Тихая и размеренная жизнь зверей из лесной деревни Хрюково превращается в настоящий кошмар. Три свинтуса устанавливают свои порядки и терроризируют местных жителей. Вот только они не знают, что в глухом лесу за деревней живет детектив Волков, от чьего правосудия не ушел еще ни один нарушитель порядка. Приглашаем вас познакомиться с альтернативной вселенной сказки "Три поросенка".
Вот уже несколько месяцев лесная деревушка Хрюково не знала покоя. С виду это была простая деревенька, и звери в ней жили простые да милые: зайчики, ежики, белочки, козочки, курочки, гуси и старый лис. Жили они хорошо, дружно. По хозяйству помогали друг другу, ягодками да грибочками делились. И было так ровно до тех пор, пока в Хрюково не переехали три самых настоящих свинтуса.
Много лет назад их прадед Борис Хрюков построил эту деревню, в честь него и назвали. Когда многоуважаемый свин постарел, то уже не мог управляться по хозяйству. Ни жене его, ни детям в Хрюково не нравилось. Вот и решили они всей семьей перебраться в город. Много времени кануло с тех пор, и часто Бориса вспоминали добрым словом. Однако никто и не думал, что его потомки захотят вернуться,
Дом Бориса долго пустовал после его отъезда, а потом звери посовещались и решили в нем клуб сделать: днем в игры играть, а вечером танцы устраивать. Там же все главные праздники проходили. Еще через несколько лет в клубе открыли лесное кафе с ягодными смузи, травяными чаями, блинами да плюшками, и назвали его “Теремок”. Облюбовали звери это место, все свободное время там проводили. Никто не ждал, что Хрюковы вернутся.
В погожий летний денек, когда лучи солнца отражались от крыш домов и запускали солнечных зайчиков по деревьям, звери услышали звук мотора. Мотор то рычал, то кряхтел, то кашлял, и этот шум с каждой минутой становился ближе. Зайчики, ежики да прочие звери выбежали из своих домов посмотреть, кто едет. Гости-то у них нечасто бывали, только голубь-почтальон раз в месяц весточки от дальних родственников приносил. Дребезжа, машина приближалась к деревне. Вся она была окутана черным облаком выхлопов. Отравляла лес.
Выстроились звери в ряд, чтобы приветствовать гостей, но машина вместо того, чтобы остановиться, резко развернулась и окатила их из лужи, оставшейся после ночного дождя. Стоят звери в грязи да глазами хлопают. Они, видишь ли, со всей душой, а их обмарали. Дверь открылась, и наружу, прямо в лужу, выпрыгнул ржущий кабан. От копыт его снова разлетелась грязь и попала на зверей, а кабан заливался пуще прежнего. Он хватался за живот, вытирая слезы смеха с рыла. Тут открылась другая дверь, и показались еще два ржущих свина. Смеялись и похрюкивали, пока звери смотрели на них, кто с удивлением, кто с осуждением.
— Ой, хрю, ой, не могу, — сквозь смех сказал первый свин.
— Хрю-хрю-хрю, — заливались двое других.
Тут из толпы зверей вперед выступил старый мудрый лис Олег Патрикеевич. Он поправил очки на носу и сказал:
— Здравствуйте, гости дорогие. Вы чьих будете? Надолго ли приехали?
— Хрю, да какие мы тебе гости, старикашка? Мы — Ниф-Ниф, Наф-Наф и Нуф-Нуф, тут хозяева. Деревню вашу наш прадед построил. Тут все наше, — отозвался самый толстый и снова захрюкал от смеха.
— Это верно, — мягко ответил лис. — Прадед ваш уважаемым свином был, да только хозяйство свое оставил, и уж много лет, как его дом стал общественным, а все другие дома заняты. Где же вы жить будете, хозяева?
— Ты не понял, старик. Все дома тут наши, и жить будем где захотим, и общественный дом теперь больше не общественный, а наш.
— Но там мое кафе! — закудахтала курочка.
