Copyright © 2022 by Rampion Books, Inc.

© Ю. Гиматова, перевод на русский язык

© ООО «Издательство АСТ», 2023

В этой истории есть спойлеры к серии «Лунные хроники», трилогии «Отступники» и «Бессердечной».

Здесь также встречаются отсылки к романам «Позолота» и «Мгновенная карма», но в этих главах явных спойлеров нет…

Если вы не читали упомянутые выше книги, действуйте на свой страх и риск!

А еще хочу официально заявить, что эту историю нельзя считать каноном для упомянутых выше книг.

Приятного чтения! И хороших решений! *подмигивает*

Марисса

Зола (полное имя – Линь Зола)

Кресс

Скарлет

Зима

Ико

Ясин

Принц Кай

Кинни

Королева Левана

Пиона

Рикан

Капитан Торн

Торин

Волк

Адриан (прозвище – Скетч)

Макс

Сорока

Нова (другое имя – Бессонница)

Ари

Джуд

Квинт/Квинтоньян

Прю

Кэт

Шляп Ник

Бармаглот

Джокер

Мэри-Энн

Питер Питер

Эрлкинг (другое имя – Ольховый король)

Фриш и Никель (близнецы)

Гердрут

Ханс

Серильда

Новый Пекин, дворец. Зола сидела в своих покоях в кресле с обивкой из стеганого бархата и старалась не смотреть на свое отражение в огромном зеркале, которое висело над туалетным столиком прямо перед ней. И вовсе не потому, что отражение ей не нравилось. Просто она никогда не чувствовала себя собой после того, как за нее бралась толпа служанок, а в тот день они превзошли себя: кремы, маски, всевозможная косметика без конца сменяли друг друга. К счастью, Ико наконец вмешалась – она всегда чувствовала, когда Зола вот-вот потеряет терпение. Она прогнала служанок и сама занялась волосами Золы.

– Сегодня никакого хвостика, – твердо сказала она.

Каштановые волосы Золы были собраны в классический пучок, украшенный одиноким белым пионом. В память о сестре, которой ей сегодня так не хватало.

Причесав ее, Ико ушла.

Но Зола не думала о Пионе, о прошлом, о том, что могло или должно было произойти. Не отрывая взгляда, она смотрела на обручальное кольцо. Рубин в золоте, обрамлен бриллиантами. У кольца была история. Иногда, думая о ней, Зола начинала паниковать. В королевской семье Восточного содружества это украшение передавалось из поколения в поколение, от императрицы к императрице. Когда-то его носила прапрабабушка Кая, потом его бабушка, мать, а теперь оно оказалось у Золы.

У нее перехватывало дыхание при одной мысли о том, что она может потерять его. Но сейчас она восхищалась драгоценными камнями, мерцавшими на ее стальных пальцах. С этим кольцом ее рука-протез выглядела почти… элегантно.

Через несколько часов Зола выйдет замуж.

Свет, упавший на камни, отразился в зеркале россыпью разноцветных искр. Интересно, чем занят Кай? Наверное, тоже окружен толпой слуг, хотя его это не раздражает так, как ее. Волнуется ли он так же сильно, как Зола?

Она оторвала взгляд от кольца и посмотрела на свое отражение.

Да, она нервничала. Но еще она улыбалась.

Был ли кто-нибудь когда-нибудь так же счастлив, как она в тот момент?

После всего, что произошло в первый год их знакомства – от тюремного заточения и побегов до похищения, революций и войн, – последующие годы оказались довольно спокойными. Зола и Кай наслаждались долгой помолвкой. Торопиться было некуда, кроме того, у них появилось столько новых обязанностей! Кай правил Восточным содружеством, Зола – Луной. Месяцы дипломатических встреч между Землей и Луной, долгожданное вступление Луны в новую историческую эру, отказ Золы от трона, первые выборы нового лидера…

Но наконец пришло время.

Благодаря своей новой должности Зола как посол Луны чаще бывала на Земле, и все знали, что рано или поздно она станет императрицей. Она знала, что рано или поздно станет императрицей.

Но даже это отступало на второй план рядом с огромной радостью, бурлившей в ее крови.

Уже сегодня Зола станет женой Кая. Кай станет ее мужем.

Как ни странно, церемония состоится в зале, где Зола когда-то напала на свою злую тетку – королеву Левану, пытаясь спасти Каю жизнь. Свадьба будет в том самом зале, где Кай узнал, что Зола киборг и жительница Луны, и велел арестовать ее.

Кто бы мог подумать, что спустя столько лет…

– Зола, что ты делаешь?

Она резко подняла голову. Посмотрела на отражение дверей в зеркале, ожидая увидеть Ико. Но двери были закрыты.

Нахмурившись, Зола обернулась и заметила Ико на подоконнике распахнутого окна.

Она ахнула и вскочила.

– Ико, ты что?..

– Ты опоздаешь! – перебила ее Ико. – Торин с ума сходит из-за приготовлений. Пойдем, а не то нас ждут проблемы.

– Опоздаю? – Зола посмотрела на часы, встроенные в интерфейс сетчатки ее глаза. – У нас еще полно времени, и я даже не надела платье. – Она указала на изысканное платье, висевшее на дверях гардероба, ярко-красное, с золотым вышитым фениксом. Расшитый перьями подол был таким длинным, что его хватило бы до фермы Скарлет и Волка на юге Франции.

Затем она посмотрела на свой более практичный наряд: штаны с карманами и черную майку.

Ико закатила глаза.

– Однажды я сожгу все твои штаны с карманами!

– Ты не посмеешь.

– Посмею, и ты это знаешь. Кстати… что это за ботинки? Мы же во дворце. Тебе нужно всего лишь дойти до бального зала. Вряд ли придется прыгать через лужи и брести по грязи.

Зола нервно пожала плечами.

– Ну… а у тебя кроличьи уши, – пробормотала она.

Отвлекающий маневр сработал. Ико, приосанившись, коснулась ободка с пушистыми белыми ушами, торчавшими над ее синими косами.

– Специально заказывала. Последний писк моды в Артемизии.

Зола закатила глаза.

– Может, войдешь? Мы же на четвертом этаже! Как ты вообще туда залезла?

Она потянулась к руке Ико, чтобы втащить ее в комнату, но Ико отпрянула и тряхнула головой. Ее косы качнулись из стороны в сторону.

– Нет времени, mi amor! Нужно идти.

– Куда? – спросила Зола. Неожиданно в дверь спальни громко постучали. Кто бы там ни был, неожиданный гость явно пришел по важному делу. Возможно, Торин? Или это служанки, явившиеся помочь ей переодеться в свадебное платье?

– Скорее, за мной! – сказала Ико.

И в ту же секунду… соскользнула с подоконника.

– Подожди… Ико!

Зола перевела взгляд с открытого окна на закрытую дверь, в которую снова постучали.

Не обращая внимания на стук, Зола бросилась к окну. За ним росло огромное дерево, и у нее мелькнула мысль, что раньше она его никогда не замечала, особенно… Это что, розы? Для таких пышных и ароматных цветов еще чересчур рано.

Зола была слишком увлечена поисками Ико, чтобы придать этому обстоятельству особое значение. Наконец она заметила мелькнувшие в листве пушистые белые уши.

– Ико, подожди! – закричала Зола. Она залезла на подоконник, ухватилась за ближайшую ветку и повисла на ней. Дерево застонало под ее весом. А потом…

Ветка громко хрустнула. Зола с криком полетела вниз, ударяясь о ветки. Земля стремительно приближалась.

Но Зола не ударилась. Она провалилась дальше, в… пустоту.

Пока она пыталась отдышаться, ее падение превратилось в ленивое парение. Происходящее напоминало космический полет, до того как люди придумали, как создать искусственную гравитацию на кораблях. Золу окружала кромешная тьма и запах влажной земли. Где-то вдалеке она заметила одинокую звезду.

Она росла.

Становилась все больше.

И оказалась дырой.

Зола провалилась в нее. Гравитация снова заработала, и Зола наконец со стоном приземлилась на живот.

– Что это было? – пробормотала она, поднимаясь. Она чувствовала себя потерянной, голова кружилась так, словно ее засунули в турбину двигателя. Перед глазам мелькали предупреждения интерфейса и сигналы о системных проверках. Зола смахнула их, чтобы лучше видеть, огляделась и… остолбенела.

Она уже была не на территории дворца в Новом Пекине.

Она понятия не имела, где оказалась. Это была поляна, окруженная лесом, но Зола впервые видела такие растения. Иголки высокой сосны отливали серебром в лучах солнечного света. Они были похожи на швейные иглы. Вокруг дерева, похожего на осину, с громким жужжанием кружили осы. Повсюду росли удивительно странные цветы. Петунии в горошек, циннии, полосатые, словно зебра, и…

Что-то мелькнуло на краю поляны.

Ико!

Она скрылась в лесу.

– Ико! – закричала Зола, вскочила на ноги и бросилась за ней. – Ико, вернись! Куда ты?

Хотя, возможно, ей просто показалось… Зола очутилась посреди изогнутых спиралями и закрученных в узлы стволов, Ико нигде не было видно. Она шла, пробираясь сквозь заросли, как вдруг ее руку пронзила боль. Вскрикнув, она обернулась и увидела насекомое.

Странная бабочка сидела на широком плоском листе, и все ее тельце горело, как зажженная спичка. Лист под ней медленно чернел.

Зола растерянно тряхнула головой. Став королевой и дипломатом, она многое повидала на Земле и на Луне, но такого еще не встречала.

– Где я? – пробормотала она.

– Разве ты никогда не видела бабочку-огневку? – произнес нежный голос.

Зола обернулась. Ее сердце забилось от радости при виде знакомого красивого лица. Зима лежала на ветке дерева, таинственно улыбаясь. На ее густых черных кудрях был ободок с ушками… нет, не с кроличьими. С фиолетовыми кошачьими ушками.

– Ты выглядишь немного потерянной, – промурлыкала Зима, свесив ногу с ветки и покачивая ею. – Вскоре тебе захочется найти дорогу домой. Люди часто… теряют голову здесь, в Червонном королевстве.

Зола нахмурилась.

– В Червонном королевстве?

Она никогда не слышала о нем, и быстрое сканирование ее всезнающего мозга не дало никаких результатов.

– Зима… ты не видела Ико? – Помедлив, она добавила: – И почему ты не во дворце? Церемония скоро начнется.

– Церемония? – Зима оживилась. Казалось, даже ее ненастоящие уши взволнованно дрогнули. – Ты имеешь в виду вечеринку в саду у королевы?

– Хм-м, нет. Я имею в виду свою…

– Тогда мне, пожалуй, пора. Ненавижу опаздывать. Ни за что не откажусь от увлекательной игры в крокет.

Хитро улыбнувшись, Зима подмигнула, щелкнула пальцами и растворилась в воздухе.

Зола долго стояла на месте, открыв рот. Потом тряхнула головой и произнесла:

– Плохой сон, вот что это такое. Всего лишь плохой сон. Нужно закрыть глаза и заставить себя проснуться.

Но как только Зола зажмурилась, кто-то… запел. Немного вульгарно и мимо нот, и совсем рядом.

Зола открыла глаза. Осознав, что она по-прежнему в странном лесу, и рядом нет ни Ико, ни Зимы, она снова начала пробираться сквозь заросли.

Вскоре она вышла на другую поляну, посреди которой стоял длинный стол, накрытый разноцветными скатертями и салфетками, уставленный подсвечниками и вазами с цветами, подносами с угощениями, дымящимися чайниками и десятками ярких чашек.

На разных концах стола сидели Торн и Кресс. На голове Торна был нелепый цилиндр, на голове Кресс – пара кроличьих ушей.

Возможно, эти уши действительно так популярны в Артемизии?.. Ико разбиралась в странных веяниях моды.

Но еще необычней, чем уши, была песенка, которую пели Торн и Кресс, на отвратительный мотив:

Заметив Золу, Кресс перестала петь и заверещала:

– Ах, вот и она! – Вскочив так поспешно, что стул отлетел в траву, а чай расплескался, Кресс схватила Золу за руку. – Присоединяйся к нашему чаепитию! Мы ждали тебя!

– Ждали? – Зола оглядела заваленный пирожными и булочками стол. Взяла красивый стеклянный пузырек с этикеткой, на которой красивым почерком было выведено: «Выпей меня». – Что это? Вечеринка перед свадьбой?

Торн рассмеялся и, закинув ноги на стол, приветственно поднял чашку чая:

– Скорее, не-свадебная вечеринка.

Зола удивилась:

– Не-свадебная?

Торн пожал плечами.

– Какая свадьба, если ты здесь?

– Ой! – воскликнула Кресс. – Это напомнило мне о песне. Готов?

Она набрала воздуха в грудь и запела:

– Сча-а-а-а-астливой не-свадьбы тебе!

Торн лучезарно улыбнулся и подхватил:

– Тебе!

– С чудесной не-свадьбой… тебя!

– О да!

– Сегодня ты ждешь жениха…

– Ха-ха!

– Оставайся и пой до утра…

– Ура!

Чувствуя, как раздражение растет с каждой секундой, Зола окинула взглядом густой лес.

– Куда запропастилась Ико?

– Ну же, выпей его, – предложил Торн.

Зола вздрогнула. Она и не заметила, что друзья перестали петь, и на поляне воцарилась зловещая тишина.

Торн кивком указал на пузырек у нее в руке.

– Я всегда выполняю указания, написанные на странных маленьких пузырьках. «Выпей меня», «Съешь меня», «Не нажимай на эту кнопку». – Он замолчал и нахмурился. – Подожди-ка, нет, я нажал на кнопку. В этом вся проблема.

– Что в нем? – спросила Зола. – В пузырьке?

Кресс хихикнула.

– Кто знает? В этом вся прелесть. Ну же, попробуй!

Со странным и нехорошим предчувствием Зола вынула пробку из пузырька и поднесла его к губам. Сделала большой глоток. Напиток слегка отдавал жареными грибами и кондитерской посыпкой. Зола поморщилась, когда жидкость скользнула по горлу и обожгла ее изнутри.

Поставив пузырек на стол, она заметила любопытные взгляды Кресс и Торна. И почувствовала, что… меняется. Уменьшается.

Тело покалывало и сжималось.

Стол внезапно оказался на уровне глаз.

А еще через секунду уже возвышался над ней.

Зола испуганно закричала.

Что происходит?!

Она оказалась в джунглях – ее окружали стебли травы.

Зола посмотрела на свои ноги, похлопала себя по рукам. Все казалось целым, просто… маленьким. Удивительно, но даже ее стальные рука и нога уменьшились. Она стала похожа на одну из игрушечных фигурок принцессы Селены, которые стали так популярны после Лунной революции.

Зола едва успела прийти в себя от удивления, как мимо нее пронесся жук. Высотой он доходил ей до колен. Она с криком отпрыгнула в сторону, но насекомое даже не обратило на нее внимания.

– О, замечательно, – протянул недовольный голос. – Гостья.

Зола обернулась и увидела перед собой высокий красный гриб в белую крапинку. Наверху, скрестив ноги, сидел Ясин и курил фиолетовую трубку.

– Ясин! Ты тоже здесь? И ты… – Зола в растерянности замолчала. – Маленький, как я.

Ясин раздраженно вздохнул.

– Я должен был стать гусеницей, – заявил он. – Но я не собираюсь носить усики. Категорически отказываюсь. Она меня не заставит. – Ясин указал на лежавший в стороне ободок с двумя желтыми грибами-дождевиками на пружинках.

– Она?

– Ико. Она бывает слишком требовательной.

– Поверь, я знаю.

Ясин затянулся трубкой, поморщилсяи начал кашлять. Из его рта вырвались клубы фиолетового дыма. Первое облачко было в форме широко улыбающегося кота. Второе – в форме короны. Третье, похожее на «Рэмпион», отлетело в сторону и начало подниматься в небо.

Когда кашель прекратился, Ясин сбросил трубку со шляпки гриба и откинул назад свои светлые волосы.

– Хорошо. Давай покончим с этим. Кто ты?

Зола удивленно уставилась на него.

– Кто я?

– Это простой вопрос.

Зола нахмурилась.

– Хм…

– Нет, – продолжил Ясин, не дав ей времени на раздумья, – на самом деле, это сложный вопрос. Очень сложный. Есть четыре варианта ответа, и, предупреждаю сразу, все неверные, но куда деваться. Что есть, то есть. – Он развел руками, потом указал на ножку гриба. – Сделай выбор.

– Сделать выбор… – Зола замолчала. Только теперь она заметила в ножке гриба маленькую дверцу. Точнее железные ворота с золотой ручкой. Над коваными узорами было одно слово:

УБИЙЦА

– Убийца? – оскорбленно воскликнула Зола. – Я вовсе не убийца!

– Разве? – спросил Ясин. – Ты не убивала Левану?

– Это несправедливо. Я лишь защищалась.

Он пожал плечами.

– Тогда сделай другой выбор.

Зола обошла гриб. Там было три других двери, и над каждой была надпись.

УБИЙЦА – над железными воротами.

ПРАВИТЕЛЬНИЦА – над тяжелой дубовой дверью с готической аркой.

МУЧЕНИЦА – над массивной мраморной плитой.

ОБЕЗУМЕВШАЯ – над воротами из ивовых прутьев и мха.

Зола обдумала варианты. Она не считала себя убийцей… но ведь она убивала. И уж точно не считала себя мученицей, хотя за последние годы ей многим пришлось пожертвовать. Она была правительницей и собиралась оставаться ею, если успеет вовремя вернуться во дворец, выйти замуж за Кая и стать императрицей.

Обезумевшая?

Что ж, прямо сейчас Зола действительно чувствовала, будто сходит с ума.

Она сложила руки на груди и начала недовольно барабанить пальцами.

Какую дверь выбрать?

Зола оказалась на лужайке с пышной травой изумрудного цвета. В воздухе висел густой аромат тысяч роз. Когда она проходила под аркой, увитой шипами и бутонами, что-то капнуло ей на плечо.

Зола остановилась и коснулась плеча.

Ее стальные пальцы испачкались в чем-то красном.

С бешено бьющимся сердцем Зола подняла голову, ожидая увидеть ужасную картину… но красные капли падали с роз.

Она нахмурилась. Сорвала розу с арки и встряхнула ее. Ее майку забрызгало красным, на лепестках появились проблески белого. Это была не кровь, а ярко-красная краска.

