Иногда названия обманывают ожидания, но только не здесь. Главный драматургический прием, на котором выстроен весь сериал (кроме последнего сезона), — это принцип «реального времени». Действие занимает ровно сутки, одна серия — один час (минус реклама), и все события должны уложиться в 24 часа. Такое почти классическое единство времени вкупе с разнообразием мест (события могут происходить в самых разных точках земного шара) должно подстегивать сценаристов к непрерывному экшену и крутым, подчас непредсказуемым, поворотам сюжета: если одна угроза миновала, а время еще не вышло, значит нас ждет новая угроза и, может, еще покруче первой... Словом, зрителю гарантирован ураганный драйв.

Все сезоны объединены фигурой одного главного героя — Джека Бауэра (Кифер Сазерленд), который поначалу возглавляет некую вымышленную силовую структуру под названием Си-ти-ю (CTU, Контртеррористическое отделение секретной службы), возникшее после 11 сентября 2001 года. В первом же сезоне Джек спасает от покушения кандидата в президенты США; в последующих сезонах герою придется спасать от ядерной бомбы Лос-Анджелес, защищать города от биологического и от химического оружия террористов, выручать похищенного министра обороны США, разруливать чреватые мировой войной международные конфликты (спровоцированные опять-таки террористами), бороться с вредоносными кибератаками и разоблачать заговоры внутри самого правительства США, и т. п.

Поскольку для Джека жизнь и безопасность простых граждан стоят на первом месте, к гражданам непростым (и террористам, и коллегам) он может относиться безжалостно, совершая шокирующие поступки, выходящие за рамки и закона, и гуманности. Порой он будет вынужден применять те жестокие методы, которые официально никто не применяет, а потому при любом раскладе героя нетрудно превратить в козла отпущения, что нередко и происходит. Джек сражается за свою страну, а не за ее руководителей. Если вдруг преступником окажется глава государства, то герой не откажется от своих принципов, даже под угрозой отставки, превращения из оплота в изгоя, номинального врага и мишень для снайперов.

Согласитесь, герой не вполне обычный — то прекрасный, то ужасный, то готовый (без колебаний) пожертвовать своей жизнью, то согласный (если того требуют обстоятельства) подставить под удар тех, кто с ним работает рука об руку. Пожалуй, впервые профессиональный работник спецслужб показан без прикрас: без нагнетания «чернухи», но и без малейшего романтического флера. Многие считают, что, если бы главную роль сыграл другой актер, этот сериал едва бы состоялся и едва бы продержался так долго.

Кифер Сазерленд, сын знаменитого Дональда Сазерленда («Казанова Феллини», «XX век» и др.), снимается в кино с 9 лет, появился во многих культовых лентах знаменитых режиссеров (у Роба Райнера, у Джоэла Шумахера, у Джона Шлезингера), играл мушкетера, вампира, многочисленных хулиганов, отморозков и маньяков, но только после «24 часов» актер стал суперзвездой, лауреатом премий «Эмми» и «Золотой глобус» и самым высокооплачиваемым актером телесериалов США. Именно в роль Джека Бауэра Кифер Сазерленд — с его готовым амплуа полумушкетера-полуманьяка — вписался безукоризненно.

Восемь лет подряд «24 часа» считался одним из самых рейтинговых сериалов, а Джек Бауэр превратился в фольклорного персонажа (недаром главный герой «Доктора Хауса» в одном из эпизодов комически копирует повадки Джека — Кифера). В США сериал необычайно популярен, а вот в России его почти не знают. Уже после демонстрации первого сезона на одном российском федеральном телеканале стало ясно, что принцип Pax Americana, за который рискуют жизнями многие положительные персонажи «24 часов», едва ли пройдет сквозь мелкоячеистое идеологическое сито нашего официального ТВ.

Если задать в Интернете поиск «Кифер Сазерленд», то поисковая система выдаст после 2001 года несколько скандальных историй: то актера задерживают в нетрезвом виде, то берут под стражу за драку (Кифер на вечеринке вступился за Брук Шилдс и дал обидчику пощечину). Эпизоды эти конечно же достойны сожаления, однако они свидетельствуют, прежде всего, об актерском перфекционизме Сазерленда. Он настолько вжился «по Станиславскому» в образ амбивалентного спецслужбиста, что даже на отдыхе не может расслабиться, выйти из роли, переключиться. Джеку Бауэру по ходу разнообразных операций приходилось и пить не просыхая, и подсаживаться на тяжелые наркотики, и нарушать все мыслимые правила, и актер, чтобы почувствовать себя в шкуре своего героя, тоже устраивал небезопасные эксперименты над собой...

24 мая 2010 года был показан последний эпизод восьмого сезона, и канал FOX объявил, что сериал закрыт: слишком высоки затраты. Почти четыре года поклонники «24 часов» пребывали в унынии, и сам Кифер Сазерленд успел сняться в новом драматическом шоу «Связь» (без особого успеха). И вдруг в конце 2013 года стало известно, что будет выпущен новый девятый сезон, правда, уже в 12-эпизодном формате, под названием «24 часа: Проживи еще один день» (24: Live Another Day). В середине июля 2014 года на телеэкраны вышла заключительная серия. Действие происходит в Лондоне (между прочим, премьер-министра Великобритании сыграл Стивен Фрай!). Обстановка крайне напряженная: тут и исламские террористы, заполучившие высокоточное оружие, и хакеры, и русские спецслужбы, и китайцы, а у президента США — болезнь Альцгеймера, и глава администрации не уверен, что старик вообще соображает, что делает... К счастью, есть на свете Джек Бауэр, который, конечно, опять спасет мир, а вместо благодарности получит наручники и «Пройдемте, гражданин!». Впрочем, открытый финал в мире телесериалов, скорее, добрый знак: возможно, рано или поздно герой еще вернется на телеэкраны, в том или ином формате. С Джеком тревожно, но без Джека скучно. Выберем из двух зол меньшее.

Начнем с любопытного заблуждения. В США и Канаде DVD-издания этого английского сериала вышли в серии «Шедевры классики» (Masterpiece Classic), хотя «Аббатство Даунтон» снято по оригинальному сценарию нашего современника Джулиана Феллоуза, который пока еще живым классиком не является. Ошибка простительна: британцы славятся фильмами и мини-сериалами, поставленными по классическим романам (Джейн Остин, Диккенса, сестер Бронте, Льва Толстого и др.), а лауреат «Оскара» Феллоуз — умелый стилизатор под «ретро», так что у заокеанского зрителя могло сложиться впечатление, что он смотрит экранизацию.

Впечатлению этому поспособствовали несколько обстоятельств: тут и близкая к идеальным работа костюмеров и стилистов причесок (и те и другие получили «Эмми» за свою работу), и аутентичный реквизит, и мастерский выбор места действия (съемки велись в настоящем замке Хайклер — Highclere Castle — в Беркшире), и тема (жизнь английской аристократии на сломе времен). Наблюдать за быстрым изменением устоявшегося уклада всегда интересно и поучительно. Конец Викторианской поры почти совпал с календарным рубежом XIX и XX веков, но и эпоха Эдвардианская поначалу не слишком с ней соперничала внешне или по сути — скорее, плавно дополняла. Первое время людям было трудно понять, что жизнь меняется и мир уже никогда не будет прежним, и только шок вынудил их трезво оценить окружающую действительность.

Подобно тому, как в наши дни падение башен WTC обозначило конец XX и начало XXI века, так и исторической вехой перехода грани столетий для обитателей Старого и Нового Света историки считают крупнейшую техногенную катастрофу той поры — гибель «Титаника» в 1912 году. Именно эту катастрофу сценарист сделал завязкой сюжета — спусковым механизмом, приводящим в действие цепочку событий в вымышленном аббатстве Даунтон (Йоркшир). Все дело в юридической тонкости, чисто британской: наследником хозяина Даунтона, Роберта Кроули графа Грэнтема (Хью Бонневиль), становится тот, кто наследует графский титул. У сэра Роберта и его жены-американки Коры (Элизабет Макговерн) есть три дочери — Мэри (Мишель Докери), Эдит (Лаура Кармайкл) и Сибил (Джессика Браун-Финдлэй), — но сына нет, так что титул и замок должен отойти одному из кузенов сестер. Однако наследник титула графа Грэнтэма погибает на «Титанике», и права отходят к дальнему родственнику — адвокату Мэтью Кроули (Дэн Стивенс): в начале первого сезона он и его мать (Пенелопа Уилтон) приезжают в Даунтон. Брак Мэтью и Мэри мог бы вернуть гармонию. Но поскольку в том браке весьма заинтересовано старшее поколение Кроули (включая вдовствующую графиню Грэнтэм, мать Роберта, — актриса Мэгги Смит), Мэри и Мэтью инстинктивно сопротивляются навязываемым им поступкам, даже в ущерб взаимным симпатиям.

Чтобы развести Мэри и Мэтью далеко друг от друга, а затем снова свести за два телесезона, сценаристу пришлось задействовать множество событий, включающих тайный скандал (с участием мертвого турецкого дипломата), Первую мировую войну, угрозу разорения Даунтона, эпидемию «испанки» и пр. Впрочем, если бы сюжет свелся только к матримониальным терзаниям клана Кроули, сериал едва ли бы зацепил так много людей по обе стороны Атлантики (в Англии первый сезон посмотрело более 9 миллионов зрителей, в США — свыше 6 миллионов зрителей), вызвал всплеск интереса критиков и получил множество наград, включая «Эмми» и «Золотой глобус» (в том числе в номинациях «Лучший мини-сериал», «Лучший сценарий» и «Лучшая режиссура»). На экране присутствуют десятки персонажей, которые, по словам сценариста, «попадают в разные, но одинаково драматические ситуации». Нижний этаж Даунтона, где живут слуги, возглавляемые дворецким мистером Карсоном (Джим Картер), не менее важен для сюжета, чем этаж верхний, занятый аристократами. Тщательно прописаны все сюжетные линии, едва ли не у каждого из персонажей есть своя тема. Нам любопытны не только взаимоотношения дочерей графа Грэнтэма со своими потенциальными избранниками (среди которых, кстати, могут оказаться журналист, автогонщик и даже простой шофер, Том Брэнсон, — актер Аллен Лич), но и коллизии с участием обитателей «нижнего этажа» (лакеев, горничных, кухарок и др.).

Мы следим за попытками Эдит выйти замуж. Не меньший интерес вызывают судьбы Джона Бейтса (Брендан Койл), несправедливо обвиненного в убийстве бывшей жены графского камердинера, и трогательно влюбленной в Бейтса старшей горничной Анны Смит (Джоан Фроггатт). В последующих сезонах она станет его женой и тоже будет страдать от необоснованных подозрений полиции. Англия есть Англия, так что дистанция между «верхом» и «низом» в Даунтоне сохранится все шесть сезонов. Другое дело, что с каждым новым сезоном меняются не только цифры на календаре, но и жизнь вокруг и внутри Даунтона. Полюса все чаще сближаются: согласно концепции Феллоуза, два сословных полюса Даунтона — «две равноуважаемых семьи» со своей спецификой. И в трудные моменты господа помогут слугам, а слуги приходят на выручку господам.

Разумеется, обитатели Даунтона не идеальны, и ими подчас движут темные страсти, однако «злодейские» роли здесь редки и доверены исключительно эпизодическим персонажам. Что же касается главных действующих лиц, то среди них практически нет законченных негодяев: например, леди Мэри порой совершает поступки, которые трудно простить, но она же может раскаяться и исправить тот вред, который нанесла. Даже трусоватый и нечистый на руку лакей Томас Барроу (Роб Джеймс-Кольер) оказывается способен на героический поступок, даже интриганка Сара О’Брайен (камеристка молодой графини Грэнтэм) в какой-то момент вызывает сочувствие или как минимум понимание...

Судя по тому, что «Аббатство Даунтон» первоначально имело статус мини-сериала — и именно в этом качестве получило свои первые награды, — создатели не предполагали, что расскажут длинную историю. Однако популярность сериала привела к тому, что за первым сезоном последовали второй, затем третий... только шестой было решено сделать заключительным. За тринадцать лет, прошедших после гибели «Титаника» и всех последующих событий первого сезона, многое стало иным. Некоторые герои исчезли с экрана (порой при драматических обстоятельствах), другие появились и вошли в основной состав персонажей. События, которые раньше казались невозможными (например, экскурсии по Даунтону для праздных зевак; шесть пенсов за билет и лекцию), ныне уже в порядке вещей. В заключительном сезоне леди Мэри занимается свиноводством, ее новый супруг торгует подержанными машинами, леди Эдит издает журнал, а лакей вдовствующей графини Грэнтэм по совместительству работает колумнистом этого журнала.

Финальная серия, действие которой происходит в конце декабря 1925 года, — это почти полный хеппи-энд, незамутненное счастье для большинства героев. Узелки развязаны, конфликты исчерпаны, будущее светло и прекрасно, и даже бабушка Грэнтэм куда меньше ворчит и интригует, чем прежде. Впрочем, ее реплики по-прежнему похожи на афоризмы. «Что делает англичан такими, какие они есть?» — в последней серии спрашивает она и сама же отвечает: «Некоторые считают, что все дело в истории, а я виню погоду».

Титры: «Российско-чеченская граница». На экране мрачные бородачи в камуфляже с автоматами Калашникова перегружают что-то тяжелое в кузов военного грузовика. Вскоре зритель узнает, что похищены девять ядерных ракет ближнего радиуса действия. Пока их еще нельзя активировать, однако иностранный специалист, заключивший сделку с боевиками, очень скоро подберет коды запуска — и тогда у международного террориста Николаса Волкера (Эндрю Ховард) появится товар, который он сможет выгодно продать кому угодно. Или использовать как средство шантажа лидеров великих держав.

Увы, ни одна из мировых спецслужб не может проникнуть в логово боевиков. Горы высоко, Чечня далеко, на дорогах засады, за небом следят. Лишь один человек способен проскользнуть туда, куда его не звали, и разрушить коварные планы Волкера. Это агент Джон Кейс (Джефф Хэфнер). Но если Джон и одержит верх, цивилизованный мир никогда не узнает, кому именно он обязан своим спасением. Потому что Джона Кейса официально не существует, равно как и организации, отправившей его в далекие горы совершать подвиг...

Пока Джон на Кавказе спасает мир (и престиж спецслужб), у нас есть время, чтобы напомнить о завистливой даме по имени Шерон Стоун. Речь, понятно, идет не о банальной житейской зависти, а о творческом соперничестве. Скажем, в 90-е годы Шэрон по-хорошему позавидовала Клинту Иствуду, снявшему оскароносный вестерн «Непрощенный», и пожелала сыграть на этом же поле. В результате появился спродюсированный ею фильм-дуэль «Быстрый и мертвый» Сэма Рэйми — неоднозначная картина, собравшая, однако, актерское созвездие (в одной компании с Джином Хэкменом, Леонардо Ди Каприо и самой Стоун засветился еще малоизвестный Рассел Кроу).

В нулевые годы, когда телесериалы стали теснить полнометражное кино, звезда «Основного инстинкта» время от времени появлялась на телеэкране в гостевых ролях, с ревнивым любопытством наблюдая за исполнительницами главных ролей в драматических и комедийных шоу о людях верховной власти в США: за «президентом» Джиной Дэвис (Commander in Chief), «госсекретарями» Сигурни Уивер (Political Animals) и Теа Леони (Madam Secretary), «вице-президентом» Джулией Луис Дрейфус (Veep). В итоге Стоун стала исполнительным продюсером телепроекта Agent X (канал TNT), где сыграла роль вице-президента США Натали Маккаби. Жанр политического боевика позволил этой героине получить от сценаристов важный бонус.

Чем в повседневной жизни занимается вице-президент США? Порой он исполняет разовые поручения главы государства, но вообще этот пост создан, прежде всего, как сугубо страховочный — для чрезвычайных ситуаций: в случае чего у штурвала должен оказаться однопартиец и единомышленник президента. И поскольку ЧП редки, в обычное время функции человека на посту № 2 — церемониальные и представительские. Согласитесь, использовать эту ответственную должность только «вхолостую» — расточительство. По версии сценаристов, в резиденции второго лица США есть тайная комната, а в оригинале Конституции — секретная статья, которая в особых случаях (когда опасность грозит Америке или демократии) наделяет вице-президента функциями руководителя еще одной спецслужбы.

Спецслужба эта располагает всеми современными гаджетами, но по составу крайне компактна. Собственно, состоит она всего из двух человек. Первый — заглавный Икс, он же Джон Кейс (псевдоним, много лет переходящий от агента к агенту). Второй — его пожилой наставник Малкольм Миллар (Джералд Макрэйни), который формально занимает должность мажордома резиденции. Джону, странствующему рейнджеру, надлежит устранять возникшие угрозы любым способом, включая и не вполне законный (порой формальности не поспевают за экстримом), а мажордом прикрывает питомца с помощью хайтека или просто прячется неподалеку со снайперской винтовкой в руках. Что касается героини Шерон Стоун, то она отдает приказы и следит за их исполнением. Но при этом старательно соблюдает секретность.

Создатели сериала на мелочи не размениваются. Если уж зрителя ждет похищение исторической реликвии, то это будет оригинал Конституции США. Если боевики украдут девочку с целью шантажа ее папы, то папой окажется шеф ФБР. Если в коридорах власти вызреет заговор, то в нем примут участие как минимум директор ЦРУ и спикер Конгресса. Если заговорщики организуют покушение, то мишенью — можете не сомневаться! — станет сам президент США. Ну а когда по ходу сюжета дело дойдет до взятия заложников, захвачены будут не абы кто, а практически все основные мировые лидеры (среди которых окажется и российский премьер-министр, лощеный и хамоватый красавчик по имени Misha Voronsky). Именно в последнем эпизоде госпожа вице-президент продемонстрирует неплохие бойцовские навыки, а актриса Шерон Стоун напомнит о своем умении использовать нож для колки льда не по прямому назначению...

Создатель «Агента Икс» Уильям Блейк Эррон когда-то работал в команде сценаристов «Идентификации Борна» и прекрасно знает, что для жанра боевика заведомая условность важнее аутентичности, а чрезмерное правдоподобие может только навредить фабуле. При желании можно без труда поймать Эррона на «развесистой клюкве», однако стоит ли? Вполне вероятно, сценарист сериала и без нас догадывается о том, что Чечня не граничит с Россией, а является ее частью (по крайней мере, формально). И о том, что тактическое ядерное оружие транспортируют не так, как показано в сериале. И о том, что Петровка — это улица в Москве, а вовсе не популярная русская фамилия, которую носит очаровательная киллерша. Иными словами, бессмысленно сравнивать «Агента Икс», например, с «Карточным домиком» и прочими драматическими шоу, где чиновники высочайших рангов плетут кружево интриг: жанр политического боевика заранее выдал телесценаристам нечто вроде индульгенции, позволив авторам балансировать на грани гротеска, очевидного смещения реальности в область, близкую к комиксу или, по крайней мере, к киносериалу о невероятных приключениях агента 007.

Собственно говоря, образ главного антагониста агента Икс — его бывшего коллеги, бросившего вызов экс-начальству и перешедшего на сторону зла, — тоже едва ли не напрямую позаимствован из бондианы (вспомним хотя бы «Золотой глаз» или «Координаты “Скайфолл”»). Однако Джону Кейсу уже не удастся посоперничать с Джеймсом Бондом: несмотря на сюжетный драйв, качественные спецэффекты и неувядаемую блондинку Шерон Стоун «Агент Икс» не впечатлил привередливого зрителя телеканала TNT, рейтинги не порадовали руководство канала, и после первого же сезона студия TNT Originals была вынуждена остановить работу над сериалом...

Возможно ли возобновление сериала? Вряд ли. Иногда английские или американские сериалы обретают вторую жизнь на телеэкранах России в качестве лицензионных ремейков, но «Агенту Икс» этот вариант не светит. И в СССР при Михаиле Горбачеве, и в России при Борисе Ельцине институт вице-президентства категорически не прижился. Историю не перепишешь, наши реалии сопротивляются подобному сюжету. Слишком уж хорошо мы помним, чем закончилось телекино с участием Геннадия Янаева и Александра Руцкого, когда вторые лица очень уж своеобразно пытались «спасти» страну. Даже опытным российским сценаристам, поднаторевшим в боевиках, не разгуляться на подобном материале: и герои не те, и жанр другой.

Будь ты рядовой террорист или сам бен Ладен, однажды тебя все равно достанут. В начале первой серии группа американских десантников уничтожает Аббаса — одного из лидеров радикальных исламистов Мали. Оделль Баллард (Анна Фрил), солдат американского отряда, обнаруживает в ноутбуке Аббаса информацию о том, что американская корпорация SOZ переводит деньги террористам. Начальник десантников, полковник Стивен Глен (Трит Уильямс), по радио отдает приказ: передать ноутбук спецназу частной армии Osela, работающей на правительство США, и забыть о нем.

Десантники отдают все найденное наемникам, однако Оделль, не подчинившись приказу, успевает скачать информацию с ноутбука себе на флешку. Той же ночью почти вся группа десантников уничтожена. По официальной версии, в гибели американцев виновна группировка «Ансар-ад-Дин». На самом деле ракета выпущена с американского беспилотника. Уцелела только Оделль, вскоре попавшая в плен к «Ансар-ад-Дин». Она одна знает правду, поэтому корпорация SOZ, раскинувшая щупальца по всему миру, приказывает Глену официально объявить женщину погибшей и поручить команде Osela побыстрее найти ее и ликвидировать. Оделль не может сообщить даже своим близким, что она жива: телефоны прослушиваются, номера блокируются, а фотография, попавшая в Сеть, объявляется фальшивкой. У героини практически нет шансов выжить. Даже если ее не убьют исламисты, то прикончат свои...

Верите ли вы в «теорию заговора»? Подозреваете ли вы, что у всех крупных терактов, локальных войн, газетных скандалов, громких самоубийств, экономических и политических кризисов есть скрытая подоплека? Слово «конспирология» произведено от латинского conspiratio, то есть «заговор». Девиз конспирологов — «в действительности все не так, как на самом деле». Согласно основным положениям этой неакадемической дисциплины, ничто в мире не свершается само собой (по воле случая или природных стихий): решительно все на свете есть результат тайной деятельности темных сил, которые задались целью укрепить свою власть над слабыми мира сего, окончательно поработив их волю.

«Американская одиссея» — не первый и уж наверняка не последний сериал, где для построения (и дальнейшего обострения) сюжета сценаристы используют отдельные конспирологические постулаты. Примерно такие же схемы можно обнаружить, например, в сериалах «Пропавший», «Схватка», «Жизнь как приговор», «Остаться в живых», а также в высокорейтинговом детище канала CBS и продюсера Дж. Дж. Абрамса, многосерийном фантастическом триллере «В поле зрения», где для слежки за согражданами спецслужбы используют высокотехнологичную компьютерную систему...

Справедливости ради заметим, что даже самые горячие поклонники упомянутых жанров (в литературе, в кино, на ТВ) не обязательно сами страдают манией преследования. Конспирология для массовой культуры, скорее, универсальная приправа, эдакий соус чили, средство, позволяющее добавить вкуса унылой повседневной жвачке и придать высокий смысл даже бытовой паранойе. Абсолютно вменяемые люди охотно смотрят приключенческие сериалы про глобальные коварные планы разведок, мегакорпораций и теневых боссов, но умеют видеть разницу между реальным и вымышленным.

К счастью, в обычной жизни много случайностей, нелепых совпадений и просто элементарного бардака, который превратит в труху любой изощренный план. А вот в картине мира, придуманного конспирологами, нет места случайности или житейскому идиотизму. Здесь из-за каждого куста радостно ухмыляется Воланд со своим потусторонним детерминизмом: человек, мол, своей судьбой не управляет, кирпич ни с того ни с сего никому на голову не свалится, а обычные люди — марионетки в ловких и натруженных руках кукловодов, песчинки в водовороте событий, не постижимых уму обывателя. Однако всякий раз находятся люди необычные — те, которые понимают ограниченность своих возможностей, но все равно не желают сдаваться.

В «Американской одиссее» это не только Оделль, которая отважно борется за жизнь, но и другие: начинающий журналист Харрисон Уолтерс (Джейк Робинсон), организатор уличных акций протеста, и бывший прокурор, а ныне корпоративный юрист Питер Деккер (Питер Фачинелли). Они знают истину, но почти до самого финала не могут предъявить доказательства своей несомненной правоты. На стороне их противников — разветвленные связи в верхах и просто грубая сила. Казалось бы, главных героев обложили со всех сторон: на Оделль в Африке идет охота, как на зверя, агенты SOZ вплотную подбираются к семье Деккера, а киллерша Руби Симс (Даниэлла Пинеда) легко втирается в доверие к простодушному Харрисону. Кто не на прицеле снайперской винтовки, тот под контролем. Следят даже за маленькой Сьюзен Баллард (Сэди Синк) — только потому, что она, в отличие от отца, не желает верить в смерть мамы.

И все же главные герои не одиноки в их неравной борьбе. В сказках «хорошим» персонажам всегда кто-нибудь помогает — то добрый волшебник, то серый волк. Конспирологический триллер, по сути, та же сказка: в последний момент, когда кажется, что у наших героев шансов уже нет, сценаристы оставляют им какую-нибудь возможность — выжить и победить. Деккеру стараются помочь и оператор беспилотника, и коллега, и бывшая подруга, ставшая политиком. На стороне Харрисона — хакер Боб Оффер (Нат Муни), для которого любопытство оказывается сильнее страха. Что же касается Оделль, то ее спасают многие — от юного туарега Аслама (актер с труднопроизносимым именем Omar Ghazaoui) до наркоторговца Люка Жирара (Грегори Фетусси). В финале спрут лишается нескольких щупальцев и отступает, однако концовка сериала не похожа на традиционный хеппи-энд: одиссея Оделль не окончена, до возвращения на родную Итаку еще далеко...

Во времена, когда Россия быстро дрейфует в сторону новой холодной войны с Западом, российский агитпроп был обязан ухватиться за такой подарок — качественный сериал, критикующий «их нравы». Тем более что среди положительных героев присутствует, например, премьер-министр Греции — красотка София Цалдари (Орла Брэйди), которая тоже пострадала от хищной SOZ и мечтает списать долги страны этому финансовому спруту. По идее, наши идеологи должны были пристроить этот сериал на один из федеральных телеканалов, да еще в прайм-тайм. Однако ничего подобного не было. Может, все дело именно в том, что советские цензоры называли «неконтролируемыми ассоциациями»? Ложь чиновников, продажность политиков, коррупция, па-де-де спецслужб с террористами, замалчивание правды о тех, кто был отправлен воевать в чужую страну и брошен на произвол судьбы... Не правда ли, что-то знакомое?

Чтобы понять мир гангстеров, откройте учебник биологии: самая напряженная борьба — не межвидовая, а внутривидовая. Главный герой сериала — профессиональный вор (Энтони Старр), который однажды пошел против своего работодателя, босса украинской мафии Нью-Йорка, человека по прозвищу Mr. Rabbit, то есть Кролик (Бен Кросс). С помощью подруги Анастасии (Ивана Милицевич) — она же дочь босса — герой сумел присвоить партию краденых бриллиантов, но был раскрыт и, отводя погоню от сообщницы, дал себя поймать полиции, угодил за решетку и отсидел в тюрьме положенный срок.

Все это, однако, присказка. Сказка впереди. Действие сериала начинается в тот день, когда главный персонаж после пятнадцати лет заключения выходит на свободу. Он узнает, что Анастасия сменила имя, замужем и у нее двое детей; живет она в пенсильванском городке Банши. Наш герой едет туда. В первом же местном баре он невольно становится участником потасовки, по ходу которой жертвой пары отморозков оказывается некто Лукас Худ, приехавший из Орегона. Как раз завтра бедняга должен был занять в Банши место шерифа. После упомянутой разборки должность эта, увы, снова вакантна. При этом никто в городке не знает настоящего Худа в лицо. Таким образом, власть валяется под ногами у главного персонажа, и тот не избежит искушения: поднимет ее. В конце заключительного сезона он признается, что хотел изменить жизнь, — и это был наилучший способ начать все заново.

Итак, наш герой без раздумий присваивает имя покойного и его звезду: если уж кто и сумеет притвориться копом, так это бывший зэк. Теперь у него есть работа и высокий, по здешним меркам, статус. Первые два сезона новоявленный Худ будет бороться с уголовщиной и пытаться восстановить отношения с Анастасией (женщине поначалу не хочется вспоминать старое, но обстоятельства не дадут ей забыть о своих прежних навыках). А тем временем люди ее отца, мистера Кролика, от которых наш герой ускользнул после выхода из тюрьмы, не оставят попыток найти вора и расправиться с ним. Так что новому шерифу придется оба сезона держать ухо востро, а в конце второго сезона поставить финальную точку над одной из сюжетных «i»...

В ирландской мифологии банши — мистическое существо, стонами предупреждающее человека о скорой смерти, однако в одноименном сериале нет ничего мистического. Впрочем, авторы все же «сгущают» реальность, добавляя к сюжету экзотики. С одной стороны, это маленький город. С другой, Банши как будто расширяется до размеров мегаполиса — сколько тут всего! В окрестностях городка одновременно находятся и религиозная община эмишей, отвергающих насилие (помните фильм «Свидетель» с Харрисоном Фордом?), и индейская резервация с казино (вождь племени стар, его отпрыск прыток), и скотобойня, которой заправляет местный мафиози Кай Проктор. В самом городе есть и большая банда неонацистов, и секта сатанистов. В общем, каждой твари — далеко не по паре. Банши — провинциальный омут, где правды в суде не добьешься, потому что судебная власть кормится с руки у Проктора (в заключительном сезоне он даже сделается мэром). И вот в паутину сплетенных судеб и устоявшихся отношений влетает тяжелый булыжник. От нового шерифа никто поначалу не ждет ничего особенного, а напрасно. Жизнь Банши изменится резко и навсегда.

Поклонники англоязычного телекино наверняка заметят сходство главного героя «Банши» с федеральным маршалом Рейланом Гивенсом из сериала «Правосудие», действие которого тоже происходит в американской глубинке (на сей раз кентуккийской). Но есть существенная разница: маршал Гивенс, при всей его очевидной безбашенности, ковбойской шляпе и явных симпатиях к эпохе Дикого Запада, все же старается особенно не конфликтовать с Фемидой.

Другое дело — «Банши». Здесь ситуация сознательно усугублена. На игровое поле выходит яркий и асоциальный типаж, который склонен к риску, прошел огонь и воду и может запросто пренебречь не одной, но всеми буквами закона, — и именно этот отвязный персонаж, по иронии судьбы, будет отныне теперь играть за «хороших парней». Сюжетная матрица зрителям очевидна (история уголовника Видока, возглавившего весь парижский сыск), однако американские реалии придают истории особую специфику. Пока будущий шериф Банши сидел в тюрьме строгого режима, он овладел всеми необходимыми па смертельного балета разборок, видит опасность издалека и предугадает каждый следующий шаг своих криминальных визави (сам был таким!). Правда, сценаристы не делают его безусловным злодеем. Он жесток, но не садист, он хитер, но не подл, он стреляет, но лишь тогда, когда спасает жизнь (иногда свою, чаще чужую). Для него деньги имеют значение, однако любовь важнее денег — в противном случае он мог бы свалить из Банши уже в третьей или четвертой серии. Но он будет шерифом три сезона из четырех. И даже, уйдя в отставку в конце третьего сезона, будет помогать новому шерифу ловить серийного убийцу. Главный герой уже вжился в образ служителя правосудия, а Банши — это пока его город...

Сериал «Банши» появился на канале Cinemax и в год выхода первого сезона оказался самым рейтинговым. Причины этого очевидны. Сценарист Алан Болл, лауреат премии «Оскар» за сценарий «Красоты по-американски» и шоураннер популярных сериалов «Клиент всегда мертв» и «Настоящая кровь», пользуется безошибочным рецептом, который никого не подводил еще со времен «Робин Гуда»: когда бездействует Закон, в игру вступает Справедливость. Кто из жителей провинции (не обязательно американской) откажется от услуг чудо-шерифа вроде Лукаса Худа? И плевать, что тот на самом деле — не Лукас, не Худ и не шериф. Как говорил Дэн Сяопин: «Не важно, какого цвета кошка. Лишь бы она ловила мышей».

Словосочетание Mad Men действительно означает в переводе «Безумцы», однако в данном случае российским дистрибьюторам стоило проявить фантазию и не следовать за оригиналом. Потому что главные герои этого сериала вовсе не безумны. Напротив, они в высшей степени разумны, прагматичны и циничны. В Нью-Йорке середины XX века крупные рекламные агентства располагались на Мэдисон-авеню (Madison avenue), отсюда и название, означающее «люди с Мэдисон-авеню». То есть рекламщики. Их первейшая задача — убедить производителя товаров или услуг в том, что только их агентство наилучшим образом продвинет потребителю нужные бренды и поможет оттеснить продукцию конкурентов...

Сценарист и продюсер Мэтью Вайнер, прославившийся благодаря гангстерской телесаге «Клан Сопрано», намеренно отказался от современных реалий, перенеся действие сериала на полвека назад, в 60-е годы прошлого столетия. Ностальгия по тем временам, подернутая сладкой романтической дымкой избирательной памяти, — прекрасный манок для американского зрителя (впрочем, как показывает практика, и для российского тоже). 60-е — это такое идеальное сочетание трогательного ретро с почти современным бытовым комфортом. Темп жизни пока не такой сумасшедший, как сегодня, однако повседневная жизнь смахивает на сегодняшнюю. Голливуд уже вовсю штампует широкоэкранные блокбастеры, но еще в моде нонконформизм. Еще не придуманы мобильные телефоны, а самый быстрый способ донести информацию — послать телеграмму. Домашние телевизоры еще громоздки, пульты для них увесисты, как кирпичи, а слово «компьютер» ассоциируется с огромными шкафами, где с шумом вращаются гигантские бобины с магнитными лентами.

60-е — время, когда история творится прямо у нас на глазах. Еще вовсю идет холодная война и стреляют во Вьетнаме, еще живы братья Кеннеди (в одном из сезонов убьют Джона, в следующем — Роберта), доктор Мартин Лютер Кинг уже сказал: «У меня есть мечта», но еще жив (вскоре его тоже застрелят). ЛСД еще не считается наркотиком. Человек только начинает осваивать ближний космос (к концу сериала герои будут с замиранием сердца наблюдать по телевизору за высадкой астронавтов на Луну). Еще не существует политкорректности, «служебные романы» не называют sexual harassment, офисный планктон может запросто курить на рабочих местах, женщинам трудно получить хорошую должность, помимо секретарской, а чернокожим — практически невозможно «выйти в люди». Это время раздражает и умиляет, и Вайнер любовно лелеет аудиовизуальное ретро, не скупясь на детали.

60-е — эпоха становления рекламных брендов, которые позже назовут классическими: «Лаки Страйк», «Клерасил», «Хайнц», «Хайникен» и другие. Первые три сезона, где действие ползет со скоростью улитки, — это, по сути, панорамная иллюстрация. Фон обволакивает и завораживает зрителя, но с каждым новым эпизодом кристаллизуются образы главных героев. Среди них молодой румяный карьерист Пит Кэмпбелл (Винсент Картайзер), девиз которого: «Стабильность — это шаг назад от успеха к провалу»; седовласый пофигист-везунчик и ловелас Роджер Стерлинг (Джон Слэттери); ослепительная рыжая красотка Джоан Харрис (Кристина Хендрикс), секс-символ агентства (красота сочетается с ее деловой хваткой); секретарша босса Пегги Олсен (Элизабет Мосс), которая по мере развития сюжета становится опытным профи-рекламщиком, хотя любимая работа надолго «перевешивает» ее личную жизнь.

Мэтью Вайнер не устает подчеркивать главную специфику профессии рекламщика: это одновременно бизнес, наука, искусство, азартная игра и война. Чтобы победить в этой войне, рекламщики должны быть усидчивыми и уметь блефовать. «Самое главное в рекламе — идея новизны, — говорит в сериале один из ветеранов рекламного бизнеса. — Это то, что создает зуд потребления. Когда ты спровоцировал этот зуд, остается дать публике свой продукт, как целебную мазь». Торгуя неуловимыми субстанциями (мечтами, иллюзиями, симпатиями, эмоциями), герои «Безумцев» обязаны быть психологами, актерами, писателями. А важнейший дар, который им необходим, — это дар креативности, умение придумать для продвижения бренда ключевую идею, на которую, как на стержень, можно будет впоследствии нанизать аудиовизуальные образы.

Главный герой сериала — самый даровитый из всех, креативный директор вымышленной рекламной компании «Стерлинг и Купер» Дональд Дрейпер (Джон Хэмм). Человек из низов, пробившийся в верхний эшелон рекламного бизнеса страны, он несет тяжкий груз прошлого и стыдную тайну (отрекся от всех родных и взял имя другого человека, погибшего в Корее). Червь сомнения точит героя — оттого-то у него и не удается семейная жизнь: он изменяет жене-домохозяйке Бетти (Дженьюэри Джонс), матери трех его детей, потом жене-актрисе Меган (Джессика Паре); заводит бессмысленные романы с соседкой, коллегой по работе, официанткой. «Бедная девочка! — говорит Дону Бетти, имея в виду Меган. — Она не знает, что любовь к тебе — худший способ тебя заполучить». Впрочем, любовные истории — важная, но все же периферийная часть сюжета. Когда команда сценаристов пытается чересчур педалировать мелодраматические повороты сюжета (и те начинают затмевать профессиональную деятельность героев), Вайнер спохватывается и «включает» форс-мажорные обстоятельства: тогда компания срочно меняет хозяев, делится, сливается, поглощается; герои то теряют почти все, то приобретают невероятные бонусы...

Кстати, о бонусах. Работа Мэтью Вайнера и его команды была оценена по достоинству: сериал, вышедший на АМС, получил высокую профессиональную оценку телекритики и впечатляющий рейтинг, который существенно не снижался вплоть до самого конца. О популярности сериала говорит тот факт, что в 2014 году президент США, обращаясь к конгрессу с ежегодной речью «О положении страны», упомянул, среди прочего, драматический сериал Mad Men. По мере выхода сезонов на телеэкраны создатели «Безумцев» (автор идеи, актеры, дизайнер титров) получали множество номинаций и наград: пять «Золотых глобусов», шесть «Эмми» и еще четыре десятка других престижных премий в 59 номинациях.

Среди перечисленных наград два «Золотых глобуса» и одну «Эмми» принес сериалу актер Джон Хэмм. За судьбой его героя зритель следит все семь сезонов. Анимационная заставка на титрах (фигура человека падает с небоскреба, пролетая мимо огромных рекламных билбордов) как бы намекает на печальный финал жизни Дрейпера. Но к счастью, это не спойлер, а метафора: главный герой лишен опоры, он в вечном полете, однако вектор полета на протяжении сериала не раз поменяется. В заключительной серии Дон, улетевший далеко от Мэдисон-авеню, ощутит долгожданную душевную гармонию: авторы подарят герою умиротворяющий — хотя, пожалуй, сладковатый и чуть двусмысленный — хеппи-энд.

«Белые воротнички» — привилегированный класс менеджеров, и если в этой среде совершаются преступления, то преступник тоже обязан обладать всеми преимуществами White Collar — шармом, лоском, наглостью и информированностью. Именно таков Нил Кэффри (Мэттью Бомер). Детективу Питеру Берку (Том Ди Кей) требуется немало времени и сил, чтобы засадить Нила в тюрьму, а когда тому остается отсидеть несколько месяцев, Питер устраивает подопечному побег, чтобы, опять поймав, взять его на поруки, заменить срок надзором и нацепить Нилу на лодыжку радиобраслет.

Агенту ФБР нужно, чтобы ловкий парень, отлично знающий методы преступников — «белых воротничков» (в данном случае — похитителей картин, бриллиантов и т. п.), помогал Бюро. Нил начинает работать в одной связке с Питером — невзирая на то, что верный помощник Нила, Моззи (Уилли Гарсон), первое время ворчит: мол, ты ведь все же мошенник, а не «галстук» (то есть федерал). Но куда Нилу деваться? Ему надо выиграть время, чтобы найти свою девушку Кейт (Александра Даддарио), исчезнувшую ранее и теперь, как выясняется, попавшую в беду. В середине первого сезона зрителей ждет поворот сюжета, который вносит существенные коррективы в общую интригу: оказывается, у Кейт были свои причины таинственно «пропасть», и тут не обошлось без сотрудников спецслужб...

Прервем пересказ фабулы: за шесть сезонов с героями сериала произошло так много всего, что подробности перипетий заняли бы несколько страниц (как вам, например, поиски нацистской подлодки, под завязку набитой бесценными произведениями искусства?.. стоп-стоп, пересказ лишил бы потенциальных зрителей части удовольствия от просмотра). В общем, не будем более углубляться в придуманные сценаристами частности, а отметим главное: тип героя. Всемирная история знает немало примеров, когда нарушитель закона переходил на сторону «законников» и с успехом использовал преступную «квалификацию» и былые связи в криминальном мире для того, чтобы выводить на чистую воду вчерашних «коллег»; история бывшего вора Видока, который возглавил полицию, — наилучший пример. Сценаристы детективных кинокартин и сериалов с удовольствием использовали данное обстоятельство. Ведь у героя появлялся бонус, некое секретное оружие, незаменимое при любых изгибах фабулы.

Первые зрители «Белого воротничка» отмечали, что сериал чем-то похож на «Менталиста»: персонаж с небезупречным, мягко говоря, прошлым вынужден, по причинам личного характера, помогать органам правопорядка, хотя в любой момент может сорваться. По сути, сериал продержался так долго именно потому, что отношения Нила и Питера все время балансируют на грани между дружбой и взаимной подставой. Идет игра в кошки-мышки нон-стоп. Питер никогда не забывает, что Нил склонен к побегу (а то как же!) и вообще себе на уме, а Нил подозревает, что Питер не до конца ему доверяет (это правда) и постоянно что-нибудь скрывает от него (и это тоже случается).

Собственно, команда работает слаженно часто из-за того, что оба главных героя приглядывают друг за другом; каждый старается подняться над своими сомнениями в искренности партнера, но при этом стремится не терять бдительности. Впрочем, когда Моззи постепенно превращается из ярого противника дружбы с «галстуками» в эдакого заботливого дядюшку, опекающего жену Питера, то тонкая грань между вынужденным сотрудничеством криминальных умельцев и совестливого агента ФБР еще больше стирается. И порой водораздел уже начинает проходить не между Моззи и Нилом (с одной стороны) и Питером (с другой), а между Моззи, Нилом и Питером — и начальством ФБР, которое желает превратить Нила в бессрочного подручного Бюро с вечно висящим над его головой дамокловым мечом неотбытого тюремного срока...

Довольно долго «Белый воротничок» был сериалом массовым и популярным. Но ничто не вечно. К концу пятого сезона у истории Нила и Питера появилось на разных телеканалах столько высокорейтинговых сериалов-конкурентов, что White Collar невольно отошел в тень, из первой десятки «Фокса» сместился в третью. Стало ясно, что шоу подходит к концу. В заключительном сезоне всего шесть серий — их маловато для новой «долгоиграющей» интриги, зато вполне достаточно, чтобы неторопливо довести героев до счастливого финала. А поскольку слово «счастье» герои понимают каждый по-своему, готовьтесь к неожиданностям и крутым фабульным поворотам. И при этом помните, что авторы вас могут провести: у сценаристов детективов и виртуозных жуликов есть кое-что общее. Короче, доверяйте, но проверяйте.

Жизнь сорокадвухлетней Кэти Джеймисон (Лора Линни), строгой учительницы истории, вовсе не наполнена сюрпризами: у нее есть муж-раздолбай Пол (Оливер Плэтт), четырнадцатилетний сын-шалопай Адам (Гэбриел Бассо) и родной брат-бомж Шон (Джон Бенжамин Хикки), который из принципа живет на улице и питается объедками. Понятно, что в этой компании Кэти — самый серьезный и самый ответственный человек. И вот внезапно размеренное существование главной героини идет под откос: доктор диагностирует у Кэти меланому на четвертой стадии. И это значит, что жить Кэти остается в лучшем случае год. И что ей теперь делать?

Коллега Кэти, учитель химии из сериала Breaking Bad, решает потратить отпущенный ему срок на зарабатывание денег для семьи — самым что ни на есть преступным путем. Кэти тоже пускается во все тяжкие, хотя и не нарушает закона. Ничего не рассказав ни мужу, ни сыну, ни брату, она хочет хотя бы оставшийся год пожить в свое удовольствие: сорит деньгами, крутит роман со школьным художником Ленни (Идрис Эльба) и пытается наладить отношения с сыном. На протяжении десяти начальных серий (в первом сезоне их всего тринадцать) Кэти рассказывает о своем недуге только пожилой соседке Марлин (Филлис Соммервиль), страдающей болезнью Альцгеймера, в то время как близкие нашей героини гадают, отчего жена-мама-сестра так изменилась. И лишь ближе к финалу правда вырывается наружу. Тогда-то каждый из родных Кэти внезапно понимает, что близкого человека очень скоро уже не будет среди них...

Сериал посвящен драматической теме, но он, как ни парадоксально, — больше комедия, чем драма. Канал «Showtime» не боится экспериментировать с форматами. Даже если героине предстоит умереть, это вовсе не означает, что зрителя хотят разжалобить. Лора Линни играет так, чтобы ее Кэти вызывала у нас целый букет противоречивых чувств: и уважение, и печаль, и смех, и сильное раздражение; все это делает ее неоднозначной, непредсказуемой и поразительно живой, даже в шаге от неминуемой смерти. Героиня, добиваясь своих целей, может иногда напомнить окружающим о своем недуге, но гораздо чаще она ведет себя по-иному — искренне старается быть такой же, как и остальные, и сражается за то, чтобы к ней относились как к самому обычному нормальному человеку.

Второй и третий сезоны — этапы борьбы Кэти с болезнью, когда она шарахается от отчаяния к надежде и обратно. Она не увольняется из школы, а, напротив, нагружает себя работой тренера по плаванию. Она даже хочет удочерить девочку (хотя натыкается на жуликов). Ей удается записаться на программу доктора Шермана (Алан Алда), который испытывает новый экспериментальный препарат, но это не спасение, а отсрочка. Когда главной героине станет хуже, то и зритель, и сама Кэти порой перестают понимать, где реальность, а где галлюцинации (метастазы давят на кору головного мозга героини). То есть, конечно, и прежде она иногда видела мертвецов (чаще всего — свою бывшую подругу и соседку Марлин), но с течением времени грань между правдой и видениями еще больше истончается. Мы всерьез воспринимаем историю путешествия Кэти на лодке вместе с меланхоличным пуэрториканцем Анхелем (Майкл Рэй Эскамиллья), — пока вдруг не выясняется (внимание: спойлер!), что это ей пригрезилось, а Анхель — воплощение ангела смерти, провожатого в последний путь...

Хотя действие сериала все время вращается вокруг главной оси — болезни Кэти, — создатели сериала выстраивают целую систему микросюжетов вспомогательных персонажей, которые ведут свою жизнь, и она далеко не всегда связана только с Кэти. Более того: порой перипетии этих персонажей уходят далеко от основной сюжетной линии. Своя история у Пола, который, будучи уволен с работы, сначала устраивается в магазин, затем попадает под влияние гуру-писательницы Джои Клейман (Сьюзен Сарандон) и сам обретает новый имидж гуру. Ученица Кэти, чернокожая толстуха Андреа Джексон (Габури Гэбби Сидибе), переживает неудачный роман, ищет себя в африканском национальном самосознании, а к финалу оказывается талантливым дизайнером одежды. Брат Кэти, Шон, излечивается от сумасшествия и под конец решает помочь человечеству. Ну а сын Адам перестает шалопайствовать, хотя мамочкина забота, временами переходящая все мыслимые границы, его порой очень выводит из себя.

Вообще заключительный сезон — в нем всего 4 сдвоенные серии — имеет подзаголовок «Послесловие». Кэти подводит итоги и уже настраивается на уход. Остается только переселиться в хоспис (сценаристка Дарлен Хант сыграла роль его директрисы), потом вернуться домой, успеть повидаться — и помириться — с отцом, придумать себе последнее слово («Повезло!»), а затем мирно уйти в свет: туда, где нет боли, а есть солнце, бассейн с прозрачной водой, подруга Марлин, любимая собака... За свою роль Лора Линни получила премию «Золотой глобус» — вне всякого сомнения, заслуженно.

У мэра Чикаго Тома Кейна — тысячи недоброжелателей из числа простых горожан и сотни влиятельных врагов: и в среде бизнесменов, и среди олдерменов (членов городского совета), и в руководстве штата Иллинойс, и даже в Вашингтоне. Но главный враг Кейна, как выясняется, притаился в его собственном теле.

Еще в самом начале герою сообщают, что он тяжко болен. Диагноз — «деменция с тельцами Леви»: хроническое прогрессирующее нейродегенеративное заболевание, нечто вроде старого недоброго Альцгеймера, с той разницей, что внешние проявления болезни — двигательные расстройства, нарушение концентрации и процесса восприятия реальности, депрессия, зрительные и слуховые галлюцинации. Все это через три-четыре года, а то и раньше может превратить в овощ энергичнейшего мэра, который пока сметает противников, как кегли в боулинге. Врач не исключает, что с каждым месяцем герою будет становиться все хуже — судороги, тремор, провалы в памяти, и никакие нейролептики не спасут.

В конце первого сезона босс Чикаго, вышедший невредимым из политического тупика, чреватого импичментом и судебными исками, валяется в ванной своего особняка, пораженный первым тяжелым приступом недуга. Весь немалый промежуток экранного времени (восемь серий) между диагнозом и приступом будет посвящен реализации Кейном практического курса политического выживания. В какой-то момент зрителю покажется, что герой уже потерял все. Его ставленник на губернаторских праймериз, его помощница, его жена Мередит — все будут готовы его предать, начав собственную игру. Даже глава аппарата мэра, его правая рука Эзра Стоун, затеет интригу против босса (правда, не из-за шкурных интересов, а, наоборот, по идеалистической причине). И все же, используя старые связи, герой одержит победу. Но дорогой ценой: растоптана жизнь дочери мэра, а в коридорах власти Чикаго стало еще грязнее...

Так почему же зритель все-таки инстинктивно сочувствует главному герою и не желает ему поражения? Возможно, оттого, что в сериале почти нет «хороших парней» — в той среде, которая нам явлена, они попросту не смогут уцелеть (даже репортер-правдолюбец тут больше ценит не истину, а свое имя на первой полосе). Из нескольких зол зритель вынужден выбрать меньшее. Кейн — мощная сильная натура, классический образчик «политического животного» (Political Animals), существо с такой невероятной харизмой, что трудно прочертить грань между искренностью и тонко просчитанным политиканством (актер Келси Грэммер получил за эту роль премию «Золотой глобус»). Мы невольно «болеем» за негодяя Кейна потому, что противники мэра, превосходя его в негодяйстве, уступают в остальном: в силе характера, в красоте жеста, в уме, в харизме; и он, и они — хищники, но принципиально разных масштабов, и никого из нас не обрадует, если тигра загрызет стая шакалов.

Быть может, мы также сочувствуем Кейну и из-за его болезни, точнее, из-за его исступленного противостояния ей, его желания во что бы то ни стало победить природу, отсрочить неизбежное, бросить вызов судьбе и (страшно сказать) силой воли «отменить» божественное провидение. Нелишне напомнить, что фамилия героя (Kane) созвучна имени ветхозаветного Каина (Kain), который в романтической литературной традиции — например, у Байрона — был не столько первым убийцей, сколько символом богоборчества, то есть человеком, пошедшим наперекор воле своего Создателя.

Недуг мэра — не просто его главное испытание. Для сценаристов болезненные галлюцинации стали выигрышной возможностью визуализовать раздрай в душе героя. Подобно булгаковскому Хлудову, которого в видениях не отпускает казненный им солдат, мэр Кейн больше половины второго сезона проводит в спорах с человеком, убитым по приказу мэра, то есть со своей совестью, которая внезапно получила слово. Совесть безжалостна и афористична, как черт в диалогах с Иваном Карамазовым. Вот речь заходит о коррупции, Кейн защищается: «Я никогда не извлекал финансовой выгоды из выборной должности». И слышит в ответ: «Но позволял обогащаться другим... Власть — тоже форма валюты».

В фильме звучат цитаты из «Всей королевской рати». Если Эзра Стоун ассоциирует своего босса с заглавным персонажем знаменитой ленты Орсона Уэллса «Гражданин Кейн», то сам мэр Чикаго порой сравнивает себя с героем не менее знаменитого романа Роберта Пенна Уоррена. Однако различия между мэром Кейном и губернатором Старком также хорошо заметны. Герой Уоррена оправдывал сомнительные средства высокими целями. Но где найти оправдание герою телесериала, когда ему становится нужна власть просто ради власти, власть как наркотик?

В финале второго сезона зрителя опять ждет резкий поворот сюжета. Противники мэра вновь будут готовы списать его со счетов — и вновь преждевременно: какой бы плотной ни казалась цепь загонщиков, Кейн рванет за флажки и выйдет из окружения. Однако его победа — пиррова. И не только потому, что триумф опять будет обеспечен сомнительными сделками и компромиссами с бандитами. Его козырной туз (проект модернизации неблагополучного района) окажется побит его же собственным джокером. Восторжествует прагматизм: вместо социального жилья воздвигнется казино. Да, в финале Кейн побеждает — и недругов, и недуг (кажется, даже тельца Леви, невзирая на диагноз, пасуют перед «золотым тельцом»). Но зачем ему этот выигрыш? Какой в нем высший смысл? И есть он вообще в этом смертельном гандикапе, все больше напоминающем бег на месте?

К десятой, заключительной, серии второго сезона у сценаристов больше не нашлось ответов на эти вопросы. Поэтому боссы канала Starz в конце 2012 года предпочли не продлевать сериал и закрыть после второго сезона — с довольно приличным, кстати, рейтингом. Впрочем, по-иному мэр Кейн вряд ли бы согласился уйти с телеэкранов.

День тридцатидвухлетней канадки еврейского происхождения Эрики Стрейндж (Эрин Карплак) и начинается ужасно, и продолжается кошмарно. Ее увольняют с работы (впрочем, работа была паршивая — отвечать на звонки), парень не является на свидание, в кафе ей дают десерт с орехами, на которые у нее аллергия. В общем, Эрика приходит в себя в больничной палате и обнаруживает у своей постели элегантного внимательного джентльмена с бородкой, который представляется доктором Томом (Майкл Райли). Но это не работник больницы, а психотерапевт, притом необычный: когда Эрика попадает к нему на прием, он объявляет о своем методе. Он будет лечить эту хроническую неудачницу особым способом...

В этом месте и начинается фантастика. Для начала Эрика должна составить список своих сожалений (что и когда в прошлом она сделала не так), а затем доктор предлагает отправить ее в тот или иной момент ее прошлого, чтобы «переиграть» уже случившееся. Сам принцип путешествия во времени ничем не объясняется — ни с помощью физических терминов, ни с помощью терминов из арсенала психологии. Просто доктор Том взмахивает рукой — и героиня уже оказывается в своем прошлом: тело Эрики тогдашней плюс разум Эрики сегодняшней. (Лишь один раз девушка переместится в будущее, и тогда ей придется действовать в форс-мажорных обстоятельствах, срочно помогая пациенту другого доктора, коллеги Тома.)

Среди эпизодов путешествий героини назад во времени есть и рутинные, есть и забавные: однажды, например, она выдает за свое стихотворение еще не написанную в ту пору песню Бритни Спирс — и приводит в восторг высоколобого учителя словесности. При этом далеко не все сюжетные линии закручены вокруг главной героини: разнообразные персонажи вокруг Эрики — от доктора Тома, папы с мамой (Джон Бойлан и Кэтлин Лэски) и младшей сестры Саманты (Джоанна Дуглас) до начальницы (а потом компаньонки) Джулианны Джакомелли (Рейган Пастернак) и коллеги Брента Кеннеди (Морган Келли) — будут решать собственные проблемы, хотя и эти сюжеты тоже прямо или косвенно повлияют на жизнь Эрики.

В сериале много трагикомических житейских эпизодов и крайне мало собственно фантастики, которая неизбежно возникает, когда речь идет о хронопутешествии. В ходе терапии Эрика, вновь прикасаясь к прошлому, способна кое-что исправить по мелочи, ликвидировав свои былые просчеты. Однако задача доктора Тома — не помочь Эрике убрать шероховатости на ее предыдущем жизненном пути, а дать ей возможность разобраться в себе самой. Поэтому чаще всего героиня, «проигрывая» варианты один за другим, осознает, что дело — в ее собственных фобиях (неуверенности, оглядки на других и пр.) и что от простой замены «плюса» на «минус» пользы не будет.

Девушка довольно быстро понимает: «Изменить прошлое очень легко, а вот изменить себя гораздо сложнее». Кстати, ее путешествия во времени имеют одно ограничение: она не имеет права кардинально «переписывать» судьбы других людей, а главное, ей не разрешено исправить одно из ее главнейших сожалений — смерть брата Лео (Девон Бостик). «Эффект бабочки» неумолим. Когда в конце первого сезона героиня, вопреки советам Тома, все же предпринимает отчаянную попытку спасти жизнь брату, то Вселенная затягивает брешь, нанесенную ей героиней, и восстанавливает статус-кво.

Каждый из докторов ведет нескольких «пациентов», реализуя некую программу: за индивидуальной терапией следует групповая, потом задания усложняются, и в итоге самые продвинутые пациенты сами становятся докторами. По ходу сюжета у всякого зрителя неизбежно возникнет вопрос: кто такие доктор Том и его коллеги? Но как раз от прямого ответа сценаристы технично увильнут, ограничившись намеками. Хотя на протяжении всех четырех сезонов зритель будет наблюдать, как доктор Том, доктор Надя (Джоэнн Ванникола) и прочие «психотерапевты» перемещают себя и пациентов во времени и пространстве, материализуют мысли героев и порой даже воскрешают мертвых, истинная природа этих чудес остается за семью печатями. Дескать, сами стройте догадки: то ли это гости из будущего, то ли покровители из параллельной вселенной, то ли вообще ангелы.

И еще одно обстоятельство следует упомянуть. Выбор в качестве героини канадской еврейки, папа которой старается соблюдать национальные традиции (он становится раввином, читает проповеди, делает обрезание младенцам, прохладно относится к Рождеству, Санта-Клаусу и пр.), вызовет у зрителя дополнительный интерес этнографического свойства: мы увидим и хануку, и пурим, и бат-мицву. Впрочем, еврейство Эрики — все же не первостепенный элемент сюжета (тем более что авторы аккуратно обходят тему антисемитизма — впрочем, возможно, в Канаде его и нет?).

Дело, пожалуй, в другом: некая «особость» Эрики заранее задана даже на уровне фамилии. Strange — странный, незнакомый, чужой. Вместе с героиней мы пытаемся понять, что с ней не так и почему она — умная, образованная, красивая и талантливая — к тридцати двум годам никем не стала в этой жизни. Зрителю демонстрируют процесс «исправления» Эрики и превращения вечной неудачницы в успешную профи (в издательском бизнесе) с налаженной личной жизнью (здесь тоже будет много разочарований). Путь окажется долог и тернист. Героиня будет оступаться, терять друзей и подруг, возвращаться к разбитому корыту и карабкаться снова вверх...

Возможно, сериал не увлечет зрителей старшего поколения, а вот двадцати-тридцатилетие, кому проблемы Эрики куда ближе, досмотрят все эпизоды до конца и, быть может, по ходу сюжета кое-что важное поймут и о самих себе. В Канаде и в США у сериала, кстати, были неплохие рейтинги. Возможно, в команде сценаристов «Быть Эрикой» притаился на вторых ролях хотя бы один... ну не ангел и не пришелец из будущего, но психолог-профи — наверняка.

Как четыре серии превратить в восемнадцать? Для знаменитого продюсера Джерри Брукхаймера (в его послужном списке «Скала», «Воздушная тюрьма», «Армагеддон», «Пираты Карибского моря» и др.) нет ничего невозможного: прибавить, расширить, умножить, наконец. Вуаля! На американскую почву перенесен четырехсерийный английский мини-сериал «Eleventh Hour», поставленный по сценарию Стивена Галлахера, с Патриком Стюартом в главной роли (режиссер Терри МакДонаф попал в число создателей и американской версии).

Название можно перевести как «Одиннадцатый час». По жанру это нечто среднее между детективом и научной фантастикой (впрочем, временами достаточно умеренной фантастикой — без космических пришельцев или путешествий во времени). Главный герой, гениальный ученый и по совместительству советник ФБР Джейкоб Худ (Руфус Сьюэлл), вместе со своими фэбээровскими помощниками Рейчел Янг (Марли Шелтон) и Феликсом Ли (Омар Бенсон Миллер) — последний появляется среди персонажей ближе к концу сезона — расследуют преступления, которые связаны с научными изысканиями в области биологии и физиологии.

Ни для кого не секрет, что многие научные достижения можно использовать как во благо людям, так и во зло, и биология с химией здесь не исключение. Есть такое выражение — «технологии двойного назначения»: то, что может лечить, может и калечить; то, что способно утолить голод, способно и убить. Если даже обычную столовую ложку умелец легко превратит в смертельное оружие, то что уж говорить о более тонких материях! В центре внимания главных персонажей сериала оказываются, в частности, незаконное клонирование человека, заражение пищевых продуктов, преступные операции на мозге детей-аутистов, распространение опасного вируса и т. д.

Смысл названия сериала (как оригинального, так и русской версии) становится понятен почти сразу: во всех случаях Джейкоба Худа вызывают лишь тогда, когда происходит нечто экстраординарное в плохом смысле, притом на грани науки и фантастики. Зачастую герою противостоят его же коллеги, чей гений (по разным причинам — не только финансовым) служит злу. Как и в сериале «Доктор Хаус», каждая серия представляет собой отдельную загадку с финальной разгадкой. В отличие от Хауса Худ — не сволочь и не социопат, а, наоборот, приличный человек, пусть и гений. Актеру Руфусу Сьюэллу с его демонической внешностью нечасто доверяют «положительные» роли, но здесь как раз такой редкий случай.

Если дальше искать аналогии, то можно сравнить «Eleventh Hour» с популярным сериалом «Грань», в ту пору еще не снятым. Как и в «Грани», тут явлен творческий союз науки и спецслужб — на пользу человечеству. Правда, в сериале про доктора Худа фантастичного намного меньше, чем в «Грани», к тому же ученый отнюдь не безумен и с памятью у него все в порядке.

Сценаристы не всегда изобретательны. Одни и те же элементы сюжета могут кочевать из сериала в сериал, превращаясь в штамп, — например, мотив недавней потери главным героем близкого человека. Правда, и в «Менталисте», и в «Монке», и в сериале «Шах и мат» (где эта тема присутствует) смерть жен главных персонажей была насильственной, а потому герои, тоскуя по любимым, не могли не думать о поиске виновных. Это и составляло «горизонтальный» сюжет процедурала[1]. Но поскольку смерть жены доктора Худа не является умышленной (женщина скончалась от рака), не будет и поиска виновного, и мотивов мести. А раз нет сквозного сюжета, эпизоды можно выстраивать в произвольном порядке; главный герой статичен, у него нет сверхзадачи, в каждой серии он один и тот же. Руфус Сьюэлл — хороший актер, который умеет выстроить роль. Но если ему поручают изображать функцию в человеческом обличье, трудно наполнить схему жизнью.

Все сказанное выше не означает, что сериал плох. По-своему он весьма недурен, а уж технически сделан наилучшим образом (не зря же, в конце концов, первую серию посмотрели более 12 миллионов зрителей). Но на одних спецэффектах долго продержаться нельзя. Похоже, именно психологическая одномерность доктора Худа не позволила зрителям увидеть в персонаже человека и привязаться к нему. Герой, к которому мы относимся с вежливым холодком, едва ли приобретет статус культового. Число зрителей «Eleventh Hour» вскоре поредело, рейтинги быстро пошли вниз, и производство сериала было остановлено после первого сезона. Нет Худа без добра.

Чтобы сделать быструю карьеру в нью-йоркской полиции, надо быть большим пронырой или гением. Или героем. Главный персонаж сериала «Везунчик», молодой коп Уолтер Кларк (Тео Джеймс), в 2012 году оказывается как раз героем. Под огнем грабителей он проявляет мужество и не только обезвреживает вооруженных преступников, но и спасает товарища. Этот подвиг, запечатленный камерами видеонаблюдения, попадает в теленовости и на страницы газет. Городское начальство поощряет юношу: того повышают до детектива и позволяют выбрать отдел, где он будет работать.

Оригинальное название сериала, «Золотой мальчик», мистифицирует зрителя, поскольку Кларк происходит не из «золотой молодежи». Он из низов. Его мать — наркоманка, отец — уголовник, сам Уолт в детстве состоял в банде, однако сумел преодолеть трудности и не только горбом заработал на обучение в полицейской школе, но и в одиночку вынянчил младшую сестру. Заслужив право выбора, где служить, Уолтер отдает предпочтение «убойному отделу», хотя опыта расследования убийств у него нет. Он догадывается, что на новом месте ему будет трудно, но не подозревает насколько.

Пожилой детектив Дон Оуэн (Чи МакБрайд), новый напарник Уолтера, быстро оценит его достоинства, увидит его слабости и постарается помочь. Впрочем, несмотря на молодость и неопытность, новичок справляется с работой. Он смел и сообразителен, дотошен и наблюдателен, ловок и прыгуч. И все-таки на протяжении всех тринадцати серий карьера и жизнь молодого копа будет неоднократно висеть на волоске. Тем не менее зритель за своего любимца не волнуется или как минимум не боится неожиданностей. Сюжет выстроен так, что нам с первых же минут объяснено: через семь лет, в 2019 году, тридцатипятилетний Уолтер Кларк станет комиссаром полиции — самым молодым в истории Нью-Йорка...

В кинематографе очень распространенным приемом является флешбэк — экскурс в прошлое, помогающий понять события дня нынешнего. Куда меньше популярен флешфорвард, когда повествование может вдруг нырнуть в будущее и обнажить некоторые из его секретов: правда, грядущий день будет приоткрыт лишь для зрителей, а все действующие лица останутся в неведении. Сюжетные переброски действия на семь лет вперед в начале и в конце серии отличают этот полицейский процедурал (один эпизод — одно расследование) от прочих, сообщая ему некое важное дополнительное измерение.

Создатели «Везунчика», разумеется, не первые, кто додумался приспособить редкий киноприем к сериальному формату. Среди драматических шоу, целиком построенных на флешфорвардах, был, например, юридический сериал «Схватка» (Damages) с участием Гленн Клоуз и Роуз Бирн, однако там «вспышки» из будущего выглядели скорее хитрыми ребусами, чем явными подсказками. В отличие от авторов «Схватки» сценаристы «Везунчика» почти не водят зрителя за нос. Козыри предупредительно выложены на стол — карьерный взлет Уолтера Кларка предопределен заранее, и столь же очевидно поражение тех, кто хочет юноше помешать. Даже его предшественник на посту полицейского комиссара, влиятельный и матерый коррупционер (Уильям Сэдлер за свою жизнь переиграл десятки подлых шерифов, охранников-садистов и сенаторов-убийц), будет повержен: в одном из первых флешфорвардов нам покажут его в тюремной робе, уныло коротающим срок за шахматной партией. Расчисленное будущее Уолтера — это не замечаемая им охранная грамота, тайный амулет-оберег. Сколько бы пуль ни попало в героя, он не погибнет; сколько бы неудач ни подстерегало его на карьерной лестнице, он не загремит вниз и не подпортит своего послужного списка. От зрителя вроде бы нет секретов. Но...

Мы знаем о герое как будто все, но в то же время коварные авторы сериала — для поддержания интереса к повествованию — на самом деле все же припрятали в рукаве одного туза. Почти до конца первого (и, к сожалению, единственного) сезона нас дразнит, приковывая к телеэкрану, самая большая загадка «Везунчика».

Да, нам известно, что отличный коп и хороший человек по имени Уолтер Кларк за семь лет благополучно взобрался по карьерной лестнице. Однако есть нюанс, и существеннейший! Хотя Уолтер-2019 внешне выглядит почти так же, как и Уолтер-2012 (лишь чуть-чуть поседел), нам заранее не подскажут и даже не намекнут, сумел ли персонаж по дороге наверх остаться таким же порядочным, как в начале пути. Выдержал ли он испытание или постепенно, сам того не замечая, стал двойником своего предшественника, превратившись из благородного идеалиста в ловкого демагога, хитрого политика и расчетливого негодяя? Ведь тогда его подвиги на протяжении всех тринадцати серий не будут стоить даже ломаного цента.

Название «Вернуть из мертвых» — это, как обычно, переводческая самодеятельность, а буквальный перевод — «Призвание Тру» или «Зов Тру», по имени главной героини. Двадцатиоднолетняя Тру Дэвис (Элиза Душку) после колледжа на период подготовки к университету устраивается работать в городском морге. Здесь-то к ней впервые и обращается умерший человек с призывом помочь: буквально хватает ее за руку (правда, этого никто, кроме девушки, не видит). После того как просьба о помощи произнесена, действие переносится на сутки назад. То есть в то время, когда умерший человек был еще жив и не подозревал о своей участи...

Как известно, путешественники из настоящего в прошлое делятся на фаталистов и нонконформистов. Первые убеждены: то, что однажды случилось, случилось, и менять историю нельзя в принципе (а то будет еще хуже). Вторые, напротив, уверены в том, что время пластично и допускает корректировку. Тру Дэвис — из числа нонконформистов. Раз уж ей выпадает шанс сделать так, чтобы какой-то конкретный человек не попал в морг, она постарается изменить прошлое (а стало быть, создать иной вариант будущего).

Тут следует учесть, что Тру не принадлежит к числу супервумен из комиксов (то есть не умеет летать, метать огонь, превращаться в кого-то другого, становиться невидимой и пр.). Приемами рукопашного боя она тоже не владеет, арсенала под рукой нет. Ее единственное преимущество — знание печального будущего другого персонажа. Плюс убежденность, что худшего варианта еще можно избежать.

Создатели сериала объясняют, откуда у Тру ее способности к общению с покойниками и «прыжкам» во времени (от матери, которая тоже была экстрасенсом и погибла десять лет назад). Чтобы героиня могла рассчитывать хотя бы на чью-то помощь, авторы находят ей подручных, которые знают о ее даре. Один из них — ее брат Харрисон (Шоун Ривз). Другой — ее коллега Дэвис (исполнитель этой роли Зак Галифианакис не умеет заглядывать в будущее и не знает, что через десяток лет прославится как комедийный актер, а потому играет довольно мрачного сурово-насупленного типа. Но доброго).

Раз уж у Тру имеются помощники, то обязаны быть и противники, старающиеся помешать ее миссии. В первую очередь это Джек Харпер (Джейсон Пристли), в этом сериале похожий на немыслимый гибрид Брэда Питта с Майклом Мэдсеном. О том, почему Джек строит козни нашей героине и кто еще, кроме него, ей вредит, Тру (и зритель вместе с ней) узнает далеко не сразу, да и не с самой первой серии враг подберется к девушке. Так что поначалу главные противники Тру — роковые обстоятельства. И конечно, хронометр, поскольку времени для доброго дела героине отпущено немного...

Возвращение ровно на одни сутки назад — драматургический прием, который роднит Тру с другим хронобегуном на короткую дистанцию, а именно с персонажем Билла Мюррея из «Дня сурка». Правда, в картине Харольда Рэмиса герой проживал один и тот же день сотни, если не тысячи раз, а у Тру, как правило, всего одна попытка (но есть исключения — о них чуть ниже). К тому же в «Дне сурка» движущей силой сюжета становилась все-таки любовь, а вовсе не смерть.

«Вернуть из мертвых» — сериал не без шероховатостей, и не все серии равноценны. Однако чаще всего сценаристам удается быть оригинальными и придумывать нечто головоломное. Некоторые эпизоды очень удачны; несмотря на мистику, они выстроены по всем законам детективного жанра (Тру знает, кто будет убит, но не знает ни убийцу, ни мотива, а время поджимает). В одной из серий Тру проживает один и тот же день четырежды: спасая одного, она невольно губит другого, спасая этого другого, губит третьего, и так далее. В этом и в некоторых других эпизодах активность мертвецов добавляет сюжету немного шарма «черной комедии», но в итоге девушке почти всякий раз удается исполнить спасательную миссию с минимальными потерями, избежав фатального исхода.

Выше мы уже рассказывали о противниках Тру. Однако самым главным ее врагом оказался низкий рейтинг сериала. Именно он (а вовсе не Джек Харпер и не другой таинственный злодей) стал препятствием на пути Tru Calling к зрителю. Фанаты Элизы Душку оказались в меньшинстве и не сумели сохранить сериал. Более того, фабула даже не завершилась, а была прервана чуть ли не на полуслове: второй сезон, начавшись, внезапно был оборван после шести серий. Если бы у сценаристов был дар, который они доверили Тру, они бы, конечно, попытались предотвратить внезапную смерть своего теледетища. Но, увы, чудеса бывают только по ту сторону экрана.

Его зовут точь-в-точь как знаменитого английского мореплавателя и пирата: Генри Морган (Йоан Гриффит). На вид ему около тридцати пяти. Он носит стильные, хотя и несколько старомодные костюмы плюс обязательный шарфик на шее. Он обаятелен, остроумен, у него нет никаких проблем в общении с живыми людьми. Однако гораздо чаще ему приходится иметь дело с мертвецами: доктор Морган — медицинский эксперт департамента полиции Нью-Йорка. Вместе со своей напарницей и лучшим другом, детективом Джо Мартинес (Алана Де Ла Гарза), они раскрывают наиболее запутанные убийства.

Нет, формально доктор Морган, конечно, не может быть напарником Джо, так как не имеет полицейского значка, но на практике его помощь не ограничивается медэкспертизой. Генри — не только криминалист-профи, но и отличный сыщик. Он владеет искусством дедукции и в первой же серии демонстрирует эффектные трюки в духе незабвенного Шерлока Холмса. А еще все, кто его окружают, не могут не восхититься объемом знаний нашего героя и, главное, их разнообразием: он — дока в истории, физике, математике, географии и т. п. Столь же удивительны и внезапные пробелы в его познаниях: он скверно разбирается в американской массовой культуре и даже, вообразите, не знает, кто такой Индиана Джонс!

При желании эти странности можно списать на увлеченность доктора Моргана наукой и объяснить их (хотя бы отчасти) его британским происхождением: по официальной версии, он перебрался в Штаты сравнительно недавно, около полутора десятилетий назад. Но на самом деле все проще — и фантастичней: Генри родился в далеком 1779 году, в 1814 году был убит, воскрес и с той поры обрел бессмертие. Его тело не стареет, и если вдруг он погибнет, то уже через несколько минут возродится. Причем, в отличие от персонажа известного романа Роджера Желязны «Джек-из-Тени», наш герой обладает неограниченным числом жизней. Сколько раз его ни убивай, он все равно с поразительным постоянством вернется в мир людей: вынырнет голышом из ближайшего водоема...

