Истоки славян следует искать на территории между реками Одрой (Одером) и Вислой на Западе, Днепром и Припятью — на Востоке, в районе Карпатских гор и Дуная — на Юге, и на побережье Балтийского моря — на Севере. Сегодня это территория Германии (восточные области), Польши, Украины, Белоруссии и России.

Исследования ученых показывают, что индоевропейцы мигрировали в Европу из степей Евразии. По мере расширения зоны расселения племен и продвижения на Запад происходила дифференциация более или менее однородных протокультур и протоязыков. Первое перемещение с территории современной Южной России в Приднепровье и в район Дуная произошло не позднее рубежа четвертого и пятого тысячелетий до нашей эры.

Позже миграция достигла побережья Эгейского и Средиземного моря, солнечной Анатолии… Это происходило примерно до 2300 г. до н. э. Постепенно каждый индоевропейский народ стал осваивать свою прародину. Образ жизни стал более оседлым.

Первоначально индоевропейцы занимались, главным образом, скотоводством и вели полукочевой патриархальный образ жизни. Они выращивали лошадей, возможно, использовали их и для верховой езды. Разводили овец и коз. Их высокую подвижность может объяснить тот факт, что в начале 3 тысячелетия до н. э. они изобрели колесницу с колесами на спицах и вращающуюся втулку на оси. Это сравнимо с перехода от паровоза к самолету. Они ворвались, как всемогущие боги, на своих колесницах, сокрушая матриархальные земледельческие культуры покоряемых территорий. На раскопках в Аркаиме и Синташте найдены останки лошадей четырех разных пород и колесница.

Боевая колесница древних индоевропейцев

Индоевропейцам понадобилось менее одного тысячелетия, чтобы завоевать и ассимилировать ряд сельскохозяйственных балканских и центральноевропейских культур, а также приучить к своему образу жизни североевропейские племена охотников и рыболовов.

Расселяясь по южной, центральной или северной Европе, индоевропейские племена приносили специфические особенности, которые легко выявляются в ходе археологических раскопок в конструкциях жилищ, керамики, религиозной символике, в погребальных обрядах и традициях искусства.

Проникновение пришельцев с Востока открыло новую эру в развитии Европы. Великие цивилизации, сложившиеся в пятом и четвертом тысячелетиях на Балканском полуострове, на побережье Чёрного и Эгейского морей, распались и были ассимилированы пришельцами с Востока. На территориях, занятых индоевропейцами, в течение нескольких столетий сформировалась новая культура, и она резко отличалась от предшествующих. Уклад, который принесли с собой индоевропейские племена, контрастировал с жизнью мирных земледельцев предшествующего периода.

Они нуждались в пастбищах, в землях для своего скота. Землю нужно было расчищать от лесов, при этом периодически требовалось переходить на новые земли. Военные вожди располагали поселения в местах, защищенных самой природой, — в излучинах рек и в окружении прибрежных холмов, обеспечивающих широкий обзор. Выбранные для поселения места они защищали насыпными валами и укрепляли высокими стенами.

На территории, расположенной к северу от Карпатских гор и в среднем течении Днепра — там, где, как полагают многие исследователи, впервые проявились славянские племена, можно проследить непрерывную преемственность культур, начиная с появления индоевропейских курганов до времени сарматских и готских миграций.

Становление праславянской (протославянской) общности проходило по соседству с высокоразвитой римской и греческой цивилизацией. Академик Борис Рыбаков писал: «Ретроспективный взгляд на предков Руси привел нас к блестящей эпохе соприкосновения праславян с античным миром, когда внутреннее развитие хозяйства и социальных отношений позволило и устоять перед лицом кочевнического натиска, установить равновесие со скифской державой и завязать прочные связи с потомками аргонавтов, только что укрепившихся на береговой кромке Понта и Меотиды».

Две археологические культуры по ареалу распространения: на Западе — Пшеворскую и на Востоке — Зарубенецкую, существовавшие на рубеже II века до н э и III века н. э. — археологи относят к праславянским культурам. Однако, говорят при этом о сильном влиянии в этих ареалах германского, кельтского, балтского и иранского элементов. По-видимому, славянские племена в те времена боролись за место под солнцем совместно с другими индоевропейцами. Нередким явлением было двуязычие. Кроме традиционного скотоводства, развивалось земледелие. Славяне научились продавать хлеб соседям, имели дело с византийскими и персидскими купцами.

Пшеворскую и Зарубенецкую культуры мы связываем с венедами, склавинами и антами, о которых писали античные историки. Более поздние археологические культуры — Пражско-корчевская и Пеньковская — уже однозначно были славянскими.

Археологические данные, безусловно, подтверждают существование славянских поселений в V веке, то есть, задолго до того времени, когда названия и места обитания славянских племен упоминались в сочинениях историков.

Выявленная археологическими раскопками связь протославянских культур бронзового и раннего железного веков подтверждается данными лингвистических исследований. Еще в 1837 году словацкий ученый Шафарик установил, что прародина славян находится к северу от Карпатских гор и включает в себя районы Галиции, Волыни и Подолья.

Чешский славист Любор Нидерле, автор «Славянских древностей» (1902), разместил первых славян в среднем и верхнем течении Днепра. Однако мнение Нидерле не подтверждается топонимикой: названия рек в этом районе показывают родственную связь ранних славян с балтами, их языковую общность.

Выдающийся русский историк и филолог Александр Шахматов считал прародиной славян русский северный край — район реки Двины и берега озера Ильмень.

Другой знаменитый славист Максимилиан Фасмер пришел к похожим результатам на основании исследования названий русских рек. По его мнению, прародиной славян был район Галиции, Волыни, Подолья и среднего течения Днепра.

Изучение топонимики рек показывает, что славянские названия прослеживаются в среднем течении Днепра и северных притоках Припяти. Они располагаются в районе, находящемся между Припятью, южной частью среднего Днепра и местностью западнее Среднего Днепра.

Область распространения старых славянских названий рек почти точно совпадает с районом распространения культур бронзового и раннего железного веков, расположенным к Северу и Северо-востоку от Карпатских гор и в среднем течении Днепра.

Однако название Днепра и Днестра не славянского происхождения. Исследователи установили, что они были заимствованы от фракийцев (даков). Все лингвисты сходятся в том, что названия Дон и Донец являются иранскими. Названия ряда других рек Северного Причерноморья также имеют иранские корни. Этот факт представляется вполне закономерным, поскольку иранские племена (скифы, сарматы и аланы) неоднократно кочевали и селились в северочерноморском регионе, начиная примерно с 700 г до н. э. и до VIII столетия н. э.

Хорошо известны общие индоевропейские названия деревьев: береза, дуб, ясень, ольха, осина, вяз, клен и граб. Эти наименования — праславянские, они сохранились во всех славянских языках. Это подтверждает, что прародина славян, вероятно, была расположена в той климатической зоне, где природные условия немного отличались от их южной индоевропейской прародины. Ведь «славянские» лиственные деревья характерны для лесостепной и степной зон умеренного пояса. Это не североевропейские хвойные леса и не вечнозеленая средиземноморская зона.

Кельтские воины

Славяне первоначально не знали многих видов деревьев — и тогда они заимствовали их названия у западных и юго-западных соседей. Это бук, европейская горная лиственница, тис, кипарис. Эти слова славяне заимствовали у германцев, греков и кельтов. Вероятно, прародина славян находилась не там, где росли эти деревья. И действительно, в Приднепровье трудно встретить буки и тисы.

Обособленных, «чистых» народов не бывает. Каждая этническая общность — сумма взаимных влияний соседей, соперников, союзников… Процесс возникновения любого народа, в том числе и восточно-славянского этноса, протекал в условиях активного контакта с другими племенами. Если провести краткий исторический обзор южного региона (от предгорий Кавказа, степных районов между Днепром и Доном, побережий Каспийского, Азовского и Черного морей, Крыма и до предгорий Карпат), на просторах которого в течение многих веков пересекались различные народы, то мы поймем, что в итоге они не могли не оказать влияния на формирование восточного славянства, а в дальнейшем — и древнерусской народности, её ментальности и исторической судьбы.

Славянский этнос, как и любой другой, складывался в процессе разделений и объединений, испытывая влияние соседей. Всё начиналось с индоевропейского корня, общего для многих современных народов. Индоевропейское единство длилось недолго. Едва только зародилась индоевропейская общность — началось разделение на разные народы. По мере миграции и освоения новых земель этот процесс продолжался. Приблизительно в I–II тысячелетии до нашей эры праславяне отделились от германских племен. У них стали появляться верования и обычаи, отличные от германских. Появились естественные границы обитания — реки, непроходимые леса и горы.

На примере более молодых народов мы видим, как происходит такое обособление. Так в XVII веке от чукчей отделились коряки. На глазах русских несколько родов откочевали за большую реку, обособились, стали развиваться на свой лад. Прошло двести — триста лет — и что же мы видим? Есть два народа. Родственных, близких — по языку, по менталитету. Но все-таки два разных народа. За это время они даже вели войны за владение главным богатством тундры — оленьими стадами. Единым романским народом несколько веков назад были предки современных румын и молдаван (валахов). Но сложная геополитическая история земли, на которой они проживают, определила историю их разделения. В то же время, молдаване ассимилировали большую часть славян-русин (руснаков), проживавших на территории Северной Бессарабии. Сложно и многообразно складывались судьбы народов… В наше время молдаване отличаются от румын, главным образом, культурой, которая сложилась в тесном взаимодействии со славянскими народами — русским и украинским. Так и праславяне разделились с германцами. Скорее всего, долгое время они жили рядом, но по разные стороны реки или гряды болот… А потом разделение усугубилось, население росло, народы мигрировали, отдалялись друг от друга. В начале нашей эры произошло разделение праславян на балтов и славян.

У славян с германцами и сегодня есть похожие, однокоренные слова, схожие обычаи. А с балтами схожих слов намного больше. Позже и сами славяне разделились на западных, восточных и южных. Ну, а спустя несколько веков восточные славяне разделились на русских, украинцев и белорусов. Аналогичные процессы шли и среди западных и южных славян.

Но история формирования народов — это не только череда разделений. История развивалась сложнее и многообразнее. Для формирования славянского этноса важными оказались контакты с ираноязычными народами — скифами, сарматами и аланами.

Древнейшим населением Северного Причерноморья, как сообщает Геродот и другие античные источники и подтверждает археология, были КИММЕРИЙЦЫ, индоевропейский кочевой народ, носители иранского или фракийского языка. По одной из наиболее вероятных версий, этническое определение «киммериец» произошло от греческого определения «зимний». В Скифии, по мнению Геродота, постоянно шёл снег. И климат сильно отличался от греческого.

Возможно, именно в киммерийском языке находится потерянное звено между иранским и фракийским языком. Археологи их относят к раннему железному веку (9–7 в. до н. э.).

Согласно Геродоту и ассирийским источникам, киммерийцы в 8–7 вв. до н. э. были вытеснены из Причерноморья (в том числе из Крыма) СКИФАМИ. Спасаясь от них, киммерийцы вдоль восточного берега Черного моря ушли в Малую Азию (ныне — Турция).

Судя по сообщениям Геродота и других античных авторов и данным археологии, скифы были неоднородны и представляли некую общность родственных племен, принадлежащих к североиранской группе индоевропейской языковой семьи, обитавших на обширном пространстве от Алтая до Волги. Есть данные, что скифы разгромили государство Урарту и Ассирию. Установлено, что скифы родственны племенам сарматов, а также массагетам и сакам. Сами себя они первоначально называли именно «саками» (то есть — оленями, подобными оленям), что подтверждается частым присутствием в кладах золотых фигурок оленя. В дальнейшем это имя трансформировалось у греков в форму «скиф» — по созвучию с греческим словом, означавшим «стриженые». Скифы предпочитали носить короткие волосы.

Обосновавшись в Северном Причерноморье, скифы образовали мощный племенной союз во главе с так называемыми «царскими скифами». Они были самым воинственным из скифских племен и держали в руках восточные рубежи. По данным тестирования ДНК из скифских захоронений, скифы были носителями Y-хромосомной гаплогруппы R1a. Судя по древнейшим источникам, своей письменности скифы не имели, они находились на стадии разложения первобытно-общинного строя, который в научной литературе получил название «военная демократия». Этот строй предшествует образованию государственности.

Скифы соседствовали и активно взаимодействовали со многими этносами. На Западе это были фракийцы и греки, на Северо-западе — праславяне (скифы-пахари) и невры (балты), на Северо-востоке — финские племена, на Кавказе — предки адыгов. В горном Крыму они контактировали с таврами. В некоторых источниках есть упоминание о тавроскифах, что отражает факт смешения этих народностей.

Скифы оставили множество курганов-могильников знатных людей (вождей), раскопки которых подарили нам возможность ознакомиться с бытом и культурой этого древнего народа. Немало таких кладов найдено на территории современной России и Украины, в южных областях.

Скифские курганы

К концу III в. до н. э. держава скифов значительно ослабла под натиском сарматов — племен, родственных скифам, но прежде обитавших за Доном. Новые кочевники подчинили себе большую часть скифов Северного Причерноморья, смешавшись с ними. Оставшаяся часть скифов, сохранив свое наименование, переместилась на юг Крыма и образовала там так называемое Скифское царство со столицей на реке Сапгир (около Симферополя) под названием Неаполь Скифский. Скифское царство просуществовало до второй половины 3 в. н. э. и было уничтожено готами. На окраине Симферополя о прошлом напоминает только большой курган…

На севере Причерноморья ираноязычное население оставалось настолько устойчивым, что продолжало сохранять свою этническую идентичность, выдержав нашествия готов, гуннов и и других воинственных народов, вплоть до прихода в эти края славян в V веке н. э. В славянском море древние скифы ассимилировались. Взаимодействие с ираноязычными народами (скифами, сарматами, аланами) отразилось в лексике и религии древних славян. От них в нашем языке остались такие слова, как «пёс» и «топор», а в пантеоне славянских богов — Хорс и Семаргл (Симаргл, Симург). О скифах мы ещё расскажем подробнее.

Практически одновременно со скифами на берегах Черного и Азовского моря появились греки, опытные мореплаватели, воины, торговцы, политики. Они основали множество приморских колоний. Греческие торговцы Ольвии, Херсонеса, Киммерийского Боспора, Пантикапея служили посредниками в торговых связях между Персидским царством и скифами. Благодаря высокой культуре греков до нас дошла история многих народов того времени.

В V в. до н. э. город Пантикапей стал столицей Боспорского царства. Это царство было основано в результате необходимого компромисса между греческими пришельцами и местными племенами. Грекам не хватало сил для колонизации всей этой огромной области. С другой стороны, скифские племена (синды и мэоты) жили за пределами городов и неохотно подчинялись грекам. Происходили стычки.

Но в конце концов местный магнат, принадлежащий к скифской элите, но увлеченный греческой культурой, захватил власть и объявил себя царем под именем Спартока Первого (438–433 до н. э.). После установления монархического правления в Боспоре страна стала достаточно сильной, чтобы защитить себя от вторжения скифов и других степных племен. Благодаря выгодному экономическому положению, Боспорское царство стало крупным торговым и транзитным центром — между Грецией, Персией, скифским Причерноморьем и Кавказом. С Азовского моря и Дона шли рабы, скот, мёд и зерно, а в обратном направлении — оружие и ткани. В 5–4 веках до н. э. Боспорское царство было главным поставщиком зерна для Греции, они поставляли 22 000 тонн зерна в Аттику, что составляло половину всего греческого импорта зерновых. Боспорское царство просуществовало до VI века н. э., и было предшественником Великой Булгарии, хазарского и русского владычества в Фанагории и Тьмутаракани (Таматархе).

На Северо-западе от Крыма лидирующее положение принадлежало Ольвии — городу, который был основан греческими колонистами во второй половине VII в. до н. э.

То, что осталось от древней Ольвии

Крепость Ольвия находилась в устье Буга и обеспечивала безопасность буго-днепровского устья. Много лет спустя русские основали в устье Днепра крепость Олешье. Геополетически Олешье играло роль, схожую с ролью Ольвии в более ранний период, и была важным центром на пути из варяг в греки. Ну, а в древности через Ольвию также шел значительный поток зерна от боресфенитов в Грецию — почти соизмеримый с потоком, шедшим через Боспорское царство.

В V–VI веках славяне освоили огромные территории на северных рубежах Греции, на побережье Адриатического моря. В Македонии, во Фракии, в Иллирии звучала славянская речь, обустраивались поселения. Славянские племена ассимилировали романоязычных даков и иллирийцев. В те времена в Греции по-гречески говорили только в городах и в некоторых старых южных областях (Аттика, Беотия, Лаконика). Сельское население было славянизированным. Славянский язык в Греции окончательно исчез из обихода только в средине ХХ века. Кельты

Кельты были одним из самых воинственных народов Европы. Римляне называли их галлами — то есть, петухами, за их яркую, пеструю одежду. Античный мир впервые узнал о кельтах через греческую колонию Массилию (современный французский Марсель). Это случилось около 6 в до н. э. А в 390 году до н. э. кельты разграбили Рим, оставив о себе страшную память. С тех пор римляне считали галлов (кельтов) своими злейшими врагами. Юлий Цезарь разгромил галлов в нескольких сражениях. Позже, при цезаре Августе, римляне покорили верхний Дунай и северную Испанию. Кельты, включившиеся в жизнь Римской империи, со временем романизировались, то есть — превратились в римлян.

Восточные кельты, расселяясь по долине Дуная, проникли далеко на Восток. К 281 году до н. э. они проникли во Фракию, Македонию, Дакию и дошли до Карпатских гор. До сих пор следы их присутствия в Карпатах мы обнаруживаем в названии части западной Украины — Галиции. Слово-то родственное галлам… А племя кельтов (бойев), поселившееся в Чехии, дало название исторической области — Богемии, которая ныне составляет примерно половину Чехии.

Часть кельтов переправилась в Малую Азию, где долго обреталась, не смешиваясь с местным населением. Их называли галлатами. В других частях Европы кельты смешивались с местными племенами: с иберами, иллирийцами, фракийцами, германцами и праславянами. Они несли им свою культуру, свои навыки и знания. Например, кельты научили славян кузнечному ремеслу. И в религии древних славян (в особенности — западных) ощущается кельтское влияние. Как и у кельтов, жрецы у славян нередко были важнее племенных вождей.

Великий античный историк и географ Страбон в сообщении, относящемся к рубежу II–I вв. до н. э., пишет о смешивании скифов и сарматов с одной стороны и фракийцев и кельтов с другой, и это происходит непосредственно у границ праславянского мира.

Славяне и германцы веками были соседями. Нередко случались конфликты, но было и сотрудничество, взаимное влияние. Бывало, что германские и славянские племена сливались, иногда одни покоряли других. Весь Север нынешней Германии веками населяли славяне, создавшие там своеобразную цивилизацию. Германцам удалось практически полностью ассимилировать прибалтийские славянские племена. По преданию, на острове Рюген последний человек, говоривший на славянском языке, умер в 1402 году. Это была женщина по фамилии Голицына. Во многих местностях северной Германии славянский язык растворился только в XVI–XVII веках. Сегодня островков славянства в Германии немного. В ФРГ проживает 100–120 тысяч лужицких сербов. Они — коренные жители Германии. Но языковое и культурное влияние славян на нынешних немцев огромно. Это прослеживается и в языческих верованиях, и в топонимике, и в национальной вышивке, и в фамилиях… Возьмем известное наименование народа, который стал основой Германского государства — прусы или, как их называли в России, пруссаки. А ведь это имя им досталось от ассимилированного балтского племени пруссов, много веков соприкасавшегося со славянами. И произошло это в XV–XVI веках… А сегодня мало кто вспоминает о пруссах-балтах.

Арбо. Готский вождь вызывает гуннов на бой

Во второй половине XVIII века, во время Семилетней войны, в Восточную Пруссию вошла русская армия. И местные жители легко нашли общий язык с русскими, вспомнили обычаи предков и легко заговорили по-русски. Не секрет, что и немцы сыграли заметную роль в формировании и укреплении России. Они стали переселяться в наши края с XIV века. А в XVIII–XIX веках немецкие чиновники, военные, мастеровые служили и трудились рядом с «природными русаками». Существовали и места компактного проживания немецких переселенцев — на Волге, под Саратовом.

Подвергшись давлению со стороны более сильных племен, готы, германские племена, жившие на южном берегу Балтийского моря, начали во II в. н. э. перемещение на юго-восток, в степи юга России и Украины, через болота и леса западной части Восточно-европейской (Русской) равнины. Это древний ареал расселения славян. И там готы обосновались более чем на два столетия. Они разрезали славянский мир на западный и восточный.

Факт обитания готов в этом районе в III–IV веках подтвержден многими достоверными сведениями древних авторов. В первой половине III века готы достигли северного Причерноморья. Разгромив скифо-сарматские племена, они около 260 года основали на берегах Черного моря «царство Германариха» (его так принято называть по имени их вождя, положившего начало великой готской империи). Влияние более высокой скифо-сарматской культуры ускорило развитие готских племен. Этому периоду соответствует Черняховская археологическая культура.

По своему этническому признаку государство Германариха (по легенде, этот великий царь прожил 110 лет) представляло рыхлый конгломерат племен, в котором готы играли доминирующую экономическую и военно-политическую роль. Вся история этого царства являла собой борьбу за объединение многоплеменного населения. Готы делились на остготов (они жили в низовьях Днепра) и вестготов (живших в низовьях Днестра). В целом же безоблачное существование готского государства продолжалось до последней четверти IV в н. э.

Именно в это время в юго-восточных степях собиралась гроза, которая разрушит громадное государство готов в зените его становления. На берега Дона явились гунны. Гунны — не индоевропейский диковатый и воинственный кочевой народ, вторгшийся в 370‑х годах из Азии в Восточную Европу. Большинство ученых считает его полеэтническим, но происходящим от народа хунну, упоминаемого в китайских источниках.

Вторжение гуннов положило начало великому переселению народов. В период наибольшего могущества под властью Аттилы (434–453 гг.) гуннское объединение с центром в Панонии (современная Венгрия) достигло максимальных размеров, охватив территорию от Волги и Кавказа до Рейна. Аланы первыми испытали натиск гуннов, за ними последовали герулы, бургунды, готы, анты. То есть — почти все германские и протославянские племена подпали под власть гуннов.

Ко II веку славянство, хотя оно и не было абсолютно монолитным, все же имело много сплачивающего, что и позволяло славянам идентифицировать себя по этническому и языковому признакам, отличающим их от других народов.

В Повисленье и в Прикарпатье, ареале так называемой Пшеворской культуры, археологи нашли самые крупные железоделательные комплексы, производившие по 4000 тонн товарного железа в год. Возможно, они снабжали своими изделиями всю Центральную Европу. Именно Пшеворская культура была первой, в настоящем понимании этого слова, славянской культурой, определившей все последующее развитие славянского мира.

В расселении пшеворского племени на Южном Буге и в Среднем Поднепровье следует видеть славянизацию носителей зарубинецкой культуры. Можно полагать, что во II в. н. э. в Верхнем Поднепровье, на Волыни, в верхнем течении Южного Буга и Киевском Поднепровье доминировал славянский этнос, впитавшие сильные влияния скифов и кельтов.

В более поздние времена в становление древнерусской нации внесли свой вклад балты и финно-угорские племена. К IX–X вв. несколько финских племен ассимилировались, стали частью древнерусской нации. Это меря, мурома, чудь, весь. Позже мирно вошли в состав русского государства мордовские племена и карелы, сохранившие национальное своеобразие. Определенную роль в формировании древнерусского народа сыграли и скандинавы. Русские князья нанимали скандинавских воинов, многие из них оседали в русских городах, обзаводились семьями и потомством… Ассимилировались в русском море и многие хазары. Поступали на русскую службу и представители тюркских племен: булгары, половцы, позже — татары. Русь принимала всех. Русским становился всякий, кто говорил на нашем языке, принимал нашу культуру, государственную власть и веру, любил нашу Родину. Об этом свидетельствует и этимология наших фамилий. У многих из них — тюркские корни (например, Кайсаров, Корсаков, Балашов). Существуют и русские фамилии финского (например, Урлашов), германского (Фонвизин), армянского (Акопов) происхождения. Возможно, поэтому именно вокруг Москвы сплотилось огромное евразийское пространство. Процессы обрусения шли и в недавнее время. В 1920—30‑е годы ХХ века, когда действовала советская паспортная система с «пятой графой» («национальность»), несколько сот тысяч евреев и немцев стали русскими и украинцами. Они стали не только говорить, но и думать на русском языке. Как правило, у них были русские или украинские родственники — жёны, дяди, племянники. Тут совпало сразу несколько факторов: русское окружение, социализация в СССР и личный выбор. Славяне на территории современной России

На протяжении многих веков народы неизбежно изменяются, заимствуя какие-то внешние черты и культурные традиции у своих соседей.

В середине II тысячелетия до н. э. на европейскую территорию будущей России, предположительно из Малой Азии, проникли народы, говорившие на индоевропейском языке. По мере продвижения на запад от них отделялись большие группы племён, оседавшие на новых землях. Так, южное побережье Балтийского моря и значительную часть Центральной и Восточной Европы заселили племена, говорившие на балто-славянских наречиях. Земли, на которых осели предки современных славян и балтов, первоначально на западе ограничивались реками Днестром и Вислой, а на востоке — верховьями Западной Двины и Оки.

Славяне осваивали земли будущей центральной России. Они, вместе с балтами и финскими племенами — исконные, стародавние жители этих лесистых краев, богатых большими и малыми реками и заливными лугами. В последние десятилетия найдены следы оседлой жизни древних славян в нынешней Смоленской, Калужской, Брянской области… Современная техника (начиная с простого металлоискателя) позволяет интенсивнее и быстрее проводить археологические изыскания. Но это породило и волну «чёрных копателей», которые наносят большой урон исследовательской работе, мешают точной классификации находок, многие из которых не попадают в научный оборот. И всё-таки археологам удалось многое узнать о первых балто-славянах, живших в наших краях, возможно, уже во II веке до нашей эры. Конечно, ни в те далекие времена, но в следующие века они не контролировали всю территорию, которую осваивали. И до первых начатков государственности было еще далеко. Они жили родовыми общинами. Их интересовали реки. Реки — это рыба, это водопой, это самая лучшая магистраль. В летнее время — для сплава, в зимнее — для движения по льду. Помогали земледельцам и скотоводам и заливные луга. Далеко от рек племена наших предков не проникали.

Основными занятиями у них были охота, рыболовство, лесное скотоводство и подсечное земледелие. Эти племена, в будущем разделившиеся на балтов и славян, постоянно общались между собой, их языки были очень близки. Сходными были и жилища, одежда, домашняя утварь, обряды.

Древние славяне, первые поселенцы будущих русских земель, были не только пахарями и рыболовами. Развивалось скотоводство и кузнечное дело. Славяне были и воинами, защищали свои владения. Их исторический путь был извилист. Приходилось бороться за «место под солнцем». Так, представители Черняховской культуры, главным образом — сарматы, в III веке оттеснили древних славян с территорий Курской и Белгородской области на север и восток — к Волге и на территорию нынешней Москвы. Хотя славяне оставались и в обжитых краях, «под сарматами». Продолжались войны, походы, приводившие к миграции племён. Соединялись и распадались лихие кочевые империи. Когда войны с гуннами ослабили недавних врагов, славяне вернулись к обжитым краям. Славянской (возможно — частично славянской) была Киевская археологическая культура, занимавшая обширную территорию. С V века на территории Брянской и Курской областей сложилась славянская Колочинская археологическая культура. Создавались первые славянские укрепленные городища в этих краях — племенные центры. Вокруг них активизировалась торговля и ремёсла. Росло племенное самосознание, обогащался язык, утверждались традиции — бытовые и религиозные. Такова ранняя юность нашего народа.

Древние славяне

На огромном пространстве современной России и славянского мира шла эстафета цивилизаций, в которой все оказывали влияние друг на друга. Этому процессу, по большому счёту, и посвящена наша книга. Древние греки, колонизируя Причерноморье, стали сотрудничать со скифами. Иначе им не удалось бы наладить жизнь в новых полисах… Они создавали совместные государства — в частности, Боспорское царство. Это VII–V века до нашей эры. Позже скифов стали теснить сарматы. Снова — симбиоз, на этот раз — скифско-сарматский. Это III–II века до нашей эры. Затем готы покорили сарматов и объединили под своей властью обширную территорию — от Чёрного моря до пределов современной Курской области. Готы в III веке сдвинули в леса живших здесь с I тысячелетия до н. э. протославян. Когда под напором гуннов готская держава ослабла — славяне вернулись и разбили старых врагов, вестготов. Это конец IV–V века. А далее — новые волны завоевателей. И постепенный путь славян к собственному государству.

Такова сцепка истории: всё взаимосвязано.

Какие же факторы определяют народное единство? В первую очередь — язык, территория, культура и религия. Приведём простой пример. Живёт на Балканах некогда единый народ, говорящий на сербско-хорватском языке. Но трагическая история разделила этот народ на три обособленные ветви. Главным фактором разделения стали религиозные разногласия. Одни стали католиками, другие остались православными, третьи, под воздействием завоевателей, приняли ислам. Так появились сербы (православный народ), хорваты (преимущественно, католики) и боснийцы (мусульмане).

Анты… Так принято называть полиэтническое объединение древнеславянских племен, имеющих зачатки государственности (вождя-Божа, знать, войска) уже в IV веке. При Боже они не раз наносили поражения готам, но были разгромлены войсками Амалия Винитария (Витимира). Анты упоминаются в Византийских и готских источниках VI–VII вв. (до 602 года).

По сведениям Иордана, антский вождь Бож погиб во второй половине IV века, до 376 года (то есть, до смерти готского короля Германариха). Само столкновение антов Божа с готами, согласно выводам археологов, происходило где-то на днепровском левобережье, в ареале киевской археологической культуры.

В лангобардских Анналах упоминается некая страна Антаиб, располагавшаяся между Дунаем и побережьем Балтийского моря. Предполагается, что это государство можно связывать с историей народа антов. Основным занятием антов было земледелие. Ремесло носило домашний характер, то есть, изделия они производили для себя, а не на продажу или не для обмена.

Из общины выделяется слой воинов-профессионалов (вои), которые в летнее время занимались набегами на Византию и другие территории. Воины объединялись в небольшие отряды по несколько сот человек (дружины), которые, соединяясь, могли образовывать армию до 1–2 тысяч человек. Во главе отрядов стояли вожди (князья и воеводы), гибель которых во время боя повергала воинов в панику.

Вооружение антов было легким: щит с кожаным ремнем и копье, а также стрелы с ядом, сулицы для метания копий и дротиков и копьеметалки. Анты по праву считались сильнейшим славянским племенем. Антские воины служили в византийской армии и иногда достигали больших должностей. Так, известны имена Дабрагаза — он стал военачальником на византийской службе в 554–555 гг., Усигарда — он предводительствовал византийскими войсками в то же время. Леонтил (Леонтий), сын Дабрагаза, стал византийским военачальником в 556 году.

Реликвии древних антонов

Важное значение у антов имели жрецы или волхвы. Сакральную роль выполняли и сказители (песнотворцы). Есть византийское сообщение о том, как были задержаны несколько сказителей с кифарами, которые вели повествование под гусельный наигрыш, переходя с места на место и нередко выступали посредниками в переговорах между племенами. Изображение семиструнных гуслей имеется на фигурах антского типа, найденных в курганах на берегу Десны. До нашего времени в переработанном виде сохранились сказания антского времени о князе Кие. Из антских князей до нас дошли лишь некоторые имена: около 375 года — Бож, 560‑е года — Идаризий, 560‑е — Межемир, 560‑е — Келагаст.

У антов появляются протогорода. К антскому времени относят возникновение Киева, получившего значение религиозного и племенного центра. Открыто «Пастырское городище» на берегу реки Сухой Ташлык (Черниговская область), там жили воины и ремесленники, которые производили гончарную посуду и украшения (фибулы, поясные наборы), распространявшиеся далеко за пределы антской земли. В антское время возник и город Волынь на Западном Буге, известный как поселение воинов и центр племенного союза волынян. Грады еще не имели значения торговых центров. Их население оставалось непостоянным. Здесь проходили веча, религиозные праздники, пиры, торжища.

У антов зарождается наследственная власть князей. Греческий историк Менандр определяет антского «архонта» (князя, вождя) Межемера (около 560 года) как «сына Идария, брата Келагаста». Это свидетельствует о передаче власти «архонта» по наследству от отца к сыну и от брата к брату. Примечателен и сам факт внимания к родословной вождя, о которой имел представление византийский историк.

Что касается словен — родственного антам племени, жившего в Придунавье, то и здесь происходит укрепление княжеской власти. Во всяком случае, в шедшем параллельно сплочении племенных союзов словене даже опережали антов. У антов вышеназванный Межемер около 560 года только становится лидером среди «архонтов». Он приобрел величайшую силу у антов и мог «противостоять любым своим врагам». Но при этом архонты сохраняли самостоятельность, и Межемер мог выступать лишь как представитель их совета.

Иная ситуация сложилась у дунайских словен, вероятно, в силу меньшей численности и меньших размеров территории. Здесь уже в начале 560‑х годов из среды «игемонов» выделился признанный лидер. Звали его Добрята. Добрята представлял свой племенной союз в дипломатических делах. Вероятно, он же являлся вождем в общих военных предприятиях. При этом он обязан был считаться с мнением других «игемонов» и решение должен был принимать совместно с ними. Старшинство Добряты, таким образом, обрело официальный, общепринятый характер.

Таким образом, антский и словенский союзы представляли собой две стадии одного и того же процесса, от попустительства которому будет предостерегать своих военачальников император Маврикий несколько десятилетий спустя: «Дабы враждебность ко всем не привела бы к объединению или монархии». Анты представляли собой на 560‑й год ещё «объединение», но дунайские словене сделали ощутимый шаг к монархии.

Еще ближе к монархии стоял удаленный от границ с Византией союз дулебских племен. Здесь уже в первой половине VI века имелся общий сакральный лидер «великий князь» — Мусок (Маджак). Его резиденция, град Зимно — неоспоримый политический и экономический центр союза. Само название городища, вероятно, связано с зимовкой правителя.

В огромном дулебском союзе пребывание (гощение) великого князя следовало, вероятно, за гощением «малых» князей и приходилось на весну-лето. Власть Маджака передавалась по наследству в контексте клана. Император-стратег правильно указал и главную побудительную причину сплочения славянских племен — стремление на равных противостоять общим для всех внешним угрозам. В середине VI века в роли такой угрозы выступали прежде всего кочевые племена авар и булгар. Возможно, что именно вторжение кочевников в 550‑х — начале 560‑х ускорило движение к единовластию.

Антский союз и Валинану можно рассматривать как некое промежуточное звено между «сложными вождествами» и «ранними государствами». Союзы эти были слишком крупными и обладали слишком явной социальной дифференциацией, чтобы считаться просто «племенами» или «простыми вождествами». В чем заключается разница между «сложными вождествами» и «ранними государствами»? В первую очередь важны такие аспекты: степень организованности, стабильность системы, наличие государственного права.

Масштаб полномочий формировавшейся правящей элиты и, главное, появление правящих династий — это признак государства. Однако, отсутствие придворных, каждый из которых выполняет свою функцию — говорит о том, что эти образования оставались на стадии «сложных вождеств», в которых действует более широкий слой родовой элиты, практически не отделенный от всего общества. Важен тот факт, что экономическое и социальное развитие славянских племенных союзов в некоторых регионах приводило к образованию протогосударств.

Первое славянское государство возникло в 623 году и укрепилось на берегах Моравы, на территории современных Чехии и Австрии, объединив предков современных чехов, словаков, лужицких сербов и словенцев. Достоверным источником, в котором упоминается личность князя Само является «Хроника мира» бургундского монаха Фредегара, написанная около 660‑го года. Летописец Фредегар сосредоточил свое внимание, прежде всего на событиях, которые произошли при его жизни, то есть событиях периода 631–660‑х годов.

Государство Само

К VI веку нашей эры славяне обживали обширные территории от Балтийского моря до Дуная и Пелопоннеса, от Альп и до Днепра. Занимались скотоводством и земледелием, сражались. В начале VI века на славянские земли с востока вторглись авары — воинственные племенные орды. Они наступали небольшими отрядами, но эти отряды шли один за другим, сметая всё на своём пути. Авары жгли славянские поселения, урожай на полях и окружающий лес. Захваченных в плен мужчин, женщин и детей они обращали в рабство.

В то время к славянам, на территорию нынешней Моравии, явился купец по имени Само. О происхождении Само ходят противоречивые толки. То ли он был франком, то ли кельтом, то ли германцем, то ли славянином. Фредегар писал: «На 40‑м году правления Хлотаря (623 г.) некий человек по имени Само, франк родом из Санса, вместе с другими купцами отправился к тем славянам, которые известны как венды. Славяне уже подняли восстание против авар, называемых также гуннами и против их правителя-кагана». Чешский историк Франтишек Палацкий писал о Само: «Он был славянин, родом из племени велетов; около 622 г. этому племени угрожало подчинение владычеству франков и, чтобы не подчиняться чуженациональному владычеству, Само ушел со своим родом к чехо-моравским славянам, где быстро приобрел широкую популярность». Действительно, франкское происхождение Само вызывает большие сомнения: в истории он покажет себя слишком непримиримым противником франков. Не исключено, что прозвание «Само» было своеобразным сокращением от славянского имени Славомир.

По-видимому, к тому времени он получил военный опыт, а его купеческий караван защищала верная дружина. Они достигли места, где река Морава впадает Дунай. То было пересечение торговых путей — Восточного и Янтарного, ведущего к Балтике. Само основал там торговый городок, вокруг которого селились славяне. Когда на город напала аварская конница — купец умело организовал оборону и дал отпор завоевателям. Слава о его военных подвигах быстро разнеслась по славянским племенам (венедам), и они избрали его военным вождём, князем. Вскоре славянское войско под командованием Само нанесло аварам несколько крупных поражений. В сражениях он умело расставлял засады, чтобы на бой с основными силами враг приходил уже потрёпанным. На пути аварской конницы вставали меткие лучники. А ополченцы-славяне готовы были сражаться в рукопашной не на жизнь, а на смерть. Есть версия, что до избрания вождем Само был христианином, но, возглавив славянское объединение, вернулся к язычеству. Почему именно моравская держава Само считается первым славянским государственным объединением? Купец Само обладал незаурядными полководческими и дипломатическими способностями, был властолюбив. Надо думать, что славянские вожди и жрецы под угрозой аварских и франкских нападений готовы были отказаться от традиционных полномочий и уступить власть единоличному правителю. Само стал монархом, создал централизованную систему управления с опорой на армию. Он собирал пошлину с проходящих караванов («гостей») и дань с покоренных племён. И молодое государство оказалось жизнеспособным — и в войнах, и в торговых делах. Впрочем, всё это взаимосвязано.

Славянские воины отвели угрозу с Востока. Но не менее опасный враг набирал силу на Западе, на предполагаемой родине Само.

Король франкского государства — Австразии — Дагоберт Первый — захотел подчинить славянское государство своей власти. Поводом для войны стало разграбление очередного франкского купеческого каравана на Моравском поле. Этот купец попросил Дагоберта о помощи. А король давно хотел проучить дерзкого воина, обосновавшегося на Мораве. Франки хотели контролировать торговый путь по Дунаю и обладали военной силой для реализации таких замыслов.

Франкский король направил к Само своего посла — видного вельможу Сихария. Тот прибыл на Мораву и потребовал встречи с князем. Но так как он знал, кто такой Само, то и говорил с ним по-франкски, и одет был во франкский костюм. Но Само потребовал уважения к славянскому государству и уклонился от разговора. Тогда Сихарий нарядился по-славянски и снова явился к князю. На этот раз Само принял Сихария, который, впрочем, отнесся к Само безо всякого почтения и стал требовать компенсации убытков за разграбленный караван. Само согласился со справедливостью его требований, но предъявил к королю Дагоберту и собственные претензии. Сохранилась легенда, что Сихарий в разговоре с Само надменно сравнил славян с собаками. Славянский вождь отметил: «Раз мы собаки, то имеем право кусать вас!». К тому времени противоречий между ними накопилось немало. На франкских землях не раз пропадали славянские купцы… Словом, войны было не избежать.

С запада на славянские земли двинулись сильные отряды Дагоберта: опытные воины, представители франкских племён. В нескольких пограничных стычках алеманны и лангобарды одержали верх. Но вот на пути их войска встала мощная крепость Вогатисбург, в которой засел князь Само со своей дружиной. Дагоберт решил осадить эту крепость, но, выдержав осаду, неожиданно Само с дружиной выскочил из крепости и навязал франкам бой. По легенде, битва продолжалась три дня и три ночи, после чего франки бежали, бросив свой лагерь, припасы и добычу. Так завершилось крупнейшее сражение той войны. Местоположение этой крепости до сих пор вызывает большие вопросы. Есть мнение, что упомянутый в летописи Вогатисбург находился недалеко от современного чешского города Домажлице. Известный археолог Аугуст Седлачек в 1882‑м году опубликовал статью, в которой поместил Вогатисбург неподалеку от города Кадань. Он сослался на свои археологические раскопки на горе, находящейся недалеко от этого города, на которой он нашел остатки крепости, стариной и размерами отвечающей предполагаемому Вогастисбургу. Кадань являлась пограничным городом.

Смерть короля Дагорберта

Князь Само не ограничился этой победой и стал совершать набеги на западные земли, доходя до Тюрингии. Герцог Тюрингии Радульф стал опасным противником славянского государства. Но вскоре, борясь за самостоятельность своего герцогства с соседями-франками, Радульф был вынужден заключить союз с Само: ему понадобилась военная помощь.

Слава и могущество славянского князя настолько возросли, что сербский князь Древан вышел из вассального подчинения Дагоберту и признал власть Само. Крепли и торговые связи моравского государства. В Европе появилась могущественная славянская держава — первая в истории. В столицу Само — Вышеград — свозили дань десятки славянских племён. Чехи, моравы, словаки, лужицкие сербы, дулебы… Соседи побаивались дружину Само, даже аварские набеги на славян прекратились.

Умер Само примерно в 660 году. Подданные почтительно оплакивали своего вождя. У князя было немало детей от венедских жен, но ни один из его сыновей не обладал воинскими талантами и политической хваткой. Вскоре держава его распалась: и снова на берегах Моравы и Дуная хозяйничали авары. Слава о властном и воинственном Само передавалась из уст в уста в славянской среде.

Что произошло со славянами, входившими ранее в состав Антского союза, в конце VI века? У некоторых исследователей есть мнение, что гибель этого достаточно сильного славянского политического объединения — дело не только авар, но и пришедших вслед за ними булгар и хазар, причём, не без участия Византии, увидевшей в Антском союзе угрозу своим провинциям. Территория антов временно попала под контроль Великой Булгарии, а после покорения последней хазарами — перешла под контроль новых хозяев.

Однако византийские источники характеризуют антов как храбрых воинов. Есть основания полагать, что, утратив временно свою самостоятельность и попав в конечном счете (в начале VII века) под власть хазар, двигавшихся в поисках выгодных торговых водных путей на запад Восточной Европы, славяне все же смогли сохранить свою этническую идентичность. Более того, славяне, осваивая новые территории, к VIII веку смогли продвинуться далеко на восток, вплоть до Северского Донца и Дона (часть славян перешла туда с Волги — это представители именьковской археологической культуры), где им в сотрудничестве с остатками сарматских племен и с аланами удалось создать первое русское протогосударство — Русский каганат.

Наплыв кочевников из Азии (гуннов, авар, булгар и хазар) разрушил индоевропейский мир, потрепал не только славян, но и остатки более древнего североиранского населения — сарматов, алан, роксаланов. Они были либо частично уничтожены, либо покорены, а часть из них переселилась на Кавказ и в лесостепную и лесную зоны обитания славян — на Дон, Северский Донец и среднее Поднепровье. Там-то вскоре и возникло первое государство с названием Русь.

Откуда мы об этом знаем? Впервые в европейских документах о нем упоминается в Бертинских анналах за 839 год, в повествовании от том, как ко двору Франкского короля прибывали посланцы Византийского императора. И с ними были люди, которые представились как подданные некоего кагана русов.

Есть интересное свидетельство о том, как правитель Хазарии обратился с просьбой к византийскому императору — помочь построить несколько крепостей на западных границах каганата. Зачем понадобились хазарам крепости на Западе, если главный противник — арабы — пребывали на южных рубежах?.. Император прислал в Хазарию строителей во главе с Петроном Катамирой. От берегов Черного моря византийцы поднялись вверх по Дону и приступили к строительству мощных кирпичных крепостей на левом берегу Дона: в первую очередь, здесь можно говорить о крепости Саркел, но было ещё шесть укреплённых центров.

Логично, что русы не остались в долгу и совершили молниеносные морские походы на Крым и в Амастриду (северное побережье нынешней Турции), откуда родом были строители крепостей. Крымский город Сурож (в греческих источниках — Сугдея, ныне — Судак) захватил некий русский князь Бравлин. Правда, сведения о нём противоречивы.

Государство русов контролировало важные водные пути: Днепр, Северский Донец, Дон. Этой территории соответствуют две археологические культуры: салтово-маяцкая и волынцевская. Археологи исследовали там десятки укрепленных городищ: Пасторское городище (под Харьковом), Верхнесалтовское и Маякское (Воронежская область).

Население было смешанным, большинство составляли аланы и славяне. Они крестьянствовали выращивали просо, рожь, пшеницу, горох. Занимались скотоводством. Владели гончарным кругом, развитыми навыками кузнечного дела. Обнаружена даже самостоятельная чеканка денег, которые относят к «русскому каганату» — так называемые поддельные дерхемы.

Бертинские анналы

Гибель государства произошла из-за конкуренции с хазарами. Камнем преткновения, стали торговые пути, то есть — реки. Скорее всего, государство было уничтожено в ходе нашествия мадьяр. Мадьяры тогда кочевали от средней Волги на Запад, в поисках будущей Родины. Хазары могли использовать воинственных кочевников для решения своих тактических задач.

Также возможно, что Русь Изначальная была уничтожена прорвавшимися на Дон арабами. Есть упоминание, что, разбив хазар и их союзников алан, арабы увели в плен 20 000 семей славян, которые, правда, по дороге устроили бунт и бежали от захватчиков. Остатки государственности, возможно, сдвинулись на запад, и в это время Киев возвысился как ключевой город нового восточно-славянского политического образования. Как крепкий славянский полис на дороге по Днепру в Черное море. Особенно важный, потому что путь по Северскому Донцу и Дону был крепко перекрыт противниками.

В то время эстафету русской государственности принимают на себя города-полисы, возникшие в середине VIII века и вовлеченные в торговлю по пути из варяг в арабы и из варяг в греки. Это Ладога, Смоленск, Полоцк и Киев.

Точных сведений о первом русском государстве сохранилось немного. Мы лишь приблизительно можем сказать, что оно было создано в конце VIII века и прекратило своё существование в 40‑е — 50‑е годы IX века. Показательно, что племенной союз вятичей — остатков «русского каганата» — дольше других славянских племен сопротивлялся власти киевских князей… Пройдет ещё сто лет, и окрепшая Киевская Русь отомстит хазарам, князь Святослав в 969‑м году уничтожит их столицу — Итиль. И Хазарский каганат, уничтоживший первое русское государство, войдёт в полосу кризиса, после которого уже не возродится.

Этот древний народ, создавший ядро великой цивилизации на тесном пространстве Пелопоннесского полуострова и окрестных островов, сыграл важную роль и в истории человечества, и в истории славян, и в русской истории. Недаром с греческими мыслителями, начиная с Геродота, мы встречаемся чуть ли не в каждой главе этой книги… Из греческих письменных источников мы узнаем немало важного о славянах и их соседях.

Греки оставили столь великое наследие в культуре, что избежать их влияния просто невозможно. Греческое влияние на славянскую культуру не стоит преувеличивать, абсолютизировать. Но его нельзя и преуменьшать, игнорировать.

Афинский Акрополь

С чего начинается история греков или, как они сами себя называют, эллинов? Их прародитель, носивший имя Эллин, жил в Фессалии, на побережье Эгейского моря. У него было три сына — Дор, Эол и Ксуф.

Первая из классических древнегреческих цивилизаций — Крито-Микенская или Минойская. Культура названа в честь мифического царя Крита Миноса — владельца лабиринта, построенного, по легенде, великим мастером Дедалом.

В конце III — начале II тысячелетия до н. э. самым могущественным было Критское царство, от которого нам остался уникальный памятник — Кносский дворец. Греки к тому времени уже имели письменность, располагали сильным флотом и были умелыми строителями. С середины II тысячелетия до н. э. центром греческой цивилизации стали Микены, населенные греками-ахейцами. Микены возглавляли общий поход эллинов на Трою, воспетый Гомером в знаменитой эпической поэме «Илиада». В жизни греков вообще огромное значение имеют мифология, литература и театр. Они давали им мировоззренческую скрепу, ощущение себя частью единой эллинской культуры, несмотря на политическую раздробленность.

В XII веке до нашей эры крито-микенская культура погибла под натиском куда менее развитых дорийских племен, который нахлынули с северных рубежей Греции. У микенцев дорийцы позаимствовали гончарный круг, технику обработки металла и приёмы кораблестроения, культуру выращивания винограда и оливковых деревьев. Правда, дорийцы принесли с собой искусство выплавки и обработки железа. Им удалось сравнительно быстро построить новую греческую государственность — на удивление разноплановую. В разных городах-государствах (полисах) утверждались разные политические системы — монархическая, демократическая, аристократическая. При этом все системы базировались на рабовладении.

Благодаря соблюдению правил гигиены, благодатному климату, оливам и винограду грекам к началу I тысячелетия до нашей эры удалось добиться куда большей продолжительности жизни, чем у других народов того времени. В то время эллины, занимавшие сравнительно небольшую территорию, составляли, по расчетам ученых, 10 процентов населения тогдашней земли. Их было 10 миллионов.

Греки превосходили соседей в организованности. Они были хорошими мореплавателями, стремились к открытию новых торговых путей, стремились узнать побольше о мире, в котором мы живем. Издавна они утвердились на западном побережье Малой Азии. Там процветал греческий город Милет, родина основоположника мировой науки Фалеса и многих других мыслителей. Начиная с середины VIII века до н. э. в течение трех столетий грекам удавалось создавать колонии в достаточно отдаленных от греческих метрополий краях. Они дошли до территории современной Керчи, до устья Дуная и Буга, до кавказского побережья Черного моря. Основали несколько десятков полисов и посёлков, среди которых самыми крупными были Боспор Киммерийский, Ольвия, Херсонес Таврический, Фанагория, Тира, Нимфей, Гермонасса, Пантикапей. Азовское море они называли «скифскими прудами». Греческое культурное и торгово-экономическое влияния десятки веков влияло на развитие этих территорий, которые напрямую связаны с историей нашей страны.

Временем наивысшего расцвета древнегреческой цивилизации считается V–IV века до н. э. Время, когда греки давали отпор войскам персидских царей, на высоком уровне занимались наукой, военным делом, литературой, театром, строительством, медициной… Греки создали стройную систему образования. Единства внутри Эллады не было, политическая жизнь определялась соперничеством таких мощных городов-государств, как Афины, Спарта, Фивы. Они вели войны с переменным успехом. Тем временем усиливалось царство, расположенное на северных окраинах Греции и долгое время считавшееся периферийным. Это Македония. Македонский царь Филипп II подчинил Элладу своей власти и подготовил фундамент для завоевательных походов сына — Александра, покорившего Персидскую империю. Империя Александра распалась на несколько государств вскоре после смерти великого полководца.

В начале II века до н. э. Греция (включая Македонию) подпала под военно-политическое влияние усилившегося Рима. Римская культура во многом была родственна греческой. Римляне учились у греков и воспринимали себя продолжением эллинской цивилизации. В 146 году до н. э. Греция стала римской провинцией под названием Ахея. Спарта и Афины при этом получили права самоуправления в пределах своей территории в знак памяти о былой славе этих городов.

Новый расцвет Греции связан с правлением римского императора Константина, перенесшего столицу империи в город Византий, получивший название Константинополя. Новая столица находилась на важнейшем торговом пути из Чёрного моря в Средиземное, по которому осуществлялся подвоз хлеба. Окончательное разделение Римской империи на Восточную и Западную произошло в 395 году после смерти Феодосия I Великого. В Восточной империи преобладала греческая культура, греческая традиция. Константин признал христианство государственной религией своей империи. Это был кардинальный цивилизационный переворот. Постепенно сложились два конкурирующих центра христианской Церкви — Рим и Новый Рим (Константинополь). С каждым веком расхождения между ними увеличивались. Около 867 года раскол стал реальностью — в связи со взаимными претензиями папы Николая I и Константинопольского патриарха Фотия в вопросах догматики, первенства Римского епископа, а также в стремлении главенствовать над христианской церковью в Болгарии. Когда князь Владимир принимал христианство, он уже осознавал различие между римским и константинопольским направлением.

Второй этап раскола христианских церквей относят к 1054 году (взаимное предание анафеме римского легата Гумберта и Патриарха Константинопольского Михаила Кирулария). Вражда церквей закрепилась в 1204 году взятием крестоносцами Константинополя в результате Четвёртого крестового похода (1202–1204 гг.).

Название «Византия» Восточная Римская империя получила в трудах западноевропейских историков уже после своего падения, оно происходит от первоначального названия Константинополя — Византий. Сами жители Византийской империи именовали свою страну «Римской империей», «Империей римлян». В русских источниках византийцев, как правило, называют греками.

Грекам удалось создать и классическое язычество, и классическое православие. Благодаря великой греческой литературе, их религиозные каноны стали образцовыми для соседних народов.

Наибольшие владения империя контролировала при императоре Юстиниане I (527–565), вернув себе на несколько десятилетий значительную часть прибрежных территорий бывших западных провинций Рима и положение самой могущественной средиземноморской державы. В дальнейшем под натиском многочисленных врагов государство постепенно утрачивало земли. После славянских, лангобардских, вестготских и арабских завоеваний империя занимала лишь территорию Греции и Малой Азии. Некоторое усиление в IX–XI веках сменилось серьёзными потерями в конце XI века. Разумеется, Византийская империя была многонациональной. Даже в правящей элите, среди политических и церковных властей мы видим представителей различных племен. Но греческий компонент сохранял первенство.

С тех пор, как славяне появились на Балканах и в Пречерноморье, они активно взаимодействовали с греками. Совершали набеги на греческие города. Торговали с византийцами. И, конечно, многому у них научились — и в военном деле, и по части ремёсел, и по части сельского хозяйства, и в культуре. Славянская экспансия в VI веке достигнет и непосредственно очагов греческой цивилизации — от Македонии до Аттики. Там зазвучала славянская речь. Об этом мы расскажем в одной из глав нашей книги.

Большое значение имела христианизация болгар, сербов и Руси. Эти народы, сохранившие греческое вероисповедание до нашего времени, многое переняли у византийцев. Хотя сохранили и своеобразие — и языковое, и по образу жизни и традициям.

В 1453 году Новый Рим, Константинополь, падет под натиском войск османского султана Мехмета Завоевателя. На много веков греки лишатся независимой государственности.

Пять веков русские земли поддерживали прочные связи с православными соседями-греками. Русские заключали с Византией договоры, а богатство и роскошь Царьграда, как называли на Руси Константинополь, привлекали купцов. Славяне переняли у греков свеклу, гречиху, кабачки, капусту, обучились виноделию, ставшему особенно важной отраслью хозяйства для южных славян.

Недаром, побывав в Соборе Святой Софии в Константинополе, русские посланники отметили, что такой красоты, как у греков они не видели нигде. Грекам подражали в строительстве городов, крепостей, монастырей.

Родом из Византии были и Солунские братья Кирилл и Мефодий, просветители, составившие славянскую азбуку. От греков еще до Крещения князя Владимира доставлялись на Русь и первые книги, а церковный язык заимствовал греческие слова. Распространились на Руси и православные имена. Даже сегодня большинство из самых распространенных в России и в других славянских странах имен — греческие (Александр, Константин, Андрей, Елена, Ирина, Алексей, Геннадий, Арсений, Зоя и многие другие).

Обучали греческие мастера русских иконописи и каменному зодчеству. Первые соборы на Руси — Софийские (в Киеве, в Новгороде, Полоцке) строились по образу Софии Константинопольской.

Русские монархи считали себя прямыми продолжателями римских цезарей и византийских императоров. Сила русского оружия в XVIII–XIX вв. помогла грекам освободиться от османского владычества.

С историей наших предков особенно тесно были связаны греческие форпосты на Чёрном море, много веков хранившие основы эллинской культуры.

Огромную роль в жизни народов, населявших Российскую империю и СССР и населяющих в наше время Россию, Украину, Белоруссию, Молдавию, сыграли древнегреческие колонии Причерноморья. Через колонии осуществлялся вывоз хлеба, шкур из Скифии в Грецию, взамен завозились керамика, вино, оливковое масло. Скифы получали представления о греческой культуре, греки присматривались к скифским наречиям и обычаям.

Мы не случайно постоянно обращаемся к истории греческих причерноморских поселений в нашем повествовании. Таких колоний было много — два десятка. Расскажем подробнее о некоторых из них — о самых важных.

Первая из таких колоний — это Борисфен, поселение на острове, которые славяне называли Березань, в устье Днепра. Основали Борисфен мореплаватели и купцы из греческого города Милета. Собственно говоря, Борисфеном греки называли и саму реку Днепр, и, по традиции, бога — покровителя этой реки. В те годы — в VII веке до нашей эры — остров Березань был полуостровом. Борисфениты занимались земледелием, торговлей, рыбной ловлей. Расцвет поселения пришёлся на начало VI века до нашей эры. Тогда был построен храм Афродиты, тогда борисфениты начали производство металла… Раскопки березанских поселений открыли нам немало уникальных свидетельств о жизни греческой колонии в устье Днепра.

Неподалеку, в устье Бугского лимана, в начале VI века до н. э. выходцы из Милета основали другой греческий полис — Ольвию. Этот город, благодаря выгодному географическому положению, быстро стал важнейшим торговым центром. Главным «местом встречи» греков со скифами. Постепенно Борисфен оказался в тени Ольвии, хотя на ольвийских монетах было отчеканено изображение речного бога Борисфена.

Расцвет Ольвии продолжался сравнительно долго — почти три века, до первой четверти III века н. э. Численность города достигала 15 тысяч человек. Это были не только греческие переселенцы, но и ассимилировавшиеся киммерийцы и скифы. В городе постоянно надолго останавливались купцы со своими небольшими отрядами охраны. Город украшал величественный храм Зевса, святилища Аполлона… Путников поражали мощные каменные крепостные стены. В 450 году до н. э. Ольвию посетил Геродот, получивший в этом путешествии представления о скифской цивилизации. В начале IV века в городе утвердился демократическая форма правления — по афинскому образцу. Администраторов и воинских начальников выбирали на городском собрании на определенный срок.

В 55 году до н. э. город завоевали фракийцы — племя гетов, во главе с царём Буребистой. Со временем полис возобновил своё существование, но контролировал небольшую территорию. И все-таки Ольвия долго сохраняла самостоятельность. Только в 198 году нашей эры город вошёл в состав Римской империи. Ольвия была полностью уничтожена во время нашествия гуннов в 70‑е годы IV века нашей эры.

