Он, открыв рот, смотрел мимо Хедвиг Кюммельзафт.

– Прямо до?.. – уточнила она. – Докуда?

– Вот! – ахнул мужчина и указал на белые пальцы, которые осторожно приподняли шляпу госпожи Кюммельзафт. Его такса запрокинула голову и завыла.

– Это? Ах, это ничего, не обращайте внимания! – Хедвиг Кюммельзафт сердито шлёпнула по зыбким ледяным пальцам. – Итак, ехать прямо, а дальше?

Но мужчина не мог больше произнести ни слова. Он стоял с раскрытым ртом, а собака обвивала поводок вокруг его ног.

– Так докудува же? – прошелестел Хуго и дунул бедняге в лицо своим затхлым дыханием. – Давай, гувори уже или мне придётся тебя немнуго пущекотать?

– Пря… прямо до автобусной остановки, а там… потом на просё… лочную дорогу, – через силу выдавил владелец таксы.

– Спасибо, – поблагодарила Хедвиг Кюммельзафт. Потом быстро подняла стекло и нажала на педаль газа.

Бедняга так и остался стоять под дождём, непонимающе глядя вслед машине.

– Хё-у-ху-ху! – пропел Хуго и помахал мужчине через заднее стекло. – Хё-у-ху-ху. А он всё ещё смотрит!

– Да ты совсем рехнулся? – напустился на него Том. – Ты хоть когда-нибудь способен удержаться от своих глупых привиденческих шуток?

– Туман, – сказала Хедвиг Кюммельзафт. Шурша шинами, они сделали первый поворот. – У этого ПСП в голове один туман, больше ничего. Первый поворот направо, второй налево. Том, ты видишь где-нибудь автобусную остановку?

– Неблагударные, – ругался Хуго. – Вы в самом деле неблагударные.

– Ах, замолчи, ты меня нервируешь, – отмахнулся Том. – Я надеюсь, что в замке ты хотя бы иногда не будешь вести себя плохо. Вот! – Он протёр рукавом запотевшее лобовое стекло. – Вон там автобусная остановка, а вот и просёлочная дорога. У покосившегося указателя.

Хедвиг Кюммельзафт теперь ехала по раскисшей ухабистой дороге. Зыбкое тело Хуго колыхалось на заднем сиденье, словно пудинг цвета зелёной плесени.

– Меня мутит! – стонал он. – Мне так ду-у-урно!

– Так тебе и надо, – злорадствовал Том. И потом вдруг добавил: – Ничего себе!

Перед ними появился замок Дустерберг. Большой и серый, он стоял как вкопанный, окружённый рвом с тёмной водой, в которой отражались его стены, поросшие плющом.

– Ничего себе! – повторил Том.

Машину бросало по раскисшей дороге из стороны в сторону, и госпожа Кюммельзафт едва успела остановить её перед мостом.

С противных каменных морд, скаливших зубы над воротами замка, падали дождевые капли.

– А мне нравится, – прошелестел Хуго. – Нет, действительно, очень мило.

– «Мило»?! Это слово мне бы даже в голову не пришло, – удивился Том.

Он достал с заднего сиденья свой рюкзак, натянул на голову капюшон и открыл дверцу. Дождь хлестал ему в лицо, а ветер трепал куртку. Том запрокинул голову и посмотрел на башни замка. Они вонзали в небо свои железные наконечники, словно копья.

– Весьма впечатляет, не правда ли? – Госпожа Кюммельзафт достала из багажника сумку со снаряжением и сунула Тому в руки компьютер. – Идём, остальной багаж заберём после.

И она решительным шагом направилась к мосту. Том оглянулся в поисках Хуго, но тот пропал из виду.

– Эй, Хуго! – Том постучал по рюкзаку. – Сейчас же выходи, а то напустишь мне там слизи.

– Это пудло, – ворчал Хуго, вываливаясь на свет божий. – Здесь слишкум светло, нестерпимо светло! – жаловался он. – И ещё этот прутивный ветер.

Том покачал головой и последовал за Хедвиг Кюммельзафт. Круглые, выщербленные брёвна моста были скользкими от дождя.

Том подошёл к перилам и глянул вниз, на чёрную воду крепостного рва.

– Я чую ду-у-ухов! – прошептал Хуго. – Вудяных духов, илистых духов, древних-предревних духов. Бу-у-ху-у!

Он скрылся, хихикая, в арке ворот в стене замка.

Том оторвал взгляд от тёмных вод и, спотыкаясь, поспешил вслед за Хуго, мимо каменных морд и прорезей, через которые раньше выливали горячую смолу на головы непрошеным гостям. Когда он пересекал двор замка, у него вдруг появилось чувство, будто за ним наблюдают древние глаза. Злые глаза, полные ненависти. Но, когда Том огляделся, никого вокруг не заметил.

Госпожа Кюммельзафт уже стояла с Хуго на широкой лестнице, ведущей к главному входу. Промокший и продрогший Том подошёл к ним. На большой табличке у двери значилось: «Замок Дустерберг. Осмотр в рабочие дни с 10 до 12 часов, по воскресеньям с 10 до 16 часов. Экскурсии только по записи».

– Хуго, если ты опять будешь плохо себя вести, как это было только что, я своими руками забросаю тебя сырыми яйцами. Тебе ясно? – предупредила Хедвиг Кюммельзафт.

– Тьфу, – простонал Хуго и съёжился. – Уж и пошутить нельзя?

– Нельзя, – твёрдо сказала Хедвиг Кюммельзафт.

Потом она дёрнула за цепочку, которая болталась рядом с деревянной дверью. Где-то глубоко внутри замка зазвенел колокольчик…

Госпожа Вурм провела охотников от лестницы в коридор, на стенах которого между узкими окнами висели пики, боевые палицы с острозубыми железными шарами, мечи и другое смертоносное оружие.

– Перед вами знаменитая оружейная коллекция барона, – прошептала госпожа Вурм. – Всё это уже не раз нападало на нас, мы едва успевали уворачиваться. Просто чудо, что нас ещё не насадили на пику.

– Очень интересно, – сказала госпожа Кюммельзафт. – Кстати, вам совсем не обязательно разговаривать шёпотом. Большинство привидений слышат не особенно хорошо. Они чуют запах своих жертв, и это, к сожалению, довольно надёжный метод.

– Верно. – Хуго приобрёл голубоватый оттенок. – И я сейчас кое-что унюхал. Нечто старое и пудлое.

Он беспокойно колыхался в нескольких метрах от остальных.

Том быстро сунул руку в свой рюкзак и достал пульверизатор для опрыскивания цветов, наполненный солёной водой.

– Быстро! – скомандовала госпожа Кюммельзафт. – К стене!

Господин Вурм послушался, но госпожа Вурм остановилась на месте как вкопанная и смотрела вверх.

Огромное копьё выворачивалось из держателя. Словно деревянная змея, его черенок подёргивался из стороны в сторону. Том щедро спрыснул копьё солёной водой. В ответ раздался пронзительный негодующий визг. Две боевые палицы пронеслись по воздуху и воткнулись своими острыми шипами в пол. Сабли, копья и пики с грохотом посыпались на пол рядом с госпожой Вурм, которая вдруг начала хихикать.

Это было ужасное хихиканье, хриплое и гулкое.

Потом госпожа Вурм засветилась изнутри – как тыква на Хеллоуин. Лицо её расплылось, как будто стало жидким. Брови надулись, а с волос закапала зелёная жижа. Рот растянулся в отвратительной ухмылке.

– Баронесса! – в ужасе вскричал господин Вурм. – Это же Кровавая баронесса!