Где-то неподалеку раздались радостные крики. Спрятав розу среди стеблей, увивающих арку, Зола пошла по тропинке дальше. Камешки хрустели под ее ногами. Наконец тропа привела ее на огромное поле для крокета. Зрители – люди и животные в кружевных платьях с оборками и в галстуках, в цилиндрах и с зонтиками, – толпились у столов, накрытых к чаю, и ломившихся от великолепного угощения, или внимательно наблюдали за дюжиной игроков. Это была самая странная партия в крокет, которую только видела Зола.

Рыжеволосая девушка в пышном красном платье зажала фламинго под мышкой и, перевернув вверх ногами, ударила его головой по свернувшемуся в клубок ежу. Еж покатился к Золе.

– Отличный удар, ваше величество! – крикнул кто-то.

Ее величество крикнуло Золе:

– Останови моего ежа!

Но Зола не стала этого делать. Она перепрыгнула через ежа и позволила ему скрыться в ближайшем розовом кусте.

Разъяренный крик едва не оглушил ее:

– Как ты посмела отпустить моего ежа! Волк! Здесь самозванка!

– Волк? – Зола прищурилась от яркого солнечного света. Девушка в красном платье оказалась Скарлет. Ее непросто было узнать без неизменных джинсов и красной толстовки. Но у нее по-прежнему были рыжие кудри. И еще веснушки на пылающем от гнева лице.

За ней плелся Волк. Черный капюшон палача нависал над его бровями, изо рта торчал клык. Из-за мутаций, которым Волк подвергся на Луне, он выглядел жутким… Но лишь на первый взгляд. Он вовсе не жестокое чудовище, и предан Скарлет, Золе и остальным друзьям.

Огромный топор в его руках поначалу выглядел пугающе, но, возможно, он просто хотел наколоть дров?

– Волк! Скарлет! – закричала Зола, смущенно улыбаясь. – Я не самозванка. Это же я!

– Да, ты, – ответила Скарлет. – Ты испортила мой идеальный счет. Голову с плеч! – Она подняла фламинго и направила клюв птицы прямо на Золу, как однажды направила дробовик на жестокого лунного мага. Это всколыхнуло в памяти Золы воспоминания о давних битвах. Сколько раз ей приходилось спасаться бегством или сражаться!

– Подожди, голову – что?..

– Ты слышала! Волк, действуй. – Скарлет властно махнула рукой, словно действительно была королевой, а Волк – ее преданным слугой. Раньше она никогда так себя не вела. Может, она находится под действием лунных чар? Что с ней произошло?

И почему Волк с горящими глазами сжимает рукоять топора, направляясь к Золе?

Зола сглотнула и попятилась. Инстинкты одержали верх: она почувствовала, как кончик ее левого пальца открывается, и механизмы внутри ладони готовятся выстрелить дротиком с транквилизатором. Зола собиралась сражаться.

– Волк, что ты делаешь? Что происходит?

Но Волк лишь пожал плечами и несколько раз взмахнул топором, разминаясь. Лезвие со свистом разрезало воздух.

– Я не настолько глуп, чтобы спорить с Червонной королевой.

Стиснув зубы, Зола заставила механизмы в своей руке убрать дротик. Это же Волк. И Скарлет. Происходит какая-то ошибка. Она не станет сражаться с лучшими друзьями.

Зола приняла твердое решение, когда Волк вздохнул – почти виновато – и взмахнул топором. Тогда она бросилась бежать.

Сзади послышались вопли Скарлет:

– Поймать ее! Остановить! Голову с плеч!

Гости закричали и бросились врассыпную, когда Зола пробегала мимо. Она перепрыгнула через накрытый стол, едва не задев огромный красно-белый торт, очень похожий на тот, который она должна была есть в ту самую минуту. Неожиданно для себя Зола зачерпнула пальцем глазурь, надеясь, что ей удастся попробовать ее в более спокойной обстановке, и побежала дальше.

Ряд розовых кустов, с которых капала красная краска, вел к входу в огромный лабиринт. Зола вдруг услышала тяжелые шаги за спиной. Она обернулась, и у нее перехватило дыхание.

За ней гнался не только Волк, но и целая колода оживших карт. Бубны и пики, червы и трефы выпрыгивали из каждого уголка. Размахивая мечами и копьями, они маршировали за ней бесконечным потоком.

Зола вскрикнула и бросилась в лабиринт, и там ей немедленно пришлось принять сложное решение. Налево или направо, налево или направо? Она бежала не глядя, не останавливаясь, чтобы подумать и, может быть, догадаться… Все это время где-то над ее головой гремели приказы Скарлет: голову с плеч! Они сопровождались зловещим смехом, хихиканьем маленьких девочек и где-то вдалеке – голосом Ико. Ико!

– Ты опоздаешь! Проснись, Зола, ты опоздаешь!

– Подожди! – закричала Зола, когда голос вдалеке утих. – Подожди! Ико!

– Голову с плеч! – скандировали карты. – Голову с плеч! Голову с плеч!

Устав, Зола вдруг остановилась и повернулась к своим преследователям. Карты замерли как вкопанные, увидев выражение ее лица.

Даже Волк попятился. Скарлет, которая следовала за ними, замолчала и удивленно икнула.

– С меня хватит! – закричала Зола. Она подняла палец, покрытый белым масляным кремом. – Я должна была выйти замуж! Есть торт, а не спасаться бегством. – Она дерзко слизнула крем с пальца и поразилась тому, насколько он был вкусным. Это успокоило ее и придало храбрости. – Вам меня не запугать! – продолжила она. Выкрикнув это, она почувствовала, что меняется. Она начала… расти.

– А ты, – продолжила она, указав на Волка, – возможно, и похож на жуткого мутанта, но ты не убийца. Ты добрее всех нас! Добрее тебя только Кресс.

Волк уронил топор в траву, его зеленые глаза заблестели от волнения.

– Она словно знает меня изнутри.

– А ты, Скарлет?! Не могу поверить! – рявкнула Зола. Скарлет съежилась то ли из-за того, каким тоном она говорила, то ли из-за ее огромного роста. – Это всего лишь игра в крокет. Я думала, ты научилась сдерживаться.

Пристыженная, Скарлет сложила руки на груди и надула губы.

– Я не люблю проигрывать.

– А я не люблю, когда за мной гонится… колода карт! – Зола взмахнула рукой, и карты, которые теперь едва доходили ей до щиколотки, с визгом взлетели в воздух и посыпались на Золу сверху, будто из рукава фокусника. – А еще! Я! Не люблю! Опаздывать!

– Зола! Проснись!

Зола вздрогнула и проснулась.

Она сидела за рабочим столом. Шея и спина ныли из-за того, что она долго спала в неудобной позе, а левая нога… что ж, левая нога болела, потому что стальная ступня была ей мала.

Потерев глаза руками, Зола оглядела оживленный рынок Нового Пекина и свой прилавок. Ико – маленький робот с блестящим белым грушевидным телом и голубым датчиком-глазом – приближалась к ней, ее гусеницы хрустели по земле, усыпанной болтами и винтами. Она потрясла Золу за плечо.

– Ты так крепко спала, – сказала Ико. – Я собираюсь пойти поискать для тебя подходящую стопу. Решила сначала тебя разбудить.

– Да-да, ты права. – Зола зевнула и несколько раз потянулась до хруста в позвоночнике. – Мне приснился такой странный сон.

Она попыталась вспомнить, как все началось, но сон был таким необычным и запутанным, что она не сразу смогла проследить его к началу. Когда Зола наконец вспомнила, она рассмеялась, настолько он был нелепым.

– Во сне к нашему прилавку подошел принц Кай, – сказала она, и датчик Ико заинтересованно мигнул. – Он хотел, чтобы мы починили его старого андроида. А потом… мы полюбили друг друга, оказалось, что я с Луны, и… – Зола осеклась, вспомнив ужасную часть сна, когда заболела Пиона. Она тряхнула головой. – Это действительно самый странный сон в моей жизни. Местами немного жуткий.

– Я никогда не вижу снов, – вздохнула Ико. – Но я бы точно не назвала кошмаром сон, в котором в меня влюбляется принц Кай.

Зола рассмеялась. Неожиданно у нее в груди затрепетало от воспоминаний о поцелуях и предложении, и…

Она тряхнула головой, пытаясь прогнать их. Глупые мысли. Она не собиралась тратить время на фантазии о…

– Простите?

Зола и Ико обернулись и увидели в дверях незнакомца. Он был одет в серую толстовку с капюшоном и держал под мышкой андроид.

– Мне нужна Линь Зола.

Убедив себя, что она не впервые усыпляет Волка с помощью транквилизатора, Зола подняла руку, прицелилась и приказала внутреннему механизму выстрелить.

Но… ничего не произошло. Дротик не вылетел из картриджа. Вместо этого в углу поля зрения Золы мигнул огонек, появилось предупреждающее сообщение.

Обнаружена проблема в картридже для боеприпасов. Устранить неисправность?

– Черт! Не сейчас! – закричала Зола, попятившись. Волк медленно приближался к ней, положив топор на плечо. – В-волк, – пропищала она, хрустя пальцами и пытаясь сместить дротик. – Давай все обсудим. Ты не монстр.

Волк замедлил шаг. В его глазах мелькнула глубокая печаль.

– Я знаю, – тихо сказал он. – Но почему-то я всегда получаю именно такие роли, и это… очень расстраивает.

– Понимаю, – ответила Зола, стараясь, чтобы в ее голосе слышалось сочувствие. Еще рывок, и что-то соскользнуло с ее пальца. Сначала она решила, что ее план удался, но затем посмотрела на свою руку и замерла.

Ее кольцо! Оно исчезло.

– Нет! Где?..

– Почему так долго? – крикнула Скарлет. – Голову с плеч!

– Что ты заладила? Не можешь сказать что-нибудь другое? – рявкнула Зола, оглядываясь вокруг. Она заметила кольцо – что-то золотое блеснуло рядом с ежом, который свернулся в клубок и, очевидно, решил вздремнуть.

Зола потянулась к кольцу, но Волк преградил ей дорогу. Его тень нависла над ней, топор зловеще сверкнул в лучах солнца.

Зола с трудом сглотнула и подняла руки в знак примирения.

– Волк… – начала она, но ее мольбы прервало оглушительное карканье. Зола обернулась и увидела, как комок черных перьев упал с неба, схватил кольцо с рубином и скрылся в саду.

Зола возмущенно вскрикнула и хотела погнаться за птицей, но над лужайкой для крокета нависла тень, послышались крики. Гости и игроки бросились в сад и стали прятаться под столами, выкрикивая: «Чудовище вернулось! Это Бармаглот!». Даже Волк попятился, прикрывая Скарлет, которая, открыв рот, смотрела в небо.

Зола медленно обернулась.

У нее перехватило дыхание. Бармаглот, ужасный монстр с длинной скользкой шеей, кожистыми крыльями, огромным телом с черной чешуей… летел прямо на нее.

Или… он летел за вороном, который украл ее кольцо?

В последнюю секунду, когда Бармаглот опустился на лужайку и издал устрашающий вопль, Зола нырнула под ближайший столик.

Там уже кто-то был. Гости жались друг к другу под кружевной скатертью, дрожа от страха. То есть, большинство, конечно, дрожало от страха, но некоторые как будто наслаждались происходящим, как ни в чем не бывало лили сливки в фарфоровые чашечки с чаем и ели сладости со стола.

Зола заметила серебряный поднос на расстоянии вытянутой руки. Он стоял на круглой кружевной салфетке, расстеленной на траве, и на нем возвышалась гора идеальных розовых пирожных макаронов, так аккуратно уложенных, словно поднос сразу поставили под стол.

В верхнем пирожном торчал маленький флажок с изящно выведенной надписью:

Съешь Меня

– Может помочь, – произнес знакомый голос. – А может и нет.

Сердце Золы забилось быстрее. Она обернулась и увидела Зиму на другом конце… подстолья. Зима лежала на боку, подперев голову ладонью, а другой рукой лениво рвала мелкие белые незабудки, которые росли в траве. Но самым странным был ее полосатый фиолетовый купальник, пушистые фиолетовые уши и длинный хвост, вившийся вдоль ног. На ее лице были нарисованы кошачьи усы, скрывавшие бледные шрамы на щеке.

– Зима, что ты здесь делаешь? И почему ты в костюме кошки?

Зола оглядела других гостей под столом. Она что, на костюмированной вечеринке? Их платья с оборками и галстуки чем-то напоминали наряды второй эры…

– О чем это ты? – спросила Зима. В этот момент ее хвост (Зола была уверена, что это всего лишь чехол из ткани, набитый синтепоном) очень реалистично дрогнул.

– Гм. Ничего. Ты сказала, что-то может помочь?

– О, да. Пирожные. – Зима придвинула поднос к Золе. – Инструкция очень проста. Видишь? «Съешь меня». Сложно ошибиться.

– Да, но… что произойдет, если я съем одно?

Зима пожала плечами.

– Кто знает?

Зола нахмурилась.

– Но если ты не знаешь, как действуют пирожные, откуда ты знаешь, что они помогут?

– Вот именно, – хихикнула Зима. – Могут помочь, а могут и не помочь.

Зола долго разглядывала пирожные на подносе. Они выглядели божественно, а рев, крики и звуки падения по ту сторону скатерти становились все громче.

Не оставляя себе времени на сомнения, Зола схватила макарон с тарелки.

– И жили они долго и счастливо до конца своих дней, – Зола хлопнула в ладоши. – А теперь пора спать.

Она потянулась, чтобы поцеловать четырехлетнего Рикана, но что-то в его растерянном взгляде заставило ее остановиться. Зола села.

– Что случилось?

– На самом деле все было не так, – возразил мальчик. – Да?

Он перевел взгляд на Пиону, свою сестру, которая была старше на четыре года. У них были свои комнаты во дворце, но Пиона проводила все время с маленьким братом с тех пор, как он родился, и утверждала, что лучше отпугивает ночные кошмары, чем их мать-киборг, отец-император и целый дворец королевских стражников. Каждую ночь они засыпали в одной постели после того, как мама и папа рассказывали сказку. А иногда рассказывал Торин. Он отлично умеет изображать разных персонажей.

– Что было не так? – переспросила Пиона. – Ты имеешь в виду свадьбу мамы и папы? – Она уверенно тряхнула головой. – Точно нет.

– Откуда ты знаешь? – спросила Зола, взъерошив ей волосы. – Тебя ведь там не было.

– Да, но тетя Ико все рассказала и показала кучу фотографий. – Девочка поймала взгляд брата. – По-моему, обычная свадьба.

Зола рассмеялась. Она часто думала, что дети никогда не поймут, какой необычной были ее жизнь и отношения с Каем. Сколько невзгод пришлось преодолеть Золе и Каю ради того, чтобы все хорошо закончилось…

Возможно, в этом не было ничего плохого – в том, что они воспринимали родителей, их любовь и будущее таким, какое оно есть.

– Можете не верить, – сказала Зола. – Только не говорите тете Кэт и дяде Джокеру. Они очень обидятся.

Дети уставились на нее с подозрением.

– Но у нас нет тети Кэт и дяди Джокера, – сказал Рикан.

– Как это нет. Вы просто никогда не видели их. Они очень заняты в своей кондитерской, но однажды я познакомлю вас. Вы ничего не будете знать о жизни, пока не попробуете лимонный торт Кэт. – Рассмеявшись при виде их сердитых лиц, Зола соскользнула с постели и укрыла детей одеялами до подбородка. – Хватит вопросов. Пора спать.

– Я что, пропустил сказку?

– Папа! – закричала Пиона. Она села и вскинула руки. Кай остановился с другой стороны постели. После долгого дня работы его строгая рубашка была измята, верхняя пуговица расстегнута. Но его глаза сияли, когда он целовал Пиону и Рикана и помогал Золе подоткнуть одеяла.

– Я рассказала им о Кэт и Джокере, – сказала Зола, подмигнув. – И о дне нашей свадьбы, который был так насыщен событиями.

– Ох, – Кай понимающе кивнул. – Та еще история. – Он взял Золу за руку и переплел свои пальцы с ее. – Возможно, завтра я расскажу вам о вечеринке, которую Торн устроил для меня за неделю до свадьбы. В этой истории будут тигры и караоке, и настоящая катастрофа. – Он подмигнул Золе.

– Настоящие тигры? – переспросил Рикан.

Кай рассмеялся.

– Завтра, – пообещал он, и Зола выключила свет.

Она удивленно тряхнула головой.

– Зола!

Она моргнула. В глазах начало проясняться.

– Зола, ты в порядке?

Кай?

Он говорил шепотом, в его голосе была тревога. На секунду Зола зажмурилась, а когда открыла глаза, мир стал прежним. Чувствительность вернулась к ее правой руке – она снова ощутила, как теплые пальцы Кая сжимают ее ладонь.

В воздухе пахло пионами. Зола стояла в платье. Тяжелом платье. Тяжелом свадебном платье.

И рядом с ней стоял Кай. На вид ему было гораздо комфортнее в его костюме, чем ей. Он внимательно смотрел на нее, сдвинув брови от беспокойства.

Зола моргнула и отвела взгляд. Перед ними возле алтаря стояла Зима.

– Я могу продолжать? – прошептала она.

Зола увидела зал, полный гостей. Этого было достаточно, чтобы запаниковать, но… ее взгляд упал на первый ряд, и она увидела любовь на лицах друзей, сидевших там. Ико и Скарлет, Волк и Кресс, Торн и Ясин, Кинни, Тресса и даже Торин – все смотрели на нее с легкой тревогой, ведь Зола так долго молчала. Но еще в их взгляде были дружба, понимание, поддержка.

Зола снова посмотрела на Кая. Он вопросительно поднял брови.

Она попыталась вспомнить, что сказала Зима, но не могла отделаться от чувства, будто только что перенеслась из кошмара в самый потрясающий сон.

– Я люблю тебя, – выпалила Зола.

И напряжение рассеялось.

Тысячи людей рассмеялись, многие с облегчением. Зола подумала: как долго она молчала? Даже Кай приободрился, и его тревога сменилась улыбкой.

– Слава звездам, – произнес он. – Потому что я тоже довольно сильно привязался к тебе. – И все же его улыбка была неуверенной. – Зола… все в порядке? Хочешь, сделаем перерыв?

