Я лежала на диване, со скучающим видом поглядывая в экран телефона. Совсем недавно я вынуждена была отчислиться из университета своей мечты, поэтому теперь сижу на шее у тёти без какого-либо образования и ищу работу. Но не так много компаний, которые хотят принять к себе сотрудницу без образования и опыта работы.

Я уже обзвонила с десяток различных компаний, в надежде, что хоть одна из них примет меня на работу. Но пока безуспешно. Мне все отказывали.

И тут я наткнулась на одну статью.

«Компания «Габворд» ищет человека на должность менеджера по продажам».

В университете я как раз училась на менеджера по продажам и у меня имеется незаконченное высшее образование. В надежде, что хоть эта компания примет меня на работу, я набрала номер, указанный в статье. Мне ответила приветливая девушка и пригласила на собеседование.

— Завтра в восемь. Не опаздывайте, — сказала она и положила трубку.

— Алиса! Иди ужинать! — из кухни послышался женский голос, и я поднялась с дивана.

— Иду, тётя! — я вошла на кухню и сразу же вдохнула приятный аромат моих любимых булочек с маком, — Как вкусно пахнет.

Тётя обернулась и посмотрела на вошедшую меня.

— Булочки с маком потом. А сейчас садись ужинать. Я пожарила картошку, — тётя поставила передо мной тарелку и положила рядом вилку, — Приятного аппетита.

— Спасибо, — я принялась уплетать блюдо.

— Ну как у тебя там с работой? Что-нибудь нашла?

Я закивала головой.

— Завтра поеду на собеседование, — пробормотала я с набитым ртом.

— Прожуй сначала, а потом говори, — с недовольством произнесла тётя.

— Я говорю, завтра поеду на собеседование, — проглотив, повторила я.

— И куда же? — поинтересовалась тётя.

— Компания «Габворд». Менеджер по продажам.

— Ну что ж? Очень даже престижно. Но ты ведь не доучилась. Как тебя возьмут то без образования?

Я пожала плечами.

— Не знаю. Может, повезет.

— Опять рассчитываешь на ведение? — тётя тяжело вздохнула.

— Ну а что мне ещё остаётся? Из-за какого-то богатого мажорчика я осталась без образования. И что мне теперь по мусоркам лазить?

— А никто и не говорит про мусорки. Просто нужно более тщательно поискать работу. Уверена, что для такой красивой девки, как ты она уж точно найдётся.

— Работа то найдётся. Но вот какая? В бордель? Стрип-клуб?

— Ты что!? — ахнула тётя и прикрыла свой рот ладонью, — Упаси боже!

Меня повеселила её реакция и я продолжила:

— Ну а что? Не возьмут, так пойду работать стриптизершей, — хихикнув, сказала я. Но тётя явно не восприняла мои слова, как шутку, и сильно напряглась. Заметив это, я поспешила утешить её, — Я шучу, тётя.

— Надеюсь, Алиса, надеюсь. А то твоя мама точно не была бы в восторге от такой профессии.

Я кивнула в знак согласия.

На следующее утро я встала пораньше, чтобы как следует подготовиться к собеседованию. От этого зависело мою будущее, поэтому я тщательно выбирала себе наряд, причёску, в надежде понравится новому боссу.

Мой взгляд упал на тёмно-синий брючный костюм: длинные в пол брюки, пиджак и белая блузка с несколькими расстегнутыми пуговицами. Волосы я оставила распущенными, а на уши надела мамины серьги с жемчугом. Это был её последний подарок.

Накрасив губы блеском, я захватила сумочку и, на ходу застёгивая ремешок на туфле, вышла из комнаты.

— Лиса, ты уже уходишь? — из кухни показалась тётя Оля.

— Да, тётя. Мне пора на собеседование.

— Ну ни пуха, ни пера.

— К чёрту! — я выскочила на крыльцо и, хлопнув дверью, побежала вниз по ступенькам. У дома меня уже ожидала машина такси.

Около восьми я влетела в офис. Меня встретила та самая девушка, что говорила со мной по телефону. Я узнала её по приветливому и нежному голосу.

— Вы, Козлова Алиса Вадимовна? — спросила она, заметив в дверях запыхавшуюся меня.

— Да. Это я.

— Проходите, садитесь, — девушка указала на стул, — И-так, вы хотите работать у нас, верно?

— Да. Менеджером по продажам.

— Какое у вас образование? Я могу увидеть ваш диплом?

— У меня неоконченное высшее образование. Я училась на менеджера по продажам, но так уж вышло, что я вынуждена была отчислиться. На то были свои причины.

— Вряд ли вас получится взять без образования. У нас серьёзная организация, — развела руками девушка.

— Я всё понимаю. Но, может, можно что-то придумать?

— Ну-у, — девушка наклонилась под свой стол, после чего достала оттуда несколько бумажек, — У нас есть тут одно свободное местечко. Станислав Владимирович подыскивает себе личную помощницу, секретаршу.

— Секретаршу? — удивлённо переспросила я, словно слышала о данной профессии впервые.

— Да. Это всё, что я могу вам предложить.

Я тяжело вздохнула, но всё-таки согласилась.

— Тогда зайдите вон в тот кабинет, — девушка указала на дверь в конце коридора.

Я постучала.

— Входите, — произнёс низкий мужской бас.

Я вошла вовнутрь и обомлела. Передо мной стоял мужчина, снимками которого были обвешаны все мои стены. Я была его «фанаткой».

— ВЫ!? — я уставилась на молодого человека, словно на инопланетянина.

— Я, — он встал из-за стола и сделал несколько шагов вперёд, — С кем имею честь говорить?

— Он ещё и паясничает! Как ты посмел!?

— Ого, как мы резко перешли на «ты»!? — мужчина усмехнулся, высоко приподняв брови, — Девушка, вы кто?

С возмущенным лицом я огляделась мужчину с ног до головы и скрестила руки на своей груди.

— Это уже вас не касается! Самодовольный идиот!

— Так быстро меня ещё никто не оскорблял. Я повторяю вопрос: вы кто? — голос мужчины повышается. Его уже начинает раздражать моё поведение.

— Вы не достойны моего имени! — нахмурилась я.

— Какой содержательный у нас диалог. Вы пришли сюда, чтобы оскорблять меня? — сурово спросил он, — Если да, то дверь там!

— Если бы я знала, что здесь будешь ты, то ни за что бы не пришла. Ты мне всю жизнь испоганил!

— Что-то я вашего лица не припоминаю. Ну, впрочем, ладно, — мужчина достал из кармана своего пиджака бумажник и отсчитал несколько крупных купюр, — Столько хватит?

— Ты решил откупиться за свои деяния несколькими купюрами?

— Мало? — он достал ещё несколько бумажек и протянул мне, — Этого тебе будет достаточно?

— Больной! Мне не нужны твои деньги! — я выхватила пачку купюр из его рук и швырнула на пол.

— Ты что, рожать, что ли, решила!? — возмутился мужчина, — Знай, ни ты, ни твой спиногрыз мне не нужен! — он спрятал свой бумажник и с пренебрежением посмотрел на меня.

— Причём здесь это?

— Ты же беременна? Но это точно не от меня. Тебя я не помню, так что ты его нагуляла.

— Мерзавец! — я отвесила ему звонкую пощёчину, — Да как ты смеешь!? Я не беременна!

— В первые десять минут встречи мне ещё не давали пощёчину, — мужчина взялся за щёку и с ухмылкой посмотрел на меня.

— Всё бывает впервые.

— Что. Вы. От. Меня. Хотите? — грозно спросил он, еле сдерживая свой гнев.

— Хотела посмотреть в твои бесстыжие глаза. Как оно? Совесть не мучает?

— Девушка, о чём вы? — его голос повышается ещё на полтона, а лицо перекашивается от недовольства.

— Он ещё и придуривается! — я всплеснула руками, — Испоганил мне жизнь и ещё спрашивает!

— О чём вы? — стиснув зубы, прошипел мужчина.

Я сжала руки в кулаках и исподлобья посмотрела на него.

— Какой же вы…

— Ну и какой?

— Отвратительный!

Мужчина громко рассмеялся и отвёл от меня свой взгляд.

— Он ещё и смеётся!

— Ну, может, если вы мне объясните, по какому поводу наезд, то я и перестану, — серьезно сказал он, но его глаза по-прежнему смеялись надо мной.

— Гордеев?

— Да.

— Станислав?

— Я знаю своё имя. Не нужно мне его напоминать.

— А вот я решила напомнить самой себе, какой подонок испоганил мне жизнь.

— И как же я вам её испоганил? — хмыкнул он, заинтересованно приподнимая брови.

— Из-за вас я была вынуждена отчислиться из университета, о котором всю жизнь мечтала.

— Из-за меня? — мужчина изумлённо развёл руками, — Я вас впервые вижу.

— На моё место взяли никого Гордеева Николая. А я была вынуждена отчислиться из-за того, что не потянула бы платное обучение.

— Гордеев Николай?

— Да. Его взяли на моё место из-за вас. Что, у богатеньких свои привилегии?

— Это мой брат. И, да, это я помог ему поступить в ВУЗ. Но точно не на чьё-то место. Вы что-то путаете, девушка.

— Да что вы? Я осталась без образования из-за какого-то богача и теперь ещё я что-то путаю?

— Секунду… — он поднял указательный палец вверх, — Место точно было свободно. Я лично обговаривал это с ректором университета, — Станислав сел за стол и начал рыться в каких-то бумажках. Потом он взял со стола телефон и начал клацать по экрану, — Евгений Борисович? Да, Гордеев. Как вы там? Хорошо, завезём. А с бумагой как? Понял. Я распоряжусь. Я по другому вопросу. Когда мой брат Коля был взят в ваш университет, место же пустовало? Ну! И я так сказал. А то тут какая-то девушка утверждает, что это было её место, и она была вынуждена отчислиться, так как не потянула бы платное обучение. Ну! И я сказал, что это бред. Всё! Спасибо.

Мужчина положил свой телефон на стол и перевёл взгляд на меня.

— Я всё проверил. Девушка, вы меня обманываете. Никто ничьё место не занимал. Видимо, вас просто взяли и отчислили.

— Просто взяли и отчислили!? — возмущённо кричала я, — Вы смеётесь!? Я была отличницей с повышенной стипендией. Как меня могли отчислить?

— Извините, ничем не могу помочь, — Станислав равнодушно пожал плечами и откинулся на спинку стула, — Если вы приходили ко мне только из-за этого, то можете идти.

Меня настолько вывели из себя его слова, что я не смогла выдавить из себя даже «до свидания». Просто выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью.

«Больше я никогда не свяжусь с этим самодовольным эгоистом. А ещё строит из себя не пойми кого»— я еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться, — «Как меня вообще угораздило прийти именно в его компанию!? Больше я сюда ни ногой!»

Из сумки послышалась знакомая мелодия. Я достала телефон. На экране высветилось «Тётя Оля».

— Да, тётя? — ответив на вызов, я поднесла к уху телефон.

— Вам звонят из центральной больницы номер 2. Кем вы приходитесь Козловой Ольге Николаевне?

От слов о больнице моё сердце вмиг ушло в пятки.

— Я её племянница. А что вообще произошло?

— Приезжайте. Вашей тёте стало плохо.

— Что!? — я завершила звонок и, вызвав такси, поспешила в больницу. Сердце бешено колотилось, голова кружилась и лезли самые разные мысли.

— Что с моей тётей!? — я впопыхах влетела в больницу.

Из палаты вышел мужчина в белом халате.

— Козлова Алиса Вадимовна?

— Да. Это я.

— У вашей тёти случился инфаркт. Нужны деньги на операцию.

— Сколько?

Врач что-то черканул на листке и протянул его мне. Я увидела кругленькую сумму и ужаснулась.

— Но это же просто огромные деньги!

— Я понимаю. Но вашей тёте нужна операция срочно. Или она…

Он остановился, но я и так всё поняла.

— Я найду деньги, — пообещала я.

— Хорошо. У вас срок до конца месяца. Медлить не в коем случае нельзя.

— Я поняла вас.

— Можно? — я постучала в дверь и несмело переступила порог уже знакомого мне кабинета.

— О-о-о! Мадам! Это снова вы? Ещё одну пощёчину пришли мне влепить? — Станислав усмехнулся краем губ.

— Я хотела бы извиниться, — выдавила я из себя, глядя в пол.

— И за что же?

Его надменный голос так раздражал, поэтому я изо всех сил сдерживала себя, чтобы действительно не влепить ему очередную пощёчину. С каждой секундой этот мужчина раздражал меня всё больше.

— За то, что ударила и оскорбила вас, — несмело пробубнила я себе под самый нос.

— Ну что ж? Извинения приняты, — Станислав закинул ногу на ногу и скрестил руки свои пальцы, — Если это всё, то вы свободны, девушка-загадка.

— Алиса. Меня зовут Алиса.

— Очень приятно, — он снова насмешливо посмотрел на меня, — Теперь я хотя бы знаю, как вас зовут.

Я ещё несколько секунд стояла, не решаясь сказать, а потом подошла к его столу.

— Что-то ещё? — его рука скользнула по гладкой поверхности стола и остановилась в сантиметре от моей руки.

— Возьмите меня к себе работать.

По его лицу скользнула ухмылка.

«Он всегда ухмыляется. Как же это бесит»— раздражённо думала я.

— Работать? И кем же? Уборщицей?

— Нет. Вашей личной секретаршей.

— Ого как! — Станислав развёл руками, удивлённо хлопая глазами, — И с чего же это вдруг? Ещё буквально час назад вы во всю оскорбляли меня, а сейчас проситесь на работу.

— Но мне очень нужна эта работа. К тому же я уже извинилась.

— Извинения приняты. Я приму вас к себе на работу, — неожиданно для меня произнёс он, — Но пока только на испытательный срок.

— Но Станислав…

— Владимирович, — он окинул меня сердитым взглядом и остановился у расстёгнутой пуговицы на груди, — Если собираешься работать у меня, то должна запомнить ряд простых правил, — он открыл шуфлядку и достал оттуда лист бумаги, — Читай.

Я нерешительно посмотрела на него и взяла бумагу.

— Являться на работу вовремя и без опозданий. Выполнять все требования начальства беспрекословно, — я прочитала ещё несколько строчек и остановилась. Последнее повергло меня в шок. Заметив это, Станислав Владимирович забрал лист из моих рук и прочитал сам.

— Ублажать начальника, выполняя все его прихоти, — он поднял голову на меня, — Что-то не так?

— Но я не могу… Я… Я…

— У тебя кто-то есть?

— Что?

— Я про мужа, парня.

— Нет. Нету.

— Ну тогда это не должно составлять для тебя проблему.

— Я не могу вот так вот.

— Как «так»?

— Ну я же вас совершенно не знаю.

— Так вот в чём проблема. Ясно. Тогда твоя зарплата существенно уменьшится, — с печалью в голосе заявил мужчина и поджал нижнюю губу.

— Уменьшится? Из-за того, что я не буду спать с вами?

— Ну да. Ты же моя личная помощница. А значит должна выполнять все мои прихоти. Какими бы неприятными они не были.

Я обомлела от его слов и не знала, что и сказать.

«Сейчас моя тётя лежит в больнице и может вот-вот умереть, а я не могу выполнить ничтожные прихоти начальника ради неё. Какая же я после этого племянница? Думаю только о себе».

— Я согласна, — выдавила я из себя. На лице Станислава Владимировича появилась чуть заметная улыбка. Вернее ухмылка.

— Тогда подпиши вот здесь и можешь приступать уже сегодня, — он положил ручку рядом с листом бумаги. Не долго думая, я оставила свою подпись на бумаге.

— Это всё? — я отложила ручку и посмотрела на своего нового босса, удивляясь такой скорости.

— Нет ещё, — Станислав Владимирович протянул мне карточку.

— Что это?

— Ну, вроде, не в каменном веке живёшь. Это называется банковская карта. Сейчас ты берёшь её и едешь в Торговый центр покупать себе одежду и обувь.

— Но у меня есть.

— Это? — мужчина с пренебрежением осмотрел мой внешний вид, — Это даже одеждой сложно назвать. И ещё… Сделай что-нибудь с прической.

— А что с ней не так?

— Ты, словно пугало.

Эти слова сильно обидели меня, но я промолчала, не желая остаться без работы и подпортить и без того отвратительные отношения с начальником.

— Сейчас ты берешь эту карту и идёшь в салон красоты, потом в Торговый центр, и наконец приводишь себя в порядок, — повторил мужчина, — В моей фирме не работает, кто попало.

И я снова промолчала, хотя внутри меня всё дико бушевало, желая ответить этому самодовольному болвану. Уж больно он зазнался.

— Я поняла вас, — я покорно взяла карту из его рук и вышла из кабинета в ужасно подавленном настрое. Внутри всё ужасно болело и стонало. Я вот-вот разрыдаюсь посреди офиса из-за сложившихся обстоятельств и того, на что я иду ради них.

Вернувшись домой уже с покупками, я с облегчением вздохнула с плюхнувшись на кровать. Я уж было хотела окликнуть тётю, чтобы мы вместе с ней рассмотрели мои «новинки», но далеко не самые приятные моменты сегодняшнего дня снова накрыли меня с головой. Я печально вздохнула и кинула взгляд на десяток пакетов, что валялись в пороге. Да, я действительно накупила себе вещей, как того и требовал мой новый начальник. Возможно, это совсем не то, чего он ожидал, но я весь остаток дня провела в магазинах, так что пусть довольствуется и этим.

Несколько роскошных платьев, туфли, прическа, макияж и маникюр — всё это далось не непросто. До сего дня я ни разу не сделала себе ни маникюр, ни укладку, ни тем более макияж у визажиста. Всё это безумно дорого для меня. Но это в прошлом. Новая Козлова Алиса обязана выглядеть шикарно, чтобы нравится своему боссу. Гордее Станислав очень своеволен и самолюбив. Видеть рядом с собой простушку он явно не захочет, а значит я должна буду лезть из кожи вон, чтобы понравиться ему.

Осторожно, стараясь не испортить мои новые локоны, я легла спать.

«Завтра меня ждёт ещё один не менее сложный день, который я проведу в компании Гордеева, что не может не радовать. Шучу, конечно. Как компания этого нахала может нравиться?»

На следующее утро я проснулась около семи. Вспомнив, а вернее не забывая о договоре с начальником, я поспешила явиться на работу раньше его, чтобы вникнуть в трудовой процесс. Я надела новое платье с открытой спиной и не менее широким декольте. Разумеется, такие платья я раньше не носила, но теперь я буду в совершенно другом обществе, с совершенно другими людьми. Люди с круга Станислава явно не ходят в серой юбке-карандаш и блузке с распродажи. Хотя раньше всё это казалось мне приемлемым.

Нюдовая помада, тени, тушь — и вот я впопыхах уже выбегаю в прихожую. Обув новые туфли и захватив сумочку от «Louis Vuitton», я покинула дом.

У офиса я заметила знакомую машину, владельцем которой, судя по всему, был Станислав. Только владелец шести крупнейших компаний Москвы мог позволить себе такую дорогущую иномарку. Я немного покривлялась, представляя самодовольное лицо Гордеева, и показала средний палец в сторону его автомобиля.

— С какой же радостью меня встречают! — воскликнул знакомый мужской голос за моей спиной.

По позвоночнику пробежал холод. Я вздрогнула от неожиданности и обернулась. На меня смотрел никто иной, как мой новый начальник. Он всё это время наблюдал за моими выходками и был явно не в восторге.

— Простите… Я… — заикаясь, я начала оправдываться перед ним, как школьница, не выучившая урок. Гордее смотрел на меня, скрестив руки на груди и ухмылялся.

— В офис, — скомандовал он, и развернувшись, вошёл в стеклянные двери офиса в сопровождении двух мужчин.

Мне было безумно стыдно, и я уже ожидала, что, войдя в кабинет начальника, я получу известие о том, что испытательный срок я провалила и могу смело идти домой без работы и денег. Но всё вышло иначе…

— Можно? — я вновь переступила порог кабинета Станислава Владимировича и почувствовала, как начинают краснеть мои уши и щёки.

— Конечно, можно. Только тебя и ждал, — Станислав откинул красную папку в сторону и устремил взгляд на меня. С его лица не сползала довольная ухмылка.

— Станислав Владимирович, простите. Я не хотела вас…

— Ну всё, хватит оправдываться, — он поднял руку вверх, — Я уже понял, какая ты мстительная. Дала мне вчера пощёчину, облила грязью и сегодня показала средний палец. И всё из-за того, что я, якобы, помешал твоему обучению в институте.

— Станислав…

— Я говорю! — он стукнул по столу и нахмурился. В глазах мужчины сверкнул гнев, — Никогда не смей перебивать начальника. Я здесь главный. И только я решаю, кто, где и сколько может говорить. Поняла?

Я испуганно закивал головой и опустила взгляд в пол.

— Молодец, — мужчина немного убавил тон и его голос стал мягче, — А теперь сядь вот сюда, около моего стола.

Я послушно села на стул и смущённо посмотрела на начальника. Он уже не выглядел таким холодным и грубым, каким был минуту назад.

— Ты будешь со мной работать. Испытательный срок ты прошла. Мне нужна такая работница, как ты. Целеустремлённая, порой грубая и бессердечная. Такой и нужно быть в бизнесе. Никому и никогда нельзя давать поблажки. Поняла?

— Да, Станислав Владимирович. Я всё поняла.

Мужчина наконец улыбнулся и окинул меня оценивающим взглядом. Его глаза скользили по глубокому вырезу на моей груди, заглядывая в него. Я стала ожидать от него комплиментов на тему платья и прически, но их не последовало. Станислав лишь молча протянул мне папку с документами и откинулся на спинку стула.

— Займись ими, — кинул он и устало зевнул.

Взяв из его рук папку, я молча покинула кабинет начальника. Что это за документы, и что нужно с ними делать я понятия не имела, поэтому пошла за советом к Алёне. Это была та самая девушка, которая проводила мне собеседование. Она оказалась очень милой, и мы сразу же сдружились. Алёна рассказала мне обо всём, что она узнала, работая в компании «Габворд» четыре года. Всё… Кроме Станислава Владимировича.

— А Гордеев, босс наш, он всегда такой хмурый?

— Да нет. Он не хмурый. Просто очень серьезный человек. Ему не до шуток.

Я сразу же вспомнила нашу первую встречу, его дешёвые шуточки, подколки, и улыбнулась краешком губ.

— Ну-ну.

— Что? О чем ты?

— Да так. Просто не всегда обложка полностью передаёт нам содержимое. Иногда это просто иллюзия.

Алёна, видимо, не поняла меня и просто пожала плечами.

— Спасибо за помощь. Думаю, благодаря тебе я быстрее смогу адаптироваться к новым условиям.

— Обращайся, — улыбнулась Алёна и села обратно за стол. А я вернулась в свой кабинет, который мне лично выделил Станислав Владимирович «для личного пользования».

Ближе к вечеру начальник позвал меня к себе в кабинет. Я взяла с собой пачку документов, ожидая, что он спросит про них. Но как же я ошибалась…

— Я всё проверила, Станислав Владимирович. Вот эти докум… — не успела договорить я, как Станислав приложил палец к губам.

— Тс-с… Не шуми так. Документы мне проверит Алёна или кто-нибудь ещё из офиса. Ты мне нужна не для этого.

— Что? Но зачем вы тогда мне их поручили?

— Чтобы ты сблизилась с остальными сотрудниками, пытаясь разобраться в том, что тебе не по плечу.

Я с обидой вздохнула. Станислав Владимирович с самого начала знал, что я ничего в этом не смыслю, но всё равно поручил мне документы, с которыми я никогда раньше не работала.

— А зачем же я вам тогда нужна?

— Положи папки вот сюда и подойди ко мне поближе, — низким, но таким манящими голоском попросил Станислав.

Я оставила документы на столе и сделала шаг вперёд. Я посмотрела на начальника, в ожидании ответа.

— Ближе, — произнес он, касаясь своей щетины рукой.

Когда я настигла стола, то остановилась. Станислав Владимирович принялся пожирать меня своими суровым взглядом, и я сразу же похолодела от этого холодного, без грамма сочувствуя взора.

— Сними платье, — скомандовал он после недолгой паузы.

— Что? Снять платье? — ошарашенно переспросила я, от всей души надеясь, что мне всё-таки послышалось.

— Я не привык повторять дважды.

По телу пробежали мурашки и я опустила взгляд на поверхность стола. Мой взгляд беспорядочно бегал по содержимому стола. Это были какие-то бумаги, ручка, степлер и телефон.

«Я ведь знала, на что подписывалась. Этот человек не шутил, когда дал мне подписать контракт и огласил его условия»— я сглотнула.

Заметив негодующий взгляд Станислава, я поспешила выполнить его приказ — снять платье. Мои руки потянулись к молнии и я медленно стала расстёгивать её. Решив, что ему это не понравиться, я поспешно сняла пояс и спустила платье на пол.

— Не спеши так. Делай всё медленно, — прошептал Станислав, и я вся задрожала. Стала трястись, как осиновый лист перед этим грозным и непреклонным мужчиной, ожидая, что он изменит своё решение, и мне не придётся показывать ему свои самые сокровенные места. Но Гордеев явно так не думал. Он молча смотрел на мои трясущиеся руки, которыми я прикрывала свою грудь.

— А теперь бюстгальтер, — холодно произнес мужчина, и я окончательно растерялась. Никогда ранее мне не приходилось делать подобное, тем более с мужчиной, которого я знаю от силы сутки.

Я завела руки за спину и расщёлкнула застёжку на лифчике. Обеими руками я придерживала чашки, не давая бюстгальтеру упасть, оголить мои вишенки.

— Опусти руки, — приказным тоном сказал Станислав, и я зажмурилась, — Хочу увидеть твою грудь.

Я убрала руки со своей груди, и лифчик полетел вслед за платьем. Мои торчащие соски смотрели прямо на начальника, а он на них. Станислав поднялся из-за стола и подошёл ко мне. Я продолжала смотреть в пол, зажмурившись.

— Не бойся. Я ведь не насильник. Больно тебе точно не сделаю.

Холодная мужская рука опустилась на мою грудь, и я вздрогнула. Он начал мять её, оттягивать соски и крепко сжимать. Когда его рука скользнула по моему животу к тонким трусикам, я открыла глаза и с мольбой посмотрела на Станислава Владимировича. Тот явно понял моё «нежелание» и убрал руку.

Начальник сел на диван, широко раздвинув ноги, как это любят делать мужчины. Он похлопал по своему колену.

— Иди ко мне, — мужчина поманил меня рукой, но я замерла. Осталась стоять, словно вскопанная. Руки дрожали, а ноги не слушались, — Алиса, иди ко мне, — чуть громче повторил Станислав, и я просто не могла не повиноваться ему. Я сделала несколько несмелый шагов, и остановилась. Станислав Владимирович взял меня за руку и опустил на колени. Я стояла перед ним с опущенной головой. Мужчина взял меня за подбородок, заставив смотреть ему в глаза.

— Делала когда-нибудь минет? — спросил он, глядя в мои глаза. Я покачала головой, — Хм-м… А что ты вообще пробовала? Анал? БДСМ? Групповуха?

От всех этих слов я сильно смутилась и покраснела. Ведь даже простое слово «секс» для меня было чем-то слишком пошлым и развратным. А тут такое…

Я снова покачала головой.

— Что, серьезно? А какой секс у тебя был?

— Никакого… — чуть слышно произнесла я.

Станислав открыл рот от шока и уставился на меня, как на инопланетянина.

— Тебе 22 года и ты ещё целка? — с нескрываемым удивлением сказал мужчина. Эти слова звучали очень обидно, но правдиво. Да, за всё это время я так и не обзавелась мужчиной.

Станислав убрал руку с моего подбородка, и я наконец смогла опустить голову. Мне было стыдно смотреть ему в глаза, да и вся эта ситуация, в которой я сейчас находилась, ужасно смущала меня.

— В-вы меня уволите? — прошептала я, глядя в пол.

— Нет, — без всяких раздумий произнес Станислав Владимирович, — Просто о таких вещах нужно говорить заранее. С тобой же нужно нежно, а я так не умею.

— Простите… — смогла выдавить я, всхлипывая.

— Не извиняйся, — щёлкнула застёжка, и Станислав спустил свои брюки до колен. Я подняла голову, и его член упёрся мне прямо в нос. Раньше я никогда не видела ничего подобного. Такой красивый гладкий орган. Я рассчитывала, что мне будет отвратно его видеть и, возможно, меня даже стошнит, но вышло наоборот. Станислав стал водить им прямо по моим губам, — Открой рот. Я научу тебя всему, — сказал мужчина, и я покорно выполнила его приказ. Гладкая головка коснулась моего языка, и я стала облизывать её. На вкус она очень солёная, и мне захотелось попробовать весь член, — Осторожнее, — сказал Станислав, видя, как я заглатываю его орган, — Зубами не касайся. Ай! — вскрикнул мужчина и схватил меня за волосы. Он начал водить моим ртом по своему члену, показывая, как нужно. Я старалась не делать ему больно, только приятно, и у меня это получилось. Станислав залил мой рот своей спермой, а остатки вылил на грудь, — Для первого раза очень даже неплохо, — произнес он, выдыхая.

Я отстранилась от его члена и стала вытирать губы, которые были в той же жидкости, что и моя грудь.

— Езжай домой. На сегодня достаточно, — сказал Станислав Владимирович, поднявшись с дивана. С приспущенными штанами он подошёл к зеркалу и поправил причёску. Я же продолжила наблюдать за его сексуальным задом, желая увидеть большее. Например, его пресс.

«Там наверняка не меньше шести кубиков. Его грудь, торчащие соски. Спина… Какая же она у него?»

Мои раздумья нарушил звук от ремня. Станислав Владимирович натянул на себя брюки и застегнул их. Потом он обернулся и кратко посмотрел на меня. Я продолжала стоять на коленях, пялившись на его зад.

— Я сказал, можешь быть свободна, — видя мою неподвижность, повторил он, — На сегодня всё.

Я поднялась с колен и стала быстро одеваться. Начальник проводил меня взглядом и снова уставился в свой телефон, будто бы между нами ничего не было пару минут назад. Хотя, возможно, для него это обычное дело. Вероятно, по такому мужчине млеют все девушки Москвы. Да и не только…

Вернулась я домой ужасно уставшая. Благо завтра последний рабочий день, и на выходных я наконец смогу навестить тётю в больнице, узнать, как там она, ведь средь недели начальник точно мне этого не позволит сделать.

Строгий своенравный мужчина, который должен только отталкивать своей холодностью. Но происходит совсем наоборот: он только манит своей неприступностью. Мне хочется узнать его поближе. Как говорится, врага нужно знать в лицо, чтобы в удобный момент можно было бы вонзить нож ему в спину, как это сделал он, оставив меня без образования, а вследствие чего и работы. Сейчас я бы уже закончила университет и пошла бы работать в какую-нибудь компанию, где мне не пришлось бы заниматься подобной низостью.

На следующее утро я, собственно как и в предыдущий день, я проснулась около семи. Дальше я выбрала сегодняшний лук, и наспех позавтракав, полетела в офис. Станислав Владимирович не любит ждать.

В самых дверях здания я встретилась взглядом с начальником и «приветливо» ему улыбнулась.

— Доброе утро, — сказала я.

Станислав Владимирович ухмыльнулся, окинув меня презрительным взглядом, и кратко кивнул.

От его самодовольной мины моё настроение ничуть не ухудшилось, скорее наоборот. Я ещё больше обрадовалась ближайшим выходным и тому, что, как я тогда думала, не увижу его рожи.

У входа меня встретила Алёна и всучила пару тройку бумаг со словами «Гордеев сказал перебрать». Что это за бумаги, и зачем я должна их перебирать я не понимала, но всё равно пошла в свой кабинет и села за работу. Вероятно, мной так обожаемый начальник соизволит чего-нибудь.

— Алиса, свари мне кофе, — попросил Станислав Владимирович по селектору. Он, как будто чувствовал, что я снова захочу увидеть его довольную морду.

Размешав две ложки сахара в чашке кофе, я поспешила отнести его начальнику.

— Ну и что это за гадость!? — скривился Станислав Владимирович, отпив немного сваренного мною напитка.

— Что-то не так? — я посмотрела в чашку, ожидая увидеть там таракана.

— Конечно, не так! Зачем же столько сахара!? Ты хочешь меня в могилу свести!? — пробурчал мужчина, вытирая рот салфеткой.

— Простите. Просто я себе всегда… — начала оправдываться я.

— Мне плевать, что там ты себе, — перебил он, — Запомни раз и навсегда. Я пью кофе без сахара. Без! Запомнила!?

— Да, Станислав Владимирович, — я опустила взгляд в пол, опасаясь смотреть в глаза негодующему начальнику.

— Сахар, добавленный в напиток, становится причиной димеризации кофеина, — серьёзно произнёс мужчина, — Не советую увлекаться подобным. Лучше заменить сахар на что-то более полезное. Например, корица, мёд, сироп.

— Да, конечно, — кивнула я в знак согласия, — Я поняла и запомнила ваши вкусы.

— Умница! — надменно похвалил он и махнул рукой в сторону двери, — А теперь дерзай!

Я вышла из кабинета и через некоторое время снова принесла Станиславу Владимировичу кофе. Но уже нормальный. Больше он меня не вызывал. Разве что сам пришел…

После обеда, ближе к трём часам Станислав Владимирович вошёл в мой кабинет (он, конечно, не сравниться с кабинетом начальника, но тоже ничего). От неожиданности я вздрогнула и подняла голову.

— Сиди-сиди, — сказал он, а я про себя подумала: «А я как-то и не собиралась вставать». Мужчина оперся на мой стол обеими руками и тыкнул пальцем в монитор, — В понедельник я еду в командировку в Сочи. Закажешь номера в отеле.

— Номера? Несколько? С вами поедет кто-то ещё? — спросила я, уже готовясь клацать по клавиатуре.

— Ну, если ты собираешься спать со мной в одной постели, то закажи только один номер, — хмыкнул Гордеев.

От этих слов я покраснела и отвела взгляд.

— Я еду с вами?

— Ты — моя личная помощница. Ты ВСЕГДА будешь со мной. Запомни это.

— Я поняла, Станислав Владимирович.

— Вот и отлично. И чтобы мне без сюрпризов. Всё точно и ясно. Я ошибок не прощаю, — с этими словами Станислав Владимирович покинул мой кабинет, хлопнув дверью.

Я открыла сайт Сочи и стала заниматься поисками отеля, чтобы успеть забронировать там номера.

«Думаю, для самого влиятельного бизнесмена Москвы у них всегда и везде будут места. Так что мне не о чем переживать и можно не торопиться».

Набрав в поисковике «сеть отелей Сочи», я ужаснулась, когда увидела цену за сутки.

«М-да, таких денег я за свою жизнь ещё не заработала. Хотя зная доход Гордеева, для него это раз плюнуть».

Я заказала два номера люкс в этом дорогущем отеле и со спокойной душой выключила компьютер. Мой рабочий день подходил к концу. Ведь сегодня пятница — короткий день. Откинувшись на спинку крученого стула, я задумчиво посмотрела на дверь.

«Станислав Владимирович куда-то уехал средь бела дня, и теперь в офисе нет ни одного занудливого человека. Только, если не считать нашего сторожа. Да и он будет посговорчивее Гордеева, который только и может выкидывать свои шуточки, да и ухмыляться».

Удостоверившись, что компьютер действительно выключен, я начала собираться домой. Ну, вернее, я сначала собиралась заехать в больницу к тёте.

«Я не видела её уже целую неделю. Как там она?»— обеспокоенно думала я.

Взяв со стула свою сумочку, я направилась к двери, как вдруг остановилась. В дверях моего кабинета лежал кожаный бумажник.

«Неужели Станислав Владимирович мог забыть свой кошелёк? Там же сто пудово огромные деньги. Или, может, он не носит с собой наличку и там только карточки?»— подумала я, но кошелёк так и не решилась открыть, — «А вдруг это проверка, и Гордеев просто-напросто решил меня проверить на честность?»

Я закинула бумажник в сумку, твёрдо решив вернуть его владельцу. В любом случае он рано или поздно обнаружит пропажу, а вот от кого он получит свой бумажник — уже другое дело.

Узнав у охранника, где живёт Станислав Владимирович, я села на такси и поехала в его дорогущий особняк. Ну, по крайней мере, я именно так себе представляла дом самого влиятельного бизнесмена Москвы.

«У него точно не один дом. Наверняка, даже не десять»— глядя в окно, раздумывала я.

Очередному охраннику Гордеева, я представилась, как его личная помощница и показала удостоверение компании. Убедившись, что оно подлинное, меня впустили вовнутрь.

О-о-о, это был великолепный особняк. Он просто шикарен. Вход дома выложен мраморной плиткой, а сам дом из очень красивого кирпича. Всё здесь выглядело так дорого и роскошно, что я боялась прикоснуться. Даже дверь и та была великолепна. Всё было дорого и со вкусом.

Я потянулась к звонку, но тут обнаружила, что дверь не заперта. Это меня сильно поразило.

«Разве богачи не закрывают двери? Впрочем, ладно».

Я приоткрыла входную дверь и ахнула. Изнутри дом выглядел ещё великолепнее. Хоть я и видела всего лишь прихожую, но этого было достаточно, чтобы удостовериться в том, что мой начальник живёт капец, как богато.

«Хотя, чему я удивляюсь? Он ведь самый влиятельный человек столицы. Не будет же он жить в хрущёбах».

Я переступила порог дома, остановилась и прислушалась. Откуда-то сверху доносились громкие стоны и оханья. Осторожно, стараясь не издавать лишних звуков, я стала подниматься по лестнице, желая увидеть источник тех стонов. Мне и в голову не могло прийти то, что я увидела наверху.

Встав на последнюю ступеньку, я снова ахнула, но в этот раз уже успела прикрыть рот рукой. Передо мной стояла картина: Станислав Владимирович лежит на какой-то девице со спущенными штанами, которые болтались у него на коленях. Девушка же громко стонала под ним, обхватив ногами его крепкие бёдра. Станислав Владимирович сжимал её шею рукой, надавливая на гланды. Девушка истошно стонала, выкрикивая его имя.

«Ей это нравится» — с ужасом обнаружила я, — «Да, этой девушке определенно нравилось такое отношение к себе. То, как он душит её, даёт пощёчины и шлёпает. Этой девушке нравится грубость? А что хуже всего, Станислав Владимирович делает всё это с ней совершенно спокойно».

Я с нескрываемым шоком наблюдала за ними, прикрыв рот ладонью. Всё это долго было шокировать меня, заставить отвернуться, а лучше вообще уйти, но я почему-то стояла, не в силах пошевелиться. Я молча, с диким интересом наблюдала за ними. Эти мощные шлепки. То, как Станислав Владимирович имеет неизвестную мне девушку — всё это так завело меня, что я почувствовала, как внутренняя часть моих бёдер стала неприлично мокрой. Одной рукой я заткнула себе рот, а другой стала сжимать свою грудь. Всё это я делала машинально, глядя на кровать, которая стояла в нескольких метрах от меня.

Как только Станислав Владимирович начал тяжело дышать, я развернулась и побежала вниз по лестнице, напрочь забыв про бумажник, который собиралась отдать начальнику. Возможно, мои шаги услышали, возможно, нет, мне было плевать. Я, словно чемпионка по бегу, убежала из этого дома, который пару минут назад считала великолепным. Сейчас же я мечтала только об одном — уйти подальше отсюда.

Вернувшись домой, я упала на кровать и сразу же уснула, ведь на следующее утро я планировала попасть в больницу к тёте.

— Как она? — спросила я подошедшего врача.

— Всё так же нестабильна. Операция нужна незамедлительно.

— Я ищу деньги.

— Вы уж постарайтесь. Вашей тёте очень нужна эта операция.

Я закивала головой, опустив взгляд в пол. Я и сама прекрасно понимала, что операция нужна очень срочно.

«Но где мне же найти такие огромные деньги? Кредит мне точно не дадут. А ходить, одалживать — не вариант. Так я задолжаю половине города. А как потом отдавать?»

Я впала в ступор, не зная, что и делать. Казалось, моя ситуация — это просто верх отчаяния. Мои раздумья остановил телефонный звонок. Это был неизвестный номер.

— Да? Это кто?

— Козлова Алиса Вадимовна? — спросил низкий мужской голос.

— Верно. А кто вы?

— Моё имя Дмитрий. Я работаю на Гордеева Станислава Владимировича.

— И чего же хочет Станислав Владимирович?

— Он просил передать вам, чтобы в понедельник в 12 часов дня вы были в аэропорту. Адрес я сброшу СМС.

— Что-то ещё?

— Да. Станислав Владимирович просил, чтобы вы взяли с собой приличные вечерние платья. Вы будете с ним на банкетах и фуршетах.

— Это всё?

Получив положительный ответ, я положила трубку.

«Что этот Гордеев себе позволяет? Почему он вмешивается в мой гардероб? Разве я не купила то, что он и хотел? И потратила на это немалые деньги, хоть и с его карты»— возмущённо думала я, — «Точно, карточка! У меня же есть карта Гордеева. С неё я могу оплатить операцию тёти Оли».

Я была в восторге от собственной идеи.

«Как хорошо я всё придумала. У Станислава Владимировича наверняка этих карт невпроворот. Он даже не заметит, что я потратила небольшую (для такого олигарха, как он) сумму».

— Карта заблокирована, Алиса Вадимовна.

«Вот я дура! — я стукнула себя по лбу, — Как я сразу не догадалась. А Гордеев не так уж и глуп Просчитал меня наперёд».

«Какая же я наивная. Разумеется, Станислав Владимирович не стал бы отдавать мне собственную карту. Это была просто временная пластмасска для того, чтобы я закупилась и «радовала глаз» Гордеева».

Вернувшись домой, я распахнула свой шкаф. На меня смотрели десятки различных платьев. Это были и длинные вечерние платья с открытой спиной, и короткие на бретельках.

«И для чего всё? Чтобы нравиться начальнику? Этому самодовольному эгоисту?»

Я сняла несколько платьев с «плечиков» и швырнула на кровать.

— Та-ак… — я глазами оценила вещи, — Ну это можно будет сдать обратно в магазин. Тут я даже этикетку не срезала. Думаю, Гордеев точно не будет считать, сколько платьев я купила на его деньги, так что я смело могу продать несколько вечерних платьев. Ведь для командировки мне будет достаточно двух. А остальные я продам и получу неплохие деньги за эти тряпки, которые я всё равно никуда, кроме работы, не надену.

Радуясь собственной находчивости, я повалилась на кровать и вздохнула. Сегодняшний день не принёс ничего хорошего, только сплошные разочарования. Я посмотрела на тыльную часть руки и ужаснулась, не обнаружив своих часов.

«Неужели я потеряла их в доме Гордеева?».

От этой мысли меня бросило в дрожь.

«Что будет, если Станислав Владимирович найдёт их? Он ведь сразу поймёт, кто их владелец. На часах была гравировка с моим именем. А что если он неправильно поймёт мой визит к нему домой и уволит меня? Нет! Я не могу этого допустить. Нужно срочно забрать часы. Надеюсь, что Станислав Владимирович ещё не нашёл их».

Я вскочила на постели и пулей выскочила из дома. Сердце бешено колотилось, когда я подъезжала к дому начальника. Самые разные мысли лезли в мою голову.

«А что если Станислав Владимирович уже нашёл мои часы? Он ведь непременно уволит меня за нарушение личных границ. Зачем я вообще поехала к нему домой? Нужно было просто дождаться завтрашнего дня и отдать их ему в руки уже на работе».

С замирающим сердцем я нажала на звонок. К калитке подошёл уже знакомый мне охранник.

— Алиса Вадимовна, вас ждут? — спросил он.

— Да, — солгала я, и меня впустили во двор. В тот момент я и не подумала спросить, дома ли Станислав Владимирович, а просто молча переступила порог его дома, дверь которого снова оказалась не запертой. Это меня снова удивило, но охранник объяснил мне, что Гордеев не любит закрывать дверь днём, потому что может периодически выйти во двор покурить или просто пройтись по саду в свободное время.

Я тихонько открыла дверь и вошла вовнутрь, не желая быть замеченной кем-либо. Я прошла по уже знакомому мне маршруту, в поисках своих наручных часов.

«Я точно обронила их где-то здесь»— думала я, ступая на лестницу.

— Не это ищите, мадам?

Я вздрогнула и зажмурилась, боясь оборачиваться. Ведь по голосу я сразу же поняла, кто стоит сзади меня.

Станислав Владимирович сделал несколько шагов и остановился в нескольких сантиметрах от меня. Я переборола страх и наконец подняла голову. В руках начальника я увидела свои утерянные часы.

— Здравствуйте, — смогла выдавить из себя я.

— Ну привет. В гости решила заглянуть? — его глаза насмешливо улыбаются, глядя на моё растерянное лицо.

— Станислав Владимирович, это не то, что вы подумали… — начала я.

— Я что я мог подумать? — мужчина протянул мне часы и сунул руку в карман, — Ты так соскучилась по любимому начальнику, что решила навестить его в свой выходной, — он улыбнулся краем губ, что придало его выражению лица лёгкую саркастическую окраску.

Я густо покраснела и опустила глаза. В ответ на моё гробовое молчание, Станислав Владимирович топнул ногой, и я сразу же посмотрела на него.

— Ну наконец-то, — ухмыльнулся мужчина, — Неужели решила на меня взглянуть.

— Станислав Владимирович, извините. Я просто хотела вернуть вам бумажник, — пробубнила я, и сунув руку в сумку, достала оттуда кожаный кошелёк.

На лице Гордеева ни один мускул не дрогнул. Он продолжал холодно на меня смотреть.

— И сколько же ты себе выделила? — он выхватил из моих рук свой бумажник и начал проверять всё его содержимое.

— Что вы!? — опешила я, — Я его даже не открывала.

— Да неужели? — Станислав Владимирович приподнял одну бровь и посмотрел на меня, — А ты, я смотрю, такая вся из себя хорошая, правильная. Прям Божий ангел.

— Я просто не привыкла брать чужое.

— Так значит ты видела… — Станислав Владимирович не закончил предложение, но мы оба понимали, о чём он. Я кратко кивнула.

— Это была ваша девушка? — из любопытства спросила я.

— Нет, — последовал резкий ответ.

Повисла неловкая пауза. Ну это только мне она показалась неловкой. Гордеев же, как стоял, так и продолжил стоять, засунув одну руку в карман. Он с интересом смотрел то на меня, то на часы в моей руке.

— Это тебе подарили? — наконец спросил он, нарушив молчание.

— Да. Это подарок от мамы.

— Но они же старые. Носишь, потому что дороги?

— Да, — кивнула я и добавила: — Она умерла четыре года назад.

— А отец?

— И он тоже. Они попали в аварию, — я тяжело вздохнула, вспоминая события той страшной ночи, когда я узнала о смерти родных. Воспоминания накрыли меня с головой, и я уже не смогла уйти от тоскливых мыслей. Эта тема всегда была для меня очень болезненной.

— Ну виновники хоть наказаны?

Я покачала головой и смахнула одинокую слезинку на щеке.

— Это был какой-то богатенький сынок. Его отмазали.

Станислав Владимирович молча смотрел на меня, а потом сказал:

— Хочешь выпить?

— Что? Выпить? — я захлопала глазами, изумляясь такому предложению.

— Да. Легче станет.

— А разве так борются с плохими воспоминаниями?

— Ну не знаю, — мужчина пожал плечами, — Мне помогает.

— Тогда пойдёмте, — согласилась я, и Станислав Владимирович сопроводил меня до кухни. Это было большое красивое помещение. Два холодильника, посудомойка, мультиварка, раковина и широкий стол, накрытый нежно-голубой скатертью.

— Садись, — Станислав Владимирович поставил на стол две бутылки, ожидая, что я сама сделаю выбор, — Ты что пьёшь?

— Да я вообще не любитель…

— Ясно, — мужчина за считанные секунды открыл бутылку. Передо мной он поставил два стакана и наполнил их крепким напитком, — Давай выпьем за твоих родителей. Уверен, это были замечательные люди, — сказал Станислав Владимирович, подавая мне стакан алкоголя.

Я сделала небольшой глоток и скорчилась.

— Горькое…

— Не останавливайся, — мужчина долил ещё виски и пододвинул стакан мне.

— Я не могу. Оно горькое…

— Знаешь… Мой отец всегда говорил и говорит: «Женщина, которая ставит бутылку, это не только ангел, но и человек» — Станислав Владимирович поднял руку с бокалом вверх, — За женщин.

— А мой отец говорил «За женщин мужчины пьют стоя»— с хитрой улыбкой сказала я и, когда Станислав Владимирович встал из-за стола, резко переменилась в лице.

— За женщин, — широко улыбаясь, он опустошил стакан и даже не поморщился.

Дальше мы всё пили и смеялись, а потом снова пили и смеялись. Станислав Владимирович делал это так искренне, без грамма лести и сарказма. Он шутил, а я смеялась. Он рассказывал — я снова смеялась. Сейчас передо мной сидел совершенно другой человек. Такой добрый и искренний. Он рассказывал мне о своей семье — мама, папа, младший брат. Я вдоволь насмеялась, слушая его рассказы из детства, истории из жизни, которая, как оказалось, у него не такая уж и скучная.

Приоткрыв глаза, я огляделась. Я находилась в обширной комнате, посреди которой стояла кровать. Я лежала на ней, накрывшись одеялом до самого подбородка. У своего уха я почувствовала тяжёлое дыхание, и сердце ушло в пятки. Рядом со мной спал Станислав Владимирович. Я резко скинула с себя одеяло и с облегчением выдохнула. Мы оба были одеты.

Я прикрыла веки, пытаясь вспомнить, как я могла очутиться в одной постели с начальником. Последним, что я помнила, был тост Станислава Владимировича.

«Выпьем за тех, кто, отсутствуя, незримо присутствует здесь!»— он залпом выпил напиток, ослабил пуговицу на рубашке и громко расхохотался.

Я потёрла глаза и схватилась за голову. Она трещала и готова была расколоться пополам. Не желая разбудить Станислава Владимировича, я бесшумно слезла с кровати и покинула дом.

Я сдала несколько ненужных платьев в магазин и получила какие-никакие, а деньги. Дальше собрала чемодан для поездки в Сочи и со спокойной душой легла спать.

«Завтра меня ждёт утомительный полёт на самолёте. Более того, он будет вместе с Гордеевым, и я сомневаюсь, что всё пройдёт гладко и без происшествий».

Как и нужно было, я приехала в аэропорт к 12 часам. Там меня уже ждал Станислав Владимирович. Его помощники сопроводили нас на борт личного самолёта Гордеева.

«Он великолепен. Такой красивый яркий. По-любому дорогой. Какой нужно иметь доход, чтобы позволить себе самолёт?»— думала я, с восхищением разглядывая транспорт.

Мои размышления нарушил Станислав Владимирович.

— Ты раньше летала на самолёте? — спросил он, подавая мне руку.

— Не доводилось.

— Хм-м. Ну тогда это будет твой первый опыт, — мужчина на секунду улыбнулся, а потом его лицо сделалось снова хмурым и безразличным.

Мы вошли в бизнес-класс, где нам сразу же предложили чего-нибудь выпить. Помня вчерашний день, я отказалась, когда Станислав Владимирович попросил стакан виски.

Я посмотрела на него, но так и не решилась задать вопрос насчёт нашего совместного вечера.

— Ты ведь хочешь спросить, что было той ночью? — словно прочитав в моих глазах, произнёс Станислав Владимирович. Я кивнула.

— Просто я ничего не помню.

— Провалы в памяти — бесплатный приз на дне каждой бутылки водки, — сказал мужчина, делая глоток холодного напитка.

— Но мы ведь не пили водку.

— Ты же говоришь, что ничего не помнишь.

— Я не помню, что было после выпивки. А то, что мы пили очень крепкий виски я уж запомнила.

— Это ещё не крепкий, — хмыкнул Станислав Владимирович.

— Я не очень то и разбираюсь в алкоголе, — я перевела взгляд к иллюминатору и стала внимательно вглядываться в красивые виды оттуда.

— Нравится? — спросил мужчина, глядя на моё заинтересованное лицо. Я кивнула, — Под нами сейчас Подольск. Была когда-нибудь?

— Нет. Я вообще практически не путешествовала. Была только в Санкт-Петербурге.

— А за границей что, вообще не была?

— Нет. У меня даже заграна нет.

— Странно. Я думал, что он теперь у всех есть, — Станислав Владимирович поставил пустой стакан на поднос и кинул взгляд к иллюминатору, — Ну ничего. Сделаем ещё. Ты будешь со мной часто за границу ездить. Это только в этот раз так близко, до Сочи.

— Ну не очень то и близко. Три часа лететь.

— Поверь, это близко.

На этом наш разговор и закончился. Дальше мы летели молча. Станислав Владимирович то и дело с кем-то разговаривал по телефону, попивал алкоголь и отходил куда-то. Я всё это время сидела неподвижно и задумчиво пялилась в иллюминатор.

Отвлечься от мыслей меня заставило объявление пилота о том, что самолет готов к снижению. Невероятной красоты картина предстала перед моими глазами: на небе ни облачка, ласковое солнышко светит уже совсем по-южному, внизу приветливо встречает Большой Кавказский хребет, а впереди уже виднеется кромка Чёрного моря.

Гордеев сел рядом со мной, когда стюардесса попросила занять свои места. Самолёт начал приземляться.

— О, Боже! — воскликнула я и схватилась за голову.

— Что такое?

— Уши заложило. Меня сейчас стошнит, — сказала я, скорчившись. Голова трещала, как после пьянки. А в ушах, словно лопались перепонки.

— Используй приём дайвера. Нужно зажать нос рукой и сделать движения, подобные глотательным, — Станислав Владимирович показал всё на себе, — Ну же, давай.

Я повторила движения за ним и мне действительно стало легче.

— Спасибо, — сказала я и откинулась на спинку кресла.

— Выпей воды, — сказал мужчина, и стюардесса протянула мне стакан, — Мы уже почти прилетели. Потерпи ещё немного, — он положил руку на мою спину и легонько приобнял. От его прикосновений по телу пробежали мурашки.

После посадки мы сразу же поехали в отель. Ох, какой он. Даже круче, чем на картинке. Остановиться в подобном заведении себе могут позволить лишь богачи. У входа нас встретила приветливая девушка, а двое портье в одинаковых рубашках увезли наши чемоданы.

— У вас заказано? — спросила девушка с ресепшена и заглянула в свой компьютер.

— Да. На фамилию Гордеев, — сказал Станислав Владимирович, и девушка сразу же оживилась.

— Так это вы? У нас уже всё готово. Вас заселят в течении пяти минут.

При виде Станислава Владимировича все начали суетиться. Вот что значит влиятельный человек. Без лишних слов наши вещи доставили на третий этаж, а сами мы доехали на лифте.

— Могла бы забронировать номера и пониже, — недовольно пробубнил Станислав Владимирович.

— Ну я подумала, что третий этаж это не так уж и высоко.

— Давно пора понять, что думать это не твоё, — гневно выпалил мужчина, и я замолкла. Он был явно не в настроении, хотя ещё буквально полчаса назад всё было в порядке.

«Он настолько переменчив? Чувствую, мне будет очень непросто с ним сработаться».

Наши номера были по соседству. Мой — 310, а у Станислава Владимировича — 311. Оба с видом на море. Я никогда раньше не видела подобной красоты. Великолепное Чёрное море было в шаговой доступности от отеля, и я в любой момент могла пойти искупаться. Ну если, конечно, начальник позволит мне отучиться. Мы же не на отдыхе. Это рабочая командировка, мы здесь исключительно по делу.

Когда я вошла в номер, мой чемодан уже стоял там. Номер был не менее прекрасен, чем ресепшен. Широкая кровать посреди комнаты, большой деревянный шкаф, диван, стол, зеркало в мой рост и, конечно же, балкон, из которого я и могла видеть море. Всё это произвело на меня немалый фурор. Я впервые в подобном месте, поэтому ещё долго не могла прийти в себя и поверить в то, что это не сон, и я действительно нахожусь в самом дорогом отеле Сочи. По соседству находился номер Станислава Владимировича, и выйдя на балкон, я могла увидеть его балкон, по которому он сейчас по-хозяйски расхаживал, громко беседуя по телефону.

Не желая вникать в детали разговора, я быстро покинула балкон и закрыла дверь. Голова продолжала ужасно болеть ещё с самолёта, и приняла решение лечь немного полежать и отдохнуть. Но когда моё тело коснулось постели, я, словно на мягком облаке, погрузилась в сон. Даже не раздевшись, я так и уснула, в джинсах и футболке.

Через несколько часов я проснулась от стука двери. Кто-то оставил на столе поднос с обедом и ушёл. Я приподнялась и посмотрела на часы. Нет, уже ужин.

На телефон пришло сообщение от Станислава Владимировича. «Собирайся, в 8 банкет».

Я сильно удивилась, что банкет так скоро. Мы ведь только прилетели. Быстро поужинав, я принялась распаковывать свой чемодан. Я взяла с собой всего два платья, надеясь, что этого хватит на несколько встреч. На сегодняшний вечер я выбрала длинное синее платье в пол с открытой спиной. Привела себя в порядок, волосы распустила, нанесла свой обычный макияж. На ноги — белые сандалии на невысоком каблуке.

Из косметички я взяла помаду и подошла к зеркалу. Посмотрев на яркий оттенок помады, я передумала и сложила её обратно в сумку.

Дверь распахнулась, и в номер, держа одну руку в кармане, вошёл Станислав Владимирович. Он развернул меня лицом к себе и нахмурился.

— Поярче не могла сделать? — буркнул он.

— Мне так нравится, — опустив глаза в пол, пробормотала я.

— А должно нравиться мне, — мужчина взял меня за подбородок, заставив смотреть в глаза, — Сделай, как я сказал. Накрасься яркой помадой, стрелки там нарисуй. В общем, сделай так, чтобы все от зависти полопались.

Когда он отпустил мой подбородок, я развернулась к зеркалу.

— Кто полопались? — спросила я, снова достав помаду.

— Неважно. Твоё дело — красиво наряжаться, да мне нравиться, — Станислав Владимирович шагнул вперёд и уставился в зеркало с гордо поднятой головой.

У своего затылка я почувствовала его дыхание и замерла. Мужчина забрал из моей руки помаду и спрятал её в косметичку. Я развернулась, и моё лицо оказалось в опасной близости от его. Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди от этой напряжённой обстановки.

— Ладно, идём, — одобрил Станислав Владимирович и зашагал к двери, а я следом. Мы вошли в лифт и спустились на первый этаж. Машина такси уже стояла около входа в отель.

— А куда мы едем? — спросила я, садясь в транспорт.

— Увидишь.

Выйдя из автомобиля, я оказалась перед огромным особняком.

— А это чей дом? — спросила я, с нескрываемым восторгом разглядывая здание.

— Меньше вопросов, — отрезал Станислав Владимирович.

Мы переступили порог, и мои глаза округлились от изумления. Дом был переполнен народом: девушки в безумно красивых платьях, мужчины в дорогущий костюмах. Всё в помещении выглядело безумно дорого и роскошно. Сразу видно, здесь живёт какой-то олигарх.

— Иди пока осваивайся. Как будет нужно, я тебя позову, — Станислав Владимирович оставил меня одну среди незнакомых людей. Я была впервые в таком обществе и сильно растерялась. Мне было страшно прикасаться к чему-либо, поэтому я неподвижно стояла на одном месте. Ко мне подошёл официант и протянул поднос с шампанским.

— Я не буду покупать, — отказалась я.

— Это бесплатно, — сказал подошедший мужчина, и я густо покраснела.

— Всё равно не стоит.

— Как зовут такую прекрасную даму? — мужчина поправил галстук и игриво улыбнулся.

— Алиса.

— Очень приятно. Александр, — он пожал мне руку и легонько провёл большим пальцем по её тыльной стороне.

Где-то недалеко заиграло фортепиано и зазвучал тромбон.

— Позвольте мне пригласить вас на танец, — Александр снова протянул мне руку. Я кинула взгляд на Станислава Владимировича, который стоял в конце зала рядом с ещё несколькими мужчинами и попивал алкоголь.

— Позволю, — я вложила свою ладонь в ладонь Александра, а другую положила на его плечо.

Мы закружились в танце под нежные звуки фортепиано. Мужчина казался мне до боли знакомым, его лицо, даже имя. Но я всё никак не могла понять, откуда же я знаю его. Мы медленно двигались в такт музыке, смотря друг на друга. Александр буквально сверлил меня своим взглядом.

— Неужели не узнаёшь? — спросил он и подмигнул мне. Тут меня осенило.

— Сашка!? Ты ли это!? — воскликнула я, и мы остановились.

— Ну наконец-то. Лис, я уж думал, что ты меня и вовсе забыла за четыре года.

— Прости… Просто ты так сильно изменился. Я ни сразу смогла разглядеть в тебе того старого Сашку. Ты разбогател? Костюмы носишь, на банкеты ходишь.

— Да. Когда ты меня бросила, я открыл свой бизнес. И вот он неплохо процветает. Меня пригласили сюда. Это вечер только для самых-самых.

Я убрала руку с плеча Саши и сделала шаг назад.

— А вот ты здесь откуда? Небось за какого-то богача вышла? — на лице мужчины появилась насмешливая ухмылка.

— Нет. Я здесь по работе, — от слов Саши мне стало неприятно и я взяла со стола стакан воды.

— М-м-м. И с кем же? Может, с Гордеевым?

— Ты его знаешь?

— А кто ж его не знает? — хмыкнул Саша, — Так ты всё-таки с ним. И что же ты такого сделала, чтобы сам Гордеев взял тебя с собой. Трахаешься с ним?

Я подняла удивлённый взгляд на Сашу.

— Я тебя не узнаю. Что ты несёшь? Где тот Сашка, которого я знала? Хороший, добрый…

— А его нет. Теперь есть только Самин Александр Александрович. Сашка умер вместе с той юношеской влюбленностью, — мужчина сунул руку в карман и гордо поднял голову.

— Я рада, что ты смог…

— Ты рада? Смеёшься!? — перебил меня Саша, — Да тебе всегда было плевать на меня!

— Не говори так. Я тебя действительно любила.

— Ну-ну. Если бы любила, то не ушла бы!

— Саша, ну ты же прекрасно знаешь, почему я ушла от тебя.

— А вот не знаю. Расскажи!

Я тяжело вздохнула и закатила глаза.

— Давай отойдём. Не хочу, чтобы все видели, как мы ссоримся, — я взяла Сашу под руку и поймала на себе пронзающий взгляд Станислава Владимировича. Он наконец посмотрел на меня.

«Надеюсь, что он видел наш танец»— подумала я, отводя старого друга в сторону. Мы остановились у туалета.

— Ну же. Я слушаю. Почему ты меня тогда бросила, ничего не объяснив? — настойчиво сказал Саша. Я сделала глубокий вдох, — Ну же. Не молчи.

— Саша, я видела, как в ту ночь ты развлекался с Полиной.

Мужчина хотел что-то возразить, но тут же замолк, поджав нижнюю губу.

— И почему же ты мне ничего не сказала? Не закатила скандал?

— А я не из таких. Бессмысленно было кричать, — я в последний раз глянула на Сашу, — Ну раз это всё, то я пойду? Меня ждут.

— Нет, стой! — Саша схватил меня за руку и до боли сжал её.

— Пусти! Мне больно! — я попыталась высвободиться из его крепкой хватки.

— Нет, не пущу, пока ты не скажешь мне, что между тобой и Гордеевым! — Саша стиснул зубы от злости. Я раньше никогда не видела его таким. Его глаза сверкали ненавистью. Он готов был испепелить меня одним своим взглядом.

— А тебе какая разница!? Ты мне никто! Поэтому не смей вмешиваться в мою личную жизнь!

— А вот посмею! — Саша сжал обе мои руки и затащил меня в туалет.

— Пусти! Больно мне! — завизжала я, и Саша заткнул мой рот своей ладонью.

— Ты трахаешься с ним!? Да!? И как!? Хорошо тебе с ним!? А мне когда-то отказала! Говорила «Сашенька, рано ещё». А с ним тебе не рано!? — он затолкал меня в кабинку и начал раздевать. Его губы дерзко целовали мои, а язык глубоко проникал в мой рот, вызывая рвотные позывы. На глаза навернулись слёзы.

— А ну отпусти её, урод! — крепкая мужская рука оттащила Сашу от меня и швырнула на пол. Я открыла глаза и начала быстрыми движениями надевать платье обратно, — Ты в порядке? — Станислав Владимирович помог мне подняться, подав руку.

— Да… Спасибо… Вы меня спасли, — на ватных ногах я подошла к зеркалу и посмотрела на своё измученное лицо. Тушь потекла от слёз, а помада размазалась.

Несколько мужчин в форме вывели Сашу из туалета и повели в неизвестном мне направлении.

— Кто он? — мрачно спросил Станислав Владимирович, глядя на моё отражение в зеркале.

— Это… Это мой давний знакомый, — заикаясь, прошептала я.

Его ладонь опустилась на моё оголенное плечо и стала нежно поглаживать его.

— Твоё платье теперь никуда не годится, — он снял с себя пиджак и протянул мне, — Тебе помогут добраться до номера. Я приеду позже.

Я кратко кивнула и в сопровождении двух мужчин вышла из особняка. Вернувшись в номер, я сразу же направилась в душ, желая смыть с себя всю грязь сегодняшнего вечера. Горячие струйки воды обжигали мою грудь и приятно щекотали лицо. Я запрокинула голову назад и закрыла глаза.

«Почему Саша так отреагировал? Это уже не тот человек, которого я когда-то полюбила. Он стал такой грубый и холодный. Чуть не изнасиловал меня. Если бы не Станислав Владимирович… Он меня спас. Значит, я ему небезразлична».

Я смыла размазавшуюся косметику с лица и вышла из душевой кабины. Когда я коснулась ногой холодной плитки, то по спине пробежали мурашки. Из зеркала на меня смотрела уставшая и изнуренная девица, по щекам которой ручьём текли слёзы. Воспоминания о событиях четырехлетней давности накрыли меня с головой. В тот год, когда я потеряла сразу обоих родителей, я потеряла и любимого человека. Саша изменил мне, а теперь ещё и спрашивает, почему я ушла от него. Как только мне исполнилось 18, я уехала в Москву учиться, и с тех пор живу у тёти Оли — маминой сестры. Сашка ещё несколько месяцев звонил мне, писал, а потом перестал.

Выйдя из ванной, я упала на постель и с головой укрылась одеялом.

«М-да… Отдых в Сочи начался не самым лучшим образом. Да и сегодняшний вечер прошёл для слишком быстро».

В своих раздумьях я не заметила, как уснула.

Прошло несколько часов. Дверь в мой номер бесшумно открылась, и порог переступил Станислав Владимирович. Он сел на край моей кровати и пьяно посмотрел на спящую меня. Его рука опустилась на выглядывающее из-под одеяла плечо, и он с осторожностью коснулся его, водя большим пальцем.

— Я не позволю никому тебя касаться… Убью всех, кто тронет тебя хоть пальцем… Ты только моя… — шептал он над моим ухом. Он ещё что-то пьяно пробубнил, после чего накрыл меня одеялом, поправил подушку и удалился.

После ухода Станислава Владимировича я перевернулась на спину и уставилась в потолок. Я слышала каждое его слово, отчего на душе было очень неспокойно. Его голос звучал устрашающе, а от его холодных рук по всему телу бегали мурашки. Слова этого мужчины эхом пронеслись в моей голове, вызвав лёгкую дрожь.

На следующий день я проснулась только к обеду. На моём столике уже стол поднос с едой. Отобедав, я принялась умываться и одеваться, ведь Станислав Владимирович непременно скомандует сходить с ним куда-нибудь.

«Не будем же мы весь день сидеть в номерах…»

Стук. Я обернулась на звук открывающейся двери. На пороге стоял никто иной, как Станислав Владимирович собственной персоной. На нём были светлые джинсы и белая футболка. Ни рубашки, ни делового смокинга. Я даже не сразу узнала его. Совершенно другой человек. Да ещё и волосы встрепаны. Вероятно, он помыл их перед самым выходом и не успел до конца высушить.

— У вас есть дубликат ключа от моего номера? — спросила я, всё ещё разглядывая его тело через обтягивающую футболку.

— Разумеется, — мужчина покрутил на пальце связку ключей, — У меня есть всё, что касается моих работников.

— А почему вы пришли? Что-то случилось? — я хотела подойти к двери, но крепкая рука остановила меня. Станислав Владимирович взял меня за запястье и поднял его вверх.

— Это он тебя так? — мужчина указал на красноватый след на моём запястье. Я кивнула, с неохотой вспоминая вчерашние события, — Вот козёл! — выругался Гордеев и развернул меня лицом к себе, — Кто он тебе? И при каких обстоятельствах вы знакомы?

Его голос звучал дерзко и настойчиво, словно я обязана ему повиноваться.

— Мой бывший парень из Санкт-Петербурга. Я там жила с родителями, — металлическим голосом ответила я.

— Какого чёрта этот бывший к тебе приставал? Что за намерения были у него?

— Ну, наверное, те же, что и у маньяков-насильников — порочить, — я невозмутимо пожала плечами и попыталась высвободить свою руку, но хватка Станислава Владимировича стала ещё сильнее.

— Ясно… — его холодный взгляд пробирал до костей, а рука не спешила отпускать мою.

Он схватил меня за подбородок, заставив смотреть в глаза. Такие бездонные… Они доводили до мурашек…

Я испуганно сглотнула, боясь даже пошевелиться в его мощных и руках, под властью пустого, но такого задумчивого взгляда. Его палец опустился на мою нижнюю губу, и Станислав Владимирович стал медленно водить по ней, оттягивая назад. Он опустил руку чуть ниже и сжал мою хрупкую шею, притягивая моё лицо к своему.

— Что вы делаете? — осмелилась спросить я, отлично понимая, что сейчас будет.

Но ответа не последовало. Станислав Владимирович максимально высоко поднял мою голову за подбородок и накрыл мои губы своими. Да так грубо и резко, что я аж опешила. Он кусал мои нежные губки, посасывал и оттягивал их. Но всё это было настолько неожиданным, что я окаменела и не могла что-либо предпринять. Да и не смогла бы…

Станислав Владимирович прервал поцелуй так же резко, как и начал его, и бросил меня на кровать, словно какую-то ненужную вещь. Я продолжала смотреть на него с нескрываемым изумлением и квадратными глазами.

— Только я имею право прикасаться к твоему телу, — прошипел Станислав Владимирович, и я вся задрожала, — Ты моя.

Я не могла вымолвить и слова, настолько сильно была шокирована происходящим. В глазах этого мужчины я видела что-то ужасное. Это был не гнев, не ярость. Страсть… Страсть и ревность.

Стянув с меня футболку и джинсы, он оставил меня лишь в одном белье. Но когда я попыталась прикрыться, он заломал мои руки и поместил их над моей головой.

— Не смей прикрываться! Ты — моя! Я хочу видеть всю тебя! Каждую частичку тела… Твою грудь… — Станислав Владимирович разорвал мой бюстгальтер в клочья и, словно голодный зверь, накинулся на мою грудь. Он жадно посасывал мои нежные сосочки, облизывая каждый, — Твою киску… — прикусив свою нижнюю губу, он стянул мои тоненькие трусики, оставив меня лежать перед ним полностью обнажённой. Я зажмурилась и задвинула свои ноги, но это его не остановило. Станислав Владимировичи переместил свою руку на мои бедра, насильно раздвинув их, и тем самым дав волю моим рукам. Я изо всех сил влепила ему пощёчину, от которой мужчина отскочил назад.

— Фига се… — сорвалось с его губ. Станислав Владимировичи схватился за свою красную щёку и в изумлении посмотрел на меня. Пользуясь случаем, я схватилась за одеяло и накрыла своё голое тело, хлопая испуганными глазами. Я не могла понять по его лицу, что он сейчас чувствует, но Станислав Владимирович был явно шокирован, — Я тебе настолько противен? — спросил он, серьезно глядя в мои зарёванные глаза. Я всхлипнула и стала вытирать свои губы тыльной стороной ладони, отчаянно пытаясь убрать с них вкус губ Станислава Владимировича, — Скажи, я тебе настолько противен, что даже простой секс со мной для тебя пытка?

Я снова всхлипнула и покачала головой.

— Я просто так не могу…

— Как «так»? Может, мне жениться на тебе!? — он нервно рассмеялся.

— Дело не в этом. Просто не могу я так и всё, — я вытерла свои опухшие от слёз глаза, и схватив из-за своей головы подушку, уткнулась в неё лицом.

— Тогда зачем соглашалась на мои условия? Я ведь явно не книжки с тобой читать собирался, и ты это понимала.

— Просто… Просто… — заикаясь, бормотала я.

— Что «просто»? ЧТО!? Зачем тебе деньги!? На айфон!? Шубу!? Машину!? — его голос повышается и начинает дрожать. Я сжала руки в кулаках, слушая его слова, каждое из которых ранило меня больше предыдущего.

— На операцию! — гневно выкрикнула я ему прямо в лицо. Станислав Владимирович опешил и удивлённо захлопал глазами.

— Операцию? — изумился он, — Ты больна?

— Операция не для меня, а для моей тёти.

Мужчина замер на несколько секунд, а потом задал следующий вопрос уже более сдержанным тоном:

— И сколько она стоит?

— Вы не можете…

— Я спрашиваю тебя, сколько стоит операция!? — настойчиво произнёс Станислав Владимирович.

Я назвала сумму, и он ухмыльнулся.

— Это совсем немного.

— Ну для кого немного, а для кого-то это колоссальные деньги, — я закрыла глаза, и слёзы снова потекли по моим щекам.

— Я заплачу, — сказал Станислав Владимирович, и я резко вскочила, чтобы посмотреть в его глаза.

«Нет, он не шутит. Станислав Владимирович сказал это на полном серьёзе».

— Вы не можете… — снова повторила я.

— Здесь я решаю, что могу, а что нет. И я оплачу операцию твоей тёти у самых лучших врачей, а потом и реабилитационный период. Она выздоровеет, можешь не волноваться.

— Станислав Владимирович, вы ведь это не просто так… — сказала я, предугадывая его следующую просьбу.

«Стать его секс-рабыней? Ублажать всю оставшуюся жизнь?»

— Верно. В этой жизни ничего не бывает просто так, — он поднялся с постели и протянул мне стакан воды, — Ты станешь моей невестой.

Я поперхнулась и начала громко кашлять.

«Мне это послышалось, или Станислав Владимирович действительно предложил мне выйти за него замуж?»

Я ошарашенно уставилась на него, в ожидании разумных объяснений.

— Тебе не послышалось, — словно прочитав мои мысли, сказал Станислав Владимирович, — Мне нужна невеста. И ты сыграешь её роль перед моими родителями, — пояснил мужчина, но от его слов мне не стало легче ни на грамм.

— Но почему я? Я ведь не из вашего круга? Я точно не понравлюсь вашим родителям.

— Ну и отлично, — Станислав Владимирович улыбнулся краем губ, глядя на моё удивлённое лицо. Его явно позабавила такая моя реакция, — Мне как раз это и нужно.

— То есть я должна НЕ понравиться вашим родителям? И что я должна буду сделать?

— А вот ничего. Совсем. Веди себя так же, как и всегда. Можешь нахамить, как сделала это в нашу первую встречу. Только не советую давать моему отцу пощёчину, — Станислав Владимирович наклонился над моим ухом и таинственно посмотрел вдаль, словно готовясь сказать какую-то истину, — Он не оценит.

— Но почему? — не понимала я.

— Я ведь уже объяснил. Мой отец не оценит такого жеста от будущей невестки.

— Да я не об этом. Почему ваша избранница не должна понравиться вашим родителям? Разве не должно быть наоборот?

— Ты ничего не понимаешь. Они меня постоянно пытаются с кем-то сосватать. А вот когда я приведу тебя, то они наконец поймут, какой у их сына дурной вкус, и отстанут от меня с женитьбой.

— Так вы не хотите жениться?

— Разумеется. Зачем мне эта кабала? — хмыкнул Станислав Владимирович, — Просто покажешься моим, и они отстанут. На-все-гда.

— А что, если не отстанут?

— Так! Не лезь не в своё дело! — раздражённо прошипел он, — Твоё дело — красиво улыбаться при встрече, да губки поярче малевать.

Я обиженно скрестила руки на груди и нахмурилась, уже в который раз слыша от него эти слова. Моя недовольная мина снова принесло немалую забаву Станиславу Владимировичу, и его лицо перекосила ухмылка.

— Приходи в себя, завтра у меня бизнес-встреча. К шести идём, — сказал Станислав Владимирович и скрылся за дверью.

Я упала на подушку и уставилась в потолок.

«Что это было? Я только что подписала сделку со Станиславом Владимировичем, согласившись играть его невесту? Боже, какой кошмар!»

Я закрыла лицо руками, вдумываясь в произошедшее.

«Я снова вляпалась в какую-то хрень. Вот же ж дура».

Ближе к вечеру я стала собираться на встречу.

«Он уже скоро должен зайти»— думала я, глядя на своё отражение в зеркале. Я густо накрасила губы ярко-красной помадой и подвела стрелки. Из шкатулки я достала кулон, — «Это подарок матери на моё 16-летие. Как же давно я его не носила».

Щёлкнул замок, и дверь распахнулась.

— Раз вы уже здесь, то помогите мне, — я протянула Станиславу Владимировичу руку с украшением и немного улыбнулась. Он ухмыльнулся, окинув меня презрительным взглядом.

— Хочешь, чтобы в этот раз тебя точно изнасиловали? — он вопросительно поднял одну бровь. Я опустила глаза.

— В третий раз… — еле слышно произнесла я.

— Убрала это яркую помаду! — мужчина сжал мой кулон в своей ладони и резко провёл кулаком по моим губам, размазав помаду, — Выглядишь, как шлюха!

От неожиданности я сделала шаг назад и зацепила зеркало, что стояло на тумбе. Оно пошатнулось, и Станислав Владимирович резко схватил его и швырнула в сторону. Осколки разлетелись по ковру.

— Что… Что вы делаете? — испуганно закричала я и тут же прикрыла рот рукой.

— Я не позволю, чтобы кто-то смотрел на тебя! Прикасался! — он взял меня за шею и вжал в стену.

— Мне больно… — взвизгнула я и попыталась воспротивиться ему, — Отпустите…

Станислав Владимирович резко убрал руку и отошёл от меня на несколько шагов назад. Он потряс головой и кинул взгляд на осколки стекла в нескольких метрах от нас.

— Просто убери этот вульгарный макияж, и мы пойдем на встречу! — сунув руку в карман, он положил кулон на тумбу, — Кстати, должен предупредить, мой компаньон — твой тот насильник.

Я резко подняла голову и посмотрела на Гордеева.

— Саша!? А разве вы его не…

— У нас с ним очень важная сделка. Я бы задушил его собственными руками… — он стиснул зубы и сжал руки в кулаках, — Но сегодня он нужен мне живым.

— А вы уверены, что я нужна? — несмело спросила я, — Чем я могу вам помочь в сделке?

— Не сунь свой розовый носик в чужие дела, — хмыкнул Станислав Владимирович и схватил меня за запястье, — Идём.

— А как же кулон?

— Ах, да! — он взял с тумбы моё украшение и с брезгливостью посмотрел на него, — Какая-та безделушка. Получше у тебя не нашлось? Ты всё-таки по приезду в Москву будешь играть мою невесту. Ладно, так уж и быть, я куплю тебе новых украшений. Будешь хоть выглядеть, как человек.

Я обиженно опустила взгляд и отвернулась к стене.

«И вот снова он унижает меня. Для этого мужчины унизить женщину — подвиг. Тоже мне герой».

Станислав Владимирович, с нехарактерной для него осторожностью, убрал мои волосы в сторону и застегнул кулон. От его нежных прикосновений меня бросило в дрожь.

«Нет. Этот мужчина определённо может быть нежным и чутким»— пронеслось в моей голове.

Мы спустились на первый этаж и поехали в ресторан. Меня всю трясло от предстоящей встречи с Сашей. Наша прошлая беседа не увенчалась успехом.

«Как же я боюсь, что это может повториться. Но ведь Станислав Владимирович в этот раз не даст меня в обиду. Хоть это и в его личных интересах, но мне очень приятно видеть, как он печется обо мне, ревнует. Но периодически это пугает».

Всё произошло очень даже неплохо. Станислав Владимирович и Саша вели себя, как ни в чем не бывало. Хорошо, что Саша хоть не догадался представиться, а то это было бы вообще смешно. Мужчины пожали друг другу руки и сели напротив.

— Что ж… — начал Станислав Владимирович, — Не будем терять времени, перейдем к делу. Вам известно, что я хочу купить участок, — он протянул Александру синюю папку, — Это наше предложение.

— Спасибо, — Саша взял папку и сразу же, даже не открыв её, положил на стол, — Но давайте сначала поедим.

— Нет-нет, — покачал головой Станислав Владимирович.

— Я очень голодна. Давайте, — с мольбой заглянув в его глаза, сказала я. Мужчина тяжело вздохнул и с укором посмотрел на меня.

— Что ж? Давайте закажем что-нибудь.

— Официант!

Парень с фартуком на поясе протянул нам книжку в кожаном переплете.

— А ваша спутница очаровательна, — Саша подмигнул мне, и я опустила глаза в меню.

Станислав Владимирович изо всех сил сжал край скатерти рукой, слыша те самые нотки в голосе Саши, и кратко кивнул.

— И вправду. Что будешь? — спросил он, повернувшись ко мне.

— Лазанья. Я буду лазанью. И сок, да. Яблочный, — я улыбнулась.

— Замечательно.

Мужчины сделали заказ и принялись обсуждать дела бизнеса.

— Ну что ж, посмотрим ваше предложение, — Саша открыл папку и посмотрел на меня, — Станислав Владимирович, сумма больше, чем мы с вами договаривались.

Мой начальник закивал головой.

— В этом то и дело. Я беру…

— Можно соль? — я положила руку на руку Станислава Владимировича и наклонила голову набок. Он замолк и передал мне соломку.

Убедившись, что больше просьб не последует, мужчина продолжил.

— Я предлагаю вам такую высокую цену, чтобы вы поняли, что я настроен серьезно.

— Что ж? Раз такая цена, то вам очень нужен этот участок.

— Именно там…

— Передайте соус, — я указала головой на небольшой сосуд с соевым соусом, и Станислав Владимирович нахмурился. Но он и в этот раз ничего мне не сказал.

— В общем… Ваш участок идеально подходит для моего клиента, поэтому я и заключаю эту сделку на очень выгодных условиях.

— И что же там будет? Что вы собираетесь построить на моём участке?

— Это уже будет решать клиент. Но… Площадка для гольфа будет точно. Теннисный корт. По-моему, великолепно.

Саша поднёс стакан к своим губам и снова посмотрел на меня.

— А вот что думает ваша спутница. Алиса, вы советуете мне продавать этот участок?

Я посмотрела сначала на начальника, а потом на Сашу. Станислав Владимирович был как никогда напряжён, а под его рукой скрипела скатерть.

— Участок на берегу моя, Алиса. Подумай хорошенько. Ты ведь любишь море? — под столом холодная рука опустилась на моё бедро, и я вся напряглась. Хоть я точно знала, кто её владелец, но это ничуть не успокаивало.

— Да. Море — это безусловно большой плюс. Оно меня очень привлекает.

— Чудесно, — Саша широко улыбнулся, не сводя с меня взгляда.

Станислав Владимирович ещё сильнее сжал моё бедро, и я опустила глаза на стол, поняв, что самое время замолчать.

— У меня есть к вам предложение. Если я буду вашим партнёром, то я продам вам землю.

— Станислав Владимирович, Александр Александрович согласен, — я улыбнулась, положив руку на плечо мужчины. Но что-то в его глазах я не увидела ни капли радости. Он несильно шлепнул меня ладонью по бедру и нахмурился.

— Но я ведь не собирался привлекать партнёров. Мой клиент сам решит, что ему строить на проданном мной участке, — сдержанно произнёс Станислав Владимирович.

Саша закрыл папку и снова отложил её. Видя, что партнёр не настроен на сделку, Станислав Владимирович запаниковал.

— Александр Александрович, я сделал вам ну очень выгодное предложение. И к тому же, от участка большие убытки. Мне составило немалого труда, чтобы продать его за нехилые деньжата. Продажа этого участка вам только на руку. Почему же вы так отчаянно сопротивляетесь?

— Алиса, а что вы скажете? — Саша снова обратился ко мне, — Вы бы продали участок?

Я отложила ложку и задумалась. Станислав Владимирович с нетерпением смотрел то на меня, то на Сашу. А когда я сказала, что «не продала бы», он вообще вышел из себя. Но старался не подавать виду, насколько он зол и недоволен.

— И почему же? — Саша с нескрываемым любопытством смотрел на реакцию Станислава Владимировича и на моё выражение лица.

— Какой-то там Гордеев Станислав Владимирович предлагает вам сделку, партнёрами быть не хочет, да и к тому же вы в деньгах не нуждаетесь. Я бы не продала, — я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

— Так, значит?

— Но раз вы сюда пришли, то готовы продать. Я права? Когда смотришь на море, то душа очищается. Подумайте, что вам велит сердце, — я повернула голову к окну, прекрасно понимая, что мне потом влетит. Станислав Владимирович изо всех сил сдерживался, чтобы не прибить меня прямо в ресторане. Стиснув зубы, он слушал мой бред про море и сердце, уже думая, какой бы смертью мне умереть. Его лицо кипело от негодования.

Александр Александрович долго смотрел на море через окно и наконец воскликнул:

— Я продам участок только ради вас, Алиса!

Станислав Владимирович сразу же переменился. Он удивлённо захлопал глазами, с восхищением поглядывая на меня.

— Отлично! Тогда отметим это! — Саша поднял бокал вверх и улыбнулся, — За вашу находчивую спутницу! Алиса, вы великолепны!

Станислав Владимирович закатил глаза и стал сверлить меня своим взглядом. От него мурашки по коже. Я поставила бокал на стол и до конца вечера не промолвила ни слова.

Станислав Владимирович за руку вывел меня из ресторана.

— Вы злитесь? — спросила я, хотя это было и так понятно.

— Даже не знаю! Зачем ты вообще свалилась на мою голову!?

— Ну вы ведь сами сказали, что я должна поехать с вами.

— Вами, вами, вами! Хватит! Надоела уже! — мужчина насильно потащил меня к автомобилю, хотя я уже не сопротивлялась.

— Но почему вы злитесь? Сделка то состоялась. Вы купили участок, а значит сделка с Хорьковым состоится.

— Ты больная!? Я тебя не просил лезть в мои дела! Молча сидела бы и всё! Нет, она решила полезть считать мои деньги! Сумасшедшая!

— Но всё ведь вышло. Успокойтесь.

— Ты меня ещё успокаивать будешь!? Нечего было лезть!

— Но Станислав Владимирович, Саша ведь сам спросил моё мнение…

— Саша, значит… — мужчина стиснул зубы и отвернулся к окну, — Именно по этому ты строила ему глазки!? Заигрывала…

— Как вы смеете так со мной разговаривать? Я не ваша собственность, и даже не жена.

— Ну и слава богу. Сдалась мне такая жена! — буркнул он. Я ахнула.

— Ну и зачем тогда вы предложили мне стать вашей женой?

— Ты сейчас серьезно!? Это сделка! СДЕЛКА! Ты сыграешь мою невесту и всё!

— И всё!? Дальше вы меня уволите?

— Посмотрим на твое поведение.

— Посмотрит он… — я закатила глаза и отвернулась.

— Ты перегибаешь палку! Что, как я пообещал оплатить операцию твоей тёти, так всё, можно дальше хамить, пощёчины давать!?

— Это вы перегибаете палку! Я не ваша собственность!

— Приехали!

Мы переглянулись и вышли из машины. Поднявшись на лифте, я стала открывать свой 310 номер. Распахнув дверь, я посмотрела на Станислава Владимировича, ожидая, что он пойдет открывать свой номер, но он стоял неподвижно.

— Вы пойдете в мой номер? — с сарказмом спросила я. И какое же было моё удивление, когда он ответил «да», — И зачем же?

— Хочу посмотреть, как ты переодеваешься.

Я широко распахнула глаза от возмущения.

— Извращенец! Вы даже не мой молодой человек. Не имеете права.

— Ещё как имею. Мы подписали с тобой два контракта…

— ОДИН! — я подняла указательный палец вверх.

— Тогда сейчас подпишем второй, — переступив порог, Станислав Владимирович положил на стол белую папку.

— Что это? — спросила я, не понимая, что вообще происходит.

— Ознакомься и, если всё в порядке, то подпиши, — Станислав Владимирович распахнул свой пиджак и достал оттуда шариковую ручку.

Я посмотрела сначала на мужчину, а потом на предложенный им документ.

— Брачный контракт!? — прочитала я, — Я не буду это подписывать! Какой ещё брачный контракт!?

— Ещё как будешь. Ты ведь хочешь, чтобы я оплатил операцию твоей тёти?

Я вздохнула и опустила глаза на документ.

— Ты прочитала?

— Да.

— Со всем согласна?

— Будто бы у меня есть выбор? — недовольно фыркнула я.

— Тогда подписывай.

— У меня тоже есть условия.

— Ну и какие же? — Станислав Владимирович удобно расположился на моём кресле, скинув сумочку на пол, и закинул ногу на ногу.

— Вообще-то это очень дорогая вещь, — сказала я, указывая на сумку.

— Ты её купила за мои деньги?

— Если бы она была за ваши, то я бы так не пеклась о ней.

На лице мужчины появилась ухмылка.

— Так что у тебя за условия? Ещё денег хочешь?

— Мне не нужны ваши деньги.

— А что же тогда?

— Вы не можете ко мне прикасаться, — серьезно сказала я. Раздался громкий смех, — Я сказала что-то смешное?

— Просто ты, вероятно, забыла про наш первый договор. Когда ты устраивалась ко мне на работу, ты согласилась выполнять все мои прихоти. Какими бы они не были.

Я нахмурилась.

— Какой же вы…

— И какой же, интересно?

— Извращенец!

— Извращенец?

— Извращенец!

Станислав Владимирович снова рассмеялся.

— Все мы где-то в душе извращенцы. Даже ты. Просто ты ещё не пробовала заниматься…

— А вот это уже не ваше дело! — перебила я.

— Ошибаешься. Ты моя. И всё, что касается тебя, касается и меня.

— То есть, вас волнует, как я живу?

— Ещё как.

— И почему же? Хотя стоп! Дай угадаю. Потому что я ВАША?

Станислав Владимирович улыбнулся краем губ.

— Вы думаете только о себе! — выкрикнула я и направилась на балкон.

— Да. Я думаю только о себе!

— Вы эгоист! — крикнула я, не оборачиваясь.

— Эгоист, — повторил мужчина.

— Вы никого не любите, кроме себя!

— Именно.

Я замолчала, не зная, как продолжить.

«Почему мои слова ничуть не задевают его? Он что, робот?»— недоумевала я.

— Выйдите из моего номера!

— И не подумаю. Здесь могу приказывать только я.

— О, боже! — я всплеснула руками, отвернулась и открыла окно нараспашку.

Я открыла глаза от входящего сообщения. Это была моя подруга — Карина. Сейчас она уехала погостить к родителям в Санкт-Петербург, а так она живёт в Москве в общаге. Карина учится на предпоследнем курсе Медицинского университета.

«Привет, Лис. Что-то давно на связь не выходишь. Ты вообще где?»

Я взяла в руки телефон и набрала номер подруги.

— Привет, Карин.

— О! Неужели? Сама Козлова Алиса? — на том конце провода послышался восторженный голос, — Привет-привет.

— Как ты там? Ещё у родителей?

— Я уже завтра приеду в Москву. Наконец сможем встретиться. У меня капец важная новость.

Я уже представила, как Карина с восторгом размахивает руками, рассказывая мне о предстоящей встрече.

— Карин, я пока не в Москве.

— Ка-ак? А где ты?

— Я в Сочи.

— Ни фига себе! На отдых вырвалась и мне ничего не сказала. Ещё подруга называется, — Карина обиженно цыкнула.

— Я не отдыхаю. Ну вернее не совсем. Я тут с начальником. Короче, долгая история.

— Ну так я не спешу. Рассказывай давай. Что за начальник?

И я рассказала подруге про болезнь тёти, про свою новую работу, про Станислава Владимировича. Некоторое пришлось умолчать, ведь одним из условий Гордеева было неразглашение нашей фиктивной помолвки. Поэтому мне пришлось немного соврать подруге.

— Капе-ец! По сравнению с твоей историей, моя — пустой вздох, — воскликнула Карина.

— А что к тебя?

— В общем я тут такое узнала, — протянула подруга и замолкла, словно держа интригу.

— Ну же. Не тяни! — нетерпеливо сказала я.

— Короче, твой этот Сашка. Ну Самин. Он разбогател. Я видела его маму, он ей такой дом построил. Совсем богачом стал. Зря ты его бросила, короче.

Я не стала возражать и спорить с Кариной, а просто согласилась с кем, что «когда-то совершила ошибку, уйдя от Саши». Хотя на самом деле, я разумеется, так не считала. Увидев, как изменился мой былой возлюбленный, я ни чуть не пожалела о нашем разрыве.

«Он, конечно, разбогател. Но остался всё тем же пошляком и развратником».

Я завершила диалог с Кариной, ведь в мой номер вошёл Станислав Владимирович.

— А что, если бы я была голой? — недовольно поморщилась я, смотря на вошедшего мужчину. Он только усмехнулся.

— А мне то что? Я уже всё видел.

Я осуждающе на него посмотрела и закатила глаза.

«Он ведь действительно видел меня голой. Полностью»— я стыдливо опустила глаза, будучи далеко не в восторге от этого факта.

— Ладно. Я собираюсь поужинать в ресторане. Ты едешь со мной.

— Что? В ресторане? Но разве нам сейчас не должны подать ужин в номера? — я удивлённо захлопала глазами.

— Может, и должны. Но сегодня я хочу поужинать в ресторане. Собирайся, — Станислав Владимирович забрал из моих рук телефон и положил его на тумбу. Я ещё больше удивилась такому его поведению.

«Хотя, в прочем, ничего нового»— про себя хмыкнула я.

Я поднялась с постели и подошла к шкафу. Открыв его, я почувствовала на себе пронзающий взгляд.

— Вы так и будете там стоять? — хмуро спросила я. Станислав Владимирович сел на кресло около низенького столика и закинул ногу на ногу.

— Так лучше?

Я закатила глаза и снова отвернулась к шкафу. Мой взгляд упал на светлые джинсы и голубой топ.

«Надеюсь, что в этот раз я не услышу в свой адрес критики»— подумала я, прикладывая к груди топ.

Я снова обернулась, ожидая, что наконец осталась одна в собственном номере. Но этого не произошло. Станислав Владимирович по-прежнему смотрел на меня, не сдвинувшись с места. Я пропустила тяжёлый вздох и направилась переодеваться в ванную. Слава богу, он не стал меня останавливать, и я спокойно переоделась.

— Мы можем идти, — оповестила я, выйдя из ванной комнаты. Станислав Владимирович с недовольным лицом разглядывал мой образ, — Что-то не так? Я снова выгляжу, как шлюха? — с нотками обиды напомнила я ему о недавнем вечере.

— Нормально, — сухо произнес мужчина и встал с кресла, — Идём.

Я сильно удивилась, не услышав в свой адрес привычной критики.

«Неужели ему может когда-нибудь понравиться мой образ?»— удивлённо думала я, — «Или, может, ему просто некогда было? В любом случаем всё сложилось удачно. Ведь запасных платьев у меня больше нет. А те два, что я брала с собой, он уже видел на мне и наверняка запомнил».

Мы спустились вниз и сели в такси. Нас привезли к очень дорогому ресторану. Я это поняла только по одной вывеске, которая была словно из золота и драгоценных камней.

«Да и Станислав Владимирович явно не станет ужинать в какой-то забегаловке»— подумала я.

Когда мы сели за столик, нам протянули меню. От этих цифр у меня глаза на лоб полезли.

«20$ за салат!? За простой греческий салат!? Там что оливки из золота!? За что такие цены!?»

Пока я изучала меню, Станислав Владимирович внимательно за этим наблюдал, не сдерживая ухмылки. Это действительно очень забавное зрелище. То, с каким пристрастием я разглядывала ценники на блюда, выглядело смешно.

— Если что, я плачу, — напомнил он, но легче не стало.

«Отдавать такие деньги за простые блюда, которые дома можно приготовить в десятки раз дешевле!? Да он с ума сошел!»

— Я просто не очень разбираюсь. Вот и не могу выбрать, — соврала я и улыбнулась.

— Возьми то же, что и я. Не ошибёшься, — сказал мужчина и позвал к нашему столику официанта.

— Да, сэр? — к нам тут же подбежал парень с подносом.

— Салат с киноа и креветками, спагетти в томатном соусе, стейки лосося… И бутылку красного полусладкого, — сказал Станислав Владимирович, и я снова ужаснулась, глядя на ценник этих блюд, — И да. Девушка будет тоже самое.

Официант что-то снова записал в своём блокноте, а потом поспешно удалился.

— А вино зачем? Мы будем пить? — спросила я.

— Ну а как же? Ужин без бутылочки красного — не ужин.

Я повторно опустила взгляд в меню, и Станислав Владимирович забрал его из моих рук.

— Тебе не нужно беспокоиться о ценах. Или тебе так нравится считать мои деньги? — с надменной ухмылкой он посмотрел на меня, и когда я покачала головой, улыбнулся, — Вот и замечательно. Наслаждайся вечером. Уверен, в Москве ты ни разу не ужинала в такого рода заведениях.

— Зато вы постоянно, — сказала я и отвернулась к окну, чтобы не видеть снова эту ухмылку на его лице. Но зато я услышала, как он ухмыляется, и меня всю передёрнуло.

В течении следующих двадцати минут мы не проронили ни слова.

— Ваши заказы, — официант поставил на стол тарелки с едой, рядом — бутылку вина и штопор, — Приятного аппетита.

— Спасибо, — я стала рассматривать блюдо. Салат с креветками выглядел ну очень аппетитно, — У вас действительно неплохой вкус.

Станислав Владимирович ухмыльнулся и протянул руку к штопору. Открыв бутылку, он разлил вино по бокалам.

— Хватит. Я не буду много пить, — сказала я и потянулась к бокалу.

— У нас сегодня выходной. Можно и немного расслабиться.

— Ну раз сам Станислав Владимирович позволил, то и вправду можно, — колко сказала я и отпила немного красного вина. Ни одна мышца не дрогнула на лице этого мужчины.

— Что тебя связывало с Саминым? — всё тем же равнодушием в голосе спросил он.

— Вы уже задавали этот вопрос.

— Но ты так и не ответила.

— Значит, не хотела отвечать.

— Но я должен знать, что вас связывало.

— К чему эта ревность?

— Мне незачем тебя ревновать. Это нормально, что я интересуюсь жизнью своей сотрудницы, — с совершенно спокойным лицом сказал Станислав Владимирович.

— Сотрудницы? И это всё?

— А что ещё?

— Я ведь ваша невеста, — с улыбкой сказала я, прищурившись.

— Ты лишь играешь её роль. Да и то по нашему возвращению в Москву.

— Ну раз сейчас я совершенно свободная девушка, то…

— Никаких «то». Ты моя.

— Ваша? И это снова по контракту?

— Разумеется. У нас теперь аж два контракта, по которым ты принадлежишь мне.

— Ничего подобного! — возразила я, — Я не ваша собственность! С чего вы взяли, что можете делать со мной всё, что захотите!? Я свободная незамужняя девушка! Никто не смеет мне указывать!

Станислав Владимирович с ухмылкой посмотрел на меня, а потом рассмеялся.

— Что смешного?

— Ничего. Будь по-твоему. А сейчас давай просто поужинаем.

— А что мы будем делать после ужина?

— Не знаю, что ты, а я собираюсь поработать в номере.

— Серьезно? Снова поработать?

— У меня нет времени для отдыха. Проект сам себя не построит.

— Что за проект? — спросила я, надрезая стейк из лосося.

— Тебе так интересно?

— Ну раз спрашиваю, значит интересно.

— Я рисую дизайн для будущей модели одежды. У меня ведь не только бизнес в компании отца. Теперь уже моей.

— Просто в дизайне вы неизвестны.

— Это пока. Я разработаю идеальный проект, который подам на конкурс дизайнеров. Он выиграет, и я получу премию «Дизайнер года».

— Ого, какие планы. Хотите прославиться в дизайнерском направлении?

— Именно. Меня будут знать не только, как владельца самой известной компании в Москве.

— А что будет, если вы получите премию? Забросите этот бизнес?

— Нет, конечно. Я стану ещё популярнее и богаче. Чем больше фирм, чем больше денег, — мечтательно протянул Станислав Владимирович, — Хотя зря я тебе всё это рассказал. Ты ведь всё равно ничего не понимаешь.

— Может и так. А когда конкурс?

— У меня есть ещё около месяца.

— И что вы разрабатываете?

— Много вопросов. Тебя это не касается, — грубо отрезал мужчина.

— Я ваша невеста. Так что очень даже касается, — я натянула хитрую улыбку и сделала глоток вина.

— Моя невеста? Так хочешь ей быть?

— Вовсе нет.

— А почему тогда при каждым удобном случае упоминаешь, что ты моя невеста?

Я пожала плечами и почувствовала, как у меня начинают краснеть уши.

— Просто так. Сама не знаю.

— Ясно. Если ты поела, то мы можем ехать в отель.

— Просто поедете в номер, чтобы засесть в ноутбук?

— Да. Мне нужно рисовать дальше.

— Хочу посмотреть на ваши рисунки.

— Зачем? У меня ещё ничего не готово. И, думаю, ещё не скоро будет готово.

— Вы красиво рисуете?

— Не знаю.

— Если вы не хотите показывать мне свои рисунки, то давайте поедем в клуб? — предложила я.

Станислав Владимирович удивлённо вскинул брови и вопросительно посмотрел на меня.

— В клуб?

— Да.

— Ни за что не мог подумать, что ты любительница ночных клубов.

— Мне просто надоело сидеть в номере.

— Так полежи.

— Спасибо. Но мне наскучило. Хочу развеяться. Но если вы не хотите, то я могу и одна…

— Поехали, — Станислав Владимирович поднялся из-за стола, — Мы едем в клуб.

Я улыбнулась, ведь в этот раз мне всё-таки удалось настоять на своём и без труда уговорить такого всегда строптивого и своенравного начальника, и последовала за ним в машину. Мы поехали в ночной клуб.

Стоило мне только переступить порог данного заведения, как резкий запах алкоголя ударил в нос, а музыка оглушила.

— Я пойду выпью, — Станислав Владимирович оставил меня перед толпой и направился к барной стойке.

Если бы не вино в моей крови, я бы сильно растерялась, но оно придало мне храбрости, и я пошла вглубь толпы, танцевать.

Двигаясь в такт музыке, я не заметила, как ноги сами привели меня к бару. Ко мне подсел парень в черном цилиндре.

— Что будет пить такая красивая девушка? — спросил он.

— Мохито, — я кокетливо улыбнулась молодому человеку и намотала прядь волос на палец.

— Мохито для прелестной девушки, — сказал он бармену.

Передо мной поставили стакан с напитком, который я опустошила за несколько секунд.

— Ого. А ты быстрая, — хмыкнул парень, — Как твоё имя?

Я расхохоталась, глядя на него.

— Что такое? — он смотрел на меня, как на дурочку, не понимая, почему я смеюсь.

— Ты такой смешной в этой чёрной шапке. Как Фредди Крюгер, — я снова звонко рассмеялась.

— Такой же урод? — молодой человек нахмурился, и когда я закивала головой, психанул и удалился.

«И чего это он?»— недоумевала я, глядя ему вслед. Около меня появился Станислав Владимирович.

— О-о, Станис… С-слав… Влад… В… — заикаясь, я пыталась выговорить его имя.

— Ничего себе. Ты так опьянела всего от нескольких бокалов вина? — удивлённо спросил он и окинул взглядом борную стойку с пустым бокалом, — А хотя нет.

— А вы ч… Ик…Что вы… Ик… Вы здесь делаете? — я расхохоталась и встала на ноги, — Ой! Как сложно стоять! — я ухватилась за его плечо, чтобы не упасть.

— Как же быстро ты пьянеешь, — закатив глаза, заявил Станислав Владимирович. Он обхватил меня за талию, не дав упасть.

— Пойдём выпьем, — я обратилась к бармену, — Мне… Ик… Мо… Мохито.

— Не дури. Какое тебе Мохито? Тебе сейчас в кроватку нужно.

— Вы опять за своё! ИЗВРАЩЕНЕЦ! — громко выкрикнула я и дала ему увесистую пощёчину.

Станислав Владимирович обречённо вздохнул и схватил меня за руку.

— Идём. Я уложу тебя спать, — он повёл меня к выходу.

— Нет! Я не хочу! — сопротивлялась я, царапая его спину своими ногтями, — Не смейте ко мне прикасаться! Я не ваша!

— Успокойся, Алиса, — Станислав Владимирович терпеливо выносил все мои пьяные выходки, пока я снова не дала ему пощёчину с криками «Пустите меня!»

Мужчина подхватил меня на руки и усадил в салон автомобиля. Дальше всё было, как во сне. А вернее это и было во время моего сна. Я уснула прямо на заднем сидении машины, после чего Станислав Владимирович донёс меня до номера и уложил в кровать.

Мои глаза распахнулись. Я была в собственной постели, в своём номере.

«О, боже. Моя голова. Она сейчас треснет. Я чувствую себя так же, как и в тот раз после пьянки со Станиславом Владимировичем. Неужели я снова напилась?»

Но слава богу на этот раз я в постели была одна. Скинув с себя одеяло, я ахнула.

— КАКОГО ЧЁРТА Я ГОЛАЯ!? — выкрикнула я и вскочила с кровати.

«Нет! Быть этого не может! Я не в своём номере. Но чей же он? С кем я переспала?»

Из ванной комнаты вышел мужчина, замотанный по пояс в белое полотенце. Он вытирал волосы другим полотенцем, полностью закрыв им своё лицо. Повернувшись ко мне спиной, он открыл шкаф, и я увидела на его спине ужасные следы от ногтей.

— Кто ты!? — закричала я, разглядывая молодого человека. Он обернулся.

— Кто я? Ты настолько вчера напилась, что не узнаешь своего непосредственного начальника? — Станислав Владимирович с укоризной посмотрел на меня, нагло улыбаясь.

— Станислав Владимирович!? Это я вчера с вами!? О, Боже! — я упала на подушку и натянула одеяло до самого носа.

— Ты там что-то спрашивала? Я не расслышал, — мужчина положил полотенце на тумбу и вошёл в комнату.

Глядя на его рельефное тело, я замерла.

Торчащие на руках вены, тонкие кисти с длинными пальцами, широкие плечи, мощная шея… Как бы я не хотела, я не смогла отвести взгляда.

— Алиса? — Станислав Владимирович встал напротив меня и пощелкал пальцами у моего лица.

— А? Да? — я пришла в себя и подняла голову, чтобы смотреть ему в лицо.

— Когда я был в ванной, ты что-то спрашивала?

— Да. Почему я в вашей постели? И почему… Почему на мне нет одежды?

Мужчина усмехнулся и сел на край кровати. Я в недоумении уставилась на него и отдалилась к другому краю постели.

— Ты ничего не помнишь? — с усмешкой спросил он. Я покачала головой, — Зачем пьёшь, если совершенно не умеешь этого делать?

— Сама не знаю, что на меня нашло, — с тяжёлым вздохом ответила я, — Так почему я здесь? Почему не у себя в номере? Да и вообще, почему я голая!? Что вчера было между нами!? — мой голос повышается.

— Да не кричи ты так.

— Что значит «не кричи»!? Что я делаю у вас в постели!? Что вчера было!? — выкрикнула я, — Вы всё-таки воспользовались моей беспомощностью!?

— Да угомонись ты! — начальник заткнул мне рот своим громким голосом, — Ты голая, потому что я тебя раздел.

— Что вы себе позволяете? Почему вы…

— Потому что ты вчера напилась в стельку, по пути в отель упала в какую-то лужу, и я был вынужден тебя вымыть и уложить в кровать, — перебив, объяснился мужчина.

— А почему в свою постель?

— Потому что так было нужно. Не задавай лишних вопросов. Я и так вчера тащил тебя на себе.

— А я и не просила, — обиженно сказала я и скрестила руки на своей груди, — Не к чему было меня раздевать.

— А что, нужно было отнести тебя в душ в одежде? — усмехнулся Станислав Владимирович.

— Отнесли бы меня в постель, и всё.

— Не желаю продолжать этот бессмысленный диалог. Одевайся и уходи, — мужчина поднялся с постели, и полотенце упало с его бёдер на пол. Я резко отвернулась, закрыв лицо руками.

— О, боже! Ещё и это! — я зажмурилась, не желая оказаться очевидцем его самых откровенных мест.

Станислав Владимирович издал довольный смешок и поспешно вышел из комнаты, не заставляя меня краснеть дальше.

«Господи, его ноги. Такие накачанные. А эти бёдра… Он везде такой сексуальный и манящий. Даже без кубиков пресса его тело выглядит великолепно. Каждый его вздох сводит меня с ума. Почему я теряю голову рядом с этим мужчиной? Почему это происходит? Должно же быть наоборот. Я должна ненавидеть его, а получается совсем наоборот»— устало вздохнула я, — «Хорошо, что мы хоть не спали. Этого мне только сейчас не хватало».

Наконец настал тот день, когда мы должны будем вернуться домой.

«Я безумно счастлива, что тётю наконец прооперируют, и мы вернёмся к прежней жизни. Без Гордеева. Хотя стоп! Контракт! Я ведь заключила с ним брачный контракт, по которому обязуюсь играть роль его невесты три месяца. Что может быть хуже?»

И вот мы снова сели в личный самолёт Станислава Владимировича и теперь летим домой в Москву.

— Наконец-то я буду дома, — с улыбкой воскликнула я, глядя в иллюминатор.

— Тебе не понравилась поездка?

— Вовсе нет. Просто я так соскучилась по дому, по тёте. Как она там?

— Не волнуйся. Как только мы прилетим, её прооперируют. Всё будет хорошо.

— Надеюсь.

По прилёту в Москву, Станислав Владимирович сдержал своё слово и действительно оплатил операцию тёти Оли.

— Ольга Николаевна будет прооперирована. Ожидайте, — врач зашёл в кабинет реанимации, оставив меня наедине со Станиславом Владимировичем. Я села у стенки и закрыла лицо руками.

— В такие моменты принято как-то поддерживать, — Станислав Владимирович опустился на корточки рядом со мной, — Всё будет хорошо.

— Спасибо вам, — я устало зевнула, прикрыв рот рукой.

— Хочешь спать? Тогда, может, я отвезу тебя домой? Операция продлиться не менее 5-ти часов. А то и куда больше.

— Я не могу. В пустом доме я не смогу уснуть.

— Тогда поехали ко мне.

Я подняла голову и осуждающе посмотрела на мужчину.

— Снова эти ваши пошлые намеки?

— Вовсе нет. Я просто предлагаю тебе уснуть не одной.

— Всё равно не хочу, — я закрыла глаза и оперлась головой о стену.

— Ладно, — Станислав Владимирович положил мою голову на своё плечо, — Отдохни. Я буду здесь.

— И как же я должна уснуть, когда вы рядом? Да ещё и держите мою голову? — пробубнила я, прикрыв глаза.

— Я тебя смущаю? — мужчина провёл рукой по моим волосам, заложив одну прядь за ухо.

Я вздохнула и положила руку ему на грудь. Так я и уснула.

— Алиса, — нал моим лицом пронесся тихий шёпотом, — Алиса! — Станислав Владимирович несколько раз похлопал меня ладонью по щекам.

— А? Что такое? — я приподнялась и огляделась. Всё та же больница. Я находилась около реанимации, рядом сидел Станислав Владимирович. Ничего не изменилось.

— Твою тётю прооперировали, — сообщил он мне.

— Как она?

— Скоро ты сама у неё об этом спросишь.

Я с облегчением выдохнула. Наконец-то бессонные ночи останутся позади, и мы заживём как прежде. Ах, да…

— Спасибо. Не знаю, как мне вас благодарить, — я обратилась к Станиславу Владимировичу.

— Не нужно. Ты меня ещё отблагодаришь.

— А когда знакомство с вашими родителями?

— А всё скажу потом, — мужчина встал на ноги, отряхивая брюки, — А сейчас мне пора. Я и так немало времени провёл здесь, с тобой.

— Спасибо… — снова повторила я.

— Угу, — Станислав Владимирович сунул одну руку в карман и направился по коридору к выходу. А я так и осталась сидеть у кабинета реанимации. Оттуда вышел врач. Я резко вскочила.

— Как моя тётя? Операция прошла успешно? Я могу её навестить? — я нетерпеливо смотрела на мужчину в белом халате.

— Воу-воу! Девушка, сколько вопросов. Всё по порядку. Операция завершена. Ваша тётя жива и здорова. Вы сможете её навестить, когда она отойдет от наркоза.

— А когда это будет?

— Знаете что? Вы езжайте домой. Я вас оповещу, как станет возможным посещение.

— Хорошо. Я что-то действительно устала. Да и голова трещит.

— Вам дать таблетку?

— Нет-нет. Я поеду домой.

Я вышла из больницы и решительно направилась в сторону автобусной остановки. Но меня остановил знакомый голос. Я обернулась. Около забора стоял Станислав Владимирович, оперевшись о свой автомобиль рукою.

— Садись, подброшу тебя до дома.

— Не стоит. Вам ведь в другую сторону, — отказалась я.

— Я сказал садись, — настойчиво повторил мужчина, и я села в его машину на переднее сиденье.

— А вы разве не с водителем ездите? — спросила я.

— Иногда люблю сам порулить, — усмехнулся Станислав Владимирович, кратко глядя на меня, — Как там твоя тётя? Позволили увидеться?

— Она ведь только после операции. От наркоза ещё не отошла. Мне сказали, что позвонят.

— М-м-м. Ясно.

— Спасибо вам ещё раз за помощь. Если бы не вы, что бы я делала? Тётя Оля — мой единственный родной человек на этом свете. Если бы я потеряла ещё её, то совсем смысла жить не осталось бы.

— Ну-ну-ну. Зачем ты так говоришь? Разве нужно жить ради кого-то?

— А вы что, так не считаете?

— Жить нужно, чтобы после смерти тебя вспоминали, как хорошего человека, который сделал много всего для этого мира.

— Так что получается, вы живёте, чтобы красиво умереть и оставить после себя хорошую память?

— Ну, получается, что так, — мужчина пожал плечами и кратко взглянул на меня.

— А как же любовь?

— А что любовь?

— Ну, разве ради любимого человека не стоит жить? Ради его улыбки, голоса…

— Глупости всё это, — нелепо усмехаясь, перебил он меня, — Начитаешься любовных романов, а потом мечтаешь о принце на белом коне. Это жизнь, Алиса. Здесь всё не так, как в сказках. Тут выживают только сильнейшие. И порой это далеко не добро.

— А вот зря вы так. Любовь есть. И даже с первого взгляда. Не буду говорить, что это принц. Но определенно существует.

— Существует только ненависть с первого взгляда. Вот это я точно знаю.

— Это как у меня с вами? — я вопросительно выгнула одну бровь.

— А ты меня ненавидишь? — спокойным тоном спросил Станислав Владимирович.

— Скорее, это вы меня.

Он промолчал и сосредоточил свой взгляд на дороге. Повисла молчаливая пауза. Я вытянула руку и тихонько прокрутила регулятор громкости на магнитоле. Музыка Prodigy начала наполнять салон своим драйвом, и я не заметила, как начала подпевать. Обернув голову к Станиславу Владимировичу, я увидела, что и его губы начали беззвучно двигаться, а пальцы стучать по рулю. Это вызвало у меня лёгкую усмешку. Я отвернулась к окну и растворилась в быстро сменяющемся городском пейзаже за окном.

Завтра я уже снова должна буду выйти на работу. Благо, Станислав Владимирович позволил мне с самого утра навестить тётю, а потом уже ехать к нему в офис.

Я открыла дверь палаты. На кровати лежала моя тётя. Уставшая, исхудавшая.

— Тётя, — на глаза навернулись слёзы, и я бросилась к её постели.

— Лисонька, — тётя Оля повернула голову в мою сторону и устало улыбнулась.

— Тётя, ты как? — я села на корточки и взяла её за руку, — Я так давно тебя не видела. Слава богу, ты жива.

— Это благодаря тебе. Я слышала, ты оплатила мне операцию на сердце. Она же такая дорогая. Лиса, где ты взяла деньги?

— Не волнуйся, тётя. Тебе сейчас нельзя нервничать. Это может быть опасно для здоровья.

— Ну как я могу не нервничать. Ты что-то продала? Может, даже мой дом?

— Нет, — я отрицательно мотнула головой, — Я устроилась на работу. Мой начальник платит хорошие деньги.

— И кем же ты работаешь?

— Не переживай. Работа хорошая, — я улыбнулась и провела ладонью по морщинистой руке тёти Оли, — Тебя скоро выпишут, и мы вместе поедем домой. Я ещё заеду, а сейчас мне пора на работу. Начальник и так меня отпустил к тебе в больницу.

— Ну езжай, моя милая. Береги себя.

— Хорошо.

На последок я ещё крепче сдала руку тёти и поехала в офис.

— Алиса, Станислав Владимирович просил, чтобы ты зашла к нему, — с порога сказала мне Алёна.

— Что-то случилось?

— Этого я уже не знаю. Но он сегодня не в настроении. Будь осторожна.

— Спасибо, что предупредила, — я сделала глубокий вдох и постучала в дверь, — Можно?

— Входите, — произнес грубый голос, что меня ни чуть не удивило.

— Доброе утро, — с улыбкой произнесла я.

— Чего так долго? Где ты шаталась? — пробурчал Станислав, и улыбка вмиг пропала с моего лица.

— Но вы ведь сами позволили мне навестить тётю в больнице, — растерянно сказала я.

— Ах, да, точно. Я уже и забыл. Но не суть. У нас сейчас проверка из коррупционного отдела.

— А есть что скрывать? — спросила я, окидывая взглядом помещение.

— Ну, вообще, нет. Но они то всегда найдут к чему придраться. Нужна будет твоя помощь.

— Что от меня требуется?

— Сюда придёт мужик лет 50. Такой дряблый неприметный. В общем пофлиртуй с ним. Тогда, может, без взяток обойдёмся, — сказал Станислав Владимирович.

После этих слов я открыла рот и удивлённо захлопала ресницами.

«Пофлиртовать? Я серьёзно должна флиртовать с каким-то стариком из-за того, что Станислав Владимирович не хочет давать взятку? Что за бред?»

— Пофлиртовать? — переспросила я, всё ещё отходя от шока.

— Ну да. Там ничего сложного. Блузочку прирасстегни, да губки поярче накрась. Он поведётся, — Станислав Владимирович встал из-за стола и подошёл к шкафу. Открыв его, он начал вводить пароль на сейфе, — Вот, возьми. Если не получится что вдруг, договоришься, — с этими словами он протянул мне белый конверт.

— Я должна давать взятку? Разве отдел по борьбе с коррекцией возьмёт?

— Ещё как возьмёт. Уже несколько лет брал и сейчас возьмёт.

— Но Станислав Владимирович, разве вам есть что скрывать? Если всё по закону, то разве не проще…

— Та-ак. Не лезь не в своё дело, — он сунул мне в руки конверт и закрыл сейф, — Я лучше знаю, что и как.

— Я должна договориться? — уточнила я, пряча конверт в сумку.

— Именно. Включи своё женское обаяние, если уже успела выключить, — Станислав Владимирович провёл пальцем по верхней пуговице на моей блузке и расстегнул её, а потом и две последующие. Моя довольно пышная грудь показалась из блузки, и я поспешила прикрыть её, так как не привыкла ходить с сиськами нараспашку, — Вот так вот нормально. Сейчас придёт Сергей Александрович и начнёт намекать на взятку ни с того ни с сего. Готовься.

Мужчина сел за свой стол и принялся ждать стука в дверь. Он не заставил себя долго ждать.

— Да-да, входите, — хмуро сказал он и тут же натянул на себя улыбку, увидев вошедшего мужчину, — Сергей Александрович, добро пожаловать в мой офис. Какими судьбами? Снова с проверкой?

— Ну а как же? Мы с вами каждый год встречаемся.

