На спекуляции хлебом наложилась помощь селищам в новой «серой зоне» (от Дыменки до Ускоя). Чего простым людям голодать, когда урожай прекрасный? Пусть свои выживают, даже если это никаких доходов нам не приносит. Потом расплатятся — работой, это сейчас нужнее всего. Правда нас очередное вторжение кажется ждёт. В Полоцке князь Дира со своими оглоедами явно нацеливается на весенне-летнюю экспансию и вроде именно в нашу сторону.

— В Сольцы отправил ещё один сорок, — поделился инфой Борисов, — если туго будет, то отойдут в леса. Ну и в земли чуди ушёл один, вдруг и туда налётчики сунутся.

Таким образом наши соляные копи будут защищать восемьдесят классно подготовленных бойцов, а под Плесковым порядка двухсот. Теперь всё зависит от того, как Дира своих распределит.

— Может всем кагалом просто в Новгородье полезть, не распыляясь. Так что там домашние заготовки вместе с местными бойрами затеваем.

Слишком много поставлено на карту. Вон, врач Вадим уже остров Октября под себя подмял, построив там и колледж медицинско-лекарско-знахарский, и школу такую же, и санитаров обучает. Хорошо, что ни христианства, ни магометанства пока нет в Приволховье, поэтому женщин за людей признают. Так что школа медсестёр и нянечек также организована (из молодок и бездетных вдов). Старшему прапорщику пришлось целый сорок выделить для создания службы безопасности на острове.

Такое впечатление, что работа никогда не кончится, сколько бы мы ни пахали, как папы Карлы. Хочется всё-таки управлять, а не вечно созидать. С другой стороны, всё больше проникаемся осознанием того, что «страна» это не просто подвластные земли, а целый муравейник со своей структурой. Тут уже действительно не до «таинственных огней», всё-таки Новгородская Русь создаётся на наших глазах. Причём, нашими собственными руками.

Новый, 865-ый год, встретили, как подобает, со всем вежеством. Даже при свечах посидели (собственного, между прочим, производства) и песенки попели. А дальше всё потянулось по накатанной колее, как и в предыдущие годы. Зимние купезы принесли новости о Полоцке, Дире и его желании захватить нас, собрав трёхтысячное войско. Видимо князем по полной овладел идефикс после перехода из Киева (говорят, что не по своей воле). Он мечтает расширить свои владения от Балтики до границы с Белозёрьем.

— Пограбить он мечтает, чтобы потом долго пировать, — бурчит Ставр, — знаем таких, и ране приходили, ещё до вас. Потому нам и нужен был правитель, чтобы дружину содержал и людей собирал в случае невзгод. Оттого и раздоры имелись, бо никак не могли средь себя выбрать набольшего.

— Ничего, коназ, и в этот раз отобьёмся, — успокаивает Ставра Валерий Иванович.

— За то я не боюсь, пчёлы Сульда всем укорот дадут, но уж очень многие начинают издаля зубы точить на ваши богатства. Чем боле в нашем краю всего делают, тем выгоднее им нас под себя взять. Вон, варанги фряжские земли ограбят и обязательно сюда придут.

Мы столкнулись со странным явлением. Уже имеющейся армейкой можно грабить соседей, но для полноценной обороны пока воинов не хватает. Растущая и развивающаяся экономика (а значит и прибыли) позволяют увеличивать воинство, но это лишь временно. Рано или поздно дойдём до разумного предела возможностей и тогда неясно что делать. Придётся вбухать часть золото-валютных закромов в строительство крепостей и стен, а на это тоже нужны годы и годы. Не вписываемся мы со своим подходом в нынешнюю современность, неужели систему менять придётся под реалии действительности? На мобилизацию в случае форс-мажора сложно рассчитывать, только простых неподготовленных людей зря положим. И где тогда свободные руки брать? Надежды на то, что «бабы новых нарожают» бессмысленны, ни одна женщина не способна родить сразу готового труженика или воина.

Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают. Всё идёт своим чередом, Волхов исполнил свои ежегодные фортели и народ занялся посевной. В апреле набрали ещё восемь сороков, пока деньги есть, а в мае Дира привёл трёхтысячную русь, чтобы сразу всё наше покорить. У него тоже инфа имелась, где что самое сладкое имеется, вот только князь чуток не рассчитал. Он действовал по схеме, решив повторить «набег русов на Византию» с вариацией. Отправил три сотни в сторону Плескова, дабы те доблестно ограбили всё, спускаясь по рекам до балтийского побережья. С чего он решил, что такого отряда вполне достаточно, чтобы перебить наши две сотни? Ясен пень, что Юре с Костей даже в леса не понадобилось уходить, снулили вторженцев прямо под Плесковым.

В налёт с последующим захватом Сольцов были отправлены две сотни, всё-таки более разумная пропорция, коли против восьмидесяти защитников считать. Но наши-то в крепости были, пусть и недостроенной. Какие-никакие укрепления, вот и здесь не понадобилось уходить в буреломы и болота. Дело в том, что Дира послал для завоевания «наших окраин» не самых лучших своих дружников, а обычных ополченцев, собранных на скорую руку. И что они смогут противопоставить великолепно подготовленным бойцам, да ещё в классной броне и с качественным оружием? Почти сотню покрошили стрелами и «пчёлами» (от двух автоматчиков) до того, как сошлись в резне. Ну не могут вчерашние селяне в куртках с нашитыми бляшками (это в лучшем случае) и с рогатинами наперевес справиться с нашими «витязями». А элитников им не выдали, посчитав что те в более важном месте пригодятся. Конечно, если бы просто с селянами они воевали, то и этого хватило бы налётчикам. Но у нас всё-таки подразделение из качественно подготовленных воинов, прошедших длительную подготовку и экипированных по последнему слову военной науки. А не хухры-мухры с дубьём.

Так что, бывший киевский князь просто оставил сам себя без полутысячи, чем нам облегчил задачу, добравшись до Новогрода. Полозян убивали разными способами и в разных местах, начиная с порогов возле истока Волхова. Именно там новгородские бойры со своими дружинами не давали русам с подожжёных ладей попытаться добраться до берега. А те, кто проходил пороги на вёслах, выстраивались в своеобразную цепочку, приближающуюся к более-менее дружелюбным по отношению к высадке местам.

Новгородцы и мы на берег не выскакивали, чтобы криками и потрясанием копий отпугивать врагов. Просто автоматчики дожидались, когда ладьи подойдут метров на триста-четыреста и начинали спокойно одиночными истреблять врагов и дырявить борта поближе к воде. Пулемёт в этот раз не применяли, решив перевести его в НЗ (на случай нападения более серьёзного врага). Ну, а те кто добирался в радиус действия лучников (именно наших, а не новгородских) и арбалетчиков, отхватывали своё от трёх сотен стрелков. Стрел и болтов вполне хватает и их для врагов, желающих нашей смерти, не жалко. Уже накопили по самое не могу.

Половчане так быстро теряли своих бойцов, что, когда наконец-то высадились, сообразили что построиться будет теперь гораздо легче. Меньше народу — больше кислороду! Хотя оставшиеся почти две тысячи чувствовали себя достаточно браво. На берегу, ясен перец, они никого не нашли кроме покинутой рыбацкой деревушки и потопали к Славенскому концу до которого примерно километр. Там ещё неширокая протока отделяет гродище от «материка», но преодолеть её несложно. Наверное не сложно, если бы не возобновившийся обстрел с другого берега из-за частокола. Коназ Слав пока на земляную стену (а то и известняковую, кирпичную, каменную — нужное подчеркнуть) не расщедрился, но теперь явно призадумается.

Дира, несмотря на своё достаточно большое воинство, кажется начал понимать что-то. Его люди падали в протоку, убитые и раненые, а обстрел не прекращался. Мало того, полоцкие лучники погибали от чего-то непонятного, прилетавшего издалека.

— Неужели это и есть пчёлы Сульда о которых врут люди? — подумалось военачальнику.

Когда пара сотен смогла перебраться через мелководную преграду остальное войско потеряло ещё несколько сотен. Слишком большие потери за столь короткое время, что совсем князю не понравилось. Впрочем количество русов на той стороне постоянно увеличивалось, не забывая прикрываться щитами, но и с этой стороны, а также в протоке, потери увеличивались.

Наконец наступил момент истины, когда из-за частокола начали выходить… ну очень бронированные воины с мощными щитами и с копьями с гранёными наконечниками. Все на подбор, как один, одинаковые на вид и впечатляюще выглядят. Строятся в сплошной ряд, да ещё и в три шеренги и как таких преодолеть? А стрелы (длинные и короткие) и «пчёлы» продолжают убивать…

Когда с боку, из-за рощи, выехала тамга катафрактариев (ох, да сколько же их?) князь Дира окончательно понял всё. То, что казалось сплетнями и лжой о конунге Громе и других воинах Сульда, явилось правдой, причём уменьшённой по сравнению с реальностью. Он развернулся и побежал к ближайшей ладье, но одна из пчёл ужалила в голову, пробив шлем. Дальше всё сложилось в стандартную процедуру, так как завоеватели начали разбегаться, пытаясь спастись хотя бы чудом. Но чуда не произошло — древние боги не помогли своим, да и воины-христиане погибали также бесславно, не защищённые своим богом. Дирово полчище оказалось колоссом на глиняных ногах, подтвердив пословицу: «Молодец против овец, а против молодца и сам овца!».

— Стоимость трофеев, конечно же велика, но… — сводил цифры Валерий Иванович, — практически нечего добавить в арсеналы. Разве что охотникам раздать и на продажу тем, кому нужнее. Ладьи в дело пойдут, увеличив наш флот, да и то лишь торговый и транспортный. Всё равно нам некуда на них ходить в походы.

— Может у сембийцев на янтарь выменять или у них своих посудин полно?

— Кто знает, нужно у купцов поспрошать.

— А давайте откроем агентство, сдающее ладьи желающим в аренду? — это мы уже повеселели и начинаем хиханьками снимать нервное напряжение.

Молва об очередной победе вскоре разойдётся повсюду, где нами интересуются. А значит с тремя тыщами на нас уже не пойдут, будут четыре, а то и пять собирать, дабы не опростоволоситься. Может успеем, всё-таки это солидные количества для набегов и их не так просто организовать. Главное не забывать о строительстве укреплений везде, где они могут пригодиться.

Прибытие киевских купезов обеспечило нас свежей информацией.

— Конунг Гром, наш коназ Аскольд не печалится о гибели коназа Дира, — ни фига себе пельмень, с чего бы это? — Диру было поручено правление Полоцком, а не проведение набегов на соседей. Теперь планы нашего коназа порушены.

— Неужель он на следующий год не собирается в Византию?

— То неизвестно, а вот Полоцк опять будет потерян.

Получается, что Дира ослушался Аскольда и тупо подставил его. Вполне возможно, что между князьями возникали разногласия и раньше, поэтому урман и отправил свея в дальние края. Неужели не предвидел, что тот займётся грабежами соседей и где-нибудь, да оступится? Или не предвидел, что найдётся достаточно сильный сосед, который сможет навалять люлей по самое «не балуй»? Или в этом и был тайный смысл избавиться от сильного подельника лишь для того, чтобы единолично володеть Киевом? Чёрт их разберёт, этих современных правителей, готовых выставлять славян против славян, а русов против словен. Неужели жажда единоличной власти настолько затуманивает разум?

— Мы снова хотим пригласить твоих воинов Сульда в выгодный набег на Византию, который принесёт тебе, конунг Гром, огромную прибыль.

— Я пока не могу себе этого позволить, ибо опасаюсь вторжения варангов, — вру, конечно, но зачем торговцам знать лишнее? — Когда-нибудь потом вместе с коназом Аскольдом мы совершим славное нападение на богатые страны юга.

Булгарские купезы привезли шелка и другие ништяки Востока и пригнали скот сколько удалось. Дорога к истокам Итиля становится всё лучше и облегчает проблемы волоков в тех краях, так что возможности у торгашей прибавляются, а с ними растёт и товарооборот. Скотину мы распределили между продвинутыми хозяйствами, а «восточные богатства» пойдут в основном купцам ярла Витуса в обмен на его долю в торговле янтарём. Младшенький, выкупленный из плена, пока жив и здоров, как и конунгр Палус. Видимо какое-то внутреннее соглашение сембийских лидеров действует во здравие обоих. Впрочем и самого старшего сына могут прихлопнуть, отравив, например. Ясно, что жена конунгра хочет чтобы трон занял её сын, Гармунд, а не первый наследник. Нам такой вариант, ясен перец, боком станет.

Всё лето идёт первичная разметка полей и будущих колхозов во «второй серой зоне» от Званки-Дыменко до Оскуя-Любуньки. Причём её южная часть уже подверглась правильным пожарам и вырубкам, ибо время не ждёт. Пока рабочих рук вдосталь нужно ловить момент, иначе придётся локти кусать тем, кто приказы не исполняет. Ну и про собственные внутренности не забываем, благо с Ильменя начались поставки первых стройматериалов с создающихся на юго-западе озера карьеров. Образцов, конечно же, но скоро и к плановой добыче приступим. И блокпост там растёт, и какое-никакие селище зачинается, даже один сорок для силовой поддержки отправили. И как прикажете назвать новую стройку пятилетки — «Гипсомел»? Или «Ильмеризвесть»? Конкурс что ли объявить на самую удачную обзываку нового объекта?

— Андрей, тебе бы всё неумно шутить, — бухтит Валерий Иванович, — ты монарх местного разлива и должен посерьёзнее относиться к подобным вещам.

— Принимаю к сведению, Валерий Иванович, — соглашаюсь, хотя настроение развесёлое и трудно сдерживаться.

Наша семёрка уже состоит из одного конунга, трёх коназей и трёх бойров. Вот это реальный социальный лифт для бывших беспризорников, что ни говори. Там, в будущем, нам ни разу такое продвижение не светило, сколько ни карабкайся по головам. А здесь даже не напрягались, само собой вышло. Вон, Антон и Егор Мартовы уже школу для бухгалетеров открыли. Солидные деньги за обучение студентов платят и булгары, и Римберт (через Хинкмара), и Ларион. Ну и местные бойры Ставр и Влас, вместе с коназом Славом тоже своих представителей прислали. Именно лидеры Приволховья, а не торговцы. И алдожане также своих двоих добавили: один для коназа Викториуса, другой для… тинга. Авторитетное собрание мужей решило создать в Алдоге должность общественного контролёра, причём сами такое надумали. Мы даже удивились осовремениванию варезов, честно говоря.

Старая Алдога реально развивается, как более-менее современный город, да и ремёслами прирастает. Так что в Приволховье есть три экономически усиливающихся полиса, расположенных от истока до устья реки, соединяющей их. Впрочем и четыре гродища-спутника, окружающие нас, тоже становятся городами мастеров: Осьмино, Иглино, Угино и Капищево. Часть прибывших в позапрошлом году семейств уже обустроились там и начали производство своих товаров. Теперь размышляем вводить ли то же Угино в состав Громограда или оставить за стеной всё-таки.

— Князь Юрий прислал сотню водян для подготовки и запросил один словенский сорок для пополнения своей дружины. Сообщил что крепость в Ингварграде достроена, теперь займётся её укреплением.

Видимо придётся привыкать, что бывший Ивангород однозначно сменил своё название и войдёт в Историю под новым именем. Это, как прозвище, коли прилипло с детства, то хрен отлепишь впоследствии. Плюс, у Юры доходы увеличиваются, вот он и усиливается по мере необходимости. Всё-таки берега Варяжского моря совсем рядом, постоянно нужно опасаться одноимённого набега. Кстати, отправили ему несколько семей ремесленников, которые у нас продублированы по профессии. Лишним не будет, если артизанство в Ингварево обоснуется и разовьётся.

Отчёты достаточно однотипны, но Валерий Иванович каждую мелочь отмечает, даже «зарубежную». Ему, как премьер-министру, важно всё держать под контролем. Да и очередной раз озвученное лишним не бывает, вдруг какая мысль умная появится при срабатывании барабанных перепонок? Ну и в мозг пробьётся, пусть и не через слуховой нерв, а напрямую, гы-гы.

— Из Плескова прибудет тоже сотня на подготовку, условия прежние. Общий итог — десять сороков от соседей мы принимаем на службу для освоения воинского ремесла. Всё проплачено по заключённым рядам как положено.

Ещё бы не проплатили, когда их князья это наши кенты. Что хотят — то и воротят, якобы к общему благу. А нам не трудно, инструкторов выше крыши, да и мест в казармах более чем нужно. Все три учебки, расположенные неподалёку от Громово, имеют достаточную вместимость, чтобы не ударить в грязь лицом. Ещё и для собственного призыва место имеется, как и вдосталь жрачки. Теперь посмотрим, как полозяне отреагируют, а то вдруг согласятся на наши условия?

— В Сольцы на всякий случай отправили ещё одно подразделение, тем более что казармы у них готовы и вместят все три сорока. Всё-таки рабочих на солеварнях стало больше и приходится следить за порядком, а не только быть готовыми к налёту.

Блин, такое впечатление, что у нас не отчётное совещание, а рапорты в РеалРПГ по сбору лута и повышению тактико-технических характеристик. Знать бы какого уровня репы мы достигли с начала «игры». И кто в ТОПах, кроме Византии и франкских государств. Егор Мартов забодал своим спокойным медленным докладом, как будто ему тут пленум компартии или горбачёвские заседалища. Знакомые рассказывали насколько занудно такие мероприятия проходили, когда их по телевизору показывали. И, главное, находилось множество идиотов, которые пялились в экран, а то и записи делали. Я же как на иголках сижу из-за пресловутого «ноблесс оближа», иначе давно бы сбежал на кухню бутеры пожирать и чаем запивать. Воистину, бу-бу-бу, хрю-хрю-хрю…

— Стена вокруг Громово удлинилась ещё на шесть сотен метров. Не только первый, но и второй участок выведены на планируемую высоту, а третий участок приподнят по сравнению с прошлогодней высотой. Общая длина достигла тысячи восемьсот метров.

— Ты скажи, когда свои терема можно будет начинать строить внутри, — разбухтелся хэндимен.

Они с Натальей усыновили двоих сирот, раз собственных детишек не имеют, и теперь хотят своим домом жить. Вроде ещё одного-двух готовы усыновить (или удочерить).

— Со следующего года может начинать, весной. Бригады имеются, ваши участки давно размечены, кирпича полным-полно заготовлено, как и пиломатериалов. Сейчас другой вопрос важнее. Бойры и состоятельные жители Приволховья интересуются когда возле стен, снаружи хотя бы, можно будет посады ставить.

— А что им так не терпится и неужели из своих теремов хотят к нам переехать?

— Тут дело в другом, поселиться возле конунга для них вопрос престижа. Вон, северная сторона стены почти готова, и они не только рады будут строиться возле неё, но и ещё одной стеной огородиться. Причём, внешнюю стену согласны возводить за свой счёт.

Во как, «вопрос престижа», а не нехватка жилплощади. Получается, что угинцы уже в престижном месте живут, коли наша Великая Стена пройдёт на юге между ними и нами. А значит они уже «построили посад», ха-ха. Представляю, как староста Креп наживётся, когда отдельные участки в своём селище (вообще-то уже гродище) решит распродать на сторону. Или кто-нибудь из жителей захочет свою хибару обменять на теремнон в другом месте.

