И тут сержант Кэмпбелл, одновременно с полыхнувшим на его налобном дисплее огоньком опасности, услышал голос: «Патруль, принять к сведению, что оценка угрозы возросла до третьего уровня».
Говорила не уоррент-офицер Десаи, а командный компьютер, расположенный в штабе канадской оперативной группы «Зефра» (CTFZHQ). Такое же сообщение одновременно отправилось по всем остальным патрулям.
Капрал Блэкмор о чем-то болтал; Кэмпбелл махнул ему — помолчать.
— Что случилось?
— Разведка показывает повышенную активность, — продолжил компьютер. — Повысить бдительность, если ваш район покинут дружественные лица и появится кто-то еще.
Кэмпбелл нахмурился и повернулся, чтобы посмотреть, что там делается сзади автомобиля. Посреди обычного водоворота чадр и длинных благопристойных платьев двое потных мужчин тащили через улицу ворох досок. Все выглядело нормально.
— Патруль, выгружаемся, — сказал он. — Дальше мы пойдем пешком.
Кэмпбелл взялся за ручку двери…
А в оперативном отделе Вандна Десаи широко распахнула глаза, когда программы распознавания образов засекли с аэростата совпадение.
— Сержант, — начала она…
В этот момент рядом с дымоходом выросла фигура человека с гранатометом на плече…
«Кризис в Зефре» — это вымышленная история, призванная проиллюстрировать новые концепции и технологии, которые могут стать частью канадской армии будущего. Действие этой истории происходит в 2025 году и начинается как обычное патрулирование улиц истерзанной войной Зефры, но ситуация быстро перерастает в сценарий «войны трех кварталов».
Это книга-полигон идей, написанная в 2005 году известным фантастом по просьбе канадского Министерства обороны, и адресована она в первую очередь военным. Она рассыпает перед ними ворох новейших (на тот день) технологий и понятий, показывая, как они вживую отразятся на жизни простой пехтуры — парней, топчущих сапогами землю. Для чего? Чтобы читатели мнениями и отзывами помогли штабу сухопутных войск Канады определиться с векторами развития армии на ближайшие 20 лет. Правда, сегодня годы уже практически истекли и можно судить о том, что пришло в жизнь и что нет, но интересна книга не этим и даже не затягивающими передрягами, предстоящими героям. На каждое из множества встречающихся новых понятий издание предлагает объясняющую ссылку в Интернете в один клик; за каждой главой выстраиваются вопросы, помогающие обдумать видение черт армии будущего. Это книга — пособие для вдумчивого командира, и прекрасный методический образец для всех того, как следует писать военную футуристику, чтобы привлечь к размышлению о судьбах армии множество опытных профессионалов.
1.0 — создание файла
«Я думал, что я опытный вояка, когда высаживался здесь. Бог ты мой, я разобрался в том, как воевать, и разобрался в том, что не так уж много и знал. Но я в этом разобрался…»
«Народ, который настаивает на проведении четкой границы между военными и мыслителями, вскоре обнаружит, что за него воюют одни идиоты, а думают одни трусы»
В конце XX века в Канаде была учреждена новая организация — Дирекция по стратегическим концепциям сухопутных войск, название которой говорит само за себя. В частности, в уже далеком 2003 году она подготовила и опубликовала в широком доступе концептуальную книгу-прогноз на 20 лет вперед: с чем (вероятно) придется столкнуться в будущем канадской армии, какие должны стоять у нее на службе технологии, как будет выглядеть управление подразделениями, в каких рамках должна лежать самостоятельность военных, какие потребуются от них навыки и качества, и прочее. Написанная общедоступным языком «Армия будущего» (https://publications.gc.ca/collections/collection_2013/dn-nd/D2-316-2003-eng.pdf) все же воспринималась несколько умозрительно, как и любая подобная книга. Поэтому Дирекция позвала на помощь известного писателя-фантаста, который в 2005 г. для непосредственного восприятия превратил выработанные концепции и заявленные технологии в живое, реалистичное повествование на примере неожиданно необычного рейда обычного армейского патруля. Цель, преследовавшаяся при этом, такова: вызвать дискуссию в широких армейских кругах и получить отклики военных-практиков, которые позволили бы скорректировать выбранный курс армейской модернизации.
Эта книга перед вами. Она, хотя и вполне увлекательно читается, на деле не боевик и тем более не очерк на документальной основе, это по сути военная футурология. Теперь уже можно судить, что за истекшие годы пришло в жизнь и что нет, но интересна книга сегодня совсем не как пример оправдавшихся(ли?) прогнозов, и даже не как свод того, что еще следует воплотить. Интересна солиднейшая методическая проработанность книги и ее сотрудничество с читателем. Интересно то, что за каждой технической или организационной новинкой, появляющейся на страницах (в формате PDF), стоят веб-ссылки на страницу, рассказывающую о недавно появившейся или перспективной технологии (правда, за истекшие годы после публикации большинство ссылок перестали работать). Интересно то, что после каждой главы предлагается обсудить ключевые моменты общей концепции с учетом «реалистичной» картинки ее в действии. Интересно то, что беллетризация плодов военной мысли не единичное явление для этой страны, но скорее традиция (и это при том, все все сухопутные ее силы насчитывают, кстати, всего-то чуть больше 20.000 человек в строю). Интересно, что, по-видимому, канадские минобороны и генштаб не закостеневают в авторитарном кругу и поощряют действительно широкую инициативу выражения мнений как военнослужащих любых рангов, так и сограждан-цивилов, и принимают всерьез слова Уильяма Батлера, вынесенные в эпиграфы к книге. А интересен ли подобный подход вам? Тогда обратите внимание и на приложение B к повести/
Если вы прочли все эти строки, то предисловие и введение от канадского Министерства обороны теперь можно пропустить:-)
(После всех хвалебных слов канадской армии и действительно отличному писателю Карлу Шрёдеру хочется напомнить — читайте книгу с удовольствием, впитывайте уроки, и не забывайте, что за ней стоят мысли нашего вероятного противника.)
Армия (сухопутные силы) — жизненно важный компонент Канадских сил, ключевого института национальной безопасности, на который возложена задача защиты нации. Соответствие этой сложной и ответственной задаче требует постоянной подготовки, логичного и последовательного развития, и целеустремленного движения вперед.
С 1945 по 1989 год канадская армия в основном сосредотачивалась на задачах совместной обороны Западной Европы. Однако с окончанием холодной войны армия вступила в продолжительный период исключительно высоких оперативных ритмов, поскольку проводила операции по поддержанию мира более чем в десятке стран по всей планете. Места, ранее малознакомые армии, вскоре приобрели повсеместную известность. Новыми театрами военных действий — начиная с 1990-х годов и по сегодняшний день — стали Кувейт, Босния, Хорватия, Сомали, Руанда, Косово и Афганистан. Текущая обстановка в сфере международной безопасности и предвидящиеся в ней будущие проблемы показывают, что от нашей армии, по-видимому, будет ожидаться способность оперировать в любом месте, в любое время и при любых обстоятельствах.
Сегодня армия продолжает готовиться к назревающему множеству новейших и все более усложняющихся глобальных угроз. Частью этого процесса является проработка концепций будущего армии и проектные исследования с использованием различных методик. Так, с самого момента зарождения профессиональной армии Канады одним из результативных инструментов для иллюстрации и обсуждения концепций будущего служила художественная литература.
Книга «Кризис в Зефре» опирается на прочную традицию армии: смотреть и мыслить на перспективу. Хотя действие этой книги происходит в придуманной местности и спустя десять — пятнадцать лет после настоящего времени, уже сейчас мы видим нити, связывающие сегодняшний день с этим вымышленным, но вполне возможным видением дня завтрашнего. Я приглашаю вас прочитать книгу «Кризис в Зефре», обсудить ее концепции и принять участие в создании армии будущего.
Хотя существует множество способов проиллюстрировать и обсудить концепции будущих военных действий, нет, возможно, более простого и понятного метода, чем литературная фантастика. Этот инструмент, обладая упомянутым достоинствами, остается неизменным фаворитом в арсенале тех, кто рассуждает о будущем в западных армиях, и регулярно используется для передачи новых идей или ценных извлеченных уроков, а также стимулирования дискуссий о том, какой шаг может быть предпринять следующим.
Представляемая публикация, «Кризис в Зефре», следует устоявшейся в канадской армии традиции выдуманных повествований, практика которой насчитывает уже более ста лет. Задуманный Управлением стратегических концепций сухопутных войск при содействии автора научной фантастики и иллюстратора, «Кризис в Зефре» был создан с целью представить возможные системы командования и управления будущего, новые технологии и постсовременную тактику, приемы и стили. В то же время «Кризис в Зефре» может показаться кому-то до жути знакомым; ощущение знакомости призвано сохранить правдоподобность истории при углублении в то, что пока не обрело реальность. Самое главное, эта история призвана представить лишь одну из многих концепций того, как может канадской армии прийтись вести боевые действия в будущем — в надежде, что читатель детально разберет, проанализирует и обсудит представленные здесь идеи.
Многое сказано о преобразованиях в армии, но для того, чтобы продолжать соответствовать моменту и по-прежнему действовать успешно, армия должна неустанно переоценивать себя как общественный институт и изучать новые варианты. Поскольку обстановка в сфере безопасности продолжает меняться, наш долг — задавать вопросы «а что, если?» и постоянно изучать альтернативные варианты будущего, любой из которых может стать для нас реальностью в будущем.
В 2003 году канадское Управление стратегических концепций сухопутных войск опубликовало книгу «Армия будущего»[2] — теоретическую концептуальную основу, призванную помочь руководству армии и штабам, работающим над созданием армии завтрашнего дня.
В ней описываются прогнозы и тенденции, охватывающие период до 2025 года, и даются рекомендации, позволяющие армии так развиться, чтобы встретить во всеоружии трудности, с которыми она столкнется в будущем, и преодолеть их(_A_).
Книга «Кризис в Зефре» разработана так, чтобы стать продолжением книги «Армия будущего» и, так сказать, нарастить мясо на кости идей, рассмотренных в этой публикации. Читателям следует обратить внимание на то, что разделы с обсуждениями и выводами в конце каждой главы призваны дополнить часть I книги «Армия будущего». Мы рекомендуем читателю ознакомиться с этой работой в процессе чтения и обсуждения идей и вопросов, поднятых в предлагаемом сегодня произведении.
И, что самое главное, — я прошу вас подумать об армии будущего, обсудить ее концепции, показанные здесь, и дать нам знать, что вы об этом думаете. Ваш вклад в наш общий успех критически важен.
(В порядке появления)
Эбан Ишанги — гражданский стратегический аналитик Канадского министерства обороны, переводчик и специалист, регион Восточной Африки
Раймонд Торретти — стратегический аналитик Министерства иностранных дел Канады, регион Восточной Африки
Сержант Лесли Кэмпбелл — командир отделения. Командир ЛИДАР-патруля, юго-восточный квадрант, город Зефра
Капрал Мишель Маршан — член патруля
Капрал Арнольд «Даз» Блэкмор — член патруля
Капрал Марси Тэм — член патруля
Уоррент-офицер Вандна Десаи — уоррент-офицер оперативной службы (Ops WO), штаб Канадской оперативной группы Зефра (HQ CTFZ)
Мастан Нуриа — лидер ячейки «Зефра» Фанонистской ирредентистской организации «Феллахун» (ФИФ)
Идрис Кабади — заместитель Нуриа
Майор Моне — офицер оперативной службы штаба CTFZ
Мартин Хатчинсон — офицер разведки, Национальный центр оборонных операций (NDOC)
Суа — местный подросток, город Зефра
У нее снова пискнул коммуникатор[3]. Эбан Ишанги проигнорировала компьютер[4]; такси уже проезжало мимо бомбоискателей[5] у здания штаба национальной обороны (NDHQ) в Оттаве. Что бы там на этот раз ни случилось, оно подождет минуту-другую, которые ей понадобятся, чтобы пройти через многочисленные кордоны безопасности здания[6] и добраться до Оперативного центра.
Непривычная это была поездка — в тишине по пустым предрассветным улицам канадской столицы. Повсюду лежал апрельский снег, но солнце сегодня будет жарким; канал Ридо был темен и чист ото льда, но в новостях по радио все еще обсуждали рыбаков, застрявших на озере Симко. Зимой Оттава напоминала иллюстрации из книги русских сказок, которая была у нее в детстве; летом она становилась зеленой парковой зоной с одиноко пробивающимися то тут, то там сквозь листву башнями, городом, утопающим в зелени, как заброшенный Лондон из «Машины времени» Уэллса.
Апрельской ночью он балансировал между двумя мирами, не походя ни на одно из мест, какие ей довелось повидать. Черный и тихий, как прорастающее семя. Видневшиеся в пончиковых павильонах и на заправках лица глядели замкнуто, не было слышно разговоров. И все же каждые несколько минут ее коммуникатор[7] снова попискивал — крошечный вопль тревоги, сообщающий о том, что где-то что-то пошло не так.
А раз они вызвали ее — это «где-то» находилось в Африке.
Она вышла в вихре черно-красных юбок из такси без водителя[8]. Подол украсило грязное пятно от лужи, в которую она наступила, выходя из своего дома. Она решила не проверять, хорошо ли его отчистила, и бодро прошла через стеклянные двери центра, едва заметно нервничая, пока они проверяли ее удостоверение: Эбан Ишанги, переводчик и специалист[9] по культурам Восточной Африки. Недавно получила гражданство Канады. И полная чаша воспоминаний о выжженном солнцем и униженном континенте, с которого она сбежала.
По вестибюлю сновали офицеры и персонал; происходило что-то, еще не попавшее в новостные ленты[10]. По дороге сюда Эбан снова и снова поглядывала в настроенный на ее собственный вкус новостной агрегатор[11], который, как верный пес, последовал за ней из дома, временно обосновавшись на экране в задней половине такси. Она вслух велела ему[12] показать последние новости из Африки — единственные слова, произнесенные ею в такси после того, как назвала адрес. Ничего этакого не там было, только прокрутка лежалых новостей. В отсутствие информации ее воображение само принялось разворачивать всевозможные варианты.
Она как раз предъявляла службе безопасности на проверку свой коммуникатор, когда услышала знакомый голос, вызвавший у нее улыбку: «Эбан, вот вы где!» Она всегда подозревала, что могла бы вне рабочих стен сдружиться с Раймондом Торретти, но аналитик по иностранным делам жил по гринвичскому времени[13], и они с ним виделись редко — только когда работа приводила ее к нему в отдел.
— Извините, что позвонил вам посреди ночи, но вы нам понадобились, — сказал он.
Она не стала спрашивать, что бы это значило; кое-какие идеи у нее были, но пока слова не прозвучали вслух, они не более чем догадки. Она подождет.
Они вдвоем прошли через второй створ защитных дверей в рабочее помещение оперативного центра. Здание строилось в ту старомодную эпоху, когда понятие «офиса» едва сочеталось с ранними компьютерными технологиями. Когда-то его порезали на маленькие комнатки и большие открытые пространства, заставленные кабинками-кубиками, теперь интерьер здания делился на разнообразные открытые зоны округлых очертаний[14], обрамленные изогнутыми парапетами; люди стояли внутри них или сидели, беседуя небольшими группками или глядя в пустоту. В общем пространстве разбросали несколько переговорных комнат со стеклянными стенами[15] и множество глухих закутков. Большую часть времени Эбан проводила в одиночестве в этих маленьких комнатках, глядя на пустые стены через очки дополненной реальности[16], которые по временам заставляли ее верить, что она и впрямь вернулась в Африку.
— Куда мне идти? — спросила она, оглядываясь по сторонам.
— Не имеет значения, — ответил Раймонд. — Сейчас здесь все заняты одним. Это началось сегодня утром с патрулирования, — добавил он, протягивая ей пару очков с темными линзами[17]. — И с тех пор все обостряется…
— Утром по вашему времени или по моему?
— По моему времени, — сказал он.
Она включила очки, и пространство вокруг ожило, наполнившись виртуальными экранами и окнами, ползущими строчками цифр и сеткой меню. В дизайне компьютерных интерфейсов «театральная» метафора[18] наконец-то вытеснила старую метафору «рабочего стола» — по крайней мере, здесь. В библиотеках и государственных учреждениях Эбан все еще встречали старые плоские экраны. А дома она вообще ничего иного не знала.
Дома…
— Разразилось таки, да? — спросила она, пока Раймонд вел ее к одной из утопленных в полу площадок, где толпа людей обступила виртуальное облако агрегаторов моблогов[19] и окошек суммарного статуса — кто стоя, кто рассевшись.
Раймонд нервно поскреб свою седеющую шевелюру.
— Вот почему я и вызвал вас. Мы, пожалуй, могли бы и без вас обойтись — все пока не так страшно — но место, где это происходит…
— У меня дома, — мрачно закончила она.
Они подошли к краю овального углубления, оно и впрямь походило на театр[20]: сидящие зрители полукольцом окружили сотканную из света сцену, а вместо виртуальных декораций были те самые колеблющиеся в жарком мареве улицы и выцветшие небеса, от которых сбежала Эбан. И вот они, эти места, явились онлайн одновременно через десятки независимых видеоагрегаторов[21]: улицы, которые она презирала и пыталась забыть, рынки, чьи крикливые толпы по сей день наводняли ее сны. Необъятное, бестолковое буйство людского скопища, веками бурлящее вокруг белых башен, неизменное на протяжении многих поколений, как водовороты в быстром потоке; которому теперь угрожала алчное стремление к нефти и воде[22], захватившая весь субконтинент.
— Зефра, — прошептала она имя, сама не понимая: то ли как молитву, то ли как проклятье.
Солнце только взошло, но асфальт уже размякал от жары. Сержант Лесли Кэмпбелл посмотрел вниз на вмятины, которые его ботинки оставили на уличном покрытии в отведенном канадской армии подворье, и покачал головой.
— Позаботься, чтобы кондиционер работал, — сказал он, — или мы зажаримся.
— Машина пишет, что работает[23], — сказал капрал Мишель Маршан, присев рядом с шинами «Кэмела» Mark II, закрепленного за патрулем. — Никогда не видел, чтобы она врала. — Он менял шину, у которой, по мнению ветроники (см.словарь)«Кэмела», устала резина. По мнению Кэмпбелла, шина была в полном порядке, но Маршан доверял мнению своих машин абсолютно — до такой степени, что над ним порой подшучивали.
— Для этих ребяток, наверно, с кондиционером уже поздновато, — сказал капрал Арнольд «Даз» Блэкмор, перебирая коробку инертно лежащих ройботов[24](_B_) на заднем сиденье «Кэмела». — Похоже, кто-то шибко надолго оставил их на солнце. Лучше взять новую партию до того, как выйдем.
— ОК, и проверь, что стрекозки[25] работают, — сказала капрал Марси Тэм, последний боец отделения, передавая Маршану батарею вспомогательных топливных элементов[26](см.словарь), чуть менее потрепанную, чем та, что сейчас стояла в «Кэмеле». — Конечно, если в нашлемном дисплее[27] поставить подсветку недавно развороченного гравия, разрытую грязь на заминированной дороге заметить можно. Но кое-кто до сих пор пользуется минированными автомобилями, даже несмотря на технологию «снифферов»[28]. Забудьте вы о кондиционерах и шинах, нам нужны нормальные дроны[29], вроде этих «жучков»[30]?
Кэмпбелл всех их проигнорировал, оперся на крыло «Кэмела», чтобы в последний раз без помех взглянуть на мерцающие крыши древнего города, а затем надел свой НШД, нашлемный дисплей[31]. Этот был ужасно неудобным, в отличие от чрезвычайно комфортного наголовного устройства, которое он купил для дома; он часто шутил, что НШД расшифровывается как «Надо Шею Доконать»[32]. «Если бы только военные поставщики шли в ногу с последними новинками[33]», подумал он.
Дома и башни Зефры волнами взбирались по нескольким невысоким холмам, и каждая волна — словно слепок иного времени. Старый город в самом центре был сложен из глинобитного кирпича и камня; его крыши украшали устаревшие спутниковые антенны, которые теперь стояли и ржавели, или превратились усилиями трудолюбивых жителей в дождеуловители. Вокруг него расположились мечети и белоколонные особняки давно забытых османских завоевателей, их кольцом опоясывали резко контрастирующие своей чужеродностью усадьбы и пивные британской колониальной эпохи. Затем город переходил в бесконечный лабиринт бетонных коробок и пепелищ, остатков трущоб двадцатого века. Только по краям город обретал современный вид. Здесь можно было залить фундаментную плиту и возвести над ней белую палатку из фуллерена и нейлона[34] за пару дней[35]; палатки получались почти пуленепробиваемыми[36], полупрозрачными, а главное — дешевыми. Над морем белых треугольников возвышались десятки ветряков[37], которые обеспечивали энергией местные электросети и заодно работали на очистку воды[38] в окрестностях.
Кэмпбеллу и его отделению предлагалось поверить в то, что будущее — за этой новой Зефрой. Зефра была независимым городом-государством, как и большинство крупных городов в Африке после распада старых колониальных национальных государств. Поскольку в города стекалось население из опустошенных сельских районов, политическая власть все равно сосредотачивалась именно здесь.
В Зефре предстояло провести первые в регионе за многие годы выборы. Новые лидеры города получат огромное влияние в Зефре с ее обширными внутренними районами. Международная коалиция, в которую входили и канадцы, предположительно должна была обеспечить минимум насилия при проведении выборов. Ожидалось, что после этого в новой Зефре наступят улучшения.
В городе Зефра старый быт сочетается с новыми технологиями.
Кэмпбелл, глядя на этот крошечный район девственной белизны и сравнивая его с раскинувшимися просторами старого города, особой надеждой не проникался. Здесь из запланированного вечно ничего не выходило так, как ожидалось. Город испокон века не знал независимости, но и овладеть запутанным клубком улочек и переулков в достаточной мере, чтобы привести Зефру к покорности, не удавалось ни одному завоевателю. С каждой волной завоеваний рождались партизанские отряды, которые, пользуясь хаосом крыш, водостоков и узких проходов, совершали молниеносные нападения на захватчиков и тут же скрывались.
История повторялась. Международная коалиция пыталась восстановить порядок и справедливость — и большинство граждан предположительно была в ней здесь заинтересована. Проблема заключалась в норовистом меньшинстве. До сих пор войска коалиции расквартировывались на окраине города, выбираясь в город только днем. Все это Кэмпбеллу было знакомо по другим горячим точкам: как тут завоевать сердца и умы граждан, спрятавшись от них за колючей проволокой и стенами?
Вздохнув, он приладил «консервы» НШД на голове, а затем застегнул шлем.
Индикаторы в периферийной зоне его взгляда загорелись зеленым, и тогда он произнес:
— Опер, проверка C2, прием.
В двадцати метрах от него, в штабе канадского миротворческого контингента, на верхнем этаже, уоррент-офицер Вандна Десаи увидела перед собой что-то вроде виртуальной ряби пакетов данных, пробежавшей по умной пыли[39](см.словарь), которая покрывала ее трехмерную панораму Зефры[40].
— Все системы зеленые, — сказала она.
— Подтверждаю, — раздался голос Кэмпбелла у нее над ухом. — Всегда приятно знать, что за тобой сверху кто-то приглядывает.
Она улыбнулась: ее собственный НШД действительно давал ей возможность видеть город с высоты. Как уоррент-офицер оперативной службы Десаи отвечала за мониторинг ситуационной осведомленности[41] патрулей. Виртуальный город, за которым она наблюдала, представлял собой сплав непосредственных данных с аэростата[42], висящего в пятнадцати километрах над головой, роевых датчиков, разбросанных по улицам и крышам, и трехмерной компьютерной модели города с точностью воспроизведения до дециметра.
Сообщения от Кэмпбелла поступали не по радио непосредственно, а скорее передавались через рой датчиков[43], который сам использовал 4-ое поколение WI-FI[44], инфракрасные[45] (ИК) и терагерцовые[46] волны, чтобы сделать помехи или глушение сигнала — или триангуляцию — практически невозможными. В сочетании с дополненной реальностью[47] и распознаванием голоса[48], встроенными в ее НШД, эта система обеспечивала исключительную информированность о ситуации и значительно упрощала процедуру радиопереговоров.
До приезда сюда Десаи мало что знала о Зефре, кроме ее репутации горячей точки из-за постоянных водных и нефтяных войн в Африке. Ей уже приходило в голову, что со своей богоподобной точки обозрения над городом она изучила его лучше, чем знавала Монреаль до отъезда из дома. Она могла масштабировать модель, словно летая по реальному городу, проникая сквозь стены[49] домов и гаражей, агенты автоматической системы подсчитывали на ходу количество автомобилей и пешеходов[50]. Однако ее взгляду был открыт не весь город; оставались пробелы, вызванные недавним сбоем базы данных. Отсюда и отправка сегодняшнего патруля.
Она удостоверилась, что приказы для патрульных отправились на их НШД, пока шла проверка командных и контрольных цепей. Помимо «демонстрации флага» рспоряжения включали прочесывание юго-восточного квадранта Старого города с помощью лидара[51](см.словарь). Соответствующие инструкции в «Кэмел» и его полуавтономную машину сопровождения[52] уже были загружены; по правде говоря, солдаты сегодня ехали просто в роли пассажиров.
Выборы назначались на завтра. Пока что на улицах все было спокойно. Главная задача патруля заключалась в том, чтобы зримо обозначить присутствие и акцентировать послание — коалиция здесь и готова защитить новоучрежденные права народа.
Кэмпбелл прочитал приказы и кивнул — этот жест, как он знал, переправится обратно[53] к Десаи как сигнал подтверждения.
— Грузитесь, — сказал он своему патрулю. — Мы отправляемся в старый город.
— По крайней мере, там есть хоть какая-то тень, — сказал Даз, захлопывая дверцу «Кэмела».
Две машины, одна — под управлением водителя, и вторая — беспилотная, выехали с базы и сразу же сбавили ход, почти поползли, влившись в поток пешеходов, велосипедистов, ослиных повозок и дряхлых автомобилей, направлявшихся в центр города. В пригородах Зефры подобные сцены повторялись каждый день; омерзительная пытка, если натыкаешься на такое без климат-контроля. Кэмпбелл предпочел бы окна и откидной верх оставить закрытыми, а кондиционер пустить на всю мощь, но считалось важным, чтобы патруль был доступен для местных жителей; поэтому, когда рядом с машиной вырос пожилой мужчина, он опустил окно и кивнул.
Мужчина протянул завернутый в бумагу сверток.
— Привет, привет, — сказал он с сильным акцентом. — Острая пища, горячая пища, хорошо в жаркий день, да?
Даз недоверчиво уставился на него. Рядом с ним Маршан проверял показания сниффера-бомбоискателя[54] «Кэмела». В этом маленьком свертке не было никаких признаков взрывчатки, зато от него сильно пахло карри.
— Простите, сэр, — сказала капрал Тэм, — но нам нельзя, пока мы патрулируем.
— У меня есть веб-сайт! — Старик протянул листок электронной бумаги[55], висевший у него на шее. Грязноватый квадрат перещелкивал текст с английского языка на французский и арабский слишком быстро, чтобы Кэмпбелл мог вчитаться, но в самом низу оставался узнаваемый адрес сайта.
— Продаешь свой товар в онлайне? — спросил Даз.
Старик энергично кивнул:
— Алжир, Тунис, даже Париж! Никто не знает, где я нахожусь, с курьерской службой это не имеет значения. Богатые люди покупают. Экзотика.
— Кто бы мог подумать, — пробормотал Даз. Он приметил расчистившийся участок рядом со станцией вакцинации, работающей от неправительственной организации (НПО), и наконец шлепнул по приборной панели — жест, который «Кэмел» распознал[56] как «езжай».
— Нет ничего лучше хорошей курьерской службы, — прокомментировал Маршан, когда старик исчез позади.
Две загорелые блондинки на станции вакцинации помахали руками, когда патруль проезжал мимо. Даз помахал в ответ (за что Тэм пихнула его локтем), но Кэмпбелл не сводил глаз с толпы. Он чувствовал, что за ним в этой людской массе наблюдают десятки людей; на миротворцев здесь полагались, но относились к ним неоднозначно. Не всякий раз удавалось отличить дружелюбные жесты от враждебных, и, несмотря на бдительность Кэмпбелла, никто из них не заметил, как человек, опираюшийся на овощной прилавок, достал свой коммуникатор и отстучал в его телефонной программе[57] код быстрого набора.
— Вот ваши игровые уровни[58], — сказал немолодой программист. Он склонил голову перед мужчинами, собравшимися вокруг старого обшарпанного стола, помахав в их сторону медиачипом[59] размером с ноготь большого пальца. Как только коммуникатор Мастана Нуриа подал сигнал о получении данных, он практически бегом покинул комнату.
— Я этого не понимаю, — пробормотал один из лейтенантов Нурии. — Игровые чипы? Телефоны-коммуникаторы? Почему бы нам просто не запустить ракету в их комплекс, а потом не взять его штурмом?
Нуриа улыбнулся:
— Потому что мы проиграем. Даже если захватим их расположение. В конце концов, ЭТО не то место, которое мы хотим захватить, верно?
Постучали еще. Идрис Кабади, заместитель Нурии, высунул голову в двери.
— Пришло сообщение через анонимный ремейлер[60](см.словарь), — сообщил он. — Они на маршруте.
Мастан Нуриа, лидер зефранской ячейки фанонистской(_C_) ирредентистской(_D_) организации «Феллахун»(_E_), опустил глаза к своему коммуникатору. Тот был раскатан на столешнице, как древний свиток[61], и теперь высвечивал[62] мигающую иконку, подтверждающую новости Кабади.
— Хорошо, — сказал он. — Уважаемые коллеги, нам пора расходиться и заняться каждому своими конкретными задачами. С этого момента мы будем общаться только семафором или через ремейлер. Полагаю, — обратился он к Кабади, — что верные сторонники нашего дела со своими флажками рассажены по крышам?
— Они там, сэр.
— И вот еще что, — сказал тот же лейтенант. — Флажки? Почему просто не использовать коммуникаторы? Они же не могут достаточно быстро определить нашего положения, чтобы…?
— Вот только они могут, — сказал Нуриа. — Я видел, как это делалось. И они могут включить прослушку[63], когда ты кого-то вызываешь, стоит им узнать, кто ты такой. Нет. Мы сделаем так, как я сказал.
— Но компьютерные игры[64], телефоны-коммуникаторы…
— … самое правильное оружие в наши дни, если хочешь взять город. Старые способы не сработают. — Он откинулся на спинку стула, скрестив руки, и оглядел своих людей. — Я себе помечал изречения, которые местные жители приписывают Корану, — сказал он после небольшой паузы. — И знаете, ни одно из них на самом деле не из Корана.
— Причем здесь это? — спросил скептик.
— Дело в том, что язык управляет нами, а мы об этом даже не знаем. Фанон знал. А интернет — это гигантский базар, где можно услышать только
Когда мы в былые времена боролись за выселение колонизаторов с наших земель, все было проще. Стоило бы им физически покинуть нашу землю, как мы могли бы вернуться к прежнему порядку вещей. Если бы они уехали, то забрали бы с собой свой уклад. Сегодня, даже если они уходят, их технологии остаются; хуже всего, что остаются их интернет и телевидение. Уже не важно, уезжают ли сами люди. Они могут и оставаться, кто заметит? Это их присутствие в наших домах, в умах наших детей через Интернет, через игры и западные драмы — вот настоящая проблема. Они контролируют нас через сеть и ее мгновенный перевод[65] любого сообщения, которое они захотят послать нам, на любом языке, на каком захотят.
Вы не должны по ходу достижения тактической цели забывать о наших стратегических задачах, — продолжал он. Мастан воздел пальцы и стал перечислять пункты. — Первое: вода и нефть должны быть нашими. Второе: город должен быть на нашей стороне. Третье: мы должны использовать и первое, и второе для восстановления культуры Зефры, покончив с господством помешанных на интернете иностранцев. — Он резко встал и хлопнул рукой по столу. — А теперь слушайте! Только номер первый — только первый! — может быть достигнут с помощью обычного оружия. — Он поднял свой коммуникатор, на котором из программно рисуемого дыма возникала заставка популярной игры «Заварушка в Заливе». — Для достижения второго и третьего мы используем против оккупантов их собственные игрушки[66].
Он подошел к двери башни и открыл ее — навстречу яркому солнечному свету. Нуриа на миг воззрился на выбеленные крыши, прежде чем прикрыть дверь от жары.
— Какая ирония, что те, кому вот-вот предстоит быть убитыми, именно канадцы, — заметил он отвлеченным тоном. — В конце концов, именно их философ Маршалл Маклюэн[67] сказал, что политику со временем заменит воображаемое. Сегодня мы подтвердим этот афоризм.
Остальные поднялись со своих стульев, и Нуриа махнул им рукой на выход, обнимая каждого у дверей и пожимая руки. Когда все вышли, он выждал, прислушиваясь к звуку запускаемых двигателей во дворе внизу. После того, как с грохотом отъехала последняя машина, он закрыл дверь и вернулся к своему коммуникатору.