— Теперь наше, — заявили свиньи. — А ты, если хочешь, можешь и дальше кухарить.
Свиньи закрыли машину и отправились прямиком в клуб.
Долго еще стояли звери в молчании, осмысливали свое новое положение. Что они теперь делать станут да как жить дальше без кафе, без игр да без танцев. Сплошная серость, да еще и хамство это терпеть. Стояли, смотрели друг на дружку, думали, да так ничего и не придумали, к ночи разбрелись по домам.
Всю ночь из клуба доносилась громкая музыка и веселое хрюканье трех кабанов. Никто из зверей не решился сделать свиньям замечание, зато наутро они обнаружили, что все их белые до того дома были заляпаны грязью. Чувствуя, что никто из зверей не может дать им отпор, свиньи решили вдоволь похулиганить: они собирали грязь в комки и, словно снежками, забрасывали ими дома. Весь следующий день бедные звери провозились со швабрами и тряпками, пытаясь отмыть жилища, но все тщетно. Тогда Олег Патрикеевич обреченно вздохнул и открыл гараж. Машины там не было, на ней много лет назад его единственная дочка уехала, когда вышла замуж. А гараж лис теперь использовал как склад. Так вот с этого склада он и вынес десятки банок с краской фиолетового цвета.
— Белой у меня нет. Это все, что я могу предложить, — вздохнул лис.
— Дядюшка Олег, да вы чего. Это же еще лучше, — закудахтали курочки.
Работали звери дружно, вместе красили стены да оградки, переходили от одного дома к другому. К концу недели все покрасочные работы были завершены, и звери, довольные собой, разбрелись отдыхать по своим красивым домикам.
— Дядюшка Олег, у нас беда! — белочка со всей беличьей силы колотила в дверь Патрикеевича.
— Да что случилось? Скажи толком, — спросил заспанный лис, когда отворил дверь.
— Мы с зайчишками по ягоды собирались пойти с рассветом. Стою полчаса, стою час, а ушастых все нет. Ну, я заволновалась. Ребята они надежные, раньше никогда не опаздывали. Подумала я: не заболели ли? В общем, пошла проверить, а дома никого, — принялась рассказывать белочка.
— Та-а-ак, — протянул лис, призывая ее перейти к сути.
— Дай, думаю, послушаю, что там в клубе делается. Подошла к окошку поближе, прислушалась: зайчики наши плачут там, а кабаны Хрюковы над ними потешаются. Дядюшка Олег, делать-то чего теперь? Как ушастых выручать? — у белочки слезы навернулись на глаза.
— Не плачь, Белла. Сам я стар уже, чтобы троим здоровым свинам противостоять, но есть у меня один знакомый. Ступай домой, я позабочусь о зайцах.
В то время, да и раньше тоже, в гуще леса, в нескольких километрах от Хрюково жил детектив Волков. Откуда появился Артур Вольфович, никто знал. Ясно, что от других волков ушел или выгнали. Волки, они же в стае должны жить, а этот один-одинешенек был.
Несколько лет назад дядюшка лис гулял по лесу, собирал кедровые шишки и наткнулся на волка, который угодил в капкан. Лис его спас тогда. Волк рассказал новому другу, как воров преследовал, а те ему засаду устроили. В стаю возвращаться детектив не хотел, не любили его там, не понимали, почему он время тратит на других зверей. Говорили: “У тебя стая есть, вот нам и помогай”. “Так в стае у нас порядок, без моей помощи обходятся, а маленьким зверям кто ж поможет?” — настаивал Волков.
Так и решил Артур остаться жить в одиночестве и посвятил себя помощи зверям. Лис помог ему избушку построить недалеко от их деревни. На уговоры построить дом в самом Хрюково Артур Вольфович не поддался.
— Зверей я люблю, но по природе я хищник. Ни к чему пугать жителей. А коли помощь нужна будет, пусть приходят, — объяснял волк.
— Ну что ж, будь по-твоему, — согласился лис.