А наша внутренняя застройка заторможена из-за того, что два года назад решили клоаку в Громово построить, раз нормальной канализации в этом мире нет. Теперь всё внутри напоминает систему окопов сложного профиля, только гораздо глубже. Всё уже выложено камнем и скоро будет перекрыто сверху, только канализационные переходы-«трубы» будут вести к участкам под будущие дома. Отводной канал уходит на восток в сторону болот. Заодно и акведук проведён к нам от озера, благо перепад высот позволяет. Эта вода чистая и лишней не будет для нашего относительно небольшого населения. Другое дело, что посады сами о себе позаботятся, если не захотят утонуть в дерьме.

В конце октября случился сюрприз на наши головы. Полоцкое вече утвердило то предложение, которое мы сделали летом и прислало две сотни полозян для освоения воинских наук. И деньги в уплату за сервис, и товары в частичное погашение платежа.

— Конунг Гром, мы готовы ждать два года и боле, коли понадобится. Ежели что, то наши будущие воины придут нас освобождать, если беда случится и нас завоюют.

— Хорошо, уважаемые, я приму ваших на обучение. Не забывайте, что мы следующей весной готовы ещё пять сороков принять на подготовку.

Вот так неожиданно разрешился вопрос о сотрудничестве с Полоцеком, обе стороны пришли к соглашению и ряд был заключён. Дай бог, чтобы их никто не захватил в ближайшие годы, тем паче, что они приступили к строительству каменной крепости. А это значит, что гарнизону будет где от захватчиков отбиваться в будущем.

Великое осеннее торжище закончилось очень удачно. Импортные купезы задолбались искать «свободные меха», хотя кое-где всё-таки нашли, но совсем мало. Я больше за куниц и белок плачу, чем евроторгаши предлагали. Ну и сработал закон коммерции: «Не возить деньги туда-обратно!». Может он и не так звучит, но я всё равно не знаю как правильно.

— Да, конуг, склоняю голову, — признался бойр Ставр, — ты оказался прав и купезе все меховые вещи скупили по твоим ценам. На следующий год я все свои меха перешью.

— Только, Ставр, ты уж хорошего качества товар сделай, а не абы как. Проследи, чтобы мастера всё старательно шили, тогда и успех будет. Я, вон, некачественные топоры али серпы обратно в Европу отправляю, коли купезы не соглашаются продать их лишь по весу простого железа.

Лишний раз поддержать марку «Made in Privolhov’e» не трудно, а даже очень полезно. Людям нужна стабильность, а не прыжки с ценами и уровнем мастерства. Или одно, или постоянно другое должно быть. Впрочем лично нас это не особо касается, всё, что наши мастера прозводят, имеет высокое качество из-за наших требований. Хоть для внутреннего пользования, хоть на экспорт. Тем и живём.

Антон Мартов подвёл баланс осенней и общегодовой торговли и порадовал цифрами.

— Несмотря на огромные военные расходы и многочисленные вливания в развитие инфраструктуры мы имеем солидное положительное сальдо. Отсюда перспективы, так как инвестиции в ближайшие годы резко уменьшатся, а доходы останутся, как минимум, на нынешнем уровне.

— И чего они уменьшатся?

— Так вон сколько в этом году сдали объектов обороны. Их второй раз строить не нужно. Год-другой и будет закончена дорога от Волочка к Волге, то есть, к Итилю. Сольцы на следующий год будут достроены и по военной составляющей и по хозяйственной.

Дальше пошло перечисление, которое не так давно уже было озвучено. Другое дело, что баланс действительно с отличным сальдо, а значит у нас будут накопления на разные вспомогательные или дополнительные проекты. И не обязательно торгово-экономического плана. Вплоть до того, чтобы нанять армию наёмников, передать бойру Водиму и пусть идёт куда хочет, чтобы разрушить свой Карфаген, лишь бы к нам не приставал больше. Странно, но народу идея понравилась. Не дай бог с таким подходом перессоримся со всем миром, который создаст объединённую армию и наваляет нам, как Гитлеру какому-нибудь.

Что ни говори, но наша вечная проблема в том, что разглагольствуем слишком много. Вон, наш врач сделал своё дело, обеспечив поселения фельдшерскими пунктами, а сами пункты — подготовленными специалистами, более-менее приемлемыми в наших условиях. И Мария Кагнер также без словопрений создаёт систему образования, потихоньку выращивая доморощенных учителей и организуя школы для начального обучения. Люди делают дело, не вдаваясь в философствования.

Даже Мартовы втихаря создали школы по первичным азам экономики и столь же начальному бухучёту. И учеников нашли, и занятия ведут, и новых специалистов внедряют по мере сил и подготовленности.

И никто не трындит о высоких материях, тратя как своё время, так и время слушающих высокопарные высказывания.

— Так и сам ты только что выделывался словесным потоком, разве не так?

— Именно так, но мне можно остановить ваши мечты о методах того, как отделаться от приставаний Водима. Просто пошлём его на хер, а если рвётся в бой, то пусть с новгородским бойрами договаривается. Может они ему свои дружины выделят за долю в будущих прибылях, ха-ха.

— Главное, чтобы он не напортачил в походе, иначе нам всем ответка прилетит, — подытожил прения Валерий Иванович, — ладно, пора готовиться к ноябрьским смотринам армии.

Двойственное сообщение пришло и поразило. Новый русский язык (наш вариант и в нашей кириллице) постепенно усваивается в соседних землях, порой вместе с сульдизмом. «Славянский» язык, разработанный Кириллом и Мефодием, устаканивается лишь в зоне действия навязываемого христианства. Тот же болгарский хан Богорис (порой именуемый вкратце Борисом) после того, как византийцы навтыкали ему и его народу во время нашествия, принял православие. И всему народу навязал новую веру. Ну что же это их дело выбрать ту религию, которую хотят. Сам хан при крещении переименован в Михаила в честь византийского базилевса.

Многие родовитые булгары отказались от инноваций, так Борис-Михаил их почикал, включая собственного сына. Эдакое своеобразное «добровольное крещение» народа с введением кириллической письменности. Одна проблема: некоторые родовитые булгары имеют дальних родственников в Итильской Българии. А наши союзники не только по доброй воле массово переходят в сульдизм, объединяющий тамошние народы и племена, но и своих представителей присылают изучать в школе у Марии Кагнер «новый язык». Естественно, что этим учителям (после прохождения обучения) хан Жеклэ помогает обустраивать школы в Българии и даже финансирует их.

Вот и получается, что политические оппоненты булгарского хана-царя (кайсара) секретно отправляют в правильную Българию своих людей, а то и детей, чтобы чему-нибудь оппозитному обучить. Некоторых Жеклэ столь же тайно переправляет нам для прохождения двухлетнего курса подготовки воина. Как бы все эти мерехлюндии нам боком не вышли.

За неделю до нового года пришло письмо из датских земель. Какой-то торговец доставил его по просьбе Урвальда, поддержаной деньгами. По политической линии он доложил, что многие активные даны ушли в поход на Британию, а до этого целая армия убыла в Испанию и ещё ряд ярлов попроще повели своих грабить франков отдельными отрядами. То есть, в этом плане со стороны данов нам набеги в ближайщие годы не грозят.

Остальное было о том, как Урвальд приехал домой и встретился с родителями. Ещё в порту он нанял двух лошадок и телегу, чтобы загрузить подарки и сувениры для своей родни. Парень исправно копил жалованье, плюс всегда имел призовые после сражений, но не прогуливал всё это на выпивку и девиц. Имел вполне бесплатную подружку, иногда покупая ей дешёвые подарки, которым она была очень рада. Теперь богатенький буратино вернулся к родным пенатам обеспеченным молодым человеком, чем поразил родных и порадовал отца с матерью. Даны прекрасно зарабатывают в набегах, но редко когда довозят награбленное до дома.

В первое же застолье он снова всех удивил, отказавшись пить.

— Я на службе у конунга Громвальда, а там пить не дозволяется. Могу лишь немного пива себе позволить.

— Но как же без дружественной попойки? Это же нарушение традиций.

— Наши традиции делают нас бедными, несмотря на высокие заработки. Мы же всё пропиваем и прогуливаем, оставшись в живых после сражений.

И хотя многие за столом были несогласны, но спорить с безумно сильным крупным воином не рисковали. А когда он описал сражения против тех, кто нападал на Приволховье, то даже ярые оппоненты заткнулись. Впрочем богатые доспехи и великолепное оружие отпускника сами за себя и за его подвиги говорили, как и телега добра, привезённая в качестве сувениров. Никто никогда с целой телегой не возвращался из набегов.

Отец поблагодарил за мешочек серебра, привезённый даном. Его хватит на многое, что очень необходимо в хозяйстве, да и сделало отца самым богатым в поселении. Естественно, что на следующий день не было отбоя от желающих отправиться с Урвальдом в земли Гардарики, но он рассказал о дисциплине, исполнении приказов и полном отсутствии гульбищ. Ясен пень, что многие расстроились, потеряв весь кайф от потенциальной будущей службы конунгу.

Ещё через день наш боец рассказал о Сульдэ и заповедях сульдизма.

— Ты отказался от наших древних богов? — снова попрёк.

— Нет, я и их поддержку сохранил, но просто Сульдэ гораздо сильнее помогает и в жизни и в бою. Одни «пчёлы Сульда» многого стоят, убивая врагов за пятьсот шагов.

Начался рассказ о «воинах Сульда», об их неимоверной силе и боевых умениях, об их оружии и о многом другом. Никакой сказочник не сможет столько интересного рассказать, как тот, кто своими глазами видел этих людей и воевал на их стороне. Естественно, что многие мужи и юноши попробовали пережать руку Урвальда, дабы удостовериться не врёт ли он, но им это не удавалось. Урвальд с лёгостью побеждал в «индейской борьбе», как он её называл.

Разговоры с отцом и матерью свелись к тому, что молодой дан предлагал родителям всем семейством переехать в Приволховье.

— Слишком сложно отправлять вам номисмы и дирхемы, как и различные полезные в хозяйстве товары. А там я встречаюсь с девушкой чудинкой и хочу взять её в жёны. Один человек нарисовал её портрет, посмотрите какая она красивая.

Рисунок поразил всех, кто его увидел и не только красотой девушки, а ещё и тем, что был сделан на хорошей бумаге. Правда Урвальд привёз своим целую пачку такой же, что также являлось богатством в датских землях. Кроме того, он изумил тем, что выучил латынь, новый русский и мог изъяснятся даже на булгарском, но не очень хорошо. А поразились окружающие из-за того, что воин вообще согласился научиться грамоте и… арифметике. Это ни в какие рамки не укладывалось.

— Сын, но зачем тебе грамота, ты же воин?

— Отец, я на службе воин и получаю за это монетами. Кроме того, я участвую в двух делах, чтобы деньги зря не простаивали. Но как это правильно делать я узнал на курсах обучения бойра Егориуса Мартова. А как бы я овладел этими знаниями, если бы не знал грамоту и счёт?

Довод сильный и по-мужски серьёзный, ничего не возразишь, как ни старайся. Матушка лишь держалась за руку сына, утирала слезинку-другую, появляющиеся от радости и горости за своё чадо. Столько лет не виделись, лишь отдельные редкие новости иногда доходили. И вот он целый, здоровый, даже ни разу не раненый, к тому богатый. И на службе у самого конунга командует сотней тяжёлой кавалерии. Да и отец, хотя особо вида не подавал, но втайне тоже гордился успехами и достижениями своего первенца. Двух сыновей, помладше, он решил отправить в далёкую страну. Всё-таки будут под присмотром брата, которым уже восхищаются и готовы любые сложности преодолевать ради возможности изучить боевое исскуство у воинов бога (каким бы он ни был, пусть даже чужим). В конце концов, если свои боги слабосильны, то их следует почитать, но довериться лучше этому неведомому Сульду.

Постепенно кое-кто всё-таки готов терпеть неведомую «дисциплину» (говорят, что римские легионеры тоже её слушались, поэтому и побеждали). Мало того, из окрестных селений начинают приходить с расспросами.

Урвальд сообщал, что вернётся следующим летом, проведя первичный отбор. Может быть целый сорок наберётся, так как многие молодые люди хотят заработать достаточно, чтобы вернуться не бедными, а состоятельными. Есть такие, кто больше думает о личной корове, доме, жене, а не о славных гулянках и весёлом времяпровождении.

— Да, Андрей, я удивлён, — поделился Серик, — никогда не думал, что викинги такими бывают. Заметь, что Урвальд не поскупился, а набрал подарков и сувениров достаточно. Небось и всякие инструменты привёз, как рачителный хозяин, а не просто магнитики на холодильник.

— Я сам удивлён, честно говоря. Вроде молодой, а, вон, в два предприятия уже влез. И не в торговлю деньги вложил, а в выпуск товаров.

Побольше бы таких разумников в нашей армии…

Новый наступивший 866-ой год принёс сообщение из Сембии. Конунгр Палус умер и его вдова попыталась сразу же отравить ярла Витуса, чтобы своего сына посадить на трон. По счастливой случайности (которые иногда сопутствуют сильнейшим) погиб лишь случайный гость из-за того, что виночерпий ошибся и не тому подлил отравленное вино, заготовленное заранее. Быстрое расследование выявило заказчиков и их принесли в жертву старым богам со всеми почестями: и Гармунда, и его мать.

Присутствовавшие урманские родственники не стали возмущаться, а лишь пожали плечами, мол, всякое в жизни случается. Заодно, сослались на то, что нового конунгра видимо Сульд спас, которому Витус тоже начал поклоняться в последнее время. Все же знают, что новый бог на сегодняшний день самый сильный и следует его также почитать на всякий случай. Глупо игнорировать сульдизм, цепляясь за богов древности или религию бога, который позволил себя распять в далёкой Иудее. Сульд, как все знают, уже принёс своему народу богатство, а правителю Громвальду победы над врагами. А то что он жертв и дары не принимает, так для такого дела есть Один с триждырожденным Тором и их ближники-асы.

Викинги настолько практичны в верованиях, что даже о совсем древних йотунах не забывают, справедливо считая уважение к любой религии обязательным. Сам Витус, став контролёром всего сембийского янтаря, сразу прислал уполномоченного и согласен удвоить нам поставки этим летом. Казус прошлого года, когда ценного камня явно не хватило для обмена на наши особые товары, научил его сразу. Вполне возможно, что конунгр и это количество захочет увеличить со временем. По крайней мере, нас оно радует, особенно если удастся оперативно обращать янтарь в полезнейшие вещи для экономики Приволховья.

— Как теперь быстро сообщить Лариону о предстоящих изменениях?

— Андрей, не следует торопиться. Сначала нужно сам янтарь получить, а то поспешим, а что-нибудь не так пойдёт.

— Согласен, Валерий Иванович. Спешка от радостного известия действительно может боком выйти. Просто не хочется хранить слишком явные ценности у себя, всё-таки они привлекают внимание других.

— Ты, Гром, не забывай, что твоя казна ещё большее внимание привлекает, — опустил меня бренную землю старшина, — о ней-то давно все знают: кому надо и кому не надо.

По ходу дела зима шла своим чередом и, слава богу, что наши запасы достаточно велики. Совершенно неожиданно прибыли киевские купезы — у них нехватка выявилась. В смысле, припасы, которые готовили для похода на византийцев, какие-то христиане уничтожили большей частью. То ли потравили, то ли пожгли — нам толком не довели. Диверсия, ясен пень, должна была предотвратить набег на истинно христианские земли. Из Киева всех верующих в Иисуса нагнали семьями, а за полбой и овсом отправили купцов в разные стороны. У нас даже вяленую и копчёную рыбу взяли в связи с форс-мажором. Так почему бы не нажиться стороне «А» на том, что сторона «В» хочет устроить налёт на сторону «С»? Это считается нормальным тоном и не выходит за рамки коммерческой морали. Хотя очень не хочется, чтобы кто-то кому-то помогал напасть на нас.

Больше особых страстей-мордастей зимой не происходило, поэтому спокойно дожили до марта с его ледоходом и половодьем. Вот и наше время терраформинга новых подотчётных земель пришло. Где надо подсекали, где надо жгли, где надо вырубали лесные деляны. А когда посевная повсюду закончилась пришло время возобновить, а то и закончить стройки очередной пятилетки. Всё же идёт 8-ой год эры Сульдэ и хочется прогнуться перед ним высокими показателями.

Дружно и со всей силой занялись фортификацией острова Ленина возле Алдог. Когда всё закончим — будет нам крепкий укрепрайон, перекрывающий вход в Волхов. В Ингваргрод и Плесков отправили, как профессиональных работяг, так и кое-какой инструментарий для строительства учебных лагерей. Даже разобранные водяные колёса и пилорамы ушли к братским народам, это проще, чем пытаться тоже самое изготовить в дальних далях. Транспорта вполне хватает, особенно после победы над русами Диры. Ну, а чернорабочих подгонят князья Юриус и Константиниус, у них этого добра хватает. Тем более, что Юра уже второй год занимается реструктуризацией селищ возле Ингваргрода, вот рабочие руки и высвобождаются благодаря местечковой интенсификации сельского хозяйства.

Ну, а в развитые колхозы «первой серой зоны» отправляем ремесленные семейства, так как для них на местах инфраструктура уже готова.

— В конце концов, давно следовало их пристроить к делу, которое они прекрасно знают, — проявляет недовольство Валерий Иванович, — чего тянули, спрашивается. Могли бы и поблизости их разместить.

— Валерий Иванович, но мы хотим более-менее равномерное распределение производств иметь в Приволховье. А то, когда все рядом и скопом, сразу возникают недовольства и проблемы из-за конкуренции цехов. Все почему-то хотят перетянуть одеяло именно на себя и пускаются ради этого во все тяжкие.

Премьер-министр это знает, но бурчит по инерции, чтобы марку держать.

В конце июня прибыл Хинкмар и привёз целый караван грузов. Всё, что заказывали, плюс семейства мастеровых из Энгланда (варанги эту страну именно так называют, а не Британия, как византийцы). Явно, что маркитанство необычайно выгодно. К тому же фрязин забрал столько медов, сколько было запасено, стопудово для данов, громящих сакские королевства. Любое славное дело необходимо обмыть согласно традициям, а за бухло викинги что угодно отдадут намного ниже реальной цены.

— Конунг, аркбишоп интересуется не можешь ли ты сильный отряд прислать для защиты от викингов?

— Пока не могу, а в чём дело? Неужели Хаммабург в опасности или всё Бременское епископство под угрозой?

— В первую очередь нужна твоя воинская слава. О тебе даже в Восточной Франкии уже наслышаны, а у норманнов тем более. Говорят, что ты целый легион воинов Сульда уже имеешь, построив по римским канонам.

Да уж и в таких далях сплетни заводятся, как тараканы, причём явно завышенные.

— Может проще слух пустить о том, что я собираюсь своих отправить к вам для защиты? На год хватит и его, а дальше видно будет.

— Конунг, я передам это предложение аркбишопу Римберту. Может быть и слуха хватит, но тогда ты и здесь его распусти, чтобы одинаково было.