– Телопроницатель! – догадалась госпожа Кюммельзафт. – Быстро, Том, прикуси язык! Вы тоже, господин Вурм!

– Это-о-о мо-о-ой за-а-амок! – шипела госпожа Вурм самым зловещим голосом, какой только приходилось слышать Тому. – Пош-ш-шли во-о-он отсю-у-у-да!

– Солёная вода, Том! – крикнула госпожа Кюммельзафт. – Брызгай ей на ступни!

Том вскинул пульверизатор и разбрызгал всю солёную воду, какая ещё оставалась, на ступни госпожи Вурм.

– Йи-и-и-и! – завизжала Кровавая баронесса. Госпожа Вурм неистово подпрыгивала, и вокруг неё на полу появилась буро-зелёная лужа. – Я-а-а ещё верну-у-усь! – завывал отвратительный голос.

Лицо госпожи Вурм уменьшилось до прежних размеров, голова перестала светиться, волосы снова стали седые – и призрак исчез.

– Дорогая моя! – Обеспокоенный господин Вурм бросился к жене.

– Она была, ик-к, внутри, ик-к, меня! – всхлипывала госпожа Вурм. – О, это было, ик-к, жутко, так жутко.

Муж обнимал её, стараясь утешить.

– И теперь у меня, ик-к, к тому же ещё и, ик-к, икота! – в отчаянии стенала госпожа Вурм.

– Не беспокойтесь, – сказала Хедвиг Кюммельзафт. – Приблизительно через сутки всё пройдёт. Это типичное последствие заражения телопроницателем.

– Через сутки, ик-к?! – воскликнула госпожа Вурм, и тут на неё напал такой приступ икоты, что она больше не могла произнести ни слова.

– Хуго! – позвал Том. – Хуго, куда ты пропал?

– Здесь я! – Хуго, ухмыляясь, выбрался из рыцарских доспехов. – Вот это да! Вот это было круто! Она настуящая искусница призрачных явлений. Впечатляет! По-настуящему впечатляет, правда?

– Ну, я стараюсь унять своё восхищение, – язвительно ответил Том. – Ты ещё что-нибудь чуешь?

Хуго принюхался и помотал головой:

– Ушла! – сказал он с некоторым сожалением. – Ушла далеко-далеко.

Хедвиг Кюммельзафт кивнула:

– Да, ведь ещё светло, в такое время у большинства привидений не хватает выносливости долго куролесить. Воспользуемся этим. Я надеюсь, до оружейной камеры уже не так далеко?

Господин Вурм кивнул в ответ.

– Ну, тогда идёмте.

Муж и жена на трясущихся ногах повели охотников за привидениями дальше по тёмному замку.

– Мой дорогой Том, – негромко сказала госпожа Кюммельзафт, когда они шли следом за смотрителями замка. – Это очень могущественный противник. Могущественный и свирепый. Я боюсь, нас ждёт крайне неприятная ночь. Как ты думаешь?

Том, к сожалению, мог только согласиться с напарницей.

Господин Вурм понизил голос:

– Это Кровавая баронесса! Видите? Внизу на раме: «1644 год. Яспара фон Дустерберг цу Крётенштейн». Жуткая личность. Я знаю о ней не так много, только имя и то, что в этой местности о ней всё ещё ходит дурная слава.

– Жаль, – вздохнула госпожа Кюммельзафт. – Очень, очень жаль, что знаете так мало. Мы непременно должны разузнать о ней больше. Прежде всего, когда и как она умерла. ИПРИЗов почти невозможно изгнать без этих сведений.

– ИПРИЗы – это исторические призраки, – объяснил Том растерянно моргающим Вурмам.

Госпожа Кюммельзафт кивнула:

– Да, и они бывают разной степени опасности. В нашем случае, боюсь, мы имеем дело с одним из опасных экземпляров.

– Я тоже боюсь, – буркнул Том. – Ведь в темноте их безобразия ещё хуже, чем днём, не так ли?

– О да! – воскликнула госпожа Вурм. – Мы ночами не можем, ик-к, сомкнуть глаз, ик-к, из-за криков и стонов.

– Но показалась она вам сегодня впервые? – спросила Хедвиг Кюммельзафт.

Вурмы дружно кивнули.

– Тогда, значит, мы прибыли вовремя, – сказал Том. – Большинство ИПРИЗов становятся сильнее, когда приближается день их смерти. Они тогда чаще появляются и становятся день ото дня опаснее.

– Ах, вон оно что! – Господин Вурм заметно побледнел.

– Вы не замечали, что в темноте лампы мигают? – спросила Хедвиг Кюммельзафт.

– Или плита не включается, – добавил Том.

– Ещё бы! – Госпожа Вурм часто закивала. – Не далее как вчера, ик-к, и позавчера вечером.

– Ох, о-о-ох, – вздохнул Том и тревожно переглянулся с госпожой Кюммельзафт.

– Барунесса пужирает электрический ток, – прошелестел Хуго с подоконника. – Пряму-таки лакумка, гурман, да ведь?

Госпожа Кюммельзафт выглянула в окно.

– У нас остаётся не так много времени до наступления темноты. Кто из вас знает, где находится щит с предохранителями?

– Я, – сказал господин Вурм. – А что?

– Надо отключить электричество, – ответил Том. – Иначе она накопит столько энергии, что её уже никто и ничто не в силах будет прогнать.

– Точно. – Хедвиг Кюммельзафт достала из сумки удлинитель со штекером на одном конце и металлическим шипом на другом. – И потом нам ещё нужно в библиотеку. Ведь здесь же есть библиотека?

Господин Вурм кивнул:

– Там она бесчинствует особенно часто.

– Разумеется, – сказал Том. – Баронесса хочет воспрепятствовать тому, чтобы о ней что-то прознали. – Он вопросительно посмотрел на Хедвиг Кюммельзафт: – Что мне ещё прихватить с собой?

– Кроме твоего рюкзака? Хм. Мы, к сожалению, пока мало знаем о нашей противнице. – Госпожа Кюммельзафт задумчиво потёрла кончик носа. – Итак, я возьму с собой, разумеется, электротепловой преобразователь. – Она указала на удлинитель. – Затем нам на всякий случай понадобятся мятная паста, соль, таблетки, переносной сейсмограф – другой мы оставим здесь, м-да, и рацию, я бы сказала. Хуго! – Госпожа Кюммельзафт повернулась к ПСП: – А ты останешься с госпожой Вурм. Бедная женщина уже достаточно натерпелась сегодня. Если у вас тут появятся гости, дай мне знать по рации, которую я вам оставлю. Но, может, ты пощекочешь коллегу ледяными пальцами или испробуешь на ней какую-нибудь из своих обычных шуточек?

– Куда там, – отмахнулся Хуго. – Это действует только на людей.

– Жаль, – сказала Хедвиг Кюммельзафт, но вдруг насторожилась и предостерегающе подняла палец.

Сейсмограф ДУЧЕВИДов начал звенеть и мигать, сперва жёлтым, потом красным, потом плеснево-зелёным цветом.

– Всем прикусить языки! – прошептала Хедвиг Кюммельзафт. – И таблетку! Быстро в рот!

За дверью послышалось тихое бормотание, и кто-то начал скрести ногтями по старой древесине.

– Соба-а-ачьи ничто-о-ожества! – прошипел отвратительно глухой голос. – Жалкие йи-и-и-и! – С пронзительным визгом голос оборвался, и за дверью начался такой грохот, как будто по дубовым доскам пола плясали чьи-то громадные ноги. Потом из-под двери потянуло холодом, призрак ещё раз пронзительно вскрикнул – и всё снова стихло.