В пыльном дворе внизу Кабади помахал рукой последнему пикапу, выезжавшему на улицу. Вот все и началось. Он вздохнул, вытер потный от давящей жары лоб и взглянул на белую башню, где все еще сидел его командир. Затем он достал свой собственный коммуникатор и позвонил.
— Ахта? Дети уже ушли в школу? Ну, иди и забери их. Мне все равно. Вытаскивай их. Сегодня они сидят дома.
Он захлопнул коммуникатор и, нахмурившись, пошел закрывать ворота маленького, всего в масляных пятнах дворика.
Двадцатью минутами позже Десаи насупленно вглядывалась в свой дисплей.
— Странно это, — пробормотала она.
Майор Моне поднял голову:
— Что странно?
— Простите, сэр. Просто агенты уловили небольшую аномалию в характере движения.
Моне подошел к ней.
— Покажите мне на большой панели[68].
Десаи вывела обзорный вид на большой настенный дисплей[69]. Перед ними поворачивалась Зефра; пыль и колышущийся от жары воздух убрали, показав город таким, каким он никогда не бывал: сияющим и совершенным. Улицы города покрывала тусклая зеленая рябь — абстракция, обозначающая ежедневные приходы и уходы тысяч людей[70]. Допплеровский[71] радар, смонтированный на канадском аэростате[72] высоко над городом, неделями фиксировал передвижения грузовиков, велосипедов и ослов. К настоящему моменту программы Десаи имели очень хорошее представление о том, как в Зефре выглядит обычное утро.
— Это все на уровне статистики, — с сомнением сказала Десаи. — Но обычно вот из этих кварталов, — она подсветила район рядом с центром города, — идет выход детей в школу, а родители отправляются на работу. — Компьютерам это представлялось просто потоком точек, но он был постоянным изо дня в день. — Но сегодня у части потоков направление сменилось на обратное — начиная от этой точки. — Она указала на низкое здание на краю Британского Имперского сектора.
— Что там?
— Школа, сэр. Может быть, у них праздник?
Моне покачал головой:
— Если они знали, что сегодня праздник, они бы не ходили в школу, и не стали бы потом возвращаться домой, так ведь? — Он некоторое время хмуро глядел на изображение. — Что-нибудь еще?
— Несколько автомобилей разошлось из одной точки, которая раньше как центр не замечалась. — Она указала на башню в переплетении улиц старого города. — Я проверила архив[73]. За две последних недели в это подворье прибыли шесть пикапов. Ни один до сегодняшнего утра не выезжал.
— Попробуйте найти их.
Может быть, просто кто-то начинал новый бизнес. Не понимая причины беспокойства, Моне вернулся к своему столу. Он сел и уставился на город, раскинувшийся на дальней стене. Затем кивнул и нажал клавишу на своем компьютере.
— Я не знал, что тут такое, — сказал Даз. Он опустил стекло «Кэмела», пропуская ворвавшийся жар, и осмотрел рынок, который почти перекрывал улицу впереди. В этой части города, похоже, основной статьей продаж были восстановленные топливные элементы для грузовиков[74].
— Наземная карта неполная, — сказал Кэмпбелл. — Вот потому мы и здесь… и похоже, что лидар в работе. — Позади них кивал то вверх, то вниз колпак из стекла и металла, установленный сверху автономной машины сопровождения. Лазерный луч, который он испускал, был невидим, но в штаб-квартире Десаи заметила, как на подробной модели города стали появляться окна и двери. С этого момента лидар по мере движения создавал почти идеальную трехмерную модель улиц и фасадов вокруг них. Кэмпбелл видал одну такую модель еще на базе; было жутковато оттого, что модель включила в себя всех неподвижно стоявших людей, которые для лидара были просто объектами. В итоге получилась плотная каркасная модель, включающая застывшие безликие человеческие фигуры — как те покрытые пеплом тела, которые он видел на фотографиях из Помпеи. Кто-то сказал ему, что из версий, которые показывали СМИ, их вырезали: слишком напрягали.
В пяти метрах по ходу «Кэмела» какие-то дети со смехом гонялись за двумя беспилотными вертолетиками-дронами размером с ладонь[75]. Дроны входили в стандартный комплект «Кэмела»; странно было бы увидеть «Кэмел», вокруг которого не кружил бы один-другой из них. Эти дроны подпрыгивали в воздухе, уходя из досягаемости детей, и на какой-то момент слишком отдалялись от земли, чтобы вынюхивать все близлежащие взрывные устройства. Кэмпбелл не так сильно, как Тэм, доверял способности аппаратиков находить самодельные взрывные устройства; но и то сказать, такие атаки в наши дни были редкостью. Само присутствие маленьких беспилотников, похожих на стрекоз, отбивало у потенциальных злоумышленников охоту закладывать взрывчатку впереди машины.
Будь у патруля достаточно времени, он дополнил бы лидар внутренним сканированием зданий с помощью терагерцовых волн[76]. Окраины города подобным образом уже зарисовали. Планировалось, что в конечном итоге можно будет в этой смоделированной среде[77] детально отрабатывать варианты миссии с уличными боями в любой точке города.
Пока что, размышлял сам с собой наедине Кэмпбелл, возможность репетирования миссий не добавила им привлекательности.
— Вперед, — сказал он, хлопнув по приборной панели. По крайней мере, в одном Даз был прав: здесь нашлась тень.
И тут, одновременно с полыхнувшим на его НШД индикатором предупреждения, он услышал голос: «Патруль, принять к сведению, что оценка угрозы возросла до третьего уровня».
Голос этот принадлежал не Десаи, а Командному компьютеру. Такое же послание в тот же миг понеслось ко всем остальным патрулям.
Даз о чем-то болтал; Кэмпбелл махнул ему — помолчать.
— Что случилось?
— Разведка показывает повышенную активность, — сообщил компьютерный голос[78]. — Повысить бдительность, если ваш район покинут дружественные лица и появится кто-то еще.
Кэмпбелл насупился и повернулся, чтобы посмотреть, что творится сзади машины. Обычный водоворот чадр и длинных благопристойных платьев, посреди него двое потных мужчин тащили через улицу ворох досок. Все выглядело нормально.
— Выгружайтесь, — сказал он. — Дальше мы пойдем пешком.
Сержант Кэмпбелл взялся за ручку двери…
А в оперативном отделе у Десаи расширились глаза, когда программы распознавания образов[79] с аэростата засекли совпадение.
— Сержант, — начала она…
В этот момент рядом с дымоходом выросла фигура человека с гранатометом на плече…
И НШД Кэмпбелла моргнул. Для глаз сержанта мерцание выглядело как пикирующая на него слева и сверху тень, поэтому он инстинктивно пригнулся, а затем повсюду стал свет и грохот, и приборная панель прыгнула вверх и ударила его в лицо.
Десаи развернулась в своем кресле.
— Сэр, у нас огневой контакт. Это лидарный патруль в четвертом секторе.
— Какой у них статус?
— Прямая связь прервана, сэр. Их экипировка[80] должна создать ad-hoc-сеть с локальной умной пылью. Это может занять минуту или две.
Майор Моне кивнул. Ветроника[81] «Кэмела» не отвечала. Смарткостюмы[82] патруля это скомпенсируют, пингуя ближайший датчик умной пыли, где бы он ни находился — в водосточных желобах, переулках или на крыше. Умная пыль использовала простые алгоритмы, заимствованные из поведения муравьев[83], чтобы найти релейный путь для связи с оперативным центром. А пока патруль действовал сам по себе.
— Что было последнее в их видеопотоке?
Десаи вывела его на настенный экран, одновременно с помощью камер аэростата увеличивая масштаб изображения в точке последнего положения патруля[84]. Камеры патруля показали размытое изображение силуэта на крыше; кадр приблизился, и его заволокло дымом; затем картинку забило статикой.
— Вот вид с воздуха. — Десаи вывела его на экран. — Машина уцелела[85], сэр!
Все вокруг сержанта Кэмпбелла дребезжало, словно игральные кости в чашке, а поле зрения затянуло дымным вихрем. Кое-как пришло смутное осознание, что тряска сопровождалась каким-то небывалым грохотом, но все, похоже, прекратилось. Оставалось надеяться, что это сработали шумопоглотители[86] в его шлеме.
Кэмпбелл крутнулся на своем сидении. «Занять круговую оборону!» Он отчетливо видел остальных, но поверх фигур всех солдат тускло светился абстрактный конструктор из цветных блоков: прозрачный шар вокруг головы, квадраты на груди и прямоугольные короба, закрывающие руки. Контакт с неприятелем автоматически активировал систему тактических персонажей[87], которую обеспечивали НШД, чтобы облегчить обнаружение угрозы и распознавание врага. Все «блочные фигуры» были зелеными; это НШД сообщал ему, что ни один из смарткостюмов не пробило и не расплющило взрывом.
— Сержант, твое плечо. — Распахивая дверь, Кэмпбелл опустил взгляд и увидел, что виртуальный куб вокруг его левого плеча пожелтел.
Голос Даза звучал ниже и бесцветнее обычного, как будто они находились под водой; наушники Кэмпбелла, должно быть, компенсировали звон в ушах, сдвигая частоты голосов отряда.
Он спрыгнул на землю и присел за открытой дверью «Кэмела»; окружающие люди разбегались кто куда. НШД сейчас перешли в полный тактический режим, поэтому бегущие персонажи оставляли за собой следы. Почти все они были помечены синими иконками, что означало, что они либо движутся прочь, либо глядят в другую сторону, либо и то, и другое.
НШД сохранил в памяти[88] траекторию летящей гранаты. Кэмпбелл и трое остальных членов отряда могли отчетливо видеть бледнеющую красную линию, тянущуюся от обугленного капота автомобиля вверх — через дым и висящую пыль — к соседней крыше. Теперь он слышал ружейный огонь, но направленные микрофоны обнаружения снайперов отрубились, уничтоженные взрывом реактивной гранаты (РГ). Он вскинул к плечу свою винтовку CM29[89] и открыл ответный огонь вдоль виртуальной красной линии, пока остальные выбирались из «Кэмела».
— Займите этот вход!
— Который? — спросил голос Даза.
Он оглянулся и сообразил, что Даз и остальные вылезли из машины с обратной стороны. И все же он их продолжал видеть — вернее, их персонажей, как будто «Кэмел» был прозрачен. На НШД по-прежнему выводились тактические персонажи, и они знали, где кто находится, поскольку взаимодействовали с позиционными датчиками[90] на смарткостюмах. Собственный персонаж Кэмпбелла остальным в отделении тоже был хорошо виден.
Тогда Кэмпбелл подался назад и сделал жест рукой[91]. Перед ним появилась тонкая белая линия, и он за нее ухватился. Конечно, это был не реальный объект, а еще одно порождение его НШД. Смарт-костюм сержанта интерпретировал движения его руки[92] и дал ему возможность повести линией, направив ее на вход в здание, примыкающее к зданию цели.
— Вот этот, — сказал он. — Я вас прикрою.
Он перевел винтовку в режим автоматического огня, поднял ее и выстрелил. Сзади него чертыхнулась Тэм.
— Тяжелое оружие заблокировано, сержант! — крикнула она. Кэмпбелл взглянул на свою винтовку. Проклятье. Все эти синие значки заставили сработать блокировку оружия патруля. Личное оружие действовало, винтовки будут стрелять, только вот не выстрелят гранатами или гипербарическими зарядами, пока Кэмпбелл блокировки не снимет. Блокировки предназначались для предотвращения попутных потерь в ситуациях как раз вроде этой.
Более тяжелое вооружение патруля, установленное на автономной машине сопровождения, не заработает вообще, пока действует блокировка.
Его отделению, засевшему за неважным прикрытием в виде машины, угрожала опасность. Прежде чем принимать решение на снятие блокировки, он должен был их вывести на такую позицию, откуда они могли бы перейти в наступление. Он встал и начал палить одиночными патронами по крыше. «Вперед!» Хорошо бы все, кто наверху, залегли, а если нет — выбрали бы в качестве наилучшей цели его, а не его патрульных.
Остальные рванулись к входу… и ответного огня не последовало. Даз отвернул в сторону и присел за другой стоящей машиной. Он махнул рукой Кэмпбеллу, чтобы тот начинал двигаться сам.
Что-то хрустнуло под ногой приготовившегося к перебежке Кэмпбелла. Это был один из роевых ботов[93] из коробки на заднем сиденье «Кэмела».
— Десять секунд, Даз.
Он нырнул обратно в испачканный сажей автомобиль. Повреждения с виду выглядели гораздо страшнее, чем, скорее всего, были на самом деле; у «Кэмела» имелась электрическая броня[94], которая била огромным разрядом в любой налетающий бронебойный боеприпас. В результате получался сильный наружный взрыв, не причинявший, однако, внутренних повреждений.
Картонная коробка с роевыми ботами осталась в целости. Держа ее под мышкой, он пригнулся и проскользнул к дверному проему, пока Даз прикрывал огнем. Ответных выстрелов больше не было. Неужели это была просто атака-наскок с отходом?
— Сардж, ты ранен?
Координация атак против оперативной группы "Зефра".
Маршан забрал у него коробку. Теперь у Кэмпбелла наконец-то появилась возможность осмотреть свое плечо; он пригасил тактического персонажа и пригляделся. Материал смарт-костюма[95] был потрепан и обесцветился, вокруг шва вспушилось несколько тонких черных волокон. Но боли он не чувствовал[96], и плечо двигалось нормально.
— Так, прилетело. Костюм зацепило осколком, — сказал он, подумав, что материал, наверное, спас ему руку. — Я сброшу его статус до зеленого.
— … Я сброшу его статус до зеленого, — раздалось в ухе уоррент-офицера Десаи.
Она оглянулась на майора; тот услышал тоже.
— Патруль снова на связи, — на всякий случай доложила она и повернулась, чтобы просмотреть их статусы.
— РГ, сэр. Потерь нет. — Она и так была в этом уверена. Когда дым вокруг машины рассеялся, она разглядела через камеры аэростата[97], как патруль Кэмпбелла бежит под прикрытие. Сам нападавший исчез, бросив использованную пусковую трубу валяться на соседней крыше.
Вся оперативная служба была приведена в состояние боевой готовности, и на большом настенном экране уже появился автоматически сгенерированный отчет об атаке. Десаи ознакомилась с панелью, на мгновение задумалась, затем сказала:
— Патруль, наши прогнозы с высокой вероятностью показывают, что эта атака не просто «наскок-отход». Мы видим возможного неприятеля, сходящегося к точке вашей позиции.
— Рядом с вами большое количество гражданских лиц. Приготовьтесь к идентификации угрозы.
Кэмпбелл кивнул Десаи в знак подтверждения.
Десаи снова посмотрела на виртуальную панораму Зефры, и ей сразу же кое-что бросилось в глаза. Камеры аэростата показывали несколько точек, двигавшихся в сторону улицы, где засел патруль.
Десаи отмотала назад время на своем дисплее и увидела, как группа молнией метнулась обратно и растворилась. Все фигуранты объявились среди уличного праздненства. Ей удалось приблизить изображение достаточно, чтобы убедиться, что ни у кого из них не было винтовок или более крупного оружия; однако каждый из них прижимал какой-то предмет к уху, а в другой руке еще что-то держал.
— К вашей позиции приближаются несколько молодых мужчин и женщин, — сказала она. И добавила: — Похоже, это безоружные моблоггеры[98].
— Видео-стервятники, — сказал Моне. — Через пять минут кадры разойдутся по всему миру.
На большом экране появилось текстовое сообщение от патруля. Кэмпбелл отправил его с помощью макросов, всего в пару касаний кнопочной панели на тыльной стороне запястья и несколько голосовых команд. Содержание сообщения было кратким, но емким: просьба к оперативному отделу прислать группу быстрого реагирования и подразделение по обезвреживанию взрывчатых веществ. Под этим запросом светилось переведенное с голоса[99] сообщение: «противник укрепился на верхнем этаже малоэтажного дома».
Десаи нажала на клавишу, чтобы отправить подразделению подтверждение приема. Над ее плечом уже склонился майор, но управление ситуацией оставалось под ее ответственностью — как оперативного дежурного.
— Я собираюсь поднять базу данных, — сказал Моне. — Я хочу знать, согласуется ли это нападение с профилем ФИФ.
— Прекрасная мысль, сэр.
— Вы запустили моделирование ответных действий?
— Да, сэр. — К ее облегчению, Моне просто кивнул и отступил.
Десаи ввела предварительный отчет в глобально-ассоциативную сеть анализа[100], и сразу же выявилось совпадение. Это нападение походило на другое, произошедшее предыдущей весной в Менаке. Сходство включало временнýю привязку: оба нападения случились в решающий момент мирных переговоров, направленных на прекращение местных вмешательств ФИФ. Оба нападения произошли в людных местах с большим количеством легких мишеней, и оба, видимо, имели целью мгновенно привлечь СМИ.
— Похоже, опять ФИФ, сэр, — сказал Десаи. — Может даже быть, тот самый тип, что и в Менаке.
— Если так, то это только начало, — сказал Моне. — Он попытается начать всеобщее восстание.
Следовало дать ответ патрульным. Майор не колебался.
— Сообщите патрулю, что группа быстрого реагирования выходит, — велел он.
Мастан Нуриа разложил на столе свой коммуникатор и просматривал новостные сайты, когда в комнату ворвался Идрис Кабади.
— Они засекли нашу позицию! — крикнул Идрис.
Нуриа уставился на него:
— Ты хочешь сказать, позицию патруля. — Он обвел жестом распахнутые на поверхности коммуникатора окна. Множество веб-камер, раскиданных по всему городу, показывали территории международных сил. Из канадского комплекса только что вырвалось небольшое облачко автономных летучих аппаратов, а его ворота распахнулись, чтобы выпустить несколько автономных наземных машин. Канадские силы вступали в лабиринт улиц, ведущих к рынку и попавшему под огонь патрулю.
— Нет — посмотри на британцев! — показал Идрис.
Из британского лагеря выехали шесть бронемашин. Они свернули на центральную улицу, которая заканчивалась невдалеке от этой самой башни.
— Откуда ты знаешь, что они едут сюда?
— Сработал один из лазерных детекторов на крыше. Они прочесали все здание лидаром с этого проклятого воздушного шара. Не знаю, как они узнали, что мы здесь…?
— Неважно. Будь готов выдвигаться.
— Наше расположение под угрозой, — Нуриа дал знак местному парнишке, стоящему у окна. — Пошли семафор, — сказал он. — Позиция раскрыта. Потом выбирайся и встретишься с нами завтра на точке экстренного сбора. — Он сложил свой коммуникатор, и они с Идрисом сбежали вниз по лестнице. — Что там с Группой-Два? — спросил он Идриса, когда его заместитель распахнул дверь старого гибридного грузовика «Тойота».
— Канадцы еще живы, — ответил Идрис. — Но мы их пришпилили, и все это транслируется с телефонных камер[101]. Идеальный тайминг.
— Да, но им следовало уже быть мертвыми. Нам нужен отвлекающий маневр, чтобы не дать им получить подкрепление, — сказал Мастан. — Группа-Три уже поставила бомбу возле медцентра?
Идрис кивнул:
— Они заплатили местным мальчишкам, чтобы те сбили маленькие вертолеты-бомбоискатели, кружащие над американским посольством. Мальчишки, видимо, взяли бадминтонные ракетки. Медицинский центр одолжил американцам своих собственных снифферов, как мы и ожидали, так что теперь они уязвимы. Но что толку взрывать их? Они на другом конце города.
— … Ближе к британцам, я знаю. — Нуриа развернул коммуникатор и, вызвав карту города, указал на путаницу перекрестков в четверти мили к югу от рынка. — Вот где мы собираемся остановить канадцев.
— Но у нас же нет никого поблизости.
Нуриа промотал свой коммуникатор. На его гибкой поверхности мелькали изображения канадских солдат, стреляющих в разъяренную толпу.
Идрис Кабади удивленно посмотрел на картинку:
— Где это происходит?
— В реальности — нигде. Но все, что мне нужно сделать, это загрузить в Интернет эту смоделированную сцену, созданную в игровом движке, и мы получим целую армию.
— Просто не верится. — Тэм что-то разглядывала в своем НШД.
— Ты там чем занялась, капрал?
— Прости, сардж, мой коммуникатор просматривал новостные ленты, пока мы были… э-э, заняты. Он подкинул мне изображение, решил, что это важно. — Она переслала картинку на НШД Кэмпбелла.
Сержант сощурился на виртуальный телеэкран, выглядевший так, словно висел в метре от него. На нем изображалась миниатюрная, слегка подрагивающая, уличная сценка. В центре сцены повис клубок дыма.
— Что за… это ведь здесь?
Тэм кивнула:
— Оно только что появилось в новостном агрегаторе «Африка сегодня». — Кэмпбелл осторожно высунулся, чтобы посмотреть на улицу. В конце улицы стояли двое юношей. У обоих были подняты руки, между пальцев которых едва виднелись маленькие черные предметы. — Коммуникаторы-телефоны. Они прямо сейчас снимают нас на видео.
Даз тоже высунулся и весело помахал рукой. На виртуальном экране крошечная ухмыляющаяся фигурка помахала в ответ.
Кэмпбелл отступил назад и выругался.
— Как вы думаете, каков шанс, что эти парни случайно услышали взрыв и явились поглазеть? — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Вот уж прямо, — фыркнул Даз.
Маршан и Тэм переглянулись.
Первое замешательство от нападения проходило.
— Если это «ФИФы», то они рассчитывают на внимание прессы, — сказал Кэмпбелл.
— И что?
— Значит, оставив их без него, мы провалим их задачу.
Даз усмехнулся.
— Можно, я этим займусь?
— Нет. Потом могут случиться политические последствия. Это на моей ответственности. Ты начинай закидывать туда ройботов — и выясни, что случилось с дронами. Я собираюсь пустить убийцу чипов[102], так что переводите ваши костюмы и НШД в защищенный режим и рой пока не активируйте.
Кэмпбелл зарядил магнитно-импульсную гранату в подствольник своей CM29. Изнутри павильона он мог прекрасно прицелиться по бездельникам с камерами, а от снайпера его защищали крепкие стены и крыша рыночного здания.
— Выбрасывай ботов, — сказал он, задав траекторию выстрела.
Граната Кэмпбелла полетела почти по прямой линии; CM29 была рассчитана на то, чтобы при необходимости отправить гранату дальше, чем на километр. Сержант запрограммировал свою гранату так, чтобы она взорвалась на расстоянии всего лишь шестидесяти метров. Брызнул слабый дымок, да рядом с праздношатающимися подростками треснуло окно в здании, но кроме этого — с виду — не произошло ничего.
Даз пока отрабатывал бейсбольную подачу на роевых ботах — круглых и размером чуть больше мяча для гольфа. Немногочисленные физиономии, выглядывавшие из дверных проемов по обе стороны улицы, исчезли; наверное, они подумали, что Даз бросает гранаты. Но когда Даз активировал рой, из каждого бота проросли маленькие лапки, и они помчались в направлении здания со снайпером.
Мгновением позже за ними прожужжал одинокий микровертолет-беспилотник.
Кэмпбелл бросил взгляд на моблоггеров. Оба бросили свои коммуникаторы и убегали. Здравая реакция, ведь вся электроника, какая была с ними, спеклась от гранаты[103] Кэмпбелла.
Звук выстрелов переменился. Кто-то палил по роевым роботам из дробовика. Несколько из них были подбиты, но рой вел себя достаточно устойчиво, чтобы справиться даже с 50–процентными потерями и все же успешно выполнить задание. «Они на связи и докладывают», — сказал через мгновение Даз. Кэмпбелл повернулся, чтобы взглянуть; сквозь глинобитную стену павильона он увидел, словно дымку, призрачно наложенный на нее каркас здания. Боты заскакивали внутрь через открытые окна и двери, в то время как беспилотный вертолетик кружил над верхними этажами. Некоторые застревали — видимо, кто-то наклеил под некоторыми окнами двусторонний скотч. Но каждый застрявший бот передавал свой опыт остальным, которые избегали повторять его маршрут.
Начали появляться значки некомбатантов — это боты использовали допплеровский радар[104], чтобы обнаружить сердцебиение и дыхание людей. На нижних этажах их было слишком много. Когда боты зарегистрировали оружие или учуяли[105] взрывчатку, несколько синих фигур возле входа превратились в красные.
— Я вижу двух врагов на верхнем этаже и трех на лестничной клетке, — сказал Кэмпбелл. Через мгновение Десаи сказала ему в ухо:
— У меня есть визуальные данные. Я подтверждаю наличие трех врагов на южной лестничной клетке. — Кэмпбелл представил, как трое мужчин таращатся в камеру, а затем торопливо вскидывают пистолеты, чтобы расстрелять бота. — Патруль, люди на лестничной клетке заняли оборонительное положение, прямой видимости на вашу позицию у них нет.
Наступил момент для одного из тех решений, о которых он мог позже пожалеть. Кэмпбелл вспомнил предыдущую командировку, в Пакистан, где неразбериха, вызванная прямой стычкой с находившимися рядом гражданскими, привела к шквалу критики в СМИ, что парализовало всю миссию. После этого политика в отношении блокировки оружия изменилась — но, если сегодня погибнут некомбатанты, не сделают ли козла отпущения при любом исходе из него, Кэмпбелла?
Он вздохнул и разблокировал тяжелое оружие. Где-то в штабе должен был замигать индикатор. Черт, да уже в Оттаве кто-то знает, наверное, что он сделал.
Об этом он станет беспокоиться потом.
Повернувшись к ожидающему его отделению, Кэмпбелл сказал:
— Окей, мы убираем этого снайпера. Тэм, следи за улицей. Маршан, заряди обойму шрапнели и запрограммируй ее на… прикинь дальность до этого окна.
Маршан кивнул:
— Тридцать два метра.
Они с Дазом набрали комбинации нужных эффектов на магазинах своих винтовок. Патроны с наконечником из жидкого металла[106] можно было настроить на различные виды поражения, но снайпер мог и не знать, что они у них есть. После слабенького ружейного огня, с которым он только что встретился, он мог увериться, что против него выставлены всего лишь обычные винтовки. Его ожидал пренеприятный сюрприз.
Маршан высунулся — ровно настолько, чтобы выпустить очередь в воздух, целясь в точку на высоте крыши рядом с окном снайпера. По улице разнеслось эхо выстрелов, а Даз выкатился на площадку, нырнув к машине, за которой он прятался раньше. Маршан продолжал палить в небо, пока Даз не прицелился и не выстрелил с хирургической точностью пять раз. Он велел жестом остальным двигаться вперед.
Тогда они с Тэм выскочили на улицу и побежали вдоль домов, пока Маршан поливал здание-цель огнем, прикрывая их. Теперь ему было лучше видно гнездо снайпера. Поверхность стены вокруг окна испещрили тысячи мелких осколочных кратеров от выстрелов Маршана в воздух. Хотя его пули взрывались в пустоте, они, очевидно, прилетали достаточно близко, чтобы разнести и окно. Потом Даз с помощью лазерного луча прицелился сквозь окно в потолок комнаты; а запрограммировать боеприпасы объемного взрыва[107] на взрыв в метре от потолка было проще простого.
Окно заволокло плотной пеленой дыма, который начинал вытекать наружу. Термобарические(_F_) заряды Даза высосали из комнаты весь кислород. Кто бы там ни находился, он либо благоразумно сбежал, либо лежал без сознания.
Кэмпбелл включился в канал ройботов и увидел, что люди, находившиеся на лестничной клетке, убрались.
— Похоже, они заняли позиции в комнате на первом этаже.
Тем временем многочисленные людские фигуры — вероятно, некомбатанты — поспешно покидали здание через выходы с тыла.
— Будем выносить ту комнату тем же способом, — сказал он Тэм. — Ты…
Грохот раздался издалека, его эхо прозвучало громче самого взрыва. Но окна по всей улице задребезжали.
Даз огляделся.
— Что это было?
Кэмпбелл дернул головой:
— Неважно. Сосредоточься на работе. Опер, гражданские все вышли из здания?
Ответа не последовало.
— Опер…?
— У медпункта стояла очередь, — объяснил Раймонд Эбан, когда та опустилась на один из свободных стульев. Она не могла оторвать глаз от сцены невообразимой бойни, которая повисла в воздухе перед ней, подобно призраку.
— Оценка на глаз дает два десятка жертв, — говорил Раймонд; Эбан едва ли слышала его.
«Я знаю это место», — думала она. В детстве она ходила туда дважды в неделю, чтобы получать продуктовые наборы. На площади перед пунктом всегда было многолюдно, и она припомнила, что какое-то время ее охраняли войска ООН. Сейчас это место походило на котел с чернеющей мешаниной из все еще дымящегося металла и тел в центре. Почти все они были с Запада, поняла она: бомбу размещали очень вдумчиво.
— Местный командующий сил коалиции за несколько секунд разослал текстовые сообщения всем в городе, кто разбирается в первой помощи, — продолжал Раймонд. — Он меньше чем за минуту смарт-мобилизовал[108] полностью скоординированные спасательные работы.
Вот прямая трансляция моблога. Агрегаторы новостей все на нее накинулись; это главная новость. В дискуссионных группах уже стоит гул от теорий; они обвиняют антивыборные силы.
Она покачала головой, не в силах оторвать взгляд от сцены.
— Эбан? — Раймонд понимающе положил руки ей на плечи. — У нас тут есть одна ситуация, в которой нам нужна ваша помощь.
Она оторвалась от тяжелых мыслей.
— Да.
Раймонд повернулся и сделал рукой жест; изображения взрыва исчезли.
— Что нам нужно, это чтобы вы пояснили, — проговорил он, — что скандируют эти люди. — И вот в наушники Эбан хлынул растущий прилив голосов — неразборчивый гул тысяч голосов, почти слитых в унисон.
— …Опер?
— Принято, патруль. Ждите прибытия ударных ботов поддержки. Они займутся этим зданием для вас.
— Принято! — За резким тоном майора Кэмпбеллу послышался другой звук. Только неясно, шел ли этот рваный гвалт из окрестностей или доносился через наушники. — Сэр? Я улавливаю какой-то звук…?
— Да, патруль, мы тоже его слышим. Он идет через открытое окно.
— Но что…?
— Это, — сказала по другому каналу Десаи, — звуки от флеш-моба[109], блокирующего улицы между вами и вашей группой поддержки. Боты до вас доберутся все равно, потому что они прибывают по воздуху, но машины отряда пока что застряли в толпе.
Кэмпбелл повернулся к своему отделению.
— Похоже, мы остались одни — мы да боты, — мрачно сказал он.
Будущая сфера безопасности
В главе «Под белыми башнями» показана обстановка в сфере международной безопасности в будущем, в которой канадская армия продолжает оказываться в экспедиционной роли, оказывая помощь в стабилизации недееспособных государств. Учитывая характер этих миссий и растущую сложность даже простейшего приложения хорошо отрепетированного сценария миссии, министерство национальной обороны все больше зависит от доступа к объединенным, межведомственным, многопрофильным активам и общественным ресурсам, и помощи для выполнения своих задач.
Некоторые из появившихся и только возникающих концепций, рассмотренных в этой главе, включают: многопрофильных операторов; участие нескольких ведомств; специалистов по культуре; альтернативную культурную идеологию; мгновенное распространение новостей; персональных информационных агентов. Хотя, возможно, некоторые из этих концепций уже существовали ранее в иных формах, здесь их применение привлекает новые технологии в опирающихся на информационную сеть действиях.
1. В будущем канадская армия будет продолжать развертывать экспедиционные силы масштаба оперативной группы, индивидуально специализированные под каждую миссию, и поэтому должна организовать свою деятельность в соответствии с этой ролью. Согласны вы или не согласны?
2. Командование и управление будущими миссиями будет все больше зависеть от междисциплинарной и межведомственной поддержки. Как армия может расширить свое сотрудничество с такими организациями?
3. Как среда безопасности будущего, в которой будут доминировать конфликтующие политические, религиозные и культурные идеологии, повлияет на организацию и роль канадской армии в будущем?
4. Изменится ли то, каким образом солдат в будущем станет выполнять свои обязанности, из-за присутствия (по всей видимости, постоянного) СМИ на театре военных действий? Будут ли репортажи СМИ в будущем оказывать такое же влияние на операции, как и сегодня?
Развивающиеся технологии
Эта глава знакомит читателя с «типичным» патрулем в канадской армии будущего. При извечном смешении старого с новым, на подходе следующие технологии:
• программные агенты — автоматизация наблюдения с помощью ИИ
• статистическое мониторирование и агенты
• автоматизация транспортных средств
• видеосопровождение
• сетевое взаимодействие на различных уровнях организации
• автономная ситуационная ориентированность (situational awareness)
• воспроизведение/реверс записи
• повышенная живучесть транспортного средства
• блокировка оружия патруля
• смарт-костюмы
• базы данных боевиков
• высокоточное масштабируемое оружие
1. Должны ли солдаты доверять автономным системам в плане ситуационной ориентированности на тактическом уровне? До какой степени?
2. Как может повлиять на тактику взвода и отделения введение в боевой порядок автономных роботов?
3. Полезны или вредны блокировки патрульного оружия в городских условиях? Кто должен обладать полномочиями на разблокировку?