На территории древней Ольвии сохранились развалины укреплений, крепостных стен и башен, городские кварталы, площадь-агора, храмы Аполлона, Зевса и Асклепия, мастерские и некрополь. В 1924 году на месте древнего города был создан археологический заповедник.

Многие реликвии и произведения искусства, найденные археологами, выставлены в российских и украинских музеях.

Еще раньше Ольвии, но позже Борисфена, примерно в 500 году до н. э. на правом берегу лимана Днестра (Тираса) переселенцы из Милета основали еще один город — Тиру. Расцвет Тиры как торгового центра начался в V веке до н. э. Город чеканил собственную монету, не только из меди и бронзы, но и золотые статеры (3 типа), а также серебряные драхмы с изображением богини Деметры. Во второй половине III века город потерпел нашествие готов, но археологические находки показывают, что город восстановился и римляне оставались там до конца четвертого века. Считается, что Тира погибла в результате гуннского нашествия. Местоположение города было установлено историком Э.Р. Штерном, обнаружившим в результате раскопок 1900 и 1912 гг. на территории дворов Аккерманской крепости и прикрепостной площади мощный слой античного периода.

На территории древней Тиры в средневековье была построена большая крепость Аккерман. В наше время там располагается украинский город Белгород-Днестровский.

С начала V века до н. э. по конец II века до н. э. в Крыму, на территории современной Евпатории, существовал город Керкинитида. Его основали переселенцы из греческой Ионии. До конца IV века до н. э. город существовал как самостоятельное государство и вел обширную торговлю со многими городами античного мира, о чем свидетельствуют археологические находки амфор с клеймами разных греческих городов. В середине II века до н. э. город захватывают скифы. Они построили к тому времени несколько городов и укреплений в предгорной части Крыма и создали собственное государство со столицей — городом Неаполь (в центре современного Симферополя). Но для контроля над торговлей им был необходим порт… Началась война, в которой скифы потерпели поражения. Но Керкенитида как торговый центр не возродилась.

Херсонес Таврический

Важную роль в истории нашей страны, как известно, сыграл Херсонес Таврический — город, расположенный в районе современного Севастополя. Там, по одой из версий, крестился князь Владимир. Основали Херсонес в 420‑е годы до н. э. греки-гераклейцы — жители одной из южночерноморских античных колоний. Херсонес был единственной дорийской колонией. Существовал он на редкость долго — около двух тысяч лет.

Херсонес принимал активное участие в общегреческих праздниках, спортивных состязаниях, вёл активную внешнюю политику. Верховной покровительницей города считалась Артемида.

В первых веках нашей эры в Херсонесе утверждается олигархическая республика, власть в которой принадлежала незначительному кругу влиятельных лиц, связанных с Римом. Город стал форпостом Рима в Тавриде. Там базировались римские легионы. В Херсонесе рано появились христианские общины. В V веке Херсонес вошёл в состав Византийской империи. В 988 году киевский князь Владимир после нескольких месяцев осады захватил город. Взятие Корсуни (так наши далекие предки называли греческий город) позволило Владимиру диктовать свои условия императору Василию II и жениться на византийской царевне Анне.

В XIII веке город терзали набеги монгольских орд и турок-сельджуков. Во второй половине XIII века главные торговые пути переместились в восточную часть Крыма, где генуэзцы основали свои торговые фактории Кафу (современная Феодосия), Солдайю (современный Судак), а вблизи Херсона возникает Чембало (современная Балаклава). В середине XIV века Херсонес попал под власть генуэзцев. В 1399‑м году город был опустошен войсками темника Едигея — основателя ногайской орды. К середине XV века некогда славный город превратился в небольшой поселок.

В 1827 году русские исследователи начали раскопки Херсонеса. Ныне Херсонесский историко-археологический заповедник — один из крупнейших научно-исследовательских центров в стране. Ценные находки из раскопок античных городов Крыма представлены в коллекциях Государственного Эрмитажа в Санкт-Петербурге, Государственного Исторического музея и Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина в Москве.

В IV в. до н. э. на северо-западном побережье Крыма был основан город Калос Лимен. В переводе с древнегреческого — прекрасная гавань. Основали его ионийцы. Город окружала крепостная стена с четырёхугольными башнями. Окрестные земли были размежеваны на наделы. Земледельцы давали хлеб, который активно вывозили в Грецию. Город попал под влияние Херсонеса. Калос Лимен переходил из рук в руки во время войны со скифами. онец существования города относится к I в. н. э., когда его уничтожили сарматы.

В середине VI века до н. э. милетцы основали Феодосию — еще один крымский приморский город. С 355 года до н. э. Феодосия входила в состав Боспорского царства. Город в IV веке до н. э. разрушили гунны… В V веке нашей эры город перешёл под контроль Римской (Византийской) империи, в VI веке был захвачен хазарами, а затем вновь отошёл к Византии. На протяжении следующих веков существовал как небольшое селение, попавшее в XIII веке под влияние Золотой Орды. Позже город выкупили генуэзские купцы. Генуэзцы создали процветающий торговый портовый город Каффа, который служил главным портом и центром управления всех генуэзских колоний в Северном Причерноморье. В этот период город переживал свой расцвет. Население города превышало 70 тысяч человек, в городе действовали филиал банка св. Георгия и театр. Имелся свой монетный двор, где чеканились монеты. В 1475 году Каффу завоевали османы. В османскую эпоху город часто называли Кючюк-Истанбул — Маленький Стамбул, подчеркивая его стратегическую важность. После присоединения Крыма к России (1783 год) город стал возрождаться под древнегреческим именем — Феодосия.

Древний Танаис

В конце VII века до н. э. на месте современной Кречи милетцы основали в Крыму еще один город — Пантикапей. Название города восходит к таврскому языку. По-таврски Пантикапей означает «холм у пролива». Главным божеством-покровителем Пантикапея считался Аполлон. В V веке это был большой город с мощными укреплениями. В Пантикапее чеканили собственную монету. Город находился на пересечении торговых путей между Европой, Средней Азией, Китаем и Средиземноморьем. Основными продуктами экспорта Пантикапея являлись зерно и солёная рыба. Широкое распространение получило виноделие. С середины 80‑х гг. IV в. до н. э. город входил в Боспорское царство и был важнейшим его центром. С 14 года до н. э. Боспорское царство стало вассалом Рима. Пантикапей как столица государства прекратил своё существование в 370‑е годы н. э. во время гуннского нашествия. Но город сохранился и после разрушений!

В Боспорское царство входили многие греческие города-колонии. Поговорим и о них.

В III веке до нашей эры в устье Дона выходцы из Пантикапея основали город Танаис. В течение многих веков Танаис был крупным экономическим, политическим и культурным центром Подонья-Приазовья. Греческий географ Страбон называет его самым большим после Пантикапея «торжищем варваров». Древние географы и историки проводили от Танаиса границу между Европой и Азией. В 237 г. н. э. он был разрушен готами. Но в конце IV века его возродили сарматы. Танаис снова стал крупным центром торговли и ремесел. В V веке город пришел в запустение. В средние века там была основана генуэзская фактория, которую сравняли с землей османы. На месте древнего города основали крепость Азов, за которую русские сражались с турками с XVII века. Азов брали казаки при царе Михаиле Фёдоровиче, Азов брал царь Пётр Алексеевич — и это был его первый крупный военный поход.

В конце VI века до н. э. на Таманском полуострове возник город, позже вошедший в Боспорское царство — Гермонасса.

По одной из версий, город основали греки-эоляне под предводительством Семандра из Митилены, после смерти которого в нём стала править его вдова, Гермонасса. По её имени и назвали город. По другой версии, город был назван в честь бога Гермеса, как торговый центр.

Неподалеку на Таманском полуострове существовала и другая греческая колония — Фанагория. Город считался второй столицей Боспорского царства — после Пантикапея. По сведениям древних историков, город основали Теосцы, которых терзали набеги персов. Назвали они город в честь своего предводителя — Фанагора.

Город стал крупным торговым центром. Фанагория входила в разное время в состав Римской и Византийской империи.

Булгарский хан Кубрат избрал Фанагорию столицей основанной им Великой Булгарии, которая просуществовала с 632 по 665 гг. В византийских источниках говорится о Фанагории как столице Великой Булгарии, которая располагалась в Приазовских степях. В начале X века Фанагория была заброшена жителями из-за природных факторов — повышения уровня моря. Главным центром на Тамани стала Тмутаракань.

Чем замечательны эти города-колонии? Через них шло общение греков и римлян с народами «скифского мира» и с пришлыми кочевниками, которых привлекали Таврида и вообще Причерноморье. Греки «перемешивались» с местными «аборигенами», к ним присоединялись пришлые народы… Для славян греческие колонии стали школой торговли, а отчасти — и мореплавания, и военного дела. Наши предки присматривались и к греческому политическому устройству, и к церковным ритуалам. Они и воевали друг с другом, и торговали, и вместе осваивали торговые пути. Эти древние города стали символом взаимосвязи народов и цивилизаций.

«Скифы» — греческие слово. Его принято употреблять для обозначения всех североиранских кочевников, осваивавших огромную территорию от Чёрного моря и приднепровских степей до Алтая. Греки так объясняли название племени: «Ибо лаконцы носят длинные волосы, а от них всё эллинство, скифы же первые стали стричься, почему и называются «оскифленными». То есть, скифы, значит, стриженые. Персы, как и греки, считали все племена, населяющие эту территорию, единым целым и называли их «саками». Таково, как мы знаем, было и самоназвание скифов. Но гораздо более распространенным оказалось греческое наименование.

Некоторые античные историки (например, римлянин Трог Помпей) считали скифов древнейшим народом на земле. Это не соответствует истине. Когда и где скифы откололись от индоевропейской семьи? Примерно в 1700 году до нашей эры индоевропейцы достигли Енисея. Племена, которые вскоре после этого избрали кочевую жизнь, и были предками скифов. К XII веку до нашей эры формируются их обычаи, образ жизни. А первые скифские протогосударственные образования появились не ранее VIII века до нашей эры. В VII веке начинается расцвет скифского могущества.

Самоназванием скифов было слово «скуда», которое происходит либо от названия головного убора, либо от глаголов «стрелять» или «отщеплять». Но в обиходе остался греческий термин. Дело в том, что у скифов не было письменности, летописей они не составили. И мы судим об их истории, главным образом, по греческим источникам. Мы не знаем, как звучал скифский язык: известны лишь две-три фразы, несколько собственных имен и географических названий, но опять же в изложении греческих историков. Ученым удалось лишь определить, что язык скифов принадлежал к индоиранской языковой ветви.

Что касается скифских верований, то, согласно Геродоту, они почитали семерых богов. Первое место принадлежало Табити — богине огня, стихии, считавшейся священной у всех древних индоиранских народов. Далее следовала супружеская пара — божества неба и земли Папай и Апи, считавшиеся прародителями людей и создателями земного мира. Есть в скифской мифологии божество Тагимаса (Тагимасад), покровитель коневодства. Это неудивительно: ведь скифы были самыми искусными коневодами и всадниками древнего мира. К этому располагал кочевой образ жизни. Скифы — всадники и пастухи, первопроходцы малозаселенных земель… Кочевники, они сроднились с лошадьми, досконально знали их характер. Скифы умели заботиться о поpоде своих коней, могли пpоизводить искусственное скpещивание, лечить их.

Лошадь была для скифа не только сpедством пеpедвижения. Конина была основной мясной пищей. Конское мясо ваpили в больших бpонзовых котлах, имевших высокий поддон и две pучки. Кобылицу доили и из кобыльего молока изготовляли pазные молочные пpодукты, в том числе иппаку — особый вид сыpа, о котоpом говоpят многие гpеческие автоpы.

Скифские лошади, в основной массе — сравнительно небольшие, были очень pезвыми. Кpуглогодичное табунное содеpжание на подножном коpму делало их выносливыми и непpихотливыми. Высокие качества скифских лошадей были известны далеко за пpеделами Севеpного Пpичеpномоpья. В Скифии встpечались и лошади дpугой поpоды — более кpупные, с тонкой, кpасиво изогнутой шеей, высокими стpойными ногами. Эти лошади напоминают совpеменных ахалтекинцев. Скифские кони славились не только выносливостью, но и боевитостью и храбростью. Они не боялись огня.

Скифы умело использовали боевые качества лошадей на войне. Каждый взpослый скиф был конным воином. Скиф с юности не покидал седла. Потерявший лошадь терял свой социальный статус, как правило, превращался в раба.

Основным испытанным оpужием скифа был небольшой лук со стpелами. В скифских погpебениях найдено множество десятков и сотен бpонзовых наконечников стpел. Лук и стpелы скифы носили в особом футляpе — гоpите, сделанном из деpева и кожи и иногда укpашенном снаpужи накладными сеpебpяными или золотыми пластинами с pельефом. Гоpит пpивешивали к поясу с левой стоpоны, а на пpавом боку на поясе висел коpоткий железный меч — акинак в ножнах, тоже иногда укpашенный накладными пластинами. Кpоме того, скифы вооружались дpотиками или копьями с железными наконечниками, иногда брали на вооружение боевые топоpы-секиpы и длинные пpямые мечи. Что касается внешнего вида скифов, по сообщениям Геродота, скифы-будины и гелоны, как правило, имели светло-голубые глаза и рыжие волосы. В курганах археологам удалось найти немало изображений скифов. Вопреки происхождению греческого наименования этого народа, мы видим на них мужчин с длинными волосами, усами и бородами, в шароварах… Одежда скифских мужчин состояла из коротких кожаных кафтанов (туго перетянутых поясом) и длинных плотно облегающих кожаных штанов или широких шерстяных шароваров. Кафтаны носились мехом внутрь.

Скифское изображение лошади

Они занимались не только коневодством. Умело использовали в хозяйственной жизни различных животных. Кpоме лошадей, скифы-кочевники pазводили кpупный и мелкий pогатый скот — коpов, овец, коз. Скифы знали и несколько поpод собак, котоpых они деpжали, видимо, для охpаны скота на пастбище. С ними же охотились на диких животных. Неслучайно «звериные» сюжеты были излюбленной темой скифских художников и ювелиров.

Скифы славились военными хитростями, которые ставили в тупик противников. Один из древних историков рассказывает: «Скифы, намереваясь сразиться с трибаллами, объявили земледельцам и коневодам, чтобы, когда они увидят их, сходящихся с врагами, показали издали табуны скачущих коней. Они явились, а трибаллы, большое количество людей и коней увидев вдали, из-за поднявшегося облака пыли и раздавшегося крика посчитали, что верхние скифы союзниками идут к ним, испугавшись, убежали».

До сих пор сохранилось такое понятие — скифская война. Скифы использовали бесконечные пространства своих владений. Отступали, заманивали врага вглубь Скифии. Лишали завоевателей баз снабжения. Без воды и пропитания страдали и люди, и кони. И тогда скифы нападали на врага, измождённого походом. Нечто похожее предпринимала и Россия — в войнах с Карлом XII, Наполеоном и Гитлером.

Скифы разделялись на несколько крупных племён. По сведениям великого Геродота, господствующими были царские скифы — самое восточное из скифских племён, граничащее по Дону с сарматами и занимавшее степной Крым. Западнее их жили скифы-кочевники, а ещё западнее, на левобережье Днепра — скифы-земледельцы, которых нередко отождествляют с праславянами. На правобережье Днепра, в бассейне Южного Буга, близ города Ольвия обитали каллипиды, или эллино-скифы, севернее их — алазоны, а ещё севернее — скифы-пахари, праславянский земледельческий народ, продававший плоды своего труда в Грецию через приморскую Ольвию. В античных источниках упоминается целый ряд других племён, обитавших в Скифии или сопредельных территориях. В широком смысле их всех называли скифами. Они занимали огромную территорию от Алтая до Дуная, отчасти ассимилируя местное население.

В узком смысле скифами называли только жителей равнин Причерноморья и Северного Кавказа, отделяя их от близкородственных племен — азиатских саков, дахов, исседонов и массагетов, европейских киммерийцев и сарматов.

О традициях скифов мы знаем в основном из греческих источников. Это неудивительно. Кто сравнится с греками в умении писать? В последние сто — двести лет к ним добавились результаты раскопок. Возможно, греки сгущали краски, живописуя нравы загадочных «варваров». Описывается, например, такой ритуал. Скифы закрепляли дружеские узы специальным действом. В чашу наливалось вино и смешивалось с кровью друзей, а затем выпивалось ими после определенных клятв. Дружбу ценили высоко. При этом скиф не мог иметь больше двоих-троих друзей. Находки подтверждают предположения о высоком развитии звероводства у скифов. В скифском искусстве животные всегда изображаются в движении и сбоку (с удивительным реализмом!), но с обращённой в сторону зрителя головой.

Итак, скифы не были единым народом. Вся Скифия представляла из себя несколько больших племен, которые все вместе составляли союз. Несмотря на то, что скифы говорили на одном языке, имели одинаковые обычаи и вели сходный образ жизни, племена все же значительно отличались друг от друга. Каждое отдельное племя жило относительно самостоятельно. Во главе каждого племени стоял вождь, которого принято называть царем. Он самостоятельно управлял своим племенем, но в политических и военных делах подчинялся верховному царю — главе племени паралатов (царских скифов). Царю паралатов все прочие скифские племена платили небольшую дань. Паралаты — царские скифы — жили на берегах Меотиды (Азовское море), между реками Герросом и Танаисом (Танаисом греки называли Дон, по поводу Герроса у современных исследователей единого мнения нет, но это один из притоков Днепра). Оно состояло в основном из воинов, главным занятием которых была война и сбор дани с других племен. Большую часть мирного времени они проводили в движении, кочуя по степи. Пастухи пасли табуны коней, воины упражнялись в боевых искусствах и охотились для пропитания и развлечения. Часть воинов составляла гвардию царя. Они постоянно находилась в его ставке, кочуя по степи вместе с царским родом и военной знатью. В нижнем течении рек Гипанис и Борисфен жили каллипиды, или как их еще называли — эллино-скифы. Такое имя они приобрели, потому, что их земли граничили с владениями греческого (эллинского) города-государства Ольвия. Каллипиды постоянно торговали и общались с эллинами. У них они переняли некоторые обычаи и приёмы ведения хозяйства. Многие каллипиды знали греческий язык и почитали кроме своих еще и греческих богов. Среди них часто жили греческие торговцы и ремесленники. Кроме скотоводства и торговли многие каллипиды занимались земледелием. Они выращивали рожь, пшеницу и полбу, жили в постоянных селениях. Среди каллипидов были искусные ремесленники: гончары, литейщики, оружейники, ювелиры. Они успешно торговали своими изделиями с остальными скифскими племенами. А главное — торговали с греками. Греческие колонии на Чёрном море были важнейшими портами и торговыми центрами. Скифы брали под защиту греческих торговцев, в награду за такие услуги получали дань. Разумеется, между ними и греками случались и конфликты, но, по большей части, они взаимодействовали мирно. Постепенно и сами скифы (прежде всего — каллипиды) научились торговать.

Политическому сплочению Скифии способствовала их война с персидским царём Дарием I в 512 году до нашей эры. На рубеже 5–4 веков до нашей эры царь Атей устранил других скифских царей и сосредоточил в своих руках всю власть. Власть Атея поддерживала вышколенная кавалерия — царская гвардия. Именно он закончил объединение Скифии от Азовского моря до Дуная. Девяностолетний царь погиб в битве с опасным соперником — царем Филиппом II Македонским. По сообщениям античных историков, сам Филипп смертельно ранил Атея копьем. Великая Скифия впала в зависимость от Македонии, но ещё существовала в относительно суверенном состоянии около века. Скифы под командованием Зопириона успешно сопротивлялись напору воинов величайшего полководца, сына Филиппа, Александра Македонского.

Между 280–260 годами до нашей эры держава скифов значительно ослабла из-за вторжения родственных им сарматов, пришедших из-за Дона. Часть скифов погибла, часть перешла через Дунай и осела на прибрежных территориях, с тех пор долгое время называвшихся Малой Скифией.

Скифское царство в Крыму достигло расцвета в 130–120‑х годах до нашей эры при царе Скилуре, когда скифы подчинили себе Ольвию и ряд владений Херсонеса. В 130 годах до н. э. на реке Салгир (в черте современного Симферополя) на месте ранее существовавшего населённого пункта была построена крепость (городище Керменчик). Многие исследователи считают это городище остатками упоминаемого в письменных источниках Неаполя Скифского, возведенного под руководством царя Скилура. Однако вскоре, после поражения в войне с Понтом, позднескифское царство в Крыму перестало существовать как единое государство.

Скифское царство в Крыму и низовьях Днепра с центром в Неаполе просуществовало до второй половины III в. нашей эры и было уничтожено готами. Тогда скифы окончательно потеряли свою самостоятельность и этническое своеобразие, растворившись среди племён Великого переселения народов. Греческое наименование «скифы» окончательно перестало носить этнический характер и с тех пор применялось к различным народам Северного Причерноморья, включая средневековую Русь. «Скифами» в византийских источниках называют готов, восточных славян, хазар, печенегов, аланов… А сами представители этих народов (в том числе — русские) считали за честь признавать себя потомками скифов. До середины XIX века такова была официальная точка зрения: славяне считали себя прямыми наследниками скифов.

По мнению советского исследователя Магомета Исаева, прямым преемником скифского языка в наше время является осетинский язык. Это интересная гипотеза. Несомненно, что многие географические названия на пространстве канувшего «Скифского мира» имеют скифско-сарматское происхождение. На этом великом пространстве скифы передали эстафету другим народам, а сами растворились в них — и в кочевых, и в оседлых. По-видимому, в славянском море растворились, главным образом, скифы-пахари. Скифское влияние заметно и в истории других народов бывшего СССР.

По всей видимости, от скифов славяне переняли церемонии погребального обряда. И в образной системе русского фольклора немало скифских влияний. Прежде всего — образы животных и птиц, а главное — лошадей. Лошадка-качалка, как традиционная детская игрушка — это тоже из Скифии. В орнаментах, в некоторых поверьях, наконец, в традициях славянского язычества немало скифских влияний. А главное — в наследство от скифов нам достались многочисленные курганы с древними кладами. О них мы расскажем в следующих главах.

Историческим наследником Скифского мира стала Российская империя, освоившая и цивилизовавшая всё пространство скифских кочевий. Но это, конечно, гораздо более поздняя история. А на пространстве тогдашней ойкумены непосредственными преемниками стали родственные скифам народы — и, прежде всего, сарматы.

Итак, сарматы. Еще один загадочный народ ойкумены. Властелины Восточной Европы, подробных сведений о которых в истории сохранилось немного. Имя им дали, скорее всего, древние греки, хотя есть и другие варианты этимологии. Так называли народ, который в VI–IV веках до н. э. населял территории от Тисы и Дуная до Аральского моря… Сами себя сарматы (савроматы), вероятно, называли иначе — наименования племен остались в истории. Ощущали ли они сарматское цивилизационное единство? В тех случаях, когда у племен появлялась общая цель, общая военная элита, общие религиозные верования — да. Но централизованного общесарматского государства не создали, оставаясь, по преимуществу, кочевниками.

Древний барельеф

Первым о них заговорил отец истории — Геродот: «Если перейти реку Танаис (совр. Дон) к Востоку, то там уже не скифская земля, но область савроматов». Античные авторы причисляли к сарматам разные народы. Аорсы, языги, сираки, аланы, роксоланы, саи — всё это, как считали продолжатели Геродота, сарматские (савроматские) племена. Происхождение народа Геродот связывал со сказочным сюжетом. Он сообщал, что сарматы происходят от амазонок, которые выходили замуж за скифских юношей, переселившихся вместе с жёнами «к востоку от Танаиса на расстояние трёх дней пути в направлении северного ветра». Великий историк считал, что сарматы говорят на скифском языке, но — с грубыми ошибками.

В V–IV веках до н. э. сарматы были мирными соседями и военными союзниками более высокоразвитой Скифии. Эти народы вместе боролись с врагом во время нашествия персов. Скифские купцы, направляясь в восточные страны, свободно проходили через сарматские земли. В войне с персами сарматы были надёжными союзниками скифов. Во времена царя Атея союзнические отношения сохранялись, сарматские отряды состояли на службе в войске и при дворе скифского царя. Отдельные группы сарматов селились на территории Европейской Скифии. В III веке до нашей эры сарматские племенные союзы окрепли, стали воинственнее. И принялись теснить Скифию, расширяя территорию своих пастбищ.

После завоевания Европейской Скифии сарматы приобрели славу одного из наиболее могущественных народов древнего мира. Вся Восточная Европа вместе с Кавказом получила название Сарматии. Им удавалось сдерживать даже экспансию Рима в период расцвета империи. Установив своё господство в европейских степях, сарматы стали налаживать мирное сотрудничество с земледельческими народами, оказывали покровительство международной торговле и греческим городам Причерноморья. С сарматами считались все — от римлян до китайцев. Многие римские историки и поэты оставили свидетельства о военных подвигах сарматов. Они с ужасом вспоминали о диких всадниках, увешанных оружием.

Сарматы — конгломерат племен. Восточные сарматы нередко враждовали с западными. Западные сарматские племена — роксаланы и языги — занимали степи Северного Причерноморья. Около 125 года до н. э. они создали мощную, хотя и не очень прочную федерацию, возникновение которой объясняют необходимостью противостоять давлению восточных сарматских племён. По-видимому, это было типичное для кочевников раннее государство во главе с племенем царских сарматов. В степях между Доном и Днепром кочевали роксоланы, к западу от них — между Днепром и Дунаем — жили языги. И те, и другие нередко устраивали набеги на территорию Римской империи. Фору в развитии цивилизации получали те племена, которые выдвигали вождя, царя, подчинялись единовластию, создавали дисциплинированную и профессиональную дружину. Такие — царские — племена возглавляли сарматское движение. История сохранила имена многих сарматских племен, хотя полная история династий не выстраивается.

Римляне время от времени платили им дань, старались избегать войн с храбрыми варварами. Известно, что Рим заключал мирный договор с царём Распараганом, который имел два титула — «царь роксоланов» и «царь сарматов». Возможно, это говорит о том, что языги и роксоланы формально сохраняли единую верховную власть. Чаще всего они выступали в тесном союзе, хотя языги занимали равнины Среднего Дуная, а роксоланы расположились на Нижнем Дунае и в Северо-Западном Причерноморье. Завоевав даков, живших между языгами и роксоланами, римляне попытались разрушить их связи и даже запретить общение между ними. Сарматы ответили на это войной.

Особенно долгой и кровопролитной была война сарматов с Римом в 160‑е и 170‑е годы. Известны условия мирного договора, который языги в 179 году заключили с императором Марком Аврелием.

Переговоры с Марком Аврелием возглавил царь Зантик. По договору языги получили право проходить к роксоланам через римские земли, но взамен обязались не плавать на судах по Дунаю и не поселяться вблизи границы. Впоследствии римляне отменили эти ограничения и установили дни, по которым сарматы могли переходить на римский берег Дуная для торговли. Языги вернули Риму 100 тысяч пленных. Даже, если эта цифра преувеличенная — это свидетельствует о кровопролитных и масштабных сражениях.

Восьмитысячный отряд сарматской конницы был принят в римскую армию, при этом часть всадников отправили на службу в далекую Британию. По версии некоторых исследователей, например Жоржа Дюмезиля, именно эти бывалые сарматы стали прототипами героев кельтских мифов о короле Артуре и рыцарях круглого стола. Ни кельты, ни бритты не имели профессиональной кавалерии, а сарматы имели. И выглядели в Британии настоящими героями, полубогами. Да и было их, по меркам того времени и малонаселенной Британии, немало: несколько тысяч. Прототипом короля Артура мог быть вождь алан Эохар, который жил в V веке и был союзником римлян в Галлии в течение 40 лет.

Восточные сарматские союзы аорсов и сираков населяли пространства между Азовским и Каспийским морями, на юге их земли простирались до Кавказских гор. Сираки занимали приазовские степи и северокавказскую равнину к северу от Кубани. Предгорные и равнинные районы Центрального Предкавказья тоже принадлежали сиракам, но на рубеже новой эры их потеснили аорсы. Аорсы кочевали в степях от Дона до Каспия, в Нижнем Поволжье и Восточном Предкавказье. За Волгой их кочевья доходили до Южного Приуралья и степей Средней Азии. По словам древнегреческого географа и историка Страбона, аорсы и сираки «частью кочевники, частью живут в шатрах и занимаются земледелием».

Наиболее высоким уровнем общественного развития отличались сираки, которые подчинили на Северо-Западном Кавказе земледельцев-меотов и создали своё государство. Одной из резиденций сиракских царей был город Успа, находившийся недалеко от восточного побережья Азовского моря. Аорсов, которые жили в степях Прикаспия и Предкавказья, называли «верхними аорсами». Они господствовали над западным и северным побережьем Каспийского моря и контролировали торговые пути, шедшие через Кавказ и Среднюю Азию. Могущество и богатство аорсов уже в древности объясняли участием в международной торговле. В Китае страна аорсов называлась «Янтсай» — через неё шёл путь, соединявший Китай и Среднюю Азию с Восточной Европой и морской торговлей по Черному и Средиземному морям.

Аланы особенно выделялись воинственностью среди восточных сарматских союзов, возглавляемых аорсами. Упоминаниями о «неукротимых», «храбрых», «вечно воинственных» аланах пестрят источники той поры. Античная традиция упоминает их и в низовьях Дуная, и в Северном Причерноморье, и в степях Предкавказья. Аланы принимали активное участие в делах Боспорского царства. В Фанагории, столице Боспорского царства, существовала группа аланских переводчиков. Воинский авторитет аланов был так значителен, что в Римской империи создали специальное военное пособие — руководство для эффективной борьбы с ними.

В борьбе с готами и гуннами сарматский боевой дух постепенно иссяк. Они не сумели сохранить своего государства, рассеялись среди народов Восточной Европы… Последние упоминания о сарматских государственных образованиях относится к VII веку нашей эры. Дальше — забвение.

Но сарматы не канули бесследно для юга Украины и России. От них сохранились остатки живого языка, и, по словам академика Соболевского, они даже передали названия больших рек протославянам: Днестр, Днепр, Дон… У Сарматов в войнах всегда участвовали женщины. Они играли заметную роль и во всех других сферах жизни. Матриархат в сарматских племенах сохранялся долго. Сарматы в глубокой древности — это народ управляемый женщинами. Поэтому их и связывали с амазонками! Правда, позже в истории сарматов началось время царей-мужчин. Но история с амазонками и приверженность сарматов матриархальным традициям позволила академику Борису Рыбакову утверждать, что всем известный сказочный образ бабы Яги изначально был связан с сарматскими традициями, с представлениями о женщине-богатырше.

Некоторые историки предполагали, что сарматы являются основными предками восточных и южных славян. Это не подтверждается. Но цивилизационная связь очевидна: сарматы были зороастрийцами (вера иранских племен), и их поклонение огню — солнцу передалось восточно-славянским народам. У них не было письменности, не было историков и поэтов. Поэтому в истории сарматских племен остается немало белых пятен.

С сарматами связывают Сарматскую археологическую культуру, представленную, главным образом, погребальными курганами. В её рамках выделяют три отдельных (хронологически последовательных) культуры: раннесарматскую («Прохоровскую»), среднесарматскую («Сусловскую»), позднесарматскую.

Сарматы были умелыми воинами. Главным образом — конниками. Их считают основоположниками тяжелой и легкой кавалерии. В бой они шли, вооруженные длинными пиками, луками и мечами, для защиты надевали, по свидетельству античных авторов, панцири из нарезанных кусочков рога, но чаще использовались кожаные доспехи.

Сарматов считают далекими предками современных осетин (аланов) и казаков. Что касается казаков — тут скорее преемственность на уровне традиций, как эстафета цивилизаций. Такую эстафету приняли от сарматов и все восточные славяне. В XVII веке польская шляхта возводила свое происхождение к сарматам, даже в одежде они любили «сарматский стиль».

Это один из самых загадочных народов в мировой истории. О готах мы уже немного говорили в одной из глав, но их история настолько интересна, что мы решили остановиться на её эпизодах ещё раз, подробнее. Готы были мобильным народом-армией. За пятисотлетнюю историю своего этноса они проделали колоссальный путь, пройдя через всю Европу с Севера на Юг и с Востока на Запад. Феномен в истории европейских народов почти уникальный и заслуживающий осмысления.

На рубеже эр — то есть, незадолго до Рождества Христова, готы вышли из Скандинавии. Сперва они поселились в польском Поморье — этому соответствует так называемая Вельбарская археологическая культура с центром в районе современного польского города Гродно. Через пять поколений (то есть — через 100–120 лет) они двинулись на юго-восток, в северное Причерноморье. В середине III века они совершали весьма успешные набеги на Грецию и даже в Малую Азию. Они стали выгодными союзниками Римской и Византийской империи. А в конце IV века были изгнаны оттуда после нашествия гуннов. Началось блуждание готского народа-армии по южной Европе, завершившееся созданием государств вестготов на территории южной Франции и северной Испании и остготов великого Теодориха в Италии. Остготское королевство пало под ударами византийских войск Юстиниана, а вестготское было уничтожено под натиском франков и арабов. Готы исчезли со страниц истории, а точнее — растворились в новых этнических обществах. Судьба некоторых ответвлений народа продолжалась и после этих роковых военных поражений. Сотни семей готов, отказавшиеся во времена Теодориха двигаться в Западную Европу, остались в Крыму, надолго там обосновались и сохраняли культурную идентичность. Последнее готское княжество в Крыму было разгромлено турками в 1475 году, а последние потомки христиан-готов (правда, они уже не имели своей государственности) были расселены в Мариуполе по указу Екатерины Великой.

Традиционно готов отождествляют с германцами. Основа народа — язык. Готы говорили на одном из германских диалектов, а их язык нам известен по одному из переводов Библии, сделанному в конце IV века епископом Вульфилой. О нем мы еще расскажем подробнее. Тут нужно учесть, что на германских языках до сих пор говорят десятки народов — например, англичане, голландцы, исландцы, а вслед за британцами — и американцы, австралийцы, жители Новой Зеландии… Но мы не отождествляем их с современными немцами. Так и с готами. Они были носителями особой цивилизации. И как раз территорию современной Германии готы в своих многочисленных блужданиях, как ни странно, миновали. Скорее их влияние сказалось в истории и этническом своеобразии негерманских народов — итальянцев, греков, албанцев, сербов, болгар, венгров, украинцев, русских, молдаван, румын, татар, а, может быть, и народов Северного Кавказа.

Готам повезло. В отличие от многих народов древнего мира (например, от аваров, древних славян, гуннов), у них был великий историк — Иордан (Иорнанд). Великий интерес представляет его работа «О происхождении и деяниях гетов». Сокращенно этот капитальный труд принято называть «гитикой» (помните шуточное выражение — «Наука умеет много гитик»?). Почему геты, а не готы? Геты — это древнейший народ, живший на территории современной Румынии и Молдавии. При чем здесь они? Ответ на этот вопрос кроется в обстоятельствах биографии Иордана и в историческом контексте сочинения его труда.

Историки не сомневаются в готском происхождении Иордана, хотя, вероятно, он был связан родственными связями и с аланами. По-видимому, он был монахом, сведущим в делах юридических. И обладал большой эрудицией и литературным талантом. Настал момент, когда друзья попросили его, отложив все дела, написать историю готов. Почему нужно было так спешить?

Как раз в те времена король остготов Теодорих завоевал Италию и ему нужно было наладить взаимоотношение с местным населением — весьма многочисленным. Король нуждался в сильной пропаганде. Нужно было убедить их в величии готской истории, чтобы представителям древних великих народов не зазорно было подчиняться готскому королю. И Иордан блестяще справился с политической задачей. Книга Иордана — памятник не столько историографии, сколько пропаганды. Именно поэтому в заглавии он выделил гетов. Небольшое племя, прочно покоренное готами. Гетов он выделил в силу их древности. Ведь геты были участниками греко-персидских войн, а то и Троянской войны. Отождествление с гетами повышало исторический рейтинг готов в глазах бывших римлян и эллинов… Это была своего рода подтасовка, хитрость Иордана — возможно, так задумал сам Теодорих. То есть, Гитика — сочинение агитационное. Но при этом там немало ценнейших свидетельств. Готские песни, свидетельства об их традициях, трактовка исторических коллизий… Не все готы поддерживали имперскую политику Теодориха, который, подобно Александру Македонскому, во многом пытался уподобиться покоренным народам. Многие видели в его политике ущемление своей родовой гордости. Сотни готских семей предпочитали уйти на Восток, в менее заселенные края, чтобы только сохранить свое своеобразие.

Теодорих

Иордан пишет про Скандинавию как про древнюю родину готов: из его повествования следует, что переселение состоялось в I веке нашей эры. Переселилась лишь часть народа. Остальные продолжали жить в Скандинавии, и довольно долго. Это подтверждает и широко распространенные готские топонимы в Скандинавии. Готланд, Гетеборг и прочие. Где искать прародину континентальных готов? Остров Готланд расположен ближе к устью Вислы.

Вернемся к началу готского вторжения в старую Европу. В тот период Римская империя находилась на пике кризиса, терпит поражения от персидских Сасанидов. За 30 лет сменилось 20 императоров! Считается, что около середины 3 века прекратили существование скифские городища в низовьях Днепра. Самым трудным для Рима выдался 260 год, когда император Валериан проиграл войну персам (Шапуру I) и попал в плен. В тот же год алеманы (германцы) прорвали полосу укреплений на Дунае и Рейне и стали заселять земли империи. Мы не знаем о реальных взаимоотношениях племен, но наличие неких союзнических и подданнических отношений между воинственными и голодными до добычи «варварскими» племенами вполне вероятно. Готам удалось в этой ситуации заметно усилиться.

Готский союз год за годом на кораблях пересекал Черное море. Готские отряды, высаживаясь десантом, грабили провинции Малой Азии. Они были первопроходцами. До готов никто из «варварских» народов не совершал морских набегов на эти древние города. Именно выходцы из Скандинавии, издавна знакомые с морским делом, изобрели такой способ ведения войны. В 264 году готы напали на Каппадокию. Тогда в готском плену оказались дед и бабка будущего крестителя готов епископа Вульфилы.

В эти годы неприятности одна за другой обрушивались на причерноморских греков. Прерывается чеканка монет в Босфоре, разрушены приграничные крепости Илурат и Нимфей… Виной тому во многом были усилившиеся готы. В то время формируется Черняховская археологическая культура северного Причерноморья, которая соответствует расцвету готской истории. Постоянные контакты готов с империей позволили им познать великую цивилизацию. Ее следы находят археологи, исследующие черняховскую культуру. Археолог-славист Петр Николаевич Третьяков (1909–1976) видел в черняховской культуре некую несостоявшуюся народность. И все-таки некая общность сложилась. Сложный конгломерат, объединенный под властью готских королей, римляне воспринимали как неких скифов, «называемых готами». Со 160–180 года шло активное формирование этой общности, а завершилось оно ко времени правления императора Константина. К этому времени обширная территория от Восточной Трансильвании до Курской области России оказалась покрыта густой сетью поселений и могильников, удивительно однообразных по своему облику. Похоже, мы имеем дело с весьма многочисленным населением IV века. Найдено огромное количество памятников черняховской культуры — от 2 до 5 тысяч.

В этих условиях император Константин, понимая, что никакие крепости не удержат варваров от вторжения, заключил с ними взаимовыгодный союз. Готы получали ежегодную дань серебром, одеждой, оружием, а, возможно, и продуктами, а в ответ готы обещали не пропускать к границам других варваров и предоставлять грекам военную помощь во время боевых действий. Кроме того, предполагался ежегодный призыв готов в римскую армию — по преувеличенным данным, до 40‑ка тысяч человек в год.

В 269 году готы предприняли грандиозное вторжение на Балканы для захвата земель. Это была попытка переселения 2000 кораблей и тысячи мужчин с женами, детьми и скотом по суше. Достигнув Фессалоник, флот высадил десант, который двинулся на воссоединение с сухопутной армией. Готские десанты грабили греческие острова. Но готов преследовали неудачи, их суда гибли, преследуемые греками и морскими бурями. В 270‑м император Клавдий окончательно разбил их около у Наиссы (ныне — сербский город Ниш). Он разбил обе армии, не дав им соединиться и отрезав путь на Север. Уцелевшие готы ринулись к флоту, но он уже был рассеян… В тот раз попытка готов поселиться на территории империи провалилась.

Один из величайших деятелей в готской истории — епископ Вульфила, создатель готского алфавита. Он носил германское имя, означающее «Волчок». Около 341 года он участвовал в посольстве готов к императору Констанцию. Во время пребывания в Константинополе он был выбран епископом готов и рукоположён Евсевием Никомедийским. Наиболее важным делом Вульфилы был его перевод Священного Писания на готский язык. Рукописей Готской Библии до нас дошло только 8, но все — во фрагментарном состоянии. Самая роскошная рукопись была выполнена по заказу короля Теодориха. У готов появилась развитая письменность, благодаря которой мы многое узнали не только о самих готах, но и о славянах.

Вульфила проповедовал арианскую версию христианства, которое было проще для восприятия в варварской среде. По арианской версии христианства, Христос лишь подобен Богу, но не является Богом и не живет вечно. Он — лишь посредник между Богом и людьми. Многих привлекала простота и душевность этого канона. Когда около 348 г. в стране вестготов начались преследования христиан со стороны Атанариха, могущественнейшего из вестготских князей, то Вульфила, став во главе своих единоверцев, вывел последних через Дунай в Мезию.

Император Констанций принял переселенцев очень ласково и отвел им плодородные земли около Никополя, где они основали общину с патриархальным устройством, во главе которой стоял сам Вульфила. Когда православие стало вновь брать верх над арианством, Вульфила, державшийся последнего, по собственным его словам в завещании, тщетно старался побудить императора Феодосия к созыву собора для решения спора между православием и арианством. В 381 году был издан закон, по которому арианам запрещались диспуты по вопросам веры. Тем не менее, в 383 году Феодосий сделал последнюю попытку примирить арианство с православием, созвав собор в Константинополе. Туда был приглашен и Вульфила. Явившись в Константинополь, креститель готов там и умер, вероятно, летом 383 года. Он прослужил епископом целых сорок лет. Император Констанций, сын Константина Великого, называл его «Моисеем готов». А готов, поселившихся в Мезии, стали называть «малыми готами». Из их среды вышел и историк Иордан. Их главным городом был мезийский Никополь, расположенный на территории современной Болгарии, неподалёку от древней болгарской столицы — Велико-Тырнова.

Последний расцвет готов связан с деятельностью короля из рода Амалов, Теодориха Великого. В 489 году он вторгся в пределы Италии и к 493 году завоевал весь Апеннинский полуостров и Сицилию, Предальпийские области и Далмацию. С 493 по 526 он — единоличный правитель королевства остготов, со столицей в Равенне. В 1993‑м году итальянцы отметили 1500‑летие его империи выставкой и конгрессом. Теодорих — сын Теодемира и его любимой наложницы Эрелеувы (Эрелиевы). Точная дата его рождения неизвестна. Согласно преданию, Теодорих родился в тот день, когда весть о разгроме гуннов Валамиром достигла его брата Теодемира. В раннем детстве воспитывался в Константинополе.

После гибели верховного короля остготов Валамира, Теодорих в 470 году вернулся из Византии и принял власть над частью королевства своего дяди Валамира, а его отец Теодимир — как наследник Валамира — стал верховным королём. Во главе 6000 воинов Теодорих перешёл Дунай, напал на короля сарматов Бабая и разбил его. В 482‑м году Теодорих вторгся в Грецию. Византийский император Зенон умело управлял силами Теодориха и убедил его напасть на Италию… Памятники Рима приводили его в восторг, и готский король объявил, что Вечный город всегда должен пользоваться особыми привилегиями. Теодорих много жертвовал на восстановление в Риме памятников и преклонялся перед древней славой Рима.

Готам не удалось надолго сохранить мощное государство. Во времена правления Теодата, сына сестры Теодориха Великого и его преемника Витигеса готы проиграли великую войну Византии и утратили империю. С тех пор историческое значение готов медленно, но верно затухало. Опаснейшим соперником готов стал византийский император Юстиниан, взявшийся за уничтожение варварских королевств. Полководец Велизарий (505–565) с успехом выполнил волю императора. Он разбил немало народов. Дошла очередь и до готов. Готско-византийская война, в разгар которой Иордан попал в Италию, закончилась поражением готской армии. В мае 540 года Велизарий после тяжелых боев занял Равенну. Королевская чета — внучка Теодориха Матасунта и ее муж, видный полководец Витигес, были вывезены в Константинополь вместе с казной. Через два года Витигес умер, а Матасунта вышла замуж за греческого полководца Германа, племянника Юстиниана. Здесь проявилась знаменитая византийская хитрость. Они готовились к новой войне с готами — и понимали, что готам будет трудно поднять орудие против внучки короля из рода Амалов. Греки с помощью такого брака надеялись на покорность готов.

Вся история этого народа связана с войнами. С войнами связан и распад вестготского могущества.

Чему можно было поучиться у готов? Чему у них учились славяне? Готы славились удивительной для того времени организованностью. Особенно ярко это выражается в их отношении к оружию. Оружие у них в мирное время хранилось на складах. По приказу вождя, князя готы вооружались и по окончании похода возвращали оружие на склад. Они умели подчиняться власти — в отличие, например, от своенравных викингов. Проблему неуправляемости вооруженного общества мы видим и в гораздо более поздние времена — например, в Польше XVII–XVIII века или у кавказских народов, даже в наше время… Готы подавали пример дисциплины.

Индоевропейцы безраздельно господствовали в Европе до начала нашей эры! Но в 370 году н. э. в Восточную Европу вторглись гунны, загадочный для европейцев кочевой народ из Азии. Они наводили ужас, потому что всё в них отличалось от индоевропейцев… Внешний вид, эмоции, поверья…

Вторжение гуннов, как и миграция сарматов в предшествующий период, имела далеко идущие исторические последствия для дальнейшего развития как западной Евразии, так и собственно Европы. Вторжение гуннов положило начало так называемому «Великому переселению народов». Греческий историк Аммиан Марцеллин так писал о гуннах: «Племя гуннов живет за Меотийским болотом… и превосходит всякую меру дикости. … они отличаются плотными и крепкими частями тела, толстыми затылками и вообще столь страшным и чудовищным видом, что можно их принять за двуногих зверей… При столь неприятном человеческом облике они так дики, что не употребляют ни огня, ни приготовленной пищи, а питаются кореньями полевых трав и полусырым мясом всякого скота, которое кладут между своими бедрами и лошадиными спинами и нагревают парением. Они никогда не прикрываются никакими строениями и питают к ним отвращение… кочуя по горам и лесам… Они одеваются в одежды холщовые или сшитые из шкурок лесных мышей; у них нет различий между домашней и выходной одеждой; раз надетая туника грязного цвета снимается или меняется не прежде, чем от долговременного гниения расползается в лохмотья. Головы они прикрывают кривыми шапками, а волосатые ноги защищают козьими шкурами; обувь, не пригнанная ни на какую колодку, мешает выступать свободным шагом… Они не подчинены строгой власти царя, а довольствуются случайным предводительством знатнейших и сокрушают все, что попадается на пути. Их потому можно назвать самыми яростными воителями, что издали они сражаются метательными копьями, на конце которых вместо острия с удивительным искусством приделаны острые кости, а в рукопашную рубятся безрассудно мечами, а сами, уклоняясь от удара кинжалов, набрасывают на врагов крепко свитые арканы… Все они, не имея ни определенного места жительства, ни домашнего очага, ни законов, ни устойчивого образа жизни, кочуют по разным местам, как будто вечные беглецы, с кибитками, в которых они проводят жизнь. Здесь жены ткут им жалкую одежду, спят с мужьями, рожают детей и кормят их до возмужания. Никто из них не может ответить на вопрос, где его родина… Подобно неразумным животным, они не имеют никакого понятия о чести и бесчестии; они уклончивы и темны в речах, …не связаны уважением к религии; они пылают неудержимою страстью к золоту».

Откуда взялись гунны и кем они были?

Споры о происхождении гуннов ведутся столетиями и, несомненно, будут продолжаться еще долго. По гипотезе Жозефа де Гиня, французского ученого конца XVIII века, гунны могут быть по происхождению тюрками или прототюрками. Эту версию поддержал О. Менхен-Хельфен в своих лингвистических исследованиях. Английский ученый Питер Хизер окрестил гуннов «первой группой тюрков», которая вторглась в Европу. Турецкий исследователь Кемаль Джемаль подтверждает эту версию фактами сходства названий и имен в тюркских и гуннских языках, это также подтверждается схожестью гуннской и тюркской системы управления племенами. Эту версию поддерживает также венгерский исследователь Дьюла Немет. Уйгурский исследователь Тургун Алмаз находит связь между гуннами и современными уйгурами в Китае. Версий много, вопросы остаются.

Большинство ученых склоняется к мнению, что предками гуннов были так называемые хунны (сюнны), сравнительно небольшой народ, обитавший на севере Китая, в излучине реки Хуанхе. Он упоминается в Китайских источниках в 3 века до н. э. И это был первый народ, создавший в Центральной Азии обширную кочевую империю.

Гунны, которых боялись все

В 3 веке до н. э. они переживали тяжелые времена: с востока на них давили кочевые племена сяньби, с запада нажимали согдийцы (индоевропейский ираноязычный народ). Неудачной оказалась и попытка хуннов поучаствовать в китайской междоусобице. В Китае тогда шло объединение страны, известное в китайской истории как «война царств». Из семи царств возникла одна империя, при этом погибло, по приблизительным оценкам, две трети населения. С китайцами, которые не брали пленных, лучше было не связываться. Хунны оказались на стороне побежденных и получилось так, что первый хунский правитель платил дань и восточным, и западным соседям, а южные плодородные земли уступил Китаю. Из европейцев первым о гуннах упомянул греческий поэт II в. н. э. Дионисий Периегет. В своем стихотворном описании мира Дионисий сообщает о неких уннах, обитавших за Каспийским морем.

В 209 году до н. э. правителем хуннов становится царевич Модэ — мудрый и жестокий, убивший собственного отца. Он договорился о мире с согдийцами. Но от него потребовали дань восточные соседи-кочевники, которые назывпались дун-ху. Сначала они пожелали лучших коней, и Моде приказал отдать коней, а несогласным подданным отрубил головы. Затем дун-ху потребовали прекрасных женщин, включая жену Модэ. И он приказал отдать их, а несогласным снова отрубил головы. Но, когда дун-ху потребовали кусок приграничной земли, Моде произнес: «Земля-основа государства, ведь мы на ней живем. Землю нельзя отдавать». И, по своему обычаю, несогласным с этой тирадой отрубил головы. Он приказал воинам немедленно двинуться в поход на дун-ху. Модэ победил их, потому что хунны стали подчиняться ему беспрекословно! Затем он вступил в войну с Китаем. Войско Модэ окружило передовой отряд китайцев, в котором находился император Лю Бан. Китайский император запросил мира. Некоторые предложили Модэ убить императора. Он ответил: «Глупцы зачем убивать этого императора, когда они выберут другого? Пусть живет этот». И Модэ заключил с этим императором, основателем династии Хань, договор о мире и родстве. В это время китайцы уже научились изготавливать шелк. И хунны стали брать с них дань шелком, продавая его согдейцам. Купеческие караваны довезли чудесную ткань и до Великого Рима.

Однако, противостояние Китая и хунну продолжалось. Борьба была вызвана потребностью хунну в шелке, хлебе и железе. И, хотя в Китае насчитывалось около 50 миллионов жителей, а народ хунну состоял из 300 тысяч, борьба шла на равных, с переменным успехом.

В 93 году хунский правитель проиграл решающую битву, бежал на запад и пропал… Держава хуннов развалилась на части. Одни племена расселились в южно-сибирских степях, другие ушли в Китай. Часть же хуннов направилась в Среднюю Азию и дошла до Семиречья (район современного Казахстана, в окрестностях Алма-Аты). Там осели так называемые «малосильные хунны».

Самые отчаянные же двинулись далее на Запад. Они прошли весь Казахстан и в 50‑х годах II века вышли к берегам Волги, потеряв при этом большую часть женщин и детей. Они просто физически не смогли вынести такой переход, да и из мужчин выжили лишь самые крепкие. Хунны быстро освоились в новых, удобных для скотоводства местах, где их никто не трогал. Женщинами они обзавелись, совершив набег на аланов, а, объединившись и породнившись с народом вогулов (манси), хунны создали новый этнос — западных гуннов или просто гуннов. Как сказал Лев Николаевич Гумилев, гунны так же мало походили на азиатских хуннов, как американские ковбои — на английских фермеров.

Эти гунны разгромили аланов, после чего приняли их под свои знамена. Государство гуннов расширилось от Урала до Дона. По приблизительным оценкам, их армия первоначально состояла из 10‑ти тысяч всадников. Они были умелыми лучниками.

Принято считать, что боевая тактика гуннов состояла, главным образом, в умелом изнурении противника. Они достигли в этой тактике высокого умения. Манера ведения боя заключалась в отсутствии каких-либо активных атак или нападений. Но в то же время упорные гунны не покидали поле боя, продолжали сражаться, когда у противника иссякали силы. Гуннские воины были оснащены легким вооружением и, как правило, подолгу держались на значительном расстоянии от своих врагов. При этом они обстреливали соперников из луков и с помощью арканов сбрасывали всадников на землю. Таким образом они изматывали противника, лишали его сил, а затем убивали. Гунны делали стрелы с отверстиями на кончике, вследствие чего стрела летела со свистом и действовала на психику противника. Все эти козыри подходят в войне «на изнурение». Но, вероятно, в арсенале гуннов были и другие военные хитрости. Несколько поколений гуннов провели всю жизнь в боях и походах. Они умели перенимать всё лучшее у противников. Научились окружать врага, научились использовать неожиданные атаки конницы. Многому научились и у наследников римского воинского искусства. Вокруг гуннских вождей формировалась своеобразная гвардия непобедимых.

Выносливые гунны были способны на свершения на пределе и за пределами физических возможностей человека. По легенде, в 371 году, на Таманском полуострове, охотившиеся гуннские всадники, увидели самку оленя и погнались за ней. Олениха вошла в воду и по отмели перешла в Крым, в район Пантикапея (нынешней Керчи). Вслед за ней гунны сами перешли пролив и напали на врагов с тыла, оглоушили их неожиданной высадкой. Если следовать легенде, то керченский пролив тогда был настолько мелководным, что по нему можно было свободно пройти! Постепенно прорвавшись через Перекоп в степи Северного Причерноморья, гунны начали внезапную войну с остготами, которые так же, как и их союзники аланы, потерпели полное поражение. Государство Германариха пало навсегда, а освобождённые гуннами племена, ненавидевшие готов, в том числе и предки славян, стали охотно служить новым хозяевам. С этого времени гуннское войско пополнилось многочисленными иноземцами и никто в Европе не выдержал бы затяжной войны с ними.

Готы к тому времени были ослаблены постоянной изнурительной войной с анто-славянскими племенами, и пытались удержаться на рубеже Дона. Однако, когда гунны под предводительством Баламбера прошли через Керченский пролив, Крым и Перекоп и вышли готам в тыл, те побежали. Остготы покорились гуннам. Вестготы переправились через Дунай и оказались на землях Восточной Римской империи. Затем гунны прошли через Кавказ в 395 году, опустошили Сирию и Каппадокию, тогдашние провинции Восточной Римской империи. Славяне участвовали в готско-гуннской войне, естественно, на стороне гуннов. Это была месть за прежние притеснения и гибель славянского вождя Божа и 70‑ти других вождей, распятых готами.

В 422 году гунны снова атаковали Фракию и Восточно-Римская империя согласилась выплачивать им ежегодную дань в размере 350 фунтов (160 кг) золотом. Перед гуннами лежала огромная по территории Западная Римская империя с центром в Риме, в величайшем городе того времени. Но в 5 веке она уже не была такой могучей державой, как двести лет назад, и гуннские племена под управлением своего предводителя Ругилы легко дошли до Рейна и даже попытались наладить дипломатические отношения с Римским государством с позиций силы. Как-то раз в плен к гуннам попал сын римского генерала Гауденция (он был германцем) и какой-то римлянки — Аэций. Он подружился тогда со своим сверстником Аттилой, молодым племянником гуннского вождя. Аэций позже станет для Аттилы не другом, а самым непримиримым, но достойным врагом, когда Аэций будет возглавлять западные войска, которые будут противостоять напору с Востока.

Признанный вождь гуннов Ругила по праву считался не только удачливым военным вождем, но и очень мудрым правителем, настоящим дипломатом. Он успешно балансировал между двумя империями, наследницами Рима. Грозился напасть на Византию, которая тогда платила ему ежегодную дань, потому как император принимал к себе готов, бежавших от гуннов. Однако переговоры были нарушены из-за смерти Ругилы, когда границы государства гуннов уже располагаются на Рейне.

Преемники Ругилы — Аттила и Бледа — изменили политический стиль. Вероятно, Бледа был старшим из братьев, так как «Галльская хроника 452 года» сообщает только его имя как наследника Ругилы. Но Аттила обладал куда более сильным властолюбием и авторитетом в войсках. По одной из версий имя Аттила восходит к тюркскому Итиль, Атиль (Волга), и означает «волжанин», «человек с Волги», по другой версии имя происходит от тюркского слова «атлы, атли», что означает «именитый», «прославленный», второе же значение данного слова «всадник», «конник», по третьей версии имя восходит к слову «ата, атта», что с тюркских языков переводится «отец», «главный».

Одно из изобретений Аттилы

Молодым вождям не подходила политика тонкой дипломатии. Они хотели иметь абсолютную власть над соседними племенами, получить которую можно было только насильственным путем. Их манили богатые города, манила добыча. Под началом этих вождей произошло объединение множества племен, к которым относились: остготы, треки, герулы, гепиды, булгары, акациры, турклинги. Под гуннскими знаменами стояли также римские и греческие воины. Их мотивировала нажива. Однако Аттила сумел успешно довести до конца переговоры с византийцами. Аттила заставил византийского императора Феодосия Младшего выплачивать ежегодную дань в двойном размере (700 литр золотом, то есть 230 кг) и наложил другие тяжёлые условия сохранения мира. Византийское золото пришлось кстати, помогло сколотить еще более мощную армию. Внешность Атиллы не была героической. Невысокого роста, с узковатыми плечами… Так как в детстве мальчик очень много времени приводил верхом на лошадях, бросались в глаза его короткие кривые ноги. Голова Атиллы была настолько большой, что едва удерживалась на маленькой шее — она все время раскачивалась на ней, как маятник. Он выше всего на свете ценил золото. Не драгоценные камни, а именно золото. Его считал не только редким металлом, но и мистическим символом власти и бессмертия. Сохранилась легенда, что Атилла владел так называемым «Марсовым мечом», которому, согласно Геродоту, поклонялись древние скифы. Историк Иордан так описывает эту легенду: «Некий пастух заметил, что одна телка из его стада хромает, но не находил причины её ранения; озабоченный, он проследил кровавые следы, пока не приблизился к мечу, на который она, пока щипала траву, неосторожно наступила; пастух выкопал меч и тотчас же принес его Аттиле. Тот обрадовался приношению и, будучи без того высокомерным, возомнил, что поставлен владыкою всего мира и что через Марсов меч ему даровано могущество в войнах».