Том довольно ухмыльнулся:

– Дверная защита работает. Да, да, соль для ног привидений – неприятная вещь. Хуго, только не снимай свою обувь, я посыплю солью весь замок, понятно?

– Понятно, – прошелестел Хуго.

– Хорошо. – Хедвиг Кюммельзафт повесила себе на плечо электротепловой преобразователь. – Приступим к работе.

Том взял пульверизатор с солёной водой и портативный сейсмограф ДУЧЕВИДов, а господин Вурм на прощание поцеловал жену.

– Возьми с собой кофе, дорогой, – сказала госпожа Вурм и сунула ему в руки термос. – Крепкий кофе всегда помогает.

Вот в этом Том далеко не был уверен, но оставил свой комментарий при себе. Он осторожно открыл дверь, и, когда сейсмограф ДУЧЕВИДов не издал ни звука, все трое перешагнули через лужу грязи, оставленную привидением, и пустились в путь.

– Кро… эмм, как вы сказали? КРОКУСДы? – беспокойно переспросил господин Вурм.

– Крошечные кусачие духи, – расшифровал Том. – Безобидные и для человека совершенно не опасные. Но их более крупные собратья стараются держаться от них подальше. Потому что КРОКУСДы прогрызают дыры в колышущейся оболочке привидений. Иногда они откусывают даже целые куски от тела. Это сильно нервирует их собратьев, ведь они затрачивают ужасно много привиденческой энергии, чтобы восстановиться. Поэтому, наверное, ваш замковый призрак не отваживается сунуться сюда.

– А как выглядят эти КРОКУСДы? – спросил господин Вурм и тревожно огляделся.

– Ой, величиной приблизительно с апельсин, – объяснил Том. – И примерно такой же формы, но эти маленькие бестии – зелёные, как бутылочное стекло, и у них длинные острые зубы.

– Ага, – пролепетал господин Вурм. И с этого момента стал чаще озираться, но только дважды мимо них прошмыгнули небольшие стайки КРОКУСДов.

– Может, нам прихватить парочку с собой? – предложил Том. – Чтобы немного позлить баронессу.

– Неплохая мысль, – согласилась Хедвиг Кюммельзафт. – Возьми это на себя, а мы пока сходим к щиту с предохранителями.

– Нам надо идти прямо, – сказал господин Вурм, и вот уже он и госпожа Кюммельзафт скрылись за следующим сводом.

Том остался один в темноте.

– Ну, вперёд, – пробормотал он и извлёк из своего рюкзака пакет с небольшими липкими полосками бумаги, которые сильно пахли мышиным помётом – излюбленным ароматом КРОКУСДов.

– Сюда, сюда, ко мне, мои маленькие бесенята, – нашёптывал Том, раскладывая полоски бумаги на полу. – Идите скорей, у нас не так много времени.

Он достал из кармана брюк сеть и спрятался с ней позади кучи больших камней. Долго ждать ему не пришлось. Сперва появилась только крыса, она заинтересованно обнюхала его ботинки, но потом вдруг послышалось тихое урчание, типичное для КРОКУСДов.

Мерцая зелёным, они подлетали всё ближе. Их маленькие глаза светились в темноте. С урчанием духи приблизились к бумажкам и начали толкаться и хватать друг друга острыми зубами, пока трое из них наконец не прилипли. Визжа, они пытались освободиться, а их товарищи улепётывали прочь с взволнованным воем.

Том молниеносно подскочил, набросил на этих троих противопризрачную сеть и затолкал их в рюкзак. Духи яростно вгрызались в его руку своими зубками, но всё, что он чувствовал, это лёгкое щекотание. Для кожи человека зубки КРОКУСДов были совершенно безвредны.

– Ну, поймал? – спросила Хедвиг Кюммельзафт.

Господин Вурм посветил Тому в лицо фонарём.

– Конечно, – ответил Том и ухмыльнулся. – А вы нашли предохранители?

Хедвиг Кюммельзафт кивнула:

– Теперь наше привидение на диете.

– Хуго, – прошептал Том по рации. – У вас там всё в порядке?

– Да, – прошелестел Хуго.

– Хорошо, – сказал Том. – Тогда нам лучше прямо сейчас отправиться в библиотеку.

Когда господин Вурм открыл дверь библиотеки, навстречу им подул ледяной ветер. Большие окна были распахнуты настежь, и Том услышал, как дождь снаружи хлещет по воде крепостного рва.

Они быстро закрыли окна и огляделись. На высоких деревянных стеллажах почти не было книг. Остальные книги вперемешку валялись на ковре: сваленные в кучу, раскрытые, порванные; старые страницы загнуты, кожаные корешки перепачканы жижей.

– О нет! – воскликнул господин Вурм. – Все эти чудесные книги!

Он в ужасе поднял фонарь повыше.

– М-да, тут уже кто-то побывал до нас, – вздохнула госпожа Кюммельзафт.

– Всю эту работу проделала наша дорогая баронесса.

Том выглянул в окно. В высоких деревьях уже зависли сумерки.

– Скоро стемнеет, – сказала Хедвиг Кюммельзафт. – Но мы должны рискнуть. Поищем книги, в которых речь идёт об истории замка. Нас особенно интересует семнадцатый век.

– Лучше всего начать с нижних, – предложил Том. – Если она хотела припрятать определённые книги, они наверняка лежат внизу.

– Я надеюсь, что они не там, – вздохнула госпожа Кюммельзафт и озабоченно выглянула из окна: внизу плескалась о стены вода крепостного рва.

– А-а-а-а! – вопила баронесса, а её конь с колеблющимися ногами встал на дыбы. – Пре-е-е-крати-и-и, сейчас же пре-е-екрати-и-и!

Но Хедвиг Кюммельзафт, разумеется, и не подумала об этом.

– Что, тебе не по вкусу, Яспара?! – крикнула она.

Привидение гневно завизжало, развернуло коня, пришпорило его и поскакало к окну. Створки распахнулись, и конь-призрак вместе со своей жуткой наездницей, мощным прыжком перескочив через оконный парапет, бросился в крепостной ров.

Господин Вурм, Том и госпожа Кюммельзафт подбежали к окну и увидели, как Кровавая баронесса тонет в бурлящей воде.

– Ну, в книге, наверное, написано много интересного об этой даме, – предположил Том.

– Надеюсь, – сказала Хедвиг Кюммельзафт.

Господин Вурм всё ещё стоял у окна и таращился на тёмную воду.

– Она ещё вернётся! – прошептал он.

– Да, наверняка, – ответила Хедвиг Кюммельзафт. – И я боюсь, уже скоро. Идёмте, господин Вурм. – Она мягко потянула его от окна. – Мы возвращаемся к вашей жене. И там спокойно дочитаем книгу о Кровавой баронессе до конца.

– А что это была за штука, которой вы её прогнали? – спросил господин Вурм, полный восхищения.

– О, это моё собственное изобретение, – сказала Хедвиг Кюммельзафт, снова вешая шнур на плечо. – Электротепловой преобразователь. Он забирает энергию у пожирающих электричество привидений и преобразует её в то, что они любят меньше всего – в тепло.

– Это поразительно, – бормотал господин Вурм. – Да, совершенно поразительно.

Потом они пустились по тёмному замку в обратный путь. Назад, к госпоже Вурм и Хуго, которые ждали их с нетерпением.

Его пальцы стремительно запрыгали по клавиатуре. На маленьком экране появилась страница сайта ИПБП (Исследовательского пункта по борьбе с привидениями) с данными от А до П. Ключевое слово: ДУХИЛОВОД.

