Роман очень динамичный, детективная составляющая – сильная, загадка сохраняется до самого финала. История с большим экранным и игровым потенциалом.

Юлия Гусева, литературный редактор, автор блога «Книжное дело»

Они медленно кружили по рингу. Терри чувствовал себя отлично, несмотря на четвёртый раунд. Адреналин бурлил в крови, возбуждение достигло пика. Противник, невысокий, мощный, с бритым торсом, на вид совсем молодой, похоже, тоже не ощущал усталости.

– Круши его, Наварра! – орали с трибун поклонники Терри.

Октагон в Портовом клубе был создан по старым правилам: восьмиугольная арена, обнесённая со всех сторон сеткой. Только большегрудые октагон-гёрлз в коротко обрезанных шортиках перемещались по рингу в виде голограмм, да покрытие сетки стало менее травмоопасным, зато более зрелищным. Реклама на сетке представляла собой набор разноцветных огоньков, вспыхивающих по поверхности так, чтобы всем зрителям, сидящим вокруг арены, были видны знаменитые бренды.

– Вперёд, Лягушка! Добей военную крысу! – визжали фанаты противника с верхних, самых дешёвых, рядов.

Это он, Терри – крыса? Военная?! В голове вспыхнуло, как тогда, на войне, когда снаряд разорвался совсем рядом. Сознание заволокло кровавой пеленой, он кинулся вперёд и нанёс сопернику мощный удар.

Тот покачнулся, но устоял, и молниеносно ответил: кулак Лягушки скользнул по щеке. Терри зарычал, взмахнул правой рукой, отвлекая внимание, а ударил левой. Лягушка попытался увернуться, сдвинулся в сторону и нарвался на мощный апперкот. И почти одновременно словил сильнейший лоу-кик. Этот удар подкосил парня. Терри вынудил Лягушку отступить к сетке и продолжал исступлённо наносить короткие злые удары, вбивая кулак в одно и то же место, выплёскивая ярость, которая требовала выхода, иначе его просто могло разорвать. Лягушка начал оседать на пол и, видимо, понял, что его ждёт в лучшем случае больничная койка, если не остановить Терри прямо сейчас. Парень обречённо стукнул ладонью о пол октагона, признавая поражение.

Зал свистел и улюлюкал. Терри, прогоняя пелену перед глазами, потряс головой, поднял руки, демонстрируя верхним рядам средний палец.

– Победа в четвертьфинальном матче за звание чемпиона города по боям без правил в среднем весе присуждается Терри Наварре!

Зал взорвался, где-то на трибунах начались потасовки. Терри жадно оглядывал сквозь сетку первые ряды. Искал и не находил красное пятнышко среди серо-бурой массы маек и курток, натянутых на плотные мужские тела. Красное пятнышко платья женщины, приходившей за него болеть последние три матча.

Первый раз она подошла к нему месяц назад, когда Терри уже вышел из здания через чёрный ход и курил, пережидая заряд ветра с дождём. Женщина, несмотря на холодную погоду, была в лёгком прозрачном дождевике, под которым угадывалось открытое красное платье. В её взгляде, отражающем свет вечерних фонарей, горело возбуждение. Тонкими пальцами без колец она взяла из его пачки сигарету, прикурила и молча встала рядом. В этот момент мальчик-курьер позвал Терри, он отвлёкся ненадолго, а когда повернулся к своей неожиданной соседке, той уже не было. Только тонкий аромат духов, что-то напоминающий, тревожный, смешанный с сигаретным дымом, остался на память.

На следующем матче она сидела в первом ряду, где места всегда выкупали богачи. В том же красном платье. Терри бился тогда с очень опасным соперником – из отряда Сипатого Сэма, владельца октагона, а также всех тотализаторов и борделей в Порту. В конце матча, когда противник получил серию жесточайших ударов в корпус, Терри, уже понимая, что победил, немного рисуясь, ушёл от вялой попытки захвата плавным текучим движением, уронил почти не сопротивлявшегося неприятеля на пол, на живот, упёрся коленом в спину и придавил. И покосился туда, где видел красное платье. Успел заметить лёгкий взмах руки. Нейтральный. Но Терри знал, что этот взмах предназначался ему. Он выбежал на площадку перед чёрным входом сразу после церемонии объявления победителей, грязный, в крови, и долго курил, надеясь, что она придёт. Не пришла.

И сегодня тоже не пришла. После боя он на всякий случай постоял у чёрного входа, понимая бесполезность своего ожидания, потом прошёл в комнату отдыха. Там отдался во власть доктора и ПИЧа-медбрата, одетого в забавный короткий халат. ПИЧ заклеивал специальным гелем небольшие ранки, а доктор проверял реакции нервов и нажимал на разные участки тела – искал повреждения. Терри не обращал внимания на робота и доктора. Он дремал. Опухшие веки норовили совсем закрыться, тело расслаблялось после напряжения боя, клонило в сон. Но врач, попадавший время от времени руками на больные точки, спать мешал.

В комнату заглянул мальчик-курьер. Он принёс вещи, оставленные Терри в раздевалке.

– Вам уже полчаса названивает какой-то Майкл, – мальчишка протянул Терри видеофон, который немедленно ожил в его руках, заливая полумрак комнаты светом экрана. С фото контакта на Терри смотрело небритое лицо с хитринкой в смеющихся глазах. Терри нахмурился. Что-то произошло. Не будет приятель, сержант убойного отдела полиции, звонить в два часа ночи просто поболтать.

Терри отодвинул в сторону доктора и как был, в халате, в шлёпанцах, вышел в коридор, прикрыл за собой дверь и ответил на видеозвонок.

– Ты решил поздравить меня с победой? – шепелявя из-за разбитой губы, отгоняя тревогу, невесело пошутил Терри.

– Мне нужна твоя помощь, Шелест, – Майкл сосредоточенно смотрел с экрана, позади в темноте улицы угадывались всполохи сигналов подъезжающих служебных машин.

Майкл и Терри познакомились во время военной операции на архипелаге Святая Тереза. В тот день взвод, в котором служил Майкл, наткнулся в горах на повстанцев. Завязалась перестрелка. Взводный вызвал подкрепление. Ему ответили, что для вертушек погода неподходящая – слишком низкая и плотная облачность. Что можно врезаться в какой-нибудь склон. Что связались с разведчиками. Что недалеко есть группа, им уже отдали приказ. Ждите. А взвод погибал. Повстанцев было слишком много, они неожиданно выскакивали из вырытых в горах нор, появлялись на, казалось, недоступных склонах и стреляли, стреляли. Когда погиб взводный, Майкл взял командование на себя и увёл оставшихся бойцов в случайно обнаруженную пещеру. Там взвод, забаррикадировав камнями и ветками деревьев узкий вход, яростно отстреливался, с отчаянием считая оставшиеся патроны.

Помощь пришла. Сначала в глубине пещеры, непонятно откуда, бесшумно возникла фигура в странном костюме. В темноте костюм был серым и незаметным, а на свету изменил цвет, мимикрируя под то, что находилось рядом. Человек поднял руки, демонстрируя отсутствие оружия, буркнул: «Свои» – и переместился ко входу. При этом обалдевший Майкл успел заметить, как осторожно, сначала опускаясь на носки, потом перекатываясь на пятки, не опираясь на всю ступню, шёл разведчик. Бесшумно.

У забаррикадированного входа в пещеру тот освободил себе участок для обзора, достал из рюкзака предмет, напоминающий большой бинокль, лёг и стал смотреть в расчищенное оконце, а затем принялся что-то бормотать в незамеченную раньше Майклом рацию. Стрельба начала стихать, а потом прекратилась совсем.

– Дальше сами, – разведчик спрятал в рюкзак рацию, непонятный бинокль, поднялся и протянул Майклу руку.

– Терри.

Майкл назвался и с чувством пожал крепкую ладонь. Разведчик показал на карте, каких мест в округе стоит избегать, и, ступая так же бесшумно, как пришёл, пропал в глубине пещеры. Майкл смотрел ему вслед, пока тот не слился с темнотой.

Спустя месяц они встретились при штурме развалин старой крепости – разведчики вывели взвод Майкла на нужные позиции. Майкл узнал, что Терри прозвали Шелестом за умение бесшумно ходить и появляться внезапно. А Терри выяснил, что они земляки и провели детство в одном городе.

…С войны Майкл демобилизовался после окончания военной кампании на архипелаге. Терри комиссовали раньше, из-за ранения. В городе Майкл устроился в убойный отдел полиции – привычка стрелять и ловить гадов требовала подходящей работы. Однажды Майкл увидел на афише, призывающей делать ставки на бойцов Портового октагона, знакомое лицо. Они встретились. Терри рассказал Майклу, что живёт на военную пенсию, подрабатывает частным детективом, в основном следя за неверными женами и мужьями с помощью вывезенных с архипелага приборов, ну и участвует в боях без правил. Причём не просто участвует, а числится в десятке лучших бойцов октагона Портового района.

С тех пор они не расставались. У обоих в прошлом была война и погибшие товарищи. Майкл иногда подбрасывал Терри клиентов. Терри помогал Майклу в слежке, если разрешения на неё начальство не давало, а узнать, как и чем живёт подозреваемый, было необходимо для следствия.

– Что у тебя? – Терри с видеофоном в руке вышел на улицу, достал сигареты из кармана халата, затянулся и замолчал, пережидая боль в повреждённой губе.

– У меня полная задница, Шелест. Час назад патрульные обнаружили разбитый в хлам суперсовременный мотобайк. Лежал на боку, рядом осколки и пятна крови. Ребята пробили номер и поняли, что дело дрянь. Байк зарегистрирован на имя Ники Беллами.

– Ника Беллами? Наследница «Беллами/Роботикс»? – попытался присвистнуть Терри, но вместо свиста вышло невнятное шипение.

Майкл невесело кивнул и продолжил уже совсем мрачно:

– Доложили начальству. Через десять минут Управление получило приказ о приоритетном расследовании – похоже, похищение. Всех обзванивают. Я дежурил в отделе и первым принял сообщение. То есть теперь официально это моё дело.

– Не понял, почему этим должна заниматься полиция? Почему не служба безопасности «Беллами»? – удивился Терри.

Он знал, что полицейские обычно расследовали бытовые убийства, связанные с простейшими людскими пороками: жадностью, завистью, гневом, ревностью. И всё это отягощённое наркотиками, деньгами, воспалёнными мозгами. Богатые редко обращались к городским властям, предпочитая разбираться самостоятельно. И не выносить на суд общественности семейные происшествия.

– Да куда ж без них? Вон бродят, непонятно что ищут. Ты приедешь?

– Да. А зачем я тебе? – Терри докурил и оглянулся. К нему неспешно подкатилась стоявшая неподалёку тележка-гироскутер. Такие маленькие овальные тележки курсировали вокруг клуба, собирая окурки, банки из-под пива и прочий мелкий хлам. Манипуляторы-ручки робота открыли камеру для мусора, и Терри бросил туда окурок. Гироскутер ещё немного постоял, потом так же неспешно покатился прочь и скрылся за углом здания.

– Камера на месте происшествия не работает. А в пыли на дороге мои ребята нашли странный прибор. Небольшой, плоский прямоугольник. С виду корпус из карбона. По нему, видимо, пара мотобайков проехала, корпус сильно раздавлен, но внутри более-менее целое всё. Ты же в электронных девайсах понимаешь? Мне бы мнение эксперта, имеет ли отношение эта штука к отключённой камере или нет? Специалисты из Управления неизвестно, когда приедут, может, утром. А я бы по горячим следам составил картину преступления. Поможешь?

– Говори адрес, – Терри зашёл в раздевалку, отложил видеофон на скамью и принялся одеваться.

Стоянка для машин перед Портовым клубом разделялась на две зоны: служебную и для посетителей. Терри быстрым шагом подошёл к своей машине, припаркованной на служебной половине. Внешне мобиль ничем не выделялся среди других, такие тут и там встречались на улицах города. Это помогало в работе. Зато под капотом стоял усовершенствованный движок. Ничем не выделялся, да. До этого момента. Терри оглядел уже пустую автостоянку и перевёл взгляд на левый бок своей видавшей виды машины. «Терри Наварра – боец номер один!» – светились в темноте жёлтые кривые буквы. Кто-то из поклонников после матча пробрался сюда и таким образом зафиксировал свой восторг от победы кумира. Терри ковырнул пальцем флуоресцентную краску. Уже высохла. М-да… Он представил, как приедет на встречу с Майклом и его сослуживцами. Синяки на роже и такая вот разукрашенная машина. Ну и ладно. Майкл поймёт, он и не такое видел. Мнение остальных Терри не интересовало. Он прикоснулся запястьем со встроенным чипом распознавания личности к пуленепробиваемому стеклу, машина нежно пискнула в ответ, отключая сигнализацию, и дверь водителя отъехала в сторону. Терри с осторожностью уселся на сиденье – ноги после лоу-киков довольно сильно болели, включил фары и выехал на дорогу.

Улица, где произошло похищение, была на самой окраине. Терри прикинул, что Ника Беллами, по всей видимости, ехала из дома. Так называемый полуостров Беллами находился примерно в полутора часах езды от города. У отца девушки, Андора Беллами, главы «Беллами/Роботикс», на этом полуострове размещалось производство: заводские цеха и лаборатории. И там же, ближе к берегу океана, находилось роскошное поместье. Изображениями дома с колоннами, огромного сада, вьющихся по стриженным газонам тропинок, пестрели модные издания.

Петляя на машине по переулкам, Терри задумался. Значит, эта Ника ехала из особняка на полуострове в город. Ночью. Наверное, потусить. Терри представил себе путь девушки. Плохо освещённая дорога. С одной стороны поля с ровными рядами кустарников ахелони, усыпанных генно-модифицированными ягодами. Сейчас как раз сезон. Энергетик из таких ягод очень нравится подросткам, которым недоступны по закону более сильные стимуляторы. С другой стороны дороги – насыпь, ступенями спускающаяся к океану. Блёклая луна висит высоко. К звуку мотора примешивается рокот волн, к запаху дорожной пыли – специфический аромат спелых плодов. Терри сам ездил этой дорогой в свой дом на побережье. Иногда ночью. Поэтому представлял картину очень ясно.

Терри нажал иконку автопилота на навигаторе с адресом, который дал ему Майкл, откинулся на спинку сиденья и продолжил размышлять, по привычке пытаясь выстроить картину происшедшего. Терри всегда так делал, когда приходилось расследовать что-то посложнее, чем адюльтер. Ника торопилась? Она ехала на встречу с друзьями? Видимо, торопилась, и разбитый байк – доказательство, что скорость была очень большой. А потом на одной из улиц на окраине, когда девушка только въехала в город, что-то произошло. Если бы не пятна крови и неработающая камера, Терри бы предположил, что Ника просто бросила мотобайк после аварии, поймала попутку и продолжила свой ночной вояж. Кстати, тоже версия. Если бы не кровь… И не камера…

Терри выехал на центральный проспект. Здесь не было жилых домов, только торговые павильоны, офисные центры, мелкие забегаловки с едой быстрого приготовления. Пришлось сбавить скорость, потому что вспышки рекламных трейлеров слепили глаза. Тут и там вдруг вырастали, словно из-под земли, огромные разноцветные виртуальные фигуры, которые держали в руках рекламируемые продукты. Рядом с зазывалами в публичные дома выстреливали вверх голографические картинки, изображавшие девушек. Ночная жизнь бурлила. Торговцы наркотой безразлично сидели на корточках или капотах машин. Со всех сторон неслась музыка. Машин на проспекте было много. Рядом с Терри в потоке медленно двигался мобиль без пассажиров, управляемый ПИЧем. Обычно это были роботы, похожие на манекены в магазинах, не отличающиеся особым разнообразием одежды и фигуры. Только ПИЧи были по-человечески гибкими, а на лице из натуральной белой кожи постоянно присутствовала улыбка. Но иногда заказчики просили изготовить такого робота с лицом знаменитости или члена своей семьи. Вот сейчас, например, параллельно машине Терри ехал робот с лицом актёра из популярного сериала. Кажется, про полицейских.

Терри сверился с картой города на экране приборной консоли и направил машину в глубину квартала уже в ручном режиме. Нужная улочка показалась через три минуты. Не широкая, без жилых домов. Только магазины, бар, прокатное заведение и автосервис. Всё закрыто, кроме бара. Терри остановил машину на стоянке рядом с полицейским транспортом. Вышел, подождал, пока дверь мобиля встанет на место, и включил сигнализацию, коротко прикоснувшись к стеклу запястьем. Позади раздался громкий хохот и выкрики: «Давай, Наварра! Надери задницу копам!» Толпа местных жителей, привлечённая необычным скоплением служебных машин, скучала, ждала развлечения и бурно среагировала, увидев дурацкую надпись на машине Терри. Не обращая внимания, он прошёл сквозь толпу любопытствующих внутрь площадки, огороженной предупреждающей лентой, нашёл глазами Майкла и направился к нему.

Майкл стоял в окружении что-то громко обсуждающих сослуживцев. Терри подошёл ближе, полицейские, повинуясь кивку Майкла, расступились, пропуская Терри в середину. Там, на ящике из-под бутылок, сидел ПИЧ в заляпанном грязью костюме, побитый, но целый. Только с выжженным прямоугольником на затылке. Именно там у таких роботов находились блоки памяти, долгосрочной и оперативной. ПИЧ, как обычно, улыбался.

– Ценный свидетель? – Терри похлопал себя по карманам, гадая, куда сунул сигареты.

– Придурки из службы безопасности «Беллами» нашли его во дворе дома в мусорном ящике. Недалеко отсюда. Утверждают, что этого ПИЧа девушка взяла из особняка.

– Получается, девица исчезла, а робота нашли на помойке? И кто-то сжег ему память, чтобы не узнали, что его хозяйка делала последние пару часов? – уточнил Терри.

Майкл кивнул, с раздражением глядя на радостно улыбающегося ПИЧа. Терри понимающе усмехнулся. ПИЧи улыбались всегда. Улыбались как люди, не обременённые кредитом, семьёй и страховкой. Хотя, какие могут быть у робота страховки и кредиты? Только семья, которая его купила и усердно эксплуатировала. До этого момента. Так что улыбался он… Как существо, начисто лишённое памяти. Беззаботно.

– Что с другими камерами? Работают? Или отключены?

– В точку, Наварра. Отключены по всей улице до самого въезда в город. Это участок в два километра. Причём время отключения совпадает с примерным временем происшествия.

– То есть, её ждали. Знали, когда она въедет в город. Отключили заранее камеры. Устроили аварию. И тебе придётся всё это разгребать? Не завидую. Точно задница.

Терри наконец-то нашарил в кармане полупустую пачку с сигаретами, вытащил её и собрался закурить.

– Не совсем.

Майкл и Терри развернулись. Мужчина в чёрном плаще и шляпе подходил не торопясь и этим резко отличался от службистов в оцеплении. Те передвигались бегом и шумно говорили что-то в переговорники. Терри отметил, что плащ мужчины застегнут на все пуговицы, а лицо незнакомца чисто выбрито, несмотря на поздний час. У самого Терри явственно проступала щетина, а Майкл, наверное, вообще не брился пару дней.

– Начальник службы безопасности «Беллами/Роботикс» Том Мадсен, Терри Наварра – специалист-электронщик, частный детектив, – представил их друг другу Майкл, при этом ощутимо толкнув приятеля в бок, мол, осторожнее.

– Терри Наварра? Это его машина на стоянке? Специалист, значит? И что этот клоун делает на месте происшествия?

– Том Мадсен? – лениво передразнил начальника СББ Терри. – Начальник службы безопасности? Той самой, у кого под носом похитили дочь главы «Беллами/Роботикс»? Ай-яй-яй, как непрофессионально. А вы что здесь забыли? Дело, насколько я понял, приняла полиция. А ваши люди буквально землю носом роют, вон как усердно ползают на четвереньках. Отличный способ искать улики, запомни, Майкл.

Майкл отвернулся, пряча смеющиеся глаза. Мадсен шагнул к Терри вплотную и процедил:

– Значит, ты у нас «боец номер один»? Ну-ну.

– Угрожаем?

Терри подобрался, как на ринге, мгновенно оценивая сильные стороны противника, потом, поняв, что драки не будет, расслабился и кинул вдогонку уходящему Мадсену:

– Надо было лучше охранять, – потом добавил чуть тише: – Кретин.

И через минуту Майклу:

– А что все-таки ребята из СББ ищут? Землю почти просеивают сквозь пальцы.

– Не знаю, как приехали, так и ползают. Но ты зря так с Мадсеном. Девчонку, конечно, проворонили, но помогают же. Вон, ПИЧа нашли.

– Да черт с ним. Покажи девайс. Я устал и спать хочу.

– Сейчас принесу. А ты не стой, присядь вон, рядом с ПИЧем. Может быть зарядишься от него пуленепробиваемым оптимизмом. Ты, кстати, бой сегодня выиграл? – спросил Майкл.

Терри кивнул:

– Выиграл, да. И устал. Неси девайс.

Он опустился рядом с роботом на перевёрнутый ящик, вытянул гудящие от напряжения ноги и наконец-то с наслаждением закурил. Терри ничего не имел против андроидов-ПИЧей, и вообще против роботов. У него самого в доме хозяйничает роботиха-андроид со странным именем Тесла. Отлично справляется с домашней работой. Вот только производители, заложившие в программу ПИЧей постоянную благожелательную улыбку, по мнению Терри, не учли раздражения, которое вызывал вечно улыбающийся робот у человека, лишившегося по его милости работы.

Терри поискал глазами запропавшего Майкла. Тот опять о чём-то горячо спорил с товарищами. И Терри снова задумался, сравнивая ПИЧей с последними новинками производства «Беллами/Роботикс» – киборгами-солдатами. В политических хрониках по головизору часто крутили сюжеты о военных учениях, которые Терри с интересом просматривал.

Люди интересовались киборгами: они защищали мир, при этом находились где-то далеко. ПИЧи же были всегда рядом, они и им подобные лишали работы людей, да ещё и с улыбкой, словно дразнили, и люди их за это ненавидели.

Начиналось всё безобидно. Сначала просто появились стиральная машина-автомат, мультиварка и робот-пылесос. А сейчас вокруг снуют роботы-водители, роботы-рабочие на заводе, роботы-шиномонтажники в автосервисах. Слишком поздно люди поняли, какую опасность для них несут человекоподобные роботы – так называемые Помощники, и начали сопротивляться. Кто как. В городе время от времени даже проводились демонстрации протеста, если где-то на производстве увольняли рабочих, заменив роботами. Но чаще полицейские находили такого вот бедолагу с повреждёнными мозгами. Радостно улыбающегося.

Терри знал, что убить ПИЧа – например, выжечь ему мозги или заразить память вирусом, не считается у людей преступлением. Но робот, который лишился памяти, идёт на реконструкцию, а это то же, что и смерть. Сейчас по ночам нигде не встретишь ПИЧа без хозяина. Да и хозяин, идущий тусить по ночным заведениям, робота с собой никогда не возьмет, если не хочет неприятностей. Почему это сделала Ника Беллами – вопрос.

Кстати, именно корпорация Андора Беллами, владельца «Беллами/Роботикс», выпускала в том числе таких вот ПИЧей.

Так рассуждая, Терри не заметил, как задремал. Кто-то тронул его за плечо. Он поднял голову. Двое полицейских сняли робота с ящика и теперь приноравливались, поворачивая его по-разному, чтобы унести.

Подошёл Майкл, держа в руке компактное устройство, вернее то, что от него осталось: небольшую плату, треснутую в двух местах, и обломки корпуса. Протянул всё это Терри и вздрогнул, едва не уронив, потому что совсем рядом резко бабахнуло. Терри встал и оглянулся.

В это время изуродованного робота загружали в служебный фургон; он всё также беззаботно всем улыбался. Кто-то из толпы у ограждения, скорее всего какой-нибудь укуренный местный наркоман, запустил в небо фейерверк, который распался над домами на множество разноцветных звёздочек. В толпе радостно засвистели, заулюлюкали, послышались крики: «ПИЧей в топку!». Стартовал ещё один фейерверк, и толпа угрожающе качнулась к фургону. Полицейские по сигналу выстроились в шеренгу, преграждая путь взбудораженным людям.

– Отдайте ПИЧа, он всё равно сдох! – выкрикнул кто-то. И в полицейских полетели камни, палки и другой крупный мусор. Полицейским пришлось бы совсем худо, это были не те бравые ребята, что привыкли разгонять демонстрантов на улицах. Всего лишь криминалисты и следователи из отдела убийств, они не имели щитов, водомётных машин и прочего, и сейчас теснились друг к другу, сжимая в руках служебные бластеры, которые, по инструкции, можно было применять против людей только в чрезвычайной ситуации. А парням из СББ вообще применять оружие к населению можно было при определённых обстоятельствах, очень жёстко оговоренных законом.

С неба послышался рокот вертолётных двигателей, луч прожектора осветил переулок, и в толпу полетели резиновые пули. Люди стали нехотя разбегаться. Интерес к происшествию быстро таял под полицейским прессингом.

Терри поднял вверх большой палец, приветствуя высунувшихся из вертолёта парней, и повернулся к сержанту.

– Давай посмотрим, что тут.

Повертел в руках обломки, присел на корточки, сложил вместе несколько так, чтобы совпали буквы на корпусе, сообщающие о производителе, дате выпуска и названии. Присвистнул, но опять вышло плохо. Губа хоть перестала болеть, но была ещё опухшей и не слушалась.

– Выключи камеру и умри.

– Что? – опешил Майкл.

– Так мы между собой называли эту штуку. Давно. Лет десять назад такие выпускали. Вырубает камеры отлично, но только с близкого расстояния. Метр-метр двадцать.

– А почему умри?

Терри повертел и аккуратно сложил на ящик остатки корпуса, а плату приблизил к опухшим глазам как можно ближе.

– Ну, сержант. Напряги полицейскую извилину. Или у тебя их две, на одну больше, чем у всех? – Терри ловко увернулся от шутливого замаха приятеля и вытянул руку вперёд и вверх, зажимая в ладони плату. – Смотри, у меня рост метр восемьдесят четыре, длина руки… Сантиметров восемьдесят… С ладонью. Итого?

– Два шестьдесят четыре, – послушно ответил Майкл.

– Правильно, дальше?

– Что дальше? – уже злясь, переспросил Майкл.

– Расстояние от земли до камеры примерно три пятьдесят. Примерно! – пресёк Терри попытку Майкла возразить. И выжидательно уставился на друга.

– Надоел уже со своими загадками, давай, говори, что там выходит! – Майкл наставил на Терри ладонь с вытянутыми вперёд двумя пальцами, будто пистолет: – Говори или умри!

Терри нарочито тяжело вздохнул, подошёл, встал прямо под неработающей камерой и вытянул вверх руку.

– А! Чтобы вырубить камеру, нужно было стоять с этим девайсом близко, да ещё с вытянутой рукой!

– Наконец-то, – Терри опустил руку, – всё правильно, и каждый враг тебя мог убить, поэтому «выключи и умри». Ну, вот. У тебя есть примерное время, когда отключили камеры по всей улице, а эту, скорее всего, устанавливал владелец магазина, и она включается-выключается где-то в подсобке. Поэтому пришлось задействовать девайс. Но человека, стоящего ночью с вытянутой рукой перед закрытым магазином, кто-то мог видеть и запомнить. Здесь освещение хорошее. Ищи свидетелей.

– Опа! Я твой должник!

– Купишь Тесле тёплые пинетки, и мы в расчёте.

Майкл, уже повернувшийся, чтобы идти, резко остановился:

– Какие ещё пинетки? У неё сорок второй размер! И… У роботов же ноги не мёрзнут…

– Иди, иди.

Терри вернулся на прежнее место, присел на ящик, сложил руки на коленях, опустил на них голову и задремал.

Майкл вернулся через десять минут. Разбудил товарища, сунул ему в руку стаканчик с горячим кофе. И уселся рядом.

– Расклад такой. Час назад, сразу, как приехал, я отправил двоих в телекоммуникационную компанию, которая отвечает за работу камер в этом районе. Только что они отзвонились. Дежурный сбежал. Как ты понимаешь, после отключения. Я тех двоих послал проверить адрес, где дежурный живёт. И запрос о нем в полицейскую базу данных дал. Свидетелей, видевших человека с поднятой рукой, уже ищут. Но сейчас ночь, и времени много прошло.

– Нужны заведения, работающие ночью. Кто-то входил-выходил. Вон бар, например. Отсюда далековато, зато работает до утра, клиенты там могут сидеть по несколько часов, кому не спится, – Терри протяжно зевнул, – или тот бордель, в переулке. Если из борделя смотреть, то магазин как ладони.

Терри встал, пригладил волосы, отряхнул одежду.

– Моя Тесла, как собака. Всегда унюхает, если я ходил в бордель. Но чего не сделаешь ради друга! – и пояснил: – В этом борделе обычно кто-то из подростков подрабатывает по ночам, курьер-посыльный. То есть как раз сидит у окна и смотрит на улицу. Если видит что-то тревожное: пьяную компанию или драку, то сообщает хозяйке. А вот если облаву… Тогда хозяйка объявляет готовность номер один. И в борделе становится чисто и светло. Почти невинно. Как в начальной школе. Никакой наркоты и даже алкоголя. Ну и никаких известных в городе личностей. Там позади здания есть незаметный чёрный ход.

– Ты в курсе всего этого, потому что…

Терри кивнул.

– Да. Тебе повезло. Меня здесь хорошо знают.

– А есть в городе бордель, где тебя не знают? – и Майкл, встав в позу боксёра, выставив перед собой кулаки, громко провозгласил: – Терри Наварра! И в борделях он тоже номер один!

Терри обошёл по кругу застывшего в шутливой стойке Майкла и задумчиво проговорил, опустив глаза и рассматривая носки ботинок:

– Могу и домой уйти. Меня начальство за пропажу дочери миллиардера пинать не будет.

Майкл перестал дурачиться и выпрямился:

– Да ладно тебе. Правда, что ли, обиделся? Не буду больше. Это я так психую.

Терри кивнул, мол, проехали, опять пригладил волосы и двинулся в проулок, в сторону небольшого двухэтажного здания, ярко сияющего освещёнными окнами.

Он открыл тяжёлую дверь и вошёл, кивнув знакомому охраннику. Общая зала, где гости обычно сидели на мягких креслах у столика, сервированного кофе с пирожными (никакого алкоголя на виду!) и общались с хозяйкой, была пустой. Это понятно. Скоро утро. Гости уже ушли с девушками в соседний корпус, где располагались комнаты для встреч – причем так хитро, что клиенты, входящие и выходящие, никак не могли столкнуться и увидеть друг друга. Заправляла всем хозяйка по имени Милена, но за глаза её все называли Клюка, за трость, с которой та никогда не расставалась.

– Наварра! – Клюка широко распахнула руки, приветствовала Терри, не выпуская трость. – Давно тебя не видели!

– Привет, милая, – Терри обнял хозяйку, на мгновение прикоснувшись щекой к её щеке. – У меня турниры. Ты же всё знаешь.

– Говорят, ты сегодня отлично дрался, – кивнула согласно Клюка.

– Быстро тебе новости доносят.

Полуобнявшись, они подошли к барной стойке, где стояла кофемашина, а на блюдцах красовались сладости. Хозяйка запустила руку под стойку и вытащила бутылку виски.

– Будешь?

Терри заколебался. Во время турниров он не пил, чтобы быть в форме. А между ними позволял себе, конечно. Вот так, как сейчас с Клюкой. Немного. Виски или пиво.

– Давай, – Терри был нужен мальчишка-посыльный, а чтобы тот выложил все, что видел, хозяйка должна ему это разрешить. Нельзя же не поговорив, не выпив, переходить к делу. Здесь дом развлечений, где про дела забывают и говорить о них не любят.

Из-под стойки также молниеносно появились два широких стакана, и Клюка налила обоим одинаково – на один палец.

– Я по головизору новости смотрела.

Помолчала, перекатывая виски во рту, сглотнула и продолжила:

– А Лиссы нет. Ты же не предупредил, что придёшь сегодня. Может быть, другую пригласишь?

Клюка нажала кнопку под столешницей, из которой выехала плоская прозрачная вертикальная панель с разноцветными значками-командами. Она набрала, водя пальцем, какую-то комбинацию, и по залу заскользили голографические фигуры девушек. Они плавно передвигались между столиками, наклоняясь, будто что-то переспрашивая, иногда улыбались, поправляли волосы или одежду. Подойдя к барной стойке, девушки разворачивались, шли в конец зала и снова включались в карусель. Терри весь этот хоровод видел не раз, но всегда замирал. Было красиво.

Лисса подошла четвёртой. В полупрозрачном топике и коротких шортиках, смешливо морща носик, она была похожа на девчонку. Сходство дополняли тёмные волосы, заплетённые в три косы. Постояв недолго, она развернулась и ушла, мягко переступая длинными ногами.

– А что за косы? Раньше вроде в карусели она ходила с распущенными волосами?

– Необычно, да? Какой-то клиент попросил, теперь она заплетается всегда. Тебе не нравится?

Терри глотнул виски и промолчал. Он был клиентом, который просил Лиссу так заплетаться. Когда Терри увидел девушку в первый раз, его сердце пропустило удар. К нему навстречу в такой голографической карусели шла Ная. Его Ная, убитая на войне. Ная, которую Терри любил и которую не успел спасти. И в бордель к Клюке Терри ходил исключительно ради этой проститутки, так похожей на Наю. Только у той глаза были темно-карие, влажные, как у оленёнка, а у Лиссы – серые, задорные. В комнате для свиданий Терри гасил светильники и задёргивал плотно шторы, чтобы не видеть разницы между девушками, а потом любил Лиссу и, забываясь, называл её Наей.

Терри допил виски и поставил стакан на стойку. И Клюка поставила тоже.

– Зачем ты всё-таки пришёл? – она взглянула на Терри бледно-голубыми глазами. Лисса по секрету сказала Терри, что Клюке уже около семидесяти, но выглядела та, благодаря косметическим операциям, на тридцать пять-сорок лет. Возраст выдавали только выцветшие глаза.

– Шухер на улице видела? Кто у тебя сегодня смотрящий-посыльный?

– Малыш сегодня дежурит. А что такое? Малыш сказал, полиция ищет какую-то девку.

– Не просто девку, милая, а наследницу «Беллами/Роботикс». Нашли здесь её мотобайк весь в крови, а сама она исчезла.

– И что? – Клюка зло сжала губы. – Копы свидетелей ищут? Из моих никто никого не видел, и на улицу никто не выходил.

– Нет. Нет. Всё хорошо. Никакой тревоги, – Терри почувствовал, что насторожил хозяйку, и сейчас быстро соображал, что сказать, чтобы Клюка разрешила поспрашивать Малыша. – Ты же хочешь оказать полиции услугу? А я попрошу своего приятеля-сержанта, который ведёт это дело, чтобы к тебе не заходили и список клиентов не просили. Баш на баш?

– Смотря что взамен! – Терри увидел, что Клюка прикидывает варианты, и выдохнул. Теперь он был уверен, что хозяйка согласится.

– Дай поговорить с Малышом? Пусть под протокол расскажет, видел или нет кого-то, стоящего с вытянутой рукой напротив вон того магазина в два часа ночи.

– А он видел?

– А давай спросим?

Клюка снова достала из-под стойки виски, плеснула себе, вопросительно взглянула на Терри, который отрицательно помотал головой, и одним глотком выпила содержимое стакана.

– И всё?

– И всё. Ведь больше свидетелей не было?

– Конечно, нет.

– Вот так и будет записано в полицейском отчёте. Давай, зови Малыша.

Когда Терри вышел из борделя, небо чуть-чуть посветлело, гул, доносящийся с центральных улиц, стих. На огороженной площадке полицейские скатывали сигнальную ленту, грузили в машины оборудование, отдельно стояла группка людей в чёрных плащах – служба безопасности «Беллами». Они выглядели растерянными. Мадсена среди них не было. Терри осмотрелся внимательнее, выискивая среди снующих тут и там полицейских Майкла. Увидел его. И Мадсена тоже. Майкл навытяжку стоял перед лейтенантом – начальником убойного отдела. Видимо, тот приехал, пока Терри общался с Клюкой. Лейтенанта за глаза все называли Цаплей за его высокий рост и длинные худые ноги. Он что-то выговаривал Майклу, рядом стоял Мадсен и кивал головой.

Терри приблизился и услышал конец фразы:

– Ещё раз увижу постороннего на площадке, получишь выговор.

Терри подошёл неслышно ещё ближе и вкрадчиво поинтересовался:

– Вы обо мне, лейтенант?

Лейтенант вздрогнул, а Мадсен только шевельнул плечом, но во взгляде промелькнула злость.

– Привет, Наварра, – лейтенант протянул руку, здороваясь с Терри, – да, о тебе. Я знаю, что вы друзья, но правила для всех одинаковы. Мне доложили, что вы тут устраивали, вместо того, чтобы заниматься делом.

– А что мы тут устраивали? – Терри переместился к Мадсену и сейчас стоял прямо напротив, их разделяло каких-то полметра. Сделал ещё шаг вперёд, теперь между ними вообще не осталось пустого пространства, и посмотрел в глаза Мадсена: – А кто доложил?

– Наварра, не устраивай здесь бои без правил! – голос лейтенанта немного отрезвил Терри, кулаки которого уже сжались.

Терри выдохнул, разжал кулаки и пошёл в сторону стоянки. Сделав несколько шагов, он остановился и, полуобернувшись к Мадсену, процедил:

– Ты крутой, да? Я тоже. Номер один, помнишь? Знаешь, в чём между нами разница?

Терри выдержал паузу. Лейтенант, Майкл и Мадсен смотрели на него, ожидая ответа, каждый по-своему: лейтенант безразлично, Майкл с усмешкой, а Мадсен неприязненно.

– Я никогда. Никому. Ничего. Не докладываю. Привет твоему хозяину. Надеюсь, он тебя уволит.

И Терри пошёл на автостоянку, уже не обращая внимания на окружающих.

Возле его машины околачивались двое: репортёр и фотограф.

– Наварра! Расскажите, как вы связаны с делом похищения Ники Беллами?

Вспышка камеры ослепила Терри, он представил завтрашние первые полосы газет, где будет красоваться его мобиль с дурацкой надписью, и зарычал, давая волю своей злости:

– А ну убирайтесь от моей машины!

Репортёра и фотографа как ветром сдуло. Терри сел в машину и завёл движок. Подошёл Майкл.

– Слушай, не заводись! Я пытался лейтенанту рассказать, как ты с камерой на магазине мне помог, но этот козел…

– Да чёрт с ним, с козлом.

Терри выключил двигатель, открыл дверь и выставил ноги наружу. Майкл присел на корточки рядом. Они молча закурили. Спустя пару минут Терри протянул Майклу листок, вырванный из блокнота.

– Держи. Здесь контакты мальчишки, который дежурил у борделя ночью. Он даст показания под протокол. Больше свидетелей нет. Ты понял?

Терри многозначительно посмотрел на Майкла, тот понятливо кивнул:

– Понял, нормально всё будет. А мальчишка чем-то помог?

– Ну, как тебе сказать. Кого-то с поднятой рукой он видел. И время совпадает. Но этот кто-то был в длинном плаще и с капюшоном, накинутым на голову. У тебя есть только рост. Высокий. Ну, как твой лейтенант. И ещё… Ты бы выяснил, что там искали ребята из службы безопасности. Мадсен точно что-то скрывает.

Майкл согласно кивнул:

– Темнят ребятки, это точно. Я узнавал, они примчались на место, где нашли разбитый мотобайк, одновременно с полицией. А им ехать полтора часа от полуострова. То есть, они двигались следом за девчонкой. Может, догоняли?

Терри выбросил под ноги окурок и снова включил движок.

– Всё. Дальше сам.

– Ты домой?

– Где-то рядом паб, я раньше его не видел, с собакой на вывеске. Туда поеду.

– Опа! Ты уверен? Когда следующий поединок?

– Через неделю. Полуфиналы. До них ещё дожить надо. Ну, я сильно и не рвусь в чемпионы. Не до такой степени, чтобы умереть от жажды. Пока, сержант.

И Терри резко рванул со стоянки, подняв облачко пыли.

Паб Терри нашёл не сразу. Свернул не туда, понадеявшись на память, упёрся в тупик, чертыхнулся и все-таки включил на консоли карту. Сейчас он стоял перед входом, покачиваясь на носках, пытаясь остановить себя. Знал, что если сегодня напьётся, то даже через неделю не войдёт в нужную форму, чтобы драться на арене. С одной стороны, ему льстило, что он добрался до четвёртого места. Впервые. С другой стороны, Терри предполагал, кто займёт пьедестал почёта. Ну, первые две ступени – точно. Это были прошлогодний чемпион и тот, кто занял тогда третье место. Терри рядом с такими бойцами чувствовал себя, как щенок перед взрослыми псами, закалёнными в уличных драках. Он оценивал свои силы и способности трезво. Максимум – третье место. И сейчас выбор был простой: пить или третье место. Пить хотелось сильнее. Он уже нарушил установленные самим собой правила в борделе у Клюки, так что… Терри прошёл последние несколько шагов и толкнул дверь паба.

В лицо ударил настоявшийся за ночь в помещении запах пива и пота, смешанный с запахом несвежих носков. Негромкая музыка вплеталась в нестройный шум мужских голосов. Помещение выглядело новым, как будто после ремонта. Чистые светлые стены, высокий потолок с прикреплёнными на нем полукруглыми плафонами матового света. Послышался цокот механических ног, и перед Терри застыл кибердог. Он наклонил механизм, заменяющий голову, утыканный глазками видеокамер, в знак приветствия, махнул металлическим обрубком-хвостом и повернулся, как бы предлагая Терри следовать за собой. Терри усмехнулся и двинулся за ним.

Бар был полон, несмотря на предутренние часы. Народ за столиками сидел разный, но в основном работяги, как определил после беглого осмотра Терри. Кибердог, сгибая лапы-ножки на шарнирах, подвёл Терри к пустому столику на двоих и присел. Терри устроился на удобном широком стуле-скамейке, откинулся на спинку, проверяя прочность, и выжидательно уставился на кибердога. Мол, что дальше?

Кибердог повращал камерами на условной голове, повернулся боком, и из карбоновой спины выехала прозрачная панель с меню. Терри открыл раздел с пивом, выбрал название, и кибердог бодро зацокал в сторону барной стойки.

Через пять минут подъехал гироскутер-тележка со встроенной холодильной камерой, ручки-манипуляторы открыли крышку, достали две кружки и тарелочку с сухариками и водрузили всё на столик. Затем на тележке открылась панель для оплаты, Терри прижал запястье с чипом, засветилась надпись: «Оплачено. Мы рады служить», – и гироскутер покатился прочь, исчезнув в дымном полумраке.

Терри пригубил пиво, потом сделал большой глоток и прикрыл опухшие веки. Хорошо! Вытянул ноги, откинулся на спинку скамьи, снова хлебнул из кружки. Огляделся. Помещение было большим, прямоугольной формы, причём на короткой стороне прямоугольника как раз был вход с названием «Киберпаб» и изображением собаки. Про собаку Терри понял только сейчас, провожая глазами киберпсов, трусящих по залу на механических лапах.

В кармане завибрировал видеофон, Терри выложил его на стол, включил и отодвинул кружку подальше от экрана, чтобы приятель не завидовал.

– Что ещё?

– Просто хотел сказать, что мальчишку из борделя допросил, больше свидетелей нет.

– Ребята! – вдруг пьяно и хрипло прозвучало над головой Терри. – Да у нас в гостях коп!

На экране видеофона была отчётливо видна полицейская форма Майкла. Он помолчал и спросил:

– Помощь нужна?

– Справлюсь, – Терри выключил и спрятал в карман видеофон, допил из кружки, поднялся, встав вровень с кричавшим – бородатым качком в майке с надписью: «Все умрут, а я останусь», и произнёс, глядя ему в лоб, а не в глаза:

– Я не коп.

– А я не дурак! – мужик, словно призывая всех вокруг в свидетели, громко заржал и толкнул Терри в плечо.

– Выйдем? – Терри тоже толкнул мужика.

– Да щас! Я тебя выкину и вернусь! А ты пей своё пиво на улице. Здесь копов не любят.

Зал одобрительно зашумел.

– Ставлю на Буйвола! – выкрикнул кто-то из сумрака.

– При-ни-маю! – пьяно ответили совсем рядом.

Зал заволновался. Драка! Отличное окончание попойки!

У Терри побежали по коже мурашки, будоражащие нервы. Пальцы сжались в кулаки. По телу разлилась горячая волна, освобождающая накопившееся за последние часы раздражение. Он представил перед собой лицо гадко ухмыляющегося Мадсена. И поняв, что перед ним уличный драчун, значит, ни о каких правилах речи быть не может, и вообще, он один, похоже, против всего зала, а значит, помощи ждать неоткуда, размахнулся и ударил первым.

– Н-на! Что ты проблеял про копов, жирный?