4. Какая информация является критически важной для солдат во время перестрелки?
Боевое пространство будущего
В будущем боевое пространство, весьма вероятно, будет характеризоваться постоянным присутствием канадской армии в недееспособных государствах, причем в условиях нестабильной международной обстановки. В связи с частой необходимостью действовать на сложной местности рассматриваются следующие концепты:
• урбанизация
• моделирование оперативной деятельности
• местные технологии
• низкотехнологичные коммуникации
• низкотехнологичный ответ на высокие технологии
• дезинформация
• управляемое толпообразование
• среда с сетевой поддержкой и цепочка управления патрулем
1. Насколько точно, по вашему мнению, изображен этот сценарий из будущего? Что могло бы сделать его реалистичнее (если это возможно)?
2. Как вы полагаете, в будущем будет ли армия проводить больше или меньше времени в городских боестолкновениях?
3. Видите ли вы рост угроз со стороны средств связи, таких как сотовые телефоны, устройства Blackberry и другие КПК(_G_)?
4. В чем ценность обучения и подготовки к операциям с использованием виртуальной среды, цифровых тренажеров и даже видеоигр? Как такое обучение соотносится с тренировками в реальных условиях?
Тенденции развития союзников/противников
На организацию и культуру канадской армии будущего повлияют изменения, происходящие как в союзных, так и в противостоящих странах. В этой главе были затронуты следующие вопросы:
• тактическая организация — будущее
• технологии и система поставок
• технологические возможности противника
1. Учитывая, что в будущем канадская армия, возможно, не будет воевать с крупными традиционными формированиями, как она может организовать свои боевые порядки для схватки со средними, малыми и асимметрично организованными противниками?
2. Предпочли бы вы получить технологические улучшения для армейского оружия и транспортных средств — отчасти эффективные и сразу, — или подождать полностью эффективных решений, на поставку которых может потребоваться больше времени?
3. С технологическими угрозами какого рода, по вашему мнению, солдаты канадской армии могут столкнуться на театрах военных действий в будущем?
4. Будет ли ответ асимметричных противников на появляющиеся возможности канадской армии низко- или высокотехнологичным? Почему?
Человеческий аспект
Человеческий аспект будущих военных действий, похоже, останется неизменным, независимо от изменений в задачах или технологиях. В этой главе были рассмотрены следующие вопросы:
• сокращение голосовой связи
• потенциал исключения голосового трафика
• «Умы и сердца»
• НПО (неправительственные организации)
• упрощенные доклады при боестолкновениях
• правила ведения боевых действий (ROE)(_H_) применительно к некомбатантам
1. В будущем операции с сетевой поддержкой могут означать, что голосовая связь будет еще более ужата и дополнена автоматизированными командами. Как вы видите свой уровень комфортности при получении приказов на выполнение миссии полностью от компьютера, а не от человека?
2. Влияет ли нынешняя зависимость от голосовой связи или сочетания голосовой связи/передачи данных на способность солдата действовать быстро и/или решительно в определенных условиях?
3. Как присутствие неправительственных организаций повлияет на будущие операции в условиях все более приближающейся к «трехквартальной» войне(см.словарь)?
4. В будущем может стать все сложнее быстро идентифицировать противника на театре военных действий. Как будущие Правила ведения боевых действий могли бы трактовать эту проблему?
«Канадский солдат поднимает винтовку. О Боже, он стреляет в толпу! Я не могу поверить, что это происходит, но вы сами это видите! Мы должны что-то…»
«Канадцы, очевидно, используют радиоволновое устройство[111], чтобы утихомирить толпу. Похоже, это работает; как видите, скандирование стихло, и небольшая группа ведет переговоры с командиром военных».
«Сегодня утром на рынке не происходило никаких беспорядков. Я обвожу своей камерой всю площадь, вы видите, что она почти опустела с приближением жаркого полдня…»
С наблюдательного пункта уоррент-офицера Десаи движение толп напоминало медленный танец — или спираль растущей воронки в размешиваемом кофе. Зефра пришла в движение.
— Кажется, на территории скоординированное движение, сэр. Люди идут тысячами. Я никогда не видела ничего подобного. — То, что она наблюдала, не походило ни на мятеж, ни даже на упорядоченный войсковой марш. Люди в разных районах города собирались в толпы и целенаправленно выдвигались в сторону ключевых перекрестков.
— По крайней мере нам ясно, сэр, что это флеш-мобы[112]. Каждый из них — результат привязанного по месту текстового сообщения, пришедшего на телефоны жителей определенного района. Одно сообщение было религиозное, в нем говорилось, что канадские войска ворвались в мечеть — неправда, конечно, но оно попало в мусульманскую группу новостей, и люди высыпали на улицы рядом с этим местом. В другом сказано, что кто-то пытается вывезти из города полную автоцистерну воды — и из-за него была перекрыта главная дорога. Я пытаюсь соотнести сообщения с их целями, чтобы предугадать, какие группы могут быть охвачены флешированием[113] следующими.
— Хорошо, — сказал майор. — Сначала, однако, еще раз вернитесь к началу дня[114], уоррент. Я хочу просмотреть[115], куда сегодня утром отправились те грузовики от башни.
Через наушники до Десаи слабо доносился голос переводчицы[116], которая помогала военным группы, идущей на выручку патрулю. Обычно они обходились машинным переводом[117], но всегда лучше привлечь кого-то, знакомого с местной культурой. Женщина, которая физически находилась не здесь, но «оседлала» НШД командира отряда, сказала:
— Он вам говорит вам, что цены на воду взлетели выше крыши, но при этом, как он заявляет, ваши солдаты продолжают получать ее бесплатно. Он требует честного и равного распределения воды.
— Скажите ему, что его проблемы услышаны, — сказал командир отряда. — Пусть назовет время и место, где мы могли бы обстоятельно обсудить это дело, и мы там будем. Но сейчас ему следует понять, что кое-кто из наших людей в опасности, и нам нужно проехать.
Из громкоговорителя на передней панели головной машины раздался голос переводчицы, электронно модулированный так, чтобы походить на голос командира отряда[118].
Десаи переключилась на запрос майора. В ее распоряжении был полный сорокавосьмичасовой буфер индексированного видео высокого разрешения[119] с аэростата, поэтому она смогла откатиться к утру и нацелилась на положение подворья на рассвете. Немного сдвинув время вперед, она определила момент, когда выехали грузовики. Как и раньше, она промаркировала[120] каждый грузовик и позволила программе распознавания образов[121] проследить их движение по улицам, пока все не остановились. Это заняло всего несколько секунд. Когда каждый из грузовиков парковался, его значок на дублирующей карте города[122], открытой в соседнем окне, менял цвет. Однако на этот раз она пометила маленькие отдельные точки, которые появлялись рядом с грузовиками сразу после их остановки. Эти точки были на пределе разрешения системы, потому что общая карта города нигде специально не масштабировалась (вот если бы она дала увеличение в нужный момент, то смогла бы сказать, у кого из мужчин перхоть). На этот раз, когда она запустила программу отслеживания помеченных точек, половина из них тут же исчезла. Они вошли в здания, растворились в толпе или просто исчезли в утреннем мареве.
Информации было не так уж много, но достаточно.
— Практически половина людей из этих грузовиков исчезла в промышленной зоне города. Это на противоположной стороне города от всех развертывающихся событий, сэр. Четверо или пятеро человек отправились к медицинскому центру, но там они пробыли всего несколько минут, а затем уехали. Остальные рассредоточились в районе, где было нападение на патруль.
— Мы должны изолировать этот район, — сказал майор. — Мне нужны патрули здесь, здесь и здесь. — На ключевых перекрестках вокруг боковой улочки, где попал в засаду патруль Кэмпбелла, появились значки, и были автоматически созданы[123] распоряжения. — Но присматривайтесь и к остальным симптомам; я чувствую, что нас отвлекают от какого-то главного события.
Десаи вызвала на экран основной ситуационный план. Если наложить на него флеш-мобы и прогнозируемые позиции повстанцев, становилось ясно, что город разрезают надвое. Силы ООН сосредотачивались вокруг пункта медицинской помощи и рынка, на противоположном краю города от промышленной зоны; флеш-мобы образовали пунктирную линию, перекрывающую все перекрестки, ведущие туда. Коалиция не могла применить нелетальных мер подавления толпы, чтобы разогнать их, потому что каждая толпа мотивировалась по-своему[124] — некоторые вышли протестовать, но некоторые скопления состояли из людей, чьи коммуникаторы сообщили им о внеплановой распродаже сари или о не афишировавшемся визите местного киновидеогероя. Разгоняя такие группы, можно было порушить все усилия по привлечению «сердец и умов»[125].
Десаи пыталась улучшить результаты своих изысканий, когда услышала разговор на повышенных тонах — рядом физически, а не в виртуальном пространстве наушников. Она на секунду отключила НШД и огляделась.
Это разговаривал по телефону майор:
— Нет, наши войска ни по кому не стреляли! То, что вы видите, это поддельная трансляция. Нет, фальшивка. Я непосредственно сейчас наблюдаю рынок, все в порядке. Вам следует…
Десаи обратно включила свой дисплей и мгновенно снова оказалась в высоте над Зефрой.
Она почувствовала растущее чувство тревоги. Сначала флеш-мобы, а теперь, очевидно, изощренная подделка агрегатора моблогов в реальном времени… Здесь затевалось нечто большее, чем единичная атака или даже попытка отдельных местных жителей перехватить контроль над городом. Все разыгрывалось на гораздо более широкую аудиторию. Настоящей цели сегодняшнего хаоса еще предстояло раскрыться.
Страйкботы(_I_) прыгали поверх крыш Зефры — стайка черных чемоданов, жутко раскачивавшихся, словно невесомых. Их пропеллеры были достаточно сильны, чтобы они удерживались в воздухе, и двигались они, отталкиваясь длинными веретенообразными ногами, которые болтались снизу. Снижаясь по спирали на улицу, из-за своих ног и мотающихся рук с оружием и сенсорами они показались Кэмпбеллу похожими на бронированных медуз. Их было пять; они опустились на землю перед поврежденным «Кэмелом», гудя пропеллерами.
— Спаси нас, Господи, — пробормотал Даз. — Прямо марсиане.
— Я знаю, что ты их не любишь, — сказал Кэмпбелл. — Предпочел бы сам полезть в эти двери?
— Ничего подобного не говорил.
Кэмпбелл вызвал на своем НШД меню ботов. Появилась большая полоса — индикатор энергозапаса; впрочем, ему казалось, что она чуть ли не на глазах убывает, пока боты висят перед ним. Он загрузил в ботов информацию со своего собственного НШД, включая идентифицированных врагов и гражданских лиц, а также сканы здания со снайпером. За то время, которое ушло у него, чтобы выговорить команду, пускающую страйкботов в работу, они отработали двадцать пять модельных имитаций[126] штурма здания.
— Ну и жуть, — сказал Даз, наблюдая за отправляющимися на дело ботами. Вентиляторы едва удерживали их в вертикальном положении, и казалось, что они кренятся вперед, будто теряя управление. Но двигались они быстро, и любые препятствия на пути перепрыгивали. Один из ботов ткнулся конечностью в косяк входной двери и выбросил небольшой заряд взрывчатки. Раздался резкий хлопок, и дверь распахнулась наружу, отбросив бота в центр улицы. Пока он оправлялся, остальные стаей хлынули в дверь.
С первым ботом что-то произошло — возможно, наскочил на мину-ловушку; Кэмпбелл увидел, как картинка с него пропала. Потом, когда двинулись внутрь остальные, пустота. На его НШД автоматически открылось новое окно — с камеры нового лидирующего бота. Изображение, пусть и стабилизированное, прыгало и безумно искажалось, но было достаточно четким, чтобы увидеть, что лестница пуста.
Роевые боты просочились в нижнюю часть здания. Их допплеровские радары по-прежнему показывали трех человек на лестничной клетке.
В будущих операциях будут непосредственно использоваться JIMP-ресурсы(Joint, Inter-agency, Multinational & Public assets — совместные, межведомственные, многонациональные, общественные). Стратегический аналитик помогает войскам на передовой линии в Зефре.
С другой стороны, камера страйкбота показывала только три баллончика размером с кофейную банку, аккуратно выстроившиеся на ступеньках, с пульсирующими надувными шариками наверху. Кэмпбелл выругался. «Они нас провели!»
Шары были сделаны из металлизированной эластичной пленки, которая для радара выглядела как мышечная ткань, и пульсировали с той же частотой, что и человеческое сердце. Ройботы их опознавали как людей.
Страйкботы устремились вверх по лестнице, а ройботы последовали за ними. Согласно радарам ройботов, здание было пусто. Страйкботы быстро добрались до третьего этажа. Именно отсюда велась снайперская стрельба.
— Они могут все еще быть там, — сказал Даз. — Если они способны надуть радар, то, может, сумеют его и заблокировать.
Значит, трое врагов, которые раньше были на лестничной клетке, могут скрываться где угодно в здании.
Страйкботы вскрыли дверь наверху лестницы. Коридор заполняла голубоватая дымка. Боты пронеслись по коридору и через арку попали в почти пустую комнату. Здесь повсюду валялись, словно разбросанные взбешенными мародерами, столы, стулья и картонные коробки. Дверь в комнату снайпера была сорвана с петель термобарическими зарядами. Сама дверь валялась поверх неподвижного тела, рядом лежало еще одно.
Под разбитым окном на усыпанном стеклом и штукатуркой полу лежали ничком три человека. Дымка здесь рассеялась; вероятно, снайперу хватило бы воздуха для дыхания, если бы он просто встал и высунул голову в окно. Однако это сделало бы его идеальной мишенью. Когда над его головой взорвались термобарические выстрелы, он, понимая это, попытался выбраться из комнаты; однако пожирающие кислород разрывы его опередили. Стрелок лежал поперек порога в комнату. Ройботы, повыпрыгивавшие теперь в коридор, не обнаружили у него сердцебиения.
Но Тэм, наблюдавшая через свой НШД, пока Маршан присматривал за улицей, заявила: «этот жив!». Она обнаружила, что человек под дверью дышит.
— Он еще ребенок, — сказала Тэм, когда страйкбот пошевелил маленькую фигурку.
Кэмпбелл приказал ботам отойти. Он приглушил изображение на своем НШД и повернулся к своей команде.
— Здесь люди быстро взрослеют. Позаботься о нем, Тэм. Дела идут в гору, — добавил он. — По крайней мере, теперь нам есть с кем поговорить.
Раймонд и Эбан уставились в противоречивые новостные блоги. Коммерческие новостные сети, которые в основном просто перехватывали информацию с агрегаторов моблогов, передавали сюжеты о взрыве у медицинского центра, сопровождая их путаной скороговоркой насчет перестрелок на прилегающих улицах. В зависимости от того, на какую сеть вы настроились — европейскую, американскую, ближневосточную или африканскую, вы получали безумно разнящиеся сводки[127], которые варьировались от расстрела гражданских лиц военными силами коалиции до местных правительственных деклараций, что вообще ничего и нигде не происходит.
— Особенно настораживает вот это, — сказал Раймонд, кивнув в сторону видеозаписи, на которой было видно, как канадские войска из пулеметов расстреливают толпу протестующих.
Глядя на побоище, Эбан нахмурилась.
— Они явно использовали игровой движок, чтобы смастерить эту сцену[128]. У сына моего друга есть одна игра, «Заварушка в Заливе», ей такое по силам.
Раймонд покачал головой:
— Похоже, уже неважно, настоящие это новости или они фальшивка, вот в чем дело. Даже когда люди
— Так что же вы можете сделать?
Раймонд покачал головой вновь.
— Не знаю. Если бы у нас не урезали бюджет на информационные операции[129], чтобы профинансировать новое оборудование, мы могли бы сейчас вывести на экраны людей, чтобы разоблачить эту подделку. Хотя я не уверен, что даже это сработает. Как против пропаганды выставишь правду, когда правда рядом с ней кажется нудной?
Уже начали поступать дипломатические протесты кое от кого из самозваных водяных баронов, сферы влияния которых граничили с внутренними районами Зефры. Бывшие государства в этой местности давно распались на то, что в ООН эвфемично звали «неорганизованной территорией» — но отсутствие центрального правительства не означало, что в этих местах не было доступа в интернет[130] или, если уж на то пошло, не крутились деньги.
Раймонда подозвал кто-то из политиков-делегатов, и они присоединились к оживленной конференц-связи с коллегами из США и Европы. Ничем пока не обремененная Эбан сидела и наблюдала за драмой, разворачивающейся в городе, где она родилась.
Еще недавно она была бы счастлива никогда больше не слыхать имени Зефры. Ее воспоминания о прожаренных улицах и двориках за оградами стенок были не из приятных. Она видела голод, жажду водных войн и сражения за концессии на нефтяные скважины, и все это когда ей еще не исполнилось десяти. Пандемия СПИДа[131] уничтожила целое поколение — по сути, весь средний класс, а экология континента разрушилась в результате массового вымирания[132], подобного которому не было со времен гибели динозавров. До мозга костей африканка, Эбан никогда не видела ни льва, ни слона; передохли даже скорпионы Зефры, и никто не знал почему. Зефра была местом без надежды и без будущего, но с миллионами (в буквальном смысле) стучащихся в ее двери людей, ищущих убежища от своих, еще более тяжелых, жизненных ситуаций.
Хотя нет, пришлось ей признать, не совсем без надежды. Европейский Союз наконец-то одобрил новый статус ассоциированного члена и предлагает его ключевым государствам Африки. Вероятно, первыми ассоциированными членами станут Марокко и Алжир, средиземноморские страны, исторически связанные с Европой, — теперь, когда Турция показала всем, что исламские страны могут уживаться с древними государствами крестоносцев. Через Сахару прокладывались нефтепроводы, впервые погнавшие на Ближний и Средний Восток нефть с неожиданно богатых месторождений Западной Африки.
Трубопроводы принесли с собой работу и новое стратегическое значение в районы Африки к югу от Сахары. Там многое менялось, впервые за многие столетия. Но Эбан втайне считала, что для Зефры всего этого слишком мало, да и слишком поздно.
— Эбан Ишанги? — Она подняла глаза и увидела, что рядом с ней стоит военный в офицерской форме. Он протянул ей руку. — Мартин Хатчисон. Мне сказали, что вы наш эксперт по местным диалектам Зефры.
— Полагаю, что да, хотя прошло уже много лет…
— Хорошо. У нас на месте возникла проблема, и нам нужен переводчик.
Она позволила себе слабую улыбку, следуя за ним к одному из закрытых конференц-кабинетов со стеклянными стенами.
— Ваши программы перевода[133] с этим не могут справиться?
— Слишком важный случай, чтобы полагаться на машины, — сказал Хатчисон. — Как бы то ни было, — неохотно добавил он, — этот конкретный диалект им не по зубам.
Они уселись, и он перевел видеоканал в кабинет. Казалось, словно изображение плавает в нескольких дюймах[134] перед пустой офисной стеной, но верхний свет его все же глушил.
— Нельзя ли сделать потемнее? — спросила Эбан. Хатчисон кивнул и махнул рукой в потолок. Свет потускнел.
Теперь Эбан могла чуть лучше разглядеть изображение, но оно, прямо сказать, было не лучшего качества: зыбкое, зернистое и слишком контрастное. Постепенно она поняла, что темное пятно в центре квадрата — это лицо молодого человека, может быть, даже мальчика. Он ругался на исковерканном банту, которого Эбан не слышала уже много лет.
При звуках языка на Эбан нахлынули воспоминания — и приятных из них было мало.
— Что он говорит? — спросил Хатчисон.
— Вам лучше не знать, — покачала она головой.
— Вам знаком язык?
— О да. Он мне знаком. — Это был диалект трущоб Зефры, языковая смесь банту, французского и английского. Программы языкового перевода должны были бы справляться с этим, подумала она, но акцент был настолько резким, что даже английские слова почти не узнавались.
— Это видеопоток от сержанта Кэмпбелла, он командир патрульного отделения, прижатого в центре Зефры, — сказал Хатчисон. — Мы бы хотели, чтобы вы поговорили за него с этим парнишкой.
Она смерила офицера взглядом:
— Допрос.
Хатчисон помотал головой:
— Беседа. Программа распознавания мимики в НШД Кэмпбелла определит, когда он будет врать[135]. Нам просто нужно понять, что он нам говорит.
Она нехотя кивнула. Нежелание шло не столько от того, что приходится допрашивать мальчишку: если это один из тех, кто взорвал станцию помощи, то на карте могут стоять человеческие жизни. Слышать снова акцент трущоб — вот что раздражало.
Все они так никуда и не делись — картонные лачуги, грязные переулочки, места, где с легкостью могли изнасиловать и убить. Оставив их за спиной, избавиться от них она так и не смогла.
Эбан глубоко вздохнула.
— Хорошо, — сказала она. — Включайте их.
Майор Моне положил телефон и поморщился, уставясь в пространство. Ситуация становилась все занятнее. У него изолировали патруль в центре города, еще два завязли на станции медпомощи, а не расходящиеся флеш-мобы отрезали их всех от подкрепления. А теперь, похоже, в дело вмешались вояки из хаоса, который когда-то был Чадом. Вблизи границы маневрировало полчище тойотовских грузовиков с пулеметными установками в кузовах, а полевые командиры выступали в Интернете с дерзкими угрозами, заявляя, что коалицию в Зефре ждет страшная участь. Никто не сомневался, что они положили глаз на нефтепроводы к западу от города. Но трубопроводы хорошо охранялись, и вояки просто не могли захватить их без поддержки из самого города.
Пока он размышлял над этим, на панели появилось новое сообщение.
Один из ботов-нюхачей, которых он послал прочесать каньоно-подобные улицы города, обнаружил следы взрывчатки.
— Десаи? Покажите мне это место.
— Выполняю, сэр.
Через несколько мгновений он смотрел на кадр, показывающий с головокружительной высоты улицы Зефры. По центру серой сетки из тротуаров и голой земли расположился уголок, где припарковалась одинокая машина.
— Это возле территории Красного Полумесяца, — сказала Десаи.
— Как давно она там стоит? Перемотайте[136] нашу запись.
Наступила пауза. Затем Десаи сказала извиняющимся тоном:
— Она там стоит по меньшей мере два дня. Больше в буфере не помещается.
Как давно они это планировали?
— Нужно очистить территорию, — сказал он. — Вызовите саперов и сообщите людям из Полумесяца. Но до того, как кто-то выдвинется на точку, в этом районе нужно начинать шифровать все радиосигналы[137].
Эта операция явно планировалась уже давно, размышлял он. По всей вероятности, ее приурочили по времени так, чтобы сорвать намеченные выборы — или же? Мишенью не стал ни один из новых избирательных участков.
Город и так был на взводе; кампания коалиции по по привлечению сердец и умов, похоже, не работала. Меньше всего им сейчас требовался сценарий «непредсказуемого фактора», но именно он, судя по всему, и развивался.
«Пора выяснять, что творится», — решил он. И пора подтягивать все ресурсы, которые он сможет мобилизовать.
— … Вам лучше не знать, как он вас только что назвал, — сказала специалистка по культуре. Судя по голосу, она развеселилась. Кэмпбелл бросил взгляд на парня. Он расспрашивал того уже несколько минут подряд, причем по-французски, поскольку машинные переводчики настаивали, что подросток время от времени скатывается на этот язык. Но все его вопросы встречались либо каменным молчанием, либо яростными проклятиями.
Они устроились на первом этаже здания, в офисном помещении со старыми деревянными столами и большими портретами недовольных бородатых мужчин на стенах. Даз стоял над пареньком, а Маршан наблюдал из окна. По-быстрому подзарядившись от розеток[138], страйкботы патрулировали улицы снаружи. Никого вокруг не было.
— Так мы ни к чему не придем, — пробормотал он. — Пока я не узнаю, какой был план Б, я никуда отсюда не двинусь. — Ему очень хотелось погнаться за оставшимися троими нападавшими, но поскольку подкрепление все еще было сковано флеш-мобом, разумность этой идеи выглядела все сомнительнее. Десаи сообщила ему, что люди, выбежавшие из задних дверей этого здания, в основном скрылись в других зданиях на соседних улицах. Люди входили и выходили из квартир, магазинов и офисов, и нападавшие исчезли среди них — их сигнал был заглушен шумом.
— Сержант? — смиренно проговорила специалистка по культуре. — Можно, попробую я? Я имею в виду, поговорю с ним напрямую.
Кэмпбелл это обдумал. Повредить не должно. Он ткнул в динамик своего смарткостюма и сказал:
— Ну хорошо. Вы на связи.
Парнишка вздрогнул от неожиданности, когда из лацкана Кэмпбелла раздался женский голос. Он на мгновение уставился на Кэмпбелла, вслушиваясь в стаккато потока слов. Затем отвел глаза и хихикнул себе под нос.
— Что вы только что сказали?
— Так, ничего, — ответила Эбан Ишанги. Кэмпбелл отчего-то знал: что бы она ни сказала пареньку, она прошлась на его счет. Он посмотрел на подростка, тот поднял глаза и быстро отвел взгляд.
Эбан заговорила снова, теперь уже медленнее. Она изъяснялась на том же искаженном и отрывистом смешанном диалекте, на котором говорил парень. Через минуту паренек что-то спросил, и она многословно ответила. На его лице медленно проступило недоверчивое выражение.
— Что вы ему сейчас рассказали?
— Он спросил, где я, — ответила Эбан по-английски. — Я сказала ему, что нахожусь в Оттаве, в Канаде. Я рассказала ему, что на земле лежит снег.
— Меня зовут Эбан Ишанги, — сообщила она пареньку. — Я из трущоб, но я выбралась оттуда. А тебя как зовут?
— Я тебе не верю, — угрюмо сказал паренек. — Никому не выбраться. — Он на мгновение отвел взгляд, а потом добавил: — Ишанги. Есть такой Ишанги, который заправлял центром распределения воды, когда здесь была ООН.
— Мой дядя. Он дрянной человек, это одна из причин, что я уехала.
По лицу паренька расплылась медленная улыбка:
— Мы зовем его маленьким диктатором.
— Мы его называли и похлеще.
— Как ты смогла выбраться? Думаю, ты врешь, ты говоришь откуда-то с окраины города.
— Нет. Почему так трудно представить, что я на другом конце света? Ты же видел интернет-связь. — Парнишка пожал плечами, и ободренная Эбан сказала: — Вот что я тебе скажу. Ты расскажешь мне одну вещь, а я расскажу тебе другую.
— Они собираются меня расстрелять?
— Солдаты? Нет! Они могут даже отпустить тебя. Скажи мне свое имя.
Он нахмурился, снова посмотрел на людей с оружием и сказал:
— Суа.
— Это хорошее имя. Оно означает «новое начало», верно?
Глаза Суа расширились.
— Правда?
— Так скажи мне, Суа, как ты оказался с этими людьми?
— Они обещали вытащить меня отсюда[139]. Меня… отправить меня в школу на востоке. Они мне не друзья. Но они сказали, что другого способа выбраться из трущоб нет.
— Но это не так. Я же выбралась.
— Как!
— Я расскажу тебе, но сначала ты должен сказать мне, куда делись люди, напавшие на этот патруль.
— Нет. Сначала ты мне скажи. Как ты выбралась?
В маленькой конференц-комнатке, за полмира отсюда, Эбан улыбнулась:
— Я устроилась на работу кибер-монстром[140].
Через несколько минут, когда у Кэмпбелла начали побаливать бедра от сидения на корточках перед пареньком, Эбан вдруг перешла на английский и сообщила:
— Они направляются в промышленный сектор. Водоочистная станция.
— Опер, вы себе пометили?
— Утвердительно. Патруль, подкрепление находится примерно в двух минутах хода. Вы должны присоединиться к ним и немедленно отправиться на станцию.
Кэмпбелл бросил взгляд на парня.
— Да, сэр, но разрешите заметить, что детекторы лжи срабатывают каждый раз, когда этот пацан открывает рот. Он вражеский боец. С чего бы он говорил нам правду?
— Это называется установление контакта, — сказала Эбан Ишанги. Кэмпбелл неохотно признал, что за последние несколько минут детектор лжи[141] не среагировал красным ни на что из сказанного парнишкой.
— Вы получили приказ, сержант, — сказал оперативный офицер.
— Да, сэр, — сказал Кэмпбелл. — Выходим, — сказал он своим людям. — Попытаемся оживить «Кэмел».
Сеть датчиков транспортного средства[142] показала, что у него спущено колесо и немного повреждена броня, но в остальном он был в рабочем состоянии.
— Ребенок спрашивает, не отпустите ли вы его, — сказал Эбан, когда они спускались по лестнице.
— Нет! Что здесь только что было? Он вражеский солдат, который пытался нас убить. Скорее всего, он врет насчет станции.
— Вообще-то, он голодающий ребенок, который отчаянно ищет выход из своего положения.
— Только не просите меня растрогаться.
— Это честно. Но здешние аналитики заставили меня задать мальчику определенный набор вопросов, а затем ваш НШД передал его ответы. Сильной приверженности идеям повстанцев в нем не видно.
— Вот как? Извините меня, если я не тороплюсь ему верить. — Он смотрел, как Даз и Маршан склоняются над «Кэмелом», а вокруг них танцуют страйкботы, словно в кошмаре программиста, которому приснились пляски фей.
Парнишка что-то отрывисто сказал, указывая вдоль улицы на далекие, невидимые башни городского центра.
— Он спрашивает, не знаете ли вы кого-нибудь в офисе «Тайного Мира» в деловых кварталах, — сказала Эбан. — Я уже говорила ему, что это не моя игра, в мои времена была «Абсолютная Власть».
— «Тайного Мира»? — Кэмпбелл уставился на паренька. — Это разве не онлайновая игра?
— Ну да, массовая и многопользовательская[143], — сказала Эбан. — И это то, что нужно Суа и его друзьям. «Тайный Мир» — одна из многих игровых компаний, которые дают работу на субподряде[144] в подобных местах. Зефра — в том же часовом поясе, что и большая часть Европы. Поэтому они нанимают людей, чтобы те изображали монстров в играх, за гроши.
Кэмпбелл внезапно прозрел.
— Так вот как вы выбрались из Зефры?
— Да, — призналась Эбан. — Я шесть месяцев день за днем, круглые сутки притворялась чем-то этаким по имени Матка Киборгов. Нас было шестнадцать человек, с сильнейшей текучкой. Большинство или с отвращением увольнялись, или в итоге выходили из роли, прося помощи у игроков через интерфейс чата. Я-то лучше соображала — меньше всего этим людям хотелось узнать, что драконом, с которым они сражаются, управляет, по сути, наемный раб из страны третьего мира. Поэтому я заучила терминологию Матки Киборгов и из образа не выходила. Боже ты мой! Я до сих пор помню каждое слово! «
— И вы купили билет отсюда?
— Я познакомилась с игроком, который сменил сторону — он работал с монстрами, просто забавы ради. Он показал мне, как изнутри игры получить доступ к курсам Университета ООН. Так что, пока игроки не нападали, Матка Киборгов изучала английский и историю. И да, в конце концов я накопила достаточно денег на билет в Тунис.
— Вы говорите, этот пацан был с теми парнями только потому, что ему нужна была работа?
— Да, сержант Кэмпбелл, и это отличает его от типичного солдата повстанцев. Большинство из них хорошо образованы[145] и пришли из относительно обеспеченных семей. Суа был наемным курьером-разносчиком[146], к их делу он не лоялен.
— Или так говорят показания приборов, — сказал Кэмпбелл.
— Мои собственные воспоминания о Зефре говорят мне то же самое, сержант. Я считаю, что он и заговорил со мной сейчас потому, что это первый выпавший ему шанс потолковать с кем-то, кто смог улучшить свое положение, не вступая при этом в местное ополчение или в банду. Он усмотрел в этом возможность, поэтому у него появился мотив сказать нам правду.
От зданий отразилось эхом ворчание двигателей, а мгновение спустя из-за угла в облаке пыли вывернули несколько машин группы поддержки. Маршан и Даз подняли глаза от колеса, которое меняли, а затем выпрямились. Даз сердито бросил:
— Да это просто боты!
Кэмпбелл присмотрелся внимательнее. К ним шла пара бескабинных грузовиков, а позади них — стадо приземистых многоколесных платформ, заваленных ящиками и оборудованием. Эти низкорамные плоские машины метко прозвали «скарабеями». Над каждой из них возвышался страйкбот в режиме часового.
— Опер, а где наше подкрепление?
— Они должны быть на подходе, — отозвалась в его ухе Десаи. — Извините, патруль, прорвались только боты и автоматизированные машины.
— Ну, а у них-то как вышло?
— Мы с таким уже сталкивались. Люди могут решиться остановить своими телами танк, если знают, что за рычагами человек. Но делать то же самое с автомашиной без водителя они не захотят. Наши ребята все еще находятся на рынке, им не дали разрешения на применение нелетальных мер[147] борьбы с толпой, чтобы разогнать моб. Дело в политике.
Операции с использованием сети как один из вариантов обеспечения улучшенной связи в будущем. Солдат в Зефре может получить доступ к общим сетям по всем канадским вооруженным силам.