– Нет. – Зола уверенно тряхнула головой. – Мне не нужен перерыв. Наверное, я… задумалась. – Она сделала глубокий вдох, а когда выдохнула, последние воспоминания о странном сне рассеялись. Она снова вернулась в настоящий мир. К Каю. К людям, которых она любила больше всего на свете. К людям, которые скоро будут называть ее императрицей. Зола перевела взгляд на Зиму: – Прости. Мы можем продолжить.

Она снова посмотрела на будущего мужа, и ее сердце наполнилось радостным чувством. Во вселенной все шло своим чередом.

– Я готова.

Кай крепко сжал ее руку, и Зима продолжила:

– Для меня большая честь первой поздравить вас с заключением союза. Для всего мира вы император Кайто и принцесса Селена, но для меня вы всегда останетесь моими лучшими друзьями. Я не знаю никого, кто больше заслуживал бы счастья. С огромной радостью объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать…

Кай не стал ждать, пока Зима закончит. Он обнял Золу за талию и притянул к себе. Она услышала грохот фейерверков над Новым Пекином и по всему Восточному Содружеству. Шум праздника на Земле достиг даже Луны.

Отвернувшись от окна, Зола направилась к двери и распахнула ее.

– Что случилось? Моя лучшая подруга только что…

Зола замолчала, когда увидела, кто стоял по ту сторону двери.

Точнее… что стояло по ту сторону двери.

Это был мужчина в старомодном камзоле, его тело было прозрачным, а из одного глаза торчало долото. Кровь забрызгала его рубашку.

– Вы… призрак? – пробормотала Зола, пытаясь вспомнить все, что слышала о местных привидениях.

Призрак низко поклонился.

– Простите за вторжение, – произнес он со странным акцентом. Возможно, немецким? – Мне приказано доставить вас в замок Эрлкинга. Боюсь, он… недоволен, и это может привести к печальным последствиям. Для вас… и вашей свадьбы. – Призрак жестом пригласил Золу выйти из комнаты. – Прошу, следуйте за мной.

– Хм-м. – Зола обернулась к окну и с изумлением увидела, что теперь оно закрыто. Ей привиделось или несколько секунд назад там сидела Ико?

Она потерла виски. Наверное, всему виной стресс из-за свадьбы. Возможно, стоило лечь отдохнуть.

– Ваше величество, прошу вас поторопиться. Эрлкинг не любит ждать.

– Зовите меня Зола, – сказала она. – Я больше не королева. И пока еще не императрица.

Призрак улыбнулся.

– Скоро увидим.

Он направился в коридор, явно ожидая, что Зола последует за ним.

Она оглянулась и посмотрела на свое платье. Ей не хотелось вести себя грубо, особенно с призраком. Общаться в день свадьбы с не упокоенным духом вовсе не входило в ее планы. Может, все-таки поговорить с этим Эрлкингом и выяснить, что ему нужно? До свадьбы все равно еще много времени.

– Хорошо, иду, – проворчала Зола и последовала за призраком. Он вел ее дальними коридорами, по бесконечным лестницам, которых она никогда не видела, и наконец они вышли во двор, где цвели вишневые деревья. Их ждала карета, в которую были впряжены две серые лошади. Зола замерла, увидев карету – ей показалось, что перед ней огромная тыква, обвитая серебристыми вьющимися стеблями.

Призрак открыл дверцу и протянул руку, чтобы помочь Золе сесть.

– Где находится замок? – спросила она.

– В глубине Ясеневого леса, разумеется.

– Ясеневый лес. Конечно.

Зола никогда не слышала об этом месте, но рядом с дворцом был всего один лес. Наверное, о нем призрак и говорил. И тут Зола подумала, что, возможно, не стоит ехать куда-то с незнакомцем, особенно с нежитью. Она подумала, не будет ли слишком грубо, если она попросит разрешения управлять каретой…

Зола села в карету, внутри едва заметно пахло корицей и мускатным орехом. Она опустилась на мягкую скамью, дверца захлопнулась, и карета помчалась вперед. Зола слышала мелодичный стук копыт, но окон в карете не было и она не знала, куда ее везут.

Несмотря на то что снаружи карета выглядела как тыква, внутри царила роскошь. В канделябрах горели свеча, стены были обиты рыжим бархатом. Зола почти успокоилась, но вдруг заметила, что дверца… исчезла. Она долго пыталась различить очертания двери, и чувствовала, что сердце в груди бьется все быстрее. Зола не знала, куда ехала карета, а о пребывании в тюрьме у нее остались плохие воспоминания.

Как только она выпустила маленький нож-стилет из своей стальной руки, собираясь взрезать мякоть тыквы, стук копыт и грохот колес изменился. Зола прислушалась. Кажется, они ехали по деревянному настилу, и совсем рядом слышался плеск воды.

Карета катилась все медленнее…

И наконец остановилась. Вновь появившаяся дверца распахнулась, и Зола поняла, что она уже не в Новом Пекине.

Убрав нож, она нерешительно выбралась наружу. Она стояла во дворе огромного замка. Его башни и шпили исчезали в густом тумане, висевшем в холодном плотном воздухе. По коже Золы пополз холодок, изо рта вылетали облачка пара.

К дверям замка вела лестница, по сторонам которой стояли огромные статуи. Черный камень обрел форму безжалостных рычащих гончих, готовых броситься и растерзать добычу.

У дверей Золу ждал еще один полупрозрачный призрак – высокая властная женщина с окровавленным шарфом на шее. Она манила Золу к себе.

Вздрогнув, Зола начала подниматься по лестнице. Вспышка молнии озарила массивные двери, и она увидела, что они украшены деревянными фигурами монстров. Они были вырезаны так искусно, что казались живыми – будто чудовища, запертые внутри, пытались выбраться на свободу.

Раскат грома заставил содрогнуться каменные плиты под ногами, ворота со скрипом начали открываться, поворачиваясь на огромных железных петлях.

Зола обернулась.

Карета исчезла, а подъемный мост, по которому они проехали, был уже поднят. Назад дороги не было.

Женщина-призрак поймала ее взгляд и ободряюще улыбнулась.

– Не бойся. Эрлкинг убивает только тех, кто разочаровывает его.

– Эрл… Кто? – переспросила Зола.

Женщина молча поманила ее за собой.

– Мое кольцо! – воскликнула Зола, вцепившись в подарок Кая, украшение, имевшее свою историю и обладавшее особым значением. – Но… я собиралась выйти замуж. Сегодня!

Юноша пожал плечами.

– Ты не сможешь выйти замуж, если Эрлкинг убьет тебя.

Зола нахмурилась и посмотрела на прялку и кучу соломы. Тяжело вздохнула.

– Хорошо. Но если ничего не выйдет, я требую вернуть кольцо обратно.

– Договорились.

Юноша протянул ладонь, и, чувствуя легкую тошноту, Зола положила на нее кольцо с рубином. Как только его пальцы сомкнулись вокруг кольца, юноша повернулся, подошел к колесу и уселся на трехногий табурет. Зола не видела, куда он дел кольцо, но уже в следующую секунду его пальцы перебирали солому. Юноша раскрутил колесо, нажал на педаль и начал скармливать прялке пучки сухой колючей соломы.

Зола от изумления потеряла дар речи. Потому что на деревянную катушку наматывалась не солома… а тонкая золотая нить.

– Как?.. – ахнула Зола.

Юноша лишь улыбнулся в ответ.

– Я же говорил – магия.

Не удовлетворившись таким ответом, Зола, сложив на груди руки, смотрела во все глаза, пытаясь понять, в чем тут дело. Может, он – один из жителей Луны? И все, что она видит, лишь иллюзия? Но тогда сработал бы ее детектор лжи.

Или это фокус?

Особая химическая реакция?

Но как Зола ни вглядывалась, понять, что делает юноша, она не смогла.

А потом – быстрее, чем она думала, – все закончилось. Солома превратилась в длинную золотую нить.

Юноша встал и поклонился.

– С тобой приятно иметь дело, – произнес он.

Показал напоследок рубиновое кольцо и…

Пуф.

Исчез.

Растворился в воздухе вместе с ее кольцом.

Зола не успела опомниться, как в двери повернулся ключ. В камеру вошел Ольховый король. Она напряженно молчала, когда король подошел к прялке и осмотрел золотую нить. Он не улыбнулся, но, когда повернулся к Золе, в его ярких глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.

– Как это вышло, – медленно заговорил он, – что девушка с такими… особенностями, – он указал на ее стальную руку, – получила сей удивительный талант?

– Золото из соломы спряла не я, – призналась Зола. – Это сделал юноша. Рыжие волосы. Веснушки. Наверное, он тоже… мертв? Он называл себя призраком.

Зола говорила, и лицо короля менялось. Едва заметно сузились глаза, заинтересованно выгнулась тонкая бровь, ноздри втянули воздух… Он стиснул зубы.

– А еще, – продолжила Зола, – он забрал мое кольцо. То есть, я сама согласилась на сделку, но теперь жалею об этом.

– Понимаю, – медленно произнес Эрлкинг. Его ноздри раздувались. – Я жалею о многом из того, что связано с буйным духом.

Зола нахмурилась. Она слышала о буйных духах – призраках, которым нравилось визжать, скрипеть дверями и вообще безобразничать. Юноша показался ей не таким. Но Зола никогда не имела дела с нежитью, так что откуда ей было знать?

– Я должен был догадаться, – пробормотал Эрлкинг, подбежал к прялке и схватил катушку с золотыми нитями. Он глухо зарычал, осматривая ее. – Я думал, это делала девчонка, но… Теперь я знаю, что ошибался. Все это время золото прял проклятый дух, получивший благословение Хульды и застрявший здесь, в моем замке.

Король повернулся к Золе.

– Следуй за мной! – рявкнул он и вылетел из комнаты.

Все произошло так быстро, что Зола не сразу поняла его. Когда она бросилась за ним, он уже прошел половину коридора.

Она догнала его на спиральной лестнице, ведущей в одну из башен замка. Зола остановилась, когда поняла, что комната, в которую они пришли, служит спальней. Она выглядела роскошно и очень готично, если сравнивать с обстановкой во дворце Нового Пекина. Черные бархатные шторы, витражи и кружева, словно паутина спускавшиеся на кровать с балдахином.

– Здесь… красиво, – сказала Зола. У нее перехватило горло от дурного предчувствия. – Но я не собиралась задерживаться. Мне нужно обратно в Новый Пекин.

Эрлкинг едва не испепелил ее взглядом – она ляпнула глупость, решив, что спальня предназначена для нее. Он указал на комод у стены. Над комодом висело огромное зеркало в раме из черного дерева.

– Оно вернет тебя домой, – сказал король.

– Ну да. Волшебное зеркало. Конечно. – Зола кашлянула. – А карета?..

Эрлкинг нетерпеливо фыркнул.

– Она занята. Иди. Раз от тебя нет пользы, не хочу больше тратить свое время.

– Конечно, ведь ваше время так ценно, – пробормотала Зола. Она приблизилась к комоду и вздрогнула, увидев свое отражение. Лицо блестело от пота, от прически, над которой так долго трудилась Ико, не осталось и следа. – Что нужно сделать, чтобы…

– Просто пройди сквозь него, – ответил Эрлкинг.

Зола вытянула руку. Ее стальные пальцы коснулись стальных пальцев в отражении, затем по стеклу пошла рябь, и ее ладонь прошла насквозь.

У Золы перехватило дыхание. Наконец-то она сможет вернуться домой. Но она убрала руку и посмотрела на безымянный палец, на котором больше не было кольца.

Зола насмешливо фыркнула. Она уже выбиралась из тюремных камер, и некоторые выглядели гораздо надежнее, чем эта.

– Спасибо, но я откажусь, – ответила она. – Я сама найду выход.

Юноша удивленно посмотрел на нее, но тут же пожал плечами.

– Как знаешь.

На прощание он помахал ей рукой, щелкнул пальцами и исчез. Растворился, словно его и не было. Зола потерла глаза: не померещилось ли ей?

Но она по-прежнему сидела в заточении. Она опустилась на колени перед дверью и выпустила стилет и отвертку из своей стальной руки. Внимательно прислушиваясь к движению внутри замка, она перемещала инструменты…

Щелк.

С довольной улыбкой Зола открыла дверь и вышла в пустой коридор. Она осторожно кралась, прислушиваясь, не слышно ли чужих шагов или еще каких-нибудь звуков, но, к счастью, внизу никого не было. Вскоре Зола обнаружила массивную железную дверь, которая вела на свободу. Она вышла и почувствовала на лице прохладный ветер, напоенный ароматами ночи. Зола не знала, что ждет ее за дверью. Возможно, пустой двор, окруженный высокой стеной, через которую не перебраться. Но она совершенно точно не думала, что окажется в пышном саду с аккуратно подстриженными кустами, с фонтанами и мощеными дорожками, и повсюду будут цвести красные и белые розы.

Опасаясь, что ее могут увидеть, Зола бросилась в глубь сада. Оставив позади фруктовые деревья, арки, увитые декоративным виноградом, и маленький пруд, где лениво плавала пара лебедей, она заметила вдалеке аккуратно подстриженную лужайку. К ее бесконечному удивлению, судя по звукам, там была веселая вечеринка.

Зола пожала плечами – дескать, ничего особенного в ее «таланте» нет.

– Разве вы не знали? – спросила она, глядя Эрлкингу прямо в глаза. – Все киборги умеют прясть золото из соломы. Это лишь одна из способностей, которая делает нас столь удивительными.

Наступила тишина, а потом… Эрлкинг восхищенно рассмеялся.

– Поразительно! – Он неожиданно развеселился. – Должно быть, твои таланты – еще одно странное благословение старых богов.

Зола моргнула. Старых богов? Вовсе нет. Ее таланты были результатом множества операций, улучшений и биологических вмешательств – иначе говоря, науки. Но, по-видимому, король больше верил в богов, и Зола просто улыбнулась.

– Думаю, да. Теперь, когда вы получили золото… мне бы хотелось вернуться в Новый Пекин. Сегодня мне предстоит одно важное событие.

Эрлкинг щелкнул языком.

– Отпустить тебя? – Он тряхнул головой. С каждой секундой его глаза горели все ярче. – Ну нет. Теперь, когда я знаю, на что ты способна? Нет, ты будешь очень полезна мне.

– Что? – крикнула Зола, дав волю гневу. – Но я выполнила вашу просьбу!

– Да, и сделаешь это снова.

Развернувшись, Эрлкинг стремительно вышел из камеры.

Зола бросилась за ним, но дверь захлопнулась.

Она снова оказалась взаперти.

Зола вышла из железных ворот и оказалась на самом жутком тыквенном поле, которое когда-либо видела – ее окружали грязь, переплетенные стебли и гниющие тыквы, покрытые уродливыми наростами.

Но она была здесь не одна.

Зола увидела девушку в красивом красно-белом платье, заляпанном грязью, и возвышавшегося над ней огромного монстра – дракона с черной чешуей, с глазами, полными ярости, и длинной изогнутой шеей.

Рядом сражались двое. Юноша был в черном, и на его щеке было нарисовано черное сердце. Его широкоплечий противник в грязном комбинезоне, с сальными рыжими волосами, ловко размахивал огромным топором.

Юноша уклонялся от ударов, но иногда вздрагивал и испускал стон, будто его ранили.

– Шляп Ник! – закричала девушка. Сначала Зола подумала, что она обращается к юноше в черном, но потом увидела, что к ним бежит незнакомец в бархатной куртке и цилиндре. – Ты должен достать колпак! – крикнула девушка, испуганно отступая от приближающегося монстра. – Меч внутри!

Человек в цилиндре – шляпник? – обернулся.

Он заметил Золу, и мгновение они растерянно смотрели друг на друга.

Потом Шляп Ник перевел взгляд на одну из тыкв, лежавшую в нескольких шагах от Золы. Она проследила за взглядом и увидела, что на тыкве вырезана страдальческая гримаса, а сверху на ней – черный шутовской колпак.

– Ты! – крикнул Шляп Ник, вытянув руку и указывая на Золу. – Хватай колпак! Отдай его Кэт, быстро! Меч повинуется лишь королевским особам. Это единственный способ остановить Бармаглота!

Озадаченная Зола схватила колпак и почувствовала, что внутри ничего нет. Обычный шутовской колпак с обрывками ниток там, где когда-то были пришиты маленькие колокольчики.

Девушка в красно-белом платье закричала.

Зола обернулась и увидела, что она споткнулась и упала в грязь. Монстр зарычал, обнажив огромные клыки.

– Быстрее! – снова закричал Шляп Ник. – Брось колпак Кэт! Сейчас!

Зола заглянула внутрь колпака. Ничего не увидев, она сунула в него руку. Рука погружалась все дальше, пока не исчезла до самого плеча. Ее пальцы нашарили что-то холодное и тяжелое, сжались и вытащили… меч.

Глаза Золы расширились, когда она увидела его. Лезвие сверкало в лунном свете, рукоять была инкрустирована острыми зубами и побелевшими костями.

Юноша в цилиндре ахнул.

– У нее Бурлатный меч! Он… он подчинился ей. Но как?!

Выронив колпак, Зола подняла голову и увидела потрясенные лица. Девушка в пестром платье воспрянула, словно у нее появился новый план. План, который поможет все исправить. Зола уже видела такие полные надежды взгляды. Слишком часто они были обращены на нее. Ей захотелось бросить меч и убежать.

– Может, это новая королева? – спросила девушка. – Джокер, меч слушается королеву, верно?

– Да, это она, – ответил юноша с нарисованным на щеке сердцем. – Может быть, пророчество говорить не о тебе, Кэт, а… о ней?

Чудовище зарычало, словно возмущенное тем, что все о нем забыли. Поднявшись на задние лапы, оно заревело, запрокинув голову, а когда опустилось, задрожала земля.

– Убей его! – закричала девушка. – Убей немедленно!

– Нет! – рявкнул мужчина, снова замахнувшись топором на юношу и снова промахнувшись. – Ты не причинишь ей зла! Это все из-за тебя! – Он повернулся и указал топором на юношу в цилиндре. – Это все твои гнусные тыквенные семена! Я больше не позволю тебе навредить ей!

Зола нахмурилась. Монстр что, принадлежит ему? Ведь, как ни странно, мужчина беспокоился о нем.