Мужчины пожали друг другу руки, и Сергей Александрович сел на диван.

— Ну у меня же всё чисто, знаешь же, — широко улыбаясь, произнёс Станислав Владимирович.

— Ну, конечно, знаю. Но работа, есть работа, дорогой вы мой человечек. Ну так лень снова что-то выискивать, когда знаешь, что у Гордеева его точно нет, — Сергей Александрович загадочно улыбнулся, постукивая по краю стола.

— Прошу прощения. Я должен буду отлучиться ненадолго. Вас обслужит моя секретарша, — Станислав Владимирович поспешно удалился из кабинета, на последок коснувшись моей руки своей. Я осталась один на один с неизвестным мне мужчиной, с которым должна договориться.

«Но как я должна буду это сделать? Я ведь никогда не давала взяток»— я замерла на одном месте, боясь даже пошевелиться.

— И-так я дорогуша. Сделайте мне кофе, — обратился ко мне мужчина.

— Минуту, — я вышла на коридор вслед за Станиславом Владимировичем.

— Сделай всё сама, — кинул он мне и хлопнул дверью.

«И что же я должна делать с этим стариканом? Как договариваться? Да и какой он вообще любит кофе. Я ведь не уточнила».

Я сделала гостю стандартный кофе с двумя ложками сахара.

— М-м-м. А вы вкусно готовите. Обалденный кофе, — сказал Сергей Александрович, сделав глоток моего напитка.

— Спасибо, — я продолжала стоять у двери, не зная, с чего начать диалог.

— А Гордеев когда вернётся? — спросил мужчина, вполоборота повернувшись ко мне.

— Станислав Владимирович попросил меня уладить все вопросы. У него появились неотложные дела.

— Правда? — мужчина сразу же переменился в лице и поставил чашку на стол, — Это ты будешь со мной договариваться? — он оценивающе посмотрел на меня и остановился на моей груди. От этого похотливого взгляда стало очень неловко, даже противно.

— Вы допили кофе? — я сделала шаг вперёд и протянула руку к пустой чашке. Сергей Александрович схватил меня за руку и усадил на диван рядом с собой.

— Не стоит. Позже уберешь, — сказал он, уже буквально раздевая меня взглядом, — А сейчас уже можешь начать договариваться.

— Вы о чём? — спросила я, пытаясь отсесть от него подальше.

— Ну не придуривайся. Ты же здесь для этого, — Сергей Александрович резко схватил меня за одну грудь и до боли сжал её. Я попыталась закричать, но он заткнул мой рот другой рукой и повалил меня на диван. Я громко замычала, пытаясь вырваться из его грязных рук, но мужчина был в разы сильнее меня. В один миг он разорвал на мне блузку и задрал юбку.

Дверь резко распахнулась, и в кабинет влетел разгневанный Станислав Владимирович. Судя по всему он всё это время стоял под дверью, вслушиваясь в наш разговор.

— А ну убрал от неё руки! — крикнул он и ударил Сергея Александровича кулаком по лицу, а после оттащил от меня, — Скотина!

Сергей Александрович не стал влазить в драку с явно сильнейшим и убежал из офиса с синяком под глазом.

— Что с тобой сделал этот урод? — Станислав Владимирович сел на диван и обеспокоенно посмотрел на меня. Разорванная рубашка и юбка, которую задрали по пояс, заплаканные глаза и дрожащие руки, — Ну всё, не плачь, — мужчина приобнял меня за плечи, — Этот мудак за всё ответит. Как он вообще посмел к тебе приставать?

— Вы же сами хотели, чтобы я флиртовала с ним, — всхлипывая, сказала я.

— И ты реально флиртовала?

— Нет. Я даже не намекнула ему на что-то такое, — я положила голову ему на плечо и снова всхлипнула.

— Не плачь, — мужчина погладил меня по волосам и поправил юбку, — Хочешь кофе выпить?

Вспомнив о кофе, который я пару минут назад приносила Сергею Александровичу, я снова зарыдала, но в плечо Станислава Владимировича. Он терпеливо смотрел на меня, приглаживая растрёпанные волосы. Мужчина поправил мою блузку, и заметив, что на ней не хватает нескольких пуговиц, которые куда-то отлетели, он снял свой пиджак и накинул его на мои плечи.

— Спасибо, — негромко сказала я, приподняв голову. Станислав Владимирович смотрел на меня с жалостью, даже некой обидой. А его глазах виднелось «прости, что не уберёг, это я виноват в случившемся».

Мужчина крепко прижал меня к себе, и слёзы вмиг высохли. Рядом с ним, лёжа на его широком плече, я чувствовала себя в полной безопасности. Я точно знала, что он меня в обиду не даст.

— Ты чего-то хочешь? — с нехарактерной для него нежностью спросил Станислав Владимирович.

— Можно я поеду домой?

— Да, конечно. Я тебя сам отвезу.

Я попыталась возразить, но он был непреклонен и лично довез меня до самого дома.

— Теперь вы знаете, где я живу, — с печальной улыбкой сказала я, когда мы подошли к воротам моего с тётей дома.

— Это хорошо. А то было бы странно, что жених не знает дома своей невесты.

От этих слов я расплылась в счастливой улыбке. Станислав Владимирович говорил это так искренне, хоть речь и была о ненастоящей помолвке, но мне всё равно было очень приятно слышать от него такие вещи.

— В субботу мы поедем домой к моим родителям. Я познакомлю их с тобой, — сказал он.

— Хорошо. К тому времени уже тётю выпишут из больницы.

— Надеюсь, с ней всё в порядке.

— Да, можете не переживать, — сказала я, снимая со своих плечо пиджак Станислава Владимировича, — Вот, возьмите ваш пиджак. Спасибо.

— Ага. Кстати, перейди на «ты», — сказал мужчина, — Хоть мне и очень нравится, как из твоих уст вылетает обращение ко мне на «вы», но так нельзя.

— Что? — не поняв, о чём речь, переспросила я.

— Невеста не может называть своего жениха на «вы». В нашем обществе это как минимум странно.

— А-а-а, вы об этом. Ой… Вернее, ты об этом. Я поняла… Стас… Можно я буду тебя теперь так назвать? — несмело спросила я, глядя на мужчину. И когда он тепло улыбнулся, кивнув, я облегчённо выдохнула.

— Да, конечно, — ответил Стас.

— Ну всё, я пошла, — я махнула рукой на прощание и направилась к калитке, в последний раз обернувшись. Стас продолжал стоять на одном месте, держа в руке свой черный пиджак, и глядя на меня.

— До завтра, — он сел в свой автомобиль и скрылся из виду.

Настал день, когда тётю выписывают из больницы. Гордеев вызвался помочь мне и прислал машину.

«Это очень похоже на него. Спихнуть всю работу на других. Хотя, возможно, он просто очень занят. Спасибо и на том».

Вместе с тётей Олей мы вышли на крыльцо больницы. Черный автомобиль Гордеева уже стоял за воротами.

— Тётя, идём сюда, — сказала я и, увидев на её лице сильное удивление, поспешила объясниться, — Это машина с моей работы. Начальник прислал.

— Но что это за работа такая? Ты устроилась в какую-то влиятельную фирма?

— Тётя, я всё расскажу, но потом. А сейчас садись в машину, и мы поедем домой.

Тётя Оля перестала закидывать меня вопросами, но ненадолго. Стоило нам только переступить порог дома, на меня тут же посыпались вопросы.

— Ну и что это за компания, где тебе такие дорогие машины присылают? Это ты там заработала такие деньжища?

— Тётя, давай выпьем чаю. Я тебе всё расскажу.

— Ладно. Поставь чайник.

Мы переместились на кухню, и я за чашкой чая рассказала тёте о случившемся. Вернее, только частично. О фальшивой помолвке, благодаря которой тётю Олю и прооперировали, я, конечно же, умолчала.

— Ничего себе. Так значит, ты устроилась в самую солидную компанию Москвы? — тётя удивлённо вскинула брови, смотря мне в лицо, — И за эти несколько недель ты заработала такие большие деньги?

— Да, — солгала я и улыбнулась, — Всё именно так.

— Ну ничего себе. Я, честно говоря, удивлена. Но, может, это и к лучшему. Больше ты не будешь убиваться из-за этого Гордеева и переживать, что из-за него ты была вынуждена бросить университет.

Я закивала головой и опустила глаза в чашку.

«Теперь я действительно больше не убиваюсь из-за того, что бросила универ. Но винить в этот Гордеева я ни за что не перестану. Хотя теперь моя жизнь развернулась совершенно иначе, и он играет в ней очень важную роль».

Лгать я с детства не привыкла, поэтому теперь это давалось мне с большим трудом. Я не могла смотреть тёте Оле в глаза и отводила взгляд в сторону, когда она на меня смотрела.

В её взгляде я видела «Лиса, не ври мне, расскажи правду о своей связи с Гордеевым, о том, как на самом деле вы близки, и что ты больше его не ненавидишь, а совсем наоборот».

Не желая продолжать этот разговор, я покинула кухню и села за компьютер, в попытках немного отвлечься от назойливых мыслей. Гордеев Стас всё никак не покидал их. А вернее, он занял одно из главных мест в моей голове, стал объектом для моих раздумий.

Только я погрузилась в компьютерный мир, мне позвонили.

— Да? — я отвлеклась от компьютера и ответила на звонок.

— Алиса, я сейчас приеду к твоему дому, — сказал Стас на том конце провода. Я сразу же оживилась.

— Что? Зачем приедешь?

— Нужно кое-что решить.

— Что, прямо сейчас? До завтра это не может подождать?

— Нет. Через 10 минут выходи, — настойчиво сказал мужчина.

— Стас, но что я скажу тёте?

— А что ты мне должна сказать?

Я вздрогнула и обернулась. Около моего стола стояла тётя Оля, скрестив руки на груди.

— Придумай что-нибудь, — Гордеев положил трубку, и я подняла взволнованный взгляд на тётю.

— Я слушаю. Что не может подождать до завтра? — она смотрела на меня как никогда серьезно.

— Тётя, это по работе. Начальник сейчас заедет за мной.

— Заедет за тобой? Начальник? А разве не должно быть наоборот? Секретарша едет к начальнику.

— Так нужно, — я встала из-за стола и направилась в прихожую.

— Алиса, что происходит? Я ничего не понимаю.

— Тётя, всё в порядке, — я положила руку на её плечо и натянула улыбку, — Мне правда нужно ехать. Я скоро вернусь.

— И тогда мы поговорим?

— Обязательно. А пока полежи, отдохни. Тебе нельзя нервничать, — я чмокнула тётю в щёку и покинула дом, оставив её стоять в недоумении.

— Что она себе думает? — покачала головой тётя Оля.

Я спустилась по лестнице и вышла на улицу. Около забора стоял автомобиль Гордеева, а рядом и он сам.

— Привет, — я окинула его оценивающим взглядом. Этот строгий серый костюм был ему очень к лицу, а синий галстук подчеркивал цвет глаз.

— Угу. Садись в машину, — он встретил меня своей обычной хмурой миной, что ничуть не удивительно. Я села спереди около водительского сиденья.

— А куда мы едем? — когда автомобиль тронулся с места, поинтересовалась я.

— За помолвочным кольцом для тебя, — не отрываясь от дороги, ответил Стас. Я изумлённо распахнула рот и уставилась на него, в ожидании пояснений.

— Но зачем оно мне? Помолвка ведь ненастоящая.

— Для нас — да. Но другие должны проверить в то, что ты действительно моя избранница.

— Ясно, — хмуро ответила я и отвернулась к окну, — А ты кому-нибудь уже говорил о помолвке?

— Нет.

— А кому планируешь? Родителям?

— Ещё брату.

— И всё?

— Да.

— А моей тёте? Ей же я могу…

— Нет, — перебил меня Стас, — Никаких тёть. Только моя семья. Ведь именно для них я всё это и устраиваю.

— А ты не подумал, что…

— Приехали, — машина остановилась, и Стас отстегнул ремни, — Потом расскажешь, о чём я там не подумал. А сейчас выходим.

Выйдя из автомобиля, мы оказались около ювелирного магазина. Причем очень дорогого магазина. Здесь просто заоблачные цены. Так по крайней мере мне говорила Карина.

— Подберите девушке помолвочное кольцо, — сказал Стас, когда мы оказались внутри.

— Добрый день. Это ваша избранница?

— Это неважно. Нам нужно кольцо, так что делайте свою работу, — он обратился ко мне, — Покажи, какое тебе нравится.

Я оглядела прилавок, и мой взгляд остановился на простом, только на первый взгляд, колечке.

«Минимум камней, вроде бы не сильно громоздкое. В общем, в самый раз для меня».

Я указала пальцем на понравившееся мне колечко.

— Отличный выбор. Это кольцо сделано из…

— Оно нам не подходит, — перебил продавца Стас.

— Но почему? — я с удивлением посмотрела на него, — Вроде бы красивое.

— Оно слишком простое. Моя невеста не будет носить подобное.

— А что же она тогда будет носить? Может, вот это!? — обиженным голосом сказала я и тыкнула в прилавок пальцем.

— А может и это, — Стас взял из рук продавца кольцо, и грубо взяв меня за руку, одел его на мой безымянный палец.

— Оно очень громоздкое, — возразила я, разглядывая кольцо на своём пальце. Оно, конечно, пришлось мне впору, но смотрелось очень грубо и было неудобным, ведь я никогда раньше не носила подобного рода украшения. Меня смущал скорее не его размер и вес, а ценник из множества нулей.

— Подходит? Мы берём, — Стас достал из кармана пиджака бумажник и протянул продавцу карточку. Не успела я что-то сказать, как мы уже сидели в машине, а на моём пальце красовалось дорогущее кольцо с огромным бриллиантом.

— Ну и зачем я была тебе нужна, если ты сам выбрал кольцо? — недовольно сказала я, нахмурившись.

— Чтобы ты его померяла. И к тому же я купил именно то кольцо, на которое ты тыкнула пальцем.

Я закатила глаза и отвернула голову в сторону окна.

— Завтра мы едем ко мне домой, — сказал Стас, и я в мгновение повернулась обратно.

— Уже завтра?

— Да. Надень красивое платье, прихорошись.

— А разве я должна понравиться? Не наоборот?

— Не заморачивайся. Я всё сделаю сам.

— А что я скажу тёте?

— Меня это уже не касается.

— Ещё как касается. Ты же сам хотел, чтобы никто не узнал о фальшивой помолвке.

— Ладно. Скажи, что едешь на работу.

— В воскресенье?

— Я тебя вызвал по важному делу.

— Хорошо. А как долго это будет длиться? В контракте мы подписали договор на три месяца.

— Это только формальности. Всё может пройти и куда быстрее.

— Правда? И как же?

— Потом объясню. Но ты должна понимать главное: никто не должен знать о том, что мы подписали брачный контракт. Всё должно выглядеть по-настоящему. Поняла?

— Хорошо. Я сыграю в любящую невесту. Но и ты должен сделать тоже самое.

— Приехали!

Автомобиль встал у моего дома. Стас потянулся, чтобы отстегнуть ремень.

— Сиди здесь. Не хочу, чтобы тётя тебя увидела, — сказала я, коснувшись его руки своей.

— Ладно.

— До завтра, — я вышла из машины, хлопнув дверью.

Переступив порог, я почувствовала запах свежего кофе, который ударил в нос.

— Лиса, это ты? — из кухни показалась тётя Оля.

— Да.

— И как работа? — спросила она.

— В порядке. Всё сделали.

— Это тебя начальник подвозил на такой дорогой машине?

— Не-ет, — протянула я, — Это его личный водитель.

— Правда? Это он подарил тебе кольцо? — тётя кивнула на мою правую руку.

И тут до меня дошло, что я не сняла подаренное Стасом помолвочное кольцо. Я тут же спрятала руку за спину и посмотрела на тётю. Она явно ждала от меня разумных объяснений.

— Нет. Это моё кольцо. Просто я давно его не носила, — попыталась объясниться я.

— Алиса, не лги мне. Это кольцо с очень дорогим бриллиантом, оно явно стоит не меньше 1000$.

Я опустила глаза. Тётя была права. Гордеев купил мне ну очень дорогое кольцо, и это сложно было скрыть.

— Я жду, Алиса. Кто подарил тебе такую дорогую вещь?

Я вошла в гостиную и села на диван, тётя Оля разместилась рядом. Она продолжала сверлить меня своим взглядом, отчего становилось ещё более неловко.

— Это похоже на помолвочное кольцо. Я права?

Я подняла взгляд на тётю и кратко кивнула.

— Ясно. И кто же он? — спросила она. Я молчала, — Это тот, кто тебя подвозил?

— Да… — смущённо произнесла я, уже чувствуя, как краснеют мои щёки.

— И когда он сделал тебе предложение? Давно?

— Нет. Только сегодня.

— И почему родная тётя узнает об этом последней?

— Ты узнала об этом одной из первых. А вернее, первой. Знаем только я, Стас… Ну и теперь ты.

— Значит, Стас… М-м-м! Имя, как у твоего этого Гордеева.

— И вправду. Я даже не заметила, — сказала я, опустив глаза в пол.

— И что это за Стас? Кто он? Где работает?

— Мой начальник. Он очень милый и хороший, — сказала я, и в голове тут же всплыл образ Стаса. Его наглая и довольная ухмылка, хмурое выражение лица, и такая редкая, но нежная улыбка. Это был явно не тот человек, кого можно было назвать милым и хорошим.

— Хороший, значит? Ты же меня познакомишь со своим женихом?

Этими словами тётя вернула меня в реальность.

— О, нет, тётя. Пока не могу, — начала отпираться я.

— А что такое?

— Стас против того, чтобы кто-либо знал о нашей помолвке.

— Против? Но почему? — удивилась тётя.

— Завтра мы поедем знакомиться с его родителями.

— Завтра? И когда ты собиралась рассказать об этом мне?

— Прости, тётя. Всё очень сложно. Я не могу… — я откинулась на спинку дивана и закрыла лицо руками.

— Что такое? Алиса, ты можешь всё рассказать мне, — тётя взяла меня за руку, — Лиса, ничего не бойся. Если ты чувствуешь, что будешь несчастна рядом с ним…

— Нет-нет, — я помотала головой, — Всё не так.

— А что тогда?

— Нам со Стасом нужно получше узнать друг друга. Может, тогда всё и наладится.

— Хорошо. Не буду надоедать тебе своими вопросами. Как захочешь поговорить, то помни, я всегда рядом.

Я расплылась в улыбке и крепко обняла тётю.

— Спасибо.

На следующее утро я проснулась от ярких лучей солнца, которые осветили мою комнату.

«Сегодня я познакомлюсь с родителями Стаса. Какие они? Такие же самодовольные и любящие только свои деньги? Я слышала, что Гордеев Станислав стал владельцем компании «Габворд» после своего отца. Он передал старшему сыну свой бизнес. Но почему? Он ведь ещё жив и наверняка здоров. Так почему ещё до своей смерти отдал свою компанию?»

С этими мыслями я встала с постели и направилась на кухню. Там у плиты стояла тётя Оля.

— М-м-м! Как вкусно пахнет!

Тётя обернулась.

— Доброе утро, Лисонька. Как спалось?

— Всё хорошо.

— Садись завтракать. Я приготовила блинчики с мёдом, — тётя поставила на стол тарелку с блинами. Сверху она налила мёда, — Приятного аппетита.

— Спасибо, тётя.

Тётя Оля села напротив меня.

— Ты скоро поедешь к нему? — спросила она, с тревогой глядя мне в глаза.

— Да. Стас в три заедет за мной, — сказала я, откусывая блин.

— Ты уже выбрала, что наденешь?

— Пока нет. Думала, ты мне поможешь.

— Конечно, я тебе помогу. Перед своими будущими свёкрами ты должна выглядеть шикарно. Да и твой Стас дар речи должен потерять.

Я согласилась, и мы переместились в мою комнату, к шкафу.

— Вот это платье сядет на тебя идеально, — тётя приложила к моей груди чёрное платье, — Меряй.

— Чёрное? Я ведь не на похороны еду. Нужно что-то более яркое и эффектное, — я достала короткое голубое платьице и кинула его на кровать.

— Я дам тебе к нему туфли. У меня есть нежно-голубые. Отлично подойдут.

— Хорошо. Думаешь, я им понравлюсь?

— Будь собой. Не нужно играть в хорошую невесту. Просто будь собой, Лиса.

— У меня есть голубые тени. Как раз по цвет глаз, — сказала я и потянулась к тумбе за косметичкой.

— Ещё накрась губки помадой, подчеркнёшь свою красивую форму губ.

Я опустила глаза и задумалась. В голове тут же всплыли слова Гордеева:

«Убрала это яркую помаду! — Стас сжал мой кулон в своей ладони и резко провёл кулаком по моим губам, размазав помаду, — Выглядишь, как шлюха!»

— Нет. Я не хочу яркую помаду. Можно просто блеском подкрасить, — сказала я и подошла к зеркалу.

В соседней комнате зазвонил телефон, и тётя Оля удалилась, оставив меня одну наедине со своими мыслями.

«А что если и родители Стаса скажут, что я выгляжу, как шлюха? Что, если они возненавидят меня? Хотя Стас и говорил, что не нужно нравиться, но всё же…»

Я скинула ночную рубаху на пол, оставшись в одних трусах. Я положила руку на своё плечо, провела пальцем по грудной клетке и остановилась у соска. Только сейчас я обратила внимание на то, какая у меня красивая форма груди. А когда я надела бюстгальтер, она приняла очень пышную и округлую форму.

Я надела платье, нанесла лёгкий макияж, придав своему лицу более яркие черты. Дальше я завила волосы плойкой и надела на шею подаренный мамой кулон.

— Ты шикарна! — тётя вышла в прихожую и подняла большой палец вверх, — Надеюсь, твой Стас это оценит.

— Я тоже, — с улыбкой ответила я, надевая туфли.

— Эти туфли носила твоя мама, — сказала тётя Оля. Я перевела глаза и после сначала на неё, а потом на туфли.

— Это мамы?

— Да. Но и тебе они как раз. Ты очень на неё похожа, — тётя окинула меня грустным взглядом и улыбнулась.

— Ну я пошла.

— Удачи, Лисонька, — тётя Оля проводила меня печальными глазами, отчего на душе стало как-то грустно и одиноко. Обманывать её с каждым разом было всё тяжелее.

«Но что поделаешь? Пока я не могу рассказать ей правду. Да и не знаю, смогу ли когда-нибудь».

Я вышла из дома и уверенной походкой направилась к машине Стаса. Он, как всегда пунктуальный, уже стоял в ожидании.

— Привет, — сказала я, разглядывая его внешний вид.

— Великолепно, — сказал Стас, осматривая меня.

— Выгляжу? — уточнила я, радуясь, что наконец смогла ему угодить.

— Нет. Великолепно, что ты хоть в этот раз не опоздала. Мне надоело ждать, — мужчина кратко глянул на свои наручные часы и открыл дверцу автомобиля, — Поехали.

Я села вовнутрь, каря себя за то, что напрасно подумала, что Гордееву может хоть что-то понравиться.

«А, может, он нарочно этого не говорит? Вот такой вот он скрытный, всегда прячет свои настоящие эмоции за маской».

Мы подъехали к огромному особняку, который был ещё круче, чем особняк Стаса. Шикарный дом, крыша которого стоила больше трёхкомнатной квартиры моей тёти. Он был просто очарователен.

«Что же это за люди такие, его родители, что имеют больше, чем самый влиятельный бизнесмен Москвы? Кто воспитал Гордеева Станислава? Это, наверняка, очень воспитанные и образованные люди. О чём же я буду с ними говорить?»— нервно думала я, уже чувствуя, как мои руки начали мокнуть от волнения, а волосы встали дыбом.

Заметив это, Стас взял меня под руку и успокоил:

— Будь собой. Тебе не нужно играть в идеальную невесту. Ведь ты всё равно не такая, — сказал он, входя во двор. Последние слова прозвучали очень обидно, но мне сейчас было не до этого. Я очень волновалась, переступая порог дома родителей такого влиятельного человека, как Гордеев. Я боялась, что, увидев меня, они скажут «У-у, кого наш Стасик привёл? Эту простушку? Она, наверняка, из какой-то деревни. Только и умеет, что вёдра таскать, да лук с чесноком полоть. Она не из нашего общества. Гони её!»

От этих мыслей мои руки задрожали, а по телу пробежали мурашки. Я застыла на месте, увидев сам дом. Оказывается те пятьдесят метров, что мы прошли, был всего лишь сад, а тот дом, который я назвала шикарным — гостевой домик. Особняк Гордеевых куда огромнее и величественнее. Этот дом отнял у меня дар речи.

— Это дом твоих родителей? — спросила я, всё ещё не отойдя от восхищения.

— Да. Входи. Нас уже все ждут, — произнёс Стас.

Я переступила порог и просто окаменела от увиденного. Изнутри дом ещё более роскошным. С порога нас встретил мужчина в деловом смокинге. Он пожал руку Стасу и оценивающим взглядом посмотрел на меня.

— Сынок, это кто? — спросил он, обращаясь к Стасу.

— Папа, знакомься, это Алиса, — Стас сделал длинную паузу, — Моя невеста.

Мужчина на несколько секунд потерял дар речи, а потом удивлённо вскинул брови.

— Невеста? А разве… — он растерянно посмотрел сначала на своего сына, а потом на меня.

— Вова, там Стас пришёл? — со второго этажа послышался женский голос.

— Да, дорогая. Но он не один… — сказал отец Стаса.

— Скажи ему, чтобы поднимался. У нас гостья, — сказала всё та же женщина сверху.

— Мама наверху? — достав руку из кармана, спросил Стас.

— Да. Поднимайтесь, — мужчина указал на лестницу.

— Пойдём, — Стас протянул мне руку, и мы вместе поднялись на второй этаж. Нас встретили изумлённые взгляды. Это были две женщины. Одна — чуть старше, видимо, мама Стаса, а вторая — моя, плюс-минус, ровесница.

— Здравствуй, сынок, — женщина сразу же переменилась в лице, — Ты не один?

— Да, мама. Хочу представить вам мою невесту.

Когда Стас указал на меня, я приветливо улыбнулась. Послышался грохот.

— Мама! — Стас бросился к матери, которая без сознания лежала на полу, — Мама-мама!

— Дорогая!

— Марина Дмитриевна!

Все, кроме меня, кинулись к матери Стаса, которая упала в обморок, при виде будущей невестки. Гордеев старший и Гордеев младший помогли ей подняться, уложив на диван.

— Мама, ты в порядке? — Стас присел на корточки и обеспокоенно посмотрел на мать.

— О-ох! — Марина Дмитриевна схватилась за голову, — Мне привиделось, что мой сын привёл в дом какую-то девицу.

— Тебе не привиделось.

— Что? — она подняла голову и встретилась взглядом со мной, — О, боже!

Девушка в розовом платье смотрела на меня, как на соперницу.

«Это что, бывшая Стаса? Ей, как и другим, моё присутствие в тягу».

— Мама, Алиса действительно моя невеста. И я хочу, чтобы вы приняли её, — сказал Стас.

— НИ ЗА ЧТО! — выкрикнула женщина, — В моём доме никогда не будет никаких Алис! Что это за имя такое!? Алиса? В стране чудес, что ли!? — кривляясь, она посмотрела в мою сторону.

— Дорогая, успокойся, — отец Стаса сел на край дивана рядом с женой.

— Вова, как я могу успокоиться!? Наш старший сын привёл в дом эту девицу! О, Господи! Лизонька, ты видела это? — Марина Дмитриевна перевела взгляд на девушку в розовом платье, — О, Господи!

— Марина Дмитриевна, не нужно так волноваться, — девушка взяла за руку мать Стаса.

— Ну как же я могу не волноваться? — женщина снова схватилась за голову, — Воды… Принесите мне воды.

Отец Стаса побежал вниз по лестнице и вернулся уже со стаканом воды.

Видя на то, как сильно меня потрепала вся эта ситуация, Стас взял меня за руку. Я еле сдерживала слезы, которые навернулись на мои глаза.

— Мама, может, ты пригласишь нас за стол? — спросил Стас, поглядывая на меня.

— Ладно! Садитесь! — грубо отрезала женщина, попивая воду.

Стас отодвинул стул, чтобы я села. Все остальные расположились рядом.

— Лиза, а почему ты здесь? — спросил Стас, смотря на блондинку в розовом.

— Это я её позвала к нам на ужин, когда ты сказал, что приедешь, — вместо девушки ответила Марина Дмитриевна, — Но кто же мог знать, что ты будешь не один.

Обстановка накалилась. Все смотрели на меня с недовольством, и стало ну очень неловко.

— Если я вам мешаю, то…

— Ничего подобного, — Стас не дал мне закончить предложение и положил свою руку на мою дрожащую ладонь, — Ты теперь часть нашей семьи, поэтому не можешь мешать.

— НЕТ! В нашей семье не будет никаких Алис! Я против! — Марина Дмитриевна нахмурила лоб и посмотрела на мужа, — Да, Вова?

Мужчина замешкался, но кивнул.

— Мать права. Стас, ты не можешь приводить к нам в дом каких-то левых девушек и называть их «невестами».

— Алиса — не кто попало. Мы знакомы уже несколько месяцев и теперь женимся, — Стас с улыбкой посмотрел на меня. Я тоже улыбнулась и кивнула.

— А как же Лиза, Стас? Мы ведь планировали для вас свадьбу…

— ВЫ планировали. Но не я. Всю жизнь вы с отцом решали, где и кем я буду работать, на ком женюсь и с кем буду жить. Но мне уже не 10 лет, мама. Мне 25! Я взрослый мужчина и в состоянии самостоятельно решить, с кем связать свою жизнь.

Стас выглядел очень серьезным. Если бы я не знала, что всё, о чём он говорит ложь, то точно поверила бы в его слова.

— Что ж? Ладно. Хочешь самостоятельно решать, на ком жениться — решай. Я не буду тебе мешать, сынок, — Марина Дмитриевна тяжело вздохнула и опустила глаза.

Послышались приближающиеся шаги. В гостиную вошёл паренёк лет 20-ти.

— Коля!? — Стас с изумлением посмотрел на парня, — Ты бываешь дома!?

— И тебе привет, братец, — Коля ухмыльнулся, и подойдя к брату, крепко обнял его.

— Рад тебя видеть. Ты очень вовремя. Я как раз приехал, чтобы познакомить вас с моей невестой.

— У Стаса есть невеста!? — Коля захлопал глазами, — Уже интересно, — парень оглядел помещение, и его взгляд остановился на мне.

— Алиса, — представилась я.

— Очень приятно. Николай, — парень наклонился и поцеловал тыльную часть моей руки. Я улыбнулась.

В глазах Стаса сверкнула ревность. Он забрал мою руку из рук Коли и гордо поднял голову.

— Моя невеста, — напомнил мужчина.

— У нашего Стасика всегда был великолепный вкус на девушек. Хотя ты первая, кого он привёл к нам домой знакомиться, — хмыкнул Коля.

— Коленька, сынок, садись за стол. Поужинай с нами, — Марина Дмитриевна указала на стул около меня.

Я удивлённо посмотрела на Стаса.

— Первая?

— Тебе передать салат?

«Так значит, это правда. Стас никого больше не знакомил со своими родителями. Вот почему они стали сватать его сами».

— Да, милый, — с улыбкой произнесла я, — Передай мне вот тот салат.

— Хорошо, — Стас протянул мне тарелку с салатом и ответно улыбнулся.

— Так что, когда свадьба? — громко спросил Коля, откусывая бутерброд.

— Коля! — Марина Дмитриевна недовольно покосилась на сына.

— Мы это ещё не решили. Но главное — это то, что Алиса теперь часть моей жизни, и вы должны это принять.

— Я только за! — Коля поднял руку вверх, и заметив гневный взгляд матери, тут же опустил её.

— Не торопитесь так. Может, ты ещё передумаешь, — с опаской глядя на жену, произнёс Владимир Петрович.

— Вряд ли, пап. Советую, принять Алису в нашу семью.

Елизавета резко вскочила из-за стола.

— Мне пора!

— Лизонька, ты куда? — мать Стаса встала вслед за ней.

— Марина Дмитриевна, мне пора. Не хочу мешать вашему семейному застолью.

— Нет-нет. Ты нам вовсе не мешаешь. К тому же ты уже часть нашей семьи.

— Но мне правда пора.

— Стас тебя проводит, — сказала Марина Дмитриевна, серьезно глядя на сына.

— Что? — нахмурился Стас.

— Тебя проведёт Стас, — ещё более настойчиво повторила Марина Дмитриевна.

Стас посмотрел сначала на меня, а потом поднялся из-за стола с тяжёлым вздохом.

— Ладно.

Стас и Лиза спустились вниз по лестнице. Я осталась наедине с родителями Стаса и его братом. Настолько неловко я ещё никогда себя не чувствовала.

— Значит, Стас всерьёз решил на тебе жениться? — с пренебрежением оглядывая мой внешний вид, начала Марина Дмитриевна.

— Получается, что да, — я пожала плечами.

— Что же ты такого сделала, что мой сын выбрал тебя? Как вскружила ему голову?

— Это всё магия, — с серьезным выражением лица сказала я.

— Что за магия?

— Всё очень просто. Я повесила фотографию вашего сына на стену напротив своей кровати. Потом я, глядя ему в глаза, произнесла слова: «Всё тянется к солнцу, и травка-муравка, и зверь лесной. А ты тянись ко мне, любимый мой» и разорвала его фото на мелкие кусочки.

Марина Дмитриевна смотрела на меня в недоумении, а потом, перекрестившись, три раза плюнула через плечо. От всей серьезности этой ситуации, я не сдержалась и расхохоталась. В гостиную вошёл Стас.

— Я вижу вы нашли общий язык. Уже смеётесь, — сказал он, садясь рядом со мной.

— Стас, а ты в курсе, что твоя Алиса тебя приворожила? — спросила Марина Дмитриевна, с опаской глядя на меня.

— Правда? — Стас улыбнулся и тоже посмотрел на меня, — Приворожила, значит?

— Да, милый. Ты у меня под чарами, — сказала я, положив руку ему на плечо.

За окном послышался звук дождя, а потом и град застучал по стёклам.

— Ничего себе. Как резко погода ухудшилась, — сказал отец Стаса, подойдя к окну.

— Даже не знаю, с чего бы это, — фыркнула Марина Дмитриевна и схватилась за голову.

«Видимо, это её фирменный жест»— подумала я, и мои губы тут же вылились в озорной улыбке.

— Алиса может остаться у нас, — предложил Коля.

— Ни за что! — возразила Марина Дмитриевна, — Для гостей у нас есть отдельный домик.

— Но он ведь довольно далеко, а на улице такой сильный дождь и град. И к тому же пусть возлюбленные спят вместе, — Коля широко улыбнулся, поглядывая на нас со Стасом. А подняла взгляд на Стаса, ожидая, что он даст отказ.

— Хорошо, — спокойно сказал он.

— Что? Хорошо!? — я открыла рот от шока, и Стас положил свою ладонь мне на оголенное бедро.

— Идём, дорогая. Я покажу тебе свою комнату, — Стас вывел меня из гостиной, попрощавшись с родственниками.

— Спокойной вам ночи.

— Спокойной.

Мы прошлись по длинному коридору и остановились у большой деревянной двери. Стас дёрнул за её ручку, и дверь распахнулась.

— Входи.

— Стас, ты ничего не перепутал? — возразила я.

— А что, будущие муж и жена должны спать раздельно?

— Но мы то не они.

— Ничего с тобой не случится, если ты одну ночь полежишь со мной в одной кровати.

— Что значит не случиться? — я уже хотела начать спорить, но Стас закрыл мой рот рукой.

— Тише. Нас могут услышать. Комната родителей за стеной, — прошептал он мне на ухо, — К тому же ты уже спала со мной. Тогда, в Сочи.

Я цокнула языком и отвернула от него голову.

— Я могу дать тебе свою футболку, чтобы ты переоделась, — предложил Стас.

— Было бы неплохо.

Мужчина открыл шкаф и стал бегать глазами по его содержимому. Достав оттуда белую футболку, он протянул её мне.

— Отвернись, пожалуйста, — попросила я. Без лишних слов, только с ухмылкой, Стас встал лицом к стене. Не теряя времени, я сняла платье, и оставшись в одном белье, надела длинную футболку Стаса, — Слушай, а у тебя не будет каких-нибудь шорт?

Стас обернулся и с интересом посмотрел на меня. Сквозь белую футболку виднелось очертание моего белого кружевного бюстгальтера.

— Тебе будет удобно спать в лифчике? — спросил Стас, не прекращая разглядывать меня.

— А что, у меня есть выбор?

— Ладно. Дело твое. Но, по-моему, шорты тут ни к чему, — Стас скинул с себя пиджак, повесив его на спинку стула. Дальше он не спеша стал расстёгивать пуговицы на рубашке. Мне следовало отвернуться, не смотреть на то, как мой начальник раздевается, но я была не в силах отвести взгляда. Хотелось ещё разок взглянуть на его безупречное тело, увидеть его красивый животик и бицепсы на руках.

— То есть тебе можно, а мне нет? — ухмыльнулся Стас, видя мой заинтересованный взгляд.

— Прости, — я резко отвернулась и почувствовала, как мои щёки снова начинают заливаться краской. Я убрала покрывало с кровати и просунула одну ногу под одеяло, — У тебя есть ещё одно одеяло?

— Здесь его нет. Нужно идти в другую комнату, — Стас сложил свои вещи в стопочку, и оставшись в один боксерах, сел на край кровати.

— Мы не будем спать под одним одеялом, — серьезно сказала я, стянув всё одеяло на свою сторону.

— А мне что, мёрзнуть?

— А не нужно было раздеваться, — хмыкнула я, прижимая к своей груди одеяло.

— Дай мне одеяло, — сказал Стас пока ещё спокойным тоном.

— А что будет, если не дам? — я игриво улыбнулась, понимая, что сейчас он не сможет мне ничего сделать, когда за стеной его родители.

— Тогда я сам возьму, — мужчина резко выхватил из моих рук одеяло и накрыл им себя по пояс. Наши тела соприкоснулись, и меня бросило в дрожь.

— Что ты делаешь? — я попыталась отодвинуться от него и перевернулась на правый бок к краю кровати.

— Я же сказал, что всегда беру желаемое.

— Отвернись, пожалуйста, — взмолилась я.

— Спать на левом боку плохо для сердца.

— Ничего не случится с твоим сердцем за одну ночь.

— Ещё как случится. У меня привычка спать на правом боку.

— У меня тоже. Спи на спине или на животе.

Стас ещё несколько минут поворочался, поперемещал подушку и всё равно лёг на спину.

На утро я проснулась от тяжёлого дыхания в свой затылок. Меня очень смутил тот факт, что Стас делал в нескольких сантиметрах от меня, да и к тому же ОБНИМАЛ МЕНЯ.

Поняв это, я резко подорвалась с постели, оставив на лице мужчины недоумение.

— Ты чего вскочила? — сонно пробормотал он, — Рано ведь ещё. Ложись спать.

Я кинула взгляд на свои наручные часы. И действительно, на часах было только полпятого утра.

— Отодвинься на другую часть кровати, — попросила я, и Стас без всяких вопросов выполнил мою просьбу и отвернулся на левый бок, хотя ещё вчера это было для него проблемой. Я легла на правую сторону и тоже уснула.

Ещё через несколько часов меня разбудил телефонный звонок. Я сонно приоткрыла глаза и машинально потянулась к тумбе за источником неприятного звука. Телефона там не оказалось, и я продолжила свой сон сквозь мелодию звонка. Мужская рука поднесла к моему лицу телефон, и я увидела на экране лицо тёти Оли.

— Алиса, ты где!? Почему тебя не было дома!? Ты что, осталась ночевать у своего жениха!? — тётя с самого утра закидала меня вопросами. Не соображая, что происходит, я снова закрыла глаза, — АЛИСА!

Я повернулась на звук, и заметив лицо тёти, улыбнулась.

— Доброе утро, тётя. Сделай мне кофе, — попросила я и снова погрузилась в сон. Телефон оказался в руках Стаса, и он, нажав какую-то кнопку, убрал фронтальную камеру.

— Алиса, ты куда пропала!? И что это за мужчина рядом с тобой!? — кричала тётя в телефонную трубку, — Это твой Стас!? Я просто не смогла разглядеть лицо.

— Доброе утро, — Стас поднес телефон к своему уху.

— Доброе. Это ты Стас?

— Да. С кем имею честь говорить?

— Я Ольга — тётя Алисы. А почему ты выключил камеру?

— Алиса спит. Давайте не будем её будить, — полушепотом произнес Стас.

— А-а! Ну хорошо. Надеюсь, у вас всё в порядке.

— Да. Как Алиса проснётся, мы позавтракаем, и я отвезу её домой. Не волнуйтесь.

— Хорошо. Доверяю свою племянницу тебе.

— Я её не обижу, будьте спокойны.

— Хоть я тебя совсем не знаю, но почему-то верю.

Стас попрощался с моей тётей и отложил телефон на тумбу. Я продолжала мирно спать. Мужчина поправил одеяло, которое сползло с кровати, и укрыл меня.

За стеной кто-то начал громко разговаривать, и я проснулась. Я растопырила руки в стороны и повернула голову к Стасу. Он смотрел в экран телефона, и заметив, что я проснулась, отложил его.

— Проснулась?

— Угу. Мне приснилось, что тётя звонила по видео, а ты взял трубку, — пробормотала я, улыбаясь.

— Тебе не приснилось, — сказал Стас, и я вскочила с постели.

— Что? Ты с ней разговаривал? Она тебя видела?

— Я выключил камеру и успокоил её. Твоя тётя волновалась из-за того, что ты не ночевала дома.

— Так она тебя не видела? — спросила я, и когда Стас кивнул, выдохнула с облегчением.

В соседней комнате продолжались громкие разговоры.

«Ни за что! Эта девица не пара нашему сыну!»— «Она не из нашего круга. Секретарша, какая-то»— доносились отрывки из диалога родителей Стаса. Больше всего возмущалась Марина Дмитриевна, а Владимир Петрович лишь соглашался с ней.

— Я совершенно не понравилась твоим родителям. Это то, чего ты хотел? — обратилась я к Стасу.

— Да. Теперь они точно не примут тебя в нашу семью и не захотят иметь что-то общее с моей личной жизнью, — с довольной ухмылкой сказал он.

— Значит, наша игра окончена?

— По сути да. Но пока ещё несколько дней нужно будет притворяться. Тёте своей не говори.

Я замешкалась, и Стас, заметив это, тяжело вздохнул.

— Уже сказала? — он обречённо опустил глаза, — Я ведь просил тебя, Алиса.

— Ну прости. Она как увидела на моём пальце помолвочное кольцо, закидала меня вопросами. Я просто не могла не рассказать.

— О, боже! — Стас схватился за голову и откинулся на подушку.

— Но ведь знают не только твои родители и брат, а ещё и вон та вот девушка, которую ты проводил.

— Лизка? А ей то что с того? — Стас с пренебрежением вспомнил ту блондинку в розовом платье и махнул рукой.

— А кто она?

— Она работает в компании своего отца. Тоже ведут бизнес по крупным продажам.

«Понятно. Так значит, они ни с чем, кроме бизнеса не связаны»— подумала я. Кроме этого меня мучал ещё один вопрос.

— Стас, а можно кое-что спросить?

— Ну?

— А почему твой отец передал всю власть в компании тебе?

— Ну а кому, как не мне? Кольке, что ли?

— Ну твой отец ведь здоров, вроде как. Почему не работает сам в такой крупной фирме?

— У отца пару лет назад начались серьезные проблемы со зрением. Он не может работать с бумагами, вот и передал всю фирму мне.

— Ясно. А Коля не работает?

— Нет. Он сидит на шее у родителей и на моей шее.

— А создаёт впечатление хорошего человека.

— Вот именно, что только создаёт.

Мы переоделись и спустились на кухню, чтобы позавтракать.

— Яичница с беконом? — я начала ковырять содержимое тарелки вилкой.

— Тебе что-то не нравится? Не ешь такое?

— Вовсе нет. А кто успел приготовить нам завтрак, если твои родители ещё не входили из спальни? — я с удивлением посмотрела на Стаса.

— Ну так повар, — с невозмутимым лицом ответил он.

— Ах да! Чему я удивлена? У вас же и домработница, и повар, и кузнец, небось?

— Нет, кузнеца нет. Зато есть гончар.

— Что? Гончар? Это ещё зачем? Я что-то не заметила у вас в доме глиняную посуду.

— Это увлечение мамы. Она вместе с гончаром делает разную глиняную фигню.

— А ты чем занимаешься?

— Я работаю, — серьезно ответил Стас.

— Ну а кроме работы у тебя же есть какие-то увлечения? Ты, вроде, говорил, что рисуешь.

— Ну так это тоже по работе.

— Работа приносит деньги. А вот увлечение — радость. Вот рисование приносит тебе душевный покой и комфорт?

Стас нахмурил лоб и в недоумении посмотрел на меня.

— Душевный покой? Смеёшься надо мной?

— Вовсе нет. Тебе нравится рисовать?

— Нормально, — Стас отложил вилку и поднялся из-за стола, — Я буду ждать внизу. Отвезу тебя домой.

— Хорошо.

Закончив завтракать, я спустилась на первый этаж, где столкнулась с Колей.

— Опа-на! — воскликнул парень, увидев меня.

— Доброе утро, — сказала я, поправляя ручку на сумке.

— А ты что, уже уходишь?

— Да. Стас отвезёт меня домой.

— Как так то? А когда в следующий раз приедешь?

— Я не понравилась вашим родителям, так что вряд ли.

— А мне очень понравилась, — Коля расплылся в очаровательной улыбке.

«Этим они со Стасом очень похожи. Коля такой же прямолинейный, но более открытый и разговорчивый, в отличие от своего старшего брата».

— Мне пора. Стас не любит ждать.

— Это так. Мой братец такой зануда, не правда ли?

— Ну почему же? Со Стасом порой есть, о чём поговорить.

— И о чём же вы с ним разговариваете?

— Коля, мне действительно пора. Хорошего дня, — я развернулась и вышла из дома, захлопнув дверью. Коля же остался смотреть мне вслед с удивленным лицом.

— Ну наконец-то! — недовольно пробурчал Стас, как только я вышла за забор.

— Ну я ведь не так уж и долго. Чего возмущаешься? — я улыбнулась, глядя в его хмурое лицо.

— Ладно, садись, — Стас сел за руль и завел машину. Я расположилась на соседнем сиденье.

— Мы едем ко мне домой?

— Да.

На этом наш «содержательный» диалог и завершился, в гробовой тишине мы доехали до моего дома, и я попрощавшись, вышла из машины. В отвратительном настроении я переступила порог дома. На душе, словно огромный булыжник лежал и сдавливал моё сердце. Я и сама не до конца понимала, отчего такое чувство тревожности. Всё ведь шло не так уж и плохо.

Я кинула связку ключей на тумбу и вошла на кухню.

— Та-дам!

Меня встретили два восторженных голоса.

— Карина? — плохое настроение как рукой сняло. Я крепко обняла подругу, — А ты почему здесь?

— Я не могла до тебя дозвониться, вот и приехала лично, — с улыбкой ответила подруга.

— Прости… Я просто…

— Не нужно оправдываться, — перебила меня подруга, — Твоя тётя мне всё рассказала. Я так рада, что ты выходишь замуж.

— Замуж? — от этого слова меня всю бросило в дрожь, — А, ну да. Точно. Я ведь выхожу замуж.

— Ну и почему твоя лучшая подруга узнаёт об этом последней? — в голосе Карины слышались нотки обиды, но смотрела она на меня всё с той же искренней улыбкой.

— Прости… — смогла выдавить из себя я.

— Ай! Я так за тебя рада, Лиска! — Карина снова взяла меня в свои крепкие объятия, — Он хоть красавчик, этот твой Стас?

Я голове появился образ Гордеева и я пожала плечами.

— Наверное.

— Ну как так, Лиса? Ты что, не можешь сказать, красив ли твой будущий муж?

— Ну всё-всё, Карина. Не мучай Алису. У неё сейчас стресс. На носу свадьба, — сказала тётя Оля, — Кстати, вы уже определились с датой?

Я сглотнула. Тревожность огромным комом приступила к горлу.

— Нет ещё, — сухо ответила я и опустила глаза.

— Ну ничего. Ещё решите. А главное — я буду свидетельницей! — Карина с восхищением начала рассказывать о том, какое у меня будет свадебное платье, как мы украсим зал, и где проведём медовый месяц.

От всего этого вранья мне стало нехорошо и я подошла к окну, желая хоть немного взбодриться под холодными потоками воздуха.

— Лис, у тебя такое красивое кольцо. Это он выбирал? — Карина подошла ко мне и взяла за кисть руки.

— Да, — с тяжёлым вздохом ответила я.

— А у твоего жениха отменный вкус. Когда ты уже нас познакомишь?

— Чуть позже. Всему свое время, — я натянула улыбку и посмотрела сначала на Карину, а потом на тётю. Она была очень печальна, в отличии от Карины, которая аж светилась от счастья, словно это у неё свадьба на носу, а не у меня.

Карина ушла домой, а я закрылась в своей комнате, оставшись наедине с тревожными мыслями.

«Как же тяжело обманывать родных. Как у Стаса так выходит, ведь он тоже врёт, но только своим родителям и брату? Мне так от всего этого ужасно нехорошо, голова кругом. Когда уже вся эта ложь наконец закончится?»

На следующее утро я уже должна была выйти на работу. Войдя в офис компании «Габворд», я замерла. Все вокруг суетились, переносили мебель и бытовую технику.

— Что происходит? — спросила я Алёну.

— Так второй начальник же приехал, — ответила она и направилась наверх с огромными коробками в руках.

— Второй начальник? — я удивлённо посмотрела в сторону кабинета Гордеева. Подойдя к двери, я постучала.

— Войдите, — произнес незнакомый мне мужской голос. Я приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Там стоял Стас и ещё какой-то мужчина в таком же деловом костюме.

— Доброе утро, — произнесла я, разглядывая незнакомца.

— Проходи, — сказал Стас, даже не глядя в мою сторону, — Давид, это мой личная помощница, — сказал он второму мужчине, которого, как я поняла зовут Давид.

— Очень приятно. Давид, — мужчина протянул мне руку в знак приветствия.

— Алиса, — мне стало неловко находиться в компании двух мужчин и я опустила глаза.

Стас наконец обернулся и посмотрел на меня.

— Давид Ильич — мой компаньон и коллега, — сказал он, указывая на другого мужчину. Я кивнула.

Давид Ильич рассмеялся.

— Да друг я его. Лучший друг, — он похлопал Стаса по плечу, — Просто Стасян у нас очень скромный.

Я поджала свои губы и закивала.

— Знаю.

— Давид вернулся из командировки и теперь продолжит работать здесь. Его кабинет уже обустраивают, — сказал Стас и указал головой на дверь, — Сделай нам кофе.

Я кивнула и вышла из кабинета. Навстречу мне шла рыжеволосая девушка. Заметив меня, она остановилась.

— Ты кто такая? — хмуро спросила она, разглядывая меня.

— Я Алиса. Помощница Станислава Владимировича, — сказала я и протянула ей руку. Та с пренебрежением посмотрела на мою руку с помолвочным кольцом и ушла прочь без единого слова. От такого поведения в отношении себя мне стало очень обидно.

«Что я ей такого сделала?»

Я вошла в свой кабинет и сделала начальникам по чашке кофе. Направившись в их кабинет, я снова столкнулась с рыжей незнакомкой.

— Ты меня что, преследуешь? — с недовольством фыркнула она.

— Больно надо, — хмыкнула я и вошла в кабинет Гордеева, — Ваш кофе.

Дверь распахнулась, и в кабинет влетела всё та же рыжая девушка. Запыхавшись, она косилась на меня, стоя перед Давидом Ильичом.

— Видик, уволь эту хамку! — она тыкнула на меня пальцем.

— Что такое, Светочка? — Давид Ильич мило улыбнулся.

— Эта бессовестная нахамила мне, — Света скрестила руки на груди, надув губы.

— Алиса, что у вас происходит? — Стас вопросительно поднял одну бровь и посмотрел на меня.

— Ничего, Станислав Владимирович, — я беззаботно пожала плечами.

— Света, езжай домой. Я закончу работу и тоже приеду, — сказал Давид, с нежностью глядя на Свету. Ту явно не устраивал такой исход событий, и она, топнув ножкой, выбежала из кабинета, оставив дверь нараспашку.

— Не обращай на неё внимание. Это Света. Она всегда такая, — всё с той же улыбкой сказал Давид Ильич. Я кивнула и направилась в свой кабинет. Там меня ждала кипа бумажек, которые нужно было разгрести за сегодня.

«И всё это навалилось за несколько дней?»— я сделала глубокий вдох и принялась за работу.

Мне потребовалось около четырех часов, чтобы расфасовать все бумажки и упорядочить документы. Закончив всё это, я наткнулась на синюю папку, которая показалась мне очень знакомой.

«Ах да, это же те самые документы, которые Стас подписал с Сашей. Документы на продажу участка некому Хорькову».

Я взяла папку и направилась к Гордееву. Войдя в его кабинет, я обнаружила, что Давида Ильича там больше нет. За столом сидел один только Стас.

— Я принесла документы о продаже участка Хорькову, — я положила папку на стол. Стас поднял голову и с вопросом взглянул на меня.

— А что эта папка делает у тебя?

— Не знаю. Видимо, ты сам положил.

Стас недовольно цыкнул и, тяжело вздохнув, открыл папку.

— Эти документы мне действительно очень нужны. На этой неделе приедет Хорьков. Хорошо, что ты их не потеряла. Это очень важная сделка для нашей компании, — мужчина спрятал синюю папку с свой стол и посмотрел на меня, — Что-то ещё?

— Да… Я хотела кое-что спросить…

— Ну так спрашивай.

От его резкого тона я вздрогнула.

— В общем, тот контракт… Ну, который мы подписали в том месяце… О том, что я… Ну буду у тебя работать…

— Не тяни кота за хвост. Что хотела?

— Контракт ведь на год?

Стас откинулся на спинку стула и усмехнулся.

— Неужели уволиться решила?

— Нет.

— А что же тогда?

— Можешь переписать его? Я согласна на меньшую зарплату.

— Садись, — Стас указал на стул около своего стола, и когда я села, положил свою ладонь на мою, — В чём проблема? Я ведь к тебе не пристаю. Не заставляю делать того, чего ты не хочешь.

— Спасибо и на том, — буркнула я и высвободила свою руку, — Но ведь тогда я подписала контракт на совершенно других условиях. Это произошло на эмоциях, мне срочно были нужны деньги, вот я и согласилась на то, на что ни за что не согласилась бы при обычных обстоятельствах.

— Ага. Так значит, хочешь обычный контракт?

— Да.

— Что ж? Будет тебе обычный контракт. Ты станешь обычной моей секретаршей, которая носит кофе и сортирует бумажки.

— Я согласна. Не хочу, чтобы нас связало что-то большее. Я помогла тебе, а ты помог мне.

— Прекрасно.

Я сильно удивилась, что Стас так быстро согласился.

«Он ведь жуткий собственник, который не отдаст своё так просто. А по нашему прошлому контракту я была, по сути, его собственностью, которой он крутил, как только хотел».

В течение часа мы подписали новый договор, по которому я целый год буду работать простой секретаршей Гордеева.

— Что ж? Поздравляю. Твоя зарплата уменьшилась на 40 %,— с ухмылкой сказал Стас.

— Ничего. Переживу.

— Рабочий день окончен. Я еду домой. Тебя подвести? — спросил Стас.

— Было бы неплохо.

Стас встал из-за стола, просунул руки в рукава пиджака и вышел из кабинета. Я последовала за ним. У выхода Стас резко остановился. На лестнице я заметила толпу людей с камерами и насторожилась. Выйдя на улицу я резко замерла, когда к моему лицу приставили микрофон.

— Алиса Вадимовна, скажите, как долго длятся ваши отношения со Станиславом Владимировичем?

— Как вы познакомились?

— Когда Станислав Владимирович сделал вам предложение?

Я испуганно посмотрела на Стаса, возле которого тоже кружила толпа журналистов.

— Почему вы не афишируете вашу помолвку с Алисой Вадимовной?

— Когда планируете свадьбу?

— Как давно вы вместе?

Стас старался сохранять спокойствие, но это было очень непросто. В конце концов он резко рванул в сторону машины, а я помчалась за ним. Мы спрятались в салоне автомобиля. Когда Стас нажал на газ, мы сдвинулись с места и скрылись от назойливых журналистов.

— Стас, что это было? — спросила я, испуганно оглядываясь.

— Да я сам не знаю. Судя по всему кто-то рассказал о нашей помолвке, — сквозь зубы прошипел Стас.

— Может, твой брат. Коля мог?

Машина резко затормозила, и меня толкнуло вперёд.

— А может, это твоя тётя? Какого черта ты вообще ей рассказала? — Стас нервно стучал по рулю пальцами.

— Нет. Она не могла. Да и зачем ей это? Я всё-таки думаю, что это Коля.

Стас потянулся к бардачку, и открыв его, достал пачку сигарет.

— Ты куришь? — удивилась я.

— Только в стрессовых ситуациях. А сейчас именно такая, — он достал одну сигарету и сунул её себе в зубы, — Будешь? — мужчина протянул мне пачку.

— Нет.

С тяжёлым вздохом Стас откинулся на спинку сиденья, поджёг сигарету и сделал затяжку. После чего дым разлетелся по всему салону. Я громко откашлялась, и нажав на кнопку, открыла окно. В салоне дышать было нечем.

— Стас, и что мы будем делать? — с тревогой спросила я, выглянув в окно.

— Не знаю. Но в офисе нам пока лучше не появляться, — ответил Стас, выдыхая в другое окно.

— А что тогда делать?

— Да что ты заладила!? Что делать, что делать!? Сам не знаю! — Стас выругался, и кинув бычок в окно, закрыл его, — Сейчас поедем к моим родителям. Нужно поговорить.

— А я зачем?

— Что значит «зачем»? Ты имеешь к произошедшему прямое отношение, — Стас завёл автомобиль, и мы помчались по уже знакомой мне дороге.

Я достала свой мобильный телефон.

«М-да, мы со Стасом уже по всем новостям и во всех социальных сетях. Новость о помолвке самого влиятельного бизнесмена Москвы распространилась по всему Интернету. Наше недоинтервью теперь увидят все. То, как я и Стас стоим в пороге офиса и молчим, а потом убегаем в машину. О, боже, какой позор».

Я сильно побледнела, прочитав новости. Заметив это, Стас спросил:

— Что такое?

Когда машина остановилась, я показала ему вкладку с новостями на своём телефоне. Стас тяжело вздохнул и схватился за голову.

— Пизд*ц! — выкрикнул он и ударил рукой по рулю.

— Да не нервничай ты так, — сказала я, коснувшись его плеча рукой.

— Как я могу не нервничать!? — он моментально поднял голову и грозно посмотрел на меня, — Я не планировал, чтобы вся страна узнала о нашей игре, которая была только для родителей! — кричал Стас.

— Ты жалеешь?

— Конечно, жалею, Алиса. Представь себе, — Стас положил голову на руль, и я заметила, как он стиснул зубы.

— Стас, мы ведь можем объявить перед прессой о том, что наша помолвка расторгнута.

— Ну уж нет. Тогда моя мать продолжит лезть в мою личную жизнь. А я этого не хочу.

— И что ты предлагаешь?

— Предлагаю продолжить нашу с тобой игру, — Стас с ухмылкой посмотрел сначала на меня, а потом на мою руку с подаренным им кольцом.

— Но ведь теперь об этом будут знать все…

— Да, — Стас кивнул на свой телефон, который уже разрывался от звонков, — Мы добавим нашей игре реалистичности, — он окинул меня хитрым взглядом, и увидев, что я ничего не поняла, добавил: — Поцелуй меня.

— Что? — я резко отодвинулась от него и ошарашенно захлопала глазами, — Зачем?

— Потренируйся делать это сейчас, ведь потом тебе придётся целовать меня на людях.

— Что за бред? Не хочу я этого делать! Да и вообще я на такое не подписывалась! — возразила я и скрестила на груди руки.

— А придётся. Сыграй в любящую невесту, — Стас мне подмигнул и положил обе руки на руль, — А сейчас мы едем к тебе домой.

— То есть к твоим родителям мы не едем? — спросила я, всё ещё пытаясь отойти от шока.

— Я сам со всем разберусь и найду человека, который распространил информацию о нашей помолвке.

Машина развернулась, и мы поехали к моему дому. Там меня уже ждала обеспокоенная тётя Оля.

— Алиса, ты где так долго была? — с порога спросила она.

— На работе, тётя, — устало ответила я и пошла в гостиную на диван.

— Уже полдевятого, — сказала тётя, сев рядом. Повисла длинная пауза, которую нарушил тревожный голос тёти, — Ты была с Гордеевым?

После этих слов я сделала глубокий вдох и подняла на неё глаза.

— Ты всё знаешь?

— Алиса, почему ты мне не рассказала правду? — тётя печально посмотрела на меня, — Почему не рассказала, что выходишь замуж за Гордеева?

— А что это меняет?

— Меняет, Алиса. Притом кардинально. Он испортил твое обучение в институте, лишил тебя высшего образования, а ты собираешься стать его женой. Ты хоть знаешь, что он за человек?

— Знаю, тётя. Стас изменился. Изменилось и моё отношение к нему.

— Это ведь его фото ты закидала дротиками, — напомнила она, — Что могло поменяться?

Я вскочила с дивана, оставив на лице тёти недоумение, и направилась в свою комнату. Там я остановилась у стены с фотографией Гордеева. Она была вся в дырках, которые я сама же и сделала. Я провела пальцем по лицу Стаса и не заметила, как начала невольно улыбаться. Почему-то вся обида вмиг испарилась. Я больше не обижалась на него из-за неоконченного университета. Хоть Стас и отрицал свою принадлежность к этому, но я точно знала, из-за кого была вынуждена отличиться из университета своей мечты. Именно Гордеев Стас устроил своего братца Колю по блату на моё место.

«Как я смогла ему это простить?»— недоумевала я, вглядываясь в голубые глаза Стаса, — «Но ведь обиды больше то и нет. Сейчас я смотрю на своего ещё совсем недавно врага совершенно иными глазами. А ведь Стас не такой уж и плохой, как я думала раньше».

Я так увлеклась в своих раздумьях, что не заметила вошедшую тётю Олю. Она стояла за моей спиной и наблюдала за тем, как я поглаживала фотографию Стаса.

— Да ты влюбилась, Алиса, — произнесла она, и я вздрогнула. Обернувшись, я посмотрела на тётю квадратными глазами.

— С чего ты взяла?

— А я что, не вижу, что ли? То, с каким теплом ты смотришь на его фото, как с нежностью поглаживаешь его пальцами. Алиса, это любовь. Притом самая настоящая.

Я сглотнула. Мне не хотелось верить в слова тёти.

«Это не может быть правдой. У нас же с Гордеевым контракт. Какая к чёрту любовь?»

— Ты правда так думаешь? — спросила я и почувствовала, как моё сердце забилось ещё сильнее.

— Конечно. Не вижу ничего плохого в том, чтобы любить своего будущего мужа, — тётя Оля сделала шаг вперёд и взяла меня за обе руки, — Алиса, если у вас всё действительно серьезно и вы правда собираетесь пожениться, то я жду твоего жениха на ужин у нас дома. Хочу лично с ним познакомиться.

— Я поговорю со Стасом, — сухо ответила я и натянула улыбку, — А теперь я буду ложиться спать.

— Спокойной ночи, Лиса.

— И тебе, тётя.

Не успела я лечь на кровать, как из моей сумочки послышалась знакомая мелодия.

— Да, алло.

— Привет, Лис. Не спишь ещё? — на том конце провода послышался запыхавшийся голос подруги.

— Нет, Карин, только собираюсь. Что-то случилось?

— Нет, ну вы посмотрите на неё! — с возмущением воскликнула Карина, — Ещё как случилось! Ты выходишь замуж за Гордеева!? Это же главный холостяк Москвы!

— А-а, ты об этом. В новостях видела?

— Знаешь, уже весь город в курсе. А то и страна. И почему лучшая подруга узнаёт об этом последней?

— Ты уже это говорила, но о свадьбе.

— И не перестану повторять. Что ты ещё от меня скрываешь, Лиса?

— Больше ничего. А не рассказала я, потому что знала, как ты отреагируешь.

— Конечно, отреагирую. Гордеев же тебе всю жизнь испоганил, а ты за него замуж собралась.

— Да, собралась. Карина, ты его совершенно не знаешь.

— Так значит узнаю. Когда ты приведёшь своего богатого жениха знакомиться с тётей, я тоже приду.

Я попыталась возразить, но Карина не дала мне сделать этого. Она как всегда настояла на своём, и теперь одной проблемой стало больше.

«Нужно будет представить Стаса не только тёте, но и Карине. О, боже»— я взялась за голову, понимая, как всё завертелось, и что теперь наша когда-то совсем маленькая ложь, превратилась в крупное враньё, которое с каждым днём становится всё больше, — «Но я ведь ничего не могу поделать. Стас помог мне с деньгами на операцию для тёти, а я помогаю ему с отмазкой для родителей».

Этими мыслями я себя и утешала.

На следующий день с самого утра я как обычно поехала на работу. Стоило мне только переступить порог офиса, как я поймала на себе косые взгляды коллег, чему я не придала значения, но стало очень неловко быть объектом для всеобщего внимания.

— Алиса-Алиса!

Ко мне подбежала Алёна и завела в кабинет за закрытую дверь, подальше от любопытных глаз.

— Что такое? — спросила я, глядя в её испуганные глаза.

— Это всё правда?

Я на минуту растерялась, но потом сразу же поняла, о чём идёт речь.

— Ты видела в новостях?

— Все уже знают.

— Прям все? — уточнила я, прекрасно понимая, что известный бизнесмен не останется без всеобщего внимания, как это было и всегда. А тут такая новость…

— Да. Весь офис только и говорит о вас со Станиславом Владимировичем. Он правда сделал тебе предложение?

Я кивнула, и Алёна открыла рот от удивления.

— Я не понимаю, чему ты так удивляешься. Все же женятся, — задорно усмехнулась я.

— Все, но не Гордеев. Он же камень.

— Камень? — теперь уже я удивлённо захлопала ресницами.

— Да. А ты разве не слышала? За спиной его все так называют.

— А почему? — спросила я, хотя где-то в душе и так знала ответ на свой вопрос.

— Ну он ведь вечер такой холодный и хмурый. Какая ему женитьба?

— Ну, значит, я стала тем самым лучиком, который смог согреть камень, — я беззаботно улыбнулась и пожала плечами, — Ладно. Я пойду к Стасу. Давай позже поговорим.

Алёна покачала головой и покинула мой кабинет.

Я постучалась, и после слова «войдите», переступила порог кабинета Гордеева. Он, как ни странно, был не один.

— Доброе утро, Давид Ильич, — с улыбкой сказала я, поглядывая на Стаса, который был мрачнее тучи.

— А вот и твоя невеста пожаловала, — Давид Ильич обернулся в мою сторону и расплылся в своей очаровательной улыбке, — Не хочешь поцеловать её? А, Стасян?

— Не волнуйтесь, я сама, — я уверенными шагами подошла к столу Стаса, и наклонившись, кратко чмокнула его в щеку. На лице Гордеева появилась натянутая улыбка.

— А я ведь, когда увидел вас вместе, сразу понял, что вы просто созданы друг для друга. Прям идеальная пара. Стасян — такой хмурый, а ты, Алиса — лучик света в его жизни, — сказал Давид Ильич.

— Ага. Лучик света, — Стас опустил глаза на свой стол, желая скрыть своё чуть заметное смущение.

«Думаю, мой неожиданный, хоть и робкий поцелуй, его сильно удивил, даже немного смутил»— подумала я и невольно стала улыбаться.

— Какая милая у тебя невеста. Береги её, Стасян.

— Ага. Уже, — буркнул Стас себе под нос, нахмурив лоб.

— Ну что ж? Не буду мешать молодым. Развлекаетесь тут вдвоём, — Давид Ильич подмигнул другу и оставил нас наедине, отчего стало неловко не только мне, но и Стасу. Он старался не смотреть на меня, а то и дело, что-то «искал» на своём столе.

— Стас, тётя Оля пригласила нас сегодня на ужин, — сказала я, нарушив наше трёхминутное молчание.

— Мне сейчас не до ужина, — пробормотал он, сунув папку себе в стол.

— Ну так это вечером.

— Мне всё равно некогда. Да и к чему этот цирк?

— Ты ведь сам говорил, что нужно играть реалистично, а сам даже не смотришь в мою сторону.

После этих слов Стас поднял голову и устремил свой взгляд на меня.

— Да, любимая? — он нежно улыбнулся, хотя глаза смеялись надо мной, — Ты что-то хотела?

— Не паясничай. Я говорю не о нежных словечках, а о поступках. Докажи, что ты меня любишь.

Стас выгнул одну бровь, отчего его глаза округлились. Поняв, что я сказала, я спохватилась:

— Ну я не в этом смысле. Докажи это другим, не мне. Пусть они проверят в нашу типа любовь.

Стас ухмыльнулся и мельком глянул в окно.

— Ладно. Поедем на ужин к твоей тёте. Но только на полчаса.

— Да-да. Создай хотя бы впечатление любящего и заботливого жениха.

— А я что, не такой? — Стас вопросительно посмотрел на меня. Я покачала головой.

— Полная противоположность.

— Что ж? Тогда и я поиграю в идеального жениха. Так же, как и ты в идеальную невесту.

Спорить я с ним не стала и просто молча кивнула. Каждый остался при своём мнении, впрочем, как и всегда.

Весь следующий день я просидела в своём кабинете, работая с бумажками. То и дело, откуда-то доносились сплетни, и разумеется, они были обо мне и Стасе. Весь офис бурно обсуждал нашу с ним «личную жизнь». Я только молча кивала, когда слышала в свой различные колкости, по типу: «А когда Станислав Владимирович тебя уже повысит? Будешь его заместителем. Вот это карьерный рост. От секретарши к генеральному директору».

Понятное дело, я не обращала на всё это внимание, но было очень смешно слушать, как люди мне завидуют, думая, что раз я «сплю» с Гордеевым, то он подарит мне золотые горы. Просто смешно. Ведь по сути единственный его подарок — это помолвочное кольцо.

Ближе к вечеру мы вместе со Стасом вышли из офиса, что вызвало ещё больше разговоров в компании, но Гордееву, как я поняла, было плевать. Его совершенно не волновали сплетни в свой адрес со стороны простых сотрудников.

— Станислав Владимирович! — у выхода к нам подбежала запыхавшаяся Алёна.

— Что такое? — Стас обернулся и посмотрел на неё, вскинув брови.

— Как вы и просили, я узнала, кто рассказал журналистам о вашей помолвке, — ответила девушка.

— Ну и?

— Елизавета Аркадьевна.

Стас нахмурил лоб и сунул одну руку в карман.

— Ты уверена?

— Да.

— Ладно. Иди, — Стас тяжело вздохнул и быстрыми шагами направился к машине. Я поспешила за ним.

— Стас, что за Елизавета Аркадьевна? — спросила я, захлопывая дверь.

— Ну Борисенко Лиза. Та, что была у родителей дома.

— А-а. Блондинка в розовом платье.

— Да, — Стас потянулся к бардачку, но я схватила его за запястье.

— Успокойся. Нечего сейчас курить.

— Я не понимаю, зачем Лиза это сделала, — протяжно вздохнул Стас, запустив пальцы в свои волосы.

— Может, из ревности? — предположила я.

— Да глупости. Зачем?

— Но ведь, если я правильно поняла, твоя мама хочет, чтобы ты женился на ней.

— Да. Мои родители и родители Лизы очень тесно общаются, вот и хотят породниться.

— Ну вот. Видимо, Лиза влюблена в тебя.

— Да не неси чуши! — сердито буркнул Стас, — Она просто с детства привыкла добиваться своего, вот и сейчас… — он замер на несколько секунд, чтобы переосмыслить всё вышесказанное, — Хотя в твоих словах есть доля правды.

— Ну вот. Ревность — повод напакостить, — сказала я и посмотрела на Стаса. Он был как никогда подавлен, — Ладно. Поехали ко мне домой. Тётя уже ждёт.

В полной тишине мы доехали до моего дома. Стас вышел из машины и стал разглядывать наш с тётей дом, словно видит его впервые.

— Ты ведь уже здесь бывал, — напомнила я, видя его взгляд.

— Знаю. Но, по-моему, что-то изменилось, — сказал он, поправляя причёску, которая и без того была идеально уложена.

— Да нет. Тебе кажется.

Я открыла калитку и вошла вовнутрь. Стас остался стоять на улице.

— Ты чего встал там? Заходи, — обернувшись, сказала я.

— Ага, — Стас сунул руку с телефоном в карман и вошёл во двор. Из дома вышла тётя Оля.

— Как хорошо, что вы пришли, — с улыбкой сказала она, — Алиса, Стас, проходите в дом.

За столом со скучающим лицом сидела Карина. Увидев вошедших нас, она сразу же оживилась.

— Всем привет, — Карина обняла меня и протянула Стасу руку.

— Здравствуйте, — он опустил взгляд на стол и даже не глянул в сторону Карины. Мою подругу очень удивило такое отношение, но она не подала виду.

— Садитесь за стол, — тётя Оля попыталась разрядить нашу напряжённую обстановку, — Вот только курочка приготовилась, — сказала она, достав из духовки большую противень с жареной курицей, — Будешь курицу? — спросила тётя, обращаясь к Стасу.

— Не нужно. Я ненадолго. Много работы, — отмахнулся он.

— Какой ещё работы? Ты ведь уже всё закончил, — с улыбкой напомнила Стасу я, и он стал мрачным. Такая реакция меня развеселила и я не смогла сдержать нескольких смешков. Стас окинул меня недовольным взглядом. Он явно ожидал, что пробудет у меня дома не больше десяти минут, но я то знаю, что тётя не отпустит его просто так, как следует не распытав.

— Стас, а расскажи, как вы с Алисой познакомились, — начала Карина, и я тяжело вздохнула, точно зная, что сейчас она закидает Стаса вопросами.

Но его это ни чуть не смутило. Стас пожал плечами, взяв в руку вилку.

— Ничего интересного. Алиса пришла устраиваться на работу ко мне в фирму, — равнодушно ответил он.

— А почему ты решил так скоро сделать ей предложение? — Карина кинула хитрый взгляд на меня, отчего мне стало боязно.

«Чего ещё можно ожидать от моей подруги? Она такая же прямолинейная, как и Стас. Но вот более открытая. Ей точно подойдёт Коля — брат Стаса. Может, стоит их познакомить?»

Я мечтательно смотрела в окно, пока меня не вернула в реальность тётя Оля.

— А? Что такое? — я окинула всех присутствующих удивленным взглядом.

— Ты что, спишь, что ли? Я спрашиваю, курочку будешь?

— А! Да, положи немного, — я подняла голову и повернула голову к Стасу. На его лице красовалась насмешливая ухмылка.

«Ну теперь он хотя бы не такой хмурый»— подумала я.

— Ты где витаешь? — спросила Карина, — Твой Стас один отвечает на все наши вопросы.

— Я здесь. Спрашивайте.

— Свою подругу я могу доверить только настоящему мужчине, — уверенно сказала Карина, глядя в нашу со Стасом сторону, — У тебя серьезные намерения?

— Можете не переживать, — Стас обхватил меня за плечи и нежно поцеловал в висок, — Самые серьёзные.

Я натянула улыбку, стараясь показать всем своим видом, что верю в слова своего «избранника».

«Как он может так нагло лгать, глядя в глаза сразу нескольким людям. Мне, например, уже тошно от всего этого вранья. Эти поцелуи, нежные объятия на публику. Как же я хочу, чтобы это поскорее закончилось. Не могу больше врать».

Стас убрал свои руки от моих плеч, и я наконец смогла расслабиться.

«Эти взгляды Карины, тёти Оли. Боже, как сложно врать. Я хочу скорее закончить эту бессмысленную игру и перестать всем врать».

— Алиса, ты покраснела, — подметила тётя, — Ты не заболела?

Я подняла руку, чтобы положить её на свой лоб, но Стас меня опередил. Его холодная ладонь опустилась на мой лоб, и меня бросило в дрожь.

— Действительно. Видимо, температура, — задумчиво произнес Стас, поглядывая в потолок.

— Я схожу за градусником. Нужно сбить температуру.

— Лис, ты только не волнуйся.

Я смотрела, как вокруг меня суетились Карина и тётя, не понимая, что происходит. Одна успокаивала меня, другая бегала по коридорам, искав градусник. Если бы не Стас, который схватил меня за руку и завёл в комнату, то я не знаю, чем бы закончилась эта суета.

— Спасибо, — облегчённо сказала я, когда он закрыл дверь в мою комнату на замок, — Ты меня спас от них. Тётя всегда очень трепетно и даже слишком заботливо относилась к болезням. Только малейший кашель или, не дай бог, температура, она сразу же в постель. Да и Карина со своим медом, видимо, тоже с ума сходит.

— Я видел ты переволновалась, — Стас сел на край кровати и посмотрел на мою стену напротив кровати, — Очень красивое фото. Ты так сильно меня любишь, что закидала дротиками?

— Не сомневайся.

— Ты как купидон? Тоже стреляла в моё сердце? — смеясь, спросил Стас.

— Угу. Вот только не стрелами любви, а настоящими.

Стас снова усмехнулся, а вот мне было совсем не до смеха.

— Зачем ты меня поцеловал? — спросила я, с волнением вспоминая недавний момент.

— Для реалистичности, — пояснил Стас, но легче мне не стало.

— Стас, я так устала от всего этого вранья, — с тяжёлым вздохом сказала я.

— А тебе и не нужно врать. Я же говорю почти правду. Мы действительно познакомились у меня в офисе.

— Но а каких серьезных намерениях ты говорил?

— Алиса, тебе не нужно ничего делать. Я сам, — Стас легонько провёл пальцем по моим волосам, закладывая один локон за ухо, отчего я вновь ощутила на своём теле целый поц мурашек.

— Я постараюсь, — опустив голову, вздохнула я.

— Ну вот и молодец. Это контракт. Относись к этому, как к работе. Я же отношусь, вот и ты сможешь, — Стас встал с кровати и подошёл к двери. Щёлкнул замок, и в мою комнату влетели взволнованные тётя и Карина.

— Алиса, ты как?

— Всё в порядке?

— Температура есть?

— Может, врача?

Я закрыла глаза, пытаясь вникнуть в их сотню вопросов.

— Всё в порядке, — ответила я, — Просто мне нужно было немного отдохнуть. Я устала на работе.

— А! Ну ясно. Тогда ты лежи, отдыхай. Не будем тётя беспокоить, — тётя Оля обратилась к Стасу, — И вы, молодой человек, тоже уходите. Алисе нужен покой.

Стас и не собирался задерживаться, поэтому, услышав фразу об уходе, он сразу же обулся и вышел на улицу, даже толком не попрощавшись.

— Хороший мужчина, — на прощание сказала мне Карина, подняв палец вверх, — Сразу видно, надёжный.

— Точно, — я улыбнулась, глазами провожая подругу. Хоть я и понимала, что всё это игра, но мне было приятно осознавать, что Стас понравился Карине.

«Это же всё игра. Да и то временная. Скоро всё это закончится, и я больше никогда не увижу его»— этими мыслями я пыталась успокоить себя, отгоняя всякие глупости.

Следующий день начался для меня слишком рано. Проснулась я от того, что на кухне кто-то очень громко разбил чашку. Сон как рукой сняло, и я пошла к источнику звука. На кухне стояла тётя Оля и собирала осколки от разбитой кружки.

— Тётя, ты чего не спишь? — спросила я, глядя на часы. Не поверив своим глазам, я стала потирать их руками, — ПЯТЬ УТРА!?

— Да что-то не спится мне, Лис. Всю ночь думала, — сказала тётя и села за стол.

— О чём?

— Да о вас со Стасом. На удивление он оказался очень приятным мужчиной. Я даже не ожидала.

— А что в этом плохого? — спросила я, пожимая плечами.

— Вот именно, что ничего. Ну не похож он на человека, который может вот так вот просто лишить образования. Ну не похож.

— А! Ты об этом. Да бог с ним, с этим университетом.

— Ну как это «бог с ним»? Ты же мечтала об этой профессии…

— Теперь всё изменилось. Я работаю в компании Стаса и мне всё нравится.

— Тебе нравится эта работа или Стас? — с хитрой улыбкой спросила тётя Оля, и я отвела глаза, — Ясно.

— Так тебе понравится Стас?

— Хороший мужчина. Конечно, немного замкнутый. Ну это, видимо, при незнакомых людях. Думаю, в компании своих он совершенно иной.

— Хороший? И как ты это поняла? — усмехнулась я, пытаясь понять, с какой стороны Стас хороший и милый.

— Вот тебе вчера стало плохо, и он сразу же отвёл тебя за руку и уложил на постель. Он переживает за тебя, Алиса.

После этих слов я задумалась. Никогда раньше я и подумать не могла о том, что Стас может обо мне переживать. Но ведь тётя права.

«Он просто очень тщательно скрывает свои чувства и никогда не показывает их на людях, нося маску холодного и равнодушного мужчины»— проворачивая в голове образ Стаса, думала я.

— Будешь чай? Или пойдёшь досыпать? — отвлекла меня от мыслей тётя.

— Да нет. Мне уже скоро на работу.

— Я чуть раньше сегодня поеду. К семи.

— А что такое?

— Да сама не знаю. Но, вроде бы, какая-то сложная операция назначена на пол восьмого. Вот я и поеду.

— Ты всё ещё в той больнице? Ещё не надоело? — сочувственно спросила я, и тётя вздохнула.

— А что же я могу ещё сделать, Лиса? Здесь меня всё устраивает. А в другой что? Кому нужна медсестра со стажем из деревенской больницы?

— Очень хорошая медсестра, — добавила я, и тётя улыбнулась.

— Ладно. Я пойду. Нужно ещё кое-что в огороде поделать, пока дождь не пошёл.

— А что, обещали?

— Да. К обеду польёт, как из ведра.

Хлопнула дверь, и я переместилась в свою комнату. Там около кровати я заметила телефон.

«Странно. Как он мог туда упасть? Вроде же на тумбу клала»— удивлённо подумала я, и протянув руку, подняла телефон, — «Но это ведь не мой. А чей же? Стаса?»

Я нажала на кнопку, и загорелся экран.

«Это действительно телефон Стаса. Он потерял его вчера»— догадалась я и провела пальцем по экрану блокировки. Телефон оказался без пароля, что меня сильно удивило, — «Гордеев ведь всегда что-то скрывает, а тут оставил свой телефон без всякой защиты».

Я села на кровать и стала с интересом листать телефон Стаса, прекрасно понимая, какой это ужасный поступок — лазить по чужим вещам. Но любопытство было гораздо сильнее меня.

Открыв WhatsApp на телефоне Стаса, я принялась читать его переписки. Хотя это сложно было назвать переписками. Стас просто отвечал на сообщения каких-то девиц, которые частенько написывали ему, и периодически назначал встречи. Я ужаснулась, увидев со сколькими девушками у Гордеева были переписки.

«Оля», «Маша 2», «София», «Даша», «Кристина», «Зина», «Вика».

И это ещё даже не половина чатов, которые были на телефоне Стаса. От всего увиденного мне стало тошно и я закрыла WhatsApp, но телефон так и не отложила. Мне было безумно любопытно, что ещё можно быть в телефоне такого бабника.

Галерея стала следующим объектом, который заинтересовал меня. Более тысячи фотографий, половина из которых — документы и договора. Это меня нисколько не волновало, но вот одна папка со странным названием «Ночь». Сначала оно меня удивило, но увидев содержимое папки, я всё поняла.

«Голые девушки!? Стас фотографирует девушек, после каждой проведенной вместе ночи!? О, Господи!»— от увиденного у меня задрожали руки и ноги, и я быстрыми нервными движениями продолжила листание фотографий. Злость и ревность переполняли меня до краёв.

«Не понимаю, почему я так ревную человека, который приходится мне никем больше, чем просто начальником. Нас ведь ничего, кроме работы, не связывает. Ну ещё контракт… Стас вертит мной, как только хочет. А я — наивная дурочка, соглашаюсь на все его игры. Видите ли, он не хочет, чтобы родители поженили его. Он хочет развлекаться с разными девицами и пополнять свою галерею их голыми фотками».

Думая это, я не заметила, как перелистала всю папку, которая состояла из нескольких сотен фотографий. И все они абсолютно разные. Где-то полураздетая девушка держит перо у своего лица и сексуально позирует на камеру. А где-то — сразу две девицы стоят на коленях, прикрывая голую грудь друг друга.

У меня глаза полезли на лоб от увиденного. Совершенно не таким я представляла себе Стаса.

«Нет. Он, конечно, не идеал. Далеко не идеал. Но чтоб так…»

Погрузившись в свои мысли, я не заметила вошедшую тётю. А когда под её ногами заскрипел пол, я вздрогнула и на автомате швырнула телефон Стаса на кровать сзади себя.

— Что-то случилось? — спросила тётя, заметив моё волнение.

— Нет. С чего ты взяла? Вот уже собираюсь на работу, — я натянула улыбку и подошла к шкафу.

— А это чей телефон? — тётя Оля села на край кровати, и прежде чем я успела обернуться, взяла телефон Стаса в руку.

— Стас вчера оставил. Нужно будет отнести, — не задумываясь, ответила я.

— И ты лазила в телефоне своего жениха, — закивав головой, подметила тётя.

— Да нет. Я просто…

— И что ты там нашла? — спросила она, не дав мне начать оправдываться.

— Я же говорю, я не…

— Алиса! Я прекрасно вижу, когда ты врёшь, а когда говоришь правду.

Я печально опустила глаза.

«Тётя всегда знала меня, как облупленную».

— Я слушаю, — сказала она, усадив меня рядом с собой.

— У него много не удалённых переписок с бывшими девушками, — призналась я, вспоминая чаты Стаса в WhatsApp, — Я очень переживаю из-за этого.

— Ну это нормально, что у такого привлекательного мужчины много бывших девушек, — сказала тётя, — Главное, что сейчас он с тобой.

— Думаю, ты права. Я зря себя накручиваю, — я улыбнулась, смотря в лицо тёти.

— Вот это другое дело. Никакие переписки, да и то в прошлом, не должны испортить настроение моей любимой племяннице, — тётя Оля крепко обняла меня, и на душе стало немного легче.

«От неё всегда веет позитивом, от которого хочется улыбаться».

Переодевшись в офисную одежду (сегодня это голубое платье и нежные чулочки), я поехала на работу.

«С каких это пор я ношу настолько короткие платья и чулки?»— недоумевала я, глядя в окно транспорта, — «А ведь Гордееву действительно удалось кое-что во мне изменить»— подумала я, опустив взгляд на свою руку с помолвочным кольцом. Как же мне оно нравилось. А тот факт, что его для меня купил Стас, вызывал у меня бабочки в животе, — «Ведь Стас никому раньше не выбирал помолвочные кольца. Значит, я первая его «невеста», о которой узнал весь город. Хоть и немного странным образом».

Стоило мне только переступить порог компании «Габворд», как меня сразу же закидали различными папками. С тяжёлым вздохом я отправилась в свой кабинет, чтобы приступить к работе. Но и этого мне не дали сделать. По селектору Стас вызвал меня к себе.

— Доброе утро, — сказала я, входя в его кабинет, — Ты меня звал? — я устремила свой взгляд на Стаса я, не заметив Давида Ильича, который сидел на диване, — Ой! Здравствуйте.

— Привет, — Давид Ильич закинул ногу на ногу и улыбнулся.

— Сейчас сюда приедет Захаров. Это наш клиент. Захаров Дмитрий Петрович, — пояснил Стас, постукивая ручкой по столу, — Алиса, займись подготовкой всех нужных документов.

— Хорошо, — я положительно кивнула и уже развернулась, чтобы уйти.

— Стой! — меня остановил резкий голос, — Ещё сделаешь ему зелёный чай без сахара.

— Это всё? — я с улыбкой посмотрела на Стаса. Тот кратко кивнул.

— У нас есть два часа. Всё должно быть готово для встречи с этим важным для нас клиентом.

— Стас, я поняла.

— Тогда иди, — скомандовал он и опустил глаза на свой стол.

Хлопнула дверь, и Стас остался наедине со своим другом. Давид Ильич хмуро посмотрел на него.

— М-да, Стасян. Ты, конечно… — протянул он и остановился.

— М? — буркнул Стас себе под нос, не отвлекаясь от бумаг.

— Как ты ведёшь себя с девушкой? Да ещё и с невестой.

— А как я себя веду?

— Да оторвись ты уже от своих бумажек! — Давид Ильич резко вскочил с дивана и выхватил из рук друга несколько бумаг.

— Да что!? — Стас наконец поднял голову и нахмурил лоб.

— Ты всегда так груб с ней. Она ведь твоя невеста, Стас. Не забыл ещё?

— А что не так, Давид? У нас всё а порядке. На работе строго деловые отношения.

— У-у-у. Если ты всё время будешь таким занудой, то она скоро от тебя сбежит, — хмыкнул Давид Ильич.

— Не волнуйся, не сбежит.

— Ты так уверен?

— Давид, к чему ты клонишь? Не понимаю.

Давид Ильич облокотился на стол и обречённо вздохнул.

— Ну вот, смотри. Твоя невеста такая красавица. Сразу видно, что она любит тебя. А что ты? «Угу. Мг. Ага» — это все твои фразы, — сказал он, пародируя друга. Тот усмехнулся.

— Тебе ли меня учить, как обращаться с девушками?

— То есть? У меня же есть Света.

— О-ой! — протянул Стас, махнув рукой, — Все знают, что она с тобой из-за денег.

Давид Ильич сразу же надулся.

— Неправда. Я люблю её, а она любит меня, — уверенно сказал он.

— Давид, совсем недавно она клеилась и ко мне. Но после моего отказа почему-то перебежала к тебе. Не находишь это странным?

— Не нахожу! — буркнул Давид Ильич. У него зазвонил телефон, и он полез за ним в карман, — Да, Светочка? Конечно, не занят. Для тебя я всегда свободен. Хорошо, я сейчас приеду.

За его спиной послышался смех. Давид Ильич повернулся к другу.

— Чего смеёшься?

— Да просто мне смешно с того, как ты бегаешь за ней, — проведя ладонью по своим губам, хмыкнул Стас.

— Давай ты не будешь лезть в мои отношения, а я не буду лезть в твои, — произнёс Давид Ильич, сунув руку с телефоном в карман.

— Так бы и сразу! — воскликнул Стас.

— До встречи, — махнул рукой Давид Ильич и вышел из кабинета.

Отсортировав нужные документы, я наконец села отдохнуть.

«Стас просил сделать его клиенту чай. Ещё…»

Мои мысли нарушил телефонный звонок.

— Да?

— Привет, Лис. Ты как? — спросила Карина на том конце провода.

— Работаю. Ты как?

— А я вот отлучилась на часик. Хочешь пообедать в кафе?

— Не могу, Карин. Стас поручил мне кипу бумажек. Скоро приедет какой-то его важный клиент, — отказала я, попутно открывая шкафчик. Оттуда посыпались разные папки и бумаги.

— У-у-у, — разочарованно протянула Карина, — Стас поручил… Он ведь твой жених. Крепко обняла его, нежно поцеловала — и всё. Мужчина растаял.

Я рассмеялась, слушая предложение подруги.

— Это не про Стаса. Он камень, — сказала я, вспомнив слова Алёны.

— Камень? Да я вроде не заметила. Просто очень серьезный. Ну это нормально для делового человека.

— Может быть, — я кинула взгляд на настенные часы и ужаснулась. Через десять минут я уже должна буду стоять в кабинете у Стаса. А чай ещё не готов.

Разговаривая с Кариной, я достала чайный пакетик и поставила чайник.

— Да-да. Я согласна, — кивая головой, я залила воду в кружку и сунула туда пакетик зелёного чая, — Конечно, Карин. Да-да, — я по привычке засыпала две ложки сахара в приготовленный чай и размешала его, — Ладно. Карин, я побежала. Стас не любит ждать.

— Ла-адно. Потом поболтаем, — Карина положила трубку, и я, сунув папку под руку, понесла чай в кабинет Стаса.

— Проходи, — сказал мужчина и оторвался от белой папки, — Документы готовы?

— Да, — я поставила на его стол чай, а рядом несколько бумажек, — Всё готово.

Развернувшись на пятках, я направилась к двери.

— Тебе нормально ходить в таком коротком платье? — спросил голос сзади. Я обернулась и с вопросом посмотрела на Стаса, а потом на своё голубое платье, которое мягко струится по моим ягодицам и заканчивается слишком высоко, даже не приблизившись к коленям.

— А что не так с моим платьем? — возразила я, скрестив руки на груди.

— Хм… Подобного рода платья носят только для того, чтобы его задрали и как следует отодрали его хозяйку, — как ни в чём не бывало ответил Стас, скользя глазами по моему телу.

Я закатила глаза и, цыкнув, осуждающе посмотрела на Стаса.

— А ты только об одном и думаешь.

— Любой нормальный мужчина при виде девушки в таком обтягивающем коротком платье будет думать только об одном, — сказал мужчина всё с тем же невозмутимым лицом.

— Извращенец! — произнесла я, поджав нижнюю губу, — Где твои манеры?

— Видя тебя в этом коротком платьице я не могу не думать о том, что под ним, — сказал Стас, прикусив свои губы, — У тебя ведь там чулки?

Я зажмурилась, пытаясь понять послышалось ли мне. Но глядя на лицо Гордеева я всё поняла и с тяжёлым вздохом опустила глаза.

— Это тебя не касается. Как ты вообще можешь думать о подобном на работе!? — возмущённо сказала я.

— Значит, я угадал, — Стас усмехнулся, бодро закивав головой.

— О, Господи! Какой же ты… — разочарованно произнесла я.

— И какой?

— Извращенец.

— Было.

— Тогда бабник.

— Ты не можешь этого утверждать, не зная, сколько у меня было девушек, — сказал Стас и расплылся в самодовольной улыбке, — Или всё-таки полазила по моему телефону?

Я подняла взгляд на Стаса.

«Так он это сделал специально, чтобы проверить, стану ли я лазить по его телефону? Или же просто заберу, чтобы отдать?»

Оттого, что Стас мне не доверяет, стало очень обидно.

— Не трогала я твой телефон. Он у меня в сумке. Сейчас отдам, — обиженно буркнула я и направилась к двери. Вдруг она резко распахнулась, и в кабинет вошёл мужчина лет тридцати. Я не успела остановиться и врезалась в него, — Ой! Простите, пожалуйста. Я вас не заметила, — протараторила я, не поднимая головы.

— Всё в порядке, — произнёс он, и я в ту же секунду покинула кабинет, так и не взглянув на гостя Стаса.

Только через несколько минут до меня дошло, что это и был тот самый важный клиент — Захаров. Я сразу же спохватилась, и взяв из сумки телефон Стаса, побежала обратно в его кабинет. На диване сидел Захаров Дмитрий Петрович и попивал приготовленный мной чай.

— Здравствуйте, — сказала я, входя.

— Присядь, Алиса, — Стас указал рукой на место около своего стола, — Сейчас мы как раз будем обсуждать детали договора.

Я сделала шаг вперёд и положила телефон на стол Стаса.

— Вот. Всё в порядке. Он в целости и сохранности.

— Хорошо, — Стас сунул телефон в карман и перевёл взгляд на Захарова.

— Так это ваша невеста? — спросил тот, головой указывая на меня.

Стас забегал глазами по столу, а потом кратко кивнул. Было заметно, что ему не хочется затрагивать эту тему.

— Я видел в новостях…

— Давайте перейдём сразу к делу, — перебил Стас и, открыв папку, протянул одну из бумажек Захарову. Тот начал громко кашлять в свой кулак и уронил кружку на пол, — Что с вами?

— Ч-чай… Он с сахаром… — сквозь кашель прокряхтел Дмитрий Петрович.

Стас высоко поднял брови и посмотрел на меня. Я пожала плечами, и тут меня осенило, что я добавила в чай несколько ложек сахара.

— Мне нель… Нельзя сахар… — мужчина достал из кармана пиджака телефон и попытался набрать какой-то номер, но телефон выпал из его рук вслед за чашкой, — Скорую… — прохрипел он и упал головой на диван.

— О, Господи! — Стас вскочил со стула, и взяв свой телефон, набрал номер скорой.

Захарова Дмитрия Петровича увезли на машине скорой помощи. Когда она уехала, я с волнением посмотрела на Стаса. Он был очень зол, поэтому расхаживал по кабинету, нервно теребя свои волосы. Схватившись за спинку стула, он откинул его в сторону. Тот отлетел к столу, скинув оттуда несколько бумаг.

— Стас… — виновато произнесла я, решив хоть как-то успокоить его.

— Что ты натворила!? — закричал Стас, резко остановившись в метре от меня, — Я же ясно сказал ЧАЙ БЕЗ САХАРА! Ты чем слушала!?

Я опустила глаза в пол, не желая смотреть на разгневанного Стаса.

— Это случайно вышло… Я… Я говорила с подругой и, видимо, случайно…

— Случайно!? Да какого черта!? Теперь Захаров ни за что на свете не подпишет этот чёртов договор! — кричал Стас, размахивая руками.

— Прости… — смогла только сказать я.

— От тебя у меня одни проблемы. Я еле сдерживаюсь… — Стас положил обе руки на мои плечи и усадил меня на диван, — Сиди здесь, никуда не уходи и ничего не трогай!

Я удивлённо подняла голову.

— А ты куда?

— Захаров — близкий мамин друг. Я не могу потерять его из-за глупой оплошности моей недоневесты! — грубо отрезал мужчина. Эти слова прозвучали очень обидно.

— Хоть я и действительно виновата, но так говорить обо мне тебе никто не даёт права! — с досадой произнесла я.

Стас раздражённо поджал свои губы, окидывая меня разгневанным взглядом и, хлопнув дверью, покинул кабинет. Я осталась сидеть в гордом одиночестве, проворачивая в голове недавние события.

«Какая же я растяпа. Стас прав. У него от меня одни проблемы»— корила я себя.

Сделав глубокий вдох, я набрала номер Карины, в надежде, что хоть разговор с ней поможет вернуться обратно в тонус.

«Абонент временно недоступен. Перезвоните позже…»

Я снова обречённо вздохнула и положила голову на спинку дивана.

«Стас сказал, что Захаров — это близкий друг его мамы. Может, стоит поговорить с Мариной Дмитриевной?»

Не смотря на запреты Стаса, я вышла из офиса, и вызвав такси, поехала в родительский дом Стаса. Попасть вовнутрь оказалось сложнее, чем я думала. Множество камер, охранники… Но невесту Станислава Владимировича пустили без проблем.

Я оказалась в цветущем саду, в котором мне уже доводилось бывать около недели назад. Сад был просто гигантским. Множество тропинок и дорожек. Основные дороги, по которым наиболее часто кто-то ходил, были выложены бледно-жёлтым кирпичом. Клумб не было. Цветы на первый взгляд росли то тут, то там без всякого порядка. Но так только казалось. На самом деле у садовников была очень интересная схема посадки всех растений. Однако тому, кто об этом ничего не знал, казалось, что цветы тут растут сами по себе. Их аромат заполнял всё пространство на несколько метров вокруг куста и от этого сладкого запаха кружилась голова.

Я прошла вперёд в сторону дома. Там находился гамак и качели. Подойдя ближе, я заметила на качелях женщину, похожую на мать Стаса. Она сидела спиной ко мне.

— Марина Дмитриевна, — негромко позвала я, и женщина обернулась. Увидев меня, на её лице появилось недовольство, — Здравствуйте.

Женщина ничего не ответила и повернулась обратно спиной ко мне. Я подошла к ней и остановилась у качелей.

— Ты со Стасом? — хмуро спросила она.

— Нет, я одна.

— Тогда я не понимаю, что ты здесь забыла.

— Марина Дмитриевна, я понимаю, что вы не хотите меня видеть, но…

— И правильно, что понимаешь, — перебила она, — Я уже сказала, что ты моему сыну не пара. Поэтому видеть тебя в своём доме я не хочу.

— Мне нужна ваша помощь.

Женщина ухмыльнулась и с презрением посмотрела на меня, скрещивая руки на своей груди.

— С чего это я должна тебе помогать?

— Можно я сяду? — спросила я, жестом указав на качели.

— Ладно.

Усевшись рядом с Мариной Дмитриевной, я посмотрела на неё.

— Сегодня Стас должен был заключить важный договор с Захаровым. Вы ведь знаете его?

Марина Дмитриевна махнула головой, и я продолжила:

— Так в общем, сделка не состоялась.

После моих слов в её глазах появился интерес.

— О чём ты? Что могло пойти не так?

— Я забыла о том, что Дмитрию Петровичу нельзя сахар и добавила в его чай несколько ложек.

— О, Господи! От тебя у моего сына одни проблемы. Где сейчас Дима?

— Вы только не волнуйтесь. Он в больнице.

Марина Дмитриевна схватилась за голову.

— О, боже. И чем я тут могу помочь?

— Дмитрий Петрович теперь не хочет заключать договор со Стасом.

— И я его понимаю… — протянула Марина Дмитриевна, отводя взгляд от меня.

— Вы можете с ним поговорить?

— Нет. Конечно же, нет. С чего бы мне тебе помогать?

Марина Дмитриевна окончательно от меня отвернулась, и я тяжело вздохнула.

— Так помощь нужна не мне, а вашему любимому сыночку. Поговорите с Захаровым ради него.

Закатив глаза, она, словно сделав мне одолжение, цыкнула.

— Так уж и быть. Я поговорю с Димой, — Марина Дмитриевна протянула мне руку. Я вопросительно посмотрела сначала на неё, а потом на её руку, не поняв, что она хочет, — Ох! Всё тебе нужно объяснять. Телефон мне подай, — сказала она, жестом указав на сумочку, которая лежала около меня. Я открыла её и протянула матери Стаса мобильный телефон. Тыкнув на несколько клавиш, она приложила его к своему уху.

— Привет, Дим. Ты как? В больнице? А что случилось? Отравили? А кто? Невеста моего сына? Правда? Не может этого быть! Знаю, какая невеста у моего Стаса. Да-да. Самой она не нравится. Не обращай на неё внимание. Скоро она исчезнет из компании и из жизни моего сына. Да-да. Хорошо, что ты понимаешь, что Стас в этом не виноват. Спасибо большое за понимание. Да-да, — Марина Дмитриевна положила трубку и кратко посмотрела на меня, — Я всё решила. Довольна?

— Дмитрий Петрович подпишет договор со Стасом? — изумилась я такой скорости решения проблемы, и когда Марина Дмитриевна кивнула, облегчённо выдохнула, — Нужно сообщить об этом Стасу.

— Не нужно. Всё решится и без тебя. Всегда решалось и сейчас решится, — сказала она и положила обе руки на свои виски, — Как же у меня от тебя голова болит…

— Позвольте мне вам помочь, — сказала я, вставая позади Марины Дмитриевны.

— И чем же ты мне поможешь? Меня долгие годы мучает мигрень.

— Моя тётя работает в больнице и она научила меня, как справляться с головной болью.

— Твоя тётя врач?

— Медсестра, — сказала я, и Марина Дмитриевна насмешливо ухмыльнулась.

— Медсестра?

— Да. Позволите? — я подняла руки и после позволения Марины Дмитриевны положила их на её шею. Пальцами рук я начала выполнять легкие массажные спиралеобразные движения по шее матери Стаса. После разминки шеи я перешла дальше. Я помассировала её голову таким же образом, как при мытье волос, — Ещё болит?

— Да. Не останавливайся, — блаженно прошептала Марина Дмитриевна, закинув голову назад.

Я плавно перешла к новой области — вискам. Несколько минут я массировала их круговыми движениями, постепенно идя к затылку. В завершении я помассировала мочки её ух в течение двух минут.

— После завершения нельзя резко вставать и сразу заниматься делами, отдохните минут пятнадцать, — посоветовала я, убрав свои руки, — Ещё лаванда и ромашка расслабляют и дарят длительный спокойный сон.

Марина Дмитриевна с благодарностью посмотрела на меня.

— Ну что тут скажешь? Спасибо, — сказала она, что меня сильно удивило.

— Обращайтесь. Если ещё будут мучать головные боли, я вам обязательно помогу, — слабо улыбнулась я и взяла под руку свою сумочку.

— Хорошо. Всего доброго, — Марина Дмитриевна помахала мне рукой на прощание.

— И вам, — я прошлась по саду и остановилась к забора. Дверь распахнулась, и во двор вошёл отец Стаса, — Здравствуйте, Владимир Петрович.

— Алиса? — он с нескрываемым удивлением смотрел на меня, — Здравствуй. А ты чего здесь?

— Зашла с просьбой к Марине Дмитриевне.

— Она тебе помогла?

— Да. Всё в порядке. Извините, я тороплюсь в офис.

— Тебя подвести? — спросил мужчина.

— Нет. Я вызову такси.

— Стас не любит ждать. Я тебя подброшу, — сказал Владимир Петрович. Не смотря мои возражения, он усадил меня в свой автомобиль. Надев очки, он сел за руль, — Как у вас с моим сыном? Он тебя хоть не обижает?

— Всё в порядке.

— О вашей помолвке теперь знают все. Мать была недовольна, а мне кажется, что вы не так уж и плохо смотритесь вместе.

— Спасибо, Владимир Петрович. Хотя бы вы не против нашей помолвки.

— А чего я должен быть против? Раз Стас выбрал тебя, значит на то были свои причины.

— Думаете?

— Конечно. Ты первая девушка, с которой нас познакомил сын.

— Знаю. И я, честно, очень удивлена.

— Правда? А очень зря. Стас — однолюб. Не думаю, что у него было много девушек. Он весь в меня, в отличие от Кольки.

После этих слов я не смогла сдержать улыбку. Благо, Владимир Петрович не заметил это.

«Однолюб? Ну да. Может, Стас и любит одну, но спит то с другими…»

В офисе Стас сообщил мне о том, что на этих выходных у нас будет проходить помолвка в его доме. Сказать, что я была шокировала — ничего не сказать.

— Помолвка!? Зачем это ещё!?

— Это нужно для прессы. Раз теперь все знают о том, что мы помолвлены, то все должны знать и о нашем праздновании, — спокойным голосом сказал Стас.

— Праздновании!? Каком ещё праздновании!? — возмущённо кричала я, не понимая, о чём вообще он говорит.

— Будет праздник в честь нашей помолвки.

— Мы будем праздновать то, чего нет!? — я нахмурила лоб, сверля Стаса недовольным взглядом.

— Ещё раз повторюсь. Это для прессы.

— Мы играем жениха и невесту на публику? А дальше что? Поженимся для прессы? Детей наделаем!?

— Этого не будет. Я не собираюсь ни на ком жениться. Мы потешим любопытство журналистов и всё.

— Что «всё»!? Закончим нашу игру!?

— Пока нет. Но вскоре всё обязательно прекратиться.

— Напомню, что у нас осталось ещё чуть больше двух месяцев.

— Настолько сильно не хочешь меня видеть? — с разочарованием в голосе спросил Стас.

— Я уже и сама не знаю.

— А что знаешь?

— Знаю, что не хочу участвовать в твоих дешёвых играх, — мой взгляд упал на кольцо на моём пальце.

— Не таких уж и дешёвых. Кольцо, теперь празднование помолвки — всё это обойдется не так уж и дёшево.

— Ну так отмени всё, — сказала я, пожимая плечами.

— Я не могу так просто взять всё и отменить. Нам придется снова показаться всем, как жених и невеста. Уж потерпи немного.

— Тебя не так просто терпеть, — вздохнула я и подняла глаза на настенные часы, — Уже поздно. Мне пора домой. Тётя будет волноваться.

— Я тебя отвезу. Но есть ещё кое-что…

Я посмотрела на Стаса, в ожидании ответа.

— Раз ты моя невеста, то ты должна жить со мной.

— Что!? Нет! — выкрикнула я, и Стас тут же закрыл мне рот рукой.

— Да не кричи ты так. Мы не одни в офисе, — сказал он, прижимая свою ладонь к моим губам.

Когда он убрал руку, я выдохнула.

— Мы не будем жить вместе! — сказала я на полтона тише, и Стас рассмеялся.

— Это не моя прихоть. Жених и невеста обычно живут вместе.

— Но мы не они, — напомнила я.

— Я позвоню своему помощнику, и он перевезёт твои вещи ко мне.

— Нет! Я уже сказала! Одно дело работать с тобой, но жить… Ни за что! — грозно повторила я, — Что я вообще тёте скажу!?

— Ты взрослая женщина. Зачем тебе отчитываться перед тётей?

— Она будет переживать.

— Ладно. Поехали. Я сам с ней поговорю, — Стас схватил меня за кисть руки и повёл к выходу. Я попыталась что-то возразить, но это было бессмысленно. Усадив меня в свой автомобиль, Стас поехал ко мне домой.

Машина затормозила, и Стас потянулся к двери.

— Подожди, — остановила его я, взяв за руку.

— Что ещё? — Стас обернулся и посмотрел на меня, наклонив голову вбок.

— Не нужно говорить тёте. Давай я просто дам тебе несколько своих вещей, а остальное ты докупишь. Сделаем вид, что живём вместе, — предложила я, и Стас покачал головой.

— Детский сад.

— По-моему, фиктивная помолвка — это детский сад. А это просто конспирация.

— Ладно. Будь по-твоему, — согласился Стас, и мы вышли из машины.

Я сильно волновалась, что мне снова придется обманывать тётю, но этого не произошло.

— А где твоя тётя? — спросил Стас, когда я открыла дом ключом.

— Видимо, сегодня в ночную смену, — предположила я, оглядывая пустой дом.

— А кто она по профессии?

— Медсестра.

— Ясно. Ну раз её нет дома, то будет проще собрать твои вещи, — сказал Стас, входя в мою комнату. Дальше он, словно находясь у себя дома, открыл мой шкаф, — Что можно взять? Платья, рубашки, лифчики… Я не разбираюсь.

Я тяжело вздохнула и подошла к шкафу.

— Нужно взять так, чтобы было незаметно, — пройдясь глазами по содержимому шкафа, я достала оттуда несколько кофт, синие джинсы, облезлую блузку, которую давно собиралась выкидывать, и протянула Стасу.

— Я забираю?

— Да. Положишь у себя в шкафу. Пусть все подумают, что мы живём вместе.

— Ну тогда я возьму ещё кое-что, — сказал он, и не дав мне возразить, сунул руку в шкаф, — Вот это.

— Ты извращенец? — нахмурилась я, глядя на свой бюстгальтер в его руках.

— Часть твоего белья должна быть и у меня, — невозмутимо ответил Стас, и я закатила глаза.

— О, боже. Как же мне всё это надоело, — произнесла я, доставая с полки свои трусики, — Вот, бери. Их я ещё даже не носила.

Стас с удивлением посмотрела на меня, а потом залился смехом.

— В чем дело? Почему ты смеёшься? — я в недоумении уставилась на его смеющееся лицо.

Наконец Стас перестал смеяться и положил на место мой лифчик.

— Я пошутил. Не нужно мне твое белье. Я ведь и сам могу купить его и положить в своём шкафу, — сказал он, и я обиженно цыкнула.

— А зачем тогда приходил? Поиздеваться?

— Немного, — с улыбкой ответил Стас, отдавая мне одежду, — Я сам всё куплю, а от тебя требуется только приехать ко мне в субботу.

— В субботу будет это празднование?

— Нет. В воскресенье.

— А зачем тогда мне приезжать на день раньше?

— Ты ведь была у меня дома совсем мало. А раз ты там типа живёшь, то должна знать, где и что лежит, — сказал мужчина, и я была вынуждена согласилась.

В течение нескольких дней приглашения на нашу помолвку были разосланы. Всех отреагировали по-разному, но в основном хорошо. Тётя обрадовалась, ведь она давно хотела познакомиться с семьёй Стаса. Карина тоже была в восторге, так как эта любительница праздников не пропустит ни одной вечеринки, а тем более помолвку лучшей подруги. Со стороны Стаса было куда больше гостей. Помимо его родителей, брата и друга, на нашу помолвку придут ещё куча людей, с которыми, как Стас сказал, он сам почти не знаком. Это всего-навсего близкие знакомые его родителей. И ещё дома у Стаса будут журналисты. Много журналистов… И нам с ним придётся отвечать на их вопросы.

«Как же я этого боюсь. А вдруг я взболтну чего-нибудь не того? Или не дай бог случайно проговорюсь».

О моём наряде на праздник Стас велел не беспокоиться, так как для подобных ситуаций есть визажисты и стилисты. Он сам купит мне платье и оплатит визит к визажисту. А вернее, личный визажист матери Стаса займётся мной.

Я приехала в дом Стаса сама. Как ни удивительно, он сам не удосужился меня встретить, зато послал своего охранника «проводить меня в дом». Как же меня это взбесило.

«Видите ли, он занятой человек. Ленится жопу с дивана поднять».

Когда я вошла в дом, неприятные воспоминания сразу же накрыли меня с головой. То зрелище, чьим очевидцем мне пришлось стать, напомнило о себе, стоило мне только подняться в спальню Стаса. Закинув ногу на ногу, он пялился в свой ноутбук. Заметив меня, Стас на секунду оторвался от него.

— Проходи. Чувствую себя, как дома, — сказал он и снова опустил глаза в экран ноутбука. Но это «чувствуй себя, как дома» прозвучало с каком-то сарказмом.

— Спасибо, — сказала я, осматривая комнату. Мой взгляд остановился на широкой кровати, где прямо в одежде валялся Стас.

«Вот на этой кровати он имеет всех своих девиц? Хотя и я однажды уже здесь спала. Может, когда-нибудь Стас и меня отымеет на своей постели?»— подумала я и тут же помотала головой, отгоняя эти похабные мысли, — «Ведь Стас всего-навсего мой начальник. А помогаю я ему из-за того, что он однажды помог мне. Между нами не может быть ничего, кроме чисто деловых отношений».

Стас отложил ноутбук и подошёл ко мне.

— Я накупил всяких женских вещичек. Косметики там, платья разные, туфли. Иди посмотри женскими глазами, похожа эта комната на комнату пары?

— Я могу навести свои порядки? — спросила я и, когда Стас кивнул в знак одобрения, проникла в его спальню.

«М-да… И с какой стороны это комната пары? Скорее похоже на холостяцкую берлогу, напичканную женскими шмотками. Вот что ему можно доверить?»

Я подошла к шкафу и открыла его. На меня тут же посыпались платья и блузки.

«Типичные мужики… Запихал женские вещи в шкаф и думает, что все поверят».

С тяжёлым вздохом я принялась складывать «свои» вещи в шкаф. С косметикой творилась такая же фигня. Стас просто высыпал тушь, тени и помаду в какую-то коробку.

Наведя в «нашей» спальне порядок, я спустилась на первый этаж. Там на кухне сидел Стас, попивая кофе.

— Я всё! — объявила ему я и села за стол напротив.

— Молодец, — равнодушно ответил он, — Надеюсь, ты мне там ничего не перевернула.

— Я, наоборот, навела порядки. Как ты вообще живёшь в таком свинарнике?

— У меня вообще чисто. Просто домработница в отпуске.

— Так в чём проблема нанять другую?

Стас пожал плечами и поставил кружку на стол.

— Я к этой привык. Она знает, где что лежит. Не хочется снова кому-то всё объяснять.

— А! Ну это всё объясняет. А то сейчас у тебя там типичная холостяцкая берлога, — я усмехнулась, и Стас поддержал меня, — Во сколько завтра все придут?

— В пять. Празднование будет проходить во дворе. Если заметила, там сейчас наводят порядки. Садовник стрижёт газон, ровняет цветы в саду.

— Ты любишь цветы? — удивилась я.

— Вообще, нет. Но обстройкой моего двора занималась мама, так что там целая цветочная оранжерея.

После этих слов я расплылась в улыбке.

— Ясно. Так ты цветы не любишь?

Он помотал головой.

— А толку с них? Только ухода требуют. Притом постоянного.

— Ну как это? Цветы — это же красиво. Они приятно пахнут и радуют глаз.

— Ну это вам, девушкам, они нравятся. А мне к чему? — развёл руками Стас.

— Всё-таки ты странный, — сказала я, вставая.

Стас ничего не ответил и продолжил пить свой кофе. Больше за день мы с ним так и не поговорили. Стасу позвонили, и он ушёл в другую комнату, чтобы ответить на звонок. А я прошлась по его дому, потом вышла в сад, чтобы получше разглядеть его цветочную оранжерею. Цветы действительно были очень красивыми. Конечно, сад Стаса не сравниться с великолепным садом Марины Дмитриевны и Владимира Петровича, но тоже ничего. У его мамы явно отменный вкус.

Во дворе я разговорилась с садовником. Очень приятный мужчина на вид лет тридцати пяти. Он был в серой кепке и синем комбинезоне. Пожаловавшись мне на своего хозяина, он рассказал о том, что до завтра должен будет привести в порядок его сад и подготовить его к завтрашнему мероприятию. Я, конечно же, посочувствовала мужчине и вызвалась помочь. Так что до самого вечера я возилась вместе с садовником в саду у Гордеева Стаса, пока он сам не забрал меня в дом.

— До свидания, Захар Борисович, — я помахала рукой на прощание, а садовник помахал мне.

— Всего хорошего, Алиса.

— Зачем ты ему помогала? — с явным недовольством спросил Стас, когда мы вошли в дом.

— А что тут такого? Ты дал ему слишком много работы. Он ведь один не справится до завтра.

— Ещё как справится. Это его работа. Он садовник, а значит, должен привести в порядок мой сад. Разве я не за это ему плачу?

Я тяжело вздыхала, слушая рассуждения Стаса.

— Какой же ты бессердечный, — заявила я, когда он закончил.

— Ну-ну. Зато ты у нас добрая фея, которая любит всем помогать просто так, — возмутился Стас. Я закатила глаза, и мы распрощались на эту ночь, оставшись каждый при своём мнении. Впрочем, как и всегда…

На следующее утро, когда я проснулась, то заметила около себя стул, на котором лежало жёлтое платье, а рядом такого же цвета бельё. Всё было совершено новым, даже с этикеткой.

«Стас подобрал мне бельё и платье? Но как? Разве он знает мой размер?»— недоумевала я, разглядывая вещи. Сняв этикетку с лифчика и трусов, я стала из применять на себя, ожидая, что хоть что-нибудь да не подойдёт. Каково же было моё удивление, когда и бельё и платье пришлись мне в пору. Словно кто-то ночью снимал с меня мерки.

Я подошла к зеркалу и покружилась. Нежное платье цвета солнца великолепно смотрелось на мне. Тонкие бретельки, воланы на конце — всё это очень впечатлило меня и порадовало мои глаза.

«У дизайнера данного платья явно отменный вкус»— подметила я.

Платье было заметно выше колен. Его длина даже меньше, чем то моё синее платье, которое забраковал Стас из-за его длины.

«Интересно, что он скажет теперь? Ведь это платье даже более открытое, чем предыдущие. Впрочем, неважно. Он же сам купил его для меня».

Я вышла из комнаты и уже в коридоре встретилась со Стасом. На нём были лишь одни шорты. Стас окинул меня оценивающим взглядом.

— Как тебе? — спросила я, не понимая по его глазам, нравится ему или нет.

— А тебе идёт, — закивал головой мужчина.

— Неужели тебе можно угодить? — хмыкнула я, всё ещё не веря, что это сказал Гордеев Станислав, которого я знаю.

— Можно. Но нужно постараться.

— И что, ты даже не скажешь, что оно слишком открытое?

— Если есть красивая фигура, то почему бы не надеть открытое платье? — сказал он и, пройдя мимо меня, направился на кухню. Я уловила его приятный аромат.

«Он пахнет так необычно. Но я никак не могу понять чем».

Я осталась стоять неподвижно и глядеть ему вслед, продолжая не верить своим ушам.

«Гордеев не раскритиковал мой внешний вид? Что это с ним? Может, он стал превращаться в нормального человека?»— подумала я и тут же встряхнула головой, — «Быть такого не может. Это он просто спросонья плохо соображает. Вот сейчас проснётся…»

Следующие несколько часов надо мной порхали визажисты и стилисты, приводя в порядок мои лицо и волосы.

«У меня уже шея затекла. Как долго это будет продолжаться?»— вздыхая, думала я.