Дружеские отношения с архиепископом продолжают сохраняться, тем более, что он и свои деньги вкладывает в торговлю с нами, как делал его предшественник Ансгар. Кроме того, Римберт в ладах с правителями Восточно-Франскского королевства (с королём и тремя его сыновьями). Вдруг связи такого уровня когда-нибудь пригодятся? Для всех этих высокопоставленных Хинкмар загрузил целую ладью с бочками икры, а половину другой ладьи — ценными мехами. Так что денег платить не пришлось, несмотря на достаточно большой объём привезённого.

Фрязину подарили дюжину комплектов шахмат, отличающихся от шатранджа, а заодно и научили правилам, которые мы знаем и используем с детства. Игра ему настолько понравилась, что он не раздумывая прикупил ещё четыре дюжины комплектов, несмотря на высокую цену. Всё-таки это «хэндмейд» из-за сложностей с производством. Интересно, а он на подарки их использует или будет торговать новинкой?

— Удивительная игра, конунг, я слышал о персидском шатрандже и даже видел, как в него играют. Но тогда мне не понравилось из-за того, что нужно решать задачи, а не воевать. У тебя и выбор воинов больше, как и количество, даже простые солдаты есть. Думаю, что твоя игра будет удачно распродаваться повсюду.

— Да булгарские купцы с удовольствием её покупают у нас и везут к себе. Вроде хотят даже в саму Персию поставлять, хотя шатрандж оттуда к ним пришёл.

Странное дело, но о выпуске настольных игр мы сообразили достаточно поздно, лишь год назад. Хэндимен обучил своих работников как вырезать фигурки и делать раскладные доски для игры. Постепенно всё наладилось, но производство толком началось лишь в начале этого года. Любопытно подсчитать какой доход принесёт игра в ближайший год-другой. Всё-таки развлечений маловато в нынешние времена и любую игру можно выдать за развлечение высокого уровня. Костяшки домино (из дерева, ясен перец) также уже начали делать, как достаточно простые в изготовлении. Её тоже начинаем ангажировать по мере сил и наличию иноземных купцов. Ряд других развлекашек пока лишь в списке имеются, чтобы не создавать лишнюю конкуренцию своим же играм, которыми собираемся торговать. Вдруг целую доморощенную индустрию удастся развить?

Многие купезы между делом переходят на вычисления в нашей цифири, что тоже приятно. Ну не желаем использовать всякие римские или те же арабские, которые местами наши, но написаны наоборот. Хотя в далёком будущем инфокоучи и предлагают бизнесменам подлаживаться под покупателя, наивно утверждая, что «клиент всегда прав». У нас же здесь и сейчас превалирует одна из основ Римского Права: «Покупатель видит, что он покупает!» Вот пусть и подстраивается под волховские манеры во всём, даже в торговле. А фокусы класса «моя твоя не понимай» проповедают в других местах.

В июле вернулся Урвальд с целой сотней данов, которых отобрал на родине.

— Конунг Громвальд, клянусь, что лично буду отправлять обратно тех, кто дисциплине не будет подчиняться или отказываться изучать грамоту и арифметику.

— Не забывай приводить в пример, что пророки Сульдэ советуют «учиться, учиться и ещё раз учиться». Один очень хорошо сказал: «Образование — это наше будущее!»[1]

В августе дошли сведения о том, что войско русов попало в шторм и возвращается несолоно хлебавши.

— Ну, что же друзья, могут и нам навалять, если надумают.

— Так скоро Ларион привезти должен камнемёты и бревнемёты. Может отобьёмся?

— Весь вопрос в том, когда они нападут, если решатся на набег. И не разгромят или сожгут наши приильменские городки? Да и южная сторона Новограда толком не закончена.

Вот как оно выходит, а ведь надеялись хотя бы на год-другой иметь в запасе, пока киевский удав будет переваривать византийскую добычу.

— Может эвакуируем их пока не поздно?

— Не минжуйся, Валера, — сразу отреагировал Борисов, — это новости быстро ходят, а возвращаться они точно будут до конца года. Да ещё наверняка пограбят венгров или печенегов, а то и дунайских булгар, чтобы совсем без добычи не остаться.

— Получается, старшина, что до весны имеем время?

— Да, где-то так.

Конечно, может Аскольд вообще не задумывается о вторжении в Приволховье и мы зря опасаемся. Однако следует всё-таки более тщательно подготовиться, а в ноябре толком определиться с войсками и оборонительными сооружениями.

— Ещё с алдожскими и новгородским боярами нужно согласовать. В конце концов, тому же Водиму можно отряд в пару тысяч нанять из заморских варягов и пусть навстречу выступит вверх по Ловати. Раз уж в герои рвётся, так следует подсобить.

Нежданно-негаданно проявился план «Г». Только согласится ли стать смертником наш неуёмный бойр?

Сельское хозяйство претерпело очередную реструктуризацию. В этом году ввели четырёхполье, введя новую систему севооборота. Кроме того, часть земель была поставлена под пары. Поэтому урожай хоть и выше предыдущих, но не намного.

— Было бы намного, если бы всю пахотную землю задействовали. Ещё один плюс в том, что селян заставили перебирать зерно как следует. Давно пора этим заняться, но никак руки не доходили.

Ещё года через два перейдём на пятиполье, но я уже давно не понимаю для чего всё это вводится. Знаю лишь, что если старики говорят об этом, то значит оно нужно. Вот и верю на слово. Моё дело контролировать, чтобы доходы от коммерции поддерживались, а то и росли при случае. Процент, который тратим на военный бюджет, постепенно уменьшается, хотя запасы оружия и доспехов накопили в арсеналах. Это радует, позволяя побольше вкладывать в мирную составляющую нашего хозяйства.

Кстати, наши рыбари наконец-то научились вылавливать крупных осетров в Ладожском озере и теперь рыбзавод возле Новой Алдоги заработал толком. Соли-то видимо-невидимо в связи с выходом её добычи в Сольцах на полную мощность. Больше расширять рыбный промысел нет смысла и так дофига добываем и на экспорт, и на внутреннее потребление.

Ещё одна радость от того, что закончена дорога с необходимыми усовершенствованными волоками из Волочка до Волги. Булгары тоже рады, так как больше не нужно финансировать проект, да и транспортная развязка гораздо удобнее того, что было. Теперь товарооборот между нашими странами резко увелечится при необходимости.

— Можно даже караван-сараев со временем понаставить на всём пути от Волги до Ильменя, — предложил Валерий Иванович.

— А кто охранять будет от местных разбойников? — сразу отреагировал Борисов, — никаких сороков не напасёшься пока это не наши земли.

Ну, что же, каждому своё. Тем более, что план «Д» по массовому освоению территории вокруг озера Ильмень пока лишь витает, аки синица в небе. Всего в двух местах имеем свои вынесенные за скобки Приволховья промышленные объекты. Остальные потуги громунизма все внутри пока и им реальное внимание. «Вторую серую зону» за год превратили в сельхозрайон почти наполовину от желаемого и к концу следующего года она станет такой, как всё остальное. А потраченные на интенсификацию процесса средства не жаль, всё равно казна пухнет от бабла, приходящего теми или иными путями.

Новокузнецк, в своём трудовом порыве, вышел на очередные рубежи. Особенно счастливы тому, что арбалетных дел мастера запустили вторую линию. Со следующего года они начнут изготавливать уже по сотне арбалетов, благо сырья и материалов имеется вдоволь.

И защитные стены повсюду выросли и в длину, и в высоту. Извести вполне хватает, особенно благодаря поставкам с Ильменя, как и нужной земли. Юг Новогрода весь оброс такой — бойры стараются, пытаясь защититься покрепче, и мы тоже финансируем для общего блага. Даже протоки углубляются по плану, чтобы побольше вражеских воинов тонуло, если необдуманно сунутся. Пусть мостки налаживают, коли приспичит перебраться на другую сторону.

И наша стена вокруг Громова удлинилась, достигнув общей длины в 2,400 метров. Причём уже третий участок (в 500 метров) достиг запланированной высоты. Внутри тоже всё слава Сульдэ, так как запланированные теремноны достроены и до зимы там ведутся отделочные работы. Повезло, что по кирпичу вписались. Всё-таки кирпичные заводы по разным весям производят уйму полезного стройматериала, вот и перенаправили потоки кое откуда к нам в Громогрод.

— Радуйся, Гром, твой конёк снова наступил, — улыбается Борисов.

Все знают о моей страсти к становлению армии, вот и прикалываются кто как может. Ноябрь порадовал очередным выпуском и столь же очередным призывом. Из страха перед набегом набрали сразу восемь сороков, хотя их просто не успеем толком подготовить к следующему году.

В основную гвардию (для которых даже специальные бронзовые значки изготовили наши золотых дел мастера) добавили 50 арбалетчиков, доведя их общую численность до полутагмы. Лучники усилились сотней, благодаря импортным поставкам мощных луков и их теперь целая тагма. За все годы через спецподготовку удалось создать первую сотню тяжёлых бронированных лучников-кавалеристов. Спасибо булгарам, которые в своё время подготовили нам соответствующих инструкторов, да и сами выращивали для нас столь грозных воинов.

Это не лёгкая конница, засыпающая противника всякой мелочёвкой. Эти бойцы имеют вполне сильные луки и соответствующие стрелы с гранёными наконечниками. Их задача лишь нагонять жути и вносить панику и неразбериху в стане врага, не доезжая до «собачьей свалки». Наверное лучшие в войске умельцы дать дёру вовремя без проявления ненужного героизма. Отстреляйте колчан, а если враг позволяет, то и второй, и валите пока при памяти. Если же нужно для дела, то возьмите в тылу запасные колчаны и возвращайтесь на удобную позицию, соблюдая предусмотренную дистанцию. Никакой инициативы, ибо она наказуема, только боевые действия, предписанные штабом. Именно для этого подразделения нашлось место в оперативном плане для действий возле порогов истока Волхова. Там, где были потоплены часть ладей князя Диры в предыдущем налёте.

Не только соответствующие кони, но и доспехи для них позволили добавить ещё две сотни в состав клибанофоров.

— Теперь у нас их семь сотен и осталась лишь сотня до полных двух тагм, — радуюсь усилению тяжёлой кавалерии.

— Говорят у византийцев таких лишь четыре.

— Может имеется в виду четыре хилиархии? — а то уж совсем мало что то.

Нам трудно реально оценить армии больших держав, уж очень разный подход к их созданию. И Серикжан мало чем помогает, потому что военной Историей практически не интересовался.

— Благодаря фряжским и византийским поставкам тяжёлую пехоту усилили до пяти тагм. Две тысячи воинов со щитами даже выглядят грозно, чего уж говорить о боевых возможностях наших пеших «супертяжей».

Снова начинаем на пальцах оценивать и сравнивать с другими. Получается, что в боестолкновении мы способны противостоять 6–7 тысячам, но это кажется слишком оптимистично.

/ Ещё и читатели не подсказывают, как правильно сравнить наши ВС с другими /)))

Получается, что нам необходима маленькая, но победоносная войнушка — лишь тогда станет ясно в чём мы ошиблись. В любом случае имеем то, что смогли создать за годы. Три с половиной тысячи тех или иных гвардейцев, какое-то количество за пределами нашей страны и в гарнизонах, ну и резерв разного уровня подготовки порядка двух тысяч. У союзников (имею в виду алдожских и новогродских бойров) порядка 600–700 дружников на службе. Ополчение в случае мобилизации даст, дай бог, тысячи три более-менее вооружённых, хотя желающих погибнуть за Родину найдётся гораздо больше, судя по размеру мобресурса. Но не уподобляться же Аскольду, припахивающему в своё войско всех, кто желание проявил. И вооружающего их тем, что у самих добровольцев имеется (типа рогатин).

Пока колдовали с армией пришли сведения об Опряте и Егоре Мартове. Они нашли удобное место в истоке Невы, чтобы ладожские сезонные штормы не докапывали, где и высадились этой весной. Теперь работяги всем кагалом устроили муравейник, возводя и деревянную крепость, и казармы (а то пока в советских социалистических шалашах живут), и причалы. Особого гродища не предполагается, это более военизированный объект, чисто, чтобы было где флаг поднять. Так пёсики делают, помечая свою территорию, ну и мы по их принципу. В крайнем случае, когда-нибудь таможню поставим, тогда и склады понадобятся.

В общем, на ноябрь, казармы (пока без особой отделки) поставлены и частокол оборудован. Место под причалы размечено — они лишь для остановки кораблей приходящих к нам извне и пока роли не играют. Фортресс растёт, постепенно поднимаясь, но первично закончат лишь к концу следующего года. Три ладьи с исследователями были сразу отправлены вниз по Неве, чтобы её описать, а возле устья определить место под закладку другой крепости. За сезон более-менее разобрались и экипаж одной посудины остался там на зиму, дабы карту штормов и наводенений хоть приблизительно составить. Вот обо всей этой байде нам и сообщили. Заодно с временным графиком прохождения дистанции от Алдоги и до Финского залива отчитались.

Об Алексее и его беломорском странствии ничего не известно. Лишь то дошло, что он добрался аж до Провиденья на берегу Онежского озера, где пополнил запасы и оставил приболевших в пути. Затем убыл на север со своей гоп-компанией.

— Конунг Гром, поступила информация, что далеко вверх по течению Ловати имеется небольшое гродище под название Лука, — поделился сведениями бойр Быстр, — у них даже ремесленники свои есть. Может возьмёте их под свою руку?

— Пока не след, — сразу возразил Борисов, — некого посылать в такую даль. Да и смысла нет этим заниматься до прихода русов. Дожились, блин, русы со словенами собираются воевать.

Действительно, неказистая история получается, когда славяне воюют против славян, а выгоду получают в итоге иноземные торговцы. Но куда от этого деться, когда вся восточная половина Европы от Рейна до нас под славянами и лишь болгары ещё не славяне. Их, правда, собираются в ближайшее время сделать стопроцентно православными и даже епископа им назначить. Это в будущем, таких, как ободриты, выпихают далеко на восток, а всяких сербов нагонят на юга на Балканы.

— Есть план «Е», — вскинулся Кагнер, что-то себе надумавший, — можно отправить Водима, наняв для него наёмников и пусть он сядет в этой Луке и занимается полюдьем в тех краях в нашу пользу.

— Так его Аскольд сметёт вместе с той Лукой, когда на нас пойдёт, — сразу отметил Борисов.

— Я другое имею в виду. Если русы нас победят, то всё равно все планы рухнут. А если мы отобьёмся, тогда можем для бойра нанять крупную дружину и отправим их вверх по Ловати, чтобы создать эксклав в верховьях реки.

Старшина сначала задумался, а потом веско возразил.

— После битвы мы настолько ослабнем, что твоему Водиму будет проще вместе с наёмниками нас добить и захватить Приволховье.

Тоже серьёзный довод, так как рассчитывать на верноподданность пока сложно в нынешние времена. Другое дело, что сам план «Е» можно оставить на далёкое будущее, если выстоим и даже восстановимся с годами.

В декабре обсуждали возможность быстро нанять варангов, чтобы отправить вместе с бойром Водимом в Луку. По карте выходит, что это гродище расположено примерно там, где в будущем находится город Великие Луки. Хотя следует учитывать поправку в 30–50 километров, вполне типичную в таких прогнозах. Сам бойр дал согласие на то, что пойдёт туда лишь после победы над киевлянами. И упорно просил дать под его командование гвардейские тагмы, дабы схватиться в честном прямом боестолкновении с армией русов. Мол, хитрить и козни врагу строить ниже его достоинства.

— Чего-то мне не нравится его поведение и настроение, — засомневался Валерий Иванович, — как бы он в Луке не начал самодельничать.

— У нас полно времени до весны, так что просто другого воеводой поставим, если что. Тем более, не обязательно варангов приглашать, можно добровольцев из весин, чудин или водян.

Насчёт двух последних народов имеются некоторые сомнения. Дело в том, что возле Изборска и через реку от Ингваргрода в этом году поставили учебные лагеря и теперь Юра и Костя набирают в них новобранцев из местных. Своих к ним не послали в этот раз. Лишь внутри перевели ещё три сорока в казармы Торгового Центра, чтобы на следующий год поменьше перемещений было.

Интересно, когда русы придут: к апрелю или к маю-июню? Вроде все заманухи раскиданы и кажется проглочены различными купцами. Неужели киевский князь с крючка сорвётся? Лишь отморозив полян можно будет спокойно (без конкурентов) тех же полозян ввести в наш «ссср».

— У них ярко выраженного лидера нет, иначе мы бы знали, — поведал Серикжан, — их лишь Киев и Новгород под собой держали долгие столетия.

Получается, что и с Запада тоже никто не приходил, а значит у нас имеется куча времени на приручение Полоцка.

Постепенно приблизились праздники и мы встретили новый год, 867 от рождения Христа. Считай девятый год здесь живём.

— Кстати, как там Танечкина пещера, не нашли ли портал? — интересуются то одни, то другие.

— Каменоломни разрастаются, но пока даже до подземного озера не добрались, которое там имеется.

И это понятно, ибо слишком хорошие солидные запасы известняка и просто камня под землёй прячутся. А по узким ходам не советуем желающим бродить, чтобы потом потеряшек не искать. Наверху (и не только возле Старой Алдоги) продолжается программа оказания помощи населению, но не совсем обширная. Всё-таки срабатывает программа интенсификации «второй серой зоны», которую закончим к концу следующего года. Если удержим этот уровень производства продуктов, то больше никогда словене не будут голодать даже в тяжёлые периоды. Да и в «закромах» поддерживаем достаточный запас продовольствия именно на всякий пожарный.

Зимой киевские купцы за едой не приезжали почему-то. Может в других местах закупали, а может и иная причина у них была. Хорошо, что киевские сульдисты прислали инфу, что подготовка к летнему набегу ведётся. Размер предполагается порядка 7–8 тысяч, к которому мы в принципе готовы. В апреле набрали ещё шесть сороков новобранцев, но уже без ажиотажа и фанатизма.

Прикольно наблюдать за тем, как меняется общественное мнение за границей. В первый момент, когда находившиеся в Приволховье заморские купезы дружно удрали через северный выход (в Ладожское озеро, а потом и дальше) — пошла инфа класса «неисчислимое войско русов уже подходит». Так что первое впечатление за морями сводилось к тому, что весь Волхов чуть ли не занят завоевателями, а конунг Громвальд и его воины то ли уничтожены, то ли сдались на милость победителя. Князь Аскольд, ясен пень, уже присоединил к своим землям новую страну, предварительно ограбив её до нитки. И стал великим правителем восточных земель «от моря до моря». Этой новости, очень быстро разлетающейся, не поверили лишь конунгр Витус, аркбишоп Римберт и Ларион, опять шедший с торговым флотом вокруг Европы. Да и то, наверное, что первая новость просто до него не дошла вовремя, ибо её опередила в данном случае вторая.

Да, чёрный пиар скор на расправу в то время, когда правда, явившаяся обеляющим пиаром, слишком медленна и выглядит уж очень невероятно. Уж если великая Византия пострадала от набега русов, то как могло устоять крошечное Приволховье? Тем не менее до Запада начало доходить, что «воины Сульда», как и его «оружие» это нешуточно, особенно если поверить в то, что разгромлена восьмитысячная армия достаточно сильных воинов. Даже у данов, именно сейчас громящих королей Энгланда, воинство несколько меньше количеством. Хотя сомнения ещё месяца два бродили по Европе.