Дом вышел небольшим, неприметным, в аккурат для волка-отшельника. Кто знает — тот найдет. А кто не знает — тому и не надо. Вот только слава всегда находит героя. Когда у одной из курочек украли яйца, волк быстро нашел преступника и наказал по букве лесного закона. Курочка же всей округе раскудахтала о его доброте и справедливости. С тех пор у Вольфовича не было отбоя от потерпевшего невзгоды зверья.
К нему обращались за помощью со всех близлежащих деревень. Если у кого что украли или, не дай бог, побили кого, то все к детективу бежали. Волков находил обидчиков да справедливость восстанавливал. Была рядом с его домом нора: черная, глубокая. Там он преступников держал до тех пор, пока они не исправятся, а потом обратно в общество отправлял, но только на условиях, что те до конца дней своих станут зверям помогать по разным делам их, и в особенности тем, кого крепко обидели.
Лис бодро миновал опушку леса, что была прямо за деревней, и приблизился к чаще. Шумно вдохнул запах хвои и смолы, осмотрелся по сторонам, а уж после того, как убедился, что за ним никто не идет, углубился в чащу. Вдалеке показалась старая трехсотлетняя сосна, под массивными корнями которой они с волком и построили ему дом. Чем ближе лис подходил к жилищу, тем отчетливее слышны были стенания.
— Помогите! Выпустите меня! Я исправился, мамой клянусь! — раздавался голос из ямы.
Лис знал, что Вольфович никого зазря в яму не посадит, потому вмешиваться не стал. Патрикеевич подошел к двери и постучал по коре трижды. Это был их позывной с Артуром. Дверь открылась, из проема показалась лохматая волчья морда.
— Привет, Вольфович. Разбудил, что ли? — поинтересовался Олег.
— Заходи, Патрикеевич. Всегда рад тебе. А что до моего вида, так этот змей из ямы всю ночь мне спать не давал: плакал и на судьбу жаловался. Устал я, мне бы в отпуск.
— Отпуск — дело хорошее. Слушай, а мне идея пришла в голову. Мне помощь твоя нужна, а поможешь нам — я подменю тебя на посту: ты отдохнешь, родню навестишь.
— Ну, выкладывай. Что случилось у тебя? — поинтересовался волк. Он помог бы лису и безвозмездно, но в этот раз ему и впрямь нужен был отдых.
— Три свинтуса держат в страхе всю деревню. Портят наши дома, хамят, зверят запугивают, пьют и гуляют. Клуб оккупировали, в «Теремок» даже не пускают.
— И чего же ты хочешь? — спросил Вольфович.
— Хочу, чтобы жизнь в Хрюково пошла как раньше: мирно и дружно. А уж как наказать нарушителей порядка — решать тебе.
Волк молча кивнул и засобирался в дорогу. В свою рабочую сумку он сложил веревки и мешочек с дурман-травой, чтобы в случае сопротивления облегчить себе задачу. Редкий преступник не сопротивляется во время ареста. Всем зверям на земле хочется быть свободными. Как бы низко они ни пали, на самом деле им хотелось летать. Волк хорошо знал таких зверей и знал, что каждый способен исправиться, но не все этого хотят. Потому и озаботился снаряжением.
— Ты иди, а я освобожу яму для ваших мучителей. Я скоро тебя догоню, — волк жестом указал лису на выход, а сам вытащил из стола пистолет и положил в сумку, на всякий случай.
Лис кивнул и вышел из дома. Волк отцепил сетку, закрывающую яму, скинул веревочную лестницу, и змей по ней выбрался наружу.
— Ш-ш-шпаши-и-ибо, — прошипел змей. — Обещ-ш-шаю, ты не пошалееш-шь, что отпустил меня.
— Очень на это надеюсь. А теперь отправляйся к семье и помни, что ты подаешь пример своим детям.
Змей вновь прошипел благодарность и скрылся за колючим кустом малины.
