Рассказ в письмах. Хроника любви на расстоянии и жизни в замкнутом пространстве. Земля погибает. Беда пришла оттуда, откуда не ждали. Люди сами впустили ее в свой зеленый дом. В попытках спасти человеческий род на орбиту отправляют группу людей. Им предстоит переждать смерть Земли в космосе. И вернуться, чтобы восстановить планету. Евгения Светлова стала одним из жителей станции жизнеобеспечения. Но ее сердце осталось на умирающей Земле. Вместе с Мишей, которому она регулярно пишет. Не имея возможности отправить письмо.
«Привет, Мишка!
Пишет тебе Женя Светлова. Внучка бабы Нюры. Ты меня помнишь? Мы познакомились с тобой прошлым летом, когда я гостила у бабушки. Я тебе еще камнем по пальцу стукнула, и он посинел. Надеюсь, ты на меня не злишься. Я случайно, честное слово.
Ты сказал, чтобы я тебе писала письма мелким почерком. Мелким у меня пока не получается, пишу крупным. И так сойдет.
Я заканчиваю первый класс и скоро снова приеду в нашу деревню. На все лето. Родители опять уезжают в свою командировку. Но я не грущу, мне нравится у бабули. Она кормит меня сладостями и самыми вкусными пирожками на свете. Потому что считает, что я очень худенькая и мне надо поправляться. Только я потом в свою одежду влезть не могу и родителям приходится покупать новую. Мама ворчит, а папа смеется.
А еще я люблю деревню за то, что там у меня появился настоящий друг. Это я про тебя. Только не зазнавайся. Мне весело с тобой играть. Особенно нравится кататься на тарзанке. Ее же не сняли за зиму? Помнишь, ты обещал научить меня плавать? Мама купила мне нарукавники, чтобы я не утонула.
Бабушка Нюра сказала, что у тебя родилась маленькая сестренка. Поздравляю! Я за тебя очень рада. Теперь будет с кем играть, пока меня нет. А еще можешь рассказывать ей про космос и звезды. Это безумно интересно. Я часто вспоминаю твои истории. Даже телескоп у Деда Мороза попросила. Принес! Только папа сказал, чтобы в следующий раз подарки поскромнее просила. А то у Дедушки бюджет нерезиновый. Не знаю, что это значит. Этих взрослых не поймешь.
Мама разрешила взять телескоп в деревню, там небо чище и звезд больше. Будем вместе планеты рассматривать.
Не знаю, есть ли у тебя телевизор, но в новостях сказали, что на Марсе нашли семена растений. Представляешь, ученые выращивают Марсианские розы. Сорт назвали Экзюпери, в честь писателя. У него в книге про маленького принца была роза. Правда, мне кажется это плохое сравнение. Роза у принца вредная и капризная. Цветы очень красивые и большие. Размером с мою голову. Папа считает, что это прорыв в науке. Только в какой именно не уточняет. Надеюсь, в космической.
Ты же до сих пор мечтаешь стать космонавтом? А я теперь хочу садоводством заниматься. Буду розы выращивать.»
«Привет, Мишка!
Это Женя. Вчера звонила бабушка и сказала, что вас с сестрой забрали в детский дом. Я очень расстроилась. Но мама считает, что вам там будет лучше. Потому что семья у вас неблагополучная. Я предложила тебя с Соней усыновить, но родители не согласились почему-то. Сказали, что я за пятерых иду. Представляешь, как бы здорово было нам жить всем вместе.
Надеюсь, вам в детском доме и правда хорошо. Передавай привет малышке Соне. Мне так интересно, научилась ли она говорить и ходить. Появились ли у нее волосики или до сих пор лысая, как наш сосед дядя Вася.
Я не знаю адрес детского дома, поэтому буду отправлять письма бабушке, а она передаст тебе. Мы собрали целый мешок сладостей и фруктов для вас с Сонькой. Кушайте на здоровье!
Я скоро приеду в деревню. Жаль, что тебя там не застану. Без тебя будет скучно. Кто мне будет рассказывать про созвездия? Придется брать с собой звездный атлас и энциклопедию. Но это не так весело. Если увижу что-то интересное в небе, напишу.
Скорее всего, телевизора у тебя в детском доме нет, поэтому буду сообщать важные новости. Эти марсианские розы оказались волшебными. У них много полезных свойств. Розами лечат страшные болезни. Даже рак. Жалко, мой дедушка не дождался этого открытия. Зато папа принимает таблетки от сердца, сделанные из этих цветов. А у мамы вся косметика из них. Даже в моем шампуне эти экзюперишки.»