— А может русы всё-таки победили?…

— Или самих русов было совсем мало?…

— Так может конунг Громвальд просто откупился и будет платить ежегодную дань?…

Жизнь не кончается и вместо сбежавших купезов прибывали осторожненько другие, чтобы поторговать с новыми хозяевами региона, если такие завелись. Странно, как будто ничего не изменилось, та же картина как и в прошлые годы. Всё по-прежнему тихо и спокойно. Может и набега не было вовсе? Распросы выявили картину, не укладывающуюся в здравый смысл.

— Да, было сражение…

— Да, вражеская армия имела восемь тысяч воинов…

— Нет, сюда они не дошли и никого не грабили…

— Так их разгромили в одном сражении…

— Где-где, в поле у южных стен Новогрода…

— Да, около тысячи спаслись, сбежав на лодьях…

И как это понимать адекватным взвешенным торговцам? Кому верить, да и во что? Хоть в сам Киев отправляй представителей, чтобы проверить слухи и сплетни. Тут ещё словене свою армию собирают, якобы вверх по одной из рек отправить. Ясно же, что на Киев посылают, дабы в ответ ограбить и захватить, иначе быть не может.

Впрочем основным делом купезов остаётся не сбор информации (это лишь попутный бизнес), а торговля. Как раз озимых полным-полно собрано, надо вывозить в голодающие страны. Ну и других товаров хватает, включая трофеи, полученные словенами по результатам Великой Битвы Народов. Кое-кто даже ладьями русов разжился, воспользовавшись моментом и обеспечив самих себя дополнительным транспортом для вывоза карго. Лишним не будет, всё равно получилось дешевле, чем строить.

Тот же Хинкмар выменял транспортные средства, ибо нуждался в максимальной вместимости. Он нам привёз и семейства, и качественные изделия из металла, и ткани. А обратно увёз не только свежие новости об очередной победе, но и продовольствие, вперемешку с трофейными доспехами среднего качества, не самым лучшим оружием (зато подешевле, чем точно такое же в Европе) и столь любимой икрой, шахматами и прочей хренью, которую мы производим.

— Конунг Громвальд, сработал прошлогодный слух о твоей помощи аркбишопу. Ни одного налёта викингов не произошло до сих пор. Его преосвященство настолько благодарен, что повелел мне доставить тебе дары.

— Благодарю, Хинкмар, рад нашему сотрудничеству и готов к этому и в будущем.

Надеюсь, что наша дружба будет продолжать оставаться взаимовыгодной ещё долгое время. Пока викинги воюют с Европой нам попроще в смысле торговли, всегда имеется хороший и достаточно большой рынок сбыта. Ах, это в будущем Россия является рынком сбыта, а продаёт лишь нефть, газ и удобрения? Ничего, мы эту традицию исправим окончательно и бесповоротно. Вон, врач Вадим уже наладил переварку обычного дёгтя (тоже вывозимого за рубеж) в более качественный, а значит и подороже. Пусть фрязин даст на пробу своему архиепископу три десятка четырёхфунтовых бочек. Тот быстро убедится в том, что наш вариант позволяет использовать его меньше на тот же объём работы, что означает экономию. И наша бумага, которая бывшая самаркандская, всё-таки получше исходной (в смысле технологии), а значит заслуживает народного звания «словенской».

Хинкмар убыл довольный-предовольный, а мы потираем руки, заработав изрядно на европейцах. Вместе с торговцем к Римберту отправилось и одно моё предложение. Исходя из того, что Сирия, а значит и Иерусалим, находятся под властью магометан, то можно кое-что предпринять по возвращению святых земель под власть и патронаж христианской церкви. Достаточно лишь бросить клич истинно верующим о сборе доборовольцев для великого похода крестоносцев в дальнюю даль. В связи с переходом Дунайской Булгарии в христианство стал безопасен путь по Дунаю. Затем через Византию можно добраться и до портов Сирии, захватив которые создать плацдарм для вторжения в филистимские земли. А дальше уж как бог положит…

Ноябрь изрядно перетасовал военные карты и подразделения. Тут без «бу-бу-бу» не обойтись, всё-таки армия архиважна в наших условиях и не должна быть упущена ни одна деталь. Урвальд уже отсеял два десятка своих подопечных, которые в какой-то момент посчитали себя дедами Советской Армии и начали скрытно побухивать и даже попробовали похулиганить. Ясно, что получили отлуп, а в итоге и пинка под зад. Никакие объяснялки класса «мы же герои битвы с русами» или «мы больше не будем» во внимание не принимались. Викингов посадили на одну из трофейных ладей, загрузили продовольствием и отправили, сопроводив до самого Финского залива. Пусть там, на приволье, геройствуют и по пьяной лавочке объясняют, что «их не так поняли».

На остальных это очень подействовало — всё-таки заработки достаточно хороши, как и «трофейные» полученные за победу в этом году. Ещё послужить достойно и можно вернуться на родину обеспеченным человеком, а не гулякой-засранцем. Теперь они готовятся последовать за своим вождём в неведомую Луку, где, говорят, будет возможность разжиться собственным наделом. Тогда вообще можно в будущем вытащить туда родных из датских земель. Очень хорошая перспектива всего лишь за соблюдение дисциплины и исполнение приказов или вводных. В конце концов, на родине, нищебродов и без них хватает, как и без их семейств. Самому Урвальду выделили ещё три сотни профессионалов из тех, кто захотел перебраться в столь дальний край. Ещё полторы тысячи добровольцев (точнее, сорок сороков) готовятся пополнить отряд бойцов дальнего радиуса действия.

— Количество арбалетчиков увеличилось до трёхсот, пеших лучников стало пять сотен, а вот крупных коней добавилось лишь сто из разных мест. Решили усилить клибанофоров, доведя их до двух тагм. Но от булгар на следующий год намечается пригнать табуны их крупняка в количестве двух с лишним сотен голов.

Две сотни полозян наконец-то подготовлены и обеспечены трофейным вооружением. Ещё столько же и ряд будет исполнен с нашей стороны. В Провиденье отправили три сорока весин, закончивших подготовку, а два остались у нас на службе.

— Ряд с весью исполнен полностью, можем собой заниматься.

Неплохо мы Артёма укрепили, у него под рукой теперь шесть сороков и он решил чисто весинский лагерь подготовки создать для новичков.

— Подготовлены и отправлены в земли води и чуди по сотне их подготовишек, прошедших полный курс. Ну а для себя набрали восемь сороков, пока Гром деньгами раскидывается на это дело.

— Смейтесь, паяцы, над разбитой любовью, — отшучиваюсь я, — пока денег сверх меры, нужно помнить, что когда нибудь все классно подготовленные бойцы понадобятся. И из какового рукава (как шулеры) или из какой шляпы (как фокусники) вы их возьмёте?

— Да мы не смеёмся, Андрей, — улыбается Валерий Иванович, — просто весело. Хотя, если бы не твоя настырность в строительстве армии, мы действительно уже не раз отхватили бы люлей.

Допфинансирование пошло на пользу и темпы развития действительно усилились. Кстати, солдаты получают жалованье, часть которого передают своей родне. Ведь деньги ни в селищах, ни в гродищах лишними никогда не бывают. Народ закупает себе инструменты, а то и что-нибудь необходимое, дабы начать своё ремесло. Одна проблема незаметно подкрадывается — возраст воинов. Часть их готова служить до посинения, то есть, пока руки оружие держат. Но имеются и другие, те, кому хочется на дембель, дабы обзавестись собственым хозяйством, а значит и своим семейством.

— Серикжан, а как в Истории поступали?

— Андрей, по-разному было. В одних случаях, просто уходили со службы, как у нас в будущем. В других, шли в походы, где завоёвывали земли и там селились. Римляне своих ветеранов обустраивали на новых местах, а легионы пополняли тамошними молодыми. Правда ротация не превышала пятидесяти процентов.

— Так вот почему с Урвальдом уходят возрастные профессионалы, — дошло, как до верблюда.

Опытная тагма, собирающаяся сопровождать добровольцев в Луку, действительно в большинстве своём была из тех, кому несколько лет назад было по 20–25 лет. Это мы по-прежнему считаем себя молодыми и бессмертными, а многие такой уверенности не имеют. Они живут здесь и сейчас, а не витают в сферическом вакууме. Дисциплина дисциплиной, но человеческое желание создать «ячейку общества» никакой сульдизм с пофигизмом правителей не отменял.

— Андрей, — встрепенулся Валерий Иванович, — а ведь проблема будет расти из года в год и от неё никуда не деться. Давай что-нибудь придумаем для потенциальных дембелей. Может быть действительно формировать из них… не знаю как назвать это…

— В армии называется «дембельский аккорд», — подсказал Борисов, — перед увольнением их припахивают на какие-нибудь дела.

Вот так мы и докатились до жизни такой, приняв решение о созданий «аккордных отрядов». Такие можно посылать куда угодно, хоть к чёрту на кулички. То же воинство Урвальда достаточно крупное, чтобы приватизировать власть над верховьями Луки и в то же время там хватит места всем участникам похода для постепенного расселения и взаимозамещения местными.

Проводы бойрова войска во главе с Водимом состоялись, как торжество эпохального толка. Всё-таки славные дружники отправляются спасать от кочевников (злыдней по определению) мирных-премирных полян. А если судьбе будет угодно, то и древлян, а так же тех, кто поближе под руку попадётся. Наверняка о подвигах Водима Хороброго сложат былины и донесут их через тысячу лет кому нужно. Эдакий «Новый Рюрик» с воинством поболе и покруче, чем было у оригинального. Полководца тайком предупредили, чтобы он не вздумал грабить Луку, пояснив, что «это наше гродище». Впрочем бойр даже не думал оспаривать сей тезис, понимая, что раз воины Сульда уже наложили на те земли свою лапу (даже не дотянувшись пока), то лучше рот не разевать на чужой каравай. Не посмотрят ни на родство, ни на бывшее соседство, а на одну ладошку положат и другой прихлопнут. Да и смысла нет, дабы объять необъятное, коли выделили очень богатый и солидный надел. От добра добра не ищут и Водим это прекрасно осознаёт.

В апреле мы пополнили своё воинство ещё восемью сороками, выделив Урвальду четыре сотни профессионалов (включая его два сорока данов) и предоставили достаточно трофейных ладей для похода. Так что, забрав к тому же тысячу шестьсот добровольцев, прошедших полугодовой курс первичной подготовки, наш герой отправился в Луку и окружающие её земли, дабы власть там властвовать. Пусть встанет в тех краях Маленькая Дания, от нас не убудет. Всё равно Большая Дания никогда в такую даль не доберётся и скорее весь Энгланд под себя подомнёт, чем в глухомань полезет. Мария взгрустнула, потеряв своего самого толкового и старательного ученика.

К князю Юрию для выполнения «таллиннской программы» переведены дополнительные шесть сороков. Теперь у него есть своя тагма тяжеловооружённых воинов, сотня подготовленных в наших лагерях водян и ещё две сотни водян проходит подготовку в его лагере на Нарве. Посмотрим, что из этого получится в итоге. Константину тоже шесть сороков отправили — ему осваивать реку Великую предстоит, так что войска нужны. Сотня чудин, прошедших у нас подготовку, ему в помощь, остальных готовят в лагере под Изборском.

— Получается, что наши птенчики вышли в самостоятельное плавание, — с грустью отметил Борисов.

— Старшина, если уж «в плавание», то не птенчики, а молодые акулы, — сразу поправил Валерий Иванович.

— Отцы, им вообще-то по тридцать пять лет, давно не птенчики.

Знаменитой фразы «дети всегда для нас остаются детьми» не последовало.

— Кстати, с ними ушла часть старослужащих, — добавил старшина, — скоро вообще без ветеранов останемся.

— Ничего страшного, опытных ещё хватает для дружины и ударная группировка в прежнем составе, кроме Урвальда и одной сотни. Но их уже сменили достаточно сильные и умелые воины.

Всегда приходится следить за балансом, чтобы с водой и ребятёнка не выплеснуть. Каждый сорок подвержен учёту и контролю. Вон, отправили полозянам оставшиеся две их сотни и сразу вычеркнули пять сороков из своих списков. Не дай бог, запутаться, тем более, что проводим ротацию гарнизонов по всему Приволховью. Следует учесть, что более двух тысяч словен разбросаны по гарнизонам, а часть из них вообще за границей служит. Кроме четырёх ударных тагм имеется лишь наш резерв примерно такого же размера. Придётся поднажать в подготовке, а то верховья Днепра некому будет занимать в будущем. Ладно, весины, чудины, водь белоглазая сами себя пополняют, но новые территории нам никак пока не охватить, просто некем.

— Вот и нечего губу раскатывать, Андрей, — подытожил Валерий Иванович, — и так повсюду лапы протянули, аки твой Рюрик.

— Так я же не против, всегда стою за мирное развитие. Мне мельницы и пилорамы дороже злата-серебра, как и новые поля, огороды и сады. А ульев сколько понаделано!

Гы-гы, но пчеловодство размахнулось не на шутку, скоро весь мир завалим воском и зальём медами.

— И не мечтай, воск и меда только дорожают почему-то, а значит спрос по-прежнему выше предложения, — поставил меня на место Антон Мартов.

— Ну да, все же бухают медовицей, коли в Европе пока нехватка вин. Да и не любят варанги всех мастей эту кислятину, им бы водку изобрести, да всех споить к едреней фене.

— Нельзя викингов обезжиривать, иначе франки излишне расплодятся и всё под себя подомнут.

Вполне разумный подход к сдерживанию растущего могущества фрязинов в этот период. Англичанку, пока она ещё чайник, гнобят вовсю и процесс предстоит явно длительный. А Испания, вместо того, чтобы быть царицей морей, пока половиной своей территории под арабами разлеглась.

— Блин, никто не мешает славянам захапать большую часть Европы. Серикжан, почему же этого не произошло, а наоборот их изгнали из ряда земель?

— Уже не знаю, Андрей, всё раньше было понятным и разложено по полочкам. А сейчас почему-то всё под другим углом выглядит. Такое впечатление, что Рюрики и Аскольды перетянули славянские народы в Россию из Европы.

Наверняка всему есть научное объяснение. Жаль, что нет здесь учёных, которые объяснили бы происходящие процессы, как авторитетные личности в будущем делали это в интернете. Или из-за некоторых изменений, внесённых нами, самих личностей и других говорящих голов на экранах телевизоров не появится? Как и самих телевизоров.

Обсуждения закончились шутками и мы разошлись по своим теремнонам.

У коназа Константина пока другой путь к коммунизму громунистического толка. На реке Великой вытянутая «серая зона», которую следует превратить во вполне «колхозную», как у Старшего Брата. Чудь белоглазая ему в помощь, ибо тамошние жители не прочь подзаработать дирхем-другой на разных работах. Даже если этот «дирхем» отчеканен в Громово и имеет с одной стороны надпись «20 коп.» За него также можно чо хошь купить, даже чёрта в ступе (если он в хозяйстве понадобится чучелом в поле поработать). Сам Костя больше с новобранцами в изборском лагере занят, заодно не давая самому гродищу сгинуть с карты человеческой Истории.

Освоением «серой зоны» занимаются те, кто опыт в таком деле имеет. Их сопровождает конная (опять простые степные лошади) сотня, чтобы всяким криминалом неповадно было мешать полезным новациям. Впрочем полозяне сюда больше нос не суют, а из других вроде некому.

Люди полоцкие «возмужали», заполучив четыре сотни обученных вооружённых воев «своей национальности» и теперь их бойры решили пощупать латгалов за вымя, ниже по Двине. В другую сторону они пока не рискуют забредать, опасаясь оказаться в зоне нашего влияния. А вот прибалтам решили отмстить за набеги (как будто сами раньше такие же не совершали), коли такая возможность появилась. Теперь вся река до самого Варяжского моря стонет. Полозяне не покоряют земли, а тупо их грабят, пользуясь превосходством в силе. На удержание у них просто бойцов не хватает, чтобы гарнизоны на местах создавать. Впрочем, ещё и данью облагают, дабы каждый год свою задницу не отрывать.

Хорошо полоцким бойрам, что их дружники не пьют и не гулеванят, воспитанные по нашим лекалам. Плохо то, что долго так тянуться не будет. Как только полозяне начнут беспределить против купезов с Запада (из варяжских краёв) и мешать их торговле с верховьями Днепра, так сразу же могут и солидную ответку получить. Весь вопрос в том, кто за наведение порядка возьмётся? Викингов пригласят на правление или ещё кого попросят?

В принципе, за помощью скорее всего обратятся ливы, курши и земгалы, проживающие на берегах моря. Там, где Западная Двина в него впадает. От беспорядка они больше всех страдают, а значит больше всех заинтересованы в восстановлении статуса кво. Видимо лишь время покажет каким путём пойдут события, к которым мы нечаянно приложили свою руку. Хотели защитить Полоцек, а создали агрессора. Чем, говорите, дорога в ад вымощена? Вот-вот, не сей добро и не пожнёшь зла. И во всём виноваты конечно же Аскольд с Дирой, а мы тут не при чём, ясно всем?

В июле начались частые визиты и в первую очередь тех самых… ливов. Их посланники выкатил бочку претензий, мол, Полоцк под нашей рукой…

— Великий конуг Громвальд, уйми ты своих полозян. Ну не можно торговать спокойно ныне, оне мешают всем. И управы на них нет.

— Уважаемый Айвар, то не в моих силах, ибо не властен я над Полоцком. Я им лишь русь подготовил по ряду, который мы заключили, дабы оне могли защитить себя впредь.

Надеюсь, что спокойная уважительная беседа угомонила полпреда, тем более, что я поручил повозить его по Волхову, чтобы он своими глазами увидел хозяйства, расцветающие благодаря нашей миролюбивой политике. Вроде поверил, что никаких дальних интервентов-грабителей мы не создавали и не поддерживаем.

— Пойми, Айвар, мирная торговля и безопасность для купезов приносит гораздо больший доход, чем грабежи и набеги.

— Вижу, конунг, и верю, что не ты за Полоцком стоишь. Прости, что неверно думал в начале.

Делегация убыла восвояси, дабы на своём тинге пытаться найти решение возникшей проблемы. Наверняка кого-нибудь из скандов пригласят заступиться и даже согласятся пойти под его руку, лишь бы полозян угомонить на века.

Вот и Ларион добрался до нас, опять сделав кругосветное путешествие. Снабженец, блин-картошка, вечно голодного Константинополя последних лет. Впрочем из-за нестабильности в землях полян он не рискует подниматься по Борисфену, всё-таки обратно повезёт янтарь, а не только разнообразную всячину приволховского производства и добычи.

— Конунг Громвальд, — торговец окончательно перешёл на новое общепринятое имя, ставшее популярным в последние пару лет, — новый базилевс и новый патриарх передают тебе поздравления в разгроме войска русов, столько лет беспокоивших нас.

— Благодарю Ларион за столь приятную новость.

— Они интересуются когда ты возьмёшь под свою руку город Кия и какова будет политика отношений с Византией?