Нашествие гуннов на Балканский полуостров осуществлялось под командованием грозного вождя, но и Бледа до поры до времени принимал участие в командовании. Вместе они подошли к стенам Константинополя. Во время того похода было сожжено более семи десятков городов, благодаря чему гунны сказочно обогатились. Это подняло авторитет вождей на невиданную высоту. Но предводитель гуннов желал абсолютной власти. Поэтому в 445 году он убил Бледу. С того времени начинается период его единоличного правления. В 447 году состоялось заключение нового договора между гуннами и Феодосием II, который был очень унизительным для Византийской империи. Согласно ему правитель империи должен был платить каждый год дань и уступить южный берег Дуная до Сингидуна. После прихода к власти в 450 году императора Маркиана произошло расторжение этого договора. Но Атилла не стал увязываться с ним в борьбу, ведь она могла иметь затяжной характер и происходить на тех территориях, которые его воины и так уже разграбили дотла.

Теперь предстояла схватка с войсками Западной Римской империи. Римскими легионами командовал талантливый полководец Флавий Аэций, тот самый сын германца и римлянки. На его глазах мятежными легионерами был убит отец. Полководец имел закалку, сильный и волевой характер.

Новая экспансия гуннов формально была вызвана просьбой принцессы Гонории об обручении. Появились союзники, среди которых был король вандалов Гензерих и некоторые франкские князья. Во время похода в Галлию было разбито и сровнено с землей королевство бургундов. Затем гунны достигли Орлеана. Но взять его им не удалось. В 451 году состоялась битва на Каталаунской равнине между гуннами и войском Аэция. Она закончилась отступлением Атиллы. На поле битвы сошлись десятки народов — анты, остготы, руги, герулы, алеманны, биттогуры, венеды, язиги, гепиды, часть франков (племенные союзы, которые не доверяли Аэцию), и, конечно, сами гуннские воины. Аэций же командовал другой частью франков, вестготами, непримиримыми остготами, аланами, саксами, бургундами, рипариями, и, римскими легионами. По словам германского историка Иордана, сражение было одним из самых кровавых и зверских. Многие современные историки полагают, что сражение выиграл Аэций, однако Лев Гумилёв считает иначе — по его мнению, победа не досталась никому. «Аттила отступил, Аэций его не преследовал».

В 452 году война возобновилась вторжением варваров в Италию и взятием самой сильной крепости Аквилеи. Вся долина была ограблена. Аэций был побежден и предложил захватчикам большой выкуп за то, что они покинут территорию Италии. Аэцию уже не хватало войск, а Аттила умело формировал новые и новые отряды. Поход закончился для гуннов удачно.

Одно из главных качеств Аттилы — полководца и политика — упорство. Он не отчаивался от тактических неудач и продолжал давление на противника. Потому за годы своего правления значительно упрочил гуннскую силу.

После того как Атилле исполнилось пятьдесят восемь лет, его здоровье серьезно подорвалось. Лекарям было не под силу вылечить своего правителя. Да и справляться с непокорными народами ему уже было не так легко, как раньше. Сложившаяся у гуннов система управления не могла создать надежного политического режима. Не хватало развитой бюрократии. Постоянно вспыхивающие восстания подавлялись достаточно жестоко.

В те дни старший сын Аттилы Эллак вместе с огромным войском был отправлен на разведку в сторону славянских территорий. Правитель с большим нетерпением ждал его возвращения, так как планировалось осуществление похода и завоевание славянских земель. После возвращения сына и его рассказа об обширности и богатстве этих территорий предводитель гуннов принял достаточно необычное для него решение, предложив славянским вождям дружбу и покровительство. Он планировал создание их единого государства в империи гуннов. Но славяне отказались, так как очень дорожили своей свободой. После этого Атилла решает жениться на одной из дочери князя славян и таким образом закрыть вопрос о владении землями непокорного народа. Отец был против такого замужества своей дочери, но его казнили.

В брачную ночь Атилла с супругой удалились в свои покои. Но на следующий день он уже не вышел. Воины были обеспокоены его столь длительным отсутствием и выбили двери покоев. Там они увидели своего правителя мертвым. Подлинная причина смерти воинственного гунна неизвестна. По одной из легенд, его убила юная жена, славянка, отомстив за смерть отца. Современные историки предполагают, что Атилла болел гипертонией. А наличие юной темпераментной красавицы, чрезмерного количества алкоголя и повышенного артериального давления стало той гремучей смесью, которая и спровоцировала смерть.

Впрочем, славянка — это лишь одна из версий этой детективной истории. Нередко говорят и о германской княжне.

Историк Иордан так описывает последние часы грозного завоевателя: «Он взял себе в супруги — после бесчисленных жён, как это в обычае у того народа, — девушку замечательной красоты по имени Ильдико. Ослабевший на свадьбе от великого ею наслаждения и отяжелённый вином и сном, он лежал, плавая в крови, которая обыкновенно шла у него из ноздрей, но теперь была задержана в своём обычном ходе и, изливаясь по смертоносному пути через горло, задушила его. […] Среди степей в шёлковом шатре поместили труп его, и это представляло поразительное и торжественное зрелище. Отборнейшие всадники всего гуннского племени объезжали кругом, наподобие цирковых ристаний, то место, где был он положен; при этом они в погребальных песнопениях так поминали его подвиги […] После того как был он оплакан такими стенаниями, они справляют на его кургане «страву» (так называют это они сами), сопровождая её громадным пиршеством. Сочетая противоположные [чувства], выражают они похоронную скорбь, смешанную с ликованием. Ночью, тайно труп предают земле, накрепко заключив его в [три] гроба — первый из золота, второй из серебра, третий из крепкого железа. […] Для того же, чтобы предотвратить человеческое любопытство перед столь великими богатствами, они убили всех, кому поручено было это дело». Византийский историк Марцеллин писал, что «разрушитель Европы» Аттила был заколот во сне неназванной женой. Эта легенда нашла отражение в скандинавском эпосе. Возможно, смерть Аттилы и вовсе не была связана с его очередной женитьбой. Просто современники придумали эффектную версию смерти человека, который долго наводил ужас на всю Европу.

Место погребения великого воина остается загадкой. По преданию, это русло некой большой реки, которая была временно перегорожена плотиной. Кроме тела правителя в гроб положили очень много дорогих украшений и оружия, а тело засыпали золотом. После проведения похорон русло реки было восстановлено. Всех участников похоронной процессии убили для того, чтобы избежать разглашения какой-либо информации о месте захоронения великого Атиллы. Его могилу до сих пор не нашли.

Гунны многому научили европейцев. Их победы нельзя объяснить одной жестокостью и выносливостью «варваров». Военные успехи гуннской конницы во многом связаны с использованием луков и седел новых типов. Особенностью гуннского лука являлись его большие размеры (1,2–1,6 м) и асимметричная форма. Он был составным, изготовлялся из нескольких кусков дерева и имел костяные обкладки, придававшие ему дополнительную жесткость. Стрела, выпущенная из лука такой конструкции, летела быстрее и дальше, а использование более крупных наконечников стрел позволяло пробивать самые прочные доспехи. Похожие луки были у древних японцев. Гунны их переняли и усовершенствовали. Еще одним изобретением гуннов являлось жесткое седло. В отличие от мягкого кожаного седла «сарматского» типа, напоминавшего подушку, гуннское седло имело жесткую деревянную основу, скрепленную металлическими пластинами. В таком седле, лучше державшем всадника на лошади, было значительно удобнее сражаться в бою. И они сражались на славу, сокрушая врагов.

Гунны невольно сыграли в истории могучую цивилизационную роль. С их походов началось Великое переселение народов, изменившее карту Евразии. Они, унизив германские племена, преподали им урок. Разбуженные гуннами германцы создали свои первые государства и нанесли разящие удары по Римской империи… Гунны освободили славянские племена от германского и сарматского влияния. Словом, гуннам удалось изменить мир.

Гуннский вопрос издавна интересовал историков. В древности их было принято считать порождением дьявола. Это неудивительно. Ведь гунны для европейцев были явными чужаками. И они прошли по германским и римским владениям как смерч. Приск Панийский писал, что Аттила это — «человек, который рожден потрясти Мир». По сообщению Аммиана, «Атилла сравнял с землей всю Европу». С годами исследователи стали рассуждать объективнее, замечая различные аспекты гуннских войн. Ведь Европа и до гуннов не была райскими кущами! Так, по мнению Эдварда Томпсона (1924–1993), «Аттила был Бичем Божим только для Римских священников и властей, заинтересованных в сохранении народов под властью Рима».

В сравнительно недолгий период правления Аттилы (434–453) гуннская империя с центром в Паннонии (на Среднем Дунае) достигла максимального могущества и размеров, она охватывала территории от Волги и Кавказа до Рейна.

Аттила перешел от тактики кавалерийских набегов к осаде городов и к 447 году он взял 60 римских крепостей. К 450 году гуннам выплачивали дань обе Римские империи. При Аттиле сумма дани составила 2000 фунтов золотом (900 кг).

Вывод очевиден: в 451 году в битве на Каталаунских полях в Галлии продвижение гуннов было приостановлено объединенной армией римлян под началом полководца Аэция, союзником которого было Тулузское королевство вестготов.

В 452‑м году гунны вторглись в Италию, разграбили Аквитанию, Милан и ряд других городов, и даже угрожали Риму, но затем неожиданно отступили назад.

Вскоре после смерти Аттилы его держава распалась, и, хотя у него было 70 жен и бесчисленное количество детей, среди них не нашлось достойного продолжателя. Слишком велик был авторитет Аттилы, никто не мог с ним сравниться. Внутри империи гуннов возникли распри, которыми воспользовались гепиды, возглавившие восстание германских племен против гуннов. В 454 году в битве при реке Недао в Паннонии гунны были разбиты, а вскоре вытеснены в Причерноморье. Попытки гуннов пробиться на Балканы в 469 году оказались тщетными. Гунны быстро растворились в среде других народов, которые прибывали с Востока, в первую очередь, в суварах и булгарах. Остатки гуннов ушли на Кавказ, в район нынешнего Дагестана. Во времена расцвета хазар ещё существовало небольшое гуннское объединение, вскоре растворившееся в Хазарском каганате.

Таким образом, будучи изначально монголо-манчжурским народом алтайской языковой семьи, продвигаясь на Запад, гунны впитали в себя тюркские, финно-угорские и индоевропейские элементы. А на последней стадии растворились в тюркских народах.

Если говорить о религиозных верованиях гуннов, следует отметить, что главным божеством в их пантеоне был Тенгри-хан. Ему служил великий шаман при правителе гуннов. В качестве охранных амулетов гунны носили на себе золотые и серебряные изображения драконов.

Гуннское вторжение уничтожило могущество остготов и предотвратило германизацию анто-славян в Южной Руси. Остатки иранских племен (сарматы и аланы) также были ослаблены. Значительная часть аланов двинулась на Запад. В результате, роль иранского элемента в жизни антских племен заметно уменьшилась, в то время как славянское влияние возросло.

Стратегически гуннское нашествие оказалось выгодным славянским народам. Эпоха гуннского вторжения является, в определенном смысле, периодом освобождения восточных славян не только от готского, но и от иранского влияния. Гунны привлекли славянские подразделения в свою армию и использовали их как вспомогательные во время своих компаний. В то же время, гунны не проводили насильственной ассимиляции славян, не проводили по отношению к ним истребительной политики. Да и германцев именно гунны подтолкнули к созданию собственной государственности на развалинах Западной Римской империи… Германцы, продолжая дело гуннов, стали гробовщиками Рима.

Влияние гуннского этноса веками ощущалось в истории мадьяр, а также — славянских и германских народов. В народной памяти германцев гунны остались как символ «сил зла», а Атилла — как олицетворение жестокого варварского могущества. Это отразилось и в германском народном эпосе — «Песнь о нибелунгах».

Свои старинные обычаи гунны сохранили и, став главным и наиболее богатым племенем огромной империи. У них не было постоянных жилищ, они кочевали вместе со своим скотом и не строили даже шалашей. Кочевали по степям, заходили в лесостепи. Совсем не занимались земледелием. Всё своё имущество, а также детей и стариков, они возили в кибитках на колёсах. Из-за лучших пастбищ они с древнейших времен вступали в борьбу с ближними и дальними соседями, построившись клином и издавая при этом грозный завывающий крик. Изысканное продовольствие, как и золото, добывали военной силой.

Впрочем, и в отношении быта гуннов сведения историков противоречивы. Странным образом, абсолютно противоположные свидетельства содержит «История готов» Приска Панийского, который посетил столицу Аттилы, и описал деревянные дома с прекрасной резьбой, в которых жили «гуннские» вельможи, и хижины местных жителей — скифов, в которых приходилось ночевать посольству в дороге. Свидетельства Приска являются полной противоположностью вымыслам Аммиана о том, что «гунны» боятся домов, будто проклятых гробниц, и только под открытым небом чувствуют себя уютно. Тот же Приск описывает, что войско «гуннов» жило в палатках. Гунны первыми начали создавать систему крепостей (хрингов). Каждая крепость представляла из себя несколько кругов укреплений, состоявших из рвов и частокола. Их последователями в этом деле стали авары.

В оружии гунны знали толк. Скорее всего, именно они изобрели мощный дальнобойный лук, который достигал в длину более полутора метров. Он был составным, для большей прочности и упругости его укрепляли накладками из кости и рогов животных. Стрелы употреблялись не только с костяными наконечниками, но с железными и бронзовыми. Делали и стрелы-свистунки, прикрепляя к ним костяные просверленные шарики, издававшие в полете устрашающий свист. Лук вкладывался в особый футляр и прикреплялся к поясу слева, а стрелы находились в колчане за спиной воина справа. «Гуннский лук» — по свидетельствам римлян, самое современное и эффективное оружие античности, — считался очень ценной военной добычей у римлян. Изначально это — усовершенствованный гуннами японский лук. Его также называли «скифским луком». Флавий Аэций, римский полководец, проживший 20 лет заложником среди гуннов, поставил скифский лук на вооружение в римской армии.

Покойников гунны, как правило, сжигали, полагая, что душа умершего быстрее улетит на небо, если износившееся тело будет уничтожено огнём. С покойником бросали в огонь его вооружение — меч, колчан со стрелами, лук и сбрую коня.

Римский историк Аммиан Марцеллин, «крёстный отец гуннов», первым составивший их подробное описание, так поведал о них: «Все они отличаются плотными и крепкими руками и ногами, толстыми затылками и вообще столь чудовищным и страшным видом, что их можно принять за двуногих зверей или уподобить сваям, которые грубо вытёсываются при постройке мостов. Гунны никогда не прикрываются никакими строениями, питая к ним отвращение как к гробницам… Кочуя по горам и лесам, они с колыбели приучаются переносить холод, голод и жажду; и на чужбине они не входят в жилища за исключением крайней необходимости; у них даже не считается безопасным спать под кровлей. Но зато, как бы приросшие к своим выносливым, но безобразным на вид лошадёнкам и иногда сидя на них по-женски (две ноги с одной стороны лошади — прим.), они исполняют все свои обычные дела; на них каждый из этого племени ночует и днюет… ест и пьёт и, пригнувшись к узкой шее своей скотины, погружается в глубокий чуткий сон».

В противоположность Аммиану, посол к гуннскому царю Аттиле Приск Панийский так описывает гуннов: «Переправившись через какие-то реки, мы приехали в огромное селение, в котором, как говорили, находились хоромы Аттилы, более видные, чем во всех других местах, построенные из брёвен и хорошо выстроганых досок и окружённые деревянной оградой, опоясывавшей их не в видах безопасности, а для красоты. За царскими хоромами выдавались хоромы Оногесия, также окружённые деревянной оградой; но она не была украшена башнями подобно тому, как у Аттилы. Внутри ограды было множество построек, из которых одни были из красиво прилаженых досок, покрытых резьбой, а другие — из тёсаных и выскобленых до прямизны брёвен, вставленных в деревянные круги…

Поскольку дружина у них состоит из различных варварских народов, то и дружинники, кроме своего варварского языка, перенимают друг от друга и гуннскую, и готскую, и италийскую речь. Италийскую — от частого общения с Римом.

Преодолев определённый путь вместе с варварами, мы, по приказу «скифов», приставленных к нам, выехали на другой путь, а тем временем Аттила остановился в каком-то городе, чтобы вступить в брак с дочкой Эски, хотя уже и имел многих жён: скифский закон разрешает многожёнство.

Каждый из присутствующих по скифской учтивости вставал и подавал нам полный кубок, затем, обняв и поцеловав выпившего, принимал кубок обратно».

Гуннов часто отождествляли со славянами. По крайней мере, исторические судьбы этих племен тесно переплетены. Славяне составляли часть гуннского войска. Гунны освободили славян от скифского и готского влияния, вывели на просторы Балкан и Восточной Европы, приучили к опасным военным походам…

Прокопий Кесарийский в VI веке, описывая славян и антов, сообщает, что «по существу они не плохие люди и совсем не злобные, но во всей чистоте сохраняют гуннские нравы». Большинство историков толкует это свидетельство в пользу того, что часть славян была подчинена гуннами и входила в состав державы Аттилы. Распространённое некогда мнение о том, что гунны являлись одним из славянских племён, современные историки единодушно отвергают как ошибочное.

Из русских и славянских писателей Аттилу объявляли славянским князем авторы славянофильского толка — А.Ф. Вельтман (1800–1870), в книге «Аттила и Русь VI и V в.», А.С. Хомяков (1804–1860) в незавершённой «Семирамиде», П.Й. Шафарик (1795–1861 гг) в многотомном труде «Славянские древности», А.Д. Нечволодов в «Сказание о Русской земле», И.Е. Забелин (1820–1908), Д.И. Иловайский (1832–1920), Ю.И. Венелин (1802–1839), Н.В. Савельев-Ростиславич. Список впечатляющий.

Соперничество с гуннами окончательно ослабило некогда блистательный Рим. В 455 году великий город был захвачен и разграблен королем германского племени вандалов Гензерихом и его воинством. На этом завершилась история Рима как империи.

Что дали гунны славянам? Главное, что они невольно освободили наших предков от скифского и германского влияния. Славяне в лице гуннов столкнулись с первой серьёзной угрозой с Востока — и это дало толчок к укреплению славянской протогосударственности.

История Аваров (в русских летописях их, как правило, называют обрами) до середины VI века практически неизвестна. Отдельные расплывчатые сведения об их предках, в частности, о средниазиатских жужанях, встречаются в китайских хрониках. Сравнительно краткая, но яркая история аварского народа показательна: быстрый расцвет, накопление завоевательной мощи и постепенный закат, гибель под ударами соседей. Почти вся история аварского каганата периода его расцвета связана с деятельностью выдающегося правителя — Баяна. Имена других аварских вождей остались малоизвестными, а многие вообще не сохранились в скрижалях истории.

Но начнём с начала.

Китайские хронисты упоминают племя вар, ветвь народа юэтжи — монголов. Они вышли из Терримского бассейна (север Китая) и, после поражения от войск китайского государства Северный Вэй, в 463‑м году мигрировали в район Афганистана. Позже появляются упоминания об аварах как ветви эфталатов, иранорязычнго народа, который переместился к Аральскому морю. Многие исследователи считают этноним «авар» иранским по происхождению.

Можно считать достоверным предположение, что авары сформировались как союз племен или смешанный народ кочевников в степях Центральной Азии, а потом и Восточной Европы. Народ, вобравший в себя монгольские, тюркские, ираноязычные племена, сарматов и даже германцев и славян.

Древнее захоронение

В связи с ростом могущества Тюркского каганата, подчинившего большую часть Центральной Азии, авары, как и часть других, более слабых кочевых народов, к 555‑му году были оттеснены на Запад. А, попросту говоря, были разгромлены и спасались бегством. Для них стоял вопрос о выживании.

Численность аваров в то время, после включения в Аварский союз племен Приуралья и Поволжья, составляла примерно 50 000 человек, среди них насчитывалось примерно 20 000 всадников. В 557‑м году авары вышли на северный Кавказ и в Северное Причерноморье. Они смогли мобилизоваться, восстановить силы союза после поражения от тюрок и стали бороться за самосохранение и выживание, проявляя чудеса храбрости, которая нередко сочеталась с непомерной жестокостью. Авары наводили страх на соседей, поднимая свой боевой дух.

Наладив дружеские отношения с аланами, которые были к тому времени уже, в большинстве своем, христианами, авары при содействии аланского вождя Сарасия (союзника Византии) направили посольство в Константинополь с предложением дружбы и союза. Жителей греческой столицы особенно поразили волнистые, заплетенные в косы волосы аварских послов, и константинопольские оригиналы тут же ввели в моду эту прическу под названием «гуннской». Посланцы кагана вели высокомерные речи в духе того времени: «К тебе приходит самый великий и сильный из народов. Племя аварское неодолимо, оно способно отразить и истребить противников. И поэтому тебе полезно будет принять аваров в союзники и приобрести себе в них отличных защитников». Хвастать в те времена умели. Но дальновидный император Юстиниан поверил аварам, потому что от разведчиков получил подтверждение этим словам.

Между Византией и Баяном был заключен союз на условиях предоставления аварам земель для поселения и выплаты им крупной денежной суммы из императорской казны. Но Баян вовсе не собирался стать послушным орудием в руках греков. Он стремился в Паннонские степи, о которых среди кочевников ходили легенды. В Паннонии авары должны были сменить гуннов. Но дорогу к Паннонии преграждали славянские племена — анты и склавины.

Баян не торопился нападать на врагов Византии (в первую очередь на Иран, о чём мечтал Юстиниан), зато воинственные авары обрушились на союзников Константинополя. Они разгромили сабиров, обитавших в районе реки Кумы (современный Дагестан), утигуров, господствовавших на Дону и в Восточном Приазовье, а также племя залов на Левобережье Дона.

Аварам удалось с награбленной добычей, увлекая за собой часть разбитых ими племен, беспрепятственно выйти к Дунаю и Карпатам, где они тут же принялись разорять антов. К антам Византия относилась враждебно и этот разгром поддержала. Анты были опытными воинами и мужественно сопротивлялись, за что после поражения были жестоко наказаны. Легенды говорят, что мужчин-антов авары привязывали к лошадям и разрывали живьем, а женщин голыми запрягали в телеги и заставляли их тащить нагруженную повозку вместо лошадей и волов.

Покончив с независимостью Антского союза, авары, по сообщению современника событий Иоанна Эфесского, совершили поход за Карпаты в район расселения дулебов-волынян и разбили другое протогосударство славян — Валинану.

Нужно заметить, что славяне пытались предотвратить войну и выслали к аварам своего парламентария, уважаемого переговорщика — Межамира, но его умертвили по приказу хана Баяна. Таким образом Авары уничтожили два славянских союза или протогосударства на своем пути в Центральную Европу: Антский союз и Валинану. Конечно, это не означает, что они перебили всех жителей. Большую часть они обложили данью, а некоторых увлекли с собой в Европу, в новый поход.

В те годы авары продемонстрировали способности не только к бесшабашным завоевательным походам, но и к хитроумной политике.

Авары умело усиливались за счет всех покоренных народов. Не менее хитро они использовали выгоды соседства с Византией — огромной империей с древней великой культурой, с империей, которая к тому времени не могла за счет собственных ресурсов защищать свои границы и периодически испытывала полосы военно-политического кризиса.

То были годы военного расцвета аваров. В 565 году они разгромили германцев в Тюрингии и так удачно воевали с франками, что взяли в плен их короля Сигеберта Второго. В 567 году авары побеждают гепидов и становятся хозяевами Задунавья, которое постепенно превратилось в основной очаг угрозы для византийских владений. В 568 году всё тот же хан Баян потребовал от Византии дани, цинично угрожая разорением греческих земель силами бывших союзников Византии — кутигуров, попавших в полную зависимость от аваров: «Я таких людей пошлю на Римскую землю, потеря которых не будет мне чувствительной, даже, если все они погибнут».

Обосновавшись в Среднем Подунавье, авары создали крупное государственное образование — Аварский каганат. Под предводительством талантливого и энергичного вождя Баяна возводится система хрингов — оборонительных сооружений, состоящих из круговых укреплений, рвов и стен. Считается, что главный хринг находился на месте современного венгерского города Тимишиоары. Баян действовал крайне эффективно. Первое время под началом Баяна, как известно, было не более 20 000 всадников, но постепенно аварская орда пополнялась воинами из покоренных народов. Баян умел формировать войска, действовал и насилием, и подкупами, и посулами. Авары были превосходными наездниками, и именно им европейская кавалерия обязана важным нововведением — железными стременами. Приобретя благодаря им большую устойчивость в седле, аварские всадники стали использовать тяжелые копья и сабли (на первых порах — слабо изогнутые), более подходящие для рукопашного конного боя. Эти усовершенствования придали аварской коннице значительную силу удара и устойчивость в ближнем бою — и результаты не заставили себя ждать.

Наряду с хрингами авары создают тяжелую кавалерию, прообраз будущего рыцарства. Именно в конном образе тогдашнего аварского воина прослеживается смешение тюркского, сарматского, германского и византийского стиля. Авары познакомили Европу с конными стременами, что позволило всадникам гораздо более устойчиво чувствовать себя в седле. Они же познакомили европейцев и с клинком с острым односторонним лезвием — прообразом будущей сабли.

Военная тактика аваров имела много общего с позднейшей тактикой монголов: изматывать противника бесконечными маневрами без принятия ближнего боя (набег — отскок). Тревожить врага залповыми выстрелами из дальнобойных луков с последующим неожиданным вводом тяжеловооруженный отборной латной конницы, призванной деморализовать и рассеять вражеские построения. Кроме всего прочего, авары умело использовали славянскую пехоту, бессильную против кавалерии аварского типа, но зато хорошо сражающуюся в лесах, в засадах и в болотах… Аварские лучники поражали стрелами с трехгранным наконечником насмерть на расстоянии 500 метров, а с 200 метров пробивали металлические доспехи. При этом умелые аварские лучники выпускали по 20 стрел в минуту.

Усилив орду булгарскими племенами кутригуров и утигуров, авары напали на антские племена, которые в то время находились на положении византийских вассалов. Кочевники одержали сокрушительную победу. Анты вынуждены были вступить в переговоры с Баяном. Посольство возглавил некий Межемир, очевидно, родовитый антский вождь. Анты хотели договориться о выкупе своих воинов и крестьян, захваченных аварами в плен. Но Межемир, по словам византийского историка Менандра, вел себя высокомерно и даже «нахально». Менандр объясняет причину такого поведения антского посла тем, что он был «пустослов и хвастун», но, вероятно, дело было не только в свойствах характера посла. Скорее всего, анты не были побеждены окончательно, и Межемир надеялся на продолжение войны. За свою гордость он поплатился жизнью. Один знатный булгарин, по-видимому, хорошо осведомленный о высоком положении посла среди антов, предложил кагану убить его, с тем чтобы затем «безбоязненно напасть на вражескую землю». Баян последовал этому совету и, действительно, смерть Межемира дезорганизовала сопротивление антов. Авары, по словам греческого историка, «пуще прежнего стали разорять землю антов, не переставая грабить ее и порабощать жителей».

Покончив с независимостью Антского союза, авары, по сообщениям современника событий, Иоанна Эфесского, совершили поход за Карпаты, в район расселения дулебов-волынян и разбили другое протогосударство славян — Валинану.

Юстиниан снова и снова пытался натравливать аваров на врагов Византии. В 560‑х годах авары истребили германское племя гепидов, опустошили соседние области франков, оттеснили лангобардов в Италию и сделались хозяевами дунайских степей.

Но для Византии усиление аваров сулило новые расходы. За время аварского господства в Среднем Подунавье (приблизительно до 626 года) Византия выплатила каганам около 25 тысяч килограммов золота. Большую часть монет авары, не придававшие значения денежному обращению, переплавили в украшения и сосуды.

Византийской империи авары предложили мирный договор, согласно которому Каганат получал право собирать дань с византийских территорий в обмен на охрану северо-западных границ империи от славянских набегов. Летом 576 года хан Баян с помощью византийского военачальника Иоанна переправил через реку Саву на византийских кораблях 60.000 всадников и разгромил отряд славян, основные вооруженные силы которых находились в походе.

В период своего наибольшего могущества аварский каганат простирался от Эльбы до Альп и от Причерноморья до Адриатики. А титул кагана приравнивался к императорскому. Центром Аварского каганата была Паннония — удобный край на Среднем Дунае, на берегу озера Балатон…

Каган, используя союзников и вассалов, стремился усилить свое влияние на Дону и Балтике, пытаясь нажиться не только за счет войн и дани, но и на таможенных сборах на Дунае, Балтике и Дону. Из исторического прошлого прибалтийской Пруссии известны дерзкие попытки аваров при помощи немногочисленных конных отрядов закрепить за собой самые доходные места добычи янтаря.

Славянские племена, жившие в Подунавье, надолго попали под власть кагана. Они сохраняли некоторую самостоятельность: тотально контролировать покоренные народы авары не умели. Богатства, награбленные славянами у ромеев, привлекали аваров. По свидетельству Менандра, каган Баян полагал, что «склавенская земля изобилует деньгами, потому что издавна склавены грабили римлян… их же земля не была разорена никаким другим народом». Теперь и славяне подверглись ограблению. Авары нередко обращались с ними как с рабами. Воспоминания об аварском иге потом еще долго сохранялись в памяти славян. «Повесть временных лет» оставила нам яркую картину того, как обры «примучиша дулебы»: завоеватели запрягали в телегу вместо лошадей или волов нескольких дулебских женщин и разъезжали на них. Это безнаказанное издевательство над женами дулебов служит лучшим примером униженности их мужей и отцов.

От франкского хрониста VII века Фредегара узнаем еще, что авары «каждый год приходили зимовать к славянам, брали жен славян и дочерей их к себе на ложе; сверх других притеснений славяне платили им дань».

А еще дань приходилось платить воинами. В сражениях славяне становились в первую боевую линию и принимали на себя главный удар противника. Авары в это время стояли во второй линии, возле лагеря, и если славяне одолевали, то аварская конница бросалась вперед и захватывала добычу; если же славяне отступали, то измотанному в бою с ними противнику приходилось иметь дело со свежими аварскими резервами. Таким образом авары сводили к минимуму свои потери даже при крупных поражениях. Так, после сокрушительного разгрома византийцами аварского войска на реке Тисе в 601 году собственно авары составили всего лишь пятую часть всех пленных, половина остальных пленников была славянами, а другая — прочими союзниками или подданными кагана.

Рядовые представители славянских племен под властью аваров влачили жалкое существование. При этом, славянские князья играли определенную роль в окружении Баяна. Дальновидные политик, он старался застраховаться от мятежей и бунтов и предпочитал держать в повиновении вождей покоренных народов не только кнутом, но и пряником. При этом всегда опасался, что они повернут клинки против него.

А без славян авары не смогли бы осуществлять столь честолюбивые завоевательные проекты. Славяне обеспечивали переправу аварского войска через реки и поддерживали сухопутные силы кагана со стороны моря, а наставниками славян в морском деле были опытные итальянские корабелы, специально для этого приглашенные каганом. По сообщению Павла Диакона, в 600 году лангобардский король Агилульф (правитель Италии) направил к кагану корабельных мастеров, благодаря чему войска кагана овладели «неким островом во Фракии». Славянский флот состоял из лодок-однодеревок и довольно вместительных ладей. Искусство строительства больших военных кораблей оставалось неизвестным славянским мореходам, так как еще в V веке предусмотрительные византийцы приняли закон, каравший смертной казнью всякого, кто осмелится обучить варваров корабельному делу.

Преемник Юстиниана, византийский император Юстин II (565–579) отказался выплачивать аварам дань. В отместку авары вместе с зависимыми от них антскими племенами с 570 года начали совершать разорительные набеги на Балканы. Склавены при этом действовали более самостоятельно, в союзе с каганом. Благодаря военной поддержке аваров славяне смогли начать массовое заселение Балканского полуострова. Византийские источники, повествующие об этих временах, часто называют захватчиков аварами, но, согласно археологическим данным, аварские памятники на Балканах южнее современной Албании практически отсутствуют, а на Балканы проникали именно славяне. В 580‑х годах они захватили «всю Фессалию и всю Элладу, как и Старый Эпир и Аттику и Эвбею», а также большую часть Пелопоннеса, где они удерживались более двухсот лет. По словам константинопольского патриарха Николая III (1084–1111), ромеи не смели там показаться. Даже в X веке, когда власть Византии над Грецией была восстановлена, эта область все еще называлась «славянской землей». В 30‑х годах XIX столетия немецкий ученый и путешественник Якоб Филипп Фальмерайер утверждал, что современные греки, в сущности, происходят от славян. Это заявление вызвало в научных кругах бурную дискуссию.

Жестокие войны со славянами и аварами вел византийский император Маврикий (582–602). Первое десятилетие его правления было отмечено резким ухудшением отношений с каганом. Тогда еще, скорее всего, правил великий Баян. Преемник Баяна не был столь ярким политиком, даже имя его история не сохранила. Но он старался продолжать и развивать стратегию Баяна.

Ссора разгорелась из-за двадцати тысяч золотых монет, которые каган потребовал пристегнуть к ежегодно выплачиваемой ему империей сумме в 80 000 солидов. Это было обычное дело для Баяна — требовать повышения дани. Как правило, грекам приходилось проявлять сговорчивость, но Маврикий выбрал войну. Причем, воевал со славянами — как с союзниками аварского кагана. Ведь греков больше всего интересовали Балканы…

Император сосредоточил на Балканах, возле Доростола, крупные силы под командованием талантливого стратега Приска. Славянами предводительствовал склавенский вождь Ардагаст (Радогост). При нем находилось небольшое число воинов, так как остальные занимались грабежом окрестностей. Славяне не ожидали нападения. Приску удалось ночью беспрепятственно переправиться на левый берег Дуная, после чего он внезапно атаковал лагерь Ардагаста. Славяне в панике разбежались, а их вождь едва спасся, вскочив на неоседланного коня.

Приск двинулся вглубь славянских земель. Проводником ромейского войска был некий гепид, принявший христианство, знавший славянский язык и хорошо осведомленный о расположении славянских отрядов. Из его слов Приск узнал, что неподалеку находится еще одно полчище славян, которое возглавляет другой вождь склавенов, Мусокий. В византийских источниках он назван «рексом», то есть, королем, и это дает нам возможность предполагать, что положение этого вождя среди дунайских славян было даже выше, чем положение Ардагаста. Приск снова сумел незаметно подойти ночью к славянскому лагерю. Впрочем, сделать это было нетрудно, ибо «рекс» и все его воинство были мертвецки пьяны по случаю погребального пира. Накануне скончался близкий родственник Мусокия. Сражение вылилось в резню спящих и пьяных людей, а сам Мусокий был захвачен живым. Однако, одержав победу, ромеи сами предались пьяному разгулу и едва не разделили участь побежденных. Славяне, опомнившись, напали на них и многих перебили.

Вскоре вместо Приска армию возглавил полководец Петр, брат императора Маврикия. Очистив от славян Балканы, Петр попытался, подобно Приску, перенести военные действия за Дунай. Славяне на этот раз не были столь беспечны. Их вождь Пирагаст (Пирогощ) устроил на другом берегу Дуная засаду. Славянское войско искусно замаскировалось в лесу, «словно какая-то забытая в листве виноградина», как писал византийский историк Феофилакт Симокатта. Ромеи начали переправу несколькими отрядами, распылив свои силы. Пирагаст воспользовался этим обстоятельством, и первая тысяча солдат Петра, переправившаяся через реку, была полностью уничтожена. Тогда Петр сосредоточил свои силы в одном пункте, а славяне выстроились на берегу напротив. Противники осыпали друг друга стрелами и дротиками. Во время этой перестрелки неожиданно погиб Пирагаст, пораженный шальной стрелой. Потеря вождя привела славян в замешательство, и ромеи, переправившись на другой берег, полностью разгромили их. Однако дальнейший поход Петра вглубь славянской территории окончился для него поражением. Войско ромеев заблудилось в безводных местах, и солдаты трое суток вынуждены были утолять жажду одним вином. Когда, наконец, они вышли к какой-то реке, то всякое подобие дисциплины в изможденной и пьяной армии Петра было утеряно. Не заботясь больше ни о чем, ромеи бросились к вожделенной воде. Густой лес на другом берегу реки не вызвал у них ни малейших подозрений. А в чаще прятались воины. В первых схватках многих ромеев перебили. Тогда они стали сооружать плоты, чтобы отогнать славян от берега, бросив против них основные силы. Когда ромеи переправились через реку, славяне всем скопом обрушились на них и обратили в бегство. Это поражение привело к отставке Петра, и ромейское войско вновь возглавил Приск.

Война продолжалась. Аварский каган вместе со славянами вторгся во Фракию и Македонию. Собравшись с силами, Приск отразил нашествие и перешел в контрнаступление. Решающее сражение произошло в 601 году на реке Тисе. Аваро-славянское войско было опрокинуто и сброшено ромеями в реку. Основные потери пришлись на долю славян. Они потеряли 8000 человек, тогда как авары, стоявшие во второй линии, только 3000.

Даже после таких побед остановить славянизацию Балкан Византия уже не могла. После свержения в 602 году императора Маврикия империя вступила в полосу внутренних неурядиц и военных неудач. Новый император Фока, возглавивший солдатский мятеж против Маврикия, мало занимался укрощением опасных соседей. В те годы на Византию оказывал давление сасанидский Иран, оккупировавший Сирию, Палестину и Египет. Только свержение Фоки и воцарение более деятельного императора Ираклия позволило спасти положение на Востоке и вернуть грекам утраченные провинции. При этом Ираклию, бросившему все силы против персов, пришлось смириться с постепенным заселением славянами балканских земель. Исидор Севильский пишет, что именно в правление Ираклия «славяне отняли у ромеев Грецию».

В 626 году авары вмешиваются в затяжную ирано-византийскую войну и вместе с союзниками-славянами осаждают Константинополь. Знаменательный факт: славяне вместе с аварами впервые штурмовали Константинополь за 250 лет до Аскольда и, тем более, до Олега. Авары и славяне тесно переплелись, перенимая друг у друга обычаи: греческие авторы, как правило, их не различали. Например, греческий историк приписывал аварам славянский обычай пить квас на тризне.

Византийцы нанесли аварам и славянам поражение, предположительно, из-за того, что славяне не смогли обеспечить аваров штурмовыми судами должного качества, а затем, обидевшись на разгневанного кагана, в гневе покинули поле боя. Авары без славянской пехоты и штурмовых лодок оказались не в силах взять хорошо укрепленный Константинополь. Нужно отметить, что каган, пережив поражение, снова обратился к славянам, как к искусным мастерам, и отправил самых опытных в Рагузу учиться строить современные суда под руководством итальянских корабелов. Так что родоначальником славянского кораблестроения можно считать аварского кагана. А помог ему в этом лангобардский король, разрешивший итальянцам обучать славян корабельному делу.

Дело было так. Славянский морской флот принял участие в осаде Константинополя, предпринятой каганом в союзе с иранским шахом Хосровом II в. 626‑м году. Каган воспользовался тем, что император Ираклий вместе с армией находился в это время в Малой Азии, куда он возвратился из трехлетнего рейда по территории Ирана. Столицу империи защищал сравнительно небольшой гарнизон.

Каган привел с собой 80‑тысячное войско, в которое помимо аварской орды входили большие отряды булгар, гепидов и славян. Славянские ладьи прибыли к Константинополю по Черному морю от устья Дуная и расположились на флангах армии кагана: на Босфоре и в заливе Золотой Рог, куда их перетащили волоком по суше. Иранские войска, занявшие азиатский берег Босфора, играли вспомогательную роль — их целью было не допустить возвращения армии Ираклия на помощь столице.

Первый приступ состоялся 31 июля. В этот день каган попытался разрушить стены города с помощью стенобитных орудий. Но камнеметы и «черепахи» были сожжены защитниками Константинополя. Новый штурм был назначен на 7 августа. Осаждавшие охватили городские стены двойным кольцом: в первой боевой линии находились легковооруженные славянские воины, за ними шли авары. На этот раз каган поручил славянскому флоту подвезти к берегу крупный десант. Как пишет очевидец осады Федор Синкелл, кагану «удалось превратить в сушу весь залив Золотой Рог, заполнив его моноксилами (лодками), везущими разноплеменные народы». Славяне выполняли в основном роль гребцов, а десант состоял из тяжеловооруженных аварских воинов. Однако и этот штурм окончился неудачей. Особенно тяжелые потери понес славянский флот. О морской атаке каким-то образом стало известно патрицию Воносу, возглавлявшему оборону города. Вероятно, византийцам удалось расшифровать сигнальные огни, при помощи которых авары координировали свои действия с союзными и вспомогательными отрядами. Подтянув к предполагаемому месту атаки военные корабли, Вонос подал славянам ложный сигнал огнем. Как только славянские ладьи вышли в море, суда ромеев окружили их. Сражение закончилось полным разгромом славян, причем ромеи каким-то образом подожгли их суда, хотя «греческий огонь» еще не был изобретен. Довершила поражение буря, после чего избавление Константинополя от опасности было приписано Деве Марии. Море и берег были покрыты трупами штурмующих, среди тел убитых были обнаружены и женщины-славянки, принимавшие участие в морской битве.

Оставшихся в живых славянских воинов каган приказал казнить. Обычная для того времени практика, но последствия этой казни вряд ли порадовали аварского вождя. Славяне, не находившиеся в прямом подчинении у кагана, возмутились расправой над своими сородичами и покинули аварский лагерь. Вскоре и сам каган вынужден был последовать за ними, так как без пехоты и флота продолжать осаду было бессмысленно.

В последующие два-три десятилетия большинство племен, входивших в Аварский каганат, и среди них славяне и булгары, сбросили аварское иго. Первое славянское государство (Само) образовалось в 623‑м году, а первое булгарское — в 632‑м. Начались войны между недавними союзниками. Византийский поэт Георгий Писида писал:

Скиф убивает славянина, а тот убивает его. Они залиты кровью от взаимных убийств, и их великое возмущение выливается в битву.

Смертельный удар Аварскому каганату нанес Карл Великий. После успешных походов за Рейн в конце VIII века он распространил свою власть на славянские племена ободритов и вильцев. Он, как и каган, стал использовать в своих целях славянскую военную силу. В 791 году объединенное франко-итальянско-славянское войско, возглавляемое славянином Вономиром, вторгшись в Паннонию, нанесло жестокое поражение аварам.

Спустя шесть лет в поход против аваров выступил сам Карл, в союзе с булгарским ханом Крумом. Хринг (резиденция кагана) был захвачен, каган погиб в междоусобной схватке, а его сокровища попали в руки франков. В 796 году аварский тудун (второе лицо в каганате) сдался Карлу и принял христианство. Согласно одному византийскому источнику IX века, сами авары так говорили о причинах своего поражения: «Вначале из-за ссоры, лишившей кагана верных и правдивых советников, власть попала в руки людей нечестивых. Затем были развращены судьи, которые должны были отстаивать перед народом правду, но вместо этого побратались с лицемерами и ворами; обилие вина породило пьянство, и авары, ослабев физически, потеряли и рассудок. Наконец, пошло увлечение торговлей: авары стали торгашами, один обманывал другого, брат продавал брата. Это… и стало источником нашего постыдного несчастья».

Окончательное покорение аваров растянулось на несколько лет. Каган крестился только в 805 году, после трех неудачных восстаний против франкского владычества. Постоять за себя самостоятельно авары больше не могли, и теперь уже славяне, в большом количестве заселившие эти земли, притесняли остатки аварского населения. В 811 году Карл посылал в Паннонию войско для прекращения славяно-аварских междоусобиц, а, скорее всего, для дополнительного грабежа этих земель. Последнее посольство аваров к франкам отправилось в 823 году, после чего этот народ больше не упоминается в источниках как самостоятельный этнос. При Верденском разделе империи Карла Великого (843 год) к Восточнофранкской империи среди прочих земель отошло и «Аварское королевство», заселенное уже в основном славянами.

По словам франкского хрониста, «место, где был дворец кагана, так дико и пусто, что не приметишь тут и следа человеческих жилищ». Гибель могучей Аварской державы помнили даже на Руси. В «Повести временных лет» сказано красноречиво: «Были обры телом велики, а умом горды, и истребил их Бог, перемерли все, не осталось ни единого обрина, и есть поговорка на Руси до сего дня: погибоша аки обре».

Прошло время, и период могущества сменяется застоем и упадком. Последовали чувствительные поражения от протоболгар (они образовали в 680 году свое собственное государство), от франков и от союза славянских племен — первого государства славян, созданного в 623 года под руководством Само.

Окончательное поражение аварский каганат потерпел в VIII веке, в результате затяжной франко-аварской войны. Авары в 788‑м году вторглись в Баварию и Северную Италию. В 791‑м франки предприняли крупное контрнаступление, в котором приняли участие и славянские отряды. Успехи франко-славянских отрядов под руководством Карла Великого и его сына Пепина повлекли за собой внутреннюю смуту в Аварском каганате. И, как результат смуты — убийство кагана и верховного жреца, что позволило Карлу в 796‑м году нанести аварам решающий удар и захватить столицу каганата, главный хринг.

Авары, в подавляющем своем большинстве, не пожелали признавать поражения и яростно сопротивлялись, но терпели поражение за поражением. В результате потери оказались столь катастрофические, что они никогда не смогли от них оправиться. Второго возрождения, как после поражения от тюрок в 6 веке, не произошло.

Постепенно авары сошли с исторической сцены, растворившись в других народах. Отдельные выступления аваров имели место вплоть до 803 года. В 803–804 гг. болгарский правитель хан Крум захватил все аварские земли до Среднего Дуная, превратив остатки аваров в своих вассалов и поставив над ними во главе крещеного кагана.

Франки тоже предоставили остаткам аваров место в пределах Восточно-Франкского королевства. Вскоре сюда стали проникать славяне-карантинцы и франки были вынуждены даже защищать остатки аваров от натиска славян. Последний раз авары, как народ, зависимый от франков, упоминаются в 822 году.

На протяжении IX века авары постепенно растворились среди славян, германцев и мадьяр. Широко известно выражение русской летописи: «Погибоша аки обры, и нет от них ни следа, ни наследства». Так говорят о чем-то погибшем, бесследно исчезнувшем. Смысл поговорки в том, что рука судьбы в состоянии воздать должное и таким, казалось бы, непобедимым и упивающимся своей силушкой народам, как авары! Но память об аварах сохранилась надолго. В поэме «Слово о полку Игореве» упомянут Баян (Боян) как вещий предок русских. Скорее всего, имя великого властителя стало для славян символом вождя. Авары своим примером невольно подтолкнули славян к созданию своего государства на пересечении Восточной Римской империи и германского мира.

Авары сошли с исторической сцены, а славяне, протогосударственность которых авары разрушили, постепенно обрели мощь и продолжали развиваться. На обжитом месте стали появляться новые, сильные славянские государственные образования: государство Само (623 г.), Великоболгарское царство (691 г.), Харутания, Великоморавское царство, Русский каганат.

В 896 году Паннонию, где проживали остатки авар, заняли мадьяры, с которыми слились остатки авар. Мадьяры основали там венгерскую государственность, существующую и поныне.

О повседневной истории Аварского каганата мы можем судить по многочисленным и гораздо более выразительным, чем гуннские, археологических находках.

В Паннонии, по прекрасным берегам Дуная, авары оставили следы своего пребывания в виде многочисленных могильников. На основании добытого здесь материала можно получить общую характеристику экономики и культуры аварского каганата. В могильниках Юташ и Ошкю (Венгрия), содержащих 244 и 77 погребений, было обнаружено большое количество разнообразных предметов аварского периода. Характерным инвентарём мужских погребений были у аваров украшения одежды и конского снаряжения, оружие, конская сбруя, керамика, кости домашних животных. В женских погребениях, как правило, встречаются серьги, бусы, принадлежности туалета, кости домашних птиц и яичная скорлупа.

Инвентарь могил аваров не выглядит типично кочевническим. Так, например, найдены кости домашних животных, среди них — бык, лошадь, овца, свинья.

Наличие свиньи свидетельствует о том, что авары были в это время полуосёдлыми, свиней в кочевнических стадах не бывает. На осёдлость указывают и остатки домашней птицы, также несовместимые с хозяйством кочевника. О том же говорят приписываемые аварам осёдлые станы — городища, обнесённые валом рынки, открытые на берегах Дуная. Встречались среди могильного инвентаря предметы, напоминающий железные наконечники мотыг. Таким образом несомненно, что у аваров были элементы осёдлости, обеспечившие развитие, пусть в небольших размерах, и земледелия. Авары занимались земледелием — правда, самым примитивным.

Многочисленны находки железного оружия. Луки, мечи, копья. Найдены костяные обкладки лука, показывающие, что лук был составной, больших размеров; трёхгранные наконечники стрел с черенком, судя по которым можно говорить о большой стреле, т. е. и о большом луке; трёхгранные, цельные со втулкой наконечники тяжёлых копий; железные вытянутые боевые топоры-секиры с плоским приплюснутым обухом. На смену тяжёлому сармато-гуннскому мечу появляется сабля, форма и конструкция которой тесно связаны с мечом. Она имеет одно лезвие и лишь слегка выгнута. Рукоять — с перекрестием и шляпкой.

Конское снаряжение имеет характерные черты так называемого тюркского типа. Стремена с узким подножьем, с прямоугольной петлёй для крепления ремня, удила литые, древнего типа с костяными, иногда железными псалиями. Пряжки конской сбруи, как и одежды, с вытянутым основанием, клювоподобным язычком и овальной рамой. Украшения ремней в виде бляшек на шпеньках, вытянутые, с одним прямым краем и другим полукруглым, либо слегка заострённым. Поверхность накладки украшена орнаментом. Среди прочего инвентаря следует отметить более мелкие предметы: ножи, кинжалы, ножницы для стрижки шерсти. Исследователи отмечают более развитую по сравнению с гуннами керамику. Керамика без гончарного круга, плоскодонная, баночной формы со слегка отогнутым венчиком, мало орнаментированная. Тесто плохо промешано, чёрное в изломе. Наряду с такой грубой керамикой «кухонного» типа наличествует и более совершенная, например, фляги с двумя ручками, с узким горлышком, односторонне выпуклые, с характерным волнистым орнаментом в виде параллельных волнистых линий по кругу, заключённых между параллельными прямыми.

В одном могильнике была найдена любопытная вещь — дудка из двух стволов, сделанная из кости. Подобные дудки типа флейты имеют чрезвычайно большое распространение у кочевых народов.

Находки предметов искусства аваров дают материал об их эстетических представлениях, культурных и исторических связях. Особенно выразителен в этом отношении орнамент. Он разделяется на два типа: геометрический и звериный. Первый в виде плетёнки, ёлочный и тому подобных геометрических форм, является результатом влияния традиций западноевропейских племён, и, как показывают исследования, оказался у аваров в результате влияния их западных соседей, прежде всего, лангобардов. Но и традиция лангобардов выросла на местной более древней почве.

Из аварских находок выделяется геометрический орнамент явно не западноевропейского происхождения, корни которого следует искать в попытке художника передать наиболее скупыми средствами первоначальную звериную основу рисунка. Такой тип геометрического орнамента тесно связан ещё с переживаниями реалистических мотивов в аварском искусстве и носит название стиля «Кестеляй».

В стиле «Кестеляй» орнаментированы украшения сбруи, одежды, вооружения, в виде бронзовых ременных накладок, например, из могильника Надихеш. Изображения животных на этих накладках, хотя и втиснуты в определённые нормы геометризации, но сохраняют ещё и живость, реалистический характер. Собственно аварские вещи (стремена, сосуды, сделанные из золота и серебра) — типично тюркские, абсолютно идентичные с находками в тюркских могильниках VI–VIII веков Средней и Южной Сибири. Богато представлены в Перещепинском кладе оба типа инкрустации (перегородчатая и гнёздовая). Перещепинский клад — богатейшая находка аварского времени. Будучи различным по своему происхождению из разных ремесленных центров, он прекрасно характеризует одну сторону жизни аваров — торговые или военные связи, показывая значительный территориальный размах этих связей.

Раскопки аварских могильников и изучение антропологического материала показывает неоднородный расовый тип аваров. Это обстоятельство указывает, во-первых, на многоплеменность аварского каганата, во-вторых, на изменение физического облика кочевника в связи с изменением его хозяйственной деятельности.

Развитие классовой дифференциация, появление и развитие земледелия снизили роль кочевых объединений. Из бывшего кочевого варварского союза выделялись племена с различными традициями и обычиями. В это время усиливаются западные тюрки Средней Азии, которые играют значительную роль в истории юго-восточных обществ Восточной Европы.

Авары ищут укрепления своей силы и на Западе, что засвидетельствовано их связью с лангобардами. Но и здесь значительно разнящиеся формы хозяйства служили препятствием такому объединению. Внутри племён возвышались соперничавшие с вархонитами (видимо, гуннский род) новые роды и племена. Союз, основанный на варварских началах, в условиях скотоводства и земледелия, был невозможен.

Ослабление и распыленность племён юга Восточной Европы способствовали, очевидно, как новому расселению восточно-славянских племён, так и процессу «славянизации» кочевников. В этом расселении окончательно растворяются ранее господствовавшие скотоводческие племена. Их экономическая база была подорвана, славянским племенам было сравнительно легко их окончательно победить.

Из тюркских народов булгары взаимодействовали с восточными славянами наиболее длительное время. Расскажем об истории этого народа несколько подробнее. В эпоху великого переселения народов различные племена и народы так часто менялись на исторической сцене Евразии, как артисты на сцене театра: не успевали уйти одни, а другие уже появлялись, при этом некоторые переодевались, меняли грим, и выходили в новых ролях. Это прослеживается в письменных источниках: не успеют греки заметить одних и написать о них, как приходят другие. Неудивительно, что очень часто летописцы той поры разные народы называют одним и тем же именем. Например, скифами называли скифов, сарматов, аланов, праславян и даже тюрков, а потом то же самое повторилось с гуннами и аварами, их именем называли другие народы, в том числе и булгар.

В ранней средневековой историографии прослеживается путаница булгарских племен с гуннами, оставившими неизгладимый след у современников своими разрушительными походами в середине V века. Захар Ритор в своей церковной истории (середина VI века) относит все племена, включая булгар, обитавшие к северу от Кавказа в Прикаспии, к гуннским, однако Иордан разделяет булгар и гуннов, описывая в середине VI века их расселение: «Далее за ними (акацирами) тянутся над Понтийским (Черным) морем места расселения булгар, а там (далее) и гунны».

Другие источники той же эпохи, рассказывая о набегах кочевников в 50–70‑е годы VI века, упоминают либо булгар, либо племена утигуров и кутригуров (позже — оногуров), а с конца 6 века в Европе эти названия племен заменяют этнонимом «булгары». С 7 века окончательно используется только название «булгары». Арабский путешественник XII века Абу Хамид аль-Гарнати упоминает прочитанную им «Историю Булгара», в которой приводится этимология слова «булгар» — ученый человек.

Вот и поди-разбери, кто есть кто, когда отсутствуют убедительные доказательства современников, которые позволили бы однозначно идентифицировать утигуров и катригуров как булгарские племена. Однако большинство историков склоняются к такому выводу на основании более поздних свидетельств и анализа синхронности событий.

О более ранней истории булгар и вообще говорить не приходится, настолько разноречивы и скудны имеющиеся данные. Однако большинство ученых считает булгар частью огурского массива племен, первоначально обитавших в центральной Азии. С этой точки зрения булгары являются одной из самых ранних тюрских групп, продвинувшихся в Европу в ходе Великого переселения народов. В отличии от гуннов и аваров, которых нельзя безоговорочно отнести к тюркам. Булгарский язык относится к числу тюрских, хотя есть и другие мнения, что изначально булгары были ираноязычным племенем и обитали в области, называемой в древности Бактрия по-гречески или Балхара (самоназвание), отсюда болгарские ученые и выводят этноним «Булгары» (болгары). Так же в обоснование своей теории они привлекают антропологические исследования, некоторые данные которых позволяют предположить происхождение булгар от палеоевропеоидных групп населения, а не монголоидных.

Первое упоминание о булгарах в анонимном латинском хронографе относится к 354 году. В 5 веке булгары ведут кочевой образ жизни, они периодически беспокоят границы Византийской империи, и первые упоминания об них в Византийских источниках относится к 475 году.

Первый набег на Фракию отмечен 491‑м (499‑м) годом. В 502‑м булгары повторяют набег на Фракию, а в 530 году Марцелин Комит говорит о поражении булгар от византийцев. Вскоре булгары стали совершать набеги в союзе со славянскими племенами, которые впервые отмечены в начале 6 века. Вот как давно начались взаимодействие и дружба булгар и славян… Оно и понятно: булгарскую конницу всегда должны поддерживать пехота и флот славян.

Известны случаи вражды между основными племенами булгар. Император Юстиниан с помощью богатых подарков и денег направил против кутрегуров (западная ветвь булгар) силы утегуров (восточная ветвь). В итоге кутрегуры потерпели поражение, но вскоре два племени вновь объединились против империи.

Около 558 года орды булгар (в основном — кутрегуры) при поддержке славян, под предводительством воинственного вождя Забергана вторгаются во Фракию и Македонию, подходят к стенам Константинополя. И только ценной больших усилий византийцам удается отбросить силы Забергана назад. Хотя войска Забергана все еще сильны-булгары срочно возвращаются в свои степи. причиной тому служат известия о появлении к востоку от Дона неизвестной воинской орды. Это были авары во главе с воинственным Баяном. Так и пересеклись на сцене истории булгары и авары. Византия тут же использовала аваров для борьбы с напирающими на Константинополь булгарами, взамен аварам предложили деньги и земли для поселений на территории империи.

Хотя аварская армия уступала им по численности (по некоторым данным в ней было около 20 тысяч всадников) она оказалась сильнее булгар. Возможно, тому способствовало бедственное положение аваров, ведь они спасались бегством от идущих вслед за ними тюрков и вынуждены были сражаться не на жизнь, а насмерть.

Первыми подверглись нападению в 560 году утегуры, а затем, перейдя Дон, авары вторглись в земли кутрегуров. Хан Заберган стал вассалом кагана Баяна. Дальнейшая судьба кутрегуров тесно связана с политикой аваров.

Около 556 года передовые отряды тюрков, гнавшихся за аварами, достигают берегов Черного моря в районе устья реки Кубани. Утегуры признали над собой власть правителя западного крыла Тюркского каганата-Истели, и уже в составе его войска участвовали в захвате крепости Босфор на берегу Керченского пролива. В 581 году они появились под стенами Херсонеса. Чуть позже тюрки перекочуют в Малую Азию и образуют там свое новое государство.

После ухода аваров в Панноннию (нынешняя Венгрия) и ослабления каганата, утратившего контроль над западными владениями, булгарские племена вновь получили возможность заявить о себе. Их объединение связанно с деятельностью хана Кубрата. Этот правитель, возглавивший племя утегуров, с детства воспитывался при императорском дворе в Константинополе, в 12 лет был крещен. После того, как авары потерпели поражение от первого славянского государства Само в 623 году и были сильно потрепаны под Константинополем в 626 году византийцами, Кубрат провозгласил независимость от аваров и встал во главе объединения, получившего в византийских источниках название Великой Булгарии. Ее территория занимала Нижнее Прикубанье и Восточное Приазовье (по другим данным — от ставропольской Возвышенности до Южного Буга). Около 634–642 г. Кубрат заключил дружественный союз с византийским императором Ираклием. Столицей Великой Булгарии стал город Фанагория на Таманском полуострове.