Кэмпбелл покачал головой, но у него появилось неуютное ощущение, что вся коалиция теперь уставилась на него одного.
— Приводите этот «Кэмел» в рабочее состояние, — вот и все, что он сказал.
Мастан Нуриа и Идрис Кабади обнаружили, что им заблокировал путь один из их собственных флеш-мобов. Вместо того, чтобы прохаживаться насчет иронии ситуации, Кабади вылез на подножку грузовика — посмотреть, не удастся ли ему найти проезд. В кабине нервно грыз ноготь Нуриа.
В километре позади себя Кабади заметил стаю беспилотников, круживших над белой башней, которую они так недавно покинули. Британцы пробрались через их дорожные заслоны и сейчас находились на территории подворья. От них до того места, где оказались Кабади и Нуриа, улицы были свободны. С минуты на минуту он ожидал увидеть, как из-за перегораживающих обзор зданий подымутся клубы пыли — когда британцы решат погнаться за ними.
— Как они нас нашли? — размышлял он вслух. — Может быть, со спутников. А может быть…
Он запрокинул голову и, прикрыв от света глаза, уставился в зенит. Да, вот оно: то, что моблоги называли аэростатом. Там висел большой воздушный баллон с гелием, хотя отсюда он едва виднелся белой точкой. Предполагалось, что это простой ретранслятор связи, но Кабади был осведомлен лучше. Шар щетинился камерами и телескопами, и один из объективов вполне мог быть направлен сейчас на него.
— Вон там! — вышел из кабины Нуриа. — Это Группа-Три!
Кабади посмотрел туда, куда указывал Нуриа, но не смог различить лиц в толпе, которая скандировала «вода, вода, вода», пока сквозь нее жутко медленно ползла машина скорой помощи с места взрыва у медцентра.
— А вот и наш транспорт отсюда, — с торжеством сказал Нуриа. Кабади начало подташнивать, когда он понял, что имел в виду Нуриа. Тем временем его командир кому-то бешено замахал рукой.
Кабади оглянулся на крошечную, такую далекую белую точку над головой. Приходилось признать, что с этим Нуриа его опередил. Если за ними наблюдают с высоты, то нет другого выхода, кроме как слиться с толпой — предпочтительно замаскироваться под некомбатантов[148]. Или, даже может быть, жертв…
Хотелось бы ему знать, нашла ли Ахта детей. Но, как неоднократно напоминал Нуриа, связь — даже сугубо личная — в наши дни стала орудием врага. Успеха в Зефре можно было достичь только отрабатывая параллельно комплекс небольших, полуавтономных планов. «Мы берем пример с муравья», — как-то при случае пояснял Нуриа. — «Раньше люди думали, что все приказы отдает матка, а рабочие их выполняют. Теперь мы знаем, что матка ничем не занимается, кроме размножения. Каждый рабочий таскает с собой крохотный свод с простым правилом для любой из ситуаций, в какие он попадает за день. Скопище всех рабочих, подчиняющихся этим простым правилам, приводит к массовому поведению, которое выглядит так, будто его направляет разумная рука. Организацию, которая работает таким образом, атаковать нельзя; атаковать можно только отдельных ее членов. Это будет нашим организационным принципом[149]. Вот как мы победим. Став муравьями».
Теперь он приметил еще трех муравьев Нурии. Они сходились к машине скорой помощи, которая уже почти пробилась сквозь толпу. Кабади почувствовал легкость в голове и злость; он шел вслед за Нуриа, когда его командир подошел к машине скорой помощи и твердо положил руку на капот. Водитель на него погудел, но через несколько секунд двери с обеих сторон машины были распахнуты, и люди с оружием выволокли водителя и его охранника. Еще двое мужчин распахнули задние двери. Мгновением позже они выкинули двух человек, которые кое-как, с руганью и мольбами пытались не дать уронить трое носилок, которые отпихнули — почти вышвырнули — в их сторону.
Кабади заставил себя отвести взгляд от окровавленных лиц на носилках и не слышать мольбы людей, стоявших подле них на коленях. Он ухватился за край большой задней двери машины скорой помощи и втянулся внутрь.
Заметив большой белый пластиковый чемодан с красным полумесяцем на нем, он схватил его и вышвырнул на дорогу. Один из головорезов Группы-Три посмотрел на него с подозрением. «Занимает место», — сказал он, краем глаза приглядывая, что люди возле носилок бросаются чемодан подобрать.
Нуриа триумфально захлопнул большую дверь.
— Пока что все хорошо! — сказал он. — Теперь вывози нас отсюда!
Эбан Ишанги чувствовала себя словно призрак, который видит, как близится неизбежная трагедия, но бессильный до чего-то дотронуться, на что-то повлиять. Через камеру на шлеме сержанта Лесли Кэмпбелла она наблюдала, как мимо колонны проносятся знакомые дворики и витрины магазинов. Все флеш-мобы остались позади — по сути, улицы впереди чудесным образом расчистились, хотя из-за поднятой ими пыли трудно было разглядеть головной автомобиль. Жужжа вокруг беспилотного грузовика, нервно снуя вниз и вверх через неровные интервалы, боты-ищейки проверяли, нет ли на маршруте впереди признаков взрывчатки.
В ушах Эбан стояла постоянная негромкая трескотня, подобно шепоту мертвецов, неслышная для людей с ничего не выражающими лицами, мимо которых проходила колонна. Это журчали голоса обозревателей и прожженных политических пресс-агентов, все они толковали в новостных каналах об «этом свежем кризисе» и возможности того, что хрупкий мир в Северной Африке рухнет. Аналитики с энтузиазмом прогнозировали сценарий, при котором Зефра перейдет на сторону ФИФ, а прилегающие районы последуют за ней. Подобно раковой опухоли, перекрывающей доступ крови к чувствительным органам, блокада в этой точке приведет к истощению всего организма.
Коалиция с запозданием реагировала на пропаганду и дезинформацию. Одна из новостных лент показывала бунтующий рынок, где канадские войска стреляли в толпу; каждые несколько секунд изображение замирало, и подсвечивались его отдельные части, когда аналитик отмечал, что такое-то и такое-то лицо шестнадцать раз повторяется в толпе, или что потрескавшаяся штукатурка на стене за окровавленным протестующим до мельчайших пятнышек идентична «Стенной Фактуре 16A» из компьютерной игры «Заварушка в Заливе».
Пока они ехали, Эбан читала названия магазинов, где она еще юной девушкой тратила свои первые зарплатные чеки из игровой компании. Она смотрела на плоские фасады других магазинов, в которые она никогда не заходила, — магазинов, где ей бы ни за что не обрадовались из-за ее пола, этнической принадлежности, акцента или очевидной бедности. То и дело кто-то из прохожих подозрительно оборачивался в ее сторону, а затем отвертывался прочь, и ей припоминались старые обиды (хотя, конечно, видели-то они Кэмпбелла).
Суа молчал рядом с капралом Тэм, смирившись с тем, что он усажен в «Кэмел» со скованными сзади запястьями. Она подумала было завести речь о магазинах, чтобы оценить его реакцию на улицы, где живет немногочисленный средний класс Зефры, но что это даст, кроме подтверждения того, что спасать здесь действительно нечего?
И так оно, конечно, и было. Зефра не стоила спасения. Этот сержант и его патруль в одиночестве летели прямо навстречу опасности, не имея ни малейшего представления о том, кому они этим могут помочь. Будет ли завтра город выглядеть хоть чуточку иначе, если ФИФ победит? Вода останется нормированной; больные СПИДом по-прежнему будут умирать тысячами…
Они проехали мимо аляповато убранной дискотеки. Раньше здесь такого не было. За ней стояли новые дома, некоторые без привычного окружения стен. А потом школа. На ее флагштоке висел флаг ООН, а ниже — не без оптимизма — узкий индиговый вымпелок ЕС. Она подумала о людях, среди которых выросла и которые отказались уезжать. «Это мой дом», — сказала ей одна женщина в тот день, когда она наконец отправилась на вокзал. — «Как можно взять и покинуть свой дом?»
Она ненавидела Зефру. Но не свой народ.
Эбан смахнула в сторону окошко с видом из камеры Лесли Кэмпбелла. Посреди маленького тускло освещенного конференц-кабинета ее словно обступили крýгом парящие видеоэкраны — и все это проекции от ее очков. На одном из экранчиков комментатор рассказывал о программном распознавании голосов. «С девяносто — пяти процентной вероятностью это он», — говорил комментатор. Над его плечом висел квадрат с изображением усатого мужского лица. Под ним стояло имя: Мастан Нуриа. «Коалиция утверждает, что исходящие из Зефры звонки по коммуникатору были сделаны Нурией. Он предположительно сейчас там находится и является главным подозреваемым во взрыве в центре медицинской помощи».
Еще одно окно показывало место взрыва на станции помощи. «Одной из необычных особенностей этого инцидента», — рассказывал комментатор, — «была быстрая реакция персонала службы спасения. Собственно, большинство откликнувшихся людей находились даже не на этом континенте. Флеш-группы быстрого реагирования практикуются уже многие годы; уже через какие-то секунды после взрыва у каждого человека в Зефре, о котором известно, что он получил медицинское образование или подготовку по оказанию первой помощи, зазвонил коммуникатор. Многие сразу же направились к центру помощи. Примечательно, однако, что один сообразительный работник медицинского центра организовал на месте раздачу очков дополненной реальности[150]. В рамках экспериментальной программы, запущенной организацией “Врачи без границ”, каждые очки автоматически вызывали волонтера-медика во Франции или Марокко. Те, кто откликнулся, немедленно оказывались “на месте происшествия” благодаря эффекту телеприсутствия[151], который создавали очки, и могли направлять действия очевидцев, желающих помочь. Говорят, что медицинская сортировка(_J_) прошла на удивление организованно и быстро, и что несколько жизней были спасены благодаря экстренному вмешательству, которого они могли иначе не дождаться».
И еще множество всякого — где-то беседовали люди, где-то показывали подрагивающие кадры городских улиц с камер телефонов, кто-то разбирал видео, карты демонстрировали маленькие пунктирные линии ФИФ и «неорганизованные» территории. Все это сбивало с толку, почти оглушало, и на несколько секунд Эбан утратила в этом всем какую-либо систему.
А потом до нее донеслись крики — и кричали знакомые голоса. Она услышала стрельбу из автоматического оружия. Эбан бросилась к окну, которое отбросила прочь несколько минут назад, и максимально распахнула его…
…оказавшись в «Кэмеле» с кричащим сержантом Кэмпбеллом, который управлял ответным огнем своих людей в то время как по броне машины гулко лупили удары пуль. Мимо окон проносились зловещие тени страйкботов, и вдруг стекло одного окна треснуло, и в воздух и на приборную панель брызнула кровь.
Эбан закричала, вскинув руки, как будто могла защититься от пуль, и тут видеосигнал оборвался.
Будущая сфера безопасности
Глава «Зыбь» знакомит читателя с внутренними сплетениями сущности трехквартальной войны(см.словарь), где переход от боевых действий к дипломатии и обратно часто бывает размыт.
В будущем обстановка в сфере международной безопасности на подобных театрах обещает стать серьезным испытанием даже для самых надежных доктрин и Правил ведения боевых действий.
Некоторые из предметов, которые необходимо рассмотреть, включают важность информационных операций, меняющуюся политическую арену, неорганизованные территории и политическую дестабилизацию.
1. Предположите, какие факторы станут критическими в проведении информационных операций в будущем. Какой характер придадут развивающиеся технологии проведению информационных операций?
2. Как быстро меняющаяся политическая обстановка повлияет на канадские силы, уже находящиеся на театре военных действий? Какие моменты следует учесть, если политическая ситуация изменится, когда войска уже развернуты на местах?
3. Как армия должна реагировать на политическую дестабилизацию в зоне своих операций? Какое влияние это может оказать на солдат и какие меры предосторожности можно предпринять?
4. Мы часто слышим термин «стратегический капрал», поскольку военные действия одного солдата в зоне непосредственных действий могут иметь долговременные политические последствия. Следует ли солдатам будущего одновременно давать подготовку послов и дипломатов?
Развивающиеся технологии
Каждый солдат в будущем будет индивидуально располагать все более мощными средствами и технологиями для проведения операций в условиях трехквартальной войны. В этом разделе мы видим, что солдаты для операции привлекают средства как находящиеся внутри театра военных действий, так и извне его.
Новые технологии могут включать в себя возможности многозадачной обработки информации; планирование и постановку задач в реальном времени на основе ситуационной информированности, вносимой в базу данных по мере развития ситуации; роботов для проникновения в опасные места впереди войск; повышенные требования к пропускной способности и разделению ресурсов связи для медицинского телеприсутствия.
1. Как применение роботов или мини-ботов повлияет на тактику атаки силами отделения в будущем? Какие особые соображения следует принять во внимание (если есть таковые)?
2. Что могли бы сделать солдаты, чтобы разобраться с электронными СМИ и другими средствами мгновенной связи, которые могут оказать влияние на их непосредственный район действий?
3. Солдаты задействуют переводчика за пол-планеты от себя, чтобы он помог им в дознании. Какие еще ресурсы вне места проведения операции могут понадобиться солдатам для повышения их эффективности в полевой обстановке?
4. Какого рода преимущества и ограничения будут давать и накладывать визуальные средства массовой информации для армейских операций в будущем? Что нужно сделать, чтобы помочь солдатам подготовиться к этой новой технологической тенденции?
Боевое пространство будущего
Боевое пространство в будущем будет оставаться динамичным и во многом непредсказуемым. Для того, чтобы максимально уменьшить «туман войны», предпринимаются все бóльшие усилия по подготовке к операциям, сокращению сроков и повышению ситуационной осведомленности. Обеспечение наличия необходимых инструментов вплоть до тактического уровня для формирования непосредственного боевого пространства может в будущем стать обязательным требованием.
В главе «Зыбь» мы видим предшествующее атаке моделирование, информационные операции и введение в заблуждение, а также применение силовых средств для сокращения издержек времени и получения тактического преимущества.
1. Каковы преимущества и недостатки имитационного моделирования до атаки, репетиций акции и тренировки?
2. Могут ли симуляторы эффективно заменить обучение в реальных условиях?
3. Как солдаты могут формировать пространство боя, используя информационные операции на тактическом уровне?
4. Каков компромисс между обновлением оружия и оборудования в противовес возможностям информационных операций — каков правильный баланс?
Тенденции развития союзников/противников
В главе «Зыбь» читатель видит, что технологии, о которых часто бытует мнение, что они существуют лишь в западных развитых странах, на деле могут часто появляться на театрах военных действий.
Солдаты в этой истории быстро обнаруживают, что противостоят умному противнику, применяющему любые технологические контрмеры, на какие он только способен.
1. Что могут сделать солдаты, чтобы противодействовать применению флеш-мобов в качестве средства умножения сил противника и политического раскола?
2. В рассказе мы видим один из способов, с помощью которого противник обманывает армейских роевых ботов. Какие еще методы могут быть использованы, чтобы обмануть роботизированную технику поля боя?
3. Рассмотрим тактику террористов — действовать как некомбатанты или использовать полуавтономные сети для противодействия армейским операциям. Как солдаты могут противостоять этой тактике?
4. Каких еще низкотехнологичных ответов на высокотехнологичное усиление армии можно ожидать от противника?
Человеческий аспект
В главе «Зыбь» солдаты ощущают на себе всю тяжесть общественного внимания к их действиям. От применения роботов в качестве нападающих до освещения в СМИ — в каждом аспекте их миссии присутствует человеческий ракурс.
Солдаты должны справиться с влиянием сегодняшнего пристрастия СМИ к сенсациям, равно как и с моральными, этическими и юридическими последствиями использования автономных роботов для нанесения ударов.
1. Каковы следствия нападения роботов на людей? Как повлияет на Правила ведения боевых действий (ROE) появление автономных систем и какие юридические последствия могут возникнуть при использовании страйкботов?
2. Где проходит линия контакта между репортерами и солдатами на месте действия? Достаточно ли наличия офицера по связям с общественностью или каждый солдат в конечном итоге станет таким офицером по связям армии с общественностью?
3. Могут ли технологии помочь солдатам лучше понимать намерения встреченных людей? Поможет ли нам технология отличить некомбатанта от противника, и если да, то как?
4. Какие инструменты культурного плана потребуются солдатам в будущих миссиях?
— … оно пришло через анонимный[152] ремейлер[153], сэр, — доложила Десаи. — Таким путем отследить источник я не могу. Однако, возможно, я смогу соотнести сигнал с использованием в городе сотовых телефонов. Если он в прямом эфире.
Моне покачал головой.
— Навряд ли. Я даже уверен, что сигнал доходит не из города.
На главной панели появилось видеоизображение Мастана Нурии в низком разрешении. Он держал речь; тысячи людей на улицах Зефры должны были в это мгновение глядеть себе в ладони, где из их коммуникаторов негромко доносилось его заявление.
Послание Нурии было простым: вышибем чужеземцев. Зефра — древний город, говорил он, способный решить свои собственные проблемы. Сейчас же его проблемами стали искусственные решения, навязанные неоколониалистами под ширмой ООН. Это были стандартные разглагольствования ФИФ, и все они уже слышали подобные слова раньше, но при том, что те самые тысячи уже стояли на улицах после недавних флеш-мобов, население стало необычайно взрывоопасно и, пожалуй, податливо на любой призыв к действию.
Моне только что закончил видеоконференцию с Оттавой — в который уже раз. Как только там наступил день, перед парламентом собрались африканские эмигранты. Оповестили CBC(_K_), ожидалась демонстрация. Вавилонское столпотворение мнений и пропаганды, в которое превратились новости в эпоху Интернета, означало, что по всему миру вспыхнуло праведное негодование по поводу злодеяний, которые еще даже не произошли. Надо отдать должное министру иностранных дел — когда его спросили по дороге в кабинет, что правительство планирует делать со своими войсками в Африке, он ответил: «Вы можете получить быстрое решение либо хорошее решение. Которое предпочитаете?»
Но все понимали, в пользу каких решений раздадутся голоса.
Пока Десаи занималась текущей ситуацией, Моне разбирался с флеш-мобами, в которых завязли их подкрепления в городе. Первые две толпы были созданы простым всплеском дезинформации: на суннитском форуме сети появилось сообщение о том, что солдаты вторглись в старинную мечеть на рынке. Всех добропорядочных мусульман призывали защитить вход в мечеть своими телами или чем еще — что сумеют найти. Этот призыв к оружию прозвучал одновременно на тысячах коммуникаторов по всей Зефре. Даже небольшого процента получателей, поверивших сообщению, хватило бы, чтобы возник флеш-моб. На деле же этот процент оказался куда выше.
Во втором сообщении говорилось об автомобиле-цистерне с водой, тайно пробирающемся по старой кольцевой дороге. Оно должно было перекрыть движение перед британскими войсками.
Это сообщение сработало ненадолго, потому что не очень многочисленные, но гордые водители Зефры уже давно создали свои собственные сети для передачи информации о дорожной обстановке — на самом деле эти сети возникли еще при предыдущем режиме как способ распространения информации о новых армейских блокпостах. Они походили на сам интернет, как понял Моне: блокпосты воспринимались как вред для сети, и их объезжали.
Вот бы то же самое происходило на уровне международных новостей… а может быть, так оно и было, просто механизм еще не заработал.
Внезапно задребезжали окна; Моне услышал резкий звук взрыва, заходивший эхом от здания к зданию. Он встал и отправился посмотреть.
В воздухе над стеной комплекса повис клубок дыма, прямо перед гаражом. Моне увидел, как бегают взад и вперед по асфальту солдаты, и услышал крики. Никто, похоже, не пострадал.
— Я зарегистрировала взрыв, сэр, — сказала Десаи. — Определяю координаты.
Моне, задрав брови, повернулся. Десаи сидела спиной к окну; ее глаза были закрыты непрозрачным НШД, а уши накрыты наушниками.
— Нашла, — сказала Десаи. — Это… ой.
— Все в порядке, уоррент. Думаю, его сшиб лазер. — Он посмотрел на безобидного вида шест, увенчанный сферой из темного стекла, который возвышался в центре двора. Он обязан был обнаруживать и поражать приближающиеся боеприпасы еще до того, как это заметит человек. Солдаты цинично звали это устройство «мухобойкой»[154], но, судя по всему, оно работало.
Он снова повернулся к панели:
— Я хочу, чтобы источник засекли и блокировали в ближайшие пять минут. Они выбивают нас из равновесия, и мне это не нравится. Пришло время отыгрываться.
Даз перехватил на себя ручное управление «Кэмелом» и приткнул его позади основного грузовика колонны. Кэмпбелл увидел, как в воздух, словно саранча, взмывают страйкботы, в то время как Даз и Тэм во второй за сегодня раз выкатываются в дверь с защищенной стороны «Кэмела». Кэмпбелл быстро повернул обратно, когда понял, что Маршан за ним не последовал. На внутренней стороне лобового стекла он заметил капли крови.
Командование миссиями будущего. Развертывание оперативных функций до полного операционного спектра в Зефре.
— Кто ранен?
— Я, — ответил Маршан. — Мы. — Он держался за руку, морщась от боли. Рядом с ним удивленно смотрел на свою грудь Суа. Справа, прямо под воротником, расползалось красное пятно.
Диагностика Маршана показала, что у него сильного кровотечения нет, зато есть у Суа. «Зажми здесь», — сказал Кэмпбелл, указывая на плечо Суа. Маршан поморщился, неохотно убрал руку с бицепса и прижал ее к горлу мальчика.
Говорить стало невозможно, потому что воздух наполнился звуками выстрелов. Вокруг Кэмпбелла расцвели сгенерированные компьютером линии и фигуры, показывая ему[155] расположение страйкботов, врагов и направления огня. Даз и Тэм прижались к земле, но пока из своего оружия не стреляли.
В любом случае — все было кончено в считанные секунды. Враги прятались за перевернутой машиной, но страйкботы теперь работали в автономном режиме и легко расправились с ними одной гранатой.
Кэмпбелл, вылетая из машины и открывая заднюю дверь, чтобы помочь своим людям, услышал, как кто-то кричит ему в ухо:
— Вы в порядке? — Это была Эбан Ишанги.
— Переводчик, долой с этого канала, — бросил он. — Опер, нужна медицинская поддержка.
— Диагност на связи, — сказал новый голос. — Я приказал смарткостюму капрала Маршана ввести «шоковый коктейль» и суперкоагулянт. Иммобилизуйте раненую конечность. Поверните свою голову; мне нужно лучше видеть мальчика. Откройте рану. Рвите рубашку, если нужно. Возможно, у него пробито легкое; проверьте спину на выходное отверстие. Так, я, кажется, вижу пену из раны, вам придется ее заклеить.
Руки Кэмпбелла двигались автоматически согласно регламенту. Он и так знал, что ему делать, но этот дополнительный голос в голове неимоверно успокаивал, а медик на другом конце не позволял ему забывать о мелких деталях.
— Ублюдок слова не сказал об обезболивающем, — пробормотал Маршан, пока Кэмпбелл заклеивал парню грудь. Лесли оглянулся; Маршан чуть улыбнулся в ответ.
— Запасы твоего костюма разблокированы. Оглуши себя… Хотя, если подумать, не стоит.
— Я знаю, о чем ты. — Маршан произнес команду, которая должна была выпустить анестетик через встроенный в смарткостюм лекарственный интерфейс. — Когда вернемся, нам лучше выпросить новую машину.
Кэмпбелл уложил юнца вдоль сиденья на левый бок и сказал Маршану: «Пригляди за ним». Затем он вылез из «Кэмела» и пошел к Дазу, который осматривал горящую машину.
— Боты не хотят ехать, — сказал Даз, — они думают, эта штука им загораживает дорогу.
Места, чтобы проехать мимо машины, было явно достаточно; боты просто привередничали. Кэмпбелл взглянул мимо Даза. За машиной лежало трое людей.
Один, похоже, был еще жив.
— Скомандуй им в ручном режиме, — сказал он. — Потом помоги мне взвалить этого типа на «скарабея».
Даз уставился на бессознательного боевика, но поначалу не сдвинулся с места, чтобы помочь Тэм, когда та опустилась на колени рядом с ним.
— Ты же не думаешь отправить этого типа назад на «скарабее»? А если он слезет и сбежит? Не думаю, чтобы мы сумели выделить страйкбота сопровождать его.
— Может, ты и прав. Я проверю электронную карту[156], узнаю, где в этом районе есть медики.
Даз с явной неохотой наклонился, чтобы помочь Тэм.
— Как Марши? — спросил он.
— Нормально, — ответил Кэмпбелл. — Но ребенку прямо сейчас плоховато. Нам нужно вытащить его отсюда.
— Опять же на «скарабее», кстати.
Кэмпбелл пожал плечами:
— Похоже, в паре кварталов отсюда есть пункт медицинской помощи.
Даз кивнул:
— Значит, так и двигаемся к водоочистной станции?
— Ясно, что именно там эти парни не хотят нас видеть. О чем тебе это говорит?
— Хех. — Даз несколько секунд вглядывался в улицу, а потом сказал: — А как же, однако давай на этот раз немного отстанем. Дадим ботам фору в квартал или вроде того.
— Хорошая идея — только половине ботов.
— Как скажешь.
Оказалось, что прямой путь к медицинскому центру в нескольких кварталах отсюда завален обломками. Однако с доступом к базе данных электронной карты Десаи «скарабеи» перевычислили альтернативные маршруты, и, пока медик осматривал Маршана, Тэм с Дазом выгрузили двух тяжелораненых. Левый рукав капралова костюма отвердел и превратился в перевязь[157], но Маршан настаивал, что для присмотра за ботами лучше него все равно никого не найти. Кэмпбеллу не нравилась идея тащить раненого человека навстречу потенциальной схватке, но идея его бросить ему не нравилась тоже — уж точно не в тот момент, когда город находится на грани хаоса. Людям в медицинском центре он доверял; он не доверял бандам угрюмой молодежи, которая слонялась снаружи и поглядывала за ним. Поэтому, когда они загрузились обратно в потрепанный «Кэмел» и снова нырнули в пыль, с ними ехал и Маршан.
Вскоре они оставили позади кирпично-деревянные строения центра города, по счастью, не встретившись с новыми нападениями — возможно, благодаря заслону из ботов спереди. Здесь до самого горизонта простирался ужасающий баррио(_L_) — район проживания бесчисленных беженцев. Некоторые оказались здесь из-за СПИДа, некоторые — из-за этнической чистки западного Судана тридцать лет тому назад, некоторые селились тут поколениями. Они ютились в лачугах, сделанных из обрезков картона и фанеры, под кузовами автомобилей, которые они подпирали сваями; более богатые или безжалостные разместились в палатках ЮНЕСКО.
Кэмпбеллу говорили, что в последние годы, с появлением водонапорных станций и банка «Гремин»[158](_M_), трущобы начали сокращаться. Их рассекала надвое единственная дорога: противоестественно чистое черное покрытие, обнесенное высокими заборами с колючей проволокой, которую патрулировало местное ополчение Зефры. Пока колонна ехала по этой дороге, слева и справа, как раз вне пределов досягаемости, колыхались в жарком воздухе очертания лачуг, словно расступившееся Красное море, грозящее в любой момент обрушиться вовнутрь.
На полпути ведущие машины внезапно остановились. Кэмпбелл через лобовое стекло «Кэмела» не мог разглядеть, в чем проблема.
— Марши? Тэм? Что происходит?
— Боты видят контрольно-пропускной пункт, — донесся голос Маршана с заднего сиденья. — Похоже, местная полиция.
«Кэмел» подкатился к «скарабею», Кэмпбелл открыл окно и увидал, как между «скарабеями» и ограждением нервно пробираются несколько подростков в зеленых камуфляжках[159] и с музейными АК-47. Другие перегородили путь головной машине.
К «Кэмелу» подошел ухмыляющийся паренек с широко расширенными зрачками и чего-то потребовал на местном наречии.
— Опер, нам нужен перевод, — сказал Кэмпбелл.
— Я здесь, — немедленно ответила Эбан Ишанги. Кэмпбеллу подумалось, не приглядывала ли она за тем, как идут у них дела, все это время. — Он говорит, что правительство не давало вам разрешения на въезд в промышленную зону.
— Вам придется переводить для меня, — сказал Кэмпбелл. — Скажите ему…
— Так не пойдет, — сказала она.
— Что? — Он не мог скрыть своего раздражения. Сейчас было не время для усложнений.
— Он не станет разговаривать с женщиной, а статус вашего шлема говорит, что цифровая обработка внешнего голоса у вас не активирована.
— Верно.
К нему походкой вразвалку принялись подбираться другие юнцы, держа наготове оружие.
— ОК, я сброшу пару октав… Ишанги, вы на связи, — сказал Кэмпбелл, когда один из страйкботов, дремавших на спине следующего «скарабея», внезапно встрепенулся. Молодежь, стоявшая рядом со «скарабеем», закричала и, вскинув оружие, отступила к ограждению.
Из бота раздался усиленный «мужской» голос переводчицы. Она говорила долго, а мальчишки-солдаты прислушивались, включая главного, который держал теперь оружие направленным прямо на Кэмпбелла. Когда она замолчала, он надменно подступил к страйкботу, размахивая рукой и что-то выкрикивая.
— Он говорит, что ему приказали держать эту позицию. Власти не хотят еще больше усугублять ситуацию.
— Это просто замечательно. Я… — Над баррио прокатился низкий грохот, похожий на далекий гром. Подростки-солдаты обернулись посмотреть, а Кэмпбелл высунул голову из «Кэмела» и увидел, как над промышленной зоной поднимается крошечное грибовидное облачко.
— Помяни черта, — пробормотал он.
— Сэр, это моя вина, — сказала Десаи. — Я недостаточно внимательно следила.
Моне покачал головой. Он расхаживал взад-вперед перед большой видеопанелью.
— Невозможно быть везде и сразу. Нам не хватало глаз, приглядывающих за территорией. Это была моя ошибка. — И эту ошибку он исправит немедленно, подумал он: подключит в онлайне больше аналитиков, чтобы наблюдать за улицами Зефры через камеры аэростата.
Большая панель изображала вид сверху на единственный в городе завод водоочистки. По асфальту в сторону главного здания перебегали крошечные фигурки. Топливный склад у внешнего ограждения горел.
Судя по всему, атака продолжалась уже несколько минут. Как и все здания и проезды в промышленном секторе, водоочистная станция была усеяна датчиками из умной пыли. Предполагалось, что они отрапортуют, если на территорию забредет что-нибудь крупнее собаки. В данный момент они упрямо сообщали, что все чисто, даже когда прямо по ним бежали вооруженные мятежники.
— Это какой-то червь[160], заточенный под сенсорные сети, — сказала Десаи. — Проблема в том, что компоненты умной пыли используют методы типа вирусов для рассылки обновлений на все свои узлы. Если иметь несколько хороших технических спецов, можно подбросить пакет вредоносных программ.
— Вы мне хотите сказать, что ФИФ знает, как…?
Десаи пожала плечами.
— У них есть доступ к тем же веб-сайтам, что и у всех остальных. Все, что действительно требуется, это знание того, что это сделать возможно. Все остальное — это просто передовой хакинг[161].
— Что ж, посмотрите, сможете ли это обратить. Я хочу понимать, что там происходит — помимо очевидного. — Он жестом указал на большую панель, направляясь к двери. — Я опаздываю на телеконференцию. А вы пока разбирайтесь с делами, как считаете нужным.
— Да, сэр.
— Так вот вы куда забрались, — сказал Раймонд, стоя во внезапно открывшейся двери в маленькую конференц-комнатку.
Эбан махнула рукой, чтобы он помолчал.
— Похоже, что взрыв, который вы слышали, изменил ситуацию, — сказала она Кэмпбеллу. — Теперь они хотят с вами.
— Передайте, что им придется поехать на «скарабеях».
— Они и
— Они зовут вас, — сказал Рэймонд шепотом. — Большая конференц-связь, отчет о ситуации, Брюссель, Нью-Йорк, весь шалман. Им нужен кто-то, кто хорошо знаком с Зефрой. Это, значит, вы.
— Я подойду туда, как только смогу, — сказала она, внезапно почувствовав беспокойство. Жонглировать одновременно обдолбанными солдатами-мальчишками и главами государств — это совсем не то, чего она ожидала, когда прошедшей ночью Раймонд поднял ее с постели. Когда Раймонд не пошевелился в дверях, она резко бросила: — Я не могу это бросить, ставкой могут оказаться жизни людей.
Он огорченно отступил и тихо прикрыл дверь.
С камеры на шлеме Кэмпбелла было видно, как юные солдаты забираются на низких «скарабеев», смеются и перешучиваются, при этом небрежно размахивая оружием. Ей ярко припомнился этот легкомысленный брутальный мачизм. Если Кэмпбеллу придется непосредственно командовать этими юношами, ничего хорошего не выйдет.
Но пока что с разговорами было все. Как только колонна снова пришла в движение, Эбан встала и покинула уютное уединение[162] конференц-кабинета. Снаружи, в просторных пространствах концептуально-открытого офиса, царил умеренный хаос. Собравшиеся в небольшие кучки люди спорили или молча на что-то смотрели через свои НШД. Раймонд помахал ей рукой из впадины главного амфитеатра, окруженной военными и штатскими[163]. Она нехотя подошла и села рядом с ним.
