Огарок свечи из Плоти Его догорал посреди Великого Ничто. Трепыхавшее на кончике фитиля пламя Отблеска Его Души отбрасывало тысячи безмолвных Теней. Вот одна из Безликих склонила голову к плечу, задумчиво хмыкнула и наморщила лоб. Локальная секунда вечности на размышление и Тень взялась за артефактную кисть, работы Рук Самого. Древко - из молодого побега Древа Миров. Кисточка - из шерсти Небесного Зверя. Единственного, в этом слое реальности. Звездной пыли под лапы его дорог...
Закусив до крови губу и роняя злые слезы, он яростно продирался сквозь густые джунгли восьмого яруса. Эмоции рвали его разум. Пылающая аура на десять шагов выжигала сырую растительность. Тысячелетние звери, способные ударом лапы расколоть гранитный валун - уступали ему дорогу, трусливо поджав хвосты.
Младший брат Лаита, невольный покровитель обманщиков и лицедеев, наделенный уникальным талантом к божественной мимикрии… Юный бессмертный, со связанной судьбой и практически лишенный собственного “Я”. Он принял взваленную на него отцом ношу, подхватил пошатнувшееся знамя Тьмы и вернул сгорающую в пустоте веру Первохраму. В тот момент это было нужно. Очень нужно…
Ведь Павший был так убедителен, а мать-кормилица всегда баловала позднего сына. Ну а Лаит… Лаит справится и без этих слез веры! Он крут, как купол Храма и всегда умел выкручиваться из самых безнадежных ситуаций! Смертные зачастую живучи - похлеще богов! Да и батя обещал ему помочь - а он никогда лжет! Почти никогда...
А потом… потом играемая Двуликим роль своим величием чуть было не стерла его самого. Намертво встроив Младшего в логистику потока веры, не оставив ему особого выбора и навсегда наделив чувством вины…
-- Брат… мой брат… - захлебываясь шептал он, - брат погиб… из-за меня!!!
Астральные твари жадно подхватывали божественные слезы и не веря своему счастью взмывали в небо. Сотрясаемые чередой халявных трансформаций они торопливо эволюционировала в меру своих фантазий, проскакивая за мгновения тысячи лет эволюции. Но только лишь для того, чтобы через секунды полыхнуть беззвучной плазменной вспышкой.
Не оставлять слепки своего ДНК научил Лаита-младшего еще отец…
В паре километров за спиной неожиданно мощно полыхнул горизонт, сжигая глаза невольным зрителям. Несколько ударов сердца и лес содрогнулся от накатившей канонады оглушительной схватки. Словно два фронта одновременно двинулись в прорыв и столкнулись бронированными лбами.
Битва богов, она такая… не заметить - сложно…
-- Батя… - на мгновение остановившись, Младший позволил себе потерять драгоценные секунды и оглянуться.
Да что там увидишь? Зарево на полнеба да клочья сверхсложных магоконструктов, медленно растворяющиеся в астрале. Павший вступил в бой, отвлекая преследователей от сына и оттягивая внимание на себя.
Смело… смело и безрассудно…
Что могут сделать несколько молодых богов из искусственного картонного мира против полноценной боевой десятки боголовов? Многие из них закрывали свои первые контракты еще в ту пору, когда по Земле бродили безмозглые динозавры. С компьютерами тогда было туго и из всех развлечений будущих хомо сапиенс было кидание сухого помета в подставившегося леопарда.
Но ведь батя крут, почти как брательник! Он обязательно справится! Не же зря он с такой любовью покрывал многослойной вязью бафающих рун черный, от лунного воронения пистолет? И на вопрос Младшего: “что это за ствол?” и невинную просьбу: подогнать ему такой же, пусть хотя бы с обычными, не адамантовыми пулями - он лишь улыбнулся с легкой ностальгией: “Тульский Токарев, он же - ТТ. Извини сегодня один”...
Канонада неторопливо затихала. Чиркнул по куполу фальшивого неба шальной адамантовый трассер. От мазнувшего по разуму взгляда волосы на затылке встали дыбом. Схватка привлекла внимания Теней. Стражи Древа не любят когда их дому наносят урон.
Скоротечность боя давала надежду. Уж чего - а длительной схватки батя бы не выдержал. На такое способен лишь безрассудный Брат…
Младший беззвучно взвыл и развернувшись, вновь заторопился вперед. До стены яруса еще несколько часов ходу, а сердце щемит все сильнее. Глупо стать первым богом умершим от инфаркта. Изменившее судьбу предсказание: “и умрут они в один день” - оказалось с подвохом. Вселенная не любит читеров. Мнимое бессмертие легко вплелось в метрику Друмира, но ни на грамм не смогло пошатнуть законы Древа.
Двуликий на мгновение скосил глаза в инвентарь, где грел душу замерший в стазисе лист Друмира. Его крохотное цифровое солнце почти зашло и красило закатным багрянцем крышу оскверненного Первохрама. Так же как и час назад. Так же как и неделю назад…
До тех пор, пока лист не будет пересажен на новую ветвь, светило не способно сдвинуться даже на миллиметр…
А это значит, что брат так и будет висеть в Пустоте, теряя веру и осколки души, в безнадежном ожидании заката! И почти наверняка, последней мыслью его затухающего разума - будет разочарованное проклятие в адрес предавшего Младшего!
Юный бог вновь застонал, пошатнувшись от накатившей душевной боли. Привалившись к стволу удачно подвернувшегося дерева, он закусил губу, гася очередной приступ самобичевания.
Дерево понимающе обняло его подрагивающие плечи, обхватив тело плотной, сжавшейся сталью хваткой. Проступившее на коре лицо дендроида-боголова глумливо улыбнулось:
-- А ку-ку! Попался, дурачок? А что у нас в кармашках?
Джунгли, еще секунду назад казавшиеся такими пустынными и безопасными, наполнились многоголосым эхом ехидного смеха. С шелестом разворачивались пространственные складки, грязными кляксами сползали маскировочные пологи. Спутанную корнями фигурку юного бога окружила группа бойцов.
Давящие аурами, фонящие откатом недавно примененных боевых связок, покрытые вязью вечных шрамов от божественного оружия. Пара наемников скалилась и вовсе без юмора. Их простреленные доспехи искрили разорванными связками магических конструктов, а над нанесенными адамантом пулевыми ранами пульсировали зацикленные печати лечебных заклинаний. Кто бы ни дал им бой - Павший или Лаит - неприятно удивить богоборцев он смог.
Мысли о брате встряхнули молодого бога. Смертные считали Лаита героем. Часть этой веры досталась и младшему. Недостаточно, чтобы вылепить из него безбашенного бойца, черпающего силу в Правде. Но на стальной стержень вполне хватило.
Двуликий гордо вскинул голову. Дерзко посмотрел на дендроида-Хаосита и плюнул ему в лицо, на котором истекал густой смолой глубокий скол от пули крупного калибра.
Глава наемников сжег плевок в воздухе. Дураки, позволяющие прикоснуться к себе таким простым способом - умирают в первый миллион лет своего существования.
Младший дернул щекой - минус одна домашняя заготовка. А ведь сколько времени он потратил на создание этого нейротоксина!
Он привычно потянул на себя разлитую вокруг силу - но магические потоки оказались заблокированы. Лишь тускло мигнуло кольцо на пальце у одного из наемников.
Жаль... Боги зачастую недооценивают возможности обычных кастеров. А Двуликий, хоть и молод, но по меркам Друмира уже превосходит самого солидного архимага. Минус еще один козырь.
Медленно выдохнув, он потянулся к внутреннему резерву веры. Насмешливый взгляд дендроида нервировал, но ведь что-то нужно было делать?!
Резкая, обжигающая боль в затылке неожиданно парализовала Двуликого. Интерфейс цифрового бога засбоил, перед глазами замелькали строки системных ошибок.
Стоящий у него за спиной механоид с изрядно помятым корпусом из фиолетового металла разразился чередой удовлетворенных скрипов и цветовых сигналов. Его дополнительный шестой-правый манипулятор для ювелирных сервисных работ, сжимал толстую адамантовую иглу, облепленную живыми кристаллами микросхем. Конец иглы был глубоко погружен в темя Двуликого.
Левый-нижний манипулятор технобога хлестнул по спине Младшего, вгоняя между позвонками тонкую костяную пластину. Желтая от древности, покрытая выщербленными рунами, она надежно блокировала потоки любой энергии.
Травма позвоночника не критична для бога. Плоть вторична. Даже с оторванными ногами Высший вполне способен бежать по воде. Нужна лишь вера и воля.
Но в данном случае наемники знали что делали. Осколок кости бога-атеиста перебил один из основных энергоканалов в теле Младшего. Это еще не смертельно, но сложность и цена любого чуда возрастают на порядок.
Дендроид захрустел пластинами древесной брони и присел напротив сотрясаемого судорогами Двуликого. На его лице то и дело вспыхивали отблески лазерного резака - механоид продолжал обработку пленного, избавляя его от артефактов. Сыпались в грязь отсеченные пальцы, унизанные крафтовыми перстнями. Оголяя кость и крепкие молодые зубы сползла в сторону срезанная щека, покрытая тонкой вязью защитной татуировки.
Скрипящий голос командира наемников нарочито искажал высшую речь:
-- Мы умеем учиться на ошибках… Любая беда, пусть даже смерть - это лишь урок. Вопрос в цене. Этот найм обошелся нам дорого… Но опыт бесценен. Тебе не сбежать, как твоему хитрому братцу. Не знаю, что за эвакуатор увел из под нашего носа его обезглавленную тушку, но мы учли эту возможность. Сейчас, в этой свертке пространства, из внешних сил работают лишь законы Творца, да сгинет он в битве с Хаосом!
Не разглядев взгляда закатившихся глаз пленника, дендроид кивнул застывшему механоиду:
-- Срежь ему веки и ослабь давление иглы! Ты так прижал интерфейсы этого щенка, будто ломаешь защиту матерого технобога. Сожжешь ему раньше времени разум...
Дождавшись возвращения искры в залитые кровью глаза Младшего, наемник извлек из сумки золотой клинок грубой ковки. Благородный металл не сверкал на солнце - а наоборот, поглощал свет и разлитую в воздухе силу.
-- Это - жертвенный нож Мамона. Он столь жаден, что будучи погруженным в твое тело, вытащит из тебя не только жизнь, но и все, до чего сможет дотянуться. Включая столько нужный нам инвентарь. Жаль только - перезаряжается дюжину дюжин лет. Но я устал от сюрпризов вашей семейки. Так что, прощай малыш. Ничего личного - просто работа.
Неуловимое глазу движение и клинок по самую рукоять погрузился в грудь Двуликого. Парализованное тело снова выгнуло дугой. Сжигая миллионы очей веры он смог лишь немного ослабить давление оков, поднять взгляд к небу и захлебываясь кровью, прошептать:
-- Мама… Брат… Простите…
* * *
В склепе Хроноса царили тишина и вселенский покой.
Сладко посапывает бог времени - замершие в стазисе людишки больше не тревожили бессмертного. Никто не упоминал его имени всуе, торопя часы ожидания, либо умоляя остановить мгновение.
Замерла безмолвными статуями терракотовая армия Детей Ночи. Их время еще не пришло. Они ждут, растягивая века в секунды, ожидая Судного Дня. И тогда, Гогой и Магогой их гнев обрушится на предателей истинного бога! Правда - удесятерит их силы, Воля - пробьет щиты, а Вера - укажет путь к победе!
И лишь пара смертных сердец нарушают тишину уснувшего Друмира.
Бьется в путах времени Тавор.
Однажды, он посмотрел в глаза Хаосу. И Хаос взглянул на него в ответ. Познавший боль и безумие, сумевший обратить их в усладу - он больше не принадлежит этому миру. Метка Первостихии вечна, она всегда приходит за своим. Она ждет… дарует силы… и взыскивает сторицей.
Матерь богов…
Она стоит в первом ряду армии Детей Ночи. По вечному граниту окаменевшего лица текут слезы. Сердце болью стучится в груди. Каменная плоть покрывается трещинами, каждый удар вышибает из тела облака мраморной крошки. Рубиновая кровь проступает сквозь камень и застывает причудливыми драгоценными друзами.
-- Мои дети… - наперекор воле богов шепчут сведенные оковами времени губы.
Боль материнского сердца пронзает спящий мир.
Раздраженно мычит Хронос. Его сладкий безмятежный сон - сон где он стал истинным Творцом, наполняется тревогой. Высший вдруг заворочался на своем ложе, переворачиваясь с боку на бок и никак не находя удобного положения. Встревоженное время дрогнуло, и послушное своему богу вновь заскрипело заржавелыми шестеренками.
-- Тик… - отсчитали секунду маховики вечности крохотного цифрового мира.
-- Тик… - генерал Череп успел оглянуться, бросая взгляд на свое воинство.
-- Тик… - стоящий рядом комендант Медвед сделал шаг к любимой и зажал на ее груди кровящую рану.
-- Тик… - юные паладины сомкнули строй за спиной своей предводительницы. Аленка лишь качнула головой - их час еще не пришел. Она чувствует… как чувствует и десятки влюбленных взглядов своих рыцарей…
-- Тик… - следящий артефакт теряет часть заряда в мощном импульсе. Его задача не так проста. Требуется пробить больше сотни ярусов и уведомить Стоеидного о вышедшем из стазисе мире.
-- Тик… - Тавор успевает разразиться десятками команд и активировать защитные плетения, но толку в этом…
-- Тик… - солнце Друмира закатывается за горизонт. Его лучи в последний раз отражаются от крыши Первохрама. Наступает долгожданная ночь.
-- Тик… - боль покидает материнское сердце. Ее дети будут жить!
-- Спасибо… - шепчет матерь богов.
Покой возвращается в мир. Хронос удовлетворенно устраивает голову на золоченом бархате подушки. Друмир засыпает…
* * *
Неуловимое глазу движение и клинок по самую рукоять погрузился в грудь Двуликого. Парализованное тело Младшего выгнуло дугой. Сжигая миллионы очей веры он смог лишь немного ослабить давление оков, поднять взгляд к небу и захлебываясь кровью прошептать:
-- Мама… Брат… Простите…
Но вдруг, в его глазам мелькнул отблеск закатного солнца Друмира. Улыбка невольно растягивает лицо юного бога в ужасающем оскале.
Наемник-дендроид непонимающе морщится, а смех Младшего разносится над поляной. Тело бога осыпается пиксельной пылью.
Вопит инфразвуком обделенный клинок Мамона - силы потрачены, а добыча ускользнула в самый последний момент. Впереди - дюжина дюжин голодных лет.
Скрипит деревянными зубами разъяренный Хаосит. Этот заказ бесит его все больше. Таких потерь - материальных, божественных и репутационных - его десяток не нес уже давно. Но… полученный опыт стоит того. Каждая его крупица - это годы жизни будущей вечности.
Легко поднявшись он медленно выдыхает воздух и прищурившись оглядывает бойцов. Нет ли сомнения в их глазах? Не посчитал ли кто, что вожак ослаб, и пришла пора бросить ему вызов?
Но нет. Признавая старшинство, боголовы почтительно опускают взгляды.
-- Задача прежняя. Контракт закрываем по форс мажорным обстоятельствам - десяток становится на Путь Личной Мести. Нанимателю - компенсацию из резервного фонда. Воскресите ей дочь - пусть порадуется, хе-хе…
Дендроид вдруг замер на секунду. Пространство вокруг него исказилось. Структура Порядка потекла, уничтожаемая вниманием Первостихии.
Глава наемников вздрогнул, приходя в себя. В его глазах теперь плескалась Тьма Пустоты.
-- К бою! Хаос дал мне знак - ему не безразличен успех нашей миссии. Мы вляпались в события влияющие на судьбу Древа и способные склонить чашу весов. Наша задача - перевесить их в нашу сторону. Возрадуйтесь - Стихия шлет нам в поддержку Жнеца! Ничто не устоит перед всепоглощающей силой его разрушения!
….
Судя по счетчику интерфейса я болтаюсь в Великой Пустоте уже третьи сутки. Однако время здесь не линейно, и так и норовит подсадить в голову зародыш безумия. Вроде как задумаешься буквально на секунду, глянешь затем на таймер - а там минутная стрелка намотала с десяток кругов. Либо наоборот. Провозишься с сортировкой памяти несколько часов - а циферблат замер как заговоренный, будто на старой фотографии.
Пустота, словно ржавчина, медленно подтачивает душу. Растягивая пытку она отщипывает от тебя по кусочку, питаясь воспоминаниями формирующими личность. В конце концов останется лишь девственно чистый разум младенца, готовый к очередному кругу перерождения. Правда, для богов сделано исключение - наш режим хардкорный - до первой смерти.
Чертов баланс… кому многое дано, с того и спрос соответствующий.
Я привычно читерю. Если не можешь предотвратить - возглавь. Поэтому я сам подкармливаю стихию, аккуратно отщипывая от воспоминаний самое стыдливое и бесполезное. Остальное же бережно распихиваю по виртуальному дворцу памяти.
На Земле, рекорд по запоминанию принадлежит японцу, способному назвать более сорока тысяч цифр числа “Пи” после запятой. В моем дворце локаций примерно столько же, каждая из которых содержит сотню мнемонических точек. Я все же бог…
В перерывах я занялся рыбалкой. Клюет не очень - Пустота на то и пустота. По сравнению с ней, даже космос забит материей под завязку. Хотя на самом деле плотность той же туманности Ориона - самой яркой туманности на нашем небосводе - меньше миллиграмма вещества на сотню квадратных километров.
За три прошедших дня я выловил лишь несколько чужих осколков воспоминаний. Теперь я могу исполнить ритуальный танец Рождения Третьего Птенца - дар от какой-то канувшей в лету крылатой расы. Могу поздороваться на языке разумных камней - правда, на это уйдет порядка тысячи лет. Ну и в совершенстве овладел регламентом ТО-10.000 для седьмого монопривода солнечного паруса легкого внутрисистемного корвета. Бесполезно - но азартно и не так скучно. Заодно и мысли дурные в голову лезут. Ведь страшно…
Предположу, что другим душам проходящим процесс очищения в Пустоте было не так комфортно как мне. Божественный статус имел и плюсы. Очки веры на балансе неторопливо крутились вниз, отсчитывая расходы на защиту от внешней среды и регенерацию души. С текущими запасами я продержусь не одну тысячу лет. А учитывая наличие честно сворованного накопителя Стоединого - цифру можно умножать на три порядка.
Для теста я даже попробовал творить материальные предметы, с замахом на полноценные чертоги и нормальное тело. В принципе - получалось. Но Первостихия настолько агрессивна, что защита любых поделок требует колоссальных расходов веры. Отложил эту тему до будущих времен. Если почувствую что разум поплыл, то психану - призову Гумунгуса, ускорю его до пары световых и помчусь исследовать окружающее пространство. Вдруг и у Пустоты есть мягкое подбрюшье, в которое можно ткнуть острой алебардой? Авось стошнит стихию, срыгнет меня в реал…
Ну а пока мозги на месте - я лишь запланировал на будущее рекреационные мероприятия. Раз в десять лет создавать уютный кабинетик, обильный стол с наркоманский оливье и юную Натали Портман, в качестве безотказного гостя.
Вот так, хорохорясь и поплевывая в вечность, я готовился к бесконечно долгой смерти. Умер так умер. Из Пустоты, как и с Дона - выдачи нет. Раз меня не откачало в первые сутки, значит брательник не справился и тоже откинул свои божественные копыта…
Однако на третий день интерфейс мигнул, и чуток подлагав, выдал рябящее сообщение.
Таймер неспешно отсчитывал секунды, когда Пустота вдруг содрогнулась, и неохотно вздохнув, уступила место кусочку упорядоченного. Душа очередного несчастного проявилась буквально на расстоянии вытянутой руки. Мощная сверкающая аура - явно не простого смертного - захлестнула меня своими протуберанцами. И столько в ней было знакомого, столько родного! От тепла материнских рук, до крупиц веры моих последователей!
-- Брат…
-- Брат! - выдохнули я синхронно.
Младший вжался в мою душу, окатив меня эмоциями потерявшегося щенка. Пытаясь обнять, расплакаться и выговориться одновременно. Связанные судьбы свели нас вместе, подарив короткие секунды на встречу.
При контакте родственных душ невозможно обмануть. Мы мыслили и чувствовали как единый механизм, забивая в два потока эфир словно пара раций с совпавшей частотой.
-- Старший, прости!
-- Младший, извини… - меня тяжелым прессом давили эмоции - от счастья обретения, до рвущей жилы вины перед бестолковым пацаном, что рос без старшего брата. Я не имел возможности вступиться за него, я не служил надежным щитом, я не помогал советом в трудную минуту.
Сам, все сам… такой же одинокий, как и я, такой же ершистый волчонок с умными глазами. Так же мечтающий иметь брата…
-- Время брат! - тревожно воскликнул я. И тут же встрепенулся, - Ты погиб?! Какая тварь?!
Меня захлестнуло ускоренной перемоткой чужих воспоминаний. Наемники! Эх, мало я вас потрепал! За Младшего - порву в клочья!
-- Погиб, но это не важно… Главное - я продержался до заката, я смог, смог, брат!
-- Ты молодец!
-- Старший, возьми! И прости, мир твой по праву, я не хотел!
-- Я знаю, младший, я знаю…
Росток Друмира переместился в мой инвентарь. Любая микровселенная населенная миллионами разумных со временем неизбежно обретает зачатки сознания. Количество переходит в качество, искра Творца множит потенциал и мир начинает осознавать себя. Вот и сейчас я почувствовал как срезанный с Древа лист настороженно щупает окружающее пространство. Вот он узнал меня и одарил волной удовлетворения и благодарного тепла. Со мной ему нравилось больше, чем с Младшим. За пазухой у недавнего смертного Друмир чувствовал себя безопасней. Для меня он - Родина, за которую можно и должно умереть. Отступать некуда, внутренний “Приказ 227” - “Ни шагу назад!”
Для других же богов - весомый ресурс, вряд ли более. За него можно интриговать и сражаться, но если что - впереди вечность возможностей. Вечность… она способна оправдать многое, если не все.
-- Дойди, Старший, ты только дойди!
-- Держись, Младший! Ты сможешь!
-- Смогу, ведь ты смог!
-- До встречи! Береги разум, я вытащу тебя, обещаю, брат!
-- Брат…
-- Да!
-- Да! - яростно жму на виртуальную кнопку, вымещая на ней весь ужас, накативший на меня парой секунд ранее.
Творец, я был в секунде от окончательной смерти!
* * *
Мой крохотный алтарь оказался упрятан на последнем ярусе склепа Хроноса. На стене крупные желтые цифры: “Станция-102”. Ожившая карта легко опознала локацию.
Солидно. На моей памяти мы добрались только до тридцать второго уровня.
Кстати, система Друмира опознала меня как Лаита. Радостно пискнув, она засыпала интерфейс тысячами недоставленных сообщений. Вначале они шли густо, затем, год от года, все реже. И лишь портал самиздата “Литмаркет”, на котором я четыреста тридцать лет назад оформлял подписку на регулярные проды любимого жанра, все эти столетия пунктуально слал мне рассылку.
Дроидов в склепе не оказалось. Тупиковое помещение использовалось как хранилище ценных ресурсов.
Арсенальные стойки с вычурным фэнтезийным оружием и не менее красочной броней. В основном легендарка, но побитая - практически в хлам. Обнуленная прочность, растраченные заряды, потухшие камни-накопители.
В стальных шкафах по соседству - футуристического вида стволы. Видать трофеи с роботов нижних ярусов, либо полученное на обмен с “Евы”. Хватило бы на полноценный взвод тяжелого оружия, однако батареи полностью разряжены, ловушки плазмы пусты, микрореакторы выработали топливо и заглушены.
Дальше, в чуть большем хаосе - зеленые ящики с земным оружием. Здесь дела были получше. Видать успели натаскать до окончательного разрыва миров. Либо какой-то из складов армейского уровня спонтанно перебросило в Друмир.
Один из ящиков оказался открытым. Родные “Калаши” - какой-то из последних серий. Шесть автоматов, еще в заводской консервации. Похожи на “укороты” - АК-74У, но немного другие. Сто пятые? Может быть, не суть. В отдельном отсеке - черные пластиковые магазины и запаянный цинк патронов - 1080 штук. Неплохо, но для Друмира - слабовато. Выкашивать мелочь в нубятнике - самое то. Для твари же сотого уровня это уже не калибр, а бесячий раздражитель нервов. Впрочем, с уходом магии ситуация могла измениться.
Лишенная энергии арка пространственных врат пыльным монументом возвышалась посреди зала. Надпись официальной готикой едва угадывалась под слоем пыли: “
Надеюсь, это не про меня. И кстати, с моим приходом в мир таки вернулось немного силы.
Под дугой врат, на куске черного базальта - судя по знакомому рисунку рун выломанного из стены Первохрама - приютился мой алтарь. Подпитавшийся энергией перехода он получил заветный статус: “Посещенный богом”.
Невзрачный, крохотный, собранный детскими руками из палочек мелрона, луговых цветов и сбереженных конфетных фантиков - он ярко полыхает силой. И не покойся мир в стазисе - к халявной энергии мотыльками бы потянулись выжившие волшебные существа.
Да и сами разумные поймали бы экстаз, при виде дрогнувших и поползших вправо полосок маны. Обнуленые и посеревшие века назад, они во многом уравняли игровые классы, превратив магов, хиллеров, самонеров и баферов - в рядовых жителей потерявшего краски мира. Некогда повелевавшие стихиями - они превратились в крестьян, собирателей, крафтеров, рабочих стимпанковских заводов.
Расстроенно покачав головой я протиснулся между ящиками с земным оружием и зашагал к выходу из зала. Прежде чем прыгать назад, на Древо, мне бесконечно хотелось подняться наверх и прогуляться по Друмиру. Я ведь дома, мать его, дома!!!
Однако все оказалось не так радужно. Погруженный в стазис мир сопротивлялся вторжению. Зависшие в воздухе капли воды не уступали в твердости адаманту. Едва заметные паутинки срезали с костей мясо. Невидимые пылинки рассекали плоть тысячами крохотных лезвий. Будь на моем месте обычный смертный - он бы искалечил себя уже через десяток шагов, а затем бы истек кровью от множества внутренних кровотечений.
Я же шел, шел вперед, сжигаю веру и ежесекундно подлечивая пластуемое тело. На шестидесятом ярусе я увидел хвост длинной колонны, забившую коридор ровными рядами.
Дети ночи… с поднятыми штандартами, оружием в руках и лучшей экипировке, сохраненной для последнего боя. Они ждали, ждали меня…
Покрытые пылью и паутиной, придавленные стазисом, они застыли угрюмыми статуями. Сжатые в нитку губу, решительные выражения лиц. Ожидающие одной единственной команды: в бой!
Я шел под самой стенкой, щедро черпая веру из накопителя. Сжигая паутину, одним движением руки заряжая сотни накопителей, благословляя и наделяя бафами. Верность требует награды.
Первый ярус я узнал с трудом. Превращенный в жилое помещение, до отказа забитый самыми близкими мне людьми. Здесь были все - похорошевшая мама и подросшая Аленка. Раздавшийся в плечах Череп и неожиданно серьезный Эрик. Мой верный Умка и надежный Анунах со своей принцессой.
Ни движения… лишь сладко посапывает на постаменте Хронос, гасящий своей аурой стазис и подчиняющий силой само время. И тогда, у меня родилась интересная мысль…
* * *
Четвертые сутки я крадусь по ярусам Древа. Иду обходными путями, пользуясь родством со стихией, прыгая с ветку на ветку и путая погоню. Слишком узок для беглеца основной ствол Древа, слишком легко его перекрыть.
Хранящийся в инвентаре мир повысил ставки до максимальных и превратил меня в предельно осторожного хищника. Я тихо ползу по ветвям, часто замирая и уступая дорогу даже самым безобидным существам.
Визит в Склеп не прошел даром. Я реально осознал степень ответственности. Мир в моих ладонях, миллионы душ на моем сердце!
Париж стоил мессы, а Друмир - жизни, и даже чести.
Вспоминая девиз царских офицеров: “жизнь принадлежит Родине, а честь - никому!” я лишь зло скалил зубы. Чистоплюи в белых перчатках… Салютовать перед боем противнику, куртуазно уступить право первого залпа... В крайнем случае - застрелиться и остаться чистеньким. А кто вместо тебя будет Родину защищать?! Престарелая мать? Малолетняя дочь? Кто, если не ты?!
Из склепа я выбираться не стал - хоть и тянуло меня в тур по родным местам - до дрожи. Но… стазис накладывал свои ограничения. Друмир все время пытался вытолкнуть меня за свои пределы. Удерживался я на морально-волевых, с заметным расходом веры.
Телепорты же на короткие дистанции тупо сбоили, срываясь еще на первых рунах. Можно было бы влить энергии на пару порядков больше и почти наверняка - пробить завесу. Но... было крепкое ощущение, что в таком случае я перемещусь как тунгусский метеорит - разнесся на радость Хаосу половину города.
Уютно устроившись у ног матери, я максимально приглушил сверкание своей силы и прикрылся защитной пеленой от Хроноса. А то веки бога времени начали нехорошо так подрагивать - его явно беспокоило мое присутствие. Кстати, уровень у Хроноса оказался довольно серьезный - триста седьмой. Причем как противник - он очень неудобный, игры со временем способны смертельно удивить любого.
Беспокойство бога искажало стазис. Каждое подрагивание ресниц Хроноса на несколько миллисекунд оживляло реальность. Эти крохи понемногу складывались, и спустя пару часов я заметил как разгладились суровые лица моих бойцов. Как чуть приподнялась рука матери в попытке дотянуться до моего плеча. Как скосил глаза Череп, как счастливо вскинулись брови моей микро-жрицы.
Теплота наполнила мое сердце. Подождите немного братцы, я вернусь! И все будет как прежде!
Наивные нубы засуетятся возле стен городов, следя алчными глазами за хитрыми зайцами аж третьего уровня.
Могучие ПК, едва перешагнувшие за грань десятого, будут устраивать бурю в стакане воды, выслеживая сытых обладателей пары серебрух.
Торговцы-НПС, пряча в усах улыбку, будут с серьезным лицом торговаться за рваные шкурки.
И залы Первохрама вновь наполнятся здравицами и детским смехом. Все это будет, обязательно будет!
Наполнивший душу покой и практически абсолютная безопасность позволили сделать паузу и передохнуть.
Не знаю, как это все выглядит снаружи - но я сейчас нахожусь в погруженном в стазис мире, который лежит у меня в инвентаре. Парадокс… Но пробиться сюда будет сложнее, чем отыскать и взломать Чертоги. Двойная степень защиты.
Несколько часов я проковырялся в интерфейсе. Система Друмира навороченным плагином наложилась на божественный статус. Завалив меня разными глюками и заставив понервничать, она умудрилась подтянуть часть моих старых классовых умений Рыцаря Смерти. Не то чтобы они были так уж важны для бога, но давались мне гораздо легче чем творение на чистой вере. Причем олдскульные касты были готовы работать на обычной мане, что полезно в местах ограничения высших сил.
Взять хотя бы простейшее заклинание “Руки мертвеца” - то самое, еще с первого уровня. Вроде баловство, но в исполнении бога… оно божественно! Бугрящиеся стальными мускулами лапы вздымались на высоту тридцати метров. Судя по виртконструктору - их стальная хватка способна взломать фундамент небоскреба и раздробить его в пыль в своих объятьях!
“Поглощение жизни”. Ностальджи… Когда-то оно снимало жалкие восемь единиц хитов, а теперь иссушало до состояния мумии дракона трехсотого уровня. Здоровье, правда, возвращалось с пониженным коэффициентом - в зависимости от типа существа-донора. Все же лечить плоть бога - это вам не хил жалкой тушки некроманта первого уровня.
“Смертельное прикосновение”. Словно удар Звезды Смерти с орбиты - оно рубило кратеры до самой магмы. Гнев божий… Причем даже кулдаун сохранился - раз в сутки. Зато по мане не стоило ничего. Просто вернувшееся классовое умение. Халява, почему бы и нет?
Заодно система поднатужилась, крякнула, но привела мои статы к привычному набору характеристик. Оказалось, что у меня семнадцать тысяч не раскиданных единиц параметров. При их распределении и завозилось в душе нечто, похожее на писк мечущегося в кошмарах, впавшего в летаргию хомяка.
В строках параметров не хватало нулей, цифры наползали друг на друга, словно интерфейсы пилили индийские программисты.
Цифры все время скакали, в зависимости от моего настроения, веры в совершаемое деяние и черт знает чего еще.
Связь в стазисе не работала, но старые сообщения внутреннего чата Пантеона я получил. Бой с наемниками обошелся нам довольно дорого, но слава Творцу - без критичных потерь…
Элкил заброшен рэндомным порталом в какой-то мутный мир. Высшие силы там практически не действуют, боги смешались со смертными и радостно режут друг-друга. Эдакая древняя Греция, где Высшее существо можно привалить тривиальной бронзовой стрелой в пятку.
Бог Смерти, пытавшийся усидеть на двух стульях и ужом проскользнуть между скрепами клятвы верности Пантеону и своими интересами - получил крепкий откат от Стихии и потерял два десятка уровней. И ведь вроде не предавал - мы же вместе разрабатывали план ловушки! Но то ли я чего-то не знаю, то ли клятва Силой среагировала не на
Авосю снова досталось. Наемники смели его практически сразу, как только обратили внимание на прикрывающего мой рывок напарника. Слишком разные весовые категории…
Спасла Авося специализация - перед боем он обвешался десятками артефактов из нашего арсенала, влил в себя половину трофейных эликсиров и даже помолился статуе богини жизни в Чертогах - авось, что-нибудь да поможет.
Помогла молитва. Привязка к статуе сработала как эвакуатор и в последнее мгновение выдернула верхнюю половину обгоревшей тушки Авося в Чертоги. Где он сейчас лечился, тренировал очередные ноги и хандрил, тоскуя от собственной никчемности.
Легче всего отделался Дурин. Бившего с далекого холма пулеметчика уничтожили под звон падения девятой гильзы. Просто глянув в его сторону и остановив сердце одной лишь силой
Стычка к тому времени закончилась. Наемники исчезли, как и пулемет с остатком боезапаса. Адамант бесхозным не бывает, факт. Кто-то поленился даже подойти и дернул его телекинезом к себе в инвентарь. Сам же Дурин обзавелся новым украшением в своей бороде - мертвой прядью. Прикасаться смертным к этой косице я бы не рекомендовал. Ну а для зомби она вроде как даже наоборот - аналог божественного отхила.
Разобравшись с текучкой, я поцеловал на прощание теплый лоб матери и позволил Друмиру вытолкнуть меня на Древо. Лишь прикрыл на прощание плечи Аленки сотворенным плащом Истинной Жрицы. Будет ей подарок достойный бога!
На восьмом ярусе я чуть не влип. Нутром ведь чувствовал опасность темного листа, в одиночестве скорчившегося на надломленной ветке. Но я сам загнал себя в этот угол, в очередной раз доверившись не особо точной карте.
В спину дышала угроза, поднимая дыбом волосы на загривке. Кто-то уверенно шел по моим следам, наведясь поисковым заклинанием по оброненной где-то капле крови. Все мои попытки закрыться от поиска элегантно обходились, выдавая в преследователях немалый опыт.
Прыжок на темный лист привычно выбросил меня на планету. Портал обычно якорится на места силы - а это, чаще всего, населенные планеты, а не пустой, едва проработанный создателем этого мира космос.
Земля больно ударила в ноги. Спину выгнуло, захрустели кости, мясо на лице натянуло куда-то к затылку. Кожа с хрустом рвалась, брызги крови веером потянуло к небу. Вектор тяготения оказался двунаправленным!
Меня рвало на части, словно при казни через разрывание лошадьми. Над головой, высоко в небе темнела черная дыра, затягивая в себя даже коронарную массу местного светила.
Под ногами - огромная планета, ободранная - до холодного железного ядра. Гравитация под сотню “же” без подготовки нокаутировала даже меня. Благо сработали автоматические контуры заклинаний, врубившие отхил, активировавшие универсальный “бабл” и подарившие мне лишние секунды на реакцию.
Уже позже, укутавшись рукотворным щитом, я подключился к инфополю планеты. Не прикрытый от несанкционированного доступа, зияющий дырами, он поделился со мной короткой и грустной историей.
Канаан, некогда процветающий мир. Населенный хитроватыми разумными и довольно глупеньким, хоть и сильным богом. Обмануть такого или использовать в своих целях - сама вера велела, даже молитвы не жаль. Крутили им как хотели, пока один умник не взял бога на слабо.
Мол, раз ты всесильный, можешь ли сотворить такой камень, который сам не сможешь поднять? Бог смог. Он ведь реально был силен. Созданный им объект был невелик, но имел массу на два порядка превышающую массу светила. Рукотворная чёрная дыра поглотила своего создателя, а с ним и весь хитрый народ…
Поучительно…
Следующий прыжок - на пределе возможностей и дальности - привел меня на новую ветвь. Счастливо промазав мимо разлапистого колючего листа - вокруг так и кружили могучие сторожевые сущности - я влип в крохотную незаметную почку. Если честно, я ее до последнего даже не замечал. Прикрыта была что-ли чьею-то волей?
Такие мысли внушали опасение. В вихре молний, настороженным Терминатором, я появился в крохотном мирке. Семь разноцветных солнышек кувыркались над головой. Розовые единороги тянулись ко мне теплыми губами, нагло игнорируя активный щит.
Натужно пыхтели толстожопые пчелки, тягая в ведерках амброзию. Безмозглые фейки водили хороводы, пони с добрыми глазами катали на себе дурашливых лепреконов.