Вскоре волк догнал своего друга, и они вместе пошли в Хрюково. Уже на подходе к деревне стало ясно, что что-то не так. Со стороны домов доносились крики зверей и запах гари. Друзья прибавили шаг и уже через пару минут заметили сначала дым, а затем и всполохи огня. Горел клуб. Вокруг полыхающего здания с дымящимися хвостиками с визгом бегали свиньи. Другие звери выстроились в ряд и передавали друг другу ведра с водой для тушения пожара. Но огонь разгорелся слишком сильно. Пламя уже перекинулось на крышу, и потушить его теперь можно было только с помощью птиц, но из птиц в Хрюково жили только курочки, и летать высоко они не умели. Вот только сдаваться звери не собиралась. Зайчики соорудили батут и стали на нем подпрыгивать до самой крыши и выплескивать на воду. Лис и волк тоже присоединились к тушению пожара. Сейчас это было важнее всего, остальное могло подождать.
Огонь удалось побороть так, чтобы он не перекинулся на другие дома, но от самого клуба остались одни угольки. Победив пожар, звери обнялись и заплакали.
— Как же так? — кудахтали курочки.
— Что же теперь делать? — хныкали белочки.
А свиньи тем временем осторожно попятились к своему драндулету, запрыгнули внутрь и завели двигатель. Мотор снова закашлял, и лишь тогда звери заметили, что хулиганы пытаются сбежать. Драндулет со свиньями тронулся с места, и Волк со всех лап бросился в погоню. Он бежал очень быстро, но машина хряков хоть и была старой развалюхой, все равно оказалась быстрее волка. Когда детектив Волков понял, что не сможет догнать хулиганов, он на бегу вытащил из своей поясной сумки пистолет и выстрелил в заднее колесо драндулета. Машину занесло, и она остановилась.
Волков подбежал к машине, открыл двери, вытащил остолбеневших от страха поросей, ловко скрутил их и обвязал копыта веревками так, чтобы они не смогли больше сбежать. Свиньи завизжали, задергались.
— Не имеете права! — хрюкнул Ниф-Ниф.
— Это наша деревня! Мы тут главные! Хочем строим, хочем жжем! — подтвердил Наф-Наф.
— Хотим! — ткнул локтем его Нуф-Нуф.
— Вот именно, — поддержал его Наф-Наф, не понимая, что брат его не поддержал, а исправил.
— Так вы нарочно устроили пожар? — спросил лис.
Свиньи стыдливо опустили глаза, но вскоре Нуф-Нуф, самый младший из братьев, ответил:
— Мы случайно…
— Молчи, — завизжали братья.
— Это я виноват, — продолжил Нуф-Нуф. — Я хотел приготовить кашу, но отвлекся. Молоко убежало, я стал вытирать его полотенцем с плиты. Ткань загорелась. Тогда я замахал им, но пламя не затухло, а перекинулось на шторы. Мы запаниковали и выбежали из дома. Дальше вы знаете, — свин тяжело вздохнул.
— Ну а зверей зачем терроризировали? — спросил волк.
Но тут Нуф-Нуф уже не нашелся с ответом. Мучать и запугивать зверей он не хотел. Он хотел с ними подружиться, но братья были уверены, что дружить со свиньями никто не захочет и добиться уважения они смогут только через страх. Вот только они плохо знали Хрюковцев. Дружнее зверей во всем великом лесу было не найти. И дружили они со всеми и прощать умели от чистого сердца.
Три недели свинтусы провели в яме Артура Вольфовича, только на сей раз он сделал для них исключение. Бросил им керосиновую лампу и учебники по строительству, чтобы после исправления они клуб восстановили и себе дома построить могли в Хрюково. Так они и поступили: вели себя хорошо, учились прилежно, а вскоре вернулись в деревню и исправили все свои ошибки. Звери не злорадствовали и во всем помогали им не только со строительством клуба, но и с личными домами. После того, как строительство было закончено, три поросенка стали участвовать в заготовках к зиме. Они сумели нарыть много превосходных трюфелей, которые курочки научились готовить и стали подавать в «Теремке».
Так деревня Хрюково прославилась на всю округу и стала местом для семейного отдыха самых разных зверей.