Снова взревев и оскалившись, Бармаглот бросился на юношу в цилиндре. Тот от неожиданности вскрикнул и упал в грязь. Его глаза расширились, когда Бармаглот навис над ним.

– Пожалуйста, нет! Шляп Ник! – закричал Джокер, юноша в черном. – Оставь его! Мы что-нибудь придумаем.

– Нет. После всего, что они сделали? – закричала девушка. – Столько времени они держали королевство в страхе! А теперь похитили Мэри-Энн. Угрожали скормить ее этому монстру. – Ее сверкающий взгляд остановился на Золе. – Ты должна покончить с этим! Убей Бармаглота!

Зола выпрямилась, толкнула тяжелые дубовые ворота и шагнула вперед.

Она оказалась в огромном зале готического замка. Под сводами висели люстры из черного железа и белых костей. В камине ревел огонь, но он почти не грел. Холод проникал в тело Золы, причиняя боль там, где металлические части ее тела соприкасались с живой плотью.

Она увидела гобелен, который занимал почти всю северную стену. Подойдя ближе, Зола увидела изображенную на нем стаю гончих и охотников на черных лошадях, окруживших золотисто-красного дракона размером с дом. Стрелы охотников пронзили его крылья и хвост, черная кровь окропила землю.

– Вы ведь слышали эту легенду?

Зола обернулась.

Рядом с ней стоял мужчина. Она не слышала, как он подошел. Незнакомец был высоким и мускулистым, с кожей бледной, как лунный свет, и с черными, как кровь дракона, длинными волосами. В черном кожаном жилете и бриджах он был очень похож на одного из охотников на гобелене.

Его лиловые губы изогнулись в улыбке, скорее жестокой, чем красивой, хотя Зола еще никогда не встречала таких красивых мужчин. А ведь ее жених был очень красивым.

– Легенду? – переспросила Зола, вздрогнув от неожиданности и пронзительного взгляда глаз, голубых, как лед.

– Да, легенду о великой битве между Дикой Охотой и рубиновой виверной, – ответил мужчина, кивнув в сторону гобелена. – О нашей победе давно слагают песни.

– О, – Зола нахмурилась. – Нет, простите. Боюсь, я не слышала о ней.

Мужчина разочарованно вздохнул и указал в сторону коридора. Пальцы у него были удивительно тонкие.

– Прошу вас, следуйте за мной.

И, не дожидаясь ответа, он двинулся вперед.

– Хм-м… Конечно, – пробормотала Зола и поспешила за ним. – А кто вы?

– Меня называют Ольховым королем.

Ольховый король. Ольховый король…

Зола была абсолютно уверена, что никогда не слышала о нем, а, возможно, следовало бы. Вдруг он важный политический союзник, а она случайно обидела его? Это было бы ужасным началом ее жизни в роли императрицы.

– Рада знакомству, – пробормотала Зола.

Глаза мужчины сверкнули. Остановившись у двери, он пригласил ее войти.

– Поверьте, я тоже очень рад.

Зола переступила порог, ожидая увидеть кабинет или, возможно, гостиную для приема дипломатических гостей. За годы дипломатической службы, встречаясь с первыми лицами Восточного содружества, она побывала во многих таких гостиных.

Меньше всего она ожидала увидеть кучу соломы и…

– Это прялка? – спросила она, подойдя к старинному механизму. Тронула одну из аккуратно вырезанных спиц, повернула колесо. – Вижу, вам нравится старина.

– Да, но не так сильно, как золото.

Зола повернулась к Ольховому королю.

– Верно. Ведь, если есть золото, можно купить… очень много предметов старины.

Зола хотела добавить, что стоимость золота падает уже несколько десятилетий, особенно после того, как начался взлет цифровой универсальной валюты, но ей не хотелось показаться грубой.

– Если есть золото, можно купить много драгоценностей, – произнес король. – Но мне оно нужно для другого. У меня… иные планы.

Зола подумала, что, возможно, ее похитили ради выкупа.

– О чем вы говорите? – спросила она. – Если вам что-то нужно от меня…

– Нужно, – перебил король, слегка поклонившись, но это было совсем не похоже на проявление учтивости. – И я думаю, вы знаете, что именно. Вы должны выполнить задание до полуночи.

– Задание? Какое задание? Подождите! Куда вы?.. Эй! Вернитесь!

Но она звала напрасно. Ольховый король выскользнул в коридор и захлопнул дверь. Щелкнул замок.

– Да вы шутите, – пробормотала она. – Если бы мне давали юнив каждый раз, когда где-то запирают…

Подойдя к двери, Зола стала разглядывать замок. Возможно, с помощью инструментов, которые спрятаны в ее руке, его удастся открыть.

– Помощь нужна?

Зола, вскрикнув, обернулась. На куче соломы, скрестив ноги, сидел юноша. Копна растрепанных медно-рыжих волос, озорная улыбка.

– Звезды всевышние, – пробормотала Зола. – В этом замке все так любят подкрадываться?

– Прости, – сказал юноша, закручивая несколько соломинок вокруг пальца. – Мне показалось, что ты в беде и тебе нужна помощь.

Зола фыркнула.

– Вовсе нет. Ты ошибся.

Она повернулась к двери, но затем медленно обернулась. Его улыбка стала шире.

– Как ты сюда попал? – Зола разглядывала стены, но никакого другого входа не было – ни окон, ни дверей, ни съемных панелей на потолке…

– Магия, – ответил юноша.

Зола улыбнулась, решив, что он шутит.

– Нет, правда. Как?

– Я призрак, – сказал он. – Мы можем неожиданно появляться и исчезать в разных местах.

Улыбка исчезла с лица Золы. Волшебник он или призрак, его ответы ей не помогут. Словно прочитав ее мысли, юноша поднял руки над головой и потянулся.

– Знаешь, я могу помочь.

Зола с подозрением прищурилась.

– Как?

– Эрлкинг хочет, чтобы ты превратила солому в золото, верно?

Зола уставилась на солому. Так вот чего хотел этот удивительно красивый король.

– Он говорил о золоте, – кивнула Зола.

– Чудесно! – Юноша вскочил на ноги. – Я превращу солому в золото. А в уплату возьму у тебя… – он указал на обручальное кольцо Золы: – вот это.

Зола вышла из ворот и оказалась на кладбище, со всех сторон окруженном небоскребами. Очертания зданий, поднимающихся высоко в небо и отбрасывающих длинные тени на могильные плиты, казались незнакомыми.

В остальном кладбище выглядело спокойно: островок яркой зелени посреди стали и бетона. Между могилами росли старые вязы. Однако безмятежную тишину нарушали звуки города: автомобильные гудки, сирены, крики. Не говоря уже о скрежете бульдозеров в дальней части кладбища.

Но даже несмотря на это, на кладбище было очень спокойно. И почти никого не было. Кроме девочки, стоявшей неподалеку и смотревшей на Золу скорее с раздражением, чем с интересом.

Она была юной – лет четырнадцати или пятнадцати. Она еще не произнесла ни слова, но Зола почувствовала, какой колючий у нее характер.

– Какая у тебя сверхспособность? Киберштуковина вместо руки или путешествия через космические порталы? – сухо спросила девочка. – Обе хороши, но они несовместимы, так что двумя ты владеть не можешь.

– Моя… сверхспособность? – переспросила Зола.

Девочка оглядела ее с головы до ног.

– Наверное, порталы, – с легким презрением сказала она. – Сколько ты заплатила за это дополнение? Выглядит качественно.

Зола подняла стальную руку и согнула пальцы.

– Да, она и правда неплоха. Ты ведь пошутила насчет сверхспособности, да?

Девочка усмехнулась.

– Если бы. Ты что, выпала из другого измерения? Если да, то это сногсшибательная способность.

– Да, возможно. – Зола задумалась. – На самом деле, если у меня и есть сверхспособность, я думаю, она… связана с контролем разума. Но я не люблю ею пользоваться.

Девочка подняла брови – слова Золы произвели на нее некоторое впечатление. Потом она негромко засмеялась и покачала головой.

– Ну да, как скажешь.

– Где мы? – спросила Зола, оглядываясь.

– В Гатлоне. Откуда ты прибыла?

Зола задумалась. Она не знала, как назвать то странное место, откуда она явилась, поэтому просто ответила:

– Из Нового Пекина.

– А что, есть и Старый?

– Да.

Зола подошла к девочке и посмотрела на надгробие, перед которым та стояла. Букет клевера лежал на маленьком ручном зеркале.

– Я нашла зеркало на месте раскопок, – сказала девочка, указав на стройку вдалеке. – Почти уверена, что у него есть волшебные свойства. Когда я к нему прикасаюсь, моя рука проходит насквозь. Не знаю, что это значит. В любом случае, он очень любил такие штуки, поэтому… Впрочем, неважно. Никому до этого больше нет дела.

Девочка потопталась на месте, явно смущенная тем, что кто-то увидел оставленный ею подарок.

Зола поняла, что она говорила о человеке, похороненном здесь. На могильной плите было написано:

КЭЛЛАМ ТРЕДВЕЛЛ

УЧЕНЫЙ

ЗАЩИТНИК

ГЕРОЙ ДО КОНЦА

– Кем он был? – спросила Зола, ожидая услышать, что этот человек был ее отцом, братом или лучшим другом.

Но девочка усмехнулась.

– Никем. Просто еще один мученик.

Что-то в ее словах заставило Золу вздрогнуть.

– Как тебя зовут? – спросила Зола.

Девочка посмотрела ей в глаза.

– Большинство людей зовут меня Сорокой.

– Сорока. Я Зола. – Она кивнула в сторону могилы. – Часто его навещаешь?

Сорока сложила на груди руки. На ее лице появилось раздражение.

– Я работаю на раскопках, – ответила она. – А сюда прихожу отдохнуть. Кэллам идиот, но он был неплохим другом. – Она протяжно вздохнула. – Мне все равно нечего делать. Я просто… жду своей очереди.

– Очереди для чего?

– Рассказать свою историю. – Сорока усмехнулась и перевела взгляд на руку Золы. – Красивое кольцо.

– Спасибо. – Зола тоже посмотрела на мерцающие камни. Слова девочки не прозвучали как комплимент.

– На твоем месте я бы вела себя осторожнее, – добавила Сорока.

Это определенно было похоже на угрозу.

Зола напряглась.

– Вела себя осторожнее?

– В Гатлоне полно воров, – ответила девочка. Потом повернулась к Золе спиной и пошла прочь, бросив через плечо: – Ты ведь не хочешь лишиться чего-то ценного.

Зола нахмурилась, глядя, как девочка пробирается между рядами надгробий.

Она все еще обдумывала слова Сороки, когда услышала крики. Зола посмотрела в сторону раскопок. Люди суетились, и Зола, даже оттуда, где она стояла, почувствовала, как все радуются.

Любопытство было сильнее нее. Она шагнула в сторону стройки, как вдруг заметила, что ее кольцо исчезло.

Зола ахнула и повернулась: девочка уже дошла почти до самой границы кладбища. Всего несколько метров, и она выйдет на оживленную городскую улицу. Если Зола не бросится за ней прямо сейчас, девочка скроется. Вместе с кольцом.

Зола прошла под изогнутой аркой из веток, поросших мхом, и оказалась в лесистой долине. Повсюду росли дубы с кривыми стволами и с листьями всех оттенков малинового и золотого.

Посреди поляны вокруг большого плоского камня сидело три человека.

Хотя… нет, это были не люди.

Один из них, юноша с потрясающими мускулами и черной щетиной, был только похож на человека.

Одна из двух девушек напоминала эльфийку – заостренные уши, хитрые глаза и пояс, с которого свисали пучки трав и цветов, на бедрах. У другой была красноватая темная кожа и изогнутые бараньи рога.

Все трое были в плащах и непрактичной на вид кожаной броне, словно они собирались на одну из ярмарок второй эры, посвященную Средневековью.

– Здравствуй, – прочирикала эльфийка. – Тебе нужна помощь?

– Хм-м, возможно, – ответила Зола. – Наверное, я потерялась. Если вы подскажете, где…

– Ари! – зашипела девушка с рогами. – Что ты делаешь?

– А что? – спросила эльфийка.

– Стоит неигровому персонажу-киборгу появиться, и ты сразу: «Привет, мы нубы, пожалуйста, укради все наше золото».

Эльфийка сложила руки на груди.

– Я хаотично-добрый [1] персонаж. Меня зовут Прю. Я должна помогать заблудившимся путникам.

Вдруг над поляной прогремел голос, заставивший Золу вздрогнуть.

– Эй, ребята, если вы играете роли, постарайтесь использовать свои игровые имена, хорошо? Это добавляет реализма.

Зола оглядела верхушки деревьев. Кто это сказал?

Прю фыркнула.

– Что действительно не добавляет реализма, так это имена вроде «Квинтоньян Кью. Космический».

– Эй, я предложил изменить его на Квинтоньян Катастрофичный, но ты мне не позволила.

Прю сердито посмотрела на парня.

Квинтоньян поиграл мышцами.

Ари вздохнула.

– Давайте продолжим, ладно? Джуд… то есть, Мастер подземелий!

– Да, конечно, – ответил бестелесный голос. Его обладатель откашлялся. Зола огляделась, но так и не увидела, кто говорил. – Вы прибыли на поляну в Безумном лесу. Как я уже говорил, девушка, которая стоит перед вами, заблудилась, но не выглядит беспомощной. Ее рука сделана из неизвестного металла, что придает ей безусловную ауру опасности.

– Что? – возмутилась Зола. – Я просто пытаюсь вернуться домой!

Не обращая на нее внимания, голос продолжил:

– Посреди поляны большая каменная глыба. Приблизившись к ней, вы замечаете мерцающий драгоценный камень.

– Что? Здесь нет никаких… – Зола обернулась к камню и замолчала. Теперь на глыбе действительно лежал мерцающий драгоценный камень, похожий на рубин.

– Что произойдет, если мы до него дотронемся? – с подозрением спросила Прю.

Голос не ответил.

– Есть только один способ узнать, – беспечно отозвался Квинтоньян, направляясь к камню.

Прю резко выставила руку вперед и остановила его.

– Что ты делаешь? Каждый раз, когда ты наобум дотрагиваешься до вещей, что-то взрывается или пытается убить нас!

Квинтоньян пожал плечами.

– В описании моего персонажа сказано, что я безудержно любопытен и сначала действую, а потом думаю. Я лишь играю свою роль.

Прю застонала.

– Из-за тебя мы все погибнем.

– Я по-прежнему думаю, что мы должны поговорить с киборгом, – вмешалась Ари. – Как киборг оказался в заколдованном лесу? Довольно странный выбор, Мастер подземелий.

Она говорила шутливо, но бестелесный голос прозвучал измученно.

– Отстаньте от меня! Все давно идет не по плану. Я лишь пытаюсь спасти то, что могу.

– Что ж, я считаю, мы должны представиться, – заявила Ари.

– Предлагаю схватить драгоценный камень и сбежать, – сказал Квинтоньян.

– Предлагаю убить киборга, и делу конец. – Прю развела руки в стороны, и над ее ладонями вспыхнули две горящих сферы. – Все в этом лесу пытались убить нас. Думаю, она тоже попытается.

– Хорошо, – ответил голос. – И снова ваш законопослушный злой [2] тифлинг [3] решает сразиться с безобидным наблюдателем.

Квинтоньян хихикнул.

– И она еще говорит, что все умирают из-за меня.

– Итак, – произнес голос. – Бросок на инициативу.

– Бросок на что? – переспросила Зола, и в ту же секунду что-то похожее на тыкву свалилось с неба.

К счастью, это оказалась не тыква. Гигантский двенадцатигранный кубик упал на землю прямо у ее ног.

Сорока выскочила на улицу. Зола негромко заворчала и повернулась в сторону раскопок. Воровку она найдет позже, а прямо сейчас здесь происходит что-то серьезное. Золе хотелось узнать, что именно.

Крики становились все более восторженными. Пройдя через кладбище, Зола увидела толпу зевак. На ком-то были защитные каски и комбинезоны, многие были в серой форме с красной окантовкой и вышитой буквой «О» на груди.

Подойдя к желтой ленте, окружавшей место раскопок, Зола увидела огромную яму – как будто целый квартал ушел тут под землю. Глубиной яма была не меньше четырех этажей. Земля была разрыта, обнажая старые каменные стены и дорожки. Золе показалось, будто она заглянула в древнюю гробницу или подземный храм.

Недалеко от нее несколько рабочих с помощью веревок и шкивов пытались вытащить из ямы тяжелый бронзовый сундук. Очевидно, именно он так заинтересовал всех. Рабочие достали сундук, и Зола теперь тоже была заинтригована.

Толпа притихла, когда двое мужчин начали вскрывать сундук с помощью ломов. Наконец, крышка открылась.

Ослепительный свет вырвался наружу.

Раздался взрыв.

Зола отлетела назад. От удара у нее перехватило дыхание. В голове будто загудел колокол. Все вокруг потемнело.

…Она не знала, как долго пролежала без сознания.

Когда Зола открыла глаза – спустя минуты? часы? – у нее раскалывалась голова. Мысли путались, тело казалось тяжелым и напряженным. Но легкие работали, хоть и горели от каждого прерывистого вдоха. Система диагностики вскоре сообщила, что ее тело в порядке. Ну, почти – повышенный пульс, непривычные скачки напряжения…

Зола моргнула, глядя в чистое голубое небо. Внизу клубился дым, над городом стояло облако из пыли и грязи.

Над ней склонились два незнакомых лица. Девушка с загорелой кожей, короткими черными волосами и живыми голубыми глазами. Темнокожий юноша в очках с толстой оправой.

– Ты в порядке? – спросил юноша, протягивая руку. – Сильно ударилась?

– Где я? – пробормотала Зола. Ухватившись за руку юноши, она села. – Что произошло?

– Мы точно не знаем, – ответила девушка. – Пытаемся разобраться. Но сначала должны позаботиться о людях. – Она закатила глаза, словно считала это правило утомительным. – Для нас это всегда на первом месте.

Юноша сел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с Золой, придвинулся к ней.

– Я переживаю, что твои дополнения более жестко отреагировали на взрыв.

– Дополнения? – переспросила Зола. А потом… увидела свою руку, тяжелую стальную руку, и ахнула. Подняла ее. Согнула пальцы. Изумилась, как легко металл слушается ее.

– Я Бессонница, а это Скетч, – сказала девушка. – Как тебя зовут? Может быть, нужно кому-нибудь позвонить?