Я поднял второй слой щитов. Такая патока хуже явной опасности…
Однако ничего опасного не происходило. Единороги жадно слизывали с меня звездную пыль. Пчелка притаранила мне меду и с видимым облегчением избавившись от ведерка, ужужжала в сторону доминирующей горы, над которой сверкала невероятная радуга в 777 цветов.
Закруживший вокруг меня хоровод феек явно нарывался, вторгаясь в охранный периметр и заставляя все больше ужимать его радиус. Размахивая перед моим носом алыми маками, они брызгались мутными росинками и что-то негромко напевали. И лишь засыпая, я разобрал слова:
-- Проснись… да проснись же ты!
Настойчивый шепот буравил мозг, вытаскивая меня из липких объятий наркозного сна. Что за дрянь мне снилась?
Нет, вначале - все было мило. Счастливое детство со всеми его несбывшимися мечтами. Альбом редчайших марок с котиками, дом-торт из сотни нежных коржей на девяти кремах, до синевы подбитый глаз у Сашки Рыжего - главного хулигана двора. Награда нашла героя…
Но трепещущий в моем сердце Друмир горел огнем и звал в дорогу. Он смазывал самые потаенные фантазии, напоминая о себе и пламенем непокрытого долга выжигая навязанные сны.
Грезы сменились тревожными видениями. Тавор в образе Комка Боли рвал мою плоть, Асмодей пластал душу.
-- Да вставай же!!!
С трудом открыв глаза я недоуменно нахмурился и сфокусировал зрение на заслонившей небо фигуре.
Мать моя женщина! А я точно проснулся?!
Надо мной навис огромный деревянный клоун с грубо намалеваным лицом. Раздвоенный колпак с поролоновыми бубенцами залихватски сдвинут набок и прострелен в паре мест. Массивные ноги обуты в толстые меховые тапочки на тройной подошве. Беспалые руки из разноцветных шаров вряд ли способны поковыряться в носу. Однако почти наверняка с одного удара посадят слона на задницу.
-- Ты чем это сказал, чудо деревянное? - вежливо поинтересовался я и на всякий случай активировал щиты.
-- Тихо ты! - вновь шикнули на меня. - И силу спрячь, разбудишь милого-любимого-великолепного Барабая - беды не оберемся! Что б он сдох от кровавого поноса...
Вот теперь я разглядел говорившего. На плече склонившегося клоуна сидел крохотный плюшевый мишка. Затертый бархатец давно утратил свой цвет. Многочисленные дыры бережно залатаны разнокалиберными лоскутами. Вместо одного глаза пришита надколотая пуговица, второй - алеет покрасневшим белком и слезится как у больного котенка. Вставленные в глазницу веточки не позволяют векам сомкнуться.
-- Что за Бабай? - уже тише спросил я.
Щиты убирать не стал, наоборот - попытался погуще запитать их силой. Не нравится мне происходящее, ох не нравится... Логи алертовали о вмешательстве в разум и торопливо чистили ауру от остатков плетений наведенного сна. Надпочечники вбрасывали в кровь веру, руки рефлекторно сжимались в кулаки. После того, как статус альфы прочно закрепился в психике, среди всех возможных реакций на опасность: “бей, беги, замри” - я на инстинктах выбирал: “Бей!”.
Мишка поморщился и затравленно оглянулся на невысокую гору в центре крохотного мира. За аккуратными пенными облачками явственно розовело нечто крупное. На секунду, словно отвечая нашим желаниям, нежный ветерок развеял перину и я изумленно вскинул брови.
Младенец. Огромный младенец покоился в облаках. Лицо прикрыто отросшими до пят волосами, палец пухлой руки где-то в области рта.
-- Барабай… - поправил меня мишка. Хлопнув клоуна по плечу и заставив присесть, он осторожно промокнул закисший глаз и торопливо зашептал. - Наш хозяин. А если ты отсюда не уберешься - то и твой. У него много имен. Бог богов, Бог-баюн, Богоед, хозяин Снов…
-- Этот звездюк?! - не удержался я и ткнул пальцем в сторону огромной розовой жопки.
Младенец хныкнул на весь мир и недовольно заворочался. Медвежонок испуганно распахнул глаз из которого выпали палочки. Розовые пони тревожно подняли головы и беззвучно заржали. Феи, монотонно водившие хороводы вокруг холмиков, сбились с беззаботного шага. Холмики?!
Я прищурился и внимательно завертел головой. Холмики оказались рукотворными.
Старые, уже поросшие вековыми деревьями - размеренно вздымались в так чьему-то дыханию. В земляные норки, на затянутых травой склонах, то и дело ныряли трудолюбивые пчелы, разгружая внутри полные ведерки амброзии.
И молодые холмики, в которых еще можно было разглядеть спящие тела. Тела богов… сотен богов… Зарастающие травой, затягиваемые землей и целебным пометом радужных единорогов…
-- Теперь ты понял, да? - зло прошипел мишка. - Они спят и видят сны. А ОН их исполняет, питаясь заемной силой. ОГРОМНОЙ силой! ОН - угроза Древу. ОН спит уже миллиарды лет, накапливая мощь и пополняя свою армию…
Голос мишки звучал все глуше. Лишенный подпорок глаз невольно закрывался, плюшевая голова склонялась на грудь.
-- Эй?.. Эй!!! - громким шепотом я с трудом докричался до собеседника.
Тот испуганно вскинул голову и слепо зашарил лапой вокруг. Палочки никак не находились и несмотря на все титанические усилия воли единственный глаз медленно закрывался. От напряжения в нем лопнули сосуды, невольные слезы приобрели алый окрас.
-- Держи. - помог я, и поднатужившись, с неожиданным сопротивлением сотворил золотой монокль без стекла.
Сила отзывалась с трудом. Чужая мощь липким болотом вязала по рукам и ногам.
-- Не смей творить! Побеспокоишь ЕГО - и уснешь навеки! - прошипел мишка и торопливо воткнул в глаз оправу.
Из красного глаза вновь потекла слеза.
-- А ты… ты когда спал в последний раз?
-- Давно, очень давно… когда еще звезды на небосклоне были в других местах. Мои сны не нравятся господину. И твои тоже! Оглянись!
Оборачиваюсь.
Вначале, вижу на траве свою мечту - раскрытый альбом с марками. От редчайшей Империи: “1/2 копъейки серебромъ”, до позднего СССР.
Чуть дальше - высился двухметровый торт, которым жадно давились розовые пони. Оргазм в глазах, крем размазан по лошадиным мордам.
Тут же кружилась в эротическрм танце крохотная сисятая хомячиха. Негромко звенело монисто из золотых монеток, колыхались оголенные прелести. Вот это уже явно не из моего сна.
Тревожно зашарил взглядом - не хватало тут еще и Сани Рыжего с его фингалом. Фух, кажется пронесло. Хотя…
У одного из поников на губах налип кровавый клок рыжих волос… Почувствовав мое внимание, пони дружелюбно оскалился, обнажив десятисантиметровые акульи зубы.
Земля под ногами едва заметно дрогнула, затрещали и зашатались верхушки деревьев. Из-за ближайшей рощи выкатился плотный клубок тел. Группа единорогов, фей и мега пчелок, сцепилась в яростной схватке с Асмодеем в боевой трансформации.
Аватар демона бился истово, как в последний раз. Во все стороны летели разорванные в мясо лошадиные тела, изломанными куклами отбрасывались фейки, счет раздавленным пчелам шел на сотни.
И главное - все это молча. Абсолютно молча. Причем у нападающих половина сил уходила именно на то, чтобы в жестком клинче сжимать клыкастую пасть Асмодея.
Я жадно втянул носом воздух и занес руку для удара. В сжатый кулак потекла сила. Асмодей, тварь ты ненасытная!
-- Не нужно… - остановил меня мишка. - Сами справимся, не впервой. Комок Боли мы уже разметали. Да и кошмары твои не совсем настоящие. Хотя… немного сил у врага они отнимут.
Все еще подрагивая, я нехотя опустил руку. Тавор, сучье племя... С каким удовольствием я бы вбил тебе зубы в затылок!
Торопливый шепот мишки выдернул меня из сладких грез.
-- Для таких как ты - у нас только один путь. Служение до первого сна. Затем - разборка в фарш. Силу налево, адамант направо, божественные ингредиенты - на склад химер. Но…
Я напрягся. Происходящее мне нравилось все меньше. Движением плеча скинул в ладонь алебарду. Зачерпнул веры из артефакта и наполнил баланс под пробку. Излишки энергии сбросил в щиты и запитал ударную кромку адамантового лезвия. На фарш, говорите? Вообще-то, у меня тоже есть склады для ингредиентов...
-- Силен… Не по рангу силен… - с ноткой надежды выдохнула плюшевая игрушка.
Земля снова дрогнула. Фигура Асмодея полыхнула всепоглощающим пламенем. Облепившие демона слуги Спящего осыпались проклятым пеплом. Оглушительный рев ярости и боли вырвался из пасти Асмодея.
Я вздрогнул и дернулся, но повелительный жест плюшевой лапки остановил меня. Прижимая уши от рева и опасливо оглядываясь на местный Олимп, мишка зачастил: -- Оставь, не твоя война. У нас мало времени. Судя по всплеску силы, ты пришел сюда стихийным порталом? Не свитком, артефактом, чужой волей, аркой, пентаграммой прорыва, а именно - на голой силе? Стихия благосклонна к тебе, ты порталист? Скажи мне, это очень важно!
Молчаливая волна слуг Спящего вновь захлестнула Асмодея и заставила его заткнуться. Демона рвали молча, с первобытной яростью. Однако, было поздно. Божественно дитя беспокойно заворочалось, засучило ножками. Наконец, неуклюже уселось и, отбросив с лица курчавые пряди длинных волос, капризно захныкало.
Я судорожно сглотнул. У младенца оказалось лицо древнего старика. Злого, покрытого пигментными пятнами и глубокими расщелинами морщин.
Волна плача прокатилась по крохотному миру. Яркие краски погасли, солнышки толкаясь юркнули за небосвод. Самое неуклюжее не успело спрятаться и беззвучно взорвалось зеленой жижей.
Крик метался от горизонта до горизонта, стирая цвета, срывая кожу с живых и заставляя биться в кошмарах спящих. Потребление энергии моего щита прыгнуло на два порядка, с невероятной скоростью обнуляя баланс. А ведь на нем миллионы единиц веры - миллионы истовых молитв…
-- Мне не простят… - яростно и как-то обреченно крикнул мне мишка.
Сорвав заплатку на виске, он запустил лапу в голову и извлек наружу сосновую шишку. Злой бросок на землю и нас накрыло зеркальным куполом. Давление Спящего ощутимо просело.
-- Так что? Ты порталист? Ответь!
Я потянулся к стихии пространства. Отклик пришел, хоть и с некоторым лагом. Тепло и любовь ласковым щенком лизнули меня в щеку.
-- Не совсем. Но… стихия благосклонна ко мне. - уверенно ответил я.
-- Я знал! Я чувствовал! - восторженно вскинул лапы медвежонок. - Мы, медведи, в родстве с Небесным Зверем, звездной пыли под лапы ему на пути!
-- И? Что это дает?
-- Все стандартные методы переходов заблокированы Спящим. Но природный порталист, обласканный вниманием самой стихии - вырвется даже из адамантового гроба!
Да? Полезная информация.
-- Забери меня отсюда! Твои кошмары потревожили Спящего. Он скоро снова уснет, но его гнев переживут немногие. И уж точно не мы с тобой!
Согласно киваю. Не знаю как одноглазому плюшу, а мне стопудово нужно валить. Это и вправду не моя битва, хоть и жаль, что аватар Тавора растрепали без меня.
Призываю силу, выделяю один поток сознания на работу с пространством.
М-да, прыгать особо некуда... Бедное тут место. Больные листья, надломленная ветвь, мощное давление Хаоса.
Пожалуй, вон та вторичная веточка с яруса выше склонилась достаточно, чтобы я смог до нее дотянуться. Мне ведь нужно наверх, там моя цель. Нижняя треть кроны перенаселена богами. Прут с Нулевого, пока не закончился запас веры. Проседая в статусах, падают с вершины. Прямо проходной двор для бомжей и хамоватных бого-гопников. Сожрут тут Друмир, как пить дать - сожрут!
Переключаю внимание на суетящегося медведя, решившего, что дело на мази. Вскрыв хитрый тайник в шапке клоуна, он торопливо запихивал в дырку на брюхе извлеченные оттуда предметы. Причем в его плюшевых лапах мелькали отнюдь не горшочки с медом, а вполне себе божественный лут. Не тривиальные легендарные артефакты со скучным статусом - “Единственный в мире”, а целые самородки адаманта. Учитывая, что божественный металл раз в пять тяжелее золота - игрушечного мишку теперь сможет поднять не каждый взрослый. Идеальная цель для ганга...
Хмыкаю, уточняю:
-- Я то уйду. А вот ты, плюшевый, зачем мне нужен?
Вообще-то, я не был против. Все же внешность решает многое - мишка напомнил мне детство и был симпатичен. Разбудил к тому же, многое пояснил, да и вряд ли станет обузой.
Поначалу система подсвечивала его контур зеленым, а после накачивания адамантом и вовсе посчитала за равного и выделила синим. Похоже, косолапый не весь металл распихал по карманам, а предусмотрительно пустил часть на собственную раскачку.
Мишка поправил клоуну съехавшую набок шапку, вновь стукнул его по плечу - заставляя уменьшиться до моего уровня. Приподнял лапу и принялся загибать острые когти.
-- Во-первых, я подарил одной из фей Радужную Пыльцу. Во время Песни Сна она исказила пару нот и ты уснул не так глубоко, как должен был. Во-вторых, я увел твои кошмары в Тихую Рощу, что дало нам время на беседу. В-третьих, я готов оплатить переход! - мишка извлек из кармана небольшой кусочек адаманта - с мышиное сердце размером. - Вот! Самородок в сто девять грамм! Ну и бонусом - полезная информация...
Я хмыкнул - вот мелкий жлоб. Хотя с этим кусочком объем моих запасов небесного металла удвоится. Подрастерял я в боях свои запасы, как есть подрастерял.
Прикрывающий нас купол наконец не выдержал напора плача Спящего и со звоном лопнул. Враждебная энергия колючей пургой ударила по лицам, болезненно жаля и вгрызаясь в персональные щиты.
Я пригнулся, словно под сильным ветром, и жестом остановил болтливого мишку.
Стихия порталов смогла дотянуться до нужного мне мира и перетянутой струной трепетала в мой руке. Можно прыгать.
-- Хватит, ты прав. Достоин и все такое. Дай руку! Тьфу, лапу!
Подхватив медведя, я коснулся силы. Струна завибрировала сильней, натягиваясь и готовясь рывком выдернуть нас из неприветливого мира. Внимание стихии пьянило и дарило любовь. Вокруг же ярилась чужая, бессильная злость. Я словно почувствовал себя в уютном домике, у теплого камина, когда за окном ревет злая метель.
Не выдержав, засмеялся:
-- Дай, Джим, на счастье лапу мне,
Такую лапу не видал я сроду.
Давай с тобой полаем при луне
На тихую, бесшумную погоду!
-- Дзанг! - стихия со звоном выдернула нас во тьму междулистья.
В спину ударил полный капризной ярости крик младенца, но было поздно. Лишь где-то внизу, под напором злого ветра, осталась крохотная фигурка феи, махавшая нам рукой на прощанье...
В пустоте со временем не очень. Хаос и Порядок ведут извечную борьбу, напрягая материю и константы Древа. Да и сама пустота значительно отличалась от навигационной карты перемещений. Собственно говоря, пустотой тут и не пахло…
Я резко заманеврировал, прямо на лету учась управлению, как брошенный в воду учится плавать. Вокруг выбранного нами листа шла неспешная битва.
Искаженные скоростями и дистанцией объекты осознавались не сразу.
Вот длинный шлейф белоснежных перьев. Здесь явно размазали в пространстве не одну дюжину Стражей.
Вот Орда тварей Хаоса. Не спрашивайте о формах и размерах, это практически не имеет смысла. Твари меняли свой облик, словно под светом стробоскопа. Единственное что оставалось неизменно - их вектор атаки. Прямиком на наш лист.
Избранный мир - высокотехнологичный. Вот реально, на уровне самых светлых и смелых мечтаний. Населяющие его разумные умудрились не угробить себя за пару миллионов лет эволюции. Не свернули на путь ментального самосовершенствования, не сгорели в войнах, техногенных, биологических и экологических катастрофах. Не ушли в оцифровку и киборгизацию организмов, практически полностью сохранили свой истинный облик. В общем - мечта фантастов.
И сейчас, нашествие тварей Хаоса встречали не мечники с лучниками, не маги и эфирные существа, а невесть каким образом выведенные на орбиту Листа боевые станции. Эдакие аналоги двухсоткилометровых Звезд Смерти. Могучие, белоснежные, красивые и… практически ничтожные перед Стихией.
Хотя выглядело все солидно и мощно. Залпы плазмы и пуски торпед с антиматерией довольно успешно прореживали ряды монстров. Но… все это бесполезно… Можно сжечь огнеметом миллионы капель дождя, но помешает ли это ливню?
И главное…
Если осмелиться… если расфокусировать зрение… если взглянуть максимально широко… то в глубине пустоты можно было разглядеть надвигающуюся тушу Жнеца Хаоса.
Я осмелился. А затем он разглядел меня…
Уклонившись от шустрого росчерка лазерной спарки крейсерского калибра, мы пробили кромку мира и довольно шумно приземлились невдалеке от крупного мегаполиса.
Сердце колотилось, вера торопливо выжигала из души остатки пагубной изморози от взгляда Стража. На глаза мне упала вновь поседевшая челка. Стихия помнит меня, стихия ждет...
Как говорили в этих ваших Интернетах: «Страшно, очень страшно...».
Засуетившийся мишка разжал мою задубевшую хватку и спрыгнул на идеальную траву ухоженного леса. Полянку на которой мы очутились окружали ягодные кусты и корабельного размаха хвойные деревья. Местные разумные бережно относились к остаткам природы.
Мишка неверяще оглядывался вокруг. Его мокрый нос жадно втягивал запахи леса. Разглядев на ближайшей к нам ветке россыпь красных ягод, он протянул плюшевую лапу и запихнул сочный плод за щеку.
-- О-о-о… - застонал крохотный зверобог.
Я подумал и призвал Гумунгуса - пусть тоже попасется на экологически чистых продуктах. Система опознала растение как “Сарахонский мясной ягодник” и определила его свойства: довольно мощный бустер опыта для несущих звериное начало.
-- О-о-о… - повторно застонал зверобог и закосолапил к Гумунгусу.
Трехметровой высоты пет, покрытый броней и в два слоя армированный шрамами - отнесся к микроколлеге флегматично. Не возражал против восторженных охов, и даже позволил пощупать когти и потрогать пряди густой шерсти.
-- И я таким же был когда-то. Только больше, раз в десять больше… - ностальгически и чуть хвастливо прошептал мишка.
-- Как же ты в лесу-то передвигался с такими габаритами? - без особого интереса уточнил я, настойчиво пытаясь подключиться к инфополю планеты.
Однако, местные разумные умудрились дотянуться даже до нематериального! Несмотря на отсутствие богов, инфополе оказалось залочено для гостевого доступа и требовало мудреной авторизации. Во дают!
-- Ха! Так и лес у меня был не чета здешнему. Я вообще первый миллион лет считал себя мелким карликом! Кстати, поэтому Спящий и воплотил мой главный кошмар, изменив тело... А вот когда-то давно, в моем ЛЕСУ… Найдешь, бывало, гриб, съешь полшляпки - и больше не впихнуть, пузо как барабан. Упадешь на землю, укроешься щавелевым листом, и спа-а-а-ть… Бесконечный мир, там все большое… очень большое… я как-то сорок тысяч лет на Путеводную звезду шел - все равно лес не кончился. Звезды сдвинулись на небосклоне, а лес так и тянулся. От заката - и в вечность.
-- Бесконечных миров не бывает. - поправил я с убедительностью интернет-эксперта.
Я же сам бог, мне миры еще предстоит создавать. В теме секу - три статьи прочитал!
-- Бывает, - отмахнулся мишка. - все бывает. Прокачаешь родство с пространством и не такое создашь. Бесконечность внутри кварка, например. Спрячешь там мир, кварк в протон, протон в атом, атом в молекулу, молекулу в клетку, клетку - в прыщ на заднице сидящего на завалинке деда. И все, фиг кто твой мир найдет и отберет! К тому же, в микромире время течет по другому. Дед только почешется - а там уже динозавры вышли на сушу… Дед зевнул - а первые разумные уже взяли в руки палку...
Я недоверчиво покачал головой. Нет, ну если чисто теоретически, посещали меня по жизни схожие мысли о вложенности вселенных. Неужели и вправду так бывает? Я грызу яблоко, а в нем - мириады миров?
Зверобог, тем временем, оставил в покое Гумунгуса и уже обнюхивал местный кедр. Даже содрал немного коры и пожевал смолу.
-- Бестолковые деревья, нет в них дикой силы. Пожалуй, не останусь я тут. Поищу мир почище, высажу свой ЛЕС. Вот ты думаешь у меня внутри что?
Мишка вопросительно заглянул мне в глаза и постучал себя по брюху.
-- Опилки? - на автомате ответил я.
-- Сам ты опилка! - обиделся зверобог и запустил лапу под одну из заплаток. Пошебуршав там мгновение бережно извлек наружу сжатый кулак. Выдержав интригующую паузу, разжал коготки. На потертом плюше остались лежать несколько крупных семечек. - Семена! Семена Истинного Леса! Хочешь, подарю? Одно...
-- Не откажусь, - пожал я плечами.
Не уверен, что Друмиру нужны километровой высоты деревья, но если что - их ведь и спилить никогда не поздно? Хотя мне бы вначале с мега-вьюном разобраться… Слухи с минус восьмидесятого доходят искаженные, но весьма напрягающие…
Упрятав семечко в инвентарь, вместе с честно заработанным кусочком адаманта, я поинтересовался оставшейся частью оплаты за перевозку:
-- Что там по обещанной информации?
Мишка зевнул во всю пасть, задумчиво почесал нарисованную бровь.
-- Мир Спящего. Он ценнее, чем ты думаешь. Если когда-нибудь возжелаешь возвести адамантовую крепость - навести его. То, что ты видел - лишь верхушка айсберга. Сотня-другая дремлющих на земле богов - мелочь, добыча за последнюю тысячу веков. Но ведь бог-баюн дремлет уже миллиарды лет! И во сколько слоев там лежат уснувшие навсегда бессмертные - не знает никто! Бог на боге, слой за слоем, спят… сладко сп-я-я-т… и никогда уже проснутся…
Мишка снова зевнул.
Мои сканеры дальнего обнаружения засекли активность. Со стороны столицы к нам демонстративно неторопливо направлялся футуристического вида летательный аппарат. Флаер вежливо подсвечивал лучом свою глиссаду, показывая будущую точку посадки - на той же поляне где мы расположились.
Намек понял, пообщаемся. На всякий случай провел беглую инвентаризацию. Разум, душа, тело - не подсадили ли какого паразита в Пустоте, не навесили ли следилку, не запятнали ли душу?
Заодно уточнил у зверобога:
-- Дальше-то что будешь делать?
-- Поспа-а-а-ть бы… Хоть немного, век-другой… только место для берлоги найду. Поброжу по мирам чуток, годик-два еще потерплю, и упаду спа-а-ать…
С последним сладким словом мишка сломался. Лапы его подогнулись, и зверобог захрапевшей тушкой сковырнулся на траву.
Система индифферентно сменила статус медведя:
Настала моя пора задумчиво чесать бровь. И что с этой набитой адамантом тушкой делать? Может и вовсе - не нужен ему божественный металл? Ну в смысле - одолжить? Через пару веков лет верну! Ну и вообще - я могу гостеприимно укрыть мишку в Чертогах, но ведь и постой стоит денег, овес нынче дорог, хм…
Засейвив мишку в Чертогах, я повернулся к прибывающему флаеру. Засунув большие пальцы за толстую кожу боевого пояса, скучающе разглядываю летающую машину. Глядеть особо было не на что.
Серебристая зеркальная капля без внешнего обвеса, окон, крыльев, двигателя и всего прочего, что позволило бы зацепиться взгляду. Распознался только материал - техногенный морф-мифрил-144. Занятно, но скорее всего вне физики этого мира металл потеряет свои свойства.
Машина мягко зависла в ладони над травой. Корпус потек, формируя дверь и удобную ступеньку. Вышедшие наружу двое разумных не поразили меня внешним видом. Друмир, а затем и Древо - приучили меня к толерантности. Тем более, что в данном случае все было в пределах гуманоидных норм. Две руки, две ноги, одна голова и три метра роста.
Коснувшись веры пропорционально увеличиваю свой аватар. Говорить снизу вверх как-то не комильфо.
Старший из гостей - широкоплечий мужчина похожий на седого льва, удовлетворенно кивнул, словно получил подтверждение своим догадкам. Приложив руку к сердцу он неглубоко поклонился.
-- Приветствуем вас на Рикумусе, уважаемый высший. Легок ли был ваш путь, не утомили ли вас тропы Пустоты?
Копирую жест, но голову склоняю едва заметно. Так, на пару миллиметров. Скорее, просто стряхиваю со лба седую челку.
-- Благодарю вас. На тропе нынче тесно от тварей Хаоса.
Седой дернул щекой, а сопровождающий его спутник, не сдержавшись, оскалил зубы. Есть все же в этой расе что-то от хищников. Впрочем, травоядные не смогли бы сохранить свою цивилизацию на протяжении нескольких миллионов лет.
-- Истину говорите высший! Как есть истину! Кровавый мор надвигается на наш лист! Хаос резко усилился! Наши астрономы макровселенной говорят, что с небосклона пропало ближайшее к нам Древо. Мы называли его Сухой Столб. Давно потерявшее ветви, оно все равно сражалось, стойко сдерживая стихию. Но... Древо пало, Хаос окреп. Порожденная им буря достигла нашего дома! Стражи Творца, отвечающие за наш Ярус, встали на пути, но пали в неравной битве. И даже Небесный Зверь вступил в схватку, уведя за собой Большого Жнеца, но… этого не достаточно! Нашей ветви грозит смертельная опасность! Сломаны ростки, облетели и уничтожены листья сотен миров - Юнус, Дарош, Афикс Прекрасный, Дарон - имя им легион, и все они растворились в стихии! Триллионы наделенных Искрой душ!
-- Беда… - я задумчиво почесал затылок.
В принципе - происходящее вписывается в небесную механику. Это было, есть и будет. Миры гибнут, миры рождаются. Все по замыслу ЕГО. Если ты слаб - уступи место более сильному. Уверен, что среди погибших триллионов нашлось несколько тысяч сумевших уйти. Они и дадут семя новой жизни.
-- Сочувствую, но вряд ли способен помочь. От меня-то вы что хотите?
-- Времени! Нам нужно время! Мы живем очень долго…
-- Вы бессмертны?
Седой испуганно отгородился мускулистыми лапами:
-- Нет, что вы, уважаемый высший! Мы чтим законы ЕГО! Когда-то давно - мы расшифровали ДНК в наших телах - и обрели бесконечное здоровье. Спустя тысячи лет мы разглядели второй слой спиралей ДНК - уровень бога. Расшифровали их - и получили бессмертие. Это чуть было не стало началом конца! Катастрофы и войны обрушились на наш мир! Словно само Древо решило стереть нас с листа… Нам повезло, мы вовремя нашли третий уровень знаний укрытый в ДНК - уровень Творца. И когда мы расшифровали все три закона ЕГО, то поняли, какую ошибку совершаем и откатились назад, запретив все эксперименты с даром жизни…
-- Какие законы?
Львиноголовый посмотрел на меня недоуменно, а затем понимающе хмыкнул. Видимо, посчитав, что я его проверяю.
-- Душа - вечна. Тело - смертно. Плоть не должна быть совершенна. Только в этом случае возможна эволюция, заложенная замыслом ЕГО. Видоизменение, накопление и закрепление положительных мутаций, совершенствование.
Я пожал плечами. Дарвинизм какой-то...
Старший продолжал.
-- К сожалению, наша прагматичность и техногенный вектор развития не способствовали вере. Мы покорили небо - и не нашли там бога. Наша раса вышла в космос, затем покинула пределы собственной системы. Но и там не увидели божественной силы. Одну лишь голую физику. Мы изгнали бога своим безверием… мы потеряли его… Освоив ближний космос, мы двинулись дальше. Видимо, Создатель нашего мира детально проработал ближайшую сотню световых лет. Мы освоили их. Еще столько же он наметил лишь схематично - но и они покорились нашей искре, достраиваясь на лету, согласно нашему пониманию строения вселенной. А вот дальше открылась пустота, заполнить которую мог лишь БОГ...
Я кивнул. Такое вполне возможно. Мы и Друмир оживили на одной лишь вере в окружающий нас мир.
-- Затем мы совершили прорыв - вышли за пределы собственного листа. И осознали собственную ничтожность и глупость. Мы молим небо и строим пустые храмы. Мы даже создали искусственный сверхразум, пытаясь наделить его божественной мощью. Для этого пришлось выпотрошить спутник планеты и начинить его кристаллами биопроцессоров. Кое-что даже получается - воле Сверха начала подчиняться материя. Он реально творит! Но… этого мало! Орда идет на нас! Гибнут лучшие, выгадывая нам дни. Склады опустели - в арсеналах считанные граммы антивещества. Нам не хватает времени!
-- Я-то чем могу помочь?!
-- Стань нашим богом! Если тебе подчиняется время - мы посвятим тебе полтора миллиона храмов! Сорок миллиардов разумных будут ежедневно молиться во имя твое! Два, нет - три раза в день! Только придержи время! Локально, внутри листа, боги могут это, мы знаем! Мы строим арку портала - и буквально через тридцать лет - проект будет завершен! Мы сможем увести наш народ на новую ветвь, далеко отсюда! И позовем тебя с собой! Ты согласен?
Щедрое предложение. И разумных жалко. Но…
-- К сожалению, я не бог времени. Это вообще не частая разновидность Высших. Я на своем пути встречал их всего пару раз…
Неожиданная мысль появилась в моей голове. Я замер, ошарашенный идеей. Молчали и львиноголовые, правильно истолковав мою неожиданную паузу. В их глазах не меркла искра надежды.
-- Хм... а ведь я, кажется, знаю того, кто способен вам помочь…
Дом, любимый дом…
Втянув носом подмороженный стазисом воздух, я зажмурился от удовольствия - здесь даже пахнет по другому! Хм… да домом пахнет, домом! Эльфийским лесом, подаренным Тане цветком, древними камнями Суперовы, корицей приевшихся эликсиров маны...
Друмир! Как много в этом слове, для сердца Высшего слилось!
Я не торопясь поднимался по каменным ступеням крутого серпантина. Перенос в Склеп Хроноса прошел штатно. Для перемещения оказалось достаточно божественного желания, сдобренного всплеском слепой веры.
Мое Второе пришествие воспринято благосклонно. Рукотворный мир больше не пытался отторгнуть своего бога. Да, творенье конструктов жрало энергию с жутким коэффициентом, но главное - что оно стало принципиально возможным.
Уверен, что если поднапрячься, то я смогу открыть портал и за пределы Склепа. Заглянуть что ли во Дворец Истового Счастья - пафосную резиденцию Тавора? Правда, защита там навороченная - успел разглядеть во время прошлых визитов. Глухая, темная, божественного уровня с явным демоническим оттенком. При этом полыхает от нее таким концентрированным блаженством - что даже пролетающие мимо мухи пускают феназепамные слюни и улыбаются до ушей.
Отожрался Тавор, поднабрал силушки за четыре века.
Ну да и я нынче не Чернокнижник пятнадцатого уровня. Дури хоть отбавляй. Могу планету от мантии очистить, как апельсин от кожуры. Пободаемся еще с приторным лже-богом, как есть пободаемся. Тем более, что у меня есть друзья. А у друзей есть шпаги… и когти… и вера в правое дело!
Родной мир признал меня и теперь ластился соскучившимся котенком, щедро делясь силой и заполняя опустошенный баланс. Теперь я понимал, почему бог, принявший ответственность за росток мира, становится его верховным. На такую степень взаимного доверия и слияния способны лишь… хм… влюбленные?
Я на секунду остановился, рассматривая странную фигуру затесавшуюся в рядах Стражей Первохрама. Химера какая-то?..
Парень и девушка, сиамскими близнецами слившиеся в одном теле. Счастливые лица обращены друг к другу, её ладошки уютно утонули в его крепких руках, сросшиеся в поясе тела интимно вжаты друг в друга.
Взгляд бога легко считывает информацию. Игроки, неизвестной мне человекоподобной расы. Морфы… Способные вот на удивительную близость души и тела. Откуда они? Затянуло при пробое миров? Или просто премиальная раса для випов?
Удивленно качаю головой и благословляю одним движением руки. Маны не жалко - любовь достойна восхищения.
Под ногой хрустнула окаменевшая мышь - под заклинание Короля Василисков попали не только разумные. Предположу, что даже микробы осыпались на пол мелкой пылью.
Никуда не тороплюсь, наслаждаясь минутами абсолютной безопасности. С благодарностью рассматриваю армию Стражей. Их безмолвное служение есть опора моей веры. Не зря, все что я делаю - не зря! Тысячи разумных доверили мне свои жизни и судьбы. Причем осознанно и добровольно, а не согласно пирамиде власти.
Подлечиваю застывшие фигуры бойцов - не вечен даже камень. Затягиваются трещины, предметы восстанавливают очки прочности, оружие начинает сверкать божественной заточкой. Острая кромка невольно рассекает атомы кислорода, разбивая молекулярные связи и превращая его в довольно опасный атомарный.
Неожиданно сбиваюсь с шага, словно напоровшись на невидимую стену. Верхняя губа невольно приподнимается, обнажая клыки. Нос морщится от астральной вони. Знакомый коктейль… Концентрированное счастье, и никто не уйдет обиженным...
Аура очередного бойца искажена розовыми сгустками поддельной радости. В липкой патоке сломанной наркотой психики едва заметно пульсирует багровая паутина демонического служения.
Вот и первый эмиссар Тавора. Значит так выглядит его сила? Не истинная вера, а искаженная магия безумца. Прищурившись, внимательно всматриваюсь в грубое кружево магических печатей. Отчетливо заметно животное начало, сродное тому, чем кошмарили нас Комки Боли. Только изломано все - словно луч Тьмы прошедший через разбитую призму. Чувствуется обжигающее пламя Преисподней, щемит душу благосклонная тень Хаоса… Ох и наворотил мой враг, прямо шизофрения стихий! Смог ли он сам сберечь свой разум?
Трясу головой, избавляясь от гипнотизирующего узора печатей. Застывшая в камне фигура бойца все также фонит угрюмым счастьем. Творец! Да тут проще убить, чем излечить… Смять терракотовый камень в пыль, добавить святой воды и замесить из получившейся глины наделенный разумом горшок. Посадить в него лаванду и поставить в светлом храме - дабы очистилась проклятая душа...
Рецепт не без изъянов, но оставлю такое милосердие врагам.
Хрустальной чистоты поток сотканный из десятков тысяч истинных молитв омывает ауру бойца. Смывая розовую патоку, срывая демоническую паутину, оголяя сбереженное на одной лишь воле ядро. Десятки оттенков белого - верность, честь, любовь, нетерпимость.
Дорого… нерационально… но правильно! Я ведь помню этого парня. Он стоял в строю у стен Первохрама, когда нас было всего ничего - едва ли несколько сотен…
-- Служи, боец… - негромко шепчу я, благословляя и с уважением - всего на мгновение, склоняю голову.
И уже за спиной слышу как стонет камень в ответном поклоне.
Негромко звякает магический конструкт ближней сферы наблюдения. Три мелодичные ноты сигнализируют о найденном тайнике. Искусственный интеллект конструкта обучается медленно и частенько лажает, предупреждая о беличьих заначках или медвежьих берлогах. Однако ничего умнее, чем проверка на “скрытое” и отпечаток давнего желания “утаить” я не придумал.
Божественные возможности это чит. Голова безошибочно поворачивается в сторону рукотворной пустоты, укрытой за трехметровым монолитом стены. Воля прокладывает путь сквозь камень, перенося меня в крохотную кубическую комнату с идеально выверенными сторонами в 256 сантиметров. Два в восьмой, киваю я в такт своим мыслям.
Хозяйским взглядом осматриваю помещение.
-- Не все значит сбежали?
За небольшим пультом окаменели фигуры двух роботов. Наблюдатель сто второго уровня и Координатор двести седьмого. Привет с Евы-3.
Улыбаюсь, с легкой ноткой ностальгии. Для меня теперь эти игры в разведку сродни куличикам из песка. Ну приглядывала одна фракция за другой, быть может - готовила удар в спину. Сейчас это все мелочи районного масштаба. И если потребуется отыскать путь на Еву - достаточно будет взглянуть на лист Земли со стороны Древа. Там, среди миллионов паразитных червоточин, можно будет отыскать мир стали и искусственного разума.
Хм, а ведь это мысль. Не знаю, сколько разума сохранили сорвавшиеся в вирт-Тетрис и какую цивилизацию смогли построить за четыре века бойцы танчиков и корабликов. Но на моей памяти среди хардкорных миров хватало и казульных. Няшных аниме, мирных симуляторов жизни, медовых услад тысяч гаремников.
Делаю заметку в виртуальном склерознике. Думаю, что явление в бога в этих закрытых пузырях принесет мне немалое число верующих. А если удастся перетащить их в Друмир - то вообще лепота.