— … определенно Нуриа, но это не похоже на его предыдущие операции, — говорил эксперт из разведки. Над его головой парил образ Нурии, словно какая-то потемневшая икона. — Это тщательно срежиссированная эскалация, и нам пока что не дают восстановить баланс. К счастью, мы смоделировали практически все возможные варианты, и полагаем, что нам известен его следующий шаг.
— А именно? — спросил высокопоставленный дипломат.
— Отключить связь со внешним миром, если сумеет.
— Как?
— Вероятно, с помощью электромагнитного импульса[164]. Он не сможет повалить муниципальную энергосистему, потому что это распределенная система — ему придется вырубать каждый ветряк и подстанцию. Энергосистема меняет свою маршрутизацию автоматически. Но он может вывести из строя коммуникаторную сеть, которая к тому же является основой для доступа в Интернет. Если только у вас нет спутникового телефона…
— А у множества людей есть, — заметил Раймонд.
— Возможно, но идея в том, чтобы забросить некий посыл в достаточное количество людских голов, а потом сделать так, чтобы абсолютно всем стало затруднительно или вовсе невозможно что-то ответить. Назовем это пропагандистской бомбой[165]. Скорее всего, это будет что-то вроде «коалиция отвернулась от вас, но теперь все контролируем мы».
— Мисс Ишанги, ваша оценка ситуации совпадает с этой? — Внимание всех обратилось к Эбан. — Прислушается ли народ к Нурии и ФИФ?
Она с неохотой встала.
— Ну, прежде всего, в Зефре нет такого понятия, как народ. Зефра — это совокупность культур, а не единая культура. Лучшее, на что может надеяться Нуриа, это мобилизовать определенные ключевые сегменты населения.
— Есть ли у нас шанс определить их — кто это такие и где находятся?
— Эта информация у вас уже должна быть, — сказала она, повернувшись к Раймонду.
Тот кивнул и добавил:
— Поскольку Нуриа посылает свои сообщения через сеть коммуникаторов, мы можем идентифицировать его получателей на индивидуальной основе. Мы даже можем сказать, где они находятся, за исключением боевиков, потому что они пользуются каким-то другим способом связи, который мы еще не определили.
— Разве мы не можем просто отслеживать в сети шифрованные тексты?
Он покачал головой:
— Это стеганографическое шифрование[166], оно выглядит как безобидные на первый взгляд картинки или кусочки музыки, в которые встроены данные. Лучше прослеживать сообщения до источника и выделить те, которые пришли через анонимной ремейлер. И мы это сделали, но у всех боевиков телефоны отключены. Они залегли на дно, как сказали бы подводники.
— Это все не имеет отношения к делу, — сказал офицер разведки. — Дело в том, что Нуриа апеллирует к местным страстям, и в то же время строит вместе со своими силами из себя что-то вроде рыбы-ежа: прикидывается огромным и неодолимым. Если он в решающий момент обрушит телекоммуникации, то можете не сомневаться, что у него будет наготове низкотехнологичная альтернатива, чтобы координировать свои последующие действия.
— Семафор, — мгновенно отозвалась Эбан. Все они снова посмотрели на нее.
— Это такая бандитская штука из трущоб, — объяснила она. — Началось с сигналов руками во время бесшумных набегов и развилось в сложную систему с использованием флажков. Все дети трущоб этому учатся.
— А вы научились? — Она кивнула. Разведофицер усмехнулся. — Может оказаться полезным. Майор Моне, вы это пометили?
— Да, пометил, — прозвучал в гарнитурах утомленно звучащий голос. — Нам понадобится углубленный курс по этому языку семафоров. Но, по крайней мере, теперь мы знаем, что нужно делать, чтобы дать отпор. Мы должны взломать послание Мастана Нурии и подменить его своим собственным.
Совещание распалось, и люди разделились по рабочим группам. Раймонд разговаривал с кем-то об игровых движках[167] и как добыть фотографии Нурии получше. На какое-то время Эбан выпала из внимания, и потому воспользовалась возможностью проверить, как там дела у патруля Лесли Кэмпбелла.
И увидела, что они миновали баррио. Высокие, увенчанные колючей проволокой заборы промышленной зоны отбрасывали длинные тени под изнуряющим послеполуденным солнцем. Теоретически эта часть города охранялась: контрольно-пропускные пункты через каждую сотню метров, комендантский час и яркое освещение по ночам. Однако, когда они подъехали к первому КПП, Эбан даже с ограниченным обзором камеры разглядела, что он пуст. Кэмпбелл остановил колонну и вышел, чтобы проверить. «Оседлавшая» его шлем Эбан напряглась, когда он вошел в тень под гофрированной железной крышей сарая, который охранники использовали как укрытие от солнца. И задохнулась, увидев там ряд тел, аккуратно уложенных на землю.
— Опер, здесь у нас жертвы среди гражданского населения.
Мальчики-солдаты повскакали со своих «скарабеев» и начали гневно кричать, увидев, что произошло. Эбан воспользовалась паузой и внимательно прислушивалась к ним, пытаясь предугадать, что они собираются делать.
— Они разделились поровну на тех, кто винит мятежников, и тех, кто винит вас, — сказала она Кэмпбеллу. — Парочка из них говорят, что этого ни за что бы не случилось, если бы не вы.
— Которые? — спросил он. — Укажите их, пожалуйста.
Она пометила на своем дисплее, это немедленно отразилось на НШД Кэмпбелла, и он сказал:
— Опер, подтвердите получение, я меняю статус этих трех солдат на неопределенный.
Она знала, что это как-то связано с иконками виртуальной реальности на шлемном дисплее самого Кэмпбелла, но никогда не смотрела через военный НШД. Она представила, что парнишки-солдаты меняют цвет — с зеленого на янтарный.
Они поехали дальше, теперь уже осторожнее. Впереди показалась водоочистная станция. Ее отделяли от дороги проволочное ограждение и ряд нефтяных резервуаров в гротескных потеках ржавчины. Вокруг самой станции — здания высотой в два этажа и практически без окон — расстелилось около шестидесяти футов пустого участка.
Эбан догадывалась, что Кэмпбелл переговаривается с людьми из оперативного отдела, но ей он позволял услышать только свою часть разговора.
— Спасибо, опер, понятно, — говорил он, или же — нам придется пока обойтись без них.
Они остановились за прикрытием из выбеленных солнцем деревьев, и все начали выбираться из машин. Кэмпбелл активировал страйкботов — это действие было автоматически передано на ситуационный дисплей в оперотделе. Те в вихре пыли поднялись. Один из них нес уже потрепанную коробку с роевыми роботами Маршана. Легко оттолкнувшись двумя ногами, он перепрыгнул через ограждение и помчался по грунтовой площадке. Через несколько секунд Эбан услышала выстрелы.
Кэмпбелл повернулся к своему отделению.
— Мы собираемся захватить информационный контроль над станцией, а затем его удерживать, — сказал он. — Согласно имитациям, которые они прогоняли в штабе, Фифи не заинтересована в захвате местных заложников, и их главная цель — контролировать саму станцию. С практической точки зрения это означает контроль доступа к ней, плюс резервные генераторы, потому что они знают, что мы теперь в любую секунду отключим основное питание от ветряных электростанций. Они могут использовать заложников, если решат, что попали в окружение, но все, что они пока видят — это одни мы, а мы выглядим не особенно опасными.
Капрал Тэм цинично хихикнула:
— Конечно, нет, правда?
— Нет, сами по себе нет. — Кэмпбелл махнул рукой в сторону страйкботов. — Я знаю, что ты этих ребят терпеть не можешь, Даз, но сейчас это все, что у нас есть. В любом случае, если я прав, они, вероятно, заперли рабочих — за исключением нескольких ключевых человек, которые нужны им для управления; нам нужно будет определить, где это, и забрать их. Нам, я имею в виду. Страйкботы направятся к резервному генератору, потому что если мы его не возьмем, все остальное не сработает.
— А разве не должно быть наоборот? — Даз поскреб свою щетину. — Защитить гражданских ботами и самим заняться генератором?
— Это ты почему решил?
— Ну, сардж, причина, по которой я не терплю ботов — это потому, что их не разведешь. У них нет фактора морали[168], и для них это большой плюс. Представь, ты террорист, у тебя куча заложников, и хорошие парни затевают штурм на твою позицию. Если наступающие войска — из людей, у тебя появляется думка типа: «Черт, я ухвачу одну из этих секретарш и пригрожу застрелить, это их немного приостановит». Но если в окна и двери лезут боты, что ты станешь делать тогда? Ты себя почувствуешь как Кливон Литтл в «Сверкающих седлах», когда ему угрожает толпа, а он приставляет пистолет к собственной голове и кричит: «Стоять! Если кто-то пошевелится, черномазому конец!»(_N_).
Далеко в Оттаве Эбан Ишанги приподняла бровь. Должно быть, это он про какой-то фильм, решила она. Она не определилась, следует ли ей позабавиться или оскорбиться.
— Я уловил твою мысль, — сказал Кэмпбелл. — Если идем за пленниками мы, они станут активом — как заложники. Если это сделают боты, пленные могут показаться просто еще одной вещью, которую боевикам придется защищать, поэтому они станут пассивом.
— Мне мой пример с кино больше нравится, чем твой с банком, но да, — сказал Даз.
— Стандартная тактика — это как только в деле замешаны некомбатанты, использовать людей, — сказал Кэмпбелл. А сказав, понял, что противник, похоже, немало знает о «стандартной тактике» коалиции. Интуиция заставила его встать на сторону нетипичной точки зрения Даза. Он снова оказался перед необходимостью принять решение, которое впоследствии может ему дорого обойтись.
Понимая, что колеблется совсем не по тем причинам, по которым следовало бы, он тихо выругался. Собирается он, как прежде, поберечь свою жизнь и карьеру?
Или он собирается заняться тем, что полагает лучшим для жителей этого города?
«Кто здесь командир?» — спросил он себя.
— Хорошо, Даз, я согласен: за заложниками идут страйкботы. Теперь посмотрим, что засекли ройботы.
Десаи все прекрасно видела. Город Зефра разбился на две части, с запертыми с одной стороны силами ООН, и только единственным патруль — с другой. Боевики тоже почти все находились с той стороны, хотя ее программы распознавания толпы показали несколько групп людей, движущихся на охват канадского комплекса. Они начали появляться час назад, и выслать несколько отделений им наперехват оказалось достаточно просто. Теперь все боевики были зажаты по разным зданиям и надежно контролировались. Десаи восхищалась чистотой исполнения этой отдельной операции; она прошла так быстро и бескровно, что, вероятно, вовсе не попадет в новости.
Другое дело — водоочистная станция. Как и тот факт, что руководство местной ячейки ФИФ, очевидно, выбралось из города невредимым, уехав на нескольких угнанных машинах, включая машину скорой помощи, захваченную после взрыва у медцентра. Это не к добру, размышляла она, особенно если они скроются. Судя по всему, один из полевых командиров с территории, ранее известной как Чад, был готов принять Нурию и его людей с распростертыми объятиями. А почему бы и нет? У них была общая цель — перекроить границы Африки по племенному признаку.
На Зефру (до которой им оставалось не так уж много километров) надвигалась стая беспилотных воздушных аппаратов, посланных одним из этих самых командиров. БПЛА коалиции поднялись в воздух и направлялись на их перехват, но еще не получили приказа вступить в бой. А где-то к юго-западу отсюда для подстраховки взлетала эскадрилья истребителей.
— Я их вижу, — кратко доложила Десаи. Моне взглянул на главную панель, где открылось новое окно, в котором отображалось видео с аэростата, все усеянное пятнышками. Далеко на горизонте, с неорганизованных территорий, появлялась стая беспилотников. — Сэр, похоже, это старые советские дроны-мишени[169]. Возможно, радиоуправляемые или переоснащенные для самостоятельного полета.
Эти беспилотники были двоюродными братьями игрушечных самолетиков, на которых летал ее отец, когда она была ребенком — хотя эти изначально строились под буксировку полотнищ-мишеней для тренировки в стрельбе. Размах крыльев у них, вероятно, достигал не менее десяти футов, а грузоподъемность была небольшой, но ощутимой. На их борту могло быть что угодно[171]: ядовитый газ, биологическое оружие[170], а может быть, просто пропагандистские листовки.
Она мгновенно забыла обо всем этом, когда начали поступать данные от роевых роботов патруля. Станция состояла из одного главного здания и нескольких поменьше — на самом деле просто ангаров, прикрывающих баки для водосбора и резервуары-хранилища. Главный цех был чудовищно энергоемким и, вероятно, потреблял столько же электроэнергии, сколько вся Зефра вместе взятая. На заводе имелась своя резервная электростанция — здание, пристроенное к основному, и без дверей в наружных стенах. Построенное для размещения газогенераторов, оно обладало кирпичными внешними стенами, солидным брандмауэром внутри и крышей из легкосбрасываемых панелей — на случай взрыва. Получалась идеальная цитадель внутри заводской крепости.
Но она могла заглянуть вовнутрь ее[172]. Роевые роботы крутились повсюду и забирались туда, где можно было задействовать допплеровский радар и терагерцовые сенсоры. Она зарегистрировала какое-то число сердцебиений в здании генераторов, но за его пределами, на главном производстве, только с полдюжины. Персонал завода, должно быть, спрятали где-то глубоко внутри, вне досягаемости ее сенсорного оборудования. В конце концов, там были металлические дебри, так что радар работал плохо. Ей следовало найти для роевых роботов какой-то путь внутрь — воздуховод прекрасно подошел бы.
Конечно, персонал станции мог весь быть мертв. Это заодно объяснило бы отсутствие сердцебиений.
Через минуту-другую поисков, поглядывая параллельно на аэростатные снимки станции, она обнаружила то, что искала.
— Кэмпбелл, я позаимствую часть вашего роя. Я нашла вентиляцию и через нее собираюсь заслать их внутрь.
— Хорошо, — ответил он. — А что насчет позиций?
— Ну, тут новости плохие, — сказала она. — На главном цехе, как видите, алюминиевый сайдинг. Очень мало окон. Фифовцы проигнорировали окна; я так думаю, они могли прострелить кое-где стены, чтобы сделать дырки для обзора и винтовочные бойницы. Можете сами посмотреть на картах ботов: в нескольких точках люди стоят близко к стенам, только эти точки с окнами не совпадают. Скорее всего, это участки с мощными трубопроводами, за которыми можно спрятаться, и пробитой ими стеной. Будет очень трудно покрыть расстояние от забора до главного здания под их огнем.
— Нам придется, значит, их вынести, — сказал Кэмпбелл. По голосу его не походило, чтобы он слишком обеспокоился. Она подивилась, что он имел в виду, и уже собиралась спросить, когда ее внимание привлекло кое-что на картах ботов.
— Там еще что-то есть, — сказала она. — Внутри станции движутся механизмы. Может быть, это погрузчики, или…
— Боты?
— Надеюсь, что нет. Но эти ребята нас уже раньше удивляли. Я отмотаю назад вид сверху на начало захвата станции. Тогда они пригнали пару своих грузовиков, кто знает, что у них может быть в кузо…
— Вы это видели!?
— Что?
Сбитая с толку Десаи перетасовала набор окон, плавающих вокруг нее в виртуальном пространстве. Карты ботов не показывали ничего необычного, но что это такое на плане сверху? Какой-то клубок белого тумана на крыше цеха.
— Опер, — раздался голос Кэмпбелла, — это взрыв был?
— Запуск ракеты! Она ушла прямо вверх. А вот еще одна, она полетела дугой над городом. Вы ее разве не видите?
Она снова взглянула. Там был второй след, уширяющийся карандашный штрих над городом. Но первый — нет, все, что ей было видно — это белый круг на крыше…
Изображение с аэростата растворилось в статике.
— Опер, что случилось?… Опер?
Десаи откинулась на спинку кресла и тихо чертыхнулась. Эти ублюдки сбили аэростат… Нет, не весь ’стат, но его камеры ослепли. Связь должна была нарушиться только на несколько секунд, прежде чем все перенаправится само собой. Но если не сработают дублирующие системы, то ее глаз в небе пропал. Это было некстати, потому что она страшно хотела бы знать, куда это собралась вторая раке…
… чернота, и Десаи летит. Ее захлестнуло болью, а затем все стихло.
К северу от Зефры исполняли в небе замысловатый танец беспилотные летательные аппараты[173]. Вторженцы были не более чем самоделками, по сегодняшним меркам туповатыми. Однако им хватало сообразительности, чтобы пикировать при виде приближающихся птичек ООН; приближаясь к своим целям, они огибали деревья, линии электропередач и здания с разницей высот, выражающейся в однозначных числах. Преследующие их машины были столь же проворны, но теперь им пришлось столкнуться с присутствием гражданских объектов на линии огня.
Что хуже того, они не получили разрешения на огонь, а связь с командованием загадочным образом пропала.
Ройбот № 34 подобных проблем не испытывал. Его приказ был ясен: разведать воздуховоды внутри водоочистной станции и стать звеном релейной связи, если он найдет путь в цех. Он только что влез в вертикальную часть гофрированной стальной шахты; вокруг шелестящий мимо него воздух — и никаких сигналов от внешнего мира, не считая инфракрасных вспышек, долетающих от его товарищей снизу.
Аэростаты обеспечивают руку на пульсе города Зефра в режиме 24/7.
Ройбот № 12 свалился вниз по другой вертикальной шахте и остался без связи. Номер 44 застрял в сужении бокового прохода. Однако эти миниатюрные трагедии не стали проблемой для сети всего роя[174]; каждый инцидент стал ценной точкой данных, позволяющей рою в целом составить точную карту проходов на станцию.
Используя гекконьи подушечки[175] на лапках, № 34 уверенно взобрался по вертикальной стальной поверхности, где-то через десять метров оказавшись в горизонтальной траверсе, пронизываемой через равные промежутки решетками-жалюзи. Из них лился полосами свет на серебристую мозаику воздуховода. Теперь, когда появилось приличное освещение, № 34 приостановился, сделал несколько снимков окружающей обстановки и отправил их по шахте остальным членам роя. Если капрал Маршан даст добро, десятеро из оставшихся пятидесяти роботов роя поднимутся сюда вслед за ним.
Пока же он был в авангарде. Он тихонько зацокал к первой из решеток и высунул наружу оптико-волоконный глаз. Глаз покрутился, и там, в «Кэмеле», Маршан сказал: «Бинго».
Номеру 34 было видно только прямо вниз и под углом вперед. Этого оказалось достаточно, чтобы разглядеть человека в камуфляже, стоящего на помосте возле вертикальной двутавровой балки. Он держал в руках винтовку и глядел через небольшое отверстие в рифленой металлической стене. Крошечный лучик солнечного света заставлял искриться пылинки вокруг винтовки.
Роевые роботы принялись, точно лягушки, пропрыгивать мимо № 34. Теперь, когда он превратился в путевую точку, ему больше не следовало двигаться. Выход из этого лабиринта должны были найти другие боты. Пока что перед № 34 стояла четкая и важная задача. Он стрельнул в голову человека внизу лазером-дальномером и начал вычислять его точное местоположение с помощью внутренней инерциальной системы позиционирования[177] на базе MEMS(микроэлектромеханических систем)[176].
Другие боты выход нашли: два соседних участка воздуховода примерно в тридцати футах от бота № 34 разошлись у потолка. Один ройбот зафиксировался в разрыве, а остальные принялись в разрыв падать.
Как только каждый из них выпадал вниз, откуда-то с пола цеха раздавался громкое бах! и сигнал робота исчезал. После двух таких бахов остальные боты поумнели и перестали толпиться у щели. Этот маршрут явно не подходил.
Команда Номера 34 была не единственной, кто вел разведку на заводе. Остальным тоже удалось бросить беглый взгляд — другой, а допплеровский радар подтвердил нахождение двенадцати человек на снайперских позициях у внешних стен здания. Они только ждали координатной информации от № 34.
Воздуховод вздрогнул оттого, что в дальнем конце его металлического пола появилась дыра. Вслед за ней другая, и в сторону № 34 пролегли стежки целой очереди таких отверстий, под аккомпанемент звуков пулеметной стрельбы снизу. Маршан потом показывал недлинную серию снимков, демонстрирующую приближение пуль.
За десятую долю секунды до того, как последняя пуля пробила дыру прямо под шестью маленькими лапками № 34, тот завершил вычисление своего местоположения и передал информацию о координатах головы человека, стоявшего внизу, с точностью[178] до полусантиметра.
И больше кружащим снаружи страйкботам ничего не требовалось. Люди, защищавшие цех, нервно наблюдали за описывающими круги ботами, которые двигались медленно, словно увлекаемые ветерком пластиковые пакеты. Хоть защитники этого не знали, но боты ждали, пока накопится координатная информация. Когда они ее получили, то открыли огонь все сразу, и в стенах из рифленой стали напротив голов защитников проросли десятки новых дыр.
— Они все сняты! — крикнул Маршан. Кэмпбелл, Даз и местные солдаты-мальчишки мгновенно бросились в пустой промежуток, отделявший забор от главного здания. Секундами раньше здесь поджидала смертельная западня. Теперь, хотя Кэмпбелл на каждом шагу и ожидал по-прежнему пули или взрыва, путь выглядел безопасным. Боты-ищейки, гудя низко у земли впереди него, делали очередной заход, проверяя на наличие мин.
Камера торчащего в воздуховоде роевого бота № 34 выдавала невразумительную мешанину из металлических углов. Потом вентиляционная решетка, которая отскочила и висела на одном болте, отцепилась и упала. Антенны номера 34 все еще были просунуты сквозь решетку, так что он полетел за ней и в десяти метрах ниже отскочил от бетонного пола.
Там, наверху, в коробе, еще один ройбот просунул свой ИК-датчик через пулевое отверстие и поймал поток данных, идущий от № 34…
… который лежал на спинке менее чем в метре от протекторов чего-то такого, размером с человека, металлического и вооруженного.
Когда протекторы раздавили № 34, его последний кадр появился на НШД Маршана, и тот завопил:
— Ложись, ложись!
Стена водоочистного завода лопнула и отогнулась наружу, а изнутри разразился сильнейший пулеметный огонь.
У Идриса Кабади звякнул[179] коммуникатор. Этого следовало ожидать: в машине скорой помощи наперебой зазвучали рингтоны, в основном — отрывки песнопений из Корана, отчего в салоне на миг воцарилась атмосфера сумасшедшего дома. Большинство головорезов из группы-три, набившихся сюда вплотную, не обращали внимания на телефоны. Они знали, что это за вызов.
Идрис исподтишка проверил свой собственный дисплей. К его удивлению, это было не широковещательное сообщение от Мастана Нурии, который даже сейчас раскатывал свой коммуникатор, чтобы переслушать собственные слова.
Идрис поднес телефон к уху и наклонился к окну скорой.
— Ахта? Что случилось? — Она знала, что происходит, и не стала бы выходить на связь, если бы это не касалось детей. Именно этого Идрис боялся все это время — что эскалация насилия докатится до тихого анклава среднего класса, где анонимно жил он сам и другие боевики.
— С детьми все в порядке, — сказала она, прежде чем он успел спросить.
— Тогда почему ты…?
— Аданна только что усадила своих детей в «Исузу». Она отвела глаза, когда я спросила ее, зачем. Идрис, разве это не ее муж договаривался с чадскими командирами о покупке того жуткого оружия?
Идрис на мгновение застыл в полной неподвижности. Он посмотрел на Мастана Нурию, который ушел с головой в просмотр передачи с собственным заявлением.
— Ахта, выбирайся из города. Мне следовало раньше тебе это сказать, но говорю сейчас. Мне все равно, как ты это сделаешь, но вы должны уходить сейчас же. Отправляйся по старому караванному пути, не езди по новому шоссе, и во что бы то ни стало не езди через Колониальный квартал.
— Но…
— Немедленно! — Он захлопнул телефон и повернулся к Нурии. Голос его шефа звучал из полудюжины открытых коммуникаторов. Идрис уловил слова: «Если у вас есть спутниковый телефон, положите его в металлический контейнер и закройте, потом поставьте этот контейнер на землю, где-нибудь подальше от всего металлического. Сделайте это сейчас же! Через полчаса контейнер можно будет безопасно открыть».
— Все идет как по маслу, — непринужденно сказал Идрис. Нуриа кивнул. — С трудом представляется, что в этот удар нам придется вложить все наши ресурсы, — добавил Идрис.
Нуриа пожал плечами.
— Ключ к военной победе — использование подавляющей силы. Полумеры неизменно ведут к провалу. Взгляни сюда. — Он указал на небо, откуда падали слабо различимые дымные полосы. Это валятся куски аэростата, отвлеченно подумал Идрис. Странно, он ждал этого момента, но теперь, когда миг настал, Идрису было все равно.
— Ты не собирался мне сказать, — спросил Идрис сквозь стиснутые зубы, — что все-таки решился использовать оружие из Чада?
Нуриа пожал плечами снова:
— Я принял решение в последнюю минуту. Оно всего лишь закрепляет итоги сегодняшнего выступления.
— А ты не забыл между делом, что здесь мои жена и дети? Что они здесь всего шесть месяцев?
На лице Нурии промелькнуло выражение ужаса:
— Идрис, нет! Я — я позабыл. Слушай, ты должен позвонить им и сказать, чтобы они выбирались из города.
Идрис Кабади откинулся назад, уставившись на Нурию. Тошно было осознавать, что не верил он, будто бы Нуриа забыл. Нуриа постоянно твердил о том, что семья — это отток ресурсов, роскошь, которой человек, ведущий войну, не может себе позволить. Не планировался ли этот его якобы недогляд с тем, чтобы устранить отвлекающий фактор из жизни старшего среди его лейтенантов? Как он собирался это обыграть? Собирался найти способ свалить вину за смерть Ахты и детей на коалицию?
Идрис верил в дело фанонистов. Он был убежден, что отчаявшиеся люди обязаны воспользоваться рычагами мирового общественного мнения[180] и шоковым эффектом СМИ, чтобы достичь своих целей. Следовательно, зверства иногда бывали оправданы. Но при этом приходилось верить, что в конце пути ждет разумная цель: мир, в котором жены и дети могли бы жить так, как предназначил им Бог. Должен же был быть кто-то, кому от этого станет лучше, иначе к чему все?
Оружие из Чада было перебором. В нем даже необходимости не было, и если оно не сработает — ничего не изменится. Говоря себе это, Идрис отстранился от Нурии и снова открыл свой коммуникатор. У него хватит времени на одно быстрое сообщение, прежде чем на коммуникационную сеть Зефры обрушится молот.
Лучше бы этому сообщению успеть попасть туда, куда следует.
Десаи что-то слышала и чувствовала боль, но ничего не видела. Где-то с грохотом валились обломки, еще где-то кричали голоса. Они что-то подсказывали ей — что-то, что ей следовало сделать, но пока она не могла сообразить, что именно.
— Сюда! — Ей показалось, что она узнала голос. Лампарт, из медслужбы; да, точно он.
Звук откидываемых обломков, шершавое ощущение чего-то, скользящего по ее руке. Значит, у нее есть рука. Это хорошо, подумала она.
Кто-то схватил ее за плечо, и Десаи вдруг поняла, что она должна делать. «Сюда!» — попыталась крикнуть она, но получилось лишь карканье. Десаи пронзало копьями боли, пока девушку вынимали из ее колыбели в битом бетоне.
…и в глаза ей хлынул яркий свет.
— … уберите это. — Над ней в терзающем дневном свете стоял Лампарт, держа в руках побитый и непрозрачный НШД. Конечно, он же закрывал ей глаза, поэтому она и не могла видеть.
— Возможно, это спасло ей зрение, — говорил другой медик, осторожно ощупывая лицо Десаи. Она почувствовала в этом месте боль.
— Мне… — она попыталась сказать «что-то оторвало», но получилось только «рва?».
— Ложитесь, — сказал Лампарт. Какие хорошие уютные носилки, просто отличная идея. Десаи опустилась на них и не жаловалась, когда Лампарт поднял ее руку, чтобы сделать какой-то укол.
Небо казалось таким ярким. Теперь она увидела, что близится вечер: в облаках над головой появились янтарные полосы. Это так мило.
Она закрыла глаза.
Майор Моне поднял взгляд от Десаи, которой он помогал улечься на носилки, вверх. На город падали обломки поврежденного аэростата — пылающими молниями, как Икар, низвергающийся с небес. А далеко на горизонте, в районе водоочистной станции, поднимались в воздух еще четыре инверсионных следа.
В комнате, где раньше был большой экран, теперь стало очень большое окно. Собственно, там и половины потолка не хватало. Не было ни видно ни огня, ни следов обугливания, как можно было бы ожидать после ракетной атаки из голливудского фильма; Моне знал, что такие вещи происходят только при использовании зажигательных веществ типа бензина. В этой ракете находилась взрывчатка: она просто врезалась в боковую стену здания, и все рухнуло вниз.
Погибли как минимум четверо. Возможно, с ними и Десаи, если она получила внутренние повреждения. Лицо у нее распухло из-за бесчисленных рваных ран от осколков оконного стекла. Сам Моне не пострадал только потому, что находился в другой комнате, на селекторном совещании с Оттавой.
— Лазеры их остановят, — сказал кто-то из офицеров по контрмерам. Он указывал на далекие следы от ракет. — Думаю, с этим выстрелом им просто повезло.
— Отнюдь, — сказал Моне. Он указал на заваленный обломками двор, где среди бетонных обломков лежало несколько неоново-зеленых теннисных мячей. Несколько мячей выглядели полурасплавившимися. — Они использовали обманки. Прямо перед тем, как прилетела ракета, кто-то принялся бросать через стену теннисные мячи. Возможно, пара человек, из рогаток, с одного из зданий рядом. — Он покачал головой, невольно восхищаясь такой сообразительностью. — Хорошо. Прочешите местные крыши, поищите наших метателей ложных целей. Эвакуируйте территорию. Я хочу полного рассеяния. Для построения заново командной среды используем ad-hoc-сеть(см.словарь).
Он пожал плечами.
— В любом случае, я сомневаюсь, что эти ракеты предназначаются нам.
— Что вы имеете в виду?
— Теперь я знаю, что пытается сделать Нуриа. — Он обвел жестом обломки. — Это просто отвлекающий маневр. Он охотится на весь город. Мы должны позаботиться, чтобы он ему не достался.
Офицер нахмурился.
— И как мы это собираемся сделать?
— Когда я сказал «рассеяться», — сказал Моне, — я не имел в виду, чтобы мы разбежались веером, как при минометном обстреле. Мы пойдем в Зефру, в каждый квартал, придем повсюду, где есть шанс поговорить с местными жителями лицом к лицу.
— Мы? — переспросил офицер.
— Все, поголовно.
Будущая сфера безопасности
В главе «Ударные волны» развертывается план террористов, демонстрируя сложную стратегию, задействующую сочетание психологической и технологической тактик. Солдаты оказываются в центре событий и попадают в ситуации, когда их решения могут определить исход всей ситуации.
1. На каком уровне детализации должны доводиться до солдат цели миссии перед отправкой их на ежедневное патрулирование и выполнение других задач?
2. Насколько критически важна такая информация для принятия решений, которые могут обратиться стратегическими?
3. Какие критические важные линии связи должны иметься у патруля, чтобы обеспечить успешное достижение цели миссии в условиях возможной изоляции от своей базы?
4. Назовите какие-либо из важнейших культурных и языковых навыков, которые необходимы солдату, прежде чем он отправится в автономные миссии.
Развивающиеся технологии
После вступления в бой сценарий поддержки патруля быстро наполняется рядом технологий.
1. Как вы полагаете, могут ли солдаты рассчитывать на оказание первой помощи посредством телеприсутствия? Назовите какие-либо сложности, с которыми можно столкнуться.
2. Какая непосредственная огневая поддержка нужна солдатам? Как БПЛА, роевые роботы и роботизированные атаки могут улучшить или заменить собой нынешнюю систему вызова огня или поддержку местной пилотируемой авиацией?
3. Как солдаты могут взаимодействовать с местными службами безопасности с пользой в их собственной ситуации, и использовать местные ресурсы для расширения собственных возможностей?
4. Какие технологии вы хотели бы видеть/располагать в плане местной огневой поддержки?
Боевое пространство будущего
Своевременность, ситуация и задачи, возможно, определят точку принятия решений и командования миссией в будущих армейских операциях.
1. Считаете ли вы, что в будущем командование и управление миссиями будет все больше перемещаться на уровень патруля, или станет осуществляться посредством надзора и руководства со стороны технологически усовершенствованного оперативного штаба?
2. Каковы преимущества и недостатки повышения ситуационной ориентированности в тактическом штабе?
3. Будет ли технологическое наблюдение и курирование помогать или мешать принятию решений на местах?
4. Кто должен командовать роями датчиков и местной роботизированной поддержкой? Оперативный штаб, с его лучшим видением общей картины на всей территории, или патрули, исходя непосредственно из текущей ситуации? Почему?
Тенденции развития союзников/противников
В главе «Ударные волны» мы видим дальнейшие инновации противника в использовании его собственных технологий, а также в одурачивании дружественных нам систем.
