Фантастический рассказ Клиффорда Саймака «Ветер чужого мира», в переводе Александра Корженевского, был опубликован в 1984 году в № 5 журнала «Вокруг света».
Рис. Г. Новожилова
1.0 — Сканирование, OCR, вычитка, создание файла fb2 —
После основания базы берутся за работу ученые. Исследуется все до мельчайших подробностей. Они записывают на пленку и в полевые блокноты, снимают и измеряют, картографируют и систематизируют до тех пор, пока не получается стройная система фактов и выводов для галактических архивов.
Если встречается жизнь, а это иногда бывало, ее исследуют так же тщательно, особенно реакцию на людей. Иногда реакция бывает яростной и враждебной, а иногда незаметной, но не менее опасной. Но легионеры и роботы всегда готовы к любой сложной ситуации, и нет для них неразрешимых задач.
Никто и ничто не может остановить группу межпланетной разведки.
Том Деккер сидел в пустой рубке и вертел в руках высокий стакан с кубиками льда, наблюдая одновременно, как первая партия роботов выгружалась из грузовых трюмов. Они вытянули за собой конвейерную ленту, вбили в землю опоры и приладили к ним транспортер.
Дверь позади него открылась с легким щелчком, и Деккер обернулся.
— Разрешите войти, сэр? — спросил Дуг Джексон.
— Да, конечно.
Джексон подошел к большому выпуклому иллюминатору.
— Что же нас тут ожидает? — произнес он.
— Еще одно обычное задание, — пожал плечами Деккер. — Шесть недель. Или шесть месяцев. Все зависит от того, что мы здесь найдем.
— Похоже, здесь будет посложнее, — сказал Джексон, садясь рядом с ним. — На планетах с джунглями всегда трудности.
— Это работа. Просто еще одна работа. Еще один отчет. Потом сюда пришлют либо эксплуатационную группу, либо переселенцев.
— Или, — возразил Джексон, — наш отчет поставят в архив на пыльную полку и забудут.
— Это уже их дело.
Молча они продолжали смотреть, как первые шесть роботов сняли крышку с контейнера и распаковали седьмого. Затем, разложив рядом инструменты, собрали его, не делая ни одного лишнего движения, вставили в металлический череп мозговой блок, включили и захлопнули дверцу на груди. Седьмой встал неуверенно, постоял несколько секунд и, сориентировавшись, бросился к транспортеру помогать выгружать контейнер с восьмым.
Деккер задумчиво отхлебнул из своего стакана. Джексон зажег сигарету.
— Когда-нибудь, — сказал он, затягиваясь, — мы встретим что-то, с чем не сможем справиться.
Деккер фыркнул.
— Может быть, даже здесь, — настаивал Джексон, глядя на джунгли за иллюминатором.
— Ты романтик, — резко ответил Деккер. — Кроме того, ты молод. Тебе все еще хочется неожиданного.
— Все-таки это может случиться.
Деккер сонно кивнул.
— Может. Никогда не случалось, но, наверное, может. Однако стоять до последнего не наша задача. Если мы что-то встретим не по зубам, долго тут не задержимся. Риск не наша специальность.
…Корабль стоял на плоской вершине холма посреди маленькой поляны, буйно заросшей травой и кое-где экзотическими цветами. У подножия холма лениво текла река, неся сонные темно-коричневые воды сквозь опутанный лианами огромный лес. Вдаль, насколько хватало глаз, тянулись джунгли, мрачная сырая чаща, которая даже через толстое стекло иллюминатора, казалось, дышала опасностью. Животных не было видно, но никто не мог знать, какие твари прячутся под кронами огромных деревьев.
Восьмой робот включился в работу, и теперь уже две группы по четыре робота вытаскивали контейнеры и собирали новые механизмы. Скоро их стало двадцать — пять рабочих групп.
— Вот так! — возобновил разговор Деккер, кивнув на иллюминатор. — Никакого риска. Сначала роботы. Они собирают друг друга. Затем устанавливают и подключают всю технику. Мы даже не выйдем из корабля до тех пор, пока вокруг не будет надежной защиты.
Джексон вздохнул.