– Вот оно, – пробормотал Том. – Ну, поехали.

Он нажал на кнопку ввода, и экран заполнился текстом.

– Читай, – попросила Хедвиг Кюммельзафт.

И Том начал:

– «ПРИТЁМПРО, привидение с тёмным прошлым. Большое семейство ИПРИЗов, исторических призраков, имеет много видов, из которых труднее всего победить ПРИТЁМПРО. Эти привидения ещё при жизни отличаются чрезвычайно неприятными чертами характера, которые ещё усиливаются после их кончины. В большей степени это свойственно тем ПРИТЁМПРО, которые погибли насильственной смертью. Такие представители этого крайне неприятного вида обладают отвратительной способностью телопроницания – они могут внедряться в живое тело. Этот мерзкий процесс вызывает у жертв душевное расстройство и икоту, которая зачастую проходит только через сутки».

– Только, ик-к, через сутки, ик-к, о нет! – горестно вздохнула госпожа Вурм.

Том продолжил читать:

– «О борьбе с ПРИТЁМПРО, обладающими способностью телопроницания, известно очень мало, поскольку каждый представитель настолько индивидуален и неповторим, что всякое обобщение в методах изгнания было бы опасным. Но одно можно сказать твёрдо: изгнание возможно лишь, мы подчёркиваем, исключительно в час смерти соответствующего представителя. Если час смерти выяснить невозможно, то всякая попытка изгнания остаётся тщетной».

– Час смерти? – воскликнул господин Вурм. – К счастью, мы его знаем. На рассвете.

– Да, но в какое время года? – Том поправил очки. – Зимой или летом? Ведь это может означать несколько часов разницы. Без знания точной даты нам это не поможет.

Вурмы сокрушённо переглянулись.

– Ну, над этим мы поломаем голову позже, – сказала госпожа Кюммельзафт. – Так или иначе, мы это выясним. Теперь я хотела бы узнать что-нибудь о последствиях водной кончины баронессы. Введи-ка, пожалуйста, запрос «ПРИТЁМПРО/Смерть через утопление».

– Есть! – сказал Том.

И экран снова заполнился текстом. Том зачитал:

– «ПРИТЁМПРО/ДУХИЛОВОД, дух илистой воды. Если ПРИТЁМПРО, с которым приходится иметь дело охотнику за привидениями, погибло насильственной смертью в воде, то из этого опять же получается крайне коварный экземпляр, обладающий пренеприятной способностью поглощать электрический ток. Этот вид привидений высасывает электричество из всех доступных источников: из розеток, кабелей, электроприборов и даже из батареек. Благодаря этой энергетической подпитке ПРИТЁМПРО может развить такую силу, что простым прикосновением превратит противника в жидкость, и, что особенно ужасно, поглощая своих жертв, оно становится ещё сильнее».

– Но это же отвратительно! – вскричал господин Вурм. – Просто отвратительно. Как хорошо, что мы отключили электричество этому монстру.

– Погодите, – сказал Том. – Минуточку. – Он наморщил лоб. – Аккумулятор моего компьютера изолирован от привидений, в нашей машине тоже. Но я надеюсь, что у вас здесь не хранится где-нибудь запас батареек, верно?

Вурмы побледнели как полотно.

– Д… д… да, хранится, – заикаясь, еле выговорил господин Вурм. – В бывшей конюшне стоят машины, все с новенькими аккумуляторами. Я проверял их на прошлой неделе. Хозяин замка коллекционирует старинные автомобили, знаете, и требует, чтобы каждый из них в любой момент был готов к работе.

Хедвиг Кюммельзафт и Том обменялись беспокойными взглядами.

– Автомобильные аккумуляторы! – простонал Том. – И сколько их?

– Пять, – ответил господин Вурм.

– Пять?! – Госпожа Кюммельзафт озабоченно покачала головой. – Ах, беда. Где они находятся?

– В левом, ик-к, боковом крыле замка, – сказала госпожа Вурм.

– Там раньше были стойла для лошадей. Мост пришлось специально укреплять для проезда автомобилей. – Господин Вурм испуганно посмотрел на охотников. – О боже, неужели вы думаете…

– Именно так я и думаю! – Госпожа Кюммельзафт вскочила. – Если мы все не хотим закончить жизнь в виде лужи, надо срочно проверить машины.

– Мы тоже пойдём с вами, – сказал господин Вурм. – Не так ли, дорогая?

Госпожа Вурм поправила свой бант:

– Не… ик-к …пременно.

– Мне эта идея не нравится, – возразил Том. – А что, если баронесса тоже подумала об автомобилях и поджидает нас там, в гараже, выкачав всю энергию из аккумуляторов?

– А что, если она, ик-к, здесь, в замке, – спросила госпожа Вурм дрожащим голосом, – и явится сюда, как только вы, ик-к, выйдете во двор?

– Хуго останется тут вам в помощь, – предложил Том.

Вурмы недоверчиво взглянули на Хуго, чего он, правда, не заметил, потому что в это время рылся в рюкзаке Тома.

– О, пожалуйста, мы бы, ик-к, лучше пошли с вами! – воскликнула госпожа Вурм. – Я не хочу ещё раз стать, ик-к, телопроницаемой.

– Ну хорошо, – Хедвиг Кюммельзафт пожала плечами, – если вы так на это смотрите. Но тогда я прошу вас надеть резиновые сапоги и резиновые перчатки. Это защитит вас от прикосновений баронессы. И ещё одно: если баронесса нам встретится, уже опустошив батареи…

Вурмы переглянулись выпученными глазами.

– Тогда бегите что есть духу, – сказал Том. – Бегите быстро, да не по прямой, а зигзагами…

– Как бегает заяц, – прошелестел Хуго и по пояс зарылся в рюкзак Тома.

– Да, как петляет заяц. – Хедвиг Кюммельзафт кивнула. – Это чаще всего приводит привидения в замешательство. Из-за постоянной смены направления они начинают трястись, как…

– Как сумасшедшее желе, – подсказал Том и ухмыльнулся. – И тогда мы попытаемся снова выкачать из неё всю энергию.

Он вопросительно посмотрел на госпожу Кюммельзафт:

– Может, мне на всякий случай прихватить свисток для призраков?

Хедвиг Кюммельзафт кивнула:

– Не повредит. Итак, идём. Каждая минута на счету.

– А как ты, Хуго? – спросил Том. – Останешься здесь на посту или пойдёшь с нами? Эй, Хуго?

Но ПСП и след простыл.

– Куда он опять подевался? – Том нервно огляделся по сторонам.

– Я думаю, он в вашем рюкзаке, – предположил господин Вурм.

– В рюкзаке?! – Том усмехнулся. – Ну, тогда он, пожалуй, сейчас выскочит оттуда пулей.

– Ай-й-й-й-й! – заверещал Хуго и вылетел из рюкзака плеснево-зелёной ракетой. – КРОКУСДы! – вопил он. – Ужасные и пудлые пуганцы КРОКУСДы! Они укусили меня за палец.

– Ух ты, а я про них совсем забыл, – хихикая, сказал Том. – Вот их-то я как раз и возьму с собой. Может, они нам пригодятся. Если баронесса будет вопить хотя бы вполовину так, как ты, меня это устроит.

– Ах, как оструумно, – обиделся Хуго, облизывая палец. – Учень, ну учень оструумно!

– Да, да-а-а, – прошелестел Хуго. – Будет сделано. Хотя я был бы не прочь пузнакомиться с барунессой публиже. Её привиденческое искусство пуистине вулшебно, да и внешне она выглядит весьма неплухо.

