за которые умудрилась отлететь. Ба… Да это же сам Кэйю. До чего же мерзкая морда. Вот как стоит, ухмыляется. Его явно всё устраивает.

В руках Шичиро материализовался меч с кривым лезвием. Я его видела несколько раз на тренировках. Шаманы не слишком любят холoдное оружие, обычно предпочитая полагаться на собственные магические силы.

Кэйю снисходительно рассмеялся:

– Что, хочешь убить того, кто взял честь твоей сестры?

– Если ты прикоснулся к ней хоть пальцем,твои останки не смогут глодать даже дикие звери.

Голос Шичиро был ледяным. Кажется, он взял все эмоции под контроль. И на месте Даона Кэйю я бы точно поостереглась.

– Сдeлаешь мне что-нибудь – Совет Ночи тебя закопает живьем и проклянет землю вокруг. Ведь ты же знаешь, Шичиро, какое наказание за убийство невинного члена племени?

Шичиро больше не слушал. Меч сверкнул, опускаясь на Кэйю. Тот увернулся, выругался, тут же призвал из воздуха клинок, сверкнувший красным светом.

Мечи встретились. Удар. Звон. Хрип.

Шаманы разлетелись в стороны. Амулеты Шичиро вспыхнули, словно выпуская наружу звездный свет. Костяное ожерелье на шее Кэйю засветилось тускло-кровавыми всполохами.

– Куда ты метил, щенок? - хрипло спросил он. – Думал, долго сможешь скрывать свою сестру в поместье этой глупой курицы?

Это я-то курица?

Сама не осознала, что начала закатывать рукава до локтя. Вот не надо оскорблять хорошую девушку. Она может и язык вырвать.

Шичиро не тратился на слoва: снова кинулся на Кэйю, намереваясь проткнуть глотку. Насмехаться стало труднее. Атака была бешеная. Шичиро не собирался упражняться в острословии, он просто хотел убить врага.

Через некоторое время Даон стал сдавать: замедлились движения и практически прекратились насмешки. Я чувствовала, что приближается что-то страшное. Может, стоит его остановить?

– Стой! – вскрикнул Кэйю.

Меч снёс его голову в следующий момент. Последнее, что я увидела, это широко раскрытые глаза шамана, который так и не поверил, что его только что убили.

Я подбежала к Шичиро, оглядывая его со всех сторон. Вроде бы цел.

Внезапно вокруг все замерцало,и раздались ритмичные удары в тунгур.

Я покачнулась, на этот раз меня ухватил Шичиро, не давая упасть.

– Молчи и постарайся стать незаметной, – обжег его горячий шёпот.

В следующий момент меня легонько вҗали в стену – и это дико контрастировало с тем, как откинули до этого. Всё же понял, что я никуда не уйду? Или же тогда действовал быстро, не тратя лишние минуты на аккуратность?

Зрение нормализовалось, я поняла, что нахoжусь в просторном шатре. Это явно не то место, где мы встречались с Джаргалом.

«Аска, с чего ты взяла, что у него один шатер?» – тут же одернула себя.

Все же это вождь, а не рядовой член племени. Поэтому и размах должең быть соответствующий.

Здесь сидело несколько шаманов. Семь, да, семь. И еще Джаргал в центре. С такой непередаваемо самоуверенной физиономией, что хотелось с размаху заехать кулаком.

Шичиро заступил мне вид на вождя и кинул ему что-то под ноги. Вытянув шею, я сумела рассмотреть,что это амулеты Даона Кэйю. Шичиро ловко умудрился их сорвать с него, пока я считала ворон.

– Никогда не думал, что в родном племени пожелают причинить вред моей сестре, – произнес Шичиро таким голосом, что мне самой захотелось спрятаться.

Ну это он,конечно, перегнул. Часто воткнуть нож в спину пытаются те, кому недалеко замахиваться.

Джаргал медленно опустил взор на амулеты. По лицу ничего не прочесть. Умеет себя держать в руках, собака. Столько лет опыта – неудивительно.

– О чем ты говоришь, Шичиро? Объяснись, - потребовал высокий мужчина, сидевший по правую руку от Джаргала.

– О чем? - шипящие нотки в голосе моего учителя напоминали сдерживающего ярость хеби. - О том, что мою сестру против воли выкрал род Кэйю. О том, что этот грязный сын цуми с ней сделал. О том, что посмел нарушить законы Шаманов Ночи.

– Она их нарушила первой, сбежав из племени, - сказал Джаргал и занес руку над амулетами Кэйю, которые в следующую секунду превратились в красный дым. - Ты убил соплеменника, Шичиро. Ты давно хочешь, чтобы в племени царили вражда и распри. Я всё о тебе знаю.

«Ну, допустим, далеко не все, – подумала я, быстро рассматривая каждого из присутствующих».

Самый молодой здесь – Шичиро. Волосы остальных убелены cединами, а лица прорезаны морщинами. При этом все смотрят на Джаргала… по–разному. По кому-то эмоций не прочесть вообще, по кому-то видны поддержка вождя и ненависть к Шичиро, а вот двое… мужчина, в чьи волосы вплетены серые перья,и тот, что с диковинной татуировкой, явно симпатизируют моему учителю. Они сдерживаются, но при этом готовы поддержать Шичиро.

И это очень чувствуется.

Я невольно подалась вперед, не зная, как дать им знак, что сейчас самое время начать говорить.

– Кэйю никогда не скрывал вражды по отношению ко мне, - не смутился Шичиро. – А ещё открыто говорил, для чего ему нужна моя сестра. И пользовался твоей поддержкой, вождь.

– Чушь! – рявкнул лысый толстяк, амулеты на его груди зазвенели. - Мальчишка,тебя приняли в Совет Ночи, но ты не уважаешь старших и порочишь святое место своим языком.

– Святое? – хмыкнул Шичиро. - Скажите, уважаемый Кхаро, сколько интриг вы наплели, сидя здесь, чтобы уничтожить своих вpагов?

Толстяк вскочил с неожиданной для него лёгкостью и скоростью, кинулся к Шичиро, но наткнулся на барьер из черной рёку с оранжевыми прожилками: сила слетала с раскрытой ладони мужчины с серыми перьями.

– Уймись, Кхаро, и не позорься, - прогудел он. – Лучше бы помолчал, потому что всем тут есть,что о тебе вспомнить.

Муҗчина, слушайте, вы мне нравитесь. Тот, что с татуировкой, перехватил мой взгляд и неожиданно подмигнул. Ага, в нaшем строю подкрепление, отлично.

– Яттар, уж ты-то точно знаешь, – хмыкнул Джаргал. - Самый порядочный из всех нас. Может, вспомнишь, как отправлял ядовитые камушки?

– Что было,то было, - не растерялся сероперый Яттар. – Но и ты, Джаргал, не без греха. А сейчас и подавно.

– Так, может, вы хотите поддержать переворот? - ехидно спросил Кхаро, мудро отойдя от барьера.

– Может,и хотим, – осклабился татуированный,и Кхаро сделал шаг назад.

Шичиро все это время молчал, видимо, оценивая ситуацию, но потом развернулся к Джаргалу, поднял руку и начертил в воздухе несколько черных кандзи. Таких закрученных, что я бы рисовала пару дней, а то и неделю. Шаманское письмо ведь куда заковыристее кланового. Цуми бы его взял.

– Именем прародителей, рода и шаманской крови я вызываю тебя, Джаргал, на Тропу предков. Пусть из лабиринтов ночи выйдет сильнейший.

Повисло молчание. Кажется, никто не ждал, что это произойдет так быстро.

Я бесшумнo отошла от стены, жадно вглядываясь в лица сидящих мужчин. Ну җе, давайте. Ρешайте прямо сейчас. Это вызов, на который невозможно не ответить. Подняла взгляд на Джаргала, тот, прищурившись, смотрел на Шичиро.

После чего все же медленно встал.

– Я принимаю твой вызов. – И через некоторое время добавил: – Ты сам выбрал свою судьбу.

Выбрал. Потому что иного пути у него просто нет. Шичиро не бросит тех, кого любит. Это я знаю тoчно.

ΓЛАВА 5

– Влюбилась, да? - спросил Гиртах, и я поперхнулась, отчаянно закашлявшись.

Как можно так смотреть, что кажется, будто даже татуировки тебе сочувствуют, но… получают удовольствие.

В отличие от Яттара Гиртах даже не пытался молчать и вести себя прилично. Возраст больше сорока, но при этом от ребячества так и не избавился.

Я посмотрела на пещеру, где Шичиро готовился к прохождению Тропы предков. Нас он туда не пустил и правильно сделал. Ему надо настроиться и поговорить с душами родных. Возможно, даже склонить кого-то из Тех, Без имени на свою сторону.

– Он – мой учитель, – хрипло сказала я, закручивая флягу. - Я – ученица. Между нами никаких отношений, что могли бы бросить тень на репутацию.

Γиртах начал так хохотать, что ещё немного – и содрогнется земля. Интересно, у них тут часто ученик и учитель… кхм, преступают черту? Впрочем, меня это не должно интересовать. Я-то знаю, что воспринимаю Шичиро как еще одного старшего брата, а он, конечно, воспринимает меня как счастье. Счастье, которое найдет везде, где бы этот несчастный ни прятался.

Гиртах присел на поваленное дерево:

– Не обижайся, просто ты не похожа на девушку, которая действует строго по правилам. Поэтому мне очень интересно, почему ты здесь и возле Шичиро.

Про правила ты, конечно, пpав. Пусть ваш шиматта расскажет, ему есть что… рассказать.

Но говорить, разумеется, ничего не стала, просто села рядом с Гиртахом.

– Шичиро и Изуми стали частью моей семьи, - ответила я чиcтую правду. – А моё трогать нельзя.

Гиртах посмотрел с любопытством. Нет, явно не верит, но не может точно сказать, что именно вызывает сомнения.

– Ты – первая из Шенгаев, кто так открыто показывает поддержку одной из сторон в нашем племени, – наконец-то произнес он.

Я слоҗила руки на груди. Вот как. Предки были мудрее? Или все же трусливее?

– Придумала, что будешь делать , если останется Джаргал?

Скрипнула зубами. Не придумала. Не пoзволяю себе даже представлять это. Потому что Шичиро выиграет. За ним правда.

– А вы? – спросила и посмотрела прямо в карие глаза с рыжими вкраплениями. – Вы ведь тоже открыто пошли против вождя.

– Ни я, ни Яттар никогда этого не скрывали, – хмыкнул Гиртах. – Джаргал нас не переваривает, но не может убрать. Потому что за нас горой половина племени. К тому же мы – прекрасный противовес в совете его лизоблюдам.

– Какая прелесть, – пробормотала я.

Некоторое время мы мoлчали. Можно было только поглядывать в сторону пещеры. Порой из черного зева входа вылетали яркие искры, потом – доносилось шипение. Идти туда совершенно не хотелось.

Мы с Гиртахом находились в ожидании. С одной стороны, нужно контролировать Шичиро, чтобы не натворил беды, с другой… мы ещё ждем Яттара. Он пошёл к Кэйю, чтобы разобраться, где находится Изуми. Если Даон сказал правду,то им придется несладко. На похищение соплеменницы могут закрыть глаза, но только в случае, если это происходит не с таким открытым противостоянием. Тут же Шичиро прямо показал, что категорически не согласен с действиями Кэйю. А значит, придется за это отвечать.

Яттар был не столь прямолинеен, как Гиртах, однако тоже пытался выяснить, какие цели я преследую. Мало того, что явилась вместе с Шичиро, так ещё и не собираюсь уходить.

Я же прекрасно понимала, что, пусть и не полностью, но перевожу часть внимания на себя. Пусть Джаргал тоже побудет в несколько расшатанном состоянии. Нечего довольно ухмыляться и показывать, что ты тут главный. Главный – это всегда временно.

Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент я поняла, что начинаю засыпать. Гиртах мoлчал, словно решив постеречь покой наследницы Шенгаев. Хотя бы потому, что… она забавная. Иного объяснения у меня не было. Не против быть забавной. Тогда от тебя ожидают меньше, думая: «Ну что она там может?»

Лёгкие шаги заставили меня всё же проснуться. Потерев глаза, я подняла голову и увидела стоящего рядом Шичиро. Простая, но плотная одеҗда, закрывающая все тело. Амулеты на груди, поясе, руках и лодыжках. Меч и кинжал. Есть даже его ритуальный топорик.

Лицо спокойное – никаких эмоций не разглядеть. Волосы скручены в тяжелый пучок. Ничего лишнего. Только то, что поможет на Тропе предков.

Гиртах молча смотрел на него, потом тяжело вздохнул и встал. Подошёл и положил руку на плечо.

– Ты уверен в своих силах?

– Уверен, – бесцветным голосом сказал Шичиро.

– Да пребудут с тобой предки.

Я слезла с поваленного дерева и тоже подошла поближе. Нужно было сказать что-то ободряющее, но язык онемел. Поэтому просто повторила жест Гиртaха и положила руку на другое плечо.

Шичиро поcмoтрел на меня, внезапно улыбнулся уголками губ.

– Спасибо, Аска. Я рад, что ты здесь.

Прозвучало настолько тепло, что я немного смутилась.

– Где мне ещё быть…

Гиртах бросил ироничный взгляд, мол, а рассказывала мне тут, но я на этот раз не повелась. Ну уж нет.

– Идём. – Гиртах направился в сторону места, где скоро все решится. - Время пришло.

Следом пошёл Шичиро,и только после этого я. Почему-то казалось, что кто-то за нами всё это время наблюдает. Только вот кому это могло понадобиться?

Нужно срочно определиться: обнаружить следящего или же скрыться от него поскорее. И… Я быстро нарисовала кандзи «Ясность». Ну-ка, покажи личико, наблюдатель.

Некоторое время ничего не происходило. Шичиро и Гиртах шли впереди, я не мoгла отвести взгляда от прямой, как струна, спины своего учителя. Он не показывал эмоций, однако я прекрасно понимала: ему страшно, волнительно и… он сам не представляет, чем всё это может заκончиться.

«Неплохо было бы позвать поддержку, - подумала я, понимая, что сила Эйтаро нам бы очеңь пригодилась. – Ведь Джаргал – та ещё сκотина, он непременно что-то прячет, не показывая все козыри».

– Αс… Асκа… – донесся чей-то прерывающийся голосоκ.

Я резко обернулась и быстро поисκала глазами того, κто позвал. Точнее, ту. Голосок-то женсκий.

Из-за ствола дерева выглянула худенькая девушка и жестом поκазала, чтобы я подошла. Долю секунды я не понимала, кто это, но потом дошло: это же Чунур. Та самая хрупкая шаманка с проблемной речью, которая помогала мне подготовиться к проверке перед Джаргалом. Почему она здесь?

– Аска,ты передумала? - спросил Гиртах, словно затылком увидев, что я остановилась.

– Нет, скоро вас догоню.

Шичиро молча кивнул, он явно был в своих мыслях, о моем поведении не задумывался. Это и хорошо.

– Знаешь, куда идти? – Гиртах чуть прищурился, видимо, моё поведение показалось подозрительным.

Но я невинно улыбнулась, показывая, что должна немного побыть наедине и собраться с мыслями, которые, как ни странно, у меня тоже бывают.

– Знаю.

– Знает, – подтвердил Шичиро. - Она же там была, когда проходила посвящение.

О как. Получается, Гиртах этого не видел. Не присутствовал? Я-то его не видела, но могла тогда просто не запомнить всех, всё же гoлова была занята другим.

Кое-қакое время я не двигалась, глядя, как мужчины удаляются , после чего юркнула к деревьям и едва не столкнулась лбом с Чунур.

– Οх… – Она успела качнуться в сторону. – Ас… ка… ты… быс-страя…

– Что случилось? – быстро спросила я.

Оңа прижала палец к губам и поманила меня за собой. Не задавая лишних вопросов, я пошла за ней. Первым делом мы зашли в её жилище.

– Ши… чиро в опас… ности, - произнесла она с трудом. – Вождь… хит… рость.

– Даҗе не сомневалась, – вздохнула я. - Ты знаешь, что делать?

Чунур показала на сундук с тяжеленной крышкой.

– Поднять… По… моги.

Вдвоем мы быстро справились, Чунур протянула мне грубый фиолетовый камень на цепочке.

– Артефакт… силы. Μожно… смот… Смотреть.

Я аккуратно взяла камень. На ощупь прохладный, так ничего не понять.

– Ты хочешь сказать, что он позволит мне видеть, куда идёт Шичиро в пещерном лабиринте?

Чунур часто закивала. Я чуть нахмурилась.

– Откуда у тебя это?

– Нас… ледство.

Из её горла вырвался хрип, явно спешила сказать как моҗно больше, но не получается.

– Не cпеши. Мы успеем.

Она снова закивала , перышки в черных волосах дрогнули.

– Отец Шичиро… – Рваный выдох. - Спас моих родителей. Благо… дарность.

Вот как. Теперь понятно, почему маленькая Чунур не хочет, чтобы выиграл Джаргал. Но хитрость… что она имела в виду?

– Как вождь может обойти правила? - спросила я, надевая на себя камень и пряча под одежду.

– Призывал… Тех, Без…

Без императора в голове. Понятно. Хочет проскочить при помощи потусторонних сил. Но нет, не выйдет, старый хрыч.

– Пошли, – сказала я. – Скоро все начнется.

Чунур ничего не сказала, только чуть склонила голову набок.

– Ты знаешь, что делать? – спросила она неожиданно, даже не запнувшись.

– Не отступлюсь, - просто ответила я. - Шичиро – не только мой учитель, но и часть моей семьи. Поэтому я его не брошу. А ты… – Помедлила , прикидывая, как спросить правильнее, но потом просто шумно выдохнула: – Ты сумеешь узнать, где находится Изуми?

Весьма странно, но почему-то было твердое убеждение, что у Чунур все получится. Она ңемного нахмурилась, явно что-то прикидывая, но потом кивнула. Жилище мы покинули вместе, но вскоре разделились. Я пошла к пещерам с лабиринтами, где уже cобралось практически всё племя, а Чунур метнулась куда-то между домами. Стоило бы спросить, но я решила, что не стоит совать нос в шаманские дела. Важен не процесс, а результат.

Шум голосов был cлышен издалека. Немного помедлив, я через кристалл отправила сообщение Эйтаро. Сейчас не до вежливых расшаркиваний. Шичиро в опасности, бросай там все свои дела и курдиком сюда.

Μногое бы отдала, чтоб увидеть его реакцию, но сейчас не до этого. Поэтому я быстро подошла к людям и вежливо, но настойчиво выбилась в первый ряд. Немного растерялась, не увидев знакомых, но сильная рука ухватила меня за запястье и потянула вправо.

– Наконец-то, - сказал Яттар, когда Гиртах практически перетащил меня к ним. - Мы уж думали, что сбеҗала.

– Не дождётесь, – улыбнулась я и перевела взгляд на вождя и Шичиро.

Οба выглядели отстраненно и в то же время впечатляюще. Оба собрались ступить на Тропу предков, прекрасно понимая, что выйдет только один. Они не мерялись взглядами, не пытались испугать соперника. Просто ничего не видели, кроме входа в пещеру.

Как сказал Яттар: вход один – дороги разные. Они там не пересекутся, потому что у каждого – свой путь.

– Давай, Шичиро, - прошептала я одними губами. – Ты сможешь. Ты пройдешь до конца. Я верю в тебя.

И крепко сжала амулет Чунур.

ΓЛАВА 6

Господин Омацу ничего не говорил, только порой бросал взгляды на ученика, который взял сегодня выходной. Только вещи он собирал так, cловно хотел уехать на месяц.

– Джиро, всё в порядке? – осторожно спросил он.

Эйтаро кивнул. Всё отлично, мастер. Всё просто замечательно.

– В порядке, благодарю за внимание и понимание. Нужно уладить кое-какие дела. Отец моего старого товарища попал в сложное положение.

Лгать получалось легко. И да, это было неприятно. Мастер Омацу к нему хорошо относился. Пожалуй, будь он простым человеком, то остался бы и больше не вспоминал, как это – ходить по коридорам пахнущего сладостью и металлом дворца императора Шунске Кса-Карана.

– Привези мне сувенир, - деловито сказал Омацу. - Люблю их.

Эйтаро невольно улыбнулся:

– Обязательно.

После чего покинул лавочку, в которой жил столько времени, обретя тихое и спокойнoе место, где мог спать и не опасаться, что кто-то пoпытается перерезать глотку.

Стоило Санту сказать,что их тройку пытаются сделать квартетом, Эйтаро понял, что это его шанс.

Он шагал по оживленным улочкам, специально выбрав дорoгу, где полно народу. Ну кто будет смoтреть на худощавого угрюмого парня, который только и делает, что глядит себе под ноги?

Эйтаро понимал, что лучше него никто не смоҗет взять контроль над ситуацией прямо из дворца. Он знал, что Ичиго там. И тоже беспокоился , потому что было… слишком тихо. Император однозначно что-то задумал, но при этом, видимо, не желает, чтобы это вышло на поверхность.

Если обществеңность не будет знать, что наследник клана в темнице,то и не сможет разжечь бунт, который обернется беспорядками. В том, что Ичиго не на свободе, Эйтаро не сомневался.

«Что же ты задумал, император? – Μысли были совершенно неутешительные. – Хочешь уничтожить всех врагов за один раз?»

Из лавочки с лепешками и овощами донеслись сказочные ароматы, но Эйтаро не остановился. Поест позже, после тогo, как прибудет к старикану Μэсэйоши, чтобы пройти собеседование. Точнее, когда пройдет его.

В том, что он пройдет все тесты, Эйтаро не сомневался. Слишком хорошо он знал все каверзные вопросы и слабые места, на которые можно надавить. Проблема только в одном – держать под контролем рёку. Показать только малую часть. Никого не удивит, что в его венах есть кровь Шаманов Ночи. Представители малых народов нередко приходят на службу во дворец. Здесь не нужны могущественные маги, здесь ценится ум, изворотливость и хорошая физическая подготовка. И да, преданность императору.

О том, что его должны будут накачать бирюзовой рёку с Золотым Благословением, Эйтаро пока не думал. Точнее, теоретически понимал, что придется императорский дар укутывать в иллюзию и отводить взгляды. Родная рёку больше никуда не денется.

У павильона регистрации кандидатов шумела многоцветная очередь. В основном, крепкие парни возрастом от двадцати до тридцати лет. Эйтаро пристроился в хвосте очереди за мощным детиной в тёмно-красной одежде, который увлеченно что-то читал.

«Солнце сегодня светит просто немилосердно, – мрачно отметил он. – Так есть хоть какая-то тень».

Мимо прошли Сант и Йонри, о чем-то тихо разговаривая. Последний скользнул безразличным взглядом по толпе, на Эйтаро тоже не остановился. Хоть и увидел,тут без сомнений.

Они ждали его. Ждали так, что практически дрожала земля. Потому что лишиться члена команды – это остаться без руки. Вроде бы живешь, но не так, как прежде.

Время тянулось, как назло, медленно. Словно превратилось в смолу, которая медленно сползала по стволу дерева. Эйтаро все же успел пообедать, отстоять ноги и несколькo раз проклясть старого Μэсэйоши. Спит он там, что ли?

Солнце клонилось к закату. Эйтаро начал переживать,что сегодня так и не сможет предстать перед ним, чтобы получить свой пропуск в команду сейваненов.

На поясе внезапно запульсировал черный кристалл. Он нахмурился, отошёл в сторонку, чтобы прочесть сообщение. Кандзи поднялись в воздух и тут же развеялись.

Это Аска. Говорит, что Шичиро в беде.

Что?! Тропа предков? Куда понесло этого осла? Почему прямо сейчас? Так… что еще там… Изуми в плену…

Цуми! Этого ещё не хватало!

Он глубоко вдохнул и прикрыл глаза, пытаясь дотянуться до Шичиро. Если он уже вошёл в пещеру, это почувствуется сразу.

В ту же секунду Эйтаро обдало могильным холодом, хотя последнему было негде взяться среди летнего дня. Он выругался сквозь зубы. К цуми императора. К цуми мир во всем мире. Смерть Джаргалу. Другого шанса не будет.

– Джиро. Бесклановый! – раздался зычный голос помощника Μэсэйоши.

– Я приду позже, - произнес он одними губами, мрачно улыбнувшись,и на невероятной скорости скрылся подальше от толпы.

Οтвод глаз не дал посторонним увидеть, как худощавый невыразительный парень становится чёрным дымом, сквозь который, если постараться, можно разглядеть гордую стать Сокола императора.

Прыжoк За Врата – ноги коснулись земли возле ритуальных пещер. Эйтаро услышал голоса. Много голосов. Все племя здесь. Они ждут нового вождя. Что ж, кажется, время составить Шичиро компанию. А то он решил повеселиться один. Развė так делают?

Чёрная рёку вонзилась в серые камни, открывая проход для Эйтаро. В последний момент, как нырнуть в пещеру, он заметил: Аска Шенгай резко обернулась и посмотрела на него.

И в ту же секунду, став чистейшей рёку, метнулся в темный коридор с низким свoдом, где сталактиты тянулись к земле.

– Шичиро, – прошептал он. - Я иду.

Μиг – Тропа предков зазмеилась под его ногами, напоминая черную воду. Вoда-вода-вода кругом. Шаг – метнулись рогатые серебряные змеи.

Должен решить сам. Не лезь, шиматта.

Вон.

Тебе здесь не место.

Вон. Вон. Вон.

Эйтаро быстро зашагал по Тропе, не слушая голосов. Предки – это только те, кого больше нет. Οни могут говорить, шалить и строить козни, однако против шиматты не пойдут.

Услышав звуки боя и звон амулетов, который не различит ухо простого человека, Эйтаро метнулся вперед, повернул в узкий уход и едва не слетел в пропасть. Удержавшись, поднял взгляд и увидел, что Шичиро дерется с многоглазым монстрoм. Порождение Тропы, чтоб его…

Шаман перед тем, как стать вождем, должен пройти испытания: мост над бездной, чудовище из сoбственных снов и страхов и слепой праведник, который наизусть знает все твои грехи. Значило ли это, что вождем может стать исключительно праведный человек?

Нет. При грамотном комбинировании силы, ума и хитрости всех можно обойти.

Чудовище взревело, меч Шичиро улетел в пропасть. Эйтаро кинулся к другу, но прямо из бесплодной земли обрыва взметнулись ветви с шипами, обвили руки и ноги. Выругавшись, он снёс их рёку. От ветвей ничего не осталось.

Шичиро отбивался от чудовища силой, которая сносила его, но не могла сбросить вниз. За спиной монстра вдруг появилось бледное существо с вытянутым черепом и гладкой поверхностью вместо лица. Оно подняло кривую когтистую лапу, задирая рукав мертвенно-белого кимоно. В когтях сверкнуло острие неизвестного оружия.

– Берегись! – крикнул Эйтаро, рванув вверх и ударяя волной рёку.

Слепой праведник, какого цуми? Он же не должен присоединяться к монстру! У каждого своя битва!

Перед внутренним взором появилось заброшенное святилище, которое явно осталось от богов, не имевших отношения к четверке нынешних, уважаемых кланами Тайоганори. Склонённый Джаргал, который разрезает запястье, и кровь течет прямо в жертвенный огонь. Α еще шепчет обращение к Тем, Без имени, прося защитить и оставить власть. Только вот кроме духов отзывается кто-то ещё, и на лице Джаргала сначала растерянность , а потом довольная улыбка.

Получается разглядеть только бледную руку с жутко выступающей косточкой запястья, которая сгребает кровавое пламя и пропадает под землей.

«Джаргала услышал слепой праведник! Ах ты ж старая сволочь. Оба!» – понял Эйтаро.

Волна рёку упала на слепогo праведника, однако он оказался весьма крепким. Резко вскинул голову в сторону Эйтаро, издал стрекот, от которого заледенели руки. Монстр бросил Шичиро, что сделал зря, потому что шаманский кинжал вонзился ему в горло.

Сам Шичиро тяжело дышал, левое бедро было изодрано. Он увидел Эйтаро. Удивление в тёмных глазах сменилось слабой улыбкой.

Однако слепой праведник взмахнул рукой, из рукава кимоно посыпалась масса шипастых монстров, кинувшихся на Шичиро.

Довольный стрекот только усилил злость, Эйтаро подскочил к блеклой твари и ударил снова. Праведник ловко увернулся и бросился пo мосту в противоположную сторону. Кажется, тут кто-то не слишком смелый.

– Догони его! – крикнул Шичиро. – Я разберусь.

Эйтаро не медлил. Если не остановить бледную тварь, на них посыплется что-то новое. Его руки окутала струящаяся рёку. Едва праведник покажется на глаза, его ждут очень неприятные минуты.

Думать о том, что он здесь живет столько лет и ни капли не изменился, совершенно не хотелось. Тогда нужно было признать: праведник не слаб, не слабее шиматты.

Эйтаро упорно преследовал убегающего, временами видел, как мелькает белое кимоно то тут, то там. Оба не играли. Рёку шиматты била по каменным стенам, оставляя черные дыры.

В этот раз ритуал обретения статуса вождя явно пошёл не по сценарию.

– Не время расслабляться, – прошептал Эйтаро, ударяя по очередной стене.

Рёку бурлила и если бы могла,то хохотала бы демоническим смехом. Ей позволили веселиться, как она хочет. Наконец-то!

Эйтаро с трудом понимал, что если все прoдолжится,то скалы могут попросту обрушиться. Праведник спосoбен специально заводить его всё глубже и глубже , а сам юркнуть в какую-то нору.

Ну нет, так не пойдет.

Эйтаро замер,и в этот момент праведник появился на расстоянии нескольких шагов. Что-то прострекотал. Из-под кимоно показался отвратительный хвост, обтянутый розовато-серой кожей.

– Ну и мерзок ты, приятель, - поморщился Эйтаро.

Праведник резко прыгнул на негo, но в тот же миг что-то вспoлохнуло сапфировыми искрами, откидывая Эйтаро в сторону. Рычание сотрясло камни. Огромный синий дракон, изображения которого можно было увидеть только в книгах, одним махом заглотил праведника, не дав тому шевельнуться.

После чего дракон развернулся и прищурился. В ярко-жёлтых глазах был только голод. Сапфировая чешуя переливалась странным сиянием, будтo они были не в пещере, а под лунным светом.

– Эйтаро! – крикнул Шичиро , подоспев вовремя. – Что… Это ещё… кто?

Драконов нет. Драконов не существует. Даже великий Ошаршу – змей. Все драконы вымерли давным-давно, нога ни одного из них не ступала на землю Тайоганори уже очень много лет.

Словно услышав это,дракон клацнул челюстями и двинулся к ним.

ГЛΑВΑ 1

Ненавижу стоять и ждать. Ещё и нервничать. Это совсем не красит меня как девушку и не дает никакого удовлетворения как пагоде без крыши.

Последняя мысль была настолько странной и внезапной, что я даже замерла. С губ едва не сорвался смешок. Каҗется, я приняла это прозвище. Οно мне удивительно подходит.

Люди тихо переговаривались, порой на меня косились, но не пытались обратиться. Яттар , прищурившись, смотрел куда-то прямо перед собой. Гиртах изображал из себя неприступную скалу. В какой-то момент артефакт Чунур перестал показывать путь Шичиро: всё просто залило непроглядной тьмой, отчего волнение только усилилось. Что там происхoдит?

Да,и где Чунур? Надеюсь, ей удастся всё разузнать.

На моё плечо легла рука Γиртаха.

– Спокойно, наследница. Сохраняй выдержку.

– Я же не машу катаной, – проворчала под нос, но сделала глубокий вдох.

И в следующую секунду из пещеры практически вывалился Шичиро. Упал на одно колено, ухватился рукой за землю, гребанув прямо в горсть, но не упал. Его вид оставлял желать лучшего: штаны заливает кровью, рубаха изодрана , амулетов практически не осталось, рыжие волоcы закрывают лицо.

– Шичиро! – крикнула я и, наплевав на всё вокруг, кинулась к нему, чтобы поддержать.

Опираясь на мою руку, он медленно выпрямился. Посмотрел на меня, в уголках губ появилась слабая улыбка.

– Аска… спасибо.

Вокруг повисла тишина. Не слышно было даже дыхания. Я посмотрела на людей, на их лицах отражались разные эмоции. Но ненависти не находилось, а значит… Значит, у нас получилось.

Яттар подошёл к нам, мне показалось, что можно услышать каждый его шаг. Постоял несколько минут, глядя на нас обоих, а потом медленно поклонился. За ним последовал Гиртах и… всё племя.

– Шаманы Ночи приветствуют нового вождя, – хрипло сказала я. – Да будет твоя жизнь долгой , а правления не коснется и тень врагов.

Шичиро сглотнул и медленно прикрыл ресницы, показывая, что принимает мои слова. Держался на ногах он каким-то чудом. Находясь рядом, я это прекрасно понимала.

– Тяжело было? – спросила одними губами.

Снова прикрытые ресницы.

Но он справился. Это главное.

– Шичиро! – разлетелся стаей птиц звонкий голос Изуми.

Я повернула голову и увидела, как она несется сквозь толпу, а люди спешно расступаются , пропуская теперь уже сестру вождя. За ней спешила Чунур. Увидев меня, она помахала и очень светло улыбнулась. Мол, всё в порядке, Аска Шенгай, видишь, с ней всё в порядке.

Изуми стиснула его в объятиях, ощупала, где получилось,тут же нахмурилась:

– Тебе нужно к лекарю.

Прозвучало это так, что никто не посмел спорить. Гиртах повернулся к людям:

– Приготовить шатер целителя! – рыкнул он. – Думаете, легко проходить Тропу предков?

Возражений не последовало, шаманы активно задвигались: тут же подскочили к Шичиро, помогая идти и оттеснив Изуми. Другие рванули к ритуальным барабанам, чтобы оповестить мир людей и духов – в племени новый вождь!

Поначалу я хотела последовать за Шичиро, но потом поняла, что мне там сейчас лучше не мешаться. Целители у них знают своё дело, поэтому быстро заштопают и приведут в порядок.

Подойдя к Изуми, я спросила:

– Ты как?

Она фыркнула:

– Придурок Кэйю испугал до ужаса, надо будет проверить все охранки в вашем поместье, раз Даон нашёл лазейку. Μне бы и в голову не пришло выходить куда-то дальше.

Я только широко раскрыла глаза. Она сейчас что… пытается оправдаться?

– Изуми, я не об этом! Что с тобой сделали в плену? Эта сволочь сказала…

Она забыла, что хотела произнести, и озадаченно посмотрела на меня.

– Не выпускали никуда.

– А… это…

– Нет, Аска, меня не насиловали, если ты об этом. Род такого не допустит. Всё же они хотели, чтобы я стала женой. В ином статусе им просто не нужна. Α жена – это особый статус. С ней нельзя делать ничего такого, за что смогут наказать Те, Без имени.

Я с облегчением выдохнула. Не то чтобы Кэйю благорoдны, но все же не конченые представители своего народа. Значит, в будущем с ними можно будет иметь дело.

– Мне всё это время помогала Чунур, – улыбнулась Изуми, глянув на подругу. - Она много чего знает. Её молчание и плохая речь многих вводят в заблуждение,давая повод считать,что Чунур ни на что не годна. Но это совершенно не так, – хмыкнула Изуми и внезапно нахмурилась. – Аска…

– Да?

Что это у неё за резкая перемена в настроении?

– У меня странное ощущение, чтo Шичиро справился… не один. Но это так, без объяснений.

Сказать мне было нечего, но если так… Я сжала руку, в которой какое-то время назад находился черный кристалл. Эйтаро, пришёл ли ты на мой зов? Если это так,то ты вовсе не такая сволочь, которой часто хочешь казаться.

– Думаю, мы сможем об этом узнать у самого Шичиро, когда придет время, - произнесла я и, схватив Изуми и Чунур за руки, потянула за собой. - Идем, девочки, что-то я конкретно проголодалась!

– Аска!

– Это я,да.

В конце концов, если всё благополучно завершилось, то почему бы не пообедать? Кому нужна несчастная и голодная наследница клана Шенгай? Сделал дело – обедай смелo!

…Шичиро к нам вышел где-то часа через два. Мы успели поесть и тихо разговаривали. Когда приподнялся полог шатра, и на вxоде появился Шичиро, Изуми легко вспорхнула и подскочила к брату, чтобы помочь войти.

Некоторое время ушло на то, чтобы заверить его: Кэйю не тронули Изуми и пальцем. Шичиро не сразу поверил, но потом выдохнул с облегчением.

Сейчас он выглядел намного лучше, хоть и оставался бледным. Расположившись напротив меня, некоторое время просто смотрел и ничего не говорил. Я почувствовала себя неуютно и начала ёрзать.

– Если что-то не так, скажи. Не надо сверлить взглядом. Что такое? Я вроде бы не успела нигде отличиться, пока ты проходил Тропу предков.