Тут нам придется сделать паузу ради небольшого, но важного исторического экскурса. В XX веке герои англоязычных сериалов о сыщиках могли быть более-менее обычными людьми — ну разве что с припрятанным в рукаве небольшим козырем: талантом, горьким опытом, редкостной отвагой или обостренной интуицией. В новом столетии число качественных сериалов вырастает в разы, а значит, обостряется конкуренция между каналами. В борьбе за потенциальную аудиторию продюсеры часто вынуждены прибегать к экзотическим мотивациям и диктовать сценаристам новые правила. Если у героя нет культового статуса (как у того же Холмса), то спасти его может мощный бонус, изначально заложенный в сюжет.

Кем может быть сегодня сериальный сыщик? Да практически кем угодно! Криптоманьяком («Декстер») или миллионером («Жизнь как приговор»), телепатом («Читающий мысли») или гостем из будущего («Жизнь на Марсе»), параноиком-визионером («Рэйнс») или чародеем («Детектив Дрезден»), роботом («Почти человек») или вампиром («Детективное агентство “Лунный свет”»), непревзойденным американским математиком («Числа») или гениальным русским гроссмейстером («Шах и мат»). Как водится, злодеи коварны, свидетели трусливы, адвокаты ловчат, а жертвы молчат. Однако супербонусы, которыми обладают главные герои, тем или иным образом помогут сыску и восстановят справедливость. Чтобы отыскать преступника, сыщик может, к примеру, отправиться во вчерашний день («Вернуть из мертвых»), воскресить покойника («Мертвые до востребования»), переместиться из одной реальности в другую («Пробуждение»), воспользоваться природной суперпамятью («Незабываемое») или задействовать электронный чип, вживленный в мозг («Искусственный интеллект»).

Нынешний сценарист не может позволить своему герою одного: чтобы тот оставался простым смертным. Таким образом, появление среди сериальных персонажей бессмертного сыщика было предопределено. И если предыдущая попытка — полицейский сериал «Новый Амстердам» (2008) с четырехсотлетним копом — из-за явных сбоев ритма и столь же явных просчетов шоураннеров схлопнулась после восьми эпизодов, то телепроект Мэттью Миллера («Чак», «Живая мишень») быстро получил заказ на полный сезон — 22 эпизода.

В сериале немало удачных сцен в стиле экшен, когда бессмертие героя провоцирует его бесстрашие, пугающее даже видавших виды злоумышленников. Впрочем, Мэттью Миллер владеет еще и искусством тонкой вышивки по сюжетной канве, предлагая зрителю множество мелких живых деталей и удачных сценарных находок. Предвидя любопытство зрителей к мелочам, автор ненавязчиво отвечает на вопросы, которые могут возникнуть по ходу просмотра. Например, как выглядит быт бессмертного и каковы его гастрономические пристрастия? Каких ухищрений ему стоит попытка имитировать старение? Как герою удается добраться до дома после очередного «водяного» воскрешения? Почему он упрямо отказывается от плодов прогресса третьего тысячелетия (в его квартире нет ни мобильного телефона, ни, например, микроволновки)?

Почти в каждой серии имеются несколько флешбэков — картинок из прошлого героя. Мы видим, каким образом Генри погиб первый раз, как в XIX веке пережил предательство первой жены Норы (Виктория Хэйнс), которая, не поверив, отправила его в психушку на годы; почему сумел довериться Эбигейл (Маккензи Мози) — своей жене в XX веке. Хотя доктор Морган симпатизирует своей напарнице по расследованиям, он до самого финала сезона не рискнет открыть ей правду о себе. Так что единственный человек, который знает тайну бессмертия главного героя, — это пожилой владелец антикварной лавки Эйбрахам (Джадд Хирш), усыновленный Генри и Эбигейл в 1945 году, когда Эйб еще был младенцем. Парадоксы бессмертия! Хотя отцовские чувства Генри не угасли и для него старик — выросший мальчишка, оба вынуждены соблюдать конспирацию и для окружающих меняться ролями: кто, будучи в здравом уме, поверит, что семидесятилетний — сын тридцатипятилетнего, а не наоборот?

«Вечность» — классический процедурал с «вертикальной» композицией: в каждой серии доктор Морган распутывает одно конкретное дело, а несколько сквозных «горизонтальных» линий проходят по всему сюжету. Одна из них — общение с таким же бессмертным по прозвищу Адам (Бёрн Горман), который, перешагнув за двухтысячелетний возраст, превратился в безжалостного убийцу. А вот тема поисков истоков бессмертия, вопреки ожиданиям, отдельную сквозную сюжетную линию не образует. То есть в первых сериях Генри еще может поговорить о возможных причинах своей сверхспособности, но вскоре эти рассуждения сходят на нет. И понятно почему: сценаристы, похоже, не договорились о природе бессмертия Генри. Если дело в неизвестных биологических законах, то почему, например, с места очередной смерти героя вместе с ним пропадает и его одежда? (За двести лет должен был скопиться целый вещевой склад, и где он?) Если же у этого явления природа чисто мистическая, то постигать ее с помощью лабораторных опытов — занятие бессмысленное: надо искать не формулу, но заклинание...

Вероятно, зритель тоже заметил сценарную слабину и почувствовал себя обиженным. Сериал, начатый блестяще, к концу сезона стал увядать: пошли дубли флешбэков, похожие дела, рояли в кустах и пр. К финалу рейтинги упали до минимума, и сериал, чье название в буквальном переводе означает «навсегда», не был удостоен продления даже на второй сезон. Нового «Горца» не случилось, а жаль.

Мир людей несовершенен и, быть может, должен прекратить свое существование. Творец всего сущего (здесь он зовется мистер Маунтджой) посылает на Землю — а точнее, в современную Англию — двух своих ангелов: древнего, чей возраст насчитывает 14 миллиардов лет, под именем Зака Гиста (Сэмюэл Уэст), и куда более молодого, в земной оболочке афробританца Тома Грининга (Аквели Роач). Посланники Его будут служить адвокатами, и их задача — выигрывать трудные дела, подчас безнадежные.

Быть может, вам кажется странным, что судьба всего сущего решается в британских судах? Но у мистера Маунтджоя своя логика. В самом деле, где, по-вашему, должна решаться эта самая судьба? В президентских кабинетах? В подвалах генштабов? В особняках крупных финансовых воротил? Лучше уж в судах — там добродетель, при соответствующих старании и умении, может одолеть порок (речь, понятно, идет о судах цивилизованных стран). Таким образом, задача ангелов, ставших адвокатами, — работать наилучшим образом. Чем больше невиновных людей они спасут, тем, соответственно, больше у мира шансов уцелеть. О том, что дни мира могут быть сочтены, напоминает мрачноватый сувенир в доме, где живут адвокаты, — кремлевские часы времен Карибского кризиса: они тикают, отсчитывая время до Апокалипсиса.

У агентов Небес есть еще одна проблема, помимо цейтнота. Беда в том, что Лукавый тоже отправил своего посланца — падшего ангела в облике прокурора Ричарда Пембрука (Тобайас Мензес), который будет стараться навредить своим бывшим коллегам. Не то чтобы дьяволу так хотелось разрушить мир, но он не может упустить возможности подгадить верховному существу. Дело усугубляется тем, что вместе с Пембруком работает белокурая Ханна (Хэтти Морахэн), в которую Гист в своем предыдущем воплощении был влюблен. Но поскольку у ангела теперь новое тело, она его, конечно, не узнает, а он не имеет права афишировать свои чувства, иначе мир пошатнется, а Лукавый получит дополнительный шанс. Поэтому Гист вынужден бороться не только за справедливость, но и с собственными чувствами, да еще успевать наставлять младшего коллегу...

Среди многочисленных «адвокатских» сериалов, популярных и в Великобритании, и в США, «Вечный закон» стоит несколько особняком — отчасти благодаря мистическому сюжету. Однако мистика, по сути, лишь обрамляет собственно юридические перипетии. На беду подзащитных мистера Гиста и мистера Грининга, их адвокаты не только не имеют права пользоваться своими сверхъестественными возможностями, но обязаны выигрывать честно, без уловок на грани закона. А вот дьявольский прокурор Пембрук никакими ограничениями не связан и потому подстраивает своим противникам одну каверзу за другой. И если учесть, что ангелы — бывшие люди, не растерявшие своих людских качеств (любовь, ревность, сострадание и пр.), они могут быть тоже уязвимы для адского манипулятора. Сюжет выстроен так, что бесстрастному существу куда легче победить, поэтому всякий раз небесные адвокаты близки к провалу. И лишь невероятным напряжением сил и умений они все-таки способны выиграть в суде.

Если поискать сериальные аналогии «Вечному закону», то их почти не просматривается. Правда, можно вспомнить американский процедурал «До смерти красива», где юридическая тема более-менее связана с потусторонней. Однако сериал про блондинку, вселившуюся в тело полненькой адвокатессы, все же балансирует на грани драмы и комедии, в то время как в «Вечном законе» юмор и ирония исключены. Только серьез, только мрачность и только мелодраматичность. Тем не менее нужный эффект достигается, причем простыми изобразительными средствами (среди которых, например, поединок ангела и падшего ангела в холодном, красивом, гулком и безлюдном пространстве храма).

У сериалов ВВС традиционно не слишком богатые бюджеты, так что спецэффектов здесь почти нет, если не считать крыльев. Изредка, в критические мгновения, они вырастают у героев за спинами (у падшего ангела мистера Пембрука крылья, само собой, черные). В последней, шестой по счету, серии первого сезона Пембруку, который потерпел юридическое поражение, все же удалось сыграть на оставшихся у Гиста человеческих чувствах. Ангел невольно нарушает одно из условий Того, кто его послал на Землю. Часы Судного дня начинают обратный отсчет. Посланец Сатаны радостно хохочет. Поскольку второй сезон так и не вышел, это означает одно: мистер Маунтджой все-таки наш мир обнулил... Ну или (вариант для оптимистов) плюнул на нас и оставил человечество в покое.

Тетка, которая приходит к пенсионерке и выманивает у нее последние сбережения в обмен на ничего не стоящие фантики, вызывает только омерзение и гнев. Остап Бендер, который обводит вокруг пальца хапугу Альхена или вороватых «геркулесовцев», вызывает наше восхищение. В чем дело? И в том и в другом случае налицо мошенничество. Но легко заметна принципиальная разница между Великим комбинатором и обманщицами старушек. Чтобы заслужить наше сочувствие, мошенник не имеет права, во-первых, обирать малых сих, а во-вторых, быть банальным и предсказуемым. Пошлость — удел нетворческих натур. Когда план безупречен и оригинален, а жертва сильна и опасна, мы получаем эстетическое удовольствие, глядя со стороны на чужое жульничество.

Все сказанное выше в значительной мере относится к сюжетам британских «Виртуозов» — сериала, где главных персонажей вроде бы не назовешь положительными, но и к числу отрицательных их отнести трудно. Авторы знакомят нас с деятельностью команды обаятельных мошенников. Возглавляет ее «мозговой центр» всей компании — Мики Стоун (Адриан Лестер), его правая рука и мастер на все руки — Эш Морган (Роберт Гленистер), а также пожилой жулик, натурализовавшийся американец Альберт Строллер (Роберт Вон). Так как сериал длинный, команда иногда меняется: сначала в нее входят еще и разбитной новичок Дэнни Блю (Марк Уоррен) и красотка-карманница Стэси Монро (Джейми Мюррэй), потом их сменяют молодой Шон (Мэтт Ди Анджело) и блондинка Эмма (Келли Адамс). Мики — самый, наверное, симпатичный из всех мошенников, но даже когда он пропадает на один сезон (по одной из версий, уезжает в Австралию — продавать какому-то недалекому толстосуму Сиднейскую оперу), сериал не сбавляет обороты. Впрочем, главный герой все-таки возвращается, чтобы на родине немедленно приняться за старое.

«Мы не обманываем честных людей!» — таков девиз Мики, для него это этическое ограничение принципиально. Кого же одурачивают главные герои сериала? «Ищи того, кто хочет взять, не дав ничего, и оставь его ни с чем за это «ничего»!» Иными словами, речь идет о тех подданных ее величества, кому мы и сами бы пожелали неудач, то есть людях жадных, жестоких, злых и подлых, грубых и самодовольных, которые мечтают обогатиться за счет других и сами попадают в собственные ловушки. Нет ничего приятнее, чем нагреть махинатора. Ты обираешь вкладчиков и строишь себе хоромы? Так за это тебе аукнется от Мики и К^о. Ты выставляешь себя оплотом морали и втихаря мечтаешь надуть букмекера? Твои мечты вернутся к тебе бумерангом. В одном из эпизодов сценаристы почти буквально повторяют сюжет знаменитого «Блефа» с Челентано и Куинном: высокомерный хлыщ, надеясь обхитрить всех, покупает мусорный участок, на котором не зарыто никаких сокровищ. И так далее, и тому подобное.

Можно ли назвать героев сериала современными робин гудами? Вряд ли: даже их альтруизм имеет пределы. Впрочем, Мики и его друзья порой и впрямь могут помочь униженным и оскорбленным (а в восьмом сезоне они даже помогают Скотленд-Ярду разоблачить «грязного» полицейского), причем нередко себе в ущерб. Подобно своему уже упомянутому коллеге Остапу Бендеру, они любят деньги, но относятся к ним очень легко. А потому деньги у них не задерживаются, и, значит, своим любимым делом они могут заниматься еще долго — насколько хватит фантазии у сценаристов, денег у продюсеров и терпения у исполнителей. В данном случае хватило на восемь сезонов; для сериалов такого рода это очень и очень значительная цифра.

Следует отметить, что эпизоды «Виртуозов» полны драйва: команда Мики не ищет легких путей и постоянно рискует, так как объекты их манипуляций, заподозрив неладное, бывают крайне опасны и неразборчивы в средствах. А как они бывают мстительны! И все равно в итоге проигрывают с треском: ум побеждает силу. Примечательно, что в американском сериале «Воздействие» американские мошенники, возглавляемые персонажем Тимоти Хаттона, действуют примерно так же, как их британские собратья, и примерно с такими же мотивациями, но в распоряжении американцев куда больше технических средств; английские же виртуозы, уважительно относясь к различным гаджетам, все же предпочитают уповать на актерство, психологию и пресловутую ловкость рук. В «Виртуозах» есть сцены экшен, но это, разумеется, не боевик и не триллер, а именно детектив, с отсылкой к традициям мирового плутовского романа: мы, конечно, догадываемся, что главные герои выкрутятся, но всякий раз гадаем, как именно.

Отдадим должное умелости сценаристов: почти в каждой серии развязка оказывается неожиданной для зрителя, и чаще всего в конце нам обязательно объясняют, почему главные герои оказались в выигрыше, а главные негодяи неизбежно пришли к фиаско. И чем гнуснее тип, обманутый нашими мошенниками, тем органичней и естественней выглядит счастливый (для Мики и компании) финал. Да и как иначе?

Итог: всего на телеэкраны вышли 48 эпизодов — каждый продолжительностью около часа. Далеко не всегда сериалы, счастливо начатые и умело продолженные, заканчиваются на достойном уровне. Однако «Виртуозы» и тут не подкачали: последние серии последнего сезона отличаются нешуточным драматизмом и таким головоломным сюжетом, что, как мне кажется, даже сами исполнители главных ролей до последнего не знали, чем все завершится и как сложатся пазлы...

В этом американском сериале (чье оригинальное название «Код Чикаго» российские переводчики зачем-то заменили словесной пустышкой) три равноправных главных героя: глава чикагской полиции суперинтендент Тереза Колвин (Дженнифер Билз), один из ведущих чикагских копов Джерек Высоки (Джейсон Кларк) и, наконец, олдермен, то бишь муниципальный чиновник высокого ранга, Ронин Гиббонс (Делрой Линдо).

Итак, несгибаемая Тереза, первая в истории чикагской полиции женщина-суперинтендент, все силы отдает борьбе с коррупцией и готова во что бы то ни стало сокрушить Гиббонса, связанного с ирландской мафией и вообще крупного негодяя. Джерек, пользуясь покровительством Терезы, ведет себя как американский Глеб Жеглов, готовый ради дела пренебречь кое-какими процессуальными тонкостями. Сам же олдермен, умный и хитрый интриган, дергает за тайные ниточки, чтобы осложнить жизнь суперинтенденту Колвин и, в перспективе, отправить ее в недобровольную отставку.

Собственно, этот сериал отличается от подобных ему полицейских процедуралов сосредоточенностью авторов на проблемах городской власти. Понятие «муниципальная коррупция» перестает быть абстрактным и приобретает здесь конкретные очертания. На примере олдермена Гиббонса нам показывают, каким образом может обогатиться городской чиновник, формально оставаясь как бы непричастным и как бы незапятнанным. В каждой серии (42 минуты) доминируют криминальные сюжеты, однако остается время и для эпизодов частной жизни главных героев. И если у суперинтендента Терезы все силы уходят на работу, то олдермен Гиббонс успевает крутить роман со своей секретаршей, а полицейский Джерек почти до конца первого сезона делает мучительный выбор между бывшей женой Диной (Эми Прайс-Фрэнсис) и молодой невестой Еленой (Камилла Гуати).

Среди персонажей сериала — Вонда (Девин Келли), племянница Джерека, тоже работающая в полиции, а также «правильный» напарник, эдакий чикагский Володя Шарапов, Калеб Эверс (Мэтт Лауриа). Важную роль в сюжете играет и полицейский Лайам Хеннесси (Билли Луш), тайно внедренный в ирландскую мафию для поиска свидетельств, разоблачающих Гиббонса. Среди главных персонажей — и напарник Вонды, а попутно ее бойфренд Айзек Джойнер (Тодд Уильямс).

К финалу первого сезона события стремительно закручиваются, темп убыстряется, и до последней секунды неясно, наденут наручники на Гиббонса или это он свалит суперинтендента. К сожалению, канал FOX закрыл сериал после первого же сезона — что, возможно, и к лучшему. Иначе авторам пришлось бы выпустить Гиббонса и начать всю борьбу заново.

Примечательно, что фамилия полицейского Джерека, который то и дело подчеркивает свое польское происхождение, пишется как Wysocki. Между тем точно так же по-польски пишется и фамилия Высоцкий! Жаль, что российским переводчикам сериала не пришла в голову подобная транскрипция — и российский зритель лишился редкостной возможности следить за приключениями американского Жеглова, у которого вдобавок еще и фамилия Высоцкий...

По пустыне, сжигаемой солнцем, мчится на полном ходу обшарпанный бежевый моторхоум (дом на колесах) — Fleetwood Bounder RV 1986 года выпуска. Вскоре машина вылетит с дороги и съедет в кювет. Дверь распахнется, на землю спрыгнет человек в противогазе и с пистолетом, но без штанов. Он рывком сбросит противогаз, тяжело откашляется, прислушается к приближающемуся вою полицейских (как ему чудится) сирен и приготовится к неминуемой смерти...

Знакомьтесь: мужчину без штанов зовут Уолтер Уайт (Брайан Крэнстон). Ему пятьдесят, и он живет в городе Альбукерке, штат Нью-Мексико. Название города связано с историей создания американской ядерной бомбы, и, надо признать, тема науки, которую можно употребить во зло, будет присутствовать в сериале. Правда, речь пойдет не о физике, а о химии. Уолтер — гениальный химик, но человек глубоко непрактичный. Он работает школьным учителем за 44 тысячи долларов в год и после занятий подрабатывает на автомойке. Когда-то вместе с коллегой Эллиотом Шварцем (Адам Годли) они сделали некое важное открытие, которое принесло Нобелевскую премию и большие деньги, но не им обоим, а только Шварцу: тот запатентовал совместно изобретенную формулу и получил все дивиденды. И когда в первой серии Уолтер узнает, что у него неоперабельный рак легких, он из гордости не обращается к бывшему коллеге за деньгами на лечение.

Но что делать с таким неутешительным диагнозом? Жена Уолтера, Скайлер (Анна Ганн), беременна вторым ребенком, сын Уолтер-младший (Эр Джей Митт) — инвалид, страдающий ДЦП. Если мистер Уайт умрет, семья останется без средств к существованию. И тогда герой совершает, прямо скажем, нетривиальный поступок: взяв в напарники мелкого наркодилера Джесси Пинкмана (Аарон Пол), своего бывшего ученика, Уолтер решает заняться преступным бизнесом. Раз он химик, то почему бы ему, наконец, не применить свои знания там, где они могут принести серьезные деньги? Проще говоря, отчего бы нашему герою, например, не производить синтетический наркотик метамфетамин? А поскольку Уайт — гений в своем деле, то и наркотик получается высочайшего качества. Но...

Мало быть гениальным «варщиком». Производство — первое звено в криминальной цепочке, а дальше еще труднее и страшнее. Нужно вписаться в противозаконный бизнес и иметь дело с такими жуткими типами, к которым еще недавно учитель химии с лицом затравленного интеллигента и близко бы не подошел, а подошел бы — в момент получил промеж глаз. «Уходи, пока не поздно, — почти с сочувствием предлагает ему один из несостоявшихся контрагентов. — Этот бизнес не для тебя». Однако Уолтеру Уайту терять нечего и отступать некуда. Ему нужны не просто деньги, а Очень Большие Деньги, каких школьному преподавателю не заработать и за десять лет беспорочной службы. Тем более что этих лет у него не будет.

Чем жизнь преподавателя похожа на жизнь криминального воротилы? Ничем. Но для Уолтера Уайта они теперь вынужденно соседствуют и провоцируют постоянные стрессы. Иного и быть не могло: его мир изменился безвозвратно. Привычная реальность — вся в дырах, как изношенный театральный задник, и герою порой элементарно не хватает вранья, чтобы поддержать иллюзию, хоть как-то, пусть на время и на скорую руку, заделать дыры и доиграть любительский спектакль, не рассчитывая на аплодисменты.

Чисто драматургически сериал сделан высокопрофессионально. В первой серии герою удается уцелеть, но дальше одна проблема цепляется за другую, ситуация то и дело выходит из-под контроля. Главный герой на грани нервного срыва, на волосок от провала, на миллиметр от гибели. Наркобароны безжалостны, наркоманы ненадежны, полицейские дотошны. Свояк Уолтера, Хэнк Шредер (Дин Норрис), сотрудник ОБН, старается изо всех сил, разыскивая таинственного Хайзенберга, производителя сверхчистого «голубого мета», и не подозревая, что злодей — его близкий родственник...

Кстати, а почему Уолтер Уайт выбрал такое имя своему преступному alter ego? Ответ напрашивается: с одной стороны, Вернер Хайзенберг (Heisenberg; у нас распространено написание «Гейзенберг») был выдающимся физиком, лауреатом Нобелевской премии. С другой стороны, во времена Гитлера этот ученый был не только лоялен к нацистскому режиму, но и возглавлял немецкий «Урановый проект»; только по стечению обстоятельств фюрер не получил атомной бомбы. Иными словами, человек, чью фамилию герой «Breaking Bad» берет в качестве прикрытия, — очевидный пример компромисса ученого со злом. Гений и злодейство сосуществуют, Фауст и Мефистофель работают в одной связке. «Возможно ли благородной целью (спасение семьи от нищеты) оправдать негодные средства? — спрашивают авторы. — И как быстро законопослушный гражданин пройдет роковую черту, став преступником?..»

Пять сезонов пролетают стремительно. Винс Гиллиган и его команда умело подогревают интерес к происходящему на экране, не позволяя героям расслабиться. Полиция все ближе, контрагенты всё жутче, запасы вранья уже давно на исходе. Впрочем, и в тех эпизодах, где как будто ничего не происходит, мы не отрываемся от экрана, даже в том случае, когда почти всю серию Уолтер Уайт ловит муху в своей нарколаборатории. Отдадим должное авторам: они смогли остановиться в тот момент, когда история завершилась естественным образом. Для канала АМС «Во все тяжкие» стал одним из самых рейтинговых сериалов. Последний эпизод, показанный в сентябре 2013 года, посмотрели рекордное количество зрителей — 10,3 миллиона. В 2013 году создателям была вручена премия «Эмми» в номинации «Лучший драматический сериал», годом позже была выиграна премия «Золотой глобус» в той же номинации. За роли второго плана Аарон Пол и Анна Ганн тоже получили по «Эмми», а сам Брайан Крэнстон удостоился и «Эмми», и «Золотого глобуса».

Посмотрев сериал, сэр Энтони Хопкинс написал Крэнстону восторженное письмо, где есть такие слова: «Я никогда не видел ничего подобного. Потрясающе! Ваше изображение Уолтера Уайта — лучшая актёрская работа, когда-либо виденная мной». Играет тот и впрямь замечательно, выстраивая психологически достоверный образ. В Уолтере Уайте слились воедино любовь к семье — и великая гордыня, запоздалое стремление стать лучшим в своем деле — и нежелание задуматься, что это за дело, в котором он достиг совершенства. Актер буквально «пофазово» демонстрирует, как из нормального человека выветривается человечность, как застенчивый интеллигент и примерный отец семейства превращается в профессора Мориарти от наркобизнеса: цепкого, жестокого, расчетливого.

Сериал вызвал не только похвалы, но и нарекания. Некоторые критики упрекали авторов в том, что зритель поставлен в этически двусмысленное положение. По совести и по уму, все мы как будто не должны сочувствовать Уолтеру Уайту; нам вроде бы полагается желать его скорейшего разоблачения. Однако восприятие противится логике. Всякий раз, когда герою удается выкрутиться и удержаться на грани, мы испытываем странное чувство облегчения. Это чисто психологическая аберрация: наш интерес к человеку, который выживает в экстремальных обстоятельствах, как бы оттесняет на периферию первопричины экстрима. Нас увлекает сам процесс. На время мы как бы забываем, что Уолтер Уайт — не только Интеллигент, Который Научился Давать Сдачи, но и уголовный преступник.

Впрочем, несмотря на наше сопереживание Уолтеру Уайту, едва ли кто-то из зрителей захотел бы выбрать учителя-наркобарона в качестве образца. Это именно тот дурной пример, который не заразителен: зазор между вымыслом и реальностью вполне различим. Другое дело, что по-настоящему положительных героев в «Во все тяжкие» почти нет — и жена Скайлер, и свояк Хэнк, мягко говоря, не идеальны. Но уж если кому-нибудь хочется видеть на телеэкране сплошь рыцарей без страха и упрека, пусть выбирают экранизации комиксов. Или, например, предвыборные ролики депутатов.

25 декабря 2012 года, аккурат под Рождество, на телеэкраны вышел последний эпизод пятого сезона этого сериала, созданного продюсерской компанией Дина Девлина Electric Entertainment. Канал TNT объявил, что шестого сезона не будет. Под конец рейтинги были не ахти, но и не унизительные, поэтому в целом сериал ушел достойно, не успев превратиться в пародию на себя. Итак, в Leverage пятеро главных героев: Нэйтан Форд (Тимоти Хаттон) — бывший следователь страховой компании, Софи Деверо (Джина Беллман) — мошенница, специалист по произведениям искусства и по человеческой жадности, Элиот Спенсер (Кристиан Кэйн) — бывший агент спецслужб и мастер рукопашного боя (раньше он работал на государство, теперь на себя), Паркер (Бет Рисграф) — воровка, великолепно владеющая своим телом и потому умеющая проникать на самые неприступные и очень охраняемые объекты, а также молодой афроамериканец Алек Хардисон (Элдис Ходж) — гений в сфере электроники и один из лучших в мире хакеров.

В начале первого сезона мы застаем всех пятерых персонажей на распутье. Форд, только что переживший трагедию (страховая компания отказалась оплатить лечение его сына, и мальчик умер), разочаровался в своей профессии и не знает, где теперь можно применить блестящий талант организатора и хорошее знание мошеннических схем. Прочим фигурантам наскучила обычная погоня за деньгами, им хочется сделать что-то хорошее. Трех вышеназванных преступников (кроме Софи — она появится чуть позже) и одного честного человека объединяет в одну команду авиапромышленник Виктор Дубенич (Сол Рубинек, известный по фильму «Непрощенный» и сериалу «Хранилище 13»). Он проникновенно взывает о помощи, — мол, его конкурент разорил его, похитив труд всей жизни, новую модель самолета! — и свежесколоченный коллектив соглашается за сравнительно небольшой гонорар восстановить справедливость. То есть выкрасть украденные чертежи обратно. Героям так хочется сыграть на стороне Добра, что они — в отличие от опытного зрителя — не замечают ни подозрительно бегающих глазок Дубенича, ни его странноватой суетливости, ни прочих тревожных мелочей, которые бросаются в глаза. И лишь когда дело сделано, герои выясняют: их подставили, не заплатили и едва не убили, а негодяйский Виктор получил вовсе не свою, но чужую интеллектуальную собственность. Поэтому команде придется вновь собраться с силами, вернуть миру утраченную гармонию, а себе — чувство собственного достоинства. После чего пятерка, войдя во вкус, займется небезопасными добрыми делами, помогая обиженным и наказывая обидчиков...

Миф о благородном разбойнике, который использует свои преступные навыки на пользу людям, заразителен и бессмертен. Дубы из Шервудского леса, где обитал легендарный Робин Гуд, давно пошли на дрова, но робингудовский дух во все времена неистребим. Команда из Leverage — такие же наследники отважного Локсли (отнимавшего деньги у толстых и богатых и отдававшего их худым и бедным), как и наш советский Деточкин, который в 60-х годах прошлого века воровал отечественные машины у отечественных ворюг (иномарок у них тогда еще не было) и отсылал вырученные деньги в детдома (Госдумы с ее трогательной заботой о детях тоже еще не было). Но если у Робин Гуда в наличии имелись только меч, лук и стрелы, а у Деточкина — лишь отмычка и ломик, то американские умельцы оснащены электронными гаджетами на грани (а иногда и за гранью) фантастики. Благодаря расчетам Форда, ловкости Паркер, силе Элиота, артистизму Софи и техническому гению Хардисона героям сериала по плечу деяния любого масштаба. Ради достижения цели персонажи не боятся потрясти основы. Они могут украсть (но потом вернуть на место!) киностудию, шахту, линкор, спутник, Бруклинский мост, муниципальные выборы или, скажем, бюджет штата. Ну а если вдруг в беде оказывается столица, то герои сыграют на поле агента Джека Бауэра из сериала «24 часа» и, обхитрив биотеррориста, спасут от смертельной угрозы городок Вашингтон...

Лучшие серии «Воздействия» — образчик развлекательного жанра: диалоги отточены, спецэффекты на достойном уровне, а финальные повороты сюжета способны удивить даже тех, кто внутренне готов к фабульным кульбитам. При этом авторы, с сочувствием изображая благородных жуликов, не перестают быть моралистами. «Воздействие» — один из вариантов перевода с английского оригинального названия Leverage, взятый на вооружение нашими прокатчиками. Он не слишком удачен: в английском leverage — это, скорее, некое преимущество, позволяющее надавить на противника, заставив его сделать то, что надо тебе (это может быть компромат, заложник, просто ствол в кармане — что угодно). Однако гуляющий в Рунете альтернативный вариант «Грабь награбленное», пожалуй, еще хуже: деятельность героев едва ли можно втиснуть в прокрустово ложе формулировки Ленина (именно он, как известно, пустил в широкий обиход русскую кальку Марксова выражения «экспроприации экспроприаторов») или объять банальностью типа «Вор у вора дубинку украл». Персонажи, конечно, получают некую толику отвоеванных средств (борьба за справедливость, увы, тоже требует вложения финансов), но это не самоцель. Нередко они вовсе отказываются от финансового профита; их коллегам и соратникам из британского сериала «Виртуозы» (Hustle) подобный альтруизм, кстати, свойствен в несколько меньшей степени.

Во многих эпизодах «Воздействия» герои вынуждены сражаться с богатыми и влиятельными корпорациями, защищая тех одиночек, кто угодил в жернова «статистики». Собственно, вся деятельность наших персонажей есть развернутый message — нечто вроде послания частного человека государству, слишком большому и неповоротливому, чтобы помочь всем нуждающимся в помощи и спасти тех, кто заслуживает спасения. Авторы сериала намекают: благородные мошенники — нечто вроде запасного предохранительного клапана, встроенного в огромный механизм. На всякий случай, мало ли что? Недаром в последней серии последнего сезона чиновник Интерпола, задержав Нэйтана Форда, вполне символически отпускает его на волю. Робингуды нервируют систему, но и без робингудов ей уже нельзя никак. Приходится терпеть.

Агент ФБР Кейт Моретти (Рэйчел Ли Кук), возвратившись из столицы в Чикаго, приглашает для консультаций в расследовании наиболее опасных преступлений — прежде всего умышленных убийств — своего бывшего университетского профессора, нейрофизиолога Дэниэла Пирса (Эрик Маккормак). ФБР делает механическую работу, Пирс — творческую. Сорокалетний профессор обладает уникальной способностью: он видит картину происшествия в целом и может найти преступника, проследив неожиданные связи между, казалось бы, разнородными событиями и явлениями. Но у Пирса проблемы с головой: бедняга страдает тяжелым психическим расстройством и часто не способен отличить зрительно-слуховые галлюцинации от реальных людей.

Примечательно, что фантомы, порожденные больным сознанием героя, могут быть причудливыми. Одно дело, если, скажем, галлюцинация имеет вид покойной мамы, которую ты так давно хотел увидеть, или девушки, с которой ты мечтал познакомиться лет эдак двадцать назад на студенческой вечеринке (но не решился представиться). И совсем другое дело, когда в гости к тебе забредают знаменитый бейсболист начала прошлого века, президент Джон Кеннеди, Жанна д’Арк, Зигмунд Фрейд или сам Сатана с договором на покупку души. И все они не молчат, а вмешиваются, дают главному герою советы...

Чем видение фантастичней, тем, разумеется, очевидней Пирсу его природа и тем проще ему разобраться, кто есть кто. Ну а на тот случай, когда видение не чересчур экзотично (ни тебе меча в руке, ни ядерной кнопки), Пирс держит поблизости здравомыслящего помощника-секретаря, который вовремя подскажет профессору, кем в данный момент является его собеседник — настоящим человеком или всего лишь плодом больной фантазии. При этом помощник-секретарь не должен распугивать воображаемых гостей профессора: пришельцы из подсознания помогают Пирсу направить мысль в нужное русло, дают ему подсказку там, где буксует сознание сыщика-консультанта.

Нельзя сказать, будто идея сценаристов не имеет аналогов. Более того, Биллер и Суссман изрядно попаслись в чужих телеугодьях. Виртуальные советчики — беспроигрышный сюжетный ход, особенно в тех случаях, где авторам нужно достигнуть быстрого результата, логически непротиворечивого (возможности мозга неисчерпаемы) и выигрышного визуально. Персонаж «Восприятия» пополняет ряд гениальных фриков, для которых даже психический недуг становится профессиональным подспорьем. Вспомним, например, что необходимые для дела видения присутствовали в жизни заглавных персонажей сериалов «Детектив Рэйнс» и «Элай Стоун». Да и знаменитый доктор Хаус, мучимый болью, глушил ее с такой интенсивностью, что порой общался не с коллегой Уилсоном, а с викодиновыми глюками — и, кстати, тоже не без пользы для диагностических изысканий.

Хауса, Рэйнса, Пирса и им подобных объединяет два качества: эти герои столь же незаменимы, сколь и непереносимы в быту. Идея Пушкина о несовместимости гения со злодейством если и верна, то лишь для крайних, экстремальных и бесчеловечных форм злодейства. Но между раем и адом — длинный путь со множеством промежуточных остановок. Гений, может, и не станет расстреливать несчастных по темницам, но он же способен мимоходом, подчас даже не замечая, отравить жизнь ближнему. Упомянутый выше баланс минусов и плюсов всегда неустойчивый, — вечный источник сюжетов о сумасшедших диагностах, сыщиках, изобретателях и ясновидцах. При тоталитаризме, когда безумие — прерогатива лишь власти, но не частного лица, безумный профессор типа Пирса едва ли бы выжил: непохожесть заведомо подозрительна, асоциальность (даже в легкой форме) преступна, а выражения «выйти из строя» и «сломаться» синонимичны. При демократии гению-безумцу жить проще: взвешивая на весах пользу, которую Пирс или Хаус способны принести, и неудобства, которые они доставляют, прагматичное общество выбирает меньшее из зол — и терпит, терпит, терпит... До поры.

Конечно, у Пирса есть бонус. Как ученый-физиолог, он осознает биологическую природу и «механизм» появления своих галлюцинаций. При желании он мог бы вовсе избавиться от них, и для этого не надо биться головой об стену или запирать себя в психушке: если начать принимать прописанные лекарства, то видения поблекнут или исчезнут вовсе. Но не исчезнут ли вместе с безумием и бесценные таланты детектива? И будет ли кому-то вообще интересен здоровый середнячок-профессор? Нет уж! Лучше, знаете ли, не рисковать.

Их довольно много на планете — мужчин и женщин, молодых и пожилых, образованных и нет, жителей столиц и провинциалов. Они как будто не отличаются от окружающих, хотя это не так: у каждого вдруг пробудился дар, не поддающийся объяснению. Теперь одни умеют летать, другие — становиться невидимыми, третьи — передвигать предметы силой мысли, четвертые — предсказывать будущее. И так далее. Уникумы держат в тайне свои способности, иначе их жизнь может стать невыносимой. Окружающие начнут их бояться, правительства захотят поскорее взять их под контроль, а мегакорпорации попытаются их использовать в корыстных целях.

Ной Беннет (Джек Коулман), он же Человек В Роговых Очках, знает то, что пока неизвестно планете. У него нет сверхспособностей, зато он работает в секретной организации Primatech Paper. Ее хозяевам известно об уникумах. А еще они подозревают, что дар у многих проснулся не случайно. В день «икс» в час «ч» несколько героев, обладающих сверхспособностями, могут спасти Нью-Йорк от разрушения, а горожан — от смерти. Правда, в Primatech Paper пока не знают подробностей катастрофы. Чтобы проследить причинно-следственные связи, агенты организации охотятся за людьми, наделенными даром, заточают их в спецлаборатории и исследуют. Это незаконно и бесчеловечно, однако наниматели Ноя Беннета и его коллег считают, что цель оправдывает средства...

Автор «Героев» Тим Кринг, собственно говоря, не изобрел ничего нового: те же «Люди Икс» были придуманы еще в 1963 году и стали героями популярного киноцикла в начале XXI века. Да и вообще за последние полвека создатели комиксов (многие из которых также были потом успешно экранизированы) нафантазировали столько экзотических суперспособностей, что даже для их беглого описания понадобился бы толстенный том формата энциклопедии, а носители этих свойств смогли бы запросто населить небольшой городок.

Понятно, что всякое отклонение от нормы — готовый спецэффект, особенно при наличии умелых мастеров компьютерной графики и неплохом бюджете. А уж если героев со сверхспособностями десяток и каждый нарушает хоть один из фундаментальных законов природы, совокупного драматургического материала хватит на сезон. Но для развернутого действа, способного увлечь зрителя как минимум на три-четыре года, мало арифметического сложения историй отдельных персонажей. Нужно нечто большее — их совместное предназначение. Тим Кринг обеспечил своим героям главное в жизни — глобальную цель, к которой они идут, поначалу даже не осознавая этого.

Сценарист заменил расплывчатые религиозные доктрины совершенно конкретным, осязаемым детерминизмом, сделал судьбы героев частью общего плана, пазлами вселенской мозаики. Пока пазлы рассеяны и герои существуют сами по себе, они — люди как люди. Да, каждый из них случайно выиграл в лотерею некую силу, однако глубинная их натура осталась прежней. Летающий конгрессмен Нэйтан Петрелли (Адриан Пасдар) так же любит власть, как и раньше, толстяк коп Мэтт Паркман (Грег Гранберг), ставший телепатом, всё так же закомплексован, а маленький романтический японец Хиро Накамура (Маси Ока), любитель комиксов, награжденный даром повелителя времени, не превратился в прагматика. И всё же основные действующие лица не статичны: даже телепат-размазня однажды может заставить себя совершить лихой поступок; даже маньяк Сайлор (Закари Куинто), умеющий отбирать чужие способности вместе с жизнями, имеет шанс когда-нибудь измениться к лучшему под влиянием роковых обстоятельств.

Главный козырь «Героев» — умелое вовлечение всех этих ярких персонажей, постепенно осознающих свое место в головоломке, в масштабную всепланетную интригу; сериал завораживает тщательно продуманной игрой причин и следствий с непредсказуемым (для зрителей) результатом. Удивление и сопереживание публики обеспечили «Героям» в течение первых трех лет высокий рейтинг и десятки номинаций на престижные телепремии (некоторые из них были затем получены). Четвертый сезон, однако, показался массовой аудитории переусложненным, рейтинги просели, и, учитывая высокие затраты, продюсеры NBC в 2010 году поостереглись продлевать сериал на пятый сезон. Лишь пять лет спустя сериал получил продолжение, уже в качестве отдельного телепроекта.

«Герои: Возрождение» (Heroes Reborn) стартуют там же, где завершились «Герои». В финальной серии четвертого сезона чирлидерша Клэр Беннет (Хайден Панеттьери), приемная дочь Ноя Беннета, совершает своеобразный каминг-аут, открывая миру правду о существовании особых людей вроде себя, то есть обладателей сверхвозможностей. Поначалу мир воспринимает это открытие с интересом и даже с энтузиазмом, но теракт в техасском городке Одесса легко разрушает возможную гармонию между обыкновенными людьми и людьми-эво (от слова «эволюция»). Ответственность за взрыв якобы берет на себя Мохиндер Суреш (Сендхил Рамамурти) — ученый, которого в новостях называют предводителем эво-радикалов. Отныне всех людей, наделенных даром, общество будет воспринимать уже как потенциальных преступников. Таким образом, история спасения Нью-Йорка забыта. Поступок чирлидерши оказался напрасным и не принес героям ничего, кроме новых бед.

Создатели сериала с самого начала не скрывают от зрителя, что героев оклеветали и теракт организовала инфернальная мадам Эрика Крэвид (Риа Килстедт), глава корпорации «Ренаутас», социопатка и мальтузианка. Мы знаем правду, а вот человечество — нет. Если в первых «Героях» сценаристы не жалели экранного времени на экспозицию, демонстрируя способности героев, то теперь авторам важнее показать, в каких условиях герои существуют. Мы видим реальность. Мы наблюдаем, как люди, науськанные телепропагандой, бездумно ополчаются на своих же вчерашних защитников.

Толпа переменчива. Доброжелательное любопытство сменяется ожесточением. Легче поверить в кровавый навет, чем в благородные помыслы; проще возненавидеть, чем сохранить трезвомыслие. Людей-эво помечают, обкладывают запретами, ставят на учет, не допускают во многие учебные заведения, отказываются принимать на работу. Теперь они — не надежда человечества, а его проклятье. Особо озабоченные граждане даже могут, почти не скрываясь, отстреливать эво, и полиция не будет напрягаться в поисках убийц... Что-то в этом есть неприятно-узнаваемое, не так ли?

Среди персонажей сиквела нам встретятся уже знакомые (прежде всего Ной Беннет), но большинство героев появляются тут впервые. Впрочем, сценаристы пользуются все тем же безотказным фабульным детонатором, что и в первых «Героях». Человечеству опять грозит катаклизм — на сей раз нерукотворный, и на кону не миллионы жизней, но миллиарды. И вновь люди-эво могут спасти мир — для того, как мы догадываемся, матушка-природа и выпустила на волю их сверхспособности. Но! Мадам Эрика, главная злодейка сериала, не дремлет. Она знает, что от убийственного катаклизма есть панацея, но предпочитает спасти избранных, обрекая остальных на мучительную смерть. Мол, двуногих и так расплодилось чересчур много, и лучше меньше да лучше. Так что сверхспособности эво будут использованы для обустройства ковчега: счастливчиков отошлют в благоустроенное будущее, прочим же суждено сгореть...

Хотя сиквел подпитывается прежними идеями Тима Кринга, он более мрачен. И дело не только в очевидных эсхатологических мотивах. Сценаристы первых «Героев» позволяли персонажам действовать втайне от окружающих, в сиквеле же герои поставлены в ситуацию максимального неблагоприятствования. Раньше мир вокруг них был несведущ и потому равнодушен. Теперь он злонамеренно одурачен и оттого враждебен. Мы понимаем, что планы мадам Эрики не должны осуществиться, но у зла столько преимуществ перед добром, что хеппи-энд, вплоть до самого финала, висит на волоске...

Сериал «Герои: Возрождение», увы, не стал телехитом ни в США, ни у нас. Отзывы в соцсетях и «КиноПоиске» были пронизаны унынием. Между тем сиквел не хуже оригинала, а технически, пожалуй, равновелик ему. Просто новый извод куда ближе к реальности. Выигрывая в злободневности, он теряет в яркости; он меньше удивляет и больше печалит, вызывая у зрителей явный дискомфорт. Могли ли новые «Герои» по своим рейтингам всерьез потягаться с прежними? Вопрос риторический. В январе 2016 года боссы NBC вновь умыли руки и объявили, что продолжения не будет. Земля спасена — ну и ладно.

Как известно, всякой душе предписано попасть в рай или в ад, но, по замыслу создателей сериала «Говорящая с призраками», некоторые души похожи, скорее, на транзитных авиапассажиров: они никак не могут улететь, мыкаются по зданию аэровокзала, ждут летной погоды и пристают к служащим, размахивая потрепанными билетами. Однако служащие не обращают внимания на бедолаг, и помочь им способен лишь человек, который не собирается никуда лететь. Такова главная героиня Мелинда Гордон (Дженнифер Лав Хьюит).

Оригинальное название сериала можно перевести как «Шепчущий призрак» или «Шепот призраков». Оба этих варианта выглядят куда логичнее, чем версия российских прокатчиков. Дело в том, что, хотя Мелинда Гордон, подобно герою «Шестого чувства», может видеть призраков и слышать их голоса, инициаторами общения являются именно призраки, которые — по разным причинам — нуждаются в помощи живого человека с редкостным даром медиума.

Когда человек общается с потусторонним миром, важно не выглядеть безумным. Мелинде везет: ее муж, парамедик Джим Клэнси (Дэвид Конрад), ей верит, а через некоторое время и подруга героини Андреа Морено (Аиша Тайлер) готова смириться с ее даром. Обе ведут общий бизнес (антикварный магазин), и, когда Мелинда занята решением призрачных проблем, Андреа подменяет ее в магазине.

Первые несколько эпизодов первого же сезона сразу дают понять, какой именно потусторонний «контингент» и почему добивается общения с Мелиндой. В первой серии, например, героиня устраивает «встречу» — как в фильме «Привидение» — давно погибшего вьетнамского ветерана Пола Адамса (Вентворт Миллер) с его сыном Майклом (Балтазар Гетти), который родился через три месяца после гибели отца. В следующей серии Мелинда помогает духу сбитого поездом мальчика и уберегает от преступления его отца. Затем она мирит близняшек (мертвую и живую), спасает от самоубийства девушку, которую преследует ее покойный жених... И так далее.

Хотя встреча двух миров всегда драматична и отношения порой конфликтны, в первом сезоне Мелинда редко сталкивается с опасностью для жизни. Начиная со второго сезона авторы сериала будут уже не столь благостны. Кроме призраков несчастных, появятся и призраки злонамеренные. Да и люди, которые окружают Мелинду, не всегда паиньки. Героиню пытаются запутать ее настоящие и мнимые родственники, а близкие ей люди уходят в потусторонний мир, хотя и не желают бросать ее совсем. Чтобы обострить ситуацию, авторы добавляют в число персонажей некие сверхъестественные Тени, которые желают завладеть некой магической Книгой.

Все эти сквозные сюжеты, разумеется, не отменяют главной темы: как и прежде, Мелинда помогает призракам закончить земные дела, а людям — попрощаться с близкими. У Мелинды появляются и новые друзья и компаньоны; среди них — риелторша Делия Бэнкс (Кэмрин Манхейм) и ее сын, а также профессор колледжа Рик Пейн (Джей Мор), специалист по сверхъестественному, и университетский психолог Элай Джеймс (Джейми Кеннеди), который после клинической смерти обрел способность слышать голоса призраков, но не видеть их...

Чем хорош сериал? Как ни парадоксально, своей будничностью и даже, если угодно, приземленностью. Два мира, догробный и загробный, смыкаются, размыкаются, взаимодействуют, обтекают Мелинду Гордон, а та выступает не в роли чудодейственной силы. Нет, она не Вергилий, а почти случайный человек, наделенный важными способностями; чаще всего она похожа на хорошего (но отнюдь не выдающегося) психолога из «группы поддержки», у которого просто имеется дополнительный бонус.

Если поначалу в сериале проскальзывает оттенок романтической экзальтации, то чуть позднее в лучших эпизодах «Говорящей с призраками» авторы стараются подальше уйти от пафоса. Мистика то и дело микшируется с бытом, драматические ситуации чередуются с комедийными. Порой кажется, что самое фантастическое в этой истории — бесконечная терпеливость Джима, мужа Мелинды, который стоически уживается с толпой невидимых призраков в его доме и с вечной погруженностью жены в дела духов (откроем секрет: Джим однажды попадет в ситуацию практически безнадежную, но будет вознагражден вторым шансом за понимание и ангельское терпение).

В финальном сезоне, когда у сына Мелинды обнаруживается те же способности, что и у мамы, героиня поначалу пытается отговорить мальчика от хлопотливых занятий, но вскоре осознает свою ошибку: если уж разговоры с призраками стали семейным делом, глупо этому препятствовать. В конце концов, профессия как профессия — редкая, но от этого еще более необходимая и живым, и мертвым. Денег она, правда, не приносит, но так ведь и не в деньгах счастье, верно?

Пролог этой шестисерийной криминальной ретродрамы возвращает нас в далекие американские 20-е годы — время «сухого закона», Великой депрессии, джаза и автоматов «томпсон». Три молодых гангстера, выдав себя за уличных скрипачей, расстреливают бутлегеров и забирают у них товар. Было ваше — стало наше!..

Через два десятилетия один из этих подросших молодцев не без самодовольства вспомнит, что вырученные за нелегальное спиртное деньги они не пропили-прогуляли, а вложили в криминальный бизнес и к концу 40-х годов (время действия сериала) стали крупными деятелями мафиозных кланов. Из этой троицы двое — Бен Сигел по прозвищу Багси (Эдвард Бернс) и его друг, отмороженный на всю голову Сид Ротман (Роберт Неппер), — окажутся в числе центральных героев сериала. Третий исторический персонаж, Меир Лански (Патрик Фишлер), появится лишь под занавес сезона, чтобы объявить другу Бену, что нью-йоркская мафия не будет больше вкладывать деньги в главное и любимейшее детище Сигела — Лас-Вегас...

Впрочем, если вы думаете, что главное действующее лицо сериала — мафиози Сигел, то вам не сюда: лучше пересмотрите «Багси» Барри Левинсона с Уорреном Битти. Поскольку в «Городе гангстеров» на первом плане не основатель казино «Фламинго» в Лас-Вегасе, а бывший военный, сотрудник «убойного отдела» лос-анджелесской полиции Джо Тиг (Джон Бернтал), а также его однополчанин Нед Стакс (Майло Вентимилья), ставший теперь личным адвокатом Сигела. Согласно сюжету, честолюбивый шеф полиции Уильям Паркер (Нил МакДонаф) очень хочет победить и гангстеров, и коррупцию в своих рядах, и в этом его поддерживает мэр Города ангелов Флетчер Боурон (Грегори Итцин). Паркер ищет какую-то зацепку, чтобы засадить Сигела в кутузку, но Багси слишком умен и хитер.

Однако вернемся к Джо Тигу. Он — честный коп, но до известных пределов. Как только дело касается его бывшей жены Жасмин Фонтейн (Алекса Давалос), фотографа в ночном клубе одного из подручных Сигела, полицейский разом забывает о карьере, о присяге, о чувстве самосохранения. Ради Жасмин Джо готов поступиться едва ли не любыми своими принципами: солгать коллегам, заключить сделку с преступным миром и убить. Так что, когда в первой серии сезона главному герою надо сделать выбор между мелким шантажистом Пошляком Нэшем (неожиданная роль Саймона Пегга) и бывшей женой, Тиг не колеблется. Тот, чьи действия вольно или невольно могут погубить Жасмин, пусть пеняет на себя. И дальше Тиг будет балансировать на грани между законом и беззаконием...

Автор идеи и режиссер этого сериала Фрэнк Дарабонт — человек, известный в Голливуде: он поставил две знаменитые «тюремные» картины, «Побег из Шоушенка» и «Зеленая миля», причем в основе сюжетов обеих киноработ были не самые искрометные тексты Стивена Кинга, так что кино тут явно «перевесило» литературную основу. На сей раз Дарабонт сделал ставку не на звездного Кинга, а на малоизвестного (по крайней мере, за пределами США) Джона Бантина, чью книгу режиссер и решил экранизировать. Первоначально телесериал должен был называться LA Noir, но вмешался случай. Намерения канала TNT стали известны компании Rockstar Games, владеющей правами на компьютерную игрушку LA Noir. Телевизионщики не захотели платить и предпочли сменить название, хотя готовый телепроект все равно остался по жанру именно лос-анджелесским нуаром.

За многие годы Голливуд настолько детально разработал этот жанр, что Фрэнку Дарабонту для создания нужной атмосферы не нужно было придумывать ничего нового: ретро-автомобили, шляпы, мешковатые костюмы, дым сигарет, гангстеры, честные копы и копы продажные, роковые женщины и т. п. Однако эти символы-манки настолько плотно заполняют кадр, что выглядят неким перебором. Ностальгию или стилизацию нельзя намазывать слишком толстым слоем — можно перекормить публику.

От эпизода к эпизоду все чаще кажется, будто сериал сложен из одних штампов, как из деталей конструктора «Лего». А если учесть, что фильмы типа «Секретов Лос-Анджелеса» или «Скалы Малхолланд» уже отыграли все эти реалии, причем не без блеска, то временами создается впечатление (быть может, обманчивое): автору, выстроившему красивую картинку по привычным стандартам, самому уже нечего сказать. Похоже, это почувствовал и зритель — и отказал сериалу во внимании. Громкое имя режиссера, увы, не помогло, Боливар нуара не вывез. Рейтинги оказались крайне низкими, и сериал был закрыт после первого сезона. Наверное, жаль: во втором сезоне авторы надеялись наверстать упущенное. Да и переизбыток «стиля», говоря по совести, не самый крупный недостаток для телесериала...

Главная героиня этого сериала Оливия Данэм (Анна Торв) — агент ФБР, приписанная к секретному подразделению «Грань». Вместе с ней работают гениальный ученый Уолтер Бишоп (Джон Ноубл), который семнадцать лет отсидел в психбольнице и забыл многое из того, что сам создал (машину времени, телепортацию и пр.), Питер Бишоп (Джошуа Джексон), сын Уолтера, а также их сотрудница Астрид Фэрнсуорт (Джессика Николь). Этой команде приходится сталкиваться со странными происшествиями, выходящими за пределы людских возможностей и современных представлений о свойствах материи. А поскольку Оливии тоже не чужды паранормальные способности (в трехлетнем возрасте она стала жертвой научных экспериментов), вскоре героиня приходит к пугающему выводу: налицо действие тайной организации, которая использует высокие технологии, недоступные для жителей Земли начала XXI века. Сюжет перестает вертеться вокруг набора опасных артефактов и чудищ-одиночек и со второго сезона выруливает, наконец, на главную тему — противостояние двух параллельных миров...

Дж. Дж. Абрамс уже к середине суперпопулярного сериала «Lost» задумался о том, какой телепроект у него будет следующим. Сперва в его воображении смутно мелькнул образ Лаборатории — полигона, где можно развернуться безумному гению, — а затем он скрестил эту картинку с идеей «параллельной» Земли, похожей на нашу в главном, но отличающейся от нашей множеством важных мелочей.

«Грань» стала едва ли не первым фантастическим сериалом, чей основной сюжет базируется не на квазинаучных химерах, а на конкретной гипотезе, которую ученые обсуждают всерьез. Еще в 1957 году американский физик Хью Эверетт III опубликовал тезисы диссертации под названием «Формулировка квантовой механики через относительность состояний». На ее основе позднее сформулировали теорию мультиверсума: поскольку любой конкретный выбор — кладбище нереализованных возможностей, то одновременно может существовать множество вселенных, и в каждой из них осуществлен один из вариантов этого выбора.

Понятно, что даже формат сериала не выдержал бы всех вариантов, поэтому Дж. Дж. Абрамсу хватило Земли-2, технически более продвинутой и ведущей тайную войну против нашей Земли-1. Там, в параллельной вселенной, нью-йоркские башни WTC уцелели, а ученый Уолтер Бишоп превратился в министра обороны Уолтернейта Бишопа и сделался главным вдохновителем войны двух параллельных измерений.

Эвереттовская идея, сперва показавшаяся руководству канала FOX не слишком перспективной для ТВ, тем не менее была воплощена на телеэкране и помогла сериалу обрести новых фанатов. Благодаря им даже при смене расписания (в какой-то момент эфир «Грани» передвинули на самое невыгодное время — вечер пятницы) сериал не растерял остатков рейтинга; ведь когда полюбившиеся персонажи «удваиваются», и «дублеры» ведут себя, мягко говоря, не слишком дружелюбно, это дает сценаристам новое пространство для маневра, а актерам — редкий шанс сыграть несколько разных ролей в одной.

Хотя по ходу сюжета пришельцы с Земли-2 совершают недопустимые, с нашей точки зрения, поступки, авторы не превращают их в монстров. У землян-2 своя правда: за несколько десятилетий до начала описываемых событий «наш» Уолтер Бишоп нарушил равновесие между мирами, забрав из другой вселенной юного Питера, сына «другого» Уолтера. Хотя поступком ученого двигали родительская любовь и сострадание (лекарство от болезни Питера было придумано лишь в нашей вселенной, на родине «их» Питер был обречен), герой невольно поставил оба мира на грань катастрофы. Теперь в другой вселенной Земля вся поражена страшным недугом и находится на краю гибели. В отчаянии Уолтернейт Бишоп решает, что его мир будет спасен, если погибнет наш, — отсюда и противостояние...

Еще в сериале «Остаться в живых» Дж. Дж. Абрамс продемонстрировал, что не является сторонником чистоты жанра, то есть в какой-то момент сюжет может резко изогнуться и найти себе иное, неожиданное для зрителя русло. «Грань» же вообще лидирует по числу жанровых изгибов. Поначалу телевизионное повествование вызывает в памяти «Секретные материалы», затем сериал мутирует в квазишпионский фантастический триллер, потом дрейфует в сторону семейной драмы (эволюция отношений отца с сыном — от отчуждения до нежной взаимной любви) и мелодрамы (развитие отношений Питера и Оливии).

Авторы-профи выжимают все возможности из фабулы, а в последнем сезоне, когда внутренние ресурсы придуманной истории исчерпаны, героев бросают в омут антиутопии. Только-только Земля-1 замирилась с Землей-2, как грядет новая напасть: гости из будущего (лысые, бездушные, в одинаковых шляпах) вторгаются в XXI век, чтобы учредить на Земле «новый порядок». Понятно, что Уолтер, Оливия, Питер и Астрид вступают в ряды инсургентов и в финале используют многие паранормальные гадости из шпионского арсенала Земли-2, чтобы уконтрапупить как можно больше лысых шляпоносцев, а в перспективе — вообще стереть их из реальности.

Последний сезон, увы, оказался самым провальным: для масштабной антиутопии маловато средств, для неторопливого развития сюжета — недостаточно времени (тринадцать серий вместо двадцати двух), а для подлинного драматизма недостает харизматичных злодеев (Виндмарк, предводитель лысых захватчиков, слишком карикатурен, чтобы вызывать ужас). Однако скомканный финал и приторный хеппи-энд не могут отменить несомненных достоинств «Грани». Дж. Дж. Абрамс и его команда с помощью оригинальной научной идеи и впечатляющих (в большинстве серий) спецэффектов сумели продемонстрировать искусство «овеществления» невероятного и завербовать в свои союзники даже тех зрителей, кто считал и считает всю научную фантастику крайне легкомысленным жанром.

Знаете, что такое «не везет»? Когда ты, на свою беду, случайно оказываешься не в том месте и не в то время. Вообразите: люди обычным днем вошли в обычный банк, не подозревая, что их жизнь сегодня круто изменится. Потому что в тот же час и в том же банке оказались два грабителя — уголовник Рэндалл Риз (Джеффри Пирс) и его брат, бывший военнослужащий Лукас Дэлтон (Оуэйн Йомэн). А поскольку полиция подоспела вовремя, грабители не успели сбежать и взяли заложников. Через 52 часа был штурм, заложники были освобождены. Рэндалл тяжело ранен, но погибли двое — охранник и банковская служащая Ива Риос (Лурдес Бенедикто).

Не подумайте, что это спойлер: создатели сериала заранее, уже в первой серии, обозначают финал. Таким образом, мы знаем начало истории и точно знаем, чем она закончится. А вот середина... Тут дело обстоит гораздо сложнее. Как погибли те двое? Что именно случилось в банке за прошедшие 52 часа? Ответы на эти вопросы могут (если захотят) дать бывшие заложники: глава отделения банка Малкольм Джонс (Чи МакБрайд), его малолетняя дочь Фелиция (Дэна Дэвис), полицейский Ник Кавано (Тим Дейли), врач Джереми Кейтс (Скотт Вулф), социальный работник Лиззи Миллер (Джессика Коллинз), помощник прокурора Кэтрин Хэйл (Ким Рэйвер), сотрудница банка Фрэнни Риос (Камилла Гуати) и пятидесятилетний неудачник Иган Фут (Джон Биллингсли), не в добрый час пришедший просить кредит и уже почти готовый покончить с собой, если кредита не дадут.

Большинство актеров, которые участвуют в данном сериале, не слишком часто снимаются в полнометражном кино, но благодаря телесериалам нам знакомы большинство лиц, а также некоторые из предыдущих ролей. Однако создатели «Девяти» хитроумны: им тоже известны амплуа этих актеров, поэтому ожидания могут оказаться обмануты. «Положительный» или «отрицательный» шлейфы прежних телеролей могут ввести вас в заблуждение. Смотрите внимательно и не верьте никому — только себе, только своим ощущениям.

Камера будет пристально разглядывать каждого из заложников и грабителей. Мы совершим экскурсы в историю и узнаем немало подробностей о каждом (но не факт, что открытые подробности позволят нам приблизиться к разгадке; порой они могут только все усложнить, запутать и повести нас по ложному следу). Вдруг окажется, что за 52 часа, проведенные в банке, между прежде незнакомыми людьми начнут складываться новые отношения. Или внезапно станет ясно, что идеальная пара, попавшая в западню, не столь уж идеальна: всего один неверный поступок — и между персонажами, еще недавно родными и близкими, проляжет глубокая психологическая трещина, и она будет только углубляться...

Если вы решили, что на протяжении всех тринадцати серий вам будут показывать события упомянутых 52 часов, то вы ошиблись: действие по преимуществу будет разворачивается уже после двух роковых суток. Иными словами, зритель сможет судить о происходившем в банке только по некоторым флешбэкам — экономным по метражу и вдобавок не слишком многочисленным. Реальная картина того, что же произошло, сложится из пазлов далеко не сразу: маленькая Фелиция от потрясений потеряла память, а далеко не все экс-заложники готовы рассказать всю правду. И лишь к концу последней серии первого сезона зритель получает ответ на главный вопрос, который волнует всех: был ли у грабителей банка сообщник из числа заложников? Проще говоря: кто предатель?

В финале мы узнаем правду... но это, если вдуматься, тоже лишь ее часть. Нам дали ответ, но толком не прояснили мотив. Вообще же остались за кадром многие дразнящие нюансы (можно обойтись в принципе и без них, но ведь жаль...). Судя по тому, что не все точки над «i» оказались расставлены, авторы рассчитывали на продолжение — и у сериала, несмотря на его внешнюю камерность, был потенциал (глубины психологии, при верной подаче материала, могут выглядеть поистине неисчерпаемыми). Но, к сожалению, продолжения не случилось. Мы имеем только то, что имеем. Как это нередко бывает в мире телекино, начальство, не удовлетворенное рейтингами сериала, отказало авторам в дополнительном времени. Серия с роковым порядковым номером 13 стала последней.

Начало 70-х годов XIX века. В местечке Черные Холмы (будущая территория штата Южная Дакота — в ту пору еще просто Дакота) возникает небольшое поселение Дедвуд. В 1874 году полковник американской армии Джордж Армстронг Кастер, победитель индейцев-шайенов, объявляет о наличии здесь больших запасов золота. В Дедвуд начинают стекаться разные люди: старатели, авантюристы, преступники, бизнесмены (мелкие, а затем покрупнее) и т. п. Все рассчитывают разбогатеть, но по-разному: одни — найдя на купленном участке золотую жилу, другие — обобрав (тем или иным способом) наиболее удачливых старателей.

Постепенно поселение золотоискателей превращается в небольшой городок с деревянными постройками (главные среди них — салун, отель и бордель; в 1877 году здесь появляются банк, школа, телеграф и даже театр), уличной вонью (помои выплескивают прямо под ноги прохожих) и отсутствием даже подобия тротуаров (сквозь непролазную уличную грязь еле-еле продираются дилижансы). Здесь есть газета, но нет закона; неформальный хозяин городка — владелец салуна и борделя Эл Сверенджер (Йен Макшейн). «Производственная» сторона золотодобычи, то есть работа на приисках (вскользь показанная в первых эпизодах сериала), быстро уходит за кадр. Основные сюжетные линии сплетаются в самом Дедвуде.

Действие первого сезона разворачивается в 1876 году, когда в городок приезжают два друга — бывший шериф Сет Буллок (Тимоти Олифант) и его друг, эмигрант из Австрии Сол Стар (Джон Хоукс). Они открывают лавку скобяных товаров, однако с каждой новой серией Сет все меньше времени проводит в лавке. И не только потому, что влюбляется в Альму Гаррет (Молли Паркер), богатую вдову, владеющую одним из самых перспективных приисков в окрестностях городка (обстоятельства смерти ее мужа — особый сюжет). Довольно скоро Сету приходится вновь надеть звезду шерифа и заняться в Дедвуде привычным ремеслом законника. Поначалу он вступает в серьезный конфликт со Сверенджером, но затем прямое противостояние героя с антигероем уходит, уступая место странной амальгаме вражды и дружбы, раздражения и уважения.

Создатель сериала Дэвид Милч постоянно напоминает нам, что среди завоевателей Дикого Запада не было святых: грязные бородатые парни, пропивающие найденные самородки в салуне, все сплошь были вооружены и не стеснялись пускать свое оружие в ход. Убийство соперника зачастую становилось единственным способом разрешения конфликта, а потому, например, наибольшим почтением (смешанным со страхом) у жителей Дедвуда пользовался легендарный стрелок, бандит Джеймс Батлер Хикок, он же Дикий Билл (Кит Кэррадайн), который, впрочем, пробыл в городке недолго, поскольку был убит выстрелом в спину. Уолтер Хилл, один из полутора десятков режиссеров «Дедвуда», в 1995 году снял полнометражный фильм «Дикий Билл» о названном персонаже, а в вот в «Дедвуде» Хикок — герой эпизодический. Зато люди из его свиты, Чарли Аттор (Дэйтон Калли) и Бедовая Джейн (Робин Вайгерт), задержатся в сериале до самого его финала: Чарли станет помощником шерифа, а Джейн (в перерывах между запоями) будет охранять местную школу...

Однако вернемся к Элу Сверенджеру. Хотя в списке действующих лиц фамилия актера Йена Макшейна стоит на втором месте (после имени Тимоти Олифанта), именно хозяин салуна и борделя потихоньку оттесняет красавчика шерифа на второй план. Авторы сериала постепенно смещают акценты: смелый шериф, действуя из самых лучших побуждений, все чаще совершает эффектные глупости, и Элу приходится восстанавливать равновесие, выбирая меньшее из зол.

Для Макшейна эта роль стала триумфальной (единственная крупная награда в послужном списке этого талантливого актера — премия «Золотой глобус» 2005 года — присуждена ему за «Дедвуд»). «Когда он не врет, он — самый благородный человек, которого ты когда-нибудь встречал», — с нескрываемым почтением отзывается о своем боссе один из приближенных Сверенджера. Эл, разумеется, циник, негодяй, интриган и убийца, порой его настигают приступы легкого безумия (в такие моменты он любит поговорить с высохшей головой мертвого индейского вождя, которую хранит в деревянном ящике). Однако Сверенджер, говоря современным языком, — талантливый управленец. Он обладает железной волей, отлично видит сильные и слабые стороны окружающих; Эл — один из тех, кто способен превратить пеструю толпу в некое подобие общества.

Нравится Сету или нет, но без союза с Элом и его головорезами у Дедвуда маловато шансов сохраниться как городу. Это заметно уже во втором сезоне, когда чиновники из Янктона (в ту пору столицы территории Дакота) пытаются заполучить Дедвуд и навязать свои порядки, и особенно очевидно в третьем сезоне, когда на здешние прииски начинает всерьез претендовать (пусть и ценой разрушения городка) приезжий бизнесмен Джордж Херст (Джералд Макрэйни). Это — безжалостный старик, бессовестный, смертельно опасный, с неуемной жаждой власти, усугубленной мессианским комплексом...

Сериал «Дедвуд» получился не только увлекательным на уровне фабулы (вестерн плюс драма плюс мелодрама), но и чрезвычайно эффектным чисто визуально. Исторические реалии соблюдены, костюмы аутентичны, саундтрек конгениален видеоряду, а сочные выражения героев столь точно соответствуют эпохе, что официальным российским телепрокатчикам с канала НТВ пришлось сильно приглаживать лексику героев. Среди эпизодических ролей много мини-бенефисов (недаром Робин Вайгерт и Бред Дуриф — исполнитель роли дока Кокрана — номинировались на «Эмми»). Сценаристам удалось вместить в каждый из часовых эпизодов немало сюжетных линий и задействовать персонажей, имеющих конкретных исторических прототипов; в их числе, кстати, Сверенджер, Буллок, Стар, Бедовая Джейн и другие.

Первый сезон «Дедвуда» стал фантастически успешным: он собрал у телеэкранов четыре с половиной миллиона зрителей (завидный результат для канала НВО), но затем, как водится, рейтинг пошел на спад, и после третьего сезона боссы НВО отказались от продления контракта с исполнителями ролей в сериале. Зрители некоторое время надеялись на полнометражный фильм, в котором сюжетные линии были бы полностью закруглены, но и эти ожидания не сбылись. А ведь материала для сценаристов хватило бы еще на несколько сезонов — благо прототипы главных героев, Эла и Сета, прожили долго (соответственно, до 1904 и 1919 годов). С другой стороны, неясно, как бы выкручивались создатели «Дедвуда», лишив зрителей положенного хеппи-энда. Ведь в реальности жертвы акулы-бизнесмена Херста так и остались неотмщенными, а сам старик благополучно протянул до 1891 года.

Впрочем, больше всего повезло, конечно, самому Дедвуду: после того как «золотая лихорадка» поутихла, городок должен был захиреть, и даже статус «музея Дикого Запада» ему бы не помог. Однако власти штата Южная Дакота, снизойдя к исторической реликвии, разрешили открыть в Дедвуде сеть казино. Теперь городок вновь наполнен приезжими и процветает. Как и сто сорок лет назад.

В солнечном городе Майами есть полицейский участок. Возглавляет его лейтенант Лагуэрта (Лорен Велес). Под ее началом — Дебра Морган (Дженнифер Карпентер), Анхель Батиста (Дэвид Зайас) и другие копы, а также медэксперты Винс Масука (К. С. Ли) и Декстер Морган (Майкл С. Холл), брат Дебры. У всех персонажей сериала есть свои маленькие секреты. У всех, кроме Декстера. Потому что он скрывает от окружающих не секретик, а Большую Тайну о себе...

Раз уж авторы сериала раскрывают зрителю эту тайну почти сразу, и мы не будем темнить. Но сперва — пара вопросов в тему. Может ли маньяк-убийца быть главным персонажем телесериала? Безусловно. А может ли упомянутый маньяк быть положительным персонажем сериала или, по крайней мере, вызывать зрительское сочувствие? До появления на телеэкранах сериала «Декстер» (вариант перевода — «Правосудие Декстера») ответ «да» на второй из вопросов был, мягко говоря, сомнителен. Однако создателям сериала удалось изящно обойти ряд этических проблем, связанных с этим «да».

Для начала авторы напоминают зрителю, что есть на свете люди с некими непреодолимыми психическими отклонениями: в какой бы идеальной семье они ни росли, какой бы замечательной ни была школа, эти создания не способны противиться разрушительному инстинкту (главный герой его персонифицирует и называет своим Темным Попутчиком — непреодолимым alter ego). И если человек понимает, что особая комбинация генов обрекла его на совершение чудовищных поступков, ему придется выбирать одно из двух зол. Либо пойти на поводу своего больного подсознания, не противиться дьявольскому искушению — и стать извергом рода людского. Либо оградить общество от себя, нелюбимого, совершив самоубийство. Третьего варианта тут как будто нет и быть не может. Однако...

В сериале, снятом по мотивам романа Джеффа Линдси «Мрачно мечтающий Декстер» (Darkly Dreaming Dexter), предлагается еще одно решение проблемы — очень своеобразное. Полицейский офицер Гарри Морган (Джеймс Ремар) усыновляет ребенка, заранее зная (откуда — не скажем), что из этого юного ангелочка вырастет потенциальный убийца. Гарри, однако, не желает своему приемному сыну гибели и делает все возможное, чтобы тот не стал воплощением зла. Декстер обязан кормить своего демона, но почему бы не обратить инстинкт убийцы на пользу социума? Ни для кого не секрет, что среди людей бродят монстры в человеческом обличье, насильники, маньяки-потрошители, и многие из этих моральных уродов настолько ловки (а в законе столько прорех), что Фемида порой ничего не может поделать даже с патентованным злодеем. Вот тогда-то в игру должен вступить Декстер. Один маньяк убивает другого. Минус на минус даст плюс.

Хотя приемный отец Декстера уходит из жизни до начала событий, происходящих в сериале, имя актера Джеймса Ремара продолжает оставаться в титрах: Гарри Морган появляется не только во флешбэках, его образ — незримый спутник главного героя, с ним Декстер ведет мысленные диалоги. Гарри — эдакий Светлый Попутчик. Он и советчик, который направляет героя, и ментальное воплощение системы запретов, выстроенных специально для заглавного персонажа телесериала.

Аналогия с «Островом доктора Моро» Герберта Уэллса напрашивается сама, хотя она условна. Пациенты Моро — звери, превращенные гениальным ученым в людей, — пытаются не уронить тяжкий груз чуждой им человеческой этики (максимально адаптированной для них). Декстер — изделие природы, точнее сказать, ее «системный сбой», а в роли скальпеля выступает уже упомянутый кодекс, придуманный Гарри. Полицейский стремился впечатать в подкорку мальчика несколько табу. Главных два. Во-первых, он не должен убивать невиновных, а во-вторых, он не должен попасться. «Это — закон».

Да, у Декстера Моргана нет и быть не может официальной «лицензии на убийство» (кто бы ему еще выдал такую бумагу?). Да, конечно, все, что делает Декстер Морган, абсолютно незаконно и уголовно наказуемо, но ветхозаветной морали (око за око, зуб за зуб) — уже несколько тысяч лет, и ни у одного из современных социальных институтов, оберегающих общество (полиция, суд, тюрьма), нет такого почтенного бэкграунда. Мститель, стоящий как бы над законом, — излюбленный литературный и кинематографический герой, от графа Монте-Кристо у Александра Дюма до персонажа Чарльза Бронсона в цикле фильмов «Жажда смерти». Отличие героя «Декстера» от остальных: его битва с маньяками мотивирована не психологически или этически, а, так сказать, биологически.