— Наверное, вы правы. Действительно, с нами ничего не может случиться. Мы не упускаем ни одной мелочи.
— А как же иначе? — Деккер поднялся с кресла и потянулся. — Пойду займусь делами. Последние проверки и все такое.
— Я вам нужен, сэр? — спросил Джексон. — Я бы хотел посмотреть. Все это для меня ново.
— Нет, не нужен. А это… это пройдет. Еще лет двадцать, и пройдет.
…На столе у себя в кабинете Деккер обнаружил стопку предварительных отчетов и неторопливо просмотрел их, запоминая все особенности мира, окружавшего корабль. Затем некоторое время работал, листая отчеты и складывая прочитанное справа от себя.
Давление атмосферы чуть выше, чем на Земле. Высокое содержание кислорода. Сила тяжести несколько больше земной. Климат жаркий. На планетах-джунглях всегда жарко. Снаружи слабый ветерок. Хорошо бы он продержался. Продолжительность дня тридцать шесть часов. Радиация — местных источников нет, но случаются вспышки солнечной активности. Обязательно установить наблюдение. Бактерии, вирусы — как всегда в таких случаях, много. Но, очевидно, никакой опасности. Команда напичкана прививками и гормонами по самые уши. До конца, конечно, уверенным быть нельзя. Все же минимальный риск есть, ничего не поделаешь. Если и найдется какой-нибудь невероятный микроорганизм, способы защиты придется искать прямо здесь. Но это уже будничная работа.
В дверь постучали, и вошел капитан Карр, командир подразделения Легиона. Деккер ответил на приветствие, не вставая из-за стола.
— Докладываю, сэр! — четко произнес Карр. — Мы готовы к высадке.
— Отлично, капитан. Отлично, — ответил Деккер. Какого черта ему надо? Легион всегда готов и всегда будет готов! Зачем пустые формальности?
Наверно, это просто в характере Карра. Легион с его жесткой дисциплиной, давними традициями и гордостью за них всегда привлекал таких людей, давая им возможность отшлифовать врожденную педантичность. Оловянные солдатики высшего качества. Тренированные, дисциплинированные, вакцинированные против любой известной и неизвестной болезни, натасканные в чужой психологии, с огромным потенциалом выживания, выручающим их в самых опасных ситуациях…
— Буду ждать ваших приказов, сэр!
— Благодарю вас, капитан. — Деккер дал понять, что хочет остаться один. Но когда Карр подошел к двери, он снова подозвал его.
— Да, сэр!
— Я подумал, — медленно произнес Деккер. — Просто подумал. Можете ли вы представить себе ситуацию, с которой Легион не смог бы справиться?
— Боюсь, я не понимаю вашего вопроса, сэр.
Глядеть на Карра в этот момент было сплошное удовольствие. Деккер вздохнул:
— Я и не рассчитывал, что вы поймете.
К вечеру все роботы были собраны, установлены и первые автоматические сторожевые посты. Огнеметы выжгли вокруг корабля кольцо около пятисот футов диаметром, а затем в ход пошел генератор жесткого излучения, заливая поверхность внутри кольца безмолвной смертью. Это было нечто ужасное. Почва буквально вскипела живностью в последних бесплодных попытках избежать смерти. Роботы собрали огромные гирлянды ламп, и на вершине холма стало светлее, чем днем. Подготовка к высадке продолжалась, но ни один человек еще не ступил на поверхность планеты.
Внутри корабля робот-официант устанавливал столы в галерее так, чтобы люди во время еды могли наблюдать за ходом работ. Вся группа, разумеется, кроме легионеров, которые оставались в своих каютах, уже собралась к обеду, когда в комнату вошел Деккер.
— Добрый вечер, джентльмены.
Он сел во главе стола, после этого расселись по старшинству и все остальные.
Галерея постепенно оживилась домашним звоном хрусталя и серебра.
— Похоже, это будет интересная планета, — начал разговор Уолдрон, антрополог по специальности. — Мы с Диксоном были на наблюдательной палубе как раз перед заходом солнца. Нам показалось… мы видели что-то у реки… Что-то живое.