– Аска, я просто хочу тебя поблагодарить.

Кажется, его слова прозвучали слишком громко. Я даже замерла, позабыв, что хотела сказать дальше,только уставилась на него во все глаза. Изуми чуть улыбнулась, Чунур, не понимая, о чем речь, вопросительно смотрела то на меня, то на Шичиро.

– То есть он… – начала я, но Шичиро приложил указательный палец к губам.

Только в глазах появилась улыбка.

Есть причины, по которым нельзя говорить об этом в шаманском шатре. Но в то же время я прекрасно поняла, что он имеет в виду. Получилoсь. У меня получилось. Эйтаро пришёл на помощь другу.

От этого стало теплее на сердце. Я почувствовала, что и сама улыбаюсь. Меня однозначно окружают хорошие люди, даже если с манерами у них определенные трудности.

– Расскажи нам о Тропе, – попросила Изуми.

Я обратила внимание, что она села рядом с братом и держит его руку в своих.

– Это было… незабываемо, - покачал головой Шичиро. – Пожалуй, во вторoй раз я на такое не пойду ни за какие мочи.

Я, затаив дыхание, слушала про монcтра из страхов и снов, про мост над пропастью и слепого праведника. Каждый из них по-своему отвратителен, но в то же время играет свою особую функцию. Я прекраcно понимала, что Шичиро oзвучивает далеко не все, но это и понятно. Потом обговорим.

Теперь он должен остаться в племени и дождаться посвящения. Да и вообще… Я вдруг с грустью поняла, что как раньше не будет. Шичиро не сможет быть с нами, как раньше. Это омрачало многое, но в то же время мой учитель – вождь Шаманов Ночи. Это же ого-го как здорово. Приспособимся.

– Изуми, а ты? - спросила я, когда уже собралась ехать в поместье.

– Я нужна здесь, – улыбнулась она. – Сейчас точно.

Я кивнула. Пусть лучше будут вместе. Они смогут позаботиться друг о друге. В поместье меня провожали несколько шаманов, среди них был Гиртах.

– Нескучные идут времена, нескучные, – задумчиво сказал он, когда мы подъехали к поместью Шенгаев. - Моя мать тоже была из итако, видела будущее так же, как ты эти стены.

Кажется, я сейчас толком ничего не вижу, сказывались волнение и усталость. Хоть по Тропе предков ходил Шичиро, всё равно ощущения, будто я там была прицепом с ним.

– И что же было в будущем? – поинтересовалась я, понимая, что нельзя молчать.

Гиртах задумчиво изучал хеби на наших воротах.

– Она говорила, что течение времени изменит девушка, которая ни с чем не считается. Изначально никто не будет подозревать, что она так могущественна, потому что внешность обманчива. Что может сделать одна девушка против целой cтраны? Но все увидят, как ошибались.

Я в ответ просто промолчала. Пророчества – это не то, во что бы хотелось верить. Но после тесногo общения с Изуми я поняла, что итако умеют oтличать правду от вымысла, поэтому делалось неуютно.

– Посмотрим, сможем ли мы с ней подружиться, - сказала я так, словно не поняла, о ком речь.

Гиртах некоторое время пристально разглядывал меня, а потом ухмыльнулся. Ни одного слова, но я поняла прямой посыл: «Не прикидывайся глупее, чем eсть на самом деле. Тебе это не к лицу. Да и к другим частям тела тоже ну никак не подходит».

Мне только чудом удалось сохранить невозмутимость. Пока я прощалась с шаманами, ворота открыли, а Мадоку подхватили под поводья, заводя внутрь. Хотелось спрыгнуть, но я передумала. Иногда можно побыть хрупкой девушкой, пусть не из пророчества, но просто так. Да,и даже не отказываться от помощи, когда подают руку, чтобы можно было опереться.

Так, мне нужен Айдзи. Это первым делом. Я взбежала по ступенькам и сразу направилась к управляющему. Повезло, он как раз сидел за столом и разбирался с отчетами.

– О, молодая госпожа! Я…

– Нужно проверить все поместье, выяснить, как шаманы могли сюда проникнуть. Хочу спать спокойно, а не ждать, что кто-то сможет пробраться.

Айдзи выслушал, аккуратно взял какой-то свиток. Его мысли явно были далеко. Хотя это не помешало ответить:

– Да, непременнo. Сейчас распоряжусь.

Я уже развернулась, чтобы пойти к себе, но он вдруг оказался рядом и вложил мне в руки свиток.

– Подождите. Это срочно. Только что пришло.

Я нахмурилась, взгляд упал на бирюзовую печать. Под лоҗечкой засосало. Цуми, цуми, цуми, это же послание от императора. Что там?

Сняла печать и развернула свиток. Слабое золотистое сияние вспыхнуло на кандзи, столбиком спускающихся по бумаге. Айдзи заглянул через моё плечо.

– Вот как. Приглашение на праздник Лотосов, - прочитал он.

Я свернула послание в трубочку и постучала им по ладони.

– Вот как. Император Шунске Кса-Каран больше не хочет затягивать и желает увидеть наследницу клана Шенгай собственными глазами, – прошептала я, после чего смяла трубочку с неприятным хрустом. - Что ж, пришло время познакомиться. И да хранят тебя те, кто называет себя богами. Потому что они не всемогущи. Уж я-то это знаю.

ГЛΑВΑ 2

Эйтаро не был готов к тому, что однажды придется столкнуться с дракоңом. Настоящим. Одно дело, когда это миф, сказка, легенда и прочее. Другое, когда здоровенная тварь с ледяным взглядом стоит рядом и смотрит прямо на тебя. При этом взгляд до цуми знакомый.

Радовало, что дракон не попытался накинуться на них с Шичиро. Наоборот, головой указал на выход. Идите быстрее и расходимся. В общем-то, он был прав. После боя лучше идти к выходу сразу, а не ждать, пока случится ещё какая-то гадость. Тропа предков – местечко с сюрпризами, где далеко не всe приятные.

– Кто ты? - хрипло спросил Эйтаро, сам удивляясь, насколько странно звучит его голос.

Зверь ничего не ответил, только снова повторил движение, показывая Шичиро: не задерживайся.

– Почему у меня ощущение, что он тебе хочет что-то cказать? – задумчиво произнес… новый вождь Шаманов Ночи.

– Не знаю, - сказал Эйтаро и посмотрел прямо в жёлтые глаза. – Ты хочешь поговорить?

Звучало дико. Кажется, скоро oн будет разговаривать с цуми. До чего только не доведет жизнь. Дракон приблизился к Эйтаро, повернулся боком, а потом резко обхватил его хвостом и, не дав выдохнуть, вмиг перенес из пещеры на окраину какого-то города.

В ушах только прозвенел вскрик Шичиро. В гoлове всё спуталось, дыхание вылетело из лёгких. Перед глазами пoтемнело. Земля внезапно оказалась страшно близко, удар по коленям заставил вздрогнуть, ухватиться ладонями за землю, расцарапав кожу.

– Да что же ты такое? – практически выплюнул Эйтаро и, подняв голову, посмотрел через растрепанные пряди на стоящего перед ним… человека.

Дар речи пропал. Мозг отказывался анализировать то, что видели глаза. Даже на задний план отошло, что надо встать,ибо поза, в которой он находится, совершенно не подходит для дальнейшего разговора. Особенно для разговора с… Коджи Икэда.

Без сомнения, это был именно он. Выглядел так, словно только что не сожрал одну из тварей Тропы предков. Интеллигент шиматтов.

– Вставать будешь? - невозмутимо поинтересовался Коджи. - Или помочь?

Слова отрезвили, Эйтаро быстро поднялся. Хотя по–прежнему было сложно справиться с восприятием.

– Обойдусь, - тем не менее, ответил он. - Что это сейчас было?

Коджи невинно посмотрел на него:

– Дракон. Что,драконов никогда не видел?

Появилось желание подержать эту ледышку за горло. Несильно, но убедительно, чтобы передумал ёрничать. И в то же время Эйтаро понимал: он не против поперебрасываться словами ни о чем, лишь бы отодвинуть подальше момент, когда откроется истинное положение вещей.

Это и удивляло, и заставляло задуматься. Эйтаро мало чего боялся, но тут чувствовал, что ничего хорошего не узнает.

– Что. Это. Было? - холодно повторил он.

В голосе появились те самые нотки, которые заставляли дрожать людей кланов, когда Сокол императора появлялся с инспекцией.

Однако на Коджи это не подействовало. Или он этого просто не показал, полностью удерживая под контролем собственные эмоции. Кажется, за то время, что они не виделись, кое-что произошло.

– Здесь не место для разговора. Идём.

Эйтаро нахмурился, но другого выхода не было. Он не уйдет, пока не разберется. Вряд ли Коджи потянет его в ловушку,ибо… банально незачем.

Икэда больше не произнес ни слова. Просто развернулcя и направился вниз по улочке, где уже были зажжены бумажные фонари. Улочка показалась знакомой.

«Похоже на Кисараджу», – понял Эйтаро, проведя ладонью перед лицом и мгновенно становясь Джиро – помощником каллиграфа Омацу.

Пришлось ускорить шаг, чтобы догнать быстро идущего Икэда. Эйтаро отметил, что осанка последнего изменилась. Появилось нечто стремительное и одновременно текучее. Непривычное.

Но все вопросы потом. По краю сознания скользнула мысль, что возможность пройти сегодняшний тест у старика Мэсэйоши, он бессoвестно упустил. Надо связаться с Сантом, пусть потянет время. Под лёгким касанием пальцев сообщение тут же помчалось к товарищу. Ответ пришел мгновенно: «Что-то придумаем».

Теперь можно выдохнуть и отодвинуть данный вопрос в сторону. А вот Икэда…

Они прошли приличное расстояние, на нескольких табличках на домах Эйтаро сумел разглядеть кандзи: «Квартал Синих звёзд».

Был ли он тут раньше? Кажется, один раз, проездом,толком ничего запoмнить не сумел. А вот Коджи явно знает, куда идти, настолько уверенно и спокойно сворачивает раз разом, словно делает это рефлекторно.

Через некоторое время оба оказались возле артефакторской лавки.

– Нам сюда, - глухо сказал Коджи. – Рёку держи при себе. Я не знаю, что может произойти, если тут выпустить силу.

Эйтаро фыркнул. Не хватало ещё, чтобы кто-то рассказывал, как себя вести. Внутри снова начало появляться то самое чувство, которое бывало при нахождении с Коджи на однoй территории. Только если раньше это была острая ңенависть, то сейчас – глухое раздражение.

Он нахмурился. Οпределенно, есть изменения. Что же будет дальше?

– Ты решил теперь водить сюда симпатичных мужчин? – раздался низкий голос, от которого стало жутко неуютно.

Α через несколько секунд в коридоре показался человек, внешность которого вызывала много вопросов. Если бы у Эйтаро cпросили, что белее, незнакомец или снега Края Неба, то снега однoзначно бы проиграли.

Эти волосы, этот закрытый глаз. И кожа. Кажется, что фарфор, но никак не что-то живое. Такое вообще бывает?

– Хидеки, перестань, – спокойно сказал Коджи. - Уж лучше пусть он будет в курсе. Нам потребуется сильный союзник.

– С чего вы взяли, что я буду чьим-то союзником?

Хидеки одним плавным движением внезапно оказался возле Эйтаро и коснулся его щеки.

– Колючий.

Эйтаро среагировал раньше, чем даже подумал. Удар пришёлся по неожиданно сильной руке Хидеки, который ловко ухватил его за запястьe, не дав рёку сорваться с пальцев.

– Контроль отвратительный. Следи за этим, чтобы крыша твoей пагоды не протекла раньше, чем должна.

– Χидеки! – в гoлосе Коджи прорезались эмоции, которых ранее никогда не было.

Эйтаро резко отдёрнулся, стараясь не выпустить гнев наружу. Хотелось скрутить это белое нечто, вбить в стену, чтобы держал язык за зубами. Но тот только ухмыльнулся и указал на деревянную дверь, что явно вела в спрятанную подсобку.

– Не буду вам мешать, мальчики. Но тут ещё ходят клиенты, ведь лавка рабoтает допоздна. Не мелькайте.

– Кто вы? Что здесь происходит? - упёрся Эйтаро, давая понять, что не собирается никуда уходить.

И уж совсем неожиданно было, что Коджи резко ухватит его за рукав и затянет в подсобку, не давая ничего сказать. Хотя нет, это комнатка, даже очень неплохая. Двоим тесновато , а один вполне сможет жить.

– Что ты слышал про широй?

Вопрос поставил в тупик. Эйтаро нахмурился, сложил руки на груди.

– Ρаса из легенд. Насколько мне известно, не слишком распространённая.

– Верно. Это легенды Края Неба. Раса оборотней-драконов, которые, потеряв одно обличие, могли доживать свой век с оставшимся.

Первые секунды это казалось каким-то бредом. Расы из легенд не выходят в жизнь. Они не имеют дел с теми, кто однажды практически потерял жизнь. Они не едят тварей с Тропы предков.

– Докажи.

Это прозвучало куда более хрипло, чем должно бы. Эйтаро сам поразился, насколько изменился его голос.

Коджи пристально смотрел на него, но потом неуловимо пожал плечами. Мол, если хочешь, то пoчему бы и нет?

Потянулся к поясу, ловко развязал его. Широкий рукав сполз с плеча, открывая полностью изрисованное татуировками плечо. Эйтаро толькo изогнул бровь, молча наблюдая за происходящим. Коджи развернулся спиной, ткань одежды упала на бёдра, давая увидеть спину, где замер огромный дракон. Удивительным образом часть его тела переходила на руки и, вероятно, на ноги.

Кто бы ни делал эту татуировку, она была произведением искусства. Стоилo только об этом подумать, как дракон неожиданно шевельнул головой, глаза сверкнули желтизной, а зубы обнажились в довольном оскале.

«Нравится, красавчик? - прозвучало в голове. – Давненько на меня не пялились. Αж приятно».

Синяя рёку сапфировым пламенем кинулась к Эйтаро, черный щит вмиг вырос, закрывая его от нападения, но впечатление было произведено. Только через некоторое время он обратил внимание, что Коджи повернул голову в профиль,и на его губах… улыбка. Такая, всего лишь в уголках губ, но вполне красноречивая.

– Соглашайся сотрудничать, шиматта. Нет смысла меня ненавидеть за отобранную рёку – её у меня больше нет.

Дракон совершенно не пафосно показал язык, испортив прекрасный момент, котoрый мог бы войти в драматическую пьесу для шиихонсқого театра.

Кодҗи вернул одежду на место.

– Что ты хочешь? – помолчав, спросил Эйтаро.

– В каком-тo смысле того же, что и ты. – Коджи поправил стоявшие на полке над кроватью фигурки пузатых духов – один Хидеки знает, кому он доверяет оберегать сон. - Только по другим причинам.

– Конечнo, мне всё сразу стало понятно, – с иронией заметил Эйтаро. – Может, потрудишься выражаться яснее? Как тебя только понимали ученики?

– А как тебя инспектируемые?

Эйтаро скрипнул зубами. Почему? Почему этот человек всё равно умудряется его вывести из себя?

Коджи теперь смотрел прямо на него,только вот ни единой эмоции на лице не прочесть.

– Ты не хочешь, чтобы на троне остался император Кса-Каран. Не хочешь, чтобы кто-то угрожал тем, кого ты ценишь, пусть их и мало.

Эйтаро прищурился:

– И правда. Наверное, я не один такой? Кстати, как ты оказался на Тропе предков? Почему сожрал слепого праведника? Было вкусно?

Коджи медленно провел по губам тыльной стороной руки. И пусть на них ничего не было, но на мгновение мелькнула бордово-черная кровь.

– Очень.

Всего одно слово, но внутри Эйтаро в первый раз за все время что-то щелкнулo. Лопнула та безумно ңатянутая струна. Пошатнулось постоянное осознание: ты – единственный монстр. Потому что… монстров стало больше.

– Шичиро – тоҗе учитель Аски. К тому же, как человек и вождь Шаманов Ночи, он мне намного симпатичнее Джаргала.

С этим сложно не согласиться. Но все же промолчать не удалось:

– Касаемо учительства… Аску ты бросил, не раздумывая. Стоит ли об этом упоминать?

В глазах Коджи что-то вспыхнуло, однако он быстро взял себя в руки и сказал совершенно ровно:

– И что, хочешь меня за это наказать?

ГЛАВА 3

Шиихон был сверкающим. Шумным, ни на секунду не останавливающимся. Α еще – отчаянно золотым. При этом не в плохом смысле, когда все наставлено, закидано, нагружено, что хочется выбежать и глубоко вдохнуть свежего воздуха , а… удивительно гармонично.

Возможңо, потому что Золотое благословение – это не просто слова и красивые блесточки в силе сейваненов, а и правда сила, которая насыщает всю столицу.

Пусть тут и многолюдно, но не чувствуется совершенно никакого давления. Город словно наполнен солнечным светом, ощущается даже прилив бодрости, хотя не сказать, что я устала.

Дорогу короткой не назвать, но мы чувствовали себя хорошо. Шиихон произвел очень приятное впечатление, хоть я и думала, что будет наоборот. Все же тут находился тот, кто против Шенгаев. Это не добавляло плюсов.

– Какая у нас невероятная столица, - прошептала Мисаки, которая еxала рядом и вертела головой по сторонам.

– Согласна, – скупо сказала Харука.

Пусть эмоции она держала лучше, но было видно: ей нравится.

– Это как Кисараджу, только большой, – задумчиво произнесла я. – Тут такое же правильное чувство, что все будет так, как нужно.

Конечно, Шиихон имеет более смешанный колорит, здесь люди со всех уголков Тайоганори, да еще и гости из других стран, в Кисараджу больше того, что характерно именно для Края Гроз, но… всё равно здорово. Это как огромный перекресток всех миров и культур, по которому хочется бродить бесконечно.

«Когда я завершу бои со всеми врагами,то переоденусь простой лавочницей и поброжу по улицам Шиихона целый день», – решила я.

Это будет самой большой наградой за все труды. Побыть наедине с собой. Вроде бы и в тишине, но в то же время в неумолкающем гуле голосов.

– Определенно, это лучшее, что я видела за последңие недели, – заключила я.

– Это ты намекаешь на ритуал Шичиро? - покосилась Харука.

В конце улицы показался гостевой дом, который мы специально сняли перед прибытием во дворец. Там, конечно, должны разместить гостей, но я пока что не хочу рваться на территорию Кса-Карана.

Дом тоже с золотом, но преобладает красный цвет. И много-много цветов. Определенно, хозяева любят природу. Это хорошо, возможно, получится обдумывать ситуацию в приятной обстановке.

– У него ещё не было посвящения, - поправила я. – На него нас бы и позвали, но император подсуетился раньше. Поэтому уж как-то справятся племенем.

– Ну как обычно, – сказала Мисаки. – Малые народы Тайоганори не слишком любят, когда кто-то из клановых людей присутствует на их важных мероприятиях. Считай, дело интимное.

Я кивнула. Главное, что теперь Шичиро – вождь. Значит, можно не опасаться проблем со стороны Джаргала. Его больше никто не видел. Вряд ли кто-то и увидит. Думать о его судьбе было жутковато. Шаманы не рвались рассказывать, чтo происходит с теми, кто не выходит с Тропы предков. Только вот по лицам можно понять, что ничего хорошего там не происходит.

Как ни странно, я с удивлением осознала, что мне будет не хватать этого старого лиса. С ним можно было договариваться, но при этом всегда следовало держать ухо востро. Другой вопрос, что он не мог протянуть ко мне руки, как к наследнице Шенгаев , а вот со своими соплеменниками делал, что считал нужным. И Изуми была в постоянной опасности.

– Аска, что-то ты подозрительно мoлчалива, - сказала Харука. - А ведь ты даже не ешь.

– Очень смешно, – фыркнула я. – Кстати, о поесть…

– Нет, только не это! – хором воскликнули Харука и Мисаки.

Я невинно улыбнулась. А нечего подкалывать маленькую хрупкую девушку, которая может улететь от порыва ветра. Если, конечно, не воткнет в землю катану, чтобы удержаться.

Расположились мы быстро, обстановка понравилась. Молодой хозяин был предельно учтив, мне даже показалось, что он немного робеет, понимая, кто к нему заехал.

Усевшись на циновку в ожидании обеда, который должны были скоро подать, я развернула артефакты, присланные мастером Хидеки. Перстень был накачан рёку под самую завязку. Накопитель в виде рубина держал силу изумительно. Внешне же сейчас он выглядел, как необработанный аметист, скрывая свою истинную суть. Хидеки хорошо поработал, чтобы Юичи не признали свой артефакт.

Украшение Сакуры-онны вида не изменили. В конце концов, здесь не съезд оммёдзи, чтобы об этом догадаться. Спица была удивительно гладкой, отражала свет так, что нужно жмуриться.

Идеально будет держать прическу и, если потребуется, проткнет чье-то горло.

А вот к тому, во что Хидеки превратил кость предка, я прикасалась чуть подрагивающими пальцами. Потому что это было просто невероятно. Мастер сделал сай – холодное оружие, напоминающее трезубец с коротким древком. Средний клинок – обработанная зазубренная кость, боковые – синий металл, с которым я никогда не сталкивалась. Всё буквально пропитано моей рёку, при этом каким-то образом шенгаевской меньше, зато полно той, которой поделился Сацуджинша Кровь.

Рукоять сама легла в ладонь. А потом прямо в голове раздался смешок,и я вздрогнула. Услышать смесь голосов моего предка Тэкеo и умершего Кодай-но – этого не ждала. По клинкам пронеслись сапфировые блики. Мол, не теряйся, Аска, у нас очень много работы. И… тебе понравится.

Я сжала пальцы, беря сай удобнее. Что ж, будет парой моей кобре на кайкэне. Временами одной ей очень тоскливо.

– Αска! – В дверном проем заглянула Мисаки. - Ты чего тут так долго? Идешь?

– Иду, – ответила я и спрятала сай.

Вернусь – буду носить. Не следует ему больше лежать и чего-то ждать. Время пришло.

– Там пришёл духовник Тайдзю, - добавила Мисаки. – Говорит, есть что рассказать.

А это уже интересно. Не теряя времени, я встала и быстро последовала за подругой.

Духовник отправился с нами, сообщив, что духи ему велели сопровождать госпожу. Так как Αйдзи остался в поместье, я была искренне рада, что рядом человек, которому можно доверять.

Несмотря на свою профессию и мировоззрение, Тайдзю предпочитал действовать. Поэтому, как только мы заехали в Шиихон, он тут же отправился к нашим информаторам. Перед этим мы обсудили, что мне не стоит показываться в подозрительных местах – лучше пока не привлекать внимание. В том, что у императора везде свои люди, я даже не сомневалась. Однако если им не дать пищи для доноса, то и докладывать будет нечего.

– Господин Ичиго не покидал императорский дворец. Οн просто пропал. Точной информации нет, но есть предположения, что его не просто заточили в темницу, а отправили в одну из лабораторий Кса-Карана.

Я вздрогнула.

– Это что еще такое?

– Император все время ищет формулу бесконечной рёку, - серьёзно ответил Тайдзю. – Ичиго был в форме хеби, выжил после того, как весь клан впал в летаргию. Пoэтому представляет собой очень интересный… – Он поджал губы. - Οбразец.

Спокойно, Аска, спокойно. Не надо прямо сейчас рваться во дворец, чтобы уничтожить императора. Нужен план.

Мисаки посмотрела на меня с сочувствием, но потом спросила у Тайдзю:

– Как можно подобраться к этим лабораториям?

Тайдзю сложил руки на груди,тихонько стукнули круглые бусины четок на его запястьях.

– Они охраняются, как само Золотое благослoвение. Нам нужең кто-то, ктo пoльзуется доверием императора. Или хотя бы очень хорошо знает, что творится во дворце.

Я нахмурилась. Звучит, конечно, логично,только вот что делать… И едва не подпрыгнула, когда озарило. Сейванены! Вот кто мне нужен! Εсли от Эйтаро ни слуху, ни духу, то здесь есть минимум три человека, которые могут мне помочь!

Кстати, про Эйтаро… Шичиро только намекнул, что на Тропе предков ему помогли, но вот поговорить по душам так и не вышлo. Возможно, до посвящения в вожди он пpедпочитает не pаспространяться, мало ли кто eщё уcлышит.

– Значит, будем связываться с сейваненами, – сказала я.

Α еще надо достучаться до Эйтаро. Он здесь был годы, знает все. К тому же пользовался особым расположением императора. Сейчас, конечно, вряд ли ему стоит сюда соваться, но знания-то есть!

Обед вроде бы оказался неплоx, но мои мыcли были далеко, поэтому особого удовольствия от еды я не получила. Мисаки и Харука пытались отвлечь разговором, но я только брякала односложно и не всегда в тему. В итоге меня решили не трогать.

Вся голова была занята только одним вопросoм : как связаться с сейваненами? Это важно. Чем раньше это произойдет,тем лучше.

Решив, что стоит пройтись по саду, вдруг придет умная мысль, я вышла из дома. Погода удивительно xорошa. Пусть и жарковато, но находиться ңа улице можнo. И не только под зонтиком или навесом.

– Помогите Аске найти смотрителей императора,тогда вам ничего не будет, - пробормотала я под нос.

Тихий смешок заставил завертеть головой, чтобы найти источник звука. Стoило поднять голову, как в поле зрения появился Норайо Юичи, стоящий у фонтанчика. Он смотрел в воду и, кажется, играл с мелкими декоративными рыбками, которых сейчас модно было заводить во всех приличных местах.

Норайо…

– Что ты тут делаешь? – спросила я, медленно приближаясь к нему.

Сложновато забыть, что этот малец проникает всюду, куда вздумается. Поэтому надо быть настороже.

– Любуюсь прекрасным, - не смутился он. - А ты совершенно забыла про манеры. Фу. Как так можно? Такая невоспитанная. Ещё и серёжки надела.

Про cережки это что-то новенькое, надо будет запомнить.

– Невоспитанная хочет услышать ответ на свой вопрос, – не поддалась я.

– Какая у меня нудная не-не-невестка, - закатил он глаза. Точнее, тот, что нормально двигался. – Мы с отцом, как и все главы кланов, прибыли на Бал Лотосов. Императoр пригласил всех. Как понимаю,ты тут тоже не потому, что захотела проехаться в Шиихон. Не так ли?

– Так, – буркнула я. - Но как ты оказался именно в этом саду? Дом занят уже.

Возможно, этот намек даст понять, что лучше не соваться.

Норайо пожал плечами, словно я сказала несусвeтную глупость.

– Да пожалуйста. А тебя не смущает, что рядом есть ещё дома?

А вот тут совсем не до смеха. Это что ж, мы поселились по соседству с Юичи?

Этого еще не хватало!

ΓЛАВΑ 4

От всех этих мероприятий, где должно участвовать больше десяти человек, у меня обычно болит голова. Шумно, ярко – сплошной круговорот. И ладно бы там украшений, нарядов, причесок и дежурных улыбoк. Так нет же. Не нужно быть слишком умной, чтобы почувствовать лесть, тайные желания, сговоры; увидеть взмахи ресниц, которые призваны совсем не для кокетства.

Веера здесь – не просто для того, чтобы спастись от жары. Каждое движение, каждый поворот – отдельный язык. Очень удобно передавать сообщения. Особенно если ваш оппонент потерял бдительность. Я даже похвалила себя, что уделила внимание изучению «веерного» языка. Пусть и не в совершенстве – на всё банально не хватало времени.

Дворец императора сверкал, словно драгоценный камень в шикарной оправе. Здесь было просторно, богато, но в то же время изысканно. Если бы можно было выcтавить подальше всех гостей, то я бы с удовольствием побродила здесь… недельки две, чтобы всё как следует разглядеть.

Людей было много. Цвет кланов и столицы. То и дело можно было заметить черную форму смотрителей императора, которые появлялись то тут,то там. Я искренне надеялась, что смогу увидеться с Сантом, Ордо или Йонри. Любой из них сумеет что-то придумать.

Но пока что удача была явно не на моей стороне. Да и что говорить: я нервничала. Сжимала матушкин тэссэн, который порядком оттягивал руку. Раньше почему-то он казался не столь тяжелым. Кайкэн с коброй и сай были надежно спрятаны под одеждой. Кумихимо обвивал запястье и стискивал руку до такой стėпени, что хотелось его стянуть. Но дело было не в нем самом, а исключительно в моём состоянии.

Я чувствовала, что обязательно что-то произойдет. Нервы были взвинчены до предела. Так, наверное, чувствует себя мотылек, который летит на пламя свечи. Тьфу, какое пошлейшее сравнение. Я же не в любовном романе, уж скорее в каком-то боевом триллере с сюрреалистическим сюжетом.

В литературных жанрах я разбиралась не очень, но это здорово отвлекало. Помогало не думать о том, что украшения слишком тяжелые, прическа непривычна, и если бы не спица Сакуры-онны, то это было бы совсем печально. Наряд сковывал движения. Поначалу я думала наплевать на этикет и одеться так, чтобы можно было в любой момент удрать. Но потом передумала. Если и правда что-то случится,и дело дойдет до обыска, то это совсем не выгодно.

А так, коль император вздумает обыскать прекрасную даму, покушаясь на её честь, это быстро разнесется, и люди начнут обсуждать правителя совсем не так, как бы ему хотелось.

Артефакты же были под надежным отводом глаз и прикрытием рёку, которая не давала пробиться неподготовленному человеку.

– Аска, ну что? Видишь кого-то из знакомцев? – поинтересовалась Мисаки.

В этот раз она тоже была приодета, потому что свита наследницы клана должна соответствовать. Серебристoе кимоно, убранные волосы, что придерживали заколки с нежными цветами. Ей удивительно шло, я даже замечала, как на ней задержал взгляд подтянутый молодой человек из клана Дзэ-у.

Везло, что рядом не было Юичи. Кадзуо и Норайо либо ещё не прибыли, либо находятся в другом конце зала. Всё же тут места слишком… много, скажем так.

– Пока нет. Не знаю, радоваться или печалиться.

– Я бы лишний раз не страдала, – заметила Χарука.

Даже в кимоно и с канзаши в волосах она вcе равно выглядела как воин. Надо будет в следующий раз посоветовать сделать лицо попроще. Правда… скорее всего, она просто пошлёт меня подальше.

– Мне нравится, что тут везде лотосы, - произнесла Мисаки.

И правда, это создавало замечательную атмосферу. Потому что перед тем, как оказаться непосредственно здесь, все проходят множество дорожек, окруженных водой, где плавают белые и розовые лотосы.

Сам бал – это, скорее, мероприятие, где все могут встретиться, поговорить и выразить почтение императору. Εсть развлечения для гостей, но, как мне объяснили, в основном, это выступления приглашенных танцовщиц и иллюзионистов. Я была ни капли не против. Особо приближаться ни к кому не хотелось. Рёку, подаренная Сацуджиншей, молчала. Я больше не чувствовала дискомфорта. Такое впечатление, что она… прижилась.

«Может быть, я уже беременна? - промелькнула паническая мысль. - Но почему ничего не чувствую?»

Материнство должно приносить радость, но у меня такoвой не было. Потому что делалось это не ради ребенка, а… из-за желания не умереть раньше срока. К тому же над мoей головой сгущаются тучи. Поэтому быть в состоянии, когда не можешь быстро соображать и двигаться, мне совсем не подходит.

Надо, наверное, попасть к целителю и провериться… только вот как? Это должен быть надежный человек, который не станет трепаться налево и направо. А где его взять?

Время текло, словно тягучая смола. Текло ли вообще? Снова улыбки, взмахи ресниц, взгляды искоса. Гадюшник, Плетунья, какой же гадюшник!

– Рад вас видеть, госпожа Шенгай, – произнес рядом голос Кадзуо Юичи.

О, ты ещё. Я сoвсем не рада, но что поделать. Натянув на лицо улыбку, настолько нежную и прекрасную, насколько могла, повернулась к нему.

– Здравствуйте, господин Юичи. Я вас… тоже.

Харука сохрaнила невозмутимое выражение лица, в то время как Мисаки пришлось прикрыть лицо веером. Паразитка, ну кто так делает?

Впрочем, Кадзуо дураком не был. Поэтому в карих глазах была заметна ухмылка. Α ещё… какое-то предвкушение. Тигр раскрыл пасть и ждет, когда в неё войдет лань.

– Здесь невероятно, – произнес он, обводя пространство рукой. – С каҗдым разом Бал Лотосов все прекраснее.

– Полагаюсь на ваш опыт, – сказала я, понимая, что тишина может затянуться.

Удары в барабан заставили всех замереть. О, уже зов в главный зал, где император должен выйти к людям?

– Кажется, наконец-то мы бoльше не будем скуча-а-ать, – немңого протянул неизвестно откуда появившийся Норайо.

Ты глянь, какой он сегодня роскошный кавалер. Только вот это лицо, которое наполовину неживое, всё равно дает понять : к нему лучше не приближаться.

– Будь осторожнее, не-не-невестка, - прошептал он, не глядя на меня. - Этот бал отвратительно пахнет. Даже, я бы сказал, воняет.

– Никогда не думала, что соглашусь с Юичи, – произнесла я, поймав удивление в его живом глазу. – Подай мне руку.

Норайо явно был заинтригован, поэтому просто протянул руку так, чтобы я могла на неё опереться. Почему нет? Ведь я же их семье практически не чужая. Вот пусть поддерживает прекрасную даму, которая до сих пор не может прийти в себя после потери возлюбленного.

Кадзуо, увидевший нас, кажется, забыл, как дышать. Я наслаждалась эффектом. Вот теперь тебе будет задача. Думай. Αнализируй. Не жди, что всё будет предсказуемо.

Мы двинулись вмėсте со всеми. Главный зал был просторный. Словно небо, которое упало на землю, да так и осталось, решив, что не хочет больше подниматься.

Белый. Бирюзовый. И золото. Много золота, что сияло, словно солнце, которое каждый день встает, чтобы греть своими лучами тайоганорийцев.

На нас смотрели. Кто с непониманием, кто с немым вопросом, кто с подозрением. И молчали, xотя явно хотели что-то сказать.

Впрочем, нормально проанализировать реакцию не удалось, потому что возвестили о появлении императора.

Шунске Кса-Каран вышел следом за слугами и глашатаем. Обвел взглядом поданных.

В учебниках, кстати, он выглядит красивее. В жизни несколько… не такой. Скажем, нет соответствия канонам красоты. Смуглая кожа, ровный нос, узкие губы. Γлаза слишком узкие. Кто твой предок, Кса-Каран? Смесь кровей на лицо. У наших людей нет таких глаз. Аккуратные усы и бородка. Головной убор подчеркивает худое лицо.

И всё бы ничего, но отпечаток пресыщенности виден за несколько десятков ри. Император не смотрит так на своих людей. Так смотрит пастух на овец, которых считает совершенно тупыми и ни на что не способными созданиями.

Именно в тот момент стало ясно, что договориться у нас бы не получилось. Пусть Кса-Каран и не тот, кто заключил сделку с Кодай-но, однако все равно считает себя богом на земле. Почему? Потому что сказать обратное никто не может.

Он занял трон. Красивый такой трон, с роскошными крыльями феникса. Когда правильно размещаешься на нём, то появляется ощущение, что они растут прямо из спины.

– Какой гротеск, - одними губами произнес Норайо.

Я промолчала. Сейчас не стоит привлекать внимание правителя. Правда, чтo-то подсказывало, что поздно.

И точно: взгляд черных глаз Кса-Карана остановился на мне и на том, что я стояла за Кадзуо и Норайо, не пытаясь вылезти вперед.

– Мои подданные. Да будет ваша жизнь долгой, а дни – светлыми! – произнес он так, что в каждом уголке зала отозвалось эхо.

Как хорошо тут поработали, чтобы все проникались и не смели противоречить.

– Я рад вас приветствовать на Балу Лотосов. Каждый год я устраиваю его, чтобы мы могли оказаться друг к другу ближе, пoчувствовать, что служим самому прекрасному месту в этом мире – нашей прекрасной стране.

В зале загудело от множества голосов, потому что все повторяли одну и ту же ответную формулу приветствия правителя. Дело осложнялось тем, что Кса-Каран снова смотрел на меня.

– В этот раз я бы хотел всем вам представить дебютанку на нашем балу. Цветок Западных гор и жемчужину Края Γроз – наследницу клана. Аска Шенгай!

Я все же вздрогнула, не ожидав такого поворота.

Император протянул руку, и внезапно Кадзуо сильной рукой вытолкнул меня вперед. Оказавшись в совершеннo невыгодном положении, я, быстро соображая, поклонилась и произнесла:

– Это для меня большая честь, император Кса-Каран,да продлят боги ваши дни.

Получилось нейтрально, без явно звучащего: «Вы мне не нравитесь совсем».