«Жирный» рухнул на пол. Это был нокаут. В боях без правил не признавали нокдаунов. И Терри их не признавал тоже. Бить так бить. Буйвол застонал, приподнялся на руки и снова упал на пол. В зале вдруг все заорали одновременно. Послышался грохот отодвигаемых скамеек. Дальше Терри ничего толком не видел. Началось светопреставление. Казалось, на него навалилось многоликое, многорукое и многоногое чудовище, изрыгающее проклятья, рычание и дышащее смрадом. Терри бил не глядя, пинался, выворачивался из захватов, один раз даже пробежался по столу и прыгнул сверху на противников, вынуждая их расступиться. И снова бил. Кто-то пинал его по рёбрам. Кого-то пинал он. А потом наступила тишина. Терри сидел на полу, прижимая к себе здорового мужика, кажется, это был хозяин бара, зажав между плечом и предплечьем его голову. Из носа текла кровь, ныли ребра, колено отказывалось сгибаться.

– Кто-то что-нибудь вякнет, и я его задушу. Доказуемая самооборона. Мне ничего не будет.

– А как ты потом выйдешь отсюда, говнюк? Мы с тобой ещё за Буйвола не рассчитались.

– Это же Наварра… – вдруг потрясённо выговорил один из нападавших. – Я сегодня видел его бой с Лягушкой у Сэма в Портовом октагоне. Мужики, это Наварра!

Все ошеломлённо молчали. Из толпы послышался голос:

– Отпусти хозяина, Наварра! И уходи. Мы тебя не тронем.

– Нет.

И Терри сильнее придавил шею хозяину бара, так, что тот, до этого хрипевший, вдруг замолчал.

– Отпусти, сука!

– Вы мне колено разбили, уроды. Не могу я идти.

– Я тебя отнесу, – Буйвол, в разорванной майке, с наливающимся огромным синяком на скуле, присел рядом и стал отрывать окровавленные пальцы Терри, скрученные судорогой, от шеи молчавшего хозяина. Терри вгляделся тому в лицо: правда, что ли, задушил? Главное, яремную вену не пережать совсем. И перевёл дух. Нет, вон веки дрожат. Живой, очухается.

Буйвол наконец отодрал Терри от лежавшего на полу, приподнял над полом, перехватил поудобнее и легко понёс сквозь расступившуюся толпу. Терри обхватил его руками за внушительную шею и подумал, что они вдвоём сейчас выглядят двусмысленно. Но толпа молчала. Буйвол пнул дверь паба, чтобы та распахнулась на улицу, и огляделся.

– Где твоя машина?

– Вон стоит, – буркнул Терри, ощупывая языком шатающиеся зубы.

Буйвол усадил Терри на сиденье, наклонился, опершись на крышу машины и спросил, заглянув в салон:

– Ты теперь драться не сможешь? В полуфинале?

– С таким коленом?

Колено распухло и торчало сине-красным куском мяса из разорванной штанины.

– Ну, извини, Наварра. Я ж не знал, что это ты.

Терри ничего не ответил, с трудом закрыл дверь, нажал на иконку автопилота с подписью: «Дом». Машина тронулась, он откинулся на спинку сиденья и провалился в темноту.

Что-то назойливо тарахтело над ухом, не давая спать. Терри с трудом разлепил глаза. Один глаз. Второй открыть не получилось. Рядом с подушкой вибрировал видеофон. «Абонент неизвестен», – сообщал экран. Ну и обойдётся! Терри натянул подушку на голову так, что звук теперь напоминал жужжание пчёл над цветами, негромкое, но всё ещё назойливое. Неожиданно подушка куда-то поехала и исчезла. Терри похлопал ладонью рядом с головой, но натолкнулся только на видеофон.

– Тесла… Там абонент неизвестен. Отдай подушку.

Терри протянул руку. Вместо подушки в руке оказался холодный стакан. Терри опять открыл глаз. В стакане пузырилась розовая жидкость.

– Яд? Спасибо, мамочка.

Терри перевернулся с живота на бок, удерживая стакан, вспомнил ночное побоище и попробовал сесть. Прислушался к себе. Ныли ребра. Костяшки пальцев оказались залеплены пластырем. Колено… Терри поставил стакан на столик у кровати и откинул одеяло. На месте колена красовалась аккуратная повязка из гибкого, быстрозастывающего геля. Терри осторожно согнул ногу. Больно. Но вполне терпимо. Чемпионом он уже не станет, но ходить сможет. Это уже хорошо. Так. А что с глазом?

– Тесла, а что с глазом?

Перед лицом сразу появилось небольшое круглое зеркало, которое держали толстенькие аккуратные пальчики. М-да.

Из зеркала смотрело сине-черно-красное пятно с раздутым носом и одной щёлочкой вместо левого глаза. Правый глаз скрывался за опухолью бурого цвета. Терри опустил ноги на пол, накинул рубашку, пошарил здоровой ногой под кроватью, не нашёл ничего, во что мог бы обуться, и босиком, ощутимо хромая, прошаркал в ванную.

После душа левый глаз видел уже намного лучше, правый тоже приоткрылся. Жить можно.

Роботы-андроиды во многом отличались от более примитивных ПИЧей, в том числе разнообразием внешнего вида. Например, домашняя роботиха Терри выглядела, как пожилая женщина: пышнотелая, в строгом коричневом платье и белом переднике, на голове – каштановые кудряшки, наполовину спрятанные под чепцом.

Тесла ждала на кухне. Терри шлёпнулся на стул и протянул лениво:

– А что молчим? Не разговариваем? Надулись? Как будто в первый раз я избитый пришёл домой. А кофе есть?

– Ты пришёл не только избитый. От тебя воняло пивом! И борделем! У тебя же турниры! И вернулся ты через несколько часов после боя. Я головизор смотрела. Когда поединок закончился, с коленом всё было в порядке!

Роботиха всплеснула руками и демонстративно отвернулась.

– Иногда мне кажется, что это ты у нас детектив, а не я. Кофе хочу. Твоя функция – быть домашней хозяйкой. Мамушкой. Давай, хозяйничай. Заботься. А ругать меня жена будет. Когда-нибудь.

– Сначала это.

И перед Терри вновь появился стакан с розовой жидкостью. Терри вздохнул и выпил.

– Все? Теперь корми меня.

Уминая хорошо прожаренный стейк, Терри прокручивал в голове ночные события. Всё начиналось просто отлично. Бой. Приятная сумма на банковском счёте за победу. Потом Майкл с похищением. Мадсен с подозрениями. И наконец, потасовка в «Киберпабе». С вершины кумира Портового района за одну ночь скатился до почти уличной драки. Драка. М-да…

Из комнаты снова донёсся звонок видеофона. Тесла вплыла на кухню и протянула видеофон и коммуникатор. На экране опять светилось: «Абонент неизвестен», а на коммуникаторе короткое сообщение от приятеля из Военного департамента: «Не отказывайся». Заинтригованный, Терри нажал на видеофоне иконки «Принять вызов» и «Общий вид».

На кухне у потолка повис голографический куб, с которого на Терри смотрел Андор Беллами. Терри видел миллиардера лет пять назад по головизору. Ему вручали премию за изобретения в роботехнике. С тех пор он ничуть не изменился. То же худое скуластое лицо, сильные залысины и уродливые черные очки. Может, он изобрёл и машину времени?

Андор смотрел на Терри и молчал. Ещё бы. Терри представлял, как выглядит, с полузакрытым глазом и распухшим носом. Молчание затянулось. Терри демонстративно покосился на недоеденный стейк.

– Вы Терри Наварра? – голос был сухой, надтреснутый.

– Ага, – Терри потянулся за кружкой с кофе и громко отхлебнул.

Андор даже не заметил откровенного хамства, хотя Терри старался.

– Мне нужно с вами поговорить.

– Я слушаю, – Терри перестал ломаться, стесняясь своего разбитого лица, и отставил кружку подальше.

– Не по видеофону. У меня в офисе. За вами выслан флаер. Он будет ждать вас на парковке, на крыше дома, через полчаса. Номер: «001 Беллами».

Андор подождал и, не получив никакого ответа от растерявшегося Терри, отключился.

Терри начал наливаться тихой яростью. Что за приказной тон? А если он не хочет никуда лететь? Вспомнился застёгнутый на все пуговицы Мадсен.

На коммуникаторе всё ещё мигало непонятное «Не отказывайся». Терри набрал номер приятеля. «Недоступен», – сообщил механический голос. Да что происходит-то? С минуту Терри сидел, уставившись в окно, потом перевёл глаза на остывший завтрак и увидел кончик коричневого платья, выглядывающего из-за угла.

– Подслушиваем?

За дверью зашуршало, Тесла вышла и встала в дверях. В чёрных круглых, как пуговки, глазах роботихи горели огоньки. Терри подумал, что такими огоньками создатели домашней прислуги решили добавить в стандартное поведение роботов аналог человеческого любопытства.

– Ну и правильно. Меньше времени на объяснения. Пока я буду собираться, выведи мне на планшет информацию о «Беллами/Роботикс». Все, что есть в сети про ночное происшествие. Репортёры там крутились, я видел. Ещё. Сделай анализ характера и поведения Ники по профилям в соцсетях. И добавь короткую справку о семье Беллами.

Роботиха застыла, зрачки её глаз расширились, из-за потока информации, который она в это время перерабатывала, функции домохозяйки и мамушки на время отвалились.

Терри, хромая, носился по квартире, не мешая ей, сам искал одежду, обувь. Даже успел побриться, скрипя зубами от боли. А Тесла всё ещё анализировала данные. Наконец она моргнула, превращаясь в привычную толстушку в фартуке и чепце, и сообщила, скопировав хриплый мужской голос одного из персонажей старого полицейского сериала:

– Вся информация в планшете, босс!

– Благодарю за службу, сержант! – не остался в долгу Терри, подхватив шутку.

Он снова взглянул на часы. Нормально. Опоздание на пять минут не считается. Вышел из квартиры и направился к лифту.

Дом, в котором Терри жил вдвоём с Теслой, представлял собой образец модульных конструкций для малоимущих граждан, состоящий из двух бетонных высотных башен с модулями-капсулами. Каждая капсула вмещала компактную квартиру для одного человека. Ничего лишнего: кухня, ванная и комната с панорамным окном, выходящим на автомагистраль. На крыше была оборудована площадка для флаеров, в основном служебных: полицейских, медицинских. Кварталы рабочего района, расположенного рядом с гаванью городского порта, были тесными, с узенькими улочками, забитыми транспортом. Поэтому парковки воздушного транспорта перенесли на крыши. В бетонных башнях действовали скоростные лифты, стенки которых кто-то из молодежи расписал сценами из модных аниме. Терри здесь нравилось, он чувствовал себя комфортно в гуще людского муравейника. Ты никому не интересен, если не знаменитость. А знаменитости в таких районах не живут. Сейчас он поднимался к парковке, вспоминая, когда последний раз летал на флаере. Не вспомнил.

Пока Терри был на архипелаге Святой Терезы, военное ведомство перечисляло на его счет оплату за службу в армии, плюс надбавки за участие в военных операциях. К возвращению накопилась приличная сумма. Сначала Терри купил небольшой домик в деревне на побережье и полгода просто жил, привыкая к тишине. Не вздрагивал от взрывов, от криков погибающих. По утрам выходил на лодке в океан, рыбачил, потом жарил на допотопной плите выловленную рыбу и пил. Вспоминал о том, как мог и не успел спасти Наю. О гибели всей её семьи. Снова вставал утром, рыбачил и снова пил. Не запоминал, как проходили дни – все они были похожи один на другой, что запоминать? Со временем, когда боль притупилась и раны затянулись, стал выезжать в город. Увидел там однажды афишу боев без правил в Портовом клубе. Сходил посмотреть раз, другой. Увлёкся. Купил подержанный мобиль, чтобы ездить из деревни в город. Это отвлекало от воспоминаний. А военной пенсии ему хватало на незатейливую еду, виски и проституток. Но однажды от подростков, поджидавших своих кумиров у входа в клуб, ему вслед донеслось презрительное: «Пустой». Так называли людей спившихся, конченных наркоманов или смертельно больных. Тех, от которых осталась только оболочка, с виду вроде человек, а внутри пустота. И Терри очнулся. Начал бегать по пляжу вдоль кромки океана по утрам, вспомнил гимнастику, которой обучал его отец, нанял тренера по боксу, бывшего бойца Портового октагона. Потом стал принимать участие в отборочных турнирах в Портовом клубе. Потом купил эту квартиру в городе, отправил мобиль на тюнинг, получил лицензию частного детектива и первый заказ. Дом в деревне посещал всё реже и реже. И перестал пить. Ну, почти.

Лифт оповестил о прибытии коротким звонким сигналом, двери распахнулись, и Терри выбрался наружу. Вокруг торчали такие же модульные высотки с площадками для воздушного транспорта на крышах. Гулял ветер, пахнущий йодом с океана. Флаер, присланный Андором Беллами, синий с двумя красными полосами, стоял прямо в центре и выделялся среди других на стоянке весьма крупными габаритами.

В открытой двери флаера маячил Мадсен. Он хмуро кивнул, когда Терри, подволакивая больное колено, забрался на борт, потом пригляделся внимательно к лицу пассажира и злорадно ухмыльнулся. Кроме Мадсена внутри сидели ПИЧ-пилот и ещё двое в форме СББ. Спрашивать о том, зачем Терри понадобился самому Андору Беллами, было глупо: Мадсен не скажет, даже если знает, а остальные – просто сопровождающие, они явно не в курсе. Терри примостился с планшетом в кресле у окна, включил устройство, активизировал функции «наушники» и «конфиденциальность» и стал изучать собранную Теслой информацию.

Флаер нёсся вдоль длинных пустынных пляжей к вдающемуся далеко в воду скалистому полуострову, на котором располагалась монополия Андора Беллами. Кажущийся сверху стальным, огромный океан неспешно, с ленцой толкал пологие волны к берегу. Солнце плавилось в зените. Дрон, оснащённый несколькими моторчиками, с усердием тащил за собой по водной поверхности одинокого сёрфера. Терри просматривал страницы со сведениями на планшете, что-то запоминал, а что-то перелистывал не глядя.

Внизу замелькали знакомые места. Вон деревня и дом Терри, сверху показавшийся серым и еле заметным, будто прячущимся среди деревьев. В конце деревенской улочки обозначилась плоская широкая крыша таверны, сюда Терри иногда отдавал свой утренний улов, если готовить было лень. Терри даже показалось, что он видит самого хозяина, сидящего на ступенях веранды. С хозяином, известным среди местных жителей под прозвищем Гула, Терри дружил. Раньше, когда океан штормил, и посетителей в таверне было немного, они вдвоём неспешно беседовали о политике и военных конфликтах, о преимуществах натуральной еды перед той, что выращивают из стволовых клеток в сельских клеточных хозяйствах. Хозяин курил трубку, Терри прихлёбывал виски, а океан выбрасывал на берег взбитую, словно миксером, пену.

А ещё Терри вспомнил, как по просьбе Гулы устанавливал над входом в таверну видеокамеру. Это было… Да, примерно год назад. Тогда на дорогах «шалили» байкеры из пригорода, устраивали гонки, грабили пустующие дома, и записи с камеры пригодились Гуле, когда он подавал на них в суд за порчу мебели – стульев и столиков, стоящих на небольшой площадке недалеко от дороги.

Майкл однажды жаловался, что для получения записей с таких камер нужно разрешение, мол, частная собственность и всё такое. А это та ещё волокита. Надо будет на обратном пути навестить Гулу – пообщаться, перекусить и заодно просмотреть, что есть на видео в промежутке между двенадцатью и двумя часами прошлой ночи.

Деревня осталась позади, а спустя двадцать минут показались разноцветные купола производственных зданий. Флаер сделал круг, и Терри оглядел, запоминая по привычке, расположение ангаров, зданий и цехов империи Беллами. Разноцветными были только крыши. Все остальное такого же стального цвета, как и океан вокруг. Ни деревца-кустика, ни зелёной лужайки, только геометрически расчерченные безлюдные кварталы, соединённые такими же безлюдными геометрическими проездами. Сами работники, видимо, передвигались по тоннелям под зданиями. Терри не удивился бы, узнав, что внизу, под дорожными покрытиями, существуют траволаторы , доставляющие служащих из одной точки подземного города в другую.

Пилот чуть повернул руль управления для захода на посадку, ограждающее силовое поле сразу отключили, и флаер беспрепятственно устремился к призывно мигающей разметке парковки на крыше самого высокого, из примерно пятидесяти, здания.

Небольшой плоский посадочный пятачок был выполнен, как на вид определил Терри, из суперсовременного полимера под названием «степс». Он глушил вибрацию при посадке, поэтому Терри не ощутил обычного толчка. Выбравшись, он осторожно огляделся, сделав вид, что разминает ноги.

Вдалеке виднелось серое облако смога – там находился город. Справа зеленели ухоженные поля ахелони. Слева вдоль побережья петляла дорога. На парковку здания выходило несколько окон с зеркальными стёклами, рядом располагалась такая же непрозрачная дверь, которая вела, судя по планировке, в офис.

Мадсен тоже вышел из флаера, обошёл Терри и встал перед зеркальными створками. Они распахнулись, Мадсен торопливо прошёл внутрь, оставив Терри одного. А когда дверь открылись снова, перед ним стояла… та самая загадочная женщина, с которой они вместе курили после боя, пережидая дождь. Незнакомка в красном платье. Правда, сейчас платье на ней было серое, но такое же элегантное, мягко облегающее фигуру. Оба замерли. Терри очнулся первым.

– Эва Беллами, – произнёс он обречённо. – Как это я вас не узнал тогда.

В свою очередь та, кого Терри назвал Эвой, глубоко вздохнула и молча сделала движение рукой, приглашая войти. Представив, как он сейчас выглядит, с опухшими глазами, весь в синяках, да ещё с подбитым коленом, Терри разозлился и независимо прохромал мимо, даже не взглянув на объект своих ночных мечтаний.

Так же независимо он проследовал за Эвой в прохладный зал и гордо плюхнулся на первый попавшийся по дороге диван. Эва, которая двигалась вглубь кабинета, не оглядываясь, уверенная, что Терри послушно следует за ней, остановилась. Терри ухмыльнулся и лениво вытянул перед собой ноги в старых потрёпанных джинсах. На полоске кожи между носками и кромкой брючины красовался багровый кровоподтёк – память о ночной драке в баре.

Эва вернулась с двумя стаканами, в одном – виски для Терри, в другом – сок для себя. Она лишь смочила губы и поставила свой стакан на столик. Терри же хлебнул от души.

– Итак? – она присела на край кресла, откинулась на спинку и скрестила ноги.

Терри отвёл глаза от круглых безупречных коленок и сделал ещё один большой глоток. После этого, почувствовав себя намного уверенней, тоже отставил свой стакан и вопросительно взглянул на Эву.

– Итак, вас пригласил мой муж. Он сказал, что приедет частный детектив, – Эва побарабанила пальцами по поверхности столика. – А я не знала, что вы детектив. Кстати, смотрела ваш бой вчера по головизору. Отлично дрались. Но что-то не помню, чтобы Лягушка вас так уделал, – она кивнула на лицо Терри и поднялась. – У меня есть быстродействующие инъекции. Я делаю их своим пациенткам при сильной отёчности после операций. Сейчас принесу и для вас, подождите, – и она вышла.

Терри перевёл дыхание и стал лихорадочно вспоминать все сведения, которые Тесла насобирала по сети о Эве Беллами. Так, что там было? Вторая жена миллиардера Беллами. Мачеха Ники, его дочери от первого брака. Женаты пять лет. Владелица лучшей в городе косметической клиники. Применяет инновационные методы для омоложения богатых и знаменитых клиенток. Использует научные открытия мужа и производит мази и инъекции, которые пользуются огромным спросом. Всё? Терри достал планшет и ещё раз пролистал страницы с информацией. Ну да. В разделе «Справка о семье» Тесла выделила страницу, посвящённую Андору, добавила страницу про Нику и вставила лишь несколько строк, посвящённых Эве Беллами.

Послышались лёгкие шаги. Эва вернулась с небольшим изящным саквояжем, поставила его на стол и достала оттуда заполненный прозрачной жидкостью пластиковый пакетик с крошечной иголкой в уголке. Эва склонилась над замершим от неловкости Терри, и солнечный луч из окна упал на одну из её серёжек с бледно-голубым камнем. Камень вспыхнул и заиграл гранями. Терри отвлёкся и очнулся, лишь когда Эва пальчиком провела по его лицу.

– К вечеру отёки спадут, а завтра почти не останется синяков.

Она положила руку на колено Терри.

– А здесь у вас…

Терри поспешно встал и прохромал к окну, делая вид, что заинтересовался видом.

– Спасибо. А где Андор? Он меня так срочно вызвал, я думал, что-то случилось.

– Андора полчаса назад вызвали в один из цехов. Он попросил меня встретить частного детектива. У нас пропала Ника, моя падчерица. Вы же знаете.

Терри кивнул и подумал, что всё равно ничего непонятно. Не хочет же Андор-великий-Беллами нанять детектива, неизвестного в кругах, где вращаются миллионеры, учёные, кто там ещё? Терри покосился на Эву. Косметологи? Бизнесмены? Да Терри и не собирается наниматься. Зачем ему этот геморрой? Возможно, Андор хочет расспросить его о вчерашнем? Тоже маловероятно. Для этого присылать личный флаер? И так срочно?

Обстановка стала его тяготить. Он прошёлся по офису и демонстративно посмотрел на панель с часами. Эва следила за ним своими невероятными глазами. Такими же, как камушки в серьгах. Льдисто-голубыми. Оба молчали.

Наконец где-то в глубине дома хлопнула дверь, и послышался надтреснутый голос Андора. Он отдавал кому-то распоряжения. Голос приближался, и вот Андор показался в проеме. Он стремительно пересёк пространство офисного холла и протянул Терри руку, приветствуя.

– Рад, что вы приняли моё приглашение, – и, обращаясь к жене: – Спасибо, ты можешь идти.

Эва опустила глаза, но Терри успел заметить, как в них блеснула злость. Она кивнула Терри и вышла, даже не взглянув на мужа.

Андор остановился напротив Терри, бесцеремонно разглядывая его лицо. Казалось, он никак не решается о чём-то спросить. Терри тоже молчал. И тоже рассматривал Андора из-под нависших век.

– Ну что ж. Что вы думаете о похищении моей дочери? – Андор задал вопрос и отвернулся, увидел бутылку с виски, подошёл к столику, налил в чистый стакан и протянул его Терри. Терри отрицательно качнул головой, и Андор поставил стакан обратно.

– Ну что ж, – Терри качнулся на носках и засунул руки в карманы, – я думаю о том, что мне разбили лицо, и я выгляжу как клоун среди всего этого великолепия, – Терри обвёл рукой офис, – и о том, что мне повредили колено, поэтому я не смогу участвовать в полуфинальном бое. А о похищении вашей дочери я не думаю. Ни сейчас, ни вообще. А должен?

Андор стряхнул невидимые пылинки с рабочей куртки и сообщил, будто не слышал Терри:

– Меня предупредили, что вы человек… Непростой. Но вы мне нужны. Я хорошо заплачу.

– За что? Я пока не услышал никакого предложения. Если вы хотите нанять меня для поисков вашей дочери, то мой ответ – нет. Её ищут полиция и ваша служба безопасности. В конце концов, найдут. Зачем вам я?

– Есть веская причина, по которой мне понадобилась именно ваша помощь. Я расскажу, что знаю. Вы проделали такой путь, думаю, было бы глупо улететь отсюда, не выслушав того, кто вас сюда пригласил, – Андор похрустел пальцами и продолжил: – Начну с начала. Вчера я задержался на производстве. У меня сейчас идут важные испытания, приходится проводить много времени вне дома. Здесь остаётся Мадсен, он докладывает мне обо всем.

Мадсен позвонил мне около полуночи. Рассказал, что услышал из коридора громкий разговор, а пройдя несколько шагов, разобрал, что перед входной дверью спорят между собой моя дочь и Эва. Дочь собиралась в город, несмотря на поздний час. Эва настаивала, чтобы Ника в такое время ехала с охраной. Ника не соглашалась, говорила, что ей нужно срочно в город, что она поедет на мотобайке и скоро вернётся. Эва не отпускала её. Из-за этого они ссорились. Мадсен решил не вмешиваться. Просто стоял в коридоре и слушал. В конце концов, Эва настояла, чтобы Ника взяла с собой хотя бы домашнего слугу-ПИЧа. «Роботы отлично ориентируются в темноте, пусть он едет за рулём, – сказала жена, – а в городе будет выполнять роль охранника». Эва позвала Антона – это наш домашний ПИЧ. У него в профиль встроены программа по защите хозяина, приёмы обороны и навыки вождения всех видов транспорта. Ника согласилась на Антона, Эва ушла, Мадсен занялся своими делами. В двенадцать ночи он обычно обходит посты охраны и все этажи особняка.

Андор говорил монотонно, без выражения, словно пересказывал многократно прочитанный текст.

– Вскоре я закончил работу и пошёл в свой кабинет на втором этаже, чтобы положить в сейф документы – результаты испытаний. В холле первого этажа столкнулся с Мадсеном, тот тоже собирался на второй, осматривать комнаты. Разговаривая, мы вместе поднялись и обнаружили, что дверь в кабинет не заперта. В самом кабинете открыто окно, а сейф распахнут.

Терри вспомнил, как ночью парни из СББ на месте происшествия что-то искали. Вот почему они приехали так рано. Бросились в погоню, как только обнаружили кражу.

– Что-то пропало? – Терри стало интересно.

– Я разбудил Эву, спросил, как выглядела Ника, когда покидала дом, во что была одета, держала ли что-нибудь в руках. Мадсен побежал проверять записи с видеокамер, – проигнорировав вопрос, продолжал Андор, будто боялся сбиться. – Эва вспомнила, что дочь была в термокомбинезоне, в маленькой шапочке, под которую спрятала волосы, в ботлерах и с рюкзаком. Этот рюкзак мы с Мадсеном увеличили на видео и рассмотрели со всех сторон, внутри явно угадывался какой-то предмет прямоугольной формы. Я приказал Мадсену догнать воровку. Через два часа он позвонил и доложил, что Ника исчезла, на месте аварии ничего не нашли.

Терри отметил это «ничего», вместо «никого». Снова спрашивать, что пропало, не стал. Захочет – расскажет.

– Теперь я отвечу на ваш вопрос, – Андор будто подслушал мысли Терри, – из сейфа пропал инфокристалл с описанием секретной технологии. Заказ военных. Вот его и украла Ника.

– А другие версии вы не рассматриваете? – осторожно поинтересовался Терри. – Вы говорили, что окно было открыто?

– Это просто детская уловка. Камеры в саду расставлены так, что непросматриваемых уголков нет, а окно открывается только изнутри.

– А код? Код от сейфа? Кто, кроме вас, его знал?

Андор сокрушённо развёл руками:

– Я и Антон, тот самый ПИЧ, который уехал с Никой и которому выжгли мозги. Я посылал его иногда за документами, если находился на производстве, и идти самому через корпуса было некогда. Но узнать у ПИЧа код невозможно, если нет доступа! – воскликнул учёный.

– А если кто-то из домашних или Службы безопасности находился в кабинете в то время, когда Антон открывал сейф? Какие инструкции были у ПИЧа на этот счёт?

Андор молча покивал:

– Я тоже теперь об этом думаю. Все домашние и Мадсен имеют статус «доверие».

Андор взглянул на Терри прямо и ответил на невысказанный вопрос:

– Я хочу, чтобы вы нашли кристалл.

– Послушайте, – Терри тщательно подбирал вежливые слова, он категорически не хотел участвовать во всем этом, – я не тот, кто вам нужен. Вам нужен опытный следователь из военной прокуратуры. Там огромный ресурс, там…

– Сразу после происшествия я позвонил тем, кто курирует заказ. Они всю ночь молчали, а утром посоветовали нанять независимого детектива, которому можно доверить государственную тайну, чтобы не было никакой огласки, лучше – бывшего военного. Вы были в числе названных кандидатур. Вы же работали на Военный департамент?

– Да, я как-то искал для знакомого, который там служит, членов банды, нелегально торгующих вывезенным с боёв оружием, но…

– Мадсен мне доложил, что вы ночью подкинули полиции идею про человека с вытянутой рукой, а потом быстро нашли свидетеля.

– Я просто пользовался таким оборудованием лет десять назад, но…

– Вы отлично знаете город, у вас есть свои связи.

– Я здесь родился, – Терри упрямо пожал плечами. – И всё равно. Андор, поймите, я расследую в основном мелкие дела: предоставляю доказательства измен, ищу наследников по завещаниям, устраиваю досудебные мировые соглашения при разводах. У вас исчез кристалл с секретной военной разработкой. Это могут быть конкуренты по бизнесу, какие-нибудь высокоорганизованные пацифисты, шпионы, наконец. Чем я-то вам помогу?

– Кристалл пока не покинул город. Военная разведка будет отслеживать появление информации о моей разработке. Полиция ищет Нику. Им ничего не должно быть известно о краже. Там вообще не умеют хранить секреты. Служба безопасности тоже будет искать, но у них нет таких связей с криминалитетом города, как у вас. Ваша задача – найти кристалл. Используйте знание города, слухи, непонятные события, вам лучше знать!

– А что случилось с дочерью, вас не интересует? – язвительно поинтересовался Терри.

– Найдёте кристалл, найдёте и дочь, – отмахнулся Андор. – Кстати, вот её недавнее фото.

Андор Беллами щёлкнул пультом, и перед Терри засветился голографический экран на противоположной стене.

Глядя на огромный портрет молодой девушки в чёрном шёлковом платье без рукавов, с синей, в цвет глаз, ленточкой, стягивающей тёмные, падающие на спину водопадом, волосы, доверчиво и как-то беспомощно смотрящую с экрана, Терри вдруг вспомнил Наю и её нелепую смерть. Он дотянулся до стакана с виски, сделал глоток, помолчал и произнёс:

– Я помогу вам.

Обратно Терри отправился на крошечном двухместном флаере уже без присмотра службы безопасности. Флаер пилотировал ПИЧ, а Терри, как важная персона, сидел в кресле пассажира. На самом деле он был благодарен Андору за предоставленный выбор: возвращаться на огромном пафосном «001 Беллами» в сопровождении СББ или взять вот такого двухместного извозчика. Андор даже предложил Терри оставить этот флаер на всё время расследования, но тот отказался. Это сразу привлекло бы к детективу нездоровое внимание, а ему сейчас нужно быть незаметным. С борта Терри позвонил Сипатому Сэму – владельцу Портового клуба с октагоном и организатору турнира, доложил о повреждённом колене и о том, что снимается с поединков. Без стеснения покривил душой, утверждая, что это – следствие вчерашнего боя. Выслушав рекомендации и фальшивое сочувствие, Терри, торопясь, выключил видеофон – флаер подлетал к деревне.

После короткого обмена мнениями с пилотом, Терри решил приземлиться прямо у таверны, на стоянке для машин. Можно было найти место подальше от деревни и дойти до таверны пешком, но Терри засомневался, что сможет преодолеть даже небольшое расстояние. Нога пока слушалась плохо.

Когда флаер спустился и твёрдо встал посадочными стойками на покрытие, из таверны вышел сам хозяин, а из окон высунулись любопытные посетители.

– Здоров! Видел бой. Молодца! – невозмутимо поздоровался Гула, когда Терри почти вывалился из флаера.

– Привет. Я по делу, – Терри тоже не стал расшаркиваться, – но сначала я бы поел. Есть рыба свежая? И пиво?

Гула посмотрел на хромающего Терри и понимающе кивнул:

– И пиво есть, и виски есть. И рыба. Утром наловил. Проходи.

Гула усадил Терри отдельно от всех – на веранде. И быстро принёс заказ. С огромной плоской сковородки с самогреющимся дном, на которой лежали куски только что поджаренной на открытом огне рыбы, шкворчало и брызгало. Домашний хлеб был мягким, с прожаренной корочкой. В кружке, похожей на небольшой бочонок, пенилось сваренное в деревенской пивоварне пиво. И Терри стало уютно, словно он вернулся домой. На соседнее плетёное кресло с таким же бочонком уселся Гула.

– Я вместо себя помощника оставил, помнишь, парнишка такой шустрый из дома напротив твоего?

Терри кивнул. Парнишку он не помнил. Просто так кивнул, что-то объяснять было лень, вообще было лень даже открывать рот и говорить. Солнце, готовившееся закатиться за горизонт, не слепило глаза, океан ровно шумел, хотелось спать. Но Гула ждал объяснений, и Терри отставил пиво.

– Мне нужны записи с камеры наблюдения, помнишь, я устанавливал над дверью таверны? Она работает?

Гула почесал бороду.

– Не проверял. Не нужна была. Сейчас вроде спокойно всё. Вчера гоняли опять придурки какие-то ночью, но обошлось.

Терри напрягся.

– Какие придурки? Во сколько?

– Я не смотрел на часы. Таверну в час, как обычно, закрыл. Пошёл домой…

– Гула, принеси карту памяти с камеры, мне нужно посмотреть на эти гонки, – Терри в нетерпении прервал рассказ.

Хозяин ушёл, а Терри на удачу скрестил пальцы. Если повезёт, то будет от чего оттолкнуться в расследовании. Но может и не повезти. Неизвестно, работает ли камера, имеют ли отношение эти гонки к исчезновению Ники. И будет ли запись достаточно четкой, чтобы различить что-то, кроме силуэтов. Всё-таки ночь.

…Непонятно, повезло или нет… Терри уже в который раз прокручивал эпизод с погоней на планшете, к которому подключил карту памяти с видеокамеры. Да, это была именно погоня. Впереди на мощном байке неслась Ника – в комбинезоне, с развевающимися из-под шлема волосами. Байк был тот самый, который Терри видел вчера на месте аварии. ПИЧ-водитель почему-то сидел сзади. А преследователи… Терри остановил кадр. Преследователи на трёх мотобайках поменьше пытались взять рвущийся вперёд байк в кольцо. Никаких деталей не видно. Время на камере – час пятнадцать ночи. Темно. Гула, когда закрывает таверну, обычно гасит все фонари вокруг, оставляя только небольшой светильник над дверью.

Терри повернулся к хозяину, молча курившему трубку.

– Гула, а ты не видел, тех, кто гнался? Какие мотобайки? Кто за рулём, в какой одежде? Цвет и форму шлема?

– Я же говорю, уже шел домой. Когда вернулся посмотреть, что за шум, дорога была пустая.

Терри в сердцах стукнул по столу кулаком, покосился на костяшки пальцев, залепленные пластырем, и с силой отодрал липкую полоску.

Гула пыхнул дымом и продолжил:

– Какие-то ребята крутились тут. Перед закрытием. Я приглядывал, мало ли. Ничего не заказывали. Потом сорвались и умчались в сторону полуострова. Лиц не видел, шлемы не снимали. А байки видел. Спортивные. Не рухлядь. На боках знак: жёлтую полосу перечёркивают чёрная и синяя. Наискосок. Вот так.

Гула нарисовал пальцем на столике расположение полос. Терри неверяще смотрел на столик. Он знал, кто катается на таких байках.

Гула докурил трубку и постучал ею, вытряхивая остатки табака.

– Расскажешь? – он кивнул на флаер возле таверны.

Терри думал о своём.

Ночью. Ночью он пойдёт в бар, вывеска которого отмечена жёлто-чёрно-синими полосками, как нарисовал пальцем Гула. Как метка, символ или эмблема. Посмотрит, послушает. Проследит. А пока…

Терри очнулся и повернулся к хозяину таверны.

– Расскажу. Это не мой агрегат. Я на полуострове был, у Беллами.

– Это дочка Беллами на том видео? – догадался Гула, и пояснил: – С утра новости смотрел. Исчезла. Нашли только мотобайк. Будешь её искать?

Терри доверял ему, поэтому сейчас соображал, что можно сказать, а о чём лучше промолчать. Как частный детектив Терри не мог разглашать информации о клиенте и расследовании, а здравый смысл шептал, что Гула —свой, и ничего страшного не случится, если он узнает некоторые подробности.

– Все на ушах стоят. Полиция, военные, служба безопасности, ещё частных детективов подключают. Единственная наследница, вот так.

– Всем флаера раздают? – Гула хитро улыбнулся, даже не улыбнулся, а дёрнул уголками губ. Получилось насмешливо.

Терри развёл руками. Мол, сам всё понимаешь.

– Много сказать не могу. Но да, Беллами – мой клиент теперь. А хочешь, – у Терри загорелись глаза, он вспомнил, как Андор провёл его по некоторым цехам, демонстрируя действие той самой секретной технологии, данные о которой содержались в похищенном инфокристалле. Терри до сих пор был под впечатлением от этой экскурсии, – я тебе про новых роботов расскажу, которых на полуострове делают?

И, не дожидаясь согласия Гулы, начал:

– Это киборги-солдаты. От людей не отличить. Внешне – точно не отличить. А так я с ними не разговаривал. В разных помещениях проходят разные испытания. В одном киборги дерутся между собой. В другом – разработчики отлаживают им программу по обращению с боевыми ножами. Ну и последнее помещение ¬– с движущимися мишенями. Для огнестрела. Потом, Беллами так сказал, на какой-нибудь необитаемый остров их высадят и там на две команды поделят, кто выживет, тех дальше будут совершенствовать…

– Баловство, – подытожил Гула, – не может робот человека заменить на войне. Три закона роботехники.

Терри осёкся. Не баловство. Он вспомнил, что его напрягло. Абсолютно бесстрастные лица киборгов. Среднего роста, гибкие, одетые в лёгкие тёмные хлопковые костюмы, они не производили впечатления крутых парней. Но то, как они метали ножи и стреляли… Без ошибок. Стопроцентные попадания. Когда один из солдат внезапно посмотрел прямо на Терри, тот заметил, как радужка искусственных глаз поменяла цвет с коричневого на оранжевый, и понял: киборг сможет убить. Военные обязательно придумают, как обойти три закона. А вот если это самое секретное открытие не к военным попадёт, а к бандитам (Терри мысленно воспроизвёл видео, где за Никой Беллами, укравшей кристалл с информацией «Беллами/Роботикс», гнались трое), то всем мало не покажется.

– Пора мне, – Терри отодвинул кружку с недопитым пивом.

– Заглядывай, – Гула пожал протянутую руку и остался сидеть, глядя на равнодушный океан.

Бар стоял на углу, на пересечении двух улиц, сверкая фасадами на обе стороны. Работал, как гласила надпись на дверях, круглосуточно. Толкнув дверь, Терри оказался в полумраке плавающего в воздухе дыма. Детектив огляделся. Интерьер был выполнен в деревенском стиле. Грубо сколоченные скамейки, широкие деревянные столешницы. Этот бар возле Портового клуба принадлежал Сипатому Сэму и имел дурную славу, как и все развлекательные заведения в Портовом районе: тотализаторы, бордели, казино. Каждое из этих гнёзд порока на вывесках с названиями имело рисунок из трёх полос: жёлтая, перечёркнутая чёрной и синей. Такой вот знак принадлежности.

Прежде чем идти в бар, Терри посетил своего старого друга. Они вместе выживали в приюте, куда двенадцатилетнего Терри отправила социальная служба после смерти родителей. А потом вместе учились в военной Академии, только Терри хотел быть разведчиком, а Борис сразу ушёл на киберфакультет и теперь владел небольшим магазинчиком, где торговал легальным оружием. И лицензию имел. Всё было законно. В торговом зале магазина. А за стеной зала находился склад, из которого в ещё одно подсобное помещение вела дверь – неприметная с виду, но мощная, оснащённая тремя хитрыми замками. За дверью располагалась мастерская. В ней Борис создавал свои специфические игрушки – переделывал из военных девайсов. Он добавлял к схемам свои разработки и получал отличные от оригинала устройства для шпионажа, приспособления для скрытой записи разговоров, наножучки для слежения и много ещё чего. Все стены мастерской занимали витрины с автоматическим, холодным и травматическим оружием, тоже модифицированным, а рядом с оружием, тут же, на полках, лежали средства защиты от него.

Терри купил тоненький гибкий бронежилет и нож с мгновенно выбрасывающимся лезвием, хотя шёл к приятелю только за ламфоном – устройством, способным на расстоянии незаметно слушать разговоры.

…Терри уверенно шагнул внутрь и прошел дальше, стараясь не хромать. Он остановился посреди зала и осмотрелся вокруг, выглядывая себе место незаметнее и мысленно чертыхаясь из-за того, что в баре было слишком накурено. Плотный дым мог помешать его задумке.

– Привет, Наварра! – знакомый бармен, завсегдатай октагона, кажется, его звали Аркан, махнул приветственно рукой. – Говорят, ты выбыл из поединков?

Бармену приходилось напрягать голос. В помещении стоял смешанный гул от разговоров, музыки и шарканья ног.

– Первое пиво за счёт заведения! – бармен толкнул бутылку с пивом по гладко полированной поверхности стойки. На другой стороне её подхватила официантка и подошла с бутылкой и чистым стаканом к Терри, который всё ещё осматривался.

– Ищешь кого-то особенного? – официантка глумливо хихикнула. – Хочешь девочку? У нас есть на любой вкус. Или таблетки? Для удовольствия.

Терри забрал у неё пиво и стакан, ничего не ответил и ушёл в конец зала. Место, которое он облюбовал, отвечало всем нужным параметрам. Его столик стоял в глубине, в тени, а остальные столы были как на ладони. И через прозрачные плафоны, свисающие с потолка на длинных витых шнурах, отчётливо светились лампы. Стараясь делать всё как можно незаметнее, Терри достал детали, рассованные по карманам, и собрал на колене крошечное устройство – тот самый ламфон. К мочке уха прикрепил плоскую прозрачную капельку – наушник. Устройство пока отложил. Налил пива и оглядел зал, выбирая первую жертву. «Чем ты ближе, тем лучше ламфон распознает речь, – так сказал Борис. – Направишь лазер на лампу, возле которой сидит тот, за кем следишь, луч отразится от поверхности лампы, и приемник считает колебания давления воздуха. Эти колебания как раз и создаёт человеческая речь. Специальный блок, который я поместил в ламфон, расшифрует и преобразует эти колебания обратно в слова, и ты услышишь их в наушниках. Только следи, чтобы на пути луча не было преград».

Замысел Терри состоял в том, чтобы послушать разговоры пьяных посетителей. Кто-то да проговорится, надеялся он. Про байки, покрашенные в цвета Сипатого Сэма. Про погоню, про кристалл. Не может быть, чтобы в зале не было никого, кто в курсе дела. Это только предположение, конечно, но… Здесь собирались рэкетиры Сэма, бойцы из его команды, которых он выставлял на поединки в октагоне, те, с кем он делал дела: продавал и покупал наркоту. Если не здесь, то где ещё искать упоминания о вчерашнем происшествии?

– Кого ищешь-то? – перед Терри снова стояла официантка с картой меню. – Так хочешь девочку?

Терри быстро сделал заказ и спросил:

– Сэм у себя? Мне бы увидеться.

– А я знаю? – девица удивилась. – Вон у Аркана спроси, – она кивнула в сторону бармена и ушла, развязно вихляя тощим задом, обтянутым дешёвой короткой юбкой.

Дойдя до Аркана, девица обернулась, убедилась, что Терри не смотрит в её сторону и, перегнувшись через стойку, что-то шепнула бармену на ухо. Тот хмуро кивнул.

Терри наконец выбрал для своего эксперимента первых клиентов. Трое парней в кожаных жилетах, надетых на голые изрисованные татухами тела, о чём-то шепталась, наклонившись близко друг к другу. Он направил луч ламфона в сторону светильника над столом парней.

…купил новую пушку, вместо той, что утопил в прошлый раз, когда грузовик с контрабандой гнал через границу…

Не то. Терри передвинул луч на лампу соседнего столика. Там вроде никого подозрительного не было, но мало ли.

…ищет тех, кто вчера напал на наших…

Не то. Снова сдвинул луч.

…у неё такая задница, что лучше держать ноги крестиком…

…думал все, выиграл, а у козла в руках козырной туз оказался…

Терри понял, что затея была не такая уж и удачная. Но упрямо продолжал двигать луч.

…в больнице муниципальной лежит, кровью харкает…

…в мастерской купил по дешевке…

…вчера от «Поцелуя дьявола» чуть не сдох, круто забирает…

Терри остановил движение луча. Про «Поцелуй дьявола» он знал понаслышке. Это был новый наркотик, эксклюзивный, очень дорогой. Появился на рынке недавно. Терри бегло осмотрел говорившего. Похож на студента или школьника старших классов. Одет богато. Наверное, мама-папа дают карманные деньги, а он их тратит на наркотики. Не то…

И снова карусель луча по залу. Не то, не то, не то…

И вдруг:

…отдали байки в мастерскую, метку Сэма закрашивают…

– Наварра, ты про Сэма спрашивал?

Терри вздрогнул и поднял взгляд. Перед ним стоял бармен. Он внимательно смотрел на маленькую узкую коробочку прямоугольной формы в руках Терри. Терри, мысленно проклиная так не вовремя подошедшего Аркана, крутанул коробочку пальцами, отложил в сторону и поднялся.

– Да, нужно про ставки на тотализаторе узнать.