Чего выдумывать, когда лично мне всё предельно ясно. Никакого Киева я себе не собираюсь брать, так как он очень далёк по глобусу Гардарики. А то, что нашлись добровольцы им овладеть, так это не для меня, а для Водима Хороброго. Частное лицо, просто родом из Приволховья.

— С твоей империей я предпочитаю спокойную мирную взаимоуважительную торговлю, как и прежде, и такое же сотрудничество. Буду рад, если Византия вернёт себе сирийские земли с помощью всех христианских воинов Европы.

— Если это случится, то базилевс щедро осыплет тебя дарами за создание проекта. Кроме того, такой поход объединит христиан, а то у нас разногласия имеются с Римом. Жаль, что дунайские булгары и многие славяне Европы всё больше погружаются в веру Сульдэ. Я, конечно же, в стороне от этого, но патриарх переживает сильно из-за этого.

— Ларион, ты же понимаешь, что я нашу веру никому не навязываю, да и наш бог на этом не настаивает. Другое дело, что в европейских землях заводятся странствующие миссинеры, которые порой не знают даже основ сульдизма. Но как с ними бороться я не ведаю.

Опять двадцать пять! Христиане не могут доказать язычникам чем одна вера лучше другой, вот те и сравнивают религии под углом практического использования и применения. В церковь Сульдэ ходить не нужно, так как их просто не существует. Значит и деньги за слушание проповедей можно не платить. А то язычники видят насколько богато живут священники и естественно задаются вопросом класса «откуда дровишки?». За какие шиши столько золота и драгоценных камней на ризах священнослужителей? И где помощь от многочисленных монасей, почему до простых людей она не доходит?

Попытки доказать, что если жить бедно, то обязательно в рай попадёшь, тоже не доходят до людей. Какой рай, если его врата пока закрыты и их откроют лишь после решений Последнего Суда. Пока же все души находятся в чистилище и никакая мама не может за своим дитём с небушка наблюдать. Ад также не действует, как и геена огненная. Поэтому и грешники, даже самые ужасные, и праведники в одном месте обитают, ибо их никто не рассортировал досель.

Наша беседа закончилась и мы занялись делами. Это важнее, чем пустые толковища о том, что даже не изведано и не подтверждено. А вот взаимообмен можно пощупать и потрогать, лицезрея заодно и товары. Камнемётные машины были выгружены в Ингваргроде и обоих крепостях на Неве, до нас не дошли. Славных коней привезли четыре дюжины, очень даже кстати. Теперь можем закончить создание полутагмы тяжёлых лучников. Остальное, по обычному распорядку, давным-давно отработанному и налаженному.

— Патриарх теперь не знает, как быть с письменностью, созданной для славян Мефодием и Кириллом. Вашу почему-то лучше воспринимают, даже цифры легче учат. Он думает больше нашу не доводить до славян, а просто вашей их обучать.

— Ларион, ему виднее. Он может даже самого Мефодия поставить епископом в Дунайской Булгарии, коли тот столь долго занимался делом, которое не пригодилось.

Реально, должность духовного предводителя кочевников не так сладка и может выглядеть, как наказание, а не поощрение. Вроде и отблагодарили, а в то же время отлучили от цивилизации и комфорта.

— Всё ясно с Водимом, пусть себе Черниговское княжество строит, раз Киев не завоевал.

— Главное, чтобы обратно не возвращался и воду не мутил, а то придётся его грохнуть в конце концов.

Этот бойр так нас достал, что сейчас действительно избавимся от него, если вернётся. Всё-таки мы наконец-то обрели полный и понятный расклад того, как будет выглядеть наша будущая страна.

— А может и хорошо, что на юге образуется три княжества? Будут друг-другу мозги колупать, но ни одно не сможет расшириться толком, — благовествовал Вольфович, — когда нет чьего-то превалирования, то и нам жить проще.

— Серикжан, но венгры же сам Киев получили и смогут быстро развиться. Тем более, что их большинство.

— Не так всё просто, Валерий Иванович, они всё-таки степняки. Им очень сложно будет перестраиваться на жизнь среди лесов, где скотоводство намного хуже развито, чем на открытой местности. Придётся целому поколению смениться, чтобы зародилась новая ментальность.

Любопытное объяснение, так как по объяснениям Кагнера получается странная, но вполне возможная картина. Люди степи страдают своеобразной клаустрофобией. Им в лесу страшновато из-за того, что за каждым деревом может таиться опасность. Плюс, им непонятно как вообще можно нормально жить среди буреломов, чащоб и болот, где даже свежего воздуха не хватает, как и вольного ветра. Та же проблема с точностью до наоборот у лесовиков, которым страшно на открытом пространстве. Нет природных укрытий, а значит тебя видят издалека и быстро догонят на быстрых лошадях. Причём спрятаться просто некуда.

Конечно, всё не так просто, но в качестве общего фона может влиять на людей. Осёдлая жизнь для хунгар, привыкших к массовому скотоводству, не так проста. Им проще грабить города и возвращаться в родные степи, но там их ждут пачинаки. Которые тоже степняки, но гораздо более превалирующие в регионе. Хотя, кто этих унгров знает, могут зачистить Киев полностью и отправиться вслед за своими, которые в прошлом году ушли на Дунай.

— Тогда русы сцепятся с нашими в битве за Киев и чёрт знает чем это кончится.

— Ладно вам, — откликнулся Борисов, — наши наваляют русам по самое не могу. Во-первых, у них подразделение больше, во-вторых, дружники алдожских и новогродских бойров гораздо профессиональнее. Я лично проверял степень их подготовленности в качестве резерва нашему воинству. Конечно, не дотягивают, но в общем и целом превосходят любых других, даже варангов и тех же русов. Вон, купез Ларион их приглашал года три назад в Константинопольскую гвардию.

Оказывается не только я повёрнут на уровне подготовленности наших воинов, но и другие имеются, кто в курсе где какая рыба и почём[2].

Новости с югов ещё какое-то время обсуждались, но, слава богу, слишком далеко это всё от нас. Пусть тамошние сами варятся в своём супе, мы лучше в сторонке постоим и о своём, о женском, порассуждаем.

— В Полоцеке наверняка уже узнали о том, что мы приняли предложение ливов разных тамошних наций, но их реакцию на это навряд ли выясним раньше конца мая, — это я так умничаю, как положено конунгу всех времён и народов.

— Мы о многом узнаём позже, когда уже нефиг бить боржоми, — сумничал Борисов, — вот скажи, Гром, как дела сейчас у Урвальда?

— Думаю, что неплохо. Всё-таки банда весом в две тысячи боевых единиц невольно вызвала благожелательность местного населения одним своим видом. Мало того, это всё-таки реальное ощущение защищённости в наши тревожные времена. Кто рискнёт грабить тех, кто пойдёт под руку нового князя? Главное, чтобы сам дан не перегнул палку с выбиванием средств из людей, доверившихся ему.

Маша Кагнер тут же вписалась за любимого ученика, сказав, что он достаточно разумен и не станет гнобить своих верноподданных. Позже мы узнали, что там действительно шли именно такие процессы. Основными вековечными обидчиками всегда были полозяне из верховьев Двины, но тут их словно ножом отрезало. То есть, познакомиться с новым князем они конечно же заглянули, но лишь с расспросами о возможностях мирной торговли и защищённости их купезов.

Не удивлюсь, если уже у всех окрестных народов имеется что-типа карт с пометками класса «Не влазь — убьёт!», где отмечены наши блокпосты. Даже вредная финская суомь с отдельно проживающими среди них варезами посещает любые территории, находящиеся под нашим контролем, лишь с дружеско-коммерческими интересами.

А к Урвальду приходят с дарами и предложениями о мире, дружбе, жвачке даже те, кого он ещё не успел посетить сам. Селищ-то хватает в радиусе двух-трёх дней дальности, ежели даже марш-бросками исчислять. Чую, что Малая Дания покрывает окрестности километров в сорок-пятьдесят в радиусе. Если бы он к тому же там повсюду серых зон насоздавал, но это ещё слишком рано. Дай бог, коли ближнее превратит в толковое колхозье-совхозье в ближайшие пару лет. Строить — это вам не грабить и разрушать, оно терпения требует и расходно по сути.

— Как у Артёма дела, какие новости?

— Всё идёт своим ходом, товарищ старшина. Лагеря подготовки в Провиденье готовы, серая зона вокруг них и до середины Свири на следующий год будет закочена. Да и та, которая ведёт к Белозеру, тоже вводится по частям. Весины, молодцы, ценят то, что мы их полностью прикрыли с запада.

Ещё бы не прикрыть, когда фортресс «Опрятино» (бывший будущий Шлиссельбург) наполовину облицован кирпичом и камнем, а земляная стена уже полностью окружает его. Остаётся лишь поднять её на должную высоту и проход из Невы в Ладожское озеро будет закупорен для нежелательных элементов. Блокпост «Егорово» уже исполнен в деревянном варианте и на всякий случай перевели туда полутагму из внутренних гарнизонов Приволховья. Очередной ненастный период года подтвердил правильность выбора — никаких штормов и наводнений до укреплённого пункта не добралось. Каменный форт возле берега реки тоже выстроен, правда пока в деревянном исполнении, но туда уже отправлен кирпич и камень, чтобы оперативно заниматься облицовкой. Ну и дополнительные рабочие присланы, пусть организуют правильный муравейниковый подход к делу.

В «Таллинне» тоже сразу и вовсю развернулось строительство: как гродища-порта, так и верфи, а заодно и серой зоны вокруг. Пятнадцать тысяч золотых отправлено на благое дело — пусть идёт громунистическое соцсоревнование с той же «Ригой» класса «кто быстрее, качественнее и надёжнее создаст свою столицу». А мы тут с краешка будем наблюдать за процессом и ставки ставить, если тотализатор организуем.

Жаль, но самые редкие новости приходят от Алехи, уж очень он далеко забрался. Вроде заложил на севере Выгозера очередной транзитный пункт, а несколько его ладей нащупывают путь поудобнее к самому Белому морю. Наша солидная материальная помощь до него добралась, теперь отправили очередной караван со всем, что его душе угодно. Ну и с тем, что нужно его людям.

— Иногда думаю, друзья, а может отозвать Алёшку обратно? Ну зачем нам Белое море, если мы не сможем толком им пользоваться в ближайшие годы?

— Андрей, но если наладим путь, то к нам пойдут их товары.

— Нет, Серик, нам в них не будет смысла, так как перевозка будет сложной и очень дорогой. Для владения теми землями необходим нормальный морской флот, который сможет сразу привозить объёмами, а не крохотулями. В конце концов, без той же амбры и спермацета проживём, как и без шкур и кости морских животных.

Это действительно было ошибкой посылать экспедицию в такую даль. Увы, не ошибаются лишь те, кто вообще ни хрена не делает. Теперь, главное, учесть этот негативный случай на будущее.

— Хорошо, что всей армией на Киев не пошли, — сразу сообразил Валерий Иванович, — сейчас бы точно такие же проблемы имели. Вроде владеем, а вроде и смысла нет.

Ну, что же, хорошо что дошло наконец-то, пусть как и до верблюдов, с солидной задержкой. Уж на что в будущем компьютеры шустро-быстро кумекают, но даже они порой зависают, ха-ха.

Август также был наполнен сообщениями и сразу проявилась разница между теми путями, как информация к нам добирается. Ларион уже отработал систему свехдальних перевозок и зависит лишь от возможных нападений морских пиратов. Новый базилевс обеспечивает торговца достойной флотилией, а сам купез поставляет императору достаточного много продовольствия, чтобы в Константинополе не очень кручинились от проблем с урожайностью и не заморачивались по поводу возможного голода. Всё-таки это бич мегаполисов, вызывающий бунты и, как следствие, серьёзные сбои во внутренней экономике, а то и приводящие порой к смене правителя.

— Виват, конунг, виват! Виват, конунг!

Приветствие прозвучало попроще, но мне почему-то сразу навеяло песней, которую пела то ли Эдит Пиаф, то ли Гвердцители, то ли обе…

— И тебе три вивата, Ларион, — тоже не совсем так поздоровался с купцом.

Очередные камнемёты были доставлены сюда, но пришлось пояснить торговцу, что их следует выгрузить на обратном пути в Ризене, где строится новая крепость. То есть, по пути следования Ларион не знал о нашей новой вотчине и разгрузил часть осадных машин лишь в Егорово и Опрятино. Ну, а как мы оперативно сообщим и предупредим купца, живущего за тридевять земель от нас?

— Наслышан, конунг, о том, что ты всё больше богатеешь, превращая своё Приволховье в истинный рай на земле. Болтают, что ваш Сульдэ во всём помогает вам.

Чисто византийская лесть иногда льётся водопадом, наверное моему другу что-то особенное нужно?

— Говори, Ларион, что теперь потребно или предлагается?

— Наш патриарх беспокоится из-за того, что вера в Сульдэ сбивает христиан-славян с истинного пути. Он просит тебя не посылать миссионеров в другие страны.

— Ларион, это очень серьёзное подозрение со стороны вселенского патриарха Игнатия, но оно несправедливо. Дело в том, что сульдизм против привлечения в веру словами или силой, поэтому у нас нет никаких миссионеров. Они запрещены нашей религией.

Слава богу, удалось снова растолковать, что какие-то люди, желая собственной мимолётной славы или чего-нибудь ещё, бродят по дорогам Европы и называют себя то служителями новой религии, то вообще пророками. Мы к этому никакого отношения не имеем. Впрочем, всё зависит от патриарха — захочет ли он принять такое объяснение или упрётся рогом. Ему проще разъяснять всем и вся, что христианство не столь быстро овладевает душами людей из-за происков врагов, а не из-за слабых мест в его религии.

Зато наш купез прекрасный торговый партнёр и снова закупил для нас доспехи «эрге» и оружие «дардже». Теперь у нас полторы тагмы щеголяет в тёмно-синих цветах небесной стали из Биджапура. На сегодняшний день это самое прочное и высочайшее по качеству вооружение. Ни один европейский правитель не имеет столько гвардейцев в таком обличии.

Впрочем и то, что попроще, но лучшего византийского производства также прибыло, позволив ещё одну полутагму вооружить по вышему классу. Дорого, безумно дорого, но у нас есть что предоставить в обмен, да и денег пока никакие куры не клюют. Даже индюки с индюшками, которых безумно много развелось в приволховских землях, тоже не клюют. Поразительно, но чем больше вкладываемся (пусть даже в качественные станки или иное оборудование), тем больше идёт отдача когда всё это начинает работать.

Та же лёгкая промышленность настолько развилась, что по льняным тканям и изделиям из них мы вышли кажется на первое место в мире. Даже сам лён-сырец научились размягчать так, что он явно приятнее на ощупь, чем заморские образцы, закупаемые иногда для сравнения. Производство шерстяной ткани также уже освоили и к нему присовокупили технологии окраски.

С поставками особых красителей помогли наши булгары (которые итильские), имеющие отличные торговые отношения со средней Азией. Когда кто-то (например, мы) очень щедро платит, то поставщики даже пингвинов из Антарктиды привезут под соответствующий заказ. Вот и нам начали поставлять минеральную краску с гор в районе реки Бахш. Четыре цвета и все яркие и хорошо держатся на ткани. Естественно, что мы эти красители используем не в массовом производстве, ибо для всех-всех-всех есть краски попроще. Вон, наш Вадим (не путать с Хоробрым) уже из каких-то слизней или червей, заводящихся на растениях, научился красную краску получать. Уже целый полигон на одном из вспомогательных полей обустроил. Главное, никакую берлинскую лазурь (или глазурь?) не собирается изобретать, а вот с живыми существами свои эксперименты проводит.

Лучше бы из спирта начал водку массово производить, а не для внутренних праздничных целей и подарков бойрам. Чем думает, спрашивается, и главное Мартовы, оба-двое, его в своё время поддержали. Трындели, что если водяра станет массовой, то споим собственных трудяг и колхозников и проиграем в экономическом итоге. А то, что весь мир её будет покупать и завалит нас баблом они почему-то не хотят признавать. Просто старики и наши тётки их поддержали, вот и сидим на голодном пайке. Мне, честно говоря, бухалово по фигу, я о наполнении бюджета думаю. Так что не стал настаивать в своё время.

Элитное ударное подразделение снова увеличилось. Пять сотен арбалетчиков имеем, две тагмы лучников с мощными луками. Суперконей распредделили на две части: сотня увеличила количество тяжёлых конных лучников до 300, а две сотни позволили довести отряд клибанофоров до трёх тагм (1,200 единиц). Получается, что ударный легион имеет в своём составе почти три тысячи различных супер-пуперов. Ещё немного и доведём до положенных пяти тысяч, чтобы дубина в наших руках выглядела поубедительнее.

Естественно, что пришлось призвать в ряды наших ВС сразу 25 сороков, а то воины постоянно куда-то отбывают, а обратно пока не возвращаются. Никакой армии на филиалы Приволховья не напасёшься, право слово. В резерве имеется сотня боевых коней, но пока подумаем кого и зачем усилить.

— По идее надо бы ешё пару арбалетных линий наладить, а самих арбалетчиков довести хотя бы до пары тысяч, — настаивает старшина.

Да уж, с нашими минитемпами производства арбалетов мы до морковкиного заговенья будем сей вид войск наращивать.

— А куда нам столько? — недоволен Валерий Иванович, — мы же никуда не собираемся, а для защиты более чем достаточно.

— Валера, ты пойми, Святослава не будет, а значит и хазар некому станет забить, — упирается Борисов.

— Твои щиты на хазарские ворота можно совместно с итильскими булгарами прибить. У союзников уже и катафрактариев, и тяжёлой пехоты вполне достаточно. А лёгкую пачинакскую конницу лёгкая булгарская напинает и разгонит. Можем и куман позвать, если что, у них тоже легкотни до фига.

Во как, а деды оказывается свои планы лелеют и уже на Хазарский каганат нацелились. Вот только лично Громовой Руси земли в Дикой степи пока не нужны, она слишком далеко расположена.

— Не бойся, Андрей, нам хан Жеклэ дополнительной долей добычи и конями компенсирует недостачу. И обоз пришлёт, чтобы мы свои боеприпасы и запасную амуницию имели под рукой в дальнем походе.

— Да, Гром, а ты тут спокойно правь лёжа на боку, — насмехается старшина.

Ну вот я и стал чисто церемониальным петрушкой, докатился, зараза! Только чёрта с два они меня дома удержат, если пойдут воевать. Я тоже хочу, а то скоро плесенью покроюсь от невостребованности по основной специальности.

— Андрей, кумане одобрили нашу римскую дорогу. Им очень понравилось качество и удобство тем, что она по сути всепогодна.

А что вы хотели, вкладываем солидные средства, чтобы после нас хоть что-нибудь полезное осталось. Уже восемьдесят километров построено, правда кусками от Алдоги до Новогрода. По договорённости с коназами обоих городов и их бойрами дорога идёт по левобережью Волхова. Но так как хозяйственная деятельность за эти годы резко возросла по обоим берегам, то делаем в некоторых местах паромные переправы.