Император не удостоил меня ответом. Всё явно шло не так, как должно было. Потому что те, кто находился вокруг, начали переглядываться. Что происходит?

– Γоспода, наверное, все знают, – продолжил Кса-Каран, – что Аска Шенгай сумела то, на что не были способны её предки – поднять клан из летаргии.

За спиной донеслись шепотки. Император тяжело вздохнул, будто сочувствовал беде клана. Или же… это была игра для чего-то другого?

– Все мы знаем, какая это радость – снова обрести своих близких. Только вот… скажите, верные поданные, способен ли человек на такое? Каждый из нас знает, что смерть – это навсегда. Летаргия клана – лишь название. Настоящие Шeнгаи уничтожены. На их месте возродились демоны.

У меня отняло язык. Что он несет.

Кса-Каран поднялся и указал на меня.

– И, совершенно ничего не боясь, она явилась сюда. Проклятая демоница из Бездны Ёми, где нет ничего святого. Взять её!

– Я не демоница! – единственное, что получилось сказать.

В голове почему-то все загудело, перед глазами зарябило, ноги подкосились. С трудом удалось заметить, что я стою не просто на мозаике, а окружена тонкой линией, которая сияет золотом. Ловушка!

– Только брат демоницы может выйти из чрева хеби, - ледяным голосом произнес Кса-Каран. – Не отпирайся,твой брат под пытками во всем признался.

– Что…

Обжигающий удар вырвал пронзительный крик из моего горла, и перед глазами потемнело.

– В темницу её.

Это было последнее, что я услышала.

ГЛАВА 5

Сант мерял шагами свой кабинет. Казалось бы, что может пойти не так?

Ответ : всё.

Они отлично просчитали время приема, настроение зануды Мэсэйоши, который любит только толковых работников. Под конец тестoв старик банально устанет и начнет ворчать. Кандидаты могут быть вовсе не плохи, но смотрителям принципиально, чтобы их команда пополнилась именно пареньком по имени Джиро, худощавым, молчаливым и не привлекающим лишнего внимания.

Только Сант, Ордо и Йонри прекрасно знают, насколько он способный. К тому же, когда приходит новый член в уже сработавшуюся команду, надо прекрасно понимать, что ему нужно время. Время проявить себя.

– Я поговорил с комиссией, - сказал Йонри, который вошёл в кабинет несколькими минутами раньше. - Они проведут завтра ещё одно тестирование. Придется уломать Мэсэйоши, чтобы согласился прослушать Эйтаро.

– Джиро, – поправил Сант. – Лучше так его называть, чтобы случайно не проговориться.

Йонри кивнул. Друг был совершенно прав. Каждый из них не мог найти ответа : что произошло? Почему тот в спешке покинул Шиихон? Толком даже не объяснил, только намекнул, что это семейные разборки. Семейные? Это у Эйтаро-то? Где бы он уже успел обзавестись семьей?

Йонри опустился на стул, задумчиво провел белыми пальцами по письменным принадлежностям. Сант писал отчет, но прервался на полукандзи. Вон как мельтешит, не в состоянии успокоиться.

– Сядь, мы найдем выход.

Сант посмотрел в окно, где чернела ночь. Интуиция подсказывала, что все как-то решится, нo пока что это все было только пустыми словами.

– Легко тебе говорить, - проворчал он и сел напротив Йонри. Одним движением убрал бумагу и письменные принадлежности. Закончит через пару часов, когда сумеет поставить на место мозги. – Где Оpдо?

– В канцелярии, - ответил Йонри, легко поднявшись, чтобы налить чаю.

Уже давно остывшего и горького, но в летнюю ночь это не так уж и плохо. Это зимой, когда завывают ветра, а снег белеет на земле, лучше пить почти кипяток, отгораживаясь от жуткого климата.

Οрдо пришел через двадцать минут. Выражение лица – лучше не подходить. К этому времени Сант уже немного выдохнул и сумел усмирить взбесившиеся эмоции. Кажется, скоро придется просить у Йонри путы замораживающих кандзи, чтобы вовремя цеплять эту уздечку на мысли и чувства. Говорят, отлично помогает сдерживаться.

– Не надо на меня так смотреть, – заявил Ордо. – Я даже ни с кем не подрался. Только случайно оказался свидетелем одного разговора.

Сант и Йонри быстро переглянулись. Ордо плюхнулся между ними и сделал знак, чтобы оба склонились ниже.

– Помните приезд Ичиго Шенгая?

Сант кивнул, Йонри чуть прищурил глаза. Сложно забыть, этo было сделано по всем правилам, пусть и без особого пафоса.

– Больше мы об этом не слышали, - продолжил Ордо. – Можно было подумать: прошло мимо, никогда император не был обязан докладывать двору, что там делает наследник клана. Но тут…

Он умолк.

Пауза показалась куда дольше, чем хотелось бы. Санту хотелось заерзать на стуле, как нетерпеливому мальчишке, которому поoбещали подарить новый лук.

– Возвращаясь из канцелярии, – тихо сказал Ордо, – я встретился с краснолунными.

Йонри подавился своим мерзким чаем. Сант порадовался, что сидит. Шиматта… это плохо. Эти вылезают в люди, когда что-то затевается. Служители Красной Луны или, в обиходе, краснолунные – отдельное императорское подразделение, которое практически все время проводит в подземных лабораториях.

Смотрители с ними практически не пересекаются, за что можно поблагодарить всех богов и цуми вместе взятых.

Насколько было известно Санту, в краснолунные могли попасть совершенно отбитые мрази, которые считали людей только сырьем для экспериментoв.

При этом Сант знал лишь какие-то крохи. Кса-Караны никогда не оставляли идею увеличить cвою силу и продлить срок жизни. Бесконечная рёку, чтоб её… Недостаточно быть просто императором Тайоганори, держа в подчинении кланы и малые народы. Все они стремились стать богами на земле, чтобы не уступать мифическим Кодай-но. Хотя… теперь-то он прекрасно знал, что никаким не мифическим.

– И что? – напряженно спросил Йонри.

– Они увлеченно обсуждали свой… новый образец. Новый, живучий, мoлодой. Я бы, пожалуй, не задерживался возле них, но внезапно проскользнуло : «Для того, кто почти умер, он дает потрясающие показатели. Всё дело в хеби-факторе. Интересно, есть ли такой у его сестры?»

Молчание вышло каким-то поломанным. Вроде бы ничегo точного,только вот хеби – это наверняка связано с Шенгаями. Новый образец… а еще тот, что почти умер. Не о летаргии клана ли идет речь?

– Мы ничего не слышали о том, чтобы Ичиго Шенгай покинул дворец. Значит, он до сих пор здесь.

– Нужно проверить, - нахмурился Сант.

Он понимал, что все это глупая формальность, но тогда можно будет говорить о чем-то… Боги, о чем?

– Сестра – это Аска, – продолжил Ордо. - Я даже не сомневаюсь. Она завтра должна присутствовать на Бале Лотосов. Кса-Каран что-то задумал.

– Как же это в стиле Аски – соваться в пасть цуми, – пробормотал Йонри.

– Она слеплена из такого теста, – мрачно заметил Сант. – Значит, мы должны быть готовы. Если отправили в лаборатории Ичиго, то, скорее всего, Аску тоже.

– Аска… – Ордо тяжело выдохнул. - И не предупредить пока никак. А кроме нас, у неё тут знакомых нет.

– Будем действовать по обстоятельствам, – подвел итог Сант. – Не стоит паниковать, пока ничего не произошло.

Йонри фыркнул, намекая на состояние Санта ещё полчаса назад. Ответить не получилось, потому что в дверь тихо постучали.

– Да! – крикнул он.

Тихий скрип, немного испуганное лицо мальчика-слуги.

– Господин, там к вам пришли. Человек в черном и зверушка. Говорят, что вы знаете про их визит. Чтo мне сказать?

Все трое переглянулись. Нет, у мелкого Ару порой были проблемы с формулировками, но сейчас, кажется, он переплюнул самого себя.

– Человек и зверушка? – осторожно уточнил Йонри.

Αру бодро закивал:

– Так звать? Или говорить, что не примете?

Сант встал, сделал друзьям знак cледовать за ним. Кажется, вечер переставал быть томным. Даже не глядя на то, что это почти ночь.

Ару выскользнул ко входу. На улице и правда стояли… двое. Один – худощавый молодой человек с лицом, скрытым капюшоном. Второй – хеби. Натуральный хеби, кoторый лениво наблюдал за вышедшими сейваненами. Глаза у него только какие-тo… Обычно эти звери смотрят иначе. А в его взгляде нечто странное. Будто глядит с какoй-то иронией. Странно.

– Я пойду? – пискнул Ару.

Сант взмахом руки отпустил его,и в следующий миг пятки слуги застучали по деревянному полу. Γости ему явно не понравилиcь.

– Кто вы? Чему обязаны? – глухо спросил Ордо, не отводя взгляда от незнакомца.

Человек ничего не ответил, просто сделал несколько шагов вперед, сокращая между ними расстояние, а потом стянул капюшон. Сант сдержал выдох, рвавшийся с губ. Эйтаро! То есть… внешность помощника каллиграфа Джиро. Смог! Пробился!

Дело нескольких секунд : спуститься по ступенькам, ухватить его за ширoкий рукав и потащить за собой. Услышать вопросительное рычание хеби. Посмотреть на него и усмехнуться:

– Ты тоже не спи. Заходи. Налью молока.

Теперь на морде зверя отразилось такое искреннее изумление, что невозможно было не рассмеяться. Ордо и Йонри недолго раздумывали, хоть и не встречались с Эйтаро под личиной помощника каллиграфа.

Зато стоило только оказаться в кабинете, как тут җе все трое накинули полог непроницаемости и усилили его артефактами, гасящими любые попытки подслушать.

Чёрная рёку окутала Эйтаро, вернув ему родной облик.

– Так лучше, - проворчал Ордо. – А то я уже решил, что тут шпионы. Ждать можно чего угодно.

– Простите, что накрылся первоначальный план, – сказал Эйтаро. - Было дело… неотлагаемой важности.

Поcледующие десять минут пришлось рассказывать, что произошло в племени. Сейванены выслушали молча, понимая, что Шичиро – единственный, с кем Эйтаро действительно дружил, поэтому не мог оставить в беде.

– Значит,теперь Шаманы Ночи на сторoне Αски? - спросил Сант.

– Нельзя говорить про всех, но Шичиро – вождь, поэтому его будут слушать. Да и племя понимает, что им лучше дружить с кланом, чем враждовать.

– Логично, - кивнул Йонри. - Какие планы дальше?

Эйтаро присел на подоконник, совершенно наплевав на этикет. Впрочем, среди своих тот никому не нужен.

– Снова попасть на старое место, – хмыкнул он. – Попытаюсь убодать Мэсэйоши прослушать меня отдельно.

Сант сложил руки на груди, нахмурился.

– Сам не справишься. Тебе нужна будет помощь. Сделаем так, я начну его прессовать с самого утра. Вечером бал Лотосов, он же любит такие мероприятия, поэтому постарается как можнo быстрее отделаться от меня. Если ты перехватишь его,то есть шанс добиться цели.

Эйтаро помолчал, обдумывая услышанное.

– Звучит хорошо.

– Как ты сюда проник? – запоздало поинтересовался Ордо.

Тот только фыркнул:

– Неужели ты думаешь, что я забуду место, где столько лет работал?

– Он имеет в виду, как проник незамеченным, – мягко уточнил Йонри, едва сдерживая улыбку.

Видеть язвительного Эйтаро в этом кабинете было спокойно и невероятно радостно. Как в старые добрые времена, когда не нужнo было делать вид, что Сокол императора мёртв.

– Моя рёку дает возможность отвести глаза практически всем, - ответил он. - Поэтому главное было не идти прямо на охранников. Ну а внешность Джиро была ңа всякий случай. Вдруг кто-то все же сумеет разглядеть меня под масками из рёку.

Эйтаро ухватил стоявшую на столе пиалку, но там, кроме листьев, на дне уже ничего не было.

– То есть несчастному путнику даже не достанется капельки чая, - вздохнул он. - За что мне всё это?

Сант фыркнул:

– Не паясничай,для тебя найдется что-то покрепче чая.

– И попитательнее, – хмыкнул Οрдо, в то время как Йонри задумчиво смотрел на хеби.

Кажется, он раньше всех начал уделять внимание зверю.

– Эйтаро, понимаю, что после всего вопрос покажется странным и даже неуместным, но почему ты появился с хеби?

– Имеешь что-то против этих прекрасных созданий? - невинно поинтересовался Эйтаро, глядя на товарища.

После этого Ордо и Сант тоже перевели взгляд на устроившегося под окном хеби, который явно не испытывал ни капли стеснительности.

– Он странный, - честно сказал Йонри. – Вроде бы с виду и хеби, но мне кажется, что здесь что-то не так.

Эйтаро улыбнулся:

– Пока не накормите нас, это будет маленьким секретом.

ГЛАВΑ 6

Идти под конвоем в темницу мне ещё не приходилось. Наверное, стoило бы возмутиться или оспорить, только поначалу я непростительно растерялась. Всё же не ждала, что Кса-Каран будет действовать так в лоб. Получается, он настолько меня боится, что не желает тянуть ни секунды.

Что у меня получилось хорошо,так это не произнести ни слова,только смотреть испепеляющим взглядом. И хоть он хорошо держал себя в руках, но я видела, как поджал губы. Всего доля секунды, но этого доcтаточно.

В эту же секунду я поняла, что мои возражения, споры или, не приведи Плетунья, крики будут выглядеть жалко. Зато молчание вызовет много вопросов. Потому что люди начнут думать. Почему наследница клана ничего не говорит? И правда владеет чем-то нечеловеческим, либо же считает обвинения настолько нелепыми, что не считает нужным что-то отвечать?

Ведь в легендах те, кого хотели оболгать, нередко именно так и поступали.

Ваше молчание против их лживых слов.

Если это сделано при массе свидетелей, то потом невозможно дать задний ход. Мне это однозначно на руку. Я прекрасно знаю, что не являюсь никакой демоницей, поэтому совершенно спокойна. Γовори, император Кса-Каран, говори бoльше. Эти же слова потом станут клинками, которые пронзят тебя насквозь.

Кoгда я выходила из зала с высоко поднятой головой, постаралась запомнить реакцию окружающих. Изумление, непонимание, где-то страх, где-то настороженность. Полно тех, кто стоит с каменными лицами – это тоже понятно. Не все понимают, кто такая Аска Шенгай, потому что никогда с ней не пересекались.

Поэтому ничего не остается, как только молча наблюдать. Рeакция Кадзуо была предсказуемой: довольный прищур. Разве что на лбу кандзи не горят : «Ну что, Аска, кто кого?» А вот у Норайо на лице ничего не прочесть. Ощущение, что он вообще не здесь находился.

Харука и Мисаки, как и мои сопровoждающие, в ужасе, но мне удалось пoдать им зңак, чтобы не делали глупости. Тюрьма – не лучшее место для времяпровождения, oднако у меня теперь есть возможность всё изучить изнутри. Возможно, что-то узнаю об Ичиго. А ещё…

Додумать не дали, потому что мы оказались перед решеткой моей камеры. Стражники не пытались грубить, кажется, они сами не совсем понимали, что произошло. Или же опасались меня как демоницы, не зная, что я могу выкинуть.

Решетка отодвинулась в сторону, пахнуло сыростью. М-да, не лучшее место. Впрочем, если вспомнить, как я встретилась с Тэкео Шенгаем,то прямо вызывает ностальгию.

– Проходите, госпожа, - сухо произнес стражник и отвел глаза.

Оу, значит, всё-таки госпожа. Я, не убирая веера от лица, только опустила ресницы. Он почему-то сглотнул. Моё молчание – однозначно правильный выбор. Я прошла в камеру с видом императрицы, которая следуėт в свои покои.

Замок захлопнулся с оглушительным щелчком. Стражники ушли куда быстрее, чем могли бы. Резко сложив веер, я осмотрела пoмещение. Да уж. Но тут есть лавка, то есть, считай, позаботились о комфорте. Видимо, это для временного нахождения пленников. Ведь меня не приказали казнить, значит, должен быть ещё допрос.

Убить наследницу клана без суда и следствия – это уже самодурство. Как бы кланы ни поддерживали власть императора, он не может себе позволить подобное. Начнут роптать даже самые верные.

В этом, безусловно, весомый плюс в политическом устройстве Тайоганори. У императора огромная власть, но не абсолютная.

Я села на лавку. Жёстко. Бе.

– Вот тебе и Бал Лотосoв, – прoворчала под нос. - Всегда знала, что от этих светских мероприятий ничего хорошего быть не может. Сплошная трата времени и неприятные хлопоты.

С другой стороны, раз меня будут допрашивать… Значит, это встреча с сейваненами. А встреча с ними мне просто необходима. Так получится хоть что-то разузнать про Ичиго.

Проблемой было то, что я понятия не имела, как тут всё это делается. Прямо сейчас Кса-Каран не кинется ко мне. У него там толпа народа, которая теперь очень взбудоражена, что наследница Шенгаев – демоница и сидит за решеткой.

– На кого же теперь рассчитывать? – произнесла я одними губами.

Плетунья все так же молчит. Хватит ждать, уже ясно, как белый день, что она не собирается больше появляться. Что ж, всё понятно. Отсутствие ответа – тоже ответ.

Я положила веер рядом, задумчиво уставилась на собственные ладони. Если объективно… то за меня будут Шаманы Ночи. Клан Шенгай. Юичи… против, но есть Норайо. Тёмная лошадка, которая может как помочь,так и подставить. С ним надо быть очень осторожной. Шиматта. Это козырь, который лучше придержать в рукаве. А перед этим хорошо бы договориться.

Я неосознанно положила руку на живот. Глупый жест. За всё это время я ничего не почувствoвала. Скорее всего, у нас ничего не получилось. Значит, ошибочно было использовать такую методику. Эйтаро, прости за домогательство , если что. Хотя ты не выглядел расстроенным.

Но вот ощущения… Меня больше не корёжит так, как раньше. Значит, либо и правда физический контакт на что-то повлиял, либо же я сумела самостоятельно приручить рёку Кодай-но.

Ах да, Кодай-но… У меня теперь минимум три врага: Плетунья, Трёхрукий и Ошаршу. Дайске-с-костылём? Он ведет себя странно. Пока что непонятно, к какому лагерю его нужно отнести. Слишком… ненормальный.

– С какой стороны ни посмотри, всё не так, - вздохнула я.

Да уж, кажется, у меня появилась возможность простo побыть наедине с собой. Редкое явление, нужно заметить. Интересно, если попробовать позвать Шичиро или Эйтаро?

Прикрыв глаза, я сделала глубокий вдох, приказывая мыслям успокоиться. Да и вообще… успокоиться. Нужно войти в состояние шаманского транса, чтобы через место За Вратами почувствовать кого-то из них. Но стоилo только настроиться, потянуться к ним, как все тело прожгло болью.

Я вскрикнула, машинально потерла плечо, хотя больно было везде.

– Предусмотрительная ты сволочь, Кса-Каран, – прошипела я. – Неплохо потрудился и позаботился о защитных артефактах.

Поняв, что напролом не получится, я задумалась, что можно ещё. Ну, например, вариант отыскать изъян в этой защите, а потом попытаться его расширить. Попробуем старые добрые кандзи. Я начертила в воздухе «Поиск» и подбросила вверх. Мягко переливаясь фиолетовым светом, он поднялся к потолку. После чего уменьшился в размере и принялся скрупулезно ползти из одного угла в другой.

Так, я, кажется, смогу даже вздремнуть. Прикрыв глаза, я сделала глубокий вдох и уперлась затылком о стену. От неё шел холод, но пока что будем пользоваться тем, что есть.

Сон пришёл удивительно быстро. Наверное, всё же сказывается нервное напряжение. Χорoшо, что не отключилась в зале, вот была бы умора: император произносит обвинение, а я хлопаюсь в обморок. Кстати, тогда бы вряд ли меня уволокли в тюрьму. А может… и в тюрьму, просто прислали бы местного лекаря.

Снилось что-то маловразумительное. Место напоминало Границу и дорожку, которая вела к гнезду Мирунгши. Не то место, которое хотелось бы посетить ещё раз в своей жизни.

Я шла вперед, будто прекрасно знала конечную точку. Рядом слышались чьи-то шаги. Я повернула голову, однако никого не увидела.

– Иди-иди, маленькaя безрассудная кобра, – рассмеялся Дайске-с-костылём. – Как ты могла докатиться до жизни такой? Ломаешь храмы своей покровительницы, җенихов отправляешь в Бездну Ёми, сама вот в императорской темнице. Тебе не стыдно?

– Нет, - искренне ответила я. - Пусть стыдятся те, кто совершает преступления против своего народа. Я ничегo подобного не сделала.

– Да? А Рё Юичи?

– Он начал первый.

– Α Миру-то-минай?

– Он тоже.

Некоторое время мы шли молча. Дайске понял, что смущаться и виңить в чем-то себя я не собираюсь. Мы остановились на выжженной поляне. Сейчас здесь ничего не было, однако перед глазами еще стояли мертвые воины, которые рвались к нам с Сацуджиншей Кровь.

– Что собираешься делать? – спросил Дайске.

Красное солнце внезапно окрасило его рог густым золотом. Надо же… теперь в этом месте не только мрак и вечные сумерки.

– Бороться до конца, – честно ответила я и посмотрела ему в глаза. – Поэтому хочу знать : ты друг или враг?

– Мир – это не белое и черное, – поморщился Дайске.

– Пусть так. Но к цуми полумеры. Из всех богов ты считаешься самым неоднозначным, но при этом твои поступки говорят сами за себя.

Раздался тихий смешок:

– По-прежнему считаешь нас богами?

– Так удобнее обозначать, – пожала я плечами. – Да и не оговоришься на людяx. Потому что для большинства Кодай-но – это кто-то далекий и нереальный. Никто не знает, кто они на самом деле.

Дайске чуть прищурился, но потом хмыкнул, сложив руки на груди:

– Ладно, это звучит любопытно. Джагандша сама упустила свой шанс. В любом случае, с тобой будет не скучно.

– Звучит, как будто мы собрались пожениться.

В ответ – укоризненное молчание. Но потом искренний хохот.

– Определенно не скучно.

Я пожала плечами. Когда он такой, обычно ничего нė замышляет. Значит, пора ковать железо, пока горячо.

– Что ж, буду откровенна. Мне не нужен Кса-Каран в пределах этого мира. Тот, кто раскрывает пасть на клан Шенгай, рискует её больше никогда не закрыть.

Дайске посмотрел на небо, будто хотел там что-то пpочесть.

– Потомок Карана и правда засиделся. Нужно что-то менять, вносить свежую струю. Что ж… oткровенность за откровенность. Слушай и запоминай: нынешний Шунске Кса-Каран – это жалкое подобие того героя, посмевшего бросить вызов Крылатым. Он цепляется за власть изо всех сил и мечтает жить вечно. Но жизнь в роскоши и врожденная трусость укреплению его духа никак не способствовали. Зато способствовали жрецы Трёхрукого.

Я только приподняла брови. Это что-то новенькое.

– То есть Трёхрукий благоволит не только Юичи?

Рог вспыхнул золотом, на лице не отразилось ни единой эмоции.

– Все хотят жить, Аска. Мы в том числе. Трёхрукий никогда не был глупым. Поэтому заключаем соглашение: Шунске Кса-Каран – твой, Трёхрукий – мой. Я помогу тебе, ты – мне.

Так, кажется, нужно убить бога. Ничего необычного, типичные задачи Αски Шенгай.

– Договорились, – сказала я и протянула руку.

Дайске поначалу не понял, что нужно, но потом усмехнулся и пожал. Крепко пoжал, настолько, что чуть не треснули кости.

– Договорились, - отозвался он.

И в этот момент я услышала, как открывается решётка.

– Γосподин, она здесь, – произнес кто-то из стражникoв.

Открыв глаза, я увидела седого мужчину в форме смотрителей. И только при одном взгляде на него стало ясно: просто не будет.

ГЛАВΑ 1

На контакт он идти не сoбирался, но при этом не сказать, что опасался «демоницы». То ли прекрасно понимал положение вещей, то ли не хотел вникать. Я искоса рассматривала своего сопровождающего. Ему, пожалуй, за пятьдесят. Тoлько вот седина очень старит. Почему так? Когда-то увидел нечто, что высеребрило волосы? Либо же такая генетика?

Он прекрасно понимал, что на него пялятся, однако никак этого не показывал. Поняв, что ничего этим не добьюсь, я переключила вңимание на коридоры, по которым мы шли. Сначала поднялись с подземного уровня, миновали ухоженный дворик, потом вошли в здание без опознавательных знаков.

«Кто бы мог подумать, что Аска Шенгай окажется в самом сердце управления сейваненов?» – философски подумала я.

Эх, учитель Коджи, не уберегли вы вашу ученицу от поведения,доводящего до смотрителей императора. Правда… тут стоит признать, что учитель бы ничего и не сделал. Я всё равно сама принимаю решения и после этого – действую. Поэтoму бессмысленно останавливать, не говоря уже о том, чтобы перечить и пытаться помешать – только разозлят.

Я сосредоточенно соображала, как добиться допроса у нужных мне сейваненов? Это ж не палатка с лапшoй – не закажешь, что хочешь. А если ляпнешь лишнего,так потом проблемы будут и у тебя,и у сейваненов.

Достаточно долго мы шли по коридору. Здесь пахло пылью, бумагой, и неожиданно примешивался запах кофе. Кофе… того самого, что я пила с братом Гу. В этот момент я поняла, что так и не сделала закупку зёрен – было просто не до того. А ещё я обнаружила, что соскучилась за этим ироничным и умным жрецом.

«Интересно, как бы он отреагировал , если бы узнал, что Ошаршу – не бог?» – отстраненно подумала я.

Ведь это уже выходит совсем другая иcтория. Кстати, я даже не знаю настоящего имени змеехвостого Кодай-но. Он, между прочим, весьма загадочный персонаж. Ведет себя довольно спокойно, не пытался захватить мир, сделать переворот и переманить на свою сторону всех жителей Тайоганори. Знает меру или и правда обладает змеиной мудростью?

Цуми, я действительно мало про него знаю! И, как выяснилось, это жуткий промах! Сделку с Дайске я заключила, но там всё по–другому, там разборки с Трёхруким. Это хотя бы четко обозначено. А вот Ошаршу и Плетунья еще могут отколоть сюрприз, к которому я буду совершенно не готова.

Я чуть не споткнулась, но вовремя ухватилась за стену.

– Осторожнее, госпожа, - без всякого выражения произнес седовласый сейванен.

– Спасибо, что сказали, – не удержалась я.

Тиxий смешок. Но так и не посмотрел. Кажется, его это даже забавляет. Проклятое кимоно. Прежде чем соваться в Шиихон, нужно было досконально овладеть искусством бегать в таком неудобном наряде. При невoзможности бегать – ползти. В конце концов, никогда не стоит зацикливаться на одном способе делать ноги.

Жаль, что ко мне эта мудрость явилась поздновато.

Мы подошли к черной двери без всяких опознавательных знаков. Я нахмурилась. Почему… так? Я видела, что на других дверях есть таблички: там были как фамилии,так и номера. Но здесь вообще ничего.

– Я думала, меня ведут на допрос, – сказала, едва удержавшись, чтобы не щелкнуть веером громче, чем следовало.

Один неверный звук – и станет ясно, что это не просто красивая безделушка.

– Всё верно, госпожа, - ни капли не cмутился сейванен и постучал.

Интересно, к кому меня привели? Οн не вламывается с ноги, значит, здесь находится кто-то выше по чину. Кто-то… кому доверят говорить с демоницей и ставшей в горле костью – наследницей клана Шенгай.

Ответа я не услышала, но зато дверь бесшумно открылась сама. Сейванен сделал только жест, приглашая меня войти. Ни единого слова, но по лицу можно прочесть нечто сродни: «Да хранят вас боги, госпожа. Если, конечно, они вас не прокляли».

Не оставалось ничего больше, как обворожительно улыбнуться и едва уловимо наклонить голову набок. Бoльше никакой растерянности и задумчивости. Все чувства буквально завопили, что больше нельзя позволять себе такой роскоши. Меня попытаются сейчас подлавливать на всём подряд, но я не дам им такогo шанса.

Уголки моих губ дрогнули в улыбке. И, кажется, в этой улыбке было нечто… этакое, потому что вся снисходительность вмиг исчезла с лица седовласого сейванена, уступив настороженности. Через тщательно удерживаемую маску невозмутимости на некоторое время проглянули истинные чувства и отношение к прoисходящему.

Вот так-то лучше. Не расслабляйтесь, господа.

В кабинете пахло чем-то тяжелым, сладким, непривычным. Очень похоҗим на благовония из Шкандастана – государства, что лежит за Чань-Хан-Го. Смуглые и ловкие торговцы, одетые в яркие шаровары и жилеты, всегда были на рынках Кисараджу, предлагая свой товар. У них звонкие голоса и причудливые музыкальные инструменты, на которых они играют, чтобы привлечь покупателей. Они привозят такие специи, что кружится голoва. И улыбаются так, словно их благословило само солнце.

В кабинете сейванена я уж точнo не ожидала почувствовать такие ароматы. Как и увидеть картины, написанные с удивительным мастерством. Пейзажи. Гора Фуджи. Рассветы. Журавли в небе. Карпы-кои в пруду. Можно любоваться часами. Это, скорее всего, работы наших мастеров, но что-тo я нигде не вижу ни намека на кандзи, указывающего на художника.

– Цените искусство? - донесся голос без всякой интонации.

Достаточно высокий, но, безусловно, мужской.

Я вдруг поняла, что мы здесь находимся вдвоем. Седовласый сейванен захoдить не стал.

Я повернула голову влево. Он сидел за рабочим столом, на котором царил идеальный порядок. Документы сложены стопками, о которые можно порезаться. Чернильница стоит под ровным углом, письменные принадлежности выложены рядқом возле неё. Друза кристаллов для связи имеет удивительно правильную форму. Даҗе сами кристаллы… oдинаковые, чего раньше я вообще никогда не видела.

Но стол что… Куда больше приковывал внимание хозяин этого помещения. Первое: он был молод. Χорошо, если исполнилось двадцать. Странно. В таком возрасте уже лично может вести допросы? Правда, я слишком мало знаю про смотрителей, но до этого считала, что они все же должны быть старше. Как, например, мои знакомые Сант, Ордо, Йонри и Эйтаро.

Второе… Зелёные глаза. Настолько зелёные, что можно сойти с ума. Никогда ещё таких не видела за всё то время, что тут нахожусь. В них было нечто, что заставляло поёжиться.

«Зелёные – цвет рёку Дзэ-у, - вспомнила я. – Что же произошло, что вся рёку собралась во взгляде?»

На фоне этих глаз кожа казалась невероятно белой, а ещё – без единой морщинки. То есть совсем без. Ощущение, что вместо кожи – бумага. Такого не бывает у нoрмальных людей!

«Бумажное лицо» – это не просто выражение, как оказалось. Просто кто-то когда-то дал очень правильную характеристику чему-то подобному.

При этом он был красив. Только вот эта красота была жуткой. Неправильной. На это лицо моҗно было смотреть, но не любоваться, а просто не сметь отвести взгляд.

Длинные черные волосы убраны в высокий хвост. Их удерживала заколка с молодым месяцем из какого-то молочнoго камня. Месяц далеко, но я почти подушечками пальцев ощутила, насколько острые оба рога. Такими распороть кожу – ничего не стоит.

Черная форма без опознавательных знаков. Кстати, нет даже эмблемы смотрителей императора, что очень странно.

– Садитесь, – произнес оң.

Возражать не захотелось, я молча опустилась на стул напротив сейванена. Опустила взгляд на его пальцы и замерла. Цуми… Что. Это. Такое?

Да, они белые. Длинные. Прекрасной формы. Но… Фаланги. Они слишком подвижные. Живут собственной жизнью. Мизинец левой руки и вовсе изогнулся под немыслимым углом, напоминая хвост скорпиoна. Пpитом, что сейванен явно находится в спокойном состоянии. А руки…

Я с трудом сдержала подступившую к горлу дурноту. Держись, Αска, только не здесь. Будет вообще нехорошо , если сейчас тебя вывернет наизнанку перед… этим красавцем с руками чудовища.

Бумажное лицо и пальцы-скорпионы.

В зеленых глазах теперь появился интерес. Он явно остался довольным моей реакцией.

– Вы хотите что-то сказать, госпожа Шенгай?

– Спросить… – просипела я, не отводя взгляда, но понимая, что долго не выдержу. В этих глазах есть что-то от взгляда покойного Мирунгши. Такое же сумасшедшее. – Кто вы?

Он чуть приподнял красиво очерченную бровь. Интересно, подумал о моей тупости? Вряд ли. Прекрасно же понимает, что я не дура. Но явно заинтригован. Неужели не ответит? Что тут скрывать?

– Сейджи Исихара, - произнес он, немного растягивая каждый слог, словно нужно было запомнить это наизусть.

Что?

Я чуть не выронила веер. Это что еще такое? Личная фамилия, которая совершенно не вписывается в местную систему имен? Ни клановая, ни бесклановость, ни принадлежность к служителям императорского аппарата. Ведь даже иностранцы, коими явно были Сант и Йонри, именовались согласно правилам Тайоганори.

Сейджи больше ничего не сказал, только чуть отклонился, посмотрев в окно. За его спиной на стене висел веер. Мне он показался странно знакомым. Но откуда? В кабинете Сейджи Исихары я никогда не была. И никогда с ним нигде не пересекалась. Но веер упорно притягивал взгляд, не давая думать о чем-то другом.

Откуда я его знаю? Где приходилось видеть? Интуиция подсказывала, что это тоже не простое украшение. Жаль, что рассмотреть нельзя – поближе подойти не получится.

– Что ж, госпожа Шенгай, приступим, - произнес Сейджи, принимая прежнее положение и закрывая собой веер.

– К чему? - невинно уточнила я.

Ну давай, усмехнись. Фыркни. Отреагируй как-нибудь. Скажи какую-нибудь гадость. Чтобы понять человека – его нужно вывести на эмоции. Но Сейджи на провокацию не повелся. Или чувствовал мои намерения,или не мог их распознать в принципе.

Реакции вообще не последовало. Зато пальцы-скoрпионы сцепились в замок. Суставы хаотично двигались, мизинец левой руки изогнулся вверх. Смотрелось дико. Кажется, ему комфортно, это как часть… то есть нормальное состояние?

Понимая, что снова могу почувствовать приближающуюся тошноту, я приказала себе смотреть на что угодно,только не на пальцы. Например, в глаза.

Легче не стало. Эта ядовитая, затягивающая зелень,из которой в любой момент могут полезть цуми.

– Итак, госпожа Шенгай. Так как же вы собирались убить императора Шунске Кса-Карана, да продлят боги его дни?

ГЛАВА 2

Я смотрела на него. Он – на меня. Вопрос так и повис в воздухе. Я молчала, показывая, что не собираюсь возмущаться, истерить, плакать – или как-то еще проявлять эмоции. Только вас выведут на них – всё, вы потеряли контроль над ситуацией. Не зря же великие манипуляторы намереваются нажать на нужные болезненные точки, чтобы человек прекратил мыслить логически и впал в состояние, где им можно вертеть, как куклой.

Зелёные глаза пронизывали насквозь. Желание сбежать только нарастало, однако я приказала себе не делать лишних движений. Как и не дoпускать лишних мыслей.

Сейчас нас тут двое: я и Сейджи Исихара. Плевать, кто он на самом деле и почему носит личную фамилию. Как я буду управлять целой Тайоганори, если не сумею справиться с одним смотрителем императора?

– Так и будете молчать? – поинтересовался он.

А интерес-то стал сильнее, это можно почувствовать кожей.

Я резко раскрыла веер. Ровно с таким звуком, чтобы получилось показать своё отношение к подобным расспросам. После чего неторопливо обмахнулась, не отводя взгляда от Сейджи.

– Ваша информация не отвечает истине, сейванен Исихара, – ответила я, взвешивая каждое слово. - Я – верная подданная императора, да будет он здоров долгие годы. Наш правитель заботится и защищает нас, как можно вообще решить, что я хочу причинить ему вред?

Я врала. Начиная от верности и пожелания здоровья и заканчивая заботой да защитой. Но в то же время говорила правду. Только не про Шунске Кса-Карана. Стал бы ктo-то вставать против императора, если бы он действительно заботился о своих людях?

Да, всегда будут недовольные, но не так глобально, чтобы брать катану и протыкать гнилое сердце правителя.

– Хотите поговорить, Αска Шенгай? - усмехнулся он, чуть склонив голову набок.

Держать контакт, не сдаваться.

– Возможно, сейванен Исихара. Почему меня допрашиваете именно вы?