– Его сегодня не будет, завтра приходи, – Аркан кинул ещё один подозрительный взгляд на ламфон и пошёл обратно к стойке бара, лавируя между посетителями. Бар к этому времени уже переполнился, шум стоял такой, что Терри едва различал отдельные слова в наушниках. Он чертыхнулся. Из-за того, что в поле прослушки попадала не интересующая его информация, Терри двигал лучом по светильникам уже чисто автоматически. И из-за Аркана не успел определить, за каким столиком услышал про байки с меткой. Терри лихорадочно оглядывал подвыпившие компании, пытаясь на вид определить говорившего. Бесполезно. Терри снова настроил ламфон, и луч с новой силой заметался между столиками. Спустя пять минут Терри услышал в наушниках тот же голос – мягкий, мурлыкающий, неприятный. Терри отыскал взглядом владельца голоса. Парень с виду не представлял из себя ничего особенного, встреть его Терри на улице, подумал бы, что это какой-нибудь автослесарь из сервиса или механик флаеров, но не бандит. И одет он был чистенько – в утеплённую куртку из замши, скорее всего, искусственной. Парень мурлыкнул:

– А девка, сказал, в коме.

Терри насторожился. Похоже, не зря он тут наливался пивом и дышал смрадом пьющих, курящих, плохо мытых людей уже почти два часа. Он придавил рукой капельку наушника как можно ближе к уху, чтобы лучше слышать, но шум горланящих любителей выпить прорывался даже сквозь ладонь. Вдруг в наушниках наступила тишина. Возле нужного столика стояла официантка, та самая, с тощим задом, – она перекрывала путь луча. Парень в замшевой куртке, похоже, собирался уходить. Терри подождал, пока «замша» расплатится, приложив запястье руки к переносному терминалу, потом встал, поманил эту официантку к себе, рукой показывая, что тоже хочет расплатиться. Терри торопился, стараясь не выпускать из виду парня, и не обращал внимания на фальшиво призывные взгляды официантки. Ему повезло. Парень задержался перекинуться парой слов с каким-то знакомым. Едва оплатив заказ, Терри почти бегом пересёк зал, выскочил на улицу и не увидел, как бармен внимательно проводил его взглядом.

Терри приехал к бару Сэма на своём мобиле. Надпись фаната он стер, и теперь машина не выделялась среди таких же колымаг, припаркованных вдоль дороги. В этой части города со стоянками было плохо, поэтому все просто ставили машины недалеко от бара. Ещё несколько мобилей находилось в боковом переулке. Туда и свернул парень в замше, вышедший из бара.

Терри накинул капюшон куртки на голову, двинулся за ним, стараясь идти бесшумно и прячась за деревьями, хотя в такой темноте можно было не скрываться. Фонари горели через один и неярко, луна таилась за сплошной облачностью – в общем, самое время для криминальных разборок. Ночь. Темно. Безлюдно. Парень добрался до своей машины и протянул к стеклу руку, чтобы отключить сигнализацию. По внешнему виду машины парня нельзя было сказать, что её владелец успешен, скорее наоборот. Низенький мобиль, с дверцами, открывающимися вручную, а не как у Терри, отъезжающими автоматически. Терри сделал последние несколько шагов и встал у парня за спиной. Тот, не заметив появившуюся тень, снял машину с сигнализации и отодвинул дверь авто. В нос Терри шибануло запахом какого-то строительного мусора. Терри аккуратно выглянул из-за плеча парня и посмотрел в салон. Так и есть. Мешки со смесями заполняли всё заднее пространство мобиля.

– Да ты у нас строитель, что ли?

Голос из-за спины, шепчущий в ухо, произвёл необычный эффект, не тот, на который рассчитывал Терри. Он предполагал, что парень просто вздрогнет и при допросе станет более податливым. Парень же присел от страха и схватился за ручку двери. Дверь стала закрываться, парень потерял равновесие и завалился на машину. Терри всё это время с удивлением смотрел на странные манёвры парня.

– Эй, успокойся! Я просто задам тебе несколько вопросов!

Парень осторожно оглянулся, оторвался от машины и принял независимый вид. Наверное, он хотел выглядеть уверенно, но получалось не очень.

– Ты кто?

– Неправильный вопрос, – Терри усмехнулся, – попробуй ещё раз.

– Что тебе нужно?

– Вот! – Терри назидательно поднял вверх указательный палец. – Что мне нужно? Мне нужно кое-что узнать. Я случайно услышал в баре, как ты рассказывал про вчерашнюю аварию. И я…

Терри не успел договорить, парень оттолкнул его и помчался по переулку, натыкаясь в темноте на автомобили, отталкиваясь от них и снова устремляясь вперёд. Машины замигали сигналками, завыли, в переулке сразу стало светло. Ослеплённый после темноты парень замедлился, и Терри наконец его нагнал. Схватил за шкирку и потащил к подъезду старой высотки, стоявшей чуть в стороне от остальных, стеной выстроившихся вдоль переулка. Дёрнул на себя дверь, и они ввалились в слабоосвещённый тамбур.

– Ты придурок? – прошипел он. – Если из бара на шум выйдут приятели Сэма и увидят нас вместе, нам обоим будет нехорошо, не сомневайся. Но я детектив, а ты просто трепло, поэтому меня в конце концов отпустят, а тебя вряд ли. Так что стой тихо.

Терри немного приоткрыл дверь на улицу и посмотрел в щель. Несколько теней металось по переулку, машины, у которых сработала сигнализация, одна за другой переставали орать, и через пару минут всё стихло. Он выждал на всякий случай ещё немного и вытолкнул парня наружу.

Теперь Терри уже не отпускал его от себя ни на шаг.

– Давай, не тяни. Какие байки перекрашивают, кто был на байках, где держат девчонку, которая в коме.

– Я ничего не знаю! Отпусти! – глотая слова, заверещал парень.

– Я тебе заплачу за информацию. Налом, – попробовал Терри подобраться с другого боку.

Парень молча мотал головой.

– Я правда… – снова начал он, и Терри почувствовал, как теряет самообладание.

Он старался держать себя в руках, уговаривал не поддаваться гневу, ему нужна была информация, а этот мурлыкающий придурок никак не сдавался. Терри достал пистолет и грубо сунул парню под нос, при этом раскровенив тому ноздрю. Парень затрясся, но продолжал мотать головой.

И Терри понесло. Зная, что в таком состоянии он может перестать себя контролировать, Терри засунул пистолет обратно и зарычал:

– По-хорошему не понимаешь, урод? На!

Терри двинул локтем парню в рёбра, тот попытался вывернуться, но Терри держал его крепко. Размахнувшись, ударил несколько раз в живот. Парень перестал сопротивляться, присел, облокотившись на стенку дома, одной рукой схватившись за живот, другой закрывая лицо. Сквозь пальцы текла кровь.

– Говори, сука, где девчонка?

– Я не знаю, я…

Терри снова ударил.

– Я только слышал разговор, – провыл парень.

Терри скрипнул зубами, гася ярость, и выдавил:

– Дальше!

– У Сэма перед кабинетом, который в клубе, коридор есть. Там на днях драка была, два качка что-то не поделили и… – зачастил парень, косясь на тяжело дышащего Терри.

– Пропусти подробности!

– Я и говорю, качки, когда дрались, повредили стену, я восстанавливал.

Терри начал соображать. Он уже почти пришёл в себя и понял, что парень, похоже, действительно строитель, работал рядом с кабинетом Сэма и слышал какой-то разговор.

– Сэм с кем-то разговаривал по громкой связи.

– Он его как-то называл? Ну, того, с кем разговаривал?

– Вилли… Кажется… Да, точно, Вилли. Сэм спрашивал, что делать с девкой, а этот Вилли отвечал, что девка в коме, и пусть Сэм сам разбирается со своими бойцами и с ней. И чтобы никаких следов. Сэм потом вызвал дежурного по клубу и отдал распоряжение отвезти байки на перекраску.

– Всё?

– Да.

– А он что-нибудь говорил про… – Терри вовремя прикусил язык. Хотел спросить про кристалл, но не стал. Подумал, что парень через пару часов начнёт соображать, свяжет исчезновение дочки Беллами с вопросом Терри о инфокристалле и пойдёт трепать языком.

Парень ждал, но Терри спросил про другое:

– А кто это – Вилли?

Он отвлёкся всего на секунду – вытащить сигареты из кармана, поэтому не увидел, а скорее почувствовал, что парень выскользнул у него из рук и упал. Ничего не понимая, Терри смотрел на затылок парня, лежащего у его ног ничком. На затылке расплывалось кровавое пятно. Терри дёрнулся, чтобы достать пистолет, но не успел. В голове от боли вспыхнул разноцветный фейерверк, и он потерял сознание.

– Бу-бу-бу…

Терри очнулся от невнятных голосов. Он открыл глаза и ничего не увидел. Темно, холодно и сыро. Терри попробовал пошевелиться. Руки связаны. А во рту кляп. Он медленно, с усилием, начал тискать языком вонючую тряпку во рту, наконец, смог вытолкнуть её и вдохнул. Пахло водорослями и мокрыми камнями. Где он? В голове гудело, время от времени всплывало лицо незнакомого парня, которого он за что-то бил, потом фейерверк от сигналящих машин и кажется… Кажется… Голову словно скрутило огненным обручем, как тогда, на войне, от взрыва снаряда. И Ная…

– Ная утром звонила Кобре. Груз придёт послезавтра ночью.

Что? Ная? Где Ная? Терри показалось, что в темноте светится тоненькая фигурка и машет ему рукой, словно зовёт. Он попытался вскочить, дёрнулся, ударился головой о каменную влажную стену и замычал, чувствуя, как щекам стало мокро.

Впервые Терри увидел Наю, когда в составе спецкорпуса оказался на одном из островов архипелага Святой Терезы. Войска были брошены на подавление освободительных бунтов. Повстанцы не могли оказать приличное сопротивление спецвойскам, поэтому рассеялись в горах, устраивая засады и нанося мелкие болезненные удары. Разведвзод, которым командовал Терри, без устали носился по сопкам и нагорьям, выискивал укрытия боевиков, и передавал по рации их координаты. Разведывательные дроны, многократно испытанные в бою, по непонятной причине именно в горах отказывались работать. Какое-то неизвестное магнитное поле сразу выводило из строя их аккумуляторы. Приходилось воевать по старинке, используя рацию и собственные ноги. После передачи координат следовало мгновенно уйти в укрытие, потому что воздух практически сразу наполнялся пронзительным воем миномётных снарядов. Однажды взвод всё-таки накрыло, от взрыва всех разметало по склону, Терри контузило, в живот попал осколок, вырвав кусок мяса, он ничего не слышал, не видел, и словно провалился в жуткий, наполненный пытками омут. Пришёл в себя, когда почувствовал, что по лицу стекают струйки воды, а к раскалённому от боли черепу кто-то прикладывает мокрые холодные листья, похожие на лопухи, отчего набат в голове ненадолго стих.

Терри открыл глаза, обвёл взглядом мшистые стены небольшой пещеры и увидел у входа местную девушку. Совсем молоденькую. Раскосые глаза, смуглая кожа и чёрные волосы, заплетённые по местному обычаю в три косы. Она показала на себя и произнесла: «Ная». Терри от изумления дёрнул головой и, сражённый страшным приступом боли, отключился снова. В следующий раз он очнулся, когда лунный свет проник через щель у огромного валуна, который свалился сверху после бомбёжки и теперь прикрывал вход в пещеру. Терри приподнялся, опираясь на руку, и попытался сесть. Сел и, несмотря на кровавую паутину перед глазами, оглядел своё временное пристанище. Наю он увидел возле противоположной стены, там, где друг за другом расположились четыре неаккуратных продолговатых холмика. Два совсем свежих, земля пополам с камнями ещё не успела высохнуть и превратиться в пыль. Ная оглянулась на Терри, приблизилась, некоторое время внимательно смотрела на него чёрными глазами, затем, подходя к каждой могилке, будто познакомила со своей семьёй. Перечислила, показывая рукой поочерёдно: «Ма», «Па», «Ба», «Ти». Последней мыслью Терри перед тем, как он стал валиться на бок и в очередной раз потерял сознание, было: «Она ненормальная».

На следующий день в пещере не было Наи, зато перед Терри стоял маленький седой старик. Он держал в руках помятый солдатский шлем с похлёбкой, горку свежих влажных листьев для примочек и показывал на глиняную чашку с белым порошком. Посыпав им рваную рану у Терри на животе, старик выпрямился, произнёс, тыча пальцем себя в грудь: «Вэй» и спустя минуту, когда Терри отвлёкся, исчез, будто растворился.

Девушка вернулась через два часа. Тоненькая фигурка с трудом протиснулась в узкую щель между валуном и стенкой. Она подошла, низко склонилась над Терри, который мгновенно притворился спящим, и проверила пальцем, подсохла ли кожа на ране. Терри ощутил нежный, едва уловимый запах, исходивший от кожи и волос девушки. Тонкая прядь выбилась из косы и нависла над грудью Терри, щекоча. Он дёрнулся и открыл глаза. Притворяться дальше не имело смысла. Он разглядывал Наю откровенно, по-мужски. Слишком нежная. Слишком красивая. Слишком юная. Терри отвёл глаза. Сколько ей? Пятнадцать? А Терри почти тридцать.

Уже несколько дней он жил в пещере с Вэем и Наей, и ему совсем не хотелось возвращаться на войну. Рана на животе заживала медленно, но заживала. Нечем было сшить безобразно развороченные края отверстия, оставшегося после удара осколка. Ная только стянула их тугой повязкой, шрам получится толстым, но кого это волновало? Терри? Нет. Его волновала Ная. Он следил за её передвижениями по пещере с какой-то звериной тоской. Вот она бросает лепёшки из теста в котёл со шкворчащим жиром, загораживается от жара, поворачивая порозовевшее лицо. Вот она убирается возле могилок, выметая несуществующий сор, поправляя края, что-то бормоча. Толчёт белый порошок, которым посыпает живот Терри. И её девичья грудь от движения руки с толкушкой тычется в тонкую рубашку, обозначая твёрдые соски.

Это произошло в день, когда погиб Вэй. Утром он вышел из пещеры, а вечером измученная Ная, с мрачным лицом и грязными потёками от слёз на щеках, притащила его тело и принялась молча раскапывать землю возле стены. Для пятой могилы. Терри подполз и стал помогать. Руками он отгребал мягкий серый грунт, плоским куском камня углублял яму. И шептал Нае, которая не понимала его язык, нежные успокаивающие слова. Они вместе завернули тело старика в холщовую ткань, уложили на дно могилы и насыпали очередной холмик. Ная накидала на холм головки цветков. Тех самых, из которых получался лечебный порошок. Цветы пряно сладко пахли, навевая тоску по чему-то несбыточному, и Ная вдруг зарыдала. Она упала на грунтовый пол пещеры, её худенькое тело сотрясалось от громких всхлипов. Терри оцепенел. Как помочь? Погибла вся семья, и он был к этому причастен. Наверное, сейчас девушка ненавидела его.

Терри добрался до лежанки, отвернулся к стене и ждал, когда Ная успокоится. Но вдруг почувствовал, как руки девушки обняли его и с силой прижали к груди, заставив задохнуться от счастья. Всю ночь они любили друга, как могут любить два покалеченных войной человека, понимая, что будущего впереди может и не быть.

– Бу–бу–бу…

Терри снова очнулся и резко, до боли закусил губу. Светящаяся фигурка пропала. Он приказал себе не вспоминать. Ная погибла. Кончено. И его сейчас тоже убьют, если он будет бездействовать. Терри прислушался, стараясь не обращать внимания на жгучую боль в затылке. Пошевелил связанными ногами. Джинсы намокли. В ботинках хлюпало. И вода как будто прибывает. Это… Прилив?! Чёрт, неужели?! Неужели это катакомбы? Печально известные всей полиции портовые катакомбы, где контрабандисты прятали товары, откуда в океан выносило трупы, иногда со следами пыток. Туннели начинались в трущобах на окраине города, возле портовых трейлеров, а заканчивались на берегу океана. Прилив погружал в воду часть ходов с гротами и штреками, и лучшего места, чтобы скрыть следы преступления, найти было трудно. Терри передёрнулся от отвращения, представив своё вздутое от морской воды тело, выдавленное из катакомб в океан отливом.

Верёвки разбухли от влаги и впились в запястья. Терри лежал на боку со связанными впереди руками. В рёбра что-то больно давило. Терри попробовал сдвинуться, у него получилось только с третьего раза. Он отполз чуть назад и ощупал камень, на котором лежал. Крупный, шершавый. То, что надо. Терри обхватил его связанными руками, поднял и что есть силы ударил о каменную стену, потом ещё раз, и ещё. Камень раскололся. Терри прислушался. Никто не бежал, но и разговор, это едва слышное «бу-бу-бу», смолк. Терри затаился, принял прежнюю позу, не выпуская из руки отбитого каменного куска с острыми зазубренными краями. Никто не пришёл, и Терри принялся тереть верёвку о каменный кусок, зажав его между коленей. Через полчаса Терри освободил руки. Через пятнадцать минут – ноги. Ещё минут пять ушло на то, чтобы вернуть ногам кровообращение. Они застыли от ледяной воды и плохо слушались, разбитое колено болело. Терри ощупал карманы куртки – пусто.

Хорошо обыскали, уроды. Но нашли не всё. В брюки был вшит маленький потайной кармашек, там как раз помещалась короткая пластиковая заточка. На все случаи в жизни. А если её зажать между согнутыми пальцами, то можно пользоваться как оружием. Терри поднялся с заточкой в руке, двигаясь как можно медленнее, давая измученному телу налиться силой. Постоял, решая, в какую сторону идти. На звук голосов? Или искать выход и выбираться, пока не обнаружили, что он освободился от верёвок? Почему его не убили сразу? Для чего он им нужен? И кому – им? Вот именно, кому? Нужно выяснить, кто его похитители. Ясно одно. Его ударили в момент, когда он выпытывал о Сэме и таинственном Вилли, который явно имел прямое отношение к исчезновению дочки Беллами. Значит, похитители что-то знают. Нужно идти на голоса. Судя по всему, это не так уж и далеко. Отдельных слов не разобрать, когда говорят тихо, а вообще звук слышно вполне отчётливо. Терри двинулся к выходу из штрека. Его мутило и шатало. Он прошёл шагов двадцать, держась за стены, повернул и увидел, как впереди замерцал свет.

Как выяснилось, Терри ошибся. До голосов было далеко. Возможно, из-за того, что под землёй тише, чем на поверхности, и эхо усиливает звуки. Терри пошёл на свет по длинному туннелю. После темноты глаза заслезились, и всё вокруг превратилось в размытое пятно. Он немного постоял, привыкая, потом снова пошёл. Получалось шумно. Размокшие ботинки при каждом шаге тяжело бухали о твёрдый пол, разнося по туннелю глухой перестук. Терри выругался вполголоса и начал подволакивать ноги, пытаясь уменьшить шум. Босиком он смог бы подобраться к голосам совершенно бесшумно, не зря в разведвзводе его прозвали Шелестом, но Терри боялся напороться на что-нибудь острое и пораниться, тогда он стал бы для врагов совсем лёгкой добычей.

Свет становился всё ярче. За поворотом отчётливо слышались голоса и звуки шагов – судя по всему, разговаривали двое.

Терри, стоя в тени, вжимался во влажную стену и перебирал варианты. Ну, выбирать было особо не из чего. Вариантов всего два. Первый: неожиданно напасть на тех двоих, что за стеной. Одного связать, другого заставить вывести Терри из катакомб. Второй: послушать, что эти двое говорят, подождать, когда они уйдут, и пытаться найти выход самостоятельно. Второй вариант Терри отмёл сразу, потому что время играло против него. Неизвестно, уйдут ли они вообще, неизвестно, какие инструкции эти ребята получили на его счёт.

– А что с тем дерзким, который в дальнем штреке лежит? Куда его?

– Кобра всё выяснил. Это какой-то частный детектив. Выпытывал у парня со стройки про девку Беллами. Кобра сказал: «На корм рыбам». Всё перетащим, потом сделаем его.

Значит, бой. Но он, Терри, не идиот, чтобы с одной маленькой заточкой в руке, избитый так, что, казалось, нет ни одного места на теле, которое бы не болело, драться в открытую с двумя полными сил противниками. Нет. Не идиот. Нужна хитрость.

…Двое мужчин, один в гавайской рубахе и длинных шортах, второй в майке и армейском полукомбинезоне, оба невысокие, но плотные, таскали большие, но на вид лёгкие тюки в просторной овальной пещере. Вокруг витал сладковато-приторный, почему-то знакомый, запах. Светильники, подвешенные к потолку, давали достаточно света. У входа стоял стол с разным барахлом, сваленным как попало, и два стула.

Терри мгновенно осмотрел помещение и отметил эти подробности, пока падал. Успел только громко жалобно прошептать:

– Меня похитили! Помогите!

Наступила тишина. Потом послышались осторожные шаги. Двое склонились над Терри. Он не подавал признаков жизни.

– Это же тот, дерзкий… Из штрека… Детектив! Как он смог…

Больше никто ничего сказать не успел. Рука Терри метнулась вперёд и вверх с зажатой между согнутых пальцев заточкой, и тот, что был в гавайке, рухнул на пол, хрипя и держась за располосованную шею.

Второго Терри ухватил за майку, резко притянул его голову к своему лицу и с силой укусил за ухо, затем повалил ошалевшего от боли мужика на пол и уселся сверху, придавив ему руки. Кинул быстрый взгляд на первого. Тот уже не хрипел – лежал, раскинув испачканные в крови руки, и мёртво смотрел из-под полуприкрытых век.

– Меня приказал убить Вилли? Где он? Кто такой Кобра? Его помощник? – Терри придавил прокушенное ухо мужика свободной рукой. Тот заорал от боли, потом с ненавистью выплюнул:

– Пошёл ты на хер, сука!

Вдалеке послышался топот множества ног. Терри посмотрел на мёртвого врага, перевёл взгляд на живого. Тот замер. Но страха в его глазах не было. Только обречённость. Терри понял, что бандит тоже слышит приближающихся дружков, но не верит, что они успеют его спасти. И всё равно ничего не скажет. Терри уважал таких врагов, поэтому просто отключил ему сознание, нажав на болевую точку возле ключицы. Потом поднял голову и прислушался – топот стал громче. Терри поднялся и выскочил из пещеры, выбирая путь. Направо или налево? Судя по звуку, враги приближались справа, впереди туннель, по которому Терри сюда добрался и который вёл в тупик, значит, ему нужно бежать влево.

Терри бежал, петляя в лабиринте темных коридоров, интуитивно выбирая направление к океану. Он отлично плавал, а это был шанс на спасение. Катакомбы не могли уходить далеко под воду. Все природные гроты, а также сотворённые человеком штольни и штреки должны заканчиваться у самого берега, пусть сейчас они и затоплены приливом. А значит, выбраться будет можно. Терри поворачивал туда, где уровень воды был выше, постоянно прислушиваясь к шуму позади. Он освещал себе путь фонариком, который успел прихватить со стола в овальной пещере.

Из бокового штрека потянуло мерзким ароматом. Этот запах был знаком Терри с войны – так пахли начавшие разлагаться трупы. Он направил туда луч фонаря. Внутри, ожидаемо, лежал покойник. От света крысы, сидящие на теле, шарахнулись в стороны. Ноги мертвеца лежали в воде. Его притащили сюда, скорее всего, вчера, сразу после прилива, в надежде, что сегодня труп вынесет в океан. Похоже, направление Терри выбрал правильное, дальше есть выход. Нужно туда! Но Терри медлил. Преследователи догадаются, что он побежал в ту сторону. И неизвестно, сколько до океана. Могут догнать. Они дорогу знают, а он будет искать и потеряет время. Нет. Он пошёл дальше и через тридцать метров увидел вход в такую же штольню, только пустую. Терри двинулся вглубь, навстречу прибывающей воде. Услышал возгласы из коридора – догоняющие о чём-то заспорили. И голоса стали удаляться. Терри усмехнулся. Он оказался прав, его пошли искать туда, где лежал труп.

Луч фонаря выхватил из темноты сплошную стену и узкую вертикальную расщелину, откуда хлестала вода. Тупик. Выход в океан был только через эту расщелину. Терри прислушался. Голоса стали громче, значит, враги не нашли его и возвращаются. Сейчас заглянут сюда – и всё. Конец. Он ещё раз осветил фонарём трещину, через которую лилась вода. Если протиснуться сквозь неё, дальше должно быть пространство, где копится прибывающая вода, которая потом наталкивается на препятствие и выдавливается под напором прилива в щель. А может быть, за стеной сразу океан? Но хватит ли у Терри дыхания?

– Вот ещё одна штольня! Посмотрим там! – услышал он совсем рядом и, больше не раздумывая, втиснул тело в узкий проход. Ему снова повезло. Это вначале проход был узким, дальше он чуть расширился, и Терри смог протолкнуть тело вперёд. Потом он почувствовал, что освободился, и сделал пару гребков, надеясь, что плывёт вверх, а не вниз. В темноте не разобраться. Лёгкие сжались, воздуха не хватало, но Терри всё грёб и грёб. И вынырнул! Правда, ударился головой о свод грота. Между сводом и поверхностью воды было не больше двадцати сантиметров, зато можно дышать. Терри огляделся. А вон и выход в океан. Далеко впереди на поверхности поблёскивали разноцветные огоньки и раздавалось равномерные гулкие удары. Это строили новый причал. Вернее, расширяли старый. Работа велась круглосуточно. И Терри, загребая как можно шире и глубже, поплыл туда.

На узкую полоску берега, усыпанную мелкими ракушками, Терри выбирался уже из последних сил. Стуча зубами от холода, в изнеможении, он смог вытолкнуть на сушу только половину тела, а ноги в тяжёлых мокрых ботинках остались в воде. Чуть отдышался и пополз дальше. Ракушки облепили всю его мокрую одежду, больно кололись острыми обломанными углами, но Терри не обращал на это внимания, главное – вперёд! Наконец ноги почувствовали твёрдую опору. Терри перевернулся на спину, раскинул руки в стороны и снова отдышался. Потом встал, огляделся. Освещения вблизи не было, но то, что Терри выплыл в районе портовых трейлеров, он понял сразу. Убогие контейнеры, хаотичная застройка, наваленный как попало мусор. Течение и ветер сыграли с ним злую шутку. Терри застегнул куртку под самый подбородок, накинул мокрый капюшон на мокрые же волосы, засунул закоченевшие руки в карманы и пошёл, стараясь быть незаметным. Удавалось это плохо, потому что ракушки под ногами издавали громкий хруст при каждом шаге. А когда Терри пересёк ракушечную полосу и вышел на узкую кривую улочку посёлка, где-то залаяла собака. Ей ответила другая, и через несколько минут разноголосый собачий хор сообщил тем, кто уже спал и кто ещё не ложился, что по трейлерному посёлку движется посторонний.

Терри остановился и подождал – вдруг кто-то выйдет проверить, почему лают собаки, но обошлось, и он двинулся дальше, вспоминая, что мимо посёлка проходит дорога, ведущая в порт. По ней ездил грузовой и пассажирский транспорт. Ещё слишком рано даже для служебных и грузовых машин, но солнце вот-вот встанет, так что надежда есть. Кроме грузовиков существует, в конце концов, автопоезд – беспилотник, который гоняет по маршруту город – порт круглые сутки, развозит людей с работы по домам и наоборот.

Когда Терри вышел к магистрали, солнце уже осветило разномастные крыши трейлеров. По трассе проносились редкие машины. От ходьбы Терри немного согрелся и воспрянул духом. Скоро он доедет до дома, и Тесла накормит его.

Терри встал на обочину и, голосуя, поднял вверх руку. Но мобили гнали мимо, объезжая странного человека в мокрой одежде, с избитым лицом, явно вышедшего из трейлерного посёлка. Неприятностей с утра пораньше никто не хотел. Терри снова стал замерзать. Утренний свежий ветерок продувал насквозь его одежду, солнце, едва показавшееся в небе, совсем не грело. Терри подвинулся ближе к центру дороги. Не может быть, чтобы не нашлось кого-то, кто захотел бы помочь. Увы. Его всё также объезжали. Терри психанул. Вот уроды. Идти пешком в город, что ли?! Сил нет. Но, наверное, придётся. Хотя… Терри отступил с обочины, поискал взглядом нужного размера булыжник. Обхватил его двумя ладонями, вышел на середину автострады, услышал шум машины и угрожающе поднял камень над головой. Остановятся, никуда не денутся.

Это была полицейская машина. Видимо, кто-то позвонил в местное отделение и сообщил, что по дороге бродит подозрительный субъект. Копы решили проверить. Терри представил, как он сейчас выглядит, и со злостью отбросил булыжник в сторону.

Полицейская машина остановилась, не доезжая до Терри. Оттуда выскочили двое копов и наставили на него оружие.

– Руки! – крикнул тот, что был ближе. – Подними руки вверх!

Терри показал полицейским открытые ладони, демонстрируя отсутствие чего-нибудь огнестрельного, завёл руки за голову и бодро пошёл навстречу своим спасителям. Копы же его довезут до города? Терри им расскажет, что он частный детектив, что здесь работал, что какие-то придурки его поймали, избили и…

От удара по почкам у Терри потемнело в глазах. Он молча согнулся, а копы споро принялись обыскивать карманы брюк и куртки. Терри выдохнул:

– Уроды…

Ещё один удар дубинкой пришёлся под колени. Он автоматически присел, полицейский толкнул его в спину, и Терри рухнул головой вперёд в открытую дверь, прямо на заднее сиденье мобиля. Он не успел вздохнуть, как оказался в наручниках, а машина, взвизгнув тормозами, развернулась и помчалась в город.

Дежурный по отделению, которому дорожный патруль сдал Терри с рук на руки, тоже не стал выслушивать историю про то, как детектива избили и ограбили. Спросил о документах, которых, естественно, не было, и покачал головой. Никакого разбирательства.

– Позвоните сержанту убойного отдела Майклу Дайнеко, скажите, что здесь Наварра, – успел выкрикнуть Терри перед тем, как за ним захлопнулась дверь камеры.

Он осмотрел своё временное пристанище. Комната без окна размером два на три метра. В углу на полу – куча какого-то тряпья. Сухого тряпья, отметил Терри. Он содрал с себя мокрую одежду и ботинки. Оставшись только в трусах, зарылся в тряпки и мгновенно заснул.

…Мутная вода подступала со всех сторон, Терри задыхался, пытаясь понять, куда плыть, в каком направлении спасение. Рядом в невесомости парил труп с перерезанной шеей и какие-то большие мешки, от них шел сладкий знакомый запах…

Лязгнул засов отпираемой двери, Терри автоматически, по выработавшейся многолетней военной привычке, откатился в сторону от предполагаемой линии огня и услышал:

– Наварра, выходи. За тобой сержант приехал.

Терри притянул к себе брюки и куртку. Одежда просохла. Сколько же он спал?

– Давай быстрее, Наварра, не тяни!

У стойки дежурного стоял Майкл, он о чём-то трепался с теми двумя копами, которые привезли Терри сюда. Хохот, раздавшийся в ответ на чью-то шутку, показался Терри оскорбительным. Это над кем они смеются? Почка, отбитая дубинкой при задержании, болела. Чесалась отросшая щетина. Воняло от одежды. И вообще, он там, в катакомбах, чуть не сдох сегодня ночью. А они хохочут?

Майкл оглянулся, понял по хмурому лицу друга, что тот вот-вот начнёт грубить, и тогда процедура освобождения затянется. Он быстро попрощался с полицейскими и вытолкал хмурого Терри из дверей на улицу. Они, не разговаривая, дошли до мобиля Майкла.

– Как ты меня нашёл? – Терри быстро оглядел салон машины, заметил смятый пакет из «МакФлаера», выхватил оттуда недоеденный сэндвич и принялся жадно жевать.

– Дежурный дозвонился час назад. Сказал, что тебя идентифицировала камера в участке. Мне сразу позвонили, но я с утра труп вылавливал в гавани. Опять, думаю, выбросило отливом из катакомб. Только что освободился, – Майкл медленно оглядел Терри. – Тебя что, опять били? И воняет от тебя…

– М-м-м, а попить нету? Воды? – Терри пошарил рукой в пакете среди пустых бумажных стаканчиков и смятой упаковки, с сожалением затолкал пакет под сиденье и выжидательно посмотрел на друга.

Майкл отрицательно покачал головой и тронул с места машину:

– Куда тебя, домой?

– Меня в переулок к портовому бару, там, где клуб с октагоном, – Терри вытянул ноги, насколько позволяло пространство впереди, и потянулся сильно, всем телом. – Не хочешь узнать, где я провёл ночь?

Видя, что приятель не особо горит желанием слушать, добавил, подчеркнуто равнодушно отворачиваясь к окну:

– Меня Андор Беллами нанял, – и добавил ехидно: – Не надеется на полицию.

Майкл быстро обернулся к Терри, отчего машина вильнула на дороге:

– Опа! Неожиданно! Вот так вот прямо позвонил тебе, мол, выручай, Наварра? Кроме тебя некому? Беллами? Попросил тебя?

Терри довольно улыбнулся. То-то же. А то «только освободился», «труп в гавани»…

– У меня есть интересные новости, мой полицейский друг. Предлагаю обмен информацией. Я расскажу всё, что узнал от Беллами про побег дочери, вам он наверняка не рассказал подробности, а ты мне о том, что полиции удалось узнать за эти сутки. Ты – первый.

Майкл покрутил головой, пожал плечами, потом сбавил скорость и заговорил:

– Мы опросили знакомых Ники. Выяснили, что у неё есть близкая подруга. Но сейчас она улетела на острова смотреть финал соревнований по дронрэйсингу. Вернётся через три дня. С ней пока не связывались насчёт допроса, но новости она, конечно, знает. Подозреваемый номер один у нас —бойфренд. Характеризуется теми, кто с ним знаком, как смазливый, скользкий, падкий на женщин, не имеющий постоянной работы. Но средства для безбедной жизни у него есть. Сейчас выясняем его прошлое.

– А почему он – подозреваемый номер один? – Терри насторожился. У парня есть деньги, и он не работает. Подработки не в счёт. Не ему ли везла Ника кристалл для продажи? Сказала же она мачехе, что ей нужно ненадолго в город?

– Потому что он сбежал, едва услышав про похищение. Мы сделали запрос на биометрическую идентификацию. Ищут по фото, отпечаткам пальцев, образцу голоса, отслеживают его счёт. Как только система выловит, где он прячется, мы узнаем, почему он скрылся. Ника звонила ему днём из имения. А ещё послала сообщение накануне отъезда из дома: «Скоро всё привезу».

Майкл с превосходством посмотрел на Терри и сделал жест рукой, мол, теперь ты выкладывай.

– Я общался с Андором и его женой.

Терри на минуту прикрыл глаза, вспомнив, как сверкнули на солнце камни в Эвиных серьгах и как этот блеск отразился в голубых глазах жены Андора. Жены заказчика. Чужой жены. Главное правило: никаких близких отношений с заказчиком и членами его семьи. Холодный расчёт.

– А как зовут бойфренда? – отогнал Терри ненужные воспоминания.

– Боб Хантер, а что?

Терри надеялся, что того зовут Вилли, но описание парня никак не тянуло на кого-то, кто мог приказать Сипатому Сэму «подчистить следы». Нет, не тянуло.

– Ну! – поторопил Майкл. Они уже подъезжали к клубу, оставалось пересечь пару кварталов.

– Ника покинула дом в двенадцать с минутами. У неё с собой был рюкзак с прямоугольным предметом внутри. Сейчас ты услышишь информацию, которую никому нельзя рассказывать.

– Она спёрла что-то из дома? Деньги? – Майкл, как охотничья собака, поймавшая след, насторожился, заёрзал на сиденье.

– У Андора в кабинете есть сейф, где он хранит документы, и код от которого никто не знает. Оттуда исчез инфокристалл с секретной информацией. Государственная тайна. Понял?

– Понял, никому.

– Я тебе говорю об этом, потому что ты не трепло, и, возможно, услышишь что-то о кристалле.

– То есть девчонку не просто похитили. У неё забрали этот секретный кристалл, а… Сама она теперь и не нужна. Вляпалась, дура! – сокрушался Майкл, чья двоюродная сестра была примерно такого же возраста, он всегда за неё переживал.

Немного остыв, Майкл спросил:

– А известно, что на кристалле? Так можно было бы выйти на похитителей. Кому нужна секретная инфа, того и будем искать. А то топчемся в неизвестности.

– Версию с бойфрендом надо проверить до конца. Он может быть связан с похитителями. Откуда у него деньги? Что касается кристалла… Там бомба, Майкл. Год назад Андор запатентовал методику преобразования частоты оптического излучения, при которой свет поглощается предметом. И предмет становится невидимым. Но технология была запредельно дорогой. Я не совсем понял, но, кажется, для опытов требовался какой-то крайне редкий минерал. Андор заменил минерал наночастицами золота, это позволило сделать технологический раствор. Если нанести его на ткань или, допустим, оружие, то человеческий глаз перестанет их воспринимать. Нельзя нанести раствор на кожу человека – есть температурные условия. Напыляют при отрицательных температурах в специальных камерах. Но если солдат или киборг, например, оденется в невидимую одежду, а на лицо натянет маску, покрытую таким же слоем… То человеческий глаз воспримет такую фигуру просто как серое пятно. Но и это ещё не всё. Андор сейчас пытается доработать мобильный кристалл с программным обеспечением. Его можно будет внедрить в тело киборга и запустить алгоритм перехода в невидимое состояние. И – вуаля! Тебе придется сражаться с пустотой. Вот теперь скажи мне, кому нужна такая секретная технология?

– Да всем, – Майкл свернул в переулок, где Терри вчера припарковался, и теперь ехал совсем медленно, выискивая глазами знакомый мобиль, – от военных до бандитов. А почему Андор не обратился к военным?

– Обратился. Если военные что-то найдут, Андор сообщит мне. Если полиция на что-то такое наткнётся, ты сообщишь мне. А я буду искать по своим каналам. Вон она… Моя… Машина…

Он выскочил и в растерянности остановился перед тем, что осталось от его мобиля. Двери были закрыты, но все стекла выбиты. Бардачок взломан. В нём Терри держал некоторые «игрушки» для слежения. А вот недавно купленным ножом, похоже, вспарывали материал сидений.

– Сиденья-то зачем? – зло сплюнул Майкл.

– Может, наркотики искали? Деньги? Тайники, в общем, – Терри прижал запястье с чипом к блоку зажигания, движок не сразу, но завёлся, и Терри с облегчением выдохнул. Машина на ходу, остальное не так уж важно. А ремонт ему Андор оплатит. Терри же пострадал, когда расследовал дело о похищении дочери. Кстати, сильно пострадал, его чуть не убили.

– Ты куда сейчас? Поедем ко мне, поедим нормально?

– Не хочу я есть. А кофе буду. И пончики, – буркнул Майкл, – твоя Тесла классно их готовит.

– Будет кофе. И пончики будут. Сейчас позвоню Тесле. Дай свой видеофон, мой где-то в океане плавает.

Терри нашёл в адресах иконку с подписью: «Квартира Терри», надавил на неё пальцем и подождал. Ответит или нет?

– Слушаю, Тесла, – раздалось в динамиках, но экран не подключился.

– Тесла, дорогая, – вкрадчиво начал Терри, – у нас сегодня гости, не могла бы ты…

– Ах ты, маленький негодяй! – закричал голос из динамиков. Терри покосился на друга. Майкл беззвучно хохотал, прикрыв ладонью рот. – Где ты шлялся всю ночь? Я обзвонила все больницы и морги! Ты опять ходил в бордель к этой своей трехкосой су…

– Тесла! – Терри постарался, чтобы в голосе прозвенел металл, иначе роботиху было не остановить. – Мы с Майклом подъедем через полчаса. Нам нужны пончики и кофе. А ещё пару стейков зажарь. Или не надо, потом сделаешь. Выполнять!

В динамиках долго ничего не было слышно, наконец, роботиха ответила:

– Сюда звонил какой-то Мадсен, два раза, – и отключилась.

Терри сунул видеофон в руки Майклу, покопался в истерзанных внутренностях своего мобиля, нашёл измочаленную пачку сигарет и прикурил от гнезда на приборной панели.

– Ну что? Едем? Ты на своей машине, а я на своей.

– Почему Тесла так с тобой разговаривает? Она же домашняя обслуга, – Майкл вытащил свои сигареты и тоже закурил.

– Она же не ПИЧ, она – робот-андроид. Там модификации разные. У неё кроме всего прочего стоит программа «Мамушка и непутёвое дитя», вот она и старается.

– А почему ты её не перепрограммируешь?

– Знаешь, мне иногда нравится вот так с ней пикироваться. Домой приходишь, тебя встречает не равнодушный робот непонятного пола, который услужливо отвечает на вопросы, а такая вот… Мамушка. Будто и правда мать. А я ещё подросток.

Майкл, знавший о том, что родители Терри погибли, а сам он воспитывался в приюте, промолчал.

Терри докурил, оглянулся в поисках гироскутера-мусорщика, не увидел ничего похожего и, бросив окурок на землю, тщательно растёр подошвой ботинка.

– Кроме того, в неё столько программ напихано, что когда я её купил, не стал лезть во все эти внутренности, вдруг что-то повредится. Я тебе потом как-нибудь расскажу.

Когда друзья ввалились домой к Терри, завтрак уже ждал на столе. По квартире плыл густой, вязкий аромат домашней выпечки. Кофе-машина мигала красным огоньком датчика, докладывая, что «процесс завершён». Терри сунулся на кухню, протянул руку к тарелке с пончиками и получил ощутимый удар от Теслы.

– Мыться, – она механически сморщила нос, получилось забавно. – А Майкл может пройти и присесть. Он гость.

Роботиха выдвинула стул, сделала приглашающий жест рукой и снова сморщила нос.

– Хотя… Я определяю запах океана из портовой гавани и трупа, вымоченного в солёной воде. Тебе тоже нужен душ.

– Я же говорю, – прокричал Терри из ванной, где он быстро раздевался, – она детектив почище меня! Тесла, исследуй на запах, когда этот коп последний раз занимался сексом! Выполняй!

Терри от души дурачился. Он стоял под сильными струями, и ему казалось, что вместе с грязной водой смываются ночные страхи, чувство безысходности, когда он стоял перед расщелиной в катакомбах, не зная, сможет ли выплыть, воспоминания о холодном, неприветливом океане и о камере с тряпками на полу в полицейском участке.

Дверь в ванную с грохотом открылась. Взбешённый Майкл прорычал:

– Пусть твоя Тесла заткнётся, или я сам её перепрограммирую!

Терри высунул голову из душевой:

– Всё так плохо с сексом? – и захохотал.

Он включил в душевой кабинке режим «сушить» и постоял в потоке тёплого воздуха, не обращая внимания, как друг ругается, потому что ровное жужжание работающей сушки заглушало голос Майкла. Потом оделся в чистое, поднял с пола испачканные шмотки, сунул их в отсек утилизации и прислушался. Майкл и Тесла почему-то молчали. Терри улыбнулся. Похоже, помирились без него.

На кухне и впрямь царило молчание. Но не мирное, а напряжённое, как затишье перед грозой.

– Давайте есть уже. Потом разберёмся с запахами.

Терри придвинул себе тарелку с пончиками и запихал один в рот прямо целиком.

– Тесла, отменяю последнюю задачу. Ставлю новую, – не переставая жевать, скомандовал Терри. – Установи микрокамеры на нашем этаже, и на двух этажах выше и ниже тоже, выведи информацию с них на домашний планшет. Ещё сигналку на входную дверь поставь, – и пояснил Майклу: – Я во время ночных приключений услышал, как какой-то Кобра приказал отправить меня «на корм рыбам». Он в курсе, что я частный детектив. Это ему, скорее всего, парень рассказал, у которого я хотел кое-что выпытать. Но не успел. Мне дали по черепу, и я очутился связанным в катакомбах. Парень адрес мой не знает, и имя тоже, но на всякий случай пусть Тесла всё сделает.

– А как парень выглядел, ну, этот твой, информатор? – заинтересовался Майкл. Он тоже жевал и не отставал от Терри, но количество пончиков на тарелке не уменьшалось – Тесла постоянно подкладывала новые.

– Куртка из замши, возможно, искусственной. Строитель. Ниже меня на голову. Худой. Руки чистые, без наколок. Голос такой неприятный, мурлыкающий. Чип распознавания личности у него стандартный. В запястье.

– Приедешь в морг на опознание. Твоего информатора я сегодня нашёл в гавани. Думал, наркоман очередной, которому за дозу приятели по башке дали. А получается, вас обоих схватили. Только тебя продержали в катакомбах, пока выясняли, что к чему, а его, как только рассказал всё, что знал, убили. Повезло тебе, что смог сбежать от них и выбраться, – хмуро закончил Майкл.

Они помолчали и, не сговариваясь, закурили.

– Расскажи про катакомбы и про Кобру. Что видел, что слышал. Кобра там, кстати, главный. Это его территория – катакомбы. Слышал про наркотик «Поцелуй дьявола»?

Терри кивнул.