После смерти Кубрата (около 665 года) его государство распалось и было разделено между его пятью сыновьями. Этим разделением воспользовались хазары. Старший сын Кубрата Батбаян остался в Приазовье и стал данником хазар. Другой сын Котраг ушел со своей частью племени на правый берег Дона. Третий сын Аспарух под хазарским давлением ушел со своей ордой на Дунай, где основал первое болгарское государство, в состав которого вошли и прибывшие на балканский полуостров ранее славянские племена. Смешение булгар со славянами и остатками фракийских племен привело в последствии к возникновению славяноязычного болгарского этноса и положило начало современной Болгарии.

Еще двое сыновей Кубрата — Кувер и Алцек — ушли в Паннонию к аварам. Кувер играл важную роль в политике аварского государства, но затем поднял мятеж и перешел на сторону Византии, после чего поселился в Македонии. Позже его соплеменники вошли в состав Дунайских болгар.

Другая группа булгар во главе с Алцеком вмешалась в борьбу за престолонаследие в аварском каганате, после чего была вынуждена бежать и просить убежище у франкского короля Дагоберта (629–639) в Баварии, а потом поселилась в Италии близ Равенны. До конца VIII века эти булгары сохраняли свой язык, но стали христианами-католиками. Фамилии Булгаро, Болгаро и Булгари до сих пор сохраняются на Аппенинах, отсюда известная ювелирная марка Bulgari, а Болонье существует церковь «Санта Марии ди Булгара».

Во второй половине VIII века остатки булгарских племен из Приазовья и с берегов Дона переселились в регион среднего Поволжья и Камы, где они смешались со славянами именьковской культуры, поселившимися здесь в IV веке нашей эры и финно-угорскими племенами и перешли к оседлому образу жизни. Они создали государство — Волжскую Булгарию. Булгары сначала находились в зависимости от Хазарского каганата, а после разгрома Святославом Хазарии в 960‑е годы возникло самостоятельное государство — Волжская Булгария. Его территория в разное время включала часть территорий Среднего Поволжья: Предкамье, Закамье и Предволжье. Крупнейшими городами Булгарии были Булгар, Биляр и Сувар, не сохранившиеся до нашего времени. Опустошение и порабощение принесли Волжской Булгарии монгольские орды. Булгарскую государственность уничтожили орды Батыя.

При хане Алмуше в 922‑м году государственной религией Волжской Булгарии становится ислам. Булгары, отказавшиеся принимать ислам, и оставшиеся верными традиционной религии булгар-тенгри, а потом принявшие христианство, переселились на правый берег Волги и стали основой будущего чувашского народа. Булгары приняли прямое участие в этногенезе казанских татар, чувашей и башкир. Часть булгар, оставшаяся в Предкавказье и Причерноморье, упоминается в средневековых источниках, они известны как черные болгары и, предположительно, являются предками кавказских балкарцев и карачаевцев.

Письменность на основе рун появилась у булгар в VIII веке. Руны были созданы пратюрками на основе согдийского письма во времена их пребывания на исторической родине в Сибири.

История распорядилась так, что булгары пошли различными религиозными путями и вошли в разные языковые группы. Дунайские булгары при царе Борисе I в 865 году приняли христианство и сделали славянский язык государственным. Волжские разделились на две группы, часть подчинилась хану Алмушу и в 922‑м году приняла ислам от Багдадского халифата в противовес своему владыке хазарскому каганату, в котором превалировал иудаизм, а другая часть, не пожелавшая принять ислам, ушла на правый берег Волги, и здесь на его основе сложился чувашский народ, принявший, в большинстве своем, православие. В последующем Дунайские болгары были завоеваны Османской империей, а принявшие ислам казанские булгары и не принявшие ислам чуваши были завоеваны монголами, в большинстве своем, в первое время, исповедовавшими тенгре и несторианство (ветвь христианства). После распада Золотой Орды центром притяжения на евразийском пространстве стала Московская Русь. Москва освободила волжских булгар от монгольских правителей. История потомков булгар продолжилась в составе Русского царства.

Что было главным в многовековой истории соседства булгар и славян? Совместно им удалось создать два булгаро-славянских государства — Дунайскую Болгарию и Волжскую Булгарию. Булгары более тысячи лет тесно взаимодействовали со славянским миром в Болгарии, в Македонии, на Руси.

Хазары! Без упоминания этого загадочного народа не обходится ни один серьезный разговор об истории Древней Руси, об истории далекого прошлого восточных славян. Каждый из нас в младших классах учил стихи Александра Сергеевича Пушкина:

Как ныне сбирается Вещий Олег Отмстить неразумным хазарам…

Но, как правило, судим мы о хазарской истории поверхностно. Между тем, для понимания исторической судьбы нашей страны, необходимо подробнее изучать историю хитроумных и энергичных соседей наших далеких предков.

История Хазарского каганата загадочна. Прописных истин там искать не приходится, всё держится на версиях. Границы Хазарского каганата весьма расплывчаты. И потому, что для кочевых племен это было не столь важно и потому, что существуют разные версии по поводу территориального положения каганата.

Начнём по порядку. В VIII веке нашей эры в Византии правил император Лев Хазарин. Свое прозвище он получил, потому что его отец Константин V женился на Хазарской царевне, которая стала матерью Льва. Представляется очевидным, что хазарское могущество к тому времени было весьма значительным. Простой пример: письма из императорской канцелярии хазарскому кагану в Х веке отличала более красивая золотая печать, чем та, что считалась необходимой для переписки с Папой Римским или приемником Карла Великого. Хазары интересны нам и по другой причине. Их территория располагалась между нижним течением Волги и северными склонами Кавказа, достигала Азовского и Черного моря, включая Крым, а в период наибольшего рассвета в 9—10 веках простиралась далее на Запад — до Киева и среднего течения Днепра. В северном направлении подконтрольная им территория простиралась до реки Оки (нынешняя Тульская область), им подчинялись буртасы и булгары, а на Востоке их границы доходили до реки Урал и даже до Аральского моря.

Через несколько лет после смерти создателя исламской религии пророка Мухаммеда (632 год) армии арабского Халифата усилили экспансию, сея хаос и разрушения. Арабы начали первую религиозную войну в мире, навязывая ислам соседям. Идя на север по обломкам двух империй, персидской и византийской, преодолевая препятствия в виде сопротивления небольших государств — Грузии, Армении, Албании (современный Азербайджан), они достигли Кавказского хребта. Одолев и эту преграду, они открыли для себя путь в Восточную Европу, через Каспийский проход и Дарьяльское ущелье.

Так случилось, что именно на границе Кавказских гор арабы встретили организованные военные силы, которые не позволили им продолжить завоевания в этом направлении. Таким образом, войны арабов и хазар, продлившиеся более 100 лет, имели огромную историческую важность.

Известно, что франки на полях Тура остановили арабскую экспансию в Западной Европе. Византия остановила арабов у стен Константинополя. Но примерно в это же время угроза Европе на Востоке была ничуть не менее острой. Торжествующих мусульман встретили и остановили хазары. Таким образом, хазары, как и франки, и византийцы, невольно стали в определенном смысле защитниками христианства.

Так кем же были эти хазары?

В этническом отношении они принадлежали к кочевым и полукочевым племенам Средней Азии, и первоначально в основном придерживались языческих верований, были тенгрианами.

Впервые в современной науке о хазарах нам поведал кембриджский историк Дж. Б. Бьюри в одной из глав своей «Истории Восточно-Римской Империи». Его труд можно считать лучшим рассказом о хазарах. В древности о хазарах писали на разных языках: греческом, армянском, персидском, грузинском, русском, арабском, турецком и китайском. Помимо иудаизма, хазары в разное время принимали буддизм, христианство и даже ислам.

Есть такая наука — этимология, раздел лингвистики, изучающий происхождение слов. Она дает нам много примеров происхождения слов в европейских языках от названия «хазар», о которых мы даже и не задумывались и не догадывались…

Например, слово «гусар» (hussar) — изначально применялось в нерегулярной венгерской кавалерии, и оно выдает связь между хазарами и мадьярами, основателями Венгерского королевства. Немецкое слово ketzer (еретик) также произошло от названия «хазар». Возможно, что и русское слово казак произошло от слова «хазар». Между тем, происхождение и точное значение самого слова «хазар» остается неясным. Приведем лишь несколько трактовок. Это кочевник, пастух коз, косоглазый (с маленькими глазами). Большинство ученых склоняются к объяснению слова «хазар» как «кочевник».

Ранние ссылки на хазар возникли примерно в то же время, когда летописцы перестают упоминать западных тюрок. Утверждают, что в 627 году хазары объединили силы с византийским императором Ираклием против персов и они же помогли ему при осаде Тифлиса. Хронист Феофан (умер около 818) представляет их так: тюрки с Востока, которых называли хазарами.

Сирийские источники упоминают о хазарах до 627 года (тогда сирийцы были еще христианами и входили в Византийскую империю). Михаил Сириец, при греческом императоре Маврикии (582–602 год) рассказывает нам такую легенду: три брата из Скифии двинулись на Запад с 500 000 человек, и, когда они подошли к греческим границам, один из братьев, Булгариос (Булгарис) пересек Дон и поселился на территории империи. Другие заняли «страну алан, называемую Барсалия», они и прежние обитатели страны приняли имя хазар — в честь старшего брата, которого звали Казариг.

Епископ Иоанн Эфесский (умер около 586 года) писал, что хазары прибыли на Кавказ из центральной Азии в конце 6 века.

Персидские и арабские источники также нам дают значительное количество материалов о появлении хазар. В дискуссии между знаменитым Ибн-Аль-Мукаффой и его друзьями был поднят вопрос, какая нация самая умная? Характерно для низкого уровня развития арабских взглядов того периода на этот вопрос, что тюрки и хазары были поставлены после арабов, греков, индусов и даже негров! Очевидно, в этом отношении тюрки и хазары пользовались дурной славой. Арабы дали им такие характеристики: «тюрки тощие собаки, хазарский выпасной скот». Хотя суждение нелицеприятное, мы видим, что арабы трактуют хазар, как отдельную группу, племя.

Единственным достоверным описанием самих хазар в арабских источниках является следующее, предположительно принадлежащее ибн Саиду-аль-Магриби: «хазары живут на севере населенных земель…земля их холодная и сырая. Поэтому лицом они белы, глазами сини, волосы у них больше рыжие и вьются, телом они крупны, а нравом холодны. Народ сей дик».

Что касается внешнего вида хазар, то есть указания, что хазары могли быть узкоглазыми, как монголоиды. Можно утверждать, что некоторые хазары были светлокожими с темными волосами и голубыми глазами, а некоторые — монголоидами. Древние летописцы разделяли их на белых и черных хазар.

Таким образом, и по византийским и по персидско-арабским источникам хазары вышли на историческую сцену в 6 веке. В первой половине 7 века они еще под властью тюрок (западный тюркский каганат). Похоже, в этом же веке они завоевали независимость.

Хазары первоначально кочевали на довольно ограниченной территории равнинного Дагестана и уходили на зимние квартиры в низовья Волги. В одно время они составляли союз с булгарами, которые жили западнее с центром в долине реки Кубань. Отношения между двумя группами кочевников не всегда оставались равными. В 7 веке произошла экспансия хазар, в этот период булгары были разгромлены аварами. Хазары получили контроль над обширным регионом, простиравшимся в западном направлении по крайней мере до рек Кубань и Дон. Впрочем, некоторые исследователи определяют зону хазарского влияния гораздо более скромными масштабами.

Булгары подпали под их политическое влияние. Согласно Феофану, булгары были хорошо организованы правителем Кубратом. Но после его смерти около 650 года у власти оказались пять его сыновей. Они отвергли мудрый совет отца держаться вместе и разделились.

Самое раннее записанное событие в хазарской истории дает нам «Ответ царя Иосифа» (еврейский документ). В нем идет речь о победе хазар над неким народом, который ученые почти единогласно отождествляют с булгарами. «Они вели войну с народами, которые были многочисленнее и сильнее их, но с помощью Божей прогнали их и заняли их страну. Те бежали, а они преследовали их, пока не принудили их перейти через большую реку по имени «Руна» (очевидно Дунай).

То, что хазары одолели булгар подтверждают источники IX и X веков, утверждающие, что булгары, жившие в среднем течении Волги, подчинялись хазарскому кагану, и началось это, скорее всего, с предполагаемых событий в 7 веке. Булгары, живущие между Азовским и Черным морями, свою индивидуальность утратили — в отличие от волжских и дунайских булгар.

Появившись на Черном море после поражения булгар, хазары нашли путь в Крым, где в VII веке утвердились постоянные хазарские гарнизоны. В Крыму, как и на кавказском берегу Черного моря, хазары поддерживали прямой контакт с византийцами. Вероятно, со временем на них произвели сильное впечатление достижения греческой цивилизации.

К 641 году арабские армии подошли к Кавказу с Юга и не стали откладывать надолго завоевание территорий, расположенных к Северу от Кавказского хребта.

Когда в 642 году мусульмане подошли к Дербенту, хазары уже там укоренились. Арабы преодолели великий горный хребет Кавказ, являвшийся для них нелегким барьером, но они преодолели бы любые другие преграды, кроме сильного и хорошо организованного сопротивления, которым и встретили их хазары.

И, хотя в течение следующего столетия мусульмане неоднократно пытались продвинуться за Кавказские горы, и иногда им это удавалось, арабы так и смогли создать прочный плацдарм к северу от гор, их дальше просто не пустили, за исключением одного случая…

Ситуация на Кавказе в первые дни распространения ислама напоминала ситуацию на Пиренеях. Как и франки, хазары оказались достаточно сильны, чтобы сдержать нападавших. Истощив свою энергию при захвате Персии и окраин Византии, арабы выдохлись и не смогли продолжить завоевания. За Кавказским хребтом независимая Хазария существовала и после долгих лет постоянной войны. Возможно, она была несколько потрепана, но тем не менее располагала большей территорией и людскими ресурсами, чем к началу войн с арабами.

В 641 году арабы вторглись в христианскую Албанию (Азербайджан), а в следующем году подошли к Дербенту. Персидский наместник Дербента написал арабам и попросил о защите, он пожаловался, что находится между двумя врагами, один из них — хазары, другой — русы. Трудно сказать, что это означает. Но Заки Валеди считает, что русы участвовали в хазарских войнах, в чем уверен и Масуди, но уже для Х века.

Арабы приводили всех к исламу, а не принявших убивали или обкладывали дикими налогами. После покорения Дербента, арабская армия двинулась на Баланжар — важный хазарский центр. Но операции между 642 и 652 годами не были масштабными. Арабы были заняты урегулированием дел в Армении и Азербайджане.

Самая серьезная попытка со стороны арабов навязать свою власть была сделана в 652 году. Арабский военачальник Абдурахман повел сильную армию мусульман в Хазарию. Непосредственной целью, как и раньше, был Баланжар. Существует легенда, что якобы до этих пор мусульмане не несли потери в столкновении с хазарами. Но в этом году хазары впервые исполнились решимости проверить уязвимость своих врагов и убили небольшую группу из засады. Убедившись, что мусульмане смертны, как и все остальные люди, они решили дать им большое сражение, в котором мусульмане потерпели сокрушительное поражение. Это легенда. А на самом деле Баланжар был хорошо укреплен. Арабы использовали большие и малые баллисты (катапульты), а хазары располагали по крайней мере малыми баллистами и таранами. После нескольких дней сражения хазары предприняли масштабную вылазку. Одновременно подошло подкрепление — хазарская кавалерия. Совместная атака оказалась своевременной и успешной. Когда погиб Абдурахман, мусульмане бросились в бегство. 4 тысячи арабов были убиты, остатки бежали в Дербент. Тело Абдурахмана хазары подобрали и поместили в большой сосуд, который использовали в обрядовых целях. Разбитые под Баланжаром арабы надолго оставили хазар в покое.

Именно в это время хазары перенесли столицу в менее опасное место — в низовье Волги. После совместной военной операции хазар и византийцев в 627 году византийские авторы хранили о хазарах молчание. И снова заговорили о них, когда византийский император Юстиниан II был свергнут и отправлен в ссылку в Крым. Прожив там в Херсонесе несколько лет, он решил вернуть себе престол. Выступив из Херсонеса в Дорос, столицу готов в Крыму, он потребовал встречи с хазарским каганом. Каган Бусир принял его с великими почестями, выслушал и дал в жены свою сестру, которая в крещении получила имя Феодора.

Действующий император Тиберий III тайно договорился с Бусиром, чтобы тот выдал Юстиниана. О заговоре узнала Феодора и предупредила мужа. Юстиниан переправился на рыбачьей лодке в Херсонес, а жену отправил назад к хазарам. С помощью дунайских булгар Юстиниан вернулся в Византию в 705 году. Вернув себе престол, он отправил к хазарам большой флот за супругой и сыном, родившимся в Хазарии. По прибытии нового императора и императрицы, они были коронованы. В Константинополе были поставлены две статуи императора и его супруги.

В событиях, предшествующих окончательному падению Юстиниана II, хазарский каган сыграл важную, даже решающую роль. В 710 году Юстиниан отправил огромную армаду с сотней тысяч человек на кораблях, чтобы наказать обитателей Крыма за их враждебность к нему во время его ссылки и чтобы вернуть территории, попавшие под власть хазар. В Херсонесе и Боспоре имелись тудуны — представители хазар. Византийская армада взяла Херсонес без сопротивления. Некоторых высокопоставленных горожан, в том числе тудуна и его детей пощадили. Остальные жители были уничтожены. От Юстиниана поступил приказ вернуться в Византию, была осень и на обратном пути почти весь флот погиб. Узнав об этом, Юстиниан — по-видимому, впадая в ярость, приказал сразу готовить новую экспедицию. Когда новость об этом дошла до жителей Крыма, они решили сражаться до конца. Жители Крыма избрали нового императора, военачальника Вардана, под именем Филиппик. Когда новая армада во главе с командиром Мавром прибыла в Крым, тот понял, что не в состоянии выполнить приказ Юстиниана и перешел на сторону Филиппика. На помощь Филиппику пришли хазары. Довольно скоро Филипик утвердился на византийском престоле, а хазары упрочили свое положение в Крыму. Интересно отметить, что в 692 году, то есть, до изгнания и до контактов с хазарами, Юстиниан принял декрет, запрещающий отношения с иудеями. Когда императором стал Лев Исавр, один из его указов, принятых в 720 году, касался обязательного обращения иудеев в христианство. Эти гонения на иудеев можно связать с принятием иудаизма хазарами. И тем не менее, Лев Исавр женил своего сына Константина на хазарской принцессе, что свидетельствует о значимости хазар для Византии. Это произошло в 732 году, то есть, через один или два года после большого вторжения хазар в земли ислама, очевидно, по настоянию Византии. Константин V правил с 740 года, Ирина — хазарская принцесса родила ему сына, ставшего императором Львом Четвертым, получившим прозвище «Хазарин». С него мы начали разговор. Он правил с 775 по 780 год.

Вторая арабо-хазарская война (722–737 гг.) закончилась неудачей хазар, и, согласно арабским источникам, согласием кагана обратиться в ислам. Однако внутренние раздоры в арабском халифате позволили хазарам восстановить силы, а кагану — не принимать ислам.

В 758 году арабский правитель Армении расположил гарнизон в Дарьяльском ущелье (второй проход через Кавказский хребет) и заключил брачный союз с царским хазарским домом. Очевидно, арабы считали хазар опасным противником.

К концу 8 века (786–787 гг.) хазары успешно воевали с крымскими готами. Дорос, столица и главная готская крепость, был захвачен и в нем утвердился хазарский тудун. Под предводительством епископа Иоанна готы подняли восстание и сначала добились некоторых успехов, но впоследствии воинственный священнослужитель был вынужден сдаться, и готы подчинились хазарам. Но хазары недолго владели Доросом. Уже через несколько лет он перешел к грекам.

Последнее большое выступление хазар против арабов зафиксировано в 799 году. Собрав большие силы (до 100 000 человек), хазары прошли до реки Куры, разоряя все, что можно… При этом пострадали и христиане, и мусульмане. Хазары удалились с награбленным добром и пленными. Примерно в 833 году каган и бек Хазарии обратились к Византии за помощью в постройке нескольких крепостей на Дону. Император Феофил дал согласие и отправил военную эскадру, которая через Азовское море поднялась вверх по реке Дон. На Дону византийцы построили Саркел и еще несколько крепостей из кирпича. От кого хазары собирались защищаться на Западе, если основной враг был на юге?

Кем был этот враг с Запада — не вполне ясно. Печенеги еще не продвинулись западнее Дона, они сделают это 60 годами позже. Мадьяры были союзниками хазар. Возможно, врагами хазар к этому времени уже стали русы, сила которых быстро росла к западу и северу от Хазарии. Еще в XIX веке историк Степан Гедеонов высказал предположение, что на границах Хазарии возникло первое русское государство — Русский каганат, просуществовавший недолго, но давший толчок своему преемнику — Киевской Руси.

В 860 году хазары снова обращаются к Императору Византии (Михаил III), чтобы к ним прислали людей, которые могли бы объяснить основы христианства. Патриарх Фотий посоветовал послать в Хазарию своего ученика и протеже Константина (Кирилла). Говорят, что у Фотия был личный интерес — его хазарское происхождение, за что император в сердцах обзывал его «хазарская морда». Но это спорная трактовка.

Константин (Кирилл) проследовал через Крым в Хазарию, некоторое время провел в Херсонесе, где изучал хазарский язык, затем по Дону и Волге прибыл в город Итиль и далее по Каспийскому побережью до Семендера. Там был проведен диспут, представленный как победа сторонников христианства, но только 20 человек приняли крещение. Хотя Константин произвел хорошее впечатление на хазар, его миссия, вероятно, все же оказалась не слишком успешной. Немного позже он через Киев вернулся в Константинополь. По легенде он подарил в Киеве христианам разработанную им азбуку. В присутствии кагана имел место религиозный диспут между знающим писание иудеем с одной стороны и Константином — с другой. Из этого ученые делают вывод, что в середине IX века приверженность иудаизму была очень важным, возможно, решающим фактором, при хазарском дворе.

Экономика Хазарии не соответствовала статусу великой державы. Известный арабский географ Х века аль-Мукаддаси, описывая положение хазар, говорит об их чрезвычайной бедности: «нет ни скота, ни плодов». На дагестанских территориях Хазарии отмечают поля, сады и виноградники, но всё это было характерно для этой местности и до хазар. Принципиальные сведения о хазарской экономике сообщают соплеменники и современники аль-Мукаддаса аль-Истахри и Ибн Хаукаль: «Хазары не производят ничего и не вывозят ничего, кроме рыбного клея». Единственная статья дохода — сбор дани. Для долговременного благоденствия этого оказалось маловато…

О хазарском городе Итили мы узнали из главной дошедшей до нас работы арабского путешественника аль-Масуди (также Х век). После того, как бывшая столица хазар Семендер была захвачена Сулийманом ибн-Рабия-аль-Бахили, «каган, (царь) хазар перенес свой престол в Итиль, что на семь дней пути далее. В Итиле живет в настоящее время царь хазарский. Город разделен громадной рекой на три части… Итиль построен на двух берегах реки, посреди которой находится остров, а на нем дворец царя. Дворец царя находится на одном из краев острова, соединенного понтонным мостом с одним из берегов реки. Население состоит из мусульман, христиан, иудеев и язычников.

Что касается язычников на этой территории, то их несколько видов, включая сакалибов (славян) и русов, которые живут на одной стороне города.

Царское войско состоит из мусульман….они известны в городе как Арсия и являются иммигрантами из соседнего Хорезма.

Русы и сакалибы, которые, как мы уже говорили, язычники, они также служат в войске царя и являются его слугами. Если бы мусульмане и христиане вошли в соглашение, царь не смог бы справиться с ними».

Далее Масуди рассказывает о хазарской системе управления: «Суть в том, что в Хазарском государстве имеется каган и существует правило, чтобы он находился в руках другого царя (бека) и в его дворце. Каган пребывает внутри дворца и не может ни выезжать, ни появляться перед придворными и народом, не покидать свое жилище, где вместе с ним живет его семья. От него не исходит ни приказов, ни запрещений, и он не принимает решения в государственных делах. Однако царь не управлял бы Хазарским государством должным образом, если бы каган не был при нем в столице и дворце. Когда Хазарию постигает голод или другое бедствие, или когда против него обернется война с другим народом, или какое-нибудь несчастье обрушится на страну, знатные люди и простой народ идут толпой к царю (беку) и говорят: «Мы рассмотрели приметы этого кагана и дней его, и мы считаем их зловещими. Так убей же его или передай нам, чтобы мы его убили.» Иногда он выдает им кагана, и они убивают его, иногда он убивает его сам, а иногда жалеет и защищает его, в том случае, если он не совершал никакого преступления и не был виновен ни в каком грехе.

(Заметим попутно, что это сильно напоминает правление у японцев до середины 19 века, когда император выполнял лишь религиозную роль, а государством управлял сёгун — прим. авторов).

Царь не имеет никаких прав на собственность своих подданных. Его доходы состоят из обычных налогов и десятин из товаров, приходящих в Хазарию сухопутными, морскими и речными путями. Ему принадлежат регулярные поставки из различных областей хазарского государства, состоящие из еды, напитков и т. д. При царе семь судей: два из иудеев, два из христиан, два из мусульман и один из язычников. При городе нет селений. Весной хазары уходят на 20 лиг, чтобы пахать. Летом они собирают урожай и перевозят его в город на повозках или по реке. Преимущественная пища хазар рис и рыба. Мед и меха, воск и рабы, которые вывозятся из их страны, поступают к ним из страны русов и булгар».

Обычно изучающие историю хазар подчеркивают, что во времена расцвета каганата религией правящего класса был иудаизм. Известно, что в конце VIII — начале IX века потомок князя Булана Обадия провел в Хазарии религиозную реформу, признав государственной религией раввинистический иудаизм, признававший Талмуд. Несмотря на некоторое противодействие, очевидно, Обадия сумел объединить вокруг себя значительную часть хазарской знати. Но в Хазарии присутствовала веротерпимость, может, даже большая, чем в современном мире.

Что же послужило причиной падения Хазарии?

1. Представляется невероятным, что иудаизм привел к упадку нации.

2. Падение Хазарии не было результатом поражения от Византии или Арабского Халифата..

3. Возможно, роковую роль сыграло разноплеменное население, проживавшее на территории Хазарского каганата: кочевники степей, жители столицы и других городов, охотники, тюрки, евреи, славяне и финны — в Хазарии присутствовали все, но главенствовали белые хазары.

4. Хазарам, по-видимому, не удалось создать действенную и многочисленную бюрократию, которая держала бы в руках столь разнородную территорию и обеспечивала выплату дани (налогов) от трудноуправляемых, подчас — диковатых племён.

5. В тех условиях ни один, даже крупный и высокоразвитый, племенной союз вряд ли мог бы длительное время удерживать в своих руках обширную империю. Одно, два, максимум — три поколения — и наступал кризис, распад лоскутной державы. Так случилось и с гуннами, и с аварами, и с булгарами. Тем не менее, Хазария просуществовала 300–400 лет, как ни одно другое кочевое (или полукочевое) государство.

Из летописей известно, что на территории Хазарии выращивали скот, виноград, пшеницу, рис, но главным источником доходов государства были таможенные пошлины и дань подчиненных народов. В период своего наивысшего рассвета (середина 9 века) хазары контролировали территорию от Волги до Днепра, а, значит, собирали пошлину со всех торговых караванов и судов, идущих по Волге, Дону, Днепру и Каспийскому морю. Таможни стояли в Булгаре, Итиле, Саркеле, Тамархе (Тьмутаракань), в Киеве. Не брезговали хазары и набегами — грабежами и давал грабить другим, так, русы делились с ними половиной награбленных товаров. Важным видом деятельности иудейского государства была торговля. Сами они поставляли на рынок только рыбий клей. Но умело контролировали торговые пути. Экономика каганата зависела от политического престижа и военной мощи. Понятно, что большие таможенные сборы были также не популярны у купцов, как и дань у покоренных народов… Для того, чтобы обеспечивать их получение, требовалась сила или, по крайней мере, демонстрация силы. Согласно русской летописи, славянские племена стремились при первой возможности избавиться от зависимости.

Волжские булгары приняли ислам в надежде на помощь Багдадского халифа в избавлении от хазарской зависимости. Аланы, греки и готы в Крыму тоже жаждали свободы. Согласно Ибн-Фадлану, центральная власть была непопулярна и на Востоке среди тюрков и гузов. Пока хазары могли удерживать свои завоевания силой оружия — система работала, но, когда военная сила ослабла, система не могла не рухнуть. Империя хазар по сути была агломерацией смежных территорий без естественных границ. Пока эти территории находились в руках военной аристократии, а их всадники контролировали всё, что находилось между городами и гарнизонами, хазары-иудеи удерживали власть. Хазария в период наивысшего рассвета могла соперничать с величайшими государствами своего времени. Но военный контроль ослаб, и Хазария пала, поскольку других внутренних связей в государстве не было.

Парадокс заключается в том, что некоторые мелкие группы, которые входили в империю, сохранились до сегодняшнего дня, а хазары, некогда бывшие несравненно более могущественными, оказались забытыми.

История национальных государств, например, Франции и Персии, прослеживаются с глубокой древности, через периоды рассвета и упадка, они и сегодня присутствуют на политической карте мира. Иначе обстоят дела с империями кочевников, которые стремительно возвышались и быстро исчезали с исторической сцены, часто совсем не оставляя следа. Так вышло с империей гуннов, аваров, хазар, даже монголов. Тут нужно обратить внимание и на такой феномен. В результате каждого великого сражения многие женщины покоренных народов переходили к новым хозяевам, а пленные юноши становились воинами. Старики присматривали за стадами сменившихся хозяев на несколько лет до очередного переворота. В подобных обстоятельствах основные отличительные особенности покоренных народов стирались, языки смешивались, обычаи взаимно ассимилировались. Гунны «превращаются» в аваров, авары в хазар, хазары в булгар, булгары в татар. Империя монголов известна в подробностях, так как она распространялась на большую часть цивилизованного мира, включающие в себя величайшие государства: Китай, Хорезм, Персию. Но потом схлынула, и монголы оказались намного менее важным, почти исчезнувшим народом, лишившимся государственности и самостоятельности, а Китай, Русь, Персия продолжали развиваться.

Мы подошли к последней сцене нашего повествования о хазарах. В середине Х века, как следует из рассказа Истахри (932 год) и Массуди (943 год), а также из хазарских записей, государство процветало. Хазары добились больших военных успехов, особенно — в военных стычках с греками.

Однако серьезную угрозу их империи составляло укрепление русской государственности. Когда именно начались набеги русов вниз по Волге — сказать трудно. В ранний период славяне и русы находились под влиянием хазар, по крайней мере, в экономическом отношении.

Русские позаимствовали у хазар титул каган для своего государя и применяли его аж до времен Ярослава Мудрого. Даже на стенах Софийского собора в Киеве есть надпись «Во здравие кагана нашего Владимира». Русский князь (каган), как и хазарский каган, имел заместителя — воеводу, который командовал армией, вел войны с врагом и представлял князя перед народом. В 9 веке русы уже были достаточно сильны, чтобы занять часть хазарской территории на Западе, включая Киев (в 882 году). В это время мы уже регулярно слышим об экспедициях русов вниз по Волге. Русы не придумали ничего нового создавая свое централизованное государство, они захватывали транспортные артерии и ставили свои таможенные посты. Сначала на отрезках пути из варяг в греки и из варяг в арабы (Ладога, Изборск, Новгород, Муром, Ростов, Ладога, Новгород, Смоленск), а затем и на всей бывшей территории каганата — Киев, Саркел, Булгар, Тамарха. Но, в отличии от хазар, уже князь Олег стал создавать единый народ с единой столицей — Киевом, государственным славянским языком и письменностью. Однако Ибн-Хордадбех (около 840 года) утверждал, что суда русов, проходя через страну хазар, должны были платить сбор в размере десятой части стоимости груза, как и все остальные суда.

Это же подтверждается и в более поздний период в 884–850 годах, когда русы ходили походом на Табаристан и Абаскун (Азербайджан). В 913 году русские корабли числом 500 штук (по сто воинов в каждом) с разрешения хазарского кагана пошли громить мусульманские провинции на Каспии, пообещав поделиться добычей и отдать хазарам половину захваченного. Потом были походы 943 года, еще более масштабные и разрушительные. Русы захватили Бердаа (Барду, на территории нынешнего Азербайджана) и удерживали его больше года. Захватчики пострадали не от рук местных жителей, а от чумы.

Князь Святослав

В определенный период отношения между хазарами и русами изменяется, русам запрещается ходить через Волгу в Каспий, хазарский властитель Иосиф пишет: «Я охраняю устье реки и не пускаю русов, приходящих на коряблях, прибывать морем, чтобы идти на исмаильтян, и точно также я, не пуская всех врагов их на суше приходить в их страну. Я веду с ними войну. Если бы я их оставил в покое, они уничтожили бы всю страну исмаильтян до Багдада.»

Воистину интересный текст. Если раньше Хазары спасали северные земли восточной Европы от ислама, то теперь они спасали исламские государства от усилившихся русов. Это не могло устраивать русов, и они вели с хазарами войны. Первые походы провел Олег, он захватил и разграбил Булгар и Итиль, но окончательно их не уничтожил.

А вот Святослав в 965 году наголову разгромил хазар, захватил и разграбил Булгар, Саркел, Итиль. В Саркеле (Белые Вежи) он оставил русский гарнизон. Затем покорил ясов и касогов и с победой вернулся в Киев. Ибн-Хаукаль пишет: «В наше время (приблизительно 977 год — прим. авторов) не оставил ничего ни у булгар, ни у буртасов, ни у хазар народ русов, кроме руин. Хазары просили, чтобы с ними заключили договор (русы) и они были бы покорны им в той части света, которую им назначат». Видя плачевное состояние хазар после походов Святослава, мусульманские правители Прикаспия довершили дело разгрома Хазарского государства.

Представляется очевидным, что после 965 года мы уже не можем говорить о независимом государстве хазар на Волге. Но окончательно Хазарское государство исчезло в XII веке.

После разгрома мы встречаем сообщения о хазарах в разных летописях. В 986 году хазарские евреи предстали перед Владимиром и предложили ему принять их веру (иудаизм). Хазары упоминаются в качестве живущих в Таматархе, на Кавказе, в Крыму и в Киеве. В 1016 году, согласно греческому историку Кедрину, византийский император направил в Хазарию военные силы и вместе с русскими быстро подчинил страну, захватив в плен ее правителя, Георгия Цуга, в первом же бою. Нет ничего удивительного, что царь носил христианское имя, в это время христианство у хазар подтверждается многими авторами.

На пространстве бывшего каганата стали хозяйничать половцы — воинственные кочевники, пришедшие туда после разгрома хазар Святославом. С половцами воевали русские князья. Но многие половцы принимали христианство, и тогда русские заключали с ними военные и брачные союзы. Именно половцы, а не хазары, считались главными врагами монголов.

Куда же делись хазары? Считается, что современные евреи восточной Европы — это остатки хазар. Это объясняет частоту появления среди восточно-европейских евреев белокожих, светловолосых и нередко голубоглазых индивидов. Лингвистические исследования установили отсутствие западногерманского влияния на язык восточноевропейских евреев — идиш. При этом отмечается его сходство с германским диалектом востока и юго-востока готов Причерноморья и Крыма. Частично хазары внесли вклад, вместе с мадьярами, в формирование современной венгерской нации. А также потомками хазар считаются караимы Крыма и горское евреи Кавказа.

Между норманистами и антинорманистами не утихают споры: кем был Рюрик, норманом или славянином и кто создал русское государство, славяне или норманны? Что касается Рюрика, сейчас это обсуждать не будем. А вот что касается государственности, на этот вопрос дан однозначный ответ: славяне сами создали свою государственность до контактов с норманнами и тем более до прихода Рюрика. Однако и норманны сыграли важную роль в истории Руси и поэтому мы о них поговорим в этой главе.

На северо-западе Европы расположены три государства: Норвегия, Швеция и Дания, так называемые скандинавские страны. Жителей этих стран в средние века называли норманнами или викингами. Если дословно, норманн — это северный человек. Эти страны располагаются значительно севернее греков и римлян, которые и поведали о них миру. Норманны говорили на древнескандинавском языке, который сформировался приблизительно к VIII в. и просуществовал приблизительно до XIV в. Сами себя они называли викингами, и это слово тоже прочно осталось в истории. Слово это происходит от древненорвежского «человек из бухты». Жизнь и слава викингов действительно неразрывно связана с морскими путешествиями.

Благодаря ютландскому янтарю Дания и южная Швеция рано наладили торговые контакты с Кельтским и Средиземноморским миром. Норманны рано научились мастерить суда для плавания по морям и рекам. Тацит в 1 веке пишет, что норманны «помимо воинов и оружия …сильны также флотом. Их суда примечательны тем, что могут подходить к месту причала любою из своих оконечностей, так как и та, и другая имеют у них форму носа». И ещё одну особенность норманнов подметил Тацит: «им свойственно почитание власти или единоначалия…безо всяких ограничений повелевает царь (вождь)».

Уже в VIII веке в Упланде (будущая Швеция) существовало единое и сильное государство, которое в силу своего местоположения стало центром колониальной и торговой экспансии. Естественным направлением для торговых связей являлся для норманнов юго-восток и восток балтийского моря и речная сеть его бассейна.

Образ жизни норманнов в те годы — это, прежде всего, грабительские нападения, пиратство и большие военные походы, а также торговые купеческие поездки, снова и снова тесно переплетавшиеся с пиратством и грабежом. Англо-саксы, франки, саксонцы и баварцы с ужасом вспоминали о набегах викингов — непобедимых и удивительно выносливых дикарей, которые не боялись ни боли, ни холода, с детства воспитывались в крайне суровых условиях и потому были грозой для более цивилизованных народов. Правда, норманнские отряды были сравнительно малочисленными (100–200 человек) и не стремились к созданию империй. Их хлебом оставались кратковременные грабежи.

Расцвет грабительской славы норманнов приходится на конец VIII и IX века, а территориально — на пространство от берегов нынешней Великобритании до приморских территорий современной Польши. Там они покуражились вволю. Их экспансия начала угасать к концу Х века. Отдельные отряды норманнов долго сохраняли высокую боеспособность. Это был особый образ жизни в мужском сообществе мореплавателей-бойцов. С детских лет они становились профессиональными воинами. Личная жизнь была мимолетной, они не привязывались к семьям, к государственным структурам. Именно поэтому они умели побеждать, но не умели создавать государства. В завоеванной Англии норманны, по сути, ассимилировались. В соревновании культур, языков, религий они проигрывали завоеванным народам.

Если вы посмотрите на карту, то увидите большие европейские реки, впадающие в Балтику. Это (слева направо) Рейн, Одер, Висла, Неман, Западная Двина, Нарва, Нева. Рейн и Одер — это путь в Париж и в Рим. Остальные реки — путь в Восточную Европу и Византию.

Жители Швеции, острова Готланда и Аланских островов были хорошими мореходами, их путь лежал через Балтийское море, затем вверх по Висле, волоком в Припять и Днепр, вверх по Неману и Западной Двине, волоком в Днепр. Другой маршрут — Нарва и Нева, вверх по реке и сети озер, волоком в Ловать и Днепр, а далее — в Черное море. Не менее популярен был путь через Волгу в Каспийское море, во владения персов и арабов.

Точную дату появления норманнов в восточной Прибалтике определить трудно, но первое документальное свидетельство содержится в Житии Анстара, написанном Римбертом в 870 году. Там сообщается, что жители Курляндии (Латвия) в прежние времена были подданными норманнов, но потом сбросили ярмо, ибо считали его постыдным. Они разбили данов в 850 году, однако Олав, конунг Бирки, повел на них шведов, сжег и сравнял с землей их крепость Зеебург и подчинил себе второй курляндский город Апулию. Курляндия снова стала выплачивать воинственным шведам дань.

Археологи раскопали на территории Польши, Литвы и Латвии несколько торгово-ремесленных поселений норманнов. Самое раннее поселение находится неподалеку от города Лиепая, это Гробине, первое захоронение людей здесь датируется 650 годом.

Неподалеку располагается другой норманнский город — Апулия. Он стоял на реке Барте, там при раскопках было найдено немало наконечников стрел норманнского изготовления. Ученые считают, что они были выпущены норманнскими воинами, атаковавшими город в 855 году. Ещё дальше на юг, в районе Куршской косы, находился ещё один скандинавский город — Вискаутен.

Ранним центром прибалтийской торговли был остров Готланд, об этом свидетельствуют и письменные, и археологические источники. Там были найдены целые залежи серебряных монет. Готландцы не воевали, были мирными торговцами. Первые поселения в Прибалтике принадлежали им. Но в конце концов они были покорены шведами, тогда и началась эпоха более сильного проникновения норманнов в восточноевропейские земли, на Русь. Норманны основали и переустроили там несколько крепостей, например, Выборг и Ригу.

Поднимаясь вверх по рекам Неман, Западная Двина, Нарва и Нева, они столкнулись с хорошо организованными племенными союзами восточных славян — кривичей и ильменских словен. У них уже имелись мощные города — Полоцк, Смоленск-Гнездово, Любша, Ладога (современная Старая Ладога). Есть упоминания о том, что даны в VIII веке ходили грабить богатый торговый город Полоцк, но потерпели поражение от его защитников, возглавляемых воеводой Витовтом (Витольдом). Известно, что на Волхове были построены славянами в начале и середине 8‑го века два города: Любша (710 г.) и Ладога (753 г.), тоже подвергшиеся нападению. Но, судя по всему, здесь норманны, в отличии от Западной Европы, получили отпор и сменили тактику грабежей на торговые контакты. Хотя при случае всегда готовы были и напасть, если чувствовали слабину.

Вероятно, самые сильные отряды викингов не появлялись на территориях будущей Руси. Их привлекали территории с более мягким климатов, с крупными городами, полными серебра, вина, мяса и оружия, которое можно захватить. Куда более масштабную экспансию викингов испытали на себе франки и англы… Там легче было грабить и больше можно было захватить. А наши края в те годы были сравнительно малозаселенными — кстати, как и в наше время. И постоять за свою землю славяне умели во все времена. Так что норманнам пришлось сотрудничать со славянами…

Археологические данные свидетельствуют, что на всем протяжении пути из варяг в греки и из варяг в арабы в городах Старая Ладога, Новгород, Смоленск, Ростов, Муром 5—10 процентов населения составляли норманны и финны, жившие рядом со славянами. В этих поселениях найдено большое количество остатков оружия, предметов быта и религиозных обрядов, свойственных норманнам (молоточки Тора — символ норманнского божества). Также найдены дерхемы, арабские серебряные монеты, свидетельствующие об оживленной торговле. Эпоха присутствия норманнов на Руси продолжалась с IX по XI век. В разные времена норманны выступали в разных ипостасях: торговля, разбой, охрана, наёмные отряды в княжеских дружинах. Владимир и Ярослав Мудрый пришли к власти с помощью наемных дружин, пришедших по их просьбе из Скандинавии.

Многочисленные рунические надписи в самой Скандинавии и единичные за её пределами рассказывают о путешествиях, подвигах и гибели сынов Скандинавии на Востоке, но не о захвате власти и создании государства.

О норманнах мы узнаем и из арабо-персидских источников, а также из греческих. Сначала о них пишут, как о людях, не имеющих ни земли, ни постоянного дома, живущих на кораблях, занимающихся грабежами и торговлей. И летописцы разделяют славян и норманнов. Со временем они сливаются в единое понятие, в единый народ — Русь.

Если вернуться к методу определения предков по ДНК, то в среднем кровь русского человека состоит на 53 % из славянской, на 10 % — из норманнской (северогерманская), 10‑германская (позднее влияние немцев, селившихся в России); 12 % — тюрской, 10 % — финно-угорский и 5 % — из иных вариантов.

Норманны сыграли немалую роль в становлении централизованного русского государства на территории от Ладожского озера до Черного моря. Формирование русской государственности происходило постепенно, весьма сложными путями, и скандинавы были заметной и важной, но не главной задействованной при этом силой.

К основанию русского государства восточно-славянские племена и Византия имеют не меньшее отношение, чем норманны. Не следует сбрасывать со счетов и иранское, и тюркское влияние. Князь Олег закрепил де-юре существовавший де-факто славянский язык в качестве государственного (не балтский, не норманнский, не финский) и славянскую письменность. И превратил Киев (после Ладоги и Новгорода) в столицу единого русского государства. В его окружении оставалось немало норманнов, постепенно перенимавших основы славянской культуры.

Наши ближайшие соседи и родственники на северо-западе, давние соседи славян, с которыми доводилось и воевать, и сотрудничать, и выстраивать семейные отношения. Много веков славяне и балты живут в условиях взаимного влияния.

Так мы называем большую группу индоевропейских народов, проживающих на восточном и южном побережьях Балтийского моря и говорящих на балтских (балтийских) языках. Сами себя они так не называли. Термины «балты» и «балтийские языки» были предложены в 1845 году немецким языковедом Георгием Нессельманом (1811–1881), профессором Кенигсбергского университета. Название он предложил по аналогии с Балтийским морем. А понятие «Балтийское море» впервые встречается у Адама Бременского в трактате «Деяния архиепископов Гамбургской церкви». Адам Бременский порассуждал и о происхождении этого понятия. Он выводил его от латинского слова balteus — «пояс», потому что это море, в представлении Адама, «подобно поясу, простирается от Скифии до Греции», опоясывая Европу. По другой версии, слово происходит от балто-славянского корня, к которому восходит, в частности, русское слово «болото», «блато».

Потомками Балтов в наше время считаются литовцы и латыши. В прежние времена, кроме современной территории Литвы и Латвии, балты населяли часть территории нынешних Польши, Белоруссии и России.

Балты известны с древнейших времен. На карте Европы они присутствуют несколько тысячелетий, хотя нечасто их история получала общеевропейских резонанс. На большую историческую сцену балты вышли позже германцев и славян, в XII–XIII веках, когда литовцы обрели государственность. Но предыстория у них была продолжительная.

Первое письменное упоминание племён, проживающих на территориях прилегающих к южному побережью Венедского (ныне — Балтийского) моря мы обнаруживаем в сочинении «О происхождении германцев и местоположении Германии» римского историка Публия Карнелия Тацита в 98 году нашей эры, где они названы эстиями (их не следует путать с современными эстонцами, относящимися к финно-угорской языковой группе). Тацит описывает их как собирателей янтаря и отмечает их особенное трудолюбие в собирании растений и фруктов по сравнению с немецким народом, с которым у эстиев наблюдалось сходство во внешности и обычаях. Эстии, по Тациту, поклонялись богине-матери (земле) и надевали маски кабанов, которые защищали их и наводили трепет на врагов.

Позднее эти племена эстиев под разными именами описываются в сочинениях римского-готского историка Кассиодора (523 год), готского историка Иолрдана (552 год), англосаксонского путешественника Вульфстана Вустерского (900), германского архиепископа Адама Бременского (1075).

Примерно в 880–890 годах путешественник Вульфстан, проплывший на лодке из Хайтхабу, Шлезвиг, по Балтийскому морю к низовьям Вислы и к реке Эльбе, описал огромную землю Эстландию, в которой было множество поселений, каждое из которых возглавлял вождь, и они часто воевали между собой.

Вождь и богатые члены общества пили кумыс (кобылье молоко), бедные и рабы— мед. Пива не варили, потому что в избытке имелся мед. Вульфстан подробно описывает их погребальные обряды, обычай сохранять мертвых замораживанием.

После анализа данных топонимики и гидронимов, а также признаков материальной культуры, установленных археологическими исследованиями, ученые пришли к выводу что в VIII тысячелетии до н. э. балты (балто-славяне) достигли Волги. Есть версия, что и название реки Волги восходит к балтскому «jilga» — «длинная река».

К этому времени относится мощинская археологическая культура. В V тысячелетии до н. э. они обживали верховья Днепра и Оки (днепро-двинская археологическая культура). В III тысячелетии до н. э. предки балтов начали заселять побережье Балтийского моря, ставшее их «обетованной землей». Ареал их проживания простирался от бассейнов Вислы и Наревы на Западе до Березины и Южного Буга на Юге и до озера Ильмень и рубежей современной Тверской области на севере.

В IV–III веках до н. э. сложились отличия западных балтов (пруссы, курши, галинды, мазуры, ятвяги, голядь, полексяне) и восточными (земгалы, селы, латгалы, жемайты и литва). Причем, считается, что западные балты входят в число предков белорусов, а голядь (галинды) числятся среди предков русских. Часть западных балтов — пруссы, мазуры, ятвяги — являются (наряду с другими племенами) предками польского народа. Восточные балты числятся среди предков латышей и литовцев. Непосредственные предки литовцев — это племя литва, а также жемайты, земгалы, курши и селы. Латышская общность возникла из потомков латгалов, а так же тех же селов, куршей, земгалов с добавлением угро-финского племени ливов.

Примерно в 945 году арабский торговец из Испании по имени Ибрахим ибн Якуб, пришедший к балтийским берегам, отмечал, что пруссы имеют собственный язык и отличаются храбрым поведением в войнах против викингов (русов). Курши, племя, заселившее берега Балтийского моря, на территории современных Литвы и Латвии, в скандинавских сагах именуются «кори» или «хори».

Письменности у них не было долго. Самые ранние из известных надписей, сделанные на древнепрусском и литовском языках, датируются соответственно XIV и XVI веками. Все другие известные упоминания о балтийских племенах сделаны на греческом, латинском, немецком или славянском языках.

Часть балтских племен была уничтожена в ходе экспансии немецких рыцарских орденов. Пруссия получила название от уничтоженного немцами балтского народа пруссов. Часть балтов ассимилировалась к концу XVI–XVII веков или растворилась при этногенезе современных народов (например, мазуры в этногенезе поляков). В современном литовском сохранились названия прусских провинций: Памеде, Пагуде, Варме, Нотанга, Семба, Надрува, Барта, Скальва, Судова и Галинда.

Существуют различные мнения о балто-славянских отношениях. Из них можно выделить несколько теорий:

1. Теория балто-славянского единства, она восходит к построения немецкого лингвиста Августа Шлейхера. Он полагал, что до разделения балтского и славянского языков, приблизительно 500–600 лет существовал общий балто-славянский язык и завершил он свое существование в 4 веке до нашей эры.

2. Вторую теорию предложил французский ученый Антуан Мейе, который рассматривал прабалтийский и праславянский как два схожих между собой индоевропейских языка, которые выделились из общего индоевропейского языка независимо друг от друга и развивались параллельно, но самостоятельно.

3. Третья теория, которую сформировал советский латышский лингвист Ян Эндзелин, состоит в том, что прабалтский и праславянский языки прошли сначала этап независимого развития, а затем сблизились, что привело их к длительному совместному проживанию — в так называемую балто-славянскую эпоху (середина II тысячелетия до н. э. — середина I тысячелетия до н. э.).

4. Наконец, четвертая теория, восходящая к построениям Владимира Топорова, предполагает, что праславянский язык выделился из периферийных балтских диалектов и произошло это в 1400–1200 годах до н. э.

Таким образов, все теории признают, что балтские и славянские языки наиболее близки друг к другу среди индоевропейских языков и разошлись не позже середины I тысячелетия нашей эры.

При этом, позже, в конце I тысячелетия нашей эры, они опять тесно взаимодействуют и развиваются в тесной взаимной связи. С конца I тысячелетия начался процесс славянизации балтов. Интересно, что по материнской линии (митохондриальная ДНК) существенных различий у балтов с окружающими их славянскими народами не наблюдается. Считается, что балты приняли участие в этногенезе кривичей, вятичей и радимичей. Кривичи получили имя от общего для всех балтов верховного жреца Криво-Кривейто. А у вятичей и радимичей получил широкое распространение ношение шейных гривен, прототипы которых находятся в балтских кладах.

И в дальнейшем, в XIII–XVI веках происходит тесный контакт балтского и славянского элементов в развитии Литвы и Руси. Великое княжество Литовское долгие годы было вторым по значимости русским государством послемонгольского периода, оно было прямым конкурентом великого княжества и царства Московского. Но это другой разговор — долгий, связанный с более поздними эпохами…

В наше время известно относительно точное количество представителей финно-угорских народов на земном шаре. Их 25 миллионов. Впрочем, и эта цифра условна. Больше половины из них — порядка 14‑ти миллионов — мадьяры, а их нельзя считать «чистыми» финно-уграми. Кроме них это финны, эстонцы, карелы, удмурты, марийцы, мордва, коми-зыряне и коми-пермяки… Народы известные, но немногочисленные. Некоторые финно-угорские народы находятся на грани исчезновения. Например, водью в наше время считают себя сто человек. Из них 73 — по данным 2002 года — проживают в России. Финно-угров на земле немного. И всегда их было сравнительно немного. При этом география их расселения широка, и учёные выделяют пять различных финно-угорских языковых подгрупп.

Происхождение и изначальная история финно-угорских племён — вопрос загадочный, до сих пор до конца не проясненный исследователями. У них особая судьба. Ведь финно-угры не относятся к индо-европейцам… История финно-угров восходит ко глубокой древности.

В те времена существовала единая группировка людей, говоривших на общем финно-угорском праязыке. Предки нынешних финно-угров до конца третьего тысячелетия до н. э. сохраняли относительное единство. Они были расселены на Урале и западном Приуралье, а возможно, также и в некоторых прилегающих к ним районах. В то время финно-угорцы общались с иранскими племенами, многое у них переняли. В первую очередь — религиозные верования.

Историческая судьба отделила мадьяр от остальных финно-угров, живших небольшими общинами, хуторами в суровых северных краях. У них сложилась своеобразная культура, основанная на слиянии человека с природой — с лесами, реками и озерами…

До нашего времени дошли карело-финские песни о богатырях из мифологической страны Калевалы. Да и знаменитая няня Александра Сергеевича Пушкина Арина Родионовна, рассказывавшая ему сказки, была, скорее всего, ингерманландского происхождения. Эти рассказы сильно повлияли на сказки Пушкина, в которых можно найти немало общего с финским эпосом. Как известно, многие финские народы, жившие на берегах Волхова, Волги и Оки, влились в «славянское море» и стали частью русского народа. Мы расскажем подробнее о судьбах финно-угорских народов, сохранивших самобытность и наиболее сильно повлиявших на историю Руси.

Мы знаем их как венгров, на сами себя они с давних времён называют мадьярами. Этому народу пришлось побродить по дорогам Евразии, но мадьяры не потеряли себя, не исчезли. Они сохранили свою цивилизацию. Много веков они мирно сосуществовали с соседними славянскими народами, хотя случались и войны. Сами себя они называли magyar, т. е. «говорящие» (от финно-угорского mon — говорить и er— человек). В самых ранних западноевропейских текстах, однако, их называли turci или ungri — турки или оногуры. От ungri просходит и распространенное наименование «венгры».

В древности каждый народ выводил свою генеологию из библейской истории. Мадьяры не были исключением. Они опирались на такую легенду. Дело было после великого потопа. У сына Хама и внука Ноя — великого охотника Нимрода — были сыновья-близнецы. Однажды они увидели прекрасную оленицу и погнались за ней до самых берегов Азовского моря, где след ее потерялся, а вместо оленицы братья нашли прекрасных девушек. Так близнецы Гунор и Магор оказались прародителями своих собственных народов — гуннов и мадьяр. Идея родственности этих двух народов пришлась весьма по душе самим венграм: на них как бы падал отблеск величия Аттилы, карпатские завоевания которого давали им «историческое» право считать себя его наследниками. И Паннонию, в которой они поселились после долгих странствий, они считали наследством Аттилы. Правда, бытовала и другая теория, согласно которой все кочевые племена Евразии в числе своих далеких предков имели Магога, сына Яфета (Иафета) и тоже внука Ноя-прародителя.

Долгое время мадьяр считали родственниками гуннов, и только два столетия назад исследователи пришли к выводу о финно-угорском происхождении венгерского языка и — соответственно — мадьярского народа.

Поиск первоначальной, исходной территории обитания племен, к которым некогда принадлежали предки венгров, привел нас на Урал, к символической границе между Европой и Азией. А точнее — это северная часть Урала и Западной Сибири. Таковы данные лингвистики. Некоторые археологи считают, что территория первоначального финно-угорского расселения была значительно большей и простиралась от Западной Сибири до Балтийского моря. Уральские народы говорили на одном общем языке до тех пор, пока в 4‑м тысячелетии до н. э. не стали дробиться на различные этнокультурные и языковые группы. Наскальные рисунки, обнаруженные на Урале, свидетельствуют, что народы там находились на этапе палеолита. Это были охотники, в основном на лосей и северных оленей, и собиратели. Венгерские слова, связанные с охотой и рыболовством, относятся к самому древнему, «уральскому» пласту. Орудия труда и оружие тогда были еще каменными, хотя люди уже знали сани, лыжи, керамику и даже имели домашних животных — собак. Около 3000 года до н. э. из уральской языковой семьи выделились две основные ее ветви: финно-угорская и самодийская. В течение 3‑го тысячелетия до н. э. финно-угры, а среди них и предки мадьяр, оставаясь еще охотниками и собирателями. Лексика, восходящая к этому периоду, является важнейшей в современном венгерском языке. Она содержит всего около тысячи базовых слов финно-угорского происхождения. Финно-угорские корни лежат в основе родовой и генеалогической, а также связанной с природой (небо, снег, облако) лексики и важнейших глаголов (жить, есть, пить, стоять, идти, смотреть, давать и т. п.).

А потом для венгров началось время путешествий. Долгое время считалось, что угры, включая предков мадьяр, вогулов и остяков, присоединились к финно-пермской ветви, перевалили через Урал и осели в треугольнике между Волгой, Камой и Белой. Сейчас, однако, более вероятным представляется иной маршрут: видимо, угры спустились с восточной стороны Урала строго на юг по рекам Ишим и Тобол. На новых землях они начали контактировать с более развитыми в культурном отношении народами иранского происхождения. Теперь уже не только охота, но и скотоводство и земледелие стали источниками их существования. А потому венгерские слова, означающие корова, молоко, войлок, телега, имеют несомненно иранские корни. Угры узнали медь, а около 1500 г. до н. э. — и бронзу. Они жили кланами в маленьких поселениях. В могиле богатого угра обязательно хоронили его любимого коня. В бедные могилы родственники укладывали голову, шкуру или же сбрую лошади, съеденной на поминках.

Засуха стала толчком для новых передвижений. Уходя от засухи, вызванной глобальным потеплением климата, вогулы (манси) и остяки (ханты) вернулись на север, осели на землях вдоль Оби и вновь стали народом охотников и собирателей, забыв о коневодстве. А протомадьяры, напротив, решили остаться в степях и учились выживать в изменившихся условиях. И тогда живые узы, связывавшие их с финно-угорскими родственниками, оказались разорванными. Но сохранилась языковая основа и финно-угорские религиозные верования.

После этого на целую тысячу лет история предков мадьяр погружается во мрак неизвестности. Кочуя по обширной территории между рекой Урал и Аральским морем в течение всего 1‑го тысячелетия до н. э., они, скорее всего, должны были входить в тесный контакт с кочевыми народами иранского происхождения, с сарматами и скифами, у которых, по всей вероятности, и научились пользоваться железом. Во всяком случае, венгерское слово, означающее меч, имеет иранский корень. Это неспроста.