«Привет, Мишка!
Слышала, что ты в больнице. Как ты умудрился выпасть со второго этажа? Совсем сдурел? Мы все очень переживаем.
Как твоя нога? Болит? Не знаю, что такое открытый перелом, но звучит ужасно. Выздоравливай скорее! Я собираюсь в деревню. Постараюсь к тебе приехать. Надеюсь, пустят.
Напиши, что вам с Соней привезти. Мы опять собрали большой пакет вещей и вкусностей. Мама положила мазь на основе роз Экзюпери, она хорошо помогает от шрамов. Будешь как новенький.
Кстати, эти розы теперь во всех парках. Вживую они даже красивее, чем на экране. А по ночам светятся. Да так ярко, что у нас на площади даже фонари не включают. Зрелище бесподобное. Мы подумываем купить себе одну и установить на заднем дворе. Когда-нибудь мне разрешат пригласить тебя в гости. Посмотришь.»
«Привет, Мишка!
Как ты там? Хочется верить, что у тебя все хорошо. Хотя бы у тебя. А у меня случилась большая беда. Машина, на которой мои родители ехали в очередную командировку, упала с обрыва. Выживших нет. Говорят, водителю стало плохо, и он не справился с управлением.
Теперь я, как и ты, сирота. Мне очень плохо и одиноко. Я не знаю, как мне это пережить. Вот бы ты был рядом. У тебя всегда получается меня развеселить.
Сейчас я живу у тети, но у нее своих детей трое и квартира совсем маленькая. Я знаю, она меня любит, но я для нее обуза. К счастью, бабушка забирает меня к себе. Буду жить в нашей деревне. Ходить в местную школу. Надеюсь, скоро увидимся.»
«Привет, Мишка!
Я знаю, ты опять будешь ворчать, чтобы я писала смски, но мне очень нравятся бумажные письма. Так что, терпи и читай. Вот такая старомодная у тебя девушка. Извини, я вчера не смогла сказать, засмущалась. Я тебя тоже люблю. Давно.»
«Привет, Мишка!
Соня сказала, что за обедом ты сидел с этой шваброй Леной. И она тебе строила глазки. Можешь ей передать, если еще раз посмотрит в твою сторону, я ей ее пакли повыдираю. И тебе тоже, чтобы не садился с ней. Жду тебя вечером на нашем месте.»
«Привет, Мишка!
С освобождением тебя! Ура! Ура! Прощай детский дом, да здравствует взрослая жизнь. Я так рада, что теперь мы можем быть вместе по-настоящему. Мы сделаем ремонт в доме твоих родителей, и я уговорю бабушку разрешить мне переехать к тебе. Она категорически против таких отношений до свадьбы, но ты ей нравишься. Уломаю.»
«Привет, Мишка!
Не знаю, как тебе сказать, но я возвращаюсь в Москву. Я поступила! Буду агрономом. Дядя Вася обещал меня пристроить в наш агрокомплекс. Будем с тобой коллегами, ты инженер механик, а я специалист по семеноводству. Круто же!
Не грусти. Обещаю приезжать на каникулы и все праздники. А если честно, была бы очень рада, если бы ты поехал со мной. В Москве столько возможностей. Механики везде нужны. А с твоими золотыми руками от работодателей отбоя не будет.»
«Привет, Мишка!
Я капитулирую в деревню. Эти дурацкие цветы начали чудить. Столько лет росли себе спокойно на каждом шагу и тут дали плоды. Я собственными глазами их видела. Похожи на шиповник, только больше и пульсируют. Будто сердце стучит. А при любом прикосновении или дуновении ветра взрываются и выпускают в воздух вонючий красный газ. На улице творится хаос. Люди стали падать замертво. Говорят, если вдохнуть пары, все системы организма останавливаются за считаные секунды. Мне страшно. Все бегут из города. Тетя заберет меня завтра из общежития и вместе с ее семьей мы переедем в деревню.
Правительство считает, что чем ближе к природе, тем безопаснее. Потому что сейчас нас спасают только наши земные растения. Они поглощают этот токсичный газ, но при этом сами гибнут. В городах мало зелени, и они первыми вымрут. В деревнях больше шансов.
П.С. И да, это опять бумажное письмо. Я так успокаиваюсь. Зато фото письма я пришлю тебе в смс. Компромисс. Люблю тебя! Скоро буду.»