Накладываю на зрение фильтр - Взгляд Дракона. Теперь, все имеющее ценность, сверкает яркими светодиодными огнями и жарко манит душу.
Кручу головой. Ну… немного редкоземов в электронике роботов, пара странных приборов приобретших свойства рарных артефактов и сейфового вида коробка с дюжиной батарей. В каждой - почти десять грамм водной соли калифорния-252.
Цена данного элемента - элитная трешка в центре Москвы за один миллиграмм вещества. По крайней мере - до устроенной нами инфляции. Помню, как дрожали руки у представителей родной Земли, когда я выгреб из инвентаря всякую мелочевку для обмена на ядерный боеприпас. Фиалы здоровья, свитки воскрешения, ювелирка на реген и высокотехнологичные устройства залетных гостей из других миров.
Запихнув в карман батареи прыгаю назад. Теперь у меня в инвентаре дюжина атомных бомб калибром: “Кузькина мать”. Либо - солидный обменный фонд для жителей Земли - если, конено, они еще не впали в дикость после прорыва миров. Достаточно ведь одного рейд-босса с иммунитетом к физурону, чтобы безнаказанно загнобить континент...
Ладно, потом метнемся в гости на пра-Родину и поглядим - нужна ли помощь. Мне еще им Авося демонстрировать. Там для моего комрада потенциальных верующих - целая страна.
Ну а мне нужно торопиться. Мое тело так и осталось на Рикумусе, ведь путешествие в лежащий на ладони мир возможно только в духовной оболочке. И пусть оно окутано щитами, которые вряд ли способны продавить жители немагической вселенной, но рисковать не хотелось.
Ступени быстро мелькают под ногами. Глаза отмечают свежие следы на пыльных стенах. Параллельные, на высоте пояса, словно кто-то прошел, неосторожно касаясь камня широко расставленными руками. Или ушами… подумал я, разглядев корявую надпись: “Сдеся был Че”...
Мелкий гаденыш! Когда уже я тебя поймаю и обниму?
В главный зал влетаю буквально за минуту. Над ложем Хроноса невидимый для смертных пузырь защитного купола. Смертью от него не фонит, скорее что-то связанное со скрытом и безопасностью. На всякий случай, подпитываю свои щиты и шагаю вперед…
Ступени быстро мелькают под ногами. Глаза отмечают свежие следы на пыльных стенах и кривоватую надпись: “Сдеся был Че”...
Ступени быстро мелькают под ногами. Глаза отмечают свежие следы на пыльных стенах…
Ступени быстро мелькают под ногами…
На пятой итерации прикрывающие разум блоки смогли таки засечь вмешательство и восстановить затертые воспоминания. Резко торможу у безобидной пленки защитного купола Хроноса и морщу лоб. Так, что это было?
Поднимаю логи - чисто.
Однако энергия на балансе просела, а руны контроля пространства дрожат от перегрева.
Тут мимо проносится моя полноценная иллюзия и высунув от усердия язык - ныряет под купол. Мда, так себе я выгляжу со стороны. Нет во мне положенной богу степенности и величия…
Интеллект в пять тысяч единиц уже нашел разгадку ребуса.
Чтобы не нарушать причинно следственную связь, создаю свой фантом, отличимый от оригинала лишь под квантовым микроскопом. Запускаю его под купол, и с одобрением наблюдаю как он исчезает.
Понятно. Изощрененько… Всякий, кто сунется под купол, окажется перенесен секунд на тридцать назад. И если интуиция не вырвет его из цикла - то он так и будет бегать по ступеням пока не сдохнет от усталости либо пока раздраженный топотом Хронос не обратит на него божественный взор.
Движением руки подсвечиваю руны купола. На этот раз смотрю внимательней. Когда знаешь что искать - обнаружить второй слой конструктов значительно легче. А за ним и третий - значительно меньший, спрятанный на уровне астрала, практический не потребляющий силу.
Восхищенно качаю головой. Ай да Хронос! Вот что значит миллионы лет жизни. Я бы такое может и повторил, но наворотил бы конструктов - где-то с Эверест размером. И с таким же энергопотреблением.
Отпечатав в памяти изощренные схемы, я принялся их аккуратно ломать. Блок перемещения во времени оказался прочнее стали - специализация Хроноса давала о себе знать. Тут для понимания структур нужно иметь десяток профильных образований и стаж в длинной в эпоху. А вот остальные нити узора вполне поддавались вмешательству.
Подменив координаты перемещения, я усилил ментальные щиты и смело вошел под купол. Конструкт мигнул, отправляя меня в короткое путешествие во времени и пространстве. Однако контроль над воспоминаниями я сохранил, а координаты лишь переместили меня к ложу спящего бога.
-- Тук-тук, уважаемый. Пора на работу. - вежливо, хоть и с легким раздражением постучал я по битому стеклу саркофага.
Истерзанное тело Хроноса особого сочувствия не вызывало. На мне самом шрамов в три слоя…
Приправленный силой стук резонировал со всем, что имело хотя бы кроху веры. Защитный купол зарябил волнами, спящий бог недовольно заворочался на аскетичном ложе.
-- Да просыпайся же ты! - не выдержал я, и тут же подался назад уклоняясь от коварного удара. Хлестнувший плетью конструкт смял материю и время, заставив воздух громко схлопнуться в неожиданной пустоте.
-- И вам доброе утро… - поприветствовал я проснувшегося бога. Продемонстрировав пустые ладони, уточнил. - Переговоры? Или вначале набьем друг-другу морды?
-- Что тебе нужно? - пророкотало под тесным сводом склепа.
Голос Хроноса… внушал…
-- С басами полегче… - я демонстративно прочистил мизинцем ухо и представился. - Лаит. Верховный бог небольшого мира, в котором ты решил вздремнуть.
Хронос одним движением уселся на ложе. Едва заметно поморщился, когда торчащие в открытой ране ребра защемили плоть.
-- Здесь все мое. Здесь я верховный. Каждый атом этого листа подписан моим именем.
-- Возможно… - не стал я спорить. - Однако Друмир признал меня, так что прошу не борзеть.
Борзел я сам. Но боги признают лишь силу, да и былые страхи требовали реванша. Старые гештальты нужно закрывать. А то так и буду вздрагивать под давлением чужой силы. Ну и потрепанный вид Хроноса давал надежды. Вряд ли на его балансе много веры, иначе бы уже давно привел в порядок свой изувеченный аватар.
На всякий случай, я перестал сдерживать наполняющую меня веру и позволил проявится окружающей меня силе. Пятьдесят миллионов на балансе и чуть меньше миллиарда - в украденном артефакте. Достаточно, чтобы разрушить мир.
Хронос проникся. Прищурился, внимательно оценивая шансы на классическое “отобрать и поделить”.
-- Не стоит. - покачал я головой и поднял руку к небу, призывая Древо в свидетели. - Переговоры?
Бог времени профессионально потянул паузу, затем с видимой неохотой качнул головой:
-- Переговоры…
Вычитанная не так давно формула не подвела. Приобрел я тут на аукционе Братьев Савоофичей такую тоненькую, занимательную книжонку: “Ликбез для юного бога - как протянуть первый миллион лет и не развоплотиться”. Тем более, что шла она со скидкой в удивительные девяносто шесть процентов. Неликвид, мол...
Хотя мне бы стоило обратить внимание на едва заметную приписку: “22 стр., шрифт: 2, формат: А0.0001”...
Угу, правильно мыслите. Листом этой книги можно деревню укрыть. И цена на ее уменьшение такова - что проще саму аватару до размеров горы увеличить… Но тогда мелкий шрифт не видно. Дилемма...
Тем временем, сила отозвалась, подтверждая статус общения. Убить собеседника по-прежнему можно, но дорого для кармы, очень дорого. Сегодня ты подводишь веру, а завтра она не приходит на твой призыв.
Хронос уселся поудобней, поджав под себя ноги и скрестив на животе руки. Закрытая поза демонстрирующая отношение собеседника, а заодно - позволяющая незаметно зажать ладонью сочащуюся кровью рану в боку.
Я не стал щадить самолюбие древнего бога. Кивнув на рану, поинтересовался:
-- Кто тебя так?
Хронос зло раздул ноздри, набычился, но затем неожиданно дал заднюю. Его плечи расслабились, гордая линия спины потеряла идеальную вертикаль.
-- Люди. Такие как ты…
-- В смысле? - я коронно сыграл бровью, усиливая недоумение в вопросе.
Хронос криво усмехнулся.
-- Что люди делают со временем? Первая ассоциация?
-- Убивают? - ляпнул я и тут же понял, что сказал.
-- Убивают… - грустно кивнул седой бог. - Когда-то время ценили. Неторопливо прогуливались, останавливаясь при встречах, снимая шляпы и вежливо раскланиваясь. Сидели на завалинке, наблюдая за величием природы, веками строили храмы… А сейчас… У смертных одно желание - как эффективней уничтожить время. Сжечь его в соцсетях, в тупых игрушках, в пустой болтовне или за чтением идиотских статей: “сто способов убить время”. Вот и прячусь я в стазисе, ибо реальность развоплощает меня с эффективностью адаманта…
Я покачал головой. Да, ситуация неожиданная и невеселая. С другой стороны - проще будет договориться.
Тем временем, Хронос поежился, скупо выделил крохи веры и уплотнил щиты вокруг саркофага. Затем продолжил, делясь болью как человек, который долго держал беду в себе. Либо как тот, кто планирует убить собеседника в конце монолога...
-- А я ведь самый древний бог этого мира! Ну… из ныне живущих… Я пришел сюда после бога-ящера, когда погибли его создания. Я видел, как разум зарождается вновь, как он плодит новые религии и создает себе богов. Мне не страшна конкуренция, время нужно всем короткоживущим! Ну… кроме нынешних безумцев…
-- Ээээ… ты видел всех богов? А вот… Христос, он еще здесь?
Я наконец нашел, кому можно задать тревоживший меня издавна вопрос. Все же, до того как стать богом, как бы странно это ни звучало, я носил на груди крестик. Меня никто не спрашивал - крестили в младенчестве, но перспектива драться, а быть может убить Христа, она… хм… смущала.
Хронос скривился.
-- Люди… нет существ страшнее… Ты представь, с чего они взяли, что главным предметом культа должен стать крест? Вот с какой больной головы они решили, что крест ему люб? Но это мелочи… А вот дальше… Нет больше Христа, растворила его в злате вера разумных. Золото в куполах храмов, в одеждах священников, в окладах икон, в символах веры, в церковных лавках… Какая-то тысяча лет, и сама того не заметив, паства начала поклоняться пошлому золоту… Деньги, деньги, деньги… вот главная вера нынешнего мира! Ладно, отставить вечер воспоминаний. Чего хотел-то, верховный?
Последнее слово Хронос произнес с явной иронией.
-- Как ты смотришь на то… - я запнулся и тряхнул головой, отгоняя из мыслей рассказанную старым богом историю. Надо же - золото. Причем верю… - Как ты смотришь на то, что я подарю тебе целый мир? Мир, где время ценят как жизнь своих детей. Где сорок миллиардов разумных истово молятся на секундную стрелку?
Хронос недоверчиво скривился. В подарки он не верил, и в принципе - был прав.
-- Предположим, ты не врешь. Чую в тебе родство со стихией порталов. Имея такой блат - можно отыскать на Древе любую драгоценность. Но что ты хочешь за это?
-- Вхождение в мой пантеон? - без особой надежды поинтересовался я, но под ироничным взглядом слегка стушевался.
Хронос качнул головой:
-- Мне проще оглянуться на несколько столетий назад и не допустить романтического свидания твоих родителей. Это вычеркнет тебя из истории вселенной. Ну а заодно, можно окинуть взором твой путь и отыскать на нем мир, о котором ты говоришь.
-- Судьбы богов вплетены в нить Древа и защищены от вмешательства именем ЕГО!
Хронос скептически улыбнулся:
-- О, наблатыкался уже законами, нахватался по верхам?
Я скромно потупился и незаметно погладил карман, отражающий в моем сознании доступ к инвентарю. Ай да книжка, ай да полезная!
-- Только ты забыл, что не был рожден богом. А вот судьба смертного есть игрушка в руках богов!
-- Хм… тогда - право на сто призывов по первому требованию? - закинул я первый пробный шар, оставляя себе пространство для торговли.
И тут же отшатнулся и вскинул ладонь, принимая на нее удар твердого, как адамант кулака. Массивного, со сбитыми костяшками, люто фонящего силой!
Звук шлепка от столкновения двух божественных дланей громыхнул по склепу. Ахнуло так, словно в метре над головами тяжелый истребитель перешел звуковой барьер. Все, что легче пары сотен килограмм и наглухо не принайтовано к полу - раскидало далеко по сторонам. Терракотовые фигуры моих друзей опасно закачались, из глубины коридора послышался звук падения и грохот расколовшегося камня.
Я зло нахмурился, Нет, такой балет нам не нужен, слишком борзый старый бог! Подал силу в ладонь и медленно сжал пальцы. Хронос усмехнулся… затем напрягся…
Он был опытней, на пять порядков старше, изощренней в схватках и интригах, но в моменте, в прямом давлении силой - он проигрывал. И как только это понял, то уступил. Рывком убрав давление он отыграл назад - на секунду от проигрыша и хмуро признал:
-- Один призыв, с правом уйти от безнадежной схватки.
-- Принимается. - согласился я, понимая, что лучше не загонять старого бога в угол. - Вдобавок - максимальный баф на удачу и ты на сутки запустишь время в Друмире. Очень уж мне нужно чтобы солнце сделало один оборот на небесах…
-- Баф - не смогу, - качнул головой бог. - на тебе уже есть временная метка оставленная дланью ЕГО - драгоценная закладка в книге жизни. Раскачать же мир в стазисе мне под силу. Если… если поделишься верой. Десять миллионов совушек будет достаточно.
Я оглядел застывшие фигуры друзей и невольно тепло улыбнулся - парни, как насчет пикника?
Генерал Череп.
Господи, кем бы ты ни был - распятым на кресте или юным парнем с двумя ликами - как же болят ноги...
Генерал умел многое. В том числе - верить и ждать. Спокойно ждать скорой смерти - будучи не особо нужным безногим калекой, рассекающим по заплеванному питерскому асфальту на самодельной тележке. Значительно позже - размеренно ожидать выполнения стратегических замыслов или хладнокровно отложенной мести.
Он не разучился верить - поначалу в себя, затем - в своих людей, а с недавних пор - и в своего бога.
Хм… Бога… Каменная фигура генерала вздрогнула на целых пол микрона от невеселого смешка.
Кто бы мог поверить, что убежденный атеист - видевший, сеявший и сношавший смерть в самых неприличных позах - окажется способен на истовые молитвы...
Череп отлично помнил свою первую встречу с Глебом. Смертник, решившийся на срыв. Губы сжаты в решительную нитку, глаза прищурены, тело напряженно. Он казался сосредоточенным, словно пилот истребителя, влипший в безнадежную схватку в формате “их восемь - нас двое”. Уже подбитый, валящийся через крыло к земле, но не теряющий надежды. Нет, не надежды, - веры! Вцепившись в штурвал, выводя машину из под очередей, он хладнокровно выигрывал секунды и бережно множил крохотный шансы на жизнь…
Глеб… Всего неделя в Друмире, нубовская “дермантиновая” экипировка, но локации вокруг него уже начинали подлагивать, заставляя сисадминский ИскИн выделять дополнительные мощности. Слишком серьезные сущности вплетали пацана в свои планы, наивно вписывая его судьбу в ангажированное пространство вариантов.
Причем эта информация не художественный вымысел, а выдержки из отчетов аналитиков, историков и теологов, изучавших судьбу молодого Бога после его ухода. Сводились воедино факты - появление бестелесных аватар техподдержки, роющих землю в поисках багов. Принудительное понижение детализации и дальности обзора локаций. Спонтанные активации алтарей, плотность чудес, задокументированные откровения...
В тот день Глеб стоял на песке арены победителей Восточного замка, с горящими от азарта глазами, положив руку на холку жутковатого на вид медведя-зомби. Рядом вилась влюбленная эльфа и неожиданно - босяк и балагур Эрик, нутром чуящий гарантированный источник приключений.
Может быть генерал льстил себе, но как ему кажется - он уже тогда обратил внимание на этого серьезного и неожиданно принципиального рыцаря смерти. Своих не бросает, за друзей - вписывается не глядя, за Родину - не пожалеет и жизни. Наш человек, правильный…
Веский аргумент в папку личного дела очередного
Сонечка… его личный кусочек счастья, заполнивший Черепу выжженные застарелой болью пустоты души.
Тетя Соня, Соня-одесситка, тайная опора для казалось бы несгибаемого лидера клана. Она истово обожала готовить. Из-за чего была уважаемым завсегдатаем продуктовых рядов гигантского рынка Ясного города. Притащив, однажды, пучок рэндомной зелени, она с задумчивым видом понюхала невзрачный росток и не очень уверенно прошептав: “в салат, под лайм и моченую клюкву?!” - накрошила все это дело в миску.
К чести своей, новые блюда она всегда пробовала первой. Так что росток
Так что к кивку Сони в сторону юного рыцаря и мягко брошенному: “не упусти парня, на его пути искажаются даже судьбы богов” - Череп отнесся со всей серьезностью.
Не отказал в помощи при атаке на замок Котов - деле правом, но затрагивающим интересы столь серьезных людей, что проблемы аукнулись даже в реале. Череп крупно рисковал, но парень не подвел. Горел живьем под стенами Бастиона - хрипя и теряя комки обугленной плоти, но держал заклинание Поглощения маны, обеспечивая снятие внекатегорийного купола защиты.
Генерал оценил. Как самоотверженность, так и сам подарок богов - а чем еще могло быть невиданное ранее умение? Череп не пошел на поводу у Стаса и Семена Андреевича, настойчиво рекомендовавших недовесить призовых по итогам штурма. “За пару часов работы - два миллиона золота?! Командир, в конце концов ты просто испортишь пацана деньгами, ведь это стоимость новенькой квартиры в Москве! А у нас на содержании одних только семей сорвавшихся бойцов - две сотни! Причем многие из и булке социального хлеба рады!”. Да, это было правильно, и… неправильно одновременно.
Немногим позже, Генерал размазал по стенам кланхолла говорящего паука, явившегося однажды ночью. Хитиновая тварь двухсотого уровня представилась посланцем Ллос и сцедила в бокал каплю “ш-с-с-с-мертельного даже для неумерающ-щ-щ-их” яда. Жвалами своего аватара грозная богиня настоятельно потребовала угостить напитком Глеба.
Можно было бы отмахнуться от странного выверта ситуативного игрового квеста, но когда в реале несколько человек умерло от укусов невесть откуда взявшихся черных вдов - смеяться резко перехотелось. С тех пор в десятке городов России неожиданно полыхнули частные и публичные инсектарии, а Генерал крепко возненавидел пауков...
Череп поддержал сигаретную авантюру Глеба - очередной подгон от продолжавшего удивлять избранно. Большие деньги вновь принесли возможности и привычно подняли планку рисков. Сменив путеводную звезду и незаметно - даже для самих себя, пристроившись за пробивающим в неизвестность путь Глебом - клан постепенно сходил с рутинных рельс монотонного развития. Базарные аферы сменились торговыми операциями между кластерами, войнушки “за батон” - полноразмерными войнами за замки, локации, а затем и вовсе - веру, Родину и право на жизнь.
Глеб шел впереди, без раздумья принимая на себя первый удар. Истинный вождь, как в старые добрые… Не становящийся на колени, на равных разговаривающий с богами.
Кстати, многие НПС стали обожествлять его за долго до официальной смены статуса. Может и это сыграло свою роль?
“Наш бог...” - благоговейно шептали ему вслед обретшие имя и душу игровые персонажи.
Плюшки и неприятности сыпались на Глеба часто. Судьба была щедра, но не знала жалости. Ее улыбка дарила удачу и боль. Много боли… И что бы не шептали завистники за спиной - встать на место Лаита желающих не нашлось. Одно дело - тихо побурчать в шутейном разговоре. Другое - подставлять родных под удары киллеров в реале или терять душу в объятиях Ллос.
Череп спокойно принял свою роль. Генерал трезво оценивал свои компетенции и контролировал уровень амбиций. Глава топового клана - это практически предел. Ну… может немного выше - при наличии толковой команды. Глава альянса или временный диктатор - в формате римского права. Краткосрочно, на случай глобальной войны. Победить, водрузить знамя над вражеской столицей и отойти от дел, выращивать дыни.
Череп сражался с Глебом на костистом хребте Тяньлуня и на скользких от крови стенах Первохрама. Он терял людей и погибал сам, клан пульсировал - словно живой организм. И ни разу, ни единого разу Генералу не пришлось пожалеть о выбранном пути!
Да это сложно - жить
Даже после того как Глеб пропал - показанный им путь освещал Стражам Первохрама дорогу, как вырванное сердце Данко. Вначале - без всяких бонусов, на одном лишь уважении и согласно внутреннему кодексу. А спустя двадцать лет, когда тусклое описание нового пантеона вдруг стало активным - каждому прилетело по вере ему. Кто-то солидно апнулся, а кто-то не смог поднять свой клинок...
И мало кто из соклановцев удивился, когда когда скупое описание веры в Лаита Двуликого принялось обрастать словами.
Получившая новый толчок религия взвесила и пересчитала все прошлые поступки в очки веры и заметно увеличила характеристики. Причем у святых - а появились и такие - кратно. Обычный паладин Аленки, худой волчонок тринадцати лет, мог отвести ладонью удар меча и взглядом остановить снаряд парового танка. Достаточно лишь
Причем верить не в ту ширму, которую Павший за руку привел к алтарю Первохрама. А в истинного бога! А его второму лику пусть поклоняются недалекие неписи, не знавшие Глебку лично… Да, еретические разговоры не поощрялись, но слава воспитанию - до инквизиции Павший не скатился. Морщился, пару раз даже отводил глаза, но терпел. Надо мол, надо...
Шли годы, Друмир сотрясали глобальные катаклизмы.
Катастрофа столкновения миров. Она принесла немало ресурсов и новых людей, но незаметно заложила бомбу под саму структуру мира. Мана начала перетекать на ненасытную Землю. Друмир, как кусочек прозрачного льда, медленно таял посреди иссушонной пустыни лишенного магии мира. Как потом посчитают аналитики - манообъем уменьшался на семь процентов в год. Достаточно медленно - чтобы заметить не сразу. Достаточно быстро - чтобы не успеть спохватиться и подготовиться к неизбежному.
Да, кто-то подсуетился. Оседлал мощные источники, под потолок запасся эликсирами и свитками, выгреб с аукционов уникальные вещи работающие на альтернативных источниках. С одной стороны - даже спустя двести лет это давало некоторые преимущества. С другой стороны - все это слезы, возня в песочнице по сравнению с былым величием мира.
Первая НПС революция. Десятки тысяч погибших
Междоусобицу прекратила “Хартия уравнивая прав пришлых и НПС”. Особого выбора тогда не было. Силы оказались примерно равны, война неминуемо вела к тотальному уничтожению обоих видов. Девятнадцать миллионов сорвавших, мигрантов и жертв Пробоя, против почти сотни лямов неписей. За три года резни практически исчезло несколько неигровых рас, а с полсотни городов и дюжина кластеров до сих пор являются закрытыми территориями НПС-кланов и альянсов.
Грандиозная Схватка за наследство. Все отнять и поделить. Перекройка границ, образование основных государств-гегемонов, выделение из серой массы лидеров, вожаков и диктаторов. Восемь лет войны, в великое Ничто ушла десятая часть сорвавшихся и немногим меньше - неписей. Свара закончилась во многом сама собой. Просевшая магия обесценивала добычу, делая битвы слишком глупыми и дорогими. Вместо былых картинных схваток - рунная сталь и волшебное пламя, сражения скатывались в замшелый феодализм. Грубозаточенное железо, растоптанные по полю кишки, окровавленные повязки, едва лечащие мази и окончательная смерть. Война стала невыгодной.
Наступила эпоха окончательной просадки магического фона, финальной смены структуры мира. Из красочного фэнтези меча и магии - Друмир с головой окунулся в мрачный стимпанковский постап. Вымершая магофлора, потерявшие способность летать драконы, стремительно стареющие игроки, нелепо ковыляющие пешком феи, беспомощные маги… И главное - возвращение смерти в Друмир. Тоска и безысходность…
А затем - явился Тавор, принесший с собой синтетической Счастье с горчащим оттенком инфернального пепла. Плодитесь и размножайтесь, вещал он. Лейте кровь с улыбкой на устах.
Мир снова забурлил, укутывая прошлое в полузапретные легенды и все больше становясь похожим на Землю. Боги ныкались по тайным капищам, тираны улыбались со страниц газет, разумные гибли за призрачное счастье и желтый металл.
Хомо Инфернус в очередной раз победил Хомо Дивинуса...
И лишь очень немногие продолжали верить и ждать. Ждали Стражи Первохрама, ждал и верил Череп. Поначалу им сочувствовали, затем насмехались, а после - стали вырезать. По-божески, до второго колена.
“Дети, есть крайнее прибежище души его родителя” - вещали пастыри Приносящего. “Мы закрыли им путь в вечнорадостный Рай, так уничтожим же порождения их чресел! Ересь, нужно выпалывать под корень!”
Навечно гасли в списке контактов знакомые имена. Многие перековывались, склоняя голову перед простыми и удобными догматами Тавора. Кто-то менялся искренне, кто-то привычно мимикрировал под большинство, не замечая, как в не принимающей обмана душе гаснут искры Творца. Во множестве появлялись новые лица. Друмир постепенно заполняло новое поколение. Родившееся уже здесь, не знавшее бога, боящееся смерти.
Череп ждал. И когда, ожидание стало подобно смерти, когда в потемневших стенах Первохрама открыли “музей ложных богов”, когда среди поредевшей толпы непокорившихся стали слишком уж выделяться фигуры “Стражей”, когда оскудевшие магические запасы Альянса потеряли возможность сопротивляться времени и головы вчерашних юнцов начала белить седина - он понял: время пришло. И недрогнувшей рукой достал из полупустого хранилища заветный свиток Короля Василисков. Один из просчитанных аналитиками аргумент последнего шанса...
Артефакты такого уровня еще держались, заложенной в них силы хватало на долго. Другое дело, что владение магическими предметами было объявлено: “ересью, искажающей лик Его печалью. Ибо богов много, а Он один. Они требуют веры, а Он дарит счастье”. Артефакты надлежало сдать за вознаграждение Иначе - на первый раз штраф, на второй раз - закрытое учреждение дарящее навеки приклеенную улыбку. В случае рецидива - гарантированное место посреди пентаграммы. Демонам требуется пища...
Потянулись века каменного плена. Именно плена, а не ласкового небытия. Терракотовые оковы связали лишь плоть. Разум же, помноженный на волю, продолжал биться в вязком киселе персональной тюрьмы.
За прошедшие столетия Череп изучил каждую песчинку на стене перед его остановившимся взглядом. Он как ребенок радовался каждому новому пикселю на картинке, когда поддавшийся воле камень поворачивал шею на очередной миллиметр. На это уходили годы, но оно того стоило!
С каждым веком все тише становилось в клановом чате. Да, нажатие виртуальной кнопки требовало дней и неимоверных усилий. Но общение было той отдушиной, что отодвигало безумие. И как бы Череп не желал написать лишнюю строку любимой, долг заставлял его тратить годы на сообщения поддержки соклановцам.
Поникли каменные плечи многих бойцов, практически затих шахматный турнир по переписке. Лишь пара энтузиастов продолжала бесконечный матч. Обессиленной тряпкой повисло знамя клана с золотой вышивкой: “С нами Богъ!”. Запылились штандарты когорт, на которых только знающий мог разглядеть гордые имена: “Псы господни”, “Карающая длань”, “ОСНАЗ судного дня”... Апатия и коматозный сон накрывали Стражей.
Шел трещинами и неумолимо рассыпался хрупкий терракот. Расплодившиеся крысы мстительно точили зубы о напитанный маной камень. Скривились в бесконечном плаче лица немногих детей.
Вот начала горбиться и опасно клониться грузная фигура Семена Андреевича. Завхоз клана уже несколько лет не отвечал на сообщения. Перерасчеты казны и возня со столь любимыми им цифрами отвлекли его на пару веков, но бухгалтерия это не тот якорь, что способен удержать душу. Безвольно опустились плечи, голова со смешными залысинами и артефактными очками потянула казначея к земле. Еще немного - и очередная терракотовая фигура рухнула бы на землю, рассыпаясь осколками, раня сердце Черепа и лишая Альянс Стражей еще одной капли надежды.
Воля Генерала продавила сопротивление камня. Не прошло и пары лет, как он смог довернуть корпус и подставить плечо под опасно накренившуюся фигуру соклановца. Двойной вес навалился на Черепа, неумолимо кроша твердый, но такой хрупкий терракот.
Боже, поверни ко мне свой истинный лик! Как же болят ноги…
Для человека, однажды видевшего асфальт так близко, как может видеть его только человек стоящий на ампутированных культях собственных ног - нет страха большего чем вернуться к прошлому… И ведь нет больше лечебной магии - сдулись кастеры. Потеряли свой цвет красные и синие фиалы, остался лишь вкус прогорклой корицы. Выцвели чернила на свитках, превратились в бесполезные палки магические жезлы…
Кто вылечит Генерала, если вдруг подломятся ноги? Кому он станет нужным?!
Боже, прокляни этот мир, в который вновь вернулись инвалидные кресла!
Так может довернуть немного плечо? Ну соскользнет фигура завхоза, не удержалась... Бывает ведь и такое, случайность! Никто не сможет его обвинить! Чего стоит жизнь одиночки перед миссией и долгом Черепа? На нем ведь клан, дети, любимая, практически - будущее Друмира! А на противоположной чаше весов всего лишь грузный завхоз, который, зараза, так и не удосужился похудеть перед планируемым анабиозом...
Господи, да когда же ты придешь, чертов пацан!
* * *
-- Дядя Глеб! - Аленка, первая пробужденная от оков каменного сна, молнией рванулась ко мне. Совсем по детски она запрыгнула на меня и крепко прижавшись, обвила руками и ногами. Стальные доспехи вышибли искры и громыхнули звонкими колоколами. - Вернулся, я же говорила всем, говорила!
С легким смущением я обнял давно вышедшую из детсадовского возраста девушку. Окутавшее нас золотое сияние бафнуло жрицу спонтанным благословением. Россыпь логов зачастила сообщениями, рапортуя о событии мирового масштаба.
Над застывшими бойцами заполыхали неоновые вспышки аур. Серебряный перезвон от поднятых уровней заполнил коридоры склепа и все нарастая, испуганным эхом заметался по ярусам. Так и не вычеркнутый из клановых списков альянс “Стражей Первохрама” стремительно пополз ввысь. Лист ТОПов, уже давно превратившийся в незыблемые каменные скрижали, стряхнул с себя вековую пыль.
Очередной веер плюшек посыпался как на бойцов, так и на меня, все еще остающегося лидером альянса. Для меня, по сравнению с божественной мощностью заложенные разработчиками бонусы были смешны. Но вот для Стражей, в лишенном магии мире, неожиданно сработавшие древние закладки окажутся очень даже весомыми. Насколько я помню там процентный прирост буквально ко всему - от характеристик, до славы.
Ага, вот и общемировое сообщение громыхнуло по всему Друмиру, сообщая о пробуждении новой, и одновременно старой силы. Рановато конечно, но вряд ли Тавор успеет что-то учудить. Мир разморожен всего на сутки. Следующее побудка случится уже на новой ветке.
Разбираться с логами мне было некогда, но сил действительно прибавилось. Канал с алтарем удвоил мощь, лимит баланса возрос, в сосуде веры появились перламутровые искры. Как же много значит для бога истово верующая жрица!
Переполняющие нас с Аленкой эмоции оказались столь сильны, что обрели воплощение в видимом спектре. Волны света суматошно носились по Склепу, даря ощущение спонтанного праздника. А когда радуются боги - вынужденно улыбаются даже камни. Причем рядом с моей жрицей - они делают это искренне.
Даже для меня, в теории способного творить миры, Аленка казалась чудом. Её талант позволял не просто принимать и транслировать энергию веры, но и кратно усиливать ее. Исходящая от меня сила благословляла собратьев на километры вокруг. Прошедшая через сердце жрицы вера накрывала своим сиянием весь континент...
-- Вернулся… - с улыбкой ответил я, с трудом отдирая от себя фигуристую девушку.
Между прочим, я обет целибата не давал. А тут мурчащей кошкой лезут чуть ли не на шею.
Почувствовав отголосок ревнивого взгляда я покосился в ту сторону, где когда-то стояла Аленка в окружении дюжины юных бойцов.
-- Твои влюбленные воины?
Жрица оглянулась и чуть покраснев, кивнула.
-- Ага, паладины веры! Дураки… - затем нахмурилась, рефлекторно коснулась тонкого шрама глубоко рассекшего бровь. - Они меня спасли во время Второй революции ереси. Нам тогда двоих пацанов пришлось казнить окончательной смертью…
Аленка шмыгнула носом и торопливо отвернула лицо. Я сжал губы в тонкую нитку. Творец, что же этой ребятне пришлось пережить? Страшнее изолированной от социума группы - только детский коллектив. Даже среди тюрем, самая беспредельная - это малолетка…
И мне действительно страшно думать, какие страсти десятилетиями бушевали среди тесных стен каменного Склепа. Какие внутренние бури и конфликты пережила обреченная на робинзонаду группа из сотни подростков? Что сформировало характер этих мрачноватых паладинов веры? Может алый цвет их доспехов вовсе не детские понты, а суровая дань реальности? Ведь красное на красном выглядит не так пугающе…
Сила Хроноса создала локальную аномалию и запустила время в закапсулированном мире. Мое
Я осторожно погладил жрицу по платиновым волосам:
-- Ален, если вы и убрали кого-то - значит так было необходимо и другого варианта не было.
-- Не было… - медленно кивнула жрица. - Они потеряли веру справедливость и нашли ее в личной силе. Издевались над младшими, а с девочками и вовсе… творили нехорошее…
Я лишь скрипнул зубами, принимая на себя очередной груз последствий за свои поступки.
-- Ты все сделала правильно. - шепнул максимально уверенно и осторожно коснулся ее ауры протуберанцем божественной силы.
Смывая черноту душевной боли и серые пятна ложных сомнений. На удивление - много пятен. Лихо же ее помотала жизнь... Такая грязь цепляется только к тем, кто идет против своих убеждений, сознательно совершая поступки калечащие душу. Тяжела ноша лидера, ох тяжела.
-- Теперь все будет хорошо…
Аленка благодарна улыбнулась и одним движением переправила окутавшую ее силу в сторону своих паладинов. Оковы заклинания Короля Василисков рассыпались, освобождая бойцов от каменной хватки. Подростки жадно вдохнули сырой воздух подземелья и синхронно опустились на одно колено, склонив головы. То ли передо мной, то ли перед жрицей.
-- Встаньте. - командую парням, бегло просматривая их ауры.
Чистые души! Невероятно, но это реальные паладины!
-- Я брала их грехи на себя… - встав на цыпочки прошептала мне на ухо жрица. - Иначе нельзя - им не стоит испытывать сомнений.
Я кивнул, подтверждая правильность ее решения. Только болезненный укол стыда оставил на сердце очередной шрам. Сколько же ей пришлось пережить...
-- Благодарю за службу! - хвалю паладинов и невольно вздрагиваю от грохота слитных ударов кулаков в нагрудник брони. - Главные битвы еще впереди и полноценных каникул я вам обещать не могу. Но вот пикник - прямо сейчас!
Строй паладинов дрогнул. Один из бойцов рванул забрало глухого шлема. Из под иссеченной зарубками стали на меня взглянуло худое сероватое лицо девочки-подростка с ярко выраженными волевыми скулами. Глаза сверкают восторгом и непоколебимой верой, а голос полон надежды:
-- А там будет солнце?
Я на мгновение прикрыл глаза. Творец, за что?..
-- Будет. Все будет родная. Теплое солнце, бирюзовое море и шашлык!
-- Из настоящей крысятины?! - с восторгом сорвал шлем боец помладше.
-- Самой настоящей. Хаотической крысятины божественного уровня… Давайте, бойцы, бегите. Вас там встретят!
Делаю легкий пас рукой и одним движением переправляю Аленку с ее паладинами на безопасный Рикумус. Там действительно готовится роскошная поляна.
Поворачиваюсь к застывшим фигурам Стражей. Невольно сглатываю ставший в горле ком. Как же они постарели…
Простираю над бойцами длань, щедро выпускаю сырую силу. Мой голос оглушительно гремит по склепу, выплескиваясь даже в Друмир. Сама земная кора служит мембраной, передавая миру воля бога.
-- Стражи Первохрама, пробудитесь! Я - вернулся!
Запах жаренного до золота лука и аромат шкварчащего на мангале шашлыка медленно расползался по выделенному нам заповедному парку. Генетически модифицированные деревья пытались фильтровать ароматы и натужно пыхали кислородом, но… Блюдо из хаосячего мяса, по старинному русскому рецепту седовласого Че да еще и приготовленное божественными руками оказалось неподвластно местной флоре и было способно пробудить даже мертвых.
Слава мне – жители Рикумуса своих мертвецов кремировали, сжигая в очищающей плазме списанных движков внутрисистемных буксиров. Так что сейчас, весело галдящие пионеры Аленки гоняли среди деревьев лишь редкие пробудившиеся костяки древней, полумагической нечести. Приставленные к нам кураторы от местных глядели на происходящее с мистическим ужасом, натужно вспоминая бабушкины сказки.
Вообще, магии на Рикумусе – кот насцыкал.
