<p>Лягушонок и жабы</p>
Лягушонок Квакша жил в зарослях калины, а жабы-жерлянки жили в огромной луже. Калина росла рядом с лужей, так что Квакша и жабы жили, так сказать, по соседству. Жаб звали Унка и Гунка. Они были больше, старше и толще, чем лягушонок, и потому считали, что он им не пара. По правде говоря, это были две глупые, надутые задаваки. Но когда Квакша пригласил их на день рождения, они сразу прискакали. Кто же не любит ходить на день рождения? Праздник удался на славу: плясали комаринского, прыгали в мешках, гоняли улиток. А вечером устроили факельное шествие: каждый из гостей нёс на травинке светляка, и светляки очень красиво отражались в воде. Хотя жабы ничего не принесли в подарок имениннику, зато каждая получила на память маленький сувенир.
Через несколько недель был день рождения Унки и Гунки, и Квакша заранее радовался, что пойдёт в гости. Он приготовил подарки: Унке альбом для стихов, а Гунке шариковую ручку. Проснувшись на рассвете, он каждые пять минут спрашивал себя, не пора ли уже идти на день рождения. Правда, он не получил приглашения, но ведь о том, что и так понятно, можно не говорить и не писать — к чему церемонии между добрыми друзьями? Наконец. с другого берега лужи послышалось веселое громкое кваканье, и Квакша понял, что праздник начался.
Он взял подарки и, стараясь не скакать во всю прыть, двинулся в обход лужи. Пир шел горой. Пришли и юркая Ящерица, и Рак-отшельник, и чудак Тритон, и пролаза Веретеница, и даже на несколько минут заглянула важная Водяная Черепаха. Унка и Гунка так и прыгали туда-сюда, раздуваясь от гордости. Квакша высунул нос из камышей, надеясь, что они заметят и позовут его. Но они его не замечали. Неужели нарочно? У Квакши не хватило духу уйти. Он вылез из камышей и подошёл к жабам, чтобы их поздравить. Но не успел он сказать «Привет!», как Унка ему говорит:
— Сегодня ничего не получится, Квакша, разве ты не видишь, что у нас гости?
А Гунка добавляет:
— Ведь у нас день рождения, к твоему сведению.
— Да, — сказал лягушонок. — Извините. В другой раз.
Вернувшись к своему кусту калины, Квакша очень переживал. Он чуть не плакал. Но потом вспомнил, что теперь у него есть альбом с чистыми белыми страницами и шариковая ручка. И он может написать стихи.
Когда Квакша вырос, он служил в бюро прогнозов и больше никогда не занимался поэзией. Но одно стихотворение он всё же написал. Вот мы его и напечатали, это единственное стихотворение лягушонка Квакши.
Камыши, трава и ивы…
Неба синь глядится в пруд.
Как здесь тихо и красиво,
Только жабы там и тут.
Мой любимый старый пруд,
Эти жабы так орут!
Лишь исчезнет с водной глади
Вешней зорьки красный цвет,
Жабы мокрые изгадят
Пузырями весь рассвет.
От зари и до зари
Они пускают пузыри.
И висят они часами,
Неподвижные, как слизь,
Хоть бы раз под черепами
Хоть одна сверкнула мысль!
Ни ума, ни красоты,
Но зато какие рты!
Интересно, что хотели
Волны ветру прошептать?
Но пускают жабы трели.
Жабы — дуры, что с них взять?
У! Да ух! Да угу-гу-гу!
Я их слышать не могу!
Говорю им: «Добрый день!
Как дела? Идут получше?»
А в ответ лишь дребедень,
От которой вянут уши.
Отрицательный пример
Отвратительных манер.
Желтым пузом всюду прут,
Щёки важно надувают,
Лапками нахально бьют,
Чёрной лысиной сверкают.
По воде идут круги,
Хоть бегом от них беги!
И никто, никто не рад им,
И терпеть уж их невмочь.
Оттирают толстым задом
Маленьких зверушек прочь.
Гадость, что ни говори,
И снаружи, и внутри.
Я надеюсь на удачу,
Я хочу прожить сто лет.
Жабы вечно хнычут-плачут,
Черным видят белый свет.
В мире столько есть чудес,
Столько радостных вещей.
Но и жабы тоже есть,
Говорю я так, вообше.
Жабы жизнь нам отравляют.
Ах, на свете всё бывает.