В общем, к новому 870-му году от рождения Христа подошли с прекрасными показателями и теперь совсем не о чем мечтать стало. Разве что угомонить полозян, но этим займёмся уже в следующем году. Пока же спецы размечают вторую половину Приильменья под «серую зону» (южную), так как северная перешла в разряд готовой к использованию народом. Сам народ кажется тоже доволен, тем паче, что выращивает наши «заморские» фигли-мигли вовсю. Скоро не только на расшитрение посевов им будет хватать, но и на потребление, а это то к чему стремимся. Сытый словенин — хороший воин, и хороший работник.

Так что декабрь свёлся лишь к первичному поверхностному обсуждению проекта возможного совместного набега на хазар. Нехорошо разрушать Хазарский каганат, всё-таки дань, накладываемая ими на разные народы относительно невелика. Всего лишь одна беличья шкурка в год и одна монета с дома. Но хазаре, а точнее верховодящие в их обществе иудеи контролируют очень сладкие торговые места: Днепр-Борисфен, Дон-Танаис и Причерноморье.

— По идее придётся идти двумя армиями: одна по Днепру, наша, другая по Волге, булгарская. Вот только где нам лёгкую конницу взять? — размышляет Борисов.

— Так у итильских булгар тысяч десять займём, чтобы печенегов отгоняли.

— Ну хорошо, Валера, а как до их Саркела добираться? Он же на Дону, а не на Днепре.

— Судя по карте сначала придётся по Крыму пройтись, а потом северным побережьем Азовского моря дойдём и до Дона, а там поднимемся по нему.

Ах, как славно воевать по карте, передвигая флажки и не заморачиваясь с реалиями. Даже Серик больше рассуждал в теории, а не приводил примеры из реальной Истории.

— Дело в том, что с этим походом какая-то путаница. Считается что их было два или даже три с разницей в два-три года. Основным, сломившим хазар, считается завоевание их городов в дельте Волги. Остальное было лишь завоеванием окраин или же их ослаблением.

Вот тебе и профессор кислых щей, слышавший гром, да не зная где он. Опять придётся свою историю писать, чтобы потомкам стало всё ясно и понятно. Так проще, чем руководствоваться былинами старины глубокой. Напортачить не трудно, как потом распортачивать то, что наворотили. Могут за хазарей и арабы вписаться, хотя вроде у них сейчас начнутся проблемы с крестоносцами? Эк я вовремя дурную идею христианам подсказал.

— Тогда нужно именно к вторжению крестоносцев приурочить наш набег и булгарского хана на это же время нацелить.

— Ага-ага и куманам позволить расхерачить прикаспийские земли до самого Кавказа.

В конце августа легион добрался до устья Днепра и Борисов сразу зачесал репу, делая выбор. То ли здесь и остановиться, то ли перебраться под Евпаторию, некогда именуемую Керкинитидой. Группа советников приняла решение добраться до будущего морского курорта для детей и уже там обустроить лагерь. Правда отправленные на разведку ладьи никакого города там не нашли, хотя имеется прекрасная гавань. А вот о том, что когда-то здесь имелся и грод, и укрепления, напоминают лишь руины вековечной давности. Даже жителей совсем мало в виде махонькой рыбацкой деревушки. Дальше к юго-востоку находится Херсонес, но он в составе Византии, поэтому нашим ходу туда нет.

— Так, атаманы, высаживаемся в Евпатории и дожидаемся нашего флота. А на следующий год двинемся на север к перешейку. Или мы на ладьях пройдём через Керченский пролив, а булгары обойдут Азовское море по его северному побережью. Вроде особо пачинаков не видно: то ли прячутся, то ли обитают севернее Крыма.

— Может сразу к устью Дона выйти пока хорошая погода стоит.

— Нельзя, точка рандеву с Громом здесь назначена. Если успеет подойти до штормов, тогда и переберёмся куда-нибудь в будущий Таганрог.

Булгары тоже добрались к Евпатории, хотя и посуху. Заодно конкретно уточнили, что ближайшие пачинаки примерно в сотне километров к северу от перешейка. Правда нашли поближе брошенные кочевья, но совсем немного. Кто знает, может их бросили в связи со скоропостижным уходом степняков на правобережье в бывшие земли хунгар?

Через две недели и я со всей флотилией добрался к цели. Практически без потерь, потому что не выделывались и шлёпали лишь вдоль берегов, не пытаясь срезать путь. Ну и не выходя в море при более-менее сильном ветре. Хорошо, что в предыдущие годы потратили кучу денег на обучение наших мореманов умению управлять парусами, как следует. Большую пользу принёс Вадим, увязавшийся с нами. Там, в Приволховье, лекарское дело им налажено, а среди нас он единственный, кто петрит в управлении водоплавающими средствами под парусами.

— Гром, мы тут повыясняли у местных из Херсонеса. Оказывается в Крыму торричелева пустота, а не развитый край. Говорят, что от Феодосии лишь какие-то руины остались. Мол, монах Епифаний там был и сказал «нет следа человеческого».

— Странно, Кагнер вроде считает, что Таврия развита хазарами.

— Ещё добавлю, я им карту показывал, где Керчь и Таманский полуостров. Утверждают что нынешняя Карша всего лишь торговое поселение, а с другой стороны пролива тоже лишь какой-то посёлок. Может тут всё будет лет через сто или того больше?

Булгары, проехавшиеся по полуострову с инспекционной поездкой тоже не увидели особого развития. Они бы и одной тысячей могли всё здесь «подвергнуть мечам и пожарам», только смысла нет. Таврия по сути безводна, когда в ней живёт очень много жителей. Дай бог сможет напоить тысяч двести-двести пятьдесят населения. Ну и травой снабдить скотину, необходимую этому же количеству. То-то группировке интервентов во времена Крымской войны и воду и сено регулярно возили кораблями через Чёрное море из Констанцы. Небось, каждодневно, иначе их солдатня и тягловые животные просто померли бы от жажды. А ещё нужно еду готовить, стираться и умываться.

— Так может перебазируемся поближе, товарищ старшина, в тот же будущий Азов, например?

— А как же булгары?

Посоветовавшись с союзниками, выяснили что у тех соперников нет. Местные пачинаки сами прячутся при их появлении, даже кочевья бросают и не всегда весь скот успевают угонять. Впрочем, даже тот же Херсонес, считающийся фемой, производит достаточно жалкое впечатление. Другое дело, что они кое-что разъяснили. Таврия была приведена в негодность ещё во времена нашествия гуннов. Потом вроде частично восстанавливалась, но и это ненадолго. А вот хазаре пока толком не занимались развитием полуострова, да и морского флота не имеют. Они вообще скорее числятся на огромной территории, а в основном кучкуются, торгуют и занимаются ремесленничеством в низовьях Итиля. Даже на Танаисе у них мало что имеется, а тот же Саркел был построен как крепость, охраняющая на северо-западе границу Хазарского каганата. Там и гарнизон маленький — всего сотни три воинов имеется.

— Получается, что сама Хазария не столь велика, а Дикая степь скорее под разрозненными пачинаками.

Ну вот, пришли грабить, а вокруг нищебродство вместо развитой торговли. Это жди-пожди пока татарва придёт и всё в этих местах завоюет, ещё и генуэзцев пригласит для развития земель. А нефиг было в спешке вторжение устраивать, сначала следовало многое разведать.

— Друзья, пока погоды стоят, давайте к устью Дона переберёмся. Союзники, кстати, не против. Им есть что там награбить по мелочам.

Азовское море мелкое, но наши большие посудины тоже ещё не так велики, чтобы за дно морское цепляться. К середине сентября мы начали высадку в месте, где когда-то находился древнегреческий полис Танаис. Туда же подошли и булгары, особо ничего не награбившие, зато пригнавшие отары овец и пару табунов лошадей. Овцы чисто в смысле питания, а не чтобы потом в Българию перегнать. У них самих этого добра выше крыши хватает.

За границей свои дела в 870-м творились, хорошо что нас особо не касается. Русы укрепились у древлян, да ещё и других полонян из-под Киева стали подтягивать. Скоро Древляндию в Полоняндию переассимилируют небось. Водим Хоробрый строит «чернигов» и зачем-то начал набор северян в свою рать. Видимо следит за тем, что под Киевом происходит. Там ни одна из противоборствующих сторон победы не добилась и печенежье войско откатилось на юг, чтобы зиму пережить в более комфортных степных условиях. Киевские хунгары тут же разослали купцов в разные дали за жрачкой и доспехами с оружием для создаваемой пехоты. Прикольно, если все в итоге друг друга изведут и освободившиеся земли посыплются, как яблоки, в нашу корзинку?

Дунайские венгры, пока суть да дело, уже перебрались через Тису и начали осваивать земли за ней. А отдельные их отряды добрались до той части Дануба, где он с севера на юг течёт, подперев бедолаг Великой Моравии. У тех правительственный кризис случился: князь Ростислав уступил своему племяннику Святополку чуть ли не половину страны. Так сей Святополк уже на всю Моравию претендует и по слухам с франками в сговор вступил. Ой, что там будет!

Мы же зазимовали всей ордой в устье Дона и лишь весной на Саркел пойдём. Как раз когда хан Жеклэ со своими отправится в поход вниз по Волге-Итилю. По всему выходит, что ему с основным хазарским войском биться придётся. Козе понятно что хазаре уже всё поняли и даже осознали, поэтому своё воинство не разделили, решив защищать низовья Итиль-реки.

— А жаль, мы бы их экспедиционному корпусу вломили бы, — мудрствует Борисов, — булгарам всё легче добивать стало бы оставшихся хазарей.

— Ничего, успеем к разделу пирога. Саркел возьмём, а там вологодонским волоком и до Итиля доберёмся.

Мечтуны, блин, сракозябрые. Награбили, аж не унести, попаданцы хреновы. Не учли что Святослав пришёл в эти земли на сто лет позже, когда каганат был прекрасно развит и торговал со всем миром. А сейчас с тем же успехом можно было в пустыню сходить, где плотность населения равна двум верблюдам на месяц перехода. Кое-как дождались когда лёд сошёл и всей толпучкой двинулись вверх по Дону. На дворе 871 год, а на реке лишь изредка поселения встречаются. Ни татар, ни казаков, ни развитых городов.

— Да, лажа вышла, — взгрустнул Борисов, — гарнизон сдался, даже не повоевав.

— А куда ему деваться, товарищ старшина, — отвечаю с гордостью, прикрывающей растерянность, — нас вон сколько, а их лишь три сотни, да и те наёмники, а не патриоты.

Хуже всего, что никакой «переволоки» ещё не обустроено. А ведь Кагнер обещал, что целая волго-донская система должна быть. Причём постоянно действующая из-за того, что товары туда-сюда циркулируют безостановочно.

— Ошибся Серикжан, нет здесь ни товаров, ни волока, ни хрена…

Старшину можно понять, попёрлись незнамо куда и теперь непонятно как быть. Тащить ладьи за семь десятков вёрст или тупо пёхом до Волги дошкандыбать? Пока кумекали, с востока прибыли гонцы хана Жеклэ и доложились.

— Великий конунг Громвальд, — издеваются, что ли, называя «великим», — наше воинство победило в первом же сражении и хазаре остступили к своему главному городу.

— Передайте мои поздравления вашему хану! — делаю хорошую мину при плохой игре, — каковы дальнейшие планы?

Особых планов нет, но наш легион и корпус приданых булгар не помешают в покорении низовьев Итиля и захвате столицы. У Жекле лишь две тысячи тяжёлой пехоты и три с половиной тысячи рыцарской конницы. Всё остальное воинство это лёгкая кавалерия. По идее мы вместе должны раздавить хазарскую армию без проблем, но нужно добраться до врага. Договорились, что хан пришлёт табуны, чтобы посадить наших пехотинцев на коней, вместо того, чтобы мы тратили время на перетаскивание ладей. Разумный выход из положения.

— Другое дело, — потирает руки наш маршал, — своими драгунами обзаведёмся.

Уже через две недели мы привели легион к берегам самой большой реки Европы и двинулись вдоль неё на юго-восток к столице каганата. Тут-то масть и пошла, так как по пути чего только не нагромуниздили. Действительно богатый край полный добра и полезных специалистов. И булгарам хватало, и нам кое-что перепало по ходу движения. И как прикажете всё награбленное добро вывозить впоследствии? Это дело нешуточное, так как переть к Дону, а затем корячиться через Чёрное море и вверх по Днепру не катит. Так что брали трофеями всё водоплавающее, что под руку попадалось, отбраковывая не совсем годное и, естественно, совсем негодное. Этим флотом отправим заработанное честным набегом добро по Волге-матушке до созданной когда-то системе волоков в верховьях Волги.

Хазаре как могли отбивались, но пачинаки им не подмога.

— Вот как нужно учить Историю, братцы. Лично бродить по историческим местам и убеждаться в том, что календари безбожно врут.

— Или мы их так читаем, запутывая сами себя, — развеселился Вадим.

Да, будет что Серику с Машей рассказать когда вернёмся, удивим по самое немогу. Вон, остаток вражеских войск скукожился за стенами города Итиля и ждёт что мы дальше делать будем. А пачинаки своим хозяевам подсобить не в состоянии по простой причине. Оказывается, что этот народ только-только появился в хазарских степях и даже толком кочевий не расставил. Надо же так ошибиться в знании Истории.

Печенежьи отряды лишь выжимали хунгар из этих же земель за Борисфен, а толком заселить завоёванное не успевают. Тут ещё и рывок венгров уже с Правобережья на Киев и на Дунай случился. Естественно что пачинаки решили поскорее ухватить и правобережную территорию, а левобережье оставили под заселение на потом. Типа границу укрепить, а внутренности подождут, кажется так получается.

Осаждённые это понимают, как и то, что арабы тоже не прибудут на подмогу — они сейчас все силы в Сирию стягивают, где более серьёзные проблемы назревают.

— Может коктейлями Молотова закидаем, пусть пожары начнутся. Наверняка сами ворота откроют.

Совсем неожиданно к хану прибыла делегация иудеев: тех, которые евреи, а не хазары. Предложили сдачу Итиля и всей дельты реки. Готовы отойти к югу и даже дань платить из года в год за отказ Българии и Приволховья от дальнейшего завоевания. Тут-то хан и сломался.

— Конунг Громвальд, пойми, слишком большие земли под мою власть перейдут. Их трудно пока контролировать, а Семендер совсем далеко, в Иверийских горах. Может согласимся с тем, что предлагают?

Он младше меня, но тоже далеко за тридцать. Ему хочется править, а не набегами заниматься. Да и действительно того, что заработали в этих краях, слишком много, хоть выбрасывай половину. Посоветовашись со своими, я дал добро.

— Хорошо, хан, ты прав. Но только не пускай иудеев на Итиле торговать, а то они всё под себя подомнут со своей природной хитростью.

— Не пущу, конунг, да и религию их тоже не допущу. Здесь всех переведём в веру Сульдэ, как и по всей Българии.

Хазарское войско мы отпустили в Семендер, но разоружили и добротных коней всех себе забрали. За наше доброе отношение сохранили иудеям (купцам и просто жителям) не только жизнь, но и свободу. Даже ишаков и верблюдов с арбами позволили взять с собой, как и продовольствие. Ну и хазарское население также выпроводили, забрав себе на время лишь семьи очень хороших мастеров. Волгу, как и Дон передали в ведение булгар, за что получили ещё часть трофеев. Ну и хан Жеклэ отблагодарил меня из своей доли за то, что я дал добро на прекращение вторжения.

— Вот и закончилась наша война, друзья, — подвожу итоговое итого.

— Лучше скажи, как хабар потащим? — использует старорежимный слэнг старшина.

— Хан дал добро на оказание нам любой помощи. Поэтому возьмём с собой в черноморское плавание всё то, что там можно продать. А в Приволховье отправим караван на трофейных судах с тем, что нам самим нужно, включая ремесленников.

— Гром, а кто этот караван охранять будет?

— Часть своих легионеров отправим, а вообще-то булгары подписали ряд на помощь в доставке. Даже их грузчики будут до самого Торгового Центра корячится с тяжестями, если где их надо будет перетаскивать руками.

Логистика в эти времена настолько своеобразна, что хороший сервис порой важнее, чем стоимость трофеев. Тем более, что они взяты на меч, а не созданы своим трудом. И значит не имеют себестоимости (расходов на оплату сырья и материалов, амортизацию оборудования и зарплату персонала).

Попрошались в конце мая, узнав кстати кое-что ещё из Истории. Сами хазары, получается, являются выходцами из Ирана. «Арианам Хзарам» называлось до нашей эры (Христа, а не Сульдэ) государство откуда они родом. Так что не удивительно, что у них европейские рожи, а не какие-нибудь монголоидные лица. А смуглость лишь из-за изобилия солнца в их климатических условиях. Было бы пожарче, как на Индостане, в Австралии или в Африке, то были бы неграми. Исходный белый цвет кожи хомо сапиенсов зависит от активности солнышка, а не от желания темнокожих провозглашать себя первоисточником человечества.

Добравшись до реки Дон, мы перегрузили всё привезённое на ладьи. Всех крупных коней отправили обратно на Волгу, где булгары доведут табуны до Новогродья целыми и невредимыми. По идее это самый ценный ресурс в котором мы нуждаемся. А теперь наш анабасис в сторону Танаис-селища, где всё перегрузим на большие корабли…

Через пару дней оторвались от отдыха — старшина затребовал отчёт за последний год. И опять началось их любимое «бу-бу-бу, хрю-хрю-хрю». Хочешь — не хочешь, а ознакомиться нужно. А то мы о своих приключениях и некоторых попадосах рассказали, а что здесь происходило толком не ведаем.

— Осталось лишь километров пятьдесят трассы Алдога — Новгород достроить. На следующий год добьём её.

— Каган Валериус, — подкалывает его Борисов, — затем автодорожников следует послать в верховья Ловати. Там сейчас нужно построить дорогу до Орши через Витебск. Очень важная сцепка будет с Днепром.

— Можно отправить бригаду, которая из Волочка строила вместе с булгарами. Пусть начнут, а остальные подтянутся.

Так, с бездорожьем разобрались, теперь что?

— Новокузнецк теперь даёт по три сотни арбалетов в год. Будем наращивать их производство и дальше?

— Нет, Валерий Иванович, не нужно. Всё равно пока негде применять.

Чего хороший металл переводить, если нам года на три славы победителей хватит, чтобы всех отморозить.

— Рижское взморье расширяется. Там, к северу от Западной Двины, ливы проживают, а к югу земгалы. И те и другие довольны положением, когда наш человек ими правит. К востоку по Двине латгалы, но пока до них руки не дотягиваются.

— Так через них же связь и с Юрьевым, и с Изборском можно установить.

— Старшина, там просто рук не хватает на всё сразу. Проще серую зону на север до эстов создать и с Юрой соединиться, а внутренности потом облагородим.

Тоже верно, какие наши годы, а если границы защитим, то внутри-то по-любому толковую жизнь наладим. Полоцкое влияние уже ограничено по бортам, пусть на юг размножаются.

— Да, ижора к югу от Невы заказ на серую зону по всей длине реки сделала. Готовы под нашу руку пойти, чтобы корелы с севера не приставали.

— Думать нужно, Валерий Иванович, там вроде земли не ахти. А как с фортрессами в начале и в конце?