Итак, единственная возможность Декстера не навредить нормальным людям — быть убийцей убийц. Ну а его профессия (судмедэксперт полиции, специалист по следам крови) помогает вовремя находить «клиентов» и умело заметать следы. При этом герою приходится рисковать дважды: с одной стороны, ему надо в одиночку сражаться с серийными злодеями; с другой стороны, он обязан прятать свое alter ego от окружающих (в особенности от близких людей). Восемь сезонов подряд Декстер, все время находясь в окружении людей, — по преимуществу хороших, — остается одинок. Его попытки кому-то довериться обречены (за редким исключением) на провал. Чтобы по-настоящему понять маньяка, надо быть таким же. А потому герой становится самим собой только в те мгновения, когда заносит нож над очередным монстром и зачитывает ему смертный приговор.

Лишь самый первый сезон сериала более-менее соответствовал сюжету книги Джеффа Линдси, а дальше пути телеперсонажа и его создателя разошлись. Писатель сочинил еще несколько романов о Декстере Моргане, а сценаристы, получившие героя в свое распоряжение, начали обходиться с ним уже в соответствии с законами ТВ. По сюжету, злодеи сравнительно мелкого масштаба попадают в поле зрения Декстера регулярно, однако в каждом сезоне, как правило, присутствует один «крупнокалиберный» маньяк, и порой он так непредсказуем, что охотник за преступниками в любой момент сам может превратиться в жертву... Все дальнейшие подробности конкретных деяний Декстера опустим, чтобы случайно не навредить спойлерами тем читателям, кто еще не посмотрел сериал. Отметим лишь, что специалисты по кастингу тут почти не промахиваются, выбирая на роль «маньяка сезона» хорошего актера со своей особой харизмой (будь то Кристиан Камарго или Джон Литгоу, Колин Хэнкс или Джонни Ли Миллер). Благодаря этому поединок зла прирученного со злом бесконтрольным всякий раз оказывается увлекательным...

Обычно сериалы завершаются тогда, когда их рейтинги падают. Хотя у «Декстера» за восемь лет были свои приливы и отливы (скажем, сюжетная линия с Эдвардом Джеймсом Олмосом и уже упомянутым Колином Хэнксом понравилась далеко не всем поклонникам), сериал никогда не был аутсайдером и пользовался расположением телекритиков. «Декстер» многократно номинировался на «Эмми» (две статуэтки были выиграны), «Золотой глобус» (две победы, в том числе за лучшую мужскую роль) и «Сатурн» (пять побед). Однако продолжать приключения благородного маньяка значило бы обречь сюжет на пробуксовки и повторы. Еще до начала восьмого сезона было объявлено, что он станет заключительным. Фанаты сериала полагают, что концовка могла быть и получше: заранее зная, что продолжения не будет, сценаристы могли бы, мол, поставить вместо многоточия эффектную точку. Но авторов тоже можно понять: почему бы не дать Декстеру шанс на будущее? Количество зла в мире не убывает, а вот эффективные борцы со злодеями — все наперечет. Если вдруг когда-нибудь возникнет идея сиквела, герой уже тут как тут. Пользуйтесь.

Мы привыкли, что Леонардо да Винчи — величественный седобородый старец, автор «Джоконды» и «Тайной вечери», но ведь не сразу же он стал старцем! Когда-то гений был юным и ничего не знал про улыбчивую Мону Лизу. Создатель сериала Дэвид Гойер, сценарист «Темного города» и «Блейда», обратился к раннему, флорентийскому периоду жизни да Винчи: заглавному герою (Том Райли) еще нет тридцати, он порывист, азартен и жаден до знаний...

Надо признать, что Леонардо как персонаж не слишком часто появлялся на телеэкране и в кино. Можно вспомнить итальянский мини-сериал 1971 года «Жизнь Леонардо да Винчи» (La Vita di Leonardo Da Vinci) режиссера Ренато Кастеллани, где биографию главного героя, почти не отступая от канона, уложили в пять эпизодов по 54 минуты. Дальше — двадцатилетняя пауза, после которой на экранах возник авантюрно-фантастический «Гудзонский ястреб» (Hudson Hark, 1991 год) Майкла Леманна. Сам маэстро да Винчи в картине почти не присутствовал, но сюжет строился вокруг поисков его главного (по замыслу авторов) открытия — «философского камня», способного превращать любые металлы в золото. Фильм Леманна провалился в прокате; вероятно, поэтому продюсеры еще полтора десятилетия не жаловали сюжеты о Леонардо и его открытиях (ну разве что в мелодраме «История вечной любви» 1998 года, с участием Дрю Бэрримор, старец Леонардо появлялся на несколько минут — в качестве доброго покровителя влюбленных). Затем взошла звезда писателя Дэна Брауна, и в 2006 году Рон Ховард экранизировал модный бестселлер «Код да Винчи» (The Da Vinci Code). Правда, как и в «Гудзонском ястребе», в фильме Ховарда герои имеют дело опять-таки не с Леонардо, оставшимся за кадром, а с его наследием — шифрами и загадками...

В сериале Дэвида Гойера главный герой, впрочем, не загадывает загадки, а, наоборот, их мучительно разгадывает. «Почему ты все усложняешь?» — спрашивает у Леонардо его отец, удачливый нотариус Пиеро да Винчи (Дэвид Скофилд), и слышит в ответ: «Это моя природа. Я вижу истинную суть вещей, а не оболочку». Все, что окружает героя, исполнено тайн: живая природа изматывает его секретом птичьего полета, возлюбленная таит от него причину своего предательства, коварный папа римский Сикст IV (Джеймс Фолкнер) завлекает его сокровищами мысли из ватиканских хранилищ, инфернальный турок Аль-Рахим (Александр Сиддиг) и прочие адепты культа Митры сулят ему Книгу Жизни, а собственная память не способна удержать ускользающий портрет родной матери (этот элемент сюжета сценаристы без особых угрызений совести почерпнули из сериала «Незабываемое»).

Мать героя — почти демоническая женщина — появится только в конце второго сезона. Что же касается демонов, упомянутых в названии сериала, то они неосязаемы и являются частью метущейся натуры главного героя. Молодой Леонардо (или попросту Лео), в кожаной курточке, с легкой бородкой, до странности похожий на влюбленного Шекспира из одноименного фильма Джона Мэддена, не может усидеть на месте. Он делит свое время между наукой и живописью, не отдавая предпочтения одной из двух страстей. То он конструирует пушки, то смешивает краски, то он во Флоренции, то в Риме, то с мечом наголо, то с манускриптом, то в своей мастерской, то в будуаре, то на коне, то в водолазном костюме или в свежеизобретенной подводной лодке, то на корабле освобождает рабов, то томится в сыром каземате (по вздорному обвинению), то рассыпает дерзости при дворе главы Флорентийской республики Лоренцо Медичи (Эллиот Кауэн). Если же озарение по какой-то причине запаздывает, а сроки поджимают, герой черпает вдохновение на дне стакана: «Мне нужно подумать, а если мне нужно подумать, мне нужно выпить».

Повествуя об исторических личностях, авторы сериала стараются — хотя бы формально и на первых порах — не слишком отклоняться от дат и основных вех судеб прототипов. Подлинный Лоренцо Медичи был так же умен, как и в сериале, а его брат Джулиано (Том Бейтман) — так же пылок и простосердечен. Папа Сикст IV (Джеймс Фолкнер), который на протяжении сериала строит козни семейству Медичи, действительно пытался прибрать к рукам Флоренцию. Граф Джироламо Риарио (Блейк Ритсон), племянник папы, и впрямь был его подручным — жестоким и коварным, и он на самом деле был в числе главных участников заговора Пацци. Первый сезон заканчивался ранением Лоренцо в ходе упомянутого заговора, но из истории нам известно, что он уцелеет (так и оказалось). Впрочем, когда уже в третьем сезоне сам Лоренцо приговаривает Риарио к смерти, мы соображаем, что казнь точно не состоится: антигерою отмерено еще лет десять. Когда в очередную переделку попадает юный Макиавелли, мы тоже не боимся, что он погибнет (знаем его дальнейшую биографию). И конечно, на протяжении всех трех сезонов мы не тревожимся за жизнь самого Леонардо — он ведь еще не состарился и не написал «Джоконду». Таким образом, зритель не испытывает беспокойства, наблюдая за большинством персонажей с историческими именами. Впрочем, авторы ставят перед ними столько препятствий (казалось бы, непреодолимых) и нагромождают по ходу сюжета столько критических ситуаций, что нам интересно, как протагонисты и антагонисты выпутаются, не поубивав друг друга.

Было бы опрометчиво использовать «Демонов да Винчи» в качестве пособия по истории Италии XV века: в отличие от познавательного сериала Ренато Кастеллани телепроизведение Дэвида Гойера и его команды — fiction. Вся любовная линия, связанная с красоткой Лукрецией Донати (Лаура Хэддок), — выдумка сценаристов (на самом деле отношения Лукреции с Лоренцо были платоническими), а уж роман Лукреции с Леонардо и вся история шпионажа героини в пользу Ватикана — тем более. Выдумкой, понятно, является и вся мистическая линия: с адептами Митры, адептами Лабиринта и с Книгой Жизни, которую надлежит искать на другом конце света.

«Леонардо да Винчи — почти супергерой, — разъяснял свой замысел Дэвид Гойер, выступая перед телекритиками в 2013 году. — Я писал его так, как писал бы Бэтмена или Супермена. У него была невероятная жизнь, нам даже придумывать и приукрашивать не пришлось». На самом деле, разумеется, пришлось, и сильно. Во втором сезоне сюжет, связанный с Леонардо, с каждым новым эпизодом становится еще менее реалистическим: главный герой додумывается до гелиоцентрической системы на полвека раньше Коперника, открывает Америку на полтора десятилетия прежде Колумба и сталкивается там с убийственно-хитроумными техническими ловушками почти на пятьсот лет раньше Индианы Джонса. А уж когда в третьем сезоне войска турецкого султана используют устройства, похожие на танки, а Леонардо вместе с примкнувшим к нему Владом Дракулой громят османов с помощью особой электромагнитной пушки, сериал теряет последние черты байопика и уже окончательно прописывается в жанре fantasy вкупе с «альтернативной историей». Оно, в принципе, и неплохо закручено, и эффектно снято, и актеры стараются... вот только при чем тут, собственно говоря, маэстро да Винчи? Назвали бы героя Лео Бэтмен — и все дела.

Детектив полиции Лос-Анджелеса Майкл Рэйнс (Джефф Голдблюм) — хороший полицейский, но у него странности. Прежде его еще как-то поддерживал и прикрывал напарник Чарли Линкольн (Мэлик Йоба), но в тот период, когда мы застаем нашего героя, он остался без напарника. В результате странности только усиливаются. Уже в первой серии зрителю становится ясно, что детектив Рэйнс... как бы это выразиться помягче и поделикатнее? Ладно, к черту экивоки, не будем приукрашивать события: детектив Рэйнс видит мертвецов.

Стоп-стоп! Рэйнс видит мертвецов вовсе не в том смысле, как девушка из сериала «Говорящая с призраками» или, например, мальчик из «Шестого чувства», которые могли общаться с гостями из потустороннего мира. Случай Рэйнса — не из сферы мистики, но из области клиники. Здешние покойники являются лишь галлюцинациями главного героя. Причем видит детектив не кого попало, а лишь тех, чьи смерти он расследует в данный момент. И пока он не раскроет дело и не поймает убийцу, больной мозг героя будет выдавать зрительные образы, яркие и удивительно реальные.

К счастью, Рэйнс прекрасно знает о своем психическом недуге. «Я разговариваю с людьми и задаю им вопросы, но они даже не представляют, насколько у меня едет крыша», — жалуется он самому себе. Тем не менее Рэйнс даже не особенно ропщет на судьбу, поскольку его профессиональные глюки парадоксальным образом обостряют его сыскной дар (и без того очевидный). Расследуя очередное преступление, герой, по сути, всякий раз напрямую общается со своим подсознанием, а оно — если верить дедушке Фрейду — бывает куда наблюдательнее и проницательнее, чем сознание. Воображаемые мертвецы навязчиво-болтливы, и чем больше сыщик узнает о жертве, тем более «объемным» делается гость. Их воображаемые диалоги (порой переходящие в брюзгливую перебранку) помогают детективу лучше понять картину преступления и смоделировать личности жертв, что приводит к скорейшему раскрытию дела и неуклонному торжеству справедливости.

Конечно, Рэйнсу, постоянно окруженному людьми, очень непросто совмещать мир реальный и мир параноидальный, и при этом не перепутать один с другим и не напугать окружающих. В те моменты, когда Рэйнс ненадолго утрачивает над собой контроль, со стороны кажется, будто он разговаривает сам с собой, — согласитесь, картинка не очень приятная. Шефу Рэйнса, капитану Дэну Льюису (Мэтт Крэвен), не по душе загибы своего подчиненного, однако что делать, если этот чокнутый — лучший детектив в его участке и высокие цифры раскрываемости — это прежде всего заслуга Рэйнса. Не желая увольнять такого ценного работника, Льюис предписывает нашему герою посещать полицейского психолога, доктора Саманту Коул (Мэдэлайн Стоу). Начальник очень надеется, что Рэйнсу со временем полегчает, но не настолько, чтобы тот утратил свою болезненную догадливость и нездоровую проницательность...

Джеф Голдблюм изображает героя-фаталиста, который встречает подступающее безумие без трагедии и даже с самоиронией. Лучшее в сериале — даже не сами детективные сюжеты (подчас достаточно тривиальные), но их невообразимая аранжировка. В одной из серий, например, мы видим машину главного героя, битком набитую без умолка говорящими пассажирами, причем все они в реальности не существуют...

Сценарист сериала Грэм Йост ныне известен за пределами своей гильдии: после «Детектива Рэйнса» он прославился работой над заметными телевизионными проектами, среди которых военный мини-сериал «Тихий океан» (The Pacific), фантастическая драма «Рухнувшие небеса» (Falling Skies) и наиболее почитаемый знатоками сериал «Правосудие» (Justified). Однако в 2006 году его таланты еще казались неочевидными, а сюжетные изгибы, придуманные сценаристом, — скорее эстетскими и провокационными, чем расчитанными на широкую публику. Хотя эксперимент с «Рэйнсом» (пилотную серию снял, между прочим, режиссер Фрэнк Дарабонт, постановщик «Побега из Шоушенка» и «Зеленой мили») получился оригинальным и уж точно запоминающимся, сериал продержался в эфире даже меньше полного сезона (вышло всего 7 серий) и был с треском снят.

Быть может, публику смутило, что «Детектив Рэйнс» балансирует на грани сразу нескольких разных жанров — полицейского детектива, «черной» комедии, драмы и психиатрического триллера. Однако, если вдуматься, в этом жанровом разнообразии и была своя прелесть. Ну кого сегодня удивишь клинически здоровыми телеполицейскими?

Блондинка-фотомодель Деб Добкинс (Брук Д’Орсей) в один несчастливый день попала в автокатастрофу: разговаривала по сотовому телефону за рулем и врезалась в трейлер. Погибнув, героиня оказалась на небесах и, вместо того чтобы принять свою участь, устроила скандал (блондинка же!). Бедняга ангел Фред (Бен Фельдман) так растерялся, что пропустил момент, когда Деб нажала кнопку возврата на ангельском компьютере. Таким образом, фотомодель вернулась обратно на Землю, в мир живых, но душа ее попала в чужое тело — адвокатессы Джейн Бингэм (Брук Эллиотт). Бедняжка именно в это время пережила клиническую смерть после того, как попала под пулю (стреляли, кстати, в ее шефа).

Проблема в том, что Деб была типичной девушкой с обложки, а вот у Джейн, мягко говоря, внешность не модельная: она невысокая и полная, эдакая пышечка. По иронии судьбы безутешный жених Деб, Грейсон Кент (Джексон Хёрст), работает там же, где и Джейн. Героиня каждый день видит его и, конечно, не может ему ни в чем признаться. Единственный выход — завоевать расположение бывшего жениха второй раз. Но в теле Джейн, считает Деб, у нее нет шансов опять стать невестой Грейсона. Или все-таки есть?..

Сюжет возвращения человека с небес на Землю в другое тело давно уже освоен Голливудом. Еще в 1941 году режиссер Александр Холл снял фильм «А вот и мистер Джордан», где боксер возвращается к жизни в теле миллионера, которого хотят убить жена и любовник. В 1978 году Уоррен Битти снял фильм-ремейк, превратив боксера в футболиста, а еще через двадцать два года комедиографы Крис Уайц и Пол Уайц взяли тот же сюжет. Правда, спортсмен стал теперь эстрадным комиком, а ко всем проблемам добавили еще и расовую (комик — черный, а миллионер, в чьем теле он оказался, — белый). Во всех трех случаях авторы строили фабулу на том, что хороший человек оказывается в шкуре негодяя и должен как-то исправить его грехи.

В сериале Джоша Бермана упомянутый этический вопрос снят: и Деб, в общем, неплоха (хотя и глуповата), и у Джейн вполне сносный характер. И если в фильмах, о которых шла речь, новое тело — лишь оболочка, то сценаристов такой подход совсем не устраивал: блондинка-фотомодель Деб, даже при наличии опытной помощницы, кореянки Тери Ли (Маргарет Чо), не смогла бы работать адвокатом. Поэтому вместе с телом Джейн блондинка получила в качестве бонуса и все ее юридические познания и умения, да так, что уже в первой серии героине удается вполне сносно выступить в суде.

Авторы подружили Деб с Фемидой, чтобы придать сериалу формат юридического процедурала: в каждой серии будет в среднем по два судебных дела; одним займется сама героиня, а другим — кто-то из ее фирмы: например, Грейсон или стервозная блондинка Ким Кэсуэлл (Кейт Леверинг). Ясно, что адвокатская практика в сериале не затмевает перипетий личной жизни Деб-Джейн. Если бы та не открылась своей лучшей подруге Стейси Бэрретт (Эйприл Боулби) и если бы на Землю не прибыл с небес тот самый Фред, в качестве ангела-хранителя Джейн, героиня ни с кем не могла бы поговорить о прошлом и пожаловаться на судьбу. Стейси советует признаться Грейсону, ангел против, да и Деб-Джейн долго не решается: а ну как бывший жених примет ее за сумасшедшую. Лишь после череды мелодраматических — и даже просто драматических — перипетий мечта героини сбудется, к ее радости. Тут и сказке конец...

История создания сериала не была простой: после четырех сезонов сериал чуть было не закрыли из-за конфликта телеканала Lifetime со студией-производителем, но позднее обе стороны сумели как-то договориться. В результате чего Drop Dead Diva продержался еще два сезона и даже пережил одноименный российский ремейк (копия оказалась настолько плоха, что два года отлеживалась на полке).

Однако вернемся к американскому оригиналу. По мере его съемок создатели заметно трансформировали свой телепродукт. Если в первых сезонах новая реальность, куда угодила Деб, частенько аранжировалась яркими сновидениями главной героини — вставными эстрадными номерами с танцами, песнями и Полой Абдул в судейской мантии, — то постепенно повествование смещается в сторону традиционного адвокатского сериала вроде «Практики». Авторы, конечно, не забывают, что Джейн — это бывшая блондинка Деб, но как бы затушевывают мистическую часть сюжета, уводят его на периферию. По сути, феномен переселения душ оказывается только средством обострения мелодраматического сюжета. При желании мистику тут вообще можно было бы заменить амнезией или дежавю — финал бы не очень изменился. Но с мистикой, согласитесь, гораздо смешнее.

Если бы Дэвид Шор, выходец из религиозной еврейской семьи, последовал примеру двух своих братьев, Филиппа и Роберта, в мире стало бы на одного хорошего раввина больше и на одного блестящего сценариста меньше. Если бы Шор, получивший в родной Канаде юридическую степень, продолжал бы и дальше заниматься своим делом и строить карьеру успешного юриста, список высококлассных канадских адвокатов очень скоро пополнился бы еще одной фамилией, а вот один телеперсонаж, ныне возведенный в разряд культовых, на нашем горизонте так и не появился бы. Однако в возрасте тридцати двух лет Шор круто изменил свою биографию, бросив юриспруденцию и отправившись в Голливуд.

Поступок Дэвида выглядел сущей авантюрой, почти сумасшествием, но в итоге оказался выигрышем в главную лотерею всей его жизни. Именно Шор стал создателем телеистории о вымышленном американском госпитале Принстон-Плейнсборо, где работает хромой, злой, полубезумный и вполне гениальный диагност. Человек, который каждый день творит добро, но часто ведет себя как сволочь, сопровождая процесс спасения жизней деталями, оскорбительными как для спасаемых, так и для соратников доктора. Иными словами — доктор Грегори Хаус (Хью Лори).

Разумеется, создатели сериала не оставляют Хауса в одиночестве. У него есть команда, которая любит и ненавидит его одновременно. Ассистенты Хауса — иммунолог Эллисон Кэмерон (Дженнифер Моррисон), которая все же уйдет от Хауса, невролог Эрик Форман (Омар Эппс), реаниматолог Роберт Чейз (Джесси Спенсер), врач Реми Хадли, по прозвищу Тринадцатая (Оливия Уайлд), молодой врач-индус Лоренс Катнер (Кэл Пенн) и пластический хирург Крис Тауб (Питер Джейкобсон). В пятом сезоне Катнер совершает самоубийство (актер Кэл Пенн ушел в политику и вернулся только в заключительной серии сериала — как видение Хауса). Позднее из сериала надолго пропадет Тринадцатая, а ее место займет молодая практикантка Марта Мастерс (Эмбер Тэмблин). В конце седьмого сезона Марта уйдет, зато возвратится Тринадцатая. И так далее. У каждого из членов команды Хауса — своя тема, своя история, но, не будь рядом с ними самого Хауса, не было бы и его свиты.

Сериал стартовал в 2004 году и за восемь лет существования не только поднялся на вершины рейтинга, собрав у телеэкранов миллионы зрителей-фанатов. Он был удостоен двух премий «Эмми» (в 2005 году Дэвид Шор был признан лучшим сценаристом; три года спустя Грега Яйтанеса назвали лучшим режиссером), а также двух «Золотых глобусов» (два года подряд, в 2006-м и в 2007-м, статуэтку в номинации «Лучший актер драматического сериала» получал, как нетрудно догадаться, Хью Лори).

«Доктор Хаус» вызвал к жизни множество оригинальных концепций личности главного героя. Для одних Хаус — «медицинская» версия Шерлока Холмса (недаром режиссер Гай Ричи в современной экранизации Конан Дойла сделал великого сыщика отчетливо похожим на персонажа Хью Лори), для других — травестированная вариация на тему Супермена, Бэтмена и Джеймса Бонда (с тростью и пузырьком викадина, которые заменяют все положенные этим героям гаджеты), для третьих — своеобразная инкарнация ницшеанского сверхчеловека, для четвертых — нечто вроде человеческой ипостаси придуманного фантастом Айзеком Азимовым суперкомпьютера МУЛЬТИВАКа, который являет собой чистый разум, не замутненный прививками человеческой этики. (Напомним, что исполнительный продюсер и режиссер ряда эпизодов Брайан Сингер прославился как создатель культового детектива «Обычные подозреваемые», а также кинотрилогии «Люди Икс» и сиквела «Супермена».) Кое-кто считает Хауса воплощением «духа отрицанья, духа сомнения» (его хромота кажется символической), а, например, по мнению Давида Гарта, Хаус — это «библейский пророк, мечущий громы и молнии в неустанной заботе о жизни, нравственности и здравомыслии своих соплеменников (пациентов)».

Каждое из мнений имеет право на существование, хотя персонаж Хью Лори высмеял бы все эти трактовки и придумал новые, еще более безумные и оскорбительные для окружающих. В этом — весь Хаус: понятия политкорректности для него попросту не существует, а яд мизантропии способен заполнить в натуре героя все те лакуны, куда не успела проникнуть его гениальность. Выступая на вручении премии «Эмми», Дэвид Шор чистосердечно признался, что Хауса он отчасти «списывал» с себя, и не без иронии заметил: «Благодарю всех людей, которые постоянно делали мою жизнь несчастной и превратили меня в злобного циника. Без них персонаж бы не получился».

За время существования сериала главный герой пережил помутнение рассудка, воображаемый, а затем и реальный роман с главврачом Лизой Кадди (Лиза Эдельштейн), болезненный разрыв, лечение в психиатрической клинике с последующей реабилитацией, нервный срыв, тюремное заключение и смертельную болезнь своего лучшего друга. Однако по сути своей герой не изменился и измениться не мог: без его бросающихся в глаза недостатков не было бы и его достоинств. Всю дорогу доктор Хаус пребывает на полпути от доктора Моро к доктору Айболиту. Ни вернуться назад, ни сделать шаг вперед он не может. Иначе это будет совсем другой персонаж.

В политической иерархии США должность вице-президента — чисто страховочная, почти декоративная. Знай себе улыбайся и посещай второстепенные мероприятия. Так что когда кандидат в президенты США от республиканцев Тедди Бриджес (Уилл Лиман) приглашал на роль своего вице бывшего независимого конгрессмена Маккензи Аллен (Джина Дэвис), то дело было лишь в привлечении дополнительных голосов женщин-избирателей. Цели своей кандидат достиг и занял кресло в Овальном кабинете, но... Пути Господни неисповедимы. Через два года Бриджес внезапно умирает, и во главе США впервые оказывается женщина-президент. Отныне в Белом доме живет шумное семейство: сама Маккензи, ее муж Род Кэллоуэй (Кайл Сикор) и их дети, школьники Ребекка (Кэйтлин Уочс) и Хорас (Мэтт Лантер), а также маленькая Эми (Жасмин Джессика Энтони)...

Еще за пять лет до того, как встать у руля сериала «Женщина-президент», Род Лури как режиссер снял полнометражный фильм «Претендент», где главной героиней тоже была женщина-политик: сенатор США, которую выдвигали на пост вице-президента. Уже тогда сама принадлежность претендентки к прекрасному полу вызывала опасения у оппонентов героини. В сериале ставки еще выше, поскольку дама уже в первом эпизоде оказывается во главе ядерной державы. Если кто помнит предвыборную кампанию Обамы, одним из факторов, предопределивших поражение его противника Маккейна, стал выбор губернатора Аляски Сары Пейлин на роль вице. Оппоненты задавались вопросом: а ну как что-то, не дай господи, случится с пожилым Маккейном? Неужто эта дамочка с чертополохом в голове получит ядерную кнопку?

В сериале, снятом еще до описываемых событий, подобные сомнения тоже есть. Но, конечно, не у тех, кто близко знаком с госпожой Аллен. К примеру, соратник покойного президента Бриджеса, спикер верхней палаты Нэйтан Темплтон (Дональд Сазерленд), очень скоро понимает, что Маккензи — вовсе не домохозяйка, случайно попавшая в Белый дом, а политик самостоятельно мыслящий, и она не будет пешкой в политических играх спикера. Потому Темплтон делает все возможное, чтобы создать для президента как можно больше разнообразнейших проблем. За спикером — многолетний опыт интриг и поддержка партии, а кто поможет Маккензи Аллен?

Хотя российские прокатчики для простоты перевели название сериала как «Женщина-президент», легко заметить, что в оригинале слова «женщина» нет, а точный перевод заглавного словосочетания — «Главнокомандующий» без гендерных уточнений. Это не случайно. У Маккензи — приятная внешность, но характер ее — отнюдь не женский (в обывательском понимании этого слова); она быстро берет бразды правления в свои руки. По сути, б`ольшая часть эпизодов представляет собой цепочку форс-мажорных обстоятельств: тут и стихийные бедствия, и угрозы террористов, и конфликты на почве геополитики. Стоит промедлить — и ситуация может обостриться за несколько часов...

Понятно, что, описывая ежедневные президентские трудности, авторы несколько преувеличивают их: на тринадцать серий форс-мажора все же многовато. Но, в конце концов, телесериал и не должен буквально отражать реальность, ему позволительно ее слегка «сгущать», добиваясь нужного эффекта. Маккензи Аллен — не из тех дамочек, которые взвизгивают при виде крысы. У героини жесткий нрав; она не боится применить силу там, где речь идет о спасении человеческих жизней. Всякий раз она вынуждена действовать в обстановке цейтнота и нередко (как это водится в кино) успевает в последний момент.

Впрочем, сюжет выстроен так, что Темплтон для главной героини оказывается пострашнее стихийных бедствий. Порой он может одержать промежуточную победу, беззастенчиво перехитрив честную женщину. Однако давить на нее не получается даже у многоопытного спикера. Русская идиома «Где сядешь, там и слезешь» подходит тут более всего. Так что героиня в итоге все же одерживает верх над улыбчивым старым интриганом. Первый сезон заканчивается тем, что Темплтон наконец решает играть в открытую: объявляет о намерении бороться за пост президента на ближайших выборах, а госпожа Аллен, соответственно, будет его главным соперником...

Что дальше? Вопрос повисает в воздухе. Хотя у сериала был неплохой рейтинг, а Джина Дэвис и вовсе получила за свою роль «Золотой глобус», второго сезона (где, по замыслам сценаристов, рассказывалось бы о новой президентской компании в США) не последовало. О том, кто победил бы, можно лишь гадать. Но зрители, конечно, в любом случае болели бы за Маккензи Аллен.

Сериалу, созданному знаменитым автором «Секретных материалов» и «Тысячелетия» Крисом Картером, трагически не повезло: канал FOX отсрочил выпуск «Жестокого царства» и начал его транслировать лишь в конце 1999 года, притом в крайне неудобное (для рейтинга) время. Главной ошибкой была, впрочем, именно задержка премьеры на ТВ: сериал был показан уже после выхода на большие экраны «Матрицы», отчего возникли многочисленные разговоры о плагиате. На самом деле Картер и братья (тогда еще) Вачовски никак не контактировали и писали сценарии независимо друг от друга. Более того: комикс, по мотивам которого снимался сериал, вообще вышел в начале 90-х годов.

Между комиксом-первоисточником и сериалом есть, однако, существенное различие: виртуальный мир, куда герой рисованной истории попадал из мира реального, был скроен по шаблонам fantasy, а в «Симуляторе» (под таким названием сериал демонстрировался в России на канале Ren TV) отсутствовал даже намек на существование мира «меча и магии». Герой попадал в якобы реальную, смоделированную по всем законам физики (но на самом деле конечно же альтернативную!) постапокалиптическую Америку, которая пережила ядерный взрыв в Нью-Йорке. Точнее, это была не Америка, а ее компьютерная модель.

Согласно сюжету Картера, Пентагон провел секретный эксперимент. Американское военное ведомство попыталось воссоздать один из катастрофических сценариев, и для этого в виртуальной реальности был полностью смоделирован весь наш мир со всеми людьми (не будем сейчас обсуждать саму техническую возможность такого дублирования и примем этот сюжетный посыл как данность). Когда игра была отлажена, внутри ее авторы взорвали виртуальное ядерное устройство и стали наблюдать за последствиями. К несчастью для экспериментаторов, их проект дал сбой, и вскоре все пошло совсем не так, как военные изначально планировали...

Предысторию, оставшуюся за рамками сериала, зритель узнает уже в первом эпизоде. Итак, жестокий и маньячный генерал Омар Сантьяго (Терри О’Куинн) захватил в виртуальном мире власть и возжелал воздействовать из игрового пространства на мир реальный. Дальше авторы вспомнили о фильме Фрэнсиса Форда Копполы «Апокалипсис сегодня» (Терри О’Куинн кое-что позаимствовал у Марлона Брандо в роли полковника Курца) и направили сюжет по проторенной дорожке. Чтобы остановить диктатора, в игру стали засылать обученных солдат из реального мира, но никому из них не удалось и близко подобраться к проницательному и дьявольски осторожному Сантьяго. Хотя солдаты погибали внутри симулятора, их смерть сразу наступала и в мире реальном.

Последним из посланных на задание оказался главный положительный герой сериала — Том Хоббс (Скотт Бэйрстоу). Попав в виртуальный мир, Том вместе с бывшим ветераном Майком Пиноккио (Д. Б. Суини), немой целительницей Флоренс (Рэйчел Хэйворд) и песиком Декстером пытаются добраться до генерала. Одновременно они сталкиваются с многочисленными странностями виртуальной реальности, а однажды их даже заносит в боевой симулятор одного из сражений Второй мировой войны. Майк является проводником Тома в виртуальном мире, а Флоренс помогает ему, заподозрив, что он — Избранный...

Как видим, некое сходство с «Матрицей» действительно есть, но оно бы рассеялось, если бы авторам удалось продолжить работу. Увы! Профессиональная репутация Криса Картера не помогла. Продюсеры решили закончить финансирование проекта. Перспективный сюжет оборвался на полуслове. Генерал остался жив, положительный герой — по-прежнему внутри игровой реальности, а создатели «Симулятора» разбрелись кто куда. Режиссер Дэниэл Сакхайм позже поучаствовал в создании «Игры престолов» и «Ходячих мертвецов». Имя режиссера Брайана Спайсера засветилась в титрах «Касла», «Грани», «Героев» и «Эврики». Актер Терри О’Куинн стал всемирно знаменит, сыграв роль Локка в сериале Дж. Дж. Абрамса «Остаться в живых». А сценарист и продюсер Крис Картер в конце концов вернулся к своему главному детищу — возродил «Секретные материалы», убедив Дэвида Духовны, Джиллиан Андерсон, Уильяма Дэвиса и Митча Пилледжи снова поучаствовать в этом проекте.

Единственным, кто сошел с дистанции (и, похоже, непоправимо), был исполнитель главной роли Скотт Бэйрстоу. После скоропостижного закрытого «Жестокого царства» фильмография актера скудна, доходит только до 2006 года, и существенных прорывов там нет.

Сериал снят на основе одноименного комикса от DC Comics. Главный герой (Марк Вэлли) — бывший киллер, который однажды решил резко изменить свою жизнь. Мы не узнаем его настоящего имени — только прозрачный псевдоним Кристофер Ченс (от английского chance, то есть шанс). Герой порывает со своей прежней профессией, чтобы заняться противоположным делом. А именно спасать людей. Хотя у Ченса есть два помощника — бывший коп Уинстон (Чи МакБрайд) и мастер на все руки, бывший киллер Гереро (Джеки Эрл Хейли), — основную работу наш герой все-таки будет выполнять сам.

Отныне всякий, кто чувствует угрозу для жизни, может обратиться к Ченсу; тот внедрится в окружение потенциальной жертвы, выручит клиента и устранит опасность. Название «Живая мишень» точно отражает метод персонажа: вызвать огонь на себя, специально подставиться, чтобы выманить противника. «Я всё думаю: зачем ты продолжаешь этим заниматься, снова и снова? — спрашивает Уинстон у Ченса после очередного его подвига. — В чем дело, в адреналине или жажде раскаяния? А потом я понял: ты лезешь под пули в надежде, что однажды ты получишь по заслугам и тебя застрелят. Скажи, что я не прав и ты планируешь жить долго...»

Ченс не отвечает на вопросы своего напарника, поскольку и сам не может толком разобраться, отчего он так рискует. Подчас его поступки граничат с самоубийством (спрыгнуть с поезда-экспресса на ходу, подменить собой заложника террориста, перевернуть летящий самолет, чтобы погасить пожар на борту, и пр.), но в действительности Ченс просто-напросто выбирает меньшее из зол, и всякий его экстрим просчитан. Любая из серий «Живой мишени» — очень качественно сделанный боевик, без скидок на телеформат. В режиссерской команде — Джон Кассар, один из создателей телехита «24 часа», Саймон Уэст, постановщик «Воздушной тюрьмы», Крэйг Баксли, режиссер «Потерянной комнаты», и другие профи, знающие толк в приключенческом жанре. Зрителя ждут динамичные, мастерски закрученные и неординарно раскрученные сюжеты, в ходе которых герои проявят все те свойства, которые и положено проявлять героям боевиков. Драки здесь — профессиональные, трюки — на уровне полнометражных лент, и есть даже жестковатый юмор, который в нужных местах отчасти снимает напряжение.

Каждому персонажу здесь отведена своя роль: Ченс дерется и рискует, Уинстон ворчит и прикрывает Ченса, Гереро добывает для него информацию, манипулируя людьми и пользуясь услугами темных личностей. Во втором сезоне команда расширится: в нее войдут обаятельная воровка Эймс (Джанет Монтгомери), способная украсть все, что угодно, и миссис Илса Пуччи (Индира Варма), вдова миллионера, убитого при странных обстоятельствах. Убедившись в высоком профессионализме Ченса и его друзей, госпожа Пуччи возьмет на себя финансирование. На протяжении второго сезона она не раз удивится экзотичности реквизита команды Ченса и не раз ужаснется рискованности его методов. И все же героиня признает: эти люди, как правило, выигрывают...

«Живая мишень» доставит удовольствие не только любителям чистого, незамутненного кинодрайва, но и всем поклонникам разнообразных конспирологических теорий. В обоих сезонах Ченс и его команда будут сражаться не столько с отдельно взятыми злодеями, сколько с разнообразными корпорациями — финансовыми, чиновничьими и спецслужбистскими (не исключая ЦРУ и российскую разведку). В одной из серий даже будет раскрыт заговор внутри британского королевского семейства.

Несмотря на то что «Живая мишень» — классический процедурал с «вертикальными» сюжетами, имеются тут и сквозные линии, одна из которых связана с тайной личности главного героя. Хотя от серии к серии мы все больше узнаем о нем (в финале первого сезона, например, нам поведают, при каких обстоятельствах Ченс, еще не будучи Ченсом, отказался выполнять приказы шефа), во многом наш герой останется загадочным. Закрытие сериала после второго сезона стало неожиданностью для его поклонников. Вместо точек над «i» получилось многоточие. Причина, по которой был прикрыт не самый убыточный проект, проста. Считается, что сериал погубила ошибка маркетологов. Добавив в сюжет психологизма и мелодраматизма, FOX надеялся во втором сезоне увеличить аудиторию, а вышло наоборот: женщины не впечатлились боевиком, а мужчинам, привыкшим к экшену, стало скучнее.

Название сериала Life переводится не только как «жизнь» — в разговорной речи так называют еще и пожизненное заключение. Полицейский Чарли Крус (Дэмиан Льюис) был обвинен в убийстве, получил пожизненный срок, отсидел с 1995 по 2007 год, а потом его новый адвокат Констанс Гриффитс (Брук Лэнгтон) сумела доказать, что ее клиент невиновен и его попросту подставили. Страна выплатила главному герою пятидесятимиллионную компенсацию, но, даже став миллионером, он все равно вернулся на работу и остался детективом в том же полицейском участке. Его цель — узнать, во-первых, кто на самом деле убил его друзей и, во-вторых, кто из коллег его подставил. Чарли странен, порой впадает в легкий ступор, увлекается дзен-буддизмом (который, впрочем, понимает своеобразно). Он по-прежнему настолько хорош как детектив, что его начальница, лейтенант Карен Дэвис (Робин Вайгерт), при всем желании не может его уволить. Напарником Чарли назначена бывшая наркоманка Дэни Риз (Сара Шахи), дочь полицейского капитана Джека Риза (Виктор Риверс), который, как кажется Чарли, как-то связан с его отсидкой...

Уже по краткому пересказу заметно, что сериал «Жизнь как приговор» формально пребывает в рамках полицейского процедурала, но на самом деле выходит за пределы драматических шоу такого рода. Прежде всего — благодаря главному герою, который, оставаясь государственным детективом, одновременно вбирает в себя родовые черты как минимум двух культовых персонажей: он одновременно и Шерлок Холмс (талант сыщика плюс внутренняя свобода), и граф Монте-Кристо (тюремный опыт плюс большое богатство плюс желание отомстить).

Это поистине взрывная смесь. Чарли Крусу плевать на специфику его службы (он научился выживать в невероятных ситуациях; как полицейский, он носит с собой пистолет, а как бывший зэк — не пренебрегает и ножом). Ему безразличны деньги и дорогие вещи (он настолько богат, что может хоть каждый месяц покупать по новому автомобилю). Он не боится говорить правду в глаза могущественным людям и умеет общаться с детьми как с равными. У него отлично развито чувство опасности (без которого он бы не выжил), а еще он не боится смерти, потому что за время своего заключения успел не раз побывать на грани гибели. А поскольку жизненные перипетии Чарли Круса (и арест его, и годы в тюрьме, и счастливое освобождение) долгое время были достоянием СМИ, то на свободу он вышел медийной персоной, чье лицо и имя всем хорошо знакомы. Словом, наш герой — это такой, условно говоря, американский Ходорковский, только при оружии, с полицейским жетоном, в своей собственной стране и без политики.

Есть еще одно обстоятельство, благодаря которому этот сериал смотреть надо непременно: актер, играющий главного героя, демонстрирует удивительное попадание в образ. Для массового зрителя звезда англичанина Дэмиена Льюиса взойдет после выхода на телеэкраны американского сериала «Homeland», но внимательный зритель обратил внимание на Льюиса уже после многофигурного военного сериала Стивена Спилберга и Тома Хэнкса «Братья по оружию» (2001), где новичок не потерялся в компании других актеров (среди них Рон Ливингстон, Дэвид Швиммер, Джейсон О’Мара и др.), а позже — фильма «Ловец снов» (2003), где ему пришлось играть сразу две роли, человека и космического пришельца, который завладел его телом. Из-за огненной шевелюры Льюиса традиционно считают ирландцем, хотя на самом деле он валлиец, по линии отца, биржевого брокера. Дэмиен родился в Лондоне, учился в частной школе, но, поступив в Итон, быстро понял, что его призвание — быть актером, и распрощался с академической карьерой, чтобы, по прошествии времени, с театральных подмостков уйти на съемочную площадку, а с Британских островов переместиться в Голливуд...

В сериале «Жизнь как приговор» Льюис играет человека, похожего на взведенную гранату в мирной подарочной упаковке или тигра за мгновение до прыжка: оружие в его руках появляется намного реже, чем яблоко или апельсин; на его лице чаще всего светится эдакая полуулыбка; он демонстрирует легкую безмятежность и как бы даже расслабленность, но мы чувствуем ту ярость, которая клокочет у него внутри. По-настоящему он даст ему волю только однажды, в последней серии последнего сезона, и тогда зритель почувствует, насколько всем нам повезло, что такой человек, как Чарли, сумел обуздать своих внутренних демонов и не перешел на сторону Тьмы.

В отличие от многих других сериалов, создатели которых в конце каждого сезона оставляют некий задел на будущее, здесь история персонажа не производит ощущения недосказанности. Финал — настоящий. Ответы получены, акценты расставлены, враг найден и понес наказание. Ярко светит солнце. Шелестит апельсиновая роща. Теплый воздух дрожит. Чарли Крус задирает голову и, щурясь, смотрит на ярко-голубое небо. Теперь он по-настоящему спокоен и счастлив.

Инспектор британской полиции Сэм Тайлер (Джон Симм), живущий в Манчестере в 2006 году, попадает в автокатастрофу, а очнувшись, оказывается в том же самом Манчестере, но только в 1973 году. Здесь наш герой — тоже Сэм, тоже Тайлер и тоже детектив; он служит в том же полицейском участке, только тридцатью тремя годами ранее. Правда, тут он не начальник, а подчиненный: участком правит старший детектив-инспектор Джин Хант (Филип Гленистер), деспот с неизжитыми комплексами, эдакий британский брутальный Глеб Жеглов, который часто отступает от буквы закона. Ни Хант, ни детективы Рэй Карлинг (Дин Эндрюс) и Крис Скелтон (Маршалл Ланкастер) не верят нашему герою, и лишь полицейский психолог Энни Картрайт (Лиз Уайт) чувствует интуитивно, что, как бы ни был невероятен рассказ Сэма, он все-таки не сошел с ума.

Впрочем, сам Тайлер смутно осознает, что, вполне возможно, все происходящее с ним — нереально, а его перемещение в 1973 год существует в его воображении, пока он лежит в коме после аварии. Но поскольку вернуться (проснуться? выйти из комы?) он пока не может, герою приходится принимать правила игры, навязанные ему обстоятельствами, и надеяться на то, что у могущественных сил, запихнувших его в прошлое (может, и виртуальное) есть какой-то план, по осуществлении которого Сэм сможет вернуться обратно. Но в чем план? Спасти мать от преступника-отца (Ли Инглби)? Спасти самого себя? Заранее обезвредить маньяков, которые иначе успеют разгуляться в будущем? Но какой в этом практический смысл, если все, быть может, происходит только в сознании главного героя?

В течение двух сезонов, пока Сэм продолжит работу детектива в 1973 году, вопросы будут множиться, но ответов зритель «Жизни на Марсе» так и не получит. Разгадка откроется только в сериале «Прах к праху» (Ashes to Ashes, 2008), который по отношению к «Жизни на Марсе» представляет собой спин-офф, то есть боковое ответвление. Здесь судьбу Сэма Тайлера повторит лондонский детектив Алекс Дрейк (Кили Хоуз): она будет тяжело ранена в 2008 году, переместится в Лондон 1981 года и окажется в той же команде забияки и грубияна Джина Ханта, что и некогда Сэм. Концовка Ashes to Ashes прояснит авторский замысел. О подробностях умолчим; заметим лишь, что финал значительно корректирует жанр обоих названных сериалов, превращая полицейскую историю с налетом фантастики в эдакую мрачноватую мистическую притчу.

В том же 2008 году для канала АВС был снят американский ремейк «Жизни на Марсе», с тем же названием и почти с теми же именами главных персонажей. Но только, разумеется, действие происходит не в Манчестере и не в Лондоне, а в Нью-Йорке. В американской версии роль Сэма исполнил Джейсон О’Мара. В отличие от Джона Симма, на счету которого немало серьезных ролей (например, он сыграл Родиона Раскольникова в мини-сериале ВВС по роману «Преступление и наказание» Ф. М. Достоевского), ирландец О’Мара снимается, по преимуществу, в жанровых сериалах. Роль лейтенанта Джина Ханта в ремейке исполнил Харви Кейтель; он впервые в своей творческой карьере согласился на постоянную (regular) роль в сериале и не прогадал: роль старого копа — колоритная, бенефисная, и актер легко переигрывает на съемочной площадке всех, включая и Джейсона О’Мару.

Если британская «Жизнь на Марсе» продержалась два сезона и заслужила спин-офф, то американская версия прожила всего один сезон и продолжения не имела. Так что американцам пришлось в финальной серии выдать разгадку, причем развязка сериала оказалась принципиально другой: не мистической, а научно-фантастической, в духе «Космической одиссеи 2001». Примечательно, что американские сценаристы добавили фрейдистских мотивов, которые отсутствовали в оригинале: персонаж Харви Кейтеля в «межзвездной альтернативе» сюжета оказывается отцом персонажа О’Мары. То есть постоянное соперничество крутого босса с подчиненным было отражением конфликта отца с сыном...

Кроме этого ремейка «Жизни на Марсе» был снят еще и испанский вариант (La chica de ayer, 2009), авторы которого в целом четко следовали оригиналу, однако заменили музыкальную тему. Название обеих англоязычных версий отсылало к одноименной песне Дэвида Боуи, которая одновременно становилась и главной музыкальной темой. Испанцы задействовали свою песню, La chica de ayer («Вчерашняя девушка») группы Nacha Pop, и, соответственно, заглавие и саунд-трек сериала стали иными. Когда в России задумали снять свой ремейк «Жизни на Марсе», логично было бы предположить, что авторы сделают музыкальной темой песенный хит того времени, куда переместился главный герой, а именно — конца 70-х (скажем, «Этот мир придуман не нами» или «Если долго мучиться» из репертуара Аллы Пугачевой). Однако создатели российской версии то ли не догадались выбрать отечественный хит, то ли не сумели уладить вопрос с авторскими правами на песню Пугачевой. Поэтому наш сериал получил название «Обратная сторона Луны» — по названию композиции из альбома Pink Floyd (Dark Side of the Moon).

Надо признать, российская версия существенно отличается от британского аналога — и не только потому, что Манчестер 1973 года не очень похож на Москву-1979. Хотя полиция тридцатилетней давности в «Life on Mars» действует гораздо жестче, с меньшей оглядкой на уголовный кодекс и, уж конечно, безо всякой политкорректности (всей этой ковбойщине Сэм из будущего пытается противостоять), для англичан и для американцев адаптация героя в прошлом во многом носит «количественный» характер (без сотовой связи — странно, без Интернета — неуютно и пр.).

В российской версии все иначе. «У России очень богатая история. Тридцать лет назад это была совсем другая страна... — аккуратно прокомментировал работу наших телевизионщиков продюсер BBC Дункан Купер. — Главным было показать ту историческую эпоху и сделать сценарий наиболее работающим для российской аудитории». Сюжетообразующий фактор в «Обратной стороне Луны» — не столько технологический, сколько ностальгический. По сути, первый сезон российского сериала — это такие «старые песни о главном» для сограждан с избирательной памятью, щедрый подарок тем, для кого в советском прошлом трава была зеленее, водка крепче, жизнь веселее, а Брежнев был всего лишь комическим дедушкой с густыми бровями...

Когда Сэму Оливеру (Брэт Харрисон) исполнился двадцать один год, его отец (Эндрю Эйрли) признался, что они с мамой (Эллисон Хоссак) еще до рождения сына, так сказать авансом, продали его душу дьяволу. Теперь Князь Тьмы (Рэй Уайз) возникает в жизни Сэма и требует, чтобы юноша (во исполнение договора) поработал на него: стал бы ловцом душ... о нет, не в библейском смысле этого выражения. Нашему герою придется быть кем-то вроде федерального маршала или «охотника за головами». То есть выслеживать беглецов и водворять их обратно. Только беглецы те — не из тюрьмы, а из преисподней.

Судя по всему, у потусторонних вертухаев с дисциплинкой полный швах, и охрана адских врат поставлена из рук вон плохо. Поэтому клиентов у Сэма хоть отбавляй — один другого жутче. Работа ловца беглых грешных душ оказывается непростой, во-первых, чисто технически (попробуй-ка справься с опытными злодеями!), и, во-вторых, малоприятной по моральным соображениям (а вдруг кто-то из клиентов страдал в аду безвинно?). Таким образом, Сэм вынужден искать себе помощников или хотя бы советчиков.

Где их взять? Да по месту основной работы! Будучи продавцом в хозяйственном супермаркете «Верстак» (Work Bench), герой посвящает в свои мистические проблемы двух друзей и коллег: Берта Вайсоки по прозвищу Сок (Тайлер Лэбин) и Бена Гонзалеза (Рик Гонзалез). Своей любимой девушке Энди Прендергаст (Мисси Перегрим) герой признается, конечно, в последнюю очередь, боясь ее шокировать и подвергнуть опасности. Но, в конце концов, Энди тоже узнает правду и, как Берт с Беном, будет ему помогать. Правда, основную работу герой вынужден все же исполнять сам. И дело не только в контракте. Вскоре выясняется, что дьявол — биологический отец (если так можно выразиться о потустороннем существе) Сэма, и папа не прочь сделать героя наследником...

Сценаристы Майкл Фазекас и Тара Баттерс наверняка помнили о сказках, в которых родители заранее вмешиваются в судьбу своих будущих чад, отдавая их (по достижении совершеннолетия) во власть злым колдуньям. Те, чьим будущим злостно распорядились, вынуждены выпутываться из ситуации — чаще всего не без потерь. История Сэма исключением не является. При этом вполне сказочный сюжет сопрягается с обыденной жизнью; контраст адской мистики с приземленным бытом вызывает запланированный комический эффект.

Это же касается сюжетной линии внезапного родства главного героя с самим Сатаной. Если для создателей знаменитой мистической ленты «Адвокат дьявола» упомянутое обстоятельство предопределяло будущую трагедию, то в сериале «Жнец» торжествует комедия на грани фарса: Сэм по натуре — добряк и лоботряс, и он не хочет стать владыкой ада. Однако бремя сверхъестественного происхождения Сэм несет по жизни без особой рефлексии. Главный герой воспринимает новость не как жизненную драму, а скорее как житейскую неприятность. Консультант сериала — постановщик знаменитой «Догмы» Кевин Смит. Он же и срежиссировал пилотный эпизод, заранее настроивший зрителя на ироническую (даже несколько глумливую) интонацию дальнейшего повествования.

Российские телепрокатчики по привычке заменили родное название: загадочное «Жнец» превратилось в прямолинейное «На службе у дьявола». Отсебятина в данном случае объяснима и даже отчасти оправданна. Разумеется, главный герой данного сериала — Сэм, однако и дьявола в исполнении Рэя Уайза никак не назовешь персонажем второго плана. Опасные затеи Князя Тьмы — это, по сути, основной «моторчик» сюжета. Уайз не педалирует мистику: его элегантный герой улыбчив, но эта улыбка едва ли кому-то покажется добродушной. Он больше похож на расчетливого бизнесмена или рафинированного мафиози, чем на выходца из преисподней. При этом дьявол Уайза вроде бы нечеловечески всемогущ, вездесущ и всеведущ, но у него, представьте, имеются почти человеческие слабости. Силой одолеть его человек не может, но вот обхитрить Лукавого шанс есть. По крайней мере, в сказочном формате такие повороты сюжета нередки. В конце концов, подобное обычно лечится подобным...

В конце второго сезона Сэму почти удается обыграть дьявола, однако победе нашего героя препятствуют (вообразите!) не адские силы, а райские. Оказывается, Сэм нужен Богу именно в прежнем качестве. Возможно, в третьем сезоне зрителю рассказали бы — или хоть намекнули — о замысле высших сфер. К сожалению, судьбу сериала решили на земле: после второго сезона «Жнец» был закрыт. Несмотря на юмор, задорный сюжет, отвязных героев и блистательного Уайза... Почему так случилось? Да черт его знает!

Оригинальное название этого телесериала можно перевести как «Утренний выпуск», хотя и заголовок, придуманный российскими прокатчиками, вполне отражает суть дела. Итак. Вы хотели бы ненадолго попасть в завтра — узнать, что день грядущий вам готовит? Чикагский брокер Гэри Хобсон (Кайл Чандлер) ни о чем подобном не помышлял, пока его не выгнала из дома жена и пока он не переселился в отель. В одно прекрасное утро у двери его номера появились рыжий кот и номер газеты Chicago Sun-Times. Кот выглядел вполне заурядно и газета на первый взгляд тоже. Вот только число на первой странице оказалось не сегодняшним, а завтрашним. Таким образом, будущее решило заглянуть к Гэри на день раньше, чем к другим чикагцам.

Такой подарок судьбы не случаен. Довольно быстро наш герой осознает: газета теперь ежедневно появляется у его двери, в каком бы месте Гэри ни встретил утро (даже если он заночует в стогу сена, кот с завтрашним номером и там его найдет). Нравится Гэри Хобсону или нет, но у него, похоже, появилась особая миссия: предотвращать беды, о которых ему дано узнать раньше, чем эти беды случатся. Герой романа Стивена Кинга «Мертвая зона» благодаря дару предвидения в итоге избавлял планету от третьей мировой войны. Возможности Гэри скромнее. Он не может спасти человечество, но может спасти конкретного человека или нескольких. Причем не обязательно от смерти. От увечья. От ранения. От несчастного случая. От тюрьмы и сумы. От краха карьеры (для публичного политика это тоже почти смертельно).

Эх, если бы главный герой сериала вместе с завтрашней газетой получил бы заодно плащ супермена! Он бы надел его и полетел творить добро. Или, к примеру, если бы Гэри был профессиональным спасателем... Или хоть полицейским... Но Гэри, разбираясь в финансах, поначалу не знает, как вести себя в чрезвычайной ситуации. Тем более когда время поджимает, а тебе никто не верит. Объяснить потенциальной жертве, что у него, у Гэри, сведения из будущего? Сочтут психом. Показать газету? Назовут мистификатором. Наш герой — добрый малый, немного застенчивый. Как ему убедить человека, чья жизнь под угрозой, принять твой рассказ всерьез? А газетная полоса торопит: если ситуация усугубится, номер может измениться. Промедлишь — и первая полоса добавит ужаса...

По законам жанра сказки, у главного героя должны быть помощники, которые верят ему и поддерживают. Вот и у Гэри есть компания. Однако сценаристам важно обострить сюжет, а не облегчить жизнь герою. Поэтому в первых двух сезонах одна из помощниц, Марисса Кларк (Шанезия Дэвис-Уильямс), решительна, добра, но слепа. А у второго соратника, бывшего коллеги Чака Фишмана (Фишер Стивенс), со зрением все отлично. Но сам он — суетливый пройдоха, который временами не столько помогает приятелю, сколько пытается тихо использовать чудо-газету для заработка и терпит фиаско. С одной стороны, Фишман — непременный для подобного сериала комический персонаж (чтобы у благородного Гэри не прорезались крылья и не появился нимб, порой необходимо поубавить пафоса и добавить юмора). С другой стороны, Чак — ходячее доказательство неоспоримости авторской идеи: знание грядущего, которое подарено Гэри, нельзя разменивать на мелочи. Миссия важнее личного благополучия и слишком ответственна, чтобы можно было отвлечься от нее.

Чикаго выбран сценаристами не случайно. Этот город с не очень приятным климатом имеет богатую историю (дважды главного героя даже переносят в здешнее прошлое: то в год Большого пожара, то во времена сухого закона). Проблема, однако, еще и в том, что Чикаго — город большой. И поэтому каждый день тут случается много неприятностей разной степени тяжести, от падения рояля с верхнего этажа до авиакатастрофы. Герою сериала приходится, закусив удила, перебегать от одного происшествия к другому с газетой под мышкой или, хуже того, делать неприятный выбор: кого выручать, а кого игнорировать? Как будто бы герой должен руководствоваться законами больших чисел (мол, лучше спасти сотню людей, чем одного). Но у каждого, даже самого малого, «числа» есть лицо и биография. Потому-то Гэри порой поступает нелогично, делая выбор в пользу одиночек. Но! В мире все взаимосвязано и переплетено. «Точечный» добрый поступок героя неким образом (сценаристам приходится стараться) может повлиять и на другие события, по принципу домино. Что бы случилось в известном рассказе Рэя Брэдбери, если бы, например, бабочка в юрском периоде была не раздавлена, а спасена?

Четыре сезона «Завтра наступает сегодня» — это 90 серий, то есть как минимум две сотни добрых дел. За четыре года кое-что поменялось в окружении нашего героя (одни персонажи ушли в тень, другие появились), однако его modus vivendi остался таким же, как прежде. На протяжении почти всего сериала героя (и зрителей) держат в неведении, отчего роль доброго самаритянина досталась именно Гэри и кто, собственно говоря, отправляет ему газету. К финалу авторы приоткрывают тайну, рассказывая о том, кто был предшественником Гэри, и намекая, кто однажды станет его преемником на поприще добрых дел... Кстати! Когда сериал был закрыт (а всему хорошему в этой жизни когда-нибудь наступает конец), фанаты из штата Иллинойс еще несколько лет подряд пытались вернуть его на телеэкраны с таким пылом, словно прагматичные боссы телеканала CBS действительно лишили Чикаго ангелов-хранителей.

Фантасты придумали множество способов путешествовать во времени — от квазинаучных, с применением хитрых устройств, до простых, как удар дубиной (с его помощью Марк Твен засылает своего янки в эпоху короля Артура). А скажем, герой фильма «Эффект бабочки» (2003) отправляется в прошлое, зачитывая избранные места из собственного дневника. Примерно такой же механизм перемещения задействован и в сериале «Записки юного врача». Пока в 1934 году сотрудники НКВД делают обыск в кабинете сорокалетнего доктора медицины (Джон Хэмм), хозяин кабинета листает свой юношеский дневник — и раздваивается: оставаясь на месте, он одновременно оказывается в своем прошлом. А именно — в 1917 году, когда он, выпускник Московского медицинского института (Дэниэл Рэдклифф), прибыл в Богом забытую деревню Мурьево и стал там врачом...

Писатель Михаил Булгаков, как известно, с фантастикой дружил, но в ранних рассказах цикла «Записки юного врача» обошелся без нее. Тем не менее британские кинематографисты, снявшие для канала Sky Arts телесериал по мотивам булгаковских рассказов (в каждом из двух сезонов по четыре двадцатитрехминутных эпизода), сами дополнили оригинальные сюжеты сценами встреч главного героя, уже умудренного жизненным опытом, со своей юной ипостасью.

Зачем нужен этот фантастический прием? Смысл его прояснится позже, а пока врач из 1934 года не без ностальгических чувств наблюдает, как в 1917 году вчерашний студент осваивается на новом месте, превращаясь в маленького начальника сельского медперсонала: акушерки Пелагеи (Рози Кавальеро), медсестры Анны (Вики Пеппердайн) и лопоухого фельдшера Демьяна Лукича (Адам Годли). Конечно, никакая теория — даже при наличии пятнадцати отличных оценок в дипломе — не заменит врачебной практики.

Чуть ли не с первого дня нашему герою приходится быть акушером и хирургом, венерологом и стоматологом. Столкнувшись с трудным случаем, он далеко не всегда успевает заглянуть в учебник.

Дэниэл Рэдклифф отлично вписался в образ юного врача: после завершения поттерианы актер строит свою карьеру, стараясь выдерживать максимальную дистанцию от Гарри и доказывая зрителям, что мальчик-волшебник — лишь одна из ролей в фильмографии (пусть пока наиболее заметная), и ему как исполнителю доступен широкий диапазон. А что может быть дальше от Хогвартса, чем русская деревня Мурьево? Фельдшер Демьян — не Рон, акушерка Пелагея — не Гермиона, да и врачевание в России — не магия, а нервная, изматывающая, подчас кровавая работа: здешние пациенты обычно обращаются к врачу, когда недуг запущен, и требуют от доктора невозможного. Порой смерть отступает, но куда чаще медицина оказывается бессильна...

У Джона Хэмма — примерно та же творческая задача, что и у Рэдклиффа: не стать заложником своей звездной роли, поскорей избавиться от приклеившегося к нему образа рекламщика Дона Дрейпера из популярного сериала «Безумцы». Думаю, именно поэтому актер и согласился на предложение Sky Arts. Другая страна, другая эпоха, совсем иной жанр. И пусть авторы сериала отступают от булгаковских интонаций, зато булгаковский пиджак сидит на актере как влитой; постановщики очень постарались обозначить внешнее сходство рассказчика с самим Михаилом Афанасьевичем.

Оригинальные «Записки юного врача» проникнуты иронией, которую экранизаторы сознательно усугубляют, превращая в черный юмор. Провинциальный абсурд помножен на русскую экзотику: бороды, зипуны, снега по пояс, метель forever и песня Kalinka в качестве саундтрека. Здесь есть сознательный гротеск, в духе «Любви и смерти» Вуди Аллена, но почти нет того, что в западном кино проистекает из незнания фактуры и потому зовется «клюквой». Костюмы персонажей соответствуют эпохе, реквизит аутентичен, да и статисты не загримированы под пестрый цыганский хор. Другое дело, что сценаристам мало булгаковского первоисточника. Если в первом сезоне авторы еще более-менее следуют канве «Записок», то во втором — герой попадает в водоворот Гражданской войны. Юмор становится все чернее, а перспективы — все мрачнее.

Модернизируя Булгакова, авторы, впрочем, избежали соблазна добавить политической остроты: сотрудника НКВД, который в 30-х годах ведет допрос доктора, интересует не политика, а кража морфия, выписанного на «мертвых душ». Создатели сериала, опираясь на текст рассказа «Морфий» (формально он не принадлежит к упомянутому циклу), совершают подмену. У Булгакова морфинистом становится не главный герой, а его приятель Поляков; в экранизации же пагубную тягу к опиатам испытывает сам врач. Во втором сезоне трансформируется жанр сериала. Легкий комический флер постепенно рассеивается, на его место вползает тяжелый наркотический бред. Ближе к финалу молодой доктор готов ради дозы на любую низость: обман, воровство, предательство...

Таким образом проясняется, с какой целью персонаж Джона Хэмма отправлялся на семнадцать лет в прошлое и докучал герою Дэниэла Рэдклиффа (зудел над ухом, возникал в его постели, выныривал из его ванны и даже дрался с ним на кулаках): доктор из 30-х годов, уже безнадежный наркоман, пытается изменить жизнь, уговаривая юного себя не совершать фатальной ошибки и не злоупотреблять морфием. Однако он терпит фиаско. Двадцатилетний не внемлет сорокалетнему — и все, как предначертано, идет своим чередом.

Как известно, в фантастике не всякий наблюдатель из будущего может реально воздействовать на прошлое — это слишком сложная и многофакторная задача. Хотя в данном случае главная проблема не в запутанных переплетениях причин и следствий, а в человеческой психологии. Даже если раздавить дюжину бабочек в мезозое, юность никогда не станет по-настоящему прислушиваться к увещеваниям зрелости и будет наступать на все грабли, подложенные судьбой. «Записки юного врача» можно перечесть, нельзя переписать.

На календаре 1972 год. Джо Ламбэ (Том Хьюз), молодой сотрудник британской контрразведки, допрашивает перебежчика, преподавателя университета Аркадия Малинова (Марчел Юреш). Тот признается, что на самом деле он — полковник КГБ, участвующий в секретной операции «Стекло». Ему неизвестны ни количество людей, которые задействованы в ее подготовке, ни сам механизм реализации плана, ни точная дата «дня Икс». Перебежчик знает лишь одно: если задуманное осуществится, Великобритании грозят разрушительные последствия. Какие именно? И на этот вопрос ответа у Малинова нет. «Операция «Стекло» как мозаика, — объясняет он. — Никто не видит всех фрагментов. Но зато результат увидит весь мир».

Хотя искренность беглого кагэбэшника под вопросом, а сама угроза лишена конкретных очертаний, руководитель МИ-5, грузный пожилой джентльмен по прозвищу Папочка (Брайан Кокс), к словам Малинова относится всерьез. Шеф контрразведки — далеко не кладезь добродетелей: он злопамятен, безжалостен, почти в открытую изменяет жене с китайской танцовщицей, а цвет его лица выдает в нем многолетнего пьяницу. Но при этом Папочка обладает быстрым умом и хорошо развитым чувством опасности. Потому-то он собирает спецгруппу, чтобы та работала только над этим делом.

В состав группы, помимо Джо Ламбэ, включены еще пять человек: опытный аналитик Сара Монтаг (Виктория Хэмилтон), умелый бюрократ Бобби Уотерхауз (Пол Риттер), специалист по прослушке — он же муж Сары — Алан Монтаг (Джонатан Арис), молодая сотрудница Венди (Хлоя Пирри), а также полицейский Джим Фенчёрч (Шон Дули), которому поручены контакты между ведомствами. Никто из шестерых не похож на супергероя. Властная Сара, дама с повадками сердитого мопса, помыкает своим унылым супругом. Карьериста Бобби держит в узде его амбициозная мамаша. У трепетной Венди — по виду юной дурочки — нет никакой личной жизни, только одна работа. Увалень Джим поначалу относится к новым коллегам из МИ-5 с тайным пренебрежением, подозревая в них бездельников, которые за хорошие деньги занимаются сущей ерундой. Что же касается Джо, красавчика в стильном плаще, то он недавно провалил задание в Польше и просто чудом не вылетел со службы... И вот эти-то люди должны спасти Великобританию от неведомой ужасной угрозы!

Поклонники киношной бондианы, наверное, будут разочарованы. Тут нет умопомрачительных гаджетов, вроде ракеты, спрятанной в наручных часах, и потайных микрофонов величиной с маковое зернышко. Зато имеются огромные, как бабушкины сундуки, катушечные магнитофоны и «жучки» размером с сэндвич. Британских контрразведчиков мало; они ходят по Лондону пешком либо передвигаются на медлительных казенных авто. Главные герои по старинке не носят с собой пистолетов и во время погонь за шпионами не могут открыть стрельбу. Максимум, что им позволено в момент встречи с врагом, — подождать, пока тот отвернется, и отоварить доской по голове.

А вот шпионы КГБ в Лондоне многочисленны, мобильны, отлично экипированы и вооружены до зубов. Главный сериальный злодей, кагэбэшный «чистильщик» по кличке Один (Евгений Ситохин), нагло таскает с собой маузер и без колебаний пускает его в ход. От посланцев Москвы нет спасения. С завидной легкостью они могут проникнуть на засекреченную военную базу или в одиночную камеру тюрьмы контрразведки. Они запугивают до полусмерти секретаршу премьер-министра и организуют взрыв бомбы в штаб-квартире консерваторов. Властные структуры Великобритании буквально нашпигованы советскими агентами. Даже в самой МИ-5, под самым носом у Папочки, притаился советский «крот». Так что катастрофа, о которой говорил в первой серии перебежчик Малинов, может вылиться чуть ли не в смену общественного строя в стране...

Думаете, гротеск? Четыре с лишним десятилетия назад данный сюжет не выглядел таким уж фантастическим. Напомним, что действие сериала происходит в 1972 году, очень непростом для всей планеты: авиакатастрофы, захваты заложников, экономические трудности, политические катаклизмы. В январе Англию сотрясла крупнейшая (после 1926 года) забастовка горняков. Угольщиков поддержали докеры, дефицит угля вызвал острый энергетический кризис, перебои в электроснабжении коснулись даже Букингемского дворца и дома 10 по Даунинг-стрит. В стране было объявлено чрезвычайное положение, количество рабочих дней сокращено до трех в неделю, а число безработных выросло до миллиона человек. Через несколько месяцев правительство, пытаясь справиться с инфляцией, введет плавающий курс фунта стерлингов и заморозит зарплаты. И все это на фоне массовых беспорядков в Белфасте, теракта ИРА в Олдершотте и других малоприятных новостей.

В мутной воде кризисов активизировались советские спецслужбы. Отсылаем всех желающих к документальной книге Кристофера Эндрю и Олега Гордиевского «КГБ. История внешнеполитических операций от Ленина до Горбачева», где речь идет о событиях, сопоставимых со сценарием британского сериала. Достаточно вспомнить историю перебежчика Лялина, который, скорее всего, и послужил одним из прототипов Малинова. Упомянутый Лялин тоже сдался британским властям в начале 70-х и точно так же нагнал страху. При этом он был конкретен, и список его заданий для «дня Икс» щекотал нервы: «Среди диверсий, которые предполагалось осуществить в Лондоне, были планы затопления лондонского метро, взрыв станции раннего оповещения о ракетном ударе в Файлингдейле (Северный Йоркшир), уничтожение стратегических бомбардировщиков класса V на земле и нападение на другие военные объекты». Впечатляет, не так ли?

Англичане поверили Лялину и вовремя выслали из страны более сотни — целая рота! — сотрудников КГБ и ГРУ, работавших в Лондоне под дипломатической «крышей». Едва ли Кремль рассчитывал превратить Великобританию в эдакую «Британскую ССР» в составе СССР, но шансы ослабить позиции консерваторов и в итоге свалить правительство были в то время довольно велики. Сам британский премьер, кстати, тоже появляется на экране в паре эпизодов — правда, безымянный, но внешне более-менее смахивающий на Эдварда Хита, тогдашнего главу кабинета. Создатели «Игры» лишь домыслили подоплеку реальных событий 1972 года и обострили сюжет в духе классики британского шпионского жанра — «Зеркальной войны» Джона Ле Карре и, особенно, «Четвертого протокола» Фредерика Форсайта. Детективный сюжет сериала ладно скроен, крепко сшит и держит зрителя в напряжении; даже те, кто неплохо знают историю, ждут финального эпизода с трепетом, опасаясь за судьбу Англии: а ну как гениально-зловещий план КГБ все же сработает? Что тогда?

Не будем раскрывать, в чем был смысл операции «Стекло» и кто из спецгруппы МИ-5 в итоге оказался советским «кротом». Поскольку у каждого из персонажей запрятан собственный «скелет в шкафу», предугадать сюжетные ходы невозможно — впору бросать жребий и довериться кубику, как в книге Люка Райнхарта «Дайсмен» (обложка этого полузабытого ныне английского бестселлера 1971 года не раз мелькнет на телеэкране, словно бы символизируя темную власть Фатума). Сценаристы хитро разбрасывают намеки, чтобы зритель до предпоследней серии в замешательстве перебирал варианты: и этот подходит на роль оборотня, и тот, и даже сам Папочка не свободен от наших подозрений. В конце концов, агенты советской разведки Ким Филби и Гай Берджесс тоже когда-то занимали немалые посты.

Как и многие другие сериалы, снятые телерадиокомпанией ВВС, «Игра» производит впечатление основательности и добротности при довольно скромном бюджете и минимуме спецэффектов. Однако ни один из российских федеральных телеканалов не изъявил желания показать эти шесть серий в прайм-тайм. А ведь, казалось бы, наши теперешние начальники — через одного выходцы из КГБ — должны были испытывать нечто вроде профессиональной гордости, глядя, как их бывшие коллеги держат в страхе всю британскую столицу. Видимо, бывшие рыцари щита и меча поостереглись, и понять их можно. Наблюдая за похождениями кагэбэшного киллера Одина и его подручных в 1972 году, российский зритель мог бы вдруг припомнить недавнюю историю про чай с полонием, сравнить две эпохи и сделать кое-какие неутешительные выводы.

Иерихон — библейский город, чьи стены пали от звука трубы. Но сериал совсем не о нем. Действие происходит в небольшом американском городке Иерихон, штат Канзас. Жизнь там идет своим чередом: близятся выборы мэра, и занимающий этот пост Джонстон Грин (Джералд Макрэйни) опять собирается выдвигаться. Между тем в семье его все непросто. Один из сыновей, Эрик (Кеннет Митчелл), чересчур горяч и не очень мудр, а другой, Джейк (Скит Ульрих), ненадолго вернувшийся в родные места, конфликтует с отцом, и мама Гейл (Памела Рид) при всем желании не может примирить младшего Грина со старшим.

Но в одно ужасное утро все разногласия внутри семейства Гринов становятся несущественными. Не до выяснения отношений: жители Иерихона видят на горизонте (там, где был Денвер) огромный ядерный гриб, а затем узнают, что взорвана и Атланта. Они пока еще не знают, что жертвами стали и Балтимор, и Бостон, и Даллас, и Лос-Анджелес, и Детройт, и еще полтора десятка городов, включая Вашингтон. США лежат в руинах. Федерация распалась. О том, где теперь центр власти, никто не знает. Ходят слухи, будто «заказчиками» ядерных взрывов являются Иран и Северная Корея, но это неправда. Все куда страшней. Только в конце сезона зритель узнает, кто и почему все это устроил, а многие персонажи сериала — обычные американские граждане — так и останутся в полном неведении...

Робинзонада — жанр универсальный. Преамбула может быть сколь угодно прихотлива (морская катастрофа, авария воздушного шара или авиалайнера, провал во времени или, как в данном случае, ядерный Апокалипсис), но дальнейшее течение сюжета неизменно: если люди намерены выжить в изменившемся мире, им всем надо приспособиться к новым условиям. Сменить приоритеты. Понять, что прежние ценности (деньги, власть, влияние) перестали работать, и при этом не опуститься до первобытной дикости, не скатиться к «войне всех против всех» за кусок хлеба или глоток воды.