– Я…

Зола замолчала.

Имя.

Как ее зовут?

Кто ее семья?

Друзья?

Есть ли человек, которому они должны позвонить?

Тот, кто заботится о ней?

Тот, о ком она заботится?

– Я… я не знаю, – растерянно ответила Зола. – Не помню.

Юноша и девушка переглянулись.

– Не переживай, – произнес Скетч. Какое странное имя. Может, у нее тоже было необычное имя? – Мы отведем тебя в наш штаб, ты сможешь отдохнуть. Возможно, через некоторое время память вернется. А если нет…

Бессонница сочувственно улыбнулась.

– Что ж, нам всегда пригодится киборг в команде.

Киборг.

Неплохое имя, решила она. Что ж, значит, пока она будет Киборгом.

Ослепительно улыбнувшись, Скетч протянул ей руку.

– Кем бы ты ни была, добро пожаловать в команду Отступников.

Зола бросилась за Сорокой. Машины с визгом тормозили, когда она выскочила на проезжую часть. На нее обрушилась какофония автомобильных гудков и воплей, но она не обращала на них внимания. Где-то впереди Сорока неторопливо шла по оживленной улице.

Она свернула в маленький городской парк, где в этот день устроили праздник. Уличные музыканты и певцы выступали между фургончиками с едой и палатками, где продавалось все, от стеклянных фигурок до кормушек для птиц.

Зола почти догнала ее.

– Стой! Воровка! – закричала она, сжав кулаки.

Сорока остановилась.

С коварной усмешкой повернулась к Золе. Набрала побольше воздуха и закричала. Закричала так, словно за ней гнался сам дьявол.

Ошеломленная Зола замерла.

Как и все вокруг.

– Злодейка! – кричала Сорока, указывая пальцем на Золу. – Анархистка! Она гналась за мной! Хочет убить меня!

– Что? Убить тебя? Это уже перебор, – пробормотала Зола.

Но остальные так не думали.

Толпа окружила ее. Глядя на разъяренные лица, оскаленные зубы и сжатые в кулаки руки, Зола начала подозревать, что оказалась не на обычном городском празднике.

Не в обычном городе.

Окружившие ее люди – абсолютно все – заставили ее подумать, что, возможно, она совершила ошибку, последовав за девочкой. Все, от женщины, из глаз которой сыпались камни, и мужчины с ореолом из потрескивающего электричества над головой, до маленькой девочки с острыми, как у рептилии, когтями и юноши с черными крыльями за спиной.

Зола сглотнула.

– Что это за город?

Сорока наклонила голову набок и подкинула кольцо Золы, словно монетку. От такой беспечности по отношению к украшению, которое в королевской семье Восточного Содружества передавалось из поколения в поколение, Зола заскрежетала зубами.

– Это город, в котором каждый – герой или злодей, – заявила девочка. В ее голосе прозвучала угроза. – Догадайся, кто ты.

Зола прищурилась.

– Я повидала и тех, и других, – ответила она. – Поверь мне, я знаю, кто я.

Девочка рассмеялась, и вдруг кто-то рявкнул:

– Ты арестована!

Зола хотела обернуться, но ей заломили руки за спину.

– За нарушение спокойствия, – добавил голос.

Зола обернулась через плечо и увидела симпатичного темнокожего юношу в очках в толстой оправе. Сняв зубами колпачок с маркера, он начал что-то рисовать на ее запястьях.

Зола собиралась спросить, что он делает, но как только он закончил рисовать, она поняла, что у нее на запястьях настоящие наручники.

– Что? – воскликнула она. – Я же ничего не сделала!

– Сорока, ты тоже пойдешь с нами.

Сорока покраснела.

– Что? Почему? Адриан… то есть Скетч, она преследовала меня!

Юноша предостерегающе посмотрел на нее.

– Интересно, почему, – медленно протянул он. – Разберемся в суде. Не нужно устраивать здесь представлений. Следуйте за мной.

– Ну ладно, – прорычала Зола, дрожа от злости. – С меня хватит.

Она сделала вдох и заставила себя сосредоточиться. Почувствовать волны биоэлектричества, исходящего от толпы. Она давно не применяла свой лунный дар, но это как с управлением космическим кораблем: стоит разобраться, и ты уже не забудешь.

Вскоре Зола уловила эхо энергии, поднимающейся от каждого человека в парке. Эта энергия отличалась от энергии тех, кого она знала. Она была более живой, более мощной.

Но это не означало, что этими людьми нельзя манипулировать.

Зола медленно выдохнула и взяла энергию под контроль.

– Вы отпустите меня, – сказала она.

Через секунду юноша, которого звали Адриан, отпустил ее. Наручники щелкнули и упали на траву к ее ногам.

По молчаливому приказу Золы люди начали отступать, освобождая место вокруг нее. Все, кроме Сороки, которая смотрела на нее, открыв рот. Она дрожала, но Зола крепко удерживала ее на месте. На этот раз она не сбежит.

Приблизившись, Зола протянула к ней ладонь.

Сглотнув, Сорока положила на нее кольцо.

Зола фыркнула и надела кольцо на палец.

– Не воруй, – процедила она. – Это ужасная привычка.

Сорока поджала губы и покраснела. Наверное, ей уже за это доставалось. Возможно, много раз.

– Вот это по-настоящему жуткая сверхспособность.

Зола обернулась.

Она не сразу увидела юношу, который заговорил. Она вряд ли заметила бы его, если бы он сам не вышел вперед. У него была бледная кожа, взъерошенные каштановые волосы и не по годам мудрый взгляд. Зола подумала, что он и Сорока наверняка ровесники. Но то, как юноша вел себя, говорило о невероятной мудрости.

Но еще больше Золу изумило то, что ее дар на него не действовал.

Она видела его энергию, чувствовала, как она потоками исходит от него – как и от остальных.

Но когда Зола пыталась ухватить ее, энергия ускользала.

Юноша был защищен от лунного дара.

Защищен от нее.

Он был пустышкой? Неужели пустышки есть в… в…

Зола нахмурилась, пытаясь вспомнить название города. Готэм? Гэтлинг?

– Ты действительно Анархистка? – спросил юноша скорее с любопытством, чем с испугом. – Я думал, их не осталось.

– Я просто хочу вернуться домой.

Юноша усмехнулся.

– Знаешь, что? Я думаю, теперь нам всем хочется, чтобы ты вернулась домой. Особенно после того как… – Он посмотрел вперед. Зола проследила за его взглядом и увидела место раскопок, где несколько рабочих доставали огромный ящик из ямы. – Я чувствую, нас ждут огромные неприятности.

Зола нахмурилась.

– Что ты имеешь в виду?

Юноша тряхнул головой.

– Ничего. Похоже, тебе хватает своих проблем. – Он кивнул в сторону юноши с маркером. – Это мой старший брат Адриан. Он хороший, правда. Если перестанешь управлять им, он нарисует тебе что-нибудь, чтобы ты смогла добраться туда, куда тебе нужно.

Зола с подозрением посмотрела на Адриана.

– Он только что пытался арестовать меня.

– Он больше так не будет. Даю слово.

Зола сомневалась, что может доверять хоть кому-то в этом странном городе, но этому юноше она почему-то верила.

Выдохнув, она сняла контроль, освободив не только Адриана, но и остальных.

Люди вышли из оцепенения.

Сорока опомнилась первой. Она перевела взгляд с Золы на Адриана и другого юношу.

– Привет, Сорока, – сказал тот.

Девочка едва не испепелила его взглядом.

– Макс, – произнесла она так, словно это слово было проклятьем. – Всегда рада встрече. – Ее щеки покраснели еще сильнее. Она повернулась и поспешила скрыться за углом.

Зола хмуро посмотрела ей вслед.

– Мне кажется, от этой девочки немало проблем.

– Да, – согласился Адриан. – Мы это заметили. Итак, Макс? – Он перевел взгляд на юношу, который по-прежнему насмешливо смотрел вслед Сороке. Наконец он очнулся и повернулся к брату. – Что я должен нарисовать?

Макс задумался и улыбнулся.

– Как насчет… кареты-тыквы?

Зола расхохоталась.

– Какой-какой кареты?

– Поверь, – сказал Макс. – Я чувствую, что нужна именно такая.

Когда люди разошлись, Адриан снова снял колпачок с маркера и, к удивлению Золы, начал рисовать прямо на одной из парусиновых палаток, хотя это было очевидным актом вандализма, а ведь он следил за порядком в городе.

Но Зола промолчала, увлеченно наблюдая за его работой. Уже через несколько секунд рисунок обрел форму – огромная, красиво оплетенная стеблями тыква, запряженная двумя лошадьми.

Закончив, Адриан приложил руку к рисунку, и тот ожил.

Зола отпрыгнула, освобождая место, и вот перед ней уже стояла настоящая карета, от которой слегка пахло тыквенным пирогом.

– Готово, – заявил Адриан, довольно кивнув. Он щелкнул колпачком маркера и убрал его в карман.

– Надеюсь, она отвезет тебя туда, куда тебе нужно, – добавил Макс.

Зола расхаживала по маленькой камере, сложив руки на груди и обдумывая все, что произошло с того момента, как она утром вышла из дворца Нового Пекина.

Она устала, нервничала и ужасно боялась, что не успеет вернуться вовремя. Что, если она пропустит собственную свадьбу? Что, если она никогда не вернет свое кольцо? Что о ней будут говорить в новостях?

Что скажет Кай?

У нее екнуло сердце. Этот день должен был стать одним из лучших в ее жизни. Зола проверила время в интерфейсе, но что-то сломалось, потому что время застыло и не менялось. Золе казалось, что она ушла из дворца много часов назад. Возможно, в этот самый миг она должна войти в зал, спуститься по лестнице и подойти к алтарю, где ее ждет жених. Зола представила себе Кая, его эффектный и в то же время сдержанный наряд из расшитого золотом красного шелка. Дракон на его костюме дополнит феникса на ее платье. От улыбки Кая у Золы до сих пор перехватывало дыхание, даже спустя столько лет.

Вместо этого Зола сидела взаперти в каком-то подземелье. Она даже не знала, где она находится. Она привалилась к двери спиной и сползла на пол. Она так долго ждала, что ее выпустят, выслушают и она сможет объяснить, кто она и почему ее нужно освободить.

Что ж, она уже совершала побег из тюрьмы. Значит, сможет сделать это снова. Однако, как только Зола начала изучать замок, в коридоре послышались шаги и мелодичный свист. От этого свиста волосы на голове вставали дыбом. Зола поднялась на ноги и стала перебирать варианты действий.

Если она хочет сбежать, нужно поторопиться.

Но… что если она останется? Возможно, тот, кто удерживает ее, проявит наконец благоразумие. Возможно, он поможет ей?

Возможно, ей даже удастся вернуть кольцо.

В душе Золы бурлили гнев и разочарование, но она заставила себя отойти от двери. Она должна верить, что правда и справедливость на ее стороне. Если у того, кто запер ее, есть хоть капля здравого смысла, он поймет, когда она объяснит ему, что произошло. Он отпустит ее и поможет вернуть кольцо.

Свист в коридоре стал громче. Мелодия казалась удивительно знакомой. Зола нахмурилась, и вдруг шаги остановились возле ее камеры. Она услышала, как в замке поворачивается ключ, и почувствовала прилив надежды.

Она уже подбирала аргументы, которыми попытается убедить человека, когда дверь распахнулась, и все слова вылетели у нее из головы.

– Ико?

Ико лучезарно улыбнулась, вертя на пальце связку старых ключей.

– Вот ты где! Я тебя обыскалась. Что, черт побери, ты делаешь в этом ужасном месте в такой важный день?

– Хотелось бы мне это знать…

– Идем скорее, – Ико покачнулась на носках и махнула Золе. – Мы уже опаздываем. Свадьба начнется с минуты на минуту!

– Они ведь не начнут без меня, да? – уточнила Зола.

Ико фыркнула.

– Кто-то слишком много о себе возомнил.

Зола нахмурилась, но в глубине души она была счастлива выйти из камеры. Однако, оказавшись на свободе, она замерла и стала оглядываться. Длинный коридор выглядел теперь иначе.

Стены были выкрашены блестящей белой краской, а в панорамное окно в конце зала Зола увидела усыпанное звездами ночное небо и… не Луну, а Землю.

– Ико! Как мы оказались на Луне, в Артемизии?

– Нет времени объяснять! – Схватив Золу за руку, Ико бросилась бежать сквозь анфиладу дворцовых залов.

– Подожди! – Зола, задыхаясь, пыталась остановить Ико. – У меня нет кольца! Что я скажу Каю?

Ико с недоумением посмотрела на нее.

– Почему его должно волновать, что у тебя нет кольца?

– Потому что я… я… – Зола осеклась, оказавшись на балконе, с которого открывался вид на главный зал. Там собрались жители Артемизии в ярких экстравагантных нарядах. Церемония была в самом разгаре.

Зола нахмурилась, пытаясь понять, что происходит.

У алтаря стоял Кай.

И еще в зале была… невеста. Она медленно шла к нему, ее лицо было скрыто под белой вуалью.

– Подожди… – Зола схватилась за поручни балкона. – Что происходит?! Кто это?!

– Королева, разумеется, – ответила Ико. Она облокотилась на поручни и мечтательно вздохнула. – Разве ты не любишь свадьбы? Это так романтично. И, должна признать, жители Луны знают толк в вечеринках…

Но Зола не слушала. Ее взгляд был прикован к невесте. Она с ужасом смотрела, как невеста приблизилась к алтарю, и Кай шагнул к ней. Он улыбнулся – нервно, но радостно, – и осторожно откинул вуаль, открыв лицо невесты.

Невестой оказалась тетя Золы – королева Левана.

Зола отшатнулась и закричала.

– Зола! Зола!

Продолжая кричать, Зола взмахнула рукой, собираясь ударить того, кто напал на нее. Но рука замерла в воздухе, крик оборвался. Ее сердце отчаянно билось, когда она увидела перед собой лицо…

Черные волосы, растрепанные ото сна. Встревоженные карие глаза. Губы, поцеловать которые мечтала каждая девушка в Содружестве, но целовать которые повезло только ей.

– Кай! – хрипло произнесла Зола. – Что… Где… Я думала…

Зола оглядела знакомую спальню, которую они с Каем делили уже много лет, прошедших со дня их свадьбы.

– Тебе что-то приснилось? – спросил Кай.

– Настоящий кошмар, – прошептала Зола, все еще задыхаясь. – Я оказалась на Луне, и ты… – Она поморщилась, не желая продолжать. – А перед этим… – Она тряхнула головой. Странный сон уже начал распадаться на бессмысленные отрывки. – Меня заперли в тюремной камере, у Ико были кроличьи уши, я потеряла обручальное кольцо, и все было ужасно…

Рассмеявшись, Кай взял ее за руку, которой она чуть не ударила его, и переплел их пальцы.

– Ты не потеряла его, – сказал он, проведя большим пальцем по обручальному кольцу на ее руке. – Но я легко могу представить Ико с кроличьими ушами. И, как только она начнет носить их, они тут же станут популярны во всем мире.

Чувствуя, что ее сердце бьется уже не так отчаянно, Зола улыбнулась.

Кай наклонился и поцеловал ее в лоб.

– Попробуешь заснуть? – спросил он. – Или проберемся на кухню и посмотрим, что там найдется для ночного стрессопобеждающего зажора?

Зола рассмеялась.

– Вот поэтому я и вышла за тебя.

– И никто не жил счастливо до конца своих дней. Конец, – Серильда нежно улыбнулась.

Пятеро детей смотрели на нее с возмущением и разочарованием.

– Но это же не счастливый конец! – воскликнула Анна, которая расстроилась сильнее всех.

Серильда пожала плечами.

– В жизни не всегда все заканчивается хорошо. Значит, и в сказках так не обязательно должно быть.

Фриш расхохотался.

– Какой же смысл в сказке, если она не лучше реальной жизни?

– Я тоже не понимаю, – сказал брат-близнец Фриша, Никель. И это было странно, потому что братья редко соглашались друг с другом. – Мне уже понравилась эта Зола. Она заслуживает лучшего.

Серильда снова пожала плечами.

– Возможно, завтра мы перепишем эту историю. И я позволю вам решать, что ей делать. Возможно, у новой сказки конец будет получше. – Серильда поднялась с травы, отряхнула юбку. – Темнеет, а завтра полнолуние. Нам всем пора домой, пока Дикая Охота вас не схватила. Вы же знаете, Эрлкинг забирает только тех, кто гуляет допоздна и не ест вареную репу. – Она шутливо потрепала Ханса по щеке.

Ханс, самый старший, отмахнулся и покраснел.

– Я уже взрослый и не верю в такую чепуху, как Эрлкинг. Прибереги свои страшилки для малышей. Пойдем, Анна. Я отведу тебя домой.

Он протянул руку Анне, но та отвернулась и пошла по тропинке. Что-то проворчав, Ханс побежал за ней.

– Тебя проводить, Гердрут? – спросила Серильда у самой младшей девочки. Гердрут кивнула и крепко сжала ее ладонь. Лишь тогда Серильда поняла, что девочка не проронила ни слова, после того как история закончилась.

Они попрощались с близнецами и побрели через поля и сады. Серильда бросила взгляд на круглое личико девочки.

– О чем ты так задумалась? – спросила Серильда.

Нахмурившись, Гердрут посмотрела на нее.

– Я кое-что не поняла в твоей истории.

– Да? И что же?

– Во имя Вирдита, объясни мне – что такое киборг?

Зола подошла к каменной глыбе и вытянула руку. Когда ее пальцы приблизились к красному драгоценному камню, он замерцал. С каждой секундой он сиял все ярче, и вскоре весь заколдованный лес был залит ослепительным светом.

Когда Зола поднесла руку к камню, она почувствовала, будто стоит на краю пропасти. Вокруг не было ничего, кроме пустоты. Неожиданно поднялся сильный ветер. Казалось, он дует со всех сторон.

Зола стиснула зубы, зажмурилась, и распрямила пальцы.

Когда она взяла драгоценный камень, мир взорвался.

– Ладно, – пробормотала Зола, поднимая огромный игральный кубик. Обеими руками она подкинула его в воздух. Пролетев несколько метров, кубик ударился об огромный камень, лежавший посреди поляны, отскочил и снова упал перед ней.

Выпало двадцать.