— Готово! — произнесла девушка и убрала кисточку от моего лица. Я наконец встала со стула и стала любоваться своим отражением в зеркале, — Вам нравится?

— Да. Спасибо большое, — я ещё раз глянула в зеркало и заулыбалась, — Да вы волшебница.

— Не стоит. Я просто подчеркнула ваши превосходные черты лица, — девушка поддержала меня улыбкой, — Кстати, Станислав Владимирович просил передать, что он ждёт вас наверху.

— Хорошо, — я поднялась на второй этаж и, открыв дверь, вошла в комнату, где спала пару часов назад. На тумбе около кровати лежала моя сумочка и, я, протянув руку, достала из неё телефон.

«Блин, разрядился. Тётя будет переживать. Но она ведь получила приглашение на помолвку, а значит должна прийти».

В своих размышлениях я не заметила вошедшего Стаса.

— Готова? — спросил он, и по спине пробежали мурашки.

— Ты меня напугал, — сказала я, обернувшись. Сунув телефон в сумку, я сделала шаг к нему навстречу, — Красивый костюм.

— Спасибо, — произнёс Стас, и распахнув правую сторону своего пиджака, достал оттуда что-то блестящее.

— Что там у тебя? — спросила я, с любопытством глядя на его руку. Сжав обе руки в кулаках, Стас вытянул их перед собой.

— Правая или левая? — с едва заметной хитрой улыбкой произнёс он. Я вскинула брови и тыкнула пальцем в его кулак.

— Ну давай левая.

Стас разжал левый кулак, и я увидела в его ладони небольшую золотую цепочку.

— Я надену, — сказал он всё с той же загадочной улыбкой. Я улыбнулась, глядя в хитрющие глаза Стаса, и повернулась к нему спиной. Приподняв мои волосы, мужчина протянул цепочку вдоль моей шеи, и по коже пробежал электрический ток. Заметив это, Стас слегка ухмыльнулся и застегнул украшение вокруг моего горла. Его рука скользнула по моей шее, на секунду остановившись. У своего затылка я почувствовала его тяжёлое дыхание и вдохнула великолепный аромат, который снова бросил меня в дрожь. Мой пульс участился, и я едва могла дышать, чувствуя его горячие руки на своей шее.

Перекинув мои волосы обратно на спину, Стас отступил назад. Набрав воздуха в лёгкие, я обернулась.

— Мне очень нравится это платье. Ты сам его выбирал? — спросила я, глядя на воланы, прошитые на конце платья.

— Можно и так сказать, — закивал головой Стас, опустив глаза в пол.

— А кто дизайнер? Всё сделано очень талантливо и на совесть, — подметила я, и на лице Стаса появилась ухмылка, — Вячеслав Зайцев? Или, может, вообще Юдашкин?

— Дизайнер не так известен. Вернее, совсем не известен, — Стас сунул обе руки в карманы, а его глаза забегали по стене позади меня.

— Подожди-ка, — я скрестила руки на груди и с подозрением посмотрела на Стаса, — А этот дизайнер случайно не брюнет с голубыми глазами и шикарной улыбкой? — спросила я, прищурившись.

— Ты угадала, — усмехнулся Стас, — Что, теперь твоё мнение о платье изменилось?

— Нисколько. Оно шикарно. А теперь, когда я знаю, кто его дизайнер, оно мне нравится ещё больше.

После моих слов Стас расплылся в довольной улыбке.

— Брюнет с шикарной улыбкой? — повторил он мои слова, и я отвела взгляд, смущённо улыбнувшись, — Ладно. Пойдём в сад. Скоро уже гости начнут собираться.

— Хорошо.

Мы вместе спустились во двор, и я ахнула, увидев, как изменился сад за один вечер.

«Неужели Захар Борисович за этот небольшой промежуток времени сделал такую красоту?»— я стала с восхищением разглядывать украшенный сад, когда Стас с хмурой физиономией стоял рядом.

— Правда красиво? — спросила я. Стас равнодушно пожал плечами.

— Это работа садовника. И он сделал её довольно неплохо, — монотонно сказал он, и мы оба обернулись на знакомый женский голос, — Мама?

— Марина Дмитриевна?

— Здравствуйте. Мы с отцом пришли чуть раньше, чтобы посмотреть, как вы тут всё обустроили. И, как я погляжу, не зря, — она с пренебрежением покосилась на белую арку посреди аллеи, — Как же безвкусно всё сделано. Сто процентов ты, Алиса, постаралась, — Марина Дмитриевна оглядела мой внешний вид и закивала головой, — Ну хоть с платьем к тебя нет проблем. Хоть что-то со вкусом.

— Спасибо, — улыбнулась я, тяжело вздохнув про себя.

«Какая же она сложная. Но в этот раз она чуть добрее по отношению ко мне. Можно, что-то меняется?»

Калитка с грохотом распахнулась, и во двор вошёл Владимир Петрович с коробкой в руках. Поздоровавшись с нами, он протянул Стасу коробку со словами «поздравляем с помолвкой». Я и Стас вежливо улыбнулись, поблагодарив за подарок.

— А что там? — с любопытством спросила я, разглядывая небольшую коробочку, украшенную голубым бантом.

— То, о чём вы, разумеется, не позаботились, — сказала Марина Дмитриевна, даже не глядя в нашу сторону. Мы со Стасом переглянулись, не понимая, о чём идёт речь.

— О чём ты? — нахмурив лоб, спросил Стас.

Марина Дмитриевна встала в свою обычную позицию и взялась за голову.

— О, боже! Сынок! Вот всему вас нужно учить? — тяжело вздохнула она, — Кольца там! Кольца!

Мы снова переглянулись.

— Марина Дмитриевна, но мы ведь пока не женимся, — напомнила я.

— И что с того? Раз уж мой сын тебя выбрал, то пусть всё будет, как у людей. А то мой сын ничего сам не может нормально сделать. Ни толковую жену выбрать, ни вечер организовать.

— Мама! — возмутился Стас.

— Ну что ты мамкаешь? Правда ведь, — Марина Дмитриевна повернулась к мужу, — Вова, ты со мной согласен?

— Да-да, конечно, — закивал Владимир Петрович, — Мать права, скоро придут уважаемые люди и журналисты. Наденете парные кольца, как нормальные жених и невеста.

Стас тяжело вздохнул, но с родителями спорить не стал.

В течение часа пришёл Давид Ильич с какими-то мужчиной и женщиной. Как потом я поняла — это его родители.

— Стасян, поздравляю! — воскликнул он, крепко обнимая друга, — Алиса, и тебя тоже. Возьмите этот скромный подарок.

— Спасибо, Давид Ильич, — улыбнулась я, принимая из его рук коробку.

— Ну что ты всё Давид Ильич, Давид Ильич!? — усмехнулся мужчина, — Называй меня просто Давид!

— Хорошо, Давид, — я пожала ему руку.

— А где твоя эта Света? — иронично усмехнулся Стас.

— Да она не захотела идти. Сам не знаю почему, — пожал плечами Давид.

— Так заплатил бы ей, — хохотнул Стас, но Давид не оценил его юмора.

— Очень смешно, Стасян. Как же ты любишь меня подкалывать, — протяжно вздохнул Давид, хлопнув Стаса по плечу.

— Алиса! — позади меня послышался знакомый женский голос. Обернувшись, я увидела Карину, а следом за ней и тётю Олю.

— Как я рада вас видеть! — воскликнула я, обнимая сначала подругу, а потом тётю.

— Я была сильно удивлена, получив приглашение по почте, а не от своей любимой племянницы, — с нотками недовольства сказала тётя.

— Ну прости. Просто всё так быстро произошло…

— Даже слишком, — нахмурилась тётя, сжимая в своих руках букет цветов.

— Ты злишься на меня? — я наклонила голову вбок, виновато улыбаясь.

— Ну нет, конечно. Как же я могу злиться на свою Лисоньку? — произнесла тётя и расплылась в задорной улыбке, — Главное, чтобы ты была счастлива.

— Спасибо, тётя, — я взяла из её рук букет и вдохнула его приятный аромат, — Мои любимые лилии.

— Я ведь знаю, что ты любишь, — сказала тётя, подмигивая Стасу. Тот приподнял брови и перестал смотреть в нашу сторону.

«Видимо, он не понял намёков моей тёти»— смеясь, подумала я, глядя, как он уходит в противоположном направлении. Подойдя к брату, Стас пожал ему руку, и они перекинулись несколькими фразами. Больше у Стаса с Колей диалог не продолжился, так как к мужчинам подошла блондинка, которая показалась мне очень знакомой, и куда-то увела Стаса.

«Это ведь та самая девушка, что была в гостях у родителей Стаса. Она ещё была в розовом платье. Как её там?»

Пока я раздумывала над её именем, ко мне подошли Стас и та самая блондинка.

— Лиза, вы уже знакомы. Это моя невеста, — представил меня Стас.

— Очень приятно, — я приветливо улыбнулась блондинке, — Так ты Лиза? А то я стояла и гадала, как твое имя, — я рассмеялась, а Лиза лишь кратко кивнула. На её лице ни один мускул не дрогнул. Оно оставалось равнодушным и каменным.

«Кажется, я начинаю понимать, почему Марина Дмитриевна хотела свести Стаса и Лизу. Они же одно лицо. Два камня пара».

В нескольких метрах от нас заиграла приятная мелодия, и ко мне подошла Карина.

— Слушай, Лис. А кто это за красавчик вон там? — прошептала она мне на ухо, указывая на стоящего рядом со столиком с шампанским мужчиной. Его голубой костюм отлично сочетался с цветом скатерти.

Я усмехнулась.

— Это Давид. Друг Стаса и по совместительству его компаньон. Что, понравился?

— Угу, — кивнула Карина, поправляя свою и без того отлично уложенную причёску.

— Но у него… — я не успела договорить, как подруга бодро и уверенно зашагала в противоположную от меня сторону, — Девушка есть, — закончила я, но Карины уже и след простыл. Подойдя к столику с шампанским, она взяла оттуда один бокал и стала попивать из него шампанское, как бы невзначай глядя в даль.

Заметив Карину, Давид отставил бокал в сторону и повернулся к ней вполоборота.

— Привет. Я тебя раньше не видел. Ты родственница Алисы? — спросил он, и Карина обернулась.

— Ты это мне? — она состроила удивлённую рожицу, словно не ожидала, что рядом кто-то есть.

— Ну а кому же ещё? Мы тут одни, — Давид взял в руку бокал, и легонько чокнув им о бокал Карины, за раз опустошил его, — Ты так и не ответила на мой вопрос. Ты родственница Алисы?

— Я её подруга, — ответила Карина и тоже выпила всё содержимое бокала, — А ты брат Стаса?

— Друг, — Давид широко улыбнулся своей обворожительной улыбкой, — А ещё мы с ним вместе работаем.

— Правда? Так ты тоже бизнесмен?

— Угу, — ответил Давид, и повисла неловкая пауза. Карина бегала глазами сторонам, не зная, как продолжить диалог. А Давид засунул обе руки в карманы и подошёл к ней с другой стороны, — Кстати, у тебя красивые волосы.

— Спасибо, — Карина расплылась в счастливой улыбке и опустила глаза, наматывая одну прядь своих волос на палец.

— Такие шелковистые… — продолжал Давид, — Можно потрогать? — спросил он, и когда Карина кивнула, провёл пальцем под её носом.

— Больной, что ли!? — Карина резко отскочила в сторону, хлопая глазами, — Идиот! — гневно крикнула она Давиду и направилась прочь.

— Ну я же пошутил… — мужчина расставил руки в стороны, разочарованно глядя вслед уходящей девушке, — Вот не умею я общаться с девушками. Хоть тресни! — он со злостью топнул ногой и нахмурил лоб. К нему подошёл Стас.

— Что случилось?

— Всё нормально, — буркнул Давид и быстрыми шагами стал отдаляться от друга. Стас удивлённо пожал плечами, не втыкая, что произошло с его другом за несколько минут.

— Ну что, познакомилась с Давидом? — усмехнулась я, когда Карина подошла ко мне.

— Если бы… — фыркнула подруга, недовольно скрестив руки на груди.

— А что случ… — хотела спросить я, но меня остановила подошедшая Марина Дмитриевна.

— Алиса, подойдите со Стасом вон туда, — она тыкнула пальцем в сторону белоснежной арки, — Там журналисты, они сфотографируют вас. Скоро начнётся церемония рукобития.

— Чего!? — я уставилась на неё, как на кого-то неизведанного, — Какого ещё «рукобития»? Это вы в каком древнем словаре прочитали? 21 век на дворе!

— Да знаю я. А вот ты, видимо, совершенно не разбираешься в традициях современного общества, — медленно покачала головой Марина Дмитриевна, разочарованно глядя мне в глаза.

— Допустим, — не стала спорить я.

— А сейчас идите со Стасом под арку. Ну же, люди ждут, — она подтолкнула меня вперёд, и уже около белой арки я встретилась со Стасом.

«Судя по его лицу, он тоже не в курсе что происходит»— думала я, глядя на своего «жениха». В руках Стас держал маленькую коробочку, подаренную его родителями. Подняв голову, я увидела пятерых человек с камерами, — «О, боже. Как неприятно быть объектом для всеобщего внимания»— краснея, думала я.

— Не волнуйся. Скоро всё это закончится, — успокоил меня Стас, взяв за руку. Сделав несколько кадров, нам сказали сменить позу.

— Стас, у меня уже рот устал улыбаться, — прошептала я, стараясь не делать лишних движений губами, так как меня в любой момент могли запечатлеть.

— Потерпи ещё немного. Я же терплю, — усталым голосом прошептал Стас, и я вздохнула, — Согласна ли ты стать моей женой? — громко спросил Стас, глядя в мои глаза. Внутри меня что-то ёкнуло, а к горлу пристал тяжёлый ком, — Алиса, скажи «да», это традиция такая, — еле слышно произнёс Стас над моим ухом.

Кашлянув, я кивнула.

— Да, согласна, — сухо произнесла я, и вокруг посыпались аплодисменты.

— А теперь кольца! — торжественно объявила Марина Дмитриевна.

Открыв коробочку, Стас достал оттуда два перевязанных красными лентами обручальных кольца. На одном из них было написано моё имя, а на другом — имя моего «избранника».

«Зачем мать Стаса купила эти кольца? Она же была против нашей помолвки? А теперь устраивает нам шикарное празднование. Какие же Гордеевы всё-таки лицемерные люди»— я подняла руку, и Стас надел на мой палец кольцо со своим именем. Передав мне другое, он протянул свою руку, чтобы я надела кольцо с надписью «Алиса». Когда я сделала это, к нам подошла Марина Дмитриевна и в сопровождении торжественной музыки разрезала красную ленту. Всё снова начали аплодировать и кричать «горько».

Я ошарашенно захлопала глазами, глядя на Стаса.

— Мы не будем, — с уверенностью прошептала я, мотая головой.

— Алиса, один раз, — с мольбой в голосе произнёс Стас, кладя руки на мою талию.

— Поцелуй меня в щёку и хватит, — всё тем же полушепотом сказала я.

— На нас все смотрят, — еле шевеля губами, шептал Стас, наклонившись ко мне.

— Нет, Стас, — повторила я, продолжая качать головой.

— Я же говорю, на нас все смотрят.

Я повернула голову в сторону и встретилась глазами с тётей, которая с искренней улыбкой смотрела на нас со Стасом и хлопала в ладоши. Мне стало не по себе от этого вранья.

— Ладно. Только быстро, — я положила руки на щёки Стаса, закрыла глаза и потянулась своими губами к его губам. Легонько прикоснувшись к ним, я замерла на несколько секунд, вслушиваясь в бешеное биение своего сердца. Пока я обездвижено стояла на одном месте, Стас начал горячо целовать мои губы, проникая в мой рот своим языком. Я поймала себя на мысли, что мне даже понравилось с ним целоваться, но не подала виду, даже не отвечая на поцелуй, что было сделать до безумия сложно.

Крики «горько» постепенно начали утихать, и я отстранилась. Мои дрожащие руки по-прежнему лежали на горячих щеках Стаса, а его ладони не отпускали мою талию.

«Сейчас он слышит, с какой бешеной скоростью бьётся моё сердце. Слышит моё прерывистое дыхание. А я всё ещё чувствую вкус его губ»— думала я, глядя в его голубые глаза, — «Такие глубокие, что я сейчас утону в них и никогда больше не всплыву».

Мои мысли прервал голос Стаса и ласковые движения его ладоней на моей талии.

— А ты неплохо целуешься для девственницы, — произносит Стас, и я тут же отскакиваю от него. На лице этого мужчины красуется довольная ухмылка, и я закатываю глаза.

— Я тебя вовсе не целовала, — возразила я, — Ты сам, — я развернулась и, оставив Стаса стоять на месте, зашагала в противоположную сторону от арки.

Часам к одиннадцати все гости разошлись, и мы со Стасом остались только вдвоем.

— Почему ты не поехала с тётей? — спросил он.

— Я ведь живу с тобой. Забыл? — усмехнулась я.

— А разве твоя тётя об этом знала?

Я пожала плечами, закидывая в рот виноградинку.

— Все были уже довольно пьяные, так что рассуждать, кто и с кем живёт точно не станут. До утра я вернусь домой, и всё будет в порядке.

— Хорошо. Тогда пойдём я тебе кое-что покажу, — таинственным голосом сказал Стас, кивая в сторону двери в дом.

— Заинтриговал, — улыбнулась я, глядя в его хитрые глаза, — Ну пойдём.

Стас повёл меня в свой дом, и мы вместе поднялись на крышу. Когда он открыл люк, я ахнула. На крыше его дома стоял манекен с просто великолепным платьем. Сказать, что оно было шикарным — ничего не сказать. Я в шоке уставилась на Стаса, на что тот лишь гордо улыбнулся.

— Как тебе?

Я подошла поближе к манекену, чтобы получше разглядеть этот шедевр.

— Ты… Ты это сам сделал? — с нескрываемым восторгом спросила я.

— Ну как сделал? Модель платья моя, а пошил портной.

— Стас, оно неотразимо, — сказала я, вплотную приближаясь к манекену.

Это платье было словно из сказки. С некой воздушностью и невообразимой красотой оно навевает что-то загадочное и нежное. Мягкие тона — сладкий мёд для глаз.

«В таком платье ходит настоящая волшебная королева»— восхищённо думала я.

Я коснулась рукой ткани платья и просто замерла. Нежнейшая ткань, от которой по всему телу пробежали мурашки.

— Это вуаль? — спросила я, поглаживая край этого шедевра.

— Шифон, — поправил меня Стас, — Обычно шёлковые волокна делают полотно тонким и невесомым, приятным тактильно. Шифон востребован в пошиве платьев благодаря струящемуся эффекту, — сказал он и в шутку поправил на своём носу воображаемые очки.

— Я бы ни за что на свете не подумала, что Гордеев Стас может увлекаться дизайном.

— Об этом знаешь только ты.

— А твои родители? Ты им не говорил о своих увлечениях?

Стас покачал головой, и я снова посмотрела на манекен.

— Это ведь для конкурса? Ты мне рассказывал.

— Я помню. О нём я рассказывал тоже только тебе одной, — Стас взял с пола клеёнку и, подойдя к манекену, накрыл его.

— Не намокнет? — спросила я, подняв голову к небу. В лицо ударил лёгкий ветерок, и я скрестила руки на груди, пытаясь согреться. Без лишних слов Стас снял с себя пиджак и накинул его на мои плечи.

— Спасибо, — произнесла я и закрыла глаза, ловя на себе приятные потоки воздуха.

— Не должно намокнуть. Если вдруг пойдет дождь, то отнесу манекен в дом. А так мне удобнее работать на свежем воздухе. На крыше мне никто не мешает, — сказал Стас, вставая рядом со мной.

— Тебе не холодно? — неожиданно для себя спросила я, глядя на мурашки на руках Стаса.

— Нормально, — ответил он, задумчиво глядя вдаль.

Я сделала шаг в сторону и положила голову ему на плечо и обняла за локоть. Возможно, это алкоголь в моей крови сделал меня такой смелой, ведь ещё пару часов назад я боялась поцеловать Стаса, хоть всё это было и не по-настоящему.

Прижавшись к его плечу, я почувствовала себя в безопасности и закрыла глаза. Сон накрыл меня с головой, и я уже не почувствовала, как Стас взял меня к себе на руки и отнёс на кровать.

Проснулась я от ужасной головной боли.

«Не понимаю, почему у меня так болит голова. Я же толком не пила. Разве что несколько бокалов шампанского…»

Я стала массировать кожу лица, как совсем недавно делала это матери Стаса. Постепенно боль стала уходить.

Оглядевшись, я поняла, что нахожусь в одной из комнат дома Стаса.

«О, нет! Кажется, я вчера уснула, забыв, что собиралась приехать до мой к утру. Что я скажу тёте? Хотя, впрочем, неважно. Как Стас ранее сказал, я же взрослая женщина и не должна отчитываться за свои поступки. Но тётя всё равно будет недовольна…»

Я достала из сумки телефон, и клацнув на все кнопки, вспомнила, что так и не зарядила его.

«Нужно непременно ехать домой. Меня уже небось обыскались. Хотя тётя и знает, где я и с кем, но всё же будет волноваться».

Одевшись, я спустилась на первый этаж. За столом уже сидел Стас. Его волосы были растрепаны и стояли дыбом. Это выглядело очень забавно, ведь в остальные дни он всегда их идеально укладывал.

— Доброе утро, — сказала я, садясь напротив.

— И тебе, — произнёс Стас, поднеся к своим губам чашку.

— У меня так голова раскалывается. Есть что-нибудь… — я запнулась, раздумывая, как продолжить.

— От похмелья, — добавил Стас и пододвинул ко мне жёлтую кружку, — Вот, выпей.

Я поднесла её к губам и принюхалась.

— Что это?

— Травяной чай с лимоном и сахаром, — пояснил Стас, и я отпила немного полупрозрачной жидкости.

От данного напитка у меня начались рвотные позывы, и я побежала к раковине.

— А ты случайно не беременна? — в спину мне спросил Стас. Обернувшись, я протяжно вздохнула, не оценив его сарказма.

— Очень смешно, — закатила глаза я, — Просто я не очень хорошо умею пить.

— Об этом знает весь ночной клуб Сочи, — подпрыгнув бровями, напомнил Стас, и я цыкнула.

— Мне нужно домой.

— Я вызову тебе такси, — хлебнув немного чая, Стас достал из кармана телефон.

— Спасибо.

Машина такси, которую вызвал Стас, довезла меня до дома.

— Ну наконец-то! Я уже успела столько всего подумать! — воскликнула тётя, стоило мне только переступить порог дома.

— Тётя, ты же знаешь, что я была у Стаса, — усталым голосом сказала я.

— Знаю. Но могла бы уже и позвонить. А то и до помолвки, и после, я не услышала от тебя ни слова.

— Я в порядке, — приобняв тётю, я направилась в свою комнату. Поставив телефон на зарядку, я включила его.

«47 пропущенных от тёти. Она в своём репертуаре. Да и Карина недалеко зашла. 35 пропущенных»— я тяжело вздохнула и упала на свою постель с телефоном в руках. Последний звонок от Карины был около часа назад, поэтому я решила ей перезвонить, — «Мало ли, что случилось».

— Алло?

— Привет, Карин. Ты звонила. Что-то случилось?

— А что должно что-то случиться, чтобы я позвонила своей любимой подруге? — в голове Карины слышалась обида.

— Нет, прости. Просто я…

— Короче, тут такое случилось, — перебила меня подруга, — Пошли пообедаем в кафе.

— Ла-адно, — не смогла отказать я, и Карина тут же повесила трубку.

«Что у неё уже случилось?»— недоумевала я, хотя прекрасно знала свою подругу, у которой, что ни день, то новые приключения.

— Ты куда? — из кухни выглянула тётя Оля.

— Собираюсь встретиться с Кариной.

— Уже? Я думала, что ты устала после вечера со своим женихом, — тётя мне подмигнула и усмехнулась.

— Я пошла.

— Не задерживайся, милая, — крикнула она мне вслед.

— Пока-а! — перепрыгнув через порог, протянула я.

В пяти минутах ходьбы от моего дома располагалось кафе «Ясно». Там мы всегда встречались с Кариной, чтобы обсудить новые сплетни. Вот и сейчас она уже ждала меня за крайним столиком у окна.

— Привет, — мы обнялись и, заказав по чашке любимого латте, принялись за разговор.

— Что у тебя уже случилось?

— Короче, в универе я познакомилась кое с кем, — начала Карина и остановилась, словно держа интригу. Я уже приготовилась слушать занимательную историю об её «парне», которых было не счесть.

— Ну и кто он? — со вздохом спросила я.

— Он? Она! — прокричала Карина, и моё лицо сразу же переменилось. Я не знала, о чём и думать.

— В смысле «она»? Ты о чём, Карина? — я вопросительно приподняла одну бровь.

— Я познакомилась с одной девчонкой. И у неё мама ДЕКАНША. Прикинь!? — восторженно сказала Карина, и я рассмеялась.

— Всё понятно. Ты в своём репертуаре.

— Ну а что? Я сдружилась с дочкой деканши. Теперь всё пойдёт просто замечательно, — со счастливой улыбкой сказала Карина.

— Ну-ну. Твоя новая подруга тебе зачёты не нарисует.

— Зато нарисует её мамаша! — смеясь, выпалила подруга.

— О, боже, Карина. Ты везде и во всём ищешь выгоду.

— Кстати, у неё ещё и богатенький парень. Бизнесмен какой-то, — добавила подруга, и я снова усмехнулась.

— Понятно. Ну а что в этом такого? — пожала плечами я.

— И мне это говорит Козлова Алиса — невеста одного из самых богатых бизнесменов Москвы. Ну-ну! — закатив глаза, хохотнула Карина.

Я поджала нижнюю губу и опустила глаза.

— Точно.

Карина поднесла кружку с горячим кофе к губам и принюхалась.

— Как же я люблю этот аромат… — прикрыв глаза от восторга, протянула Карина.

Я улыбнулась, глядя на счастливую подругу.

— Что, теперь будешь с ней, а не со мной? — в шутку спросила я, и когда Карина подавилась кофе, испуганно посмотрела на неё.

— Нет, конечно! Ты чего!? — выкрикнула она, и мы тут же стали объектом для всеобщего внимания, — Ты моя лучшая подруга. Никто другой.

— Да знаю я. Просто пошутила, — усмехнулась я.

— Кстати, твой Стас начинает мне всё больше и больше нравится, — с хитрой улыбкой сказала Карина.

— Правда? И что же в нём такого? — спросила я, с пренебрежением вспоминая Стаса.

— Это ты мне должна рассказать. Что ты в нём нашла?

— Я? Что я нашла?

— Ну не я же! — всплеснула руками подруга, — Чем тебя зацепил этот Гордеев? Это ведь он поспособствовал твоему отчислению из университета?

— Да. Но я уже на него не в обиде. Только если совсем немножко, — вздохнула я.

— А ты пробовала с ним поговорить насчёт этого? Может, если бы он всё тебе объяснил, то между вами больше не было бы недопониманий?

— Кто знает? Может быть и стоит поговорить, — я пожала плечами, пропустив ещё один вздох.

— Но он всё равно такой весь из себя брутальный. Прям настоящий мужчина. Неправда ли?

Я закатила глаза и отвернулась к окну.

— Да-да. Прям мужчина мечты.

На следующий день я отправилась в офис. Машина Стаса уже стояла на своём месте.

«Что-то он сегодня рано. Я ведь приехала за полчаса. Может, что-то случилось?»

Стоило мне только войти в офис, как ко мне подбежала Алёна.

— Алис, привет, — она кратко чмокнула меня в щёку и расплылась в задорной улыбке.

— Привет? — я немного непонятливо посмотрела на неё, — Что-то произошло? Ты какая-то оживленная.

— Твой жених ждёт тебя в свои кабинете, — подмигнув, сказала Алёна.

— Жених? — я с удивлением захлопала глазами, — Что ж? Ладно.

Сказать, что я была потрясена — ничего не сказать.

«Что Стас хочет от меня с самого утра? Или, может, случилось что?»

Не постучав, я распахнула дверь в кабинет Стаса и вошла в него. На удивление он был один.

— Доброго тебе утра. Звал меня? — сказала я, кинув свою сумочку на диван. Такому моему резкому поведению Стас сильно удивился и даже оторвался от монитора компьютера.

— Доброго, — изумлённо кивая, ответил он, — Да. Я действительно ждал пока ты приедешь.

— Неужели соскучился? — ухмыляясь, сказала я, приближаясь к его столу.

Его щёки трогает лёгкая улыбка, и он снова кивает.

— Даже если бы очень хотел, то не успел бы. Виделись недавно.

— А что тогда? Чем тебе может помочь секретарша?

— Сядь!

Его резкий голос заставил меня вздрогнуть, и я моментально упала на стул.

— Помнишь я говорил тебе о предстоящем конкурсе? — начал Стас, и я кивнула, — Что ты скажешь о том платье?

— Я ведь уже говорила. Оно великолепно.

— Ну, может, нужно что-то добавить, исправить? Подумай. Оно должно быть идеальным, — переплетя свои пальцы на руках, сказал Стас.

— Тебя интересует моё мнение? Удивлена, — хмыкнула я, и Стас нахмурился.

— Ты же девушка. А значит, неплохо разбираешься в платьях. Я же никогда не носил их.

От его слов я не смогла сдержать несколько смешков, чем снова вызвала недовольство у Стаса.

— Прости. Я слушаю.

— Так вот… Ты можешь…

Стасу не дала договорить открывшаяся дверь. Я обернулась. В дверном проёме стоял неизвестный мне мужчина.

— Роман? — Стас поджал губы, так что те превратились в тонкую ниточку, и насупился, — Что ты здесь делаешь?

— Как некультурно, Стас! — усмехнулся мужчина, — Так вот ты встречаешь друга?

— Доброе утро, — раздражённо вздохнул Стас, — Что ты здесь забыл?

Мужчина сделал несколько шагов вперёд и остановился у стола Стаса.

— Рад тебя видеть, дружище, — Роман протянул Стасу руку. Нехотя, тот пожал её и снова насупился.

— Ты офисы перепутал? Твой находится на соседней улице, — пробурчал Стас, даже не глядя в сторону Романа. От этой картины мне стало смешно и я заулыбалась.

— Пришёл, чтобы поздравить тебя с помолвкой. Меня ведь ты не пригласил, — сказал Роман.

— А ты что, пришёл бы? — хмуро произнёс Стас.

— А может, и пришёл бы. У тебя очень красивая невеста, — Роман подмигнул мне, и взяв за руку, поцеловал ее тыльную часть, — Роман.

— Алиса, — я одарила его ответной улыбкой. Мужчина создавал впечатление вполне адекватного себе человека. Мне даже понравился и показался очень приветливым и симпатичным.

— Очень приятно познакомиться с такой красавицей. Не будь ты занята, я бы сразу же украл тебя, — рассмеялся Роман, а Стас ещё больше помрачнел. Встав из-за стола, он перехватил мою руку и отвёл меня в сторону.

— Роман, тебе уже пора. Поздравил? Теперь можешь идти, — сдержанно сказал Стас, указывая головой на дверь.

— Как некультурно с твой стороны, Стас, — с тяжёлым вздохом Роман поджал губы, — Вот так вот ты встречаешь старого друга?

— Ты мне никакой не друг, — отрезал Стас, продолжая крепко сжимать мою руку. Я попробовала высвободить её, но это было бессмысленным, — Думаешь я забыл, как ты отжал мою долю в твоей компании?

— Да ладно тебе! — махнув рукой, воскликнул Роман.

— Ладно? ЛАДНО!? — Стас выпустил мою ладонь и, кинувшись к Роману, крепко схватил его за шиворот, — Ты украл мои 35 % акций! МОИ! Слышишь, урод!?

— Стас, Стас! — я попыталась его остановить, положив руку на его спину, но была оттолкнута.

— Я тебя убью! УБЬЮ! Слышишь!? — глаза Стаса горели от гнева и ненависти. Если бы не вошедший Давид, то он бы действительно убил Романа. Давид оттащил Стаса и усадил на диван.

— Роман, уйди, — с мольбой произнёс Давид, и Роман, выругавшись, покинул кабинет.

— Ты что творишь, Стасян? — ткнув рукой в плечо друга, спросил Давид.

Стас запрокинул голову на спинку дивана и тяжело вздохнул. Давид перевёл взгляд на меня, пожимая плечами.

— Кто это был? — спросила я, ещё не отойдя от всего произошедшего.

— Идиот один, — гневно фыркнул Стас.

— Когда-то друг Стаса, — объяснил Давид, — Но пару лет назад всё изменилось.

Давид хотел ещё что-то добавить, но у него зазвонил телефон.

— Да, любимая? — нежным голоском произнёс он в телефонную трубку, — Ты здесь? За покупками собираешься? Деньги нужны? Конечно, дам. Я сейчас, — Давид повесил трубку и посмотрел на Стаса, — Стасян, мне нужно идти. Света приехала. Я скоро вернусь.

— Ага. Иди, — буркнул Стас, отвернувши голову.

Хлопнула дверь, и я села рядом со Стасом на диван.

Две девушки подошли к компании «Габворд» и остановились на крыльце.

— Сейчас зайдем в этот офис. Это офис моего парня, — с гордостью в голосе сказала рыжеволосая девушка.

— Правда? Здесь работает жених моей подруги. Да и она с ним, — протараторила Карина, с восхищением разглядывая огромное здание.

— Ничего себе, — взяв подругу под руку, рыжая девушка ступила вовнутрь. Там девушки столкнулись с Давидом.

— Видик, привет, — девушка поцеловала Давида и широко улыбнулась.

— Ты!? — встретившись глазами с Давидом, Карина нахмурилась, — Ты что здесь забыл!?

— Карин, вы знакомы? — Света в изумленит посмотрела на Карину, держа Давида под руку.

— Немного, — Карина натянула улыбку, стараясь не показывать своё недовольство.

Давид не сводил с Карины взгляда, краснея от нелепости данной ситуации.

— Светочка, вот, возьми мою карточку. Ты же хотела сходить за покупками? — Давид сунул банковскую карту в руку Светы и опустил глаза.

— Спасибо, любимый, — она ещё раз чмокнула мужчину и развернулась к выходу, — Ну мы пойдем?

— Да-да. Удачных покупок, — сквозь растерянную улыбку пробормотал Давид.

— Карин, идём? — Света с вопросом посмотрела на подругу, вполоборота повернувшись к ней.

— Ты иди. Я зайду к подруге и через пару минут вернусь, — сказала Карина и, когда Света покинула офис, повернулась к Давиду, — Какая милая у тебя девушка, — съязвила она, сделав акцент на последнем слове.

— Послушай, я знаю, что поступил некрасиво…

— Некрасиво!? Да ты поступил, как настоящий мудак! — возмутилась Карина, — Мало того, что ты оскорбил меня, так ты ещё флиртовал со мной, будучи в отношениях! — она размахнулась, чтобы дать Давиду пощёчину, но остановил её, схватив за запястье.

— Я извиняюсь за свой поступок. Был не прав, — сжимая её запястье, произнёс Давид.

— Был не прав!? Ты серьёзно!? — Карина попыталась вырваться, но Давид оказался сильнее, — ПУСТИ!

— Не пущу пока ты не простишь меня, — уверенным голосом проговорил Давид.

— А с чего это я должна тебя прощать!?

— Может, с того, что я извинился? Давай выпьем по чашке кофе, — с чарующей улыбкой предложил Давид, и Карина на секунду замерла.

— Ни за что! Пусти!

— Ладно, — Давид отпустил руку Карины и равнодушно пожал плечами, — Не хочешь — не прощай.

— Ну и не буду. Знать тебя не хочу! — выкрикнула Карина в самое лицо Давиду, и тот усмехнулся, — Встречается с одной, а флиртует с другой. Вот же ж…

Гневно топнув ногой, Карина удалилась.

Я повернулась к Стасу. Он выглядел очень расстроенным и подавленным. Хоть у меня и было много вопросов, но я решила, что он пока не готов на них отвечать.

— Ты хотел со мной поговорить? — напомнила я, обеспокоенно посмотрев на мужчину, — До того, как… — я не договорила, но он и так понял, о чем я.

— Да. Но сейчас меня дико взбесил Шишкин. Я не в настроении, — положив руку на свой лоб, произнёс Стас.

— Ты сказал Шишкин? — переспросила я, — Шишкин Роман? Тот самый?

— Восхищаешься им? — глянув на меня сквозь пальцы, спросил Стас.

— Не им, а его творчеством, — уточнила я и добавила: — Он очень талантливый дизайнер.

— Зато человек гнилой.

— У вас с ним что-то произошло? — спросила я и тут же опомнилась, — Хотя ладно. Можешь не говорить, если не хочешь.

— Как Давид уже сказал, мы были друзьями. Но потом Шишкин украл мою долю в своей компании, тем самым став единым её владельцем, — хмуро произнёс Стас, поднимаясь с дивана, — Именно тогда он и разрушил нашу дружбу, которая длилась с первого класса, — нервно теребя свои волосы, он расхаживал по кабинету, потом, подойдя к столу, достал оттуда что-то похожее на электронную сигарету и сделал затяжку.

— Снова куришь? — поняла я, когда он выдохнул в мою сторону пар.

— Я уже говорил тебе, что курю, когда нервничаю. А сейчас у меня стресс, — сказал Стас, вновь затянув в себя пар.

— А ты не пробовал снимать стресс другим способом? — поинтересовалась я, отходя подальше от его дыма.

— Ну и каким же? — без всякого интереса спросил Стас.

— Ну, например, можно пойти прогуляться, — предложила я, и Стас неожиданно для меня расхохотался, — Ты чего смеёшься? Я ведь серьезно, — с обидой в голосе сказала я.

— Я что, пятнадцатилетний подросток, чтобы шататься по городу? — он надменно посмотрел на меня и отвернулся к открытому окну.

— То есть, по-твоему, взрослые люди не могут пойти просто погулять?

— Неа. Они занимаются чем-то другим, — ухмыляясь, сказал он, и я цыкнула.

— Чем-то другим ты всегда успеешь заняться, а вот просто пойти погулять — нет.

— Мне это неинтересно, — ответил Стас и, спрятав сигарету в ящик стола, обернулся ко мне, — Я хотел с тобой обсудить то платье, которое тебе понравилось.

— Правда? Давай, — я села около его стола и с интересом посмотрела на Стаса, — Что ты хотел обсудить?

— Так как ты одна знаешь о моём увлечении, то обсудить его я могу только с тобой, — произнёс Стас, садясь напротив.

От этих его слов мне стало очень приятно и я улыбнулась.

— А почему ты не рассказал своему лучшему другу? Давиду же ты доверяешь?

— Не рассказал и всё. Какая разница? — пробурчал Стас и положил передо мной закрытую синюю папку, — Здесь мои готовые рисунки. Я хочу, чтобы ты посмотрела и выбрала лучший.

— Подожди, а как же то платье, что висело на манекене? — не поняла я, и Стас снова насупился.

— Для конкурса нужны три модели одежды. В этом году это женские платья, — объяснил Стас, и я закивала головой.

— Поняла-поняла. Так у тебя есть готовые три чертежа?

— Да. Но сшито только одно. Для пробы. И, как я вижу, оно тебе понравилось.

— Конечно, понравилось. Уверена, что и остальные не хуже, — похвалила я и посмотрела на Стаса, ожидая услышать простые слова благодарности, но их не последовало, — Ладно. Так ты хочешь, чтобы я оценила твои чертежи?

— Сначала открой её, — сказал Стас, и я, стянув резинку с синей папки, распахнула её, — Вот это платье, — мужчина тыкнул пальцем в первый рисунок.

— Это то, что было на манекене, — закончила я, и Стас закивал.

— Да. А вот это… — он указал на длинное платье в пол с открытыми плечами и спиной, — Вот это мне больше всего нравится. Думаю, только благодаря ему я выиграю. И в этом раз Шишкин подавится от зависти.

— Ну ведь он заслуженный дизайнер года, — напомнила я.

— Ну это пока. Просто его прошлогодний костюм произвел фурор на комиссию, вот они и выбрали его.

— Один костюм?

— Ну не один. Он там ещё что-то наделал. Плевать, — выругался Стас и снова опустил глаза в папку.

Слушая про третье платье, я продолжала удивляться, какой на самом деле Гордеев Стас удивительный человек.

«Стас имеет огромный бизнес в центре Москвы, полученный им от отца, но при этом не останавливается на достигнутом своим отцом, а продолжает работать над собой, ища себя в чем-то другом. Я бы ни за что на свете не подумала, что он может так хорошо разбираться в дизайне женских платьев. Да я уверена, что никто бы не подумал».

— Ну что ты скажешь? — спросил Стас, закончив свой рассказ.

— Мне всё очень понравилось.

— Это и так понятно. Ты бы добавила что-нибудь?

— Знаешь, Стас. Мне нужно будет дома всё рассмотреть повнимательнее. Давай я завтра тебе отвечу?

— Ладно. Забирай папку с собой. Я готов подождать до завтра, ведь мне очень важно знать женское мнение, — откинувшись на спинку стула, сказал Стас, и я улыбнулась.

— Хорошо. А сейчас пойдем прогуляемся? — предложила я.

— С чего бы? Я уже сказал, что мне это неинтересно, — равнодушно ответил Стас.

Уже через полчаса мы с ним шли по парку. Вокруг щебетали птицы, шуршали деревья, а где-то вдалеке был слышен плескат воды.

— Я согласился чисто из интереса, — сунув обе руки в карманы, пробурчал Стас.

— Ну-ну. Это не ты согласился, а я тебя уговорила, — улыбаясь, сказала я.

— Бессмысленная трата времени. Можно было бы ещё поработать или…

— Да что ты всё «поработать, поработать»!? — цыкнула я, — Почему бы просто не прогуляться по парку, подышать свежим воздухом, послушать щебет птичек и покормить уток?

— Детский сад! — вздохнув, заявил Стас и свернул с тропинки.

— Ты куда!? — крикнула я ему в спину.

— В кафе, — не оборачиваясь, ответил Стас, и я прибавила шагу.

— Ты есть хочешь? — спросила я, догнав Стаса, и он кивнул, — Здесь очень вкусные беляши, — сказала я, вызвав у Стаса ухмылку.

— Ты серьёзно? Беляши? — насмешливо переспросил он, — Я травануться не хочу.

— Никто ещё не отравился, а ты отравишься, — фыркнула я и вошла в кафе, когда Стас открыл дверь. Это было то самое кафе «Ясно», в котором мы с Кариной частенько любили засиживаться.

— М-да! — скривившись, вздохнул Стас, заглянув в меню, — Не густо!

— Стас, ну не будь таким занудой. Здесь всё вкусно, — сказала я и подняла руку, — Можете подойти?

Через секунду к нам подошёл мужчина с подносом.

— Вы готовы сделать заказ?

— Да. Нам, пожалуйста, два беляша и по чашке кофе, — сказала я и тут же поймала на себе удивленный взгляд Стаса.

— Ты сделала заказ за меня? — с недовольством спросил он, и когда я кивнула, пропустил длинный вздох, — Ну посмотрим, что у тебя там за беляши такие.

— Тебе понравится. Не всегда же есть омары с креветками, — посмеялась я и тут же отвлеклась на телефонный звонок. Это была Карина, — Алло? Привет.

— Лиса! Тут такое случилось! — возбуждённым голосом протараторила Карина.

— Опять!? — со вздохом спросила я, готовясь к очередной занимательной истории подруги, — Что на сей раз?

— Сегодня я ходила в торговый центр со Светой, — начала подруга, — Ну это так самая рыжая подруга.

После этих слов я задумалась. В голове всплыл один очень знакомый образ.

«Не та ли это девушка Давида, которая накинулась на меня в коридоре несколько недель назад?»— подумала я.

— И оказалось, что это девушка Давида! Ну, того самого, с твоей помолвки, — воскликнула Карина, и я усмехнулась, ведь мои догадки оправдались, — Прикинь!? У него оказывается есть девушка! А он ещё морочил мне голову! Вот козел, правда?

— Правда-правда. Слушай, а ты чего это сегодня не была на учёбе? Хочешь отчислиться на предпоследнем курсе?

— Так я же гуляла с дочкой деканши. Мы то вместе прогуливали пары, — ответила Карина, и моё лицо залила усмешка.

— Почему я не удивлена? — фыркнула я, водя глазами по скатерти.

— А ты что там?

— Я со Стасом в кафе, — ответила я и тут же получила несильный шлепок по руке. Подняв голову, я встретилась глазами с хмурым лицом Стаса. Он покрутил пальцем у своего виска и жестом показал мне, чтобы я убрала телефон, так как официант уже принёс наши заказы, — Слушай, Карин. Давай потом созвонимся.

— Ладно. Я к вам на выходных зайду.

— Хорошо, — я положила трубку и посмотрела на Стаса.

— С кем ты разговаривала? — спросил мужчина.

— С Кариной. А что? Чем ты уже недоволен? — протяжно вздохнула я.

— Ничем, — Стас развернул беляш и поднёс его к своим губам, — Я точно не отравлюсь? — принюхавшись, спросил он.

— Да точно, точно. Вот я же ем, — в доказательство я откусила кусок беляша и запила его кофе, — Вкусно, — пробормотала я, жуя.

Стас продолжал недоверчиво смотреть то на меня, то на беляш, но всё-таки откусил кусочек.

— Ну как? — спросила я, не понимая по его лицу, нравится ему или нет.

— Ну не так уж и плохо, — Стас сделал глоток кофе и посмотрел на свои наручные часы, — Уже поздно…

— Мама будет ругаться? — с ухмылкой перебила его я.

— Тётя будет ругаться? — прыгая бровями, съязвил в ответ мужчина, и мы вместе заулыбались.

— Ладно. Доедим и по домам.

— Угу, — согласился Стас.

Наступили выходные. Часам к одиннадцати к нам домой приехала Карина с диким желанием поесть. Тётя Оля, конечно же, накормила её.

— Тебя что, совсем не кормят? — усмехнулась я, глядя на то, как подруга заглатывает тётину картошку с мясом.

— Неа, — пробормотала Карина с набитым ртом, и я рассмеялась.

— Всё ясно. Так попросила бы свою новую подружку сводить тебя в ресторан, — с сарказмом сказала я, продолжая улыбаться. Отстранившись от тарелки, Карина непонятливо посмотрела на меня.

— Ревнуешь? — она свела брови к переносице, и мы расхохотались.

— От чего смех? — на кухню вошла тётя Оля и тоже не смогла сдержать улыбку, глядя на смеющихся нас.

— Просто Карина у нас подружкой обзавелась, — иронично сказала я, поглядывая на тётю.

— Что, правда? Теперь будешь ездить к её семье на обед? — поджав нижнюю губу, спросила тётя.

— Что вы? Тётя Оля, у вас лучшие столы. Ничто не сравниться с вашей картошечкой и курочкой, — начала нахваливать Карина, и тётя отмахнулась.

— Ой! Да ладно тебе! Скажешь тоже! — с гордой улыбкой сказала тётя.

— А Карина права. Тётя, ты великолепно готовишь, — вмешалась я, и тётина улыбка растянулась до ушей.

— Ладно. Вы кушайте. А мне нужно срочно ехать на работу, — сказала она.

— Тётя, так сегодня же суббота…

— Ну и что, что суббота? В больнице всегда работа кипит. Что днём, что ночью. Что в понедельник, что в субботу, — вздохнув, тётя Оля удалилась из кухни, и мы с Кариной переглянулись.

— Скоро и ты станешь такой, — сказала я, кивая головой в сторону ушедшей тёти, и Карина нахмурилась.

— Знаю. Не порти настроение, — фыркнула она и опустила глаза в тарелку.

— Как вообще неделя прошла, кроме того, что ты нагулялась со Светой? — спросила я, делая акцент на последней фразе.

— Да мы с ней вообще почти не гуляли. Только в начале недели сходили за покупками, — произнесла Карина и призадумалась, — А, кстати, почему её не было на вашей помолвке? Она ведь всё-таки девушка Давида, — вспомнив Давида, покривлялась она.

Я пожала плечами.

— Давид сказал, что она просто не захотела, вроде бы. Кто знает, что на уме у этой рыжей стервочки? — хмыкнула я.

— Согласна. Как подруга она вообще никакая. Все её разговоры склоняются к обсуждению денег. Словно уже нет, о чём другом поговорить.

Я удивлённо приподняла одну бровь.

— Думаешь, ей от Давида нужны только деньги?

Карина поджала свои губы и развела руками.

— Скорее всего. Но мне кажется, что он её действительно любит. А Светка просто нагло его использует.

— Видимо, поэтому она не пришла на нашу помолвку, — предположила я, и Карина согласно кивнула.

— Кстати, я тогда не успела сказать, на тебе было потрясающее платье. На заказ шила? — поинтересовалась подруга.

— Да нет. Это разработка Стаса, — ответила я и тут же заткнула себе рот ладонью, поняв, что сказала. Но слово не воробей…

— Что? Так твой Стас дизайнер? — Карина удивлённо захлопала глазами, — Ничего себе! Он сделал для тебя такое обалденное платье!

Я зажмурилась, хлопнув себя по лбу.

— Что такое? — Карина отставила тарелку в сторону и села рядом со мной, — Лис?

— Я не должна была это говорить, — виновато произнесла я.

— Почему? Что не должна? — Карина вскинула брови, непонимающе глядя на меня.

— Стас просил меня никому не говорить о его тайне, а я… Язык без костей, — я пристыженно вздохнула, взявшись за голову.

— Тайне? Так это тайное увлечение Гордеева? — глаза Карины округлились от изумления, и она сделала глубокий вдох, — Ничего себе! — ошарашенно воскликнула она, прокрутив этот факт в своей голове.

Вслед за восхищением последовал смех. Я в недоумении уставилась на подругу.

— Почему ты смеёшься?

— Прости… — произнесла Карина, прикрыв рот рукой, — Просто я удивлена.

— Прошу, Карина, не говори никому, — я с мольбой посмотрела на подругу, чуть ли не плача, — Стас и так меня убьет, если узнаёт, что я проболталась тебе.

— Ну всё-всё. Зачем мне кому-то говорить? — Карина обняла меня, протяжно вздохнув, — Это ваше с ним личное дело.

— Спасибо, что ты меня понимаешь, — прошептала я, положив голову на её плечо.

— Всё в порядке. Мы же подруги, — Карина с нежностью погладила меня по спине, — Но я теперь точно могу сказать, что тебе повезло с мужчиной. Он богатый, красивый, заботливый…

Карина могла ещё продолжать и продолжать, но я её перебила.

— Да-да. Лучший на свете мужчина, — натянув улыбку, протараторила я.

— Я тоже когда-то мечтала стать дизайнером, — мечтательно вздохнула Карина, — Выиграть ежегодный конкурс и получить премию «Дизайнер года».

— Это очень престижно. Стас как раз готовиться к этому конкурсу, — сказала я и тут же прикрыла рот рукой, — Я не умею держать язык за зубами.

— Да ладно тебе! Кому я стану рассказывать о секрете твоего жениха? — махнула рукой Карина, и я улыбнулась.

— И то верно, — согласилась, — Но тайны я с детства хранить не умею.

Подруга рассмеялась и тут же опустила глаза на экран своего телефона. На него пришло сообщение.

— Кто это? — спросила я, глядя на то, как Карина отвечает на СМС.

— Это Света. Предлагает сходить в клуб. Пойдёшь с нами?

— О-о, нет! — отказалась я, — Ты же знаешь, что я не дружу с алкоголем. Да и после него мне ужасно плохо.

— Ну тогда я схожу со Светой. Ладно? — Карина посмотрела на меня, словно спрашивая позволения.

— Иди, конечно. Ты же любишь все эти тусовки, вечеринки. Только ты уж не пей много.

— Ну ты же меня знаешь. Пару бокалов и всё! — уверенно ответила Карина.

— Хорошо погулять тебе! — крикнула я вслед подруге и, захлопнув за ней дверь, направилась в свою комнату, на ходу раздумывая, чем бы заняться.

«Точно. Стас же просил посмотреть его рисунки»— вспомнила я и достала из сумки синюю папку, — «Так… Что тут у нас?»

Пересмотрев все чертежи вдоль и поперек, я набрала номер Стаса.

— Алло? Привет.

— Да-да. Ты что-то хотела? — суетливым голосом спросил он.

— Ты сейчас занят?

На том конце провода послышались оханья, вздохи, а потом они резко прекратились.

— Нет. Могу говорить.

— Хорошо. Я тут посмотрела все твои чертежи… — начала я.

— Ну и? Что скажешь?

— Мне очень приятно, что для тебя так важно моё мнение, — счастливо улыбаясь, сказала я.

— Я уже говорил, что мне нужно любое мнение женщины. Рядом была ты. Так что вот… — сухо ответил Стас, и моя улыбка сразу же испарилась.

— Ладно. В общем, я бы добавила в модель последнего платья кое-что, — сказала я, просматривая последний лист.

— Я слушаю.

— Оно прямого фасона. Но можно было бы или сделать его приталенным, или добавить пояс. Оно рассчитано на девушку худощавого телосложения, так что будет лучше подчеркнуть талию.

— Мг. Понял, — задумчиво произнес Стас.

— Тебе сейчас привезти чертежи? — спросила я, складывая всё обратно в папку.

— Нет-нет. Это не так срочно. Завтра принесёшь, — шустро протараторил Стас. Его голос дрожал, что было сложно не заметить.

— Стас, у тебя там всё в порядке? — обеспокоенно спросила я, вслушиваясь в звуки на заднем плане.

— Да, — быстро ответил мужчина.

В телефонной трубке послышался женский голос, и Стас резко завершил вызов. Я была немного удивлена такому его поведению, но не придала этому особого значения.

«Мало ли чем он занят. Всё-таки выходной. Человек отдыхает»— успокаивала себя я, хотя где-то в душе понимала, от чего отвлекла Стаса.

Две девушки вышли из такси и бодрыми шагами направились ко входу в ночной клуб.

— Мне Давид дал свою карточку. Сегодня гуляем, — с восторгом похвасталась Света.

— Твой Давид так просто доверяет все свои деньги? — удивилась Карина.

— На карте стоит лимит 100 тысяч.

— Ого! Так это же очень много.

— Не-ет. В прошлый раз я хотела купить сумочку от Louis Vuitton, но не смогла. Не хватило денег! Прикинь!? — возмутилась Света. Карина закивала головой, поджав нижнюю губу.

— Какой ужас. И что же ты сделала? — поинтересовалась Карина.

— Попросила денег у Ромчика, — невозмутимо ответила Света.

— А это кто? Твой брат?

— Нет. Мой второй парень, — всё с той же беззаботностью сказала Света.

Карина резко остановилась, на её лице появилось изумление.

— Как это? Второй парень? Любовник?

— А что такого, что у красивой девушки есть два парня? Это вполне нормально, — спокойно ответила Света, и глаза Карины округлились от шока.

— И вправду. Что здесь такого? — закивала девушка, пытаясь отойти от услышанного.

Девушки переступили порог ночного клуба, и в глаза сразу же бросились яркие вспышки, а в нос ударил характерный для подобного рода заведений запах. Не желая терять времени, Карина и Света направились к барной стойке. Нужно же было с чего-то начинать…

— Две Маргариты, — произнесла Света, кладя обе руки на стойку. Карина расположилась рядом.

— Вас понял, — за считанные секунды бармен приготовил коктейли и поставил их перед девушками.

— Это только разминка! — подмигнула Света, опустошая бокал с бодрящим напитком, — Нам ещё по одному! — скомандовала она, поставив пустой бокал на стойку. Карина удивлённо захлопала глазами, глядя на подругу. Но потом в её глазах появился азарт, и она, соперничая со Светой, влила в себя ещё с десяток различных напитков. Шатаясь, Света направилась в толпу танцующих, когда Карина осталась сидеть у стойки и клевать носом. Взбодриться ей помог подсевший паренёк, которого девушка не сразу заметила.

— Привет, красавица. Скучаешь? — он озорно улыбнулся, вполоборота смотря на Карину.

— А я тебя знаю, — пьяно пробормотала Карина, вглядываясь в лицо парня, — Ты был на помолвке моей подруги.

Парень нахмурил лоб и задумался, бегая глазами по телу девушки.

— Точно! — воскликнул он, — Ты же подруга Алисы.

— Правда. А ты брат Стаса? — предположила Карина, и парень кивнул.

— Я Коля.

— Карина. Мы ведь с тобой лично не были знакомы?

— Ну так это можно легко исправить, — Коля подвинулся к Карине и смело положил руку на её бедро. Уже плохо что-то соображая, Карина не стала возражать, и молодые люди слились в страстном поцелуе, — Поехали ко мне? — прошептал Коля на ухо своей новой подруге.

— Ну поехали, — девушка повисла на парне, и они вместе, сев в такси, доехали до дома Коли, — Вау! А у тебя фантастический дом! — воскликнула Карина, с восхищением разглядывая особняк, в котором Коля жил вместе с родителями. Но Карине он, разумеется, об этом не сказал.

— У меня не только дом фантастический, — с хищной улыбкой произнёс Коля, придерживая Карину за талию, чтобы та не упала.

— М-м-м… — девушка ответила на его улыбку и, обхватив его плечи рукою, вошла в дом. Коля проводил гостью в свою комнату, закрыв дверь. Повернув ключ в замке, Коля стал расстёгивать ремень на джинсах, с диким желанием глядя на лежащую на постели Карину. Стянув с себя одежду, он запрыгнул на кровать и засунул руку под платье Карины. Та прикусила нижнюю губу, запрокинув голову назад.

— А ты совсем не такой, как твой брат, — прошептала девушка, и парень остановился.

— А какой мой брат? Ты разве с ним знакома? — в его голосе слышалось недовольство.

— Ну да. Алиса приводила его к себе домой, там мы и познакомились.

— А-а, ясно. Так какой мой брат? Занудливый? — с пренебрежением, вспоминая брата, спросил Коля.

— Типа того. Он ещё и платья рисует. Точно зануда, — поправляя свои взъерошенные волосы, ответила Карина.

— Стоп-стоп! Что ты сказала? Платья рисует? — еле сдерживаясь от любопытства, переспросил Коля.

— Ну да. Вон то жёлтое платье, что было на Алисе на помолвке. Его дизайн сделал Стас, — пьяно заулыбалась Карина.

— Платья, значит? Так Стасян наш в дизайнеры подался? — с лица Коли не сползала хитрая улыбка. То, что он узнал от пьяной девушки, его безумно порадовало.

— Да. Он ещё в конкурсе дизайнеров собрался участвовать. Рисовал там что-то… — произнесла Карина и накинулась на губы Коли, не дав тому что-либо сказать. Алкоголь поддал девушки немало смелости, и вот она уже проводит бурную ночь с парнем, которого знает от силы час.

Проснулась я от резкого хлопка двери, чему я ни капли не удивилась, ведь тётя Оля частенько уходит на работу чересчур рано и приходит с неё слишком поздно.

Взглянув на часы, я решила, что продолжать сон бессмысленно и пошла на кухню. На столе лежала записка, а рядом тарелка с блинчиками и ароматным кофе, который ещё не успел остыть.

Взяв со стола листок бумаги, я прочитала «Лиса, не забудь позавтракать. Целую, тётя Оля». Я улыбнулась, разглядывая завтрак, который для меня приготовила тётя, и принялась уплетать блины. Они, как и всегда, были великолепны.

В сантиметре от меня послышалась знакомая мелодия. Мой телефон лежал под боком, и я в ту же секунду ответила на звонок. Это была Алёна. Она сообщила мне, что Гордеев Стас какой-то напряжённый ходит, и спросила не знаю ли я, с чем это связано. Я дала отрицательный ответ, ведь действительно понятия не имела, почему мой «жених» так встревожен. Только положив трубку, я догадалась, что это связано с предстоящим конкурсом дизайнеров.

«Бедный Стас боится, что не сможет выиграть лучшего дизайнера Москвы»— с улыбкой подумала я.

Приехав в офис, я убедилась в словах Алёны. Стас и вправду ходил весь на нервах.

— У тебя что-то случилось? — поинтересовалась я, садясь около стола.

— Нет, — сухо ответил Стас, кладя обе руки на спинку стула.

— Ясно, — я вздохнула и, достав из своей сумки синюю папку, протянула её Стасу, — Конкурс ведь уже совсем скоро. Тебе нужно закончить рисунки.

Без единого слова Стас взял из моих рук папку и, сев напротив, открыл её.

— Ну я тогда пойду… — вставая, произнесла я.

— Сиди здесь, — не глядя на меня, попросил Стас, и я с изумлённым лицом уселась обратно, — Иди сюда, — он жестом указал за свою спину, и я встала, — Смотри, — Стас тыкнул пальцем на один из своих рисунков и, черкнув на нём что-то карандашом, поднял голову, — Что скажешь?

— Мне нравится, — ответила я, и его щёки тронула лёгкая улыбка, — Ты очень красиво рисуешь. Я так не умею.

— Рисовать умеют все. Главное, чтобы были идеи, — сказал Стас, протягивая мне карандаш, — Попробуй.

— Что? Я? — сделав шаг назад, я приоткрыла рот от навалившегося шока, — Я… Я не умею…

С тяжёлым вздохом, Стас взял мою руку, заставив кратко ойкнуть, и вложил в неё карандаш.

— Просто попробуй, — произнёс он, придерживая мою руку своей, — Ты что-то говорила про пояс на талии? Давай вместе нарисуем его.

От его прикосновений по телу пробежали мурашки, и моё сердце начало биться с огромной скоростью. Стас водил моей рукой по листу бумаги, нанося лёгкие штрихи.

— Готово! — воскликнул Стас. В последний раз коснувшись моей руки, он забрал из неё карандаш и положил его на стол, — Да у тебя талант. Отлично вышло. Мне так даже больше нравится.

— Ты ведь сам всё делал. Сам водил моей рукой, — поспорила я, положив руку на свою щеку, которая полыхала ярким пламенем.

— Отнесёшь эту папку ко мне домой? — прокрутившись на стуле, Стас посмотрел на меня.

— А почему я? — спросила я и тут же прикрыла рот рукой, поняв, что снова ответила, не подумав, — Точно. Я поняла.

— Ну и отлично, — Стас протянул мне руку с папкой, другую он засунул в карман пиджака, словно что-то выискивая там, — Вот ключи.

Взяв из его рук папку с рисунками и ключи от дома, я кивнула.

— Я всё сделаю, — пообещала я и направилась к двери. На полпути остановившись, я обернулась, — А куда потом ключи?

— Оставишь на столе. У меня ещё одна связка есть.

— Тогда до свидания, — кратко улыбнувшись, попрощалась я.

— До свидания, — моргнул Стас, положив руки перед собой.

Машина такси довезла меня до дома Стаса. Теперь сюда меня впускают без лишних вопросов, и я вхожу в дом, просто открыв дверь ключом.

В доме стоял непривычный порядок.

«Судя по всему, домработница Стаса уже вышла из отпуска»— подумала я, разглядывая стоящие в ряд вазы и кувшины. Я поднялась по лестнице, уже наизусть зная дорогу в спальню Стаса, да и вообще во все комнаты. Мой взгляд упал на идеально заправленную постель, а рядом тумба с включенной лампой. Я сильно этому удивилась.

«Неужели Стас забыл выключить лампу? Видимо, он действительно замотался, раз забыл о ней».

Нажав на кнопку, я выключила ночную лампу и резко обернулась, услышав шаги на первом этаже. Я испуганно начала оглядываться по сторонам, когда шаги начали приближаться. Сама не зная зачем, я залезла под кровать вместе с папкой. И только через несколько секунд до меня дошло, что я ведь не вор, а пришла в дом Стаса по его же просьбе.

В комнату вошёл мужчина и, громко стуча каблуками, стал расхаживать по ней. По обуви сложно было определить, кто ходит по комнате. И только когда мужчина присел на корточки перед тумбой, я узнала в нём брата Стаса.

— Коля!? — воскликнула я, выглянув из-под кровати.

— Алиса!? — Коля был удивлён не меньше меня. Судя по его изумленным глазам, я застала его врасплох, — А почему… Почему ты под кроватью? — он развёл руки в стороны, недоумевающе глядя на меня.

— Я уронила папку под кровать, — тут же ответила я, протягивая ему руку с синей папкой, — А ты?

— Я… Я зашёл в гости к брату, — натянув улыбку, произнёс Коля, — Но не обнаружил его дома.

— Ну конечно. Стас ведь работает. Приходи в другое время, — сказала я и присела на корточки, чтобы открыть тумбочку.

— А что это за папка? — спросил Коля, указывая на мою руку.

— Да так. Стас попросил принести к нему домой, — спрятав папку в тумбу, я задвинула ящик и поднялась на ноги.

— К нему домой? А разве вы не живёте вместе? — нахмурил лоб Коля и посмотрел на меня, ожидая ответа.

— Да? — я опустила глаза, чувствуя неловкую атмосферу, которая повисла в комнате, — Да. Мы живём вместе. Просто я не так выразилась.

— Сделаешь мне кофе? — спросил Коля, улыбнувшись.

— А почему я?

— Ну, ты здесь живёшь. А значит знаешь, что и как, — пожав плечами, ответил Коля.

— Ладно, — вынуждена была согласиться я, чтобы дальше не последовали ещё более неудобные вопросы.

Я повернулась к двери и, спустившись по лестнице, направилась на кухню варить брату Стаса кофе.

Коля снова опустился на корточки перед тумбочкой, в которую я совсем недавно положила синюю папку Стаса. Достав её, он стал разглядывать рисунки. Его губы вылились в довольной улыбке.

— Отлично, — вполголоса произнёс он сам себе. Клацнув на несколько клавиш, Коля поднёс телефон к своему уху, — Роман? У меня для тебя есть отличные новости.

— И чем же меня может заинтересовать брат Стаса? — на том конце провода послышалась ухмылка.

— А вот могу. У меня есть кое-что, что точно может тебя заинтересовать, — загадочным голосом сказал Коля в трубку телефона.

— Не тяни кота за хвост. Выкладывай, — нетерпеливым тоном произнес Роман.

— У меня есть информация, что Стас собирается принять участие в конкурсе дизайнеров. В моих руках папка с его чертежами.

— Та-ак… Продолжай.

Коля сделал длинную паузу, фотографируя страницы рисунков из синей папки.

— Я скину SMS-кой свой номер карты, — сказал Коля и, не дожидаясь ответа, положил трубку. Услышав шаги, он быстро спрятал папку и, как ни в чем не бывало, сел на кровать, закинув ногу на ногу.

— Твой кофе готов, — произнесла я, заглядывая в спальню.

— А? Да? Спасибо, — Коля вскочил с постели и, подойдя ко мне, широко улыбнулся, — Большое спасибо.

Коля пошёл пить кофе, а у меня зазвонил телефон.

— Карин, привет, — я переключилась на подругу и опустилась на постель Стаса.

— Алиса, — голос Карины звучал тревожно.

— Что у тебя произошло? — спросила я, заметив это.

— Алиса, я вчера так сильно перебрала, что проснулась в постели с братом Стаса, — беспокойно сказала Карина.

— О, Господи. Я же тебя предупреждала, — цыкнула я, — А ты твердила, что умеешь пить.

— Алиса, что мне делать?

— Успокойся. Ты хоть что-то помнишь?

— Ну, я была в клубе. Мы со Светой немного выпили. Ой! — Карина взялась за голову, которая трещала по швам, — Много выпили.

— А дальше то что?

— Я же говорю, что ничего не помню. А вот сейчас я нахожусь в спальне Коли. Когда я проснулась, было уже около 12. Он оделся и ушёл. Не знаю куда.

— Ладно. Одевайся и уходи оттуда.

— Думаю, ты права. Мне незачем здесь находиться, — сказала Карина и завершила звонок.

С тяжёлым вздохом я упала головой на подушку и закрыла глаза. В комнате стоял очень приятный аромат, который расслаблял и делал атмосферу в спальне очень комфортной, так что я и уснула.

Проснулась я оттого, что мужские руки накрыли меня одеялом. Дальше я, приоткрыв глаза, увидела стоящего в метре от кровати Стаса.

— Чего ты здесь? — потерев глаза руками, я приподнялась с постели.

— Ну вообще-то я здесь живу. А это моя спальня, — невозмутимо ответил Стас, вешая свой пиджак на стул.

— А! Точно! Прости… — я помотала головой, поправляя свои взъерошенные волосы.

Стас стал расстёгивать пуговицы на своей рубашке, и я отвернула голову.

— Я, наверное, поеду домой, — робко сказала я, спустив ноги с кровати.

— Можешь остаться. Я не против, — сделав шаг вперёд, Стас остановился у кровати и, сняв с себя рубашку, положил её на кровать рядом со мной.

— Не думаю, что это будет уместным, — произнесла я, вставая с постели, — Кстати, сколько уже времени?

— Около девяти, — ответил Стас, взглянув на свои наручные часы.

— Я проспала несколько часов… — задумчиво протянула я, — Кстати, к тебе приходил твой брат.

— Коля? И что ему нужно? — Стас снял свои брюки и залез под одеяло.

— Он хотел о чем-то с тобой поговорить, — стоя в дверях, ответила я, — Ты собираешься ложиться спать? — удивлённо спросила я, глядя на то, как Стас разминает свою подушку.

— Пока нет. Планирую ещё немного поработать в постели.

— Хорошо. Спокойной ночи, — несмело махнув рукой, сказала я.

— Спокойной, — опустив глаза в свой ноутбук, ответил Стас.

С самого утра меня разбудила вошедшая в комнату тётя Оля. Заметив её, я приподнялась на локтях.

— Тётя? Доброе утро.

— Доброе, Лиса.

Я посмотрела в её глаза и сразу же поняла, что что-то произошло. Не просто так же она пришла ко мне в комнату в семь утра.

— Что-то случилось? — спросила я, вставая с постели.

— Да нет. Просто я тут узнала кое-что, — сказала тётя и остановилась, словно держа интригу.

— И что же ты узнала? — насторожилась я.

— Ты знала о том, что Гордеев Стас увлекается дизайном? — в ответ спросила тётя.

После этого вопроса я замерла. По спине пробежали мурашки.

«Нет. Тёте я этого точно не говорила. Неужели Карина сказала? Нет. Зачем ей это?»— пребывая в шоке, рассуждала я.

— А с чего ты это взяла? — осторожно спросила я.

— Ну это уже не для кого не новость, — пожала плечами тётя, и я пораженно вскинула брови.

— В смысле?

— Во всех новостях только и твердят о рисунках Гордеева Стаса. Теперь все знают о том, что он дизайнер.

Я поджала нижнюю губу и отвела взгляд в сторону.

— Лис? — несколькими хлопками тётя вернула меня в реальность.

— Да? — я подняла голову и натянула улыбку, всеми силами стараясь скрыть своё волнение от глаз тёти.

— Ты знала, что твой Стас дизайнер?

Я кратко кивнула и на ватных ногах пошла на кухню.

— На работу поедешь? — войдя вслед за мной, спросила тётя.

— Да.

— Ладно. Тогда я тоже поехала. До вечера.

— До вечера, — сухо ответила я, опустив глаза на стол.

Когда дверь хлопнула, я тут же полезла в свой телефон. Все новости и соцсети просто кишели различными статьями по типу: «Новое увлечение Гордеева Стаса», «В сеть слили готовые рисунки Гордеева Стаса», «Известный бизнесмен планирует стать дизайнером?» и т. д.

«Стас будет очень расстроен, что его тайна раскрыта. Но как она появилась в сети? Я ведь ничего не говорила. Может, сам Стас это сделал? Или всё-таки Карина проболталась?»

С этими мыслями я выпила кофе и пошла готовиться к новому рабочему дню.

Около офиса столпилась огромная орава людей. Это были журналисты, жертвой которых оказался Давид. Он изо всех сил пытался разогнать назойливых корреспондентов, но, казалось, безуспешно.

До меня донеслась фраза «Вы знали, что ваш компаньон работает в дизайнерском направлении?»

Не желая стать следующей жертвой, я быстрыми шагами направилась ко входу. Внутри офиса тоже творилось непонятно что. Все бегали туда-сюда, передавая друг другу какие-то папки, созваниваясь по телефонам.

Я пребывала в шоке от увиденного, хотя прекрасно понимала, с чем связана вся эта суета.

Без стука я вошла в кабинет и замерла в дверях. Стас сидел за столом, покуривая сигарету. По его лицу сложно было понять, о чём он думает, но мужчина явно встревожен и огорчён.

— Стас… — начала я и тут же замолкла, когда мужчина поднял правую руку вверх.

— Ничего не говори, — холодно произнёс Стас, кладя окурок в пепельницу, — Я и так всё прекрасно знаю.

— Стас, я правда не знаю…

— Я ведь тебе доверил свою тайну, — перебил меня Стас, вставая из-за стола, — Только тебе одной. А ты что сделала? Ты сдала меня, слила мои рисунки, да ещё и рассказала о том, что я собирался принять участие в конкурсе дизайнеров! Алиса, ты с ума сошла!? — его голос повысился.

— Стас, всё не так. Я не…

— Умолкни! — грубо отрезал мужчина, тем самым вновь перебив меня, — Я всё знаю! Ты просто-напросто сдала меня! Хотя нет… Не просто… Ты это сделала за деньги… Сколько тебе заплатил Шишкин? Миллион? Два!?

Я ошарашенно захлопала глазами, поражаясь таким громким словам Стаса.

— О чём ты говоришь? Какой миллион? — нервно протараторила я.

— Можешь не отнекиваться! Хоть у меня и нет прямых доказательств, но я точно знаю, что прессе меня слил Шишкин, а информацию ему преподнесла ты! — произнёс Стас, тыкнув пальцем в мою сторону, — Прямо на блюдечке!

— Но это не так, — вновь попыталась возразить я, — Зачем мне сливать твою тайну твоему же конкуренту?

— Даже не знаю! — Стас развёл руки в стороны и нервно рассмеялся, — Может, чтобы заработать денег? Сколько тебе заплатил Шишкин?

— Он мне ничего не платил, — ответила я, глядя в расстроенные глаза Стаса. В них виднелись одновременно и гнев, и отчаяние. Ему было больно не меньше меня от каждого произнесенного слова.

— Умолкни, Алиса! — прошипел Стас, смотря себе под нос, — Не ври хоть сейчас!

— Но Стас… — я сделала шаг вперёд и попыталась положить свою руку на его плечо.

— Видеть тебя не хочу! — выкрикнул мне в лицо мужчина, оттолкнув, — Ты меня обманула, предала!

— Ты ведь и сам знаешь, что я тебя не передавала, — с трудом сдерживая слёзы, произнесла я, — Просто сейчас ты на эмоциях наговорил мне всякого.

В глазах Стаса сверкнул гнев. Он вскочил из-за стола и, схватив мою руку, прижал меня к стене.

— Ты меня предала, продав мой секрет Шишкину! — кричал Стас, до боли сжимая моё запястье. Это было настолько больно, что мне казалось, что моя рука вот-вот отвалится.

— Пусти! — взмолилась я, глядя в его, полное злости, лицо, — Мне больно! — из глаз хлынули слёзы.

— Что, больно тебе? — с насмешкой спросил Стас, ещё сильнее надавливая на моё хрупкое и тонкое запястье, — А мне не больно было узнавать, что та, которой я доверился, рассказал свой секрет, предала меня!? Предала и продала! Теперь ни о каком конкурсе и речи быть не может! Мои рисунки слиты, а мой секрет во всех новостях и соцсетях!

— Стас, но это ведь не так! Я никому ничего не говорила! — снова возразила я, стиснув зубы.

— Продажная… — хотел было выкрикнуть Стас, но остановился, ведь дверь открылась, и очевидцами нашей ссоры стали отец Стаса и Давид. Отпустив мою руку, Стас отвернулся.

— Что происходит? — удивлённо спросил Владимир Петрович, глядя на моё заплаканное лицо и сердитого сына.

— Да, Стас. Что у вас тут происходит? — присоединился Давид, тоже будучи поражённым происходящим, — Алиса? — не получив ответа, он переключился на меня.

Я тяжело вздохнула, вытирая слёзы тыльной стороной ладони.

— Всё нормально, — всхлипнув, произнесла я.

— Там толпень журналистов. Я тебя немного отмазал, Стасян, но всё правда очень сложно. Ты попал, — нервничая, сказал Давид.

— Сам знаю, — буркнул Стас, по-прежнему стоя к нам спиной.

— Так может уже расскажешь нам о своих дизайнерских талантах? — сделав шаг вперёд, настаивал Давид.

Обернувшись, Стас окинул меня злобным взглядом, от которого стало нехорошо.

— Мне пора. Всего доброго, — быстро проговорила я и удалилась. Мужчины переглянулись, недоуменно пожимая плечами.

— Сын, я тебя слушаю, — развернув Стаса за плечо, серьёзно сказал Владимир Петрович, — Вы с Алисой поссорились?

— Она предала меня. Продала мои дизайны Шишкину, — сухо ответил Стас, скрестив руки на груди.

— Ты в этом уверен? Алиса призналась? — спросил Давид, и Стас помотал головой, — Тогда почему утверждаешь?

— Знала только она, — ответил Стас.

— А почему ты нам ничего не рассказал о своём новом увлечении? — продолжал Владимир Петрович, — Мы с мамой уж точно бы тебя поддержали.

— Не захотел и не рассказал, — кратко ответил Стас.

— И поэтому ты скрыл тот факт, что готовился к конкурсу?

— Какая теперь разница? Мои рисунки слиты. Шишкин снова победит, — разочарованно вздохнул Стас и уселся на диван.

— Чего ты руки опускаешь то? — Давид сел рядом с другом и взял его за плечо, — Разве Гордеев Стас когда-либо сдается из-за каких-то мелких трудностей? Раз уж решил стать дизайнером, то иди до конца, Стасян.

В ответ Стас лишь пропустил ещё один вздох и покачал головой.

— Алиса меня предала. Продалась Шишкину. Теперь всё бессмысленно.

— Что-то я в это не верю, — Владимир Петрович сел на диван с другой стороны и серьезно взглянул на сына, — Ну Алиса просто не способна на такое. Она девушка порядочная. Просто так не предаст.

— Вот и я так думаю, — подтвердил Давид, — Может, стоит покопать глубже?

Лицо Стаса переменилось. Он вопросительно посмотрел на друга, а потом на отца.

— Вы о чём?

— Поговори с Лизой. Наш PR-менеджер точно будет знать, от кого пошли сплетни, — предложил Давид.

— Это и ежу понятно. Шишкин это сделал. А Алиса помогла ему с информацией, — быстро протараторил Стас, ещё больше помрачнев.

— Тогда нужно сходить к Шишкину.

— И что, думаешь, он признается? — хмыкнул Стас, поглядывая на отца.

— Признается-признается, — хитро улыбаясь, закивал тот, — Мы уж ему поможем в этом.

— Ладно. Лиза в офисе? — поднявшись, спросил Стас.

— Должна быть в своём кабинете, сегодня у неё много дел в компании. Но если ушла, то ты знаешь, где её искать, — подмигнул Давид, и Стас положительно кивнул.

— Хорошо. Я с ней поговорю, — захватив со стола телефон, Стас покинул отца и Давида в своём кабинете.

Дёрнув за ручку, Стас открыл дверь. За столом сидела Лиза. Заметив вошедшего Стаса, она оторвала взгляд от монитора компьютера.

— Стас? Привет, — её брови немного приподнялись от удивления, — Ты почему здесь?

— А разве я не могу прийти в кабинет к моей сотруднице? — нахмурил лоб Стас.

— А? Конечно, можешь. Но обычно не делаешь этого без особой надобности.

— Так оно и есть. У меня есть к тебе дело, — отодвинув стул, Стас сел на него, — Кстати, почему ты сегодня здесь? Разве компания отца не нуждается в таком специалисте?

От такого сарказма Лиза улыбнулась.

— Я полноценный сотрудник компании «Габворд», хоть и имею всего 10 % акций.

— Знаю. Но ведь ты наследница второй самой богатой компании Москвы. Отец скоро отдаст тебе всю свою компанию.

— Я хочу добиться чего-то и без помощи своего отца, — уверенным тоном ответила Лиза, и Стас усмехнулся.

— Ладно. Будь по-твоему. 10 % акций, так 10 % акций. Мне не жалко для дочери компаньона моего отца каких-то 10-ти процентов.

— Ты пришёл сюда, чтобы уговорить меня продать тебе мои 10 %? — разочарованно спросила Лиза.

— Вовсе нет, — Стас отрицательно покачал головой, — Ты ведь знаешь о произошедшем сегодня?

— Разумеется. Отчасти я сегодня здесь из-за навалившихся проблем. Я PR-менеджер и отвечаю за контакт с журналистами. А сегодня я повстречала их немало.

— И что скажешь?

— А что я могу сказать? — хмыкнула Лиза, откинувшись на спинку стула, — Ты скрыл от всех довольно важную новость. Неудивительно, что теперь о ней будут все говорить.

— Кто источник, ты ведь знаешь? — спросил Стас, пристально глядя на собеседницу. Лиза осторожно кивнула, — Это ведь Шишкин? — не дожидаясь ответа, произнёс Стас.

— Да, он.

— Твой любовник сам сознался? — с ухмылкой спросил Стас.

— Ты прекрасно знаешь, что Роман мне не любовник. Между нами ничего нет, — раздражённо ответила Лиза.

— Теперь точно знаю. Ведь ты его сдала, а значит действительно ничего нет.

— Что ты ещё хочешь знать? — опустив глаза в монитор, спросила Лиза.

— Откуда у Шишкина информация обо мне?

— Этого я уже не могу знать. Вероятно, ты сам сказал.

— Чушь! — выкрикнул Стас, стукнув кулаком по столу, отчего Лиза вздрогнула, — Я ничего ему не говорил, да и не стал бы!

— Ну не говорил, так не говорил, — беззаботно заулыбалась Лиза, — Не нужно так злиться.

Стас сделал глубокий вдох, после чего поднялся со стула.

— Ладно. Я поеду к Шишкину. Если кто будет спрашивать, то я уехал по делам, — стоя в дверях, оповестил Стас.

— Хорошо. Будь осторожен. Пресса только и ждёт, когда ты покажешься на улице, — вдогонку сказала Лиза, но дверь уже захлопнулась.

«Я и так это знаю. Всё утро караулят меня»— раздраженно подумал Стас, сунув обе руки в карманы.

Тёмные очки, шляпа — и Стас вышел из офиса, стараясь оставаться незамеченным. Ему сейчас не к чему вопросы от журналистов, которые уже напечатали не одну статью о нём.

«Фух, пронесло»— с облегчением вздохнул мужчина, сев в свой автомобиль. Толпа журналистов осталась стоять у его компании, ожидая вышедшего босса, — «Мне просто повезло, что я оказался не в их обзоре».

Заведя двигатель, Стас направился в противоположную от компании сторону.

Выбежав из офиса, я уже не смогла сдержать слёз. И в добавок ко всему на меня тут же накинулись журналисты с вопросами о Стасе. Достав из сумки солнцезащитные очки, я скрыла из виду свои заплаканные глаза.

— Алиса, скажите, вы знали что-нибудь о тайном увлечении вашего жениха? — к моим губам поднесли микрофон и смотрели в ожидании ответа.

— Да, знала, — холодно ответила я.

— И что вы можете сказать по этому поводу?

— Ничего. Гордеев Станислав в состоянии сам выбирать, чем заниматься, — стараясь не показывать своё волнение, произнесла я.

— Но он ведь собирался участвовать в конкурсе дизайнеров… — продолжали корреспонденты.

— Думаю, будет лучше спросить об этом у самого Станислава, — ответила я и, воспользовавшись замешательством журналистов, резко рванула вперёд. Сев в машину такси, я отправилась домой, попутно вытирая слёзы, которые текли ручьём. Вся эта ситуация очень потрясла меня, и я уже не могла сдерживаться.

Набрав номер подруги, я сделала глубокий вдох.

— Карина?

— Привет, Лис. Ты как там? — послышался задорный голос подруги, но мне было не до радости.

— Ты где сейчас? — не отвечая, продолжила я.

— У тебя что-то случилось? — голос подруги переменился, видимо, когда она заметила в моём нотки дрожи.

— Да. Нам срочно нужно встретиться и поговорить, — всё так же резко ответила я.

— Хорошо. Давай в нашем кафе, — согласилась Карина.

— Ладно, — я повесила трубку и обратилась к водителю, — Кафе «Ясно».

— Вас понял, — произнёс таксист и повернул руль.

Я приехала раньше Карины и села ждать её за крайним столиком, где мы всегда сидели. Подруга пришла в течение двадцати минут, что меня не удивило, ведь Карина частенько могла позволить себе опоздание.

— Привет, — чмокнув меня в щёку, Карина расположилась напротив, — Чего такая напряжённая? — спросила она, разглядывая моё мрачное лицо.

— Ты кому-то говорила про то, что Стас занимается дизайном? — вместо ответа спросила я.

— Конечно, нет. Я же обещала, — не раздумывая, ответила Карина, — А что случилось?

— Ты не видела в сети? Весь город только и твердит о новом увлечении Стаса, — сказала я, и на душе снова стало очень неприятно.

— Ка-ак? А кто сказал? — Карина изумлённо захлопала глазами. Взяв в руку телефон, она убедилась в моих словах.

— Ну что? — я тяжело вздохнула, глядя на помрачневшее лицо подруги.

— Я не знаю, как так вышло. Я точно никому не говорила, — отнекивалась Карина, — Может, это всё-таки ты сказала?

— Ты издеваешься!? — гневно выпалила я, — Я только тебе сказала. А теперь из-за всей этой ситуации Стас уверен, что я предала его.

— Вы поссорились?

— Представь себе! — с обидой ответила я, скрестив руки на своей груди.

— Ну я не знаю, что и сказать, — приоткрыв рот, покачала головой Карина.

— Ты уверена, что никому не говорила? — повторно спросила я.

— Конечно, Алиса. Я бы не посмела раскрыть тайну моей лучшей подруги и близкого ей человека, — без каких-либо сомнений ответила Карина.

— Я тебе верю, — опустив глаза на деревянную поверхность стола, негромко произнесла я, — Но вот, кто мог рассказать?

— Скорее всего твой Стас кому-то ещё рассказал. Может, даже по пьяни, — пожав плечами, сказала Карина.

— По пьяни? Я никогда не видела его пьяным. А вот ты совсем недавно позвонила мне, очутившись у Коли дома, в его постели, — напомнила я, и Карина виновата улыбнулась.

— Ну перебрала, с кем не бывает?

— А ты не могла взболтнуть по пьяни? — уточнила я, и подруга на несколько секунд растерялась.

— Кому? — неуверенно спросила Карина.

— Этого я уже не знаю. Может, Свете?

Карина снова замерла, пытаясь вспомнить свои пьяные проделки.

— Нужно будет с ней поговорить.

— Хорошо. Потом позвони мне.

Попрощавшись с Кариной, я поехала домой.

«Пока всё не решиться, в офис я не ногой»— твёрдо решила я, вспоминая разгневанное лицо Стаса.

Машина остановилась около стеклянного здания. Выйдя из транспорта, Стас хлопнул дверью и направился ко входу. Перед ним оказалась широкая стеклянная дверь офиса, которая раскрылась, стоило только Стасу подойти к ней.

На заднем фасаде здания установлены большие окна, заполняя интерьер светом. Кабины и шахты лифтов стеклянные, даже аварийные пожарные лестницы тоже состоят из огнестойкого стекла. Всё выполнено тонко и со вкусом.

Компания со стеклянными стенами, стеклянным полом и стеклянными столами придумана, видимо, для бизнеса, которому нечего скрывать. Вся ненужная отделка была удалена в пользу белой краски, стекла из нержавеющей стали, что придает иллюзию большего внутреннего пространства, чем на самом деле.

— Станислав Владимирович, — к Стасу тут же подбежала невысокая брюнетка, — Вы к Роману Фёдоровичу?

— Да. Он у себя?

— Да, — ответила девушка и хотела ещё что-то добавить, но Стас рванул в сторону стеклянного лифта, даже не обернувшись.

Сунув руку в карман, он важной походкой вошёл в кабинет тоже со стеклянными дверями и стенами.

— А ты, я посмотрю, ничего не скрываешь, — ухмыльнулся Стас, переступая порог.

— О, мой дорогой друг! — на лице Романа появилась довольная ухмылка, — Проходи, гостем будешь!

Без ответа, Стас сел на широкое кресло, закинув ногу на ногу.

— Чай, кофе, Стасик? — всё с той же ухмылкой предложил Роман.

— Не утруждайся, — лаконично произнёс Стас, глядя на стену напротив, — Прозрачный офис. Как оригинально…

— Конечно. Мой новый офис в разы лучше того, где ты со мной работал несколько лет назад, — самодовольно улыбаясь, бросил Роман.

— Может, офис и лучше, но его хозяин всё такое же гнильё, — повернув голову к Роману, без грамма эмоций сказал Стас.

Лицо Романа переменилось.

— Ты зачем сюда пришёл? — обиженным голосом спросил он.

— Я знаю, что это ты слил инфу про меня, — спокойно сказал Стас.

— Ну и? Плакаться пришёл? Будешь молить меня написать опровержение?

— Этого не будет, — Стас поднялся с кресла и, подойдя к столу, положил на него обе свои руки, — Назови мне имя того, кто продал тебе информацию обо мне.

Роман поднял голову на серьезного Стаса и рассмеялся.

— Что за бред? Я сам раскопал твой секретик, — сквозь наглую улыбку ответил Роман, и его улыбка тут же сошла с лица, когда Стас схватил его за шиворот.

— Говори, тварь! — грубый голос Стаса пугал, а его сильные руки не давали более слабому Роману вырваться, — Говори, кто меня сдал!

Роман ещё некоторое время пытался сопротивляться, но получив по лицу, закричал:

— Твой брат это сделал! Твой брат! Он тебя слил!

После этих слов Стас убрал руку с воротника Романа и замер, открыв рот от шока.

— Коля? Быть этого не может! Ты не врёшь?

— Да он это, — недовольно пробурчал Роман, поправляя мятый воротник на своей рубашке, — Родной брат тебя продал за какие-то жалкие гроши.

— Нет, ты врёшь! Врёшь! — выкрикнул Стас и покинул кабинет, оставив дверь нараспашку.

«Этого просто не может быть! Коля ведь даже не знал об этом!»— твердил Стас про себя, выбегая из офиса. В груди всё сжималось от боли, — «Это бред. Бред. Стас, не верь этому клоуну».

Сев в машину, Стас закрыл глаза и тяжело вздохнул. К нему на помощь пришла электронная сигарета. Затяжка — и Стас с облегчением выдыхает в окно. Стресс постепенно начинает уходить.

«Если верит словам этого болвана, то Коля рассказал ему о моём увлечении. Но как он узнал? Я точно не говорил никому, кроме Алисы. Скорее всего именно она и слила мои рисунки, как я и предполагал. Только предателей куда больше в моём приближении».

В голове Стас стал переворачивать все события, пытаясь наконец понять, кто и зачем его так предал.

В памяти тут же всплыли слова Шишкина: «Родной брат тебя продал за какие-то жалкие гроши».

«Продал? Так Шишкин заплатил Коле?»— от этих мыслей стало душно, и Стас взялся за свой воротник, ослабляя верхнюю пуговицу на рубашке, — «Так получается Коля продал меня Шишкину, а Алиса Коле».

В голове крутились самые разные мысли, и в конце концов Стас пришёл к выводу — нужно поехать и поговорить с братом. А вдруг всё не так, как он себе надумал.

Машина остановилась у дома родителей Стаса. Около ворот стоял ещё один автомобиль, по которому Стас понял, что его отец уже дома.

Переступив порог, он встретился с матерью.

— Стасик? Ты дома? — Марина Дмитриевна всплеснула руками и крепко обняла сына, — Я так рада, что ты приехал. Нам как раз нужно поговорить.

— Мама, давай потом. Коля дома? — тревожным голосом спросил Стас.

— Да. Твой брат у себя в комнате. Что-то случилось? — женщина взяла сына за плечи и заставила смотреть в глаза, — Ты расстроен из-за расставания с Алисой?

После этого вопроса Стас нахмурился и сделал шаг назад.

— Кто тебе сказал, что мы расстались?

— Твой отец. Он лично видел вашу ссору. Она предала тебя. Хорошо, что ты так рано увидел сущность этой девушки.

Стас вздохнул, но ничего не ответил.

— Мне нужно поговорить с Колей, — сказал он, проходя мимо матери. Поднявшись по лестнице, мужчина открыл дверь в комнату брата. Тот сидел на кровати с планшетом в руках.

— Стас? — заметив брата, он поднялся, — Ты почему здесь?

— И тебе привет, брат, — хмуро произнёс Стас, делая шаг вперёд.

— Да-да, привет. Просто ты дома. Я удивлён.

— Это я удивлён, что ты здесь, а не у меня дома, — сказал Стас, и Коля замер, — Зачем ты приходил ко мне домой несколько дней назад? — спросил Стас и после недолгого молчания добавил: — Мне Алиса рассказала, что ты брал мои рисунки, — немного соврал Стас, чтобы посмотреть на реакцию брата.

— Что? Это Алиса тебе сказала? — глаза парня забегали. Стараясь не показывать своё волнение, он отвернулся, — Бред. Какие ещё рисунки?

— Ты бы хоть не врал, Коля, — положив руку на плечо брата, вздохнул Стас, — Уже все знают, а ты так палевно врёшь.

Парень молчал.

— Ты мне только скажи одно — зачем тебе были деньги? Чего тебе так не хватало, что ты решил связаться с Шишкиным? — голос Стаса дрожит, но он всё ещё старается быть спокойным.

— Не твоё дело, — буркнул Коля, и Стас резко развернул к себе лицо брата.

— Не моё значит? — его голос повышается, — Не моё!? Ты испоганил мою репутацию перед конкурентом! Ты не дал мне победить его, подтереть нос на конкурсе! А Я МОГ! — рука Стаса крепко сжимает плечо Коли, и парень кривится.

— И что с того!? — не выдерживает Коля и отпихивает брата, — Что!? Хочешь всегда и везде быть первым!? Лучший Стасик, да!? Компания Стасику! Бизнес Стасику! А Я!? Пустое место!?

Стас долго молчал, слушая крики брата, но под конец усмехнулся.

— Смешно тебе!? — Коля исподлобья посмотрел на Стаса и выдернул свое плечо из его крепкой хватки.

— Грустно, Коля. Грустно оттого, что ты так ничего и не понял, — с печальным вздохом ответил Стас, — Я закончил университет, получил должное образование и теперь управляю самой богатой компании Москвы. А ты? Что ты? Тебя даже с нашими деньгами отчислили из двух университетов. Какой из тебя бизнесмен, если ты не можешь 5 лет отучиться в вузе?

Психанув, Коля рванул к двери. Захлопнув её, он оставил Стаса одного в пустой комнате. Сделав глубокий вдох, Стас сел на кровать. Голова трещала от самых разных мыслей, но теперь он точно понял только одно — Алиса его не передавала. Все её слова были правдой, а родной брат вонзил ему нож в спину, пробравшись в его дом, украв его рисунки и продав их конкуренту своего же брата.

Спустившись по лестнице, Стас остановился в коридоре. Из кухни выглянула Марина Дмитриевна.

— Сынок, ты уже поговорил с братом? — спросила она, и когда Стас кивнул, добавила: — И о чём вы говорили?

— Да так, — махнул рукой Стас, — Мам, я уже поеду домой.

— Ну как это так? Уже? — обидчивым голосом сказала Марина Дмитриевна, — Останься ещё хоть ненадолго. Выпей с матерью чаю.

— Ладно. Но только на десять минут, — со вздохом согласился Стас, и они направились на кухню, к столу.

— Сынок, вы ведь с Алисой расстались, — начала Марина Дмитриевна, — Пора тебе подыскать нормальную невесту.

— Не говорили глупостей, мама, — буркнул Стас себе под нос, помешивая чай ложкой.

— Вот, Лизонька, например, — продолжала женщина, — Какая замечательная девочка. Ещё и любит тебя без памяти.

— Угу, — кивнул головой Стас, не вникая в слова матери.

«Если родной брат предал меня, то что можно говорить про других? Как я могу теперь кому-то верить? А вдруг, когда я отвлекусь, мне в спину вонзит нож кто-то ещё? Например, Давид. Хотя с чего бы ему меня предавать, мы ведь дружим всю жизнь? Если я будем всем не доверять, то в конце концов останусь без людей вокруг. Хотя зачем мне предатели, которые могут спокойно продать меня за какие-то жалкие гроши?»

— А ты что думаешь, сынок? Лизонька отличная пара для тебя? — монотонным голоском спросила Марина Дмитриевна, и Стас снова пробормотал что-то бессвязное, продолжая размешивать чай, — Что ты мычишь? Приглашать Лизу к тебе домой? Поужинаете вместе, узнаете друг друга получше.

— Делай, что хочешь, — согласился Стас, так и не расслышав суть вопроса, — Я поехал домой, — поднявшись из-за стола, сказал он.

— Хорошей дороги, сынок.

— Пока.

Вернувшись домой, я застала тётю Олю за телефонным разговором. Она с кем-то увлеченно спорила в дальнем углу комнаты. Я не стала подслушивать, но до меня отчётливо донеслись её крики: «Больше не звони сюда!». После чего тётя положила трубку и обернулась. Я резко скрылась из дверного проема, не желая быть пойманной за подслушиванием чужих телефонных разговоров. Рванув на кухню, я как ни в чем не бывало села за стол.

— О, Лиса. Ты уже пришла? — войдя на кухню, тётя беззаботно улыбнулась, словно не спорила с кем-то ещё минуту назад.

— Привет, тётя, — произнесла я, опустив глаза в кружку.

— Что-то ты сегодня рано.

— Работы было немного, вот Стас и отпустил пораньше, — ответила я, натянув улыбку.

— Ясно. Как там он? Журналисты, небось, вообще замучали?

— Есть немного. Стас весь на нервах, — сказала я, всё так же не смотря на тётю. Ведь я прекрасно понимала, что она, глядя в мои глаза, сразу же поймет, что что-то произошло, а мне сейчас не до вопросов.

— У вас что-то случилось? — спросила тётя, и я вздохнула.

«Всё-таки без вопросов не обойтись»— с досадой подумала я, поднимая взгляд на тётю. Она смотрела на меня, как и всегда, в ожидании ответа.

— Нет. Просто устала. Много возни было в компании. Интервью с журналистами, множество документации, раздраженный Стас.

— Он разозлился из-за этой ситуации?

— Конечно. Он ведь готовился к конкурсу, а теперь, когда его рисунки слиты, он не сможет выиграть, да и вообще участвовать бессмысленно, — ответила я, горестно вздыхая.

— Так помоги ему, — неожиданно для меня предложила тётя.

— Помочь? — удивилась я и отодвинула чашку вперёд, — И чем же я могу помочь Стасу?

— Помоги ему с рисунками. Нарисуйте новые дизайны. Уверена, в четыре руки вы справитесь быстрее. Да и с мозгами Гордеева всё выйдет куда лучше, чем в прошлый раз.

От этих слов я задумалась. Идея тёти уже не казалась мне такой бредовой и сумасшедшей.

— Стас — единоличник. Не думаю, что он примет чью-то помощь, — с сомнением протянула я.

— Но ты ведь его невеста. Он тебя любит, а значит примет твою помощь, — улыбнулась тётя, и я в ответ закивала головой.

— Стас любит только себя и свою работу, — скептически отозвалась я, вызвав на лице тёти недоумение.

Как только дверь дома захлопнулась, Стас поднялся в спальню и упал на кровать. Настроение было просто отвратительным, на душе скребли кошки.

«Хоть волком вой»— закрыв глаза, думал он, — «Выпить, что ли?»

Вздохнув, Стас спустился вниз, и открыв мини-бар, достал оттуда литровую бутылку виски.

— О-о, мой ровесник! — с ухмылкой произнёс Стас, разглядывая этикетку.

Стас и коньяк 25-ти лет выдержки отправились на диван.

— Ты скрасишь мой скучный вечер, — печально улыбнулся Стас, рассматривая бутылку в своей руке. Он щёлкнул на какую-то кнопку и из колонок заиграла тихая и плавная мелодия. Открыв крепкий напиток, Стас вдохнул его аромат, от которого по коже пошла мелкая дрожь.

Не желая тратить время на доставание стакана, Стас стал пить алкоголь прямо так — с горла. Отхлебнув немного, он поморщился и уткнулся губами в свой кулак. За одним глотком последовал второй, третий, и вот Стас уже во всю напевает какую-то мелодию, даже не пытаясь вслушиваться в фоновую музыку. Достав из комода пачку сигарет, мужчина вставил одну из них себе в зубы.

Насвистывая что-то невнятное, Стас остановился, начав прислушиваться к неизвестным звукам с первого этажа.

«В дверь, что ли, звонят?»— подумал он и нехотя пошёл открывать.

На пороге стояла Лиза, держа в руке бутылку вина.

— О-о, Лиза! — воскликнул Стас, увидев гостью, и громко рассмеялся, — Какими судьбами!?

От этого смеха девушка чуть не выронила бутылку. Поднеся сигарету к своим губам, Стас сделал затяжку и с облегчением выдохнул, словно сделал глоток воды спустя долгое время.

— Стас, ты пьян? — шокировано спросила Лиза, глядя на мужчину, как на инопланетянина.

— Чу… Чу… Чуть… — произнес Стас, показывая что-то на пальцах, а потом снова расхохотался, — Проходи, вместе выпьем.

— Я вижу ты уже, — сказала девушка, осуждающе глядя на пьяного мужчину. Переступив порог, Лиза зашагала за Стасом на второй этаж. От увиденного девушка замерла, — Ты пьешь один?

— Теперь уже нет. Составь компанию спивающемуся мужчине, — усмехнулся Стас и плюхнулся на диван, выхватив из рук Лизы бутылку, — Пино-Нуар? — прочитал Стас и скривился, — Слабенько… От него даже не расслабишься нормально.

— Мне твоя мама сказала, что ты ждёшь меня у себя дома на ужин, — Лиза с осторожностью присела на край дивана, — Но я вижу это не так…

— Всё нормально, — махнул рукой Стас, делая глоток виски, — Хочешь? — он протянул руку с бутылкой Лизе.

— Нет, — девушка покачала головой, вежливо отказываясь, — Я никогда раньше не видела тебя таким пьяным.

— Всё бывает впервые, — губы Стаса криво усмехнулись.

— Я слышала вы с Алисой расстались…

— Не совсем, — откинувшись на спинку дивана, произнёс Стас, — Она ни в чем не виновата, а я обвинил её.

— И что, она теперь тебя бросила? — спросила Лиза с какой-то надеждой в голосе.

Стас пожал плечами и посмотрел по сторонам. Его взгляд остановился на пустой бутылке, которая стояла на низком столике в компании пепельницы.

— Я что, один выпил литр виски? — удивлённо спросил он самого себя.

— Получает, что да, — ответила Лиза, взяв опустошенную бутыль в руку. Она потрясла ей, чтобы убедиться, что в ней действительно пусто.

— Тогда нужно взять ещё одну, — после секундной паузы сказал Стас, вставая на ноги. Поднявшись, мужчина тут же пошатнулся и чуть не упал обратно на диван. Лиза взяла его под руку.

— Стас, может, ты больше не будешь пить? — тихонько спросила девушка, придерживая мужчину.

В ответ Стас лишь рванул вперёд к мини-бару. Упав на колени, он открыл дверцу и, протянув руку в маленький холодильник, достал оттуда ещё одну бутыль, но поменьше.

— Стас, не стоит, — Лиза пыталась остановить мужчину, но это было бессмысленно, — Может, не стоит столько пить?

— А, может, стоит? — обернувшись, спросил Стас и залился пьяным смехом, от которого Лизу снова передёрнуло.

Останавливать пьяного мужчину Лиза уже была не в силах и просто сдалась, сев рядом с ним.

— Лиз, позвони Алисе, — попросил Стас, и Лиза повернула к нему голову.

— Что ты сказал? Позвонить твоей бывшей? — возмутилась Лиза, когда и Стас закивал, обиженно цыкнула, — Ну знаешь ли! Это уже перебор!

— Она не бывшая… — покачав указательным пальцем, произнёс Стас, — Значит, я сам ей позвоню, — твёрдо решил он и потянулся к телефону, который одиноко валялся на ковре. Дважды выронив его, мужчина наконец клацнул по клавишам и поднёс телефон к своему уху.

Попутно беседуя с тётей, я мыла посуду и расставляла чашки по полкам. Вдруг у меня зазвонил телефон. Я была очень удивлена, ведь на дворе уже стояла ночь.

«Да и кто мне может позвонить, кроме Карины?»— думала я. Но как же ошиблась…

Вытерев руки полотенцем, я взяла телефон и чуть не выронила его, увидев, что звонок от Стаса.

— Что такое? Кто это? — поинтересовалась тётя, видя мою реакцию на телефонный звонок.

— Ничего, — я дрожащими руками нажала на «принять вызов», — Алло? Стас?

Я уже приготовилась слушать очередные обвинения в свой адрес, ведь за сегодняшний день услышала их сотню от Стаса, но когда услышала ласковое «Лисонька», и выронила телефон по-настоящему. Я изо всех сил помотала головой, пытаясь прийти в себя от услышанного.

— Тётя, ущипни меня… — ошарашенно произнесла я, глядя в сторону тёти Оли. Та была удивлена не меньше меня. Когда она ущипнула меня за бок, я айкнула и подняла телефон с пола. На том конце провода доносились короткие «Алло, алло».

— Да. Я здесь. Ты что-то хотел? — дрожащим голосом спросила я. В ответ послышалось жалобное «Лиса, мне плохо, приедь ко мне», и тогда я окончательно растерялась.

«Это точно Стас? Гордеев Стас называет меня «Лиса»? Да ещё и так нежно? Что с ним? Он пьян?»

— Стас, в чём дело? — спросила я в трубку телефона.

— Пожалуйста приедь ко мне. Мне ужасно плохо и тоскливо, — с мольбой протянул Стас, и я не смогла ему отказать.

— Ладно-ладно. Я сейчас к тебе приеду, — сама не зная зачем, ответила я.

Вызвав себе такси, я вышла в прихожую.

— Ты куда это собралась так поздно? — с удивлением спросила тётя, видя, что я обуваюсь.

— К Стасу. Он попросил к нему приехать, — ответила я, и тётя заулыбалась.

— Ну раз попросил приехать, то ладно. Хорошо вам отдохнуть.

— Спасибо, — я выскочила из дома, кратко попрощавшись с тётей.

Когда машина такси подъехала, я села в неё и, назвав адрес дома Стаса, поехала к нему, попутно пытаясь понять, чего он звонил и умолял так срочно приехать. Но ничего толкового так и не пришло мне в голову.

Машина остановилась. Расплатившись с таксистом, я вышла из такси и зашагала к воротам. Дверь была заперта, и мне пришлось позвонить. Калитка распахнулась, и оттуда показался уже знакомый мне охранник. Поздоровавшись, он впустил меня, и я бодрым шагом подошла к двери, которая тоже была закрыта.

Стас втянул в себя очередную порцию дыма и выдохнул её в потолок. Лиза же расхаживала в нескольких метрах от дивана, крепко сжимая в руках запечатанную бутылку.

— Дай бутылку, — проворчал Стас, постукивая сигаретой по пепельнице.

— Стас, хватит уже пить. Ты уже бывшей звонил. По-моему, это предел, — недовольно воркнула Лизе, делая шаг назад.

— Я уже говорил, что она… Ик… Не бывшая, — снова возразил Стас, пытаясь подняться на ноги. Но это у него плохо выходило. Из-за алкоголя всё двоилось в глазах, а руки и ноги не слушались.

— Ладно-ладно, — Лиза тяжело вздохнула и, поставив бутылку на стол, взяла Стаса под руку, — Только не…

Девушке не дал договорить звонок в дверь, который донёсся с первого этажа.

— Это Алиса! — губы Стаса растянулись в счастливой улыбке, и он вскочил на ноги.

— Сиди здесь. Я открою, — сказала Лиза, усаживая мужчину обратно на диван. Сама же девушка спустилась вниз по лестнице и пошла открывать дверь.

Повернув ключ, она встретилась глазами со мной.

— Лиза? — я переступила порог и замерла, — Привет.

— Добрый вечер.

От её надменного тона стало некомфортно и я нахмурила лоб.

— А ты почему здесь? Мне просто Стас позвонил…

— Он случайно тебя набрал, а так хотел позвонить мне, — перебила меня Лиза, хмурясь в ответ.

— А-а, ну он назвал моё имя… — попыталась возразить я, но Лиза снова заткнула меня своим «Ну он перепутал, можешь ехать обратно».

— Ну ладно, — не стала спорить я и уже развернулась, чтобы уйти, как вдруг услышала своё имя. Это был голос Стаса, но какой-то не такой, как всегда. Я обернулась и встретилась с ним глазами. Мужчина широко улыбался, стоя у самой лестницы. В его руке была бутылка, что сразу же объяснило такое странное поведение.

«Он пьяный»— наконец-то дошло до меня.

— Лиса-а! — восторженно воскликнул Стас, ставя одну ногу на лестницу. Он быстрыми шагами побежал по ступенькам, но, зацепившись ногой за одну из них, кубарем полетел вниз.

— СТАС! — в один голос выкрикнули я и Лиза и кинулись на помощь к валяющемуся на полу мужчине. Бутылка разбилась вдребезги, а напиток разлился по полу, от чего тот стал желтоватого оттенка.

Подняв Стаса с пола, мы кое-как дотащили его до гостиной и уложили на диван. Мужчина кряхтел, говорил что-то неразборчивое, хватался руками за голову. Это всё шокировало, как меня, так и Лизу. Она стояла с квадратными глазами, глядя на ЭТО пьяное тело. Иначе нельзя назвать.

— Воды… — жалобно застонал Стас, и Лиза сразу же помчалась на кухню. Я села на диван рядом со Стасом и с сочувствием посмотрела в его печальные глаза.

— Что у тебя болит? — спросила я, глядя на ссадину на его лбу.

— Голова… — горестно пропищал Стас, и я печально улыбнулась.

— Меньше пить нужно, Стасик, — произнесла я и тут же ахнула, когда мужчина положил свою голову мне на колени, — Что т-ты делаешь? — ошарашенно спросила я, чувствуя, как начинаю краснеть.

— Погладь… — тихонько попросил мужчина, перекладывая мою руку на свои волосы. Уткнувшись лицом в мои колени, Стас закрыл глаза, — Прости меня, Лиса. Я несправедливо тебя обвинил, — шёпотом сказал он и засопел.

Несколько секунд я сидела, не в силах сказать что ли. Такое поведение Стаса, хоть и сильно пьяного, поразило меня, поэтому я смогла произнести только «Всё в порядке» и легонько провести ладонью по его волосам.

Нервно сглотнув, я запустила свои пальцы в густые волосы Стаса и положила голову на спинку дивана. Сквозь толстую ткань своих джинс я чувствовала жаркое дыхание, которое пробирало до костей.

Услышав приближающиеся шаги, я подняла голову. Лиза уже стояла передо мной со стаканом воды. По её изумлённому взгляду я поняла, что девушка недовольна. И то, с каким пренебрежением она смотрит на меня, у которой на коленях лежит голова Стаса…

Оставив стакан на столике, она с сердитым лицом рванула к лестнице. Через минуту я услышала хлопок двери и поняла, что Лиза с психами ушла. От этих мыслей на моём лице появилась непроизвольная улыбка, ведь мне снова удалось показать перед ней своё превосходство.

Проснулась я от ноющей боли. Стас пролежал на моих коленях всю ночь, и теперь мои ляжки затекли. Я посмотрела на затылок Стаса и обречённо вздохнула, ведь он и не думал просыпаться, а продолжал сопеть в мои колени. Я слегка коснулась его волос и тут же одёрнула руку, когда Стас перевернулся на спину. Теперь его большие голубые глаза смотрели прямо на меня.

— Напугал, — поморщилась я, глядя на то, как мужчина зевает.

— Бошка трещит… — вполголоса произнёс Стас, поглядывая по сторонам.

— А меньше пить надо, алкашня, — с сарказмом сказала я.

— Я не алкаш, — повторно зевнув, ответил Стас.

— Ну-ну. Теперь, кто ещё из нас не умеет пить, — хмыкнула я и потянулась к стакану, что стоял на столе рядом с пепельницей.

— Ой! Не нуди! — фыркнул мужчина, поморщив свой лоб, — Лучше дай воды, я сейчас помру с жажды.

— Воды хочешь? — приподняв брови, переспросила я и посмотрела на свою руку со стаканом. Стас закивал, и тогда я вылила содержимое стакана на его лицо и волосы.

Мужчина вскрикнул и резко вскочил с моих колен, потирая своё мокрое лицо ладонями.

— Ты что творишь!? Холодная же! — возмутился Стас, сердито глядя в мою сторону.

— Хоть протрезвеешь, — мои щёки тронула лёгкая улыбка, и я встала с дивана, отряхивая затёкшие колени.

— А я и не пьяный, — раздражённо сказал Стас, поднимаясь вслед за мной.

— Ну-ну. Зачем ты мне вчера звонил?

— Я звонил!? — Стас изумлённо вскинул брови и захлопал глазами.

— Ну не я же просто так завалилась к тебе домой в девять вечера, чтобы посмотреть, как ты грохнешься с лестницы, будучи бухим!? — вспылила я, разведя руки в стороны.

— Бл*ть… — выругался Стас, морщась. Схватившись за голову, он пригладил свои мокрые волосы назад, — Я редко так напиваюсь. Просто вчера реально плохо было, — ответил он, как бы предвидя мой следующий вопрос.

— Плохо было? — переспросила я, не понимая, что могло измениться, и почему Стас так резко поверил в мою невиновность.

— Да… — сухо ответил Стас, и я поняла, что он же желает говорить о произошедшем.

— Так ты узнал, кто сдал тебя? — спросила я, как бы подливая масла в огонь, и Стас стал мрачнее тучи.

— Коля…

Когда Стас назвал имя собственного брата, я хотела возразить, но резко замолкла. В памяти тут же всплыли события недельной давности, и я всё поняла.

«Когда я проболталась Карине, она по пьяни проболталась Коле. Они же виделись в клубе. Даже больше, чем просто виделись…»

Я почувствовала, как у меня начали краснеть уши, и вот я уже стою перед Стасом красная, как рак.

— Ты знала об этом? — спокойно спросил Стас, видя моё волнение.

Я покачала головой.

— Ясно.

От его спокойного тона мне стало не по себе, ведь я понимала, что скрывается за этим равнодушным лицом.

— Стас, мне нужно тебе кое-что сказать, — начала я, и моё сердце уже готово было выпрыгнуть из груди.

— И что же? — монотонно спросил Стас, снимая с себя рубашку с мокрыми пятнами.

— Ты вчера, хоть и в нетрезвом состоянии, но и извинился передо мной…

— Возможно, — пожал плечами мужчина, — Я ведь действительно сорвался на тебе просто так.

— Не просто так. Я тоже отчасти виновата, — я опустила глаза в пол, но всё равно почувствовала на себе пронзающий взгляд.

— Отчасти? Это ты рассказывала Коле? — голос Стаса повышается, и он смотрит на меня с замиранием сердца.

— Нет, — ответила я и, набравшись смелости, посмотрела в его глаза, — Я проболталась Карине, а у неё уж довольно близкие отношения с твоим братом, — протараторила я и зажмурилась, готовясь к повторным крикам и ругани. Но Стас только тяжело вздохнул и взял со стола пачку сигарет.

— Он мне больше не брат, — произнёс мужчина, вставляя сигарету в зубы.

— Стас, я знаю, что ты злишься на меня. Это твоё право. Можешь накричать на меня, можешь…

— Не хочу, — прервал меня Стас, и я удивлённо вылупилась на него, словно не веря в сказанное, — Не хочу кричать на тебя, — снова повторил мужчина, зажигая сигарету.

— Сколько ты скурил сигарет за вчерашний день? — обеспокоенно спросила я, видя пустую пачку, которая лежала на столе, и полную бычков пепельницу.

— Не знаю. Не считал, — ответил Стас, выдыхая дым перед собой.

— Но это ведь так вредно, — сказала я и сделала шаг вперёд, оказавшись в метре от спины Стаса.

— Когда мне плохо, я курю, — сделав ещё одну затяжку, произнёс Стас. Его взгляд устремился в распахнутое настежь окно, куда летел дым.

— А ты не пробовал снимать стресс по-другому? — спросила я, делая шаг к нему навстречу.

Стас обернулся и вопросительно посмотрел на меня, складывая окурок в пепельницу.

— И что же ты мне предлагаешь? — в глазах мужчины виднелось любопытство, он даже слегка улыбнулся.

— Ну вот что ты делаешь, когда нет сигарет, а стресс есть? — намекая, продолжала я.

Стас нахмурил лоб и прищурился.

— У меня всегда есть сигареты. Не в пачке, так электронные, — пожимая плечами, ответил мужчина, и я цыкнула.

— Вот какой ты!

— И какой же? — хмыкнул Стас, с интересом глядя на мою реакцию.

— Скучный, занудливый, однообразный…

— Ладно-ладно, — остановил меня Стас, — Давай я сделаю то, что захочешь ты. Тогда я не буду занудливым? — улыбаясь во весь рот, спросил Стас. Я рассмеялась.

— Всё что я захочу? — уточнила я, глядя в его хитрые глаза. Стас положительно кивнул, и я задумалась, — А что же я хочу?

— Ладно. Ты пока думай, а я пойду сварю нам кофе на завтрак, — Стас прошёл мимо меня и ступил одной ногой на лестницу.

— Стой! — крикнула я, и мужчина в недоумении уставился на меня.

— Что такое? Ты не будешь кофе?

— Я придумала, чем мы займёмся, — с лукавой улыбкой сказала я, и Стас заинтересованно приподнял брови, — Пиццу приготовим! — не желая заставляя его ждать, выкрикнула я.

— Пиццу? — усмехнулся он, когда я была абсолютно серьёзна, — Ты не шутишь? — спросил он и, когда я помотала головой, обречённо вздохнул, — Какой из меня повар?

— Я тебя научу, — подбадривала Стаса я и быстрыми шагами спустилась по лестнице. Мужчина последовал за мной, и мы вместе вошли на кухню, — Та-ак… Где у тебя мука, яйца? — я распахнула один из шкафчиков, в поисках продуктов.

— Без понятия, — всплеснул руками Стас, садясь за стол.

— Ты мне помогать не собираешься? — возмутилась я, видя его бездействие.

— Я же сказал, что не умею готовить.

— Напомнить, что ты пообещал сделать всё, что я захочу? — я наклонила голову вбок, и Стас протяжно вздохнул.

— Ладно, так уж и быть. Я согласился на это только, чтобы немного отвлечься, — Стас встал из-за стола и подошёл ко мне, — Давай готовить эту твою пиццу.

— Для начала скажи мне, где мука.

— Вероятно, в одном из шкафов, — пожал плечами Стас и усмехнулся. Закатив глаза, я принялась рыскать по всем шкафчикам, пока наконец не нашла полку с мукой.

— Яйца скорее всего в холодильнике, — предположила я и открыла дверцу холодильника, — М-да… У тебя тут мышь повесилась… Давно ходил за покупками?

— Не помню уже. Вроде в том месяце, — развёл руками Стас.

— И что купил? — поинтересовалась я, доставая полупустую бутылку молока.

— Виллу за городом, — невозмутимо ответил Стас, и я резко обернулась, озадаченно глядя на него.

— Очередную? Хотя чему я удивлена? — фыркнула я, бросая бутылку в мусорный бак, — Просроченная.

— Вилл много не бывает, — рассмеялся Стас, и я закивала головой.

— И вправду. У меня вон их целых пять штук, — съязвила я, глядя в довольные глаза Стаса.

— Неплохо. Скоро меня догонишь, — он закрыл холодильник и развернул меня к себе лицом, — Поедем в супермаркет за покупками?

— Но в супермаркете виллу не купишь, — прищурившись, сказала я.

— Значит купим продуктов, — развёл руки в стороны Стас, и я улыбнулась.

— Ладно. Если ты так хочешь, то пойдём.

— Та-ак, не перекидывай на меня, — Стас легонько ткнул меня в плечо, — Сама же предложила заняться готовкой. Знаешь же, что я этого никогда не делал. У меня домработница всё делает по дому.

— И что, она в этот раз не купила продуктов?

— Нужно будет ей выговор сделать, — с хмурым выражением лица произнёс Стас, и теперь уже я толкнула его в бок.