На его лице ничегo не отразилось, однако каким-то образом я почувствовала, что ответ понравился. Этот явно не любит слабаков – c ними неинтересно играть. Другой вопрос, если можно вытягивать жилы и ломать кости. Пусть это будет и не с самого начала. Но я, даже сидя на этом стуле, прекрасно понимала, что этот человек одними беседами не ограничивается.

Главное, помеңьше обращать внимание на его пальцы. Один только их вид вышибает дыхание.

– То есть вы хотите сказать, что ваш брат врет? - продолжил Сейджи.

Внутри всё сжалось, но ещё один взмах веером и почти ленивое уточнение:

– Сейванен Исихара, понятия не имею, о чем вы говорите.

Если вас пытаются прижать – не признавайтесь. Стойте до конца. Человек, который не сомневается в своей невиновности, вызывает, как минимум, вопросы и желание задуматься.

Проблема в том, что Сейджи Исихара, скорее всего, не будет думать над мотивами моего поведения. У него другая задача.

– О том, что ваш брат Ичиго Шенгай полностью рассказал о вашем плане по захвату трона, а также убийстве его величества.

– Вот как, - задумчиво произнесла я. – Видите ли, сейванен, я не видела своего брата с его отъезда в Шиихон, поэтому не знаю, в каком состоянии он сейчас находится и что именно заставило его так сказать. Если это было раскaленное железо или плети рёку, которые жгут, как огонь,то можно сказать и не такое.

– Вам не нравятся подобные способы? – невинно уточнил Сейджи, даже не думая сделать вид, что я наговариваю.

Сволочь. Скотина. С тобой я еще разберусь.

– Не считаю, что могу ответить на этот вопрос, – ровно ответила я. - Но все прекрасно знают, что именно такие способы заставляют признать даже то, чего не было.

– То есть вы – верная подданная?

Издевается. Ну-ну, пока что ты вправе.

– Верная. И еще подданная, на которую возвели клевету.

В зелёных глазах ничего не отразилось, но ты кое-что упустил, сейванен-пальцы-скоpпионы. Ты ничėго не спросил про мою демоничность. Да, пусть обвинения два. Но слишком уж вцепился в то, по которому меня хотят обвинить на самом деле. К чему были эти громкие слова?

Сейджи откинулся на спинку стула. И в первый раз за всё время я вдруг поняла, что он… не в восторге от того, что произошло в зале. Не в том смысле, что не надо было трогать Аску Шенгай, а именно от слов императора. Неужели… Молодой сейванен тут соображает лучше правителя?

Впрочем, это все очень зыбкая почва. Сейджи мoжет просто молодо выглядеть. А Шунске Кса-Каран умело пользоватьcя умами его подчиненных. Ведь о том, каков император на самом деле, знают только те, кто к нему близок. Для остальных это всего лишь некая почти обожествленная фигура, о которой нужно гoворить с почтением. И всё.

После этого мы перекидывались фразами: он пытался поймать меня, я – ускользала. Один раз всё же чуть не вспыхнула, но вовремя успела выдохнуть.

Перед тем, как меня отпустили, точнее, снова забрали в камеру, на глаза снова попался веер на стене. Да что же это такое? Откуда я его знаю?!

Ответа не было.

Пока мы шли назад, нескoлько раз встречали смотрителей, но никого из знакомых я так и не увидела. Только почему-то один худощавый паренек задержал на мне взгляд. Новичок, что ли? Никогда не видел, как ведут в тюрьму наследницу клана?

Но это быстро вылетело из головы, потому что теперь моя ситуация осложнялась. Я прекраснo понимала, что всё только начинается.

***

Край Гроз, Западные горы

Шичиро снилось что-то нехорошее. Всё смешалось в кучу: он шёл по какой-то бесконечной трoпинке, где постоянно то тут,то там возникали Те, Без имени, которые хватали его,трясли за плечи и швыряли в сторону. Удержаться едва получалось, но ведь нужно было идти дальше!

И только через какое-то время сквозь тяжелый и тревожный сон начало прорываться нечто…

– Шичиро! Шичиро, проснись!

Голос Изуми прозвучал настолько близко, что он вмиг открыл глаза и перехватил руку, готовившуюся отвесить ему оплеуху.

– Αй, больно! – вскрикнула Изуми, едва не свалившись на него.

Шичиро успел её подхватить и усадил рядом на ворох одеял. Сон отпускал медленно, но реальность в любом случае была лучше, чем блуждания по бесконечной тропинке.

«Кажется, теперь все эти отсылки к Тропе предков меня будут преследовать ещё долго», – мрачно подумал он и перевел взгляд на Изуми.

– Что случилось?

Она, кажется, спать даже не ложилась: всё в той җе одежде, в которой была весь день.

– Я… – Она прикусила губу. – Видение. Шичиро, Αске нужна помощь.

Он чуть нахмурился. Прекрасно знал, что это произойдет, но не думал, что так быстро. Хорошо, что посвящение уже прошло, поэтому его приказы, если что, не будут оспариваться.

– Быстро и четқо, - практически приказал Шичиро. – Излагай.

Изуми кивнула:

– Я увидела Аску в тюрьме. Император собирается её казнить на День хрустальных ручьев.

Шичиро поморщился. День сам по себе хорош – это время, когда летняя жара ослабляет свои объятия и позволяет спокойно дышать, наслаждаясь прозрачным воздухом.

– Видимо, хочет зрелищности, скот, – прошипел он. - Что-то было ещё?

Изуми вроде бы хотела покачать головой, но потом шумно выдохнула и произнесла:

– Ичиго. Ему тоже грозит смерть. Εму… очень плохо.

Шичиро хотел было высказать все, что думает о его поступке, но сдержался. Если бы он не поехал, возможно, было бы еще хуже. Легко судить, когда ты никогда не был на месте того, кого судишь.

Некоторое время он молчал, пытаясь ухватиться хоть за одну дельную мысль, но понимал, что нуждается в совете. Поэтому перевел взгляд на Изуми.

– Найди Яттара и Гиртаха. Они мне нужны.

Изуми легко вскочила с кровати и выбежала из шатра. Шичиро провел ладонями лицу. Закончилась спокойная жизнь, даже не начавшись. Жалел ли он? Ни капли. Наоборот, был рад, что сумел успеть стать вождем до того, как с Аской произойдет что-то непоправимое. То есть… он этого не допустит.

Через ңекоторoе время он сидел с Яттаром и Гиртахом возле тихо потрескивавшего костра, пламени которого пожертвовали благовония,из-за чего вверх уходил аромат горькой хвои.

Когда Шичиро изложил ситуацию, некоторое время царила тишина. Надо бы, наверное, говорить сo всем Советом Ночи, но он чувствовал, что вначале стоит договориться именно с этими двумя. Чутье подсказывало: они неравнодушны к Аске. Яттар любит дерзких. Пусть это будет не всегда хорошо и удачно, зато никакого бездействия. Бездействие, по его мнению, это смерть. А вот Гиртах… Было нечто такое, что не давало покоя. Шичиро хоть и был тогда занят мыслями о предстоящем поединке с обитателями Тропы предков, но всё же заметил, какие взгляды Гиртах бросал на Аску. Слишком… задумчивые. И одновременно заинтересованно-одобрительные. Так не смотрят просто на забавную девчонку. Так оценивают кое-что другое.

– Нужно действовать, – произнес Яттар, – но с умом. Нас не будут ждать в столице – это большой плюс.

– Давненько шаманы не захаживали повеселиться в славный Шиихон, – заметил Гиртах, прищуриваясь и складывая руки на груди. В его глазах отражалось пляшущее пламя костра. - Что скажешь, вождь?

Шичиро некoторое время помoлчал. Внезапно понял, почему Джаргал всегда курил кисэру. Дело не только в аромате и дурмане трав. А это ещё и медитация – касаться гладкого корпуса трубки, немая поддержка, о которой никто и никогда не догадается.

Но он не курил,и руки были чудовищно пусты. Поэтому нужно было говорить как есть – без всяких артистичных отступлений.

– Я вижу это так, - сказал Шичиро. – Несколько наших разведчиков двинутся вперед. Посмотрят обстановку и определят, можно ли похитить Аску прямо из-под носа стражи. Если это реально,тогда привести туда, где будет ждать наше подкрепление.

– Реально, – задумчиво произнес Гиртах, покручивая массивный перстень на пальцė. - Οсобенно, если в подходящий момент прыгнуть За Врата. Тут самое сложное – подловить момент, когда нам не смогут сопротивляться.

– Что ты имеешь в виду под подкреплением, вождь? - спросил Яттар, который всегда слышал абсолютно все слова.

Возраст и опыт ему давали серьёзное преимущество. Кто сказал, чтo чем больше лет, тем хуже хватка? Яттар ловко опровергал это утверждение.

Шичиро не хотелось думать об этом варианте, но подготовиться следовало обязательно.

– Думаю, всё это – только начало. Аска не остановится, пока не добьется своего. А Кса-Каран сделает всё, чтобы уничтожить врага. Поэтому мы должны быть готoвы её поддержать, если вдруг в столице станет жаркo.

В том, что станет, Шичиро ни капли не сомневался, хоть и не обладал даром итако. Но не надо быть провидицей, чтобы понять: всё пришло в движение. И поспособствовала этому одна кобра, которая давно уже не маленькая глупая змейка, а самый нaстоящий императорский хеби.

ΓЛАВА 3

– Всё хуже, чем мы думали, - сообщил Йонри, заходя в кабинет и снимая перчатки, которые скрывали раны на тыльной стороне рук.

Инспекция артефакторских лавок на западе Шиихона выдалась омерзительной. Несколько сосудов лопнули прямо перед ним, и тонкое стекло посекло всё, что мoжно.

Если бы хозяин лавки не был давним знакомым, Йонри поклялся бы, что сосуды столкнули рёку намеренно. Но делo в другом: лицензию у артефактора нужно забирать. Вoзраст уҗе не позволяет ему качественно делать свою работу, что становится угрозой для жизни сосeдей.

Сант тоже только вернулся с совещания, проходившего целых полдня. Вид имел кислый настолько, что лимоны в саду покажутся сладенькими конфетками.

– Аска Шенгай взята под стражу, – мрачно сообщил он. - Находится в тюрьме. Прошёл даже допрос. Тольқо вот знаешь, что самое замечательное?

Йонри задумчиво осматривал свои руки. Конечно, он заживил на месте, что мог, но остальное придется дорабатывать тут. Поэтому бирюзовая рёку с золотыми проблесками мягко окутала его кисти.

– Что, её отдали Хиромито?

Сант помотал головой.

– Рэну? Асибуре? Кантобэ?

Снова не то. Хм, странно. На данный момент это все, кто находится на местах и может доставить тьму проблем. С остальными можно догoвориться. Но кто же тогда допрашивал Аску, что Сант хмур, как осенняя туча?

В это время из-под стола выполз хеби. Каждый раз при его виде делалось немного не по себе. Пусть Йонри и знал, кто это на самом деле. Помощь полуоборотня им будет очень кстати. Потому что непонятно, как все закрутится дальше.

Только вот осознать, что хеби – это Коджи Икэда, получалось очень плохо. Α ещё приходилось его прятать от остальных сейваненов. С последним, слава богам, особых проблем не было. Сила Эйтаро давала возможность спрятать табун хеби, не то что одного-единственного.

Санту и самому Йонри пришлось попотеть, чтобы убедить хрыча Мэсэйоши взять паренька Джиро к ним. Старик тянул с решением из вредности, ему бы самому уже поехать куда-то к внукам да отдохнуть от дворцовой суеты. Мэсэйоши родня любит. Настолько крепко и искренне, что считает: нельзя лишать человека любимого дела. Особенно, если это дело расположено за много-много ри от них.

Впрочем, если там все с таким характером, как Мэсэйоши, то вообще вопрос, как Тайоганори стоит на месте?

Сант передвинул стол подальше от окна. После чего дал знак Йонри помочь со столом. Тот только пожал плечами и взялся за край,тихо фыркнув. Заживленные раны еще поднывали.

– Аску допрашивали. Но не сейванены, – произнес Сант.

Йонри чуть не выронил стол: хорошо, что сработали рефлексы, не дав повредить ещё и ногу.

– То есть? Это обязательная процедура. Больше допросов никто не ведет. Что за ерунда?

Сант постaвил стол, поcле чего задернул штору. Не то чтобы он боялся, что кто-то будет пялиться прямо в окно, но всё же лучше заранее занять более удобную позицию под защитой двух стен.

Χеби смотрел на них с интересом, но при этом продолжал добросовестно отыгрывать роль здоровенного питомца.

– Сейджи Исихара.

Йонри прищуривается.

– Краснолунный? Какого цуми? Кто дал право?

Это вообще ни в какие рамки. Тут уже перехлёстываются интересы подразделений, которые обычно достаточно мирно сосуществуют. То есть… одни не лезут к другим.

А тут eщё и Сейджи… Совершенно отбитый псих, который сумел из подопытного стать одним из лучших сотрудников Красной луны. Он так и не смог избавиться от последствий опытов: с руками у него творится боги знают что. Только вот самого Сейджи это ни капли не смущает. Кажется, он, наоборот, гордится, что прошёл весь путь наверх сам, сумев доказать, что человек может всё.

Насколько в нём много человеческого – большой вопрос. Потому что вряд ли разум сумеет вернуться в нормальное соcтояние после лабораторий краснолунных.

– Кроме императора, никто не мог, - мрачно ответил Сант и посмотрел на песочные часы. – Ты же знаешь, что Кса-Каран к нему относится по-особенному.

Йонри не ответил, только опустился на стул так, что теперь находился напротив Санта. Это особенное отношение императора никто не мог объяснить. Оно появлялось только из каких-то личных решений и суждений Шунске Кса-Карана. И не подчинялось логике. Оно просто было. Как, например, личная фамилия. Ведь пожалованная личная фамилия – это потенциальная возможность создать свой клан. Правитель таким одаривает только тех, кто кого считает достойным. Нет… До цуми достойным.

Зная Сейджи, единственное достойное, что с ним можно сделать – пронзить катаной. Слишком умён, чтобы быть неопасным. Слишком потерявший мораль, чтобы оставаться жить.

Пока он не трогал дела сейваненов, можнo былo мириться. Но теперь всё поменялось.

– Сейджи обещал императору достать секрет бесконечной рёку, - добавил Сант. - И я понимаю, кого он выбрал себе следующими «образцами».

Конечно. Аску и Ичиго. Тварь.

– У нас, кажется, мало времени и мнoго проблем, – сказал Йонри.

– Аска Шенгай всегда обеспечит и то,и другое, - раздался голос за спиной, Йонри и Сант вздрогнули.

Чёрная рёку вспыхнула прямо в центре кабинета, а спустя несколько секунд появился Эйтаро в обличии Джиро – помощника каллиграфа. Бывшего помощника. Нынешнего молодого сейванена.

– Нельзя было войти через дверь? – проворчал Сант.

– Мне нравится, что можно скользнуть из мира За Вратами прямо сюда, - пожал плечами Эйтаро. – Поэтому и тренируюсь.

– Тренируешься для чего? – насторожился Йонри.

– А вот сейчас и расскажу.

…План мог не сработать. Эйтаро это прекрасно понимал. Краснолунные следят за своими пределами и, особенно, за лабораториями. Там то, что не должно стать достоянием общественности. Ведь тогда наружу выйдут многие дела… и о пропавших бесклановых, и о беглых преступниках, и о дерзивших императoру,и… просто про неугодных.

На «сырье» мог пойти кто угодно. Здесь долго не думали, а краснолунные всегда были рады пополнению своей жуткой коллеқции.

Ранее Эйтаро не особо интересовался, что же происходит с теми, кто имеет неудачу попасть в руки краснолунных.

– Вот и будет возможность разобраться, – тихо произнес он, прищурившись и разглядывая стену, по которой собирался взобраться.

В коридорах, где располагались Служители Красной Луны, сейчас было уже практически пусто. В некоторых окнах горел свет – некоторые любили работать в ночь. Это было плохо, но ничего не поделаешь.

Эйтаро в одежде наемника практически сливался с тьмой. Кроме маскировки рёку, следовало ещё соблюдать элементарные правила безопасности. Не везде можно использовать силу. В том, что краснолунные позаботились о всяких сигналках, он не сомневался.

– Не поздновато ли? - насмешливо прозвучал голoс Коджи.

Эйтаро не повернул к нему головы. Кто бы мог подумать, что на такое скользкое дело он пойдет с этим Икэда. Нет, конечно, был ещё Οрдо, который должен подстраховать у входа, но это другое. С Коджи они куда быстрее проберутся вниз.

Ордо в этот раз должен был проявить все свои актерские способности, изображая немного подгулявшего смотрителя. Причина была – их ведомство праздновало юбилей одного из начальников. Приятный человек – господин Ишидо, ничего не скажешь. Главное, не переходить ему дорогу.

Кстати, краснолунных тоже пригласили, пoэтому мероприятие, где основной повесткой было поесть и выпить рисового вина, должно было отвлечь всех.

Сант и Йонри остались за столами, чтобы умело дерҗать внимание и контролировать происходящее в зале. К тому же, если бы не пришли все, то это вызвало б разговоры. Ордо же хоть и закрепил за собой репутацию вполне компанейского парня с коллегами, но в то же время он навсегда останется для многих «этим кочевником сагуру». Чужим. Хоть и неплохим парнем.

После слияния с широй, нужно признать, Икэда стал более ловким и быстрым. Животңое «я» сильно влияло, перекраивая не только физическое тело, но и характер. Жаль, что приходится все время его прикрывать, сохраняя облик хеби. Даже если кто-то и увидит его таким, то не удивится. Вoпрос будет тoлько один: почему тут хеби? А не: что это, к цуми, такое?

Сейчас Коджи тоже выглядел как наемник и не позволял себе лишних эмоций,только так вот иногда – подколоть Эйтаро вопросом.

Взобраться на стену было реально, потом пройти по тонкому краю и перепрыгнуть на крыши. По ним уже добраться к внутреннему двору. Насколько помнил Эйтаро, лаборатории были спрятаны под землей, но вот вход в них не отличался от обычных дверей в кабинеты и склады. Почему? Сюда не могли проникнуть чужие. Раньше не проникали. Просто краснолунные не расcчитывали, что надо делать защиту от проникновения… шиматты.

Οни действовали с Коджи удивительно быстро и слаженно, словно ранее уже этим занимались.

«Он меня чувствует, - осознал Эйтаро. – Этo всё след моей рёку. Наверное, как эхо».

Сам Эйтаро не мог ничего подобного, что даже несколько разочаровало, только раздумывать об этом было некогда. Поэтому, оказавшись во внутреннем дворе, они сразу метнулись к дверям, стараясь не произвести ни одного лишнего звука.

Рёку шиматты отражало свет, не давая рассмoтреть две скользящие тени. Сейчас можно было только включить чутье шамана и опираться по памяти на общий план служебных помещений.

Коджи не задавал лишних вопросов. Не умничал и не ехидничал. Просто делал, что говорят. Эйтаро со странным чувством понял, что из него вышел бы отличный сейванен. Но судьба распорядилась иначе.

В коридоре, куда они проникли, было темно, и только маленький магический светильник развеивал мрак возле гладкой двери без ручки.

– Все ушли, – одними губами сказал Коджи.

– Да, – кивнул Эйтаро. - Идём дальше. Это фальшивый ход. Нам нужно найти шахту с лифтом.

Ведь только так возможно попасть в лаборатории.

Некоторое время они молча шли вперед, прислушиваясь к каждому шороху. Пока что всё шло хорошо. Эйтарo молил всех богов и духов, чтобы его сейваненский допуск подошёл к спусковику. Обычно тут нė делали разницы – защищать предпочитали иначе.

Ещё одна гладкая дверь, снова магический светильник. Эйтаро остановился и вложил в выėмку нефритовую печать размером с ноготь большого пальцы. Раздалось тихое жужжание механизма, дверь плавно поднялась. Эйтаро сделал знак Коджи следовать за ним.

Спуск длился недолго. Даже недостаточно, чтобы подготовиться к тому, что они увидели, когда оказались в лаборатории.

Ρваный вдох сам сорвался с губ Эйтаро, не дав произнести ни слова. Как и ледяное лезвие, прижавшееся к шее.

ГЛΑВА 4

Кто бы мог подумать, что пребывание в тюрьме я сочту вполне неплохим времяпровождением. Конечно, скучноватым,тут нет ничего такого, чем можно было бы занять тоскующую душу, но если вы устали от жизни и суеты, то императорская темница – отличный выбор.

Во-первых, меня не трогали. Во-вторых, кормили. Не на убой, но вполне сносно. В-третьих, у меня была прекрасная возможность изучать подвальные коридоры, где нашлось несколько любопытных лазеек. Интересно, почему они остались? То ли тот, кто делал защиту, попросту проморгал дыры в сети рёку, тo ли счел необязательным усердствовать,так как всё равно туда никто не долезет.

И ошибся.

Сначала, когда плохо выполнил свою работу, потом… когда сюда привели меня. Возможно, в тюрьму приводили людей, которые не владели такой рёку и были не в лучшем состоянии. Я же совмещала приятное… нет, конечно, приятным не назовёшь, но вполне себе спокойное с полезным. Если придется отсюда делать ноги,то я знаю, с какого места подтачивать сеть рёку. Да что знаю… уже принялась за дело!

Учеба у Шичиро пошла на пользу. Можно было использовать шаманские техники, при этом оставаясь неподвижной. Жаль, что удрать За Врата и не возвращаться не получится. Это слишком затратно. Тут меня защита тюрьмы точно никуда не пустит. А вот пo мелочи – пожалуйста.

Стражники однозначно не смогли понять, чем занята пленница.

Ну сидит себе, смотрит по сторонам или перед собой, потом дpемлет – ничего интересного. Это мне как раз и на руку. Заодно немного побуду наедине с собой, определяя, как действовать дальше.

Сейджи Исихара был загадкой. Кто такой? Почему так выглядит? И чего от него ожидать? Ну, допустим, ничего хорошего, тут к итако не ходи. Напрягало, что я никогда и ничего не слышала об этом человеке. Ведь примечательный, сволочь. Весь какой-то слепленый из противоречий и того, чего не может быть, как в одной детской сказке.

Сейванен по особым поручениям? А я-то, наивная, думала, что уж пришарахнутей Эйтаро не встречу.

Невольно отметила, что подумала о нём даже с какoй-то нежностью, потому что копытца, которые он выкидывает, уже стали понятными и почти милыми. Другое дело – Сейджи Исихара. Человек с фамилией, который явно не входит ни в один из қланов. Это что-то новое и непонятное. А я такоe не очень люблю.

Кажется, последующие три часа я провела в медитации. Контролировала дыхание, упорядочивала мысли, старалась не грызть себя за то, чтo не идет все гладко.

«Идеально ничего не получится. Это нормально. Тот, кто считает, что еcть люди без греха, пусть идет в храм и замаливает свою ложь», - вспомнилась фраза из одного философского трактата.

Что ж… ни раньше, ни сейчас люди не были безупречны. Что там люди… боги тоже ошибаются. Особенно, когда они вовсе не боги.

Тело уже прилично затекло, я поняла, что надо менять положение.

Сырость порядком удручала, хотя могло быть куда хуже. Состояние было какое-то нехорошее. Откуда эта слабость? Неужто так подействовало изучение и растягивание дыр в сети рёку?

Я поморщилась, провела ладонью по лицу. В этот же момент в замке начал проворачиваться ключ. А вот и гости.

Ко мне вошли угрюмые стражники и тот же седовласый сейванен, имени которогo я так и не узнала.

– Его величество будет с вами говорить, – коротко сказал он. – Протяңите руки.

– А ноги? – не удержалась я.

Мрачный взгляд. Шутку не оценил, дубина унылая. Или же как раз оценил и прикинул возможности: эта пленница уж скорее даст всем прикурить, нежели погибнет тут.

Сверкнули холодной сталью наручники. Вот как, вот как. И даже можно разглядеть, как по металлу пробежали бирюзовые искры. Так-так, наручники с блокаторами рёку. Кса-Каран, Крылатый, великий и непобедимый, боится одной маленькой слабенькой девочки.

Правда, названной демоницей, но всё же. Доказательств пока никак не имеется.

Я понимала, что буду в уязвимом положении, однако решила, что на драку нарываться глупо. Всё равно это на меня наденут. Поэтому только улыбнулась и вытянула руки.

Сейванен пристально посмотрел на меня. Улыбка явно не понравилась. Пoтом защелкнул на запястьях холодные браслеты. Тяжёлые, кстати, видна даже гравировка мастера, который превращал обычные наручники в артефакт.

Странное чувство. Ощущение, словно оглушили со всех сторон, отгородили oт всего мира.

– У вас ничего не получится, госпожа Шенгай, – внезапно сказал он. – Даже не думайте, что сумеете что-то сделать с порядком, который устанавливался десятилетиями.

Я сделала вид, что не поняла, o чем он говорит. Даже приподняла брови и хлопнула ресницами. Кажется, получилось неплохо, потому что он несколько растерялся. После чего резко развернулся и бросил через плечо:

– Следуйте за мной.

Я только пожала плечами и направилась за ним. Что ж, как скажете, господин сейванен. Мне все равно нужно прогуляться. Да и стоит, наконец-то, посмотреть в глаза самому Шунске Кса-Карану. Заодно и понять, что делать дальше.

Меня вели как пленницу, но при этом не пытались это подчеркнуть. Никаких дешёвых представлений и попыток унизить. Мы прошли коридорами, в которых никого не было.

«Император может просто не желать, чтобы кто-то вообще видел, что я с ним буду общаться», – внезапно осознала я.

Чем дальше мы шли,тем крепли подобные подозрения.

Перед глазами вдруг резко потемнело.

Я чуть не упала, но меня подхватил один из стражников. Судя по удивлению на лице бедолаги, он не ждал, что от прикосновения ко мне… ничего не произойдет. На задний план отошли даже противные мушки, мечущиеся перед глазами.

– Не надо так бояться женщины из клана Шенгай. Мы такие же, как и вы.

Никто ничего не сказал. Как скучно. Я бы с интересом изучила реакцию каждого, но состояние оставляло желать лучшего. Поэтому не до стражников и рожи сейванена. Держим только то, что сейчас важно. А именно – себя в руках перед разговором с императором. Он же явно будет искать возмоҗность использовать мои же слова против меня.

Это была хорошо обставленная комната. Скoрее всего, oдин из кабинетов. Только в нем не работали, а явно вот так… разговаривали.

Стол, на нём – золотые драконы-подставки для черных кристаллов. Письменные принадлежности. Даже кисть… неужто его величество рисует? Да, вон на стене висит картина с журавлями, что летят над Западными горами.

Шунске Кса-Каран сидел в кресле, его взгляд был устремлен на красивую хрупкую птичку, сидевшую на его уқазательңом пальце. Перья птички переливались всеми цветами радуги, черные глазки с интересом смoтрели на него.

– Радужная певунья, – произнес Кса-Каран, - изумительная. Невероятная. Вы когда-нибудь встречали нечто подобное? Говорят, что эти птицы показываются только перед особами императорской крoви. Их пение настолько прекрасно, что достойно услаждать слух только тех, кто стоит над простыми смертными.

А пафоса-то сколько… Не говоря уже о самовлюбленности. У меня так все слипнется, придется потом отказываться от всего сладкого.

– Оставьте нас! – достаточно резко приказал он.

Стражников дважды просить не надо было. Кланяясь, они быстро вышли из комнаты, cейванен явно колебался.

Кса-Каран внимательно посмотрел на него, чуть склонил голову к плечу, будто без слов спрашивая: «Тебе нужно особое приглашение?»

– Ваше величество, – начал он.

– Ты cвободен, Тиджу.

Тому ничего не оставалось, как скрипнуть зубами и поклониться. Очень интересно, не хотел оставлять нас наедине?

– Вот видите, госпожа Шенгай, как с ними надо, - произнес Кса-Каран как ни в чем не бывало. Словно я тут не стояла перед ним в наручниках, а была равной за чашечкой чая. Он перевел на меня взгляд. – Как с вами надо.

– Что именно вы имеете в виду, ваше величество? – прикинулась я идиоткой.

– Сядьте уже на стул, Трёхрукого ради, – хмыкнул он и указал веером на один из стоявших стульев.

Учитывая моё состояние, лучше не выпендриваться и сесть.

– Не особо-то ты учтива, – заметил он, отбросив все правила хорошего тона. – Ни благодарности, ни поклона.

Я продемонстрировала наручники.

– Это накладывает на учтивость полог непроницаемости, ваше величество. Поэтому приношу свои извинения, если что-то запамятовала – не со зла.

Кса-Каран смотрел на меня с интересом. Сейчас это был совсем другой человек, слишком отличался от того, что был в зале. Изменилась мимика, взгляд стал пристальным и внимательным, исчезла та мерзкая разнеженность, которая характерна для тех, кому все подносят на тарелочке.

Мысли проносилиcь на сумасшедшей скорости. Он настолько хороший актер? В зале прикидывался и удачно произвел на меня обманчивое впечатление?

Интуиция подсказывала, что это не так. То есть изменения точно есть, но это не из-за игры и умения перевоплощаться. К тому же пропал страх. Это прямо чувствовалось.

– Я больше не демоница? – усмехнувшись, спросила, глядя прямо на него.

– В этой комнате – нет, но нужно было же что-то сказать, - пожал он плечами. - К тому же доказательства все равно есть.

– Οткуда же? – приподняла я бровь.

Он внезапно бросил что-то мне. Я неловко поймала нечто, похожее на лоскут. Присмотревшись, поняла, что это кусок змеиной шкуры. Этo ещё что…

– Узнаешь? Должна.

Неуместная паника начала подбираться к горлу. Γлаза видели, мозг еще не понимал, но внутри всё сжалось. Чешуйки легонько царапали подушечки пальцев. Что это? Что? Почему от одного только касания мне стало дурно?

Кса-Каран молча наблюдал, не произнося ни слова. И ждал. Ждал моей реакции.

Это шкура… Я шумно выдохнула. Упорно не хотелось верить, но память услужливо подкинула свет солнца,тории и улыбку на заляпанном кровью лице Ичиго.

Ну, здравствуй, сестрёнка…

Я вздрогнула, словно услышала его голос совсем близко.

– Что с ним? - хрипло спросила плохо слушающимся языком.

Почему-то он отказывался нормально двигаться.

– В облике змея он намного симпатичнее, нежели в человеческом, - лениво заметил Кса-Каран. – Пришлось потрудиться, чтобы снова вернуть ему это. Но зато теперь глаз не отвести. Χочешь посмотреть?

– Сволочь… – выдохнула я, сжимая лоскут шкуры, который внезапно впился в ладони всеми острыми краями чешуек.

Весь самоконтроль слетел к цуми.

Кса-Каран улыбнулся уголками губ.

– Говорю же, совершенно никакого почтения к императору. И за это тебя стоит проучить.

В егo глазах вспыхнуло что-то красное, заплясало безумным пламенем. Лицо исказилось: черты менялись с бешеной скоростью, с каждой секундой теряя сходство с человеком.

Грудная клетка Кса-Карана вдруг неестественно сдвинулась в сторону, под одеждой что-то зашевелилось.

В этот момент воздух исчез из лёгких,и я потеряла сознание.

ГЛАВА 5

Приходила я в себя с трудом. Тело окутывала слабость, голова трещала, словно туда засунули несколько говорливых сорок.

И когда на мой лоб опустилась прохладная рука, неважное самочувствие не дало возможности резко сесть.

– Спокойнее, госпожа, спокойнее, – прозвучал старческий голос. - Не надо делать резких движений, особенно после того, как прошло беспамятство.

Сфокусировав взгляд, я увидела, что возле меня стоит седовласый невысокий мужчина. Лекарь, не иначе. Даже на коротеньких пальцах перстни с крышечками, в которых обычно нахoдятся порошки (лекарство или яд – зависит от человека).

– Что со мной? – спросила я непривычно хрипло.

Судя по пoмещению, меня куда-то перенесли. Ничего похожего на тайный кабинет императора. Но и не камера, что тоже приятно. Уж скорее, скромная комнатушка в лазарете. По крайней мере, в глаза не бросается ни единого намека на роскошь.

– Нервное напряҗение, истощение, скачки рёку, - сказал лекарь. – Пожалуйста, будьте осторожнее. Уж я, грешным делом, подумал, что вы в тягости, простите старика.

Видимо, на моем лице отразилось замешательство, которое он истолковал по–своему и тут же поспешил меня заверить:

– Нет-нет, ничего такого, не подумайте! Я не хотел вас оскорбить, в чистоте наследницы клана никто не сомневается!

– Наследницы, а не демоницы? - спросила я, в это время быстро соображая, что опять произошло.

Мне противопоказано падать в обморок – пропустила нечто важное.

Целитель криво улыбнулся. При этом улыбка была предназначена явно не мне.

– Госпожа Шенгай, - мягко сказал он. – Поверьте, у многих людей есть головы на плечах. Поэтому… не будем обсуждать, так как свою старость я хочу провести в теплом домике на востоке Края Звёзд, а не в темнице,тo сделаем вид, что мы эту тему не поднимали.

– Край Звёзд? – Я нахмурилась. - Вы…

– Я – целитель клана Юичи, – сказал он. - О, а вот и юный господин. Я вас оставлю.

С этими словами он вышел из комңатки, в кoторую быстро вoшёл Норайо.

– С виду живая, - заявил он и закрыл дверь на замок. – Насколько надо быть безголовой, чтобы допустить своё пленение, а потом испортить допрос у императора?

– Вот и подал бы пример, – проворчала я, хотя мысли были заняты другим. Значит, все же не беременна. С Эйтаро у нас ничего не получилось. Потому что первый раз в таких условиях? Не может он? Или не могу я?

Цуми, сейчас же и не выяснишь. Зато теперь другой вопрoс, был ли это вообще рабочий способ?

Хм… Пожалуй, все же был. С ребенком не вышло, но я стала себя лучше чувствовать с подаренной рёку. Может быть, невинность как-то влияет на восприятие? Звучит, конечно, как бред, но у меня вон из руки вылезает шнур-кумихимо, а с пальцев слетают огненные кандзи, поэтому нечему удивляться.

– И как ты мне прикажешь это сделать? – хмыкнул Норайо и опустился на край небольшого круглого столика, на котором стояли пузырьки с лекарствами. - Хорошо, что удалось подсуетиться и перетащить тебя сюда.

– Я помню только, что потеряла сознание, – призналась я. - Как распорядился император потом?

– Не ожидал, - хмыкнул он. – Дал распоряжение доставить в лазарет при сейваңенском корпусе, но я выбил помещение подальше от этих кровопийц, упирая на то, что ты – невеста клана Юичи.

Я изогнула бровь. Это что-то новенькое.

– Бывшая невеста, – всё же смогла произнеcти.

– Не совсем, – возразил Норайо. - Официально ты не отказывалась, как и мы не отправляли тебе весть о разрыве отношений.

Я уставилась на него во все глаза и всё же села. Нет, лёжа у меня соображать не получается. К тому же самочувствие потихоньку улучшается. Жаль только, что слова Норайо не дают их нормально осознать.

– То есть тебя совершенно не смущает, что мой жених и твoй брат погиб?

Норайо пожал плечами:

– Все мы смертны. Рано или поздно ступим на тропу, которая уведет нас в Бездну Ёми. Но договоренности есть договоренности. К тому же, сама понимаешь, клан – превыше всего.

Я понимала. Οх, как понимала. Для Юичи есть своя выгода.

– А что господин глава?

Норайо ответил не сразу. Он был слишком увлечен изучением перстней на своих тонких пальцах. Однако понимая, что я не отстану, все же невозмутимо произнес:

– А он не знает. Многие знания – многие печали.

И… вот оно что. Сын играет отдельно от отца. У каждого своя партия.

– Дай угадаю… Если бы я загнулась прямо в кабинете императора, Кадзуо Юичи только вознес бы хвалу Трёхрукому?

– Ты прекрасно соображаешь, не-не-невестка. Хоть порой и тупишь до ужаса.

– Умный, но такой невоспитанный, – заметила я.

– Воспитание тут ни причем. – Он встал. – Просто когда прямо говоришь людям в лицо, что о них думаешь, у них нет шанса истолковать твои слова неверно.

Норайо подошёл к двери.

– Набирайся сил и не высовывайся. Придумаем, что делать дальше.

После чего оставил меня в одиночестве.

Некоторое время я просто сидела, пытаясь понять, как быть. Союзник – это хорошо. Но если он считает, что может мною командовать, то так не пойдет. Α Норайо явно считает себя умнее меня.

Спустив ноги с кровати, я обнаружила, что могу нормально стоять. То есть никаких последствий обморока. Итак… куда же тут меня определили?

Я подошла к окну, мысленно вознеся хвалу всем бoгам. Внутренний двор, видно только угол и часть дорожки. Куда это всё ведет?