– Омерзительная дама! – поморщился Том. – Так что давай-ка без романтики, ладно?

– Ах, но я ведь и сам омерзительный, – пропел Хуго. – Так что это мне не помешало бы.

Том закатил глаза:

– О, да ты, я смотрю, и впрямь влюбился. Влюбился в пучеглазое чудовище!

– Глу-у-упости! – Хуго сердито ткнул Тома в грудь. – Пулная чушь!

Том принялся хихикать, да так, что очки сползли у него с носа.

– О, это будет жаркая любовь, когда вы соприкоснётесь вашими ледяными пальцами. Знаешь что, Хуго, всё-таки сделай ей парочку привиденческих комплиментов, если она появится. Может, баронесса тогда забудет, что хочет превратить нас в лужи и выпить, хорошо?

– Учень оструумно! – прошелестел Хуго, обдавая лицо Тома своим гнилым дыханием. – Неверуятно оструумно!

– Эй, вы, прекратите, – одёрнула их госпожа Кюммельзафт. – У нас правда нет на это времени. Господин Вурм, а у вас есть ключ от часовни и склепа?

– Конечно же. – Господин Вурм вытянул из кармана связку ключей. – Вот он, длинный, с завитушками.

Госпожа Кюммельзафт спрятала ключ в карман и отдала господину Вурму сейсмограф ДУЧЕВИДов.

– Вот, на всякий случай, – сказала она. – На Хуго в его романтически помешанном состоянии нам лучше не полагаться. Идём, Том.

– Пока, Хуго, – хихикал Том. – И не очень-то скучай по своей любимой, хорошо? А то она ещё и впрямь явится.

– Хе-хе-е-е, – прошелестел Хуго и бросил в Тома снежком, а затем скрылся с Вурмами в старой конюшне.

Хедвиг Кюммельзафт и Том пересекли двор, чтобы осмотреть склеп фон Дустербергов цу Крётенштейн.

Снег лежал уже таким слоем, что ступни тонули в нём по щиколотки. Охотники шли рядом молча. Кроме скрипа снега под их ногами, ничего не было слышно. Том окинул взглядом тёмные окна замка. Но на сей раз у него не возникло чувство, будто чьи-то глаза наблюдают за ним, как это было по прибытии сюда.

– Вот и хорошо, – пробормотал он.

– Что? – переспросила Хедвиг Кюммельзафт.

– Да так, ничего. – Том стёр с очков снежные хлопья. – Я думаю, вот эта дверь под гербом и есть вход.

Хедвиг Кюммельзафт вставила ключ в замочную скважину. Дверь со скрипом открылась, и они очутились в часовне фон Дустербергов. Пахло сырым камнем, свечным воском и тиной.

– Взгляни-ка сюда, – шепнула Хедвиг Кюммельзафт, повернувшись к Тому.

Тёмные следы илистой грязи вели вдоль прохода между рядами резных стульев и исчезали в полумраке за алтарём.

Том нагнулся и прошептал:

– Следы, кажется, старые.

Охотники осторожно шли дальше. Позади алтаря открывалось второе помещение, с несколькими могильными плитами на стенах. Перед некоторыми плитами сидели плачущие ангелы с каменными слезами на мраморных глазах.

Том медленно скользнул лучом своего фонарика по надписям на плитах.

– Гизельберт, Этельгар, Мисгунде, – читал Том. – Бог мой, какие же у них были странные имена. Хотел бы я знать… – До конца он не договорил.

В рации щёлкнуло.

– Алло, алло! – послышался взволнованный шёпот господина Вурма. – Пожалуйста, отзовитесь!

– Что случилось? – спросила госпожа Кюммельзафт.

– Она побывала здесь до нас. Батареи опустошены! – воскликнул господин Вурм. – Все до одной. Здесь всё выглядит ужасно. Что теперь делать?

– Идите сейчас же к нам! – ответила госпожа Кюммельзафт. – Как можно скорее.

– Плохие новости, – пробормотал Том.

Он посветил на следующее надгробие, перед которым стояли на страже две мраморные собаки. Надпись была вся заляпана слизью. Том достал свой карманный нож и осторожно соскрёб грязь.

– Яспара, баронесса фон Дустерберг цу Крётенштейн, – прочитал он. – Коварно убита 12 мая 1658 года на рассвете. Родилась в этот же день в 1623 году.

– Май. – Госпожа Кюммельзафт потёрла кончик носа. – Когда восходит солнце в мае?

– Секунду. – Том достал из кармана брюк маленький календарь. – Восход солнца в мае – вот. Четыре часа сорок минут. – Он глянул на свои часы: – Сейчас всего несколько минут после полуночи. Ну, значит, у нас есть ещё немного времени, чтобы решить, что будем делать.

– Боюсь, что решать особо нечего, – ответила госпожа Кюммельзафт. Она задумчиво разглядывала старое надгробие. – Мне известны только два метода, как помочь такому сильному ПРИТЁМПРО обрести вечный покой.

– Один я тоже знаю, – сказал Том. – Надо написать имя привидения задом наперёд на зеркале и заставить его заглянуть в это зеркало. Тогда оно испарится.

– Хм-м… – Госпожа Кюммельзафт кивнула. – Я применяла этот метод однажды много лет назад для призрака утопленника, как наша баронесса. Зеркало разбилось, а призрак гонялся за мной по всему замку. Меня спасло только то, что я успела залезть в свою машину со специальной защитой от привидений. Страшно вспомнить. Не говоря уже о том, что я с головы до ног была в осколках зеркала, словно стеклянный ёж.

– И что привидение? – спросил Том. – Что потом было с ним?

– Ему удалось превратить в жидкость ещё троих моих коллег, – сказала госпожа Кюммельзафт, – пока его не уничтожил знаменитый итальянский охотник за привидениями профессор Боккабелла.

– И как же? – поинтересовался Том. – Как ему это удалось?

– Одним невероятно опасным методом, – ответила госпожа Кюммельзафт. – Он…

Рация снова щёлкнула.

– На помощь! – кричал господин Вурм срывающимся голосом. – Спаси-и-и-те! Она идёт. Она уже тут.

Том и госпожа Кюммельзафт сорвались с места и побежали.

– Она слишком сильная! – крикнула госпожа Кюммельзафт. – Преобразователь почти не подействовал.

Вурмы всё ещё сидели на снегу. Они с ужасом смотрели снизу вверх на баронессу, которая с гадкой ухмылкой неторопливо приближалась к ним, колыхаясь в воздухе.

– Ты смотри-ка! – крикнул Том. – Преобразователь всё-таки сработал. Она уменьшается! Она снова уменьшается!

И действительно: баронесса на глазах становилась всё меньше. Её бледные конечности, дымясь, сжимались, а снег вокруг неё превращался в голубоватую кашицу.

– А-а-ах! – в ярости крикнула она и поднялась в воздух, продолжая надвигаться на бедных Вурмов.

– КРОКУСДы! – воскликнула госпожа Кюммельзафт. – Быстро, Том, выпускай КРОКУСДов!

Том сорвал со спины рюкзак. Вурмы снова зигзагами бегали по двору, но они едва держались на ногах, а баронесса преследовала их с язвительным смехом.

– Вылетайте! – крикнул Том, вытряхивая рюкзак. – Вперёд, вы, маленькие кусаки!

Сетка с КРОКУСДами выпала на снег. Духи ворчали, натыкаясь друг на друга. Том разорвал сетку, и малыши вылетели на свободу.