1. Назовите какие-либо основные проблемы, связанные с информационными операциями противника. Как солдаты могут противостоять названным вами способностям неприятеля в условиях быстро развивающейся ситуации?
2. Какого рода контрмеры или контр-контрмеры необходимы солдатам, чтобы гарантировать, что компоненты их технологического усиления не будут введены в заблуждение противником?
3. Какого рода прикрытие и защитные системы могут понадобиться солдатам против технологий неприятеля при действиях в пешем порядке?
4. Какого вида транспортное средство лучше всего подходит для помощи солдатам в городских операциях? Воздушное, колесное, гусеничное, шагающее или роботизированное? Почему?
Человеческий аспект
Глава «Ударные волны» демонстрирует нарождающиеся факторы, которые повлияют на человеческий аспект боевых действий в будущем.
1. В чем состоят правовые, этические и моральные проблемы применения автономных роботов с летальным оружием? Как это повлияет на Правила ведения боевых действий?
2. Обсудите важность сбора разведданных человеком. Может ли противник использовать слабые места в технологии, используя культурные инновации?
3. Назовите какие-либо слабые стороны применения стандартной тактики, методики и процедур в асимметричной ситуации.
4. Как солдаты должны готовиться к действиям в условиях, когда на одной территории проживают комбатанты, полевые командиры, некомбатанты и гражданские лица?
Кэмпбелл и Даз засели за ржавым топливным баком на полпути через площадку, окружающую водоочистной завод. Близился вечер, а в небе происходили странные вещи: с высоты раздавались далекие взрывы, вроде приглушенных фейерверков. НШД Кэмпбелла не работал, лишь мигала красным сигнальная лампочка, говоря о какой-то неисправности. А откуда-то неподалеку Кэмпбеллу слышался пронзительный звук приближающихся реактивных самолетов.
— Не самая идеальная позиция, — заметил Даз. Он наблюдал, как из шести пулевых отверстий сбоку бака вытекает бензин. Вражеские заряды пробили бак, но, поскольку он оказался, по всей видимости, полон, для его взрыва не хватало воздушно-паровой смеси. Однако по мере того, как горючее вытекало из пулевых отверстий, все могло перемениться.
Вокруг грохотали выстрелы. Время от времени на фиолетовые и персиковые цвета горизонта с западной стороны накладывался фантастический силуэт страйкбота. Кэмпбелл знал, что Тэм (хотя он и ее и не видел) притаилась где-то на дюжину метров ближе к зданию, и пока что тоже невредима, но не может продвинуться вперед.
— Думаю, разумнее было бы отойти, — предложил Даз. Они понятия не имели, что происходит; трое из мальчишек-солдат лежали на земле — видимо, убитые, — а остальных нигде не было видно. Несмотря на выкрикнутое Кэмпбеллом предупреждение, они с энтузиазмом бросились на вражеских ботов, ведя бешеную стрельбу; возможно, в трущобах, как тактика борьбы с толпой, это и работало, но против машин такая тактика на поверку вышла худой.
Хуже всего было то, что он временно оказался без связи. Сержант предположил, что это как-то связано с теми далекими взрывами в небе. Он обдумал предложение Даза, прикидывая, насколько они станут уязвимее, если отступить сейчас. Наконец покачал головой:
— Наверное, безопаснее нам стоять здесь, в луже бензина. Тут ветерок. Он не загорится.
Даз принялся долго ругаться себе под нос. В этот момент выстрелы, превратившиеся в монотонный гул, затихли с последним отзвуком эха. Одновременно в ухе у Кэмпбелла заговорил Маршан:
— Слышите меня?
— Марши, мы тебя слышим. Что там делается?
— Мы перекинулись на инфракрасный диапазон через сеть роевых ботов, сардж. ЭМ-диапазоны забиты помехами; думаю, боевики бомбят городскую сетку связи. Но наше оборудование экранировано.
— Отлично. Я имел в виду, что делается здесь, прямо сейчас? Почему прекратился обстрел?
— А-а. Страйкботы уничтожили вражеских ботов, сардж. Они сейчас внутри завода. В пределах прямой видимости от вас врагов больше нет.
Кэмпбелл с осторожностью выпрямился и заглянул за бак. Разумеется, виртуальное изображение на его НШД снова вернулось к жизни, красные прицельные линии на земле впереди полностью отсутствовали. Внешнюю стену водоочистной станции изрешетило дырами — вплоть до таких, в которые можно было бы въехать на машине. Через одну из них в станцию втягивалась круговерть страйкботов.
— А что с крышей? — Он увидел там клубы дыма.
— Я тут сам накрыл ракетную установку парой — тройкой гранат, — сказал Маршан. — Отличная дальность у этих винтовок, скажу я тебе.
Кэмпбелл покачал головой и усмехнулся. Он заметил, что Тэм выслушала эти переговоры и осторожно продвигалась вперед. Вдалеке за оградой притаились молодые солдаты из ополчения Зефры. Он и мальчишкам помахал рукой, показывая, что им следует приглядеть за своими павшими товарищами. Затем они с Дазом трусцой побежали к разбитой наружной стене здания.
Вражеские страйкботы были старой модели, на Западе снятой с вооружения. Они выглядели как большие металлические шары с щелью посредине; боты раскатывали на своих внешних полусферах, а оружие работало изнутри просвета между ними. Избитые и изрешеченные пулями останки трех из них лежали на полу завода. А впереди страйкботы коалиции уже мчались к тяжелым противопожарным дверям, ведущим к аварийной генераторной станции завода.
— Ройботы обнаружили персонал станции, — сообщил Маршан. — Они живы, в кладовой внизу. Только два охранника, и они во внешнем помещении. Они кричат, что убьют заложников, если мы подойдем ближе. Мы могли бы их пересидеть… Но после пары термобарических выстрелов они будут легкой добычей.
— Лучшая новость, которую я слышал за весь день, — сказал Кэмпбелл. — Никаких «кнопок мертвеца» или мин-ловушек? Хорошо. Быстро отправляй ботов, пока они не успели прислать подкрепление этим парням.
На НШД Кэмпбелла появилось трехмерное изображение завода, полученное через ройботов, на котором отмечалось, где находятся заключенные. Лестница, врезанная в бетонный пол, вела вниз к двум складским помещениям; один охранник лежал на лестнице, ведя наблюдение за приближающимся неприятелем, а другой стоял у приоткрытой двери во внутреннюю комнату. Пленники находились за этим внутренним дверным проемом; типу у двери достаточно было развернуться и открыть огонь в помещении, чтобы перебить большинство из них.
Солдат будущего по-прежнему следует обучать и готовить к сближению с противником и его уничтожению. Ближний бой в городских условиях Зефры.
Боты, решая задачу, не то чтобы именно размышляли. На каждом из них стояло изощренное имитационное программное обеспечение[181], развившееся из тех онлайн-игр, в которые играл Даз; они проигрывали сценарии, десятками в секунду, пытаясь найти оптимальный набор маневров и атак. От оптимального сценария они строили дальнейшие ответвления, в зависимости от того, что может пойти не так в решающие моменты. Подобно шахматной программе, кропотливо просчитывающей все возможные ходы и контрходы, они возводили огромное дерево решений: если X, то делай Y. Весь процесс должен был занять у них меньше минуты(_O_).
Тем временем Кэмпбелл стоял и разглядывал их предполагаемый маршрут к электростанции. Между ним и пожарными дверями, где забаррикадировались повстанцы, возвышались башни из механизмов. Его собственные системы гоняли симуляторы, похожие на те, что использовали страйкботы, но в более свободных рамках, чтобы учесть склонность людей сбиваться со сценария, когда ситуация идет наперекосяк. Он знал, что в том месте, где он стоит, снайперский огонь ему не страшен, потому что его НШД окрашивал бетонный пол виртуальными веерами красного цвета, показывая, где находятся прицельные линии противника. Бледно-зеленые линии, тоже рисуемые НШД, показывали безопасные маршруты к мертвой зоне возле дверей.
Тем временем ройботы разделились на две команды, одна исподтишка поглядывала маленькими оптико-волоконными глазками на лестницу к заложникам, а другая, не скрываясь, нахально понеслась волной к пожарным дверям.
Страйкботы подали сигнал, что они готовы. Кэмпбелл повернулся к Дазу и Тэм:
— Давайте пробежимся по плану.
Пока страйкботы стояли на страже, трое сменили текущее изображение окружающего мира на виртуальную версию завода. Затем на несколько минут они погрузились в виртуальный бой[182], в симуляции бегая, уворачиваясь и прикрывая друг друга, в то время как их реальные тела стояли как вкопанные, а ополченцы Зефры подозрительно на них пялились.
— Окей.
Кэмпбелл так подрегулировал их дисплеи, чтобы виртуальный завод был едва виден, словно призрак, парящий позади завода реального. Если бы в здании что-то сдвинулось, оно проявилось бы как слабое раздвоение картинки, реальный объект внезапно отделился бы от своего LIDAR-аналога.
— Пошли!
Тогда они побежали через бетон и металл, отполированные бесчисленными касаниями ног, пригибаясь и петляя в реальности так же, как и в виртуальности. Безрезультатная стрельба показала, что ройботы просчитали верно: никому из засевших на электростанции в поле зрения они не попадали.
Тем временем страйкботы принялись действовать, вихрем закружившись в воздухе, как агрессивные насекомые. Кэмпбелл услышал выстрелы, и ему не пришлось поворачивать головы, когда холодный голос головного бота сообщил, что шрапнельные заряды уничтожили противника у внутренней двери. «Низкая вероятность попадания в некомбатантов», — добавил бот.
Человек на лестничной клетке выбрал этот момент, чтобы вскочить и заорать, дико размахивая своим АК-47. Он успел сделать всего пару выстрелов, прежде чем страйкботы уложили его.
Затем боты хлынули вниз по лестнице. Кэмпбелл услышал слабые панические крики, которые быстро стихли, когда боты представились[183] спасательной командой.
Сам он со своей командой к этому моменту занимал позицию возле пожарных дверей. Мятежники пробили в них дыры, и он мог видеть автоматные стволы, высунувшиеся по меньшей мере в пару из них. Однако несколько ройботов забрались по двери и теперь прицепились прямо рядом с отверстиями.
Беглый осмотр показал, что лестница, ведущая к заложникам, находится под прицелом как минимум двух врагов. Поэтому первым делом нужно было вывести их из строя. Кэмпбелл приказал двум роевым роботам на полу самоуничтожиться в режиме дымой шашки. Оба со слабым треском взорвались белыми облачками, которые быстро вытянулись на несколько метров в высоту. Повстанцы за дверью открыли бешеную стрельбу. Кэмпбелл отдал вторую команду, и прилипшие к двери ройботы прянули вперед и обхватили своими маленькими металлическими лапками выступающие дула, после чего взорвались.
Другие ройботы просунули свои оптоволокна под дверьми и по периметру. Кэмпбелл отчетливо видел, как боевики, стоявшие у дверей, отпрыгнули назад, вспугнутые вспышками разрывов, которые только что громыхнули перед их носами. Всего на несколько секунд удалось вывести их из равновесия, но этого времени хватило, чтобы Кэмпбелл и его команда добрались до дверей. Даз всунул ствол в одно из отверстий и открыл огонь. Противник ему представлялся в виде красных иконок, как будто дверь была в каком-то смысле прозрачной.
Даз выцеливал противников; Кэмпбелл и Тэм, со своей стороны, разряжали в большую кубическую комнату термобарические, осколочные и дымовые заряды. Пока они этим занимались, на дисплее Кэмпбелла загорелся зеленый сигнал, показывающий, что страйкботы благополучно эвакуировали некомбатантов снизу. Оглянувшись назад, Кэмпбелл увидел множество иконок, погоняемых ботами прочь, и зеленые индикаторы ополчения Зефры.
Кроме двух оранжевых иконок, которые отделились от остальных и приближались сквозь дым.
— Даз. На шесть часов!
Даз вихрем оборотился как раз в тот момент, когда из дыма появились два молодых ополченца и открыли огонь по канадцам. Это были подростки, которых раньше Эбан Ишанги отметила как отпускающих угрожающие реплики в адрес канадцев.
Кэмпбелл уже задавался вопросом, за кого они на самом деле, и тогда же переключил их значки с зеленого цвета дружественных сторонников на двусмысленный оранжевый. И хорошо, что так сделал. Сержант и его команда бросились на пол, а Даз, перекатившись, выстрелил в ответ. Через несколько секунд пара коварных юнцов валялась на ступенях.
Пока Кэмпбелл, Тэм и Даз поднимались на ноги, прибыли несколько страйкботов и заняли позицию у дверей. Тэм проверила упавших зефранских ополченцев, а Кэмпбелл и Даз поспешили убраться с пути приближающейся стайки ботов.
— Что насчет этих парней? — спросил Даз, тыкая через плечо большим пальцем в пожарные двери.
— Мы поменялись ролями, и они в ловушке, — ответил Кэмпбелл. — Сейчас мы можем выбить их одного за другим, и они это знают. Время для переговоров.
— Неплохо.
— Группа, оперативный отдел снова на связи, — внезапно сказал Маршан. — И они говорят…
…отступать?
— Повтори? Соедини меня с ними, Марши. Отступать — это о чем?
— Убирайтесь оттуда! — Он узнал голос майора Моне.
— Повторите, сэр? Мы обеспечили безопасность заложников на водоочистном заводе, но здесь все еще остаются враги внутри силовой подстанции. Нам нужно время, чтобы обговорить их сдачу.
— Оставьте это ботам, сержант. Вы должны немедленно отправляться на юг, навстречу преобладающему ветру, вы поняли? На вашу часть города идет воздушная атака патогенами. Убирайтесь оттуда!
Кэмпбелл и Даз переглянулись. А потом бросились наружу.
— Сэр, а как же гражданские?
— Они местные, с ними все будет в порядке. Но вам, если не доберетесь до безопасного места, конец.
— Сардж, у нас есть запасные смарткостюмы на одном из «скарабеев»…
— Не исключено, что эта штука проберется через ваши костюмы.
— Ого. — Глянув на косяк крошечных летательных аппаратов над отдаленным рядом деревьев, Кэмпбелл понял, с чем они столкнулись. — Давай, Даз, надо убираться.
— Но гражданские…
— Эта пакость, вероятно, так налажена[184], чтобы их не замечать.
— Как, черт возьми… что она такое?
Два маленьких самолетика внезапно упали в оранжевых шарах пламени. Кэмпбелл увидел, что их обстреливают небольшие БПЛА, но по какой-то причине БПЛА начали стрелять только теперь.
Он снова услышал шум реактивных самолетов и повернулся, чтобы увидеть, как низко над головой промелькнуло что-то серебристое. Громоподобный взрыв смел дальнюю линию деревьев.
— Это нанотехи[185]! — крикнул он, хватая Даза за плечо, и побежал за ним.
— Кто-то нам дал инсайдерскую наводку, — сказал специалист-разведчик. — Данные, которыми снабдил нас этот человек, совпали с информацией, которая у нас уже была, относительно партии нановирусов запрета[186], которую в прошлом году контрабандой доставили на неорганизованные территории. Вот они на дронах и есть.
Эбан стояла между разведчиком и дипломатической шишкой из ЕС, чувствуя себя позабытой. Она описывала зефранскую культуру дипломату, который выглядел искренне заинтересованным, когда с встревоженным видом подбежал этот тип из разведки.
— Погодите, я слышал о нановирусах[187], но нановирусы запрета[188]? — сказал дипломат. — Что это такое?
— Считайте это искусственным организмом[189], — сказал специалист. — Он по сути создан из ДНК[190] — не в смысле использования ДНК для переноса информации, а из ДНК как строительного материала[191]. ДНК содержит механизм нано[192]. Во всяком случае, мы знаем, что два месяца назад хакер ФИФ украл кое-какие исследования по минерализации костей из африканской базы данных Бетесды.
— Теперь вы меня совсем запутали.
— Конкретный набор минералов в воде варьируется от местности к местности. Можно отследить, откуда кто появился, проанализировав его кости; это постоянно делается в археологии. Дело в том, что эти нано запрета могут быть запрограммированы на активацию[193] внутри человеческого тела, если они встретят определенную минеральную комбинацию в костной ткани. Или их можно запрограммировать не активироваться — с тем же условием.
— И это означает…"
— Распыленный над городом вроде Зефры, этот материал может быть запрограммирован так, чтобы убить каждого, кто живет в Зефре меньше года или двух… Потому что минералы в их костях будут отличаться. Или он может быть запрограммирован на убийство всех, кто в Зефре столько уже прожил(_P_).
— Так ведь можно истребить весь город?
— Да, но этот сценарий не согласуется с идеологией ФИФ, — сказал разведофицер. — Они фанонисты. Они верят в угнетающий их колониализм, который подкреплен средой, например, языком и технологией. Рассматривайте их как маклюэнистов[194], враждебных глобальной деревне.
— Так что же они пытаются сделать? Выгнать всех европейцев?
— Да. Именно это они и пытаются сделать. И если эти беспилотники несут оружие запрета, они могут это сделать к концу дня.
— Ну так сбейте их!
— Мы пытаемся.
— Я думал, вы загнали этого Нуриа в угол, — пробормотал дипломат.
— Он несколько раз менял машины, — сказал офицер разведки. — И поскольку мы лишились камер аэростата, мы потеряли его след в этой суматохе. Но это не имеет значения: он использует стратегию «выстрелил и забыл». Беспилотники уже в воздухе, и я сомневаюсь, что в данный момент даже он сможет остановить их.
Дипломат с генералом стали препираться дальше, а Эбан повернулась, оставила их и пошла искать Раймонда.
— Они действительно смогут это сделать[195]? Перебить всех, кто не местный?
Он пожал плечами:
— Вы говорите о нановирусах? Теоретически могли бы. Программирование жучка[196] типа этого — дело довольно ненадежное. Хотя его можно безопасно протестировать — просто изготавливаете вариант, который делает что-то безобидное, скажем, заставляет людей посинеть. Выпускаете ее над рынком Зефры и смотрите, кто окрасился. Затем возвращаетесь домой и заменяете синий краситель на нервный токсин. Жучок размером с бактерию или меньше, их вдыхают, они проникают в тело.
Потом они просто ждут сигнала, чтобы выпустить токсин. Все копии, которые встречают заданный минеральный ключ — или это может быть любой другой ключ, даже генетический — выпускают химический сигнал. А затем происходит каскадный эффект, и бац! жертва мертва, вот так. — Он щелкнул пальцами.
— Это одно из тех оружий, не то чудесных, не то дьявольских — зависит от точки зрения, — саркастически добавил он. — Для фанонистов это просто мечта, превратившаяся в явь.
Эбан подумала о своем детстве и как она сама относилась к иностранцам в ее городе. Они просто находились там, как и все прочие. У нее к ним не было ненависти, хотя она знала такую молодежь, которая их ненавидела. Сейчас иностранные войска привнесли стабилизацию, но если их не станет, все старые раздоры и преступные сети оживут в одночасье. Зефра откатится в старую колею безразличия и произвола.
Или нет? Те юнцы, которые ненавидели чужаков, — многие из них считали, что именно иностранное влияние не давало городу развиться в миниатюрное самостоятельное государство. Когда сеть коммуникаторов отключена, интернета нет, а на улицах не встретить никого, кто не проживал бы в Зефре долгие годы, кто знает — что могло бы обрести реальность?
Она покачала головой. Прекрасная мечта, но нельзя же бегать, пока не выучишься ходить. Зефра нуждалась в иностранных войсках, чтобы сдерживать множество источников насилия[197], по крайней мере — пока что. А город менялся. Она и сама видела это сегодня днем, глядя через видеокамеру сержанта Лесли Кэмпбелла.
И все же тихий голосок в глубине мыслей продолжал нашептывать: «Так и все завоеватели говорили. Сбывались ли когда-нибудь их обещания?»
Ей подумалось: а засмеются ли с радостным удивлением мальчишки-ополченцы, когда сержант Кэмпбелл и его люди вдруг упадут замертво. Эта мысль заставила ее содрогнуться. Лучше проверить, как у него дела, и переставать гадать, не прав ли Мастан Нуриа.
Идрис Кабади высунул голову из окна. Их небольшая колонна машин, угнанных накануне, покидала черту города. Он снова повернулся к Нурии.
— Но почему мы уезжаем? Оружие запрета не причинит нам вреда. — «
— Мы отправляемся встретиться с друзьями, — сказал Нуриа, натянуто улыбнувшись. — Город может пока позаботиться о себе сам. В этом вся идея.
— Но… — Он снова высунулся, чтобы оглядеться. В свете заходящего солнца горели инверсионные следы. Где-то там, позади, надо бы надеяться, уже на пути из города Ахта. И невидимая и, может быть, прямо сейчас оседающая на ее плечах и плечах детей мантия смерти. — Разве мы не должны быть там, чтобы заниматься координированием? Революция…
— Это не наша революция, и не ради нашего выигрыша, — серьезно сказал Нуриа. — Мы в Зефре не затем, чтобы самим управлять ею. Или ты так и считал? Ты втайне возжаждал империи, Идрис? — Он рассмеялся над выражением лица Кабади. — Зефра — пример возможностей, пример всему миру. Этим вечером она предоставлена сама себе, впервые за сотни лет. Оглянись! Ты не превратишься в соляной столб. Ты взглянешь на город, который очищается от иностранного гнета. Позади умирают сейчас все дьяволы глобализма, и то, что останется, будет само себе господином, чистым, не оскверненным языком завоевателей.
Он посмотрел. И хотя он, может, и не обратится в соль, но как насчет Ахты? Идрис Кабади протянул руку сквозь поток ветра, назад, к похожим на звезды огням города.
Прости.
Будущее Действия, Восприятия и Щита(_Q_)? Стрекозы, ройботы и страйкботы, поддерживающие солдат на местности.
Небольшой, чернеющий в сгущающихся сумерках объект перескочил далекие деревья. Он вилял туда-сюда с пугающей смышленостью, уворачиваясь от очередей пуль, прошивавших воздух вокруг него. Вслед ему нырнули два БПЛА, как ласточки, преследующие сову.
Он летел прямо на них.
— Сбиваем его! — крикнула Тэм. Прежде чем Кэмпбелл успел остановить их, они с Дазом разбежались в разные стороны, стреляя очередями по налетающему беспилотнику.
— Прекратить огонь! — заорал Кэмпбелл, но в этот момент дрон прошел между двумя солдатами, и их перекрестный огонь достал его. Он внезапно накренился и без огня и дыма шлепнулся блином на землю. От удара вверх взметнулось облако пыли, и Даз радостно завопил.
Они были всего в какой-то полусотне метрах от «Кэмела».
— Ну же! — крикнул Кэмпбелл. Парочка побежала к нему, огибая поднимающееся облако пыли как можно дальше.
Внезапно Даз выругался и на фут подпрыгнул в воздух; одновременно с этим сработала сигнализация костюма Кэмпбелла. Снизу в поле зрения вспыхнули красные буквы: «
— Патруль, это опер, говорит Джейкобс. Слушайте, не приближайтесь к этому дрону! Он выпустил облако опасных нанотехов. Ваши костюмы должны защитить вас, но мы не знаем, надолго ли. Как можно скорее убедитесь, что вы приняли все меры химзащиты.
— О боже, — произнес Даз, поспешно захлопывая щитки на капюшоне своего костюма. Кэмпбелл сделал это сразу, как только прозвучал сигнал тревоги.
— Давайте убираться отсюда сейчас же! — велел Кэмпбелл. — Нам нужно очистить территорию. В воздухе будет полно этой дряни.
Даз теребил якобы самогерметизирующийся капюшон.
— И мы так вот оставим проклятый завод ФИФам?
— Боты их подержат под замком. Я бы не стал об этом слишком беспокоиться. — Они вернулись к «Кэмелу», и Кэмпбелл убедился, что Маршан и Тэм полностью застегнуты, прежде чем они с Дазом забрались в кузов. — Марши, вытаскивай нас отсюда.
Промышленный район исчезал позади. В сгущающемся мраке Кэмпбелл, Тэм и Даз сидели, переглядываясь друг с другом сквозь рябящий пластик, накрывший их НШД. Наконец Даз рассмеялся.
— Думаю, на сегодня тогда все?
Маршан хихикнул, и к нему, наконец, присоединился Кэмпбелл. Тэм сидела напряженно, наблюдая за Дазом.
Она первой заметила, что смех Даза перешел в удушье.
— Сардж!
Кэмпбелл повернулся и увидел, что Даз бьется в конвульсиях. Он упал на колени Тэм, все его тело дрожало.
— О господи, — сказал Лесли задушенным голосом. — Опер! У нас тут экстренная ситуация!
Огни Зефры в темноте приближались, но до помощи оставалось далеко.
Над головами кружились в плотном строю БПЛА и более старомодные пилотируемые самолеты, но их поиски были тщетны. После всего устроенного сегодня ФИФы безнаказанно уходили. Идрис Кабади отвлекся от наблюдения за самолетами и посмотрел на Мастана Нурию, нахмурившись:
— Ты не сказал мне, кто эти люди, с которыми мы собираемся встретиться.
— Наша охрана периметра. Солдаты чаданских полевых командиров.
Кабади уставился на него:
— Но мы же это обсуждали… это тоже! Им нельзя доверять. Они сделают из Зефры свою игровую площадку, и к тому времени, как наиграются, все перемрут.
Нуриа самодовольно улыбнулся.
— Только не после того, как улицы затопит оружие-нанотех, — сказал он. — Чадские для Зефры тоже иностранцы. Как и британцы с канадцами, они не смогут спокойно ходить по ее улицам. Поэтому мы можем спокойно выставить их как охрану вокруг окраин города.
— И кем же было принято это решение? Твоей драгоценной независимой Зефрой? Или теперь в завоевателя решил поиграть Мастан?
— Поосторожнее, Идрис, — сказал Нуриа. — Не тебе сомневаться в плане.
Кабади глубоко утонул в подушках «Мерседеса», который они увели у перепуганного импортера из Марокко. Мимо проплывали темные поля, перемежаемые изломанными силуэтами деревьев. В машине было тихо, а небо окрасилось в глубокий лазурный цвет с оттенками бирюзы, которые в любой другой день глубоко бы его тронули.
Он достал свой коммуникатор и тихо произнес в него имя Ахты.
Идрис подождал, но на другом конце никто не ответил.
Они были, наверное, в часе езды от размытой границы, отделявшей внутренние районы Зефры от неорганизованных территорий. Там, в темноте, их будут ожидать вооруженные безумцы, готовые заключить с Нурией какую-то дьявольскую сделку. Коалиция могла бы с легкостью сокрушить эти войска, но удары Нурии по коалиции, в конечном счете, носили психологический характер. Если они попали в цель, к моменту прибытия полевых командиров иностранные миротворцы будут парализованы. В этом случае Зефра падет.
Но с этим еще можно было что-то поделать. Он подумал об Ахте и детях и понял, что, чем бы все ни закончилось, теперь он с ними разлучен: либо — после того как страсти улягутся и станут известны имена — как международный беглец, либо как еще одна шахматная фигурка, которой примется двигать Нуриа. Их разделяло теперь много большее, чем город Зефра.
Он достал свой пистолет. Нуриа бросил на него любопытствующий взгляд, зная, что их оружие запрограммировано[198] так, чтобы не могло выстрелить ни в одного члена ФИФ, носящего в кармане нужную метку RFID[199].
Кабади проверил магазин, убедился, что предохранитель снят, а затем опустил стекло.
— Идрис, что ты делаешь?
Над головой пронесся один из БПЛА коалиции — без огней, но с четко вырисовывающимся силуэтом на фоне поздних индиговых сумерек. Абади прицелился примерно в его направлении и принялся жать на спусковой крючок.
Мастан Нуриа не успел вырвать оружия из его рук, когда БПЛА развернулся в их сторону.
Майор Моне стоял под белыми башнями. Над Зефрой всходила луна; было уже поздно, но все были на ногах. Улицы заполнились людьми, и казалось, что все они враз говорят.
Он уселся на капот бронетранспортера и наблюдал, как его люди работают в толпе. Они раздавали спутниковые телефоны, которые он реквизировал со склада коалиции в Нигере. И еще больше сюда уже везли. Баннеры из электронной бумаги, висевшие на стенах и витринах магазинов, теперь опустели — жертвы электромагнитного оружия Мастана Нурии. Но жители города недолго останутся отрезанными от внешнего мира. Собственно, их вовсе не отрезало. Даже в тех небольших районах, куда проникло нанотехнологическое оружие боевиков, выдавались спутниковые телефоны и новая электронная бумага. Попытка Нурии изолировать Зефру провалилась.
ПРЯМЫЕ ТРАНСЛЯЦИИ
«Что ж, у нас нет таких технологий, которые подсказывали бы, что нас вводят в заблуждение. И, откровенно говоря, у нас не было причин не поверить, что войска могут открыть по нашим людям огонь. Посмотрите на инциденты в 09-м и…»
«С восходом луны всем городом овладело спокойствие. На улицы вышли множество людей, некоторые из них, похоже, намерены защитить избирательные участки перед завтрашним голосованием. Люди на улицах оживленно разговаривают и даже торгуют едой. Здесь, кажется, установилась странная, почти праздничная атмосфера…»
«Слухи об активности повстанцев оказались ложными. Правительство выражает сожаление о безуспешных единичных террористических атаках, которые имели сегодня место, но мы вполне контролируем ситуацию, и голосование пройдет завтра, как ранее и планировалось».
Над головой протарахтел вертолет скорой помощи, направляясь к промышленной зоне и патрулю сержанта Лесли Кэмпбелла. Он уже совершил один рейс на юг, доставляя раненых из командного центра. Предстояло сделать еще пару рейсов. Но разве что пару.
Они уже побывали на шоссе к северо-востоку от города, где все еще догорало несколько угнанных автомобилей. Анализ ДНК уже подтвердил, что среди убитых, когда колонна машин ФИФ неожиданно открыла огонь по БПЛА коалиции и выдала себя, находился Мастан Нуриа. БПЛА быстро расправились[200] с убегающими повстанцами. Бессмысленное самоубийство, подумал Моне. Но для города новость к лучшему.
Утром Зефра вернется к своим обычным делам, за вычетом нескольких человек, которых оплачут. Не забудется взрыв центра медпомощи. Сами вооруженные схватки были настолько быстротечны и изолированы, что мало кто из жителей города понял, что происходит.
Однако коалиция не собиралась возвращаться в свои комплексы. Пока что — нет. Сидя здесь, посреди улицы, Моне понял то, чего не понимал прежде: что раньше его окружали невидимые круги защиты, начиная от детекторов выстрелов и заканчивая вынюхивателями взрывчатки, нацеленными в толпу камерами распознавания лиц и лазерами, что быстрее любого человека и способны сбить приближающийся боеприпас еще до того, как он даже о нем узнает. Подавляющая часть из этого оборудования выжидала внутри комплекса с тех самых пор, как его сюда доставили. В Зефре коалиция пользовалась очень старой стратегией: пряталась за своими стенами и высылала в город патрули. Это больше не сработает — пока рядом найдутся такие люди, как Мастан Нуриа; и пока у них есть оружие, способное искажать факты происходящего на улицах.
Нуриа практически отлучил канадских солдат от города. Теперь, придя сюда, они не собирались уходить, пока в них не отпадет нужда. Они были горожанами — временными, пожалуй, и пусть в кое-каких кварталах их едва сносили — но только как горожане они смогут завоевать сердца и умы людей.
Сквозь кордон ботов и датчиков на углах перекрестка пробрался пожилой мужчина. С ним не было взрывчатки, и проверка на нанотехи дала нейтральный результат. На его шее висел чистый квадрат электронной бумаги. Какое бы сообщение ни высвечивалось на этой бумаге сегодня утром, теперь оно пропало.
Мужчина подошел прямо к Моне. Никто не остановил его, хотя майор знал, что за ним приглядывает множество систем и искусственных интеллектов[201]. Вероятно, машины распознали этого человека.
Он во все зубы ухмыльнулся Моне и протянул пахучий бумажный пакет:
— Карри?
Моне поднял бровь. Он сообразил, что проголодался.
— Почем?
— Я продаю в интернете за десять баксов. Моя вывеска умерла, мой сайт умер. Ты дашь мне двадцать баксов.
Моне не скрывал своего удивления:
— Это издевательство. На такие деньги здесь можно жить как король.
Старик пожал плечами:
— Только не в Касабланке.
— А что в Касабланке?
— Сын. Университет. Я плачу, он ходит. Ты покупаешь?
Карри пахло восхитительно, а он был голоден.
Доверие с чего-то должно было начинаться.
Моне купил карри, за двадцать долларов.
Будущая сфера безопасности
Глава «В круге нижнем» завершает повествование и полнее раскрывает идеологические причины конфликта.
1. Хорошо ли представила Зефра типы армейских миссий, в которых Канада может оказаться вовлечена в будущем? Почему (или почему нет)?
2. Назовите какие-либо из наиболее критически важных способностей, которые потребуются армии для противостояния сложностям, представленным в сфере международной безопасности будущего.
3. С какими из наиболее вероятных угроз может ожидать столкновения армия через двадцать пять лет?