Полтора миллиона возведенных стахановскими темпами храмов-близнецов были абсолютно лишены души. Идеальному обществу высокотехнологичного будущего оказалось тяжело перестроиться и в едином порыве поверить в нечто более могущественное, чем планетарный ИскИн.
Да, объединившаяся перед внешней угрозой нация дружно поднатужилась и попыталась коллективно призвать себе бога. Ну… как могла…
Распространенные среди народа методички - больше похожие на техзадание со списком запредельных хотелок: “что б любил, охранял, одаривал – и взамен ничего не требовал” – не особо помогли. Что есть бог – каждый представлял себе очень даже по-своему.
Миллиарды молитв…
Причем часть из них шла реально от души. Умирать действительно страшно, особенно если уровень развития цивилизации позволяет жить если не вечно, то очень и очень долго. Слезное воззвание целого мира, с душевными ранами, смертными клятвами, а кое-где с массовыми жертвоприношениями открыло путь целому бестиарию: псевдобожественным паразитам, лжебогам и прочим высшим лузерам.
Пришествие мгновенно обернулось яростным замесом: все на всех, и в считанные дни смело половину местной Арктики. Вторую половину погрузили в океан уже сами смертные, в короткой, но кровавой схватке с прошедшими первый тур богами. Ведь как оказалось – сражаться с Хаосом призванные Высшие не стремились, а вот обналичить по-быстрому прибыль из неожиданно подставившегсоя мира – очень даже соблазнительно…
Но лузеры они и есть лузеры. Поднатужившиеся смертные частично вышвырнули их за грань, частично – заперли в Храмовой Гостинице – еще одном амбициозном, хоть и абсолютно безумном проекте, предназначенном для привлечения и последующего похищения наивных богов. До реализации этого плана дело не дошло, но вот сам храм пригодился…
Весь этот клубок полыхал ненавистью где-то бесконечно далеко – за горизонтом, на последнем из сохранившихся полюсов. Боюсь, что Хроносу еще предстоит разбираться с этим бардаком. Ну да дареному коню в зубы не смотрят – подгон ему достался нехилый, даже по божественным меркам.
Смертные, получившие надежду и четкий образ спасителя, в едином порыве истово молились. Миллиарды звенящих голосов качали пространство, отголоском задевая даже меня и заставляя завистливо качать головой. Аура искрилась от непрерывных воздаяний, а баланс каждые полчаса заливало под самую пробку. Только и успевай конвертировать веру в точечные дары и локальные чудеса. Вот реально Хронос мне будет должен!
Вера и магия – суть одно и то же. Дай разумным время – и спустя десяток лет они начнут исцелять наложением рук и сжигать еретиков одной лишь силой слова. Ну а пока, в мире лишь слегка фонили магией залежи алхимических минералов из стандартной палитры Древа, испускали прану редкие волшебные растения, блекло мерцали невесть как попавшие сюда артефакты. Лишь вокруг меня, да зарубившегося на границе Листа Хроноса расплывалось дрожащее марево чистой маны.
Возле полноценного бога энергии всегда вдосталь. Хотим мы того или нет, но божественная плоть является мощнейшим источником силы. Человек в состоянии покоя выделяет восемьдесят ватт тепла. Бог же способен насытить манной небольшой континент. Вот и сползались сейчас к заповеднику выходящие из летаргии и чудом сохранившиеся магические существа. Что-то очень ветхое и древнее, из эпохи легенд и сказок Рикумуса.
Седая русалка, мелькнувшая в изгибе ручья...
Глаз сонного лешего, бликующий мутным бельмом в треснувшей коре старого дуба…
Огромная бабочка-протез, прикрепленная на манер крыльев к телу сгорбленной, согнутой временем и чужим неверием феи…
Поддавшись настроению праздника, я благодушно исцелял и делился силой, творя крохотные чудеса и с изумлением замечая, как получаю в ответ десятикратно усиленный поток веры. Оказывается, местное высокотехнологическое общество максимально медийно и не терпит анонимности. Пришествие бога Хроноса и его скромного товарища транслируются непрерывным стримом в местную планетарную сеть.
Безусловно, Хронос, режущий плазмой тварей Хаоса в дальнем космосе, тянул на себя львиную долю благодати. Но оказалось, что и другие деяния способны вызвать всплески душевной боли и радости.
Размазывающая слезы по морщинистым щекам местная баба-Яга, прижимающая к груди желтоватое яйцо будущей избушки на курьих ножках…
Снегурочка, вновь обретшая молодость и тревожно суетящаяся вокруг никак не желающего просыпаться Деда…
Конек-Горбунок, с трудом стоящий на новых копытцах, и все еще не верящий в новую плоть, облепившую древний костяк…
Причем, вера от этих крохотных чудес шла самая чистая – хрустального оттенка детского счастья…
– Дзэнь! – в очередной раз за день звякнул сигнал заполнившегося баланса.
Поймав в фокус мелькнувшую между деревьев Аленку, я зачерпнул солидный сгусток веры и одарил девушку своим благословением. Сил на микрожрицу не жалел.
Девять миллионов сов на подарки и бафы.
Метка бога – я всегда знаю где она и в каком состоянии.
Второй Шанс – воскрешение после смерти в месте силы. Бессмертие ушло из Друмира вместе с маной, и хотя бы так я надеялся защитить свое самое ценное сокровище.
Щит Веры – способность использовать энергию своего бога для создания защитного купола. Сила и объем зависят от жреца. Зная Аленку – сдохнет, но укутает оберегающей пеленой всю планету. Заодно лишив меня веры, хм… На всякий случай прописываю ограничения.
Звонкий хлопок дальнего перехода бьет по ушам. Из перламутрового марева персональной портальной арки вышел Хронос, смешно поведя носом и безошибочно засекая ближайший к нему мангал.
Килограммовый шампур послушно прыгает в божественную длань, и Хронос жадно впивается зубами в шкварчащее мясо.
– Семьдесят тысяч лет такого не ел… – одобрительно выдохнул бог в перерыве между жадными укусами. Здоровые зубы легко рвали слегка недожаренное, брызгающее кровью крысиное мясо. Тяжелая аура давила даже на меня и, словно силовое поле, раздвигала в стороны еще квелых “Стражей Первохрама”. Лишь самые крепкие из моих ближников держались, упорно наклонив головы и непроизвольно скаля зубы. Глядя на их потуги, Хронос лишь иронично хмыкнул, утер жирные губы белоснежным хитоном и посмотрел мне в глаза, – Знаешь, по всем правилам – я должен тебя убить…
Время словно замерло, холодок божественных терок слегка подморозил пространство. Из рукава сгорбившегося рядом с мангалом Стаса прямо в ладонь особиста незаметно выскользнул полупрозрачный клинок.
Верный Эрик подхватил палочку с мясом и с грацией медведя сдвинулся за спину старого бога.
Губы внезапно оказавшейся рядом Аленки беззвучно зашевелились в молитве, выдавливая с поляны чужую силу и насыщая ее верой в
Хронос усмехнулся одним уголком рта и продолжил:
– Найденный тобой мир истинная драгоценность. Меньше чем за сутки до меня донеслось эхо миллиардов молитв. Да, потери веры колоссальные – нет храмов, освященных алтарей, праведных проводников силы… Но и без этого на баланс упали сотни миллионов совушек. Причем не потертыми медяками вторичных: “спаси и сохрани!”, а полновесными золотыми истовых молитв. Не мир, а бриллиант в адамантовой оправе, хоть и не без недостатков…
Я пожал плечами и коронным трюком поднял левую бровь:
– И чем ты тогда недоволен?
Несмотря на разлившееся в воздухе напряжение, чуйка молчала. Хронос не угрожал, а так… слегка давил, пытаясь уменьшить размер повешенного на него кармического долга.
Закон равновесия справедлив, как моя вера, и безжалостен, как старая беззубая сука. Подгон действительно вышел знатный, а отказаться у Хроноса не хватало сил. Но кому как не богу времени, видящему все нити вероятностей, понимать суть неоплаченного долга? Вот и юлил седобородый, вынужденно признавая достоинства и с придирчивостью дотошного покупателя выпячивая недостатки.
– Мир хорош… Хоть и пришлось большую часть полученной силы направить на локальную свертку пространства. Моим новым разумным нужно дать время – и я им его дам. М-да… Но вот ты, знающий координаты этого листа, и уж прости - довольно хилый бог – скоро уходишь во внешний мир Древа. Заметь, я не говорю о предательстве, я говорю лишь о твоей слабости…
Я вновь пожал плечами. Сколько уже было таких, кто купился на мою слабость?
– Прорвемся… – незаметно даю распальцовкой команду своим парням – отбой, ложная тревога, дедушка шутит.
Хронос юмора не принимает, хотя я уверен – древний бессмертный контролирует вокруг себя не только физику и астрал, но и векторы ближайшего будущего. Прикончить такого бога не просто, скорее, он сам превентивно вырежет твоего прадеда, пресекая угрожающую ветку вероятности…
– Одно меня успокаивает – на тебе метка Хаоса… - голос бога звучит приговором.
Морщу лоб:
– Вообще-то, Творец мне вроде как снял ее. По крайней мере - обещал…
– Фантазии у тебя… Что, прямо-таки лично ОН обещал? Ну-ну… – Хронос скептически дергает щекой, – Да и в целом, это не во власти ЕГО. Кто такой Творец по сравнению с Хасом? Один из тысячи, ждущих своей доли среди Леса Древ. А Первостихия – едина, бесконечна и вечна. Глобальная константа макровселенной. Сверхсила, внимание которой ты умудрился привлечь… Что натворил-то?
Я пожал плечами:
– Да вроде как все, без фанатизма. Крутился как мог, особо не отсвечивал. Прихлопнул несколько продавшихся богов, покрошил немало тварей Хаоса… Да ты вон, режешь их – только в путь!
Хронос покачал головой:
– За смерть своих созданий Первостихия не карает. Она и сама их терпит с трудом. Ведь по сути – это частицы Хаоса, которые в сфере физики Древа вынужденно приняли упорядоченную форму, А все упорядоченное – противно Его природе. Уничтожение тварей действие деструктивное, за такое, по большому счету, от Первостихии только похвалу можно получить. Твоя проблема глубже и значительно глобальней. Впрочем, быть может ты лишь потенциальная угроза, и лишь в будущем совершишь что-то мешающее планам Его?
Вновь пожимаю плечами. Будет возможность – совершу. Хаос мне не друг, да и жить вечно я не планировал. Конечно, привлекать к себе внимание столь могущественной сущности не хотелось бы, но если пришлось, то не умолять же о прощении?
Хронос хмыкнул:
– Вот за что люблю короткоживущих – это за дурь вашу и готовность к самопожертвованию. Да-да, ты бог, я помню. Де юре. А по факту – чтобы осознать, что такое “вечная жизнь” – нужно не одно тысячелетие. Впрочем, не грусти. У тебя столько
– И что, нет шансов? Никак не пободаться со стихией?
Я сжал правый – “разящий и добивающий ” кулак. Хрустнул костяшками, активируя многотомную вязь наложенных на конечность рун. Одна из домашних заготовок сотворенных в редкие часы спокойствия…
Отзываясь на призыв, гулко ударило адамантовое сердце, заметно встряхивая голубой шарик планеты. Триллион молитв, запертых в артефакте Столикого, с готовностью отозвались на призыв бога. Сила страстно желала быть использована
Седой бог аж крякнул и даже отшатнулся на пару миллиметров. На секунду украденным у меня жестом шевельнул бровью и все же, отрицательно качнул головой.
– Может ты и вправду встречал ЕГО… Знакомый окрас веры, аж завидно и обидно – какие таланты гибнут… Но… каким бы могучим богом ты ни был – ты лишь муравей, грозно щелкающий жвалами на приближающееся торнадо. Ну ладно, не кривись скептически – сам Хаос за тобой не придет. Но даже по сравнением с Малым Жнецом – ты все тот же муравей против матерого гризли. Ты хоть знаешь, как рождаются Жнецы?
– Удиви меня…
– Для того чтобы создать монстра Хаоса стихии потребуется лишь достаточно развитый зверь, рожденный и существующий согласно воле одного из Творцов. Толика силы – и получи искаженного монстра сеющего разруху по воле Его. Для того чтобы получился хаосит – нужен предавший свою суть бог. Рожденный творить – добровольно разрушающий. А вот для создания Жнеца – потребуется искаженная душа Творца, которой Стихия не дала развоплотиться после уничтожения его Древа…
Хронос на мгновение замолчал, давая мне возможность осознать. Где мол я, а где – Творец, пусть даже плененный и искаженный эманациями Первостихии.
– Наш анклав Леса не так уж и велик. Меньше тысячи Древ. Что за его границами – мы не знаем. Провидцы говорят разное, а эволюционировавшие Творцы уходят за ту грань, понять которую нам не суждено. Малых Жнецов – порядка трех сотен. В принципе, убить эту тварь можно, но… Уничтоживший Жнеца получает Бордовую Метку. Сила ее такова, что Древо на котором он обитает – практически обречено. Кстати, окрас твоей метки – Оранжевый. Это тоже приговор, но исключительно тебе и твоему миру… А ведь есть еще Средние Жнецы – вроде бы их всего шесть. Ну и Химера, Большой Жнец – сущность из тысячи душ порабощенных творцов. Возникает после уничтожения последнего Древа в лесу… По крайней мере, так говорят легенды…
Сказки меня волновали слабо, а вот озвученный Хроносом вердикт…
– Оранжевая метка – это действительно так фатально? Прям вот-таки без шансов?
Хронос задумчиво почесал бровь, затем на секунду отвлекся, с прищуром зумящих рун глянул куда-то реально далеко. Тряхнув кистью, он неожиданно выдал мощный импульс силы, напряжением в пару миллион сов. Голубая молния росчерком ушла за горизонт, дабы донести концентрированную волю своего бога.
– Извини, баланс переполнился, аж каналы расперло – нужно было срочно сбросить… Бафнул орбитальную крепость на орбите, вернется сторицей. – прокомментировал поступок Хронос. – А по твоему вопросу… Ну, в принципе варианты есть. Глобальное равновесие не терпит игры в одни ворота, за такое ведь можно и ответить. Поэтому сам Хаос за тобой не придет, да и Жнеца вряд ли пришлет… Впрочем, тебе хватит и рядовых адептов Первостихии… В общем – можно сменить Древо. Какое-то время это тебе даст. Хаос един, но не однороден. Даже Первостихия вынуждена дробить сознание на кластеры. Выскочишь из фокуса внимания, затихаришься – пару тысяч лет может и протянешь. Только не спрашивай меня о технике перехода. Тут лучше к себе прислушайся, родство со стихией Пространства у тебя есть, причем сильное, вплоть до потенциального развоплощения, м-да…
Пролеветировав к себе очередной шампур шашлыка Хронос занятно повел носом, втягивая в себя аромат мяса. Довольно крякнул, продолжил:
– Еще можно вернуться в прошлое, отыгрывая назад свои поступки. Но за любым вмешательством во время пристально следят Его Стражи. Тут даже воля Творца далека от абсолюта. Стоимость серьезных вмешательств в одну из главных констант макровселенной – запредельна. Попытаться не сложно, но скорее всего действие будет признано неправомерным и откатано назад. Ну а виновник – понесет заслуженное и очень суровое наказание. Тебе не понравится. Кстати, именно поэтому, если ты видишь бога времени – то перед тобой одна из самых ловких и скользких личностей на Древе. Тысячелетиями балансировать на лезвии ножа – это, знаешь ли, профдеформирует, хе-хе… Слава мне!
Хронос самодовольно погладил бороду, хитро зыркнув по сторонам. Самореклама и вербовка сторонников – прямая задача любого бога. И древний повелитель секундной стрелки об этом явно не забывал.
Я же, прищурившись, непроизвольно играл желваками и задумчиво глядел в никуда. Вновь вернувшееся ощущение смертельно больного, приговоренного человека мне абсолютно не нравилось. Тем более, что прицепом к моей судьбе шел доверившийся мне Друмир…
– И зачем ты мне это рассказываешь? – разум бился в сжимающейся хватке открывшихся фактов, ища выход из патовой ситуации.
– Отдаю кармический долг… – пожал плечами Хронос, с завидным аппетитом вгрызаясь в мясо. – Ну и еще… Друмир… Его судьба мне не безразлична. Специализация позволяет мне видеть векторы вероятного будущего. И поверь, если что-то не изменить, то шанс на выживание Друмира стремится к нулю. Ведь сотворенный богом лист – как дитя. А породивший его мир – как родная мать. Друмир породил меня, и его потеря безоговорочно лишит меня части сил. Ты когда-нибудь терял ребенка или мать?
Я покосился в сторону. Туда, где из-за надежного плеча коменданта Медведя выглядывало встревоженное лицо мамы. Покачал головой.
– Нет… Брат вот недавно погиб, но во имя справедливости – возродится к закату. Но о чем ты говоришь – я понимаю… Помимо соболезнований, можешь что-то посоветовать?
Хронос неуверенно скривился.
– Не знаю… Главное – делай хоть что-нибудь. Текущий вектор ведет к поражению, ты уже на пути к смерти. Так что удивляй, твори дичь и чудеса, совершай невозможное.
Я хмыкнул. На такое меня еще никто не благословлял…
– Ну и усиливайся. сейчас ты слаб. Прокачивайся сам, заодно отбери часть бойцов для своей свиты. Остальных можешь оставить тут – меня не стеснят.
– Почему только часть? У меня вон полторы тысячи довольно серьезных парней…
– Древо не предназначено для смертных. Путешествие по ветвям убьет их за считанные сутки. Даже одно лишь наше присутствие рядом с короткоживущими неумолимо изменяет их души. Так что не грузи смертных своей гиперопекой. Отбери лучших, приблизь и помоги им получить статус богоборцев. Это даст право присутствовать рядом и легитимно идти по Древу.
– И что для этого нужно?
Хронос с хитрецой глянул на меня и усмехнулся уголком рта.
– Это же очевидно. Убить бога. Каждому… Волей своей разрешу посетить вам Гостиницу Богов, заодно почистите мне астрал. Дополнительно – можете немного повоевать на внешней границе Рикумуса. Бойцам нужен опыт борьбы с Хаосом, нужны резисты. Ингредиенты для экипировки, хоть это не их уровень битвы. Но иначе у них и вовсе нет шансов. Взгляд Жнеца, чье тело застилает видимый космос, просто сомнет их души…
Я слушал, задумчиво кивая. Хронос, как истинный пройдоха и бог времени, привычно решал свои проблемы, выжимая из ситуации хоть минимальную пользу. Я же рассматривал в интерфейсе одинокую бирюзовую кнопочку.
Я раздраженно дернул щекой. Не пугайте, пуганый уже.
Думаю, Сиреневый найдет для меня время. А если окажется занят – так может оно и к лучшему. У меня на его приблатненной ветке наметилось одно важное дело.
Осторожно погладив в инвентаре теплый шарик свернувшегося Друмира, я беззвучно шепнул:
– Думаю, тебе понравится расти на восемьдесят первом…
-- Творец, а ты не охренел часом? Это подстава! Я ведь тупо сдохну из-за твоих интриг…
Угрозы в моем голосе не было, зачем смешить сильнейшее существо Древа? А вот печали, и где-то даже презрения - вполне достаточно, чтобы огромная и всемогущая саламандра укоризненно прикрыла одно из всевидящих глаз.
За тембр и интонации раздавшегося в моей голове голоса все маркетолога мира не задумываясь отдали бы левую руку. Божественные обертоны окутывали заботой и сопереживанием, внушали абсолютное доверие и опутывали навязчивым желанием вывернуть душу напару с карманами.
-- Подумай лучше о том, что и ты, да и весь твой мир, могли появиться только лишь для того, чтобы в нужный час ты смог оказаться рядом со мной и сыграть свою роль. Причем это событие лишь одна единственная нота, в той величественной симфонии которой я вынужден дирижировать. Ты только не считай себя избранным, с чистой душой и праведным огнем в глазах! Все что от тебя требовалось - это склонность к потоку нужной чистоты и определенный рисунок ауры…
-- Похожий на твой? - я скрипнул зубами и с трудом сдержал желание пнуть зачарованным сапогом в фиолетовое брюхо саламандры.
-- Похожий на мой, - безразлично согласился Творец, в холодном разуме которого я при всем желании не мог больше отыскать скромного и тихого Сиреневого. - Точнее - находящийся лишь в одном шаге от моего. Но стоит побыть рядом со мной достаточно долго, да еще и заполировать парочкой внешних фильтров - и на расстоянии в несколько световых лет ни одна первостихия не определит что ты - не Я.
Саламандр вновь шевельнул глазом, мазнув по мне зрачком в котором отражались мириады вселенных. Почти прямой взгляд Творца всколыхнул ауру, лазером выжигая на ней очередную метку внимания ЕГО. Творец поморщился и одним усилием стер демаскирующий шрам. Обволакивающий голос вновь зазвучал в моей голове:
-- Но… тебе так же не стоит считать себя марионеткой. Пользуясь ограниченностью разума моего ослабшего аватара, ты смог получить золотую закладку в Книгу Жизни. А ведь их количество конечно и на создание уходят миллиарды лет. Жилку из ростка единственной ветви восемьдесят первого яруса извлечь невероятно сложно. Собственно, золотых нитей на Древе сейчас всего три. И вряд ли тебе стоит узнавать, у кого мой несчастный аватар отобрал твою… В петлю полезешь…
-- Боги бессмертны! - огрызнулся я, спешно переоценивая свои возможности. Получается, что вплетенные в Книгу нити не являются декоративными нашивками? - И что они дают? У меня ведь еще и медная с серебряной есть!?
-- Ну а что можно дать практически всемогущим богам? Только то, что не купить за деньги и веру. Особое отношение! Стихий, высших сущностей, Судьбы… Тут - Эмблемы проявят благосклонность, там - Тени отведут глаза, здесь - Стражи взвесят поступок в твою пользу. Ведь для многих вещей мало
Творец хмыкнул и на мгновение замер, совершив одной из лап плавный жест. Короткий импульс подаренного озарения заставил меня осознать, какие проблемы решает ОН, отвлекаясь на беседу с ничтожным новорожденным богом.
Древо дрогнуло, корректируя свой путь в Пустоте. Кривая маршрута, натужно рвущаяся к ядру Леса, заложила очередную дугу. Маневр выводил нас из объятий петли Хаоса, что развернется в будущей точке пространства через жалкую сотню лет.
Нас вновь отжимали на периферию, подальше от потенциальной поддержки и коллективных щитов других Творцов. Тройка Малых Жнецов играюче кружила в пространстве, будто сытые волки отрезающие от стада неосторожно подставившегося оленя. И будь Жнецов хотя бы двое - мы бы наверняка ушли! Но три, пусть даже один из них слегка мелковат - это явный перебор, на грани фола.
Творец где-то крепко накосячил, раз Первостихия не опасалась Великого Равновесия и травила нас троекратно превосходящими силами.
Три павших Творца против одного, да еще и такого болезного…
-- Мы опоздали с маневром на двести лет… Буквально на мгновение… - заскрипел неожиданной тоской голос всемогущего саламандра. - Эх, если бы не моя добровольная кома на минус восьмидесятом и не безумие прошлого Творца - бездумно нагребщего чудес в долг - под залог души и Судьбы Древа… Сейчас, все эти салочки в Пустоте - не более чем игры Хаоса с обреченной мышкой. Нам нужны козыри. И одним из них - станешь ты!
Я вздрогнул и поперхнулся собственным сердцем, когда взгляд Творца осознанно остановился на мне. Беспомощно вздымая осыпающиеся пеплом щиты я почувствовал себя простым смертным, попавшим в плазменную атмосферу Солнца. Несколько мгновений борьбы, под ноль опустошенный баланс, мгновенно сгоревшее тело и чуть не упорхнувшая в ничто душа.
А затем Творец моргнул и одним лишь
Творец удовлетворенно кивнул:
-- Не идеал, но это все, что я могу для тебя сделать. Чем слабее ты будешь - тем лучше для раскадываемого мной пасьянса…
Все еще прислушиваясь к собственным возможностям я огромными крыльями расправил заметно увеличившуюся ауру и потянулся к окружающему меня пространству. Пропитанный силой Творца ярус отозвался неожиданно легко. Не как для хозяина, но как минимум гостевой доступ у меня теперь имелся. Пронизывающие уровень потоки энергии пугали. Там, где я получал драгоценные капли веры, Творцу перепадали полноценные озера. Сиреневые жгуты веры вились полноводными реками и опутывали ветвь пульсирующей паутиной.
Осторожно зыркнув на задумавшегося Сиреневого, я аккуратно отщипнул от могучего потока крохотный ручеек и на чистой интуиции перебросил его иссушенному безмагией свернутому шарику Друмира.
От Творца не убудет, а нам надо, очень надо…
-- Не шали… - качнул головой всевидящий саламандр. - Все в этом мире яд, дело лишь в дозе. Переборщишь с потоком, и безвозвратно сожжешь ауры всем магическим существам. Получишь мир населенный бессмертными зомби с запредельной регенераций. Что тоже не плохо и даже довольно ценно, но вряд ли соответствует твоим желаниям.
-- Но ведь так как сейчас, это не вредно? - осторожно уточнил я, пряча Друмир в кулак и даже немного доворачиваясь боком. Нелепая попытка защитить, но Творец оценил.
-- Как сейчас - это лекарство. Когда станет довольно - я отключу поток.
-- Благодарю. - на этот раз я склонил голову действительно от души. - Что мне нужно будет сделать?
Саламандр улыбнулся… ну как?.. оскалился, во всю свою бесконечность зубов. Сделать бы кинжальчик из одного такого клыка - сносу бы ему не было. Кромсай миры на оливье и не думай о заточке…
--Ничего сверхестественного. Просто будь тем, кем ты в принципе и являешься. Занозой справедливости в заднице Хаоса. Я даже подкину тебе координаты наиболее интересных и значимых для Стихии точек. Оскверненные алтари, Источники Силы, Дети Хаоса, Точки вторжения… В каждом из этих мест можно пребольно наступить на мозоль и нарушить краткосрочные планы. Просто на этот раз - изображай Творца инкогнито. Наноси справедливость, причиняй добро, причем так, чтобы Хаос отреагировал максимально сильно. Вряд ли сам, этого даже я не достоин. Но если заставишь Первостихию бросить против себя Малого Жнеца - то Великое Равновесие оценит этот дисбаланс. Павший Творец против недавнего смертного, о-о, какой феерический залет! Это непременно даст нам недостающий козырь, право на ответное действие и хоть немного выровняет шансы.
Я кивнул.
-- Понял. Крутиться под ногами, наступать на пятки, бить по яйцам и дергать смерть за усы.
Саламандр тяжело вздохнул, заставив пространство вокруг вздрогнуть.
-- Не просто дергать… скорее - умереть. Ты обречен, метка Хаоса безжалостна и однозначна. Но ведь есть разница КАК и ЗА ЧТО умирать, не так ли?
Я скрипнул зубами и поморщился. Честно говоря, умирал я столько раз, что уже перестал особо боятся. И пусть на этот раз мне грозили окончательной смертью, но я по-прежнему верил в Судьбу. Ведь даже обычный человек, которому бородачи режут горло перед камерой - обычно не трепыхается, а продолжает надеяться до последнего. Как нибудь - да обойдется…
Я лишь поднял взгляд на меланхолично протирающего звезды Творца и прищурившись поинтересовался:
-- И что я с этого получу? Какова цена моей последней роли?
Саламандр кивнул на тоненький ручеек силы тянущийся к спрятанному в кулаке шарику Друмира:
-- Этого тебе не достаточно?
Я фыркнул:
-- При всем моем уважении - для тебя это ничто.
-- Какая разница что это стоит лично мне? Прикарманенный тобой ручеек этого “ничто” способен за сутки превратить бездарного человека в архимага, а за год - поднять смертного до уровня бога. Каждая капля в этом потоке - истинное обращение бога к Творцу. Так что помимо красивых слов имей реальное уважение.
Я вновь склонил голову. Вот как оказывается Творец получает силу… от молитв бессмертных!
-- Прости. Был не прав. И все же…
-- Предлагай. Только не наглей!
Последнюю фразу я решил пропустить мимо ушей. Судя по всему - Творцу я действительно нужен. Крепко нужен. И торг здесь абсолютно уместен. По крайней мере - свою минимальную цену, ниже которой - сдохну, но не упаду, - я знал точно.
Вытянув вперед руку я разжал кулак и открыл миру пульсирующий шарик Друмира. В крохотном цифровом пространстве наступал вечер, завершались сутки локального воздействия Хроноса. Тонкая изморозь стазиса вновь окутывала свернувшийся для переноса мир.
-- Ты дашь мне право посадить его на твоей ветви и возьмешь его под свою защиту!
Творец качнул головой.
-- Уверен в своем желании? При переносе сюда артефакт ведь предупреждал: цена беседы - целый мир. Понимаешь… на восемьдесят первом только одна ветвь. И мир на ней может быть только один. Словно звёздочка на верхушке новогодней елки. И это место - сейчас занято…
В лапе Саламандра неожиданно возник призрачный клинок. Нечто подобное я уже видел и даже держал в руках - одноразовый Жнец Миров, созданный Ауле. Только этот отличался от подделки бога-кузнеца, как авианосец отличается от детского плота.
-- Настаиваешь? Я готов заплатить твою цену, а вот готов ли ты?
Я вновь скрипнул зубами. Миры умирают и рождаются ежесекундно. И я не святой… отнюдь не святой… Слеза чужого ребенка имеет цену. Но за слезу своего - я ведь и убить могу…
-- Настаиваю. Моя цена тебе известна. Жизнь. И да, это еще не все. У меня есть еще одно желание.
На этот раз Творец даже переступил лапами с места на место. Наглость бывшего смертного смогла пробудить эмоции в практически вечном существе. И кстати, за такое вечноживущие платят дорого. Очень дорого. Вот и я не постесняюсь.
-- Ты оживишь Таню. Мою Таню. И… сделаешь ее богиней. Вдруг Судьба улыбнется мне и я выживу? Мне не хотелось бы больше ее хоронить…
Творец качнул головой, хмыкнул с некоторой веселостью и согласился - причем подозрительно легко. Впрочем, может для него это даже не чудо, а так, мелочь. проще чем почесаться.
-- Хорошо… если выполнишь то, что нужно, то будет - как должно. Твоя подруга вновь встанет рядом с тобой и будет тебе ровней. Слово. А теперь - прими на себя часть ответственности!
Росчерк клинка прочертил пространство яруса, срезая невероятно прекрасный мир, любовное творение рук САМОГО.
Бережно подхватив сворачивающийся в стазис мир, творец осторожно упрятал его куда-то за пазуху. Скатившаяся по его щеке слеза смешалась с моей, секундой ранее сорвавшейся с ресницы.
Простите…
Прекрасные волшебные феи, звенящие смехом реки, кружащиеся в танце перламутровые тени. Простите…
Но мне надо, очень надо…
* * *
-- Он так и сказал? Ты, воинствующий бог Справедливости, обладатель Высшего аватара, глава Пантеона, носитель десятка уникальных меток и наград, в конце концов - личный друг САМОГО… И ты - против Хаоса, словно муравей, против медведя? - Авось гневно вскинул зажатую в кулак руку и возмущенно глянул в сторону медленно затягивающегося пространственного разрыва, оставшегося после захлопнувшегося за широкой спиной Хроноса портала. - Ты не один муравей, нас как минимум двое! А вдвоем и батю легче бить! Пусть даже он часть разумной Первостихии!
В ауре Авося сыто мерцали алые росчерки свежих молитв. Редчайший деликатес для бога, целую вечность сидевшего на обезличенном суррогате в виде потертых медных совушек. Воины русского клана приняли Авося как своего, частенько поминая всуе. И бог расцвел! К нему вновь летели здравицы и благодати, живые разумные нашли для него место в своей душе.
-- Мы все спланируем, ничего не упустим и распишем нашу будущую победу как на вечных скрижалях! А впрочем… к черту стратегию! Авось не пропадем!
Бог гордо вскинул голову и довольно зажмурился, принимая одобрительные капли веры от расположившихся неподалеку бойцов.
-- У нас есть ядовитые жвала! - вспорхнула на мое плечо феечка и выдав в опасной близости от моего лица показушное комбо с двух рук. В левой - адамантовая рапира, в правой - гудящая силой щепа чужого Древа - прощальный подарок от Сиреневого.
-- За нами добро! - добавл Элкил, и опустив на землю зеленого котика подтолкнул его ко мне. - Пристроишь пока Сынка у себя в Чертогах? А как зачистим Друмир от твоего недруга, то и там лесочек с зеленым источником выделишь на пару столетий? Сынку там всяко безопасней будет, да и поток веры ЕГО благотворно повлияет на развитие…
Дождавшись моего кивка, Элкил едва слышно добавил:
-- А еще, на нас эманация твоей метки Хаоса. Так что повязаны мы теперь намертво - адамантовой цепью… Либо затащим на крутом вираже и прорвемся в Высшие, вырвав из Книги Жизни старые страницы Предназначения, обновив душу и судьбу. Либо… сгинем нехорошей смертью в борьбе с Первостихией. И это еще не самый плохой вариант…
-- Мы в деле! - раздался рядом звонкий голос Аленки.
Шагнув вперед она заняла место у моего плеча. Внешне - хрупкая девчонка, стихийный внеклассовый паладин четырехсотого уровня. Однако ее вера такой чистоты и силы, что способна творить малые чудеса. Из которые массовое воскрешение - еще не самое чудесатое. Море перед ней расступится из одного лишь чувства самосохранения, я взгляд стальных глаз убедит насытится тремя хлебами население небольшого города. Обыватели будут давиться крошками и благодарить, убеждая что сыты. С удивлением обнаруживая, что ни на грош не обманывают...
За спиной жрицы тут же выстроился стальной клин из пятерки влюбленных паладинов. Уровни чуть за триста, различные оттенки темных специализаций. Пять оттенков серого, мда… Смерть, проклятия, ментал, малефицизм, шаманизм. Серьезная, хоть и немного однобокая команда. Невероятный бурст-урон, жесткая заточка на скоростное уничтожение под прикрытием почти абсолютного щита своей обожаемой жрицы. Отсюда и непоколебимая вера множащая их силы. Как говориться - молитва помогает только если в нее веришь…
Итого - шестеро. Больше мне в богоборцы за разумный срок не вытащить. И не то чтобы мне была нужна их помощь. Бойцы они может и славные, но до божественного размаха им ой как далеко. Хотя, если прокачать да приодеть - то бога попроще - вроде того же Авося, они вполне смогут растереть в целительный навоз по поверхности планеты. Но это в будущем, если, конечно, выживут…
Здесь же и сейчас - мне больше хотелось повысить шансы микрожрицы на выживание. Да и не особо густо у меня с претендентами…
-- Куда ж я без вас… - благодарно и со скрытой грустью улыбнулся ребятам.
Молодые волчата, бескомпромиссно преданные и верующие, в легкую давали фору в три корпуса усталым защитникам Первохрама.
Я обвел взглядом замолчавшие фигуры бойцов “Стражей”. Глаза никто не отводил, но заключение в камне, растянувшееся на тысячелетия внутреннего времени - до болезненной седины выбелило их души. Люди устали, выгорела мотивация - стертая веками внутренних рефлексий. Потребуются долгие годы реала и яркие краски новых впечатлений для того, чтобы вернуть их в норму.
Найдя взглядом огромного, как одинокий валун-одинец Черепа, я вопросительно кивнул:
-- Генерал, подождете меня здесь? Восстанавливайте бойцов, отдыхайте. У местных для “Стражей” открыта безлимитная линия. Свита бога - это статус. Да и без лишних наносных понтов - в техномире, каждый из вас потянет на тяжелый танк прорыва. А кое-кто - и на линкор. Хоть планета сейчас отмобилизована и на военном положении, но обещали укутать искренней заботой по классу люкс. От элитных эскортниц, способных беседой и теплом лечить душу и тело, до изысканной ресторанной кухни. Я же пока погоняю немного молодежь. Пропаравозю их по уровням…
Вспомнив бесконечно далекие времена, когда звезда Зены прокачивала меня на земноводных Оазиса, я улыбнулся:
-- А затем, мы вернемся, и заглянем в Друмир. Выгоним поганой метлой всех демонов и развеем в Пустоте зарвавшегося Тавора. Добро? Вот и славненько… Ну, с богом! То есть, со мной!
* * *
Портал с поверхности Рикумуса к ближайшему скоплению тварей на орбите открылся штатно. Да, наведенная древним богом временная аномалия - удваивала расход веры и злостно норовила размазать четвертую координату плетения. Но молчаливое благословение Хроноса позволило нейтрализовать помехи, а приобретенная связь со стихией Пространства реально помогала - как порог родного дома. По крайней мере, осветившая космос арка выхода - открылась в элитном варианте “Триумфатор”. Наружу я вышел по ковру из перламутровых роз и под звуки императорских фанфар. На секунду вокруг даже закружили голожопые херувимчики с бутафорскими рогами изобилия, но ощутив всю прелесть абсолютного нуля испуганно ойкнули, обхватили пухлыми ладошками мгновенно посиневшие причендалы и юркнули обратно в астрал. Портал схлопнулся, наградив меня напоследок рэндомным бафом “
Твари Хаоса кучковались тут не случайно. Судя по всему - еще минуты назад в этой безымянной точке пространства полыхал яростный замес локального масштаба. Одна из тысяч безымянных страниц страшной штуки по имени Война… Инфополе еще сочилось обреченной яростью умирающих людей, черными проплешинами стихии, заменяющих монстрам души и поргребальным стоном астральных падальщиков, пришедшим на запах смерти но так и не получивших желанного деликатеса. Там, где идет Орда - рушатся все пищевые цепочки.