Да, конечно, мы захотим узнать, как мир дошел до такого, и нам будет интересно выяснить, кем же на самом деле является новый житель Иерихона Роб Хокинс (Ленни Джеймс) — то ли террористом, то ли агентом ФБР, который был внедрен в среду террористов. Однако детективная интрига все же не является главным в сериале: куда любопытнее наблюдать, как люди пытаются построить нормальную жизнь в постапокалиптическом мире и как между ними возникают (или возобновляются) обычные человеческие отношения.

Несмотря на катастрофу, жизнь в Иерихоне, не затронутом взрывом, продолжается. Осталась любовь, осталась корысть, даже честолюбие прекрасно существует и на пепелище. Люди приспосабливаются: нужно что-то есть, необходимы бензин и электричество, а связи нет, и армии нет, и вокруг рыщут мародеры и бандиты (во главе с харизматичным Джоной Проузом — его роль исполнил Джеймс Ремар). А тут еще выясняется, что жители соседнего городка Нью-Берн, оставшегося с заводом, но без фермерских угодий, вот-вот пойдут войной на соседний Иерихон и минометы, изготовленные мэром Константино (Тимоти Омундсон), посильнее охотничьих ружей...

Фантастика, детектив, конспирология, драма, мелодрама, военные приключения — чего только нет в сериале! Если бы создатели «Иерихона» сосредоточились на робинзонаде, цены бы сериалу не было. Однако авторы чересчур разветвили сюжетные линии и, что печально, с каждой новой серией стали все сильнее зацикливаться на конспирологическом жанре: возникли на горизонте зловещая корпорация «Jennings & Rall» и ее наемная армия «Рэйвен Вуд»; высветилось соперничество разных штатов, характеры перестали заметно развиваться, а сцены экшен стали куда менее мотивированными.

Это отразилось на рейтинге «Иерихона», а к проблемам сценаристов добавились просчеты прокатчиков. Уже после первого сезона, поделенного на две части, рейтинг оказался недостаточно высок, так что второй сезон составил семь серий. Сюжетные линии, связанные с политическим заговором, удалось худо-бедно завершить, однако все прочие фабульные «хвосты» сиротливо повисли: зрителя не покидает ощущение явной оборванности, недосказанности. Что будет с новой Америкой, в целом ясно: грядет новая гражданская война. А вот о том, что станет с главными героями, как сложатся их отношения, можно лишь гадать. «Большие батальоны» победили. Частное принесено в жертву глобальному. Можно подумать, что сценаристы «Иерихона» учились у классиков соцреализма...

А жаль, ох как жаль: идея была отличной, исполнение похуже. Сериал следует посмотреть (авторы — профи), но заранее подготовив себя к тому, что вторая половина будет слабее первой.

Инспектор Джек Клот (Джон Ханна) пребывает в глубокой депрессии после смерти любимой жены; он пьет и часто видит то ли призрак ее, то ли галлюцинацию. Излечить Клота пытается его новая напарница Анна Олдман (Сюранна Джоунс). Она бисексуалка, тайно влюбленная в Клота, хотя ее отношения с близкой подругой разваливаются вовсе не поэтому: для Анны работа с «парнями из участка» (любимое ее выражение) важнее семейного благополучия. В депрессию женщина впадет лишь к концу второго сезона, пить водку из горла начнет только в третьем. А пока героиня являет собой образчик дисциплины, начальник (Джулиан Райнд-Татт) просит ее приглядывать за напарником: если инспектор слетит с катушек окончательно, кто раскроет ужасную тайну маньяка, который рубит на мелкие кусочки бывших присяжных?..

Даже по беглому пересказу сюжета, сплошь состоящего из штампов, читатель этих строк может заподозрить неладное. Телезрителю еще проще: он уже догадался о подвохе, как только обнаружил, что действие происходит в городе под названием Город, босс главных героев носит имя Том Босс, а маньяк точит огромных размеров меч, слушая радио «Маньяк-FM». Несмотря на кровь до потолка, мнимую серьезность пролога и мрачный саундтрек, жанр «Инспектора Клота» проясняется буквально через пару минут после начала просмотра. Создатели британского мини-сериала (шесть серий за три года) решили сделать то, что в XX веке осуществили их американские коллеги, авторы «Полицейского отряда», — а именно снять бесцеремонную и злую пародию на традиционный полицейский теледетектив. Сценаристы Чарли Брукер и Дэниэль Мэйер взяли за основу сюжеты некоторых произведений известного детективщика Бориса Старлинга (написавшего роман «Мессия»), причем сильно их переосмыслили.

«Сожалею о вашей потере, мисс, — бодро объявляет полицейский молоденькой внучке первой жертвы. — Если это вас утешит, вы безумно привлекательны». Звучит по-дурацки? Ну разумеется! Ведь все персонажи сериала, от служителей закона до злодеев, — идиоты, каких еще поискать. Заглавный герой, например, постоянно бродит с заряженным пистолетом и трагическим лицом; то и дело он грозит суицидом и в самый неподходящий момент устраивает громкие истерики. «Взгляни на меня! — орет он. — Я потерял все, чем дорожил. Даже ботинки!» Под стать ему и главная героиня, которая более всего озабочена тем, чтобы люди верно произнесли ее фамилию, и поправляет их с упорством автомата. Подчиненный Клота, дотошный Асап (Навин Чоудхри), вываливает на нас россыпь бессмысленных деталей или дурацких умозаключений типа «Мертвым его раньше не находили, так что это не черта характера»). Еще один полицейский, унылый дылда Дес (Адриан Бауэр), по нескольку раз в день вылезает с деловитой репликой: «Шеф, вам нужно это увидеть!» (всегда речь идет об эротической картинке, не имеющей отношения к делу). А типичный диалог выглядит так: «Отпечатки есть?» — «Нет, только календарики и вкладыши от жвачек».

С каждым новым эпизодом мини-сюжеты размножаются, как тараканы: тут и политическая интрига с выборами мэра Города, и ограбления банков, и внедрение Клота в банду под видом бывалого уголовника по фамилии Легавый, и ядерная бомба, которая может взорваться во время телемарафона, когда размер пожертвований достигнет круглой суммы. Проблемы громоздятся одна на другую, сыщики проносятся по коридорам с ошалелым видом, не зная, за что браться раньше.

Впрочем, самый интересный (и результативный) прием сценаристов — не сюжетные фантасмагории, а постоянная игра с жанровыми штампами. Метод «наивного взгляда» позволяет увидеть абсурд в привычных речевых оборотах и фабульных конструкциях. «Да, именно так они и выглядели», — удовлетворенно сообщает свидетель ограбления полицейскому художнику (на рисунке мы видим вовсе не портреты грабителей, а пачки похищенных купюр). «Убийца явно хочет нам что-то сообщить», — с глубокомысленным видом замечает сыщик, обозревая причудливые улики и пытаясь увидеть в них какую-нибудь систему. «Почему же он просто не пошлет нам СМС?» — искренне не понимает подчиненный. Повествуя о своих душевных страданиях, Клот говорит с надрывом: «Я не смеюсь с тех пор, как умерла моя жена». И нарывается на удивленную реплику коллеги: «Почему ты смеялся, когда умерла твоя жена?» И так далее.

«Инспектор Клот» — сериал забавный. Он не только пародийный, но и самопародийный (в конце третьего сезона есть фейковый анонс якобы ожидаемого четвертого: там абсурд уже зашкаливает, а герои выглядят фриками, возведенными в степень). И не вина сценаристов Чарли Брукера, Дэниэля Мэйера и режиссера Джима О’Хэнлона, что подняться до вершин «Полицейского отряда» и «Голого пистолета» им не удалось. Джон Ханна — хороший драматический актер, но даже в образе Джека Клота он при желании не может изобразить на лице ту высшую степень идиотической серьезности, которой был славен лейтенант Фрэнк Дрэбин в исполнении Лесли Нильсена.

С переводом названия российские телепрокатчики, как обычно, промахнулись: основное умение главной героини, заместителя начальника полиции Лос-Анджелеса и начальницы спецотдела по расследованию убийств Бренды Джонсон (Кира Седжвик), — это проведение допросов. А поскольку в оригинале сериал называется The Closer, и одно из значений слова close — «смыкать» (например, челюсти), то это, скорее «бульдожка», чем «ищейка».

Героиня, переведенная из Вашингтона и сразу назначенная шефом Уиллом Поупом (Дж. К. Симмонс) на высокую должность, не сразу завоевывает авторитет. Тем более что в полиции многие знают: когда-то, много лет назад, у них с Поупом был роман. Так что поначалу у Бренды единственный союзник — сержант Дэвид Гэбриэл (Кори Рейнольдс). Первое время против нее успешно интригует коллега, Рассел Тейлор (Роберт Госсетт), однако постепенно вокруг героини собирается целое созвездие профи. Кроме уже упомянутого Гэбриэла, в команду входят уравновешенный криминалист Майкл Тао (Майкл Пол Чан), ироничный лейтенант Энди Флинн (Тони Денисон), пожилой ловелас лейтенант Луи Провенза (Джордж У. Бэйли) и латиноамериканский мачо Хулио Санчез (Раймонд Круз). Полицейские понимают, что, несмотря на легкую истеричность, Бренда — мастер своего дела.

Как известно, американское судопроизводство имеет давние демократические традиции, а потому многие дела, которые полицейским кажутся бесспорными, в судах разваливаются: порой из-за недостатка улик, порой из-за юридических формальностей, а иногда из-за умелых адвокатских манипуляций чувствами присяжных. Поэтому Бренда может значительно облегчить работу обвинителю, добившись у преступника признания в ходе первых же допросов. У героини есть немало методов (все — законные или, по крайней мере, на грани), которые позволяют ей переиграть даже матерого преступника. Как водится, в полицейском сериале есть погони, перестрелки и даже сцена захвата полицейского участка, однако самое увлекательное здесь — именно допросы, бенефисные эпизоды для Киры Седжвик. Недаром в 2007 году актриса стала лауреатом «Золотого глобуса» как «Лучшая драматическая актриса», а в 2010-м получила премию «Эмми» в той же номинации.

Сериал «Ищейка» — многофигурный. У Бренды есть жених (впоследствии муж), сотрудник ФБР Фриц Ховард (Джон Тенни), с поистине ангельским терпением. А еще у Бренды есть недоброжелательница — ядовитая Шерон Рэйдор (Мэри Макдоннелл) из отдела внутренних расследований. А еще у Бренды весьма сложные отношения с родителями — отзывчивой мамой Вилли Рэй (Фрэнсис Стернхаген) и авторитарным папой Клэем (Бэрри Корбин). В общем, помимо расследования убийств, главной героине приходится заниматься иными проблемами, не имеющими отношения к сыску, и бороться с пагубной привычкой — тягой к сладкому.

Сериал едва бы продержался на экранах так долго, если бы авторы оставались строго в границах полицейского процедурала. К счастью для «Ищейки», сценаристы по ходу дела обращаются и к другим жанрам — например, к «черной» комедии. И тут на первый план выдвигается парочка Флинн и Провенза: по сюжету, они не раз вместе попадают впросак, а временами просто выглядят немолодыми клоунами. Но если вы решили, будто Джордж У. Бэйли здесь копирует своего лейтенанта Харриса из комедийного цикла «Полицейская академия», то ошиблись. В отличие от злобного тупицы Харриса, Провенза неглуп и добросердечен, однако у фортуны с ним особые счеты, поэтому герою частенько не везет...

Последние два сезона «Ищейки» наполнены событиями, не связанными с раскрытием преступлений; семейным проблемам начальницы спецотдела сопутствуют еще и дела административные. Бренда в легком смятении: сперва ее хотят выдвинуть на должность начальника полиции всего Лос-Анджелеса (в то время как шеф Поуп не проходит даже в шорт-лист), а потом свеженазначенный начальник Томми Делк (Кортни Б. Вэнс) предлагает ей место Поупа. Однако героиня отказывается, не без колебаний. С одной стороны, она не прочь поруководить, но, с другой — не хочет чувствовать себя предателем. Да и конкретная сыщицкая работа ей интереснее, чем работа руководящая... В заключительном сезоне Бренда — на грани нервного срыва: у нее все не ладится, ее методы перестают работать, и она едва не становится жертвой разорительного судебного иска. Сама Кира Седжвик признается, что очень устала от своей героини и хочет уйти.

После седьмого сезона актриса осуществляет задуманное. 13 августа 2012 года на канале TNT выходит последняя серия. Но у телешоу — неплохой рейтинг, и почти вся команда Бренды остается в игре; только место главы отдела занимает уже известная нам Шерон Рэйдор. А поскольку название сериала, как ни крути, относилось к героине Седжвик, «Ищейка» автоматически закрывается... чтобы тут же открыться заново, под названием «Особо тяжкие преступления». Премьера нового сериала состоялась в тот же день, 13 августа 2012 года. Однако формально это все-таки спин-офф, то есть отдельная история.

Есть сериалы, жанр которых определить трудно, и «Карнавал» Дэниэла Кнауфа — именно из таких. Да, его главная, то есть мистическая, компонента налицо, но ею создатели не намерены ограничиться. «Карнавал» — еще и детектив, и мелодрама, и роуд-муви, и почти документальное повествование о бродячем цирке: во времена Великой депрессии и катастрофических пыльных бурь он колесит по югу США, выступая в маленьких городках и зарабатывая скудные центы демонстрацией различных диковинок.

Заправляет «Карнавалом» карлик по имени Самсон (Майкл Дж. Андерсон), который, впрочем, утверждает, будто он — не главный, а лишь исполняет волю таинственного Начальства, скрывающегося в особом фургоне. Среди циркачей авторы сериала особо выделяют нескольких: заклинательницу змей Рут (Эдриенн Барбо), бородатую женщину Лайлу (Дебра Кристофферсон), слепого Профессора Лодзя (Патрик Бошо), способного проникать в сны, хромого бригадира рабочих Клейтона Джонса по прозвищу Джонси (Тим Ди Кей), гадалку Софи (Клеа Дювалл) и ее мать, парализованную телепатку и телекинетичку Аполлонию (Дайан Салинджер), исполнительницу рискованных танцев Риту Сью Дрейфусс (Синтия Эттинджер), ее дочерей Либби (Карла Галло) и Дору Мэй (Аманда Эдэй), их отца-конферансье Феликса по прозвищу Стампи (Тоби Хасс) и других. Один только список этих персонажей и их профессий дает примерное представление о репертуаре.

В самом начале сериала к цирку прибивается некто Бен Хоукинс (Ник Стал) — молодой человек, сбежавший из тюрьмы и только что похоронивший мать. Самсону приказывают принять парня. Никто, кроме Начальства, не знает, что Бен обладает даром исцеления, — и это еще не главное. У парня есть важное предназначение: он обязан остановить популярного проповедника брата Джастина Кроу (Клэнси Браун). Далеко не сразу сам брат Джастин осознает, что он — не просто грешник, но и демон, намеренный устроить ад на Земле (у ада почему-то черты атомного взрыва на полигоне в Аламогордо), а когда понимает, что ему предначертано, начинает собирать преданную паству.

Обоих героев преследуют пророческие видения, поэтому Бен хорошо представляет себе образ своего антагониста, однако и Джастин знает, что судьба сведет его с Беном, и юноша нанесет проповеднику смертельный удар ножом. По всем законам драматургии, предстоящая встреча этих персонажей обязана стать кульминацией сериала, но... Зрителю не суждено увидеть ни победу над демоном, ни взаимной аннигиляции безусловно «темного» и условно «светлого» персонажей. В судьбы героев вмешались суровые обстоятельства непреодолимой силы: по воле руководителей канала НВО сериал был закрыт после второго сезона, хотя их, по замыслу Науфа, планировалось целых шесть.

Возмущение поклонников «Карнавала» можно понять. Сериал был снят командой перфекционистов, которые тщательным образом проработали исторический материал и с документальной точностью воспроизвели реалии времени и места (внешний вид главных героев, их речь, детали быта, музыкальный фон эпохи и пр.). В повествование мастерски вплетались библейские мотивы; за чертополохом мелочей было укрыто нечто глобальное — смутное, туманное, труднопостижимое и оттого невероятно опасное, чреватое, быть может, гибелью всего человечества. И вот вся эта тщательно продуманная и богато аранжированная постановка была прекращена буквально на полуслове. Оборванные сюжетные нити повисли. Через некоторое время Науф опубликовал свои сценарные наработки, чтобы зритель мог — хоть приблизительно — узнать о финале истории.

Впрочем, логику НВО тоже можно понять. Пилотный эпизод привлек более 5 миллионов зрителей, но затем рейтинг начал стремительно падать. Второй сезон собрал у телеэкранов менее 2 миллионов человек — притом что производство одной лишь пятидесятивосьмиминутной серии примерно соответствовало стоимости одного среднебюджетного полнометражного фильма. И хотя уже после первого сезона сериал получил пять премий «Эмми» и обрел своих фанатов по всему миру, НВО счел финансовые аргументы наиболее весомыми. Впрочем, нет худа без добра: даже лучшим драматических шоу не удается слишком долго держать высокую планку. «Карнавал» был закрыт на взлете — и вошел в число культовых сериалов, о которых спорят до сих пор.

Этот мини-сериал (8 эпизодов, каждый по 43 минуты) первоначально снимался для двух каналов: американского History и канадского History Television. Но в январе 2011 года, когда сериал был уже полностью готов, канал History внезапно отказался его показывать — как считается, из-за протестов семьи Кеннеди, которой не понравилась трактовка образа Джозефа Кеннеди-старшего (Том Уилкинсон), отца Джона (Грег Киннер) и Роберта Кеннеди (Барри Пеппер). Однако из песни слов не выкинешь: Кеннеди-папа, реальный исторический фигурант, был именно таков, каким предстает в данном сериале, — упертым консерватором и изрядным юдофобом, человеком, который не скрывал своих симпатий к Гитлеру и, будучи послом США в Лондоне, уговаривал англичан не конфликтовать с германским фюрером. Неудивительно, что президент Рузвельт довольно скоро отозвал дипломата из Лондона и отправил в отставку.

Собственно, в сериале именно фигура Джозефа Кеннеди оказывалась ключевой: авторы предложили весьма аргументированную версию, согласно которой Кеннеди-старший, один из самых богатых людей Америки, подавлял своих детей и все решал за них. Когда его собственная политическая карьера потерпела фиаско, отец семейства сделал ставку на старшего сына Джо (Гэбриел Хоган), а после того, как тот погиб на войне, глава клана двинул в политику другого сына. По мнению создателей сериала, Джон Фицджералд Кеннеди на самом деле не очень стремился в Белый дом и лишь подчинился жесткому нажиму отца. И уж тем более не жаждал вариться в политическом котле Бобби, которого отец убедил в необходимости помогать брату.

Обиду семейства Кеннеди на авторов сериала понять можно: мало того что авторитарный отец семейства показан нелицеприятно, так еще и Джон с Робертом выведены людьми отнюдь не героическими. Они рефлексирут, сомневаются, порой совершают глупости; видно, как нелегко дается им каждое серьезное решение. Хотя в сериале много флешбэков, отсылающих зрителя к событиям 30-х и 40-х годов, главная сюжетная линия охватывает годы президентства Джона Фицджералда Кеннеди: выборы, ситуация на Кубе, поражение в заливе Свиней, Карибский кризис, борьба с сегрегацией в южных штатах и, естественно, роковое покушение в Далласе.

Помимо отца и братьев, среди главных героев выделяются также хрупкая и страдающая Джеки Кеннеди (Кэти Холмс), непреклонная мать семейства Рози (Диана Хардкэсл), а также подруга обоих братьев Мэрилин Монро (Шарлотта Салливан) и Джон Эдгар Гувер (Энрико Колантони). Чувство семейного долга оказывается главным приводным механизмом действий членов клана Кеннеди, и именно долг перед покойным братом вынуждает Бобби продолжить политическую карьеру, которая была прервана еще одним покушением. Смертью Бобби сериал заканчивается. Джеки к тому времени уже жена Аристотеля Онассиса, а Кеннеди-старший, разбитый параличом, сидит в инвалидном кресле и тоскливо смотрит вдаль: он профукал свою жизнь, принес в жертву собственных детей, и каков результат?..

Несмотря на противодействие потомков Кеннеди, сериал в конце концов был показан в апреле того же 2011 года в США (по ReelzChannel — относительно новому и притом малоизвестному кабельному каналу), Великобритании и Канаде. Рейтинг сериала оказался не слишком впечатляющим, но для канала-новичка неплохим — около 2 миллионов зрителей в день премьеры в США. «Клан Кеннеди» выдвигался на премию «Эмми» в номинации «Лучший мини-сериал или телефильм» и в двух актерских номинациях; заветная статуэтка в итоге досталась Барри Пепперу. Особо стоит отметить работу гримеров: в обычной жизни, например, сходство актеров Киннера и Холмс с героями, ими сыгранными, минимально, но на телеэкране они выглядят похожими на своих персонажей, в некоторых ракурсах — просто пугающе похожими, словно мы смотрим не сериал, а кинохронику. К сожалению, ни актеры, ни гримеры, ни даже продюсеры не в состоянии обойти главную проблему всех байопиков. Как бы ни старались сценаристы, зритель (даже не слишком эрудированный) точно знает, какой будет финальная точка в биографии главных телеперсонажей.

Сорокалетний Тони Сопрано (Джеймс Гандольфини) не толст, но увесист. Он живет в штате Нью-Джерси и работает консультантом в компании по утилизации мусора. У него хороший дом с бассейном, жена-домохозяйка Кармела (Эди Фалько) и двое детей — сын Эй-Джей (Роберт Айлер) и дочь Мэдоу (Джейми-Линн Сиглер). В семье хватает забот: дом уже пора ремонтировать, дети, вырастая, конфликтуют с родителями. Сопрано ссорится то с авторитарной мамашей, то с неуживчивым дядей, и вдобавок у героя капризная любовница. На работе у Тони тоже нервотрепка. Правительственные чиновники наступают на пятки, контрагенты жадничают, конкуренты наглеют, подчиненные нерадивы. В общем, порой рутинную работу приходится делать самому. И тогда Тони берет в руки пистолет или бейсбольную биту и лично отправляется решать насущные проблемы организации. Дело в том, что официальная должность консультанта для героя сериала — только прикрытие. В действительности он мафиози, лидер преступной группировки северного Нью-Джерси...

Фигура гангстера в американской массовой культуре популярна и поныне, а наибольшим спросом у публики до сих пор пользуется неторопливая семейная сага. Кинорежиссер Фрэнсис Форд Коппола в свое время сорвал джекпот, экранизировав роман Марио Пьюзо «Крестный отец». В трехчасовом фильме удалось соединить два непохожих киножанра — энергичный гангстерский триллер и медитативную «поколенческую» драму. Выяснилось, что мафиози — не столько демонические злодеи из криминальной хроники, сколько «люди как люди», похожие на нас во многом, хотя и не во всем (их милую привычку делать людям предложения, от которых нельзя отказаться, трудно было сбросить со счетов). Сценарист Дэвид Чейз, задумывая историю о преступном лидере Тони Сопрано, конечно же, держал в уме сюжет «Крестного отца», однако продвинулся несколько дальше на пути «очеловечивания» мафии.

У мэтра Копполы все же преобладала тема «семьи» в ее чисто мафиозном значении — как эффективного преступного сообщества, построенного на незыблемых ритуалах (среди них безоговорочная верность боссу, клятва на крови, полувоенная дисциплина, закон omerta) и прочно сцементированного итало-американскими родственными связями. Как и Коппола, Дэвид Чейз принадлежит к числу выходцев из солнечной Италии; его родовая фамилия — Дечезаре. Автор The Sopranos тоже не пренебрег гангстерской экзотикой, но ужал «ритуальную» ее часть буквально до нескольких сцен, одновременно возвратив понятию «семья» традиционный смысл. «Все друзья рано или поздно подводят тебя, — глубокомысленно рассуждает один из главных персонажей. — Семья — единственная опора». Хотя жестокие мафиозные разборки и смертельные битвы кланов за сферы влияния никуда не исчезли, здесь они расцвечены узнаваемыми деталями и погружены в вязкий кисель семейного быта.

Повседневная жизнь гангстеров «клана Сопрано» (не исключая и самого Тони) превращается в оксюморон на грани паранойи. Время от времени кому-нибудь из персонажей требуется распланировать день так, чтобы: а) успеть починить на кухне кран, б) выбить давние долги из непокорного торговца, в) заехать за сыном в школу и привезти его домой, г) выследить и застрелить стукача, пока твой ребенок у себя в комнате делает домашнее задание, д) зайти в супермаркет за хлопьями, — и все это желательно сделать побыстрее, до возвращения жены из парикмахерской. «Чистой» драмы, как и «чистого» триллера в сериале Чейза нет в принципе: гиньоль тесно переплетается с черной комедией.

Тони Сопрано вызывает у нас противоречивые чувства: и страх (он бывает очень жесток), и негодование, и сочувствие, и нечто вроде уважения (в своей среде он вовсе не худший). Смех он вызывает тоже. Актер Джеймс Гандольфини позже рассказывал, почему согласился сыграть эту роль: «Меня зацепил юмор. Не остальное, типа насилия или страшилок. Только юмор». Даже в самых, казалось бы, драматических ситуациях мрачный сюжет может обернуться фарсом. В одном из эпизодов пара гангстеров, отправившись в зимний лес, чтобы закопать случайно убитого ими бандита, обнаруживают, что «труп» жив, отлично дерется и быстро бегает; в итоге оба мафиози, оставшись без машины и заблудившись, умоляют своего босса по телефону приехать за ними и спасти от холода... В другом эпизоде родная сестра Тони, разозлившись на одноногую Светлану, квартирантку из русских эмигрантов (ее играет, кстати, наша актриса Алла Клюка), крадет у нее в отместку искусственную ногу — и это уже грозит «этническими» мафиозными разборками... А как вам, к примеру, теоретический спор о Христофоре Колумбе и его роли в истории? Дискуссия постепенно выливается в массовую драку с членовредительством... «Я понял, что мне надо быть печальным клоуном, — в сердцах комментирует Тони. — Снаружи смеюсь, а внутри плачу». Ну как от всего этого не впасть в депрессию?

На протяжении всех шести сезонов главный герой обсуждает причины своих душевных недугов с психоаналитиком, доктором Дженнифер Мелфи (Лоррейн Бракко): жалуется на детей, злую мамашу, дядю, соратников, противников и на себя, чертовски невезучего. «Я как царь Мидас, только наоборот, — стонет корпулентный босс мафии, с трудом помещаясь в кресле. — Все, к чему я прикасаюсь, превращается в дерьмо». Терапевтический эффект сеансов скромен, но для Тони процесс важнее результата. Сеансы становятся чем-то вроде зеркала, с помощью которого Сопрано пытается приглядеться к себе, а зритель — к Сопрано. Мелфи честно пытается помочь опасному пациенту, но в итоге сама заражается его депрессией и однажды записывается на прием к коллеге-психоаналитику (в его роли снялся один из американских киноклассиков, режиссер «Бумажной луны» и «Последнего киносеанса» Питер Богданович).

Когда сериал вышел на телеэкраны, его создателей упрекали в том, что сюжетная линия с доктором Мелфи позаимствована-де из фильма «Анализируй это» Харольда Рэмиса. Однако пилотный эпизод «Клана Сопрано» был снят раньше фильма — просто боссы канала HBO долго раздумывали, запускать проект или нет. (Они еще не знали, что уже через несколько лет сериал приобретет мировую известность, окажется для HBO самым высокорейтинговым и принесет его создателям 11 «Эмми» и 5 «Золотых глобусов».) Впрочем, идея носилась в воздухе давно: еще раньше, в 1997 году, появилась комедия Дэвида Джэблина «Психоаналитик Дона» (1997), где роль главаря мафии с узнаваемо-пародийным именем Дон Леоне сыграл Роберт Лоджа — он же, кстати, появился в одном из сезонов «The Sopranos». В телеинтервью Питеру Богдановичу Дэвид Чейз, отвечая на вопрос о кастинге, объяснил, что выбор исполнителей основных ролей отчасти был обусловлен соображениями экономии. Мол, раз уж сериал снимался в Нью-Йорке, то и актеров взяли там же. Чейз немного слукавил: на самом деле он нарочно набирал исполнителей, чьи лица раньше мелькали в известных картинах о мафии, — для большей достоверности образов и с намеком на преемственность.

«Попросите любого американца описать итало-американца, и он обязательно вспомнит фильмы «Крестный отец» и «Славные парни», — скажет один из героев «Клана Сопрано» и тотчас же услышит в ответ: «Хорошие фильмы». Именно в знаковой картине Мартина Скорсезе «Славные парни» (1990) снялись сразу несколько будущих звезд «Клана Сопрано»: Майкл Империоли, Лоррейн Бракко, Винсент Пасторе, Тони Сирико и Фрэнк Винсент. Большинство из названных актеров засветились и в картине Роберта Хармона «Готти» (1996), а пожилой Доминик Кьянези, сыгравший Коррадо Сопрано, родного дядю Тони, успел поучаствовать в «Крестном отце — 2». Неслучайно клаксон автомобиля одного из главных персонажей сериала продудит знаменитую мелодию Нино Рота, а соратники главного героя будут неоднократно возвращаться к фильму Копполы, выясняя, кому какая серия этой кинотрилогии больше нравится. «И когда я почти завязал, они затянули меня обратно!» — фразу из «Крестного отца — 3» не раз прорычит, смешно подражая Аль Пачино, Сильвио Данте, правая рука Тони, — эту роль исполнил рок-музыкант Стивен ван Зандт. Кстати, в 2012 году тот же ван Зандт сыграет уже не «капитана» мафии, а мафиозного босса — в сериале «Лиллехэммер» (там его герой между делом уважительно помянет «Клан Сопрано»). И еще одному актеру, участвовавшему в драматическом шоу Дэвида Чейза, позже предстоит вернуться к образу мафиози: Стив Бушеми, исполнитель роли родственника Тони, в 2010 году получит на ТВ «сольный проект» и будет повышен в гангстерской иерархии, сыграв в «Подпольной империи» теневого босса Атлантик-Сити.

Фильмы перетекают в сериалы, грани стираются, актеры ведут себя как гангстеры, гангстеры — как актеры. Молодого исполнителя Лилло Бранкато (роль мелкого бандита Мэтта Бевилаква) вскоре после завершения «Клана Сопрано» задержат по подозрению в убийстве полицейского. В свою очередь, бывший гангстер, а ныне актер из «вуди-алленовской» обоймы Тони Сирико согласится на роль в сериале — только если его персонаж не будет стукачом ФБР. Актер, режиссер и сценарист Майкл Империоли сыграет роль Криса Молтисанти, ближайшего подручного Тони, и, по сюжету сериала, его герой будет снимать кино о мафии, где роль босса (намек на Тони) сыграет настоящий Дэниэл Болдуин... А что, если не было и нет вообще никакой такой мафии? Может, ее выдумали однажды — и продолжают тиражировать — мастера кино и ТВ, чтобы развлечь публику и попутно преподать ей пару уроков? Или, может, Голливуд и производители сериалов создали эту телекиномафию для того, чтобы неким образом «цивилизовать» и «облагородить» реальный преступный мир — минимизировать зло, ввести его в какие-то человеческие рамки, раз уж его нельзя полностью искоренить? Актер Джеймс Гандольфини в 2013 году, увы, безвременно скончался, но образ Тони Сопрано, им созданный, остался и зажил своей жизнью. Бывают случаи, когда искусству удается если не полностью подменить, то хотя бы отчасти подмять под себя реальность — и сделать ее чуть-чуть лучше.

Представьте себе небольшой американский городок Ньюбери, где живет семья заглавного героя этого сериала — священника Дэниэла Уэбстера (Эйдан Куинн). Дэниэл — прекрасный семьянин, любящий отец, талантливый проповедник и замечательный пастырь, который умеет слушать людей и нести им слово Божье. Но сам он живет под гнетом трудноразрешимых проблем. Сериал начинается с того, что дочь главного героя, молодая художница Грейс (Элисон Пилл), арестована за продажу марихуаны. Почти одновременно Дэниэл узнает, что его близкий друг и соратник Чарли Конлин (Джон Пэнкоу) исчез вместе с деньгами, собранными на строительство школы при церкви. Правда, мафия готова помочь вернуть деньги, но в обмен на то, что именно с ее строительной фирмой церковь заключит контракт, и это постыдное обстоятельство надо как-то скрыть от паствы. А от своего отца, епископа Бертрана Уэбстера (Джеймс Ребхорн), Дэниэл должен скрывать, что его сын Питер (Кристиан Кэмпбелл) — гей...

Кроме того, Дэниэлу предстоит как-то налаживать отношения с одним из самых богатых прихожан своей церкви Роджером Пакстоном (Дилан Бейкер), поскольку приемный сын нашего героя, этнический китаец Адам (Айвен Шоу), крутит роман с дочкой Пакстона, который терпеть не может азиатов (и уж никак не смирится с зятем-китайцем!)... А еще мать Дэниэла страдает болезнью Альцгеймера и уже почти потеряла связь с реальностью... А еще родной брат Дэниэла, местный политик Уорт Уэбстер (Д. В. Моффетт), заглядывается на Джудит (Сюзанна Томпсон), любимую жену Дэниэла, а сама Джудит после смерти одного из сыновей, Джимми (брата-близнеца Питера), пристрастилась к мартини... И так далее, и так далее.

В общем, чтобы не рухнуть под тяжестью ежедневных забот, отец Дэниэл, подобно доктору Хаусу, таскает с собой пузырек с таблетками викодина и тайком глотает их без счета. Хорошо еще, что главный герой может не держать все проблемы в себе, а открыть свою душу тому, кто всегда его выслушает, подбодрит, простит... Нет, речь идет не о психоаналитике. И не о коллеге-священнике. Собственно, общается наш герой не совсем с человеком. Или, строго говоря, с человеком лишь отчасти.

Прежде чем продолжить рассказ о сериале «Книга Дэниэла», необходимо сделать небольшой экскурс в историю кино. В 1988 году Эйдан Куинн чуть было не сорвал джек-пот: Мартин Скорсезе утвердил его на роль Иисуса в фильме «Последнее искушение Христа». Однако после того, как студия Paramount Pictures отказалась от проекта, съемки картины прекратились, а Куинн согласился на роль Робинзона Крузо. И когда Скорсезе возобновил съемки, он уже взял на главную роль Уиллема Дефо, которого этот фильм и прославил. Однако и по сей день многие считают «Последнее искушение Христа» фильмом не просто посягающим на христианскую догматику, но скандальным, едва ли не кощунственным. Отсвет этих споров сопровождает и кинобиографию Дефо. Через семнадцать лет Эйдан Куинн невольно оказался в том же положении, что и его удачливый киносоперник...

А теперь самое время вернуться к сериалу. Мы остановились на таинственном собеседнике главного героя. Это Иисус Христос (его роль исполнил Гаррет Диллахант). Да-да, именно он. В белоснежном хитоне. С кудрями до плеч. С мудрой понимающей улыбкой на устах (иногда Иисус может себе позволить легкую иронию, но не более того).

Никто, кроме Дэниэла, его не видит, что не мешает Божьему сыну время от времени появляться то в кабинете Дэниэла, то в его машине, то на кухне, когда там нет посторонних. Поскольку мистер Уэбстер — человек искренне верующий, ему и в голову не приходит, например, что Иисус может быть его личной галлюцинацией. В самом деле, миллионы людей ежедневно обращаются к Богу, так что нет ничего удивительного, если Бог ответит человеку. «Почему ты выбрал именно меня?» — спрашивает Уэбстер и слышит в ответ: «Я разговариваю со всеми. Но не все хотят слышать меня».

Название сериала отсылает нас к Книге Даниила, части Ветхого Завета, хотя между библейским пророком и его тезкой-священником из Ньюбери нет особых параллелей, кроме бесед с Богом. По крайней мере, мистер Уэбстер, в отличие от Даниила, не видит вещих снов и не предсказывает будущее. Напротив, события нередко застают его врасплох и порой развиваются столь стремительно, что не хватает времени для раздумий: надо принимать решение, выбирая между двух зол. И быть готовым к тому, что это будет далеко не лучшее решение.

Если относиться к истории, рассказанной сценаристами, без предубеждений, то надо признать: «Книга Дэниэла» — сериал симпатичный. Отличные диалоги. Неожиданные сюжетные повороты. Профессиональная актерская игра (особенно хороши совместные сцены Куинна и Диллаханта). Безупречные съемки. Виньетки между сценами, стилизованные под мозаичные полотна, — очень эффектный художественный прием. Но...

К сожалению, семья священника оказалась тут настолько далека от эталона, что сериал сразу же вызвал массу нареканий со стороны ортодоксов. Возможно, сценаристы догадывались, что их детище может понравиться не всем и что слоган («Секс. Наркотики. Украденные деньги и мартини. Семья может действительно проверить вашу веру») кому-то покажется несколько рискованным. Но едва ли кто-нибудь подозревал, что сериал будет оборван буквально на полуслове по причинам, не связанным с его художественными достоинствами. Увы, как раз это и случилось: сериал исчез из телеэфира уже через три недели после демонстрации. Серии с четвертой по восьмую не были показаны и стали доступны зрителями много позже, а о том, чтобы заказать продолжение, и речи не было. Многие сюжетные линии оказались лишь намеченными, задумки — нереализованными, кое-какие точки над фабульными «i» не расставлены.

После закрытия «Книги Дэниэла» двух главных исполнителей стал преследовать рок. Судите сами. Хорошего актера Эйдана Куинна больше не приглашают (по крайней мере, на момент написания этих строк) на главные роли в телесериалах, да и вообще он стал появляться на экране реже. А вот Гаррет Диллахант не может жаловаться на невнимание. Однако для этого актера сериал оказался мистической вехой: отныне в его актерской фильмографии почти нет «положительных» ролей. Он, конечно, и раньше изображал маньяков (например, в сериале «Дедвуд»), но после «Книги Дэниэла» колоритные монстры и негодяи становятся едва ли не главными его персонажами. Тут и терминатор-убийца в сериале «Хроники Сары Коннор», и русский гангстер-маньяк в сериале «Жизнь как приговор», и серийный убийца в сериале «Мыслить как преступник», и киллер в сериале «Черная метка», и предводитель тайного сообщества педофилов в сериале «Закон и порядок: Специальный корпус». То же и в большом кино: насильник, разбойник, главарь банды каннибалов...

Впрочем, если мы заглянем в фильмографию уже упомянутого Уиллема Дефо, то заметим, что после фильма Скорсезе число отрицательных ролей в послужном списке актера как-то неоправданно высоко. Почему? Ответ на этот вопрос, наверное, существует, но вряд ли имеет хоть какое-то отношение к сериалу «Книга Дэниэла»...

Скучный заголовок «Компаньоны» — изобретение российских переводчиков. Оригинальное название (Franklin & Bash) сериала канала TNT одновременно пародирует заголовки двух известных голливудских фильмов — «Танго и Кэш» (о крутых копах-напарниках) и «Тернер и Хуч» (о полицейском и собаке). Поначалу заглавные герои сериала, адвокаты из Лос-Анджелеса Джаред Франклин (Брекин Мейер) и Питер Бэш (Марк-Пол Госселаар), вместе с помощниками, авантюристкой Кармен Филлипс (Дэна Дэвис) и страдающим агорафобией Пиндаром Сингхом (Кумэйл Нанджиани), работают в собственной юридической фирмочке. Бэш — реальный бабник, а Франклин — мечтатель и поэт; Бэш — из небогатой семьи, а Франклин, наоборот, — из преуспевающе-адвокатской.

«Вы такие клоуны и дети!» — с укоризной говорят главным героям, и это чистая правда. Несмотря на то что Франклин и Бэш отнюдь не зеленые юнцы (каждый приближается к сороковнику), детство в них все еще играет. Оба компаньона обожают заниматься серфингом в рабочее время, устраивать розыгрыши и в самый неподходящий момент цитировать популярные фильмы. Герои любят повеселиться и часто превращают собственную квартиру в место шумных вечеринок. Неудивительно, что и зал суда становится полигоном для каскада шалостей, изобретательных и временами изощренных (а порой и небезопасных). По словам Майкла Райта, руководителя программ канала TNT, «Компаньоны» — «беззаботная и освежающая юридическая драма. Но это одновременно еще и юридическая комедия». Кстати, комедия в этом тандеме чаще всего на первом месте, но не всегда.

Принято считать, будто присяжные прислушиваются к тем юристам, которые излагают свою точку зрения с максимально серьезным лицом. Но есть и другое мнение: суд — это еще и зрелище, а потому тут возможны любые жанры. Хочешь быть услышанным? Привлеки к себе внимание. Именно так полагают главные герои этого сериала — эффективные, но эксцентричные юристы. Они нарушают приличия, работают на парадоксах, перегибают палку и часто оказываются под арестом по обвинению в неуважении к суду. У них свидетельница, например, может въехать в зал на роликовых коньках, или, к примеру, в судебный зал доставят прозрачную емкость с водой, и Питер с ее помощью докажет правоту клиента, а Джаред послужит экспонатом...

И все же никакая эксцентрика невозможна, если у адвокатов нет глубокого тыла. В первой серии на Франклина с Бэшем надвигаются серьезные финансовые проблемы, из-за которых герои вынуждены пожертвовать частью личной свободы. Им приходится принять предложение миллионера Стэнтона Инфилда (Малкольм Макдауэлл) и всем коллективом влиться в его крупную юридическую контору.

Старик Инфилд отнюдь не филантроп, но у него есть свой интерес. С одной стороны, он видит в двух веселых раздолбаях и хватку, и энергию, и потенциал — все то, чего начисто лишен его анемичный племянник Дэмьен (Рид Даймонд), который вообще мечтает как можно скорее переквалифицироваться в судьи. С другой стороны (эта мотивация озвучена лишь во втором сезоне), старик Инфилд втайне надеется, что компанию, где работают такие скандальные юристы, никто не захочет купить, — для этого главные герои введены в совет директоров, а позже даже становятся старшими партнерами, чьи имена появляются в названии фирмы. Но! Солидный статус главных персонажей ничуть не мешает экстриму.

Сюжет каждой серии обычно выстроен по одной и той же схеме. Сначала герои терпят фиаско, но затем фортуна, снисходительная к веселым пофигистам, оказывается на их стороне. При этом оба героя раз за разом ухитряются впутываться в самые невероятные юридические дела: то они разруливают конфликт двух фокусников, братьев-близнецов Вест (Адам Голдберг), то превращают в свидетеля защиты попугая, то переносят судебные слушания в дом с привидениями, то защищают человека, официально признанного мертвым, то спасают от обвинений в проституции маму Бэша, профессионального секс-терапевта, то доказывают невиновность их собственного босса Инфилда (ему припомнили событие многолетней давности, произошедшее во время занятий альпинизмом). Кстати, под влиянием Франклина и Бэша старик Инфилд тоже постепенно впадает в детство и временами проказничает наравне с главными героями. Малкольм Макдауэлл с удовольствием изображает шарж на себя, а помогают ему различные известные персоны — от Роба Лоу (в роли Роба Лоу) до Майка Тайсона (в роли Майка Тайсона). Кстати, увидев Тайсона, нанятого побить Инфилда, коротышка Франклин не упускает случая засветить знаменитому боксеру по физиономии — просто инстинктивно, на правах секунданта босса.

В четвертом сезоне фирму Инфилда ждет пополнение: появляется новая сотрудница Анита Хаскинс (Тони Тракс) — самая работящая и умненькая. Но, увы, происходит это именно тогда, когда рейтинги «Франклина и Бэша» стремительно падают. Любопытно, что актрису Тони Тракс жизнь обламывает уже четвертый раз: актриса засветилась в сериале CBS «Сделано в Джерси» — и он закрылся. Появилась в «Не навреди» на NBC — закрылся, в «Заложниках» на CBS — закрылся. И как только она в четвертом сезоне присоединилась к команде Франклина и Бэша, сериал был обречен...

Впрочем, «Компаньоны» принадлежит к числу «вертикальных» сериалов; тут нет одной «горизонтальной» истории, которая бы перетекала из эпизода в эпизод. А повествование, которое нетрудно начать, так же легко можно свернуть. В конце концов, цирковое представление и не должно быть слишком длинным.

Хотя оригинальное название сериала (всего девять эпизодов) можно перевести как «Поединок», наши прокатчики выбрали иной вариант, со словом «игра». И понятно почему: действие происходит в Лас-Вегасе — в дни, когда в казино «Колорадо» проходит чемпионат по покеру. Победитель получает, кроме титула, еще и 5 миллионов долларов, так что желающих приобщиться к Большой Игре довольно много...

Образ Лас-Вегаса — притягательного, порочного и опасного — часто возникает на кино- и телеэкранах. Тут и «Багси» (1992) Барри Левинсона (фильм про то, как гангстер Сигел, собственно, и превратил Лас-Вегас в игорную столицу мира), и «Казино» (1995) Мартина Скорсезе, и «Одиннадцать друзей Оушена» (2001) Стивена Содерберга, и «Двадцать одно» (2008) Роберта Лукетича (фильм по сюжету близок к «Концу игры»), и многочисленные комедии о приключениях в Вегасе незадачливых пьяниц (обоего пола). Среди телесериалов лидирует «Лас-Вегас» (2003–2008), который был снят для NBC и сумел продержаться на экранах пять сезонов вместо запланированных ранее четырех (одну из главных ролей сыграл Джеймс Каан; среди приглашенных звезд — Алек Болдуин, Дэннис Хоппер, Сильвестр Сталлоне и др.). Бюджет сериала «Конец игры» был не настолько велик, чтобы приглашать на главные или гостевые роли больших звезд, однако скромное финансирование отчасти искупается качеством режиссуры (среди постановщиков — режиссер «Шулеров» и «Придорожного заведения» Джон Дал, а также Джеремайя Чечик, один из создателей сериалов «Воздействие», «Хранилище 13» и «Быть человеком»). Кроме того, зрителя цепляет острый сюжет...

Итак, бывший сотрудник казино, пожилой Сеймур Эннисман (Кеннет Уэлш), привозит в Лас-Вегас своих друзей-игроков: брутального Эдди Тауна (Эдди Сибриан), похожую на Уму Турман блондинку Майами (Кристин Леман) и молодого финансиста Кларка Марселлина (Тодд Уильямс). Сеймур надеется, что его молодые друзья сумеют обыграть короля этого казино — беспощадного Дона Эвереста по прозвищу Матадор (Майкл Мэдсен). Матадор — человек, который испортил жизнь Сеймуру; он отличный игрок, но еще и шулер. Когда речь идет об очень больших деньгах, Матадор не надеется на удачу или собственное мастерство, а предпочитает играть в команде. Его подчиненные — такие же шулеры, которым главный антигерой с помощью условных знаков отдает приказы.

Тем временем в «Колорадо» появляется провинциальный шериф Лиланд Никель (Кристофер Бауэр), который намеревается отомстить Матадору за смерть родного брата. Поначалу Никель ничего не может поделать: в казино все связаны круговой порукой страха и потому покрывают друг друга. Однако к середине сериала он находит союзников, среди которых — упомянутая троица игроков. Матадор — шулер и безжалостный убийца в одном лице, и с каждой новой серией у положительных персонажей прибавляется поводов, чтобы поквитаться с негодяем. Для начала — за покерным столом.

Майкл Мэдсен в последние двадцать лет снимается, увы, не только у Квентина Тарантино. Брутальная внешность, злодейский бэкграунд вкупе с репутацией одного из самых заметных киноплохишей привели к тому, что актера зовут куда ни попадя — лишь бы он своим именем и лицом на постере привлек внимание публики. Мэдсен всеяден и уже засветился в огромном количестве мусора — и киношного, и телевизионного. Однако сериал Tilt — далеко не худший, а может, и в числе лучших (недаром его рейтинг на IMDb — 7.00, а на «КиноПоиске» и того больше — 7.449). Мэдсен здесь делает то, что хорошо умеет: источает тяжелую угрозу, не в первый и не в десятый раз изображая Человека, С Которым Лучше Не Связываться.

Знатокам покера, понимающим разницу между «королевским флэшем» и «фуллхаузом», смотреть этот сериал — чистое наслаждение, но даже те граждане, которые в покере совсем не разбираются, тоже получат свою порцию драйва. В финальной серии за одним столом окажутся Матадор и Эдди. И, по законам жанра, персонажу Майкла Мэдсена не на что особенно надеяться. Поскольку хеппи-энд очевиден, позволю себе спойлер: Матадор потерпит фиаско, после чего его уведут агенты ФБР. Авторы сериала, впрочем, не исключали, что будет снят и второй сезон (по крайней мере, в финале проглядывал намек на то, что суду может не хватить материала для обвинения Матадора, и злодей попытается взять реванш). Однако продюсеры, поразмыслив, решили не продолжать историю. Тем более что как раз в это время Мэдсена уже зазвали в «Город грехов»...

Жанр «кино про кино» широко распространен, а вот близкий ему жанр, «сериал про сериал», куда более экзотичен. Вот завязка «Конмэна»: в 2004 году по ТВ прошло научно-фантастическое шоу «Спектрум» о космическом корабле с разношерстной командой. Под руководством бравого капитана Ракера корабль бороздил просторы Вселенной, а экипаж лихо выпутывался из неприятностей, в которые чаще всего сам себя загонял. Рейтинг у «Спектрума», к сожалению, оказался невысоким, так что производители его прикрыли, не без сожалений, после первого же сезона. Однако к тому времени сериал обзавелся тысячами фанатов и ныне считается культовым. Среди фанатов циркулируют слухи о том, что «Спектрум» вернется — хотя бы в виде полнометражного фильма. Тем более что после закрытия проекта большинство актеров, мягко говоря, не очень сильно заняты в профессии. Из всей команды «Спектрума» звездный статус сохранил (и даже приумножил) лишь исполнитель роли капитана...

Узнаете? Да-да, это слегка закамуфлированная история телепроекта Джосса Уидона «Светлячок» (Firefly, 2002–2003), одного из лучших SF-сериалов первого десятилетия XXI века. «Конмэн» состоит из тринадцати мини-серий (каждая по 10 минут); в центре сюжета — приключения актера Рэя Нирли, сыгравшего в «Спектруме» пилота Кэша. По иронии судьбы, роль оказалась самой заметной в его послужном списке. Теперь Рэй вынужден подрабатывать озвучкой компьютерных игр, однако это не единственный способ заработка. Слово «Конмэн» звучит почти так же круто, как, скажем, «Бэтмен», «Супермен» или «Спайдермен», но, в отличие от героев комиксов, Конмэн не обладает сверхспособностями. «Кон» — сокращение от «конвент». Главный герой сериала постоянно мотается по стране ради участия в многочисленных конвентах любителей фантастики.

С момента закрытия сериала Нирли успел возненавидеть своих фанатов. Его уже достали энтузиасты с горящими глазами. Он уже слышать не может слово «Спектрум». Ему осточертел образ пилота Кэша и его коронная фраза «Увидимся в аду!». Но что еще прикажете делать? Для вышедших в тираж актеров гонорары за выступления и автограф-сессии на Comic-Con в Сан-Диего (и похожих сборищах фанатов) — легкий способ заработать. Если не быть привередой, тяжелым на подъем, откликаться на все приглашения и покупать себе дешевые авиабилеты в эконом-классе, то денег худо-бедно хватит на жизнь. Впрочем, у Нирли пока остались актерские амбиции; он еще ходит на кастинги, мечтая о продолжении карьеры. И вот ему, кажется, улыбнулась удача: его агент договорился о небольшой роли в вестерне самого Клинта Иствуда! Главное — не напиться на очередном конвенте и не облажаться на кинопробах...

Особый смак всей этой истории придает любопытное обстоятельство: сценарист, режиссер, исполнитель главной роли в «Конмэне» — тот самый Алан Тьюдик, пилот Хобэн «Уош» Уошборн и в «Светлячке», и в полнометражном продолжении «Миссия “Серенити”». Соответственно, актера Джека Мура, исполнителя роли капитана Ракера в «Спектруме», изобразил тут Нэйтан Филлион, сыгравший капитана Рейнольдса в «Светлячке» и его киносиквеле. Учитывая, что карьеру Тьюдика в 2003–2016 годах нельзя назвать очень успешной (и да: компьютерные игры он тоже озвучивал), сериал «Конмэн» выглядит автобиографическим, точнее, утрированно автобиографическим и пронизан острым чувством самоиронии.

Конечно же «Спектрум» — это не совсем «Светлячок»: сериал, где в составе экипажа наличествует инопланетянин, больше смахивает на «космооперу вообще», включая «Звездный путь» и «Вавилон-5». И уж тем более Нирли — не вполне Тьюдик; это такая издевательская версия Тьюдика: закомплексованный меланхолик, унылый зануда, начинающий алкоголик и патологический невезунчик. Неудачи, мелкие и крупные, начнутся с первого же эпизода, когда фанаты подстерегут Нирли в туалете аэропорта, и продолжатся, с разной интенсивностью, вплоть до финала. Экс-любовница-нимфоманка (Эми Экер) овладеет героем прямо в ванной. Бывшие коллеги по «Спектруму», такие же битые жизнью фрики, узнав о проекте фильма-сиквела (Джек Мур выкупил права), уломают бедолагу Нирли сделать то, чего он совершенно не хочет, а именно — войти еще раз в реку под названием «Спектрум». У всего телеэкипажа (кроме Мура) куча проблем, большинству актеров сиквел нужен до зарезу: кто-то хочет вновь ощутить себя молодым, кто-то хочет напомнить о себе, срубить деньжат, подстегнуть фанатов. «Увидимся!» — жизнерадостно произносит с экрана Мур. «...в аду», — сквозь зубы отвечает Нирли. Но тихо-тихо, чтобы никто не услышал...

Отдельная радость для фанатов — саркастический взгляд авторов на киношное «закулисье» и неполиткорректный юмор. Прекрасен эпизод, где за Нирли, ляпнувшим что-то невпопад во время выступления, устремляются в погоню оскорбленные инвалиды-колясочники... Еще смешнее другая сцена. Бывший соратник по «Спектруму» припоминает старые обиды, которые ему нанес Нирли: «Я тебе доверял! А ты стал трепаться о моей личной жизни!» Нирли удивляется: «Брось! Все и так знали, что ты голубой». «Лучше бы я был голубым! — орет собеседник. — Из-за тебя я стал в Голливуде изгоем! Ты сказал корреспонденту Variety, что я дважды голосовал за Буша! Теперь на мои звонки отвечают только Сигал и Болдуин». «Алек?» — переспрашивает Нирли и слышит в ответ тяжкий вздох: «Стивен!»

Чтобы понять замысел создателей «Конмэна», надо оценить подбор актеров на эпизодические роли (главная здесь только у Тьюдика). Бросается в глаза, что, по сюжету, в «Спектруме» заняты лишь два исполнителя из реального «Светлячка» — Тьюдик и Филлион. Другие хоть и мелькают на экране, но играют посторонних персонажей. Героиня Джины Торрес руководит, к примеру, озвучкой игр, Саммер Глау играет гримершу на киностудии, Джуэл Стейт возникнет в очереди за автографами Нирли, а Шон Маэр появится в образе... Шона Маэра, актера из «Светлячка» и «Миссии “Серенити”»! (Кстати, сам их создатель Джосс Уидон тоже появится в «Конмэне» — в роли осветителя, который направляет прожектор на Джека Мура.)

Роли-камео и роли-персонажи в «Конмэне» прихотливо перемешаны. Здесь и Триша Хелфер из «Звездного крейсера “Галактика”» (до сих роль красотки-сайлонки у актрисы остается самой популярной) в роли квазимамаши с куклой вместо младенца, и еще один позавчерашний кумир Каспер Ван Дин — в качестве бармена во всех эпизодах, где только есть бары. В одном из эпизодов возникнет звезда сериала «Герои» Майло Вентимилья, уже названный своим именем. А еще в первой же серии на горизонте появится актер Шон Эстин, тоже в роли себя. Между Нирли и как бы Эстином состоится важный разговор: располневший хоббит из «Властелина колец» (иных заметных ролей у Эстина с тех пор не было) будет учить главного героя «Конмэна» правильному обращению с фанатами. Мол, с ними надо играть, как с детишками, и чтоб никакого высокомерия по отношению к кормильцам и поильцам: «Их лесть раздувает твое эго, ты ощущаешь себя творческой личностью». «Мы для них персонажи! — заноет Нирли. — Они считают нас героями фильмов. Тебя это не бесит?» Эстин благодушно отмахивается: «Нисколько. Совсем неплохо быть хоббитом. А тебя они считают пилотом космического корабля. Чем ты недоволен? Это лучше реальности».

Эстин проговаривает то, что чувствует сам Нирли, просто не хочет формулировать: если мир, созданный чьим-то воображением, выдуман талантливо, с ним можно играть еще долго, едва ли не всю жизнь. Бывают случаи, когда человеку творческому — даже успешному — не зазорно заблудиться между мирами. Думаете, звезде популярного сериала «Касл» Нэйтану Филлиону не снится сон, где он — снова капитан и снова на борту бутафорского корабля «Серенити»?

Точка отсчета — 1994 год. Именно тогда основатель движения «Догма» Ларс фон Триер снял для телевидения очень странный мини-сериал «Королевство». Действие разворачивалось в датской больнице, населенной духами. Неблагополучие этого места объяснялось давним преступлением: дух убитой в 1919 году девочки будоражил и без того неспокойную атмосферу больницы. Страхи, тайны, упреки, подозрения, интриги... Поскольку Ларс фон Триер был и остается «анфан-терриблем» современного авторского кино и на логику сюжета зачастую ему плевать, он играючи нарушил главный закон телесериала — необходимо распутывать все, что ты сам запутал. В результате легкомыслия создателя «Королевства» много сюжетных линий, намеченных вначале, оборвались в финале без объяснений. Это обстоятельство нервировало зрителей, но куда им деваться?

Десять лет спустя после выхода на экраны «Королевства» его мрачная фактура заинтересовала Стивена Кинга, которого увлекла возможность снять для ТВ нечто вроде гибрида «Скорой помощи» и «Сияния». На основе идеи Ларса фон Триера Кинг написал свой собственный сценарий, существенно дополнил и переосмыслил первоисточник, а в заключительной серии сумел-таки свести концы с концами. Давнее преступление, совершенное в госпитале, тут осталось, но сделалось гораздо масштабнее: теперь в прошлом скрывалось убийство не одной девочки, а десятка детей (хозяин фабрики, стоявшей на месте госпиталя в XIX веке, решил заработать на страховке и устроил пожар). И последствия тоже оказывались намного значительнее: в финале вся больница могла бы провалиться в тартарары вместе с персоналом и пациентами, если бы не самоотверженность главных положительных героев картины.

В команде «спасателей» — самые разные персонажи. Среди них доктор Хук (Эндрю Маккарти) и старая ясновидящая Салли Дрюс (Дайан Лэдд), парочка даунов из обслуги и безбашенный врач Элмер, охранник Отто и знаменитый художник Питер Рикман (Джек Коулман), попавший в клинику в результате автомобильной аварии. Как известно, Кинг тоже однажды побывал жертвой ДТП (его сбила машина) и оказался на грани жизни и смерти. Позднее писатель эксплуатировал этот автобиографический сюжет неоднократно: и в мемуарах, и в рассказах, и в эпопее «Темная башня». Рикман, впавший в кому, то и дело оказывается в «сведеборгийском пространстве», то есть между реальным миром и потусторонним. Именно в этом месте, как выясняется, обитает душа неупокоенной девочки Мэри, и оттуда же совершают визиты в наш мир гигантский муравьед Антибус (хорошо сделанная компьютерная анимация), а также парочка призраков — зловещий вампирообразный юноша Пол и жуткий врач-убийца, родной брат хозяина фабрики.

От серии к серии продолжается битва добра со злом, причем идет она в разных измерениях, так как потусторонние силы зла влияют на реальных злодеев, вроде серийного убийцы Рольфа Педерсена или негодяя-адвоката Флэшера (Майкл Лернер). Но главный антигерой сериала — это доктор Стегман (Брюс Дэвисон), собравший массу отрицательных качеств: он плагиатор, хам, мошенник, непрофессионал и потенциальный убийца. К концу фильма не остается ни единого человека (духи не в счет), кто отнесся бы к Стегману хоть с малейшей симпатией. По всем правилам жанра этот персонаж, типологически чрезвычайно близкий к кинговскому Крэйгу Туми из «Лангольеров», в финале должен совершить нечто запредельно скверное и получить за все по заслугам. Этого, однако, не случилось. Создатели «Королевского госпиталя» надеялись на второй сезон, а потому, спасая в финале детей, заодно спасли и злодея — на всякий случай. «Надо беречь старую крысу, она ведь у нас одна», — замечал в похожей ситуации персонаж сказки Экзюпери «Маленький принц». Режиссер сериала Крэйг Баксли известен любителям телефантастики прежде всего как создатель «Потерянной комнаты». Другие его сериалы (например, «Бермудский треугольник» или снятые совместно с тем же Стивеном Кингом «Особняк «Красная Роза» и «Буря столетия») не столь удачны, но тоже сделаны вполне профессионально, с пониманием специфики фантастического и мистического жанров. В «Королевском госпитале» главные логические просчеты прячутся в сценарии, и тут режиссер бессилен. Если в финале, например, положительным героям удается существенно изменить прошлое, то почему госпиталь стоит на том же месте? И почему «спасатели» помнят о том, что было в предыдущей «вероятности»? (Ведь до того они вмешивались в ход истории — и тотчас же забывали, как было раньше). Сам Стивен Кинг, большой любитель камео, и в этот раз не удержался и сыграл маленькую роль — вечно отсутствующего сотрудника больницы Джона Гуда. Символичный выбор: сценарист, похоже, и впрямь постоянно отлучался со съемочной площадки. А жаль...

Начало 2010-х. Молодая пара из Флориды, Билли и Коди Лефевр (Чейс Кроуфорд и Ребекка Риттенхаус), узнают, что в городе нефтяников Рок-Спрингс, штат Северная Дакота, разбогатеть могут все — даже те, кто не занимается нефтедобычей. Подобно многим соотечественникам, супруги устремляются туда. Они хотят открыть прачечную и потому все сбережения вкладывают в стиральные машины. Но по дороге автомобиль переворачивается, стиральные машины — всмятку. Так что в город мечты они прибывают ни с чем. Коди, недоучившийся фармацевт, начинает работать в аптеке, а Билли устраивается на одну из нефтяных скважин, которые принадлежат местному магнату Хэпу Бриггсу (Дон Джонсон). В первой же серии Коди случайно узнает, что Бриггс хочет купить участок, где может быть нефть. Одолжив деньги, Лефевры успевают первыми, а затем перепродают участок Бриггсу. Теперь у них уже есть миллион...

Город Рок-Спрингс придуман сценаристами, а вот недавний нефтяной бум в Северной Дакоте — реальный факт. Собственно, нефть здесь нашли еще в 1951 году, однако в течение полувека разработка богатых месторождений считалась нерентабельной. Все изменилось в начале третьего тысячелетия: одновременно подскочили цены на нефть и усовершенствовались технологии наклонно-горизонтального бурения. Бизнес стал выгодным. И поскольку нефти тут было предостаточно, многие бедные городки в бедном штате стали похожими на Блэк-Хилс или Клондайк времен «золотой лихорадки». Нищий фермер, вытянув счастливый билет, в одночасье мог превратиться в зажиточного рантье, а то и в миллионера. Исчезла безработица: даже те, кто торговал хот-догами в поселке нефтяников или стоял на кассе в супермаркете, зарабатывали больше, чем менеджер в Нью-Йорке.

Понятно, что в Северную Дакоту хлынули не только законопослушные граждане, но и авантюристы. Мужчины неопределенных профессий сколачивали тут состояния прямо из воздуха, женщины нестрогого поведения зорко наблюдали за везунчиками, а шерифы сбивались с ног, пытаясь (безуспешно) вернуть своим городкам былые тишину, порядок и уют. Авторы телесериала попытались запечатлеть, хотя бы мимоходом, наиболее колоритные детали эпохи «нефтяного бума».

По сути, «Кровь и нефть» — эдакий современный «Дедвуд»: тесное переплетение «производственных» и криминальных эпизодов. В Рок-Спрингсе процветают подпольные букмекеры; Кесс Из (Кестон Джон), хозяин закусочной на колесах, подвержен игромании и скоро начнет подрабатывать продажей наркотиков. Бриггс-младший, беспутный Вик (Скотт Майкл Фостер), под покровом ночи украдет цистерну папиной нефти и наставит пистолет на родного отца. Тот, впрочем, и сам не без греха: подкупив чиновника, Бриггс-старший получит доступ к секретному отчету геологической службы с точной картой залежей. За отчетом будет вести охоту разведка Саудовской Аравии. За Хэпом начнут следить ФБР, чтобы посадить магната за потворство коррупции, и его первая жена Энни (Лолита Давидович), мечтающая поквитаться с экс-мужем самым болезненным для него способом — урвать себе часть его высокодоходного бизнеса.

Молодой Билли Лефевр теряет свой идеализм уже к концу первой серии, когда Хэп, пользуясь неопытностью героя, бессовестно его облапошивает и советует (не без легкой издевки над неофитом) учиться искусству бизнеса: мол, не обманешь — не победишь. Билли усвоит урок: «Каждая сделка становится возможностью кем-то воспользоваться, а возможность — шансом кого-нибудь надуть». На протяжении сериала герой будет не раз соперничать с учителем и однажды превзойдет его. Но выигрыш в бизнесе дорого обойдется самому Билли. Научившись жить по новым правилам, он перестанет быть тем, кого раньше любила Коди, и едва не потеряет ее.

«Кровь и нефть» — не только про бизнес и про криминал; это еще и мелодраматический клубок страстей, которым подвержены многие персонажи, главные и второстепенные. Дочь Хэпа, Лейси (Миранда Рэй Майо), заводит роман с шофером отца Менендесом (Адан Канто), не подозревая, что тот — промышленный шпион. Внучка фермера Ландигрина, геолог Эмма (Пейтон Лист), влюблена в Билли, а доктор Алекс Уайт (Дж. Д. Пардо) положил глаз на Коди. «Нефть — единственное, что ты любишь и, наверное, единственное, что любит тебя в ответ», — с горечью скажет Вик Бриггс своему отцу и ошибется: Хэпу тоже не чужды нормальные человеческие чувства. Женатый на холодной красавице Карле (Эмбер Валлетта), нефтяной магнат продолжает любить бывшую пассию, владелицу бара Джулс (Индия де Бефорт), у которой теперь роман с Виком. Конфликт отца и сына приобретает, таким образом, новый драматический оттенок, и в финале уже старший будет целится из пистолета в младшего...

Хэп Бриггс отлично вписывается в ряд современных «амбивалентных» персонажей, то притягательных, то отталкивающих. Хэп — нефтяник от Бога, он буквально «чувствует» месторождения, но не гнушается краденой инсайдерской информацией. Он — талантливый бизнесмен и он же — талантливый преступник. Хэп без сожалений и колебаний может пустить по ветру того, кто вчера спас ему жизнь, но может простить того, кто недавно угрожал ему убийством. Как и подобает хищнику, Хэп расчетлив. Но и импульсивен одновременно. Никогда не угадаешь, где улыбчивое коварство уступит место благородству и в какой момент кончится притворство, а начнется искренность.

Актер Дон Джонсон, которого двадцать лет назад прославил полицейский сериал «Детектив Нэш Бриджес», теперь получил роль совсем иного плана: его магнат Бриггс ничуть не напоминает копа Бриджеса, зато временами смахивает на другого телебизнесмена — жестокого техасского нефтепромышленника Дж. Р. Юинга (Ларри Хэгмэн) из придуманного Дэвидом Джейкобсом сериала «Даллас». Эта «долгоиграющая» история (семейная сага плюс мелодрама плюс криминал), известная далеко за пределами США, продержалась в эфире 14 сезонов (1978–1991), а затем выдержала трехсезонный ремейк (2010–2012). Судя по тому, что поначалу предполагалось сделать вторым шоураннером «Крови и нефти» продюсера ремейка «Далласа», сами авторы были не прочь намекнуть на внутреннее сходство двух сериалов. Более того, возможно, Джош Пейт и Родс Фишберн надеялись создать более энергичную и динамичную версию старой «мыльной оперы». Однако дальше намерений дело не пошло. Несмотря на грамотно выстроенный сюжет и отличную игру Дона Джонсона, аудитория канала ABC отреагировала вяло. Уже во время демонстрации первых четырех серий рейтинг был невысок, улучшения показателей не последовало и дальше. В результате первый и единственный сезон был сокращен с 13 до 10 серий. Финал оказался несколько слащавым, но, к чести создателей «Крови и нефти», они все же сумели не оборвать повествование на полуслове, а логично завершили все сюжетные линии — и любовные, и детективные...

Возможно, авторам сериала даже повезло, что его закрыли. Работа над проектом «Крови и нефти» началась еще семь лет назад, когда «нефтяной бум» был в разгаре, а на телеэкраны сериал вышел уже в конце 2015 года, когда мировая экономическая конъюнктура сильно изменилась. Нефть стремительно подешевела. В феврале 2016 года цена на некоторые сорта из Северной Дакоты вообще упала ниже нулевой отметки. Если бы второй сезон был снят, Рок-Спрингс из города мечты стал бы прежним захолустьем, а миллиардер Хэп Бриггс элементарно разорился бы. Чудо кончилось. Карета стала опять тыквой, скакуны — мышами, а Золушка вернулась на кухню. Любителям позлорадствовать хочу напомнить, что в России это чудо кончилось тоже. Хотя сериалов про такое у нас уж точно не снимут.

1864 год. Гражданская война в Америке еще продолжается, хотя битва при Геттисберге уже обозначила перелом в пользу северян. Выходец из Ирландии эмигрант Кевин Корки Коркоран (Том Уэстон-Джонс) считает себя теперь настоящим американцем. Он уже поучаствовал в войне — на стороне северян — и вернулся в Нью-Йорк, где узнал, что его дочь погибла, а жена пропала. Кевин устраивается в полицию и свободное время посвящает поискам жены.

У Кевина в Нью-Йорке два фронтовых друга: одноногий майор Роберт Морхауз (Кайл Шмид), сын богача Норберта Морхауза (Джорди Джонсон), и чернокожий доктор Мэттью Фриман (Ато Эссонда), который, собственно, и спас Роберту жизнь, ампутировав ему ногу. Морхауз пытается заниматься бизнесом, Фриман лечит бедняков, а Корки вместе со своими напарниками, детективами Фрэнсисом Магвайром (Кевин Райан) и увальнем Эндрю O’Брайеном (Дилан Тейлор), борется с городской преступностью...

Действие происходит в районе Пять Углов (Five Points), в нижней части Манхэттена. Смысл названия прост: здесь была точка пересечения сразу пяти улиц (Энтони, Оранж, Малберри, Кросс и Литл-Уотер). А еще, начиная с 20-х годов XIX века и вплоть до начала XX столетия, Five Points был одним из самых грязных, сырых, неухоженных и криминальных районов Нью-Йорка. Здесь вынуждены были селиться беднейшие иммигранты (по преимуществу ирландцы и чернокожие), и именно здесь возникали самые свирепые и многочисленные нью-йоркские банды. Иногда уличная преступность выплескивалась за пределы района, и погромы, сопровождавшиеся судами Линча, приходилось подавлять с помощью регулярной армии и с применением артиллерии. Понятно, что среди стражей порядка оказывались продажные. Даже те, кто не был связан с бандитами, в выборе средств не стеснялись: самосуд был обычным явлением.

Главный герой — хороший человек и не принадлежит к «грязным» полицейским; и все же, защищая горожан от злостных нарушителей закона, он сам действует незаконными методами. Угрозы, шантаж, мордобой (порой с применением кастета) для Корки в порядке вещей, особенно когда свидетели запуганы или убиты, прямых улик нет, и, окажись злоумышленник перед судом, он будет оправдан.

Хотя съемки проходили не в Нью-Йорке, а в Торонто, сериал ценен именно своей исторической достоверностью и точностью деталей. Некоторые драматические эпизоды (вроде схваток нескольких пожарных бригад за право потушить огонь — и получить потом за это деньги из городской казны) позаимствованы из реальной городской хроники XIX века. Первый сезон в этом смысле особенно хорош. Нью-йоркская клоака воссоздана вплоть до мелочей. Корки и его напарники, не обладая никакими техническими возможностями, в тяжелейших условиях ухитряются раскрывать наиболее запутанные преступления.

Примечательно, что авторы «Легавого», не забывая и о Гражданской войне, вплетают в сюжет еще и политико-детективную составляющую: агенты южан во главе с заговорщиком Робертом Коббом Кеннеди (Аарон Пул) хотят сжечь Нью-Йорк при помощи «греческого огня»; Корки и его фронтовые друзья пытаются спасти город. К концу первого сезона Кеннеди разоблачен, его планам не суждено сбыться. Однако в финальной серии первого сезона на экране мелькнет персонаж по имени Джон Уилкс Бут, и зритель, знакомый с историей, вспомнит, что до покушения на Линкольна остаются считаные месяцы.

Второй сезон существенно уступает первому. То есть с точки зрения «картинки» и бытовых подробностей сериал по-прежнему на высоте, «ирландский» колорит сохранен, а отдельные эпизоды, наподобие захвата полицейского участка в Five Points бандой «друидов»-фальшивомонетчиков во главе с маньячным Китингом (Ли Тергесен), исторически аутентичны. Однако с сюжетом происходит неладное. Авторы отодвигают Корки от ежедневной полицейской рутины, заставляя его то погружаться в мелодраматическую пучину (отношения с женой, которая нашлась, но повредилась в уме), то заниматься расследованиями у себя же в участке. Образ Магвайра двоится: то в нем перевешивает негодяйство, то берет верх благородство (в зависимости от настроений сценаристов?). Чернокожий доктор Фримен практически лишен недостатков и часто превращается в политкорректного резонера. Да и майор Морхауз, по воле сценаристов, вынужден вести себя нелогично, менять решения, то и дело выбирая между дружбой и бизнесом.

Во втором сезоне авторы превращают героя-генерала Донована (Донал Лог) в антигероя-коррупционера и противопоставляют ему честного Корки, однако финал мини-сюжета скомкан; чтобы закрыть лакуны, сценаристам приходится приплетать тайную мафиозно-финансовую Организацию во главе с инфернальным мистером Юстасом (Уильям Болдуин). Только в предпоследнем эпизоде сценаристы вспоминают наконец о Джоне Уилксе Буте, дают ему совершить за кадром его черное дело, а главным героям — поскорбеть минуту-другую у гроба Линкольна.

«Легавый» — первый самостоятельный проект канала BBC America, ранее предлагавшего телезрителям совместные англоамериканские шоу. Рейтинг первого сезона оказался высок, рейтинг второго — не сравним с первым, поэтому решение о закрытии шоу выглядело неизбежным (хотя в последней серии сценаристы наметили несколько новых сюжетных линий). В сентябре 2013 года генеральный менеджер BBC America Перри Саймон подвел итоги. «Нам есть чем гордиться, — объявил он. — Свежая идея рассказать по-новому историю иммигранта в Нью-Йорке помогла нашему каналу. Спустя 23 эпизода Линкольн мертв, и нация лишь начинает приходить себя, так что это подходящий момент закончить эту историю». Сказано — сделано.