4. Как будущая среда безопасности определит формы развития армии в будущем?
Развивающиеся технологии
В конце повествования читатель знакомится с новыми видами технологического усиления подразделений и огневой поддержки.
1. Хорошо ли представила Зефра типы новых технологий, в которых армия будет нуждаться и которых потребует в будущем? Почему (или почему нет)?
2. Назовите какие-либо из наиболее критически важных технологий, которые потребуются армии для противостояния сложностям, представленным в сфере безопасности будущего.
3. Как технологии определят облик армии через двадцать пять лет?
4. Как армия должна готовиться к противостоянию ОМП будущего?
Боевое пространство будущего
Глава «В круге нижнем» демонстрирует новый способ проведения операций с использованием технологий для обеспечения безопасности.
1. Хорошо ли представила Зефра будущее боевое пространство? Почему (или почему нет)?
2. Назовите какие-либо из наиболее критически важных способностей, которые потребуются армии для формирования будущего боевого пространства.
3. Будет ли боевое пространство таким же через двадцать пять лет? Почему (или почему нет)?
4. Как будущее боевое пространство определит форму развития армии в будущем?
Тенденции развития союзников/противников
Возможность репетирования действий посреди хода реальной миссии может стать частью будущих армейских операций по мере того, как мы продолжаем сокращать время действия и реакции во время миссий.
1. Хорошо ли представила Зефра технологические возможности будущих противников? Почему (или почему нет)?
2. Назовите какие-либо из наиболее критически важных политических, технологических и культурных угроз, с которыми армия столкнется в будущей среде международной безопасности.
3. Назовите какие-либо из наиболее значимых технологических разработок, с которыми, по вашему мнению, армия может ожидать столкновения через двадцать пять лет.
4. Как эти разработки определят формы развития армии в будущем?
Человеческий аспект
Интересно, что, хотя в войне многое меняется, человеческие аспекты войны остаются в основном неизменными.
1. Хорошо ли представила Зефра человеческий аспект будущих военных действий? Почему (или почему нет)?
2. Назовите какие-либо из наиболее критически важных факторов, которые могут повлиять на человеческий аспект военных действий в будущей среде безопасности?
3. Будут ли люди продолжать доминировать в вооруженных конфликтах в будущем, или конфликты будут становиться все более делом автономных устройств (или зависимыми от автоматизированных технологий)?
4. Как человеческий аспект будет определять формы будущего развития армии?
Эбан Ишанги, выходящую из самолета, встретило жаркое колыхание воздуха над асфальтом. Одной ногой она стояла на трапе, а другой впервые за много лет ступила на землю северно-центральной Африки. Маленький шаг для одного человека. Огромный шаг для Эбан Ишанги.
Она моргала на солнечном свету, на нее навалились смена часовых поясов, нервозность и прочие эмоции, которые она даже затруднилась бы назвать. Единственная стюардесса рейса выгрузила сумки Эбан из отсека под брюхом самолета, и она, прихрамывая, пересекла раскаленную взлетно-посадочную полосу, ведущую к новому терминалу городского аэропорта — целым акрам белых шатров с неплотными перегородками меж ними. Тут и там стояли, переговариваясь, небольшие группки людей. Она слышала смех. Это было совсем не похоже на те напряженные дни ее побега из родного дома — так много лет назад.
— Эбан? — Какой-то человек махал ей рукой из-под ослепительно-белого навеса. Как выяснилось, даже несколько человек.
— Майор подумал: было бы неплохо, если бы вас встречали несколько знакомых лиц, — сказал высокий молодой человек в форме канадской армии. — Уоррент-офицер Лесли Кэмпбелл.
Она пожала ему руку, и они оба усмехнулись.
— И вы наверняка припомните пару членов моего бывшего патруля.
Даз Блэкмор выглядел более исхудавшим, чем ей помнилось по прыгающим изображениям с камеры на шлеме Кэмпбелла много месяцев назад. Подходя ближе, он слегка прихрамывал, и рука его слегка дрожала, когда они обменялись рукопожатием.
— Теперь прикован к столу, увы, — сказал он в ответ на ее незаданный вопрос. — Но в центре города, там интересно.
Вперед шагнули двое других солдат — мужчина и женщина.
— Мастер-капралы Маршан и Тэм, да?
Она пожала им руки. Маршан махнул рукой в сторону дверей, выходящих на парковку.
— Теперь это мой патруль, — сказал он, — идемте знакомиться с новичками.
— Вы счастливы вернуться? — спросил Кэмпбелл, подхватывая ее багаж. Эбан рассмеялась.
— Нет, это было бы сказано чересчур сильно, — ответила она. — Я бы так выразилась, что я счастлива, что наконец-то повернулась лицом к своему прошлому, причем на моих собственных условиях. Я могу здесь многое сделать для людей, с которыми выросла, но не собираюсь тут оседать. Я сохранила за собой аренду моей квартиры в Оттаве.
Он кивнул, как будто совершенно все понял.
— Так чем же все-таки занимается промышленный посредник?
— Толком не знаю, — сказала она, пожав плечами. — Помогает с микрозаймами, наверное. Подозреваю, нам придется это придумывать по ходу дела.
Когда Кэмпбелл хлопнул дверцей пыльного армейского автомобиля, она подняла голову и увидела вдали белые башни, подрагивающие в мареве. Где-то в глубинах души укол эмоций заставил ее на мгновение опустить взгляд — эхо старых ран, упущенных возможностей и сожалений.
А потом снова посмотрела вверх. Башни, пусть и древние, можно было опять обновить. Она никогда не забудет прошлого, но она может сделать его малозначащим. Именно за этим она появилась здесь.
— Итак, Десаи, что наш небесный глаз говорит о пробках? — спросил Маршан, садясь в «Кэмел» и захлопывая дверцу.
С приборной панели «Кэмела» раздался женский голос:
— Дорога в город забита, как обычно. Но вам что за дело? У вас же внедорожники. Почему бы вам просто не рвануть напрямик?
Кэмпбелл рассмеялся.
— Можем так и сделать, Десаи.
Он хлопнул по приборной панели.
— Поехали.
Одной из целей «Кризиса в Зефре» было представить иллюстрированное повествование о формирующейся обстановке в сфере международной безопасности в грядущем и тех армейских технологиях будущего, которые описаны в публикации, родственной этой книге: «Армия будущего».
Другая цель — обеспечить отправную точку для компетентного рассмотрения и обсуждения концепций будущего армии и ее технологического развития. «Кризис в Зефре» представляет собой лишь один из возможных вариантов будущего канадской армии. Какие еще варианты могут ждать нас впереди? Будет ли Армия Завтрашнего Дня похожа на патрульное отделение сержанта Кэмпбелла, или она может стать чем-то совершенно иным?
Вы в силах помочь нам решить, на что может быть похожа армия будущего, приняв непосредственное участие. Мы призываем вас к комментариям, отзывам и, самое главное — к обсуждению тем, затронутых в этой истории, — и всячески их приветствуем.
Чтобы оставить комментарий к «Кризису в Зефре» или ответить на вопросы, представленные в разделах «Обсуждение» каждой главы, просто зайдите на сайт Директората стратегических концепций сухопутных войск[202] [Канады —
Зарегистрируйтесь здесь:
Веб-сайт «Кризис в Зефре»(_R_) http://www.army.forces.gc.ca/zefra/
ЗЕФРА:
ПОРТРЕТ НЕДЕЕСПОСОБНОГО ГОСУДАРСТВА
Зефра, внутри которой разворачивается этот военный сценарий, разумеется, вымышлена, такого национального образования не существует. Однако Зефра, как и детали, представленные в самом военном сценарии, предлагает беглый взгляд на варианты будущего — вероятные варианты, которые в конечном итоге могут стать реальностью в свете текущих тенденций и неспособности (или нежелания) международного сообщества эффективно управлять (и, надеюсь, сдерживать) их потенциальным воздействием в предстоящие десятилетия.
Фактически Зефра представляет собой микрокосм дестабилизирующих сил, которые вполне живы и здравствуют даже в нынешней среде международной безопасности. Эти силы включают в себя: дефицит ресурсов, сильно коррумпированные и несостоятельные государства, неравенство в распределении и проблемы идентичности (т. е. этническая и квазирелигиозная ненависть), хорошо вооруженные и высокоорганизованные мятежные и террористические группы, оспаривающие государственную власть и легитимность, а также мир, в котором процессы глобализации и технологических изменений обеспечивают расширенный доступ к ключевым средствам власти — как военной, так и политической — как со стороны самих государств, так и негосударственных субъектов.
В случае Зефры, однако, эти силы запечатлены в наиболее дестабилизирующей форме. Действительно, по мере их слияния, они становятся взаимоусиливающими, уводя маленький город-государство по всерасширяющейся спирали человеческих страданий, анархии и вооруженных конфликтов.
Путь к конфликту
Возникнув как независимое образование после колониального правления с долгой и бурной историей, Зефра демонстрирует условия, во многом схожие с условиями многих государств развивающегося мира (например, страны Африки южнее Сахары, Центральной и Западной Африки). С этнически разнообразным, малообразованным, быстро растущим населением, полусовременной (преимущественно аграрной) экономикой и сильной зависимостью от иностранной помощи, страна поддерживает свое непростое существование в годы после обретения независимости — и при этом чрезвычайно уязвима перед капризами внешних игроков и неблагоприятными климатическими условиями.
Консолидация оказывается очень труднодостижимой, поскольку неопытное руководство оказывается чересчур неспособным справиться с требованиями, предъявляемыми молодым, быстро растущим населением, привязанным к ограниченной ресурсной базе. По мере роста населения, истощающего ограниченные ресурсы, в многонациональном населении государства все чаще возникают споры о распределении ресурсов. Кроме того, споры с региональными конкурентами за доступ к пресной воде еще больше усиливают напряженность. Между тем, ухудшение экономических условий на международной арене постепенно снижает перспективы помощи извне до такой степени, что становится неизбежным крупномасштабный голод.
Постепенно легитимность правительства снижается, и появляются организации, оспаривающие государственную власть. Центральной среди таких сил является
По мере дальнейшего ухудшения экономических и социальных условий государственные доходы падают. Падает и способность официального руководства Зефры поддерживать порядок и стабильность.
Растущая нестабильность
Вскоре в значительной части города-государства практически не остается ни закона, ни порядка. Огромные территории превращаются в зоны боевых действий, где силы ФИФ и правительственные войска сталкиваются во все более кровопролитных сражениях. По мере того, как районы города все более отрезаются от обеспечения даже самыми базовыми службами, распространяются болезни. Тем временем усиливаются опасения агрессии из-за рубежа — государственные чиновники все больше беспокоятся, что постоянная нестабильность Зефры может вскоре спровоцировать вторжение на территорию (если не аннексию), со стороны хищных соседей.
Некоторые чиновники упорно сопротивляются, используя все доступные средства, чтобы обратить вспять быстро ухудшающуюся ситуацию. Другие же все чаще приносят общественное благо в жертву личной выгоде и корыстным интересам, используя любую власть для повышения собственного благосостояния и безопасности за счет других. Неудивительно, что обвинения в государственной коррупции растут, а силы оппозиции укрепляются.
По мере того, как в Зефре нарастает волна беспорядков, освещение в новостях готовящейся трагедии (растущего восстания) усиливается, а призывы к вмешательству ООН становятся все более частыми.
Растущий антизападный настрой, поддерживаемый группами-конкурентами власти, тем не менее, гарантирует, что осажденный режим не решится обратиться за помощью к всемирным организациям. А повышающийся уровень насилия в самой Зефре вызывает у ключевых стран-участниц опасения, что потенциальные затраты на вмешательство могут превысить объемы, которые готова понести западная общественность во имя человечности.
Тем не менее, опасение более широкого конфликта — возможно, способного охватить весь регион, — и массовых потоков беженцев, которые могут сопутствовать такой перспективе, гарантируют, что стимулы для действий не только сохраняются, но и усиливаются. Появляющиеся обвинения ФИФ в контактах с международными организованными преступными организациями — некоторые из которых тесно связаны с растущей торговлей экзотическим и высокоразрушительным оружием — усиливают международную обеспокоенность. Некоторые утверждают, что затянувшаяся патовая ситуация между режимом и его соперниками может измениться в пользу последних — с потенциальными последствиями, о которых даже страшно подумать. Соответственно, они утверждают, что необходимо вмешательство.
И все же остальные продолжают взывать к осторожности в подходе, отвергая подобные сообщения как совершеннейшие слухи и надеясь, что напряженный военный пат между режимом и его соперниками вскоре приведет обе стороны к пониманию того, что прекращение огня и переговоры — единственные пути к спасению Зефры и ее народа.
Обратный отсчет до интервенции
Тем не менее, по мере того, как недели превращаются в месяцы, наблюдатели отмечают развитие чего-то наподобие натянутой стабильности в разрушающемся государстве. Хотя вооруженные столкновения продолжаются, их интенсивность и частота снижаются, так как обе стороны вроде бы демонстрируют принятие малоудовлетворительного статус-кво в разделенной стране. В некоторых районах ситуация даже умеренно улучшается, поскольку восстанавливается социальная и коммерческая активность. Соответственно, международная обеспокоенность по поводу более масштабного пожара начинает рассеиваться, а тех, кто предполагает обратное, все чаще награждают ярлыком чрезмерных алармистов.
Тем временем, не прекращают вызывать обеспокоенность сохраняющиеся очаги беспорядков и вооруженного насилия. По мере того, как проходят дни, ничто не доказывает примирения между режимом и его противниками. И — несмотря на ареалы относительного процветания в некоторых районах — условия жизни общества в целом продолжают ухудшаться. Относительное спокойствие, характеризующее отношения между режимом и его противниками, все чаще кажется не столько предвестником спада, сколько возможным затишьем перед грядущей бурей.
ОБЗОР ХУДОЖЕСТВЕННЫХ СОЧИНЕНИЙ О КАНАДСКОЙ АРМИИ БУДУЩЕГО
Есть аксиома, гласящая, что все, кроме войны, суть имитация. Если так, то, возможно, среди старейших форм имитации — литературная фантастика, гибкий инструмент, позволявший поколениям писателей строить предположения о том, как могли выглядеть войны в прошлом, равно как и о том, как могут выглядеть войны в будущем. Но что в виде альтернативы историческим фактам «что было бы, если?», что в виде теоретического варианта будущего «что будет, если?», вымышленное повествование позволяет как отдельным людям, так и организациям исследовать идеи, темы, события и исходы, которых, пожалуй, в ином случае не могло бы произойти в реальной жизни.
Как и военные игры, моделирование и имитация, военно-литературный художественный вымысел позволяет оборонным организациям стимулировать интерес и дискуссии о прошлых, настоящих и потенциальных будущих конфликтах. Идет ли речь о применении текущей тактики или возможностях какой-то будущей концепции, вымышленные повествования могут в описательной форме обеспечить детальную иллюстрацию практически любого возможного сценария в любом контексте. Что особенно важно, художественная литература служит записью возможных решений и часто является первым шагом в воплощении в жизнь возможностей армии будущего.
Литературная беллетристика и иллюстративные повествования, изображающие канадскую армию, начали появляться в конце девятнадцатого века. В 1883 году Ральф «Сентенниус»(_S_) выпустил памфлет под названием «Доминион», в котором он предсказывал состояние Канады и характер военных действий примерно до 1983 года. Шесть лет спустя за ним последовала книга У.Х.К. Лоуренса «Буря 92-го года: Дедушкины рассказы, поведанные в 1932»203. Представляющая собой вымышленные мемуары, изображающие войну между Канадой и США в 1892 году, книга Лоуренса подробно описывала гипотетические боевые действия между американскими войсками и канадскими ополченцами, последние из которых сдерживали захватчиков до тех пор, пока к ним не подоспели на подкрепление колониальные части со всей Британской империи. Пусть эта книга была написана не с подачи Министерства ополчения и обороны, она, возможно, стала первым художественным произведением, посвященным будущим военным ситуациям типа «что будет, если?», когда-либо опубликованным в Канаде.
Следующую возможность сыграть свою роль в концепциях армии будущего предоставила литературной беллетристике южноафриканская война (1899–1902 гг.). Публикация книги «Оборона Дурацкого брода» капитана (впоследствии генерал-майора, KBE CB DSO(_T_)) Эрнеста Суинтона в 1905 году была принята очень хорошо и стала обязательным чтением для многих последующих поколений молодых офицеров204. Главный герой рассказа, молодой и энергичный лейтенант Бэксайт Форсот(_U_), отряженный на узкий речной брод где-то в трансваальском вельде, видит серию кошмаров, в которых он проигрывает своим бурским противникам битву за битвой. После каждого сна, однако, подчеркивается ряд уроков, и каждый из них включается в следующее сражение, что в конечном итоге приводит лейтенанта Форсота к победе и избавлению от кошмара в последнем сне.
Хотя книга написана в форме вымышленного рассказа, целью Суинтона было преподать тактические уроки, а также вызвать дискуссию и дебаты о планировании и проведении операций. Как он особо отмечал в своем предисловии:
«Оборона Дурацкого брода» создала новый прецедент для литературной беллетристики в военном профессиональном развитии. Канадская армия приняла эту практику к внутреннему использованию на протяжении двух мировых войн и продолжала публиковать вымышленные сценарии в своих профессиональных журналах в эпоху холодной войны.
Ранние темы (1945–1960 гг.) были посвящены перестройке структуры вооруженных сил Канады, адаптации сухопутных войск к атомному полю боя и интеграции новых технологий для создания солдата завтрашнего дня. По мере того, однако, как стратегические оборонные концепции переходили от политики взаимно гарантированного ядерного уничтожения к политике гибкого реагирования традиционным оружием в 1960-х годах, рассуждения о будущем применении сухопутных войск также сменили свой фокус.
К 1980-м годам центром значительного количества художественных армейских повествований стала возможная Третья мировая война, ведущаяся в основном на европейском театре, — включая публикацию двух основных документов Министерства национальной обороны (DND), подробно описанных ниже. Интересно, что в 1990-е годы подобных романов о канадской армии в будущей войне было мало, возможно, из-за ожидаемого получения дивидендов мира после холодной войны или неожиданного и непредсказуемого характера нового мирового порядка. Как бы то ни было, дебаты о концепциях будущего до недавнего времени практически пребывали в спячке.
Первые статьи, появившиеся в канадской служебной литературе, исходили из источников как внутренних, так и союзных. В ноябре 1949 года только что созданный «Канадский военный журнал» опубликовал статью под названием «Пехота 1965 года», в которой подробно и с рисунками-концептами описывалось оснащение и применение будущих сухопутных войск206. Интенсивно сосредотачивая внимание на будущем, определяемым атомной войной, статья предполагала: «Основная роль пехоты в атомной войне будет заключаться в выведении из строя атомных бомбардировочных баз противника»207. Автор статьи, Х.Х. Брайан также отмечал, что «будущие [сухопутные] войска будут состоять преимущественно из пехоты, которая станет полностью воздушно-десантной»208. Он также предположил, что быстрый темп будущих военных действий гарантированно приведет к тому, что основной боевой единицей в будущих операциях станет не дивизия, а трехбатальонная боевая группа. Наконец, Брайан предсказал, что выдвинутые к передовой штабы, приближенные к войскам, окажутся необходимы в любой будущей воздушно-наземной операции, и что крупномасштабные статические штабы дивизионного уровня, скорее всего, практически полностью исчезнут с поля боя.
Брайан также сделал ряд замечаний о будущем отдельного солдата.
Он утверждал: «Пехотинец 1965 года так же хорошо освоится с воздушной машиной, как сегодняшний его коллега — с грузовиком»209. Он предположил, что будущие солдаты станут использовать более легкое личное снаряжение, предпочтут ловкость выносливости, будут использовать шлем, защищающий голову от радиоактивности, и носить боевой самогерметизирующийся костюм, который может быть использован как на большой высоте, так и под водой — в соответствии с необходимостью. Он также предсказал, что солдата 1965 года сформируют компактная беспроводная персональная связь, улучшенный сухой паек, сохранение при нем гранат и баллистического оружия. Его последнее замечание о том, что «в течение следующих двух десятилетий перегруженный, неповоротливый рядовой, с его неуклюжими ботинками и дешевой одеждой от подрядчика, исчезнет со сцены», к сожалению, оказалось неточным, и даже сегодня канадская армия по-прежнему сталкивается с проблемой разгрузки своих сухопутных войск и улучшения их обмундирования.
В следующем (1950) году в «Canadian Army Journal» появляется еще одна статья, предсказывающая возможное будущее сухопутных войск. Подписанный анонимно как «Один из Них», короткий вымышленный сценарий описывал будущий визит полковника-главнокомандующего Королевской подземной легкой пехотой (RULI) в свои части, расквартированные на одной из основных армейских баз в Канаде в 1963 году. Возможно, задуманный как критика меняющейся структуры армейских сил того периода, разговор между главнокомандующим и командиром на месте подчеркивает распад традиционного пехотного подразделения периода Второй мировой войны — в ходе того, как такие специализированные службы, как связь, транспорт, инженеры/саперы, логистика и противотанковая оборона из него удалялись и полностью сводились в свои собственные подразделения. Хотя этот процесс постепенно начался во время Второй мировой войны, многие функции тактической поддержки оставались в составе пехотного полка или были непосредственно подчинены его командованию. Автор, очевидно, считал, что канадская армия будущего будет состоять из множества специализированных родов войск и служб с очень слабой интеграцией или смычкой, в результате чего будущие пехотные батальоны будут крайне изолированы и лишатся поддержки.
По счастью, это предсказание не привело к серьезным результатам, хотя оно еще раз продемонстрировало, что армия пытается представить форму собственного существования на десяток с лишним лет вперед.
В 1960-х и 1970-х годах фантастика о будущем канадской армии появлялась реже, не создавалось и никаких значительных внутренних документов для общего потребления. Однако в этот период общественность вновь стала заниматься прогнозированием. Брюс Пау предвосхитил последующий Квебекский кризис(_V_), опубликовав в 1968 году книгу «Территория убийств: Канадская гражданская война«»210. Обозначенная как «роман о военной игре, прогноз событий, основанный на предположениях, которые могут подтвердиться или не подтвердиться в реальных обстоятельствах», она, возможно, стала первым подробным исследованием того, что может потребоваться от канадской армии при оказании помощи гражданским властям в рамках чрезвычайных мер в современном конфликте.
Возросшие в конце 1970-х годов опасения, что в начале 1980-х в Европе может разразиться война между НАТО и Варшавским договором, породили несколько художественных произведений — как в печати, так и в кино. Наиболее примечательной для канадской армии в этом жанре оказалась опубликованная в 1978 году книга «Третья мировая война: август 1985 года», написанная генералом сэром Джоном Хэкеттом и другими аналитиками НАТО. Признавая, что «авторы ясно дают понять, что единственный прогноз, который можно с уверенностью предложить относительно будущего, заключается в том, что ничего не произойдет именно так, как они это показали», эта история представляла собой удивительно подробное и очень правдоподобное фантастическое повествование о том, как именно могла бы разворачиваться такая война. На почти пятиста страницах книги Третьей мировая война была представлена как история войны, написанная вскоре после ее окончания. В ней обсуждались причины и последствия, а также, хотя и вкратце, говорилось о том, какую роль могли бы сыграть вооруженные силы Канады в составе сил НАТО в Европе. Второй том, озаглавленный «Третья мировая война: нераскрытая история», появился в 1982 году и послужил как обновлению, так и дополнению событий, которые авторы не смогли подробно рассмотреть в первой книге.
За работой Хэкетта последовали американские и канадские исследования боевых действий на западногерманских равнинах на тактическом уровне. В американской публицистической литературе следует отметить «Красный шторм поднимается» Тома Клэнси и Ларри Бонда (1986) и «Группа “Янки”» Гарольда Койла (1987). В Канаде Мобильное командование (FMC) инициировало два беллетризованных исследования операций канадской армии в конфликтах подобного типа. В 1984 году DND выпустило первую иллюстрированную повесть «Первое столкновение», написанный майором (в отставке) Кеннетом Мэкси211, MC(_W_). Бывший офицер Королевского танкового полка, служивший командиром подразделения в Нормандии в 1944 году, Мэкси использовал литературный прием, чтобы дать канадским командирам, служившим в Западной Европе в 1984 году, более полное представление об этапах подхода боевой группы и вступлении в бой против советской танковой дивизии в вымышленном сражении. Сосредоточив внимание на ротных и бригадных группах, читатели следят за жизнью персонажа — подполковника Дага Тинкера, командира 3-го батальона боевой группы Королевского канадского полка, который ведет оборонительный бой против 1-й гвардейской танковой дивизии генерал-майора Грегора Самсонова на плато Буль. В 1985 году Мэкси переиздал это весьма успешное исследование для свободного публичного пользования в издательстве Sterling Publishing Company.
Произведение, пусть от него не требовалось дать портрет технологий будущего, задумывалось как учебное пособие с целью создания мысленного образа того, как могут выглядеть канадские солдаты на войне в Западной Европе. В целом повествование было очень хорошо принято в армии и считалось обязательным чтением для младшего и среднего командного состава и командования. Успех «Первого столкновения» побудил Мэкси опубликовать в 1989/1990 гг. продолжение романа под названием «Контрудар»212. Хотя и не будучи прямым продолжением «Первого столкновения», он имел ту же цель — создать мысленный образ сухопутных войск в будущих сражениях, и был написан почти в том же формате и стиле. В «Контрударе» советский противник был заменен более общей и в то время политически корректной Фантазианской Армией, однако было совершенно очевидно, что это одно и то же, учитывая, что земля, за которую велись бои, по-прежнему располагалась в Германии.
Тем не менее в сюжете встречались и другие различия. В «Первом столкновении» использовались организация и техника канадской армии в том виде, в котором они существовали в 1984 году, тогда как «Контрудар» был основан на идеях условного корпуса 86 и связанной с ним доктрине213. Во введении к роману также сделана оговорка: «Читателю следует помнить, что многих из описанных организаций и оборудования не существует и вообще не могло существовать»214. Тем не менее, как и «Первое столкновение», издание достигло своей цели — создать мысленный образ и стимулировать интерес к армейским операциям через вымышленное, но реалистичное изображение событий в сражении.
После публикации «Контрудара» в 1989/90 гг.215
В 1997 году канадская армия сформировала Управление стратегических концепций сухопутных войск в Кингстоне, Онтарио (DLSC). Управление получило задание разработать концепцию канадской армии будущего, и его мандат идеально подходил для создания новой вымышленной истории, предсказывающей, как канадская армия могла бы существовать и воевать ближе к середине 21 века. В 2003 году DLSC начал работу над «Кризисом в Зефре» — историей, действие которой происходит в недееспособном государстве где-то в Африке южнее Сахары, с типичным канадским пехотным отделением, в нетипично развернувшемся патрульном рейде.
С учетом того, что в конце 1980-х годов никто не предсказывал, что канадская армия будет полностью привязана к асимметричным войнам и миротворческой деятельности — на Балканах и в Афганистане — с 1990-х годов и далее, необходимость гипотез, размышлений и, самое главное, компетентных дебатов о будущем канадской армии остается критически важной для сегодняшнего планирования будущего. Одним из средств подбадривания этой деятельности является привлечение моделирующей беллетристики. Нынешняя публикация, «Кризис в Зефре», опирается на более чем столетнюю традицию канадской армии заглядывать вперед и предлагает военным всех уровней пищу для размышлений, разбора и обсуждений. Основанный на прецедентах «Кризис в Зефре» — это бесценный инструмент, который поможет сформировать наших преемников.
Словарь217:
Ad-hoc Сеть (Ad-hoc Network)
Мобильная ad-hoc сеть (mobile ad-hoc network, MANET) — это не имеющая постоянной структуры, создаваемая «на лету» самонастраивающаяся сеть мобильных маршрутизаторов (и связанных с ними хостов), соединенных беспроводными каналами, объединение которых образует произвольную топологию. Маршрутизаторы могут произвольно перемещаться и произвольно организовываться; таким образом, беспроводная топология сети может меняться быстро и непредсказуемо. Такая сеть может работать автономно или быть подключенной к Интернету.
Агрегатор (Aggregator)
Новостной агрегатор — это часть программного обеспечения или удаленно размещенная служба, которая периодически перечитывает ряд источников новостей в одном из нескольких XML-форматов (RSS или Atom), находит новые материалы и отображает их на одной странице. Существует три основных типа: агрегаторы новостей для настольных компьютеров, онлайновые агрегаторы новостей и агрегаторы на стороне сервера.
Ветроника (Vetronics, т. е. бортроника, от VEhicle — транспортное средство и elecTRONICS)
Термин «Ветроника» относится к интегрированным электрическим и электронным системам на борту транспортного средства. Эта область включает в себя подсистемы управления транспортным средством, диагностику, электропитание, дисплеи, связь и всю электронику полезной нагрузки.
Вредоносное ПО (Malware)
Вредоносное программное обеспечение — это любое ПО, разработанное с целью нанесения вреда компьютерной системе. Два широко распространенных типа вредоносных программ — это вирусы и черви. Эти типы программ объединяет то, что они способны к самовоспроизведению: они могут распространять (возможно, модифицированные) копии самих себя. Не каждая программа, которая копирует себя, является вирусом или червем; например, программное обеспечение для резервного копирования может копировать себя на другие носители в рамках бэкапа системы. Чтобы классифицироваться как вирус или червь, по крайней мере, некоторые из этих копий должны быть способны к самовоспроизведению, так что вирус или червь может распространяться самостоятельно. Разница между вирусом и червем заключается в том, что червь действует более или менее независимо от других файлов, в то время как вирус зависит от хостов для своего распространения.
Глобализация (Globalization)
Глобализация — это термин, используемый для описания изменений в обществе и мировой экономике, которые являются результатом резко возросшего объема торговли и культурного обмена. В специфически экономическом контексте он относится почти исключительно к эффектам торговли, в частности, к либерализации торговли или «свободной торговле». Глобализация стала отождествляться с рядом тенденций, большинство из которых, возможно, развились после Второй мировой войны. Они включают в себя более широкое международное движение товаров, денег, информации и людей, а также развитие технологий, организаций, правовых систем и инфраструктур для обеспечения этого движения. Фактическое существование некоторых из этих тенденций оспаривается. К этим тенденциям относят:
• увеличение международной торговли более быстрыми темпами, чем рост мировой экономики
• увеличение международного потока капитала, включая прямые иностранные инвестиции
• увеличение трансграничного потока данных с использованием таких технологий, как Интернет, спутники связи и телефоны
• больший международный культурный обмен, например, за счет экспорта голливудских и болливудских фильмов.
• некоторые утверждают, что даже терроризм подвергся глобализации; теперь террористы совершают нападения по всему миру.
• распространение мультикультурализма и более широкий индивидуальный доступ к культурному разнообразию, с другой стороны, некоторое сокращение разнообразия за счет ассимиляции, гибридизации, вестернизации, американизации или китаизации культур
• эрозия национального суверенитета и национальных границ через международные соглашения, ведущие к появлению таких организаций, как ВТО и ОПЕК
• расширение международных путешествий и туризма
• увеличение иммиграции, в том числе нелегальной
• развитие глобальной телекоммуникационной инфраструктуры
• развитие глобальных финансовых систем
• увеличение доли мировой экономики, контролируемой транснациональными корпорациями
• повышение роли международных организаций, таких как ВТО, ВОИС и МВФ, которые занимаются международными сделками
• увеличение количества стандартов, применяемых в глобальном масштабе; например, законы об авторском праве
Дополненная реальность (Augmented Reality)
Дополненная реальность (ДР) — это область компьютерных исследований, которая имеет дело с комбинацией реальных и сгенерированных компьютером данных. В настоящее время большинство исследований ДР связаны с использованием видеоизображений в прямом эфире, которые подвергаются цифровой обработке и «дополняются» путем добавления компьютерной графики. Наиболее развитые исследования включают использование данных, получаемых при отслеживании движения, распознавание целевых маркеров с помощью машинного зрения, а также создание контролируемых сред, содержащих любое количество датчиков и исполнительных механизмов.
Коммуникатор (Minder)
Информационное устройство (ИУ) — это любое устройство, которое может обрабатывать информацию, сигналы, графику, анимацию, видео и аудио, и может обмениваться такой информацией с другим ИУ или устройством-коммуникатором. Типично такими устройствами могут быть смартфоны, смарт-карты, КПК и так далее. Цифровые камеры, обычные сотовые телефоны, телевизионные приставки и ЖК-телевизоры не являются информационными устройствами, если они не способны выполнять коммуникационные и информационные функции. Определения информационных устройств могут пересекаться, и иногда они могут называться интеллектуальными устройствами, мобильными устройствами, беспроводными устройствами, интернет-устройствами, веб-устройствами, карманными устройствами, наладонными устройствами или интеллектуальными карманными устройствами.