— Было бы странно, если б мы здесь никого не нашли, — ответил Деккер, накладывая себе в тарелку жареный картофель. — Когда сегодня облучали площадку, в земле оказалось полно всяких тварей.
— Те, кого мы видели с Уолдроном, походили на людей.
Деккер с интересом посмотрел на биолога.
— Вы уверены?
Диксон покачал головой.
— Было плохо видно. Я не уверен, но их было двое или трое. Этакие человечки из спичек.
— Как дети рисуют, — кивнул Уолдрон. — Одна палка — туловище, две — ножки, две — ручки, кружок — голова. Угловатые такие, тощие.
— Но движутся красиво, — добавил Диксон. — Мягко, плавно, как кошки.
— Ладно, скоро узнаем. Через день-два мы их найдем, — ответил Деккер.
Забавно. Почти каждый раз кто-нибудь «обнаруживает» гуманоидов, но почти всегда они оказываются игрой воображения. Люди часто выдают желаемое за действительное. Все же хочется найти себе подобных на чужой планете.
К утру последние машины были собраны. Некоторые из них уже занимались своим делом, другие стояли наготове в машинном парке. Огнеметы закончили свою работу, и по их маршрутам ползали излучатели. На подготовленном поле стояло несколько реактивных самолетов.
Примерно половина роботов, закончив работу, выстроилась в аккуратную прямоугольную колонну.
Наконец опустился наклонный трап, и по нему на землю ступили легионеры. В колонну по два, с блеском и грохотом и безукоризненной точностью, способной посрамить даже роботов. Конечно, без знамен и барабанов, поскольку вещи эти не необходимые, а Легион, несмотря на блеск и показуху, организация крайне эффективная. Колонна развернулась, вытянулась в линию и направилась к границам базы. Земля подготовила плацдарм еще на одной планете.
Роботы быстро и деловито собрали открытый павильон из полосатого брезента, разместили в его тени столы, кресла, втащили холодильники с пивом и льдом.
Наконец ученые могли покинуть безопасные стены корабля.
«Организованность, — с гордостью произнес про себя Деккер, оглядывая базу, — организованность и эффективность! Ни одной лазейки для случайностей! Любую лазейку заткнуть еще до того, как она станет лазейкой! Подавить любое сопротивление, пока оно не выросло! Абсолютный контроль на плацдарме!»
Тогда и начнется действительно большая работа. Геологи и минералоги займутся полезными ископаемыми. Появятся метеорологические станции. Ботаники и биологи возьмутся за сбор сравнительных образцов. Каждый будет делать работу, к которой его всегда готовили. Отовсюду пойдут доклады, из которых постепенно выявится стройная и точная картина планеты.
Работа. Много работы днем и ночью. И все это время база будет их маленьким кусочком Земли, неприступным для любых сил чужого мира.
Деккер, задумавшись, сидел в кресле. Легкий ветер шевелил полог павильона, шелестел бумагами на столе и ерошил волосы.
«Хорошо-то как», — подумал Деккер.
Неожиданно перед ним выросла фигура Джексона.
— В чем дело? — с резкостью спросил Деккер. — Почему ты не…
— Местного привели, сэр! — выдохнул Джексон. — Из тех, что видели Диксон и Уолдрон.
Абориген оказался человекоподобным, но человеком он не был. Как правильно заметил Диксон, «человек из спичек». Живой рисунок четырехлетнего ребенка. Весь черный, совершенно без одежды, но глаза, смотревшие на Деккера, светились разумом.
Глядя на него, Деккер почувствовал какое-то напряжение. Вокруг молча, выжидающе стояли его люди. Медленно он потянулся к одному из шлемов ментографа, взял его в руки, надел на голову и жестом предложил «гостю» второй. Пауза затянулась, чужие глаза внимательно наблюдали за Деккером. «Он нас не боится, — подумал Деккер. — Настоящая первобытная храбрость. Вот так стоять посреди иных существ, появившихся за одну ночь на его земле. Стоять не дрогнув в кругу существ, которые, должно быть, кажутся ему пришельцами из кошмара».