– Делали анализ состава и обнаружили неизвестный растительный компонент. В каталогах планеты такого нет. Прикинь? То есть его культивируют специально, с заданными параметрами. Выращивают где-то, доставляют в порт, а в катакомбах, похоже, производят наркотик и расфасовывают. Вот такая есть информация.

– А Кобра при чём? – Терри уже привык к мысли, что Кобра связан с таинственным Вилли, и оба они имеют отношение к похищению Ники Беллами. Наркотики плохо вписывались в эту историю. А вот в историю с похищением Кобра вписывался отлично. Потому что его люди чуть не убили Терри из-за того, что он спросил про Вилли. Значит, эти двое заодно. И если о Вилли пока ничего неизвестно, то Кобру найти можно. И нужно. Вот хотя бы через наркотик. Во-первых, узнать про Вилли, во-вторых, рассчитаться. Да, именно. Заставить этого ублюдка испытать тот же страх, что испытал Терри. – Как связан Кобра с наркотиком «Поцелуй дьявола»? И вообще, что-нибудь известно про него? Фото есть?

Майкл прикурил вторую сигарету.

– Я же в убойном работаю, а не в отделе борьбы с наркотой. Могу только сказать, что фото нет. Фотороботы делали, и не один раз. Но выходит ерунда. На всех он разный. И даже показания про рост и фигуру не совпадают. Единственное, на чём все сходятся, – на предплечье, от локтя до запястья у него очень яркая татуировка: чёрная одноглазая кобра высовывает голову из зелёных пальмовых листьев. Такой вот шедевр, да.

– Про «Поцелуй дьявола» расскажи, – поторопил приятеля Терри.

– Ну, есть оперативная информация, что его делают в катакомбах. Отслеживали тех, кто на улице торгует. Они бывают в катакомбах. Часто. Больше ничего не знаю. А нет, знаю, – оживился Майкл, – ещё «Поцелуем» торгуют у Сэма в Портовом клубе. Там вообще разными наркотиками торгуют, а этим эксклюзивно, для богатых. Тебе не предлагали?

Терри задумался. Раз «Поцелуем» торгуют в клубе, который принадлежит Сэму, значит, и в других местах, где на вывеске стоит эта метка – жёлтая полоса, перечёркнутая чёрной и синей, тоже. Интересная получается цепочка. Кобра приказал скормить Терри рыбам после того, как тот спросил про Вилли. Вилли звонил Сипатому Сэму и велел замести следы похищения. А Сэм торгует наркотиком «Поцелуй дьявола», который делают в катакомбах у Кобры. Вот и план на сегодняшний вечер. Терри найдет того, кто торгует «Поцелуем дьявола». Представится покупателем. Дальше будет действовать по обстоятельствам. Либо проследит путь торговца до катакомб и попытается подобраться к месту фасовки, либо выведает у этого торговца, как туда попасть. А там и про Кобру всё выяснит. Терри вспомнил о судьбе вчерашнего информатора и нахмурился. Кобра и за него поплатится!

– Пойду я, – Майкл поднялся из-за стола, – я с утра труп этот вылавливал, потом за тобой в полицейский участок ездил… У тебя вот уже час сижу. Мне и на работе надо показаться. Отчёт составить.

– У погибшего машина стояла в том переулке, куда ты меня сегодня подвозил, – вспомнил Терри, – может, вам пригодится? Салон весь стройматериалами завален.

– Нашли уже, – Майкл поправил форму и пошёл к выходу.

– Что касается секс-роботих, – вдруг обратилась к нему молчавшая до сих пор Тесла, – я могла бы порекомендовать…

– Заткнись! – Майкл побагровел, кинул быстрый взгляд на вытянувшееся лицо Терри и почти выбежал из квартиры.

Поздним вечером Терри прохаживался по центральной улице города, надеясь, что выглядит, как богатый клиент, который ищет развлечения. Он оделся в модные слаксы, разукрашенную флуоресцентными рисунками футболку с капюшоном и короткими рукавами. Попросил Теслу нарисовать временные татуировки от плечей до кистей на обе руки. И взлохматил свои короткие волосы, применив сладко пахнущий гель. На самом деле он всё это не придумал, а подсмотрел и вычитал в сети на площадке одного дизайнера. Ну вот. Заботящийся о моде мужчина хочет поразвлечься. Получилось? Получилось. Терри шёл по улице, выискивал взглядом торговцев наркотой и время от времени отбивался от зазывал в бордели, от рекламщиков, а один раз к нему пристала дамочка непонятного возраста, предложив «где-нибудь выпить». Хотя по виду она «где-нибудь» уже выпила, и не один раз.

Мимо неожиданно промчался ПИЧ, следом за ним неслась небольшая группа пьяных водителей-дальнобойщиков, Терри узнал у них на куртках эмблему крупной логистической компании. ПИЧ нырнул в туманное серое облако, по поверхности которого пробегали синие строчки слогана про энергетики из ягод ахелони. Облако клубилось возле бара. Дальнобойщики тоже вбежали в это диво рекламной технологии, выкрикивая на ходу проклятия «всем грёбаным роботам». Терри проводил глазами погоню, пожелал про себя ПИЧу удачи и пошёл дальше.

Торговец его нашёл сам – вынырнул неожиданно прямо перед Терри. Мальчишка лет пятнадцати, в стоптанных пыльных сланцах, полукомбинезоне и футболке без рукавов. На шее тату в виде какого-то иероглифа. На плече ещё одна простенькая татушка – голова кобры, один глаз которой закрыт, как у снайпера перед выстрелом.

Мальчишка молча посмотрел на Терри, и тот кивнул. Чутье разведчика подсказало, что это именно тот, кто нужен. Мальчишка направился в узкий проулок, Терри двинулся за ним, нарочито оглядываясь, – изображал новичка.

– Что интересует? – пацан вытащил из карманов руки, разжал ладони, и Терри увидел несколько цветных пакетиков. Теперь было важно не проколоться. Понятно, что парень его проверяет. Надо сыграть грамотно, показать, что Терри хоть и новичок, но точно знает, что ищет.

– Не это, – Терри сделал вид, что разочарован и хочет уйти.

– Это? – в ладони торговца как по волшебству появились новые пакетики.

– Вот это, – и Терри ловко выдернул двумя пальцами красный пластиковый пакетик с синим уголком, торчащий у парня из нагрудного кармана комбинезона. Терри были знакомы такие пакетики по одному из недавних дел. Он разыскивал сына-наркомана, сбежавшего из семьи в поисках приключений. Семья была небедной. Сын прихватил кое-какие ценности и поначалу ни в чем себе не отказывал, в том числе покупал дорогие наркотики. Когда Терри его нашёл, тот жил в коммуне таких же, как он, никчёмных, «пустых», богатеньких сынков, которым нужна только очередная доза. И вся комната была засыпана сине-красными пакетиками. Использованными.

– Да не может быть! Детектив, тварь, как ты выжил? Я думал, ты сдох в океане!

Терри оглянулся. Точно, не может быть! Не может быть, чтобы так не везло. Именно сейчас, когда он почти у цели. На него надвигался ночной кошмар из катакомб, которому Терри прокусил ухо, которого не стал убивать, и который, судя по всему, сейчас хотел поквитаться за убитого друга.

– Свист, давай к нашим, скажи, я сбежавшего детектива поймал! Это он, сука, Рона прикончил. Гони их всех сюда!

Пацан рванул прочь, как от полицейской облавы, и Терри остался один на один с противником. Как на арене октагона. Разница была лишь в том, что в случае смертельной опасности нельзя постучать рукой о пол и попросить прекратить бой. Здесь либо победа, либо смерть. Терри повёл плечами, почувствовал всё тело, сжал руки в кулаки. Только бы не подвело колено! А так вроде всё в норме. Терри мысленно подталкивал противника, которого про себя окрестил «Прокушенное ухо», первым начать схватку. Ночью, в катакомбах, преимуществом Терри была неожиданность. Сейчас они на равных, противник насторожен. И времени нет. Как скоро подоспеют его дружки? Терри лихорадочно оценивал Ухо. Плотный, но не жирный. Значит, тренируется. Не молодой. Возраст примерно как у Терри, может, чуть младше. Видно, что Ухо уверен в победе, эта его оговорка, «детектива поймал», а не «нашёл» или «встретил», говорит сама за себя. Причин для уверенности не видно. Значит, применит оружие. Скорее всего, нож или кастет. А Терри сегодня ничего с собой не взял. Эти слаксы Терри не успел оснастить, как обычно, потайным кармашком с заточкой. Тесла заказала их по сети, пока он спал. Значит, биться придётся голыми руками. Ничего. Он умеет. Он же «боец номер один!» Всё! Время вышло! Терри услышал топот – это приближалась вызванная мальчишкой подмога. Надо быстро закончить бой и бежать! Со всеми он в одиночку не справится. Терри сделал резкий выпад, провоцируя противника, и сразу отступил. Ухо выхватил нож и кинулся на Терри. Терри шагнул в сторону, пропустил нож мимо себя, затем резко перехватил руку Уха у кисти и выше локтя, развернул и направил навстречу хозяину. Ухо по инерции ещё двигался вперёд, нож, перенаправленный Терри, летел назад. Под ударом лезвия чавкнуло. Нож глубоко вошёл в шею врага, тот покачнулся и начал падать. Терри увернулся от брызнувшей крови, постоял пару секунд над рухнувшим телом и двинулся в сторону рекламного облака, которое он видел раньше на улице. Там скрылся ПИЧ, а все знали, что роботы мгновенно оценивают шансы на спасение.

Терри выскочил из проулка, стараясь не бежать, чтобы не привлекать внимания. Но маскировка не удалась. Вслед за ним вынеслись разъярённые друзья Уха, и Терри пришлось, как и ПИЧу недавно, мчаться по центральной улице, толкая прохожих и перепрыгивая через тележки-гироскутеры, тут и там собирающие мусор. Не останавливаясь, Терри нырнул в рекламный туман возле бара, выскочил с другой стороны этого серого облака и увидел стихийный митинг прямо по курсу. Давешний ПИЧ с выжженными мозгами висел, улыбаясь, на шесте, а вокруг собралось не меньше пятидесяти человек, скандирующих: «ПИЧи – мусор», «ПИЧей в топку» и другие популярные в народе лозунги. Толпа надвигалась прямо на Терри, он воспользовался удачей и тараном ринулся вперёд. Ему удалось пробраться в середину, и он уже думал, что опасность позади, как послышался звон разбитого стекла, полыхнуло и сразу завоняло горящим пластиком. Кто-то поджёг попавшийся по дороге торговый павильон. Началась неразбериха. Послышался вой полицейских сирен. Терри понесло вместе с толпой вдоль улицы. Оглянувшись в поиске врагов, он успел увидеть провожающий его не по-детски злобный взгляд мальчишки-торговца. Но Терри было уже не до него и не до дружков Уха. Он теперь соображал, как выбраться из бушующей толпы и не попасться в лапы копам, которые медленно брали митингующих в кольцо. Сверху по толпе стреляли резиновыми пулями, а мощный луч прожектора высвечивал цели. Это подоспел полицейский флаер.

Терри снова тараном, давя и толкая всех, кто попадался на пути, стал прорубаться в сторону от сжимающейся полицейской облавы. Наконец выбрался, забежал в первый попавшийся тихий двор и отдышался. Потом поправил волосы, почистил одежду и, опять приняв вид праздного гуляки, вышел на соседнюю улицу. Здесь не было слышно криков и полицейских сирен. Терри спокойно добрался до автостоянки, забрал мобиль и покатился по ночным улицам домой.

Когда Терри зашёл в квартиру, Тесла сидела на кухне у головизора, смотрела очередной полицейский сериал. Она не повернулась на звук отпираемой двери, и Терри вспылил, но сразу прикусил язык. Увидел, что на коленях у Теслы лежал его планшет с выведенными картинками с камер, расставленных на лестнице и над входной дверью. Значит, Тесла не просто смотрела сериал, а ещё и следила за обстановкой, как велел Терри.

– Кто-нибудь приходил? – спросил он, сдирая с себя карнавальную одежду. Из кармана слаксов выпал сине-красный пакетик. Тот, что Терри выхватил у мальчишки с подмигивающей коброй на плече. Терри повертел его и отложил.

– Никого посторонних не было. Но опять звонил Мадсен.

Терри чертыхнулся. Он и забыл о Мадсене. Что ему нужно? Терри сунул голову под воду и принялся яростно намыливаться – хотелось побыстрее смыть сладкий запах геля.

– Как прошло? – не поворачивая головы поинтересовалась Тесла и потянула носом. – От тебя пахнет кровью.

– Пришлось отбиваться. Сейчас всё нормально. Ужинать не буду.

Терри прошёл в комнату, натянул джинсы и достал бутылку с виски. Налил полстакана. Что-то он устал за последние дни. Слишком много событий. Его уже два раза пытались убить, он летал на полуостров к Андору Беллами, подслушивал, плавал в океане и спал в полицейском участке. Нужно выпить. А может… Взгляд остановился на пакетике с «Поцелуем дьявола», который Терри принёс из ванной.

…Голова тяжело запрокинулась на спинку кресла. В ушах стоял непрерывный гул. Это вертолёты… Идут боевым порядком на деревню… Искажённые лица погибающих под снарядами жителей… Остекленевшие глаза снайперов, непрерывно стреляющих почему-то по растениям с крупными соцветиями… Небо расцветает знакомыми черно-сине-жёлтыми полосками… С него белым порошком начинает сыпаться снег. Лето… Жара… Не снег… Дождь…

Терри всё глубже проваливался в беспамятство… Последней мыслью, страшной до дрожи, было: «Где Ная? Она жива?».

…Глоток неразбавленного виски обжёг горло. Терри закашлялся, вытер ладонью заслезившиеся глаза и огляделся. Ни малейших следов белого снега. Или всё-таки дождя? Всё, галлюцинации действительно кончились. Он дома. За окном ночь. Вот столик. На нём бутылка виски. Да уж. Вот это дурь!

Терри заталкивал воспоминания о том дне, когда погибла Ная, подальше, в самые запредельные уголки памяти. Не мог простить себе, что не спас. Что поздно оказался в деревне. А маленький сине-красный пакетик всё вытащил из этих уголков. На, мол, смотри. Помни. Терри сделал ещё один обжигающий глоток.

Тот день… Утром он проснулся в пещере от холода. Ещё не открыв глаза, потрогал рукой лежанку за спиной. Остывшая. Потому и замёрз – Наи не было. Терри приподнял голову и оглядел пещеру. Пусто. Он встал и, сильно припадая на ногу – при ходьбе больно тянуло раненый живот, доковылял до выхода. По дороге прихватил самокрутку из местных растений, заменяющую ему настоящее курево.

Присел на корточки перед входом в пещеру, курил и думал. О будущем, о том, как он демобилизуется после ранения, заберёт полагающиеся ему «полевые» деньги, увезёт отсюда Наю. Вот тогда… В эту самую минуту и услышал Терри звук вертушек.

– Ная? – заорал, вскочив и оглядываясь по сторонам. Никто не ответил.

Он посмотрел на ведущую вниз тропинку, незаметно петляющую между камней и деревьев. И кинулся назад в пещеру. В каменной чаше, где обычно лежал белый порошок из растения альмеда, было пусто.

Тот самый порошок, которым Ная лечила его, Терри, и который вызывал сильнейшие галлюцинации, но помогал отлично – рана почти не болела. Правда, рубец получался уродливым, но это уже мелочи.

– Неужели она пошла в деревню за альмедой? – Терри замер, пытаясь по усилившемуся звуку определить направление будущего удара и масштаб беды. Предчувствие вопило, что нужно бежать… Спасать… И Терри побежал. Вернее, поковылял, молясь о том, чтобы вертушки пронеслись мимо.

Впереди послышались разрывы снарядов. И выстрелы. Терри прикрыл на мгновение глаза. От страха. Потому что узнал, кто стреляет. Одиночные выстрелы частили, не прерываясь. Снайперы. Специальный отряд, который посылали туда, где предполагалось сильное сопротивление или большое скопление сил противника. За десять минут немногочисленный отряд мог полностью зачистить местность. Терри участвовал в таких вылазках. После них от врагов оставались только трупы. Но это же враги. А кому могла помешать мирная деревня высоко в горах? Чтобы и снайперы, и вертолеты… Может, что-то изменилось, пока он валялся раненый в пещере? Зачем же Ная пошла сюда? Зачем вообще нужен новый порошок? Терри же почти поправился!

Опоздал… Когда Терри вбежал в деревню, вместо хижин он увидел дымящиеся воронки от вертолётных бомб, по улицам бродили снайперы, добивая раненых жителей, а в воздухе носился запах гари, смешанный со сладковатым ароматом порошка альмеды, и кружилась белая пыль. Терри подумал, что, наверное, какой-то снаряд попал прямо в хижину, где аборигены делали лекарство. Он чуть не упал, споткнувшись о чью-то оторванную взрывом руку, остановился, сглотнув рвотный позыв, и попытался определить, где может быть эта хижина. Раз там делали порошок, значит, и Ная там. Была… Потому что, стоя на краю очередной воронки, Терри понял, что никто, никто в этой деревне не мог выжить. Он завыл и кинулся с кулаками на проходившего мимо солдата, почувствовал сильный удар в живот и потерял сознание.

…Терри снова потянулся за стаканом с виски. Потрогал толстый шрам внизу живота – память о Нае и ранении. И внезапно вспомнил, что уже видел татуху с подмигивающей коброй. Такую же, как у торговца-мальчишки. Снайперы из отряда, который зачищал деревню, были все с такими татуировками. Небольшая кобра прищуривала один глаз, словно выбирая цель, точно как снайпер перед выстрелом. Отряд так и назывался – «Кобра». Опять Кобра…

Терри снова вспомнил порошок, которым Ная лечила его рану, и внимательно посмотрел на сине-красный пакетик. Разорванный живот Терри девушка посыпала порошком из альмеды, от которого рваные края раны подсыхали, и боль на время отступала. Но появлялись галлюцинации – цветок содержал ядовитые масла. Не болел живот, зато болела голова, а в мозгу возникали ужасные видения. Примерно такие, как были только что. Терри вспомнил запах, показавшийся ему знакомым. Там, в катакомбах. Аромат шёл от тюков, которые переносили двое в овальной пещере. Так пахла альмеда.

Так может… То растение, которое ищет отдел по борьбе с наркотой, это альмеда? Альмеда была эндемичной и росла только на одном острове из всего архипелага, том, где Терри жил в пещере Наи. После войны флору и фауну острова, естественно, никто не изучал, кому нужны руины? И в справочники планеты, конечно же, не занёс.

Вот зачем нужна была зачистка деревни, во время которой погибла Ная. Твари…

Терри яростно стукнул кулаком по столику, отчего тот пошатнулся, и виски, снова налитый до краёв стакана, плеснул на поверхность.

Они уже тогда знали всё про альмеду. И готовили себе платформу для бизнеса после окончания войны. Плантации от бомбёжки могли и не пострадать. А если и сгорели, то… Сколько лет прошло? Уже вполне могли восстановиться.

Вот понять только, кто – «они»? Снайперы? То есть Кобра тоже воевал на архипелаге? В отряде этих самых снайперов? И слова, которые он услышал в катакомбах, не были галлюцинацией? Как там было? «Ная сказала Кобре, что груз будет послезавтра»? Это не его Ная. Она погибла. Просто распространённое имя среди народа архипелага. А вот груз – это альмеда, которую привезут послезавтра с архипелага Святой Терезы. Из этого растения подручные Кобры и делают наркотик «Поцелуй дьявола».

Терри посмотрел на часы. Нужно срочно позвонить Майклу.

Но Майкл нашёл его сам. Послышался разговор из прихожей, и в комнату ввалился приятель. Небритый, в гражданской одежде, он внимательно оглядел столик. Задержал взгляд на пакетике от наркотика и почти пустой бутылке виски.

– Тесла меня вызвала, сказала, ещё немного, и ты уйдёшь в запой, как раньше, когда беспробудно пил у себя в деревенском доме. После возвращения с войны.

Майкл плюхнул на стол бумажный пакет из ночного магазина. И в изумлении присвистнул, уставившись на руки Терри, исписанные татуировками от запястий до шеи.

– Что это? Ты готовишься к новому турниру? Меняешь имидж?

Он наклонился над рукой и прочёл вслух фразу, которая на рисунке оплетала зелёную ветку растения с крупными синими ягодами:

– «Не время умирать». Что за бред?

– Это Тесла, – Терри оглянулся, услышав шорох. Кончик коричневого платья опять выглядывал из-за угла. – Она увлекается ретро-сериалами, смотрит боевики и детективы. Был такой герой лет пятьдесят назад, её любимчик, с личным номером 007, работал в разведке. Так один из фильмов про него назывался. Вот ещё. Это про робота-солдата.

Терри показал вторую руку. На ней татуировка изображала разорванную кожу, внутри нарисованной раны виднелась часть механической руки киборга. Надпись гласила: «Айл би бэк».

Майкл покачал головой:

– Что это значит? Зачем тебе эти художества?

– Изображал сегодня вечером искателя приключений. У меня раствор есть, завтра всё смою. Ты на машине?

– Нет, меня на дежурном полицейском флаере ребята подбросили. А что?

– Тогда присоединяйся.

Терри встряхнул остатки виски в бутылке и с сожалением посмотрел на угол, за которым пряталась Тесла. За новой бутылкой нужно было идти на кухню. А на дороге стояла роботиха.

Майкл тоже оглянулся на коричневое платье, понимающе кивнул и громко произнёс:

– Я пить не буду. И тебе не советую.

Он придвинул к себе пакет и зашуршал бумагой:

– Вот, лучше поешь, это консервированный тунец, ты же любишь, – и водрузил на стол только что купленную в магазине бутылку виски. – Есть ещё пара банок с мясом, – Майкл показал Терри внутренности пакета, там стояла упаковка с шестью банками пива.

– Не, мясо не хочу, тунца давай, – подхватил Терри игру друга и показал себе на нос и уши, мол, осторожнее.

– Я и посуду одноразовую прикупил, чего нам Теслу загружать? – на столе появились два бумажных стаканчика.

Послышались осторожные удаляющиеся шаги.

Друзья переглянулись и беззвучно засмеялись.

– По какому поводу пьёшь? Что вечером произошло? – Майкл, уже не скрываясь, стал доставать из пакета закуску.

– Вспомнил кое-что, сейчас расскажу.

Терри потянулся к пустому пакетику от «Поцелуя дьявола». Повертел, ещё раз понюхал и протянул Майклу.

– Я в катакомбах услышал фразу: «Груз придёт послезавтра ночью», а ещё понял, что за растение в этом наркотике. Это альмеда. И растёт она только на острове Последний Приют архипелага Святая Тереза, как раз там меня ранили. И потом комиссовали. Запах одинаковый. Ну, откуда придёт груз?

– С архипелага…– потрясённый Майкл хлопнул себя по лбу. – Вот это поворот! Я же слышал, что наши курили какое-то местное растение вместо наркоты, только не знал, что оно с Приюта, мы на других островах воевали. Так ты уверен?

– Уверен. Меня альмедой Ная лечила. А сегодня я «Поцелуй дьявола» попробовал. Ощущения одинаковые. И на вид один в один.

– Подожди, подожди… – Майкл пошевелил губами, подсчитывая в уме. – Послезавтра, это уже сегодня? Я прямо с утра доложу в управление, пусть решают, что делать. Нужно груз перехватить и выкурить этих гадов из катакомб. Ты сможешь найти место на карте, откуда ночью выплыл? Раз там тюки с сырьём, то и цех, где «Поцелуй» готовят и фасуют, должен быть недалеко.

Через час, когда Тесла снова заглянула в комнату, Майкл и Терри спали на диване. Две пустые бутылки из-под виски, смятые стаканчики и не тронутая упаковка с пивом стояли на полу. А на столе светилась голографическая карта порта.

Утром Майкл умчался на работу, на ходу жуя завтрак, приготовленный Теслой. Терри не стал завтракать, выпил только кофе и теперь валялся на диване, размышляя, что предпринять для расследования. Подозреваемых у него пока было двое. Кобра и упомянутый информатором Вилли. Поисками Кобры сегодня займётся полиция. Если его поймают, то Терри использует покровительство военных и Андора Беллами и сможет этого наркобарона допросить. Выяснить, наконец, кто такой Вилли. Сипатый Сэм тоже с Вилли знаком. И с Коброй. Сэм не заказчик, он только дал своих бойцов, и где прячут Нику, должен знать. Но к нему Терри сейчас не пойдёт. Подручные Кобры пытали парня с мурлыкающим голосом и наверняка доложили Сэму, что им и его перекрашенными байками интересовался детектив. То, что Терри и есть тот самый детектив, Сэм пока не догадывается. Иначе по этому адресу к ним с Теслой уже пришли бы бойцы Сэма. О детективных расследованиях Терри знают только Майкл, Борис, да ещё Гула. Окружающие думают, что Терри Наварра интересуется боями без правил, живёт на военную пенсию, имеет скромную квартиру в городе и такую же скромную машину.

Терри встал с дивана и походил по комнате. Про Вилли и Сэма с его байкерами Майклу пока рассказывать не стоит. Чтобы не искали. Вдруг в полиции есть «крыса». Самому сначала нужно всё проверить.

А что делать сейчас? Сегодня? Он остановился перед зеркалом в прихожей, осмотрел себя, потёр колючий подбородок. Синяки и отёки на лице прошли. Видно, не зря славилась косметическая клиника Эвы Беллами. Понадобилось всего пара уколов и два дня, чтобы вновь выглядеть прежним. Вспомнив Эву, Терри машинально провёл рукой по волосам и втянул тощий живот. Нужно бы постричься. Вон как оброс. И после вчерашнего геля волосы торчат в разные стороны, хотя Терри мылся.

– Тебе звонит Майкл! – вслед за словами Теслы раздался вызов видеофона.

– Слушаю, – Терри поймал взгляд роботихи. Тесла сразу отвернулась, но не ушла. Стояла и делала вид, что протирает стену от несуществующей пыли.

– Хочешь сегодня ночью с нами в катакомбы? Всех мобилизуют. Я твою информацию передал начальству. Они пригласили спецов из отдела по борьбе с наркотиками, те спросили, откуда у меня сведения. Я сказал, что друг, бывший военный, подслушал случайный разговор. И в катакомбах сможет показать, где видел склад с тюками.

– Это же всё примерно, не точно, – перебил Терри. – Я вчера даже на карте не нашёл вход в катакомбы, из которого выплыл. А вот если внутри подземелья окажусь… То шанс есть. Или если покажут карту катакомб.

– Вот! – Майкл кивнул. – Я так им и ответил. У них уже была информация про груз. А время от меня узнали. Тебя возьмут, обещали. Но только как гражданского. В общем, собирайся. Я за тобой заеду часов в одиннадцать.

Терри хотел спросить, что это значит: «Возьмут как гражданского», но не успел – Майкл пропал с экрана. Да всё равно, в общем-то. Главное, что полицейские поймают Кобру, и Терри сможет допросить его уже этой ночью. Хорошие новости!

Он снова посмотрел в зеркало. Ночью штурм. А что делать целый день? Ему же предстоит встреча с подругой Ники, а ещё с её бойфрендом. Завтра или послезавтра. Нужно постричься, чтобы выглядеть достойно. Ему показалось, что из зеркала на него смотрит Эва и насмешливо улыбается. Терри отвернулся. Он пострижётся просто так. Эва здесь ни при чём.

– Тесла! – крикнул он и вздрогнул. Роботиха стояла рядом и тоже смотрела на его волосы.

– Ты хочешь идти в парикмахерский салон?

– Посмотри информацию в сети, найди модную стрижку на мои короткие волосы. Такую, чтобы без выкрутасов. Но стильно. Выполняй.

– Я могла бы сама заняться твоей головой, – у роботихи в руках как по волшебству оказались ножницы.

– Мне одного раза хватило, – Терри выставил перед собой руки, как будто защищался.

Два месяца назад Терри было лень идти в салон, и он согласился на такое же предложение Теслы. Роботиха уверяла, что училась по передачам в головизоре у какого-то стилиста, и ей даже обещали сертификат о прохождении курсов, но пока не прислали. Тесла тогда долго колдовала над головой Терри, приговаривая, что это сейчас модно и все ахнут. Все и ахнули, и долго ещё ахали, с месяц, наверное. Не столько ахали, сколько хохотали. Терри тогда заехал в управление полиции за Майклом. Друзья собирались на бой между двумя соперниками Терри в будущем городском турнире. Терри пожимал плечами, чего все ржут-то? Нормальная стрижка: коротко, просто. Да, просто и коротко. Спереди. Майкл сделал фото со спины и показал Терри. А на затылке… Выбритая бычья голова темно-красного цвета, с закрученными рогами, вот что красовалось на затылке.

Ни на какой поединок Терри, конечно, не пошёл, а волосы на затылке отращивал специальным средством, чтобы потом нормально постричься в парикмахерской.

– Нет уж, – отрезал он, – выполняй задание.

В салоне, куда роботиха отправила Терри, было прохладно и пахло дорогим парфюмом. Терри с удовольствием уселся в кресло, вытянул длинные ноги и огляделся. Неплохо, неплохо. Роботиха, видимо, хотела загладить прошлую ошибку, скрупулёзно перелистывала страницы на планшете и, наконец, положила перед Терри адрес этой парикмахерской.

– Через час назначила стрижку, – буркнула и ушла на кухню.

Терри оценил и огромные окна с всплывающей в стёклах рекламой красок для волос, и просторный зал с зеркалами, в которых клиенты могли видеть себя одновременно со всех сторон. Тоже какая-то современная технология, потому что на вид зеркала выглядели, как обычные. А вот мастера, вернее, мастерицы – потому что сейчас в мужском зале были исключительно женщины и девушки, Терри удивили. Все пять разного возраста. От совсем девчонки до зрелой мастерицы, в руках которой инструменты так и мелькали. То ножницы, то щипцы, то снова ножницы, но уже с загнутыми кончиками, ещё какой-то прибор, который Терри видел впервые. А роботом-уборщиком зала управляла совсем пожилая дама. Забавный выбор персонала.

– Предпочитаете ручную стрижку или механическую?

Перед Терри стояли две девушки. Парикмахерша-ПИЧ держала в руках полусферу для механической стрижки. Девушка-человек с приятными ямочками на щеках – коробку с инструментами для ручной. Обе были одеты одинаково, обе улыбались.

– Ручную, – Терри однажды ради эксперимента сидел с полусферой на голове, ощущая, как волосы шевелятся внутри, словно самостоятельно. Стрижка получилась замечательной. Но он предпочитал лёгкие прикосновения тёплых женских рук.

Вот и сейчас Терри прислонился к спинке парикмахерского стула, прикрыл глаза, слушая металлический перестук ножниц и чувствуя, как пальцы девушки поглаживали его волосы и мягко поворачивали голову. Он даже задремал.

– Видели новую рекламу «Эваны»?

– Косметической клиники? Нет, а что там?

Мастерицы переговаривались между собой, продолжая работать. Терри прислушался. «Эвана» – это же клиника Эвы Беллами?

– Новая технология. Можно под кожу установить датчик увлажненности кожи. Если кожа сухая, то впрыскивается коллаген.

– Дорого?

– В рекламе не сказали. Но наверняка.

– Ой, ну подумаешь, дорого! Оно того стоит. Я до того, как сюда пришла, няней подрабатывала в богатой семье. Хозяйка сделала себе зону декольте, как у восемнадцатилетней девушки. Тоже технология «Эваны». Называется «неоткань».

– А на лице можно такую ткань сделать? Чтобы раз – и восемнадцатилетняя? – дама, управляющая роботом-уборщиком, вышла на середину зала и подбоченилась. Мастерицы засмеялись.

– Точно не скажу. Можно заменить большие куски кожи. Это делает тканевый инженер-хирург. Используется 3D-принтер, больше ничего не знаю.

– В «Эване», наверное, всё могут, это же лучшая клиника в городе. Хотя была ещё одна, тоже в центре. Но сгорела. Говорят, поджог.

Терри уже не замечал «лёгких» и «мягких» прикосновений девушки-парикмахера. Разговор о клинике Эвы был намного интереснее.

– Я эту Эву помню ещё девчонкой. Она же здешняя, в порту росла.

Пожилая дама закончила уборку и сейчас ставила робота в подсобку – узкую нишу, незаметную с первого взгляда.

– Правда? – худенькая девушка, делавшая тёплый компресс перед бритьём на подбородке сидевшего в кресле мужчины, обернулась. – Расскажи, а?

– Ну, звали её тогда не Эва, а Ева. Мы жили с её матерью через дом. Мать, кстати, тоже была красавицей. Работала она на складах, где сортировали рыбу. Отец ходил в море. Умер почти сразу после рождения дочери, от наследственного заболевания крови. Несвертываемость, кажется. Говорили, что истек кровью на какой-то пустяковой операции. Ну вот. А Ева уже в пятнадцать снималась в рекламе презервативов для местных каналов, а в семнадцать стала октагон-гёрл городского октагона. Тогда ещё настоящих девушек брали, не голограммы.

– Выносила таблички на арену октагона? Она?!

– Да, да, в шортиках и топике. Не сомневайся. Ой, какая же она была красивая! Глаза голубые, волосы темно-рыжие ниже пояса и кожа такая… Нежная. Говорят, у неё связь была с сыном местного криминального авторитета, пока того не убили. Но подробностей я не знаю. Ева после его смерти уехала из города. Вернулась через пять лет. Богатой вдовой. Уже Эвой. И фамилию сменила – замужем побывала.

– А как же она за этого учёного-миллиардера замуж вышла? – все мастерицы в зале обернулись к рассказчице, счастливая судьба золушки из портового квартала интересовала всех.

– Этого не скажу. Когда она вернулась, матери не было в живых, и Эва-Ева поселилась в биофильном районе. Я её больше не встречала. Только по головизору видела свадьбу с Андором Беллами.

– Я тоже видела!

– И я…

Мастерицы замолчали, видимо, каждая примеряла на себя историю Евы из портового района. Терри в этом рассказе было интересно другое: где была Эва пять лет после смерти криминального авторитета и побега из города.

– Готово! Как будете оплачивать? – Терри очнулся, мельком глянул на себя в зеркало, нет ли чего-то новомодного? Всё было в порядке. Короткие русые волосы и никаких рогов.

– Чип с кодом ДНК, – Терри протянул руку, мастерица приложила к запястью переносное устройство для оплаты. – Спасибо.

– Приходите ещё! – девушка оценивающе взглянула на Терри и сразу отвела глаза. «Привлекательный, но не миллиардер», – так Терри расшифровал этот взгляд, улыбнулся и вышел из дверей салона.

На облаву в катакомбы Терри собирался основательно. Несмотря на жаркий вечер, надел трикотажную майку с длинными рукавами и плотную толстовку сверху. Она скрыла тоненький гибкий бронежилет – тот, что Терри приобрёл недавно у Бориса. Пистолет в наплечной кобуре, тоже невидимый под толстовкой, два ножа – один крепился к икре ноги специальным устройством, другой был в ножнах на брючном ремне. Фонарик. Спортивные брюки с кучей карманов и одним тайным, где лежала привычная заточка. Мокасины. Терри повертел в руках очки ночного видения, тоже из арсенала Бориса, и сунул их в коробку, а коробку – в карман. Он купил эти очки сразу, как примерил. В очках Бориса был встроен мощный процессор, который мгновенно обрабатывал картинку, достаточно осветлял тёмные области, делал контрастными переходы между светлыми и темными кусочками изображения. А ещё очки были очень лёгкими. Не то довольно тяжёлое устройство, к которому Терри привык на войне.

Без десяти одиннадцать Терри вышел из подъезда. Майкл стоял рядом со служебной машиной-миниавтобусом с затемнёнными стёклами, он махнул Терри рукой, приглашая внутрь. В салоне сидели бойцы полицейского спецназа. Все места были заняты. Машина тронулась. Майкл заскочил на ходу, Терри, стоя, вцепился в поручни. Через полчаса микроавтобус остановился на боковой улице, рядом с трейлерным парком. Бойцы по одному выскочили и растворились в темноте. Майкл и Терри остались. К ним подошёл незнакомый коп с капитанскими знаками различия.

– Вы Наварра?

Терри кивнул.

– Покажите мне на карте место, откуда выплыли, – капитан развернул карту катакомб, выполненную на тонкой непрозрачной плёночной подложке.

Терри наклонился, долго смотрел, пытаясь понять логику подземных ходов. Наконец ткнул пальцем в участок, похожий на овальную пещеру, с тремя ответвлениями-ходами, недалеко от воды.

– Здесь.

– Уверен?

– Ничего похожего больше не вижу, – Терри посмотрел ещё и добавил: – Точно здесь, вот пляж возле трейлерных домиков, на который я выплыл. Откуда такая подробная карта?

– Пока ещё не очень подробная, примерная. Не один год составляли. Слушай сюда, Наварра. Вот здесь, – капитан показал на карте точку, далеко отстоящую от места, где Терри провёл ночь в плену, – здесь твой пост.

– А дальше нельзя было? – съязвил Терри. – Это я тут постою красиво, пока вы штурмовать наркозавод будете, что ли? Три километра от предполагаемого центра атаки?

– Не имею права рисковать гражданским, – отрезал капитан, – я и так уступил Майклу. И спасибо тебе за наводку. Начинаем через час.

Он пожал друзьям руки и исчез в сумерках.

Терри в сердцах сплюнул. Ему хотелось участвовать в облаве наравне со всеми: двигаться, стрелять, испытывать адреналиновый кайф, а предлагалось скромно посидеть в засаде на самом дальнем участке оцепления. Терри потрогал под толстовкой бронежилет и невесело усмехнулся. Зря готовился.

– Я сделал запрос о тех, кто участвовал в военном конфликте на архипелаге Святая Тереза в подразделении снайперов и сейчас, возможно, живёт в нашем городе или недалеко.

Майкл достал планшет и показал список фамилий на экране.

– Пятеро. И среди них командир отряда – Нейтон Лид по кличке Кобра. Сорок лет. После войны отметился о возвращении, получил причитающиеся боевые, на учёт не встал. Точное местоположение – неизвестно. Особые приметы – татуировка на предплечье. Та самая. Коброй его прозвали за умение долго выжидать, прежде чем нанести смертельный удар. Капитан сказал, что подростки, которые дозы по закладкам разносят, имеют тату, как ты описывал. Это как метка, что «свой». В общем, сплошной змеиный клубок. И все тропки ведут в катакомбы.

– Хорошая работа! – Терри пересмотрел список ещё раз, никого не вспомнил и отдал планшет Майклу. – Архипелаг заброшен, там полно участков, которых со спутников не видно. Местные жители хоть с Приюта, хоть с соседних островов, кто жить там остался после войны, за мизерную плату не только не боятся альмеду выращивать, но и самого дьявола наверняка не боятся. Кто-то Кобре оттуда грузы и отсылает регулярно. Может даже, кто-то из твоего списка. Ну что, пойдём?

– Подождём ещё, – Майкл посмотрел на часы, – там дроны летают над катакомбами, въезды-выезды контролируют специальные люди-«маяки». Как только в оперативный штаб поступит информация, что груз прибыл, нам дадут сигнал к началу штурма. Вот, возьми.

Майкл протянул Терри чёрный эбонитовый треугольник, на нём серебром светился знак бесконечности.

– Такие знаки раздают гражданским, участвующим в полицейских операциях. Чтобы было понятно, где свои, а где чужие, в случае неразберихи после боя.

– Странный знак… И что он означает?

– Закон вечен.

– Да ладно? – засмеялся Терри, но знак взял и засунул в один из брючных кармашков.

Передатчик, прикреплённый к куртке Майкла, внезапно ожил, и искажённый помехами голос капитана произнёс:

– Внимание! Все по местам! Начинаем!

Терри и Майкл коротко обнялись, и каждый пошёл на свой участок облавы.

Целый час Терри изучал все детали окружающей природы, неровности горизонта, исследовал вход, который его поставили охранять, и теперь, когда он ходил в темноте, тестируя очки ночного видения, из подземелья послышался шум. Терри насторожился. Здесь было тихо, поэтому посторонние звуки слышались отчётливо. Это был топот бегущих ног. Терри замер. Бежали двое. И что-то ещё, словно птица летела, задевая каменные стены крыльями. Как был, в очках, Терри нырнул внутрь, на ходу выхватывая оружие.

Длинный подземный ход разветвлялся на мелкие туннели. Терри, когда изучал вверенный ему участок, дошёл до первой развилки, постоял, вглядываясь в темноту, с тоской вслушиваясь в отдалённый глухой звук боя, и вышел наружу.

Сейчас Терри успел пробежать не больше десяти метров, когда увидел… Тёмное пятно с рваными краями, несущееся прямо на него.

– Стой! Полиция! – крикнул Терри и сделал предупредительный выстрел вверх. Эхо ударило и пошло гулять по туннелям, повторяя звук выстрела.

Пятно продолжало нестись вперёд. И Терри выстрелил, не метясь, примерно в середину странного сгустка. Трудно было промахнуться в очках ночного видения, когда мишень такая крупная.

– А-ах!

Сгусток упал на пол, за ним показался ещё один. Он замедлил движение и как будто всосался в стену. Терри, не отводя взгляда от туннеля, нашарил прикреплённый к поясу тубус с фонариком внутри. Тубус отлетел в сторону, а Терри, сняв очки, направил луч от фонаря на то, что лежало на полу. И выдохнул потрясённо. Никакой мистики. Маскировочный костюм снайперов, такой, как видел на войне. Из обрывков ткани под цвет окружающих серых каменных стен. При беге по узкому коридору обрывки задевали стены, и именно этот звук Терри спутал с шелестом крыльев. Луч фонаря переместился. Облегающий головной убор, маска на лице с прорезями для глаз. Уже мёртвых глаз. Не стремясь убить, Терри тем не менее случайно поразил цель насмерть. Первую цель. Значит, вторая где-то здесь. Было же два сгустка… Не успел Терри обвести лучом вокруг, как от стены отделился второй силуэт и с рычанием прыгнул вперёд. Силуэт пнул по руке с оружием, и пистолет Терри, вращаясь, отлетел в угол. Фонарь тоже упал, но не разбился и продолжал освещать площадку. В мгновение силуэт сбросил с себя маскировочный костюм и превратился в человека в нормальной одежде – майке и брюках. Фонарь давал слабый свет, но в полной темноте подземелья и этого хватало. Терри встал так, чтобы не дать уйти преступнику, – загородил собой выход и выхватил нож. Двое двигались в тесном пространстве. В какой-то миг противник попал в полосу света от фонаря, и Терри увидел, что рука, в которой тот тоже держал нож, была покрыта татуировкой, от запястья и выше. И, кажется, там изображены пальмовые листья? Не может быть!

– Ну, привет, Кобра, – Терри сказал это, провоцируя ответ, он не был уверен, что его противник именно Кобра.

– Здравствуй, Шелест, – Терри вздрогнул. Откуда? Откуда этому гаду известно его военное прозвище? Они не встречались на войне, Терри бы никогда не забыл этого.

– Удивляешься? – оба были настороже, никто не хотел первым начинать бой. – Мы пересекались, сразу, как ты появился в городе после войны. Я предлагал тебе работу.

Терри вспомнил. Было такое. Тогда ему говорили, что в городе собирают команду из бывших военных, мол, будет касса взаимовыручки, помощь в устройстве на работу. Терри отказался. Он никогда больше не хотел думать о войне, даже так.

– Вот такую работу? Привозить с архипелага альмеду и варить из неё «Поцелуй дьявола»? А для этого расстрелять мирную деревню? Стариков? Детей? Всех, кто мог помешать тебе, тварь, захватить плантации этой вонючей травы?

– А тебя устроила государственная пенсия? Большая? Что касается той деревни… Это же аборигены. Обычное убойное мясо на войне.

Терри затрясло. Вот перед ним виновник смерти Наи. Сейчас Терри его убьёт. И он кинулся вперёд. Кобра молниеносно отпрыгнул в сторону. Терри приближался, двигаясь зигзагами, держа нож перед собой.

– А девчонка Беллами тебе зачем? – Терри сделал отвлекающий выпад, Кобра отбил его и в свою очередь провёл приём. Нож располосовал рукав толстовки.

– При чем здесь…

Терри снова кинулся на противника, Кобра взмахнул ножом, но Терри проскочил под его рукой, перекувыркнулся и оказался за спиной врага. Размахнулся, чтобы ударить в шею, помня о том, что и у Кобры может быть бронежилет, но не успел. Кобра тоже крутанулся и оказался прямо перед Терри, лицом к лицу. Теперь Терри его узнал. Да, это он подходил к нему с разговором о послевоенной жизни в городе. Только был он в куртке, и рукава скрывали наколку.