Коран (Koran)
Курʼан (арабское al-qur'an لْقُرآن; буквальное значение — «декламация», часто называется «Аль-Куʼран аль-Карим» («Благородный Куʼран»), также транслитерируется как Куран, Коран и реже Алькоран) — священная книга ислама. Мусульмане верят, что Коран является буквальным словом Бога и кульминацией Божьего откровения человечеству, которое открывалось пророку Мухаммеду в течение 23 лет ангелом Джибрилом (Гавриилом). Коран состоит из 114 сур (глав), содержащих в общей сложности 6,236 аятов (стихов; точное количество аятов оспаривается, но не из-за споров о содержании, а из-за различных методов подсчета). Коран пересказывает истории многих людей и событий, описанных в еврейских и христианских священных книгах (Тора, Библия) и религиозной литературе (апокрифы, мидраши), хотя и отличается от них во многих деталях. Известные библейские персонажи, такие как Адам, Ной, Авраам, Моисей, Иисус и Иоанн Креститель, упоминаются в Коране как пророки ислама.
Лидар (LIDAR)
LIDAR (light detection and ranging или laser imaging detection and ranging) — это технология, определяющая расстояние до объекта или поверхности с помощью лазерных импульсов. Подобно аналогичной радарной технологии, в которой вместо света используются радиоволны, дальность до объекта определяется путем измерения временной задержки между передачей импульса и обнаружением отраженного сигнала. Аббревиатура LADAR (LAser Detection And Ranging) для лидарных систем с упругим обратным рассеянием используется в основном в военном контексте. Также используется термин лазерный радар, но он несколько вводит в заблуждение, поскольку используется лазерное излучение, а не радиоволны.
Моблог, мобильный веблог (Moblog, mobile weblog)
Мобильный веб-блог, или моблог, состоит из контента, размещаемого в Интернете с мобильного или портативного устройства, такого как сотовый телефон или КПК. Моблоги обычно используют технологию, позволяющую публиковать материалы с мобильного устройства. Значительная часть первых разработок моблогов произошла в Японии, одной из первых стран в мире, где сделались широко доступны в продаже телефоны с камерами (портативные телефоны со встроенными камерами).
Нанотехнологии (Nanotechnology)
Нанотехнологии включают в себя любые технологические разработки в нанометровом масштабе, обычно от 0,1 до 100 нм. (Один нанометр равен одной тысячной части микрометра или одной миллионной миллиметра). Иногда этот термин применяется к любой микроскопической технологии. Термин «нанотехнология» часто используется как взаимозаменяемый с термином «молекулярная нанотехнология» — гипотетической, прогрессивной формой нанотехнологии, которая, как считается, может быть достигнута в будущем. Молекулярная нанотехнология включает в себя концепцию механосинтеза. Термин «нанонаука» используется для описания междисциплинарной области науки, посвященной развитию нанотехнологий. Масштабы нанотехнологий делают их восприимчивыми к квантовым явлениям, что приводит к часто противоречивым результатам. К таким наномасштабным явлениям относятся квантовые эффекты размера и молекулярные силы, такие как силы Ван-дер-Ваальса. Кроме того, значительно возросшее отношение площади поверхности к объему открывает новые возможности в науке, работающей с поверхностями, например, в катализе. Радикальная нанотехнология — это термин, обозначающий сложные наномасштабные машины, работающие на молекулярном уровне. На основании бесчисленных примеров, найденных в биологии, в настоящее время известно, что создание радикальной нанотехнологии возможно. Многие ученые сегодня считают, что, скорее всего, эволюция сотворила оптимизированные биологические наномашины с близкими к оптимальным характеристиками, возможным для наномасштабных машин, и что радикальная нанотехнология, таким образом, должна создаваться, следуя биомиметическим принципам. Однако К. Эрик Дрекслер предположил, что радикальная нанотехнология может быть создана на машиностроительных принципах. Идея Дрекслера о молекулярной нанотехнологии на основе алмазоидов в настоящее время является спорной, и остается ожидать, к чему приведут будущие разработки.
Ремейлер, почтовый ретранслятор (Remailer)
Анонимный ремейлер — это компьютер-сервер, который получает сообщения со встроенными инструкциями о том, куда их отправить дальше, и пересылает их, не раскрывая трассировки пути, откуда они изначально пришли. Существуют анонимные ремейлеры типа Cypherpunk, Mixmaster и nym-сервера (среди прочих), которые отличаются по принципу работы, политике, которую они реализуют, и типам атак на анонимность электронной почты, которым они могут (должны) противостоять. Ремейлинг, обсуждаемый в этой публикации, применяется к электронным письмам, предназначенным для конкретных получателей, а не для широкой публики. В последнем случае анонимности легче достичь, используя любой из нескольких методов анонимной публикации.
Топливный элемент (Fuel Cell)
Топливный элемент — это электрохимическое устройство, похожее на аккумулятор, но отличающееся от него тем, что оно сконструировано под условия непрерывного пополнения потребляемых реагентов, т. е. оно вырабатывает электроэнергию из внешнего источника топлива, в отличие от ограниченной внутренней емкости аккумулятора. Типичными реагентами, используемыми в топливном элементе, являются водород — подается со стороны анода, — и кислород — на стороне катода (водородный элемент). В отличие от них обычные аккумуляторы употребляют твердые реагенты и — как только эти реагенты истощены, — должны быть выброшены, заряжены электричеством путем запуска химической реакции в обратном направлении или, по крайней мере, теоретически, их электроды должны быть заменены. Как правило, в топливных элементах реагенты поступают внутрь, а продукты реакции выходят наружу, и становится возможной непрерывная работа практически без ограничений по времени, пока поддерживаются эти потоки.
Трехквартальная (трехблочная) война (Three — Block War)
Война трех блоков (кварталов) — это термин, впервые введенный генералом Чарльзом Крулаком, 31-м Командующим Корпуса морской пехоты США. В одном из трех смежных городских кварталов трехквартальной войны от армии может потребоваться оказание гуманитарной помощи или содействие другим в этом. Во втором квартале могут потребоваться операции по стабилизации или поддержке мира, а в третьем армия может быть вовлечена в высокоинтенсивные бои. Армия должна быть готова к проведению этих операций одновременно и при крайней близости одной зоны к другой, как в крупных урбанизированных центрах, так и на сложной местности.
(
Умная (интеллектуальная) пыль (Smart Dust)
Интеллект-пыль — это сеть крошечных беспроводных микроэлектромеханических датчиков (MEMS), роботов или устройств, оснащенных беспроводной связью, которые могут детектировать все — от света и температуры до вибраций и т. д. Устройства называются также мотами (мотылек, моль) и предположительно могут быть ужаты до размеров песчинки или даже частички пыли. Каждое устройство содержит датчики, вычислительные схемы, технологию двунаправленной беспроводной связи и источник питания. Моты будут собирать данные, выполнять вычисления и общаться с помощью двухсторонней радиосвязи с другими мотами на расстоянии до 1000 футов (300 метров). Собранные вместе, они автоматически создают очень гибкие сети с низким энергопотреблением, которые могут применяться в самых разных областях — от систем климат-контроля до развлекательных устройств, взаимодействующих с информационными приборами.
Умная/управляемая толпа, смарт-моб (Smart Mob)
Умная толпа — это концепция, представленная Говардом Рейнгольдом в своей книге «Умные толпы: Следующая социальная революция». Недавно возникшая форма социальной координации, ставшая возможной благодаря использованию современных технологий, таких как Интернет и беспроводные устройства, например, мобильные телефоны и КПК; «умная толпа» — это группа, которая, вопреки обычным представлениям о толпе, ведет себя разумно или эффективно благодаря своим экспоненциально увеличивающимся сетевым связям. По сути, «умная толпа» — это практическая реализация коллективного разума. По словам Рейнгольда, примерами «умных толп» явились уличные протесты, организованные движением против глобализации. Другой пример — текстовые сообщения, которые были разосланы на Филиппинах и которые, как считается, частично отвечают за демонстрацию, сместившую бывшего президента Джозефа Эстраду. Примеры таких текстовых сообщений могут гласить: «носите черное, чтобы оплакать смерть демократии», «ожидайте стычки» и «идите на Эдса(_X_), одевшись в черное».
Флеш-моб (Flash Mob)
Флеш-моб — это группа людей, которые внезапно собираются в общественном месте, делают что-то необычное или примечательное, а затем рассеиваются. Обычно они организуются с помощью Интернета или других цифровых коммуникационных сетей.
Электромагнитный Импульс (Electromagnetic Pulse)
В телекоммуникациях и военных действиях термин «Электромагнитный импульс (ЭМИ)» имеет следующие значения:
1) Электромагнитное излучение от взрыва (особенно от ядерного взрыва) или интенсивное флуктуирующее магнитное поле, вызванное комптоновской отдачей электронов и фотоэлектронов от фотонов, рассеянных в материалах электронного или взрывного устройства или в окружающей среде. Возникающие электрические и магнитные поля могут взаимодействовать с электрическими/электронными системами, вызывая разрушительные скачки тока и напряжения. Эффект обычно не заметен за пределами радиуса взрыва, если только устройство не является ядерным или специально разработанным для создания электромагнитной шоковой волны.
2) Широкополосный, высокоинтенсивный, кратковременный всплеск электромагнитной энергии.
В случае ядерного взрыва электромагнитный импульс содержит непрерывный частотный спектр. Бóльшая часть энергии распределена по более низким частотам в диапазоне от 3 Гц до 30 кГц.
Электронная бумага (Electronic Paper)
Электронная бумага, или e-paper, — это технология, позволяющая перезаписывать текст на листе бумаги. На самом деле «бумага» сделана из органической электроники с использованием проводящего пластика, который содержит крошечные шарики, реагирующие на электрический заряд, изменяя страницу точно так же, как изменяются пиксели на мониторе компьютера. Электронная бумага была разработана для того, чтобы преодолеть некоторые ограничения компьютерных мониторов. Например, подсветка мониторов нагружает человеческое зрение, в то время как электронная бумага отражает свет так же, как и обычная бумага. С нее легче читать под углом, чем с монитора с плоским экраном. Электронная бумага, поскольку она сделана из пластика, может быть гибкой. Она легка и потенциально недорога.
Army. Advancing With Purpose: The Army Strategy [Армия. Целенаправленное наступление: стратегия армии]. (Ottawa: May 2002).
Army Purpose Defined: The Force Employment Concept for the Army: One Army, One Team, One Vision [Определение задач армии: Концепция приложения сил в армии: Одна армия, одна команда, одно видение]. (Ottawa: March 2004).
Directorate of Land Strategic Concepts. Future Force: Concepts for Future Army Capabilities [Управление стратегических концепций сухопутных войск. Армия будущего: Концепции будущих возможностей армии]. (Kingston: 2003).
Gizewski, R and Horn, LCol B. eds. Towards the Brave New World: Canada's Army in the 21st Century [сб. под ред. Гизевски, Р. и Хорн, Б., п/п-к, К новому славному миру: Канадская армия в 21 Столетии]. (Kingston: 2003).
Задача Управления стратегических концепций сухопутных войск[1] (Канады) — консультировать начальника сухопутного штаба по вопросам угроз в сфере безопасности в будущем, потенциальных способностях, которые потребуются для действий в сложившейся обстановке, а также альтернативных концепций и технологий для достижения требующихся возможностей. Исполняя свои полномочия, Управление рассматривает широкий круг вопросов, охватывающих глобальную и внутреннюю обстановку, новые технологии, развитие союзных и иностранных военных сил. Команда «армии будущего» состоит из небольшой группы военных и гражданских ученых в области обороны, при поддержке связей с широким кругом специалистов — как военных, так и гражданских, как канадских, так и международных.
Полковник Гай Мейллет
Подполковник Кеннет Фолкнер
Подполковник Дэвид Галеа
Подполковник Бернд Хорн
Подполковник Майкл Маурер
Подполковник Роберт Уильямс
Майор Эндрю Годфруа
Майор Джон Шихан
Мр. Фред Камерон
Мр. Питер Гизевски
Мр. Риган Решке
Координатор проекта «Зефра» — майор Эндрю Годфруа
Автор — мр. Карл Шрёдер
Иллюстратор — мр. Кальман Андрасофски
ad-hoc сеть (ad-hoc network) 18, 87
автономный (autonomous) 10, 16, 20, 24, 32, 54, 61,68, 78
автоматизированный (automated) 51
агрегатор (aggregator) 4, 5, 25, 29, 39, 43
аэростат (aerostat) 9, 15, 17, 18, 22, 38, 53, 72, 78, 79, 80, 85, 86, 103
бактерии (bacteria) 103
беженцы (refugees) 70
беспилотный (unmanned, unpiloted) 55, 78, 11, 51
блокировка оружия (weapons locks) 20
бомба (bomb) 3, 24, 29, 56, 74
бомбовая нагрузка, грузоподъемность (cargo) 78
бомбоискатель (bomb-sniffer) 3, 24
бот (bot) 26, 27, 40, 70, 71, 79, 80, 82, 99
боты (bots) 26, 27, 30, 40, 42, 46, 51, 55, 69, 70, 76, 77, 82, 83, 95, 96, 98, 99, 100, 106, 110
БПЛА (UAVs) 53, 78, 101, 106, 107, 108, 109
в реальном времени (real-time) 39
введение в заблуждение (deception) 33
веб-камеры (web cam) 24
веб-сайт (website) 11
верность (loyalty) 51
взрыв (explosion) 19, 25, 66, 73, 79, 80, 83, 101
взрывчатые вещества (explosive) 11, 16, 27, 40, 46, 55, 87, 110
видеопоток (video feed) 18, 43, 45, 57, 78
виртуальный (virtual) 5, 8, 9, 19, 22, 25, 39, 76, 80, 96, 98
вода (water) 5, 7, 9, 10, 13, 37, 38, 43, 44, 48, 49, 53, 66, 69, 70, 72, 76, 78, 80, 84, 86, 95, 96, 100, 102, 124
враг (enemy) 18, 27, 40, 42, 49, 50, 54, 68, 77, 95, 96, 98, 99, 128, 129
вредоносные программы (malware) 72
встроенный (embedded) 69, 74, 114
выборы (election) 7, 10, 29, 46
выбранный мишенью (targeted) 47
вынюхиватель, ищейка (sniffer) 6, 46, 55, 83
генетический (genetic) 103
гипербарический (hyperbaric) 20
глобализм (globalism) 104
город-государство (city-state) 7, 123, 124
граната (grenade) 17, 19, 26, 68, 129
дезинформация (disinformation) 55, 65
детекторы лжи (lie detectors) 49
добровольцы (volunteer) 56
дополненная реальность (augmented reality) 4, 10, 56
допрос (interrogation) 45
дроны (drones) 6, 16, 26, 78, 101, 102, 103
дружественные лица (friendly) 12
загрузка (downloaded) 10
заложники (hostages) 76, 77, 96, 99, 100
запрограммированные боеприпасы (programmed) 26, 102, 108
зуммирование/масштабирование изображения (zoom) 10, 22
игра (game) 12
идеология (ideology) 31, 102, 124
инновации (innovations) 7
иностранцы (foreigners) 14, 65, 103, 107, 124
интернет (internet) 13, 14, 43, 46, 48, 65, 66, 74, 103, 110
камеры (cameras) 18, 22, 53, 72, 80, 103, 110
коалиция (coalition) 7, 9, 10, 29, 37, 39, 43, 46, 47, 53, 55, 56, 74, 77, 78, 85, 96, 108, 109, 110
командующий (commander) 14, 29, 131
компьютер (computer) 3, 4, 5, 9, 16, 17, 55, 68
коммуникатор (minder) 3, 4, 12, 13, 14, 23, 24, 25, 56, 74, 84, 85, 103, 107
коммуникации (communication) 54
контрольно-пропускные пункты (checkpoints) 75
коран (Koran) 13
лазер (laser) 16, 24, 28, 66, 82
лидар (LIDAR) 10, 16, 17, 24, 98
мина-ловушка (booby-trap) 40
миротворческая деятельность (peacekeeping) 9
моблог (moblog) 5, 29, 39, 43, 53
моблоггеры (mobloggers) 22, 26
моделирование (simulations) 23, 32, 40, 76, 98
мятеж (insurgence) 50
наголовный дисплей, НгД (head mounted display, HMD) 6
надувательство (spoofing) 42
нанотехи (nanotech) 101, 106, 107, 109, 110
насилие (violence) 7, 84, 104, 124, 125
НгД (HMD) 7, 9, 10, 17, 19, 25, 38, 39, 40, 42, 45, 50, 66, 76, 84, 86, 95, 96, 98
недееспособные государства (failed states) 31, 32, 45, 110
некомбатанты (non-combatants) 27, 28, 34, 53, 61, 77, 99
нелетальный (non-lethal) 39, 51
неправительственные организации (NGO) 11
нефть (oil) 44
новостной агрегатор (news aggregator) 4, 25
новостные каналы (newsfeeds) 55
новостные ленты (news feeds) 4, 25
обнаружение угрозы (threat-detection) 18
ООН (U.N.) 29, 39, 43, 48, 51, 56, 65, 77, 80
операции (operations) 31,43, 59, 73, 76, 113, 128, 129, 131, 132
операция (operation) xi, 31,46, 78, 129
оружие (weapon) 13, 14, 17, 20, 22, 27, 32, 40, 56, 60, 68, 70, 71, 74, 84, 85, 96, 102, 103, 104, 106, 107, 108, 109, 110, 128, 129
отравляющее вещество (poison) 78
оценка угрозы (threat assessment) 17
очистители воды (water purifiers) 7
очки дополненной реальности (augmented reality glasses) 4, 56
партизаны (guerrilla) 9
патруль (patrol) 5, 6, 10, 11, 12, 17, 18, 20, 22, 23, 24, 29, 39, 45, 46, 49, 51, 55, 75, 77, 78, 100, 109, 117
переводчик и специалист (translator and specialist) 3
переговоры (negotiate) 100
персонажи (personas) 19
подкрепления (reinforcements) 24, 46, 47, 49, 51, 65
полевые командиры (warlords) 46, 78, 84, 107, 108
политический (political) 7, 26, 31, 53, 55, 59, 123
помеченный ярлычком (tagged) 38
попадание в засаду (ambushed) 39
поставки (procurement) 7
потери (casualties) 22, 26, 29, 75
почти пуленепробиваемые (nearly bullet proof) 7
правила ведения боевых действий (ROE) 34
правительство (government) 5, 43, 65, 70, 71, 109, 124
преобразование голоса в текст (voice-to-text) 23
препятствия (obstacles) 40
преступность (criminal) 103, 125
приказы (orders) 10, 39, 49, 54, 73, 80
программные агенты (agents) 10, 15, 32
пропаганда (propaganda) 43, 55, 65, 74, 78
протестующие (protestors) 39, 43
психологический (psychological) 108
раб (slave) 50
разведка (intelligence) 73, 74, 101, 102, 103, 106
радар (radar) 15, 27, 42, 79, 83
радио (radio) 3, 9, 37, 46, 78
ракета (rocket) 12
распознавание голоса (voice-recognition) 10, 56
распознавание мимики (facial recognition) 45, 110
реактивная граната (rocket-propelled-grenade, RPG) 19, 22
регламент голосовой связи (voice procedure) 10, 34
ремейлер (remailer) 12, 65, 74
ресурсы (resources) 31,47, 85, 124
роботы (robots) 32
ройботы (swarmbots) 6, 20, 26, 28, 40, 42, 76, 77, 78, 79, 96, 98, 99
самодельные взрывные устройства (Improvised Explosive Devices) 16
сенсор (sensor) 9, 18, 19, 40, 49, 72, 79, 83, 110
семафор (semaphore) 12, 24, 75
сердца и умы (hearts and minds) 9, 34, 47, 110
сети (networks) 43, 61,66, 103
сеть (network) 23, 31,49, 65, 66, 74, 82, 103, 124
синхронный перевод (instant translation) 13
ситуационная информированность (situational awareness) 9, 10
ситуационная карта (situation map) 39
ситуационный дисплей (situation display) 76
смарткостюм (smartsuit) 19, 22, 47, 68, 69
СМИ (media) 12, 16, 23, 25, 27, 31, 85, 102
снайпер (sniper) 19, 26, 27, 28, 40, 42, 83, 98
солдат (soldier) 31, 37, 50, 51, 124, 128, 129
сопутствующий урон (collateral damage) 20
спутники (Satellites) 53
статистический (statistical) 15
страйкботы (strikebots) 29, 40, 42, 47, 50, 57, 66, 68, 71, 76, 77, 83, 96, 98, 99, 100
стрекозы (dragonflies) 6
сфальсифицированный (faked) 43
удар с отходом (hit and run) 9
умная пыль (smart dust) 9, 18, 72
умные толпы (smart mobbing) 33
управление толпой (crowd-control) 53
урбанизация (Urbanization) 32
такси без водителя (driverless cab) 3
тактика (tactics) xiii, 32, 61, 77, 127
текстовое сообщение (text-message) 23, 29, 37
терагерц (terahertz) 10, 16, 79
термобарический (thermobarics) 28, 42, 99
технологии (technologies) ii, xiii, 13, 31, 32, 128, 132
токсин (toxin) 103
токсичный агент (Toxic Agent) 106
топливные элементы (fuel cell battery) 6
трехмерный дисплей (three-dimensional display) 9
трущобы (slums) 7, 45, 48, 49, 70, 75
фальшивая трансляция (false feed) 39
Фанонистская Ирредентистская организация «Феллахун» (Fanonist Irredentist Fellaheen) xv, 12, 124
ФИФ (FIF) 23, 55, 56, 65, 72, 74, 78, 102, 106, 107, 108, 109, 124, 125
флеш-мобы (flash mobs) 37, 39, 46, 47, 53, 54, 65
фуллерен и нейлон (fullerene and nylon) 7
центр помощи (aid station) 29, 39, 45, 46, 53, 56, 69, 78
химическое оружие (chemical) 103
хлынули роем (swarmed) 40,9, 99
шаблоны (patterns) 15, 103, 107
экстренная диагностика (Triage) 68
электрическая броня (electric armour) 20
электромагнитное (electromagnetic) 108
электронная бумага (e-paper) 11, 108
электронная карта (e-map) 69, 70
ЭМ-импульс (EM pulse) 74
этническая чистка (ethnic cleansing) 70
http://www.wired.com/news/infostructure/0,1377,63538,00.html
http://wwwirobot.com/governmentindustrial/product_detail.cfm?prodid=33
http://www.nationalgeographic.com/tv/explorer/exp031603.html
http://news.nationalgeographic.com/news/2003/10/1001_031001_tntsniffer.html
http://scmstore.com/english/robotic/biorobots/zona_robobiologica.htm
http://www.cesweb.org/attendees/awards/innovations/rd_honorees.asp?boi=1
http://www.americanscientist.org/template/AssetDetail/assetid/28780/page/9;_Bk8
http://www.wired.com/news/technology/0,1282,66872,00.html/wn_ascii
http://www.discover.com/issues/aug-04/rd/bulletproof-fatigues/
http://crnano.typepad.com/crnblog/2004/02/green_nanotechn.html
http://www1.cs.columbia.edu/graphics/projects/mars/mars.html
http://www.globalsecurity.org/military/systems/ground/follower.htm
http://news.nationalgeographic.com/news/2003/10/1001_031001_tntsniffer.html
http://www.computerworld.com/softwaretopics/os/story/0,10801,73729,00.html
http://www.fujifilm.co.uk/digital/accessories/xdcard/index.php?flash=6
http://www.technologyreview.com/articles/05/03/wo/wo_hoffman
http://www.simulation.com/training/Military_Sim/military_sim.html
http://www.inertialengineeringinternational.com/inssystems.htm
http://www.computerworld.com.au/index.php/id;2l8358609;fp;l6;fpid;0
http://globalsecurity.org/military/systems/ground/m29-oicw.htm
http://newsvote.bbc.co.uk/mpapps/pagetools/print/news.bbc.co.uk/2/hi/ technology/3873481.stm
http://www.designnews.com/article/CA110182.html?stt=001&pubdate=01%2F19%2F98
http://www.wired.com/news/conflict/0,2100,58094,00.html?tw=wn_ascii
http://www.wired.com/news/culture/0,l284,64285,00.html/wn_ascii
http://sigchi.org/chi96/proceedings/workshop/Friedman/bf1txt.htm
http://www.edge.org/3rd_culture/rheingold/rheingold_print.html
http://www.csis-scrs.gc.ca/eng/opehttp://econ.worldbank.org/view.php?id=24461rat/io2_e.html
http://www.voyle.net/Nano Battery/Nano Battery 2005–0003.htm
http://www.ginie.org/ginie-crises-links/childsoldiers/human.html
http://www.ginie.org/ginie-crises-links/childsoldiers/index.html
http://www.ercim.org/publication/Ercim_News/enw31/breiteneder.html
http://www.sciam.com/article.cfm?articleID=0006378C–CDE1-1CC6-B4A8809EC588EEDF
http://developers.sun.com/techtopics/mobility/apis/articles/location/
http://www.ginie.org/ginie-crises-links/childsoldiers/recruitment.html
http://www.globalsecurity.org/military/library/report/1996/apjemp.htm
http://www.btinternet.com/~rrnotes/psywarsoc/fleaf/gulfapp.htm
http://robotics.vuse.vanderbilt.edu/Advanced%20Technology.htm
http://wired-wig.wired.com/news/medtech/0,1286,58104,00.html
http://www.telepresence.com/telepresence-research/TELEROBOT/index.html
http://www.sciencedaily.com/releases/2002/08/020828063412.htm
http://content.honeywell.com/dses/products/sensors/satellite/mems.htm
http://washingtontimes.com/national/20050307-121323-4533r.htm
http://crnano.typepad.com/crnblog/2004/06/nanotech_arms_r.html
http://www.eurekalert.org/pub_releases/2005-04/cu-nic040605.php
http://www.wired.com/news/medtech/0,1286,64292,00.html/wn_ascii
http://www.theregister.co.uk/2003/06/27/rfid_chips_are_here/
W.H.C. Lawrence. The Storm of '92: A Grandfather's Tale Told in 1932. (Toronto: Sheppard Publishing Company, 1889).
Maj-Gen. Sir Earnest Swinton, The Defence of Duffer's Drift, The British Infantry Journal, (April 1905).
(имеется на русском в переводе А.Норина 2017 г., Эрнест Данлоп Суинтон, Оборона Дурацкого Брода, http://www.flibusta.is/b/471998 —
Ibid.
H.H. Bryan. The Infantry of 1965, Canadian Army Journal, Vol.2:11 (November 1949), 16–19.
Ibid, 16.
Ibid, 16.
Ibid, 17.
Bruce Powe. Killing Ground: The Canadian Civil War. (Toronto: Peter Martin Associates, 1968). Пау служил в канадской армии за океаном с 1943 по 1945, и позднее стал видным юристом и государственным служащим.
Kenneth J. Macksey. First Clash. (Ottawa: DND Publication B-GL-309-006/FT-001, 15 February 1984). Публикация была подготовлена Главным штабом командования мобильных войск. Слегка модифицированный вариант позднее опубликован как «First Clash: Canadians in World War Three». (Toronto: Stoddard Publishing, 1984, 1985).
Kenneth J. Macksey. Counterstroke. (Ottawa: DND Publication B-GL-309-007/FT-001, 1989/90).
Корпус 86 был названием популярного условного боевого порядка, который включал вымышленную 10-ю канадскую механизированную бригадную группу (CMBG).
Ibid, preface, iii.
Предисловие к «Контрудару» подразумевало, что на этот момент в процессе подготовки находится третий том, Но, что очень вероятно, конец холодной войны и последующий пересмотр канадской политики обороны в 1994 привел к прекращению этой работы.
Например, см. Capt. Andrew B. Godefroy. «The Modern Umbrella: Space Assets As a Force Multiplier in Land Warfare», The Army Doctrine and Training Bulletin: Canada's Professional Journal on Army Issues. Vol. No.2 (November 1998), 18–22. Эта статья начинается с обрисовки потенциального введения в будущем полученной из космоса информации в наземные операции.
Определения извлечены из Википедии — располагающейся в Интернете энциклопедии со свободным содержанием, которое может быть прочитано или отредактировано кем угодно. Энциклопедия имеет 195 независимых языковых издания, спонсируемых некоммерческим Фондом Викимедии. Записи в традиционных энциклопедических темах существуют параллельно со сведениями в альманахах, газетах и темах о текущих событиях. Википедия — это «попытка создать и распространить свободную энциклопедию наилучшего из возможных уровней для каждого из отдельных людей на планете на их родных языках». (http://en.wikipedia.org/wiki/Main_Page)
С ее текстом можно ознакомиться на https://publications.gc.ca/collections/collection_2013/dn-nd/D2-316-2003-eng.pdf —
Роевые боты, ройботы — малоразмерные автономные роботы-разведчики, действуют в составе роя с самоорганизующейся сетью ИК-связи внутри роя и со своим войсковым подразделением. —
Франц Омар Фанон — уроженец Мартиники, франкоязычный вест-индский революционер, социальный философ и психоаналитик. Один из теоретиков и идейных вдохновителей движения новых левых и революционной борьбы за деколонизацию в странах Третьего мира на протяжении уже более чем четырёх десятилетий. —
Ирредентизм (от итал. irredento «неискуплённый; неосвобождённый») — политика государства, партии или политического движения по объединению народа, нации, этноса в рамках единого государства.
Как у практически любой политической практики, у ирредентизма есть своя идеология, в основе которой — национализм. И ХХ век, и XXI-й предлагают достаточно примеров реализации такой идеологии. Некоторые — трагические, некоторые — достаточно цивилизованные. Скажем, идеология Третьего рейха была безусловно ирредентистской. Одно из ключевых ее положений — объединение всех немцев. Послевоенная Федеративная Республика Германия также была ирредентистской, потому что она не признавала разделение Германии на два государства и хотела, чтобы эти два государства стали одним. Это тоже ирредентизм. (Источник — https://globalaffairs.ru/articles/irredentizm-i-krizis-naczionalnoj-identichnosti/) —
Феллах (араб. فلاح «пахарь, землепашец»; мн. ч феллахун فلاحون) — крестьянин в странах Ближнего Востока и Северной Африки. —
Они же вакуумные, или боеприпасы объемного взрыва. —
Произведение создавалось в начале века, когда подобные устройства были весьма популярны на Западе. —
Правила ведения боевых действий (ROE, Rules of Engagement) — это внутренние правила или директивы, предоставленные вооруженным силам (включая отдельных лиц), которые определяют обстоятельства, условия, степень и способ применения силы или действий, которые могут быть истолкованы как провокация. Они разрешают и/или ограничивают, помимо прочего, применение силы и использование определенных возможностей. В некоторых странах артикулированные ROE имеют статус руководства для вооруженных сил, в то время как в других странах ROE представляют собой законное командование. Правила ведения боевых действий обычно не определяют, как должен быть достигнут результат, но указывают, какие меры могут быть неприемлемыми. —
Страйкботы, ударные боты — вооруженные автономные боевые роботы, действуют как поодиночке, так и в составе самокоординирующейся группы. —
Сортировка по тяжести травмы: легкие, требующие фельдшерского вмешательства, требующие квалифицированной операции, тяжелые, в состоянии комы, агонизирующие. —
Canadian Broadcasting Corporation (Канадская радиовещательная корпорация) — радио- и телевещательная корпорация Канады. —
Баррио — (в США) испаноязычный квартал города или поселка, особенно с высоким уровнем бедности; район города в Испании и испаноязычных странах. —
Grameen Bank (Гремин Банк, бенг. গ্রামীণ ব্যাংক) — микрофинансовая организация и банк. Название можно перевести на русский язык как «Сельский банк». Деятельность банка началась в 1976 с исследовательского проекта профессора Университета Читтагонга Мухаммада Юнуса по созданию системы обеспечения банковскими услугами беднейших слоёв населения Бангладеш. В 1983 году Grameen Bank был зарегистрирован как независимый банк. В 2006 году совместно с основателем за свою деятельность по кредитованию бедного сельского населения страны банк стал лауреатом Нобелевской премии мира.
Более подробно — https://ru.wikipedia.org/wiki/Grameen_Bank —
Пародийный вестерн Мела Брукса, 1974 г. По заключению Американского института кино, входит в число лучших комедий в истории Голливуда. Комический эффект слов о «черномазом» создается тем, что произносящий их герой в исполнении Кливона Литтла и есть тот самый негр, по сути пытающийся угрожать самоубийством. Здесь слова в авторском варианте озвучки Володарского. —
Снова напомним, что произведение создавалось в начале века. Современные обученные нейронные сети справляются с задачей намного быстрее. —
В настоящее время все описанное технически нереализуемо. —
Сводные понятия из “Армии будущего”. —
Ссылка устарела. —
Это псевдоним, очевидно, выбранный в согласии со столетним периодом предсказаний. —
Кавалер орденов Британской империи: Бани и За выдающиеся заслуги. —
Backsight Forethought, буквально — Предусмотрительность ЗаднимУмом. —
См.(фр.) https://en.wikipedia.org/wiki/Front_de_libération_du_Québec
(рус.) https://ru.wikipedia.org/wiki/Фронт_освобождения_Квебека —
Кавалер Военного Креста —
ЭДСА (EDSA) — (от Epifanio de los Santos Avenue) церковь и одна из центральных магистралей Манилы. Вторая народная филиппинская революция 2000–2001 г. (свержение президента Джозефа Эстрады) часто называется революцией ЭДСА. —