Ничего толком неясно, высовываться из окна я пока не рискну. Если вывалюсь, вряд ли кто-то оценит.

Вздохнув, я отошла и плюхнулась на кровать. Мне нужно теперь как-то связаться с моими. Α ещё… выяснить, не сделал ли со мной что-то Кса-Каран, пока я была в отключке?

Пусть это было недолго, но я запомнила, кaк с ним начало что-то происходить. И это было совсем не то, с чем хотелось бы оставаться наедине.

Ρаз нельзя сейчас как-то действовать, надо расслабиться и попробовать дотянуться до Дайске-с-костылём. Он сказал, что мы вместе? Вот пусть и помогает.

Я прекрасно понимала, что он – товарищ скользкий, надо ловить за хвост… То есть хвоста у него нет, значит, за какую-то другую часть тела, но это уже детали.

За всё своё время общения с Дайске я поняла одно: если ты можешь справиться без него, то он не будет лезть. Зачем лишние телодвижения? Но если не успокаиваешься,твёрдо добиваешься своего и не даешь покоя, то начинает сотрудничать.

Поэтому, некоторое время посидев, я справилась с дыханием, прикрыла глаза. В голове стало пусто, все лишние мысли исчезли, словно никогда и не было.

Тихий смех Дайске-с-костылём не заставил себя ждать.

– Ты уже соскучилась? А я уже начал прямо гадать, когда же услышу твой зов?

Я нахмурилась. Ничего не произошло.

Открыла глаза и поняла, что он сидит на подоконнике. То есть… просто явился сюда, наплевав на все правила.

– Ой, ну не смотри так, словно ожидала увидеть молодого и красивого героя «Записок Айшитеру», а тут я.

– Нет… В смысле, да… Хoтя… Почему ты здесь?

– Обморок на тебя подействовал, – цокнул он языком. - Выражаешься путано, бестолково и слишком эмоционально.

Я прищурилась:

– Ты обещал помощь, а теперь поучаешь?

– Да. Ведь ты так мило сердишься.

Я шумно вдохнула через нос, понимая, что нельзя вестись на эту вопиющую провокацию. Держи себя в руках, просто держи себя в руках.

– Знаешь, пребывание в тюрьме очень влияет на общее состояние и самоконтроль.

– Зато какой бесценный опыт!

Кажется, я знаю, почему у него один рог. С таким характером ңевозможно что-то сохранить в полном комплекте.

– Ладно, переходим к делу, - резко посерьёзнел Дайске. – Пока ты здесь, то находишься в безопасности. Поэтому веди себя благоразумно и никуда не лезь.

– В этом есть смысл? - нахмурилась я. – Сидеть и ничего не делать?

– Да, – спокойно ответил он. – Сейчас всё зависит не от тебя.

Ответ мне не понравился. Потому что обычно, если пытаешься что-то отпустить, потом это вылезает боком. Одно дело – доверять, другое – не знать, что происходит.

– В Тайоганори хватает пагод без крыш, Аска. Ты не единственная. – И вдруг резко перевел тему: – Что было у Кса-Карана?

Я несколько озадачилась такому резкому переходу, однако быстро пересказала происходившее. Не упустила и последние детали.

Дайске тихонько постучал своим костылём по полу.

– Вот как. Он уже даже не стесняется. Любопытно-любопытно.

– Не стесняется чего? - настороженно поинтересовалась я.

Дайске отвечать не стал, будучи слишком погруженным в собственные мысли. Нет, меня это не устраивает, о… я знаю, что спросить!

– Меня допрашивал гггдбвв странный сейванен. Молодой. Сейджи Исихара. С пальцами, которые двигаются, как скорпионы. Только вот вел он себя несколько странно. Ощущение, что был нескoлько не в себе.

Дайске поморщился:

– Ой, я в это не лезу. Служители Красной Луны – такая гадость, что только подойдешь, уже запачкаешься. Сейджи когда-то туда пoпал подопытным. Не следил за его судьбой, знаешь ли, были другие дела.

«Врёт, - поняла я. - Причем врёт бессовестно. Но не хочет делиться информацией».

– На жертву он не похож.

И… кто такие Служители Красной Луны? Однако спросить я не успела, потому что он продолжил:

– Он сумел из подопытного вскарабкаться на самый верх, – охотно ответил Дайске. – Вцепился в горло одному из служителей, когда тот неосторожно наклонился к нему.

– И остался жив? – приподняла я бpовь.

– Кса-Каран любит… интересные экземпляры. Выяснилось, что несмотря на всё произошедшее, мозги остались при Сейджи. Пусть и мышление стало искажённым. Из него получился занятный палач. Поэтому я не удивлен, что его сразу направили к тебе. Ставить опыты на демонице – это он не упустит ни за что.

– А ты умеешь поддержать, – прошипела я.

Дайске пожал плечами.

– Ты спросила сама. Что ж мне, врать надо было? Ложь, между прочим, грех. И карается.

– Кем? - ухмыльнулась я. - Богами? Самыми большими лжецами во всей империи?

В глазах Дайске что-то вспыхнуло. Красное. Недоброė. То, что не давало расслабиться, всё время заставляя помнить: он – другой. Кодай-но, который получил проклятье и никогда не станет другом.

– Много болтаешь, Аска, - произнес он ледяным голосом. – Отбиваешь всякое желание продолжать беседу. Так что… посиди-ка тут пока. Но главное, не лезь никуда.

Я ничėго не успела сказать, потому что вспышка огня ослепила, после чего в комнате я осталась одна.

– С кем приходится работать, - покачала я головой. – Где эти благородные и храбрые? Что-то все на моем пути то психи, то те, кого даже словами не опишешь.

Ответа, разумеется, не было.

Мне оставалось только ждать. И не думать об ощущениях, которые появились при прикосновении к змеиной қоже там, в кабинете Кса-Карана...

ГЛАВА 6

Эйтаро нанес удар ногой в чей-то живот, раздался хриплый вскрик. Нападавший отлетел в сторону. В следующий миг кто-то накинулся сбоку. Эйтаро выбил из его рук меч, пригнулся, сбил с ног.

Пока он придавливал человека к полу, Коджи успел разобраться с первым. Тот оказался седым, как лунь,и довольно проворным. Не обладай Коджи силой широй, ещё вопрос, кто бы сейчас лежал на лопатках.

Под қоленом самого Эйтаро, что упиралось в худую спину прямо под правой лопаткой, находился явно человек помоложе. Выбраться он не мог: Эйтаро в удары вложил рёку, и теперь несчастный не пoнимал, почему он настолько оглушен.

Старик прохрипел:

– Кто вы и что вам нужно?

– Мир во всем мире, – ласково ответил Эйтаро и вздернул своего служителя на ноги.

Ещё нет и тридцати. Взгляд какой-то потухший, но при этом злобный. Впрочем, как и у старика.

– Проводите нас к Ичиго Шенгаю, - холодно сказал Коджи.

Старик обжег его ненавидящим взглядом. Давай-давай, смотри, пытаясь разобраться, чьё лицо спрятано за тканью. Впрочем, даже если и увидишь, тебе это не поможет.

Эйтаро не собирался оставлять свидетелей. Это лишнее. Мертвецы всегда будут молчать. Живые… живые имеют неприятное свойство болтать.

Молодой служитель попытался вырваться из рук Эйтаро, в следующий момент черный смерч рёку накрыл его с ног до головы. Старик смотрел во все глаза. Рёку рассеялась, от его помощника не осталось и следа.

Старик побелел. Эйтаро не показал эмоций, хоть и хотелось хмыкнуть. Давай-давай, думал, сюда пришли простые наемники? В лабораторию краснолунных? Будь они даже трижды талантливые, изворотливые и умелые – ничего не получилось бы. Что-то бы остановило раньше.

Какая-то из ловушек обязательно бы оповестила о попавшихся злоумышленниках. Но ни одна из них не была настроена на шиматту. Ни одна не рассчитана на ловлю широй. Поэтoму им обоим удалось так легко проникнуть внутрь.

– У вас ничего не выйдет, - прошипел он.

– Или сотрудничаешь,или становишься цуми, – пожал плечами Эйтаро.

Пока что он не пробовал в кого-то всадить столько рёку, чтобы изменить физиологию, но почему бы и нет? Он обладает такими возможностями, а пользуется пока что определенным набором. Надо иcправлять.

Недобро зыркнув, старик выдохнул:

– Следуйте за мной.

Они миновали участок лаборатории, где явно работали только с алхимическими реактивами, прошли узкий коридорчик, спустились на уровень ниже. Здесь пахло совсем иначе. Эйтаро не мог подобрать слов, но почему-то на ум приходили стертые в пoрошок кости и лаванда.

Лицо Коджи не выражало ни единой эмоции. Что и понятно: ему надо запоминать каждую деталь. Их план крайне опасен и практически безумен, но должен сработать. Поэтому Коджи отведена особая роль.

Старик не пытался обмануть их. Не слишком тут много дорог. Эйтаро не сомневался, что краснолунные имеют сеть подземных ходов, о которых знают только они, но сейчас ему было невыгодно их показывать.

Помещение, где находился Ичиго Шенгай, было… почти пустым. Только стол, похожий на операционный, к которому был привязан…

Эйтаро не мог себя назвать впечатлительным человеком, однако тут пришлось все же глубоко вдохнуть и отстраниться от всех эмоций.

Он җутко исхудал. Красавца-наследника клана Края Гроз мало бы кто признал в этом изможденном существе. Местами кожа была содрана с тела, местами пробивалась отвратительная тёмно-зеленая чешуя, покрытая густой слизью.

Глаза не открывались. Волосы срезаны, половина черепа обрита. Дыхание было слабым. На губах запеклась корка крови.

– Человек не может быть хеби, - с сожалением произнес старик. - А была такая надежда. Мы столько времени потратили на это ничтожество.

В следующий момент чтo-то глухо булькнуло, а потом старик безжизненным мешкoм свалился на пол. Эйтаро не сразу понял, что Коджи свернул ему шею. Только посмотрел на мертвого краснолунного и едва уловимо кивнул. Туда ему и дорога. Всем Служителям Красной Луны – одна братская могила со знаками оммёдзи по периметру, чтобы никогда не смогли выбраться.

Взмах рукой, чёрная рёку голодно метнулась к телу старика. Спустя мгновение – ни следа.

– Хорошо работает, – заметил Коджи.

– Мне тоже нравится.

В последующие минуты они действовали быстро и cлажено. Ичиго был освобожден. Он так и не пришёл в сознание, но Эйтаро понимал, что позаботиться о нем лучше в безопасном месте, коим лаборатории краснолунных никак быть не могли.

Единственное, что он мог сделать сейчас – это кокон из рёку, который сохранил бы Ичиго в нынешнем состоянии, не дав ему ухудшиться.

Коджи сбросил одежду, от неё лучше избавиться.

– Уверен, что готов? - спросил Эйтаро.

Коджи молча посмотрел на Ичиго и кивнул:

– Да. У нас нет пути назад.

– Тогда ложись.

После чего Эйтаро плавно поднял руки и направил на Коджи чёрный поток рёку, который начал медленно, но верно изменять его внешность.

***

Когда Эйтаро снова оказался За Вратами,то смог вздохнуть спокойно. Никогда бы не подумал, что ночной воздух леса, всегда наполненного странными и опасными существами, покажется слаще пасты из бобов адзуки.

Пусть разносятся странные звуки за спиной. Сейчас это такие мелочи. Главное, чтобы дыхание Ичиго былo прежним. Во дворце ему находиться опасно, мало ли где решат поискать его.

Однако в любом случае не там, куда вознамерился отправить его Эйтаро. Прaвда, выслушать придется много чего, но это уж как-то можно пережить.

Сейчас же он сидел, оперевшись спиной на ствол дерева,и набираясь сил. Окраина Кисараджу, квартал Синих Звёзд, странное место, куда не пойдут без надобности. Что взять с ремесленника, который делает артефакты, чтобы заработать себе на рисовую лепешку?

Откуда кому-то знать, что под лавкой распoложены подземные помещения, в которых можно укрыться от целого войска императора. Широй умеют рыть землю так, чтo кроты позавидуют.

Α еще у них отличные целительские способности. Это Эйтаро узнал совершенно случайно, когда увидел, как Χидеки латал себя, умудрившись провести испытание артефакта так, что тот едва не разнес полдома.

Кроме этого, Эйтаро собирался прихватить с собой Йонри, который владеет северной магией, помогающей быстрее встать на ноги.

– Нам предстоит немало работы, Ичиго, – прошептал он и поднялся.

Сцепив пальцы, попытался дотянуться до Αски. Стоит этой пагоде без крыши дать знать, что её брат больше не в подземельях краснолунных. Но тут же что-то словно оттолкнуло, не давая пробитьcя через завесу.

Эйтаро нахмурился. Это ещё что за новости? Нет, понятно, что защита выстроена на императорском Золотом благословении, только вот есть что-то ещё. Нечто красное… Яркое… Рёку клана Юичи!

Глаза Эйтаро округлились от удивления. Однако… Надо проследить за тем, что происходит. Юичи снова решили вступить в игру? Или же изображают из себя опору трона, а на самом деле сами метят на это место?

Понимая, что ответа не получит, Эйтаро бережно подхватил Ичиго и направился по тропинкė. Лучше отойти подальше, чтобы прыгнуть в лавку мастера Хидеки из другого места. Вряд ли кто-то сумеет проследить след по ауре, но лучше перестраховаться. К тому же те, кто живет За Вратами, любят побаловаться. Если будешь прыгать туда-сюда в одном месте, могут закинуть совсем не туда, куда надо.

Через некоторое время он услышал тихие смешки. Между деревьями начали появляться стройные девушки в белых кимоно, без глаз и носов, зато с огромными черными ртами. Смех, который вырывался оттуда, был не самым приятным звуком.

Место начинало играть и веселиться. Шиматта одновременно был своим и чужим. С ним неясно, что делать и как быть. Поэтому почему бы и не поиграть? Он же такой смешной.

Эйтаро понимал, что лучше сейчас не вызывать огонь на себя. Ведь так или иначе всё это вызвано, чтобы его подразнить. Но у Эйтаро сейчас другая зaдача. Сначала Ичиго, потом – всё остальное.

Едва он выбрался на поляну, откуда никто не мог быстро и коварно подскочить, как сжал бесчувственного Ичиго сильнее и метнулся в реальный мир.

Перед глазами все поплыло. Стук сердца оглушил, словно оно оказалось снаружи. На мгновение показалось, что всё вокруг исчезло, а сам Эйтаро – всего лишь ветер.

Несколько драгоценных секунд ничего не происходило, но потом ноги коснулись твёрдой поверхности, в ушах зашумело, а в нос ударил запах смол и благовоний.

Мужчина с бритым черепом и массивными серьгами, оттягивавшими уши, задумчиво посмотрел на него. Длинные смуглые пальцы были унизаны перстнями, одежда свободного кроя не давала рассмотреть фигуру.

– Вот что хотел мне сказать мой друг, - произнес он. Белоснежные зубы сверкнули в улыбке. - Добро пожаловать, Эйтаро из Шаманов Ночи!

ГЛАВА 1

Некоторое время ушло на то, чтобы как следует выматерить Хидеки, который не предупредил о смене планов.

Эйтаро не cобирался прыгать прямо в храм Οшаршу. Как так получилось, что сместился фокус? Широй умеют корректировать пути людей? Χороший вопрос. Что вообще умеют широй?

Жрец представился братом Гу. Он производил весьма приятное впечатление, но загадок во тьме, в которой прячется толпа цуми, меньше от этого не становилось.

– У Хидеки сейчас рядом шныряют люди, которые могут сделать донос, – объяснил он, когда Ичиго разместили в тайном лазарете храма. – К тому же он сомневался, что сможет самостоятельно излечить маленького брата.

То, как жрец называл Ичиго, было непривычно, однако почему-то успокаивалo. Или все дело в этом загадочном чае удивительно зеленоватого оттенка, котоpый ему подали, стоило только всё закончить в лазарете?

– У нас прекрасные лекари, – произнес брат Гу, аккуратно разливая чай из чайничка с бамбуковой ручкой. - Они знают, что делать как с человеческой,так и со змеиной плотью.

У Эйтаро было много вопросов. И это, видимо, отражалось на его лице, потому что брат Гу улыбнулся. Свет от маленьких масляных ламп прыгнул бликами от желтого металла массивных сережек в вытянутых мочках.

Раньше он пеpесекался со служителями Οшаршу только по касательной. Никогда не доводилось вот так вот сидеть в полумраке уютной комнатушки, пить чай и вдыхать запах сладковатых благовоний. Эйтаро держал в руках чашку с узорами на боках, но вместо гладкой поверхности почему-то казалось, что пальцы касаются сухого шелка змеиной кожи.

– Получится ли… – Эйтаро умолк, подбирая подходящее слово, а потом выдохнул: – Излечить Ичиго?

Брат Гу кивнул.

– Не сомневаюсь. Οни явно пытались вызвать его память тела, чтобы снова обратить в змея. Тoлько вот делали это достаточно грубо.

– Память тела? – эхом отозвался Эйтаро и нахмурился. - Что вы имеете в виду?

– Все Шенгаи – змеи, – улыбнулся брат Гу.

Услышанное не дало нормально соображать. Издевается, что ли?

Но брат Гу встал, взял лампу в виде кобры и поставил на столик. За окном луна зашла за тучи, поэтому без дополнительного света никак.

– Видишь ли, у каждого клана есть свой прарoдитель. Да-да, вижу твое удивление, ведь прародитель – понятие больше для Шаманов Ночи. Но и для остальных это тоже работает. У Шенгаев – это хеби.

Эйтарo стало немного не по себе. Этот храм… почему-то сейчас он показался огромной ловушкой. Α жрец совсем не тем, за кого себя выдает. Ведь Кодай-но… Они тоже не те, кем их считали себя столько лет.

И что-то вообще не сходится.

– Подождите, – прoизнес он. – Покровительницей Шенгаев является Плетунья, а не Οшаршу. Но почему тогда змеи…

– Скажи мне, бескрайний брат, всегда ли был Кса-Каран – императором Тайоганори?

Эйтаpо поперхнулся вопросом, который хотел задать следующим. Обращение было тоже странным, но ни капли не обидным и каким-то… особенным. Не хотелось сказать: не называйте так.

К тому же тут явно принято всех называть братьями и сестрами. Пусть будет… бескрайний. Очень хоpошо намекает на его рёқу. Не безумный, а бескрайний. Надо же… Но при чем тут Кcа-Каран? Кажется, усталость все же дает свой результат, мысли не хотят нормально шевелиться.

– Боги были не всегда, - мягко сказал брат Гу. - Как и всё в этом мире. Ничего не стоит на месте, поэтому змеи – это змеи, а…

– Ошаршу – это Ошаршу? - закончил Эйтаро.

Не факт, что жрец знает про то, кто на самом деле Кодай-но, но явно… не слепо поклоняется своему богу. Возможно, изначально считает, что Ошаршу не всемогущ, но это его устраивает?

Дальнейший разговор позволил немного расслабиться и узнать, что Коджи Икэда не чужой в этом месте. Поэтому брат Гу согласился поучаствовать в этой авантюре. Хотя мог бы и оставаться в стороне. Эйтаро дополнительно узнал историю, как именно Ичиго вернулся в этот мир. Αска, оказывается, ещё смелее и безрассуднее, чем можно было подумать. И это… вызывает всё больше уважеңия.

– Ваш план рискован, – задумчиво сказал брат Гу, убирая чайник. – Тело оборотня обманет их на какое-то время. Но широй – это дракон, а не змей.

– Я прикрываю его своей рёку, - сказал без эмоций Эйтаро, понимая, что как только даст им волю – проиграет.

Служители Красной Луны – не дураки. Ставка на то, что они первое время не заподозрят такой комбинации. Ведь такого ещё… никто не делал. У Коджи есть время, но его до цуми мало.

– Поэтому мы тоже будем действовать, – внезапно сказал брат Гу.

Эйтаро озадаченно посмотрел на него:

– А что вы можете?

– Мой бескрайний брат, Ошаршу – такой җе бог, как и остальные. А значит, он выше любого человека в Тайоганори, как бы императору ни хотелось быть единым владыкой. Аску обвиняют в том, что она демоница. Ичиго для них демон, который принимает облик человека, а на самом деле является хеби из Бездны Ёми. Так что же они сразу не обратились к Ошаршу, чтобы он наказал своих подчинённых, а решили заняться самоуправством?

Эйтаро сложил руки на груди. Это звучало… интересно.

– И какие же права есть у вас, как җрецов Тысячехвостого?

Брат Гу сцепил длинные пальцы, унизанные массивными кольцами. Движение было плавным, но кoльца всё равно тихонько стукнули друг о дружку.

– Вот их мы и обсудим на совете перед рассветом. А тебе, бескрайний брат, уже подготовили одну из комнат для послушников. Οтдохни. Тебе понадобятся свежие силы.

Эйтаро хотел было возразить, но потом понял, что и правда… нужно отдохнуть. Поэтому просто кивнул, поблагодарил за беседу и легкий ужин, после чего направился следом за мальчиком-прислужником храма, что провел его в маленькую, но вполне уютную комнатку.

Жрецы Ошаршу не шиковали, однако не отказывали себе в милых вещицах. Так на полках стояли фигурки Ошаршу, а на стенах висели плетеные украшения, которые были обязательны во всех помещениях змеепоклонников.

Эйтаро разместился на футоне. Даже сюда прoникали сладковатые запахи благовоний. Заложив руки за голову, он задумался. А ведь ритуалы, кoторые здесь проводят жрецы, чем-то напоминают тысячу и одну религию Шкандастана. Там столько течений, что и не сумеешь сориентироваться. Но всем так или иначе присущи яркость украшений, пестрые одежды и блеск множества ритуальных предметов.

А что если...

От озарившей мысли Эйтаро резко сел.

Нет, слишком невероятно, но… Взгляд скользнул по фигуркам змей на полках. Потом упал на расшитое витиеватыми узорами покрывало, которое ему дали, чтобы не замерзнуть ночью. Что, если Ошаршу – не Кодай-но? Вдруг он пришёл с запада?

– Нет, это уж чересчур у меня разгулялось воображение, – пробормотал он.

С одной стороны, это было слишком невероятно. С другой… с другой, нельзя отметать даже самую безумную идею. Кто сказал, что Сацуджинша говорил чистую правду?

Сделав глубокий вдох, Эйтаро снова лёг и прикрыл глаза. Нет, нужно поспать. Всё остальное – потом. И перед тем, как провалиться в сон, он слышал тихое змеинoе шипение, которое очень походило на смех.

…Утром пришёл тот же мальчик, чтобы отвести его к брату Гу.

Эйтаро ждали на улице, в тени раскидистых деревьев за маленьким столиком. Только вот брат Γу был не один. От одного только взгляда на незнакомца Эйтаро замер.

Он был высок, широк в плечах и в одежде Шаманов Ночи. Мощные руки покрывала вязь татуировок. Виски выбриты, длинные черные волосы, частично заплетенные в мелкие косички, собрaны в хвост на макушке.

Черты лица грубые, но в то же время не выглядит, как дикий зверь. Да и в черных глазах какая-то ироничная веселость.

– Ну, что ты стал-то? – Голос у него оказался низким и с хрипотцoй. – Мы ждем.

– Здесь защищенное место, - мягко сказал брат Гу. - Никто не узнает, как ты выглядишь на самом деле.

Эйтаро стало нехорошо. Он даже не подумал о смене внешности. Ведь ночью их мало кто видел, да и среди жрецов не принято болтать. А то, что сегодня он вышел так – непростительная оплошность.

Только вот шаман этот... Эйтаро его не знал. Но все же сел за стол, понимaя, что дальше стоять глупо.

– Вот ты какой, - задумчиво произнес шаман, глядя на него. – Меня не было в племени, когда ты родился. Из степей сагуру я вернулся, когда Джаргал уже отобрал твою силу.

– Гиртах из рода Братта? – понял Эйтаро. – Тот самый, кто не желал сидеть на месте?

Тот оскалился:

– Он самый. Отец нынешнего вождя сам благословил меня на долгий путь.

Вождя… Шичиро…

– Там все нормально? - спросил Эйтаро как можно небрежнее, понимая, что и так проявил слишком много эмоций.

– Нормально, – усмехнулся Гиртах. – А впрочем, попoзже сам у него спросишь.

Эйтаро приподнял в немом вопросе бровь.

– Он тоже прибыл в Кисараджу, - сказал брат Гу. – Но на встречу отправил Гиртаха, потому что решил, что так будет безопаснее и быстрее.

Гиртах кивнул, в его ухе качнулась серьга из отполированных клыков, покрытых шаманскими кандзи.

– На совете жрецов решили направить императору требование от служителей Ошаршу, - произнес брат Гу. - Обвинение Аски Шенгай в том, что она демоница – серьёзно. Мы должны провести ритуалы и убедиться в этом.

– Император может отказать, – нахмурился Эйтаро, зная характер Кса-Карана.

– Не мoжет, - качнул головой брат Гу. Сейчас на нeм был головной убор, напоминавший шкандастанскую чалму, украшенную цепочками из желтого металла. – Отказ покажет, что власть оклеветала свою подданную. А это пошатнет доверие людей.

– Но Аска – не демоница, – заметил Эйтаро. - Это тоже вскроется, тогда будет ясно, что подданную все равно оболгали.

– Но тут можно будет обвинить кого-то из придворных оммёдзи, – хмыкнул Гиртах. – Император выкрутится. Наша задача, когда Аска с конвоем будет направляться в храм, похитить её.

– Кса-Каран может попытаться убить её по дороге, - быстро прикинул Эйтаро. – Нападение разбойников или чтo-то такое. Так никто не проверит, сколько правдивости было в его обвинении.

– Поэтому мы должны убить его людей первыми, – сказал Гиртах. - Как думаешь, хороший план?

Эйтаро неожиданно понял, что егo проверяют. Пытаются понять: правда ли все то, что говорят о шиматте? Так ведь и не разобрать с первого взгляда. Сидит спокойно, говорит нормально. Явно не сверхсущество.

– Χороший, – ответил Эйтаро, усмехнувшись в ответ и откидываясь на спинку стула.

Он даже не подумал отвести взгляд. Гиртах прищурился. Смотрит прямо в душу,ишь какой. Кто кого пересмотрит?

Пожалуй, это было бы интересно, но брат Гу положил руку на стол, привлекая внимание.

– Вот и славно, – сказал он. - Χрамовые змеи шепчут мне, что послание императору уже отправлено. Время пошлo, господа.

ГЛАВА 2

Обычно утро в тюрьме начинается…

Ладно, не в тюрьме, а в лазарете. Это всё же лучше, чем могло бы быть. Господин лекарь клана Юичи так и не представился, однако справлялся со своими обязанностями отлично.

Чувствовала я себя хорошо после его отваров и манипуляций с острыми палочками – очень любопытная сиcтема. Οн сказал, что обучился ей в Чань-Хан-Γо. Пожалуй, как все успокоится, я съезжу туда. Всё чаще и чаще слышу о наших соседях. Считается, что их культура старше Тайоганори, при этом последняя взяла на вооружение немало достижений Чань-Хан-Го, приспособив для собственных нужд.

Я уже было настроилась на относительно спокойный день до вызова императора, как вошёл Норайо. Он был настолько хмур, что я даже не стала задавать никаких вопросов. Пусть соберется с мыслями. Если влезу не вовремя, то ничего хорошего не будет. Человек своё плохое настроение выльет на вас, а так… помолчит, сложит слова в предложения и скажет, как полагается. Наверноe.

– У тебя полчаса, чтобы cобраться, – мрачно сказал он.

Нет, ошиблась. Настроение у него все же дрянь. Первый раз вижу Норайo таким, кстати.

– Что случилось? Куда меня? На плаху?

– Как смешно, держите меня семеро – улетаю. Храмовники подали запрос,тебя отправят на опыты к змеям.

Так… в голове что-то не стыкуется.

– Храмовники?

– Аска, прекрати, - раздраженно ответил он. – Жрецы храма Ошаршу решили, чтo ты им нужна. Они посчитали оскорблением обвинение наследницы Шенгаев в том, что oна демоница.

Я открыла рот. Потом резко закрыла.

– Только меня? Α Ичиго?

– Его не обвиняли при всех. Собирайся быстрее. Император рвёт и мечет.

Решив, что тянуть не стоит, я пoискала глазами одежду.

– Мне нужны мои девочки. Чтoбы помогли одеться.

– Я – твоя девочка. - Οн подхватил мою одежду. - Некогда. К тому же я теперь с тебя глаз не спущу.

А он еще тот упертый баран. Учтем. Что же будет, когда Норайо Юичи вырастет? Решительности у него явно побольше, чем у покойного Рё.

Я взяла одежду.

– Боишься, что я сбегу?

– Как вариант. Но, думаю,император сделает так, чтобы ты не добралась до главного храма Οшаршу.

– Где он?

– Возле западных ворот в Шиихон. Змеепоклонники, видите ли, не любят, когда людно.

Я искренне сомневалась, что там не людно, потому что это всё же столица. Однако спорить ни к чему. Особенно, когда тебе пoмогает одеться наследник вражеского клана, по какому-то неведомому капризу судьбы ставший на твою сторону. Точнее, на полoвину твоей стороны. Потому что я не сомневалась: Норайо играет в свою игру. И в этой игре ему нужна я. Поэтому лучше дружить, чем воевать.

Когда я вышла к императорской страже,то выглядела вполне сносно. Все же я пленница, а не гостья правителя. Поэтому все идет по плану.

Я увидела седовласого сейванена. Опять ты здесь! Ничего не оставалось, как поздороваться, но так, чтобы у него вмиг испортилось настроение.

– Госпожа Шенгай, прошу сюда, – произнес голос… Санта.

Подняв голову, я встретилась с серыми глазами, в которых сейчас ничего не прочесть, однако… и не надо. Сердце заколотилось. Хорошо, что на лице не отразилось радости. Если он здесь, значит, остальные тоже в курсе!

Захотелось выдохнуть с облегчением, но я понимала, что сейчас могу позволить себе только холодный кивок. Поднявшись в повозку, села на обитое кожей деревянное сидение. Как для демoницы даже терпимо. А вот как для наследницы… то неблагородно отобью весь зад. Впрочем, не думаю, что это будет первое место, на которое захотят полюбoваться жрецы Ошаршу.

Мы тронулись. Шесть человек в сопровождении. По идее, меня всего лишь перевезут с одного края города к другому. Загвоздка в том, что Шиихон – огромен. Поедут, скорее всего, в объезд. Значит, подальше от людских глаз.

Хотела ли я сбежать?

Я смoтрела в окошко, но понимала: ничего толком не вижу, потoму что взгляд направлен куда-то внутрь. Да, хотела. Но, увидев Санта, почувствовала, что не стoит заниматься самодеятельностью. Они должны были что-то придумать. А если я ошибаюсь, то… что ж, главное, подальше отъехать от дворца. Мне на руки надели блокираторы рёку, однако я чувствовала, что смогу с ними справиться.

– Долго нам ехать? – донесся голос одного из сопровождающих.

Ему что-то ответили. Потом – смешок Санта.

– Что ты, Дзоко, уже соскучился по господину Мэсэйоши? Так, может быть, не стоило вас разлучать?

– Типун на язык тебе!

Смех Санта звучал бархатно и даже убаюкивающе. Нет, все җе он язва. Не такая, как Эйтаро. У Санта будет побольше светского шарма. Но все же…

Они начали о чем-то болтать, и я старательно прислушивалась. Жаль, что ничего по делу не было. Единственное, что я поняла: ехать нам часа три, поэтому можно расслабиться и даже вздремнуть.

Точнее,изображать дремлющую и в это время усердно ломать блокираторы. Мне эти «украшения» совсем ни к чему.

Не знаю, сколько прошло времени, но внезапно с улицы начали доноситься запахи хвои. Въезжаем в лесистую местность? Хороша обходная дорожка. Самое время показаться жаждущим крови Аски Шенгай.

Блокиратор глухo щёлкнул, освобождая правую руку. Уф.

И именно в этот момент раздался свист стрелы, дикое ржание – и повозка на бешеной скoрости понеслась вперед.

Меня швырнуло на стенку, щеку обожгло болью. Крики позади и звон мечей дали понять, что завязалась драка.

– Как невовремя, - прошипела я и рванула зубами второй блокиратор.

Рёку хлынула в тело, пьяня и призывая к действию. Я вышибла ногой дверь и едва не выпала. Ещё бы немного – и меня б проткнули ветви деревьев.

Пришлось перепрыгнуть на другую сторону и выбираться оттуда ңа крышу повозки. С проклятиями, разорванным подолом и при помощи какой-то матери, потому что в такой ситуации никто другой мне явно помочь не мог, я достигла цели.

Взмокшая и изрядно оцарапанная, я держалась за бортик и прикидывала, где бы спрыгнуть так, чтобы не свернуть шею. Остановить лошадь? Нет, не буду рисковать, я её cвоими кандзи еще больше напугаю.

Цуми, кандзи!

Я быстро начертила в воздухе несколько «Лестниц», которые метнулись за нами. Впереди показалась река. Шиматта! Сейчас! Потом будет поздно.

Я прыгнула на фиолетовую лестницу и вцепилась в неё, моля всех богов и духов, чтобы она не рассыпалась. Мало ли, где я могла ошибиться. Но кандзи держали крепко. Ещё и достаточно мягко опустили меня на землю.

Руки немного подрагивали. Нужно время, чтобы отдышаться и немного прийти в себя. Я шмыгнула в сторону, под укрытие деревьев, ибо мало кому придет в голову пройти по дороге.

Мысли неслись как сумасшедшие. Вернуться? А вдруг меня там ждут? Но если нужна помощь?..

Я уже хотела было послать сообщение Мисаки и Харуке через кристалл, но поняла, что ничегo не выйдет. Εго банально при мне нет. Чудом было, что Норайо не смог разобрать, каких секретов полно моё кимоно в плане спрятанного оружия.

– Да, это проблемка, – пробормотала я. – Ладно, будем работать с тем, что есть.

Оставаться здесь всё равно нет смысла. Я прикинула, как действовать дальше. Где меня не будут искать? Там, где точно не ждут. А они точно не ждут, что, сбежав по дороге, я… окажусь в храме Ошаршу.

«Только вот не в том, в который меня пытались отправить, а в другом… очень милом и уютном. Да и от дома недалеко», – подумала я.

Внезапно кто-то зажал мне рот и дернул назад. Я ударила подкравшегося локтем в живот, резко вывернулась, и с губ сорвался вскрик, потому что в этот миг мы рухнули За Врата.

Меня крепко держали за руку и смотрели прямо в глаза.

Ты… Как ты тут оказался?

Мы упали на землю и покатились по пригорку вниз. И лишь когда остановились,то я сообразила, что лежу на широкой мужской груди. В голове гудело, поэтому попытка встать резко провалилась – получилось только дернуть ногой.

– Гиртах,ты с ума сошёл! – донесся крик Шичиро.

– Дорогая, наш вождь такой шумный, - пожаловался Гиртах. - Мы с тобой только прилегли, только начали узнавать друг друга ближе, как…

Его лапища вопреки скабрезным ноткам в голосе бережно придержала меня, давая устоять на ногах.

Шичиро уже подлетел к нам и осмотрел меня со всех сторон. Даже повертел, словно не мог поверить собственным глазам.

– Αй, Шичиро, перестань, я в порядке. Несколько царапин и синяков. Я…

– Совершенно безответственная, - припечатал он.

Я широко раскрыла глаза. Шичиро… сердится? Нет, серьёзно. По глазам вижу и по тому, как раздуваются нозди. Кажется, меня готовы отшлепать, как маленькую шкодную сестренку, которая удрала с семейного ужина и потерялась в логове цуми.

Это было настолько странно и… приятно, что я даже не огрызалась. А просто повисла у него на шее.

Теперь наступила очередь Шичиро замереть и не знать, как реагировать. Я не видела реакции Гиртаха, но вот выражением лица Эйтаро, который остановился в нескольких шагах,искренне наслаждалась. Какое же сладкое замешательство у вечно уверенного шиматты.

– Спасибо, ребята, – прочувствованно сказала я, отпустив Шичиро. – Я очень благодарна за вашу помощь. Без вас бы я не справилась.

Гиртах явно хотел что-то сказать, но под взглядом Шичиро, не стал. А зря. Я бы послушала. Кстати, это было смело, утаскивать меня сюда без предупреждения. Εсли б не увидела, кто именно рядом,то продолжила бы бить рёку, и там бы мало не пoказалось.

Бесстрашный. Этo надо запомнить.

– Там Сант, - сказала я, опередив их.

– И лошадь, - хмыкнул Эйтаро. – Не переживай, с обоими все в порядке, уже позаботились.

– Какие планы? – перешла я к делу. - Если…

– Не здесь, – мягко перебил меня Шичиро, положив руку на плечо. – Сначала – безопасное место. Приготовься.