Зола улыбнулась.

– Неплохо. – Она оглядела незнакомцев. – Это ведь хорошо, да?

Мускулистый юноша, милая эльфийка и угрюмая девушка, похожая на демона, переглянулись. Они выглядели раздраженными и даже немного встревоженными.

– Да, – проворчала девушка с рогами. – Это хорошо. Разумеется.

– Может попробуешь еще раз? – прогремел голос Мастера подземелий из-за деревьев.

Пожав плечами, Зола подняла кубик и снова бросила.

И снова выпало двадцать.

Зола издала ликующий возглас.

Прю застонала.

– Ну вот, опять.

– Но это невозможно, – пробормотал голос. – Давай еще раз.

– Если вы настаиваете, – Зола снова бросила кубик.

И снова выкинула двадцать.

Она уперла кулаки в бедра и окинула взглядом деревья.

– Зачем мы это делаем?

Но прежде чем бесплотный голос успел ответить, Зола почувствовала, как ее тело преображается. Она начала меняться, будто под воздействием лунных чар. Она шире расставила ноги. Колени согнулись, словно перед прыжком. Руки поднялись к лицу в защитной стойке.

Один из пальцев ее стальной руки раскрылся, из него показался острый и опасный нож-стилет.

Уже без улыбки Зола пристально посмотрела на трех незнакомцев.

Они тоже смотрели на нее.

Мускулистый парень судорожно сглотнул.

Зола собралась с духом, зажмурилась, пролезла сквозь зеркало…

И рухнула вниз.

Она неуклюже упала на бархатный ковер.

Затаив дыхание, Зола открыла один глаз, потом другой. И с облегчением поняла, что находится во дворце Нового Пекина. Туалетный столик, гардероб… Свадебное платье висело на дверце и ждало ее.

Просияв, Зола вскочила на ноги и проверила время на встроенном экране. Оно почти не изменилось! Она не пропустила свою свадьбу, все будет…

– Зола!

Она вскрикнула и обернулась. В дверях, уперев руки в бока, стояла Ико. На ее лице читалось возмущение.

– Что с твоими волосами?! И ты до сих пор не одета!

– Прости, – ответила Зола. – У меня, хм-м… были дела.

– Дела? – Ико всплеснула руками. – У тебя свадьба! Я оставила тебя одну всего на пять минут! Иди сюда, поправлю прическу.

Зная, что лучше не спорить, Зола села за туалетный столик. Что это было? Может быть, она задремала. Может быть, ей все приснилось?

Когда Ико вынула пион и шпильки из ее растрепавшейся прически и стала расчесывать волосы, Зола коснулась своего безымянного пальца. Ее сердце бешено забилось, и она опустила взгляд.

Кольца не было.

Ахнув, Зола посмотрела на свое испуганное лицо в зеркале.

Но ее внимание тут же привлекло отражение Ико… и кроличьи уши, которые торчали над ее синими косами.

Отражение Ико подмигнуло ей.

– Нужно поторопиться. Ты же не хочешь опоздать!

Призрак протянул Золе руку, но она решила обойтись без его помощи. Забравшись на козлы, она схватила поводья.

– Вы же не станете возражать?

Ответа не последовало.

Зола обернулась и увидела, что призрак исчез. Она нахмурилась, покрутила головой, оглядываясь, но его нигде не было. Наверное, он сел в карету?

– Хм-м… тогда я просто поеду, да? – громко спросила она. – Вы подскажете, куда ехать?

Ответа вновь не последовало, Зола пожала плечами и дернула за поводья. Лошади тронулись с места, карета покатилась вперед по длинной дороге.

Зола стала обдумывать распорядок дня. Итак, сейчас она встретится с этим Эрлкингом и узнает, что ему нужно. Может быть, пригласить его на свадьбу? Вдруг все это из-за того, что они его не пригласили? Отношения Восточного содружества с главами других государств и политическими союзами всегда были крепкими, но Зола знала, что создание и поддерживание хороших отношений требует усилий. Теперь, когда Зола почти стала императрицей, дипломатия снова станет частью ее обязанностей. И она решила, что сделает все возможное, чтобы быстро и изящно решить возникшую проблему с королем Эрлкингом, а потом вернется во дворец. Вовремя. Ей не хотелось начинать правление с дипломатических разногласий.

Спустившись с холма, лошади повернули прочь от сияющих огней Нового Пекина – к густому лесу на окраине. Казалось, они знали, куда ехать, призрак по-прежнему молчал. Вскоре карета въехала в лес. Здесь везде цвели цветы и пели птицы, в воздухе стоял сладковатый запах мха, слышалось журчание ручья. В лесу было очень хорошо.

Но они ехали слишком долго. Лес становился все гуще, превращался в непроходимую чащу. Кривые стволы деревьев были оплетены плющом. Щебет птиц умолк, слышалось пронзительное воронье карканье и шум ветра в кронах.

Карета остановилась на перекрестке, где стоял трухлявый столб с указателем. Зола видела стрелки, указывающие в разные стороны, но не могла разобрать, что там было написано. Она посмотрела налево. Над тропой, окутанной туманом, возвышалась арка из переплетенных веток и мха. Вдалеке стояло три путника. Зола пожалела, что не могла разглядеть их как следует. Отсюда казалось, что на них странная средневековая одежда и… броня.

Зола посмотрела направо. Эта дорога была лучше освещена и заканчивалась ярко-зеленой лужайкой, окруженной розовыми кустами с ярко-красными бутонами. Зола услышала смех, звон хрусталя и фарфора – вечеринка в саду была в самом разгаре.

Сжав кулаки, Зола снова обернулась к Эрлкингу.

– Я ценю ваше предложение отправить меня домой с помощью этой волшебной зеркальной штуковины, но призрак? Он забрал мое обручальное кольцо, и я хочу вернуть его. Я не уйду без кольца.

Во взгляде Эрлкинга мелькнуло раздражение, но прежде чем он заговорил, в башне раздался другой голос.

– Ты имеешь в виду это обручальное кольцо?

Зола повернулась к одному из витражных окон. Она была уверена, что окно закрыто, но теперь створки были распахнуты и на подоконнике сидел юноша. Его там точно не было, когда Зола смотрела в последний раз.

В руке он держал кольцо – ее кольцо.

Но это был не тот рыжеволосый юноша.

Этот был весь в черном. Из-под шутовского колпака торчали черные волосы, глаза были подведены черным карандашом, на щеке было нарисовано черное сердце. Но самым странным были его глаза – ярко-желтые, как лепестки подсолнуха.

Юноша с улыбкой подбросил кольцо в воздухе, словно монетку. Зола ахнула, уверенная, что оно упадет к подножию башни, затеряется в саду или во рву, но он легко поймал его.

– Кто ты? – спросил Эрлкинг с любопытством и в то же время скучающе. – И что ты делаешь в моем замке?

– И что ты делаешь с моим кольцом? – добавила Зола. Она подошла к незнакомцу и протянула руку.

– Приношу самые искренние извинения, – ответил юноша, покрутив кольцо на пальце. Золотые отблески заплясали на стенах башни. – Боюсь, я вынужден оставить его себе. Понимаете, оно мне нужно.

Поклонившись, он шагнул вниз с подоконника.

Зола ахнула.

– Нет!

Но юноша не упал, а превратился в ворона с шелковистым оперением. Держа кольцо в когтях, птица с карканьем вылетела из замка и полетела дальше, мимо подъемного моста и леса.

Зола обиженно вскрикнула и услышала в ответ такой же обиженный рык.

Она посмотрела вниз.

Огромное чудовище царапало когтями каменные стены – черный монстр с блестящей чешуей и черными как смоль крыльями.

– Бармаглот, – пробормотал Ольховый король. Зола вздрогнула. Она не слышала, как он подошел. Король с жадностью смотрел на монстра. – Он станет прекрасным дополнением к моей коллекции. Я повешу его голову в гостиной.

Чудовище фыркнуло и посмотрело вслед ворону, который с каждой секундой становился все меньше.

Зола стиснула зубы. Она должна догнать птицу. Карета слишком медленная, но, возможно, верхом она догонит ворона, если, конечно, быстро раздобудет лошадь…

Она хотела обратиться к Ольховому королю, как вдруг Бармаглот поднялся на задние лапы. Зола поняла, что он готовится броситься за вороном. Возможно, ей удастся заполучить свое кольцо другим способом?

Зола совершала множество храбрых поступков в своей жизни, хотя многие назвали бы их глупыми. И она уже прыгала с башни замка.

Но никогда еще она не прыгала с башни на спину огромного крылатого чудовища.

Перед глазами мелькали предупреждения об учащенном пульсе и выбросе адреналина, но Зола приняла решение.

Не дав себе времени на раздумья, она оттолкнулась от подоконника и спрыгнула вниз в ту самую секунду, когда Бармаглот взмыл в воздух.

Чудовище под окном распахнуло пасть и щелкнуло зубами. Зола вздрогнула и медленно отступила назад. В тот же миг Бармаглот оттолкнулся от каменной стены, распахнул огромные крылья и полетел за вороном. Зола резко повернулась к Эрлкингу.

– Мне нужно найти ворона. Вы не могли бы одолжить мне лошадь?

Король заинтригованно выгнул бровь.

– Лошадь?

– Да. Космический корабль подошел бы лучше, но что-то подсказывает мне, что здесь его будет непросто найти.

– Как странно ты говоришь… У меня лучшие кони во всем королевстве. Иди за мной.

– Отлично. Давайте поспешим. Птица вот-вот скроется.

Король сухо рассмеялся и вышел из комнаты. Они спустились по спиральной лестнице, прошли через гостиную и вышли в главный двор, где рядами тянулись стойла. Словно по волшебству, два огромных черных коня появились у ворот. На них не было седел, сбруи и уздечек, но Эрлкинг со змеиной ловкостью взобрался на спину одного из коней.

Зола остановилась. Она не была опытным ездоком, а этот конь выглядел так, словно был создан для войны. Из его ноздрей валил пар – или дым? Глаза были пустыми. Бездушными. Но выглядел он быстрым, и это был ее единственный шанс вернуть кольцо.

К Золе подбежал конюх и подставил табурет под стремя. Зола взобралась на спину коня – далеко не так ловко, как Эрлкинг, но она сделала вид, что это из-за ее механических ноги и руки.

– Хорошо, – сказала она, вцепившись в конскую гриву. – Поехали.

– Да, – отозвался король. – В путь.

Что-то в его голосе заставило Золу замереть. Обернувшись, она с изумлением обнаружила, что они не одни. Их сопровождала целая армия воинов в кожаных доспехах и с самым разным оружием – от арбалетов и копий до мечей и кинжалов. Пусть и не такие эффектные, как их мрачный предводитель, все они были невероятно привлекательными, с тонкими чертами лица и большими глазами, горевшими, словно драгоценные камни.

– К-кто эти люди? – пробормотала Зола, чувствуя себя овечкой, которую привели на заклание.

– Мои охотники, – ответил Эрлкинг. Подъемный мост со скрипом опустился, вдалеке показался лес. – Возможно, я ошибался. Похоже, ты мне пригодишься. – Его зубы блеснули в лунном свете. – Добро пожаловать на Дикую Охоту.

– Дикую – что?.. – Зола вскрикнула, когда ее конь рванулся вперед через мост. Гремели копыта, рядом неслась стая диких гончих. Их рычание и пронзительный лай эхом разносились в ночи. И вскоре весь мир превратился в размытые пятна, тени и грохот.

Бармаглот помотал головой из стороны в сторону, Зола собралась с силами и спрыгнула с его спины. Она упала в грязь, приземлившись на руки и колени. Ладони с чавканьем и хлюпаньем погрузились в густую жижу.

Отдышавшись, Зола подняла голову и поняла, что смотрит на тыкву.

Ту же слегка подгнившую тыкву со зловещей ухмылкой, на которой теперь лежал шутовской колпак.

Поднявшись на ноги, Зола с рычанием сорвала колпак с тыквы, не переживая о том, что забрызгает его грязью. Это послужит хорошим уроком мальчишке, который украл ее кольцо!

– Кэт! Джокер! – раздался еще один голос.

Зола обернулась и увидела, что к ним бежит хорошо одетый юноша, седой и в нелепом цилиндре.

– Шляп Ник, хвала небесам! – выдохнула Кэт. – Колпак. Ты должен достать колпак Джокера! Он… – Девушка замолчала, увидев, что Зола схватила колпак, который вдруг стал так нужен всем.

Нахмурившись, Зола посмотрела на колпак, который держала в руках. На первый взгляд, в нем не было ничего особенного.

– О нет, – воскликнул Джокер. – Нет, нет. Кольцо!

Зола обернулась. Джокер оглядывал перепутанные тыквенные плети, совершенно позабыв об огромном мужчине, который пытался вытащить топор, застрявший в одной из самых крупных тыкв. Не думал он и об огромном чудовище.

Почему никому нет дела до чудовища?

Едва успев подумать об этом, Зола заметила, как в грязи что-то блеснуло.

Ее кольцо!

– Ты! С… рукой.

Зола подняла голову. Юноша по имени Шляп Ник, запыхавшись, бежал к ней по тыквенному полю. Его взгляд был диким и полным паники.

– Нам нужен Бурлатный меч! – воскликнул он, указывая на колпак. – Скорее, брось этот колпак Кэт! Только она может достать его!

Зола нахмурилась, пытаясь понять его. Неужели внутри колпака меч?

Зола выронила колпак. Он упал в грязь, а сама она бросилась за кольцом. Она выхватила его из грязи и надела на палец, когда услышала возглас Шляп Ника:

– У нее Бурлатный меч! Он… он подчинился ей. Но как?..

– Может, это новая королева? – спросила девушка в красно-белом. – Джокер, меч слушается королеву, верно?

– Да, это так, – ответил Джокер. – Но подожди. Смотри! Их двое!

Зола, которая была вне себя от радости, что нашла свое кольцо, обернулась, чтобы понять, о чем они говорят.

По спине у нее побежал холодок. Зола не знала, что и думать. Это было невероятно. Невозможно. И все же…

Рядом с местом, где она сама была несколько секунд назад, стояла еще одна Зола.

Новая Зола держала в одной руке шутовской колпак, а в другой сжимала меч.

– Это что, лунные чары? – пробормотала Зола. А что если она сама находится под влиянием магии. Но нет, ее детектор лжи давно сработал бы.

Но если все это реально, откуда взялась другая Зола? И почему она держит меч?

Чудовище зарычало, словно возмущенное тем, что все о нем забыли. Поднявшись на задние лапы, оно заревело, запрокинув голову, а когда опустилось, задрожала земля.

– Убей его! – закричала девушка. – Убей немедленно!

Зола смотрела, как ее Зола‐2 сжала рукоять меча и бросилась в атаку. Голова чудовища повернулась к ней. Его глаза сверкали, из ноздрей повалил дым. Монстр издал оглушительный вой, спугнув стаю дроздов, клевавших семена тыквы на краю поля.

С криком Зола‐2 взмахнула мечом и нанесла удар. Чудовище взвыло. Зола распорола ему брюхо. Хлынула кровь, ручьями стекая в грязь. Бармаглот с душераздирающим воплем упал. Его обезумевший взгляд заметался, глаза закатились, тело дернулось и затихло.

Мужчина с топором будто обезумел. Он начал размахивать топором, сея смерть. Сначала он убил шута, потом девушку в красно-белом, потом юношу в цилиндре. Зола‐2 выронила меч.

Золе казалось, что она попала в ночной кошмар. Ее ноги увязли в грязи. Она не могла сдвинуться с места, едва могла дышать. Мужчина с топором повернулся к ней. Вернее… к другой Золе.

– Зачем ты тратишь тут свое время?

Зола вздрогнула и обернулась. На тыкве, скрестив ноги, сидела Ико. Белые кроличьи уши торчали над ее косами. Она с отвращением наблюдала за тем, что происходило на тыквенном поле.

– Похоже на один из тех сериалов, где в конце все умирают. – Ико повернулась к Золе. – Нам некогда. Ты вот-вот опоздаешь. Идем!

Спрыгнув с тыквы, она вышла из ворот и покинула поле. Изумленная, Зола пошла за ней. Обернувшись, она увидела, что мужчина занес меч, целясь Золе‐2 прямо в сердце.

Вздрогнув, Зола отвернулась, жалея, что не может проснуться, и последовала за Ико.

– С меня хватит! – крикнула Зола, когда Бармаглот, запрокинув шею, попытался скинуть ее. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, – и уловила волны биоэлектричества, исходившие от всех живых существ. Жители Луны научились контролировать эту силу и управлять ею, хотя Зола никогда не пыталась подчинить с ее помощью чудовище… Что ж, все когда-то случается в первый раз.

Энергия, исходившая от Бармаглота, была неукротимой, словно приближающаяся буря. Когда Зола мысленно установила контроль над ней, между ними вспыхнула искра – настоящая искра, которая будто проникла в ее мозг. Это испугало ее, но она не ослабила мысленную хватку. К счастью, чудовище начало успокаиваться. Бармаглот перестал дрожать и затих. Дыхание выровнялось.

– Так-то лучше, – пробормотала Зола, вымотанная усилиями, которые пришлось затратить, чтобы подчинить себе эту безумную энергию. – Не нужно никого сегодня есть. Давайте успокоимся и…

Ее прервал звук, раздавшийся вдалеке – какой-то пульсирующий гул, жужжание и негромкий свист. Зола слышала его много раз, но здесь? Это было невозможно.

Как он мог оказаться здесь?

И все же, всмотревшись в пелену тумана над тыквенным полем, Зола различила ряд снижающихся огоньков. И вскоре из тумана выступила металлическая громада, в которой нельзя было не узнать любимый корабль Торна – «Рэмпион».

Он спускался прямо на них.

То ли Зола, отвлеченная неожиданным появлением корабля, потеряла контроль над Бармаглотом, то ли страх придал чудовищу сил. Но чары перестали действовать, и она полетела вниз.

Зола упала на огромную тыкву, которая раскололась, и девушка сползла в грязь, покрытую переплетенными стеблями.

«Рэмпион» приземлился посреди поля. Мордочки десятка резных тыкв исказились от ужаса за секунду до того, как корабль раздавил их.

Бармаглот зарычал – сначала на корабль, потом на Золу. Его глаза заблестели от голода, и он зашлепал по грязи, направляясь к Золе. С его высунутого языка стекала слюна. Позади него с шипением и глухим стуком выдвинулся трап корабля и на нем в сияющем свете появились две фигуры.