— Не нужно ничего делать. Лучше поехали в супермаркет.

— Ладно, сейчас только оденусь, тогда и поедем, — пообещал Стас и удалился из кухни.

Ждать его мне довелось совсем недолго. Буквально через несколько минут Стас спустился по лестнице, будучи при параде. На нём были голубые джинсы до лодыжек и светлая футболка, которая обтягивала его широкие плечи. Я не смогла отвести взгляда, мысленно сдирая с него эту самую футболку. Хотя ещё пару минут назад я видела Стаса без неё…

— Я готов, поехали, — щёлкнув пальцами у моего лица, Стас остановился в прихожей.

— Ты поведёшь машину? — удивилась я, глядя на ключи от автомобиля в руке у Стаса.

— А что, ты хочешь? — с ухмылкой произнёс он.

— У меня нет прав. Да и ты ещё не до конца трезв.

— После стакана холодной воды с утра я трезв, как огурчик, — снова усмехнулся Стас.

— Ну ладно, — согласилась я, и мы вышли из дома.

На машине Стаса мы доехали до супермаркета, где планировали совершить покупки. Ступив на тротуар, я вышла из автомобиля и чуть было не упала, зацепившись за бордюр. Стас успел придержать меня за локоть.

— Всё нормально? — с равнодушием спросил он, заглядывая в моё лицо.

— Да-да, — закивала я, с осторожностью ступая на ноги, — Всё в порядке.

Машина защёлкнулась, и мы направились к раздвижной двери. Стоило нам только переступить порог, как на нас накинулись две девушки.

— Вы пара? — спросила одна из них, глядя на то, как Стас галантно держит меня под руку. Он тут же одёрнул её. Я попыталась возразить, но нас тут же затащили в какую-то комнату, где помимо нас находились молодой парень и девушка. Они сидели за широким столом и с интересом смотрели на то, как нас со Стасом насильно впихнули в неизвестную комнату и усадили за стол. Мы переглянулись, не понимая, что происходит.

— Меня зовут Александра, — представилась одна из девушек, и указав на вторую, назвала её имя, — Нина.

— Вы четверо стали юбилейными посетителями нашего магазина, и теперь получите участие в нашем конкурсе, — с улыбкой объявила Нина.

Мы со Стасом снова обменялись изумлёнными взглядами.

— Что ещё за конкурс? — нахмурился Стас, — Ничего не понимаю.

— Две пары будут соревноваться друг с другом за звание чемпионов, — пояснила Александра, но легче не стало, — Победители получат приз.

— Пары!? — я ошарашенно посмотрела на всех присутствующих, не до конца понимая, что творится.

Глядя на мою реакцию, Стас не смог сдержать нескольких смешков.

— Вы готовы участвовать? — спросила Александра, и я уж было хотела сообщить, что мы никакая не пара, но Стас меня опередил.

— Да. Мы будем участвовать, — произнёс он, с ухмылкой глядя в мою сторону. Я нахмурила лоб и со всей силы наступила ему на ногу своей толстой подошвой. У Стаса вырвалось что-то похожее на кашель, и он прикрыл рот рукой.

— Ладно, — на зло ему согласилась я, — Мы участвуем.

— Замечательно. У нас есть две прекрасные пары. А теперь назовите свои имена, — попросила Нина, раскладывая по столу пустые листки бумаги.

— Таня и Вова, — сказала брюнетка, что сидела напротив с высоким бородатым мужчиной.

— Алиса и Стас, — произнесла я, снова ткнув кроссовкой в ботинок Стаса.

— Что ты творишь? — сквозь зубы прошипел он.

— А чтоб не расслаблялся, — с лучезарной улыбкой прошептала я, едва ли двигая губами. Стас сделал глубокий вдох и запустил пальцы в свои волосы.

— Алиса и Стас, Таня и Вова, вы наши сегодняшние участники. Только одна пара выйдет отсюда победителями. Но кто же это будет? — интригующим голосом сказала Александра. Нина тем временем положил перед каждым из нас по листу бумаги, — А сейчас каждый должен будет ответить на вопрос, касающийся своего партнёра.

После этих слов я тихонько рассмеялась.

— Ты чего? — хмуро поглядывая на меня, спросил Стас.

— Ты ни на один вопрос не ответишь, — смеясь, прошептала я.

— Звучит, как вызов, — бодро сказал Стас и взял в руку белый лист.

— И так, первый вопрос… — громко объявила Александра и замерла, словно держа интригу, — Вопрос для мужчин… Что первое сделала ваша спутница при первой встрече? Девушки пишут правильные ответы на своих листах! Время пошло!

Щёлкнула ручка, и Стас начал что-то быстро писать на бумажке. Мне даже стало интересно, что он там напишет, ведь даже я не помнила, что сделала при нашей первой встрече.

«Хотя стоп! Я же вошла в кабинет Стаса и, увидев его… Да, я закричала, а потом дала ему пощёчину. Точно! Пощёчина!»

Я быстро чирканула на листке несколько слов и отложила ручку.

— Время вышло! — прокричала Александра, — И так, Вова, что сделала Таня при вашей первой встрече?

Бородатый мужчина перевернул свой лист бумаги и громко произнес:

— Она читала лекцию по микробиологии.

— А теперь вы, Таня, переверните свой листик, и мы узнаем, прав ли ваш партнёр!

— Да, это действительно так, — усмехнулась Таня, переворачивая свой листик. На нём мы было чётко написано «вела лекцию по микробиологии».

— И это правильный ответ! — громко воскликнула Александра, что-то помечая в своём блокноте, — А теперь вы, Стас! Что первым сделала Алиса при вашей первой встрече?

На лице Стаса красовалась хитрая улыбка. Показав нам обратную сторону своего листка, он сказал:

— Дала мне пощёчину.

Я опустила глаза и цокнула языком, ведь ожидала, что он не ответит верно.

— Алиса, это так? — спросила меня Нина, и я перевернула свой лист бумаги.

— Да, всё было именно так.

Собрав из наших рук исписанные листы, Нина протянула их Александре.

— А ты не забыл… — тихонько прошептала я, кратко поглядывая на Стаса.

— Такое сложно забыть, — беззвучно усмехнулся он, глядя на свои наручные часы, — Мы вообще-то собирались пойти за покупками.

— Всё поменялось, видишь же?

— Вижу. Мы просиживаем тут лучшие годы своей жизни, — с нотками недовольства сказал Стас.

— Ой! Ничего с тобой не случится! — фыркнула я, пихнув его в плечо.

— Надоела толкаться, — буркнул Стас, перехватывая мою руку, — Сиди спокойно.

— А ты мне не указывай. Ты мне никто, — сердито прошептала я, поджав губы.

— Я твой начальник, — напомнил Стас с дерзкой улыбкой, и я закатила глаза к потолку.

— Но мы то сейчас не в офисе.

— А вне офиса ты моя невеста, — усмехнулся Стас, и мои щёки тронула лёгкая улыбка. В этот раз я ничего ему не ответила, только заулыбалась во весь рот, словно услышала самый лучший комплимент в свой адрес.

— Алиса, Стас, мы вам не мешаем? — Александра вернула меня в реальность, и я подняла глаза. На нас со Стасом все смотрели.

— Нет-нет, всё в порядке, — протараторила я, косо поглядывая на Стаса. Он сидел с довольной улыбкой.

— Тогда мы продолжаем. Ведь следующий конкурс снова для мужчин! — с торжественной интонацией объявила Александра, — Насколько хорошо вы знаете свою вторую половинку? А вот сейчас мы это и проверим!

Через дверной проем в комнату вошли пять девушек и встали в ряд. Вове завязали глаза чёрной полоской ткани и поставили перед девушками. Среди семи разных девушек он должен будет узнать свою. Я встала почти в самом конце и принялась наблюдать за этой забавной ситуацией. Словно крот, Вова расхаживал перед нами, трогая и щупая за разные части тела. Таню нарочно поставили после меня, чтобы её спутник мог потрогать как можно больше девушек и как следует запутаться.

Так и вышло. Подходя к длинноволосой блондинке, он коснулся рукой пряди её волос, тронул за плечо и растерялся, ведь блондинка была такого же роста, как и Таня, да ещё и с такими же длинными и тонкими волосами. Тронув блондинку за грудь, он насторожился и стал ещё более внимательно ощупывать её. Если бы я не придержала Таню, то, уверена, она бы съела его от ревности. В её глазах пылал гнев и негодование, но я тут же успокоила её тем, что это же просто игра. Стас с большим энтузиазмом наблюдал за всей этой картиной, изредка поглядывая на свои часы. Видимо, куда-то сильно торопился.

Пройдя пять девушек, Вова остановился передо мной. Его руки были на уровне моей груди, поэтому он машинально потянулся к ней. Я прикрыла глаза, ожидая, что меня сейчас будут трогать, ровно как и всех предыдущих девушек. Я понимала, что это просто игра, поэтому отнеслась к этому вполне нормально, даже с улыбкой. Но Стас, видимо, был совершенно не такого мнение. Схватив Вову за шиворот, он оттащил его назад, не дав даже притронуться к моему телу.

— Эй! Ты что творишь!? — Вова стянул со своих глаз повязку и возмущённо посмотрел на Стаса, — Вообще страх потерял!?

Вова хотел было начать драку, но Стас резко схватил меня за руку и увёл из комнаты, наплевав на всех присутствующих.

— Ты что творишь!? — теперь уже возмутилась я, — Куда ты меня вообще тащишь!?

— В машину, — сердито ответил Стас и, когда мы подошли к его транспорту, запихнул меня в салон.

— Вообще рехнулся!? — мои глаза округлились от шока, и я смотрела на Стаса, в ожидании хоть каких-то объяснений, — Стас, я вообще-то с тобой разговариваю! Скажи хоть что-нибудь!

— Нам пора домой, — спокойным тоном произнес мужчина, кладя руку на руль.

— Домой!? Ты серьёзно!? — я откинула голову на спинку сиденья и закатила глаза, — Ты же сам меня сюда притащил, сам же захотел участвовать в конкурсе!

— А теперь не хочу, — Стас протянул руку к бардачку и, открыв его, достал пачку сигарет. Сердито глядя на мужчину, я выхватила пачку из его рук и выкинула в открытое окно, — Ну и что ты себе позволяешь? — поджав нижнюю губу, прошипел Стас.

— А ты что себе позволяешь!? Что за бессмысленная ревность!? — насупившись, спросила я.

— Нет никакой ревности. Мне просто срочно понадобилось уехать, — пожал плечами Стас, отвернул голову к окну.

— Ну так езжай! Чего встал!? — длинно вздохнула я. Вся эта ситуация уже порядком вывела меня из себя, и у я уже была не в силах что-либо выяснять. Я просто отвернулась от Стаса и закрыла глаза.

— Приехали! — оповестил меня Стас, и я, даже не оборачиваясь в его сторону, вышла из машины и направилась к калитке своего дома. Стас ещё некоторое время смотрел мне вслед и, когда я вошла в дом, уехал.

— Тётя, я дома! — громко объявила я, захлопывая входную дверь. В ответ я услышала только глухое эхо.

«Странно. Она ведь сегодня должна быть выходная. Может, срочно вызвали?»— думала я, оглядывая остальные комнаты. Дом действительно был пустым.

Остаток дня я провела в компании ноутбука и чашки горячего чая, наслаждаясь тишиной и спокойствием. А часам к двенадцати вернулась тётя Оля.

— Много работы было? — спросила я, выглянув из своей комнаты.

— Да, — устало вздохнула тётя, ставя свои туфли в шкаф, — До самой ночи провозилась.

— Может тебе не стоит пока работать? Ты же только после операции.

— Уже несколько недель прошло. Да и кто, если не я будет работать?

— Я буду. Вернее я уже работаю и получаю неплохие деньги, — напомнила я.

— Но нам всё равно деньги очень нужны. И одной твоей зарплаты нам мало будет, — тётя пропустила ещё один вздох и, открыв дверь, зашла на кухню, — Хочу чаю выпить перед сном, — сказала она, ставя чайник на плиту.

— Ладно. Доброй ночи, — улыбнулась я.

— Доброй ночи, Лиса.

На следующее утро я, позавтракав, поехала на работу. С наступлением осени погода на улице заметно ухудшилась, поэтому мне пришлось накинуть осеннее пальто.

В офисе, на удивление, было спокойно. Всё шло своим чередом. Алёна сортировала документы, периодически относя их Олесе. Олеся — бухгалтерша. На вид ей лет 30, не больше. Пышногрудая брюнетка крупного телосложения, редко выходящая из кабинета бухгалтерии, поэтому виделись мы с ней очень редко. В отдельном кабинете, как всегда сидела Лиза. И заметив меня через прозрачную дверь, она только хмурилась.

«Видимо, всё ещё дуется из-за произошедшего у Стаса дома. Жаль, что Стас этого не помнит. Было забавно смотреть на её бессмысленную ревность»— думала я, с улыбкой вспоминая ту ночь, когда Стас пьяный уснул на моих коленях, а Лиза, увидев это, психанула и выбежала из дома.

Поздоровавшись с Алёной, я ныркнула в свой кабинет документам, которых, как всегда было слишком много. Хоть я и не бухгалтер, но большинство документов компании проходят именно через мои руки. Я периодически делаю их копию, отношу на печать к начальству или же вообще сдаю в утиль. Стас не особо любит работать с документами, поэтому все его сотрудники делают это за него.

Так и в этот раз. Я разобрала документы, некоторые из которых сунула в шредер, и отложила незнакомую мне прозрачную папку на край стола, чтобы потом вернуться к ней.

«Некий Игорь Ткаченко»— прочитала я, открыв первый лист, — «Документы на продажу особняка в деревне Терехово. Я даже не знаю, где это. Нужно будет спросить».

Взяв папку под руку, я распахнула дверь своего кабинета и уверенными шагами направилась в сторону двери с надписью «Борисенко Елизавета Аркадьевна. PR-менеджер». Смело постучав, я вошла вовнутрь и встретилась взглядом с Лизой.

— Почему ты здесь? — вместо привычного приветствия грубо спросила блондинка.

— Доброе утро, — я натянула улыбку, стараясь не делать обстановку слишком напряжённой, — У меня здесь документы, — сказала я, положив папку на стол перед Лизой. Та окинула серьезным взглядом сначала меня, а потом и лежавшие перед ней документы.

— Документы о продаже особняка в деревне Терехово, — прочитала девушка и снова с презрением посмотрела на меня, — Ну и?

— Что это за документы? На них нет подписи ни одной главы компании.

— Значит, Стас и Давид ещё не подписали, — пожав плечами, Лиза отодвинула папку на самый край.

— А ты тоже часть компании? — спросила я, указывая на её подпись в документах, — У тебя есть проценты акций?

— Конечно! — с гордостью подняла подбородок Лиза, демонстрируя своё превосходство надо мной.

— Ладно. Тогда я пойду к Стасу и Давиду, — я взяла папку со стола и повернулась спиной к Лизе. Та лишь что-то недовольно пробурчала себе под нос, смотря мне вслед.

Кратко стукнув в дверь, я открыла её и оказалась в просторном помещении, где за столом сидел Давид. Оглядев кабинет, я поняла, что мужчина один.

— Привет, Алиса, — он одарил меня своей белоснежной улыбкой и встал из-за стола.

— Доброе утро, Давид, — ответила я, улыбнувшись в ответ, — А где Стас? Он разве не в офисе?

— А ты что, не знаешь? — Давид вопросительно выгнул одну бровь, глядя на меня.

— Чего не знаю? — не поняла я.

— У Стасяна же сегодня днюха, — объяснил Давид.

— День рождения? А я и не знала…

— Ну так теперь знай, — усмехнулся Давид, садясь обратно за стол. Там у него валялась стопка различных бумажек.

— Так он что, празднует? — спросила я, не понимая, почему этот трудоголик не в своём офисе.

— Честно, без понятия, — развёл руками Давид, — Он вечно где-то пропадает в свой день рождения. Даже я не знаю, где.

— А он может быть дома у родителей? — предположила я.

— Без понятия. Он не празднует свой день рождения. Так что Стасян может быть, где угодно.

Я горестно вздохнула и опустила глаза. В моих руках была всё так же прозрачная папка.

— Точно. Я же пришла насчёт документов, — вспомнила я и протянула Давиду папку.

— Что за документы? — поинтересовался он.

— Вот, смотри. Нужна твоя и Стаса подпись.

Взяв из моих рук папку, Давид открыл её и стал бегать глазами по её содержимому.

— Точно! Мы же со Стасяном собирались подписать, — стукнув себя по лбу, сказал Давид, — Спасибо. А то вечно теряем все бумажки, а потом за час до сделки ищем их, суетимся, носимся по офису, как угорелые, — рассмеялся Давид и посмотрел на меня.

— Ладно, тогда я пошла? — развернувшись, обратилась к Давиду я, — Напомнишь Стасу, чтобы он тоже подписал.

— Угу, — закивал Давид, — Правда, я не знаю, когда он явится.

— Думаю, скоро, — пожала плечами я.

Крутой склон горы, за которым следует резкий обрыв. Сильный ветер безжалостно бьёт в лицо, заставляя жмуриться. Сжав между пальцами сигарету, Стас делает медленную затяжку и выдыхает дым впереди себя. Это помогает расслабиться и не думать ни о чём.

Позади мужчины стоит уютный домик для отдыха с террасой, откуда открывается прекрасный вид на горы.

Потушив сигарету, Стас бросает её с обрыва и, развернувшись, уходит в направлении виллы. Натянув на голову капюшон, он суёт руки в карманы и медленной походкой направляется ко входу в дом, который находится в пятидесяти метрах от обрыва.

Что-то насвистывая себе под нос, Стас заходит в дом и, закрыв дверь на ключ, садится перед горящим камином. Пока на улице такой холод, в вилле очень тепло и уютно.

Запрокинув голову назад, Стас расслабленно посмотрел в камин и принялся наблюдать за яркими огоньками пламени, которые оживлённо бегали внутри. Это зрелище завораживает. Как говорится, бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода и как работают другие люди.

Вся эта домашняя атмосфера невероятно расслабляет и погружает в сон. Прикрыв глаза, Стас начал тихонько дремать под шум горящих дров в камине. Но не тут то было… Раздался телефонный звонок, и Стас озлобленно вздохнул. Кто посмел нарушить его покой?

Даже не глянув в экран, Стас сбросил звонок, кинул телефон в комод и снова лёг спать напротив камина.

Через несколько часов около виллы остановилась машина такси. Стук в дверь разбудил Стаса. Выругавшись, он поднялся и пошёл открывать. Но увидев через стекло, кто к нему наведался, замер. За дверью стояла я, держа одну руку за спиной, и улыбалась, глядя на удивлённое лицо Стаса.

— Приве-ет? — изумлённо протянул Стас, как бы спрашивая, что я здесь забыла.

— Добрый вечер. Не помешаю твоей компании? — спросила я, оглядывая пустую комнату, из которой доносились звуки огня.

— Проходи, — ответил Стас, впуская меня в дом. Я вошла, продолжая держать одну руку за спиной, — Как ты меня нашла?

— Мне Давид сказал, что ты любишь где-то прятаться на свой день рождения. Ещё я вспомнила твой рассказ про купленную виллу, — сказала я, и Стас обречённо вздохнул, — Кстати, с днём рождения! — с таинственной улыбкой я достала из-за спины коробку и протянула её Стасу. На небольшой коробочке не было ни ленточки, ни бантика, но крышка резко подпрыгнула, стоило только Стасу взять коробку в руки.

— Там что-то живое? — с явным любопытством спросил Стас, разглядывая мой подарок.

— Открой, — произнесла я, видя его нетерпеливость.

Стоило только Стасу снять крышку с коробки, как оттуда выпрыгнул маленький рыженький котёнок. От неожиданности Стас ахнул и выпустил пустую коробку из рук. Котёнок повис на его кофте, тихонько мяукнув.

— К-котёнок? — ошарашенно произнес Стас, глядя сначала на животное, которое вцепилось коготками в его кофту, а потом и на меня.

Я кивнула.

— Надеюсь, у тебя нет аллергии на шерсть животных?

Стас покачал головой и дрожащими руками снял со своей одежды котёнка. Вытянув руки перед собой, он озадаченно на него посмотрел.

— Рыжий котёнок? — с удивлением произнёс и после секундной паузы добавил: — И как его зовут?

— Не знаю. Придумай сам. Это ведь теперь твой друг, — всё с той же улыбкой сказала я. Мне было безумно приятно видеть реакцию Стаса на мой подарок.

«Подумать только, взрослый мужчина, а радуется котёнку, как ребёнок»— с умилением думала я, глядя на то, как Стас вертит в своих руках маленького котёнка, а потом прижимает его к своей груди.

— Пусть его будут звать Луч, — сказал мужчина, поглаживая животное по голове, — Он такой милый.

— Я рада, что тебе нравится, — я заулыбалась во весь рот и поставила коробку на стол. Стас сделал несколько шагов и сел на диван. Я сняла пальто и расположилась рядом.

На протяжении нескольких минут он с нежностью поглаживал своего нового друга, заглядывая в его маленькие глазки и, улыбаясь, как ребёнок, которому исполнили мечту всей его жизни.

— А ведь я всё детство мечтал о котёнке, — задумчиво произнес Стас, — Но мама всегда была против домашних животных.

— Но теперь у тебя есть Луч, а значит я исполнила детскую мечту Гордеева Стаса, — усмехнулась я.

— Спасибо… — повернув голову ко мне, тепло сказал Стас, — Мне всегда казалось, что у меня есть всё, но теперь я понял, что мне хватало вот такого вот пушистого Луча.

— Я рада, — восторженно глядя на Стаса, ответила я и протянула руку к котёнку, — Можно?

Стас кивнул и передал мне на руки Луча. Маленький и такой беззащитный, он прижался к моей ладони и зажмурился, лёжа на ней.

— Ты прав, он милый, — растрогалась я, глядя на это беспомощное создание.

— Может он хочет спать? — спросил Стас, вглядываясь в мордочку Луча. Я пожала плечами.

— Может быть.

Оставив котёнка на диване отдыхать, мы со Стасом пошли на кухню.

— Тебе сделать чай? — предложил Стас, подходя к чайнику.

— Да, можно, — кивнула я, оперевшись рукой о кухонный стол, — Очень красивая вилла.

— Мне тоже нравится, — согласился Стас и встал рядом со мной, — Кстати, я так и не понял, как ты меня нашла. Никто, кроме тебя не знал про купленную мной виллу, да и я не говорил адреса.

Я не смогла сдержать нескольких смешков, глядя на его озадаченное лицо.

— Что? — Стас ещё больше растерялся от моей улыбки, — Говорил?

Я кивнула, и Стас разочарованно стукнул по столу. Видя это, я уже не смогла сдерживаться и громко рассмеялась.

— Всё-таки мне не стоит столько пить, — вздохнул он, — Теперь ты знаешь обо мне абсолютно всё.

— Что, прям всё? — удивилась я.

Стас на несколько секунд задумался и резко мотнул головой.

— Хотя нет! Не всё! — его губы вылились в загадочной улыбке, что сильно заинтриговало меня.

— И что же ещё ты скрываешь ото всех? — наклонив голову вбок, прищурилась я.

— А вот не скажу, — вскинул брови Стас, серьёзно смотря на меня, — Ведь после знакомства с тобой все мои тайны стали далеко не тайнами. Теперь их знает вся страна.

Я повторно усмехнулась в свою ладонь и опустила взгляд.

— Вот видишь, как твоя жизнь меняется, — с улыбкой ответила я.

— И не поспоришь же, — ухмыльнулся Стас и повернул голову к кипящему чайнику. Залив воду по кружкам, он поставил их на стол.

— На улице такой холод, — произнесла я, обнимая обеими руками горячую чашку чая, — А у тебя здесь очень тепло.

— Да. Я наколол дров и зажёг камин, — Стас тоже грел свои руки у теплотой кружки, — Здесь, в горах, очень хорошо. Так спокойно.

— Именно поэтому ты уединился в свой день рождения?

— Да, — мрачно ответил Стас, — Не люблю этот день.

— И почему же? — поинтересовалась я, не понимая причину его угрюмости, — Это ведь праздник. Твой праздник.

— И в чём заключается праздник? В том, что я становлюсь на год старше? На моём лице появятся новые морщины, а на волосах седина.

От его суровости я усмехнулась, чем вызвала у Стаса недоумение.

— Что смешного? — нахмурил лоб мужчина, поднося к своим губам чашку.

— Так ты боишься состариться? — улыбаясь, закивала я, и Стас тут же резко поставил кружку на стол.

— Глупости! — раздражённо протянул он.

— Ты боишься состариться, — я с уверенностью закивала головой, понимая, что оказалась права, — Все стареют, Стас. Но всё не настолько плохо, как ты думаешь.

— Ну и что же хорошего? — хмурясь, Стас вопросительно приподнял свои брови.

— Ну, например, то, что мы взрослеем, становимся мудрее и опытнее…

Стас наклонил голову вбок и ухмыльнулся.

— Ты себя слышишь? Мудрее, взрослее… Глупости какие! — насмешливо произнёс Стас, и я цыкнула языком.

— Почему ты такой пессимист? Будь проще, Стас.

Мужчина закатил глаза, и мы завершили этот бессмысленный диалог, оставшись при своём мнении.

По окнам застучал дождь и блеснула молния. Я посмотрела на Стаса.

— Не волнуйся. В доме достаточно комнат, — произнёс он, словно предугадывая, о чём я думаю.

— Дождь скоро пройдет, и я поеду домой, — ответила я, ставя пустую чашку чая на стол.

— Как знаешь, — хмыкнул Стас, вставая, — Но я пойду выключу в доме всё электричество, а то мало ли…

Я кивнула, и Стас стал подниматься по ступенькам. Наверху что-то щёлкнуло, и во всём доме погас свет. Через некоторое время на кухню спустился Стас, держа в руках свечи. Он поставил их на стол.

— Дождь усилился, скоро перейдёт в град, — сказал мужчина, и сквозь тусклые огоньки я заметила его ухмылку.

— Хочешь, чтобы я осталась у тебя дома? — незаметно для себя улыбнулась я. Ухмылка тут же пропала с лица Стаса.

— Как хочешь… — буркнул он и, резко встав, переместился в гостиную к своему питомцу. Луч мирно спал на диване, греясь у камина. Взяв одну из свечей, я подошла к камину и уселась рядом со Стасом и его новым другом, которого мужчина легонько поглаживал пальцем, сидя на самом краю дивана.

Я подняла голову и посмотрела в окно. Там заметно стемнело, и погода резко ухудшилась.

Даже при отвратительном освещении я видела умиротворенную улыбку Стаса, когда он гладил Луча. Таким я ещё никогда его не видела.

— Если ты хочешь спать, то можешь выбрать себе одну из спален, — произнёс Стас, видя мой взгляд, устремлённый на него.

— У тебя есть запасная одежда? — спросила я, глядя на свои юбку и блузку, — Просто я не могу уснуть в этом, ведь завтра всё будет ужасно мятым.

— Так разденься, — усмехнувшись, предложил мужчина.

— Ладно. Я займу одну из спален наверху, — оповестила его я, направляясь в сторону лестницы и держа в одной из рук горящую свечу.

— Доброй ночи, — кинул он мне вслед.

— Доброй, — обернувшись, ответила я и снова улыбнулась, глядя на самую милую картину на свете: Стас обнимает маленького рыженького котёнка, легонько поглаживая его по голове ладонью при тусклом свете свечи.

Я поднялась на второй этаж и тут же замерла. Он был ещё больше и красивее, чем первый. Я смогла это разглядеть даже в полумраке. Глаза разбегались, глядя на количество комнат.

Наугад выбрав одну из них, я открыла дверь. Эта комната была, как целый номер в отеле. Двуместная кровать, два торшера по бокам, шкаф, ковер, комод и балкон. Я словно снова попала в тот дорогущий отель в Сочи, где совсем недавно отдыхала со Стасом.

«Неужели все богачи так живут? Сотня домов и вилл, где в каждом по сотне комнат. Зачем им столько?»— думала я, оглядывая пустое помещение. Я поставила горящую свечу на тумбу и, раздевшись, легла в постель.

О-о, это было нечто. Кровать, словно облако, мягкая и такая приятная к телу. А этот матрас… Он заполняет собой и поддерживает все контуры и изгибы моего тела.

В общем, я уснула за считанные секунды.

На следующее утро я проснулась от звука открывающейся двери. Спросонья я еле разглядела, кто стоял передо мной. Это был Стас. Скрестив руки на своей обнаженной груди, он серьёзно смотрел на меня, словно чего-то ожидая.

— Ты чего? — нахмурилась я, натягивая одеяло до самого носа. Несколько раз поморгав, я уже чётко видела перед собой Стаса. На его бёдрах были тёмно-синие брюки с расстёгнутым ремнём.

— Поднимайся. Мы едем в офис, — скомандовал мужчина и, когда я тяжело вздохнула, звякнула бляшка ремня. Он застегнул свои брюки и сунул одну руку в карман.

— Рано ведь ещё, — надув губы, возмутилась я, но Стас только посмеялся.

— Одевайся и спускайся. Я жду тебя на первом этаже, — напоследок сказал он и удалился.

Когда дверь захлопнулась, я скинула с себя одеяло и поднялась с постели.

«М-да… Мне придётся поехать в офис во вчерашнем. Думаю, просить Стаса заехать ко мне домой будет бессмысленным. Этот трудоголик явно захочет сразу же поехать на работу».

Обречённо вздохнув, я напялила на себя вчерашнее белье, юбку и блузку, и подошла к зеркалу.

«У меня ведь даже нет расчёски. В таком виде соваться в офис явно не стоит»— думала я, глядя на свои растрёпанные волосы.

Я спустилась вниз и тут же поймала на себе пронзающий взгляд Стаса, который стоял на кухне, держа на руках Луча.

— Долго… — возмущённо протянул он.

— Ну уж прости. У тебя здесь ничего нет. Я даже переодеться в чистое не могу, — обиженным голосом сказала я, наклоняясь к дивану, где лежало моё пальто.

— Так давай заедем к тебе домой, — невозмутимо ответил Стас, пожимая плечами.

Я открыла рот, чтобы ещё что-то сказать и тут резко обнаружила, что лишилась всяких слов, поэтому смогла только кивнуть.

— Ну всё, садись в машину.

«Что, всё так просто? Он просто взял и сам предложил мне заехать ко мне домой?»— моему удивлению не было предела.

Положив котёнка на заднее сиденье, Стас сел за руль.

В гробовой тишине мы доехали до моего дома и, высадив меня, Стас принялся ждать. Я поднялась по ступенькам и, оказавшись у себя дома, сразу же ныркнула в ванную. Скинув с себя грязную одежду, я залезла в душевую кабину.

«Как же хорошо…»— с облегчением выдохнула я, когда горячие струйки воды начали стекать по моему обнаженному телу. Волосы были собраны в гульку, поэтому не намокли, когда я смывала с себя остатки вчерашнего дня. На моём лице не было косметики, но зато была усталость и напряжение.

Сняв с себя всё это, я ступила на холодную плитку, и пошла в свою комнату. Заглянув в шкаф, я замерла на несколько секунд, думая, что такого можно надеть.

— Может это платье? — вслух рассуждала я, бегая глазами по своему гардеробу.

— Лучше синее. Оно тебе к лицу, — произнёс голос сзади, и я резко вздрогнула. Обернувшись, я встретилась взглядом со Стасом, на руках которого был Луч.

— Как ты вошёл? — в недоумении спросила я, и только потом до меня дошло, что я стою перед ним абсолютно голая, — Отвернись! — громко завизжала, прикрывая свою грудь ладонями. Усмехнувшись, Стас вышел из комнаты и встал по ту сторону двери.

— Ты слишком долго собираешься. Мне надоело ждать, вот я и зашёл, — сказал мужчина, откинув голову на стену.

— А тебя не учили стучаться? — возмущалась я, в быстром темпе надеваясь.

— Начнём с того, что я уже не раз видел твоё тело, — хмыкнул Стас, что вызвало у меня ещё больше возмущения, — И мне понравилось, — шёпотом добавил он, но я всё равно услышала это и густо покраснела.

— Я всё. Идём, — громко объявила я, выходя из комнаты. Стас окинул меня оценивающим взглядом, по которому сложно было что-либо понять.

— Ты всё-таки надела синее платье, — он улыбнулся во все 32 зуба.

— Просто я подумала, что синий цвет мне действительно к лицу, — невозмутимым тоном ответила я, оглядывая себя.

— И чёрные чулочки, — прикусывая свои губы, произнёс Стас, и я, вся красная от смущения, выбежала из дома, на ходу надевая пальто. На мне действительно были чёрные кружевные чулки, и тот факт, что Стас смотрит на мои ноги меня до безумия смущал. Видя такую мою реакцию, мужчина резво рассмеялся, после чего направился вслед за мной. Мы поехали в офис.

Нас обоих с порога встретили любопытные взгляды. То, что мы вдвоём опоздали, да ещё и котёнок Луч на руках у Стаса — всё это явно разведёт кучу сплетен и обсуждений.

— Сегодня вечером мы поедем на ужин к моим родителям, — оповестил меня Стас, вешая своё пальто в шкаф.

— А ты мне раньше не мог это сказать? — возмутилась я.

— Я сказал тебе надеть красивое платье, — напомнил мужчина, и я нахмурилась.

— И что с того?

— А то, что ты должна была понять, что сегодня важный день, — Стас сел на крученый стул и расположил свои руки на подлокотниках. Луч бегал по его столу, словно изучая территорию.

— Замечательно! — всплеснула руками я, раздражённо вздыхая.

— Сегодня день рождения моей матери… — продолжил Стас.

— Так, стоп! — перебила его я, — У твоей мамы день рождения на следующий день после твоего?

— Получается, что да, — спокойно ответил Стас, — Будет много народу. Пресса там, очень влиятельные люди. В общем, тебе нужно будет постараться.

После этих слов я цокнула языком.

— Снова враньё и притворство. Бесит! — насупилась я.

— Не хочешь врать и притворяться? — с удивлением спросил Стас и, когда я кивнула, добавил: — Есть ещё один вариант.

Я заинтересованно посмотрела на него и даже сделала шаг вперёд.

— И какой же?

— Влюбись в меня по-настоящему, — после секундной паузы выпалил Стас, — У тебя есть на это несколько часов.

Я взбешённо закатила глаза и надула губы.

— Что-то не нравится? — насмешливо глядя на меня, спросил Стас.

— Всё просто замечательно, — буркнула я и быстрыми шагами вышла из кабинета.

— Ну вот что ей не нравится, скажи мне? — взяв Луча за мордочку, спросил Стас, — Этих женщин фиг поймёшь.

Наклонив голову, Стас открыл ящик в столе и стал рыскать в нём.

— Стасян, здорова! — с улыбкой до ушей через порог переступил Давид.

— Привет, — что-то ища у себя в столе, пробормотал Стас.

— Как дела? — Давид подошёл к столу и положил на него обе руки, одну из которых крепко сжимал в кулаке, — А что это за милое создание? — он наклонился к Лучу и легонько провёл ладонью по его маленькой голове.

— Это Луч. Алиса подарила, — Стас поднял голову и, пожав другу руку, положил на стол несколько бумаг, — А ты где так долго шатался?

— Не шатался, а ходил в магазин, — интригующе улыбаясь, поправил Давид.

— Ты? В магазин? — ухмыльнулся Стас, — И что же ты там искал?

Давид огляделся по сторонам, словно боясь быть замеченным, а потом раскрыл кулак и положил на стол маленькую красную коробочку. Глаза Стаса приняли форму огромных шаров.

— Ты купил себе кольцо в бархатистой коробочке? — делая удивлённое лицо, спросил Стас.

— Очень смешно! — буркнул Давид, ткнув друга в плечо, — Я собираюсь сделать предложение Свете, — радостно сообщил Давид, на что Стас расхохотался, — Ты чего?

— Да ничего, — махнул рукой Стас, продолжая смеяться, — Ты вообще рехнулся, Давид? Светке предложение? Ты серьёзно?

— Конечно, — Давид спрятал коробочку в карман пиджака и обиженно нахмурился, — Не понимаю, почему ты смеёшься.

— Это я тебя не понимаю. Ладно ты спишь с ней! Но предложение… Дава, это уже перебор для такой содержанки, как твоя Светка. Ей же только твои деньги нужны.

Давид расстроенно опустил голову.

— Я думал ты мне друг, а ты…

— Да, друг, — Стас поднялся со стула и подошёл к Давиду, — А друзья нужны для того, чтобы предостерегать от таких девушек, как твоя Светка, — положив руку на плечо друга, сказал Стас.

— Но я ведь люблю её и хочу жениться, — Давид огорчённо опустил брови.

— Давид, может пока не стоит? — с надеждой глядя на друга, произнёс Стас, — Подожди немного.

— Куда ждать то? Мы вместе уже полтора года…

— И что? — перебил его Стас, — Будь вы вместо хоть сотню лет. Жениться то зачем?

— М-да, Стасян. Ты как всегда, — Давид поджал губы и похлопал друга по спине, — Как ты вообще сделал своей Алисе предложение?

Стас сделал шаг назад и отвёл глаза к окну.

— Обычно…

— Это как? — не отступал Давид, — Расскажи, как это всё было.

Поняв, что друг не отстанет, Стас сделал глубокий вдох:

— Мы сидели в машине, потом я достал кольцо и сделал ей предложение. Как-то так, — пожал плечами Стас, делая беззаботную улыбку.

— И всё!? — Давид разочарованно насупился, — Я то думал, что предложение делают как-то креативно, что ли…

— А зачем? Мы взрослые люди. Да — да. Нет — нет, — Стас серьёзно посмотрел на друга, и тот закивал головой.

— Пожалуй, ты прав, — достав из кармана телефон, Давид клацнул на несколько клавиш, после чего поднёс телефон к своему уху, — Любимая?

— Привет, дорогой, — на том конце провода послышался суетливый голос Светы, — Ты на работе?

— Да. А ты дома? — спросил Давид, разглядывая бархатистую коробочку.

— Да, любимый, — нежным голоском ответила Света, — А ты что, хочешь приехать?

— Нет-нет. Я сегодня задержусь, не скучай, — с таинственной улыбкой сказал Давид, хлопая коробочкой.

— Правда? — переспросил радостный голос, который тут же сменился на грусть и сожалению, — Я буду тебя ждать, любимый.

— Хорошо. Целую, — Давид сложил коробочку в карман пиджака и завершил звонок, — Ну что, я поехал? — спросил он, обращаясь к Стасу.

— Куда? — не понял тот.

— Ну как это куда? Делать Свете предложение. Уверен, она так обрадуется, — губы Давида растянулись в счастливой улыбке.

— Что-то мне не нравится всё это, — скривившись, покачал головой Стас.

— Почему?

— Да не знаю. Странное предчувствие какое-то, — развёл руками Стас.

— Да всё будет хорошо, — рассмеялся Давид, — Она согласится, и мы сыграем свадьбу. Я тебя ещё свидетелем сделаю.

— Ладно.

Хлопнула дверь, и Давид, переступив через порог, направился к машине. Чёрная Toyota стояла рядом со Стасовой Ferrari. В предвкушении чего-то невероятного, Давид завёл свой автомобиль и помчался по трассе. Через открытое окно ветер приятно щекотал лицо, разбрасывая по нему волосы.

Машина остановилась у огромного особняка. Ворота тут же распахнулись, и автомобиль въехал во двор. Выйдя из транспорта с большим букетом цветов, Давид встретился с мужчиной в черном смокинге и солнцезащитных очках.

— Давид Ильич, здравствуйте, — произнёс мужчина, забирая ключи от машины из рук Давида.

— Привет, Гена, — ответил Давид, и сделав глубокий вдох, достал из кармана пиджака красную коробочку, — Света дома?

— Да, Давид Ильич, — махнул головой Гена.

— Отлично.

Быстрыми и уверенными шагами Давид направился ко входу в дом. Гена хотел ещё что-то крикнуть ему вслед, но промолчал, то ли не желая портить настроение начальнику, то ли ещё почему-то…

С замиранием сердца Давид открыл дверь и на цыпочках поднялся на второй этаж, откуда доносился голос его возлюбленной. Сжав кулак с маленькой бархатистой коробочкой, он вошёл в спальню с ослепительной улыбкой, поглядывая на букет в своих руках. Но стоило только ему поднять голову, как улыбка тут же сменилось на разочарование. Давид открыл рот, чтобы что-то сказать, но понял, что онемел от шока.

На кровати лежала Света, вертя своей голой задницей, а под ней — Роман. Заметив вошедшего Давида, Света резко нырнула пол одеяло и испуганно посмотрела сначала на Романа, а потом на ошарашенного Давида.

— Это не то, о чём ты подумал… — успела только протараторить девушка, пребывая в шоковом состоянии.

Давид ошеломлённо сглотнул, пытаясь прийти в себя, а потом закричал:

— Вон из МОЕГО дома!

Больше слов не нужно было. Света вскочила с кровати и, стянув с Романа одеяло тут же выбежала из спальни.

— Тебе нужно отдельное приглашение? — сквозь зубы прошипел Давид, сверля Романа гневным взглядом.

— Да не кипешуй ты так, — рассмеялся тот и после нескольких пинков под его голый зад, выскочил вслед за Светой.

Давид выпустил из рук тяжёлый букет и коробку с кольцом, и закрыл глаза. Его сердце разрывалось не от боли и обиды, а из-за того, что он был так слеп и не замечал очевидных вещей.

«А ведь Стас был прав. Свете нужны были только мои деньги. Она пользовалась моим кошельком и одновременно кошельком Шишкина. Она спала с ним».

От этих мыслей у мужчины закружилась голова, и он рухнул на пол, схватившись за голову. В нескольких сантиметрах от его лица стояла кровать, при виде которой Давид стиснул зубы и ударил кулаком по белой простыне.

— На нашей кровати… — убито прошептал он, всё ещё не веря в произошедшее. На первом этаже хлопнула дверь, и Давид, поднявшись на ноги, подошёл к окну. Видя, как Света и Роман садятся в машину такси, он снова скрипнул зубами и отвернулся.

Когда он глянул на лежавшие на полу цветы и красную коробочку, в его голову пришла безумная идея.

— Я женюсь на той, кого встречу первой! — воскликнул он, поднимая букет и коробку с пола. В данный момент эта безрассудная идея не казалась ему такой дикой, ведь в глазах мужчины пылали обида и ненависть. Его предали, а это не прощают…

Спустившись по лестнице, Давид выскочил из дома и распахнул калитку. На встречу ему шла Карина, за обе щеки уплетая вокзальную шаурму.

— Выходи за меня замуж! — с безумными глазами произнёс Давид, протягивая Карине букет цветов, и открывая красную коробочку. Девушка ошарашенно вытаращилась на него и уже открыла рот, чтобы что-то сказать, как начала резко кашлять. Схватившись за горло, Карина выронила недоеденную шаурму и испуганно посмотрела на Давида, который тоже прибывал в шоке.

— Карина!? — потрясённо выкрикнул Давид, — Что с тобой!?

Указав на своё горло, Карина снова попыталась сделать вдох, испуганно выпучивая глаза. Давид в растерянности начал оглядываться по сторонам, но как на зло людей рядом не оказалось.

Обойдя Карину сзади, он схватил её за талию и несколько раз резко надавил на нижнюю часть живота. Девушка прокашлялась и судорожно выдохнула.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил Давид, глядя в большие глаза Карины. Та подняла голову и, исподлобья посмотрев на мужчину, дала ему увесистую пощёчину, — Ты чего? Я же тебя спас… — огорчённо произнёс Давид, поглаживая место удара.

— Совсем больной, что ли!? — гневно выпалила Карина, — Я чуть не умерла из-за тебя!

— Извини… — смог только ответить Давид, опуская глаза, — Не знаю, что на меня нашло…

— Ты так всем подряд девушкам делаешь предложение средь улицы? — уже немного помягче спросила Карина, и Давид слабо улыбнулся.

— Вовсе нет. Просто так уж вышло, что я собирался делать своей девушке предложение, но застал её в постели с другим…

Лицо Карины изменилось.

— Сочувствую, — поджав губы, сказала она.

— Мг, — махнул головой Давид, — Жаль, что я раньше не увидел её истинного лица.

— Да ладно, — с пренебрежением усмехнулась Карина, — Ты мужик нормальный. Светка тебя не достойна.

— Нормальный? — теперь уже Давид усмехнулся.

— Ну да, — пожала плечами Карина, отводя взгляд, — Кстати, я из-за тебя лишилась обеда, — указывая на дорогу, где валялась недоеденная шаурма, сказала Карина.

— Ну что ж? Тогда я просто обязан купить тебе новую, — тяжело вздохнул Давид, пожимая плечами.

— Тогда пойдём?

— Сейчас, — Давид поднял с дороги букет и протянул его Карине, — Возьми.

— Ты снова за своё? — насупилась девушка, — Замуж за тебя не пойду.

— Жаль… — Давид наигранно надул губы и спрятал в пиджак коробку с кольцом, — Но цветы прими. Не выбрасывать же.

— Ладно, — согласилась Карина и взяла из рук мужчины большой букет. Она поднесла его к носу и вдохнула великолепный аромат, — Вкусно пахнет. Мои любимые лилии.

— Я выбирал, — улыбнулся краем губ Давид, захлопывая калитку.

— Значит, у тебя отменный вкус, — озорным голоском сказала Карина, и они оба заулыбались.

Ближе к вечеру дверь моего кабинета открылась, и туда вошёл Стас. Окинув меня презрительным взглядом, он оперся руками о край стола и щёлкнул на какую-то кнопку, так что компьютер выключился.

— Ты что делаешь? — возмутилась я, глядя в тёмный экран компьютера.

— Рабочий день окончен. Мы едем к моим родителям, — с невозмутимым лицом сказал мужчина, и я страдальчески закатила глаза, — Не нужно делать такое лицо. Я и сам не в восторге от всех этих приключений на мою голову.

— Но ты ведь сам начал эту бессмысленную игру, — напомнила я, и теперь уже Стас поднял глаза к потолку.

— Неважно, — с серьезным взглядом пробурчал мужчина и направился к двери, — Жду тебя в машине.

Я обречённо вздохнула и, сняв с вешалки своё пальто, накинула его на плечи.

Сев в автомобиль, мы со Стасом поехали в его родительский дом. Меня совсем не радовала предстоящая встреча с матерью Стаса, которая меня, мягко говоря, недолюбливает.

«Хоть я и ненастоящая невеста Стаса, но всё равно обидно, что меня не полюбили просто так, не за что».

Стас дал по тормозам, и мы, отстегнув ремни, вышли из машины. Я оглядела двор.

«Ни единой машины. Где же все богачи? Разве они не на дорогущих иномарках приехали?»— недоумевала я, бегая глазами по территории.

— Ещё рано, никого нет, — сказал Стас, словно прочитав мои мысли.

— Ясно, — я подняла голову к небу и тут же прищурилась от ярких лучей солнца, — Сегодня так жарко. По сравнению со вчерашним днём, просто духотень.

— Так разденься, — посоветовал Стас и повесил своё пальто на спинку стула в саду, — Сегодня погода и вправду отличная. Вон родители даже бассейн наполнили, — кивая головой в сторону большого бассейна, сказал Стас.

— Ну не настолько уж и жарко, чтобы купаться, — хмыкнула я, бросая своё пальто на спинку стула.

— Кому как. Мой отец так любит закаляться, — Стас сделал несколько шагов вперёд и остановился у бассейна. Я встала рядом и тут же поймала на себе тот его пронзающий взгляд.

— Что? — я высоко приподняла брови, не понимая, с чем теперь связан этот взгляд.

— Что-то не то, — Стас приложил руку к подбородку, внимательно оглядывая меня с ног до головы.

— Да почему тебе вечно всё не нравится!? — озлобленно вздохнула я, — Вот вечно ты всем недоволен!

Я ещё немного повозмущалась, а потом кратко ойкнула, когда Стас стянул несколько шпилек с моих волос и перекинул волосы на плечи, оголив мою спину.

— Вот так лучше, — закивал он, кладя шпильки на стол, — Ты должна выглядеть, как настоящая невеста такого мужчины, как я.

После этих слов я открыла рот, изумлёнными глазами смотря на Стаса.

— А ты не сильно много на себя берёшь? — возмутилась я, — Такого мужчины, как ты? Это какого же?

— Состоятельного, богатого, красивого…

Стас мог ещё продолжать и продолжать, но я резко прервала его толчком в бок. Потеряв равновесие, мужчина полетел в бассейн, с головой в него окунувшись. Я сделала шаг назад, чтобы в меня не полетели брызги, и со смехом принялась наблюдать за тем, как Стас резко выныривает и начинает болтать руками и головой.

— Я же не умею плавать! — с испуганными глазами закричал он, и лицо мужчины скрылось под водой, так что были видны только его растрёпанные каштановые волосы.

Я ошарашенно вылупилась на него, не понимая, как взрослый мужчина может не уметь плавать. Но времени на раздумья у меня не было, поэтому я кинулась в воду вслед за скрывшимся под водой Стасом. В растерянности я начала хватать его руки в бассейне, а потом завизжала от неожиданности, когда эти же руки подхватили меня.

— Так ты умеешь плавать!? — обиженным голосом вскрикнула я, мотая головой. Нагло улыбаясь, Стас закивал, — Вот же ж! У меня же теперь всё мокрое! В чём я пойду!?

— А ты про меня не подумала? — возмутился Стас, указывая на насквозь мокрую рубаху, которая висела на нём.

— Ты в родительском доме что-нибудь то придумаешь. А я? — я хлопнула ладонью по его руке, которая была неприлично близко к краю моего мокрого платья, — Не тронь меня! Да и вообще пусти!

— Больно надо! — хмыкнул Стас, подплывая к выходу из бассейна.

Над собой я услышала шаги и подняла голову. На нас со Стасом смотрели шесть удивленных глаз. Это было всё семейство Стаса.

— Интересненько тут у вас! — поджав нижнюю губу, произнёс Коля.

— Что происходит, сын? — с возмущением спросила Марина Дмитриевна, хмуря свой лоб.

— Мы решили немного искупнуться, — невозмутимым тоном ответил Стас, ещё крепче прижимая моё тело к себе. Я тыкнула локтем в его грудь со словами возмущения «Да пусти ты меня уже!».

Мы оба вылезли из бассейна, и тело пробила лёгкая дрожь, ведь на улице был уже не май месяц. Погода явно не подходящая для занятий в бассейне.

— Станислав, ты выбрал не лучшее время для купания, — серьёзно смотря на сына, произнесла Марина Дмитриевна, — Скоро приедут журналисты, а вы в таком виде, — она с пренебрежением осмотрела меня, — Идите к моему стилисту, он что-нибудь придумает.

Махнув своей рукой в сторону входа в дом, Марина Дмитриевна обречённо закатила глаза и взялась за голову.

— Послал же бог невестку! — тяжело вздохнула она, поглядывая на мужа, — А ты чего встал!? Галстук надень, Вова!

Владимир Петрович тут же метнулся ко входной двери, оставив жену одну в саду.

Я исподлобья посмотрела на Стаса, который снимал с себя мокрую рубашку.

— Чего стоишь!? — буркнул он, — Раздевайся. Сейчас тебе принесут платье.

— Так отвернись! — насупившись, выкрикнула я и тут же поймала на себе насмешливый взгляд Стаса, — Ничего не говори… — сквозь зубы процедила я, предвидя его следующие слова.

— Ладно, — пожал плечами мужчина и без какого-либо стеснения стал расстёгивать ремень на своих брюках.

— О, боже! — вздохнула я, отворачиваясь к окну, — Тебя вообще ничего не смущает!?

Дверь распахнулась, и в комнату вошёл мужчина с ярко-красным платьем в одной руке и тёмным смокингом в другой.

— Алиса, примерьте, — с этими словами он протянул мне платье, — Станислав Владимирович…

Забрав из рук мужчины смокинг, Стас бросил его на идеально застеленную кровать.

— Можешь идти. Мы тебя позже позовём, — произнёс Стас, кивая в сторону двери, после чего мужчина поспешно удалился, — Меряй платье.

Я непонятливо посмотрела на него.

— Тебя ничего не смущает?

Стас приподнял одну бровь, наклонив голову вбок.

— Нет… А должно?

Я тяжело вздохнула и выкрикнула ему в лицо:

— Выйди! Тогда переоденусь!

На лице Стаса появилась акулья ухмылка.

— Чего я там не видел, — хмыкнул он, окидывая меня довольным взглядом.

— Вот и вспоминай по памяти! — вырвалось у меня, и Стас после этих слов в одних трусах вышел из комнаты.

— У тебя минута, — произнёс он, хлопая дверью. Эти слова звучали крайне серьезно, поэтому я, не желая тратить время, скинула с себя всю одежду и поднесла к груди принесённое алое платье. Со стороны оно смотрелось ну очень откровенно и вульгарно.

«Может, если я его надену, то всё будет иначе?»— с надеждой думала я, надевая платье на голое тело.

Спустя ровно минуту в комнату вошёл Стас. Он на мгновение замер, видя меня, стоящую напротив зеркала в обтягивающем платье в пол с разрезами к тазовым костям с обеих сторон. Острые плечи и рукава с разрезами к ним.

— Не слишком ли откровенно? — вслух спросила я, касаясь своих плеч рукой.

— По-моему, великолепно, — со сбившимся дыханием произнёс Стас, делая шаг в мою сторону, — Это красное платье отлично подойдёт к твоим засосам на шее.

Я резко обернулась и нахмурила лоб.

— У меня нет никаких засосов на шее, — возмущенным голосом сказала я.

— Значит появятся, — произнёс Стас, и на его лице снова появилась та акулья ухмылка, от которой мурашки по коже.

— Лучше помолчи… — сокрушённо вздохнула я, снова поворачиваясь к зеркалу.

— На тебе нет никакого белья… — облизывая свои губы, Стас вплотную подошёл ко мне со спины, так что стало ужасно жарко, — Ни лифчика… — он сделал длинную паузу, водя глазами по вырезу на моём декольте, — Ни…

Я не дела ему договорить, резко прикрыв рот рукой.

— Соблюдай хоть какие-то личные границы… — шёпотом попросила, с мольбой глядя ему в глаза, — А то частенько перегибаешь палку.

Стас сам убрал мою ладонь со своих губ и ухмыльнулся.

— Пойдём. Нас уже ждут за столом.

Я с удивлением посмотрела сначала на него, а потом на смокинг, лежавший на постели.

— В ты собираешься вот так вот идти?

— Да. В одних трусах, — закивал мужчина, беря в руки белую рубашку. Застегнув её на все пуговицы, он приступил к брюкам, а после повязал на шею галстук в цвет моего платья.

Я с замиранием сердца смотрела на весь этот процесс. То, как ловко его пальцы справляются с пуговицами на рубашке, а потом его сильные, с выпирающими венами руки надевают на плечи пиджак. У меня аж в горле пересохло от переизбытка нахлынувших эмоций. Мне даже не секунду захотелось прикоснуться к его таким мощным рукам, которые ещё совсем недавно держали меня в бассейне.

Вернуть меня в реальность смогли несколько щелчков от Стаса.

— Ты чего застыла? — он с непонимающим лицом смотрел на рассеянную меня, щёлкая пальцами.

— Всё в порядке, — закивала головой я, наконец придя в себя, — Идём.

Стоило нам только ступить на ступеньки, как сверху послышались оживленные голоса, будто там не три человека, а все десять.

— Что там происходит? — посмотрела я на Стаса, но тот ничего не ответил, только взял меня под руку.

Мы переступили порог гостиной и оказались объектом для всеобщего внимания. Это были какие-то неизвестные мне люди, которые, увидев нас со Стасом, сразу же подбежали с вопросами, суя микрофоны к моему лицу и лицу Стаса. Другие же, не теряя времени, делали снимки, кружа вокруг интересующих их объектов.

От всей этой суеты у меня закружилась голова.

«Неужели у богачей все праздники так проходят? Не в кругу семьи, а в компании каких-то левых людей с камерами»— обречённо вздыхала я, стараясь не показывать своего беспокойства. Стас же относился ко всему этому крайне сдержанно и кратко отвечал на все вопросы, кивая головой.

— Алиса, а вы уже называете свою будущую свекровь «мамой»? — поднеся к моим губам микрофон, спросила журналистка. От этого вопроса я впала в ступор.

«Ни за что бы не могла подумать, что мне будут задавать ТАКИЕ вопросы»— я ошарашенно хлопала глазами, думая над ответом.

— Конечно, называет! — вместо меня отреагировала Марина Дмитриевна, — Мы с Алисочкой уже, как мать и дочь!

С широкой улыбкой она приобняла меня за плечи, и мне пришлось счастливо улыбнуться, отвечая на ласку «свекрови».

— Станислав, а когда вы планируете свадьбу? — теперь микрофон у лица Стаса, и вот он уже практически не может сдерживать свою растерянность, — Куда поедете отдыхать со своей возлюбленной в медовый месяц?

— Очень скоро… — сухо ответил Стас, сглотнув, — Скорее всего проведем медовый месяц за границей.

Я подтвердила его слова коротким кивком.

Следующие несколько часов показались мне адом. Пресса задавала вопросы, относительно неудавшегося увлечения Стаса, распытывала меня об этом, и в конце концов речь снова зашла о «предстоящей» свадьбе.

— Станислав, вы планируете лично делать дизайн для платья вашей невесты?

После данного вопроса Стас посмотрел на меня, а потом, прикусив свои губы, опустил глаза в пол, так и не дав конкретного ответа.

— Алиса, а кем работают ваши родители? — переключившись на меня, спросила журналистка, — Владельцы какой-то крупной компании? Она потом вольётся в холдинг «Габворд»?

От столь неожиданных вопросов я остолбенела и, кажется, потеряла дар речи.

— У Алисы есть только тётя, — ответил Стас, видя мою растерянность.

Прикрыв веки, я мысленно благодарила его, ведь касаться данной темы было очень болезненно для меня.

Журналисты уехали, наконец оставив семью Стаса в покое. Мы дружно сели за роскошно накрытый стол и принялись за ужин.

— Стас, вам действительно нужно подумать о свадьбе, — не прошло и минуты, как Марина Дмитриевна начала свои нравоучения.

— Мама… — попытался возразить Стас.

— Не перебивай мать! — хлопнула ладонью по столу Марина Дмитриевна, и Стас сразу же покорно замолчал, — Сейчас во всех новостях будет наше интервью, и все будут ждать вашей свадьбы. Я не хочу, чтобы люди думали, что ты какой-то легкомысленный. Раз уж решил жениться, то делай это как можно скорее.

Я отложила столовые приборы и посмотрела на Стаса, в ожидании, что он что-то скажет матери, но он сидел, словно воды в рот набрав.

— Сынок, мать права, — в разговор вступил отец Стаса, — Нам не нужны лишние проблемы, вопросы. Нужно непременно сыграть свадьбу, тем самым показав, что ты серьезный мужчина, который отвечает за свои поступки, и что тебе не зря доверили лучшую компанию Москвы.

Стас сделал глубокий вдох и поднял взгляд сначала на отца, а потом и на мать. Коля смотрел на всю эту ситуацию с ехидной улыбкой, за обе щеки поедая Тако с крабом.

— Я понял, — серьёзно произнёс он, делая глоток красного вина. Я возмущённо выпучилась на него, но не промолвила ни слова, только для того, чтобы не создавать конфликтную ситуацию в семье, где меня и так, мягко говоря, недолюбливают.

После недолгого молчания Марина Дмитриевна отставила тарелку и взялась за голову.

— Что-то у меня от всей этой суеты голова разболелась, — произнесла она, как бы ненароком поглядывая на меня.

— Давайте я сделаю вам массаж, — пропустив длинный вздох, я поднялась из-за стола.

Мужчины за столом переглянулись и дружно пожали плечами, глядя нам вслед. Я и Марина Дмитриевна зашли в уединенную комнату, и она, сев на кровать, жестом указала мне на место позади себя. Я встала туда и стала проделывать ту же процедуру, что и несколько недель назад.

— У тебя волшебные руки, — томно вздохнула мать Стаса, когда мои ногти впились в кожу её головы.

— Но я ведь не пара вашему сыну? — напомнила я её же слова.

— Всё не так, как ты думаешь… — расслабленным голосом протянула Марина Дмитриевна, — Ты замечательная девушка. Очень хорошая, умная, красивая.

Она запнулась, запрокидывая голову назад. А я начала ещё с большими усилиями массировать её виски и затылок, ожидая продолжения.

— Просто ты не из нашего круга, и люди могут это не так понять. А так ты мне очень нравишься, как невестка…

Я убрала руки, и Марина Дмитриевна резко помотала головой, вопросительно глядя на меня.

— Что-то я совсем расслабилась. Так и уснуть недолго, — она вскочила на ноги и обернулась на меня, — Пойдём за стол.

Я кивнула в знак согласия, и мы вместе вышли в гостиную, где трое мужчин что-то бурно обсуждали, и заметив нас, сразу же замолчали.

— Нам, наверное, уже пора, — подойдя ко мне, сказал Стас.

— Уже!? — обиженным голосом спросила Марина Дмитриевна, — Остались бы ещё хоть ненадолго. А лучше переночуйте здесь, а завтра уже поедете домой.

Стас с вопросом посмотрел на меня и, получив отрицательный ответ, пожал плечами.

— Мы поедем домой, — уверенным тоном оповестил Стас, придерживая рукой мою талию.

— Тогда всего хорошего, — вставая, улыбнулся Коля. Подойдя ко мне, он протянул свою руку, принципиально игнорируя брата. Наклонив голову, он поцеловал тыльную часть моей руки и остановил взгляд на глубоком декольте.

В глазах Стаса сверкнул гнев и то, что ни с чем не спутаешь — дикая ревность, а его губы поджались в тонкую нить. Прикрыв мою грудь своей ладонью, Стас оттолкнул брата и как настоящий собственник выхватил мою руку из хватки Коли.

— Мы уходим, — сообщил Стас и, развернувшись, зашагал в сторону прихожей. Меня он потащил вслед за собой, крепко сжимая за запястье.

— Можешь уже отпустить, — хмуро произнесла я, когда мы подошли к его автомобилю, и Стас высвободил мою руку. Надев на плечи пальто, я села на переднее сиденье автомобиля. Хлопнула дверь, и Стас оказался рядом со мной.

— Тебя отвезти домой? — с вопросом спросил он.

— А куда же ещё? — съязвила я, ухмыляясь.

— В отель, — в ответ хмыкнул Стас, дёргая бровями. Я закатила глаза и отвернулась к окну.

Добравшись до дома, я попрощалась со Стасом и вышла из машины. На улице стоял ужасный холод, так что я, не желая заболеть в тоненьком платье, хоть и с пальто на плечах, быстрыми шагами двинулась в дом.

На хлопок двери вышла тётя Оля. Увидев меня, она с восхищением захлопала глазами.

— Ничего себе! И куда это ты ходила такая красивая?

Я скинула туфли и устало вздохнула.

— Ездили к родителям Стаса.

— А чего же ты у Стаса дома не осталась? Поругались?

Я отрицательно помотала головой и широко открыла рот, зевая.

— У него много работы, поэтому я здесь.

— Ладно. Спокойной ночи, — пожелала мне тётя.

— И тебе.

Я закрылась в своей комнате и скинула с себя вечернее платье. Встав перед зеркалом, я очень внимательно стала разглядывать своё обнаженное тело. Сначала провела рукой вокруг грудей, рисуя ровные линии, потом оттянула сосок, и прикусив свои губы, запрокинула голову назад. Всё моё тело пронзило неимоверное наслаждение лишь от обычных прикосновений, и я не заметила, как моя другая рука начала массировать клитор. Я опустилась на постель, и широко раздвинув ноги, принялась мастурбировать.

«Я ведь никогда раньше не увлекалась этим. Но что же сейчас изменилось?»

Я до крови кусала свои губы, тихонько постанывая. Краем глаза я наблюдала за собой со стороны, глядя в зеркало. Это ещё больше завело меня, и теперь я уже не могла остановиться. В голове всплыл образ Стаса, его мощное тело и длинные пальцы на руках.

«Ох, как бы я сейчас хотела, чтобы его пальцы были во мне».

От этих мыслей мне стало душно и я резко помотала головой, отгоняя эти похабные мысли.

«Чего это я вдруг о нём думаю?»— я прекратила самоудовлетворение и залезла под одеяло, всё ещё краснея от своих же фантазий.

Утро. Я открыла глаза и посмотрела на стену напротив, вглядываясь в висящий на ней календарь. Сегодня суббота, а значит, не нужно ехать на работу, и я наконец смогу как следует отдохнуть, лёжа в кровати. Лениво потянувшись, я встала с постели и пошла на кухню, откуда доносился приятный кофейный автомат.

— М-м-м… — я закрыла глаза, вдыхая великолепный запах моего любимого Латте с корицей, — Доброе утро, тётя.

Обернувшись на мой голос, тётя улыбнулась.

— Доброе, Лиса. Но уже обед, — помахала она пальцем, тыкая в настенные часы.

— А? Да? — я беззаботно пожала плечами, усаживаясь за стол.

— Я сейчас пойду встречусь с подругой, — оповестила меня тётя, садясь напротив, — Так что не теряй меня.

Делая глоток горячего напитка, я кивнула.

— А что за подруга? — спросила я, пытаясь вспомнить всех тётиных подруг, — Тётя Лена?

— Да-да, с Леной, — опустив глаза, протараторила тётя, — Давно не виделись.

Выйдя из кухни, она закрылась в гостиной, и до меня донеслись отрывки из её телефонного разговора. Тётя с кем-то очень оживлённо беседовала, говоря о предстоящей встрече, а потом хлопнула входная дверь.

Меня немного удивила такая спешка, но я не придала этому особого значения, ведь тётя много работает и тоже хочет, как следует отдохнуть и развеяться в свой выходной. Взяв ноутбук, я переместилась в комнату, на кровать.

«Просмотр фильма с чашечкой кофе. Что может быть лучше?»— я расслабленно улыбнулась, глядя в экран ноутбука, — «Сегодня никто не сможет нарушить мой покой».

На тумбе зазвонил телефон, и я раздражённо закатила глаза.

«Всё-таки может…»

С обречённым вздохом я ответила на звонок, поднося к уху телефон.

— Привет, Карин.

— Приветик. Не занята? — полушепотом произнесла Карина.

— Уже нет, — сокрушенным голосом ответила я, — Ты как там?

— Я в ресторане…

— Подожди-ка, — перебила я, — А ты что в ресторане забыла? Лишние деньги появились? — с ухмылкой спросила я, поднося кружку к губам.

— Я с Давидом, — последовал ответ, и я поперхнулась кофе, — Он вышел в туалет.

— С Давидом? Так у вас всё налаживается?

— Он пригласил меня пообедать в ресторане. А я не смогла отказаться.

— Ясно. Значит, он так быстро смог забыть свою Светку? — спросила я, вспоминая рассказал Карины об измене со стороны Светы, и то, как тяжело Давид всё это перенёс.

— Не знаю. Но нам хорошо вдвоём, — задумчиво произнесла Карина, — Кстати, тут твоя тётя.

— Где «тут»? В ресторане? — не поняла я.

— Да. Недалеко от нашего столика… Она с какой-то женщиной.

— Странно, что они с тётей Леной пошли в ресторан. Это, небось, очень дорогое заведение.

— Ну да, не из дешёвых. Здесь один только салат с креветками стоит 20 баксов. Я за эти деньги неделю могла в нашем кафе обедать.

— А ты случайно не слышишь, о чём они там разговаривают? — спросила я, чуя что-то неладное в тётином походе в ресторан.

— Не особо. Сейчас эта женщина с седыми волосами отошла в туалет, — прошептала Карина в трубку телефона, — Ой, всё! Давид идёт. Потом перезвоню, — суетливым голосом протараторила Карина и завершила звонок.

«Женщина с седыми волосами? А разве тётя Лена не брюнетка? Я ведь где-то полгода назад видела её»— задумалась я, — «Даже если тётя пошла встретиться не с ней, то почему не сказала? Что скрывать то?»

От этих мыслей в моем сердце зародились нотки сомнения и даже недоверия по отношению к тёте. Я не понимала, почему она соврала мне, если действительно пошла на встречу с какой-то своей знакомой.

«Может, я просто её не знаю и всё?»— думала я, отлаживая телефон на тумбу, — «Теперь я уже точно уверена, что меня никто не побеспокоит и я наконец смогу посмотреть фильм в гордом одиночестве».

Я приняла удобную позу, и скрестив ноги, укуталась в одеялко. Клацнув на пробел, я взяла в руки чашку уже остывшего напитка и наконец приступила к просмотру.

На экране появилась заставка к фильму, и я, в предвкушении прекрасного вечерочка, улыбнулась.

«Как же давно я хотела посмотреть этот фильм, но всё никак не получалось. То времени не было, то поздно приходила с работы».

На тумбе заиграла знакомая мелодия, и я, осознав, что именно она стоит у меня на звонке, громко выругалась. Проклиная всё вокруг, я взяла трубку.

— Да!? — раздражённо рявкнула я.

— Ты чего такая злая? — удивленным голосом спросил Стас.

— Ничего! — отрезала я, — Что хотел?

— Ты дома? — задал он встречный вопрос.

— Да!

— Тогда собирайся, есть дело, — незамедлительно сообщил мне Стас.

Моё лицо перекосило от возмущения.

— С чего бы это!? Я вообще-то планировала сегодня остаться дома! — невольно буркнула я.

— Я же говорю, есть дело. Одевайся, бери паспорт и выходи. Через полчаса подъеду.

Я хотела спросить «зачем мне брать паспорт», но Стас уже завершил звонок.

«Вероятно, снова какая-то встреча, на которой он не сможет обойтись без меня. Ну или какие-то важные документы»— меня терзали догадки, что и зачем Стасу от меня нужно в выходной день.

«Но зная этого вечно занятого трудоголика, он всегда и везде найдет работу».

Нехотя, я закрыла ноутбук и поднялась с постели. Встав у зеркала, я ещё больше поняла, что не хочу никуда ехать.

«Зачем ему вообще захотелось куда-то ехать в субботу? Да и к чему тут я?»

Недоумевая, я распахнула шкаф и достала оттуда первое попавшееся. Это оказались синие джинсы и белая толстовка.

«Отлично! Самое то в выходной день!»

Волосы я расчесала и завязала в тугой хвост, чтобы не так сильно бросалась в глаза их жирность.

— Что это за выходка такая!? — возмущалась я, садясь к нему в машину, — Почему я должна ехать с тобой куда-то в свой выходной!?

— Потому что я так сказал, — хладнокровно произнёс Стас, и я на мгновение замерла, хмуро смотря на него.

— Ну это аргумент.

— Пристегнись, — сказал Стас, указывая на ремни безопасности.

Щёлкнула застёжка, и машина резко тронулась с места.

— Может ты мне уже объяснишь, куда мы едем? — спросила я, не понимая, куда можно ехать через лес, да ещё и по заброшенной трассе, — Ты собираешься закопать меня в лесу?

— Вовсе нет. Мы едем подавать заявление в ЗАГС, — невозмутимо ответил Стас, не отрывая взгляда от дороги.

Несколько секунд ступора, и я шокировано смотрю на Стаса.

— Т-ты совсем офигел!? — с гневом выкрикнула я, — К-когда ты собирался рассказать об этом мне!? Или ты вообще не собирался!? Просто поставил меня перед фактом!?

Не видя какой-либо реакции на мои возмущения, я пихнула Стаса в плечо.

— Ты меня вообще слышишь!? — гнев и одновременно шок переполняют меня, и получив в ответ лишь короткое безэмоциональное «да», я изо всех сил кричу: — Быстро остановил машину!

На удивление Стас меня послушал и ударил по тормозам. Не теряя времени, я рванула из транспорта, резко хлопнув дверью. Стас выскочил следом.

— Ну что такое? — устало вздохнул он.

— Ты ещё спрашиваешь!? — рассерженно закричала я, — Что такое!? ЧТО ТАКОЕ!? Ты действительно не понимаешь!?

Стас развёл руки в стороны, пожимая плечами, и тут же получил мощную пощёчину.

— Какой же ты идиот! — обречённо выкрикнула я, — Ты тащишь меня в ЗАГС, чтобы заключить фиктивный брак, даже не спросив, согласна ли я!

— Здесь не нужно твоё согласие. Всё по контракту, — с равнодушием ответил Стас, потирая свою красную щёку.

— Какому ещё контракту, Гордеев!? — выпучила глаза я, — Ты согласился помочь мне с деньгами для операции, а я в ответ должна была сыграть твою невесту! Про свадьбу, тем более фиктивную, и речи не шло!

— А ты хочешь настоящую? — съязвил Стас, нахально улыбаясь.

— Сейчас получишь по второй щеке! — нахмурив лоб, закричала я, — Ты эгоист! Думаешь только о себе и о своей собственной выгоде! На других тебе плевать!

— Ты же знаешь, что это нужно для сохранения репутации моей семьи… — вздохнул Стас.

— А на мою репутацию плевать, да!?

— Какую ещё репутацию, Алиса? — усмехнулся Стас, и я тут же сдержала своё обещание, отвесив ему вторую пощёчину. Поджав губы, Стас отвернул голову.

— Человеческую, Гордеев! Хотя тебе, вероятно, не известно, что это такое. Ты думаешь только о себе! Чтобы тебе было хорошо! Ты верх эгоизма! Не хочешь жениться по-настоящему, так решаешься сделать это фиктивно, тем самым разрушив мою жизнь!

— У нас всё было по обоюдному согласию, — нервно теребя свои волосы, прошипел Стас, — Я тебя не принуждал, ты сама согласилась.

— И очень пожалела об этом, — вздыхая, ответила я, — Тогда я подписала контракт на эмоциях. Мне срочно нужны были деньги, вот я и согласилась на твоё безумное предложение. Но я ведь не знала, что это приведёт к браку… Мы договаривались только о фиктивной помолвке. А что теперь я вижу? Ты собираешься выдать меня за себя замуж, сказав об этом по пути в ЗАГС!? — мой голос повышается и начинает дрожать, — Ты вообще адекватный!? Хотя чего это я спрашиваю!? Ты неадекватный, даже больной! Вместо того, чтобы сказать родителям, что выбранная ими невеста тебе не по душе, ты нагло врёшь им, да ещё и заставляешь меня врать! — мои глаза уже на мокром месте, и я вот-вот разрыдаюсь прямо посреди голой трассы, — А знаешь что!? Я больше не буду участвовать в твоих играх! Забирай своё кольцо и уматывай из моей жизни! — я хватаю себя за руку и начинаю стягивать со своего безымянного пальца подаренное Стасом помолвочное кольцо. Он утомленно вздыхает и резко хватает меня за руку, притягивая к себе.

— А что, если я не уйду из твоей жизни? — шепчет он мне прямо в губы, — Что тогда?

Моё дыхание учащается, и я нервно сглатываю, глядя в его голубые глаза, в которых так сложно не утонуть.

— Тогда я сама уйду, — полушепотом произношу я, пытаясь отвести взгляд, но Стас не даёт мне этого сделать, схватив за подбородок.

Он резко припадает к моим губам, и я окаменеваю от неожиданности. Обхватив мою шею ладонями, он начал водить пальцем по пульсирующей вене. Сейчас Стас ощущает, насколько бешенным стал мой пульс.

С колотящимся сердцем я кладу обе руки на мужскую талию, обнимая спину. Его руки скользят по моему лицу, трогают волосы, щёки, а губы ни на миг не отпускают мои. Его язык жарко обвивает мой, и я теряюсь, пропадаю и растворяюсь в его руках. Губах…

Стас прекращает меня целовать, и я отстраняюсь, опуская голову вниз. Теперь я чувствую его тяжелее дыхание у своего лба, и по спине целым роем бегут мурашки.

— По-моему, я нашел лучшее применение для твоего болтливого языка, — смеётся Стас, и мои щёки вновь становятся цвета помидора.

— Ненавижу твои шуточки, — с недовольством цокнула я.

— А это и не шуточки, — Стас хватает меня за подбородок и вновь заставляет смотреть в глаза, — Ты чудесно целуешься.

Его глаза смотрят в мои, а рука сжимает мою хрупкую шейку.

— Отпусти… — я опустила взгляд, ведь больше не могла не него смотреть. По щеке потекла одинокая слезинка, которую Стас в мгновенье вытер своей ладонью.

— Не хочу… — его взгляд становится таким нежным и чутким, что мои глаза вмиг намокают, а тело бросает в жар. Я замечаю, что мне ужасно жарко рядом с ним, но так хорошо, что я где-то в душе мечтаю, чтобы эти минуты не кончались.

Стас хватает мою руку и ведёт меня к машине. Усадив на переднее сиденье, он сам пристегнул меня и сел рядом. Когда машина тронулась с места, я открыла рот, чтобы спросить, куда мы теперь едем, но, мой взгляд невольно упал на бугорок на брюках Стаса. Его сложно было не заметить, да и Стас был явно разгорячен и взволнован. По его лбу стекала капля пота, а руки нервно тёрлись о кожаный руль.

Я сглотнула, поняв, что не я одна ужасно нервничаю. Краем глаза я заметила краткий взгляд Стаса. Он томно вздохнул, глядя на дорогу, и наконец нажал на тормоз.

Я огляделась. Машина остановилась во дворе дома Стаса. Выйдя из транспорта, он сам открыл мне дверь, протянув руку. Сама не знаю почему, но я не стала возражать, спорить с ним, задавать какие-либо вопросы. Я просто молча вложила свою руку в его ладонь и вышла из машины. Дальше мы вошли в дом и стали подниматься наверх по лестнице, по которой я уже не раз поднималась. Я наизусть знала, все комнаты на втором этаже дома Стаса и прекрасно понимала, что он ведёт меня именно в спальню, но ничего не могла с собой поделать. Словно зачарованная, я шла вслед за ним, сжимая крепкую ладонь этого мужчины.

Наконец мы переступили порог спальни, и Стас усадил меня на свою кровать, отпустив руку. Когда он склонился надо мной, я выставила руки перед собой, выпучив испуганные глаза. Стас рассмеялся такой моей реакции, и положив обе мои руки на свои плечи, кратко чмокнул меня в губы.

— Ты меня боишься? — с милой улыбкой спросил он. Я покачала головой, беря его шею руками. Губы Стаса примкнули к моей шее, и я томно закатила глаза, — Я хочу тебя раздеть, — шепнул он мне в губы, заставив всё тело вновь задрожать.

— Ты спрашиваешь моего позволения? — с недоверием спросила я, прогибаясь под его телом. Стас мотнул головой, и я прикрыла веки.

— Я ставлю тебя перед фактом, — вполголоса произнёс Стас, всё так же неприлично близко ко мне. От его шёпота я снова начала краснеть и трястись, и мужчина сунул обе руки под мою толстовку. Из моих губ вырвался резкий стон, и Стас заулыбался.

«Его руки настолько холодные…»— пронеслось у меня в голове.

Я открыла глаза и услышала в свой адрес: «Подними руки». Когда я послушно выполнила его просьбу, то Стас снял с меня толстовку и коснулся губами одной груди в лифчике.

— Ты собираешься заняться со мной любовью? — на выдохе спросила я, хотя всё и так было более, чем очевидно.

— Можно и так сказать, — негромко ответил Стас, щёлкая застёжкой от лифчика. Мои круглые персики вывалились наружу, и губы Стаса вылились в акульей ухмылке.

— А что, если я против? — продолжала я, прекрасно понимая, что моё мнение тут не будет учитываться.

— Твоё тело говорит обратное, — хмыкнул Стас, до боли сжав мой окаменевший сосок. Я зажмурилась и забросила голову назад.

Желание что-то возразить вмиг пропало, когда я обнаружила, что внутренняя часть моих бёдер стала, откровенно говоря, слишком влажной от одних только прикосновений Стаса. Он обхватил мою грудь обеими руками, заставив меня снова простонать.

Я потянулась к его губам, не отнимая взгляда, но остановилась, так и не поцеловав.

— Почему ты смотришь на меня, как будто хочешь съесть? — спросила я, заглядывая в его хитрые глаза.

— Может именно это я и хочу сделать? — Стас поцеловал меня в оголенное плечо, спускаясь руками ниже. Я охнула, когда он начал расстёгивать ремень на моих джинсах. Стоило мне только остаться в одних только трусиках, как Стас стянул и их. Лицо мужчины оказалось напротив моей промежности, и я от смущения попыталась сдвинуть ноги.

— Не смей! — остановил меня Стас, разводя мои бедра в стороны. Его голос звучал грубо и настойчиво, так что у меня и в мыслях не было ослушаться, — Ты моя! Только моя!

— Но по контракту… — хотела возразить я.

— Плевать на контракт! — перебил Стас, — Сейчас я хочу тебя!

От его резкого тона и таких мягких движений я окаменела и уже не смогла что-либо сказать в ответ. Всё моё тело залила сладкая истома, и я поддалась навстречу этому мужчине. Моя рука, касаясь его живота через ткань рубашки, поднялась выше. Медленно, словно раздумывая, я расстегнула несколько пуговиц, оголяя его массивную грудь.

Стас не сдвинулся с места, а просто продолжил терпеливо ждать, пока я трясущимися руками избавлюсь от всех пуговиц на его рубашке, а потом сбросил её на пол. Мои бедра начинают физически дрожать, и я ничего не могу с этим поделать.

— Отстегни ещё одну пуговицу… — тихо попросил Стас над моим ухом, — Но только чуть ниже.

Мои дрожащие пальцы обхватили одинокую пуговицу на ширинке, и брюки Стаса тоже полетели на пол. Бугорок на его трусах упёрся а мою ляжку, и я не могла сдержать рвущийся наружу стон удовольствия, когда большой палец Стаса стал кружить по моей возбуждённой горошинке, слегка задевая её ногтем.

Одним резким движением Стас снял с себя трусы и навалился сверху, повиснув над моим трясущимся телом, которое уже изнемогало от нахлынувшего возбуждения. На коже своего бедра я почувствовала что-то твёрдое и без труда поняла, что это.

— Главное расслабься, тогда будет не так больно, — произнёс Стас, и от слова «больно» мне действительно стало не по себе.

«Я, конечно, слышала, что в первый раз проходит с болью, но ведь Стас не сделает мне больно…»— я с надеждой посмотрела в его глаза, ожидая увидеть в них ту нежность, с которой он смотрел на меня пару минут назад, но в них виднелось только безумное желание. Его глаза полыхали ярким пламенем.

Раздвинув мои ноги, он внезапно вошёл в меня, и всё тело пронзила резкая боль. Я стиснула зубы и зажмурилась, ожидая, что она скоро смениться на наслаждение, но этого не случилось. Руки Стаса изо всех сил сжали мои бедра, от чего стало ещё больнее. Но он, кажется, этого не замечал.

В какой-то момент я вообще перестала чувствовать свои ноги, а между ними всё горело огнём. Я открыла рот чтобы сообщить Стасу о невыносимой боли, но не смогла… К горлу пристал тяжёлый ком, который не давал мне стонать и кричать.

Я впилась ногтями в спину Стаса, когда его грудь полностью соприкоснулась с моей, и сжала зубы на его плече, оставляя там грубый засос. Из глаз хлынул поток слёз.

Кажется, Стас уже должен был остановиться, видя, как я от боли впиваюсь в его кожу, но этого не случилось. Каждый его толчок доставлял всё более несносную боль, и я уже про себя считала секунды до окончания этого ада.

Движения его бёдер замедлились, и Стас посмотрел на моё красное и заплаканное лицо.

— Больно… Остановись… — всхлипнула я, падая головой на подушку, ведь я больше не могла это терпеть. В глазах потемнело, а к горлу подступили рвотные позывы.

Стас замер от шока, а его глаза приняли форму огромных шаров. С испуганным лицом он вынул свой член, который был весь в крови.

— Бл*ть! — с ужасом воскликнул Стас, видя в каком я состоянии, — Бля*ть! Бл*ть!

Он схватил меня за щёки и начал трясти.

— Алиса, ты только не умирай! — Стас спрыгнул с кровати и достал из своих брюк телефон, — Я сейчас вызову скорую!

— Не нужно, Стас… — измученно прошептала я, протягивая ему руку, — Я жива…

— Но у тебя столько крови… — он указал пальцем на лужу, в которой я лежала.

— Всё в порядке, — прикрыв веки, пробормотала я, — Мне будет лучше, если ты будешь рядом…

Стас кратко кивнул, ложась рядом со мной. Взяв мою ладонь, он нежно провёл по ней пальцем.

— Я ведь хотел быть с тобой негрубым… Но я… — Стас запнулся, видя лёгкую улыбку на моём красном лице, и поцеловал меня в мокрые от слёз щёки, — Прости… Лиса…

От того, как нежно он меня назвал, мои губы растянулись в длинной улыбке до ушей. Я не видела лица Стаса, но точно знала, что сейчас он раскаивается и тоже плачет.

— Я сделаю всё, что ты захочешь, — засунув свою пальцы в мои, прошептал Стас, — Только скажи…

— Тс-с… — я приложила палец к своим губам и положила голову на ладонь Стаса, — Будь со мной… Всегда…

От таких слов Стас на мгновенье опешил и опустил растерянный взгляд на меня, а потом кивнул головой, шепча что-то себе под нос.

Боль в промежности не утихла, но чувствую заботу со стороны Стаса, я смогла уснуть, всё так же прижимаясь головой к его тёплой ладони.

Наступило утро. А, может, уже и обед… В общем я проснулась от запаха кофе в нескольких сантиметрах от себя. Открыв глаза, я увидела перед собой Стаса, стоящего абсолютно голым, но в фартуке на бёдрах.

— Доброе утро, — тепло улыбаясь, произнес он и поставил чашку кофе на тумбу рядом с кроватью.

— Доброе, — кивнула я, глядя сначала на мужчину, а потом на своё накрытое одеялом тело, — Ты меня накрыл? Спасибо…

Стас сел на край постели и положил свою ладонь на мою щёку.

— Это малое, что я могу для тебя сделать, — виновато опустив брови, сказал Стас, — Уверен, ты не хотела, чтобы твой первый опыт прошел с таким грубым мужчиной, как я.

— Всё в порядке, Стас, — печально улыбнулась я, видя его раскаяние, — Сегодня уже не так болит.

— Я виноват перед тобой. Я был слишком грубым и резким с тобой. Можешь в ответ ударить меня, если тебе станет легче, — обречённо вздохнул Стас, закрывая глаза и подставляя мне свою правую щеку.

Я тихонько рассмеялась, ласково проводя своей ладонью по разгоряченной щеке Стаса.

— Зачем же мне тебя бить? — усмехнулась я.

— Ну, может, тебе от этого станет не так больно… — пожал плечами Стас, и я снова рассмеялась.

— Дурак ты. Девушке не это нужно, чтобы быть счастливой.

— А что нужно? — нахмурил лоб Стас, вопросительно наклоняя голову вбок. Я тяжело вздохнула и улыбнулась.

— Любимый и любящий мужчина рядом, — с нежностью ответила я.

Стас опустил голову и убрал свою руку от моего лица. Улыбка вмиг пропала, и я насторожилась, не понимая, о чём он думает.

— Я понял, — задумчиво сказал Стас, бегая глазами по мятой постели, — Тогда я постараюсь не быть таким грубым… А вернее я больше никогда не буду с тобой грубым, — он наклонился к моему лицу и мягко поцеловал меня в щёку.

— Я запомнила твои слова, — хихикнула я, пытаясь разрядить столь напряжённую обстановку, — Только попробуй обмануть.

Стас улыбнулся и, взяв с комода кружку горячего напитка, протянул её мне.

— Вот, выпей. Это кофе, я знаю, ты любишь.

— Спасибо. Но я сначала хочу сходить умыться, — сказала я, вставая с постели. Спустив ноги с кровати, я заметила оставшиеся после себя ярко-алые пятна. Внутренняя часть моих бёдер тоже была в крови, ведь вчера я так и не сходила в душ, без сил уснув.

Я встала на ноги, и резкая боль тут же пронзила всё моё тело, так что я села обратно.

— Я тебя отнесу, — произнёс Стас, беря меня на руки, — Полежишь в горячей ванной, расслабишься.

— Спасибо… — вздохнула я, обнимая его плечи руками.

Стас опустил меня в ванную и за считанные минуты набрал туда горячей воды. Погрузившись в воду, я блаженно прикрыла веки и откинула голову назад.

— Вот, попей кофе, — Стас вложил в мои ладони чашку и тут же удалился.

Вода вокруг меня стала красноватого оттенка, и я, прираздвинув ноги, провела между ними рукой.

«Как больно… Заживёт не раньше, чем через неделю»— расстроенно думала я, касаясь своих половых губ. Между ними было по-прежнему невыносимо болезненно, так что я не могла даже прикоснуться.

В соседней комнате послышались звуки бьющейся посуды, и я поняла, что Стас всё ещё дома.

— Ты не поехал на работу? — крикнула я из ванной, и в дверях тут же появился Стас.

— Обычно в воскресенье я дома, — ответил он и улыбнулся.

— Точно. Сегодня же воскресенье, — вспомнила я и, вытянув руку, поставила пустую чашку на раковину.

— Так что сегодня я весь твой, — расставив руки в стороны, произнёс Стас.

— Что ж? Раз так, то помоги мне подняться, — попросила я, вытягивая руки перед собой.

— Конечно-конечно, — Стас тут же подбежал ко мне и взял на руки, — Я же обещал, что буду носить тебя на руках.

— Вообще-то не обещал, — возразила я, крепко обхватывая его шею.

— Так значит, пообещаю. В чём вопрос? — невозмутимо сказал Стас, улыбаясь мне в глаза.

— Ты уже многое пообещал мне. Справишься?

— Не волнуйся, — Стас провёл носом по моей щеке и усадил на кровать, — Сейчас я тебя одену, а то замёрзнешь ещё.

Открыв шкаф, Стас несколько секунд побегал по нему глазами, а потом повернулся ко мне с синей футболкой в руках.

— Подними руки, — попросил он, и когда я выполнила его просьбу, натянул на меня футболку, которая оказалась размеров на пять больше, чем я.

— А лифчик? — спросила я и стала искать глазами свой бюстгальтер, который вчера Стас благополучно куда-то кинул, — Кстати, где он?

— Не думаю, что твои сосочки сейчас захотят быть в лифчике, — усмехнулся Стас, спускаясь передо мной на колени, — Ведь я их вчера так старательно мял. Они утомились и хотят отдохнуть без всяких преград.

От столь забавных объяснений Стаса я не смогла сдержать нескольких смешков. Чуть раздвинув мои бёдра, Стас поцеловал их внутреннюю часть.

— Что ты делаешь? — делая возмущённое лицо, спросила я.

— Целую тебя, — спокойно ответил Стас, обхватывая обеими руками мои бёдра, — Чтобы не так болело.

— М-м-м… — я поджала губы, задумчиво кивая головой, — Может, для этого не стоило быть таким грубым?

Стас отстранился и тяжело вздохнул.

— Ну я ведь уже извинился. Скажи, что ещё мне сделать для тебя? — печально спросил он, поднимая глаза на меня.

В ответ я протянула ему руку и усадила рядом с собой.

— Помнишь, что я тебе вчера говорила? — поглаживая его по руке, спросила я. Стас кивнул, — Так вот это будет самым лучшим для меня, и для любой другой девушки.

— У меня нет никаких других девушек.

— А как же те, которых ты фотографировал для своего альбома? — вспомнила я, глядя ему прямо в глаза. Стас отвёл взгляд и беззвучно усмехнулся, — Что смешного? — нахмурилась я, видя, что он даже не собирается оправдываться.

— А ты ревнивая, — игриво вскинул брови Стас.

— Что!? Причём здесь это!? — возмущённо протянула я.

— Да ещё и лазила по моему телефону, — добавил Стас, продолжая улыбаться.

— Это вышло случайно, — буркнула я, отворачивая голову, но Стас не позволил мне этого сделать, взяв за подбородок.

— Хочешь попасть на место этих девушек? — заставляя смотреть в глаза, спросил Стас. Я мотнула головой.

— Ни за что!

— А зря, — Стас отпустил мой подбородок и надул губы, — Я отличный фотограф.

— А я ещё лучше, — фыркнула я, чтобы позлить Стаса. Но он только рассмеялся.

— Секунду, — Стас выскочил из спальни и вернулся через несколько секунд с фотоаппаратом в руках, — Держи, — он протянул его мне.

— Что?

— Будешь меня фотографировать. Сама же сказала, что умеешь, — напомнил мужчина, с хитростью улыбаясь.

Я взяла из его рук фотоаппарат и сняла крышку с объектива.

— Что ж? Ладно. Становись, — поднеся к лицу устройство, я закрыла один глаз и посмотрела в объектив.

Стас встал на против и скрестил руки на груди, делая серьезное лицо. Я сделала несколько снимков и попросила его сменить позу. Стас сел на корточки и оперся руками о край шкафа, высоко подняв голову.

На протяжении получаса я щёлкала Стаса в различных положениях, а потом положила перед ним снимки из фотоаппарата.

— М-да… — протянул Стас, разглядывая фотоснимки, — По-моему, в жизни я лучше, чем на этих снимках.

— Да нет. Такой же, — с равнодушным лицом ответила я, — Просто ты не очень то фотогеничен.

— Алиса, меня несколько лет печатали в «Холостяке». Да и вообще я был самым завидным холостяком Москвы.

— Хватаешься? — хмыкнула я.

— Просто объясняю тебе, что я не могу быть не фотогеничным.

— Да-да. Самый завидный холостяк Москвы, — повторила я, цокая языком, — Бла-бла!

— Но теперь уже нет.

— А что так? Нашёлся кто-то позавиднее? — оскалив зубы, спросила я.

— Если ты забыла, то я помолвлен, — напомнил Стас, постукивая пальцем по своему кольцу, на котором красовалось моё имя.

— Ах, да! Теперь ты уже не холостяк! — язвительно сказала я и кратко ойкнула, когда Стас взял меня за запястье, прокручивая подаренные им кольца.

— Напомнить, что у тебя даже два кольца? Которые ты, кстати, послушно носишь, — самодовольно усмехнулся Стас.

— Просто с ними удобно, — выхватив свою руку, поморщилась я.

— Не сомневаюсь…

На следующее утро я уже самостоятельно встала на ноги, ведь теперь могла передвигаться практически без боли. Было ещё слишком рано, и я на цыпочках пробралась на кухню, стараясь не разбудить Стаса, который мирно спал, укутавшись в зимнее одеялко.

В длинной футболке Стаса я зашла на кухню и, порывшись в холодильнике, раздобыла там несколько яиц и бекон. Подойдя к плите, я поставила на неё сковороду и, влив туда подсолнечное масло, принялась разбивать яйца. Но что-то пошло не так, и одной яйцо вылилось прямо на синюю футболку.

— Вот блин… — расстроенно вздохнула, снимая её с себя, — Нужно будет закинуть в стирку.

Теперь я стояла у плиты абсолютно голая, помешивая лопаткой бекон.

— Вау! — восторженно воскликнул Стас, входя на кухню. Я обернулась на его голос и поставила сковороду на стол.

— Доброе утро.

— Утро действительно доброе, — усмехнулся Стас, обнимая меня за талию, — Если меня каждое утро будут так встречать, то я готов снова и снова просыпаться.

Я прижалась своей щекой к его щеке и улыбнулась.

— Садись завтракать, — я указала головой на стол с двумя пустыми тарелками и сковородой с только что приготовленным завтраком.

— Вкусно пахнет, — Стас восхищённо закатил глаза, садясь за стол, — Но я обычно не завтракаю. Только пью кофе. Да и то редко.

— Самое время что-то менять, — я оголила свои белоснежные зубы, подавая Стасу вилку.

— Пожалуй, начну с завтрака, — он наколол бекон на вилку и, поднеся к её к своим губам, откусил кусочек, — Мне нравится. Вкусно.

— Я просто пожарила бекон, — пожала плечами я, делая глоток воды.

— Я и этого не умею.

— Просто тебе некогда учиться готовить, вот и не умеешь.

— Ты права. Мне уж точно не до готовки. В компании полный залет, — Стас понуро опустил глаза в тарелку, вздыхая.

— А что такое? Я не замечала каких-либо проблем с документами.

— Да там не в документах дело. Я хочу, чтобы Лиза продала мне свою долю, ведь ей она не к чему. Я пытался с ней поговорить, мягко намекал, но бессмысленно.

— А сколько у неё?

— 10 %. А это не так уж и мало. У Давида 25 %. То, что он мой компаньон меня вполне устраивает. Мы с ним давние друзья. Но вот Лиза… От неё сплошные проблемы.

— Например? — спросила я, внимательно слушая рассуждения Стаса.

— Ну она дочь друзей моих родителей, и те, когда я вырос и стал владельцем компании отца, хотели породниться. То есть женить меня на Лизе.

— Но ты этого не хочешь? — подытожила я.

— Ты же знаешь, что нет. Зачем мне эта кабала, под названием брак с Лизой?

— Так дело в Лизе? Она, вроде, не такая уж и страшная. Только характер ужасный… Кстати, как у тебя. Один в один, — я кратко хихикнула, а Стас вопросительно выгнул одну бровь.

— Мне просто это не к чему. Вот и всё. Именно поэтому я и заключил с тобой контракт, решив, что так родители наконец от меня отстанут.

— И они отстали? — спросила я, отлично зная ответ на свой вопрос.

— Ну вообще да. Мать даже, вроде как, приняла тебя.

— Это так. Она сама сказала, что я ей нравлюсь, и мы отличная пара.

После последних слов Стас рассмеялся.

— Отличная пара? — усмехаясь, переспросил он.

— Это слова твоей матери.

— Что-то я не верю, что она могла это сказать на трезвую голову. Может, ты её споила?

— Очень смешно, — я натянула хмурую улыбку и покачала головой, — Я просто делала ей массаж головы. У твоей матери мигрень.

— Правда!? — удивлённо захлопал глазами Стас.

— А ты разве не знал? — удивилась я, и Стас мотнул головой, — Странно. Видимо, она не хотела, чтобы кто-то знал об этом.

— Видимо, — согласился Стас, разводя руками, — Было бы очень кстати, если бы Лиза сама, по собственной инициативе, продала мне свои акции в компании. Но вот как это сделать?

Стас задумался, и я тоже.

— А, может, стоит создать в компании такие условия, чтобы она сама ушла? — предложила я.

— Насколько я знаю, она пережила кризис в «Габворде». Тогда у нас было очень тяжелое положение, но она не сдалась. Стойко переносит все трудности.

— Тогда нужно терпеть. Ну или ждать пока Лиза не найдет себе кого-нибудь на роль будущего мужа, — усмехнулась я, отставляя тарелку в сторону.

— Ну-ну. И когда же это будет?

— Когда рак на горе свистнет, — ответила я, и Стас ухмыльнулся.

— Вот именно, что никогда. Придется её терпеть, — тяжело вздохнул он.

— Кстати, как там Луч? — спросила я, вспоминая подаренного мной котёнка.

— А вот и он! — торжественно воскликнул Стас, кивая головой в сторону вошедшего на кухню маленького создания.

— Ты о нём хорошо заботишься? — серьёзно спросила я, поглаживая Луча по его мягкой шёрстке.

— Конечно. Он стал моим другом. Самым верным…

Я усмехнулась, и Стас, открыв холодильник, налил своему питомцу молока в его маленькую миску. Стас встал ко мне спиной, и я увидела свежие порезы на его гладкой, как бархат спине, от которых меня бросило в дрожь. Поднявшись, я осторожно коснулась его спины пальцем, и мужчина глухо охнул.

— Болит? — затаив дыхание, прошептала я.

— Всё в порядке. Мне, напротив, нравится, что ты расцарапала мою спину, — Стас развернулся, и моя рука повисла в воздухе, — В этом нет ничего такого, — произнёс он, целуя каждый палец на моей худой кисти.

После завтрака мы перебрались в спальню, где Стас стал собираться на работу.

— Я поеду с тобой, — уверенным тоном сказала я, поднимая с пола свои джинсы и толстовку, которые мы за всё это время так и не прибрали.

— Нет, ты останешься дома, — более настойчиво ответил Стас, усаживая меня на кровать.

— Но Стас, я устала лежать в кровати и хочу хоть куда-то сходить, — возразила я, хмурясь, как маленький ребенок, которому не купили игрушку.

— Ладно. Раз хочешь, то сходим. Но тебе нужно переодеться. Возьми что-нибудь из купленных мною вещей, — Стас тыкнул пальцем во второй шкаф, и я, открыв его, ахнула.

— Ты что, специально покупал для меня все эти вещи? — глядя на забитые вещами полки, спросила я.

— Конечно. Ведь все должны думать, что ты живёшь со мной. А вещей у девушек обычно много, — застегивая на себе рубашку, ответил Стас.

— Ясно. Тут вещей даже больше, чем в моём шкафу, — глазами по пять копеек я бегала по полкам и тут резко остановилась у черного платья.

— Примерь, — предложил Стас, видя мой заинтересованный взгляд на данном платье, — Это очень дорогой бренд. На тебе сядет отлично.

— Ты знаешь мой размер? — удивилась я.

— Конечно. Я ведь делал платье на тебя, — напомнил Стас, и тут в памяти всплыли совсем недавние события, когда его планы о победе в конкурсе дизайнеров были разрушены из-за одной болтливой девушки.

— А сейчас? Сейчас ты не делаешь дизайны платьев? — обернувшись, спросила я, и лицо Стаса помрачнело, когда разговор зашёл о дизайне.

— Что-то нет настроения.

— Стас… Ты не должен останавливаться. У тебя золотые руки, и ты великолепно рисуешь. Как можно забросить такой талант? — подходя к мужчине, говорила я.

— Не знаю, — пожал плечами он в сопровождении тяжёлого вздоха, — Времени почти нет. Я не смогу выиграть в конкурсе. Шишкин снова победит. Будь он неладен…

— Чтобы Гордеев Стас сдался? Так не бывает! — я с надеждой посмотрела в расстроенное лицо Стаса и положила обе руки на его плечи, — Я тебе помогу. Будешь делать дизайн платья на меня.

— Но я ведь не успею… — Стас опустил брови к переносице и обескураженно глянул на меня.

— Успеешь. Ещё как успеешь. Я верю в тебя, — с улыбкой произнесла я.

— Ладно. Пока время есть, буду рисовать новый дизайн.

— Отлично. Вот это я понимаю настрой, — я расплылась в задорной улыбке, прикладывая к своей груди платье.

— Оно, кстати, носится без лифчика, — сказал Стас, словно прочитав мои мысли.

— Ясно, — я надела платье и повернулась к Стасу спиной, чтобы он застегнул молнию, — А ты знаешь толк в платьях, — закивала я, разглядывая себя в зеркале, — Платье великолепно. Такое не слишком закрытое, но и не слишком вызывающее.

— На тебе любое платье идеально сидит, — усмехнулся Стас, опуская руку на мою талию, — Но без него куда лучше.

Я ухмыльнулась краем губ и, развернувшись положила руку ему на грудь, расстёгивая верхнюю пуговицу.

— Тебе так лучше, — ответила я на его вопросительный взгляд.

— Так что, галстук не надевать? — спросил Стас, подходя к зеркалу. Я мотнула головой.

— Побудь сегодня так, — причесывая волосы, попросила я.

— Как хочешь, — согласился Стас, надевая поверх рубашки пиджак, — Едем в офис? Уже и так почти восемь.

— Хорошо, — кратко кивнула я, подходя к дверному проёму.

— Ты точно хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил Стас, оглядывая меня с головы до ног.

— Всё в порядке. Можем ехать.

Сев в машину, мы со Стасом поехали в офис. Но всё было не так-то и просто. Мы попали в самый разгар пробок и теперь стоим, не зная, когда сможешь выехать отсюда.

— М-да… — Стас огорчённо ударил кулаком по рулю и посмотрел на меня, — Сейчас проторчим здесь не меньше получаса. Нужно было раньше выезжать.

Я печально вздохнула, поворачивая голову к Стасу.

— Значит, постоим в пробке. Что поделаешь?

— Угу, — кивнул он, протягивая мне руку. Я вложила свою кисть в его ладонь и с интересом стала наблюдать за тем, как он крутит мои кольца, — Тебе оно нравится? — спросил Стас, снимая с моего пальца подаренное им помолвочное кольцо с бриллиантом.

— Конечно.

— Но ведь поначалу ты была против… — напомнил мужчина, и я улыбнулась.

— А теперь только за, — озорно ответила я.

— Я рад, — вернув кольцо на своё законное место, Стас поцеловал тыльную часть моей руки и одарил меня ответной улыбкой.

Мы несколько секунд неотрывно смотрели друг на друга, а потом Стас потянулся к бардачку, чтобы достать электронную сигарету.

— Не могу поверить, что тебе это реально нравится, — с пренебрежением сказала я, глядя на то, как Стас выдыхает дым в окно.

— Это меня расслабляет, — делая повторную затяжку, ответил Стас.

— Я заставляю тебя нервничать? — удивилась я.

Видя, что пробка начинает рассасываться, Стас откладывает устройство для курения, и его взгляд скользит от моих глаз к моей груди и вниз, к бёдрам.

— В этом платье — очень, — улыбаясь, словно хищник, ответил Стас. Я опустила глаза и незаметно для себя улыбнулась.

Машина тронулась с места, и мы продолжили путь.

Рабочий день уже давно начался, поэтому в офисе творилось оживление. Двери открылись, и мы со Стасом важной походкой вошли в здание.

— Доброе утро, Станислав Владимирович, — сказала пробегающая мимо входа Алёна.

— Доброе, — Стас зашагал вперёд, а я ещё успела перекинуться несколькими словами с Алёной.

— Алиса, я видела в новостях. Вы с Гордеевым собираетесь скоро пожениться? — с сильным удивлением спросила Алёна.

— Ну мы ведь обручились. Рано или поздно это должно будет произойти, — задорно улыбаясь, ответила я.

— Но я всё равно удивлена, что он жениться на тебе…

— Пойдём, — прервала я Алёну и, взяв под руку, повела в свой кабинет, — Вот здесь, за закрытой дверью, мы можем это обсудить. Но не у входа в офис.

— Ладно, — согласилась Алёна, — Ну а теперь наконец расскажи мне, как тебе удалось охмурить нашего каменного Гордеева? Его ведь никогда раньше не видели с девушкой. Да он ведь ещё и постоялец борделя…

— Что!? Борделя!? — выкрикнула я чуть ли не на весь кабинет и тут же прикрыла свой рот рукой.

— Тише… Чего ты так кричишь? Да, борделя. По-моему, один из них он даже выкупил для себя. Пару лет назад ходили такие сплетни.

Видя моё огорчённое лицо, Алёна пожалела уже, что рассказала.

— Ну, Алис, не стоит расстраиваться, — положив руку на моё плечо, сказала она, — Это ведь было раньше. Сейчас твой Гордеев, вероятно, уже не такой.

В её голосе слышались нотки неуверенности, и я окончательно приуныла.

— Вот именно, что «вероятно». Оказывается я много чего не знаю о человеке, за которого собираюсь замуж, — тяжело вздохнула я.

В кармане у Алёны зазвонил телефон, и она, попрощавшись со мной, поспешно удалилась. А я осталась одна наедине с тяжёлыми мыслями. Даже кипа документации не смогла помочь мне отвлечься, поэтому я решила заварить себе крепкого кофе, в надежде, что хоть оно взбодрит меня и поможет сосредоточиться на работе.

Только я села за стол, держа в руках кружку ароматного напитка, как я услышала по селектору голос Стаса.

— Алис, зайди ко мне, — попросил он, и я была вынуждена отставить чашку и отправиться в соседний кабинет.

Когда дверь распахнулась, Стас расплылся в довольной улыбке.

— Как дела? — он подошёл ко мне и попытался обнять, но я выставила руки перед собой, — Что такое? — нахмурил лоб Стас, видя моё огорчённое лицо.

— Зачем звал? — отступая назад, серьёзно спросила я.

— Просто так… — делая шаг навстречу, ответил он, — Разве нужен повод?

Я ничего не ответила, только отвела глаза, которые были уже на мокром месте.

— Ну ты чего? Сама ведь хотела, чтобы я был чутким и нежным, — Стас в непонимании пожал плечами.

— То есть сам ты этого не хотел? — буркнула я, поджимая губы.

— Хотел. Я не понимаю, почему ты…

— Сколько я ещё не знаю о тебе!? — перебила его я громким криком.

Стас на мгновенье растерялся, а потом удивленно вскинул брови.

— Ты о чём?

— Только не нужно мне тут играть в невинного! Я прекрасно знаю о твоих похождениях в бордели! И о том, что ты выкупил один из них для себя! — слёзы прыснули из глаз и я отвернулась, не желая показывать свою слабость Стасу.

Несколько секунд я стояла, давясь собственными слезами, а потом ощутила на своей талии сильные руки Стаса.

— Ну и что, Лис? — ласково произнёс он, водя руками по моему животу, — У всех есть свои скелеты в шкафу. Я ведь не осуждаю тебя за твое прошлое.

— Какое прошлое, Стас? — всхлипнув, спросила я, — Моя личная жизнь в отличие от твоей слишком тусклая и однообразная. Тебе даже не за что меня осудить.

— Значит ты слишком идеальная для такого мужчины, как я, — Стас коснулся моего плеча губами, нежно целуя его.

— Не отходи от темы. Ты покупал бордель? — резко повернув голову, я застала Стаса врасплох.

— Какая разница, что было в прошлом? — беззаботно улыбнулся он.

— Скажи мне правду! — смахивая слёзы со своих щек, закричала я.

— Я действительно владелец одного из самых богатых борделей Москвы, — спокойным тоном ответил Стас и тут же получил звонкую пощёчину. Опустив глаза, он кратко кашлянул.

— Пошляк! — выкрикнула я ему в лицу, заливаясь слезами, — Извращенец, бабник и…

Я могла ещё бесконечно продолжать, но Стас заткнул мне рот резким поцелуем. Я била его в грудь руками, отчаянно вырываясь, кусала его губы зубами, но в конце концов сдалась. Мы слились воедино, страстно целуясь.

— Кхе-кхе… — нас прервал вошедший Давид, — Не помешал?

Я резко отстранилась от Стаса, вытирая свои губы внешней стороной ладони и густо покраснела.

— Нет, проходи, — указал рукой Стас, как ни в чем не бывало усмехаясь.

— Я пришёл сказать, что еду заключать договор по продаже того участка на месте кладбища, — сказал Давид.

— Ты всё-таки его продал!? — Стас удивленно захлопал глазами, смотря на друга, — Но как!?

— У меня свои штучки, — с хитрой улыбкой ответил Давид, но Стас недоверчиво повернул голову вбок, — Ладно-ладно. Там просто покупательница — женщина. Так в общем, я ей приглянулся, и она пообещала купить дом взамен на мой номер телефона.

Я не сдержала усмешку, а Стас вообще громко расхохотался.

— Ну ты даёшь. Теперь таким образом будем строить бизнес?

Давид закатил глаза, махая рукой.

— Я пошёл, — он покинул кабинет, вновь оставив меня наедине со Стасом.

— Ну он даёт! — усмехнулся Стас, поглядывая на меня.

— У тебя кровь, — встав на носочки, я коснулась указательным пальцем нижней губы Стаса.

— Твоя заслуга, — хмыкнул он.

— Сам виноват. Если бы ты не скрывал от меня подробности своей жизни, то всё было бы иначе, — надулась я.

— Это моё прошлое, которое увы не заклеишь, — разведя руки в стороны, произнёс Стас, — Я такой… Грубый, жестокий, неотёсанный…

— Но можно ведь меняться в лучшую сторону…

— Непросто взять и изменить привычного себя… — произнёс Стас и тут же добавил: — Но для тебя я готов поменяться…

Он взял мою кисть в свои ладони и, поднеся к своим губам, нежно поцеловал.

— Я готов сделать всё, что ты пожелаешь, — с уверенностью сказал он, сжимая мою руку.

— Не нужно для меня ничего делать, — я попыталась вырвать свою руку, но хватка Стаса стала ещё крепче, — Хотя…

— Ну же! Говори что?

— Ответь на один мой вопрос, — попросила я, поднимая глаза на Стаса.

— Хорошо. Любой вопрос. Задавай.

Я уже знала, что хочу спросить, но почему-то держала интригу, решив заставить Стаса поволноваться, но по факту я заставила волноваться только себя.

— Ты меня любишь? — с замиранием сердца спросила я, и мой пульс в мгновение участился.

На лице Стаса не дрогнул ни один мускул. Он, словно ожидал именно этого вопроса.

— Нет, — не задумываясь, ответил Стас, и я резко выдернула свою руку из его ладоней. Остатки улыбки моментально испарились с моего лица.

— Ясно… — разочарованно произнесла я, поворачиваясь к двери.

«Чего я могла ожидать от этого бесчувственного человека? Что он признается мне в любви? Вот наивная дура»— мысленно корила я себя.

— Я потерял голову от тебя… — шепнул Стас мне в спину, и сердце резко ёкнуло, — Я без тебя не могу и дня прожить… Я ложусь и просыпаюсь с мыслями о тебе…

После этих слов всё моё тело задрожало, и я осторожно повернула голову, боясь смотреть Стасу в глаза.

— Если это опять твои шуточки, то…

— Никаких шуток! — с уверенностью сказал Стас, не дав мне закончить, и вложил моё лицо в свои ладони, — Верь мне. Ради тебя я готов измениться в лучшую сторону. Но только ради тебя. Не ради кого-то другого.

Одинокая слезинка потекла по моей щеке, и Стас в мгновенье остановил её, вытерев пальцем.

— Я не позволю тебе плакать. Убью любого, кто заставит тебя это сделать.

— Тогда тебе придётся убить себя, — тихонько шепнула я.

— Я за свои слова отвечаю. Ты никогда больше не заплачешь, моя девочка, — Стас резко прижал меня к своей груди, заставив вновь разрыдаться, — Прошу, не плачь.

— Это слёзы счастья, Стас… — всхлипнула я, — Я так счастлива…

Тёплые руки Стаса нежно гладили мои плечи и волосы, пока я ревела на его плече.

— Кстати, мне нужно ещё кое-что тебе сказать… — отстранившись, серьёзно произнёс Стас, и я вновь насторожилась, боясь, что ещё он может мне сказать.

— Ты ещё что-то от меня скрываешь? — испуганно выпучив глаза, спросила я.

— Вовсе нет, — ответил Стас.

— А что тогда хотел сказать?

— Вообще это принято делать как-то официально, — чеша затылок, задумался Стас, и я свела брови к переносице, ещё больше не понимая, о чём идёт речь, — В общем, я хочу, чтобы наши отношения стали серьезными… — рука Стаса вновь сжала мою руку, и мужчина с улыбкой посмотрел в моё лицо, — Будешь моей девушкой?

После его слов я закатила глаза к потолку и с облегчением выдохнула.

— Стас, ты меня напугал. Я уже успела столько всего себе надумать.

— Ты не ответила, — насупился Стас, — Ты согласна?

— То есть от роли невесты я уже отстранена? — делая обиженное лицо, спросила я.

— Тогда у нас всё было не по-настоящему. А вот теперь всё будет официально и без всяких контрактов.

— Ладно, — кивнула я, загадочно надувая губы.

— Что «ладно»? Почему ты игнорируешь мой вопрос? Хочешь заставить понервничать?

— А ты нервничаешь? — мои губы вылились в хитрой улыбке.

— Есть немного. Но я всё ещё жду твоего ответа, — вплотную приближаясь к моему лицу, настаивал Стас.

— Так уж и быть. Я согласна, — проведя большим пальцем по его кисти, произнесла я.

— Замечательно, — Стас резко выпустил мою руку и подошёл к столу, — Тогда можно разрывать контракт.

Открыв ящик стола, Стас достал оттуда стопку бумаг, скреплённых скобами.

— Постой! — я сделала несколько шагов вперёд и остановилась у стола, — Не нужно рвать.

— Почему? Ты всё ещё хочешь быть моей фиктивной невестой? — Стас удивленно приподнял брови.

— Нет. Просто хочу оставить на память. Ты не против?

— Конечно, — Стас протянул мне руку с документами и откинулся на спинку стула, — Раз хочешь, то можешь оставить.

— Спасибо.

— Только постарайся не выставлять в Инстаграм, — с лукавой улыбкой произнёс Стас.

— Очень смешно. Я не веду Инстаграм, да и уж точно не стала выставлять наш контракт, который до конца жизни должен остаться в тайне.

— Правильно. А то будет слишком много проблем.

— Кстати… Ты ведь слышал о том, что Давид расстался со Светой?

— Он мой друг, Алиса. Конечно я знаю о нём всё. Ровно, как и он обо мне.

— Ну-ну, — усмехнулась я, опуская глаза на контракт в своих руках.

— За исключением этого, — добавил мужчина.

— Допустим. А знаешь…

— Алис, я знаю, что он теперь с твоей подругой, — произнёс Стас, словно наперёд зная, что я скажу, — С Кариной, да?

— Ты за всё это время ещё не запомнил имя моей единственной подруги?

— Я с ней никак не контактирую. Так что не удивительно, — расставил руки в стороны Стас.

— Кстати, у них история не менее интересная, чем наша, — загадочно улыбаясь, сказала я.

— Знаю. Давид только-только расстался со своей Светой и тут встретил твою Карину.

— И она подавилась шаурмой! — в один голос воскликнули мы.

— Забавно. Но ведь они познакомились ещё на нашей помолвке.

— Правда? — изумился Стас, — Об этом не знал.

— Давид тогда ещё был со Светой.

— Наконец-то он увидел настоящее лицо этой рыжей, — подметил Стас, и я кивнула в знак согласия.

— Не понимаю, как можно изменять такому мужчине, как Давид, — делая задумчивое выражение лица, произнесла я, краем глаза видя, как Стас хмурится.

— Какому «такому»? — нахмурился он.

— Давид очень милый и добрый, — ответила я, подливая масла в огонь.

— А я что, не милый и добрый? — с нотками обиды спросил он, и я мотнула головой.

— Ты импозантный, — добавила я после недолгой паузы, и Стас оскалил зубы в улыбке до ушей, — По-моему, это куда лучше, чем милый.

Рабочий день окончился для нас только часам к семи. Закрыв кабинет, я вышла из офиса и села в машину Стаса.

— Поедем ко мне домой? — мужчина повернул голову и посмотрел на меня, в ожидании одобрения, — Хочу провести с тобой ещё один прекрасный вечер, а потом и ночь.

— Не сегодня. Давай в другой раз, — отказала я.

— Но я очень хочу побыть с тобой, — настаивал Стас.

— Ты же уже взрослый мальчик и можешь держать себя в руках, — улыбнулась я и добавила: — Просто хочу увидеться с тётей. Она мне так настойчиво звонила, но мы так и не поговорили.

— Ладно. Побудь с тётей, — согласился Стас, заводя машину.

— Кстати, хотела давно спросить…

— Валяй! — Стас ударил рукой по рулю.

— Почему ты сам водишь машину? Я всегда думала, что богачи нанимают личных водителей.

— Я не могу доверить свою жизнь какому-то левому человеку. Я доверяю только самому себе, — ответил Стас, не отрывая внимательного взгляда от лобового стекла.

— Ясно.

Машина тормозит, и мы вместе выходим на улицу.

— Надеюсь, ты завтра останешься со мной, — делая шаг навстречу, произнёс Стас.

— Я подумаю, — нарочно, чтобы его позлить, ответила я. Стас остановился у моего лица и, взяв за обе руки, нежно поцеловал.

— Кхе-кхе, — из-за спины послышался голос тёти, и мы были вынуждены прерваться, — Добрый вечер.

— Здравствуйте.

— Привет, тётя, — я смущённо смотрю на Стаса, который продолжает сжимать мои руки.

— Я рада, что ты наконец-то объявилась, — сказала тётя, обращаясь ко мне, — Жду тебя в доме. Доброй ночи, Стас.

— И вам, — кивает Стас и, как только хлопает дверь, улыбается, переводя взгляд на меня, — Что-то нам сегодня не удается поцеловаться без лишних глаз.

— Это так, — кивнула я и опустила глаза к нашим скреплённым в замок рукам, — Ну я пошла?

— Скучай по мне, — негромко попросил Стас, и его глаза с хитростью заулыбались.

— Обычно говорят «не скучай».

— А я хочу, чтобы ты по мне скучала. Всё время думай обо мне, так же, как я думаю о тебе.

Я провожу рукой по руке Стаса и киваю.

— Хорошо, буду.

Мы распрощались, хотя сделать это было очень непросто для нас обоих, и я вошла в дом.

— Попрощались? — с хитрым взглядом спросила тётя, как только я переступила порог.