Абориген сделал шаг к столу, взял шлем и неуверенно пристроил неизвестный прибор на голову, ни на секунду не отрывая взгляд от Деккера.
Деккер заставил себя расслабиться, одновременно пытаясь привести мысли к миру и спокойствию. Надо быть очень внимательным, чтобы не испугать это существо, дать почувствовать дружелюбие. Малейший оттенок резкости может испортить все дело.
Уловив первое дуновение мысли «спичечного» человечка, Деккер почувствовал ноющую боль в груди. В этом чувстве не было ничего, что можно было бы описать словами, лишь что-то тревожное, чужое…
«Мы — друзья, — заставил он себя думать, — мы — друзья, мы — друзья, мы…»
«Вы не должны были сюда прилетать», — послышалась ответная мысль.
«Мы не причиним вам зла, — думал Деккер. — Мы — друзья, мы не причиним вам зла, мы…»
«Вы никогда не улетите отсюда».
«Мы предлагаем дружбу, — продолжал Деккер. — У нас есть подарки. Мы вам поможем…»
«Вы не должны были сюда прилетать, — настойчиво звучала мысль аборигена. — Но раз уж вы здесь, вы не улетите».
«Ладно, хорошо, — Деккер решил не спорить с ним. — Мы останемся и будем друзьями. Будем учить вас. Дадим вам вещи, которые мы привезли, и останемся здесь с вами».
«Вы никогда не улетите отсюда», — звучало в ответ, и было что-то холодное и окончательное в этой мысли. Деккеру стало не по себе. Абориген действительно уверен в каждом своем слове. Он не пугал и не преувеличивал. Он действительно был уверен, что они не смогут улететь с планеты…
«Вы умрете здесь!»
«Умрем? — спросил Деккер. — Как это понимать?»
«Спичечный» человечек снял шлем, аккуратно положил его, повернулся и вышел. Никто не сдвинулся с места, чтобы остановить его. Деккер бросил свой шлем на стол.
— Джексон, сообщите легионерам, чтобы его выпустили. Не пытайтесь остановить его.
Он откинулся в кресле и посмотрел на окружавших его людей.
— Что случилось, сэр? — спросил Уолдрон.
— Он приговорил нас к смерти, — ответил Деккер. — Сказал, что мы не улетим с этой планеты, что мы здесь умрем.
— Сильно сказано.
— Он был уверен.
Забавная ситуация! Выходит из лесу голый гуманоид, угрожает всей земной разведывательной группе. И так уверен…
Но на лицах, обращенных к Деккеру, не было ни одной улыбки.
— Они не могут нам ничего сделать, — сказал Деккер.
— Тем не менее, — продолжил Уолдрон, — следует принять меры.
— Мы объявим тревогу и усилим посты, — кивнул Деккер. — До тех пор пока не удостоверимся…
Он запнулся и замолчал. В чем они должны удостовериться? В том, что голые аборигены не могут смести группу землян, защищенных машинами, роботами и солдатами, знающими все, что положено знать для немедленного и безжалостного уничтожения любого противника?
И все же в глазах аборигена было что-то разумное. Не только разум, но и смелость. Он стоял не дрогнув в кругу чужих для него существ. Сказал, что должен был сказать, и ушел с достоинством, которому землянин мог бы позавидовать…
Работа продолжалась. Самолеты вылетали, постепенно составлялись подробные карты. Полевые партии делали осторожные вылазки. Роботы и легионеры сопровождали их по флангам, тяжелые машины прокладывали путь, выжигая дорогу в самых недоступных местах. Автоматические метеостанции, разбросанные по окрестностям, регулярно посылали доклады о состоянии погоды для обработки на базе.
Другие полевые партии вылетали в дальние районы для более детального изучения местности.
По-прежнему не случалось ничего необычного.
Шли дни. Роботы и машины несли дежурство. Легионеры всегда были наготове. Люди торопились сделать работу и улететь обратно.
Сначала обнаружили угольный пласт, затем залежи железа. В горах были найдены радиоактивные руды. Ботаники установили двадцать семь видов съедобных фруктов. База кишела животными, пойманными для изучения и со временем ставшими чьими-то любимцами.