Кобра сделал обманное движение ножом, а ударил Терри в лицо кулаком другой руки. Терри в ответ тоже двинул его кулаком в живот. Они одновременно отбросили ножи и кинулись друг на друга. Кобра был крупнее, Терри потерял равновесие и рухнул на спину. Кобра упал сверху, но Терри применил болевой приём, вывернулся и теперь сам оказался на противнике, и пока тот не очухался, несколько раз ударил его по корпусу, стараясь бить так, чтобы боль отключила сознание. Но Кобра быстро перевернулся на бок, снова выхватил нож – ещё один, из таких же, как у Терри, ножен на икре ноги. Терри пришлось отодвинуться, чтобы не нарваться на лезвие. Кобра воспользовался этим и вскочил на ноги. Терри тоже вскочил, но не так быстро, как противник. Опустив на мгновение руку, Терри понял, что из широкого пореза на бедре хлещет кровь. Он тоже достал второй нож. Теперь преимущества в подвижности не стало. Терри отбивался, припадая на раненную ногу, а Кобра наступал. Получив ножом ещё один удар в ту же рану, Терри попытался отскочить, но нога подвернулась, и он упал. Кобра стоял перед ним, словно раздумывая. Потом пожал плечами и достал из-за пояса пистолет.

– Не хотел я… Но ты сам виноват. А с девкой Беллами… Я ни при чём. Мне обещали только кристалл. И я его получу.

С этими словами Кобра выстрелил в Терри и выбежал из катакомб.

Чудовищной силы взрыв потряс стены пещер и подземных переходов. Из главного входа в катакомбы взрывной волной выбросило облако мусора, пыли и огня. Через десять минут на площадку рядом с трейлерным парком стали приземляться санитарные вертолёты. Подъезжали служебные машины, носилки с пострадавшими выносились из подземелья и укладывались рядами для эвакуации в больницы. Слышались сирены, команды, стоны раненых.

Терри очнулся от того, что на него посыпались мелкие камушки с потолка и стен туннеля. Он отодрал от груди бронежилет и с трудом сел. Там, куда попала пуля из пистолета Кобры, болело. И рана на ноге всё ещё кровоточила. Терри подтянул к себе фонарик и рассмотрел бронежилет. Надо же. Расплющенная пуля вкипела точно слева от центра. Если бы не бронежилет, она разорвала бы сердце. Снайперский выстрел. Кобра даже и не целился, как будто просто махнул рукой с пистолетом. А попал в сердце. Спасибо, что не в голову.

Тут наконец внимание Терри привлекли сирены служебных машин и звуки вертолётных винтов. Он дополз до выхода из туннеля и вгляделся в ночное небо. Вертолёты с красными крестами кружили над участком, где предположительно находился наркозавод. Лучи прожекторов освещали небо. Что происходит? Терри достал аптечку из своей сумки, которая так и стояла на прежнем месте у входа в подземелье, сделал себе в бедро обезболивающий укол, заклеил гелем оба пореза и попытался встать на ноги. Получилось. Оставив сумку, Терри поковылял к главному входу в катакомбы. Там Майкл, он всё расскажет.

…Майкла как раз выносили из катакомб два санитара в форме полицейской медслужбы. Он лежал на носилках лицом вниз, одна рука беспомощно свисала и покачивалась в такт шагов санитаров. Майкл был без сознания. Опаленная огнем голова напоминала обуглившуюся деревяшку. На спине друга не было живого места. Лохмотья кожи, кровь, сгоревшая одежда, вся эта мешанина вызвала у Терри, не раз видевшего страшные раны, почти забытые воспоминания о войне.

Подошёл лейтенант, начальник Майкла. Он записывал что-то стилусом в планшет.

– Что произошло, лейтенант?

Тот оглянулся.

– Живой? Хорошо. А из моего отдела двоих насмерть. Майкл вот ранен тяжело, ещё где-то один потерялся, ищу, не могу найти, – лейтенант сгорбился, вокруг рта обозначились сухие скорбные скобки. – Кобра со своей бандой заминировали свой завод. Когда стало ясно, что наши вот-вот ворвутся в основное помещение, тогда всё и взорвали. Сам сбежал, подлюка.

– Он через меня уходил, в смысле, через тот вход, который я охранял. Двое их было. Одного я застрелил.

– А Кобра? – в глазах лейтенанта зажглась и тут же погасла надежда, он всё понял по виноватому виду Терри.

– Ушёл.

Терри с трудом вытолкнул из себя это слово. Мог ли он схватить главного виновника этих смертей? Мог. Но проиграл бой.

– А ты видел его лицо? Близко? Описать сможешь?

Терри утвердительно кивнул. Ещё бы. Перед глазами стоял последний кадр схватки в подземелье: Кобра с пистолетом, направленным на Терри.

– Мы запустим опознавательную сеть на весь город и близлежащие районы, поставим приоритет номер один. Поймаем гада. Подходи завтра после обеда, сделаем фоторобот.

– А что будет с Майклом?

Лейтенант постоял в раздумье над носилками подчинённого и перевёл взгляд на участок, весь заставленный такими же носилками, между которыми сновали ПИЧи и люди с санитарными сумками.

– В госпиталь сейчас эвакуируют, но как дальше сложится – неизвестно. Много раненных. Есть совсем тяжёлые. Не знаю я. Нужно медицину спрашивать, не меня.

Лейтенант положил руку на плечо Терри.

– Выкарабкается твой друг, не бойся. А спина… Ну что ж спина. Для мужика это не главное. Большой кусок кожи, да. Долго заживать будет. Главное, чтобы жил. Пойду я.

Лейтенант снова раскрыл планшет на прежней странице, кивнул Терри, прощаясь, и пошёл дальше среди лежащих на носилках полицейских, наклоняясь над каждым.

«Можно заменить большие куски кожи…» – вдруг всплыло в памяти Терри. Где-то звучали эти слова, причём совсем недавно. Где? Где?! Терри перебирал фразы, услышанные за последние сутки. «…здешняя, в порту росла…», «за миллиардера замуж вышла…», не то, не то! И наконец: «…няней подрабатывала в богатой семье…» Да! Точно! Хозяйка заменила кожу декольте. Так рассказывала парикмахерша в салоне, где Терри стригся. А заменила кожу эта хозяйка в косметической клинике «Эвана».

Терри посмотрел на часы. Слишком поздно. И решительно набрал на видеофоне личный номер Эвы Беллами. Все необходимые сведения о клиентах хранились у него в планшете в папке «Контакты заказчиков». Экран засветился, но изображения не появилось.

– Хелло… – хриплый от сна голос что-то всколыхнул в душе Терри, но он подавил в себе все чувства, кроме одного желания – спасти друга. Он будет умолять, упрашивать, унижаться. Угрожать. Сделает всё, что Эва попросит. Но добьётся своего.

– Эва, простите за ночной звонок.

– Кто это? Это… Вы?! Детектив? Что-то случилось? Вы нашли Нику? Что вы молчите?!

Изображение появилось. Лучше бы Терри его не видел. Эва в пенно-белой ночной рубашке, с распущенными разлохмаченными волосами, с тревожными голубыми глазами заставила Терри на мгновение замереть. Он даже зажмурился на секунду, чтобы собраться с мыслями.

– Нет, пока не нашёл. Но я обязательно найду. Только что в порту произошёл взрыв. Погибли и ранены многие полицейские. Мой друг без сознания. Ему взрывом разворотило спину, и нужна операция.

– Какая ещё операция? Везите его в госпиталь, при чём здесь я?

Терри вспыхнул. Она что, не понимает?

– Ему нужна новая кожа на спине. А в вашей клинике, я слышал, такое делают. Тканевый хирург-инженер.

– Это не так просто, Терри. Нужна подготовка: анализы, обследования. Нужны импланты, заранее изготовленные из тканей пациента или из донорских стволовых клеток…

– Мы должны попробовать, – упрямо гнул Терри, – если ваш хирург скажет, что невозможно сделать новую кожу, то я клянусь – сразу заберу Майкла и отвезу в полицейский госпиталь.

– Вы сказали, взрыв? В порту? А что случилось?

– Я вам всё расскажу в вашей клинике, пока врач будет осматривать моего друга.

Эва отвела взгляд и помолчала, Терри решил, что она с сомнением смотрит на часы, так же, как он сам пять минут назад.

– Ну, хорошо, давайте попробуем. Адрес знаете? Я прилечу через пятьдесят минут.

– А врач-хирург? – Терри незаметно выдохнул, присел на землю рядом с Майклом и осторожно погладил того по руке.

– Будет.

Эва отключила связь. А Терри набрал свой домашний номер.

– Слушаю, Тесла, – прозвучал бодрый голос роботихи.

– Милая, давай вызывай аэротакси, вместимость – шесть человек. Срочно лети ко мне. Я в порту. Местоположение определишь. Такси не отпускай. Выполняй. Нет, стой. Захвати из дома одеяла и полотенца чистые. Теперь всё. Выполняй.

Оставалось только ждать. Пока Тесла прилетит. Пока ПИЧ-пилот найдёт в этом бедламе место для посадки. Пока они все вместе погрузят Майкла в такси. И пока флаер долетит до клиники Эвы.

– Ничего, – Терри снова погладил Майкла по руке, – прорвемся. Нам не привыкать.

…Тесла примчалась через полчаса. Ну, как примчалась. Терри ещё издалека увидел переваливающуюся уточкой тучную фигуру роботихи. В обычном коричневом длинном платье и чепце. Но без передника. Она тащила за собой ПИЧа, оглядываясь по сторонам, – искала Терри.

– Сюда! – Терри встал в полный рост и махнул рукой.

– Что с Майклом? Воняет как! Взрыв?

Роботиха споро переворачивала Майкла туда-сюда, укутывала в одеяло, прокладывала полотенцами место между спиной и одеялом, чтобы не задеть при транспортировке. Наконец, она осталась довольна своими трудами и приказала ПИЧу-водителю:

– Бери носилки с этой стороны, а я с другой. Выполнять!

Терри удивился. Как это она так быстро взяла под контроль программу ПИЧа? Понятно, что андроиды – высшие роботы, а ПИЧи – низшие, но подчинить за такое короткое время?

– Куда его? – спросила на ходу Тесла, она тащила носилки с Майклом легко, словно пустые, Терри еле поспевал за нею.

– Я нашёл клинику, там ему должны кожу новую сделать на спине. Какой-то тканевый инженер.

– Подожди-ка.

Тесла шла и молчала несколько минут. Терри догадался, что она проводит быстрый поиск по сети.

– Клиника «Эвана»? Эвы Беллами? – уточнила Тесла, получила подтверждающий кивок от Терри и обернулась к ПИЧу: – Напишу благодарность в твой послужной список, если доставишь нас туда за десять минут. Если нет, получишь отрицательный отзыв и штраф в свой алгоритм.

После этого изумлённый Терри наблюдал, как ПИЧ быстро, подталкивая носилки с впереди идущей Теслой добежал до своего такси, помог погрузить туда Майкла и почти впрыгнул на водительское место.

Терри с благодарностью посмотрел на свою хозяйку-мамушку. Он купит ей годовую подписку на детективные сериалы. Самую полную. Самую дорогую. Только бы Майкл остался жив и здоров.

Флаер взлетел, развернулся по направлению к городу и понёсся вперёд.

Биофильный район был чуть в стороне от центра города, Эва жила здесь до замужества, а теперь тут обосновалась её клиника «Эвана». В природном ландшафте то тут, то там высились коммерческие здания и жилые дома, которые смогли гармонично вписаться в нетронутую прогрессом окружающую природу. Транспортная система района разрослась паутиной под землёй. Лифты пронзали здания от подземных стоянок до посадочных площадок флаеров на крышах. Воздух круглые сутки очищали встроенные в дома фильтры. Снимать здесь офис или жить могли позволить себе только богачи. Даже обслуга состояла в основном из ПИЧей и андроидов. Обитатели района не доверяли свои тайны простым людям.

Сейчас, ночью, район казался вымершим. По сравнению со всегда шумным крикливым портом и центральным проспектом с его рекламой, драками и питейными заведениями здесь царила тишина. Поэтому рокот двигателя аэротакси казался особенно громким и кощунственным.

Такси зависло над двухэтажной постройкой с раздвижной крышей. Края крыши раскрылись, будто створки раковины, и флаер благополучно сел на показавшуюся площадку. Крыша сомкнулась, и на улице вновь наступила тишина.

Два санитара в фирменной белой униформе выкатили из распахнутых дверей грузового лифта каталку для Майкла. Терри помог перетащить его из такси, тревожась всё сильнее – друг так и не пришёл в себя, несмотря на перелёт и смену положений. В лифт втиснулись все: и санитары с Майклом, и Терри с Теслой. Через минуту они толпой вывалились в просторный холл со светло-серыми стенами, высоким потолком и полом, выложенным приглушающей звуки плиткой. Санитары сразу покатили каталку с Майклом в сторону открытой двери в глубине коридора, из кабинета раздавались голоса – врачи готовились к операции.

Терри и Тесла остались стоять возле лифта. Горячка, в которой нужно было что-то решать, куда-то бежать, чтобы спасти, довезти, заставить лечить, вдруг схлынула. Тесла просто ждала приказов, оглядывая обстановку, впитывая и записывая в память новую информацию. Терри, немного опешив в начале от наступившей тишины, снова собрался и распорядился:

– Отпусти аэротакси и жди меня. Я тут всё узнаю и поговорю с врачом, который будет пришивать Майклу кожу.

– Где ждать? Дома? Или здесь? – уточнила роботиха.

– Здесь. Но сначала пригони мою машину с домашней стоянки. Стой. Вот, забери.

Терри стащил через голову воняющую порохом грязную толстовку, отдал Тесле вместе с бронежилетом, оставшись в трикотажной майке.

Тесла ушла. Дверь в операционную закрылась. Терри остался один, казалось, во всей клинике. Никого вокруг. Только беспокойная тишина и неяркий свет ламп, слегка отражающийся от гладких стен. Он медленно двинулся вперёд, рассматривая кабинеты, на которых висели таблички с названиями, вызывающими легкий ступор: «Фотолаборатория синтеза волосяного покрова», «Лаборатория установки подкожных косметических датчиков»… А это что?! «Процедурная 1. Внутривенное внедрение наноботов антистарения», – прочитал он ещё раз, не веря глазам. Такое вообще возможно?

– Доброй ночи, детектив!

Перед Терри стояла Эва. С собранными в простой хвост волосами, в белой униформе своей клиники – просторных брюках и коротком халатике. Из-под врачебной шапочки выбивались влажные вьющиеся прядки. Наверное, она только что принимала душ. Терри вдруг понял, что под халатиком у неё ничего нет. С трудом перевёл взгляд с её груди на лицо. Смотреть в плавающие смеющиеся льдинки тоже было невозможно. Терри уставился на нейтральное место между бровями и постарался сосредоточиться.

– Что там с Майклом? Что ваш инженер сказал?

Голос прозвучал хрипло. Эва понимающе усмехнулась.

– Пойдёмте ко мне в кабинет. Подождём. Хирург пока пытается найти подходящие импланты.

Она повернулась и махнула рукой, приглашая следовать за собой. Терри, кажется, начал успокаиваться. Нужно сфокусироваться на разговоре, разобраться в процедуре. Он спросил, глядя в спину идущей впереди Эвы:

– А это возможно? Вот так? Без подготовки?

Зря надеялся успокоиться. Когда они вошли в кабинет и остались только вдвоём в огороженном с четырёх сторон пространстве, Терри снова почувствовал возбуждение. Весь кабинет наполнился её запахом. Сладкими духами, смешанными с дымом, наверное, она только что курила. Ароматом шампуня и вымытого тела. Привкусом лекарств. «Нельзя», – уговаривал он себя. «Не смей», – приказывал ему внутренний голос. Эва повернулась, халатик на груди натянулся, обозначая тёмные кружки сосков сквозь белую тонкую ткань, и Терри не выдержал. Шагнул вперёд. Эва что-то поняла по его глазам и отступила. Терри сделал ещё шаг. Эва вжалась спиной в стену. Отступать дальше было некуда. Между ними не осталось ничего. Терри упёрся руками в стену, словно отгородил Эву от окружающего мира, и смотрел теперь ей прямо в глаза, в эти льдинки, которые сейчас трепетали от… От желания? От страха? Да всё равно! Терри наклонился к её губам и замер. Она сама должна сделать последний шаг к нему. Или оттолкнуть.

…Спустя час в коридоре хлопнула дверь. Из операционной вышел хирург и направился к кабинету начальницы. Подошёл, осмотрел себя, поправил форму и занёс руку, чтобы постучать.

Дверь распахнулась сама. Оттуда вывалился Терри, на ходу натягивающий футболку, подхватил хирурга под мышки и протащил по коридору несколько метров подальше от кабинета Эвы.

– Ну как? – выдохнул он в лицо врачу. – Что с Майклом?

Тот ошалело смотрел Терри за спину. Из кабинета выходила раскрасневшаяся, возбуждённая начальница. Она поправила спутавшиеся волосы и буднично спросила:

– Как прошло?

Терри отпустил доктора и почти побежал к операционной – оттуда вывозили каталку с Майклом. Тот лежал на животе, голова скрывалась под бинтами, спина под накинутой простынёй непонятно горбилась.

– Повезло, – врач перевел взгляд с Эвы на удаляющуюся каталку, потом словно очнулся и начал докладывать, явно гордясь собой. – Нашёлся имплант нужного размера и подходящего по группе крови. Я напишу статью с вашего позволения, – он вопросительно взглянул на Терри, – никогда не применяли наш метод для раненых с ожогами. Раневая неподготовленная поверхность…

– Да, да, делайте, что хотите. А когда с пациентом можно будет поговорить?

– Спит, – доктор развёл руками, – и будет спать ещё часов десять. Приходите к обеду.

– Какие прогнозы? – подала голос Эва.

– По спине – благоприятные. Что касается сожжённых волос и бровей, мы всё обработали, но нужны будут дополнительные процедуры. Это не ко мне.

Хирург бесстрастно попрощался.

Эва холодно кивнула Терри:

– Вас проводят, – и тоже ушла.

Терри мрачно посмотрел ей вслед, прислонился к стене и стукнул со злостью кулаком по своей ране на ноге. Стало больно.

– Так тебе и надо, идиот, – прошептал он и медленно двинулся к выходу из клиники – искать Теслу и свой мобиль.

Выйдя из лифта на подземную стоянку, Терри нашёл взглядом машину с Теслой, но прежде, чем идти дальше, позвонил лейтенанту. Тот ответил не сразу, а когда ответил, Терри пришлось кричать, чтобы сообщить, что с Майклом всё будет в порядке. За спиной лейтенанта угадывались белые халаты. Судя по всему, это был госпиталь. Команды медперсонала, стоны раненных, галдёж сопровождающих – всё сливалось в сплошной гул и мешало разговору. Но главное лейтенант понял, кивнул благодарно, а ещё они с Терри назначили встречу для составления фоторобота Кобры.

В машине Терри поймал в зеркале заднего вида лицо роботихи со сморщенным носом, решил, что она сейчас начнёт анализировать запахи, догадается про Эву, и раздражённо буркнул:

– Никаких разговоров! Мне надо подумать.

Терри проехал под автоматически открывшимся шлагбаумом в привычный ночной город, подальше от словно вымершего биофильного района и от элитной клиники, где всё сначала было замечательно, а потом стало непонятно.

Он идиот. Говорил же себе, нельзя. Нельзя! Нет, вляпался. Подставился. Весь этот час он и Эва целовались, как безумные, а потом она вышла из кабинета как ни в чем не бывало, кивнула равнодушно на прощание и ушла. И что это означало?

Терри гневно посигналил подрезавшему его на проспекте водителю фургона. И опять ушёл в свои мысли. Ей не понравилось? Терри вспомнил её искусанные пухлые губы и влажный зовущий взгляд. Если бы не понравилось, она бы его оттолкнула. А она… Не оттолкнула. Ответила на первый поцелуй. Да и потом… Терри сладко вздрогнул, вспомнив ощущение от прикосновения к Эвиной груди. Он резко вывернул руль, направил машину к обочине и с силой нажал на тормоза. Мобиль взвизгнул и встал как вкопанный.

– Садись за руль, – приказал Терри роботихе, – мне…

– Надо поду-у-умать, – Тесла воспроизвела тембр голоса и интонации Терри. – Думай. А что с Майклом? Сделали ему кожу новую?

Она пересела на водительское место, но с места не тронулась – ждала, когда Терри ответит.

– Нормально всё будет с Майклом. К обеду очнётся, спину подлатали. И давай, поторопись. Я хочу поспать, мне ещё сегодня в полицию ехать, с лейтенантом встречаться.

Но поспать в эту ночь, видимо, Терри была не судьба. Возле дома стояли три машины, перегородив въезд во двор. Около одной из них прохаживался Мадсен. Похожий на нахохлившегося ворона в своём чёрном одеянии, застёгнутый на все пуговицы, злой.

– Это Мадсен, – Тесла выключила двигатель. – Что мне делать?

– Найди, куда поставить машину. Потом домой. А я потолкую с Мадсеном, узнаю, что ему от меня надо.

Терри надел снятую в клинике мятую толстовку, покрутил пальцем в дырочке от пули, снова поймал в зеркале изучающий взгляд Теслы, толкнул дверь мобиля и выскочил наружу.

Мадсен в окружении парней из СББ ждал, когда Терри подойдёт, не делая навстречу ни одного шага. И что это значит? Он, Терри, в чём-то провинился? Терри остановился, медленно достал сигареты, неторопливо прикурил, выдохнул и не спеша двинулся к Мадсену. Тот так и стоял на месте. Только руки в чёрных тонких перчатках сжались в кулаки. Если бы Мадсен не вёл себя так высокомерно, то и Терри не стал бы устраивать спектакль. Но сейчас Терри «понесло». Всю ночь он чувствовал вину перед людьми, теми, что погибли, и теми, что покалечены. Из-за взрыва, который устроил Кобра. Которого можно было убить. И нужно. А Терри сплоховал. Майкла, правда, спас. Плюс Эва… Её надменное «Вас проводят». А этот ворон, наверное, всю ночь спал, припёрся без договорённости и даже не здоровается. Показывает своё превосходство. Урод. Остановившись перед Мадсеном, Терри пыхнул дымом от сигареты ему прямо в лицо и процедил:

– Какие люди… Что-то случилось?

– Вы работаете на господина Беллами. Я приехал узнать, что вам удалось сделать за это время. Мои звонки вы игнорируете, – Мадсен раздражённо взмахнул рукой, отгоняя дымное облако, и добавил: – Потрудитесь доложить о своих успехах.

Слово «успехах» начальник СББ язвительно подчеркнул.

Зря он так. Терри лениво почесал грудь через пулевое отверстие в толстовке и с тупым удивлением на лице переспросил:

– Вам докладывать? А почему не господину Беллами?

– Потому что ему некогда. Он работает. На него наседают военные, требуют результата по кристаллу, испытания должны были вот-вот закончиться, теперь неизвестно, что будет. А вы… Занимаетесь непонятно чем.

Терри перестал изображать дурачка и проговорил, разделяя слова, как для слабослышащего:

– У меня договор с Андором Беллами. Я буду докладывать ему лично. А он, если захочет, расскажет о моих «успехах» вам. И военным. Отойдите с дороги. Я устал, мне нужно домой.

Мадсен взбешённо шагнул к Терри:

– Ты!

– Я!

Терри тоже шагнул навстречу Мадсену. Они, не сговариваясь, схватили друг друга за грудки. К ним подскочили подчинённые Мадсена, один из них попытался растащить тела начальника и Терри. Те не отрывались друг от друга. И топтались на месте. Подчинённый им мешал, вокруг стояли растерянные бойцы СББ. Терри с силой оттолкнул Мадсена от себя, тот потерял равновесие, сделал шаг назад, подчинённый мгновенно вклинился в образовавшееся пустое пространство между противниками… И вдруг осел на землю. Посидел неподвижно и упал навзничь, раскинув руки. На груди, там, где сердце, из аккуратной дырочки в куртке толчками вытекала кровь.

– Всем в укрытие, работает снайпер! – крикнул Терри и первым, оттолкнув как можно дальше Мадсена, нырнул за стоявшие рядом машины.

– Оцепить территорию, выяснить, откуда стреляли, найти, брать живым! – раздалась другая команда. Терри, выглянув из-за своего укрытия, увидел, как бойцы СББ, грамотно укрываясь от возможных новых выстрелов, рассредоточились по территории двора. Терри покачал головой. Бесполезно. И переключился мыслями на снайпера. Кто был целью? Тут и думать нечего. Не Мадсен же. И никто из СББ. Цель – это он, Терри. А снайпер – Кобра. Как же он так быстро узнал, что Терри остался жив? И теперь сможет его опознать. Надо быть поосторожнее с лейтенантом. В полиции могут быть подкупленные Коброй осведомители. Не просто так до сих пор не смогли составить грамотного фоторобота. Ну ничего. Завтра, нет, сегодня к обеду по всем полицейским участкам разошлют его настоящее лицо. Объемную голограмму. Компьютер сравнит изображение с сотнями тысяч лиц в базе. Запустят алгоритм распознавания на уличных камерах. Поймают. Вот только что делать сейчас? Кобра уже знает домашний адрес Терри. Камеры и ловушки в подъезде и на лестничной площадке ничем не помогут. А вот про дом на побережье никто, кроме Майкла, не знает. Терри отполз к кустам, тут и там торчащим под окнами первого этажа, сел и набрал номер Теслы.

– Кто стрелял? – Тесла не только улавливала незаметные для человека запахи, но и обладала чрезвычайно острым слухом.

– Тише. Мы уезжаем в деревню. Немедленно. Собери что там тебе необходимо на первое время по хозяйству и жди меня в мобиле возле магазина того, что у перекрёстка. Фары не включай. У тебя пять минут.

Терри выждал немного, ползком пробрался к углу дома и оценил обстановку. Бойцы Мадсена ещё носились по двору. Убитого унесли. Самого Мадсена нигде не было видно. Терри пожелал себе мысленно удачи и рванул по направлению к магазину, где должна была ждать Тесла.

Мобиль стоял наготове, где и договаривались. Тёмный, с открытыми окнами и Теслой за рулём. Терри рыбкой нырнул в окно, плюхнулся на заднее сиденье, утирая вспотевшее лицо, и, не поднимая головы, резко приказал:

– Гони!

Утренний туман над океаном редел. Кое-где в просветах уже виднелось небо – синее, чистое, предвещавшее хорошую погоду на день. Терри неподвижно лежал на воде, раскинув в стороны руки и ноги, чувствуя спиной глубину. Он как будто впитывал равнодушную мощь океана и понемногу успокаивался после ночных событий.

Тишину утра нарушило ровное тарахтенье рыболовного катера. Это Гула, хозяин таверны, куда Терри собирался наведаться позавтракать, вышел на лёгком судёнышке за свежей рыбой. Терри перевернулся, под звук мотора доплыл до берега, не торопясь прошёл по влажному от тумана песку к своей одежде, подхватил большое жёсткое полотенце, выданное ему Теслой из старых запасов, и принялся растираться.

…Тесла и Терри приехали в деревню час назад. Вошли в отсыревший дом, пропахший прелыми тряпками, зажгли свет и принялись перетаскивать из багажника собранные Теслой второпях вещи из городской квартиры. Потом Терри сразу пошёл купаться. Он и забыл, как это здорово – утро, океан, никого вокруг и иногда едва слышный в тумане звук лодочного движка.

Терри не спешил назад. Там Тесла приводит в порядок дом. Несмотря на теплую погоду, топит камин, чтобы просушить комнаты.

Он лежал на полотенце, брошенном на по-утреннему холодный песок, и вспоминал свою жизнь в деревне после войны. Тогда ещё не было Теслы. Роботиху он купил позже, совершенно случайно. Когда, демобилизовавшись, слонялся без цели по городским улицам, заново узнавая старые места.

За время отсутствия Терри город изменился. Как будто повзрослел и загрубел, как и сам Терри. Например, сменил мягкую зелень деревьев вдоль улиц на рекламные щиты. А вместо нарядных манекенов в витринах магазинов теперь время от времени вспыхивали объёмные изображения товаров прямо на стёклах. Возле одной из таких витрин Терри остановился. Всплывающие разноцветные строки сообщали о тотальной распродаже старых роботов и поступлении партии ПИЧей, модифицированных для домашнего хозяйства. Идея приобрести ПИЧа, который бы следил за порядком в доме и хлопотал на кухне, неожиданно понравилась, и Терри толкнул двери огромного павильона.

Он очутился в декорациях какого-то старинного фильма. Холл отеля. Диваны, кресла. Низкие столики, за которыми сидели андроиды, поразительно похожие на людей: мужчины в смокингах, а женщины в вечерних платьях. Парами или компаниями они разговаривали, изображая, что пьют кофе или вино и курят сигары. А вокруг сновали ПИЧи-официанты, ПИЧи-носильщики, ПИЧи-курьеры.

К Терри подскочил продавец. Слава Богу, это был человек. С ПИЧем Терри бы разговаривать не стал, сразу ушёл. Он и так почувствовал себя, как в театре. Только не зрителем, а актёром.

– Мне нужен робот для дома, – коротко объяснил Терри продавцу цель визита, – ничего сложного: уборка, готовка, и чтобы моя одежда всегда была чистой.

– У нас большой выбор, я покажу, пойдёмте со мной!

И продавец двинулся в обход сцены с постановочными декорациями. Терри прошёл за ним уже половину зала, когда увидел в затемнённом углу павильона совсем другую картину.

Около десяти обесточенных андроидов сидели, лежали или стояли вдоль стены. Почти все без одежды, некоторые без конечностей, один – без головы.

– А это кто? – Терри эта свалка напомнила поле после боя.

– Эти? – менеджер пожал плечами. – Этих разбирают на запчасти наши специалисты. Списанные это. Бракованные или совсем убитые.

– А бывают бракованные? – Терри удивился. Про «убитых» понятно. А вот как с завода можно выпустить бракованного робота? Они же проходят там кучу тестов и испытаний!

– В процессе эксплуатации такими становятся. Их могут перепрограммировать с одной функции на другую, чтобы продать, иногда после этого возникают сбои. Вон, например, эта толстуха, – продавец показал на стоявшую спиной к ним полную даму в длинном коричневом платье с чепцом на голове. – Её специально делали по заказу киностудии для фильма. Играла служанку отставного военного из старинной дворянской семьи. Не нашли подходящего человека, заказали на заводе андроида такого типажа. Сыграла, и всё. Больше не нужна стала. Уценили, отдали сюда. Наши спецы поставили ей сначала программы «няня больного ребёнка», «мамушка и непутёвое дитя», «домашняя хозяйка», такое пользуется спросом. Но не продали, внешность неподходящая. Все хотят няню «Мэри Поппинс», а это…

Продавец снова пожал плечами.

– Её потом ещё раз на киностудию брали, – вспомнил он, – платили нам за аренду. Тоже старинный фильм, кажется, вестерн.

– Она скакала на коне? – сдерживая смех, спросил Терри.

– Нет, в баре подавала напитки, и её щипали за… Там ей такой лексикон добавили в прошивку! Теперь вообще не продать. Представьте няню, которая говорит ребёнку: «Эй, ковбой, полегче, не нажимай на напитки, нужно ещё кашу съесть!»

– А почему не стёрли эти программы, ну, про ковбоев и прислуживание военному?

– Про военного – это была заводская прошивка, а потом столько разных программистов в её мозгах покопалось, что лучше и не трогать ничего. А на запчасти сгодится. Или опять в аренду киностудия попросит. Вообще, это не моё дело. Спецы за старыми моделями следят, у них строгий учёт. Пойдёмте дальше?

– То есть, «толстуха», как вы выразились, домашнее хозяйство вести может? – уточнил Терри. – А зовут её как?

Менеджер раскрыл планшет, пролистал на экране страницы со списком товаров и посмотрел с надеждой на Терри:

– Цена совсем низкая для такого класса андроидов, зовут Тесла. Домашнее хозяйство на «отлично», мамушка – «отлично», служанка военного…

– Я покупаю, – перебил Терри, – введите ей мои данные, как нового хозяина, и пришлите мне домой, – он продиктовал менеджеру деревенский адрес, расплатился и, боясь передумать, быстро вышел из магазина. То, что продавец назвал «совсем низкой ценой», для Терри было весьма приличной суммой. Но толстую прислугу военного-актрису-мамушку-хозяйку он почему-то пожалел. Она много повидала, имела «заводские», ничем не вытравляемые прошивки, как Терри – военные, а ещё была никому не нужна, как и он сам.

Так они вместе и начали новую жизнь. У роботихи появился «непутёвый сынок», а у Терри – чистоплотная хозяйка. Только вот «заводская прошивка» оказалась действительно самой сильной. Тесла любила все, связанное с кино, без конца смотрела и комментировала фильмы. А когда у Терри появилась лицензия частного детектива, стала поклонницей полицейских сериалов.

…Послышался хруст песка под тяжёлыми ногами. Терри приподнял голову.

– Ты не взял коммуникатор, – Тесла остановилась рядом и протянула Терри девайс.

«Встретимся?» – увидел Терри на экране короткое безымянное сообщение. Сердце радостно толкнулось в грудь. Он и без подписи знал, кто его отправил. Только один человек мог попросить с ним встречи и не назвать себя. Он быстро написал адрес прибрежного мотеля, мало кому известного, не видимого с дороги. И вопрос: «Сегодня?» А сам думал, зачем она пишет? Ведь они могли сегодня увидеться, когда Терри придёт навестить Майкла. Не дождавшись ответа о времени будущего свидания, Терри оделся и поспешил в таверну завтракать. И собираться в полицейское управление, чтобы помочь составить фоторобот Кобры.

– Ну, вот. Теперь похож, очень похож! – Терри подавил в себе злой всплеск радости – хоть здесь не сплоховал, помог создать изображение главного, на текущий момент, преступника города. После такого взрыва полиция кинет все силы на поиск этого гада. Жалко, что его, Терри, используют только как опознавателя, не как военного специалиста-разведчика. Но, возможно, его расследование тоже даст результаты. Кобре нужен кристалл. Терри тоже нужен кристалл. Они ещё пересекутся.

Терри вышел из лаборатории трёхмерных технологий полицейского управления, раздумывая, что ещё он мог бы сделать для поимки Кобры. Сообщить лейтенанту о том, что Кобра связан с похищением дочери Андора Беллами? Ну нет. Откуда-то Кобра же узнал, что не убил Терри в катакомбах. Никому и ничего Терри рассказывать не будет. Сам будет искать. И Нику, и кристалл. Сейчас полиции некогда заниматься похищением дочери Беллами, и ещё пару дней будет некогда. А у него запланирована встреча с подругой Ники, которая прилетает сегодня с соревнований по дронрэйсингу. Но сначала он навестит Майкла. Терри посмотрел на часы. Время как раз подходящее.

Строгие белые стены послеоперационной палаты, стерильные повязки, в которые запеленали друга врачи, не вязались с громко хохочущим Майклом, рассматривающем себя в зеркало, которое ему дал Терри. Майкл лежал на боку, его частично лысая голова с тонкой шеей, с содранной на лбу и переносице кожей, без бровей и ресниц, радостно улыбалась Терри из марлевого кокона.

– В тебе и моей Тесле есть теперь что-то общее в выражении лица, – подначивал друга Терри, – пожалуй, я замолвлю за тебя словечко. Если ты интересуешься роботихами, то Тесла тебе не откажет. Она вчера меня расспрашивала, как ты, да что с тобой.

– Она слишком чувствительно реагирует на запахи, мне бы кого-нибудь попроще. Кстати, здесь такие медсестры, – Майкл закатил глаза, – да и начальница их… Так и сверкает своими голубыми глазищами, а фигурка…

– Переключайся на медсестёр, дружище, она – жена миллиардера. На тебя, скромного служителя закона, она даже не посмотрит, – поняв, что речь идёт об Эве, перебил Терри. У него заныло в груди. Эвы сейчас в клинике не было. Ему не удалось с ней поговорить. И она так и не назначила время свидания. Неужели передумала? Или ей не понравился отель?

– А, так это Эва Беллами? Ты не говорил, что она такая красотка. Ты меня поэтому сюда привёз вчера? Договорился со своим клиентом? С самим Беллами? Спасибо. А как там наши? – посерьёзнел Майкл, вспомнив вчерашний взрыв.

– Я только что из полиции. Там плохо. Каждый отдел недосчитывается своих, кто ранен, кто убит. Кобра сбежал, – Терри не смог сказать, что это он упустил врага. Потом, он скажет Майклу об этом потом.

Коротко тренькнул коммуникатор на прикроватной тумбочке. Пришло сообщение.

– Что там? – вытянул голову Майкл. Его переворачивали с боку на бок через определённое время, строго по часам. Тумбочка сейчас стояла у него за спиной, и он не мог видеть сообщения.

Терри обошёл кровать и склонился над экраном.

– Ерунда. Общее оповещение. Лежи спокойно. Тебе ещё не скоро понадобится служебный коммуникатор, – с этими словами Терри взял девайс с тумбочки и переложил себе в карман.

«Всем, кого касается, – гласило оповещение, – система биометрической идентификации обнаружила искомое лицо. Фото во вложении. Боб Хантер в данный момент находится на ферме «Мокрая улитка», координаты прилагаются. После задержания просьба снять официальный запрос о поиске в базе данных».

Боб Хантер… Тот самый «смазливый, скользкий, падкий на женщин, не имеющий постоянной работы» бойфренд Ники Беллами, которому она должна была что-то привезти вечером накануне своей пропажи. Возможно, папин инфокристалл с секретной информацией. Возможно, для продажи. Например, Кобре. И раз кристалла у Кобры нет, то, возможно, Хантер до сих пор хранит его у себя. Где эта ферма? Терри вбил координаты себе в навигатор на планшете. Полиция явно не поедет устраивать допрос прямо сейчас, да и о кристалле они ничего не знают. Терри открыл фото из сообщения и всмотрелся в лицо Боба Хантера. Он сам спросит парня, почему тот сбежал, едва узнал, что Ника исчезла. Не спросит, а допросит. С пристрастием.

Ферма «Мокрая улитка» оказалась большим поселением с множеством маленьких домиков, стоящих на сваях у самого берега прямо в океане. У каждого домика была своя огороженная территория морской воды, там, как понял Терри, выращивали улиток или мидий, в общем, разных обитателей глубин. Готовую продукцию фермеры сдавали владельцу. Тот развозил её по ресторанам и магазинам. Терри просмотрел эту информацию в сети, пока добирался до фермы.

Он оставил машину рядом с будкой охраны и направился по дорожке, выложенной каменными плитами, к навесу у причала. Там, по словам охранника, находился дежурный менеджер. Тот, кто сможет рассказать обо всех жителях фермы.

Менеджер, невысокий рыхлый парень, дочерна загорелый, в панаме, в белой распахнутой рубахе и шортах до колен, выглядел немного взвинченным, как будто с утра ждал такого чудака, как Терри, но тот приехал только что. Он нетерпеливо объяснял Терри, что сведения об обитателях может дать исключительно полиции и только после предъявления соответствующего ордера, а не какому-то частному детективу.

Ветер приносил от развешенных для просушки сетей густой рыбный запах. Было жарко. Навес не спасал от палящего солнца. Терри раздражённо вздохнул и решился.

– Теряем время. Тот, кого я ищу, возможно, похитил дочь миллиардера Андора Беллами.

Загорелое лицо парня побледнело.

– Я правда не имею права, – бормотал он, – меня лишат работы, если узнают, а я пробивался сюда очень давно. Здесь хорошо платят и…

Терри нервно передёрнул плечами. Получилось угрожающе.

– Знаете, я должен сделать дежурный обход, – заторопился менеджер, – не буду выключать планшет, складская программа так медленно загружается, потом долго ждать. А я ухожу всего на полчаса.

Он подхватил плетёную корзину с большой бутылкой воды и пошёл, не оглядываясь, вдоль линии домов.

Терри сел на освободившееся место и пролистал страницы на экране планшета. Папка с названием «Работники» оказалась на четвертой странице, рядом с папками «Улитки», «Каракатицы» и «Креветки».

«Боб Хантер, – читал Терри, – аренда на два месяца… План сдачи… Поставка продуктов кормления…» Не то, не то! Терри посмотрел, не видно ли возвращающегося менеджера, снова вернулся к чтению. И наконец нашёл то, что нужно: «Участок номер девятнадцать».

Терри прикурил сигарету, посмотрел на висящий на стене план расположения участков и перевёл взгляд на свои туфли. Девятнадцатый домик находился достаточно далеко от причала, а идти придётся прямо по раскалённому песку. Ну уж нет. Терри скинул туфли, носки, закатал брючины и босиком, по щиколотку в воде, побрёл в сторону нужного домика.

По мосткам от домика номер девятнадцать к берегу кто-то шёл. Терри увидел его издалека и ускорил шаг. Если это Боб Хантер, то нужно поторопиться, пока тот не ступил на берег и не получил возможность уйти.

Тот, кто шёл по мосткам, тоже увидел Терри и вдруг побежал. Терри чертыхнулся и побежал наперерез, оставляя глубокие следы на мокром песке.

Успел. Правда, в самый последний момент. Он ухватил за рубашку парня, уже занёсшего ногу, чтобы перепрыгнуть через поручни, и дёрнул на себя. Тот попытался скинуть рубашку, но Терри не дал – ухватил руку парня, заломил за спину и заглянул в лицо.

– Боб! А я тебя ищу!

Парень затравленно дёрнулся.

– Ты не полицейский!

– Нет. Но я сейчас вызову полицию, не волнуйся.

Терри, придерживая Боба за руку, достал коммуникатор Майкла и проговорил в микрофон:

– Всем постам. Задержан подозреваемый в похищении Ники Беллами, требуется помощь, – и продиктовал адрес.

– Я не похищал её, ты что? Я сам об этом узнал из сети! – парень засучил ногами на месте, пытаясь вырваться из рук Терри.

– А чего ж ты сбежал? – Терри засёк время, предположив, что полиция примчится минут через сорок, всё-таки от города не близко, и повёл Боба за шкирку в домик.

Тот всё не унимался и на ходу пытался что-то доказать:

– У меня алиби! Я в кафе сидел! Меня все видели!

– Сидел в кафе, ждал Нику? Так она к тебе ехала? А кто об этом знал?

Парень внезапно замолчал, будто захлебнулся, и молчал до тех пор, пока Терри не втолкнул его в дом.

– Ну, что придумал? – Терри принялся методично обыскивать жилище: выкинул на пол из шкафа все вещи, предварительно прощупав карманы, наклонился и достал из-под кровати чемодан с одеждой. Вытряхнул оттуда обувь и тоже засунул руку по очереди в каждую пару.

– Что вы ищете? Нику?

– Ты ещё шутишь? – Терри подошёл к столу, краем глаза отметив, как напрягся парень.

Но нужного кристалла не было и в столе. Зато Терри нашёл два накопителя поменьше, подключил один из них к лежавшему тут же планшету. На экране засветились иконки с инициалами и цифрами. Все в строгом порядке, по алфавиту.

Парень, до этого сидевший на стуле неподвижно, стремительно прыгнул к выходу. Но Терри следил за реакцией Боба и оказался у дверей раньше. В результате разогнавшийся Боб с силой ткнулся в грудь Терри.

– Что-то не так? – Терри наступил Бобу на носки и без замаха врезал ему по скуле. Боб рухнул на пол и больше не делал попыток сбежать. Терри поставил ногу парню на грудь, а сам дотянулся и снова взял планшет. Ника Беллами. НБ. Вот её папка. Терри кликнул на иконку. Там были фотографии девушки. На первой она стояла спиной, полуобернувшись к камере. Девушка смеялась, волосы падали ей на спину, солнечные лучи освещали обнажённое тело, на котором ничего не было, кроме чёрных кружевных трусиков, едва прикрывавших попу. Другие фото были ещё откровеннее. Терри надавил ногой на Боба сильнее. Открыл по очереди ещё три папки. Везде было одно и тоже. Снимки обнажённых девушек в разных позах.

– А цифры, я так понимаю, – это деньги, которые тебе заплатили девушки? Ах ты, гнида! Вот откуда у тебя средства на жизнь. Знакомишься с богатенькими наследницами, влюбляешь их в себя, а потом шантажируешь тем, что выложишь фото в сеть на всеобщее обозрение?

Терри нагнулся и потряс парня:

– Ника везла тебе деньги? Она написала: «Скоро всё привезу». Это деньги?

Дождавшись кивка, Терри не стал больше ничего говорить, а просто ударил его, задержался немного, словно раздумывая, и повторил удар. А после этого брезгливо вытер кулак о его белую рубаху.

Потом встал, протянул руку к планшету, нажал на иконку НБ и щёлкнул «удалить». Сделал ещё несколько манипуляций, чтобы восстановить информацию было невозможно, и присел на стул. Боб следил за ним, не делая попытки встать.

Послышался топот подкованных полицейских ботинок по доскам.

– Если ты скажешь хоть слово про фото Ники, её отец достанет тебя даже в тюрьме, а я ему помогу, – Терри положил планшет на стол и повернулся к выходу.

Дверь распахнулась и показалась рука с пистолетом, а затем и сам полицейский. Увидев на полу избитого парня, коп навёл пистолет на Терри.

– Убери оружие, это свой, – в комнату шагнул лейтенант. – Наварра, что ты здесь делаешь? Хочешь сказать, что случайно оказался рядом?

– Нет. Я искал подозреваемого, нашёл и сразу сообщил в полицию.