— Да, — со счастливой улыбкой ответила я, снимая обувь.

— Карина вчера заходила… — начала тётя, и я с любопытством подняла голову, — Мы с ней посидели, поболтали.

— О чём говорили?

— Говорили о вас со Стасом. Потом она рассказала о своем новом знакомом.

— А! Про Давида?

— Да. Это друг твоего Стаса?

— Да. Он самый. Друг и компаньон Стаса.

— Понятно, — тётя открыла рот, чтобы что-то ещё сказать, но я её остановила.

— Подожди секунду. Я оставлю вещи в комнате и поговорим, — я метнулась в свою комнату, поставила телефон на зарядку, сложила наш со Стасом «контракт» в тумбу и вышла в коридор.

— Выпьем чаю? — предложила тётя, и я охотно согласилась.

Мы сели за стол.

— Когда вы со Стасом планируете свадьбу? — спросила тётя, разливая по кружкам чай.

От её вопроса я тяжело вздохнула.

— Уже второй человек за день задаёт мне этот вопрос.

— Ну ты ведь сама ничего не рассказываешь.

— Ровно как и ты о том, что обедала в ресторане, да ещё и не с тётей Леной, — вспомнила я, заставив тётю на мгновение растеряться, — Вас видела Карина, — ответила я, предугадывая её следующий вопрос.

— Это моя коллега. Ты её просто не знаешь, вот я и не стала говорить, — натянув улыбку, сказала тётя.

— М-м-м. А ресторан тоже она оплатила? Карина сказала, что он безумно дорогой.

— Да мы буквально по чашке кофе выпили, — беззаботно улыбалась тётя Оля и тут же перевела разговор на другую тему, — Карина, говоришь, с Давидом ходила?

— Да.

— Понятно. Так значит у них тоже что-то образовывается…

— Возможно. Но Давиду только после тяжёлого расставания, думаю, ему будет трудно снова кому-либо довериться.

— Карина хорошая, — сказала тётя и тут же переключилась на зазвонивший телефон, — Секунду… Да? Алло?

Тётя резко поднялась из-за стола и, спросив у меня «где у нас лежат файлы», поспешно удалилась. Ответив, что «в моей комнате в тумбе у кровати», я несколько секунд спокойно дописала чай, а потом спохватилась.

«Я ведь туда положила контракт»— я подскочила на ноги и метнулась в свою комнату. Там на корточках сидела тётя, разглядывая те самые документы.

— Я перезвоню, — произнесла она в трубку и с вопросительным выражением лица посмотрела на меня.

— Тётя, это не… — хотела уже начать оправдываться я, но поняла, что в документах всё черным по белому написано, и бессмысленно что-то объяснять, — Хотя ты всё и так видишь.

— Ты заключила контракт с Гордеевым? — шокировано спросила она, бегая глазами по бумагам.

— Да… — кивнула я, опуская взгляд.

— Но почему ты мне врала? Могла бы сразу рассказать, что сделала это из-за денег на мою операцию, — тётя разочарованно посмотрела на меня, качая головой, — Как ты могла молчать всё это время?

— Так нужно было. Ты была тяжело больна, а таких огромных денег у меня не было, и не могло быть…

— И ты связалась с этим богачом? Что ты ещё ему делала?

Я сглотнула, вспоминая, на что сначала пошла ради денег на операцию.

— Ничего, — сухо ответил я, стараясь избегать тётиного осуждающего взгляда.

— А я ведь даже поверила… Все поверили, что вы пара… А его родители знают правду?

— Нет… — мотнула головой я, — Никто не знает.

— Какой кошмар… — глаза тёти округлились от шока, и она, поднявшись на ноги, с укором посмотрела на меня, — Могла бы с самого начала мне всё рассказать. Зачем было врать?

— Тётя, я не могла… — чуть ли не плача, кинула ей вдогонку я, — Тебе нельзя было волноваться.

— А сейчас что, можно? — с гневом выпалила тётя.

— Нет. Прошу, не обижайся на меня. Я всё это делала только, чтобы сохранить тебе жизнь. Ты ведь моя единственная родственница, — я с мольбой посмотрела в лицо тёти, и она сделала глубокий вдох.

— Иди ко мне… — растаяла тётя Оля, широко разводя руки в стороны. Я зарыдала и кинулась в её объятья.

— Прости, тётя… Я не хотела тебя расстраивать… — всплакнула я в её плечо.

— Ох, бедная моя девочка, — тётя Оля погладила меня по волосам, тяжело вздыхая, — Зря ты связалась с этим Гордеевым. Он ведь не так прост, как кажется на первый взгляд.

— Нет, тётя. Стас хороший, — попыталась возразить я, приподнимая голову.

— Какой же он хороший, если заставлял тебя врать? — тётя резко охнула, прикрывая рот рукой, — Вы с ним целовались…. Это Гордеев тебя заставил? Скажи, он угрожал тебе?

— Нет-нет, тётя, — помотала головой я, — Сегодня было всё по-настоящему.

— Как это по-настоящему? А как же контракт?

— Он больше не действителен. Сегодня мы со Стасом расторгли его, — широко улыбнулась я, и тётя нахмурила лоб, — Мы вместе по-настоящему.

— О, Господи! Алиса! Я тебя не понимаю! То у вас контракт, то вы уже вместе. Как это понимать?

— Тётя, всё изменилось. Стас изменился, наши отношения изменились. Понимаешь?

— Я никогда этого не пойму! — закатила глаза тётя, поворачиваясь ко мне спиной, — Доброй ночи. Позже поговорим.

— Спокойной ночи… — ответила я, и дверь резко захлопнулась перед моим носом.

Я вернулась в свою комнату и упала на кровать. С моих плечо, словно упал огромный булыжник, который всё это время мешал мне свободно двигаться.

«Я даже рада, что тётя всё узнала, ведь я так долго её обманывала. Слава богу, мне больше не придется врать близкому мне человеку. Осталось только поговорить с Кариной. Хотя тётя, вероятно, сделает это сама».

С тяжёлыми мыслями я погрузилась в сон, так и оставшись лежать поперёк кровати.

На утро я проснулась от звонка будильника и сразу же поднялась с кровати. На удивление я чувствовала себя более чем бодро, да и боль между ног уже практически не ощущалась. Я распахнула двери шкафа, и мой взгляд сразу же упал на строгую синюю юбку и нежно-белую блузку с открытым декольте. Закрутив волосы в гульку, я закрепила её несколькими шпильками и подошла к зеркалу.

— Твой Гордеев тебя уже ждёт, — заглянув в мою комнату, сказала тётя.

— Хорошо. Спасибо, — я развернулась на пятках и посмотрела на тётю с улыбкой.

— Надеюсь, что он всегда будет заставлять тебя улыбаться, — с серьезным лицом сказала она.

— Можешь не сомневаться. У нас будет самая счастливая жизнь на свете, — кружась в улыбке, пролепетала я.

— Ох, Алиса, Алиса… — покачала головой тётя, когда я на крыльях любви выскочила из дома, чуть не забыв накинуть осеннее пальто, ведь погода на улице с каждым днём только ухудшалась.

С замиранием сердца я открыла калитку и встретилась взглядом со Стасом, которых покуривал сигарету, опираясь руками о свой автомобиль. Увидев меня, он выкинул окурок и широко расставил руки, впуская меня в свои объятия.

— Доброе утро, любимый, — прошептала я, выдыхая в его шею.

— Доброе… — томно вздохнул Стас, крепко обнимая меня за плечи, — Я скучал. Ночь без тебя была адом.

— Рада слышать, — улыбнулась я, поднимая взгляд на Стаса. Он потянулся, чтобы поцеловать меня, но я остановила его, приложив ладонь к губам, — От тебя несёт табаком.

— Ну и что? Это проблема?

Я кивнула, отходя на шаг назад.

— Мне неприятен запах табака, — честно призналась я, — Боюсь, я не смогу тебя целовать после сигарет, — я пожала плечами, наклоняя голову вбок.

— Намёк понят. Ты хочешь, чтобы я бросил, — Стас открыл дверь в свой автомобиль, впуская меня вовнутрь, — Но для этого мне будет нужна твоя помощь.

— И какая же? — поинтересовалась я, усаживаясь в транспорт.

— Нужно чтобы кто-то держал мои руки и губы занятыми, — ответил Стас, смотря на моё удивленное лицо.

— Что ж? — вздохнула я, протягивая ему руку.

— Ты согласна? — спросил Стас, прежде чем вложить свою ладонь в мою.

— Так уж и быть. Я помогу тебе избавиться от этой ужасной привычки, — согласилась я, сжимая его руку.

— Отлично. Теперь губы, — его рот кривится в небольшой ухмылке, когда Стас наклоняется надо мной, — Ну же, целуй.

Я взбешённо закатила глаза, не веря, что согласилась на это, и чмокнула его в губы. Я рассчитывала закончить на коротком чмоке, но Стас явно так не думал. Притянув меня к себе за руку, он начал жадно посасывать и покусывать мои губы, заставляя всё тело покрываться мурашками удовольствия. Я поймала себя на мысли, что до сих пор мне никогда не нравилось целоваться. Но со Стасом это другое… Невероятный вкус его губ, который так нравится мне…

Прервавшись, Стас переключился на дорогу, не заметно для меня облизав свои губы.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — робко сказала я, боясь реакции Стаса на мой будущий рассказ. Но, казалось, сейчас его приподнятое настроение ничего не сможет испортить.

— Валяй! — устремив свой взгляд на дорогу, ответил мужчина.

Собрав всю свою смелость с кулак, я начала:

— Стас… Тётя увидела наш контракт и всё узнала.

Машина резко затормозила, и я вздрогнула.

— Что!? — с испуганными глазами Стас вылупился на меня, — Как это!?

— Прости… — я виновато опустила голову, не решаясь посмотреть в шокированное лицо Стаса, который резко переменился в лице, — Так вышло, что тётя залезла в мою тумбу, где и лежали документы.

— Бл*ть! — Стас закинул голову назад, запустив пальцы в свои волосы, — Это какого же она сейчас обо мне мнения… Боюсь даже представить…

— Нет, Стас. Всё не так. Я объяснила тёте, что и как…

— Алиса, теперь я окончательно убедился, что ты не умеешь хранить тайны, — покачав головой, вздохнул Стас.

— Прости… — вновь и вновь повторяла я, понуро опустив глаза.

— Не предоставляю, как я теперь буду отчитываться перед твой тётей.

— И не нужно. Ты не виноват, — положив свою ладонь на ладонь Стаса, я посмотрела ему в глаза, — Виновата я, да и только.

— Ну уж нет! — Стас стиснул зубы и уверенно поднял голову, — Мы оба влезли в эту кабалу и теперь оба за это ответим. Главное, чтобы контракт не зашёл дальше рук твоей тёти.

— Не думаю, что она расскажет кому-то…

— Будем надеяться. Ведь мои родители будут явно не в восторге.

Стас нажал на газ, и автомобиль рванул вперёд.

Тётя Оля села в машину такси, которая повезла её по указанному адресу. По прибытию она расплатилась с таксистом и, выйдя из транспорта, нажала на дверной звонок. Калитка распахнулась, и оттуда показался мужчина, который с порога начал досматривать тётю Олю.

— Вы к Марине Дмитриевне? — по окончанию досмотра спросил он.

— Мне нужна мать Гордеева Стаса.

— Это и есть Марина Дмитриевна. Я сообщу о вашем приходе, — охранник развернулся и хотел было закрыть калитку, но тётя Оля резко рванула вперёд, вбегая во двор, — Женщина! — окликнул он, но было уже поздно. Тётя Оля, оглядываясь по сторонам, нашла вход в огромное здание и позвонила в дверь. В течении минуты из дома показалась Марина Дмитриевна, сонно глядя на гостю.

— Здравствуйте. Вам кого? — потирая глаза руками, спросила она.

— Вы, мать Гордеева Стаса? — ступая на порог, спросила тётя Оля.

— Допустим. Мы знак… — Марина Дмитриевна не договорила, так как гостья показалась ей до боли знакомой, — Вы, тётя Алисы?

— Верно. Мы виделись на помолвке, — ответила тётя Оля и тут же с недовольством добавила: — На фальшивой помолвке.

— Не поняла, — Марина Дмитриевна ответно нахмурила лоб.

— Вы готовы поговорить?

— Проходите, — сказала мать Стаса, впуская тётю Олю в дом, — Идёмте в гостиную за стол. Там и поговорим.

Марина Дмитриевна и тётя Оля сели за широкий стол, накрытый на две персоны. По лестнице спустился отец Стаса и, увидев гостью, сразу же узнал её.

— Вова, садись послушай, что нам хочет рассказать тётя Алисы, — указывая на стул рядом с собой, сказала Марина Дмитриевна.

— Что ж? Мы вас слушаем.

Тётя Оля достала из сумки несколько бумаг и, положив их перед родителями Стаса, переплела пальцы на своих руках, ожидая, когда они прочтут содержимое бумаг. Переглянувшись, Владимир Петрович и Марина Дмитриевна начали читать предложенный тётей Олей документ, а та принялась наблюдать за из реакцией, которая оказалась, на удивление, схожей.

— Наш сын нас обманывал!? — родители Стаса обменялись взглядами, после чего разочарованно вздохнули, — Ну уж ни за что на свете я бы не могла подумать такое о Стасе. Всё это время я считала Кольку негодником и обманщиком, но Стас…

— А я о чём!? — вступила в разговор тётя Оля, — Вы же понимаете, что это ненормально!?

— Конечно-конечно. Стас поступил просто отвратительно.

— Вы можете мне сказать, зачем вашему сыну понадобилась фиктивная помолвка с моей племянницей?

Марина Дмитриевна косо посмотрела на мужа, а потом опустила глаза на стол.

— Думаю, что Стас заключил договор с вашей племянницей, чтобы мы не женили его на дочери Борисенко, — предположила Марина Дмитриевна, и Владимир Петрович тут же согласился с женой.

— А кто это? — спросила тётя Оля, не понимая, о ком идёт речь.

— Дочка наших друзей, — ответила Марина Дмитриевна, тяжело вздыхая, — Очень хорошая девушка. Она бы была отличной парой нашему сыну.

— И что делать будем?

— Не знаю. Но тот факт, что наши дети нас обманывали, требует наказания, — серьёзно произнёс Владимир Петрович, постукивая чайной ложкой по кружке.

— Я уже поговорила с Алисой, и мы всё выяснили. Моя племянница сделала это только во благо, когда ваш сын — чтобы обмануть вас и избежать нежеланной свадьбы с дочкой ваших друзей.

После слов тёти Оли родители переглянулись.

— Пожалуй, вы правы. Виноват наш сын и он получит своё наказание. Да, Вова? — спросила Марина Дмитриевна, обращаясь к супругу.

— Да, конечно, — закивал мужчина.

— Тогда я, пожалуй, пойду, — вставая, тётя Оля стала складывать документы в сумку.

— Подождите, — остановила её Марина Дмитриевна, тронув за руку, — От контракта необходимо избавиться. Притом срочно. Он может понести за собой непоправимые последствия, — с тревогой смотря на тётю Олю, сказала Марина Дмитриевна.

Когда мы вышли из машины, Стас взял меня за руку и уверенной походкой зашагал в офис. Счастливо улыбаясь, я следовала за ним. В кармане Стаса брякнула связка ключей, и он, дёрнув за дверную ручку, сильно удивился, ведь дверь оказалась незапертой.

— Доброе утро, — произнёс знакомый мужской голос, стоило нам только переступить порог, и мы со Стасом переглянулись, узнав в мужчине Давида.

— Доброе. А ты чего так рано? — вопросительно приподняв брови, Стас стал вешать своё пальто на вешалку.

— Я заключил договор, Стасян! — хлопая бумагами о стол, воскликнул Давид.

— Да неужели!? Ты всё-таки дал той женщине свой номер? — усмехнулся Стас, разглядывая содержимое документов.

— Пришлось немного схитрить, чтобы она никогда больше не названивала мне, — Давид окинул меня хитрой улыбкой, а потом резко поднялся на ноги, — В общем, сделка наша! Женщина получила, что хотела, а мы при бабках!

— В сейфе? — тыкнув пальцем позади себя, спросил Стас, и Давид кивнул, — Отлично. Теперь точно можно вкладываться.

— Не знаю, о чём ты, но потом обязательно расскажешь, — проходя мимо друга, Давид хлопнул Стаса по спине.

— А ты куда? — оторвав взгляд от контакта, Стас удивлённо посмотрел на Давида.

— Кстати… Я ведь вам ещё не рассказывал… — губы Давида растянулись в блаженной улыбке, когда он смотрел на нас со Стасом, — В общем, мы с Кариной теперь вместе! — с восторгом сказал мужчина, и я на мгновение замерла, а потом ответно улыбнулась.

— Поздравляю! — воскликнула я и тут же посмотрела на Стаса, на лице которого не было никаких эмоций. Я резко штурхнула его в плечо, намекая на поздравления для лучшего друга.

— Да-да, я рад за вас, — сухо произнёс Стас, но Давид, по всей видимости, этого не заметил.

— Спасибо, брат! Ну, я побежал? — повторно стукнув Стаса по спине, Давид выбежал из кабинета, оставив нас вдвоём.

Я подняла изумлённый взгляд на Стаса.

— Ну ты чего так холодно отреагировал? У твоего лучшего друга радость, а ты… — я тяжело вздохнула, не понимая такой безэмоциональной реакции Стаса, — Разве ты не рад за Давида?

— Да рад я, — Стас перевёл дыхание и пожал плечами, — Просто всё это как-то странно.

— Почему странно то? Карина — моя лучшая подруга, она очень хорошая. А Давид — твой лучший друг, которому совсем недавно разбили сердце. Они отличная пара.

— Вот именно, Лис. Давид буквально неделю назад застал девушку, которой собирался сделать предложение, на измене, — Стас взглянул на меня, — Есть такая фраза: «Чем сильнее любишь, тем сложнее забываешь».

От его слов я глубоко, с нотками печали, вздохнула.

— Значит, я уже никогда не смогу тебя забыть, — кладя свою руку на плечо Стаса, произнесла я.

От моих слов Стас аж расцвёл. Его лицо залила лучезарная улыбка.

— Думаю, Карине просто удалось залечить израненное сердце Давида, вот и всё, — делая шаг назад, пожала плечами я.

— Может ты и права, — Стас шагнул мне навстречу, наклоняя голову вперёд. Я продолжала отходить от него, пока не наткнулась спиной о бетонную стену. Вплотную приблизившись к моему телу, Стас замер у моих губ, не спеша целовать, — Зачем ты это делаешь?

— Что делаю? — озорно улыбнулась я, хорошо зная, о чём дальше пойдет разговор.

— Сводишь меня с ума, — опираясь обеими руками о стену позади меня, томно прошептал Стас, — Лис, я не могу работать, пока ты рядом…

— Мне уйти? — наигранно надув губы, спросила я.

— Если ты уйдёшь, то я вообще сойду с ума… Лиса… — намеренно растягивая моё имя, произнёс Стас. От его голоса во мне всё переворачивается и в тоже время расслабляется.

— А я схожу с ума, когда ты так меня называешь… — призналась я, вслушиваясь в бешенные удары своего сердца, которые с каждой секундой только учащались.

— Как называю? — не отступая ни на миллиметр назад, спросил Стас и сразу же ответил на свой же вопрос, — Лиса?

Я закатывала глаза, когда с его языка снова и снова слетало моё имя, и блаженно вздыхала.

— А разве тётя так не называют твоя тётя и подруга? — Стас коснулся большим пальцем моей раскрасневшейся щеки.

— Это другое… — мотнула головой я и резко почувствовала, как от нахлынувшего возбуждения мои ноги начинают подкашиваться.

— Ну-ну, не падай! — спохватился Стас, придерживая меня за талию, — Давай лучше вернёмся к работе. А её у нас немало, — отходя от меня, Стас подошёл к столу и, чирканув на документах свою подпись, протянул их мне, — Будь добра отнеси бумаги на подпись к Лизе. Она у себя.

Я помотала головой, помогая себе вернуться в реальность и, взяв документы, кивнула.

— Хорошо.

Кабинет Лизы находился в десяти метрах от кабинета Стаса, и я за несколько секунд добралась до него. Открыв стеклянную дверь, я замерла в дверях. Лиза сидела, закинув обе ноги на стол и спокойно беседовала по телефону, разглядывая свои ногти.

— Кхе-кхе, — кашлянув в свой кулак, я тут же привлекла её внимание, и Лиза поспешно отложила телефон.

— Ты чего здесь? — с недовольством рявкнула она.

«Всё никак не могу привыкнуть к её надменному тону»— вздохнула я, делая шаг к столу Лизы, с которого она наконец соизволила убрать свои ноги.

— Нужна твоя подпись. Стас и Давид заключили контракт… — начала объяснять я, но меня резко прервал грубый голос.

— Да знаю я! — цокнула языком Лиза, и предварительно смочив свой палец слюной, стала листать страницы договора, — Я вообще-то совладелец компании и тоже принимаю участие в сделках.

— А как тебе мужчина, с которым Стас вчера заключил договор? — опираясь рукою о край стола, поинтересовалась я, и Лиза насупилась.

— Мужчина, как мужчина. Ничего особенного, — протараторила она, ставя свою подпись в документах.

— Ясно… — мои щёки тронула лёгкая улыбка, когда я поняла, что Лиза не имеет никакого понятия о делах компании, в которой имеет какой-никакой, а процент.

— А ты чего красная такая? — с пренебрежением спросила Лиза, отдавая мне подписанные бумаги, — Бежала, что ли?

Я коснулась своих щёк, которые действительно пылали жаром, и пожала плечами.

— Да жарко просто.

— Но ведь отопление ещё так и не включили… — возразила Лиза, в недоумении выгибая одну бровь.

Поняв, что меня поймали на очевидной лжи, (ровно как и я сделала это только что) я поспешно удалилась из общества Лизы, не желая краснеть ещё больше.

Я оставила бумаги на столе и ринулась в дамскую комнату. Встав у зеркала, я обнаружила свои щёки неприлично красными, и причиной этого действительно была не жара в офисе. Зайдя в кабинку, я почувствовала приятное жжение между ног и сильно сдвинула их, пытаясь заглушить неуместное в рабочее время чувство. Но это было бессмысленным, поэтому мне пришлось потереться внутренней стороной своих бёдер, которая была ужасно влажной, как и мои руки, которыми я заткнула рот, не желая быть услышанной и тем более увиденной кем-либо за таким непристойным занятием в офисном туалете.

В соседней кабинке послышался стук каблуков, и захлопнулась дверь. В нескольких метрах от меня стояла Лиза, оживлённо с кем-то болтая. Я резко замерла, стараясь не издавать лишних звуков, и прислушалась к телефонному разговору.

— Да-да, конечно, — произнесла Лиза в трубку телефона, — Я тоже так думаю. Ни о каких серьезных отношениях и речи быть не может. Да-да. Эта Алиса просто игрушка для Стаса.

Услышав своё имя, я стала ещё внимательней вслушиваться в голос в соседней кабинке.

— Я то знаю, что она ему не нужна. Гордеев тот ещё бабник, ему подавай сочную грудь и упругую попку. Вот-вот. Увидев меня в новой форме, он вмиг забудет о своей этой Алисе. Стасик будет моим.

После последних слов я начала громко кашлять. Поняв, что кто-то стал свидетелем её разговора, Лиза резко замолчала и, застучав своими каблучками, поспешно покинула женский туалет.

«Что это значит? О чём говорила Лиза? Она собирается сделать грудь и попу?»— я села на край унитаза, задумываясь о словах этой безумной, — «Она всё ещё надеется увести у меня Стаса? Да ещё и так просто? Нет, Стас определённо не такой»— утешала себя я, прекрасно понимая, что Стас легко поможет повестись на красивые части тела совершенно любой девушки. До конца дня эти мысли не давали мне покоя, заставляя сердце тревожно колотиться, и поэтому я решила напрямую спросить у Стаса, всё ли ему во мне нравится.

Мы сели в машину, и Стас, как обычно повернул ко мне голову.

— Едем ко мне домой? — с улыбкой спросил он, и я кивнула, — Отлично.

Стас положил руку на ручной тормоз, чтобы снять машину с ручника, но я остановила его, коснувшись своей ладонью его кисти.

— Хочу кое-что у тебя спросить, — гладя его по руке, сказала я.

— Ладно, — Стас откинулся на спинку сиденья и, вложив мою руку в свои крепкие ладони, внимательно посмотрел в обеспокоенное лицо, — Спрашивай.

Я переместила ладонь чуть выше, чтобы слышать его сердцебиение, и глубоко вздохнула.

— Ну ты чего так разволновалась? — усмехнулся Стас, ощущая мой ускорившийся пульс, — Что ты такое хочешь у меня спросить?

— Скажи, Стас… — начала я и резко замолчала, дыша в такт ударам сердца, — Тебе нравится моя фигура?

Я подняла на него глаза, ожидая положительного ответа, но мужчина только громко расхохотался. Такая реакция меня сильно огорчила.

— Почему ты смеёшься? — обиженно спросила я, выхватывая свою руку и скрещивая на груди.

— Прости… — прикрыв рот тыльной стороной ладони, Стас виновато улыбнулся, — Просто ты была такая серьезная, что я уже решил, что вопрос будет действительно очень важным.

— То есть по-твоему он неважен!? — цыкнула я, отворачиваясь к окну.

— Ну-ну. Не обижайся, — Стас наклонился ко мне и, вложив мою голову в свои ладони, поцеловал в макушку, — Конечно, важен.

— Тогда ответь, — я серьёзно посмотрела ему в глаза, а потом на своё тело.

— Нравится, Лиса. Нра-вит-ся! — по слогам произнёс Стас, улыбаясь мне в лицо, — Мне не на что жаловаться, у тебя великолепная фигура.

Я расплылась в улыбке и отвела взгляд в сторону, не желая показывать своей радости.

— А что ты скажешь про грудь? Не слишком маленькая? — продолжала спрашивать я, уже в предвкушении комплиментов в свой адрес.

— А кто сказал, что мне нравятся огромные сиськи? — неожиданно для меня ответил Стас, и я ошарашенно посмотрела на него. Не этого ответа я ожидала…

— Начнем с того, что всем мужчинам нравится большая грудь, — возмущенным тоном сказала я.

— Ну и зачем? Чтобы она через несколько лет отвисла и превратилась в вымя? — высоко поднимая брови, Стас развёл руками.

Такой ответ меня более чем устроил, и я закивала головой в знак согласия.

— Я догадываюсь, к чему ты завела этот разговор, — произнёс Стас.

«О, милый мой, ты даже не предполагаешь…»— улыбаясь, думала я, глядя в его лицо.

— Ладно. Поехали, — коснувшись рукава Стаса, сказала я, и он завёл машину.

— Ну поехали. Позже продолжим наш разговор.

Мы достаточно быстро добрались до Стасового дома, и он, выйдя первым из транспорта, протянул мне руку.

— Пойдём? — галантно улыбаясь, Стас вывел меня из автомобиля, и мы направились ко входу в дом. Переступив порог, я залилась звонким смехом и присела на корточки перед рыженьким котёнком.

— Привет, мой маленький, — умиляясь, я взяла Луча на руки и повернулась к Стасу, — Стас тебя хоть не обижает?

— Очень смешно, — надув губы, процедил Стас, забирая из моих рук своего питомца, — С чего бы мне обижать своего друга?

— Может, потому что ты Гордеев? — усмехнулась я, кладя руку на плечо Стаса.

— Аргумент. Не поспоришь, — фыркнул Стас, шагая вперёд меня к лестнице.

— Ты куда!? — кинула ему вдогонку я.

— Наверх, — кратко обернувшись, ответил Стас и стал подниматься по ступенькам. Я побежала следом, и мы вместе вошли в спальню. Стоило только Стасу поставить Луча на мягкий ковёр, как котёнок тут же убежал. Усмехнувшись, Стас переключился на меня, и его глаза стали бегать по моему телу, плавно переходя к лицу, — Помнится ты что-то говорила про размер груди… По-моему, самое время проверить…

— Думаешь? — я сделала шаг вперёд, играя пальцами с верхней пуговицей на своей блузке.

— Определённо, — Стас обхватил мою талию одной рукой и страстно посмотрел в глаза, притянув к себе, — В прошлый раз я не до конца всё разглядел.

— Ты ведь знаешь, что я пока не могу, — отстраняясь от него, сказала я, — Да и не хочу…

— Я буду ждать твоего желания, — вплотную прижимая меня к себе, шепнул Стас, и по спине пробежали мурашки, — Одно только слово, Лиса… Только одно… И я весь твой…

Его хриплый голос заставлял меня дрожать, как не в себя, и я резко отвернула голову, боясь, что не смогу больше сдерживаться.

— Не сейчас… — слегка приоткрыв рот, шепнула я, и Стас отшагнул назад.

— Хорошо, — согласно кивнул он и повернулся к зеркалу, расстёгивая свою рубашку, — Тогда давай просто полежим в обнимку.

Я чуть-чуть улыбнулась, облегченно выдыхая.

«Как же хорошо, что Стас меня понимает и ему не нужно ничего объяснять».

Я села на край кровати, наблюдая за тем, как Стас вешает свои вещи в шкаф, а потом подходит ко мне уже в одних трусах. Стас сел рядом со мной, и я несмело приобняла его за живот рукой.

— Хочешь спать? — прошептал он мне на ухо, нежно целуя в щёку. Я помотала головой, кладя её на плечо Стаса, — Ладно… — он прижал мою голову к своему плечу и погладил по волосам.

Несколько минут мы сидели в тишине, наслаждаясь обществом друг друга. Прикрыв глаза, я не заметила, как начала дремать.

На первом этаже послышались громкие стуки в дверь, и я резко подняла голову, вопросительно глядя на Стаса.

— Ты ждёшь гостей?

— Да вроде нет, — недоумённо пожал плечами Стас, вставая с постели, и пошёл открывать. А я посмотрела на часы и тоже удивилась.

«Без двадцати пяти девять… Кому понадобилось прийти на ночь глядя?»— я откинула голову на подушку и прислушалась к звукам снизу.

Сначала хлопнула дверь, а потом послышались стремительные шаги и голос отца Стаса.

— Ну здравствуй, сынок!

— Папа!? А ты чего здесь так поздно?

— Хотел лично посмотреть в твои лживые глаза!

— Что?

— Можешь не придуриваться! Я знаю про твой контракт с Алисой!

Услышав про контракт, я резко подорвалась с кровати и направилась к лестнице, желая помочь Стасу с объяснениями, но на полпути резко остановилась. С первого этажа донёсся звонкий шлепок, больше похожий на пощёчину, и Стас завизжал, словно мальчишка.

— Ты долго думал обманывать родителей, негодный ты сын!? А!? Отвечай! — схватив Стаса за ухо, кричал Владимир Петрович.

— Папа, да подожди ты… — испуганно пищал Стас, — Всё не так, как ты думаешь…

— А как я должен думать!? Ладно Колька — вечный бездельник и прохиндей. Но ты то… Я доверил своему старшему сыну компанию, а он… Заключает какие-то лживые договоры за моей спиной! Как это понимать!?

— Папа, никто не узнал… — в свою защиту Стас выставил руки вперёд и вылупил боязливые глаза на отца.

— И слава богу, что не узнал! А то, что было бы! Опозорились бы на весь город! А то и на страну! Негодник! Как у тебя вообще ума хватило!? Додумался же поставить под угрозу нашу репутацию!

Щёлкнула застёжка от ремня, и я испуганно отскочила назад, видя накалившуюся обстановку между отцом и сыном.

— Папа, ты чего!? — огромными от шока глазами Стас смотрел на разгневанного отца, который снимал со своих брюк ремень, — Ты что меня пороть собрался? Я уже не маленький мальчик…

— Вот именно! Ты взрослый мужик, а ведешь себя, как ребёнок! Сейчас хорошенько выпорю тебя, и будешь знать, как врать родителям!

Послышались сильные шлепки, и я резко зажмурилась, отходя подальше от лестницы.

— Надругался над бедной девочкой ради своих игр! — гневно кричал Владимир Петрович, а Стас лишь стискивал зубы в ответ, — Ты вообще думал о последствиях!? А что, если бы о вашей лжи кто-то узнал!? Что тогда!? Ты вообще думал о репутации семьи Гордеевых!? Что будет, если кто-то узнаёт!?

Я слегка приоткрыла глаза и заглянула на нижний этаж. Стас молча стоял лицом к стене, когда Владимир Петрович крепко сжимал руку сына, хлеща его пряжкой от ремня по трусам.

— Папа, да всё уже нормально! — после очередного удара ремнём пискнул Стас, и Владимир Петрович остановился.

— Что нормально?

Стас развернулся спиной к стене и с недовольством потёр свои ягодицы рукою.

— Это сначала всё было по контракту. А сейчас мы действительно вместе.

— Вместе!? Очередное враньё!? — насупился Владимир Петрович, и Стас в ту же секунду мотнул головой, — Ладно, поверю. Но только попробуй мне обмануть Алису. Она девка хорошая.

— Да знаю я, папа.

— Не папкай мне тут! — отец Стаса вхолостую махнул ремнём прямо перед лицом Стаса, — Мало я вас с Колькой в детстве порол! Выросли два негодника! Одного изо всех университетов отчисляют за пьянки и отгулы, а другой заключает лживые помолвки! Вот же ж! — Владимир Петрович стиснул зубы и выставил перед носом сына сжатый кулак, — Ещё хоть раз заставишь меня краснеть, я сам за себя не ручаюсь! Понял!?

— Да понял я, понял, — хныкнув носом, буркнул Стас.

— Ну и отлично, — засунув ремень обратно в свои брюки, Владимир Петрович покинул дом, и Стас спустился на корточки у стены, запустив пальцы в свои волосы.

Видя, что отец Стаса уже ушёл, я поспешила вниз. На последней ступеньке моих ушей коснулся громкий трехэтажный мат. Я присела рядом со Стасом и осторожно провела пальцем по его обнажённому плечу.

— Прости меня… — виновато прошептала я, глядя на измученное лицо Стаса. Он повернул голову в мою сторону и тяжело вздохнул.

— Я сам виноват. Не смей себя в чем-либо обвинять. Идея с контрактом была моя.

— Но твой отец узнал именно из-за меня.

— Плевать! — выругался Стас, поднимаясь на ноги, — Мне не стоило затевать эту игру.

— А просто жениться на Лизе? — я печально улыбнулась, вставая вслед за Стасом. Он задумчиво посмотрел на меня, а потом пожал плечами.

— Значит, мы с тобой всё правильно сделали. Но к сожалению всё имеет свои последствия, — с обречённым вздохом произнёс Стас, кладя руки на свои ягодицы. Я усмехнулась и крепко его обняла.

— Бедный ты мой… — я сочувственно посмотрела в лицо Стаса и положила свою ладонь на его руку, — Сильно больно?

— Да нормально. Я же мужик, — сменяя своё грустное выражение лица на невозмутимую ухмылку, ответил Стас.

— Может стоит приложить лёд, а то синяки останутся? — предложила я, поглаживая больные места Стаса, и он сразу же оживился.

— Только, если это сделаешь ты.

Я усмехнулась и закивала.

— Ладно. Ложись на кровать, а я пока принесу лёд.

Стас мигом побежал по лестнице наверх, а я рванула на кухню к морозильнику. Я достала оттуда несколько кубиков льда и побежала наверх в спальню, где на кровати лежала Стас, уткнувшись лицом в подушку. Я присела рядом с ним и с осторожностью коснулась рукой его спины, боясь спускаться ниже. На верхней части бедер Стаса были отлично заметны красноватые полосы от пряжки, и я прищурилась, представив себе, настолько это больно. Приспустив боксеры, я ахнула. Его задница вся была в ярко-алых пятнах, от которых мне стало не по себе.

— Скажешь, если станет неприятно, — сказала я, кладя кубик льда на красноватый участок кожи, и Стас издал хриплый стон, — Теперь я понимаю, почему ты не мог противиться родителям. Один твой отец чего стоит. Я и подумать не могла, что он настолько жестокий человек.

— Да не жестокий он. Просто мой отец придерживается мнения, что «не дошло через голову, так дойдёт через зад». Он нас в детстве так частенько воспитывал. Чуть только двойку получил, раз — отхвати ремня. У меня так с оценками особых проблем не было, а вот Колька… Вот ему только за одну школу постоянно влетало.

— Кошмар… — ошарашенно вздохнула я, выслушав рассказ Стаса, — Меня никогда не били. Тем более за такие мелочи, как оценки.

— Не били, а пороли. Это наказание такое.

— Но я всё равно не понимаю таких методов воспитания, — кладя ещё один кубик на ягодицы Стаса, произнесла я.

— Я тоже. Но отца переубедить никому ещё не удалось. Проще смириться. Да и порет он не просто так, а за дело.

Нежно проведя рукой по его волосам, я встала ногами на ковёр.

— Мне нужно переодеться, — сказала я, наклоняясь к Стасу, — У тебя есть во что?

— Ложись без одежды, — предложил Стас, и я отрицательно покачала головой, — Не хочешь? Ладно. Тогда возьми одну из моих футболок в шкафу, потому что из купленных для тебя вещей здесь только белье, платья, юбки.

— Хорошо, — я отвернулась к зеркалу и принялась расстёгивая свою блузку, попутно скидывая юбку на пол. В отражении я увидела сверлящий взгляд Стаса, и повернулась к нему лицом, снимая блузку, — Ложись уже спать.

— Трудно сомкнуть глаза, когда передо мной раздевается чертовски красивая девушка, — не отрывая от меня взгляда, ответил Стас, и я закатила глаза.

— Ну хоть отвернись. Мне неловко… — прикрывая свою грудь рукою, пролепетала я.

— Неловко? — усмехнулся Стас, удивленно вскидывая брови, — Ты серьёзно?

— Да… — я опустила глаза на своё тело, которое в данный момент скрывали только бюстгальтер и трусики.

— Что ж? Ладно, — Стас перевернул голову на другой бок, и я смогла благополучно переодеться. Буквально через минуту я уже лежала рядом со Стасом, накрывшись одеялом.

— Всё в порядке? — прижимаясь грудью к его спине, прошептала я, и Стас повернулся обратно.

— Конечно, — его руки обняли мою талию, щупая грудь через широкую футболку, — Ты рядом. Что может быть не так?

Закрыв глаза, я улыбнулась и всем своим телом прислонилась к Стасу, вдыхая чудесный аромат своего мужчины.

— Мне с тобой так хорошо… — сонно улыбаясь, пробормотала я и упёрлась губами в шею Стаса.

Солнце слегка пробивалось через оконные проемы, и на тумбе зазвонил будильник, оповещая о новом дне. Приоткрыв глаза, я вяло посмотрела по сторонам, а потом на постель, где лежала на груди у Стаса. Он мирно спал, положив одну руку на мой зад, а другую — под лежащую рядом подушку. Чмокнув его в шею, я скривилась, ведь будильник больно бил меня прямо по барабанным перепонкам, не позволяя продолжить свой сон.

От противной мелодии будильника у меня уши свернулись в трубочку. Да и не у меня одной…

— Выключи… — сонно пробормотал Стас, не открывая глаз. Нехотя, я поднялась с кровати и, спустив обе ноги, взяла в руки телефон Стаса, чтобы выключить назойливый будильник.

Проведя по экрану, я уже собиралась положить телефон, но тут на него пришло сообщение. Любопытство взяло своё и, пока Стас продолжал дрыхнуть, я прочитала его.

«Стасян, у нас там новых девочек подвезли. Подъедешь посмотреть?»

Я сглотнула, поняв, о каких «девочках» идёт речь, и куда Стас должен подъехать.

«Он всё-таки ещё занимается борделем. А ведь обещал мне, что забросил это дело»— с ужасом поняла я, глядя в экран телефона.

— Что там у тебя? — спросил Стас, видя моё переменившееся лицо, и я вздрогнула от неожиданности, резко положив телефон на место.

— Ничего! — сухо отрезала я, отходя от кровати, — Вставай! Уже почти семь!

Выбежав из спальни, я оставила Стаса, который недоумённо смотрел мне вслед, не понимая такой резкой смены настроения.

Я спустилась на кухню и, встав лицом к окну, налила себе воды из чайника. Сверху донёсся звонкий голос Стаса, а через несколько минут он спустился вниз и зашёл на кухню.

— С кем ты разговаривал? — с тревогой спросила я, глядя на Стаса через отражение в окне.

— Да так, по работе, — махнул рукой Стас и подошёл ко мне, обнимая со спины.

— Будешь завтракать? — не отвечая на его ласку, я снова задала вопрос.

— Нет. Я убегаю по срочным делам. Позавтракай без меня, — целуя мою шею, ответил Стас и отстранился, начиная в спешке застёгивать пуговицы на своей рубашке.

— Ясно. И по каким же делам? — я резко обернулась и посмотрела на Стаса, в ожидании объяснений.

— По работе, Лиса, — отмахнулся он, — Езжай на работу на такси. Я приеду позже.

Я опустила глаза, понимая, что Стас сейчас мне нагло врёт в лицо и даже ни чуточки не краснеет.

— Не скучай! — на последок кинул Стас, покидая меня одну на кухне. Я печально вздохнула, опираясь руками о подоконник. Хлопнула дверь, и я увидела с окна садившегося в автомобиль Стаса. Уже через мгновенье он уехал.

«Но вот куда?»— эти мысли не давали мне покоя, заставляя думать о самом худшем.

«Неужели Стас всё-таки едет в свой бордель? Он и вправду будет «смотреть» разных девушек лёгкого поведения?»— когда я думала об этом, на сердце становилось очень тяжело, и оно сжималось от боли и обиды.

Сделав глоток воды, я пошла в спальню одеваться, после чего вышла во двор. Там как и всегда в своей «будке» сидел охранник Стаса (я до сих пор не знаю его имени). Я подошла к нему и, разузнав адрес, по которому поехал Стас, вызвала себе такси.

Машина остановилась у невысокого здания, на котором было написано «Продукты». Поначалу я сильно удивилась и уж было успела подумать, что охранник назвал мне не тот адрес.

«Ну не поедет же Стас в такую рань в продуктовый магазин. К тому же он ещё закрыт»— в недоумении думала я, выходя из транспорта.

Передо мной стоял закрытый продуктовый магазин, возле которого «кружили» две девушки, надетые ну очень неприлично: мини-юбка, короткий открытый топ и яркий вызывающий макияж.

Я пробежалась глазами по тому месту, куда зашли те девушки, и увидела небольшую дверцу, ведущую в подвальное помещение. На входе стоял мужчина в тёмном смокинге и, пропустив девушек, он скептически посмотрел на меня.

— Девушка, вы к кому? Что-то я вас не припомню. Вы новенькая? — небрежно спросил он, оглядывая мой внешний вид.

— Да… — сквозь зубы процедила я, — Станислав Владимирович уже здесь?

— Да, он у себя, — ответил мужчина, и я резко рванула вовнутрь здания.

Стоило мне только переступить порог, как я замерла. Никогда раньше мне не доводилось бывать в подобного рода заведениях, так что я стояла в полном шоке. Через приоткрытую дверь я увидела картину: на диване валялся спящий мужик, а у его ног сидела раздетая девушка, делая свои непристойные дела. Из другой комнаты доносились громкие женские стоны. Дверь распахнулась прямо перед моим лицом, и я резко шагнула назад.

— Алиса!? — из рук Стаса выпала кипа бумаг, когда он увидел меня.

— Что, не ожидал? — разочарованно глядя в его глаза, спросила я.

— Ну вообще-то нет. Почему ты здесь?

— Ты сейчас серьёзно спрашиваешь, почему я здесь, когда сам с утра пораньше развлекаешься в борделе!? — мой голос повышается, а глаза намокают.

Стас выставил обе руки перед собой и начал мотать головой.

— Нет-нет-нет! Лиса, ты всё не так поняла! — выпучив испуганные глаза, протараторил Стас.

— А что, интересно, я могу подумать!? Может ты здесь чай пьёшь!? — на повышенных тонах прокричала я, — Разумеется, я понимаю, чем ты тут занимаешься!

Стас хотел что-то ещё сказать в своё оправдание, но дверь комнаты, из которой он вышел, открылась, и оттуда показалась высокая блондинка, раздетая по пояс.

— Станислав Владимирович, вас ожидают, — тоненьким голосочком объявила она и забежала обратно.

Я развернулась, чтобы убежать из этого заведения, даже не желая тратить своё время на какие-то глупые оправдания Стаса, но он остановил меня, схватив за запястье.

— Пусти! — завизжала я, и Стасу пришлось заткнуть мой рот другой рукой.

— Ты всё действительно не так поняла, — пользуясь секундной тишиной, сказал Стас и резко вскрикнул, так как я укусила его за ладонь, — Больная, что ли!?

— Зато ты, я посмотрю, здоровый! — гневно глядя на него, прорычала я, продолжая попытки вырваться из хватки Стаса, — Я вот только одного не пойму, зачем ты предлагал мне встречаться, если сам такая скотина!? Ну не хочешь ты серьезных отношений, тогда не рви ты сердце наивной девушке! — по моим щекам текли горячие слёзы обиды, которые я вытирала рукавом блузки.

— Всё не так, Алиса, — беря меня за вторую руку, произнёс Стас.

— Как же тогда!? КАК!?

В ответ на мои вопли Стас накрыл мои губы горячим поцелуем, и всё тело накрыла волна удовольствия. Я положила свои ладони на щёки Стаса и ответила на его поцелуй, всем сердцем ненавидя свою бесхарактерность.

Подхватив меня на руки, Стас с ноги открыл дверь и усадил меня на диван.

— Вышли отсюда! — грубо рявкнул Стас, с гневом смотря на стол, где сидела та самая блондинка, «обжимаясь» с каким-то дедом.

— Стасян, мы так не договаривались… — возмутился тот.

— Я сказал ПОШЛИ ВОН! Закончишь свои дела в другом месте! Документы пришлю на почту! — тыкнув пальцем в сторону двери, Стас ещё раз напомнил о том, что нужно покинуть его кабинет.

Звякнула бляшка ремня, и лысый мужик в сопровождении голой девушки оставил нас со Стасом наедине. Схватив с пола несколько бумаг, Стас швырнул их мне.

— На, смотри! — встав напротив, он скрестил руки на груди и высоко поднял голову, — Прежде чем обвинять меня в чем-либо советую сначала разузнать, что и как!

Я взяла в руки неизвестные мне документы и стала бегать глазами по их содержимому.

«Договор о купле-продаже… Предыдущий владелец: Гордеев Станислав Владимирович. Новый владелец: Семенович Виктор Кузьмич».

Прочитав ещё несколько строк, я подняла глаза на Стаса, которых хмуро смотрел на меня, в ожидании извинений.

— Ты продал бордель? — всё ещё не веря в прочитанное, спросила я.

— Ну, как видишь, — надув губы, процедил Стас, и его рука вытянулась передо мной, — Отдай.

Я протянула ему руку с бумагами и виновато пожала плечами.

— Но я ведь не знала. Если бы ты с самого начала рассказал мне, куда и зачем едешь, то такого бы не было.

— То есть извиняться ты не собираешься? — возмущённое подняв брови, спросил Стас.

Я поднялась с дивана и, встав на носочки, коснулась его щеки своими разгоряченными губами.

— Я действительно была не права, — глядя Стасу в глаза, произнесла я. Тяжело вздохнув, он обнял меня и, примкнув к моему уху, прошептал:

— Я никогда не посмотрю ни на одну девушку, кроме тебя.

Мои губы вылились в довольной улыбке, и я положила голову на плечо Стаса.

— Надеюсь…

Застегнув на себе куртку, Стас вышел из этого заведения, обещая, что навсегда, и мы сели в его машину.

— Мне так нравится твоя ревность, — плывя в чарующей улыбке, сказал Стас.

— А кто сказал, что я ревную?

— Да у тебя на лице написано, девочка моя, — тыкнув пальцем в мою красную щёку, рассмеялся Стас, и я ещё больше покраснела.

— Да, ревную, — наклонив голову вбок, серьёзно сказала я, — И что теперь? Моя ревность по сравнению с твоей — пустяк.

— Ты права, — согласно кивая, ответил Стас, — Я убью любого, кто посмеет тронуть тебя, а уж тем более трахнуть.

От его слов меня бросило в дрожь. Я ни чуть не сомневалась, что Стас говорит правду, и всё именно так и будет.

— А что насчёт меня? — прекрасно понимая, что сейчас играю с огнем, поинтересовалась я. Стас наклонился над моим ухом и прорычал:

— Привяжу к кровати и буду еб*ть всю ночь до потери сознания.

К горлу пристал большой ком, который начал сдавливать его, мешая моему дыханию. Испуганно вздохнув, я со страхом подняла глаза на Стаса.

— Я не сомневаюсь… — сухо произнесла я. Одна лишь мысль о том, что Стас может сделать со мной, пугала. Но и наоборот…

Из сумки, стоящей между мной и Стасом, раздался звук входящего сообщения. Не отрывая взгляда от завораживающих глаз Стаса, я потянулась к своей сумке, но немного промахнулась, и моя рука упала ровно на бугорок на брюках Стаса. Я вздрогнула и шокировано посмотрела на него, словно ожидая позволения.

— Всё в порядке, — плавно кивнул головой Стас, кладя свою ладонь на мою, ещё плотнее прижимая её к своему органу, — Можешь не убирать руку.

Я сглотнула и перевела взгляд на свою дрожащую ладонь, которую Стас сжимал своей. Слегка расстегнув свою ширинку, Стас открыл доступ к своему члену, и я моментально одёрнула руку.

— Ты такая застенчивая и скромная, Лиса. Это ты так со всеми или только со мной? — усмехаясь, спросил Стас.

— Просто у меня никогда ранее не было настолько развратного парня, — отводя глаза, призналась я.

— А как же твой тот Саша? — напомнил Стас.

— Давай не будем о нём, — резко ответила я, не желая продолжать этот диалог.

— Хорошо. Давай будем говорить о нас.

Я вернула взгляд к Стасу, но увидев в его руке толстый, весь в венах член, я зажмурилась. Внутри меня всё задрожало, и почувствовала знакомое ощущение. Словно я уже испытывала его, да и совсем недавно.

— Лиса, помни… Одно слово… Только одно… — тягостно произнёс Стас, и я сглотнула, вспоминая наш недавний разговор.

— И что же я должна сказать? — сжав ноги, полушепотом спросила я, чувствуя приятное покалывание внизу живота.

— Да что угодно. Для меня главное, чтобы ты была готова.

Поправив волосы, я уже с большей смелостью посмотрела на Стаса.

— Ладно… Тогда… — заветные слова давались мне непросто, — П… Поцелуй меня…

Будучи в шоке от собственной смелости, я закрыла глаза, ожидая от Стаса дерзкого и страстного поцелуя, который бывает обычно. Но он только слегка наклонился, прикоснувшись к уголку моих губ своими. Очень нежно поцеловав меня вокруг губ, Стас расстегнул две верхние пуговицы на моём пальто.

— Давай переместимся на заднее сиденье, — шёпотом предложил он.

— Но там ведь мало места.

— Нам хватит.

Мы пересели на заднее сиденье, которое на моё удивление оказалось очень просторным и мягким. Прям, как моя кровать.

— Не бойся. Стёкла тонированные, — видя мой взгляд на ходящих по улице людей, произнёс Стас. Он клацнул на какую-то кнопку, и машина защёлкнулась, — Нас никто не увидит и не сможет помешать.

Стас похлопал по своим коленям, призывая меня сесть на них. Поражаясь собственному бесстыдству, я оседлала колени Стаса и потерлась бёдрами о его твердый член. Глухо простонав, Стас закинул голову назад и впился пальцами в мои бёдра. Он жадно прижался к моим губам и скользнул языком вовнутрь, смывая всё напряжение и страх.

— Я хочу побыть внутри тебя, — прорычал Стас мне в губы и снова обхватил их. Избавившись от моего пальто, Стас приступил к рубашке и грубо разорвал на ней все пуговицы. То, в чем я поеду в офис, сейчас не беспокоило ни его, ни меня.

Запустив свои пальцы в мой бюстгальтер, Стас томно вздохнул, закатывая глаза.

— Боже… — вырвалось у него, — Как же я хочу тебя…

Мысли о моём первом опыте, который закончился не самым лучшим образом, накрыли меня с головой. Страх обхватил моё сердце, не давая ответить на ласку Стаса.

— Мне страшно… — прошептала я, держась обеими руками за плечи Стаса.

— Ты сделаешь всё сама. Будешь контролировать процесс самостоятельно, — задирая мою юбку, ответил Стас.

— Но я ведь не умею…

— Ты когда-нибудь каталась на техническом быке? — Стас сунул пальцы вовнутрь моих трусиков и притянул меня к себе.

— Однажды на ярмарке, — ответила я, не понимая связи.

— Принцип тот же.

Мои трусы полетели вслед за бюстгальтером, и вот я уже сижу на Стасе абсолютно голая. Его глаза до безумия пугают меня, но мягкие руки придают смелости и уверенности, что в этот раз всё будет иначе. Снимая верхнюю одежду со Стаса, я начинаю поглаживать мужскую грудь своими ладонями и нежно посасывать его нижнюю губу.

Я впиваюсь ногтями в кожу Стаса и стискиваю дрожащую челюсть, когда он спускает свои брюки ниже колен. Моё тело содрогнулось от его резких движений, но поддалось вперёд, отвечая на нежность мужчины.

— Я вхожу, — хрипло произнёс Стас, крепче прижимая моё дрожащее тело к себе, и ввёл набухшую головку в меня. Я зажмурилась, ожидая сильную боль, но её не последовало. Стас поднял свои руки до моего живота и остановился, давая мне шанс всё сделать самой.

— Опускайся медленно… — подсказал он, видя на моём лице растерянность, — Позволь мне тебя растянуть.

Я немного присела, пытаясь привыкнуть к новым для меня ощущениям, и посмотрела на Стаса. Она медленно кивнул.

— Вот так, да. А теперь чуть прираздвинь свои ножки. Ты слишком тесная. Боюсь, долго не смогу сдерживаться, — прохрипел Стас у моего лица. Я слегка расставила ноги в бока и кратко ойкнула, когда Стас шлёпнул меня по попе, — Да-да. Замечательно. Продолжай. Не вздумай останавливаться.

Я положила руки на щетинистые щёки Стаса и начала немного ускоряться, уже более энергично двигая бедрами. По выражению лица Стаса я поняла, что ему определенно всё нравится. Он то и дело подсказывал мне, что и как, шептал что-то неразборчивое на ухо, да и вообще стонал. Никогда раньше я не слышала от мужчин таких стонов. Это великолепное ощущение — доставлять своему мужчине удовольствие и видеть его возбужденное лицо.

Мой рот слегка приоткрылся и оттуда вырвался громкий стон. Стас простонал следом и запрокинул голову на спинку сиденья, отпуская мои ягодицы. Это придало мне ещё больше сил и желания, и я высоко подняла голову, убирая с лица растрёпанные волосы. По моим бёдрам что-то текло, и двигаться стало ещё проще и приятнее. Больше Стас мне не помогал… Да он вообще молчал, удовлетворённо закатывая глаза.

— Ты что, всё? — удивилась я, ведь сама имела ещё кучу энергии. Стас устало закивал головой, кладя её назад, — Я думала, что мужчины могут дольше…

Мой разочарованный тон явно задел Стаса, и он, вновь впившись пальцами в мои ягодицы, повалил меня на сиденье.

— Какая же ты ненасытная… — прорычал он у моих губ, — Сейчас я покажу тебе, что могут мужчины, и кто здесь «всё».

Стас с вызовом посмотрел мне в глаза, и я озорно засмеялась.

— Только не переборщи, как в прошлый раз, — попросила я.

— То был первый раз. А он всегда болезненный. Сейчас же другая ситуация. Ты уже вошла во вкус и наконец поняла все прелести секса, — гладя меня по животу, объяснил Стас. Я кивнула.

— Допустим.

— Не допустим. А ты сейчас испытаешь настоящий оргазм. Наконец узнаешь, что это такое, — Стас усмехнулся над моими губами и, тронув их, раскрыл, входя вовнутрь.

Я инстинктивно обхватила его бёдра своими ногами, насаживаясь ещё ближе на член. Внутри меня всё горело огнём, и я чувствовала, что тот самый заветный оргазм, о котором говорил Стас, уже близок.

Движения Стаса были просто невероятными. Как бы мне не хотелось, я никак не могла под них подстроиться. Всё было так нежно и моментами грубо, что я слёзно стонала от неимоверного удовольствия, которое получила от своего мужчины. В какой-то момент я обнаружила, что не чувствую всей нижней части своего тела, но по нему шло такое расслабление, что это казалось пустяком.

— Ну что ты, моя девочка? — на выдохе спросил Стас, усаживая меня к себе на колени, — Как ощущения в этот раз?

Я без сил упала к нему на плечо и томно вздохнула, поглядывая на запотевшие окна.

— Ладно. Я понял, — рассмеявшись в ответ на моё молчание, Стас провёл рукой по моим волосам, закладывая одну прядь за ухо, — Потом расскажешь.

— Я ног не чувствую… — пожаловалась я, надув губы.

— Так бывает, — пройдясь рукою по моим ягодицам, усмехнулся Стас.

— Как мы теперь поедем на работу? — прошептала я, глядя на разбросанные вещи, некоторые из которых были порваны (например, моя белая блузка, которую Стас оставил без пуговиц).

— Блин, работа… Я совсем забыл о нём, — разочарованно вздохнул Стас, хлопая себя по лбу.

— Мне нужно переодеться. В этом я уже не смогу поехать, — указывая на своё обнаженное тело, сказала я.

— Ну так ты точно не поедешь, — рассмеялся Стас, облизывая мой сосок, — А дома кто-то есть?

— Тётя, вероятнее всего, сейчас на работе, — предположила я, пытаясь вспомнить тётин график, который постоянно менялся.

— Ладно. Тогда ты быстренько забежишь домой переодеться, и мы поедем в офис.

— А ты? — удивленно спросила я, глядя на мятую рубашку Стаса, которая была расстегнута на все пуговицы, но не снята.

— Плевать, — отмахнулся Стас, подавая мне нижнее бельё, юбку и блузку, — Накинь на себя что-нибудь, а то на улице уже не май месяц.

— А если бы был май, то ты бы позволил мне ходить по улице голой? — вскидывая брови, поинтересовалась я, и Стас серьёзно покачал головой.

— Никогда! — уверенно ответил он, и у меня даже не возникло желание поспорить или возразить.

Застегнув юбку на своих бёдрах и накинув блузку без пуговиц, я выскочила из машины, которую Стас припарковал у самого забора. Он накинул на моё полуголое тело свой пиджак, и мы вместе вошли во двор, где я своими ключами открыла дверь.

— Может, стоит ещё в душ зайти? — предложил Стас, захлопывая входную дверь.

— Можно, — я протянула ему пиджак, прямо в пороге начиная избавляться от одежды, — Но вот…

Я резко замолчала, ведь из кухни вышла тётя Оля.

— Лиса!? — она ошарашенно захлопала глазами, видя наполовину раздетую меня и Стаса с расстёгнутой рубашкой рядом.

— Тётя!? — я напугалась не меньше её и наклонилась, пытаясь в шоковом состоянии поднять свою блузку, но на ощупь это у меня плохо выходило. Стас обхватил мою грудь своими руками, пряча её от посторонних глаз.

— А ты почему не на работе? — дрожащим голосом спросила я.

— По-моему, это сейчас не так неважно… — поджав свои губы, ответила тётя и, сделав шаг вправо, впустила вперёд себя седоволосую женщину, которая, увидев меня, радушно заулыбалась.

— Ну, здравствуй, внученька, — разводя руки в стороны, произнесла она.

В своём горле я почувствовала огромный тяжёлый ком, который не позволял мне что-либо сказать, а иначе я бы обматерила всё и всех.

— Лиса, давай ты сначала оденешься… — уводя шокированную меня из прихожей, произнёс Стас. Повернув голову на девяноста градусов, я продолжала ошарашенно смотреть на бабушку, которую видела впервые за долгие годы.

Стас закрыл дверь в комнату и усадил меня на кровать.

— Это твоя бабушка? — спросил он, и я, словно робот, металлически закивала головой, — Неудобно вышло и перед бабушкой, и перед тётей…

Я снова закивала, и всё моё тело завалилось на мягкий матрас.

— Эй, Лис! Ты же собиралась переодеться? — вставая надо мной, Стас похлопал в ладоши.

— Стас, скажи, что мне это снится… — с каменным лицом пробормотала я.

— Нет. Это явь, — Стас смотрел на меня, как на сумасшедшую, и только несколько лёгких пощёчин смогли вернуть меня в реальность.

На ватных ногах я подошла к шкафу и, взяв оттуда первые попавшееся шмотки, я напялила их на себя прямо перед ошеломлённым Стасом, который в недоумении смотрел на меня круглыми глазами.

— Хочу, чтобы это стало сном, и я поскорее проснусь от этого кошмара, — я снова упала на кровать, закрыв глаза.

— Я ничего не понимаю…

— Тебе лучше не знать… — шёпотом ответила я.

— Чего не знать? Это из-за приехавшей бабушки?

— Именно. Не понимаю, зачем она явилась спустя столько лет…

— Вроде милая женщина…

— Ты ничего о ней не знаешь! — резко подорвалась я, — Никакая она не милая, а гадкая и эгоистичная!

— Ладно-ладно, — Стас выставил руки перед собой, боясь спорить со мной, — Но, думаю, стоит выйти хотя бы поздороваться… Мы уже здесь минут десять.

— Не хочу… — нахмурилась я, вводя пальцы в свои волосы.

— Ладно. Но в таком случае мы не сможем поехать в офис.

— Ты езжай, а я останусь здесь.

— Ну-ну. Я же не могу оставить тебя одну, — Стас взял меня за обе щеки и посмотрел в печальное лицо, — Сейчас пойдём и вместе во всём разберемся.

С сомнением в глазах я посмотрела на Стаса, сжав его руку. Он кивнул и вывел меня из комнаты, где всё на том же стояли тётя и бабушка. Я сглотнула и, набравшись смелости, подняла на них глаза.

— Алиса, не хочешь познакомить меня со своим молодым человеком? — прервала напряжённое молчание бабушка, кивая головой в сторону Стаса.

— Тебе это не нужно, — сухо отрезала я, соединяя свои пальцы с пальцами Стаса.

— Моё имя Станислав. Гордеев Станислав, — протягивая руку моей бабушке, представился Стас. Я косо глянула на него и недовольно вздохнула.

— Гордеев? — переспросила бабушка, внимательнее вглядываясь в лицо Стаса.

— Да, — кивнул он, — Возможно вы знаете моего отца. Он…

— Гордеев Владимир, — перебила Стаса бабушка, и он изумлённо посмотрел на меня.

— Давайте, что ли, чаю выпьем, — предложила тётя Оля, видя накалившуюся обстановку.

— Мы же собирались в офис, — напомнила я, потянув Стаса за руку.

— Ничего не случится, если мы выпьем по чашке чая, — беззаботно улыбнулся он, и я сделала глубокий вдох, изо всех сил стараясь держать себя в руках.

— Ладно…

Вчетвером мы переместились на кухню, где тётя разлила кипяток из чайника по кружкам и села напротив нас со Стасом.

— Где вы работаете, Станислав? — делая глоток горячего чая, спросила бабушка.

— В компании отца. Теперь я её полноправный владелец.

— «Габворд»— дополнила тётя, и Стас усмехнулся.

— Компания действительно очень известная, так что неудивительно, что вы о ней слышали, — ответил он.

— Более того, я знаю вашего отца, — с улыбкой произнесла бабушка.

— Вы знакомы с моим отцом? — снова удивился Стас, и бабушка плавно кивнула.

— Да, он знает меня.

— Хорошо, я спрошу у него. Как ваше имя?

— Смирнова Ирина Ивановна, — ответила бабушка, и меня всю передёрнуло.

— Зачем ты приехала? — сердито сводя брови к переносице, спросила я.

— Алиса… — вступила тётя, но я резко подняла свою ладонь вверх, и она замолчала.

— Столько лет тебя не интересовала наша жизнь. Зачем теперь являться? — возмущалась я, сверля бабушку взглядом.

— Я хочу наверстать упущенное, — кладя свою руку на мою, произнесла бабушка, и я мгновенно одёрнула её.

— Ничего не выйдет! Раньше нужно было думать! Сейчас поздно! — гневно выпалила я, вскакивая из-за стола. Стас поднялся следом и остановил меня, приобняв за талию.

— Алиса, ты сейчас на эмоциях наговоришь лишнего, — спокойным тоном сказала бабушка, — Ты же моя родная внучка, а я твоя бабушка.

— Никакая ты мне не бабушка! — яростно выкрикнула я, — Ты бросила нас! Всю жизнь ты думала только о себе и о своих деньгах! А когда их не стало, ты и вовсе куда-то смылась! Тебе не нужна я, и не были нужны мои родители! Ты даже на их похоронах не была!

Последние слова дались мне очень тяжело, и я со слезами на глазах отвернулась, уткнувшись лицом в шею Стаса. Он тяжело вздохнул и прижал меня к своей груди, ласково проводя по моим волосам ладонями.

— Ты ничего не знаешь, моя дорогая внучка, — без грамма сожаления произнесла бабушка, и тётя Оля в момент остановила её, качая головой.

— Мы уходим, — видя мои мокрые от слёз глаза, серьёзно сказал Стас.

— До вечера, — ответила бабушка, и я резко обернулась, сквозь слёзы глядя на неё.

— Ты останешься здесь!?

— Да, Лиса. Мама пока побудет здесь некоторое время…

— Тогда я буду жить со Стасом! — выпалила я и, потянув Стаса за собой, выбежала из кухни.

Усевшись в машину, я хлопнула дверью и отвернулась лицом к окну. Стас сел за руль и глубоко вздохнул. Повисла тишина…

— Может тебе всё-таки стоило выслушать свою бабушку? — нарушив её, сказал Стас.

— Ты не хочешь, чтобы я с тобой жила? — мгновенно переведя взгляд на него, спросила я.

— Ну-ну-ну! — возразил Стас, махая головой, — Как раз наоборот. Я только об этом и мечтаю.

— Ну вот!

Я снова отвернулась к запотевшему окну, медленно водя по нему пальцем, и до офиса мы доехали молча.

Рабочий день уже был в самом разгаре, и когда мы со Стасом вошли в офис, там уже во всю кипела работа.

— Станислав Владимирович, Давид Ильич вас ожидает, — оповестила Алёна и тут же побежала вперёд с привычной кипой бумаг.

— Что там у Давида уже случилось? — поглядывая на меня, спросил Стас. Я пожала плечами, наклоняя голову вбок, — Ладно, идём.

Давид сидел за столом, держа в руках телефон, и расслабленно улыбался в его экран. Дверь распахнулась, и мужчина отложил устройство.

— Стасян, Алиса! Наконец-то вы явились! — воскликнул он, разводя руками.

— Доброе утро, Давид, — ответно улыбнулась я, расстёгивать пуговицы на своем пальто.

— Да какое там утро!? — Давид резко подскочил со стула, — Уже полдвенадцатого! Где вы были!?

— Да не кипешуй ты так, — с усмешкой произнёс Стас, успокаивая друга, — Начальство не опаздывает, а задерживается.

— В таком случае, почему второе начальство с половины восьмого здесь? — поджав губы, спросил Давид, — М?

— К Алисе приехала бабушка. Мы были у них с самого утра, — объяснился Стас, — Кстати, она знакома с моим отцом.

— Правда? — Давид перевёл удивленный взгляд на меня, — А ты не знаешь откуда?

Я пожала плечами.

— Ну, вообще, у неё раньше был свой бизнес. Но по какой-то причине она всё потеряла. Я ничего не знаю.

— Ясно. Так может именно поэтому она знакома с Владимиром Петровичем, — предложил Давид, и я всплеснула руками.

— Мне то откуда знать?

— Так твоя бабушка была богатой? — вступил в наш диалог Стас.

— Ключевое слово «была»— фыркнула я, отводя глаза.

— А что произошло, ты не знаешь?

Я медленно покачала головой.

— Из-за какого-то другого бизнесмена. Я же говорю, что бабушка в нашей жизни не участвовала от слова совсем. Её волновал только свой бизнес. А на семью плевать.

— А когда бизнес развалился? — с любопытством спросил Стас.

— Да особо ничего не изменилось. Она куда-то смоталась. Я до сих пор не знаю куда. Даже на похороны дочери и зятя на пришла, — сказала я, и на душе сразу же стало очень тоскливо, оттого что я вспомнила события четырехлетней давности.

— Всё хорошо… — Стас приобнял меня за плечи и поцеловал в висок, — Давид, как там у нас дела с Шибинским? Ты договорился?

— Да-да. Я, кстати, именно об этом и хотел с тобой поговорить, — спохватился Давид, «ныряя» руками в стол. Достав оттуда белый лист, он протянул его Стасу, — Вот. Зацени условия. Как по мне, вполне приемлемо.

Стас взял в свободную руку бумагу и перевёл взгляд на меня.

— К нам завтра должны приехать из налоговой. Узнай у Алёны, что и как у нас с документацией, — попросил он.

— Хорошо, — махнула головой я, дёргая за дверную ручку.

Весь оставшийся день прошёл без происшествий, и мы со Стасом, как обычно, после окончания рабочего дня сели к нему в машину. Только мы захлопнули двери, как по стёклам застучал дождь.

— Вовремя же… — вздохнул Стас, водя пальцем по внутренней стороне стекла.

— Зато мы хоть не промокнем, — добавила я.

— Это да. Посидим в машине? — облокотившись о спинку сиденья, Стас с хитрой улыбкой посмотрел на меня.

— Зонт есть?

Стас помотал головой, ещё ближе наклоняясь ко мне.

— Зонта нет. Есть только ты и я.

— М-м-м… — протянула я, закидывая голову назад, — И что мы будем делать? Дождёмся окончания дождя?

— Можно и так сказать… — слегка задевая моё плечо ногтем, произнёс Стас, продолжая улыбаться, — Думаю, дождь продлиться минут тридцать…

— Так может добежим? Чуть-чуть промокнем, ничего…

— Мне понравилось наше сегодняшнее утро, — рука Стаса осторожно поднялась до моей груди, начиная расстёгивать пуговицы. Я с улыбкой наблюдала за этим, а потом схватила его за запястье.

— Может стоит всё-таки доехать до дома? А то мы стоим на офисной парковке.

— Отличное место, — Стас посмотрел на мою кисть, которая крепко сжимала его запястье.

— А по-моему, оно не подходит для ЭТОГО, — отводя глаза, произнесла я.

— ЭТОГО? — смеясь, повторил Стас, — Почему ты не можешь сказать слово «секс»?

Мои щёки залились алой краской, и я отвернулась.

— Ты такая стеснительная. Мне это нравится. Но знаешь, что мне нравится ещё больше? — держа интригу, улыбнулся Стас, — То, какая раскрепощённая ты была сегодня утром, — в ответ на моё молчание произнёс Стас.

Я коснулась своей пылающей жаром щёки ладонью и устремила свой взгляд на мокрое окно, по которому бил град.

— Ладно. Поехали, — так и не дождавшись от меня ответа, вздохнул Стас. Он повернул ключ и снял машину с ручника. Мы тронулись в путь.

По окнам ещё с большей силой застучал дождь, смешанный с градом, и всю дорогу размыло. Огромные лужи, спешащие домой люди с зонтами над головами, мокрые заборы и автомобили, не загнанные в гаражи.

— Дождь только усилился, — произнёс Стас, когда машина остановилась у забора его дома.

— Да… — согласилась я, тоскливо глядя в окно, — Может, быстро пробежим?

— Ладно. Давай.

Мы со Стасом синхронно открыли двери, выбегая из транспорта. Я уже направилась к калитке, как услышала громкое плёханье, а следом ругательства.

— Что такое? — прикрывая голову руками, я подбежала к Стасу, который валялся в луже в метре от машины. Несколько смешков и я протянула ему руку.

— Стась, вставай быстрее. Промокнем же.

Стас раздражённо выругался, вставая на ноги.

— А я уже. Мои брюки теперь все в грязи, — отряхивая свои колени, пробурчал Стас. Я подняла голову вверх, и на моё лицо тут же посыпались капли дождя.

Несколько секунд мы беззвучно смотрели друг на друга, держась за руку, а потом Стас притянул меня к себе.

— Ты ведь смотришь романтические мелодрамы? — прошептал он мне в губы, уткнувшись носом в мокрую щёку.

— Ну да. А сейчас это к чему? — жмурясь от непогоды, спросила я, — На нас сейчас вообще-то дождь льет.

— Тебя когда-нибудь целовали под дождем? — улыбаясь, спросил Стас, ещё крепче сжимая мою руку. Я помотала головой, и мокрые волосы упали прямо на моё лицо.

— А тебя?

— И меня нет, — ответил Стас, и мои мокрые губы тут же расплылась в улыбке, — Исправим это?

Я плавно кивнула, и Стас, не долго думая, вцепился своими губами в мои мокрые губы, по которым рекой стекала вода.

Мокрые волосы, грязная одежда, но такая страсть между нами… Одной рукой я обхватила шею Стаса, вплотную прижимая его к себе. Он запустил руку в мои насквозь промокшие волосы, и я на мгновенье приоткрыла глаза, изнемогая от желания увидеть его лицо в столь волшебный момент. Его действия отзывались во мне роем мурашек и приятным покалыванием где-то внизу живота.

Стас на секунду оторвался от моих губ, вглядываясь в мои глаза, под которыми виднелись огромные чёрные круги от потекшей туши.

— А ведь сейчас ты намокла дважды… — с акульей улыбкой прошептал он, водя влажным пальцем по моим водяным щекам.

— Пойдём в дом, — щурившись от капель дождя, попросила я, и Стас сцепил мои пальцы своими, ведя к калитке.

Когда мы бежали по крыльцу, я чувствовала, что одежда на мне стала заметно тяжелее, и больше всего на свете я сейчас хотела от неё избавиться. Наконец мы зашли в дом, и захлопнув дверь, с облегчением синхронно выдохнули.

— О, боже! Это было невероятно! — опускаясь на корточки, произнёс Стас.

— Раздевайся! — скомандовала я, и он удивленно приподнял брови.

— Мне нравится слышать эту команду от тебя, — усмехаясь, Стас подошёл ко мне и, скинув мокрую куртку на пол, помог мне снять пальто.

— Я и сама могу, — улыбнулась я, глядя на то, как Стас меня раздевает.

— Я не сомневаюсь. Но мне нравится самому раздевать тебя, — мокрые руки Стаса легли на мою грудь, и он в мгновенье разорвал на ней блузку, открыв доступ к самому сокровенному. Он облизнул губы, словно хищник, и стянул с себя пиджак. Я коснулась пальцем его торчащих через рубашку сосков и незаметно для себя улыбнулась.

— Идём в душ? — опуская руки на мои ягодицы, прошептал мне в лицо Стас. Я не смогла отказаться от столь заманчивого предложения, и мы, на ходу сбрасывая с друг друга одежду, помчались в ванную комнату, — Сейчас ты намокнешь в третий раз, — усмехнулся Стас, закрывая дверцы душевой кабины.

Вода полилась с потолка, так же как совсем недавно лилась с неба. Я смотрела на Стаса, а он на меня. Мы оба знали, чего хотим в данный момент, но почему-то выжидали.

— Ты чертовски красива… — с улыбкой произнёс Стас, вытирая руками потекшую по щекам тушь.

— Смеёшься? — хохотнула я, не понимая, что во мне сейчас может быть красивого. Потекший макияж, мокрые волосы, упавшие на лицо…

— Я абсолютно серьёзен, — Стас накрыл мои губы горячим поцелуем, а рукой приподнял мою ногу под коленом, притягивая к себе.

Капли воды приятно щекотали моё лицо, когда Стас целовал шею. В животе порхали бабочки, а из губ вырвался непроизвольный стон.

— Да-а… — я закатила глаза, теряя контроль в руках Стаса. Он резко вошёл в меня, заставляя мгновенно таять под мощным телом. Меня всю накрыла волна неописуемого удовольствия, а ноги затряслись.

Стас на секунду замер, вглядываясь в моё лицо.

— Прошу… Не останавливайся… — взмолилась я, царапая его спину ногтями.

— Всё в порядке? — с непонимающим лицом спросил Стас, не до конца понимая, нравится мне или нет.

— Да… Да… — над его ухом простонала я, сгорая от нетерпения.

Своими сильными бедрами Стас буквально вжимал меня в душевую кабину и закидывал голову назад, тянув меня за волосы, которые он наматывал на свой кулак.

В какой-то момент мы оба замерли, пытаясь отдышаться, и Стас, выключив воду, прислушался к звукам снаружи

— Телефон? — предположила я, слыша негромкую мелодию.

— Наверное… — Стас отпустил мои волосы и поставил ногу на мокрый пол, — Пойдём.

Мы вместе вышли из душевой кабины, отряхивая волосы, с которых рекой текла вода. Стас некоторое время рылся у себя по карманам, после чего достал из брюк свой телефон.

— По работе звонили, — объяснился он в ответ на мой вопросительный взгляд, — Нужно будет перезвонить.

— Ладно. Я подожду, — виляя своей голой задницей, я направилась к лестнице.

— Обещай встретить меня в постели с раздвинутыми ногами, — вслед мне произнёс Стас, заставив меня обернуться.

— А что, если я этого не сделаю? — озорно улыбнулась я, накручивая прядь мокрых волос на палец.

Черты лица Стаса заострились. Ему нравилась моя шалость.

— Тогда мне придется тебя наказать, — невозмутимо ответил он, облизываясь, словно зверь.

— Ох, — я прикрыла рот ладонью, — Тогда я, пожалуй, ослушаюсь…

— Ну попробуй, — хмыкнул Стас, поднося к уху телефон, — Алло? Вы звонили?

Его взгляд проводил меня до верхнего этажа, где я скрылась, зайдя в спальню. Кровать не была застелена после нашей прошлой ночи, и я запрыгнула в неё, с головой накрывшись одеялом. В животе продолжала порхать целая стая бабочек, отчего я сама себе заулыбалась, с теплом вспоминая минуты, проведенные наедине со Стасом.

Около двадцати минут Стас разговаривал по телефону. Всё это время я лежала в его кровати, листая ленту в ВКонтакте.

«Как же скучно. Когда уже Стас закончит?»— думала я, вздыхая.

Наконец голос Стаса на первом этаже утих, и я услышала приближающиеся шаги. Кинув телефон на тумбу, я окунулась в одеяло, ожидая его прихода.

— Надеюсь, ты выполнила мою просьбу… — раздался таинственный голос в нескольких метрах от меня, и по телу пробежали мурашки. Стас немного приспустил одеяло, оголяя моё лицо и плечи, — Не заскучала тут без меня?

— Заскучала, — приподнимаясь на локтях, ответила я, — Что ты со мной сделал?

— Не понял, — нахмурил лоб Стас, усаживаясь напротив меня.

— Ты сделал меня зависимой от секса, — призналась я, чем вызвала у Стаса улыбку.

— Да неужели? — вскинул он брови, — Ты сказала это слово. Я удивлен.

— Хочешь сделать меня нимфоманкой? У самого ведь уже сатириаз, — сказала я, чем ещё больше удивила Стаса.

— Сатириаз? Не слыхал о таком, — Стас вопросительно наклонил голову.

— Это сильная зависимость от секса у мужчин, — объяснила я, и Стас тут же повалил меня на кровать.

— У меня есть только одна зависимость. И это ты, — прорычал он над моим ухом, — А в этом нет ничего плохого.

— Для тебя может и нет. Но я таким занимаюсь совсем недавно, — выгибаясь под мощным телом Стаса, произнесла я.

— Ничего. Это поправимо, — чмокая меня в кончик носа, усмехнулся Стас, — Будем трахаться по несколько раз в день.

— Что!? — ахнула я, — Несколько раз в день!? Тогда я точно стану нимфоманкой.

Стас расхохотался мне в лицо.

— Не волнуйся. Это нормально. Все так делают. И никакой нимфоманкой ты не станешь.

Я хихикнула, и Стас нырнул под одеяло, вызвав у меня короткое «Ой!».

— Ты что делаешь? — спросила я, приподнимая край одеяла. Широко раздвинув мои ноги, Стас проник между ними головой.

— Сейчас узнаешь. Это будет для тебя впервой, — палец Стаса надавил на мою набухшую горошинку, и я снова ойкнула. Дальше он коснулся языком моей промежности, ещё больше расставляя мои ноги в стороны.

Его язык прираздвинул мои половые губки, проникая вовнутрь. Впившись ногтями в мягкую подушку, я застонала, а под одеялом стало ну слишком жарко. Скинув его свободной рукой, я открыла себе обзор голову Стаса, лежащую между моих бёдер, а его сильные руки до сладкой боли сжимали их.

Ощущение были невероятными, и я просто лезла на стену от того, как Стас умело ласкал мой клитор своим языком. Да ещё и его щетина слегка покалывала мои нижние губки, делая ещё приятнее. Я уже не могла смирно лежать на одном месте, поэтому обхватила голову Стаса руками, просовывая пальцы в его густые волосы.

— О, Стас… — из моих губ вырвался томный стон, — Почему мне так хорошо…?

Ещё один мой стон, и Стас поднял голову.

— Хорошо? — с довольной улыбкой повторил он. Я махнула головой.

— Ты ведь только языком… Тогда почему…

Я не смогла закончить предложение, ведь Стас расхохотался.

— И так происходит, моя девочка, — он положил свою голову на мою грудь, щекоча её своей небритой щекой.

— Стась… — после недолгого раздумья протянула я.

— М?

— Давай кое о чем поговорим, — с серьезным лицом произнесла я. Стас привстал и сел рядом.

— Давай поговорим. О чём? — укладывая белую подушку себе на ноги, ответил Стас, — О моих родителях? О твоей тёте? О компании?

— Нет, нет и нет, — уверенно помотала головой я, — О другом.

— Заинтриговала, — внимательно глядя мне в глаза, прищурился Стас.

— Помнишь день нашей первой встречи… Я тогда ещё наехала на тебя из-за института, из которого была вынуждена отличиться.

— Да-да. Я помню. У тебя в комнате до сих пор висит моя фотография с отверстиями от дротиков, — кратко улыбнулся Стас.

— А я ведь до сих пор не знаю всей правды… — сглотнула я.

— Лис… — Стас вложил мою руку в свои ладони, — Ты имеешь полное право винить в произошедшем меня.

— Нет, Стас…

— Не перебивай! — чуть повысил голос Стас, — Мой брат Коля — лодырь и бездельник, которого отчисляет один университет за другим. Из-за этого отец лишил его карманных денег, и Колька наконец сам решил начать учиться. Он попросил меня договориться в одном из лучших университетов Москвы, ведь его баллов не то что на бюджет, его на платное в жизни не возьмут. А ему нужна была стипендия для своих гулянок и вечных тусовок, — Стас на несколько секунд остановился, переводя дыхание, — Так в общем, мы поехали в университет, где училась ты, и ректор, только услышав, кто я, моментально принял Колю на бюджет. Я ещё тогда сильно удивился, что место на бюджете в таком престижном университете свободно, но не придал этому значения.

— Так получается Колю взяли по блату? — сделала вывод я.

— Да… — Стас печально опустил глаза, водя пальцем по тыльной стороне моей ладнт, — Я ведь не хотел, чтобы кого-то отчисляли. Просто…

— Просто хотел помочь брату, — вздохнула я.

— Именно так. Сейчас я бы ни за что не стал помогать этому раздолбаю, который думает только о собственной выгоде.

— Стась…

— Я понимаю… — перебил меня он, — Ты хочешь учиться в университете. Я могу это устроить. Не на бюджете, так на платном. Если ты хочешь, то закончишь университет и получишь образование, которое заслуживаешь.

— Спасибо… — улыбнулась я, кладя голову на плечо Стаса, — Единственная причина, по какой я была вынуждена отличиться — это недостаток денег для такого престижного университета.

— Но ты ведь поступила на бюджет. А значит очень умна.

— Да. Я действительно закончила школу с золотой медалью и с лёгкостью поступила, куда хотела…

— Но из-за какого придурка всё пошло не по плану? — закончил Стас, и я положительно кивнула, — Тогда я надеюсь, что ты примешь помощь от этого придурка?

— Не знаю, как от придурка, но от тебя приму, — усмехнулась я, мечтательно смотря на Стаса.

Стас хотел ещё что-то сказать, но его прервал телефонный звонок. Всё та же мелодия зазвучала на тумбочке.

— Снова по работе? — тяжело вздохнула я.

— Извини, малыш… — пожал плечами Стас, целуя меня в плечо, — Нужно ответить.

Стас слез с кровати и взял в руки телефон.

— Да? — произнёс он, поднося его к своему уху, — Конечно. Разве вам Давид не сказал? Всё подходит. Мы согласны. Сейчас сброшу на почту, — добежав до стола, Стас открыл ноутбук и начал судорожно стучать по клавишам, — Отправил. Да-да.

Со скучающим лицом я наблюдала за всем этим, а потом нырнула под одеяло, заставив Стаса на секунду обернуться.

— Ладно. Всё будет готово, и в течение дня я сброшу вам на почту, — произнёс Стас в свой телефон, а потом отложил его, — Будешь ложиться спать? — спросил он, усаживаясь на кровать с ноутбуком в руках.

— Неа, — помотала головой я, будучи почти полностью под одеялом.

— Мне ещё некоторое время нужно поработать, — кладя одну руку на бугорок, торчащий из-под одеяла, сказал Стас, — Смотри там не задохнись.

Я скинула с себя одеяло, обречённо вздыхая.

— Хочу стать ноутбуком, — надула губы я, — Ты всё время в него смотришь.

Стас усмехнулся, повернув голову ко мне.

— Я ведь и на тебя смотрю.

— Но в него чаще, — снова насупилась я.

— Ну всё-всё, не дуйся. Сейчас я закончу и больше не буду отрывать от тебя взгляда.

— Обещаешь? — обняв Стаса за шею, прошептала я.

— Угу, — кивнул он, щёлкая мышкой, — Дай мне буквально пару минут.

Я тяжело вздохнула, кладя обе руки на тёмные волосы Стаса, и поцеловала его в макушку.

— Хорошо.

Дальше Стас клацал по клавишам, а я гладила его волосы, что-то переговаривал по телефону, я целовала мягкую кожу на его плечах, делал записи в блокноте в то время, как я водила подушечками пальцев по его исцарапанной спине.

— Всё. Отлично. Рад сотрудничать с вами, — произнёс Стас, с облегчением кладя трубку.

— Ты закончил? — я была рада не меньше, чем он.

— Да, — Стас закрыл крышку ноутбука и, отложив его на тумбу, развернулся ко мне, — Ты хотела, чтобы я вечно на тебя смотрел?

Я кивнула, делая губы уточкой. Стас широко улыбнулся и лёг на меня сверху. Так и не дождавшись от него поцелуя, я раздраженно вздохнула.

— Что? — усмехнулся Стас, видя моё недовольство. Я ещё больше надула губы, закрывая глаза.

— М-м-м, — протянул Стас, не спеша выполнять моё пожелание, — Кто-то соскучился по моим губам?

— Угу, — я взяла в свои ладони его щетинистые щёки и погладила их большими пальцами, — А почему ты не бреешься?

— Тебе не нравится борода у мужчин?

Я пожала плечами, задумчиво вглядываясь в его лицо.

— Просто колется.

— Ладно. Тогда в следующий раз побреюсь, — чмокая меня в подбородок, пообещал Стас.

— Эй! Ты мне всё лицо обслюнявил! — возмутилась я, чувствуя, как Стас целует меня везде, где только можно, кроме губ.

— Не жалуйся! — он заткнул мне рот горячим поцелуем, переворачиваясь на спину.

Я оказалась на животе у Стаса, и он, жарко целуя меня, опустил одну руку ниже. Найдя самую чувствительную точку, Стас надавил на неё. Я резко отстранилась от его губ, постанывая. Стас внимательно наблюдал за моей реакцией и, не найдя ни капли недовольства, продолжил кружить пальцем, доводя меня до звёзд в глазах.

— Почему так хорошо…? — стонала я, совершенно не понимая, как один палец может доставлять настолько мощное удовольствие.

Вторую руку Стас осторожно переместил на мою шею, не сильно, но ощутимо сжимая её.

— Как ты это делаешь? — хныкнула, чувствуя сильнейшее напряжение у себя между ног.

— Что делаю? — задорно улыбнулся Стас над моим ухом. В ответ я только снова простонала, выгибая голову назад, — Довожу тебя до оргазма несколькими своими пальцами? — усмехнулся он, чуть глубже просовывая свой пальчик.

— Да-а… — закатила глаза я, дыша в подбородок Стаса.

— Я рад, что тебе это нравится, — с нескрываемой гордостью произнёс Стас, — Ты такая мокрая… Мои пальцы просто тонут…

Я томно выдохнула, уткнувшись лицом в грудь Стаса. Он переместил свою руку на мои волосы, впившись в них пальцами.

— Стась… — немного отдышавшись, произнесла я.

— М? — сжав мои ягодицы рукою, промычал Стас.

— А когда у тебя был первый секс? — спросила я, и хватка на моём заде усилилась.

— Да не помню уже. А почему ты спрашиваешь?

— Просто интересно. Приблизительно во сколько лет?

— Ну, может, в 16–17. Точно не помню. Но это было, когда я поступил в институт.

— М-м-м. А с кем? — поинтересовалась я, сверля Стаса своим взглядом.

— Думаешь, я помню? — как-то неуверенно усмехнулся он.

— Ну как? Разве такое забудешь?

Стас задумчиво поднял глаза к потолку.

— С какой-то девкой. По-моему, она была старше на год-два.

— Ясно, — вздохнула я, — А тебе понравилось?

— Нет, Алиса. Не понравилось, — не раздумывая, ответил Стас. Такой ответ меня более чем устроил, и я, чмокнув Стаса в уголок губ, уснула прямо на его груди.

Ночь сменилась новым утром, и нас со Стасом в этот раз разбудил вовсе не будильник, а звонок в дверь.

— Кто это так рано? — щурившись от ярких лучей солнца, спросила я.

— Не знаю, — не хотя Стас поднялся с постели и направился к двери.

— Оденься хоть! — крикнула я ему в спину, и Стас посмотрел на своё полностью обнаженное тело.

— Блин! — быстро натянув свежие трусы и какую-то мятую футболку, Стас спустился на первый этаж. А я посмотрела на часы.

— Пол седьмого!? — вслух выкрикнула я, потирая глаза, — Ещё ведь так рано. Кто там может быть?

Я прислушалась к звукам снизу. Сначала щёлкнул дверной замок, а потом и сама дверь распахнулась.

— Сержант Хорьков! — громко представился мужчина в форме, протягивая документы, — Здесь проживает Гордеев Станислав Владимирович?

— Да. Это я, — Стас в недоумении уставился на полицейского, причесывая затылок, — А что, собственно, произошло?

— Вы арестованы по подозрению в убийстве. Пройдемте с нами в отделение.

— Что? Не понял.

Прежде чем Стас успел что-то возразить, на него нацепили наручники и развернули лицом к стене.

— Стас, что происходит!? — испуганно закричала я, спускаясь по лестнице.

— Алиса, я не знаю! — с шокированными глазами Стас повернул ко мне голову, — Поезжай домой!

— Но я не могу! Почему здесь полиция!? — на ходу застегивая несколько пуговиц на своей рубашке, произнесла я, разглядывая гостей.

— Вы кем являетесь гражданину Гордееву? — обратился ко мне полицейский.

— Это моя сестра! — не дав мне ответить, выкрикнул Стас, — Не трогайте её!

— Ясно. Едем в участок! — скомандовал полицейский, и другие два вывели Стаса из дома, оставив ошеломлённую меня смотреть им вслед.

«Да что произошло то!?»— обескураженно думала я, глядя в окно, где Стаса в одной только майке и трусах усаживали в полицейский бобик. Я быстро оделась и выскочила из дома, на ходу вызвав такси. Я назвала свой адрес и поехала в дом тёти, на ходу глотая слёзы, — «Что Стас такого сделал, что на него нацепили наручники и забрали в участок так срочно? Может, это ошибка какая-то?»

Машина такси остановилась, и я, расплатившись с водителем, помчалась в дом. В прихожей меня встретила ошарашенная тётя, которая проходила мимо с чашкой кофе.

— Алиса!? А ты почему здесь так рано!? — чуть не выронив чашку от испуга, спросила она, когда я открыла дверь своим ключом.

— Тётя… Стаса… Стаса арестовали… — всхлипывая, сказала я.

— О, боже! — тётя Оля поставила чашку на стол и крепко обняла меня, — Может это ошибка какая-то? Не думаю, что твой Стас мог совершить преступление.

— Тётя… Его за убийство арестовали… — вновь всхлипнула я, роняя слёзы на белоснежную ночнушку тёти.

— Ка-ак? — она отстранилась, прикрывая рот рукой, — Убийство?

Дверь в гостиную распахнулась, и оттуда, зевая, вышла бабушка.

— Что у вас тут произошло? — сонно спросила она.

В любой другой день я бы не стала даже разговаривать с ней. Но сейчас… Я рассказала бабушке о случившемся, и как оказалось, это её ни чуть не удивило.

— Так это ты сдала Стаса полиции!? — я ошарашенно захлопала глазами, не веря в её слова, — Но что он такого тебе сделал, что ты его оклеветала!?

— Я ни на кого не клеветала! — помотала головой бабушка, — Каждое моё слово — чистая правда!

— Быть этого не может! И кого же Стас убил? — сглотнув, спросила я с замиранием сердца.

От её ответа у меня волосы встали дыбом, а кровь застыла в жилах.

— Твоих родителей…

— Нет… Нет… — медленно качала головой я, всем своим сердцем не веря её словам, — Ты лжешь! С чего бы Стасу убивать моих маму и папу!? К тому же они попали в аварию! Да и это было ЧЕТЫРЕ ГОДА НАЗАД! ЧЕТЫРЕ!

— Алиса, прошу тебя… — пребывая в ни чуть не меньшем шоке, тётя приобняла меня и посмотрела на мать, — Мама, что ты такое говоришь? Если ты всё это время знала, кто виновник той ужасной аварии, то почему все эти годы молчала?

— Так нужно было дочка, — спокойным тоном ответила бабушка, — Так было лучше для всех нас…

— НЕТ! — вырвавшись из рук тёти, закричала я, — Что, чёрт возьми, может быть лучше!? Немедленно говори всю правду! БЫСТРО ОТВЕЧАЙ! В чём виноват Стас!? И почему ты всё это время скрывала это от всех нас!?

— Давайте лучше присядем, — печально вздохнула бабушка.

— НЕТ! Быстро говори! — истошно кричала я ей в лицо, а по щекам текли горячие слёзы, которые я была уже не в силах остановить.

— Мама, скажи всю правду, — чуть ли не плача, взмолилась тётя, — Скажи нам, что произошло в тот страшный день.

— Хорошо. Я скажу, — переведя дыхание, бабушка серьёзно посмотрела на меня, — Четыре года назад, в тот самый день, когда моя любимая дочка и зять…

— Не ври! — перебила её я, — Никакая она не любимая! Тебе всё это время было плевать с высокой колокольни на всех нас!

— Лиса… — огорчённо вздохнула тётя, кладя свою руку на мою.

— Так вот, в тот день Гордеев Стас ездил в командировку в Питер. Там он на своей дорогущей тачке и сбил мою доченьку и её мужа. Машину Гордеева я сразу определила и поехала к его отцу — Гордееву Владимиру. Тот молил меня не сдавать его сыночка, потому что пострадает репутация всей из семьи. Я согласилась.

Последние слова прозвучали, как нож в сердце. Я открыла рот и на мгновение потеряла дар речи. Мне не хотелось верить в слова бабушки.

— Да как ты могла!? — заорала я, давясь слезами, — Это же твоя дочь и твой зять! Как ты могла оставить их смерть безнаказанной!?

— Ты ничего не понимаешь, моя дорогая внучка, — улыбнулась бабушка, — Я сделала это ради вас. Гордеев Владимир пообещал устроить тебя в институт. В самый лучший институт.

— Да что ты несёшь!? — возразила я, — Я с отличием закончил школу! Меня легко взяли в университет! Причем здесь Гордеевы!?

— Ошибаешься, моя милая, — покачала головой бабушка, — Это мои связи помогли тебе поступить в самый престижный университет Москвы.

— Но я ведь его так и не закончила… Из-за Гордеевых, кстати…

— Знаю. Теперь когда я узнала об этом, секрет Гордеевых раскрыт. Гордеев Стас сядет в тюрьму и ответит за содеянное.

Мои ноги подкосились, и я от истощения упала на колени.

— Нет… Стас… — зарыдала я, закрыв лицо руками, — Не может этого быть… Нет…

Я не хотела верить в слова бабушки, но всё, что она говорила звучало очень правдоподобно и просто не могло быть ложью.

— Алиса, прошу тебя, встань… — по щека тёти текли слёзы, когда она смотрела на меня, — Вставай, моя девочка.

«Моя девочка…»

Я зарыдала пуще прежнего, вспомнив ласковый голос Стаса, когда он так называл меня.

— Я хочу поехать в участок, поговорить со Стасом, — вытирая мокрые от слёз глаза, я с трудом встала на ноги.

— Значит поедем, — тётя перевела взгляд на бабушку, — Да, мама?

— Вы можете поехать. Но уже ничего не изменить. Гордеев Стас — убийца, который сполна ответит за содеянное.

— Он не убийца! — во всё горло закричала я и тут же начала громко кашлять.

— Лиса, прошу, успокойся. Не нужно так кричать, — прижимая меня к себе, на ухо произнесла тётя.

— Поехали в участок. Хочу увидеть Стаса, — уткнувшись в плечо тёти, прошептала я.

— Хорошо. Сейчас поедем. Только оденься как-нибудь поприличнее, — попросила тётя, указывая на мою растянутую рубаху и мятую юбку. Впопыхах я надела первое, что попало под руку, а это оказался не самый лучший прикид, что я смогла найти в шкафу у Стаса.

Я переоделась, и в течение часа мы втроём прибыли в участок. С самого утра там уже царило оживление. Марина Дмитриевна, Владимир Петрович, Коля, Давид, Лиза — все очень громко и бодро обсуждали случившееся.

— Свидание окончено! — донеслось из помещения, и оттуда вышел мужчина в дорогом смокинге.

«Судя по всему это адвокат Стаса»— догадалась я.

Все сразу же столпились вокруг него, расспрашивая о том, о сем. Глядя на всё это, у меня на глазах вновь навернулись слёзы. Твёрдо решив наконец взять себя в руки и быть сильной в столь ответственный момент, я вытерла глаза руками и уверенно зашагала вперёд. При виде меня все сразу же расступились, пропуская к двери в комнату, где проходит свидание.

— Доброе утро, — сухо произнесла я, нарушив секундное молчание.

— Алиса… — Марина Дмитриевна опустила глаза, словно чувствуя свою вину передо мной.

— Здравствуй, Алиса, — вздохнул Владимир Петрович, — Ты ведь знаешь о произошедшем…

На слова у меня не было сил, поэтому я кратко кивнула.

— Моё имя Евгений Петрович, — представился мужчина в смокинге, — Я адвокат Станислава Владимировича.

Я снова кивнула, еле сдерживаясь, чтобы снова не разрыдаться. Ко мне подошла тётя Оля и бабушка. При виде последней Владимир Петрович пошатнулся, выпучивая глаза.

— Ира!? А ты что здесь забыла!? — он изумлённо вылупился на бабушку, хлопая квадратными глазами.

— Ну здравствуй, Володя, — с лукавой ухмылкой произнесла бабушка.

— Так я не прогадал. Всё-таки это твоих рук дело, — сжимая руки в кулаках, Владимир Петрович исподлобья смотрел на старую знакомую, которую явно не был рад видеть.

— А ты думал, что можешь обмануть меня и остаться в шоколаде? Так не бывает, Володя.

— О чём вы говорите? — в разговор вмешалась удивленная Марина Дмитриевна, — Кто эта женщина?

— Смирнова Ирина Ивановна, — протягивая руку Марине Дмитриевне, представилась бабушка, — Мы с вашим мужем были компаньонами.

— Вова? — Марина Дмитриевна перевела пронзающий взгляд на мужа, ожидая от него каких-либо объяснений.

— Да. Всё именно так, — буркнул он себе под нос.

— Так о чём вы говорили? Кто кого обманул? — разводя руки в стороны, хмурилась Марина Дмитриевна, — Вы причастны к аресту Стаса?

— Ну уж нет, — злорадно рассмеялась бабушка, — Ваш сыночек сам во всём виноват. Не я же сбила на машине свою же дочь и зятя.

От этих всех разговоров у меня мурашки по коже, а в глазах всё мутнеет. Чтобы не упасть прямо посреди полицейского участка, я присела на кресло рядом с Колей. Тот, как ни в чем не бывало, сидел, уставившись в свой телефон, словно произошедшее его никак не касалось.

— Так вы бабушка Алисы!? — всплеснула руками Марина Дмитриевна. Бабушка положительно кивнула, — Это вы подали заявление на нашего сына?

— Забирать не буду, — предугадывая следующую просьбу, сказала бабушка, — Убийца должен ответить за содеянное. Я не оставлю всё так просто, — скрестив руки на своей груди, уверенно произнесла бабушка.

— Это ты мне так мстишь? — прошипел Владимир Петрович, косо глядя на бабушку. Та беззаботно пожала плечами, — Мой сын то здесь причем? Это ведь я украл твой бизнес. Зачем Стаса в тюрьму?

— Значит ты всё-таки подтверждаешь тот факт, что наглым образом своровал мою долю!?

— Забери заявление и я верну тебе всё. Даже с лихвой, — Владимир Петрович с мольбой посмотрел на бабушку.

— Уже поздно, Вова. Раньше нужно было думать. А теперь открыто уголовное дело, которое закроют только, посадив виновника. А это твой старший сынок, который насмерть сбил родителей своей же невесты, — ухмыляясь, сказала бабушка, — А тебя, Володя, посадят за соучастие. Ты ведь пытался это скрыть, подмазал своего сынка.

— Замолчи! — Владимир Петрович протянул руку, чтобы схватить бабушку за шею, но дверь открылась, и в коридор вышел подполковник полиции.

— Ещё одного родственника пропустим на свидание. Кто пройдет? — произнёс он, оглядывая всех присутствующих.

— Можно я? — встав на ноги, я со слезами на глазах посмотрела на родителей Стаса.

— А кем вы приходитесь Гордееву Станиславу?

— Я его невеста, — дрожащим голосом ответила я.

— Ладно. У вас пять минут, — согласился полицейский, открывая дверь в камеру ключом. Подойдя ко входу, я вытерла заплаканные глаза ладонями, а потом вошла вовнутрь. За столом сидел Стас. На нём была синяя роба, руки заведены за спину и скованны наручниками.

Я замерла в дверном проёме, поймав на себе пронзающий взгляд Стаса. Под его глазами красовались большие синяки, возможно, тоже от слёз, а взгляд был тусклым и понурым.

— Садись… — прохрипел он, не сводя с меня взгляда. На ватных ногах я подошла к столу и села напротив Стаса. Около минуты мы сверлили друг друга взглядами, не решаясь нарушить молчание, — Ты ведь всё знаешь…

От холодного голоса Стаса я вздрогнула и опустила глаза.

— Всё совсем не так, как все думают, — произнёс Стас, заставив меня поднять взгляд.

— А как же? Расскажи мне, как всё было на самом деле.

— Лиса, я не убийца. Поверь мне.

— Стас, как я могу тебе верить!? — сквозь слёзы прокричала я, — Все в один голос твердят, что ты был виновником той ужасной аварии, при которой погибли мои мама и папа.

Стас мотал головой, обречённо вздыхая.

— Я никого не сбивал. Это не так.

— А как тогда? Как!? — заплаканными глазами я смотрела на Стаса, всем сердцем веря, что он может быть прав. Я просто не могла ему не верить, — Хочешь сказать, что ты в тот день не был в Питере? Не ездил в командировку!?

— Нет, Лиса. Я не ездил. Я летал в Питер на самолёте, — ответил Стас, и с моих плеч, словно горы свалились.

— Как? Так ты не…

Слёзы вмиг высохли, и я смотрела на Стаса круглыми от шока глазами.

— Я не знаю, кто мог ездить в Питер в тот же день, что и я. Да ещё и на моей машине.

— А ключи?

— Я их оставил в доме. Кто угодно мог зайти в гараж и уехать на моей машине.

Я опустила глаза на дряхлый деревянный стол, словно выискивая на нём ответ.

— Кому твой арест мог быть на руку? — спросила я, — Да ещё и через четыре года…

— Шишкину… Больше не кому.

— А разве он мог пробраться в твой дом.

— В том то и дело, что не мог. Его бы ни за что не пропустили.

— Тогда это кто-то из своих, — поджала губы я, — Стас, ты уверен, что…

— Алиса, я не убийца, — повторил Стас утомленным голосом, — Прошу, верь мне. Больше ничего не нужно…

— Я тебе верю, Стас. Главное, чтобы другие поверили и нашли доказательства твоей невиновности. Об этом я уж позабочусь.

— Я знаю, — едва заметно улыбнулся Стас, — Ты позаботишься. Прошу тебя, пока я здесь, береги мою компанию. Я никому, кроме тебя не смогу её доверить.

— А Давид?

— Не знаю теперь. Возможно, после произошедшего он отвернется от меня.

— Не говори так, Стас. Он твой друг. Давид всегда будет с тобой.

— Пообещай, Алиса. Я ведь только тебе могу полностью довериться, — Стас умоляюще посмотрел мне в глаза, и я кивнула.

— Конечно, милый, — печально улыбнулась я, глядя в его измученное лицо, — Всё будет хорошо. Тебя отпустят. Я найду доказательства.

Стас прикрыл глаза, медленно кивая головой.

— Свидание окончено! — громко объявил мужчина в форме, и я в последний раз посмотрела в лицо любимого.

— Всё будет хорошо, — повторила я и скрылась в дверях. По щекам ручьём потекли слезы, и я, встав у стены, закрыла глаза, не желая сейчас кого-либо видеть.

На моё плечо легла рука тёти, и та печально вздохнула около моего уха.

Уже через 2 часа мы с Давидом сидели в кабинете Стаса, тяжело вздыхая от навалившихся проблем.

— Давид, ты веришь Стасу? — спросила я, повернувшись к нему лицом.

— Верю! — не задумываясь, ответил мужчина, и у меня на душе стало немного легче.

— Хорошо. Значит ты поможешь мне доказать его невиновность?

— Конечно, — охотно согласился Давид, — Ты говоришь, что Стас летал на самолёте в Питер?

— Он мне сказал именно так. А разве ты не был вместе с ним в командировке?

— Нет. Я был в Москве, — ответил Давид и после недолгой паузы добавил: — Выходит, что кто-то в тот же день, когда Стас летал в Питер, брал его машину…

— Именно. Но в гараж так просто не проникнуть, значит это кто-то из своих.

— Мг, — согласно закивал Давид, — И поехал на этой же машине в Питер. Выходит…

— Кто-то намеренно собирался подставить Стаса, — закончила я.

— Да… И кому же это выгодно? — Давид поднёс руку к подбородку, задумчиво глядя на меня.

— Стас мне сказал, что подозревает Шишкина.

— Вполне возможно. Но вот у меня есть другие подозрения… — Давид нахмурил лоб и стал сверлить меня своим взглядом.

— Лиза! — после недолгого раздумья воскликнула я.

— Я тоже так думаю. Она же любит Стаса.

— Тогда в таком случае, зачем ей ему пакостить, да ещё и таким ужасным образом?

Давид пожал плечами, закидывая ногу на ногу.

— Стоит рассмотреть все варианты.

— Ладно… Тогда что насчёт Коли? Он уже дважды подставлял Стаса.

— Не-не-не, — помотал головой Давид, — Кольке четыре года назад было только 16. У него даже прав не было. Он просто не мог сесть за руль и уехать в Питер.

— Тогда я не знаю… — обречённо вздохнула я.

В кармане у Давида зазвонил телефон.

— Секунду, — произнёс он, отвечая на звонок, — Да, милая? Да, со мной. Сейчас передам ей трубку.

Давид протянул мне телефон, где я прочитала «Карина».

— Алло?

— Лиса, ты чего трубку не берешь!? — взбешенным голосом спросила Карина.

— Не знаю. Разрядился, наверное. Что у тебя уже случилось?

— Это у меня случилось!? По-моему, это у вас там что-то происходит! Все только и говорят об аресте твоего Стаса! Что произошло, Лиса!?

— Карина, это не телефонный разговор. Приезжай в офис, поговорим.

— Ладно. Сейчас приеду, — подруга бросила трубку, и я протянула телефон его законному владельцу.

— В новостях увидела? — догадался Давид. Я кивнула.

— Теперь мы просто обязаны оправдать Стаса, — уверенно сказала я.

— Да.

Через минут тридцать в кабинет влетела запыхавшаяся Карина.

— Ох! Чего же ты так спешила? — я удивленно захлопала глазами, видя раскрасневшееся лицо подруги.

— Да у вас тут какой-то капец происходит. Мне аж пришлось с пар сбежать, — тяжело дыша, ответила Карина.

— А не отчислят? — спросил Давид, и Карина махнула рукой.

— Говорите уже, что тут у вас происходит!? Почему твой Стас под арестом!? В чём его обвиняют!?

— А в новостях разве не написано? — спросила я, точно зная, что весь интернет уже кишит новостями об аресте Стаса.

— Я не дочитала, а сразу же позвонила тебе. Но так как ты не взяла трубку, то Давиду, — тыкая пальцем в сторону своего возлюбленного, произнесла Карина.

— Ясно, — вздохнула я.

— Есть! — воскликнул Давид, протягивая мне свой телефон, — В интернете уже всё есть. А ведь прошло только три часа…

— Раз журналисты уже обо всем узнали, то скоро они будут здесь? — предположила я, читая свежие новости, от которых волосы стают дыбом.

— Вероятнее всего. Так что нам нужно подготовить опровержение тем обвинениям, что предъявили Стасу, — ответил Давид, и я согласилась, — Пока у нас нет чего-то весомого, можно просто съездить в аэропорт и найти там доказательства, что Стас в тот день летал в Питер.

— Думаю, Стас говорил об этом со своим адвокатом, — предположила я.

— Стоп-стоп! — вытянула руки перед собой Карина, — Какой самолет? Какой Питер? О чём вы вообще?

— На вот, прочитай, — я передала Карине телефон Давида, повторно вздыхая. Та пробежалась глазами по тексту в телефоне, и её взгляд в мгновенье поменялся.

— Ка-ак? Это выходит… Это… Ох… — Карина прикрыла рот рукой, ошарашенно хлопая глазами, — Твои родители… Но Лиса… Почему ты так спокойна?

— Ни чёрта я не спокойна! — разгневанно выкрикнула я, — За всё это утро я пролила годовой запас слёз!

— Ну-ну-ну, не нервничай, — Давид приобнял меня за плечи, успокаивая, — Для нас всех этот день очень тяжёлый.

Я закрыла глаза, положив голову на плечо Давида. Из глаз вновь прыснули слёзы, и я всхлипнула.

— Лис, ну ты не плачь, — с другой стороны ко мне подошла Карина, — Всё ведь будет хорошо. Я помогу вам со всем разобраться.

— Спасибо… — прошептала я, прижимаясь к подруге.

Давид пообещал взять на себя интервью с журналистами и осторожно поговорить с Лизой. Я же поехала домой к родителям Стаса, твёрдо решив обсудить произошедшее с ними.

Отец Стаса, слушая меня, долгое время отпирался, даже не догадываясь, что я знаю всю правду и о том, что он покрывал своего сына, зная об его причастности к аварии.

В конце концов Владимир Петрович признался, что четыре года назад в нему приходила моя бабушка и что она пообещала никому ничего не говорить при условии, что он устроит её внучку в лучших университет Москвы.

Когда я слушала рассказ Владимира Петровича, в моё сердце словно вонзались сотни ножей. Всё это было так больно и обидно… Ведь меня предали. Родная бабушка предала всю нашу семью. Но я совершенно не понимала, почему она это делала ради меня.

«Неужели ей правда было важно, чтобы я отучилась в самом престижном университете? Быть этого просто не может. Ей всегда было плевать на меня»— недоумевала я.

Марина Дмитриевна пребывала в шоке. Глядя сначала на мужа, а потом на меня, она прикрывала рот рукой и стояла, словно онемев.

— Вова… Что всё это значит? Почему ты мне не говорил об этом? — шокировано произнесла она, — Это касается прежде всего нашей семьи. Почему ты молчал?

— Я всё решил сам… — опустив глаза в пол, пробубнил Владимир Петрович.

— Я вижу! — всплеснула руками Марина Дмитриевна, — Так решил, что нашего сына могут посадить, а репутация всей нашей семьи под угрозой!

— Марина Дмитриевна, я же сказала, что Стас ни в чем не виноват, — тяжело вздохнула я.

— А кто тогда виноват? Твоя бабушка предъявила мне доказательства того, что именно Стас на своей машине сбил твоих родителей, — нахмурился Владимир Петрович.

— Но Стас в тот день летал на самолёте в Питер, — оспорила я.

— Быть этого не может! — он удивленно приподнял брови, — Стас мне сам говорил, что поедет в Питер на своей машине. Он не сторонник долгих перелетов.

— Но не поехал же. Машина осталась в гараже, — развела руками я, — Вы не знали, что Стас летал на самолёте?

Владимир Петрович покачал головой.

— В таком случае это кардинально меняет дело! — воскликнула Марина Дмитриевна, — Раз не Стас ездил на своей машине, то может бабушка Алисы что-то перепутала?

— Нет-нет. Она мне показывала видео, где чётко видны номера машины Стаса, — уверенно сказал Владимир Петрович.

— А у вас есть это видео? — спросила я с замиранием сердца.

— Не знаю. Столько времени прошло… — почесал затылок Владимир Петрович, — Может, в облаке сохранилось. Нужно поискать.

— На видео было видно лицо водителя?

— Нет, — мотнул головой Владимир Петрович.

— Ясно. Но видео всё равно не помешает, — произнесла я и тут же обернулась на приближающиеся шаги.

— О! — усмехнулся Коля, увидев меня, — Да у вас тут целое сборище! Что обсуждаете?

Нездоровый оптимизм Коли мне совсем не нравился. Хоть в такой тяжёлый для его семьи момент он мог бы быть чуточку серьезнее.

— Коля, ты куда? — серьёзно спросила Марина Дмитриевна, — И к тому же почему ты не в университете?

— Так мы же были в полиции…

— Так! Марш на учебу! — скомандовала Марина Дмитриевна, и Коля тут же рванул к двери, — Только попробуй мне снова начать прогуливать занятия! Отчислят — пойдёшь на свой хлеб. Или же за решётку…

— Как брат? — усмехнулся Коля, и Марина Дмитриевна тут же погрозила ему кулаком.

— Я сказала марш на учебу! — повторила она, и Коля выбежал из дома, хлопнув дверью.

Марина Дмитриевна повернулась ко мне.

— Алиса, мы понимаем, что ты настрадалась из-за нашего сына, — виновато вздохнула она, — Сначала из-за его игр с контактом, теперь эта ужасная история. Но поверь… Если Стас и вправду виноват…

— Нет! — я перебила её, не дав закончить, — Стас ни в чём не виноват! И я докажу это! Я сама поеду в аэропорт и заставлю их перерыть весь архив…

— Можешь не утруждаться, — Владимир Петрович выставив руку перед собой, качая головой, — У меня там есть связи. Уже через час у нас будут сведения, которые помогут оправдать Стаса.

Я прикрыла веки, кивая.

— Нужно поскорее вытащить Стаса. Невиновным место на воле.

— Можешь не сомневаться. Если моего сына и вправду подставили, совершив аварию на его же машине, то они ответят, как следует, — пообещал Владимир Петрович, серьёзно глядя мне в лицо.

Всё вышло ровно так, как и пообещал Владимир Петрович. Доказательства того, что Стас не причастен к аварии, были найдены. Но вот с камер из гаража, где стояла и сейчас стоит машина Стаса, по какой-то причине были удалены все видеозаписи. Мы так и не смогли понять, кто и когда успел это сделать. Но тот факт, что убийца где-то совсем рядом, ужасно пугал всех нас и заставлял нервничать. Дело об той аварии, при которой погибли мои мама и папа, было возобновлено, и теперь над ним усердно работает полиция.

Вечерело. В связи с приближающейся зимой в семь вечера уже было достаточно темно.

Я вышла из чёрной Тойоты Давида и на дрожащих ногах направилась ко входу в полицейский участок. Вот-вот откуда должен выйти Стас, и мы вместе с Давидом с нетерпением ожидали его.

Дверь открылась, и моё сердце вмиг ёкнуло. Стас ступил через порог, и мои ноги сами понесли меня к нему в объятия. Но где-то в метре я споткнулась и упала лицом прямо ему на грудь. Стас подхватил меня и прижал к себе, уткнувшись носом в макушку.

— Стась… — выдохнула я, изо всех сил обхватывая плечи мужчины, — Я так по тебе скучала…

— Мой девочка… — он обнимал меня так, словно мы не виделись сотню лет, и скоро расстанемся ещё на столько же.

Несколько минут мы стояли неподвижно, а Давид терпеливо ожидал в стороне. Вытерев ладонью упавшую слезу, я отстранилась, давая Давиду поприветствовать друга.

— Спасибо, братан! — пожимая руку Давиду, улыбался Стас, — Вы с Алисой были рядом со мной. Я ценю это.

— Всё в порядке. Мы же друзья, — усмехнулся тот, хлопая Стаса по плечу.

Моя рука по-прежнему лежала на плече Стаса, а с лица не сползала счастливая улыбка.

— Поехали это дело отметим? — предложил Давид.

— А как же работа? Как там вообще дела? Всё в порядке?

— Узнаю своего друга-трудоголика! — громко рассмеялся Давид, — На первом месте у него работа.

— Ну не на первом, но очень важна, — поглядывая на меня, ответил Стас.

— Так что, едем отмечать? — сжимая левое плечо Стаса, настаивал Давид.

— Эх! Ладно! — махнул рукой Стас, — Поехали ко мне домой!

Я прошлась ладонью по колючей щеке Стаса и переместила её в его ладонь.

— Поехали.

Мы втроём сели в машину Давида и доехали до дома Стаса.

— М-м-м! — Стас плюхнулся на свой диван, облегченно вздыхая, — Как же я соскучился по мягкому дивану!

— Зато теперь я могу уверенно сказать, что мой парень сидел, — усмехнулась я, садясь рядом с ним.

— Ну-ну. Тоже мне повод для гордости! — фыркнул Стас, перекидывая свою руку через мою шею, — Я тебя и так защищу!

— Не сомневаюсь, — я наклонилась к его щеке и тут же замерла.

— Что такое? — не понял Стас, разглядывая моё озадаченное лицо.

— А ведь ты так и не побрился, — сказала я.

— В тюрьме это никак не могло произойти, — развёл руками Стас, — Тебе так не нравится моя борода?

— Не знаю. Уж больно колючая, — надулась я, кладя голову на его плечо.

— Что, так и не поцелуешь меня? — Стас сделал обиженное лицо.

— Я подумаю, — серьёзно ответила я и тут же обернулась на громкую музыку и приближающиеся шаги. В гостиную вошёл Давид с двумя бутылками в руках.

— Кто что будет пить? — он вопросительно оглядел всех присутствующих, рассматривая этикетки на бутылках.

— Я буду вино, — ответила я, пододвигаясь к низенькому столику.

— А мы с тобой, Стасян, текилки тяпнем! — бодрым голосом произнес Давид, ставя на стол две бутылки и три бокала.

— Ладно. Главное, чтобы мы завтра с кровати встали. А то…

— Работа! — в один голос выкрикнули мы с Давидом и громко рассмеялись, — Трудоголик!

— Я вовсе не трудоголик! — возразил Стас, обиженно жмурясь, — Просто…

— Нужно работать! — перебил Стаса Давид, кивая головой, — Да-да, Стасян. Мы хорошо знаем о твоей любви к работе. Женился бы на ней!

От слов Давида и такого серьезного лица Стаса я не смогла сдержать нескольких смешков.

— Кончай, Давид! — Стас выставил раскрытую ладонь перед собой, поджимая губы, — Лучше наливай!

— Во-от! Другое дело!

Давид одним резким движением открыл бутылку вина и заполнил мой бокал чуть ли не до самых краев. Себе же и Стасу он налил по стакану текилы, положив сверху по лимончику. Мужчины залпом выпили свои напитки, когда я сделала всего глоток.