Президент Чеченской Республики (Аднан Хаскович) хочет взять еще одну жену — восемнадцатилетнюю Кейт Кроуфорд (Эшлинг Франчози), которую когда-то звали Катей Закаевой. Та совсем не хочет выходить за нелюбимого человека, к тому же намного старше ее. Однако мама Кейт, Иллеана (Клара Иссова), далеко в Лондоне, а в Грозном никто не спросит согласия девушки. Помочь ей может только один человек. И он спасет ее — пусть даже ценой своей свободы...

Чтобы заинтриговать читателей, мы сильно забежали вперед, поведав о ключевых событиях второго сезона сериала «Легенды». Однако не будем злоупотреблять флешбэками (их и так здесь многовато) и вернемся к началу истории, то есть к первому сезону. США, Лос-Анджелес. Мартин Одум (Шон Бин) — лучший полевой агент законспирированного отдела операций глубокого прикрытия (DCO), которым руководит Нельсон Гейтс (Стив Харрис). Мартин легко внедряется туда, куда обычным агентам путь заказан: в закрытые клубы, в посольства, в кабинеты боссов крупных корпораций, на базы незаконных торговцев оружием или в тренировочные лагеря террористов. У главного героя есть дар, полезный как для хорошего актера, так и для шпиона.

В чем суть дара? Мартин — уникум. Всякий раз он не просто грамотно отрабатывает легенду, притворяясь кем-то, а, по Станиславскому, вживается в образ, начинает чувствовать себя этим человеком. У героя меняется голос, почерк, походка, осанка, появляется или исчезает акцент. В отличие от придуманного Юлианом Семеновым культового разведчика Исаева, который в течение десятилетия носил единственную маску Штирлица, персонаж «Легенд» располагает множеством личин: он похож на куратора сети «законсервированных» агентов — с той разницей, что он в одиночку и есть вся сеть. Каждый из выдуманных образов бережно хранится в его оперативной памяти, словно кукла в коробке с нафталином, и терпеливо ждет своего часа. В случае производственной необходимости любую из них можно расконсервировать, проветрить и пустить в дело.

Таким образом, в течение первого сезона агент Одум несколько раз волшебно преображается. Сегодня он — озлобленный на весь мир близорукий заика, завтра — вальяжный «оружейный барон», который ворочает миллионами, послезавтра — туповатый люмпен, не просыхающий с утра и склонный к агрессии, а еще через день — популярный публицист, чьи статьи раздражают сильных мира сего. Вот что говорит Шон Бин о созданном им образе: «У героя возникают психологические последствия, внутренние противоречия между его настоящей личностью и его ролью. Большинство актеров, играющих по системе Станиславского, испытывают трудности с выходом из образа. Иногда на то, чтобы изгнать его из головы, уходят недели и месяцы». По сути, дар главного героя сродни шизофрении, однако каждую из квазиличностей он старается держать под контролем и уж точно не забывает о цели перевоплощения.

Мартин — золотой фонд DCO, «неразменный доллар» Бюро. Его подключают к делу тогда, когда обычные способы расследования исчерпаны, время поджимает, а на кону жизни тысяч людей. И Мартин начинает собственную войну. Он предотвращает теракты, захваты заложников, политические убийства и т. п. Его отдел рапортует о победе, начальник жмет ему руку, а напарнице, белокурой Кристал МакГуайр (Эли Лартер), приходится признать, что этот человек с дурными манерами — лучший. Но и у него есть одна проблема, до поры скрытая от посторонних. Уже в первой серии сезона агент узнает нечто, из-за чего усомнится в главном: в самом себе. И вдруг спросит себя: сам он, Мартин Одум, — настоящий или тоже очередная маска? А если маска, то кто он на самом деле? И почему от него скрывают его подлинную личность?

Авторы сериала не собираются сразу раскрывать все карты, но каждый поворот сюжета — еще один повод для размышлений героя. Из рассказов его бывшей жены Сони (Эмбер Валлетта), матери его семилетнего сына Эйдена (Мэйсон Кук), Мартину уже известно, что десять лет назад он попал в аварию и потерял память. Но была ли вообще та авария? Ведь у него, как у необычайно одаренного агента, — развитое воображение, он оперирует образами и воссоздает их при необходимости. И та яркая картинка, которая вспыхивает у него перед мысленным взором, — кусочек реального прошлого или он ее выдумал и сам же раскрасил? А жена Соня — она и впрямь его жена? И почему некие люди за ним охотятся, пытаясь убить? «Я слишком много знаю. Только я все забыл», — с горечью признается человек, уже не уверенный в собственных имени и фамилии...

Вы уже поняли, что создатели «Легенд» не без изящества совмещают в одном сюжете три бродячих мотива — «теории заговора», амнезии и так называемых имплантированных воспоминаний, которые смущали еще персонажа Арнольда Шварценеггера в культовом фантастическом фильме «Вспомнить все». Впрочем, у Мартина Одума есть близкий аналог и в шпионском жанре: это Джейсон Борн, сквозной персонаж книг Роберта Ладлэма. Потеряв память в первой же книге цикла, Борн тихо паникует. А вдруг он в прошлой жизни совершал дурные поступки? Что, если он — террорист Карлос по прозвищу Шакал?

К счастью для Мартина Одума, действие сериала происходит в наши дни, когда самые знаменитые террористы, включая Карлоса, либо в тюрьме, либо на кладбище, а потому в бэкграунде героя «Легенд» не может таиться культовый супостат. И тем не менее мысль о том, что в прошлой жизни он был скорее плохим парнем, чем хорошим, отравляет жизнь героя. Где он находился в феврале 2004 года — в больнице Лос-Анджелеса или в иракской Басре, на базе, которую разнесла американская авиация? Почему базу бомбили свои? И почему все детали инцидента засекречены, а свидетели мертвы? Может, наш герой — все же злодей? Может, он шпион? Но чей?..

Многое прояснится лишь в конце второго сезона, а пока надо взять небольшой тайм-аут и рассказать об авторе литературной основы сериала Роберте Литтеле, мэтре шпионского романа. Еврейские предки писателя, носившие фамилию Лидские, эмигрировали из России в США в конце XIX века. Создатель книги «Легенды: Роман обмана» родился в 1935 году в Бруклине, работал журналистом, неоднократно бывал в нашей стране. Его сын, известный в России прозаик Джонатан Литтел, рассказывал, что отец был «специалистом по СССР в 60–70-е», «отвечал за Советский Союз в Newsweek, писал обложечные материалы, о 50-й годовщине революции и так далее». Русские впечатления вылились у Литтела-старшего в роман «Эпиграмма на Сталина», главным героем был поэт Осип Мандельштам. Писатель даже встречался с Надеждой Мандельштам, чтобы узнать побольше о своем персонаже.

О современных российских реалиях автор осведомлен несколько хуже, чем о событиях сталинской поры. В сериале «Легенды», где Роберт Литтел значится еще и консультантом, немало мелких проколов; сценаристы, например, явно путаются в хронологии первой чеченской войны, а у некоторых чеченцев здесь почему-то русские (или похожие на русские) фамилии. Впрочем, не будем придираться: достоинств у сериала больше, чем недостатков. Авторы не романтизируют спецслужбы, чьи агенты в погоне за террористами могут нарушить не только установленные процедуры сыска, но и десятки законов.

Выполняя задание, Мартин Одум действует столь же безоглядно, как и его собрат из сериала «24 часа» Джек Бауэр. А если грань между законом и беззаконием легко преодолима, а приказы редко когда фиксируются на бумаге, спецслужбы, в случае чего, могут превратить своего сотрудника в козла отпущения. Как ни ценен или даже уникален агент, боссы могут им пожертвовать, если припечет. Это уже испытали на себе упомянутые Джейсон Борн и Джек Бауэр. Нечто подобное случается, похоже, и с Мартином Одумом, который в поисках правды о своем прошлом подобрался слишком близко к запретным сферам...

Но вернемся к первому абзацу. Читатель, наверное, уже догадался, что герой, готовый выкрасть девушку из дворца президента Чечни, — всё тот же Мартин Одум. Впрочем, если первый сезон распадался на отдельные эпизоды, то во втором струкура меняется: вместо «вертикального» строения сценаристы предлагают «горизонтальную» историю с единым сюжетом. Время действия — то 2001 год, то наши дни. Место действия — то Прага, то Лондон, то Грозный. На сей раз персонаж Шона Бина не меняет личины, а почти всю дорогу пребывает в образе русского мафиози Дмитрия Петровича (это не отчество, а фамилия). Герою надо пробраться в европейское логово исламских террористов, выходцев из Чечни, и выследить главаря.

Чтобы не вызывать подозрений у новых соратников, Мартин-Дмитрий энергично работает кулаками, смотрит исподлобья, держит в пустом холодильнике одну бутылку водки («Я ведь русский!») и говорит по-русски — с таким чудовищным акцентом, что, если бы он попал к настоящим чеченцам, его раскрыли бы в секунду. Однако актеры, изображающие чеченцев, сами выходцы из бывшей Югославии, поэтому псевдо-Петрович — вне подозрений. Более того, он настолько убедителен, что прибывший в Прагу агент ФБР Кертис Баллард (Стив Кази), не посвященный в детали тайной операции, то и дело путает планы Мартина, преследуя его именно как русского мафиози...

Дальнейшие подробности опустим: детектив есть детектив, всех секретов выдавать нельзя. Что будет с девушкой Кейт? Сумеют ли злоумышленники сорвать антитеррористическую конференцию? Удастся ли покушение на президента Чечни? Узнает ли Мартин свое настоящее имя? В последних сериях ответы будут получены — и некоторые удивят взыскательного любителя острых сюжетов.

Отдельная интрига — судьба агента Одума. Уцелеет ли он в конце или разделит печальную участь других героических персонажей Шона Бина, которые погибали до финальных титров (самые известные — лорд Старк из «Игры престолов» и Боромир из «Властелина колец»)? Жизнь и смерть героев сериала в немалой степени зависит от его продолжительности. И да, второй сезон «Легенд» стал последним. Но, похоже, сценаристы все же надеялись на третий.

После смерти одного из «крестных отцов» нью-йоркской мафии его сын Альдо Делуччи оттесняет от руководства ближайшего соратника покойного — Фрэнка Тальяно по кличке Наладчик (Стив Ван Зандт). Когда же Фрэнк начинает артачиться, на него устраивают покушение, в ходе которого гибнет любимая собачка Тальяно. Оскорбившись, Фрэнк сдает нового босса федералам, и, когда наступает пора переехать по программе защиты свидетелей, мафиози просит, чтобы его укрыли в Европе. А именно — в Норвегии. А еще конкретнее — в городке Лиллехаммере (сам герой произносит как «Лиллехэммер» — отсюда и название): в 1994 году, когда Фрэнк смотрел репортажи с зимней Олимпиады, город ему понравился (снег, солнце, блондинки и тому подобное). Так что скоро в Лиллехаммере появляется новый житель Джованни Хенриксен, по легенде — американо-норвежец...

Когда в фильме или сериале речь идет о мафии, то уже привычный зритель заранее ждет рассказа о темных делишках «семьи» и крутых огнестрельных разборках. Когда же дело доходит до сговора мафиози с федералами и программы по защите свидетелей, то мы вправе надеяться на знакомые сюжетные клише: конечно же «семья» будет искать предателя и, найдя, попытается его покарать. Сценаристы тоже помнят о законах жанра и не обойдут вниманием упомянутые выше сюжеты. Однако они не будут главными. Сериал — о другом. Перед нами, по сути, ироническая хроника встречи двух разных цивилизаций, нефантастическая версия марк-твеновского сюжета о тороватом янки, попавшем в патриархальные рыцарские времена. Жители тихого городка удивляют — а порой и очень злят — главного героя своими простодушием и политкорректностью, и новоявленный Джованни-Джонни, столкнувшись с неожиданными для себя бытовыми проблемами, не может усмирить свою кипучую натуру и начинает быстро переделывать окружающую жизнь под себя: мягким шантажом и угрозами получает разрешение открыть бар «Фламинго» (который перекупает у местного раздолбая), легко очаровывает местную блондинку Сигрид и становится счастливым отцом двойняшек. Герой заслуживает уважение малолетнего сына Сигрид от первого брака, внедряется в прибыльный строительный проект, распространяет свое влияние на туристический бизнес, а в конце второго сезона возрождает в Лиллехаммере лихие гонки на северных оленях. Отныне даже традиционные помощники Санты-Клауса будут приносить сметливому американцу немалый доход...

Главную, поистине бенефисную роль здесь исполнил Стив Ван Зандт — гитарист в группе «E-Street Band». Телезрителям всего мира он знаком по роли мафиози Сильвио Данте в культовом сериале «Клан Сопрано», и в «Лиллехэммере» актер даже носит почти такую же прическу, отчасти напоминающую парик. Более того, однажды герой уважительно помянет «Клан Сопрано» — как некую точку отсчета для себя. Но, конечно, «Лиллехэммер» снят в ином жанре, не таком мрачном. Сериал — вовсе не про то, как законопослушные граждане позволяют заезжему бандюгану руководить своей жизнью. И даже не о столкновении двух менталитетов — сонной северной флегмы и американо-итальянского взрывного драйва. Янки в краю снегов — не просто делец, он еще и своего рода культуртрегер; он экспортирует не столько карикатурный американизм, сколько постмодернизм. Жесткий, но не жестокий, некрасивый, но обаятельный, с выдающейся нижней губой и неповторимой мимикой, герой не разрушает мир, в который он вдруг попал, и не посягает на уникальную национальную идентичность северного народа. Он лишь ломает условности, разбивает стереотипы, внедряет то, к чему окружающие давно стремились, но боялись (стеснялись) попросить.

Проект сериала — американо-норвежский, однако лидируют тут норвежцы (большая часть сериала идет по-норвежски, с английскими субтитрами), которые относятся к собственной реальности без всякого пиетета. Взяв в качестве героя Постороннего, Чужака, Простодушного, авторы показывают местные глупости и несуразности, как бы увиденные со стороны. Не знаю, упрекают ли соотечественники создателей сериала в недостатке патриотизма, но на месте горожан я бы не протестовал. Замечательные виды северного города, которые периодически возникают на экране, могут привлечь не одного любителя путешествий. Кроме того, за три сезона сериал приобрел популярность в англоязычном мире, и теперь к своему «олимпийскому» бренду Лиллехаммер может прибавить еще один — тот, что рожден телеэкраном. Вряд ли городок станет местом паломничества отставных мафиози, но уж туристов прибавится наверняка.

У скромного сотрудника супермаркета Кэмерона Хикса (Уоррен Кристи) звонит телефон. Хикс прислушивается, и затем начинается невообразимое. Каждый прохожий говорит ему: «Время убивать!» Эта же фраза мелькает повсюду: на страницах газет, на боку автобуса, который проезжает мимо, на уличном электронном табло... Ведомый настойчивым приказом, наш герой взбирается на крышу высокого здания, достает спрятанную снайперскую винтовку и стреляет в соседний дом — в решетку вентиляции. Пуля пролетает сквозь вентиляционную трубу и поражает человека, который находится в запертой комнате без окон...

С этих загадочных — на первый взгляд — событий начинается первый сезон фантастического сериала, снятого для кабельного телеканала SyFy. Позже станет ясно, кто именно направлял Хикса и почему ему так легко удалось продемонстрировать потрясающую меткость. А пока несколько слов о названии сериала. Российские прокатчики отошли от оригинального заглавия — просто «Альфа» — по двум причинам: во-первых, чтобы зритель случайно не спутал этот сериал с «Альфом» (историей про забавного инопланетянина), во-вторых, чтобы подчеркнуть сюжетное родство этого телепроекта с кинопроектом «Люди Икс». И там и здесь присутствуют герои с необычными способностями, и в обоих случаях сильные мира сего, лишенные этого ментального дара, никак не могут определиться: или дружить с уникумами и использовать их дары во благо, или изолировать их от общества, или даже вовсе уничтожить.

В сериале сторонником первой, наиболее гуманной, точки зрения становится доктор Ли Розен (Дэвид Стрэтэйрн), которому Министерство обороны США позволяет курировать особую группу, состоящую из уникумов: сверхсильного агента Билла Харкина (Мэлик Йоба), юного Гарри Белла (Райан Картрайт), умеющего безо всякого оборудования принимать сигналы электронных устройств, сильной гипнотизерши Нины Теру (Лаура Меннелл), а также Рейчел Пирсед (Азита Ганизада), обладающей сверхчувствительными зрением и слухом. После первой серии к команде присоединяется упомянутый универсальный стрелок Хикс (поскольку в первом эпизоде он был подчинен чужой воле, в убийстве он, строго говоря, не виноват).

Дальше начинается самое интересное — повседневная работа героев. Эпизоды выстроены так, чтобы за сорок две минуты (средняя протяженность эпизода) каждый из членов команды показал, на что способен. В течение всего первого сезона «Альфа» во главе с доктором Розеном разыскивает других носителей паранормальных способностей, одновременно пытаясь обуздать другую группу альфа-американцев из сообщества «Красный флаг» — уникумов, которые настроены на конфронтацию с обычными людьми, считая, что человечество уже ведет с паранормалами необъявленную войну. (Смысл названия группы остается загадкой: уж в чем, в чем, но в симпатиям к коммунистам члены сообщества не замечены!) «Альфа» близок сериалу «Герои», но там персонажи обладают куда более невероятными способностями. С «Героями» вселенная «Альфа» никак не пересекается, и всё же авторы не обошлись без «кроссовера», пригласив в одну из серий доктора Ванессу Калдер (Линдсэй Вагнер), героиню сериала «Хранилище 13».

Авторы «Людей Альфа» задаются вопросом: имеют ли право спецслужбы скрывать факт существования опасных феноменов? Если учесть, что «Красный флаг» противостоит человечеству, людям следует знать, чего им опасаться. С другой стороны, надо ли провоцировать новые фобии, когда не изжиты старые? Богатые и бедные, черные и белые, молодые и старые, мужчины и женщины, верующие и атеисты, пешеходы и автомобилисты — люди и так конфликтуют друг с другом. Могут ли они смириться с мыслью о том, что бок о бок с ними живут люди с паранормальными способностями?

Так уж устроен человек, напоминают создатели сериала, что непонятное его пугает, злит и провоцирует агрессию. Чем меньше секретности, тем большей опасности подвергаются уникумы, которые не желают зла людям и готовы к сотрудничеству. По-человечески доктору Розену нелегко выбирать одно из двух зол, да еще подвергать опасности свою команду. В конце первого сезона он все-таки решает нарушить заговор молчания и поведать миру об альфа-феномене. За это возмутителя спокойствия изолируют. Но через несколько месяцев, то есть в начале второго сезона, власти пойдут на попятную: «Красный флаг» активизировался, без опыта доктора не обойтись.

Весь второй сезон — хроника противостояния Розена и команды с подопечными зловещего Стэнтона Периша (Джон Пайпер-Фергюсон), бессмертного лидера «Красного флага». Фантастика перетекает в детективный триллер: обе стороны обмениваются точечными ударами, Периш задействует осведомителя, Розен старается «перевербовать» шпиона, «Красный флаг» собирается с силами, и в итоге обычные люди, не втянутые в конфликт двух команд уникумов, подвергаются смертельной опасности. На кону — жизнь обитателей мегаполиса, счет идет на секунды, но команде Розена удается минимизировать последствия диверсии...

Увы, интерес к научной фантастике год от года падает, а вслед за ним падают и рейтинги. Блокбастеры вроде «Людей Икс» могут выжить за счет спецэффектов и формата 3D. У недорогих сериалов от канала SyFy возможности скромнее. Если премьера «Людей Альфа» собрала у телеэкранов более двух с половиной миллионов зрителей, то аудитория последних эпизодов второго сезона сократилась почти до миллиона. Бодрый темп, финальный драйв и актерская харизма Дэвида Стрэтэйрна не спасли положение. «Эта была честь — показывать столь захватывающий, качественный сериал на протяжении двух сезонов и работать с невероятным ансамблем актеров, продюсеров и сценаристов», — говорится в заявлении канала SyFy. В переводе с бюрократического языка это означает: «До свидания». Хотите знать, что стало бы дальше с главными героями? И я хочу. Но ответить на этот вопрос способны только люди альфа — те, кто обладает даром предвидения... или хотя бы успел подсмотреть черновые наброски телесценаристов.

Как известно, Мартин Лютер швырнул чернильницей в черта, который однажды привиделся главному идеологу Реформации. Его тезка, американский борец с сегрегацией и проповедник ненасилия Мартин Лютер Кинг, однажды сказал: «У меня есть мечта», но до ее осуществления, увы, так и не дожил. У сотрудника лондонской полиции афробританца по имени Джон Лютер (Идрис Эльба), героя английского телесериала, тоже есть мечта — быть самым обычным человеком с мирными повседневными заботами. Но обстоятельства складываются так, что экстрим становится частью его жизни, и в этом смысле наш герой похож скорее на своего германского однофамильца, чем на чернокожего американского проповедника: полицейский импульсивен, готов идти до конца, но при этом он выберет путь насилия, если все прочие пути для него перекрыты...

Сериал начинается с того, что Джон Лютер, настигнув опасного маньяка-детоубийцу, не может сдержать гнева: когда злодей повис, еле держась, на большой высоте, Лютер не протянул руку помощи и позволил негодяю упасть. Теперь маньяк в коме, против Лютера начато служебное расследование, а он тем временем разрывается между работой, которой много (убийцы не дремлют), и женой Зои (Индира Варма), которая уже практически ушла от мужа к другому (Пол МакГэнн). И если полицейский сыск герою удается неплохо (у Лютера фантастическая интуиция и чутье на преступный умысел), то отношения с женой близки к катастрофе: так бывает почти у всех героев невидимого фронта. Вдобавок ко всему и его сослуживцы, кроме сержанта Джастина Рипли (Уоррен Браун), относятся к Джону с опаской либо предают его. К концу первого сезона единственным человеком, кому Лютер может довериться, оказывается маньячка-убийца Элис Морган (Рут Уилсон) — молодая женщина, научный гений и безжалостный монстр в одном лице.

Отношения Лютера и Элис сродни отношениям Клариссы с Ганнибалом Лектером — если отбросить гендерный перевертыш: это не любовь, но явный и притом взаимный интерес. Джон с гибельным восторгом вглядывается в Элис, как в бездну, куда крутой полицейский, плюющий на букву закона, в любой момент может провалиться. Что касается Элис, то ее тянет к Лютеру как к равному ей по интеллекту. Само существование Лютера для Элис, презирающей ординарных людей, — вечный вызов; в одной из серий она готова погибнуть сама, но спасти полицейского. Хотя она видит границу между собой и Джоном, последствия их поступков оказываются порой весьма сходными.

«Приверженность моральным законам приносит вред твоим близким, но ты все равно стоишь на своем», — в третьем сезоне говорит Лютеру Элис. В этих словах есть мрачная ирония, но есть и отсвет истины: хотя вокруг положительного Лютера погибает многовато народа (в том числе — в итоге — и сама Элис), он неизменно остается в живых. Идрис Эльба выстраивает убедительный образ человека, который уже мысленно перешагнул грань смерти: все уже случилось, и ничего больше не страшно. Тошно — да, омерзительно — да, но не страшно. В 2012 году Идрис Эльба получил за роль в этом сериале премию «Золотой глобус».

«Лютер» — короткий сериал: в первом сезоне шесть серий, в двух следующих — по четыре серии, а в пятом, вышедшем после долгой паузы (тогда многие решили, что сериал закрыт безвозвратно), только две серии. Но благодаря емкой, без заметных «провисаний» сценарной основе авторы успевают рассказать в подробностях сразу несколько автономных историй, и притом связать все серии общим «горизонтальным» сюжетом (это может быть полицейская коррупция; или попытки отдела внутренних расследований «нарыть» дело против Лютера; или отношения героя с его новой девушкой Мэри (Сиенна Гиллори), чувства к которой делают героя уязвимым; или выяснение отношений Лютера с «заказавшим» его бандитом Корнелтусом). Во втором сезоне герой, например, вступается за девушку, вовлеченную в порнобизнес, и, таким образом, становится на пути порномафии. Он бы легко ее победил, но параллельно приходится заниматься и другими делами, поскольку в то же самое время на улицах Лондона бесчинствуют безумные близнецы Роберт и Николас (Стивен Робертсон), для которых люди — не более чем персонажи компьютерных игр... И так далее.

По жанру большинство серий укладывается в рамки полицейского триллера, однако в третьем и четвертом сезонах сюда добавляется и ужастик: смотреть на эволюции маньяка Пола Эллиса, преследующего беззащитных женщин, действительно жутко; и, когда в последний момент в кадре внезапно появляется Джон Лютер, зритель испытывает чувство невероятного облегчения. Не менее ужасен маньяк Стив Роуз (Джон Хеффернан), считающий себя уже мертвым (и, значит, все позволено). Авторы сериала не всегда следуют жанровым канонам, а порой их и переворачивают. Например, Том Марвуд (Эллиот Кауэн), который мстит за убитую жену — в духе «Жажды смерти», — должен, казалось бы, вызвать у зрителей сочувствие. Но мы быстро замечаем, что для Марвуда жажда справедливости неотделима от позерства. «Игра в героя» очень скоро выходит за рамки чистой мести, и вот уже Марвуд готов убивать и невиновных, если те будут мешать осуществлению его грандиозных планов. Обычному полицейскому трудно поймать Марвуда, но Лютеру — как никому другому — удается поставить себя на место преступника. Тем более когда охота за кровавым «мстителем» становится для Джона Лютера личным делом...

Адвокат Майкл МакБрайд (Джон Ларрокетт) — человек опытный. В полицейском участке он — как рыба в воде (сам когда-то был копом), в зале суда — как у себя дома (участвовал не в одной сотне слушаний). Он вежлив, но въедлив. Не все судьи его любят, а некоторые так терпеть не могут, поскольку он обожает спецэффекты (например, может предъявить свидетелю вместо подсудимого похожего человека — и свидетель с готовностью «опознает» подменыша). А еще у МакБрайда очень развито воображение: когда свидетель или подозреваемый излагает свою версию развития событий, адвокат мигом воображает себя как бы «внутри» описываемой сцены, а мы с вами видим эту картинку со стороны. Приглушенные черно-зеленые тона картинки — напоминание о том, что детали рассказа (или даже все события целиком) могут расходиться с реальностью. Впрочем, своим подзащитным герой доверяет. И если чувствует, что может спасти невиновного от тюрьмы, он может себе позволить защищать даже тех, кто не в состоянии оплатить его услуги. Его кредо: «Для меня все виноваты, кроме моего клиента»...

Отвлечемся ненадолго от сюжета данного сериала — ради небольшого отступления. Есть актеры, к которым приклеилась одна роль, а есть актеры, обреченные изображать людей одной и той же профессии. Такова их психофизика, и ее заранее учитывают спецы по кастингу. У Джона Ларрокетта простецкое лицо с пухлыми щеками и носом картошкой; на лице — смесь благодушия, веселости и легкой жуликоватости. Однако благодушие может оказаться наигранным, а глаза в момент стать жесткими. Быстрая смена масок — неизбежная часть профессии адвоката. На телеэкране Ларрокетт провел уже столько процессов, что, кажется, и в реальности может стать квалифицированным защитником.

Своей популярностью он обязан сериалу «Ночной суд» (1984–1992), где сыграл роль адвоката Дэна Филдинга — бабника, нахала и отличного профи. За эту роль Ларрокетт получил четыре «Эмми» в номинации «Лучший актер второго плана в комедийном телесериале». Актера приметил Блэйк Эдвардс, режиссер комедии «Свидание вслепую» (1987) с Брюсом Уиллисом и Ким Бейсингер, и дал ему третью по значению роль — скандального и ревнивого Дэвида Бедфорда, бывшего бойфренда героини Бейсингер. До поры мы не знали профессию ревнивца, но в финале он оказывался еще и адвокатом. Другой пример. Создатели сериала «Практика» (1997–2004), казалось бы, отошли от стереотипа. Персонаж Ларрокетта, Джои Херис, был не служителем закона, а, напротив, его самым злостным нарушителем: наглым маньяком-убийцей с повадками киношного Джокера, причем злодею все время удается выйти сухим из воды. Однако и здесь авторы не удержались и все-таки вернули героя в привычные рамки, правда, несколько парадоксальным способом. Все процессы, где Джои Херис был обвиняемым, он использовал, чтобы совершенствовать свою юридическую квалификацию. Затем сдавал экзамены, получал лицензию адвоката, а вместе с ней — и возможность защищать себя самостоятельно...

Как известно, у «Практики» есть спин-офф — еще более популярный телесериал «Юристы Бостона». Поскольку некоторые персонажи из первого сериала перетекли во второй, логичным был бы перенос персонажа Ларрокетта в той же ипостаси маньяка-убийцы-юриста. Однако, судя по всему, авторам «Юристов Бостона» жаль было загонять актера в скромную гостевую роль. Именно поэтому Джои Херис в спин-оффе не появлялся вовсе, словно его и не было никогда, зато в последних двух сезонах Ларрокетт возникал уже в основном составе исполнителей: его герой, юрист Карл Сак, становился одним из руководителей адвокатской фирмы (и будущим мужем ее основательницы, заметим в скобках).

Данный экскурс в историю имеет прямое отношение к «МакБрайду» — роль Ларрокетта здесь не только бенефисная, она является своеобразным мостиком между двумя названными сериалами. МакБрайд не пренебрегает рискованной клоунадой на процессе, однако наглого веселого цинизма Джои Хериса тут по понятным причинам уже нет. С другой стороны, МакБрайд, конечно, уважаем, но до маститости Карла Сака герою этого сериала все-таки еще далеко. Кстати, «МакБрайд» — это, строго говоря, не вполне сериал: формально это десять полнометражных телефильмов с общими героями; каждый фильм — отдельное дело. Но, как и положено всякому процедуралу, здесь есть и несколько «горизонтальных» сюжетных линий. Одна из них имеет отношение к помощнику Майкла, Филу Ньюберри (Мэтт Лутс), вторая — к Роберте Хансен (Марта Дюбуа), сержанту полиции, которая порой помогает герою (особенно когда она, в отличие от своего начальства, не уверена в виновности подсудимого).

В первом же фильме, «Убийца-хамелеон», МакБрайд еще не знаком с Ньюберри: тот выступает как начинающий адвокат, а главный герой волею судеб оказывается среди присяжных. Интуиция подсказывает МакБрайду, что женщина, подозреваемая в убийстве мужа, невиновна, и он решает ее защищать в качестве адвоката. Молодой Ньюберри с удовольствием отдает бразды главному герою — и нанимается его помощником. Тоже, кстати, не ради денег (Ньюберри богат — родители постарались). И герои рука об руку пройдут все десять фильмов.

Отношения адвоката с Робертой не выйдут за пределы дружбы на грани флирта. Возможно, пока МакБрайд служил копом, их связывало нечто большее. Но теперь Роберту постоянно что-то останавливает. Может, дело в том, что заглавный герой стал адвокатом, а она работает на обвинение? Может, нельзя искоренить инстинктивное полицейское недоверие копа к ловкачам защитникам, даже если один из них — седовласый обаяшка МакБрайд, который когда-то был просто Майклом? Авторы сериала тактично не отвечают на этот вопрос.

Телеистория моложавого блондина в неизменно безупречном костюме-тройке благополучно завершилась в 2015 году. Из семи сезонов пять с половиной (с небольшими перерывами на приступы уныния, дни депрессии и рефлексии) главный герой, Патрик Джейн, преследовал кровавого маньяка, заодно консультируя Калифорнийское бюро расследований (CBI). А затем, когда дело было сделано, еще полтора сезона приходил в себя, устраивал личную жизнь и попутно помогал ФБР избавлять общество от очередных убийц и нового маньяка — злодея не столь масштабного, каким был главный враг героя, но не менее опасного. К счастью для обоих сыскных ведомств, их консультант обладает поразительными способностями, благодаря которым преступники чаще попадают в сети закона...

Однако мы забежали вперед. Вернемся к началу. Слова «менталист» в русском языке нет, точнее, его не было до выхода на экраны телесериала, чье название наши переводчики после недолгих размышлений оставили в неприкосновенности. Ну а что им было еще делать? «Менталист» происходит от латинского mens (mentis), что означает «ум» и «мышление». Возможные варианты русской кальки — типа «умственник» или «мышленец» — выглядели бы коряво и глупо. И поскольку на нашей почве уже давно укоренились понятия «ментальный» и «менталитет», филологи не стали устраивать скандала из-за появления третьего однокоренного слова.

В английском языке этот термин, кстати, до недавних пор был тоже не очень популярен. В широкий обиход его ввел американец Джордж Крескин, который определил менталиста как «человека, владеющего навыками внушения, остротой ума, управлением поведением. Он узнает прошлое собеседника и может спрогнозировать его будущее. В его действиях нет ничего сверхъестественного, хотя на первый взгляд кажется именно так. Просто он максимально развил в себе возможности сознания, которые даны от рождения любому человеку. Всякий хороший менталист очень точно понимает людей и умеет распознать их психологические особенности».

Джордж Крескин и сам отчасти подходит под свое определение: он известный шоумен, грамотный психолог, отличный физиономист и автор дюжины книг о своем методе (который, впрочем, трудно воспроизводим, поскольку обязан сочетаться с личным талантом). Скорее всего, именно он стал одним из прототипов героя «Менталиста», хотя, разумеется, Патрик Джейн — образ «синтетический». По словам создателя сериала Бруно Хеллера, его персонаж не является экстрасенсом и использует в интересах расследования «способности агрессивной манипуляции людьми». За несколько лет до прихода в CBI Джейн беззастенчиво морочил публику, выдавая себя за телепата и ясновидца. Из-за этого однажды он был страшно наказан серийным убийцей по прозвищу Красный Джон: тот зарезал его жену и ребенка. В первом эпизоде «Менталиста» мы видим Джейна уже в роли полицейского консультанта, который сотрудничает с CBI, а его трагическая предыстория пунктиром мелькает во флешбэках.

Наученный горьким опытом, Патрик Джейн отбрасывает легенду о своих контактах с «тонкими мирами», как отмершую змеиную шкурку. Зачем она? Герой и без того умеет читать людей, как книги: чувствует их мимику и мелкую моторику; он — живой детектор лжи и ходячая картотека. Цепкий взгляд Джейна фиксирует любую, пусть самую незначительную, деталь поведения подозреваемого. Мозг обрабатывает информацию и предлагает варианты. Широкая улыбка притупляет бдительность собеседника, который еще не понял, что уже попался. То, что таланты менталиста никак не связаны с экстрасенсорикой, для авторов сериала принципиально важно.

К моменту, когда на телеэкранах возник Патрик Джейн, публика стала уставать от сыщиков с чудесными бонусами. Когда дар сам сваливается на героя, победа кажется слишком легкой. В 2002 году после первого же сезона закрыли сериал «Говорящий с призраками», где частный детектив получал информацию от духов (актер Мэтью Фокс был задвинут на периферию — вплоть до бенефисной роли в сериале «Остаться в живых»). Тремя годами позже схлопнулась «Мертвая зона» — вольная телеадаптация романа Стивена Кинга (герой, выйдя из комы, здесь не раз и не два помогал шерифу, используя пророческий дар). Еще через три года была досрочно прекращена «Миссия ясновидения», где сотрудница ФБР после удара молнии черпала вдохновение в провидческих снах. Дольше всех продержался «Медиум» — за счет того, что авторы сериала смогли приглушить мистику, делая упор на реалистичных бытовых деталях.

В отличие от перечисленных героев Патрик Джейн побеждал без посредства духов или вещих снов, но исключительно силой разума — он и был его главным козырем. При этом научно-технический прогресс, со всей его машинерией, тоже скромненько держался на подхвате у героя. «Мне хотелось создать героя, чем-то похожего на Шерлока Холмса», — процитируем еще раз создателя «Менталиста». Чуткий Бруно Хеллер раньше других сообразил: публика конца первого десятилетия нового века соскучилась по классическому Великому Сыщику, которому не нужны ни мистика, ни гаджеты.

Сериал о Патрике Джейне явно предвосхитили ренессанс холмсианы третьего тысячелетия. Восстановив хронологию, мы увидим, что «Менталист» стартовал в 2008-м — за год до фильма Гая Ричи «Шерлок Холмс», за два года до «Шерлока» Марка Гэтисса и Стивена Моффата и за четыре года до сериала Роба Доэрти «Элементарно».

Как мы помним, настоящий Холмс почти не нарушал английских традиций и был всего лишь чудаковат — ну, может, чуть больше, чем допускали тогдашние приличия (необычный ум требовал необычной разрядки: скрипка, химия, маскарад). У большинства Холмсов третьего тысячелетия безобидный конек мутировал в опасное чудище (кулачные бои, тяжелые наркотики, социопатия на грани фола).

Бруно Хеллер не перегибает палку. Создавая своего героя, он избежал формальных привязок к текстам Конан Дойла, зато лучше других воспроизвел психологический тип Великого Сыщика, который соединил в себе — без ненужного гротеска — мыслителя с эксцентриком. В этом смысле Джейн стал преемником не только Холмса, но и Хауса. Подобно гениальному врачу-мизантропу из госпиталя Принстон-Плейнсборо, Джейн мог разгадать самые запутанные загадки и одновременно испортить настроение всем окружающим. Одно никак не получалось без другого.

Семь сезонов улыбчивый франт с грустными глазами обходил инструкции, нарушал субординацию, смущал, нервировал, задавал неудобные вопросы, валялся на казенном диване или повсюду шлялся босиком и вообще жутко раздражал коллег — включая любимую напарницу — повадками вечного «анфан-террибля». Это было его осознанным выбором: с помощью клоунады (порой жестокой) Джейн возводил невидимый эмоциональный барьер между окружающими и своей личной трагедией, не подпуская никого к ней слишком близко. Когда же барьер давал трещину, это значило, что герой все-таки меняется, а сериал подходит к естественному финалу...

Что ж, «Менталист» ушел непобежденным. По мнению критиков, актер Саймон Бейкер сыграл здесь одну из своих лучших ролей; сама же телеэпопея Бруно Хеллера, скорее всего, попадет в десятку лучших американских сериалов десятилетия. Пусть там и остается: хочется верить, что шаловливые руки отечественных любителей ремейков в будущем не дотянутся до «Менталиста».

Школьный учитель Джонни Смит попал в аварию и угодил в кому, а когда очнулся через несколько лет, выяснилось, что его девушка Сара вышла за другого, а сам он может видеть будущее. Сначала наш герой пытается помогать людям, но затем перестает вмешиваться, осознав, что ему не доверяют. Однажды на пути Смита попадается Грег Стилсон, маньяк, который может стать президентом США и начать третью мировую войну. В ту минуту, когда Джонни Смит понимает, что его пророческий дар — не проклятие и что явленное ему будущее можно изменить, герой принимает свое предназначение. Характерно, что миссия спасения здесь поручена человеку с почти карикатурно-усредненными именем и фамилией. «Джон Смит» — все равно что случайное «Эй, ты!», обращенное к толпе. И человек из толпы откликается на зов. И берет в руки винтовку...

Весь предшествующий абзац относится к книге-первоисточнику, фантастическому роману Стивена Кинга «Мертвая зона». Роман вышел в 1979 году и пять лет спустя был экранизирован режиссером Дэвидом Кроненбергом. Роль Смита сыграл Кристофер Уокен (один из немногих положительных образов в кинокарьере актера). Хотя пророческий дар главного героя как будто позволял разверстать его историю на много серий, логика сюжета кинговского романа вступала в противоречие с сериальным форматом: финал трудно было отсрочить надолго, и в завершение требовался катарсис. Джонни Смит должен был исполнить благородную миссию — и погибнуть.

На протяжении двух десятилетий на ТВ даже не пытались уложить «Мертвую зону» в телеформат, однако в 2002 году все-таки решились. Новый сериал был снят по мотивам не романа, а, как аккуратно сказано в титрах, «персонажей Стивена Кинга». То есть основа романной «Мертвой зоны» была так-сяк соблюдена: Джонни Смит (Энтони Майкл Холл) действительно попал в кому и, очнувшись через шесть лет, смог узнавать о прошлом человека и предвидеть будущее. Например, он сообщил своему лечащему врачу, что его мать не погибла (в книге речь шла о событиях Второй мировой войны; дабы осовременить этот сюжет, врача-еврея сделали вьетнамцем, а кошмарный эпизод из прошлого, который «видит» Джонни, — это эвакуация жителей Сайгона в 1975 году). Дальше создатели сериала Майкл и Шон Пиллеры, бывшие сценаристы «Звездного пути», стали отходить от литературной первоосновы — все дальше и дальше. В результате истории, рассказанные в сериале, можно поделить на две неравные части.

Большая часть серий — те, ради которых стоит смотреть весь сериал: динамичные, увлекательные эпизоды, не имеющие прямого отношения к роману Кинга. Это расследования, в которых Джонни участвует на правах экстрасенса-консультанта. Он обычно помогает шерифу Уолту Баннерману (Крис Бруно), который попутно является здесь мужем его бывшей возлюбленной Сары (Николь Де Бойер). У самого Джонни тоже есть помощник и советчик — его друг Брюс (Джон Л. Адамс), тренер по лечебной физкультуре. Персонаж, отсутствующий и у Кинга, и у Кроненберга, скорее всего, появился для привлечения афроамериканской аудитории.

Сюжеты этой группы эпизодов приближены к современности (то есть к событиям начала нулевых). Порой сценаристы отталкиваются от реальных происшествий, чуть видоизменяя их и по возможности добавляя хеппи-энды. Джонни, среди прочего, предотвращает падение самолета, спасает город от эпидемии китайского вируса, препятствует стрельбе в средней школе, уберегает паству от изувера, считающего себя пророком, а также, как водится, периодически защищает сограждан от маньяков и террористов. В одной из серий герой оказывается единственным присяжным, сказавшим «не виновен», а в другой, рождественской, спасает Санта-Клауса (ну то есть актера, потерявшего память).

Впрочем, без Грега Стилсона (Шон Патрик Флэнери) авторы все-таки не обошлись, и сюжеты серий с участием названного персонажа (их, к счастью, сравнительно немного) кажутся наименее продуманными. В экранизации Кроненберга наш герой сумел остановить Стилсона всего за пятнадцать минут экранного времени. В сериале Джонни не может справиться со злодеем шесть сезонов подряд. Рад бы, но не получается. Да, Стилсон определенно станет причиной грядущего Армагеддона, в ходе которого Вашингтон обратится в руины. Наш герой ясно видит все это внутренним оком, а зуб неймет. В одном из альтернативных видений Смит даже стреляет в Стилсона, но эта часть видения не сбывается: более того, в реальности герой и злодей сосуществуют бок о бок и даже время от времени общаются, а в некоторых сериях чуть ли не приятельствуют. Парадокс!

Думаю, сценаристы, прочитав роман Кинга один раз, затем нарочно отложили его подальше, чтобы трагический финал не портил им настроение и не висел дамокловым мечом над главным положительным героем. Авторы упорно оберегают его от катарсиса и по-своему заботятся о нем, в меру своего разумения; они оставляют Джонни в живых и даже устраивают его личную жизнь, модернизируя историю отношений Джонни и Сары. «Думаю, целью Стивена Кинга было разлучить их после аварии, — глубокомысленно замечал Майкл Пиллер в одном из интервью. — Мы же хотели сохранить в сериале романтическую линию и потому придумали, что Сара растит ребенка Джонни». При этом героиня не бросает мужа, да и сам Джонни на протяжении сериала мимоходом крутит романы с другими женщинами: то с журналисткой Даной Брайт (Кристен Далтон), то с детским психологом (Сара Уинтер), то с блондинкой Алекс (Дженнифер Финниган), у которой тоже дар экстрасенса. А почему бы и нет? В начале третьего тысячелетия актер Энтони Майкл Холл — уже не тот юный заморыш из знаменитого фильма Джона Хьюза «Клуб “Завтрак”», а вполне представительный мужчина за тридцать. Не оставлять же его в одиночестве на все шесть сезонов!..

В 2002 году, когда на кабельном канале USA Network был показан самый первый эпизод, его посмотрели 4,7 миллиона зрителей. Аудитория шестого, финального сезона сократилась более чем вдвое. Не то чтобы Джонни Смит с его даром надоел зрителю, однако вся линия, связанная со Стилсоном, увела сценаристов в дебри конспирологии и в конце концов завела сюжет в тупик. Решение о закрытии сериала принималось поспешно, отчего концовка выглядит скомканной; сюжет не закончен, он словно бы обрублен.

Вскоре после закрытия «Мертвой зоны» сценарист Шон Пиллер занялся другим телепроектом по Кингу — сериалом «Хэйвен», а кое-какие идеи «Мертвой зоны», оставшиеся бесхозными, перекочевали в сериал «Герои». Его создатели позаимствовали у предшественников мотив пророчества грядущего Армагеддона (гибель грозит не Вашингтону, а Нью-Йорку), мотив встречи героя с самим собой из будущего и еще много всего по мелочи. Правда, в «Героях» персонажи хорошо помнят о приближающейся глобальной катастрофе, и лучшие из них думают, как ее предотвратить. Джонни Смит из сериальной версии «Мертвой зоны» вел себя куда легкомысленнее, то и дело отвлекаясь на различные небольшие пророчества. Либо наш герой время от времени просто забывал о том, что Земля в опасности. Либо авторы тайком надеялись, что в критический момент откуда-нибудь выскочит, словно черт из табакерки, сам Стивен Кинг — простит сценаристов, перехватит управление и всех-всех-всех вокруг спасет.

В 2008 году Ли Пейс не был в числе голливудских актеров первого ряда (и даже второго), однако создатели сериала увидели в этом исполнителе отличный потенциал — и не ошиблись: через несколько лет, после участия в проекте «Остановись и гори» о первых конструкторах ноутбуков и роли в блокбастере «Стражи Галактики», Пейс стал настоящей звездой. Уж в проницательности Брайану Фуллеру не откажешь. До того как встать у штурвала «Мертвых до востребования», он был известен как автор сериала «Чудопад», где в реалистический сюжет вторгались вдруг удивительные (но не пугающие, а скорее, веселые) странности и невероятности на грани волшебства. Таков же настрой и в этом сериале о причудливом даре и совершенно невозможной любви...

Однако стоп. Не будем спешить, сделаем пару шагов назад. Итак, вернемся к началу. У Неда Никерсона с детства обнаружилась необычайная способность. Он может одним прикосновением оживлять мертвецов, а повторным — убивать их снова. И если герой подарит жизнь покойнику больше чем на минуту, где-то поблизости (по закону сохранения жизни) умрет другой человек (кто — неизвестно). При этом любое прикосновение Неда к человеку, им воскрешенному, будет для того смертельно.

Это была фабула сериала. Теперь — предыстория Неда. Когда-то в далеком детстве мальчик, ненадолго воскресив свою умершую мать, невольно стал причиной убийства отца своей подружки Шарлотты Чарльз по прозвищу Чак. С тех пор юный Нед вырос (его, взрослого, как раз и играет Ли Пейс), стал пирожником и старался не пользоваться своим даром, воскрешая людей больше чем на минуту. Минуты вполне хватало, чтобы Нед и его друг, частный детектив Эмерсон Код (Чи МакБрайд), могли находить убийц, «допрашивая» жертв. Но однажды Нед узнал о том, что Чак (ее, выросшую, играет Анна Фрил) была убита. И, оживив ее, он не смог убить ее снова. Однако и прикоснуться к своей любви он тоже теперь не может, иначе она погибнет безвозвратно. Ситуация практически безнадежная: целоваться нельзя, обниматься опасно, рукопожатие — только в перчатках по локоть. Самое лучшее для героев — держать дистанцию и побыстрее забыть о существовании друг друга, но что делать, если героев друг к другу тянет?..

Прошу прощения за спойлер, но все описанное в первом абзаце происходит еще в самом начале сериала. Собственно, это развернутая завязка — главное действие начинается уже потом. На протяжении двух сезонов Нед, Эмерсон, Чак и иногда примыкающая к ним сотрудница заведения «Дырка от бублика» (хозяин там Нед) Олив Снук (Кристин Ченоуэт) расследуют разные преступления, причем Олив, безответно влюбленная в Неда, не знает про его дар, а тетушки Чак, Вивиан Чарльз (Эллен Грин) и Лили (Свузи Курц), не знают, что их юная родственница ожила. Дождитесь последней серии — и вы получите хеппи-энд под стать всей этой истории.

Собственно говоря, ничего не мешало авторам поставить вместо финальной точки многоточие, расширив увлекательную историю и за пределы двух сезонов. Но проза жизни разрушила воздушный замок. Реальность, как обычно, оказалась неутешительной: массовому зрителю хотелось чего попроще, рейтинги не слишком впечатляли, поэтому «Мертвые до востребования» ушли из телеэфира — и тотчас же были возведены фанатами в ранг культовых теледостижений. Кстати, главного героя Неда авторы сделали пирожником недаром, потому что и сам сериал тоже похож на булочную и кондитерскую. Мы прямо-таки ощущаем теплый аромат свежей сдобы. Картинка подкупает нереально яркими красками, «атмосферным» саундтреком Джеймса Дули, замечательным ироническим закадровым комментарием (Джим Дэйл), нетривиальными поворотами детективных сюжетов, отточенными репликами персонажей и странной амальгамой чернейшего юмора и романтизма. По стилистике это отчасти похоже то ли на сказки Ганса Христиана Андерсена, то ли на фильмы Уэса Андерсона (тот, кто видел, например, «Отель “Гранд Будапешт”», поймет, о чем речь). А если учесть, что к постановке оказался причастен еще и создатель «Семейки Аддамс» и «Людей в черном» Барри Зонненфельд (первые два эпизода он срежиссировал сам, а потом остался продюсером сериала), можете представить, каким оказался результат совместных усилий двух изобретательных кудесников.

Хотите еще сравнение? «Битлджус». Покойников тут, пожалуй, больше, чем в знаменитом фильме Тима Бёртона, но нам совсем не страшно.

В недалеком будущем официально ликвидировали еще один вид дискриминации, уравняв в правах людей и вампиров. Строго говоря, полным равенством это не назовешь: согласно букве закона, вампирам нельзя вступать в брак, они не могут признавать новообращенных наследниками и передавать им имущество по завещанию (юридически вампиры мертвы). Но в остальном на вампиров распространяются те же человеческие права и свободы, и прежде всего естественное право на неприкосновенность личности. Отныне сама принадлежность существа к кровососам уже не означает, что его можно казнить без суда осиновым колом, солнечным светом или серебряной пулей с деревянным сердечником.

Равноправие, о котором идет речь, стало возможным не вдруг. После долгих экспериментов японские ученые изобрели наконец стопроцентный кровезаменитель, а бизнесмены отладили его выпуск. Таким образом, был разрешен давний конфликт людей и вампиров: первые теряли статус «гастрономических объектов» кровопийц, а вторые переставали быть расой, паразитирующей на виде homo sapiens, и из изгоев общества превращались в его законопослушных членов — граждан с пусть и необычным, но поддающимся контролю метаболизмом. Теперь вампиры, как и люди, могли без проблем купить еду в магазинах, не подвергая испытаниям жизнь и здоровье человеческих особей. Виктория? Идиллия? Долгожданный хеппи-энд? Не будем спешить.

Действие сериала происходит в американском штате Луизиана в небольшом городке Бон-Том. В баре у Сэма Мерлотта (Сэм Трэммелл) работает официанткой Соки Стакхауз (Анна Пакуин). Она умеет читать чужие мысли, но телепатия — дар и проклятие. Героине неинтересно встречаться с обычными мужчинами и «слушать», что они думают о ней. Когда в их баре появляется уроженец здешних мест, пепельнолицый Билл Комптон (Стивен Мойер), и героиня обнаруживает, что мыслей вампира она прочесть не может, Соки влюбляется в нового знакомца. Ей плевать, что он родился в XIX веке и в том же столетии утратил свою человеческую сущность. К началу первого сезона сериала Комптон безнадежно одинок: жена, дети, внуки и правнуки — все давно на кладбище...

Ненадолго отвлечемся от сюжета «Настоящей крови» ради небольшого исторического экскурса. Впервые вампиры были упомянуты в 1654 году папским библиотекарем Леоном Алацци. Не прошло и двух сотен лет, как доктор Полидори (более известный как киноперсонаж «Готики» Кена Рассела) написал повесть «Вампир» (1819). Впрочем, мировую славу получило иное сочинение — «Дракула» Брэма Стокера (1897). Историю о графе-кровопийце, который носил черный плащ и не выносил света (креста, осины и чеснока), подхватили и развили киношники. Роль вампира-аристократа исполняли Бела Лугоши и Кристофер Ли, Гэри Олдман и Лесли Нильсен, Ричард Роксбург и Джонатан Рис-Майерс. В дверь, чуть приоткрытую Дракулой, на экран протиснулись все разновидности кровососов — от утонченно-гламурных, вроде персонажа Тома Круза в «Интервью с вампиром», до совсем жутких, похожих на древних ящеров или космических пришельцев (как в фильме «30 дней ночи»).

В конце 90-х годов вампирская тема подувяла, но в нулевые получила новый импульс благодаря экранизации «Сумерек» Стефани Майер. Актер Роберт Паттинсон стал очень популярен среди старшеклассниц всего мира, сыграв Эдварда, любимого вампира девушки Беллы. Сходство завязок сюжетов в «Сумерках» и «Настоящей крови» не значит, что авторы сериала воспользовались успехом кинокартины. Напротив, первый фильм про Эдварда с Беллой отстал от первого сезона телеистории Соки и Билла на два месяца, а уж книги Майер появились на несколько лет позже, чем цикл романов Шарлин Харрис («Мертвы, пока светло», «Клуб мертвяков», «Живые мертвецы в Далласе» и др.), литературной первоосновы «Настоящей крови». К тому же мелодраматическая линия оказалась в сериале хотя и довольно важной, но не единственной.

Можно без труда догадаться, отчего местом действия сериала выбрана Луизиана — южная глубинка Соединенных Штатов (нечто вроде нашего Краснодарского края). Здешнее население более чем консервативно: сегрегация тут была закреплена в законе до конца 60-х годов XX века, а законы, ущемляющие права гомосексуалистов, не отменены до сих пор (хотя и бездействуют). Именно от Луизианы избирался в конгресс США печально известный Дэвид Дюк — один из лидеров ку-клукс-клана, расист и убежденный антисемит. Словом, это штат, жители которого не очень торопятся избавляться от былых предубеждений... Надеюсь, вы догадались, как встретили жители Бон-Тома весть об официальной легализации кровососов?

Правильно: без радости. Любые различия по цвету кожи или ориентации меркнут на фоне мрачного бэкграунда вампиро-людских отношений. Пока в столицах интеллектуалы чтут политкорректность, а политики расточают улыбки, простые люди Юга настороже. Они запасают осину и серебро, подозревая: сколько ни корми вампира суррогатом крови, он будет поглядывать на вены и артерии людей. Нетрудно вообразить, какие чувства вызовут у горожан встречи Соки и Билла! С одной стороны, конечно, Билл — вроде земляк, не какой-нибудь янки, но, с другой стороны, — жуть и нежить, от которой порядочной девушке следует держаться подальше. Само собой, роман Соки и Билла не нравится и упырям-ортодоксам: те упрямо не желают считать людей ровней себе и не готовы питаться одной японской синтетикой. Раз уж у тебя есть клыки, надо ими пользоваться...

Всё, о чем вы сейчас прочли, — лишь начало длинной многофигурной истории. Семь сезонов на телеэкране — это семь лет развития необычных сюжетов. В разные годы в число заметных героев сериала попадут, кроме Соки с Биллом, еще и братец Соки, Джейсон (Райан Квонтен), и тысячелетний вампир Эрик Нортман (Александр Скарсгард), и глава секты вампироборцев преподобный Стив Ньюлин (Майкл МакМиллиан), и один из вампирских королей Расселл Эджингтон (Дэнис О’Хэйр). За это время Бон-Том не раз станет местом межвидового конфликта, то тихо тлеющего, то вновь разгорающегося. С обеих сторон будут жертвы; будут сложные маневры, жажда реванша и попытки найти компромисс. Изменятся и чувства Соки и Билла: на место любви придет разочарование, разочарование будет потеснено надеждой, надежда — дружбой. В заключительном сезоне вернется любовь как отголосок прежних чувств — и тогда же в городке возникнет ситуация, когда упертые южане переступят наконец через фобии: людям и вампирам Бон-Тома придется преодолеть взаимную неприязнь и тесно сотрудничать, потому что иначе им попросту не выжить друг без друга...

Только не воображайте, что вот это и есть хеппи-энд. Авторы шаг за шагом дают понять зрителю, что человечество не исчерпывается людьми и вампирами: ведьмы и феи, вервольфы и «перевертыши» — все они тоже присутствуют среди персонажей. Просто большинство из них таят свою сущность, ожидая официального признания. Мир не двуцветен, он ярок и многоцветен; нам только приподняли краешек горизонта, а за ним — неведомые дали. И это куда интереснее уютного и обжитого тупика.

Вы когда-нибудь забывали адрес, номер телефона или название фильма, который вам бы хотелось пересмотреть? А вот полицейская из американского города Сиракузы Кэрри Уэллс (Поппи Монтгомери) — никогда. У нее редкостный дар: героиня помнит абсолютно все, что когда-то увидела или услышала. Это свойство выглядит чистой воды фантастикой, хотя на самом деле подобные люди — правда, в очень небольшом количестве — присутствуют в реальности. Их дар по-научному называется гипермнезией (другой вариант термина — гипертимезия). Другое дело, что люди с таким даром долго не живут, поскольку человеческий мозг обычно не выдерживает подобной нагрузки. Иногда они оказываются аутистами, «людьми дождя», патологически погруженными в собственное прошлое (подобные персонажи выведены, например, в рассказе Борхеса «Фунес памятливый» и фильме Кристофера Дойла «Слова не нужны»). Однако Кэрри вполне нормальная. Единственное, что ускользает из ее памяти, — это день гибели ее старшей сестры Рейчел: когда девочки были еще маленькие, кто-то убил сестру в лесу. Но кто? В памяти провал, зияние, мертвая зона. Став копом, героиня изводит себя бесплодными поисками и в результате уходит из полиции и расстается с любимым человеком, детективом Элом Бернсом (Дилан Уолш)...

Все это, однако, лишь предыстория. Сериал начинается с того, что эти двое, Эл и Кэрри, через десяток лет встречаются в Нью-Йорке: Эл уже стал лейтенантом полиции, Кэрри работает в доме престарелых, где находится ее страдающая болезнью Альцгеймера мать, а деньги на ее содержание добывает игрой в подпольных казино (отличная память — благо при игре в покер). Эл, у которого уже другая жизнь и другая подруга, убеждает Кэрри, что воспоминания о том роковом дне со временем вернутся, а пока героиня может помочь людям, если употребит свой дар на благо полиции. Таким образом, уже со второй серии героиня работает в полиции Нью-Йорка — в одной команде с Элом, а также с немолодым Майклом Костелло (Майкл Гэстон), застенчивым и честным Роем Сандерсом (Кевин О. Ранкин), афро-американкой Ниной Айнарой (Дая Вайдя) и компьютерным гением Таней Ситковски (Бриттни Лоуэр). Во второй части сезона к ним присоединяется старенькая, но веселая судмедэксперт Джоан Вебстер (Джейн Куртин): та когда-то была главным патологоанатомом Манхэттена, и ее «ушли» после конфликта с главным прокурором.

Хотя среди вариантов перевода названия сериала есть и «Вспомнить всё», никаких параллелей с сюжетом знаменитой ленты с Арнольдом Шварценеггером тут не просматривается: в картине Пола Верховена герой цепко держал в мозгу чужие «имплантированные» воспоминания, в то время как Кэрри из сериала, как правило, оперирует своими подлинными впечатлениями прошлого. Сценарий построен так, что главная героиня на протяжении каждой серии не менее десятка раз пользуется преимуществами своей суперпамяти, а в некоторых случаях еще и женским обаянием рыжей чертовки. Сочетание убойное, но не всякому такое выдержать. Пожалуй, лишь Эл принимает Кэрри такой, какая она есть. На протяжении трех сезонов и у главной героини, и у ее напарника случаются романы, однако сценаристы намекают, что Элу и Кэрри суждено быть вместе. Впрочем, эта сюжетная линия ни разу не выходит на первый план; чувства друг к другу подспудно тлеют, пока герои заняты полицейской работой. В первом сезоне Кэрри так и не найдет убийцу сестры. Хотя благодаря помощи бывшего офицера Сэма Роудса (Элиас Котеас) она вспоминает роковой день своего детства, а материалы, собранные Сэмом, дадут ей новую зацепку.

Увы, путеводная ниточка никуда не ведет: во втором сезоне тема расследования смерти сестры главной героини куда-то исчезает. Частично меняется и команда действующих лиц. По сюжету, Кэрри, Эла и примкнувшую к ним старушку эксперта Джоан берет под свое административное крыло Эллиот Делсон (Даллас Робертс), помощник мэра Нью-Йорка, укомплектовав команду гениальным компьютерщиком Джеем Ли (Джеймс Хироюки Лиао) и предложив персонажам самые совершенные гаджеты и самые интересные задания. Во втором сезоне героям предстоят и впрямь разнообразные дела — от расследования убийства на встрече выпускников до активного противодействия злоумышленникам (во главе с хакером-леваком), захватившим многоэтажный билдинг (Кэрри выступает в роли «крепкого орешка», причем сам фильм честно поминается несколько раз). В течение двух эпизодов, разнесенных во времени, наша памятливая героиня выслеживает безжалостную русскую диверсантку Жаклин (Анника Борас), умеющую маскироваться: сначала они противники, но во второй раз, когда на кону стоит безопасность всего города (террористы снаряжают ядерную бомбу), Кэрри и Жаклин в итоге выступают союзниками.

Хотя «горизонтальная» часть сюжета выглядит вполне стандартной, а временами и вовсе сходит на нет, возможности героини позволяют авторам сериала проявить немало изобретательности. Кэрри может мысленно вернуть себя в любую точку пространства, где она успела побывать; она способна пристально вглядеться в окружающие ее детали (пейзажа или интерьера), сопоставить былые наблюдения с позднейшим опытом и сделать необходимый вывод. В пользу Кэрри и то, что она обладает чувством юмора (в одном эпизоде, например, пресерьезно пересказывает сюжет фильма «Кэрри» по Стивену Кингу как подлинную историю из своего детства). А еще она сексапильна, спортивна, владеет приемами рукопашного боя и обожает нарушать полицейские условности. И ей, как Каслу из сериала «Касл», выходки сходят с рук: партнер ее поддерживает, а шеф прикрывает...

В третьем сезоне, состоящем из тринадцати серий, никаких особенных открытий не происходит: у Кэрри развивается вялый роман с вашингтонским фэбээровцем, но всем ясно, что любит она все равно Эла. Как этого требуют законы жанра, в одном из эпизодов Эла подставляют, пытаясь повесить на него обвинение в убийстве, а Кэрри его защищает и выручает из беды. В финальной серии третьего сезона героиню ждет самое большое испытание: гоняясь за серийным отравителем, она получает дозу редкого африканского яда, из-за которого начинает терять память — самое главное свое преимущество. Понятно, что в конце сезона все вернется на круги своя и каждое мгновение, прожитое Кэрри, снова будет с ней. Но этот поворот сюжета — нечто вроде черной метки: и главной героине, и телезрителю дают понять, что история памятливой полицейской исчерпывается. Никто не удивился, когда канал CBS закрыл сериал после третьего сезона, но... Вскоре канал A&E продлил этой истории жизнь еще на один сезон. Дар Кэрри по-прежнему не дает сбоев, но с каждым новым эпизодом мы ощущаем, что сценаристы устали и у них кризис идей. Да, авторы ввели новых персонажей (например, красотку судмедэксперта и разбитного молодого агента), но многие сюжеты выглядели не слишком оригинально. Фабула одного эпизода, например, возвращала нас к картине «Нападение на 13-й участок»; идея другого — с убийством в закрытом пространстве бункера-симулятора полета на Марс — ранее была уже реализована в сериале «Касл»; ну а сюжет финальной, тринадцатой, серии сезона (о зомбированных киллерах, «включающихся» по кодовой фразе), давно уже настолько примелькался, что стал объектом пародий — например, в «Голом пистолете». В общем, когда канал A&E в феврале 2016 года официально объявил о закрытии «Незабываемого» после четвертого сезона, даже поклонники рыжеволосой красотки Кэрри с уникальной памятью вздохнули с облегчением. Все хорошо, что когда-нибудь кончается.

Сын британского разведчика, погибшего в Белфасте, Джонатан Пайн (Том Хиддлстон) не хочет идти по стопам отца. Отвоевав два года в Ираке, герой работает ночным администратором в фешенебельном каирском отеле «Нефертити». Действие сериала начинается в 2011 году. В Египте неспокойно, страна на грани гражданской войны. Пайн влюбляется в Софи, подругу Фредди Хамида, соратника международного оружейного торговца Ричарда Роупера (Хью Лори). Девушка знает, что оружие, проданное в обход закона, будет использовано одной из сторон конфликта. Софи просит своего нового знакомого передать информацию в английское посольство. Но Хамид и Роупер скоро догадаются, кто сорвал сделку. Героиня погибнет, а безутешный Пайн переедет из Египта в Европу и в итоге согласится работать на британскую спецслужбу. Теперь он должен войти в доверие к «оружейному барону»...

Сериал «Ночной администратор» интересен сразу по нескольким причинам. Одна из них — фигура создателя романа-первоисточника. Писатель Джон Ле Карре считается сегодня патриархом британского шпионского романа, вдохновившим не одно поколение экранизаторов: первый фильм по его книге, «Шпион, вернувшийся с холода» (с Ричардом Бертоном в главной роли), появился еще в 1965 году, а мировая премьера экранизации романа «Такой же предатель, как и мы» (2008) с Юэном Макгрегором и Дэмиэном Льюисом состоялась в первых числах мая 2016 года. Роман «Ночной администратор» был написан двадцать три года назад, так что авторам экранизации пришлось осовременить сюжет, насытив новыми реалиями (вроде «арабской весны»). Ушла в прошлое борьба Востока с Западом, основанная на противостоянии двух систем. Коммунизм перестал быть проблемой, но персонажам Ле Карре не полегчало. Если раньше их противниками были кремлевские старцы, державшие пальцы над ядерными кнопками, то теперь в первые ряды антигероев выдвинулись беспринципные международные спекулянты, продающие смерть по сходной цене.

Главная тема сериала — манок для массового зрителя, которого всегда интересовали детективные перипетии, связанные с этим опасным криминальным бизнесом. Достаточно вспомнить, например, что наш соотечественник Виктор Бут, обвиненный в контрабанде оружия в «горячие точки» планеты, уже стал прообразом персонажа Николаса Кейджа из фильма «Оружейный барон» (2005). У Ричарда Роупера из «Ночного администратора» реального прототипа нет; это обобщенный образ хищного дельца, который успешно притворяется филантропом и возит оружие под видом гуманитарной помощи.

Раньше переход на сторону врага считался предательством, а ныне люди вроде Роупера для разведок как бы не совсем враги. По мнению авторов сериала, боссы МИ-6 и ЦРУ могут тайно сотрудничать с «оружейными баронами» без особого ущерба для карьеры. Дескать, закулисная торговля оружием — это прежде всего выгодный бизнес, и только потом политика. Вот почему детали операции «Пиявка», которую ведет против Роупера глава секретного подразделения британского МИДа Анджела Берр (Оливия Колман), скрыты для МИ-6. В ином случае агент будет моментально «засвечен»...

Несмотря на бюджет в 30 миллионов долларов (это не так уж много для такого проекта), сериал эффектно снят — герои перемещаются из одной части света в другую, и камера буквально смакует географическую экзотику. Хотя сам Ле Карре в романах обычно не злоупотребляет сценами «экшн» и с сарказмом отзывается о фильмах про Джеймса Бонда, «Ночной администратор» стилистически довольно близок к фильмам бондианы, а уж заставка на титрах (где бриллианты и пузырьки шампанского под тревожную музыку превращаются в бомбы и ракеты) почти имитируют аналогичные заставки в картинах про агента 007. Режиссер сериала, лауреат премии «Оскар» Сюзанна Бир, особенно постаралась, выбирая исполнителей главных ролей. Например, персонаж Оливии Колман в романе Джона Ле Карре был мужчиной. Чтобы связной Пайна стал женщиной, сценарист Дэвид Карр специально дорабатывал сюжет (позже, когда выяснилось, что исполнительница беременна, сценарий пришлось переписывать еще раз). Том Хиддлстон кое-что позаимствовал из своих предыдущих киноработ, соединив в одном образе Пайна квазиромантику Томаса Шарпа из «Багрового пика» с опасным шармом Локи из «Мстителей». Но, конечно, главное украшение сериала — Хью Лори.

После завершения последнего сезона «Доктора Хауса» все ждали, когда Лори вновь появится наконец на телеэкране, и притом не в гостевой роли. Актер придирчиво отбирал телепроекты и согласился на предложение Сюзанны Бир отчасти из-за давнего интереса к теме (он сам когда-то написал иронический триллер «Торговец пушками», герой которого попадает в неприятную историю с международными террористами, продавцами военных вертолетов, прохвостами из ЦРУ и аналогичных ведомств), а отчасти из-за многолетней симпатии к роману-первоисточнику: в начале 90-х Лори даже раздумывал, не снять ли экранизацию «Ночного администратора» и сыграть в ней Пайна. Впрочем, и в роли Роупера актер не разочаровывает. Он, конечно, еще не может полностью избавиться от доктора Хауса, но его Роупер — не только гений и негодяй в одном лице, но и почти трагический персонаж; в нем — странная амальгама жестокости, расчета и удивительной слепоты. Почему он, тертый и хитрый, не сообразил, что его белокурая пассия Джед непременно переметнется к Пайну? Загадка, психологическая аномалия, род самогипноза. Вопреки природной осторожности он доверяет Пайну место в команде и многомиллионную сделку, которая в финале погубит Роупера...

Напоследок вернемся к Пайну и его нанимательнице Анджеле Берр. Легко заметить, что психологически они почти двойники. Хотя Анджела формально состоит на секретной службе ее величества, борьба с конкретным «оружейным бароном» давно перестала быть только профессиональной обязанностью. Воспоминания о гибели детей, отравленных зарином, не дают покоя героине; охота за торговцем смертью превращается в род вендетты. Что же касается Пайна, то он с самого начала соглашается на участие в тайной операции, чтобы поквитаться с Роупером, погубившим Софи.

«Родовая месть в старину была куда более разумным мотивом для убийства, чем любовь к Англии или пристрастие к какому-нибудь экономическому строю, — рассуждает главный герой еще одного британского романа (это «Наш человек в Гаване» Грэма Грина). — Если я люблю или ненавижу, позвольте мне считать любовь или ненависть моим личным делом». Примерно так же думают и герои «Ночного администратора». Впрочем, их личная вендетта здесь, по счастью, не противоречит их любви к Англии. Долг и чувства совпали. «Шпионский» телесериал — все же не греческая трагедия.

Поздним вечером при выходе из бара застрелен в упор мистер О’Брэннон (Тимоти Хаттон), один из подручных крупного босса нью-йоркской оргпреступности Джо Паттона (Брайан Деннехи). Хотя мафиози Паттон и капитан полиции Джохансон (Роберт Неппер), казалось бы, должны находиться по разные стороны баррикад, у них есть нечто общее: им одинаково хочется как можно скорее замять это дело. Но не тут-то было! Подобно падающим костяшкам домино, одно событие стремительно подталкивает другое, и вскоре никто — ни мафиози, ни копы — не могут предсказать, кого убьют завтра. Таким образом, смерть ничем не примечательного бандита меняет жизнь обитателей целого района, в том числе и жизнь главного героя телесериала Терренса Малдуна (Эдвард Бернс). Поскольку Терри, с одной стороны, сержант полиции, а с другой, как ни крути, — племянник застреленного гангстера...

Более сотни лет, с середины 60-х годов XIX века и почти до конца 80-х годов минувшего столетия, район Манхэттена под названием Клинтон, более известный как Адская Кухня (Hell’s Kitchen), считался едва ли не самым криминальным в Нью-Йорке. Здесь жили потомки ирландских, немецких, а позднее и пуэрто-риканских иммигрантов. «Национальные» банды часто враждовали, не поделив сферы влияния. Но если полицейским из «убойного» отдела здесь приходилось несладко, то копы из отдела нравов (азартные игры, наркотики, проституция, гей-бары), как правило, снимали пенку с потребителей запретных радостей. В первом же эпизоде сериала сержант Малдун доходчиво объясняет копу-новичку Джимми Шиа (Брайан Уайлс): «Весь департамент, да и весь город так работает. Все построено на услугах. Главное — кого ты знаешь и на кого у тебя есть грязь; кому ты помогаешь, а кто помогает тебе. Город большой, и мы все тут связаны этими долгами и услугами».

Сержант Малдун — примерный семьянин, который воспитывает деток в строгости, надеясь, что они станут полезными членами общества. Жена и отец уговаривают его переехать из Адской Кухни в более спокойный Квинс, но главный герой сопротивляется (под конец он поддастся уговорам и все же согласится — к радости домочадцев). Лейтенант Кинг (Рубен Сантьяго-Хадсон) нежно заботится о своих родичах. Детектив Чарли Буллман (Майкл Рапапорт), вдовец и отец троих детей, готов помочь незнакомой девушке и даже не взять гонорара. И так далее. Словом, подчиненные капитана Джохансона — в общем-то неплохие парни. Они не карьеристы, не садисты, не какие-нибудь там монстры с полицейскими бляхами; порой они делают добрые дела, а гадости совершают без удовольствия. Они осознают, что нарушают закон, однако не понимают своей вины.

«В чем преступление, если пострадавших нет? — усмехается Малдун. — Считай, что мы домовладельцы. Мы занимаемся тем же, чем занимались последние сто лет, — управляем этими делами и следим за порядком. Если не хочешь проблем, плати за аренду». Копы приглядывают за букмекерами и сутенерами, прикрывают драгдилеров и шулеров. Они собирают дань с каждой «точки», и сержант ежемесячно делит выручку, раскладывая ее по конвертам. Все честно: столько-то капитану, столько-то — лейтенанту и остальным детективам в своем отделе. Важно не нарываться, не наглеть, не подставлять коллег и не нарушать «понятий». Похоже, они не подозревают, что все это называется словом «коррупция»...

История создания телесериала «Общественная мораль» восходит еще к 1997 году, когда на съемочной площадке фильма «Спасти рядового Райана» режиссер Стивен Спилберг разговорился с актером Эдвардом Бернсом — исполнителем роли рядового Ричарда Райбена. Спилберга заинтересовали его рассказы об отце, нью-йоркском копе; мэтр увидел в этом потенциальный сюжет будущего фильма и посоветовал написать сценарий. Актер сделал несколько вариантов, и, хотя в ту пору идея не осуществилась, она не пропала даром: в 2014 году сорокашестилетний Бернс (уже опытный сценарист и режиссер) вновь вернулся к отцовским историям — теперь в формате сериала для канала TNT; он сам написал сценарии всех эпизодов драматического шоу, сам стал его продюсером и режиссером и сыграл главную роль. Съемками занималась компания Amblin Television Спилберга; мэтр поучаствовал в качестве одного из исполнительных продюсеров.