Баронесса в испуге оглянулась и взвизгнула:

– Йи-и-и, КРОКУСДы!

В ярости она пыталась стряхнуть их с себя, но духи уже вгрызлись в её пышный призрачный наряд. С рычанием КРОКУСДы накинулись на бледные конечности баронессы. Она отбивалась хлыстом, но это их только злило. Маленькие духи уже рвали её тело в клочья, и баронесса вдруг стала походить на сыр с дырками.

Из последних сил Вурмы подбежали к Тому и Хедвиг Кюммельзафт и спрятались у них за спинами.

– Эти маленькие, ик-к, штучки сожрут её? – с надеждой спросила госпожа Вурм.

– К сожалению, нет, – ответила Хедвиг Кюммельзафт. – Но они её ненадолго отвлекут от нас. Так что берите ноги в руки и бегите. Если нам повезёт, она отобьётся от КРОКУСДов, когда мы будем уже в оружейной камере и в безопасности.

На ослабевших ногах Вурмы побежали. Снег кружился у них перед глазами, и главный вход замка, казалось, находился так далеко, а за спинами у них всё ещё звучал яростный крик баронессы. Когда Том на бегу оглянулся, её голова как раз упала с плеч на снег. Она гневно подхватила её, водрузив на место, и пнула одного КРОКУСДа так, что он как футбольный мяч перелетел через крепостную стену, а другого просто проглотила.

– А где Хуго? – крикнула госпожа Кюммельзафт, с трудом поднимаясь по лестнице к замку рядом с господином Вурмом.

– Она сдула его за крепостную стену, – отозвался господин Вурм. – После этого мы его уже не видели.

Тяжело дыша, он открыл массивную дверь замка.

– Она снова, ик-к, гонится за нами! – крикнула госпожа Вурм.

– Том, распыли солёную воду, быстро! – распорядилась госпожа Кюммельзафт.

Они снова побежали. Неслись по тёмным коридорам замка так, что опасались за свои лёгкие, как бы те не лопнули. Позади слышались вой и проклятия баронессы, но соль её немного задержала. До двери оружейной камеры они добрались уже полумёртвые от усталости и из последних сил скользнули внутрь.

Том тут же заново обмазал дверную раму, у порога рассыпал оставшуюся соль и в изнеможении опустился на старый диван.

– А что, если она всё же проникнет? – тихо спросил он. – Что будем делать?

– Тогда, – сказала Хедвиг Кюммельзафт, – нам остаётся только надеяться, что баронесса уже достаточно слаба, чтобы кого-нибудь из нас превратить в жидкость. Поскольку для того, чтобы изгнать её снова и уже окончательно, нам потребуется время – и ещё кое-что.

– О боже! – воскликнул господин Вурм. Сейсмограф ДУЧЕВИДов в его руке зазвенел и бешено замигал. – Она приближается!

– Давайте рассредоточимся по комнате, – скомандовала госпожа Кюммельзафт. – Господин Вурм, разожгите в камине дрова. Каждый возьмёт по полену. Огонь привидения не любят.

И так они стояли, каждый в своём углу, с горящим поленом в руке, и ждали. Но недолго.

Это шарканье и царапанье по двери было им уже очень хорошо знакомо.

– А-а-а! – вскрикнул господин Вурм. – Её рука! Вот её рука!

Медленно, очень медленно бледная рука баронессы проникала сквозь дверь.

– Соль не действует! – прошептал Том. – О нет, соль её не удержит!

Госпожа Вурм начала тихо всхлипывать. Но вдруг Том услышал нечто другое…

– Пуди-ка пуищи! – довольно провыл он. – Пуищи. Только не беги сквузь стену, барунесса дурунесса!

Безголовая баронесса пришла в ярость. Но Хуго молниеносно проскочил мимо её неистовых рук и проскользнул сквозь стену в оружейную камеру.

– Ну-у-у? – прошелестел он над ухом онемевшего Тома. – Каков я, а?

– С ума сойти, Хуго! – восхищённо произнёс Том. – Невероятно! Мой дорогой, ты просто сногсшибательный!

Том снова посмотрел в замочную скважину. Баронесса плыла по коридору в поисках своей головы – что, конечно, было непросто без глаз.

– Она отступила, – сказал Том и повернулся к остальным: – Ушла на поиски головы, и это может затянуться, потому что Хуго выбросил её в окно.

– О-о! – выдохнули Вурмы и уставились на Хуго с восхищением.

– Безупречно, мой дорогой! – сказала Хедвиг Кюммельзафт. – Как тебе это удалось?

– А, пустяки! – скромно прошелестел Хуго, но от гордости вырос до самого потолка. – Перед тем, как она сдула меня со двора замка, я хутел сделать ей пару маленьких кумплиментов и… – он застенчиво порозовел, – пуцеловать ей руку. Но, когда её пальцы оказались у меня в руке, они вдруг прилипли. Просто прилипли к моим.

– Интересно, – пробормотала госпожа Кюммельзафт. – Рассказывай дальше, мой дорогой.

– Она от этого пришла в ярость и сдула меня через крепустную стену в ров. Я разузлился и тогда подумал: если пальцы прилипли, – он захихикал, – то и голува тоже может прилипнуть.

– Хитро, хитро, – с улыбкой сказала Хедвиг Кюммельзафт. – И ты, разумеется, также знал, что в любой момент можешь проскользнуть сквозь стену, тогда как в её распоряжении только окна и двери, не так ли?

– Куне-е-ечно! – пропел Хуго. – Веруятно, она всё ещё ищет свую голову. А её, поди-ка, уже снегом занесло. – Бледное тело Хуго заколыхалось от смеха.

Том вопросительно посмотрел на госпожу Кюммельзафт:

– А это не поможет нам окончательно её изгнать?

– Вполне возможно, – ответила Хедвиг Кюммельзафт. – Но как? Подумаем об этом. – Она повернулась к господину и госпоже Вурм: – Подойдите ближе, посидим все вместе. Сейчас, – она глянула на часы, – ровно половина второго. Итак, у нас ещё есть немного времени. Я хотела бы коротко рассказать о единственном известном мне изгнании ПРИТЁМПРО, которое обладало такими же способностями, как наша баронесса. – Госпожа Кюммельзафт потёрла кончик носа. – Это было много лет назад, и профессор Боккабелла, которому удалось изгнание, рассказывал мне всё лично. Поначалу он поступил так же, как мы: отключил электричество, устранил все прочие источники энергии, выяснил час и место смерти…

– Место? – перебил её господин Вурм. – А мы разве знаем место смерти?

– Конечно, – сказал Том. – Баронессу столкнули с моста. Где именно, можно выяснить.

Госпожа Кюммельзафт кивнула:

– Но что было потом? Профессору Боккабелла пришла в голову одна идея, крайне рискованная, но, как оказалось, весьма действенная…

– О, расскажите! – воскликнула госпожа Вурм и замерла в ожидании.

В оружейной камере установилась мёртвая тишина. Только тихо потрескивали поленья в камине.

– Первым делом, – продолжила госпожа Кюммельзафт, – Боккабелла заманил голодное привидение ловко выложенной дорожкой из батареек к месту его кончины. Такой возможности у нас, к сожалению, нет. Яспара уже не голодная. Но, может быть, нам помогут способности Хуго.

– О, я стану наживкой? – прошелестел он.

– Да, возможно, – кивнула госпожа Кюммельзафт. – Итак, Боккабелла заманил привидение на место его гибели. И там, – Хедвиг Кюммельзафт понизила голос, – профессор ждал его, одетый в старый наряд, который привидение носило при жизни.