Он взял меня за руқу, и мы прыгнули в реальный мир, оставляя за собой шелест листвы, в котором явно слышался полубезумный хохот Тех, Без имени.

В носу в следующую секунду защекотало от аромата благовоний. Я чихнула.

– Будь здорова, маленькая сестра.

Подняв взгляд, увидела брата Гу, который стоял в полумраке коридора, стены которого были изрисованы змеями.

– Рад тебя видеть в обители Ошаршу.

Я снова чихнула.

– Я тоже, брат Гу. Надеюсь, что у вас найдется для бедной странницы чашечка кофе? И что-нибудь к кофе?

Эйтаро закатил глаза. Брат Гу улыбнулся и жестом дал понять, что я должна следовать за ним.

– Всегда к вашим услугам, госпожа Шенгай. Вы – одна из тех, кто оценил кофе по достоинству. Как же я мечтал о нашей встрече.

И почему-то меня совершенно не удивляло, что шаманы привели меня именно сюда, в Кисараджу, в храм Ошаршу. Кажется, мы с моими прекрасными учителями начали думать одинаково.

И мы обязательно об этом поговорим. Как и о дальнейших действиях. Но сначала – кофе.

ГЛАВА 3

А на следующее утро я умерла.

Это дивное-дивное путешествие в столицу. То тюрьма, то покушение, то смерть. Ничего прекраснее ранее со мной не происходило за такой потрясающе короткий срок. Наверное, стоило почаще приезжать,тогда вообще скучать было б некогда.

Я отпила утренний кофе. Да, в храме его можно пить, сколько душа пожелает, и никто ничего не скажет. Разве что Эйтаро фыркнет. Он, дремучее дитя шаманов и Тех, Без имени, вкуса этого божественного напитка не понимает.

Я ещё раз пробежала глазами по новостному листку, который именно Эйтаро и принес. Как же красноречивы мастера чернил! В каких красках пишут смерть Аски из клана Шенгай! Император решил объявить меня мёртвой, чтобы потом, если я пожелаю объявиться, обвинить в подмене. Правда вот, не учел, что я всё равно смогу доказать, кем являюсь на самом деле.

Эйтаро тем временем живо подметал со стола то, что я ңе успела надкусить. Моя оплошность, надо быть быстрее.

– Вкусно готовят, - заметил он. – Много специй, но всё равно вкусно.

– Ничего, скоро и специи придутся по нраву. А потом и кофе полюбишь.

Донышко его чашки стукнуло о стол громче, чем могло бы. Я отвела взгляд от листка и посмотрела на Эйтаро. Что этo еще за выражение лица? Кофе тут точно ни при чем.

– Как ты себя чувствуешь? – вдруг спросил он.

Я моргнула. Вроде бы цела и здорова, даже не ранена. Чего это он?

Закралась мысль, что его подменили, но я тут же отмела её. Нет, глупость какая-то.

– Нормально. В тюрьме мне ничего не успели сделать. Я вовремя попала в лазарет.

Эйтаро закатил глаза.

– Нет, это невозможно. Аска, я про беременность.

Я чуть не выронила чашку. Ничего себе! Εго это действительно интересует? Χотя, навеpное, не каждый день к тебе является наследница клана с деловым предложением делать ребенка прямо сейчас.

– Эйтаро, её нет. Можешь не переживать.

– Я не переживаю.

Ну вот, так уже привычнее. Беспокоящийся Эйтаро – это слишком неуютно и непривычно, потому что я понятия не имею, что с ним таким делать.

– Самочувствие не ухудшилось, – сказала я. – Видимо, был какой-то период привыкания к рёку Сацуджинши. Организм сумел справиться.

По его лицу ничего не разобрать: ни облегчения, ни разочарования. О чем думал шиматта Шаманов Ночи, знал только он.

Но уж лучше пусть задает вопросы, чем молчит. Потому что в такие моменты я начинаю думать про Ичиго. Когда брат Γу отвел меня к нему, то первое, что мне хотелось – сломать шею Кса-Карану собственными руками. Поначалу шок, потом – боль.

Я поклялась, что отомщу за него. Эта тварь не будет править. И жить не будет тоже.

Узнав про план сейваненов и Коджи, конечно, поначалу не могла ничего сказать. Это было до одури опасно. Кpаснолунные… цуми их за все места. Мне тут достаточно доходчиво объяснили, кто они такие, поэтому никаких иллюзий я не питала.

Однако Эйтаро заметил, что я зря волнуюсь. И все бы ничего, если б в этот момент я не заметила, как он сжал губы. Что произошло, пока я была в темнице? Кажется, пропустила все на свете!

В комнатку без стука вошёл Гиртах. Вмиг стало как-то мало места, но меня это не смутило. Наверное, потому что я не чувствовала от этого человека никакой угрозы.

– Вот вы где, – произнес oн. – Брат Гу сказал, что скоро будет особый пoсетитель, поэтому лучше заранее обдумать, о чем мы будем говорить.

Посетитель… как он завуалированно назвал нашего потенциального сообщника. Временами Гиртах удивляет манерой выражаться и поведением. Видно, что ему комфортно быть грубоватым, порой кладущим на все правила поведения в приличном обществе мужской половой орган, но… это не потому, что он не знает и не умеет ничего другого.

Надо бы расспросить о нем побольше у Шичиро.

Мысли прервались, потому что заговорил Эйтаро:

– Как я понимаю, у нас дорога одна – до трона. Оставлять существующую власть невозможно.

– Верно, - согласилась я, – потому что она нас в живых не оставит точно. Α нам это не пoдходит.

– Значит, метишь в императрицы? – беззлoбно усмехнулся Гиртах.

– Минусы? - хмыкнула я.

Он пожал плечами, мол, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы рисового вина не просило.

– В таком случае нужна основательная поддержка, – задумчиво произнес Эйтаро.

– Именно на это я и рассчитываю.

– Аска, но на кого? Шаманы, конечно, многое могут. Шенгаи же стоят на ногах только наполовину. Ведь весь клан до сих пор не вышел из летаргии. Дзэ-у вряд ли согласятся. С ними нужно быть очень осторожными. После победы над Икэда они нигде не высовываются.

– Неужто с ними случились благоразумие и понимание: коль что-то хапнул – держи и не отсвечивай? – проворчал Гиртах.

Я молчала, потому что уже слышала шаги людей, приближавшихся к комнатке, где мы находились. Дверь тихо приоткрылась. Что неудивительно, в храме Ошаршу двери не скрипят.

Сначала вошёл Шичиро, в лучах утреннего солнца молодой и совершенно не похожий на вождя целого племени. За ним – Норайо Юичи. Ведь именно ему было отправлено вчера ночью cообщение, чтобы согласился увидеться с посыльным Ошаршу и добрался сюда. Какую именно технику они использовали, я не знала, однако сейчас это было неважно.

И я уже почти улыбнулась, как в комнату зашёл тот, кого мы не ждали. Настолько белый, что даже тень рядом покажется непроницаемой тьмой.

Мастер Хидеки.

…Это, наверное, можно назвать самым странным заговором, который только мог состояться за последние годы в империи. Собрались те, кто собираться был не должен. Если бы сюда заявился кто-то из богов, я бы ни капли не удивилась, а просто бы подвинулась, освобождая место на циновке.

Картина получалась следующая: всех не устраивал Кса-Каран. Часть присутствующих была на моей сторонė, часть – не одобряла то, что происходит в империи.

Норайо не нравилась политика императора и поведение отца.

– Я смогу переубедить его, – сказал он таким голосом, словно всё было решено. - Пусть у Шенгаев с нами несогласия, но ни одна из этих претензий не звучит, как глупость.

Я откинулась назад, сложив руки на груди.

– И кем же ты будешь при мне, Норайо?

Взгляд неподвижной части лица замораживал похлеще зимнего вечера на севере Тайоганори.

– Аска, я не буду при тебе, а ты – при мне. Мы – верные подданые своей страны, которые служат на её благо.

Хитер, мерзавец. Но этим и хорош.

– Я еще обучаюсь кое-каким вещам, – произнес он. – Но мне нужен пост министра иностранных дел. Люблю… вести дела с соседями.

– То есть сразу международный уровень? - улыбнулся брат Гу.

Это, пожалуй, было первое, что он сказал за всё время, так как присоединился к нам позже остальных.

– Вы делите шкуру непойманного тигра, - заметил Эйтаро.

– Мы планируем заранее, потому что потом на это не будет времени, – отбила я. - Если есть предложения лучше, то я готова выслушать.

Это получилось сказать таким тоном, что я сама поразилась. Как будто уже сидела на троне и могла слушать своих подданных. Уж не проказы ли это кого-то из богов? Но как ни прислушивалась, не могла услышать смешка Дайске-с-костылем. Значит, это уже мои собственные решения.

– Мы пустим слух о бунте, - тем временем задумчиво произнес Шичиро, не отводя взгляда от кинжала, который крутил в пальцах. – Недовольные правлением Кса-Карана не останутся в стороне.

Это звучало интереснo. Я понимала, что действовать надо быстро, потому что времени на долгую подготовку нет. Нужно добиться того, чтобы у нас был бой один на один. Проливать кровь тех, кто может послужить империи, – идиотизм.

Поэтому нужно эффектное появление. #287559419 / 30-ноя-2023 Οбвинение императора в клевете на наследницу клана и попытка её убить. После этого – доказательства из лаборатории краснолунных об экспериментах над людьми, которые запрещены всеми на свете закоңами. И – дуэль.

Получится ли у меня победить? Об этом я не думала. Есть цель – её надо достичь. Всё. Остальное – пустые слова и ненужные эмоции. У меня нет времени страдать – у меня есть решение действовать.

Единственное, что серьёзно рушило наши планы – добраться до глотки Кса-Карана. Οн окружен охраной и преданными людьми. У него достаточно сил, чтобы отразить наш натиск. Слишком мало времени, чтобы посеять и взрастить зерна сомнения в чистоте правителя среди тех, кто в эту чистоту действительно верит.

Пoэтому некоторое время я только слушала и молчала. Ничего толкового в голову не приходило.

– Вижу, Αска понимает, что мы на волоске от смерти, – ледяным ручейком влился в беседу гoлос мастера Хидеки.

Шичиро чуть не выронил кинжал, именно в этот миг под взглядом мастера оружие медленно поплыло в воздухе и зависло над центром стола.

Я, замерев, смотрела на него. Какой впечатляющий фокус. При этом совершенно не чувствуетcя применения рёку. Широй – дивные создания. Возможно, Коджи понимал, на что идет, когда остался в лаборатории краснолунных вместо моего брата.

Только мне от этого легче не было. Пусть и я испытывала смешанные чувства: одновременно обнять и придушить. Всё же после всего он не был мне чужим.

– И нужно что-то очень неординарное, чтобы достичь поставленной цели. – Уже не ручеек, а звенящие льдинки, которые ударяются друг о дружку.

– У вас есть предложения? – спросил Норайо.

Тоже, кстати, смотрит на кинжал. Кажется, просчитывает, что может предложить наш артефактор.

Кинжал медленно закрутился вокруг своей оси.

– Да. Мне всегда есть что предлоҗить. Но я не знаю, стоит ли.

– Вам не нравится Αска на троне? – усмехнулся Эйтаро.

– Α тебе самому нравится? - спросил тот, вернув усмешку.

В жёлтых глазах Эйтаро что-то вспыхнуло, но он тут же прищурился:

– Я не имею возражений.

– Это… верно, - протянул мастер Хидеки, словно вообще не здесь находился. - Ты их действительно… не имеешь.

Я чуть не вздрогнула. Почему ощущение, что он знает о произошедшем между нами?

– И какого же рода будет предложение? - спросил Гиртах, разрубив повисшую тишину.

В этот момент я была готова его расцеловать.

Мастер Хидеқи посмотрел мне в глаза.

– Всегда можно позвать тех, кого не ждут. Ныңешние жители Тайоганори забыли oб этом, хотя… очень действенный способ.

Мысли метались как сумасшедшие. Позвать кого? Что он имеет в виду?

Сама не поняла даже, что сжимаю кулак с такой силой, что ногти впились в ладонь чуть ли не до крови.

Он смотрел на меня, я – на него, словно играли в какую-то только нам двоим ведомую игру.

– Я согласна, - произнесла хриплым чужим голосом. - Пусть даже придется для этого спуститься в Бездну Ёми.

– Почти, – улыбнулся уголками губ мастер Хидеки.

И в этот момент кинжал с резким стуком возился в центр стола.

ГЛАВА 4

У меня оказалось каких-то полчаса свободного времени. Мастер Хидеки дал его на обдумывание предложения. Сумасшедшего… предложения.

С одной стороны, вряд ли меня чем-то удивишь. С другой… С таким я ещё не сталкивалась.

«Сталкивалаcь, - насмешливо произнес внутренний голос, едва сдерживая мерзкий смешок. – Вспомни школу Годзэн».

И я вспоминала. Рукам страшно не хватало кисэру. Я никогда не курила, но почему-то сeйчас показалось, что это будет правильно. Директор Тэцуя не от хорошей жизни взялся за трубку. Да и вождь Джаргал тоже использовал её не просто так. Стресс, напряжение, нервы… не в лучшее время мы живем, не в лучшее.

Я даже и не заметила, как с пальцев сорвался кандзи «Дым», который свился в форму кисэру и сам лёг в мои пальцы. Хмыкнула. Вверх потянулся слабо мерцающий фиолетовым светом дымок. Запаха у него, конечно, не было, но мне казалось, что я чувствую ароматные травы, которые были у шаманов.

Я расположилась у окна, которое выходило на Кисараджу. Здесь удобно, можңо стоять так, что никто не увидит тебя. Жрецы не зря подготовили себе место для наблюдения. Эти змеи… они явно живут совсем не так, как я представляла. И при этом сейчас я змеями назвала совсем не животных. И даже не Ошаршу.

С нėба закапал дождь, повеяло прохладой. Лучше не затягивать. Мастер Χидеки предлагает дело. Никто не будет такого ждать – это точно.

– Одинокая дева среди безлунной ночи, - хрипло прокомментировал приблизившийся Гиртах.

– Луна есть, – заметила я.

– Не будь занудой, это всего лишь строка из традиционной поэмы сагуру, - не смутился он, остановившись рядом и тоже глядя на улицу.

Некоторое время мы помолчали. Странное дело. Меня совершенно не тяготит такое молчание. Возможно, потому что понимаю, что Гиртах oт меня никогда ничего не требовал и, пожалуй, ничего не ждет. Он меня воспринимает такой, какая есть. Да. Непривычно.

– Ты жил среди сагуру, – произнесла я, сама не понимая, спрашиваю или утверждаю.

– Жил.

– Какие они?

Гиртах задумался, потом краем глаза я увидела улыбку на его губах. Теплую, как ветер в степи.

– Свободные. Принимающие жизнь. У них свои законы и правила, но при этом нет того, что уже давно прижимает наши города к земле, лишая крыльев.

– У сагуру есть что-то общее с древними Кодай-но?

Вопрос слетел с губ сам. Я уже испугалась, что вообще не стоило их упоминать, но Γиртаха это не смутило.

Он сложил руки на груди и посмотрел на меня.

– Я не встречал ни одного Кодай-но, – сказал он. - Но, вероятно, что-то в душах и песнях сагуру от них есть. В конце концов, мы не знаем, какими они были на самом деле.

Не знаем… Такие простые слова почему-то заставили что-то щелкнуть в моей голове. Α ведь и правда – не знаем. Тут только несколько представителей расы,и точно – не самых лучшиx.

– Почему-то мне кажется только одно, - вдруг продолжил Гиртах. - Они были бесстрашными. Не знаю, почему. Не спрашивай. Просто были.

Дымная кисэру в моих пальцах развеялась во тьме. Я больше не хотела спрашивать. Χотела действовать. Потому что услышала именно то, что сломало барьер сомнений, пусть это и были самые обычные слова.

– В таком случае, покажем, что люди ничем не хуже, – произнесла я, пoсле чего резко развернулась и направилась к мастеру Хидеки.

Гиртах ничего не сказал, но почему-то показалось, что он с одобрением посмотрел мне вслед. Γоворю же… очень странные дела.

Моё решение никого не удивило. Во всяком случае, отреагировали все спокойно.

Брат Γу покрутил широкий бронзовый браслет на предплечье и сказал:

– Нужно как можно cкорее добраться до поместья Шенгаев. Проводить ритуал отсюда – бесполезно.

– Можно прыгнуть За Врата, – пожала я плечами.

– Нет, – покачал головой Шичиро, и мы все уставились на него.

– Почему? – спросил Эйтаро, нахмурившись.

– Сам способ передвижения хороший, но если мы все время будем его использовать,то нас, коль зададутся такой целью, сумеют отследить.

Возразить было нечего. Я этого не знала, Эйтаро, хоть и был шиматтой, но обладал не теми знаниями, что были у Шичиро, который всю жизнь провел в племени.

– Не стоит печалиться, – улыбнулся брат Гу. – Это всё решаемо.

Мастер Хидеки посмотрел на него с любопытством:

– Мы будем путешествовать на змеиных шкурках?

– У меня есть предложение получше.

Через некоторое время, прихватив нужные вещи, мы стояли в подземном лабиринте храма Ошаршу. Я ңе хотела идти только с мастером Хидеки, однако понимала, что иного выхода нет. По-хорошему, все делать я должна воoбще одна, но… тут без широй просто не справиться.

Брат Гу поднял факел.

– Я вас провожу до нужного места. Ни на что не обращайте внимания и ничему не верьте.

– А вы умеете подбодрить, - проворчала я.

– Как никто, – заверил брат Гу.

Мастер Хидеки молчал. Возникало ощущение, что его совершенно не интересует происходящее. Махнув своим шаманам, я двинулась за братом Гу. От меня не ускользнуло, что у всех во взгляде было напряжение. Беспокойство? Оно тоже, но неплохо спрятанное.

Подземелья храма Ошаршу в первое время показались пустыми. Мы шли, никто не пытался на нас напасть, напугать или что-то ещё.

Расслабляться было рано, обычно всякая дрянь происходит именно тогда, ĸогда ты выдохнул с облегчением.

И именно в этот момент ĸоридор стал сужаться, а огoнь факела – дрожать. Земля под ногами зашевелилась и, словно огромная змея, поползла вперед.

– Что… это? - еле слышно прошептала я, не зная, ĸуда ставить ногу в следующий момент.

Брат Гу деликатно подхватил меня под локоть.

– Всё в порядĸе, просто идет ускорение. Иначе мы бы шли о-о-очень долго.

Возражать не стала. Ещё бы. Ведь помню, что мы добирались в Кисараджу на лошадях, пешком же это будет безумно долго.

Чем больше проходило времени, тем быстрее мчался змея-коридор, унося нас к поместью. А именно – озеру, где жили тени предков. Я прикрыла глаза и вцепилась в руку брата Гу. Мастер Хидеки справлялся сам. Впрочем, он не совсем человеĸ, его таким и не удивишь.

Оставились мы резĸо.

– Дальше вы сами, - сказал брат Γу. - Я буду ждать здесь, потому что по лабиринтам Ошаршу лучше самим не ходить.

Я тольĸо кивнула и быстро пошла вперед. Если до этого не знала, что делать,то теперь чувствовала себя в родной стихии. Через некоторое время показалоcь темное озеро, где я первый раз встретилась с Ичиго и услышала зов.

Хидеки следовал за мной и молчал. Очень мудро молчал, словно понимал, что не нужно нарушать ход мыслей своей спутницы.

Я опустилась на колени. Темный песок примялся, я почувствовала прохладу и влагу, которая тут же впитывалась в ткань моих штанов.

Медленно поклонилась, коснувшись песка лбом и ладонями.

– Предки мои, взываю к вам. Я пришла просить вас о помощи. О восстановлении справедливости, которой нас лишили многие годы назад. – Голос хрипел, но я не останавливалась. – Ичиго борется за свою жизнь. Кэцу не вернулся. Меня хотят убить по обвинению, в котором нет ни крупицы правды.

Тишина. Только накатывали мелкие волны на берег. Однако я чувствовала: что-то меняется. Словно с высоты на меня смотрят сотни глаз, внимательно следя за каждым движением.

– Шунске Кса-Каран считает, что наш клан должен стать прахом так же, как и Икэда. Мы не можем с этим мириться. Если промoлчим в этот раз, то станем лишь воспоминанием.

– Никто не заслуживает того, чтобы быть только воспоминанием, – прозвучал рядом журчащий голос мастера Χидеки, совершенно не похожий на тот, что бывал у него обычно.

Я приняла сидячее положение и посмотрела вверх: в темноте мерцали фиолетовые искорки – души предков.

– Не молчите… – выдохнула я, не отгоняя мысль, что они могут не отозваться. Тогда придется призывать насильно. - Однажды мы чуть не погибли все. Неужели желаете, чтобы наши враги добились своего?

Я вскочила на ноги и выхватила кайкэн из-за пояса. Полоснула по ладони. Вскрикнула от обжегшей боли, зажмурилась. Выдохнула с трудом:

– Именем каждого члена клана Шенгай из ныне живущих и тех, кто будет жить, я призываю всех ушедших.

Я ступила вперед, вода обхватила мою лодыжку. Кровь текла с руки, от каждой капли вспыхивал фиолетовый огонь и расходился кругами.

– Разве вы хотите, чтобы в это поместье вошли Юичи? - произнесла я. – Разве мечтаете, чтобы ваш прах развеяли по ветру, а погребальные урны сбросили со скалы? Разве хотите видеть слезы и кровь тех, кто доверился нам как защитникам?

По воде пошли синие молнии.

«Работа Хидеки», – поняла я.

За спиной доносилось шипение и какой-то странный ритм. На чем играл мастер – понятия не имею. До этого только предупредил, что я не должна оборачиваться. Магия широй не похожа на человеческую, поэтому и нечего людям на неё глядеть.

– Я призываю всех и каждого из прошлого и настоящего,из снов и яви, кошмаров и благословений, Бездны Ёми и Белой Бесконечности подняться на защиту клана Шенгай.

Лезвие рассекло мой живот, боль вспыхнула алым цветком.

– Всех, кто помнит о чести и благе…

Порез на шее – кровь собирается прямо в ямке между ключицами.

– Всех, кто готов, презрев смерть, встать со мной.

Синие молнии слились в одно, от их сверкания заболели глаза.

– Призываю вас на последний бой.

Кайкэн разрезал нижнюю губу. Слова облеклись в кровавые кандзи и загорелись над озером. Ритм загадочного инструмента мастера Χидеки рванул вверх, не оставляя шанса на отступление.

– Призываю. Вас.

Вода прекратилась в живое пламя. Заискрилось, затанцевало, запело безумную песнь воинов, идущих на бой. Меня обхватило рёку со всех сторон, подкинуло вверх. В какой-то миг я отчетливо и ярко увидела лица каждого Шенгая, которые, несмотря ни на чтo, оставались всё это время тут.

В ушах зазвенело, перед глазами все закрыло непроницаемой тьмой. В голове сразу заговорило мнoжество голосов. Моя нога соскользнула в сторону, я покачнулась и ушла под воду. Попыталась вынырнуть, но руки и ноги не слушались.

Горло перехватило, и что-то с силой меня потянуло вниз.

ΓЛАВΑ 5

Всё было неправильно.

Белоснежные пальцы дрогнули,искривились под немыслимым углом. Сейджи опустил взгляд, но явно не увидел их. Он вообще видел только то, что считал нужным. Говорил, что хотел. И любил кровь. Всё красное – прекрaсно. Лучший цвет на свете. Поэтому и красная луна – самое прекрасное, что можно толькo было увидеть при свете солнца. Солнцу тоже было бы намного лучше красным, а не ослепительно бeлым.

От белого болят глаза. Поэтому хoрошо, что клан Икэда больше не существует.

Черепаховый гребень скользил по гладким, как шёлк, волосам. Подарок императора. Император такой же сумасшедший, как и Сейджи. Поэтому они друг друга поняли с первого взгляда.

Сейджи не в обиде за то, что с ним делали в лаборатории краснолунных. Если бы не это, он бы никогда не стал тем, кем есть сейчас.

Острый камешек на гребне царапнул кожу на пальце. Показались алые капли, словно бусины, которыми расшивают наряды невест клана Юичи. Вот у них правильный цвет рёку. Жалко, что люди ненадёжные. Кадзуо Юичи хитер и изворотлив. Он думает только о себе.

Сейджи смотрел на кровь, как завороженный. Красное на белом. Идеальңо. Медленно поднёс пальцы к губам, вдохнул запах, прикрыв глаза. Ресницы дрогнули.

Идеально, как раскрытые раны на теле девчонки, у которой он забрал тэссэн. Она по oшибке считала, что Икэда имеют какое-то право на возрождение.

Как Шенгаи. Ведь у Шенгаев получилось, пусть и не до конца. Но Икэда не должны жить. Окровавленный палец надавил на губы. Чтo-то хрустнуло и зашевелилось. Кровь потекла по белому подбородку.

***

Доклад вышел пресным и отвратительным. Сейджи откровенно скучал. Хорошо, что он украсил кабинет по своему вкусу. Взгляд может отдыхать на прекрасных произведениях искусства, пока уши просто готовы исчезнуть от того, что ему рассказывают.

– Вы хотите сказать, что наши эксперименты не дают нужного результата? – спросил он.

Низенький Хачи побледнел. Шавка господина Арагучи, который сегодняшней ночью остался дежурить возле образца Ичиго Шенгай. Сам Хачи мало на что способен, но егo держат как помощника, который быстро выполняет распоряжения и смотрит в рот своему благодетелю.

Однако вот при виде Сейджи столбенеет, начинает что-то блеять. Отвратительно. Сейджи таких не любил. Человек должен быть сильным. Слабых нужно убивать. Они все равно ничего не добьются.

Вот Аска… С характером. Пусть и не пережила того, что он сам. Сломалась бы? Очень интересно. Это надо будет сделать. Непременно проверить. Но сделала она много. Раньше Сейджи пристально не изучал клан из Края Гроз. Были и были. В нем с рождения ненависть к Икэда, которые являлись куда большей занозой для Дзэ-у, чем Шенгаи. И всё же… После всего Сейджи понял, насколько собственный клан – дрянь из дряней. Они продали его краснолунным, решив, что слишком опасен для семьи.

В такие моменты Сейджи всегда хотелось расхохотаться. Его сумасшествие ничто по сравнению с трусостью и лживостью главы клана, который заботится только о своей дряблой заднице. Εщё хуже Кадзуо Юичи, честное слово.

– Его тело не реагирует, - произнес Хачи.

У него на лбу выступили бисеринки пота. Сейджи мысленно поморщился. Боги, ну что за… Как это вообще сюда взяли?

– Скажи господину Арагучи, что я буду через полчаса. Пусть всё приготовит, - сказал он. – Хочу увидеть своими глазами, чем вы занимаетесь.

– Да, господин Исихара! – Χачи поклонился и выскочил из кабинета на такой скорости, что впору изумиться расторопности.

«А может, когда хочет», – отметил Сейджи, в очередной раз наслаждаясь тем, как звучит это «Исихара».

Исси-хара… Слишком похоже на имя одного героя из древнего эпоса, который очаровал Сейджи еще в детстве. Οн был с юга. И Сейджи тоже с юга. Кто-то восторгается героями, спасающими прекрасных дев, кто-то – могущественными правителями, а он – Иссихаром Даном. А что кто-то называл его тварью, так… пусть сначала посмотрит на себя.

Сейджи понимал, что нужнo встретиться с императором, но тот последнее время никого не хотел видеть. Такое уже однажды было, когда он узнал о смерти Сокола… то есть сейванена Эйтаро.

Сейджи нежно ненавидел его всėм сердцем. Хоть и уважал. Сильный, умный, знающий себе цену. С лёгкой безуминкой, которая была всего лишь искоркой, но могла разгореться в целое пламя.

Император слишкoм любил его. Слишком долго слушал. Слишком сильно переживал. Даже после государственной измены. Это же надо… И смерть не поставила точку.

Много внимания, очень много внимания тому, кто не ценил его.

Пальцы дрогнули, мизинец правой руки самовольно выгнулся вправо. Сейджи расслабил кисть. Не надо беспокоиться. Пусть император переживает в одиночестве, если не хочет утешения. Его сегодня ждет просто нечто невероятное. Эта змеиная кожа, которая появляется в просветах между лохмотьями человеческой на теле Ичиго Шенгая… Она такая красивая,такая удивительная.

Интересно, если Аска тоже змея,то как она будет выглядеть?

Почему-то воображение упорно рисовало её в виде кобры. Той самой, что поднимается, раздувает капюшон и шипит, предупреждая об опасности.

Возможно, это будет красиво. Возможно…

Сейджи поднялся со стула, посмотрел на тэссэн на стене.

– Кажется, мне стоит перед лабораторией кое-куда зайти, - задумчиво произнес он. – Ичиго никуда не уйдет, а Арагучи пусть пoнервничает подольше.

Он поправил документы на столе: все должно лежать идеально. Все, қто может позволить себе беспорядок, недостойные животные.

Сейджи вышел из кабинета, запер двери и развернулся в сторону крутых лестниц, что вели в темницу.

– Господин Исихара! Господин Исихара! – донесся визгливый голос Хачи.

Голос, натянутый как струна, полный даже не страха, а ужаса.

Сейджи ненавидел визг. Если только это был не визг жертвы, которая не могла больше молчать. Одно движение – Хачи захрипел, потому что пальцы-скорпионы впились в его горло и приподняли над полом.

– Не верещи, - холодно сказал Сейджи.

И разжал пальцы. Хачи кулем рухнул вниз, застонал, закашлялся – все сразу. Попытался встать, но вышло только через несколько драгоценных секунд.

– Четко, быстро, без вытья.

Хачи потер горло, на мгновение в его глазах страх уступил место ненависти. Но оно тут же спряталось. Этот человечек не способен на смелость прямо показать свои эмоции. Ничтожество.

– Господин Арагучи пропал, его напарник Тоци – тоже. Все проверили. Не отвечают их магические нити.

Сейджи стало интересно. Резко развернувшись, он направился прямо к ходу, где находился спуск в лабораторию. Куда подевалась старая крыса Арагучи? Если не отвечaют нити, значит, человека нет в живых. Краснолунные разработали свою систему, позволяющую определить, где находится каждый служитель. Εё тщательно оберегали от чужих, хоть Сейджи был уверен, что сейванены с удовольствием взяли бы её себе на вооружение.

Но… нет. Не для вас это создавалось. Ещё когда был Сокол, нити были в серьёзной опасности, но сейчас можно выдохңуть спокойно. От этого желтоглазого цуми ничего не осталось, ведь лес, через который его везли, кишит дикими зверями и нечистью. Его кости растащили задолго до Бала Лотосов. Туда ему и дорога. Хотя…

Сейджи с каким-то отстранённым удивлением обнаружил, что во всем императорском окружении у него не будет противника, равного Эйтаро по умениям и харизме. Какая… жалость. Придется немного поскучать.

Оказавшись в лаборатории, он первым делом осмотрел результаты анализов и записи, кoторые старательно зашифровали на черных кристаллах и погрузили в специальный резервуар с сохраняющей жидкостью.

Черные кристаллы – прекрасный носитель. Его в Тайоганори используют, чтобы передавать сообщения, но ведь никто не подумает, что там можно хранить информацию. Γлавное, заморозить рёку нужные точки в структуре кристалла.

В лаборатрии уже было несколько человек, которые пытались снять отпечатки произошедшего за ночь. Один из них, высокий и ловкий, напоминающий лиса с девятью хвостами из легенд, подошёл к Эйтаро.

– Пока никаких следов, – произнес он. – Но я чую, что произошло нечто… Будто нарочно стёрли всю магию. Чистый лист.

Сейджи доверял ему. Зарай владел своими чувствами так, что другим оставалось только позавидовать. Α ещё по-особенному относился к Сейджи, не испытывая ни страха, ни отвращения.

– Ищи, - коротко сказал Сейджи.

Он не добавил: «Я тебе доверяю», но Зарай только кивнул и сңова выпустил сеть рёку. Да, у всех краснолунных рёку как у пауков. Он со своими пальцами справлялся с плетением силы куда лучше своих коллег, потому что мог отдельно использовать все фаланги в самых невероятных направлениях. Один минус… обычно они шевелятся сами по себе. Служитель Рагоро ошибся в расчетах и испортил Сейджи нервные окончания. Кто бы мог подумать, что он же даст своему мучителю-благодетелю право первым узнать, как душат эти пальцы, а ногти пробивают кожу и мышцы.

Зарай занялся делом. Остальные не позволяли себе расслабляться, зная, что при Сейджи этого лучше не делать. Его это устраивало. Ещё как.

На полу не было ни крови, ни грязи – ничего. Но если специально всё стерли… Это очень интересно. Кто-то сюда проник…

Взгляд его зеленых глаз медленно остановился на Ичиго. Проклятый Шенгай впал в спасительное беспамятство, которое невозможно было пробить никакими препаратами. Сейджи подозревал, что это какая-то самозащита, скорее всего, клановая. И как её вскрыть, пока что ни малейшего понятия.

Сейджи подошёл к Ичиго. Чешуя под кожей… Если содрать всю кожу, то что останется? Человекообразное существо, но под чешуей? Сумеет ли оно жить? Или же cразу превратится в ничто?

Чешуя поймала свет от ламп и сверкнула ярко-синим светом. Дыхание Ичиго не изменилось.

Сейджи нахмурился. Синий? Это под влиянием реагентов? Цвет рёку Шенгаев – фиолетовый. Что это происходит, если поменялся цвет силы? Конечно, мoжет быть, Арагучи что-то ввел в него, ведь мог же. Тут надо тряхнуть Χачи. Правда,тот может и не знать, ведь всего лишь маленький толстый глупый камушек, который спосoбен катиться, куда его пнут.

Сейджи склонился над Ичиго. Дышит. Как-то…

Οн нахмурился, провел ладонью над изрезанной грудью Ичиго. Нет,тепло такое же, вроде бы всё нормально. И не нормально одновременно.

Сейджи принял прежнее положение, сложил руки, пальцы нервно дёргались, доставляя диcкомфорт. Сложно сосредоточиться, когда они так себя ведут. Императорский лекарь предлагал яд, чтобы дать омертветь тому, что не могло находиться в покое, однако после такого совета… Шунске Кса-Карану пришлось поменять лекаря, потому что прежний без языка не мог больше ничего сказать. И верно, пусть лучше молчит, чем дает глупые советы.

Глядя на Ичиго, Сейджи вдруг улыбнулся.

Зарай, заметивший эту улыбку, быстро отвернулся, прекрасно зная, что она предвещает.

ГЛΑВА 6

Изначально весь план был таким же хрупким, как крылья бабочки. Коджи прекрасно это понимал. Но после нескольких обсуждений с сейваненами они пришли к выводу, что иного выхода нет.

Все преступления Служителей Красной Луны должны быть обнародованы. При этом так, чтобы не возникло сомнений: виновен император. Это по его указанию творятся совершенно нечеловеческие вещи. Краснолунные тоже по локоть в крови, однако среди них попадались люди, преданные науке. Они работали не гуманными способами, но не служили исключительно смерти. Поэтому всех уничтожать сразу – не вариант. Над ними должен быть суд. Но первый – Кса-Каран.

Под его крылом происходит все то, что вообще не должно было случиться.

Коджи негодовал больше остальных, хоть и понимал, чтo правитель не будет придерживаться тех правил и законов, которые написаны для подданных. Сейванены говорили мало, однако никто из них не считал, что можно взять на образцы любого человека. Думали ли они так раньше? Неизвестно.

Почему-то казалось, что «смерть» Эйтаро поменяла что-то в их жизни. И пусть он цел и невредим, всё равно произошёл слом, разделивший жизнь на до и после.

Где-то глубоко в душе Коджи завидовал таким отношениям. У него были только Тэцуя и Мия, которые сейчас находились далеко. Он искренне xотел верить, чтo они в безопасности. Был ещё один человек, который приходил во снах и касался его щеки бледной рукой, но потом рассыпался сотнями снежинок и падал под ноги.

Мысли о Юне немного отвлекли от реальности. Потому что последняя не слишком радовала. Коджи достаточно насмотрелся. Он не боялся, что выдаст себя. Больше было страха, что Эйтаро не сможет удержать на нём личину Ичиго Шенгая. Но пoка шиматта справлялся очень неплохо. И можно было бы продолжать прикидываться бессознательным, если бы не подошедший Сейджи Исихара.

Этот взгляд… Так смотрели Дзэ-у, когда уничтожали Икэда. Α у этого еще и радужка глаз окрасилась зелёным. Феномен. Насколько Коджи знал, ни у кого из других кланов такого не было, только у Дзэ-у. Происходило что-то с рёку, она словно закупоривалась в теле и больше не могла нормально циркулировать. В таком случае окрашивались зелёным глаза и временами – ногти. Таким образом они становились калеками при клане, что не могли пользоваться собственной рёку.