На физическом плане картина также внушала. Тот, кто не видел поля недавнего боя - многое потерял.
Еще метались в пустоте потерявшие цели ракеты.
Кувыркались в пустоте битые истребители - сгорая в плазме, засоряя эфир жалобными просьбами о помощи и словно живые подрагивая морф-металлом обшивки.
Уносились в даль тысячи росчерков промахнувшихся импульсов лазерных пушек. Исчезнут цивилизации, пройдут миллионы лет, а они так и будут нестись в пространстве, сохраняя память отгремевшей битвы. И однажды, быть может, вновь вернутся в эту же самую точку. Ведь как известно: прямая, это окружность с бесконечным радиусом…
Не хватало лишь стонов раненых, но… космос жесток, а твари Хаоса - идеальный антисептик разума.
Вопреки киношным стандартам наша потенциальная помощь опоздала.
Монстры уже дожрали кого только можно и даже успели вылизать кровавые пятна в опустевших ложементах боевых машин. Лишь недалеко от расползающихся обломков довольно крупной станции, в безумной круговерти вертелся последний живой ястребок.
Яростно сверкал потекшими дюзами, комично-грозно огрызался вспышками силовых полей, беспомощно лязгал затворами опустевших пушек и, как говорил мой дар оракула, всеми силами перегружал реактор, торопясь уйти на тот свет самостоятельно, а не в зубах хаоситов.
-- Можно… - бросаю я в общий чат группы, пропуская мимо себя микро-жрицу и ее преданных паладинов.
Уверенные в себе, набафленные под самые брови - пусть и не божественной дланью, а силами клана.
Драка должна быть реальной. С душевным надрывом и кричащими от боли истекающими кровью напарниками, а не читовой прогулкой под надежной крышей боевого бога.
Мои благословения чисто утилитарные - позволяют свободно находится в космосе, да слегка расширяют грани возможного. Плюс, секретный якорь последнего шанса. Сдохнуть не помешает, но душу ребят я никому не уступлю…
С гигиканьем пацанва бросается в бой.
Засверкали росчерки боевой магии. По астралу поплыл запах любимого мной заварного крема. Видимо так подсознание отреагировало на применение родственной мне силы - большинство заклинаний паладинов использует силу веры Справедливости. С легким ванильным ароматом ее боевой специализации.
И тут же, почти мгновенно, гаснет маркер Алекса - темного менталиста.
Хм, я был о нем лучшего мнения. Вроде как тихушник, осторожный и вдумчивый, словно хромой лис. Если дать ему время, то он способен на одной лишь воле продавить народные бунты в сытой старушке Европе, либо заставить покаяться в грехах и совершить публичное харакири весь персонал Пентагона.
И гляди-ка, нарвался все же…
На убившую парня семихвостую тварь, которую Система не очень уверенно промаркировала восьмисотым уровнем, тут же насели танк и шаман группы. А вот кое-кому, похоже, придется губы мылом намазать… Вряд ли злобные ругательства являются частью речитатива воскрешения, которым взмолилась к моим силам сердобольная Аленка.
Одобряю расход веры и чуть ли не впервые наблюдаю, как работает связка бога и первожрицы. Понижающие коэффициенты творения чудес - потрясающие!
Восхищенно качаю головой, воровато оглядываюсь и вкладываю в ауру девушки еще одну закладку. Выживи малышка! Даже если я сдохну - выживи!
Резервов энергии у меня сейчас гораздо меньше, чем днем ранее. Честно украденный у Стоединого накопитель на триллион совушек я разместил в сердце пересаженного на блатную ветвь Друмира, возвращая крохотной цифровой вселенной свой долг - магию и бессмертие.
А заодно, снижая собственную ценность как боевой единицы почти на порядок. Чтобы когда Всемирное Равновесие будет взвешивать стоимость наезда на меня Хаоса - оно бы офигело от дисбаланса весовых категорий. Творец аж урчал от удовольствия и предвкушающе потирал руки. А вот я - чувствую себя почти голым…
Шестьдесят миллионов совушек на балансе, семнадцать тысяч в час из Друмира и… неожиданные четыреста тысяч - из Рикумуса. Кто-то там крепко уверовал в Лаита Двуликого… Причем доносящиеся до меня молитвы не являлись бестолковыми камешками верующих “на всякий случай” или в дань моде. То, что падало в мои ладони, было огранено чистейшей детской наивностью, непоколебимой бескомпромиссностью подростков и непробиваемой уверенностью зрелых мужей. Никакой фальши и эгоизма. Истовая благодать!
Лишь бы Хронос об этом не прознал. А то как-то неудобно получается…
М-да, и все же многовато вокруг тварей против шестерки моих пионеров. И хоть это рядовые члены Орды, по большому счету - тупо монстры, пусть и запредельных для игрового Друмира уровней, но резистов против них пока-что нет, как и понимания боевых схем, знания слабых точек, наработанных связок и прочих домашних заготовок. Сейчас ребята меняют кровь на опыт, причем по грабительскому курсу. И если бы не Аленка, то вся эта развлекуха закончилась бы еще на первых актах Марлезонского балета… Итак вон пространство заполнили шлейфы замороженой крови моих паладинов. Шинкуют их - не щадя, да и парни явно борзеют, не веря в смерть и полностью доверившись жрице.
Нет, такой хоккей нам не нужен. Для первого знакомства твари все же крутоваты. Следует слегка переломать им лапки… А с пацанами я чуть позже потолкую…
Зачерпываю пятьдесят косарей веры, меняю их на пятьдесят миллионов маны и активирую архимагистровкий конструкт “Огненной сферы” в божественном исполнении.
Получилось лихо. Реально лихо! Кварт-глюонная плазма с температурой в четыре миллиарда градусов! В двести пятьдесят раз горячее солнечной короны! Конечно, это не ядро Большого Взрыва, там вообще десятка с 32 нулями. Но более чем сердито.
По крайней мере расходящаяся сфера со встроенным модулем распознавания “свой-чужой-стихия-лут” - полыхнула на добрую сотню тысяч километров, сжигая хаосячью плоть, щадя своих и не трогая потенциальные трофеи. Ибо мародерка - это святое. Хомяк мне не простит, а он, как оказалось, часть моей души, плоть от плоти. И кто я такой чтобы идти против собственной сути?
Неожиданно донесшаяся до меня массовая мольба заставляет вздрогнуть. Не так далеко по меркам космоса, буквально в паре миллионов километров, десятки тысяч обреченных на смерть разумных вдруг обрели надежду и адресно взмолились о помощи.
Интуитивный запрос к инфополю мира обходится недорого и выдает безоговорочно истинные знания. Четвертая Орбитальная Крепость на дальней орбите Рикумуса ведет безнадежный бой. Еще держат щиты, не опустели снарядные погреба, не выбиты под ноль операторы огневых систем, но… расклады тактического ИскИна уже списывают сорок тысяч человек в безнадежные потери. Опускаются руки, сломлена вера, ибо после десятка отбитых волн рядовых тварей на поле боя явился один из генералов Орды - существо божественного уровня. И уничтожить его одной лишь голой физикой, без направляющей длань веры соответствующей мощи - задача невыполнимая. Да он регенерирует быстрее, чем килотонны боеприпасов срывают с него плоть!
Вопрос помочь или нет - практически не рассматривается. Мы в ответе за тех, кого приручили. Паства Рикумуса не совсем моя, но молитва пришла адресная, прямиком в зону моей божественной ответственности. В высокотехнологичном мире приватности нет, стримится все и вся, включая жизнь отдельной взятой белки и пустоту космоса. Тут обычный смертный за хлебом выйдет и обязательно попадет в поле зрения сотни камер. Что уж говорить о боге…
Вот и защитники крепости видимо разглядели появившегося невдалеке бога и обрели надежду…
Быстрый взгляд на поле боя вокруг. Ребят потихоньку режут, но по очкам они вытягивают. Под моим присмотром это норм, но если свалю - то лучше подстраховаться и слегка помочь…
Посылом воли вычеркиваю из реальности десяток наиболее опасных тварей.
Несколько стелсеров, что крадутся через пятую грань измерения к потерявшей осторожность Аленке.
Особо жирного паука с близкими к абсолюту резистами и метровой крейсерской броней из многослойного хитина. Тварь, зависла в пустоте и спокойно ждет своего часа. Пацанве его практически не пробить, а мне не хотелось бы чтобы они теряли веру в себя.
Крохотного спрута, в которого Хаос вложил подозрительно много сил. Необычная тварь легко оперировала линиями вероятностей и являлась максимально неудобным противником. Сражаться с таким надо уметь, паладины явно не потянут. Даже мне пришлось трижды морщить лоб, с трудом удерживая фокус внимания на ускользающей из разума твари. Спрут чувствовал свою судьбу и умело скользил по вееру вероятностей, раз за разом сбрасывая с себя метку приоритетной цели.
Ну и под конец, я сжег розовощекое беспомощного младенца, натужно плачущего и уже тянущего замерзшие ручки к сочувственно распахнувшей глаза Аленке.
Система промаркировала его как: “
Волевым посылом вгоняю себя в боевую форму. Тело послушно переходит на следующую ступень эволюции. Ущербную плоть сменяет плазменный аватар. Наиболее уязвимые элементы смещены на метафизические планы, где достать их ой как не просто. Не для богов, конечно, но от довольно широкого спектра атак я теперь все же прикрыт.
Отбив в чат успокаивающую надпись, я локальным проколом пространства сместился на пару миллионов километров. В космосе свои понятия о расстояниях. И то, для чего на планете пришлось бы возводить межконтинентальный портал, здесь принимается за неловкий детский шажок.
Вываливаюсь из портала буквально в десятке километров от Крепости. Сознание и реакция разогнаны на семьсот процентов от нормы. Виски слегка покалывает - роль нейронов сейчас выполняет чистая энергия, а у нее свои побочки. Тут, главное, не подсесть. Мало мне что ли внутренней борьбы из-за читерского статуса бога? Не хватает только сжимающей лоб короны самозваного гения… ЧСВ борзеет, неторопливо расширяя рамки чести и морали. Быть богом и остаться человеком - бесконечно сложно…
Крепость встречает дрогнувшими стволами башен главного калибра, спешно доворачивающих в мою сторону. Укутываюсь дополнительными щитами, но орудия почти сразу же дробят “отбой” - обычно параноидальный ИскИн хватается за соломинку и с обреченной надеждой помечает меня как союзника.
Радиоэфир ближней связи захлестнула волна активировавшихся абонентов. Персонал крепости умоляет на десятки голосов разной степени отчаяния, дружно позабыв о закрытых армейских каналах и хитрых системах шифрования. Всем безумно хочется жить. Или хотя бы - умереть окончательной смертью, а не превратиться в батарейку Твари Хаоса, питающую ее своими ужасом и болью…
Качнув головой, перекрываю лишние потоки информации. Выходить на связь и координировать свои действия смысла нет. В этом бою смертные не помощники. Мне и так Система дублировала всех и мольбы, раз за разом генерируя однотипные квесты.
Ставки вознаграждения быстро росли. Награда множилась на глазах, но и цена разочарования тысяч познавших бога разумных могла больно ударить по карме. В какой-то мере, ситуация стремительно превращалась в идеальную ловушку для не очень опытного бога. Казнить, нельзя помиловать, м-да…
Отбросив отвлекающие факторы, перевожу взгляд прищурившихся глаз на генерала Орды.
Ого, а ведь реально мощная тварь, разожравшаяся на заемной силе до божественного уровня.
Что-то я слегка потерял берега… Врываюсь в бой без разведки и четкого плана, лихим кавалерийским наскоком. И упираюсь мордой в тяжелый танк… Авось что-ли на меня дурно влияет?
Трехголовый змей космических масштабов завис между крепостью и планетой. Контур двадцатикилометровой фигуры все время плывет и подрагивает раскаленным маревом. Тварь оправдывает свою хаосячью природу и не терпит четких правил. Системный интерфейс дурил, окрашивая имя змея в опасные спектры от оранжевого и до фиолетового. Уровень монстра постоянно пляшет, от напрягающих трех тысяч, до откровенно пугающих четырех.
Я качнул головой и беззвучно крякнул. Будет не просто, и… больно…
Тем временем змей трапезничал. Прикрывшись крылом от непрерывно бьющих орудий крепости, он словно изюминки из булочки выбирал набитые разумными эвакоботы, влипшие в поле временной аномалии планеты.
Левая голова время от времени выплевывала черные сгустки хаоса, уничтожая особо меткие болванки снарядов главных калибров и создавая нагрузку на защитное поле крепости.
Средняя, пустив слюну и закатив глаза, с видом гурмана пережевывала белоснежный круизный лайнер. При всей внешней простоте, этот процесс был гораздо более сложным, чем простое умерщвление смертных путем повреждения их физической оболочки. Полный ужаса стон двух тысяч приносимых в жертву душ я слышал даже отсюда.
Ну а правая удивленно поворачивала ко мне покрытую костяным гребнем морду. В пятидесятиметровых блюдцах глаз медленно разгоралось темное пламя ленивого любопытсва. Мир без веры не сулил божественной твари никакой опасности. Просто, еще один скучный день на работе…
-- Ну привет, - криво улыбнулся я и солидно зачерпнув силы полыхнул “Экзортом” на весь ближний космос. - Иду на Вы!
Формальный вызов удачно ложился в парадигму психоматрицы бога Справедливости и в качестве бонуса удваивал ставки по результатам битвы. Гулять так гулять! Спать - так с королевой, воровать - так миллион!
Двести процентов опыта и лута, двойная боль и горечь поражения… Но главное - “Экзорт” опалил окружающее пространство, выжигая едва заметную паутину Хаоса, клубящуюся вокруг могучей сущности бога. А заодно - вырвал из липких объятий гурмана тысячи захваченных душ, вновь давая им шанс и отправляя на перерождение.
Уже поплывшая было физика вновь вернула себе константы и космос вздрогнул от беззвучной вспышки десятков дорогущих торпед с антиматерией. До этого они лишь беспомощно кувыркались в пустоте, не имея шанса на детонацию - божественный змей был не дурак и четко контролировал физику ближней сферы.
Не знаю, насколько широки его возможности, но коллапс “а-вещества” и распад ядер тяжелых металлов были заблокированы надежно.
-- Роаааааар! - астрал содрогается от ярости раненого бога.
И я его понимал. Смертные, все же, иногда умеют удивлять. Лично мне, для нейтрализации взрыва такой мощи, потребовалось бы пару миллионов совушек. Какими силами оперирует тварь Хаоса я не знаю, но покорежило его неплохо.
Левая голова с хрустом вправляет на место сломанную шею. Оголившиеся ребра вновь затягивает плоть. Изувеченные крылья просто сбрасываются, вместо них за спиной змея разворачивается клубящаяся тьма. Это еще не боевой аватар высшего, но уже заявочка на элитарность.
Могучий хвост мгновенно удлиняется и бьет по мне со скоростью, явно превышающей скорость света. Причем физического дамага в этой атаке меньше всего…
Уйти не успеваю. Уплотняю щиты, вскидываю полыхающую пламенем алеббарду и… кувыркаясь лечу в сторону, теряя комки плазмы и клочья астрального тела. Полностью погасить коронную атаку бога не получилось.
Змей вновь атакует. Каждая из трех голов действует независимо. Левая корежит черным пламенем реальность, правая выжигает астрал, а центральная заставляет подрагивать божественный план, начитывая шипящим речитативом жертвенную мантру.
Походу, мою будущую смерть посвящают не кому нибудь, а персонально Первостихии…
Игнорирую урон в физическом пространстве. Огненный аватар будет жить, пока есть вера на балансе. Сорванная или погасшая плазма заменяется новой, вечный огонь в моей душе погасить очень не просто. Другое дело, что и я сам для него еще слабоват. Рановато освоил боевую форму, не по чину она мне…
Пламя обжигает, заставляет морщится. КПД расхода веры пугает. Двадцать тысяч совушек в секунду на поддержку аватара и двести тысяч - под прессом атаки змея. При текущих расценках я смогу удержать форму не более пяти минут…
Атаку через астрал отражают щиты. Они текут, словно пластилин под газовой горелкой, но пока держатся. И снова - расходы, расходы… Каждое мгновение боя стоит мне сотни так и не сотворенных чудес.
Нет, такой хоккей нам не нужен! Я абсолютно не уверен, что потяну схватку на выносливость и толщину кошелька. Напор, вера, урон! Перемножать, а не складывать!
Зло оскалившись (+40% к урону), рвусь вперед. Пакетами активирую домашние наработки, запуская целый шлейф атакующих скриптов. Жри тварь, не заляпайся!
Гуляющие порталы адской версии “Мясорубка” наполняют пространство.
Доты и проклятия в божественном исполнении начинают искажать реальность и уничтожать само понятие “здоровья” и “удачи”.
Плоть многотонными лохмотьями слазит с туши монстра, заклинания начинают сбоить, чуть снижая нагрузку на мои щиты.
Оглушительно щелкает разряд “Смертельно прикосновения”, прошибая щит змея и выжигая в нем сквозную дыру в которую даже пьяный капитан легко проведет целый танкер. Привет от Рыцаря Смерти!
Скрепы веры жестко фиксируют пространство, не позволяя монстру Хаоса использовать основную силу Первостихии. Пройдут миллиарды лет, полыхнет сверхновая, а на этих островках стабильности словно в насмешку будут цвести божественные яблони…
Тварь ревет и уже сама приходит в движение. Она быстра, слишком быстра! Змей мечется вокруг, атакуя со всех векторов. Сверху, снизу, сбоку, через астрал, через время, через линии вероятностей!
Такой темп сложен даже для бога. Тварь меняет количество на качество, заметно уплотняя свою фигуру. В стометровую тушу попасть сложнее, а защищать гораздо легче.
Даже под разгоном я не успеваю парировать все атаки. Мне бы рвануть вперед, вцепиться в шипастую холку и вскрыть тощие шеи! От загривка и до жопы!
Но… я скриплю зубами, уходя в глухую оборону. Миллионы на балансе сгорают с невероятной скоростью. До нулей еще далеко, сотню секунд боя без резких сюрпризов я затащу. Но проснувшаяся осторожность уже ставит маркер, после которого придется взывать о помощи к пантеону либо уходить в отрыв.
Орудия крепости за моей спиной давно смолкли - никакой ИскИн не в состоянии просчитать хаотические движения твари. Лишь одна башня ГК лупит словно метроном, раз за разом всаживая трехтонные вольфрамовые болванки в левую голову змея. У кого-то из канониров вдруг проснулся дар ясновидящего, и он, отключив электронные системы, ведет огонь на одних лишь инстинктах.
Мою сжавшуюся за щитами фигуру неожидано окатывает освежающим потоком веры. Десятки тысяч людей в крепости истово переживают за пришедшего им на помощь бога. Склонив колени в едином порыве, они неумело шепчут свои самые ценные, самые первые молитвы. Добровольно пришедшие в веру… Их сила велика, и сейчас она могучим потоком наполняла мое тело. Крепость резонирует, словно величественный храм наполненный праведниками.
Медленно распрямляюсь, встаю в полный рост. Удары твари стекают по щиту веры словно капли дождя.
Улыбаюсь, вновь обретая пошатнувшуюся было уверенность. Как я мог сомневаться? Сила в правде! А наше дело - правое!
-- Гумунгус… - коротко шепчу форму призыва и легко вскакиваю в седло могучего зверя.
-- Роааар! - счастливо ревет огромный медведь.
Есть упоение в бою!
-- Да-да мой друг, как в старые добрые времена… - успеваю ласково потрепать мишку за холку и бросаю его вперед.
Искрящие от нагрузки щиты окутывают мою фигуру белоснежным сиянием. Алебарда удлиняется, превращаясь разящее световое копье. Словно жука на булавку она накалывает змея, сминаемого могучей фигурой Гумунгуса.
-- Скриншот!
* * *
Лишившаяся жизни туша зверобога неторопливо вращаясь величественно плыла в пустоте космоса. Мелкие твари Орды благоразумно прыснули в стороны, уходя из сферы моего внимания и предельной дальности работы орудий главного калибра Крепости.
Поле боя, звенящее от переизбытка божественных энергий, осталось за нами. А ведь изрядно мы перепахали и наполнили смыслом местную Пустоту…
Области скачущих физических констант, отголоски примененных заклинаний, шлейфы крови и куски плоти, сгустки выплеснувшейся веры так и не сформировавшейся во что-то определенное, бреши в астрале, туманные клочья сорванных ошметков божественных душ…
На месте аборигенов я бы обвел данную область космоса освященным мелом и разрешил бы сюда соваться только хорошо подготовленным сталкерам. После кровавого замеса двух потенциально Высших богов, количество аномалий на кубический километр пространства на порядок превысило любую вымышленную Зону. Здесь теперь можно отыскать не только исполняющий желания Монолит, но и самому пробудить свой магический дар. С потенциалом - вплоть до архимага. Впрочем, сдохнуть все же -гораздо проще…
Меня и самого неплохо потрепало. Баланс наполовину пуст, наспех залатанная аура все еще парит многочисленными надрывами, раз за разом восстанавливаемая плоть обжигает фантомной болью.
Как там у Утесова?
Время на Рикумусе летит шо дурное, а ведь на планете остались мои бывшие соклановцы. Бросать парней я не собирался, но легкое чувство вины царапало душу злым котенком дискомфорта. Ну не успел я еще полностью избавиться от интеллигентского: “а что подумают обо мне люди?!”. Вдруг посчитают что я их бросил?!
А в разбуженном Друмире очнулся от наведенной спячки Тавор. И его змеиная чуйка наверняка уже слышит мягкий шелест лап приближающегося полярного песца божественных размеров. Не приведи Творец - сбежит гаденыш?
Ну и тревога за гиперактивную Аленку и ее самоуверенных пионеров также не позволяет расслабиться.
К тому же вписанный Творцом в Книгу Жизни долг - не дает свернуть с предначертанного пути. И пусть я еще потрепыхаюсь в финале - не очень-то мне нравится выведенный идеально ровными вензелями эпилог “О жертвенной смерти во имя ЕГО”, но от основного вектора движения не отвертеться. Приходится ломить вперед, отдавливая босые лапы хаоситов и всеми силами привлекая внимание Первостихии…
В общем - отдыхать некогда. Да еще и этот квест, упавший на меня после боя…
Система по достоинству оценила крутизну поверженного врага и щедрой рукой выдала мне два десятка уровней плюс сотню свободных единиц характеристик. Толку при теперешнем статусе от них не особо много, но душа геймера всегда рада подросшим скилам.
Гораздо информативней оказался шлейф логов, выплеснутый на меня всезнающим интерфейсом, который явно подключен к инфополю самого Древа.
Я едва успел иронично скривиться и мысленно показать уведомлению божественный кукиш, как интерфейс вновь полыхнул бордовым алертом:
Пара секунд угрожающего отсчета и ультимативное сообщение буквально смело с экрана:
А затем, из-за кромки обитаемого космоса, до меня докатилось сминающее волю давление чужого взгляда. Малый Жнец, неторопливо пожирающий упорядоченное, наконец обратил на меня свой взор.
Но то ли дистанция была чудовищно велика, то ли не так страшен черт как его малюют, но прямое внимание одного из прямых слуг Хаоса переносилось относительно терпимо. Всего-то делов: подбросить в топку щитов чуть веры, оскалить зубы и парализовать мышцу дергающегося в тике глаза…
Тем более, что было в это взгляде что-то странное…
Мольба о помощи и справедливости, на которую мгновенно стригерилась моя божественная специализация.
Полупрозрачное полотнище неприятно рябящего лога вновь перекрыло обзор. Несистемные шрифты намекали на чуждость сообщения НАШЕЙ Системе.
Я дернулся было к заветной кнопки “отмены”, но курсор взломанной системы не подчинился. Натужными рывками он дополз до зеленой кнопки и с натужным, кашляющим кровью торжеством вдавил ее до интуитивно ощутимого хруста.
Возмущенно раздувая ноздри я зыркнул в сторону Жнеца. Словно телескоп “Хаббл” зумлю зрение, рассматривая квестовую тварь.
Относительно мелкий для личного слуги Первостихии - с Луну размером. Едва заметно пьяно вихляет в полете, по толстой шкуре временами прокатывается эпилептическая дрожь внутренних противоречий.
Хм… быть может и не лгал порабощенный Творец - не до конца его переварили, еще ведет он свою последнюю, безнадежную битву. И вписаться в замес на его стороне - это идеальный для меня вариант. Какой никакой, а союзник.
Мне ведь в любом случае предстоит встреча с Жнецом. Сиреневый лично дал взглянуть на пару избранных страниц моей Книги Жизни.
Кстати, довольно потрепанная и непрезентабельная на вид папочка, больше похожая на писательский черновик времен гусиных перьев. Сшитые в один переплет разномастные странички - из бумаги, картона, кожи и даже металлических листов. Несколько закладок, в том числе драгоценная Золотая, что так и сверкает силой Его. Чернильные и карандашные заметки. Что-то блекло, едва заметно, торопливой скорописью. А что-то наверняка, как тот самый злополучный эпилог, сурово отчеканенный на адамантовой пластине…
Я бы полистал эту книжульку повнимательней, но показывали мне ее на пионерской дистанции, не выпуская из рук. С видом заговорщика совершающего должностное преступление.
Ладно, как там Творец сказал? Делай что нужно и будет что должно? Ну окей… потрепыхаемся еще…
Мысленно пометив Жнеца крестиком я выбросил из головы лишние сейчас заботы и вернулся к текучке.
Оставляю местным царский подгон - набитую божественными ингредиентами драконью тушу. При грамотном подходе - ништяков хватит для полноценного прорыва технологической цивилизации на магический путь. Но не уверен, что Хронос даст жителям Рикумуса этот шанс. По-моему, он избрал вектор техно-теократии. Высокие технологии и мощный духовный стержень. Строй Звезды смерти, молись, и заставляй молиться других!
С поверженного змея поднимаю лишь небольшой адамантовый самородок. Три сотни грамм застывшего в последней судороге сердца - не густо. Впрочем, на добрый клинок или десяток патронов к лежащему в инвентаре тяжелому пулемету - вполне хватит. А с таким активом уже можно крутиться, преумножая первоначальный капитал.
Совершаю усталый круг почета вокруг ревущей в экстазе Крепости. Гумунгус величаво перебирает лапами. Копье поднято к солнцу, на острие наколото сердце зверобога.
Окружающее пространство щедро наполнено сверкающими каплями окаменевшей крови двух богов. В зависимости от тяжести раны капли застыли в довольно широком спектре уже ограненной минералогической паллитры.
Все оттенки красного: редчайшие багровые алмазы, благородные алые рубины, не менее редкая рыжеватая шпинель.
Кто из смертных окажется посмелей и подсуетится первым - станет обладателем миллиардного состояния. А если учесть, что все камни уникальны и напитаны силой богов, то каждому из них хоть сейчас можно давать свое собственное имя и резервировать места в коронах императоров и скипетрах архимагов.
Может и стоило бы собрать камушки самому, либо и вовсе - уничтожить. Но… Одно из вычитанных на нулевом ярусе правил гласило: “Любая пролитая богом кровь есть плата за слабость и законная добыча смертных”. Не хочешь чтобы свинопасы и гречкосеи таскали на грязной нитке каплю твоей сути? Тогда развивайся и не подставляйся!
Да, битва с хаосячим богом не прошла даром. Духовное тело знатно потрепало и меня чуть было не вычеркнуло из реальности. И хотя полученные после боя уровни условно восстановили здоровье и слегка прибавили силушки - душа по-прежнему трепетала как надорванный лист на ветру. В ближайшее время стоило поберечься от ударов через астрал или как минимум - озаботиться более мощными щитами.
Обратный прокол пространства перебрасывает меня от спасенной крепости к месту битвы моих пионеров с Ордой. Кривлюсь от звука фанфар и вида замерзших пупсов, но обижать Стихию Пространства не хочу. Пусть резвится…
В космосе у разрушенной станции Летной Академии царит суета.
Мелькают чудом уцелевшие эвакоботы, собирая воскрешенных Аленкой пилотов.
На каналах радиообмена стоит дикий гомон - вернувшиеся из-за грани разумные слегка не в себе.
Еще бы…
Увидеть тьму в конце туннеля, из-за отсутствия религии ведущего не в старательно придуманный рай, а напрямую в Пустоту.
Быть перехваченным по дороге тварями Хаоса, а затем - оказаться выдернутым из их цепких объятий заклинанием Воскрешения…
Седины и впечатлений хватит на всех! Уверует каждый, дураков нема. Хотя блаженных прибавилось. Часть пилотов явно под списание.
Высшее Воскрешение успешно латает тело, слегка кривовато привязывает к нему не очень далеко отлетевшую душу, но абсолютно не умеет лечить душевные травмы. Здесь поможет только слово.
Ну, или воля бога…
И я бы помог, но разбрасываться чудесами направо и налево - чревато. Всемирное равновесие бдит, как жадный ДПСник с радаром в густых кустах. Божественное вмешательство нужно заслужить. Молитвой, жертвой, поступком, деянием… Намекну-ка я через Аленку, пусть подскажет.
Под висящим в пустоте силовым куполом кружком расселись пилоты первого курса и раскрыв рты слушают одного из паладинов, успешно агитирующего ребят “за Справедливость”. Кто-то уже проникся настолько, что поверх шеврона Академии старательно выводит краской спираль “Детей Ночи”.
Отдельно притягивает внимание Дурин. Смешно перебирая в космосе ногами он тащит в распахнутый зев Чертогов целую гроздь добытых ништяков. Потрошеные туши хаосячих монстров, битые истребители, ловушки антиматерии, сменные стержни реакторов, стазис-контейнеры с тяжелыми торпедами и бог весть что еще…
Хозяйственный завхоз не упустит ничего, что ценнее своего веса в зачарованном серебре. Слава Творцу - стадию намоленной меди мы уже прошли. Надеюсь, со временем мы начнем измерять содержимое складов в условных золотых тонах.
И нет, я не зажрался. Просто у добыча у бога все же покруче будет чем у эрпэгешного нуба. Масштаб абсолютно другой. Если сильно поднапрячься - я ведь и местное светило погасить смогу. Самого оторопь берет…
Неожиданно, в голове раздается голос Бэрримора.
-- Лаит помоги…
-- Что случилось?
-- ИскИн станции… По зову цифровой души он принес себя в жертву, подорвав ядро в гуще врагов. Высшие силы сочли подношение достаточным, чтобы даровать ему посмертие. Но… что за бестолковый дар?! Его душа легковесна, словно у новорожденного! Я перехватил ее и с трудом удерживаю от распада. Помоги! Дай ему физический носитель! Кристал, как у меня… ну… чуть проще…
Недоуменно морщу лоб:
-- Зачем?
Бэрримор слегка смущен:
-- У меня совсем нет друзей… а мы с ним схожи, я чувствую!
-- Такой же зануда, как и ты?
-- Боги! Как ты догадался?
Я ухмыляюсь:
-- То же мне новость…
-- Да нет, его зовут - Зануда!
-- Да уж… против судьбы не попрешь… Видимо действительно, где-то на флешках ваших дигитальных книг жизни, пересеклись загрузочные сектора… Ладно, жди!
В конце концов Бэримор действительно заслужил награды. Да и подвиг неизвестного ИскИна достоин уважения.
Я закрутил головой, выискивая что-то, способное стать носителем души. В принципе, камушков у меня хватает. Пусть не алмаз “Орлов” - сокровищниц целенаправленно мы не грабили, но путь по ярусам был не близким, да и кирками мы помахали немало.
Но… экономика должна быть экономной.
Пощелкав спектром зрения, я разглядел в недалеком астероиде потенциально интересное графитовое ядро. Направленным кинетическим ударом раскалываю камень. Подтягиваю к себе древний, как эта вселенная кристалл. Добавляю толику магии и сжимаю в кулаке, доводя темпретару до 3000 градусов и давление до 50 тысяч паскалей. Похрустывают божественные кости, окутывающий руку щит потихоньку поджирает очки веры.
Десяток секунд и у меня на ладони лежит крупный камень. Идеальной чистоты и космической синевы далеких звезд.
Словно Микеланджело отсекаю лишнее. Прищурившись, любусь камнем на просвет и удовлетворенно хмыкаю. Может не зря я “Орлов” вспоминал? Получившийся камень даже покрупней будет, да и дефектов поменьше. А мой автограф в кристаллической решетке рассмотреть можно разве что в электронный микроскоп…
Оглядевшись духовным зрением нахожу истекающую сутью душу ИскИна и одним толчком загоняю ее в камень. Живи!
Бафаю бриллиант на неуничтожимость и порталом перемещаю в Чертоги. Все, плодитесь и размножайтесь! Тьфу… Дружите, и не ссорьтесь.
Не слушая благодарностей Бэрримора по-хозяйски осматриваюсь. Вроде все. Дальше - сами.
Длительное нахождение на зараженном поле боя моим паладинам не повредит. Скорее наоборот - еще немного качнет резисты. Общение со сверстниками и бесконечные виды открытого пространства уплотнят подорванную подземельями психику. Ну а работа над разборкой туш тварей Хаоса на ингредиенты - пополнит казну клана и прокачает крафтовые умения.
Так что, благодарю пионеров за службу, нарезаю задачи и прыгаю назад, на поверхность Рикумуса.
С натугой продавливаю темпоральную пленку. Хмыкнув, позволяю сработать сторожевому запросу следящего заклинания “свой-чужой”. Теперь Хронос знает о моем прибытии, но шифроваться от временного союзника смысла не вижу. Пока что наши пути совпадают, хотя недооценивать уровень сложносочиненности и интриганства древнего бога ой как не стоит…
С красивыми, хоть и пошловатыми спецэффектами - вспышка, акустический хлопок, подарочные фанфары от стихии Порталов - приземляюсь на месте стоянки “Детей Ночи”. Заинтересованно оглядываюсь.
А ведь не хило ребята развернулись!
Вместо полевого стана возник небольшой поселок, а-ля фэнтезийная Рублевка в золотых оттенках хайтека.
Аккуратные квадратики просторных участков. За декоративными заборчиками - сверкают панорамным остеклением элитные коттеджи. На зеленых газончиках теснятся спортивные флаеры и мордатые внедорожники брутального стиля “русская мечта”.
Шелестят кондиционеры, перемигиваются голограммы вывесок, суетятся дроиды доставки, аккуратно лавируя между свободно пасущимися маунтами, петами и прочими фамильярами.
На футбольной площадке ловкие гоблины громят тяжеловесных орков, которых не спасает даже крупный пятнистый тролль, занявший практически весь проем ворот. Ухмыльнувшись, незаметно бафаю его на скорость - детям Умки мое пожизненное благословение!
Глобальное оповещение по клану сообщает всем о явлении бога.
Возникшая суета окутывает меня потоком искренней благодати и восторженных здравиц. Лишь пару раз по охранной сфере мазнули чьи-то завистливые мысли и несформировавшееся проклятья. Легко вычисляю источники негатива, бегло сканирую и устало вздохнув, выкидываю из головы - живите, глупцы. Не хочу портить людям праздник.
Благодарно киваю улыбающимся лицам, щедро возвращая навалившиеся совуши веером полуинтеллектуальных благословений. Пусть спорится любимое дело, пусть поощрительно улыбнется нравящаяся девушка, пусть не сорвется задуманная сделка. Аве мне!
Жму руки практически синхронно появившимся ближникам.
Стас, Череп, Эрик, Семен Андреевич… Братва! Живительный глоток свежего воздуха из прошлого…
Присутствие высшего существа больше не корежит соклановцев - у всех членов альянса в ауре появилась красивая золотая метка: “
Статус личной гвардии призывно помигивает, требуя ручной подстройки бонусных бафов и корректировки списка дополнительных умений. Дефолтные настройки хороши, но не оптимальны.
Позже, все позже!
Эрик счастливо лупит меня по плечам и тычет пальцем куда-то на опушку далекого волшебного леса, где тусит огромный медведь с кривовато выведенным номером на покатом боку. Суетящиеся вокруг медвежата имеют удивительную масть осеннего камуфляжа.
Бэтэрчик! Матерый, залатанный шрамами, отожравшийся до четырехсотого уровня. Могет, бродяга!
Стас серьезен - он еще не определился с линией поведения. Аналитический ум особиста более чем серьезно относится к моим новым возможностям. А ну как обидится или дурканет пацан, способный зажигать звезды?
Но меня все же радует то и дело проскальзывающая в его глазах радостно-ироничная смешинка. Сработаемся!
Череп суров. И хотя морщины на его челе слегка разгладились, а походка вновь обрела былую монументальность, но дело руководства огромной и сложной махиной альянса не оставляет места для душевной простоты.
Ну а Семен Андреевич… Бессменный бухгалтер клана вновь похудел, сменил костюмчик на местный деловой аналог и обзавелся платиновым обручем финансового вычислителя. Он и сейчас не на сто процентов с нами. Губы временами шевелятся, зрачок бегает, мониторя внутренние интерфейсы и контролируя сложносоставные цепочки сделок.
К моему удивлению меня приводят не куда-нибудь, а практически к полноценно отстроенной таверне “Три поросенка”. Благоухает свежее дерево сруба, в огромном камине уютно потрескивает огонь и даже могучий кабатчик протирающий бокалы бархатным знаменем одного из поверженных кланов - все тот же.
Усаживаемся за любимый мной угловой столик. Поляна накрывается практически мгновенно. Кажется - меня действительно ждали.