Едва ли Эдвард Джей Бернс-старший был единственным прототипом сержанта Терренса Малдуна, и едва ли Бернс-младший затевал свой телепроект, чтобы задним числом осудить родного отца. В сериале вообще довольно мало откровенных злодеев (даже среди мафиози); другое дело, что создатель «Общественной морали» не забывает подчеркивать, насколько тонкой может быть грань между законом и беззаконием и сколь призрачной может оказаться гармония между преступниками и их полицейской «крышей». Мир, выстроенный на улыбчивом шантаже, взаимных «услугах» и предложениях, от которых невозможно отказаться, — лишь иллюзия, декорация, театральный задник, скрывающий малопривлекательное закулисье. Стоит появиться одному отморозку, плюющему на договоренности, — и равновесие рушится, содержимое котлов Адской Кухни выплескивается на улицы, а улицы, в свою очередь, начинают разговаривать на языке оружия.

По сюжету, Расти Паттон (Нил Макдонаф), блудный сын «крестного отца», выйдя после отсидки и не получив ни крошки отцовского пирога, намерен переподчинить себе папину империю и действует единственным доступным ему способом — отстреливает тех, кто стоит (или может встать) у него на пути. Гангстеры нервничают, пресса наконец-то проявляет интерес, а копы в растерянности. Подгнивший бочок «Большого Яблока» уже невозможно скрыть. По швам трещит неписаное правило отдела нравов: «Не привлекать к себе внимания. Хочешь о ком-то или о чем-то позаботиться? Сделай это незаметно и тихо». Но какая тут, к дьяволу, тишина, когда «понятия» перестают работать и в ушах звенит от пальбы!..

Первый сезон драматического шоу получил хорошие отзывы критиков (отметивших, в частности, игру актеров), но — как это нередко бывает с качественными сериалами — не набрал большого рейтинга. В декабре 2015 года руководство канала TNT объявило, что не будет заказывать второй сезон. Некоторые сюжетные линии остались незавершенными. Например, сержант Малдун и бандит Расти Паттон так и не встретились один на один и не выяснили, кто из них круче. Впрочем, знатокам истории США известна общая картина событий. Уже в 1970 году правительство озаботилось спайкой копов и оргпреступности. После «дела Серпико», когда честного копа пытались «загасить» коллеги (позднее роль Серпико в кино сыграл Аль Пачино), была создана Комиссия по расследованию коррупции в Департаменте полиции Нью-Йорка во главе с Уайтменом Нэппом.

Результатом двухлетней работы комиссии стало реформирование правоохранительной системы города; помимо всего прочего, теперь к каждому участку прикомандировали офицера отдела внутренних расследований. Это коснулось и Адской Кухни. «Грязных копов» стали выдавливать — «травоядных» на пенсию или в другие районы, «хищников» — за решетку. В 80-х годах окружной прокурор Рудольф Джулиани (будущий мэр Нью-Йорка) пересажал боссов ирландской мафии и закрыл злачные места в районе. Оказалось, что для борьбы с коррупцией нужны лишь принципиальность, политическая воля и конечно же отказ от каких бы то ни было «взаимных услуг»...

Закрытие сериала оборвало не только «криминальные» сюжетные линии; мелодраматическая часть истории тоже оказалась изрядно скомканной в финале. Зритель не узнает, состоялся ли переезд в Квинс семейства сержанта Малдуна. Кстати, они могли бы и не переезжать: после того, как район перестал быть криминальной клоакой, здешняя экономическая жизнь очень быстро изменилась к лучшему, а цены на недвижимость выросли. К началу XXI столетия Клинтон — один из наиболее престижных районов Нью-Йорка. Если его еще и называют Адской Кухней, то лишь по традиции.

Аманда Прайс живет в Великобритании начала XXI века, и страна ей нравится, а вот время — нет: ни шарма, ни лоска, ни романтики. То ли дело в романах Джейн Остин, которые Аманда буквально выучила наизусть, а в душку Майкла Дарси из «Гордости и предубеждения» попросту влюбилась! Надо ли объяснять, что однажды в ее ванной комнатке распахнулась дверца, и оттуда появилась Элизабет Беннет (Джемма Артентон), главная героиня «Гордости и предубеждения».

Она предложила Аманде ченч: пускай Лиз немножечко поживет в современном Лондоне, а Аманда зато может пожить в ее доме, то есть в романе Джейн Остин.

Дальше как в анекдоте: «Хочу в Санта-Барбару, я там всех знаю». Поскольку Аманда и впрямь прекрасно знает всех действующих лиц из романа Остин, ей не надо ничего объяснять. Беда в другом: появление современной англичанки и исчезновение Элизабет вносит в сюжет знаменитого произведения роковые изменения. Всё идет наперекосяк. Вместо того чтобы выйти за красавчика Бингли (Том Майсон), Джейн Беннет вдруг выходит за мерзкого Коллинза (Гай Генри), а безутешный Бингли убегает с другой дочерью мистера Беннета (Хью Бонневиль, сыгравший тут роль папочки, кстати, в том же году снялся в кинобиографии романистки — «Любовные неудачи Джейн Остин»).

Дальше — больше. Неприятный, по роману, капитан Викхэм (Том Райли) вдруг оказывается вполне приличным малым. Что же касается сурового мистера Дарси (Эллиот Коуэн), то он влюбляется именно в Аманду и знать не хочет ни про какую Элизабет, на которой ему следует жениться в книге о гордости и предубеждении...

Идея о том, что современный человек может внести изрядный переполох в сюжет классической книги, далеко не нова и остроумнее всех обыграна в рассказе «Страницы Кугельмаса» Вуди Аллена, где заглавный персонаж благодаря чудо-устройству может из Нью-Йорка попадать внутрь романа Флобера «Мадам Бовари», а литературоведы всего мира сходят с ума, пытаясь понять: каким образом рядом с Эммой внезапно возникает незапланированный нахальный американец и куда он вообще, собственно говоря, Эмму утаскивает из текста? Нечто подобное происходит и в этом мини-сериале — с той лишь разницей, что к постмодернистской иронии добавлено еще немало мелодраматических моментов.

Главная героиня мини-сериала уверенно занимает место, отведенное Элизабет Беннет, однако та вовсе не в претензии: в современном Лондоне, с Интернетом и мобильной связью, героине книги легче развернуться, и обратно в XVIII век ее не очень-то тянет. Финал непредсказуем; до конца неясно, что в Аманде возобладает: то ли любовь к книге Джейн Остин, то ли чувство к мистеру Дарси.

Не будем раскрывать всех карт, пусть финал останется сюрпризом. Заметим лишь, что для зрителей, хорошо знакомых с этим романом писательницы (или хотя бы видевших любую из его экранизаций, в кинотеатре либо на ТВ), рецензируемый мини-сериал — изысканное блюдо. Однако даже человек, не читавший первоисточник, скорее всего, будет смотреть на перипетии телегероев с любопытством и потом захочет ознакомиться с самим романом. Собственно говоря, покойные классики мировой литературы должны быть благодарны кино и ТВ, которые поддерживают массовый интерес к шедеврам прошлого. Вот и эта лукавая телевариация на тему классики, несмотря на вольное обращение с каноническим текстом, ничуть не обидна для Джейн Остин, чье имя в титрах стоит рядом с именем современного интерпретатора. Причем это происходит не впервые — учитывая немалое количество ее экранизаций только за последние полвека.

Представляете, какой парадокс? Если набрать имя Джейн Остин, к примеру, в «КиноПоиске», то откроется ее персональная страничка. И тотчас же выяснится, что автор «Эммы», «Разума и чувства» и других известных романов, хотя и скончалась в далеком 1817 году (то есть за 78 лет до изобретения кино и почти за столетие до изобретения телевидения), формально является полноправным соавтором пяти десятков кино- и телесценариев! Так что, например, сюжетный ход с перемещением ее героини из XVIII века в современный Лондон выглядит не такой уж невероятной фантастикой.

Рейс 815 стал последним для самолета компании Oceanic Airlines: лайнер вылетел из Сиднея, однако до Лос-Анджелеса не долетел, потому что внезапно развалился в воздухе. Обломки упали на тропический остров, которого нет на карте. Нескольким десяткам уцелевших пассажиров помощи ждать неоткуда. Доктор Джек Шепард (Мэттью Фокс), авантюристка Кейт Остин (Эванджелин Лилли), рок-музыкант Чарли Пэйс (Доминик Монохэн), инвалид Джон Локк (Терри О’Куинн), миллионер Хьюго Рейес (Хорхе Гарсиа), бывший иракский военный Саид Джара (Нэвин Эндрюс), супруги Квон (Дэнил Дэ Ким и Юнжин Ким), блондин с криминальным прошлым Сойер (Джош Холловей) и другие вынуждены выживать самостояльно. Остров таит немало загадок, подчас смертельно опасных. Героям понадобится шесть сезонов, чтобы приблизиться к разгадке и попытаться спастись. Но в живых останутся далеко не все персонажи...

История создания драматического шоу, впоследствии признанного культовым, необычна: идея выпустить к осени 2004 года сериал о людях, очутившихся на острове после катастрофы самолета, пришла в голову президенту АВС Ллойду Брауну только в январе — к этому времени сценарии пилотных серий обычно уже готовы и начинается работа над реализацией проектов. Так что продюсеру Дж. Дж. Абрамсу и сценаристу Дэймону Линделофу пришлось укладываться в предельно сжатые сроки. Образы некоторых персонажей возникали лишь во время кастинга, многие сюжетные линии обкатывались уже по ходу съемок, и порой авторы, загадывая зрителям эффектные загадки, сами приблизительно представляли себе, каким образом им придется выпутываться. «Сериал «Остаться в живых» — продукт нехватки времени на продумывание, — позднее рассказывал Линделоф. — Как я понимаю уже сейчас, по-другому он не мог быть создан, только в великолепном хаосе».

Жанр робинзонады имеет почтенный бэкграунд, у его истоков — Джонатан Свифт, Даниэль Дефо, Жюль Верн и другие классики. Сюжет строится на том, что человек или группа людей попадают в чуждую им среду и оказываются оторванными от цивилизации. Те ценности, которые в прошлой жизни представлялись очень важными (финансовое благополучие, авторитет, успех и пр.), девальвируются, уступая приоритет другим. Вчерашние «хозяева жизни» терпят фиаско, а вчерашние лузеры становятся лидерами. Персонажи, чья жизнь зашла в тупик, здесь, в экстремальных условиях, обретают шанс начать все заново, доказать себе и окружающим, что сдаваться рано.

Сценаристы намеренно сделали ставку на персонажей: их тут много, они разные, у каждого предыстория, которая проясняется далеко не сразу, а постепенно. Прошлое Джека, Кейт, Сойера, Хьюго и других с каждой серией «высвечивается» яснее. Повествование становится нелинейным, дробится флешбэками (а иногда и флешфорвардами); зрителя перебрасывают с острова в «большой мир» и обратно; любое сегодняшнее решение героев окутывается флером мотивировок, хотя все тайны (ну почти) будут раскрыты лишь в финале, — и тогда многие наши представления подвергнутся пересмотру. Благодаря авторам сериала мы понимаем, что ни один из новоявленных «островитян» не идеален. Но даже тем, чьи поступки в данную минуту кажутся преступлениями, будет дана возможность если не оправдаться, то объясниться (и, возможно, переманить на свою сторону зрителей).

Амбивалентность героев — залог их необычных союзов и коалиций. «Lost» почти уникален по числу внезапных смен ракурсов. По мере развития событий, когда информации о происходящем становится больше, бывшие враги могут сделаться союзниками, соратники — противниками. Например, предводитель «аборигенов» острова Бен Лайнус, сыгранный Майклом Эмерсоном, на наших глазах меняется: то он жалок, то смертельно опасен, то властен, то бессилен, то он манипулятор, то объект манипуляций. Порой зритель ненавидит его, а иногда сочувствует ему. Герой, задуманный как эпизодический, меняет сюжет под себя. Пазлы, составляющие понятную мозаику мира, вдруг рассыпаются, а железную правоту тех, кому мы только что безгранично верили, подтачивает ржавчина сомнения.

Сценаристы сериала мастерски заманивают зрителя. Чуть ли не каждый эпизод приоткроет какой-нибудь секрет, связанный с местом действия или с судьбой героев, но любой ответ породит новые вопросы. Могущественная компания «DHARMA Initiative» потерпит крах при попытке рационалистически объяснить феномен острова, но и вера адептов мистического культа острова не сможет обеспечить ему защиту. Понятно, что «Lost» немыслим в реалистических координатах. Без фантастики и мистики остров был бы лишь местом действия, и число тайн, с ним связанных, оказалось бы конечным.

Остров — дитя Science Fiction & Fantasy, тем и интересен. И главные персонажи, и зрители вплоть до финального сезона будут гадать, что он такое. Гигантский артефакт, где нарушаются физические и биологические законы (возможны трансформации элементов, путешествия во времени, бессмертие и пр.)? Живое существо вроде лемовского Океана? Мистическая преграда, не позволяющая вселенскому Злу проникнуть в наш мир и выжечь его дотла? И какова роль людей, попавших на остров: они просто марионетки или обладают свободой воли? И есть ли вообще свобода воли там, где всё изначально детерминировано и записано на скрижалях? В конце концов зритель получит большинство ответов, хотя кое-что останется за кадром. То ли сценаристы решили нарочно нас подразнить, то ли просто не успели свести концы с концами...

Сериал триумфально прошел по экранам всего мира (в том числе его показывали и в России). Несмотря на высокие затраты — первый эпизод обошелся в 12 миллионов долларов! — проект оказался прибыльным. Создатели получили много наград («Золотой глобус», три «Эмми», тринадцать «Сатурнов»). Пилотную серию посмотрели 18,65 миллиона человек, финальную — 13,5 миллиона, а в 2010 году «Остаться в живых» возглавил десятку самых скачиваемых сериалов.

Для нескольких актеров, исполнивших роли второго плана или задействованных в эпизодах, «Остаться в живых» стал счастливым талисманом — подспорьем в телекарьере. Майкл Эмерсон, например, вскоре получил главную роль в сериале «В поле зрения», Грег Гранберг (его персонаж погиб в первом эпизоде) приобрел популярность благодаря участию в «Героях», а Марк Пеллегрино сыграл Сатану в «Сверхъестественном». В этом же ряду можно упомянуть Лэнса Реддика («Грань»), Паулу Малкомсон («Рэй Донован»), Сола Рубинека («Хранилище 13»), Дина Норриса («Во все тяжкие»), Эвана Хендлера («Блудливая Калифорния»), Желько Иванека («Государственный секретарь») и других. А вот у актеров, сыгравших главных героев сериала «Остаться в живых», — Мэттью Фокса, Хорхе Гарсиа, Терри О’Куинна, Навина Эндрюса и Джоша Холлоуэя, — после 2010 года заметных ролей пока нет. Похоже, остров и впрямь обладает мистической силой: все никак не хочет отпустить своих любимцев.

В самом начале этого сериала у будущего главного героя — телекомментатора Уилла МакЭвоя (Джефф Дэниэлс) — во время выступления перед студентами спрашивают: «Почему Америка великая страна?» И он, заметив среди публики, как ему кажется, свою бывшую подругу Маккензи Макхейл (Эмили Мортимер), отвечает парадоксально: «Америка сейчас — не великая страна, но вполне способна ею стать». И пускается в рассуждения, которые многим кажутся скандальными и даже антипатриотичными. Но главный герой не желает отказываться от своих убеждений и, став «лицом» новостной программы на канале «Атлантис Кейбл Ньюс» (ACN), ведет себя независимо, идет наперекор всему и всем, даже законам тележанра и рейтингам.

Как совладать с упрямой телезвездой? Выгнать главную медийную персону канала непросто: капитализация ACN снизится в разы. Как ни мечтает глава совета директоров канала Леона Лэнсинг (Джейн Фонда) убрать Уилла, ей приходится его терпеть. Чтобы изменить ситуацию, шеф Уилла и его друг, пожилой мудрый Чарли Скиннер (Сэм Уотерстон), придумывает, как использовать энергию Уилла в мирных целях: надо взять на должность главного продюсера ACN уже упомянутую Маккензи, которую герой все еще любит. На зрителей Уиллу давно плевать, а на мнение Маккензи — нет. И эта связка долга и чувств (любовь плюс ревность плюс профессионализм плюс рефлексия) становится неким детонатором: канал, прежде считающийся второстепенным, получает ускорение.

Команда профи на наших глазах формирует новостную сетку, выбирая на ходу, что станет главным, что второстепенным. Фокус в том, что новости, с которыми наши герои работают, самые настоящие. Только для нас они уже не сегодняшние, а, так сказать, позавчерашние. События телесериала происходит хотя и в недалеком, но прошлом, поэтому зритель, в отличие от героев, уже знает развязку: бен Ладен будет убит, молодежное движение «Захвати Уолл-стрит!» станет массовым, во время Бостонского марафона взорвется бомба, на президентских выборах победит Барак Обама, и так далее...

Создатель этого телесериала Аарон Соркин — человек, очень известный и в мире ТВ, и в Голливуде. Сериал «Западное крыло», сценаристом которого был Соркин, четырежды получал премию «Эмми», а сам он был удостоен «Золотого глобуса» и «Оскара» (за сценарии — соответственно — фильмов «Стив Джобс» и «Социальная сеть»). В «Отделе новостей» автор соединил, точнее, туго свил в единое целое две сюжетные линии: «производственную» и мелодраматическую. «Вы сами расстроитесь, если не сделаете лучшее, на что вы способны!» — так Соркин, общаясь с актерами, однажды сформулировал творческое кредо. И постарался не снижать планку. Чтобы достигнуть большей достоверности в описании внутренней «кухни» повседневной работы журналистов на ТВ, сценарист, например, нанял «чертову дюжину» консультантов — с каналов «CNN» и «MSNBC», а также из «Time» и «The New Republic».

В мелодраматической части сюжета Соркин, понятно, мог обойтись без консультантов: еще в 90-х годах прошлого века он доказал свое сценарное умение внедрить любовную историю куда угодно — хоть в «медицинский детектив» («Готова на всё» с Алеком Болдуином и Николь Кидман), хоть в политическую драму («Американский президент» с Майклом Дугласом и Аннет Бенинг). В сериале «Отдел новостей» только, кажется, молодой компьютерный гений, руководитель сайта канала Нил Сампат (Дев Патель), не отвлекается на «служебный роман». Остальные же ввергнуты в пучину непростых личных взаимоотношений. «Искрит» не только между Уиллом и Маккензи: один из лучших продюсеров канала Джим Харпер (Джим Галлахер) влюблен в свою коллегу Мэгги Джордан (Элисон Пилл), Мэгги до поры поддерживает отношения с шефом утреннего блока новостей Доном Кифером (Томас Садоски), а умненькая экономическая обозревательница Слоун Сэббит (Оливия Манн) запала на Дона, причем она ему тоже вовсе не безразлична. И так далее.

Весь этот сложносочиненный клубок катится вперед непроторенными дорожками: к уже упомянутой «служебно-любовной» амальгаме то и дело добавляются посторонние сюжеты. Каждый день у персонажей «Отдела новостей» новые проблемы: то журналистское расследование грозит обернуться конфликтом с Пентагоном, то один из работников допускает косяк, чреватый разбирательством в суде, то громкая сенсация, обещающая взорвать телеэфир, на деле оборачивается грамотной подставой (и тогда за сенсацией следует унизительное опровержение). И даже когда кажется, что горизонт чист, может нагрянуть нежданная беда, справиться с которой почти невозможно.

Если первый сезон (десять часовых эпизодов) был слегка вяловат, то дальше число серий в сезоне уменьшалось (девять, потом шесть), а драйв возрастал. Увы, «Отдел новостей» так и не стал проектом-долгожителем. Хотя сериал с самого начала не был высокорейтинговым, руководство канала НВО дважды продлевало жизнь проекту — может, в награду за отличную актерскую игру Дэниэлса, Мортимер, Пилл, Уотерстона и других, может, в целях поощрения драматургии Соркина (критики особо отмечали качество его диалогов), а возможно, из корпоративной солидарности с персонажами. Однако третий сезон стал последним. Финальная серия наполовину представляет собой флешбэк: зрителя возвращают в 2010 год, к событиям первого сезона, и постфактум проясняется подоплека многих уже известных нам ситуаций...

Кстати, для Аарона Соркина этот сериал оказался этапным. Сразу после того, как боссы НВО сообщили о закрытии «Отдела новостей», сценарист объявил, что уходит с ТВ. «Я с удовольствием провел каждую минуту на телевидении, — сказал Соркин в интервью «Los Angeles Times». — На телевидении у меня было больше неудач, нежели успехов, в традиционном смысле. Я создал четыре сериала, и лишь один из них был “Западное крыло”». Судя по решительности заявления Соркина (обычно кинодраматурги не сжигают мостов без достаточных оснований), «Отдел новостей» был для него не просто очередной работой, а любимым детищем. Так что, когда автору велели свернуть работу, Соркин просто обиделся. Чисто по-человечески.

«Секреты. Мелодрама. Убийство. Все на одной улице» — таков официальный слоган этого сериала. Первый же сезон начинается с самоубийства одной из героинь, домохозяйки Мэри-Эллис Янг (Бренда Стронг). Умерев, она перестанет быть действующим лицом, но останется за кадром в качестве то ли ангела-хранителя городка Фейрвью, то ли невидимого соглядатая. На протяжении всех сезонов Мэри-Эллис будет комментировать поступки обитателей городка и, прежде всего, своих подруг, живущих на улице Вистерия-Лейн.

Главных героинь четыре: сексапильная Габриэль Солис (Ева Лонгория), многодетная Линетт Скаво (Фелисити Хаффман), чопорная Бри Ван Де Камп (Марсия Кросс) и закомплексованная мать-одиночка Сьюзен Мейер (Тери Хатчер). В разных обстоятельствах подруги будут проявлять то лучшие, то худшие черты характеров. Будут ссориться и мириться, умело интриговать и попадать в дурацкие ситуации, делать подлости и совершать чудеса истинного благородства. «У каждой женщины есть грязный секрет», — объяснит закадровый голос. Но тайны здесь имеются практически у всех: у женщин, мужчин, детей, стариков, живых и мертвых. Едва ли не в каждом уютном домике на Вистерия-Лейн есть шкаф, где хранится скелет. И хорошо, если только один, а не полдюжины!

Весь первый сезон наши героини будут выяснять, отчего покончила с собой Мэри-Эллис, какую роль в этом сыграли ее муж и сын. Попутно Сьюзен попытается закрутить роман с новым соседом Майклом Дельфино (Джеймс Дентон), хотя и заподозрит его в ужасных грехах. У Майкла, разумеется, тоже есть свой секрет: герой — не только сантехник, он ведет частное расследование по заказу умирающего богача, который хочет напоследок найти виновных в убийстве его дочери, случившемся десять лет назад. И так далее. Всё, о чем сейчас шла речь, — только небольшая часть событий первого сезона. В следующих сезонах происшествий будет еще больше...

Сделаем паузу и забежим далеко вперед. «Отчаянные домохозяйки» закончились почти одновременно с «Доктором Хаусом» (оба сериала продержались в телеэфире по восемь сезонов). Но если о завершении «Доктора Хауса» в России сообщили многие СМИ, то про «Отчаянных домохозяек» упомянули лишь мельком, только в связи с кончиной снимавшейся в сериале пожилой актрисы Кэтрин Джустен. Та, как и ее героиня, проницательная старушка миссис МакЛаски, была больна раком и пережила своего персонажа всего на двадцать дней.

Про специфический образ Хауса написаны десятки книг и статей, а к домохозяйкам наша пресса отнеслась равнодушно. Подумаешь, тетки со своими проблемками! Вот Хаус — голова, он гений, ему палец в рот не клади. Между тем в США у «Отчаянных домохозяек» был феноменально высокий рейтинг; сериал оставался популярным все восемь сезонов. В 2007 году он был объявлен самым успешным в мире (свыше 120 миллионов зрителей), и до самого конца аудитория его уменьшилась незначительно. За восемь лет сериал заработал четыре премии Гильдии киноактеров, три «Эмми» и три «Золотых глобуса» (причем две из трех «Эмми» сериалу принесла уже упомянутая характерная актриса Кэтрин Джустен). Как сценарист Марк Черри не уступает Дэвиду Шору, создателю «Доктора Хауса», а может, и превосходит коллегу по изобретательности. Ведь, в отличие от диагноста, который чуть ли не ежедневно сталкивается с врачебными загадками, четырем женщинам из маленького городка труднее завладеть вниманием публики и особенно его удержать.

В сериале есть всё: бурная личная жизнь героев, выигрыши и банкротства, карьерные взлеты и падения, дети, таинственные флешбэки, болезни, смерти, встречи, расставания... События захлестывают Фэйрвью, как цунами, и не всем персонажам суждено их пережить. Четыре исполнительницы главных ролей — словно четыре стихии; приземленное (и зачастую смешное) в них то и дело чередуется с возвышенно-метафорическим. Привыкнув к героиням, мы порой догадываемся, как они поступят в тех или иных ситуациях. Но каждая хотя бы раз за сезон непременно нас удивит.

Черри сумел без ущерба для сюжета соединить комедию положений, мелодраму, драму, детектив, триллер, добавив немного мистики, и сплав получился на удивление гармоничным. В «Отчаянных домохозяйках» нет и следа тягучего «мыла», позволяющего надолго отлучиться от экрана и включиться в просмотр с любого места. Это сериал с отчетливым преобладанием долгоиграющих «горизонтальных» сюжетов. Мало того, что у каждой из домохозяек своя тема; вокруг главных героинь клубится еще множество других действующих лиц — полуэпизодических, эпизодических или мимолетных. Это могут быть соседи, друзья соседей, соседи друзей, их родичи, сослуживцы, коммивояжеры, прохожие, детективы, заезжие авантюристы и т. д.

Даже второстепенные персонажи выписаны так, что запоминаются надолго; недаром на гостевые роли соглашались Нэйтан Филлион и Ванесса Уильямс, Пенелопа Энн Миллер и Эрни Хадсон, Райан О’Нил и Джон Полито, Ричард Чемберлен и Стивен Уэбер. Разрастающееся дерево сюжетов выглядит естественно, но каждая веточка ухожена, взлелеяна и сквозь переплетение перипетий в конечном счете возвращает к главной теме, связанной с одной из героинь. И всякие непредсказуемые повороты фабулы чаще всего не имеют отношения к сценарному волюнтаризму (когда внезапная развязка обусловлена дедлайном, а не логикой событий). Изюминка в другом. Помимо уже названных героинь, в сериале есть одна неназванная: Фортуна — богиня удачи, она же повелительница промахов.

Тщательно проработанный план может схлопнуться из-за копеечной случайности, но другая случайность может выручить героев из безнадежной ситуации. Создатель «Отчаянных домохозяек» не чурается морализаторства, не пренебрегает простыми фабульными решениями, но все это с лихвой искупается иронией рассказчицы и афористичностью формулировок. Мы быстро забываем, что голос за кадром — покойная Мэри-Эллис; для нас это — голос всевидящего автора, который прекрасно знает недостатки героев, но склонен не обличать, а комментировать с понимающей усмешкой. Мол, люди как люди, примем их такими, как есть, ибо мы и сами не безгрешны...

В последней серии последнего сезона все четыре главные героини — Сьюзен, Линетт, Бри, Габи — уезжают из Фэйрвью. История завершена. На прощание Сьюзен делает на машине последний круг по Вистерия-Лейн. Ее провожают призраки Мэри-Эллис и всех других персонажей, умерших здесь за все минувшие сезоны. И зрители вдруг понимают, что им не хочется навсегда расставаться с этими персонажами. И значит, через какое-то время (когда детали сюжета подзабудутся) сериал можно будет, пожалуй, пересмотреть заново.

Действие сериала происходит в очень недалеком будущем, когда политическая обстановка в мире становится еще более нервозной и министерство обороны США уговаривает нового президента США «поиграть мускулами». По приказу ЦРУ команда «морских котиков» подбрасывает в Пакистан компактные ядерные устройства, после чего атомная подлодка «Колорадо», руководимая капитаном Маркусом Чаплином, получает приказ нанести по Исламабаду ракетный удар.

Есть одно важное но: злополучный приказ приходит не по обычному каналу, а это нарушение протокола. Поэтому капитан откладывает пуск и просит подтверждения приказа. В ответ власти США обвиняют капитана в бунте и пытаются уничтожить «Колорадо». Однако субмарине удается уйти от удара. Экипаж высаживается на острове Санта-Марино.

Отныне «Колорадо» — не боевая единица ВМФ США, теперь они автономные граждане. Вернуться без последствий экипаж не может, но и американские власти, помня о боеголовках, не могут препроводить их обратно силой. Ситуация зашла в тупик; хороших путей выхода нет — есть только плохие и ужасные.

В формате полнометражного кино Голливуд не раз отыгрывал сюжет о бунте на борту ядерной субмарины. Достаточно вспомнить известный фильм Джона Мактирнана «Охота за “Красным Октябрем”» (The Hunt For Red October, 1990), где советский капитан Рамиус (Шон Коннери), нейтрализовав замполита-догматика по фамилии Putin, уводит «Красный Октябрь» в логово вероятного противника. Не менее знаменит и фильм Тони Скотта «Багровый прилив» (Crimson Tide, 1995), в котором не капитан, а старпом (Дэнзел Вашингтон) на американской подлодке «Алабама» отказывается запустить ракету в сторону Камчатки. Будучи уверен в своей правоте, старпом изолирует капитана «Алабамы» и берет командование на себя.

В обоих фильмах 90-х критическая ситуация, чреватая третьей мировой, к финалу гасится. Непоправимого не случается, ракеты остаются в шахтах. Сценаристы нынешнего сериала нарочно обостряют сюжет: капитан другой боевой субмарины все-таки исполняет приказ и производит залп. Пакистан в руинах, конфликт разгорается, и «Колорадо» со своими боеголовками и крутым командиром на борту автоматически становится важной фигурой мировых политических шахмат — не ферзем, но и не пешкой...

Еще со времен знаменитого романа Дефо классическая «островная» робинзонада подразумевала вынужденную либо добровольную изоляцию человека (или группы людей) от остального общества. При этом человек мог сколько угодно ностальгировать по социуму, в то время как социум, живущий по закону больших чисел, даже не замечал потери отдельно взятого бойца (мало ли в девственных джунглях донов Педро?). Авторы «Отчаянных мер» — дети технологической цивилизации — выворачивают классическую схему наизнанку: даже если команда «Колорадо» вдруг решится на отшельничество в джунглях, мир не оставит моряков в покое. Точка на карте превращается в занозу для многих игроков. К островку, о существовании которого еще недавно мало кто знал, теперь отношение иное. Ставки выросли. Не только у США, но и у Китая, России, Пакистана в этом деле — свой пиковый интерес.

Нельзя сказать, что сценаристы полностью справились со своей задачей: большинство «вашингтонских» эпизодов прописаны наспех и довольно банальны, да и тот сегмент сюжета, который связан с заговором администрации США и контрзаговором военных, состоит из готовых конспирологических штампов, мелькающих с калейдоскопической скоростью. Зато все, что касается подлодки «Колорадо» и ее разношерстного экипажа, заслуживает безусловного зрительского внимания.

Никто не однозначен, в каждом из персонажей намешано и хорошее, и темное. Поэтому каждый из первой пятерки — капитан субмарины (Андре Брогер), старпом Кендал (Скотт Спидман), женщина-лейтенант Шепард (Дэйзи Беттс), боцман Проссер (Роберт Патрик), «морской котик» Кинг (Дэниел Лиссинг) — ведет свою линию, и порой бывает трудно угадать, как через минуту будут складываться отношения между ними, какие альянсы они заключат друг с другом и что будут готовы поставить на кон, чтобы вернуться обратно домой и не с репутацией предателя. Все они давали присягу, и едва ли кто-то, отправляясь служить во флот, собирался изменять родине. Но что делать, если родина изменила им? И хватит ли у них терпения не путать государство и страну, чиновников и сограждан? Особенно в тот момент, когда пальцы легли на красные кнопки и счет пошел на секунды?

Рейтинги сериала с самого начала были не блестящими, а к середине первого сезона они резко пошли вниз: американский зритель, похоже, устал от проклятых вопросов и неоднозначных героев. Не пропустите последние пять минут последней серии: в них создатели «Отчаянных мер» вместили все, что должно было составить основу второго сезона, который так и не будет снят.

«Слушайте, слушайте, слушайте! Все, кто ведет дела в достопочтенном Верховном суде США и имеет к нему отношение! Заседание начинается! Всем встать!» С этой специально оглашаемой формулы каждый понедельник начинается очередная сессия высшей судебной инстанции США. Судьи назначаются президентом США (с одобрения сената) пожизненно; главное их занятие — вести апелляционные процессы, однако в тех случаях, когда дела затрагивают важнейшие конституционные права граждан (право на приватность, на владение оружием, на получение информации и пр.), верховные судьи могут кое-что серьезно изменить в жизни страны.

Вот почему в этом сериале, посвященном деятельности ВС США, перед началом заседания все девять судей соединяют руки в общем рукопожатии, а глава ВС (он — один из девяти) говорит полушутливо-полусерьезно: «Пора творить историю».

Сериал Беллисарио и Ливайна конечно же не исторический и не биографический: председатель Томас Брэнкин (Джеймс Гарнер) ничем, кроме почтенного возраста, не похож на реального Уильяма Хаббса Ренквиста, который был назначен на свой пост еще Рейганом в 1986-м и скончался в 2005-м при Буше-младшем. Собственно, все персонажи сериала — безусловно вымышленные, да и большинство дел (весьма спорных), которыми занимаются главные герои 13 серий подряд, в реальности едва ли бы вообще дошли до высшей судебной инстанции США. И тем не менее студийные декорации ВС напоминают подлинные интерьеры, а modus operandi героев-судей соответствует действительности. Сериал начинается с того момента, когда после смерти одного из судей вакансию занимает Джозеф Новелли (Джо Мантенья). В первый понедельник он так волнуется, что приходит в суд в тапочках. Но это первый и последний случай, когда герой нарушает официальный дресс-код — внешний и внутренний.

Новое назначение круто меняет не только жизнь Новелли, но и всю расстановку сил в суде. Прежде здесь лидировали консерваторы, то есть сам председатель, уже упомянутый Томас Брэнкин, его друг, любитель разъезжать на механическом кресле Генри Хоскинс (Чарльз Дарнинг), баскетболист-любитель Брайан Чендлер (Лаймен Уорд), строгая Дебора Шварк (Гейл Стрикленд) плюс оставшийся за кадром покойный предшественник Новелли. И хотя новичок до своего назначения был довольно-таки суровым судьей, либералы из ВС надеются перетянуть героя на свою сторону. Ведь тот понимает, что отныне у него иные функции. «Сейчас я не выношу приговор, — говорит Новелли. — Я устанавливаю закон на земле». Сказано с улыбкой, но доля правды в этой шутке достаточно велика...

Либералов в сериальном ВС тоже четверо: бескомпромиссная Эстер Вайзенберг (Камилль Савиола), пожилой афроамериканец Джером Моррис (Джеймс МакИчин), болтливый Теодор Сноу (Стивен Маркл) и седовласый вальяжный Майкл Бэнкрофт (Джеймс Карен). Проблема, однако, в том, что у новичка нет априорных установок и особых «партийных» пристрастий. Он не за «тех» и не за «этих», он как бы изначально — «над схваткой» и всякий раз желает разобраться с конкретной проблемой, чтобы лишь затем принять чью-то сторону. А значит, элемент непредсказуемости в ВС возрастает, и, когда голоса судей делятся поровну, Новелли часто оказывается крайним, а его голос — решающим. «Джо, ты очень далеко пойдешь в этом суде, — ухмыляется Хоскинс, — или тебя убьют до конца года». Новелли и впрямь время от времени становится ньюсмейкером, попадая под прицелы телекамер, и это вызывает легкое раздражение у коллег, особенно у Сноу. Не в восторге и сенатор-лоббист Эдвард Шеффилд (Дин Стокуэлл), который с самого начала желает ослабить позиции Новелли, а в идеале — заставить его уйти с поста (например, провоцирует липовое «дело» о связи с чикагской мафией дяди Новелли).

Каждая серия — новое дело, причем они подобраны сценаристами так, чтобы едва ли не каждый судебный вердикт мог создать новый важный прецедент. Например, в первой же серии судьи разбирают дело приговоренного к электрическому стулу — в парня ударяет молния, когда тот находился в тюремном дворе; этот несчастный случай мог бы спасти заключенного от казни или хотя бы отсрочить приговор... В других эпизодах сериала будут затронуты проблемы, еще более актуальные для американского общества (да и только ли американского?). Нередко закон и справедливость оказываются по разные стороны судебного стола, и героям надо сделать выбор, не поддавшись душевным порывам, но и не игнорируя их совсем. Верховным судьям, например, придется поломать голову над тем, как защитить граждан от порнографии — и в то же время не посягнуть на свободу слова; или как помочь честному шерифу (Терри О’Куинн) идентифицировать серийного насильника — и в то же время не нарушить гарантированное право человека на частную жизнь. И так далее: сюжеты выстроены таким образом, что финальный вердикт судей предугадать нельзя. А для имитации «реальности» происходящего каждое дело, придуманное сценаристами, комментируют (якобы в рамках новостного шоу) известные американцы — от издателя «Хастлера» Ларри Флинта до подполковника Оливера Норта, ставшего печально знаменитым после международного скандала «Иран — контрас».

Хотя сериал и посвящен работе Верховного суда в целом, главным героем все равно остается Новелли. Б`ольшая часть экранного времени отведена его работе, жене Саре (Линда Перл) и двум их детям, а также трем помощникам судьи — демократам Джерри Клейну (Кристофер Уил) и Элли Пирсон (Хеди Баресс) и консервативному Мигелю Мора (Рэнди Васкес). С последним Новелли редко бывает согласен, но ценит сотрудника за профессионализм: ему ведь надо знать аргументы всех сторон. В частной жизни Новелли щепетилен: он просит детей не обходить закон даже в мелочах (например, не посещать кинотеатр, если у фильма есть ограничения по возрасту), а жене-риелтору настоятельно советует не принимать на службе даже премию за хорошую работу, так как любая премия может быть расценена как подкуп. Принцип главного героя — за всё надо платить из своего кармана, иначе будет создан дурной прецедент. Так что все попытки сенатора Шеффилда, пытающегося воздействовать на нашего героя окольным путем, через жену, завершаются фиаско. В конце концов Сара, чтобы случайно не подставить мужа, вообще уходит с работы. Жалованье верховного судьи вовсе не грандиозно, и лишние деньги семье бы не помешали, но принципы дороже...

Досадно, что сериал был закрыт после первого же сезона — на решение руководства «Парамаунт телевижн» не повлияли даже попытки авторов «утеплить» сюжет, внедрив толику мелодраматизма, и добавить драйва с помощью «теории заговора» (Элли, помощница Новелли, даже себе не решается признаться в чувствах к коллеге Джерри; и та же Элли, чей отец работал в ЦРУ, не может выяснить обстоятельства его гибели). Любовная и детективная линии должны были, по замыслу сценаристов, стать манком для зрителя и получить развитие уже во втором сезоне. Увы, не вышло. Даже Верховный суд, при всем его могуществе, не может повлиять на телерейтинги.

Маленький мальчик решил наблюдать за муравейником. Но чтобы насекомые не стали расползаться, ребенок накрыл муравейник стеклянной банкой. Теперь насекомые оказались взаперти и не поймут, отчего вдруг окружающий воздух стал непроницаемой твердью, а экспериментатор смотрит сверху на дело рук своих. Он — бог для этих насекомых: может отпустить их, может погубить, может направить на банку яркий луч фонаря (и внутри станет ослепительно светло), а может закрыть банку куском материи (и внутри станет темно, как в гробу). Теперь замените банку огромным непроницаемым куполом, вроде силового поля, пацана — неземными силами, а муравьев — жителями американского городка Честерс-Миллз в штате Мэн, и вы получите сюжет сериала.

Здесь фантастика переплетается с политикой, робинзонада с детективом. Пока два главных харизматика — бывший солдат Дейл Барбара по прозвищу Барби (Майкл Фогель) и член городского совета Джеймс Ренни по прозвищу Большой Джим (Дин Норрис) — будут выяснять отношения друг с другом, то сходясь в поединке, то заключая перемирие, несколько подростков Честерс-Миллза попытаются понять — и использовать — основные алгоритмы «поведения» купола. А редактор городской газеты Джулия Шамуэй (Рашель Лефевр) вроде бы выходит на контакт с теми, кто управляет экспериментом, но не может разобраться в мотивах...

Сериал «Под куполом» снят по одноименному роману живого классика жанров Science Fiction & Fantasy Стивена Кинга, а в качестве продюсера выступил его не менее легендарный тезка Стивен Спилберг. Тысячестраничная эпопея — быть может, не самое яркое и динамичное из сочинений мэтра, но уже со второй половины повествование набирает обороты и захватывает читателя. Первый сезон сериала — качественная теледрама с хорошими актерскими работами, бодрым темпом, отличными спецэффектами (бедную корову, разрезанную куполом надвое, забыть невозможно) и впечатляющим начальным рейтингом. Даже если бы его не было, «Под куполом» уже окупил затраты на производство и вышел на прибыль за счет продажи прав на показ в других странах.

И все-таки сериал отличается от романа — не в лучшую сторону. Сценарист первого сезона Брайан К. Вон использовал лишь основной сюжетный посыл романа (купол) и часть основных персонажей: у некоторых остались в неприкосновенности имена и внешность, но внутренний мир претерпел метаморфозы. Зрителя, который все же рискнул прочесть книгу заранее, не покидает ощущение, что прежде связок с романом было больше и сценарий трансформировался по ходу съемок — примерно так грамотный портной подгоняет костюм прямо на клиенте. Лишь этим можно, например, объяснить превращения сына Большого Джима, Ренни-младшего (Александер Кох). И в книге, и в первых эпизодах сериала Ренни-младший выглядит психопатом, агрессивным и опасным. Однако в романе рисунок роли неизменен вплоть до финала, а в сериале образ то и дело меняется. К середине первого телесезона молодой человек теряет черты злодея: вместо упертости маньяка появляется романтическая одержимость влюбленного, во втором сезоне нет и одержимости — персонаж становится положительным, почти образцовым. В третьем сезоне все снова меняется: попав в зависимость от инопланетного разума, Ренни-младший снова превращается в отпетого негодяя.

Кстати, и образ Ренни-старшего постоянно трансформируется. В беллетристике Стивена Кинга добро и зло обычно разведены по полюсам. Сериальный сценарист Брайан К. Вон младше Кинга на три десятка лет, и ему интересно встраивать образ Большого Джима в ряд нынешних «амбивалентных» телеперсонажей. Кажется, что актер Дин Норрис, незадолго до того изобразивший «положительного» борца с наркомафией в сериале «Во все тяжкие», не стремится выбраться из шкуры копа Хэнка Шредера, а сценарист сознательно потакает ему, нагружая кинговского Негодяя Негодяича рефлексией и чуть ли не рудиментами благородства. Затем, когда сюжет начинает тормозить и протагонисту Дейлу Барбаре в Честерс-Миллзе не хватает антагониста, сценаристы вновь «включают» мерзавца — и Большой Джим начинает опять совершать злодейства, причем чаще всего немотивированные. В третьем сезоне — новая метаморфоза: поскольку Ренни-старший оказывается одним из немногих, кого не зацепило инопланетное влияние, персонаж Дина Норриса, оставаясь негодяем, превращается в «нашего сукина сына».

Сам Кинг, увы, тоже поспособствовал этим метаморфозам. Поначалу по-детски увлеченный этим сериалом (он даже снялся в коротеньком камэо), писатель даже объявил, что он-де доволен экранизаторами и все переделки фабулы осуществлены с его личного благословения. Тем не менее во втором сезоне он присоединился к сценарной группе.

Разумеется, автору скучно входить дважды в одну сюжетную реку, поэтому Кинг стал переделывать собственное творение — отчего ощущение импровизации усилилось. Герои все больше стали терять индивидуальные черты и походить на марионеток, управляемых уже не столько инопланетным разумом (в третьем сезоне), сколько прихотью сценарной группы (21 человек, считая Кинга).

Между романом и сериалом есть еще одно и, пожалуй, наиболее принципиальное несовпадение. Дело в том, что Кинг-прозаик почти до самого финала держит главную интригу — инопланетную природу купола, а сценаристы (включая того же Кинга) раскрывают карты почти сразу. И понятно почему. Если в романе повествуется о том, каким образом поведут себя самые обычные американцы в необычайных обстоятельствах, то в сериале каждая новая серия добавляет к причудам купола еще больше фантастических нюансов. Во втором сезоне Кинг, похоже, не прочь даже позаимствовать пару сюжетных поворотов из своего же параллельного телепроекта — сериала «Хэйвен» (материализация гостьи из прошлого). В третьем появляется еще один штамп: рождение ребенка, который уже не столько человек, сколько посланец враждебного разума...

Конечно, чудо-купол — сам по себе затейливый гаджет, который в любой момент может выдать сюрприз и подтолкнуть фабулу в каком угодно направлении. Любая новация, любая катастрофа (равно как и избавление от катастрофы) — все почти мгновенно. Поскольку купол человеческой логике неподвластен, авторам легко: не надо всякий раз ломать голову над мотивировками метаморфоз. Однако эта легкость таит и опасность немалую: постоянный фактор «бога из машины» оттесняет людей на роль статистов и снижает интерес к чисто человеческим конфликтам. Во втором и третьем сезонах жестяной привкус компьютерного квеста становится все сильнее. В мире, где нет ограничений для воображения и потому возможно всё (нуль-транспортировка, перемещения во времени, предвидение будущего, воскрешение мертвых, создание квазиреальности и пр.), нет места и для сильных эмоций. Психологию вытесняет машинерия. Когда купол играет с людьми, а сценаристы играют с куполом, опасность заиграться резко возрастает, а рейтинг падает. Хотя авторы в конце третьего сезона приберегли некий сюрприз на случай продолжения сериала, он не пригодился: канал CBS объявил, что сериал закрывается — ввиду падения интереса зрителей.

В 1920 году была принята восемнадцатая поправка к Конституции США, которая запрещала продажу, производство и транспортировку алкоголя. Если учесть, что окружающий мир продолжал легально выпивать и производить спиртное, а Железный антиалкогольный занавес на границах установить было немыслимо, строгость «акта Волстеда» подтачивалась фрагментарностью его соблюдения.

Да, формально «Антисалунная лига», которая продавила закон через конгресс и сенат, могла торжествовать победу, но победа стала равносильна поражению. По сути, «сухой закон» развратил страну, добавил ей лицемерия. Более чем на десятилетие (с 1920 года по 1933-й, когда двадцать первая поправка отменила восемнадцатую) США были страной двоемыслия. Полиция и ФБР проводили обыски, устраивали засады, кого-то арестовывали, что-то конфисковывали, но это была иллюзия борьбы. Люди, желавшие выпить, все равно получали желаемое: не в рюмках в барах, так в чайных чашках в ресторанах, не кентуккийский виски, так канадский или ирландский, или, скажем, ром с Кубы, или просто самогон...

«Атлантик-Сити, 1920. Когда алкоголь был объявлен вне закона, преступники стали королями» — вот такой слоган придумали авторы сериала «Подпольная империя» и сразу обозначили время и место действия, дали нам представление о сюжете и главных героях. Сценарист Теренс Уинтер и один из продюсеров Мартин Скорсезе (он же снял как режиссер первый эпизод, почти в формате полнометражного фильма) знали толк в оргпреступности: к 2010 году первый уже был известен как один из создателей сериала «Клан Сопрано», а второй прославился как режиссер знаменитых фильмов, в числе которых были, например, «Славные парни», «Казино», «Банды Нью-Йорка» и «Отступники».

Первый эпизод первого сезона — день, когда «сухой закон» официально вступил в силу. Легальный бизнес стал нелегальным, львиная доля прибылей предпринимателей перекочевала в карманы бутлегеров (гангстеров, которые наживались на запрете алкоголя), а также продажных полицейских, перекупленных чиновников таможни, небескорыстных пограничников и коррумпированных политиков. В Атлантик-Сити городской казначей и по совместительству местный преступный босс Енох Наки Томпсон (Стив Бушеми) понимает, какие громадные деньги плывут ему в руки, и не скрывает радости: отныне можно зарабатывать не только рэкетом, казино и борделями, но и перепродажей контрабандного спиртного.

У Наки все схвачено: мэр — его человек, шериф Илай Томпсон (Ши Уигэм) и вовсе его брат. Правда, надо еще и подмасливать избирателей (скоро выборы мэра), и приглядывать за федеральным агентом Нельсоном Ван Алденом (Майкл Шэннон), и сдерживать порывы молодого ветерана Первой мировой Джеймса Дармоди (Майкл Питт), и усмирять аппетиты конкурирующих гангстеров Арнольда Ротштейна (Майкл Сталберг) и Чарли Лаки Лучано (Винсент Пьяцца), и пора уже выбирать между двумя женщинами — безбашенной актрисой Люси Данцигер (Пас де ла Уэрта) и оставшейся без мужа (впрочем, изрядного негодяя) Маргарет Шредер (Келли Макдональд).

Это перипетии лишь первого эпизода. Дальше число действующих лиц и сюжетных линий еще увеличится, загрохочут «однофамильцы» героя, то есть автоматы «томпсон», прольется море крови и спиртного; действие будет переноситься из Атлантик-Сити то в Чикаго, то в Нью-Йорк, то в Гавану; среди приятелей героя окажутся предатели; впоследствии кто-то из персонажей сериала исчезнет из титров, а кто-то останется, сменив род деятельности, разорившись напрочь или пустившись в бега, подальше от родных мест. Но вот главный герой, Наки Томпсон, очень долго — вплоть до финальных серий — останется на плаву; к «современным» эпизодам авторы добавят в пятом сезоне развернутые флешбэки, посвященные детству-юности Наки.

Продюсеры сериала, снятого по заказу канала НВО, вложили 75 миллионов, добиваясь аутентичности. Реквизиторы воссоздали подлинные интерьеры, декораторы и художники позаботились о костюмах, набережную в бутафорском Атлантик-Сити специально выстроили точь-в-точь по историческим фото, и в каждом эпизоде заключительные титры идут под музыку той эпохи. Благодаря дотошности Скорсезе-продюсера зритель получил не какой-то проходной сериал, а качественный многосерийный фильм, который вполне можно сравнить, например, с «Однажды в Америке» Серджо Леоне. Первый эпизод получил самый высокий рейтинг со времен премьеры на НВО сериала «Дедвуд». Мартина Скорсезе за режиссуру первого эпизода номинировали на «Эмми», а исполнитель главной роли Стив Бушеми в том же 2011 году получил «Золотой глобус».

Стив Бушеми, любимец братьев Коэн, Тарантино и Родригеса, не раз возникал на экране в образах криминальных персонажей, как правило эпизодических. В фильме «Бешеные псы» он появлялся в роли гангстера по кличке Розовый, в «Скрытой угрозе» изображал гангстера Рэя, в картине «Чем заняться мертвецу в Денвере» — безжалостного киллера Мистера Шшшш, в «Фарго» — нервного бандита Карла Шоуоттера, в «Воздушной тюрьме» — чуть ли не каннибала, в сериале «Клан Сопрано» — родственника заглавного героя, мафиозного босса. Только в 52 года актер наконец получил ту роль, которая стала для него поистине бенефисной. Добрый, злой, беззащитный, агрессивный — это все тот же Наки Томпсон из «Подпольной империи», но в разных жизненных обстоятельствах.

Сегодня герой может подставить вчерашнего соратника, а завтра отдаст все, что имеет, ради спасения близкого ему человека. По большому счету, Наки Томпсон конечно же негодяй. Собственно, продажный чиновник и гангстер в одном лице не может быть иным. Если в первых сезонах он ухитряется перепоручать наиболее грязную работу своему брату или своим подчиненным, то уже к середине сериала он и сам становится хладнокровным убийцей — и с тех пор не стесняется замарать руки. Однако сериал снят так, что зритель невольно сочувствует Томпсону. Чем большим опасностям тот подвергается, тем больше сочувствия вызывает. Может, дело еще и в том, что противники героя — куда более скверные люди. Кроме того, для большинства нынешних зрителей «сухой закон» — зло ничуть не меньшее, чем его нарушители...

В отличие от многих других персонажей сериала (Капоне и Лучано, Ротштейн и Лански, Гувер и Несс) реального человека по имени Енох Томпсон в природе не существовало. Но исторический прототип у героя был, и звали его Енох (Наки) Джонсон. Как и персонаж сериала, Джонсон в 20-х годах XX века занимал должность казначея Атлантик-Сити и какое-то время был самым влиятельным человеком в городе. Он отказался баллотироваться в сенат штата, считая, что у него, как у теневого босса, власти больше. «У нас есть виски, вино, женщины, музыка и игровые автоматы. Я не буду отрицать это, и я не буду извиняться. Если бы большинство людей не получали выгоды от существования всего этого, его бы и не было. Но раз это есть, значит люди именно этого и хотят» — так говорил Наки Джонсон; похожие речи произносит и его alter ego из телесериала, заражая окружающих своим улыбчивым цинизмом.

Примечательно, что актер Стив Бушеми внешне ничем не напоминает прототипа своего героя. Впрочем, не совпадают и многие важные детали биографий телеперсонажа и реальной исторической личности. Например, никто так и не сумел доказать, что Енох Джонсон сам занимался бутлегерством и лично кого-то убивал. Так что свой тюремный срок Джонсон (как и Капоне) получил за уклонение от налогов. Герой Бушеми в последнем сезоне испытывает нечто вроде мук совести и даже помышляет о самоубийстве. Но в тюрьму не попадает, потому что — позволим себе спойлер! — в последние минуты заключительного эпизода авторы дадут ему погибнуть на развалинах своей «империи», в 1931 году. Круг замкнулся, бумеранг вернулся, герою аукнулся его первый подлый поступок, который был совершен в юности и помог ему сделать карьеру.

У реального Еноха Джонсона все сложилось иначе. Он отсидел из десяти лет всего пять, затем был выпущен и умер в 1968-м, благополучно дожив до 85 лет. В своем родном Атлантик-Сити Джонсон считался уважаемым человеком, жил на широкую ногу. Нет никаких сведений о том, будто он страдал от каких-либо угрызений совести...

Что ж, как говорил Наки Томпсон еще в первой серии «Подпольной империи», «правда никогда не должна мешать хорошей истории».

Главная героиня, Эллейн Барриш (Сигурни Уивер), была замужем за президентом США Бадом Хэммондом (Киран Хайндс) и терпела его измены. После того как Бад стал экс-президентом, Эллейн решила продолжить самостоятельную политическую карьеру и участвовала в праймериз кандидатов от демократов. Однако уступила пальму первенства красавчику Полу Гарсетти (Адриан Пасдар), развелась с Бадом и в итоге стала госсекретарем в кабинете Гарсетти...

Не правда ли, ситуация чем-то знакомая? Только не надо проводить прямых параллелей: Эллейн — это не Хиллари, Бад — не Билл, да и у супругов Клинтон все-таки обошлось без развода. Режиссер «Политиканов», человек с поэтическим именем Дэвид Петрарка, прежде не снимал фильмов о государственных мужах (и женах), однако он был в команде постановщиков многих известных сериалов («Игра престолов», «Жизнь на Марсе», «Настоящая кровь» и др.): Петрарка знал толк в кастинге и уж наверняка держал в уме фильм «Дейв», где та же Сигурни Уивер отлично сыграла роль нелюбимой жены президента США. Правда, героиня «Дейва» не планировала выстраивать карьеру во власти, а в данном случае политическая составляющая сюжета первостепенна. Буквальный перевод названия «Political Animals» — «политические животные». Применительно к персонажам сериала значение Аристотелева термина (его ввел в широкий обиход Шарль Монтескье) заведомо сужено; здесь это прежде всего люди, чей «основной инстинкт» — политический.

Сценарист мини-сериала Грег Берланти обычно работает в жанре фантастики, и это заметно: в образе госсекретаря есть нечто, роднящее ее с комиксовыми супергероями. По крайней мере, в сфере политики Эллейн почти так же крута, как Люди Икс. Героиня, конечно, не умеет стрелять глазами или выпускать стальные когти, зато у актрисы Сигурни Уивер в бэкграунде — лейтенант Рипли из тетралогии о «чужих»; если уж она справилась с alien’ами, то и с людьми разберется. Недаром в одном из эпизодов главный российский дипломат по имени Victor Porchoff (в этой роли снялся бывший циркач Игорь Жижикин, обычно играющий мордоворотов) сравнивает свою американскую коллегу с мужчиной — для Victor Porchoff это комплимент.

Главная тема нескольких последних серий — подъем китайской атомной подлодки у берегов США и спасение моряков. Президент колеблется: стоит ли вмешиваться? Однако Эллейн убеждает его в этой ситуации быть просто человеком, а не человеком при власти. Как видим, крутизна не превращает Эллейн в бесчувственного робота. Героиня даже может позволить себе немного человеческих чувств — скажем, посидеть вечерком возле вольера с ее любимыми слонами в зоопарке. Кроме того, параллельно с политической линией сериала разворачивается и «журналистская»: репортерша «Вашингтон глоб» Сьюзан Берг (Карла Гуджино), некогда получившая своего Пулитцера за хлесткие статьи о Баде и Эллейн, добывает некую информацию, благодаря которой госсекретарь допускает ее в свой личный журналистский пул. Поначалу Сьюзан надеется собрать материал для еще одной разоблачительной статьи об Эллейн, но к финалу первого сезона начинает симпатизировать ей...

Судя по всему, сценаристы планировали второй сезон и даже перебросили мостик к новой истории: если поначалу главная героиня лишь прикидывала, не помериться ли опять силами на праймериз после первого срока Гарсетти, то в последней серии авторы подталкивают госсекретаря к скорым и решительным шагам. В авиационной катастрофе президент погибает, и в Овальном кабинете оказывается вице-президент Фред Колльер (Дилан Бейкер) — хам, гомофоб, бывший глава ЦРУ и вообще скользкий тип. В его команде Эллейн работать не хочет и не будет, а значит, пора пускаться в самостоятельное плавание. Увы, на полуслове перспективный сюжет обрывается. Решено было не превращать мини-сериал в большой сериал и не продолжать историю. Можно лишь гадать, каким образом сложилась бы судьба героини, если бы она победила.

Кстати, в фантастическом сериале «Герои» Адриан Пасдар тоже играл высокопоставленного политика. И ему-то уж точно не грозила гибель в авиакатастрофе, ибо этот герой умел летать. Вывод ясен: на главные политические посты лучше претендовать гражданам со сверхспособностями. Или хотя бы с опытом участия в боевиках. Уж не знаю, как там Эллейн Барриш, а вот лейтенант Рипли просто создана для большой политики. Спросите у «чужих» — они подтвердят.

«Безопасность страны зависит от мужчин и женщин, служащих в пяти кольцах Пентагона. Прежде чем начнутся боевые действия в любой точке мира, операция должна быть спланирована и утверждена в самом внешнем и самом важном — пятом — кольце».

Процитированные выше фразы звучат в начале каждого эпизода этого сериала, который был спродюсирован признанным мэтром блокбастеров Джерри Брукхаймером. И хотя узнаваемая картинка Пентагона постоянно мелькает в кадре, место действия данного сериала выходит далеко за пределы упомянутого кольца конкретного здания военного ведомства, и притом все время меняется. Варианты непредсказуемы: от Юго-Восточной Азии до Ближнего Востока и Латинской Америки. Раз американских военнослужащих можно найти где угодно, а террористы, замышляющие недоброе против армии США, приравнены к военному противнику, отдел спецопераций Пентагона всегда начеку.

Сериал начинается с того, что в упомянутый выше отдел под начало сурового полковника Элая Макнолти (Деннис Хоппер) приходит новый сотрудник, бывший полевой агент, майор Джим Тисневски (Бенджамин Брэтт). Хотя, по идее, Тисневски мог бы заниматься сугубо бумажной работой, он почти в каждой серии принимает участие в опасных полевых операциях, то спасая коллег, то преследуя террористов. Сценаристы проявляют чудеса изворотливости, обосновывая появление майора Тисневски в той или иной «горячей точке» и стараясь свести повторы к минимуму. Сюжеты эпизодов не слишком замысловаты, однако логических нестыковок сравнительно немного, а сцены экшен сняты достаточно убедительно (рука Брукхаймера хорошо видна!).

Чтобы сотрудники «пятого кольца» выглядели на экране не только бравыми вояками, но и обычными людьми, авторы вынуждены время от времени «утеплять» образы, напоминая о личной жизни персонажей... То есть нет: напоминать приходится как раз о том, насколько мало времени остается главным героям на эту самую личную жизнь. В отделе спецопераций выходных не бывает, каждого сотрудника могут выдернуть в любую секунду. Таким образом, ни у Макнолти, ни у его помощницы, сержанта Джослин Пирс (Онжаню Эллис), ни у самого Тисневски элементарно не хватает времени на что-то более-менее серьезное. По объективным причинам нет будущего у романа майора с агентессой ЦРУ Энджи Аронсон (Келси Олдершоу), но и наметившийся любовный альянс между Тисневски и помощницей министра обороны, умной и энергичной Самантой Листон (Келли Разерфорд), не может развиваться: блондинка с боксерским прозвищем Сонни Листон внезапно становится начальницей майора. А подобного рода отношения между старшим и младшим по званию на территории Пентагона категорически возбраняются воинским уставом.

В последней серии майор (вернее, уже подполковник) Тисневски, гоняясь за мексиканским наркобароном, настигает его на территории США, где спецподразделению Пентагона действовать возбраняется. Героя могут засудить за превышение полномочий, и лишь тогда Джим с Самантой оказываются в одной постели: дескать, семь бед — один ответ!

Как могли бы развиваться отношения героев дальше? Получил ли Тисневски тюремный срок за свою героическую самодеятельность, или все как-нибудь обошлось? Вернули ли на службу полковника Макнолти, уволенного за то, что честный старик пошел наперекор начальству? Ответов на эти важные вопросы зритель так и не получит. Увы, продюсеров не впечатлил недостаточно высокий рейтинг сериала, и тот не был продлен на второй сезон. А ведь жаль: это, между прочим, был первый — и на сегодняшней день чуть ли не единственный! — приключенческий сериал про Пентагон. Надо было, пожалуй, все-таки сохранить «Последний рубеж» в телеэфире. Ну хотя бы из гуманитарных соображений.

Молодая Кейт Рид (Сара Шахи) не оправдала надежд своего отца, владельца крупной юридической фирмы в Сан-Франциско: девушка покинула ряды адвокатов и стала работать посредником — мастером уговоров; эти люди стараются примирить противоборствующие стороны, не прибегая к помощи официальной Фемиды. Действие телесериала начинается после смерти Рида-старшего, когда бразды правления в фирме берет его вторая жена Лорен (Вирджиния Уильямс). Мачеха и падчерица — почти ровесницы и, мягко говоря, недолюбливают друг друга. Тем не менее весь первый сезон телесериала им приходится работать вместе. Эпизоды посвящены по большей части конкретным делам, но есть и несколько «горизонтальных» линий. Например, героиня долго пытается выяснить, отчего ее умерший отец завещал солидную сумму никому не известному человеку и почему этот самый человек (недавно вышедший из тюрьмы) был важен Риду-старшему...

Название сериала иногда переводят по-другому, в соответствии с американским оригиналом: «Все законно». Выглядит блекло, так что более распространенный вариант, зафиксированный «КиноПоиском», хотя и взят с потолка, по крайней мере, ближе к сути. У Кейт — интересная специальность, о которой далеко не все знают. Мы привыкли, что граждане, желающие выяснить отношения, идут в суд, а затем вынуждены подчиняться решениям судьи. К Кейт и ее коллегам идут, как правило, те, кто не хочет судиться по разнообразным причинам, в том числе моральным и финансовым (стоимость услуг посредника ниже судебных издержек). Посредник, улаживающий споры, — не судья; его мнение не имеет юридических последствий; обе стороны выбирают арбитра сами и сами же могут отказаться от услуг в том случае, если переговоры сторон не дадут результата. Посредник обязан быть не только юристом, но и психологом, даже порой психотерапевтом. Он должен быть ловок и изворотлив, но вместе с тем подчеркнуто нейтрален и одинаково нелицеприятен. И еще: он должен вызывать доверие у обеих сторон конфликта.

Авторы сериала выстраивают многие сюжеты на контрасте. Чаще всего посредническую роль берут на себя люди пожилые, степенные, обстоятельные, а Кейт Рид — молодая привлекательная брюнетка, живая, темпераментная. «Не ошиблась ли она в выборе профессии?» — в первый момент думают клиенты (и зрители). Далеко не все, кто обращается к Кейт за помощью, верят в ее таланты. Однако героиня обманывает ожидания в лучшую сторону: почти всегда ей удается помирить клиентов, справившись с самыми заковыристыми житейскими проблемами. Увы! Найти компромисс между братьями, не поделившими парковку, или между отчимом девочки и ее бабушкой, не поделившими ребенка, для Кейт проще, чем разобраться с сумбуром в собственной личной жизни, очень непростой. Брак между Кейт и прокурорским работником Джастином Патриком (Майкл Трукко) не сложился, но экс-супруги по-прежнему любят друг друга...

Словом, Кейт одновременно талантлива и безалаберна, успешна и сумбурна. Она дерзит мачехе, повсюду опаздывает, и наконец в последней серии первого сезона раздраженная Лорен выгоняет девушку из фирмы. Наша героиня, как Терминатор, обещает вернуться и уже в начале второго сезона свое слово держит: брат передал ей акции фирмы, теперь она равноправный партнер, уволить ее уже нельзя. Третьим партнером оказывается новый акционер, наглый и предприимчивый адвокат Бен Гроган (Райан Джонсон). Хотя он — полная противоположность Кейт, его тянет к ней, а ее к нему. Таким образом, новой «горизонтальной» линией второго сезона опять становится мелодрама. Она как бы уравновешивает юриспруденцию и «утепляет» сюжеты. Естественно, Кейт противится новым чувствам и готова возобновить роман с Джастином, но в финале понимает, что у отношений с бывшим мужем нет будущего. А тем временем Бен «случайно» оказывается новым соседом Кейт...

По законам жанра точку здесь ставить ну никак нельзя. История требует продолжения — хотя бы куцего, формального. Но в мире ТВ задумки сценаристов и расчеты продюсеров не всегда совпадают. Сериал, поначалу имевший неплохой рейтинг, во втором сезоне откровенно сдулся. Не помогли смена шоураннера, новые изгибы фабулы и несомненное обаяние Сары Шахи. В общем, осенью 2012 года бездушные боссы канала USA закрыли сериал после второго сезона. Актриса Сара Шахи, конечно, не пропала с горизонта: она получила роль в «Пожарных Чикаго» и позже вписалась в команду драматического шоу «В поле зрения». А вот за Кейт Рид обидно. Только она набралась опыта — и вдруг ее практике пришел конец. Кто теперь поможет жителям Сан-Франциско улаживать споры?

«Вам никогда не казалось, что со Вселенной что-то не так?» — спрашивает один из персонажей фильма у главного героя, полицейского детектива Джо Миллера (Питер Краузе). К тому времени, когда вопрос задан, наш герой уже знает, во Вселенной есть разрывы, где перестают действовать привычные законы и начинают работать законы невероятные. Расследуя загадочное убийство, Миллер становится обладателем странного ключа. Преступник, умирая у него на руках, успевает сказать: «Он отпирает все двери», — и это действительно так. Но не только. Благодаря заурядного вида ключу с биркой «10» можно через любую дверь попасть в некую Комнату, а из Комнаты — в любое место на Земле (а может, и не только на Земле), которое ты можешь себе представить. Само собой разумеется, что у чудесной Комнаты есть некая фантастическая предыстория.

Попробуем рассказать ее... Стоп! Если уже сейчас, после прочтения начальных строк рецензии, сериал вас заинтриговал и вы точно решили его посмотреть (а я советую), вот этот абзац вам лучше пропустить: здесь, конечно, нет прямых спойлеров, убийственных для детектива, но некоторых объяснений не избежать... В общем, вас предупредили. Итак, 4 мая 1961 года что-то случилось в Саншайн-мотеле неподалёку от городка Галлапа, штат Нью-Мексико, США. Если уподобить Вселенную компьютеру, то можно говорить о системном сбое — коротком, но фундаментальном по своим последствиям. Ведь именно в результате этого сбоя вся комната номер 10 выпала из реальности и стала одним большим артефактом: примерно как Зона в «Пикнике на обочине» братьев Стругацких. Правда, предметы, найденные сталкерами в Зоне, и свойства имеют странные (хотя иногда и полезные), и выглядят чаще всего странновато, а вещи из Комнаты (их еще называют Объектами), напротив, кажутся обыденными. Однако эти бытовые мелочи из-за фатальной прорехи во Вселенной приобрели необъяснимые, подчас жутковатые свойства: шариковая ручка стала мощным лазером, расческа может останавливать время, автобусный билет телепортирует человека в некое заданное место. А еще есть ножницы, способные вращать любой объект, и стеклянный глаз, который может либо лечить людей, либо делать прямо противоположное...

Все то, что вы сейчас узнали из предыдущего абзаца, детектив Джо Миллер выяснит не сразу. К расследованию его подтолкнет личная беда: в той самой Комнате у главного героя пропадает восьмилетняя дочка Анна (Эль Фэннинг). Это случится в первой же серии, и на протяжении всего сериала Джо будет пытается ее вернуть. Чтобы собрать о Комнате как можно больше сведений, герой вынужден разыскивать тех, кто осведомлен о феномене. Выяснится, что десятки людей объединены в различные тайные сообщества: одни полагают, что если собрать все Объекты в одном месте, то можно восстановить статус-кво во Вселенной; другие полагают, что Объекты — части Бога; третьи стремятся к неограниченной власти. Миллеру приходится временами сражаться с адептами, а временами заключать союзы — то с Говардом Монтегю по прозвищу Ласка (Роджер Барт), то с представительницей одного из секретных обществ Дженнифер Блум (Джулианна Маргулис), то с миллионером-коллекционером Карлом Кройцфельдом (Кевин Поллак), у которого, впрочем, свои далекоидущие замыслы сугубо личного свойства.

Мини-сериал был показан на канале Sci Fi Channel с 11 по 13 декабря 2006 года. Ни до, ни после «Потерянной комнаты» режиссер Крейг Баксли ничем особенным себя не проявил (хотя и работал, например, с текстами Стивена Кинга). Но в данном случае он сумел прыгнуть выше головы и снять едва ли не лучший фантастический мини-сериал первого десятилетия XXI века. К сожалению, о нем мало кто знает, но большинство тех, кто его посмотрел, становятся его поклонниками — даже если они не являются любителями фантастики. С помощью минимальных (но качественных) спецэффектов режиссер сделал жутковатое, увлекательное, динамичное и неглупое кино для думающих людей. Действие идет по нарастающий, от одной загадки к другой, а финал, хоть и не «открытый», оставляет авторам кое-какие лазейки для сиквела (который так и не появился). В центре внимания оказываются обычные люди, и зритель видит, как они меняются в фантастических обстоятельствах. Поскольку артефактами становятся заурядные с виду предметы, особой машинерии, характерной для Sci Fi кино, здесь нет, — и это хорошо. Сценаристы и режиссер до упора отыграли свою сюжетную находку, проявив чудеса изобретательности.

Сериал «Потерянная комната» напоминает нам об одном психологическом феномене. Контраст между формой и свойствами предмета будоражит человеческое воображение. Чудовища вида ужасного могут вызывать трепет, однако еще сильней кровь холодеет, когда привычные, знакомые, мирные вещи вдруг начинают демонстрировать свою потаенную жуткую сущность. Этот трюк не раз использовал в своих произведениях упомянутый выше Стивен Кинг: в его рассказах и повестях демонстрировали свой норов предметы, которые должны быть послушными и мирными — лифт, пишущая машинка, стиральная машина, автомобиль... Можете считать это метафорой: невероятное вторгается в нашу сегодняшнюю реальность исподволь. Внешность обманчива. Кто не понял, пусть пеняет на себя.

О том, что два — лучше, чем один, снято множество телесериалов. Половина их посвящены отношениям супругов, а вторая половина — взаимоотношениям двух полицейских-напарников. В 2012 году вышел на телеэкраны — и, к сожалению, снят после первого же сезона — сериал «Общее дело» (Common Law), в котором копы-напарники, поссорившись, обращаются к помощи опытного семейного психолога, точь-в-точь как муж и жена на грани развода. Одного из тех копов играл Майкл Или; он же через год будет приглашен для исполнения аналогичной роли в сериале «Почти человек». Только здесь его герой, в полном соответствии с названием сериала, не вполне относится к роду людскому. Точнее говоря, вообще не относится.

Дело в том, что действие происходит в Америке будущего, где преступный мир взял на вооружение высокие технологии, а потому полиции тоже волей-неволей пришлось дружить с научно-техническим прогрессом. Таким образом, в 2048 году в охране американского правопорядка задействованы не только люди, но и человекоподобные роботы системы MX — эдакие дуболомы с пластикой урфин-джюсовых деревянных солдат и однотипными конвейерными лицами китайских болванчиков.

Азимовские Три закона роботехники тут, конечно, не действуют, поэтому робот вполне может застрелить человека (если тот преступник) или не прийти человеку на помощь (если это не кажется роботу целесообразным). Возможно, именно поэтому главный герой-человек, офицер полиции Джон Кеннекс (Карл Урбан), который после ранения и потери ноги 17 месяцев пролежал в коме, терпеть не может роботов серии MX: их он винит в смерти своего друга. А если учесть, что в последней перед комой схватке Джон потерял не только друга, но и любимую девушку (та, как на грех, оказалась преступницей), герой напрочь отказывается от стандартного робота в качестве напарника: для наглядности он в первой же серии выкидывает из своей машины на полном ходу назначенного ему в помощь дуболома.

Тут-то и подворачивается герой Майкла Или. Этот робот DRN-0167 откликается на имя Дориан и имеет внешность симпатичного кудрявого афроамериканца. По сюжету, вся данная робосерия была признана негодной, так как создатель этих машин, доктор Найджел Вон (Джон Ларрокетт), добавил к механическому телу некую «синтетическую душу». Таким образом, Дориан, будучи роботом, может испытывать почти человеческие эмоции, и в конце первого сезона он даже прослезится от переполняющих его чувств...

Напарники, раскрывающие преступление, должны здорово отличаться друг от друга — и по темпераменту, и даже внешне. Об этом в Голливуде догадались еще в незапамятные времена. Дуэты Эдди Мерфи с Ником Нолти («48 часов») и Криса Рока с Джеки Чаном («Час Пик») собирали хорошую кассу и генерировали сиквелы. Опытным путем было установлено, что достоинства и недостатки напарников должны взаимодополнять друг друга. Таким образом, хорошим напарником американского копа могли стать советский милиционер («Красная жара»), немецкая овчарка («К-9»), инопланетный пришелец («Чужой народ»), сказочный гном («Верхний мир») и даже древний ящер («Тираннозавр Рекс»). В этом ряду тандем человека с роботом выглядел не таким уж экзотичным. Тем более что у фантаста Айзека Азимова, чьи законы роботехники мы уже упоминали и чьи идеи наверняка были знакомы сценаристам сериала, есть довольно популярный книжный цикл, состоящий из четырех романов: «Стальные пещеры», «Нагое солнце», «Роботы Зари» и «Роботы и Империя». Во всех этих книгах нью-йоркскому полицейскому Элайджу Бейли помогает робот Дэниел Оливо. Но как уже было сказано, у роботов Азимова были встроенные внутренние ограничения, так что бластер в руках Оливо был по большей части средством устрашения. Кроме того, в азимовских романах действие развивалось на Земле, уже очень не похожей на теперешнюю (подземные города, синтетическая пища и пр.), а в сериале «Почти человек» будущее почти копирует настоящее. В Америке середины XXI века к нынешним гаджетам добавились еще кое-какие приятные мелочи, более компактные и более продвинутые — типа летающего блюдца-беспилотника. Ну и медицина заметно шагнула вперед: искусственная нога Кеннакса — это уже практически произведение искусства...