В начале новой эры протомадьяры покинули свои поселения на юге Западной Сибири и осели на землях своего первого европейского обитания — к востоку от большой волжской дуги. Сейчас это башкирские земли, а в XIII веке странствующие монахи, например, мадьяр-доминиканец Юлиан, называли ее «Великой Венгрией», потому что нашли здесь людей, язык которых они понимали. Возможно, эти люди оказались здесь лет за 100 до н. э., кочуя вместе с иранскими племенами. Но, быть может, переселение произошло значительно позднее — между 350 и 400 г. в результате массовой миграции народов, вызванной появлением гуннов. Или даже еще позднее — в середине VI века, когда степь накрыла волна тюркских народов. Точная датировка не установлена.

Не вызывает сомнений, что тюркские племена, пришедшие в степи вслед за гуннами, оказали глубокое влияние на все нетюркские народы, в том числе на алан и мадьяр, с которыми они долго сосуществовали, становясь то противниками, то союзниками. Экономические и культурные влияния этого периода отражаются в слое древнетюркских слов, вошедших в венгерский язык. Их около 300, и среди них такие понятия: плуг, серп, бык, теленок, свинья, курица, разум, число, писать, закон, грех, достоинство, исповедь. У тюрок мадьяры переняли «двойное правление», то есть разделение властных полномочий между духовным и военным лидерами.

Объединение кланов в боевые единицы, т. е. в племена или орды, тоже считается тюркским наследием, доставшимся мадьярам, как и использование доспехов.

Именно тогда возник Оногурский союз племен (буквально — «союз десять племен»), занимавший земли в низовьях Дона. Мадьяры примкнули к нему приблизительно в середине VI века, а затем (в 552 году) вместе с оногурами были включены в Тюркский каганат. Через столетие они стали подданными Хазарского каганата, возникшего в 630 году на территории западной части бывшей империи тюрков — между Каспийским и Черным морями. После 670 г. группа из оногуров и болгар бежала от хазар и поселилась в низовьях Дуная. А мадьяры продолжали кочевать по знакомым степям.

Есть предположение, что часть мадьяр в те годы дошла до Каспия. К той эпохе относится слой заимствований славянских слов в венгерском языке — то есть, они тесно взаимодействовали со славянами, которые тоже подпали под власть хазар.

Воины-мадьяры

Мадьяры сбросили хазарское иго около 830 года. Первое письменное упоминания мадьяр содержится в византийской хронике от 839 года. В тот период они проживали на обширной территории, называвшейся по-венгерски Этелькёз и раскинувшейся на землях между рекой Дон (Этиль) и низовьями Дуная. Поскольку в Северном Причерноморье в VIII–IX вв. не наблюдалось сколь-либо значительного переселения кочевых народов, ясно, что мадьяры отделились от Хазарского каганата и установили господство над новыми степными территориями.

Они проявляли воинственность, считались неутомимыми конниками. В 894 году мадьяры в союзе с византийским императором Львом VI Мудрым приняли участие в удачном походе против болгар. Греческий император оставил первое подробное описание их своеобразных обычаев, традиций и привычек, особенно в области ведения боевых действий.

А потом для мадьяр началась полоса испытаний. Очередная волна тюркских народов, хлынувшая в степи с востока, заставила печенегов (они в то время проживали на землях от Урала до Волги и, предположительно, начиная с 850 года уже совершили два набега на мадьяр) перейти Дон. Такое развитие событий оказалось на руку болгарскому царю Симеону, который заключил с ними военный союз против мадьяр. Печенеги обрушились на мадьяр, которые, оказавшись зажатыми между двумя враждебными силами, задумались о поисках нового места обитания. куда двигаться? Они пошли на Запад, через Карпаты.

Дальнейшее хорошо известно. В 896 году под предводительством князей Арпада и Курсана они поселились в Трансильвании, а несколько позже овладели Паннонией и впоследствии заняли сегодняшние земли восточной Австрии и южной Словакии. Там они ассимилировали местное население (славян, валахов, аваров) и пришедших вместе с ними каваров и, переняв многие их обычаи, культуру, слова их языков, окончательно перешли на оседлое проживание. Образовалось Венгерское государство, которое за свою историю имело различные размеры и содержало в себе различные территории. Начала образовываться венгерская нация. Центром их проживания стала Паннония.

Название «Паннония» в свое время дали этой провинции римляне, в честь паннонцев — группы иллирийских племен. Но в V–IV веках до н. э. паннонцы, как и другие племена, были вытеснены кельтским племенем эварисков. Этот регион привлекал многих. Например, гуннов, которые намеревались надолго обосноваться в Паннонии, на берегах Дуная и озера Балатон. Прекрасный климат, водные ресурсы и удобные места для укреплений, здесь было раздолье для скотоводов и лошадников.

Вскоре Венгерское королевство стало христианским. Возникли союзнические отношения со многими русскими княжествами — и с Галичем, и с Черниговом. У мадьяр и русских тогда был общий враг — монголы. И русские, и мадьяры терпели поражения от орд Батыя. Мадьярам чуть больше повезло: их земли находились далековато от центра Золотой Орды.

Что такое Великая Пермь? Ее не следует путать с современным городом Пермью, который был основан гораздо позже, и с Пермью Вычегодской, которая располагалась в бассейне реки Вычегды, в нынешних Архангельской области и республики Коми. Великой Пермью называли область в Верхнекамье, к западу от северной части Уральских гор. Там отстраивались и процветали такие города, как Чердынь, Соликамск, Сольвычегодск, Старая Пермь, Кайгород и другие…

Шведский географ фон Страленберг (он много лет провел в России, в плену) первым отождествил Пермь с Биармией — областью, которая упоминается в шведских сагах. С этой гипотезой согласились русские историки Михаил Ломоносов и Николай Карамзин. В ХХ веке лингвисты предложили и другие версии происхождения понятия «Пермь» — на основе финских слов, обозначающих «унаследованная земля» или «задняя земля».

В Повести временных лет «Пермь» упоминается дважды — в перечне народов «Афетовой части» между чудью и печерой и в списке народов, которые «дань дают Руси» между мордвой и чудью. Новгородская четвертая летопись сообщает, что пермские земли платили дань Новгороду.

Географы, путешественники и даже летописцы нередко путали Пермь как область с городом Старая Пермь… В писцовых книгах XVI и XVII веков, в государевых грамотах и других указах употребляется название «Пермь Великая» — в смысле всей страны, и «Пермь Великая — Чердынь» — в смысле названия главного города страны (Чердынь).

Древняя Пермия (Пермь Великая) вместе с зырянским краем граничила к северу с самодийцами, к востоку с Уральским хребтом и манси, к югу с башкирами и удмуртами, к западу с Великим Устюгом, Вологдой и Белым морем.

Первым развитым населением Пермского края были финно-угорские народы уральской языковой семьи — коми. В период Великого переселения народов на Урале появились тюркские племена. Значительная часть финно-угорских племён под верховенством венгров покинуло Пермские пределы и переселилось на Дунай. С X века Прикамье находилось под властью волжских булгар и считалось их колонией.

Это был стратегически важный торговый край. Он интересовал путешественников и торговцев, хотя проникнуть туда было трудно… Но Великий Пушной путь пробивал себе дорогу… Территория Великой Перми в арабских хрониках известна как Верхняя Булгария или страна Вису. Через неё шел активный торговый путь в Сибирь. Множественные археологические находки на берегах Камы персидских произведений искусства и монет — «Закамское серебро» — свидетельствуют об огромных масштабах пушной торговли. В Пермском краю очень рано зародилась металлургия. Недалеко от современного села Оралово обнаружены литейные формы и тигли для литья меди, относящиеся к X–IX вв. до н. э.! Они относятся к загадочной и древней Ананьинской археологической культуре. Сама Пермь Великая как протогосударство возникло в IX веке.

В XIII веке монголы разгромили Волжскую Булгарию и удельные Русские княжества. Множество беженцев самых разных национальностей нашли приют в относительно спокойной и малозаселённой Пермской земле, защищённой непроходимыми таёжными лесами и болотами. Эта область фигурирует в составе новгородских волостей, но сохраняет самостоятельность: они платили дань пушниной, а управлял Пермью собственный князь.

В XV веке Пермь постепенно попала под влияние усилившихся великих князей Московских. Только в 1451 году великий князь Московский Василий II Темный сделал своими наместниками в Перми Вычегодской князя Ермолая и его сына Василия. В 1472 году под предлогом оскорблений, нанесённых пермяками московским купцам, Иван III послал в Пермский край московского воеводу князя Фёдора Пёстрого с войском, подчинившего край Великому княжеству Московскому. Но и в эпоху Ивана Третьего пермские князья сохраняли некоторую независимость.

Как же происходило сообщение Великой Перми с остальным миром? От столицы Великой Перми Чердыни во все стороны расходились широкие транспортные водные пути: по Каме — на запад и на юг до Москвы и Каспийского моря, по Колве и, после волока, по Печоре — на север до Ледовитого океана, по Вишере — на восток через Уральские горы и далее в Сибирь, спускаясь по рекам: Ивдель, Лозьва, Тавда, Тобол, Иртыш и Обь — речная Чердынская дорога. В зимнее время грузы перевозились по льду этих же рек. Первая сухопутная Бабиновская дорога (с многочисленными мостами) в Сибирь была построена уже в 1597 году.

До нашего времени сохранилось своеобразное искусство Великой Перми. В особенности — деревянные скульптуры, выполненные в особом неповторимом стиле. Самые древние сохранившиеся образцы пермской деревянной скульптуры относятся к концу XVII — началу XVIII веков, в основном это изображения Христа и Николы Можайского, но они впитали в себя древние пермские традиции, еще языческие.

Что же касается Биармии — этого края, известного по шведским сагам — ее точное местоположение историками не установлено. Скорее всего она располагалась в Северной Карелии, на территории современной Мурманской области (Кольский полуостров) и Архангельской области (бассейн Северной Двины). Оттуда в бассейн Волги вёл Заволоцкий торговый путь.

Бьярмы (это шведское название) были финским племенем — русские называли их чудью. В отличие от кочевых лапландцев, они жили оседло, занимались земледелием и были богаты. Викинги вели с ними торговлю, закупая беличьи, бобровые и собольи меха. С середины 13 века Биармию поглотили русские переселенцы. В 1989 в окрестностях Архангельска, в 40–45 километрах вверх по Северной Двине от её впадения в Белое море, был обнаружен так называемый Архангельский клад, включающий 1915 монет (более 90 % из них — германской чеканки X–XII веков) и около 20 ювелирных украшений, в том числе древнерусского и скандинавского изготовления. Ещё через 15 лет (2004) при реставрации Гостиного двора в Архангельске был обнаружен клад, включающий скандинавское вооружение (X век) — четырнадцать мечей, шесть арбалетов, лук со стрелами, два боевых топора, булаву, кистень, два щита и два шлема… Возможно, эти находки свидетельствуют о торговых связях Биармии и скандинавов. По соседству располагалась и Пермь Вычегодская. Впрочем, есть версия, что некоторое время (примерно в XII веке) существовало некое единое финно-угорское образования, которое условно можно называть Биармией. Но версия эта туманна.

Печенежский союз тюркских кочевых племен сложился не раньше VIII века. Название народа могло произойти от тюркского имени Бече — возможно, именно так звали первого великого предводителя печенежского племенного союза. Правда, никаких сведений об этом вожде в истории не сохранилось. Есть и другое объяснение — от слова «паджанак», то есть — родственник, свояк. Лев Гумилев считал печенегов частью народа канглы — тюркского племени, кочевавшего от Хорезма до Волги. Впрочем, для кочевого народа важно не этническое своеобразие, а краткая яркая история воинских успехов.

Внешне они напоминали европейцев — разве что глаза были слегка узковаты. Они брили головы, не отличались высоким ростом, хорошо сидели в седлах, искали удачи в нападениях на соседей.

Лихим и охочим до добычи печенежским ордам помог разгром Хазарского каганата, учиненный князем Святославом, хотя они и до этого уже заявили о себе на восточных и южных рубежах Руси. После краха Хазарского каганата (965 год) власть над степями Поволжья на некоторое время полностью перешла к печенегам. Правда, они не задерживались на одном месте, кочевали на большом пространстве от Волги до Дуная. В эти годы печенеги занимали территории между Киевской Русью, Венгрией, Дунайской Болгарией, Аланией, территорией современной Мордовии и населявшими Западный Казахстан огузами. Возможно, в этот период они уничтожили земледельческие поселения приднестровских и донских славян.

В X веке византийская империя умело использовала печенегов в качестве заслона от набегов киевских князей на Константинополь. Греки золотом покупали верность печенегов, они нередко действовали в их интересах. При этом, разумеется, имели место и дипломатические сношения с русскими князьями. Некоторые печенежские орды были союзниками князя Святослава в его войне против греков. Но чаще в те годы они действовали против Руси. Тут стоит упомянуть и нападение на Киев 968 года (русским тогда с трудом удалось выдержать осаду и отогнать врага) и, конечно, нападение на дружину Святослава в 972 году. В битве у днепровских порогов орда печенежского хана Кури разбила утомленную походами и малочисленную дружину великого полководца князя Святослава. Сам Святослав погиб в неравном бою. Хан Куря, по преданию, из уважения к доблестям противника, сделал себе чашу из черепа знаменитого русского князя-воина.

Печенеги в те годы не раз совершали грабительские набеги на русские города. Великий князь Владимир разбил их в 992 году на Трубеже, но в 996‑м потерпел поражение под Васильевом. Чтобы оборониться от печенегов, Владимир построил на степной границе Руси целую гряду крепостей с системой оповещения. Помните степные «заставы богатырские» из русских былин? В этих сказаниях сохранилась память о противостоянии с печенегами. Владимиру удалось сломить печенежскую силу.

В те годы 13 печенежских племен кочевали между Дунаем и Днепром. У них не было единого вождя. Постепенно проявились и религиозные разногласия между печенегами. Долгое время они сохраняли приверженность языческим верованиям. Но печенеги хана Тираха приняли ислам, а два западных племени хана Кегена (Белемарниды и Пагуманиды общей численностью 20 000 человек) перешли Дунай приняли христианство византийского образца. Византийский император планировал сделать из них пограничную стражу. Но управлять ими было непросто. В 1048 году огромные массы печенегов (до 80 000 человек) под предводительством Тираха пересекли Дунай по льду и вторглись в балканские владения Византии. Много лет они — особенно мусульманские печенежские орды — были кошмаром для греков. И, возможно, могли бы нанести империи серьезные поражения, если бы не половцы. Греки (впрочем, как и русские) эффективно использовали половцев против печенегов.

Печенеги приняли участие в междоусобной войне между Ярославом Мудрым и Святополком Окаянным на стороне последнего. И, как известно, потерпели поражение.

Последней битвой русских с печенегами стало побоище в Киеве в 1036 году, когда осаждавших город кочевников наголову разбил подоспевший с войском великий князь Ярослав Мудрый. Сеча шла на улицах столицы. Позже на месте сражения князь построил Софийский собор.

Чтобы оглоушить противника, Ярослав использовал расчлененённое по фронту построение, поставив на флангах киевлян и новгородцев. После этого поражения печенеги перестали играть самостоятельную роль на Руси, а выступали как значительная по численности часть нового племенного союза берендеев, называемого также чёрными клобуками. Как правило, они были союзниками русских князей. Многие из них принимали христианство, многие породнились с русскими…

В целом печенеги не выдержали натиска торков, половцев и гузов и быстро исчезли с политической карты Европы. Частично, на правах федератов они поступили на византийскую службу, а некоторые орды были приняты венгерским королём для пограничной службы. Там они постепенно ассимилировались среди мадьяр.

Другая часть печенегов вскоре после поражения под Киевом ушла на юго-восток, где ассимилировались среди различных кочевых народов.

Территорию печенежских кочевий контролировали отныне гузы и куманы (половцы).

Печенеги

Считается, что часть печенегов составила основу народностей гагаузов и каракалпаков. В Киргизии есть крупный род Бечен (Бичине), генеалогически ведущий свое происхождение от печенегов.

В печенежских гробницах вместе с воинами хоронили останки головы и ног лошади, а также стремена, сабли, наконечники стрел, подвески в виде птичек, серебряные бляхи для упряжи, византийские золотые монеты…

Недолгим, но достаточно ярким был исторический путь печенегов. Они были и врагами, и союзниками русских. Память о них надолго сохранилась в фольклоре. Даже в наше время понятие «печенег» знакомо многим — даже тем, кто не интересуется историей.

В начале XI века из Заволжья воинственные половцы продвинулись в причерноморские степи, вытеснив оттуда печенегов и торков. Затем половцы пересекли Днепр и дошли до низовий Дуная, таким образом заселив всю Великую Степь от Дуная до Иртыша, которая с этого времени в восточных источниках стала называться Половецкой степью (Дешти Кыпчак).

Русское слово «половцы», возможно, произошло от прилагательного «половый», то есть — жёлтый. Имеется в виду распространенный среди половецких орд цвет волос. Половцев описывают как народ рослый и светловолосый. Этим они отличались от других кочевников и вполне возможно, что столь яркое отличие стало подало русским идею наименования этого народа. По мнению современных исследователей, основная масса половцев имела европеоидный тип (средиземноморская раса) с примесью монголоидности.

По другой версии, корень слова «половцы» — «пол» («половина»). Жители правобережья Днепра, где находился Киев, так называли кочевников с левобережья, с «той стороны», с «той половины» — «оного полу». Отсюда и половцы. По третьей версии, половцами (полевцами) называли просто жителей поля, независимо от их племенной принадлежности. Кочевое племя обитало в степи, в поле.

Половцы, разумеется, сами себя половцами не называли. У них в ходу было другое самоназвания — кипчаки (кыпчаки). По-древнетюркски это слово означает «злосчастные». Странное название для народа, но — уж так повелось. Так называли половцев персы, булгары, монголы, а также народы Северного Кавказа и Закавказья. В «Сборнике летописей» Рашид ад-Дина сохранились легенды о происхождении кыпчаков. По легенде об Огуз-хане, мифический мальчик, которому дали имя «кыпчак», родился во время неудачного похода огузов против племени ит-бараков. От него и пошли кипчаки-половцы.

Кипчаки… В 1909 году, в Центральной Монголии, южнее реки Селенги, исследователь Г. Рамстед нашёл каменную стелу, на которой был выбит текст. В этом тексте зафиксировано слово «кипчаки». Это самый древний зафиксированный случай употребления этого этнонима. Это слово хорошо знали и на Руси. Но все-таки чаще называли их половцами. А византийцы называли их куманами. И это слово тоже ходило и на Руси, о чём свидетельствуют такие русские фамилии, как Куманёв, Куманов и т. д.

Судьба половецкого народа, к сожалению, оправдала их самоназвание. Несчастливая сложилась судьба, трагическая. Но расскажем обо всем по порядку.

После разгрома уйгурами Восточно-тюркского каганата (744 год) кипчаки находились в составе Кимакского каганата, на территории современного северо-западного Казахстана, гранича на востоке с кимаками, на юге с огузами и на западе с хазарами. Постепенно половцам удалось подмять под себя кимаков. В начале XI века кипчаки вплотную придвинулись к северо-восточным границам Хорезма, вытеснив огузов из низовьев Сырдарьи и заставив их переселиться из Средней Азии в степи Северного Причерноморья. К середине XI века кипчакам подчинялась почти вся обширная территория Казахстана, за исключением Семиречья. Восточная граница их осталась на Иртыше, западные пределы достигли Волги, на юге — района реки Талас, а северной границей служили леса Западной Сибири. При этом государственности у них не было. Орды действовали, как правило, не вполне согласованно. Но к концу Х века половцы были самым многочисленным и мощным кочевым народом, действовавшим на восточных рубежах русских княжеств. У половцев был военно-демократический строй, как и у многих других кочевых народов. Единственная их проблема заключалась в том, что они никогда не подчинялись централизованной власти. Их курени (роды) сохраняли обособленность, поэтому если и собирали общее войско, то это случалось редко. Часто несколько куреней объединялись в небольшую орду, предводителем которой был хан. Когда же некоторые ханы объединялись, то во главе выступал каган. В орду входило определённое количество куреней, которые состояли из семей-аулов. На владение куреня назначался кошевой. Основным занятием половцев было скотоводство. Главной пищей простых кочевников служили мясо, молоко и просо, любимым напитком — кумыс. Одежду половцы шили по собственным степным образцам. Повседневной одеждой половцам служили рубахи, кафтаны и кожаные штаны. Половцы исповедовали тенгрианство — древнюю религию тюркских племен. Эта религия основана на культе Тенгри-хана (Вечного Синего Неба). Кроме Тенгри-хана, кипчаки почитали богиню Умай, которая олицетворяла земное начало

Так же, как и тюрки, половцы почитали волка. В их ордах служили и шаманы, именуемыми «басхамы», которые вели общение с духами, лечили больных. В принципе, они не отличались ничем от шаманов других кочевых народов. У половцев был развит погребальный культ, а также культ предков, постепенно переросший в культ «вождей-героев». Над прахом своих покойников они насыпали курганы и ставили знаменитые кипчакские балбалы («каменные бабы»), поставленные, как и в Тюркском каганате, в честь воинов, павших в борьбе за свою землю. Большую часть войск составляла лёгкая конница, состоящая из конных лучников. Также, в войске была тяжеловооружённая кавалерия, воины которой носили ламеллярные панцири, пластинчатые панцири, кольчуги, шлемы. Половецкий народ разделялся на несколько родов (колен), носивших названия по именам их предводителей. Так, летопись упоминает о Вобургевичах, Улашевичах, Бостеевой, Чарговой чади. Эти роды объединялись в крупные племенные союзы, центрами которых были примитивные города-зимовья. Половцы были прекрасными степными наездниками и имели свой военный строй. Главным занятием половцев было скотоводство (разведение рогатого скота, коней, овец, верблюдов), вследствие чего они кочевали с одного места на другое. Тем не менее, они имели и постоянные летние и зимние стойбища. Напрашивается просто вывод: отсутствие четкой централизации помешало половцами надолго удержать в своих руках Степь. В конце концов они во многом подпали в зависимость от Руси, от более развитых русских княжеств. А позже не смогли оказать достойного сопротивления наплыву монгольских орд, с которыми остро враждовали. Но всё это будет несколько позже.

К 1055 относится их первое появление у русских границ. Несколько десятилетий половецкие набеги опустошали русские земли, на протяжение всех этих лет половцы грабят скот и имущество, уводят массу пленных, которых или держат у себя в качестве рабов, или продают на невольничьих рынках Крыма и Центральной Азии. Свои нападения половцы совершали быстро и внезапно. Русские князья старались отбить у них пленников и скот, когда они возвращались к себе в степь. Больше всего страдало от них пограничное Переяславское княжество, Поросье, Киевская, Рязанская Русь. Иногда русские князья выкупали у половцев своих пленных. Особенно сильны были половцы в первые годы противостояния с русскими, когда наши князья еще не сумели подобрать ключи к их коннице, к их тактике…

В 1061 году Всеволод Ярославич потерпел поражение от хана Искала, Переяславская земля подверглась разорению. На Руси то были времена феодальной раздробленности. Князья враждовали между собой, как правило, не признавали власти главы рода, киевского князя. Половецкие ханы умело пользовались этим. Нередко за подарки, за серебро, полученное у русских, за наживу совершали разорительные походы на земли князей-конкурентов. В сентябре 1068 года половцы в битве на Альте разбили войско Ярославичей и разорили приграничные земли. После этого военные походы половцев на русские земли (нередко в союзе с кем-то из русских князей) приобрели регулярный характер. В битве с половцами на Нежатиной Ниве в 1078 году погиб Изяслав Ярославич Киевский. В 1093 году половцы одержали победу в битве на реке Стугне над соединёнными войсками Святополка Изяславича Киевского, Владимира Всеволодовича Мономаха и Ростислава Всеволодовича Переяславского. После этого половцы поддерживали Олега Святославича в его борьбе за черниговское наследство, в том числе заставив в 1094 году Владимира Мономаха оставить Чернигов, но в 1096 году потерпели первое сокрушительное поражение от русских, хан Тугоркан погиб. Юрий Владимирович (Долгорукий) женился на дочери половецкого хана Аепы. Так был заключён союз между ханом Аепой и отцом Юрия Владимиром Мономахом. В том же году на дочери половецкого хана женился Святослав, сын Олега Святославича.

В 1099 году Давыд Игоревич на реке Вигор, недалеко от Перемышля, с помощью половецких ханов Боняка и Алтунопы нанес поражение венгерскому войску во главе с королевичем Коломаном.

Для обороны своих южных границ Русь устраивала укрепления и селила на пограничьях союзных и мирных тюрков, известных под именем черных клобуков. Центром черноклобуцких поселений было Поросье на южной границе Киевского княжества. Чёрные клобуки являлись важной военной силой киевских князей, участвовали практически во всех войнах.

В самом начале XII века половцы были вытеснены Святополком Изяславичем и Владимиром Мономахом на Кавказ, за Волгу и Дон. На Кавказе половцы поступили на службу к грузинскому царю Давиду Строителю. Они помогли очистить Грузию от турок-сельджуков, составляя ядро грузинской армии.

Князь и выдающийся полководец своего времени Владимир Мономах не одно десятилетие посвятил борьбе с половцами. И в результате его успешных походов половецкая угроза из стратегической превратилась в локальную. Мономах стал осуществлять походы вглубь половецкой степи. Его тактика приносила успех. Он провел своего рода крестовый поход, в результате которого некоторые половцы действительно приняли христианство. В открытом бою русские дружины получали преимущество. Половецкая конная «лава» разбивалась о длинные копья и щиты русских пеших воинов, а русская конница, окружая степняков, не давала им удирать. Было продумано даже время похода: до ранней весны, когда русские кони, которых кормили сеном и зерном, были сильнее отощавших на подножном корму половецкий лошадей. Давала преимущество и излюбленная тактика Мономаха: он предоставлял возможность врагу атаковать первым, предпочитая защиту за счет пеших, поскольку, нападая, противник изматывал себя намного больше, чем оборонявшийся русский воин. Во время одной из таких атак, когда пехота приняла на себя основной удар, русская конница обошла с флангов и ударила в тыл. Это решило исход сражения.

Охота Владимира Мономаха

Русским удалось справиться с половецкой угрозой, когда наши князья научились воевать со степняками на их территории. Однако не все походы выходили удачными. Историю одного из трагических походов против половцев описал автор гениального «Слова о полку Игореве».

В целом, после походов Мономаха половцы чаще становились союзниками Руси, либо наемниками русских князей.

В 1091 половцы вместе с русским князем Василько Ростиславичем оказали помощь Византии в войне с печенегами, которые были уничтожены, включая пленных, в битве при Лебурне. Однако в 1092 половцы поддержали византийского самозванца Лжедиогена и вторглись на территорию Византии. В 1095‑м половецкое войско потерпело сокрушительное поражение, сам самозванец был захвачен в плен византийскими войсками и половцы были вынуждены вернуться в свои кочевья.

После смерти Владимира Мономаха (1125 г.) половцы вновь стали активно участвовать в междоусобной борьбе русских князей, как правило на стороне суздальских и северских против волынских, участвовали в разгромах Киева в 1169‑м и в 1203 годах. Затем наступил период мирного сосуществования и частичной христианизации половецкой знати. В это время участились русско-половецкие совместные браки — как в княжеской элите, так и в крестьянской среде. Так, знаменитый князь Мстислав Удалой (Удатный) был женат на дочери половецкого хана Котяна. Историк С.А. Плетнёва, автор самой капитальной монографии о половцах, пишет: «И у половцев, и на Руси было много людей, хорошо знавших язык другого народа. Матери и няньки русских княжат и боярских детей нередко были половчанками: они пели детям половецкие песни, говорили с ними на родном языке. Ребята вырастали двуязычными. То же было и с простыми людьми во всех пограничных со степью княжествах. В половецких кочевьях жили тысячи русичей: жены, служанки, рабы, пленные воины».

Половцы безболезненно ассимилировались в русском море. По мнению Льва Гумилева, они приняли важное участие в этногенезе запорожского казачества и украинского (малороссийского народа). Столицей западных половцев был город Шарукань, стоявший на территории современного Харькова.

Зимние кочевья восточных половцев находились в низовьях Сырдарьи и Приаралье, на границах Хорезма, где у них был город Сыгнак. Восточнее половцев, гранича на Иртыше с найманами (самым западным из монгольских племён), кочевали канглы. Во второй половине XII века хорезмшах Ала ад-Дин Текеш женился на половецкой княжне из племени канглы Теркен-хатун, после чего часть канглы переселилась в Хорезм, половецкая знать заняла видное место в администрации Хорезма: в частности, брат Теркен-хатун Каир-хан был наместником в Отраре в начале XIII века. Примерно в то же время часть восточных половцев была поселена хорезмшахами на своих землях. Монгольское завоевание Средней Азии формально стартовало с расправы Каир-хана над монгольским посольством. Эта расправа стала роковой для половцев: с этого времени монголы считали их кровными врагами и сделали всё для истребления этого кочевого народа… Половцы были разгромлены монгольским войском сначала на Дону, затем вместе с русскими князьями, к которым обратились за помощью — на реке Калке. Русская летопись рассказывает, что на Калке половцы первыми дрогнули под напором монголов и, по существу, предопределили жестокое поражение союзников… В 1229 году половцы были разбиты монголами на Урале.

О половецком факторе в монгольском походе на Запад стоит сказать особо. И во времена Чингисхана (битва на Калке), и во времена Батыя именно желание отомстить половцам стало поводом для всемонгольского завоевательного похода. Выходит, именно половцы втянули русских князей в противостояние с монголами? Формально, изначально — да. Но столкновение Руси с империей наследников Чингисхана было неизбежным. Крупное раздробленное государство с богатыми торговыми городами не могло не заинтересовать завоевателей в годы их наивысшего могущества, когда дух экспансии вёл вперёд монгольские орды…

Чингисхан еще в 1221 году поставил задачу перед своим полководцем Субудэем: покорить половцев и дойти до города Киева. Походы Батыя, положившие начало разгрому Руси, монголы называют Кипчакскими, так как основной их целью была месть половцам. Чингисхан передал в управление своему сыну Джучи «страну кипчаков» (половцев) и поручил ему заботиться о расширении владений, в том числе за счёт русских земель. После смерти Джучи в 1227 году земли его улуса переходят к его сыну — Батыю. Великим ханом стал сын Чингисхана Угэдэй. Персидский историк Рашид ад-Дин пишет, что Угэдэй «во исполнение указа, данного Чингисханом на имя Джучи, поручил завоевание Северных стран членам его дома». Вот Батый и возглавил великий поход. Часть половецких орд (правда, здесь можно вести речь лишь и меньшинстве) сразу перешла на сторону сильного, на сторону Батыя. Остальные попытались оказать сопротивление, но безуспешно.

В 1237 году разбитый монголами половецкий хан Котян бежал с 40 тысячами воинов в Венгрию, где король Бела IV милостиво принял его в подданство и дал им земли для поселения. Взамен на предоставление Котяну и его людям венгерского подданства, половцы, прежде сочетавшие восточное христианство с поклонением верховному тюркскому божеству Тенгри, приняли католицизм. Известно, что Котян был крещён по латинскому обряду. Одна из дочерей Котяна, известная как Елизавета Куманская, стала венгерской королевой. Хан Котян был убит венграми-заговорщиками. Часть половцев откочевала в Болгарию, другие вместе с венграми снова испытали удар монгольской армии.

После этого кыпчаки рассеялись и практически перестали считаться этносом. Часть их растворилась в Золотой Орде, часть приняла христианство и вошла позднее в Московское княжество, часть осела на территории нынешней Украины и играла определенную роль в истории Польско-литовского государства, часть попала в Египет, а другая часть ушла в Европу (Венгрия, Болгария, Византия). Есть версия, что потомками половцев являются современные карачаевцы — сравнительно небольшой северокавказский народ, давным-давно вошедший в состав России. На этом история кыпчаков-половцев заканчивается. Некоторые исследователи считают потомками половцев современный дагестанский народ — кумыков.

Что же осталось от этого некогда многочисленного и боевитого народа? Не только фрагменты ритуальных захоронений, которые время от времени находят археологи. Половцы влились в состав других народов, стали составной частью будущей Российской империи, раскинувшейся на целый континент от Вислы до пролива Дежнёва. А память о половцах сохранилась ещё и в русской культуре. Во многом — благодаря эпической поэме «Слово о полку Игореве». Композитор Александр Порфьрьевич Бородин в XIX веке написал оперу по мотивам этой поэмы. Опера стала всемирно известной. И «Половецкие пляски» Бородина стали своего рода музыкальной эмблемой России.

О верованиях и традициях древних славян мы мало что знаем. Письменных источников, документов практически не существует. Но есть фольклор, есть долгая народная память. Это зыбкий материал. Но только на него мы можем опираться, когда речь идет о традициях и верованиях. По остаточным зафиксированным явлениям, которые существовали в XIX веке и позже мы судим о гораздо более древних временах. Ведь корни главных наших сказок и поверий — из глубокой древности.

Греки, наши крестные отцы по христианской вере, гордятся своим античным прошлым, изучают мифы о древних богах и героях; итальянцы, наследники Великого Рима, тоже чтут своих древних богов. Скандинавы гордятся языческими богами и своими древними разбойниками-викингами, о них сложены саги, написаны книги, им и в наше время посвящают фильмы. Даже иранцы не перечеркивают свое доисламское — зороастрийское — прошлое. И только мы не знаем своих древних богов, стесняемся древних языческих верований. Стыдно и обидно! Нужно знать древние былины и сказы. Только недалёкие люди думают, что это может повредить вере во Христа!

На вопрос, который мы вынесли в подзаголовок, ответить и просто, и сложно. Религия. Система верований, присущая древним цивилизациям, когда люди познавали природу. Но единого свода правил у этой религии нет. У каждого народа — своё язычество. Свои верования, свои боги. Но и к богам соседей древние, как правило, относились почтительно.

Языческие верования зарождаются веками, как традиции. У них нет авторов. «Язык» — это значит «народ». Но сами приверженцы древних верований не называли себя язычниками. Этот термин появился позже.

Многие верования в измененном виде переходили из язычества в монотеистические религии. Так, у арабов Аллах в доисламскую эпоху был одним из многих божеств. Его почитали как бога-предка, бога неба и дождя. Отец Мухаммеда (Магомета), основателя исламской религии, носил имя Абдаллах — то есть, «раб Аллаха». И, естественно, он был язычником.

Русское слово «бог» — индоевропейского происхождения. Оно близко к иранскому «бага» и санскритскому «бхагас», что означает «податель благ». Вспомним и имя одного из первых славянских правителей — Бож…

У индоевропейцев есть общая, единая корневая система верований. Поэтому мы находим много общего в описании, например, греческих, индийских, иранских и славянских богов.

Мы немало знаем о древнегреческих и римских языческих богах. Сохранился богатый свод мифологии о богах Олимпа. Сохранились поэмы, пьесы и стихи античных авторов, в которых действуют Зевс и Гера, бог-кузнец Гефест и покровитель искусств Аполлон, охотница Артемида и воин Арес, мудрая Афина Паллада и лукавый Гермес. Древнегреческая цивилизация оставила богатую культуру, богатую литературу. Древние славяне не знали письменности — как и многие другие древние народы, например, кельты. Да и «Ригведа» — собрание древнеиндийских ведических мифов и гимнов — веками сохранялась только в устной традиции, а была записана через много столетий после возникновения… Вот и на славянских землях никто не записывал мифов, не создавал для чтения трагедий и эпических поэм на основе мифологических сюжетов. Письменная культура на Руси появилась позже. Мифы и былины передавались из уст в уста. Но в первых произведениях древнерусской литературы (например, в «Слове о полку Игореве») есть немало свидетельств о верованиях и героях дохристианской эпохи.

Особенно много отзвуков язычества сохранилось в устном народном творчестве. В сказках, в былинах, в прибаутках, в поговорках. В славянском язычестве — корни многих российских традиций, которые каждый из нас знает с детства.

Наша древняя религия, как и греческое, римское или скифское язычество, корнями уходит в глубокую древность, ко временам индоевропейского единства. Почти у всех индоевропейских народов есть бог-громовержец (Зевс, Юпитер, Перун), который несется на боевой колеснице по небу и мечет громы и молнии на землю. Колесницы появились у индоевропейцев ещё в III–II тысячелетии до нашей эры.

Итак, главным божеством русского пантеона во времена первых Рюриковичей (а для некоторых племенных союзов и до этого) был Перун. Его наименование восходит к индоевропейскому корню «пер», «перк», имеющему значение «ударять». Славяне — в особенности воины и купцы — считали его своим владыкой. Перуна представляли в виде немолодого сильного мужчины с посеребренной сединами головой, с золотыми усами и бородой. Разъезжал он по небу на коне или на колеснице, вооруженный молниями, топорами или стрелами. Сказания о нём передавались из уст в уста. Его побаивались: гроза всегда вызывает страх. Перуну приносили жертвы, изредка, в особых случаях — и человеческие. Чаще всего в жертву Перуну приносили быков и петухов. Перуна считали покровителем князя, Рюрикова рода и княжеской дружины. Воины верили, что он помогает им в боях и на море, во время бурь. А княжеские дружинники той поры в походах и на воде проводили полжизни. После принятия христианства многие функции Перуна перешли на Илью-пророка. Считалось, что Илья-пророк ездит по небу в своей колеснице и посылает на землю грозы — как полагается, с громом и молниями.

Статуя Зевса

Сказочные черты Перуна во многом сходны с литовским Перкунасом. Перкунас — рыжеволосый муж, который ездит в колеснице, запряженной козлом. В руке он держит топор или молот, который бросает во врагов и злых духов. Топор потом к нему волшебным образом возвращается. Фетиш в виде топоров был известен среди европейцев с неолетических времен и впоследствии отождествлялся с ударом молнии. Отсюда и возникновение Мьолнира-молота-молнии у скандинавского бога-громовержца Тора. В общеславянском языке топоры нередко именуются стрелами. Повсеместно распространено поверье, что огненные стрелы Перуна проходят сквозь землю и спустя семь лет и 40 дней возвращаются на поверхность.

Гнев Перуна, как считалось, мог вызвать смерть и разрушения. Но ударам молнии приписывали и целительные свойства. Среди славян и балтов бытовала вера в то, что весной первый гром пробуждает землю: после грозы вырастает трава, деревья покрываются зеленью, наступает время посева. Молния, попавшая в человека или в дерево, наделяет его здоровьем или волшебной силой. По всей Европе распространен обычай посвящать богу-громовержцу большие деревья, прежде всего, дубы. На Руси существовали рощи, посвященные Перуну.

Перуна уважали и земледельцы: ведь от него зависело — быть или не быть дождю. Почитали славяне и Велеса (Волоса) — скотьего бога. Неспроста он считался божеством домашних животных, торговли и богатства. Ведь наличие домашнего скота в те времена было для славян едва ли не главным атрибутом богатства. Он мог превращаться в различных зверей — чаще всего в медведя. А в древности его представляли в виде огнедышащего змея. Если Перун властвовал на небе, то Велес — на земле. В том числе и под землёй, в царстве мёртвых. Он считался владыкой «тридевятого царства», загробного мира, в котором полным-полно золота и дивных каменьев.

Земледельцы приносили жертву богу плодородия, оставляя после жатвы на поле куст колосьев — «на бородку Велесу». В честь Велеса устраивались ритуальные пиры — братчины. Лучшее угощение по традиции оставляли богу. Эти традиции не исчезли и после принятия христианства. Прошли века — и Велеса стали отождествлять со святым Власием.

Славяне приносили в жертву Перуну животных. Наиболее распространенной жертвой был петух, по большим праздникам приносили быка, медведя или козла. Убитое животное съедали во время общей трапезы, чтобы сила божества перешла ко всем. При Рюриковичах Перун стал дружинным богом. Перуном клялись русы в договорах с Византией в 945 и 971 годах.

Славянское капище

Единственным женским божеством в официальном (то есть, закрепленном при князе Владимире) славянском пантеоне была Мокошь. Некоторые считали её женой Перуна. Мокошь покровительствовала женским домашним ремеслам. Главным ее занятием было искусное прядение. Важнейшее дело по тем временам! Ткацких фабрик не было, всё приходилось делать в семейных условиях. Из уважения к богине по пятницам славянские женщины не пряли и не стирали. Пятница посвящалась Мокоши. Нарушительнице запрета грозило тяжелое наказание: считалось, что богиня может исколоть веретеном или заставить прясть по ночам. Даже после крещения Руси женщины собирались на тайные собрания, где молились Мокоши и приносили ей в жертву жито и мед. Ведь женщины любят сладкое… В новгородской области её изображали в виде женщины с растрепанными волосами, огромной головой и длинными руками. Считалось что по ночам она приходит в дом и прядет лен, помогая хозяйке. Имя Мокоши звучит в названиях некоторых сел и деревень. Имя Мокошь соотносится со славянским корнем (мокрый, влажный), но не менее очевидна его связь с индоевропейским корнем «МОКОС» — прядение.

Одним из наиболее почитаемых был и бог огня Сварог, славянский Гефест. Он рождал огонь, который назывался «сварожичем». Он же, Сварог, был небесным кузнецом, научившим людей пользоваться огнем и обрабатывать металлы. Охраняемый жрецами в святилищах и матерями в домах, огонь никогда не выносили наружу, за исключением праздников летнего солнцестояния, когда его символически гасили и затем вновь разжигали. Скорее всего, в древних мифах Сварог был солнечным героем, который использовал вихрь во время сражений со змеевидным противником.

Сыном Сварога считался бог солнца Даждьбог — дающий добро, тепло, богатство. Он передвигался по небу на огненной колеснице, согревал в холода, растапливал льды. Этот бог считался покровителем и родоначальником всех восточных славян, которые называли себя «Даждьбожьи внуки». Солнечным божеством, двойником Даждьбога, был и Хорс. Бог солнца — это податель жизни. От него зависит и здоровье, и урожай, и судьба потомства. Праздники, связанные с приходом весны, с первыми тёплыми солнечными днями, распространены и в наши дни. Считается, что Хорс пришел к нам от скифов и сарматов.

Почитали славяне и таинственного Симаргла — полусобаку-полуптицу, которая, по-видимому, пришла на нашу землю тоже от скифов и сарматов, а, может быть, и от персов. Его считали охранителем посевов, защитником домашнего тепла, вестником между земным и небесным миром.

Богом ветров был Стрибог. Это сила природы, которая простирается над миром. Ему приносили жертвы перед долгим плаванием — например, из Ладоги в Киев или Константинополь. Ведь от ветра зависит жизнь речника и морехода.

Но пантеоном князя Владимира круг восточно-славянских языческих божеств не ограничивается. До сих пор в фольклоре, в русской речи сохранилась память о богине Ладе — покровительницы любви и личного счастья.

Она олицетворяла собой верховное женское начало, женский идеал, идеал красоты. Лада — это и женщина, готовая связать себя брачными узами, но не хозяйка и мать, как Макошь. Богиня Лада покровительствовала всем незамужним девушкам и знаменует собой своеобразный образ плодородия и любви. Почти все славянские племена в дохристианский период, в отличии от германцев, придерживались полигамии (многоженства). Считалось нормой иметь 2–4 жены. Это способствовало росту рождаемости, что было немаловажно для выживания народа.

Именно от ее имени получили распространение на Руси такие слова-выражения как лад, ладный и ладить, что отражает гармоничное существование человека в быту и в мире. Кроме того, раньше муж и жена часто называли друг друга ладо и ладушка. С культом Лады, по-видимому, связана и устойчивая традиция хороводов и любовных игр на Ивана Купалу. Можно сказать, что народная купальная ночь является праздником Лады, на котором молодые пары встречались и влюблялись под покровительством этой богини. По крайней мере, вполне вероятно, что таков изначальный смысл традиции.

Некоторые славяне верили, что все боги — это дети или внуки Рода Изначального — самого первого божества. Род — бог-прародитель. Он бессмертен. Ведь род всегда продолжается в детях. Здесь есть аналогия с древнегреческим язычеством. Для греков Зевс был старшим богом новых богов. Но до него были старые боги во главе с Кроносом. А ещё раньше — первоначальные божества-прародители, Уран и Гея.

Настоящим архаическим, наиболее древним женским божеством считается Мать-сыра земля Древние крестьяне верили, что нельзя начинать обрабатывать землю до 25 марта, поскольку до этого времени земля считалась беременной. Плюнувший на землю человек должен попросить у неё прощения. В течении многих столетий славянские крестьяне решали вопросы, связанные с земельной собственностью, призывая землю в свидетели нерушимости клятвы. Клятва подтверждалась проглатыванием кусочка земли. Брак тоже подтверждали проглатыванием комка земли. Иногда крестьяне проводили гадание, чтобы узнать, какой будет урожай. Для этого в земле вырывали небольшую яму, опускали туда голову и слушали. Если слышали звук, напоминающий скрежет саней, то считалось, что будет богатый урожай, если звук был глухим, как от пустых саней — это воспринималось как предвестия неурожая и голода.

Кроме богов в славянском пантеоне мы видим ритуальных персонажей — таких, как Ярило и Масленица, связанные с праздниками весеннего тепла. Нет никакого сомнения в том, что славяне были солнцепоклонниками. На это указывает и арабский путешественник Х века аль-Масуди. Он пишет, что у славян был даже храм с раскрывающейся крышей и пристройками, из которых наблюдали восход.

Почитали и мифических существ, которые надолго остались в народных сказках: Алконоста, Бабая, Анчутку, Бабу Ягу, Шишигу, Русалку, Сирина, Домового. Они считались покровителями лесов, рек, дивными птицами, которые привлекают людей песнопениями. Про них сочинялись припевки и сказки.

Русалки считались духами водоемов. Их побаивались: считалось, что они могут до смерти защекотать, утопить. Схожи с русалками мавки, водяницы, купавки. Считалось, что они были оборотнями, принимали то вид белки, то лягушки, то чайки.

Славянские праздники были поклонением кругу природы, кругу жизни. Ночь сменяет день, холода сменяют жару, а жизнь продолжается. Некоторые из заповедных праздников остались в народном обиходе надолго.

Как 21 июня — праздник Купалы. Это праздник всех влюблённых, ночные игрища на воде. Купала это Солнцеворот и символ Даждьбога, Дающего бога, именно в это время настаёт черёд собирания плодов. В это время и ближе к осени, когда плодов ещё больше, зерно собрано, а сено заготовлено, славяне играли свадьбы.

У кривичей, кроме общеславянских богов, существовал и особый культ жизни, сближающий их с балтскими племенами.

С укреплением христианства к языческим богам стали относиться как к демонам, как к тёмной силе. Такими они остались и в сказках — как Кощей Бессмертный, Змей Горыныч, Леший или Баба Яга. Достаточно немного приглядеться — и мы увидим тени языческих верований во многих привычных явлениях нашей жизни. В традициях, которые сопутствовали русскому человеку на протяжение веков. Об этом — речь впереди.

Без развития ремёсел трудно представить себе историю любого народа. Продукция ремесленников, без преувеличений, необходима всем и каждому. Центрами развития ремёсел были города, но начиналось всё в селищах, в скромных кузнечных мастерских…

Ремесла славян к XII–XIII векам включали в себя более пятидесяти различных специальностей — мужских и женских. Разумеется, многие ремесла существовали по всей территории расселения славянских народов с древнейших времен. Наиболее искусными наши далекие предки были в обработке дерева. Этим славяне занимались издавна.

Продукцию изготавливали и для себя, и для обмена, и на продажу, и для феодала… Без продукции ремесленников невозможно воевать, невозможно строить города и сёла, охотиться, трудиться в поле. И потому наши предки были вынуждены оттачивать мастерство, передавая его секреты из поколения в поколение. Существовали династии ремесленников. Но у ремёсел есть не только прикладное значение. Не менее важна эстетика. Без красоты, без символики человеческая жизнь осталась бы тусклой. Об основных ремёслах древних славян, проявившихся в истории Руси, мы и поведём речь.

Это основа основ, фундамент всех ремёсел. Кузнечное ремесло на Руси являлось самым уважаемым делом, ведь от него зависело многое. Кузнецы очень ценились, они производили большинство полезных и незаменимых предметов. Благодаря этому ремеслу создавались различные орудия труда для работы на поле, оружия и доспехи для воинов, различные предметы быта. Самым старым способом обработки металла являлась ковка. Ковка — это обработка металла, с помощью нагревания его до высоких температур. Для каждого вида металла необходима своя температура. После нагревания изделие помещалось на наковальню и доводилось до нужной формы с помощью молота. Когда была достигнута поставленная цель, изделие опускали в воду, для закаливания металла. Так же древние кузнецы занимались литьем, металл нагревался до жидкого состояния и отливался в нужные формы. Температура плавления, как и температура раскаливания, для каждого металла своя.

В мастерской

Для изготовления оружия производилось сначала литье. Отливки содержали много углерода, что делает металл хрупким. Ковкой металл доводили до нужного состояния и, если требовалось, закаливали. В кузнечном деле использовались различные инструменты, такие как молот, наковальня, кувалда, горн, зубила и клещи. Молот — это орудие, которое использовалось при ковке, с помощью его правились изделия. Молоты, чаще всего, выполнялись из чугуна, по форме и принципу действия напоминали современный молоток. Кувалда — это инструмент для нанесения очень сильных ударов, которая еще больше напоминает современный молоток. Кувалда имеет длинную деревянную рукоять и тяжелый металлический наконечник. Для плавления металлов использовался горн, большая печь, ширина которой больше высоты. Так же не обойтись кузнецу без наковальни, главного опорного кузнечного инструмента, на котором производилась ковка. Для удерживания раскаленного металла использовались кузнечные клещи, а для его обработки — прочный металлический стержень, называемый зубило. В X–XII веках в Древней Руси производилось множество клинков, которые уже не являются прямыми заимствованиями. К примеру, меч каролингского типа уступает место более оригинальным изделиям, которые с течением времени стали «визитной карточкой» Древней Руси. При этом многие изделия закупались и в Западной Европе, и на Востоке. Сперва мечами вооружались только князья и знатные мужи, остальные воины были вооружены копьями и топорами. А к мастерству кузнецов люди относились как к божественному дару. Кузницы, как правило, стояли на отшибе, чтобы не сжечь поселение… А кузнецы, кроме своего основного занятия, занимались и врачеванием: могли вырвать больной зуб или вправить руку. Их считали знахарями. Ходили слухи, что они знаются с нечистой силой.

«Скорой» или «скоркой» называли сырую кожу животного. Из того же ряда — знакомое нам слово «шкура». Отсюда и скорняжное дело.

Скорняки занимались выделкой и обработкой шкур пушных животных. Пушнина и изделия из кожи использовались в создании одежды, так же этот товар был одним из самых главных в торговле. Сначала на мясную сторону шкуры наносили овсяный состав и оставляли на несколько дней для размягчения. Затем с помощью специального ножа, размякшее мясо счищалось, и шкура обрабатывалась измельченным мелом для удаления влаги. Далее шкура выбивалась и вытягивалась, ее дубили и вымачивали в квасцах, после чего ее можно было использовать для изготовления одежды.

Скорняжное дело родственно кожевенному. Разница в том, что кожевенники не занимаются мехом.

Носить украшения славяне стали задолго до образования государств. Самым популярным ювелирным изделием в Древней Руси были колты, а попросту — височные кольца. Традиционное славянское украшение. Чаще всего эти кольца были полыми, изготовленными из золота или серебра. Для изготовления височных колец существовала особая ювелирная техника — зернь. Она заключалась в том, что готовые колты украшались маленькими металлическими шариками. Так же в ювелирном деле использовалась скань. Это тонкая, как волосок, проволока из золота или серебра, которая скручивалась в жгут, из которой получались ажурные узоры. В наше время на раскопках были найдены великолепные колты, украшенные речным и озёрным жемчугом и разноцветными рисунками. Для подобных узоров использовалась техника перегородчатой эмали. Эта старинная техника, к сожалению, в наше время забыта. Это тончайшая работа, занимающая много времени. На изделие мастер напаивал тонкие металлические перегородки, тем самым формируя рисунок. Затем отдельные части этого узора заполнялись разноцветным порошком, который при нагревании с помощью высоких температур, превращался в стекловидную массу. Эта масса и есть эмаль. Изделия, выполненные по технике перегородчатой эмали, были очень дорогими и принадлежали высшим слоям общества. Еще одной излюбленной ювелирной техникой славян являлось чернение, которое использовали для украшения браслетов. Чернь — это сплав из олова, меди, серебра и других составляющих, ее наносили на изделие, как основу для будущего рисунка. В качестве узора чаще всего использовали языческую тематику и символы. В некоторых реках и озерах добывали жемчуг. Их него тоже изготовлялись различные украшения.

Гончарное ремесло на Руси, наряду с другими ремеслами, являлось весьма важным и прибыльным делом. Изначально этим видом деятельности занимались исключительно женщины. Для производства посуды и предметов быта использовалась глина, которая смешивалась с песком, ракушками, кварцем. После чего из получившейся глиняной массы, вручную, лепили сосуды различных размеров. Позже гончарное дело перешло и в руки мужчин. Примерно в конце IX века в наших краях появилось важное орудие для производства посуды — гончарный круг. Как правило, гончарный круг был деревянным, крепили его к специальной скамье. Скамья имела отверстие с осью, благодаря чему круг вращался. Одной рукой гончар вращал круг с глиняной массой, а другой формировал из нее посуду. Из глины изготавливали не только посуду, но и первые игрушки, которые несли свой символический смысл. Различные свистки и колокольчики, которые отгоняли злых духов, детские игрушки, предметы интерьера, чаще всего были выполнены в виде птиц и зверей.

Вот уж в чём славяне издавна считались непревзойдёнными мастерами! Основным материалом для производства в краях, населенных восточными славянами, было дерево. Из него делались жилища, городские укрепления, мастерские, хозяйственные постройки, корабли, сани, мостовые, водопроводы, машины и станки, орудия труда и инструменты, посуда, мебель, домашняя утварь, детские игрушки, идолы и чуры. Обработка дерева особенно была развита в центральных и северных районах Руси, богатых хвойными и лиственными лесами. Древнерусские мастера хорошо знали технические свойства и иные качества древесины всех пород, растущих в русских лесах и широко применяли её в зависимости от технических условий изделия и физико-механических свойств породы.

Древоделы создавали славянский флот: продалбливали лодки, сшивали из огромных досок ладьи… Строительство лодок было одним из главных занятий наших предков. Они жили вдоль рек. Им необходимы были средства передвижения по воде — и для дальних путешествий, и для того, чтобы просто перебраться на противоположный берег. Наибольшее распространение получили плоскодонные лодки без киля. Долблёные лодки создавали из стволов самых больших деревьев. В них помещалось до сорока человек! Позже лодки стали укреплять высокими нашивными бортами.

Самая древняя лодка-долблёнка найдена в нашей стране в районе Старой Ладоги. Её датируют VIII веком.

Особенно часто и искусно древоделы использовали сосну и ель. Сосну предпочитали для столярных изделий, домашней утвари, а ель, в свою очередь, наиболее широко применялась в строительстве. Древесину лиственных пород в основном применяли для изготовления бытовых вещей, в строительстве её использовали редко. Дуб, берёза, осина практически не использовались в строительстве жилых и хозяйственных построек. Древесина дуба была дефицитной, поэтому её старались использовать при изготовлении изделий повышенной прочности, как, например, санные полозья, бочки, лопаты. Довольно широко использовались клён и ясень. Из клена делались резная посуда, ковши, ложки. Ясень шёл на производство точеной посуды, которую изготовляли на токарных станках.

Древнерусские мастера владели и обработкой редких на Руси пород, как, например, самшит. Эта порода доставлялась с Кавказа, из лесов Талыша. Из самшита делались двусторонние гребни и маленькие пиксиды (шкатулки или сосуда для пряностей, пришедшие к нам из Византии). Деревянные гребни в Древней Руси делались практически исключительно из самшита. Самшит высоко ценился.

Это одна из древнейших профессий. Ведь обработка камней была важна и для первобытного человека… Секреты профессионального мастерства каменотёсов передавались из поколения в поколение. Из камней строили укрепления, княжеские хоромы. Использовали камень и при создании деревянных домов. Использовались камни и при оформлении языческих капищ, святилищ, идолов… После принятия христианства на Руси, как и в других славянских государствах, стали появляться каменные храмы, которые воспринимались как чудо. Учителями славян в этом деле, по-видимому, были византийские мастера.

Помните сказку про Никиту Кожемяку, который победил змия и богатырским движением порвал семь шкур?

Спрос на кожаные изделия был велик. Из кожи изготовлялась обувь, в больших количествах её потребляли шорники и седельники, из неё делали конскую сбрую, колчаны, щиты, основы пластинчатой брони и другие предметы хозяйственного и бытового назначения. основным сырьём для кожевников служили воловьи, козлиные и конские шкуры. Первый технологический этап работ заключался в очистке шкуры от шерсти, что делалось путём обработки в специальном чане при помощи извести. Такой чан, представляющий собой ящик из деревянных плах, был найден в Новгороде в кожевенной мастерской XII века. Следующей стадией было дубление кожи, для чего использовались специальные растворы и механическое размягчение — кожа мялась руками. После этого выделанную кожу кроили и сшивали. Среди кожевенных работ существовали отдельные профессии: седельники и тульники (изготовители колчанов), скорняки и сапожники, изготовители пергамента и сафьяна.

Одно из древнейших ремёсел. Из кости резали гребни, рукояти ножей, пуговицы, ручки зеркал, шахматы и шашки, обкладки луков и седел, иконки. Из специализированных инструментов в косторезном ремесле применялись ножи, резцы, сверла, пилы и примитивный токарный станок. О высоком уровне косторезных работ свидетельствуют гребни из рога, пропилы между зубьями которых иногда не превышали десятых долей миллиметра. Большинство бытовых изделий из кости и рога покрывалось орнаментом при помощи резцов. Токарный станок использовался при изготовлении объемных изделий — например, на нём выточены костяные игральные шашки из Чёрной могилы в Чернигове. Массовым материалом косторезного производства были кости крупных домашних животных, а также рога лосей и оленей. Иногда использовали рога быков, туров и моржовую кость. Инструментарий костореза состоял из набора ножей, пил, плоских и гравировальных резцов, сверл-дрелей, обычных перовидных сверл, напильников, рашпилей. Мастера умело создавали высокохудожественные изделия: навершия посохов, накладные пластинки на шкатулки и кожаные сумки, различные привезки. Навершия изготовляли в виде головок птиц и зверей и в виде разнообразных геометрических фигур. На плоских накладных пластинках изображали фантастических зверей, солнечные знаки, геометрический, растительный, циркульный орнаменты, всевозможные плетения…

Это ремесло восточные славяне освоили достаточно поздно. Изделия из стекла предназначались, главным образом, для женщин, но изготавливали их мужчины. Бусы, найденные археологами на Ладоге, относятся к 8–9 веку… Это самая ранняя из таких находок. Стеклоделие в Древней Руси получило широкое распространение в XI веке и к XII–XIII векам достигло значительного развития. В начале XI века распространение получили стеклянные бусы отечественного производства, которые в следующем веке были вытеснены импортными изделиями. Серединой XI столетия датируется появление столовой стеклянной посуды и разнообразных сосудов. К XII веку столовая стеклянная посуда получила широкое распространение, ею стали пользоваться и рядовые горожане. В первой половине XII века массовое распространение получили стеклянные браслеты, популярные у женщин.