Я с наслаждением жмурюсь при виде мисочки оливье, заботливо приготовленного и сберегаемого в чьем-то инвентаре. И это вам не поделка божественных рук - с ее идеальными гранями и вкусом “идентичным натуральному”, а вполне себе домашний новогодний салатик. С родным ГОСТовским майонезом и
Торопливо выкладываю на стол свое “алаверды”.
Блюда из ресторана “У бога за пазухой” бесконечно дороги, изысканно вычурны и практически совершенны. Но я готов обменять их оптом на один единственный соленый огурец знаменитой засолки “от тети Сони”! Кстати, да вот же он! Хрусь, и волна блаженства растекается по телу. Дом, любимый дом…
Парни настороженно пробуют божественную кухню. Вдумчиво, хоть и с легким недоверием, примериваются к шкворчащей жиром хаосятине. Хотя разобрались быстро и даже уговаривать не пришлось - стоило лишь первому из них удивленно хмыкнуть о подросших резистах, как остальные дружно впились в мясо зубами. Характеристики - наше все. И если для этого нужно хрустеть жареными скорпионами - то хуже для них.
Спиртного на столе не много. Но кто-то меня просчитал и выставил на расшитую красным крестиком скатерть дикое ностальджи - запотевший кувшин темного друмировского пива. Судя по хитрому прищуру особиста - его рук дело.
Дружно чокаемся. Пенные шапки из широких глиняных кружек смешиваются, подтверждая благие намерения и отсутствие яда в напитках.
-- Ну, за встречу!
Первый же глоток стекает по пищеводу практически чистым эндорфином и дарит неожиданную ачивку.
Качнув головой головой, утираю пену с губ. Подхватив со стола горсть чесночных гренок, забрасываю их в рот, с хрустом размалываю и довольно жмурюсь:
-- Как же я рад вас снова видеть! Эрик, погоди браться! Не стоит тебе делить судьбу с богом, тем более со мной - чревато это. Итак мужчины, как у нас дела?
Соклановцы на мгновение переглядываются. Стас проводит пальцем по столу, напитывая энергией рунный контур приватного купола Тишины. Наконец, Череп откладывает в сторону практически не тронутый шашлык и по старшинству берет первое слово:
-- За прошедшие семь месяцев…
-- Так, стоп! - недоуменно наморщив лоб я невольно перебиваю генерала. - Какие семь месяцев? Меня не было едва ли пару часов! Я четко помню заложенный Хроносом коэффициент ускорения времени! Как не считай - больше трех месяцев пройти не могло!?
Череп устало усмехнулся и качнул головой:
-- А не успевает старый бог. Вот и решил ускориться. Мы его с некоторых пор практически не видим. Поначалу он частенько наведывался, пытался перетянуть бойцов в свою свиту. Кое-кто даже поддался - бонусы он реально раздавал немалые… Легендарная ачивка на выбор, косарь в любую характеристику, один предмет из божественного арсенала…
Генерал на мгновение прервался, пытливо зыркнув на меня и вопросительно приподняв бровь. Мол будет ли и его людям компенсация за верность и упущенные возможности?
Я скривился:
-- Одарить дело не хитрое, у меня в Чертогах одного только мифрила заныкано несколько десятков тонн. Но… Мировое Равновесие не дремлет. Вы уверены, что готовы к обратному движению маятника? Ведь у всего есть цена… Эрик, ты вот согласен в обмен на божественный топор потерять в нелепой стычке своего Бэтэрчика? Стас, я ведь я успел заметить среди соклановцев твою умницу-жену и счастливых детишек… Постой, твою мать! Не хватайся за кликни! Я не угрожаю, а объясняю. Дары Хроноса это жуткая имба лежащая далеко за пределами ваших кредитных возможностей. И расплачиваться за эти долги придется по высшему прайсу - самым дорогим и ценным. Оно вам надо? Нет? Вот и славно… Короче, прикиньте что клану
Тут я неожиданно был вынужден прерваться. Наш бухгалтер, одним ловким движением, извлек из инвентаря увесистую папку в новеньком кожаном переплете. И со всем уважением, двумя руками, протянул ее мне.
-- Семен Андреевич?
-- Список. То что вы просили. Давно готово и завизировано старшими офицерами клана. Разделено на блоки: срочное и обязательное; важное, но - терпящее; желательное и совсем уж мечтательное.
Бухгалтер на мгновение бросил говорящий взгляд на Стаса. Обычно непрошибаемый особист слегка покраснел и смущенно пожал плечами:
-- Ну а что? Глеб все же бог, тем более - наш бог! Неужто для своих не расстарается? Мы же не знаем всех его возможностей…
-- И ограничений. - на всякий случай припечатал я, принимая папку и невольно взвешивая ее в руке. Два килограмма концентрированных желаний. Во дают, смертные… Дорвались до карманного бога… - Ладно, разберемся. Что там дальше по Хроносу?
Настроение у Черепа явно поднялось. Видимо ответил я на какие-то терзавшие его вопросы, а может прошел очередную проверку на вшивость.
-- Сейчас Хронос заперся в центральном храме Рикумуса. Не чета нашему Первохраму, но вполне себе монументальное строение. Устроился, значит, поближе к плавящемуся от сврхэнергий алтарю - и вовсю давит на педали, раскручивая спираль времени.
-- С чего вдруг?
Мне по-прежнему была не очень понятна неожиданная спешка. Судя по прошлым темпам Хаос явно собирается переживать этот мир еще не один год, так что лишняя неделя погоды не делает. Правда недавно в раскладе появился неучтенный фактор. А именно я, дразнящий Первостихию и отыгрывающий перед ней личность Творца под личиной инкогнито. Могло ли это нарушить баланс? Хм, еще как могло…
Тем временем Генерал кивнул Стасу, передавая функцию докладчика особисту.
Не то чтобы ему претило отчитываться перед раскачавшимся до божественных цифр юнцом, нет!
Это только меня гложет синдром самозванца. А для соклановцев прошли века, и я для них реально превратился в дикую смесь национального героя, супермена и где-то даже последней надежды. Эдакий жуткий коктейль из Пересвета, Александра Невского и Данилы Бодрова.
Просто Череп человек дела, а не разговора. Ну не любит он длинные беседы…
Стас же с удовольствием вписался в беседу. Даже руки непроизвольно потер, муха особистская…
Вот уж кто мастер слова и гений расстановки нужных акцентов! Оплетет кружевом обязательств, еще и должен останешься.
Особист, за прошедшие годы раскачавшийся почти до пятисотого уровня, дружески чокнулся о мою кружку, отхлебнул пива и доверительно наклонился через стол:
-- Ну, вначале он гнал на тебя. Наследил мол, по самое не балуй, а за тобой по пятам следует чуть ли не сам Хаос. Буянил, обещал кары небесные, но потом вдруг резко поскучнел. Мол снизошло на него небесное откровение, правильно раставившее акценты. Теперь вот крутит свою динаму и ворчит в седую бороду. Поминает вполголоса наглого юнца, заимевшего блатные связи в Небесном Пентхаусе. Но если без шуток - то у местных реальный аврал. На Рикумусе двадцать ярдов народу - как не тормози время, но в одни врата их и за тысячу лет не пропихнуть,. Вот и строят сразу две сотни порталов. А там каждый - с пирамиду Хеопса размером и ценой в треть планетарного бюджета. И ладно бы дело только в деньгах! Но ведь в нем материалов - вся таблица Менделеева и еще немного сверху. То, что можно добыть только в магических мирах или на ярмарке Нулевого. Это я цитирую самого Хроноса.
Стас на секунду отвлекся и принялся торопливо заменять на новые два десятка фиалов, что у каждого бойца находятся в поясной сумке быстрого доступа. За время нашей беседы жидкость в мензурках заискрила благородным перламутром и буквально начала светиться от переполняющей ее энергии.
Загнав в тугую ячейку последний фиал особист чуть смущенно извинился:
-- Пардон, не пропадать же добру? - намекнул он на мою пассивную ауру, которая бесконтрольно наполняла божественной маной окружающее пространство.
Только сейчас я заметил что кабак-то - забит по полной! Причем народ совмещал приятное с полезным. Глазел на бога, подпитывал свою веру, на халяву заряжал артефакты и облучал предметы алмазной силой справедливости.
Натужно пыхтели гномы, на пределе своих скоростей таская туда-сюда ящики с обширных складов клана.
Переругивались вполголоса алхимики, выторговывая для своих засушенных листочков местечко поближе к нашему столику.
Матери поднимали над головой своих детей, добывая для них редкую и зело полезную абилку “Узревший бога”. Причем абилку получали сразу в золотом ранге, да еще и с усилением в виде перекрещенных “меча и оливковой ветви”.
Для этого требовалось увидеть воинствующего, но дружелюбно настроенного бога на расстоянии не более пяти метров.
Всего-то делов, не правда ли? Самому что ли в зеркало посмотреться?
Похоже, что и сам Стас слегка офигел от происходящей вокруг суеты.
-- Еще раз прошу пардону. Но ведь с тебя не убудет? Считай, что ты бафер клана, хе хе…
И тут же, пытаясь отвлечь от творящегося вокруг упорядоченного бардака, проявил профессиональный интерес:
-- Кстати, а что такое “Нулевой”? И “Пентхаус”, говоря о котором Хронос непроизвольно понижал голос?
Я обреченно выдохнул и махнул рукой на происходящее:
-- Нулевой - божественные ясли. Ну и заодно - центровой ярус Древа. Прямое творение рук ЕГО. Относительные гарантии безопасности, Стражи на каждом шагу. Главная поляна для найма, купли-продажи, отдыха после тяжелых походов и прочего. Как нибудь расскажу. Ну а пентхаус… Прости Стас, многие знания - многие печали. Я вообще не понимаю почему Хронос с вами столь откровенен…
Вечно позитивный Эрик заржал и не терпя возражений вновь наполнил пивом наши кружки:
-- Да наведывался он пару раз в “Поросята”, чисто чтобы вкус “Гномьей особой” не позабыть! А эта штука сам знаешь - коварна, как подгорный ростовщик! Ноги вроде ходят, а башка тю-тю - не жужжит. Я так один раз чуть было дарственную на Бэтээрчика не подписал! Хорошо хоть вовремя осознал что за пергамент мне подсовывают. Потом, правда, пришлось платить виру за воскрешение зашибленного гоблина и потерянным им опыт… И кто только эти законы креативит? То же небось, по пьянке подписывают?
Пока Эрик сетовал на бюрократов, я недоверчиво качнул головой. Чтобы древний бог потерял самоконтроль от продуктов выделения дрожжевых бактерий, нажравшихся сахара и насцавших в бутыль? Да не в жизнь!
Замечаю, как одобрительно прикрыл глаза Стас:
-- Ну понятно, что это игра в пользу туповатых вечных сержантов, пусть даже и младших жрецов. - особист не скрываясь кивает в сторон Эрика, на секунду отвлекшегося на симпатичную официантку из местных, - Хронос явно хочет, чтобы его слова дошли до тебя. Он определенно нуждается в нашей помощи, вот и строит из себя сраженного горем старика.
-- И в чем прикол? У него ведь под ружьем уверовавшая армия в пятьдесят миллионов штыков!
-- Рикумус-2. С ним не все так просто. Во-первых - это магический мир. Другая физика, другой набор констант. Все местные высокотехнологичные пукалки там не более чем одноразовое средство самоликвидации. Так что если говорить об армии - считать придется именно что штыки. И в этом случае даже наши жалкие две тысячи магов и файтеров уровней четыреста плюс - реальная сила. Тот же Сашка Горелый за пару минут уложит под мох полноценный полк со всеми средствами усиления. А затем некросы второй линии поднимут их вновь, но уже на нашей стороне. Без своих технологических игрушек - местные погонщики дроидов, операторы боевых платформ и шагающих танков, тяжелая пехота и прочие стелс-снайперы чьи стрелковые комплексы способны кастрировать муху в полете - не более чем мясо для жертвенных зиккуратов.
-- А во вторых? - с интересом и полным ртом уточнил я.
Пусть это не очень вежливо, но оливье прямо таки манило! Жалкие интриганы! Знают ведь, заразы, мои вкусы…
-- Во-вторых - там и с самим миром что-то не то. Мало того, что кривовато слепленный, наполненный мутировавшей нечистью, так ведь он еще и
-- В смысле?
-- Да в прямом. Как сказал Хронос - мир прописан не полностью и не всегда правильно. Что-то скрипит, что-то искрит, а кое-что и вовсе - мутирует и так и норовит тебя сожрать…
Я хмыкнул:
-- А подружелюбней Листа для исхода не нашлось?
Стас покачал головой.
-- Может и есть где, но… Технологиями смертных к ним не пробиться. Рикумусу повезло отыскать на своей ветви один из тех миров, который в свое время создал их собственный бог. Тот самый, что значительно позже создал текущий Лист. Незримая связь значительно упрощает переход, но практически лишает выбора…
Отвлекая от беседы в интерфейсе тревожно звякнул колокольчик личного сообщения. Полуинтеллектуальная система фильтров зачала его достаточно весомым, чтобы выделить среди волн спама и пометить как “срочное и важное”.
Кликаю по иконке и невольно морщу лоб. Отправитель: Ауле, гномий бог Друмира? Сколько лет, сколько зим! А я уже было заволновался, куда пропала банда старых богов, столь ловко подставившая меня с фейковым слепком Друмира?
Причем писалось сообщение явно в спешке. Об этом говорило более чем лаконичное содержимое. Всего одно слово: “Помоги!” и приложенный запрос на входящий эвакуационный портал: “
Ого, не знал что так можно было.
Поднимаю сжатую в кулак руку. Стандартный сигнал “Внимание!” среди работающей под полной молчанкой группы.
В зале мгновенная, но деловая суета. Мирняка у нас практически нет. Последний младший подметальщик способен завязать в узел дракона. Пусть даже небольшого дракона…
Файтеры торопливо перекидывают сеты брони с парадной, на боевую. Детей сдвигают за мгновенно поднятые щиты. Баферы вполголоса частят речитативом эначантов. Кастеры переключают панели быстрых кастов на боевые связки заклинаний.
Дав народу десяток секунд на подготовку, я одобряю запрос на перенос.
С баланса мгновенно списывается полтора миллиона сов - пробой дальний и я, кажется, даже знаю откуда.
Портал выплевывает Ауле без особой нежности. Эвакуация, да еще за чужой счет - процедура грубая, не стоит ждать уважения от Стихии.
Бога всех гномов швыряет перед нами на колени. Вместо правой руки - плоть и кости оборванной культи. Броня перфорирована и измята, божественная кровь мгновенно покрывает новенькие дубовые доски кабака.
Фигура Ауле трепещет, как в плохонькой голограмме. Временами его аватар теряет трехмерность, срывается в плоскую картинку.
Полное истощение веры! Похоже, что он вообще едва не де-материализовался!
Бог-кузнец поднимает голову. Его глаза еще горят пламенем недавней битвы, но голос хрипл и едва слышен:
-- Лаит! Твой брат… и Павший… их там убивают! Помоги!
Локация: Нулевой ярус.
Место: Таверна “Поиздердавшийся бог”
Неброская гостиница приткнулась среди сотен дешевых развалюх на самом краю фэнтезийной соты Яруса. Спасительный дар Творца - поток халявной веры от Светила, сюда почти не доставал. Это имело как свои плюсы, так и минусы. Первое - берегло карман от излишних трат, второе - создавало отличную от нуля угрозу вечной жизни. Концентрация укрывшихся в Тени темных и просто бедствующих высших сущностей - превышала самые толерантные нормы божественных трущоб.
В небольшом номере, скудностью обстановки вызывающем лишь злобный оскал, на узких лежанках с трудом разместились два плечистых бога.
Неунывающий Ауле размеренными движениями мозолистых рук доводил до идеала микронную заточку засапожного клинка “последнего шанса”. Несмотря на то, что нож делался не для себя, а на продажу и чтобы “руки не забывали”, бог не халтурил. Кропотливо выводил бруском кромку, и едва слышным речитативам нашептывал клинку великую судьбу. Никакой магии - лишь понимание металла и сила убеждения.
Клинок по меркам смертных - почти совершенство. Практически неуничтожимый (сплав вольфрама с титаном плюс алхимическая мелочевка), уверенно пластающий танковую сталь, гарантированное артериальное кровотечение длительностью в сорок минут. Но на божественном уровне нож котировался не больше, чем убогая палка копалка. Отсутствие магического урона, нулевая проводимость веры, неспособность наносить ущерб высшим сущностям.
Что поделать, бедность… Все, что мог себе позволить Ауле, это - тривиальные ингредиенты и всего несколько дней (не веков, а дней!) в арендованой кузнице.
Сидящий напротив Павший с кислым лицом поглощал с трудом заработанные совушки, перекидывая монеты на баланс. Для лучшей конвертации приходилось сжимать каждую денежку в руке, внимая к молитве смертного. Монета при этом уничтожалась, но десять-пятнадцать процентов бонусных очей веры того стоили. Правда, среди богов такая практика негласно осуждалась. Относились к ней как к подбиранию с грязного асфальта рублевой монетки. Солидным людям такое не по чину. Однако Неназываемый плевать хотел на предрассудки. Вера лишней не бывает, тем более в их ситуации. А ситуация была действительно на грани…
После замеса с командой богоборцев, когда ему пришлось вписаться за сына, на балансе у цифрового бога осталось жалкие двести тысяч. У Ауле с верой было еще хуже - бог всех гномов был женат, а красивая жена это не только радость на душе и статус в обществе, но и немалые расходы.
Йована все понимала и даже особо не пилила супругу мозг, но питаться сотворенной едой и прикрывать точеное тело намагиченными тряпками - отказывалась. Были у богини Природы свои красные линии. В ее понимании лучше исчезнуть в Пустоте, чем дрожащим пальцем с неухоженным ногтем пересчитывать на грязной ладони одинокие монетки.
Зная Йовану, Ауле больше всего на свете боялся того, что когда-нибудь, на посиделках
Учитывая, что зловредный Тавор под ноль зачистил храмы темного пантеона и пустил на пепел костров всех жрецов - боги откровенно бедствовали. Остатки загнанных в подполье староверов, редкие сохранившиеся иконы и фрески, темные артефакты еще не до конца выработавшие свой ресурс - все это с трудом приносило тому же Павшему лишь несколько тысяч совушек в сутки. Причем обидно и странно, но львиную долю из этого потока составляли позеленевшие медяки от бездумно используемой смертными фразы: “тьма тебя побери!”
Ауле в очередной раз провел по лезвию клинка небольшим, полустертым оселком. Еще тем самым, который обнаружил в своей тощей котомке когда впервые осознал себя в мире Арды. Спасибо читающим книги и играющим в игры смертным, которые просто не могли себе представить бога-кузнеца без всего необходимого инструмента.
Проверив лезвие на свет, Ауле подбросил нож, ловко поймал его за рукоять и несколькими неуловимо быстрыми финтами полоснул пространство перед собой.
Влажность в помещении едва заметно упала. Пара тысяч разрезанных молекул воды распались на кислород и водород.
Бог гномов хмыкнул довольный собой и вопросительно покосился на Неназываемого:
-- Павший, а ты уверен, что мы поступаем правильно?
Триста одиннадцатый скривился, словно от обжигающего поцелуя непорочной девы.
-- Опять? Мы ведь уже все обсудили, я решил, а ты пожал руку! Разве слово Валар не крепче адаманта?
Кузнец вскинулся и возмущенно раздул ноздри:
-- Слово так же Айнур крепко, как вышедшая из моих рук магическая цепь Ангаинор, сковавшая самого Мелькора! И не забывайся, я на пять тысяч лет старше тебя! С хвостиком!
-- С фигостиком! - не остался в долгу воспитанный в русской семье Пашка. - Воображаемых лет, Ауле, воображаемых! Приписанных книгами и легендами! А по факту - я родился на двенадцать лет раньше! Да блин, батей всех гномов еще даже не пахло на божественном плане, когда я смотрел про тебя мультик от Нетфликс. Кстати, ты был там негром!
-- Гррр! - Ауле зарычал глубоким горлом, клокочуще, почти на инфразвуке.
Хлипкие стены гостиницы задрожали. По простенькой батарее - с трудом передающей малую толику веры от Светила, - возмущенно застучали соседи. Бог с заметным усилием взял себя в руки и медленно выдохнул:
-- Ладно, проехали… Все равно на Древе нас причисляют к младшему, сорок седьмому поколению. Еще и смотрят косо - мол ста веков еще нет, а посмел бороду отрастить… Чертовы ортодоксы… Кстати, ты в курсе, что для двух крайних поколений есть скидка на обучение в Яслях? Эй, Пашка, давай забьем на все могучий кованый болт и забуримся в Ясли на регламентные десять тысяч лет? Ты как?
Неназываемый молча продемонстрировал божественный (излечивающий жадность и скаредность) кукиш.
Ауле довольно заржал, но затем легкая тень озабоченности вновь наползла на его лицо. Был бы он в собственноручно сотворенном мире - в небесах бы заклубились тревожные тучи. Древу же было плевать на эмоции левых богов.
-- Я о другом! Ты уверен, что Высший поймет и одобрит наш поступок?
Ауле произнес последнюю фразу легко и без внутреннего сопротивления. Что ни говори - а кузнец был существом довольно простым и прямолинейным.
Ну стал вчерашний смертный богом - ну и молодец! В неустанном совершенствовании всего и вся - лежит высшая благодать.
Сумел спасти Друмир, автоматом получить статус главы всего пантеона бессмертных - дважды молодец.
А если правы слухи об открытии высшей боевой формы - честь и хвала, с легкой ноткой зависти, не более.
А вот Павший невольно дернул щекой. Бывший искусственный интеллект по праву гордился остротой своего разума и умением строить мозголомные схемы будущего. Тридцать два мыслительных потока, сиктилион операций в секунду! Вот что могло пойти не так?!
На месте Глеба должен был быть его молочный брат! Плоть от плоти! Верный, управляемый, не ломающий своими непредсказуемыми поступками тщательно выверенные планы…
Но… как-то действительно глупо все получилось…
Вчерашний смертный, его личная креатура, чья судьба была изменена одним укусом комара - вдруг рванула вперед и вышла в дамки! Его книга Жизни исчезла из либрариума Друмира. Свита сыграла короля, самолично заняв трон.
И не сказать, что не по праву. Великое Равновесие не дарит божественные статусы по блату. Его невозможно купить, вымолить или заработать тяжким трудом. Только вера и обязательно Поступок, на три порядка превышающий грани твоих возможностей. Только так…
-- Одобрит! - отрезал Павший. - Мы принесем ему ключ от восстановленного Первохрама и поклонимся головой кровного врага! Щедрый откуп за один единственный косяк!
-- А вдруг он хотел прихлопнуть его лично? Или желал вначале поговорить, насладиться страхом в его глазах? А мы, притащив дохлую башку, лишим его мести?
-- Значит притащим живую! - огрызнулся Павший.
-- Ну и по поводу косяка… - не унимался непривычно въедливый Ауле.
Мотать кому-то нерв оказалось довольно забавным занятием. Тем более, что настроение у бога было на высоте. Костлявый призрак нищеты реявший над ними в последние годы - сегодня трусливо поджал фалды рваного фрака и отступил. Пусть даже временно - финансовая пропасть самая глубокая, в нее можно падать всю жизнь. Не зря вон Пашка кривится, но поглощает медяки. А ведь после сегодняшней рисковой операции на балансе у них сверкает по три миллиона совушек. Ну, конкретно у Ауле - немного меньше. Счастливая Йована уже упорхала на шопинг и теперь каждые полчаса хвасталась обновками и радовала душу бога сердечками в личном чате.
-- …ты ведь знаешь, репутацию тяжело прокачать, но очень легко потерять. Я тут намедни пересекся в кабаке с одним очень пьяным и грустным богом добра. Он тысячи лет заботливо правил своим крохотным мирком, холил и оберегал обожающую его паству. Местные с придыханием называли его: “Наш Добролюб”. Но стоило ему лишь однажды поддаться слабости и на минутку уединиться на лужайке с нежно блеющей овечкой… В общем, Добролюбом его больше никто не называл. А ты говоришь - один косяк…
Павший от возмущения аж сплюнул:
-- Ну и примерчики у тебя! Не обобщай! В приличном обществе за такое бьют в душу!
-- Так то в приличном… А в божественном - тема самый сок. Сплошное сочувствие и возмущение не толерантностью паствы. Хвала Творцу - наши не такие. Да и поднявшийся из смертных Глебка вряд ли доживет до поисков себя в гендерном разнообразии.
Ауле на секунду замолчал, а затем поднял взгляд на Павшего и задал вопрос, который и самого Неназываемого мучал весь сегодняшний вечер:
-- Нет, вот ты скажи, как наш пострел умудряется везде поспеть, прослыть и завести друзей? Да еще каких!
Пашка неуверенно пожал плечами:
-- Бывший смертный… божественная бабочка-однодневка. Все то, что нам предстоит за миллионы лет жизни, он рефлекторно торопится впихнуть в те временные промежутки что способен осознать. Месяц, год, край - до пенсии…
Ауле хмыкнул, несогласно покачал головой. Вряд ли все так просто… Дураков, не ценящих время, полно. А вот тех, рядом с чьим именем неторопливо проявляется уникальный статус “Потрясающий Древо” - один на поколение. Божественное поколение, если кто не понял…
-- А ведь мы сегодня едва не влипли…
Павший скривился, но вынужденно кивнул. Да уж, жадность порождает бедность, а та, в свою очередь, подталкивает на идиотские поступки…
Для операции по освобождению Друмира по прикидкам Неназываемого требовалось от трех до пяти миллионов совушек. Тавора он за противника не считал, но для прыжка к родному миру - пусть даже через маяк - требовалась прорва энергии. Ну а дальше все просто - вени, види, вичи. Пришел, увидел, победил.
Мозг бывшего ИскИна пропустил через себя терабайты базарных слухов, тысячи цен и сотни квестов с досок заданий Нулевого. Сутки на анализ, отсечку рисков, корректировку удачи - и у Павшего образовался список из четырехста способов относительно честного заработка денег. Почему “относительного”? Да потому что большие и быстрые деньги другими не бывают. Иначе бы все уже с адаманта кушали…
Да, риски были. Но строгость наказания нивелировалась низкими шансами попасться.
Стража ЕГО многочисленна только на Нулевом. Но и здесь количество Эмблем Творца постепенно уменьшается - бушующая у кроны Древа битва регулярно берет свое. На других же ярусах в почете право сильного. Прав тот, у кого друзья за спиной, больше совокупный баланс и выше плотность поток веры на кубический метр пространства поля боя.
Слабаком себя Павший не считал. На его запястье - три звездочки за собственноручно упокоенных богов. Ну а в сердце - семьдесят грамм адаманта! Если не он, то кто?!
После короткого обсуждения был выбран вариант не затрагивающий интересов других могучих сущностей.
О переходе на Первый Ярус, тихушному марш-броску на лист из желтого списка (заповедный, охраняется словом ЕГО) - рассказать не то чтобы нельзя, но… стыдно. В особенности о том, как два искусанных божественными пчелами бога грабили гигантские ульи-полисы.
Инвентарь забили под крышку - ведь у заповедных трудяг во что не ткни - у всего фиолетовая, а то и оранжевая метка редкости. Затягивающий смертельные раны мед, множащий силы прополис, поднимающее из мертвых маточкино молочко, крафтовый воск, усиливающая петов перга, коварный пчелиный яд, животворящий забрус, алхимическая мерва, амброзийная пыльца, питательный подмор, и неоднозначный гомогенат… Если все это доставить на рынок то заплатят намоленным серебром по весу!
Им повезло. Пчелы агрились, но не жестили. Внимание Теней Его вроде как мазнуло разок, но это не точно.
В общем - выбрались.
А вот на рынке нулевого их спалили мгновенно. Рынок вообще среда жесткая и конкурентная, там друзей нет. Соседи по прилавкам при виде разложенного товара замельтешили косыми взглядами и зашушкались. Затем притопал местный старший - бог-гоблин с нагловатым взглядом. И сделал предложение, от которого пришлось отказаться. Точнее - вначале придержать опухшего от пчелиных укусов Ауле - что возмущенно схватился за молот, а уже затем - вежливо отказать.
Вежливость не помогла. Гоблин пожал плечами и постучав зеленым пальцем по охранному амлету вызвал явно прикормленную Стражу.
В бледной вспышке локального портала прибыла классическая патрульная пара - ангел и демон. Боевые серафимы - три метра роста, рудиментарные, слегка подточенные взятками крылья тыловиков. Высокомерный взгляд свысока и… Павший впервые узрел ангела с заметным брюшком пивного гурмана.
Благосклонно выслушав воспарившего к его уху гоблина, ангел понятливо кивнул. Окинул взглядом прилавок, сверкнул глазами, бесцеремонно заглядывая в инвентарь подозреваемых. Мог бы - заглянул и в душу, но такое не каждому дано. Лениво подвел итог.
-- Запретная добыча из мира 1-7-499. Резервный анклав сохраненный волей ЕГО на случай появления Цветов Древа. Так что, тут помимо четырех тонн контрабанды со всем букетом отягчающющих, еще и святотатство третьей степени!
Ангел величественно вещал, неторопливо роняя слова будто лопаты земли на свежую могилу. Гоблин-смотрящий довольно потирал лапки и лишь демонический Страж задумчиво морщил лоб, склоняя голову от плеча к плечу и все внимательней присматриваясь к парочке попавшихся богов.
Павший с Ауле напряглись. Под такое обвинение могут не просто конфискацию назначить, а и низвергнуть куда пониже - тысячелетиями отрабатывать навешенный долг.
Могучая рука Ауле медленно поползла к молоту. Орудие крафта хранило саму суть бога-кузнеца и было далеко не таким простым, как могло показаться со стороны. Конечно, применять его в бою не стоило, ведь в каждый удар вкладывалась душа. Но всегда ли у нас есть выбор?
Не всегда, ой не всегда…
Неназываемый так же насупился и принялся настраиваться на частоту биения собственного сердца. При некоторой доли везения семьдесят грамм адаманта смогут удивить даже стража…
Ангел, даже не подозревая о нависшей над ним угрозе, завершил зачитывать цепочку обвинений и без лишней паузы подвел черту стремительного приговора:
-- По совокупности деяний злонамеренным нарушителям назначается штраф в десятикратном размере от незаконно присвоенного. Итого - семьдесят девять миллионов стандартных очей веры. Долг признается кармическим, сумма подлежит уплате в течении часа Древа. Контрабандный товар конфисковывается и за долю малую передается вольным торговцам Яруса для реализации в пользу Корпуса. В случае непогашения долга виновные боги будут низвергнуты на минус восьмидесятый и преданы анафеме до момента очистки кармы. Я сказал!
Ангел развел руки, между которыми загорелась сложная вязь руны Властного Правосудия. Трепещущие в ней искажения смог бы заметить только очень опытный взгляд.
Серафим на секунду замер, любуясь собой и наслаждаясь заемой властью, а затем попытался хлопнуть ладонями припечатывая приговор. Но неожиданно, между его руками вдруг возникло черное крыло демонического стража не позволившего закрыть дело.
Не отрывая взгляда от насупившихся богов-контрабандистов, демон неожиданно склонил перед ними голову. Немного, буквально на сантиметр, но этого хватило чтобы скучающие посетители рынка невольно ахнули.
-- Я - Эмблема Тьмы - 692. Приношу свои извинения Друзьям Друга ЕГО. - и толкнув крылом впавшего в ступор ангела весомо добавил. - Думаю, приговор будет пересмотрен.
Изумленно распахнувший глаза светлый, вдруг икнул, попытался втянуть живот и, вытянувшись по стойке смирно, практически отрапортовал:
-- Я - Эмблема Света - 466. Приношу свои извинения Друзьям Друга ЕГО. В связи со свежеоткрывшимися обстоятельствами обвинение в святотатстве полностью снимается. Дело переводится в разряд административного. Изъятие товара отменяется, штраф уменьшается до минимально возможного, двукратного, плюсуется в цену товара и будет направлен на благоустройство мира 1-7-499. Все выплаты производятся исключительно после реализации и оформляются как добровольное пожертвование с официальной благодарностью от Корпуса Стражи!
И понизив голос доверительно наклонился к Павшему:
-- Простите, правонарушение уже зарегистрировано и не может быть проигнорировано полностью. Надеюсь, это недоразумение не испортит ваше настроение. Со всем вежеством просим передать наше уважение Другу Его. И… в случае… к-хм… если у него найдется еще одна щепа Чужого Древа, мы были бы бесконечно счастливы хоть на мгновение прикоснуться к ней!
Подтверждая сказанное демон кивнул и добавил не очень понятное:
-- Весь Корпус впечатлен неожиданным возвышением 733-ей и 81-ой Эмблем и внеочередным получением ими ранга престолов. Четырехкрылыми серафимами вознеслись они в небесный Пентхаус ЕГО! А ведь вскользь данное обещание не обязывало вашего Друга ни к чему. Но он выполнил данное слово!
Синхронно кивнув, стражи ударили себя кулаками по груди и исчезли во вспышке перехода. Мало что понимающий, но на радостях впавший в дурную эйфорию Ауле обреченно завопил, рекламируя отягощенный вирой товар:
-- Кому меда божественного? Кто любит медведей больше денег?! Налетай, подорожало вдвое!
И неожиданно, из толпы зевак вышел не очень понятный бессмертный. На вид - обретший душу доппель. Явление не исключительное, но действительно редкое. Мало найдется тех, кто способен
Скособоченный, со страшным шрамом на лице, он не вызывал чувства угрозы. Однако местные перед ним уважительно расступились.
-- Мое имя - Квазимодо. Я люблю медведей больше жизни и выкуплю у вас весь товар оптом. Мое уважение Друзьям Друга Моего!
Павший тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Это было непривычно и дико, представлять из себя силу только из-за того, что являешься другом Лаита…
Над дверью комнаты мигнул зеленым огоньком индикатор внешней сторожевой сигналки. Буквально через мгновение в номер ураганом ворвался переполненный задорной энергией Неназванный.
Павший невольно улыбнулся -
-- Батя, дядя Ауле! Вы готовы?! Когда мы пойдем помогать Лаиту?
Неназываемый, вдруг почувствовавший призывное дрожание путеводной нити Судьбы, плюнул на экономию. Одним движением сгреб оставшиеся монеты на баланс и решительно кивнул:
-- А вот щас и пойдем!
Неназванный восторженно пискнул и заметался по номеру, собираясь в бой.
Ауле покачал головой и негромко поинтересовался:
-- Ты ему все же сказал?
Павший беспомощно пожал плечами:
-- Ты же понимаешь, я не мог скрыть или обмануть. Все эти потрясения - встреча с Лаитом, вскрывшийся обман, смерть и воскрешение - подтолкнули его к смене специализации…
Ауле болезненно скривился:
-- Ага, бог Чести, сохрани меня Творец от такого выбора…
Неназываемый обреченно выдохнул:
-- Да… и еще какой… ладно бы популярная “честь воровская” или “незаслуженная”, Творец с ней что темная, важно что паства обширная. В идеале бы вообще - “честь девичья”! Каждый второй разумный твой почитатель! Пришлось бы даже вероотток сооружать. Да Хаос побери, пусть будет редкая, “воинская”! Но нет, мы не ищем легких путей! Теперь у меня сын - бог Абсолютной Чести! Абсолютной, ты понимаешь?!
Ауле хмыкнул, затем с крохотной ноткой ехидства поинтересовался у молодого бога:
-- Неназванный, как там дела у твоей паствы? Много набрал?
Тот с гордостью вскинул голову:
-- Да, уже девятнадцать человек! Достойнейшие из достойных, элита элит! Без единого черного пятнышка на душе! Есть еще пять потенциальных кандидатов, но там нужно поговорить с Лаитом.
-- Это зачем?
-- А они его паладины! - обезоруживающе улыбнулся младший. - Но как же они хороши! Пап, нет же ничего плохого в том, чтобы поклоняться нам двоим?
-- Нормально это, бывает. Тем более, что со своим безбашенным братом вы во многом похожи. Два де… деловых бога - это сила… Иногда такое смешение потоков веры даже резонирует, кратно усиливая друг друга. Монотеизм вообще нынче не в моде.
Павший поморщился, вспоминая, как сотню лет назад попытался прорваться на Землю, чтобы вернуть сбежавшего на сытые хлеба Асклепия. Впечатлений хватило надолго. Достаточно лишь упомянуть увиденную им битву православного и католического распятых богов, разметавших в жаркой схватке три планеты из восьми. Когда у тебя миллиард верующих - ты можешь позволить себе многое.
А чуть позже, на изрядно замусоренном божественном плане, ему повстречался еще один высший земного пантеона - обладатель паствы в полутора миллиарда разумных.
Почувствовавший себя крохотным пикселем цифровой бог поспешил убраться из реальности Земли. И на вопрос Ауле - кого же он там увидел? Павший лишь передергивал плечами:
-- Что бы ты себе не представил - он, другой…
Торопливо собирающийся Неназванный неуклюже грохнул тяжелой алебардой - упрощенной копией той, что таскает с собой Лаит. Виновато глянув на отца, он поинтересовался:
-- Пап, а как мы домой попадем? И мама-Настя там будет?
-- Кормилицы там нет, твой неугомонный брат укрыл ее в безопасном месте. А как попадем…
Ауле с интересом прислушался. На самом деле вопрос был не тривиальный.
-- У меня в Друмире появился жрец. И он станет маяком! - с ноткой гордости произнес Павший.
-- Жрец?! Откуда?!
-- Он же сгорит, освещая нам путь!
Неназываемый величественно кивнул.