– По коммуникатору Майкла? Просто оказался рядом, просто допросил подозреваемого раньше полиции, просто… – лейтенант вгляделся в так и лежащего на полу Хантера, – …избил его? Может, привлечь тебя за нападение?

– Он сопротивлялся при аресте, – Терри оглянулся на парня, ожидая возражений, но тот молчал. – Видите, задержанный согласен.

– Что он тебе сказал? – лейтенант махнул рукой на дверь, полицейский надел на Боба наручники, встряхнул, поставив на ноги, и вывел из домика.

– Что ждал Нику в кафе, что его видели все, кто там в это время находился. Она действительно ехала к нему. Они условились заранее.

– А что означали слова «Скоро всё привезу»? – лейтенанту надоело стоять, он сел напротив Терри и затолкал свои длинные худые ноги под кровать.

– Спроси его сам. Но Боб Хантер, похоже, не виноват в похищении. Алиби и всё такое. Он просто шантажист, вот планшет с именами и снимками девушек, – Терри перекинул в руки лейтенанта девайс, – наверное, он и дочку Беллами обхаживал, но не успел всё сделать.

– То есть снимков Ники Беллами здесь, – лейтенант потряс планшетом и тяжело взглянул на Терри, – нет?

– Нет.

Терри тоже внимательно посмотрел на лейтенанта.

– Их там и не могло быть.

– Ладно, свободен.

Терри сделал шаг к двери.

– Стой.

Терри обернулся. Лейтенант протянул ему ладонь и вопросительно уставился в глаза.

Терри молча вытащил из кармана коммуникатор Майкла, отдал лейтенанту, подождал, не спросит ли тот ещё чего-нибудь, но лейтенант уже погрузился в изучение планшета. И Терри тихо выскользнул за дверь.

…Он уже почти дошёл до своей машины, оставленной возле охраны, когда в кармане зазвонил видеофон. «Абонента нет в вашем списке контактов», – сообщалось с экрана, Терри нажал «ответить», экран засветился, и Терри остановился, словно налетел на препятствие. На него с удивлением смотрела молоденькая девушка с очень короткими выбеленными волосами, узкими плечами и совсем небольшой грудью. Она неуверенно улыбалась чувственными полными губами.

– Вы оставили мне сообщение. Я Элис Танберг.

Точно! Со всей этой кутерьмой на ферме Терри и забыл, что назначил встречу подруге Ники Беллами, она как раз сегодня вернулась с островов, с соревнований по дронрэйсингу.

– Да, да, – заторопился он, – я как раз только что поговорил с бойфрендом Ники, и мне от вас нужно…

– С Бобом? А как вы его нашли? Он не ответил ни на один мой звонок, – перебила девушка.

– Элис, давайте встретимся где-нибудь, я всё вам расскажу. Про Нику, похищение, Боба… Скажем, через два часа, в кафе «Антипод»? – Терри специально назвал модное молодёжное кафе, зная, что девушка не откажется от посещения такого места. В кошельке, конечно, появится небольшая дыра, но он выставит этот счёт Андору, в графе «поиск и опрос свидетелей».

Собирался Терри на «опрос свидетеля» очень тщательно под пристальным взглядом Теслы. Надел голубую облегающую трикотажную майку-поло, чтобы бугристые мышцы проглядывали сквозь тонкую ткань, и лёгкие светлые брюки. Пиджак небрежно поместил на сгиб руки, через плечо повесил сумку с планшетом и повернулся к роботихе.

– Как я тебе? Иду в молодёжное кафе в роли детектива-супермена из твоих любимых сериалов.

– С кем? Я её знаю?

– В смысле, её запах? Нет. Молодая. Хорошенькая. Богатый папа. Увлекается дронрэйсингом. Подруга Ники Беллами.

Тесла застыла на пару минут, подключаясь к сети, потом отмерла и проворчала:

– Элис Танберг. Ты для неё слишком старый. И твои мышцы не помогут. У неё был парень. Интеллектуал. Она чуть не бросила из-за него семью. Папа подсуетился. Оплатил интеллектуалу билет в Австралию. В один конец. Теперь девушка в поиске. Но ты…

– Слишком старый, я понял, – Терри засмеялся, – я не старый, я – зрелый. Мне бы узнать семейные тайны Беллами, отношения Ники и мачехи, Ники и отца. Ну, и… – Терри запнулся, – самого Андора и его жены.

Терри быстро накинул пиджак и почти выскочил за дверь, опасаясь, что Тесла начнёт что-то подозревать о нём самом и Эве.

Кафе располагалось на втором этаже торгового центра на главном проспекте, недалеко от того места, где Терри два дня назад покупал «Поцелуй дьявола», изображая гуляку-накромана. Приоткрытые панорамные окна опоясывали полукругом балкон и выходили во двор, где был разбит сад. Аллеи и дорожки, вечнозелёные кустарники, цветы – всё было ухоженным, и вместе источало хвойно-сладкий густой аромат.

Терри встретил Элис на парковке торгового центра, куда она подъехала с опозданием в полчаса на маленькой розовой двухместной машине. В брючном шёлковом костюме, похожая на мальчика из-за своей короткой стрижки и субтильной фигуры, она шла сейчас по залу кафе впереди Терри и официанта и выбирала место. Наконец остановилась у столика в углу, закрытого ширмой от невежливых взглядов.

– Мне карамельное латте на кокосовом молоке, большую чашку, и два эклера, – распорядилась девушка, не открывая меню. Официант повернулся к Терри, пытаясь всучить меню хотя бы ему.

– Мне просто чёрный кофе, – отверг Терри его попытки. И скосил глаза на Элис.

Та, ни на кого не обращая внимания, присела на краешек стула, выпрямила спину и сложила руки на коленях.

И как с ней разговаривать? Терри снял пиджак, повесил на спинку стула, сел и помолчал.

– Вы спрашивайте, что нужно. Я всё расскажу. Меня, правда, уже допросили полицейские. По видеофону. А Нику до сих пор не нашли?

– Нет. Искали её бойфренда. Думали, он прольёт свет на её исчезновение. Ника ехала к нему в ту ночь. Она везла ему…

– Деньги. Он гадкий шантажист. Я не стала полиции про это говорить, но раз вы сами узнали… Ника была в него влюблена. Он всем нравился. Только её мачеха сразу сказала, что он скользкий. Они с Никой тогда поругались.

Официант принёс и расставил на столике тарелочки с пирожными и чашки с кофе. Элис поиграла маленькой ложечкой. И вдруг заплакала.

– Один шантажист, другой трус… И Ника пропала… Ой, – она посмотрела на Терри покрасневшими глазами, – вы не обращайте внимания, это я так, вспомнила…

– Расскажите про семью Ники, – Терри отвёл глаза и смахнул со стола несуществующий мусор.

– Семья… Ника не любила бывать дома. Отец вечно на работе, в доме из слуг одни роботы, если кто приходит в гости, то это или военные, или компаньоны по бизнесу. Приглашать нас к себе Ника не могла – отец запрещал.

– А мачеха?

– С мачехой как раз Ника дружила. Та ей всегда советовала, как одеваться, как себя вести в разных случаях. Не сюсюкала и не набивалась в матери. Они на моей памяти и поругались-то всего один раз, из-за Боба.

– Значит, вы с Никой говорили до её отъезда? Она не рассказывала, кто-то из компаньонов отца был в гостях в тот день?

– Баковски. Его фирма поставляет «Беллами/Роботикс» какие-то механические штуки для суставов киборгам. А с Эвой они общаются по медицинской части. У Вилмара тоже клиника. Он производит и внедряет киберпротезы. Баковски, мне кажется, вообще единственный друг семьи. И с Никой Вилли в хороших отношениях.

– Как? – поперхнулся Терри.

– Вилли. Андор и Баковски вместе учились в Академии, Ника говорила, что это студенческое прозвище.

– А Вилмар Баковски женат?

– Там какая-то совсем не романтическая история. Ника рассказывала, что Вилли женился на богатой австралийке, намного старше себя. И нигде не показывался с ней. Даже живут раздельно. Почему-то Баковски её прячет. Больше ничего не знаю.

Девушка достала свой видеофон, покопалась в галерее и показала Терри фото: на снимке Андор, Эва и красивый мужчина с печальными, как у спаниеля, глазами, как понял Терри, тот самый Вилмар Баковски, стояли на фоне особняка Беллами и напряжённо смотрели в камеру.

Терри задал Элис ещё несколько незначительных вопросов, потом расплатился и проводил её к машине. Когда машина уже тронулась, он увидел через стекло, что девушка снова вытирает слёзы.

Тренькнул коммуникатор, оповещая, что пришло сообщение. «Через час», – было написано там, и Терри почти побежал к своему мобилю, опасаясь, что не успеет добраться вовремя до мотеля.

Терри сидел на подоконнике у распахнутого настежь окна и расслабленно курил, стряхивая пепел наружу. Из душевой доносился звук льющейся воды. Терри обвёл глазами номер снятого на ночь мотеля. В полумраке угадывалась кровать со смятыми простынями и разбросанная по полу одежда.

По дорожке, вьющейся между домиками мотеля, катился гироскутер со встроенной холодильной камерой. Терри потянулся к пульту заказов и выбрал в меню шестилетний виски. Подумал и добавил корзину фруктов. Для Эвы. Через пять минут раздался тихий стук в дверь. Терри, не сходя с подоконника, снова нажал кнопку на пульте, дверь открылась, и в комнату вкатилась тележка-холодильник. Робот-гироскутер постоял у входа, проверяя датчиками помещение и выискивая местоположение постояльца. Терри махнул рукой.

– Сюда вези бухло, парень.

Или не парень? Терри на минуту задумался. Робот-тележка – это «он» или «она»? И фыркнул раздражённо. Что за чушь лезет в мозг?

Манипуляторы-ручки робота достали и установили на подоконник спиртное, открыли и аккуратно налили в стакан напиток. Затем робот повернулся спиной, там светился маленький прямоугольник – терминал для оплаты.

Терри приложил руку со встроенным в запястье чипом, терминал чмокнул, словно всосал деньги, и робот двинулся назад. У выхода он остановился, произнёс дежурную фразу:

– Мы рады служить, – и тихо прикрыл за собой дверь.

Терри поднёс стакан к губам, сделал большой глоток, вздохнул, с удовольствием ощущая, как по пищеводу льётся холодная успокаивающая влага, и вздрогнул – тишину комнаты разорвал зуммер видеофона. Аппарат валялся под подоконником на полу, Терри наклонил голову и увидел на экране лицо Майкла. И время на часах – три ночи. Терри замер. Почему так поздно?

– Слушаю, – голос немного подвёл, вместо чёткого «слушаю» получилось «с-с-слушаю».

– Спишь?

– Что-то случилось?

– Нет, просто не спится. Перестали действовать успокоительные. И обезболивающие. Лейтенант вечером заходил. Принёс мой коммуникатор. Рассказал про твои подвиги на ферме. Как твоё расследование? Есть что-то новенькое?

– Я собираюсь с утра найти Вилмара Баковски, он компаньон Андора, в день похищения был в имении Беллами, значит, мог знать о том, что Ника собирается в город. А мог и не знать, – начал рассказывать Терри, потом посмотрел на душевую и тихо договорил: – Слушай, я сплю совсем, давай я позвоню тебе утром и всё доложу подробно, сейчас голова вообще не соображает.

– Ладно, вызову тогда ночную сиделку, поболтаю с ней, – обиженный Майкл отбился, не попрощавшись.

Шум воды прекратился, и из душа показалась Эва: загорелая, с мокрыми волосами, ничем не прикрытая. Она подошла к кровати, подняла с пола платье, сандалеты и трусики. За каждым предметом одежды наклоняясь отдельно, словно дразня Терри и давая полюбоваться на своё гладкое тело.

Терри любовался. С момента, когда они вошли в номер, оба не проронили ни слова. Только любили друг друга: Терри жадно, не сдерживаясь, Эва мягко, податливо.

Увидев фрукты на столе, Эва протянула руку, отщипнула виноградину и, глядя Терри в глаза, медленно положила её в рот. Терри спрыгнул с подоконника, отобрал её одежду, бросил на пол и с силой прижал к себе влажное тело.

– Мне пора, – Эва сделала попытку отстраниться, но не смогла.

Терри упал на кровать, увлекая её за собой, перевернулся, оказавшись сверху, и дал волю рукам. Он мял её грудь, нежно прикусывал соски, впивался ей в губы и наконец ворвался в неё, задвигался ненасытно, словно юнец на первом свидании. Эва негромко стонала, распаляя Терри всё сильнее и сильнее. Наконец оба оторвались друг от друга. Эва засмеялась и прошептала:

– Я снова в душ.

Когда она скрылась, Терри налил виски и откинулся на подушки.

Через пять минут Эва вернулась, легла рядом, накинув простыню, забрала из его руки стакан и глотнула.

– Неразбавленный! – поздно спохватился Терри. – В баре есть шампанское, налить тебе?

– Неплохой виски, – Эва покрутила в напитке льдинки, – шампанское я не пью.

– Трудное детство? – Терри положил голову на живот Эвы, вдохнув аромат её тела. – Я слышал, ты родилась здесь, в Портовом районе?

– Слухи, слухи. Никак не даёт покоя людям моё замужество, да? Где-нибудь в кафе слышал? От официантки?

– В салоне, от парикмахера, – засмеялся Терри. – А почему ты имя сменила? Ева – тоже красиво.

– Потому что хотела забыть о своём плебейском происхождении. Уехала, замуж за богача вышла, имя сменила, фамилию, думала, вернусь – начну новую жизнь. Респектабельную, – Эва допила виски. – А везде одна и та же грязь. Только внизу всё честнее. Там крысы. Не сумеешь убежать – сдохнешь. А наверху – пауки. Плетут свои сети. Изощрённо так, наверное, сказывается опыт поколений. Из такой сети не убежать.

Они помолчали.

– Когда мы ещё встретимся? – спросил Терри то, что его интересовало больше всего.

– Давай сегодня? – Эва посмотрела на него сквозь полуприкрытые ресницы. – Андор улетел на два дня испытывать своих киборгов.

– Сегодня как раз не могу, прости. Работа.

– Ночью? – Эва поднялась и начала одеваться.

– Не обижайся. Я же ищу твою падчерицу. Сегодня важное дело. И именно ночью. Надо проверить кое-что.

– Мне правда пора. Я напишу.

– Подожди, я провожу! – Терри потянулся за джинсами.

– Нет. Уже светает. Кто-нибудь из персонала может увидеть нас вместе. Я доберусь до своего флаера незаметно. А ты попозже выйдешь. Хорошо? – она поискала глазами сумочку, нашла, наклонилась к щеке Терри, слегка мазнула губами, обдав его запахом своих духов, и ушла.

Терри постоял под душем, прикидывая, как распланировать день. Потом заказал в номер завтрак, перекусил и поехал, предварительно договорившись о встрече, к Борису – вооружиться перед ночной вылазкой в клинику Вилмара Баковски. Терри ещё не знал, что именно хочет найти в клинике, но уже не сомневался, что Вилли, о котором упоминал Сипатый Сэм, это именно Вилмар – компаньон Андора, имеющий доступ к дому и наверняка знающий о последних открытиях «Беллами/Роботикс», а значит, и о кристалле. И если что-то искать, то не дома у Вилмара, а именно в таком месте, где можно спрятать не только бумаги, но и человека. Если Терри всё правильно понял, то уже ночью он может найти Нику. И кристалл.

Едва Терри вошёл в магазин Бориса, как в нос ему шибануло резким запахом краски. Терри взглянул на продавца за стойкой, огромного рыжего бугая в потной майке и в кепке, надетой задом наперёд.

– Привет, Санни, чем это так воняет?

– Командир опять химичит в своей подсобке. С утра терплю эту вонь, веришь? Всех покупателей мне распугал, колдун чёртов.

Терри подошёл к двери в подсобку и кулаком постучал три раза, а потом ещё два. На условный стук открыл Борис. В широких, на пол-лица, очках и респираторе.

– Подожди, я сейчас всё упакую и займусь тобой, – Борис распахнул пошире дверь и скрылся за загородкой.

Терри подошёл к одному из стеллажей с полками, заваленными приспособлениями, устройствами, мелким оружием, и принялся выбирать будущие покупки, нагружая ими стоящий рядом стол. После того, как его машину выпотрошили на стоянке у бара, а он получил по голове, Терри лишился некоторых своих «игрушек». Больше всего ему было жалко ламфона. Точно такой Терри увидел в углу стеллажа, дотянулся и тоже положил на стол. Прибавил очки ночного видения, их он потерял в катакомбах, когда дрался с Коброй. Посмотрел на ножи, выбрал пару небольших складных, от остальных отвёл взгляд. Он купит их потом. На всё денег может не хватить.

– А где у тебя дроны? – крикнул он в сторону загородки, оттуда доносилось шуршание и бормотание.

– Рядом со стеллажом ящик, там мелкие, а большие в подполье, подожди, вместе пойдём, оно закрыто.

– Мне нужны маленькие, и ещё с камерами ночного видения!

– Ещё один ящик за стеллажом, там ищи.

Терри шагнул левее и принялся копаться в сваленных на широкой подставке дронах, похожих на некрупных птиц. Взвесил в руке, кивнул – то, что надо.

– А аккумуляторы к ним?

– Под подставкой посмотри. Если нет, то в зале ищи, у Санни. Уф! – Борис вышел из-за перегородки, снимая на ходу очки и респиратор. – Я в твоём распоряжении.

Увидев кучу на столе, Борис присвистнул.

– Собираешься на ночную операцию? А ламфон зачем? В полной темноте луч могут увидеть.

– Надо, – Терри не хотел рассказывать другу долгую историю про катакомбы, спасение и ограбленную машину.

– Так куда всё-таки собираешься? Мне сказали, что тебя нанял Андор Беллами. Искать кристалл?

Терри перестал копаться в свалке с дронами и посмотрел через плечо.

– Откуда инфа?

– Оттуда, – Борис показал пальцем в потолок.

– А серьёзно?

– Сослуживец рассказал из Военного департамента. Заходил вчера, покупал одну игрушку. Да ты знаешь его, он тебе заказывал искать нелегалов, торгующих вывезенным с боёв оружием. И это он рекомендовал тебя Андору.

Терри вспомнил сообщение на коммуникаторе: «Не отказывайся». Да, точно. Тот самый бывший сослуживец Бориса и бывший заказчик.

– Что ещё он тебе рассказал?

– Что военные стоят на ушах, накрыли шапкой прослушивания весь город, вылавливают из соцсетей и разговоров тэги вроде «материал невидимости», «инфокристалл Беллами» и похожие. Отдел внешней разведки мониторит разработки противника, но, похоже, новой информации они не получали, поэтому кристалл ищут в городе.

– А что ж Андор разъезжает в такое время по испытаниям?

– Это смешанная операция военных и полиции. На Последний Приют после взрыва в катакомбах отправили взвод полицейского спецназа – они должны найти и уничтожить плантации альмеды. И военные свой взвод туда же послали, им на подкрепление. Вдруг снова начнётся бунт или те, кто выращивают наркотик, возьмутся за оружие. Так Андор сам настоял, хочет обкатать программу киборгов в операции на Приюте. В природных локациях – джунглях и в горах. И последний этап этих испытаний – невидимая одежда. У Андора есть, конечно, ещё кристаллы с этой технологией, но пока он не применяет её, ждёт.

– Чего?

– Результатов поиска. Там какая-то хитрая ловушка заложена, в кристалле. Так Беллами интригует, не рассказывает все секреты даже военным. Мол, когда всё произойдёт, вы сами узнаете.

– Понятно. То есть ничего не понятно. Ладно, разберусь. Вот это, – Терри показал на одну кучу девайсов, что набрал, – я оплачу сейчас, а ламфон и вот это, – он показал на кучку поменьше, – позже. Дашь в кредит?

– Забирай. Уверен, девчонку ты найдёшь. Андор с тобой расплатится.

– А насчёт кристалла не уверен? – Терри раскрыл большую сумку, которую принёс с собой, и принялся раскладывать там покупки.

– Кто-то да найдёт, – философски ответил Борис, – главное, чтобы не попал в руки к бандитам.

– Государство – те же бандиты, только прикрываются законом.

– Что вдруг? Вспомнил операцию против повстанцев на Святой Терезе? Что-то не по правилам?

– Кроме убийства местных жителей? Которых мы считали повстанцами, а они просто не хотели уходить с нажитых мест в неизвестность из-за того, что правительству вздумалось сделать на архипелаге военную базу?

– Ну, защита государства тоже важна. Аборигенам же предлагали места для переселения, давали подъемные, – Борис нахмурился. Это был давний спор.

Терри психанул. Он ненавидел этот период своей биографии. Использовали его патриотизм, молодость и верность присяге. Это только потом, после возвращения Терри разобрался, в чём был настоящий конфликт. Правительству приглянулись острова, расположенные практически посередине океана. Военная база с аэродромом на архипелаге была задумана как основа для сил быстрого развёртывания. Для строительства нужно было освободить территорию от всех жителей, провести «полную стерилизацию островов», как Терри прочёл после, в статье оппозиционной правительству газеты.

– Аборигенов, как ты правильно заметил, отправляли на другие архипелаги без какого-либо плана переселения, и компенсация была крошечной. Но даже этих денег они не получили. Островитянам обещали, что дадут дома, землю, животных и начальный капитал, но обманули. Поэтому на Терезе и вспыхнул бунт. Те, кто остались, не хотели уезжать с семьями в неизвестность. А государство бросило туда регулярные войска. И мы с тобой участвовали в этом позоре.

Терри вспомнил, как после гибели Наи и нападения на одного из снайперов, зачищавших деревню, подал в отставку, мотивируя своё решение контузией.

– Никогда туда не вернусь. Даже если снова война, и меня призовут.

– Тихо, тихо, друг! Пойдём лучше выпьем, я угощаю, – Борис положил руку на плечи Терри и подтолкнул к угловому столу, заставленному различными бутылками и стаканами.

Терри опомнился. Чего это он? Столько лет прошло…

– Пить не буду. Сегодня, как ты понял, ночью мне предстоит дело. Как-нибудь потом. Посидим, повспоминаем. И проветри помещение. Как ты работаешь в таком зловонии?

– Сейчас, сейчас проветрю. Санни тоже весь день ворчит. Ну, у каждого – свои игрушки. Потом покажу, что смастерил, тебе понравится.

Борис проводил Терри до машины и вернулся в магазин, а Терри поехал к себе в деревню. Нужно было, в конце концов, переодеться: он так и ходил в том, в чём красовался перед Элис Танберг. Кстати, это не произвело на неё никакого впечатления. Ещё было бы неплохо перед ночной вылазкой в клинику Баковски произвести разведку территории. Приехать, посмотреть, где можно оставить машину и как лучше всего незаметно проникнуть внутрь. Чтобы грамотно действовать, необходим план помещений и коридоров. И так далее. Копаться в городских архивах в поисках плана клиники он поручил Тесле. Ему ещё надо успеть выспаться. Ночь предстоит непростая.

На то, чтобы «разведать территорию», у Терри ушло три часа. Сначала он долго выискивал место для парковки. Улица, на которой располагалась «Клиника киберпротезов Баковски», начиналась к северу от центрального проспекта и тянулась на несколько километров, представляя собой оживлённую автостраду с выходящими прямо на дорогу двориками кафе, учреждений и магазинов. Тротуары пролегали между оградами зданий. А парковки представляли собой объединённые участки сразу для нескольких заведений. Это не устраивало Терри, которому необходимо было укромное место, чтобы стоящая длительное время машина не бросалась в глаза. В конце концов, он нашёл такое местечко и поставил мобиль недалеко от забора, опоясывающего клинику Баковски – трёхэтажное солидное здание с обширной территорией. И без собак, что особенно порадовало Терри. Хотя, что можно охранять с собаками в клинике, специализирующейся на установке киберпротезов и лечении травм?

Припарковавшись и осмотревшись, Терри приоткрыл окно мобиля и запустил дрона. Тот перелетел через забор и закружил в вечернем небе, словно коршун, высматривающий добычу. Картинка с камеры дрона передавалась на специальные очки. Если бы кто-то из прохожих пригляделся к водителю уединенно стоящей машины, то увидел бы человека в старомодных очках, читающего за рулём что-то в планшете и, видимо, ожидающего пассажира. На самом деле очки казались прозрачными лишь со стороны, сейчас Терри, незаметно управляя дроном, рассматривал расположение дверей на поверхности окуляров и запоминал детали. Там, куда направляются посетители, должна находиться приёмная и, скорее всего, ночью там будут дежурные. А вот двери, откуда появляется время от времени персонал, наверняка ведут в служебные помещения.

Терри сверял то, что видел, с внутренним планом, который получил от Теслы, помечал на планшете места, наиболее перспективные для незаметного проникновения. Наконец, снял очки и удовлетворённо откинулся на сиденье. Всё готово. Теперь спать.

Проснулся Терри от того, что у него затекли ноги. Пошевелил ступнями, разгоняя кровь, и скосил взгляд на приборную консоль. Часы показывали половину второго ночи. Пора. Он выпустил из машины дрона с камерой ночного видения – полетать над территорией и убедиться, что вокруг всё тихо, а в окнах клиники нет света. Бесшумно сдвинул в сторону дверь мобиля и плавно стёк с сиденья на дорогу. Прошелестели кусты там, где он перемахнул через забор. Царила тишина. Ни единого звука. Поминутно прислушиваясь, Терри двинулся дальше. Прокрался к зданию, бегом пересекая попадающиеся по пути пешеходные дорожки. Добравшись, прижался к стене и перевёл дыхание. Неожиданно послышались шаги и негромкий разговор. Терри быстро выглянул из-за угла и сразу отпрянул, на что-то наступив. И вдруг темнота взорвалась громкой сиреной. Сигнализация! А в плане об этом ничего не было! Никаких согласующих документов и разрешений на подключение! Терри шагнул с дорожки, упал на траву, закатился под большой разлапистый куст можжевельника и затаился. Из-за угла выскочили две еле различимые в темноте мужские фигуры. Добежав до места, где Терри запнулся о датчик сигнализации, фигуры остановились. У одного из них в руках вспыхнул фонарь. Сигнализация смолкла. Сквозь густые ветки кустарника Терри разглядел освещённые светом фонаря лица и понял, что это никакая не охрана. Не может быть у солидной клиники таких секьюрити. Оба похожи скорее на бандитов: мятые штаны, у одного куртка, у другого ветровка, и самое главное: в руках они держали не разрешённое для охранных предприятий оружие, а лазерные пистолеты. Которые были на вооружении лишь в спецвойсках, да и то при выполнении боевых операций. Нелегально вывезенное с боёв оружие… Странная одежда… Не секьюрити… А кто они? И что здесь делают ночью?

– Да ну, нет тут никого, зверушка пробежала, – услышал Терри.

Фонарь, обшаривающий лучом траву и кустарники, погас, зато чиркнула зажигалка. На Терри пахнуло дымом от сигарет.

– Будем докладывать Вилли? – услышав про Вилли, Терри оцепенел, но быстро опомнился и вытянул шею, боясь пропустить хоть слово.

– О чём?

– Что сигнализация сработала.

– Да щас! – слышно было, как один из бандитов сплюнул. – Мы и так ходим по ночам, бесплатно клинику его охраняем. Ещё и докладываться.

– Ну, не совсем бесплатно. Тебя вон как подлечили. Мог и хромым остаться насовсем.

– Это Сэм договорился, ему в ножки поклонюсь. У них с Вилли свои счёты. Так бы этот хмырь и кинулся мне помогать, жди. Он сейчас, небось, кувыркается со своей златовлаской, а мы вкалываем.

Бандиты двинулись по дорожке вокруг здания, удаляясь от Терри. Тот полз за ними, стараясь держаться на расстоянии, но достаточно близко, чтобы всё слышать.

По разговору «охранников» он уже убедился, что нашёл того самого таинственного Вилли, который приказывал Сэму «подчистить следы». К тому же очевидно, что клиника киберпротезов Вилмара Баковски не просто лечит богатеев, как могло показаться на первый взгляд. Похоже, здесь тайно обслуживали и другой контингент: бойцов Сэма. Теперь нужно проследить, откуда появились бандиты. Не из центральных же дверей!

– А ты её видел, златовласку-то? Он же её прячет! – не унимался второй бандит. Видно, ему хотелось посплетничать.

Терри остановился. Дальше ползти было небезопасно. Впереди нет кустов, а трава совсем низкая, не спрятаться. Впрочем, горе-охранники направлялись недалеко, туда, где маленькая лампочка освещала едва заметный проход в стене.

– Прячет, потому что её лицо на всех экранах мелькает, а он женат. Поторопись, на ночные уколы опоздаем, – услышал Терри удаляющийся голос перед тем, как бандиты вошли и захлопнули за собой дверь.

Терри восстановил в памяти расположение внутренних помещений клиники. На плане этой двери не было, а как раз за этой стеной находилось отделение для лежачих больных. Терри хмыкнул: ничего себе, лежачие! Он туда заглянет обязательно, только сначала навестит кабинет Вилли.

Терри отполз на безопасное от этого крыла расстояние, встал и, старательно обходя в траве датчики сигнализации, направился к облюбованному окну первого этажа. Он приметил его ещё во время подготовки.

Когда вечером в мобиле Терри просматривал видеозаписи с камер дрона, в этих окнах он не заметил особого оживления: персонал в белой спецодежде время от времени показывался, а посетители – ни разу. На плане коридор вёл к лестнице на второй этаж, а как раз там и находился кабинет Вилли Баковски.

Подойдя вплотную, Терри вырезал в стеклопакете крошечное отверстие напротив задвижки, просунул туда руку и открыл окно. Затем взобрался на подоконник и спрыгнул на пол. Не встретив никого в тёмном узком коридоре, что было ожидаемо, Терри направился к лестнице. Он проскочил её бесшумно, шагая через две ступеньки, не зажигая фонарика, по памяти ориентируясь в темноте. Кабинет Баковски находился примерно посередине холла второго этажа. Терри вытащил из кармана связку отмычек, нашёл наощупь замочную скважину, поколдовал пару минут и почувствовал, что ручка поворачивается. Переступив через порог, Терри первым делом прошёл к окну и опустил жалюзи. Только потом зажёг фонарик и огляделся.

Комнат было две. Одна просторная, с широким окном, из мебели —встроенные стенные шкафы и мягкое кресло напротив компьютерного стола из красного дерева. Вторая, смежная, представляла собой жилой блок. Софа находилась рядом с низким столиком, у окна располагался стол повыше с кофеваркой и баром, а ещё за узкой дверью здесь был миниатюрный туалетный отсек с душем.

Терри уселся в кресло у офисного стола, включил компьютер и подсоединил собственный кристалл-накопитель. Высветившиеся папки на экране его не интересовали. Не будет Баковски оставлять на видном месте информацию, не предназначенную для посторонних глаз. Хотя, если вспомнить старую мудрость, самый надёжный тайник – у всех на виду. Терри просмотрел переписку: ничего особенного, рутина, сдобренная медицинскими терминами. А вот это уже горячее. Терри, просматривая информацию, упрятанную в потайные уголки, наткнулся на знакомое имя. «Нейтон Кобра», – значилось на одной папке. «Андор и Эва Беллами», – на другой, «Леди Мондего», – на следующей, и так далее. Список имён и папок переваливал за двадцатку. Это очень напоминало то, что Терри видел днём ранее. В планшете Боба Хантера. Неужели ещё один шантажист? Два шантажиста за два дня – это слишком. Но про Кобру было бы интересно узнать. Да и про Андора с Эвой тоже. Терри закачал данные со всех папок и отключил кристалл. Потом открыл на экране сведения о Кобре. Какая подробная биография… Листая страницы, Терри выяснил, что Нейтон – внебрачный сын наркобарона и проститутки, с детства помогал отцу. Став старше, участвовал в устранении неугодных. Когда Нейтону было двадцать, отца убили, чтобы захватить власть и бизнес. Кобре пришлось бежать. Он завербовался в армию и воевал в горячих точках.

Терри пролистнул данные о подвигах Кобры во время войны на архипелаге – это он и так знает, а подробнее прочесть можно будет и потом, когда времени будет больше. Сейчас Терри интересовала послевоенная жизнь этого человека.

Оказалось, что после войны Кобра вернулся в город с сослуживцами из отряда снайперов, за одну ночь они вырезали всех, кто убил отца. Нейтон вновь подмял под себя наркобизнес, устроив в катакомбах производство нового эксклюзивного наркотика.

Терри снова прервался. Получается, этот Вилмар-Вилли всё знал про альмеду? А ещё что есть? Он прокрутил информацию о производстве наркотиков, поставках, сбытчиках, подумав мельком, что в полиции за эти данные его не только наградят, но ещё присвоят звание почётного гражданина города, и заглянул в самый конец файла, где были перечислены связи Кобры с известными женщинами города. В том числе замужними. В том числе знаменитыми актрисами и моделями. Список был длинным. Начиная с пятнадцатилетнего возраста и до сегодняшних дней. Терри покачал головой. Похоже, профессия шантажиста приносила Баковски больший доход, чем клиника протезов и совместный бизнес с Андором Беллами. Встречавшееся ранее имя Мондего тоже упоминалось. Терри не помнил богатой семьи в городе с такой фамилией, но иначе она не появилась бы здесь. Что за леди Мондего?

Судя по этим данным, Кобра состоял с ней в связи с семнадцати до двадцати лет, они сотрудничали и в бизнесе. Кобра убирал с её дороги конкурентов, а она поставляла ему личную информацию о городских воротилах, в том числе об их уязвимостях. После армии Кобра и леди Мондего продолжили связь и сотрудничество. Кобра помог леди снова выйти замуж после того, как она овдовела.

Так, это уже интересно. Терри перешел в папку «Леди Мондего», надеясь, что увидит там фото женщины и поймёт, о ком идёт речь. Но в папке оказались снимки самого Вилмара и известной модели, наверное, той самой, которую бандиты окрестили златовлаской, потому что модель эта, молоденькая девица с длинными ногами и выдающимся бюстом, на каждом фото демонстрировала свои роскошные волосы – длинные, вьющиеся широкими кольцами, спадающими на спину. Терри покрутил трёхмерное фото в разные стороны. Волосы сложно было назвать «золотыми», во всяком случае, на снимке они выглядели светло-русыми, но бандитам виднее. И как это понимать? Девица не могла быть давней подругой Нейтона Кобры. Слишком молода. А та дама снова вышла замуж, после того, как овдовела. А может… Леди Мондего – это и есть тщательно скрываемая от всех жена Баковски? Кажется, Элис рассказывала, что та намного старше Вилмара и раньше проживала в Австралии? А ещё, что Баковски женился на ней из-за денег. Это Кобра им посоветовал сойтись? Ладно, с этим Терри тоже разберётся потом. Нужно время, чтобы проанализировать всю полученную информацию. На первый взгляд здесь ничего нет ни о материале-невидимке, ни о украденном инфокристалле Беллами.

Терри засёк время. Ещё часа полтора у него в запасе должно быть. Он обследует этажи и палаты клиники, поищет тайные уголки, где можно спрятать человека. А начнёт с того места, куда ушли бандиты: отделения с лежачими больными. Бандиты же могли охранять не только лечебницу, но и похищенную Нику Беллами. Эту версию необходимо проверить. Внутренний голос Терри упрямо вопил о том, что Ника в лапах у Вилмара. Всё сходилось: Андор мог рассказать Вилмару о своей разработке, и тот решил заполучить кристалл с секретной информацией. Вилмар был в имении Беллами накануне происшествия, то есть мог каким-то образом открыть сейф и выкрасть кристалл. Ещё он мог узнать, что Ника собирается в город, – возможно, она сама ему сказала, а может, Баковски подслушал её разговор по видеофону с Бобом. И решил всё свалить на неё. Да и сваливать особо не пришлось. У Андора и полиции только эта версия и есть – кристалл украла Ника, поэтому и уехала ночью в город. И наконец, самый убойный факт. Связь Вилли и бандитов Сэма. Которые ждали Нику, гнались за ней и похитили. Нет ответа только на один вопрос. Где, чёрт возьми, инфокристалл?

Терри приоткрыл дверь, осторожно выглянул и выскользнул наружу. Дошёл до лестничной клетки и стал, постоянно прислушиваясь, спускаться по ступеням. Через крыло с палатами для лежачих больных шёл короткий коридор, который заканчивался дверным проёмом. Терри видел, как бандиты прошли через него, но куда они направились потом? В какой палате их искать? Или не в палате? Терри послышался приглушенный крик, как будто кто-то ссорился. Он обшарил фонариком стену перед собой. Ни двери, ни ниши, ничего, что бы напоминало вход. Но маленькая видеокамера на потолке, которую Терри засёк, была направлена именно на это место. Терри приложил ухо к стене. Внезапно распахнулась дверь, замаскированная под стенную панель, Терри влетел внутрь и упал на пол. Кто-то пнул его под рёбра, откинув, как щенка от кормушки, подальше от коридора, и дверь захлопнулась.

– А вот и зверушка, которая наступила на сигнализацию, – прогудел над ухом голос одного из бандитов-охранников.

Терри пришёл в себя и понял, что не может пошевелить ни руками, ни ногами. Он опустил глаза и ничего хорошего не увидел. Руки и ноги привязаны к стулу, на котором он сидит. И привязаны они – Терри усмехнулся разбитым ртом – тонким гибким медицинским шлангом. Полихлорвиниловыми трубками от капельниц. Шутники…

Когда бандиты втащили Терри в какую-то палату, он ещё был в сознании и услышал, как они звонили Вилли и рассказывали, что поймали неизвестно кого. И как обсуждали приказ отвести этого «неизвестно кого» к нему в кабинет и подержать под присмотром до семи утра. «А пока, – донеслось до Терри, видно, кто-то включил громкую связь, – можете незваного посетителя поспрашивать, что он делал в коридоре в такой час, – добавил абонент, – и проверить, был ли он один». Н-да. Дальше всё было как в тумане. Его били, это Терри, конечно, помнил, а потом он почувствовал укол в руку и вырубился. Очнулся только сейчас. Интересно, сколько времени осталось до семи утра? Наверное, мало. Сквозь щели в закрытых жалюзи проникал серый свет, который позволял разглядеть обстановку. Это был кабинет доктора Баковски, тот самый, который Терри посетил ночью. А на столе из красного дерева находились выложенные из его рюкзака приспособления для взлома, цифровые очки, оружие и… Терри от злости застонал… Его информационный кристалл, на который он скопировал данные с компьютера Баковски.

Нужно попробовать освободиться! Терри натянул медицинские трубки на руках. Бесполезно. Они не поддаются, а узлы, наоборот, затягиваются. Нужен нож, чтобы разрезать путы. А нож должен быть в брюках, в потайном кармашке. Терри поёрзал на сиденье стула, почувствовал, что нож на месте, и передохнул. Не всё потеряно. Только хорошо бы ещё до него дотянуться. Руки привязаны по бокам к подлокотникам, а щиколотки – к ножкам стула. Даже если упасть на бок…

Его размышления прервал скрежет поворачиваемого в замке ключа. Терри поднял голову. Сейчас войдёт его главный подозреваемый. А он перед ним предстанет связанным и избитым. Терри заскрежетал зубами и снова попытался разорвать впившиеся в кожу полихлорвиниловые жгуты. Никак.

Вилмар Баковски вошёл в кабинет, плотно прикрыл за собой дверь, сделал два шага и остановился перед Терри. Тусклый свет выхватил из темноты его лицо: тёмные круги под настороженными глазами, длинная косо срезанная чёлка прямых волос и жёсткий подбородок. «А вот и Вилли!» – подумал Терри.

– Как быстро ты меня вычислил, Наварра, – вздохнул Баковски, отошёл к окну, поднял жалюзи и приоткрыл створки. В комнату хлынул свежий утренний воздух, а вместе с ним дым от сигарет – кто-то курил под самым окном. Терри внимательно следил за передвижениями хозяина кабинета. Откуда Баковски знает, кто к нему забрался? Кажется, ночью бандиты его называли «неизвестно кто»?

– Мне придётся тебя убить, – Баковски снова оказался перед Терри и присел в кресло напротив.

– Полиция знает, где я. Ну, не полиция, а мой друг полицейский. Я сообщил ему о своих планах на сегодняшнюю ночь.

– Это твой друг Майкл, который забинтованный лежит в клинике жены Андора Беллами? Ты про него?

Терри изумился. Всё-таки есть крыса в полицейском управлении, есть. Как быстро разносятся новости, однако.

– Да и найдут тебя не здесь, а где-нибудь в городском парке, облитого спиртным… Например, виски. А причиной смерти станет инфаркт.

Вилмар пошарил в столе, вынул ампулу с розовым раствором и показал Терри.

– Это яд, который вызывает сердечный приступ. Если после смерти пройдёт восемь часов, то никакая экспертиза не найдёт следы этого вещества, и в заключении будет написано: «Смерть по естественным причинам».

Терри ещё раз бессильно дёрнул руками.

– Где Ника?

– Ника не появится до тех пор, пока я не улажу вопрос с покупателем кристалла Беллами.

Вилмар похрустел суставами пальцев.

– Она у Сэма. Я не вникал, но предполагаю, что в надёжном месте. У Сэма много таких… Надёжных уголков, где исчезают люди. Когда я продам кристалл, просто отдам ему часть денег. Его долю.

Вилмар встал, походил по кабинету, остановился напротив окна и закурил. Терри бы сейчас всё отдал, чтобы тоже затянуться сигаретой.

– У полиции и военных есть отличная версия. Исчезла дочь Андора и исчез кристалл. Не нужно много ума, чтобы сложить вместе два события. А если Ника объявится, и без кристалла, то придётся искать новых подозреваемых, и шерстить уже начнут всех, кто был в доме в тот день. А мне нужно время. Из-за того, что город накрыли информационным колпаком, у меня сорвались переговоры по видеосвязи. Теперь я жду курьера из Австралии.

– И прячешь кристалл?

– Кристалл мне отдадут, когда я предоставлю доказательства покупки.

Вилмар взял инфокристалл Терри со стола, покрутил в руках и усмехнулся.

– Твой? Много узнал? Про Кобру…

Терри вдруг увидел, как по кабинету скользит, словно крадётся, крошечная красная точка. Вот она пробежалась по столу, перепрыгнула на Вилмара и замерла у него на груди.

– Ложись! – заорал Терри, а сам, в два приёма качнув стул, завалился вбок и рухнул на пол.

Брызнули куски стекла, засыпая пол и всё вокруг. Единственное, чем мог укрыться Терри от осколков, – это удачей. Поэтому он крепко зажмурил глаза, чувствуя, как кожу лица сечёт мелкий стеклянный дождь. А когда открыл, увидел прямо перед собой Вилмара, который тоже лежал на боку, лицом к нему, Терри. Грустные, как у спаниеля, глаза с каждой секундой становились всё более тусклыми и неживыми. На груди, там, где раньше билось сердце, Терри увидел маленькую дырочку, из которой капала кровь. Такую же дырочку, какая осталась у него самого на толстовке после выстрела Кобры в катакомбах.

Опять Кобра! Откуда? Ну откуда этой твари всё известно? Или он хотел убить только Вилмара и не знает, что здесь, в кабинете, есть ещё и Терри? Знает, понял Терри, следя за тем, как красная точка лазерного прицела снова блуждает по комнате, словно кого-то ищет. Не кого-то, а его, Терри, ищет. Ну уж нет! Теперь поборемся! Терри пододвинул тело вместе со стулом к ближайшему крупному осколку, схватил его рукой, на которой тотчас появилась кровь, и принялся терзать трубки, которыми был привязан. Не замечая, что рука стала липкой от крови, Терри действовал с остервенением – он понимал, что звон разбитого стекла могли слышать в коридоре, и сейчас сюда прибегут, а ещё знал, что Кобра скоро сменит позицию, чтобы видеть пока закрытую от него часть комнаты, где лежал Терри. Лопнул шланг на одной руке. Терри тотчас схватил осколок поудобнее и резанул путы на другой. Освободив руки, Терри освободил и ноги. Перекатился под стол, следя глазами за точкой. Не выглядывая, пачкая всё, к чему прикасался, кровью из порезанных стеклом ладоней, он из-под стола нащупал на столешнице свой рюкзак, сгрёб в него то, что попалось под руку: оружие, очки, фонарик. Пошарил в поисках кристалла, но случайно задел его ребром ладони, и тот отлетел к монитору. Снова выстрел! Теперь брызнули осколки кристалла Терри. Он потянул за лямки, и рюкзак с грохотом упал со стола на пол. Оружие Терри сунул за пояс брюк, рюкзак закинул за плечи. Вдруг одновременно раздался выстрел и распахнулась дверь. Это кто-то из персонала всё-таки услышал подозрительный шум и вбежал, на свою беду, чтобы узнать, в чём дело. Но для Терри этот кто-то освободил путь. Терри метнулся в коридор, пересёк его, выбил дверь в соседнюю комнату, забежал и отпрянул в сторону – подальше от возможного снайперского выстрела. Лазерная точка не переместилась вслед за Терри в соседний кабинет, зато он услышал топот тяжёлых мужских ботинок. Это были бандиты, которые поняли, что в кабинете доктора Баковски что-то происходит, плюнули на конспирацию и помчались на помощь. Терри подскочил к окну, одним движением распахнул обе створки и бросился вниз. Приземлился он, несмотря на прыжок со второго этажа, мягко, – на кусты во внутреннем дворике. Мгновенно сориентировался и кинулся к своей машине. Вслед ему из окна понеслась ругань, а потом защёлкали выстрелы. Но Терри было уже не догнать. Прыгнув за руль и рванув с места, он молился только об одном: лишь бы опередить Кобру, который, скорее всего, теперь направлялся к единственному живому свидетелю – Сипатому Сэму. Только Терри хотел выяснить у него, где Ника, а Кобра понимал, что теперь, когда он в розыске, Сэм стал опасен – слишком много знал. От того, кто первый до него доберётся, зависело, будет Сэм жить или умрёт. Терри протянул руку к бардачку мобиля, достал, не отрывая глаз от дороги, аптечку, вытряхнул из неё всё на сиденье пассажира. Также, не останавливая движения, одной рукой взял салфетку и протер влажный от крови руль. Кое-как удерживая машину на дороге, залепил пластырем ладони, получилось криво и ненадежно, но пока и этого хватит.