Вернемся, однако, к событиям сериала. Легко догадаться, что суровый коп Кеннакс не сразу привыкает к своему напарнику, но, будучи человеком справедливым, видит и достоинства Дориана. В конце концов он понимает, что этому роботу, пожалуй, можно доверить свою жизнь. И даже если механизмы Дориана пострадают в перестрелке или сядет заряд его аккумуляторных батарей, то, в самом худшем случае, робот станет несравненно более раздражительным. Но все равно не струсит и не предаст человека.

Качество здешних спецэффектов, быть может, не идеально, однако неплохо для телеформата. Сериал представляет собой типичный процедурал, где практически каждая серия — новое расследование. Сценаристы даже не потрудились скрепить серии «горизонтальным» внутренним сюжетом; в финале каждого эпизода преступление бывает раскрыто, а злоумышленник (будь то гангстер, мошенник или хакер) наказан.

Впрочем, одному злодею все же удается удрать. Это — внимание, спойлер! — уже упомянутый ас роботехники Найджел Вон: по замыслу авторов, седовласый гениальный негодяй должен был возникнуть в следующем сезоне. Но, увы, канал FOX закрыл этот перспективный сериал уже после первого сезона, несмотря на не самые провальные рейтинги. Так что робокопу с афроамериканским лицом не повезло: явная дискриминация, хоть в суд подавай.

Параллели между российской службой судебных приставов (ФССП) и американской службой федеральных маршалов (USMS, то есть United States Marshals Service) достаточно условны. Хотя на бумаге отечественный пристав действительно обладает немалыми полномочиями, в реальности его повседневная деятельность редко когда выходит за рамки охраны зала суда и неторопливой — чтобы не растрясти съеденный обед — охоты за должниками-уклонистами. Родные выколачиватели недоимок и описыватели имуществ примерно так же смахивают на заокеанских коллег, как унылые шутники из анемичного российского сериала «Приставы» похожи, например, на Томми Ли Джонса в динамичных боевиках 90-х «Беглец» и «Служители закона». (Помните? Джонс с маршальским жетоном на поясе и «глоком» наперевес гонялся то за Харрисоном Фордом, то за Уэсли Снайпсом.)

Созданная еще в конце XVIII века служба федеральных маршалов США и доныне остается грозной силовой структурой, которой по статусу доверено заниматься серьезными вещами (среди них, в частности, борьба с терроризмом или массовыми беспорядками). Не случайно американский писатель Элмор Леонард, любимый автор Квентина Тарантино и Стивена Содерберга, подыскивая для очередного цикла остросюжетных произведений главного героя покруче, в итоге остановил свой выбор на фигуре маршала США, а телеканал FX по мотивам этих сюжетов в 2010 году взялся за выпуск сериала.

«У нас на руках выигрышная комбинация: один из самых ярких персонажей лучшего современного детективного романиста, а в главной роли Тим Олифант, который идеально подходит для этого образа», — заявлял президент FX Джон Ландграф в канун выхода первого сезона. И не ошибся: проект успешно стартовал (первую серию посмотрели 4,16 миллиона зрителей), затем попал в список десяти лучших кинокартин и сериалов вместе с «Игрой престолов» и «Во все тяжкие» и шесть лет подряд не сходил с телеэкранов.

Хотя новеллы Элмора Леонарда рассказывают о событиях нашего времени, телесериал напоминает классический вестерн. Отчасти это происходит потому, что действие разворачивается в американской глубинке, в окрестностях городка Лексингтон, штат Кентукки, куда современная цивилизация добралась с опозданием, кое-что растеряв по дороге. Впрочем, дело не только в месте действия и патриархальных нравах кентуккийских реднеков, но и в главном персонаже: маршал Рейлан Гивенс (упомянутый Тимоти Олифант), не расстающийся с белой ковбойской шляпой, словно бы перенесся в современность из сериала о Диком Западе «Дедвуд», — кстати, роль бывшего шерифа в похожей шляпе там играл тот же Олифант.

Собственно, и ведет себя герой тоже очень по-ковбойски: еще в начале первого сезона Рейлан, сотрудник службы маршалов Майами, нарочно задирает некоего киллера — вооруженного человека с узнаваемо-неприятным лицом патентованного негодяя Зеда из «Криминального чтива». Случается дуэль, исход которой предопределен репликой Брюса Уиллиса в том же «Чтиве» («Zed’s dead, baby, Zed’s dead»). Хотя формально Рейлан действовал в порядке самообороны, его майамский начальник ходатайствует о переводе ковбоя куда подальше. А именно — в родные места.

Возвращение персонажа к своим истокам — любимейший сюжет для многих жанров. Но если в ностальгически-патриотическом кино авторы возвращаются к «нулевой отметке» биографии героя, чтобы тот переосмыслил свою жизнь, окинул взором знакомые пейзажи, вдохнул запах родных ковылей, окунулся в сладко-горькие воспоминания и трижды пожалел о своем давнем отъезде из края детства, молока и меда, то в неовестерне вместо «точки релаксации» окажется эпицентр грядущих конфликтов. Раны не зажили и по-прежнему кровоточат.

В первых же сериях мы узнаем, что в родном городке Рейлана живет не только его старый знакомый Арт Маллен (Ник Сирси), ставший начальником местной службы маршалов — то есть теперешним шефом героя, — но и бывший приятель Рейлана, Бойд Краудер (Уолтон Гоггинс), ныне грабитель банков и лидер местных нацистов. А еще здесь обитают экс-жена Рейлана, Вайнона (Натали Зиа), его отец, старый уголовник Арло Гивенс (Раймонд Бэрри), и много всяко-разных людей, которые в большинстве своем не питают добрых чувств ни к вернувшемуся земляку лично, ни к его семейству, ни к службе маршалов США. Таким образом, главному герою приходится держать ухо востро, стараясь справляться — по возможности — методом уговоров. В конце концов, даже на диком-диком Западе не все вопросы можно было разрешить с помощью кольта...

Американскому телезрителю, воспитанному на вестернах, пришелся по душе улыбчивый и ироничный персонаж, который не боится быть жестким и идти наперекор начальству. Для российского зрителя в «Правосудии» припрятан бонус: внешне Тимоти Олифант (открытый лоб, высокий зачес, добрый прищур) сильно смахивает на молодого Владимира Конкина в роли Володи Шарапова из известного сериала. При этом главному герою часто приходится вести себя по-жегловски и разбираться со злодеями «по понятиям». Что поделать? В глуши, где мобильники отказываются ловить сеть, а броненосцы на дорогах попадаются чаще, чем автозаправки, служителю закона одинаково нужны и кодекс, и кистень. Неизвестно, что когда пригодится.

«Правосудие» — это почти шекспировские страсти, наложенные на провинциальную матрицу, где каждый второй типаж колоритен до жути. Тут и грибница братцев-разбойничков Кроу, которым незнание словечка «социопат» не мешает быть социопатами. И промышляющее сбытом «травки» в особо крупных размерах семейство Беннетов во главе с мамашей-отравительницей Магс, эдакой Лукрецией Борджиа кентуккийского розлива (за эту роль Марго Мартиндейл получила премию «Эмми»). И босс преступной негритянской общины Лаймхауз (Майкелти Уильямсон), который спекулирует мнимым нейтралитетом. И застрелившая мужа-садиста смышленая блондинка Эва Краудер (Джоэлль Картер) — чем не леди Макбет Лексингтонского уезда?

Среди сериальных злодеев наиболее примечатален уже названный Бойд Краудер: безжалостный убийца и гениальный демагог, умеющий выпутаться живым из любой передряги. Его черный костюм — столь же обязательный аксессуар, как и белая шляпа для маршала. Бойд, даже обаятельный в своем цинизме, по-своему честен; это не раз позволит Рейлану заключать с ним временный союз против очередных отморозков, у которых элементарный инстинкт самосохранения вытеснен гремучим коктейлем адреналина с тестостероном. Порой Бойду кажется, что наличие общего врага может стать основой для возобновления былого товарищества. «Знаешь, в чем твоя проблема, Рейлан? — обращается он к маршалу. — Надо было тебе стать преступником... Тебе место на другой стороне, со мной и твоим отцом. Тут можно тоже стрелять людей и быть засранцем, то есть заниматься твоим любимым делом. Вот только ты был бы богатым засранцем».

Хотя для Рейлана закон — не догма, переход на «темную сторону» заведомо исключен. Как, впрочем, и богатство, нажитое преступным путем. Перемирие с Бойдом не означает примирения. Темой шестого, заключительного, сезона сериала оказывается финальное столкновение белой шляпы с черным костюмом. Если маршалу-ковбою удастся победить в схватке, он сможет покинуть родные места... и работать маршалом в другом штате. Ну не в российский же сериал «Приставы» ему идти?

Америка — страна, где адвокатов ненавидят, считая их корыстными мошенниками, но всякий раз обращаются к ним за помощью, когда требуется спасти себя или насолить ближнему. Самые преуспевающие адвокаты — те, что занимаются гражданскими делами, разводами, наследством и разделом имущества. А вот бостонская адвокатская фирма, возглавляемая Бобби Доннеллом (Дилан Макдермот), с трудом держится на плаву, так как занимается в основном уголовными делами, а здесь много не заработаешь: велико ли число миллиардеров или хотя бы миллионеров, которые подозреваются в убийстве?

В первой серии первого сезона главный герой с помощью друга-банкира Джимми Берлути (Майкл Бадалукко) мухлюет с кредитом; Джимми разоблачен и изгнан из банка, и Бобби берет его в свою контору. Там уже работают старинная подруга Бобби, афроамериканка Ребекка Вашингтон (Лиза Гэй Хэмилтон), а также чернокожий Юджин Янг (Стив Харрис), энергичная толстуха Элленор Фрутт (Кэмрин Менхейм) и умненькая Линдси Доул (Келли Уильямс); у нее был когда-то роман с Бобби. Такая вот сплоченная команда...

Все это только предыстория, о которой зритель узнает в самом начале. Ясно, что фирма не пойдет ко дну, — в противном случае о чем тогда рассказывать восемь сезонов? И точно: от немедленного разорения фирму спасает «непрофильное» дело — удачно выигранный иск у табачной компании. После этого главные герои перестают бедствовать и сосредоточиваются на делах, привычных для фирмы. На фоне юридических зубров Бобби, Элленор и Юджина увалень Джимми сперва выглядит белой вороной (его адвокатский опыт невелик), но постепенно, от сезона к сезону, он растет профессионально и в какой-то момент становится просто отличным специалистом.

Есть одно важное обстоятельство, которое заставляет зрителя следить за деятельностью юридической фирмы Бобби с особым вниманием. Дело в том, что с каждым следующим сезоном «Практики» к услугам главных героев сериала прибегают все больше явных негодяев: репутация у юристов этой фирмы считается специфической. Их полагают людьми, которые легко могут отмазать виновного. Для них профессия становится выше морали, и герои, часто понимая, что их клиенты, скорее всего, преступники, стараются убедить присяжных в обратном. Главное — добиться «обоснованного сомнения»; если аргументов не хватает, в ход идут либо «план Б» (обвинить в том же преступлении кого-то другого, чтобы поселить в присяжных чувство неуверенности), либо «демократическая» демагогия с политкорректным нажимом (если преступник — чернокожий). Хеппи-энд в конце серии — явление частое, но не тотальное. Бывает так, что под натиском адвокатов присяжные оправдывают негодяя и сажают за решетку невиновного.

Да-да, даже чистая победа может обернуться моральным провалом. Из-за этого главные герои постоянно испытывают муки совести: профи-адвокат в них борется с приличным человеком; обычно побеждает профи, но если есть хоть какая-то возможность добиться справедливости, не выходя за рамки профессиональной этики (но опасно приближаясь к этим рамкам), герои предпочтут действовать. Впрочем, и их противники в зале суда, работники прокуратуры — Хелен Гембл (Лара Флинн Бойл), Кеннет Уэлш (Билл Смитрович), Ричард Бэй (Джейсон Кравиц), Алан Лав (Рон Ливингстон) — тоже не очень церемонятся с законом: они могут запросто обмануть подозреваемого, смухлевать с уликами, запугать свидетелей и закрыть глаза на полицейские пытки. Таким образом, конфликт прокуроров и адвокатов зачастую не имеет отношения к реальному поиску справедливости и превращается в профессиональное соперничество, которое вредит и человеческим отношениям: недаром роман Бобби с Хелен быстро сходит на нет.

По структуре «Практика» имеет «вертикальное» строение (одна серия — как минимум одно дело или, чаще, два параллельных), но «горизонтальная» составляющая тоже немаловажна. Дело в том, что большинство межсерийных сюжетов связано с проблемами, которые возникают у самих сотрудников фирмы. То у Янга, находящегося в разводе, малолетнего сына привлекают за распространение травки; то Элленор заводит роман с бывшим одноклассником, мошенником-врачом, а после ведет тяжбу с прокурором, который предложил ей за секс послабление в деле; то за Линдси и Элленор начинают охотиться маньяки, которых фирма спасает от приговора; то Бобби, переживший покушение, ощущает кризис веры, когда узнает о неподобающих поступках священников; то Джимми, страдающий от игромании, вновь поддается искушению...

Впрочем, чем ближе сериал к финалу, тем чаще на первый план выходит конфликт морального и профессионального. Кризис самоидентификации не проходит бесследно. В конце седьмого сезона фирма начинает потихоньку рассыпаться. После ухода Бобби туда приходит обаятельный и безбашенный Алан Шор (Джеймс Спейдер), который ради торжества справедливости не боится нарушить закон и делает это мастерски.

Финал сериала — фирма распадается окончательно, и каждый из персонажей отныне идет по своему пути. Например, Алан Шор переходит в компанию Денни Крейна (Уильям Шэтнер): будущий чудо-дуэт Спейдера и Шэтнера в спин-оффе, знаменитом сериале «Юристы Бостона», стартует именно в последнем сезоне «Практики». Таким образом, просто хороший телесериал уступает место сериалу блестящему. Все как в жизни: одна фирма закрылась, другая на подъеме, жизнь продолжается.

С того момента, как лос-анджелесский детектив Майкл Бриттен (Джейсон Айзекс) вместе со своей семьей попал в аварию, его жизнь странно изменилась: теперь он существует как бы в двух параллельных реальностях и не знает, какая из них «настоящая», а какая — сновидение. В той реальности, которая явлена зрителю в красноватых тонах (а на своей руке главный персонаж носит, чтобы не спутаться, красный шнурок), в катастрофе погиб сын Майкла, а напарник главного героя в полицейском участке — молодой Эфрем Вега (Уилмер Вальдеррама). В той реальности, которая имеет зеленоватый оттенок (а на руке у нашего героя зеленый шнурок), напарник Майкла — опытный Исайя Птица Фриман (Стив Харрис); сын героя остался в живых, но погибла жена Майкла, Ханна (Лаура Аллен).

В каждой из реальностей Майкл регулярно ходит на прием к полицейскому психологу: в «красной» его принимает доктор Джон Ли (Б. Д. Вонг), в «зеленой» он общается с доктором Джудит Эванс (Черри Джонс). Разумеется, каждый из психологов уверяет пациента, что эта реальность — правильная, а та, другая, — сновидение.

Идея о том, что сон — это не просто отдых мозга от дневных забот, а какая-то особая, «параллельная» жизнь, с давних пор волновала людей с художественным воображением. В пьесе Педро Кальдерона «Жизнь есть сон» главного героя, например, убеждают, что часть его жизни (притом не лучшая) — это лишь сонные грезы, и он верит. Точно так же старый князь из повести Федора Достоевского «Дядюшкин сон» допускает, что злополучное предложение руки и сердца он мог сделать во сне. Что же касается, например, развязки в «Алисе в Зазеркалье» Льюиса Кэрролла, то хотя у героини нет сомнения в том, что ее приключения произошли во сне, она не уверена, чей это был сон — то ли ее, то ли кошки. Как отличить события, происходившие во сне, от событий, происходивших наяву, если те и другие одинаково ярки и реалистичны, а то и одинаково фантастичны?

Поскольку герой сериала — полицейский, сюжеты эпизодов принадлежат по большей части к детективному жанру, а именно для детектива обязательным условием является поиск истины. Там, где герою приходится — по должности — раскрывать преступления, он соглашается с названным условием. Но в обычной своей жизни он не желает ему следовать. Вместо того чтобы задействовать свои дедуктивные способности и выяснить раз и навсегда, где сон, а где явь, Майкл Бриттен упорно пытается делать обратное: не выяснять, уклоняться от истины. Вопреки здравому смыслу он пытается удержать себя одновременно в двух реальностях, считая истинными обе.

Несмотря на раздвоенность своего состояния и неизбежную порой путаницу реальностей (какое дело было в одной? какое в другой?), Майкл не может отказаться от «двойной» жизни, поскольку все ее составляющие для него одинаково важны. Подобно витязю на распутье, стоящему перед роковым камнем с разными, но равно неприятными надписями, он не хочет выбирать ни одно из направлений, так как в любом случае потери неизбежны. Если он смирится хоть с одним из своих психологов и поверит, будто одна из двух жизней — просто сон, он потеряет либо жену, либо ребенка. Лучше уж так, как есть — балансировать между двумя мирами. Кстати, подобная раздвоенность порой помогает герою в его полицейской работе, поскольку он может черпать подсказки то из одного мира, то из другого (это, например, позволяет ему выручить похищенного ребенка: похититель, убитый в «красном» спектре, жив в «зеленом», и у него можно узнать, в каком месте находится мальчик).

Через весь сериал проходит и еще один важный «горизонтальный» детективный сюжет, который имеет прямое отношение к оставшейся за кадром катастрофе. В финале многие загадки будут разгаданы, но все это не будет похоже на привычный хеппи-энд. Лишь в одной из двух реальностей герою удастся поквитаться со злодеями, а в другой он попадет в тюремную психушку, по ложному обвинению. В последней серии может показаться, что сон — «красная» реальность, но на последних секундах определенность пропадет. Быть может, сном является и «зеленая» реальность. И может, есть какая-то еще реальность, оттенков не имеющая, и там-то вся семья Майкла жива?..

Создатель сериала Кайл Киллен в интервью объяснил финал иначе: реальность без оттенков — это скорее некая область мечтаний, где герой не сможет задерживаться надолго, чтобы не потерять все. Предполагалось, что и во втором сезоне герой снова будет плутать между «красным» и «зеленым». Но второго сезона так и не состоялось: сериал был закрыт. Так часто бывает: неординарные драматические шоу, как правило, не набирают рейтингов и быстро уходят из эфира, чтобы потом превратиться в культовые явления.

В один несчастливый день на всей Земле пропало электричество. Отчего это произошло, зритель узнает позже, а пока пусть примет это обстоятельство за факт, изменивший жизнь планеты. Цивилизация без электроприборов значительно отступила назад. Правительства пали. Политическая карта оказалась перекроена. Время действия сериала — через пятнадцать лет после отключения. Место действия — штат Пенсильвания, который теперь является отдельной республикой (а если точнее — военной диктатурой), управляет которой генерал Себастьян Басс Монро (Дэвид Лайонс).

Итак, отряд ополченцев Монро, возглавляемый капитаном Томом Невиллом (Джанкарло Эспозито), прибывает в небольшое поселение, где живут уже мелькнувший в прологе ученый Бен Мэтисон (Тим Гини) с двумя детьми-подростками, Чарли (Трэйси Спиридакос) и Дэнни (Грэхэм Роджерс). Происходят некоторые события, после которых Дэнни увезен ополченцами, а Чарли и бывший компьютерный магнат Аарон Питтман (Зак Орт) отправляются на поиски Майлза Мэтисона (Билли Бёрк): мол, только дядя Майлз может помочь выручить Дэнни. Аарон получает от Бена некий кулон, но в чем его предназначение, до поры до времени неизвестно...

Всё, о чем мы только что рассказали, произошло в течение первых двадцати минут первой серии первого сезона. Затем повествование будет развиваться в разных направлениях, охватывая разные жанры — от боевика (с преобладанием кулачных боев) до политического триллера (с преобладанием «теории заговора»). То, на что нам отчетливо намекнут в прологе, быстро прояснится: отключение электричества по всей планете — не природный катаклизм, а вполне рукотворное явление. И значит, электричество можно вернуть. Если обычным людям нужны тепло и свет, то Себастьяну Монро нужны вертолеты, которые без электродвигателей мертвы. Если Монро добьется возвращения электроэнергии хотя бы в кабинах отдельно взятых вертолетов, он сможет захватить пару соседних штатов...

Два сезона сериала — это, по сути, две разные истории. В первой преобладают приключения в духе вестернов. Есть плохие парни (это ополченцы во главе с Монро, медленно слетающим с катушек), есть хорошие парни (это главные герои, а также партизаны, которые противостоят Монро). Кажется, путь к будущей гармонии заранее предопределен: победить диктатора, разгромить ополченцев, а вместо «парада суверенитетов» в границах бывших США воссоздать федеративное государство заново. В финале первого сезона «хорошие парни», как никогда, близки к осуществлению мечты. Но...

Но выясняется, что никакого светлого будущего не предвидится. Стоит свалить Монро, как на первый план выползут настолько зловещие силы, по сравнению с которыми диктатор Пенсильвании окажется более-менее приличным парнем (более того: во втором сезоне Майлз и Чарли заключают с бывшим врагом нечто вроде перемирия и даже объединяют силы). Не будем более подробно раскрывать тонкости сюжета. Заметим лишь, что во втором сезоне научно-фантастический жанр начинает постепенно вытеснять жанр постапокалиптический. Выясняется, что у нанороботов (которые и «забирают» себе энергию) тоже есть своя цель, и она едва ли может понравиться людям — притом что возможности мелких и мельчайших кибернетических существ поистине безграничны...

Второй сезон заканчивается на еще более тревожной ноте, чем сезон первый, но о том, как будут дальше развиваться события, мы не узнаем: драматическое шоу было закрыто после второго сезона из-за низких (хотя и отнюдь не обескураживающих — бывало и хуже) рейтингов. Сериал, временами очень интересный и весьма динамичный, был, похоже, обречен: несмотря на богатый опыт Эрика Крипке (придумавшего «Сверхъестественное») и продюсера сериала Дж. Дж. Абрамса («Шпионка», «Остаться в живых»), создатели «Революции» были вынуждены сидеть на двух стульях: взяв за основу НФ идею, они не могли не развивать сугубо фантастическую тему, в то время как жанр постапокалипсиса требовал сугубого и сурового реализма. Драки на мечах, перестрелки и прочее плоховато уживались с чудесными случаями вмешательства наноорганизмов.

Судьба Америки и судьба нанотехнологий — две самостоятельные линии, которые превращали сюжет в сказочного Тянитолкая, и изменить ситуацию авторы уже не успели. А жаль: потенциал у сериала был большим, сюжет — лихим, трюки — отменными, актеры играли в полную силу... «Что-то пошло не так», — как сказал один российский телекомментатор в неких печально известных обстоятельствах.

Рейк — вовсе не фамилия главного героя; слово «rake» означает, среди прочего, адвоката, вынужденного вести почти безнадежные дела. Именно таков Кливер Грин (Ричард Роксбург). Он живет в австралийском городе Сиднее и по профессии барристер, то есть защитник, который, надев парик и мантию, выступает в суде (а адвокаты-солиситоры готовят дела — такое вот разделение обязанностей у подданных ее величества). Название сериала Rake также переводят у нас и как «Раздолбай», и это не лишено смысла.

Кливер Грин — личность специфическая. Даже в костюме и при галстуке он выглядит так себе, а уж в парике и мантии — чистым пугалом. Он вечно небрит, помят, от него пахнет перегаром, а если не пахнет, значит он только что нюхал кокаин. Он разведен, бывшая жена-психотерапевт Венди (Кэролайн Брейзиер) относится к нему без особого почтения, а родной сын Фазз (Кигэн Джойс) — уж тем более.

Даже проститутка Мелисса (Эдриэнн Пикеринг), услугами которой он пользуется, воспринимает его с иронией. Он не платит налогов, и всю половину первого сезона за нашим героем бегает налоговый юрист Дэвид Поттер (Мэтт Дэй), которого Кливер, само собой, дразнит Гарри. А еще Кливера регулярно бьют посланцы босса букмекеров Майка Кореллы (Ричард Картер), которому герой постоянно должен, поскольку страдает от игровой зависимости. А еще у Кливера сложные отношения с его солиситором — и другом — Барни (Расселл Дикстра), поскольку он однажды переспал с его женой Скарлетт (Даниэль Кормак). А еще его регулярно обкрадывает собственная помощница Николь (Кейт Бокс). И так далее. Словом, он по всем статьям вроде бы человек бессмысленный и никчемный. Но...

Но Кливер Грин — блестящий адвокат и, как ни странно, приличный человек. Не в том смысле, что ведет себя прилично (количество fuck’ов в минуту зашкаливает), а в том, что он добр, милосерден, ну или, по крайней мере, делает гадости без удовольствия и в этом смысле чем-то неуловимо смахивает на Фрэнка Муди из сериала «Californication». Кливер берется за самые «глухие» уголовные дела и может спасти от тюрьмы любого — хоть мирного каннибала (Хьюго Уивинг), хоть стыдливого зоофила (Сэм Нил), хоть безумную мамашу, которая крадет деньги у государства, выдавая своего абсолютно здорового сына за больного раком. Каждая серия — очередное дело, часто эпатажное, с выкрутасами: именно на таких процессах герой может оторваться по полной. В результате вокруг Кливера Грина вращается, кажется, весь юридический Сидней: одни его любят, другие ненавидят, третьи над ним подтрунивают, но все признают неординарность героя. Он — почти как Алан Шор из шоу «Юристы Бостона», хотя без внешного лоска и победительного блеска. Он — почти как доктор Хаус из одноименного сериала, но не садист и не сволочь.

После двух первых сезонов «Рейка» австралийский сериал был замечен американцами, которые шустро сняли ремейк с участием Грега Киннера (продержался всего сезон), где многие сюжетные перипетии схожи. Ремейк недурен, когда не знаешь оригинал, но когда знаешь, Америка вчистую проигрывает стране кенгуру — притом что герой Киннера красавчик, а его австралийский прототип обладает, мягко говоря, не самой приятной внешностью. (Зря, что ли, Стивен Соммерс, постановщик фильма «Ван Хельсинг», взял Роксбурга на роль Дракулы?) Американцы превратили свой «Рейк» в собрание казусов, но австралийский оригинал — это прежде всего политическая сатира, где один из самых гнусных, хотя тоже не без некоторого отрицательного обаяния, персонажей — Кэл МакГрегор (Дэмиен Гарви), который в первых двух сезонах занимает важный пост в полиции штата Новый Южный Уэльс. Полный антипод Грина, проныра и мошенник МакГрегор попадает в тюрьму, но ловко оттуда выбирается и в третьем сезоне ведет телешоу, упиваясь скандалами. Если кто в «Рейке» и выглядит печальным Пьеро, так это лидер оппозиции — им вскоре станет уже знакомый нам Дэвид «Гарри» Поттер. Он, в общем, совсем не плохой человек: неглупый, незлой, порядочный, честный, бесстрашный, с принципами... но патологически невезучий. А на таких отыгрываются все кому не лень.

Уже после первых двух сезонов «Рейк» стал культовым в Австралии, и недаром там засветились кинозвезды австралийского происхождения Уивинг и Нил. Каждую минуту ждешь появления, вслед за ними, Гибсона, Кроу или Кидман; их мы, правда, так и не дождемся, зато увидим в камэо Кейт Бланшетт, сыгравшую «женскую» ипостась Кливера Грина в кино. По сюжету, проститутка Мелисса стала писательницей, по ее книге сняли фильм, но Кливеру не дано вкусить киношной славы: его персонажа, по иронии судьбы, превращают в даму...

Упомянутый выше анекдотический поворот сюжета для главного героя выглядит вполне естественно и закономерно: Кливер настолько привык к неприятностям, что, когда те берут тайм-аут, он чувствует себя не в своей тарелке и готов сам спровоцировать какое-либо происшествие — ну хоть драку на перекрестке. В одной из серий многим кажется, что дела героя вот-вот пойдут в гору и он выбьется в адвокатскую элиту континента (защищает местного Ассанджа, разоблачителя спецслужб и высокопоставленных негодяев). Но мы уверены, что скоро лафа кончится, и гармонии Грину не видать как своих ушей (так, увы, и происходит). В его жизни нет рутины — всегда случается что-то экстраординарное и безумное. В последней серии третьего сезона его друг-недруг-и-снова-друг Барни отправляется в полет на воздушном шаре. Кливер летит вместе с ним, но не добровольно и не в корзине, а вынужденно и под корзиной — вверх ногами (он случайно зацепился за веревку). Хотя по инерции герой орет и пытается выпутаться, ему почти комфортно. В глубине души он знает: для него полет проходит нормально. Штатно. Так и должно быть. Никакой иной судьбы, кроме раздолбайской, у героя нет. Можете Кливеру Грину посочувствовать, а можете позавидовать — вам решать.

Если верить Даниэлю Дефо, самым трудным для его знаменитого персонажа, внезапно оказавшегося на необитаемом острове, было одиночество. Его угнетало отсутствие собеседников — недаром он обучил попугая разговаривать по-английски, чтобы общаться хотя бы с неразумной птицей... Впрочем, мы забежали вперед. Ненадолго вернемся к истокам.

Историю Робинзона Крузо адаптировали для большого экрана не один раз, начиная с 1902 года. Знаменитый фильм Роберта Земекиса «Изгой» (2000) с Томом Хэнксом, собственно, тоже о Робинзоне, только по имени Чак Ноланд, и с мячиком вместо верного Пятницы. Среди полнометражных экранизаций романа Даниэля Дефо, более-менее близких к тексту, можно назвать американский фильм с Пирсом Броснаном (1997), советский фильм с Леонидом Куравлевым (1972), а также итальянский фильм «Синьор Робинзон» (1976), где роль невольного островитянина сыграл комик Паоло Вилладжо.

Едва ли не во всех случаях у картин отсутствовала динамика. Это было неизбежное зло — сказывалась специфика жанра, который позже назовут по имени героя — робинзонадой. Экзистенциальную драму одиночества перевести на язык кино почти невозможно. Драйв изначальный (кораблекрушение) и драйв финальный (каннибалы и пираты) лишь оттеняли элегическую середину, где герой на острове предавался размышлениям и занимался хозяйством. Про это было интересно читать, но скучно смотреть, невзирая на красивые пейзажи. Что уж говорить про сериалы, где в распоряжении героя — не скромных полтора экранных часа, а куда больше времени!

Создатели американо-англо-канадско-южноафриканского сериала с самого начала смекнули, что из наиболее интересного в романе «Робинзон Крузо» — то есть доведения дикого острова до кондиций территории, максимально комфортной для жизни людей, — сделать многосерийное кино попросту нельзя. Поэтому сценаристы пошли иным путем.

Заранее предполагая, что современного зрителя не надо вводить в курс дела (кто же не знает старика Дефо!), авторы пропустили всю предысторию и начали свое повествование уже с того момента, когда остров благополучно обустроен Робинзоном (Филип Уинчестер), а Пятница (Тонгай Арнольд Чириса) — давным-давно не дикарь, но друг, соратник, советник, приятный собеседник (вдобавок ко всему Пятница здесь — человек с потрясающей памятью, который не просто выучил английский, но способен говорить на двенадцати языках и страницами цитировать наизусть «Потерянный рай» Джона Мильтона).

Поскольку жизнь на острове налажена, создателям сериала пришлось для каждой серии выдумывать отдельное приключение. Лишь в паре эпизодов наши герои сражались с бесконтрольными природными стихиями, в большинстве же серий источником конфликтов неизбежно становились люди, которые с разными целями прибывали на Робинзонов остров: тут и уже упомянутые пираты, и мятежники, и каннибалы, и прочие неприятные личности, от которых английскому джентльмену лучше держаться подальше (или хотя бы на расстоянии выстрела).

Еще один верный способ ухода авторов от «островной» статики — регулярные флешбэки, которые открывают зрителю картинки прошлого Робинзона. Мы узнаем, сколь благороден был его отец (Шон Бин) и сколь самоотверженна — жена Сюзанна (Анна Уолтон). И так далее. Благодаря флешбэкам нам (но не главному герою) становится известно, каким гадом и подлецом оказался якобы друг семейства Крузо, богач Иеремия Блэкхорн (Сэм Нил). Опасаясь, что Робинзон может посягнуть на его состояние (заглавный персонаж, сам того не зная, являлся истинным наследником покойного брата Блэкхорна), злодей творил разнообразные гнусности. До последней серии Робинзон не может поверить в низость «благодетеля», а потому многократно проявляет ненужное благородство по отношению и к нему, и к не менее негодяйскому брату Сюзанны, Сэмюэлю Таффли (Марк Декстер).

В последней серии Робинзон и Пятница в результате рокового стечения обстоятельств (о которых умолчим) возвращаются, по сути, к самому началу робинзонады: они по-прежнему на острове, окружающая их среда снова никак не обустроена, у героев опять нет дома и налаженного хозяйства. Впрочем, у них есть нечто другое, не менее важное, — необходимый опыт выживания. Так что ситуация выглядит хоть и печальной, но отнюдь не безнадежной.

Скорее всего, создатели сериала надеялись на продолжение, но, как это часто бывает на ТВ, не сложилось. Первый сезон стал последним; прежние приключения завершились, новые, едва намеченные, оборвались на полуслове... Впрочем, из романа-первоисточника мы знаем, что Крузо все же благополучно вернулся в Англию, прожил долгую жизнь и стал героем еще нескольких книг Дефо. В одной из них главный персонаж, кстати, путешествовал по заснеженной России. Хотя телесериал по роману «Робинзон в Сибири» едва ли будет снят.

Действие сериала происходит в 2517 году, когда в борьбе межпланетного Альянса и окраинных планет победил Альянс и начал строить «прекрасный новый мир». Главные герои сериала — те, кто сражались на стороне проигравших и после войны пытаются как-то устроить свою жизнь. Представьте себе команду южан после Гражданской войны в Америке, потом перенесите действие на шесть столетий вперед — и вы получите главных персонажей «Светлячка». Один из участников проигранной кровопролитной битвы в Долине Серенити, сержант Малкольм «Мэл» Рейнольдс (Нэйтан Филлион), после демобилизации на свои сбережения купил потрепанный космический корабль класса «Светлячок», назвал его «Серенити» (в честь места последней битвы проигранной войны) и стал капитаном.

Кто в команде Малкольма? Помощник капитана и его соратница по гражданской войне Зои Уошборн (Джина Торрес), ее муж — пилот Хобэн «Уош» Уошборн (Алан Тьюдик), крутой парень наемник Джейн Кобб (Адам Болдуин), девушка-механик Кайли (Джуэл Стэйт), а также компаньонка (представительница уважаемого сословия гейш) Инара Серра (Морена Баккарин), которая арендует один из двух «Шаттлов». Плюс к ним — пассажиры: доктор Саймон Тэм (Шон Маэр), его сестра Ривер Тэм (Саммер Глау) и преподобный Бук (Рон Гласс) — священник с таинственным прошлым. У пассажиров будет своя, особая история, и они со временем станут полноценными членами команды «Серенити».

Несмотря на то что действие происходит в космосе, этот космос заселен людьми — никаких инопланетных цивилизаций тут как бы не просматривается вовсе. Таким образом, приключений из разряда SF в сериале практически нет, однако на космических трассах хватает опасностей и без инопланетян. Конфликтов (метрополии и колоний, внутри колоний и пр.) не становится меньше, да и галактические власти относятся с настороженностью к бывшим противникам. Так что команде капитана Малкольма приходится ох как непросто. Хотя слово serenity означает «безмятежность», «спокойствие», экипажу одноименного корабля покой только снится...

Режиссер Джосс Уидон создал сериал, чья уникальность становится все очевидней по мере того, как этот телепроект уходит в прошлое. Казалось бы, Уидон не совершил ничего революционного; он лишь гениально сплавил два жанра — вестерна и «космической оперы», уменьшив до минимума необходимые фантастике гаджеты. Космос в сериале получился обжитым, очень «человеческим», и проблемы, которые предстояло решать героям, были понятны зрителю. Благожелательные критики обратили внимание на принцип, по которому собрана на космическом корабле команда: тут каждый восполняет те качества, которых не хватает капитану, — романтичность (Зои), чувство юмора (Уош), мягкосердечие (Кайли), вера (Бук) и так далее. Мэл брутален, жесток, но ему присущи честь, благородство и самоотверженность. Поскольку в мире победившего Альянса Рейнольдс и команда — изгои, они зарабатывают на жизнь не вполне законными (а то и вовсе контрабандными) перевозками и даже преступными делами (типа ограбления поезда). Надуть Альянс для них — не преступление, а род доблести, способ поквитаться с бывшими врагами. Спецэффекты очень хороши для сериала, сам корабль «Светлячок» продуман до деталей, а сюжеты эпизодов придуманы так, что всякий раз главные герои выпутываются из заварух, но никогда не одерживают таких побед, которые могли бы их крупно обогатить и изменить их жизнь...

Отдельно следует сказать об исполнителе главной роли — Нэйтане Филлионе, чья кинокарьера была непростой. В 1994 году он дебютировал в мыльной опере «Одна жизнь, чтобы жить» (One Life To Live), которая впервые вышла на телеэкраны в конце 60-х. В принципе, здесь можно было бы играть до пенсии, но Филлиону не хотелось оставаться на вторых ролях, и он стал искать что-то иное. В 1998 году актеру, казалось бы, улыбнулась удача: сам Стивен Спилберг, снимающий военную драму «Спасти рядового Райана», предложил Филлиону роль рядового Райана. Но — увы! — улыбка Фортуны оказалась ехидной гримасой. Поскольку на самом деле заглавную роль сыграл, как известно, Мэтт Дэймон, а нашему герою досталась роль «не того» Райана, — только однофамильца, Джеймса Фредерика из штата Миннесота (по сути, это была даже не роль, а эпизод). Три следующих года карьера актера развивалась вяло, пока наконец его не заметил Джосс Уидон. Роль в «Светлячке» и поныне остается украшением послужного списка Филлиона: даже если бы он потом вообще покинул актерское поприще, абзац в истории американского кино ему уже был бы гарантирован. Впрочем, как уже известно любителям сериалов, в будущем актера ожидала как минимум еще одна звездная роль — сочинителя детективных романов Ричарда Касла: богатого, капризного и изнеженного буржуа, внутри которого время от времени просыпается живчик и авантюрист...

Вернемся, однако, к «Светлячку». Судьбу сериала решил идиотский показ на канале FOX: сетка была составлена так неудачно, что массовый зритель не мог отловить все серии, пропускал эпизоды и в итоге потерял к сериалу интерес. Несмотря на очевидную и мало кем оспариваемую ценность произведенного телепродукта (сериал выиграл премию «Эмми» в номинации «Выдающиеся спецэффекты»), FOX прикрыл «Светлячка» за три серии до конца первого же сезона (были показаны одиннадцать серий из четырнадцати). И лишь прекрасные продажи DVD и активность фанатов вынудили «Universal Pictures» в 2005 году профинансировать полнометражный фильм «Миссия “Серенити”» (который тоже провалился в прокате, похоронив надежды на реанимацию «Светлячка»). Несмотря на коммерческое фиаско, Уидон обрел на ТВ статус живого классика, а для актеров сам факт участия в «Святлячке» стал украшением резюме. И еще: сколько бы лет ни прошло со времени закрытия сериала, фанаты будут надеяться на чудо. На то, что Джосс Уидон сумеет уговорить какой-нибудь канал (не обязательно FOX!), соберет деньги, бросит клич — и команда вновь встанет под его знамена, как в ироническом сериале «Конмэн». Даже Ричард Касл вспомнит, что когда-то, в прошлой жизни, он был Малкольмом Рейнольдсом. Нэйтан Филлион снимет бронежилет с кокетливой надписью «Writer», влезет в свой коричневый плащ и вернется на капитанский мостик корабля «Серенити». И все начнется заново.

Другие варианты русского названия этого сериала — «Контакт» и «Прикосновение», однако слово «связь» тоже годится: речь идет о глобальной связи всего и всех в этом мире. Для обычных людей мир кажется хаотичным и переполненным случайностями, но для нескольких одаренных детей, вроде аутиста Джейка Бома (Дэвид Мазоуз), в мире все детерминировано, и, постигнув эту реальность с помощью чисел, можно восстанавливать гармонию. А именно — устраивать встречи людей, «склеивать» судьбы, спасать от беды.

Главный сюжетный посыл очевиден: Вселенная — одна большая паутина, просто нити видны не всем. Отец Джейка, бывший журналист, а ныне простой работяга Мартин Бом (Кифер Сазерленд), руководствуется некими числами, которые подсказаны ему сыном, и восстанавливает гармонию, «штопая» случайные прорехи во Вселенной. Проблема в том, что Джейк не говорит ни слова, а его логика даже любящему отцу порой кажется нелогичной.

Между тем органы опеки пытаются отнять мальчика у отца (мать Джейка погибла 11 сентября 2001 года). Далеко не сразу Мартин и соцслужащая Клеа Хопкинс (Гугу Мбата-Роу) понимают то, что давно уже ясно психиатру Артуру Теллеру (Дэнни Гловер): мальчик слишком уникален и неизбежно привлечет внимание тех, кто будет пытаться его исследовать. И точно! Мегакорпорация «Астро Кордс», эдакий спрут, желает прибрать юных уникумов к рукам и превратить их в секретное оружие корпорации: дескать, мозги детей могут сгенерировать универсальный цифровой код, позволяющий предвидеть будущее, в том числе и будущее в финансовой сфере. Как только Мартин замечает, что некие люди подобрались к его сыну слишком близко, героям остается только одно — бежать без оглядки...

Дети со сверхспособностями — частые гости в научно-фантастических произведениях. Подобных персонажей особенно привечает Стивен Кинг (достаточно вспомнить девочку Кэрри с ее телекинезом, девочку Чарли, «воспламеняющую взглядом», или Денни Торренса с его «сиянием»). Чаще всего за ними охотятся недобрые люди из различных структур (правительственных или частных), так что сценарист не отошел от стандарта. Тим Кринг, у которого уже был опыт работы с необычными персонажами в сериале «Герои», по сути, лишь сократил количество чудо-людей и придумал для Джейка новый дар — то самое умение видеть причинно-следственные связи и управлять событиями. Таких супердетей не было даже у Кинга.

Мальчик, как уже было сказано, здесь тоже не одинок со своим даром: есть еще девочка Амелия (и за ней наблюдал профессор Теллер). Ее маме, Люси Роббинс (Мария Белло), сообщили, будто ребенок умер, но Люси знает: ее обманули. У Амелии возникает ментальная связь с Джейком, и она поможет найти девочку живой и невредимой. Однако «Астро Кордс» не дремлет. За детьми по пятам идут корпоративные сыщики, причем они — еще не самые большие монстры в этом сюжете.

Чтобы обострить ситуацию донельзя, Тим Кринг и его команда вводят в игру еще одного преследователя — маньяка-священника Гильермо Ортица (Саид Тагмауи): тот фанатично убежден, что само существование людей, «ответственных» за баланс в мире, есть вызов Богу, и дерзостных надо покарать. Ортицу нетрудно отыскать уникумов, ибо он тоже обладает сверхспособностями. К счастью, у главных героев есть не только враги, но и союзники. Уникальных людей призван охранять Авраам Хадар (Бодхи Элфмэн): его послал ребе Айзек (Рон Рифкин) с миссией — следить за ламедвовниками, то есть, согласно еврейской мистической традиции, скрытыми праведниками. Авраам воспринимает поручение очень лично; вскоре он становится другом и Мартину, и Джейку, и Амелии...

Сериал «Связь» вышел на телеэкраны вскоре после завершения восьмого сезона сериала «24 часа», где Кифер Сазерленд играл крутейшего супергероя Джека Бауэра. Здесь же он слаб, часто неловок, не умеет драться и нередко бывает бит — словом, он явная противоположность суперагенту. Хотя оба сериала абсолютно автономны и решительно никак не связаны, почему-то отсутствие крутизны в Мартине Боме жутко раздражает. Кажется, что Бауэр прикидывается штатским простачком, но вот-вот начнется что-то настоящее, и все изменится (в «Связи», кстати, играют многие актеры, ранее засветившиеся в «24 часах» в компании Бауэра; это усиливает ощущение дежавю).

Во втором сезоне нервы сценаристов не выдерживают, и они добавляют Мартину брутальности: уже вначале выясняется, что папа Джейка отменно стреляет, хотя и не любит («Любите пушки?» — «Да нет, не очень». — «Почему?» — «Я видел последствия»). Позже оказывается, что он и дерется неплохо, и двери умеет выбивать, а в финале вполне профессионально пытает киллера, выбивая из него признание. Все! Как только Кифер Сазерленд возвращается на круги своя, становится очевидно, что в его кинобиографии сериал «Связь» — абсолютно лишний. Жаль, конечно, сюжета про чудо-детей (Тим Кринг далеко не исчерпал его возможностей), однако супергерой нам важнее. Вскоре после того, как объявили, что «Связь» не будет продлена на третий сезон, пришла долгожданная новость о возобновлении сериала «24 часа». В девятом сезоне приключений Джека Бауэра Кифер Сазерленд оказался в своем амплуа. Он крут, ему не надо притворяться кем-то другим. Актер вернулся к любимому образу, а зритель вздохнул с облегчением.

Премьера сериала в России (Первый канал) состоялась даже раньше, чем в США (канал ABC). Зритель был доволен, отзывы телекритиков были благоприятны, а рейтинги поначалу очень обнадеживали.

Предыстория такова. Еще несколько лет назад Меган Хант (Дана Дилэйни) была ведущим нейрохирургом Филадельфии, у нее был муж-адвокат Тодд Флеминг (Джеффри Нордлинг), и вместе они воспитывали дочку Лейси (Мэри Маусер). Но в конце конце концов муж, забрав дочку, ушел. Ему надоело, что жена посвящает себя только работе, а на семью времени не остается. Меган попала в автокатастрофу, затем у нее умер пациент, и после этих грустных событий героиня не смогла практиковать: скальпель в руке дрожал.

Меган ушла в судмедэксперты, чтобы иметь дело не с живыми, а с теми, кто уже мертв. И вскоре стала лучшей в этой профессии.

Хотя Дана Дилэйни засветилась в больших ролях в нескольких известных фильмах и в конце 80-х блеснула в нонкомформистском сериале «Чайна-Бич» (за главную роль она получила «Эмми»), в новом столетии ее карьера пошла на спад, и после сериала «Пасадена» (снятого в 2001 году и продержавшегося один сезон) у нее почти не было главных телеролей. И вот удача как будто улыбнулась актрисе: играть Меган — натуру противоречивую — одно удовольствие. Героиня столь же умна, сколь и стервозна; надо обладать ангельским терпением, чтобы вынести ее рядом. И тем более ее понять и принять. Но все же таковые находятся...

Мы застаем Меган, когда ее команда сформирована. В команде — медицицинский следователь Питер Данлэп (Николас Бишоп), молодой патологоанатом Кросс (Джеффри Аренд) и увесистый эксперт Кертис Брамфилд (Уинделл Миддлбрукс), а также их начальница Кэти Мерфи (Джери Райан). Вместе с копами Бадом Моррисом (Джон Кэрролл Линч) и Самантой Бейкер (Соня Сон) эксперты раскрывают самые запутанные преступления, а вот в личной жизни у Меган остаются проблемы: дочка обидчива, своенравна и не всегда охотно идет на контакт, а бывший муж заводит роман с начальницей Меган.

Что остается героине? Стиснуть зубы и работать, работать — благо трупов хватает. Строение сериала — «вертикальное» (хоть и не без некоторых сквозных сюжетов), поэтому судмедэксперту всегда есть чем занять себя. И когда агент ФБР Дерек Эймс (Клифф Кертис) начнет ухаживать за Меган, она постарается держать его на расстоянии. Впрочем, это вовсе не означает, будто авторы лишили героиню всякой личной жизни. Пройдет немного времени — и Меган начнет встречаться с ландшафтным дизайнером, который, кстати, значительно моложе ее. Впрочем, основная любовная линия возникнет несколько позже, и ее появление будет связано с чисто «производственной» (имеем в виду телепроизводство) ситуацией.

К концу второго сезона от былых надежд шоураннеров не осталось и следа. Продюсеры сочли рейтинги настолько угрожающими, что было решено провести апгрейд сериала, то есть уволить прежнюю команду Меган и нанять новую. В частности, ушел актер Николас Бишоп, и сценаристам пришлось срочно перекраивать сюжет, чтобы свести концы с концами. Именно поэтому в последней серии второго сезона героиню похитил сбежавший из тюрьмы маньяк Уилсон Полли (Питер Стормаре). Данлэп приходил на помощь Мэган, но сам погибал, смертельно раненный экзотическим оружием (египетский крючок). В третьем сезоне нет ни Саманты, ни Бада. Вместо них другие копы — переведенный из Нью-Йорка Томми Салливан (Марк Вэлли) и его молодой напарник Адам Лукас (Элайес Габел).

Оказывается, двадцать лет назад у Меган и Томми был роман; потом Томми ей изменил, и Меган затаила обиду, не прошедшую и через два десятилетия. Между тем чувства Томми не заржавели, и он не против начать все заново, но Меган помнит былое слишком хорошо (примечательно, что Вэлли и Дилэйни за десять лет до того встречались в упомянутой «Пасадене», хотя играли не любовников, а брата и сестру). На протяжении всего сезона зрители будут наблюдать за вялой реанимацией отношений между героем и героиней. Сценаристы, похоже, намеревались и дальше не торопиться с развязкой. Но...

Вновь вмешался рейтинг. Уже премьера третьего, «обновленного» сезона «Следствия по телу» не порадовала продюсеров, а дальше стало еще хуже. Если второй сезон продолжался двадцать серий, то третьему дали всего тринадцать. Фабула ускорилась, события помчались галопом. Героям пришлось не только заниматься основной работой, но и периодически выручать друг друга. То террористы похищали дочь Меган; то беднягу Томми подставляли, вешая на него убийство девушки; то сбежавший из тюрьмы убийца просил у Меган, чтобы та доказала его невиновность; то уже сама Меган пыталась доказать, что ее отец не покончил с собой, а был убит.

Такая насыщенность событиями выглядела несколько чрезмерной, а главное, ничуть не прибавила зрителей. И 11 мая 2013 года канал ABC объявил о закрытии сериала. В оставшееся время (финальная серия вышла 28 мая) авторы были вынуждены в спешном порядке расставить все точки над «i». Таким образом, третий и последний сезон завершился скоропалительным признанием Меган и поцелуем.

После закрытия «Следствия по телу» некоторое время обсуждался вариант, при котором этот, в общем, неплохой (просто невезучий) сериал перейдет на какой-то другой канал. Однако в июне 2013 года канал USA отказался возрождать проект. В течение осени того же года циркулировали слухи, будто продюсеры АВС передумали и вернут сериал обратно. Но в ноябре Дана Дилэйни обронила в своем «Твиттере», что-де возвращения не будет: мол, большинство авторов и исполнителей уже нашли новую работу. Поезд ушел.

Сотрудник нью-йоркской полиции Джим Данбар (Рон Элдард) во время задержания грабителей банка попал под обстрел. Из-за трусости напарника он получил ранение в голову, в результате чего ослеп. Теперь Джим носит темные очки, держит в кармане плаща раскладную трость и передвигается по городу с собакой-поводырем Хэнком.

Героя хотят отправить в почетную отставку, однако он добивается по суду разрешения возвратиться в полицейский департамент. «Я не добровольный помощник полиции, — заявляет Джим. — Я детектив. Дайте мне шанс». И герою дают этот шанс, позволяя работать по специальности — правда, уже не в том отделе, где он служил прежде.

Отныне у Джима — новые коллеги и новый напарник, симпатичная и умная Карен Беттанкур (Марисоль Николс). У него полно работы. Дело за малым: доказать всем, кто его окружает на новом месте — в первую очередь детективам Тому Селвэю (Рено Уилсон) и Марти Руссо (Фрэнк Грилло), — что он по-прежнему справляется со своими полицейскими обязанностями и может раскрывать преступления, несмотря на свою полную слепоту. «Вы теперь ничего не видите», — без экивоков напоминает ему при первой встрече новый начальник, лейтенант Гэри Фиск (Майкл Гэстон). «Это мне позволяет смотреть на вещи по-другому, — невозмутимо отвечает Джим. И добавляет: — Если у меня ничего не выйдет, я уйду».

В первой серии герой выдерживает свой первый экзамен: расследуя массовые убийства, он раньше других выходит на след преступника, и Карен быстро понимает, что Джим — не обуза, навязанная шефом, а полноценный напарник. С той поры она будет стараться защищать его, даже когда ей покажется, что Джим не прав. Оговоримся сразу: отношения героев будут профессиональными и дружескими, но не более. Сценаристы отказались от схемы «служебного романа». Хотя прежде, до ранения, в семье Джима не все было гладко (по его вине), теперь он изменился. Главный герой любит жену Кристин (Рена Софер), а она — его, и если что ее расстраивает, так это профессиональный фанатизм мужа...

Подыскивая ближайшую аналогию «Слепому правосудию» среди других полицейских сериалов, вспоминаешь, конечно, и французского «Каина» (о сыщике-цинике в инвалидном кресле), однако в первую очередь приходит на ум «Жизнь как приговор» и «Жизнь на Марсе». Хотя главные герои обоих упомянутых сериалов здоровы физически и психически, они все же чувствуют несомненную дистанцию между собой и коллегами, некую пусть не отверженность, но особость: печальный опыт многолетнего тюремного заключения у первого и знание (отчасти виртуальное) будущих событий у второго. Мир полиции жесток и несентиментален, аутсайдерам там не место. Слепота Данбара — барьер, который будет еще долго, вплоть до финала, разделять героя и его коллег-копов.

Создатели «Слепого правосудия» — умелые профи. Сценарист Стивен Бочко, например, был автором «Коломбо», а в списке режиссеров можно увидеть имена маститых Джона Бэдхема («Птичка на проводе»), Гэри Фледера («Чем заняться мертвецу в Денвере») и Майкла Эптеда («И целого мира мало»). Все они понимают, что герой сериала, лишенный одного из пяти чувств, должен что-то получить взамен: например, обострение остальных чувств. Да, детектив Джим Данбар не столь виртуозен в рукопашной, как незрячий персонаж Рутгера Хауэра в культовом боевике Филипа Нойса «Слепая ярость», зато отлично ориентируется в оттенках запахов и звуков, а еще у него развивается интуиция.

Джим не видит, но у него хорошая память. Исследовав пространство вокруг себя, он мысленно рисует картинку окружающей реальности. Кроме того, он может чувствовать такие мелочи, которые не замечают зрячие. «Я стал в десять раз лучшим детективом, чем был раньше», — признается Джим в разговоре с полицейским психологом (Сол Рубинек). И в том, что эти слова не похвальба, а правда, зрителя убеждают сюжеты всех тринадцати серий «Слепого правосудия». Единственное, чего не умеет наш герой, — стрелять вслепую.

В прежней жизни детектив Данбар был отличным стрелком; тяжесть кобуры под мышкой давала ему ощущение защищенности. Теперь все изменилось. Хотя формально он сохранил разрешение на табельное оружие и оно по-прежнему в кобуре, в праве применять его герою отказано. Начальство очень просит, чтобы он добровольно отказался от оружия. Но может ли настоящий полицейский расстаться со своим служебным пистолетом? Ответ на этот вопрос ожидает зрителя в самом конце первого и, увы, единственного сезона.

Джонатан Эймс — имя не только сценариста, но и главного героя (его роль играет Джейсон Шварцман). Подобно главному персонажу романа «Проснитесь, сэр!», созданному реальным писателем Эймсом, Эймс сериальный — тоже неудачливый литератор (после первой своей книги он очень долго не может сочинить вторую) тридцати лет от роду. Эймс живет в Нью-Йорке, любит покурить травку и выпить бокал-другой белого вина; обе эти склонности мало способствует литературному творчеству. А еще у главного героя проблемы в личной жизни: мало какой девушке может понравиться ленивый мечтатель.

Однажды герой решает круто изменить жизнь и испытать себя в другой сфере деятельности, а именно в сыске. Джонатан дает в Интернете объявление, предлагая потенциальным клиентам свои услуги, называя себя частным детективом без лицензии. (А что? Он же читал много детективных романов! Неужто он хуже Филиппа Марлоу и Сэма Спейда — персонажей Чандлера и Хэммета?) По правде сказать, герой не очень верит, что кто-то откликнется, но, к его удивлению, клиенты находятся почти сразу. Окрыленный, Джонатан берется за их дела, но каждое оборачивается для него комически-непредсказуемыми последствиями. Ни Спейд, ни Марлоу не сталкивались с такими нелепыми ситуациями и такими странными клиентами...

В этом сериале симпатично многое: от музыкальной джазовой темы на титрах и прелестной начальной заставки до элегантных развязок, полных авторской иронии и самоиронии (реальный Эймс воплотит на телеэкране образ Ирвина — одного из самых придурковатых персонажей). Во всех сюжетах важную роль играет компания главного героя: закомплексованный рисовальщик дурацких эротических комиксов Рэй Хестон (Зак Галифианакис) и богатый седовласый плейбой Джордж Кристофер (Тед Дэнсон), редактор глянцевого журнала (в третьем сезоне он владелец ресторана). Все трое любят травку, все трое порой не могут совладать с тараканами в своих головах и ведут себя как патентованные фрики. Но в нужный момент они готовы помочь другу, который вляпался в очередную неприятность...

Примечательно, что в двух эпизодах снялись знаменитый режиссер Джим Джармуш и известный актер Кевин Бэйкон: оба сыграли самих себя, притом оба, как и Эймс, не побоялись автоиронии и даже автокарикатуры. Мэтр Джармуш, например, разговаривает с частным детективом, задумчиво катаясь вокруг него на велосипеде, а Бэйкону, переигравшему немало злодеев, по сюжету, хочется сыграть какого-нибудь супергероя из комиксов. Пускай придурковатого и не самого крутого, главное — положительного.

В третьем, заключительном, сезоне меньше детективных сюжетов, зато больше историй, связанных с жизнью главных персонажей. Джонатан узнает, что его отец — не его отец.

Джорджу становится известно, что его дочь выходит замуж за молодящегося 63-летнего старика Бернарда (Дэвид Раш). Рэй расстается с женой, осознав, что ему нравятся совсем другие женщины. Авторы придумали еще немало необычных ситуаций, но не все успели перенести на телеэкран: терпение продюсеров канала HBO едва не лопнуло после двух сезонов. Когда число зрителей сезонов сократилось на 44 процента, решение было принято. Третий сезон оказался последним, несмотря на стенания фанатов.

Впрочем, «Смертельно скучающий» — один из тех редких телепроектов, которые изначально не рассчитаны на массовую аудиторию и очень высокие рейтинги. История горе-сыщика Джонатана и его друзей может вызвать интерес у одних зрителей и крайнее раздражение у других. По большому счету это мало похоже и на детектив, и на традиционную однокамерную комедию; юмор тонок, а пародийная составляющая высока. Впрочем, это и не пародия тоже: «Смертельно скучающий» — не насмешка над нуаром 40–50-х, а дань уважения этому жанру, пусть даже его сегодняшняя ипостась выглядит забавно.

Телесериал как вид искусства демократичен по природе своей. Как правило, его авторы упрощают фабулы и понижают планку качества, опасаясь быть непонятыми и потерять аудиторию. «Смертельно скучающий» — редкая (а потому особенно ценная) попытка выиграть в качестве, пусть и проиграв в количестве; эта игра полутонами и ставка на оригинальность, которую может оценить по достоинству лишь непредубежденный зритель. Застенчивый лузер, сыгранный Шварцманом, скрывается, наверное, в каждом из нас, но далеко не каждый из зрителей не побоится это признать.

Все начинается с самолета. Хотя нет, самолет возникает чуть позже. Сперва мы видим президента США Элиаса Мартинеса (Блэр Андервуд), который намеревается сделать очень важное заявление. И аккурат в этот самый момент прямо ему на голову начинает падать пассажирский авиалайнер. Казалось бы, катастрофа неминуема, но в последний момент самолет внезапно исчезает в голубом сполохе света...

Первая серия вся полна загадок, усугубляемых флешбэками. Почему пилот Майкл Бьюкеннен (Скотт Паттерсон) готов стать камикадзе? Каким образом об этом узнает Шон Уокер (Джейсон Риттер), жених дочери пилота Лейлы (Сара Ремер)? Кто похитил саму Лейлу? О чем собрался объявить миру Мартинес? И каким, собственно, образом исчез самолет с пассажирами?

Вопросы множатся, ответов никаких. Лишь постепенно зритель узнает главную тайну, которую скрывает от мира правительство США: на Аляске в секретной тюрьме вот уже 66 лет содержатся инопланетяне, очень похожие на людей (разница — один процент цепочки ДНК, но благодаря этому проценту пришельцы стареют куда медленнее, чем люди). Недавно избранный президент США Мартинес хочет разорвать порочный круг молчания — нарушить многолетнюю традицию и освободить гостей. Но после исчезновения самолета президент понимает: предводительница инопланетян София (Лора Иннес), которой он доверился, сказала ему далеко не всю правду.

И действительно, кое-какие секреты София приберегла на потом. Оказывается, помимо пришельцев, запертых в аляскинской тюрьме на горе Иностранка, есть и другие инопланетяне, находящиеся на свободе; они тайно живут среди людей. Некоторые из них, вроде агента спецслужб Саймона Ли (Йен Энтони Дэйл), надеются мирно сосуществовать с землянами. Другие, вроде Томаса (Клифтон Коллинз-младший), намерены силой завладеть Землей и поселиться тут: их собственный мир после взрыва сверхновой быстро умирает...

Как вы думаете, чем обычно занимаются пришельцы из космоса, попавшие на Землю? Вот именно — вредят. Лелеют зловещие планы и плетут козни против землян. Примерно этим и заняты инопланетяне в «Событии». Естественно, президент США Мартинес и глава национальной разведки Блэйк Стерлинг (Желько Иванек) пытаются им противостоять по мере сил, а вот слабодушный вице-президент Раймонд Джарвис (Билл Смитрович) предает босса (и страну) ради карьеры. Тут самое время напомнить о Шоне Уокере, который пытается найти похищенную Лейлу, а заодно понять, имел ли какое-то отношение миллиардер Джеймс Демпси (Хэл Холбрук) к несостоявшемуся теракту с самолетом, и если имел, то почему.

Хотя сценаристы допустили немало чисто сюжетных накладок, сериал завораживает своим драйвом и глобальным характером описываемых событий: в конце концов, решается судьба не просто конкретных людей, но всей человеческой цивилизации. Да, кое-что авторы «События» без особых колебаний взяли напрокат у коллег. К примеру, коварные пришельцы-лгуны уже встречались неоднократно — скажем, в сериале «V». А из сериала «Грань», например, был взят мотив смертельного столкновения родственных миров. Поскольку много сцен происходит непосредственно в Белом доме, а пришельцы в «Событии» занимаются диверсиями с помощью вполне земных средств (биологического оружия), то временами сериал начинает неуловимо смахивать на «24 часа» — и машинально ищешь глазами Джека Бауэра, которому, по всем законам жанра, уже давно пора вмешаться и спасти Америку (и всю Землю) от катастрофы...

Поначалу руководство канала NBC, выпустившего сериал, было очень довольно, так как еще до премьеры «События» в США права на его трансляцию приобрели две сотни телекомпаний, а первые серии собрали у телевизоров почти 11 миллионов зрителей. Но, увы, счастье было недолгим: уже к четвертой серии аудитория сократилась почти вполовину, и рейтинговая победа обернулась досадным провалом.

В чем причина охлаждения публики, неясно. Возможно, авторы напрасно сделали пришельцев слишком похожими на людей — из-за этого конфликт двух цивилизаций выглядит чересчур по-домашнему (хотя, если бы инопланетяне походили, например, на динозавров, бюджет сериала вырос бы вдвое). В итоге боссы NBC все-таки прикрыли собственное теледетище сразу после первого сезона, оставив фанатов сериала в тягостном недоумении: чья команда победила, в конце концов? Наша? Инопланетная? А может, случилась ничья?

Сериал, снятый FOX совместно с зарубежными партнерами, должен был предложить зрителю, условно говоря, «психиатрический детектив». По сюжету, молодой, но уже опытный врач-мозгоправ Джек Галлахер (Крис Вэнс) получает должность заведующего психиатрическим отделением одной из лос-анджелесских клиник. Его кандидатуру пролоббировала администратор больницы Нора Скофф (Аннабелла Шиорра), у которой когда-то был с Джеком роман. Новому завотделением надлежит не только отстаивать прогрессивные методы лечения, но и держать ухо востро: его главный конкурент, не получивший этой должности, беспринципный и некомпетентный (но очень пробивной) Карл Белл (Дерек Уэбстер), надеется напакостить Джеку и добиться его увольнения. Но беда не только в Карле.

Проблема в том, что главный герой, который внешне демонстрирует полную уверенность в своих силах и не боится брать на себя ответственность, в глубине души обуреваем комплексами: он не знает, останется ли сам нормальным до конца жизни, поскольку его родная сестра Ребекка (Аманда Доуг) — больна шизофренией. Две трети сезона герой пытается ее разыскать, еще пару серий старается подлечить, и все это время ему тяжко и неуютно. Именно поэтому он избегает серьезных романов, что тоже делает его уязвимым.

Ко времени начала работы над сценарием «Сознания» авторы не были новичками: Дебора Джой Ливайн успела поработать в проекте «Лоис и Кларк» (о новых приключениях Супермена) и в сериале «Завтра наступит сегодня» (о скромном биржевом маклере, к которому регулярно попадает завтрашний номер газеты), а Дэн Ливайн был одним из сценаристов «Женской бригады» и «Часового». Сериал «Сознание», общий телепроект Деборы и Дэна, состоит из тринадцати серий. Едва ли не в каждой из них главный герой решает непростую медицинскую задачку, пытаясь помочь своим пациентам; некоторые из них, увы, неизлечимы, а вот жизнь других все-таки можно облегчить.

Авторы понимают специфику профессии главного героя. Психиатр — не хирург, сознание — область деликатная и непредсказуемая; главный герой, разумеется, не Бог и потому может ошибаться, но чаще всего он оказывается прав (к негодованию завистников). Как только сериал вышел на американские телеэкраны, некоторые критики сочли, что явление доктора Галлахера — не что иное, как попытка продюсеров растиражировать успех сериала Дэвида Шора, то есть еще раз сыграть на поле доктора Хауса. Думаю, что продюсеры и впрямь намеревались слепить нечто вроде «Хауса 2.1», а вот сценаристы «Сознания», надо отдать им должное, не стали обезьянничать и пользоваться чужими наработками. Два теледоктора, хотя отчасти и коллеги, все-таки не похожи друг на друга.

В отличие от демонстративного социопата Хауса Галлахер, прежде всего, хороший человек и не пытается быть хуже, чем он есть на самом деле. Герой поддерживает нормальные деловые отношения с начальницей и не третирует подчиненных, в том числе Веронику Хайден-Джонс (Жаклин МакКензи), Хлою Артис (Мариса Рамирес) и Артуро Суареса (Николас Гонзалез), которого, кстати, Белл вынуждает шпионить за Джеком. Если наш герой порой и бывает эксцентричен и использует нетривиальные методы, то лишь тогда, когда это необходимо для дела и иных вариантов нет: в самом начале сезона, например, он обнажается для того, чтобы быстро завоевать доверие разбушевавшегося пациента, который страдает галлюцинациями и видит вокруг себя не людей, но демонов.

Кстати, упомянутый случай из первой серии отчасти «рифмуется» с событиями из заключительного, тринадцатого по счету, эпизода сериала. Галлахер в финале совершит самоотверженный поступок, спасая коллег, взятых в заложники безумцем, который посчитал себя оборотнем. Но даже эта еще одна локальная победа не спасет его от ухода: подстрекаемый Карлом Беллом производитель лекарств обещает помочь больнице с финансированием лишь в том случае, если Джек будет уволен. И доктор Галлахер, чтобы не навредить больнице, уйдет сам, не отказав напоследок себе в удовольствии дать по физиономии интригану Беллу. Скорее всего, сценаристы во втором сезоне вернули бы главного героя обратно на свое рабочее место, но рейтинги не впечатлили администрацию FOX, и та решила не заказывать второй сезон. «Сознание» было закрыто.

Сериал, собственно, совсем не плох. Пусть временами сюжет не слишком увлекателен, зато интересен образ главного героя-харизматика — сильного, умного, талантливого и подверженного почти гамлетовской рефлексии. Через несколько лет актер Крис Вэнс так же сумеет оживить процедурал «Перевозчик», сыграв в нем главную роль. И поскольку его новый герой еще и владеет приемами рукопашного боя, актеру повезет куда больше...

Вот вы... да-да, я вас спрашиваю. У вас есть проблемы? Чего вы вообще хотите? Переспать с фотомоделью? Спасти сына от рака? Вылечить мужа, страдающего от болезни Альцгеймера? Заработать для отца много денег? Сделать так, чтобы отец вернулся обратно домой? Сделать так, чтобы отец от вас отвязался? Стать похожей на девушку с журнальной обложки? Наладить отношения с сыном? Вернуть утраченную веру в Бога? Вообще ликвидировать всякую веру, а заодно и всех верующих? Превратиться в вечно молодого и неуязвимого супермена? Подходите, садитесь, рассказывайте...

«Так выпьем же за то, чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями!» — предлагал герой популярной советской комедии формулу разумного компромисса. Но что, если желания человека безграничны и хочется ему невозможного? И что, если, допустим, вы можете получить всё желаемое — при определенных условиях? Создатели мини-сериала «Столик в углу» (всего три с половиной часа экранного времени) предлагают зрителю произвести некий волшебный эксперимент. Однако прежде чем поведать о нем более подробно, придется произвести краткий экскурс в историю.

Что есть желание? Прежде всего это формулировка — мысль, которую облекли в слова. В классической английской ленте Стенли Донена «Ослепленный желаниями» и в ее позднейшем американском ремейке, снятом Гарольдом Рэмисом, использовался один и тот же сюжетный ход: человеку не принесет счастья исполнение любого желания, если за его реализацию берется тот, кто этому человеку мечтает подгадить. Опасность кроется в деталях, а все детали ни один смертный не может учесть. Герой желал быть богатым и влиятельным — и его превращали в колумбийского наркобарона; мечтал стать эмоционально тонким — и становился слюнтяем; хотел сделаться президентом США — и пожалуйста, исполнено: он — Авраам Линкольн за минуту до рокового покушения.

Тем, кто считает, что комедийный формат снижает остроту вполне серьезной проблемы и хотели бы отнестись к ней без иронии и ехидства, рекомендуем «Сталкер» Андрея Тарковского — совсем другой поворот того же сюжета. Здесь человеку не поможет даже отточенная, стократ проверенная формулировка. Герои фильма, почти дойдя до заветной Комнаты, исполняющей желания, поворачивают назад, поскольку боятся заглянуть в бездны собственной души (или вдруг убедиться, что никаких бездн там нет). Оказывается, Комната исполняет отнюдь не то, что на словах, а то, что человек желает на самом деле. И сколько бы ты ни разглагольствовал о мире во всем мире или о счастье для всех даром, скорее всего, ты в итоге получишь что-то, о чем даже самому себе не решаешься признаться. И хорошо еще, если этим «что-то» окажется банальная куча бабла и не вылезут на свет божий какие-нибудь совсем уж несусветные мадагаскарские тараканы...

Судя по всему, авторы «Столика в углу» — сценарист Кристофер Кубасик и режиссеры Джессика Ландау и Адам Аркин — смотрели фильмы Донена, Рэмиса и Тарковского, и кое-какие уже знакомые нам мотивы проскальзывают иногда в репликах главного героя (например: «Люди не всегда понимают значения слов, которые произносят»). Но сюжет движется несколько в ином направлении.

Итак, все предельно просто и минималистично. Действие не выходит за пределы кафе. Усталый небритый человек (Ксандер Беркли) сидит за столиком, вежливо разговаривает с вами и готов исполнить ваши желания. Любые. Невообразимые. Самые безумные. Однако есть одно но: за все надо платить — и, конечно, не деньгами. Главный герой руководствуется тремя постулатами. Первый: «Я — посланник возможностей». Второй: «Помогать — не моя работа». Третье: «Человек способен сделать гораздо больше, чем думает». Всякий, кто заключает с ним договор, должен что-то сделать взамен. Условия выдвигаются странные, порой просто чудовищные: взорвать бомбу в кафе, забеременеть, убить ребенка, охранять ребенка, сбежать из дома, найти пропавшего человека, ограбить банк, обнаружить продажного копа и, не афишируя, помогать ему.

В условия каждой сделки непременно входит детальный рассказ о том, как идет реализация плана. Человек за столиком с живейшим интересом выслушивает своих подопечных, переспрашивает, делает пометки в потрепанном блокноте с засаленной обложкой и оттуда же извлекает условия каждой новой сделки, словно бы все варианты уже предусмотрены и расписаны пофазово. Он манипулирует всеми, кто к нему обращается, с легкостью, как будто заранее осведомлен о причинно-следственных связях. Хотя каждый эпизод состоит из одних разговоров, сериал прихотливо выстроен и исполнен редкостного драматизма. Судьбы людей переплетаются, и в результате они начинают лучше понимать, чего хотят на самом деле. Итог далеко не безоблачен («Когда начинаешь менять мир, не знаешь, чем это закончится»), но хорошего больше, а самое плохое и ужасное взаимоуничтожаются. Дети спасены, отец возвращается в семью, грязный коп раскаивается и признается в своих проступках, бывшая монахиня обретает душевную гармонию, художник задумывает новую картину, маньяк разоблачен, взрыва в кафе и массовой резни на улицах не случилось. И т. д. Однако...

Нам не объяснят, кто такой человек за столиком, каковы его цели, есть ли у него имя и человек ли он вообще или часть той силы, которая вечно хочет зла и вечно совершает благо. «Откуда мне знать, что вы не дьявол?» — спросит монахиня и услышит в ответ: «Ниоткуда». Впрочем, однажды герой чуть приоткроется, заговорив о людях, которые к нему обращаются: «Раньше я хотел знать их нравственный облик. Теперь просто хочу понять, что движет ими».

Да что ж тут непонятного, мессир? Тоже мне бином Ньютона! Неужто сами не видите? И две тысячи лет назад, и сегодня мы — люди как люди. С одной стороны, конечно, квартирный вопрос нас здорово испортил. Но, с другой стороны, и милосердие порой стучится в наши сердца.