-- Вера творит чудеса! Смерть во имя меня почетна и будет одарена по достоинству. По поводу “откуда” - вам также следует думать о будущем. В свое время я сделал немало закладок. Места силы, осколки алтаря, капли крови, вечные артефакты. Вероятно, кто-то наткнулся на один из даров и проникся верой…
Ауле скептически приподнял бровь, но промолчал. Вообще-то, вышедших из его рук творений по мирам разбросанно ой как немало. Уж всяко больше чем у условно боевого бога Тьмы. Но почему-то у него жрецы из пустоты не возникают…
-- Все готовы? - не дожидаясь комментариев поинтересовался Павший. - Тогда подняли щиты и плотнее в круг! Переход будет стремительным, а от того - дискомфортным. Душа смертного слишком хрупка и ничтожна, чтобы долго служить нам путеводной звездой. Да пребудут с нами Порядок и Тьма!
-- Молот и Мастерство!
-- Верность и Честь!
Прыжок!
-- Бумм! - эхо мирового портала громыхнуло в закрытом помещении и отразившись от близких стен до звона хлопнуло по ушам вывалившихся из арки богов.
-- Что за ересь?!
Павший выругался вполголоса и движением брови разогнал окружающий мрак. Нет, он конечно не ждал алых цветов и ковровой дорожки (хотя, почему бы и нет?) - но не сырой же и темный подвал?
-- Мой бог… - где-то совсем рядом прохрипел переполненный боли и страдания голос. А еще, в нем слышалось… облегчение?
Бессмертные синхронно повернулись.
В дальнем углу, в паутине из собственных оголенных нервов, висела голова человека.
Павший невольно дернул щекой, а нахмурившийся Ауле половче перехватил молот:
-- Это и есть твой жрец? Что-то он неважно выглядит…
Голова содрогнулась в болезненном спазме, с трудом прокашлялась комками свернувшейся крови. И вновь шевельнула обкусанными губами:
-- Прости, повелитель. Я подвел тебя… не смог перенести закольцованные сто шагов вечной боли… пытки оказались сильней моей воли…
Павший на мгновение прикрыл глаза, обращаясь к инфополю мира и считывая короткую судьбу человека. Скрипнул зубами, набухшие скулы заострили лицо бога. Вздрогнув, он разорвал контакт и осенил измученного смертного знаком святого круга.
-- Никто бы не смог… я прощаю тебя! Покойся с миром!
Волна очищающей тьмы сорвалась с ладоней бога. Но прежде чем она накрыла остатки плененного жреца, тот успел крикнуть самое главное:
-- Это засада!
-- Я знаю… теперь знаю… - прошептал Павший.
-- Уходим? - коротко поинтересовался Ауле. Пусть большая часть его жизненного опыта была вымышленная, но и она научила его осторожности. Впереди вечность, торопиться и рисковать - как минимум глупо…
Вокруг напрягшегося бога кружился настороженный рой иск Изначального Горна. Молот в его руках тревожно пульсировал багровым светом. Едва слышный кузнечный перезвон бафал пространство потенциального поля боя.
Нехорошо прищурившийся Павший покачал головой:
-- Не получится. Что-то искажает высшие проявления божественной силы. Прислушайся. Астральный план идет рябью, будто дрожит…
-- От боли! - закончил за него Неназванный, по щеке которого скатилась одинокая слеза. Молодой бог отличался повышенной эмпатией. Кто-то скажет - профдеформация. Кто-то - назовет одной из граней чести. - Смотрите!
Трансформирующая реальность волна разошлась во все стороны от Неназванного. Каждый ее импульс срывал сразу несколько слоев лжи и иллюзий, тщательно укутывающих помещение. Исчезли сырой камень и влажная капель. Пропал заунывный детский плач, раздражающий ухо и беспокоящий душу. И лишь на последнем такте боги увидели истинный облик ловушки.
Каменный грот, вручную вырубленный в гранитной скале. На политый потом и страданием монолит уложены массивные плиты мифриловой брони. На ней - кропотливые узоры трехмерных пиктограмм. Что-то демоническое, бордовое, фонящее залитой под пробку злой силой. А поверх всей этой фортификации тончайшая вязь кровеносных сосудов и капилляров. Живых, пульсирующих, божественных… Ведущих к спрятанному в углу крупному сердцу…
-- Тук-тук… - пол под ногами едва слышно вздрогнул.
Толчок измученного сердца в очередной раз придал движение усталому кровотоку. Багровая, насыщенная ненавистью и адамантом жидкость, закружила вокруг богов, внося ощутимые помехи в астрал.
Павший сделал несколько шагов и склонив колено осторожно коснулся лежащего посреди октограммы сердца.
-- Юй-ди… мой старый недруг… что же эта тварь сделала с тобой?
-- Тук… - неимоверным усилием напрягшеесе сердце выдало единичную экстрасистолу. На влажной плоти, словно слеза, проступила капля крови.
-- Ты просишь о помощи?
-- Тук…- снова отреагировал… хм… уже не бог, а скорее якорь привязки его души. Не дающий уйти на возрождение, терзающий, лишающий посмертия, тянущий силу, медленно пережигающий саму суть бога.
Надо иметь очень извращенное сознание и немалую личную мощь, чтобы использовать поверженного высшего в качестве тривиальной батарейки. Ладно, пусть не тривиальной. Тончайшая взвесь божественных капилляров способна выдержать таранный удар танковой армии - вплоть до полного исчерпания штатного боекомплекта.
Но… на большинстве ярусов Древа такие шутки не одобрялись. Увидишь умника переводящего потенциальных создателей на источники личной силы - не сомневайся, убей его. И Тени взглянут на тебя с одобрением.
-- Сейчас мой бывший недруг, потерпи… - Павший поднялся с колена и потянулся к балансу.
Щедро, очень щедро зачерпывая силу и сосредоточенно выводя перед собой конструкт божественной мизерикордии. Все же, убить бессмертного, пусть и находящегося в таком плачевном положении - задача не простая.
Сердце мелко дрожало словно испуганный и замерзший котенок. Пару раз натужно дернулось, обрывая нити засохшей слизи и пытаясь подползти к ногам Павшего.
-- Ты уверен? - на всякий случай поинтересовался Ауле. - Это обойдется нам дорого.
Пашка лишь молча кивнул, не желая терять сосредоточенности. Филигранностью исполнения можно значительно сократить расход веры.
Стоящий рядом Неназванный вскинул голову и сверкнул глазами. Он был по настоящему горд отцом. Принятое им решение полностью укладывалось в путь Чести.
-- Ту…к… - сердце Юй-ди свело спазмом запредельного усилия. Поверженный бог пытался погасить помехи и помочь - хоть как-то, хоть чем-то… Блокируя собственное сердцебиение, сворачивая кровь в загустевшие инфарктные сгустки.
-- Покойся с миром… - во второй раз за день прошептал Павший.
Черная молния сорвалась с его рук, впиваясь в сердце и с ураганной скоростью разменивая вложенную в нее энергию на остатки жизненной силы бога.
Ауле взмахнул молотом, рассекая пространство и подсвечивая пламенем Изначального Горна узкую тропинку ведущую в бесконечное далеко. Лишним не будет - неприкаянная душа уязвима и чем быстрее она попадет в пул Великого Ничего, тем лучше.
-- Легкого посмертия и скорейшей реинкарнации... - напутствовал он бывшего противника по Друмиру, а заодно покачал головой.
Повторный божественный экзорт в одной и той же точке пространства надолго шрамировал метрику астрала. Если смертный ненароком забредет в эту пещеру - то гарантированно отправится на упокоение. Заодно подпитав энергией формирующийся эгрегор. Нужно будет присмотреть за этой каверной. В принципе, если вот тут поставить горн, а здесь - наковальню - то получится отличная схема для очистки любого материала от лишних примесей. Думается, здесь можно будет добиться не меньше пяти девяток чистоты…
-- Ах… - астральное пространство Друмира жалобно всхлипнуло, провожая в небытие еще одного бога. Потенциал мира - условно измеряемый в его богоемкости, в очередной раз просел.
Павший встряхнул кистями, восстанавливая проводимость перенапряженных каналов тонкого тела. Быстро нагнулся, подбирая с пола то, что осталось от Юй-ди - довольно крупный самородок, содержащий в себе несколько процентов бесценного адаманта.
В дальнем углу помещения вдруг лязгнула засовом и противно заскрипела скрытая под фальшпанелью дверь. Боги синхронно развернулись, отгораживаясь от потенциальной опасности запитанными до максимума щитами.
-- Хлоп, хлоп, хлоп… - раздались жиденькие, демонстративные аплодисменты. - Коллеги, я не узнаю вас в гриме! Что за слюни жалости? Вы часом не группа святых паломников инкогнито?
-- Тавор-р-р!
Импульсивный и резкий Ауле среагировал первым. Реакция “бей-беги” у него всегда агрессивная. Минимум сомнений, максимум тестостерона.
Смазываясь в ослепительный росчерк бог метнулся к противнику, нанося неотразимый удар молотом.
-- Бум! - рвущий все упорядоченное хаос и творящее пламя Изначального Горна столкнулись на сверхскоростях.
Возникший вокруг Тавора клубящийся стихийный щит выдержал атаку. А затем, Приносящий Счастье лениво взмахнул рукой и встречная плюха впечатала бога в мифриловую стену.
На секунду потерявшийся Ауле ошарашенно замотал головой. Крякнув от натуги рывком выдернул себя из образовавшейся в металле вмятины. Сплюнув тягучую багровую слюну он половче перехватил молот:
-- Это будет сложнее, чем казалось… Павший, подмогни-ка! Вместе - сдюжим!
-- Стой!
Но Ауле не слушал, а может - и не слышал. Рев способного плавить вольфрам пламени окутал его фигуру. Молот полыхнул силой и задрожал в режиме смертельного перфоратора. Тысяча врагов в секунду, не меньше. Именно такого Ауле - разящего и неуязвимого, вызывали на поле боя ревущие от восторга гномы. Именно этот молот, прокладывал длинные просеки в стальных коробках вражеских хирдов.
Но… нынешний противником был жестче, значительно жестче…
Очередной рывок!
-- Бум!!
На этот раз, чтобы прийти в себя богу-кузнецу потребовалось куда больше времени. С трудом отлепившись от стены, он пару раз с хрустом крутанул шеей, помогая встать на место раздробленным, а затем отрегенерировавшим шейным позвонкам. Привычным движением кисти сжег заляпавшую камень кровь. Криво улыбнулся, продемонстрировав свежие прорехи в зубах:
-- Бьешь как девчонка… - и снова шагнул вперед.
Тавор, по-птичьи склонивший голову к плечу и с интересом наблюдающий за упертым богом, радостно засмеялся:
-- Клянусь Первостихией - ты мне нравишься! Пожалуй, из тебя получится прекрасный сторожевой пес! Истинный бультерьер! Фу, Тузик! Нельзя!
-- Бум, бум!!! - пространство вздрогнуло от вложенной в удар силы. В стороны отлетели двое - настырный Ауле и получивший неожиданно щадящую полюху Неназванный.
В отличии от молодого бога кузнецу досталось по-полной. Переливавшиеся сталью щиты окончательно смело, вместе с частью прикрываемой ими плоти. Шлем глубоко вмяло в череп, оголились желтоватые ребра, левую руку с хрустом вырвало из сустава, правую - лишь чудом уберег завязанный на душу молот.
Аватар Ауле затрепетал, с трудом удерживаясь в реальности. Похоже, самозванный бог одним ударом смог до самого дна осушить баланс кузнеца.
Павший невольно застонал - да как же так?! Они ведь поровну разделили совушки, почти по четыре миллиона каждому, плюс еще миллион - Младшему! Ну нет у Тавора такой мощи, чтобы за минуту боя продавить такую массу молитв! Правда, Ауле поделился заработком с Йованной… Чертов подкаблучник, сколько же он ей перевел?!
Тем временем Тавор лишь изумленно покачал головой:
-- Ну куда же вы с голой жопой против батьки с шашкой? У меня семьдесят миллионов верующих, а у тебя, вздорный бог со стружкой в бороде - лишь семнадцать тысяч загнанных под шконку гномов. Которые даже молитву в твою честь боятся вознести! Так, шепнут что-то в сортире в полголоса, маскируя под протяжный пук и вжимая от ужаса голову боясь кары моей. И ведь я караю… иногда… хохмы ради…
-- Да стойте же вы! - буквально простонал разрывающийся от эмоций Пашка. - На нем печать собственности Хаоса, метка носителя Семени Его! Убьем эту погань - привлечем взор Первостихии к Друмиру!
-- Брат бы не отступил! - прохрипел поднимающийся с пола Неназванный.
Прилетело ему без фанатизма, но юному богу много и не нужно. Да и воздействие Хаоса на необладающих необходимыми резистами имеет отдельный оглушающий эффект. Похлеще неожиданного удара в ухо…
Перехватив поудобней обломой алебарды Младший вновь рванулся вперед:
-- За Лаита!
-- Лаит!.. - буквально прошипел мгновенно окаменевший лицом Тавор и словно темные крылья, яростно вскинул спрятанные в объемном балахоне руки.
Пространство резко загустело, болезненно сковывая движение богов и превращая их в мух, увязших в кипящей смоле.
Астрал загудел от нагрузки. Здесь и сейчас пережигались на энергию миллионы молитв. Сопротивление высших и искажаемая Тавором реальность требовали немалых расходов веры.
По божественному плану заметались стоны приносимых в жертву душ. Где-то совсем недалеко на полную мощь работала жертвенная гектакомба. Поддерживая своего повелителя демоны буквально конвейером резали невинных.
-- Да! Да! Лаит! Где же мой извечный враг!? Зачем вы вместо него притащили это жалкое подобие, его искаженный слабостью второй лик?! Хотя и с него будет польза, но… Вместо волка в ловушку попался щенок, обидно же… Проклятый Хаос, где твоя воля?! И ведь похож, негодяй, похож! Настолько, что даже маяк активировался. Как неудобно получилось… Сейчас здесь будет тесно от гостей…
Пространство ощутимо задрожало. Кто-то наглый и сильный сминал одну из координат, проламываясь в закрытый мир. Нарушая запреты, обижая стихию, дерзко хамя не самым слабым сущностям Древа.
Закусив губу и вскипая от перегрева Павший считал и считал варианты.
Ему точно не уйти - слишком близко он находится к Тавору, эпицентру творимой волшбы.
Неназванный - также влип, да и плывет разумом под нагрузкой Первостихии. В тайне навешанные на него щиты еще держат, но закатившиеся глазные яблоки дрожат мелким тремором. Юный бог ведет свою внутреннюю борьбу с наведенными извне страхами. Панические атаки в восьмой степени… Это не просто, очень не просто… даже для бога…
И только у Ауле есть шанс. Кузнец уже сумел подняться на три точки опоры. Его рвет черной хаосячей энергией, проникшей чуть ли не в самую душу. Но пространство за его спиной дрожит от вот-вот раскроющегося внешнего перехода, а нанесенные на мифриловые плиты блокирующие пентаграммы сильно повреждены.
Павший напрягся, и с натугой протянул к поверженному напарнику тоненький ручеек веры. Затем бросил в чат: “Вложись в молитву, воззови к верховному богу Друмира и Справедливости! Обратись к Лаиту! Самому не прорваться, но просьба о помощи должна дойти. Пусть выдернет тебя отсюда! Хорош блевать, действуй старый, действуй!”
Два хлопка практически слились.
Первый, под возмущенный выкрик Тавора утащил грубым эвакуатором Ауле.
Второй, раскрыл у стены широкую арку межярусного перехода. И в пещере мгновенно стало тесно. Полноценный десяток боевых зверобогов выжрал практически всю свободную кубатуру.
Трехметровые фигуры, укутанные в звенящую от бафов сталь. Многорукие, крылатые, хвостатые. Ярящиеся, резкие, переполненные силой и сверхагрессией. Словно голодные волки готовые вцепиться в горло даже друг другу - за косой взгляд, за след в след.
И их хозяин. Невысокий, деловитый, предвкушающий. Поблескивающий круглым пенсне и скромно прикрывающийся невзрачным именем: “Стоединый. Аватар: #014”.
-- Так-так… - неторопливо оглядевшись протянул гость. - И где же мой приз?
Тавор нагло улыбнулся и развел руками:
-- Пардон дядя, накладка вышла. Тригернулась ловушка на вон того щенка, молочного брата нашего “друга”. Ну да ничего - внесу корректировки, подправлю алгоритмы и в следующий все будет тик-ток. Ну а вам - наше с кисточкой. Спасибо за помощь и все такое. Убирай своих мордоворотов и давай - досвиданья. Тут и так дышать нечем, а воняют твои зверобоги - мама не горюй.
Стоединый в жизни видел много наглости, но такого хамства не встречал уже давно. Что это - недооценка самозванным богом ситуации, глупость, диагноз, или Канцлер сам чего-то не понимает?
Едва заметно шевельнув бровью позволил пенсне выпасть в ладонь. Дыхнув на круглое стеклышко неторопливо протер его.
Нет… Все же - диагноз. Слишком глубоко безумный божок зачерпнул из полноводной реки Хаоса. Первостихия не имеет границ и не признает авторитеты. Вот и слившийся с ней Тавор явно потерял берега…
Хотя мир в который они вломились конечно занятен. Здесь что, сам Творец прикопал свой Грааль? Или дело не в Листе, а в самой Ветви? Экранировка от Первостихии почти абсолютная, как у папы за пазухой. Стоединый и сам был хаоситом, что помимо силы накладывало некоторые ограничения. И стоит признать, что такой свободы он не испытывал давно. Определенно, ему нравится этот мир! Решено, он возьмет его себе!
Соблюдая минимум приличий, исключительно для отмазки перед силами Великого Равновесия, он озвучил расклад:
-- Юноша, ты дерзишь - не тому, у тебя вместо мозгов детские каки. Значит так, эту парочку залетных божков я забираю себе… Что значит - младший нужен тебе самому? Я не торгуюсь, дурачок!
Вернув на нос пенсне Стоединый продолжил:
-- Ты наглый прыщ на вспотевшей от страха заднице, хамящий скальпелю опытного хирурга. Я тут слегка потратился на силовой прорыв в этот на удивление непокорный мир. Такое ощущение словно полторы сотни ярусов продавил, плюс защиту - чуть ли не рук Самого. Обошлось это удовольствие в шестьсот миллионов, м-да. За ложный вызов налагаю на тебя стандартную виру в десятикратном размере. Все по законам, никакого беспредела. Ни и компенсация за хамство, ложные надежды и потерю веры в молодое поколение. Пусть будет еще один кратный множитель. Итого - шестьдесят ярдов. Как расплачиваться будешь?
Зверобоги,являющиеся номерными аватарами Стоединого, в вербальных командах не нуждались. Пара силовиков синхронно сдвинулась, наваливаясь на окружающий Тавора силовой купол. Сутки бодания - и они продавят его без лишних сверхрасходов веры.
Пещеру тряхнуло, но не так чтобы сильно. Столкнувшиеся силы не были антагонистами, что при некой доли аккуратности позволяло избежать глобального Армагеддона.
Тавор не был бы собой, если бы повел себя логично. Вместо ухода в глухую защиту он атаковал. Мощно, напористо и довольно прямолинейно. Чуть ли не полностью вкладываясь в один единственный удар.
Активировались пентаграммы на стенах пещеры, с треском заметались жгуты молний, пустил счастливую слюну один из зверобогов, что на пути трансформации еще не успел до конца растерять эмоциональный контур души.
Сырая сила, щедро приправленная Хаосом, отразилась от группового Щита Боли и перенаправилась на танка отряда - быкообразного зверобога с запредельной защитой и сотней миллионов единиц жизни. Громыхнуло, бык пошатнулся и взревел - от боли и возмущения. Прилетевшая ему плюха оказалась более чем чувствительной. Со звоном лопнуло пару защитных контуров, массивная броня потекла расплавленным металлом, гранитная плоть в паре мест разошлась глубокими ранами.
Канцлер едва удержался от удивленного хеканья. Еще пару таких ударов и Гаврюшу можно будет пускать на колбасу. Сняв Щит Боли - пусть последующий урон размазывается по всем богам тонким слоем, он перекинул немного веры подвывающему бычку и покачал головой:
-- Талантливый мальчик, хоть и контуженный на всю голову. Ты не сдерживай себя, жги по-полной. Раньше закончим.
Тавор в ответ лишь оскалился и атаковал вновь. Резко, с ненавистью и по-прежнему - удивительно сильно.
В принципе - неожиданная мощь молодого божка не несла угрозы и ничего не меняла. Если упростить ситуацию, то выглядела она так, будто семиклассник, загнанный в угол толпой старшаков, вдруг не зассал, а умудрился прописать двоечку в нос одной из шестерок. Пустил кровь, удивил, но по большому счету - лишь прибавил себе неприятностей.
А на поверхности Друмира, над всеми крупными городами, умирающим псом тоскливо завывала сирена. Демонические службы правопорядка торопливо бросались к сейфам, вскрывая черный пакет Судного Дня. Подчиняясь активированному протоколу на городских площадях медленно наливались силой огромные жертвенные пентаграммы. Грядет великая жатва. Богу-императору срочно нужна сила…
Громкий хлопок входящего портала заставил Стоединого обернуться. Подслеповато прищурив глаза он лениво оглядел новых гостей. Затем радостно улыбнулся, неверяще покосился на небо и жестом радушного хозяина развел руки:
-- Да это просто праздник какой-то!
* * *
В кабаке было тесно от богов. Плотным клином они выстроились у меня за спиной - залитые под пробку верой, смутно различимые под зеркалами активированных щитов. По лицам гуляли гирляндные отблески сложнейшей вязи атакующих конструктов. Запитанные силой и подвешенные над головами они готовы сорваться во врага по одной лишь короткой ключ-команде.
На мой призыв явились все.
Сосредоточенный Элкил, пугающий окружающих искаженным подобием доброй улыбки. Бывший бог зла каждую свободную минуту работал над образом и тренировал мимические мышцы.
Нетерпеливо переминающийся на месте Авось. Перекинутая через плечо планшетка намекала на четкий план будущего боя. И только я один знал, что контурные карты поля боя разрисованы стрелочка абсолютно наобум. Нет, Авось честно пытался. Но бог стратегического планирования из него выходил явно хреновенький. Ему быстро становилось скучно и он возвращался к магическим практикам которым обучили его русские члены альянса “Детей ночи”. Выпрямлял спину, медленно вздымал левую руку к потолку, а затем резко опускал ее вниз. С мощным выдохом и обязательной магической фразой: “А гребись оно все конем!”.
Раздухарившаяся феечка порхала как пчела и с двух рук (в левой Щепа, в правой - адамантовая заколка) - вела бой с тенью. Самое удивительное, что феечка явно проигрывала по очкам…
Замыкал строй спешно реанимированный Ауле. Подпитанный верой и узривший нашу кавалерию бог-кузнец даже расчувствовался и пустил драгоценную слезу. Прерывисто обняв меня и исколов жесткой бородой он путаясь в словах пытался выразить сложные эмоции, обуревающие обожженную Горном душу:
-- Лаит, ты уж прости старого дурака! И Пашку прости, перемудрили мы… Он за сына, да я за бабу, сам понимаешь… А вот ты… а мы… а я… Отслужу, не предам! И Пашке дурню не позволю! Да я тебе такую броню скую - сносу ей не будет! Дом подниму - вот этими вот руками! Венец за венцом! Каждый гвоздик скую, каждую досточку отполирую! Миллион лет простоит, детишки никогда болеть не будут!
С трудом оторвав от себя Ауле, слегка поплывшего от полученных трех миллионов единиц веры идеальной чистоты, да еще и сиреневого оттенка, я оглянулся на воинов пантеона:
-- Готовы?
Сосредоточенные кивки мне в ответ.
Короткий взгляд в сторону, где столпились бойцы “Детей ночи”. Восхищенные, пораженные, насупленные, переживающие. Разглядев вскинутый вверх кулак Черепа, я отсалютовал в ответ и активировал портал:
-- В бой!
Затянувшийся переход, ласковое касание стихии и оглушительный хлопок финиша.
Вываливаемся, как и было обещанно - в заглубленной пещере с густым запахом крови и тухлым оттенком Хаоса. Оглядываюсь и невольно скриплю зубами: вечер перестает быть томным…
Стоединый - радостно скалящийся и призывно делающий мне ручкой.
Тавор - нахмуренный, сосредоточенный, с каплей пота на виске - удерживающий давление двух крупных зверобогов. При этом бросивший на меня короткий взгляд из под длинной челки, мгновенно узнавший и тут же блеснувший идеальной белизной счастливой улыбки.
Павший, забившийся в угол, прикрывающий спиной свернувшегося калачиком сына. И нависающий над ним очередной зверобог. На этот раз - инсектоид, неторопливо продавливающий светящимся хоботком истощившийся щит Неназываемого.
Ну и вишенка на торте - еще семерка божественных тварей. Чистые боевики - никаких специализаций и однокнопочный мозг. Тупо машины смерти ближнего боя. Для замеса в пещере - противник очень неудобный, но по большому счету - тупое мясо. Один на один размотаю любого. А вот при текущем балансе - полная жопа. Нас сомнут. Причем даже если мы совершим чудо и раскатаем весь зоопарк - то есть еще козырный король пентаклей - чертов Стоединый. Против которого мы буйные дети в песочнице, вряд ли более…
Качаю головой: понаехали блин… Друмир не резиновый!
Повинуясь команде Канцлера семерка зверобогов выдвигается вперед, неторопливо охватывая нас полукольцом и отжимая к стене.
Рядом едва слышно клацает зубами переполненный адреналином Авось. При этом еще умудряется шептать под нос бафающие строки песни:
Мысленно киваю. Будем играть!
Коротко зыркаю в сторону Неназываемого. Лицо Пашки уже осунулось и побледнело, он едва держит давление нависшего над ним инсектоида. Ну да, разница в уровнях практически трехкратная. А уж в экипировке и опыте - так и вовсе - на порядок. Нужно помочь…
Перебрасываю Павшему пятьсот тысяч на баланс и кидаю приглашение в тактический чат группы. Дожидаю присоединения и тут же отдаю команду на атаку. Все равно миром не разойдемся…
Элкил и Ауле бросаются вперед, мощной фронтальной атакой отвлекая внимание и заставляя на мгновение закрыться надвигающуюся семерку.
Мы с Авосем рвем в сторону и врубаемся в спину давящего Пашку инсектоида. Моя объятая пламенем фигура вскрывает комара-переростка от хвоста и до затылка. Авос с двух клинков фарширует зеленую плоть твари. Неназываемый включается и контратакует, создавая третий угрожающий вектор.
Где-то над моей головой открывается крохотное окошко в Чертоги, откуда высовывается дуло тяжелого пулемета. Дурин добрался до оружейки и решил внести в замес свою каплю страсти. Бьет длинная очередь, щедро расходующая мифриловые боеприпасы. Каждая третья пуля - с адамантовым напылением. Каждая вторая - несет наложенное мной проклятье.
Со звоном летят горячие гильзы, суетится с запасной лентой зомби-гнома.
Неожиданно разумно среагировавшая феечка не лезет в ближний бой, а прикрывает огневую точку божественным щитом. Хотя скорее всего - ей просто жаль использовать свое оружие. Что Щепа, что заколка - являются одноразовыми артефактами последнего шанса. Их время еще не пришло. Ну… я надеюсь…
Четыре секунды боя. Плоть инсектоида перекручена в обугленный фарш. Добить бы его божественную суть, но не успеваем. Эффект неожиданности… а скорее - мгновения любопытства со стороны Стоединого- заканчивается.
Канцлер решает вмешаться в бой.
Одним движением он сметает в октрывшийся зев портала-эвакуатора пострадавшую аватару цифрового бога.
Напряжение воли - и проход в Чертоги запечатывает чем-то жутко заковыристым. Без бога покровителя воровского ремесла вскрыть, конечно, будет можно - чисто на сырой силе. Но до-о-о-рого…
Сформированное желание - и стихию порталов наглухо отрезает, лишая нас возможности уйти не попрощавшись.
Вскинутая рука - и порхающую фейку запечатывает в куске неуничтожимого янтаря. Камень падает на залитый кровью пол, а внутри дрожит в беззвучном крике замурованная богиня…
Авось с Ауле бросаются вперед. Канцлер нетерпеливо дергает головой с которой срывается широкополая шляпа и на третьей космической скорости несется навстречу богам. Легко поднырнув под выставленный молот она срезает многострадальную левую руку Ауле, а затем, сверкнув скрытым внутри адамантовым диском, делает едва заметную петлю и зависает над головой Стоединого.
Канцлер улыбается, а застывший перед ним Авось разваливается надвое. Драгоценные ноги вновь потеряли своего хозяина.
Я узнаю оружие - это классическая амигаса, оружие ниндзя. Килограмма два-три адаманта - это много, почти приговор. Но вот то, что оно чует старые раны и бьет по астральным шрамам - неприятно вдвойне. Если выйдем из боя живыми, то зарастить повреждения будет непросто.
Ауле хрипит, зажимая хлещущий кровью обрубок. Вокруг его тела все жарче разгорается пламя Горна.
Авось левитирует свою верхнюю половину, выражая готовность продолжить бой.
Я до предела разгоняю разум. Кончик алебарды едва заметно двигается, отслеживая движение шляпы. Перехватить ее, заблокировать, а дальше уже можно будет пободаться…
И словно подслушав мои мысли Стоединый гадко улыбается, а шляпа вздрагивает и разделяется на три, абсолютно одинаковых адамантовых диска.
А вот теперь - реально финиш…
За спиной у Стоединого беззвучно распахнулось портальное окно. Веру прибывающие гости не экономили. Шикарная арка “четыре на четыре”, негативные эффекты в виде хлопков и ударной волны - небрежно заглушены. Даже обязательный протокол перезвона велкомных колокольчиков кто-то вырезал без тени лишних сомнений.
Возникшие в открывшемся проходе трехметровые фигуры Стражей развеяли всякие сомнения. Уж кто-то - а эти право имеют. Фиолетовые всполохи силы ЕГО замелькали по стенам пещеры словно отблески полицейского маячка.
-- Стоять-бояться! - со скрытой улыбкой подколол присутствующих темный Престол.
А ведь я помню эту парочку. 733 и 81-я Эмблемы Его. В свое время, закрывая груз кармического долга, именно их я порекомендовал Творцу для ненавязчивого присмотра за Друмиром. Похоже, что в такой малости мне не отказали.
-- Приве… - а вот светлый Престол закончить фразу не успел.
Уверенность в своем праве и солидная личная сила подвели четырехкрылых.
И если зверобоги реально поджали хвосты, то Стоединый среагировал без тени сомнений: адамантовые диски смазались в едва фиксируемые глазом росчерки и метнулись к своим целям. Один - ко мне, пара - к Стражам.
Разрывая связки и калеча мышцы я рванулся в сторону. Оружием блокировать не рискнул - в моей алебарде адаманта значительно меньше чем в атакующем диске, а математика расчета повреждений здесь для второклассников. Кто жирнее - тот и прав.
Разогнанный до предела разум с невероятной скоростью возводил наклонные плоскости щитов. Нет, не для того чтобы остановить - тут без шансов. А хотя бы слегка отклонить смертоносный металл.
Ах… Диск со свистом прошел стороной, лишь слегка полоснув меня по щеке, рассекая гравированный нащечник шлема и открывая вторую улыбку, которая вряд ли зарастет в ближайшие годы. Адамант, по сути, это кристаллизованная душа бога. А когда в удар вкладывается душа, причем в прямом смысле слова, то плохеет даже бессмертному.
Темный престол отшатнулся от неожиданной атаки и рефлекторно прикрылся крылом. Веер черных кровавых брызг полоснул по потолку. Облако вороньего отлива перьев взлетело от удара в воздух. Короткий стон, болезненное мычание и срезанное крыло упало на пол.
Светлый ангел оправдал направление своей Первостихии. Дружелюбие и непредвзятость сыграли с ним плохую шутку. К атаке такой силы он оказался не готов. Со звоном рассыпались личные щиты. Полыхнула на шее престола ладанка, плавясь сама и в пепел сжигая не меньше пары сотен грамм адамана. И… на этом все… Отсеченная голова Престола закрутилась в воздухе, слепящий белизной кровяной столб ударил из обрубка шеи.
Медленно выпрямившийся темный Престол оторвал потяжелевший взгляд от кружащихся в воздухе перьев, покосился на грязно матерящуюся голову собрата, что пускала пузыри в лужу собственной крови и нехорошо прищурившись, нахмурил брови:
-- Пауза… - и время послушно замерло.
-- Локальный откат на … - обведя глазами помещеру, темный оценил полученные нами раны и увеличил время отката события - … откат на тридцать секунд.
А вот теперь я вздрогнул. По душе мазнуло внимание если не ЕГО лично, то кого-то из Теней. Разум придавило, все мои помыслы вытащили наружу и брезгливо разворошили одним пальцем. Так, чисто мимоходом и между делом. Скорее всего - тупо по беспределу. Не я ведь активировал вмешательство во временной поток, с чего такое внимание?
Темный престол скривился и дернул щекой. Похоже, что и ему досталось от тяжелого взгляда высших сил.
Секунда давления, и раздавшийся в голове голос вынес вердикт Стража Времени:
-- Админские права подтверждены. Команда одобрена. Превентивная просьба - не злоупотреблять дарованными правами. Напоминаем, за действия Стражей ответственность несет ваш Творец. Не прикрывайтесь именем его, он не более чем Младший, среди Равных.
Я даже не успел переварить ворох интереснейшей инфы открывшейся в монологе Стража Времени, как разум ослепила вспышка отката временного потока. Возмущенно бурчащие Тени с хрустом выдрали из моей книги жизни испорченную страницу и торопливо заскрипели перьями, восстанавливая старую запись. Воспоминания о последних тридцати секундах жизни слегка поблеки, размываясь под давлением ластика сделанного из кусочка затертой кожи Небесного Зверя. Звездной Пыли под лапы его дорог…
-- Приве… - на этот раз светлый Престол прервал себя сам.
Повинуясь даже не ментальной команде, а лишь отблеску намерения, фигуры стражей укрыла адамантовая броня, внекатегорийно бафнутая касанием длани ЕГО.
-- Дзень! Дзень! - Престолы синхронно вскинули затянутые в адамантовые перчатки руки, перехватывая в воздухе и сминая в комок атакующие их диски. Темный даже не удержался и довольно крякнул, укрывая полукилограммовый слиток в бездонное нутро инвентаря.
Я так же учел опыт первой попытки.
-- Дзень - дзванг! - лопнули филигранно возведенные щиты, вздрогнула в моих руках алебарда, щадяще подставленная под размазавшийся в воздухе диск.
Оружие украсила глубокая царапина, просаживая прочность и навешивая рендомный дебаф “случайного взрывного разрушения”. Но главное - моя морда лица уцелела и не обзавелась дополнительно улыбкой.
Многоликий бог выругался целым маревом тяжелых божественных проклятий. Активировалась домашняя заготовка бегства. Развернулся купол стационарного щита. Веер смертельных повелений заметался по пещере, напарываясь на волю находящихся тут богов и Стражей.
Не знаю как другим, а мне резко поплохело. Ухожу в глухую защиту, со стоном и надрывом сопротивляясь лаконичным приказам чужой воли. Приправленные миллионами единиц веры короткие команды: “Умри!”, “Убей!”, “Помоги!” - плющили разум и сминали волю.
Рядом со Стоединым пошло рябью крохотное окошко портального эвакуатора. Резко уменьшившийся в размере, но заметно прибавивший в скорости, бог рванулся на выход.
-- Бум! - спасительная на вид форточка оказалась прочнее композитной брони.
Страж не дремали и сделали свой ответный ход.
Врезавшийся в нее Стоединый стек вниз, оставив на зеркальной поверхности солидную вмятину.
Многоликий бог взмахнул широким рукавом, отвлекая престолов десятком адамантовых сюрикенов, а затем и вовсе - выхватывая из под плаща пару коротких мечей и самоубийственным рывком бросаясь на стражей.
Хорошая домашняя заготовка. Но и я, и ангелы, сканировали пространство не только глазами.
Лично мне продвинутый интерфейс с дополнительной реальностью четко подсказал, что в атаку пошла лишь пустая физическая оболочка. А перешедший в астральную форму бог вновь рванулся к портальному окну.
-- Бум! - как оказалось, престолы перекрыли не только физический план.
Очередная контузия и столкновений с защитным конструктом стражей уронили Стоединого на пол.
-- Хватит! - повелительно произнес темный престол и величественно поднял все четыре крыла. - Словом ЕГО, приказываю - остановись!
Заемная сила, проводниками которой являлись стражи, заполнила пещеру. Друмир ощутимо тряхнуло. Наличие такого количества богов и так напрягало хрупкую метрику мира, а тут еще экстракт силы ЕГО. Астрал микровселенной трясло, словно младенца, которому вкололи пару кубов адреналина. Если переживем, не сожжем локальный астрал или божественный план - то каждый второй житель обретет магические способности. И есть большие шансы что магия Друмира преобретет перламутровые искры сиреневого оттенка…
Попав под давление престола мы послушно замерли, словно хулиганы под суровыми взглядами спецназа. В принципе, дернуться можно, но исключительно в ситуации боя за гранью. Когда вот вообще - никак и без вариантов.
Судя по всему, Стоединый не считал расклад катастрофичным.
Парой неуклюжих рывков он слился с основной аватарой. Уперев на стражей возмущенный взгляд подслеповато прищуренных глаз, он поправил треснувшие очки и с видом оскорбленного достоинства вскинул подбородок:
-- Уважаемые Эмблемы, прощу в первую очередь представиться и объяснить причину столь беспардонного вмешательства в тривиальные процессы эволюции. Ведь еще прошлым Творцом было завещано - выживает сильнейший, и он же - дает потомство! Я тут в поте лица работаю над божественным генофондом! Да вы сами посмотрите на этот шлак у ваших ног!