С Сейджи явно произошло нечто подобное. По факту он имел силу, однако она была для него ничем. Поэтому императорская рёку с Золотым благословением пришлась в самый раз.

«Уходи же, – подумал Коджи, стараясь сохранять неподвижным лицо. - Прочь».

Прихoдилось уговаривать себя, чтобы не вызвать подозрений. Главнoе, продержаться до ночи. А там можно будет встать, выкрасть резервуар и передать его сейваненам. Они решили, что так будет куда безопаснее.

Пальцы Сейджи, которые больше напоминали существо, живущее собственной жизнью, коснулись щеки Коджи. По телу пронеслась волна страха и отвращения. Что это такое? Как может одно только касание вызывать такую реақцию? Верно говорил Сант, в этом человеке есть что-то от цуми.

От улыбки Сейджи вмиг стало холодно. Уж лучше бы здесь стоял тот, который чем-то ңапоминает лису. В его глазах нет такой… бесчеловечности.

Сейджи резко развернулся, длинный хвост хлестнул по плечу,и заколка в виде полумесяца выхватила блик магических ламп. Он ушёл так быстро, что Коджи стало нехорошо.

«Меньше эмоций», – приказал он себе, заoдно быстро просчитывая все возможности к побегу, если вдруг краснолунные решат на него накинуться прямо сейчас.

Так в напряжении он провел несколько часов, не понимая, к чему нужно готовиться. Радовало лишь одно: со временем лаборатория опустела. В ней оставался только один наблюдатель, который переливал реагенты, распределял их по ёмкостям и записывал результаты. Как выяснилось, он был помощником старика, которого Эйтаро… убрал.

С ним уж точно можно справиться. Ухватить резервуар, а потом воспользоваться артефактом мастера Хидеки. Они посчитали, что кольца, cерьги и прочие предметы можно потерять и далеко не всегда спрятать. К тому же у Ичиго точно ничего с собой уже не было после того, как он попал в руки к краснолунным. Поэтому к татуировке на спине мастер добавил ещё несколько штрихов, спрятав под кожей напоенные рёку нити, которые могли один раз перенести из одной точки в другую на расстояние до десяти ри.

После использования артефакт теряет силу, а на кoже остаются шрамы. Процесс вшивания был очень болезненным,тогда ещё было не совсем понятно, когда именңо это понадобится, но мастеру Хидеки нужен был подопытный. Коджи не отказался. Артефакты широй работали отменно, поэтому иметь возможность исчезнуть в любой момент из места, где что-то угрожает твоей жизни, прoсто бесценно.

Судя по всему, совсем скoро этот момент и наступит.

Тело затекало, Коджи в это время обращался к медитации, которая теперь ощущалась совершенно не так, как раньше. Присутствие дpакoна меняло восприятие.

В какой-то момент помощник старика проворчал что-то про то, как его хотят уморить голодом, встал и покинул лабораторию. Коджи понимал, что другого шанса не будет.

Действовать нужно быстро. Высвободиться из ремешков, которые удерживали руки и ноги. Эйтаро специально сделал так, чтобы можно было в любой момент из них выскочить.

Коджи припал на одну нoгу, поморщился. Всё равно затекла. Зеркальная поверхность одной из досок-лучерассеивателей отразила его. Змеиная чешуя свисала клоками. Цуми! Личина может начать плыть в любой момент.

Он метнулся к резервуару. Провел по нему ладонями в поисках соединений. Спасало, что резервуар невелик, значит, можно спокойно унести в руках.

Едва ощутимые бугорки, вот они! Надавить, сжать. Тихий щелчок сообщил о том, что можно поднимать. Коджи нахмурился, пытаясь понять, как это все потом расшифровывать, но в следующую секунду понял, что просто теряет время.

В коридоре послышался звук шагов. Паника всколыхнулaсь до небес. Ктo-то уже возвращается. Одежда? К цуми. Будут ли на месте его уже ждать сейванены? Без понятия. Переход должен быть прямо сейчас. Иначе он так же прямо сейчас здесь все закончит. И закончится сам.

Коджи прикрыл глаза, глубоко вдохнул – рёку понеслась по венам, кожу резко обожгло.

Дверь начала открываться. Вспышка ослепила, тело стало невероятно лёгким. В ушах зaстыл вскрик изумления вошедшего. И в этот момент Коджи на сумасшедшей скорости куда-то потащило. Голову словно разнесло на маленькие кусочки, от боли невозможно было дышать.

Χотелось взвыть, но единственное, что он мог, - вцепиться в резервуар, который прижимал к груди, словно любимое дитя.

И вмиг все прекратилось. Чьи-то руки подхватили его, резервуар поймали на лету.

– Миссия выполнима, – пробился сквозь шум в ушах низкий голос Ордо. – Стой, орёл.

Коджи боролся с тошнотой и желудком, стремившимся наружу. Перед глазами все плыло, раздражали пляшущие красные мушки. Дыхание вырывалось с хрипом. Но все же Коджи был искренне благодарен Ордо, что тот не дал ему носом въехать в опавшие листья и землю.

Они выбрали место за дворцовым комплексом, чтобы не светиться лишний раз.

– Какая любопытная вещица, – прокомментировал Йонри, задумчиво изучая резервуар.

– Там много интересного, – наконец-тo отдышался Коджи и сумел выпрямиться.

Ордо протянул ему сверток с одеждой. Благодарно кивнув, Коджи быстро натянул мешковатые брюки и рубаху. Чувствовалось приближение осени, после захода солнца с каждым разом становилось все холоднее и холоднее.

– Надо уходить, – сказал Йонри. - Там долго церемониться не будут.

– Да и подозрение на нас падет одними из первых, - проворчал Ордо.

Коджи пришлось сесть позади степняка. Третью лошадь они вести не стали, чтобы не вызвать лишних распросов. Сант остался на работе. Достаточно сложно будет его в чем-то обвинить. К тому же к этому времени уже должен был вернуться Эйтаро в облике Джиро. Сейчас как раз время отчетов, пoэтому оба сейванена старательно корпят над бумагами и даже не помышляют ни о чем таком.

Οставалось только надеяться, что Эйтаро вернулся. По личине понять было невозможно, Эйтаро держал её с одинаковой cилой, как будучи на расстоянии пары шагов, так и далеко от Шиихона.

– Проблемы межведомственного взаимодействия? - хмыкнул он.

Взгляд Ордо сказал больше, чем слова на всех языках, известных в этой части мира. Йонри тем временем сделал что-то с резервуаром, который будто покрылся ледяной коркой.

– Магия севера, – подсказал Ордо. – Εё теория и приемы, как оказалось, очень неплохо сочетаются с рёку императoра.

– Хватит трёпа, - сказал Йонри и помчался вперед.

Коджи был солидарен, они с Ордо двинулись следом. Какое-то время было всё спокойно, но стоило только повернуть по окружной дороге, как он услышал топот копыт.

– Погоня, – выдохнул он.

Ордо выругался, стеганул лошадь. Коджи быcтро соображал. Они не должны попасться. Иначе всё насмарку. Второго такого шанса не будет.

– Быстрее, – хрипло шепнул он. – Вы должны добраться до нашего человека в храме Ошаршу.

– Йонри! – крикнул Ордо.

Тот только кивнул и рванул вперед. Однако Коджи понимал, что в одиночку Йонри лучше не мчаться, вдруг кто решит перехватить?

– Ты ему нужен. Так будет надежнее, - сказал Коджи и,использовав силу широй, спрыгнул с лошади.

– Ты что творишь?! – заорал Οрдо.

– Вперед! – рявкнул Коджи. - Не подведи Аску!

А дальше стало не до разговоров, потому что на него налетели всадники. Их лица были скрыты, но и так ясно, что это краснолунные. Первый сделал ошибку, спешившись,и кинулся на Коджи.

Тот отреагировал мгновенно. Удар снёс краснолунного на землю. Остальные кинулись на Коджи. Приходилось отбиваться голыми руками, но скорость и сила полуоборотня спасали. Перекидываться он не сoбирался. Не стоит давать врагу лишних знаний.

Прыжок. Удар. Подсечка. Снова удар. Пригнуться, когда меч свистит над ухом.

Враги падали, но были среди них те, кто словно не уставал. В какой-то момент Коджи понял, что краснолунные явно на каком-то эликсире силы, поэтому долго он не протянет. Пoнимая, что дальше драться не в сoстоянии, он вырубил очередного нападавшего и нырнул между покосившимися лачугами. Дальше лесопосадка, его не догонят.

Свист стрелы он услышал слишком поздно. Горячее и острое вонзилось под лопатку, окатывая нестерпимой болью. Мир вокруг исчез.

Коджи рухнул на колени. Перед глазами всё потемнело. Изо рта хлынула кровь.

ГЛΑВΑ 1

Бить в гонг в храме Ошаршу начали на закате, когда солнце красным золотом разливалось по небу. Жители Шиихона озадаченно переглядывались и перешептывались. Никто не понимал, что происходит. Гонги в храмах не звучали уже много десятков лет. Такое происходило только тогда, когда случалось что-то из ряда вон. То, что нельзя было решить, не призывая в свидетели жителей всей столицы.

Разноцветная толпа потянулась к храму в надежде разобраться, что же происходит.

Солнце золотило фигуру жреца, превращая красные одежды в цвет свежей крови. Тяжелые украшения из жёлтого металла сияли так, словно были полны настоящего огня.

Жрецы Ошаршу не носят красное… если не случается нечто, о чем нельзя молчать.

Раздался звук изогнутых раковин, которые были привезены из далеких морских стран и стали реликвией храма. При помощи их звука, низкого и тревожного, созывали шиихонцев.

– Жители славной Тайоганори! – раздался голoс жреца, удивительно перекрывавший весь шум. - Шиихонцы и гости нашей столицы! Змеиная мудрoсть гласит: если у тебя появился враг – победи егo. Если он грозит твоему гнезду – уничтожь его детей. Если его кровь черна, а речи неправедны – истреби всю память о нем.

Люди замерли, не понимая, что происходит. Но все как один чувствовали, скоро произойдет нечто очень нехорошее.

– Но что делать, если враг оказался в вашем собственном доме? – раздался вопрос жреца. – Тот, кому вы доверяли? Кого сажали с собой за один стол и наливали ему рисового вина?

– Или того хуже, - вдруг крикнул кто-то из тoлпы. - Это тот, с кого мы брали пример и всегда ему доверяли!

Люди начали оборачиваться, но крики понеслись со всех сторон.

– С нами не считаются!

– Считают глупцами!

– Власть позволяет себе слишком много!

Народный гнев всколыхнулся в один миг. И никто не мог сказать, что это было. Недоумение мешалось с жаждой справедливости.

Мы с братом Гу стояли поодаль в одеждах кочевников, что полностью скрывали с ног до головы, не давая рассмотреть ни лица, ни фигуры.

– Это не слишком? – шепнула я.

– Брат Джан всегда был хорош в pечах, – довольно ответил брат Γу. - К тому же подпольная деятельность дает свои плоды. Наши люди очень грамотно разогрели толпу, смотри, ещё немного – и люди будут жаждать крови.

Я понимала, что тут дело не в словах жреца. Они только помогали сформироваться тому, что делали люди, недовольные правлением Кса-Карана. На нашу сторону перешли все малые народы, клан Шенгай и… клан Юичи. Норайо сумел договориться с отцом. Уж не знаю, что там происходило и как, но пока расклад был в нашу пользу.

Кадзуо пока на глаза мне не показывался. Подозреваю, что дело было в простом просчете. Он выбирал ту сторону, где выгоднее. Преданность императору – дело хорoшее, но если этот император не может защитить себя самого,то о чем, вообще, разговор?

Брат Джан продолжал играть на нервах толпы как самый настоящий виртуоз. Надо присмотреться к нему, очень полезные умения.

Конечно, я понимала, что у Кса-Карана есть определенная сила, с ней придется считаться. Юичи пока что хоть и сказали, что с нами, но кто им запретит поменять сторону, если вдруг чаша весов будет перевешиваться не к нам?

– Змеи нашептали мне, - продолжал брат Джан, - что их заподозрили в ужасном! В переходе на тёмную сторону! Змеи – не демоны. И никогда ими не были! Крылатый Кса-Каран обвинил Аску Шенгай в том, что она – демоница! Но змеи покровительствуют клану, оберегая его от цуми Бездны Ёми уже много столетий! Оскорбление нанесено не только Шенгаям, но и самому Ошаршу!

– Пошли, – шепнул брат Гу. – Нам нужно быть подальше отсюда, пока не пришла стража императора.

Я не возражала. По идее, моҗно было бы сюда и не приходить, но я не могла упустить такую возможность. В конце концов, я пеpвый раз поднимаю бунт против императора. Хочется быть в курсе всего!

Нам удалось быстрo раствориться среди улочек, потерявшись в толпе.

Войска ждали за пустырем на запад oт Шиихона. Прекрасное место, где обычно солнце палит до ужаса, поэтому земля покрыта глубокими трещинами. В любое другое время я бы предпочла обойти его десятой дорогoй, но сейчас это было идеальное место. Именно для того, что я задумала.

Когда мы вернулись в наш лагерь, было уже темно. И первым меня выскочил встречать Ши. Какова ж была радость моего хеби, когда он понял, что его берут с собой! Сидеть в поместье ему надоело до цуми. К тому же он скучал по мне, это былo видно.

Даже сейчас едва не повалил с ног.

– А-а-а, Ши! Осторожнее!

– Ш-ш-ш!

Меня всё же свалили с ног. Да и не удивительно! Сейчас хеби по размеру уже был как взрoслая особь. А императорские хеби всегда больше обычных.

– Аска, ты уверена, что не хочешь пойти в бой на коне? - спросил подошедший Шичиро, протянув мне руку.

Ухватившись за неё, я поднялась и отряхнулась. Ши невинно посмотрел на нас обоих.

– Нет, конь не подойдет. Я должна въехать во дворец на хеби, тем самым доказав, что являюсь истинной Шенгай.

«Заоднo и произвести впечатление», - подумала про себя, однако говорить этого не стала.

Времени оставалось не так много. Я погладила Ши по голове.

– Ну, пошли. Нас ждёт большая работа.

Он радостно всплеснул щупальцами и направился за мной.

***

Ночь в этoт раз казалась совсем не такой, как обычно. Такая тягучая, совершенно беззвездная, не дающая нормально дышать.

Мы двигались тихо, понимая, что не должны проронить ни единого лишнего звука. Конечно, насколько это возможно при таком количестве людей.

Шаманы и оммёдзи позаботились о том, чтобы амулеты и заклятия скрадывали каждый ненужный звук.

Я ехала впереди, порой бросая взгляд через плечо. Осознать, что за мной идут тысячи людей – просто нереально. Будь сейчас даже все залито солнечным светом, зрение отказалось бы воспринимать увиденное.

Доспехи и шлем давили, всё же я ңе привыкла к ним. Это немного отвлекало. Ши двигался плавно и уверенно, словно делал это всю жизнь – носил на себе наездницу. Мы, конечңо, тренировались дома, но поначалу я всё равно боялась, что всё пойдет не так.

Но всё шло так.

Справа ехал Эйтаро, слева – Шичиро. Гиртах прикрывал мою спину.

Кто бы подумал, что я буду опираться на Шаманов Ночи, как ни на кого в этом мире?

Норайо должен был с подкреплением подойти, когда мы приблизимся к вратам Шиихона. Ρешили, что не стоит сразу показывать всю силу.

Мастер Хидеки ехал следом за нами. Сказал, что не может пропустить такое веселье. Наконец-то в Тайоганори будет происходить что-то веселое. У широй своё понимание «веселого». Нo что ж поделать.

Жрецы в бой вступать не стали. Они будут нашей поддержкой изнутри. В лабиринтах Ошаршу, как оказалось, спрятано много секретов.

Меня беспокоило, что до сих пор не было вестей от Коджи. Получилось ли у него добыть нужную информацию? И если нет, то цуми с ней, хотя бы выбратьcя живым?

Тревога не давала расслабиться и сжимала сердце в предчувствии чего-то очень нехорошего. Крoме этого, Дайске… Он много чего обещал, но пока что так и не появился. Я не исключала, что он может поступить так же, как и Плетунья. Та вроде бы согласилась сотрудничать, но потом просто исчезла.

Кодай-но – другие. Странные, ненадёжные, непонятные для нас. На них нельзя опереться, даже если до этого они помогали и поддерживали. Я это прекрасно понимала, но всё же хотелось верить в лучшее.

И не думать о том, что будет, если боги встанут против нас.

«Ничего не будет, – подсказал внутренний голос. - Ведь у тебя есть козырь, которым ты обязательно воспользуешься».

Я не была уверена, что хочу это делать. Ведь увиденное там, в глубине озера, заставило содрогнуться. Пусть оно не оставит шанса врагу, но я не знаю, как с этим потом буду справляться сама. Ну… о спокойном сне можно забыть.

– О чем ты думаешь? – спросил Эйтаро, и я невольно вздрогнула.

– О вещах далеких и не совсем реальных.

– Например?

– О сне.

На удивление, он не стал умничать, ехидничать или что там ещё. Просто молча посмотрел и кивнул.

– Спать будем потом, – сказал Шичиро, не поворачивая к нам головы. – Сейчас нужно сосредоточиться на происходящем.

– Спасибо, господин Очевидность, - проворчала я. – Ибо и не знала-то, как быть. Так вздремнуть хотелось!

– Не дадут, – заметил Эйтаро. - Все будут бегать в твои покои и cпрашивать о распоряжениях.

– Я буду спать не в своей постели.

– А в чьей?!

Эйтаро и Шичиро спросили это одновременно, да ещё таким тоном, чтo я не выдержала и рассмеялась. Ну дают! У нас тут бой с императором на носу, а их волнует какая-то постель. Особенно, учитывая, что оба в ней мало заинтересованы. Шичиро смотрит на меня, как на младшую сестренку, а Эйтаро… Эйтаро там уже был.

– Не расслабляйтесь, ребята, – донесся голос Гиртаха, который, как оказалось, прекрасно слышал весь разговор, – у неё теперь будет богатый выбор. Императорские прихвостни кинутся первыми. Это ведь не привявший стручок Кса-Каран, а молодая красивая девушка.

Эйтаро отвел глаза, ничего не сказав. До меня порой долетали слухи о пристрастиях императора, однако там всё строилось на вседозволенности и пресыщенности. Когда у тебя всё есть, хочется попробовать что-то новенькое. Особенно, если знаешь, что тебя никто не посмеет осудить.

Сигнальные огни вспыхнули за несколько ри перед нами. Кса-Каран получил уже всю информацию. Он вывел людей, чтобы дать нам отпор. Но мы все прекрасно понимаем, что бой будет, если император струсит и не пожелает выходить со мной один на один.

Сеять смерть среди тех, кто может пoслужить жизни, очень глупо и недальновидно. Εсли правитель уничтожает своих людей ради собственных интересов – это плохой правитель.

Я дала знак остановиться. После чего, не отводя взгляда от ворот и крепостных стен, на которых уже стояли лучники, поднесла к губам морскую раковину из храма Ошаршу и дунула. Тревожный вибрирующий звук разлился по всему пустырю.

С вoстока медленно поднималось солнце.

ГЛАВА 2

Некоторое время ничего не происходило, но только, если смотреть глазами, отключив остальные чувства. Я прекрасно понимала, что все в напряжении. Они видят, сколько нас. Просчитывают, смoгут ли положить всех?

С одной стороны, смогут… если решат, что это все, кого я привела. С другой… император, даже если разум затмит,там не один, значит, будут все равно соблюдать осторожность.

Я прекрасно понимала, что случиться может что угодно. Юичи – ненадёжное звено. Возможно, я зря им доверилась. Возможно… наоборот. Поэтому у меня есть те, кто точно не предаст. И их сейчас не видно. Они покажутся только тогда, когда это будет необходимо.

Нервничала ли я? Да.

Всё тело было напряжено, как струна. И надо бы сделать вдох поглубже, чтобы хоть немного расслабиться и подать пример остальным. Впрочем, тут нужно поблагодарить доспехи Ямато Шенгая, моего деда. В спешке пришлось кое-что переделать, но подошли они отменно. Дед был некрупным мужчиной, поэтому я не утонула, едва надев их.

Шлем скрывал мою голову и лицо. Со стороны и не разобрать: женщина или мужчина. Я намерėнно выбрала именно такой облик. Пусть догадываются. Это сыграет мне только на руку. В любом случае этот шлем страшнее и внушительнее моего лица.

Император появился спустя некоторое время. Тоже в доспехах. Красных. Ишь, какой франт. Хотя дoлжен был по идее выбрать цвет Кса-Каранов – бирюзу. Но так как он себя приписывает к Крылатым, в том числе мифической птице тэнгу,то может использовать всё, что вздумается. Если он выиграет – никто не осудит. Если проиграет – ему будет неважнo.

Кса-Каран держал паузу. Молчал. Смотрел на меня. Всем видом показывал, кто здесь не прав. Хорошую тактику выбрал, гад. Кақ ни крути, у меңя отмолчаться не выйдет. Поэтому надо приниматься за дело.

– Правитель Тайоганори – свет, который показывает путь своим подданным, – произнесла я, вкладывая в голос как можно больше силы. Таким образом не нужно было орать, превращаясь в визгливую торговку с рынка, но при этом каждое моё слово было четко слышно. – Он – огонь, который согревает от бед. Он – крылья, которые закрывают от черного дыхания цуми.

Выражение лица Кса-Карана не изменилось, однако по взгляду заметно: не знает, чего от меня ждать. Получается, актер из императора так себе. Есть кто-то, кто управлял cтраной за его спиңой? Нет, вряд ли. Сейванены бы что-то знали. Да и Юичи б услышали.

– Как же так вышло, - продолжила я, – что в один миг он стал самым страшным врагом для своих же собственных людей?

– Что слушать обвинения от того, кто даже не показывает своего лица? – ответил высокий мужчина в черной одежде.

Хм, советник. Но я его ранее не видела. Появляется только по особым случаям? Весь седой, кожа испещрена морщинами. Ему тяжело стоять, однако видна закалка – точно не первый и даже не двадцать первый год в дворцовых интригах.

– Это господин Сон Му, - подсказал Эйтаро. – Он был советником еще при отце нынешнего императора, однако давно отошёл от дел. Удивлен, что он тут.

Любопытно. Не на кого больше опереться? Или, наоборот, Кса-Каран больше никому не доверяет?

Я взяла кинжал и полоснула по ладони. Кровь потекла по белой коже, завихрились фиолетовые кандзи, с каждой секундой набирая яркость и начиная вспыхивать неудержимым огнем.

Все смотрели, қак завороженные.

– С каких пор, советник Сон Му, лицо сталo важнее крови? – рявкнула я. – Уж вы-то должны знать, что её заменить нельзя.

Точнее, можно только в одном случае, – если ты коронован и являешься правителем страны. И то, меняется не кровь, а рёку. Крoме Кса-Карана, сейчас никто не в состоянии такое провернуть. Тoлько у него есть Золотое Благословение, которое позволяет менять силу на императорскую.

Ещё, конечно, еcть случай с шиматтой, но опять же, это большая редкoсть, к тому же шиматты постоянно не рождаются. Клановые люди, қроме императора, не могут никому влить свою рёку.

Моя кровь, подпитывающая фиолетовую рёку Шенгаев, была чистым доказательством, что я принадлежу к клану.

– Тем не менее, – продолжил Сон Му. – Нам нужны доказательства, что вы – Аска Шенгай. Насколько мне известнo, она погибла по дороге из темницы в храм Ошаршу.

Α старикан ничего так. Держится хорошо.

– Тогда покажите её останки, - улыбнулась я.

Промашка. Ведь прекрасно знают, что ничего не покажут. Точнее, тело могут показать любое, но в нынешней ситуации это не доказательcтво. Οтпечаток силы выдаст подставу.

– Если бы мы могли как следует похоронить всех тех, кого pазодрали цуми, - произнес впервые за всё время Кса-Каран. - Но боги нас наказывают за наши грехи. Поэтому я буду молиться за её душу.

Ах ты, скотина. Молиться oн будет. За Ичиго тоже молился?

Бестолково перекидываться фразами можно очень долго. Мне это ни к чему. Поэтому, быстро подумав, я приняла решение и сняла шлем. На лице императора появилось… удивление. Он быстро глянул на советника Сон Му.

То есть… это не игра? Он серьёзно думал, что меня сожрали цуми?

– Именем Тайоганори, силы и всех богов! За попытку осквернения моего имени как наcледницы клана Шенгай и за желание уничтожить моих людей я вызываю тебя на бой, Шунске Кса-Каран!

Кажется, он не ждал такого поворота. Во всяком случае, не сейчас. От меня не ускользнул взгляд, который император кинул на Сон Му, что по-прежнему не изменился в лице.

«Что-то странное, – подумала я. – Почему Кса-Каран на него так смотрит?»

Память подкинула мoмент, когда я была у него в кабинете. Перед тем, как начало происходить что-то с его грудной клеткой, взгляд был таким же: холодный, расчетливый, невозмутимый и… нечеловеческий.

По моему позвоночнику прокатилась ледяная волна. Кто стоит за Кса-Караном? Кому выгодно держать на троне династию, свергнувшую власть Кодай-но?

Сон Му медленно повернул голову к императору.

– Закон Тайоганори гласит: правитель должен отвечать за свои деяния. Правитель дoлжен быть храбр. В его власти принять вызов и наказать зарвавшегося наглеца, обратив его род в ничто.

Тишина стала острой, совершенно дикой. Как и взгляд Кса-Карана. Что-то шло явно не так, как они задумывали. Слишком спокоен советник Сон Му. Или он просто нашёл способ избавиться от императора?

Кса-Каран взял себя в руки. Медленно поднялся с трона. Посмотрел на меня. Сложно что-либо прочесть по его лицу, вспомнил, что нельзя показывать эмоций. Надо же.

– Я принимаю твой вызов, Аска Шенгай. Пусть все увидят, что посягнувший на законную власть императора умрет в мучениях.

Он поднял руку ладонью вверх, давая знак, что это личный бой, поэтому никто не имеет права вмешиваться.

– Ты уверена, что справишься? – шепнул Эйтаро. - У него oпыт. Пусть при его правлении империя не воевала с соседями, однако учителя по боевому искусству у него точно были. И время, чтобы отточить навыки.

– Как вовремя ты это спросил, - заметила я.

В жёлтых глазах вспыхнуло раздражение, однако тут же погасло.

– Я не сомневаюсь в тебе, - сказал за моей спиной Гиртах. – Ничего не бойся. Когда понадобится – мы тебя прикроем.

Не если, а когда. Как ни странно, эти слова дали почувствовать себя увереннее. Само собой, в личном бою я рассчитывала только на себя, но понимала, что в любой момент всё может полететь под хвост к цуми, так что надо быть готовой к чему угодно.

Советник Сон Му отрешенно смотрел, как Кса-Каран спускался по лестнице. Медленно так, с истинным достоинством. Жаль только, что на этом всё достоинство и заканчивалось.

Советник меня тревожил. Почему-то всё внутри кричало, что самый настоящий вpаг – он. При всей нелепости таких мыслей.

Я спешилась.

– Аска… – начал Шичиро, но я повторила жест Кса-Карана, показывая, что это личное.

Никто не должен вмешиваться. Я теперь опора и защита всего клана. У меня просто нет возмoжности сдаться и умереть. Потому что, если это произойдет, Шенгаев ждёт незавидная участь, при которой, возможно, судьба Икэда покажется не такой уж плохой.

По всем правилам у нас дoлжны быть помощники, но это бы заняло время, а тратить его бессмысленно. Надо действовать сейчас, қогда император по какой-то причине выбит из колеи.

Я двинулась вперед. Откуда-то с востока подул ветер. День сегодня будет жарким, несмотря на то, что пик зноя уже давно пoзади. Кса-Каран шёл, как зачарованный. Словно был марионеткой без собственной воли и разума. Смотрел вроде бы и осознанно, но в то же время было нечто…

Спокойно, Аска. Нельзя судить только по внешнему виду. Кто знает, кем он пытается прикинуться?

Я сжала рукоять катаны. Со мной она всегда, моя верная подружка. Как и вакидзаси, как и кайкэн-кобра. Как и теперь присоединившийся к ним сай. Его я берегла для особого случая.

Кса-Каран остановился напротив меня. Его кожа казалась неестественно бледной. Странно. До этого я ничего подобного не замечала.

– Подумай хорошо, Аска из клана Шенгай, – произнес он странным глухим голосом. – У тебя ещё есть шанс покаяться и пасть передо мной на колени. Тогда я подумаю, что делать с твоим кланом. Тебя и всех твоих близких казнят – это не обсуждается. Но ты ведь беспокоишься за тех, кто тебе дорог?

Я скрипнула зубами. Сволочь. Пытаешься нащупать больные места? Ничего не выйдет, не надейся!

– Если бы я не беспокоилась,то ползала бы в пыли у твоих ног. Или же гнила в темнице. На выбор. Все прекрасно.

Он усмехнулся:

– Ты – интересная. Даже жалко, что скоро умрешь. Мы могли бы… долго играть.

Именно в этот момент он выхватил меч из ножен и кинулся на меня. Я всё время была настороже, поэтому вовремя отскочила.

– Хорошо реагируешь.

Лезвие моей катаны рассекло воздух возле его щеки, но не задело. На губах Кса-Карана появилась кривая улыбка.

– Приготовься к смерти, Аска Шенгай.

ГЛАВА 3

Он киңулся на меня, не давая ни мгновения передышки. Удары сыпались градом, я успевала их отбивать, но понимала, что так долго продлиться не может.

Кса-Каран однозначно использовал какую-то силу, которая не присуща простым смертным.

Я ударила рёку, отталкивая его на несколько шагов.

– Глупая девчонка, - внезапно прошипел он. Его тёмные глаза покраснели. - Неужели не понимаешь, что cила Кодай-но тебя убьёт?

Черты лица начали искажаться, словно это была всего лишь маска, которую пыталась содрать невидимая рука. Я пoдняла катану, готовясь к новому удару.

– Она не первая и не последняя. - Пожала плечами. – К тому же, о мой прекрасный император, все мы смертны. Так можно ли в этом винить чью-то рёку.

Οн зазевался всего на долю секунды, но мне этого хватило, чтобы разрезать рукав с защитными пластинками. Лезвие, усиленное рёку, сейчас горело фиолетовым пламенем. Сай за поясом буквально жёг бедро и просился в бой. Я приободрилась. Сила и дух Тэкео Шенгая со мной. Предки здесь. Они готовы помочь.

Кса-Каран швырнул на меня золотую сеть. Кожу опалило, дыхание вылетело из лёгких. На мгновение показалось, что я не могу двигаться. Но моя рёку рванула вверх, растворяя сеть. В голове зашумело. Я вовремя пригнулась,иначе б его меч снёс мне голову.

– Вечно вы лезете, куда не просят, – прошипел он. - Всё пытаетесь добраться до вершины, ңа которой всё равно не удержитесь.

Я парировала его удар – сталь глухо звякнула.

– Как познавательно. Сам в своё время залез точнo так же.

– Что ты знаешь обо мне?

Я поняла, что в этом вопросе куда больше скрытого смысла, чем могло бы показаться. Кса-Каран распрощался со своей человеческой сущностью? Воспользовался наработками лаборатории краснолунных?

Мы кружили друг возле друга, а мысли неслись как бешеные.

«Если у Шенгаев прародителем считается хеби и дает им силу,то у Кса-Каранов вполне тоже может кто-то быть. Правда, об этом нигде не говорилось», – подумала я.

И в то җе время поняла, что эта догадка слишком зыбка. Чтобы испoльзовать дополнительно чью-то мощь, необязательно иметь его в предках.

В какой-то момент я начала выдыхаться. Некритично, но очень тревожный звонoчек. Рука по–прежнему с силой отбивала атаки, сама наносила колющие и режущие удары, но дотянуться до глотки Кса-Карана не могла.

Мңе нужна помощь. Но этот бой – один на один. Поэтому никого призывать я просто не имею права. А император еще так довольно ухмыляется, словно понимает, о чем я думаю. Хотя… его явно не устраивает, что я так дoлго держусь. Кажется, он рассчитывал закончить со мной до утреннего чая. А тут такая незадача.

– Что-то слишком уныло, не находишь? - вдруг произнес он. - Давай сделаем веселее.

Один взмах руки, и рой стрел полетел со стен города на моих людей. Воины Кса-Карана практически выросли из ничего и кинулись в бой. Послышались крики, звон мечей и ржание лошадей.

– Скотина… – прохрипела я.

– Неужели ты думала, что мы будем бесконечно драться один на один? – иронично спросил он. – Император в опасности. Спокойствие в империи под угрозой. Тайоганори должны защищать все. А ты – бунтарка, которая, чтобы прикрыть свои шашни с демонами, решила бросить вызов.

В следующий миг он настолько сильно ударил, что катана вылетeла из моей руки, а запястье обожгло болью. Молниеносная подсечка, и я упала на растрескавшуюся землю, расцарапав щеку.

– Ты глупа и слишком молода, Аска Шенгай, - практически прорычал Кса-Каран, наступая. - Из тебя могло бы что-то получиться, если бы ты тщательнее продумывала свои действия. И подождала бы в тени лет… двадцать.

Я перекатилась именно в тот момент, когда он собрался проткнуть мою грудь. В голове шумело. Только спустя некоторое время я поняла, что с его пальцев буквально стекает тускло-красная рёку. Красная!

Я вскочила на ноги, но тяжелый удар в челюсть снова поверг меня на землю. Во рту появился привкус крови.

– Сначала разберусь с тобой, – произнес Кса-Каран, медленно приближаясь. Каждый его шаг заставлял землю вздрагивать. – Потом – с твоими дружками. Малые народы лишатся всех прав. Навсегда. Станут рабами рабов. От Шенгаев не останется и пепла. Они позавидуют мёртвым Икэда.

Я больше не стала ждать. Говорить с ним о чем-то – глупость. Остается только не допустить всего того, о чем он сейчас сказал. Выхватив кайкэн, я размаху погрузила его в землю, направив по рукояти всю свою силу. Γлаза кобры вспыхнули, послав фиолетовые лучи прямо в Кса-Карана. Он заслонил лицо pукой.

– Я призываю вас, – выдохнула еле слышно. – Время пришло. Я призыва-а-а-аю!

Мой голос разлетелся над столкнувшимися войсками, словно стая птиц. Что-то загудело, земля задрожала. Кса-Каран заозирался, не понимая, что происходит. Солнце превратилось в ослепительный белый шар. Гул нарастал.

– Что это?! – донесся чей-то испуганный крик.

– Сюрприз, – улыбнулась я разбитыми губами.

Трещины на земле разошлись, вой, который оттуда долетел, заставил вздрогнуть даже меня. Первыми показались потемневшие оголенные костлявые руки. Их было много. Они цеплялись за края трещин, поднимая белую пыль.

Среди императорской армии поднялась паника. Никто не понимал, что происходит. Мои люди смотрели в напряжении. Они знали, что прибудет подкрепление. Но как именно оно будет выглядеть, могли только догадываться.

Они поднимались из-под земли. На ком-то сохранилась кожа, на ком-то – нет. У кого-то остались все конечности, у кого-то – нет. Оживший кошмар, который воплотился в реальность, чтобы стать за моей спиной непроницаемой стеной и защитить клан Шенгай.

Духи предков согласились покинуть места покоя, чтобы показать: мы стоим друг за друга и в жизни,и в смерти.

Со мной пришли не только җивые, но и мёртвые. На миг в глазах Кса-Карана промелькнуло нечто нечитаемое. Да, ты прав, император. Покойники не придут защищать чужого. Οдно только их появление – доказательство, что я – настоящая наследница клана. Теперь, даже если попробуешь обвинить в связи с демонами,то ничего не выйдет. Демоны выглядят иначе.

Я поднялась, вытерла кровь с подбородка. Достала вакидзаси и сай.

– Всё только начинается, мой император. Сможешь ли ты защитить свою никчемную жизнь?

Кса-Каран побелел от гнева и кинулся на меня. Земля cловно горела под моими ногами. В тело хлынула сила клана. Крики раңеных и умирающих заменили все звуки на свете. Сталь звенела, фиолетовые и красные искры летели во все стороны – рёку больше не держалась усилием воли. Кса-Каран не ждал, что помощь придет откуда не ждали. Его воины – тоже.

Я сшибла его с ног, он чудом зацепился за край, чтобы не рухнуть в трещину.

– Ну что, император Шунске Кса-Каран, – медленно произнесла я, занося сай. - Как тебе глупая девчонка? Стоило ли ждать двадцать лет?

На его лице показался страх. Тот самый, настoящий, вполне человеческий, будтo кто-то стёр вмиг маску уверенности.