Нашли деревню «спичечных» людей. Маленькая деревня с примитивными хижинами. Жители казались мирными.
Деккер возглавил экспедицию к местным жителям.
Люди осторожно, с оружием наготове, двигаясь медленно, без громких разговоров, вошли в деревню.
Аборигены сидели около домов и молча наблюдали за ними, пока они не дошли до самого центра деревни.
Там роботы установили стол и поместили на него ментограф. Деккер сел за стол и надел шлем ментографа на голову. Остальные стали в стороне. Деккер ждал.
Прошел час, аборигены сидели не шевелясь.
Наконец Деккер снял шлем и сказал: — Теперь ничего не выйдет. Займитесь фотографированием. Только не тревожьте жителей и ничего не трогайте.
Он достал носовой платок и вытер вспотевшее лицо.
Подошел Уолдрон.
— И что вы обо всем этом думаете?
Деккер покачал головой.
— Меня все время преследует одна мысль! Мне кажется, что они уже сказали нам все, что хотели. И больше разговаривать не желают. Странная мысль.
— Не знаю, — ответил Уолдрон. — Здесь вообще все не так. Я заметил, что у них совсем нет металла. Во всей деревне ни одного кусочка. Кухонная утварь — каменная, что-то вроде мыльного камня. Кое-какие инструменты тоже из камня. И все-таки у них есть культура.
— Они, безусловно, развиты, — сказал Деккер. — Посмотри, как они за нами наблюдают. Без страха. Просто ждут. Спокойны и уверены в себе. И тот, который приходил на базу, — он знал, что надо делать со шлемом.
— Уже поздно. Нам лучше возвращаться на базу, — помолчав немного, произнес Уолдрон и взглянул на часы. — Мои часы остановились. Сколько на ваших?
Деккер поднес руку к глазам, и Уолдрон услышал резкий, удивленный вздох. Медленно Деккер поднял голову и поглядел на Уолдрона.
— Мои… тоже. — Голос его был едва слышен.
Деккер сидел в своем походном кресле и отвлеченно слушал шелест брезента на ветру. Лампа, висевшая над головой, тоже раскачивалась от ветра, тени бегали по павильону, и временами казалось, что это какие-то живые существа. Рядом с павильоном неподвижно стоял робот.
Деккер протянул руку и стал перебирать кучу механизмов на столе.
Все это странно. Странно и зловеще.
На столе лежали наручные часы. Не только его и Уолдрона, но и других. Все они остановились.
Наступила ночь, но работы не прекращались. Постоянно двигались люди, исчезая во мраке и опять появляясь на освещенных участках под ярким светом прожекторов. При виде этой суеты чувствовалась в действиях людей какая-то обреченность, хотя все они понимали, что им решительно нечего бояться. По крайней мере, ничего конкретного, на что можно указать пальцем и сказать: «Вот — опасность!»
Один лишь простой факт. Все часы остановились. Простой факт, для которого должно быть простое объяснение.
Только вот на чужой планете ни одно явление нельзя считать простым и ожидать простого объяснения. Поскольку причины и следствия и вероятность событий могут здесь быть совсем иными, нежели на Земле.
Есть только одно правило — избегать риска. Единственное правило, которому надо повиноваться.
И, повинуясь ему, Деккер приказал вернуть все полевые партии и приготовить корабль к взлету. Роботам — быть готовыми к немедленной погрузке оборудования.
Теперь ничего не оставалось, как ждать. Ждать, когда вернутся из дальних лагерей полевые партии. Ждать, когда будет объяснение странному поведению часов.
Панике, конечно, поддаваться не из-за чего. Но явление нужно признать, оценить, объяснить.
В самом деле, нельзя же вернуться на Землю и сказать: «Вы понимаете, наши часы остановились, и поэтому…»
Рядом послышались шаги, и Деккер резко обернулся.
— В чем дело, Джексон?
— Дальние лагеря не отвечают, сэр, — ответил Джексон. — Мы пытались связаться по радио, но не получили ответа.