В оригинале этот сериал, посвященный юристам, называется «Убытки», хотя придуманный российскими дистрибьюторами вариант «Схватка» тоже вполне подходит. Особенно если учесть, что на протяжении всех 49 серий пяти сезонов персонажи постоянно сходятся в клинче: не только адвокаты конфликтуют с прокурорами, а истцы — с ответчиками, но даже между самими адвокатами, которые находятся по одну сторону баррикад, нет согласия. Самый захватывающий внутренний конфликт сериала — между матерой адвокатессой, главой юридической фирмы Пэтти Хьюз (Гленн Клоуз) и молодой сотрудницей Эллен Парсонс (Роуз Бирн).

Обе героини находятся в состоянии перманентной дружбы-вражды, и порой эти чувства берут верх над интересами дела. На стороне Пэтти — богатейший опыт, на стороне Эллен — упорство и осознание своей правоты. Сценаристы взяли за основу несколько резонансных дел (скажем, иск к компании «Энрон», иск к создателю финансовой пирамиды Мэдоффу и пр.), но сюжет привязан к реальным событиям достаточно условно. Главное, что держит зрителя в постоянном напряжении, это ловкий прием «нелинейного рассказа» (nonlinear narrative): зрителю дают ненадолго заглянуть в будущее каждой из рассказанных историй, но потом возвращают в прошлое цепочкой флешбэков. Зритель уже примерно (но не точно!) знает, чем закончится та или иная сюжетная линия, но вплоть до самого финала будет гадать, почему это произошло...

События первых трех сезонов — увлекательные и динамичные — не дают зрителю опомниться. В начале четвертого сезона кажется, будто динамики стало поменьше, но это обманка. Хотя и в этот раз Эллен и Пэтти работают рука об руку, противостоя могущественной компании «Хайстар секьюрити» (та связана с Пентагоном и ЦРУ и, по сути, представляет собой частную армию), главные героини ничуть не забыли и о взаимной вражде. Сперва их конфликт даже помогает им: каждая из героинь реализует свой подход к делу — иску сотрудников «Хайстар» к главе компании Ховарду Эриксону (Джон Гудман). Но постепенно два разных принципа — условно «мягкий» и безусловно «жесткий» — превращаются в тормоз. Именно поэтому адвокаты (и зрители) лишь к финалу узнают, какую роль в боевой операции, проведенной конторой мистера Эриксона, сыграл сотрудник ЦРУ Джерри Бурман (Дилан Бейкер) и почему был так важен афганский мальчик, который порой мелькает на экране. Как и в предыдущих сезонах, авторы сериала мастерски морочат зрителя флешфорвардами, и только в конце станет ясно, кто преступник и кто жертва. В последней серии четвертого сезона Эллен вновь разрывает отношения с Петти. Но это преддверие финала, а не финал...

В пятом, заключительном сезоне «Схватки» авторы вновь интригуют зрителя флешфорвардами, показывая кусочки будущего, еще не известного героям. Как и раньше, авторы придают событиям черты достоверности (например, истории взлета сайта «Викиликс» и Джулиана Ассанджа), но придумывают собственный сценарий. Политика смешивается с уголовщиной, и уже невозможно понять, что движет тем или иным персонажем: то ли принципы, то ли страсть, то ли элементарная любовь к деньгам...

Пятый сезон важен, однако, не только из-за напряженной фабулы. Схватка Эллен и Пэтти вступает в решающую фазу. К сожалению, стремление победить Пэтти стало для Эллен почти маниакальным: она берет на себя тяжкое финансовое бремя, предает своего бойфренда и готова закрыть глаза на явные преступления, если это поможет одолеть соперницу. Авторы реализует известную максиму: добро может победить зло, если воспользуется методами противника, однако в этом случае оно перестанет быть добром. И в конце, когда прольется кровь, Эллен вдруг осознает, что ей грозит опасность стать такой же безжалостной, как Пэтти. Сможет ли она отказаться от адвокатской карьеры ради нормальной жизни и прекратить схватку? Авторы дают конкретный ответ на этот вопрос, но мы, разумеется, промолчим: смотрите сами.

Остается добавить, что и критики, и зрители высоко оценили «Схватку». Проект был 19 раз номинирован на «Эмми», в том числе в категории «Лучший драматический сериал». Гленн Клоуз дважды получала премию за «лучшую женскую роль в драматическом сериале», Желько Иванек один раз — за лучшую мужскую роль второго плана (адвокат Рей Фиске). Кроме того, Клоуз стала обладательницей «Золотого глобуса» (2008) как лучшая драматическая актриса в сериале. Роуз Бирн премий не досталось: увы, не в первый раз телевизионные негодяи выглядят куда более эффектно, чем те, кто с ними сражается на экране.

Действие сериала начинается в 2149 году: на Земле почти закончились полезные ископаемые, вода и чистый воздух тоже в дефиците, царит жуткая скученность, рождаемость под контролем, у человечества нет уже никаких надежд на будущее. Но, может, спасение в прошлом? Ученые находят межвременную «червоточину», через которую — при посредстве техники — можно переместиться на 75 миллионов лет назад. Здесь, в прошлом, создана Терра Нова — поселение колонистов, эдакий новый форпост человечества, возглавляемый бравым коммандером Натаниэлем Тэйлором (Стивен Лэнг). Места в прошлом хватает, а вот пропускная способность портала невелика, так что население прирастает не быстро. Кроме того, юрский период — это не только зеленая листва и чистый воздух, но и многочисленные хищники, от динозавров и прочих ящеров до мелких (но не менее опасных для жизни) червей-паразитов...

В 2010 году «Терра Нова» считалась одним из самых амбициозных, самых дорогих (сдвоенная пилотная серия обошлась в 14 миллионов долларов) и потенциально успешных проектов телеканала FOX. Сам Стивен Спилберг появился в числе продюсеров, и он же в итоге настоял, чтобы коммандера Тэйлора сыграл его тезка Стивен Лэнг, знакомый зрителям по «Аватару» (оба персонажа были почти коллегами, хотя у Кэмерона герой Лэнга был отрицательным, а здесь скорее положительным). А еще мэтр Спилберг, как спец по динозаврам, настоятельно попросил, чтобы ящеры «Терра Новы» не повторяли зубастиков из «Парка юрского периода», а были другими.

Съемки, которые велись в Квинсленде (Австралия), потрясали масштабностью и массовостью: дорогущие декорации плюс 150 актеров ежедневно на съемочной площадке. Исполнительный продюсер Брэннон Брага не жалел эпитетов: «Это самое масштабное шоу, на котором мне доводилось работать. Изображение и прошлого, и будущего в «Терра Нове», на мой взгляд, — это уникальная возможность для художника-постановщика. Плавающие голограммы и супертехнологии будущего на фоне юрского периода — это что-то такое, чего я никогда раньше не видел ни в кино, ни на ТВ»...

Но вернемся к сюжету. В первой же серии в Терра Нову прибывает семейство Шеннонов. Доктор Элизабет Шеннон (Шелли Конн) и ее старшие дети, Мэдди (Наоми Скотт) и Джош (Лэндон Либуарон), становятся колонистами по официальному приглашению, а отец семейства Джим (Джейсон О’Мара) и маленькая Зои (Алана Мансур) — контрабандой: третий ребенок в 2149 году не разрешен, и Джим, бывший коп, из-за младшей дочери два года отсидел в тюрьме. Впрочем, Тэйлору на законы будущего плевать. Коммандеру важно, чтобы человек был хороший и умел работать на благо колонии. Так что в Терра Нове Джим быстро становится правой рукой Тэйлора — шерифом поселения. Он узнает о еще одной проблеме колонии: источником беспокойства являются не только зубастые твари, но и люди за фронтиром. Так называемые «Шестые» — это инсургенты из шестого потока переселенцев, во главе с Мирой (Кристин Адамс). Они занимаются мелкой торговлей с колонией и мелкой партизанщиной (впрочем, не перегибая палку). У них — своя тайная цель, о которой авторы расскажут далеко не сразу, а мы о ней и вовсе умолчим, чтобы избежать ненужных спойлеров...

Сама идея переселиться из проблемного настоящего в прошлое, не загаженное отходами современной цивилизации и не отягощенное перманентной «войной всех против всех», издавна интересовала писателей-фантастов. О такой возможности вскользь упоминается даже в классическом рассказе о путешествиях во времени — «И грянул гром» Рея Брэдбери (мол, если будет совсем скверно, то, может, следует сбежать подальше от настоящего?). Но перемещение людей назад во времени неотделимо от серьезного вмешательства в прошлое, а, по мнению Брэдбери, любое, даже самое ничтожное, изменение истории (вроде бабочки, задавленной в юрском периоде), может непоправимо изменить будущее — в худшую сторону. Авторы «Терра Новы» не отмахиваются от проблемы, а довольно изящно ее обходят. Оказывается, колонисты заселяют не наше точное прошлое, а иной временной поток, некое ответвление. Так что активность колонистов никак не отразится на том будущем, из которого они явились. Можно начинать строить жизнь с чистого листа.

Чтобы обострить фабулу, авторы вводят несколько ограничений в процесс путешествий во времени. Главное — портал является односторонним средством перемещения; в прошлое попасть можно, вернуться обратно нет. Таким образом, люди, прибывшие осваивать «прекрасный новый мир», знают, что они здесь останутся навсегда. Однако к финалу первого сезона сами же создатели «Терра Новы» основное ограничение убирают. Оказывается, если внести изменение в конструкцию портала, можно двигаться в обе стороны. И раз так, прошлое может стать обычной (но богатой) провинцией, откуда удобно вывозить в метрополию полезные ископаемые и т. д. Детищу коммандера Тэйлора грозит если не уничтожение, то как минимум разорение. Первый раунд колонисты в финале выигрывают. Однако, если бы сериал был продлен на второй сезон, зрителя ожидали бы новые столкновения плюс пространственно-временные парадоксы...

Но второй сезон «Терра Новы» не состоялся. Напрасно создатели сериала, стремясь расширить аудиторию, старательно избегали термина «научная фантастика» и подчеркивали, что они снимают, прежде всего, историю «о семье, которая пытается выжить в новой колонии». Заклинания не помогли. Жанр остался жанром; его фанаты хоть и сплочены, но не слишком многочисленны. Несмотря на серьезные производственные затраты, даже во время демонстрации пилотной серии рейтинг был не слишком убедительным и почти не поднялся в дальнейшем. Да, благодаря продажам за рубеж производители не оказались внакладе, но и суперприбылей сериал не принес. В 2011 году глава телеканала FOX Кевин Рейлли кисло заметил в интервью, что-де сериал нашел свою нишу и «понравился семейной аудитории», а вскоре объявил: производство сериала прекращается.

Еще несколько месяцев фанаты уповали на переговоры между Netflix и 20th Century Fox TV, но обе стороны не пришли к согласию. Колония «Терра Нова» закрылась окончательно. Похоже, в будущем человечеству придется выживать каким-то иным способом, без привлечения машины времени и прочих недешевых спецэффектов.

Алисия Флоррик (Джулианна Маргулис) была образцовой женой прокурора штата Иллинойс. А вот ее муж Питер Флоррик (Крис Нот) образцовым не был, поскольку изменял. И его посадили. Не за походы налево, конечно, а за коррупцию. В отличие от реальной супружеской измены прокурора его коррупция — выдумка политических врагов. Как бы Алисия ни злилась на неверного благоверного, она знает: посажен муж ни за что, и надо его вытаскивать. А поскольку Питер — прокурор честный, он не оставил жене секретного банковского счета на Каймановых островах. Так что Алисии, домохозяйке и матери двоих детей, теперь надо самой зарабатывать на жизнь. Смахнув пыль с диплома юриста, героиня принимает предложение давнего приятеля Уилла Гарднера (Джош Чарльз) и устраивается в его адвокатскую фирму «Локхарт & Гарднер». Когда-то, в позапрошлой жизни, Алисию считали перспективным юристом, но теперь, чтобы героиню оставили в штате после испытательного срока, ей надо отлично работать.

Это была завязка истории. Далее драматическое шоу развивается одновременно как «горизонтальное» (борьба за освобождение Питера и его дальнейшая административная карьера) и как «вертикальное» (каждая серия — новое дело Алисии). Прибавьте к этому сквозную тему подковерной борьбы в эшелонах власти штата Иллинойс. Не забудьте про внутренние конфликты соучредителей фирмы «Локхарт & Гарднер» и тех же соучредителей — уже с сотрудниками. В итоге вы получите увлекательное, разветвленное, сложносочиненное действо, которое разворачивалось на телеканале CBS в течение семи лет.

На некоторое время отвлечемся от истории миссис Флоррик. Тот, кто читает эту книгу с самого начала, легко ответит на вопрос: кто сегодня самый популярный герой англоязычного сериала? Да-да, конечно: полицейский, в форме или в штатском. А кто второй по популярности? Не маньяк, не вампир и не домохозяйка. «Если у вас правильный адвокат, то у нас самая лучшая правовая система в мире!» — эту фразу в сериале «Правосудие» (Justice, 2006) недаром произносит глава юридической фирмы Рон Тротт. Мистер Тротт, конечно, циник и позер, но дело свое он знает. Хотя средний американец не любит адвокатов, считая их ловкачами, сам судебно-юридический жанр на Западе сегодня имеет отличные рейтинги. В глубине души обыватель примеривает телевизионные ситуации к своим обстоятельствам и надеется: если припрет, он тоже наймет такую же акулу, как на экране, и опытный сутяга поможет ему обойти мины на правовом поле. Прошли те времена, когда представителей адвокатского сообщества держали в сериалах на периферии. Успех «Практики» (The Practice, 1997–2004) и ее спин-оффа, то есть «бокового» ответвления, «Юристы Бостона» (Boston Legal, 2004–2008) изменил расстановку сил. Уже никого не удивит, когда после окончания сериала «Во все тяжкие» (Breaking Bad) из всех персонажей, оставшихся в живых, право на новый телепроект получил жуликоватый адвокат Сол Гудман. А если мистер Гудман потерпит неудачу, на место выбывшего телебойца заступят его коллеги в деловых костюмах; у некоторых есть диплом Гарварда, а прочие — как, скажем, герой драматического шоу «Форс-мажоры» (Suits) — обходятся без него...

Вернемся, однако, к «Хорошей жене». В юридической конторе, где Алисия в итоге получает должность (а позднее и полноправное партнерство), работают далеко не ангелы: защитники на экране выглядят порой не слишком эстетично, когда пролезают в зазор между буквой закона и его духом. Нередки эпизоды, в которых персонажи конфликтуют друг с другом из-за выгодных клиентов. Рассказывая о перипетиях «Локхарт & Гарднер», авторы психологически достоверно, в деталях, демонстрируют «изнанку» судопроизводства, не обходя стороной уловки защиты; некоторые из них, увы, позволят отвести меч Фемиды и от тех, кому следует сидеть в тюрьме (подобные ситуации вгоняют Алисию в депрессию). Однако для спасения невиновных те же адвокаты перелопатят сотни томов законов и будут готовы бросить вызов кому угодно — хоть корпорациям, хоть Пентагону, хоть ФБР... А кроме юридической линии в сериале есть еще и богато аранжированная мелодраматическая — у отношений Алисии с Уиллом непростой бэкграунд и непредсказуемое будущее.

Тут следует прерваться: те, кто уже посмотрел сериал, знают, о чем идет речь, а тем, кто еще не посмотрел, не будем портить удовольствие спойлерами. Заметим лишь, что, хотя в сериале много ярких персонажей, все значимые сюжетные линии так или иначе завязаны на героине, упомянутой в названии. Кстати, известно ли вам, что для Джулианны Маргулис подступом к образу Алисии была другая, тоже адвокатская роль — в шоу «Закон Кентерберри» (Canterbury’s Law, 2008)? Там действовала похожая героиня, Элизабет, но зрители ее не оценили. Зато за роль Алисии актриса получила «Эмми», «Золотой глобус» и премию Гильдии киноактеров США. И свою звезду на голливудской Аллее Славы Джулианна Маргулис обрела в мае 2015 года — за несколько дней до окончания шестого сезона «Хорошей жены». Ну а седьмой сезон стал последним: об этом было объявлено заранее. Сериал завершился с достойным рейтингом, боссы CBS назвали исполнительницу главной роли «безупречной». Отличный сериал, достойный финал. И как послевкусие — чувство острой зависти к тем, кому по карману нанимать юристов столь высокого уровня.

«Была такая повесть, “Человек-невидимка”», — эта фраза звучит перед титрами в каждой серии. Следом за ней идут самые известные кинокадры из классической экранизации названного произведения Герберта Уэллса (режиссер Джеймс Уэйл, 1933 год): Невидимка торопливо срывает маскирующие бинты, а за ними — пустота.

Несмотря на название и подобный зачин, к уэллсовской вещи американский сериал начала нулевых имеет мало касательства. Вернее, вообще никакого. Изобретателя-одиночки, страдающего мизантропией, здесь нет, как нет и обязательного для Уэллса (и Уэйла) мотива отверженности гения. Даже принципы достижения невидимости, в общем-то, разные: уэллсовский Гриффин, гений физики, экспериментировал с преломлением света — и только, а в телесериале речь идет о сложной биологической конструкции, где задействована искусственно выращенная железа. Будучи внедрена в мозг, железа сама вырабатывает особое вещество, «амальгаму» (в оригинале — quicksilver), мгновенно покрывающую тело вместе с одеждой. Свет огибает все, что укрыто амальгамой. Человек невидим. Потом, когда герою снова надо стать видимым, оболочка из амальгамы слетает и рассеивается в воздухе. С научной точки зрения идея так же уязвима, как и физический опыт Гриффина, но для телевизионной фантастики этот вариант вполне сгодится.

Главный герой, Дэриан Фоукс (Винсент Винтреска), мелкий вор, оказывается перед выбором: либо стать объектом эксперимента (изобретатель амальгамы — его родной брат Кевин), либо пойти в тюрьму за всё, что уже успел натворить. Как нетрудно догадаться, герой выбирает работу на правительство США, и отныне феномен будет использоваться в интересах государства. Но есть одна загвоздка: вещество опасно для человека. Если раз в неделю не делать укола, невидимка впадет в безумие (это не метафора!).

Таким образом, для управления невидимкой есть биологический «поводок» — гарантия того, что наш герой не сбежит и не переметнется к врагу. Секретное правительственное агентство, возглавляемое Чарльзом Борденом (Эдди Джонс), взяв Дэриана в штат, использует его благоприобретенные способности на пользу отечеству. В том же агентстве служат и прочие постоянные персонажи сериала: помощник Бордена, исполнительный и чуть придурковатый юноша Альберт Эбертс (Майкл МакКафферти); напарник Дэриана, Бобби Хоббс (Пол Бен-Виктор); врач Клэр Кипли, Хранительница (Шэннон Кенни). Роли распределяются следующим образом: Борден формулирует очередное задание, Эбертс передает его Дэриану и Бобби, затем невидимка и агент берутся за выполнение очередной миссии, а прекрасная блондинка Клэр следит, чтобы Дэриан был в форме и ненароком не превратился в монстра. В случае форс-мажора распорядок действий может меняться, но затем все должно вернуться на круги своя...

«Человек-невидимка» — образцовый процедурал, «вертикальное» телекино: на протяжении одного эпизода (максимум двух) задача должна быть решена, а проблема устранена. Дэриана посылают туда, куда обычному человеку проникнуть невозможно и где не опасаются непрошеных гостей, а Бобби прикрывает соратника. Один враг сменяет другого, и все они в итоге терпят фиаско. Для обострения сюжета в сериале мерцают, время от времени всплывая, два «горизонтальных», то есть постоянных, злоумышленника. Первый — террорист Арно Де Ферн (Джоэль Биссоннет), который владеет частью секрета амальгамы, но идеальным человеком-невидимкой ему не стать: то железа не дает желаемого эффекта, то этот бедолага, скрывшись за пределы видимости, не может вернуться обратно. Злодей номер два — Джарод Старк (Спенсер Гарретт), лидер секретной организации «Кризалис». Ему тоже нужно раскрыть тайну амальгамы, и он с упорством маньяка гоняется за Дэрианом, время от времени подсылая шпионов (среди них — «водяная женщина», эдакий ходячий резервуар; ее поцелуй сродни утоплению).

Сегодня спецэффекты сериала кажутся слишком простыми, грубоватыми, однако в начале века, когда в телекино вкладывали не так много денег, компьютерные достижения «Человека-невидимки» не могли не впечатлить. В пользу сериала — ненавязчивый юмор. Поскольку Дэриан — не профессиональный агент, а всего лишь гибрид дилетанта с подопытной крысой, он то и дело влипает в разного рода неприятности. Впрочем, коротышка Бобби Хоббс тоже задуман не как героический, а как комический персонаж. В итоге герои эффектно выпутываются из неприятностей, ими же вызванных. При этом всегдашние хеппи-энды не выглядят слишком нарочито: в конце концов, здешние отрицательные персонажи делают глупости так же часто, как и положительные, но, как правило, без юмора, со «злодейским» выражением лиц и под тревожную закадровую музыку...

После двух сезонов сериал был завершен на оптимистической ноте: хотя благодаря Клэр главный герой избавлялся от неизбежности «амальгамного безумия», он все-таки возвращался работать в Агентство, теперь на добровольных началах. The End.

Кстати, если рассуждать логически, неясно, чем нашему герою дальше заниматься на службе. Обычных навыков секретного агента Дэриан так и не приобрел, а пользы от его феномена уже немного. Фактор неожиданности потерян, 90 процентов будущего успеха сошли на нет. За два сезона, кажется, все разведки мира (и уж точно все злодеи мира) удостоверились, что невидимость — не миф, и теперь просто усилят меры безопасности. Охранники с тепловизорами наперевес будут заранее отслеживать невидимого Дэриана и при первом же появлении отгонять его пинками, издевательски хихикая.

«Я опустился на колени. На полу возле руки капитана лежал крохотный бумажный кружок, вымазанный с одной стороны чем-то черным. Я не сомневался, что это и есть черная метка...»

Строки эти памятны всем, кто хоть раз читал «Остров сокровищ» Роберта Льюиса Стивенсона. Далеко не все знают, что саму пиратскую черную метку (Black Spot) писатель просто выдумал для пущей увлекательности, и максимум, что мог бы передать Слепой Пью Билли Бонсу, — это туза пик. Однако среди переводчиков сериала, о котором пойдет речь, явно преобладали поклонники знаменитого романа, так что «Черная метка» (срочное уведомление) было истолковано как «черная метка», причем роль пиратского сообщества сыграло Центральное разведывательное управление США.

Впрочем, ни бумажку, ни карту главному герою не вручили. Ему вообще ничего не вручили. Просто в критический момент родная контора бросила его на произвол судьбы: мол, ты больше не наш, как хочешь, так и выкручивайся, боссам в Лэнгли наплевать.

Итак, сериал — история о шпионе ЦРУ Майкле Вестене (Джеффри Донован), человеке с профилем молодого Шварценеггера и мимикой Пиноккио. Его внезапно уволили со службы, и он, очутившись в родном Майами, пытается разобраться, кому именно и зачем это понадобилось. Начальство? Конкуренты? Русская разведка? У Майкла по всему миру — сотни недоброжелателей, так что скорого ответа ждать не приходится. А пока герой расследует причины внезапной перемены судьбы, он, пользуясь своими шпионскими навыками, спасает хороших людей от плохих. Это не частный сыск (финансовый профит возникает редко), а именно помощь людям, попавшим в беду.

Для реалистического сериала робингудство — мотив хлипкий, но в «Черной метке» условности чуть больше, чем того требует норма. То есть все как будто всерьез, однако это еще и немножко комикс.

Но продолжим. Компанию герою составляют его лучший друг Сэм (Брюс Кэмпбелл), бывший морпех, у которого есть связи в ФБР, и ближайшая подруга Фиона (Габриэль Анвар), большая охотница пострелять и повзрывать (в некоторые времена между Майклом и Фионой были романтические отношения, которые — как показывает сюжет — не угасли). В середине сериала к нашим робингудам присоединяется еще и бывший контрразведчик Джесси Портер (Коби Белл), которого Майкл сперва подставил (невольно), а потом выручил. А еще героям иногда помогает мама Майкла, сердитая пожилая дама Медлин Вестен (Шэрон Глесс), и брат Майкла, картежник-неудачник Нейт (Сет Петерсон).

В одном эпизоде обычно развивается два сюжета: первый связан с попытками возвращения Майкла в контору, а второй — собственно с добрыми поступками Майкла и его друзей. Дело осложняется тем, что вокруг Майкла начинают возникать люди, которые как-то связаны с конторой, но еще и с другими тайными структурами. И все они пытаются заставить героя работать на них, обещая помощь в восстановлении на службе. На протяжении нескольких сезонов он старается играть по правилам, установленным небезобидной шушерой. Ох, как же много, оказывается, в Америке секретных неправительственных структур, и каждая тянет одеяло на себя, а отдуваться приходится Майклу (порой и его друзьям тоже, и маме, и брату).

За главным героем приглядывают то загадочный дедушка, то жестокая красотка Карла (Триша Хелфер), то маньяк Саймон Эшер (Гаррет Диллахант), то цэрэушный начальник (впрочем, черт его знает, кто он на самом деле?) Рейнс (Дилан Бейкер), то подлинный куратор из ЦРУ Том Кард (Джон Макгинли), бывший инструктор Майкла... Список не исчерпан и наполовину, а вы уже запутались? А каково Майклу? Если бы он не отвлекался на помощь обычным людям, он бы погряз во всей этой кутерьме, но, к счастью, в родном Майами — а иногда и за его пределами — есть много страдающих людей, которым по разным причинам нельзя обращаться в полицию. А к Майклу — можно.

Зрителей сериала может удивить, с какой целеустремленностью герой хочет вернуться в лоно секретного ведомства, которое его несправедливо отторгло, но не будь у экс-агента этого порыва (сродни мании), не было бы и сюжета «Черной метки». Вы спросите, добился ли желаемого в финале Майкл Вестен? Вернулся ли он в ЦРУ? Стал ли счастлив? Или понял наконец, что «счастье» и «контора» — понятия, не сводимые вместе? Для того чтобы получить ответ на вопрос, зрителю надо дойти до самого финала. Одно обещаем: судьба Билли Бонса нашему герою, похоже, не грозит.

«Черная метка» — сериал увлекательный. Почти в каждой серии что-то горит и взрывается, есть рукопашные схватки, а патронов, потраченных за одну серию, могло бы хватить на маленькую войну. Однако если бы сценарист Мэтт Никс был серьезен, сериал вряд ли бы просуществовал семь сезонов. К счастью, героев спасает черный юмор, грубоватый, но действенный. Некоторые цитаты — готовые афоризмы («Просить о чем-то маму — как просить о чем-то русскую мафию: она даст все с улыбкой, но потом вы за это дорого заплатите»).

Авторы придумали несколько трюков и успешно ими пользуются. Почти до конца сериала появление на экране новых персонажей будет сопровождаться ироническими титрами, обозначающими статус героя (это может быть «Клиент», а может быть — «Злобный сукин сын»; чаще всего цитата берется из реплик персонажей и тут же сама ввинчивается в титры; порой статус персонажа меняется, и титры — тут как тут). Нашему зрителю понравятся эпизоды, в которых Майкл выдает себя за русского, говоря с чудовищным акцентом. Помните, как веселили нас советские «генерал Гоголь» и «генерал Пушкин» в фильмах о Джеймсе Бонде? Так вот: Майкл Вестен, нагло изображающий сотрудника ФСБ Василия Андропова, гораздо смешнее. Хотя именно этот юмор сценаристами едва ли просчитан.

Двадцативосьмилетний Тоби Логан (Крэйг Олейник) — парамедик, врач скорой помощи. У него есть дар: он умеет читать мысли, и не только словесно оформленные, но и мыслеобразы, возникающие в чужой голове. А потому он не только знает, что думает собеседник, но и может увидеть произошедшие события как бы его глазами. Такой дар незаменим в деле раскрытия преступлений, а потому Тоби весь первый сезон помогает детективу по имени Чарли Маркс (Лиза Маркос). Больше половины сезона героиня теряется в догадках, как Тоби ухитряется быть на шаг впереди? И лишь ближе к концу герой сознается. А до этого о даре Тоби догадывается его напарник Осман Оз Бей (Эннис Эсмер). Об одном лишь не знают ни Оз, ни детектив Маркс: Тоби Логан — не настоящее имя нашего героя. В далеком детстве мама, тоже телепат, заставила сына выучить другое имя и скрыться от нехороших людей, охотящихся за ее даром. И в конце сезона один из тех людей появляется...

Думаете, сейчас начнется что-то вроде «Людей Альфа»? Ошибаетесь! То есть, может быть, автор первоначальной идеи Майкл Амо и надеялся повернуть сюжет в эту сторону, однако в творческий процесс вмешался Его Превосходительство Рейтинг: канал NBC, который транслировал канадский сериал в США, снял «Читающего мысли» из эфира. Целый год сериал пребывал в эдаком полузакрытом состоянии, пока наконец его не решили вернуть. Но уже без сценариста Майкла Амо и нескольких его персонажей вроде детектива Чарли Маркос. В начале второго сезона было скупо упомянуто о скоропостижной гибели героини и о том, что скорбящий Тоби целый год не контактировал с полицией. Охотники на телепатов тоже куда-то испарились, так что история Тоби началась как бы заново: он, парамедик, опять помогает сыщикам, но не просто полицейским, а более крутому отделу ОУР, где убийства расследует команда во главе с сержантом-блондинкой Мишель МакКласки (Лоурен Ли Смит). Та не сразу готова поверить в дар простого парамедика, однако постепенно и она, и ее напарник, бывший хакер Дев Кларк (Рейнбоу Сан Фрэнкс), начинают привыкать к тому, что они пользуются услугами самого настоящего — без обмана — телепата...

Возможность чтения мыслей — прекрасное подспорье и для полиции, и для преступников. Вспомним, например, советский сериал «Гостья из будущего» по повести Кира Булычева «Сто лет тому вперед», где сюжет вертелся вокруг миелофона — пропавшего прибора для чтения мыслей, позарез необходимого космическим пиратам. Также вспомним и роман Альфреда Бестера «Человек без лица», в котором телепаты (эсперы), легальные члены общества, оказывали обычным гражданам платные услуги по прейскуранту. В сериале «Читающий мысли» умение главного героя скрывается не только от преступников, но и от высокого начальства. Оно и понятно: если весть об уникальных способностях человека достигнет больших боссов, Тоби Логана возьмут в оборот военные и политиканы — и прости-прощай обычная жизнь! Потому-то главный секрет парамедика знают только ближайшие соратники, а для всех остальных Тоби — чрезвычайно умелый физиономист, способный верно истолковать движение левой брови подозреваемого или правого уголка рта (ну как если бы это был не Тоби, а доктор Лайтман из сериала «Обмани меня»).

У новых сценаристов была еще одна проблема, полученная ими в наследство от Майкла Амо: профессия главного героя. Первые пару сезонов Тоби еще как-то ухитрялся консультировать полицию без отрыва от медицины, но вскоре стало ясно, что герой физически не может работать на двух одинаково нервных работах. Так что уже в третьем сезоне Тоби получает официальную ставку консультанта полиции и свой собственный стол в ОУР. Продолжая называть телепата физиономистом, Мишель МакКласки добивается образования особой команды, «заточенной» под дар Тоби. Главный герой старается овладеть полицейскими навыками: он читает умные книги и даже работает «под прикрытием», внедряясь в банду грабителей. Один раз его подсаживают в камеру к неразговорчивому гражданину, который упорно не желает рассказывать о том, почему он взял на себя чужую вину. В общем, Тоби — уже почти настоящий коп...

Сериал продержался пять сезонов потому, что новая команда сценаристов хорошо усвоила главное правило: фантастическое произведение выигрывает тогда, когда элемент необычайного существует в реальных координатах. Тоби — уникум, а все остальное — как в обычной жизни; контраст высекает столь необходимую для сюжета искру. Авторы сериала оступились лишь дважды. Первый раз, когда среди «клиентов» Тоби оказывается женщина-медиум, которая на самом деле видит призраков. Второй раз, когда на горизонте возникает девушка-мстительница, способная внушить любому мысль о суициде. К счастью, эти два персонажи — исключение из правил. В целом, герой вращается в кругу нормальных людей, которые не верят в существование телепатии. И пока таких неверящих — большинство, телепат Тоби может заглядывать в чужие головы без всяких хлопот.

Действие сериала происходит в небольшом городке Кросби, штат Мэн. Вполне возможно, этот населенный пункт расположен где-то неподалеку от придуманного Стивеном Кингом жутковатого Касл-Рока. Во всяком случае, главная героиня Оливия Киттеридж (Фрэнсис Макдорманд) полушутя-полусерьезно называет себя ведьмой, и ее признанию сразу веришь — несмотря на то, что телеповествование выглядит реалистичным и ни одно из событий, происходящих на экране, как будто не отступает от принципов жизненного правдоподобия. Авторы ни разу не проваливаются в спасительный омут фэнтези. Даже когда Оливия на несколько секунд превращается в миниатюрную слониху, жующую пончики, метаморфозу легко объяснить острым психическим расстройством ее визави.

И все же Оливия по всем признакам — натуральная ведьма: она виртуозно владеет темной магией эмоционального отчуждения. «Лицо ее укрывал мрак, — цитирую литературную первооснову сценария, — казалось, этот мрак стоит с ней рядом, словно знакомый, не желающий отойти в сторону». Да, цветы в присутствии героини не вянут, а домашние животные не разбегаются с жалобным визгом. Зато люди вокруг, от мала до велика, буквально кожей чувствуют исходящий от нее холод, словно бы она не учительница математики в городской школе, а мистер Фриз из четвертой серии «Бэтмена».

Действие сериала охватывает четверть века жизни героини. За это время она ухитряется испортить отношения даже с теми, кто ненадолго встретится на ее пути, а уж тем, кто волей-неволей вовлечен в ее ближний круг, она изломает жизнь всенепременно. Муж Оливии, тихий аптекарь Генри Киттеридж (Ричард Дженкинс), — добрейшей души человек с неутоленной потребностью «сделать так, чтобы все были довольны и согласны меж собой». Все годы их совместного существования Генри проживет под непрерывным давлением жены и в финале превратится в слепоглухонемого «овоща» в инвалидном кресле. Любовник Оливии, Джим О’Кэйси (Питер Муллан), учитель литературы из той же школы, в итоге сопьется и покончит с собой, направив свой автомобиль на дерево. Сын Оливии и Генри, Кристофер (Джон Галлахер-младший), с раннего детства затравленный и затюканный авторитарной мамочкой, готов будет жениться на первой же попавшейся барышне — только бы сбежать из родного дома.

Не подумайте, что авторы сериала играют со зрителем в эдакие психологические поддавки, убирая оттенки и полутона. Будь так, Фрэнсис Макдорманд была бы вынуждена изображать чистую патологию, а это для актеров подобного уровня — слишком простая и неинтересная работа. Оливия не является злодейкой в прямом смысле, то есть не старается «целенаправленно» навредить окружающим. За четыре серии она, пожалуй, только раз совершает поступок, который ею самой воспринимается как дурной (в день свадьбы сына она украдет сережку и тайком выбросит туфлю обидевшей ее невестки). Проблема в другом. Есть люди, которые тащат на себе ад, как вериги, которые все-таки можно отбросить, если подобрать к ним ключ. Но есть и иные: они несут ад внутри себя; его нельзя исторгнуть — и при этом уцелеть. Искренняя, неуступчивая, недоверчивая, вечно депрессивная, прямая, как линейка, и жесткая, как сухая корка хлеба, Оливия — часть той силы, которая, даже изначально желая блага, рикошетом творит зло. Так она устроена. Это ее беда, вина, судьба и проклятье...

Сделаем небольшую паузу и переведем дыхание. Режиссер сериала Лиза Холоденко родилась в Калифорнии, недалеко от Лос-Анджелеса; у ее родителей — украинские и еврейские корни. В киношколе Колумбийского университета она брала уроки у Милоша Формана, а позднее участвовала в создании телевизионных драматических шоу «Убойный отдел» и «Клиент всегда мертв», ныне хорошо известных. Ее полнометражный фильм «Детки в порядке» был награжден премией «Золотой глобус» и номинировался на «Оскар». Основой сценария «Что знает Оливия» стал одноименный сборник рассказов Элизабет Страут, удостоенный Пулитцеровской премии 2009 года. Причем в самой книге Оливия Киттеридж — пусть и заглавный, однако не всегда главный персонаж всех тринадцати историй. То есть ведьма из Кросби порой действительно солирует, но куда чаще просто мелькает в толпе, распугивая горожан ядовитыми репликами или мрачным выражением лица. Сценаристка Джейн Андерсон существенно переработала сюжет, переведя большинство персонажей в разряд эпизодических. После чего роль Оливии стала поистине бенефисной (и — забегая вперед — принесла исполнительнице премию «Золотой глобус» и «Эмми»).

Фрэнсис Макдорманд старательно избегала сериалов с конца 80-х годов, но, прочитав сценарий, согласилась на предложение Холоденко. Тем более что у режиссера и актрисы был уже опыт удачной совместной работы над картиной 2004 года «Лорел Каньон». Правда, тогдашняя роль Макдорманд — раскрепощенной, отдающейся каждому из сиюминутных соблазнов продюсерши Джейн — едва ли чем-то похожа на роль нынешнюю. Да и, в отличие от статичного кинообраза Джейн, динамичный телеобраз Оливии немыслим без филигранной помощи гримеров: сперва пятидесятисемилетнюю актрису искусственно «омолаживали» примерно на десятилетие, чтобы затем безжалостно «состарить». Примерно такие же метаморфозы пришлось претерпеть и экранному мужу Оливии. Кстати, в фильмографии Ричарда Дженкинса тоже есть картина, где он снимался вместе с Макдорманд. В фильме братьев Коэнов «После прочтения сжечь» та играла женщину-катастрофу Линду, а Дженкинс изображал бедолагу, безнадежно в нее влюбленного. Но коэновской Линде, при всей ее мелкой идиотической стервозности, вгоняющей в ступор агентов ЦРУ и ФСБ, до Оливии далеко. Иной жанр, иной рисунок роли. Коэны относятся к Линде только с насмешливым презрением, а Холоденко ужасается своей Оливии — но и сочувствует ей тоже.

Уже к середине последней серии героиня оказывается одна, в центре голого и вымороженного пространства: дом пуст, муж мертв, сын, сбежавший в Нью-Йорк, не разговаривает с ней вообще. Жители Кросби предпочитают обходить ее стороной. Даже домашний пес Оливии, старый и больной, при первой возможности уползает от хозяйки в своё долгожданное собачье небытие. Что делать одинокой, всеми нелюбимой ведьме? Выращивать в саду никого не радующие цветы? Свести счеты с жизнью? Телесериал начинается с эпизода, в котором семидесятидвухлетняя Оливия отправляется подальше в лес, прихватив радиоприемник, сумку для пикника, пистолет и белый конверт с прощальным письмом без адресата. Все дальнейшее телеповествование — затяжной флешбэк, разверстанный на два с половиной экранных десятилетия. Ближе к финалу тот же начальный эпизод будет повторен: лес, письмо, бессмысленный и тусклый свет с небес, заряженный пистолет в руке и... и...

Те, кто боится спойлеров, дальше могут не читать. А всем прочим читателям раскрою один сюжетный секрет сериала Лизы Холоденко. Он, собственно, и не секрет для тех, кто уже успел прочесть книгу Элизабет Страут (она переведена на русский язык). Краткое появление в одном из эпизодов великого и прекрасного Билла Мюррея (получившего за эту роль премию «Эмми») явственно намекает, что он возникнет на экране еще и в финале. И точно, он здесь не просто так.

После того как дети в лесу спугнут незадачливую самоубийцу, Джек, персонаж Мюррея, поможет ей вдруг удивиться всему тому, что с ней уже случилось и еще может случиться. Чувство любопытства не позволит ей пересечь черту. Мир, который не должен был прощать старую злую ведьму, дал ей шанс и прошел мимо, даже не заметив своего великодушного поступка. «Он сбивал ее с толку, этот мир, он ее озадачивал. Ей не хотелось его покидать — пока еще».

Ниагарский водопад находится на границе Канады и Соединенных Штатов и одним своим невероятным видом поддерживает турбизнес обеих стран. Город Ниагара-Фолс, где происходит действие этого телесериала, расположен у водопада со стороны США. Здесь живет семейство Тайлер: двадцатичетырехлетняя Джей (Каролин Давернас), ее мама-писатель Карэн (Дайана Скаруид), папа-врач Дэрин (Уильям Сэдлер), брат-религиовед Аарон (Ли Пэйс) и сестра-адвокат Шэрон (Кэти Финнеран). Сама Джей окончила Гарвард, написала работу по философии и... работает рядовым продавцом в магазине сувениров «Чудопад». Живет в трейлере и считается неудачницей.

«Разочаровывать семью — это твой любимый вид спорта», — говорит нашей героине ее единственная подруга Махандра (Трейси Томс), официантка в местном баре. Родители и впрямь переживают за непутевую дочку, однако ничего не могут поделать. Любая попытка надавить на Джей приведет к обратному результату. Не то чтобы Джей — принципиальная нонконформистка. Скорее она просто пофигистка. Ей уютно плыть по течению, не думая о будущем: жизнь не складывается, ну и ладно, и пускай, не очень-то и хотелось.

Все меняется в одночасье, когда Джей давится своим обеденным сэндвичем и на несколько мгновений оказывается между этим светом и тем. После этого происшествия случается чудо: с ней начинает разговаривать игрушка — сувенирный восковой лев с брачком (вмятина на голове). Слова понятны, смысл неясен. «Найди пару!» — требует игрушка. Кому пару? Себе? Рассыльному? Родной сестре? Игрушка немногословна, однако настойчива и не дает покоя Джей.

Авторы сериала так и не объяснят нам, почему с героиней болтают игрушки (к восковому льву позднее присоединятся медная обезьяна, тряпичная игуана и плюшевый медведь). То ли в сувениры вселяются древние индейские духи, то ли героиня тихо спятила. В любом случае выход у нее один: чтобы голос, наконец, замолчал, Джей будет вынуждена помогать людям. Первые несколько «блинов» выйдут комом, но к концу первого эпизода у Джей уже начнет кое-что получаться. Происшествия, нелепые и забавные, будут цепляться одно за другое неожиданным образом, и в итоге героине удастся сделать добро для нескольких людей, знакомых и незнакомых...

За три года до «Чудопада» французский режиссер Жан-Пьер Жене снял фильм «Сказочная судьба Амели Пулен» (Le Fabuleux Destin D’Amelie Poulain, в российском прокате — «Амели»). Актриса Одри Тату сыграла там девушку-официантку — странную, непрактичную и мечтательную. Найдя однажды детские сокровища прежнего жильца ее квартиры, она решает стать эдаким «тайным Сантой» — невидимой благодетельницей окружающих. Теперь она будет чуть подталкивать колесо Фортуны для тех, кому нужно везение. Но, устраивая чужое счастье, Амели постоянно откладывает свое собственное на потом.

Фильм приобрел международную известность, так что американский сценарист Брайан Фуллер, которому ироническо-романтическая интонация «Амели» очень близка, почти наверняка картину Жене посмотрел. А посмотрев, многое оттуда использовал — от мелочей (в фильме, например, подставка для светильника в виде игрушечной свинки на мгновение оживает и разговаривает) до альтруистических деяний главной героини. Другое дело, что создатель «Чудопада» изменяет первоначальную мотивацию поступков своего персонажа.

Джей — не Амели. Она более инертна и куда больше интроверт, поэтому простой романтический стимул тут не годится. Чтобы сдвинуть с места лежачий камень латентного человеколюбия главной героини «Чудопада», говорящие игрушки должны постоянно тормошить ее, подталкивать, направлять. Она, конечно, будет пререкаться со своими мистическими советниками, порой не слушаться, злиться, выглядеть нелепо, но в итоге поступит правильно. Джей поможет бывшей однокласснице устроить встречу выпускников, вернет к Богу засомневавшуюся монахиню, выручит из беды девушку-эмигрантку, вдохновит начинающую журналистку, а в финальной серии и вовсе поступит героически, рискуя жизнью ради других людей...

К сожалению, «Чудопад» угодил в зазор между жанрами: это вроде и не совсем комедия, и не вполне фантастика, и от «молодежного» жанра далековато. «Экшена» почти нет, любовная линия то и дело рвется, порой главная героиня до конца эпизода может не понимать истинного смысла своих поступков. А внутреннее обаяние сериала — вещь эфемерная, к делу не подошьешь, на рейтинг чаще всего не влияет. Брайан Фуллер создал для канала FOX необычное, «неформатное» телепроизведение, и боссы решили не рисковать. Хотя у сценарной команды планов было на несколько лет вперед, сами производители сняли «Чудопад» с эфира уже после четырех эпизодов первого и единственного сезона; девять оставшихся серий FOX не показал; позже они вышли на DVD.

Закрытие сериала про девушку Джей и ее игрушечных советчиков не подпортило телекарьеры Брайана Фуллера. «Чудопад» обзавелся сотнями тысяч фанатов, приобрел статус культового сериала, неоднократно демонстрировался в других странах, а Фуллера — сценариста и продюсера — стали привлекать к другим проектам. Уже в 2006 году на канале NBC вышел первый сезон «Героев», спустя год на канале ABC — первый сезон «Мертвых до востребования»; ныне Фуллер работает над сериалом «Американские боги» для популярного кабельного телеканала Starz. Боссам FOX остается только локти кусать, что они вовремя не оценили фуллеровского креатива и обошлись с его детищем так опрометчиво.

Действие сериала происходит в наши дни, в канадском Ванкувере, а название его следовало бы перевести поближе к оригинальному — «Эндшпиль», поскольку главным героем является шахматист. И не простой, а, во-первых, экс-чемпион мира, во-вторых, русский, с нечастым для англоязычных сериалов именем Аркадий и забавно звучащей для нас фамилией Балаган (Шоун Дойл). Балаган давно покинул Россию и подозревает, что за ним следит глава КГБ (!) по фамилии Карпов — преследует его за то, что раньше шахматный гений боролся против авторитаризма и финансировал демдвижение.

Канадцев можно было бы упрекнуть в том, что они сделали пародию на Гарри Каспарова, но мешает этому одно обстоятельство: сериал был снят еще в 2011 году, а Гарри Кимович принял решение не возвращаться в Россию — по политическим причинам — двумя годами позже. Кроме того, имя Каспарова наш герой упоминает и, судя по выражению его лица, два шахматных гиганта не очень ладят между собой. Так что, скорее всего, персонаж Аркадий Балаган — обобщенный художественный образ, в котором есть нечто и от реальных Каспарова, Спасского, Бобби Фишера, и от героев других англоязычных сериалов (в том числе «Доктора Хауса» и «Монка», но об этом ниже). А главное — от сотен телекиношных «русских», обладателей широкой загадочной души и любителей напитка Vodka. Балаган именно таков: он живет в лучшем номере отеля «Хаксли», не следит за своей прической, ходит по всему отелю босиком и в халате, пьет водку прямо из горла, закусывает соленым огурцом («Россия — огуречная страна», говорит он), а деньги на жизнь вынужден зарабатывать сеансами одновременной игры и партиями по скайпу: все сбережения, которые у него имелись прежде, он, как уже упоминалось, безуспешно потратил на демократию в России.

В самом начале первого сезона (13 серий по 44 минуты) главный герой, однако, находит и другой профессиональный источник дохода — Балаган своим выдающимся умом способен еще и раскрывать преступления. Когда его просят найти похищенного мальчика, он не отказывается. А почему бы и нет? Аналитика — универсальная вещь. Если уж, согласно выкладкам О. Бендера, шахматная мысль «может превратиться в прикладную науку и изобрести способы междупланетного сообщения», то превратить гроссмейстера в сыщика — пустяк. Человек, умеющий выстраивать в уме поразительные шахматные комбинации, может стать и первоклассным детективом.

К сожалению, у главного героя телесериала агорафобия: после таинственного убийства его жены Розмари, случившегося буквально у него на глазах (Балаган подозревает в покушении посланцев Путина), герой не может выйти из отеля. Поэтому Аркадий, подобно Ниро Вульфу, не покидает своего убежища. У сыщика из романов Рекса Стаута был, как вы помните, шустрый подручный Арчи Гудвин, поэтому герою «Шаха и мата» тоже, как ни крути, нужен помощник. В роли коллективного Арчи Гудвина выступают сразу четверо: сведения за пределами отеля собирает молодой шахматист Сэм Бешт (Торренс Комбс), а внутри отеля ему оказывают помощь горничная Алсина (Кармен Агуэре), барменша Дэни (Кэтрин Изабель) и начальник службы безопасности отеля Хьюго (Патрик Галлахер) — хотя последний и без особой радости. Но куда ему еще деваться?

Полубезумный или донельзя эксцентричный гений со скверными манерами, распутывающий разного рода головоломки (от медицинских до юридических), — любимый сериальный персонаж. Помимо уже названных доктора Хауса и полицейского консультанта Монка, сюда же отнесем и доктора Лайтмана («Обмани меня»), и улыбчивого социопата Джейна («Менталист»), и нейрофизиолога-шизофреника Пирса («Восприятие»), и страдающего галлюцинациями полицейского Рэйнса («Детектив Рэйнс»), и еще многих других. Чем необычнее персонаж, чем сильнее он выбивается из системы, тем больше контраст между странным подходом к решению проблем и блестящим результатом. И тем, разумеется, интереснее зрителю наблюдать за работой сыщика. В данном сериале, например, мы видим, что творится в голове у Балагана: картина преступления выглядит шахматной партией, люди — фигурами на доске, их поступки — ходами. Чисто визуально это сделано эффектно, и плюс ко всему у сериала отличный саундтрек, музыкально иллюстрирующий процесс мышления главного героя.

Среди второстепенных персонажей сериала наличествует Пиппа, сестра покойной Розмари. Пиппа догадывается, что сестра погибла не случайно, и пытается доискаться до истины. Нервный Аркадий пытается забыть о гибели жены, но Пиппа тормошит героя: мол, думай, не тормози, ты гений... В последней серии первого сезона зритель увидит человека, который если и не заказал убийство Розмари, то, по крайней мере, не помешал ему. Однако ни причин, ни деталей мы не узнаем: в июне 2011 года канал Showcase известил, что не будут заказывать второй сезон. Причина банальна: низкие рейтинги. Увы, нам неизвестна дальнейшая судьба Аркадия Балагана. Быть может, щупальца КГБ все-таки дотянулись до бывшего спонсора русской демократии. А может, он до сих пор живет в отеле «Хаксли». Будете в канадском Ванкувере — загляните туда и проверьте.

Допустим, вы работаете в СД-6 — тайном отделе ЦРУ. Вы ходите на работу, участвуете в совещаниях, ездите на задания по всему миру и однажды под большим секретом рассказываете близкому вам человеку, где вы работаете. И его тотчас же убивают. Вдруг оказывается, что много лет вам лгали: работаете вы совсем не в ЦРУ, а в частной фирме, у руководителей которой — собственные планы, как минимум странные. Нечто подобное и произошло с главной героиней «Шпионки» Сидни Бристоу (Дженнифер Гарнер).

Первый абзац — не спойлер. Вся история, о которой шла речь выше, случилась за кадром и в прологе, так что мы застаем Сидни по-прежнему на службе в СД-6, несмотря на гибель жениха. Только теперь ей известна правда, и теперь она двойной агент, так сказать, шпионка в квадрате: находясь внутри СД-6, она следит за своими работодателями и отправляет информацию в настоящее ЦРУ. Своим друзьям, в том числе журналисту Уиллу Типпину (Брэдли Купер), она врет, что работает в банке. О том, кто она на самом деле, знают только два человека — ее цэрэушный куратор Майкл Вон (Майкл Вартан) и ее родной отец, Джонатан Бристоу (Виктор Гарбер) — тоже «крот», засланный правительством в СД-6...

Хотя сама идея об «альтернативном» ЦРУ, которое долгие годы беспрепятственно ведет свою игру, попутно выясняя отношения с такими же непонятными разведконторами в других странах (скажем, в России действует негосударственное ведомство «К-Директорат», эдакое «параллельное» ФСБ), уже сама по себе фантастична, авторы не останавливаются на достигнутом. Джей Джей Абрамс — одновременно продюсер, сценарист и один из режиссеров «Шпионки» — пользуется также приемами science fiction, с заметным налетом эзотерики. Многие спецзадания, порученные Сидни и ее коллегам, имеют отношение к поиску таинственных артефактов, изготовленных средневековым гением Рамбальди, опередившим время или, что вероятнее, пришельцем из будущего (это обстоятельство, впрочем, так до конца и не раскрывается). Неясно, почему гений получил фамилию трижды лауреата премии «Оскар» за персонажей в «Чужом», «Кинг-Конге» и «Инопланетянине». Может, для благозвучия?

В сериале много запоминающихся персонажей, причем у каждого — своя линия. Например, журналист Типпин на свой страх и риск начинает расследование гибели жениха Сидни, не подозревая, во что ввязался. А отец Сидни, агентище с многолетним стажем, все еще переживает предательство своей бывшей жены, Ирины Деревко (Лена Олин), матери Сидни: Ирина оказалась «кротом» КГБ. Кстати, она вовсе не погибла, как полагает ее дочь, а жива и по-прежнему интригует, хитро играя на родственных чувствах. И так далее.

В числе коллег Сидни — надежный как скала (но не осведомленный об истинной природе СД-6) Маркус Диксон (Карл Ламбли) и смешной компьютерный гений, маленький и отважный Маршалл Флинкман (Кевин Уайзман; это один из самых живых и обаятельных второстепенных персонажей сериала, придающий ему «объем»). Нельзя не упомянуть Арвина Слоуна (Рон Рифкин), шефа Сидни и ее врага, начальника лос-анджелесского отделения СД-6. Он, разумеется, безжалостный негодяй, но идейный, принципиальный, со своим кодексом, со сложными мотивациями своего негодяйства, с приступами рефлексии и со сверхцелью, ради которой он охотится за наследием Рамбальди и готов пожертвовать жизнью любого, даже собственной дочери...

Отдадим должное Абрамсу: он ухитрился заманить в свой сериал на гостевые роли многих голливудских звезд — и тех, кто уже не в зените славы, и тех, кто по-прежнему в строю. Если смотреть «Шпионку» без пропусков, от серии к серии, то можно увидеть на экране Итана Хоука, Кристиана Слэйтера, Изабеллу Росселлини, Дэвида Кэррадайна, Фэй Данауэй, Рутгера Хауэра, Джину Торрес, Терри О’Куинна, Джона Ханну, а также наших соотечественников, бывших и нынешних: Владимира Машкова, Олега Видова и Евгения Лазарева. Роль доктора Бреззеля сыграл знаменитый режиссер Дэвид Кроненберг, а агента Маккенаса Коула — Квентин Тарантино собственной персоной (кстати, режиссера «Криминального чтива» тут можно увидеть даже не в одном эпизоде, а в целой арке).

К 2001 году, когда сериал «Шпионка» был запущен, Дж. Дж. Абрамс был вовсе не так знаменит, как сегодня: да, он уже был одним из сценаристов «Армагеддона», «Кое-что о Генри» и сериала «Фелисити», но все же это были скорее «поиски жанра». Благодаря «Шпионке» ее создатель наконец понял, что его конек — остросюжетное кино с неожиданными поворотами, взрывными перепадами тем и непременными заходами в область фантастики. Это намеренное смешение жанров, куда более органичное, мы позднее увидим и в других телепроектах автора (например, в сериале «В поле зрения»). «Шпионка» — котелок «макбетовских» ведьм, где непрерывно булькает лихое варево: сыск, шпионаж, смена личин, слежка, поединки, секреты с тысячелетним бэкграундом и пр.

Для Абрамса «Шпионка» стала чем-то вроде полигона, где можно было опробовать разные сюжетные «технологии», не боясь, что на каком-нибудь крутом повороте подуставший зритель может выпасть. К 2006 году, когда сериал вышел на финишную прямую, Абрамс явно успел охладеть к своему некогда любимому детищу: в ту пору он уже более двух лет был увлечен новым телепроектом — популярным сериалом «Lost», известным в России как «Остаться в живых».

Этот англо-американский сериал когда-то был куплен для показа на канале НТВ. Российские телепрокатчики долго думали, как бы ловчее перевести слово Keen (буквально «чуткий» или, например, «меткий»), но так и не додумались, плюнули и в итоге вообще оставили первое слово без перевода. К счастью, позже появился другой вариант — «Шустрый Эдди». Довольно приблизительный, но куда лучше предыдущего. А то ведь зрители могли бы подумать, будто американский коп Эдди Арлетт (Марк Вэлли), прибывший в Лондон из Нью-Йорка ради конкретного дела, но задержавшийся тут надолго, — еще и как-то связан со знаменитым английским трагиком Эдмундом Кином.

На самом деле — ничего подобного. Никакими особыми актерскими талантами приезжий янки не обладает, зато у героя в избытке американского прагматизма и американской же упертости. Если прибавить к этому хорошо развитую интуицию и специфическое чувство юмора заглавного героя, и если поместить в кадр самую уродливую в мире собачонку (в качестве домашнего любимца Эдди), и если вдобавок приставить к заглавному персонажу напарника — высокородного британского метросексуала Монти Пиппина (Джулиан Райнд-Татт), — мы получим американское полицейское телекино, пронизанное английским юмором. Или, как вариант, английское телекино, взбаламученное брутальным вторжением американизма.

И до «Шустрого Эдди», и после твердый волевой подбородок Марка Вэлли мелькал (и продолжит мелькать) во многих популярных телесериалах, но наиболее интересен актер будет в «Юристах Бостона», где его роль выглядит эдаким автошаржем: мачо, то и дело попадающий впросак, поскольку ему приходится нести на своих плечах имидж априорной крутизны. Нечто подобное он и изображал в «Шустром Эдди». Находясь в окружении англичан, американский коп чувствует себя как на экзамене, и чем больше он старается не уронить честь полиции Нового Света и сохранить свое реноме, тем чаще с ним случаются различные трагикомические происшествия. Но, несмотря на это (а может, как раз и благодаря этому?), герой, как правило, выходит из ситуации непобежденным.

Авторы собрали вокруг Эдди неплохой ансамбль. В качестве его экранных партнеров, помимо пышноволосого напарника-декадента Монти, выступают его соседка по квартире Фиона (Сиенна Миллер) и амбициозный глава Скотленд-Ярда суперинтендент Нэтаниэл Джонсон (Колин Сэлмон). Фиона всеми силами пытается выставить неудобного жильца из квартиры своей мамочки (именно та и сдала жилье копу), а Джонсон, напротив, не желает отпускать обратно в Штаты этого ценного кадра: суперинтендент — карьерист, ему нужны хорошие показатели, и, поскольку у Эдди упорство и дотошность соединяются с детективным талантом, новый начальник постарается использовать героя по максимуму: будь он хоть дьявол, хоть американец, карьера важнее предубеждений.

В конце каждой серии Эдди и Монти обычно раскрывают какое-нибудь преступление, и развязка не всегда предсказуема. Сюжеты на удивление разнообразны — от похищения жеребца-производителя (число лузеров вокруг всей этой истории феноменально) до охоты маньяка на немецкую оперную диву, посетившую Лондон в ходе гастрольного тура. Тем не менее зрителю порой интереснее следить не за торжеством дедукции, а за причудливыми взаимоотношениями главных героев (а они колеблются от иронической неприязни до безусловной симпатии, в зависимости от встречных действий). В итоге преобладает позитив: окажись по-иному, у мачо с декадентом не было бы шансов на совместный успех. Другое дело, что Эдди ощущает себя в британской столице не более чем командированным. Каждое завершенное дело герой отмечает тем, что прикрепляет к карте Лондона очередную упаковку спичек, надеясь, что, когда на карте не останется свободных мест, ему разрешат вернуться домой.

После заключительной, тринадцатой серии первого сезона, когда на карте было еще достаточно места, а отношения Эдди с соседкой Фионой, кажется, преодолели точку замерзания, зритель был вправе рассчитывать, по крайней мере, на второй сезон. Но продолжения у сериала так и не случилось. Сейчас по прошествии лет заметно, что англо-американский тандем не исчерпал своего потенциала, однако прошлого не вернуть. Реанимировать «Шустрого Эдди» ныне невозможно. Каждый из напарников двинулся своим путем: Уэлли прибавил к резюме еще нескольких «мачистских» ролей, а Райнд-Татта мы обнаружим в мини-сериале «Клот» — даже не пародии, а вызывающе наглой издевке над британскими детективными телевизионными шоу. Но это уже, как вы понимаете, несколько иной жанр...

«Эврика» (heureka) в переводе с греческого означает «Я нашел». Согласно легенде, именно эти слова в III веке до нашей эры произнес великий Архимед, выскочив из ванны, где, собственно, он и открыл основной закон гидростатики. С той поры «эврика» стала неким паролем ученых: возглас означал, что трудная задача, наконец, обрела решение... Итак, действие телесериала происходит в одноименном секретном городке, на одной из улиц которого установлен памятник Архимеду и той самой ванне. Дело в том, что все население городка состоит (за небольшим исключением) из ученых — лучших умов США.

Градообразующее (если можно так выразиться) предприятие Эврики — компания «Глобал дайнэмикс», которая и собрала тут разных гениев, а курирует все это, как нетрудно догадаться, Пентагон. И хотя деньги дают военные, даже они далеко не всегда в курсе, что делается за эти деньги. В итоге получилось нечто вроде НИИЧАВО из повести Стругацких «Понедельник начинается в субботу», только размером с город. Администраторы особо не давят на ученых, и те, получив изрядное финансирование и свободу действий, часто творят что хотят, не думая о последствиях и проявляя досадное легкомыслие. Между тем у разных фантастических эффектов нередко оказываются пренеприятнейшие побочные последствия. Так что, если бы не новый шериф городка Джек Картер (Колин Фергюсон), деятели науки в погоне за новыми открытиями могли бы мимоходом (по обстоятельствам, а не со зла!) уничтожить и городок, и страну, и Землю, а может, и Вселенную.

Сюжеты большинства серий построены на контрасте: высоколобые умники, измыслив очередную невольную каверзу, задумчиво чешут в затылках и готовятся к мучительной смерти, а шериф, который в науке ни черта не понимает, бросается на амбразуру и, как правило, спасает всех. Потому что этот человек с ординарным лицом фермера обладает житейским здравым смыслом и — что немаловажно! — ему элементарно везет. Таким образом, каждый раз статус-кво восстановлен, но с личной жизнью у Джека проблемы. Он влюблен в ученого Эллисон Блэйк (Салли Ричардсон-Уитфилд), но это чувство долго не находит взаимности: сперва женщина любит другого, а затем (когда обращает внимание на всеобщего спасителя) их счастью постоянно мешают мелкие и крупные катаклизмы...

Три сезона подряд сериал развивается примерно вот таким образом, а затем сценаристы вдруг меняют правила игры: от «вертикального» принципа построения (один эпизод — один мини-сюжет) переходят к «горизонтальному» (принцип многосерийного фильма). Пространство остается тем же, зато время меняется: главные герои — сам Джек, Эллисон, технический гений Генри Дикон (Джо Мортон), помощник шерифа Джозефина Джо Лупо (Эрика Сирра) и гениальный теоретик Даглас Фарго (Нил Грэйстон) — внезапно оказываются в 1947 году, году основания Эврики, а когда они возвращаются в 2010-й, то выясняется, что мир вокруг здорово поменялся, и им надо как-то привыкать к этим изменениям, пытаясь адаптироваться к новым условиям. У кого-то теперь — другая жена, у кого-то — новый бойфренд, а кое-кто из персонажей, сам того не ведая, оказывается втянут в заговор, смысл которого выяснится не сразу, а лишь после неудачного запуска космического корабля из Эврики на Титан (еще один сквозной сюжет сериала).

Сценаристы не дают своим зрителям заскучать: то в «Эврику» заглядывают гости из другого фантастического телесериала, «Хранилище 13», то авторы начинают обкатку сюжета в духе «Матрицы», а то вдруг главные персонажи решат исполнить дерзкий план — оживить одну из героинь, чье тело после диверсии полностью дематериализовалось, а разум заблудился в лабиринте виртуальной реальности. После четвертого сезона авторы будут чередовать «вертикальный» принцип с «горизонтальным», время от времени задействуя уже знакомых персонажей и добавляя к ним новых. С одной стороны, чудеса науки — кладезь неисчерпаемый, но, с другой стороны, борьба с заговорщиками из инфернального Конгломерата все чаще переводит сюжеты серий в иную, более очевидную (и, увы, более предсказуемую) «шпионскую» плоскость.

Рейтинги упали, сериал приблизился к своему естественному финалу. В августе 2011 года руководство телеканала Sci Fi Channel делает официальное заявление: «После скрупулезного обсуждения мы были вынуждены принять сложное бизнес-решение не заказывать шестой сезон». Таким образом, пятый сезон стал последним. Но поскольку создателей предупредили заранее, они завершили «Эврику» очень грамотно, не обманув ожиданий фанатов. Обойдемся без спойлеров, хотя один секрет можно открыть: у главных героев — и города в целом — несмотря на массу неприятностей и проблем, в финале будет все хорошо. Эдакое «обыкновенное чудо», но только, разумеется, вместо волшебства — строгая наука.

Элай Стоун (Джонни Ли Миллер) работает в процветающей юридической фирме Сан-Франциско. Он — отличный адвокат, опытный специалист, надежда и опора одного из совладельцев этой фирмы Джордана Уэтерсби (Виктор Гарбер) и вот-вот женится на Тайлер Уэтерсби (Наташа Хенстридж), очаровательной дочери босса. И вдруг Элай обнаруживает в своей гостиной поющего Джорджа Майкла (знаменитый певец в этом сериале сыграл сам себя). В чем дело? Врачи с глубоким прискорбием извещают: галлюцинации, преследующие героя, — симптом тяжкого заболевания, аневризмы мозга, которая может в любой момент свести Элая в могилу. Кстати говоря, заболевание это наследственное, отец нашего героя тоже страдал тем же самым.

Впрочем, есть и другая, альтернативная точка зрения: по мнению специалиста по акупунктуре доктора Фрэнка Чена (Джеймс Саито), аневризма мистера Стоуна — никакое не проклятие, а, наоборот, дар Божий: благодаря такому свойству организма Элая сам Господь делает его своим посредником, время от времени намекая нашему герою на приметы близкого будущего. Божественные подсказки порой прозрачны, порой крайне замысловаты, а порой вообще представляют собой вокальные номера, смысл которых затемнен. Отныне герою, который до сих пор стоял на страже финансового профита богатеньких клиентов, приходится бороться за интересы простых людей...

У актера Джонни Ли Миллера умные глаза и тонкие черты лица. Он может выглядеть красавчиком, а может монстром. У него нет четко обозначенного амплуа. Он без видимого напряжения сыграет и порок, и добродетель. Другое дело, что созданный им киноперсонаж будет амбивалентным. Когда Миллер, например, жестокий маньяк-убийца (целый сезон противостоит главному герою сериала «Декстер»), то не без дьявольского шарма. А если он, например, вживается в образ выдающегося поэта (в телефильме «Байрон») или, скажем, великого сыщика Шерлока Холмса (в сериале «Элементарно»), то даже положительный персонаж здесь окажется не без червоточинки.

Таков и Элай Стоун: пророческий дар настигает вчерашнего доку во всевозможных юридических тонкостях, хитрована и крючкотвора. Буквально только что наш герой, отлично зная, с какой стороны у бутерброда масло, был готов отмазать преступника и ковать бабло на радость себе и своим коллегам. И вдруг все меняется. Перед лицом вечности прежние приоритеты и авторитеты оказываются не важными. Представьте, ваш начальник внезапно решил, что вкусил благодати, и отныне будет вести фирму по пути, начертанному Всевышним. Как вы думаете, сумеете ли вы в новых условиях быстро разбогатеть или хотя бы скопить на ипотеку?

Нечто подобное случается в этом сериале: миссия Элая-пророка не проходит даром ни для кого. Фирма, которая еще совсем недавно являла собой образчик устойчивости, теперь начинает быстро разваливаться. Некогда сплоченный коллектив делится на циников и альтруистов (мистер Уэтерсби, что интересно, с готовностью присоединяется ко вторым). Обновленный Стоун расстается с Тайлер и приобретает репутацию опасного эксцентрика. А что еще ему делать, если, например, в ходе судебного процесса раздается зажигательная мелодия и ему кажется, что насупленные присяжные вдруг превратились в развеселый кордебалет, а судья стал солистом?..

Грег Берланти, один из создателей сериалов «Бухта Доусона» и «Любовь вдовца» (позже он спродюсирует также сериалы «Флэш», «Стрела» и «Везунчик»), сумел зазвать в свой проект на гостевые роли не только уже упомянутого певца Джорджа Майкла, но и многих известных актеров — и голливудских, и телевизионных. Среди них, например, Сигурни Уивер (тетралогия о Чужих), Кэти Холмс («Бэтмен: начало»), Джеймс Ремар (сериал «Декстер»), Гленн Моршауэр (сериал «24 часа»), Джонатан Бэнкс (сериал «Во все тяжкие») и другие. «Элай Стоун» сделан в жанре драмеди, то есть драмы и комедии одновременно (а еще ненаучной фантастики, а еще детектива и, конечно же, мюзикла). Несмотря на такой жанровый винегрет сериал получился довольно милым и забавным.

Понятно, что телепроект с подобным необычным сюжетом не мог быть «долгоиграющим», поэтому второй сезон оказался последним. На протяжении 26 серий Элай Стоун благодаря своему дару спасал — иногда юридически, порой физически — множество приличных людей. И в финале заключительного сезона находил личное счастье.

Эдвин Пул, один из основателей крупной бостонской юридической фирмы «Крейн, Пул и Шмидт», внезапно сошел с ума. Он явился на совещание в пиджаке и в галстуке, но без штанов, после чего был срочно госпитализирован. И поскольку другой основатель фирмы, Дэнни Крейн (Уильям Шэтнер), считается чересчур эксцентричным, из Нью-Йорка на помощь бостонцам прибывает младший партнер Брэд Чейз (Марк Вэлли) — человек с твердым подбородком, военным прошлым и неиссякаемым запасом здравого смысла. Вот только Дэнни Крейн отнюдь не потерял формы: когда необходимо, он становится замечательным профи — как в свои лучшие годы. А уж когда рядом с ним оказывается его друг, блестящий Алан Шор (Джеймс Спэйдер), у их оппонентов почти нет шансов на победу...

Хотя сериал, придуманный Дэвидом Келли, представляет собой спин-офф (то есть «боковое ответвление») сериала «Практика» (1997–2004), этим обстоятельством можно пренебречь и смотреть «Юристов Бостона» как самостоятельную историю. Тем более что «Практика» (в финале которой Алан только знакомился с Дэнни и принимал предложение поработать в его компании) была сериалом довольно-таки серьезным. У «Юристов Бостона» — иная интонация. С первой же серии зритель понимает: его ждет гротеск.

Нет, конечно, руководству фирмы — железной Ширли Шмидт (Кэндис Берген), Полу Льюистону (Рене Обержонуа) и примкнувшему к ним позднее Карлу Саку (Джон Ларрокетт) — не до шуток. Однако авторы сериала относятся к окружающей действительности с юмором, и притом ее изрядно гиперболизируют. Чудаковатые судьи ведут себя здесь как капризные дети, прокуроры витают в облаках, мечтая о политической карьере, присяжные готовы поддаться любым эффектным манипуляциям, а защитники по части изворотливости порой могут дать фору любому преступнику. Сотрудники «Крейн, Пул и Шмидт» проводят большую часть времени в судах, но почти все они успевают вести бурную личную жизнь; «служебные романы» главных и эпизодических персонажей вплетаются в их дела юридические.

Украшение сериала — дуэт Шэтнера и Спэйдера. Авторы не сразу раскрывают преимущества этого тандема, но уже к концу второго сезона расклад вполне ясен. Почти тридцатилетняя разница в возрасте превращает дуэт в почти семейный, отцовско-сыновний, хотя Алан Шор и Дэнни Крейн — вовсе не родственники.

Примечательно, что одной из первых ролей Шэтнера на ТВ стала роль Алеши Карамазова в телеэкранизации романа Достоевского. Затем актера на долгие годы втянуло в воронку телефантастики. Но едва ли поклонник долгогоиграющего фантастического сериала «Звездный путь» (популярного в США в 60-е годы) мог вообразить, что героический капитан Джеймс Тиберий Кирк однажды превратится в живчика-адвоката, угасающего светоча юриспруденции. Дэнни подозревает, что его эксцентричность — первый симптом то ли болезни Альцгеймера, то ли «коровьего бешенства», и от этого становится еще более чудаковатым и менее управляемым. (Образ окажется настолько колоритным, что даже через два года после закрытия «Юристов Бостона» Шэтнер целый сезон согласится играть на ТВ довольно-таки сходную по основной тональности роль деда с прибабахом в разухабистом ситкоме «Перлы моего отца».)

Хотя пожилой «анфан-террибль» Крейн периодически взбрыкивает и взрывает ситуации, главным «моторчиком» компании (и сериала) быстро становится Алан Шор. Исполнитель его роли Джеймс Спэйдер — уроженец Бостона; актер прославил родной город в телесериале, да так, что многим вполне искушенным зрителям будет казаться, что именно в столице штата Массачусетс живут самые лучшие в мире юристы, способные выигрывать даже безнадежные дела. Сам же актер станет живым воплощением потомственного адвоката (в действительности же, заметим в скобках, родители Спэйдера не имели никакого отношения к юриспруденции: они были учителями).

Сперва Шор выглядит просто бабником и в значительной мере циником, не боящимся нарушить букву закона, но постепенно превращается в либерала-романтика, в эдакого Дон Кихота с адвокатской лицензией, готового ради клиента — и во имя справедливости! — судиться хоть с правительством, хоть с Пентагоном, хоть с крупнейшими компаниями. В тот момент, когда герой Спэйдера, выслушав обвинителя, встает со своего места, застегивает пиджак, сочувственно улыбается присяжным, зритель в предвкушении: сейчас-то начнется самое интересное, сейчас-то ум, обаяние и парадоксальная логика защитника принесут победу там, где ее достижение почти нереально. По сюжету, Алан Шор — единственный, кому удается и почти не проигрывать в судах, и справляться с причудами друга и коллеги Дэнни Крейна. Их комический дуэт со временем превращается в мелодраматический, их дружба, пережившая не одно испытание, становится крепче, а финальный сюжетный ход (не скажем какой, смотрите сами) поразит даже тех, кто привык к экстравагантности героев и уверен, что уже ничему не удивится... Ан нет! Прожженным юристам в свободном штате Массачусетс можно если не все, то многое...

В первые сезоны «Юристы Бостона» собирали у телеэкранов до 12,6 миллиона зрителей, даже в год закрытия аудитория сократилась всего до 9,6 миллиона зрителей. У сериала — внушительная коллекция престижных наград в сфере ТВ: пять премий «Эмми» (одна досталась Спэйдеру) и один «Золотой глобус» (его получил Шэтнер). «Юристов Бостона» можно пересматривать многократно, каждый раз жалея о том, что возобновить его нельзя. А так хотелось бы снова увидеть, как адвокат Алан Шор вновь встает со своего места, застегивает пиджак, поправляет роскошный галстук, улыбается присяжным, подмигивает телезрителям и говорит: «Здравствуйте!»