– О, у нас, ик-к, тоже есть платье, ик-к, баронессы, – взволнованно проговорила госпожа Вурм. – Я думаю, то самое, в котором она позировала для своего портрета.

– Очень хорошо. – Хедвиг Кюммельзафт с облегчением вздохнула. – Тогда всё может получиться.

– Пожалуйста, расскажите, что случилось дальше, – поторопил господин Вурм. – Итак, Боккабелла ждал привидение. И что потом?

– План у него был очень смелый, – продолжила госпожа Кюммельзафт. – Боккабелла хотел спровоцировать привидение дотронуться до него.

– Но, – госпожа Вурм испуганно прижала ладони к губам, – как же он, ик-к, не боялся, что его превратят в жидкость и выхлебают?

– Ну, Боккабелла знал одну вещь, – продолжала госпожа Кюммельзафт. – Он знал, что ПРИТЁМПРО страшно боится притрагиваться к чему-то из своего смертного прошлого. Чем чаще и теснее ПРИТЁМПРО контактировал с каким-то предметом при жизни, тем сильнее он избегает соприкасаться с ним после смерти. Только на здание, где оно живёт, это правило явно не распространяется. Боккабелла не раз наблюдал, как ПРИТЁМПРОсы шарахались от старых простыней, доспехов или предметов одежды – как будто в них сидит само зло. Итак, профессор решился на смелый эксперимент – обезопасить себя от разжижения старым платьем. С другой стороны, он надеялся, что само прикосновение к этому наряду уничтожит призрак на месте.

– И что? – с нетерпением спросил Том. – Всё получилось?

Хедвиг Кюммельзафт кивнула:

– Призрак превратился в туман и исчез.

– Ух ты, – пробормотал Том. – Какой храбрый этот Боккабелла!

– Туман, – вздохнул Хуго. – Превратился в туман и исчез. Какой срам! А я-то хотел ещё пудшутить над барунессой.

– О, я вспомнила! – Госпожа Вурм вскочила с места. – Кажется, ик-к, платье баронессы здесь. В нём была дырочка, и я, ик-к, недавно его принесла сюда, чтобы починить.

Она взволнованно засеменила к старому шкафу, который стоял за помятыми рыцарскими доспехами.

– Да-да, вот оно! – крикнула госпожа Вурм и вернулась с красным платьем. Без сомнения, это было то самое платье, в котором баронессу изобразили на портрете.

– Ой-ё, – ахнул Том. – И кому же оно подойдёт?

– Боюсь, что ты, моя дорогая, для него полновата, – сказал жене господин Вурм. – А госпожа Кюммельзафт высоковата.

– М-да, в старину люди были заметно ниже ростом, – заметила Хедвиг Кюммельзафт. – В виде призрака баронесса гораздо больше, чем была при жизни. Хм… – Она задумчиво потёрла кончик носа. – Думаю, что здесь есть только один человек, кому это платье подойдёт.

– Да? И кто же это? – спросил Том.

– Ты-ы-ы, кто же ещё! – пропел Хуго.

– Я?! – Том растерянно оглядел окружающих. – Я? Вы шутите? Да я ни за что не надену это платье!

– Конечно же нет. – Хедвиг Кюммельзафт покачала головой. – Я совершенно согласна. Это слишком опасно. Кто же может с уверенностью сказать, что метод Боккабелла успешен со всеми ПРИТЁМПРО? И я бы не хотела принести тебя домой в бутылке.

– Ах нет, я имел в виду совсем не это! – воскликнул Том. – Я же не говорю, что это слишком опасно для меня. – Ни о чём таком он даже не думал. – Но я просто не могу, я хочу сказать… – Том покраснел. – Я не могу стоять в этом старье на мосту. Это… – Он смущённо поправил очки: – Мне просто стыдно.

– Хи-хи-хи, – посмеивался Хуго и щёлкнул Тома по носу ледяным пальцем. – Да это же глупусти, ты не находишь? Хи-хи-хи!

– Да, хорошо тебе говорить, – пробурчал Том. – Ты-то привык постоянно летать в чём попало.

– М-да, – сказала господа Кюммельзафт. – Тогда что же? У нас есть ещё полчаса, чтобы придумать что-нибудь. Если наша подруга не явится раньше. А она будет очень рассержена, уж это точно.

Все подавленно замолчали. Том чувствовал себя отвратительно. Абсолютно отвратительно.

– Да, да, ладно! – сказал он наконец. – Я сделаю это. Надену платье. Но мне ведь не придётся ещё нацеплять на себя парик или что-то в этом роде или как?

– Вуаль бы не помешала, – прошелестел Хуго. – Тебе будет очень к лицу.

– Хуго, оставь его в покое, – сказала госпожа Кюммельзафт и встала. – Давайте приступим к подготовке. Госпожа Вурм, вы не могли бы изменить этот наряд так, чтобы баронесса его не опознала?

– Это, ик-к, не проблема, – ответила госпожа Вурм.

– Хорошо. Тогда беритесь за дело прямо сейчас. У нас не так много времени.

Том решительно подобрал подол длинного платья и встал на то самое место, откуда только что сдуло снег. Оно всё ещё светилось, но, когда Том выключил визуализатор энергии привидения, голубое мерцание исчезло, как будто его стёрли тряпкой.

«Странное ощущение, – думал Том, – стоять там, где смерть настигла баронессу». На мгновение он почувствовал, как его ступням стало горячо.

Госпожа Кюммельзафт посмотрела на часы:

– Четыре. Пора уже ей появиться. Ты готов? У тебя стучат зубы.

– Это от холода, – буркнул Том.

– Хорошо, тогда я подам знак Хуго. – И госпожа Кюммельзафт помахала белым платком. На колокольне Хуго ждал своего выхода.

– Послушай-ка, мой дорогой. – Госпожа Кюммельзафт обняла Тома за плечи. – Обещай мне не геройствовать. Если тебе что-то покажется странным, сразу беги. Или прыгай в ров. Обещаешь?

Том кивнул и глянул вниз на чёрную воду. По берегам крепостного рва уже образовалась ледяная корочка.

– Не представляю, что такого страшного должно произойти, чтобы я туда прыгнул, – сказал он. – Да я в этом платье сразу пойду на дно, как свинцовое грузило. Неудивительно, что баронесса утонула в своём намокшем наряде.

– Нет, в случае чего тебя вытащат Вурмы, – заверила его госпожа Кюммельзафт. – Но я надеюсь, что такие меры не понадобятся. Боккабелла, кстати, говорил мне, что место на теле, где его коснулось привидение, тут же начало зудеть. Будто обожгло крапивой. Если ты почувствуешь что-то другое, сразу беги, понял? Я буду ждать в машине у самого моста. Тебе нужно пробежать всего несколько метров, ясно?

– Да, ясно, – ответил Том.

– Вот и хорошо. – Госпожа Кюммельзафт ещё раз похлопала его по плечу. – Я предпочла бы стоять здесь вместо тебя, но мой проклятый рост…

– Бу-у-у! – вдруг донеслось со двора замка. – Теперь это мой замук. Да-а-а, это теперь всё моё, стару-у-ушка. У-у-ух, тулько не смутри так злубно. Иди же сюда, забери её, забери свою гулову, Яспа-а-ара!

– Сработало! – прошептала госпожа Кюммельзафт. – Хуго её выманил. Итак, удачи! – И она быстро сбежала с моста к машине.

Том остался один. Ветер продувал насквозь платье баронессы и трепал вуаль на его лице. Том слышал, как Хуго подбирается всё ближе и ближе. И он знал, кто следует за ПСП, разъярённый и набравшийся сил за долгую ночь, – Кровавая баронесса.