Это — женское ремесло. Перед каждой хозяйкой стояла задача — одевать семью и подновлять одежду, которая, как правило, служила нескольким поколениям. В ходе работы из оставшихся лоскутков ткани женщины мастерили различные покрывала, одеяла и коврики. С течением времени одежда стала приобретать декоративные элементы, она, по возможности, украшалась разного рода вышивкой, камнями или жемчугом. С шести-семи лет девочки учились шить и вышивать. Примерно с десяти — начинали готовить себе приданое, которое дарилось родне жениха в день свадьбы. На одежде вышивали защитные знаки и символы, чтобы предать ей обережную силу. Праздничные наряды, если позволяли обстоятельства, обшивали натуральными камнями, жемчугом, вышивали узоры золотой нитью. Узоры и отделки указывали на статус человека. Больше всего в одежде преобладал красный цвет, из-за приписываемых ему магических свойств. В узорах использовали различные геометрические фигуры, завитки, птиц, животных и деревья. Работали женщины на пяльцах, это два деревянных кольца разного размера. На меньшее кольцо натягивали ткань, сверху надевали кольцо большего размера и, используя иголку, наносили рисунок. Технологий вышивки было несколько: крест, полукрест, гладь и другие.

То есть — прядение и ткачество, создание тканей. Ткань изготавливали из льна и конопли. Позже появилась шерстяная ткань. Сначала ткали с помощью веретена — это, как известно, точеная палочка с острым кольцом. Веретена использовались для ручной пряжи веками. Помните сказку про спящую красавицу, которая укололась о веретено?

В VIII веке у славян был распространен и ткацкий станок. Первые ткацкие станки были весьма примитивны, изготавливались они из дерева. Техникой для создания нити из волокон растений или комков шерсти служила прялка. Волокно льна, конопли или состриженная шерсть называлось кудель. Первые прялки мастерились из дерева и были ручными. Конструкция крайне простая: это колесо, на которое наматывалась готовая нить, потом нити снимались и скатывались в клубок.

Первая распространённая крестьянская обувь, которая появилась на Руси, была из древесного лыка. Это всем известные лапти. Лапти широко использовались населением до середины ХХ века. Да и сейчас кое-где в них щеголяют не только забавы ради. Изготавливались они по технологии плетения. Также с помощью плетения из соломы создавались различные предметы быта и украшения. Женщины создавали корзинки, соломенные игрушки, обереги для дома и многое другое. Эти ремёсла сохранились до нашего времени. Плетением занимались и мужчины, создававшие большие корзины, плетеные изгороди, туески для переноса воды и молока. Из ивовых прутьев сплетали верши — снасти для ловли рыбы и раков. Наши далекие предки достигли совершенства в плетении. Мастерство передавалось из поколения в поколение, традиции сохранились и до нашего времени.

Этот преимущественно женский промысел появился гораздо позже, не раньше XVI века. хотя его прообразы, по-видимому, существовали и в древние времена. Это нанесение рисунка на различные предметы, чаще всего — на посуду. Существовало несколько видов росписи, например, гжель. Гжелью назвали роспись по месту изготовления фарфоровой посуды (в России получила распространения с конца 18 века), эта территория находилась около реки Агжелка. Там расписывали посуду в сине-белом цвете, такой рисунок на другой территории назывался роспись «под гжель». Другой вид росписи — жостовская роспись, это художественная роспись металлических подносов. Еще один, сохранивший свою популярность по сей день, вид росписи — хохлома. Это декоративная роспись деревянной посуды, выполненная красными, зелеными и черными красками по золотому фону. Сначала на посуду наносился оловянный порошок, а он серебряного цвета, затем изделие покрывали специальным раствором и обжигали в печи, благодаря чему достигался золой цвет. В рисунках преобладали цветы, птицы и ягоды. Самый большой цветок располагался посередине, вокруг него цветы поменьше, а сверху наносили изображения птиц. В них проявлялись эстетические предпочтения наших предков.

Гастрономическая история не менее загадочна и поучительна, чем история сражений и дипломатических договоров. По ней можно судить и о политике, и об экономике, и о географии… Вдоволь еды хватало далеко не всегда. Пропитание ценили, дорожили им.

В рационе древних славян всегда была представлена речная и озерная рыба. Чаще — в печёном или варёном виде, у некоторых племён — и в солёном. Речную и озёрную рыбу умели вялить на солнце. Жарить на сковороде мясо и рыбу на Руси научились только в XVII веке.

Воинская цивилизация была бы невозможна без мясной пищи. Славяне, как и скифы, занимались скотоводством с давних времён. Соответственно, на стол попадали и свинина, и говядина. На охоте главной добычей считались олень и кабан. Охотились и на разнообразных птиц: уток, гусей, глухарей, тетеровов и так далее. Смельчакам удавалось добывать и медведей. Мясо жарили на открытом огне, на углях, пекли и тушили в котлах.

Неприхотливый князь Святослав питался мясом, подогретым на углях на скорую руку. Свинину и говядину иногда солили на зиму. Часто во время походов тонкие куски мяса клали под потник на спину лошади и так скакали много часов, а то и дней. От тепла и лошадиного пота мясо приобретало своеобразный вяленный вкус, в таком виде его и ели.

А ещё мясо тушили в печи. Для крестьянина мясо не было ежедневной пищей, другое дело — дружинники.

Употребляли и сало. Впервые солить сало стали греки, жившие на территории Италии в V веке до н. э. Сало считалось дешёвой калорийной пищей для работников каменоломен. Наши предки узнали от греков способ солить мясо. Заслуга славян в том, что они вывели породы свиней, дающих больше сала, скрестив домашних и диких свиней.

Славянские поселения всегда возникали на берегах рек и в лесистых районах. Почему? Лес и река с древних лет кормили наших предков. Каждая семья «танцевала от печки»: печь была главным сооружением любого дома, а дым — символом благополучия. В печи пекли ржаной (реже — пшеничный) хлеб, готовили еду, а на печи сушили травы. Чая, кофе и какао древние славяне, конечно, не знали. Только знатные воины и зажиточные купцы знали вкус вина, которое привозили из Греции. Конечно, на княжеских застольях можно были и «зелена вина» испить, и финиками заесть, но для простого люда эти заморские лакомства оставались недоступными. Пили травяные отвары и медовые напитки, нехмельные и хмельные — в том числе и горячие. Медовуху по вкусу разбавляли водой. Веками на Руси популярным напитком был сбитень — мёд, вскипячённый и сбитый в горячей воде, с яйцами. Из зерновых культур варили различные ржаные, овсяные и пшеничные кисели. Летом в ход шли ягодные и фруктовые напитки.

Из зерна также делали квас, брагу и пиво. Пили берёзовый сок, на его основе тоже делали квас. В летнее время излюбленным блюдом была «тюря» — предок современной окрошки, квас с покрошенным в него луком и хлебом. Несколько позже, но также в языческие времена возникло коронное блюдо русской кухни, щи. Какие продукты шли в щи? Много капусты, немного мяса (его нередко заменяли рыбой или грибами), разнообразие кореньев (моркови, лука, петрушки), пряностей (славяне разводили и закупали у соседей чеснок, укроп, сельдерей, перец, лавровый лист) и непременно — кислые заправки (сметана, яблоки, капустный рассол). Вот вам и добрые, богатые щи, какие, конечно, не в каждой семье едали. Самые простые и расхожие, ежедневные щи состояли только из капусты и лука. Часто щи варили не на воде, а на квасе. Капусту славяне «взяли на вооружение», когда в V–VII веках захватили значительную часть Балкан и Греции. Первое письменное упоминание о капусте в наших краях относится к 1073 году. Чуть позже наши предки узнали укроп, лук, тмин и чеснок.

Одним из древнейших блюд славянской кухни по праву считается уха. С XI века ухой называли все жидкие блюда, навары. Индоевропейский корень «юха», собственно говоря, и означает «отвар», «жидкость». Только в XVII веке это слово на Руси закрепилось исключительно за рыбной похлебкой. Уху, как правило, варили из свежей, живой рыбы. Говорили: «похлебать юшки», то есть — поесть ухи.

Других «первых блюд» древние славяне не знали: разнообразные супы появятся гораздо позже, в XVII веке, из Франции, транзитом через Польшу.

Росли в огородах и подавались к столу в сыром и варёном виде репа, горох, морковь и лук. Широко употребляли редьку, особенно черную.

Во всех славянских племенах хозяйки умели заготавливать овощи на долгую зиму — солить капусту, грибы и огурцы, мочить яблоки, клюкву и бруснику. В зажиточных семьях заготавливали на зиму и сало. Засоленные и замоченные овощи назывались ленивыми. От этого зависела жизнь: не умеешь готовиться к зиме — придётся голодать.

Наши предки были пахарями, неутомимыми земледельцами. Летний сезон у нас куда как короче, чем в центральной и западной Европе — всего лишь 90—100 дней. За это время нужно успеть и посадить, и убрать злаковые, и скосить, и высушить траву для скота.

Выращивали просо, ячмень, пшеницу, рожь, овёс, горох. Гречиху и рис наши предки узнали от персов в XV веке. Рис до XIX века назывался на Руси «сарацинским зерном».

Варили каши, парили репу и брюкву. До наших дней сохранилась поговорка: «Щи да каша пища наша». Каша и впрямь была основой кухни. На Руси особенно была популярна полбенная каша, которую варили из мелкой крупки, приготовленной из полбы. Полба — это полудикий сорт пшеницы, которая еще в ХVIII веке выращивалась в наших краях в изрядном количестве. Охотно ели и ячменную кашу (гущу). Кашу, сваренную из ячменя с горошинами, называли «глазухой». Перловкой называли кашу, сваренную из цельных зерен, сизо-серый цвет которых и продолговатая форма слегка напоминали «жемчужное зерно” — перл. Кстати, жемчуг в изобилии водился в русских реках и озёрах, из него мастерили украшения для девушек, он шёл и на экспорт.

С глубокой древности готовили на Руси и овсяную кашу, и кашу из проса — пшенную. Пшеница, превращенная в мелкую крупу, использовалась для изготовления манной каши. Слово «манна» — старославянское и восходит к греческому слову «manna» — пища. Такую кашу могли себе позволить только зажиточные семьи. Технология получения крупы упростилась только в ХХ веке — с тех пор манная каша и стала общедоступной.

Её варили на молоке и старались готовить для детей. А вообще из мучных каш наиболее распространенной была толоконная, а в древности — конопляная. С XV веке на Руси варили и соломат — жидкую кашу из ржаной, ячменной или пшеничной прожаренной муки, заваренной кипятком и распаренной в печи, иногда с добавлением жира.

Кашей назывались блюда, приготовленные не только из круп, но и из других измельченных продуктов (рыбные, гороховые, хлебные). В XV веке появилась и гречневая каша, которая считалась самой вкусной и полезной. Каши сдабривали маслом из льняных и конопляных зерен, и только богатые ели её со сливочным или оливковым маслом. На память о тех временах сохранилось выражение «кашу маслом не испортишь».

В урожайные годы хлеба хватало всем, а излишки вывозили в Грецию. Самым простым пекарским изделием из муки была пресная лепешка, позже славяне научились выпекать квасной хлеб. По торжественным случаям выпекались огромные караваи, символизировавшие солнце. Пироги с разнообразной начинкой (в том числе — сладкие) также с древних времен стали излюбленной пищей славян. Любителям острой пищи в тогдашних условиях пришлось бы туго: соль стоила дорого, её берегли, употребляли умеренно. На княжеском столе не редкостью было греческое оливковое масло. Простой люд употреблял масло из льняных семян и мака.

Не достичь благополучия и сытости и без садоводства. К 9 века славяне «окультурили» дикую яблоню, сливу, грушу, вишню.

Скотоводство — еще один стратегически важный источник пищи древних славян. Молоко, творог, сыр, сметана, простокваша и сливочное масло составляли основу рациона. В приусадебных хозяйствах разводили кур. Среди других занятий древних славян по добыче питания следует отметить бортничество («борть» — дупло дерева, в котором живут пчелы, лесной улей). Так добывались мед и воск. При отсутствии сахара роль мёда была первостепенной. Из мёда делали хмельные напитки, на нём варили варенья.

Лесистые края богаты ягодами, орехами и грибами. Из этих даров леса наши предки умели готовить вкусные кушанья: ягодные варенья, замысловатые блюда из варёных, сушёных и солёных грибов.

Одно из древнейших и до сих пор популярных блюд русской кухни — это блины. Их научились готовить задолго до IX века, в языческие времена. Слово «блин» (искаженное от «млин») происходит от глагола «молоть». «Мелин» или «млин» означает изделие из намеленного или мучное изделие. Блины всегда пеклись круглыми, словно солнышко. Они и символизировали светило, о чём свидетельствует праздник Масленицы — прощания с зимой и встречи с весенним теплом. Блины, как и в наше время, ели со сметаной, со сливочным маслом и рыбой. А еде — с медом или вареньем. Но бывало, что и без добавок и начинок, просто блины с пылу, с жару. Любовь русского человека к блинам не иссякла в веках, как и память о языческом празднике.

Любимая нами картошка попала в Россию только во второй половине XVIII века, и завёз её к нам не Пётр Великий, а новгородский губернатор, сподвижник императрицы Екатерины, новгородский губернатор Яков Сиверс и известный писатель и ботаник Андрей Болотов. А Пётр привёз из Голландии земляную грушу — топинамбур. Но и после Сиверса картошка долгое время оставалась редким, диковинным продуктом. Уже в середине XIX века её насаждал в России министр Павел Дмитриевич Киселёв, считавший, что именно картофель поможет крестьянской России легче переживать неурожайные годы. По началу крестьянские общины не принимали «земляное яблоко», считали его дьявольским исчадием. Именно тогда по России пронеслись «картофельные бунты». Только к восьмидесятым годам XIX века к картошке привыкли, и она действительно не раз спасала страну от голода.

Пиши не хватало. Крестьяне, как правило, с трудом доживали до весны. Поэтому так радовались приходу тепла после затяжной зимы! Радовались первым побегам зелени. Из молодой крапивы и щавеля варили щи. Обдирали набухшие липовые почки, мололи их и из них пекли лепёшки. Варили и ели корни лопуха и камыша, они содержат крахмал и по вкусу отдалённо напоминают картошку. Чуть позже варили молодые побеги иван-чая — получалось нечто вроде лапши. Таковы были традиционные весенние кушанья.

После образования древнерусского государства письменность стала необходимой для ведения переписки с другими странами, а также для заключения межгосударственных договоров. Возникла необходимость в составлении завещаний, записях о долгах, заключении торговых контрактов, в надписях на вазах об их предназначении. Шёл тот же процесс, что и у других народов: от блужданий — к оседлой жизни, от племенного существования — к протогосударствам и государствам, а потом — к поискам письменности. Поворотной стала эпоха князя Олега (князь Новгородский с 879 года, князь Киевский — с 882 по 912), объединившего племена, жившие на берегах Волхова и Днепра, предпринимавшего большие походы, покровительствовавшего торговле с греками. При нём государство Рюриковичей стало более сплоченным и развитым. Политические задачи — сбор дани, обмен информацией с отдаленными подвластными князю городами, оглашение воли князя, строительство крепостей, формирование армии для походов — диктовали необходимость в грамотных чиновниках и купцах. Поэтому Олег быстро оценил достоинства славянской письменности, предложенной Константином-Кириллом и его учениками, и стал покровительствовать глаголице (а, возможно, и кириллице) на Руси. Олег открыл первые известные нам школы на Руси.

Заметим, что это случилось задолго до главного крещения Руси (988 год). Хотя, как известно, со времен князя Аскольда в Киеве жили христиане и, возможно, они сыграли немаловажную роль в распространении письменности, которая пришла к нам от христианских миссионеров. Но Олег не принял христианства, не превратил его в государственную религию. А письменность принял. Этот факт следует отметить.

В «Повести временных лет», одном из древнейших литературных памятников, написанных кириллицей, сказано, что в договоре князя Олега с греками есть указание о существовании у русских письменных завещаний: «Аще кто умреть, не урядив своего имения ци своих не имать, да возвратить имение к малым ближикам в Русь. Аще ли сотворить обряжение, такой возметь уряженное его, кому будеть писал наследити именье его, да наследит е». Так звучала старославянская речь. Как видите, для нас она нуждается в разъяснениях, сходу не всё понятно. В договоре Игоря с греками говорится о золотых и серебряных печатях, о посыльных грамотах, которые вручались русским послам и гостям, отправляющимся в Византию. Скептики говорят: всё это могло быть написано на греческом языке. Но скорее всего, дружинники Олега уже тогда пользовались глаголицей или кириллицей.

Имеются и более подробные косвенные указания о применении письменности на Руси и начале X века сразу в нескольких договорах русских князей Олега и Игоря с Византией. Так, в договоре Олега с греками (911 год) есть указание о существовании у русских письменных завещаний — и уж тут употребление греческого совсем маловероятно. В договоре Игоря с греками (944 год) говорится о золотых и серебряных печатях, о посыльных грамотах, которые вручались русским послам и гостям, отправляющимся в Византию. Включение в договоры с Византией особых пунктов о завещаниях, посыльных, гостевых грамотах и печатях доказывает не только то, что все это уже существовало на Руси начала X в., но также и то, что к X веку это стало привычным, распространенным явлением. Памятниками русской письменности X века должны считаться сами договоры с Византией, так как перевод их с греческого на русский современен договорам. Исследователь С.П. Обнорский на основе изучения языка русских переводов договоров пишет: «…появление текстов договоров в переводе с греческого языка не могло быть ни относительно поздним, ни одновременным, а следовательно оно приблизительно должно было совпадать со временем фактического заключения соответствующих дипломатических актов». Особенно интересно имеющееся в договоре 911 года указание, что Русь и Византия и в более давние времена (то есть, еще в IX веке, если не раньше!) решали спорные вопросы «не только словесно, но и письменно».

В той же Несторовой летописи есть свидетельство, что при осаде князем Владимиром Святославичем Херсонеса один из жителей этого города по имени Анастасий пустил в стан Владимира стрелу с надписью: «Кладези еже суть за тобою от востока, из того вода идет по трубе». На каком языке это было писано? По-видимому, на кириллице, получившей ко времени Владимира (но еще до Крещения) широкое распространение на Руси.

Итак, известно, что первые школы в Киевской Руси появились при князе Олеге — то есть, почти за сто лет до принятия христианства. Детей учили письменности… Той, что позже получила название кириллицы. А при княгине Ольге, принявшей христианство, существовали и школы для девочек.

В 1949 году в Гнездовских языческих курганах под Смоленском археологи нашли разбитую глиняную корчагу, на которой сохранилась надпись начала Х века «гороухща» («горушна»), что означает: или «Горух писал», или «горчица». Надпись, как мы видим, сделана на кириллице. Гнёздовский комплекс археологических памятников — курганный могильник, когда-то насчитывавший около 4000 курганов и несколько поселений, в том числе укрепленных, общая площадь которых составляла более 30 гектаров. Огромное обжитое в древности пространство. К настоящему времени сохранилось около 1500 курганов и одно поселение: много лет шло наступление урбанизации на заповедник славянской древности. Но это крупнейший на территории России и Европы комплекс археологических памятников, относящихся к периоду образования древнерусского государства. Надпись на глиняной корчаге — древнейший найденный образец бытовой письменности в нашей стране. Эта находка датируется первой четвертью — первой половиной Х века.

Помимо гнездовского комплекса, в СССР были обнаружены фрагменты надписей и цифровых расчетов на амфорах и других сосудах X века в Тамани (древней Тмутаракани), Саркеле и причерноморских портах. Письменность на основе различных алфавитов (греческого и кириллического) использовало разноплеменное население древнейших городов и протогородов, находившихся на важных торговых путях. Торговля стала той почвой, которая способствовала постепенному распространению по всей территории Руси приспособленной для славянской речи и удобной для письма кириллицы. В данном случае интересы торговцев и христианского духовенства пересекались. Хотя отметим и стремление славян к «особому пути»: всё-таки они избрали кириллицу, а не греческий алфавит! Хотя в русской церкви в те годы главную роль играли греки.

Долгие годы было принято считать, что славянская письменность развивалась только за стенами монастырей, а культура сплошь была церковной. Это заблуждение. Не было в ХХ веке более выдающегося историка, чем академик Борис Александрович Рыбаков. Он был нашим старшим современником… Многие его исследования проливают свет на прошлое славянской письменности. Приведём небольшую цитату:

«Существует укоренившееся мнение, что церковь была монополистом в деле создания и распространения книг; мнение это усиленно поддерживалось самими церковниками. Верно здесь лишь то, что монастыри и епископские или митрополичьи дворы были организаторами и цензорами книжного списания, выступая нередко в роли посредников между заказчиком и писцом, но выполнителями зачастую оказывались не монахи, а люди, не имевшие никакого отношения к церкви. Мы произвели подсчёт писцов в зависимости от их положения.

Для домонгольской эпохи результат был таков: половина книжных писцов оказалась мирянами; для 14–15 вв. подсчёты дали следующие результаты: митрополитов — 1; дьяконов — 8; монахов — 28; дьяков — 19; попов — 10; «рабов божьих» — 35; поповичей — 4; паробков — 5. Всего по нашему подсчёту 63 мирянина и 47 церковников, т. е. 57 % ремесленников-писцов не принадлежало к церковным организациям. Основные формы в изучаемую эпоху были те же, что и в домонгольскую: работа на заказ и работа на рынок».

Письменность вошла в древнерусский быт. И берестяные грамоты стали самым важным свидетельством высокой культуры наших древних предков. Это бесспорно. Бесспорно и то, что находят их, главным образом, в Новгородской и Псковской земле и в Смоленске, а кроме того — в Твери, Витебске, Старой Рязани, Вологде, в Звенигороде Галицком и Москве. То есть, там были очаги наиболее утончённой книжной и письменной культуры. Берестяные грамоты написаны в кириллической традиции. С тех пор, как в Новгороде была найдена первая берестяная грамота, историки собрали целую библиотеку текстов на березовой коре, рассказавших много нового о жизни.

Берестяная грамота

Дело было так. 26 июля 1951 года, участники Новгородской археологической экспедиции трудились на новом Неревском раскопе, что в самом центре города, к северу от кремля. Слой за слоем они поднимали мостовые древней Холопьей улицы, надеясь отыскать что-нибудь под почерневшими торцами. Трудилась там и 30‑летняя работница Новгородского мебельного комбината Нина Акулова, решившая подработать на раскопках. Она-то и углядела в щели между бревнами туго свернутый кусочек бересты и собралась уже отбросить его в сторону как ненужный мусор, но из любопытства развернула.

На грязной коре были процарапаны буквы, и Нина на всякий случай позвала начальника участка Гайду Авдусину. Увидев находку, та потеряла дар речи, а опомнившись, побежала за начальником экспедиции — профессором Арциховским. Артемий Владимирович тоже не мог сначала выговорить ни слова, а потом не своим голосом закричал: «Премия — тысяча рублей! Я этой находки ждал 20 лет!». Арциховский в самом деле искал бересту с письменами еще с 1932 года, когда только возглавил раскопки в Новгороде. Его вдохновляли данные источников: к примеру, в XII веке монах новгородского Антониева монастыря, средневековый ученый и религиозный мыслитель Кирик Новгородец сообщал, что горожане бросают исписанные грамоты на землю и ходят по ним, и предавался размышлениям, не грех ли это. Выбрасывать дорогой пергамент или редчайшую тогда бумагу никто бы не стал, значит, речь, скорее всего, шла о бересте — дешевой и доступной всем. Много позже, в конце XIX века, новгородский любитель старины, выдающийся краевед Василий Передольский нашел несколько таких грамот и показывал их всем желающим в своем домашнем музее. Но тогда наука не оценила эти находки: при разборе коллекции после смерти собирателя грамоты попросту выкинули. Участники первых археологических экспедиций в Новгороде свернутые кусочки бересты считали поплавками, а писала — заостренные палочки, которыми процарапывались буквы, — чем-то вроде сапожного шила.

Арциховский думал иначе: с его точки зрения, во времена Древней Руси береста была обычным материалом для письма. Обычным, но весьма хрупким: лишь в болотистой новгородской почве он мог сохраниться на протяжении столетий. Правда, и здесь полоски коры скручивались так, что развернуть их без повреждений было очень сложно. Помог реставратор экспедиции Алексей Кирьянов, который промыл найденную Акуловой грамоту теплой водой с содой, а потом зажал между двумя стеклами.

В таком виде ее повезли в Москву в Академию наук Михаилу Тихомирову, специалисту по древнерусской письменности. Он установил, что текст, написанный в конце XIV века, содержит список податей, которые крестьяне платили трем землевладельцам: Фоме, Иеву и Тимофею. Арциховский был уверен, что найдутся и другие грамоты, и не ошибся. До конца сезона на Неревском раскопе их отыскали еще восемь: оброчную ведомость, переписку купцов о поставках пива, жалобу женщины по имени Гостята, которую прогнал муж… Десятым номером стала берестяная солонка, на ободке которой прочитывалась загадка:

«Есть град между небом и землей, а к нему едет посол без пути, сам немой, везет грамоту неписаную». Над отгадкой пришлось побиться: видимо, речь здесь идет о Ноевом ковчеге, куда голубь принес масличную ветвь — знак окончания потопа.

Выдвигались предположения, что Новгород — это только начало, вот-вот берестяные грамоты отыщутся и в других городах. Действительно, уже в 1952 году экспедицией Даниила Авдусина (мужа Гайды Авдусиной и тоже ученика Арциховского) такая грамота была обнаружена на Гнёздовском городище под Смоленском. Позже берестяные свитки находили в Пскове, Твери, Москве, Старой Рязани, а также в Старой Руссе, Торжке и Вологде, подчинявшихся некогда Новгороду. В конце 1980‑х отыскали их и далеко на юге — на раскопках летописного Звенигорода близ Львова. И… все. Из 1185 найденных берестяных грамот 1081 — новгородского происхождения. Конечно, в другой почве береста сохранялась хуже, но это не объясняет почти полного отсутствия грамот в иных землях. Скорее уж дело в непохожести богатого и своевольного Новгорода на прочие русские города. С XI по XV век он жил независимо от великокняжеской власти, и как раз этим периодом датируются все дошедшие до нас грамоты.

Весьма примечательны в связи с этим записи самого, пожалуй, знаменитого автора берестяных грамот — мальчика по имени Онфим предположительно шести-семи лет. В 1956 году на том же Неревском раскопе была найдена целая россыпь грамоток, потерянных или выброшенных им.

Здесь школьные прописи, переписанные отрывки из церковных книг и многочисленные рисунки, которыми Онфим украшал «поля» своей берестяной «тетрадки». Наибольшую известность получило трогательное изображение им бравого всадника, поражающего врага: наверное, мальчик мечтал стать таким же. А на донце берестяного туеска, которое, видимо, дали ему для упражнений в письме, он нарисовал странного зверя с рогами и закрученным хвостом (подписано: «Я звере») и рядом начал послание: «Поклон от Онфима к Даниле».

Понятно, что это черновик, как и многие берестяные грамоты. Кое-что из написанного (прежде всего официальные документальные записи) затем переносилось на пергамент, а предварительные наброски и все остальное практичные новгородцы выбрасывали. Диапазон этого «остального» очень широк: преимущественно деловые и хозяйственные письма, но встречаются и молитвы, и заговоры, и любовные записки, и даже шутки. В грамоте № 842 (10–40‑е годы XII века) содержится первое в славянском мире упоминание о колбасе, а грамота № 259 сообщает: «Я послал тебе ведерко осетрины». Текст грамоты № 521 (начало XV века) носит характер любовного заклинания: «Так пусть разгорится сердце твое и тело твое и душа твоя [страстью] ко мне и к телу моему и к лицу моему». В грамоте № 566 — приглашение на свидание: «Будь в субботу ко ржи или подай весть». Грамота № 752 (как и приведенная выше, рубежа XI–XII веков) — письмо девушки: «Что за зло ты против меня имеешь, что в эту неделю ты ко мне не приходил? <…> Если бы тебе было любо, то ты бы вырвался из-под [людских] глаз и примчался… Хочешь ли, чтобы я тебя оставила? Даже если я тебя по своему неразумению задела, если ты начнешь надо мною насмехаться, то пусть судит тебя Бог и я». Интересно, что это письмо получатель разрезал и выбросил в помойную яму: похоже, он не хотел, чтобы послание попалось на глаза жене или новой подруге.

Впрочем, грамоты — далеко не главное новгородское открытие нового тысячелетия. Так, в 2000 году была найдена древнейшая из дошедших до нас книга Руси, созданная на рубеже X и XI веков: на деревянных табличках, покрытых воском, записаны библейские псалмы. Тогда же в Людином конце раскопали архив городского суда — больше сотни зафиксированных на бересте черновиков юридических документов. Там же были обнаружены деревянные бирки для запечатывания мешков с пушниной — акцизные марки XI столетия. Между прочим, слово «бирка» (скандинавского происхождения, от birk — «береза») напоминает о том, что на бересте писали и в других северных странах.

В 2007 году при раскопках в Тайницком саду Московского Кремля была найдена третья в столице и самая большая из всех известных (370 слов) берестяная грамота (еще одна ее особенность в том, что она прописана чёрным, а не процарапана). Это опись имущества некоего Турабея, видимо ордынского баскака, владевшего в XIV веке немалой частью Кремля (тоже своего рода сенсация). Четвертая московская берестяная грамота была обнаружена археологами в 2015 году в Зарядье, и тогда же первая такая грамота нашлась в Вологде. Сегодня интерес исследователей связан как с севером Древней Руси, поселениями новгородцев, так и с югом, где открываются все новые следы существования там «березового» письма. Например, в Киеве в 2010 году нашли аккуратно обрезанный лист бересты — заготовку для грамоты.

При помощи берестяных «архивов» ученые смогли детально восстановить облик древнего Новгорода и назвать по именам сотни, если не тысячи его жителей. По мере нахождения грамоты публикуются в академических изданиях (вышло уже 11 томов), а недавно их полная база появилась в интернете.

Готовились грамоты так: бересту срезали с дерева, высушивали под прессом, а потом костяным или металлическим писалом процарапывали текст на внутренней, более гладкой стороне. Другой конец у писала был закруглен, поскольку писали им и на восковых дощечках и с его помощью можно было затирать написанное. Когда же появились первые грамоты? Под 1030 годом новгородские летописи сообщают, что великий князь Ярослав приказал горожанам отдать 300 детей «учити книгам». Вероятно, из этих детей и вышли первый городской книжник с необычным именем Упырь Лихой, писец Остромирова Евангелия дьякон Григорий… По словам Андрея Зализняка, именно это поколение, «восприняв письмо в стенах храма, вынесло его на улицу».

Авторами некоторых грамот явно являлись представители других народов, подчиненных Новгородской республике. Это весь, водь, чудь и особенно карелы: так, в грамоте № 403 содержится даже маленький русско-карельский словарик сборщика дани. Найдены также грамоты, написанные на латыни, немецком, греческом, — доказательство широких международных связей города на Волхове.

Исходя из численности населения средневекового Новгорода и «писательской» активности горожан, специалисты подсчитали, что в городе можно найти еще до 20 тыс. берестяных грамот. Учитывая, что сейчас в год делается от одной до ста таких находок, этот процесс может растянуться на века.

Кириллица прочно закрепилась как национальный алфавит русского народа и большинства других славянских народов. Но иногда за кириллицу приходилось бороться…

Перенесемся на несколько веков вперед, в ХХ столетие. Почему в годы Холодной войны и ядерного шантажа, когда мир, как казалось, стоял на пороге новой большой войны, Сталин занялся вопросами языкознания? Тратил на это не часы, но дни и ночи. Авантюристом он не был, умел выделять главное. А с языка всё начинается… К азбуке Сталин тоже относился внимательно: еще в начале тридцатых пресек попытку латинизировать русский письменный…

Вскоре после революции нарком просвещения Анатолий Васильевич Луначарский заявил «о желательности введения латинского шрифта для всех народностей, населяющих территорию Республики, что является логическим шагом по тому пути, на который Россия уже вступила, приняв новый календарный стиль и метрическую систему мер и весов», что явилось бы завершением азбучной реформы, в своё время выполненной Петром I, и стояло бы в связи с последней орфографической реформой. Вопрос стоял вполне серьёзно.

Уже при преемнике Луначарского, наркоме Бубнове, Сталин получил из наркомата Просвещения обстоятельную бумагу с доводами в пользу перехода на латиницу. Они даже на экономический эффект били:

«Один переход с «и» на «i» («и» с точкой) должен дать экономию до 4‑х мил. рублей в год, в том числе до 1 мил. рублей валютой (цветные металлы). Диспут, организованный «Домом, печати», свидетельствовал о том, что общественность, связанная с полиграфической промышленностью, высказывается за латинизацию. Письма, получаемые Главнаукой, говорят, что эта проблема интересует широкие круги. Мнения, заключающиеся в письмах, разнородны. При таком положении Главнаука считала и считает необходимым комиссионным путём прорабатывать эту проблему. В настоящий момент предварительная проработка закончена и весь материал с отзывами как представителей общественности, так и учёных специалистов будет рассмотрен на закрытом заседании Коллегии Наркомпроса».

Сталин отреагировал на эти инициативы резко, как умел. Хотя рецидивы кампании «За латинизацию!» продолжались вплоть до принятия Конституции 1936 года.

Шла борьба. Так, в 1932 году были заменены на латиницу, а в 1935‑м возвращены на русскую основу коми-зырянский и удмуртский языки. Напомним, что зырянскую азбуку на кириллической основе составил ещё в XIV веке Стефан Пермский, а удмуртский язык получил свою письменность в середине XVIII века и, естественно, на русской азбучной основе.

В многочисленных выступлениях в начале 30‑х годов о переводе удмуртского и коми-зырянского на латиницу деяние это иначе как издевательством и вредительством не называлось.

А политический контекст прояснился в девяностые годы, когда одна за другой бывшие республики СССР (Азербайджан, Туркмения, Узбекистан), получая самостоятельность, демонстративно отказывались от кириллицы. По указу генерала Дудаева на латиницу перешла Чечня. Борьба с кириллицей воспринималась как борьба против импе-рии.

А при Сталине актуальным считался и такой вопрос, весьма щекотливый: почему кириллица вытеснила глаголицу? Приведём такую гипотезу, весьма убедительную: славяне не только писали или рисовали буквы, но и особенно часто выдавливали их на дереве или березовой коре (новгородские находки последних лет), втирая затем краску во вдавленные места, если собирались хранить написанное долго. В этой связи кириллица, с ее прямыми или слегка округлыми линиями, имела огромное преимущество перед глаголицей, с ее мелкими завитками или петлями, которые вырезывать или выдавливать было очень трудно.

Изучая письменность народа, всегда нужно обращать внимание на климат и ландшафт. Судьба первоначальных славянских буквиц сложилась в Моравии и Болгарии. Но ко времени развития кириллицы славяне обосновались на привычной, нынешней территории, на лесистой равнине, в прохладном климате.

Сталин разбил ортодоксально-марксистскую версию академика Марра, который всё выводил из социальных отношений и классовой борьбы. Разбил — и поделом. Но нам пригодится и лингвист-авантюрист Николай Яковлевич Марр, который, кроме прочего, был выдающимся знатоком кавказских языков. Среди учеников Марра был Иван Мещанинов — археолог и лингвист, занимавшийся, кроме прочего, клинописью.

Что до кириллицы, то в наше время каждый должен понимать, что славянская письменность — это не просто наследие веков, а отточенный инструмент, который помогает каждому из нас мыслить и чувствовать, помогает не растерять накопленный опыт и передавать его потомкам. Кириллица не раз менялась и будет меняться, приноравливаясь к требованиям нового времени. Но её основа останется неизменной.

О далеком прошлом наших предков, об их обычаях и бытовых традициях мы узнаём во многом из археологических исследований. Древние курганы открывают нам пласты заповедного прошлого… О некоторых установленных учёными археологических культурах надо поговорить подробнее. Поговорим мы и об археологических культурах, которые важны для понимания нашей истории. Археологическая культура — это не страна, не государство, не замкнутая система. Это условное понятие, необходимое для изучения древней цивилизации.

Мы расскажем вам о некоторых археологических находках, связанных с историей скифов и прогремевших на весь мир с легкой руки отечественных археологов, историков, ревнителей старины. На извилистом берегу Дона, возле хутора Козулаево, много лет возвышалась впечатляющая гряда курганов. Эти курганы подарили учёным и знатокам старины немало интересных находок.

Раскопанный курган

Пять курганов, пять братьев… А к ним примыкает еще и гряда небольших холмов. Английский путешественник Кларк, видевший эти курганы в начале позапрошлого столетия, полагал, что они изначально были алтарями Александра Македонского, которые греки возвели для жертвоприношений своим богам. Интерес к «Пяти братьям» возрос во второй половине XIX века в связи с поисками в низовьях Дона древнего города Танаиса, некоторые ученые полагали, что эти курганы являются танаисским некрополем. К раскопкам Пятибратних курганов в 1871 году приступил сотрудник Археологической комиссии Петр Иванович Хицунов, он жил в Таганроге и к тому времени уже получил опыт раскопок курганов в Крыму и на Таманском полуострове. Хицунов занялся раскопкой двух больших курганов и четырёх холмов. По методам того времени, Хицунов, как бы вырезая кусок кургана, добирался до его центра — «глухой траншеей». Правда, раскопки не удалось довести до конца. То погода мешала, то отсутствие финансов.

Когда в глубину достигли еще около 7‑ми метров при самой трудной и опасной работе, то показались толстые, совершенно истлевшие пласты тростника, куги и камыша, которыми, вероятно, покрыта была гробница, она действительно вскоре и обнаружена под тростниковой настилкой; заметны были деревянные перекладины на бывшем потолке гробницы, представлявшиеся, впрочем, в виде мельчайших кусочков или комков красноватого порошка. Итак, на глубине примерно 9‑ти метров от поверхности кургана, не в центре, однако же, оного, а на окружности, на материке, оказалась обширная каменная гробница. Грубо, без цемента сложенные стенки ее… вероятно, от тяжести налегавших верхних слоев кургана местами покосились и разрушились. Вся правая сторона этой гробницы и середина оказались пустою и ничего, кроме песка и глины, перемешанных с истлевшим деревом камышом, не содержащей, даже костей человеческих и лошадиных не оказалось, между тем как в левой стороне ее собрано несколько лошадиных костей и при них беспорядочно раскиданных бронзовых, более похожих на медные, украшений от конской сбруи». Решив, что гробница ограблена, Хицунов прекратил раскопки.

Наконец, в 1954 году в тех краях начала работу большая археологическая экспедиция под руководством Валентина Павловича Шилова. Они начали раскопки небольших курганов, которые за восемьдесят лет до того раскапывал Хицунов. И сразу удалось найти немало ценного — обломки медных котлов, амфоры, наконечники стрел… Раскопки основного кургана начались еще через пять лет. Когда была снята насыпь толщиной 6.75 м, показался верхний край каменного склепа. До археологов там уже «поработали» дикие кладоискатели… Но ученым удалось раскопать череп пожилого человека, похороненного здесь с почестями. После полной расчистки погребальной камеры оказалось, что в ее северной части было второе, совершенно не потревоженное захоронение: здесь лежали останки молодого воина в роскошном: царском убранстве. Всё здесь соответствовало уже известному нам по другим царским курганам погребальному инвентарю скифских вождей: роскошный наряд и драгоценные украшения, парадное оружие, богатые культовые сосуды… От парадной одежды «царя» сохранились многочисленные золотые нашивные бляшки, украшавшие ее; на них были изображения лани и борющиеся воины. Головной убор был украшен семьюдесятью восемью золотыми бляшками. На шее погребенного была массивная золотая гривна — украшенная на концах фигурками лежащих барсов, а кроме того, золотое ожерелье и золотые перстни. Возле погребенного, по скифскому обычаю, лежало его оружие. В разных местах нашли бронзовые наконечники стрел: всего их было собрано аж 827 штук. Железный меч в деревянных ножнах с золотыми украшениями. На ножнах — рельефные изображения сражений скифов с греками, в которых скифы одерживали победу. Картины выполнены весьма искусно. Ученые предполагают, что их выполнил греческий мастер по заказу скифов и, скорее всего, по мотивам скифского эпоса. Вместе с царем похоронили и его боевых коней… Как и в других скифских курганах, в могилу были положены запасы пищи и вина. Вино держали в амфорах. По клеймам на амфорах удалось сравнительно точно определить датировку захоронения — последняя треть IV века до нашей эры.

Но, пожалуй, больше всего удивительных скифских находок было найдено в Крыму. Уже во времена императора Николая I скифское золото Крыма было у всех на устах. Заслуживает особого рассказа история раскопок на кургане Чертомлык, который называли Толстой Могилой. Знаменитый путешественник XVIII века Василий Зуев писал: «Выехав из Чертомлыка верст через пять, увидели мы превеликий круглый курган, какого я ни прежде, ни после не видывал. Его называют здесь Толстою могилою. Вокруг, видно, он также был окладен известковым каменьем, потому что сколь много по степи подъезжая к нему его валялось, больше того на сей художественной горе его было. Взошед на оный, довольно круто посреди самого верха представляется ямина, которая, однако, не от чего иного есть, как что земля осела, и в оной ямине стоит каменный болван увеличенного росту». И впрямь, это был гигантский курган — широкий, к тому же в двадцать метров высотой. Местные жители иногда выкапывали на кургане и в его окрестностях старинные монеты и сбруи…

В 1853 году, накануне Крымской войны, Археографическая комиссия, которая в то время ведала и археологическими раскопками в России, обратилась к генерал-майору Зейфарту, помещику, на земле которого находился Чертомлыцкий курган, с просьбой разрешить там раскопки. Генерал согласился при условии, что ему достанется треть драгоценных находок кургана… Из-за войны работы начались только в 1862‑м году. Руководил раскопками Иван Егорович Забелин — видный археолог и историк. Чертомлык был усыпальницей могущественного скифского царя, похороненного со всей пышностью скифского царского погребального обряда.

Находки археологов

Через год в кургане нашли огромную могилу, но, увы, она была разграблена, причем, судя по всему, сотни лет назад. Но археологам удалось найти грабительский подкоп, в котором от обвала погибли некоторые воры со своей поживой. Там удалось найти множество золотых украшений, шесть мечей с обложенными золотыми листами рукоятями, а также золотую обкладку деревянных ножен с чеканными изображениями битвы греков со скифами. Но самой значительной и богатой находкой в этой части кургана оказалась замечательная золотая обивка горита (горитами называют футляры) для лука и стрел. Тонкая золотая пластина украшена несколькими поясами рельефных изображений. Наверху — сцены борьбы животных: львицы и быка-вепря в льва, здесь же можно увидеть, как пантера терзает дикого козла, а другой сцене пантера и лев раздирают оленя. Другой барельеф был еще сложнее и интереснее. Там в картинах была представлена полная подвигов жизнь древнегреческого героя Ахилла, картины Троянской войны.

Наконец, в боковых нишах погребальной ямы нашлись захоронения, нетронутые грабителями… Скифский ритуал был таков: в центре хоронили царя, а вокруг него, с четырех сторон — его супругу и ближайших соратников. Там удалось найти немало шейных гривен, перстней, браслетов, бляшек, украшавших одежду (одних золотых бляшек было найдено около 2500!), бронзовых наконечников стрел, кинжалов. Особенно богатым было одно из погребений — где были похоронены женщина и мужчина — наложница царя и его виночерпий. Тело женщины было украшено золотой гривной, браслетами, серьгами. На каждом пальце — по золотому перстню. Она была одета в роскошный праздничный наряд. По самой выдающейся находкой здесь оказалась прославившая курган большая серебряная ваза с позолотой, известная во всем мире как чертомлыцкая амфора. Она украшена рельефными изображениями из скифской жизни — причём, это не батальные сцены, а картинки мирного быта. По ним мы узнаем, как выглядели древние скифы: длинные волосы и бороды, кафтаны и шаровары, мягкие сапоги-чувяки.

Находки в Чертомлыке прогремели на весь мир. Уникальные сокровища из кургана заняли достойное место в залах Эрмитажа.

Много лет внимание археологов привлекал огромный курган, стоящий на левом берегу Днепра, неподалеку от Никополя, вблизи села Большая Знаменка. Местные крестьяне прозвали курган Солохой. Под этим именем он и остался в истории. Раскопки в этих краях начались незадолго до Первой Мировой войны и возглавлял их профессор Петербургского университета Николай Веселовский — опытный и энергичный археолог.

Высота Солохи превышала 18 метров. Конечно, за прошедшие века могилы не раз были ограблены… Но Веселовский всё равно начал раскопки, продолжавшиеся почти два года. Сперва нашли огромную ограбленную гробницу. О былом ее богатстве давали представление оброненные грабителями золотые нашивные бляшки от одежды, золотая иголка, а также серебряная чаша для питья вина — килик с греческой надписью на нем. Судя по найденной игле, здесь была похоронена знатная женщина, возможно, скифская царица. В боковом подземелье могилы археологи нашли большой медный котел для варки мяса и небольшую железную тележку на колесах с сеткой для поджаривания мяса и его сервировки. Рядом с центральной могилой обнаружили захоронения двух коней в богатом уборе. Упорный труд археологов был вознагражден: под могилой царицы удалось найти сложное подземное сооружение — своеобразный мавзолей скифского царя. Рядом с могилой скифы устроили тайник для царских сокровищ. И всё сохранилось в веках! Сколько оружия, сколько золота и серебра! Настоящим шедевром признан один из серебряных сосудов греческой работы, украшенный изображением конной охоты на львов. Лев нападает на одного из охотников, который занес копье, готовый поразить разъяренного зверя, а сзади на помощь ему спешит другой всадник, изготовившийся для выстрела из лука. Есть там и рогатая львица. Вряд ли эти сюжеты можно назвать реалистическими. Скорее всего, мастер изобразил эпизод из скифской мифологии. Она была достаточно развитой и, несомненно, подпитывалась греческими влияниями. У головы царя лежал греческий бронзовый шлем. Вместе с владыкой были похоронены и специально умерщвленные слуги — оруженосец и виночерпий, а также пять царских коней с конюшим. Тут же стояли амфоры и котлы, оставшиеся после погребального пира. Всё соответствовало тому, как Геродот описывал скифские традиции. Самой выдающейся находкой Солохи признан золотой гребень, лежавший у изголовья царя. Гребень украшен скульптурной группой троих сражающихся скифов. Это, пожалуй, лучшее, классическое изображение скифов! Многие детали их одежды перейдут в славянский обиход. Сегодня мы считаем их традиционными русскими или малороссийскими. Кафтаны, шаровары, бороды…

После таких находок скифские древности вошли в моду, их стали массово подделывать.

Геродот писал, что в степной Скифии нет городов. Исследования подтверждают его правоту. Укрепленные города стали появляться вокруг царских дворов уже после Геродота. Каменское городище, которое раскопали в советское время, относится к концу Пятого века до нашей эры. Этот скифские город располагался в Приднепровье, неподалеку от Никополя.

Археологи установили, что этот скифский город был обнесен огромным земляным валом и глубоким рвом. По гребню вала в древности тянулась стена из сырцового, необожженного кирпича. В южной части города было еще дополнительное укрепление — своего рода кремль, также обнесенный валами и рвами. Это было последнее убежище на случай, если бы врагам удалось овладеть остальной частью города. Дома сооружались из дерева и глины: между деревянными столбами возводились стены из плетней, обмазанных глиной. Знатные воины и представители царских родов жили в каменных домах. В городе работали ремесленники. Особенно развито было металлургическое производство, о чем говорят остатки многочисленных горнов, тиглей, железные и медные шлаки, куски руды… Крупный скифский город найден и в Придонье, и в окрестностях современного Симферополя. Симферопольский скифский город известен как Неаполь Скифский — то есть, новый город. Считается, что этот город прекратил существование после готского нашествия. Но его упоминание можно встретить в описаниях походов воинственного киевского князя Святослава (Х век).

Впереди — новые открытия из скифского прошлого. И будем помнить: это наш фундамент. Фундамент единого и неделимого российского пространства. Своего рода прообраз русской государственности с её географическим размахом.

Краткое научное определение этого термина таково: «Археологическая культура — это совокупность материальных памятников, которые относятся к одной территории и эпохе и имеют общие черты». Общие черты, характерные признаки, как правило, проявляются в орнаменте и формах произведений керамики, в элементах погребального обряда.

Понятие «археологическая культура» ввёл в конце 1920‑х годов австралийский филолог и археолог Вир Гордон Чайлд. И оно прочно (хотя и не без оговорок) утвердилось во всем мире.

Когда археологи используют термин «культура», они предполагают, что их находки свидетельствуют об определённом образе жизни людей, оставивших те или иные памятники прошлого. Если речь идёт об однотипных орудиях труда или иных артефактах, используется также термин «индустрия». Термин «археологическая культура» является основным при описании доисторической эпохи, о которой нет или практически нет письменных источников.

Во многом это понятия условное. Не будем смешивать единство «археологической культуры» с привычными для нас общностями — национальной, государственной… Чаще всего, когда мы говорим о той или иной археологической культуре, мы оговариваем область научного поиска и гипотез.

Правда, в нашем случае, главным образом, мы имеем дело с археологическими культурами, которые существовали параллельно с развитой государственностью, например, в Византии. Большинство археологических культур, о которых мы поведем речь, имеют непосредственное отношение к судьбам нашей страны. И развивались они уже в нашу эру, сравнительно незадолго до появления первых славянских государственных образований или одновременно с ними.

Исследователи часто спорят об этнической принадлежности тех или иных археологических культур. Мы употребляем термины «дьяковцы», «черняховцы» и т. п., хотя понятно, что таких этносов никогда не существовало. Это условная общность. Вот и продолжаются споры — чьими предками были представители той или иной культуры? Балтами, германцами, славянами, иранцами? Вариантов, как правило, немало. Одни сменяли других, шли войны, да и самосознание народов в те времена находилось на стадии становления. По различным особенностям можно определить, какой этнос превалировал. И все-таки это, главным образом, область гипотез. И, пока не изобретена надежная машина времени, пролить яркий свет на столь отдаленную от нас историю мы не можем.

Изучение археологических культур чрезвычайно важно. За ними стоит важный пласт восточноевропейской цивилизации, на фундаменте которой возникли восточно-славянские народы и государство Российское.

Эта археологическая культура раннего железного века, существовала с незапамятных времен. По мнению исследователей, она зародилась в VII веке до нашей эры и существовала больше десяти столетий, вплоть до V веке нашей эры. Следы древней культуры найдены на территории России, в Тверской, Вологодской, Владимирской, Московской, Ярославской Ивановской, Костромской и Смоленской областях. Там и развивалась дьяковская культура.

Название культура получила по Дьякову городищу, которое хорошо известно многим москвичам, потому что располагается в знаменитом парке Коломенское — там, где в XVII веке располагалась резиденция царя Алексея Михайловича. Царь, конечно, ничего не знал про Дьяковскую культуру. Ее открыли позже, в 1864‑м году. Заслуга открытия культуры принадлежит русскому археологу и историку Дмитрию Яковлевичу Самоквасову. Носителей дьяковской культуры обычно считают предками племён мери и веси, видимо, они говорили на языке, близком к финно-угорским. Существует авторитетная гипотеза, что основной язык носителей дьяковской культуры был индо-европейским, а финно-угорское влияние было заметным, но побочным. Некоторые историки (например, Борис Рыбаков) отождествляют дьяковцев с иирками, о которых писал великий Геродот.

В любом случае, за долгий период существования Дьяковской культуры она включала в себя и балтские, и праславянские волны. Большая часть дьяковских памятников предположительно славянского происхождения найдена на Верхней Волге, в Тверской области.

Основными занятиями дьяковского населения были скотоводство. Они, подобно скифам (и, возможно, под влиянием скифов), были искусными коневодами. Разводили коров и свиней, хотя еще не знали искусства селекции. Развитие земледелия проходило медленно, о его серьезном развитии можно говорить только в последние два века существования Дьяковской культуры. Дьяковцы жили родовым строем. Каждый род, состоявший из нескольких больших семей и насчитывавший в среднем около сотни человек, жил в особом городище; стада скота, содержавшиеся в общем загоне, составляли родовую собственность и главное родовое богатство. Группа из нескольких родовых общин составляла племя.

На высоких берегах рек они возводили небольшие деревянные городища. Такое городище существовало и на берегу тихой реки Москвы, на месте современного Кремля. И на территории современного Коломенского. Городища обносили валами и частоколами. Жилищами в раннюю эпоху служили полуземлянки, в более позднее время — длинные деревянные дома-срубы. В доме жила большая семья. Несколько домов, огороженных частоколом — это уже городище. В начале нашей эры при городищах появляются неукрепленные селища, так например у Дьякова городища было два селища — «Выгон» и «Чертов городок».

Бронзовые орудия труда постепенно менялись на железные. Лишь к концу периода костяные орудия вполне вытесняются металлическими. Несомненно, большую роль в быту играли предметы из дерева, но они как правило не сохраняются. В Дьякове городище найдены деревянная ложка и дно берестяного туеска. Символ дьяковской культуры — глиняные грузики неясного назначения. Они имеют конусовидную форму, с внутренним каналом, на котором часто заметны следы потертостей и даже нитей. Основания всегда фигурное, украшенное рубчиками. Поверхность грузиков украшалась точечным орнаментом. Существует множество гипотез об их предназначении. Некоторые ученые в них видят культовые предметы (вплоть до вместилищ душ умерших), но наиболее распространенная трактовка — что это своеобразные пряслицы. Распространены в дьяковских кладах и разнообразные скифские украшения.

В начале нашей эры дьяковцы стали торговать с соседями пушниной. В это время культура испытывает балтское влияние, которое оказалось благотворным для усиления цивилизации. Это касается, в первую очередь, кузнечного дела. Мертвых дьяковцы кремировали и хоронили в так называемых «домиках мёртвых». Похороны совершались вдали от городищ, поэтому дьяковские захоронения долгое время не были известны. Сакральными животными для дьяковцев были утка и медведь. Их изображения часто встречаются в памятниках дьяковской культуры. Приблизительно в VIII веке земли Дьяковская культура приходит в упадок, земли дьяковцев заселяют славянские племена — кривичи и вятичи. Впрочем, первая волна славянского переселения на эти земли прошла существенно раньше — по разным предположениям, в IV или V веке. Среди находок поздней дьяковской культуры нередки височные кольца, близкие к позднейшим традиционным кольцам кривичей. Последовательность события неясна, в столь древней истории много загадочного. Несомненно одно: дьяковская культура стала прообразом сотрудничества и содружества славян, финно-угорцев и балтов на земле, на которой они впоследствии сообща создадут древнерусское государство, построят мощные города. Такова историческая судьба наших далёких предков.

В самом конце 19 века русский археолог чешского происхождения Викентий Хвойка систематизировал уникальные клады, найденные в могильнике у села Зарубницы (Заруба). Село это относилось к Каневскому уезду Киевской губернии тогдашней Российской империи. Прошло тридцать лет — и ученые объединили все известные памятники этой группы в отдельную археологическую культуру, которая получила своё название по первому исследованному могильнику. Историки выделяют три группы памятников Зарубинецкой культуры: полесский, верхнеднепровский и среднеднепровский.

Что позволило выделить эту группу находок в единую культуру? Особые предметы в могильниках, которые характерны для всех находок этого края, относящихся к эпохе раннего железного века.

Хвойко считал найденную культуру славянской. Немецкие археологи предложили трактовать находки как германские… Есть мнение, что что носители зарубинецкой культуры занимали промежуточное положение между балтскими и славянскими языками.

Зарубинецкие племена строили жилища различных типов — полуземлянки, срубы. Рядом с жилищами сооружались очаги и хозяйственные ямы.

Все зарубинецкие погребения представлены трупосожжениями, совершёнными на стороне, то есть за пределами могилы. Каждому из локальных вариантов культуры характерны свои собственные черты погребального обряда. Вместе с покойным клали бытовую чернолощёную посуду — горшок, миску и кружку — либо вариации этого набора. Значительно реже присутствуют детали одежды, украшения, орудия труда и оружие. Керамика зарубинецкой культуры лепная — без использования ножного гончарного круга, на уровне домашнего ремесла. Среди оружия преобладают небольшие железные наконечники копий листовидной, ромбической или стреловидной формы. Среди украшений преобладают фибулы, булавки. Есть и стеклянные, пастовые и бронзовые бусины.

Представители зарубинецкой культуры были земледельцами, занимались и скотоводством. Важное значение в жизни племен занимала рыбная ловляю им был известен сыродутный способ выплавки железа, а также различные приёмы обработки и изготовления различных предметов из металла. В кладах зарубинецкой культуры найдены и прясла. То есть, ткачество у них тоже было развито.

Они торговали с северопричерноморскими античными колониями, а также с соседними племенами. Торговля носила меновой характер, хотя в античных центрах издавна существовало денежное обращение. Южный торговый путь шёл по Днепру. В середине І в. нашей эры прекращают своё функционирование все зарубинецкие городища и могильники. Культура затухает. С конца II века зарубинецкая культура на той же территории сменяется родственной черняховской. Обе эти культуры сыграли важную роль в судьбах нашего народа как далекая предтеча России.

Черняховская археологическая культура существовала на территории Украины, Молдавии и Румынии в II–IV веках. Упадок черняховской культуры связан с нашествием гуннов. Культура названа по могильнику у села Черняхов Кагарлыкского района Киевской области, исследованному в 1900–1901 годах. Черняховцы жили в больших неукрепленных поселениях. Наземные жилища и землянки располагались рядами. Были развиты железообрабатывающее, кузнечное, бронзолитейное, камнесечное, косторезное ремёсла. Черняховские ювелиры производили различные украшения из бронзы, серебра, золота. Были распространены украшения из полудрагоценных камней, янтаря и стекла. В изготовлении ювелирных изделий использовалась зернь и скань. Одежда застёгивалась на плече художественно оформленными металлическими фибулами.

Черняховцы знали гончарный круг. В погребальном обряде, в отличие от Зарубинецкой культуры, преобладали трупоположения (без сожжения). Подъём земледелия в эпоху черняховской культуры отмечен усовершенствованием плуга и рала с железными наконечниками. Вол и лошадь использовались, вероятно, как тягловая сила. Черняховцы активно использовали римские монеты.

Черняховская культура многоэтнична. Основным населением черняховской культуры были славяне-анты (преимущественно с севера этой культуры), скифо-сарматы (на юге), фракийцы и балты. Имели отношение к черняховской культуре и германцы. Во времена черняховской культуры праславянский язык позаимствовал много слов готского происхождения: хлев, котёл, шлем, труба, церковь, буква…

В середине ХХ века известный советский археолог Валентин Даниленко после долгих изысканий выделил и определил Киевскую археологическую культуру, сложившуюся со II по V век нашей эры. По мнению Даниленко, она развилась на основе более ранней зарубинецкой культуры, а территориально находилась к северу от черняховской культуры. По современным данным, территория киевской культуры доходит до юга Псковской области России, а самые восточные её памятники в последнее время были обнаружены в Поволжье, в Самарской области. Финальной вехой в истории Киевской археологической культуры стало гуннское нашествие в V веке.

Большинство исследователей считают Киевскую культуру славянской. Но некоторые учёные относят её к балтам. Собственно говоря, балтские и славянские корни в древности тесно переплетаются. Скорее всего, именно на основе киевской возникли последующие славянские культуры раннего средневековья: пеньковская и колочинская.