Отчаянно сигналя, распугивая попадавшиеся по пути машины, Терри мчался на своём мобиле по проспекту. В приоткрытое окно, вместе с дорожной пылью от колёс, вливался прохладный ветер, эта дорога была самой короткой, но и самой оживлённой. Утром все торопились на работу. Некоторые опаздывали и также, как Терри, сигналили и ругались. Проспект напоминал разворошённый муравейник. Только за рулём двигающихся в потоке машин сидели не трудолюбивые деловитые муравьи, а злые, не выспавшиеся работяги. Терри едва увернулся от грязно-белого пикапа, проскочил в узкое, как игольное ушко, пространство между пузатым минивэном и длинным обтекаемым телом гоночного универсала. Водитель минивэна резко надавил на педаль тормоза и погрозил кулаком, а Терри, обернувшись, показал ему средний палец, залепленный пластырем. Впрочем, в пластырях была вся ладонь. Впереди змеилась плотная пробка. Терри выругался, настроил навигатор и понял, что движение восстановится не раньше, чем через полчаса. Навигатор мигал красной звёздочкой, предупреждая, что через пять километров на дороге произошла авария. Что подтверждали и санитарные вертолёты, кружившие в небе впереди.

Терри набрал на видеофоне номер Майкла. «Абонент недоступен», – высветилось на экране. И где это абонент шляется, когда он так нужен? Терри быстро записал Майклу голосовое сообщение: «Кобра стрелял в Вилмара Баковски, в его клинике. Да, да. Я там был. Мне нужна пуля! На столе в кабинете Баковски есть компьютер. Там ценная информация о городских сбытчиках наркоты. Сейчас еду в Порт, к Сипатому Сэму – он знает, где Ника Беллами. Свяжись со мной, как появишься!».

Пуля нужна была Терри как доказательство, что стрелял Кобра. Чтобы сопоставить с другими смертями от снайперских пуль. Прошлыми или будущими. Возможно, сейчас Кобра, успевший проскочить пробку, в которой застрял Терри, настраивает прицел, чтобы убить Сэма. Поменять винтовку он бы не успел, значит, и стрелять будет теми же пулями. В копилку пойдёт и пистолетный выстрел в катакомбах. И тот, которым убит сослуживец Мадсена. Досье. Это называется досье. Доказательства, строчка к строчке, пуля к пуле, в итоге – приговор.

Пикап, после нервных манёвров как-то умудрившийся оказаться перед машиной Терри, шаркнул по дороге колёсами, поднимая облако пыли, и рванул вперёд. Правда, проехал всего метров пять и снова встал. Терри крутанул руль резко вправо, выскочил на обочину и медленно, но всё-таки продвигаясь, направился к перекрёстку, где, судя по исчезнувшим в облаках «санитарках», уже ничего не препятствовало проезду. Действительно, на перекрёстке медленно восстанавливалось движение. Механическая рука экскаватора оттаскивала от центра магистрали сразу два разломанных мобиля. Третий, слегка помятый, мигал аварийками в стороне. Проскочив перекрёсток на красный, Терри снова помчался в Порт, к клубу с октагоном, где находился офис Сипатого Сэма.

Взвизгнув тормозами, машина Терри, как вкопанная, остановилась прямо перед входом в клуб. Терри с силой выдохнул, успокаиваясь, провёл руками по брюкам, стараясь хоть немного придать им первоначальный вид, но получилось плохо. Следы после ночи, проведённой в бандитской палате, а потом в кабинете Баковски на полу, усыпанном брызгами стекла, никуда не делись. Да и лицо… Опухшее, с огромным синяком… Терри с тоской посмотрел на себя в зеркало заднего вида. Махнул рукой и, стараясь не торопиться, вышел из машины. Он же не на свидание собрался, а в клуб, который посещают бойцы. Ничего, не испугаются.

– Привет! Сэм у себя? – спросил он знакомого охранника.

– Привет, Наварра! Слышал, тебе колено подбили? Жалко. Думал, ты призовые отхватишь. А так только четвёртым остался.

– Ничего, я на будущий год наверстаю. Так что там с Сэмом?

Охранник пожал широченными плечами, отчего пиджак оттопырился, открывая кобуру.

– Я сменился в восемь тридцать утра. При мне Сэм не уходил. И к нему никто не приходил. Наверное, у себя. Питер говорит, ночевал босс здесь. Не один, конечно, – охранник ехидно осклабился.

– Девица всё ещё у Сэма? – с надеждой предположил Терри.

– Не знаю. Как сменился, ты первый, кого я вижу.

Терри кивнул охраннику и направился к кабинету Сэма. Ещё один охранник проводил его внимательным взглядом. Скрывшись за углом коридора, Терри перестал изображать простого посетителя, мгновенно оказался у нужной двери и потянул ручку на себя. Дверь поддалась и распахнулась.

За широким офисным столом, свесив голову, сидел Сипатый Сэм. В рубашке, залитой кровью. С ножом, воткнутым в грудь по самую рукоятку.

Опоздал… И не снайперская пуля, как предполагал Терри, а удар ножом оборвал жизненный путь Сипатого. Похоже, Кобра опередил Терри на каких-то полчаса. Те самые, которые он потерял из-за аварии. Получается, если охрана сменилась в восемь тридцать, то Кобра пришёл сюда раньше. Но выйти он должен был на глазах у только что заступившего охранника. А тот никого не видел. Это значит… Терри посмотрел на заблокированное изнутри окно, обвёл внимательным взглядом офис, обращая внимание на нелепые выступы в стенах, дверцы в гардероб и непонятно зачем прикрученное к стене огромное прямоугольное зеркало в деревянной оправе. Это значит, продолжил размышлять Терри, что в кабинете Сэма должна быть тайная дверь. Он первым делом проверил гардероб, тщательно простучав заднюю стенку, потом подошёл к зеркалу. Подёргал раму, почувствовал, что в образовавшуюся щель тянет холодом, и принялся искать задвижку. Нашёл её на стене рядом, нажал, услышал щелчок и потянул зеркало на себя. За ним в свете, падающем из кабинета, угадывался подземный ход и стёртые каменные ступени. Вот так Кобра и ушёл! Терри вернулся и с досады пнул стул, на котором сидел мёртвый Сэм. Стул пошатнулся, под тяжестью тела стал валиться набок и рухнул, отчего голова Сипатого глухо стукнулась о пол. Неожиданно Терри услышал тихий стон. Он метнулся к Сэму, перевернул и неверяще уставился ему в лицо, отбросив ногой стул подальше. Сэм смотрел на Терри мутными, но живыми глазами и разевал рот, словно пытался что-то сказать. Терри приблизил ухо.

– Вызови «санитарку», – прохрипел Сэм.

– Сейчас вызову, – Терри огляделся в поисках какой-нибудь тряпки, не увидел ничего подходящего, подхватил пиджак Сэма, упавший вместе со стулом, обмотал рукоять ножа и резко дёрнул. Хлынула кровь, заливая и без того мокрую рубашку Сипатого. Тот со свистом вдохнул и обмяк. Терри сначала испугался, что Сэм умер, но быстро успокоился. Если не умер сразу от такой раны – очевидно, смертельной, то поживёт ещё немного. Ровно столько, чтобы ответить на вопросы. Терри подошёл к окну и затемнил стёкла – на тот случай, если Кобре снова захочется пострелять.

– Вызову, как только ты скажешь, где Ника Беллами. Не трать зря силы, не отпирайся. Я всё знаю. Говори, или я …

Терри нажал коленом на рану от ножа.

Сэм задёргался и прохрипел:

– Завод… Она на заводе…

Терри подумал, что ослышался, на каком ещё заводе? Он снова слегка придавил колено.

– Не заговаривай мне зубы! Какой завод?!

– Завод… На берегу… За Луна-парком, там сжигают электронный мусор… А-а-а-а!

Терри резко ткнул пальцем Сэму в ребро.

– А как она там оказалась?

– Вилли позвонил… Сказал, когда она будет ехать… Сказал, чтобы девку спрятали и держали, пока…

– Пока что?

– Не знаю… Должен был позвонить… Мне плохо… Вызови врачей… Тварь… Я ж тебя подобрал и на ноги поставил…

– Да, да, я помню. Не отвлекайся. Видишь, я уже взял в руки видеофон… И даже набрал первую цифру.

Терри сымитировал набор номера на экране.

– Продолжай.

– Мои парни погнались за ней… Она врубила скорость… А байк тяжёлый… Занесло… Перевернулась… Пить… Дай воды…

Терри посмотрел на стол. Ничего похожего на бутылку с водой или графин он не увидел и развёл руками.

– Где я тебе возьму? Сейчас прилетит «санитарка», тебя напоят. Не сомневайся. Что-то слышал о кристалле Беллами?

– Н-н-нет…

Нет? Терри почесал бровь. Что-тут не сходится…

– Говоришь, Нику на заводе спрятали? А что ж выкуп не попросили?

– Она не живая… Она…

– Что?! – Терри прижал ухо почти вплотную к губам Сэма.

– Пить… Вилли обещал денег… – Сипатый закатил глаза и замолк.

– А камеры в городе кто отключил? И камеру магазина? – Терри встряхнул Сэма, тот открыл глаза и посмотрел с ненавистью.

– Знакомый в компании… За недельную дозу «Поцелуя»… Пить…

Сэм снова закатил глаза.

– Да вон уже вертолёт подлетает, – соврал Терри. – А нож в тебя Кобра воткнул? Эй, Сэм!

Сэм прикрыл глаза, было непонятно, согласился он с Терри или просто потерял сознание, потом дёрнулся напоследок и умер.

Со стороны коридора раздался подозрительный шум. Терри подскочил к двери, приоткрыл её, высунул голову и понял, что путь обратно через клуб закрыт. Издалека слышался громкий спор между охранниками клуба и, судя по уже знакомым голосам, бандитами из клиники Баковски. Видимо, теперь в клинике полно полиции, и бойцы Сэма сбежали к боссу, получать указания в связи с убийством Вилли. Приехали и увидели припаркованную прямо перед входом машину Терри. Вот это, что называется, влип. В кабинете убитый Сэм. Причём убитый ножом – и только что. А последний, кто к нему пришёл, – он, Терри. Если бы это был выстрел, то доказать, что убийца – Кобра, было бы возможно. А теперь на все разбирательства нужно время. Которого нет. Если его сейчас схватят… Терри прислушался. Похоже, охранники и бандиты договорились.

– Он ушёл наверх полчаса назад, спрашивал, на месте ли Сэм, – услышал Терри.

– Так, двое наверх, вы двое на месте, а я обойду с улицы и встану под окном кабинета. В клинике этот Наварра спрыгнул со второго этажа и ушёл. Как обезьяна… – кто-то смачно сплюнул.

Дьявол! Терри подпёр ручку двери стулом, чтобы её нельзя было открыть снаружи, и лихорадочно обшарил взглядом комнату. Взгляд остановился на зеркале. Придётся тоже воспользоваться тайным ходом, как и Кобра час назад. Ещё неизвестно, куда этот ход выведет. Может, на той стороне его как раз поджидает Кобра? Но другого пути нет. Нужно только отвести подозрение от зеркала-двери, чтобы бандиты не кинулись за ним. А если они о тайной двери знают? Вряд ли. Вряд ли Сипатый Сэм рассказывал о ней всем подряд. А если знают, тогда шансов на спасение вообще не остаётся. Впереди возможная встреча с Коброй, позади бандиты, разъярённые смертью босса и Вилли.

Терри метнулся к окну, по пути ухватив за ножку тяжёлый стул, возле которого лежал труп Сэма, и высадил стекло. Хорошо, что там не было решёток! Пусть бандиты думают, что он ушёл отсюда также, как и из клиники Баковски. Через разбитое окно донёсся вой полицейских сирен. Вот как! Кто-то сообщил об убийстве? Интересно, кто? О смерти Сэма на данный момент знали только убийца и Терри. А Терри никуда не звонил. Ну что ж, чем хуже, тем лучше. Начали!

Прежде всего нужно накидать отвлекающие детали, чтобы выиграть время. Терри выдернул подряд все ящики в столе Сэма и разбросал по комнате найденные там бумаги, скинул на пол одежду из гардероба, там же нашёл коробку с пакетиками белого порошка – они тоже полетели на пол. При этом некоторые разорвались, и в воздухе повисла мелкая пыль.

Напоследок Терри оглядел комнату, превратившуюся в место побоища, подтянул лямки рюкзака, проверил оружие за поясом и секунду постоял, раздумывая, всё ли сделал. Затем решительно шагнул на каменные ступени подземного хода, плотно закрыв за собой дверь-зеркало.

Его окутала темнота. Терри включил фонарик и осторожно начал продвигаться вперёд, поминутно прислушиваясь, нет ли позади погони. Время тянулось медленно; Терри окончательно успокоился только через десять минут с момента побега. Никакой погони. Удача, как известно, – девушка капризная, чаще поворачивается спиной, но иногда и улыбается. Он стал внимательнее приглядываться к туннелю, по которому шёл. Те, кто сотворил такое сооружение, были или рабами, которых не жалели надсмотрщики, или преданными идее фанатиками. Потому что туннель был сделан на совесть. Несмотря на то, что под землёй было темно и сыро, стены не осыпались, а ровными сторонами уходили вперёд. От них несло холодом. Под ногами хрустел гравий, перемешанный с песком. С потолка свисала паутина. Интересно, для чего предназначался этот ход? Так Сипатому Сэму доставляли наркотики? Кто мог знать об этом туннеле? И что находится на другом конце? Такое же зеркало, дверь в чей-то кабинет? Тогда у Терри могут возникнуть неприятности. Но удача, та самая капризная девушка, сегодня была явно на его стороне. Через несколько десятков метров дорожка пошла вверх, а затем уткнулась ступени. Над ними светился прямоугольник обычной межкомнатной двери. Терри приложил ухо к замочной скважине. И отчётливо услышал мужские голоса и шум смываемой в унитаз воды. Похоже на мужской клозет… Он ухмыльнулся. Необычно для тайного входа-выхода. Хотя, может, наоборот, – умно. Никто не приглядывается к посетителям туалета. Если зайти в кабинку и просидеть там достаточно долго, одних жаждущих отлить сменят другие, и никто не обратит внимания, что из дальней закрытой кабинки никто не выходит. Правда, возникал один вопрос. Так ли тщательно замаскирован вход, чтобы посторонний не обратил на него внимания?

Дождавшись затишья, Терри выскользнул из туннеля наружу. Как он и предполагал, это оказалась кабинка туалета, только без раковины. Дверь за Терри бесшумно захлопнулась. Он озадаченно посмотрел на замочную скважину. Если ключа нет, то войти сюда невозможно. Со стороны туннеля дверь открывалась простым нажатием ручки. Терри опять услышал шум сливаемой воды. Не дожидаясь, когда появится посетитель, Терри быстро выскочил из кабинки, и эта дверца сама закрылась за ним, щёлкнув язычком замка. «Только для персонала», – прочитал Терри вывеску. А, вот значит, как. Тайный агент Сипатого Сэма проходил в туалет, делая вид, что здесь работает, открывал ключом кабинку «для персонала», выжидал какое-то время и скрывался в туннеле, не боясь, что когда вернётся, здесь окажется кто-то посторонний – все двери оставались закрытыми на ключ. Отличный вариант для тайных встреч. Правда, только для мужских.

Терри вымыл руки, склонившись над раковиной, плеснул себе в лицо холодной воды, вытер ладони бумажным полотенцем, чтобы, когда выйдет, выглядеть как все, и посмотрел на себя в зеркало. Ничего. Мелкие ранки на лице уже не кровоточили. Синяк на скуле, правда, налился синевой, но это он закроет очками. Терри вышел из мужского туалета. В нос шибануло всеми оттенками ароматов дешёвой кухни, перемешанными с сигаретным дымом и запахом кислого восточного соуса. Терри поскорее выскочил на улицу: после прохладного подземелья в кафе было слишком душно. Постояв, привыкая к яркому солнечному свету, Терри прошёлся вдоль ряда припаркованных у дороги машин, высматривая те, окна которых были оставлены открытыми. Спустя пару минут он нашёл то, что его интересовало: на сиденье водителя кто-то оставил бейсболку и куртку – видимо, владельцу вещей было жарко, несмотря на то, что день только начинался. Зайдя в ближайшую подворотню, Терри натянул поглубже бейсболку, приладил на плечи слишком большую куртку, покопавшись в рюкзаке, достал и нацепил очки. Правда, они были не солнцезащитными, а цифровыми, но кто будет разбираться? Главное, встроенный отражатель сбивал с толку городскую систему распознавания лиц. А еще они скрывали глаза и синяк. Терри включил видеофон, тот мгновенно ожил, зазвонил, а на экране показалось лицо Майкла.

– Где ты? Ты знаешь, что тебя объявили в розыск по подозрению в убийстве Сипатого Сэма?! Ты последний, кто заходил к нему, в кабинете полно твоих отпечатков, дебил! Твои видеофон и коммуникатор сейчас ставят на прослушку, а твою рожу запускают в систему распознавания лиц! Ты что творишь?! Два трупа за одно утро!

– А я при чём? – распаляясь, тоже заорал Терри. – Я, что ли, их грохнул? Когда я приехал к Сэму, тот уже подыхал!

– Ну ладно, не ори! – сразу сбавил тон Майкл. – Что происходит? Введи меня в курс дела, я хоть и лежу тут прикованный к кровати, но кое-что могу делать. Например, звонить. Чем тебе помочь?

– Мне кажется, я знаю, где держат Нику. Сэм перед смертью выболтал.

– Сам выболтал, или ты его… Ты ему… В общем, я понял, ты его не убивал, но с чего бы Сипатому раскрывать свои секреты?

– Я его попросил хорошо, – буркнул Терри. – В общем, я сегодня ночью сгоняю в это место, разнюхаю, потом всё расскажу. Если получится, попробую её оттуда вытащить.

– Ты что?! – снова всполошился Майкл. – Не смей один никуда ходить! Лейтенанту всё расскажи, он тебе людей даст.

– Лейтенанту… Нет. У вас крыса в отделе. Меня Кобра уже два раза пытался убить. Узнает, где я, и стреляет. А сегодня Вилли этот. Заходит в кабинет к себе, а я там связанный… Ну, в общем, потом расскажу. И он мне: «Привет, Наварра!» Будто давно знакомы. А я его первый раз не на фото вижу. И потом бах! Выстрел снайперский. Через окно. Он убит, а точка прицела по комнате бегает, меня ищет. Вот и ответь, откуда все меня знают, всё про меня знают, и где я, тоже знают.

– Надеюсь, ты меня не подозреваешь? Но вообще… Странно, да. Один всё равно не ходи. Лейтенанту можно рассказать. Он точно не крыса. А где, говоришь, Ника?

– А я и не говорил. Всё, отбой. Позвоню утром.

Не слушая больше Майкла, упрямо пытающегося ему что-то доказать, Терри выключил видеофон. Прослушка, значит? И распознавание лиц… Тут его не поймать. Он профи. Сам следил и прослушивал. И прятаться умеет. Терри поискал в видеофоне давно установленное приложение для замены настоящих координат GPS на фальшивые, включил и мстительно ухмыльнулся. Потом нажал на иконку с программой антипрослушки. То же самое проделал с коммуникатором. В рюкзаке открыл молнию секретного отделения, замаскированную под толстый декоративный шов. Здесь лежали нужные вещи на так называемый чёрный день: наличные, фальшивые права на чужое имя, экранирующий напульсник. Напульсник из герметичной металлизированной ткани, не пропускающей излучение, он натянул на запястье. Туда, где был вмонтирован чип личности со всеми данными: счетами, персональными сведениями, лицензиями, правами. Поправил очки с защитой. Вот и всё. Распознать лицо теперь невозможно. Отследить местоположение не получится. Прослушать разговоры не выйдет. Умойтесь, копы. И Кобра тоже. Терри превратился в человека-невидимку. Спасибо, Майкл, что предупредил. Жаль только, что по распечаткам предыдущих звонков определят, где он бывал последние три дня. И обнаружат дом на побережье, его скрытую норку. Нужно предупредить Теслу. И Бориса. Бориса первого. Он в городе, к нему быстрее могут добраться. Терри позвонил Борису.

– У меня неприятности, – без предисловий начал он, – к тебе могут приехать копы, будут задавать вопросы. Предупреди Санни, пусть скажет им, что я обычный покупатель, время от времени брал в магазине оружие, лицензия есть, он проверил.

– Ты на прослушке? – Борис тоже не стал тратить время на выяснение деталей. – У меня есть программное…

– У меня тоже, – перебил Терри. – Дай мне доступ к электронным городским архивам и картам. Нужен один объект.

– Вышлю логины и пароли.

– Это всё. Пока.

– Удачи, друг.

Терри покачал на руке видеофон. Теперь Тесла. Он задумался. Домашние коммуникатор и видеофон, скорее всего, поставят на контроль в первую очередь. Нет, в первую очередь поставят прослушивать личные девайсы, а во вторую – домашние. С обыском приедут сначала в городскую квартиру, потом в дом – туда дорога длиннее. Но прослушивать будут обязательно. Надо что-то придумать. Изменить голос? Он прокашлялся, попробовал разные варианты. И набрал домашний номер.

– Вы – частный детектив Терри Наварра? – спросил он с лёгким иностранным акцентом, плохо выговаривая «р», когда Тесла ответила.

– Я его личный ассистент, – умная роботиха явно распознала голос Терри, хоть и изменённый, как он сам считал, до неузнаваемости, и включилась в игру. Наверное, подумала, что хозяин её проверяет.

Терри довольно усмехнулся.

– Мне бы хотелось поручить ему одно конфиденциальное дело сегодня ночью. Связанное с океаном и катером. Я не нашёл Наварру в городе. А в квартире у него дежурят полицейские. Я озадачен. Он сможет принять моё предложение?

– Он с вами свяжется, как только приедет, – голос роботихи стал серьёзным. – Ваш номер не определился. Куда ему позвонить?

– То есть, его нет, и когда он будет, вы не знаете? Жаль. Мне срочно. Найду кого-нибудь другого.

И Терри отбился. Дело сделано. Тесле основную информацию он передал. О том, что ночью ему будет нужен катер. Она всё подготовит. То, что может заинтересовать копов, спрячет. И визиту полицейских не удивится.

Терри вздохнул. Друзей предупредил. Теперь бы и о себе, любимом, побеспокоиться. Поесть, например. Или хоть кофе выпить. Много… Много кофе. Ещё машина нужна. И салон виртуальной связи. Лучше такой специальный, с кабинками для взрослых. Сейчас утро, и народу там много не будет. Как раз, чтобы без лишнего внимания изучить расположение завода на берегу, возле Луна-парка, о котором говорил Сипатый.

Салон Терри нашёл через полчаса. Ещё полчаса он потратил на наблюдение. У входа на приставном креслице скучал мужик, по виду мигрант, полный, в поношенной, но чистенькой одежде, в сандалиях на босу ногу и шляпе-панаме. Он как бы не обращал внимания на входящих и выходящих из павильона людей, уставившись в планшет и перелистывая там страницы волосатыми пальцами. Но Терри заметил, что внутрь, озираясь, проскочили двое подростков, сунув охраннику в протянутую заранее ладонь мятую купюру. Толстяк приподнял припухшие веки и зыркнул по сторонам. Увидев, что проход несовершеннолетних и взятка остались незамеченными, снова увлёкся происходящим в планшете.

Терри сунул руки в карманы и неторопливо подошёл к двери в салон.

– Мне нужна машинка не в общем зале, а в кабинке с дверью. С наушниками, и чтобы никто не беспокоил, – он внимательно поглядел на толстяка, похабно улыбнулся и многозначительно пошевелил пальцами в кармане.

– Двести, – тот, как и с подростками, протянул ладонь, сграбастал купюру и оглядел улицу. – Номер кабины – десять, за трафик отдельно заплатишь, вот код для входа на порносайты.

Толстяк перевернул планшет. На обратной стороне Терри увидел семь цифр, крупно написанных маркером.

Терри кивнул и вошёл в полумрак павильона. Заметив подростков, которые суетливо размещались в кабинке девять, осмотрел весь не слишком большой зал. За двумя рядами столов, поставленных напротив друг друга, сидело семь человек – две девушки и пятеро парней. Они, судя по звукам, играли командой в сетевую игру.

На одной стене светилась таблица с названиями блюд и напитков. Терри нажал на ячейку с пиццей, потом на кофе и на бутылку воды. Сунул в щель с нарисованным кошельком деньги, получил заказ, уже упакованный в бумажный пакет, повернулся, чтобы идти в свою кабинку, и замер.

Головизор напротив показывал новости. Звук был отключён, но лицо Терри с бегущей по экрану надписью: «Подозревается в убийстве» было видно из всех уголков зала.

На Терри никто не обращал внимания. Озабоченные подростки выбирали порносайты, компания за столами громко реагировала на действия соперников. Терри медленно отвернулся от зала и головизора, прошёл в свою кабину, закрыл дверь и сел к столу с компьютером. «Быстро они», – злобно подумал он про полицейских.

«Нужно быть осторожнее при выходе, – решил Терри, подключаясь к порталу городского архива, – как бы толстый не сложил два и два. Слишком внимательно он в свой планшет пялится, а там и реклама всплывает, и срочные новости тоже. Бейсболка и очки пока спасают от видеокамер, а от внимательного разглядывания с близкого расстояния не спасут».

Из павильона Терри вышел спустя час. Он закрылся воротником куртки от толстяка и, завернув в ближайшую подворотню, осмотрел улицу на предмет скрытых засад. Ничего не обнаружил, вздохнул с облегчением и набрал номер сервиса проката мобилей, продиктовав данные с фальшивых водительских прав. ПИЧ, подогнавший мобиль грязно-серого цвета, подозрений тоже не вызвал. Услышав адрес, куда машина должна поехать, произвёл быстрый расчёт, получил деньги, сказал дежурное: «Мы рады служить», – и ушёл. А Терри, усевшись на водительское место и затемнив стекла от солнечных лучей, впервые за целый день почувствовал себя в безопасности.

Не доезжая пяти километров до деревни, он оставил машину на площади соседнего селения, вышел и растворился в толпе зевак-туристов, осматривающих развалины древней часовни. Затем незаметно отделился от толпы, пробрался на берег и пошёл, утопая по щиколотку в мокром песке частных и общественных пляжей, к дому. Почувствовав, что вот-вот свалится от усталости, он забрался под чью-то перевёрнутую рыбацкую лодку, цепью прикованную к самодельному причалу, и уснул. Часы показывали полдень.

Жирная семиметровая акула лениво вспарывала плавником океан, нарезая круги вокруг катера. Терри с раздражением следил за движениями хищницы, подмечая, как к ней устремляются её тупорылые подруги. Вскоре вода за бортом, казалось, кипела от множества продолговатых белобрюхих тел.

Этим вечером, продумывая, как быстрее пробраться к заводу, где, по словам Сипатого, держали в плену Нику Беллами, Терри решил, что водный путь как раз отвечает всем требованиям: короткий и скрытный. Мало ли какие судёнышки носятся вдоль берегов? И останавливаются на ночь. Зона за Луна-парком – последним близким к городу аттракционом для туристов – считалась уже нежилой. Здесь начиналась территория складских ангаров, цехов по переработке пластика, логистических хранилищ.

Завод, который, по скупому описанию Сипатого, перерабатывал электронный мусор и находился сразу за Луна-парком, был в этой зоне всего один. И стоял на берегу залива, к которому сейчас приближался на катере Терри. Вернее, хотел приблизиться, но акулы, окружившие мотобот, не собирались уходить, как будто надеясь на добычу. Возможно, он случайно выбрал место, прикормленное рыбаками? Или это какой-то новый вид биоохраны? Значит, здесь есть что охранять? Терри медленно повёл катер вдоль берега, подальше от выбранной точки высадки, стараясь подыскать мелководье, куда бы акулы не могли добраться.

Пришлось выйти из залива и причалить в двух километрах от цели, что было в два раза дальше, чем предполагалось по плану. Ну что ж, времени оставалось достаточно. Стрелки на часах приблизились к одиннадцати вечера. Рабочие с завода наверняка уже ушли. Осталась только охрана, да и та, скорее всего, скоро угомонится. Терри собирался тихо обойти все помещения, а это целых три цеха, и надеялся, что ночи ему хватит. Если девушку прячут там, он её найдёт.

Причалив и кинув якорь, Терри установил трап. С трудом удерживаясь на шатком сооружении из-за тяжёлого рюкзака, он спустился на мелководье и добрался до берега. Несколько раз присел и попрыгал, проверяя, не гремят ли уложенные в рюкзаке оружие и приспособления для ночной вылазки, засёк время на часах и медленно, стараясь сохранять ритм дыхания, побежал вперёд, к заданной точке.

Когда впереди показался высокий забор, неровным четырёхугольником опоясывающий завод, на часах была полночь. Спрятавшись в зарослях густых кустов с узкими листьями, остро пахнущими корицей, Терри переоделся и начал не торопясь вооружаться. Один нож, как обычно, разместил на ремне, плотно обтягивающем икроножную мышцу. Второй примостил на такой же упряже на запястье. В кобуре на ремне вокруг пояса закрепил свой официально разрешенный служебный пистолет. А под мышкой, в специальной портупее, давил на рёбра трофейный лазерный. Терри надеялся, что ему никогда не придётся стрелять из него в людей. Один вертикальный залп в грудь разламывал на ровные куски тело до пояса. Этот пистолет нигде не был зарегистрирован.

С этой стороны заводского забора шла широкая полоса посаженных деревьев. Корявые, с изломанными силуэтами, в темноте они казались монстрами из фильмов ужасов. Дерево, на которое взобрался Терри, стояло чуть ближе к забору, чем остальные. Он растянулся вдоль толстой искривлённой ветки и навёл бинокль ночного видения на территорию завода. Первое, что его поразило, – это количество инфракрасных датчиков, густо натыканных по периметру ограждения. Второе – это величина завода. Три довольно больших серых одноэтажных корпуса-цеха располагались друг за другом и имели общие внутренние стены. Каждый последующий корпус немного сдвигался относительного предыдущего. По всей территории вдоль забора, с подъездом к первому и второму цехам, шла широкая дорога, такая, чтобы по ней могли проехать небольшие самосвалы. Они, видимо, вывозили продукцию туда, где находилась обширная стоянка. Стоянку эту с грузовыми флаерами, самосвалами и другой техникой на колёсах Терри видел в бинокль вполне отчетливо. И наконец, третье, так поразившее Терри обстоятельство, что он даже тихо присвистнул, – помещение охраны. Отдельно стоящее большое сооружение у ворот, оснащенное, будто КПП при секретной воинской части. Здесь что, перерабатывали какой-то особенный мусор, а не закончившие жизнь электронные гаджеты и головизоры? Датчики тепловизоров, крутая охрана… Задача усложнялась. Где на такой огромной территории искать похищенную девушку? И если Терри был уверен, что мимо охраны сумеет проскользнуть незамеченным, то инфракрасные датчики были им не предусмотрены. Датчики среагируют на тепло тела, а информация о величине этого тела попадёт на мониторы охранников. И всё. «Тревога! На территории посторонний!»

Надо поискать достаточно большой разрыв между сенсорами. И постараться перемахнуть забор как можно быстрее. Тогда есть шанс остаться незамеченным.

Такое место с прикреплёнными далеко друг от друга сенсорами тепловизоров Терри нашёл. И забор перемахнул быстро. И тревога не поднялась, не завыли сирены. Зато из-за угла ближайшего цеха выскочили два огромных лохматых пса и молча кинулись к нарушителю.

Собаки стремительно приближались, одна метнулась наперерез, грамотно отрезая путь к отступлению, будто захватывая Терри в клещи. Он выхватил лазерный пистолет, направил прицел на ту псину, что была ближе, и нажал пуск. Стараясь не вдохнуть облако из запаха палёной шерсти и запёкшейся крови, резко развернулся и увидел прямо перед собой оскаленную морду. Откинув пистолет, Терри схватился двумя руками за собачью шерсть возле шеи и почувствовал смрадный дух из пасти. Собака мощно ударила его лапами в грудь, и Терри упал, не удержав равновесия. Пришлось ему вспомнить бои без правил, потому что разъярённый пёс напоминал такого же противника: обозлённого, желающего одержать верх любой ценой. Терри, не давая псу возможности ухватиться зубами, с силой оттолкнул его от себя, крутанулся, успел подобрать откинутый лазерный пистолет и снова нажал пуск. Не глядя на дымящихся, располовиненных лучом лазера зверюг, Терри отдышался и оттащил по очереди обе туши поближе к забору, надеясь, что охрана не скоро заметит отсутствие собак, и у него будет достаточно времени, чтобы всё разведать.

Потом, замерев, подождал несколько минут, чтобы убедиться, что его внезапный бой никем не был замечен. И направился в цех, который находился к нему ближе остальных. Ворота здания были закрыты неплотно, изнутри пробивался неяркий свет. Терри подбежал к воротам и прислушался. Далеко внутри слышались приглушенные шумом работающего конвейера голоса. Терри скользнул за ворота. С порога в нос ударила вонь сжигаемого мусора. В помещении стояла сильная жара. Терри осторожно вдохнул раскалённый воздух, опасаясь обжечь лёгкие, и огляделся.

По автоматизированному конвейеру двигались прикреплённые к ленте прямоугольные лотки размером примерно метр на метр и полтора в высоту, доверху наполненные измельчёнными обломками. Появлялась лента конвейера из широкого проёма в дальней стене, а исчезала перед топкой – уходила вниз по направляющим, вывалив мусор из прямоугольной тары в раззявленное нутро лазерной печи. Этот цех функционировал без участия рабочих и роботов. Только механические руки направляли поток мусорной крошки с конвейера как можно дальше в огромную печь.

Постоянно оглядываясь, Терри подбежал к проёму, откуда выезжал конвейер, и заглянул внутрь следующего цеха. В этом помещении работали шредеры и сепараторы. Шредеры измельчали уже отсортированные детали и выломанные куски отработавшей свой век электроники, а сепараторы отделяли металлы и пластик от общей массы. Всё остальное попадало в прямоугольные лотки и шло на сожжение. Сепараторов было четыре. Как на вид определил Терри, три настроенных на разные металлы, а один – на пластик. Видимо, пластик потом вывозился на другие предприятия, где его сортировали, обрабатывали и продавали как вторсырье. А здесь внимание в первую очередь уделялось металлам – особенно меди, как убедился Терри, осторожно заглянув в контейнеры.

И в этом отделении завода тоже не было постоянного дежурного персонала. Откуда же слышались голоса? Люди обнаружились в самом дальнем цеху. Когда Терри, осмотрев технику, подобрался к следующему проёму, из которого выезжал конвейер с набросанным на нём как попало крупным мусором, голоса стали громче. Терри решил не рисковать, быстро высунул голову в проём, просканировал пространство, так же быстро отскочил и присел на корточки за пустым контейнером. То, что он увидел, его потрясло.

Ручной разборкой привезённого и сваленного в кучу электронного хлама занимались рабы. От огромной кучи неразобранных электронных устройств механизм, напоминающий экскаватор с двумя ковшами, нагребал груз и вываливал на ленту конвейера. Рабы сидели на сколоченных ящиках и были прикованы цепями к металлическим ножкам столов, расставленных вдоль конвейера. Эти люди внешне напомнили Терри аборигенов, с которыми он воевал. Одни вручную отделяли от электронного хлама аккумуляторные пластины. Другие – разламывали на части гаджеты и отвинчивали от них детали. Всё это затем с грохотом ссыпалось в те самые прямоугольные лотки и двигалось по ленте в цех со шредерами и сепараторами.

Терри по памяти восстановил всё, что успел увидеть. Ничего похожего на подсобные помещения или комнаты, где можно было бы держать пленницу. Но всё-таки, всё-таки… Где-то же эти рабы живут? Спят? Терри прикрыл глаза, сосредоточился и снова подробно вспомнил все детали увиденного. Стоп! А справа в конце цеха с рабами? Какое-то сооружение, напоминающее шахту лифта. И сам себе возразил. Какой лифт? Здание одноэтажное. Терри побежал вдоль стены в конец помещения, за сепараторы и контейнеры с медью. Здесь оказалась ещё одна дверь в дальний цех. Терри не сразу её заметил, но это точно была дверь, и она была не заперта. Из-за неё пробивался характерный звук едущей по лифтовому стволу кабины. Терри распластался на полу и заглянул в щель между дверными створками.

Как раз вовремя, чтобы увидеть, что из лифта двое аборигенов выносят что-то продолговатое, завёрнутое в холстину, и направляются прямо к Терри. Он отпрянул и, сделав огромный прыжок, спрятался за одним из шредерных механизмов. Рабы, сгибаясь от тяжести, прошли мимо, даже не повернув голов, а в нос Терри шибануло тошнотворным запахом лежалого трупа. Терри похолодел. А что, если и Нику… Также? А куда? Куда они тащат мертвеца? Он пополз за этими двумя, прячась в тени работающих устройств. За шумом и грохотом машин его присутствия совсем не было слышно. Рабы прошли в третий цех, к пышущей жаром печи, размахнулись и забросили свёрток внутрь. Механическая рука подгребла мёртвое тело – скорее всего, такого же раба, скончавшегося от невыносимой работы – ближе к топке. Больше Терри ничего не увидел, но главное понял. Под полом дальнего цеха есть жилые помещения для рабов. Ему нужно проникнуть туда.

Он задумался. А как это сделать незаметно? Нужно отвлечь внимание и работников, и охраны. Но ничего придумывать не пришлось. Приехал очередной самосвал и стал ссыпать в кучу не рассортированного мусора ещё пару тонн такого же хлама. Все жадно смотрели на самосвал, очевидно, надеясь обнаружить в мусоре что-нибудь ценное. Поэтому Терри пробрался в шахту лифта никем не замеченным. Крыша кабины виднелась далеко внизу, нужно было успеть спуститься, пока кто-нибудь опять не решил подняться или вызвать лифт наверх.

Терри был на середине пути, когда услышал звук включившегося двигателя и позвякивание движущейся кабины. Он вжался в стену шахты, дождался, когда крыша кабины поравняется со ступнями, шагнул на неё и сразу упал, распластавшись.

Лифт остановился, в него вошёл один из охранников. Наверное, собрался за новой порцией рабов.

Терри доехал с ним вниз, подождал, когда тот выйдет, и только тогда, сквозь решётку шахты, рассмотрел подвал. Широкий коридор с дверными проёмами с двух сторон начинался сразу после выхода из лифта и упирался в темноту. Очевидно, здесь и жили рабы. И место для пленницы тоже могло здесь найтись.

Терри дождался, когда охранник скроется, выскользнул из шахты в коридор и притаился. В полумраке тусклого освещения его силуэт сливался со стеной.

Показался охранник. Он толкал к лифту тех самых двух рабов, которые выносили недавно труп. Все уехали, и Терри, наконец, остался один. Он медленно двинулся по коридору, осматривая по очереди каждый отсек. Тесные помещения были забиты двухэтажными нарами. Везде царила грязь и жутко воняло. Затем показалась просторная, довольно чистая комната. Здесь стояли шесть топчанов с плотными покрывалами. Терри почудился запах медикаментов. Он подошёл к стене и откинул в сторону циновку. За ней оказалась узкая дверь, из-за которой и доносился запах. Дверь была заперта. Но для Терри это никогда не было препятствием. Проникнув внутрь, он аккуратно повесил циновку обратно. Мало ли. Не хотелось бы неожиданно получить в спину пулю. Глаза привыкли к темноте, и Терри понял, что нашёл Нику Беллами.

Через сорок минут Терри сидел за забором на облюбованной им раньше искривлённой ветке дерева рядом с коричными кустами и, просматривая территорию завода, звонил лейтенанту.

– Кто это? – услышал Терри сонный недовольный голос.

– Это Наварра, лейтенант.

– Ты!!! – мгновенно, словно и не спал, завопил тот. – Как ты посмел, сволочь, ещё и …

– Я нашёл Нику Беллами, лейтенант. И мне нужно подкрепление. Один я не смогу её вытащить. Здесь неплохая охрана.

– Рассказывай! – приказал лейтенант, и на видеофоне появилось изображение ванной комнаты. Лейтенант умывался, отложив аппарат со включённым экраном в сторону.

– Это завод по переработке электронного хлама, тот, что в промзоне за Луна-парком.

– Дальше! – изображение поехало вместе с владельцем видеофона из квартиры вниз через два пролёта лестницы и остановилось рядом со служебным флаером.

– Она под полом. Там помещения для рабов.

– Каких ещё рабов?! Она жива? С ней всё в порядке?

– Дышит. У неё забинтована голова, так что не видно лица. Бинты… окровавленные. В руки вколоты капельницы…

– Жива! – в голосе лейтенанта послышалось ликование.

– Лейтенант, она без сознания и ни на что не реагирует. Мне кажется, это не снотворное. В капельницах.

Терри вспомнил, как у него сжалось сердце, когда он увидел в комнате этот безжизненный комок, бывший когда-то радостно хохочущей девушкой с фотографий Боба Хантера. Как нелепо всё иногда происходит. Несправедливо. Взрослые дяди играют во власть и войну, а страдают такие вот дети.

Лейтенант, видимо, подумал о том же самом, потому что ответил с грустью в голосе:

– Ладно, врачи сообразят, что к чему.

И через пару секунд, уже озабоченно:

– Какой план? Что ты хочешь?

– Нам необходимо взять этот завод штурмом. Я заглянул в помещение охраны, там десять человек, плюс шестеро в цеху, присматривают за рабами. Все отлично вооружены. Есть лазерное оружие. Мне кажется, нужен спецназ. Главное, всё сделать быстро, чтобы они не успели Нику убить. И про санитарный вертолёт не забудьте. Ещё. Не звоните её отцу и мачехе. Это личная просьба. Сначала сами разберёмся. Я вам файл кину, там план завода, пока лететь будете, изучите.

– Наварра… – лейтенант молчал, но Терри понял, о чём тот хотел спросить.

– Не убивал я Сипатого… И Баковски тоже. На меня самого охотятся. Два раза стреляли…

– Разберёмся… – Лейтенант протяжно вздохнул и затем другим тоном скомандовал: – Всё. Я сейчас буду докладывать начальству, пусть распорядятся насчёт спецназа и санитарки. Связь через десять минут, – Терри услышал, как заурчал заведённый двигатель, и экран погас.

Спустя час Терри, который провёл всё это время у дерева, изнывая от тревоги, получил вызов на коммуникатор. Ещё спустя пять минут рассказывал по видеосвязи командиру спецназа про место, где высадился сам и оставил лодку. На экране видеофона все спецназовцы боевой группы выглядели одинаково: камуфляж, закрытые лица, каски. Пока два вертолёта поддержки и один санитарный летели от города к месту сбора, Терри, командир бойцов и лейтенант обсудили детали операции. Бойцы должны были подойти к забору, обесточить сеть с датчиками тепловизоров и начать штурм. При этом шум не возбранялся, а наоборот, приветствовался. Чтобы отвлечь на себя все силы охраны. А Терри, заранее получив сигнал о том, что группа спецназа уже приближается к заводу, должен был снова проникнуть в сортировочный цех и, как только начнётся бой, пробраться вниз, в жилые помещения, заблокировать лифт и ждать, когда вся операция закончится. И охранять Нику Беллами. Любой ценой. Так сказал лейтенант, заканчивая инструктаж.

Терри отключил звук наушников, приготовился ждать условленного сигнала и вдруг услышал крики за забором. Дьявол! Он совсем забыл про собак! В том месте, где он пересекал забор в первый раз и куда оттащил располосованные лазером туши псов, царила суматоха.

– Лейтенант, – включив снова коммуникатор, проговорил быстро Терри, – я выдвигаюсь. Здесь начинается какая-то канитель. В общем, поспешите, я по плану иду вниз и буду держать выход из лифта, а спецназ пусть десантируется прямо на территорию. Я пошёл!!!