— Они ответят, обязательно ответят через какое-то время, — сказал Деккер, не чувствуя в себе уверенности, которую пытался передать подчиненному. На мгновение он ощутил подкативший к горлу комок страха, но быстро справился. — Садись, — сказал он. — Я прикажу принести пива, а затем мы вместе сходим в радиоцентр и посмотрим, что там происходит. Пиво сюда. Два пива, — потребовал он у стоящего неподалеку робота. Робот не отвечал.
Деккер повысил голос, но робот не тронулся с места.
Пытаясь встать, Деккер оперся сжатыми кулаками о стол, но вдруг почувствовал слабость в ногах и упал в кресло.
— Джексон, — выдохнул он. — Пойди постучи его по плечу и скажи, что мы хотим пива.
С побледневшим лицом Джексон подошел к роботу и слегка постучал его по плечу, потом ударил сильнее — и, не сгибаясь, робот рухнул на землю.
Опять послышались быстрые приближающиеся шаги. Деккер, вжавшись в кресло, ждал.
Это оказался Макдональд, главный инженер.
— Корабль, сэр. Наш корабль…
Деккер кивнул отвлеченно.
— Я уже знаю, Макдональд. Корабль не взлетит.
— Большие механизмы в порядке, сэр. Но вся точная аппаратура… инжекторы… — Он внезапно замолчал и пристально посмотрел на Деккера. — Вы знали, сэр? Как? Откуда?
— Я знал, что когда-то это случится. Может быть, не так. Но как-нибудь случится. Когда-то мы должны же были споткнуться. Я говорил гордые и громкие слова, но все время знал, что настанет день, когда мы что-то не предусмотрим и это нас прикончит…
Аборигены… У них совсем не было металла. Каменные инструменты, утварь… Металл на планете есть, огромные залежи руды в западных горах. И возможно, много веков назад местные жители пытались делать металлические орудия, которые через считанные недели рассыпались у них в руках.
Цивилизация без металла. Культура без металла. Немыслимо. Отбери у человека металл, и он не сможет оторваться от Земли, он вернется в пещеры, и у него ничего не останется, кроме его собственных рук.
Уолдрон тихо вошел в павильон.
— Радио не работает. Роботы валяются по всей базе бесполезными кучами металла.
— Сначала портятся точные приборы, — кивнул Деккер, — часы, радиоаппаратура, роботы. Потом сломаются генераторы, и мы останемся без света и электроэнергии. Потом наши машины, оружие легионеров. Потом все остальное.
— Нас предупреждали, — сказал Уолдрон.
— А мы не поняли. Мы думали, что нам угрожают. Нам казалось, мы слишком сильны, чтобы бояться угроз… А нас просто предупреждали…
Все замолчали.
— Из-за чего это произошло? — спросил наконец Деккер.
— Никто не знает, — тихо ответил Уолдрон, — по крайней мере, пока. Позже мы, может быть, узнаем, но нам это уже не поможет… Какой-то микроорганизм пожирает железо, которое подвергали нагреву при обработке или сплавляли с другими металлами. Окисленное железо в руде он не берет. Иначе залежи, которые мы обнаружили, исчезли бы давным-давно.
— Если это так, — откликнулся Деккер, — то мы привезли сюда первый чистый металл за долгие-долгие годы. Тысячу лет, миллион лет назад никто не производил металла. Как смог выжить этот микроб?
— Я не знаю. Может, я ошибаюсь, и это не микроб. Что-нибудь другое. Воздух, например.
— Мы проверяли атмосферу. — Сказав, Деккер понял, как глупо это прозвучало. Да, они анализировали атмосферу, но как они могли обнаружить что-то, чего никогда не встречали? Опыт человеческий ограничен. Человек бережет себя от опасностей известных или воображаемых, но не может предвидеть непредвиденное.
Деккер поднялся и увидел, что Джексон все еще стоит около неподвижного робота.
— Вот ответ на твой вопрос, — сказал он. — Помнишь первый день на этой планете? Наш разговор?
— Я помню, сэр, — кивнул Джексон.
Деккер вдруг понял, какая тишина стоит на базе.
Лишь налетевший ветер тормошил брезентовые стены павильона.
В первый раз Деккер почувствовал запах ветра этого чужого мира.