— Между первой и второй перерывчик небольшой! — словно тамада на свадьбе, прокричал Давид, снова наполняя бокалы.

— Ты говоришь, как какой-то алкаш! — усмехнулся Стас, поднося к своему носу дольку лимона.

— Скажи лучше! — с наигранной обидой ответил Давид, протягивая мне полный бокал.

Чокнувшись со Стасом и Давидом, я поднесла всё тот же недопитый бокал вина к своим губам и за раз, словно на опыте, опустошила его.

Алкоголь заметно придал мне смелости и бодрости, и теперь на предложение Стаса выпить на брудершафт я смотрела уже с совершенно другой стороны.

Наши руки переплелись в локтях, и я приблизила стакан с текилой к губам Стаса. Со своих же рук он начал поить меня ещё одним бокалом вина, после чего мы жарко поцеловались. Давид наблюдал за всем этим с обиженно отогнутой губой.

— Я тоже так хочу, — жалобно пропищал он, имитируя обиду. Мы со Стасом удивлённо переглянулись.

— Так позвони своей Карине, — предложил Стас, снова впиваясь в мои губы.

Такая идея впечатлила Давида, и он, достав из кармана свой телефон, набрал номер своей возлюбленной.

— Привет, любимая! — нежным голоском защебетал Давид.

— Привет. Что-то случилось? — с подозрением спросила Карина.

— А разве что-то обязательно должно случиться, чтобы я решил позвонить свой любимой?

— По-моему, ты пьяный, — догадалась Карина по слишком ласковому и уж больно непривычному голосу мужчины.

— Совсем чуть-чуть, — ответил Давид и тут же рассмеялся, — У нас тут весело. Приезжай.

— Весело? У нас? Ты где? — не поняла девушка.

— Я у Стаса дома. Тут ещё Алиса.

— А как же работа? Или вы решили вообще забить на неё?

— Ну что ты такая зануда? Прям, как Стасян… — недовольно протянул Давид, — У меня сегодня праздник. Лучший друг из тюрьмы вышел.

— Ладно. Диктуй адрес. Я сейчас приеду, — наконец согласилась Карина, ведь вечеринку в хорошей кампании она пропустить уж точно не могла. Тем более её позвал Давид.

Мужчина положил телефон на столик и взял в руку стакан с недопитой текилой.

— Кто-то ещё будет пить? — спросил он, глядя на сидящих на диване меня и Стаса. Я настолько осмелела от алкоголя, что мои руки невольно залезли под футболку Стаса, а губы жадно посасывали его губы, — А! Всё ясно с вами! — получив ноль реакции в ответ на свой вопрос, махнул рукой Давид.

В какой-то момент Стас поднялся с дивана и, потянув меня за руку, обратился к Давиду.

— Братан, мы пойдём наверх. Ты тут не скучай. Скоро же твоя приедет, — сказал Стас, пьяно улыбаясь мне в лицо.

Давид согласно кивнул, плюхаясь на пустой диван.

— Развлекаетесь! А я уж тут как-нибудь сам! — делая глоток текилы, буркнул Давид.

— Можете потом занять свободную комнату! — не оборачиваясь, крикнул Стас, когда мы с ним уже поднимались по ступенькам, чуть ли не падая, но смеясь от каждого кривого шага и звука.

Мы забежали в спальню, на ходу сбрасывая друг с друга одежду. На кровать я плюхнулась уже полностью голая, обнимая плечи Стаса руками.

— Я хочу тебя, — простонала я под телом Стаса.

— Это хочешь ты или алкоголь внутри тебя? — удивился Стас такой не характерной для меня смелости.

Вместо ответа я обхватила его губы своими, ненасытно глотая воздух, которого так не хватало.

Больше я ничего не помнила. Всё, словно размыло. Разве что, когда я сидела на коленях у Стаса, на первом этаже послышался хлопок двери, после чего бодрый голос Карины. Остальное — туман…

Переступив порог, Карина замерла.

— Вот это домище! — её глаза округлились от удивления, когда она увидела гостиную.

— О! — Давид широко развёл руками, улыбаясь гостье, — Наконец-то ты пришла! А то эти двое уже куда-то смотались, а мне скучно!

— Ты про Стаса с Алисой? — подходя к дивану, уточнила Карина. Давид кивнул.

— Они наверху, — подняв палец вверх, ответил Давид.

— Ясно, — Карина с любопытством стала разглядывать низенький столик, переполненный бутылками и бокалами, — Я вижу вы тут здорово так бухаете!

— Теперь только я. Ну и ты, — Давид похлопал по своим коленям, призывая Карину сесть на них, — Иди ко мне.

— Ну-у… — лениво протянула Карина, — Давид, я сегодня так устала.

— А что случилось? — поинтересовался мужчина.

— Да проблемы в университете, — печально вздохнула Карина, садясь на одно колено Давида.

— Тебя кто-то обижает? Ты только скажи — я его… — Давид сжал руки в кулаках, серьёзно глядя на Карину.

— Если бы… — повторно вздохнула девушка, — Меня собираются отчислить.

— А что такое? Сессию не закрыла?

— Всё из-за твоей бывшей! — недовольно щурясь, ответила Карина.

— Света? А что она могла тебе сделать? — удивился Давид.

— Ты ведь знаешь, что её мамаша — деканша?

— Ну да, знаю. А причем здесь это? — нахмурил лоб Давид.

— Не тупи, Давид! — Карина раздражённо стукнула его по лбу ладонью, — Света, узнав, что ты теперь со мной, рассказала об этом своей мамаше. А та теперь ищет повод отчислить меня.

— О-ох! — озадаченно протянул Давид, — Я поговорю с ней и сам всё решу. Можешь об этом не переживать.

— Спасибо, — Карина благодарно чмокнула Давида в краешек губ и приобняла, — Я просто не могу отчислиться на последнем курсе. Что, я зря столько нервов и времени потратила на мед?

— Всё будет хорошо. Я обещаю, что из-за моей бывшей у моей нынешней проблем не будет, — пообещал Давид, и Карина улыбнулась.

— Очень на это надеюсь.

— Кстати, у меня есть для тебя хорошая новость, — держа интригу, улыбался Давид.

— Заинтересовал, — ерзая на коленях Давида, произнесла Карина.

— У меня в кармане пиджака лежит вторая связка ключей, — Давид остановился, смотря на реакцию Карины.

— И-и? — вопросительно приподняла брови девушка.

— Не тупи, Карина! — усмехнулся Давид, — Ты наконец переезжаешь по мне!

В глазах девушки сверкнул огонь, а губы растянулись в восторженной улыбке.

— К тебе домой? — переспросила она.

— Конечно. Надеюсь, я смог хоть немного поднять твоё настроение, — щёлкая пальцем по носу Карины, усмехнулся Давид. Она закивала головой.

— Конечно. Я очень рада, — Карина упала в объятия любимого, целуя его в обе щеки, а потом и в губы.

— Я тоже. Прости, что пришлось так долго ждать. Мне нужно было время, чтобы хоть немного отойти, — лицо Давида переменилось от печальных воспоминаний.

— Да всё в порядке, милый, — поспешила успокоить Давида Карина, — Я рада, что мы теперь всегда будем вместе.

— Замечательно, — Давид обхватил бёдра Карины, вставая на ноги. Девушка от неожиданности взвизгнула, с восторгом глядя на любимого.

— И куда ты меня тащишь? — с довольной улыбкой спросила она, когда Давид стал подниматься по лестнице.

— Сейчас увидишь. У Стасяна в доме даже больше комнат, чем у меня, — открывая одну из дверей, радостно сообщил Давид.

Пара оказалась в просторной комнате, где по центру стояла огромная двуспальная кровать, застеленная бежевым покрывалом и забросанная подушками.

Давид опустился на постель, притягивая Карину к себе. Девушка расставила ноги вокруг его колен, наклоняясь ещё ближе. Звякнула бляшка ремня, и Давид приспустил свои брюки до колен.

— Защита, — шёпотом подсказала Карина, расстёгивать на себе блузку.

— Точно! — Давид откинулся назад, шаря по карманам. Вытащив заветный квадратик, он разорвал фольгу и раскатал презерватив по всей длине.

Карина оседлала бёдра Давида, избавляясь от пуговиц на его рубашке. Вся одежда полетела на пол, и Давид, словно хищник, жадно прижался к губам Карины, скользнув языком вовнутрь. Девушка осторожно разместилась на коленях у любимого, устраиваясь на его орган. Закатив глаза, Давид облизал пересохшие губы, обнимая талию Карины.

Припадая к губам своего мужчины, Карина медленно двигается, привыкая и принимая удовольствие по частям. Они замерли на несколько мгновений, после чего тела накрыла волна возбуждения. Карина касается Давида везде, где только может дотянуться, стонет, лаская слух мужчины, когда с её губ слетает его имя.

Они провели вместе бурную ночь, после чего оба почти сразу же отключились.

С самого утра меня разбудила сильная пощёчина. Я резко поднялась на локтях, возмущённо глядя на Стаса. Его рука лежала на моей кровати, и судя по всему, он случайно, в попытках переложить её, попал по моей щеке.

— Стас! — я резко штурхнула его в плечо, потирая краснющую щёку.

— А? Что? — подорвался он, в непонятках смотря на меня через слипшиеся глаза.

— Можешь спать осторожнее? — с явным недовольством попросила я, указывая на горящую от удара щёку.

— Что случилось? — не понял Стас, потирая глаза руками, — Кто тебя ударил?

— Ты! — фыркнула я, скрещивая руки на груди.

— Блин! Прости! — Стас подскочил на постели, виновато глядя в моё лицо, — Я не хотел! — взяв моё лицо в свои ладони, он принялся целовать каждый сантиметр моего лица, — Прости, пожалуйста!

— Всё-всё, Стась, — я выставила руки перед собой, останавливая этот прилив нежности от Стаса, — Я в порядке. Просто ты меня разбудил. Да ещё и не самым лучшим образом.

— Я же уже извинился, — с виноватой улыбкой произнёс Стас, — Хочешь, ударь меня.

Я тяжело вздохнула, наклоняясь к плечу Стаса.

— Ещё только пол седьмого, — вслух произнесла я, разглядывая циферблат часов, что висели напротив.

— Не только, а уже, — поправил меня Стас, — Уже через час нужно будет ехать на работу.

— Ох! — цыкнула я, снова услышав о работе, — Снова работа. Стась, а ты вообще любишь ещё что-нибудь, кроме своей работы? — наигранно нахмурилась я. На лицу мужчины появилась довольная ухмылка.

— Тебя, — не задумываясь, ответил Стас, вызвав у меня улыбку, — Трахать, — добавил он.

Мои глаза распахнулись, а щёки начали гореть.

— Что-нибудь ещё… — прошептала я, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Пробовать на вкус твою маленькую киску. Доводить тебя до оргазма. Дразнить твою грудь.

Стас замолкает, так как я толкаю его в бок рукой.

— Ты как всегда, — закатив глаза, вздохнула я.

— А что? — невозмутимо пожал плечами Стас, — Ты ведь сама спросила, что я люблю. А я ответил только чистую правду.

— О, боже! — закатила глаза я, ни чуть не удивившись тому, что Стас снова перевернул всё в свою любимую сторону.

Стас хотел ещё что-то добавить, но в соседней комнате послышались знакомые нам голоса.

— Это Карина? — тыкая пальцем в сторону стены, удивилась я.

— Да. А ты разве не помнишь, как она пришла?

Я мотнула головой, тут же схватившись за неё.

— Как же ты не умеешь пить, моя милая, — усмехаясь, сказал Стас.

— А что, что ли, умеешь? — фыркнула я.

— Более менее.

— Это ты пригласил Карину? — спросила я, вслушиваясь в доносящиеся звуки.

— Нет, Давид, — покачал головой Стас. Разговоры за стеной тут же переросли в громкие стоны, звучавшие в унисон. Я усмехнулась.

— Теперь ясно. Давид сегодня явно опоздает на работу, — подметила я.

Стас прищурился, наклоняя голову в мою сторону.

— Мы можем тоже опоздать, — целуя моё оголенное плечо, произнёс Стас.

— Ты же не любишь опаздывать на работу, — хитро улыбнулась я, отодвигаясь на край кровати.

— С тобой я могу и вовсе не пойти на неё, — Стас откинул мешающее одеяло на пол и накинулся на меня, вжимая в постель.

— Подожди! — остановила его я, приложив палец к губам, — Прежде чем ты начнёшь, я хочу кое-что тебе сказать…

Стас заинтересованно приподнял одну бровь, наклоняя голову.

— Я весь во внимании, — ответил он, ожидая услышать от меня заветное «я тебя люблю».

— Я хочу зайти в твой гараж и кое-что там проверить, — после недолгой паузы протараторила я. Стас разочарованно вздохнул, хмуря свой лоб.

— В мой гараж? И зачем же?

— Говорю же, хочу кое-что там проверить, — повторила я.

— Ладно. Сходим туда вместе, — согласился Стас, вплотную прижимаясь своей грудью к моей.

— Угу, — я положила ладони на его щетину, глядя её пальцами, — А мне теперь почему-то кажется, что тебе идёт борода.

— Так что, не брить?

— Только в том случае, если она у тебя будет ухоженной, а не как у лешего, — засмеялась я, и Стас в ответ.

— Ладно. Как у лешего не будет, — пообещал Стас, щекоча мои щёки и губы своей щетиной.

Около получаса кровати в двух комнатах синхронно скрипели, а наши с Кариной стоны звучали то в унисон, то вразнобой. Я сжимала подушку зубами, царапая её ногтями, и просто «орала» от восторга. Не знаю, что в соседней комнате делал с Кариной Давид, но она кричала не меньше.

Почувствовав, что по внутренней части моих бёдер что-то потекло, а Стас ослабил хватку на моих ягодицах, вынимая свой член, я перевернулась на спину, выдыхая.

— Фух! — тяжело дыхнул Стас над моим лицом, — Что-то я устал.

— Стареешь, — хмыкнула я, криво улыбаясь.

— Все мы подвластны старению, — развёл руки в стороны Стас, — Никто не молодеет.

Я согласно закивала, садясь на край постели.

— Пойдём, что ли, позавтракаем? — предложила я, спуская ноги на пол. Я подошла к шкафу и широко распахнула его, — Так-с… Что бы надеть?

— Да тебе всё идёт, — проходя мимо меня, произнёс Стас. Я усмехнулась.

— А ты что наденешь?

— Ну как обычно. Рубашка, смокинг, — пожал плечами Стас.

— Галстук?

— Ага. Ничего нового, — рыская в соседнем шкафу, буркнул Стас.

— Ладно. Тогда… — я забегала глазами по кипе вещей, которыми был забит шкаф. И это далеко не все мои вещи, которые я успела перевезти к Стасу. Мой взгляд остановился на чёрных клёш брюках и приталенной рубашке.

Одевшись, я повернулась к Стасу.

— М-м-м… — я оценивающе оглядела его, — Новый костюм?

— Не знаю, — поправляя галстук, ответил Стас, — У меня их сотня. Уже не могу сказать, что надевал, а что нет.

Я сделала шаг вперёд к зеркалу и резко охнула, схватившись за свою шею обеими руками.

— Что такое? — удивился Стас такой моей реакции, но когда пригляделся, то понял, — Тебе не нравится? — усмехнулся он.

— Нет, конечно. Теперь придется всё это замазывать, — тяжело вздохнула я, гладя пальцами красные следы на своей шее.

— Нет! — Стас резко схватил меня за руку, серьёзно глядя в глаза, — Все должны знать, что ты моя.

На эти слова я лишь усмехнулась.

— Я тебе больше скажу: об этом знает вся Москва. А, может, и Россия.

— Всё равно не нужно замазывать, — настойчиво продолжал Стас.

— Стас! — я со злостью выдернула свою руку, — Тебе надо, ты и ходи с засосами!

— Ну так ты ведь так страстно не целуешь меня, — с лукавой ухмылкой произнёс Стас, и я с вызовом посмотрела в его лицо.

— Так значит поцелую! — уверенно заявила я, ожидая, что своими словами смогу переубедить Стаса.

— Ну-ну. Попробуй, — смеясь, сказал он, и я на секунду впала в ступор.

— Будешь ещё несколько дней ходить с красной шее! — предупредила его я, всё ещё в ожидании отказа.

— Я готов! — скрестил руки на груди Стас.

Сделав глоток свежего воздуха, я потянула его за красный галстук, заставив приблизиться к себе. Никогда раньше мне не доводилось оставлять на чем-либо теле засосы, но сегодня совершенно иной случай.

Я впилась в его шею губами, не получив ни грамма возражения. Стас даже, видимо, был доволен, не сопротивляясь тому, как я изо всех сил сжимаю кожу на его шее губами. Когда там остался яркий красноватый след, я сделала точно такой же чуть выше, а потом и слева.

— Доволен? — с гордо поднятой головой я посмотрела на Стаса, вытирая губы. Она повернулся лицом к зеркалу и заулыбался.

— Молодец. Засосы ставить научилась, — похвалил меня Стас, гладя свою шею, — Как раз под цвет моего галстука.

Я надулась, ведь ожидала, что Стас будет недоволен и наконец согласится замазать засосы на моей шее, а он, наоборот, решил оставить и свои.

— Бесишь! — тыкнула я его в грудь, выбегая из спальни. Стас только рассмеялся мне в спину, выходя следом.

— Кстати, ты зачем хотела в гараж сходить? — вошёл на кухню Стас.

— Кое-что хочу там посмотреть, — ответила я, ставя чайник на плиту, — Что ты будешь на завтрак?

Стас приблизился ко мне, кладя руку на столешницу через мою талию.

— Тебя, — над моим ухом произнёс он, так что мои щёки залились краской, — На этом столе.

— Нет, Стас, — я убрала его руку, делая шаг назад, — Я спрашиваю про нормальный завтрак.

— Раз про нормальный, то просто кофе, — развёл руками Стас.

— Хорошо, — кивнула я, потирая своё краснющее лицо ладонями.

Я залила кипяток в кружку, после чего Стас сразу же поднёс её к своим губам.

— Ты с ума сошел? — от возмущения я вылупила глаза, — Я же только залила. Кофе ещё даже не заварился, да и к тому же он горячий. Как ты можешь пить кипяток?

Стас отставил чашку, пожимая плечами.

— Не люблю ждать.

— Но ты ведь обожжешь себе рот, — широко распахнув глаза, удивлялась я.

— Боишься, что я не смогу тебя целовать? — криво улыбнулся Стас, снова делая глоток горячего кофе. Я фыркнула.

— Причем тут это? Я говорю, что горячие напитки вредны для эмали и дёсен.

Стас развёл руками, беззаботно улыбаясь.

— Сейчас мы пойдём в гараж, а после поедем в офис, — сказал он, отставляя недопитый кофе на столешницу.

— Ладно.

Стас вышел из кухни, а я последовала за ним. Мы вышли из дома и, пройдя с десяток метров, подошли к большой двери гаража.

— А у кого ещё есть ключи? — спросила я, глядя на связку ключей, которую крутит в своих руках Стас.

— У моего охранника. Он периодически ходит со мной, — ответил Стас, открывая большую дверь.

Мы оказались в просторном помещении, где я с трудом смогла нащупать выключатель. Включив свет, я огляделась. Посреди гаража стояла чёрная Ferrari, а вокруг царил идеальный порядок. Раньше я всегда думала, что в гараже у мужчин всегда ужасный кавардак, но глядя на гараж Стаса, я изменила своё мнение.

— У тебя тут так чисто, — изумлённо произнесла я.

— Да нет. По-моему тут тот ещё бардак, — ответил Стас, — Я не бывал в гараже несколько дней пока был в участке.

— Вот. У тебя тут плеер валяется, — наклонившись, я подняла с пола MP3-плеер и протянула его Стасу.

— Это не мой, — приподняв брови, ответил Стас, разглядывая плеер.

— Может, твой охранник уронил, — предположила я.

— Я спрошу, — закивал Стас, убирая находку во внутренний карман пиджака, — Что ты хотела здесь посмотреть?

— У тебя в гараже есть скрытые камеры? — осматривая бетонные стены, спросила я.

— Скрытых нет. Только обычные. Хочешь посмотреть записи? — догадался Стас.

— Записи кто-то удалил, — сказала я, заставив Стаса нахмуриться.

— То есть удалил? — он быстрыми шагами направился к висящей на стене камере и, сняв её, взял в руки.

Просмотрев записи, а вернее их отсутствие, Стас убедился в моих словах.

— Но кому понадобилось удалять записи с моих камер? — Стас удивленно посмотрел на меня, отправляя камеру на привычное место.

— Тому, кто тогда брал твою машину, и теперь не хочет быть пойманным, когда дело вновь возобновлено, — я расставила руки в бока.

— Капец! — выругался Стас, — И как теперь искать эту скотину!?

— Стас, ты ведь кое о чём не знаешь… — обречённо вздохнула я, понимая, что снова не смогу избежать неприятного разговора.

Я рассказала Стасу о причастности его отца и моей бабушки к инциденту четырехлетней давности. Он, разумеется, об этом знать не знал, поэтому был ужасно шокирован.

— Отец отмазал меня, даже не удостоверившись!? — Стас ошарашенно вылупился на меня.

— Получается, что да, — повторно вздохнула я.

— Да и твоя бабушка… Она… Она…

От сильного всплеска эмоций Стас не смог закончить и так понятную нам обоим мысль.

— Да. Моя так называемая бабушка предпочла выжать из той ситуации выгоду. Впрочем, как и всегда, — с невозмутимым лицом произнесла я.

— Капец! — Стас запустил пальцы в свои волосы, шипя зубами, — Так может стоит спросить у отца или твоей бабушки ту запись? — предложил он.

— Твой отец не нашёл её. Ну или просто не хотел, — ответила я, — Но вот бабушка… Её я, пожалуй, распытаю.

— Хорошо. Тогда поехали найдем её, — развернулся к своей машине Стас.

— Я сама с ней поговорю. Бабушка на дух не переносит Гордеевых.

— Ясно. Она у тебя дома?

— Да.

— Я тебя отвезу. Поехали, — открывая дверь, сказал Стас.

Машина остановилась около моего дома. Я обратилась к Стасу.

— Я поговорю с бабушкой и приеду в офис на такси.

— Можешь не торопиться, — ответил Стас.

— Ну как это? Я ведь твоя помощница, а значит должна быть на рабочем месте, — возразила я.

— Не волнуйся, — Стас взял меня за плечо, — Это расследование очень важно для тебя. Да и для меня… Нужно всё как следует разузнать и найти виновника.

Я согласно кивнула.

— Для меня это действительно важно. Сомневаюсь, что полиция сможет всё разрешить. Я всё сделаю сама.

— Я с тобой, — Стас нежно провёл пальцем по моим волосам, закладывая непослушный локон за ухо, — Ещё Давид, Карина. Уверен, твоя тётя тоже захочет помочь.

— Да. Я и с ней поговорю.

— Вот и хорошо. Как справишься, приезжай, — Стас попрощался со мной коротким чмоком в щёку, и я вышла из машины.

В пороге я встретилась с бабушкой. Она снимала обувь, и я поняла, что она только что пришла.

— Где ты была? — хмуро спросила я.

— И тебе доброе утро, внученька, — приветливо улыбнулась бабушка.

— Не могу ответить взаимностью, — всё с тем же равнодушием ответила я, — Где тётя?

— Я здесь, Лиса, — тётя Оля показалась из моей комнате. Она стояла в одной только пижаме, и это объясняло, что сегодня у тёти выходной, и мы сможем, как следует поговорить.

— Доброе утро, тётя, — я обняла её, проходя в дом.

— Когда ты в последний раз приходила домой в такую рань, произошло нечто ужасное, — подозрительно глядя на меня, произнесла тётя, — Что-то случилось?

— Не совсем. Я просто пришла поговорить, — косо поглядывая на бабушку, ответила я.

— Чай будешь?

— Пойдёмте за стол, — пригласила я, открывая дверь на кухню.

Когда мы сели за стол, я поймала на своей шее пронзающий взгляд тёти и резко опустила глаза.

— А где Стас? — спросила она, поняв, кто источник красивых следов на моей шее.

— В офис поехал, — ответила я, стараясь избегать взгляда тёти.

— Это же его вчера отпустили?

— Да.

— А настоящего виновника ещё не нашли?

— Нет.

— Сейчас ищут?

— Да.

По моим кратким и сухим ответам тётя поняла, что я не настроена сейчас говорить с ней, и замолчала.

— Мне нужно то видео, — я серьезно посмотрела на бабушку.

— Какое видео, Алиса? — словно талантливая актриса, бабушка отлично сыграла удивление.

— Ты всё прекрасно знаешь. Покажи мне видео, которым ты шантажировала отца Стаса, — настойчиво продолжала я.

— Если оно, конечно, у меня сохранилось… — лениво зевнула бабушка, всем своим видом показывая, что ей это неинтересно.

— Я не понимаю, в чем тебе смысл садить Стаса за решётку? — развела руками я, — Что тебе это даёт? Я понимаю, что ты мстишь его отцу. Я знаю об этом. Но причём здесь мой Стас?

— Твой Стас — сынок Гордеева Владимира. А он ужасный человек. Так значит и его сыновья такие же жалкие и ничтожные, — на полном серьёзно произнесла бабушка.

— Мне плевать на то, какие у тебя отношения с отцом Стаса! — выкрикнула я, — Я люблю Стаса, а значит вскоре выйду за него замуж и рожу ему 10-ых детей!

Тётя Оля ошарашенно захлопала глазами, да и я сама была в шоке от того, как сильно преувеличила свои возможности. Но сейчас это говорила не я, а бешенные чувства внутри меня.

— 10-ых детей значит? — повторила бабушка.

— Да! — уверенно ответила я, подняв подбородок, — И твоё мнение здесь никого не волнует! Второй раз тебе не удастся засадить Стаса за решётку!

— А я и не буду пытаться, — всплеснула руками бабушка, — Я сделаю это с его отцом. Вот он точно ответит за украденный бизнес.

— Ну это меня уж точно не касается. Покажи мне видео, — настаивала я, сверля бабушку гневным взглядом.

— Ладно. Раз так хочешь во всём разобраться, то я покажу тебе то видео, — бабушка вышла из кухни и уже через минуту вернулась с телефоном в руке. Она протянула его мне.

Короткое двадцатисекундное видео из видеорегистратора одной из машин, которая была очевидцем аварии.

В какой-то момент я поставила видео на паузу, внимательно разглядывая водителя чёрной Ferrari. Это был мужчина в клетчатой рубашке. Лица не было видно.

— Клетчатая рубашка… — вслух произнесла я, вспоминая, кто же может носить подобную вещь.

— Гордеев носит клетчатые рубахи? — видя моё задумчивое лицо, спросила бабушка.

— Нет, — сразу же ответила я, — Стас носит только однотонные рубашки и футболки. В его шкафу нет ни единой клетчатой рубашки. Да и причём здесь он? Невиновность Стаса полностью доказана.

— Это да. Но ведь у него есть брат. Быть может это он, — предположила бабушка, заставив меня и вправду задуматься.

— Коле сейчас двадцать лет. Четыре года назад он просто-напросто не мог сесть за руль и тем более доехать до Питера, — рассуждала я.

— Нельзя откидывать любые варианты, — сказала бабушка, и я резко кинула на неё задумчивый взгляд.

— А с чего это ты решила мне помочь? Тебе же не нравится Стас.

— Не нравится, — закивала бабушка, — Но он ведь нравится моей внучке. Ей то я готова помочь.

— Не нужно играть в заботливую бабушку. Уже поздно. Мне не десять лет. Вот тогда мне и нужна была бабушка, а её волновал только свой бизнес и деньги.

— Ты ничего не знаешь обо мне, Алиса, — медленно качала головой бабушка, — Ничего…

— И знать не хочу! — грубо отрезала я, — Подробности твоей жизни меня не интересуют.

С этими словами я покинула дом и на такси уехала в офис. У кабинета Стаса я столкнулась с Лизой, которая как раз из него выходила. От этой встречи у меня глаза полезли на лоб. Это была не Лиза. Это был полноценный пятый размер, который выпирал из распахнутой на три пуговицы блузки.

«Она увеличила себе грудь!?»— ошарашенно думала я, вглядываясь в глубокое декольте Лизы. С глазами по пять копеек я переступила порог кабинета.

За столом сидел Стас. Он даже не сразу заметил меня в своих раздумьях, но потом всё-таки поднял голову.

— О! Ты уже приехала? — натянул улыбку Стас.

— Да, — сухо ответила я, прекрасно понимая, с чем связана такая растерянность, — И о чём вы говорили с Лизой? Зачем она приходила?

— Лиса, она мой партнёр, — незамедлительно ответил Стас, — Мы обсуждали дела компании.

— Или может она хвасталась своей пятерочкой? — недовольно щурясь, спросила я.

— Что? Ты о чём? — развёл руками Стас, — Какая ещё пятёрочка?

— А вот такая. Это она для тебя сделала.

— Алиса, блин! — Стас сердито нахмурил лоб, — О чём ты говоришь!?

— Я говорю об увеличенной груди Лизы! — подойдя к столу, выкрикнула я в лицо Стасу.

— А-а! — он рассмеялся, махая рукой, — Ты об этом.

— Что смешного!? Я сама слышала, как она говорила, что собирается соблазнить тебя силиконовой грудью и задницей!

Лицо Стаса сияло, когда он видел, как я злюсь и ревную. А меня это ещё больше сердило.

— Соблазнить меня? — усмехаясь, повторил он.

— Да! — крикнула я.

— Ну пусть пытается. Не понимаю, почему тебя это так злит? — Стас накрыл мою руку своей ладонью и наклонился вперёд, — Ты тоже хочешь сделать себе грудь?

Я резко одёрнула руку, и тяжёлая кисть Стаса легла на стол.

— Тебе надо, ты и увеличивай! — отрезала я.

— Мне то не надо, — в ответ хмыкнул Стас.

— Как самодовольно! — закатила глаза я.

Мы бы ещё спорили и спорили, но нас прервал вошедший Давид. Я отвела взгляд от Стаса и застыла. На Давиде была та самая клетчатая рубашка, которую я видела на видео. У меня на голове зашевелились волосы.

— Всем доброе утро! — со счастливой улыбкой воскликнул Давид.

— Доброе, доброе, — кивнул Стас, приветствуя друга, — Как отдохнули?

— Замечательно, Стасян, — Давид поднял большой палец вверх, — Кстати, вот ключи от дома. Я закрыл.

— Мг. Спасибо, — Стас забрал связку ключей из рук Давида, спрятав их в свой карман, — Кстати, Лиза приходила. Она разрешила вопрос…

Дальше я не стала слушать разговор Стаса и Давида о не интересующем меня бизнесе и просто удалилась в свой кабинет.

«На Давиде точно такая же рубашка. Вряд ли это совпадение»— думала я, всё ещё не веря в увиденное.

— Стасян, я взял из твоего шкафа рубашку, — сказал Давид, поправляя воротник, — Ты же не против?

— Это вообще не моя рубашка, — ответил Стас, — Колька оставил ещё давно.

— Ну ладно. Тогда я потом тебе её верну.

— Что, ночь была слишком рубашкарвущая? — усмехнулся Стас, подмигивая другу.

— Ага. Ещё и головатрещащая.

— Выпей воды. Мне помогает, — кивнул Стас в сторону кулера с водой.

Давид взял маленький пластиковый стаканчик и поднёс его к кулеру.

— Кстати, Давид, я кое-что нашёл в своём гараже.

— М? И что же? — обернулся мужчина.

— Плеер, — ответил Стас, протягивая другу свою находку.

— Никогда не замечал твоей любви к музыке, — разглядывая маленький плеер, сказал Давид.

— Так он и не мой.

— А чей же тогда? Кто ещё, кроме тебя, заходит в гараж? — призадумался Давид, чеша подбородок, — Твой громила?

— Ты про Гену?

— О! Так твоего охранника тоже зовут Гена? — удивился такому совпадению Давид.

— Ага. Но это не его плеер. Я узнал.

— Не его? Тогда… — Давид замер, разглядывая ситуацию со всех сторон, — Тогда выходит, что плеер уронил тот человек, который успел хорошо втереться в твоё доверие, и это он удалил записи с камер.

— Втереться в доверие? И кто же это может быть? — сведя брови к переносице, нахмурился Стас.

— Этого я уже не знаю. Но искать нужно из своих. Это точно тот человек, которого ты ни за что не станешь подозревать.

Стас откинулся на спинку стула и призадумался. Достав из стола начатую пачку сигарет, он зажёг одну, вставив себе в зубы.

— Будешь? — предложил он сигарету Давиду. Тот мотнул головой, — Ну как хочешь. Так проще думать.

— Стасян, давай составим список подозреваемых, — предложил Давид, доставая из-за стены большую доску.

— Ну давай. Кто первый? — выдыхая в потолок, произнёс Стас.

— Твой отец! — ответил Давид, чиркая маркером по доске.

— Отец? — хотел было возразить Стас, но Давид остановил его.

— Сейчас мы подозреваем всех.

— Даже тебя?

Давид поднял руку с маркером вверх, а потом написал на доске своё имя.

— И меня тоже запишем. Под подозрением все мужчины и женщины.

— Подожди. Точно не помню от кого, но я слышал, что у бабушки Алисы есть видео, где виден водитель. Но без лица.

— Правда? Тогда нужно посмотреть это видео.

Мужчины поехали ко мне домой, желая всё-таки разобраться в произошедшем и найти убийцу, который так хорошо скрывался четыре года и не менее умело скрывается сейчас.

Мои тётя и бабушка встретили гостей не очень радостно.

— Теперь и вы хотите посмотреть видео? — обречённо вздохнула бабушка, — А что, сразу втроем прийти не судьба?

— Покажите нам то видео с видеорегистратора, — настойчиво попросил Стас, и бабушка не смогла отказать.

Когда на видео стала заметна клетчатая рубашка, Давид и Стас переглянулись.

— Это ваша рубашка, Давид? — отстраненно спросила тётя, разглядывая гостя.

— Нет. Это Колина, — сделав глубокий вдох, ответил Стас и опустил голову. Теперь ему всё стало понятно и без расследования. Но вот причём здесь его брат, которому на момент аварии было всего шестнадцать, он так и не смог объяснить.

— Гордеев Николай, — задумчиво проговорила бабушка, — Ещё один сынок Гордеева. Как же я могла про него забыть? Так вот кто виновник аварии.

— Подождите! — Стас поднял указательный палец вверх, — У Коли не было и нет прав. Какая ему машина? Он бы не поехал в Питер. Да и к тому же у нас нет весомых доказательств, кроме простой рубашки.

— Стасян, подожди, — Давид положил руку на плечо Стаса, — Нужно узнать у Коли про плеер, и всё станет на свои места.

— И как, интересно, я должен узнать у Коли? — сердито произнёс Стас, — Позвонить ему и спросить: «Это случайно не ты выронил свой плеер, когда удалял записи с камер видеонаблюдения?» Так, что ли?

— У этого плеера есть зарядка. Думаю, покопавшись в комнате в Коли, мы сможем её отыскать, — сказал Давид.

Мои тётя и бабушка слушали разговор мужчин, совершенно не понимая, о каком плеере идёт речь. Так ничего и не объяснив, Давид и Стас уехали, так же быстро, как и приехали.

В доме никого не было и стояла гробовая тишина.

— Не знаю, куда все делись, — ответил на недоуменный взгляд Давида Стас, — Но Коля точно сейчас должен быть в универе. Комната свободна.

Мужчины поднялись наверх и, подойдя к деревянной двери, подергали за ручку.

— Закрыто, — вздохнул Давид, переводя взгляд на Стаса. Но тот достал из кармана какую-то проволоку и, покрутив ею в замочной скважине, с лёгкостью смог открыть дверь, — Ого!

Стас и Давид вошли в комнату.

— Какой здесь бардак! — воскликнул Стас, оглядывая помещение, — Колька никогда не был сторонником порядка.

— Но, думаю, мы сможем здесь отыскать то, что хотели, — Давид подошёл к письменному столу, который был забит различными газетами и журналами. На каждом из них была открыта страница с той самой аварией четырехлетней давности.

Давид взял в руки одну газету, вглядываясь в лица погибших.

— Это родители Алисы, — произнёс он, принудив Стаса присоединиться к изучению бумаг, — Колю действительно так интересовала та авария?

— Кажется, теперь я знаю почему, — мрачно сказал Стас, доставая с верхней полки небольшую флешку, — Это записи с моих камер. Давид, вызывай ментов, пусть они сами во всём разбираются.

Давид ошарашенно посмотрел на Стаса, но ничего не ответил. Только вынул из своего кармана мобильный телефон.

— Двинешь хоть пальцем — пристрелю! — прошипел голос в нескольких метрах от мужчин. Стас и Давид медленно подняли головы и встретились взглядами с Колей. Он держал в руке пистолет, направляя его на Стаса с Давидом, — Кинь телефон! — не тронувшись с места, скомандовал Коля.

Не желая спорить с человеком, держащим пистолет, Давид бросил свой телефон на пол, и тот покатился к Коле.

— Ну ты и придурок… — стискивая зубы прохрипел Стас, держа руки над головой.

— Закройся! — выкрикнул Коля, с гневом сжимая руку с пистолетом, — От тебя одни проблемы! Лучше бы ты сел в тюрьму! Живее был бы!

— А сейчас что? Пристрелишь меня? — усмехнулся Стас, хотя всё его тело дрожало, как маленький осиновый листик.

— Закрой рот, а то сейчас твои мозги разлетятся по стенке! — гневным тоном предупредил Коля.

— Придурок ты, Колька! А я ведь изо всех сил пытался доказать, что ты не причастен к аварии! — процедил Стас, — А ты такая скотина! Мало того, что ты взял мою машину без спроса, без прав, в несовершеннолетнем возрасте! Так ты ещё и убил двоих ни в чем неповинных людей!

— Они сами подлезли мне под колеса! — начал оправдываться Коля, — Я не хотел никого убивать! — с безумными глазами он сделал несколько шагов вперёд и приставил пистолет к виску Стаса, — Лучше бы ты сел в тюрьму!

— Если ты убьёшь меня, то сам сядешь, — с замиранием сердца произнёс Стас, в душе ужасно боясь каждого движения своего безрассудного брата.

— А я вас обоих грохну и увезу в лес, — нервно расхохотался Коля.

— На чём увезешь? У тебя ведь нет машины. Да и ты до сих пор не получил права.

Коля гневно нахмурил лоб, не зная, чем может возразить.

— Кажется, я понял, почему ты так и не сдал на права, — сказал Стас, поглядывая на Давида, который уже весь взмок от происходящего, — Ты ведь после той аварии так и не сел за руль. Теперь мне всё ясно.

У своего виска Стас услышал щелчок, и сердце ушло в пятки.

— Что ты собираешься сделать? — сглотнул он.

— Пристрелить тебя к чертям, — дрожащим голосом ответил Коля, прижимая пистолет.

Я сидела за столом, не находя себе места. Руки колотились от навязчивых мыслей, и я не нашла другого выхода, как позвонить Карине.

«Может, хоть она сможет успокоить меня?»— надеялась я.

— Карина, у меня есть подозрения… — с колотящимся сердцем начала я.

— Есть? И какие же? Любой человек, кто бы это ни был, ответит за содеянное.

— Карина, это Давид, — рассказала я подруге свои догадки. На том конце провода послышался громкий кашель и минутное молчание, — Карина?

— Не неси чуши! — отрезала подруга, — Давид не убийца! Не смей даже думать о нём такое!

— Но все улики против него. Рубашка, которая видна на видео… Он в тот день не поехал со Стасом и остался в Москве… Он лучший друг Стаса, и тот ему полностью доверяет.

— АЛИСА, Я ТЕБЕ СКАЗАЛА, НЕ СМЕЙ ОБВИНЯТЬ ДАВИДА! — в телефонную трубку выкрикнула Карина, да так громко, что мне даже пришлось отодвинуть телефон от своего уха.

— Подожди, у меня вторая линия… — произнесла я, отвечая на звонок, — Да, тётя?

— Лиса, я не знаю, что случилось, но Стас и Давид сейчас едут в родительский дом Стаса! — тревожно сказала тётя, — Я чувствую что-то неладное. Они говорили о Коле. И ещё, что хотят проверить какой-то плеер. Лиса, что-то точно происходит…

— Спасибо, тётя. Я поняла, — беспокойный тон тёти был явно неспроста. Я вновь позвонила Карине, и мы с ней договорились вместе поехать домой к родителям Стаса, чтобы выяснить, что да как.

Мы одновременно добрались до дома на такси и, когда нас впустили, тут же побежали вовнутрь. Ещё с первого этажа были слышны громкие мужские голоса, а после раздался выстрел. Мы с Кариной испуганно переглянулись и тут же, стараясь не издавать лишних звуков, помчались наверх. Дверь в одну из комнат была распахнута, и мы, заглянув вовнутрь, замерли.

На полу лежал Коля, а рядом пистолет. Стас расположился сверху, заламывая руки брату, и его лицо в мгновение окаменело, когда он увидел нас, стоящих в дверях.

— Давид! — истошно закричал Стас, — Скорую! Быстро! Ментов вызывайте!

Я тут же схватилась за телефон, трясущимися пальцами набирая номер скорой. Карина в ужасе оглядывала помещение. Её взгляд остановился на скорчившемся на полу Давиде.

— Давид! — застонала она, бросившись к израненному мужчине. Из его груди тонкой струйкой сочилась кровь, которую он изо всех сил пытался остановить ладонью, — Милый мой, держись… Прошу…

До того момента, как приехала скорая, Давид уже успел потерять сознание, и Карина держала его голову на своих коленях. Коля же пытался сопротивляться, но сильные руки Стаса не давали ему этого сделать, а мощное тело нависало сверху. Я смотрела на весь этот кошмар, молясь, чтобы всё поскорее закончилось. Ноги подкашивались, а сердце билось с бешеной скоростью. Карина плачет над полуживым телом Давида, а Стас держит, не отпуская, своего брата-преступника, заламывая ему руки.

Но на этом кошмар не закончился. Приехала машина скорой и увезла Давида. Карина поехала вместе с ним. Колю арестовала полиция, и мы со Стасом остались вдвоём. Переглянувшись напуганными глазами, мы так и не смогли сказать друг другу ни единого слова.

Не знаю сколько уже прошло времени, но я и Стас доехали до больницы, где в реанимации лежал Давид. Вдоль двери суетилась Карина, не находя себе места. Заметив вошедших меня и Стаса, она тут же подбежала и схватила меня за воротник.

— Если мой Давид умрёт, то я тебе этого никогда не прощу! — прошипела она мне в лицо. Я испуганно отскочила назад.

— Но в чём моя вина, Карина? Разве это я подстрелила его?

— Всё произошло из-за тебя! Это из-за тебя Давид поехал… — Карина замахнулась на меня, и я зажмурилась, готовясь принять на себя весь гнев подруги.

— Успокойся, — однотонно произнёс Стас, хватая Карину за запястье, — Мы все потрясены. Не смей винить Алису. Во всём виноват Коля, да и только.

От такого спокойного и рассудительного тона Стаса мне стало немного легче. Карина, негодуя, отошла от нас, садясь под отделением реанимации. Я посмотрела в серьезное лицо Стаса и поняла, что скрывается под ним не меньшая горечь и обида, чем у Карины. Просто Стас очень тщательно её скрывает. Я обхватила его руку своими обеими, прижимаясь к ней своей разгоряченной щекой.

Часы тикали, но врачи всё никак не выходили из реанимации. Мы все ужасно нервничали, ожидая самого худшего. Но этого не произошло…

— Операция прошла успешно, — оповестил нас врач, наконец выйдя из операционной. Мы со Стасом обменялись взглядами и тут же бросились обниматься. Краем глаза я заметила, как Карина облегченно выдохнула и счастливо заулыбалась, услышав заветные слова. Я подошла к ней, печально глядя в глаза. Сердце подруги растаяло, и она не смогла не обнять меня.

— Прости, Лис… — прошептала она мне над ухом, — Это всё было на эмоциях. Разумеется, ты ни в чём не виновата.

— Всё в порядке. Если бы со Стасом, не дай бог, что-нибудь случилось, я бы тоже винила всё вокруг.

— Я же его так люблю, — с улыбкой призналась мне Карина.

— Я знаю. Скоро ты его увидишь, — ответно улыбаясь, кивнула я.

— А когда можно будет навестить? — спросил Стас у врача, и мы с Кариной обернулись, тоже желая узнать.

— Приходите завтра, — ответил врач и тут же удалился, оставив нас.

— Поехали домой, — потянула я Стаса за кисть.

— Поехали, — он переплел свои пальцы с моими, направляя к выходу. Я обернулась, махая свободной рукой Карине.

— До встречи, — ответно помахала подруга.

Я села в Стасову Ferrari, и мы доехали до дома. У меня была не одна сотня вопросов по отношению к произошедшему, но я не задала ни один из них, видя подавленное состояние Стаса, и то, с какой усталостью он упал на диван, скинув куртку.

— Стась, может тебе чаю сделать? — заботливо предложила я, садясь на край дивана.

— Ничего не хочу… — томно вздохнул Стас, запрокидывая голову назад.

— Ладно, тогда я не буду… — я поднялась с дивана, но Стас тут же остановил меня, взяв за руку. Я села обратно, глядя в его бездонные и такие печальные глаза.

— Что я делал не так? — Стас измученно посмотрел на меня, сжимая мою тонкую изящную кисть, — Почему Коля такой бездарь? Я ведь всё делал для того, чтобы мой брат был нормальным адекватным человеком. Почему он вырос убийцей?

Я тяжело вздохнула, не зная, как в данной ситуации могу поддержать Стаса.

— Стась, ты ни в чём не виноват, — кладя руку на его бледную щёку, сказала я, — Ты замечательный брат, который делал для своего брата всё возможное. Просто он этого не ценил.

— Правда? — молитвенно посмотрел на меня Стас. Я кивнула.

— Такого брата ещё попробуй поищи.

— Мама не переживет ареста Коли, — Стас вновь закинул голову назад, прикрывая веки, — В тот раз когда меня по ошибке арестовали, она была в ужасном состоянии. Боюсь представить, что будет теперь… Колю посадят не меньше, чем на десять лет. Да и отец под арестом…

Не найдя слов для поддержки любимому, я прижалась своей щекой к его щетинистой щеке, горячо вздыхая.

— А ты ведь из-за всего произошедшего так и не поучаствовал в конкурсе дизайнеров.

— Знаю…

— А ведь ты так мечтал… — повторно вздохнула я, гладя его щёки обеими руками, и рисуя на них нежные узоры.

— Ничего. Помечтаю в другой раз.

— Милый, у тебя всё обязательно получится. У тебя ведь такой талант. Не в этом году, так в следующем.

— Спасибо, что веришь в меня, — Стас коснулся губами моей щеки, обнимая за талию, — У тебя ведь тоже была цель, которой ты так и не достигла.

Я вопросительно выгнула одну бровь, не понимая, о какой цели идёт речь.

— Ты не доучилась, — видя моё недоумение, пояснил Стас.

— А-а. Ты об этом.

— Угу. Ты так и не закончила университет. Но знаешь что?

— Что? — я заинтересованно посмотрела на Стаса.

— Ты закончишь университет.

— Стас… — моё сердце сжалось только от одной мысли, что Стасу так важны мои цели и стремления, и что он правда хочет мне помочь.

— Ведь из-за меня ты не смогла получить желанную профессию. А теперь ты снова сможешь поступить в университет, после чего я смогу дать тебе высокооплачиваемую работу в своей компании. Моя девушка не будет работать какой-то там секретаршей.

— Какой-то там? — переспросила я, будучи не в восторге от такого обесценивания моей работы.

— Ну да. Это самые низы. Ты достойна большего, — снова целуя меня, ответил Стас.

— Так значит ты хочешь, чтобы я училась?

— Конечно. Надеюсь, что и ты этого хочешь.

Мои губы растянула улыбка до ушей.

— Спасибо, любимый! — воскликнула я, бросаясь в объятия Стаса, — Конечно, я хочу закончить университет!

— Вот и отлично. Тогда уже через два года ты получишь желанную профессию, и я смогу дать тебе хорошую работу, с которой ты легко справишься.

— А что, если не справлюсь? — улыбнулась я.

— Малыш, ты со всем справишься.

— Пойдём в спальню, — предложила я и тут же уточнила: — Спать.

— Пойдём, — согласился Стас.

Следующее утро выдалось солнечным, несмотря на то, что на дворе поздняя осень. Проснулась я от сильной головной боли и сухости во рту.

— Стась, принеси, пожалуйста, воды… — шёпотом попросила я, поворачиваясь вбок. Но Стаса там не оказалось. Его место было пустым. Поэтому мне пришлось самой спуститься вниз с трещащей головой. На кухне Стаса тоже не оказалось, чему я ещё больше удивилась и даже растерялась.

«Где он может быть в такую рань?»— наливая себе воду из чайника, думала я.

В нескольких метрах от кухни послышался громкий кашель. Выйдя в коридор, я постучала в дверь ванной комнаты.

— Да? — раздался хриплый голос Стаса.

— У тебя всё в порядке? — обеспокоенно спросила я.

Щёлкнул замок, и из ванной вышел Стас. Его лицо было красным, видимо от кашля, и не выспавшимся.

— Горло болит? — спросила я, видя его состояние. Стас кивнул, — Может, стоит чаю выпить?

— Нужно Давида навестить. Потом съезжу в университет. Договорюсь, чтобы ты продолжила обучение.

— Ладно. Тогда пойдём собираться.

Я закрыла двери шкафа, разглядывая своё отражение в зеркале, и тут же почувствовала, как к горлу подступили рвотные позывы. Я тут же побежала в уборную, на ходу прикрывая рот ладонью.

— Лис, ты в порядке? — стучась в приоткрытую дверь, поинтересовался Стас.

— Да-да, — ответила я, выходя из туалета, — Просто не очень себя чувствую. Может, мы оба подхватили какую-то болячку?

— Может быть. Я тоже что-то не очень.

— Поехали в больницу, навестим Давида. Карина наверняка уже там.

— Да.

Застегнув на своём пальто пуговицы, я села в машину Стаса, и она тут же сдвинулась с места. На удивление мы попали в самое удачное время и доехали всего лишь за полчаса практически без пробок.

Мне и Стасу позволили навестить Давида, которого уже перевели в общую палату. Накинув на свои плечи по белому халату, мы вошли вовнутрь. Около кровати Давида сидела Карина, крепко сжимая ладонь любимого. Услышав скрип двери, она обернулась.

— О! И вы здесь? — улыбаясь, воскликнула она, — Доброе утро.

— Доброе, — я поприветствовала Давида, который со своей широкой улыбкой смотрел на всех нас, — Давид, ты как?

— Спасибо, что пришли. Уже лучше, — пожимая руку Стаса, ответил Давид.

— Братан, я тебе по гроб жизни обязан, — легонько хлопая друга по плечу, произнёс Стас.

— Да ну, Стасян…

— Нет-нет. Не смей отпираться. Если бы не ты, не знаю, что было бы.

— Всё в порядке. Мы же друзья, — вновь заулыбался Давид во все свои 32 зуба. Теперь в ответ на улыбку друга улыбнулся и Стас.

— Всем бы таких друзей. Мы же вместе учились, вместе продолжили дело наших отцов…

— Подожди, Стасян, — перебил Давид, — Я хотел с тобой поговорить насчёт компании.

Карина встала со стула, уступая место Стасу. У мужчин, судя по всему, назревал важный разговор.

— Слушаю, — садясь, произнёс Стас, скрещивая свои пальцы между собой.

Давид глубоко вздохнул.

— В общем, я продаю свою долю в компании, — серьёзно сказал Давид, смотря в лицо друга. Стас мгновенно побледнел, а его глаза округлились от услышанного. Мы с Кариной переглянулись, тоже не веря своим ушам.

— К-как? — ошарашенно захлопал глазами Стас.

— Стасян, я всё обдумал. Не останавливай меня. Я уже нашел покупателя, который заплатит мне хорошие деньги за мою долю в компании.

— Нашёл покупателя? — изумлённо переспросил Стас, — Но почему ты не продал мне?

— Прости, братан, — печально улыбнулся Давид, хлопая друга по спине, — Так нужно.

Губы Стаса поджались в тонкую нить, и он, поднявшись со стула, молча вышел из палаты, на ходу снимая халат.

— Стас! — окликнул друга Давид, пытаясь ещё что-то объяснить, но хлопнула дверь, и он обречённо выдохнул, понимая, как сильно обидел своего лучшего друга.

— Выздоравливай, Давид, — произнесла я, прощаясь, и поспешила за Стасом.

С каменным лицом он стоял у стены, запрокинув голову назад. Я запустила свою руку под его руку, глядя в глаза.

— Пойдём?

Чуть заметно кивнув, Стас направился вдоль коридора к выходу, ведя меня за собой. Автомобиль тронулся, и Стас по моей просьбе остановился у здания аптеки.

— Тебя ждать? — поворачиваясь лицом ко мне, спросил он.

— Не нужно. Я куплю себе что-нибудь от головы, тебе от кашля и на такси приеду домой, — ответила я, отстегивая ремень.

— Ладно. Тогда я еду в университет.

— Угу, — чмокнув Стаса в уголок губ, я вышла из транспорта, идя ко входу в аптеку. Стас уехал, а у меня в сумке зазвонил телефон, — Да, Карин? Что-то случилось? Мы ведь только виделись.

— Лис, мы не смогли поговорить наедине… — тревожным голосом произнесла подруга.

— Да… А что такое? — насторожилась я.

— Лиса, я беременна, — ответила Карина, и я чуть было не выронила из рук свой телефон.

— Беременна? — дрожащим голосом переспросила я, словно это у меня были две полоски.

— Да. Я плохо себя чувствовала. Голова болела, тошнило, — Карина перечислила свои симптомы, которые показались мне ужасно знакомыми, — В общем, я сделала тест и вот я беременна.

— Ты говорила Давиду? — каменным голосом спросила я.

— Нет, — ответила Карина и тут же добавила: — И не планирую.

— То есть? — изумлённо подняла брови я, — Он же отец…

— Нет! — перебила меня подруга, заставив ахнуть, — Коля — отец моего будущего ребенка. Только с ним мы не предохранялись.

Пребывая в шоке от услышанного, я сделала глубокий вдох.

— И что ты теперь планируешь делать?

— Аборт, — неожиданно для меня ответила Карина.

— Не смей, Карина! — в телефонную трубку закричала я, ловя на себе удивленные взгляды прохожих, — У тебя была мимолётная интрижка с Колей ещё до Давида. Ровно как и у него до тебя. Может это вообще его ребёнок. Презервативы ведь не на 100 % работают.

— Думаешь? — встревоженно вздохнула подруга.

— Да. Раз вы с Давидом вместе, то и проблемы должны решать тоже вместе.

— Ох! — послышался недовольный стон подруги, — Так голова трещит. Теперь девять месяцев буду мучаться. Капец!

— Мне тоже сегодня что-то очень плохо. Голова болит, тошнит. Вот Стас меня у аптеки высадил, хочу купить лекарств. Нам обоим сегодня плохо… — пожаловалась я.

— Ну не знаю, как Стас, но тебе тоже стоит сделать тест, — подшучивая, посоветовала Карина, и я задумалась, — Вы предохранялись?

— Нет… — сухо ответила я, чувствуя, как по телу бегут мурашки.

— Ну всё! — воскликнула Карина, — Поздравляю, подруга! Иди покупай тест и беги сообщать своему о скором отцовстве!

Я завершила звонок, медленно опуская руку с телефоном.

«А мы ведь действительно ни разу не воспользовались средством защиты… Как-то ни я об этом не задумывалась, ни Стас… Нам было просто хорошо вместе. А вдруг я и вправду беременна?»— эти мысли не давали мне покоя до самого дома. Никогда раньше я не представляла, что могу стать матерью, — «Каково это? Интересно, Стас обрадуется? Да по-любому. Все мужчины мечтают о детях».

Мои раздумья прервал голос таксиста, и я, расплатившись с ним, вышла из машины.

Войдя в дом, я не обнаружила там Стаса и сразу же направилась в уборную, желая утолить своё любопытство относительно беременности. И когда тест показал две полоски, о которых мечтают многие девушки, моё лицо перекосило изумление. В данную секунду во мне играли смешанные чувства: это шок, оттого, что всё это так неожиданно и внепланово, и одновременно радость, ведь беременность — это счастье.

«Я стану матерью. Рожу сына или дочку. Ребенок будет похож на Стаса, и мы вместе будет растить его и воспитывать».

Хлопнула входная дверь, и я тут же спрятала тест в карман, выходя в коридор.

— Привет? Ты уже дома? — таинственно улыбаясь, произнесла я.

— Да. Я так устал, — вздохнул Стас, впиваясь пальцами в свои волосы, — Но у меня хорошие новости: я договорился о твоей учёбе. Ты сможешь продолжить обучение…

— Стас, подожди, — прервала его я, подняв указательный палец вверх.

— Что случилось? — непонимающе вскинул брови Стас, смотря на моё взволнованное лицо, — Ты передумала учиться?

— Нет-нет, — помотала головой я, — Я хочу учиться…

Резкий кашель Стаса принудил меня остановиться.

— Секунду… — пытаясь откашляться в свой кулак, Стас убежал в ванную, оставив меня в недоумении.

— Стас, я купила тебе сироп от кашля, — подходя к двери в ванную комнату, я заглянула вовнутрь. Склонившись над раковиной, Стас кашлял просто ужасным кашлем, смывая кровавые следы водой.

Испуганными глазами я смотрела сначала на Стаса, а потом на кровь, что выходила из него.

— Здесь сироп не поможет… Ч-что с тобой происходит? П-почему кровь? — заикаясь, спросила я, тыкая трясущимся пальцем в раковину. Вытерев губы полотенцем, Стас повернулся ко мне.

— Не знаю. Может чем-то траванулся… — пожал плечами мужчина, выходя из ванной, — Всё пройдёт.

— Стас, может…

— Никаких может! — резким тоном прервал он меня, — Давай продолжим наш разговор. Ты о чем-то говорила.

— Да-да, — вспомнила я, опуская глаза в карман, где лежал положительный тест на беременность, — Давай присядем.

— Ну давай присядем, — согласился Стас, проходя на кухню. Мы расположились вокруг стола, и я, волнуясь, словно студентка на экзамене, положила обе руки, сжатые в кулаках, на стол.

Моя тревожность насторожила Стаса, и он, вытянув свои руки перед собой, силой разжал мои. Тест с двумя полосками упал на стол между нами. Стас отстраненно посмотрел сначала на тест, а потом на меня.

— Алиса, скажи, что это шутка… — с квадратными глазами взмолился он, — Тупая, но шутка. Прошу, скажи…

Не такой реакции я ожидала от Стаса. Совсем не такой. У меня аж волосы встали дыбом, когда я не увидела в его глазах радости, а только ужас и ошеломленность. Я медленно покачала головой, уже боясь, что будет дальше.

— Бл*ть! — схватился за голову Стас, опуская изумленные глаза на стол, — Чёрт, как это не вовремя!

— Стас, я ожидала от тебя совершенно иной реакции… — сглотнув, произнесла я.

— Какой реакции, Алиса!? — его голос повышается, — Я должен быть рад, что какой-то там ребенок разрушит все наши планы!?

— Какой-то там ребёнок? — переспросила я, ужасаясь таким грубым словам по отношению к плоду внутри меня, — Стас, это наш с тобой ребёнок… Сын или дочь…

— Да плевать мне, кто там! — закричал Стас, вскакивая из-за стола. Я вздрогнула от его резкости, — Это капец, как некстати! Я планировал дать тебе самое лучшее образование, престижную работу! Ну уж точно не погрузить в памперсы и пеленки!

Прежде чем я успела что-либо ответить, Стас пулей вылетел из кухни, сметая всё на своём пути. Схватившись за свою голову, я ударила ею об стол, чувствуя стекающие по щекам слёзы.

«Почему Стас так отреагировал? Он обвинил меня в том, что я забеременела, разрушив все его планы относительно нашего с ним будущего? Стас строил планы? А что же теперь? Что будет с нами, с ребенком, которого я ношу?»— от этих мыслей у меня сжималось сердце, а из глаз ручьём текли горячие слёзы обиды и разочарования.

В доме отличная слышимость, поэтому шаги Стаса по лестнице и звуки зажигалки с лёгкостью доносились до моих ушей, а потом и резкий кашель. В памяти всплыли слова Стаса: «Я курю, когда нервничаю, это помогает расслабиться и снять стресс».

Стас нервничал, и я это понимала даже на расстоянии. От этого мне становилось только хуже. Самые разные мысли лезли в голову, но одно я понимала точно: всё уже не будет, как прежде.

«А если и будет, то я сомневаюсь, что…»

Мои раздумья прервал телефонный звонок. Это была Карина.

— Ну что, Лиса? — задорным голосом произнесла подруга, — Как у тебя там? Две полоски?

— Да, я беременна, — сухо ответила я, глотая слёзы.

— Ну-ну, ты чего плачешь!? Ты же залетела не от кого попало, а от богатенького жениха, с которым у вас любовь-морковь! — напомнила Карина, заставив на моём лице хоть на секунду сверкнуть улыбке.

— Стас против детей. Он не рад, — сообщила я подруге тревожащую меня новость.

Секундное молчание, а потом:

— Как!? Твой Стас же такой внимательный и заботливый мужчина! Я думала он хочет, чтобы ты родила ему сына, а потом и дочку!

— Я тоже так думала, — с тяжёлым вздохом ответила я, — Но его реакция на две полоски оказалась совершенно иной.

— М-да… — разочарованно протянула подруга, — Может, это из-за произошедшего? У Стаса ведь брата посадили за двойное убийство и попытку, да и отец под арестом из-за того, что покрывал сына целых четыре года…

— Ещё и Давид… — добавила я, не закончив предложение, ведь мы обе понимали, о чём идёт речь, — Кстати, насчёт Давида… Ты поговорила с ним? Рассказала о беременности?

Карина дала мне отрицательный ответ, после чего мы поспешили проститься, так как ей нужно было на приём к врачу. Я отложила телефон, вздыхая и хватаясь за голову. Мало того, что меня весь день мучали головные боли и тошнота, так теперь из-за всех этих переживаний боль стала совсем невыносимой.

«Может, всё ещё разрешится, и Стас адекватно отнесётся к ребенку под моим сердцем?»— мысленно надеялась я.

Я решила поделиться своими переживаниями с тётей и сообщить ей новость, которой она точно обрадуется. Ведь у тёти Оли я единственная племянница, а детей у неё самой нет.

Ничего не сказав Стасу, я вышла из дома и на такси поехала домой к тёте. Она радушно встретила меня и рассказала, что бабушку тоже арестовали за то, что она долгое время скрывала от следствия важную деталь.

— Её посадят? — без грамма сочувствуя спросила я. Тётя развела руками.

— Это как уж суд решит.

— Ну и поделом ей, — хмыкнула я, поймав на себе осуждающий взгляд тёти, — Ну а что? И Коля, и она сами виноваты. Не нужно было строить интриги за нашими спинами и спинами полиции. Ещё четыре года назад нужно было сознаться, тогда всё встало бы на свои места, а виновник понес бы своё справедливое наказание. А так и она, и Владимир Петрович сядут за соучастие.

Тётя согласно закивала, вздыхая.

— Но они ведь оба делали это во благо. Владимир Петрович старался ради своего сына…

— Даже не зная, о каком из сыновей идёт речь! — фыркнула я, кривясь.

— А мама. Она ведь… — тётя прервалась, раздумывая, как бы закончить.

— Что она? Старалась шантажировать своего бывшего партнёра ради внучки? Да это смешно!

— Ладно… — тётя опустила глаза, скрещивая руки на столе, — Лучше расскажи, как ты. У вас со Стасом теперь всё в порядке? Вроде все проблемы решены, виновники наказаны…

Теперь уже я опустила взгляд на стол.

— Не совсем… — сухо ответила я, не поднимая глаз на тётю. Хотя я и так представляла её лицо в данный момент. Она смотрела на меня в недоумении, ожидая пояснений, — Тётя, я беременна… — сообщив ей тревожащую меня новость, я подняла глаза.

Взгляд тёти Оли переменился. Её глаза округлились от удивления, а рот приоткрылся.

— Беременна? — изумлённо хлопая глазами, переспросила она. Я быстро кивнула, нервно теребя свои длинные локоны.

Удивление резко сменилось на счастливую улыбку, и тётя крепко меня обняла.

— Поздравляю, Лиса. Я так за тебя рада. Ребенок — это большое счастье, — улыбаясь, сказала тётя. Но мне было не до поздравлений.

— Вот бы и Стас так отреагировал, — печально вздохнула я, вспоминая круглые от шока глаза Стаса, когда он увидел тест, и его грубые слова по отношению ко мне и моей беременности.

Тётя сделала шаг назад, отстраненно смотря на меня.

— А он что, не рад?

Я мотнула головой.

— Стас сказал, что это сейчас некстати и у него были совершенно другие планы на наше с ним будущее, — ответила я, и на моих глаза начали наворачиваться слёзы.

— Совершенно другие планы? — ошарашенно переспросила тётя, — Вот же ж идиот! Сейчас я ему устрою «другие планы»! — она развернулась на пятках к двери.

— Тётя, постой… — всхлипнув, я схватила её под локоть.

— Что постой, Алиса!? Что это за мужик такой, который сначала сделает ребенка, а потом кричит, что не готов!? — возмущённо кричала тётя.

— Он не так сказал… — тихонько возразила я.

— А как тогда!? Другие планы у него, видите ли! — гневно размахивала руками тётя, — Где мой телефон? Сейчас я устрою твоему этому Стасу…

Я изо всех сил вцепилась в руку тёти, не давая ей выйти из кухни.

— Не надо… Не звони ему… — жалобно пропищала я, прижимаясь щекой к её руке, — Может, он ещё одумается…

— Пусть только попробует не одуматься, я ему думалку оторву! — стиснув зубы, прошипела тётя, с недовольством косясь в сторону окна.

Я всхлипнула и, упав на плечо тёти, зарыдала. Сердце сжималось только от одной мысли, что Стас может бросить меня с ребенком в животе, а слёзы текли ручьём.

— Ну-ну. Не плачь, моя девочка, — тётя ласково провела рукой по моим волосам, и я зарыдала пуще прежнего, — Ну Лиса. Тебе ни в коем случае нельзя нервничать.

— Я знаю… — сквозь рыдания прошептала я.

— Так, Лиса. Иди-ка ты лучше в кровать, ложись спать. Утро вечера мудренее, — обняв за одно плечо, тётя подтолкнула меня к дверному проёму. Я с возмущением посмотрела на неё и попыталась возразить, но мне не позволили этого сделать, — Давай-давай. Марш в кровать!

Я закрыла дверь своей комнаты и, скинув всю одежду на пол, окунулась под теплое одеялко. Положив голову на мягкую перинную подушку, я моментально уснула, на ночь забыв обо всех проблемах и переживаниях.

Темнота… Я иду вдоль длинного коридора, который, как мне кажется, никогда не кончится. Но вот где-то вдали я вижу свет. Там стоит мужчина… Я делаю несколько торопливых шагов ему навстречу, желая разглядеть тот кулек, что он держит в своих руках. Вдруг этот кулек резко начинает плакать и кричать. Я подхожу к мужчине и наконец могу разглядеть его лицо.

«Стас!? Это ты!?»— щупая мужчину, спрашиваю я. Но в ответ не получаю какой-либо реакции. Мужчина лишь начинает сильно качать младенца в белоснежном кульке, а потом роняет его на пол. Тот начинает кричать пуще прежнего, и я хватаюсь за голову, с ужасом глядя на эту картину.

«Подними же ребенка!»— кричу я, но мужчина только удаляется, оставляя меня наедине с упавшим кульком, который из нежно-белого цвета становится кровавым.

Сквозь глубокий сон я почувствовала, как кто-то касается моих губ. Это был до боли знакомый вкус и запах, и я, сама не замечая того, принялась отвечать на поцелуй. Такой нежный и одновременно робкий.

Только через несколько секунд до меня дошло, что я дома у тёти и меня некому целовать. Распахнув глаза, я моментально подорвалась с постели, испуганно отскакивая назад.

— СТАС!? — вырвалось у меня, — Откуда ты здесь!?

Мужчина стоял у моей постели на коленях, держа обе руки за спиной.

— Доброе утро, — приветливо улыбнулся он, — Меня впустила твоя тётя.

— Тётя? И зачем же? — обиженно прикусывая губу, спросила я.

В ответ Стас достал из-за спины алую розу и вставил её себе в зубы. Я с ещё большим изумлением захлопала глазами, немея от шока. Во второй руке у него была маленькая голубая коробочка, которую он положил передо мной. Немного приподнявшись, мужчина нагнулся ко мне, намекая, чтобы я приняла из его челюсти розу.

— Ты выйдешь за меня замуж! — уверенно произнёс Стас, открывая коробочку. В ней было пусто, и я изумлённо уставилась на мужчину. В его словах я не слышала вопросительной интонации, чему удивилась ещё больше.

— Ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж? — не поняв, уточнила я.

— Я ставлю тебя перед фактом, — лукаво улыбаясь, ответил Стас, — На твоём пальце уже есть помолвочное кольцо, а значит ты уже моя невеста. А на другом пальцем у тебя обручальное кольцо с моим именем, — беря мою руку в свою, Стас приложил наши безымянные пальцы друг в другу, приравнивая, — Так что теперь ты никуда от меня не денешься.

— А я как-то и не собиралась, — буркнула я, разглядывая розу, что держала в своей руке, а потом и свою правую кисть, полную подаренных Стасом колец.

— Замечательно, — Стас сел рядом со мной и поцеловал в уголок губ, — В этот раз мы поженимся по-настоящему.

— Это из-за моей беременности? — отстраненно спросила я, поражаясь такой резкой смене его настроения.

— Не думаю. Просто она поспособствовала. Ускорила, так сказать, — спокойно ответил Стас, — Кстати, почему ты вчера уехала, ничего не сказав мне?

— Мы ведь поссорились. И тебе, и мне нужно было время, — печально опуская глаза, ответила я.

— Лис… — Стас сжал мою ладонь, обеспокоенно глядя в лицо, — Я не отрицаю, что вчера вспылил. Но сейчас всё будет по-другому.

— Что «по-другому»? Ты вчера кричал, что тебе плевать на то, кто внутри меня! Ты кричал, что моя беременность не вовремя! Что теперь изменилось, Стас!? — с наворачивающимися на глаза слезами, я закричала ему в лицо, одергивая свою руку.

— Лиса, ребёнок действительно не вовремя, — честно признался Стас, продолжая сверлить меня взглядом, — Я строил планы для нас с тобой. Хотел, чтобы ты отучилась, и мы могли вместе работать, много путешествовать… Но раз так вышло, то у нас будет ребенок. Он конечно, поставит временный крест на твоей карьере, но я надеюсь, что года через три ты уже сможешь пойти в институт.

Стас снова взял мою ладонь, серьёзно глядя в глаза.

— Лис… Любимая… Скажи, ты веришь, что у нас всё будет хорошо? — взволнованно спросил он, и моё сердце пропустило несколько ударов, сжимаясь. Его слова звучали, как услада для моих ушей.

Словно зачарованная, я кивнула головой, и Стас расплылся в счастливой улыбке, целуя тыльную часть моей ладони.

— Прекрасно! Я рад! Уже очень скоро мы сыграем свадьбу, ты родишь мне сына или дочку, и всё у нас будет замечательно, — зацеловывая всю мою кисть, прошептал Стас. Всё моё тело содрогнулось от его ласковых губ и приятных ушам слов. Я верила Стасу, всем сердцем верила, отчего внизу живота порхали бабочки.

— Я тебя так люблю… — сорвалось из моих губ, когда я клала голову на широкое плечо Стаса, — Хочу, чтобы наш ребенок был похож на тебя…

— Значит так и будет, — подтвердил Стас, и я заулыбалась.

— Из тебя выйдет замечательный отец. Такой заботливый, чуткий, — произнесла я расслабленным голосом, — А ведь ещё совсем недавно я влюбилась в бесчувственного хама, который заявил мне, что любовь — это предел мечтаний.

Стас усмехнулся, гладя меня по волосам.

— Я ведь обещал измениться, — сказал он, и поток сильного кашля тут же вырвался наружу.

— Кашель ещё не прошел? — я обеспокоенно положила свою руку на лоб Стаса, — Ты такой горячий… Может врача?

— Не нужно, — запротестовал Стас, убирая мою ладонь, — Лучше давай поедем домой.

Простившись с тётей, я и Стас сели в машину. Настроение заметно улучшилось, и я вошла в дом Стаса уже с широкой улыбкой. Всё складывалось просто замечательно и не предвещало какой-либо беды. Казалось, мы всегда будем так счастливы и проживём вместе всю жизнь.

Мы лежали в кровати, укутавшись в зимнее одеялко. Было так тепло и уютно, что идти куда-либо ужасно не хотелось.

— Сегодня прилетает новый совладелец компании, которому Давид продал свою долю, — серьёзно произнёс Стас, глядя в потолок.

— Это мужчина? — повернув к нему голову, спросила я.

— Не знаю. Какой-то иностранец, — в воздухе всплеснул руками Стас, — Нужно будет созвать собрание. Всё обсудим у меня в кабинете.

— И Лиза?

— Конечно, — с недовольством ответил Стас, — Теперь неизвестно, что станет с компанией, которую основали наши с Давидом отцы.

— А родители Лизы? Какое они имеют отношение к «Габворд»?

— Тоже неплохо вложились в самом начале. Вот теперь их дочка полноправный владелец компании.

— Ясно, — вздохнула я, сбрасывая с себя одеяло, — Уже семь.

— Нужно собираться, — Стас спустил ноги с кровати и стал смотреть в зеркало, висящее напротив его. Выгнувшись в три прогиба, он хрипло откашлялся в кулак.

— Стась… — я обняла его плечи обеими руками, с тревогой заглядывая в глаза, — Ты горячий… Да и кашель такой ужасный… Может, стоит обратиться к врачу?

— Всё нормально, — буркнул Стас, вытирая свою руку о край одеяла, — Нужно в офис ехать. Много работы.

— Ну я же волнуюсь… — печально улыбнулась я, прижимаясь губами к его затылку, — Это всё из-за твоего курения. Я говорила, что это до добра не доведёт.

— Так я ведь уже не курю.

— Гордеев! — недовольно отрезала я, щурясь ему в лицо.

— Что, Гордеева? — рассмеялся Стас.

— Козлова! — поправила я.

— Гордеева! — настойчиво продолжал Стас.

— Я Козлова! — отрицательно покачала головой я, — Не Гордеева!

— Скоро я это исправлю! — хмыкая, подмигнул Стас.

— Так! Не переводи разговор на другую тему! — насупилась я, — Я знаю, что куришь. Иначе справляться со стрессом ты не можешь.

Стас резко развернулся, усаживая меня на свои колени.

— Поцелуй, — немного приподнимая голову, попросил он.

— А? — с невозмутимым лицом переспросила я, отлично услышав просьбу Стаса.

— Помнишь, как обещала занять мои руки и губы? — прыгая бровями, улыбнулся Стас.

— А ты помнишь, как я говорила, что не буду целоваться с курящим? М? А сейчас я отчётливо слышу от тебя запах табака. От этого и твой ужасный кашель. Нужно немедленно прекратить твою страсть к курению.

— Как скажешь, — сгибая мои ноги в коленях, Стас нежно поцеловал коленную чашечку.

— Стас, я серьезно, — видя его улыбчивое лицо, нахмурилась я, — Прекращай. А то это до добра не доведёт.

— Ты уже это говорила, — едва заметно усмехнулся Стас, гладя мои бёдра.

— Значит снова скажу. Я лично буду контролировать тебя, — строго произнесла я.

— Ладно. Я согласен, — развёл руками Стас, слезая с постели, — А теперь давай собираться.

Я последний раз коснулась его, руки убедившись, что она до безумия горячая.

— Да у тебя жар… Может, не нужно никуда ехать?

— Да всё нормально, — махнул рукой Стас, — Просто жарко в доме.

— Стас, на дворе конец ноября. Какое жарко? — возмутилась я, щупая его учащенный пульс.

— А мне вот жарко! — Стас одёрнул свою руку и открыл шкаф, — Давай лучше не болтать, а собираться. Работа ждать не станет.

— А он всё о работе! — я разочарованно закатила глаза, слыша про офис и работу, — Трудоголик!

— Ага-ага! Где-то я уже это слышал! — рассмеялся мужчина, бросая на кровать белую рубашку и брюки.

В оживленной обстановке мы оделись и спустились вниз.

— Надень шарф, — попросила я, видя оголенное горло Стаса в тонкой куртке, — А лучше надень куртку потеплее.

— Ты уже как мать! — ухмыльнулся он, застегивая молнию под горло, — Может ещё скажешь мне шапку надеть?

— Конечно скажу! — надулась я, — Ты болеешь. Нужно теплее одеваться.

— А ты беременна! — в ответ напомнил Стас.

— Так я и тепло одеваюсь! — указывая на шапку на своей голове, возразила я.

— Поздравляю! — хмыкнув, Стас повернул ключ в замке и распахнул входную дверь, — Выходим?

— Я сказала тебе надеть шапку! — хмуро повторила я.

— Да всё нормально! — попытался оспорить Стас и тут же начал громко кашлять.

— Вот же ж бестолочь! — фыркнула я, натягивая свою шапку на его голову, — Я не позволю тебе болеть! Будешь ходить в тепле! — я поправила капюшон на куртке Стаса, ещё больше укрывая его горло, — Другое дело!

— Довольна? — устало вздохнул Стас, вполоборота смотря на дверь, — Теперь можем ехать?

— Теперь можем, — ответила я, выбегая вперёд. В лицо сразу же ударил порывистый хлёсткий ветер, заставивший меня зажмуриться.

— Идём, — Стас схватил меня под руку, помогая справиться с сильными потоками воздуха, — А то тебя сейчас сдует.

Мы сели в машину и поехали в офис. Холодный ноябрьский ветер щекотал лицо, помогая наконец проснуться, и я шла к дверям офиса, уткнувшись носом в горловину куртки. Погодка близилась к зиме, все деревья уже давно посбрасывали свои листочки, готовясь встречать холодную зиму. Птички поулетали, кто куда, и только я торчала в далеко не тёплой Москве, замерзая от холода.

— Идём скорее, — поторапливал Стас, видя мой посиневший от ветра нос, — А то совсем замёрзнешь.

Когда мы переступили порог офиса, я с облегчением вздохнула, потирая свои руки.

— Наконец-то! Тепло…

Стас стянул с себя мою шапку, на ходу расстегивая куртку. Мы сняли верхнюю одежду и зашли в его кабинет.

— Минут через сорок можно уже будет созывать собрание, — сказал Стас, обращаясь ко мне. Я кивнула.

— Хорошо. Я всем скажу.

— Ещё иди к Алёне и напомни ей встретить нашего гостя.

— Это который новый совладелец компании? — уточнила я, вспоминая про нового босса, о котором уже несколько раз шла речь.

— Ага… — хмуро ответил Стас, усаживаясь на свой крученый стул.

— Ладно. Тогда я пойду всем сообщу, — разворачиваясь на пятках, произнесла я. В знак позволения Стас лишь махнул головой, устремив свой взгляд в монитор компьютера.

В коридоре я столкнулась с Алёной.

— О, Алиса! — воскликнула она, улыбнувшись, — Что-то мы в одном офисе работаем, а не виделись давно.

— Не знаю, — обнимая Алёну за плечи, ответила я, — Наверное просто не сталкивались. Кстати, Стас просил напомнить тебе встретить гостя.

— Да-да, точно. Этот иностранец уже едет, — суетливо произнесла Алена.

— А откуда он, не знаешь?

— Никто не знает. Это знакомый Давида Ильича.

— А почему он продал ему свою долю ты тоже не знаешь?

Алена пожала плечами, качая головой.

— Да мы вообще ничего не знаем о новом боссе. Может, это вообще женщина. Ладно, я побежала. Ещё увидимся.

Алёна ускакала к выходу, на ходу застегивая куртку и обматывая длинный вязанный шарф вокруг своей шеи. Я развернулась, и тут в мою руку упёрлась чья-та грудь. Но это скорее было похоже на два огромных мяча, поэтому я без труда поняла, кто из владелец.

— Доброе утро, — выдавила из себя я, поднимая голову. Лиза надменно посмотрела на меня, ни на сантиметр не опуская своего гордого взгляда.

— Доброе, — сухо ответила она.

— Стас просил передать о скором совещании, — оповестила её я, — Ты там тоже должна быть.

— Разумеется, должна! — возмущённо фыркнула Лиза, — Я же совладелец компании! Точно такой же, как и Гордеев!

— Только имеешь меньшую долю… — шёпотом добавила я, и тут же поймала на себе недовольный взгляд Лизы. Хмыкнув, она развернулась и быстрыми шагами двинулась в свой кабинет, цокая каблуками.

Через некоторое время около входа в офис столпилась огромное количество машин. Из одной из них вышел темнокожий мужчина, облаченный во все чёрное, в тёмных очках и шляпе. Он шёл в сопровождении двух крепких мужчин, не сильно отличающихся друг от друга. Оба высокие, с широкими плечами и всё с теми же тёмными очками.

Двери офиса распахнулись, и я столкнулась взглядом с мужчиной. Сняв со своей головы шляпу, он поприветствовал меня кратким кивком и резвым шагом направился к кабинету Стаса, на ходу снимая солнцезащитные очки. Рядом с ним суетилась Алёна, а двое, как я поняла, телохранителей остались сторожить вход.

Хлопнула дверь, и я замерла, оставшись стоять совершенно одной в коридоре. Заметив вошедшего мужчину, Лиза тоже двинулась в кабинет Стаса, на полпути забежав в уборную. По большому количеству людей и пышному приёму я поняла, что темнокожий мужчина в шляпе и очках — тот самый иностранец, которому Давид продал свою долю.

— Добрый день, — Стас поднялся из-за стола, протягивая руку гостю.

— Здравствуйте, — с небольшим акцентом ответил мужчина, пожимая руку, — Меня зовут Оливер. Оливер Трикс.

— Гордеев Станислав, — представился Стас, разглядывая иностранца.

— Вы уже знаете, что я теперь полноправный владелец компании «Гарбод»…

— «Габворд»— поправил Оливера Стас.

— Прошу прощения. Компании «Габворд».

— Ничего. Вы откуда?

— Новая Зеландия, — ответил Оливер, расстегивая своё чёрное пальто, — Где я могу раздеться?

— Ваш кабинет уже готов. Но можете повесить пальто вот сюда, на вешалку, — указал рукой Стас.

— Спасибо.

— Скажите, Оливер. А когда вы познакомились с Давидом? — поинтересовался Стас, уже сгорая от нетерпения закидать гостя вопросами, — Это же, когда он летал в командировку в Новую Зеландию?

— Да. Вашего друга я хорошо запомнил. Он такой целеустремлённый. Шёл до самого конца, но всё равно проиграл.

— Что? — Стас вопросительно выгнул одну бровь, не понимая, о чём говорит Оливер, — В каком смысле «проиграл»?

— Ну как же в каком? Разве вы не знаете, что ваш друг картежник?

Стас изумлённо захлопал глазами, качая головой. И тут до него дошло.

— Так Давид проиграл вам свою долю в карты? — с глазами по пять копеек спросил Стас.

— Да. Мы играли в покер.

Из груди Стаса вырвался резкий кашель, после чего он оперся руками о край стола.

— Никогда бы не подумал, что Давид картежник… Да он ещё и столько месяцев мне врал, а только недавно признался. Да и то не полностью…

Ещё раз хрипло кашлянув, Стас схватился за горло. Заметив, что начальник не в лучшем состоянии, Алёна налила ему воды из кулера.

— Спасибо, — Стас сделал несколько глотков, откашливаясь, — Но я всё равно не понимаю, зачем вам, Оливер, такому состоятельному человеку, имеющему неплохое состояние в Новой Зеландии, компании в России.

— Да, вы правы. В Новой Зеландии я известен и очень состоятелен, — с гордостью произнёс Оливер, — Но просто я подумал, что Россия — это очень неплохое развитие. Вот я и передал свою компанию на родине старшему сыну.

— Старшему? А сколько вам лет? — удивился Стас, ведь Оливер выглядел не больше, чем лет на тридцать.

— Мне 37,— ответил мужчина, — А моему старшему сыну недавно исполнилось 20.

— Понятно. Так вы решили сменить место жительства?

— Что-то в этом роде. Москва — довольно неплохой город. Думаю, мы с вами сработаемся.

— Не только со мной, — добавил Стас, оглядываясь на вошедшую в кабинет Лизу, — Знакомьтесь, Борисенко Елизавета.

— Очень приятно. Можно просто Лиза, — кокетливо улыбаясь, Лиза протянула свою изящную кисть Оливеру.

— Какая красивая женщина, — не отводя взгляда от глубокого декольте Лизы, сказал Оливер, — Это ваша жена?

— Нет! — в ту же секунду ответил Стас, мотая головой, — Лиза — мой компаньон. Она имеет 10 % акций компании.

— Понятно, — Оливер поцеловал тыльную часть руки Лизы, чарующе глядя ей в глаза, — Тогда прекрасная женщина свободна.

От такого количества комплиментов Лиза аж растаяла и вся покраснела от смущения, что было не характерно для неё. Нарушить такую нежную атмосферу между ней и Оливером мне легко удалось. Открыв дверь, я вошла в кабинет, вставая рядом со Стасом. В своих руках я держала прозрачную папку с заранее подготовленными документам.

— Вот, ты просил, — я протянула папку Стасу, разглядывая иностранца и красную как рак Лизу рядом с ним, — Здравствуйте, — вновь поздоровалась я, кивая в знак приветствия.

— У вас в компании работают только красивые девушки? — с улыбкой до ушей произнёс Оливер, не отрывая от меня своего взгляда. Он очень быстро переключился, забыв о сказанных в адрес Лизы комплиментах.

— Это моя невеста, — с гордостью произнёс Стас, поднимая мою руку, чтобы все видели наши совместные кольца.

— Понял! — выставив руки перед собой, ответил Оливер, — Эта красавица занята! Претендовать не стану!

— А вы разве не женаты? — поинтересовался Стас, вспомнив о сыне из недавних рассказов Оливера.

— Да. У меня две жены, — положительно кивнул Оливер, — И два сына.

— У вас разрешено многоженство? — удивился Стас, переводя глаза на меня.

— Моя первая жена оказалась бесплодной, и мне пришлось взять другую, — объяснился Оливер, — А у вас в России, я слышал, нет?

— Нельзя, — помотал головой Стас, — Только один брак и только с одной женщиной.

— Как же скучно вы живёте, — Оливер сунул обе руки в карманы, поднимая голову вверх, — Когда в кабинете последний раз делался ремонт?

— Года три назад, — пожал плечами Стас, — А что?

— Стоит всё поменять, — задумчиво сказал Оливер, разглядывая стены и потолок.

— Ваш кабинет этажом выше. А это мой. Так что решать, что и как, я буду сам, — Стас отодвинул стул и уселся на него, — А теперь давайте обсудим дела компании, — распахнув папку, которую я ему отдала, Стас пробежался глазами по документам, — На данный момент…

Стаса прервал вырвавшийся из его груди приступ кашля. Когда ему не удалось откашляться, Стас схватился за стакан воды который оказался пустым. Я тут же ринулась к кулеру, наполняя его водой.

— Стас, ты как? — обеспокоенно спросила я, протягивая ему стакан воды. Стас хотел что-то ответить, но повторный хрип не дал ему сказать ни слова. Кружка с водой полетела на пол, разбившись, а Стас взялся за свою грудь, судорожно ослабляя верхние пуговицы на рубашке, — Стас?

Все тут же переключились на Стаса, который, еле дыша, хватался за край стола. С каменными лицами и глазами по пять копеек все замерли.

— СТАС! — истошно закричала я, пытаясь поймать мужчину, который упал на пол, держась за грудь. Его лицо было раскрасневшимся, а вокруг губ виднелись кровавые пятна от удушливого кашля, — Стас, Стас! — я била его по щекам, трясла за воротник, но мужчина был без сознания, — Скорую вызывайте! — испуганно заорала я, видя, в каком состоянии Стас, — Он еле дышит!

Через минут десять приехала машина скорой, и Стаса увезли в больницу. Я поехала вместе с ним, не оставляя ни на секунду, судорожно держа его окровавленную руку.

Стаса увезли в операционную на тележке-каталке, а я стала ждать, опершись на стенку, ведь мои ноги предательски дрожали, а сердце бешено колотилось. Я прождала минут сорок, после чего в коридоре появились Оливер, Лиза, Алёна и Марина Дмитриевна. Ей, судя по всему, сообщили о произошедшем, и она тут же примчалась в больницу к сыну.

— Как мой сын!? — запыхавшись, она подбежала ко мне, держась за сердце, — Что с ним!?

Я повернула к ней голову, глядя через заплаканные глаза.

— Стасу резко стало плохо… — смогла только выдавить из себя я.

— Как это произошло!? Может он что-то не то съел!? Его кто-то бил!? Может Стас упал!?

Я лишь устало качала головой, держась рукой за стену.

— Я не знаю…

— О, Господи! — Марина Дмитриевна одной рукой схватила за голову, а другой за сердце, — Один мой сын вот-вот сядет в тюрьму на долгие годы, а другой в реанимации. Да ещё и мужа нет…

Я измученно посмотрела на её расстроенное лицо, вздыхая.

«Мне кажется, что сейчас самое время…»— подумала я, — «А когда, если не сейчас?»

— Я ношу ребенка Стаса… — негромко произнесла я, кладя руку на свой живот. Взгляд Марины Дмитриевны резко изменился.

— Ты беременна!? — приоткрыв рот от шока, спросила она. Я кивнула, и её губы растянулись в лёгкой улыбке, — Ну хоть одна хорошая новость за последние несколько недель! Ты родишь нашей семье наследника! Ну наконец-то я дождусь хотя бы от одного из своих сыновей внука или внучку! — Марина Дмитриевна обняла меня, счастливо улыбаясь.

Вся радость вмиг закончилась, когда из операционной вышел врач. Мы обе тут же подбежал к нему.

— Ну что с ним? Как Стас? — обеспокоенно спросила я.

— Вы жена? — смотря на моё заплаканное лицо, спросил врач.

— Да-да, жена… — протараторила я, — Как Стас? Почему он упал в обморок? Что с ним?

— Состояние крайне тяжёлое. Туберкулёзные палочки уже давно проникли в организм, что крайне опасно.

— Что? Туберкулёзные палочки? — с ужасом переспросила я, чувствуя, как начинает кружиться голова.

— Да. Ваш муж болен туберкулёзом, — ответил врач, и я тут же выставила руку, чтобы не упасть. Марина Дмитриевна придержала меня своими трясущимися руками.

— Туберкулёз!? Это же смертельная болезнь… — ошарашенно произнесла она, не сводя глаз с врача.

— Да. Но от всякого недуга есть лечение, и чем раньше вы бы обратились, тем больше был бы шанс найти исцеление, — медленно кивая головой, сказал доктор.

— Любые деньги! Я дам вам любые деньги! — сквозь зубы процедила Марина Дмитриевна, сверля взглядом врача, — Только вылечите моего сына! У него скоро родится ребенок!

— Ребенок? — доктор перевёл взгляд на меня, — В таком случае вам, девушка, как контакту первого уровня нужно обязательно пройти обследование. Туберкулёз передается воздушно-капельным путём, что крайне опасно, как для вас, так и для плода.

Врач говорил ещё что-то, но я уже его не слушала. Голова шла кругом, а в ушах повторялись слова, в которые я никак не могла поверить.

«Ваш муж болен туберкулёзом…»

Я снова и снова слышала этот устрашающий диагноз, от которого мои ноги подкашивались, а в глазах всё плыло.

«Не может этого быть. Стас болен такой страшной болезнью… Неужели он умрёт, так и не увидев своего ребенка… Нет… Этого просто не может быть… У нас ведь только-только всё начало налаживаться…»

— Скажите, а как в организм проникают туберкулёзные палочки? — дрожащим голосом спросила я, продолжая держаться рукой о плечо Марины Дмитриевны.

— По-разному. Но в основном при излишнем употреблении алкоголя и табака, — ответил врач, и я в тот же миг всё поняла.

Я вспомнила, как молила Стаса бросить курить. Вспомнила его ужасный кашель с кровью, который с каждым днём становился всё ужаснее. Вспомнила я и то, как Стас отнекивался от моего предложения обратиться к врачу.

— А как можно вылечить туберкулёз? — подняв глаза на мужчину в белом халате, ледяным тоном спросила я.

— Если на ранних стадиях, то достаточно просто. Но вот у вашего мужа всё довольно запущено, — покачал головой мужчина, — Латентная инфекция. Другими словами латентная туберкулёзная инфекция. Микобактерии туберкулеза очень стойкие. Чтобы их убить, может потребоваться несколько месяцев. Но если этого не сделать, то они вскоре приведут к неминуемой гибели.

— И как же можно вылечиться от этой самой «латентной инфекции»? — вступила в разговор Марина Дмитриевна, — Любые деньги. Только вылечите моего сына.

— Женщина, мы делаем всё возможное. Но я же говорю, что если бы вы обратились ещё задолго до того, как ваш сын начал задыхаться, то шансы на полное излечение были бы куда выше. А теперь они крайне малы.

«Крайне малы…»— крутилось у меня в голове, и я уже чувствовала, как начинаю терять сознание.

— Я хочу его увидеть… — пробормотала я, глотая слёзы, — Хоть на минуту…

— Девушка, это строго-настрого запрещено, — покачал головой врач, серьёзно глядя на меня, — Болезнь заразна. Не дай бог и вы больны… Тогда будет слишком много потерь…

Мои ноги подкосились, и я, незаметно для себя, упала на пол. Больше я ничего не видела. Только слышали отклики голосов доктора и Марины Дмитриевны. А потом меня куда-то отнесли, уложив на мягкий матрас.

— Девушка, проснитесь! — хлопая меня по щекам, произнёс мужской голос. Он был до безумия похож на голос Стаса. Такой же низкий, но очень нежный.

— Стася… — с улыбкой прошептала я, гладя крепкую мужскую руку своими ладонями.

В сознание меня привели несколько хлопков и резкий запах нашатырного спирта. Я подскочила, оглядываясь по сторонам.

— Где Стас!? — с испуганными глазами спросила я, не увидев в палате своего любимого, — Куда он ушёл!?

Мой взгляд остановился на заплаканном лице Марины Дмитриевны, и я вспомнила, где находилась, и что произошло. Обхватив свои колени руками, я зарыдала.

— Мой сынок… Он же ещё так молод… — всхлипнув, произнесла Марина Дмитриевна, и я резко подняла голову.

— Стас не умер. Не говорите так, — уверенным тоном сказала я, сдерживая новую волну слёз, — Он поправится, и всё у нас будет хорошо.

— Алиса, он не может самостоятельно дышать, — вновь всхлипнула Марина Дмитриевна, глядя на меня, — Он лежит под аппаратом искусственной вентиляции лёгких и вот-вот умрёт.

— Нет! — прервала её я резким выкриком, — Стас будет жить! Я это знаю! Он просто так не сдастся и будет бороться до конца!

— Дай бог, — обречённо вздохнула Марина Дмитриевна, — Дай бог мой сын увидит своего новорожденного младенца.

— Девушка, вы уже пришли в себя? — подойдя к больничной койке, на меня смотрел врач, — Вам нельзя так нервничать. Вы ведь беременны. Берегите себя и будущего ребенка.

— Да-да, конечно, — прикрыв веки, закивала я, — Я знаю.

— Вы же теперь не одна. В вас находится новая жизнь. Будьте осторожны, — попросил врач и удалился из палаты.

Мы с Мариной Дмитриевной переглянулись.

— Алиса, езжай домой. Ты действительно слишком переволновалась за сегодня, — кладя свою руку на моё плечо, сказала женщина.

— Но я не могу оставить Стаса… — попыталась возразить я, но Марина Дмитриевна покачала головой.

— Я сама всё решу. Куплю нужные лекарства, подготовлю необходимые документы. А ты езжай домой, отдохни как следует.

Мне пришлось с ней согласиться и уехать домой на такси. Но только домой к тёте, ведь в доме, где последнее время я жила со Стасом, мне будет очень сложно. В одиночестве я там с ума сойду.

Сунув ключ в замочную скважину, я открыла дверь и вошла в дом. На звуки открывающейся двери пришла тётя Оля.

— О, Лиса! Как хорошо, что ты пришла, у нас как раз гости, — радушно улыбнулась тётя, и из гостиной показалась Карина.

— Лиса, я не могла до тебя дозвониться, вот и приехала к тёте Оле! Ты где была? — возмущенным тоном спросила Карина и тут же замерла, видя моё бледное, как смерть лицо, — Что с тобой? На тебе лица нет.

Вместо ответа я залилась слезами, бросаясь в объятия подруги. Тётя и Карина смотрели на меня с удивленными лицами, хлопая глазами.

— Стас… Он… — всхлипнула я, давясь собственными слезами. К горлу пристал тяжёлый ком, который не давал мне что-либо сказать, но тётя и Карина терпеливо ждали, пока я отдышусь и продолжу, — Стас умирает… — прошептала я, уткнувшись носом в плечо подруги.

Тётя Оля и Карина ошарашенно переглянулись, не знаю, что можно сказать в данной ситуации.

— Что произошло? — с круглыми глазами спросила тётя.

— Он задыхался… Потом… Потом упал и его увезла скорая… — тяжело дыша, пробормотала я, — Стас не может сам дышать… Он лежит под аппаратом искусственной вентиляции лёгких… Стас… Туберкулёз… Он может умереть…

Карина шокировано смотрела на плачущую меня, а потом крепко обняла обеими руками. Ни она, ни тётя больше не стали распытывать, видя, в каком я состоянии. Они уложили рыдающую меня в постель, накрыв одеялом. Тётя Оля ушла на кухню и позвонила матери Стаса, ведь от моих всхлипываний она практически ничего не поняла, а распытывать было бессмысленно, да и крайне опасно на столь раннем сроке беременности.

— Тс-с, милая моя… Не плачь… — Карина укутала меня в одеяло и села на край кровати, ласково глядя мои волосы, — Всё будет хорошо… Ты ведь носишь его ребенка… Стас выздоровеет, и вы поженитесь, ты родишь ему ребенка…

Я перевернулась на спину, глядя на подругу заплаканными глазами.

— А как у вас с Давидом? Ты рассказала ему о беременности? — всхлипнув, я вытерла глаза ладонями.

— Да, — кивнула Карина, — Он очень обрадовался, и мы скоро поженимся.

— Я рада за вас, — прикрыв глаза, я слабо улыбнулась, понимая, что у меня может не быть подобного исхода, и что я вряд ли буду так же счастлива, как Карина сейчас. Я уже не могла остановить тот поток слёз, который застилал мои глаза.

— Лис… Прошу тебя, не плачь… — подруга положила руку на мою красную щёку, — От этого только хуже становится. Уверена, твой Стас не хотел бы видеть свою беременную возлюбленную плачущей.

Я перевела свой взгляд на стену, где по-прежнему висело фото Стаса, которое я когда-то забросала дротиками. От фотографии веяло очень теплыми воспоминаниями, когда я возненавидела Стаса, даже не узнав всей правды. Я невольно улыбнулась, слегка прикрывая глаза.

— Ты права. Он бы не хотел… — согласилась я с подругой, медленно кивая.

— Ну вот. Лучше полежи, отдохни, — поглаживая мою щёку большим пальцем, улыбнулась Карина, — Посмотрим, что будет завтра.

Как только Карина ушла, я закрыла глаза и сама не заметила, как от утомленности погрузилась в сон.

Я шла по длинному коридору, который, казалось, никогда не закончится. Где-то вдалеке я услышала детский плачь и ускорила шаг. Около маленького свёртка я заметила силуэт мужчины, который мне очень напомнил Стаса. Такие же широкие плечи, высоко задранный подбородок и густые волосы, которые были, как всегда, хорошо уложены.

Как только я приблизилась к мужчине, детский плачь прекратился, и я наклонилась к свёртку, где ожидала увидеть младенца, вопли которого слышала совсем недавно. Я взяла в руки белый свёрток, но не обнаружила в нём ничего и никого.

«Где же ребенок?»— спросила я, обращаясь к мужчине. Тот лишь пожал плечами, забирая из моих рук пустой свёрток. Когда он бросил его за свою спину, я ошарашенно захлопала глазами, — «Стас, что ты делаешь?»

Мужчина приложил свой палец к моим губам, принуждая замолчать.

«Не называй моего имени…»— попросил он, притягивая меня к себе за подбородок.

Я хотела ещё что-то сказать, но из-за спины Стаса показалась блондинка, лица которой я не смогла разглядеть. Обняв мужчину за плечи, она принялась целовать его шею, заставив меня выпучить глаза от шока. Открыв рот, я не смогла произнести ни слова, только охнуть. Стас не отталкивал блондинку, а, наоборот, отвечал на её ласку, ставив девушку рядом со мной. Его губы жадно посасывали её губы, а руки раздевали. С квадратными глазами я наблюдала за всем этим, но когда Стас свободной рукой стал тянуть меня к себе, я резко отпихнула его, убегая назад.

Я вскочила с постели в холодном поту. Остатки сна всё ещё вертелись в моей голове, не покидая. Несколько секунд я сидела неподвижно, но потом всё-таки решила не придавать значения обычному сну, к тому же мне сейчас были противопоказаны какие-либо волнения, которых и так было немало.

«Я ведь даже лиц толком не разглядела. Простой бессмысленный сон»— думала я, отмахиваясь от назойливых мыслей.

Я встала с кровати и подошла к зеркалу, разглядывая свой сонный внешний вид. Растрёпанные волосы и полуоткрытые глаза, которые были красными от слёз. Я немного приподняла свою футболку, оголяя живот. Хоть его ещё не было видно, но внутри меня бушевало очень необычное чувство. Тот факт, что у меня скоро будет ребенок, заставлял не сдаваться и идти вперёд хотя бы ради будущего сына или дочери.

Незаметно для себя я слабо улыбнулась, гладя свой пока ещё плоский живот. В комнату, предварительно постучав, зашла тётя Оля. Заметив меня за очень интересным занятием, она заулыбалась.

— Как ты думаешь, это будет мальчик или девочка? — подходя ко мне, спросила она.

— Не знаю, — пожала плечами я, оборачиваясь, — Главное, чтобы ребенок был здоров, и Стас его увидел.

Мы с тётей синхронно выдохнули.

— Я вчера разговаривала по телефону с матерью Стаса, — начала тётя, — Она очень подавлена. Один сын сидит в тюрьме, а другой на грани смерти. Да ещё и муж под арестом. Она может потерять всех и сразу.

Я опустила глаза, понимая, в каком сейчас состоянии Марина Дмитриевна и как ей плохо. Тётя подошла ко мне, крепко обняв.

— Она сейчас должна будет поехать в больницу. Езжай вместе с ней, — посоветовала тётя. Я кивнула, изо всех сил сдерживала слёзы, которые уже вот-вот польются из моих глаз.

Собрав всю волю в кулак, я поехала в больницу, где действительно уже была Марина Дмитриевна. Она с самого утра сидела около палаты, где лежал Стас.

— Доброе утро, — негромко произнесла я, садясь рядом с ней. Окинув меня утомленным взглядом, Марина Дмитриевна кивнула, — Вы давно здесь?

— С восьми, — ответила Марина Дмитриевна, поворачивая голову в мою сторону, — Ничего не изменилось, — тяжело вздохнула она, как бы предвидя мой следующий вопрос, — Я записала тебя к своему гинекологу. Очень хороший врач. Он осмотрит тебя и скажет, всё ли в порядке с ребёнком.

— Хорошо, — согласилась я, опуская глаза на свой живот.

Из палаты, где лежал Стас, вышла медсестра, и я резко вскочила со стула.

— Можно его увидеть? — я с мольбой посмотрела на неё.

— Девушка, а вы кем являетесь больному? — оглядывая меня, спросила медсестра.

— Жена! — не задумываясь, ответила я, — Я его жена!

— Можно ваш паспорт? — выставляя перед собой ладонь, попросила девушка в халате.

— Да, конечно, — достав из сумки свой паспорт, я протянула его девушке. Полистав страницы, она удивлённо посмотрела на меня.

— Но у вас нет печати о браке…

— Я гражданская жена, — быстро поправила я, и медсестра покачала головой, отдавая мне паспорт обратно.

— Нельзя. Дозволено лишь прямым родственникам. Вот, например, мать, — кивая в сторону Марины Дмитриевны, сказала девушка и развернулась, чтобы уйти.

Воспользовавшись тем, что она отвлеклась, я быстро шмыгнула к двери в палату.

— Девушка! Туда нельзя! — мне в спину закричала медсестра, но я уже стояла в дверном проёме. Мои глаза широко распахнулись от увиденного, и я замерла.

На больничной койке лежало обездвиженное тело Стаса, к которому были подсоединены множество трубок и проводов. На его бледном, как смерть, лице была маска, через которую в лёгкие поступал кислород. Я подняла глаза на кардиомонитор, на котором был едва заметен сердечный ритм. И тут я поняла, что Стаса от смерти отделяет лишь этот аппарат, к которому он подключен через маску, а так бы он уже давно перестал дышать, а сердце остановилось.

Я стояла с каменным лицом и, казалось бы, уже вросла в пол, но какой-то мужчина за локоть оттащил меня в коридор, усадив на стул.

— Девушка, я же говорил вам, что нельзя входить в палату к больному, — склонившись над моим лицом, тяжело вздохнул мужчина в белом халате, — Болезнь заразна, а вы к тому же ещё и беременны.

— Он не дышит… — себе под нос пробормотала я, всё ещё не отходя от увиденного, — Стас не дышит…

— Дайте девушке успокоительного, — обращаясь к медсестре, сказал врач, — И следите, чтобы никто больше не входил к больному в палату.

— Хорошо, Игорь Евгеньевич, — кивнула медсестра, садясь рядом со мной, — Если вы будете так нервничать, то может случиться выкидыш. Будет лучше, если вы полежите пока у нас на сохранении. Так будет лучше и для вас, и для ребёнка. Да и спокойнее будет.

Всё было, как в тумане. Я не слышала, о чём она говорила, не слышала слов матери Стаса. Но чуть позже поняла, что она согласилась, чтобы я легла на сохранение, и теперь меня отправляют в родильный дом.

— Алиса, так будет лучше для всех, — прощаясь, сказала Марина Дмитриевна, — Ты перенервничала. Тебе нужен покой. За тобой присмотрят самые лучшие специалисты.

Я ничего не ответила, только устало вздохнула, прикрывая глаза.

— Что будет с компанией? — шёпотом спросила я.

— Я всё решу. Ты только не волнуйся, — касаясь моего плеча своей ладонью, ответила Марина Дмитриевна, — Тебе станет легче, тогда и посмотрим. А пока я всё буду решать сама. К тому же там есть Лиза и этот иностранец, который теперь тоже часть компании.

Я пролежала на сохранении около трёх недель, может чуть больше. Особо ничего не изменилось, разве что меня обследовали врачи и я чудом не потеряла ребенка от очень сильного стресса. Меня пичкали успокоительными, из-за которых я не могла больше нервничать, и жизнь заиграла новыми красками — чёрно-белыми. Мне ничего не было интересно, и даже навещавшие Карина и тётя Оля не смогли поднять мне настроение. Всё было однообразно и скучно. Казалось бы, я впала в депрессию и больше не хотела жить.

Наступила зима. Все дороги завалило снегом, и ребятишки за окном уже во всю лепили снеговиков, снежные крепости, катались с горок. С каменным лицом я сидела на подоконнике, наблюдая за ними. Мои руки лежали на животике округлой формы, который я с трепетом гладила.

«Скоро и у меня появится такой маленький малыш»— думала я, и эта мысль заставляла меня хоть немного улыбаться.

Послышался щелчок двери, и я обернулась. В пороге стояла тётя Оля.

— Привет… — слабо улыбнулась я.

— Привет, родная. Сегодня поедем домой, — оповестила меня тётя, целуя в щёку, — Ты готова?

— Да. А то я уже устала здесь находиться.

— Лис, ну ты же понимаешь, что у тебя была угроза выкидыша. Нельзя было так рисковать твоим здоровьем и здоровьем малыша.

— Я понимаю, — слезая с подоконника, кивнула я, — И я уже соскучилась по твоей домашней еде.

— Я с утра нажарила твоих любимых булочек с корицей, вчера борщ сварила, — сказала тётя, — Кстати, вчера ко мне приходила Марина Дмитриевна. Мы с ней чаю выпили, побеседовали.

— Что-то известно про Стаса? — сухо спросила я, хотя внутри бушевало волнение. Тётя покачала головой.

— Марина Дмитриевна сказала, что всё без изменений, — ответила она, утаив от меня правду, что Стасу стало только хуже. Никакие лекарства не помогали, и он уже был ещё на шаг ближе к смерти.

— Ясно, — вздохнув, я опустила глаза.

— Собирайся, Лиса. Поедем домой.

— Тётя, а почему ты сегодня не на работе? — спросила я, когда мы сели в машину такси, — От скуки я посчитала твой график и поняла, что сегодня ты работаешь.

— Мне дали новую работу, — ответила она, — Теперь я работаю в платной клинике и получаю хорошую зарплату.

— Марина Дмитриевна? — догадалась я, услышав о хороших условиях и зарплате. Тётя хотела начать отнекиваться, но потом всё-таки призналась.

— Да. Это она меня устроила.

— Ясно. Так вы теперь с ней подруги? — со скептическим смешком спросила я.

— Она просто нам помогает.

— Потому что чувствует вину, — фыркнула я, отворачивая голову.

— Даже если и так. Почему я должна отказаться?

— Ты ничего никому не должна. К тому же я покамест не работаю. Нужно же на что-то жить.

— Вот именно.

— А Марина Дмитриевна говорила что-то о компании?

— Она просила, чтобы когда тебя выпишут, ты съездила в офис и всё проверила, — ответила тётя.

— Да. Она мне говорила об этом. Я думала, может что-то ещё…

— Нет. Она нам и так хорошо помогает. Оплачивает лечение, врачей, нашла мне хорошую работу, о тебе заботиться.

— Да, Марина Дмитриевна действительно один раз ко мне заезжала. Мы говорили о Стасе, о компании. О том, что будет дальше… — опустив глаза, я тяжело вздохнула.

— Если вдруг случится непоправимое, то ей придется продать самую крупную фирму, ведь вести бизнес сразу в нескольких компаниях Москвы в одиночку будет очень сложно. Марина Дмитриевна и так еле справляет с менее крупными предприятиями. Теперь нет ни мужа, ни сыновей. Если она останется совсем одна…

— Никаких «если»! — резко подняв взгляд на тётю, нахмурилась я, — Стас выздоровеет, и всё станет на круги своя.

— Дай бог, — со вздохом произнесла тётя, — Дай бог он увидит своё дитя.

Машина остановилась, и мы, расплатившись, вышли. Сильный ветер тут же хлестнул по лицу, и я, натянув на голову капюшон, поспешила в дом. Тётя побежала следом, укрываясь от назойливого ветра, смешанного со снегом. У самой двери я остановилась, ожидая пока тётя откроет дверь своим ключом. На мою ладонь упала снежинка, которое в мгновенье растаяла, оставив на моей ладони воду.

— Проходи, не мёрзни, — тётя поспешно открыла дверь, впуская меня вовнутрь, — Я сейчас заварю горячего чаю. Нужно согреться.

На следующий день я была вынуждена взять себя в руки и, забыв о всех переживаниях и проблемах, поехать в офис компании «Габворд». Строгий деловой костюм, обтягивающий мой небольшой животик, высокий хвост и макияж, подчёркивающий строгость моего образа. Сегодня я была абсолютно другим человеком, которому нужно было заменить Стаса и справиться со всеми его обязанностями в компании.

«Я просто не могу подвести Стаса и Марину Дмитриевну»— твердила я у себя в голове, переступая порог офиса. Ни меня, ни Стаса не было здесь около месяца. Многое поменялось за время отсутствия Стаса. Теперь в компании хозяйничала Лиза, руководя ею вместе с Оливером. Но не тут то было…

— Здравствуйте, Алиса Вадимовна, — поприветствовала меня Алёна, стараясь скрыть удивление со своего лица.

— Доброе утро, — холодным тоном ответила я, шагая в кабинет, принадлежащий Стасу.

Мои уверенные шаги тут же привлекли всеобщее внимание, и уже у дверей я встретилась с Лизой.

— Неужели теперь ты будешь управлять компанией? — хмыкнув, спросила она, окидывая меня презрительным взглядом.

— Это временно. Стас поправится, и тогда всё станет на свои места, — ответила я.

— Ну-ну. От туберкулёза мало кто излечивается, тем более от латентной инфекции.

— Замолчи! — с гневом выкрикнула я, сжимая дверную ручку, — Разве ты не говорила о своей бесконечной любви к Стасу? Где она теперь, когда ты уже похоронила его?

Лиза открыла рот, чтобы что-то ответить, но на её плечи легли тяжёлые руки Оливера.

— О чём спорите, девчонки? — улыбаясь, произнес он, поглядывая на меня, — Как там твой жених? Недавно в компанию приходили журналисты. Было много вопросов…

— Я на всё сама отвечала, — перебила его Лиза, — Ты ведь чуть не потеряла ребенка. Сочувствую тебе.

— Себе посочувствуй! — хлёстко отрезала я, поджимая губы, — С ребенком всё в порядке. Надеюсь, что ты рассказала об этом прессе.

— Новость о смертельной болезни Гордеева разлетелась по всему интернету. Все уже раздумывают, кто продолжит его дело, когда отец и брат сидят в тюрьме. Ты, что ли?

— Тебя это не должно волновать! — всё с той же грубостью ответила я, — Займись делами компании. Сейчас я как раз собираюсь проверить, как идут дела за время отсутствия Стаса.

— Всё замечательно, — надменным тоном хмыкнула Лиза, — Продажи растут. Мы с Оливером отлично справляемся.

— Рада слышать. Не думаю, что Стас был бы рад, если бы вы угробили компанию за месяцы его отсутствия, — распахнув дверь, я сняла верхнюю одежду и расположилась на стуле Стаса, — А теперь можно мне отчёт за прошлый месяц?

— Алёна, принеси, — приказным тоном сказала Лиза, слегка оборачиваясь, — Сейчас всё будет. Но можешь не сомневаться в том, что у нас всё в порядке.

— А пиар компании? Как с ним дела?

— Я великолепно делаю свою работу. А Оливер справляется с клиентами, — невозмутимо ответила Лиза, поглядывая на Оливера, — Мы профессионалы своего дела, поэтому знаем, что и как нужно делать.

— Чудесно. А теперь приступайте к самому этому делу, — кивая головой в сторону двери, сказала я.

— А ты разберёшься с… — хотела было спросить Лиза.

— Можешь не сомневаться! — перебила её я, откидываясь на спинку стула, — Я своего жениха не подведу, — гордо сказала я.

— Ладно. Тогда пойдём, Оливер, — насупив свои нос и лоб, буркнула Лиза, и они с Оливером покинули кабинет, оставив меня наедине со своими мыслями. Наконец я могла убрать эту невозмутимость со своего лица. Всё это было ну очень сложно. Сложно было сдерживать себя, свои эмоции. Сложно держать себя в руках, когда речь идёт о больной для меня теме.

«Не представляю, как Стасу удавалось сохранять спокойствие и безразличность, когда на душе скребут кошки. Я вот-вот сойду с ума, находясь наедине с собой».

Мои мысли прервал звук открывающейся двери. Подняв голову, я встретилась взглядом с недругом Стаса, которого хорошо знала в лицо.

— Роман? Здравствуйте, — поднимаясь из-за стола, произнесла я.

— Можешь не вставать, — махая рукой, он сел на диван снял с себя куртку, — Я пришёл поговорить.

— Если вы не знаете, то Стас…

— Об этом знают все, — не дал мне закончить Роман, — Твой, так называемый, женишок лежит при смерти.

— Что значит «так называемый»? — сглотнув, спросила я, скребя ногтями по столу.

— Ну мы ведь оба понимаем, зачем ты была с московским миллионером, — подмигивая, усмехнулся Роман.

— Я вас не понимаю, — с трудом сдерживая злость, прошипела я.

— Да всё ты прекрасно понимаешь, — Роман встал на ноги и медленной походкой подошёл к столу, — Что, простой сироте захотелось денежек, так нашла себе богатого папочку?

Я вскочила из-за стола, сверля Романа гневным взглядом.

— Немедленно прекратите!

— Ну всё-всё, не злись, — засмеялся мужчина, выставляя руки перед собой, — Я тебя не осуждаю. Скорее наоборот. Это хорошо, когда такая красивая девушка может ублажить богатенького, который будет её обеспечив…

Я заткнула рот Романа звонкой пощёчиной, от которой тот на секунду замолчал. Я ожидала, что он меня понял и наконец уйдет со своими грязными словечками, но Роман явно так не думал. Погладив свою щёку ладонью, он усмехнулся.

— А ты бойкая… Теперь понимаю, чем ты смогла зацепить Стасика.

— Выйдите отсюда немедленно, — сквозь зубы процедила я, — А то мне придется позвать охрану.

— Не нужно никакой охраны, — Роман чуть смягчил свой тон, наклоняясь над столом, — Я пришёл просто поговорить с тобой.

— Только быстро. У меня нет на вас времени, — я вновь села на стул, закидывая ногу на ногу.

— Какая ты занятая, — хмыкнул Роман, — Но не думай, что всё это надолго. Рано или поздно твой Стасик умрёт, и ты останешься без папочки. Кто будет оплачивать все твои гулянки? Его мать? Да ей плевать и на тебя, и на сына. Ей подавай деньги. В тот же день, когда её сынок умрёт, она продаст его долю в компании какому-нибудь другому богачу, а, может, даже и мне, и навсегда забудет о тебе и нахлебнике в твоём пузе.

— К чему вы клоните? — уже на грани, чтобы отвесить этому наглецу вторую пощечину, произнесла я.

— К тому, что ты, девочка, останешься совсем одна, — Роман совсем близко наклонился над моим лицом, беря за подбородок, — Но я готов тебе помочь.

— Я даже не намерена слушать ваши грязные предложения, — отрезала я, отталкивая Романа, — Так что попрошу вас покинуть кабинет, а потом и офис.

— Это ты зря. Я ведь только с добрыми намерениями, — с ухмылкой произнёс Роман. Я отвернула от него голову, ожидая скорого ухода, но мужчина лишь ещё ближе подошёл ко мне, обойдя стол, — Ты будешь моей. Нужно всего лишь делать то, что ты делала Гордееву.

— Пустите! — взвизгнула я, когда Роман схватил меня за горло, перекрывая кислород.

— Не пикай мне тут… — грубо прошипел мужчина, затыкая мой рот мощным поцелуем.

Я всеми силами пыталась оттолкнуть его, но бессмысленно. Роман был в разы сильнее меня, и я уже тысячу раз пожалела, что подпустила его к себе ближе, чем на метр. Мужчина принялся раздевать меня прямо на крученом стуле, не давая даже пикнуть.

На пороге появился Давид. В недоумении он смотрел на меня и Романа, после чего наконец оттолкнул незваного гостя.

— Придурок, Шишкин! Вали отсюда и не смей трогать жену Стаса! Я сейчас ментов вызову!

Больше слов не нужно было. Словно подстреленный, Роман убежал из кабинета, едва не забыв захватить свою куртку.

— Что ему от тебя нужно было? — вставая рядом со мной, спросил Давид.

— Ты вовремя. Спасибо, — ещё не успев отойти от шока, выдохнула я, — Роман уже похоронил Стаса и предлагал мне стать его любовницей.

— Вот же ж кретин, — сверкнул зубами Давид, — Уже пол-Москвы поимел. Теперь и до тебя добрался.

Я кивнула, опуская глаза.

— Почему ты здесь? Насколько я знаю, ты свою долю продал…

— Алис, я тебя всю неделю искал, с того момента, как меня выписали. Карина рассказала мне о произошедшем, о болезни Стаса, о твоей беременности. Мне очень жаль….

— Не нужно играть в верного друга, — с грубостью отсекла я, — Ты уже показал свою истинную натуру, когда продал свою долю не лучшему другу, а какому-то иностранцу. Ты предал Стаса.