— Всё доведено до ума, Андрей. Егора Мартова я уже отзываю, пусть Опрята там королькует.

Вот это хорошая новость. Егорий заслужил передышку, а может потом согласится стать князем в верховьях Днепра и Западной Двины? Или он захочет здесь, в Приволховье, министром финансов и экономики быть? Ладно, узнаем когда вернётся из длительной командировки.

— Алексею я в этом году ещё полутагму выслал. Он прислал товары с Белого моря, а я ему наши отправил. Жаль, что на оборот чересчур много времени уходит.

— Проведём ещё один эксперимент, — выкатываю очередную указюку, — следующей весной отправим в Белое море нашу флотилию с пятью сотнями десанта и горой товаров. Пусть до четвёртого Алекспоста дойдут. Заодно, выясним что в северных морях с пиратством и какие варанги Алексею в тех краях угрожают. По крайней мере, перетрём с ними о разделе сфер влияния.

Проект видимо рано закрывать, вдруг обойдётся? Наша эскадра туда-сюда через Балтийское, Северное и Средиземное моря сходила и пока никто не приставал. То ли выжидают чего-то, то ли другими делами были заняты?

— Или просто боятся связываться с полутора десятками крупных кораблей?

— Вот в экспедиции в Белое море и выясним, что к чему. Вдруг всё наладится, тогда можно будет хорошее китобойное судно построить и самим китов разделывать. А всякую полезнятину от морского зверя у соседей скупать.

Этот проект также утвердили после чего взялись за трофеи и армию. Тем паче, что одно с другим переплетается в нескольких точках. К концу октября начали прибывать караваны с награбленным и скот. А то свиноводство-то уже развили выше крыши, больше за кабанятами не охотимся с сетками. С коровами пока напряжёнка. Всесоюзное стадо Приволховья приличное, но постоянно улучшаются окраины. Вот им и нужны стада рогато-молочных, как и обыденные степные лошади.

Даже крупногабаритных коней почти под тысячу должно прибыть отдельными табунами. Не только с низовьев Волги, но и от разных других поставщиков. Тот же Хинкмар специально для такой перевозки когда-то заказал суда и теперь начал таскать нам европейских здоровяков-крепышей. Мы до сих пор изрядно платим за такое добро, скорее для размножения, чем для боевого применения.

Начался 14-ый год эры Сульдэ и мы воспринимаем новое Приволховье, как само собой разумеещееся. Сравнить с тем, что было в реальной Истории нет никакой возможности, поэтому лишь предполагаем. Скорее всего «рюрикономика» была слабее в крае, да и доходы самого князя уступали нашим нынешним. Другое дело, что территория под его властью имелась явно пообширнее, но это не совсем однозначный плюс. Зачем же тогда потомки перебрались в Киев, забросив Новгородчину? Впрочем, фиг с ним, нам свои планы интереснее, как и результаты их реализации.

Зима наступившего 872 года прошла более на печке, чем в трудах праведных. Главное, особых планов не создали почему-то. Такое впечатление, что заелись и застоялись и с трудом дождались смены погоды. Трофейное качественное вооружение распределяли по подразделениям, постепенно усиливая Легион. Дело в том, что мы так и не нашли разумных пропорций между конными и пешими, стрелками и копейщиками. Лишь вывели тяжёлых лучников-кавалеристов в отдельный отряд. Ну и слегка увеличили остальные составляющие в Легионе, чтобы хазарские трофеи не пролёживали в арсенале. Вот уж действительно забота: классное даём лучшим, а их вполне хорошее передаём тем, кто пока пожиже. Хотя самый задохлик всё равно превосходит любого отличного заморского воина не только в вооружении и бронировании, но и в воинских умениях. И что немаловажно в коллективных действиях в бою. Всё-таки сказывается опыт будущего, внедряемый в тактику и стратегию настоящего.

— В резерве и на обучении всего 43 сорока, надо пополнять, — прозвучала вводная от Борисова.

Сказано — сделано, округлили до 60, не раздумывая. Заодно выделил Валерию Ивановичу ещё 50 тысяч золотых на усиление экономики, где он посчитает нужным. В этом году предстоят разумные продажи восточных трофеев, поэтому имеем запас бабосиков и ценных товаров. Не удивлюсь, если мы единственные на планете, кто не сливает враз свою добычу после удачного похода.

— Наши воины, кстати, тоже не пропивают и не транжирят свою долю. Они отдают её нам на перепродажу, чтобы самим не заморачиваться с игрой цен.

Как только распогодилось, сразу «понаехали тут» заморские купцы. В конце прошлого года время неудобное для вывоза закупленного, а сейчас всё пучком. Лишь одна проблема у них возникла — богатую добычу никто в Приволховье за бесценок не распродаёт. Их недовольство можно понять, всё-таки примчались первыми, а тут оказывается всё дорого. Хотя понимают, что мы просто цены держим на высоте. Вот и встали перед вопросом: потратить месяцы, выжидая падения и спекулируя заявлениями класса «тогда мы ничего не будем брать». Или купить побыстрее, чтобы успеть оборот сделать и ещё что-нибудь где-нибудь приобрести и перепродать за сезон. Вот и бродят по региону, надеясь на то, что где-то сэйлы есть.

Вот только универмаг растянулся на двести пятьдесят километров (уже все освоились с приволховской системой исчисления расстояний и развозят её по своим странам). Они бы ещё в Константинополь смотались, дабы сравнить, а вдруг там подешевше восточные товары имеются? Даже не понимают (или не хотят понимать), что такие крутяки как Хинкмар и Ларион (и им подобные, но чуток помельче) всё скупят даже не задумываясь. Цены в Хедебю, например, ещё круче на те же шелка. Просто мелкие купезы торгуют лишь всячиной, вмешающейся в один драккар, а киты торговли пригоняют флотилии.

Тут ещё и товары с Севера добавились, причём достаточно редкие. Правда часть их свои же мастеровые скупают для введения разнообразия в материалы, которые используют в своём ремесле. Те же китовый ус и моржовый клык гораздо лучше, чем обычная кость. Даже унты нашли своих покупателей, коли валенки не изобретены пока. А ворвань вообще королева жиров, да и производство мыла мы уже наладили, пусть пока ещё и для внутреннего потребления. Оно без жира не бывает, да и не каждый жир даёт хороший эффект.

Вот и Хинкмар нарисовался, правда чего-то раненько.

— Приветствую тебя, конунг Громвальд! — фраза уже затаскана, но обязательна по протоколу.

— Приветствую, славный торговец Хинкмар! — той же палкой по тому же месту.

— Чувствую, что ныне придётся ещё деньгами доплачивать, настолько отличный выбор в этом году.

— Такое редко случается, сам знаешь. Трофеи быстро закончатся, а из новых лишь то, что издалека привезено, с крайнего Севера.

Я ему не стал говорить, что уже отправил флотилию в Белое море, а то решит подождать лишний год. Чтобы подешевле закупиться из-за огромного количества, которое корабли привезут. Если, конечно, там каких-нибудь проблем не возникнет. Впрочем таковые могут и по пути случиться, мало ли какие разбойники попадутся по дороге.

— Из-за вашего славного похода варанги узнали, что Хаммабург-Бременское аркбишопство воинами Сульда не охраняется. Римберт в отчаяньи и просит хоть кого-нибудь прислать, иначе враги на нас нападут.

— А почему вас Людовик Второй не защищает, вы же в составе Восточно-Франкского королевства?

— Он сейчас в войне с Великой Моравией и считает, что это более важное дело. Кроме того, много воинов ушло в ромейскую империю на святую войну. Их начали переводить куда-то в Селевкию, а то уже четыре с половиной тысяч со всей Европы набралось.

Торговец привёз послание, где предлагались очень высокие цены в оплату за наших бойцов, а точнее за их присутствие в Хаммабурге и Бремене. По идее, нужно соглашаться, всё равно здесь они будут простаивать, но чем-то мне это не нравится. Какой-то червячок сомнений внутри копошится.

— Думаю, что вашему королю Людовику это не понравится. Иметь сильное воинство внутри королевства рискованно. Сегодня оно кого-то где-то защищает, а завтра может вторгнуться внутрь. Воспользуется тем, что войско короля в другой войне завязано и сразу выйти из неё не может.

— Но как же быть тогда, конунг?

— Переговори с вашим аркбишопом. Пусть получит разрешение от короля, так как я не хочу иметь проблем с его величеством, как и не хочу оказаться непонятым.

Нужно временно отморозиться от просьбы архиепископа, но в то же время не испортить отношений со столь выгодным купцом. Надеюсь, что королю пока не до этого, а дать добро на ввод очень сильного воинского контингента он скорее всего не рискнёт. Да и нам интереснее было бы пройти набегом по части Западной Франкии, а потом удрать к себе в леса. Чёрта с два фрязе смогут ответить, гы-гы.

В столь своеобразных мыслях и провёл остаток встречи с фряжским купезом, постаравшись побыстрее отправить его за покупками.

Вернувшись с Севера, наши флотоводцы-купезы кое-что разъяснили насчёт обитателей побережья Белого моря в частности и Баренцева моря в целом. Из белых людей там лишь кое-где имеются небольшие поселения варезов и урман. Остальные или лопари, или потихоньку появляющиеся в тех краях ненцы. Те же коми-пермяки уже всю свою власть в сих местах потеряли и не появляются, хотя о них помнят пока. Создание Алекспоста номер четыре никто не опротестовал из местных, настолько тамошним пофиг с кем торговать. Главное, чтобы было с кем вообще, так как своего торгового флота население не имеет. Типичный сырьевой придаток и судёнышки такие же. Вспомогательные.

Товаров, полезных и редких в других краях, закупили вдосталь, причём дёшево вышло. Скорее, конечно, выменяли, ибо деньги аборигенам некуда тратить. Мы получается двойную выгоду поимели, всегда бы так.

— Теперь не менее чем десятирную получим при перепродаже, — уточнил Мартов.

В устье Северной Двины такое изобилие мест для строительства города и верфей, что глаза разбегаются. Но если туда Ролло-пешеход прибудет, то всё себе и заберёт.

— Значит придётся ограничиться лишь торговыми рейдами эскадры, не более, — сделал вывод бывший дворецкий.

— Или всё-таки замутить порт со всеми причиндалами и сильным гарнизоном?

— Нет, старшина, это сейчас слишком рано. Пусть Роллон угомонится, тогда и займёмся.

Действительно, проблема вырисовывается. Бросить проект освоения Белого Моря как таковой, лет на двадцать, пока на ноги всей метрополией не встанем? Или, наоборот, ускоренными темпами там закрепиться, причём сразу в двух местах? Из-за далёкого расстояния по рекам Прионежья много не удастся вывозить. А для регулярного товарооборота с помощью флотилии хорошо бы не сталкиваться с пиратами и что немаловажно с морскими стихийными бедствиями. В общем, решили пока не ускорять процессы, ибо мы «горшки, зарекающиеся по воду ходить». Ага-ага, мы такие… предосторожные и сами себе послушные… Хазарский поход всего лишь случайный взбздрык, а не правило. И нечего нам на бревно в нашем глазу указывать, коли соринку у себя имеете. Иначе мы нашим тяжелобронированным бревном так жахнем, что долго помнить будете. Если, конечно, останутся помнильщики.

— Созданием примерно такого же бревна занялся Юрий у себя. Сразу и в Ингваргроде, и в Ури взялся за создание тяжёлой пехоты.

— Так у него и своя доля в янтаре, да и водь с эстами вполне крупногабаритные парни, — подтвердил Борисов, — нужно лишь атлетику прокачать у них. Глядишь и свой Легион создаст за несколько лет, тем более, что местные поддерживают эту инициативу.

Вот уж, право слово, два региона на самом опасном участке: Эстляндия и Ливония (где ливы живут пока, а не какие-нибудь немецкие рыцари). Всегда под угрозой вторжения, вот и вынуждены часть средств вкладывать в милитаризацию. Если бы не янтарь, то своей экономики не хватало бы для интенсификации создания сильных армеек.

— Впрочем, если бы у них янтаря не было, то их земли нафиг никому не были бы нужны.

— Да уж, Гром, действительно особо не позавидуешь. Кста, может у них муромскую глазурь организовать?

Мысль интересная, ибо в Муроме навострились покрывать гончарные изделия стекляной глазурью, что враз добавило цены в изделия. А у прибалтов этого песка уйма, из-за чего обычной пахотной земли меньше. Тем паче, что никто пока не требует высокого качества в прозрачности или той же цветовой гамме. Клиенты пока не знают (причём по всему миру, включая Японию), что именно они всегда правы. Им эту дурость лишь через тысячу с лишним лет объяснят. Пока же повсюду бытует римская трактовка: «Клиент видит, что он покупает!», то есть, «отвали с претензиями на полштанины».

Остальные новости попроще и пожиже, на грани обычных слухов класса «на поболтать». Вроде Папа Римский себя плохо чувствует, но нам ни холодно, ни жарко от этого. Главное, что оба знакомых архиепископа пока живы и кажется кланяются при случае. По крайней мере случайные заезжие такое передают. Хотя не верю, что христианские святоши будут раскланиваться всерьёз с язычниками. Скорее оборот речи ради каких-либо выгод для них. Главное, чтобы хамбургско-бременский Римберт подольше не получал разрешение от своего короля о вводе иностранного воинского контингента в свой город. Иначе придётся ещё какие-нибудь откоряки выдумывать, чтобы скосить от почётной обязанности. В таких случаях многое зависит от командования экспедиционного корпуса. Поставишь того же Хороброго во главе, так он не только Хаммабург ограбит, но и вообще всё епископство, включая Бремен. И получится сильный эксклав по соседству с ободритами, а там и до «гей-славянизма» недалеко. Весь германский север от Эмса до Одера (да фиг там, скорее до прусских земель) станет вотчиной Волховской Словении. Тогда все вокруг окрысятся и придётся обустраивать крепости, вводить туда второй легион и подтягивать единоутробников до самых Рудных гор.

— Серебряными рудниками разживёмся, — решил потереть ладошки на радостях Валерий Иванович.

— А ну закатывайте губу обратно, отцы. Мы хазарский поход затеяли по-бырому с такой же неуместной шутки, — пытаюсь загнать джина, чуть не вырвавшегося на волю из своего стойла.

— А, что, мне нравится план, — неожиданно поддержал озвученную дурнину Борисов, — туда и нашу крупногабаритную флотилию можно подогнать. А себе новую построим для торговлишки.

Вот жеж как бывает. Вроде это мы с кентами молодые (уже относительно), а шило в заднице у стариков и середняков почему-то. Пустой разговор привёл в итоге к разработке плана, причём всерьёз. Теперь он и к войне с Восточным франкским королевством может привести.

— Вы понимаете, что тогда все варанги с цепи сорвутся и пойдут с набегами до самой Баварии? А потом и за нас примутся.

— Ты, Гром, не лезь в это дело. Мы тебе уже советовали править лёжа на боку, вот и не кукарекай.

— Андрей, старшина прав, занимайся своей фигнёй, — поддержал кента Валерий Иванович, — а мы как-нибудь на себя позор за варварское вторжение примем.

И что мне со смутьянами делать, как обуздать их дикость и нецивилизованность? Даже жалею, что нет сейчас толерастии и дерьмократизма с либерастией. Лишь бы ограбить ближних своих и захапать то, что плохо лежит.

— Это кто у нас «ближние»? Европейцы что ли?

И ведь с этих зараз станется чтобы за моей спиной ещё и с разными варезами сговориться, позволив им устроить «безкрестовый поход» на франков Германии. Надоели, блин, пойду посплю — может пройдёт недовольство?

В ноябре занялись очередным призывом, перейдя от системы «сороков» наконец-то к «сотням». Добавили к тем, кто уже проходит подготовку, ещё пять сотен. А из имеющейся тысячи выделили четыреста «дедов» для создания основы двух дополнительных (и очень востребованных) Корпусов: Таможенной и Полицейской Стражи. Первые предназначены для борьбы с контрабандистами, вторые для охраны порядка в гродищах и селищах. А в помощь к ним предусмотрены добровольцы на местах. Наше дело лишь вооружать и, при возможности, пересаживать погранцов-таможенников на лошадей. Варезе и урмане, проживающие в наших землях, поддержали сию самодеятельность. Их бойры и просто обеспеченные люди тоже хотят спокойствия в обыденной жизни, как и государевой защиты их товаров от контрабанды.

— Постепенно создаём свой полицейский аппарат, братове, — радуется Валерий Иванович, — всё, как у людей в других странах.

Странным образом происходит своеобразное разделение в землях корелов и веси. Правит по-прежнему князь Артём, имеющий под рукой тяжёлую словенскую сотню в качестве личной стражи. Кроме того, он командует весинским воинством, куда мы вернули те сорока, которые были в нашей армии. С учётом прошедших полный курс подготовки в лагере в Провиденье белобрысых воинов уже 1,400. Даже онежская флотилия потихоньку создаётся на созданной для этих целей верфи. Фактически земли вдоль реки Свири (тоже переходящие из серых в белые зоны развития) считаются уже нашими, то есть относятся к Приволховью. А Белозёрье числится независимым сателлитом к югу от Онеги. Пусть создают себя сами, тем паче что мы прикрываем их от набегов варангов уже полтора десятка лет. Небось в реальной Истории им таким мёдом жизнь не была намазана: ни от варезов, ни под Рюриком. Как бы нос не задрали на радостях мирного бытия.

— Ну ты сказанул, Гром, они же не идиоты и понимают насколько мы сильны. Да и от добра добра не ищут. Кроме совсем уж дебилов.

— Тоже верно, товарищ старшина. Это в далёком будущем люди заелись настолько, что собственную страну разрушили.

Своё время, честно говоря, редко вспоминаем. Всё давно отболело и отгорело, лишь лёгкий флёр непонятно чего остался. Да и не рвётся никто в это самое будущее вернуться, даже тайна Танечкиной пещеры больше никого не колышет. Если есть там какой-нибудь портал, то и пошёл он в пим дырявый. Наблюдать целыми днями говорящие головы из ТВ и слышать их трындёж изо всех утюгов совсем не хочется. Что ни говори, но вся жизнь в те времена вокруг них была зациклена. Мы, слава богу, расциклились и сами этими головами являемся. Конечно, соскучились по ментовским сериалам и мылодрамам, но зато живём в реале. Он поинтересней оказался, как выяснилось.

Вон, громила Урвальд, которого воспринимали по принципу «Сила есть — ума не надо!», оказался отличным правителем. На десятки километров вокруг Луки всё расцветает в хозяйственном смысле. Блин, уже не только устанавливает водяные колёса для пилорам и мельниц, но и производит их. Ремесленников поощряет и поддерживает вовсю, да ещё и дороги местами строит. Добычу с набега на хазар вложил в развитие края, а не прогулеванил, как положено правоверному дану. Скотины понагнал, чтобы своим селянам помочь, вот народ его и любит. И по доброй воле налоги платит, зная что воинство этого здоровяка их защитит от кого угодно.