– Я обещал тебе показать весь мир, – раздался голос Торна, – а ты решила отправиться на самое унылое в мире тыквенное поле?

– Тише, – сказала Кресс, похлопав его по руке. – Смотри, вот она! Я же говорила, что новый трекер отлично работает.

Зола с облегчением вздохнула, увидев друзей, но Бармаглот подобрался так близко, что она чувствовала зловоние из его пасти. Все остальные на поле о чем-то спорили: мужчина с топором кричал что-то о своей жене, девушка в красно-белом платье вопила о каком-то пророчестве, но Зола была слишком сосредоточена на голодном монстре, чтобы обращать на них внимание.

– Не хотите помочь мне? – крикнула она друзьям напряженным голосом.

– Конечно, – ответила Кресс. – У нас есть все необходимое. Лови!

Зола слишком поздно отвела взгляд от Бармаглота, чтобы заметить что-то маленькое и круглое, пролетевшее рядом – и упавшее в грязь так далеко, что ей было не дотянуться.

– Ой! – воскликнула Кресс.

– Зола, не ешь его, – крикнул Торн, содрогнувшись. – Даже не хочу знать, какие бактерии тут водятся.

– Что это? – спросила Зола, пытаясь отползти подальше, но ее ноги скользили, а руки тонули в грязи.

– Пирожное макарон, – ответила Кресс. – Скарлет испекла. Подожди, у нас есть еще. – Она исчезла внутри корабля.

Зола нахмурилась.

– Скарлет умеет печь?

– Мы тоже удивились, – сказал Торн.

Кресс снова появилась на трапе.

– Держи!

– Подожди, дай я попробую, – сказал Торн. – Лови!

Он бросил пирожное.

Зола вытянула руку, чтобы поймать его…

Но второй макарон с тихим бульканьем упал рядом с первым.

– Ой! – воскликнул Торн.

Зола застонала и подумала о том, что всегда проще спасать себя самостоятельно.

– Смотри! – крикнула она Бармаглоту, указав на поле, где юноша в черном – кажется, Джокер? – сделал впечатляющее обратное сальто на тыкве размером с дом. – Там, хм-м, тыквы. Тыквенный пирог!

Как ни странно, это сработало. Голова Бармаглота повернулась туда, куда указывала Зола, а сама она успела отползти от когтистых задних лап чудовища и подняться. Путь к «Рэмпиону» по-прежнему был перекрыт. Она хотела спрятаться за другую огромную тыкву, но тут Торн снова крикнул: «Лови».

Зола вовремя увидела пирожное, летевшее к ней.

И поймала его.

Оранжевое пирожное с зеленым кремом внутри пахло пряной тыквой. Сверху белой глазурью было написано:

СЪЕШЬ МЕНЯ

Зола поморщилась.

– Обязательно было печь тыквенные?

Но времени на капризы не было. Сообразив, что никакого тыквенного пирога не предвидится, Бармаглот снова повернулся к Золе. Теперь он был еще более голодным и сердитым.

Он взревел и распахнул пасть, готовясь проглотить ее целиком.

Бармаглот обрушился на Золу, и она затолкала пирожное ему в пасть.

От неожиданности монстр отпрянул, закашлялся, из его ноздрей вырвалось облако оранжевого дыма. Он сердито уставился на Золу, но его ярость быстро сменилась растерянностью.

Затем потрясением.

Затем – чем-то вроде искренней радости.

Чудовище начало меняться.

Зола смотрела, как хвост Бармаглота уменьшается и исчезает. Когтистые лапы превращаются в руки с тонкими пальцами. Чешуя сменяется бледной кожей.

Всего за несколько секунд разъяренное чудовище превратилось в… женщину. Она не была пожилой, но выглядела слабой и болезненной, с темными кругами под глазами и бледной кожей.

Здоровяк выронил топор.

– Ты… ты вернулась! Ты…

Его голос задрожал. Он и женщина смотрели друг на друга, казалось, они вот-вот обнимутся. Но затем ее удивление сменилось отвращением.

– Ты держал меня в тыкве! – хрипло прокричала женщина. – И начал скармливать мне людей! Живых людей! Питер, я не людоедка!

Мужчина раскинул руки.

– У меня не было выбора. Ты устроила переполох по всей округе. Я не знал, что делать. Я не мог позволить тебе умереть от голода!

Покраснев, женщина тряхнула головой, сложила руки на груди и направилась к маленькому домику на краю тыквенного поля. Мужчина последовал за ней, выкрикивая извинения, которые она не желала слушать – по крайней мере не в ближайшее время.

– Кэт! – крикнул женский голос.

Зола обернулась и увидела высокую девушку со светлыми волосами, которая вышла из-за огромной тыквы. Рядом с ней со зловещим топором в руках стоял юноша в капюшоне палача.

– Мэри-Энн! Ты жива! – закричала Кэт. Они обнялись, а палач превратился в ворона с шелковистыми перьями, перелетел через поле и уселся на плечо шута.

– Наконец в этой старой истории больше не прольется ни капли крови, – прокаркал ворон.

– Что случилось? – спросила Мэри-Энн, с изумлением оглядывая «Рэмпион». – Что это за штука?

Кресс и Торн весело помахали ей.

– Думаю, – сказал шут, водрузив на голову колпак, – эта огромная летающая машина и девушка с металлической рукой спасли нам жизнь.

– Джокер, – выдохнула Кэт, и ее глаза блеснули от непролитых слез. – Мы… Ты думаешь… – Она посмотрела на юношу в цилиндре. – Мы избежали своей судьбы, Шляп Ник? Мы победили пророчество?

– Не уверен, дорогуша, – ответил юноша в цилиндре. – Но я не видел ничего подобного ни на одном из рисунков сестер. – Он кивнул в сторону «Рэмпиона».

Кэт всхлипнула. Они с Джокером нерешительно приблизились друг к другу и взялись за руки.

– Ты жив, – прошептала она.

Шут робко улыбнулся, словно сам в это не верил.

– А ты не королева.

– А Шляп Ник, – Кэт повернулась к их другу, – лишь немного безумен.

Шляп Ник подмигнул.

– Не хочу показаться мелочной, – вмешалась Мэри-Энн, скрестив руки, – но правильно ли я понимаю, что Питер Питер запер меня в тыкве и собирался скормить Бармаглоту? Неужели мы просто забудем об этом? Разве мы не должны восстановить справедливость? Отомстить?

Все растерянно переглянулись.

– Что ж, – начала Кэт. – Думаю, мы можем сообщить об этом королю, но ты сама знаешь, какой он…

– Или мы можем забыть старые обиды, – предложил Джокер, пожав плечами. – Ты можешь отправиться с нами в Шахматное королевство. Вы с Кэт откроете кондитерскую, и… возможно, мы наконец-то заживем долго и счастливо.

Мэри-Энн оглянулась, и ее лицо прояснилось, когда она осознала, какие возможности перед ней открываются.

– Да, – выдохнула она, лучезарно улыбнувшись Кэт, которая просияла в ответ. – Давайте так и сделаем.

– А ты, Зола? – спросила Кресс. – Готова вернуться домой?

Зола рассмеялась.

– Да! Черт возьми, увезите меня отсюда!

Но, бросившись к трапу корабля, она остановилась. Что-то заставило ее обернуться, окинуть взглядом странных людей на грязном тыквенном поле. Шляпник, шут, ворон, служанка и девушка, похожая на королеву, если бы не ее грязное платье. Неожиданно Золу охватило чувство… незавершенности.

Зола насмешливо фыркнула. Она уже выбиралась из тюремных камер, и некоторые выглядели гораздо надежнее, чем эта.

Она опустилась на колени перед дверью и выпустила стилет и отвертку из своей стальной руки. Внимательно прислушиваясь к движению внутри замка, она перемещала инструменты…

Щелк.

С довольной улыбкой Зола открыла дверь и вышла в пустой коридор.

Напоследок она обернулась, но комната, в которой ее заперли, теперь была пуста.

Какое странное место, подумала Зола, побежав по коридору.

Вскоре она заметила фигуру вдалеке. Она замерла, готовясь к схватке, но человек не двигался. Он был… Он был прикован к стене. Юноша, который забрал ее кольцо! Но теперь его руки и ноги были скованы тяжелыми золотыми цепями.

Кольцо – ее кольцо – висело на кожаном шнурке у него на шее.

Юноша был без сознания. Зола остановилась, не зная, должна ли помочь ему.

Нет. Она должна помочь себе. Должна выбираться отсюда.

Испытывая некоторое чувство вины, Зола сняла шнурок с его шеи и надела кольцо на палец. Она поспешила прочь, надеясь, что с юношей, кем бы он ни был, все будет в порядке.

Зола бежала, пока не увидела дверь в стене. В окна по обе стороны от нее лился яркий солнечный свет. Почувствовав прилив надежды, Зола распахнула дверь.

– Я очень хочу улететь, но что-то кажется мне неправильным, – сказала Зола.

– Знаешь, я чувствую то же самое, – отозвался Торн. Он провел рукой по лицу, оглядел людей на тыквенном поле и спросил их: – Вы что-то говорили о кондитерской?

Кэт кивнула.

– Мы с Мэри-Энн давно мечтали открыть ее. Этой мечте не суждено сбыться здесь, в Червонном Королевстве, но, возможно, в Шахматном…

– А это Шахматное королевство – хорошее место? – спросил Торн.

Джокер и Шляп Ник переглянулись.

– Не очень, – признался Джокер.

– Постоянные войны, неумелые правители и полное отсутствие здравого смысла, – добавил Шляп Ник.

Мэри-Энн вздрогнула.

– Немногим лучше Червонного Королевства.

– Тогда, возможно, вы захотите полететь с нами? – спросила Зола. – Восточное Содружество больше века живет в мире.

– Наши правители опытны и добры, – подхватила Кресс.

– А на рынке в Новом Пекине уже много лет нет хорошей кондитерской, – добавила Зола.

– Что скажете? – спросил Торн.

Люди переглянулись. Наступило молчание, а потом неуверенность сменилась надеждой и радостными улыбками.

– Как насчет шляпной лавки? – поинтересовался Шляп Ник. – У жителей Нового Пекина есть чувство стиля?

Зола рассмеялась.

– Просто подожди, пока я познакомлю тебя со своей лучшей подругой. Вы с Ико отлично поладите.

– Что ж. – Шляп Ник достал карманные часы. – Я так давно бегу от Времени. Зачем останавливаться сейчас?

Он поднялся по трапу на корабль. За ним последовала легкомысленная Мэри-Энн.

Джокер поднес руку Кэт к губам и поцеловал. Глаза девушки заблестели.

– Мы победили пророчество, – прошептала она. – Мы сможем быть вместе.

– Наконец-то, – прошептал Джокер. Он посмотрел на птицу, сидевшую на его плече. – Что скажешь, Ворон? Стоит ли нам отправиться в новое приключение?

– Друзья и жизнь, полная смеха, чего еще желать? – прокаркала птица.

Они поднялись на корабль и отправились к звездам.

Зола зажмурилась и надкусила макарон. Она не знала, чего ждала, но точно не такого – это было райское блаженство из сахара и миндаля. Макарон хрустел на зубах и таял на языке. Зола застонала от восторга. Еще никогда она не ела ничего столь восхитительного.

Расправившись с пирожным, она почувствовала, что ее тело меняется.

Сжимается.

Уменьшается.

Она едва успела моргнуть, и мир вокруг изменился. Все стало огромным…

А сама она стала размером с мышь.

Когда мир замер, и ее тело перестало меняться, Зола оглянулась, изумленная тем, как необычно все выглядит.

Наконец она повернулась и… увидела саму себя.

Зола ахнула. Ее накрыла волна адреналина, и она приготовилась напасть на самозванку. Но та выглядела столь же удивленной. И замерла в той же позе.

Зола поняла, что смотрит в зеркало – маленькое ручное зеркальце, лежавшее в грязи. Подойдя ближе, она стала рассматривать свое отражение. После всей беготни и безумия этого дня она выглядела измученной, но это не очень ее расстроило.

– Что же мне теперь делать? – сказала Зола, коснувшись рукой гладкой поверхности зеркала.

Но она надавила слишком сильно и в следующую секунду провалилась внутрь.

Как следует размахнувшись, Зола швырнула колпак. Он с глухим стуком упал радом с девушкой в полосатом платье. Та бросилась к нему, схватила колпак, сунула руку внутрь и…

…выхватила сверкающий меч.

Зола замерла в изумлении.

Бармаглот завыл так пронзительно, что казалось, земля вот-вот расколется от вопля, полного ярости и страха.

В следующее мгновение чудовище, обнажив клыки, бросилось на девушку.

Кэт перевернулась на спину и подняла меч. Клинок рассек шею Бармаглота. Кровь забрызгала платье девушки и тыквы. Голова чудовища покатилась по земле. Гигантская туша рухнула в грязь, едва не раздавив девушку.

На тыквенном поле все замерло, словно у гниющих тыкв перехватило дыхание.

– Кэт… – произнес юноша в черном. Его голос дрожал, но в нем звучало облегчение. – Ты в порядке?

Потрясенная девушка посмотрела на него. Вытерла испачканное кровью лицо. Неуверенно кивнув, выдернула край юбки из-под туши монстра и поднялась. Она все еще сжимала рукоять меча, но теперь опиралась на него, а не держала, готовясь к бою.

– Дело сделано, – сказала Кэт. – Все кончено.

– Ты… ты убила ее. – Мужчина с топором пошатнулся, глядя на обезглавленное чудовище. – Ты убийца! Ты монстр!

Его взгляд, полный отчаяния, начал меняться. Отчаяние сменилось яростью. Его ноздри раздувались, костяшки пальцев побелели.

– Нет, вот кто монстр! – закричала Кэт, указывая на тушу Бармаглота. – И ты собирался скормить ей мою служанку! Ты убийца!

– На твоем месте… я бы ушел отсюда.

Зола вздрогнула и обернулась. Голос прозвучал близко, но рядом никого не было.

– Эй! Кто это сказал?

– Посмотри вниз.

Зола опустила взгляд и увидела перепуганную мордочку резной тыквы. Внутри горела свеча, но фитиль почти догорел, и огонек едва мерцал.

– То, что произойдет дальше, будет очень, очень печально, – произнесла тыква. Ее лицо исказилось будто от боли. – Вряд ли ты захочешь это увидеть.

Зола посмотрела на ворота, которые миновала, войдя на поле. Теперь за ними виднелось кладбище – аккуратные ряды могил, поросшие травой. Это место разительно отличалось от тыквенного поля, где царили хаос и грязь.

– Ты заплатишь за это! – зарычал мужчина с топором. – Вы все заплатите!

Чудовище распахнуло пасть, собираясь сожрать упавшего юношу, Зола издала вопль и бросилась в атаку.

Голова чудовища повернулась к ней. Его глаза сверкнули, из ноздрей повалил дым. Чудовище зарычало и всем телом повернулось к Золе. Стая дроздов, клевавшая семена на краю тыквенного поля, в испуге вспорхнула.

Зола стиснула зубы. Сжала крепче рукоять меча.

Чудовище бросилось на нее.

Из его пасти пахнуло горелой тыквой, жар его дыхания обжигал кожу.

Зола взмахнула мечом и нанесла удар. Чудовище взвыло. Зола распорола ему брюхо. Хлынула кровь, ручьями стекая в грязь. Бармаглот с душераздирающим воплем упал. Его обезумевший взгляд заметался, глаза закатились, тело дернулось и затихло. Зола выронила меч, и он с всплеском упал в лужу запекшейся крови.

Где-то вдалеке раздался жуткий вопль, полный жажды мести.

Зола медленно обернулась и замерла.

Мужчина с топором сеял смерть вокруг себя. Он снес голову с плеч шута. С рыком метнул топор в девушку в красно-белом, и попал ей прямо в сердце. Поднял огромную тыкву и обрушил ее на юношу в цилиндре.

Затем он направился к Золе.

Ей казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет у нее из груди. Она не успела использовать оружие, скрывавшееся в ее стальной руке. Попятившись, она споткнулась о вытянутую лапу мертвого Бармаглота, и упала. Тыквы зловеще и насмешливо смотрели на нее, но она не сводила глаз с мужчины с топором.

Он остановился, поднял ее меч…

А потом зарычал и вонзил его в Золу.

Зола не представляла, что сейчас должно произойти, но точно знала: если кто-то начинает угрожать местью и размахивать топором, ничего хорошего не жди.

Мужчина крепче сжал рукоять топора и, оскалив зубы в жуткой ухмылке, направился к юноше в черном.

Зола пригнулась и сорвала ближайшую тыкву. Размахнулась как можно сильнее и швырнула ее в спину мужчины. Она попала ему в плечо.

Он покачнулся, но удержался на ногах и обернулся.

– Просто предупреждаю, – заявила Зола, сорвав еще одну тыкву. – В отличие от моего жениха, я в дипломатии не разбираюсь.

Мужчина пристально смотрел на нее, раздувая ноздри.

Затем он с рыком метнул в нее свой топор, будто дротик в мишень.

Зола не успела понять, что он сделал.

Блеснуло лезвие, топор летел прямо в нее.

Она не успела уклониться.

Все произошло так быстро, что она ничего не почувствовала. Удар, и ее тело – плоть и провода, – было разрублено надвое.

И все закончилось.

Зола отвернулась, качая головой. Она не знала, где оказалась, но происходящее ей не нравилось. Она не хотела в этом участвовать и побрела прочь, переступая через стебли и обходя тыквы.

Зола коснулась ворот, они со скрипом распахнулись, но тут она не выдержала и обернулась, и увидела, как мужчина замахнулся топором.

Зола в ужасе вздрогнула, когда он отрубил голову юноше в черном.

Крик Кэт спугнул стаю дроздов. Девушка зарыдала. Птицы вспорхнули в небо, мужчина швырнул топор на землю и бросился в лес. Ворон полетел за ним.

Зола колебалась. Ей казалось, что сердце вот-вот выскочит из груди. В глубине души ей хотелось справедливости, хотелось броситься за мужчиной в лес.

Но она знала, что это была не ее битва. Не ее история.

Ей нужно было добраться до своего счастливого финала.

Чувствуя комок в горле, Зола отвернулась.