— Так ты не знаешь… — Давид печально вздохнул, опираясь о стол обеим руками.

— Чего я ещё не знаю? — раздраженно фыркнула я, скрестив руки на груди.

— Я не предавал Стаса. Ну, вернее, не совсем…

— А что же тогда? Просвети меня, — я заинтересованно посмотрела на Давида, приподнимая брови.

— Несколько месяцев назад я летал в командировку в Новую Зеландию, — начал Давид, растерянно бегая глазами по столу, — Там я случайно попал в компанию одного бизнесмена. Это был Оливер Трикс. Он лютый картежник, отлично играет в покер. В общем, я согласился с ним сыграть и так вышло, что проиграл немаленькую сумму, которой у меня собой не было. Короче, я был вынужден отдать ему 25 % акций компании «Габворд». Я знал, что Стас мне этого не простит, вот и не сказал ему, что свою долю проиграл, а не продал.

— Ты проиграл свои акции в покер!? — ошарашенно переспросила я.

— Так вышло… — Давид виновато пожал плечами.

— М-да… Я была о тебе лучшего мнения, — качая головой, произнесла я.

— Прости… — не смотря мне в глаза, сокрушённо произнёс он.

— Это тебе не у меня прощение просить нужно, а у Стаса, который сейчас на грани смерти.

— Я знаю. Был в больнице. Меня не пустили.

— Меня тоже. Туберкулёз заразен. Посещение издалека позволено лишь прямым родственникам.

— Я не понимаю, где Стасян мог подхватить такую страшную болезнь, — берясь за свою голову, тяжело вздохнул Давид.

— Думаю, это из-за курения. Я так и не смогла уберечь Стаса от этой ужасной привычки, — произнесла я, чувствуя, как к горлу начинает приставать тяжёлый ком.

— Нам остаётся лишь молиться. При такой страшной болезни только бог может помочь.

Я прикрыла глаза и резко отвернулась, не желая показывать Давиду свои слёзы, которые я была не в силах сдерживать. Видя моё состояние, Давид поспешил вновь оставить меня одну.

— В общем, я пришёл сказать, что если тебе что-нибудь будет нужно от меня, то ты обращайся. Я всегда помогу, — на последок произнёс Давид.

Я проводила его до двери мёртвым молчание, продолжая смотреть в окно. Коснувшись пальцем запотевшего стекла, я тронула своё отражение. На меня сейчас смотрела измученная девушка, по щекам которой текли слёзы.

«Девочка моя…»

Я обернулась на знакомый голос и окаменела. В самом углу стоял Стас в белоснежных одеяниях. Меня это жутко напугало и бросило в дрожь.

— Стас, почему ты… — хотела спросить я, но мой мужчина в мгновение оказался перед моим лицом, приставляя палец к губам.

«Ничего не говори, моя милая… Ничего не говори…»

Стас вытер мои заплаканные глаза своей ладонью и посмотрел в моё изумленное лицо.

«Ты сильная… Ты очень сильная, Лиса… Ты даже сильнее меня… Ты справишься… Я знаю это…»

Я приоткрыла рот, но Стас прошептал: «Тс-с…», поднося палец к моим губам. Не отрывая своих глаз от любимого, я обняла его руку, чувствуя насколько она холодная, даже ледяная.

— Не уходи… — взмолилась я, изо всех сил обхватывая его руку, — Прошу… Не оставляй меня…

«Не оставлю…»— ответил нежный голос любимого, и в мгновенье он растворился в моих глазах, полных слёз. Я посмотрела на свои ладони, которыми буквально секунду назад обнимала Стаса, и мои губы вылились в печальной улыбке. Его голос всё ещё звенел в моих ушах, не покидая.

Прошло два месяца. Всё шло своим чередом, но только одно оставалось неизменным. Стас по-прежнему лежал в больнице, так ни на секунду не открыв глаза. Кислород в его организм поступал всё так же через трубку, а я молилась, чтобы мой любимый сделал хоть один вздох самостоятельно.

В компании всё шло более менее стабильно. Управлять крупнейшим предприятием Москвы оказалось не так просто, и мне зачастую приходилось просить совета у Марины Дмитриевны, которая мне охотно помогала. Я была сильно удивлена такой резкой перемене по отношению ко мне, но не предавала этому особого значения, ведь внутри у меня был её внук или внучка, так что всё очень даже логично. Вся её забота вполне оправдана.

— Я записала тебя на УЗИ, — позвонив с утра пораньше, оповестила Марина Дмитриевна, — Так что собирайся и езжай. Запись на 12.

— Ладно, — согласилась я, зная, что у меня и так нет выбора.

У тёти не вышло поехать вместе со мной из-за работы, поэтому мне довелось отправиться на УЗИ в одиночку.

— И-так… — протянула врач, водя специальным прибором по моему животу, — У вас мальчик. Тут отчётливо видно.

Я улыбнулась сама себе, поглядывая на экран. Не знаю, что там увидела врач, но лично я в этих кляксах и закорючках не понимала ничего.

— У меня будет сын, — вслух произнесла я, — С ним всё в порядке?

— Да. Плод развивается нормально, никаких отклонений не вижу, — ответила врач, — Можете одеваться.

Встав с кушетки, я натянула брюки и застегнула рубашку.

— Всего доброго, — захватив распечатанное фото с УЗИ со стола, простилась я.

— До свидания. Через месяц вы приходите снова, — напомнила врач.

— Да, конечно. Я помню.

Накинув капюшон на голову, я вышла из медицинского центра.

«Нужно съездить в больницу. Марина Дмитриевна уже должна быть там»— думала я, заказывая машину такси.

Поднявшись на лифте до нужного этажа, я быстрыми шагами направилась по коридору к уже знакомой двери, где провела ни одну бессонную ночь. Около палаты, где лежал Стас, сидела Марина Дмитриевна. На своих коленях она держала какую-то бумагу, чиркая по ней ручкой.

— Что происходит? Что вы подписываете? — не поняла я, выхватывая из её рук документ, — Отказ от услуг…. Что всё это значит!?

Шокированным взглядом я оглядела двух врачей, которые смотрели на меня, как на инопланетянку.

— Я спрашиваю, что это за документы!? — возмущенным тоном повторила я.

— Алиса, всё кончено… — обречённо вздохнула Марина Дмитриевна, опуская глаза в пол.

— Что кончено!? О чем в… — я не договорила. Пустой взгляд Марины Дмитриевны говорил сам за себя. Я всё поняла, но не хотела верить, — Нет… Не может быть…

— Да, Алиса… Стас уже три месяца лежит без сознания, не может даже дышать самостоятельно, — Марина Дмитриевна сглотнула. Следующие слова дались ей очень непросто, — Никаких изменений нет. Ему стало только хуже.

— Он что… Умер? — захлебываясь в собственных словах, прошептала я. Выхватив из моих руку подписанный ею документ, Марина Дмитриевна отдала его врачу.

— Болезнь с каждым днём только прогрессировала. Шансов на излечение попросту нет, — монотонно произнёс мужчина в белом халате.

— Вы подписали отказ от услуг врачей? — ошарашенно спросила я, глядя на Марину Дмитриевну. Та еле заметно кивнула, — Да как вы можете!? Стас ведь ваш родной сын! А вы просто берёте и подписываете ему смертный приговор!

— Ты слышала врача. Никаких гарантий, что Стас проснется нет. Он не проживёт без искусственной подачи кислорода и минуты. Всё кончено. Я ее хочу мучать ни себя, ни тебя, ни сына. Я простилась с ним… — поджав нижнюю губу, Марина Дмитриевна отвернулась и быстрыми шагами направилась к выходу по длинному коридору.

— Вы жалкая предательница! — ей вслед закричала я, — Сейчас вы отказались не только от родного сына, но и от внука!

Я ожидала, что хоть эти слова вынудят Марину Дмитриевну задуматься и остановиться, но этого не случилось. Свернув за углом, она даже не обернулась, бесчувственно глядя впереди себя.

Я повернула голову. Двое мужчин в халатах двинулись к палате, где лежал Стас.

— Не смейте! — завопила я, вставая перед дверью, — Вы не можете просто взять и лишить жизни ни в чём не повинного человека! Вы же давали клятву Гиппократа!

— Девушка… — тяжело вздохнул один из врачей, — У нас есть согласие матери на отключение аппарата искусственной вентиляции лёгких.

— И что с того!? Как вы можете убить человека!? — я расставила руки в стороны, преграждая им путь в палату, — Он же живой!

— Вы и нас поймите. К чему подавать кислород человеку, чьё сердце еле бьётся, а дыхание так и вовсе скоро прекратится? Неделя-другая и он умрёт. Болезнь с каждым днём только прогрессирует, улучшений нет.

От его слов у меня сжималось сердце, а глаза залились слезами.

— Что ж вы за врачи такие, что не даёте гарантий для своих больных!? — отчаянно закричала я, — Вы, наоборот, должны вылечить туберкулёз, а не бросать всё на полпути!

— Девушка… — доктор потряс передо мной подписанным Мариной Дмитриевной договором и обратился к коллеге, — Помоги девушке найти выход.

— Нет-нет, стойте! — я выставила руки перед собой, — Я хочу в последний раз его увидеть… Позвольте проститься… — взмолилась я.

Мужчины переглянулись, вздыхая.

— Ладно. У вас две минуты, после чего мы отключаем аппарат, — произнёс один из врачей, и я отошла от двери, позволяя ему её открыть.

Вот уже во второй раз я навещаю обездвиженное тело Стаса, подключенное к аппарату искусственного дыхания. Я присела на корточки перед постелью, беря в свои ладони руку Стаса. Она была настолько бледной, что сливалась с простыней. Стянув со своего безымянного пальца кольцо с именем своего возлюбленного, я надела его на мизинец Стаса, как бы передавая любимому дорогую сердцу вещь. Внутри меня всё ещё томилась надежда, что быть может этот простой кусок металла — не просто кусок. Ведь ещё буквально полгода назад эти кольца были надеты на наши со Стасом пальцы насильно, без желания. А вот сейчас это нечто важное, как для меня, так и для любимого. На своём пальце он носит частичку меня, а я — его.

Я взглянула в лицо Стаса, за все эти месяцы обросшее густой щетиной. Я провела по ней рукой, склоняясь над лицом любимого. От сильного и властного мужчины не осталось и следа. Под глазами Стаса красовались огромные синяки, больше похожие на глубокие впадины. Кровь уже практически не циркулировала в его организме, делая кожу страшно бледной. Стас весь осунулся, а его лицо вытянулось, приняв форму овала.

Я посмотрела в его плотно закрытые глаза, мысленно прощаясь. Ведь его сердце бьётся последние минуты, его глаза больше никогда не посмотрят на меня с любовью, а уста не произнесут моего имени. Для меня время остановилось, и я уже не могла жить дальше. Просто не представляла, как я могу жить без Стаса, ведь за всё это время именно этот грубый и холодный мужчина стал для меня всем. Стал смыслом моей жизни, тем, ради чего я жила.

От самых приятных и нежных воспоминаний из моих глаз потекли слезы, одна из которых упала прямо на щетинистую щеку Стаса.

— Всё, девушка. Заканчивайте, — отгоняя меня от постели, произнёс мужчина.

Вставая, я последний раз взглянула в закрытые глаза Стаса, мечтая, чтобы и он хоть на секунду на меня посмотрел.

Один из врачей, взяв меня за локоть, оттащил к дверному проёму, когда другой подошёл к койке, отсоединяя провода от Стаса.

— Что вы делаете? — послышался хриплый мужской голос, до боли напоминающий голос Стаса. Я помотала головой, стараясь избавиться от галлюцинаций.

«Я уже схожу с ума. Везде слышу и вижу Стаса»— я несколько раз поморгала, а потом резко обернулась, — «Нет, мне не показалось. Это действительно голос Стаса».

Его глаза были широко распахнуты, а растерянный взгляд бегал по больничной палате.

— Стас! — вырвалось у меня, и я ринулась к его постели, — Ты очнулся! Ты жив!

Оба доктора ошарашенно переглянулись, глядя на очнувшегося Стаса, как на что-то фантастическое.

— Быть этого не может… — разводя руками, произнёс один мужчина, — Он должен был умереть…

— Подожди, Миша! — другой врач подошёл к постели Стаса, разглядывая кардиомонитор, — Тут какое-то чудо случилось! Зови профессора! Нужно всем рассказать!

Тот мужчина, которого назвали Михаилом, в момент выбежал из палаты, даже не захлопнув дверь.

— Алиса, что происходит? — тихим голосом прошептал Стас, поглядывая на меня, — Где я?

Всё моё тело содрогнулось, когда я вновь услышала голос любимого, а слёзы печали сменились на счастливую улыбку. От счастья я аж потеряла дар речи, поэтому смогла только взять Стаса за руку.

— Милый, ты в больнице, — смогла выдавить из себя я, — Несколько месяцев назад тебе поставили смертельный диагноз, но ты выжил.

— У меня что, рак? — задыхаясь от маски на своём лице, кашлянул Стас. Я покачала головой.

— Туберкулёз.

— Тогда почему я жив? — непонимающе глядя сначала на меня, а потом на врача, спросил Стас.

— Я же говорю, произошло чудо, — повторил мужчина, — Ранее ещё никому не удавалось излечиваться от такой страшной болезни на поздней стадии. Вы первый.

В ответ на моё счастливое выражение лица Стас лишь повёл бровями.

— Можете снять эту маску. Дышать нечем, — скривился он.

— Да, конечно, — протянув руку, доктор освободил лицо Стаса от ненужных проводов и трубочек, после чего тот с облегчением выдохнул, — Вы смогли победить болезнь.

— Туберкулёза больше нет? — всё ещё не веря в услышанное, переспросила я. Доктор закивал головой.

— Это какая-то аномалия. В моей практике такое впервые.

Я изо всех сил обняла ладонь Стаса, целуя её тыльную часть.

— Стась, ты очень сильный. Ты смог победить туберкулёз, — улыбаясь ему в лицо, произнесла я. Стас захлопал глазами, ещё не до конца осознавая, что произошло, и о чём мы говорим.

Я уткнулась лицом в его грудь, вдыхая аромат своего мужчины.

— Не представляю, как бы я без тебя жила… — на выдохе прошептала я, — Ты моё сердце…

Рука Стаса опустилась на мою голову. Он нежно провёл пальцами по волосам, закладывая одну прядь за ухо.

— А ты моё дыхание… — шёпотом ответил он, — Не думаю, что я смог бы начать снова дышать без твоей поддержки. А вернее, я уверен в этом.

Я закрыла глаза, расплываясь в улыбке. Моему счастью не было предела, а сердце буквально разрывалось на части от осознания того, что нашей со Стасом любви теперь уже ничего не сможет помешать, и все трудности мы смогли побороть. Вместе…

Такой трепетный момент нарушил звук открывающейся двери. Я резко подняла голову, ловя на себе взгляды несколько мужчин и одной девушки. Все они были в белых халатах и чепчиках на головах. Вся эта толпень смотрела на Стаса, как на какое-то «оно», сверля его ошарашенными взглядами.

— Вот это очень редкое явление, когда человеческий организм смог победить латентную инфекцию. За 35 лет своей практики я ещё ни разу не встречал подобной аномалии, — громко произнес мужчина с седой бородой, указывая пальцем на Стаса. Остальные, видимо интерны, очень внимательно его слушали, разглядывая Стаса.

Мы с ним удивленно переглянулись, вскидывая брови, но решили не мешать лекции, ведь теперь Стас станет объектом для всеобщего исследования, интересующим многих медиков, да и не только.

Хлопнула дверь, и Марина Дмитриевна с тяжёлым вздохом бросила свою дамскую сумку на кресло. Сняв с себя шубу, она расположилась на широком диване, откинув голову назад. События сегодняшнего дня сильно подкосили её, но такая сильная женщина, как Марина Дмитриевна не станет показывать свою слабость даже самой себе. Сейчас она выпьет несколько бокальчиков красного, и всю головную и душевную боль как рукой снимет.

Бутылка. Штопор. И вот Марина Дмитриевна уже сидит, закинув ногу на ногу, на мягком диване. Налив в бокал вина, она подносит его у своим губам, делая небольшой глоток.

— Марина, ты здесь!? — раздался громкий мужской голос. Даже не оборачиваясь, Марина Дмитриевна поняла, кто его владелец.

— Неужели тебя отпустили? — равнодушно протянула она, запрокидывая голову на спинку дивана.

— Адвокат договорился. Меня отпустили по УДО, — располагаясь рядом с женой, ответил Владимир Петрович.

— Ясно. Недолго ж ты сидел, — даже не глядя в сторону мужа, произнесла Марина Дмитриевна.

— Марин, а где наш сын?

— Сидит в тюрьме, — монотонно ответила женщина.

— Я про старшего. Что-то я никак не мог до него дозвониться. Думал он дома. Его и там нет. Может стоит съездить в офис? Не знаешь, Стас там? — оборачиваясь о спинку дивана, спросил Владимир Петрович.

— Ты его уже нигде не найдёшь, — произнесла Марина Дмитриевна и наконец удосужилась повернуться к мужу, — Стас умер.

Глаза Владимира Петровича приняли форму огромных шаров. На несколько секунд он даже потерял дар речи, не понимая, как она может так спокойно говорить о таких ужасных вещах.

— Что ты несёшь? Что значит умер? — ошарашенно спросил мужчина.

— А вот так вот, — развела руками Марина Дмитриевна, — Пока ты пухнул в тюрьме, нас старший сын боролся за жизнь. У него был туберкулёз.

— К-как? — Владимир Петрович замер, каменным взглядом сверля жену, — Стас умер? Когда это произошло? Почему я, чёрт возьми, не знаю об этом!? — его голос повышается и начинает дрожать, — Почему ты не сказала!?

— А ты на меня не ори! — гневно хлопнула по ручке дивана Марина Дмитриевна, — Пока ты прохлаждался, я проводила в больнице с сыном недели! И вот только сегодня я отказалась от услуг врачей, после чего они отключили Стаса от аппарата искусственной вентиляции лёгких! Я ничего не могла сделать! Медицина была бессильна!

В ответ на разгневанное лицо жены Владимир Петрович опустил глаза, вздыхая.

— И что же теперь будет с бизнесом? — себе под нос спросил он, — Я ведь доверил его своему самому смышлёному и ответственному сыну.

— Я думала над этим.

— И что же решила?

— «Габворд» мы продадим. 65 % акций это просто огромная прибыль, на которую мы жили все эти годы. Но сейчас мы не потянем.

Марина Дмитриевна поднесла бокал к своим губам и отпила немного вина.

— А Алиса? — спросил мужчина.

— А что Алиса? Хоть она сейчас и занимается делами компании, но это надолго. Она беременна и уже скоро станет матерью. Ей будет не до бизнеса.

— Алиса носит ребенка Стаса?

— Да. Как жаль, что наш сын его не увидит, — смахивая воображаемую слезу со своего глаза, ответила Марина Дмитриевна, — Я всё так же буду заниматься своим бизнесом…

— Ой! Тоже мне бизнес! — со скептической ухмылкой произнёс Владимир Петрович, махая рукой, — Твои эти салоны красоты…

— А у самого то что!? Рестораны!

— А что рестораны то!? У меня отличная сеть самых лучших ресторанов Москвы. Я имею отличную прибыль уже не один год.

— Но согласись же, что мы имеем такую популярность и деньги только из-за «Габворда»?

Владимир Петрович согласно кивнул.

— Ничего не поделаешь. Вот родится у нас внук или внучка, сможем передать ему или ей свой бизнес.

— Не заглядывай так далеко. Алиса обижена на меня, так что теперь не станет даже разговаривать. Надеюсь, хоть рождение ребенка нас сблизит с несостоявшейся невесткой.

— Но она всё-таки смогла поменять Стаса… — задумчиво произнес Владимир Петрович, смотря на жену.

— Да какая уж теперь разница? Мы остались без сыновей. Всё придется брать в свои руки, как тогда в молодости.

— Да-а… — протянул Владимир Петрович, поднимая голову к потолку, — Хорошее было время. Мы бизнес мутили, помню вложились в первое дело… Так страшно было, что можем прогореть…

Марина Дмитриевна вздохнула, кивая головой.

— И вправду. Теперь всё поменялось. Я всегда мечтала, что в старости около меня будут мои сыновья, которые будут опорой и поддержкой. А что теперь? Я потеряла обоих своих мальчиков…

Владимир Петрович опустил свою руку на плечо жены, делая глубокий вдох.

— Кольке дали 16 лет… — монотонным голосом сказал он.

— Кошмар… До чего мы докатились… Наш сын сел в тюрьму за убийство… Какой позор… Мне теперь стыдно людям в глаза смотреть…

На следующий день в больницу пришли Марина Дмитриевна, Владимир Петрович и Давид с Кариной, которым сообщили о смерти Стаса. Нужно было видеть глаза этих четверых, когда они увидели Стаса живым и невредимым, лежащим на постели и поедавшим кашу. Я провела весь день рядом с ним, кормя из ложечки и помогая размять кости после долгих месяцев, которые он провёл в обездвиженном состоянии.

Была сотня вопросов, на которые я отвечала с улыбкой. Стас был жив, а это самое главное. Мне уже было плевать на его мать, которая так бессовестно поступила с родным сыном, бросив его умирать. Я не стала говорить об этом поступке ещё очень слабому Стасу, ведь это очень подкосило бы его. Но я надеялась, что Марине Дмитриевне было стыдно за свой поступок и за то, что она не верила в своего сына.

— Сынок, я так рада твоему выздоровлению! А я ведь молилась, чтобы ты поборол эту страшную болезнь! Слава богу ты жив! — держа Стаса за руку, с улыбкой сказала Марина Дмитриевна, и меня аж всю перекосило от такого количества лести и лжи.

Дверь в палату открылась, и туда внесли несколько венков с надписью «Помним, любим, скорбим» и «Любимому сыну». Стас изумлённо оглядел всех присутствующих, ожидая, что хоть кто-то объяснит ему, что происходит.

— Меня уже кто-то собрался хоронить? — недовольным тоном спросил он.

— Сынок, просто понимаешь, врачи сказали, что ты точно не выживешь… — попыталась оправдаться Марина Дмитриевна.

— И потому вы купили мне похоронные венки? — перебил её Стас, хмуря свой лоб, — А гроб вы мне случайно не заказали? Место на кладбище купили уже?

Марина Дмитриевна и Владимир Петрович обменялись взглядами, но не стали говорить всю правду, ведь гроб и памятник уже были ими заказаны и ждали во дворе.

Сказать, что все были в шоке — ничего не сказать. Давид сильно «прифигел», узнав, что ужасная новость, которую ему сообщила Марина Дмитриевна — неправда. Карина приехала вместе с ним, чтобы поддержать. Её живот был такого же размера, как и мой.

Минут через двадцать приехала и моя тётя. Реакция была той же: квадратные глаза, временная потеря речи и минутный шок. После чего и она поздравила Стаса с победой над болезнью и пожелала скорейшего выздоровления.

Наконец нас оставили наедине. В течение часа все уехали, дав побыть мне и Стасу только вдвоём и насладиться обществом друг друга.

Стас утомленно посмотрел на меня, вздохнув.

— Лис, я так устал…

По его измученному лицу я и без слов это поняла.

— Мне уйти? — гладя его по руке, спросила я. Стас медленно покачал головой, — А что же тогда? Будешь ложиться спать?

— Хочу, чтобы ты всегда была рядом, — Стас перевернул свою ладонь, беря меня за руку.

— Я ведь и так рядом… — я одарила его белоснежной улыбкой, свободной рукой водя по щеке, — У тебя такая густая борода… Леший какой-то.

Мои слова вызвали у Стаса несколько коротких смешков, после чего он запрокинул голову назад, укладываясь на подушку.

— Если ты устал, то можешь поспать. Голова не болит? — обеспокоенно спросила я, трогая его лоб губами. Стас мотнул головой.

— Всё нормально.

— Ну-ну. Я помню эти слова. Теперь я уже не верю твоему «всё нормально». Из-за того, что ты меня не слушал, я чуть было не лишилась жениха, а наш сын отца.

Стас вопросительно выгнул одну бровь, наклоняя голову.

— Сын? — он перевел взгляд на мой небольшой животик, — Ты была на УЗИ или просто так думаешь?

— Я вчера была на УЗИ, — ответила я, вспомнив о снимке, сделанном в медицинском центре, — Сейчас покажу…

Я достала из своей сумочки фотографию и протянула её Стасу.

— Вот. Это наш сынок, — тыкая пальцем на картинку, улыбнулась я.

— И где здесь вообще человек? — ворочая фото вверх-вниз, хмурился Стас, — По-моему, это какие-то пятна. Вот линии, полоски… Я не вижу здесь никакого ребенка…

— Ну Стас, — я наигранно надула губы, забирая из его рук фотографию, — Тут же всё понятно.

— Ну-ну, понятно. Тогда покажи мне, где здесь хоть что-то похожее на человека, — скрещивая руки на своей груди, Стас посмотрел на меня. Я несколько секунд крутила в своих руках фото, а потом спрятала его обратно в сумку.

— Ты прав. Там ничего не понятно, — наконец согласилась я, — Но врач же лучше знает. У нас будет сын.

Стас опустил руку на мой живот, задумчиво глядя в некуда.

— Я его не слышу… — произнёс он, водя своей ладонью по моему животу. Я положила свою ладонь сверху, тоже прислушиваясь.

— Срок ещё небольшой. Чуть позже, думаю, мы уже сможем услышать, как он пинается.

— Ладно. Подождем, — засовывая обе руки под одеяло, улыбнулся Стас. Я сверкнула улыбкой в ответ на его счастливое выражение лица.

— Стась, я рада, что ты наконец улыбаешься, — умиротворённо произнесла я, — Да это великое чудо, что ты вообще дышишь. Если бы не оно, ты бы сейчас не смотрел на меня и не разговаривал. Не видел бы снимок с УЗИ.

— Знаю, Лис. Это знак, что мы должны быть вместе, и что я ни в коем случае не могу оставить тебя одну.

— Это очередное испытание наших отношений?

— Может и так, — пожал плечами Стас, поднимая край одеяла до своего носа, — Но главное — то, что мы его успешно прошли.

— Да, милый, — кивнула я, кладя свою руку поверх одеяла, — Теперь всё будет совсем по-другому. Мы заживём счастливо, как и мечтали до твоей болезни.

Стас опустил голову на подушку, рассыпая на ней свои густые волосы. С его губ не сползала улыбка, а глаза были мечтательно закатаны.

Я просидела у его постели около получаса, после чего, убедившись, что Стас уснул, наклонилась над его лицом, и нежно, стараясь не нарушить его сон, поцеловала в щеку, после чего удалилась из палаты.

Шли недели. Стас шёл на поправку, а я по-прежнему ухаживала за ним, каждый день приходя в больницу.

— Что с компанией? — в один из дней спросил Стас.

— Всё в порядке. Я сама всем занимаюсь, пока ты полностью не поправишься.

— А как там этот… Трикс? — напряг память Стас, вспоминая последнюю да и первую встречу с новым партнёром.

— Они с Лизой нашли контакт, — потерев палец о палец, ответила я. Стас усмехнулся.

— Всё с ними ясно. Я вижу Давида уже выписали. Как у него хватило только смелости припереться ко мне в больницу? Или он пришёл, потому что думал, что я уже мёртв.

— Ну-ну, Стас. Что ты говоришь? Давид же твой друг. Он…

— Никакой он мне не друг! — хмуро отрезал Стас, — Друзья так не поступают. Он предал меня.

— Но Стас, если бы Давиду было на тебя плевать, то он вряд ли стал бы рисковать жизнью ради тебя, — напомнила я Стасу из-за чего Давид несколько недель пролежал в больнице.

— Может и так. Но я уж точно не ожидал, что он может проиграть свою долю в компании в какой-то там покер.

Я впала в ступор на несколько секунд, после чего окинула Стаса пораженным взглядом.

— Ты всё знаешь?

— Я вижу, что и ты осведомлена о поступке Давида, — разочарованно протянул Стас.

— Да. Он мне рассказал, как летал в Новую Зеландию и проиграл там Оливеру свои 25 %.

— Угу. Придурок. А ещё так хорошо врал на протяжении нескольких месяцев.

— Стас, это в прошлом. Давид сам во всём виноват и сам ответил за всё. Он больше не имеет прибыли в самой престижной компании Москвы.

— Ты права. Не знаю, как он теперь будет выкручиваться.

Нашу оживленную дискуссию нарушила вошедшая в палату медсестра. Вежливо попросив меня уйти, она поставила Стасу внутривенную капельницу.

Я вышла в коридор, где столкнулась с Лизой. Несколько секунд мы молча сверлили друг друга взглядами.

— Чего ты здесь? — первой нарушила молчание я.

— Я узнала, что Стас оказывается жив, — пролепетала Лиза, поднимая руку с пакетом, — Вот, яблок ему принесла.

— Что, больше не надеешься стать владелицей всей компании? — хмыкнула я, скрещивая руки на груди.

— А я и не думала об этом, — как-то неуверенно покачала головой Лиза.

— Ну-ну. Все видели, как ты уже примеряла себе кресло Стаса, — я смотрела на неё с презрением, поджимая губы, — Какое разочарование, правда?

— Не неси чуши! — фыркнула Лиза, отводя глаза, — Стас мне очень дорог. Мы даже собирались пожениться.

— Не вы собирались, а ты, — поправила я, качая указательным пальцем, — Стасу всегда было на тебя плевать.

От моих смелых слов Лиза обиженно цыкнула и, распахнув двери, вбежала в палату. Я была в шоке от собственной смелости и оттого, что смогла наконец дать отпор обидчице, которая ищет в любой ситуации только собственную выгоду.

«Хотя не исключено, что она по правде любила Стаса, просто действовала слишком резко и неправильно, вот и не заинтересовала его. Но всё-таки Лиза и Стас имеют много общего. Может, именно поэтому их и хотели свести родители?»

Мои мысли прервал громкий голос Стаса, который доносился из палаты. Я слышала, как они с Лизой ругались, но не слышала из-за чего всё это началось. Любопытство было сильнее меня, и я приложила ухо к стене, вслушиваясь в их диалог.

— Ты пришла сюда, чтобы шантажировать меня!? — кричал Стас, — Было и было! Какого черта ты до меня сейчас докапываешься!?

— То есть для тебя это так просто!? — возмутилась Лиза.

— Предоставь себе! Мне на тебя плевать! — с широко распахнутыми глазами ответил Стас, — Плевать! Слышишь!?

Лиза развернулась на пятках и пулей вылетела из палаты, бросив дверь открытой, а меня изумлённой. Заглянув вовнутрь, я окинула Стаса удивленным взглядом. Словно рак, он сидел на постели с краснющим от гнева и волнения лицом, глядя впереди себя.

— Что у вас произошло? — осторожно спросила я, переступая порог. Взгляд Стаса резко поменялся. Поправив волосы, он посмотрел на меня с натянутой улыбкой.

— Да ничего особенного. Просто немного повздорили, — он беззаботно пожал плечами.

— А из-за чего? И почему Лиза так быстро убежала? Ещё и психовала…

— Да бог с ней! — махнул рукой Стас, всем своим видом показывая, что ничего важного не произошло.

— Так из-за чего вы спорили? — мне было очень любопытно из-за чего можно было так кричать и психовать, поэтому я продолжила допытывать Стаса.

— Да там из-за компании. Рабочие мелочи, — вновь отмахнулся Стас.

— И что это за мелочи такие, о которых я не знаю? — садясь около больничной койки, поинтересовалась я, — Если ты забыл, то всё это время именно я работала на твоём месте и я осведомлена обо всём, что творилось в офисе.

Стас на мгновенье растерялся, но потом всё мне объяснил.

— Я спросил у Лизы о делах компании, но она вместо того, чтобы рассказать мне о прибыли, клиентах и всякому такому, рассказывала об Оливере. Меня так раздражает этот выскочка. Прилетел из своей Зеландии и ещё выпендривается.

— Стас, но ты ведь видел его только один раз. Да и то это было больше трёх месяцев назад.

— Мне этого хватило, чтобы возненавидеть его, — буркнул Стас.

— Ладно. Сейчас ты встанешь на ноги и наконец вернёшься в офис. Всё встанет на свои места, как и было все предыдущие годы, — я протянула Стасу руку, переплетая наши пальцы.

— Ты отдала мне своё кольцо? — Стас указал на свой мизинец. Я кивнула, улыбаясь, — И зачем это интересно? У меня же теперь их два. А это парные кольца.

— Я просто хотела, чтобы у тебя была частичка меня, вот и надела на твой палец своё кольцо, — усмехнулась я, вытягивая свою правую руку вперёд, — Можешь надеть обратно.

— Ладно, — Стас стянул со своего мизинца кольцо, которое казалось очень маленьким по сравнению с его кольцом, и надел его на мой безымянный палец, — Я вернул его на своё законное место, — целуя тыльную часть моей руки, произнёс он.

— Пока ещё не законное, — поправила я, — Я ведь не твоя жена.

— Скоро станешь. Я ведь обещал, — Стас поднёс мою ладонь к своим губам, горячо целуя её.

— Ты ещё не до конца поправился. Да и с пузом на меня ни одно платье не влезет.

— Значит поженимся, когда ты родишь. Какие проблемы?

— Никаких! — помотала головой я, — Я готова ждать целую вечность.

— Вечности не будет. Максимум месяцев семь.

— Ты такой колючий, — рассмеялась я, гладя щёку Стаса, густо покрытую щетиной, — Но знаешь что? Борода тебе к лицу.

— Правда? Так что, не сбривать? — он положил обе свои ладони на свои щёки, разглаживая бороду.

— Разве что подровнять. А так тебе очень даже идёт. Стал брутальнее, что ли.

— Ладно, — пожал плечами Стас.

— Но вот волосы… — я запустила свои пальцы в густую шевелюру Стаса, которые в ней и заблудились, — Ты самый настоящий Леший. Твои волосы скоро будут длиннее моих.

— Не, — он мотнул головой, — К длинным волосам я никогда не стремился. Как выпишут из больницы, сразу же поеду в барбершоп, — Стас провёл рукой по своим волосам, убирая надоедливые пряди с лица, — Как там мой Лучик? Надеюсь, ты за ним присматриваешь?

— Я отвезла его в приют, — призналась я, — Прости… У тёти оказалась аллергия на котов. Она не переставала чихать, когда я принесла Луча к ней домой.

— Я обязательно его заберу, — уверенно сказал Стас.

— Конечно. Вот приедем вместе домой и сразу же заберём обратно твоего друга.

Стас согласно кивнул.

— Кстати, как там наш дом? Тараканы ещё не завелись за месяцы моего отсутствия?

Я развела руками.

— С того момента, как ты попал в больницу, я ни разу не была там и жила в доме у тёти, так что не знаю. Думаю, твоя домработница приходила, чтобы прибраться. Она же делает генеральную уборку раз в несколько недель.

— А почему ты не жила у нас дома? Могла бы оставаться там и ухаживать за Лучом. Я не понимаю, почему ты переехала? — удивился Стас, хотя мой ответ был вполне логичным.

— Потому что я бы сошла с ума, если бы находилась там без тебя, — вздохнула я, — В пустом доме, хоть и огромном, мне было бы тошно и одиноко.

От моих слов глаза Стаса заискрились, и он улыбнулся.

— Иди ко мне, — расставив руки в стороны, прошептал Стас. Не раздумывая, я поместилась в его объятия, утыкаясь лицом в шею.

— Ты такой холодный, но только рядом с тобой я могу согреться… — вполголоса проговорила я, касаясь губами кожи Стаса, — Я тебя люблю…

Его дыхание участилось, а хватка на моей талии ослабла.

— Лис, я… — Стас остановился, а я перестала дышать, всем сердцем ожидая услышать от любимого заветные три слова, которые он никогда мне не говорил, — Я так устал здесь находиться… Когда мы уже поедем домой?

Я отвернула голову, чтобы не показывать своего разочарования, ведь в душе мне было очень обидно, что мои такие нежные и искренние слова снова остались незамеченными.

— Когда тебя выпишут, тогда и поедем, — сухо ответила я, потираясь ухом о плечо Стаса.

— Здесь скучно. Ни телевизора, ни телефона, — Стас запрокинул голову назад, обречённо вздыхая.

— А где твой телефон? — я отдалилась, сгибая ноги в коленях. Стас пожал плечами, одной рукой чеша затылок, — Хочешь, чтобы я принесла тебе его?

— Можно. Хоть Тик ток полистаю, — зевая, произнёс Стас.

— Ну ладно. Твой телефон скорее всего у врачей. Он уже несколько месяцев лежит без надобности, поэтому точно разряжен.

— Хорошо, тогда потом принеси, — попросил Стас, обвивая мою талию руками, — Если бы ты не приходила ко мне, то я бы точно умер со скуки.

— Ох, милый мой… — горестно протянула я, — Если бы не чудо, то ты бы действительно умер. Для меня жизнь бы тогда прекратилась.

— Ну-ну, не говори так, — Стас приложил свой большой палец к моей нижней губе, — Разве я смысл твоей жизни?

Он задал вопрос, на который и сам знал точный ответ, но явно ожидал услышать его от меня. Я улыбнулась, качая головой.

— Весь мир… Вселенная… — ответила я, и лицо Стаса вновь начало светиться от счастья. Вложив мои щёки в свои ладони, он сладко меня поцеловал. Так нежно и чутко, словно желая после долгой разлуки вновь ощутить вкус моих губ на своих, прочувствовать каждое моё движение и вздох.

— Я прошу прощения… — из-за спины послышался женский кашель. Мы прервались, и я повернула голову к двери, где стояла медсестра, осуждающе смотря на нас, — Я дико извиняюсь, что помешала возлюбленным, но время для посещения окончено. Больному нужен покой, приходите завтра.

— Да, конечно, — я слезла с постели, поправляя расправившуюся рубашку, — Хорошего дня, — кинув в сторону Стаса последний взгляд, я поспешила удалиться из палаты, чувствуя как мои щёки начинают краснеть от всей неловкости ситуации. Но счастливая улыбка не покидала моего лица всю дорогу до дома.

— Тётя, я такая счастливая, такая счастливая! — с самого порога воскликнула я, бросаясь обнимать тётю Олю, — Я так люблю Стаса! Мы с ним всегда будем вместе!

— Ох, Лиса… — тяжело вздохнула тётя, — Ты так настрадалась из-за этого мужчины, столько слёз пролила…

— Тётя, это в прошлом! Теперь у нас всё будет просто замечательно! Как мы и мечтали!

— Дай бог, — тётя сделала повторный вздох, а потом опустила одну руку на мой живот, — Стас знает, что у вас будет сын?

Я закивала, не переставая улыбаться.

— Он обрадовался.

— Попробовал бы он не обрадоваться, — буркнула тётя, — Сам же ребёнка сделал.

— Стас, как увидел фото с УЗИ, ничего не понял. Сказал, что пятна какие-то.

— Я ведь тоже ничего не поняла. На ранних сроках толком ничего не видно. Только врач может точно определить пол будущего ребенка.

— Пойдём выпьем чаю? — предложила я.

— Ладно. Тогда иди поставь чайник, а я принесу коробку печенья. Соседка угостила. Говорит сама пекла.

Я кивнула и отправилась на кухню, где сразу же заметила перестановку. Стулья были расставлены как-то иначе, а на столе лежала новая скатерть. Старый сервис, который тётя всё никак не хотела выбрасывать, ссылаясь на то, что это подарок какой-то её далёкой подруги, лежал в мусорном баке.

— Решила сделать перестановку? — в лоб спросила я, когда тётя зашла на кухню.

— Да. Что-то настроение было такое. Захотелось прибраться, всё переделать, поменять местами, — тётя подошла к столу, кладя на него большую коробку, — Вот то печенье. Обязательно попробуй.

— Лучше бы ты дала мне его с утра. Я бы отнесла в больницу к Стасу.

— Ничего страшного. В другой раз, — отмахнулась тётя и принялась открывать коробку, — Его, кстати, когда выписывают?

— Уже завтра, — ответила я, сжимая руки в кулаках от нетерпения.

— Ну вот. Завтра поедете домой и всю оставшуюся жизнь проведёте вместе, — монотонным голосом произнесла тётя, даже не глядя в мою сторону.

— Мне кажется, или тебе не нравится, что я буду снова жить со Стасом? — прищурилась я

— Почему сразу не нравится? — тётя наконец подняла голову, — Вы взрослые люди. Тем более будущие родители. Кстати, когда вы планируете свадьбу?

— После родов, — ответила я, откусывая печенье, — М-м-м… И вправду вкусно…

— Как после родов? — ахнула тётя, — А почему не сейчас? Стас ведь уже здоров.

— Ну мы так решили. Я рожу, тогда и сыграем свадьбу, — пробормотала я, закидывая себе в рот ещё кусочек печенья.

— Дай бог, чтобы всё это было во благо, — медленно покачала головой тётя, осуждающе глядя на меня, — А то вы всё тянете и тянете. Так и к 30 годам не поженитесь.

— К 30 точно поженимся, — усмехнулась, — А если быть точнее, то к моим 23.

— Так это ведь уже через неделю? — напомнила тётя, будто бы я могла забыть о собственном дне рождения.

— Знаю.

— А твой Стас хоть знает? — спросила тётя, и я развела руками, — Как же это так? Жених не знает даты рождения своей невесты?

— Мы как-то не говорили об этом. Но зато я знаю, когда день рождения Стаса.

— Надеюсь, что и он удосужился узнать о тебе хоть что-то.

От хмурого настроя тёти я насупилась, закатывая глаза.

— Ну ты чего? Чем тебе так не угодил Стас? Я же вижу, что ты его недолюбливаешь…

— А за что мне его любить? — всплеснула руками тётя, широко распахивая глаза, — Ты нашла себе не мужика, а кучу проблем, из-за которых ты пролила немало слёз. Вон уже седые волосы на твоей голове. А тебе только 23 будет.

— Правда? Седые? — я схватилась за телефон, разглядывая в экране свои волосы.

— Конечно. Стас очень непостоянный. Все эти его фиктивные помолвки, крики, что он не хочет детей. Алиса, это ненормально. Сколько ты проплакала из-за этого мужчины…

— Тётя, но ведь это всё в прошлом…

— Алиса, а где вероятность, что подобное не повториться снова? Ты веришь, что больше не будешь лить слёзы из-за него?

Слова тёти зародили в моём сердце сомнение. Я неуверенно кивнула.

— Но я ведь его люблю… Да и Стас меня…

Последние слова я произнесла очень растерянно и нерешительно.

— А ты в этом уверена? — тётя наклонилась вперёд, беря мои ладони в свои, — Никогда раньше Гордеев Стас не афишировал свои отношения. Я так полагаю, что он ну очень непостоянен… Алиса, моя девочка, прошу тебя, будь осторожна со своей любовью… Хоть бы ты не обожглась о ту страсть, которая сейчас бушует в твоём сердце…

— Тётя, всё в порядке, — я провела большим пальцем по ладони тёти и спрятала обе свои руки под стол, — Можешь не волноваться. Стас сейчас совсем не такой, каким был в нашу первую встречу. Он изменился.

— Глупо верить в то, что мужчины способны меняться, — отворачивая голову, буркнула тётя Оля, — Но я тебя предупредила. Твой Стас не такой хороший, как это видят твои влюбленные глаза.

— Тётя, я знаю, — с улыбкой произнесла я, — Он довольно скрытый, но очень милый и добрый. Тебе не о чём волноваться. Стас правда любит меня.

— А он тебе говорил об этом?

Вопрос тёти застал меня врасплох. Я замерла, раздумывая над тем, что и так отлично знала. Я действительно ни разу не слышала от своего возлюбленного этих простых трёх слов. Стас даже не намекал мне, а когда я спросила его в лоб, очень умело выкрутился.

— Я же говорю, Стас очень скрытный и серьезный. Добиться от него слов «я тебя люблю» непросто.

— Ох! — тётя Оля вздохнула, качая головой, — В который раз убеждаюсь, что ты выбрала себе не мужчину, а кучу проблем на свою голову. Это же самый настоящий камень… Камень, ради которого ты готова на всё…

— Да… Камень… — я скрестила руки на столе, кладя на них голову, — Мой камень…

— Влюбленная дурочка, — повторно вздохнула тётя, продолжая качания головой, — Что же мне с тобой делать?

— Понять… И простить… — протянула я и тут же громко рассмеялась.

— Надеюсь, мой внук возьмёт от своих родителей только лучшие качества.

— Не сомневайся. Наш сын будет самым красивым и умным, — с широкой улыбкой ответила я и добавила: — Как Стас…

— В таком случае мы с ним настрадаемся! — воскликнула тётя, закатив глаза.

Я приоткрыла рот, чтобы что-то возразить, но в соседней комнате зазвонил телефон. Тётя побежала туда и ближайший час провела в гостиной на диване, болтая по телефону.

Наутро я проснулась в приподнятом настроении, потянулась и взглянула на часы.

«Уже через два часа мы со Стасом будем вместе. Его выпишут из больницы, и мы наконец поедем домой. Как же долго я ждала этого дня…»

В горле я чувствовала очередной приступ тошноты, головная боль снова дала о себе знать. Но мысли о предстоящей встрече туманили всю боль, заставляя улыбаться от снова и снова.

— Лиса, я ушла на работу! — крикнула тётя, слыша, что я уже проснулась.

— Пока! — громко ответила я, вскакивая с постели. Я распахнула свой шкаф, заглядывая вовнутрь, — Таа-к…

Мой утренний настрой подсказал мне надеть однотонную юбку-трапецию, которая изящно легла на мои пышные бёдра, и светлую вязанную кофту. На мою спину упали волосы, одну прядь которых я аккуратно заложила за ухо.

— Готово! — вслух произнесла я, подводя ресницы тушью.

Машина такси уже стояла у моего дома, поэтому я поспешила поскорее выйти на улицу. Я выскочила из дома, и ветер тут же ударил мне в лицо, заставив вернуться обратно. Обмотав вокруг своей шеи шарф, я накинула на голову капюшон, снова выбегая навстречу ветру. Снег лежал уже больше недели, и огромные сугробы с трудом позволяли мне покинуть двор и открыть калитку.

«Поскорей бы уже закончилась эта холодная зима»— думала я, садясь в автомобиль такси. Я назвала водителю адрес больницы, и машина сдвинулась с места.

Мороз пробирал до костей даже в салоне автомобиля, поэтому мне пришлось начать потирать ладонь о ладонь, в попытках согреться.

— Печка не работает, — сказал таксист, видя, как я дрожу на соседнем сидении.

— Ясно, — я сунула обе руки в карманы, а носом уткнулась в свой меховой шарф.

Поездка длилась от силы минут двадцать, но в холодной машине это ощущалось, как целая вечность. Поэтому фраза водителя: «Приехали!» прозвучала для меня, как спасение. Быстро расплатившись, я выскочила из транспорта и побежала ко входу в больницу.

Когда я подошла к больничной палате, Стас уже стоял там собранный и готовый к выписке. Я приоткрыла дверь и заулыбалась, встретившись глазами со Стасом.

— Привет, — я встала на цыпочки, обнимая его за шею.

— Привет, — ответил Стас.

— Ты не представляешь, какой на улице холод, — начала жаловаться я, — Просто бр-р-р…

— Так может стоило надеть штаны? — возразил Стас, указывая на край моей юбки, торчащий из-под куртки, — А то отморозишь себе ещё всё.

— На мне теплые колготки, — я покачала указательным пальцем перед его лицом.

— Неважно. Зимой девушке, тем более беременной, нужно тепло одеваться.

— Как скажешь, — я положила свою ладонь на его бороду, — Мой бородатый мужчина…

— Ты же сказала, что тебе нравится, — щурясь, напомнил Стас.

— Сказала. Но вот с волосами уж точно нужно что-нибудь сделать, — я запустила свои пальцы в густые волосы Стаса, которые доставали аж до носа, — Если не захочешь обрезать, то придётся укладывать.

— Не-не-не, — покачал головой Стас, а его волосы начали смешно болтаться из стороны в сторону, — Сделаю, как было. Мне эта шевелюра не к чему.

— Как хочешь, — беря Стаса за его широкие плечи, улыбнулась я, — Ты так исхудал… Одни кожа да кости остались… Мне непременно нужно откормить тебя обратно.

— Я не против. А то питание в больнице оставляет желать лучшего.

— Тогда поедем домой?

— Да. А то мне здесь ужас, как надоело, — словно маленький ребенок, Стас обиженно надул губы, — Ты, кстати, забрала мой телефон?

— И все остальные вещи. Можем ехать. Такси ждёт.

Стас укутался в теплые зимние вещи, и мы с ним вместе вышли из больницы, откуда машина такси довезла нас прямо к дому Стаса.

— Наконец-то! — воскликнул Стас, стоило ему только переступить порог.

— Настолько соскучился по родному дому? — усмехнулась я, снимая куртку.

— Очень! — Стас быстро скинул с себя верхнюю одежду и побежал на кухню. Мне стало любопытно, что его побудило с таким рвением спешить к себе домой, ведь в больнице были не такие уж и плохие условия. Тем более для богатого бизнесмена была ВИП-палата.

Но когда я зашла на кухню, то всё поняла. Стас стоял перед открытым холодильником, за обе щеки уплетая палку колбасы и закусывая её консервированным огурцом. У меня аж глаза на лоб полезли от такого зрелища.

— Так ты соскучился по холодильнику? — с квадратными глазами спросила я. С набитым ртом Стас пробубнил что-то неразборчивое, кивая, — И кто из нас теперь беременный? Боюсь, что по самым странным сочетаниям — это ты.

Стас поднял на меня глаза, пожимая плечами.

— Но даже я не пью молоко с огурцом, — с усмешкой сказала я, разглядывая очень необычный перекус Стаса.

— Я задолбался есть кашу, сваренную на воде, и чай без сахара, — пожаловался Стас, закрывая холодильник, — Наконец-то я могу нормально поесть.

— Ну у тебя была такая диета. Ты только после болезни. Тебе нельзя тяжёлую пищу.

— Чихать я хотел на вашу эту диету! — буркнул Стас, закидывая в рот шоколадную плитку. Я закатила глаза, медленно качая головой.

— Вроде бы взрослый мужчина, а ведешь себя, как ребёнок. У тебя у самого скоро родиться ребенок. Чему ты его научишь? Курить и зарабатывать себе туберкулёз?

— Очень смешно, — поджал губы Стас, щурясь мне в лицо.

— А вот и нет. Если бы ты меня слушал, то всего этого бы не было, — серьёзно сказала я, — А я ведь говорила тебе: «Брось курить, Стас. Брось. Это до добра не доведёт». Но нет же, ты меня не…

Стас вынудил меня замолчать резким поцелуем. От неожиданности я замерла, словно заново вспоминая, как это делается. Его горячие губы обжигали мои, жадно посасывая их и облизывая каждый миллиметр.

— Вкус огурца… — смогла только сказать я, облизывая свои губы. Стас коснулся своим большим пальцем моей нижней губы, слегка оттягивая её.

— У меня больше трёх месяцев не было секса… — со звериной ухмылкой произнёс он.

— Представь себе, у меня тоже, — в ответ огрызнулась я.

— Правда? — в глазах Стаса сверкнул огонь, — Неужели ты даже себя не трогала?

— Мне было не до этого, — покачала головой я.

Довольная улыбка закрепилась на лице Стаса, когда он стал снова приближаться к моему лицу.

— Ты так вкусно пахнешь… — прохрипел он над моим ухом. Его борода приятно щекотала мою шею, когда он спускался вниз мимо моей ключицы, а затем прижался лицом к моей груди, лаская её через кофту, — Хочу тебя… Всю…

Его слова, как наркотик действовали на моё тело, которое в мгновенье покрылось мурашками. Я вздохнула, и мои руки сами потянулись к пуговицам на рубашке Стаса.

— Я тоже… — томно простонала я, закатывая глаза. В тот же миг я почувствовала его улыбку на своей коже и взвизгнула от резкого шлепка по заднице.

— Тогда идём! — Стас схватил меня за руку и потянул по длинному коридору к лестнице.

Мы стали подниматься по ступенькам, как вдруг я резко вырвалась из его рук и побежала обратно. Стас в недоумении уставился в спину убегающей мне. Токсикоз снова дал о себе знать, даже не интересуясь, какие у меня были планы. Сильный приступ тошноты и снова эта ужасная головная боль. Я встала на корточки перед унитазом, мысленно молясь, чтобы это наконец прекратилось.

— Лис, ты в порядке? — Стас легонько постучал в дверь уборной. Я приоткрыла дверь, выходя в коридор, и измученно посмотрела на Стаса.

— Нет… — покачала головой я, рукою держась за дверную ручку, — Токсикоз замучал…

— Ох, ты моя маленькая… — Стас обнял меня за шею, прижимая к себе, — Иди приляг отдохни.

Я медленно кивнула и, опираясь о плечо Стаса, дошла до спальни, где он уложил меня в мягкую постель.

— Если что-нибудь захочешь, то скажи мне. Я принесу, — склонившись над моим ухом, прошептал Стас.

Уже в полусонном состоянии я кивнула, обеими руками обнимая подушку. Стас поправил одеяло и осторожно, стараясь не разбудить меня, покинул спальню, прикрывая дверь. Когда он только встал на ступеньки, с первого этажа донёсся дверной звонок. Стас ускорил шаг и поспешил открыть дверь. На пороге стоял Давид, держа в руке большой полупрозрачный пакет.

— Стас, привет, — робко произнёс он, — Я узнал, что тебя уже выписали, вот приехал.

— Зачем? — Стас отстраненно посмотрел на Давида, засунув одну руку в карман.

— Мы так и не смогли поговорить. То я был в больнице, то ты… — Давид приблизился к товарищу, но тот выставил руку перед собой, отталкивая его, — Стасян, я поступил, как придурок… Прости…

Лицо Давида выглядело очень искренне, а глаза молили о прощении, но Стас оставался непреклонным.

— Если бы ты мне всё сразу рассказал, то я бы ещё подумал. Но ты врал… Врал столько месяцев, а признался только, когда Трикс должен был приехать в Москву.

— Я хотел тебе рассказать ещё по приезду в Москву…

— В таком случае, почему не рассказал?

— Я боялся, что могу потерять такого друга, как ты… — Давид стыдливо опустил глаза.

— Ну вот и потерял, — безразлично хмыкнул Стас.

— Ты впустишь меня в дом? Поговорим…

— Нам не о чем говорить! — отрезал Стас и уже потянулся к дверной ручке. Давид схватил его за запястье, с мольбой глядя в глаза.

— Постой! Я думаю, нам есть, о чём поговорить.

Стас одёрнул свою руку, заинтересованно приподнимая брови. Заметив, что товарищ немного смягчился, Давид продолжил:

— Я знаю о том, что вы с Алисой заключили контракт, и что помолвка была фиктивной.

Взгляд Стаса переменился.

— И что теперь, ты собираешься шантажировать меня? Что захочешь в обмен на молчание? Деньги? Может компанию, в которой большая доля моя?

Давид покачал головой.

— Я не собираюсь тебя шантажировать. Я просто хочу поговорить.

— Входи, — хрипло произнёс Стас, впуская Давида в свой дом. Мужчины сели за стол, и Давид снял с себя куртку, вешая её на спинку стула.

— Давай выпьем? — предложил он, ставя на стол бутылку виски.

— Я не буду, — отказался Стас, ссылаясь на недавнюю болезнь, — Лучше начинай говорить, о чём хотел. Неспроста ведь ты приехал к старому другу.

— Я узнал от твоего отца, что вы с Алисой заключили контракт, и что вы не по-настоящему собирались пожениться, — Давид скрестил свои пальцы, задумчиво глядя на Стаса, — Я вот только одного не пойму…. Алиса ведь беременна… От тебя… Она всё ещё носит подаренные тобой кольца…

— Тебя так волнует моя личная жизнь? — ухмыльнулся Стас, откидываясь назад.

— Просто я не могу понять, зачем тебе понадобился фиктивный договор? Все эти контакты… Зачем?

— А тебе мой отец не рассказал, что всё это давно закончилось, и мы с Алисой собираемся пожениться по-настоящему?

Давид изумлённо захлопал глазами, качая головой.

— Так вот в чём дело… Вы реально вместе?

— Представь себе! — хмыкнул Стас, — А теперь, если у тебя всё, то можешь…

— Подожди! — перебил Давид, поднимая руку, — Мы с Кариной в следующем месяце планируем сыграть свадьбу…

— Поздравляю! — без грамма эмоций ответил Стас, — Ещё не все деньги проиграл в покер?

— Это был первый и последний раз. Я больше никогда не стану играть… Честно…

— Мне это неважно. Ты теперь не мой компаньон и не имеешь никакого отношения к делам компании.

— Да. Я и вправду потерял огромные деньги. Ведь прибыль «Габворда» всегда была на высоте.

— Не знаю, как ты теперь будешь выкручиваться, — развёл руками Стас, равнодушно качая головой, — Что продашь? Дом? Свои две машины?

— Я сдаю в аренду трёшку в центре. Теперь она мне не к чему.

— Денег хватает?

— Нет… — мотнул головой Давид, — Придется вложиться во что-нибудь…

— Ну удачи! — безэмоционально кинул Стас.

— Стасян, ты приедешь на мою свадьбу? Вас с Алисой мы приглашаем. Думаю, Карина Алисе уже сказала…

— Посмотрим… Но тебе сейчас такие траты ни к чему…

— Карина беременна, — неожиданно для Стаса сказал Давид.

— От тебя?

— Ну а как же? Не от тебя же, — с усмешкой ответил Давид.

— Ясно.

— А вы когда будете играть свадьбу? У Карины с Алисой срок примерно одинаковый.

— Алиса отказалась надевать свадебное платье на свой живот, хоть он ещё и не сильно большой.

— А вот Карина, наоборот, настояла пожениться, когда ты выздоровеешь, чтобы на свадьбу смогла прийти её лучшая подруга.

— Ладно. Если Алиса захочет, то мы придем, — произнёс Стас.

— Стасян, у меня есть к тебе одна просьба… — немного неуверенно сказал Давид, — Можешь одолжить мне денег?

Стас резко вскочил со стула, громко смеясь.

— Всё с тобой ясно! Сразу бы сказал, что пришёл клянчить у меня деньги!

— Нет-нет, Стас! — Давид подорвался следом, — Я тебе всё верну! Все деньги, что нам подарят на свадьбу, я отдам тебе! До копейки! Просто мне больше не к кому обратиться! Молю! Ты мой единственный друг!

Стас с ухмылкой смотрел на молящее лицо Давида.

— Ну хочешь я встану перед тобой на колени? — от безнадёжности предложил Давид.

— Ну встань… — криво улыбнулся Стас, скрещивая руки на груди.

Давид обречённо вздохнул, опускаясь на колени перед Стасом.

— Стас, прошу… — повторил он.

— Я пошутил. Прекращай, Давид, — хлопая его по плечу, произнёс Стас, — Я дам тебе денег.

— Братан! — Давид аж засиял от счастья и бросился обнимать товарища, — Ты самый лучший! Обожаю тебя!

— Ну всё-всё, — монотонно сказал Стас, одной рукой приобнимая Давида, — Но ты напишешь мне расписку. Я не могу доверять человеку, который совсем недавно проиграл в карты источник своего дохода. Проиграл 25 % акций.

— Знаю…. Придурок… — опустив глаза, вздохнул Давид.

— Надеюсь, это станет для тебя уроком, друг мой… — рассудительно протянул Стас. От этих слов на душе у Давида стало немного легче.

— Да, конечно… — кивнул он, чувствуя, как невидимая стена между друзьями становится всё тоньше.

Мужчины поднялись на второй этаж, где Стас достал из своего сейфа несколько крупных купюр.

— Вот, держи, — сказал он, протягивая деньги Давиду, — Но только попробуй мне проиграть хоть копейку. Давид, я прикончу тебя собственными руками.

Слова Стаса звучали крайне настойчиво и даже пугающе. Давид молча кивнул, забирая деньги.

— Я всё верну.

— Конечно, вернёшь. Я ведь приду на твою свадьбу, как и ты потом на мою.

Давид расплылся в широкой улыбке и снова крепко обнял друга, хлопая ладонью по его спине.

— Ты самый лучший, Стасян!

— Знаю… — с каменным лицом ответил Стас, — Кстати, я сейчас еду в приют.

— Зачем? Зверька решил себе взять?

Стас мотнул головой.

— Своего забрать. Алиса, пока я была в больнице, отдала Луча в приют для животных. Сейчас я собираюсь забрать его обратно.

— Я съезжу с тобой.

— Ладно. Вот только одна есть одна проблема… Я не знаю, в каком он приюте… — потирая затылок, протянул Стас.

— А! Не парься! — махнул рукой Давид, — Я догадываюсь, куда Алиса его отдала. Поехали на моей машине.

Мужчины оделись и вышли из дома. За забором стояла белая Audi.

— Решил сменить свою Тойоту на что-то подешевле? — разглядывая транспорт Давида, спросил Стас.

— Да. К тому же мне теперь приходится самому садится за руль. Пришлось заново учиться, — с тяжёлым вздохом ответил Давид.

— А ещё предлагал мне выпить… Сам же за рулём… — хмыкнул Стас, усаживаясь на переднее сиденье рядом с водительским. Давид сел за руль.

— Я что-то не подумал. Но пакет с виски я оставил тебе.

— Не думаю, что она скоро мне пригодится. После болезни у меня довольно строгая диета. Алиса просто-напросто не позволит.

Давид усмехнулся, кладя руку на руль.

— Вот и наш Стас стал зависим от женщины.

— Кто бы говорил!? — насупился Стас, — Сам теперь потакаешь всем желаниям своей Карины.

— И то верно. Она заставила меня отказаться от кальяна. Так что теперь я не курю.

— Я, судя по всему, тоже… — с длинным вздохом протянул Стас.

— Со здоровьем не шутят.

— Ага. Я чуть было не умер. Курить больше не стану… А то мало ли, ещё реально помру…

— А моя Карина закатила такой скандал и выкинула мой кальян с окна.

— Ого! — с круглыми глазами протянул Стас, — А моя Алиса просто мирно просила, а я не слушал. Всё фигово закончилось. Пусть лучше она с окна кидает. Здоровее будешь, Давид.

— Ага, — кивнул мужчина, не отводя глаз от дороги.

Машина остановилась около одноэтажного кирпичного здания, огражденного невысоким забором.

— Это и есть приют? — разглядывая неприметное здание, спросил Стас.

— Да, — ответил Давид, отстегивая ремень, — Пойдём спросим про твоего котёнка.

Мужчины вышли из машины и направились к калитке. Стас нажал на звонок, и уже через несколько секунд послышался раздраженный женский голос со двора. Калитка открылась, и оттуда выглянула женщина лет тридцати пяти.

— Мужчины, вам кого? — поинтересовалась она, разглядывая гостей.

— Добрый день. У вас здесь приют для животных? — пытаясь проникнуть глазами во двор дома, спросил Стас.

— Нет, блин, бордель здесь у нас! — выругалась женщина, — Конечно, приют! Вы кого-то забрать ходите или оставить?

— Забрать. Моя девушка несколько месяцев назад оставила у вас котёнка, — начал Стас, — Его зовут Луч. Такой маленький, рыженький…

— Что за девушка?

— Ну она брюнетка… Не очень высокая… — Стас растерянно начал чесать свой затылок, — Ещё у неё глаза…

— Мужчина, фамилию мне скажите! — перебила его женщина.

— А! Козлова! — в мгновенье ответил Стас.

— Секунду… — женщина скрылась во дворе, оставив Стаса и Давида ждать на улице.

— Какая-то она странная… — произнёс Стас, поворачиваясь к другу, — Ты уверен, что именно у неё Алиса оставила Луча?

— Сейчас и узнаем, — пожал плечами Давид.

— Мне уже холодно здесь стоять… — потираясь одной ногой об другую, жаловался Стас, — Когда она уже выйдет?

Давид посмотрел на друга, сквозь отверстия своего вязанного шарфа, который был натянут на всё его лицо.

— Откуда ж я знаю? — фыркнул он, колотясь от холода, — Может, стоило подождать в машине?

Стас хотел что-то ответить, но калитка распахнулась, и со двора наконец вышла женщина, держа на руках рыжего котёнка. Лицо Стаса переменилось, и он с улыбкой взял на руки своего пушистого друга.

— Как ты вырос… — поглаживая густую шерсть Луча, произнёс он, — Совсем большой уже стал… Как же давно я тебя не видел…

Пока Стас вёл «диалог» со своим питомцем, Давид поблагодарил женщину из приюта, протягивая ей несколько мелких купюр, после чего мужчины вернулись обратно в машину.

— Теперь домой? — хлопая дверью, спросил Давид.

— Мне нужно в барбершоп.

Давид перевёл взгляд на друга, пристально разглядывая его густую шевелюру на голове.

— И вправду. Тебе стоит подстричься. Да и твоя борода… Под Брэд Питта косишь?

— Да у него вроде не сильно густая борода… — задумчиво гладя свою бороду, произнёс Стас.

— Но была же!

— Короче, вези меня в барбершоп, а сам пока присмотришь за Лучом. Ладно?

— Ладно, — развёл руками Давид, — А долго тебе будут там наводить красоту? Маникюр, педикюр, всё такое…

— Очень смешно! — поджимая губы, отозвался Стас, — Минут 40, не больше. Что там, подстричь да подровнять немного?

— Окей, — Давид перекинул через себя ремень и быстро пристегнулся, — Едем стричься!

Давид высадил Стаса у барбершопа, а сам принялся ждать в машине, держа в руках Луча.

— Надеюсь, ты не станешь меня царапать… — прошептал Давид, поглядывая на котёнка, — Я друг твоего хозяина. Меня обижать нельзя.

Прошло несколько часов. Над своим лицом я услышала знакомый голос.

— Что же ты будешь делать ночью? — шептал Стас, нежно гладя мою руку.

Я слегка приоткрыла глаза и невольно заулыбалась.

— Ты такой красивый… — сорвалось с моих губ, как только я увидела Стаса.

— Рад слышать, что нравлюсь тебе… — расплываясь в улыбке, ответил он.

Наконец я полностью открыла глаза, потянулась и привстала. В нескольких сантиметрах от меня сидел Стас, слегка придерживая мою руку. Я снова улыбнулась, кладя обе свои ладони на его щёки.

— Красивый… — прошептала я, гладя его мягкую бороду, — Очень…

Нежно коснувшись щёк Стаса руками, я опустила голову на его плечо, продолжая свой сон.

— Малыш, если ты снова уснёшь, то боюсь, что ночью тебе будет нечего делать… — ласково произнёс Стас, поправляя мои растрёпанные волосы.

— Ну и пусть… — пробормотала я, забрасывая ноги на колени Стаса. Обхватив его плечи обеими руками, я уткнулась в твердую грудь, а сильные руки крепко обняли мою талию.

— Я забрал Луча из приюта, — рассказал Стас, и я немного приподняла голову.

— Правда? Ты смог сам найти его?

— Угу, — плавно кивнул Стас, — Мне Давид помог.

— Милый, прости, что я отдала твоего Луча в приют. Уверена, ты ожидал, что я буду сама о нём заботиться.

— Ничего, — Стас чмокнув меня в лоб, щекоча его своей щетиной.

— Просто я сама провела в больнице несколько недель, а оставлять котёнка одного точно не могла.

— А почему ты несколько недель была в больнице? — поинтересовался Стас.

— От переживаний у меня была угроза выкидыша, — ответила я, с горечью вспоминая те тяжкие дни.

— Ох… — вздохнул Стас, слыша о том, как мне сложно было во время его болезни, — Слава богу сейчас всё в порядке. Отдыхай и ни в коем случае не переживай.

— Хорошо… — медленно кивнула я. Между нами повисла тишина. Каждый думал о своём, задумчиво глядя куда-то вдаль.

— Лис… — первым нарушил молчание Стас, — Завтра я уже планирую вернуться в офис…

— Нет! — резко выкрикнула я, вызвав у Стаса удивление.

— Не понял. Почему?

— Стас, ты ведь только после болезни. Ещё до конца не оправился. Мало ли что может случиться…

— Лиса, я выйду завтра на работу и это не обсуждается, — серьезным тоном произнес Стас, заглядывая мне в глаза.

— Ещё как обсуждается, — я начала ответно сверлить его взглядом, — Мало ли, что с тобой может случиться. Рано ещё идти работать.

— Я не могу понять. Ты запрещаешь мне идти на работу, потому что что-то скрываешь…

— Нет! — перебила я, — Просто я за тебя волнуюсь.

— Так и я за тебя волнуюсь, — тепло ответил Стас, целуя меня в кончик носа, — Вот только не пристало моей беременной девушке волноваться впустую.

От его нежных прикосновений я растаяла и снова окунулась в объятия любимого, вдыхая великолепный аромат его тела.

— Ты точно хорошо себя чувствуешь? — с беспокойством спросила я, приподнимая голову.

— Точно, милая, точно, — усмехаясь, ответил Стас, ещё крепче прижимая меня к своей груди, — К тому же я просто-напросто не могу оставить свою компанию на Лизу и этого иностранца. Боюсь, что они там уже успели навести свои порядки.

— Действительно успели, — подтвердила я уверенным кивком, — Лиза уже вовсю орудовала в твоём кабинете, пока не узнала, что на твоё кресло сяду я.

— Капец! — хмыкнул Стас, поджимая свои губы, — Боюсь представить, чтобы случилось с компанией, если бы я реально умер.

— Ну-ну, — я резко помрачнела, — Не говори так. А как же я, наш сын? Или ты думаешь только о том, что бы стало с компанией?

— Конечно, нет. Просто о вас есть кому позаботиться, а вот «Габворд», боюсь, окажется в недобрых руках.

— Нам нужен ты. Мне — муж, а нашему сыну — отец, — не выпуская кисть Стаса из своей, произнесла я.

— Конечно, — кивнул он, целуя внутреннюю часть моей ладони, — Скоро всё именно так и будет.

Стас упал головой на подушку, и мы вместе укрылись одеялом, лёжа в обнимку. На протяжении нескольких минут я что-то увлеченно рассказывала, смотря в потолок, а потом опустила глаза на Стаса. Он мирно посапывал, обнимая один край одеяла, умиротворённо чему-то улыбаясь.

— Всё ясно… — тяжело вздохнула я, поняв, что предыдущие минуты вела переговоры сама с собой, — Спокойной ночи, — снова самой себе сказала я.

Укрыв Стаса одеялом, я бесшумно вышла из спальни, так как из-за дневного сна ночной как рукой сняло. Я спустилась на кухню, заварила себе чай и набрала номер подруги, отлично зная, что она сейчас тоже не спит.

— И что, вы правда решили так скоро пожениться!? — вполголоса кричала я в телефонную трубку, — Но ты ведь с животом, Карина? Он у тебя такой же, как и у меня.

— Да знаю я! — таким же шёпотом отозвалась подруга, — Но вся моя родня из Питера, как только узнала про беременность, прохода не даёт. Уже задолбали своими вопросами: «А когда свадьба? А как это рожать ребенка и вне брака? А что люди то подумают? Подумают ещё нагуляла!»

Когда я слушала Карину, то не смогла сдержать нескольких смешков. Настолько правдоподобно она пародировала своих мать и бабушку, которые действительно могли забросать её настолько глупыми вопросами.

— Ну ясно-ясно! — негромко рассмеялась я, выслушав рассказ подруги, — А мы договорились пожениться после родов.

— Ну и зря! А то я хотела предложить сыграть двойную свадьбу. Прикинь, как было бы круто стать невестами вместе?

— Но мы станем матерями вместе! — в ответ напомнила я, — Ты, кстати, уже была на УЗИ?

— Да какое там УЗИ!? — отмахнулась Карина, — Я же тебе говорила, что даже не знаю от кого беременна, — уже шёпотом добавила она.

— И что теперь? Что будешь делать? — поинтересовалась я, не прекращая удивляться бурной жизни подруги, — Давиду говорила?

— Конечно нет! С ума сошла, что ли!? — громким и резким тоном ответила Карина, — Я просто после родов сделаю тест ДНК. Для себя. Просто чтобы знать, не больше.

— Ну как знаешь. Я бы на твоём месте не стала обманывать Давида. Он же тебя любит.

— И я его люблю. Но прошлое никак не закроешь. Что было, то было.

— Согласна… — тяжело вздохнула я.

— А ещё… — на том конце провода послышался мужской голос, и Карина резко прервала звонок. Я в недоумении уставилась в экран своего телефона, не понимая, с чем связана такая спешка.

«Может, это Давид пришёл?»— предположила я, ведь голос показался мне крайне знакомым.

Допив чай, я сходила принять душ, после обмоталась в большое махровое полотенце и ещё некоторое время постояла на балконе, вдыхая холодный февральский ветер. Он приятно щекотал моё лицо, заставляя бодро смотреть вдаль, погружаясь в раздумья. Время шло к весне, а погода не становилась ни на грамм лучше. Скорее наоборот. Снег шёл не переставая, и я, высунув из окна руку, поймала несколько маленьких снежинок, которые за секунду растаяли от тепла моей ладони.

Почувствовав, что моё тело уже начало содрогаться от холода, я вышла с балкона и вернулась в спальню, где спал Стас. Сквозь тусклый свет фонаря с улицы я еле-еле смогла обнаружить кровать и только наощупь подошла к ней. Я разделась и в одних трусах легла в постель, укрывшись вместе со Стасом тёплым одеялом. Я легла на спину, повернув голову в сторону окна. Ещё несколько минут я наблюдала за тем, как ветер бьёт штору об оконную раму, а потом тоже уснула.

Наступило утро. Меня разбудили странные шорохи и скрип кровати. Приоткрыв глаза, я заметила перед собой Стаса, сидящего ко мне спиной. Я сонно улыбнулась, вытягивая обе руки перед собой.

— Доброе утро, любимый, — пробормотала я, приподнимаясь с постели.

— И тебе, — не оборачиваясь, ответил Стас. Я ласково обняла его, прижимаясь своими грудями к широкой спине. Я слегка повернула голову, чтобы увидеть его лицо. Изо рта Стаса торчала сигарета, а глаза умиротворённо смотрели вперёд. Я резко выдернула сигарету из его рта, громко ругаясь.

— Ты с ума сошел!? — закричала я и только через несколько секунд до меня дошло, что сигарета не была зажжена, — Ты просто держал её в зубах? — изумилась я. Стас кратко кивнул, вновь вставляя сигарету себе в зубы, — Но зачем?

— Запах табака расслабляет… — монотонно ответил Стас, поднося к своему носу незажжённую сигарету. Он сделал глубокий вдох и закатил глаза.

— Идиот… — с круглыми глазами я покачала головой, — Ты из-за своей зависимости чуть было не умер.

— Я помню. И именно поэтому больше не курю, — Стас спрятал сигарету в тумбу, оборачиваясь ко мне, — Можешь так не волноваться.

— Стась, как бы плохо тебе не было не стоит прикасаться к сигаретам и алкоголю, — произнесла я, касаясь груди Стаса, — Это раньше ты этим снимал стресс. Но это всё пустое… И ничем хорошим не заканчивается…

Стас приспустил обе ноги с кровати, обхватывая мой живот руками.

— Уже довольно большой… — сказал он, разглядывая мой животик, уже немного напоминающий мяч, — Сколько недель?

— 18,— не задумываясь, ответила я.

— Ага… — Стас озадаченно посмотрел сначала на меня, а потом снова на мой живот, — Это где-то четвертый месяц, почти пятый… К концу четвертого месяца ребенок в длину уже составляет 15 см. А вес составляет приблизительно 180 грамм.

Я удивлённо вскинула брови, поражаясь, откуда Стас знает всё это. Видя моё изумленное лицо, Стас поспешил объясниться.

— Пока я был в больнице, брал у медсестр книгу про беременность. Немного изучил беременность и роды.

— Ничего себе, — я усмехнулась, удивляясь такому рвению Стаса побольше узнать о беременности, — Так тебя всё-таки интересует наш будущий сын?

— Разумеется, — уверенно ответил Стас, — Это же мой ребенок. Моя кровь и плоть.

Он опустился на колени, целуя мой небольшой животик, после чего приложил к нему ухо, вслушиваясь.

— Интересно, что ты намерен там услышать? — с усмешкой спросила я, кладя руку на голову Стаса.

— Может, какие-нибудь звуки. Не знаю, что там могут издать дети на столь ранних сроках, — он развёл руками, а я расхохоталась.

— А в твоей книжке что об этом говорят?

— Ничего. Я не до конца её дочитал, — ответил Стас.

— Жаль… Обязательно дочитай, — с улыбкой до ушей сказала я.

Стас поднял голову, и его щёки тронула лёгкая улыбка. Глаза забегали по моей груди, а взгляд стал похожим на хищника. Он сдвинул свою ладонь на мою талию и приспустил резинку трусов, не спуская взгляда с моих уже вставших торчком сосков.

— Моя… — хрипло прошептал Стас, целуя мои бёдра. Его губы стали спускаться всё ниже, лаская мои колени, стопы и пальцы на ногах.

— Твоя-твоя… — заулыбалась я, поднимая Стаса с пола. Я встала на носочки, чтобы дотянуться до его губ и обвила шею руками, — Боюсь, что мы опоздаем на работу… — лукаво улыбнулась я, водя носиком по его густой бороде.

— Плевать… — Стас нежно провёл рукой по моей шее, несильно сдавливая её, — Сейчас я хочу, чтобы ты кончила… Да и сам безумно хочу кончить… В тебя… И не раз…

Я затаила дыхание, слушая желания Стаса. Сглотнув, я потянулась к его губам, не желая сегодня отказывать ни ему, ни себе в чудесном удовольствии. Сильные руки любимого опустили меня на постель, не прекращая целовать мою безумно чувствительную шею, шепча что-то на ушко. Одним резким движением Стас снял свои боксеры, высвобождая своего гиганта наружу. Мои руки сами потянулись к объекту, что находился в поле моего зрения, и Стас только помог мне взять его в руку.

— Не бойся… — прошептал он, видя мою неопытность в этом деле.

Я обхватила его член рукой, поглаживая пальцем пульсирующие вены. Розовая головка смотрела прямо на меня, и я не смогла не коснуться её.

— Милая, смелее… — шепотом подбодрил меня Стас, — Он не кусается.

Я не сдержала нескольких смешков, и Стас заулыбался.

— Я хочу снова попробовать его… — робко сказала я, и в памяти тут же всплыл день, когда я стояла перед Стасом на коленях, выполняя его грязную, как мне тогда казалось, просьбу.

Стас приподнял меня за подбородок, слезая с кровати, и поставил на колени перед собой.

— Ты уже делала это… — усмехнулся он, всё ещё придерживая мой подбородок, — И у тебя отлично вышло.

Его слова подбодрили меня, и я, закрыв глаза, заглотнула его член, смело придерживая его рукою. Стас запустил пальцы своих рук в мои волосы и соединил их замком в самой гуще на затылке. Он прижимал моё лицо к своему животу и чувствовал упирающийся в него острый носик. Я мычала, плавно, порой немного торопливо, двигая головой. Тихие оханья Стаса придавали мне больше уверенности, и мои слегка пухлые губки очень активно работали до тех пор, пока я не ощутила на них знакомый вкус мужского семени.

Я отодвинулась назад, облизывая свои губы.

— Вау! — с восторгом воскликнул Стас, трогая свой агрегат рукой, — Если бы не знал, что это ты, то подумал бы какая-то опытная шлюха!

— Ну спасибо! — обиженным тоном отозвалась я, скрещивая руки на груди, — Очень приятно слышать!

— Зай, я в том плане, что ты отменно делаешь минет, — поправился Стас, с чарующей улыбкой глядя на меня, — Это просто супер!

Я кратко кивнула, плюхаясь головой на подушку.

— Ну что? Теперь моя очередь делать тебе приятно! — с акульей ухмылкой произнёс Стас, наваливаясь на меня сверху. Его руки резко раздвинули мои ноги, а пальцы впились в кожу. Я запрокинула голову назад, немного опуская глаза на Стаса, ласково гладящего мои бёдра руками. Неожиданно для себя я издала громкий стон, а всё тело пронзила секундная боль, которая в мгновенье сменилась на наслаждение. Низ моего живота начал приятно пульсировать, а губы резко обсохли от прерывистого дыхания.

Словно почувствовав, чего именно мне сейчас не хватает, Стас впился в мои губы, а руки скрутил над головой. Кажется, я забыла обо всём на свете от этих задыхающихся бесплодных поцелуев Стаса и оттого, как стучало его сердце в унисон с моим дыханием. Я замерла… В ушах отдавались быстрые толчки моей собственной крови, а дыхание становилось всё ровне, стараясь подстроиться под жгучие поцелуи Стаса и уверенные движения его бёдер. Под его массивным телом я извивалась, словно змея.

Мой страстный мужчина не отпускал мои губы не на секунду, заставляя слетать с них стоны наслаждения, а его руки… Боже, как он держал мои запястья… Это было грубо, но в то же время так нежно… Стас отлично знал, где и как нужно надавить, чтобы я просто пищала от удовольствия.

— Стас… — простонала я, когда он наконец оторвался от моих губ, давая возможность отдышаться.

— Что, милая? — улыбаясь, спросил Стас мне прямо в губы, а движения его бёдер стали ещё более настойчивыми и резкими. Я закатила глаза, а с моих уст слетел повторный стон, — Ну же… Скажи мне, чего ты хочешь… — прошептал Стас, слегка царапая кожу на моих бёдрах. Я приоткрыла рот, но так и не смогла что-либо сказать. Было хорошо… Даже слишком… Мыслями я порхала где-то далеко, а моё тело дрожало от накрывающей его волны удовольствия.

Двигаясь к логическому завершению, Стас наклонился к моей груди и оставил чуть выше соска яркий след от своих губ, после чего упал на постель в стороне от меня.

— После секса я обычно курю… — задумчиво произнес Стас, бегая глазами по висящей над нашими головами люстре.

— Ничего. Как-нибудь переживешь, — монотонно ответила я, прикрывая свои ноги одеялом, — Ведь курить ты больше никогда не будешь.

Стас печально вздохнул, хорошо понимая, что не может мне противиться.

— К сожалению… Но ведь так хочется…

— Пробуй заменять курение на нечто более полезное и не наносящее столько вреда твоему организму, — предложила я.

— Например?

Стас посмотрел на меня в ожидании ответа, а я призадумалась.

— Например, уборка, готовка, — предложила я, и Стас насупился, качая головой, — Нет? Тогда что-то поприятнее…

Его глаза в мгновение мне улыбнулись, а улыбка встала до ушей.

— Хорошо… В таком случае, в любой раз, когда я захочу покурить, я буду тебя трахать, — сказал он, и я ахнула.

— Ничего себе. Я такого не говорила…

— Но метод то действенный.

— Посмотрим… — краем губ усмехнулась я, отворачивая голову на другой бок.

— Значит ты согласна? Я правильно понял?

Я молчаливо заулыбалась, не желая смотреть ему в глаза. Они были хитрыми и довольными, я это точно знала…

С кратким кивком я обернулась.

— А знаешь… Тебе идёт твоя новая стрижка, — приподнимая руку к его волосам, сказала я.

— Правда?

— Да… По-моему, даже лучше, чем было раньше, — приглаживая его короткую чёлку набок, ответила я, — Знаешь ещё что…

— Ну? — заинтересованные глаза окружили меня со всех сторон.

— Мне кажется, что я сначала влюбилась в твою внешность, а только потом во внутренний мир, — честно призналась я, опуская глаза.

— Во внешность? — с усмешкой переспросил Стас. Я кивнула.

— Уверена, что не я одна… Ещё тогда на фото я увидела твои глубокие голубые глаза и шикарные волосы. Но в жизни ты совершенно иной, нежели на фото.

— Что, хуже?

— Наоборот. Когда я изучала твои фотографии, то запомнила каждую черту лица. Но я даже не предполагала, что в жизни всё совсем по-другому… — я опустила свою ладонь на горячую щёку Стаса, с трепетом гладя его бороду.

— Да. Мне многие говорили, что в жизни я лучше, — с гордостью произнёс Стас, и я резко одёрнула руку, закатывая глаза.

— Я ему комплимент сделала, а он… — раздражённо вздохнула я.

— Ну всё-всё, — рассмеялся Стас, видя мою разгневанность, — Я пошутил, не злись… Я слышал, что женщины любят ушами или же глазами. Ты, судя по всему, второй вариант?

— Возможно. Ведь внешность — это неотъемлемая часть нашей жизни. Все мы, независимо от ситуации, смотрим на то, как выглядит человек, чем он пахнет и как уложены его волосы.

— Да. Это именно так, — согласно кивнул Стас, переводя глаза на настенные часы, — Ох! Уже восемь… Кажется, мы немного увлеклись… Нужно собираться в офис.

— Точно! — я подскочила с постели, сбрасывая со своих ног одеяло.

Пока Стас суетился у шкафа, я заправила кровать и уложила подушки поверх покрывала. Когда я обернулась, он уже стоял практически одетый.

— Какой ты быстрый! — с удивленным лицом усмехнулась я.

— Не во всём, — с довольным взглядом ответил Стас и развернулся к зеркалу, поправляя воротник на своей рубашке.

— Всё чёрное? — я подошла к нему, разглядывая брюки и рубашку одинаково темного цвета, — Что за траурный настрой? Никто ведь не умер.

— Мне нравится, — пожал плечами Стас, и его руки потянулись к моей груди, — Черный цвет стройнит и делает визуально выше. Тоже можешь выбрать что-то чёрное на сегодня.

— Не думаю, что какое-либо платье, хоть и чёрное, будет стройнить беременную, — я положила свои ладони на руки Стаса, немного спуская их до линии своего живота. Он облизнулся, с интересом разглядывая моё тело, которое видел уже далеко не впервые.

— Я снова тебя хочу… — прошептал Стас, обхватывая мою талию обеими руками. Его губы потянулись к моим, и я закинула голову назад, слегка отстраняясь.

— Напомню, что нам нужно в офис, — негромко произнесла я, — Разве такой трудоголик, как ты может опоздать?

— Я тебе больше скажу, мы уже задерживаемся, — с улыбкой ответил Стас, касаясь уголка моих губ своими, — Ну раз ты так хочешь ехать в офис, то ладно, — он сделал несколько резких шагов назад, беззаботно улыбаясь, — Продолжим там…

— Что? — непонятливо переспросила я, вглядываясь в его хитрое лицо, — Ты сейчас о чём?

— Одевайся, — Стас махнул рукой в сторону распахнутого шкафа, усаживаясь на край кровати, — У нас мало времени.

Я переключилась на свой гардероб, выбирая наряд на сегодня.

«Это снова будет что-то строгое или в этот раз я могу себе позволить надеть более открытое и сексуальное платье. Пока живот не сильно виден, я всё ещё могу натянуть на себя обтягивающее платье».

Раздумывая, я наткнулась глазами на платье цвета сажи. Оно было с закрытой спиной, шеей и плечами, но зато с вырезом на груди. Я обернулась, желая увидеть глаза Стаса и его реакцию на мой выбор, но он сидел с опущенной головой, уткнувшись в свой телефон. С тяжёлым вздохом я вернулась к открытому шкафу, разглядывая его содержимое. Надев тёмное белье и такого же цвета колготки, я вернулась к платью, которое казалось мне идеальным.

«Надеюсь, что оно сядет на меня так прекрасно, как смотрится в моих руках»— трогая приятную ткань руками, думала я.

Я надела платье и обратилась к Стасу, усаживаясь на край его коленей и подставляя ему свою спину с расстегнутой молнией.

— Застегни, пожалуйста, — попросила я, приподнимая свои волосы. Стас оторвался от экрана телефона и даже отложил его в сторону.

Осторожно пройдясь по моей спине рукой, она застегнул молнию на платье.

— Спасибо, — произнесла я, пытаясь встать на ноги, но рука Стаса остановила меня, обняв за талию. Вытянув свою руку, он потянулся ей к тумбочке, доставая оттуда наручные часы. Я замерла, когда обе его руки преградили мне дорогу, не выпуская. Стас застегнул ремешок на швейцарских часах, и его рука слегка прошлась по моему бедру, вызывая целый рой мурашек. Он дразнил край моего платья своими длинными пальцами, щекотал кожу на бёдрах, а потом наконец поднялся, поставив меня на ноги.

— Можем ехать, — как ни в чём не бывало, произнёс Стас, словно ещё секунду назад он не ласкал мои ноги сквозь ткань колготок, играясь пальцами.

— Подожди. Я ещё не готова, — вставая лицом к зеркалу, ответила я.

— Ладно. Тогда ты заканчивай сборы, а я спущусь вниз и прогрею машину, — покидая спальню, сказал Стас. Скрипнула дверь, и я взяла в руки косметичку.

Приведя своё личико в порядок, я спустилась вниз. Стаса на первом этаже, да и вообще в доме, не было, поэтому я, надев длинную куртку и меховую шапку, вышла следом.

— Долго, Алиса… — закинув голову назад, протянул Стас, когда я села на переднее сиденье.

— Ну прости. Мне нужно было накраситься, — я захлопнула дверь и потянулась к ремню.

— Да нормально ты выглядишь и без всякой косметики, — со вздохом сказал Стас.

— Спасибо, — я слабо улыбнулась, воспринимая его слова, как комплимент, — А ты почему не надел шапку? На улице такой холод.

— Не надел и не надел, — отмахнулся Стас, — Не маленький ребенок уже.

— Стас, ты только после болезни, тебе не…

Он заставил меня замолчать резким хлопком по рулю.

— Алиса… — раздражённо прошипел Стас, сдерживаясь, чтобы не накричать на меня, — Прекрати эту пустую заботу. Я не ребёнок и сам могу решить, что мне надевать, а что нет.

Я опустила глаза, сглатывая. Грубые слова от Стаса звучали очень обидно, но я ничего не сказала в ответ, видя его раздражённость.

«Может, он просто весь на нервах из-за работы, на которой не был долгое время, вот и не хочет меня слушать?»— оправдывала я такую его резкость по отношению к себе.

Всю дорогу мы ехали молча, даже украдкой не глянув один на одного. Серьезный взгляд Стаса был направлен лишь только на дорогу, а я задумчиво смотрела в окно.

Машина затормозила, и я потянулась к ремню. Стас громко чихнул и, когда я повернула к нему голову, потёр свой нос.

— Что-то нос зачесался, — сказал он в ответ на мой суровый взгляд. Стас открыл дверь и первым вышел из транспорта, я следом.

Мне с трудом удавалось подавить в себе желание сказать: «А я же говорила надень шапку». Но то, как грубо Стас отреагировал на мою заботу в прошлый раз, сильно задело и даже обидело меня. Я не понимала, с чем связана такая его резкость по отношению ко мне, ведь я не сказала ничего такого, на что можно разозлиться.

Быстрыми шагами Стас двинулся ко входу в офис, а я еле успевала за ним. Двери захлопнулись прямо перед моим носом, и я закатила глаза.

«Боже, какой он нервный… Даже меня не подождал…»— раздражённо вздохнула я.

— Станислав Владимирович, доброе утро! — при виде начальника, все засветились.

— Мой кабинет, надеюсь, готов? — надменным тоном спросил Стас.

— Да, конечно. Всё готово, — расторопно ответила Алёна.

— Доброе утро! — послышался женский голос, — Как ты, Стас?

Обернувшись, Стас столкнулся глазами с Лизой.

— Как видишь, в норме. Теперь всё встанет на свои места, — высунув руку из кармана куртки, Стас надавил на дверную ручку.

— Рад вас видеть, Станислав! — с довольной улыбкой произнёс мужчина. Даже без оборота Стас понял, кто с ним говорит.

— Здравствуйте, — входя в свой кабинет, ответил Стас и прямо у лица Оливера захлопнул дверь.

Я кивнула головой, встретившись взглядами с Лизой и Оливером.

— Пусть Стас побудет один, — сказала я, видя их ошарашенные лица, — Он немного разнервничался. Ему нужно время, чтобы заново окунуться в работу.

Лиза цокнула языком и резво зашагала в противоположную от меня сторону.

— Когда роды? — кивнув на мой животик, спросил Оливер. С удивленными глазами я улыбнулась.

— Пока только 18 недель, — развела руками я и двинулась в свой кабинет.

«Ох! Как же давно я здесь не была!»— с глубоким вздохом я оглядела свой письменный стол, заваленный различными папками и документами, на которых лежал тонкий слой пыли. Я повесила верхнюю одежду на вешалку и расположилась за столом.

— Станислав Владимирович, вы что-то желаете? — с осторожностью входя в кабинет начальника, поинтересовалась Алёна.

— Да. Подготовь документацию за время моего отсутствия, — не поднимая глаз от монитора компьютера, ответил Стас, — Нужно всё: клиенты, прибыль, непредвиденные траты. Через несколько часов я планирую созвать собрание. Я должен знать всё.

— Как скажете, — кивнула Алёна, делая пометки в своём блокноте, — Что-нибудь ещё?

— Пока свободна, — махнул рукой Стас, — Мне нужно всё проанализировать. Узнать, что было с компанией за время моего отсутствия.

Алёна оставила Стаса одного и переместилась в архив к документации.

«Долго же мне придётся искать все данные за предыдущие месяцы…»— обречённо вздохнула она.

Несколько часов я неотрывно сидела за столом, перерывая всю документацию, планировала рабочие дни на месяц вперёд, отвечала на телефонные звонки. В общем, всё встало на свои места. Я снова секретарша компании «Габворд», и снова все обязанности легли на меня.

«Зато теперь не только Алёна будет в одиночку разбирать все бумажки, назначать и организовывать встречи»— утешала себя я, делая глоток прохладной воды.

Я пробежалась глазами по документам на своём столе и, заметив на одном из них знакомую фамилию, взялась за телефон.

«По-моему, именно с этим мужчиной Оливер просил назначить встречу. А я и забыла в прошлый раз»— набирая номер, думала я.

У последней цифры я остановилась, ведь с коридора донеслись суетливые шаги и громкие разговоры. Я выглянула из-за двери, вглядываясь в ту суматоху, что творилась снаружи.

— Алён, а что происходит? — поинтересовалась я.

С кипой бумажек Алёна подошла ко мне.

— Гордеев созывает срочное собрание. Хочет узнать обо всём, что было, когда он отсутствовал, — ответила она, кивая головой на свои руки, полные различных папок и файлов, — Вон сколько всего разобрала. Сейчас на собрании будем обсуждать. Гордеев всех позвал.

— И меня тоже?

— Не знаю. Это ты лучше у него самого спроси, — Алёна кинула взгляд на свои наручные часы и ахнула, — Всё! Я побежала!

Я оглядела коридор, где бегали Лиза, Оливер и ещё несколько ребят из компании.

«Судя по всему Стас позвал всех, кроме меня»— с досадой обнаружила я, но не тут то было.

— Алиса, зайди ко мне, — по селектору донёсся голос Стаса. В ту же минуту я вышла из своего кабинета и зашла в кабинет Стаса. При виде меня, он поднялся из-за стола и подошёл ко мне, — Как дела? — он положил свои ладони на мои волосы, трогая губами лоб.

— Пока не родила, — с иронией отозвалась я, но Стаса это нисколько не позабавило.

— Я серьёзно, — он свёл свои брови к переносице, — Как ты себя чувствуешь? Не холодно в офисе? Обедать будешь? Ничего не болит?

От кучи его вопросов я усмехнулась.

— Сегодня утром кто-то назвал мою заботу пустой, — хмурясь, напомнила я.

— Но ведь это не я, а ты носишь внутри себя ребенка, — Стас коснулся ладонью моего живота, вглядываясь в моё лицо, — Так что мне даже нужно заботиться о тебе.

— Ладно, — кивнула я, обнимая его плечи руками, — Ты созываешь собрание?

— Да. Хочу знать обо всём, что было за время моего отсутствия, — отвечая на мои объятия, сказал Стас.

— Будут только ты, Лиза и Оливер?

— Да, они мои компаньоны. Ещё Алёна передаст всю документацию за последние месяцы.

— Я не нужна? — у его уха прошептала я, и Стас покачал головой.

— Отдыхай, — сказал он, и я на секунду отстранилась.

— Мне не до отдыха. Работы много.

— В таком случае иди работай. Нужно что-то будет — говори.

— Хорошо, — кивнула я, опуская глаза на свой живот, — Нужно будет записаться на УЗИ. В прошлый раз меня записала твоя мама. У неё есть знакомый врач.

— Тогда попроси её и в этот раз.

С сомнением я медленно пожала плечами.

— Может быть.

— Почему «может быть»? — не понял Стас, — Не хочешь лично просить мою маму, давай я попрошу?

Я вновь пожала плечами и в следующую секунду переключилась на открывшуюся дверь.

— Станислав Владимирович, можно уже собираться? — негромко спросила Алёна.

— Да-да. Зови всех, — согласно махнул Стас, и Алёна поспешно удалилась.

— Тогда я пойду? — вполоборота смотря на Стаса, произнесла я. Вместо ответа он схватил меня за бедро, больно сжимая его.

— Мы утром так и не закончили, — томным голосом сказал он.

— А как же… — я приоткрыла рот, чтобы возразить, но Стас накрыл мои губы горячим поцелуем, от которого всё тело бросило в дрожь, а ноги предательски задрожали. Он так же резко прервал его и хитро заулыбался.

— После работы обязательно продолжим начатое, — с улыбкой произнёс Стас, гладя нижнюю часть моего платья.

Я ничего другого не смогла сделать, как просто машинально кивнуть головой. Я облизнула свои губы, ощущая на них вкус губ Стаса, и, не сводя со стоящего посреди кабинета мужчины своего зачарованного взгляда, вышла в коридор, где столкнулась с Лизой и Оливером. Те даже не сразу заметили меня в своих увлечённых беседах.

Остаток дня прошёл без каких-либо происшествий. Та троица на протяжении нескольких часов что-то бурно обсуждала в кабинете Стаса, а мы с Алёной с головой погрузились в документацию и смогли вылезти из неё только под вечер.

Громкая ругань из соседнего кабинета заставила нас отвлечься. В какой-то момент на весь офис раздался звук треска посуды и голоса Стаса и Оливера.

— Чего это они? — Алёна взглянула на меня. Я приоткрыла рот и резко обернулась на звук распахнувшейся двери. Из кабинета выбежал Оливер, на ходу продолжая кричать на Стаса.

— Я так это не оставлю! С чего это вы решили, что можете решать всё самостоятельно!? — с гневом размахивал руками Оливер, — Мы такие же владельцы компании, как и вы!

— Да потому что я лучше знаю, где и с кем заключать договора! — в ответ выкрикнул Стас, догоняя Оливера. Лиза плелась где-то в стороне, стараясь не встревать в разговор мужчин, — С Грачковым я уже больше пяти лет и не собираюсь ничего менять! У нас с ним контракт, который ВЫ по какой-то причине решили расторгнуть!

Мы с Алёной удивлённо переглянулись, не понимая, в чём дело.

— А я вам говорю, что нужно искать нового поставщика! — Оливер настойчиво тыкнул пальцем в воздух прямо перед лицом Стаса, который уже был весь красный от злости.

— Ни фига! Как всё было, так и будет! — с гневом отозвался тот, — По какому праву вы вторгаетесь в то, что строилось годами!?

— Да потому что теперь я такой же владелец компании, как и вы! Так что я имею полное право решать все дела фирмы!

В центре офиса остановились Стас, Оливер и Лиза. Они ловили на себе любопытные взгляды всех сотрудников, которым уже было не до работы. Всем было интересно, чем же закончится данный спор.

— Всё будет так, как сказал я! — уверенным тоном произнес Стас, — Мы вернём прежнего поставщика, которого вы без моего ведома выгнали! И точка!

Оливер хотел что-то возразить, но Стас выставил указательный палец перед собой.

— Я сказал всё! Все предыдущие годы мы проблем не знали с таким поставщиком, как Грачков, и теперь не будем знать! — Стас обернулся в мою с Алёной сторону, — Позвонить Грачкову и назначить на завтра встречу! Лиза, ты лично с ним поговоришь!

Последние слова Стас произнёс уже по пути к лифту.

— Совещание окончено!

Голос Стаса звучал твёрдо и настойчиво, так что никто не осмелился не повиноваться ему. Прибывая в шоке, все дружно переглянулись, а потом вернулись к своим обязанностям.

Передав из своих рук папку в руки Алёне, я встала из-за стола и переступила порог лифта, в который только что зашёл Стас.

— Почему вы так спорили? Что случилось? — спросила я, встретив Стаса на верхнем этаже.

— Да так, — отмахнулся он, закидывая обе ноги на стол.

— Почему ты теперь в этом кабинете? — я оглядела просторное помещение, — Это же, вроде, Давида?

— Был и Давида, и этого Трикса. Теперь мой, — монотонно ответил Стас.

— А что так? — я подошла сбоку к столу, и Стас опустил ноги, приглашая меня сесть к нему на колени.

— Как выяснилось, он неплохо так хозяйничал в моём кабинете, вот я и отдал его ему.

— Ясно, — я присела на его колени, обвивая шею руками, — Но и я там немного хозяйничала.

— Ты это другое, — вздохнул Стас, опуская голову на мои бёдра. Его пальцы стали водить по моим колготкам, вырисовывая на них самые разные узоры.

— Так вы поменялись кабинетами? — продолжала свой расспрос я. Стас медленно кивнул, запуская обе свои руки под моё платье, — А Лиза что? Отмалчивалась?

— Всё как обычно. Она же тупая, как пробка, ничего не понимает в бизнесе. Поддакивала этому Триксу, глазки вечно строит, — с пренебрежением ответил Стас.

— Тебе строит? — с наигранной обидой уточнила я, и Стас поднял на меня довольные глаза.

— Ревнуешь? — усмехнулся он.

— А что, если да? — хихикнула я, играя пальцами с верхней пуговицей на его тёмной рубашке, — Я всё-таки твоя будущая жена. Имею право.

— И не поспоришь же, — Стас не сдержал короткий смешок, обхватывая мою бёдра обеими руками. Он задрал платье до моего живота, оголяя самые сокровенные места.

— Стас, давай не здесь… — шепотом произнесла я, прикрывая колени руками.

— А я хочу здесь и сейчас, — настойчивым тоном ответил он, прижимаясь губами к моей шее.

— Нет-нет! — я резко вскочила с его колен, вставая на пол, — Давай поедем домой.

Стас разочарованно поджал свои губы, а потом кратко махнул головой.

— Будь по-твоему, — еле сдерживая своё недовольство, ответил мужчина, — Поехали домой. Рабочий день как раз подошёл к концу.

Стас встал из-за стола, и мой взгляд невольно упал на хорошо заметный бугор на его брюках, от которого по спине пробежали мурашки. Он взял меня за руку и уверенным шагом завёл в лифт. Мы спустились вниз и уже через десять минут одетые сидели в салоне автомобиля.

— Я просил домработницу прибрать пока нас не будет и приготовить ужин, — заводя машину, Стас повернулся ко мне.

— Зачем? Я же и сама могу приготовить нам ужин, — возразила я.

— И к чему тебе стоять у плиты, когда я могу просто дать денег, чтобы это сделал специально обученный человек? — невозмутимо развёл руками Стас.

— То есть по-твоему я не умею готовить? — с нотками обиды спросила я.

— Я просто не хочу, чтобы ты тратила своё время на пустую готовку. Лучше проведём его с пользой, — Стас кратко подмигнул мне и устремил свой взгляд на дорогу.

— Ладно, — согласилась я.

Машина тронулась, и через полчаса мы уже были у дома Стаса. Я пошла вовнутрь, а Стас остался загонять свой автомобиль. Стоило мне только переступить порог, как я столкнулась с не знакомой мне девушкой.

— Здравствуйте, — кивнула она, увидев меня.

— Прости, а вы кто? — растерянно спросила я, вглядываясь в руки незнакомки. Она держала две тарелки и бокала.

— Я домработница Станислава Владимировича, — пояснила она, и я с облегчением выдохнула, поняв, что гостья вовсе не названная, — Просто я не успела прибраться до вашего прихода. Прошу прощения.

— Всё в порядке, — махнула рукой я, улыбаясь, — Не думаю, что Стаса это станет злить.

Но как же я ошибалась…При виде своей домработницы, Стас пришёл в ярость.

— Какого чёрта ты не убралась днём!? — размахивая руками, кричал он, — Я за что плачу такие бабки!? Чтобы я приходил домой, а ужин ещё не был готов!?

— Простите… — девушка стыдливо опустила глаза, а я и вовсе растерялась.

— Стас, ну ты чего? Она ведь просто не успела, — попыталась успокоить мужчину я, — С кем не бывает?

— Оштрафована! — выпалил Стас, наплевав на мои слова, и резко двинулся вперёд, оставив меня и домработницу в обескураженном состоянии, — И чтобы через полчаса ужин для меня и моей девушки был готов!

Глядя на подавленное лицо девушки, я печально вздохнула. Она чуть ли не плакала, а мне было безумно стыдно за такой грубый поступок Стаса по отношению к ни в чём не повинной девушке.

— Простите его, — чувствуя свою вину, произнесла я, — Стас не всегда такой. Просто день не задался… На работе трудности…

Девушка кивнула, смахивая слезинку со своего глаза, а мне ещё больше стало не по себе, ведь всё что я сказала в оправдание Стаса было ложью, и он действительно грубиян и хам.

Домработница вернулась на кухню, а я отправилась в спальню, где на заправленной кровати валялся Стас. Я подошла к нему и выхватила из рук телефон. Стас вопросительно выгнул одну бровь, ожидая от меня пояснений.

— Стас, что это было? — возмущённо спросила я.

— Я отработал целый день. Теперь я могу отдохнуть у себя дома со своим же телефоном? — протягивая мне разжатую ладонь, сказал он.

— Я не об этом.

— Тогда о чём, интересно?

— Почему ты накричал на ту девушку? Что она такого сделала, что ты просто взял и сорвался на ней?

— Я не сорвался на ней. Лена сама виновата, что не прибрала дом до нашего прихода. За что я плачу ей такие деньги?

На лице Стаса я не увидела ни грамма сожаления, только равнодушие, отчего мне стало ещё обиднее.

— Ну а вдруг у неё что-то произошло, вот она и не смогла прибраться раньше?

— Мне то что с того? — холодно ответил Стас, — Пусть решает свои проблемы в другое время. А у себя дома я хочу полный порядок и горячий ужин на столе. За что я, собственно, и плачу.

Я разочарованно вздохнула, видя, что Стасу ничуть не жаль, а, наоборот, всё равно.

— Ну давай не будем об этом, — Стас слегка смягчил тон, — Иди ко мне, — он вытянул руки перед собой, поманивая меня к себе.

— А если будет не на ком сорвать свой гнев, то ты сорвешься на мне? — стиснув зубы от обиды, спросила я.

— Ну что ты? С чего бы мне на тебя кричать? — ласково ответил Стас.

— А с того, что ты каменный эгоист! — выпалила я, чувствуя, как на глаза начинают накатываться слёзы.

— Каменный? — с усмешкой переспросил Стас.

— Не смешно! Ты думаешь только о себе, а на то, что чувствуют другие люди, тебе плевать!

Он снова рассмеялся, что меня ещё больше разозлило.

— Глупости, Алиса. С чего это мне плевать на всех?

— Да потому что ты такой человек! А ещё обещал, что изменишься! — со слезами выкрикнула я. С тяжёлым вздохом Стас поднялся с кровати и шагнул в мою сторону, — Не трогай меня!

— Ну что ты, как маленький ребенок? — снова вздохнул он, — Тебя расстроило то, что я оштрафовал свою домработницу за то, что она не выполнила свою работу?

— Она выполнила! Просто немного позже. Разве это повод лишать её честно заработанных денег? — я провела ладонями по кругам под своими глазами, смахивая слёзы.

— Ох… — Стас закатил глаза, — Если тебе от этого станет легче, то я не стану её штрафовать.

— Конечно, не станешь! — крикнула я ему в лицо, — А ещё ты извинишься перед ни в чём не повинной девушкой за своё хамство!

Неожиданно для меня Стас расхохотался.

— Что за чушь? Какое хамство, Алиса? Какое? — сквозь смех произнёс он.

— У тебя нет настроения, так ты решил испортить его и всем остальным!? — гневно выкрикнула я, — Потом ты и на нашего сына будешь орать!?

— Что ты несёшь? С чего бы мне на него орать? — немного растерянно развёл руками Стас.

— Ну ты же почему-то накричал на Лену. А она ведь ничего такого не сделала, за что можно было бы штрафовать.

— Господи! Опять ты о ней! — Стас со вздохом закатил глаза, — Она моя прислуга, которая не выполнила то, о чём её просили. Как, интересно, я должен был реагировать? По головке её погладить?

— Ну хотя бы не доводить до слёз, — пробормотала я, чувствуя на своих глазах новый поток слёз.

— Ну а ты то чего плачешь? — не смотря на мои возражения, Стас крепко обнял меня, — Всё ведь хорошо.

— Ничего не хорошо, — всхлипнула я, прижимаясь щекой к пиджаку Стаса.

— Ну а что не так у нас с тобой? — он немного приподнял мой подбородок, заставив смотреть в глаза, — М? Скажи, что тебя не устраивает?

— Ты меня не устраиваешь, — шёпотом выпалила я, обратно опуская голову, — Твоя грубость и холодность. Разве нельзя быть чуточку добрее к людям?

— Ох, Лиса… — Стас поцеловал меня в лоб, обеими руками прижимая к своей груди, — Я такой человек. Что мне сделать?

— Измениться, Стас… Измениться… — вздохнула я, прикрывая веки.

Хватка Стаса ослабилась, и он отступил назад.

— Пойдём ужинать. Я голоден, — сказал он, выходя в коридор. Вытерев одинокую слезинку со своей щёки, я направилась за ним.

В нескольких метрах от кухни в нос ударил приятный аромат, который мне напомнил свежеприготовленный плов. Тётя частенько готовила мне его. И да, когда я зашла на кухню, на столе действительно стояла кастрюля с пловом, а рядом две тарелки с салатом и пустые бокалы.

Стас встал у стола и открыл бутылку.

— Я не буду вино, — мотнула головой я и тут же внимательнее вгляделась в этикетку на бутылке, — А, это гранатовый сок.

Стас молча кивнул и, разлив сок по бокалам, протянул один мне.

— Гранатовый сок очень полезен для здоровья, в особенности для женского организма. Во время беременности он обеспечивает всеми необходимыми питательными веществами мать и развивающийся плод, — задумчиво глядя мне в глаза, произнёс Стас, — К тому же гранатовый сок полезен для мужской потенции. В общем, одни только плюсы.

Я удивлённо подняла брови.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Ничего особенного. Просто интересный факт, — пожал плечами Стас, поднося к своим губам бокал. Я закинула ногу на ногу и тоже сделала глоток гранатового сока, — Беременным нельзя класть ногу на ногу. Такое положение затрудняет кровообращение, способствует прогрессированию варикозного расширения вен ног, появлению отеков. Следи за своей осанкой.

Я чуть не выронила бокал, слыша столько слов заботы со стороны Стаса, и подавилась соком. Он подскочил по мне, скользящими движениями похлопывая по спине.

— Всё в порядке?

— Стас, ты меня пугаешь… — подняв голову, сказала я, — Никогда не замечала за тобой столько заботы.

— А что в этом плохого? Ты беременна, а значит должна быть очень осторожна, чтобы не дай бог не потерять ребенка.

Я закатила глаза, убирая его руку.

— На первых трёх месяцах у меня была серьёзная угроза выкидыша. Но всё обошлось. Сейчас то чего бояться?

— Выкидыш может случиться на любом сроке, так что, я думаю, будет уместным тебе на время беременности избежать каких-либо переживаний.

Я наклонила голову вбок и посмотрела на Стаса, ожидая, чего же он предложит.

— Ты не будешь работать, — сказал он, и я уже открыла рот, чтобы возмутиться, но Стас остановил меня, приложив палец к губам, — Лиса, так будет лучше для тебя, для меня и для нашего сына. Ты будешь постоянно дома, чтобы ничего не дай бог не случилось.

— То есть, если тебя целыми днями не будет дома, то я волноваться не буду? — фыркнула я, всем своим видом показывая, что не разделяю предложение Стаса.

— 21-ый век на дворе. Мы будем созваниваться по видеосвязи, — поспешил успокоить меня Стас. Я ойкнула от неожиданности, когда он взял меня на руки, усаживая к себе на колени, — Ладно?

Я положила его ладони на свой живот.

— Мой живот ещё достаточно маленький. Я могу работать. Не нужно запирать меня в четырех стенах, — я с мольбой посмотрела в его голубые глаза.

— Но я ведь тебя не запираю. Мой особняк просто огромен. Тебе дня не хватит, чтобы весь его обойти.

— Стась, давай так… — свои руки я переместила на его густую бороду, запуская в щетину пальцы, — Когда мне станет тяжело, то я останусь дома. А сейчас я в отличной форме и в состоянии работать.

По глазам Стаса я поняла, что он явно со мной не согласен, но почему-то возражать не стал.

— Будь по-твоему, — Стас протянул руку к небольшому белому блюдцу и, взяв с него ломтик сыра, поднёс его к своим губам. Я слегка наклонила голову вперёд, откусывая сыр. Мои губы на миллисекунду соприкоснулись с губами Стаса, и он заулыбался. Стасу нравилась моя шалость. Подкормив меня ещё несколькими кусочками, он сделал глоток гранатового сока и закружил меня в воздухе, — Ты там говорила, что в прекрасной форме и готова работать? Пойдём это проверим.

Я не стала спорить и на руках у Стаса дошла до спальни, где он сел на кровать, поставив меня перед собой.

— Раздевайся! — скомандовал Стас, охотничьим взглядом рассматривая меня с ног до головы.

От его приказного тона по спине пробежали мурашки, и я невольно улыбнулась. Неспешными движениями я провела по своему животу и груди и развернулась спиной к Стасу. Без лишних слов он понял меня и расстегнул молнию на платье, легонько шлепая меня по ягодицам. С улыбкой я развернулась, сбрасывая платье на пол. Два моих сочных персика смотрели прямо на Стаса, и я, слегка подпрыгнув, вызвала у него улыбку. Щёлкнула застёжка, но я не спешила избавлять свои груди от преграды. Мне нравилось смотреть на нетерпеливое лицо Стаса, и то, как он поедал меня глазами, заводило в десятки раз больше.

Наконец я убрала руки, и Стас прикусил нижнюю губу, жадно глотая воздух. Мой бюстгальтер упал на пол, и я наклонилась, чтобы снять колготки.

— Подожди! — остановил меня Стас, выставив руку перед собой. Он поманил меня, и я сделала неуверенный шаг вперёд, после чего взвизгнула. Стас повалил меня на постель, широко раздвинув мои ноги, — Я сам их разорву! — сбивчиво дыша, прорычал он.

Не успела я и открыть рот, как сильные руки Стаса разорвали колготки между моих ног, оголяя самые тайные места. Стас облизал свой большой палец, и отодвинув мои тонкие трусики, проник им вовнутрь. Я застонала от неожиданности и стала машинально сдвигать ноги, но Стас не позволял мне это сделать, крепкой хваткой сжимая кожу на моих бёдрах, и оставляя на них следы от своих пальцев.

— Почему ты не снимаешь рубашку? — во время процесса спросила я, видя, что я лежу абсолютно голая, а Стас раздет только по пояс.

Стас попятился назад, расстегивая оставшиеся пуговицы. Мне в глаза бросились многочисленные царапины и засосы на его груди.

— У меня вся спина расцарапана. Думаю, стоит дать ей время зажить хотя бы немного, — ответил Стас, сбрасывая рубашку на пол. Я сглотнула, виновато опуская глаза, и коснулась алой царапины около мужского соска.

— Оно как-то само выходит… — сбивчиво пробормотала я.

— Плевать. Не нужно себя сдерживать, — томным голосом сказал Стас и, когда я туманными глазами посмотрела на него, опустил губы на мою грудь, оставляя дорожку из нежных и чувственных поцелуев. Я вся замерла и задрожала, выгибаясь под его массивной грудью и тая от его чутких прикосновений. Сомкнув веки, я поддалась навстречу любимому, и наши тела залила сладкая истома. Страстные поцелуи, переплетённые пальцы, беспорядочное дыхание и бешеное сердцебиение…

В какой-то момент Стас даже закричал, ведь я впилась ногтями в его и без того исцарапанную спину.

— Ой, прости пожалуйста… — протараторила я, перемещая свои руки на его шею.

— Давай лучше так, — Стас перевернулся на спину, и я оседлала его колени.

Сильная мужская рука скользнула по моей груди и остановилась у тонкой шеи, сжимая её. Я замерла, почувствовав на себе мужскую власть, и закрыла глаза, приподнимая подбородок. Мне нравилось чувствовать себя слабой в руках любимого мужчины, нравилось, как он владел и командовал мной, — Открой рот, — шёпотом Стас, и я тут же повиновалась. Он коснулся пальцем моей нижней губы, слегка оттягивая её. Я приоткрыла глаза и встретилась с довольным взглядом Стаса. Ему определенно нравилась моя покорность, — Высунь язык.

Я выполнила его пожелание, и Стас коснулся моего кончика языка своим. Мои соски вмиг затвердели, что, разумеется, не осталось незамеченным. Ужасающий голод исказил лицо Стаса, и я тихонько вздохнула, ощущая, как горит моё лицо. Я даже не заметила, как Стас щёлкнул пальцем по моему соску, вызвав оханье. Через секунду он уже втянул его в свой рот, и я выгнулась дугой у его лица. Борода Стаса приятно щекотала мою чувствительную грудь, а язык поочередно ласкал оба соска.

— Ох, Стась… — простонала я, чувствуя, как толчки внизу моего живота усиливаются, — Кажется, я завтра не встану на ноги…

Из уст Стаса вырвался короткий смешок. Он заулыбался.

— Малыш, так и должно быть, — облизывая мои губы, ответил Стас.

Он снова взял меня за подбородок, и мой взгляд остановился у его голубых глаз. В ожидании чего-то интересного, я улыбнулась. Стас прикусил мою нижнюю губу, оттягивая её зубами, и я от нетерпения сама впилась в его горячие губы, обхватывая плечи руками и скрещивая свои пальцы между собой. Новая волна возбуждения снова и снова накрывала нас с головой, не давая прекратить наслаждаться обществом друг друга.

— Жизнь моя… — вздохнула я, утыкаясь лицом в твердую грудь Стаса, — Как же мне с тобой хорошо…

— Не хочу, чтобы тебя трогал кто-либо кроме меня… — кладя обе руки на мои ягодицы, Стас взглянул вперёд себе, — Ты только моя…

— Ты и так единственный, кто трогает меня там, — затаив дыхание, прошептала я и начала немного тереться своей промежностью о твёрдый член Стаса. Он томно охнул, а хватка на моей заднице заметно усилилась.

А потом Стас произнёс те слова, от которых волосы на моей голове встали дыбом.

— Даже сама не смей трогать себя…

На мгновение я лишилась дара речи.

«О чём он говорит? Стас не хочет, чтобы я удовлетворяла себя самостоятельно? Но я ведь и так не нуждаюсь в этом. Или же его ревность достигла предела, и он теперь не позволит мне трогать собственное тело?»

Я в недоумении посмотрела на Стаса.

— Что это значит? Что за рамки ты мне ставишь? — выгнув одну бровь, спросила я.

— Никаких рамок, — мотнул головой Стас, — Просто я волнуюсь о твоём здоровье и здоровье своего будущего сына, которого ты носишь у себя под сердцем. Ты обязана быть осторожной.

— А причем здесь «не смей трогать себя»? — всё с тем же непониманием продолжала я. Вместо ответа Стас повалил меня на спину, заломив руки над головой.

— Всё притом, моя девочка, — краем губ усмехнулся он, наваливаясь надо мной, — Я сам буду трогать тебя и твоё великолепное тело, — Стас неприлично близко наклонился к моему лицу и облизнулся. Мои ноги предательски затряслись, и я закинула одну из них на бёдра Стаса, вплотную прижимая его тело к своему.

В какой-то момент мой живот издал неприятный звук, и Стас усмехнулся.

— Я хочу кушать… — прошептала я, хотя он и так всё понял.

— Ладно. Идём тебя кормить, — Стас сделал глубокий вдох и подхватил меня на руки.

— Давай оденемся, — я вытянула свою руку в сторону шкафа, тыкая в него пальцем, но Стас помотал головой, не одобряя моего предложения.

— Когда мы вдвоем, нет смысла одеваться, — он стал осторожно спускаться по ступенькам на первый этаж, прижимая меня к себе.

Одним движением руки Стас сдвинул всю посуду в сторону и усадил меня на кухонный стол.

