Ночь опустилась быстро и бесшумно, над городом завис запах резины вперемешку с бензином. Ветер стих, небо затянулось дымом заводских труб и выхлопов. В свете фонарей оно приобрело фиолетовый оттенок, словно туда тоже выливают промышленные отходы.

В стороне шоссе появился шум. Бродяга, который дремал за мусорным баком, открыл глаза и приподнялся на локте. Он недавно перебрался в город из деревни и с непривычки дергался от каждого шороха.

Автомобиль приближался быстро, через несколько секунд заскрипели колеса, из-под резины повалил дым. Перед ювелирным магазином остановилась сиреневая машина.

Двери блестят, дно нависло над самой землей, едва не касаясь асфальта брюхом. На заднем стекле что-то вроде акульих плавников, внизу по две выхлопные трубы с каждой стороны.

Бродяга осторожно выглянул, стараясь держаться в тени, ноги пришлось подтянуть, чтобы не торчали из-за бака.

Он присмотрелся и разглядел в машине двоих. Потом пассажирское окно опустилось, бродяга расслышал диалог.

Женский голос хихикнул:

– О! Да-да-да!

– Ты хотела сюда? – спросил мужской хрипловатый голос и глухо захохотал.

– Сейчас проверим, – раздалось из машины.

Затем дверца открылась и на асфальт ступила изящная ножка в ботинке на высокой шпильке. Сетчатые колготки кое-где порвались, образовав замысловатые дыры. Затем появилась вторая ножка. Наконец, из машины вышла девица в откровенных шортиках красно-синей расцветки. Маечка едва прикрывает живот, бретельки натянулись.

Она подтянула белокурые хвостики, выкрашенные в тон шортам, кончики легонько колыхнулись. Затем вытащила из машины огромны молот и проговорила, наклонившись:

– Пудинг, я хочу безделушку.

Из салона донеслось:

– Бери. Для тебя все, что угодно.

Девица забросила молот на плечо и захлопала в ладоши. На лице появилась безумная улыбка, глаза сверкнули.

Стуча каблуками, она обошла машину и приблизилась к витрине. Бродяга даже из-за бака видел, как мерцают россыпи драгоценностей на прилавке.

Девица наклонилась, оттопырив округлый зад, и несколько мгновений разглядывала украшения.

Потом выпрямилась и крикнула через плечо:

– Я не могу выбрать!

– Дай-ка подумать, – донеслось из машины. – Что бы предложить…

– Они все блестят, – заявила девица и хихикнула. – Как маленькие звездочки. Так сложно. Сложнее, чем выбирать между кольтом и смитом.

Ее пальцы крепче сжали ручку молота, она широко замахнулась и с силой обрушила кувалду на витрину. Раздался звон стекла, прозрачные осколки разлетелись по асфальту и долетели до мусорки, где прятался бродяга.

Завизжала сигнализация, девица захохотала, из машины послышался такой же безумный смех.

Они несколько секунд сотрясали воздух, перебивая вопли сигнализации, затем мужской голос произнес хрипло:

– Не хочу торопить, дорогая. Но скоро будут гости.

– Мне так трудно, – бросила девица и топнула каблучком. – Они все прекрасны. И смотрят на меня. Словно знают, что хороши. Бесстыдники!

– Я не планировал встреч, – напомнил голос в машине.

Вдалеке раздались полицейские сирены, девица безразлично покосилась в сторону и снова вернулась к разглядыванию драгоценностей.

– Хочу выбрать, – пробубнила она.

– Выбери изумруды, – предложил мужской голос. – Они подойдут к моим волосам.

Девица надула губы и произнесла.

– Хочу выбрать те, что подойдут мне.

– Тебе подхожу я, – сказал голос в машине.

Звук сирен стал ближе, из водительского окна высунулась голова с зелеными, как купорос волосами. Кожа неестественно бледная, словно ее вымазали белилами. Его губы растянулись в безумной улыбке. Бродяга вжался в стену, пытаясь слиться с ней, но псих даже не глянул в его сторону. Снова раздался приступ сумасшедшего смеха. Когда прекратился, псих проговорил:

– Дорогая, бери все.

Девица обернулась, улыбка стала еще шире, бродяга разглядел почти все зубы. Она взвизгнула с детской радостью:

– Пудинг, ты самый лучший!

Вой сирен послышался всего в паре кварталов, девица одним движением сгребла драгоценности и запихала под майку. Те, что не влезли, со звоном покатились по тротуару.

Раздался очередной раскат хохота, окно позади водителя опустилось, девица оттолкнула кувалду и бросилась к машине. Взревел мотор, она с разбегу влетела в окно, словно тело смазали маслом. Завизжали колеса, под безумный хохот машина сорвалась с места и скрылась в переплетениях улиц.

Через пару минут на место прибыла полиция, улица осветилась мигалками, послышались хрипы раций.

Бродяга вытаращился на них из ненадежного укрытия, прижав колени к подбородку. Его била мелкая дрожь.

Сзади раздался шорох, он резко обернулся и тихо простонал. Луна высветила темную фигуру на кирпичном заборе. Тело скрыто плащом, лишь на голове то ли короткие рога, то ли уши. Лицо наполовину покрыто маской.

– Кто это были? – спросил бродяга дрожащим голосом.

Незнакомец в маске ответил:

– Думаю, ты догадался.