– Трё-лё-лё-хо-хо! – пропел по-тирольски Хуго и быстро вылетел из тёмных ворот в сторону крепостного рва. – Забери её себе, бару-у-у-несса!

Под мышкой он держал голову замкового привидения. С противной ухмылкой Хуго воспарил над зубцами крепостной стены и сверху подмигнул Тому. Его ядовито-зелёные глаза светились в темноте как у совы.

Преследовательница Хуго не заставила себя долго ждать.

Со страшным визгом обезглавленная баронесса уже парила над мостом. В своём гневе она мерцала так ярко, что вода крепостного рва сверкала серебром. Её руки обшаривали холодный воздух. Хуго бесшумно подлетел к ней сверху и водрузил её голову на место. Задом наперёд. И тут же поспешно отлетел назад на крепостную стену.

– А-а-ах! – взвыла баронесса. – Ах ты, поганый безобразник! – Она в ярости приподняла свою голову и повернула её. – Убирайся отсюда во-о-он, наконец-то! Здесь нет места для двоих, зде-е-есь…

И в этот миг баронесса увидела Тома. Она так и оцепенела. Её глаза чуть не вылезли из тёмных глазниц. Выглядело это поистине жутко.

– Эй! – угрожающе прошипела она. – А ты кто такая?

Зубы Тома стучали как пишущая машинка. Он сердито стиснул их.

Баронесса медленно подлетела к нему. Она всё ещё была устрашающе огромной. Том доставал ей ростом разве что до пояса.

– Что-о-о тебе здесь надо? – шипела она. – Это мои владения, понятно?

Том глубоко вздохнул. Пока что их план работал. Яспара не догадывалась, кто перед ней стоит. И она была в ярости. Это ослепляло её.

– Привет, Яспара! – пропел Том высоким голосом. – Что-то ты ужа-а-асно выглядишь. Ужасно, как всегда-а-а.

Как же трудно говорить, подражая привидениям!

– Что-о-о?! – взвизгнула Яспара. – Что ты там сказа-а-ала, жабья мо-о-орда?

Теперь Яспара стояла так близко к Тому, что он мог бы дотронуться до неё. От затхлого дыхания баронессы его чуть не выворачивало. Но если он сделает хоть шаг с того места, где Яспару когда-то постигла смертельная участь, то всё будет потеряно.

Том набрался мужества и продолжил её злить:

– Ты, блево-о-отная мерзость! – крикнул он высоким голосом, срываясь на фальцет. – Ста-а-арая уро-о-одина!

И тут баронесса набросилась на него. Она сорвала с головы Тома вуаль.

– А-а-ах! – Баронесса ошеломлённо отпрянула. – Что тако-о-ое? Что это зна-а-ачит? Что за игру-у-ушки ты затеял со мной, маленький уро-о-одец? Со мно-о-ою, Яспарой фон Дустерберг цу-у-у Крётенштейн!

Что мог Том ответить на это? Что он хотел её уничтожить и превратить в клубящийся туман?

«Мне конец, – подумал Том, – а я в этом проклятом платье! Ну, если она сделает из меня лужу, так даже лучше».

– Беги, Том! – крикнула ему из машины госпожа Кюммельзафт. – Быстро!

Но Том и не подумал. Профессор Боккабелла, в конце концов, тоже не убежал. Том крикнул дрожащим голосом:

– Пропади ты пропадом! – Ему пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть при этом в злые красные глаза баронессы. – Пропадом! Ты и как человек была чудовищем, а уж как привидение ты действительно распоследняя пакость!

– Что-о-о? – взревела Яспара, нависнув над ним.

Том замер. Ему стало так холодно, что он уже ничего не чувствовал. Ни ветра, ни страха – и уж тем более своих ног.

Госпожа Кюммельзафт выскочила из машины и бросилась к нему. Но, не добежав до моста, она поскользнулась на заледеневшей луже и упала вниз головой в крепостной ров.

– Сюда! – услышал Том крик господина Вурма. – Сюда, госпожа Кюммельзафт!

Кровавая баронесса даже внимания не обратила на возню в крепостном рву. Она не сводила глаз с Тома. Всё ниже нагибалась к нему – с улыбкой, такой бездонно злобной, что зубы Тома опять бесконтрольно застучали.

– Отста-а-ань от него! – внезапно завопил Хуго. Посиневший от ярости, он летел к ним с крепостной стены. – Остав-а-авь его в покое-е-е!

– Ах, так этот карапуз – тво-о-ой люби-и-имчик? – злобно выдохнула Яспара. – Тогда смотри-и-и, что я с ним сде-е-елаю.

Хуго попытался снова сорвать её голову, но на сей раз Яспара была начеку. Она с воем развернулась, набрала воздуха и сдула ПСП на ближайшее дерево.

«Ну круто, – подумал Том. – Может, теперь и мне пора дать дёру». Но его ноги словно приросли к мосту и не могли сдвинуться с места.

– Та-а-ак! – ревела Кровавая баронесса, сверкая красными глазами. Эти глаза Том и почувствовал на себе в тот момент, когда они только подъехали к замку. – А тепе-е-ерь сно-о-ова займёмся тобой, парни-и-ишка. – И баронесса опять улыбнулась своей омерзительной улыбкой. – Сейчас я тебя вы-ы-ы-хлебаю! – прошипела она. – А-а-ах, это будет ла-а-а-комство!

Баронесса протянула к Тому руки. Словно когти хищной птицы, её бледные пальцы сомкнулась на локтях Тома. При этом они коснулись и платья, которое согревало человеческое тело Яспары несколько веков тому назад.

Том сразу ощутил ожог и зуд именно так, как описывал знаменитый Боккабелла.

– Йи-и-и-и! – взвизгнула Яспара, и её крик был таким страшным и пронзительным, что Том закрыл уши ладонями.

Но он всё равно услышал страшное шипение – шипение, с которым Яспара растворялась. Всё её тело стало сперва прозрачным как матовое стекло. Затем оно разлетелось на куски, как ветхое полотно, и его унесло ветром.

– Госпожа Вурм, – обратился к хозяйке Том, – а не могли бы вы принести мне несколько сырых яиц?

– Да ладно, ла-а-адно, – пропел Хуго и быстро опустился вниз. Как любого ПСП, его охватывал ужас при виде сырого яйца. Он сердито вернул на нос Тому очки.

– Итак, я думаю, – сказал Том, – что на первое время сыт по горло привидениями. Нельзя ли «Кюммельзафт и Ко» взять несколько дней отпуска?

– Ничего не выйдет, – ответила госпожа Кюммельзафт. – Я уже приняла работу на следующую неделю. ВОНДУСТ в школе. Но я могу управиться и вдвоём с Хуго.

– Нет уж, нет уж, – покачал головой Том. – ВОНДУСТы вполне безобидны. Кроме того, мне как раз нужен один для получения диплома охотника за привидениями второй степени (ДОП-2).

– А что, ик-к, такое ВОНДУСТ, простите? – спросила госпожа Вурм.

– Вонючий дух-стукач, – объяснил Том. – Они надоедливы, но безопасны.

– И глупы-ы-ы, – прошелестел Хуго. – Ужасно глупы.

Госпожа Кюммельзафт кивнула:

– Ещё как. Но я обещаю тебе, мой дорогой Том, что после этого мы устроим отпуск на две недели, договорились?

– Договорились, – кивнул Том и подумал, что две недели вообще без привидений будут, пожалуй, слишком скучными.