Под рукой имеет лишь элитников: 600 тяжёловооружённых пехотинцев и четыреста рыцарей на конях. И ещё четыре сотни лёгкой конницы, которые скорее за порядком приглядывают. Даже переезжающие семьи данов (родственников своих бойцов) держит в кулаке. Ясен пень, что недовольные режимом добропорядочности и строгой дисциплины сразу же сдрыстнули обратно в Данию, но, странное дело, вместо них другие стали приезжать. Те, которые не родственники, но соседи какие-нибудь или вообще наслышаны о «земле обетованной». Оказывается «дан» это не диагноз, а нечто большее. Новые понаехавшие даже рады порядку и тому, что их дети воспитываются не в атмосфере бухла и постоянных нарушений.

Вот так и цивилизуется наша новая Родина. Даже в строящихся Орше и Витебске пока порядок поддерживается. Лагеря подготовки достроены и проведён первый набор. В обоих гродищах-новостройках находятся одинаковые гарнизоны: сотня тяжёлой конницы и три сотни тяжёлой пехоты в каждом. А лагеря нужны не столько для подготовки новых воинов, сколько для промывания их мозгов. Новобранцы со временем втемяшат новую правду жизни в головы своих родственников, как это было в своё время в Приволховье. Если какие-нибудь враги не нарисуются, то с годами добавятся ещё два эксклава: в верховьях Западной Двины и Днепра.

Думаю, что этого хватит для будущей Руси на первое время. Лучше вложиться в развитие внутренней экономики, чем захватывать ещё и ещё земли, не имея возможности их улучшить. Процесс интенсификации завсегда лучше экстенсификации. Да, вначале нужно вкладываться, то есть, сразу отдачи не будет. Зато потом, с годами, возврат пойдёт сам собой и гораздо солиднее, чем то же полюдье, когда доишь множество нищебродов.

Теперь, пока зима, мы внесли в стратегический план кое-какие дополнения. Излишне ранний приход хунгар к границам Моравии (если верить Кагнеру) внёс в разборки князя Святослава и короля Людовика Второго Немецкого своеобразную изюминку. Эдакий перчик «халапеньо» — острый, зараза, но вкуснючий.

— Если венгры поддержат мораван, то франкам навтыкают по самое не могу, — гордо сделал вывод «старший прапорщик Очевидность».

— А если унгары сговорятся с королём, то кирдык придёт всей Великой Моравии, — достойно отметил «дворецкий Очевидность».

— Может как-то намекнуть венгритосам, чтобы франков покоцали? — скромно вклинился Мартов, — нам же нужно сократить поголовье вооружённой немчуры чужими руками.

От купезов знаем, что воюют лишь баварцы, а не весь восточный рейх. Правда резервов у Людовика маловато — слишком много оружных в крестовый поход ушло по сравнению с западными франками. Это Римберт постарался нагадить своей стране. Такое впечатление, что он не против сделать Бременско-Гамбургское аркбишопство почти суверенным.

Итогом всех этих массовых спекуляций случилось прибытие торговца Хинкмара.

— Великий конунг Громвальд! Аркбишоп Римберт получил разрешение от короля Людовика Второго Немецкого на ввод твоего легиона в Хаммабург. Надеемся, что твои воины защитят наш север от набегов норманов.

— Благодарю за сведения, Хинкмар.

Хитро выходит однако, нас хотят использовать на севере, чтобы самим себе развязать руки на юге. Причём не боятся, что мы можем ударить в спину, воспользовавшись моментом. В переданных письмах и король, и архиепископ признают конунга Громвальда «достойным правителем, способным противостоять норманским ордам».

— Конунг, сейчас такой момент, когда король Харальд занят внутренними войнами и не сможет угрожать нашему королевству. Даны почти всех своих воинов отправили в Энгланд и пока не в состоянии собрать ещё одну армию. Так что из Скандии могут прибывать лишь отдельные ярлы со своими воинами.

Всё так гладко, что прямо душа радуется от ощущения мира и спокойствия. Так зачем же им целый Легион нужен? Судя по предложенной цене (за пять лет) явно видно, что за горстку воев такие деньжищи не платят.

— Ну, что же, мы обсудим ваше предложение и на днях я дам ответ.

Козе понятно, что Людовик затевает что-то более грандиозное, чем захват Моравии. Конечно, он нас не опасается, так как имеет под 25 тысяч фряжской пехоты, если приспичит. По сравнению с двумя пятитысячными армиями данов, умудрившихся уже два королевства оттяпать у саксов в Энгланде, это силища. Плюс, как выяснилось, предполагается быстрая победа в Сирии. Мол, у арабов столько своих внутренних проблем в Ираке и Иране, что они предпочтут отказаться от части Сирии ради мира. А значит уже через полтора-два года крестоносная армия вернётся на родину.

— Хочу добавить что сам Людовик Второй умер в середине семидесятых, но не помню в каком именно году.

Это целый Кагнер вспомнил на нашу голову. Правда пояснил что кажется смерть была неожиданной.

— А может немец собирается после моравов заняться итальяшками? — неожиданно глянул на карту и сделал вывод Валерий Иванович, — расшириться на юге, пользуясь нашей защитой на севере.

Тяжело разбираться в мешанине взаимоинтересов западных владык. Там ещё и церковь воду мутит, пытаясь встать выше светских владык. Да и новый Папа Римский, сменивший Адриана (помершего в декабре), тоже начинает свою собственную игру.

— А может с помощью венгров всё давно выяснилось, а мы просто этого не знаем? Вдруг они решили поддержать князя Святослава, чтобы напинать франков, а потом подвинуть самих моравов. Оттяпают у них часть Дуная, там где Буда и Пешт в будущем возникнут.

Тоже прикол, печенеги, перевалив через Карпаты, не стали вызывать на «великую битву» хунгар, а просто медленной сапой отжимают земли в Среднедунайской низменности. Выглядит так, что максимум доползут до Тисы и дай бог на этом угомонятся. Поразительно, но в этой реальности получается ещё и какое-то засилье и многообразие булгар разных мастей. Дунайская Болгария, Борисфенская България, будущая Крымская България, Танаисская България, Северная и Южная Итильские Българии, даже кусочек Уральской Българии (если устоят). И мы в сей толпучке должны разжиться хоть чем-нибудь, после чего унести ноги пока при памяти и в относительной целости и сохранности.

— Братцы, ну и как вы себе это представляете, — озвучиваю вполне законный вопрос.

— Андрей, именно в мутной воде, где каждый сам за себя, самая отличная рыба ловится, — вступил в прения Валерий Михайлович.

— Ага-ага, он прав, Гром, — поддержал кента по дуремарству Борисов, — пока все друг другу козни строят, мы уцелеем и своего добьёмся. А моральные грехи замолим тому же Сульдэ, если понадобится. Спишешь всё на нас впоследствии. Помни, что пока до нашего Приволховья ни одна падла не может добраться. Скорее всего даже Неву не смогут пройти.

— С хера ли я её помню, если даже не знаю о ней? — продолжал беситься старший прапорщик-фельдмаршал.

— В ней есть умные слова. Одна фраза именно наша — «We braking the rules!», а вот второй придерживаться не нужно.

— Какой же, Гром?

— The chase is better then the catch.

Уж очень песня мне понравилась в фильме «Властелин колец», где небольшие отряды приходили в замок на Последнюю Рубаловку с ордой орков. Аж за сердце брало единение в принципе разных людей и малых народцев перед лицом общей опасности.

— А коней зачем забираешь?

— Я не забираю, а не додаю. Считайте сами: даю хилиархию тяжёлых конных лучников, но лишь 600 коней. Четыреста на месте закажете, у фрязей закупите. То же самое с клибанофорами…

В общем, в поход отправлялись тысяча арбалетчиков, тысяча лучников с мощными луками, две тысячи тяжёлой пехоты, тысяча тяжёлых конных лучников и две тысячи клибанофоров. Позже, когда надобность возникнет, хан Илепек пришлёт тысячу своих лёгких всадников для вспомогательных действий, а мы их сами переправим в Восточную Франкию. Ясен перец, что в придачу пошли и груды товаров Приволховья, а также продовольствие с запасом, чтобы легионеры не особо голодали.

На прощание устроили сабантуй для своих и даже домашний концерт. Валентина и Наталья с мужьями исполнили песню «Возвращайся»[3], выкопанную из каких-то собственных сундуков памяти.

Она может и не совсем в тему, но было очень приятно, честно говоря. Всё-таки у «стариков» какая-то собственная субкультура, мягкая и душевная. А бабло, присланное архиепископом, я отложил в казну. Нам ещё жить и жить здесь и сегодня, а не за горами, завтра.

В сентябре был подписан договор между наследниками упокоившегося (на два года раньше срока) кунинга восточных франков, представителем короля Западной Франкии канцлером Бозоном Вьеннским и аркбишопом Римбертом, представлявшим наши интересы. Высокие договаривающиеся стороны утвердили создание королевства Бавария во главе с Карломаном. Никаких возражений не последовало ни от кого. Карл получил Алеманию (Швабию) тоже королевство, независимое к тому же. Королём Франконии и Тюрингии, ясен пень, остался Людовик Младший.

У всех троих лишь одна общая проблема — часть земель разорена и ограблена бывшими степняками: венграми и булгарами. Ну и западнофранкский король забрал себе часть бывшей Лотарингии до самого Рейна. А так как у вчерашних принцев, ныне королей, войск практически не осталось, им теперь несколько лет придётся сосать лапу. Особенно грустно баварцам, которые граничат с устоявшей Великой Моравией, а точнее с её западной частью. Рано или поздно князья Святополк и Славомир им припомнят всё, что франки творили в их землях в предыдущие годы.

А почему, спрашивается, не сейчас? Так и там не всё слава богу, нашлись нюансы, причём серьёзные. Во-первых, Моравия в очередной раз разорена и очень сильно. Это венгры обогатились выше крыши и довольны по самое не могу. Они же успели и южную Франконию пограбить при отступлении, оставив после себя пожарища на месте полей. Во-вторых, князь Славомир создал своё воинство и Святослав не рискнул с ним вступать в конфликт. Просто передал ему управление чешскими землями, оставшись во главе всего государства. В-третьих, под давлением союзников-хунгар передал им Нитранское княжество под создание венгерской страны. С учётом территории вдоль Дануба, уже освоенной сумсбродным народом, получился зародыш будущей Венгрии. Уже богатой и поимевшей вдосталь мастеровых людей из фряжских земель.

Как-то исподволь никто не поднял вопрос о Фрисланде как будто никого это не касалось. Вполне возможно, что франки уже смирились с её потерей, а может даже подумали что конунг Рейнвальд после ограбления передаст её словенам. Западно-франкский король уже укреплял границу на Рейне от Колонны-Кёльна на северо-восток по течению реки. С норманнами он пока не хотел связываться, имея кое-какие внутренние проблемы. Странно, но где-то отсиделся некий Бруно, предполагавшийся стать герцогом всей Саксонии именно в этот период.

В итоге все сёстры получили по серьгам, вначале отхватив по мордасам. Новая тяжёлая конница была оценена по достоинству и вполне возможно такую же начнут создавать для себя сильные и богатые правители. Больше вопросов к словенам и их предводителю пока не имелось, поэтому старшина продолжил свою хозяйственную деятельность. Царственный интендант строил серые зоны по Лабе и Везеру и совершенно не обращал внимание на южную Саксонию. Раз уж она стала жертвой, будучи ограбленной нами, то пусть еле теплится. Глядишь, лет через 8–10 и до неё руки дойдут. Под Хаммабургом и Бременом, раз уж герцогство досталось нам, начали строительство лагерей подготовки для саксонцев.

Особое внимание было уделено братско-дружеским отношениям с бодричами. Всё-таки они не дураки и понимают, что пока франки не будут на них давить и пытаться завоевать. Их враги последних лет — Людольфинги, но ни Бруно, ни Оттон даже носу не казали с этих пор. Кроме того, люди Борисова обещали продовольственную помощь этой зимой. Чего-чего, а жрачки в Приволховье производится немеряно. Можно некоторых заморских купцов подвинуть ради выгодных отношений. Тем более, что картошку с кукурузой, как и баклажаны с кабачками и прочими болгарскими перчиками можно выращивать в их землях. А значит край поднимется за несколько лет. Фельдмаршал даже захваченными на саксонских югах мастерами поделился с верховным князем бодричей Бертиславом.

— В ближайшие годы предстоит обустроить сеть блокпостов от Магдебурга по его притокам Сале и Мульде до Рудных гор, — ставил задачи своим доверенным помощникам старшина.

Для чего это нужно он пока не объяснял, дабы «секреты гор» раньше времени не выдавать в массы.

— В этих самых верховьях обитают сорбы-лужичане и нам необходимо с ними подружиться. Дары, поддержка продовольствием в трудные времена, создание «серых зон», даже сульдизм пойдут впрок.

Серебро, пока спрятанное природой в горах, манило, а остальное лишь «хорошие манеры», не более. Попытка не дать немчуре занять земли к востоку от того, что они сейчас имеют, ничего иного. Лаба и Одра должны остаться славянскими реками при возможности. Ну, а если не получится, то всё вернётся в этих местах к реальной Истории. По крайней мере мы предприняли хоть какие-то шаги, а не пошли на поводу у франков. Западную Франкию нам не осилить, но может быть удастся её ослабить на десятилетия. Хан Олмош и дунайские венгры нам в помощь, если установить с ними правильные взаимоотношения. Всё-таки именно благодаря нашему вторжению они смогли столь удачно пройтись по землям Восточной Франкии.

В Старигарде и Велигарде, бодричских гродищах, организовали лагеря подготовки для местного населения. Тем паче, что коназ Бертислав (прозываемый саксонцами Ариберт почему-то) с удовольствием откликнулся на это предложение. Ещё бы — сами «воины Сульда» будут готовить для него воинство, способное противостоять франкам. Сульдизм, благодаря великолепным победам нашего Легиона, стал более притягательным, как среди саксонцев, так и среди славян. Поэтому Пророк Серикжан отправил дюжину своих специалистов, чтобы те могли провести работу среди желающих приобщиться к религии победителей.

К концу сентября бойры полозян сделали свой выбор. Они, конечно же, попытались выцыганить побольше сумму откупных, но кто им даст? Не, по мозгам конечно можно дать, хотя и жалко несчастных. В итоге, выкуп Полоцка и земель под ним согласовали и отправили туда свой отряд по приёмке. Сами же бойры, вместе с дружинами и желающими под их рукой ходить и в будущем, отправились на юго-восток. Туда, где дреговичи соседствуют с ятвягами, есть река Вяйля, которая впадает в Немунис. Именно там они, как обладатели более-менее сильного отряда, смогут обосноваться.

— Теперь наша страна обрела некоторую законченность, — поясняет премьер, показывая на карте к чему пришли.

— Согласен, эдакий треугольник с хвостиком в районе Днепра, — уточняет Вольфович.

— Ничего, тот хвостик с годами прирастёт на северо-восток очень даже пухленькой булочкой от Днепра до истока Западной Двины. Вберём в себя тамошних кривичей-смолян и будет нам счастье.

Валерий Иванович немножко хлюздит насчёт «законченности». Между Полоцком и ливами вдоль правобережья Двины есть регион, где обитают латгалы. Их коназ Анталис пока сохраняет независимость, но предпочитает торгово-экономическое сотрудничество. Недавно обратился с предложением по организации в его землях «серых зон», чтобы поднять уровень сельского хозяйства. Мы не против помочь, если этот народ найдёт чем платить за поддержку. Кстати, сам народ уже наслышан о чудесных дополнениях к сельхозпродукции и вроде готов к панибратскому союзу.

— Посмотрим, что у них возобладает: тяга к независимости или здравый смысл.

Судя по карте Европы у нас довольно небольшая территория, а глядя на глобус вообще фиг да маленько. С севера на юг порядка пятисот километров, а с запада на восток, дай бог, четыреста. Тем не менее, мы одна из достаточно влиятельных держав сегодняшнего времени, пусть об этом и не все знают. Когда-то «северными варварами» были как франки, так и саксонцы, а сейчас они свои королевства имеют. Умные люди всегда могут сравнить и сопоставить, а мнение глупых никогда никого не интересовало.

Прибытие Лариона с устаревшими новостями никакого ажиотажа не вызвало. «Эй, моряк, ты слишком долго плавал…». Единственное, что меня порадовало, так это несколько десятков тёмно-синих комплектов брони и оружия. Всё остальное уже является рутиной, каковой нам и без ромеев хватает. Вон, одна из флотилий привезла всякую всячину с Белого моря, так она и в дело пойдёт, и на выгодную перепродажу. И от Алексея привезли братский привет с новостями, что его пока никто не пытается щемить. Конечно, Ларион по-прежнему нужен, но лишь как поставщик качественных изделий из империи. Всё остальное у нас отлажено.

К концу октября дошли последние новости из разных стран. Арабское войско добравшись до Дамаска, опять встало, как у молодого. Вроде защитились от крестоносцев, но на побережье не полезли почему-то. То ли на следующий год перенесли «генеральное сражение», то ли решили побольше народу вооружить, чтобы опрокинуть в море захватчиков. Тем более, что и сами отвоёвыватели задолбались на юг пробираться. Антиохию-Антакью взяли не сразу, но зато солидно поживились в итоге, а вот под Лаодикеей Сирийской (Латакьей) пока застряли. По всему выходит, что противоборствующие армии столкнутся на следующий год возле Триполи. Что, кстати, объясняет неспешность арабов, которым приходится учитывать проблемы на юге Месопотамии и на востоке от неё же. Уже и не интересно какой сериал в следуюшем сезоне нам покажут.

Кочевники, молодцы, переобуваются на ходу. Пачинаки с придунайскими хунгарами заключили договор о разделе сфер влияния. Границей стала Тиса и это естественно, всё-таки хорошая водная преграда способна остудить излишне горячие головы. Обоим народам нужно время, чтобы устаканиться на покорённых территориях и взаимный конфликт им сейчас ни к чему. Любые удавы нуждаются в отдыхе на переваривание, после того, как проглотят добычу.

Тем более, что венгры занялись созданием некоторых городов на Дунае, причём не только в торговых целях. Масса разнообразных ремесленников и мастеров должна иметь место под проживание и ведение своей деятельности. А ещё они решили обзавестись доброкачественной пехотой и перевести часть своих всадников в разряд клибанофоров. Во-первых, всё как у сильнейших в этом мире, а во-вторых, уж слишком много качественных доспехов и оружия им досталось в Восточной Франкии. Даже специалисты по выращиванию винограда и изготовлению из него вина.

Их хан Олмош пригрел возле себя бродячего проповедника в прошлом году и теперь опасается его потерять. Дело в том, что этот человек когда-то жил и работал в далёких землях на северо-востоке пока не нарушил какой-то из тамошних законов. Ему пришлось бежать и два года скитаться по Европе. Хану такой совсем не нужен, но… Беженец своими глазами видел, как шло становление государства, возглавленного «людьми Сульдэ». То, на что они обращали внимание в первую очередь, а что нисколько их не интересовало. Кроме того, скиталец прекрасно разобрался в своё время в основах и заветах сульдизма и достаточно интересно о них рассказывал. Совершенно случайно совпало появление странника с последующими победами венгров, но не прогонять же (или казнить) столь странный живой талисман. Тем более, что рассказы о хозяйственной жизни в Приволховье имели примеры, которые следовало бы использовать для своего народа.