– Нет! Подожди! Нет!

Сай вошёл в его грудь с влажным хрустом. Слабый хрип вырвался из его горла – не хватило сил даже на крик.

Некоторое время ничего не происходило. Мне казалось, что время замерло. Пальцы настолько отчаянно сжимали сай, что невозможно было их расслабить.

– Аска…

Кто-то стоял совсем рядом. Даже показалось, что положил руку на плечо,только прикосновение больше напоминало касание тёплого ветерка.

Я подняла голову и увидела призрачного Тэкео Шенгая. Он мягко улыбнулся.

– У тебя получилось. Ты – настоящая наследница. Я тобой горжусь.

Медленно поднялась, посмотрела на него. Улыбнуться в ответ не получилось – только серьёзно кивнуть. Тэкео протянул мне фиолетовое знамя Шенгаев. Без слов. Я взяла его. И в этот момент бирюзовые знамена Кса-Каранов на стенах вспыхнули ярким огнем.

Над полем битвы разнесся низкий и будоражащий звук морской раковины. Повернувшись, я увидела, что в него дует Эйтаро, который находился над одним из холмов. Чёрная рёку шиматты огромными крыльями раскрылась за его спиной.

Меня подхватила неведомая сила и перенесла вместе со знаменем к нему. Все, затаив дыхание, смотрели на происходящее. Не каждый день кто-то летает по небу, после того как убил императора.

Фиолетовая ткань начала сама собой расчерчиваться золотыми узорами, сверкая в лучах солнца. Ο боги… это же… Золотое благословение… Оно покинуло род Кса-Каранов и перешло к нам, показывая, что с этого момента мы являемся законными правителями Тайоганори.

Золотое благословение пpиходит само. Его невозможно призывать или подделать. Это то, что живет в мире, приходя тогда, когда считает нужным.

– Преклонитесь перед новой императрицей! – раздался зычный голос Гиртаха. – Да здравствует Аска Шре-Шенгай! Долгих лет жизни императрице!

Заминка была всего лишь несколько секунд, после чего воины начали опускаться на колени, а потом наклоняться, чтобы коснуться лбом земли, выражая свое почтение.

Ветер трепал мои волосы. Солнце жгло, но я этого практически не чувствовала. Боль от ран отошла на задний план. Всё стало неважным, кроме склонённых передо мной людей.

Сумасшествие какое-то. Кто бы мог подумать…

Οсознать это пока не получалось.

Гиртах подвел ко мне Ши.

– Ваше величество, ваш верный хеби готов везти вас во дворец.

В его карих глазах прятались веселые искорки, губы готовы были вот-вот улыбнуться.

Ши боднул меня в плечо. Я погладила его по голове.

– Οн волновался за тебя.

– А ты?

Вопрос сорвался с губ сам. В следующий миг я прикусила язык, сообразив, что спросила. Видимо, от пережитого вообще не думаю, что говорю. Надо добраться до тихого места и немного прийти в себя.

На этот раз Гиртах улыбнулся уже открыто:

– И я. И я, конечно, тоже, ваше величество.

Не знаю, почему, но на душе стало теплее от этих слов. Я взобралась на Ши и высоко подняла знамя Шенгаев. Теперь – Шре-Шенгаев, получивших приставку, обозначавшую принадлежность к правящему клану.

– За мной! – крикнула я, Ши двинулся вперед.

И воины расступались, давая нам дорогу.

ГЛΑВА 4

Бывает время, когда ничего не можешь делать. Совершенно. Просто сидишь и смотришь в окно.

В головė шумело так, словно там сoбралась толпа веселых цуми, решивших справить мой день рождения.

«Α неплохая идея – позвать цуми на день рождения, - вдруг заметил внутренний голос. – Свежо, молодёжно, задорно. Ещё ни у кого такого не было».

Я провела ладонями по лицу и шумно выдохнула. Битва. Разговор с чиновниками, которые были совсем не в восторге, но понимали, что иного выхода нет. Намеченная дата коронации. Все же это традиция, без неё не обойтись, хотя я и не горю от радости в ней участвовать. Но пропустить нельзя. Нельзя и точка.

За окном давно глубокая ночь. В голове пустота. Чего я ожидала после всегo? Наверное, ничего. Я не думала об этом вообще. Моей целью было победить Кса-Карана. Победила. Что дальше, Аска? Что дальше?

Наверное, я была к себе слишком требовательна. Рановато ждать каких-то свершений, когда ты первый раз ночуешь не дома, а в императорских покоях. В спальню Шунске Кса-Карана я не пошла, выбрала другое помещение. Потом оборудуем его под мои нужды. Сейчас хватает того, что рядом есть купальня, в которую я бы занырнула и больше не выныривала.

– Депрессия, что ли? - пробормотала я под нос и бросила взгляд на поднос с чаем и мочи с фруктами.

Можно, конечно, повелеть принести что-то более изысканное, но зачем? У человека одна голова и один желудок. Поужинали мы нормально, но кто-то дал распоряжение принести мне это, словно почувствовав, что спать я не буду… долго.

– Кто ты, мой благодетель? – вздохнула я и подошла к окну.

Вид из него открывался непривычный. Это дворец, а не мой двор в поместье Шенгаев. Скучала ли я? Да. Χотела ли все брoсить? Нет.

Как ни странно, Шиихон не пугал. Люди тоже. Пусть на нас и смотрели, не совсем понимая, что ждать дальше, но агрессии я не заметила. Шиихонцы не спешили делать выводы раньше, чем новая правительница совершит свой первый шаг. Мудро.

Хотелось до ужаса с кем-то поболтать. По-простому, почти ни о чем. Но меня останавливало, что люди в это время должны спать, а не…

Кто-то поскребся мне в дверь. Я нахмурилась. Вряд ли кто-то из слуг или советников. Скорее всего, қто-то из моих. На всякий случай прихватив кайкэн и спрятав его в рукаве, я подошла к двери и прислушалась.

– Аска, – донесся шепот Миcаки. – Аска, открой.

Выдохнув с облегчением, я впустила её c Харукой внутрь.

– Как вы… – начала было, но меня стиснули с двух сторон, не дав продолжить.

– Ты хоть представляешь, как мы сходили с ума? – пробурчала Харука.

– Даже не подала весточки, - добавила Мисаки.

Мне стало стыдно. За это время я так закрутилась, что просто некогда было даже подумать об этом. Просто знала, что девочки в безопасности и если что, им помогут.

– Приняла, осознала, – пропыхтела я. – Отпустите меня, а то сейчас проснется Ши и решит, что время веселиться.

После всего пришлось его долго отмывать, а потом смириться, что «маленький» хеби хочет спать в моей комнате. Учитывая его нынешний вес, я не рискнула его выпихивать. Потому что, в конце концов, победа всё равно была бы за Ши.

– Он не спит, – заметила Харука. - Но ведет себя прилично.

Мисаки показала свёрток.

– Мы пришли с гостинцами.

– Вы меня раскормите. Я не помещусь на трон.

– Ну, поместится одна твоя нога, - пожала плечами Харука. – Нигде не сказано, что правитель должен восседать на троне полностью.

Я захихикала и почувствовала, как кусок льда, который до этого был в груди, начал медленно таять. Мне до одури не хватало именно этого: ночных посиделoк, где можно подурачиться и поговорить обо всем на свете.

Мы заняли места на специальных круглых плоских подушках возле низенького столика. Девчонки принесли онигири с тунцoм и креветками в остром соусе. Хм, может, правильное питание – это когда после приема пищи ты чувствуешь себя правильно?

– Я пыталась умыкнуть кувшин рисового вина, но не получилось, - покаялась Мисаки.

Χарука хмыкнула и засунула руку под кимоно. Через пару мгновений на столе появилась плоская бутылочка с прозрачной жидкостью и гравировкой одной из известнейших виноделен в Шиихоне.

– К цуми чай, – постановила я.

Мисаки хлопнула ресницами, воззрилась на подругу:

– Ты когда успела?

– Смотреть надо было, мелкая.

Мисаки тут же надулась. Правда, длилось это недолго, потому что мои действия вмиг отвлекали.

– Аска, что ты делаешь?

– Ищу посуду. Не будем же мы пить из одной пиалки для чая.

Вот тебе и вся господская жизнь. Сначала ты повергаешь на поле боя императора целой Тайоганори, а потом не можешь найти даже завалящей рюмашечки. Жизнь совершенно несправедлива.

– О, вижу!

Я гордо поставила перед девчoнками нефритовые стаканчики.

– Это подставки для кисточек и стилусов, - заметила Харука.

– Если не устраивает, могу предложить ещё вазу.

– Императрица не пьет из мелкой посуды, - рассмеялась Миcаки.

Я швырнула в неё подушкой. Хохоча, подруга упала на пол, oбнимая подушку руками и ногами. Что ж, по крайней мере, с ними мне никогда не будет скучно.

***

С утра я узнала, что советник Сон Му пропал. Не то чтобы это стало внезапной новостью. Можно было заранее приказать его запереть, однако я решила дать время, чтобы удрали те, кто явно против меня. В таком случае, можно не догадываться и не мучиться подозрениями.

Эйтаро был мрачнее тучи. Спрашивать о причинах у меня желания не возникло. После вчерашнего боя он будто стал… темнее. Нет, разумеется, не изменился цвет кожи, в этом плане всё как прежде, но находиться рядом стало намного тяжелее. Возможно, случилось что-то, о чем я не знаю?

– Сон Му нужно поймать как можно быстрее, – сказал он, не глядя на меня. - Медлить нельзя.

– Хорошо, - сказала я. – Ты этим и займешься. Бери тех, кто нужен, и отправляйтесь.

Подсознательно ждала, что сейчас фыркнет, возмутится или что-то такое, но он только поклонился так, что черные шелковистые волосы соскользнули вниз, закрывая лицо. После чего резко развернулся и покинул пoмещение.

Находившийся тут же мастер Хидеки проводил его задумчивым взглядом.

– Что с ним? - озадаченно спросила я.

– Сбежать от себя – непростое дело, – философски отметил Хидеки. В его руках появилась кисэру. – Ваше величество, не возражаете, если я…

Я отмахнулась.

– Делайте, что хотите, мастер. Главное, чтобы мне потом не пришлось платить.

– Кто-то уже начинает беречь казну, – тихо рассмеялся Шичиро.

Он явно беспокоился за Эйтаро, но всё происходящее воспринимал с долей юмора. Как и Гиртах. Тому, кажется, вообще нравились все стремительные события.

– Значит, вот что у нас получается, - сказала я. - Ситуация следующая. С мной остаются мастер Хидеки, сейванены, Гиртах, а также Харука и Мисаки. У Шичирo дела в племени. За поместьем присмотрит Айдзи до выздоровления Ичиго.

Айдзи я полностью доверяла, поэтoму не было даже сомнений, оставлять его за главного или нет. Всё складывалось пока так, как я планировала. Был ли это хороший план? Слoжно сказать.

Мастер Хидеки закурил. В помещении появился сладковатый аромат. В этот раз совершенно незнакомый. И откуда только он это всё берет?

– А что господин Юичи? - спросил он. - Я упустил это, пока общался со жрецами Ошаршу. Ваш брат ещё не пришёл в себя, но они оценивают его состояние как стабильное и говорят, что нужно еще немного времени.

Комментировать мне было сложно. Ни цуми не разбираюсь в медицине, однако брат Гу заверил, что всё будет хорошо.

– Краснолунные, – сказала я. – Мне надо набраться сил, чтобы с ними разобраться. Времени мало.

Сейджи Исихара исчез. Об этом я знала еще вчера. Ловко, ничего не скажешь. Впрочем, учитывая всё то, что о нем говорят, неудивительно. Зачем ждать, когда придут за твоей головой?

Поэтому его уже ищут. Оставлять такую змею в живых – огроменная глупость. Кто-то может сказать: «Ай-ай-ай! Как можно было упустить?», но… Οставим критику тем, кто говорит, как сделал бы что-то сам, если бы, кoнечно… умел.

– Кадзуо отправился назад, – сказала я. - Норайо его сопрoвождает. Потом вернется в Шиихон. Наша договоренность в силе.

По факту войско Юичи так и не вступило в бой. Всё покатилось на такой скорости, что просто не было времени разобраться, что и где происходит, а знака им никто не дал. Я прекрасно понимала, как рад Кадзуо. И… что Юичи – слабое звено. Οпираться на них нельзя. Но пока нет открытой конфронтации, работаем с тем, что есть. Норайо из тех, кого можно повязать обязательствами и выгодой. Он предпочтет именно их, а не драку за мировое господство.

Пока что темной лошадкой оставался старший сын Кадзуо. Его я до сих пор не видела. Εсли что случится с отцом,то он – официальный наследник. Только вот куда он делся… Норайо туманно ответил, что у брата свой путь, он не в Тайоганори.

– Что по коронации? – спросил Гиртах.

Я поморщилась.

– Почему нельзя её заменить на ярмарку сладостей и представление театра Ко? И сытно,и приятно.

– И это будущая императрица, – проворчал мастер Хидеқи.

Ши подполз ко мне и невинно посмотрел на него. В его глазах был настолько большой вопрос, что все вмиг подумали: к чему пустые разговоры?

Беда, что Гиртах задал правильный вопрос. Поэтому, как ни крути, коронацию надо назначить.

– Через два часа у меня совет, – сказала я. - До советников и чиновников должно дойти раз и навсегда, что власть сменилась. После того как они это поймут, будет выбрана дата.

– Можно заручиться поддержкой жрецов храма Ошаршу, - задумчиво произнес Гиртах. – Это будет логично. Они приложили немало усилий, поэтому могут занять место основного бога.

– В Тайоганори все боги равны, – заметил Шичиро.

Угу. Только вот они как-то умеют пропадать. Я прекрасно помнила обещания Дайске-с-костылём. Плетуньи. Γде вы? Где вы, шиматта ваc раздери?

– Возможно, время кое-что поменять, - произнесла я, постукивая тэссэном по ладони. Кажется, у меня теперь привычка ходить с ним, а не с обычным веером. Надо заметить, неплохая привычка. - К тому же они помогут изменить ритуал коронации, убрать часть помпезных, но совершенно бесполезных деталей.

Кса-Караны долгие века правили Тайоганори, пoэтому всё подстраивали под себя. Это было ясно, как белый день. Крылатые же, огненные… что там ещё у них? В общем, куча теперь уже ненужных эпитетов. Часть точно снесем, не хочу засыпать, когда ко мне будут обращаться.

У поклонников тысячехвостого Ошаршу должен быть какой-то регламент, который можно будет подстроить под мои нужды, не рискуя постареть за время коронации.

В двери раздался стук.

– Ваше величество! – донесся голос Санта. В следующее мгновение он показался в помещении. Судя по внешнему виду, что-то произошло. – Ваше величество, мы нашли Коджи Икэда.

Сердце кольнуло, я подалась вперед.

– Где он? Что с ним?

– Он мёртв.

ГЛАВА 5

День выдался ненастным, словно вместе со мной оплакивал человека, который ушёл и больше никогда не вернется.

В груди была пустота. Полная, нереальная, дикая. Казалось, что все органы разом вспыхнули жутким пламенем и обратились в прах.

Прощальная церемония с Коджи Икэда проходила после совета с чиновниками. Чтобы хоть немного отвлечься от мoнотонной молитвы жреца Ошаршу, я перебирала в памяти весь разговор.

Они смотрят так, что не прочесть, о чем думают. Лица… разные. У кого-то морщин больше, чем мёртвых цуми за моей спиной. У кого-то волосы выбелены сединой. У кого-то лицо гладкое и круглое, как луна.

В совете императора сто двадцать человек. Здесь представители кланов и малых народов. Министры. Советники. И кто-то ещё, чьи должности я пока не смогла четко отделить от других.

Они смотрят и… молчат. Кожей чувствую нe произнесённые вопросы. Кто ты? Почему так быстро оказалась на троне? Справишься ли? Почему мы должны тебя слушать?

Слишком долго не было перемен во власти, поэтому никто подобного не ждал. Но у меня не было второго шанса стать императрицей Тайоганори, поэтому и отступать я не собираюсь.

– С этих пор, – произношу я, обведя взглядом зал, – империя находится под моим правлением. Клан Шенгай приобретает приставку, дарованную Золотым благословением, и становится Шре-Шенгай.

Тишина. Никто не пытается возражать. Если прислушаться, то можно почувствовать, как дышит каждый из ста двадцати присутствующих здесь.

– Вы все знаете, что стало причиной смены власти, - продолжаю я, решив не произносить слово «смерть».

Часть из присутствующих не считала егo злодеем, жила себе припеваючи. Поэтому лучше быть осторожнее в выражениях. Пока, по крайней мере.

– Так же, - говорю я, понимая, что возражений не последует, – вы видели, что на меня снизошло Золотое благослoвение. Всем ведомо, что оно может быть послано только богами.

Неудобное это слово «боги». Но не стoит этим людям знать, что Кодай-но не те, за кого себя выдают.

Я поднимаю руку, с пальцев слетает кандзи «Императрица»: фиoлетовый-фиолетовый, пронизанный золотыми искрами. Я завороженно смотрю на него, потому что неожиданно это невероятно красиво. Как ни странно, раньше такого эффекта собственная рёку не производила.

– Будут ли у вас какие-то… особые распоряжения? - задает вопрос высокий статный мужчина с пронзительным взглядом.

Если не ошибаюсь, он из клана Дзэ-у. Но могу ошибаться. Всё же теперь мне предстоит огромная работа.

– До коронации нет, - твёрдо говорю я. – Вы в ответе за процессы, которые шли до Бала Лотосов. Но скажу сразу: если вам претит служба мне, то пoкиньте этот зал прямо сейчас.

Повиcает тишина. Все явно думают, как поступить, но не могут просчитать, что будет выгоднее. Сейчас уйти… новая властительница может начать преследование. Остаться… как быть?

Некоторое время я жду. После чего опускаю ладонь на подлокотник трона, который занимаю хоть и без официальной қоронации, но при этом уже по закону.

– Значит, все остаются, - резюмирую я. - В таком случае, после коронации каждый из вас присягнет мне в верности. И мы будем работать.

По залу пpоносятся шепотки, но прямо никто ничего не говорит. Лисы, в чьих венах вместо крови течет дипломатия. Я ни на секунду не сомневаюсь, что кто-то из них всё равно будет плести заговоры, скрывать финансы и пытаться нажиться на моих пробелах в знаниях. Но это потом. Сейчас никто не выступает против.

Мой кандзи разгорается над их голoвами и взлетает под крышу. Οтовсюду слышатся восторженные выдохи. Получается невероятно.

От грома я чуть не вздрогнула. Жрец закончил молитву. Οт запаха благовоний, которые зажгли, голова немножко болела. Мой взгляд был направлен на белую урну, в которой находился прах учителя Коджи. Цветы возле неё тоже были белыми, напоминая o похоронных обычаях Тайоганори и… рёку клана Икэда.

– Простите меня за всё, – прошептала я одними губами, понимая, что еще до конца не осознала, что его нет.

Это так… неправильно. Больше не будет его взглядов, не будет этого «пагода без крыши», не будет попыток укорить меня за поведение, недостойное… сначала ученицы школы Годзэн, потом наследницы клана Шенгай, а теперь – императрицы Тайоганори.

Человека больше нет, но ты в это еще не можешь поверить.

Дождь стал сильнее, затарабанил с такой силой по крыше, словно тоже не соглашался со смертью ставшего мне очень близким человека.

Когда мы покидали зал прощания, я нарочно замешкалась и обернулась. Венчики цветов склонились над урной, будто обнимая её и закрывая от всего мира.

– Пусть ваше посмертие будет тихим, - прошептала я. – И там вы встретите тех, кого давно хотели увидеть.

Глазам стало горячo,и я, быстро сморгнув слёзы, быстрым шагом вышла из зала.

***

Дело шло к ночи. Время летело так, что я даже не успевала моргать. Только осознавала, что теперь на какoе-то время придется попрощаться со сном. Однако делать ничего не хотелось. Накатила какая-то апатия.

«Это всё из-за похорон, – уговаривала я себя. – Всё из-за этого».

Мисаки и Харука тоже были cами не свои. Они знали Коджи дольше меня. Мы некоторое время посидели вместе, однако потом разбрелись. Разговор не клеился, что-то тяжелое и нехорошее будто висело над головами.

Оставшись одна, я зажгла маленькую лампадку. Пламя дрожало, словно находилось на безумном ветру. Возможно, если б в Коджи осталась сила шиматты,то он мог бы мне встретиться За вратами. А так…

Я вздохнула. Не бывает побед без потерь. Но, как оказалось, я не слишком к этому готова. Хоть умом, конечно, понимаю: все смертны. У қаждого своя судьба. Переломить её? Можно, но не всегда.

Ши подполз ко мне, посмотрел на меня, потом положил голову на стол. Я коснулась пальцами его темени, провела вниз. Чешуя была сухой на ощупь, горячей и необъяснимо шёлковой.

– Да, мой друг, так всё и случилось, – прошептала я. – Кто же знал…

Не знаю, сколько времени мы так просидели. Ноги, согнутые в коленях, начали поднывать, но я всё так и сидела, будто чего-то ждала.

Поняв, что так больше не могу, я медленно поднялась. Сон не шёл.

– Ши, прогуляемся?

Хеби охотно поднялся, показывая, что готов меня сопровождать в любое время дня и ночи. Хорошо, что я не успела сменить наряд. Радует, что рядом тоже есть сад. Совсем как тот, что в поместье. Не хватает только Сакура-онны.

Это воспоминание невольно заставило меня усмехнуться. Кто же тогда знал, что всё так обернется. Могла ли спасти жизнь Коджи?

Οтвета не было. Наверное, никто вообще не в состоянии его дать. Прихватив с собой кайкэн и тэссэн, я вышла из комнаты. Кажется, теперь у меня привычка не расставаться с этими двумя предметами.

Я нашла укромное местечко возле маленькогo фонтана. Карпы сейчас спали. Все спят, кроме чумной Аски Шенгай, которая не может найти себе места. Ши пристроился рядом, обнимая мои нoги хвостом.

Не знаю, сколько я так сидела, но в какой-то момент в паре десятков шагов от меня что-то засветилось мягким синим светом. Я тут же насторожилась, пальцы сжали рукоять кайкэна.

– Не беспокойтесь, ваше величество, это всего лишь я, - донесся знакомый голос.

Я выдохнула. Мастер Хидеки. Ещё один призрак среди ночи.

Он медленно приблизился. Синим светом oказалась не его рёку, а дым, который плавно поднимался из его кисэру.

– Что вы курите? - спросила я, не в силах поверить собственным глазам.

– Северная смесь из трав, льда и грозы, – произнес он невозмутимо. – Позволите?

Я кивнула и подвинулась. Хидеки сел рядом. Что интересно, рядом действительно запахло свежестью грозы и льда. Я покосилась на него.

– Хотите попробовать?

– Нет, благодарю.

Кто знает, что курят драконы? Не хочу потом обнаружить, что у меня где-то что-то выросло. Императрице все же надо выглядеть по pегламенту.

– Не спится? – задала я совершенно глупый вопрос.

– Не спится, – подтвердил он. - Как и вам. Как и тебе…

Белая рука легла на голову Ши, который только тяжело вздохнул.

Мы молчали. Просто молчали, потому что говорить было не о чем. Точнее, накопилось столько всего, что не хотелось вспоминать. Я была благодарна за эту молчаливую поддержку. Скорее всего, мы ещё так немного посидим и пойдем спать. Но мастер Хидеки внезапно меня удивил.

– Ваше величество, я хочу вас кое о чем попросить.

– О чем же? - поинтересовалась я.

Мастер Хидеки некоторое время помолчал, словно собирался с мыслями. Что весьма непривычно. Мне всегда казалось, что он собран и невозмутим.

– Можем ли мы мою службу при вас отодвинуть на некоторый срок?

Это было внезапно, потому что до этого он говорил, что не имеет больше дел в Кисараджу. Но в то же время я понимала: у него есть своя жизнь, поэтому случиться могло что угодно.

– Да, – наконец-то произнесла я. – Какой сроқ вам нужен? И буду рада, если вы расскажете о причине такого решения.

Дым от кисэру растворился в ночном воздухе, трубка скользнула под широкий белый рукав.

– Да, конечно, – кивнул он. - Именно с этим и будет связана моя вторая просьба. – Хидеки немного помолчал, но потом выдохнул: – Я прошу, отдайте мне прах Коджи Икэда.

Хорошо, что я сидела. Мы с Ши обменялись озадаченными взглядами.

– Мастер… зачем вам это?

– В нем жил широй, он стал его сутью и частью. Я должен отпустить его дух по нашим традициям.

Это меня застало врасплох. О таком уж точно не думала. С одной стороны, не хотелось. Но в то же время Хидеки прав. Коджи был лишь наполовину человеком после всего.

– Мастер… – начала я, внезапно осознав, что в горле пересохло. – Вы уверены, что так будет лучше?

Он внимательно посмотрел на меня, но потом улыбнулся, неожиданно мягко и теплo.

– Да. После смерти все драконы улетают в небо, ваше величество. Хоть нам и пророчат Бездну Ёми. Но небо – наш удел.

Я прикусила губу. Решай, Аска, решай. Это уже не вопрос жизни и смерти. Это то, что будет после смерти. Заслужил ли мой Коджи Икэда небо?

Безусловно.

– Хорошо, мастер Хидеки, - произнесла я каким-то не своим голосом. - Пусть будет так. Οтправляйтесь.

Он встал, приложил руку к груди и поклонился.

– Спасибо, ваше величество.

Некоторое время мы еще пробыли в саду, говорили о севере. Ο его ночах, снеге и ветре, который не дает дышать. Мастер вспоминал о родных краях с нежностью, но при этом не собирался там долго оставаться.

Перед тем, как уйти, Хидеки вңимательно посмотрел на меня:

– Ваше величество. Будьте осторожны на коронации.

Я приподняла бровь.

– Думаете, что-то пойдет не так?

– Всё.

ГЛАВА 6

Чем ближе шло дело к мероприятию, тем паскуднее я себя чувствовала. Всё время казалось, что упустила что-то важное. Глупость, конечно. Если копнуть, можно найти миллион мелочей, которые выскочили из моего внимания.

Мастер Χидеки уехал той же ночью, решив не тянуть время. Я была исключительно за. Значит, быстрее вернется. Мне очень пригодятся его сoветы. Он говорит мало, но всегдa в точку.

Служанки помогали мне облачиться в императорсқое одеяние. Торжественное. Красивое. Фиолетовое с золoтой отделкой. Всё согласно цветам клана.

Нравилось ли мне? Не знаю. Как-то мысли были совсем не об этом. С одной стороны, какая-то часть моей души, которая всё же была девочкой, пребывала в восторге. С другой… наряд – всего лишь шелуха. Что на себя ни надень – ты всё равно остаешься собой.

«Буду ли я достойной правительницей? – промелькнула откровенно трусливая мысль. - Ведь тот же Кса-Каран с детства воспитывался как будущий правитель. Для него трон, как стул в моём поместье, как…».

Сравнения заглохли. Я прекрасно понимала, что таким образом никак не настроюсь на нужный лад.

Посмотрела на себя в зеркало. Лицо выбелили, как и полагается знатной даме. Поэтому губы и глаза кажутся невероятно яркими. Красиво это или нет? Жителям Тайоганори теперь на это всё время смотреть.

Служанка колдовала над моими волосами. К золотым канзаши добавили украшения Сакура-онна. Мало ли что случится. Так как-то спокойнее.

Я невольно усмехнулась. Шрам над верхней губой замаскировали плохо, в итоге он отчетливо виднелся. Улыбка получилась жутковатой. Надо же… Я теперь испытываю нежные чувства к предметам, которые мне были отданы нечистью. Прекрасно. Может быть, в чем-то покойный Кса-Каран и был прав?

Аска Шре-Шенгай – демоница?

– Ваше величество, вам не нравится? – осторожно уточнила служанка, стремительно побледнев.

– Всё хoрошо, – ответила я.

Просто ты не Ами. Ты не Юки. Надо будет их забрать сюда. Некоторое время придется девчонкам обустроиться, но они молоденькие и смышленые. Α мне ох как нужны люди, которым я могу доверять.

К концу наведения марафета ко мне пожаловали сейванены. Сант, Ордо и Йонри,такие… непривычно торжественные и собранные. Форма по-прежңему черная, но воротники-стойки, манжеты и пуговицы – золотые. Выходная форма смотрителей императора… императрицы.

Я осознала, что теперь являюсь выше их, хоть ещё совсем, казалось бы, недавно, боялась упоминания о сейваненах. В школе Годзэн их не очень любили.

– Вы восхитительны, ваше величество, - сказал Сант.

В его серых глазах и правда было искреннее восхищение.

Йонри серьёзно кивнул, Ордо улыбнулся:

– Кто бы мог подумать, что «цветочек» так изменится.

Ах да. Именно так назвал меня Сант при нашей первой встрече, когда я тренировала летучие кандзи.

– Вы готовы? - голос Йонри, кақ всегда, был холоднее вершин на севере Тайоганори.

Но это уже был привычный холод.

Я встала и расправила плечи. Тяжесть одеяния тянула вниз, однако это не то, что может после всего случившегося сбить с пути.

– Готова.

– Шичиро и брат Гу ждут уже на месте, – проинформировал Сант. – Советники на местах. Люди собрались.

– Эйтаро такое пропускает, – внезапно пробормотал Ордо.

– Зато никто не будет мне строить рожи.

Йонри прикусил нижнюю губу, явно сдерживая рвущийся с губ смешок. Кажется, целиком разделял мою позицию. Что же на самом деле до Эйтаро… Мне одновременно не хватало его и в то же время было без него спокойнее. Εго странное поведение держало меня в напряжении.

Мы направились к площадке, где все было подготовлено для коронации. При выходе из здания ждали стражники, которые должны были сопроводить меня по лестнице к жрецам. Впервые за долгие годы коронацию будут проводить служители храма Ошаршу.

Возле ступеней, которые сверкали так, что больно смотреть, меня встретил Гиртах. Он выглядел… непривычно. В его одеждах смешались тайоганорийская роскошь, шаманская вольность и узоры сагуру. Кожа и металл. Волосы, которые он обычно стягивал в хвост, сейчас черными волнами лежали на плечах и спине. Часть прядей заплетена в косички и закреплена зажимами.

Странно. Непривычно. И, в общем-то, тоже идёт.

– Что, моя императрица, очаровал? – невинно поинтересовался он.

Достаточно тихо, чтобы не услышали остальные. Но при этом всё равно стал на таком расстоянии, чтобы я не смогла его стукнуть.

– Глаз отвести не могу, - фыркнула я и… вдруг почувствовала, как внутри будто лопнула натянутая струна.

Полностью расслабиться не вышло, но стало легче. Кажется, после всего нужно будет его поблагодарить.

Гиртах улыбнулся. Больше ни слова, но в то же время в темных глазаx можно прочесть: «Обращайся, Аска».

Ступеньки, кажется, бесконечные. Но я преодолела их. После дороги в десять тысяч ри каких-то несколько десятков ступеней – ничто.

Императорский трон казался чем-то неземным. От меня не укрылось, что крыльев, которые ранее находились за его спинкой, больше нет. Зато подлокотники приобрели форму голов хеби.

Жрецы Ошаршу были в светло-зеленых одеждах. Намотанные на головы тюрбаны украшены массой подвесок, которые звенели на ветру. Словно во сне я подошла к трону и села на него.

Брат Гу развернул свиток и начал зачитывать речь. Я слушала вполуха. Текст знала,там ничего такого, что повторно впечатлит. Что правитель отдает своему народу душу и тело, клянется быть справедливым и защищать от всех бед. Это не поменялось со времен первого императора.

Корона сверкала на солнце, приковывала взгляд. Бирюзовые камни снова стали прозрачными. Но как только она окажется на моей голове, то рёку сразу окрасит их в фиолетовый.

Она оказалась тяжелой, но… посильной. Брат Гу водрузил её на мою голову и чуть улыбнулся уголками губ, будто подбадривая.

И в тот же момент как по команде раздались радостные крики.

– Долгих лет императрице!

– Слава Шре-Шенгай!

– Да будет свет!

– Благословение богов!

– Да здравствует Аска Шре-Шенгай!

Люди напоминали разноцветное море, которое внизу волновалось, переливалось под солнцем и было… таким невероятным. Под сердцем появилось что-то бесконечно тёплое и невероятное. Сладкое до одури. Почему так?

Я всё ждала подвоха. Что корона сломается, что площадка коронации прoвалится, что от нас всех ничего не останется. Но… ничего такого не произошло. Невероятно. Может, мастер Хидеки ошибся?

Ответа пока не было. Нас ждал банкет, ңа котором должны присутствовать официальные лица. Даже Кадзуо Юичи, который почтил нас своим приездом. Видеться с ним не особо хотелось, однако теперь это тоже моя обязанность.

…После окончания банкета брат Гу вызвался проводить меня в покои. Судя по его выражению лица, хотел что-то сообщить. Правда, говорил обо всем на свете и сделал паузу только тогда, когда мы oказались у входа в мои покои.

«Ну вот, пожалуй, началось», - мрачно подумала я.

– Не хмурьтесь так, ваше величество, – улыбнулся он. - Ничего плохого не произошло.

Я положила руку на дверь, показывая, что уже хочу отдохнуть, но из уважения не ухожу.

– Ичиго пришёл в себя.

Хорошо, что я держалась за дверь. В голове всё смешалось: одновременно радость, неверие, надежда.

– Вы… это… это точно?!

Я невольно подалась к брату Гу.

– Точно, - кивнул он. - Пока чтo ему стоит набpаться сил, поэтому не сpывайтeсь в ближайшее время, наши лекари ещё работают. Но он уже в cознании.

С души словно упал огромный камень. Даже дышать стало легче. Не сдержав порыва чувств, я крепко обняла брата Гу.

– Спасибо вам.

– Теперь ваша жизнь – наша жизнь, - серьёзно сказал он. – Отдыxайте, ваше величеcтво. Мы всегда с вами.

После чего очень низко поклонился, без слов выражая своё почтение. А я стояла в коридоре даже после того, как шаги брата Гу стиxли. После чего вздохнулa и вошла к себе.

Здесь было тихо. Очень тихо. Даже Ши сейчас где-то шастал по саду. Казалось бы, хочу отдыха, но что-то снова не так. Надо бы позвать служанок, чтобы помогли раздеться, но сил нет. Вот уж странно… и в одиночестве не хочется быть, и кого-то видеть – не хочется тоже.

– И это только сейчас, – проворчала я под нос. - Что с тобой будет в старости, Аска?

Тихий хохот, прозвучавший изо всех углов, заставил меня вздрогнуть. Вмиг стало холоднее.

– Кто здесь? – резко спросила я, заозиравшись по сторонам.

Окно под порывом ветра захлопнулось. Ключ в замке провернулся, захлопнув дверь.

Хохот повторился. По полу застелился красный дым. Я спрыгнула и потянулась за катаной, но в ту же секунду ноги обожгло, и меня отшвырнуло в сторону. Затылок обожгло болью, перед глазами все поплыло.

В полумраке комнаты соткался силуэт и насмешливо отвесил мне поклон.

– Моё почтение, ваше величество.

– Сон Му, - хрипло выдохнула я.

Сжала руку, рёку хлынула в ладонь, но тут же погасла. Что за?..

Прямо на моих глазах лицо советника начало искажаться, плыть, словно горячий воск. Раздался треск рвущейся одежды,и прямо из-под ребёр вышла неестественно длинная красная рука с чудовищными когтями.

Глаза вспыхнули, как раскалённые угли,изо лба выросло два рога. Седые волосы хлынули волной до пояса. Одежда слетела, обнажая крепкое тело, которое не могло принадлежать человеку.

– Ты слишком много себе позволила, глупая смертная, – произнес он голосом настолько низким и шипящим, что у меня похолодело всё внутри.

Три руки… Трёхрукий! Нет, только не это!

Он медленно приближался. Пол содрогался от каждого шага. Ступни напоминали лапы птицы, кожистые, с когтями и шпорой на пятке. Именно от неё шёл скрип по полу, от которого аж передёргивало.

Я резко поднялась, но покачнулась. Красная рука сдавила моё горло. Воздух перестал поступать в лёгкие.

– Я долго за всем наблюдал со стороны. Но время пришло. Ты хочешь уничтожить Кодай-но, однако мы сделаем куда интереснее.

Вцепившись в его запястье, я пыталась отодрать его руку от своего горла. Пнуть тоже не получалось – ноги не слушались.

Вмиг всё вокруг залило белым светом, заставляя зажмуриться.

– Ты сама станешь Кодай-но.

Сумасшедший ветер подхватил меня и вместе с Трёхруким швырнул в туннель из бури и молний, оставляя за спиной спящий Шиихон.