– Давайте все обсудим, – заявила Зола. – Я вас не знаю и не понимаю, что тут происходит. Я просто хочу вернуться в Новый Пекин и выйти замуж за любовь всей своей жизни, но весь мир ополчился против меня. Так что давайте успокоимся и поговорим.

Гордясь собой, Зола наклонилась и положила меч на ближайшую тыкву, а потом отошла в сторону в знак того, что ее намерения были мирными. Ей нравилось думать, что дипломатические таланты Кая передались и ей.

Ей показалось, что у нее все получилось. Все находившиеся на тыквенном поле уставились на нее – с любопытством и неуверенностью. Даже Бармаглот.

– А теперь, – продолжила Зола, – может быть, объясните мне, что здесь происходит?

Девушка в платье выпрямилась и с горящими глазами указала на мужчину с топором.

– Питер Питер похитил мою служанку и запер в тыкве, чтобы скормить своему чудовищу! – Она ткнула пальцем в Бармаглота.

Зола моргнула.

– Питер Питер?.. Разве это не герой детской считалки?

– Кэт, – вмешался юноша в черном. – Подумай о пророчестве. Возможно, если мы договоримся с Питером Питером, это все изменит.

Девушка тряхнула головой и резко ответила:

– Он злодей, Джокер. Они оба злодеи! Я больше не позволю им держать в страхе Червонное Королевство!

С этими словами девушка бросилась за мечом. Держа его двумя руками, она повернулась к Бармаглоту. Чудовище встало на дыбы и заверещало. Кэт шагнула вперед, готовясь отрубить ему голову, но Питер Питер преградил ей путь. Топор и меч зазвенели, ударившись друг о друга, но бой продлился недолго – мужчина был гораздо сильнее. Он выбил меч из рук Кэт и занес над ней топор.

– Кэт! Нет!

Мелькнуло что-то черное – и топор обрушился не на девушку, а на Джокера.

Кэт закричала.

Еще один взмах топора положил конец ее страданиям.

Зола в ужасе смотрела на происходящее. Мысли путались. Какое жестокое и бессмысленное кровопролитие!

– Нужно убираться отсюда. – Кто-то схватил Золу за руку. Она обернулась и отдернула руку, но юноша в цилиндре снова схватил ее. Его взгляд был диким и испуганным, пот стекал по лицу. – Нужно попасть в Шахматное королевство, пока последняя часть пророчества не…

– Вы никуда не пойдете! – прорычал Питер Питер, шагнув к ним. Его лицо было искажено, одежда забрызгана кровью. Бармаглот за ним скреб землю лапой, с его клыков стекала слюна. – Недоделанная королева была права, – сказал он. – Мой питомец голоден. Вас двоих хватит ему на неделю, а то и на две.

Юноша в цилиндре выругался.

– Я знал, что не стоило возвращаться!

Зола уставилась на Питера Питера, уловила ауру биоэлектричества вокруг него и уже собиралась подчинить ее с помощью лунных чар, но ее оглушил удар рукояти топора. Голова едва не раскололась от боли, мир вокруг почернел.

Больше Золу и Безумного Шляпника никто никогда не видел.

В отличие от Торна Зола не доверяла каждому странному пузырьку на своем пути. Ей не хотелось пить загадочную жидкость, особенно на этом безумном чаепитии.

Натянув самую вежливую улыбку, Зола поставила пузырек на стол и попятилась.

– Спасибо, но… нет.

Удивленные и немного расстроенные Торн и Кресс уставились на нее.

– Уходишь? Так быстро? – спросила Кресс. – Мы же только начали!

Она обвела рукой потрясающее угощение.

– Возможно, я вернусь позже, – сказала Зола. – А сейчас мне действительно нужно вернуться во дворец.

Она поспешно ушла, и вскоре позади послышалось нестройное пение – Кресс и Торн затянули очередную смешную песенку. Похоже, друзья не собирались скучать без нее.

Зола шла по следам Ико, пробираясь между деревьями, и вскоре вышла на извилистую тропинку. Тем временем солнце скрылось за деревьями, и в лесу стало прохладно. Темнело, и Зола начала переживать, что действительно опоздает на свадьбу. Но сколько бы она ни проверяла часы на внутреннем экране, время не менялось. Оно замерло на той самой минуте, когда Ико появилась в окне и предложила Золе следовать за ней.

Спустя долгое время, показавшееся Золе бесконечным, лес наконец закончился. Тропинка раздваивалась. Одна стрелка на покосившейся табличке указывала направо, и надпись на указателе гласила: «Тыквенное поле Питера Питера». Тропинка вела в маленькую долину, и Зола разглядела вдалеке большие железные ворота. На столбах горели улыбающиеся фонари из тыкв. С забора, окружавшего поле, стекала мякоть тыквы и слизь с семенами. Грязное поле за воротами было покрыто клубками стеблей и тыквами – одни были размером с ее кулак, другие – огромными, как дом.

Над стрелкой, указывающей налево, было написано: «Мерхенфельд». За холмами Зола увидела городок – деревянные домики под соломенными крышами.

Оба места были незнакомыми, и Зола не знала, в какую сторону пойти, чтобы в конце концов вернуться в Новый Пекин.

– Ико, подожди! – крикнула Зола, пытаясь не потерять из виду белые уши Ико, мелькавшие между деревьями.

Но вскоре робот исчез. Зола остановилась и огляделась. Ее окружал густой лес – корявые деревья и упавшие стволы, покрытые грибами и мхом.

Она разочарованно вздохнула.

– Замечательно, – пробормотала она. – И где я теперь?

Зола начала пробираться сквозь папоротники и кусты. Ноги утопали в мягкой земле. Она пыталась идти по следам Ико, но единственным признаком жизни тут были птицы, пронзительно кричавшие на ветках, и изредка встречавшиеся белки.

Наконец она услышала чьи-то голоса и остановилась.

Зола затаила дыхание, опустила голову и увеличила громкость своего аудиоинтерфейса, чтобы лучше слышать. Да, неподалеку действительно кто-то был – по другую сторону изгороди из ежевики и лишайников. Единственный вход в виде арки был рядом. Возможно, там находилось даже несколько человек, но Зола не могла разобрать, о чем они говорят.

Она хотела окликнуть их, но побоялась напугать в этом страшном лесу. Стараясь идти как можно тише, она направилась в сторону, откуда доносились голоса.

– О нет, – пробормотал Квинт. Вместе с Прю и Ари он смотрел, как Джуд снова бросает кубик, и снова выпадает двадцать. Снова. И снова.

Кубик показывал двадцать. Каждый. Раз.

И так на протяжении всей кампании.

– Что с ним не так? – воскликнула Прю, поймав кубик в воздухе, когда Джуд снова его подкинул. – Он что, заколдован?

Они сидели в комнате Ари, обложившись описаниями персонажей и игровыми руководствами. Последняя пластинка Садашива давно доиграла.

Прю бросил кубик за Джуда.

Выпало шесть.

Она бросила еще раз.

Одиннадцать.

Затем два, девять, семнадцать.

Прю поджала губы, расстроившись, что в ее руках волшебный кубик не работал, и неохотно вернула его брату.

– Я не знаю, – ответил Джуд, пожимая плечами. – Просто сегодня мне везет.

– Похоже на математическое чудо, – отозвалась Ари. – Только двадцатки? Это статистически невозможно.

– Ничего страшного, – ответил Квинт, который был готов завершить это ролевое приключение задолго до того, как Садашив исполнил свою хриплую версию «Удача, будь леди» [4] Фрэнка Синатры. – Давайте сразимся с этим киборгом, и все.

Джуд поморщился.

– В этом-то и проблема. Если следовать руководствам и, хм-м, всем двадцаткам, которые я выбросил… – он с сочувствием оглядел друзей, – киборг только что спятил и… всех вас зарезал.

Прю вскинула бровь.

– Зарезал?

– Ну, вас уже немного потрепала схватка с гоблинами, так что… да. У вас не было шанса. Я бы не стал добавлять такого сильного неигрового персонажа, если бы знал.

Джуд нерешительно бросил кубик в последний раз.

Он пролетел вперед и со стуком упал на стол.

Двадцать.

– Ну и ладно, – ответила Прю, собирая листы. – Спасибо, Джуд, что познакомил нас со своим еженедельным увлечением. Теперь я понимаю, почему тебе так нравится эта игра.

– Обычно она гораздо веселее, клянусь, – сказал Джуд. – Наверное, мне стоит купить новый кубик.

– На твоем месте я бы купила лотерейный билет, – заявила Ари, встав, чтобы сменить пластинку. – Проверь, вдруг твоя удача распространяется не только на «Драконы и подземелья».

Джуд рассмеялся, но вскоре притих, и в его глазах блеснуло любопытство.

– Знаешь, что? Пожалуй, я так и сделаю.

Золу отвели в суд, огромное кирпичное здание в центре города с величественными статуями львов у входа. Внутри были мраморные полы и слишком много дубовых панелей, но Зола не успела выразить свое недовольство этим, потому что ее отвели в подвал и заперли в крошечной тюремной камере, где были лишь маленькая койка, туалет и…

– Это что, прялка? – спросила Зола, разглядывая странную деревянную конструкцию.

– Да, – сказал юноша, которого Сорока назвала Адрианом. – Один супергерой умеет превращать солому в золото. Иногда он приходит в эту камеру и прядет, когда тут никого нет. Говорит, его это успокаивает. – Юноша постучал маркером по металлическому замку. – Местный совет захочет узнать, кто ты и что сделала с теми людьми. Думаю, долго ждать тебе не придется.

– Хорошо, – ответила Зола, глядя на него сквозь прутья решетки. – Ведь у меня сегодня полно дел.

Юноша улыбнулся, решив, что она шутит.

– Я им сообщу.

– Да уж, будь добр, – процедила Зола, не пытаясь скрыть раздражение.

Как только юноша ушел, она недовольно оглядела маленькую камеру.

Супергерои? Да ладно. Даже Торн круче, чем они.

Зола прыгнула и оказалась на спине монстра. Боль от удара разлилась по ее телу. Она застонала и едва успела обхватить чешуйчатую спину Бармаглота коленями, пока тот не сбросил ее.

Держаться было почти не за что. Когда огромные кожистые крылья рассекли воздух, Зола как можно крепче ухватилась за один из шипов на спине чудовища и прижалась к нему.

Существо заверещало. Зола не знала, злилось ли оно из-за непрошеного ездока или что-то другое привело его в бешенство.

Под ними проносился мир – размытые пятна лесов и полей. Впереди Зола разглядела ворона – размером с песчинку. Они догоняли его.

Вдруг ворон резко спикировал вниз.

Щурясь от обжигающего ветра, Зола пыталась разглядеть, куда он делся.

– Туда! – закричала она, указывая на черную голую землю с ярко-оранжевыми точками. Возможно, чудовище услышало ее, а может быть, тоже заметило птицу, но Бармаглот резко развернулся, едва не сбросив Золу со спины. Она вскрикнула, но все-таки удержалась, когда монстр кинулся за вороном.

Зола увидела, что птица превратилась в юношу. Юношу в черном шутовском колпаке.

Оранжевые точки вблизи оказались тыквами на грязном поле, покрытом переплетенными гниющими стеблями. Юноша в шутовском колпаке был не один. Девушка в грязном красно-белом платье испуганно смотрела на него.

– Джокер! Что ты здесь делаешь? – закричала она. – Рисунки! Пророчество! Ты не можешь…

Не успела она договорить, как монстр опустился на землю между ней и юношей.

Девушка вскрикнула и попятилась.

– Бармаглот! Он вернулся!

– Знаю, – сказал Джокер. – Мне жаль. Но я не могу бросить тебя, не сказав, что… Я люблю тебя, Кэт. И хочу на тебе жениться.

Девушка перевела широко распахнутые глаза с огромного Бармаглота на юношу. Зола, все еще сидевшая на спине чудовища, с изумлением увидела, как шут опускается на колено посреди мерзкого хлюпающего поля и достает рубиновое кольцо.

– Эй! – воскликнула она, испугав Бармаглота, который забыл о ней. Он напрягся, но Зола не ослабила хватку. – Это мое кольцо!

И тут из-за самой большой тыквы, которую Зола только видела в жизни, вышел еще один человек – огромный мужчина с кудрявыми рыжими волосами и кустистыми бровями. В руках он сжимал острый топор.

– Джокер! – закричала девушка в красном. – Сзади!

Обернувшись, шут вскочил на ноги и отпрыгнул в тот самый момент, когда мужчина с жутким воплем замахнулся топором. Он бы точно снес юноше голову, если бы тот не совершил серию идеальных сальто, чтобы оказаться вне его досягаемости. Шутовской колпак упал с его головы на резную тыкву.

Топор ударил по огромной тыкве и застрял в ее мякоти.

Бармаглот поднялся на задние лапы и зарычал так, что кости Золы завибрировали.

Вскоре Зола подошла к городку. Где-то рядом шумела река, от золотистых полей, тянувшихся во все стороны, сладко пахло соломой. Однако, войдя в городок, Зола почувствовала тревогу. В сумерках на дороге мелькали длинные тени, но теперь совсем стемнело, а в окнах домов не было ни одного огонька свечи. Хотя Зола слышала кудахтанье кур и блеяние коз за заборами, но людей видно не было.

Она остановилась у колодца и огляделась.

– Эй! – наконец крикнула она. – Меня кто-нибудь слышит? Я заблудилась.

– Ш-ш-ш! – зашипел кто-то.

Зола не сразу поняла, что звук идет из заколоченного окна в одном из ближайших домов. Нахмурившись, она подошла ближе.

– Эй! – повторила она, на этот раз тише.

– Прячься! – прошептал голосок. Кажется, детский? – Они скоро придут! Ты должна уйти с дороги!

Зола изменила настройки зрения и между досками, которыми было заколочено окно, наконец разглядела маленькую девочку с золотистыми кудрями. У нее не хватало переднего зуба.

– О ком ты говоришь? Кто придет? – спросила Зола.

– Эрлкинг и Дикая Охота! – ответила девочка, и страх в ее голосе усилился. – Мама говорит, что если останешься на улице после заката, Эрлкинг утащит тебя и скормит твое сердце своим монстрам.

Золу передернуло.

– Ничего себе детская сказка, – пробормотала она.

Из глубины дома послышался испуганный женский голос.

– Гердрут, отойди от окна! Немедленно!

– Подожди, – сказала Зола. – Скажи, как…

– Прости, – виновато перебила ее девочка. – Я больше не могу говорить.

Она исчезла, опустив тяжелую штору.

Зола хотела постучать в дверь и поговорить с родителями девочки, но вдруг далекий и удивительно знакомый звук заставил ее остановиться.

Низкий и душераздирающий вой напомнил Золе о нападениях обитателей Луны в Париже в ту ночь, когда она познакомилась со Скарлет и Волком.

Но в этом звуке было что-то особенное.

По ее спине побежал холодок ужаса.

Послышался топот копыт и оглушительный рев охотничьего рога. Зола отошла от дома и посмотрела на дорогу, освещенную полной луной.

Прошло несколько мгновений жуткой тишины, и она увидела их.

Сначала – облако тумана, опустившееся на холмы. Затем стаю гончих, которые были крупнее любой собаки, с жесткой черной шкурой и огнем, пылающим в глазах и пастях и даже просвечивающим сквозь вытертую шерсть на ребрах. За гончими следовали охотники – мужчины и женщины на удивительных лошадях. Золе казалось, что она стоит на пути приближающейся бури, но она не могла пошевелиться. Ее будто загипнотизировали. Она замерла, а Дикая Охота с шумом двигалась по главной улице городка.

Зола думала, что охотники пронесутся мимо, даже не взглянув на нее, но они вдруг остановились.

Впереди, с арбалетом в руке, ехал всадник в одежде из черной кожи. Он был очень красив, но от его взгляда хотелось сжаться в комок.

– Ты заблудилась? – вкрадчиво спросил он.

Зола хотела соврать. Ей не хотелось иметь дело с этими людьми. Она даже не была уверена, люди ли это вообще. На людей они были похожи лишь отчасти.

Но ведь она действительно заблудилась. И хотела вернуться домой.

Она подняла голову и сказала:

– Вроде того. Да. Можно и так сказать.

Всадник усмехнулся и указал на лошадь без наездника.

– Тогда присоединяйся к нам.

Золе очень хотелось отказаться, но она окинула взглядом охотников, смотревших на нее, и гончих с их пылающими глазами, и поняла, что выбора у нее нет.

Забравшись на лошадь, она дрожащей рукой ухватилась за гриву.

Поначалу Зола, отчаянно пытаясь не упасть, с трудом держалась на лошади. Но Дикая Охота неслась через леса, горы и поля, блестевшие серебром под полной луной, и Зола чувствовала себя все увереннее. Вскоре испуг в ее сердце сменился радостью. Прохладный ветер обжигал глаза. Легкие горели от сотен восхитительных ароматов – древесного дыма, полевых цветов, соленого морского бриза…

Она получила главное – абсолютную свободу.

Больше никакой ответственности.

Никаких обязанностей.

Никакого придворного этикета. Никаких замысловатых причесок. Никаких тесных платьев, бесконечных речей или постоянного давления: ты же принцесса-королева-киборг-императрица-бунтарь…

Воспоминания о прошлой жизни промелькнули и исчезли одно за другим, словно звезды в конце долгой зимней ночи.

Осталась девушка, которая впервые почувствовала вкус настоящей свободы.

Девушка, которая не знала, чего ей это будет стоить.

Девушка, которую никто никогда больше не видел.

Марисса Мейер – автор бестселлеров по версии The New York Times, среди которых серия книг «Лунные хроники», трилогия «Отступники», романы «Бессердечная» и «Позолота». Марисса Мейер создала и ведет подкаст «Счастливый писатель». Она живет в Такоме (Вашингтон), с мужем и двумя дочерями.

Один из типов мировоззрения персонажей игры «Подземелья и драконы». Такие персонажи действуют по велению сердца, не обращая внимания на мнение окружающих. Здесь и далее примечания переводчика.

Еще один вид мировоззрения в игре «Драконы и подземелья». Такие персонажи добиваются своих целей, не обращая внимания на страдания остальных и при этом следуя общей иерархии и структуре игры.

Раса персонажей в игре «Драконы и подземелья», человек с небольшой примесью демонической крови.

Речь идет о песне «Luck Be a Lady».