Холеный ноготь обвиняюще уставился на нас. Истекающая из него вера слегка поддавливала на разум, пытаясь возвысить говорящего до уровня Цицерона, а обвиняемого - лишить в глазах зрителей последних черт человеческого достоинства.
Криминалом такое давление не считалось. Среди богов такие мелкие приемы котировались на уровне косметики для женщин и статусных часов у мужчин. Пыль в глаза, не более. Если тебя это впечатляет и способно повлиять на принимаемые решения - то ты сам себе деревянный Буратино.
Я невольно огляделся.
Ну, после отката времени, основные наши потери - вроде оторванных рук и отрезанных ног - ушли в прошлое. Спасибо Стражам - добро помнят, да и навесить лишний камушек долга мало кто откажется. Так что суть претензий не обоснована, да и вообще, все эти разговоры - в пользу бедных. Коню понятно что на Древе главенствует право сильного. Не кровавого беспредела, нет - такое не поощряется. Но в обычные терки богов никто не впишется. Стоединый прав - это жизнь, во всем ее неприглядном многообразии. Однако на этот раз Многоликий бог не угадал…
Светлый ангел перехватил мой вопросительный взгляд и едва заметно склонил голову - с легкой иронией и со всем уважением. Помнит, значит, кто его в люди… тьфу… в престолы вывел.
Стоединый помрачнел и на шажок отступил назад. Впрочем, бежать было некуда. Фиолетовое марево силы окружило нас со всех сторон и неторопливо сжималась, медленно сгребая в кучу всех участников конфликта.
Темный престол нехорошо усмехнулся и направил на Стоединого раскрытую ладонь.
-- Я, Высшая Эмблема темной половины ЕГО. Мой номер не имеет значения, потому что являюсь проводником ВОЛИ в ВЗОРА ЕГО!
Кожа на ладони разошлась, и на мгновение, на ней распахнулся крупный сиреневый глаз. Оглядев нас с толикой вселенской печали, он расстроенно моргнул и смежил веки.
Друмир под моими ногами трясло и корежило. Взгляд Творца способен на многое. Нужно только пережить его давление…
Стоединый с трудом сглотнул и неконтролируемым жестом рванул воротник тесного пиджака. Украшенные бриллиантами мифриловые пуговицы зазвенели по полу и торопливо разбежались по самым дальним и незаметным углам. Страшно, да?
Впрочем, может и все не так просто. Лично я ничего такого не заметил, однако темный Страж покачал головой и одним движением кисти сжег все пуговицы.
Стоединый зло сверкнул стеклами очков, однако обвинительного напора не утратил:
-- Преклоняюсь воле Его! Но, как бы то ни было, прошу учесть! Вы имеете дело с почетным жителем Древа! Второе поколение богов, положительный баланс творения, многочисленные отметки высших сущностей! Да на мне наград не счесть! Семь цветных нитей и шелковая, вы слышите?! Не бумажная, а шелковая закладка в Книге Жизни!
Темный престол скосил на меня взгляд и едва слышно хмыкнул. Я не мог с ним не согласится. Бог, которому хренова туча миллиардов лет отроду, гордится пучком ниток и тряпичной закладкой?!
Если что, то в мой многострадальный талмуд за последние несколько месяцев запихнули бронзовую, серебряную, и мать ее - золотую закладку! Так кто тут пыль под ногами, а?!
Тем временем темный махнул крылом, прерывая классический монолог формата: “да ты знаешь кто я такой?!”
-- Можете не стараться. Копия вашей Книги перед моими глазами. Не забывайтесь, перед вами Высший Престол, лично лобызавший Длань Его. Собственно, на всем Древе нас таких лишь двое…
Светлый ангел приосанился, нимб над его головой приобрел совсем уж ослепительное сияние. Впрочем, оно частично погасилось тенями от крыльев темного, а оставшиеся всполохи благотворно прошлись по Друмиру, помогая обожженной потоками веры микровселенной залечить свои раны.
И если я не ошибаюсь - произошедшее сейчас было талантливым спектаклем, разыгранным на моих глазах именно с этой самой целью. Обойти запрет на вмешательство и хоть немного помочь изнывающему от вторжения и передоза миру.
Всей своей душой верховного бога я чувствую, как исцеляющая волна проносится над городами, наполненными звенящим криком и истинной болью. Как опадают пеплом демонические сущности Инферно. Как полноценно разворачиваются ауры смертных, спазмированных неожиданным притоком маны. Как облегченно кричат разродившиеся мамочки, даря миру первых потенциальных архимагов.
Волшебство возвращается в израненный мир. Одним днем. Насильно, болезненно, невероятно результативно.
Спасибо крыланы… не забуду…
Темный направил всевидящий взгляд на Стоединого и продолжил:
-- Все ваши достижения безусловно значимы, хоть и принадлежат эпохе предыдущего Творца. Следует признать - довольно странного, неуравновешенного и нелогичного Творца. Что так повлияло на психику бессмертно - еще предстоит выяснить. Поговаривают, за его спиной не раз замечали веер многоликих теней… И да, действительно - ваш жизненный след на кольцах Древа имеет положительный баланс Творения. Довольно предусмотрительно. Как и то, что после пролоббированных изменений в законе Древа от 14-го миллиардалетия, в расчете рейтинга учитывается только основная аватара. Очень удобно для многоликих существ, вы не находите?
Стоединый в ответ холодно улыбнулся одними лишь губами:
-- Вы меня в чем-то обвиняете? - плащ, укрывавший фигуру бога, потек, трансформируясь в скромный деловой костюм с внушительной орденской лентой регалий Древа.
Узкие маркеры цветных нитей, шелковая подкладка драгоценной закладки, многочисленные планки достижений, подвигов и участия в компаниях.
“За оборону 6-ой ветви”. Согластно официально истории Древа именно к ней пристыковалось хищное перекати-поле. Сорок миллионов бездомных боевых богов навели тогда немало шороху.
“Мороженное мясо”. Еще одна оборонительная награда. Тогда, неожиданно атакованная Хаосом ветвь обломилась у самого ствола. Лишенная живительных соков Древа, окутанная холодом Абсолютной Пустоты, ветвь более трехста тысяч лет держала круговую оборону, пока Стражи Его не пробили кольцо внешнего отчуждения и не приживили ее назад. Говорят, из семидесяти тысяч населявших ветвь богов выжила едва ли десятая часть.
Четырехкратный кавалер “Адамантового сердца”. Высшая награда признаваемая на дюжине ярусов. Выдается участнику крупной (действительно крупной - от тысячи богов и более) баталии, в которой выжил лишь один бессмертный. Оказавшись в одном строю с таким орденоносцем - я бы реально напрягся…
Ну и бесконечный шлейф локальных орденов - ветви, листа, а то и вовсе - мира. Чем меньше локация, тем пышней награда. Центнеры драгоценных металлов и горсти драгоценных камней. Я прямо таки устал кликать виртуальным курсором, разворачивая неторопливо подгружающийся список наград.
М-да. Солидный иконостас, но… скорее внушает сомнения, чем уважение. Как при визите к доктору, который увешал все стены инфоциганскими сертификатами о прослушивании очередных двучасовых курсов…
Темный Страж тряхнул крыльями, обновляя персональные бафы и сбрасывая с Друмира копящуюся энтропию. Затем криво усмехнулся и продолжил:
-- Я? Вас? Конечно обвиняю! Именем ЕГО, обвиняю Стоединого во вторжении в мир из закрытого списка “Альфа - три нуля”!
-- Такого списка не существует! “Альфа-ноль” - максимальная градация приоритета!
Темный демонстративно шевельнул бровью:
-- Вы обвиняете меня во лжи? Меня, проводника Воли ЕГО?
-- Нет! Ни в комем случае! Тут, скорее, произошло истовое недоразумение! Перемещаясь по предоставленным мне координатам я действительно не заметил… кхм… - споткнувшись об скептический взгляд Стража Стоединый поправился, - …проигнорировал предупреждение. Стоит уточнить - весьма маленькое, буквально - до неприличия незаметное предупреждение… Но я абсолютно не имел деструктивных намерений!
-- Готовы пройти процедуру Утверждения Истинны под взором Его? - темный страж неторопливо поднял руку и принялся медленно разжимать сомкнутые в кулак пальцы.
-- Нет-нет! Не стоит беспокоить Самого! У него забот - не счесть, а мы боги маленькие, всегда ведь сможем договориться?..
Импульс узконаправленной иллюзии, заверенной цифровой подписью наличия, я перехватил только самым краешком. Но и того что я успел увидеть хватило, чтобы ослепить меня ровными рядами стограмовых адамантовых слитков. Чистота - сто девяток. Количество - достаточное, чтобы даже могущественные престолы обрели третью пару крыльев.
Светлый ангел судорожно сглотнул и бросил быстрый взгляд на своего темного собрата. Но тот лишь качнул головой.
-- Отягощаете, обвиняемый. Попытка дачи взятки зафиксирована и добавлена в список совершенных, совершаемых и планируемых преступлений… Уверен, вам знаком божественный постулат: “намерение есть действие”.
-- Да нет, что вы! Я был неправильно понят, это лишь нематериальный обрывок спонтанной иллюзии теплых воспоминаний!
-- Молчите, обвиняемый! И прекратите думать! Каждый ваш помысел лишь утяжеляет вес личного дела. Даже то, что просочилось сквозь ментальные щиты, достаточно для вынесения приговора средней тяжести. Не усугубляйте! Итак, именем и волей ЕГО! Оглашаю приговор!
Сакральная формула действительно призвала в многострадальный Друмир частичку внимания Творца. Цифровая микровселенная вновь застонала, принимая на себя давление взгляда Высшей Сущности.
Это я знал его как милого и неуклюжего Сиреневого, которого за дело и пожурить можно было… А вот после снятия ментальных и астральных блоков, Творец вернул себе былую силу.
А ведь даже смертные способны изменять окружающий их мир, одним лишь фактом наблюдения. Известный парадокс - пока ты не смотришь за квантами они ведут себя как волны и хаотически размазаны по всей Вселенной. Но стоит лишь начать за ними наблюдать - как они сразу начинают вести себя порядочно, как и подобает частицам.
А мысли? Они ведь реально материальны! Люди раскачивают и дают силу клубящимся вокруг эгрегорам. Активно привлекают в свою жизнь то, чего боятся, и навсегда выталкивая то, о чем мечтают. Ибо искусственно завышают для себя ценность и недостижимость своих мечт.
И это всего лишь смертные! Что уж говорить о Творце?
Недовольная складка между его бровей стирает из реальности расстроившие его миры. И даже ласковый взгляд ЕГО способен смять судьбу, словно неуклюжие детские пальчики калечат нежные крылья бабочки…
Тем временем Страж продолжал вещать:
-- …вовлеченные в нарушение номерные аватары приговариваются к освобождению от принудительного подчинения, обнулению памяти и повторному направлению в Ясли сроком на сорок тысячелетий. Высвободившиеся десять слотов ментального порабощения присутствующего здесь Стоединого уничтожаются, сокращая максимальный пул способности до семидесяти двух личин!
Стоединый заметно вздрогнул. Судя по всему - потеря десяти ликов довольно чувствительна.
-- … сам же нарушитель воли Его приговаривается к ношению вериг десятикратного ослабления и ссылке на минус восьмидесятый уровень. Прошу заметить - почетной ссылке!
А вот теперь, Многоликий действительно напрягся. Картино заломив руки он рухнул на колени и запричитал:
-- Поделом мне старому, поделом глупому! Приму и искуплю! Молю о минорном снисхождении! Пощадите хотя бы Гаврюшу, он у меня самый младшенький! Кровью не замазан, участие не принимал и не привлекался, лишь терпеливо сносил на себе удары всякой злобной нечисти, будь она проклята…
Астрал запестрил калейдоскопом рунной вязи, сопровождающих горе божественного масштаба. На камнях проступили и замироточили скорбные лики Стоединого. Загрустила природа, завяли цветы, Солнце попыталось спрятаться за наведенной тенью внеурочного затмения. И что-то еще проскочило в этом мареве заклинаний… что-то, что я не смог толком уловить…
А вот темный Страж все же вычислил основной мотив сего цирка. Повернувшись к жалобно мычащему зевробогу Гаврюше, кстати действительно немало помятому усилиями Тавора, он покачал головой:
-- Обвиняемый, не юродствуйте! Вернитесь в основную аватару, если не желаете отбывать наказание в теле конкретно этого зверобога.
Гаврюша мгновенно осел на подкосившихся лапах, а вновь вскинувший голову Стоединый зло блеснул стеклами очков.
Светлый страж удовлетворенно кивнул и подчеркивая важность объявления поднял к небу палец:
-- Учитывая личные доситжения наказуемого он премируется персональным, неуничтожимым, навеки невыпускаемым из рук именным кайлом. Личный дар Творца с памятной надписью: “За все хороше. Сторицей и с любовью”. Семикратный буст к добыче станет отличным бонусом на новом трудовом пути. Правда, вес кирки слегка выше стандартной нормы. Но думаю, что для такой героической личности как вы, жалкие девяносто тонн не причинят особого неудобства. По крайней мере, после нескольких миллионов лет тренировок и прокачки мышц плечевого пояса. Ведь так?
Количеством злой иронии, вложенной в вопрос, можно было бы плавить мифрил. Похоже, что Творец в очередной раз завершил блистательную многоходовочку, вычеркивая еще одного врага из своего бесконечного списка. И не поспоришь ведь. Все в рамках хрупкого Равновесия. Лаит провоцирует, враг ведется, Творец подсекает и ставит жирную точку.
-- Суки… - с ненавистью прохрипел Стоединый, затравленно озираясь и бегло вчитываясь с стягивающиеся вокруг руны приговора.
Едва затих скрип перьев Теней Его, как шелест перелестнувшиеся страницы навеки закрепил оглашенный приговор.
Вспышка!
Облегченно взвывшие зверобоги лишились давящего обруча чужого контроля. Заботливый сиреневый вихрь подхватил слегка посеченные схваткой туши и ласково потащил их в божественные ясли.
Со Стоединым нянчиться никто не собирался. Я едва успел заметить как его плечи стянули кованые цепи заговоренных вериг, а к холеным ладошками приросла огромная кирка, размером с карьерный экскаватор.
Черный зев принудительного портала схлопнулся вокруг мятежного бога, перебрасывая его на минуса и на многие миллионы лет отдался меня от смертельно опасного врага. Собственно говоря, в моем случае - навсегда. При текущем раскладе жить я буду бесконечно ярко, но вряд ли долго…
-- Вот и все. - улыбнувшись, едва заметно подмигнул мне темный ангел. - Из запретного мира убран имбалансный внешний фактор. Дальше…
Демон покосился на довольно прищурившегося Тавора, по-прежнему скрытого за куполом личной защиты и пожал крыльями:
-- Дальше, вы уже сами. Вмешиваться во внутренние дела запрещено даже нам. - на мгновение лицо демона накрыла невесть откуда взявшаяся тень и он произнес не очень понятное: - Сами, все сами…
После исчезновения незваных гостей в пещере стало значительно свободней и тише.
Авось торопливо раскрыл свою планшетку и что-то бегло застрочил в стратегический журнал боевых действий, подгоняя реальность под давно накрывшиеся рваной пилоткой планы.
Ауле постарался незаметно выдохнуть, смахивая со лба каплю пота.
Павший склонился над едва пришедшим в себя сыном. Неназванный неуклюже отпихивался от батиной заботы и восторженно крутил головой.
Происходящее вокруг было справедливым и “по-чести”, что в исполнении высших и столь авторитетных сущностей стремительными темпами прокачивало чистоту веры молодого бога.
С такими бустами его выбор специализации уже не казался ущербным. Те, кто раньше крутил пальцем у виска, сейчас могут жестко подставиться, если от недоумения забудут вовремя остановиться и прокрутят себе дырку в черепе до самого мозга. Поднять за один бой семнадцать уровней и очистить поток веры на два порядка - это не просто. Такое случается - Древо велико и лишь слегка уступает малой бесконечности. Но даже тут событие имеет статус рарного и тригерится не чаще одного раза в столетие.
Хех, держись меня, братишка! Мы русские, с нами бог! Честь и Правда стоят за нашей спиной. И даже когда весь мир против, они лишь нехорошо щурятся и молча подают нам патроны!
Под ударами крохотных кулачков зазвенел валяющийся на полу янтарь. Заключенная в камень феечка рвалась наружу.
Неожиданно впавший ступор светлый ангел дерганым движением склонил голову к плечу, словно прислушиваясь к чему-то бесконечно далекому. Пауза, затем движение кистью. Застывшая божественной волей смола осыпалась невесомой пылью, а высвободившаяся наружу феечка со всхлипами рванулась обниматься. Только не ко мне… а к прекрасному четырехкрылому престолу.
Повиснув на его шее и заливая ее горячими слезами она повернула ко мне зареванную мордашку:
-- Мой бог, пойми и прости! Но я люблю другого!
Взмахнув крыльями, она взвилась в воздух и впилась в губы окончательно опешевшего ангела:
-- Я искала тебя всю жизнь! - а ведь такие, сверкающие бездонным фиолетом глаза феи - я видел впервые. Словно впав в транс, она неожиданно глубоким, пробивающим до самого нутра голосом, произнесла ключ-фразу. - Творец, благослови!
Перезвон колокольчиков наполнил пещеру. Всполохи сиреневых сердечек чуть не затмили мелькающие строки логов.
Крохотная фигурка феечки окуталась слепящим сиянием. Я не видел рун разворачивающегося конструкта, лишь ощущал, как давит на ауру воля Его. Желание Творца, заложенное в метрику мира Древа в момент его создания. Феечки - любимые дети Его, и стражи - верные Воины Древа. Вот значит как пополняются их ряды…
Сияние на мгновение скрыло фею, но только лишь для того чтобы, опасть песчаным облаком из тысяч фиолетовых бриллиантов.
Ослепленный блеском я на секунду прикрыл глаза. А когда вновь распахнул их, то рядом со светлым престолом стояла прекрасная четырехкрылая архангельша. Со смутно знакомыми чертами нашей крошки-феи…
Крылья влюбленных были переплетены, а от источаемой ими любви в Друмире неожиданно наступила самая плодородная за тысячелетие весна…
-- Хлоп-хлоп-хлоп… - и снова Тавор. Жиденькие аплодисменты и демонстративно скривишееся от отвращения лицо. - Хаос, какая приторная, розовая ваниль… Меня сейчас стошнит! Тьфу!
Уверовавший в свою неприкосновенность Тавор смачно плюнул в святящееся от счастье лицо феи, которая мало что замечала вокруг.
Темный едва успел подставить крыло, прикрывая беззащитных влюбленных. Ядовитая слюна поползла по отливающим синевой перьям. Жижа бурлила и меняла свойства, торопясь нанести максимальное оскорбление.
Нестираемость, зловонность, плавающие по поверхности руны запретных ругательств гномов-изгнанников. Тех самых, что нельзя произносить вслух. За которыми лишь два пути - бесчестье, или смерть наглеца.
Демон потемнел лицом. Настолько, что едва украсившуюся цветами весну, затянула глубокая ночь. Скривившись, он покосился куда-то на небеса. Шепнул беззвучное извинение, затем сделал неуклюжий шаг в сторону, оступился, неловко взмахнул крылом. И…
… срезанная голова Тавора покатилась по пещере.
-- Ой, простите мне мою неуклюжесть… - без тени извинений произнес демон. - Кажется, я лишил вас личной мести… Боюсь, неудовольствие Творца может лишить меня маховых крыльев. А впрочем…
Всмотревшись в лежащее на полу обезглавленное тело, он слегка повеселел:
-- … впрочем, все не так однозначно… К сожалению, мы вынуждены откланяться и покинуть охраняемый мир. Каждое мгновение нашего пребывания невольно меняет его судьбу. Твердой воли тебе, Лаит! Делай что должно, и будет как задумано САМИМ…
Последнюю фразу он произнес уже исчезая в рамке портала. Коротко кивнувший на прощание светлый юркнул следов, уводя за собой витающую в грезах феечку.
Хлопок! И мы остались одни…
С легким недоумением кошусь на собратьев по миру. Неужели все закончилось? Ловлю на себе точно такие же взгляды, в которых застывший вопрос, медленно вытесняется радостью победы.
Мой младший брат недоверчиво смотрит на голову Тавора, докатившуюся до его ног. Осторожно тыкает носком сапога. Ноль реакции. Затем Младший приседает, берет ее за волосы, и с нарастающим восторгом вздымает к потолку:
-- Победа, брат! Победа!
Острый импульс тревоги болью прошивает мое сердце. Нет!
Голова Тавора неожиданно открывает глаза. Губы врага растягиваются в улыбке:
-- Не так быстро, детки. Не так быстро…
Торжествующее выражение погребальной маской застыло на лице Тавора. Из обрубка шеи отрубленной головы вдруг щедрым потоком хлестнула кровь, своими объемами явно нарушая законы пространства. Сверкающая силой бордовая струя ударила в пол, разбилась на тысячи капель и практически наглухо заглушила чувствительность маго-божественных детекторов.
Кожа врага побледнела до полной прозрачности. Проступившая вязь мелких сосудов обнажила явную домашнюю заготовку - разноцветный калейдоскоп невероятно сложных, многослойных пентаграмм. Глаза Тавора, угольно черные от заполняющей их тьмы, полыхнули густой вязью божественных рун.
Голова, удерживаемая Неназванным за слипшиеся от крови волосы, неожиданно повернулась и уставилась на моего брата.
Младший вздрогнул, словно от неожиданного удара плетью. Неуклюже дернул рукой, безуспешно пытаясь разжать пальцы чтобы избавится от опасного трофея. И замер, болезненно застонав и не имея воли отвести взгляд от клубящейся тьмы. Тьмы, которая стремительно переливалась в его собственные глаза.
-- Нет!!! - практически синхронно закричали мы с Павшим.
-- Да… - счастливо выдохнули обескровленные губы.
Два жгута силы - цифровой темно-зеленый и близкий к идеалу - хрустально-сиреневый - ударили в оскаленную голову ненавистного Тавора.
Вложенной мной мощи хватило бы на то, чтобы трижды испепелить Луну, а вставшая на дыбы ненависть хоть и оставила уродливый шрам на кармической ауре, но при этом кратно усилила удар.
Ну и Павший выложился до дна, рухнув после атаки на одно колено и мгновенно поседев висками. Инсультный спазм перекосил левую половину его лица. Пальцы, обугленные от прошедшей через них силы, медленно потрескивали, остывая от прикосновения к ледяному полу пещеры.
Но результат того стоил! Лишенную щитов голову Тавора не просто сожгло в ядовитую пыль, а практически вычеркнуло из метрики пространства. Медленно оседающее на пол облако было не следами сгоревшей органики, а буквально пеплом от сожженных страниц Книги Жизни Тавора.
-- Неужели всё? - недоверчиво прошептал я, сканируя пространство во всех возможных диапазонах.
Чуйка тревожно выла. Реагирующие на нее алгоритмы спешно возводили щиты и настойчиво ломились к балансу, потрясая паролями судного дня и пытаясь зачерпнуть побольше силы.
-- Не всё… - раздался неожиданно скрипучий голос моего младшего брата.
Привычно тряхнув головой он отбросил несуществую челку, уперся в меня взглядом абсолютно черных глаз и улыбнулся мерзкой и столь узнаваемой улыбкой Тавора.
-- Ну здравствуй, братик! Хе-хе…
-- Подселение души… - с мукой прохрипел Павший.
-- Не “подселение”, - обиженно скривил губы Тавор, - А полноценное “Вселение”! Редкое, но столь полезное умение божественного ранга… Причем полученное вашими же стараниями, мои заклятые друзья! Да и Асмодей постарался, вечную клизму со святой водой ему в пасть! В Комок Боли меня вселяли? Туда-сюда душу гоняли? Вот и надорвали тонкие связи, обучили запретному… Теперь мы с Неназванным одно целое, ножом хирурга не разделить, праведной молитвой не отпеть…
Тавор покосился на свою новую руку, все еще сжимающую боевую алебарду, и с удовольствием напряг бицуху. Мифриловой твердости мышца вздулась крутым бугром. Звенья зачарованной кольчуги застонали, медленно разгибаясь и разрывая энчанты бафов наложенных довольно умелым богом-кузнецом.
Павший зарычал и рывком поднял себя на ноги. Обугленная плоть осыпалась с его рук, вокруг розовеющих свежей кожей пальцев закружилось марево выстраиваемых конструктов.
Мое разогнанное сознание выхватывало мелькающие цепочки рун божественного алфавита, подчеркивая распознанные базой знаний блоки.
Пашка явно выстраивал какой-то из вариантов “Экзорта”, причем завязанный на кровь и самопожертвование. Если эта штука бахнет, то Павший сократит свою потенциальную вечность жизни на треть, а заодно, в Друмире не останется ни одного существа завязанного на призыв, либо удержание душ. Сгинут все - от умертвий, до призванных фамилиаров, от полуразумных артефактов до намоленных икон.
-- Хм, а попробуй… - приглашающе улыбнулся Тавор. - Только спешу предупредить - доминирующая душа в этом, почти совершенном теле, - моя. Неприятно мне будет точно, может даже надорвутся тонкие связи - скажем, перестану любить лысых котиков или позабуду пару детских обид. Когда меня совочком по попке, а я в ответ лопаткой по морде… Но вот твоему оболтусу - придется гораздо хуже. Отпустить я его не отпущу, он мне нужен, но вот папку узнавать перестанет - клянусь ненавистным мне Хасом! Ну так что, бахнешь?
Павший застонал и опустил руки, стряхивая на камень не успевшие сформироваться конструкты и порождая очередную астральную аномалию.
-- Не?.. Ну ты слабак… невместно богу иметь такие слабости… Единственный мир, единственная любовь, единственный сын… Да ты прямо идеальная мишень для вербовки и манипуляций! Впрочем, чего еще ожидать от одушевленного кристалла воспитанного в семье лубочных патриотов? - разочарованно скривился Тавор, а затем с надеждой повернулся ко мне - Лаит, а что насчет тебя? Может бахнешь? Нет? Ты ведь тогда не против, если я сейчас метнусь в гости к нашей мамочке-кормилице? Она ведь давно меня не видела, небось соскучилась? Прижмет к груди, как родного сына, впустит внутрь непроницаемого контура навешанных тобой щитов… А может… может мне проведать Золотую Усыпальницу? Сегодня ведь тот самый день… Что, ты не помнишь? День, когда одна глупая, хоть и не плохо стреляющая девчонка, умерла на руках одного мудака, который ее никогда не любил! А ведь говорят, что именно в этот день, раз в год, ее призрак появляется в усыпальнице… Она с тоской смотрит на затянутый паутиной вход, теребит на шее оборванный шнурок, и ждет, ждет, ждет… Увидев меня она обязательно расплачется, прошепчет что-то горячее и плюшево-нежное, и непременно подарит долгий, обжигающий поцелуй… А там и до ложа из лепестков роз всего один шаг! Эх, видел бы ты какие вокруг склепа растут розы…
Враг с надеждой мазохиста уставился на меня. Даже развел в стороны руки, открываясь для удара.
Я же, задавив белым шумом разум и старательно игнорируя провокационные речи, сканировал его во всех диапазонах. Вселение души было выполнено филигранно. Не грубо и бестолково, как у демонов, а на гораздо более высоком уровне. Не нарушая ауру, линии судьбы, практически не искажая Книгу Жизни. Лишь вписывая между строк едва заметную вязь внешнего управления.
Тем временем Тавор расстроенно покачал головой:
-- Не рискнешь? Ну как так-то? Не очкуй, братишка! Вспомни предсказание: “...и умрут они в один день!”. Осознал вечный кайф?! Ты можешь убить меня - со всей своей пролетарской ненавистью! Но после заката - я воскресну, и с не меньшим удовольствием убью тебя! Прикинь? Эта музыка будет вечной!
Тавор запрокинул голову и счастливо засмеялся. Откровенно, с душой и слезами в уголках глаз, не ограничиваясь надуманными рамками социальных приличий.
Отсмеявшись и выгнав из глаз застывшие бриллианты слез, он вдруг крякнул от пришедшей в его голову идеи. С видимым удовольствием напряг пластины грудных мышц, он вновь заставил заскрипеть расползающиеся звенья кольчуги. Последнее усилие, и заговоренные бронированные кольца зазвенели по каменному полу.
Одним рывком сорвав остатки доспеха, Тавор взмахнул кистью руки, отращивая на указательном пальце острый коготь и стряхивая в него невеликие запасы адаманта из сердца Младшего.
-- Адамантовое шрамирование! - хорошо поставленным голосом провозгласил безумец, и ровным почерком быстро вывел на груди кровавое: “Тавор + Лаит - вместе навсегда!”
-- Клево, да?! - подмигнул он мне, затем неожиданно посерьезнел лицом. - Хотя…
Тавор покосился на кучку пепла, оставшуюся от его сожженной головы и расстроенно хмыкнул:
-- Вот зря вы уничтожили сосуд Семени Хаоса, ой зря! Первостихия этого не прощает. Это, конечно, не болезненное уничтожение Малого Жнеца, но как минимум дерзкая пощечина. Публичная пощечина. Перед всевидящим оком Великого Равновесия. Так что, боюсь жить вам не долго, и запланированный мной калейдоскоп смертей придется прокрутить в совсем уж укороченном варианте. Убивать буду я, причем ежедневно, со всеми своими фантазиями и извращениями. Вот видишь, я не безумный, раз способен самостоятельно поставить себе диагноз, хе-хе…
Пощечина Хаосу, смерть, и “умрут они в один день”... Пазл в моей голове сложился. Миссия наложилась на обещания, шанс встретился с возможностью.
Я смахнул с себя ограничения эмоционального блока, прикрывающие разум тяжелой феназпемовой подушкой. И ярость мгновенно захлестнула сознание. Маму мою обнять? Танюху поцеловать?!
Сердце сбойнуло, перекачивая киллограмы адаманта в тяжелый полуторный клинок.
-- Ого… - только и успел расширить глаза Неназванный-Тавор, как срубленная с плеч голова вновь покатилась по полу.
Прости братец… Под обреченный вой прижатого моей силой Павшего кромсаю фигуру младшего адамантом, гарантированно лишая возможности отрегенировать и воскреснуть.
А затем, глядя в затягиваемые пустотой глаза Тавора, согласно киваю:
-- И умрут они в один день!
Резкий взмах, и я вонзаю тяжелый клинок в собственное сердце. Проворот… Пустота… Здравствуй, Великое Ничто…
81 ярус. Пентхаус Творца.
Я сидел, удобно развалившись на мягком диване, обитом шкурой неизвестного зверя. Мебель была не простой, штучный товар божественного гранда с витиеватой печатью на боку. И даже не стоит пытаться подделать - получишь проклятие до седьмого колена - почище чем от распятого бога. Исходящие от диванчика эманации легко бафали смертного до уровня архимага, да и мои огрубевшие чувства расслаблялись, словно в ласковом прибое Средиземного моря.
Творец, в полюбившемся ему образе огненного саламандра, возлежал на ложе из едва заметно тлеющих углей Древа. Чужого Древа. Где уж он их брал - история умалчивает. Пространство вокруг очага мерцало, но не из-за тепловых потоков, а из-за столкновения с чужими физико-магическими константами. Наверное, Саламандру это нравилось…
-- Ты же понимаешь что второго шанса не будет? - Творец, выделивший на наше общение целый поток своего разума, скосил на меня фиолетовый глаз. - Возрождение Бессмертного и так напрягало Равновесие. И поверь мне на слово, - оно очень не любит напрягаться… Я подарил его тебе как последний шанс при неизбежном столкновении с Хаосом, а ты бездарно слил его на убийство врага…
-- И возрождение брата… - педантично поправил я, и сделав глоток амброзии покосился в широкое окно.
Там, за невидимым барьером силового поля, сверкал красками Друмир. Вознесенный на вершину Древа, он сиял ярким маяком, словно звёздочка на верхушке новогодней елки.
Защищенный почти в абсолют, бережно укрытый от невзгод крыльями двух серафимов, укоренившийся в месте силы Его, с топовым разгоном локального времени - Друмир развернулся на все 700% от максимального потенциала.
На тысячи голосов орали в пеленках будущие архимаги.
Рывками выходили на пиковую мощь магические источники.
Волшебные животные рождались исключительно с громкими приставками -архи, -мега, -матерый, -сверх и прочими прилагательными превосходный степеней.
Из рук крафтеров, под их изумленно распахнутыми глазами, регулярно выходили предметы легендарных, мифических, реликтовых и эпических грейдов.
И даже строгающие рогатку малыши уже не обращали внимание на цветные маркеры оружия. Зеленое: “необычное”, синее: “редкое”, а у самых везучих да хулиганистых: фиолетовое, “уникальное”...
Крестьянские дети рождались чудо-богатырями, а новорожденные зайчата сорокового уровня отбирали мед у медведей в старых нуболокациях.
Мир, подсевший на константный баф от Творца, рос как на дрожжах.
-- Нравится? - перехватив мой взгляд, хмуро поинтересовался вдруг пошедший пятнами саламандр. - Любуйся, повышай мотивацию. Потому как вся эта радость…
Творец на мгновение замолчал, а у меня к горлу прыгнул ком. Древо совершило маневр, сменив курс бесконечного дрейфа на пару градусов. Кружащие вокруг Жнецы продолжали сжимать кольцо.
-- …вся эта радость закончится довольно скоро. Нет, мы конечно еще потрепыхаемся… Но… баллы Равновесия бездарно растрачены. Сорок тысяч у нас, и более двухста тысяч у Первостихии. Пятикратный перевес, чаша весов на стороне Хаоса. Если упростить - то сейчас его ход. И твоя задача сделать так, чтобы Первостихия вложилась в один сверхмощный удар. Удар, который придется в пустоту.
-- В меня. - все с той же педантичностью поправил я.
-- В тебя. - безразлично пожав крыльями подтвердил саламандр. - Хаос крепко налажает, сольет ход в Пустоту, и уж тогда мы не упустим свой шанс! Сейчас же… Прости, но еще одно Воскрешения я пока не потяну. Возрождение бессмертного, пусть даже ограниченное дополнительными условиями, сожрало четыре тысячи единиц Равновесия. Причем повторное напряжение констант обойдется кратно дороже. При нашей скудности ресурсов это нереально…
Я по-прежнему задумчиво щурился в волшебное окно. Почувствовав мое настроение оно замельтешило по локациям, выхватывая яркие картинки и укрупняя отдельные участки.
Вот группа потрепанных нубов, включающая в себя одного мелкого псоглавца, пытается фармить нежить занявшую столь знакомый мне Холм Гноллов.
Вот тройка подростков в жестяной броне довольно умело гоняют матерых крокодилов в Оазисе.
А вот богато украшенные стены Первохрама. Сидящий на его ступенях седой гоблин курил длинную трубку и покачивал фиолетовыми ушами в такт вечной музыке, раздающейся из маго-алхимического магнитофона:
Я, наконец, оторвался от окна и повернулся к Творцу:
-- Да я и не претендую. Наоборот, спасибо что дождался заката и только потом меня воскресил. Иначе все было бы зря. И кстати, реально, почему такие странные условия?
Я прикрыл глаза и процитировал: “
-- А что тут непонятно? Чем больше ограничений, тем дешевле вмешательство. Одно дело дать смертному десятикратную силу. Это дороговато. Другое - ограничить баф десятисекундным таймером и часовым откатом. Боги не всегда скупы, просто крутятся в рамках ограниченных возможностей. Так и с тобой. Равновесие сурово, хотя иногда его оценки выглядят нелогично. Воскресить бессмертного - стоит девять тысяч ЕР. Если добавить ограничение в виде: “тебя и его” - как бы странно это не звучало, но будет дешевле. Ну а навязав третьего лишнего мы оптимизировали запрос до четырех тысяч.
-- Надо было еще пару розовых пони в условия ввести - нам бы еще и доплатили…
Творец хмыкнул:
-- Схема не линейна. На самом деле не считай себя умнее Первостихии. Раз она посчитала, что воскрешение кого-то третье будет дешевле - значит есть в этом что-то. То ли боком потом вылезет, то ли наоборот - баланс в перспективе уравняет. Ладно, как я понимаю с твоим воскрешением вопросов нет. По поводу “Его” - так же все довольно ясно…
-- Брат! - улыбнувшись киваю я.
-- Ну а кто у нас будет “тем парнем”? - с хитринкой поинтересовался саламандр.
-- Только парня можно? Танюху, скажем, под эти рамки никак не загнать?
Творец осуждающе покачал головой:
-- Не пытайся переписать Книгу Судьбы. Встретишь ты еще свою Танюху, но не сейчас…
-- Когда?! - я вздрогнул и подался вперед, с трудом удерживая в себе желание ухватить плюшевую морду саламандра, повернуть ее к себе и требовательно заглянуть в глаза. - Когда встречу?
-- Упс… - зубастая пасть расплылась в фальшиво-виноватой улыбке - Я кажется сболтнул лишнего…
-- Опять мотивируешь?! - возмутился я.
-- Не без этого, мой юный друг, не без этого… Ну так что, кто будет “тем парнем”? Не другом-братом-сватом. А просто незнакомым тебе разумным. Хомо сапиенсом. Мужчиной. Условно молодым. Погибшим…
-- Так! Хорош усложнять! Дай подумать…
Минута молчания… долгий взгляд в магическое окно… и неожиданное решение…
----------------------------
От автора:
Присоединяйтесь в мой Телеграм канал https://t.me/joinchat/1Yk_CLfCOC44MmFi
Спасибо вам за любовь к Друмиру.