Чем характерны находки Киевской культуры? Поселения представлены в виде неукреплённых селищ, состоящих из землянок, которые отапливали каменными очагами. Рядом с домами располагались погреба-ямы. Мертвецов сжигали и захоранивали в грунте. Погребальные находки сравнительно скудны. Керамика лепная и менее затейливая, чем предшествующая зарубинецкая. О земледельческих занятиях свидетельствуют такие артефакты, как железные серпы, зернотёрки и жернова. Стеклянные бусы и бронзовые пинцеты свидетельствуют о торговых отношениях с Римской империей. На высокий уровень развития ремесла указывают недавние археологические находки…

Особо хочется рассказать о Брянском кладе, изменившем наши представления о Киевской археологической культуре. Он найден совсем недавно, в 2012‑м году, при проведении нелегальных раскопок в Суземском районе Брянской области. Удивительно богатый клад, датируемый III веком.

Это более 180‑ти находок, многие из которых украшены яркими вставками красной и оранжевой эмали: бронзовые браслеты, подвески-лунницы, нагрудные цепи с подвесками, застёжки-фибулы, навершия ритонов, головные венчики, стеклянное ожерелье. К числу самых редких находок относятся останки пружинных ножниц и бронзовое зеркало (очевидно, сарматского происхождения). Не имеет аналогов биметаллическая плеть: рукоять у неё железная, но с бронзовыми деталями. Часть предметов входила в мужской убор, часть в женский, часть украшала конскую сбрую. В августе 2012 года Брянский клад был передан в московский Государственный исторический музей и в том же году впервые представлен широкой публике.

Тушемлинская (банцеровская) археологическая культура появляется в конце IV века на территории средней и северной Белоруссии, а также российской Смоленской области. Название произошло от реки Тушемля и расположенного на её берегу близ деревни Мокрядино (Починковский район Смоленской области) одноимённого городища и от белорусской деревни Банцеровщина, расположенной близ Минска. Это одна из самых загадочных культур, стоящих у истоков будущего древнерусского государства. Археологические находки говорят о сравнительно высоком уровне развития тушемлинцев.

Просуществовала культура менее трех веков. Тушемлинцы были ассимилированы кривичами в VII веке, вошли в состав кривичского племенного союза, контролировавшего большую территорию с военно-торговыми центрами. В составе носителей тушемлинских древностей присутствовали по крайней мере два этноса. Одним из них, несомненно, были балты. В их состав влились и славянские поселенцы, шедшие с запада. Собственно тушемлинская культура возникла благодаря их переселению, на стыке двух этносов. В дальнейшем прибывшие славяне «обалтились», об этом говорит исчезновение «браслетообразных височных колец» при продолжении существования культуры, а новая славянизация началась уже после падения этой культуры, с наступлением кривичей с севера.

Тушемлинское городище представляет собой широкую овальную площадку, расположенную на мысу, ограниченном прорытыми оврагами. По периметру его защищали два земляных вала с деревянными оградами, защищавшими от врагов и диких животных. С напольной стороны были устроены еще три вала с такой же бревенчатой оградой. С внутренней стороны городища к стенам вплотную примыкала длинная бревенчатая постройка с двускатным перекрытием шириной, разделённая перегородками на семь или восемь помещений, в середине некоторых из них имелись очаги, выложенные камнями. Необогреваемые помещения использовались для хозяйственных нужд.

Было развито кузнечное производство. На поселениях занимались получением железа и изготовлением из него многочисленных орудий труда, что свидетельствует и о развитом сельском хозяйстве, а также о том, что им приходилось заниматься и ратным трудом. Для тушемлинских племен характерны многочисленные железные орудия труда, серпы разновидных форм с крючком, узколезвийные топоры, ножи с прямой спинкой, удила, трехлопастные наконечники стрел, листовидные наконечники копий. Тушемлинцы занимались земледелием, рыболовством и скотоводством.

Эта культура получила название по характерной лепной керамике, впервые обнаруженной близ Праги чешским археологом И. Борковским. Исследователь отметил, что подобная глиняная посуда известна также на территории Польши и Германии, и предложил именовать её пражской. Так и пошло… Прослеживается преемственная связь пражской культуры с более поздними славянскими культурами — и потому ее изучение особенно важно. Археологические данные свидетельствуют о массовом перемещении в VI–VII веках носителей пражско-корчакской культуры из разных мест её ареала в район реки Моравы, что соответствует сообщению Нестора в «Повести временных лет».

Пражская культура была распространена на территории южной Польши, Чехии, Словакии и северо-западной Украины (Шумское городище). Позднее ареал её охватил также северную часть Польши, восточные районы Германии, Белоруссию (где выделяются две группы — полесская и верхнедвинская), среднюю часть Правобережной Украины, Молдавию и Румынию. Это привело к смешению пражской культуры с местными (более ранними) культурами.

Основными памятниками пражской культуры считаются неукреплённые поселения — достаточно крупные селища. Реже встречаются мысовые городища с полуземлянками. Обычно они располагались по берегам рек и иных водоёмов. Для поселений пражской культуры характерны жилища-полуземлянки, имевшими двускатные крыши из жердей или соломы, с печами-каменками. Там сравнительно комфортно было жить в любое время года. При строительстве полуземлянок применялась срубная, реже — столбовая конструкция стен. Полы были земляными, иногда на них клали деревянный настил. Вдоль стен располагались вырезанные в материке лежанки, иногда обложенные деревом. Схожую планировку имели и наземные срубные дома. Характерная славянская этнографическая черта — печи (каменки или глинобитные), расположенные по углам жилища. Начинать строительство «от печки» — эта традиция вошла в поговорки, которые не исчезли и в наше время. На западных рубежах ареала были распространены и очаги. Известны также наземные хозяйственные постройки. Погребальные памятники пражской культуры разнообразны. Это погребальные урны, грунтовые бескурганные могильники с трупоположениями и, реже, могильники с трупосожжениями, в курганах. Памятниками керамики пражской культуры — это высокие горшки со слегка суженным горлом и коротким венчиком. Наибольшее расширение их приходится на верхнюю треть высоты. Поверхность сосудов обычно коричневатая, изредка несколько сглаженная. Они лишены украшений, лишь изредка встречаются горшки с косыми насечками по верхнему краю венчика. Вся эта керамика изготовлена без помощи гончарного круга. Как и для других славянских племён, для племён, входивших в пражско-корчакскую группировку, характерно ношение височных колец как важного украшения женского головного убора.

Земледелие было пашенным; для вспашки применялись рала (с железными наконечниками и без таковых), а в качестве тягловой силы выступали лошади и волы. Среди зерновых культур преобладали пшеница, ячмень, рожь и овёс. В качестве сельскохозяйственных животных разводили лошадей, коров, коз, свиней, овец, кур…

В 565–567 годах через территорию пражской культуры пронеслась миграция аваров. На основании источников X века говорится, что часть славян (хорватов) переселилась в первой половине VII века в Далмацию, вступив в противостояние с аварами. Древнерусские летописи рассказывают об этнической связи племён кривичей (полочан), древлян, полян (днепровских) и дреговичей с осевшими на территории Белоруссии племенами белых хорватов, сербов и хорутан, пришедших туда в VI–VII веках.

Пеньковская культура относится к VI — началу VIII вв., а по территориальному охвату распространена на территории современной Молдавии и Украины, от бассейна реки Прут до Харьковской области. К наиболее исследованным и ярким памятникам пеньковской культуры относятся поселения Вильховчик, Будище, Игрень-Подкова и группа могильников в окрестностях села Большая Андрусовка в Поднепровье; поселения Хитцы, Заньки, Бельск, Полузорье, Сушки на левобережье Днепра; поселение Скибницы, Семенки, Кочубеевка и металлургический комплекс возле села Гайворон, что на Южном Буге.

Пеньковцы, как и «пражане», селились близ рек в неукреплённых поселениях, состоящих, как правило, из полуземлянок. Поселения располагались гнёздами, по 3–5 селищ, на расстоянии 5–7 километров. За редким исключением, количество жилищ в селище составляло не более 30‑ти, при этом использовалось одновременно не больше половины из этой тридцатки, остальные стояли полузаброшенными. Полуземлянки наблюдаются двух видов — каркасные и срубные. Каркасная полуземлянка представляла собой яму 0,6–0,8 метров, по периметру которой находились укрепляющие жилище столбы. Кровлю покрывали брёвнами. Срубная полуземлянка представляла собою яму тех же примерно размеров, но внутри неё находился деревянный сруб. Каркасные постройки считаются более ранними по времени, а срубные более поздними. Форма жилищ обычно прямоугольная, иногда овальная. В овальной форме также сказывается кочевническое влияние. Крышу жилища обычно покрывали соломой или камышом, в дальнейшем засыпая крышу землёй.

Вход в жилище обычно располагался с южной или восточной стороны. Отапливалось жилище очагом или печью-каменкой. Для ранних жилищ характерны очаги, а для поздних — ладные каменные печи. Обычно очаг или печь находились в противоположном углу от входа. Очаг срабатывали из крупных и мелких кусков песчаника. В его строении прослеживаются ранние кочевнические традиции. Печи-каменки делались также из песчаника. Камни между собой скреплялись глиной. Иногда в основу печи клали большую каменную плиту.

Пеньковцы прорывали «хозяйственные ямы» глубиной около метра. Они служили для хранения вещей и продовольственных запасов. В них часто находят керамику, кости и тому подобное. Количество хозяйственных ям обычно превышает количество жилищ (на одно жилище — примерно 4–5 хозяйственных ям). На поселениях, исследованных широкими площадями, известны очаги и печи за пределами сооружений. Очаги глинобитные или каменные, диаметром около метра, печи близкие по конструкции к бытовым. Они размещались вблизи жилищ и использовались в летнее время как кухни. Не исключено, что над летними кухнями сооружались перекрытия, следы от которых не сохранились. Соответственно, в сообществах практиковались коллективная работа.

Погребальный обряд представлен трупосожжениями (что отличает данную культуру от предшествующей черняховской). Обряд сожжения трупов производили в отдалении от селищ, с последующим погребением в ямах. Найдены и погребения в урнах. Погребальный инвентарь, по сравнению со скифами, крайне бедный: бронзовые украшения (простые трапециевидные и спиральные подвески), браслеты, стеклянные бусы, серьги, фибулы. Погребения, как правило, располагались в километре от селищ на низких или возвышенных участках местности. Курганы отсутствовали, что отличает эту культуру от исторических кривичей и вятичей.

Основу хозяйства составляло пашенное земледелие и животноводство. Домашних животных содержали при селищах, на специально отведенных участках. Практиковалась и ручная обработка земли приусадебных участков железными теслами-мотыгами. Культивировали несколько видов пшеницы и ячменя, а также просо, овёс, рожь и коноплю.

Историк В.В. Седов считает пеньковскую культуру славянской (антской). Однако он отмечает, что эта культура не переросла потом в культуру Киевской Руси, а закончила своё существование в начале VIII века нашей эры. Некоторые исследователи считают пеньковскую культуру не вполне славянской. Обнаруженные на южном Днепре поселения Пеньковской культуры с юртоподобными жилищами позволяют считать, что в состав этой культуры вливались тюркоязычные (булгарские) кочевники. В любом случае, она возникла и пришла в упадок на территории, на которой впоследствии было создано мощные Древнерусское государство. И преемственность традиций весьма вероятна.

Это раннесредневековая археологическая культура IV–VII веков, расположенная на территории Среднего Поволжья (Самарская область, Татарстан, Ульяновская область). Многие исследователи считают именьковскую культуру славянской. Племена именьковской культуры занимали территорию от правого берега Нижней Камы до устья реки Самары, от среднего течения Суры до среднего течения реки Белой. Своё название культура получила по первому наиболее полно изученному городищу у села Именькова Лаишевского района современного Татарстана. Когда в Среднем Поволжье обосновались булгары (во второй половине VII века), следы именьковцев исчезают. Есть предположение, что часть именьковцев растворилась в пришельцах, а другая часть ушла на запад, войдя в состав волынцевской культуры (донские славяне).

Именьковские племена первыми в Среднем Поволжье перешли к пашенному земледелию с применением плугов с железными наконечниками — ральниками. На ряде поселений именьковской культуры найдены остатки зерна. Анализ этих находок показал, что изучаемое население культивировало пшеницу, рожь, просо, овёс, ячмень, горох. Уборка урожая велась железными серпами, а также косами-горбушами. Зерно хранилось в ямах-кладовках. Для размола зерна использовались ручные жернова. При исследовании поселений именьковской культуры выявлены остатки жилищ, сыродутных горнов для получения железа, мастерских для плавки меди и бронзы, изготовления посуды. Именьковская культура оказала значительное прогрессивное воздействие на соседние финно-угорские народы в плане распространения технологий земледелия, скотоводства и ремесла.

Этническое происхождение именьковцев загадочно. Исследователи видели в них не только славян, но и балтов, финно-угров, тюрок, угро-мадьяр, иранцев (поздние сарматы), готов… То есть, существующие гипотезы охватывают все этносы, существовавшие в Восточной Европе, на территории будущей России — от Вислы до Урала.

Возможно, памятники именьковцев относятся к разным племенам… Есть предположение, что именьковская культура сформировалась при решающем участии славян переселившихся из лесостепного левобережья Днепра. Анализ погребального обряда, керамического и вещевого комплекса именьковской культуры указывает на сохранение в ней черт зарубинецкой культуры, особенно её полесского варианта в случае особенностей погребального обряда, а также на полное совпадение кузнечного инвентаря, землевладельческих и деревообрабатывающих орудий зарубинецкой и пшеворской славянской культуры. Этнограф В.В. Напольских на основании ряда заимствований в волжско-финских и пермских языках видит в именьковцах носителей какого-то изолированного балтославянского диалекта, который близок, но не идентичен праславянскому.

Эта культура существовала в V–XI веках на территории Северо-запада современной России. Археологическая культура получила название по своему самому яркому отличительному признаку — погребальным насыпям удлинённой формы, то есть — по длинным курганам. Но среди находок, имеющих отношение к этой культуре, встречаются и округлые курганы. Основные памятники располагаются на берегах Псковского и Чудского озера, в бассейнах рек Великая, Плюсса, Луга, Мста, Ловать, а также в верхнем течении рек: Западная Двина, Полота, Молога и в верховьях Волги. Самый северный могильник культуры псковских длинных курганов находится в Гатчинском районе Ленинградской области, неподалёку от деревни Заозерье на берегу Орлинского озера. Словом, находок много. Их активно исследуют с конца XIX века и до нашего времени.

Признаки культуры изучены. Перед погребением трупы сжигали. Захоронения аскетичны, не отличаются роскошью, там нет оружия и украшений. Видимо, представители этой культуры жили обособленно, не перенимали у соседей традиции пышных церемоний. Под насыпью длинных курганов обнаружены груды жжёных человеческих костей, иногда сложенных в глиняных сосудах или же в небольших ямках, выкопанных в земле. Насыпи сооружались не сразу, а постепенно — курган подсыпался и с каждым новым погребением всё больше вытягивался. Как правило, в таком кургане было 5—10 захоронений.

Первооткрывателем культуры можно считать историка Александра Андреевича Спицына Он считал длинные холмы погребальными курганами кривичей. Большинство исследователей считает, что носители культуры были славянами или славяно-балтами. Но есть мнение, что они были чудью, то есть — финно-уграми.

Историк В.В.Седов в своей фундаментальной работе пришёл к выводу, что культура сформировалась в результате миграционных потоков славянского и балтского населения, в основном, из бассейна Вислы и разделяется на два вида: псковские длинные курганы и смоленско-полоцкие длинные курганы.

Культура оказала сильное влияние на более позднюю культуру новгородских сопок (VIII–X века), а затем стала основой своеобразной и развитой древнерусской культуры Новгорода и Пскова.

Эта раннесредневековая славянская археологическая культура, располагалась на территории современной украинской Житомирской области. Иногда ее рассматривают её как разновидность пражской культуры.

В 1950‑м году археолог Юрий Владимирович Кухаренко, изучая памятники древней культуры в Полесье, предложил выделить их в отдельную типологическую корчакскую группу, названную так по ряду исследованных поселений около села Корчак в Житомирской области в районах рек Тетерев и Припять. Памятники корчакской культуры связаны с культурой крупного славянского объединения племен дулебов, которые считаются предками летописных волынян, древлян, дреговичей и, возможно, частично полян. То есть — они были основой будущего древнерусского государства с центром в Киеве.

На рубеже VIII века эта культура перерастает в лука-райковецкую культуру, которую связывают с известной по летописям цивилизацией древлян, существовавшей на верховьях Западного Буга и правобережья Днепра в VII–X веках.

Эта славянская археологическая культура, сформированная на основе корчакской, существовала на территории верховьев Западного Буга и правобережья Днепра в VII–X веках.

Эту культуру «открыли» в 1946 году, после исследования находок Райковецкого городища Бердичевского района Житомирской области. Отсюда и название. Что характерно для этой культуры? Многочисленные неукреплённые селища, население которых занималось сельским хозяйством. В IX веке появляются более крупные городища, имевшие ремесленно-торговый и административный характер. Керамика отличается от корчакской наличием орнаментации — защипов или насечек по краю венчика, ямочным, неровным волнистым или линейным орнаментом. В ходе развития культуры происходит изменение сосудов от слабопрофилированных к имеющим большую профилировку, от высоких сосудов более низким и широким. Изначально керамика носит лепной характер. С IX века появляются сначала лепные сосуды с обточенным на гончарном круге верхом, а затем и сосуды, целиком изготовленные на круге. Основной тип погребений — грунтовые могильники. С VIII века увеличивается доля курганных погребений, в IX–X веках вытеснивших грунтовые захоронения. Из украшений отметим проволочные височные кольца, миниатюрные антропоморфные фибулы, подковообразные фибулы, литые трёхрогие подвески-лунницы, серьги-лунницы, украшенные псевдозернью, подвески-бубенчики, пластинчатые, литые браслеты и браслеты, выполненные из гранёной проволоки, перстни, железные пряжки, стеклянные бусы… Носителями Лука-райновецкой культуры были древляне, дреговичи, волыняне и поляне, в IX веке вошедшие в состав централизованного государства князя Олега.

Так называют славянскую археологическую культуру, относящуюся к VIII–IX векам, а территориально — к междуречью Днепра и Дона. В это время складывались первые русские государства, простиравшиеся и до указанных территорий. Волынцевцы предположительно были предками северян, но, по мнению В.В. Седова, имели отношение и к полянам, и к росам-русам.

Волынцевцы строили неукрепленные поселения и жили в землянках с глинобитными печами. Мертвых кремировали, а прах помещали в урну. Население выращивало просо, пшеницу, рожь и горох. Из артефактов известно рало — земледельческое орудие, напоминающее плуг, предназначенное для рыхления земли.

Есть обоснованная гипотеза, что волынцевская культура возникла в результате массовой миграции представителей именьковской культуры и их перемешивания с населением колочинской и пеньковской культур, начиная с последней четверти VII века, вызванной миграцией булгар-кутригур на северо-восток от Дона, в поволжские степи.

Волынцевцы были связаны с Хазарским каганатом, временами платили хазарам дань. Их связывают и с Русским каганатом (термин введён историком С.А. Гедеоновым) — государственным образованием начала IX века.

Это археологическая культура славянского населения лесостепей Левобережья Днепра VIII–X века (на территории современных областей Украины и России — Черниговской, Сумской, Липецкой, Воронежской, Брянской, Курской и Белгородской). Название идёт от города Ромны (Сумская область Украины) и села Борщёва (Воронежская область России), где была раскопаны важные памятники этой древней культуры. В VIII веке роменцы пребывали в зависимости от Хазарского каганата.

Фундаментально исследовал эту культуру известный советский археолог, доктор исторических наук Иван Ляпушкин (1902–1968). От роменско-борщёвской культуры остались городища (Новотроицкое городище, Титчиха, Горналь) и селища, состоящие из землянок. Уникальная керамика представлена высокими лепными горшками-кувшинами и низкими мисками. Могильники представляют собой курганы с элементами трупосожжения. Имелось развитое кузнечное ремесло. Основное занятие населения — земледелие (просо, рожь, пшеница).

Носителями борщёвской культуры были вятичи, роменской — северяне. Роменские материалы присутствуют в Чернигове, Шестовицах, Седневе, Киеве, Гомеле, Носовичах, Воронино, Чечерске, Нисимковичах.

Каковы же специфические особенности культуры населения роменских городищ? У них были распространены укрепленные поселения, расположенные на труднодоступны местах. Как-никак, они граничили с Великой степью, страдали от набегов воинственных кочевников… Наиболее яркой особенностью культуры роменцев, представленной на всех их территории и неизвестной за ее пределами, является их специфическая керамика. Она заметно отличается от глиняной посуды других древнеславянских общностей. Особенно типичны для роменской культуры высокие горшки с отогнуть наружу венчиком, плечиками, расположенными вверху сосуда, сужающимся конусообразно туловом и относительно узким плоским дном.

Представители этой культуры прочно вошли в состав независимого Древнерусского государства при князе Олеге.

Такое название получила славянская археологическая культура, существовавшая на территории современного Великого Новгорода в VIII–X веках. Сопка — это русское народное название для уединенных более или менее крутых гор с каменистой вершиной, распространяемое и на отдельные возвышенности, выдающиеся в горном хребте или массиве. Чаще мы говорим о сопках на Урале и на Камчатке, но небольшие холмы свойственны и равнинному новгородскому краю.

Сопки, которые веками хранили следы глубокой древности, расположены на небольших реках, в земледельческом и охотничьем краю. Некоторые сопки находятся в низовьях Волхова, и их относят уже к скандинавским (каменные вымостки треугольной формы и сложенные из валунов стенки). Сопкообразные насыпи встречаются в районе озера Ильмень, в верховьях Луги и Плюссы, в среднем течении Мологи, т. е. районах, непосредственно примыкающих к Ильменскому бассейну. Вне этой территории насыпи известны в бассейнах Западной Двины, Великой и нижней Мологи. Раскопки сопок начал один из первых археологов-славистов З. Ходаковский. Раскопками новгородских сопок в начале ХХ века занимался и известный художник Николай Рерих.

В основании сопки складывалось кольцо из валунов. По всей видимости, оно имело ритуальный смысл, а также укрепляло основание насыпи. Встречаются в сопках и другие более сложные сооружения из камней. Погребальный обряд — трупосожжение на стороне. Захоронения, как правило, коллективные, более 10‑ти в одном кургане. Встречаются находки оплавленных стеклянных бус, железных ножей, пряжек; еще реже — находки оружия и конского снаряжения. Во многих сопках найдены кальцинированные или же несожженные кости жертвенных животных, преимущественно лошадей. Основные поселения культуры сопок — небольшие селища, расположенные вдоль рек с широкими долинами и пологими береговыми террасами. Полностью исследованы селища IX в. в Поволховье — Золотое Колено и Новые Дубовики. Также с культурой сопок связывают городища Старая Ладога (с середины VIII в.) и Рюриково Городище (с середины IX в.). Чаще всего на поселениях встречаются остатки наземных срубных жилищ с печами-каменками в углу.

Сопки можно считать памятниками смешанного славяно-финского населения — да еще и с очевидным балтским (ятважским) влиянием. Однако основные носители культуре — ильменские словене.

Ко влиянию прибалтийско-финского населения в формирование культуры относят традицию предварительного выжигания огнём («очищения огнём») площадки, предназначенной для сооружения погребальных курганов (сопок). Это действие выполнялось с культовыми целями и не было свойственно другим регионам славянского мира. Отличительной чертой балтского компонента в культуре новгородских сопок считается активное применение камня в погребальных сооружениях и обрядах. Эта археологическая культура стала основой своеобразной и богатой Новгородской и Псковской культуры — со своими обычаями, со своим архитектурным стилем, со своим фольклором, в котором действуют мореплаватель Садко и лихой Василий Буслаев.

Ярких, сенсационных археологических находок в последние годы было немало. Тут и случайные открытия, и исследовательская работа археологов, продолжающая разработки прошлых десятилетий, и удачи «чёрных копателей», и экспедиции отдельных энтузиастов… Современная техника чрезвычайно помогает археологам — и эта историческая дисциплина в последние годы развивается, как никогда, бурно. Многие находки последнего времени вошли в научный оборот и выставлены в музеях. Тайны далёких веков манят и будут манить всех неравнодушных.

Один из древнейших русских городов — Ростов, прозванный Великим — стоит на берегу илистого озера Неро, в нынешней Ярославской области. В этих краях — неподалеку от славного Ростова — долгое время существовали поселения финно-угорского народа меря. На месте впадения реки Сары в озеро Неро, по-видимому, в VII веке находился крупный мерянский племенной центр. В IX–X веке поселение становится смешанным — финско-славянским. Усиливалась торговля. На берегах Неро стали селиться и скандинавы — купцы и воины. Расцвет городища пришелся на Х век. Рядом с Сарским городищем в 1930 году во время карьерных разработок был открыт внушительный могильник. В XI веке жизнь поселения приходит в упадок. Население покидает город, переселяется в Ростов. Некоторые исследователи считают Сарское городище прямым предшественником города Ростова.

Археологические исследования этого места начались в 1854‑м году и велись активно. В начале ХХ века раскопки на месте Сарского городища вёл знаменитый художник Николай Рерих. Этапными стали раскопки, которые проводились в середине 1920‑х годов под руководством Д.Н. Эндинга и раскопки А.Е. Леонтьева, который исследовал Сарское городище с начала 1970‑х.

При обследовании городища в XIX веке, на его территории были обнаружены мощные укрепления: 4 поперечных вала высотой до 6 метров и остатки рвов, глубиной до 3‑х метров.

Жилые постройки отапливались очагами, выложенными из камней, а в одной постройке была печь-каменка, сложенная на глиняном растворе. Кроме того, было выявлено несколько открытых очагов, часть которых могла относиться к наземным постройкам. В XII–XIII веках в черте древнего городища был построен замок, просуществовавший два-три века. Легенды и поверья связывают историю замка с личностью легендарного ростовского богатыря Александра (Алеши) Поповича. Замок с прилегающим к нему посадом — вот и всё, что сохранилось от старого города в XII–XIII веке.

Среди многочисленных находок, самые ранние из которых относятся к VII веку — два клада дирхемов начала IX века, финские и скандинавские украшения IX–XI вв., предметы вооружения, ремесленные инструменты. Одной из наиболее интересных находок является меч западноевропейского производства с неизвестным прежде клеймом мастера «+LUN FECIT+» («ЛУН ДЕЛАЛ»). На противоположном берегу реки исследован небольшой сезонный лагерь для воинов и торговцев, проходивших здесь с торговыми караванами по Великому Волжскому пути.

В городище было обнаружено несколько кладов — большое количество иноземных серебряных монет, слитков меди и олова, а также разнообразных изделий: оружия и орудий труда, украшений и предметов из западной Европы, Прикамья, Волжской Булгарии, Киевской Руси. Всё это свидетельствует о том, что на берегу озера Неро существовал крупный торговый центр, сошедший на нет в XI веке.

Летом 2010 года у села Волниковка Фатежского района Курской области был найден замечательный, редкий по богатству клад. Его место — ничем не примечательный склон одного из оврагов, по дну которого протекает небольшой ручей, впадающий в речку Усожу, приток реки Свапы. В конце 1980‑х годов сюда был выведен многокилометровый трубопровод, проложенный для стока отходов сахарного завода. Строительная техника разрушила древнее погребение, и тогда же строители и местные жители нашли погнутый меч и фрагменты тиснёной золотой фольги. К сожалению, люди, нашедшие эти предметы, предпочли не делиться информацией ни с музейщиками, ни с учёными… Находки канули где-то в частных коллекциях.

Находки последнего времени

Весной 2010 года бывший житель соседней деревни, промышлявший «чёрным копательством», забрёл по старой памяти на это место. Вооружённый металлоискателем, он быстро обнаружил множество ценных предметов. Правда, интересовал кладоискателя лишь определённый набор вещей, которые можно было бы выгодно продать. Поэтому кости, осколки стекла и фрагменты железных изделий он попросту выбрасывал. Ну а для придания находкам надлежащего «товарного вида» использовал антикоррозийную автомобильную жидкость. Продав перекупщику первую партию «товара», кладоискатель приступил к планомерным раскопкам.

Сведения о необычных находках и о планируемой продаже их за границу дошли до Курского государственного областного музея археологии, а затем и до сотрудников ФСБ. Участников сделки арестовали, а уникальная коллекция попала в руки курских археологов. Сотрудники Курского музея археологии и Среднесейминской экспедиции Института археологии РАН под руководством Олега Александровича Радюша выехали на место раскопок.

В результате обследования местности были найдены детали серебряной и позолоченной ременных гарнитур, обломки сосуда из синего стекла, а также кости лошади и сильно истлевшие фрагменты трубчатых костей человека. К сожалению, остатков погребальной камеры обнаружить не удалось — вероятно, её полностью разрушили в ходе строительных работ и последующих грабительских раскопок. В захоронении находились останки воина и его боевого коня в богатой сбруе. Всего удалось найти более трёхсот предметов.

Среди них — два великолепных меча в ножнах, обитых золотом, которые крепились к ремням с серебряными и позолоченными накладками. Пряжки украшены вставками из гранатов и цветного стекла, а золотые щитки трёх ременных пряжек — мозаикой из гранатов и зелёного стекла в стиле клуазоне (перегородчатая эмаль). В подобном стиле выполнены детали конской сбруи, ножны и рукоять одного из мечей, навершие которого украшено крупной янтарной бусиной. Перекрестье и навершие второго меча имеют гранатовые вставки — кабошоны. В захоронении найдены обломки железных псалиев (так называли элемент уздечного набора) с серебряными окончаниями, ремённые обоймы, пряжки и массивные колокольчики.

Многие предметы изготовлены из серебра или латуни с позолотой и украшены чеканным орнаментом. Такой набор вещей характерен для конца IV — середины V столетия. Следует отметить, что Волниковская находка демонстрирует примечательное смешение стилей. Обнаруженные вещи имеют множество аналогий и в Северном Причерноморье, и на Кавказе, и в Центральной и Западной Европе. Всё это говорит о сложных этнических и культурных контактах, происходивших в ту далёкую эпоху на Курской земле.

Особенно важно, что клад у села Волниковка — самый северный из подобных находок. Изделия, по оценке специалистов, выполнены на высочайшем профессиональном уровне, квалифицированными ювелирами, с использованием разнообразных техник — перегородчатой эмали, скани, зерни. Вещи подобного уровня не представлены в таком количестве ни в одном из музеев России. Находка отражает престижную моду, распространённую среди представителей воинской элиты предгосударственного общества.

Кому же могли принадлежать эти сокровища? Во второй половине IV века на территории нынешней Курской области проживали праславяне, оставившие памятники Киевской культуры, и полиэтничные носители Черняховской культуры. Сопоставление данных археологии и сведений письменных источников приводит к мнению о том, что эти земли входили в тот период в состав легендарной готской «державы Германариха». По уверениям готского историка Иордана, этот король, «благороднейший из рода Амалов, покорил много весьма воинственных северных племён и заставил их повиноваться своим законам». Однако он оказался не в состоянии противостоять нашествию гуннов. «Поражённый силой этой внезапной бури, Германарих в течение долгого времени старался дать им решительный отпор и отбиться от них; но так как молва всё более усиливала ужас надвинувшихся бедствий, то он положил конец страху перед великими опасностями добровольной смертью», — так описывает разгром восточных готов и начало гибели Черняховской культуры римский историк Аммиан Марцеллин.

Гибель старого короля около 375 года помогла гуннам нанести поражение остготам и частично захватить их земли. В ближайшей округе Волниковки выявлено несколько памятников, относящихся к финалу черняховской культуры. В основном это кратковременные поселения, вероятно окончательно погибшие в первой чет-верти V века. Письменные источники сообщают, что после разгрома гуннами остготы Германариха, в отличие от своих западных сородичей, остались на своей земле, хотя и «подчинённые власти гуннов». Обломками державы управляло несколько королей из рода Амалов — родственников Германариха. Именно в пределах их владений и обнаружены сокровища.

Как полагает Олег Радюш, концентрация погребений на территории Верхнего Посемья (верхнее течение реки Сейм) вполне может подтверждать предположения о существовании здесь в IV–V веках н. э. варварских «королевств» — военно — политических объединений, образовавшихся после гуннского вторжения и разгрома «державы Германариха». Выявление в данном регионе локальной группы поселений финала Черняховской культуры, по всей видимости синхронных «княжеским» погребениям, придаёт особую важность этим находкам, позволяя изучать их комплексно. Память о событиях рубежа IV–V веков. н. э. долго жила в устной традиции разных народов, отзываясь и в славянских, и в германских эпических сказаниях. Волниковский клад приблизил к нам далекое прошлое славян и готов.

Богатейший клад в ХХI веке был найден в Одесской области, неподалеку от румынской границы. Там в 2006‑м году удалось раскрыть одно из уникальных погребений эпохи Великого переселения народов. Находки продолжились и в последующие годы.

Крутой берег озера Ялпуг постоянно осыпается. В результате на обрыве обнажились фрагменты древнего культурного слоя. Сначала здесь удалось найти черепки, датированные IХ веком, то есть, относящиеся к периоду Первого Болгарского царства (оно возникло в VII веке и первоначально охватывало территории, на которых сегодня расположены северные районы Болгарии, южные районы Румынии и юго-западный регион Одесской области). Затем стали попадаться еще более древние находки. Это неудивительно: через территорию современной Бессарабии прошли готы, гунны, аланы, авары, славяне, болгары, венгры, печенеги, половцы, а позже — монголо-татары, турки, ногаи и другие. Этот перекресток восточной Европы был своего рода «проходным двором».

Самые богатые находки, увы, в 2006‑м году попали в руки «черных копателей» и вскоре исчезли. От них остались только фотографии, по которым специалисты судили о масштабах клада. Речь идет о V веке.

Пятнадцать столетий земля хранила свою великую тайну, пока она не стала известна человеку. В гробнице удалось найти десятки украшений. Все они сделаны из золота, серебра и позолоченного серебра со вставками из тщательно отшлифованных альмандинов (драгоценных каменей), изготовленных в одном стиле. По-видимому, они составляли единый гарнитур высочайшего художественного уровня. Такие ювелирные изделия в V столетии нашей эры изготовляли только в Константинополе, и попадали они к варварам как плата за службу или в качестве откупа от непрекращающихся набегов. Музейным достоянием стала лишь находка 2010 года: во время «историко-краеведческой экскурсии» на озеро были обнаружены две небольшие золотые накладки для ремня конской сбруи со вставками из альмандинов», которые были изготовлены в эпоху расцвета гуннов. Позже на берегу Ялпуга было обнаружено несколько находок, относящихся к наследию древних болгар.

Что касается самого загадочного и самого древнего клада — его относят к гуннам, хотя есть версия и о восточногерманском короле. Несомненно, что это захоронение могущественного и состоятельного правителя. Любители сенсаций сразу окрестили находку «могилой Аттилы», но серьезные исследователи с такой смелой трактовкой не согласны.

«С одной стороны, Аттила был правителем именно такого уровня, который соответствует богатству захоронения. К тому же, территория всего Северного Причерноморья была как раз под его властью. Но я считаю, что украшения, которые мы видим на фото, относятся скорее к периоду сыновей Аттилы», — утверждает историк Максим Левада.

После смерти Аттилы его старший сын Эллак погиб в борьбе с восставшими племенами, после чего часть гуннов под предводительством младшего сына Аттилы Эрнака перебралась в северное Причерноморье. Большой отряд гуннов надолго осел в бассейне Дуная под властью Ултциндура и Эмнетцура. Возможно, истина кроется именно в этих перипетиях, и на берегу Ялпуга был похоронен кто-то из наследников Аттилы.

Сенсационная находка показала, что наша земля хранит еще немало тайн, связанных с глубокой древностью, с предысторией славян.

Тихая река Упа, самый большой приток Оки, хранит немало памятников древности. Свой путь Упа начинает у границ Дикого поля на южной окраине Тульской земли. Обследуя берега рек близ современных селений Доброе, Жабынь, Западная, Костомарове, Тулица и в других местах, археологи нашли кремневые наконечники стрел и дротиков, ножевидные пластинки и обломки глиняной посуды, позволившие ученым сделать вывод, что бассейны Упы и Оки были заселены людьми уже в каменном веке. В эпоху неолита, в III–II тыс. до н. э., здесь находились неукрепленные поселения-стоянки небольших родовых групп. Основу их хозяйства составляли рыболовство и охота. Поэтому люди селились у воды, а ближайшие лесные угодья, занимавшие в то время значительные пространства, давали им возможность охотиться и обеспечивали древесиной для постройки жилищ и изготовления челнов. Древние рыболовы и охотники изготавливали орудия труда и оружие из кремня, в быту использовали лепную посуду, украшенную узорами из круглых и ромбических вдавлений и отпечатков гребенчатого штампа.

Бронзовый век на этой территории до сих пор остается малоизученным. Найденные керамика и кремневые изделия того времени свидетельствуют, что и на этом этапе берега Упы были заселены.

Во I тыс. до н. э. среднюю полосу Восточной Европы, куда входит Тульская земля, заселяли балты. То, что в ранний железный век Верхнеокский бассейн (включающий ныне Орловскую, Калужскую, Тульскую области) был занят балтами, подтверждается сходством культуры его населения с культурой балтов бассейна Десны и Верхнего Поднепровья, а также балтскими названиями рек. Из древних городищ, расположенных на территории Тульской области, наиболее изучены два — Сатинское и Супрутское. Многолетние раскопки этих памятников, проводившиеся Тульской археологической экспедицией исторического факультета МГУ, дали разнообразные материалы, позволяющие судить о характере хозяйства, культуре и быте местного населения.

На правом берегу Упы, на высоком мысу находилось Сатинское городище, занимавшее площадь около 3,5 тысяч квадратных метров. Оно расположилось между рекой Упой и большим оврагом. Защищали поселение и валы.

В итоге раскопок, проводившихся в течение 3 лет, с 1961 по 1963 год, была вскрыта почти пятая часть площади городища. Культурный слой поселения, мощность которого местами доходила до 2 м, содержал остатки жилых и хозяйственных построек. Жилища были столбовой конструкции и располагались по краям мыса, внутри них находились открытые каменные очаги, служившие для обогрева и приготовления пищи. Полученный при раскопках вещественный материал (многочисленные предметы из глины, кости, железа, бронзы и стекла) позволил определить время существования Сатинского городища — с VIII в. до н. э. и до начала I тыс. н. э. Установлено, что за это время неоднократно менялась система укреплений поселения.

На первом этапе существования городище было обнесено двумя рядами деревянных оград из вертикально поставленных столбов, которые позже, видимо, в связи с появившейся внешней опасностью, были заменены на более мощные земляные валы с тыном по верху, остатки которых сохранились до сих пор и изучены.

Основу хозяйства обитателей Сатинского городища составляли скотоводство и земледелие, сочетавшиеся с охотой, рыбной ловлей и изготовлением из дерева, кости, металла разнообразных предметов быта. Скотоводство но своему значению занимало первое место. Жители Сатинского городища разводили лошадей, крупный и мелкий рогатый скот и свиней. Найденные в слое костные остатки животных свидетельствуют о большом значении лошадей в жизни населения, использовавшего их в качестве тягловой силы, для верховой езды и в пищу.

Земледелие, уступавшее первенство скотоводству, было подсечно-огневым. Выращивали ячмень и просо. При сборе урожая пользовались архаичными кремневыми серпами, для размола зерна применяли каменные зернотерки. Расчищая участок под посев, деревья срубали бронзовыми кельтами (вид топора), железных топоров еще не было. Охотились с помощью лука и костяных стрел на бобра, лося, медведя, куницу, зайца, в большом количестве водившихся в этих краях. Стрелы применяли разных форм и размеров, что указывает на дифференцированный характер охотничьего промысла — на пушного и на мясного зверя, на птицу. При раскопках городища найдено несколько просверленных клыков медведя, астрагалов бобра, служивших амулетами. Их носили в ожерелье или подвешивали к одежде. По убеждению древних охотников, амулеты обеспечивали удачную охоту. Рыболовство было одним из подсобных занятий. Протекавшая около городища река изобиловала рыбой, в ней водились лещ, язь, осетр, щука. Рыбу ловили сетью, на железные крючки.

Археологический материал наглядно показывает, что на Сатинском городище развивались разные домашние производства — железоделательное, бронзолитейное, косторезное.

Железо древние сатинцы получали из местных болотных и луговых руд. Руду сначала измельчали каменными молотами и обжигали на обычных очагах, удаляя примеси. Затем ее плавили сыродутным способом в особых горнах, снабженных воздуходувными трубками — соплами (найдены 2 сопла). Из полученного железа изготовляли путем ковки ножи, шилья, зубильца, пробойники, рыболовные крючки, пряжки, браслеты. Количество железных изделий, найденных на Сатинском городище, значительно уступало числу бронзовых (бронзовых собрано 117, железных — 34). Подобное соотношение характерно для поселений раннего железного века.

Бронзолитейщики, в отличие от железоделателен, работали на «привозном» сырье, поскольку не только в Тульской земле, но и во всем Верхнеокском бассейне нет залежей медной руды. Из бронзы делали орудия труда, оружие, разнообразные украшения. Бронзовые предметы, различные по назначению и внешнему оформлению, как выяснилось при их детальном изучении (изготовлены из оловянистых бронз на медной основе), были литые и кованые, что свидетельствует о знакомстве сатинских мастеров с основными приемами обработки цветных металлов. В юго-западной части городища, на небольшом участке найдены остатки плавильного горна, штамп для изготовления литейной формы для топорика, формы для отливки браслетов, гривен, бус, бляшек, тигли.

Открытие на Сатинском городище целого комплекса предметов, связанных с обработкой цветных металлов, позволяет считать это городище уникальным поселением раннего железного века. Сатинские литейщики пользовались тремя основными способами литья — в жесткие формы (из камня), в пластичные (из глины) и по восковой модели с потерей формы.

Это городище находится на правом берегу Упы, неподалеку от села Супруты, на высоком мысу с крутыми склонами, носящем название «Маряхин бугор». С верхней площадки мыса хорошо просматриваются окрестные дали — леса и пойменные луга. Еще в начале нашего столетия «Маряхин бугор» был у жителей села излюбленным местом для вождения весенних хороводов. В то же время он считался таинственным местом, на котором в земле находили диковинные старинные вещи — украшения, наконечники стрел, серебряные монеты…

Городище, занимающее площадь около 5400 квадратных метров, с трех сторон ограждают два глубоких оврага и река. Четвертая сторона (у основания мыса) была укреплена огромным земляным валом (ширина — около 22‑х метров, вал сохранился!) и широким рвом.

Первый осмотр Супрутского городища провели во второй половине 1930‑х годов тульские краеведы M.Л. Дружинин и Г.А. Доррер. Систематические раскопки городища начались в 1955 г. и продолжались с перерывами до первого десятилетия XXI века. В итоге многолетних работ вскрыто более половины площади городища, обнаружены остатки жилых, хозяйственных и производственных сооружений и большое число разнообразных предметов, которые датируют городище I тыс. н. э. и позволяют проследить происходившую тогда в бассейне Упы смену населения. При раскопках городища были выявлены остатки двух разновременных поселений — балтского, находившегося в нижнем горизонте культурного слоя, и вятичского — в верхнем горизонте.

Балтское поселение, судя по археологическим находкам, возникло в первых веках н. э. и просуществовало до появления на городище вятичей. В начале оно было защищено деревянной оградой из вертикально поставленных столбов, возведенной у основания мыса, позже, когда обстановка изменилась и оборонительные сооружения пришлось усиливать, ограду заменили мощным земляным валом и широким рвом. По гребню вала построили деревянный тын, а по краям мыса поставили деревянную стену с земляной засыпкой.

Балты жили в домах столбовой конструкции, обогреваемых открытыми каменными очагами.

Археологические материалы, полученные из нижнего горизонта культурного слоя, позволяют выделить в существовании балтского поселения два этапа. Для более раннего, первые века н. э., характерна лепная посуда с примесью известняка в глине. Сосуды с невысоким отогнутым наружу венчиком были украшены в верхней части узором. Из железа здесь найдены плоские двушипные наконечники стрел, небольшие серпы и ножи с горбатой спинкой. На втором этапе существования балтского поселения (вторая четверть и середина I тыс. н. э.) в керамическом материале Супрутского городища наряду с посудой с шероховатой поверхностью, из-за присутствия в глиняном тесте крупной примеси, появляются изделия с примесью песка и с лощеной поверхностью (горшки, миски, кружки, сковородки, пряслица). В этот период значительно увеличилось количество орудий, используемых в сельском хозяйстве, они стали разнообразнее: появились железные кельты, свидетельствующие о дальнейшем развитии земледелия и возросшем его значении в хозяйстве населения этого региона. На обрабатываемых участках выращивали ячмень, просо, горох. Расположенные поблизости от них заливные луга были удобны для выпаса скота.

Развитие земледельческо-скотоводческого хозяйства способствовало увеличению численности населения Супрутского городища, что привело к возникновению около него неукрепленного поселения — селища. Селища возникали тогда и около других городищ этого края (Торховское, Петровское, Павловское), являвшихся убежищами.

На ряде городищ Тульской земли середины I тыс. н. э. (Щепилово, Супруты и др.) обнаружены остатки железоделательного производства — сопла (Щепилово), обильные железные шлаки и разнообразные готовые железные изделия. Местные кузнецы ковали земледельческие орудия, предметы конского убора (удила, пряжки, кольца), оружие (наконечники стрел), бытовые предметы (ножи, кресала). В этот период местное население Приупья уже имело широкие внешние связи, наличие которых засвидетельствовано найденными при раскопках привозными изделиями (железные римские фибулы, прибалтийские бронзовые изделия с эмалью, среднеднепровские костяные гребни, стеклянные изделия.

В верхнем горизонте культурного слоя Супрутского городища находились остатки более позднего поселения, принадлежавшего вятичам. Оно, по археологическим данным, существовало в VIII–X вв. н. э.

Князь Олег прибивает щит на вратах Цареграда

Русский летописец XII века, повествуя о расселении славянских племен, сообщает о появлении вятичей в бассейне Оки («Вятько седе с родом своим по Оце, от него же прозвашася вятичи»), не приводя никаких подробностей их расселения. Ограниченность сведений письменных источников придает особую ценность археологическим материалам Супрутского городища, представляющим единственный источник по истории ранних вятичей. Раскопками установлено, что появление на городище вятичей сопровождалось разрушениями и опустошительными пожарами, уничтожившими балтские деревянные постройки и стоявший на гребне вала частокол. Остатки пожарища в виде мощных прокаленных докрасна слоев глины и песка, скоплений обугленного дерева и золы выявлены по краям мыса и в насыпи вала. Вятичи, поселившись на городище, усилили существовавшие там укрепления, значительно увеличив размеры вала и расширив ров. В верхних вятичских слоях Супрутского городища открыты остатки жилых, хозяйственных и производственных построек, многочисленные и разнообразные изделия из металла, кости, глины, стекла и камня. Эти археологические материалы позволяют охарактеризовать хозяйственную деятельность, культуру и быт древнего населения Супрутского городища и всей Тульской земли в последней четверти I тыс. н. э.

Вятичи жили малыми семьями в домах столбовой конструкции площадью от 12 до 18 квадратных метров с открытым каменным очагом. Около жилищ находились хозяйственные ямы и постройки, где обнаружены обильные скопления обломков лепной посуды (найдены и целые сосуды) самого разного назначения — кухонная (горшки, сковороды), столовая (миски, чашечки) и хозяйственная (крупные корчаги). Встречались и гончарные сосуды, но редко. Гончарная посуда, к производству которой вятичи приступили не ранее первой четверти X в., по форме близка лепной, но сделана из более тщательно приготовленной глины и украшена линейно-волнистым узором. Часть ее обожжена в специальном горне. На Супрутском городище выявлены остатки глинобитного обжигательного горна. Он был округлым и состоял из двух отделений — обжигательного, куда ставили сосуды, и топочного. Появление на городище гончарной посуды, обожженной в специальном горне, позволяет считать, что гончарство на Супрутском городище в первой половине 1 тыс. н. э. из домашнего производства начало превращаться в ремесленное.

Кроме посуды вятичи делали из глины пряслица для веретен, грузики и грузила для рыболовных сетей, игрушки.

Из вятичских находок особого внимания заслуживают сельскохозяйственные орудия, связанные с обработкой земли, уборкой урожая, размолом зерна. Набор сельскохозяйственных орудий Супрутского городища свидетельствует о значительных технических достижениях в земледелии, ставшем у вятичей в последней четверти I тыс. н. э. ведущей отраслью хозяйства. Земледелие в этот период было уже пашенное. При пахоте пользовались симметричными сошниками. Основной тягловой силой была, несомненно, лошадь. Однако пашенное земледелие не могло вытеснить подсечное. Они сосуществовали еще в течение длительного времени, поскольку в условиях лесной местности, где расположено городище, каждый новый земельный участок перед вспашкой приходилось освобождать от леса. При этих работах употребляли топоры.

Одновременно с распространением пахотных орудий усовершенствовался и другой сельскохозяйственный инвентарь: вместо прежних кельтов появились железные топоры, использовавшиеся при уборке урожая серпы ничем уже не отличались от подобных орудий XIX — начала XX в. При размоле зерна вместо зернотерок применяли каменные жернова (из песчаника и известняка). Вятичи на своих земельных участках, как и их предшественники балты, выращивали просо, ячмень, горох.

Наряду с земледелием развивалось скотоводство. Разводили крупный и мелкий рогатый скот, лошадей и свиней. Присутствие среди находок значительного числа предметов упряжи и конского убора — удил, уздечных и подпружных пряжек и бляшек, стремян — указывает на большое значение лошади в жизни обитателей городища. Судя по найденным при раскопках костным остаткам, заметную роль в хозяйстве вятичей играли охота и рыболовство. Охотились в ближайших лесах на мясного и пушного зверя (лось, кабан, бобр, лиса, волк и др.).

Наличие в культурном слое железных шлаков и криц наряду с обилием железных предметов различного назначения — прямое доказательство существования у вятичей железоплавильного и кузнечного производств, уже выделившихся в самостоятельные отрасли ремесла. Супрутские кузнецы ковали из железа кроме сельскохозяйственного инвентаря орудия для обработки дерева и кости: долота, резцы, стамески, напильники, сверла; орудия охоты и рыболовства — наконечники стрел, рыболовные крючки, пешни, остроги; оружие — наконечники копий и дротиков, разнообразные по форме и размерам наконечники стрел; предметы конского снаряжения. На городище развивалось и бронзолитейное производство, представленное глиняными тиглями и льячками, каменными литейными формочками, бронзовыми брусочками-заготовками, обрывками и обрезками медной проволоки и большим количеством разных женских украшений. Местные ювелиры, работавшие на привозном сырье, употребляли в основном бронзу, реже серебро.

Вятички носили богатый набор украшений из металла, стекла, кости, изготовленных местными мастерами или привезенных из далеких стран. На узком ремешке около ушей подвешивались височные кольца из бронзы или серебра. На шее носили ожерелье из стеклянных или каменных бус, раковин каури или гривны (металлические обручи с застежкой). Запястья рук украшали браслетами.

Обособление некоторых отраслей ремесленного производства (железоплавильного, кузнечного, ювелирного, гончарного) способствовало появлению на городище внутреннего обмена, носившего натуральный характер. Одновременно развивался и внешний обмен, что подтверждается наличием среди находок привозных предметов. В их число входят поступавшие с Востока стеклянные и каменные бусы, дирхемы, раковины; изделия юго-восточных соседей — поясные наборы, серьги, бубенчики, глиняные сосуды; предметы из северозападных стран — бронзовые позолоченные удила, нагрудные пряжки, серебряные крученые гривны, ладьевидные браслеты и костяные односторонние гребни, прибалтийские янтарные бусы. Не местными были также весы и гирьки. Если судить по количеству привозных предметов, внешние связи вятичей были весьма оживленными. Очевидно, вятичское население Супрутского городища принимало участие в транзитной торговле между северо-западными странами и Востоком, осуществлявшейся по Балтийско-Волжскому пути. По мнению археологов это был крупный военно-торговый центр, который контролировал проход по Упе торговых судов и брал с них дань. За счет этого город сильно развился.

В верхнем горизонте культурного слоя сохранились следы ужасной трагедии, постигшей городище в последние дни его существования и сопровождавшейся сильным пожаром. В огне сгорели деревянные постройки, погибли люди и животные. В слое пожарища обнаружены остатки 104 человеческих скелетов. Это событие, судя по археологическим материалам, произошло во второй половине X веке и его, по-видимому, следует связывать с походами киевского князя Святослава на вятичей, о которых сообщил русский летописец под 964 годом. До этого вятичей удавалось подчинить и дружине Вещего Олега, который тоже, по-видимому, бывал в этих краях.

Есть и другая версия гибели города, по которой торговцы-вятичи наняли отряд варягов для охраны, а воины полностью вырезали население и уничтожили город. Возможно, варяги долгое время (до побоища) играли важную роль в жизни города.

Археологи нашли скелеты убитых жителей, которые пролежали без изменений более тысячи лет.

Возможно, что перед этими событиями жители городища и спрятали свои ценности, найденные впоследствии в составе нескольких кладов.

На Тульской земле кроме поселений сохранились группы курганов, представляющих остатки языческих кладбищ древних вятичей. Курганы, исследованные близ селений Западной, Доброе Суворовского района и Триз-ново Щекинского района, в основном относятся к концу I тыс. н. э. Все они располагались на сухих высоких местах. В ряде курганов имелась погребальная камера в виде четырехугольного деревянного ящика. Остатки сожжений и погребального инвентаря, сложенные в глиняный сосуд — урну или без нее, помещали в погребальную камеру или оставляли на подготовленной заранее площадке.

В «Повести временных лет» сохранилось красочное описание вятичского погребального обряда: «И аще кто умряше, творяху тризну над ним, и посемь творяху краду велику, и възложахуть й на краду, мертвеца сожьжаху, и посемь собравше кости, вложаху в судину малу, и поставляху на столпе на путех, еже творять Вятичи и ныне…». Современные археологи воскресили для нас эти картины прошлого.

Это племенное объединение вышло на первый план, потому что их столица — Киев — стал крупнейшим торговым и политическим центром Древней Руси и славянского мира. Поляне селились по берегам трех рек — Днепра, Ирпеня и Роси. Центр их земли — среднее течение Днепра, а ещё точнее — правый берег этой великой реки.

Поляне, по словам летописца Нестора, находились на более высокой ступени развития, чем их соседи: «Поляне бо своих отец обычаи имяху тих и кроток, и стыденье к снохам своим и к сестрам и к матерем своим… брачные обычаи имеяху», тогда как древляне, радимичи и вятичи жили в лесах, «подобно зверям», и браков у них не было. Вероятно, летописец преувеличивает, прославляя центральный племенной союз Киевской Руси, к которому, скорее всего, сам имел отношение. Но поляне действительно сыграли важную роль в образовании древнерусской государственности. При обычных и древнейших занятиях славян — охоте, рыболовстве и бортничестве — у полян более, чем у других славян были распространены скотоводство, земледелие, «древоделие» и торговля. Не забудем, что они контролировали среднее течение Днепра и принимали активное участие в освоении пути из варяг в греки. Согласно гипотезе советского учёного Б.А. Рыбакова, ещё в VI веке образовался союз полян и северян, который предположительно, около половины VIII века платил дань хазарам, а затем благодаря культурному и экономическому превосходству, он из оборонительного положения смог по отношению к соседям скоро перейти в наступательное: древляне, дреговичи, полочане и, возможно, волыняне уже к IX веку были ему подвластны.

Славянский племенной союз, обитавший в украинском Полесье, в современной Житомирской области и а западной части современной Киевской области. С востока их земли ограничивал Днепр, а с севера — река Припять. Имя древляне, по объяснению летописца, дано им потому, что они жили в лесах. До окончательного подчинения Киеву древляне имели развитую племенную раннегосударственную организацию и стремились ее сохранить. По свидетельству Повести Временных Лет, у древлян было своё княжение. Летопись упоминает князя Мала и «лучших мужей, управлявших Деревскою землею». Политическим центром древлян в эпоху их самостоятельности являлся город Искоростень (Коростень), позже центр сместился в город Овруч.

Восточно-славянский племенной союз, контролировавший обширную территорию в районе нынешних Гомельской, Брестской, Гродненской и Минской областей современной Белоруссии. Восточными соседями дреговичей были радимичи, северо-восточными — кривичи, южными — древляне, северо-западными — ятвяги и литва. Название, вероятно, имеет балтский корень «дрегува», что означает «трясина», «болота». Край и впрямь лесистый да болотистый. Отметим, что схожее название имело ещё одно славянское (а точнее, балканославянское) племя — драговиты. Летописи говорят о происхождении дреговичей, наряду с древлянами, полянами (днепровскими) и кривичами (полочанами), от осевших на территории Белоруссии племён белых хорватов, сербов и хорутан, пришедших в VI–VII веках. Летопись упоминает, что дреговичи когда-то имели своё княжение. Столицей княжества был город Туров. Дреговичи преимущественно занимались земледелием. Женщины любили носить украшения — крупные металлические бусы с зернью.

Этот восточно-славянский племенной союз обитал в бассейне верхнего течения Западного Буга и близ истоков реки Припяти. Волыняне считались искусными строителями крепостей. Главными городами волынян были Волынь и Владимир-Волынский. Занимались кузнечным делом и гончарством. Арабский географ аль-Масуди сообщал во второй половине X века о племенах «валинана» и «дулаба», которых в исторической литературе принято считать волынянами и дулебами. Иногда волынян также называют бужанами — по наименованию реки, Западного Буга.

Союз восточно-славянских племён на территории Западной Волыни в VI — начале X вв. Относятся к пражско-корчакской археологической культуре. Кузнечным центром дулебов было Зимновское городище. В VII веке подверглись аварскому нашествию. Их отождествляют с бужанами и волынянами. Современный историк Валентин Васильевич Седов объединяет волынян, древлян, полян и дреговичей в так называемую «дулебскую группу», которая представляла юго-западную ветвь восточных славян и стала ядром Киевского государства.

Этот союз восточно-славянских племен сложился в верховьях Западной Двины, Днепра и Волги. По одной из версий, название происходит от имени прародителя славян-кривичей Крива, по другим — от имени первосвященника балтов Криве-Кривейте, от слова «кровные» (близкие по крови), «кривой» (по-видимому, из-за холмистой местности). Кривичи сформировались в результате ассимиляции славянами местных балтских племен, постепенно славянизированных. Об этом ярко свидетельствуют данные археологии. В результате образовался самый многонаселенный племенной союз будущей Руси, контролировавший обширную территорию.

Кривичей принято подразделять на две большие группы: псковскую и полоцко-смоленскую. Юго-западная, полоцкая ветвь кривичей также именуется полочанами. Вместе с дреговичами, радимичами и некоторыми балтийскими племенами эта ветвь кривичей составила основу белорусского этноса. Смолено-полоцкую группу часто называют смолянами. Некоторые ученые связывают с ними также племя смолян, жившее на Балканах (главный город — Смолен в юго-западной Болгарии). По всей видимости, часть кривичей ушла на юг и обосновалась на Балканах. Они-то и стали балканскими смолянами.

Кривичи занимались земледелием, скотоводством, разнообразными ремеслами. Знали кузнечное и гончарное дело. Построили несколько крупных городов, умели торговать и воевать. Отличительной чертой погребений кривичей являются длинные курганы — валообразные земляные насыпи.