Терри торопился добежать до лифта, потому что знал: времени оставалось в обрез. Сейчас охрана очухается, сложит два и два и поймёт, что на завод проник обученный и вооружённый боец. Кто ещё владеет запрещённым в мирном городе оружием и легко может справиться с двумя огромными, натасканными псами? И какова цель бойца? Похищенная дочь миллиардера, которую Сипатый Сэм приказал здесь спрятать? Или передел власти? Интересно, кто теперь главенствует над преступной группировкой? Сейчас, когда Сипатый и Баковски мертвы, а Кобру ищут по всему городу и окрестностям? Да, свято место пусто не бывает! Кто-то, да главенствует. И сейчас охрана кинется этому кому-то звонить, докладывать о происшествии и спрашивать указаний. Это даёт Терри маленький шанс прорваться в жилые комнаты дальнего цеха и занять там оборону.

Плюнув на конспирацию, он перелез через забор прямо напротив нужного места, там, куда заезжали самосвалы, чтобы забрать отсепарированную пластиковую крошку. Терри уже не думал о том, что датчики тепловизоров сработают и укажут его местонахождение. Суматоха и неразбериха были на его стороне. Пока те, кто сейчас смотрят на экраны и видят силуэт нарушителя, доложат о нём по рации, пока другие подбегут, его уже здесь не будет!

Он в несколько перебежек добрался до дверей в цех, тех, что были напротив лифтовой шахты, а дальше скрытно передвигаться уже не получилось. Дверь вдруг кто-то начал закрывать изнутри. Терри пнул ногой по полотну двери, отчего та сорвалась с петель, и выстрелил. Пули пробили тонкие доски насквозь, раздался стон. Терри выскочил, непрерывно стреляя из самозарядного пистолета-пулемёта в сторону конвейерной ленты, создавая хаос и одновременно выкрикивая команды якобы существующим бойцам:

– Окружай! Стрелять на поражение! Рабов не трогать, только охрану!

У лифтовой шахты обернулся на мгновение, кинул световую гранату и рухнул с высоты на крышу стоящего внизу лифта. Ещё в воздухе он развернулся, чтобы, приземлившись, встретить возможное сопротивление не спиной, а лицом.

«Возможное сопротивление» в виде одного раба, накрывающего на стол еду в комнате охраны и не вовремя выглянувшего на шум, Терри вырубил ударом ребра ладони в шею. Убедившись, что в помещениях больше никого нет, он несколько раз выстрелил в механизм, двигающий кабину лифта, уже вызванного кем-то вверх, и только тогда выдохнул. Свою часть задания он выполнил. Сюда никто не проберётся. Лифт заблокирован на полпути, двигатель разрушен, и даже если охрана начнёт закидывать вниз гранаты, он сможет продержаться.

Терри заглянул за циновку. Девушка всё таким же неподвижным свёртком из бинтов лежала под капельницами. Не отключать же капельницы? Может, она до сих пор и жива благодаря этим лекарствам. Терри присел на корточки возле входа в отсек с девушкой и подумал, что сдохнет здесь, но бандитов не пустит. Пусть у девчонки будет шанс. А там медики, как сказал лейтенант, разберутся.

Он расположился так, чтобы видеть двери лифта, но остаться недосягаемым для осколков возможных гранат, пока основная группа не начнёт штурм завода. А дальше… Дальше – всё. Полицейский спецназ – это не доморощенные секьюрити. Всё закончится, ещё не начавшись.

Послышался треск коммуникатора.

– Наварра, мы начинаем! – прохрипел кто-то, из-за помех и шума вертолётных винтов Терри не разобрал, кто это был, то ли лейтенант, то ли командир спецназа.

И всего через полчаса сверху раздался окрик:

– Наварра, ты здесь? А как к тебе попасть, здесь медики с коляской и всякими штуками стоят.

– А никак вы не попадёте! Заставь рабов двигать лебёдку вручную, когда они кабину вытащат наверх, спускайте лестницу, – крикнул в ответ Терри и пошёл готовить к эвакуации Нику. Отодрал циновку, выломал дверь вместе с наличниками, чтобы проход стал пошире, и остановился, поджидая команду спасателей. Увидел, как сначала натянулись, а потом упали тросы, как опустилась верёвочная лестница, как заработал лазерным лучом спустившийся по ней специалист, вырезая широкий проход в шахтной решётке.

Терри встал и замахал рукой медикам, появившимся в вырезанном проходе.

– Сюда! Здесь она… – он показал им за спину и пошёл искать лейтенанта.

Выбравшись наверх, он увидел взорванный конвейер, группки испуганных рабов, остановленную лазерную печь и выстроенных вдоль забора охранников в наручниках. Семь, посчитал Терри. И… ещё девять лежащих без движения в траве. Все на месте. Он услышал звонок коммуникатора.

– Да!

– Это Майкл! Как прошло? Ты не ранен? Как наши? Меня не отпускают, хотя я уже ходить могу… Вы там воюете, а я как… Как…

– Ты что звонишь? Мне некогда, – оборвал причитания друга Терри. Получилось грубо, но Терри было не до нежностей. Он хотел послушать, что говорят охранники о пленнице, и, возможно, они что-то знают о кристалле. Наверняка лейтенант пожелает допросить их прямо сейчас, пока те ещё не очухались.

– Мне лейтенант приказал связаться с городским архивом и узнать, кому по документам принадлежит завод. Я потому и звоню. Не поверишь, но завод принадлежит Андору Беллами!

Терри остановился, словно налетел на преграду. Как так? Дочь, которую папочка искал, находилась в плену у бандитов, а бандиты вместе с заводом – это собственность Андора Беллами?

– Это он всё и затеял, точно тебе говорю, – тарахтел в коммуникатор Майкл, – обнаружил дома вскрытый сейф, попросил Вилмара поймать беглянку, тот связался со своим дружком Сипатым Сэмом. Девчонку схватили, а из-за аварии она не может рассказать, где кристалл. Думаю, ей поддерживают жизнь в надежде, что когда-то она придёт в себя и всё расскажет.

– А зачем тогда Беллами меня нанял? Пусть бы полицейские и ковырялась. Вы же на улице байк обнаружили и дело завели.

– А где кристалл? Военные в панике. Вот он и…

– Наварра! – к Терри подходил лейтенант. – Девушку поместили в санитарку, прогнозы неутешительные. Кома. Из-за аварии повреждён мозг. Скорее всего, она останется овощем. Если не произойдёт чуда. Мне нужно допросить охранников, ты со мной?

– Лейтенант, вы не сообщайте пока Андору о том, что здесь произошло и о дочери. Слетайте к нему сами, доложите лично и посмотрите на его реакцию. Майкл только что звонил. Говорит, что завод по документам как раз и принадлежит «безутешному отцу». Я с вами слетаю, и к охранникам пленным сейчас подойду, мне надо договорить с Майклом.

Он старался говорить убедительно. Лейтенант пошел назад, допрашивать пленных, а Терри расслабленной, но быстрой походкой направился к стоянке завода, где сгрудились самосвалы, самоходные тележки, два вертолёта спецназа и служебный флаер лейтенанта. Прячась за техникой, он скрытно залез в кабину лейтенантского флаера, подождал, не заметит ли кто нарушителя. Обошлось. Терри выдохнул и нажал аварийный пуск. Тот самый, что срабатывал в случае чрезвычайных обстоятельств на полицейских операциях и не требовал чипа. Флаер взмыл вертикально вверх. Терри облетел территорию завода и взял курс на полуостров Беллами.

Он сам расскажет Андору о дочери. И сам посмотрит на его реакцию. Что-то это всё перестало ему нравиться.

Терри подлетал к полуострову. На запрос службы безопасности он доложил, что летит с важными новостями о Нике Беллами, и попросил разбудить Андора, если тот спит. Не слушая, что говорит диспетчер, опустил лейтенантский флаер прямо на площадку возле крыльца особняка. Встречать его вышли Эва с Андором. Эва куталась в шёлковую шаль, расписанную на восточный манер павлиньими хвостами. Андор вяло кивнул на приветствие Терри и вообще выглядел нездоровым. Мадсен, угрюмый, злой, стоял позади четы Беллами, подчёркивая свою принадлежность к семейным тайнам.

– Мне нужно поговорить с Андором. Наедине. А он потом расскажет вам то, что посчитает нужным.

Терри было не до реверансов. Виноват или не виноват Андор в том, что произошло с дочерью? Ничего, кроме этого, сейчас Терри не интересовало. Повинуясь молчаливому знаку Андора, Терри поднялся на крыльцо, обошёл Мадсена и задержался возле Эвы.

– Ты поосторожней, – тихо шепнула она ему, – муж утром только вернулся из экспедиции и жаловался на сердце.

Терри кивнул. Поосторожней, так поосторожней.

– Я распоряжусь насчёт напитков и закуски, – громко оповестила Эва мужа и, обойдя подозрительно косящихся на неё Терри и Мадсена, ушла в боковую дверь, видимо, в кухонные помещения.

Андор нетвёрдой походкой прошёл по холлу до дверей в зал, за ним шёл Терри, замыкал шествие Мадсен, словно не слышавший слов «поговорить наедине». Пройдя за Андором в зал, Терри повернулся и демонстративно захлопнул дверь перед самым носом взбешённого начальника СББ.

Поосторожней, значит… На сердце жаловался, значит…

– Андор, я нашёл вашу дочь. Она тяжело ранена, без сознания и, скорее всего, останется на всю жизнь парализованным «овощем».

Терри подошёл вплотную к хозяину дома, только что опустившемуся в мягкое кресло. Если Андор и отреагировал хоть как-то на слова о дочери, то Терри этого не заметил. Казалось, тот прислушивается к чему-то, происходящему внутри него, и совсем не обращает внимания на внешние раздражители.

– А нашёл я её на вашем заводе, там, где перерабатывают электронный мусор, на берегу, в промзоне возле Луна-парка, – повысил голос Терри.

– Что значит, «овощем»? – вдруг очнулся Андор. – Это мой единственный ребенок, этого просто не может быть, что вы несёте?

Он поднял руку и начал массировать грудь там, где сердце.

– И какой ещё мусорный завод? Все мои заводы здесь, на полуострове…

Андор вдруг побледнел, закатил глаза и начал валиться на бок.

Терри стоял совсем близко, поэтому успел подхватить обмякшее тело отца Ники до того, как он упал на пол. Кое-как пристроив его обратно на кресло, Терри кинулся к дверям, распахнул их и что было силы заорал:

– Врача! Позовите врача!!!

Поднялась суматоха. Послышался звон разбитой посуды – только что зашедшая в холл Эва уронила поднос. Мадсен с красным от ярости лицом промчался мимо Терри в зал. Отовсюду появлялись ПИЧи, привлеченные криками о помощи, и замирали группками в разных углах холла. Наконец показался заспанный доктор. Это был не ПИЧ, а человек. Следом за ним катилась тележка-гироскутер белого цвета, с красным крестом на крышке.

– Что? Что случилось?

Терри показал себе за спину.

– Там… Андор… Он вдруг упал.

Терри, стоя в дверях, оглядел собравшуюся толпу.

– Я не знаю, что случилось! – психанув, заорал Терри, ощущая на себе осуждающие, подозревающие и ещё дьявол разбери какие взгляды окружающих. Даже Эва смотрела странно. «Я предупреждала», – казалось, говорил её укоризненный взгляд.

Терри метнулся назад в зал, оттеснил Мадсена и встал рядом с доктором. По щеке Андора стекала пена. Он никак не реагировал на врачебные манипуляции.

– Мне нужно отвезти больного в город, срочно! Здесь нет нужного оборудования! Что вы стоите?! Вызывайте флаер! – доктор кинулся собирать разбросанные по полу склянки с лекарствами и инструменты.

Мадсен поднес ко рту рацию.

– Стойте! – Терри подскочил к Мадсену и показал за окно: – Там стоит мой флаер, движок ещё тёплый, топлива хватит, несите Андора туда!

– Да, да, правильно, это будет быстрее, чем ждать, пока пригонят личный флаер Андора со стоянки, – доктор как-то странно посмотрел на Терри и перевёл взгляд на Мадсена. – Помогите мне разместить больного.

С крыльца особняка Терри смотрел, как домашние слуги-ПИЧи под руководством Мадсена погрузили носилки с так и не пришедшим в себя Андором в полицейский флаер, как за управление сел один из подчинённых Мадсена, как двигатель заурчал, и переполненный бойцами СББ и помощниками доктора транспорт, поднявшись в воздух, направился в город.

Терри оглянулся. Он стоял один на крыльце. Мадсен куда-то исчез. Эва не показывалась. Терри вернулся в зал. За всей этой суматохой он не подумал, что ему делать дальше. Флаер лейтенанту надо бы вернуть. С Мадсеном поговорить. С Эвой объясниться. Терри подошёл к бару с напитками, налил в стакан виски до краёв. Почувствовав, что вот-вот разболится голова, Терри приложил холодный стакан к разгоряченному лбу и принялся размышлять. Что это сейчас было? Андор так расстроился из-за дочери, что у него отказало сердце? И слова про завод… Как он сказал? «Все мои заводы здесь, на полуострове»? То есть Андор ничего ни про какой мусоросжигающий остатки электроники завод знать не знает. Интересно… Но этот объект недвижимости, по данным архива, принадлежит именно ему. И что это значит? А это значит… Терри хлебнул из стакана и снова приложил его ко лбу. Это значит, что кто-то, кому Андор доверял, подсунул занятому своими испытаниями учёному пластину о собственности, где нужно было всего лишь оставить отпечаток большого пальца. Таким образом фиксировались все сделки в регистрационном департаменте: готовился на не имеющем срока давности гибком носителе текст о владельцах, бывшем и будущем, детали перехода права собственности: цена, условия погашения долгов, особые пункты договора, да много чего – и ставились отпечатки пальцев вместо подписи. Терри помнил процедуру, потому что сам после демобилизации покупал себе дом в деревне.

Андор, не вникая, оставил отпечаток и оказался владельцем завода у Луна-парка. Сомнительно, возразил сам себе Терри. Он, конечно, учёный, может быть рассеянным, но не дураком. Значит, он доверял настолько этому, подсунувшему пластину, что… Что? Ну, что?

Терри снова хлебнул, начиная злиться и боясь признаться, что не там искал. Не начал с самого главного. А главное – дом, откуда девушка отправилась в свой последний путь. Кто первым увидел ссору между Эвой и Никой и доложил об этом Андору? Кто знал, что Ника поехала в город в сопровождении всего одного домашнего робота? И точное время, когда она покинула дом? И сколько ей понадобится, чтобы добраться до места засады? Этот кто-то хорошо знал Вилмара Баковски, потому что тот часто посещал имение Беллами. А Вилмар был на связи с Сипатым Сэмом и мог тому приказать поймать девушку. И кристалл… Кристалла не было у Кобры, но ему «обещали его отдать». Кристалла не было у Баковски, тому тоже обещали «отдать, когда появятся доказательства о покупке». То есть кристалл, возможно, вообще не покидал этот дом. И до сих пор находится здесь. В доме есть паук, который сплёл сеть из своего окружения, чтобы получить кристалл, и в эту сеть случайно попала Ника. И этот паук – не Андор.

В дверях зала появился Мадсен.

Терри встал, отставил стакан на столик и пошёл ему навстречу. Мадсен приближался, не сводя с Терри злого взгляда. Они остановились друг напротив друга и одновременно выпалили:

– Где кристалл?

– За что ты его отравил?

И, не слушая ответов, оба бросились вперёд, беспорядочно нанося удары всем подряд: головой, ногами, кулаками. Мадсен был, возможно, чуть сильнее, зато Терри опытнее. И вскоре начальник СББ лежал на полу, спелёнутый собственной одеждой, а Терри готовился засунуть ему в рот ненавистный чёрный галстук.

– Где кристалл, сука?

– Ты отравил Андора, тварь! Доктор сказал, у него все признаки отравления! Скоро за тобой прилетит полиция! – извивался связанный Мадсен.

Терри, до которого вдруг дошло, в чём его обвиняет Мадсен, замер. А потом застонал. Всё же было на виду, он – идиот!!! Терри бросился вон из зала, оставив Мадсена самого освобождаться от пут.

Он мчался по коридору, открывая все двери подряд, пока не нашёл спальню Эвы. Она стояла у раскрытого окна, освещенная первыми лучами восходящего солнца, и смотрела вдаль, на горы, на удаляющийся флаер, который превратился уже в совсем маленькую точку. Услышав шум, Эва обернулась, увидела взбешённого Терри, вспыхнула и отступила к окну. При этом почти незаметно бросила взгляд на что-то, лежащее на тумбочке. Терри кинулся к тумбочке. Эва быстро схватила это «что-то» и попыталась выбросить в окно. Не успела. Терри ухватил её руку и с силой разжал пальцы. На ладони лежала ампула с розовым раствором. Точно такая, как была у Баковски в кабинете. И которая, по словам самого Баковски, содержит вещество, вызывающее смерть от сердечного приступа.

– Ты… – неверяще прошептал Терри, глядя в голубые, ещё недавно такие обожаемые глаза. – Ты отравила Андора…

На волосы Эвы упал лучик поднявшегося над горизонтом солнца, и они заиграли, заблестели золотом.

– Златовласка… – зло расхохотался Терри, потом замолчал и угрюмо закончил: – Любовница Вилмара Баковски, которую он прячет… Прятал… Ото всех… Это тоже ты… Тогда и кристалл сейчас у тебя.

Терри отбросил Эву на кровать и протянул руку.

– Отдай.

– Нет у меня никакого кристалла! Ты что?!

Эва попыталась вскочить, но лишь сильнее запуталась в покрывале, которым была застелена кровать. Её платье задралось, соблазнительно обнажив бедро.

– Да почему ты решил, что Андор отравлен?

– Это не я решил, так сказал доктор.

– Я не травила Андора! Чем? Этим? Это просто успокоительное, Боже мой.

Эва села, гордо выпрямившись, от чего подол задрался ещё выше.

– Эту ампулу дал мне Баковски, он сказал, что это успокоительное. После всего, что сейчас произошло, я хотела выпить лекарство, меня до сих пор трясёт! – Эва схватила Терри за руку и приложила к своей щеке.

Он хмуро отвернулся, вырвал свою ладонь из ледяных пальцев Эвы, схватил стакан и налил в него воды. Потом осторожно разломал ампулу и вылил туда содержимое.

– Успокоиться хочешь? Пей!

И он прижал стакан к губам Эвы. Она с ужасом в глазах отодвинулась на кровати как можно дальше.

– Точно такую же ампулу я видел в кабинете Баковски. Он пытался мне подсунуть это «успокоительное», хвастался, что невозможно будет заподозрить убийство. Успел признаться, что через восемь часов следы яда из организма исчезнут, и все подумают, что это просто был инфаркт. А потом его убили. Твоего любовника.

Терри взъерошил волосы на голове и оглядел комнату.

– Как же ты так просчиталась? Баковски не сказал тебе, что яд действует быстро? Ты понадеялась, что Андор умрёт через несколько часов, в своей кровати, а все подумают, что из-за известий о дочери у него не выдержало сердце?

Терри схватил Эву за волосы, намотал на кулак и приблизил её лицо к своему:

– А про Нику… Это ты сообщила Вилмару про Нику? Что она выехала в город?

Эва не отвечала, только смотрела, не отрываясь, в лицо Терри, глазами, полными слёз. Он, не поддаваясь на её умоляющий взгляд, с силой дёрнул рукой. Эва вскрикнула и заговорила.

– Баковски… Он шантажировал меня. Ему нужен был этот треклятый кристалл! Мне пришлось… Я проследила за домашним роботом, когда он открывал сейф, и узнала код. А когда увидела, как Ника собирается ночью в город, поняла, что это мой шанс навсегда избавиться от Баковски! Я не знала, что так получится! Не знала, что он свяжется с бандитами!

Эва всхлипнула, и по её запрокинутому лицу наконец потекли крупные слезы. Терри отвёл глаза, отпустил её волосы и отодвинулся.

– То есть, когда Андор меня уговаривал здесь, в особняке, на следующее утро после пропажи кристалла и Ники, ты уже всё знала?

– Я выкрала кристалл, оставила сейф распахнутым, для отвода глаз открыла окно, – заторопилась Эва, – позвонила Баковски и сказала, что кто-то меня опередил, сейф уже пустой! А когда он начал меня допрашивать, сказала, что Ника собирается сейчас в город, и что… Может быть, это она? Он сам всё додумал! Я не хотела, чтобы Ника пострадала! Думала, он будет за ней следить… И отстанет, наконец, от меня…

Эва закрыла лицо руками и зарыдала.

– Не сходится, – Терри с презрением смотрел на ту, которая ради своего спасения кинула в руки бандитов шестнадцатилетнюю падчерицу, – Вилмар сказал, что ему отдадут кристалл, когда он найдёт покупателя. Так что, дорогая, – продолжил Терри, – кристалл до сих пор у тебя. И, кстати, чем Баковски тебя шантажировал? Я не успел прочитать у него в компьютере. И где его жена, богатая австралийка?

– Да не было у него никакой жены, это просто прикрытие.

Неожиданно раздался звонок видеофона. Терри нажал «принять вызов», не отводя взгляда от Эвы.

– Наварра! – услышал он голос взбешённого лейтенанта. – Где мой флаер?!

– Лейтенант, вы вовремя! Я как раз сейчас беседую с леди Беллами. И знаете что? Это она вместе с Вилмаром Баковски сделала так, чтобы похитили дочь Андора Беллами. Так что высылайте в особняк копов. Я покараулю преступницу.

Терри откинул на подоконник видеофон, чтобы не отвлекал, и встал напротив Эвы.

– Так чем? Чем тебя шантажировал Баковски? Не скажешь?

Эва молча отвернулась к стене.

– А где кристалл? Тоже не скажешь? Что ж, придётся поискать.

Терри принялся методично вываливать из тумбочек, ящиков комода и настенных шкафчиков всё, что попадалось под руку. На кровати росла горка женского кружевного белья, косметические принадлежности, чулки, блокнотики, лекарства… Терри продолжал обыск, искоса следя за выражением Эвиного лица. Он заметил, что когда кружил по спальне и приближался к окну, Эва напрягалась и принималась беспокойно теребить рукава платья. И наоборот, если отодвигался от окна, она расслаблялась.

– Послушай, Терри, отпусти меня? Скажем, я могу несильно ударить тебя по голове… Чем-нибудь… – Эва оглядела разворошённую спальню в поисках подходящего предмета, ничего не нашла, повернулась к Терри и замерла, изменившись в лице. Терри держал в руке плоский ридикюльчик из крокодиловой кожи с инициалами «ЕМ». Он достал его из тайника, спрятанного под подоконником.

– Не смей, – взвизгнула Эва и бросилась вперёд, но Терри ожидал чего-то подобного. Он опять толкнул её на кровать, при этом применил болевой приём. Эва упала, зашипела и потрясла пальцами, обречённо глядя, как Терри достаёт из внутренностей ридикюльчика несколько тонких информационных пластинок с текстом.

– Что тут у нас? – Терри вдруг замолчал и с изумлением уставился на женщину. – Ты – леди Мондего? Тут документы на Еву Мондего, копия свидетельства о рождении, заключение о смерти первого мужа…

Терри напрягся и вытащил из памяти всё, что узнал из досье Баковски о леди Мондего и Кобре. Там были свидетельства, что они с юности состояли в связи, сотрудничали и в бизнесе. Кобра убирал с её дороги конкурентов, а она поставляла ему личную информацию о городских воротилах. После армии Кобра и леди Мондего воссоединились, Кобра помог леди снова выйти замуж после того, как она овдовела. Это получается, за Андора он помог ей выйти?

– Так вот откуда Кобра всё узнавал обо мне… Паучиха… Подслушала из душа в мотеле, как я рассказывал Майклу, что собираюсь ночью навестить клинику Баковски? А ещё, когда я Майкла привёз, чтобы вы ему кожу на спине подлатали, это ты сообщила Кобре, что я остался жив после нашей с ним схватки в катакомбах?

Эва не отвечала и затравленно смотрела на пластинки в руках Терри. Что-то ещё? Терри поднёс к глазам последнюю. Там оказалась выписка с результатами анализов. И без сил опустился на стул у кровати.

– Ты беременна? А как же ты… Мы с тобой… Ну, тварь! Всех прибрала к своим липким паучьим лапкам. Андора, Кобру, Вилмара. И меня. А кто отец? Здесь написано, срок – три месяца? Дай-ка догадаюсь. Это не Андор, да? Так вот, почему ты всё это затеяла? Кристалл – только предлог?

Терри зашагал размашисто по спальне, он не смотрел на Эву, он складывал сейчас в уме все детали пазла. Ему лучше думалось, когда он двигался, а не стоял на месте.

– Рассказала про кристалл обоим: Кобре и Вилмару. Конечно, они заинтересовались. Ещё бы. Баковски мог бы продать технологию производства ткани-невидимки и обогатиться, а Кобра… Этой сволочи нужна полная власть в городе. И невидимые убийцы. А Андор… Андор сразу бы понял, что ребёнок не его. Элементарный анализ ДНК, и всё! И выгнал бы тебя к чёрту! Поэтому ты его отравила. И Ника тебе не нужна. Она же наследница… Ну?

Терри остановился и нагнулся над Эвой. Та сжалась под его ненавидящим взглядом.

– Где кристалл?! Говори!

– Отвезла ночью Кобре. Я обещала ему отдать, если он убьёт Вилмара. Баковски грозился всё рассказать Андору о моей давней связи с Коброй. И заставлял меня спать с собой! – выкрикнула Эва. – А ещё шпионить, всё узнавать у мужа и рассказывать ему!

Она уронила голову на руки и снова зарыдала.

– Это его ребёнок. Баковски. Он ничего не знал. Я не хочу этого ребёнка! И не могу сделать аборт – у меня наследственное заболевание крови. От него умер отец. Господи! Когда я узнала о беременности, подумала, что это конец.

– А если бы Андор умер от яда, ты бы осталась одна, – подхватил Терри, – одна на вершине «Беллами/Роботикс». Ники, считай, нет. Шантажиста Баковски убил Кобра. Сам Кобра захватит власть над преступным миром города благодаря тебе и кристаллу. И будет твоим сообщником.

В открытое окно долетел далёкий звук работающих винтов.

– Полицейские летят. Сейчас тебя арестуют. Твой ребёнок родится в тюрьме.

– Я не хочу, – завыла Эва, – Кобра меня там убьёт, я же всё о нём знаю. Тюрьма ему не помеха. И полицию он подкупил, там у него есть осведомители. Убьёт, конечно, убьёт. Не хочу-у-у… – она начала кататься по кровати, разлохмаченная, зарёванная, в неряшливой одежде. Терри смотрел на неё и понимал, что уже не чувствует ничего, не хочет обладать этой грязной лживой стервой. В памяти пронёсся образ загадочной прекрасной женщины в красном платье, которая курила с ним под дождем.

– Есть вариант спастись.

Эва перестала рыдать, подползла по кровати поближе к Терри и посмотрела на него с надеждой.

– Ты выдашь нам Кобру. Позвонишь ему и выманишь. Это называется – сделка со следствием. Ты понимаешь, что тебе грозит смертная казнь? А так дадут тюремный срок. Спрячут от Кобры. И позаботятся о ребёнке. А Кобру мы убьём. Я убью. Он не доживёт до суда, и вообще не будет жить, как только мы его поймаем. Я обещаю тебе. Соглашайся. Иначе…

Рокот винтов приблизился, Терри подошёл к окну. В рассветном небе к особняку подлетали два полицейских флаера. За спиной Терри вдруг услышал металлический звук взводимого курка. Он резко прыгнул в сторону, даже не оборачиваясь, и пуля, летевшая в него, так отчётливо видного на фоне окна, лишь слегка оцарапала щеку. Терри кинулся к Эве. Та, бледная до синевы, с поджатыми губами и горящими злобой глазами, успела нажать на курок ещё раз. Терри уже некуда было деваться с линии огня, он смог только немного сдвинуться. Почувствовал толчок в плечо, и затем всю руку обожгло резкой болью.

– На! – подскочив и уже не церемонясь, он выбил у неё из руки маленький дамский пистолет, а затем наотмашь ударил по лицу.

Она визжала, царапалась и пыталась кусаться, но Терри всё равно скрутил её, правда не быстро, при этом измазав обоих кровью, которая выливалась из раны на его плече.

Поискав, чем связать Эве руки, он дотянулся до кучи белья на кровати, выдернул чулок и замотал ей кисти за спиной. Потом нашёл в той же куче пушистые белые носки и придавил ими свою рану. Опустился на стул, уставший, опустошенный, разочарованный. И больше не разговаривая с Эвой, дождался лейтенанта и конвоя.

…Когда полицейские вывели Эву Беллами из особняка, солнце стояло совсем высоко в небе. Холодный ветер с гор врывался в открытые окна, шевелил занавески, гулял сквозняком по пустым коридорам.

Эву подвели к флаеру, напоследок она оглянулась на свой бывший дом и вдруг упала. Из её груди, из маленькой дырочки, точно там, где сердце, вытекло совсем немного крови, такой тёмной, что полицейским, в ступоре смотревшим на убитую, на мгновение показалось, что кровь чёрная.

– Тесла! Где мои носки?

– Куда-то собираешься? – Тесла остановилась в дверях комнаты и сложила руки на груди. – Ты сутки лежал, отвернувшись к стене, думал, я не знаю, что ты не спишь, а притворяешься? Думал…

– Где? Мои? Носки? Ты что, всё попрятала? Чтобы я не мог уйти незаметно?!

– Вот ещё! На, возьми новые! А куда ты пойдёшь? Мне никто ничего не рассказывает! Ты пришёл в дом вчера утром, от тебя несло кровью, стрельбой, женскими духами, а ещё сгоревшим пластиком и лекарствами! Распорядился перевезти тебя в городскую квартиру. Здесь улёгся, отвернулся и сделал вид, что спишь. И всё молча! Майкл не отвечает на звонки…

– Всё, всё. Я понял. А где мои старые носки? Они всегда лежали в этом ящике! Стоп! Что значит, Майкл не отвечает на звонки? Тащи сюда видеофон!

Тесла прошелестела на кухню, вернулась и протянула видеофон Терри. Он нажал автоответчик. «Пропущенных вызовов нет», – ответил механический голос.

– Кофе мне сделай, – распорядился Терри, набирая номер Майкла. – Докладываю: мне нужно к заказчику. Срочно. Всё? Иди!

Услышав, как шорох Теслиного платья замер на полпути к кухне, Терри тихо засмеялся и прокрался своим знаменитым «шелестящим» шагом в коридор. Тесла, отвернувшись к стене, вытаскивала из коробки на полу его носки, аккуратно сложенные парами.

– Терри, мне некогда! – вдруг на весь коридор гаркнул появившийся не вовремя на экране видеофона Майкл.

Тесла резко обернулась и возмущённо упёрла руки в бока. Терри, насмешливо улыбнулся, показал ей большой палец, отступил в комнату и прикрыл за собой дверь.

– Что случилось? Тесла говорит…

– Я переводился из клиники Беллами в полицейский госпиталь. Поэтому не отвечал. Волокита! Меня осмотрели и сказали, что диагноз в медкарте ошибочен. Мол, не может быть, чтобы на коже не осталось следов от ожогов… Ну и так далее. В общем, меня выписали на работу. Я сказал, что бумажками заниматься не буду. Поэтому прямо с утра разгребаю последствия взрыва на автостоянке. У бара «Кривая утка». Ты как?

– Сейчас полечу к Андору. Надо доложиться.

– А он уже оклемался?

– Мадсен на коммуникатор прислал сообщение, что Андор меня ждёт. Значит, оклемался. Ладно, служи Родине. Зря Тесла подняла панику.

– Стой! Подожди! Ну и дела… – чумазое от копоти лицо Майкла на экране выражало крайнюю степень изумления. – Мне только что криминалисты доложили. Во взорванной машине обнаружены фрагменты тела. В том числе обгоревшая рука с татуировкой. Угадай, какой?

– Голова кобры в пальмовых листьях? – Терри скривился. Чего-то похожего он ожидал.

– Точно! – Майкл довольно засмеялся. – Отбегался наркобарон. Подельники завалили.

– Ты сильно не радуйся. Сравни лучше ДНК трупа и бывшего снайпера Нейтона Лида, по кличке Кобра. Покопайся в военных архивах. Хотя… С его связями, там наверняка пусто, в его личной ячейке. Ладно, удачи! Опаздываю.

Терри обернулся и почти столкнулся с подслушивающей Теслой.

– Кофе на кухне. Что-то ещё? – Тесла, как ни в чём не бывало, принялась собирать вещи в комнате, которые Терри разбросал в поисках носков.

– Я не буду кофе. Не успеваю. Мадсен выслал за мной флаер. Наверное, меня уже ждут.

Выбравшись на крышу дома, Терри испытал острое чувство дежавю. Посмотрел на высотки модульных домов с площадками для воздушного транспорта. Вдохнул ветер с океана, пахнущий йодом. И пошёл к флаеру Андора Беллами. Синий, с двумя красными полосами, он стоял, как и в прошлый раз, прямо в центре и выделялся среди других на стоянке крупными габаритами. А в открытой двери флаера, как и в прошлый раз, маячил Мадсен.

– Привет! – Терри пожал протянутую руку и взобрался в салон. – Как там Андор?

– Нормально, – Мадсен сел напротив и пристегнул ремень безопасности. Он был снова в чёрном костюме и плаще, но без чёрного галстука. – Ждёт твоего доклада.

– Слышал в новостях о взрыве на автостоянке возле бара «Кривая утка»?

Мадсен кивнул.

– Говорят, в одной из машин нашли сгоревший труп Кобры.

На этот раз Мадсен несогласно мотнул головой.

– Сбежал, скорее всего.

– Тоже думаю, что кого-нибудь подставил вместо себя.

Они помолчали. Флаер уже летел вдоль побережья, и Терри опять вспомнил свой первый полёт в имение Беллами. Утро. Океан. И ягодные поля.

– Решили, что будете говорить журналистам о смерти жены Андора? – Терри почему-то не смог сказать «о смерти Эвы», всё внутри переворачивалось при мысли о том, как он был влюблён, как она его использовала и как нелепо умерла.

– Выйдет короткая заметка. Напишут, что смерть наступила от внезапной остановки сердца. Полицейские подписали пакт о неразглашении, – Мадсен поднял руку, чтобы поправить галстук, вспомнил, что галстук теперь не носит, и скривился. А Терри ухмыльнулся. Картина, когда он сидит верхом на Мадсене и готовится затолкать тому галстук в рот, представилась во всех подробностях.

Показался полуостров. Флаер мягко припарковался около особняка. Справа от дома между симметричными парковыми посадками проглядывала водная гладь океана. Слева виднелись хозяйственные постройки, домики для слуг и помещения для роботов.

– Андор на террасе, – Мадсен нагнулся и сломал стебелёк подвернувшегося под руку растения, отчего вокруг разлился резкий маслянистый аромат. – Потом зайдёшь ко мне? Тебе тоже нужно будет подписать этот пакт. О неразглашении. Формальность, конечно. Но…

Мадсен развел руками.

– Хорошо. Зайду.

Перед Терри неожиданно появился ПИЧ, невысокий, одетый по-домашнему, в брюки и удлинённую куртку. С нелепой радостной улыбкой на физиономии.

– Мы рады служить. Меня зовут Антон, я провожу вас к хозяину, – Терри поперхнулся и покосился на Мадсена. Опять Антон? Что-то небогатая фантазия на имена у службы безопасности. С другой стороны, не нужно привыкать к новому имени. Один Антон погиб, выехав вместе с Никой в город ночью, второй Антон заступил на его место. И Терри, по привычке профессионально оглядывая тропинки и постройки, подмечая видеокамеры, двинулся за роботом.

С террасы открывался дивный вид. Зелёный океан сливался с синим небом. Тут и там сине-зелёное пространство пронизывали разноцветные корпуса яхт и флаеров. Цветочный аромат от расположенных рядом с террасой клумб время от времени перебивался прохладой, долетавшей с океана.

В кресле-качалке, укутанный мягким бежевым пледом, за невысоким овальным столиком сидел Андор. Он показал Терри на такое же кресло напротив, приглашая сесть, но Терри предпочёл низкий жёсткий табурет.

– Будете виски? – Андор указал на бутылку и стаканы на столе, потом сложил пальцы в замок и посмотрел близорукими глазами без очков.

Когда Терри отказался, Андор сказал:

– Я бы хотел узнать подробности того, что произошло в моем доме. Полицейский лейтенант рассказал только, что в похищении моей дочери оказались замешаны моя жена и Вилмар Баковски. И что её саму убил какой-то снайпер. Врачи не позволили ему долго со мной разговаривать. После отравления я ещё плохо себя чувствовал. Сегодня я готов вас выслушать. Вы узнали что-нибудь о кристалле?

Терри кивнул.

– История долгая, Андор. Ваша жена родилась в этом городе, в портовом районе…

Полчаса понадобилось Терри, чтобы рассказать Андору Беллами всё, что он узнал. Андор не перебивал. Только один раз, когда услышал о том, что Эва была беременна от Вилмара Баковски, он отвернулся и пробормотал:

– Я не могу больше иметь детей. Эва об этом знала. У нас всё было учтено в брачном договоре.

– Что касается кристалла… – Терри всё-таки налил в стакан виски и быстро глотнул. – Не привык так долго говорить, да и сообщать плохие новости тоже. Сегодня в городе произошёл довольно мощный взрыв. В машине, припаркованной около одного бара. Там нашли останки того самого снайпера, Кобры, которому Эва отдала кристалл. Где сейчас этот кристалл, никому неизвестно. И мне тоже. Я предполагаю, что Кобра сбежал, инсценировав своё убийство. Значит, кристалл с ним. И поиски нужно продолжать.

Терри увидел, как Андор довольно засмеялся. Какая странная реакция…

– Это взорвался кристалл. И вашего Кобру можно не искать. Это действительно был он. В кристалле есть контролирующая программа, к ней нужно подключаться каждые десять дней. И вводить шестнадцатизначный код. Сегодня как раз десятый день. Если код не ввести, – Андор снова засмеялся, – бах! Взрыв!

Терри вспомнил то, что рассказал ему Борис. «У Андора есть, конечно, ещё кристаллы с этой технологией, но пока он не применяет её, ждёт результатов поиска. Там какая-то хитрая ловушка заложена, в кристалле. Так Беллами интригует, не рассказывает все секреты даже военным. Мол, когда всё произойдёт, вы сами узнаете». Так вот чего ждал Андор! Взрыва и гибели похитителя. Терри раздражённо покрутил головой. Учёный…

– Значит, я вам больше не нужен?

Андор пожал плечами.

Терри встал и оглянулся. Где этот Антон? Пусть проводит к Мадсену. Нужно подписать документы. И попрощаться.

– Я перевёл оговорённую плату за расследование на ваш счёт в банке. А ещё… Я хотел бы подарить вам небольшой флаер, если позволите. Вам он может понадобиться, вы же детектив. Иногда нужно реагировать быстро. Я думаю, меня спасло то, что моя служба воспользовалась предложенным вами полицейским транспортом, который стоял прямо возле дома.

– От флаера не откажусь.

Ух ты! Флаер в подарок? Отказаться? С какой стати? Если хочет этот ученый деньгами сорить, пусть сорит. Ему, Терри, флаер очень даже пригодится. Да хоть бы летать из дома на берегу в городскую квартиру и обратно.

Терри снова нетерпеливо оглянулся. К террасе подходил ПИЧ Антон.

– Терри… – Андор встал, едва не упал обратно в кресло, но устоял и протянул Терри руку. – Спасибо вам за дочь.

Вечером того же дня Терри и Борис пили пиво в комнате с секретной дверью. За стеной басил Санни, видно, предлагал очередному покупателю очередное оружие.

– У меня есть для тебя кое-что, – Борис потянулся, не вставая со стула, к одному из столов. Там на расчищенной от деталей и приборов поверхности поблёскивало новым кожухом непонятное на первый взгляд устройство.

– Что это? – Терри было всё равно. Он спросил, чтобы не обижать друга. Никуда не нужно спешить, никто не стремится его убить, он закрыл своё первое крупное дело, не облажался и хорошо заработал. Немного саднило в груди при мысли об Эве и её предательстве, но эта душевная рана скоро затянется, как и рана на плече. А ещё радовало в меру холодное пиво и неспешные разговоры о жизни с друзьями. Должен ещё Майкл подойти, как только закончит работу. И втроём они закатятся в тот самый «Киберпаб», с официантами-кибердогами и всегда готовыми подраться за ставки посетителями.

– Тебе понравится, – Борис нажал что-то, устройство ожило, замелькали огоньки на передней панели, внутри совсем тихо зажужжало. Борис выставил на стол маленькую серую коробочку, похожую на крупный портсигар.

Потом встал, надел на свою голову шлем, отошёл в дальний угол комнаты, направил раскрытый портсигар в сторону друга, отвернулся от него и потребовал:

– Говори!

– Что говорить?

– Что-нибудь скажи, я всё равно не услышу.

– Ты чёртов гений, – проговорил еле слышно Терри и открыл новую бутылку с пивом.

– Да! Это так! – Борис повернулся и показал Терри экран, встроенный в устройство. «Ты чертов гений», – было напечатано там.

Терри отставил пиво в сторону.

– Ну-ка, ну-ка… Не говори, я сам догадаюсь. Устройство считывает движения губ и преобразует это в текст на экране?

– Ха! Не только движения губ, но ещё и мимику лица, смотри ниже, здесь мелким шрифтом: «мужчина не улыбается, эмоции не считываются». Понятно?

– Слишком заметный. К чему все эти огоньки и звуки? Как я буду сидеть в засаде с такой ёлочной игрушкой в руках и подслушивать?

– Это выставочный экземпляр, поэтому такой яркий, представительный. А рабочий – простой, с серой панелью без звуков и света.

– Покупаю! Даже не торгуюсь, я сегодня богат.

– Я гений, я гений, я чёртов гений, – запел Борис, упаковывая прибор в ящик под столом.

– Кто тут гений? – раздался с порога голос Майкла. – Дайте срочно смочить горло, с утра во рту не проходит горечь от горящих машин и трупа.

В подсобке раздалась трель вызова коммуникатора. Борис пошёл ответить на звонок, а Майкл плюхнулся на стул рядом с Терри. Отобрал у него бутылку и стал пить прямо из горлышка.

Подошёл Борис и протянул коммуникатор Терри.

– Это тебя.

Терри под взглядами друзей приложил коммуникатор к уху. Молча выслушал то, что ему говорили на том конце, и ответил:

– Мне нужно подумать. Я перезвоню.

Положил коммуникатор на стол и упёрся взглядом в свой стакан, на стенках которого оседала пивная пена.

– Что случилось? – Майкл и Борис одинаково тревожно смотрели на Терри.

– Звонили из Военного департамента. Отряд полицейского спецназа, который послали на остров Последний Приют, чтобы уничтожить плантации альмеды, пропал в джунглях.

Терри посмотрел на Майкла и перевёл взгляд на Бориса:

– Военные тоже не выходят на связь. Уже третьи сутки. Там что-то случилось. Мне предлагают возглавить поисковый отряд, собранный из военных, полицейских и киборгов «Беллами/Роботикс». Полковник Ивич будет курировать поисковую операцию. Он тоже воевал на Святой Терезе. Говорит, Андор Беллами дал мне отличную характеристику за прошлое дело.

– Чёрт, я тоже там воевал, но мне ничего не сказали и не предложили, – Майкл вскочил, снова сел и стукнул кулаком по столу.

– Ты же не спецназ, ты просто работаешь в убойном отделе, – Терри потёр руками лицо, достал сигареты и закурил.

– Ты согласишься? – Борис вытянул из его пачки сигарету и закурил тоже.

– Не знаю. Ты действительно хочешь туда вернуться? – Терри посмотрел на Майкла. – Туда, где погибли твои товарищи? Где умирали мирные жители? Не просто умирали, а ты их убивал? На острове каждый камень, каждый клочок джунглей – это память. Нет. Я бы не хотел возвращаться.

Они помолчали. Каждый вспомнил о своём. Борис пошёл за новой упаковкой пива и по пути включил головизор.

– Появилась надежда, что дочь Андора Беллами, впавшая в кому после похищения, снова станет здоровой! Глава «Беллами/Роботикс» предложил применить для восстановления мозга дочери суперсовременный чип, который используется при производстве киборгов! – ликуя, почти кричал с экрана диктор. – Операция вот-вот начнётся! Мы будем сообщать подробности, следите за нашими новостями!

Терри, Майкл и вернувшийся с пивом Борис переглянулись. Они-то знали, в каком состоянии была Ника Беллами – Терри всё описал приятелям в подробностях.

У Терри перед глазами промелькнули события последних дней. Гибель Вилмара Баковски, смерть Эвы, взрыв в машине Кобры и уничтожение инфокристалла. Оказывается, бывает у таких историй и счастливый финал. Вот как чудесное спасение Ники. Есть, есть в мире справедливость. Немного, горсточка. Но есть. Нужно только чуть-чуть помочь. Терри вспомнил, как бежал в деревню, надеясь уберечь Наю. И главное – не опоздать.

Он протянул руку к коммуникатору, нажал «ответить на последний вызов» и сказал в трубку:

– Я согласен.