— Мне со стола есть? — усмехнулась я, поглядывая на Стаса, а потом закинула себе в рот ломтик сыра.

— Я буду сам тебя кормить, — на полном серьёзе ответил Стас, поднося к моим губам вилку с салатом, — Ротик открывай.

— Несколько минут назад ты просил меня сделать это совсем… — я не успела договорить, как вилка очутилась у меня во рту, и мне пришлось начать пережевывать поданный Стасом салат, — М-м-м… Вкусно… — потерев губы тыльной стороной ладони, я закивала головой, — Тоже попробуй.

Стас поднёс вилку и к своему рту, облизывая её.

— И вправду, — согласился он, — Не буду штрафовать Лену. Она знает толк в готовке.

— А я ведь говорила, что она хорошая. Просто, видимо, что-то случилось, и она не смогла прийти раньше.

— Хорошо. В следующий раз обязательно тебя послушаю, — с едва заметным сарказмом улыбнулся Стас и поставил тарелку на мои колени.

Он опёрся о стол обеими руками, обхватывая меня с двух боков. Стас выглядел, словно какой-то хищник, выжидающий нужного момента, чтобы наброситься на меня, беззащитно сидящую на столе в чём мать родила. От звериного взгляда Стаса меня отделяла только тарелка салата и руки, которые я держала перед собой.

В один момент Стас закинул мои руки к себе на плечи, и упёрся своими бёдрами в мою промежность. Я уткнулась носом в его щёку и провела тонкую линию скулы.

— Где ты хочешь, чтобы мы отпраздновали твой день рождения? — неожиданно для меня спросил Стас.

— О! Так ты знаешь, когда у меня день рождения! — с улыбкой воскликнула я.

— Разумеется. Я узнал об этом ещё, когда ты только устроилась ко мне на фирму, — невозмутимо ответил Стас.

— Давай сначала соберёмся все вместе: тётя, Давид, Карина. А потом можно и побыть только вдвоём, — я обняла лицо Стаса своими горячими ладонями, и он счастливо засветился.

— Всё будет, как ты захочешь, — кивнул Стас и тут же добавил: — Кстати, хотел спросить…

— Стой! — перебила я, прикладывая палец к его губам, — Я знаю, что ты сейчас спросишь. И сразу же отвечаю: не нужно мне ничего дарить. Ну или хотя бы не дари дорогих вещей. Я же знаю, что у тебя хватит ума, да и денег, подарить мне что-нибудь ужасно дорогое.

Стас задумчиво приподнял брови. Мои слова явно ввели его в ступор.

— Почему я должен экономить на своей будущей жене, которая носит моего ребенка? М?

— Потому что дорогим подарком ты меня ничуть не удивишь, — улыбнулась я, — Если захочешь мне что-нибудь подарить, то пусть это будет что-то необычное, запоминающееся. То, что меня и вправду удивит.

Задумчивое лицо Стаса немного смягчилось, и он даже улыбнулся.

— Я тебя понял.

Чувственно поцеловав мои губы, Стас поднял меня на руки, напрочь забыв о тарелке на моих коленях, и закружил в воздухе. Грохот стекла заставил его прерваться и посмотреть на пол.

— Бл*, тарелка… — выругался Стас, усаживая меня обратно на стол, — Теперь ещё осколки убирать.

Я рассмеялась и принялась ему помогать. Вместе, да ещё и абсолютно голые, мы собирали осколки разбитой тарелки, смеясь с нелепости данной ситуации. Когда всё стекло было собрано, Стас взял меня прямо на полу, предварительно подложив под мои ягодицы несколько полотенец.

«Заботливый, блин…»

Утро началось для меня слишком рано. Балконная дверь очень громко хлопнула, и я вскочила с постели. Стасу же ничуть не помешал столь громкий звук, и он с умиротворённый лицом спал, обняв мой край одеяла. Вот я снова проспала всю ночь голой, ведь Стас вечно стягивает одеяло на себя.

Вздохнув, я плюхнулась обратно на подушку, хлопнув ладонью по своему лицу в попытках проснуться. Я приоткрыла глаза и посмотрела на свою ладонь. На ней виднелся след от яркой помады. Я слезла с кровати и подошла к зеркалу. По моим губам была размазана ярко-красная помада.

«А разве я вчера красилась этой помадой? По-моему, нет. А даже, если и красилась, то она бы по-любому стёрлась от нашей со Стасом бурной ночи. Он ведь облизал мои губы вдоль и поперек…»

Так и не найдя разумного объяснения красной помады на своих губах, я отправилась в ванную, чтобы умыться. Стас тем временем уже проснулся, и я столкнулась с ним в коридоре.

— Доброго утра, — негромко произнес Стас и, кратко чмокнув меня в висок, закрылся в ванной.

— Доброго… — длинно ответила я, вглядываясь в сонное лицо Стаса. Он, словно какой-то зомби, — Ты не выспался? — через дверь крикнула я.

— Да нет. Всё нормально, — Стас выглянул из ванной комнаты, держа во рту зубную щётку, — А ты, я смотрю, проснулась раньше будильника.

— Да дверь хлопнула слишком громко и разбудила меня, — махнула рукой я, — А ты не знаешь, где я оставила свой телефон?

— В сумке посмотри, — ответил Стас и снова закрыл дверь. Я пробежалась по лестнице и, войдя в спальню, стала рыться по своей дамской сумочке. И да, мой телефон оказался именно там. Я снова сильно удивилась Стасовой внимательности.

«Ну или он просто угадал…»

Я набрала номер тёти, отлично зная, что она уже не спит и тоже собирается на работу. Вновь спустившись на первый этаж, я зашла на кухню и принялась набирать воду в чайник.

— У нас всё хорошо, тётя. Ты как там? — забрасывая кофейные зерна в чайник, я попутно беседовала с тётей Олей, — Да я… — холодные мужские руки опустились на мою задницу, и я вскрикнула от неожиданности, выронив телефон на пол, — Ты чего меня так пугаешь? — дрожащими руками я взялась за сердце. Стас усмехнулся и, подняв мой телефон с разбитым экраном, покачал головой.

— Он теперь никуда не годен.

Я печально вздохнула, разглядывая своё разбитое устройство.

— Блин…

— Кстати, у меня есть кофемашина. Можно не заваривать вручную, — Стас тыкнул пальцем на стоящую в нескольких сантиметрах от меня технику.

— А что с телефоном делать? У меня там все контакты, — я расстроенно посмотрела на Стаса.

— Не думай об этом. Я сам всё решу, — кладя телефон на подоконник, Стас махнул рукой, — А сейчас давай позавтракаем и поедем в офис.

— Я с тётей не договорила. Она будет волноваться.

— Вечером заедем к ней, — поспешил успокоить меня Стас. Я улыбнулась и обняла его, нежно гладя по спине. Руки Стаса крепко обхватили мои ягодицы, а пальцы впились в кожу. От резкого шлепка я охнула и подняла улыбчивые глаза на Стаса. Он тоже улыбался.

— Мне так нравятся твои пушистые щёчки, — я умилялась, щипая Стаса за щёки, а он только насупился.

— Ну Лиса… Пусти… — с недовольством буркнул Стас, убирая мои руки, — И не щёки, а борода.

— Ты теперь совсем не такой, какого я знала раньше, — произнесла я, разглядывая Стаса с ног до головы.

— Что, внешне изменился? — он ущипнул себя за пузико, оттягивая небольшую жировую прослойку.

— И не только, — я встала на носочки, чтобы дотянуться до губ Стаса, — Ни за что на свете я бы не подумала, что так сильно полюблю тебя и даже соберусь выходить замуж.

— Это жизнь, Лиса. Ещё несколько месяцев назад я не собирался даже жениться, а вот уже скоро стану отцом.

— За эти несколько месяцев всё кардинально изменилось для нас обоих, — я взглянула на свой животик, а потом и снова на Стаса, — У нас будет сын. Уже очень скоро мы станем одним целым.

Стас медленно кивнул и, прикрыв свои веки, поцеловал краешек моих губ.

— А сейчас нам нужно в офис. Работа не станет ждать.

Мы выпили по чашке кофе и уже через полчаса вышли из дома. Погода на улице заметно улучшилась. Весь снег растаял, а ветер уже не был таким холодным. Я даже не замерзла пока шла от машины до офиса.

— Лиса, скажи Алёне, чтобы принесла мне документы, которые должен был подписать Оливер, — пробегая мимо меня, попросил Стас, и я не успела даже кивнуть, как он скрылся в дверях офиса.

— Мистер Оливер не подписал никакие документы, — сообщила Алёна, — Он отказывается от старого поставщика и собирается подписать договор с новым.

Я обречённо вздохнула.

— И что мне теперь сказать Стасу?

— Правду, — развела руками Алёна, — Скажи, что второй владелец компании против старого поставщика.

— А что насчёт Лизы? — спросила я и по взгляду Алёны поняла, что задала глупый вопрос, — Всё ясно. Мы находимся между двух огней: Стас хочет оставить старого поставщика, с которым он работал годами, а Оливер по какой-то причине не доверяет ему.

— Дурдом, — вздохнула Алёна, махая рукой, — Впрочем, ничего нового.

— Ничего нового? — удивлённо переспросила я.

— Да. Здесь всегда так. Я работаю в «Габворде» почти шесть лет и всё обо всем знаю.

Я присела на низкую скамейку, готовясь слушать рассказ Алёны.

— В общем, Гордеев просто терпеть не может, когда кто-то с ним не соглашается. Он любит везде и во всём быть правым.

— А кто же с ним спорил до появления Оливера? Давид, что ли? — хмыкнула я, а потом до меня дошло, — Лиза?

— Конечно. Это сейчас она в компании двух сильных и властных мужчин предпочитает отмалчиваться. А раньше… О-о! Это надо было слышать. Они с Гордеевым так кричали, так кричали, что…

Алёна замолчала, и я в ту же секунду почувствовала на себе пронзающий взгляд. Когда я обернулась, то встретилась глазами с Лизой. Та, скрестив руки на груди, хмуро смотрела на нас с Алёной.

— Лучше работайте, а не языками молотите! — гневно сказала Лиза, сверля меня своим суровым взглядом, от которого мне почему-то стало только смешно. А вот Алёна, наоборот, засуетилась и вмиг вылетела из кабинета с пачкой документов, оставив меня наедине с недругом, — И что же в тебе Стас нашёл? — себе под нос буркнула Лиза, но я всё равно отлично услышала её ворчания.

— Что, прости? — невинным голоском переспросила я.

— Я говорю: что в такой, как ты, нашёл такой мужчина, как Стас? — уже громче и увереннее повторила Лиза. Я приподняла брови, хлопая глазами.

«Значит, мне не послышалось, и Лиза действительно в открытую оскорбляет и унижает меня».

— В какой «такой»? — поинтересовалась я, — Чем, интересно, я хуже, например, тебя?

— Ты-ы? — Лиза усмехнулась и скептическим взглядом осмотрела меня, — Всем. Такой мужчина, как Гордеев Стас, достоин только самой лучшей женщины, — она взяла себя под грудь, демонстрируя своё превосходство надо мной. Теперь уже усмехнулась я.

— Если достоинство заключается в силиконовых сиськах и заднице, то я, пожалуй, предпочту остаться недостойной.

Лиза ахнула от моих резких высказываний и, цыкнув, быстро удалилась. А я осталась победительницей, с довольной улыбкой провожая соперницу.

«Хотя её даже соперницей сложно назвать. Стас даже не смотрит в сторону Лизы».

От этих мыслей мои губы вылились в довольной улыбке. Мне нравилось чувствовать своё превосходство над той, которая только что пыталась унизить меня.

Щёлкнув несколько бумаг степлером, Стас откинулся на спинку стула, забрасывая ногу на ногу. У него было отличное настроение, которое уже ничего, как казалось, не могло испортить. Попивая остывший кофе, он что-то насвистывал себе под нос. Внимание Стаса привлек стук в дверь.

— Да-да! — протянул Стас, и в кабинет в ту же секунду вошёл Давид.

— Стасян, привет! — с улыбкой произнёс Давид, приближаясь к столу, — Не помешал?

— Не ожидал тебя сегодня увидеть. Но нет, не помешал, — Стас пожал руку другу и кивнул головой на стул, — Присаживайся, раз уж пришёл.

— Помнишь, я одалживал у тебя денег? — начал Давид.

— Что, мало!? — с круглыми глазами усмехнулся Стас, — Хочешь, чтобы я тебе ещё одолжил?

— Нет-нет, — мотнул головой Давид, — Я, наоборот, пришёл из тебе вернуть.

— Так быстро? Ты же, вроде, говорил, что вернёшь после свадьбы… — напомнил Стас.

— Да-да, говорил. Но я готов вернуть тебе долг уже сегодня, — Давид поставил на стол небольшую сумку и, открыв её, посветил Стасу деньгами.

— Интересно, где ты раздобыл такую сумму за несколько дней? — разглядывая сумку, Стас почесал свой затылок, — Надеюсь, не украл…

— Нет! — Давид отрицательно покачал головой, — У отца одолжил.

— Так вы же вроде… — Стас не договорил, ведь друзья и так поняли, о чём шла речь.

— Мы, вроде как, помирились. Я познакомил родителей с Кариной. Они были рады, что скоро станут бабушкой и дедушкой.

— Ну поздравляю, что тут скажешь? — развёл руки в стороны Стас, — Отец придет на свадьбу?

— Сказал, что да. А там не знаю, как пойдет, — Давид расстегнул молнию на куртке и достал оттуда маленькую пластиковую карточку, — Вот. Отец теперь работает вместе с Шишкиным. Это их визитка.

Стас взял в руку визитку, разглядывая её содержимое.

— Фига… Что, на сторону врага перешли? — хмыкнул Стас.

— Отец и меня зовёт к ним работать. Обещает хорошо платить, — с неуверенностью сказал Давид.

— А ты что?

Взгляд Стаса выглядел очень сурово. Казалось, что правильный ответ только один.

— Не знаю… — пожал плечами Давид, сгорбившись на стуле, — Мне вроде как и деньги нужны. Скоро свадьба, ребёнок… Но…

Давид замер, осторожно поднимая боязливый взгляд на друга.

— Но? — серьёзно произнёс Стас, ожидая от Давида продолжения.

— Стасян, ты пойми, мне нужны деньги. А то, что Шишкин Роман такая сволочь, никак не относится к его отцу и уж тем более к фирме, — быстро протараторил Давид.

— Ты уж работай, где хочешь, но Шишкина и близко к себе не подпускай. Он уже одну у тебя увёл. Скоро и за вторую возьмётся, — Стас предупреждающе покачал указательным пальцем.

— Не дай бог он тронет Карину! — грубо отозвался Давид, — Я ему все кости переломаю!

— Вот-вот! А я, о чём? К своей Алисе я ни на километр его не подпускаю! Шишкин та ещё сволочь! — Стас неодобряюще нахмурил лоб, вспоминая недруга.

— Стасян, тут такое дело… — Давид начал чесать свой нос от волнения.

— Что? Говори! — нетерпеливо произнёс Стас.

— В общем, Шишкин приходил сюда к Алиса и предлагал ей что-то непристойное. Ещё и домогался.

Глаза Стаса приняли форму огромных шаров, а руки стали сжимать край стола чуть ли не до треска.

— Что… Что ты сказал? — прошипел он, — Эта скотина трогала мою женщину!? ЧТО, БЛ*ТЬ!? Я его убью!

Стас резко вскочил со стула и метнулся в конец кабинета к вешалке с верхней одеждой.

— Стас, успокойся, — Давид взял друга за локоть, пытаясь хоть немного умерить его пыл.

— Не трогай меня, Давид! — с гневом выкрикнул Стас, отталкивая товарища, — А то я сейчас и тебе шею сверну!

Давид испуганно отскочила назад, боясь каждого движения своего пылкого друга. Просунув руки в рукава, Стас вылетел из кабинета, на ходу распахивая все двери.

— Алёна, отмени все мои встречи на сегодня или передай их Оливеру с Лизой! — впопыхах крикнул Стас, выбегая из офиса. Алёна смотрела на начальника, как на сумасшедшего. Красное от гнева лицо, взъерошенные от спешки волосы и надетая навыворот куртка. С их вечно опрятным и пунктуальным начальником явно было что-то не так.

Следом за Стасом из офиса вылетел Давид и запрыгнул в машину друга.

— Я еду с тобой! — выдохнул он, хлопая дверью, — Вместе набьём морду этому самодовольному придурку!

Стас согласно кивнул и завёл свой автомобиль.

Ближе к вечеру я засобиралась домой.

— Стас у себя? — спросила я проходящую мимо Алёну.

— Да нет. Он убежал куда-то ещё в обед, — ответила она.

— А ты не знаешь куда?

— Нет, — Алёна мотнула головой, — Но с ним был Давид Ильич. Ладно, я побежала.

«Давид?»— я сильно удивилась, что Стас даже не сказал мне и уехал куда-то, — «Хотя это скорее всего по работе. Может, он помогает Давиду с её поисками?»

Телефона у меня не было, поэтому пришлось его одолжить у Алёны, чтобы узнать, где сейчас находится Стас. Я набрала его номер и, не получив ответа, вызвала себе такси. Машина довезла меня прямо до дома тёти.

— Привет, родная, — тётя Оля тепло улыбнулась, увидев меня в дверном проёме, — Как хорошо, что ты зашла. Надеюсь, ничего не случилось. Ребенок в порядке? — тётя положила свою ладонь на мой живот. Я кивнула.

— Всё просто замечательно.

— А как Стас? Он тебя не обижает?

— Нет-нет. У нас всё хорошо. Вот только он куда-то внезапно уехал из офиса посреди рабочего дня и даже не предупредил меня. А я без телефона.

— А что с твоим телефоном?

— Нечаянно разбила. Стас пообещал решить эту проблему и отнести мой телефон в ремонт. Может, он именно туда и поехал.

— Ладно. Пойдём сядем за стол. Что это мы стоим в пороге?

— Точно, — я разделась и, оставив верхнюю одежду в шкафу, зашла на кухню.

— Ну рассказывай, — тётя положила руки перед собой и скрестила пальцы, — Что нового? Как работа? Ты сказала у вас со Стасом всё хорошо? Когда свадьбу планируете? Сыну уже имя выбрали?

Я, конечно, ожидала, что тётя станет меня расспрашивать, но столько вопросов сразу… У меня аж закружилась голова.

— Может таблетку? — подскочила тётя.

— Нет-нет. Я в порядке, — я помотала головой.

— Тогда я заварю тебе мятного чаю. Он очень полезен, а для беременных тем более.

Мне ничего не оставалось, как просто согласиться с тётей и выпить сваренный ею чай. Ведь спорить с медсестрой насчёт того, что есть и пить — как бить горохом о стену.

— Мы ещё не думали об имени. Главное, чтобы ребенок был здоров.

— Согласна, — кивнула тётя, — Мальчик должен родиться здоровым. Ты ведь следишь за своим питанием? Два литра воды пьёшь в день?

— Ох, тётя… — вздохнула я, — Стас постоянно контролирует, что я ем, как сижу, и сколько раз хожу в туалет. Я немного утрирую, но он действительно очень внимателен к каждому моему шагу.

— Это хорошо. Заботливый муж, значит будет заботливым отцом.

— Ещё не муж, — я отставила кружку и покрутила свои кольца на пальцах.

— Но вы уже носите обручальные кольца с именами друг друга…

— Так вышло. На этом настояла Марина Дмитриевна, — я немного приспустила кольцо с именем возлюбленного и с улыбкой посмотрела на тётю, — Очень скоро всё будет по-настоящему. Я рожу сына, и мы станем большой и любящей семьёй.

— Дай бог, Лиса… — со вздохом сказала тётя, — Дай бог всё будет действительно так, как ты говоришь.

Улыбка постепенно сползла с моего лица, видя, что тётя не относится ко всему происходящему в моему жизни серьёзно.

«Её явно что-то тревожит… Может, тётя что-то знает о Стасе и скрывает от меня?»

Я тут же отогнала от себя эти нехорошие мысли, не давая проникнуть в своё сердце сомнению в любимом мужчине.

«Стас любит меня, а я люблю его. Разве может быть что-то не так? Тётя определённо переживает напрасно».

Раздался звонок в дверь. Я посмотрела на тётю.

— Ты ждёшь гостей?

Та отрицательно покачала головой.

— Нет. Я без понятия, кто может прийти в семь вечера в среду, — развела руками тётя и пошла открывать. Я осталась сидеть на кухне, — Ничего себе!

Из прихожей донёсся восторженный голос тёти, и я поспешила утолить своё любопытство. В пороге стоял курьер с двумя букетами роз и большой коробкой.

— Вы, Козлова Алиса Вадимовна? — обратился он по мне.

— Да, — я медленно кивнула, не понимая, что происходит.

— Вам доставка, — курьер протянул мне один букет и коробку. Вторая охапка роз досталась тёте, чему та была безмерно рада и одновременно поражена.

— Простите, а от кого цветы и коробка? — поинтересовалась я, хотя в душе прекрасно понимала, что отправителем может быть только один человек.

— Отправитель пожелал остаться неизвестным, — ответил курьер и скрылся в дверях.

Я в недоумении уставилась на тётю, которая с улыбкой смотрела на свой букет.

— Хорошего же ты себе кавалера выбрала, — сказала она, — Гордеев знает толк в подарках.

— С чего это он решил нас так порадовать, да и к тому же, откуда узнал, что я у тебя? — удивлённо размышляла я.

— Ну ты ведь говорила, что твой Стас обещал исправить твою ситуацию с телефоном. Вот, в коробке скорее всего новый телефон, — тётя кивнула в сторону подаренной коробочки в моих руках.

Мне стало очень любопытно, права ли тётя, и я, сев на диван, стала распаковывать свой подарок. Каково же было моё удивление, когда в коробке действительно оказался новый телефон. Да ещё и ужасно дорогой. Раньше мне не доводилось даже просто держать в руках iPhone, а теперь этот безумно дорогой телефон — мой.

«Ох, Стас…»— про себя вздохнула я, — «Я же просила тебя не делать мне таких дорогих подарков».

— Я пойду поставлю этот чудесный букет в вазу, — счастливо улыбаясь, тётя вдохнула аромат алых роз и убежала на кухню. Я же осталась наедине со своим подарком и таким же шикарным букетом из 101-ной розы.

Два часа пролетели незаметно. Мы с тётей беседовали обо всём на свете, пили чай, разглядывали фотоальбомы, смеялись над моими детскими фотографиями, и плакали, вспоминая печальные события из прошлого.

— А откуда он у тебя? — спросила я, указывая на большой зелёный альбом, в котором были собраны все мои детские фотографии.

— Твоя мама мне высылала все твои фото, и я собирала их в этом альбоме. Вот, как видишь, скопилось немало. Есть, что вспомнить, — тётя с печалью вздохнула, — Вон, какая ты уже большая стала. А только недавно приезжала ко мне 18-летней девчонкой. Через несколько дней уже 23 стукнет.

— Угу, — кивнула я.

— Твой Стас знает?

— Да. Он сам спросил, как я хочу отпраздновать свой день рождения.

— Если он тебе просто так подарил такой дорогущий телефон, то боюсь представить, что будет на день рождения… — задумчиво протянула тётя.

— Я попросила его не делать дорогих подарков, а подарить что-то необычное, запоминающееся.

— Это очень разумно, Лиса. Не к чему быть содержанкой.

— Так я ведь и не содержанка.

— Молодец, — тётя приобняла меня за руку, — Ты сильно заинтересовала этого богача. Ты ему интересна, как личность. Не будь, как эти безмозглые девицы в его окружении. Будь собой. И именно за твою простую натуру Стас тебя и полюбил. А если ещё не полюбил, то очень сильно привязался. И это видно. Ты смогла привязать к себе этого богача своей простотой.

Слова тёти заставили меня призадуматься.

«Именно за твою простую натуру Стас тебя и полюбил…»— вновь и вновь крутилось у меня в голове, — «Так вот почему Стас раньше так сильно не хотел жениться. Все девушки из его окружения, которых ему предлагали родители, были ему не интересны больше, чем просто на одну ночь».

Увидев, что часы показывают полдевятого, я начала собираться домой.

— Тётя, вызови мне такси, — попросила я, — Я ещё не успела разобраться с новым телефоном.

«Надеюсь, Стас уже дома»— думала я по пути домой.

Машина остановилась, и я своими ключами открыла входную дверь.

— Стас, ты дома!? — с порога крикнула я. Не получив ответа, я разулась и прошла на кухню. Там за столом я заметила знакомую фигуру и улыбнулась. Стас сидел спиной к дверному проёму, и я смогла обнять его только со спины, — Почему ты не предупредил меня и уехал? — прошептала я ему на ухо, нежно целуя в шею. И когда я снова не получила ответа, то сильно насторожилась. Стас был необычайно молчалив, и я уже задумалась над тем, чем могла обидеть его, — Стась, ты чего молчишь? Что-то случилось?

И мой вопрос снова остался без ответа. Тогда я напряглась и присела рядом с ним, чтобы наконец взглянуть в его глаза и понять, что же произошло. Стас повернул голову в мою сторону, и я ахнула, увидев его лицо. Множество ссадин, разбитые губы и огромный фингал под глазом.

— О, Господи! — испуганно воскликнула я, — Что с твоим лицом!? Кто тебя так побил!?

И Стас снова промолчал. Тогда я положила ладонь на его щёку, встревоженно глядя в глаза.

— Расскажи мне, что произошло и где ты был, — трепетно гладя его бороду, сказала я. Стас убрал мою руку и отвернулся.

— Я узнал кое о чём, — негромко произнес он.

— И о чём же? — спросила я, не понимая, что могло случиться, и почему Стас в таком ужасном состоянии да ещё и с побитым лицом.

— Встань, — в ответ скомандовал Стас, и я в тот же миг ему повиновалась, вскочив со стула.

В комнате повисло молчание. Стас сердито смотрел на меня, а я боялась каждого его движения, по-прежнему не понимая, в чём дело.

— Может ты мне уже объяснишь, что случилось, — нарушила столь неловкую паузу я, — Почему у тебя разбито лицо? Куда ты уехал в обед, никого не предупредив? Да и вообще, почему ты так сердит? Я в чём-то виновата? Если да, то хотя бы скажи, в чём.

Моё сердце колотилось от каждого сказанного слова, а конечности тряслись.

— Когда я лежал в больнице, ты ведь работала вместо меня? Верно? — монотонно спросил Стас.

— Так, — плавно кивнула я, — Меня Марина Дмитриевна попросила. Да и я не сделала ничего…

— Подожди! — грубо прервал меня Стас, — Я вообще не об этом!

Я сглотнула и ещё больше насторожилась.

— А о чём же тогда?

Стас резко подорвался и встал передо мной.

— Отвечай! К тебе приставал Шишкин!? — в нескольких сантиметрах от моего лица прошипел Стас. Я замерла и даже на мгновение потеряла дар речи. Стас был так суров и настойчив.

«Как он узнал об этом? Неужели это Шишкин рассказал ему? А что, если он соврал Стасу, сказав, что я согласилась на его грязное предложение?»— сотня различных мыслей тут же пролетела в моей голове, отчего руки стали мокрыми, а всё тело задрожало.

— Да… Это действительно было… — робко и тихо ответила я, опуская глаза в пол. Смотреть в глаза Стасу — это то, чего я сейчас хотела меньше всего.

— И он тебя лапал!? — стиснув зубы, Стас взял меня за подбородок и стал смотреть своими разгневанными глазами. Я кратко кивнула и зажмурилась. Хватка Стаса усилилась, и он оттолкнул меня к стене, — Какого чёрта, бл*ть!? Какого чёрта этот придурок делал тебе такие предложения!? Сх*яли ему понадобилась ты!?

С уст Стаса слетали разные ругательства, и я от испуга вжалась в стену, чувствуя, что и вправду в чём-то виновата перед ним.

— А что, если бы Давид не успел!? — крикнул Стас в мою сторону, — Тогда этот кретин воспользовался бы тобой!?

Руки Стаса были сжаты в кулаках, а лицо покраснело от гнева.

— В чём моя вина, Стас? — негромко сказала я, наконец подняв глаза, — В чём ты сейчас обвиняешь меня? Может, это я дала повод Шишкину Роману? Может, я согласилась на его грязное предложение? В чём ты сейчас меня обвиняешь? — со слезами на глазах произнесла я, — В чём?

Последние слова больше были похожи на всхлипывание. Стас запустил пальцы в свои волосы и опустился на корточки. Ему было больно видеть мои слёзы, поэтому Стас зажмурился.

— Я хотел вырвать ему печень… — прошипел Стас себе под нос, — А потом сломать каждую косточку, повыдергивать руки, которыми он посмел трогать тебя…

Я тоже закрыла глаза и опустилась на пол рядом со Стасом.

— Это он тебя побил? — шёпотом спросила я, касаясь пальцем разбитой губы Стаса.

— Нет… — тем же шёпотом ответил он, — Мы с Давидом приехали к нему в офис, но так и не смогли набить морду этому мудаку. Его охрана нас остановила.

Я тихонько вздохнула, поглаживая его израненные губы. Сейчас Стас выглядел очень подавленно, и мне безумно хотелось броситься к нему на шею и крепко обнять, утешить, погладить по волосам, поцеловать каждую ссадину на лице и вылизать кровоточащие губы.

— Не к чему было туда ехать, — прошептала я, глядя в его пустые глаза, — Всё в прошлом. А Шишкин… Он мерзкий и грязный человек, которого ждёт своё наказание.

Стас подскочил с пола, вызвав на моём лице удивление. Я осталась сидеть на полу с поднятой рукой, которой только что гладила его побитое лицо.

«Неужели мои слова ничего для него не значат? Стас будет продолжать закатывать мне сцены ревности?»— внутри меня всё колотилось, когда я смотрела на Стаса, в ожидании хоть каких-либо слов или действий.

— Прости… — несмело сказал Стас, опираясь руками о стол. По его лицу было видно, что простое слово «прости» было далеко не простым. Стас буквально выдавил его из себя, — Глупо было кричать на тебя… Просто… Просто я, как представлю, что этот подонок лапал тебя, так меня всего перекашивает.

Я встала на ноги.

— Я тебя понимаю и чувствую тоже самое, — медленными шагами приближаясь к Стасу, произнесла я, — Когда Лиза крутится вокруг тебя…

— Насчёт этого можешь вообще не переживать, — утешил меня Стас, — Лизе до тебя, как до Луны и обратно.

Я не сдержала нескольких смешков, и Стас тоже улыбнулся.

— Так значит, я лучше дочки одного из самых богатых людей Москвы?

— Богатство здесь ни причем, — ответил Стас, — Ты не такая, как она. С тобой никогда не бывает скучно. Лиза же наоборот… У нас с ней было что-то мимолётное, да и только.

— Правда? И что же? — я заинтересованно посмотрела на Стаса. Он махнул рукой.

— Мы просто летали в Париж на годовщину компании наших отцов.

— М-м-м… Париж… Город любви… — саркастически улыбнулась я.

— Может и так, но точно не с Лизой, — скептическим тоном произнес Стас, — Я задолбался ходить с ней по музеям, выставкам и всяким разным нудным заведениям.

— Нудным? — с улыбкой переспросила я, — Так значит, ты не любишь музеи и выставки?

— Нет, — мотнул головой Стас.

Я вплотную подошла к нему и, положив обе руки на плечи, заглянула прямо в глаза, не позволяя их отвести.

— Скажи… У вас с Лизой что-то было?

В глазах Стаса я на секунду заметила волнение. Но он тут же улыбнулся.

— Почему ты спрашиваешь? Неужели ревнуешь меня к Лизе? — усмехнулся Стас.

Его смех не смог разрядить напряжённую обстановку между нами, и я нахмурила лоб, всё ещё ожидая услышать ответ на свой вопрос.

— Нет, не было, — протараторил Стас, скрывая всё напряжение за улыбкой, — Так что, станешь меня ревновать?

Я обняла шею Стаса руками, скрещивая пальцы между собой.

— Стану, — плавно кивнула я, — Потому что люблю.

Его глаза сверкнули от удовольствия. Мои слова явно нравились Стасу, поэтому он чарующе улыбался, слова и снова слыша их от меня.

— И я, — еле слышно сказал Стас. Я замерла и даже перестала дышать, боясь пропустить те самые заветные слова от своего мужчины.

— Что «ты»? — дрожащим голосом спросила я, не желая ждать.

— Очень… Очень… — приближаясь к моему лицу, прошептал Стас, и внутри меня всё сжалось от нетерпения, — Очень тебя…

И вот он снова остановился. Стас словно нарочно хотел вывести меня из себя, видя моё нетерпеливое лицо. Он снова и снова делал эти ужасно долгие паузы, от которых всё тело трепетало, а сердце билось с бешеной скоростью.

На этот раз я молчала, терпеливо выжидая, когда же мой такой вечно серьезный мужчина наконец признается мне в любви, не боясь сказать три простых, но очень значимых слова.

— Ревную, — закончил Стас и поцеловал меня в губы, опуская свои ладони на мои бёдра.

И снова всю меня пронзило разочарование и даже обида, но я не подала виду. Кратко поцеловав меня, Стас отстранился и задал мне весьма неожиданный вопрос:

— А какое предложение тебе сделал Шишкин?

Я прикрыла глаза, вздохнув.

— Я думала, мы закрыли эту тему.

— Ну скажи. Я хочу знать, — настойчиво продолжал Стас, придерживая меня за бёдра.

— Он предложил мне стать его содержанкой, — нехотя ответила я.

Хватка Стаса усилилась, и я взвизгнула от боли, с которой он сжал мои бёдра. Стас сделал длинный шаг назад, и кружка, что одиноко стояла около плиты, полетела на пол, — Стас, успокойся, — я взяла его за обе руки, пытаясь сдержать гнев, бушевавший внутри мужчины, — Всё ведь хорошо. Я с тобой и никогда не смогу полюбить кого-нибудь другого.

— Точно? — растерянно спросил Стас, даже немного обидев меня своей неуверенностью.

— Ну… — я сделала задумчивое выражение лица, отводя глаза к окну, — Думаю, через несколько месяцев я всё-таки полюблю другого мужчину.

Стас силой развернул моё лицо и с недовольством заглянул в глаза.

— То есть «другого»? Объяснись. Какого такого мужчину?

Видя, что Стас не понял моей иронии, я усмехнулась.

— Мы вместе придумаем ему имя, — смеясь, ответила я. Стас наконец смягчился, а его губы вылились в широкой улыбке.

— Так ты об этом, — он присел на корточки и высоко поднял меня, обнимая под ягодицами, — До меня не сразу дошло, что ты говоришь о нашем сыне.

— А о ком же ещё, Стась? — всеми силами обнимая его за шею, улыбалась я, — Кстати, спасибо за телефон и за цветы. И я, и тётя были в восторге.

— Рад порадовать вас обеих.

— Я не просила тебя покупать мне такой дорогой телефон. Достаточно было отнести в ремонт мой старый.

— Ну-у, — протянул Стас, наигранно хмурясь, — Мне было бы стыдно, если бы моя девушка ходила с таким старьем.

— Именно поэтому ты купил мне дорогой iPhone?

Стас закрыл глаза, медленно кивнул и заулыбался.

— Ты довольна подарком?

— Ну, конечно, довольна, милый. Спрашиваешь ещё, — я наклонилась к его лицу и уткнулась носом в густую бороду, — Но больше не дари мне таких дорогих подарков. Мне неловко их принимать.

— Если я захочу тебя порадовать, то буду делать это по трижды на дню, — серьёзно сказал Стас, а я громко рассмеялась.

— Радуй, но только без денег. Разве они нужны для счастья?

— Почему бы не совместить деньги и счастье? И того, и другого много не бывает.

Я подтвердила его слова резким кивком, и Стас прижал меня к стене, начиная целовать в шею.

— Стась? — я запрокинула голову, расплываясь в хитрой улыбке.

— М? — не отвлекаясь от моего платья, ответил он.

— Давай не здесь. Тут как-то неудобно, — я положила ладонь ему на лицо, принуждая остановиться.

— Понял! — Стас поцеловал внутреннюю часть моей ладони и, крепко держа меня в воздухе, убежал из кухни.

Субботнее утро выдалось очень солнечным. Был выходной, а значит сегодняшний день можно было провести дома, не думая о работе. Но не смотря на это, я проснулась достаточно рано.

Повернув голову, я столкнулась глазами со Стасом, который с улыбкой смотрел на меня. Я тоже заулыбалась.

— Доброе утро, — я потянулась, сладко зевая.

— Доброе, — Стас приподнялся, обтягивая свою чёрную футболку.

— Ты спал в майке? — с удивлением спросила я, — Да ещё и в чёрной. Не жарко?

Стас покачал головой, продолжая таинственно улыбаться.

— Посмотри, — попросил он, указывая пальцем на пол около кровати.

Я заинтересованно посмотрела сначала на Стаса, а потом выглянула из-за постели. Мои глаза округлились от увиденного и я прикрыла рот ладонями.

— Ста-ас! — с восторгом воскликнула я, видя просто гигантский букет, состоящий из алых роз. Их было настолько много, что весь пол от шкафа до кровати был заполнен розами.

— С днём рождения, моя девочка! — не менее счастливо сказал Стас, видя мою реакцию. Я обернулась, чтобы отблагодарить любимого за такой неожиданный сюрприз, как он вцепился в мои губы и стал нежно целовать. Я обняла Стаса за спину, и мы вместе повалились на постель, не прекращая поцелуя. Одной рукой держась за его шею, я запустила вторую под футболку, в попытках снять её, но Стас тут же прервался, — Давай чуть позже. У нас ещё будет время.

Второй раз за утро мне довелось сильно удивиться.

«Стас отказывается от секса, или что-то действительно случилось? Может, с этим и будет связан мой подарок?»— меня терзали догадки.

— Надеюсь, ты не будешь против, если я подарю тебе твой подарок через какое-то время, ближе к вечеру? — придерживая мои ладони своими, улыбнулся Стас. Я помотала головой.

— Как тебе будет удобнее. Но я надеюсь, это не будет нечто дорогое, — я посмотрела на него, ожидая услышать отрицательный ответ, но Стас просто промолчал.

— Часам к трём к нам приедут все, о ком ты говорила. Я пригласил.

И вот я снова улыбнулась.

— Ты запомнил, о чём я говорила неделю назад?

— И неделю, и месяц… Зай, я всё помню, — Стас поцеловал внутреннюю часть моих ладонь и спустил ноги с кровати, — А сейчас я должен буду кое-куда съездить. Не скучай.

Он слез на пол и в дверном проёме повернулся ко мне.

— Хотя нет. Лучше скучай.

Я рассмеялась и бросила в него подушку. Поймав её, Стас сделал ответный бросок и скрылся в дверях. Послышались удаляющиеся шаги, и где-то на низу хлопнула дверь.

Я тоже спустилась с кровати и на коленях принялась поднимать свой букет, и когда у меня это с трудом вышло, я посмотрела на себя в зеркало. Букет был просто огромен и еле помещался в моих худеньких руках. Сделав несколько снимков на память, я поставила цветы обратно на пол, ведь даже в самую гигантскую вазу они явно не влезут, и подошла к шкафу.

«Нужно выбрать, что я сегодня надену. Уже через несколько часов приедут гости. Я должна выглядеть неотразимо».

Выбрав себе наряд, я спустилась на кухню. Там на столе меня ждал ещё один сюрприз. Тарелка с только приготовленными круассанами и чашка кофе. Рядом записка:

«Круассан является питательным и сытным продуктом, а также источником витаминов групп А и В. Калорийности выпечки хватит, чтобы способствовать росту и развитию организма ребенка, так что обязательно позавтракай».

Я улыбнулась, увидев целый набор из Википедии от Стаса. Но мне очень нравилась такая его черта характера, и то, что Стас заботился обо мне и о сыне под моим сердцем, опираясь на научные факты, очень забавляло. Мне было приятно и радостно, что рядом со мной нужный и правильный мужчина, который станет лучшим отцом для нашего ребенка.

Употребив приготовленный для меня завтрак, я поднялась наверх, застелила нашу со Стасом постель, убралась в комнате. В общем, сделала всё, чтобы не скучать до его возвращения. Любопытство аж распирало всю меня, и мне безумно хотелось узнать, куда же поехал Стас, и что же за подарок он мне приготовил.

Через несколько часов я спустилась, наконец закончив все свои «мелкие» дела по дома. Каково же было моё удивление, когда я в пороге встретилась со Стасом. В этот раз он был в смокинге, под которым была белая рубашка и бабочка.

— О! Ты уже приехал!? — со сияющими глазами я побежала к нему и бросилась обнимать.

— Соскучилась? — Стас взял меня за бёдра, поднимая на руки. Я кивнула и, надув губы, приблизилась к его губам. Стас поцеловал меня, а потом облизнулся, — М-м-м… Новая помада?

Я отвернула глаза, хитро улыбаясь.

— Ты думал, что я скажу, какой ты внимательный? Стас, я заметила, что в моей косметичке появилась новая помада. Она хоть и не особо отличается от предыдущей, но я всё равно заметила.

— Эх! — печально вздохнул Стас, — Не удалось мне тебя удивить ещё раз. А то мне так понравились твои большие глазки, когда ты увидела цветы.

— Да это не цветы, а целая клумба! — с восторгом подметила я, вспоминая букет, который занял чуть ли не весь пол в спальне.

— Я подарю тебе все цветы мира, если ты этого захочешь.

Я вложила его лицо в свои ладони и легонько чмокнула в носик.

— Ты мне и так подарил целый мир, — счастливо ответила я, — Ты мой мир.

Стас одарил меня ответной улыбкой и усадил на невысокий стол, что стоял в коридоре.

— Скажи… Тебе понравилась та помада, которую я положил тебе в сумку? — Стас очень внимательно заглянул в моё лицо, словно ожидал услышать ответ на самый важный вопрос человечества. Я даже на секунду растерялась.

— Никогда бы не подумала, что такого мужчину, как ты, будет волновать простая помада, — с удивленными глазами сказала я.

— Это не простая помада, — Стас покачал указательным пальцем перед моим носом, — В среду я ездил на совещание к партнёру, там у них там было открытие какого-то салона красоты… Не помню точно… Так в общем, Жанна дала мне на пробу свою новую разработку. Скоро она выпустил целую серию этих помад. Сказала отдать тебе и спросить женского мнения.

Объяснения Стаса стали для меня ещё больше удивительными, и я на мгновение впала в ступор.

— Помада, как помада, — пожала плечами я, — Скажи, что мне понравилась.

— Мг, — Стас кратко кивнул и ещё раз поцеловал мои губы, словно желая попробовать на вкус, после чего снова облизнулся, — Похоже на клубнику… Хотя… — он коснулся языком помады, отчего мне стало очень смешно и я отвернула голову вбок.

— Хватит уже, — смеясь, я прикрыла рот ладонью, — Ты слизал всю помаду. Теперь придётся красить заново.

— Ничего страшного. Я тебе помогу, — Стас вновь поднял меня на руки, коротко хлопая по ягодицам.

— Нет-нет! — я резко помотала головой, — В этом деле я уж как-нибудь без тебя!

Он усмехнулся.

— Кстати, поставь меня уже на пол, — надулась я, — Хватит носить меня на руках. Я уже далеко не лёгкая. Внутри меня ребёнок.

— Если захочу, то буду носить тебя на руках.

— А хочешь? — прищурилась я.

— Очень, — кивнул Стас.

— Всё равно не нужно. Скоро я рожу, вот будешь носить на руках нашего мини-Гордеева. Ещё устанешь и будешь просить меня.

Он высоко поднял голову и рассмеялся.

— Никогда этого не случится.

Я вздохнула, закатывая глаза, и Стас наконец поставил меня на пол. Я расставила руки в стороны и крепко обняла его за бёдра, спуская руки чуть ниже. Упругие ягодицы Стаса, плотно обтянутые тканевыми брюками, упёрлись прямо в мои ладони, и я сжала их.

— Какой у тебя сексуальный зад, — улыбаясь, я подняла голову и встретилась глазами со Стасом.

— Ну не лучше твоего, — он шлёпнул меня по заднице, и я ойкнула, не убирая с лица довольной улыбки. Я хлопнула по его упругому заду обеими ладонями, но не получила ответной реакции. Но он даже бровью не повёл.

В нескольких метрах от нас хлопнула дверь, и мы со Стасом синхронно обернулись. В дверном проёме стояли Карина и Давид, с нескрываемым удивлением глядя впереди себя. Я и Стас переглянулись и только через несколько секунд до нас дошло, в какой позе мы встречаем гостей. Я резко убрала свои руки от задницы Стаса, и мы оба отскочили назад.

Карина и Давид громко расхохотались, а мы следом.

— Надеюсь, мы вам не помешали, — проходя в дом, сказал Давид. Он пожал руку другу и поздравил меня с моим днём, одарив небольшим букетом (мне было с чем сравнить).

— Поздравляю, подруга, — Карина тепло улыбнулась, целуя меня в щёку, и протянула длинную тонкую коробочку, — Откроешь потом.

— Спасибо. Проходите, — я с любопытством посмотрела на свой подарок, раздумывая, что же такого могли подарить Карина с Давидом, да ещё и такой необычной формы.

— Давай я отнесу наверх, — Стас взял из моих рук коробку и направился к лестнице, — Проходите пока в гостиную.

Стол был отменно накрыт. С десяток различных блюд, напитков. В этот раз Лена удостоится только похвалы со стороны Стаса, ведь праздничный стол был безупречен.

Я села рядом с Кариной, пока Давид вешал верхнюю одежду в шкаф, и поставила цветы в вазу.

— Уже была на УЗИ? — спросила я, разглядывая животик подруги, хотя свой был точно таким же. Карина покачала головой.

— Что-то пока не до этого. Мы готовимся к свадьбе. Несколько недель осталось, — Карина перевела взгляд на Давида, который беседовал со Стасом, стоя в коридоре, — Кстати, я тебе говорила, что Давид познакомил меня со своими родителями?

— Нет. Но я рада за вас. Как его родители отнесли к тебе, к будущему внуку или внучке?

— Всё прошло замечательно. У Давида чудесная мама. Немного строгий, но тоже хороший отец. Они долгое время не общались, но теперь придут на нашу свадьбу.

Я улыбнулась и обняла подругу.

— Видишь, как всё хорошо складывается. Нет повода переживать.

Карина посмотрела на меня, и я опустила глаза, вспомнив, что всё-таки есть о чём повод переживать.

— Ты не говорила с ним?

Карина кратко мотнула головой и кинула на меня косой взгляд, призывая не говорить об этом.

— А что тебе подарил Стас? — спросила она.

— Он готовит какой-то сюрприз. А с утра порадовал меня просто гигантским букетом роз. Он лежит наверху в спальне.

— Ого. Мне даже интересно на него посмотреть.

— Пошли поднимемся, покажу.

Мы с Кариной встали из-за стола и двинулись к лестнице.

— Девушки, вы куда? — нас окликнул озорной голос Давида. Карина обернулась и окинула его кокетливой улыбкой.

— Не скучайте.

Мы обе хихикнули и стали подниматься наверх по ступенькам. Лицо Карины, когда она увидела мои розы было точно таким же, как и у меня с утра. Круглые глаза и широко открытый рот от шока.

— Ничего себе! — воскликнула она, прикрывая рот ладонями, — А мне Давид такого не дарил!

— Ничего. Ещё подарит, — улыбнулась я, видя реакцию подруги, — У вас же скоро очень весомая дата. Это у меня всего-навсего день рождения.

— Ну, такие мужчины, как твой Стас на дороге не валяются. Ты уж береги его.

Я усмехнулась и кивнула.

— Берегу.

— Девчули, спускайтесь уже! — вновь послышался резвый голос Давида, и мы с Кариной переглянулись.

— Какой он у тебя. Ни на минуту не отпускает, — сказала я, улыбаясь Карине.

— Это да. Давид очень заботится обо мне. Думаю, даже больше, чем твой Стас.

— О-о! — протянула я, махая рукой, — Стаса никто не переплюнет. Он перечитал сотню книжек про беременность и теперь постоянно контролирует каждый мой шаг. Это немного раздражает. Но с другой стороны я рада, что Стас переживает за меня и за нашего сыночка.

— Наследника родишь ему. Ещё на руках носить будет.

— Уже, — вздохнула я, выходя из спальни. Карина на секунду замерла, обдумывая мои слова, а потом тоже спустилась на первый этаж. В гостиной стояли Давид и Стас, держа в руках по стакану какой-то жидкости, — Вы уже пьёте? А не рано ли?

— Да-да, — подтвердила мои слова Карина, — Не рано ли начать бухать в три часа дня?

Давид усмехнулся и, сделав несколько шагов нам навстречу, поднёс к губам Карины свой стакан. Та принюхалась, а потом посмотрела на меня.

— Это сок.

Я подошла к Стасу и забрала из его рук стакан, делая глоток.

— Действительно сок. А то мы уже успели подумать, что вы решили напиться до беспамятства.

Друзья переглянулись, смеясь.

— Пока наши девушки носят наших детей никто пить не будет. Я алкоголь даже не доставал из бара, — кладя свою руку мне на талию, сказал Стас. Я кивнула и немного наклонила голову к его уху.

— А ты тёте звонил?

— Да. Твоя тётя сказала, что она сегодня в день и вряд ли сможет приехать.

Я огорчённо вздохнула.

— Жаль. Тогда странно, что она не позвонила мне.

— Не волнуйся. Ещё позвонит. Скорее всего она просто занята, — утешил меня Стас, улыбнувшись.

— Давайте-ка музычку включим, чтоб слишком тухло не было! — Давид отставил свой стакан и включил плазму, — У нас же всё-таки день рождения!

Громкая музыка, вкусная еда и ни грамма алкоголя. Но нам всё равно было весело. Ужин плавно перешёл в различные забавы, и вот мы вчетвером уже играем в «Правду или действие».

— Стас, теперь твоя очередь. Тяни, — я подвинула к Стасу колоду из карточек, и он, вытянув одну из них, стал внимательно её изучать.

— Ну! Что там? — нетерпеливо спросил Давид, видя озадаченное лицо Стаса.

— Думаю, они знают об этом, — сказал Стас, переворачивая свою карточку. На ней мы прочитали «Позвони своим родителям и скажи, что твоя девушка беременна», — Это уже ни для кого не новость.

Мы с Кариной переглянулись и звонко рассмеялись.

— Для нас всех это не актуально. Тяни ещё одну.

Стас отложил карточку и вытянул ещё одну.

— Стали бы вы встречаться с толстой девушкой? — вслух прочитал он и сказу же ответил — Нет. Толстые не в моём вкусе.

— А беременные? — усмехнулся Давид.

— Только если от меня, — Стас перевёл взгляд в мою сторону, широко улыбаясь. Я тоже улыбнулась и опустила глаза.

— Теперь моя очередь, — я протянула руку к колоде и, прочитав, длинно вздохнула.

— Ну читай уже! — подбодрила меня Карина.

— Был ли у вас секс втроём? — протараторила я и отложила карточку, — Не доводилось, — монотонно ответила я, отводя смущающиеся глаза.

— А у кого вообще был? — оглядывая всех присутствующих, спросил Давид.

— У меня был вчетвером, — спокойно ответил Стас, и я окинула его удивленным взглядом.

— Вчетвером!?

— Да. Пара на пару. В студенчестве развлекался, — как ни в чём не бывало ответил Стас, словно говорил, о чём-то совершенно обычном, что было у него в порядке вещей.

— Ни фига себе, Стасян! — Давид похлопал его по спине, с восхищением кивая головой, — Но не думаю, что стоило говорить об этом при своей беременной невесте.

— С чего бы обижаться на то, что было шесть лет назад? — пожал плечами Стас, поворачивая ко мне голову, — Правда, Лис?

Я кратко кивнула, не желая показаться обиженной на такую банальщину, хотя на самом деле такой факт из биографии Стаса меня немного потряс, но не удивил.

Следующей была Карина. Она вытянула карточку и сразу же убрала её под низ колоды, меняя на другую. Мы втроём удивлённо переглянулись, не понимая, в чём же дело.

— Карин, а ты чего даже не прочитала задание? — поинтересовался Давид.

— Потому что оно очень глупое, — ответила она и вслух прочитала следующее, — Поцелуйте самого сексуального на ваш взгляд мужчину, который присутствует в комнате.

Даже не посмотрев в сторону второго присутствующего в комнате мужчину, Карина подвинулась к Давиду и нежно поцеловала его в губы. Стас посмотрел на эту парочку, а потом перевёл вопросительный взгляд на меня.

— А ты?

— А что я? Задание для Карины, — разведя руками, я беззаботно улыбнулась. С наигранной обидой Стас вздохнул и надул свои губы. Меня позабавила такая его реакция и я не смогла не поцеловать этого, хоть и не по-настоящему, но обиженного мужчину. Я привстала, слегка коснулась его щёки своими губами и тут же села обратно на стул.

Губы Стаса растянула удовлетворенная улыбка, и позади себя мы услышали аплодисменты.

— Как мило! — с иронией произнёс Давид, и Карина тут же штурхнула его в плечо.

— Давайте продолжим. Давид, твоя очередь.

— Точно! — резким движением руки Давид вытянул карточку и громко прочитал: — Что бы вы выбрали: миллион долларов или любовь на всю жизнь?

Этот вопрос заинтересовал всех, и мы внимательно посмотрел на Давида, ожидая, что ответит он.

— Ну-у, — задумчиво протянул мужчина, — Лям долларов никогда не бывает лишним…

На лице Карины появилось недовольство, и Давид рассмеялся.

— Шучу-шучу! Конечно, любовь. Лям же не родит мне ребёнка и не будет со мной всю жизнь.

Карину такой ответ более, чем устроил и она улыбнулась, беря жениха за руку.

— А вот Стас по-любому выбрал бы деньги! — сказала я, переводя взгляд на своего жениха. Мне было любопытно, что ответит он на такой провокационный вопрос.

— Ну да! — не раздумывая, ответил Стас, — Деньги определённо очень важны. За них можно купить всё.

Я шокировано приоткрыла рот и посмотрела на Карину с Давидом, которые тоже прибывали в шоке. Не такого ответа мы все ожидали.

— Но точно не любовь, — закончил своё предложение Стас, и мы все облегчённо выдохнули, — Это не купишь ни за какие деньги, — он перевёл свой улыбчивый взгляд на меня и переплел наши пальцы.

— Стасян, ты ещё дольше паузы делай! — усмехнулся Давид, — Мы уже все тут приготовились к чему-то страшному, после того, как ты сказал, что выбираешь деньги.

Стас взял в свободную руку стакан с соком и оглядел всех сидящих за столом.

— Забавно, но статистика гласит, что многие люди выбирают именно деньги, ведь считают любовь пустой тратой времени, — задумчиво сказал он.

— В этом нет ничего забавного, — возразила я, — Если человек будет один раз предан, то захочет ли он рисковать ещё раз?

— Риск — дело благородное, — с усмешкой добавил Давид, но никто не оценил его юмора, и мужчина, окинутый презрительными взглядами, тут же опустил глаза.

Раздался дверной звонок. Стас поднялся со стула, чтобы пойти открыть дверь, но я его остановила, положив руку на плечо.

— Сиди. Я сама открою.

На пороге стояла тётя Оля, держа в руках синюю коробку с большим красным бантом. Я улыбнулась и крепко обняла её.

— Как хорошо, что ты пришла.

— Я же не могла не поздравить мою любимую и единственную племянницу с её днём рождения! — тётя протянула мне подарок и чмокнула в щёку.

— Спасибо большое.

— Извини, что так поздно. На работе много дел, я вот на полчаса отлучилась, чтобы тебя поздравить.

— Так ты не посидишь с нами? — расстроенно спросила я. Тётя покачала головой.

— Извини, дорогая. В другой раз. Я сегодня выхожу в ночь.

— Как в ночь? Ты же только с работы.

— Вот так вот, Лиса, — развела руками тётя, — Нужно работать.

— Тётя, всех денег не заработаешь. Нужно хоть немного отдыхать. Тебе уже не двадцать лет.

— Спасибо, что напомнила, — вздохнула она, — Но я должна ехать.

Из гостиной вышли Стас, Карина и Давид.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте, ребята, — кивнула тётя, приветствуя всех присутствующих, — И до свидания. Хорошо вам отдохнуть.

Хлопнула дверь, и Стас с удивленным лицом посмотрел на меня. Я сразу же ответила на вопрос в его глазах:

— Тётя решила работать на две ставки. Вот, она приехала, чтобы поздравить меня, а теперь снова уехала в больницу.

— Ох, — вздохнул Стас, почесывая свой затылок, — Если у неё проблемы с деньгами, то пусть только скажет, я рад помочь.

Я медленно покачала головой.

— Тётя Оля ни за что не станет просить деньги. Она привыкла всего добиваться сама.

— Этим уж ты в неё, — усмехнулся Стас и чмокнул меня в лоб, — Но если что, я могу ей помочь. Пусть только скажет.

— Знаю, Стась, знаю, — кивнула я, беря мужчину под руку. Мы снова зашли в гостиную. За столом сидели Карина и Давид, попивая сок на брудершафт. Мы со Стасом обменялись взглядами и беззвучно усмехнулись.

— Пойдём, не будем им мешать, — Стас вывел меня за локоть в коридор, и мы направились к лестнице.

— Куда ты меня ведёшь? — оборачиваясь назад, спросила я.

— Сейчас узнаешь, — Стас таинственно улыбался, ведя меня по ступенькам наверх. Мы остановились у спальни, и он закрыл дверь. Стас отпустил мою руку и, расстегнув пуговицы на своём пиджаке, положил его на кровать.

— Стас? — я изумленными глазами смотрела на то, как он снял через голову бабочку и сложил её рядом с пиджаком, — Напомню, что на низу сидят Карина с Давидом. Давай позже.

Мужчина ничего мне не ответил и принялся расстёгивать пуговицы на своей рубашке.

— Я хочу тебе кое-что показать, — всё с той же таинственной улыбкой сказал он. Я удивленно вскинула брови, раздумывая, чего это я не видела у Стаса под рубашкой.

Он был необычайно медлителен и расстегнул все пуговицы только через несколько минут. Стас словно держал интригу, заставляя меня немного понервничать.

— Готова? — загадочным тоном спросил Стас, придерживая руками концы своей рубашки. Я развела руками, вопросительно глядя на него.

— К чему готова? Увидеть тебя без рубашки? Так вроде уже видела.

От моего растерянного вида Стас рассмеялся и наконец сбросил рубашку на пол. Я обомлела. На груди у Стаса, чуть выше соска, виднелся след от губной помады, больше похожий на поцелуй. Я подняла шокированный взгляд на Стаса, ожидая каких-либо объяснений.

— Что это? — изумлённо спросила я, хлопая глазами.

— А ты как думаешь? — Стас сделал шаг вперёд, и мой взгляд упёрся в его широкую груди, на которой я уже не могла ничего видеть, кроме яркого следа от помады.

— Это… Это след от женских губ? — я приподняла дрожащую руку, чтобы коснуться интересующего меня объекта.

— От твоих губ, Лиса, — с улыбкой добавил Стас и сам коснулся моей ладонью своей груди. Я тронула всей поверхностью ладони след от помады, и на удивление он не отпечатался на моей коже. Тогда до меня наконец дошло.

— Это татуировка? — я открыла рот и, пребывая в шоке, просмотрела в улыбчивое лицо Стаса. Он кивнул головой, и я резко одёрнула руку, отшагивая назад, — Стас… Но зачем? Это же на всю жизнь…

— Конечно, — Стас вложил мои руки в свои и вплотную прижался своей оголенной грудью к моей, — А ты у меня разве на полжизни?

Я вздохнула, качая головой.

— Ты невероятный… Набить у себя на груди отпечаток моих губ… Я бы до такого даже не додумалась…

— Значит мне всё-таки удалось тебя удивить? — усмехнулся Стас.

— Ещё как удалось, — я снова опустила глаза на мужскую грудь и тронула татуировку пальцем, — Она настоящая?

— Не веришь? Можешь попробовать стереть наждачкой, — в шутку предложил Стас.

— Нет-нет. Этого я делать точно не стану, — я закинула руки на плечи Стаса, изо всех сил обнимая его, — Я тебя люблю… Сильно-сильно…

Он поднял меня на руки и повалил на застеленную кровать.

— Сильно-сильно, говоришь? — нависнув над моим лицом, переспросил Стас. Я резво кивнула, — Сильнее всех?

— Конечно, — без раздумий ответила я, спуская руки на подкачанную грудь Стаса, — А ты?

— Я сделаю для тебя всё, что угодно, — он взял меня за талию и поцеловал в носик, — Ты только скажи.

— Знаю, Стась, знаю, — с улыбкой ответила я и взяла его лицо в свои ладони, — Я тоже ради тебя готова на всё.

Стас расплылся в счастливой улыбке и, приблизившись к моим губам, сладко поцеловал, словно надкусывая нетронутое яблоко, высасывая из него самые соки и желая попробовать каждый миллиметр этого фрукта.

Я блаженно закатила глаза и поддалась навстречу любимому, целуя его губы целиком и давая ему испробовать свои.

— Давай прямо сейчас, — на секунду оторвавшись от сладкого поцелуя, попросила я, но Стас и не думал останавливаться. Его сердце бешено колотилось, а руки уже снимали с меня платье. Когда Стас раздел меня до белья, то усадил к себе на колени и впился пальцами в мои ягодицы.

— Выбирай позу, — прошептал он мне в губы.

— Не думаю, что мой живот нам позволит сильно выбирать, — усмехнулась я.

— Что ж? — Стас поднял голову вверх, задумчиво глядя в потолок. Пока я терпеливо ждала, чего же он предложил, шаловливые руки Стаса неожиданно и очень резко разорвали на мне трусики и резво отшлепали мой зад.

— Ста-ас! — я растерянно посмотрела на своё бельё, которые Стас затолкал в свой кулак, а потом и вовсе кинул на пол.

— Не волнуйся. Я куплю тебе тысячу таких же, — поспешил успокоить меня мужчина. Он наклонился к моей груди и зубами разорвал бюстгальтер прямо на мне. Словно хищник, Стас впился губами в мои груди и стал покусывать нежные возбужденные сосочки. Я подняла голову и застонала. Громко, не сдерживая себя. В тот момент мне было плевать, что на первом этаже сидят наши друзья, а мы развлекаемся в кровати, позабыв обо всём на свете.

— Что-то они долго… — Карина глянула на настенные часы, а потом и на Давида. Тот пожал плечами.

— Пойдём посмотрим, где они.

Давид помог своей возлюбленной подняться из-за стола, и они вместе подошли к лестнице.

— Может, они вышли на улицу? — не обнаружив меня и Стаса на втором этаже, предположил Давид. Он развернулся, чтобы снова спуститься вниз, как Карина его остановила, взяв за руку. Молодые люди прислушались к звукам, доносящиеся из крайней комнаты.

— О, да, Стас… Ещё… Да… Ещё… — громко стонала я. Даже закрытая дверь не смогла скрыть мои стоны, которые я не сдерживала, а, наоборот, выпускала наружу.

Давид и Карина переглянулись, и мужчина прикрыл рот рукой, не желая потревожить нас своим смехом.

— Пойдём. Не будем им мешать, — прошептал Давид на ухо Карине.

— Как думаешь, они там надолго? — тем же шёпотом спросила Карина, вслушиваясь в шлепки и стоны. Давид развёл руками.

— А что?

— Просто, думаю, мы тоже можем успеть… — стеснительным голоском произнесла Карина, нежно водя пальцем по руке Давида. В глазах того вспыхнул огонь, и Давид, подхватив свою возлюбленную на руки, унёс её на ближайшую кровать. Резким движением сбросив покрывало с постели, он сам расположился на ней, усадив Карину к себе на руки.

— Зная Стасяна, у нас есть минимум час, — расстегивая пуговицы на своей рубашке, сказал Давид.

Карина помогла ему оголить грудь и ещё сильнее затянула галстук на шее. Давида не стал возражать, а, наоборот, решил подчиниться властному настрою Карины и лег на спину. Девушка обхватила его бёдра своими ногами и свысока посмотрела в глаза, потягивая за длинный галстук. Когда Давид прогнулся под её телом, Карина принялась расстегивая ремень на его брюках. Щёлкнула застёжка, и девушка сунула галстук прямо между зубов Давида. Тот с непониманием посмотрел на неё и завёл руки за голову, словно предугадывая следующие действия своей партнёрши.

— Надеюсь, ты не будешь кричать, как Алиса, — усмехнулась Карина, берясь рукою за орган Давида. Тот громко замычал, закатывая глаза к потолку. Девушка рассмеялась и оседлала своего молодого человека, владея им сверху.

— Стася… — тихонько произнесла я, в попытках отдышаться.

— М? — Стас откинулся на свои руки, но не отвел от меня взгляда ни на секунду, — Хочешь ещё?

— Я думаю, о том, что сейчас о нас думают Карина с Давидом. Мы провели в спальне минут сорок. Как думаешь, они догадались, что мы здесь не книжки читаем?

Стас высоко поднял голову и рассмеялся.

— А даже, если и догадались. Мы взрослые люди. Делаем, что хотим.

— Это то да. Но они ведь у нас в гостях. Не очень красиво выходит, — я спустила обе ноги на пол и босиком пробежалась по ламинату до двери. Приоткрыв её, я выглянула в коридор. Напротив нашей спальни находилась гостевая комната, где была немного приоткрыта дверь. Это выглядело так, словно кто-то в спешке забыл её закрыть. Я высунула ухо наружу и прислушалась к звукам. Это было похоже на шлепки. Я сначала не поверила и подумала, что мне послышалось, но когда услышала стоны Давида и Карины, то всё поняла.

— Что такое? — спросил Стас, когда я закрыла дверь и зашла обратно в спальню.

— Карина и Давид нашли себе занятие, — с улыбкой сказала я, усаживаясь на колени Стаса.

— Какое? — насупился мужчина. Я легонько хлопнула его по лбу.

— Ну не тупи! Они занимаются тем же, что и мы, — ответила я, и Стас произнёс протяжное «А-а».

— Так значит, у нас ещё есть куча времени.

— Почему куча? — не поняла я.

— Да потому что я хорошо знаю Давида. Он может по два часа.

— Я очень рада за Карину, — с иронией ответила я и тут же добавила — Но за себя ещё больше.

Стас хотел что-то возразить, но я обхватила его голову руками и примкнула к губам. Мной овладела дикая страсть. Никогда раньше я не испытывала ничего подобного. Стас сделал меня зависимой от секса, от своего тела, от себя…

Когда я на мгновение оторвалась от его губ, Стас стал с интересом разглядывать моё тело, словно видел впервые. Это не была похоть, а просто любопытство и восхищение.

— Почему ты так на меня смотришь? — я прижала брови к переносице, повернув голову вбок.

— Вот, просто не могу наглядеться, — он тыкнул пальцем в мой нос, заставив зажмуриться.

— Дурак! — я достала из-под спины подушку и бросила её Стасу прямо в лицо. Он перехватил подушку и замахнулся на меня. Я закрыла лицо руками, словно ожидая ответный удар, но только в разы сильнее.

— Я женщин не бью, — нежным голоском произнёс Стас, убирая мои руки от лица, — Тем более таких красивых.

Мои щёки покрылись лёгким румянцем, и я расплылась в улыбке. Забрав из рук Стаса подушку, я положила её на место и легла на грудь любимому.

— Стась, а как бы ты назвал нашего сыночка? — прошептала я, опуская взгляд на свой живот. Стас пожал плечами.

— Ещё успеем придумать. Главное, чтобы он родился крепким и здоровым, — гладя мои волосы, ответил Стас. Я согласно кивнула и коснулась ногтем соска Стаса, над которым виднелся мой поцелуй.

— Скажи, ты правда накрасил мне губы, когда я спала, чтобы потом сделать татуировку со следом от моих губ? — спросила я, не веря даже собственным словам.

— Верно. Теперь ты навсегда у моего сердца.

Я прикрыла веки, и по моей щеке потекла одинокая слезинка.

«Рядом со мной нужный мужчина. Теперь я в этом нисколько не сомневаюсь. Стас именно тот, с кем я готова провести всю свою жизнь и кому готова отдать всю себя целиком».

Стас намного наклонил голову и заметил на моей щеке слезу.

— Ну-у… Милая… — протянул он, вытирая большим пальцем мою щёку, — Помнишь, что я тебе говорил? Никогда не плачь. Тебе не к лицу мокрота на глазах.

— Это слёзы радости, Стась… — тихонько всхлипнула я, — Я счастлива, что встретила тебя, и что сейчас у нас всё просто замечательно.

Стас поднял мою голову, и положив два пальца с двух сторон моего лица, вытер мои мокрые от слёз глаза.

— Ну так значит плакать не к чему. Мне нравится, когда ты смеёшься. Я хочу слышать твой смех, а не плачь. Обещай никогда больше не плакать, — он заглянул мне прямо в глаза, и я закивала головой.

— Только в том случае, если ты не будешь доводить меня до слёз.

— Никогда! — уверенно сказал Стас и тут же крепко обнял меня, — Никогда не заставлю тебя плакать. Ты уже пролила немало слёз. Достаточно. С тебя хватит.

Я уткнулась лицом в шею Стаса и обняла его за спину, вдыхая ни с чем не сравнимый аромат своего мужчины. Стас пахнул какой-то по-особенному. Этот запах я никогда ни с чем не перепутаю. С того момента, как он бросил курить, одежда перестала пахнуть табаком, а целоваться со Стасом стало в разы приятнее. Да и он перестал кашлять и хрипеть, что раньше делал достаточно часто.

Мой сон нарушил мерзкий звук будильника. Ещё не открыв глаза, я машинально потянулась к тумбочке, чтобы избавиться от назойливого источника звука.

— Ста-ас… — сонно пробормотала я, вытягивая руку в сторону постели Стаса. Когда кожа моей руки коснулась ткани футболки, я приоткрыла глаза и повернула голову. Стас спал рядом, а будильник совершенно не мешал ему. Я поднялась на локтях и стала сверлить его взглядом, — Стас, ты вставать не собираешься? Стас?

Ноль реакции в ответ. Я вздохнула и штурхнула Стаса в плечо. Он нахмурился и стал потирать свои глаза ладонями. Я взяла с тумбы телефон и поднесла его к уху Стаса. Тот подскочил с постели и посмотрел на меня, как на какую-то пришибленную.

— Блин, Лиса! — возмутился Стас, забирая из моих рук свой телефон. Выключив будильник, он снова упал головой на подушку. Я закатила глаза.

— Ста-ас! Ты на работу опоздаешь! Ну Ста-ас!

Он перевернулся на спину и хмуро посмотрел на меня.

— Отстань. Я спать хочу.

— А вот нечего было вчера до трёх часов ночи играть в приставку с Давидом!

— Лиса, я только один-единственный раз. Чего прицепилась-то? — с недовольством протянул Стас.

— Я тебе сказала быть во сколько? До двенадцати! — напомнила я, — А ты явился во сколько?

— Во сколько? — прищурился Стас.

— А в три! Ещё и пьяный!

— Ну что мы не можем один раз собраться и выпить по банке пива?

— По банке!? — возмутилась я, — Ты притащился домой в три часа ночи, завалился прямо в кровать, даже не раздевшись! Притом разбудил меня!

Ста опустил глаза на своё тело. Мятая футболка, наполовину расстегнутые джинсы и один кроссовок на ноге. Второй валялся в дверном проёме.

— Блин! — Стас снял кроссовок, сбросил его на пол и перевернулся на другой бок.

— Я сказала вставай! — настойчиво продолжала я, видя, что Стас даже не собирается покидать постель. Я сделала глубокий вдох и толкнула его ногой в спину, ожидая, что хоть этот жест заставит его сонное тело подняться, — Больше я не позволю тебе пойти куда-либо в воскресенье вечером. А то с утра ты похож на какое-то сонное отродье.

Я взяла его за локоть и развернула к себе.

— Вставай, одевайся и езжай на работу. Уже семь, а ты ещё только в постели валяешься.

Раздражённо вздохнув, Стас спустил обе ноги с кровати и стянул с себя мятую футболку и принялся расстёгивать джинсы. Но что-то у него это плохо выходила.

— Дай сюда! — я слезла на пол и помогла ему раздеться, — Нужно было это вчера сделать, а вернее уже сегодня. Кто ж ложиться спать в грязной одежде?

— Всё-всё, не нуди! — отмахнулся Стас, — И так голова трещит. Не до твоих нравоучений сейчас.

— А меньше пить надо! Скоро ребенок родиться, а он пьет, как не в себя! Вообще дурной! Думаешь только о себе!

— Да не только о себе я думаю, — Стас снял вчерашнюю одежду и накинул себе на плечи чистую рубашку.

— А ты в душ не хочешь сходить? Или грязным поедешь на работу?

Закатив глаза, Стас вышел из спальни и направился в ванную комнату, а я, качая головой, принялась застилать нашу постель. Через несколько минут Стас вернулся в спальню с повязанным на бёдрах полотенцем.

— Ты сегодня во сколько вернёшься? — поинтересовалась я, помогая ему застегнуть пуговицы на рубашке.

— Пока не знаю. А что?

— Ничего. Просто я хочу хоть один день побыть со своим мужчиной, а не видеть его пьяным посреди ночи или вообще только поутру.

Стас заметил в моём голосе нотки обиды и улыбнулся.

— Ладно. Сегодня приду домой пораньше, — пообещал он.

— Посмотрим, — я повязала ему на шею алый галстук и чмокнула в губы, — Планирую сегодня поехать к тёте. Она хотела что-то передать для внука.

— Ой! — Стас свёл свои брови к переносице, хмурясь, словно обиженный ребёнок, — Мы уже говорили об этом. Я сам всё куплю для своего сына. У него будет абсолютно всё. Нам не нужно ничего передавать.

— А что я скажу тёте? «Спасибо, но Стас сказал, что нам ничего не нужно, поэтому оставь эти вещи себе»? Ты это так себе представляешь?

— Ну да. Скажи ей правду. Что отец сам позаботиться о своём сыне, — Стас опустил ладонь на мой круглый живот, с нежностью поглядывая его, — Когда наш сынок родиться, у него будет всё. Никто в нашей семье не будет жаловаться.

— Это чудесно, Стас, — кивнула головой я и меня всю тут же накрыла волна беспокойства, — До родов осталось несколько недель. Я так волнуюсь… — положив голову на грудь Стаса, призналась я. Он вздохнул и нежно провёл ладонью по моим волосам.

— Всё будет хорошо. Я же с тобой. Ты родишь здорового мальчика, и мы сможем наконец пожениться.

— Мг. Я уже так давно этого жду.

Стас поцеловал меня в макушку и отошёл назад.

— Сейчас я еду на работу. Много дел. Надеюсь, смогу решить всё достаточно быстро, чтобы ты не скучала.

— Это сегодня, ты говорил, у вас бизнес-встреча с каким-то важным человеком? — спросила я, вспоминая недавний разговор.

— Ты даже запомнила? — усмехнулся Стас, застегивая пуговицы на пиджаке, — Это очень важная сделка. Мы три месяца шли к ней. Сегодня я наконец заключу этот контракт.

— Удачи.

— Угу, — Стас махнул головой и выбежал из спальни, на ходу поправляя колошины на своих брюках, — До вечера!

— Пока, милый! — ему вслед крикнула я и села на кровать. Я сделала глубокий вдох и положила обе ладони на свой большой живот, — Скоро ты родишься, мой сынок, — вслух произнесла я, снова вздыхая. Мысли о предстоящих родах сильно пугали меня, и даже поддержка Стаса ничуть не спасала. Каждый божий день, проведенный в четырех стенах, был хуже другого. И дело даже не в том, что мне было скучно и одиноко. Просто я постоянно накручивала себя, представляя, как страшно будет на родах. А те видео, что я смотрела, не утешали, а, наоборот, пугали. По нескольку раз на дню я созванивалась со Стасом, он постоянно утешал меня словами поддержки, говорил, что всегда рядом, но тяжёлые мысли всё равно были сильнее. Я периодически ездила домой к тёте, ожидая, что хоть она поможет мне взять себя в руки, объяснит, что всё не так страшно, как кажется. Но этого не случилось. Тётя так же, как и я, никогда не рожала и утешала меня только на банальных словах, которые я и так каждый день слышала от Стаса.

Сделав очередной вздох, я подняла голову и оглядела спальню. Мой взгляд остановился на криво лежащей подушке, из-под которой выглядывал телефон Стаса, который он засунул туда, желая избежать противного звука будильника.

«Как я его не заметила, когда застилала постель?»— подумала я, беря в руки телефон. Я выглянула в окно, надеясь, что Стас ещё не уехал. Но этого не произошло. Машины уже и след простыл, а двери в гараж закрылись, когда хозяин покинул двор, — «Стасу по-любому понадобится телефон. Съезжу и отдам его ему».

Я оделась, спустилась на кухню и позавтракала. После чего вызвала такси и ближе часам к десяти поехала в офис. Машины Стаса, Оливера и Лизы уже стояли на своих законных местах, и я поняла, что рабочий день давно в самом разгаре. Это только беременная я может себе позволить утром в понедельник медленным расслабленным шагом разгуливать во городу.

— Стас у себя? — спросила я, переступив порог офиса. Алёна отставила стопку документов на стол и покачала головой.

— Он в кабинете у Елизаветы Аркадьевны, — ответила она, — Что-то случилось? Может, передать что-то нужно?

— Нет-нет, я сама, — улыбнулась я и, махнув Алёне на прощание, уверенной походкой зашагала в дальний угол офиса, где и находился кабинет Лизы.

— Что ты за чушь несёшь!? — дверь кабина была слегка приоткрыта, и оттуда донёсся разгневанный голос Стаса, — Ты не можешь быть от меня беременна!

После последних слов я замерла, остановившись в пороге. В своей увлеченной беседе ни Стас, ни Лиза не замечали моего присутствия. А я стала вслушиваться в их диалог.

— Да это твой ребенок! Сначала ты трахал меня без защиты, а теперь кричишь, что я нагуляла ребенка! — возмущалась Лиза.

— Где нагуляла, туда и иди! Я здесь ни причем! — Стас скрестил руки на груди и гневно поджал губы, — Не знаю, от кого ты залетела! Не нужно меня в отцы записывать!

— Да от тебя! — выпалила ему в лицо Лиза, — Уже забыл, как трахал меня на вот этом столе!? — она похлопала рукой по деревянному столу, на котором и сидела. Стас открыл рот, чтобы что-то ответить, но из моих рук выпала сумка, с грохотом упав на пол. Стас и Лиза синхронно обернулись и встретились с моим шокированным взглядом.

— Алиса!? — сорвалось с губ Стаса. Он посмотрел на моё лицо и запустил пальцы в свои волосы, опуская глаза, — Ты всё не так поняла.

Я, словно окаменела и потеряла дар речи одновременно. Лиза слезла со стола и, окинув меня довольным взглядом, покинула кабинет.

— Вы тут сами как-нибудь разбирайтесь. А я иду на обед.

Цокая каблуками, она убежала, а я подняла каменный взгляд на Стаса. Он был бледным как смерть.

— Это правда? — шёпотом спросила я, всем сердцем стараясь отгонять от себя самых худшие мысли. Стас подошёл ко мне, но я выставила руку перед собой, останавливая его, — Ответь.

Стас покачал головой.

— Лиза не может быть беременна от меня, — нотки неуверенности выдавали Стаса, и мне стало ещё паршивее.

— Ответь только на один вопрос, — сухо сказала я и сглотнула, — Ты с ней спал? Посмотри мне в глаза и скажи, что у тебя ничего не было с Лизой.

Стас сунул одну руку в карман и прикрыл свои глаза. Он молчал. А это молчание было хуже самых оскорбительных слов. Стас не посмотрел мне в глаза, ему было стыдно сделать это. Я почувствовала резкую боль в нижней части живота и схватилась за него.

— Алиса? — Стас тут же подбежал ко мне, видя, в каком я состоянии от его молчания.

— Не приближайся ко мне! — выпалила я, опираясь рукою о гладкую стену, — Видеть тебя не хочу!

Эти слова я произнесла даже не глядя в его сторону. Из моих глаз потекли слезы, а боль внизу живота только усилилась. Ноги подкосились, а глаза… Всё вокруг стало темнеть и кружиться. Я уже не замечала ничего вокруг и просто упала в обморок. Благо, Стас оказался рядом и подхватил меня, не дав упасть с огромным животом на холодный пол.

— Вызовите скорую! — завопил он, беря меня на руки. Всё в офисе тут же начали суетиться, бегать вокруг меня, — Ну же! Может, кто-нибудь уже вызовет скорую!?

Голос Стаса дрожал, он ничего не мог сделать и от безысходности только бегал со мной на руках по офису. Так и не дождавшись машины скорой, Стас усадил меня в свой автомобиль и сам довёз до роддома.

Меня тут же увезли в родильный зал, а Стас остался сидеть в коридоре. Уже через полчаса в роддоме были тётя Оля, Марина Дмитриевна, Владимир Петрович, Давид и Карина. Все ужасно переживали и расспрашивали Стаса, что же произошло и почему я начала рожать раньше срока. Тот сидел понурив голову и не отвечал ни на один вопрос.

— Стас, скажи мне, вы поссорились? — тихонько спросила тётя Оля, усаживаясь рядом со Стасом. Он медленно кивнул, — Алиса разволновалась и начала рожать раньше срока?

Стас снова кивнул и наконец поднял голову.

— Ей стало плохо, — подавленным голосом ответил Стас, — Когда я положил Алису на сиденье, то увидел кровь.

Все присутствующие громко охнули, прикрывая рты руками.

— О, Господи! — тётя Оля положила свою ладонь на свои губы, ужасаясь услышанному, — Что же теперь будет?

— Что с Алисой? — Карина тут же пробралась средь толпы, придерживая свой огромный живот, — Не дай бог она умрёт из-за тебя! Тебе не жить, Гордеев! — сурово сказала Карина, тыкая пальцем у лица Стаса. Тот посмотрел на неё тусклым взглядом и кивнул.

— Я сам себе этого не прощу…

Атмосфера в коридоре накалилась. Все переглядывались, охали, не знаю, о чём и думать. У родильного зала они провели несколько часов в гробовой тишине.

Наконец двери распахнулись, и в коридоре показался врач. К нему тут же подбежала тётя Оля, с надеждой глядя в глаза. Все засветились, бурно обсуждая, что же скажет доктор.

— Как моя племянница? — нервно теребя свои ладони, протараторила тётя Оля. Мужчина снял со своей головы белый чепчик и медленно качнул головой.

— Мне очень жаль… — монотонно произнёс он, и на всем этаже повисла мертвая тишина.

— Не-ет! — протянула Карина, хватаясь одной рукой за свой живот, а другой за локоть Давида, — Не может этого быть!

— Милая, ты в порядке? — Давид переключился на жену, обеспокоенно беря её за руку.

— Давид, я рожаю! — что есть силы завопила Карина, падая на стоящую позади скамейку. По её ногам потекла жидкость, и девушка схватилась обеими руками за низ своего живота.

К ней подбежали санитарки, и Карину увезли в родильное отделение. Давид разволновался не меньше, поэтому, схватившись за сердце, квадратными глазами смотрел на врача.

— О, Господи! Что здесь происходит!? Все рожают! — шокировано кричал он, оглядывая весь коридор.

Стас резко вскочил на ноги, с широко распахнутыми глазами смотря на доктора.

— В смысле!? Что с Алисой!? — дрожащим голосом спросил он.

— Девушка жива, — ответил врач, и все с облегчением выдохнули, — Но вот мальчика спасти не удалось…

Теперь уже Марина Дмитриевна подскочила со стула.

— Что с моим внуком!? Как это не удалось спасти!? — она растерянно развела руками, поглядывая на мужа.

— Мои соболезнования… — тихо сказал врач, оставляя всю семейку наедине. Стас закрыл глаза и опустился на корточки у стены, впиваясь пальцами в свои волосы.

— Мой сын… — вполголоса произнёс Стас. Давид тяжело вздохнул и опустился рядом с другом.

— Мои соболезнования, брат, — шепотом сказал Давид, трогая его за плечо.

Стас поднял краткий взгляд на тётю Олю, которая подавленно смотрела в одну точку. По щеке мужчины потекла одинокая слезинка, которую он тут же смахнул, но за ней последовали другие, и Стас беззвучно зарыдал, плотно закрыв глаза.

Тётя Оля что-то обсуждала с врачом, после чего тот позволил ей навестить племянницу. Тётя приоткрыла дверь и заглянула в палату. Я повернула голову вбок и слабо улыбнулась, увидев её.

— Как ты, моя родная? — ласково спросила тётя, усаживаясь на стул рядом с кроватью.

— Немного голова болит, — шёпотом ответила я, — Тётя, где мой сын? Мне его не принесли. Ты случайно не знаешь?

Тётя Оля опустила глаза и глубоко вздохнула.

— Тётя? — от её пустого взгляда мне стало не по себе и я повторила свой вопрос, — Где мой сынок? Скажи, где он!? — от волнения мой голос повышается, а тётя поднимает на меня полные слёз глаза.

— Ты слишком сильно разволновалась. Мальчик погиб, — всхлипнув, прошептала она.

Весь мир для меня перевернулся в ту секунду. Я не знала, о чём и думать. В сердце что-то больно кольнуло, а глаза залили слёзы.

— К-как? — пробормотала я и тут же закрыла лицо руками, — Мой сын…

Тётя опустила свою ладонь на мою и сжала её, глядя прямо в мои, полные слёз, глаза.

— Лисочка, ты только не плачь… — слёзно попросила она, — Ты здорова, а это самое главное. У вас со Стасом ещё будут дети.

После слова «Стас» на мои глаза навернулся новый поток слёз, и я одёрнула свою руку.

— Ничего у нас с ним не будет, — холодно сказала я.

— Лиса, возможно, вы с ним сейчас поссорились. Но вы обязательно помиритесь, и всё будет…

— Тётя, он мне изменил! — перебила я, — Он сделал ребенка другой!

Мои слова вызвали на лице у тёти шок. Приоткрыв рот, она смотрела на меня. Все аргументы вмиг закончились, и она не знала, как теперь может меня поддержать.

— Так вот, что заставило тебя так разволноваться… — догадалась тётя, — И роды начались раньше срока…

— И была права, тётя. Стас урод и козёл, — гневным тоном процедила я, — Из-за его похождений погиб мой нерожденный сынок. Ненавижу его!

Из глаз ручьём текли горячие слёзы, и я упала лицом на подушку, пытаясь заглушить свои рыдания. Ведь сейчас я врала сама себе, понимая, как сильно люблю того, кто причинил мне столько боли.

«Я же на самом деле люблю Стаса, но его поступки… То, как он обманывал меня все эти месяцы, а я слепо верила в искренность его слов…»

Тётя Оля коснулась рукой моих волос и тяжело вздохнула.

— Отдыхай, дорогая. Тебе сейчас нужен покой. Побудь одна, — тихонько сказала она, покидая больничную палату. Я снова осталась одна и зарыдала пуще прежнего. Сердце разрывалось от боли потери сына, а я ничем не могла утолить эту боль, ведь сверху нависло ещё одно неприятнейшее воспоминание, от которого я и попала в роддом, где и погиб мой малыш.

Скрипнула дверь, и я повернула голову, чтобы посмотреть, кто пришёл. В пороге палаты стоял Стас, нерешительно передвигая ногами.

— Чего ты пришёл? — сухо спросила я.

— Потому что это наше общее горе, — ответил он, подходя к моей постели. Я резко вскочила с кровати и встала перед ним, хватая за шиворот.

— Общее горе, да!? — переспросила я, рыча прямо в лицо Стасу, — Это ты во всём виноват! Не нужно строить из себя любящего отца и мужа! Ты думал и думаешь только о себе любимом! Тебе никто не нужен! Ты со спокойной душой спал с Лизой, когда дома тебя ждала твоя беременная невеста! Ты сделал и ей ребёнка, а потом просто приходил домой и как ни в чём не бывало ложился в одну постель со мной! Ты ничтожество! Я тебя ненавижу! Будь проклят тот день, когда я встретила тебя и полюбила! — я отвесила ему звонкую пощёчину, от которой лицо Стаса перекосилось, а потом ещё одну и ещё. Стас терпеливо стоял на месте, пока я избивала его лицо своими ладонями и только через несколько секунд остановил меня, взяв за запястья.

— Алиса, я виноват перед тобой… — смотря мне прямо в глаза, измученно сказал Стас, — Я признаю, что именно по моей вине погиб наш сын. Я действительно поступил некрасиво, скрывая от тебя связь с другой женщиной. Но я не сделал ей ребёнка. Лиза не беременна от меня. Я клянусь тебе.

— Мне плевать, кто там от тебя беременен! — я выдернула свои руки из его хватки и с гневом посмотрела в глаза, — Мне плевать на тебя! Я тебя ненавижу! Ты мне омерзителен после всех твоих поступков! Знай, что ложь — это именно то, чего я ни за что на свете не прощу! Я доверяла тебя, а что сделал ты!? Ты растоптал моё доверие! Поставил ни во что мою честь и достоинство! Ты тряпка, которая не может совладать с собственными желаниями! Ты ничтожен!

— Алиса, я понимаю, ты сейчас расстроена. Мне не лучше, — поникшим голосом произнес Стас, — Но я прошу, выслушай меня.

— А что это меняет? — я высоко подняла голову и скрестила руки на своей груди.

— Меняет.

— Ладно. У тебя минута. Я выслушаю твои жалкие оправдания, и мы больше никогда не увидимся.

— Ты не хочешь меня больше видеть?

— Минута пошла, — громко объявила я, и Стас опустил глаза в пол.

— У меня была связь с Лизой до наших отношений. Я был свободным человеком и мог спать, с кем хотел и когда хотел.

— Интересно, почему же она только сейчас записала тебя в отцы своего ребенка? Или, может, она всё выдумала? — хмыкнула я.

— Я клянусь тебе своей бородой, что я тебе не вру и никогда не врал, — уверенным тоном произнес Стас, беря себя за подбородок.

— Да что ты говоришь!? В таком случае начинай делать это прямо сейчас, ведь ты тот ещё лгун, — я развернулась на пятках и расположилась на кровати.

— Алиса… — Стас опустился на корточки прямо передо мной, и я тут же отвернула от него голову.

— Уходи отсюда! — сквозь зубы процедила я, не глядя в его сторону. Я понимала, что если посмотрю в его глаза, то не сдержусь, брошусь к нему на шею и прощу всё его грязное враньё, все проступки.

Холодная дрожащая рука коснулась моего бёдра, и по всему тело пробежали мурашки. Вскочив с кровати, я подошла к окну и закрыла глаза.

— Я ещё раз повторяю: уходи! Я не желая тебя видеть, слышать твой голос! — гневно произнесла я, хотя внутри меня всё горело и бушевало огнём. Я точно знала, что если сейчас хоть на секунду обернусь, то уже не смогу так стойко стоять на своём.

— Я тебя понял, — хрипло прошептал Стас, и уже через секунду хлопнула дверь. Я упала на колени и схватилась за голову. Я вновь и вновь рыдала, выдирая на себе волосы. Ведь вместе с любимым человеком я потеряла и сына, который ещё не успел родиться, но уже стал для меня самым дорогим и любимым.

Такой подавленной я не была, даже когда Стас умирал. Ведь тогда нас могла разлучить лишь смерть, а сейчас… Сейчас между нами огромная и непреодолимая стена под названием «враньё». Какой же огромной она стала за то время, что я провела со Стасом. Никакая любовь и привязанность не смогли сохранить наши отношения и построить будущее. Мы не смогли, хотя я отдала ради нашего счастья всю себя целиком… А зря… Стас не стоил моих слёз и он не оправдал мои ожидания… Я, как наивная дурочка, верила, что Гордеев Станислав может измениться, может по-настоящему полюбить и отдать всего себя дорогому сердцу человеку…

Стас вышел из больничной палаты и в коридоре столкнулся с матерью и отцом.

— Ну как она? — обеспокоенно спросила Марина Дмитриевна. Стас опустил глаза и покачал головой.

— Не спрашивай. Алиса не хочет меня видеть.

— Ничего, сынок. Она сейчас подавлена. Ей нужно время, — Марина Дмитриевна с трепетом провела рукой по волосам сына, — Вы обязательно помиритесь. Вы же собирались пожениться.

— Мы не поженимся, мама, — подняв голову, тяжело вздохнул Стас.

— Как!? — в разговор вступил Владимир Петрович.

— А вот так, папа. Мы расстались. И это навсегда, — не желая дослушивать нравоучения родителей, Стас поплелся по коридору к выходу из роддома. На стоянке он столкнулся с Давидом. Тот был как никогда счастлив.

— Стасян, у меня сын родился! — с восторгом сообщил друг.

— Рад за тебя, — с бледным как смерть лицом ответил Стас, и улыбка вмиг пропала с лица Давида.

— Прости, брат. У тебя же такое горе, а я тут со своим…

— Всё нормально, — сухо произнёс Стас, хотя его понурое выражение лица выдавало его с потрохами.

— Как Алиса? Сильно подавлена?

— Сильно… — махнул головой Стас, засовывая обе руки в карманы куртки, — Она не хочет меня видеть.

— Ничего, брат, — Давид хлопнул ладонью по плечу Стаса, — Помиритесь ещё.

Стас повернулся и разгневанно выкрикнул Давиду в лицо:

— Да не помиримся мы! Ни-ко-гда! Алиса думает, что я сделал ребенка Лизе! А это не так!

Давид приоткрыл свой рот, с непониманием глядя на друга. Тот был ужасно подавлен и одновременно разгневан.

— Лизе? Борисенко которая? — переспросил Давид.

— Да, бл*ть! — сорвался Стас, от гнева стискивая зубы, — Алиса была ужасно злая. Я никогда раньше не видел её такой. Она била меня по лицу и покрывала грязными словами. Она в гневе на меня и никогда не простит.

— Но за что не простит, Стасян? — Давид непонимающе развёл руками.

— В том то и дело, что ни за что. Я ничего не сделал. Ну вернее, может и сделал, но уж точно не то, за что она на меня зла.

— О-ох, дружище… — качая головой, протянул Давид, — Натворил же ты делов. Ещё похлеще меня.

— Давид, что мне делать? — Стас с мольбой посмотрел на друга, от безысходности чуть ли не плача, — Алиса всё для меня. Другой такой мне никогда не найти. Я хочу быть с ней.

— А ты ей то об этом сказал?

— Да она видеть меня не хочет, не то что слышать, — обречённо вздохнул Стас, опуская голову. Давид тоже пропустил один вздох и хлопнул Стаса по спине.

— Поехали ко мне домой. Тебе нужно отвлечься. Утро вечера мудренее.

— А ты разве не поедешь сейчас к своей Карине? Она же, вроде как, родила.

Давид махнул рукой.

— Завтра поеду. Она ещё неделю будет лежать в роддоме. А вот твою Алису уже завтра выпишут, и она поедет домой. У тебя есть возможность всё только не усугубить.

— Я понял, — кивнул Стас.

— Ну вот и отлично. А сейчас едем ко мне заливать твоё горе хорошим двадцатилетним коньяком, — усаживаясь в свой автомобиль, сказал Давид, — А я, пожалуй, выпью за здоровье сына. У меня богатырь родился. Карина сказала 3600. Силач мой.

Давид выглядел очень довольно, и даже печаль на лице друга не смогла испортить его отличное настроение. Стас сел за руль и упёрся в него лбом, тяжело вздыхая.

«Мне сейчас определённо нужно напиться. Как же так вышло, что за несколько часов вся моя жизнь пошла под откос? За несколько часов я потерял и невесту, и сына. Какой же я лузер!»

От досады Стас взялся за нетронутую пачку сигарет, которую твёрдо решил больше никогда не открывать. Но сейчас была другая ситуация. Достав из пачки одну сигарету, Стас хотел было вставить её себе в зубы, как в голове пролетели слова заботы, сказанные в его адрес дорогой невестой.

«Стась, как бы плохо тебе не было не стоит прикасаться к сигаретам и алкоголю… Это раньше ты этим снимал стресс. Но это всё пустое… И ничем хорошим не заканчивается…»

В ту же секунду Стас сложил сигарету в пачку и спрятал её обратно в бардачок, так и не воспользовавшись зажигалкой.

Стас откинул голову назад и закрыл глаза. По его щекам тонкой струйкой потекли горячие слёзы, сильно обжигавшие всё его лицо. Из его головы всё никак не выходили слова любимой, её тепло, забота. Стас даже улыбнулся, вспоминая, как она просила надеть его шапку, а он — идиот, просто так накричал на неё.

«Я тебя так люблю… Так люблю…»— в ушах пронёсся звонкий голос невесты, её смех. Стас коснулся своей щёки, вытирая слёзы, и в голове всплыло сегодняшнее утро, когда она так сладко и нежно целовала его в щеки, в губы.

Стас резко зажмурился, вновь и вновь вспоминая лицо бывшей девушки, когда она кричала на него, проклиная день из первой встречи. Как била его лицо своими нежными ладонями, сообщая, что теперь ненавидит всем сердцем и не хочет больше видеть.

Стаса вернули в реальность «бибиканья» из машины Давида. Тот, выглянув из окна, помахал другу, призывая наконец завести машину. Смахнув со своих мокрых щёк слёзы и вытерев глаза, Стас прокрутил ключ завёл свой автомобиль и помчался по трассе вслед за Давидом.

Прошла неделя. Меня выписали из больницы, и я сразу же поехала к тёте, даже не забрав свои вещи из дома Стаса. Я не хотела с ним столкнуться, но даже не предполагала, что за всю эту неделю Стас так и не вернулся к себе домой, а всё это время жил у Давида, потихоньку спиваясь.

— Чува-ак! — сонно протянул Стас, вытягивая руку с бутылкой в сторону.

— Что такое? — Давид недовольно прищурился и повернул голову вбок.

— Который час? — сонным шёпотом спросил Стас. Его губы были практически не заметны на заросшем волосами лице. За эту неделю пьянки Стас даже не удосужился побриться, и его густая борода стала похожа на сгусток соломы.

Давид пожал плечами, переворачиваясь на другой бок. Стас немного приподнялся и стал глазами изучать настенный календарь.

— Кстати, сегодня же седьмое. Нужно ехать встречать твою с сыном из роддома, — бормоча себе под нос, напомнил Стас. Давид резко подскочил, услышав пьяные бредни друга.

— Что!? Уже сегодня! А я же не готов! Карина меня убьёт, если я приеду в таком виде!

Следующие полчаса Давид бегал по дому, словно ошпаренный, когда Стас просто молча натянул на себя штаны, пригладил рукой мятую рубашку и причесал взъерошенные волосы гребнем Давида.

— Ну что? Как я выгляжу? — взволнованно спросил Давид. Стас поднял большой палец вверх, кивая головой.

— От… Ик… Лично…

— Боже, Стас! — Давид схватился за голову, — Да в таком состоянии нельзя являться в роддом! Иди немедленно выпей таблетку или хотя бы рассола из-под огурцов!

— Ну это же не моя жена родила! — отмахнулся Стас.

— Зато там будет твоя Алиса! С которой ты, между прочим, хочешь помириться! — тыкая пальцем в грудь Стаса, напомнил Давид. Больше слов не нужно было. Стас в ту же секунду полетел на кухню приводить себя в порядок. Не прошло и ещё получаса, как оба мужчины в солидных костюмах стояли у входа в родильный дом, — Стасян, что-то я волнуюсь, — признался другу Давид.

— Я заметил, — хмыкнул Стас, указывая на руку Давида. Мужчина каждую секунду то и делал, что поправлял свой галстук.

— Добрый день, — серьезным тоном сказала я, вставая между Давидом и Стасом. Те сразу же оживились, переведя всё своё внимание на меня. Давид ткнул Стаса в плечо, кивая головой в мою сторону. Но Стас лишь растерянно пожал плечами, демонстрируя другу, что не знает, с чего начать.

Я на секунду взглянула на Стаса. Густая щетина на лице, за которой судя по всему не ухаживали несколько дней, а то и недель. Раньше, когда Стас жил вместе со мной, то его лицо всегда было аккуратным и ухоженным, а борода не была колючей и противной из-за средств, которыми он пользовался для ухода за волосами. Сейчас же это был не мужчина, а какой-то Леший, который пролежал в лесу долгие недели, да ещё и к тому же бухал, что оставило хороший след на его опухшем лице. Под красными глазами Стаса красовались огромные синяки от недосыпа, и мне даже стало его немного жаль.

Я слишком долго разглядывала внешний вид Стаса, и он заметил это. Я мгновенно отвела взгляд, всем своим видом показывая свое равнодушие по отношению к этому мужчине, но бешеное сердцебиение выдавало меня с потрохами.

«Хорошо, что Стас не слышит, как быстро сейчас бьётся моё сердце»— наивно думала я.

Двери роддома открылись, и на лестницу вышла Карина, держа на руках маленький белый свёрток. Давид сразу же расплылся в счастливой улыбке и, подойдя к жене, поцеловал её и взял сына на руки.

— Поздравляю, подруга, — улыбнулась я, обнимая Карину. Та одарила меня печальной улыбкой.

— Сочувствую, Лиса. У тебя большое горе, а ты сейчас пришла сюда, чтобы поздравить меня.

— Всё в порядке. Мы же подруги. Твоё счастье — моё счастье, — кивнула я, протягивая Карине большой букет.

— Спасибо, дорогая.

Карину поздравили её родители, свёкры, после чего мы все вместе поехали домой к Карине и Давиду, где новоиспеченную мамашу ждал не очень приятный сюрприз. Уютное местечко для молодой семьи за несколько дней превратилось в грязную холостяцкую берлогу.

— Давид, твою ж мать! — не сдерживаясь, выругалась Карина, отдавая сына матери, — Я разве не просила тебя всё здесь прибрать!? А что сделал ты!?

Давид виновато опустил голову, пожимая плечами.

— Прости… Мы просто немного выпили… Праздновали рождение сына… — в своё оправдание ответил Давид.

— Это вы столько праздновали!? — возмущенным тоном спросила Карина, беря в руки несколько пустых банок от пива, которые заполнили весь диван и ковер, — Крошки, пачки, бумажки, бутылки… Давид, ты с ума сошел!?

Мужчина снова опустил голову, боясь спорить с разъяренной женой.

— Ладно. Хрен с тобой! — махнула рукой Карина, понимая, что в данной ситуации бессмысленно что-либо выяснять, — Заказывай гостям еду из ресторана. Только быстро и много. Давай-давай! И поживее!

Давид покорно кивнул и тут же достал из кармана свой телефон. Карина направилась в гостиную к родителям и свёкрам, а я осталась стоять в пороге наедине со Стасом. Всю дорогу его взгляд не покидал меня, и сейчас Стас не сводил глаз с моего затылка. Я молча терпела его общество, но последней каплей стало то, что Стас тронул меня за плечо и назвал по имени. В ту же секунду я рванула вперёд и захлопнула за собой двери, в одиночку заперевшись на кухне.

— Ненавижу! Ненавижу! — твердила я себе под нос, сжимая скатерть на столе руками. Дверь приоткрылась, и резко обернулась. На кухню вошла Карина, держа на руках большую вазу с цветами. Увидев моё измученное лицо, она поставила вазу на стол и взяла меня за плечи.

— Что-то случилось? На тебе лица нет.

Я кивнула, и по щекам потекли слёзы, которые я так старательно пыталась сдержать. Видя это, Карина всё поняла.

— Стас?

Я снова закивала головой и упала в объятия подруги, рыдая.

— Карина, я не могу его видеть, — всхлипывая, призналась я, — Моё сердце сжимается, когда я вижу его лицо, слышу его голос и чувствую его одеколон.

Подруга тяжело вздохнула и крепко меня обняла.

— Тебе сейчас больно и обидно. Ладно бы ты потеряла только мужика, но ты из-за него потеряла и сына.

Её слова вызвали у меня новый поток рыданий, и в этот момент на кухню зашёл Давид.

— Что у вас уже случилось? — спросил он, видя моё заплаканное лицо. Карина сердито на него посмотрела и жестом указала выйти.

— Иди лучше у своего дружка спроси, что случилось, — гневно выпалила Карина, — Если бы он не был твоим лучшим другом, то я бы его даже на порог к нам не впустила.

— Да в чём Стас то виноват? Он же… — хотел возразить Давид, но Карина погрозила ему кулаком.

— Напомню, что я мать и мне нельзя нервничать, — сурово сказала она, и Давид сразу же побледнел.

— Всё-всё. Я понял, — протараторил он и убежал из кухни, оставляя нас с Кариной вновь наедине. Подруга подала мне стакан воды и усадила за стол.

— Карина, скажи, что мне делать? — дрожащими руками держа стакан, спросила я, — Я же бесхребетная и слабохарактерная. Боюсь, что я смогу простить предательство Стаса.

— Ты не бесхребетная, Алиса. Ты просто слишком сильно любишь этого придурка, — качая головой, сказала Карина.

— Я не сдержусь, если буду видеть его постоянно, слышать его голос… — я печально опустила голову, — Я не могу здесь находиться.

— Поедешь домой?

— Я поеду в другой город, Карина, — подняв голову, ответила я. Подруга на секунду впала в ступор, не понимая, шучу ли я.

— В другой город? И куда же? В Минск? — она иронично ухмыльнулась.

— Ну зачем же в Минск? Я поеду к нам на родину, в Питер.

— И где же ты там будешь жить? — развела руками Карина и тут же сама ответила на свой вопрос — В квартире, которую тебе оставили родители?

Я кивнула.

— Начну новую жизнь. Не хочу иметь ничего общего с Гордеевыми, в особенности со Стасом. Лучшим выходом сейчас будет — просто уехать и начать новую жизнь в другом городе.

— У тебя же нет образования, — напомнила Карина.

— Знаю. Я всё равно что-нибудь придумаю.

— О-ох, подруга… — вздыхая, протянула Карина, — Не знаю, что тебе и сказать.

— Не нужно ничего говорить. У тебя в Москве жизнь наладилась, а у меня ничего не вышло. У тебя есть чудесный муж, который тебя до беспамятства любит, и сын.

— Лис, если что-нибудь будет нужно, ты обращайся. Мы обязательно тебе поможем. С деньгами там, с работой. У Давида есть связи.

— Спасибо, — кивнула я, смахивая слёзы ладонями, — Я как-нибудь сама.

— Как знаешь.

— Я решила, что пора добиться хоть чего-то самостоятельно, а не чьими-то деньгами. Не хочу зависеть от мужчин.

— Ты и не зависела от Гордеева. Ты же не виновата в том, что из-за их семейки потеряла место в институте и была вынуждена искать заработок в компании Гордеевых.

— Всё равно мне больше не нужны мужчины. Достаточно одного, с которым ничего не сложилось. На что, интересно, я рассчитывала, соглашаясь быть с богачом?

— Ну-ну, Лис. Не нужно грести всех их под одну гребёнку. Вот мой Давид не такой.

— Это да. Ты сорвала джекпот. Твой Давид такой один на миллион. Адекватный верный сынок богачей. Такой никогда не предаст.

— И ты найдешь своего. Не опускай руки, Лис, — Карина приобняла меня, заглядывая прямо в глаза, — Вот, поедешь в Питер, и там твоя жизнь кардинально изменится.

— Угу. Нужно только поговорить с тётей, — со вздохом сказала я, — Кстати, ваш Лёшка — твоя копия. Такой милый блондинчик.

— Вот именно. Ни единого сходства с Давидом, — с печалью подметила Карина.

— Ты всё-таки настроена на тест ДНК?

Карина кивнула.

— Только в тайне от Давида. Даже если это и его ребёнок, то я не хочу, чтобы он знал о моих сомнениях.

— Ты не говорила ему о вашей связи с Колей?

— Конечно, нет! — отрезала Карина, — Ему не нужно знать о моём прошлом.

Последние слова Карина произнесла полушепотом, не желая, чтобы они дошли до чужих ушей.

— Ну и правильно. Ты же ему не изменяла, в отличие от Стаса… — вздохнула я.

— Алиса, не смей из-за него даже слезинку проливать! — бодро сказала Карина, — Любовь пройдет. А любви к такому, как Гордеев вообще не должно быть. Он же даже не знает, что это такое. Гордеев только и умеет, что причинять боль.

Я согласно кивнула, и мы с Кариной наконец вышли из кухни. В гостиной за накрытым столом сидели все и только ожидали виновницу торжества.

— Кариночка, мы тебя заждались, — сказала мама Карины, когда её дочка села за стол.

— Прости, мам. Нам с Алисой нужно было поговорить, — бросая косой взгляд на Стаса, который сидел рядом с Давидом, ответила Карина.

День пролетел незаметно, и все разъехались по домам. На парковке меня догнал Стас. Он настойчиво попытался усадить меня к себе в машину, чтобы поговорить, но я очень стойко стояла на своём и в итоге уехала домой к тёте на такси.

Молодые родители наконец остались наедине друг с другом и со своим новорожденным сыном.

— Давид, сделаю нам чаю, — попросила Карина, держа на руках младенца, — А я пока уложу Лёшку спать.

— Лёшке тоже чай сделать? — усмехнулся Давид, но Карина окинула его уставшим взглядом.

— Нам, Давид, это тебе и мне. Лёшка выпил моего молока и сейчас будет спать.

— Ладно. Я сейчас, — Давид прикрыл дверь в детскую и убежал на кухню.

Карина тем временем, не желая упустить такой момент, положила сына в детскую кроватку и тихонько на цыпочках зашла в спальню. Там в изголовье кровати лежал гребень Давида, на котором Карина заметила несколько мужских тёмных волос. Аккуратно сложив их в маленький пакетик, Карина спрятала его в свою сумку и убежала на кухню.

— О! Ты уже уложила Лёшку? — улыбнулся Давид, увидев жену.

— Мг, — кивнула Карина, скрывая своё волнение за улыбкой.

Давид широко расставил руки, впуская Карину в свои объятия.

— Ты горячая… — встревоженно сказал мужчина, касаясь лба жены губами, — Карин, ты не заболела?

— Нет-нет, — помотала головой девушка, отходя назад, — Просто устала за сегодняшний день.

— Тогда чай пить не будем?

— Давай просто немного посидим за столом.

— Ладно, давай, — Давид сел на кухонную скамью, Карина расположилась рядом. Обняв горячую кружку ладонями, она опустила голову.

— Давид, а что говорит Гордеев насчёт случившегося?

— Насчёт их расставания? — уточнил мужчина.

— Да. Вы ведь готовили об этом?

— Говорили. Стас сожалеет о том, что Алиса потеряла их общего ребёнка.

— Разумеется! — голос Карины повышается, и она с презрением смотрит на мужа, — Он же сам в этом виноват!

— Стас виноват только в том, что заставил Алису волноваться, — в защиту друга сказал Давид.

— А в том, что предал не виноват?

— Стас не предавал Алису, — покачал головой Давид, — Это она всё не так поняла.

— Это он тебе так сказал?

— Да. Лиза сказала ложную информацию, которую случайно услышала Алиса. Она разволновалась, вот роды и начались раньше срока.

Карина закатила глаза и отвернула голову к окну.

— Ты на стороне своего дружка-предателя. Я уже это поняла.

— Я на стороне правды. Стас сам мне сказал, что дорожит Алисой и хочет её вернуть.

— Не знаю, чего он там хочет, но я точно знаю, что Гордеев любит только самого себя и своё эго. Он эгоист. Э-го-ист!

— Карина, это не так, — со вздохом произнёс Давид и взял жену за плечи, принуждая наконец посмотреть ему в глаза, — Я никогда раньше не видел Стаса таким. Он влюбился. Стас стал другим, он изменился и смог по-настоящему привязаться к девушке. Я верю, а вернее точно знаю, что ему нужна Алиса. Она смогла изменить его.

Слова мужа заставили Карину задуматься, и на сей раз она ничего не сказала в защиту подруги.

— Он сказал тебе, что хочет вернуть Алису? — раздумывая каждое слово Давида, спросила Карина. Он закивал головой.

— Стас стал другим. Любовь в корне меняет людей.

— Сомневаюсь, что Гордеев относится к этим людям.

— Стас тоже человек.

— Сомневаюсь! — скептическим голосом ответила Карина, скрещивая на груди руки.

— Карина! — Давид прищурился и поджал губы.

— Что, Давид? — в ответ прищурила глаза Карина.

— Вместо того, чтобы помочь своей подруге и моему другу, ты обсираешь Стаса.

— А что я должна ещё сделать? — развела руками Карина, — Он предатель и обманщик. Я люблю свою подругу и встану за неё горой.

— Я понимаю. Но раз ты любишь свою подругу, то должна хотеть ей счастья.

— Логично, Давид, логично, — монотонным голосом ответила Карина, — Но Гордеев и счастье — это две несовместимые вещи.

— Карина… — с тяжёлым вздохом произнёс Давид, устало смотря на жену.

— Что «Карина»? Вот что «Карина»? Разве я не правду говорю? Алиса пыталась построить отношения вместе с ним, и что же вышло? Горькие слёзы Алисы, разрушенное будущее, которого у них вместе нет и не будет, и ещё бедный сынок, который погиб из-за вранья Гордеева… Ещё вопросы?

Давид сглотнул. Никаких ответов и возражений у него больше не было. В словах Карины был здравый смысл, но ведь она не знала всей правды, о которой поведал другу Стас.

Мнения разошлись, и на этой ноте Карина и Давид закончили свою дискуссию.

Я вышла из такси и на ватных ногах дошла до дома. Руки тряслись, и мне еле удалось открыть входную дверь ключом.

— Лиса, это ты? — крикнула тётя, услышав хлопок двери. Не получив ответа, она вышла в коридор и встретилась с моим утомленным взглядом, — Ты такая бледная…

Я сбросила кроссовки в угол и, сев на пуфик, закрыла глаза. Тётя Оля вздохнула и опустилась на корточки передо мной.

— Это из-за Гордеева?

Я медленно покачала головой и немного приоткрыла глаза.

— Хотя и из-за него тоже, — призналась я, — Я была у Карины с Давидом. Мы забрали её из роддома, а потом поехали к ним домой.

— И он там был?

— Да, тётя. Стас — друг Давида. Конечно же он приехал его поздравить.

— И что произошло? Он тебе угрожал?

— Да какое там? — отмахнулась я и нахмурила лоб, — Стас просто просил поговорить. Не больше.

— Надеюсь, ты не согласилась.

Я мотнула головой и устало посмотрела на тётю Олю.

— Нет, конечно. Я видеть его не могу. Не то, что слышать. Когда я вижу его лицо, то слёзы наворачиваются на глаза, и я уже не могу себя сдерживать.

— Ох, бедная моя девочка… — со вздохом произнесла тётя и, подсев, обняла меня, — Как же тебе сейчас тяжело…

— Тётя, у Карины такой красивый сынок… Такой маленький… — я слабо улыбнулась, вспоминая Лёшку, которого Карина совсем недавно держала на руках, показывая мне, — Почему у меня такого нет?

— Потому что ты меня не слушала. А я ведь говорила, что Гордеев не такой, каким ты видела его в своих розовых очках. А ты меня не слушала…

Я подняла нахмуренный взгляд на тётю.

— Спасибо, что продолжаешь читать мне нотации. Сейчас это очень кстати.

— Я не читаю нотации, а переживаю за свою любимую племянницу и хочу для неё только самого лучшего.

Я положила голову на плечо тёти и прикрыла веки.

— Я хочу уехать из Москвы, — прошептала я. Тётя Оля шокировано посмотрела на меня.

— Что? Зачем?

— Я больше не могу здесь находиться. Тётя, я не могу видеть лицо Стаса, не могу находиться с ним в одном городе. В Москве его родители, куча компаний, бизнесов. Рано или поздно мы всё равно встретимся. А я не хочу этого.

— То есть ты хочешь сбежать от Гордеева?

— Да, хочу, — с печалью призналась я.

— И куда же ты поедешь?

— На родину. Буду жить в квартире родителей, найду себе работу, отучусь где-нибудь. В общем, добьюсь всего сама. А главное, что без Гордеева.

— Ох, Лиса… — с тяжёлым вздохом тётя покачала головой.

— Тётя, даже не пытайся меня отговорить…

— Да я и не собиралась. Я же знаю, что если ты что-то решила, то тебя уже не остановить. Езжай в Питер. Уж надеюсь, что хоть там твоя жизнь повернется к тебе нужным боком.

— Я тоже этого хочу.

— И когда ты планируешь отъезд?

— Через два-три дня, — ответила я, поглядывая на тётю. Её лицо было как никогда печальным. Я видела, что она очень хотела начать отговаривать меня, но не стала делать это мне во благо, — Тётя, у меня будет к тебе одна просьба…

— Не говорить об отъезде Стасу? — догадалась она. Я кивнула.

— Я хочу навсегда вычеркнуть его из своей жизни. В Питере в начну новую жизнь, в которой не хочу его видеть.

Хлопнув дверью, Стас сбросил с себя одежду прямо на ковер и открыл свой мини-бар. Настроение было, как никогда, паршивым, и сейчас его могла спасти лишь бутылка виски.

— М-да, это, конечно, не сравнится с вискарём Давида, но тоже неплохо, — протянул Стас, открывая крепкий напиток.

Алкоголь, грустная музыка и гордое одиночество… Через час Стас уже пьяным валялся на диване, напевая песни Лазарева.

«Если проснутся все сразу вулканы.

Если всю Землю затопит дождем.

За руку крепко держать не устану…»

Как вдруг звонок в дверь. Еле передвигая ноги, Стас спустился на первый этаж и открыл дверь. На пороге стояла Лиза. Стас стал обеими руками потирать свои глаза, чтобы разглядеть свою гостью.

— Лиза!? — удивился он.

— Да, это я. Не ждал? — озорно улыбнулась девушка. Когда она поняла, что Стас пьян, её лицо стало ещё счастливее и лукавее.

— Вообще то нет, — помотал головой Стас и тут же ухватился за стену, не желая упасть на пол прямо перед гостьей, — Зачем ты пришла?

— Скрасить твоё одиночество, — хихикнула Лиза, — Тебя ведь бросила девушка.

— Вообще-то из-за тебя, — Стас посмотрел на Лизу через приоткрытые глаза. Хитрая улыбка не покидала лицо девушки, и та одним резким движением распахнула своё пальто, под которым был лишь комплект эротического белья. Стас удивлённо вскинул брови, — Это что?

— Новое бельё, — кокетливо улыбаясь, ответила Лиза, — Нравится?

— Иди это показывай своему Триксу! Я то тут причём!? — насупился Стас, пьяно глядя перед собой.

— Ну причём здесь этот темнокожий? У нас с ним ничего нет и не было, — Лиза сделала шаг вперёд и ухватилась рукой за галстук Стаса. Тот лишь пошатнулся и несколько раз поморгал, не до конца понимая, что происходит. Сочные персики Лизы, которые вываливались из её бюстгальтера, смотрели прямо на Стаса, и тот был не в силах отвести взгляда от её твёрдой пятёрочки. Лиза потянула за галстук, и лицо Стаса оказалось в сантиметре от её лица. Она принюхалась к его губам, убеждаясь, что мужчина пьян в храм и не способен здраво мыслить. Взяв Стаса за руку, Лиза схватила себя за грудь его ладонью, и глаза Стаса приняли форму огромных шаров.

— Ч-что ты творишь? — ошарашенно пробубнил он, пытаясь вырваться из её хватки. Лиза накрутила толстый галстук на свою руку и, притянув лицо Стаса к своему, накрыла его губы своими.

Не прошло и минуты, как Стас лежал на кровати, а Лиза властно сидела на нём, расстёгивая брюки.

— Что ты делаешь? — еле двигая губами, произнёс Стас, — У меня есть невеста…

Лиза громко расхохоталась, слыша его пьяные бредни.

— Какая невеста!? Это, которая бросила тебя!?

Диалог завершился, так толком и не начавшись, ведь Стас закрыл глаза и засопел прямо под Лизой. Но девушку это не остановило.

Утро наступило для Стаса достаточно поздно. Открыв глаза, он огляделся и, не заметив никого постороннего в комнате, продолжил свой сон. Нежная женская ручка опустилась на его грудь, после чего крепко обняла. Даже не открывая глаз, Стас улыбнулся.

— Лис, доброе утро, — умиротворённо пробормотал Стас.

— И тебе доброго, — ответила улыбающаяся Лиза и, прогнув спину, перевернулась на другой бок. Через несколько секунд до Стаса дошло, кто лежит с ним в одной постели, и он резко вскочил на ноги.

— Твою ж мать! — выругался он, раздражённо стискивая зубы, — Лиза…

— Что-то случилось? — девушка приоткрыла глаза и с улыбкой посмотрела на разгневанного Стаса.