Главные города кривичей — Смоленск-Гнездово, Полоцк, Изборск, Псков, Любша. В латышском языке и по сей день русских называют как «криеви». Кривичи были основой государства князя Рюрика. Но и после Рюрика сохранялось самостоятельное княжение кривичей в Полоцке, упраздненное лишь в конце Х века.

Восточно-славянское племя, жившее в окрестностях озера Ильмень и в верхнем течении реки Мологи. Словене сыграли важную роль в образовании государства князя Рюрика.

У ильменских словен были распространены наземные срубные дома с характерными для славян печами-каменками в углу. Древнейшим поселением словен в настоящее время считается крепость Ладога (ныне — Старая Ладога), возведённая в VIII веке (ориентировочно в 753‑м году).

В начале IX века на словенской земле возникает город Великий Новгород, ставший крупным политическим, ремесленным и торговым центром средневековой Руси.

Этот племенной союз населял территорию современных Черниговской, Сумской, Брянской, Курской и Белгородской областей. Происхождение названия «северяне» загадочно. Ведь это далеко не самое северное из славянских племен… Есть версия, что название восходит к иранскому слову «север», обозначающему «чёрный». Как-никак, главный город северян — Чернигов. По одной из интересных и обоснованных гипотез северяне-савиры — это ассимилированные славянами скифо-сарматские племена.

Есть версия, что названия связано с вышедшим из употребления древнеславянским словом, означавшем «родственник». Хотя, возможно, в ходе миграции славян на территорию будущей Российской империи, в какой-то момент северяне освоили наиболее северный (по сравнению с соседями) край.

Жителей этих земель аж до 18 века в просторечии называли «севрюками». Древнейшим и наиболее мощным центром Северской земли был Чернигов. Впоследствии возникли Путивль, Курск и Новгород-Северский. Отсюда же — название реки Северский Донец. Основными занятиями северян были земледелие, скотоводство и различные ремёсла.

Этот сравнительно небольшой по населению племенной союз занимал в основном бассейн нижнего и верхнего Сожа и междуречье Сожа и Днепра. Поречье Днепра было пограничьем радимичей с дреговичами.

Согласно летописям, название происходит от имени вождя Радима, во главе с которым радимичи, пришли из пропольских (ляшских) земель. Однако исследователи склоняются к тому, что этноним «радимичи» имеет балтское происхождение. Так, наиболее близкими к этому термину являются литовские термины radimas — нахождение, radimviete — местонахождение.

Самые важные города радимичей — Кричев, Гомель, Рогачёв, Пропойск.

Восточно-славянский племенной союз, населявший в VIII–XIII веках бассейн Верхней и Средней Оки, на территории современных Московской, Брянской, Калужской, Орловской, Рязанской, Смоленской, Тульской, Воронежской и Липецкой областей. Вятичи освоили огромную, хотя и малозаселенную, лесистую территорию. Возможно, у вятичей, как и у радимичей, были балтские корни.

Согласно версии, приведённой в Повести временных лет, название «вятичи» произошло от имени родоначальника племени, Вятко, — это уменьшительная форма от славянского имени Вячеслав. Главный город вятичей — Кордно (ныне — предположительно, село в Калужской области). Вятичи славились как охотники, пушниной они платили дань хазарам и киевским князьям, занимались сбором мёда, грибов и диких ягод. Но развито у них было и земледелие, и кузнечное дело. Вятичи считались храбрыми воинами, ценили независимость. Дольше других восточных славян они сопротивлялись христианизации, сохраняя уважение к своим языческим жрецам.

Восточно-славянское племя, населявшее земли вдоль нижнего течения Днепра, Южного Буга и побережья Чёрного моря. Другие названия племени — лютичи, лучане, угличи, улутичи… Столицей уличей был город Пересечень. Уличи упорно боролись с киевскими дружинами за независимость, но в результате все-таки подчинились. Позже уличи и соседние тиверцы были вытеснены на север прибывшими печенежскими кочевниками, где слились с волынянами.

Восточно-славянское племя, расселившееся в междуречье Днестра и Прута, а также Дуная, в том числе у Буджакского побережья Чёрного моря на территории современных Молдавии и Украины. Основным занятием тиверцев было земледелие. Тиверцы граничили с романоязычным населением, с предками нынешних румын. Тиверцам непросто было защищаться от набегов печенегов и половцев. Постепенно они мигрировали на Север и смешались с другими славянскими племенами. Оставшиеся долгое время сохраняли славянскую идентичность в румынском окружении.

Восточно-славянское племя, населявшее предположительно в VIII–X веках верховья Дона. Племенная принадлежность славян донского региона точно не установлена. Есть версия, что на Дон переселилась часть славянских племён с берегов Волги и Камы — представители именьковской археологической культуры. Существуют также предположения, что они относились к вятичам (соседям на севере), либо к северянам (соседям на западе). Их выделяют в отдельную группу, связанную с особой роменско-борщевской археологической культурой.

На северо-востоке донские славяне граничили с финно-угорскими племенем — с мещерой, на востоке — с мордвой. С южной стороны начинался степной кочевой мир, где орудовали тюрки и аланы-ясы. Земли донских славян в конце X века оказались в зоне набегов и передвижений печенежских орд. Поэтому часть донских славян стала казаками, а другая часть переселилась в Рязанское княжество, на берега Оки. Автор Повести временных лет не упоминает донских славян как отдельный племенной союз.

Этот племенной союз упоминается и в Повести временных лет, и в сочинениях императора Константина Багрянородного. Их прародиной считаются Карпаты. Есть версия, что у этих двух понятий — «Карпаты» и «хорваты» — общий славянский корень, слово «харабат» — хребет.

С Карпатских гор часть хорватов мигрировала на Балканы. А белые хорваты, оставшиеся в Закарпатье, подпали в зависимость от киевских князей, принимали участие в походе князя Олега на Константинополь.

Одним из правителей белых хорватов был князь Лаборец (ок. 875–892), княживший в Ужгороде во времена правления Святополка I в Великоморавской державе и павший в сражении с вторгнувшимися в Карпатский бассейн мадьярскими племенами. По одной из версий, белые хорваты были предками карпатских русинов.

Так называли восточно-балтийские племена, заселявшие в средние века юго-восточную часть современной территории Литвы и северо-западную часть современной территории Белоруссии. Литва не раз упоминается в «Повести временных лет», где этим словом в разных местах называются и племена, и страна — территория Литовского государства тех времен. В бассейне Немана шло особенно плотное взаимодействие литовских племен со славянами.

Восточно-балтское племя, населявшее восток современной Латвии. Занимало центральное положение по отношению к соседним племенам, расселившись в нижнем течении Западной Двины, оттеснив, а частично — ассимилировав прибалтийско-финское население. Долго не отказывались от язычества. К ХII веку некоторые земли латгалов попали в зависимость от русских княжеств. В 1208 году были завоеваны немецкими крестоносцами, подверглись сильному немецкому влиянию.

Балтское племя, жившее на юге Латвии в Земгалии и на севере Литвы. Были известны ожесточенным сопротивлением немецким крестоносцам. Стали составной частью латышского, частично — литовского народа. В «Повести временных лет» говорится, что земгалы платили дань Руси. Но воевать с ними во все времена было непросто.

Группа балтских племен, проживавших на территории современной Литвы и Белоруссии. Так называли население восточных и центральных районов территории современной Литвы. Они стали составной частью современного литовского (отчасти — и латышского) народа.

Западнобалтская народность, жившая в V–XVI веках на юго-восточном побережье Балтийского моря, на территории Курземе и сегодняшней западной Литвы, а также на крайнем севере Калининградской области (в древней Скаловии), давшая название Курляндии.

Балтская племенная группа, этнически наиболее близкая к пруссам. В древности ятвяжские племена населяли междуречье Нарева и Немана (так называемую Судавию). В X–XI веках ятвяги занимали основную часть будущего Подляшья. В X–XII веках южные и восточные окраины ятвяжского края неоднократно подвергались нападениям со стороны киевских великих князей. К XVII веку почти все ятвяги были ассимилированы литовцами, белорусами и поляками-мазовшанами.

Балтское племя, обитавшее, согласно древнерусским письменным источникам, в верховьях реки Протвы, на территории современных Московской, Смоленской и Калужской областей, между землями вятичей и кривичей. К концу XV века голядь была ассимилирована славянским окружением.

Жмудь — традиционное русское название балтского племени жемайтов. Обитали они на территории современной Литвы, в районе реки Неман. Жемайты стали составной частью современного литовского народа. Сохраняется жемайтское наречие литовского языка.

Пруссы — это союз балтских племен, объединенных общей религией и властью жреца, который носил титул Криве Кривейто. Пруссы называли свою землю «Островным царством» и действительно, они жили в окружении воды. Полуостров Самбия считался до XII века островом, ограниченным водами Балтийского моря и реками Преголя и Дейма. Прусские земли в период максимального могущества племенного союза простирались от Вислы до Немана.

В средневековых источниках их называли также «прутенами», «брусами», «борусами». Многим известны современные немецкие футбольные команды под названием «Боруссия». В том названии — отзвуки истории балтских пруссов. Название «пруссы» иногда связывают с наименованием реки Русне (приток Немана). Иван Грозный считал прусов потомками римских цезарей и своими предками.

Пруссы много лет вели войны с соседними польскими славянскими племенами. Их главной задачей было сохранения контроля над добычей и сбытом янтаря. В XIII веке под предлогом христианизации пруссов их земли завоевал Тевтонский орден. С тех пор началось онемечивание балтов-пруссаков.

Из смешения балтского, литовского и польского населения Восточной Пруссии с немецкоязычными колонистами сложилась особая народность — немцы-пруссаки, а временем окончательного исчезновения прусской народности условно можно считать 1709–1711 годы, когда от голода и эпидемии чумы погибло около половины населения древнепрусских земель, включая последних носителей прусского языка.

Часть пруссов вошла в состав литовского этноса.

Так называли на Руси ряд племён и народов, как правило, прибалтийско-финской группы финно-угорской общности. Народная версия происхождения слова «чудь» состоит в том, что язык чуди был непонятным, «чудным». Однако в ряде финно-угорских языков похожим словом называют мифологического персонажа. Чудь, о которой говорится в русских летописях, обитала в нынешней Новгородской и Ленинградской области. Частично это племя отождествляют с народом «водь», сохранившемся до нашего времени.

У удмуртов есть родовые наименования Чудья (Шудья), Чудна, часть коми называли так своих дохристианских предков. С этим наименованием связаны такие географические названия, как город Чудово, Чудское озеро, река Чуть.

Прибалтийско-финское племя, от которого происходят вепсы и частично карелы. Племя занимало территорию Межозёрья: между озёрами Нево, Онего и Белым и далее на юг. С весью исследователи связывают культуру курганов юго-восточного Приладожья, датируемых IX–XIII веками. Район распространения данной культуры — реки Сясь, Тихвинка, Капша, Паша, Воронежка, Оять, Свирь, Олонка, Тулокса, Видлица и северное побережье Онежского озера.

Чудь и весь были среди тех четырёх племён (наряду с кривичами и словенами), которые были причастны к призванию Рюрика. Они первыми из неславянских племён вошли в состав Руси и обрусели.

Древнее племя, проживавшее в Верхнем Поволжье на территории современных Ярославской, Ивановской, Владимирской, восточной части Московской и западной части Костромской областей России, ассимилированное не позже XI века. Одни исследователи считают мерю финно-угорским племенем, другие используют этноним «меря» для общего названия славянского и финского населения (мерянская культура). По всей видимости, название народа меря произошло от угро-финского слова «мёри», что означает «человек». Очень похоже называют себя и ныне существующие близкие мерянам народы — «мари» — марийцы, «морт-коми» — коми (зыряне), «морт-уд» — удмурты (вотяки), «морт-ва» — мордва.

Финно-угорское, либо балтское племя, которое с середины I тысячелетия нашей эры жило в нижнем течении Оки в окрестностях города Муром. В прибалтийско-финских языках слово «muru» связано с обозначением травы. Отсюда — и русское «сказочное» слово «трава-мурава». Племя занималось сельским хозяйством, охотой, ремёслами. К XII веку было ассимилировано восточными славянами на начальном этапе формирования русского народа.

Древнее финно-угорское племя, вошедшее в состав Древнерусского государства и растворившееся в русской и эрзянской (мордва) народности. Расселялось по среднему течению Оки (в Мещёрской низменность). Память о них осталась в топонимике.

Так называли на Руси финно-угорское племя, ставшее основой марийского народа, сохранившего свою идентичность до нашего времени. Жили они на территории нынешней республики Марий-Эл. Предки современных марийцев между V и VIII веком взаимодействовали с гуннами, позднее — с хазарами и Волжской Булгарией.

Так русские традиционно называли два финно-угорских этноса — эрзян и мокшан. Это — одни из самых многочисленных и развитых финских народов Руси. Они сохранили свою идентичность до нашего времени. Мокшане играли роль в истории Хазарского каганата, в позже — Владимиро-Суздальского и Рязанского княжеств, а эрзяне — в истории Волжской Булгарии, Владимиро-Суздальского и Нижегородского княжества. В тех краях, на берегах Клязьмы и Волги, они и обитали. Эти племена обрусели и ославянились на рубеже XVII–XVIII веков.

Так называли на Руси представителей финно-угорских народов, известных в наше время как удмурты, коми-пермяки и коми-зыряне. Исторически занимались охотой и рыболовством, пашенным земледелием, животноводством.

Финно-угорское племя, обитавшее в районе реки Печоры. Ассимилировано в русском мире. Археологи нашли следы древней культуры этого племени.

Русское название «ямь» может соответствовать финскому названию «хяме». версии, что Карельский перешеек и Ингерманландия были местом первоначального расселения еми, откуда она была вытеснена корелой.

Под названием Нарова понималось население Принаровья, которое относилось к чуди, но в то же время отчётливо отличалось от соседей. Относительно происхождения наровы существуют несколько версий. Некоторые эстонские исследователи высказывали предположение, что племя нарова сложилась в результате слияния чуди-еревы и води. Есть версия, что это племя возникло на основе дофинского населения — саамов. Некоторые исследователи связывают с наровой (неревой) исторический район Новгорода — Неревский конец. Следы существования наровской народности прослеживаются в культурно-этническом своеобразии уезда Восточная Вирумаа современной Эстонии.

Малочисленный прибалтийско-финнский народ, некоторое время плативший дань полочанам. Родственные ливам народы — современные эстонцы, с которыми ливы поддерживали хозяйственные связи до начала XX века, в особенности с рыбаками острова Сааремаа, и водь (финно-угорский малый народ, проживающий сейчас в нескольких деревнях Ленинградской области). В 2009 году в Латвии умер Виктор Бертольд — последний лив, для которого ливский был родным.

В ходе Великого переселения народов поляне примерно в VI веке пришли на берега Вислы и Одры. Их главным городом был нынешний город Гнезно. Впоследствии им удалось подчинить множество соседних земель и объединить под своим началом многие славянские племена. Из контролируемых ими владений в первой половине XI века образовалось королевство Польша. Поляне стали основой польского народа, дали ему имя. Князья полян, а также первые польские короли происходили из рода Пястов. Первоначально поляне — обобщающее название славянских жителей Поля, то есть той части евразийских степей и лесостепей, которая была известна древним славянам. Связи западных полян с восточными (киевскими) до конца не изучены. Есть предположение о происхождении западных полян от восточных. По крайней мере, некое родство между ними прослеживается.

Проживали в окрестностях современных польских городов Плоцк, Ломжа, Визна, Черск, Цеханув, Плоньск, Закрочим, Груец. На западе соседями мазовшан были поляне и куявяне, на юге — лендзяне и висляне, на севере и северо-востоке — балтийские племена пруссов и ятвягов, на востоке — восточно-славянское племя волынян. Прослеживаются активные связи мазовшан с балтами. Мазовшане позднее других племён влились в состав польской нации, длительное время Мазовецкое княжество сохраняло самостоятельность.

В IX веке племенной союз вислян образовал государство с центрами в Кракове, Сандомире и Страдуве. Позже были завоеваны полянами и вошли в состав Польши.

Западнославянские племена, жившие на территории Силезии. Территория, на которой они жили, стала частью Великой Моравии в 875, а позже, в 990 году, стала частью первого Польского государства, созданного королем Мешко I. Различалось, как минимум, семь силезских племен.

Западнославянские племена, жившие до XVI–XVII веков в низовьях Одры на побережье Балтийского моря. В 900‑х годах граница поморянского ареала проходила по Одре на западе, Висле на востоке и Нотечу на юге. Дали название исторической местности Померания (по-славянски Поморяния или Поморье). В число поморянских племён включают волинян и пыжичан. В X веке польский князь Мешко I включил земли поморян в состав польского государства. В 12 веке началась германизация поморянского населения. Избежавшим ассимиляции среди немцев и поляков остатком древних поморян сегодня являются кашубы, насчитывающие около 300 тысяч человек.

Один из племенных союзов так называемых полабских славян — исконного славянского населения современной северной, северо-западной и восточной Германии. Лютичи состояли из доленчан, ратарей, хижан, черезпенян, гавелян и спревян. Самоназвание лютичей — велеты (вильцы).

В глубокой древности эти племена приобрели славу храбрых воинов, отсюда и наименование, от определения «лютый». Центром союза лютичей было святилище «Радогост» в городе Ретра, в котором почитался бог Сварожич. Ратари были самым могущественным племенем в племенном союзе лютичей. Другим центром лютичей был город Аркона, располагавшийся на острове Рюген (славянское название Руян) со святилищем бога Святовита. В XI–XII веках союз потерял силу и распался. Разрозненные племена не сохранили контроль над территорией, их уделом стала миграция и частичная ассимиляция в германской среде.

Территория ободритского племенного союза — течение Эльбы (Лабы), запад современного Мекленбурга, восточная часть земли Шлезвиг-Гольштейн и северо-восточная часть современной Нижней Саксонии. В VII–XII веках бодричский союз представлял собой федеративное объединение бодричей, вагров, полабов, глинян, смолинцев, варнов, древан. Крупнейший город — Рерик на побережье Балтийского моря. Другие центры — Старгард, Любице, Велеград, Варнов, Зверин, Илово, Добин. С середины IX века ободриты вели постоянные войны с германцами. С 12 века начинается онемечивание ободритов, окончательно завершившееся к началу 19 века.

Западнославянский союз племен во главе с племенем сорбов (сербов), включавший также далеминцев, мильчан, лужичан, нишан, сусельцев и другие племена, обитавшие, главным образом, в междуречье Заале (Салы) и Одера (Одры). Главными занятиями лужицких сербов были земледелие и скотоводство.

В исторических источниках под 806 годом упоминается имя князя Милидуха, правившего всеми сорбскими племенами. После завоевания сербских земель началось их массовое заселение немецкими колонистами, немцы стали строить города, разрешая славянам селиться только на их окраинах. На землях лужичан в районе Котбуса (федеральная земля Бранденбург в современной Германии) в настоящее время распространён находящийся на грани исчезновения нижнелужицкий язык, а на землях мильчан в районе Будишина (федеральная земля Саксония) распространён верхнелужицкий язык.

Крупное межплеменное объединение славян в VII веке на Балканском полуострове, ставшее наряду с булгарами, а также другими славянами, основой будущего государства — Первого болгарского царства, и болгарского народа.

Это южнославянское племя проживало на нижнем Дунае. Название племени может указывать на связь с восточно-славянским племенем северян. Земли Дунайской Болгарии северцы начали осваивать тогда, когда там еще жили фракийцы. Часть фракийцев была убита, а некоторые бежали в горы. В 680 году эти земли захватил булгарский хан Аспарух, где и основал Первое Болгарское царство. Северцы переместились к Чёрному морю. Они стали союзниками Аспаруха. Из-за численного и цивилизационного славянского превосходства над булгарами болгарский народ, образованный при слиянии славян с булгарами, быстро славянизировался.

Это племя не сыграло важной роли в истории, о нем остались лишь отрывочные сведения. Обитали они, предположительно, на границе Трансильвании и Валахии. Другое название племени — мильчане болгаро-славянские.

Южнославянское племя, поселившееся в начале VII века к западу от Солуни. Языковед, академик О.Н. Трубачев считал, что балканославянские драговиты связаны с восточно-славянскими дреговичами. Долгое время входили в состав Византии. Многие друговиты с успехом служили Константинополю.

Южнославянское племя, вместе с милингами населявшее Пелопоннес в средневековье (с VII по X век). Основным занятием племени являлось земледелие и частично скотоводство, оно отличалось от милингов (родственного славянского племени) миролюбивым нравом. До 1822 года, когда было восстановлено греческое государство и возвращено античное название, полуостров Пелопоннес носил славянское наименование — Морея.

Первые славяне поселились на Балканах в первые десятилетия VII века, а некоторые племена продвинулись далеко на юг и осели на Пелопоннесе. Самым воинственным из них было племя милингов. В правление императора Феофила (829–842) Пелопоннес был полностью занят славянами. Однако постепенно славяне были частично вытеснены, частично подчинены Византийской империи.

Южнославянское племя, населявшее с VII века Пелопоннес, в VIII–XI веках нашей эры — полуостров Халкидики на Балканах. Долго стремились проводить независимую от Византии политику, воевали с греками с переменным успехом. По-видимому сагудаты сначала подверглись эллинизации, а затем вошли в состав современной турецкой народности.

Южнославянское племя, поселившееся в VII веке в Родопах и долине реки Места. В 837 племя восстало против византийского верховенства, заключив союз с болгарским ханом Пресияном. Позже смоляне стали одной из составных частей болгарского народа. Город Смолян на юге Болгарии был племенным центром смолян. Академик О.Н. Трубачев связывал смолян на Балканах с ветвью восточно-славянских кривичей: смоленами или смолянами.

Сравнительно небольшое южнославянское племя, населявшее в Средние века земли вдоль реки Струмы в Болгарии и Греции.

Крупное южнославянское племя, населявшее в VIII–XI веках нашей эры юго-запад Балканского полуострова. Вошли в тесный контакт с местным албанским и греческим населением. Ядром расселения ваюнитов к 800 году стали современный Эпир и южная Албания, где возникло княжество Вагенетия. В XIII — ХVI веках ваюниты внутренних районов по-видимому растворились в среде албанцев-арнаутов, а приморские группы вошли в состав греческого народа.

Небольшое южнославянское племя, жившее на юге Балканского полуострова. Участвовали в осаде Салоников в 616‑м году. Позже жили в Фессалии.

Южнославянское племя, поселившееся в конце VI века на территории современных Македонии и Косова. Участвовали в осаде Салоников в 616‑м году. В конце VII века берзиты признали над собой власть Византии, сохранив при этом внутреннюю автономию. В VII веке верзиты, вместе с коренными македонцами, составляли основное население Склавинского княжества. Верзитами были основаны или заселены города Велес, Кавадарци, Прилеп, Битола. Следы верзитов мы находим в составе таких современных народов, как македонцы, албанцы, болгары.

Союз южнославянских племен полуострова Халкидики. На пике могущества находились во второй половине VII века. Неоднократно участвовали в боевых действиях против византийцев. В VIII веке византийцам удалось сломить ринхинов.

Южнославянское племя, обитавшее в Восточных Альпах и Паннонии, возникло в VII веке. Считаются предками современных словенцев. В русских летописях известны под названием «хорутане». Славянское наименование «карантанцы» восходит к названию обитавшего в Альпах кельтского племени карнов, что на кельтско-иллирийском языке означало «скалу». Раннефеодальное государство карантанцев — Блатенское княжество после того, как в 874 году франки свергли его правителя — князя Коцела, превратилось в провинцию Франкского государства. Славянская знать Карантании подверглась истреблению.

Славянское племя, которое проживало в области современной Гацки (Лики) от верхней Купы до побережья Далмации. Жили на Адриатике, на Северо-Западе Балканского полуострова.

Южнославянское племя, жившее на территории современной Сербии, на среднем Дунае. Входили в состав Болгарского государства.

Южнославянское племя, жившее на южной Муре у Радгоны (Радкерсбурга) и в верховьях Тисы. Возможно, родственны восточноевропейским дулебам (см. выше).

Южнославянское племя, жившее в IX веке в бассейне среднего Дуная. Соседи воинственных болгар, которые их подчинили своей власти.

Южнославянское племя, давшее начало современному хорватскому этносу и обитавшие, главным образом, на территории современной Хорватии. Термин «красные» используется для отличия этих хорватов от восточно-славянского племени «белые хорваты» и западнославянского племени «чёрные хорваты». Впервые термин Красная Хорватия упоминается в Летописи попа Дуклянина, которая была написана в конце XII века. Обитали они в районах современных Черногории, Албании, Боснии, Герцеговины и Хорватии, простирающихся вдоль Адриатического моря. Красные хорваты и воссоединившиеся с ними позже белые хорваты стали основой современного хорватского народа.

Мы знаем полян — предков русских и украинцев, полян — предков поляков. Но одноименное (а, быть может, родственное восточно-славянским полянам) славянское племя жило и на Балканах, на северо-западе полуострова. О его судьбе мало что известно. По-видимому, они слились с другими славянскими племенами и действовали в истории под другими названиями.

В начале VII века сербы жили в Белой Сербии (белый цвет у славян означал запад) — она была расположена на территории современных Чехии и Польши. Входили в состав государства Само. Позже обосновались на Балканах. Стали основой современного сербского народа.

Небольшое славянское племя, которое в середине VII сформировалось на землях между Сетиной и Неретвой на побережье Адриатического моря к востоку от Сплита.

Южнославянское сербское племя, заселившее в VIII — ХI веках нашей эры бассейн реки Неретва на западе Балканского полуострова. Область их расселения называется Захумьем. Их название переводится буквально: живущие за холмами. Захумляне перешли Балканские горы (откуда их название, букв. живущие за холмом) и заселили побережье Адриатического моря, постепенно потеснив романское население. Главным городом захумлян стал Стон. Захумляне вошли в состав сербского и хорватского народов.

Сербское племя, которое с первой половины VII века проживало в верхней Далмации на территориях, лежащих к северо-западу от Дубровника. Возможно — склавинского происхождения. Тревунянами правила династия Беличей, но в середине IX века они подчинились Сербии и стали составной частью сербского (отчасти — и хорватского) народа.

Небольшое славянское племя, которое в середине VII века обосновалось на побережье Далмации. Их соседями с Севера были тревуняне, а с Запада — захумляне. Они были самым маленьким из прибрежных племен и никогда не играли заметной политической роли. Растворились в сербском море.

Одно из сербских племен, населявшее в середине VII века земли вокруг Скадарского озера в античной провинции Диоклея, от которой и происходит их название. С середины XI века земли дуклян становятся государством Зета, а с XV века — Черногорией. В значительной степени стали основой современного черногорского народа.

Славянское племя, жившее на территории современной восточной Сербии, к западу от реки Тимок, а также в регионах Банат и Срем. Тимочане присоединились к первому болгарскому царству, после того как болгарский хан Крум отвоевал их земли у Аварского каганата в 805. К XIII веку растворились в сербском и болгарском народе.

Небольшое южнославянское племя, которое жило на берегах реки Морава (находится на территории современной Сербии), от которой, предположительно, и получили своё название. Мораване с течением времени растворились в сербском народе.

Торговые пути древности — феномен, до сих пор вызывающий споры. Несмотря на пёстрый ворох различных свидетельств, многое в их истории покрыто мраком. Насколько серьезное экономическое значение имели эти маршруты в незапамятные времена? О многом мы судим по мифам, по устоявшимся стереотипам. Но — как бы то ни было — легендарный путь «из варяг в греки» стал основой Древнерусского государства. Стержнем, на который нанизывались города, военные дружины, устремления князей… Так было. И без связей с Константинополем представить себе русскую культуру невозможно.

Дорог в нашем понимании этого слова в те времена ещё не было. А торговлю подчас было непросто отличить от пиратства. Но поскольку развитие торговых отношений требовало постоянных разъездов, самыми надежными путями коммуникаций стали реки, которыми весьма богата Восточная Европа. Славяне умели ходить и по морям. Но реки в их жизни сыграли гораздо более важную роль. Они пронизывали всю славянскую географию.

Путь из варяг в греки

Итак, Варяжский путь, Восточный путь, он же — Путь из варяг в греки. Кто его открыл? Сделаем предположение, что первопроходцами были варяги. Суровые воины и мореплаватели, которые стремились к богатым греческим городам. С побережья Балтийского моря они двигались на Юг — в Юго-Восточную Европу и Малую Азию. Было это, предположительно, в конце IX и начале X века. Таковы наиболее популярные гипотезы. Но, возможно, путь существовал и в более ранние времена. По крайней мере — фрагментами. Иначе трудно объяснить смысл строительства торговых городов на Волхове — по меркам того времени, на краю земли. И символизм строительства собора Святой Софии в Новгороде. А наши предки видели прямую связь между этим храмом и Софией Константинопольской.

Разведку речных путей к Черному морю и далее к Миклагарду (Константинополю) проводил ещё Ивар Широкие Объятья (VII в.). Скандинавские саги приписывают открытие пути Эйрику Путешественнику, дошедшему до так называемого «Луга бессмертия». Возможно, этими путями прошли ещё готы.

Этим же путём пользовались русские купцы для торговли с Константинополем и со Скандинавией — в особенности со времен князя Олега, когда на торговле с Византией держалась практически вся экономика древнерусского государства. Как писал академик Д.С. Лихачёв, этот торговый путь «был в Европе наиболее важным вплоть до XII века, когда европейская торговля между югом и севером переместилась на запад».

Древнерусский летописей, автор «Повести временных лет», так описал легендарный маршрут:

«путь из варяг в греки, и из греков по Днепру, и верх Днепра волок до Ловати, и по Ловати вниз в Ильмень-озеро великое, из него же озера потечет Волхов и втечет в озеро великое Нево, и того озера внидет устье в море Варяжское. И по тому морю можно плыть до Рима, а от Рима можно приплыть по тому же морю к Царьграду, а от Царьграда можно приплыть в Понт-море, в которое впадает Днепр-река». В переводе на современные названия, путь от древних торговых центров Скандинавии (Сигтуна, Бирка или Висбю) и южного берега Балтики (Волин /Винета, Йомсбург/, Старигард, Аркона на острове Рюген, Щецин) проходил Балтийским морем через Финский залив, затем по реке Неве (здесь были пороги), по штормовому Ладожскому озеру, реке Волхов (ещё одни пороги) через Рюриково городище в озеро Ильмень, а оттуда вверх по реке Ловать с дальнейшим переходом в Днепр.

По сведениям Константина Багрянородного (X век), кривичи и другие племена весной собирали в Смоленске и в Чернигове большие долблёные ладьи на 30–40 человек — однодеревки, которые затем сплавлялись по Днепру в Киев. Здесь их переоборудовали, загружали и отправляли вниз по реке. По прошествии порогов, на острове Хортица или Березань ладьи оснащались парусами для плавания берегом Чёрного моря. Из западноевропейских историков имеется показание Адама Бременского о том, что «из шлезвигской гавани обыкновенно отправляются корабли в Склаванию [славянское Поморье], Сведию [Швецию], Семланд [Земландский полуостров] и до самой Греции».

Проводка кораблей по шхерам, заливам и рекам осуществлялась под руководством людей особой профессии: по-варяжски их называли штурманами, по-славянски — кормчими, кормщиками, а по-гречески — кибернетами.

Как именно путь проходил от Ловати до Днепра (или в обратном направлении), точно неизвестно. Возможно, маршруты были разными. Один из возможных вариантов пути пролегал через Западную Двину: из Ловати волоком через водораздел до озёр Усвятское и Узмень, откуда по реке Усвяче в Западную Двину.

Как осуществлялся волок, доподлинно мы не знаем, но существует несколько правдоподобных теорий. По первой лодки плыли, пока была достаточная глубина реки или озера, а затем воины или рабы впрягались и наподобие бурлаков тащили лодки по мелкой воде, а, когда вода прекращалась, устраивали специальные деревянные волоки. Волокли лодки по доскам, возможно, волоки поливали водой для уменьшения трения. По другой версии, лодки ставили на подобия колес и перекатывали. Не исключено, что это подсказало князю Олегу идею поставить лодки на колеса, расправить паруса и таким образом штурмовать Константинополь.

Есть еще версия, что лодки бросали у истоков реки, когда уже невозможно было тянуть, нагружали товаром рабов и воинов, они всё это несли до следующего водного пути, а там уже ждали другие лодки. Так или иначе, но это был хорошо отлаженный процесс.

Наиболее удобные переходы из Днепра в Западную Двину были на участке между Смоленском и Оршей, с одной стороны, и Витебском и Суражем, с другой стороны, где расстояние между Днепром и Западной Двиной доходит до 80 км, а притоки этих рек подходят друг к другу на расстояние до 7—15 км, что делало возможным переправлять суда и грузы волоком. Возможно, в те времена существовали и другие водные артерии, исчезнувшие к нашему времени.

Предполагается, что существовало два главных пути между Днепром и Западной Двиной. Первый — из Днепра у села Катынь в озеро Купринское у деревни Лодыжицы (бывшее Лодейницы), из которого весной при высокой воде волоком через деревню Ермаки в реку Удру у деревни Соболи и далее по рекам Удре и Клец в озеро Каспля. Летом, при низком уровне воды — волоком от озера Купринского через деревню Волоковую в реку Клец или прямо в озеро Касплянское, далее по реке Каспле в Западную Двину.

Что везли купцы по этому непростому, рискованному пути? Из Скандинавии могли вывозить железо-сырец, амбру, моржовую кость, изделия из китовой кожи (в первую очередь — корабельные канаты), а также предметы, награбленные викингами в Западной Европе (французские вина, ювелирные изделия и драгоценности, шёлковые и батистовые ткани, серебряную утварь); из Византии — оружие, вина, пряности, керамические и стеклянные изделия, дорогие ткани, иконы, книги; из Прибалтики — янтарь; из Северной Руси (Новгорода) — «мягкое золото» (меха соболей, куниц, выдр, бобров), мёд, воск, который был в то время необходим в Греции в больших количествах, в первую очередь — для свечей. А также кожи, смолу; из Южной Руси (Киева) — хлеб; с Волыни — шиферные пряслица. Немаловажным товаром, поступавшим из Руси были рабы, в том числе — женщины.

Существование этого варианта пути подтверждается многочисленными памятниками: укреплённые поселения у начала и конца волока (Лодейницы и Каспля) — небольшие укреплённые убежища вдоль трассы (Куприно, Ермаки, Соболи, Волоковая); древние курганы одиночные и групповые на реке Катынке, озере Купринском, реке Удре и озере Каспля. Подтверждают местонахождение волоков и данные топонимики — названия Катынь, Лодейницы, Волоковая.

Второй вариант пути — из Днепра у деревни Комиссарово по реке Березине до города Рудня, затем волоком через деревню Переволочье в озеро Большое Рутавечь между селом Микулино и деревней Заозерье, далее по реке Рутавечь в Касплю и Западную Двину. На этом пути были также укреплённые пункты: Приволье, Рудня, Микулино, Ковали, Понизовье, Кошевичи, а также большое количество курганов у деревень Заозерье, Ковали, Силуяново и других. Топоним Переволочье также подтверждает наличие здесь волока.

Существовали и другие варианты перехода из Днепра в Западную Двину, менее известные. Но мы последуем дальше. Путь по Днепру выходил в Чёрное море, минуя Днепровские пороги. Далее, на запад, по морю — вдоль черноморского побережья (Румелийского берега) до Константинополя. Перед тем как выйти в Чёрное море, судам требовалась дополнительная оснастка. Близ устья Днепра на острове Березань либо на острове Хортица на Днепре купцы делали остановку для этих целей. Ещё один остановочный пункт существовал на острове Змеиный близ дельты Дуная. От устьев Южного Буга, Днестра и Дуная можно было попасть в Западную Европу. Путь от Новгорода в Днепр был описан в середине X века византийским императором Константином Багрянородным.

Разумеется, особенно эффективным путь из варяг в греки стал, когда, после успешных походов князя Олега, Рюриковичи стали владеть всей территорией от Волхова до Чёрного моря. Для них этот путь стал магистральной дорогой, основой экономики. И проверенной дорогой для военных походов.

Скептики утверждают, что гораздо удобнее был другой путь из варяг в греки — по речным долинам Рейна и Эльбы с дальнейшим выходом к верховьям Дуная, откуда путешественнику предоставлялось на выбор два направления: одно — к Верхней Адриатике с последующим плаванием вокруг Греции, другое — вниз по Дунаю. По этому пути с XVI в. до н. э. в Южную Европу попадал балтийский янтарь, именно по нему были привезены в Новгород упомянутые византийские сосуды. Но военно-политическая ситуация требовала, чтобы торговых путей было несколько…

Есть обоснованное мнение, что классический русский «Путь из варяг в греки» распадался на три основных направления: 1) Смоленско-Новгородско-Балтийское — по нему, начиная с XIII века, шла основная торговля с Ганзой; 2) «греческое» — по нему до середины XIII века осуществлялись связи Киева с Византией; 3) Киево-Новгородское — использовавшееся главным образом для внутренней торговли и сношений.

Возможны разные варианты. Широтный путь россов с верховьев Днепра «в чёрную Булгарию и Хазарию» на Волгу, описанный в византийском трактате X века «Об управлении империей», совпадает с выводами археологов о том, что широтный торговый путь «Западная Двина — Днепр — Ока — Волга» был главной коммуникационной артерией в истории раннего Гнёздова, а «Путь из варяг в греки» стал в Гнёздове основной торговой магистралью только с середины X века.

Есть мнение, что древность и великое значение торгового пути из варяг в греки, проходящего по Днепру и Волхову — всего лишь выдумка авторов «Повести временных лет» для обоснования посещения Русской земли апостолом Андреем Первозванным, который в реальности путешествовал из Константинополя в Рим по Дунаю по пути в 5–6 раз короче, чем путь по Днепру. Система волоков, соединявших Новгород на Волхове и верховья Днепра, в отличие от Волжского торгового пути, до второй половины X века не претендовала на общеевропейское значение и связывала только русские земли. До XII века проложенный в духовной литературе, возможно, Наумом Охридским маршрут апостола Андрея из «грек в варяги», где место варягов занимали славянские народы, особенно Великой Моравии, проходил по Дунаю. Видимо, именно для доказательства пребывания апостола Андрея в Киеве «Повесть временных лет» не только перенесла торговые пути конца X века в I век, но и утверждала их существование в последующие века, пересказывала также из того же списка, где была и легенда о путешествии апостола Андрея по Дунаю, якобы происходившие на пути из варяг в греки и другие события и легенды из жизни славянских народов, живших на берегах Дуная, Эльбы и Одера, причём перенесла их на берега Днепра и Волхова вместе с добросовестно переписанными киевским летописцем, не знакомым с нижним течением Днепра, географическими особенностями устья Дуная. Действительно, апостол Андрей вряд ли бывал в киевских и новгородских краях. Скорее всего, это легенда.

Со временем значение легендарного торгового пути сходило на нет. Причин тому было немало: раздробленность Руси, централизация в странах Скандинавии, упадок Византии (когда в 1204 году Четвёртый крестовый поход разрушил Константинополь, центр мировой торговли переместился в Венецианскую республику). Древний путь окончательно пришёл в упадок, когда ордынцы захватили Нижнее и Среднее Поднепровье. Купцы стали искать более безопасные дороги. И не в Константинополь, а в города Италии. Правда, найти такие дороги было непросто.

А память о древнем пути из варяг в греки сохранилась в народных сказаниях. Слишком уж важен был этот путь для воинов и торговцев, для всей земли!

Крупнейшая река Европы, пересекающая необозримое пространство, с древних времен соединяла земли и манила путешественников, авантюристов, торговцев. Путь по Волге от Каспия на Север был опробован, по мнению некоторых исследователей, еще в VIII веке до нашей эры. Но то были редкие подвиги самых выносливых и любознательных. Экономической необходимости в продвижении от Каспия к Балтике в столь древние времена не было. Она возникла несколько позже. Тогда-то и стал популярным путь, который еще называют Волго-Балтийским, а также путем из варяг в арабы и из варяг в персы.

Настоящая торговля начинает разворачиваться на огромном евразийском пространстве лишь в конце VIII века нашей эры. А уже в IX веке Волжский торговый путь становится самым развитым из всех древних «магистралей». Вместе со становлением Багдадского халифата — богатейшего государства тогдашнего мира — развивается его экономика, растет торговля. Мусульманская знать чрезвычайно ценит товары с севера.

В период своего расцвета в первой половине IX века Волжский торговый путь обеспечивал экономическое благосостояние трёх государственных образований — Руси в верховьях, Волжской Булгарии в средней части и Хазарского каганата в низовьях Волги.

Нюансы маршрутов великого пути варьировались. Участок Волжского торгового пути между волоком из Дона и Каспием использовался и русскими купцами, приходившими сюда из нижнего Днепра, по сведениям арабских географов Ибн Хордадбеха, Ибн Русте и Ибн Фадлана, прошедшего вверх по Волге вплоть до Булгарии в 921–922 годах. Достигнув Каспийского моря, купцы высаживались на его южных берегах и на верблюдах отправлялись дальше в Багдад, Балх и Мавераннахр. Автор «Книги путей и стран» Ибн Хордадбех (IX век) сообщал, что в его время купцы доходили «до кочевий тогуз-гузов, а затем и до Китая». В середине X века византийский император Константин Багрянородный в трактате «Об управлении империей» сообщал, что через Перекоп существовал древний канал, позволявший купцам попадать от устья Днепра в Азовское море, не обходя с юга Крым, «но с течением времени канал засыпался и обратился в густой лес». То есть, в систему входило и Чёрное море. Cвязь среднего Поднепровья с нижней Волгой осуществлялась через Северский Донец.

Классический Волжский торговый путь начинался в Нидерландах, в городе Дорестаде, ныне исчезнувшем. Он проходил через Северную и Восточную Европу, Россию, а затем Ближний Восток и заканчивался — в одном из вариантов маршрута — в городе Танджа (Танжер), что в современном Марокко. Путь разветвлялся в зависимости от целей купеческих караванов. По Волжскому пути шли в Антверпен, Гамбург, Кельн, Астрахань, Севастополь, Тбилиси, Ереван, Стамбул и многие другие города. Путь включал в себя как водные дороги (по Волге, Черному и Каспийскому морям), так и сухопутные маршруты. Но основная его часть неизменно проходила по Волге, через территории, которые контролировались в разное время Хазарским каганатом, Булгарией и русскими княжествами.

Вниз по Волге до Волжской Булгарии сплавлялись такие исконно русские товары, как меха, мёд и рабы. В торговле принимали активное участие варяги — извечные торговцы, охранники купеческих караванов и собиратели мзды. Среди мест крупнейших скандинавских поселений на Верхней Волге археологи отмечают Сарское городище и Тимерёвские курганы. Там-то и устраивали свои крепости варяги. Население в тех краях было смешанным, славяно-финским, со скандинавской примесью.

Многое прояснили раскопки в Гнёздове — этот город был стратегически важен для нескольких торговых путей. Широтный путь россов с верховьев Днепра «в чёрную Булгарию и Хазарию» на Волгу, описанный в византийском трактате X века «Об управлении империей», совпадает с выводами археологов о том, что торговый путь «Западная Двина — Днепр — Ока — Волга» был главной коммуникационной артерией в истории раннего Гнёздова, а «Путь из варяг в греки» стал в Гнёздове основной торговой магистралью только с середины X века.

Один из вариантов Волжско-Балтийского пути или, как его называют по аналогии с летописным путем «из варяг в греки» — из варяг в арабы, был отмечен археологом В.И. Равдоникасом. Скандинавы, направляясь в город Булгар, что на Волге, начинали свое движение на малых судах с Ладоги. Поднявшись вверх по реке Сяси, они рекой Воложбой плыли до водораздела и затем волоком перебирались в реку Чагоду, которая входит в волжский бассейн. По рекам Чагодоще и Мологе они спускались в Волгу к Булгару, где их и встретил в 921 году знаменитый арабский путешественник Ибн Фадлан, описавший купцов под именем русов.

Караваны шли зимой по льду, летом — по бурным волжским водам. Чем более долгий путь проделывал товар, тем ценнее он оказывался. В пути его могли много раз перекупать, прежде чем вещи попадали новым владельцам. Существовала и особая шкала цен. Самыми ценными считались женщины-рабыни. Немногим дешевле можно было купить мужчин. Лошадей продавали уже вдвое дешевле, чем мужчин. Далее следовали меха, драгоценные металлы, оружие, ткани, мёд…

Торговля со странами Востока была весьма выгодной для Руси. Пряности, шёлк и некоторые другие «экзотические» товары можно было приобрести только здесь. Шел обмен сельскохозяйственными технологиями. Кроме того, в IX веке Русь на некоторое время стала главным посредником между Востоком и странами Европы, так как прямая торговля между ними была практически невозможна из-за кочевых племен, преграждавших путь. Французский поэт того времени, воспевая красавицу, говорил, что она одета в одежду из «русского шёлка». Разумеется, шелк был китайский, но французы получали его через Русь и подчас считали русским. А китайская цивилизация в те времена не имела равных в Европе. Лишь после крестовых походов в XI–XII вв. Европа пробила себе прямой путь на Восток в обход русских земель.

Важное значение имел и транзит серебра. В конце IX века на территории современного Афганистана были найдены большие залежи этого благородного металла. Саманидские шахи получили возможность чеканить значительное количество монет. Это способствовало расцвету торговли не только в Средней Азии, но и на Каспии и на Волге. Многочисленные клады мусульманских серебряных монет (куфические монеты) известны на Балтийском побережье и в Восточной Европе. Интенсивность выпадения первых кладов куфических монет на территории Восточной и Западной Европы приходится на 810–820 годы — время открытия мусульманскими купцами европейского Севера и освоения Волжского пути.

Русы поставляли на арабо-мусульманский Восток драгоценную пушнину, а также изделия из мамонтовой кости и клыков моржей, из которых резчики в Хорезме и Персии изготавливали великолепные шкатулки и гребни. Первоначально обмен вели по принципу «товар на товар». Ценилось на Руси и оружие из Персии и Сирии. Но и русские кузнецы-оружейники кое-чем могли заинтересовать избалованного восточного потребителя.

Особое место в этой торговле занимали меха. Да, Русь поставляла меха в самые жаркие страны. Это может показаться несколько забавным, но такова была тогдашняя мода. «Потребность в мехах, — пишет историк С.М. Соловьев, — усиливалась на востоке с распространением богатства и роскоши в блестящее царствование Гаруна аль-Решида. Шубы стали почетною одеждою и покупались дорого; до нас дошло известие, что Зобейда, жена Гаруна, первая ввела в моду шубы, подбитые русскими горностаями или соболями; кроме мехов русы привозили на Волгу также и рабов. В обмен за означенные товары русы могли брать у арабов дорогие камни, бисер, особенно зеленого цвета (нитки его составляли любимое ожерелье русских женщин, мужья которых разорялись, платя нередко по диргему (от 15 до 20 копеек серебром) за каждую бисеринку), золотые и серебряные изделия, цепочки, ожерелья, запястья, кольца, булавки, рукоятки, пуговки, бляхи для украшения одежды и конской сбруи, быть может, также шелковые, шерстяные и бумажные ткани, овощи, пряности и вино. Но, как видно, русы сильно желали выменивать на свои товары арабские монеты, диргемы (дирхемы), которые везде и во всяком значении имели большую ценность. Посредством этого пути арабские монеты распространялись по разным местам тогдашних русских областей; как редкие, всегда ценные вещи, как украшения переходили они из рода в род, из рук в руки, закапывались в землю вместе с мертвецами, зарывались в виде кладов и таким образом дошли до нас».

Немногим уступал меху по популярности славянский лён, который везли до Дербента, откуда купцы доставляли его в Среднюю Азию, Персию и Индию.

Крупнейший торговый путь резко начал терять значение в Х веке. И Европа, и Китай просто отвлеклись от торговых дел. К тому же развивалась морская торговля, а на Волге стали хозяйничать несговорчивые и воинственные кочевники. А, может быть, не хватало оборотистых хазар… Всё-таки в пору своего расцвета путь был связан с их административной системой.

Ещё одна легенда мировой истории — Великий Шёлковый путь. Путь, без которого человечество не достигло мы того уровня международного сотрудничества, которое в наше время определяет уровень и суть цивилизации.

Главная задача этого пути обозначена в самом его названии: купеческие караваны перевозили из Китая в Европу шёлк. Столь изысканной ткани европейцы не знали, а китайцы тщательно (как они это умеют!) оберегали секрет изготовления шёлка. Но возили по этому пути и другие товары. И не только из Китая, но и в обратном направлении. Само понятие «Великий шёлковый путь» утвердилось только в 19 веке, когда его сформулировал немецкий географ Фердинанд Рихтгофен. Но существовал путь с незапамятных времен.

По-видимому, путь был впервые проложен во II веке до нашей эры. Попытаемся восстановить вехи маршрута. Всё начиналось в городе Сиань. В то время этот древний китайский город, расположенный на реке Вэй, был крупнейшим в мире.

На Великом Шелковом пути

Из Сианя путь шёл через Ланьчжоу в Дуньхуан, а там раздваивался: северная дорога проходила через Турфан, далее пересекала Памир и шла в Фергану и казахские степи, южная — мимо озера Лоб-Нор по южной окраине пустыни Такла-Макан через Яркенд и Памир (в южной части) вела в Бактрию, а оттуда — в Парфию, Индию и на Ближний Восток вплоть до Средиземного моря, во владения римлян и греков. Организация торговли на дальние расстояния требовала создания для караванной торговли особых условий — перевалочных пунктов, специализированных базаров, режима стабильных денежных расчетов и защиты прав собственности купцов-чужеземцев. Вся эта рыночная инфраструктура поддерживалась вдоль евразийских трасс более полутора тысяч лет.

Идею такого пути подал Александр Македонский. Его походы значительно расширили представления древних о географии и открыли невиданные перспективы для торговцев… Запад понял, что на земле есть и Восток, и у восточной цивилизации есть чему поучиться. Восток ощутил присутствие Запада. Шли века. Китай начал экспортировать шёлк, как только осознал свою потребность сначала в нефрите и жадеите из копей Хотана и Яркенда, а потом в породистых арабских скакунах, которые значительно превосходили по своим качествам низкорослых китайских лошадей. Китайское государство поддерживало купцов. Торговля считалась стратегически необходимой.

Старая Северная дорога возникла во времена императора У-ди, который под натиском степного народа хунну направил своего сановника Чжан Цяня на поиски их врагов юэчжей, откочевавших на запад, чтобы заключить с ними союз. Во время путешествия 138–126 годов до н. э. дошедший до Бактрии Чжан Цянь увидел в Ферганской долине поразивших его своей красотой и статью коней. Он доложил императору об отсутствии в других странах шёлкоткацкого ремесла и посоветовал ему вывозить за границу шёлк в обмен на прекрасных коней, а также на сладкие плоды, вино, люцерну (мидийскую траву, которую высоко ценили китайцы!). Шёлк на Западе высоко ценили, прежде всего, за его способность противостоять всеобщему бедствию — назойливым насекомым-паразитам. Таким образом, Чжан Цяню удалось установить отношения между Китаем и эллинистическими государствами Азии, а также собрать сведения о Персии и Индии.

В 121 году до н. э. первый верблюжий караван с шёлком и бронзовыми зеркалами направился к Ферганскому оазису через Турфанскую впадину вдоль Огненных гор и отрогов Тянь-Шаня. Через несколько лет У-ди направил Чжан Цяня с новой миссией, с большим посольством, большим количеством денег и щёлка — на этот раз в землю усуней, населявших бассейн реки Или. От усуней послы должны были разъехаться по другим странам, начиная с соседних среднеазиатских (Кангюй, Бактрия, Согдиана). Экспедиции прошли вполне успешно. Путь стал традиционным. Торговая артерия заработала. Правда, купцам мешали восстания и войны, и все-таки торговля продолжалась.

Шёлк был хотя и главным, но далеко не единственным товаром, который перевозился по трансконтинентальному пути. Из Центральной Азии вывозились кони, весьма ценимые в Китае, военное снаряжение, золото и серебро, полудрагоценные камни и изделия из стекла, кожа и шерсть, ковры и хлопчатобумажные ткани, экзотические фрукты — арбузы и персики, курдючные овцы и охотничьи собаки, леопарды и львы. Из Китая караваны везли фарфор и металлическую посуду, лакированные изделия и косметику, чай и рис. Купцы обменивались и специями. Также в дорожных мешках купцов можно было найти слоновые бивни, носорожьи рога, черепаховые панцири, пряности. Шел активный обмен технологиями. Производство пороха, бумаги, некоторые строительные технологии — все это поступало в Европу из Китая. Китайцы в свою очередь позаимствовали у европейцев идею колесницы. А уж как продвинулись географические представления!

В IV–IX веках международную торговую сеть поддерживали согды на востоке и евреи-рахдониты на западе. Согдийский язык стал на некоторое время языком международного общения. Торговля стала испытывать трудности, когда римляне ушли с Ближнего Востока. Еще труднее стало преодолевать Шелковый путь, когда появилось сильное и воинственное Арабское государство.

В сложный для торговли период VIII–X веков вместо шёлкового стали использоваться речные пути и волоки Восточно-Европейской равнины, основными организаторами которых выступали хазары, славяне и скандинавы. Об этих путях мы уже рассказали…

Восточные державы пытались блокировать торговые связи Византии путём обложения греческих купцов высокой пошлиной. В связи с этим караваны из Китая и Средней Азии пошли в обход державы Сасанидов. Они стали огибать Каспийское море не с юга, а с севера — двигаясь через Северный Прикаспий на Северный Кавказ. Так на Кавказе появились два ответвления Великого шёлкового пути — Мисимианский и Даринский.

После создания в XIII веке Монгольской империи, в пределах которой оказалась почти вся территория Шёлкового пути, возникли предпосылки для оживления сухопутной торговли по древним маршрутам. Такие европейские путешественники, как Марко Поло, Карпини, Рубрук, при содействии монголов беспрепятственно проделывали путь до Восточного Туркестана и обратно. Теми же самыми путями распространялась в XIV веке и «чёрная смерть» — чума, которая проникла в Европу как раз из Китая, через торговцев. Западный участок пути в XIV–XV веках контролировали венецианцы и генуэзцы, которые обзавелись укреплёнными факториями по берегам Чёрного моря. Окольные маршруты пути проходили и через территорию Московского царства.

Великий Шелковый путь

Закат Великого шелкового пути связывают, прежде всего, с развитием торгового мореплавания вдоль побережий Ближнего Востока, Южной и Юго-Восточной Азии. К началу XVII века от некогда великого торгового пути остались одни воспоминания. А точнее — легенды. Впрочем, остались и города!

Этот путь (а точнее — несколько вариантов торгового пути) проходил от «янтарного побережья» Балтики — к наиболее развитым и богатым городам Европы и Востока. Он не всегда активно функционировал. Но на протяжении тысячелетий несколько раз случались периоды расцвета янтарной торговли.

Янтарь не зря считали одним из чудес света. Ведь это застывшая смола доисторических хвойных деревьев. Возраст балтийского янтаря — примерно 44 миллиона лет, и он был и остается одним из лучших для ювелирных изделий. Само слово «янтарь» — из редких заимствований, пришедших в латинский язык из германских языков. Мы знаем, что древним римлянам был необходим этот материал для ювелирных изделий. Во времена Нерона миссия сенаторов была отправлена на север, чтобы узнать о его происхождении. Ходили разные легенды, по одной из которых янтарь считался застывшей кровью дракона.

С середины II го тысячелетия до н. э. в ходе контактов между прибрежными племенами янтарь и изделия из него распространились по всей Европе. Его ввоз в восточное Средиземноморье фиксируется, по крайней мере, с микенских гробниц XVI века до н. э., где были найдены бусы из балтийского янтаря. Изготовленные из него украшения обнаружены и среди других памятников микено-минойской цивилизации.

С начала 1 тыс до н. э. врезультате трансальпийской торговли этрусков с племенами центральной Европы, янтарь поступает в западное средиземноморье. Расцвет торговли приходится на XVIII–VII вв. до н. э.

В эпоху расцвета янтарный путь проходит из Восточной Прибалтики к Ютландии и далее по Эльбе к верхнему течению Дуная, от туда по реке Инн через долину Адидже в Северную Италию. Конечной точкой пути с севера был порт Спина на Адриатике-центр торговых контактов этрусков с греческим миром. Другое ответвление янтарного пути дествовало с 6 в до н. э. оно вело от Эльбы к истокам Рейна и затем через Восточную Галлию долиной Роны к греческой колонии Массалия (Марсель)

Существовал ещё так называемый Висленский янтарный путь, от Балтийского моря вверх по Висле, потом в Днестр. Заканчивался он у портов Северного моря, а далее, по морю, путь шел в Грецию и Малую Азию.

В музее янтаря

Но для нас наиболее интересным является внутриматериковый прибалтийский путь по рекам северо-запада современной России и стран Прибалтики, существовавший с III тысячелетия до н. э. (с эпохи среднего неолита). Путь шел по рекам Западная Двина, Пярну, Рауду и далее по Окско-Волжскому и Днепровскому пути. Уже в неолетические времена янтарь доходил до Волги и Днепра — и поэтому есть все основания предположить, что Волжско-Каспийское направление могло осваиваться значительно ранее VIII века н. э. для продвижения на Восток.

В Средней Азии определились два направления движения янтаря: Сыр-Дарьинское и Аму-Дарьинское. Они активизируются с середины I тыс до н. э. и действуют вплоть до V в н. э. Следуя вдоль Сыр-Дарьи, янтарь проникал в Ферганскую долину. Далее караваны двигались на восток, в Китай. В средние века внутренние пути становятся разветвленнее, и доходят на северо-востоке до Чуйской долины, а на юго-востоке — до Заравшанской долины. Крайней восточной точкой пути стал Памир.

Известно, что янтарные изделия часто встречаются в памятниках сарматского времени. Добыча этого «чуда природы» и торговля янтарем в значительной мере была сосредоточена в руках племенной аристократии эстиев (балтославян и германцев), а затем, в V веке, перешла в руки дружинных вождей, что привело к появлению в землях юго-восточной Балтики редчайших римских изделий. Основной массив римского импорта за балтийский янтарь оставался в ареале эстиев, древнейших обитателей янтарного края, обитателей будущей исторической Пруссии. Эти изделия вышли из различных провинциально-римских мастерских. Тут можно было встретить и массовую продукцию, и уникальные произведения искусства.

Одно из самых поразительных открытий было сделано не так давно в Северной Польше. Это остатки деревянных настилов, тянущиеся на многие километры и обозначающие сеть дорог, которая вилась через болотистые земли, неподалеку от Балтийского моря. С помощью углеродного анализа и дендрохронологии было установлено, что эти дороги проложили в начале I века и поддерживали в хорошем состоянии почти 200 лет. Таков он был, янтарный путь.

Торговля янтарём не была тихой и мирной процедурой. Добыча, транспортировка и продажа требовали колоссальных усилий. Прибыль должна быть баснословной, чтобы кто-то стал тратить силы на такое предприятие: добыча, строительство дорог и поддержание их в хорошем состоянии, наконец, охрана…

Скорее всего, люди, руководившие этим, дружинные вожди, получали существенную часть доходов от торговли — возможно, в виде пошлины или платы. Скорее всего, они совмещали функции купцов, переговорщиков, организаторов строительства и транспортировки и охранников.