«Привет, Мишка!
Да, я выйду за тебя замуж.
Твоя будущая жена Евгения Демина.»
«Привет, Мишка!
Ты мирно спишь на соседней подушке, и я не хочу тебя будить. Но мне очень страшно и просто необходимо вылить мысли на бумагу.
Лес умирает. Наш лес умирает, Мишка. Еще немного и эта зараза доберется до нашей деревни. Мы исчезнем, как и многие города, села и поселки. Нас просто не станет. Я не могу перестать об этом думать.
Я знаю, ты нашел выход и хочешь, чтобы мы пошли в этот Космический центр. Но у меня сердце не на месте. Где я и где космос? Головой я понимаю, что другого пути нет. Либо погибать здесь, либо лететь туда в надежде переждать бурю и стать спасителями человечества. Как пафосно звучит.
Если бы не твоя страсть к космонавтике, я бы выбрала подземный бункер. Их больше, да и отбор не такой жесткий. Если ты репродуктивного возраста и здоров, то путь туда открыт. Просидим в подземелье, как кроты. А как все уляжется, выйдем на поверхность и заживем, как прежде.
Хотя космическая свадьба звучит куда романтичнее, чем подземная. Будет что рассказать нашим детям. И твоя заветная мечта осуществится. Я знаю, космос манит тебя. И возможно, это твой единственный шанс его увидеть.
Эх, Мишка. Была не была. Пойду за тобой хоть на край света, хоть в космос. Только будь рядом.»
«Привет, Мишка!
Я зла, очень зла. Я говорила тебе, что мне не нравится эта идея с Космическим центром. Но ты настоял. А я дура пошла. Лучше бы в бункер спустились. Я бы там в огороде копалась, а ты свои шестеренки перебирал. Нет же…космос…
Когда тебя вывели, я им такой скандал устроила, что аж стены дрожали. Сама от себя не ожидала. Соньку перепугала. Хотя так ей и надо. Все время ревет только да поддакивает. Вместо того чтобы бороться за брата. Ты ее всегда защищал. А она перед трудностями лапки сложила. Бесит!
До сих пор не понимаю, как твои старые переломы могут помешать тебе в космосе. Все давно срослось. Ты здоровее всех нас вместе взятых. Я буду настаивать, чтобы они пересмотрели свое решение. Я без тебя никуда не полечу. Понял?
А еще у меня забрали телефон. Ну я им устрою.»
«Привет, Мишка!
Нас перевезли в какой-то медицинский центр на военной базе. Здесь творится полный беспредел. Вещи не отдают. Связаться с родными не дают. Даже письма передать отказываются. У меня уже стопка накопилась. Но я все равно буду писать тебе, отдам сама, когда сбегу отсюда. А я это сделаю, и никакая армия меня не остановит.
С Соней все хорошо, мы вместе. Я закатила очередную истерику и нас разместили в одной комнате.
Каждый божий день мы проходим обследования. Врачи, анализы, иголки, присоски. Если кто-то не идеально здоров, отправляют домой. Я постоянно жалуюсь на боли, плохое самочувствие. Делаю, все чтобы меня признали непригодной. Но они смотрят в свои бумажки и не верят. Видимо, плохая из меня актриса.
Первый раз в жизни жалею, что вела здоровый образ жизни. Лучше бы вместо пробежек лежала на диване и поедала бургеры тоннами. Тогда бы сейчас была толстая, но с тобой. Но я что-нибудь придумаю, не все потеряно.»
«Привет, Мишка!
Кажется, шансов вернуться у меня нет. На прошлой неделе я сказала врачам, что слышу голоса и страдаю галлюцинациями. Думала, прокатит, сумасшедшие им точно на станции не нужны. А вечером этого же дня меня притащили к главному. Непробиваемый мужик, лицо как маска, ноль эмоций. Он сказал, что весь персонал устал от моих причуд и, если я не перестану так себя вести, меня оставят на Земле. Но только ни домой, ни в бункер не пустят. Закроют в лечебнице до конца дней. А конец скоро.
Я просила пересмотреть решение в отношении тебя. Обещала в этом случае вести себя смирно. Но он даже слушать не стал, выставил за дверь.»
«Привет, Мишка!
По заключению врачей я пригодна. И Соня тоже. Мы летим в космос. Старт совсем скоро. Сейчас активно идут тренировки. Я перестала симулировать и выкладываюсь по полной. Чтобы пережить полет и вернуться к тебе. Ты только выживи. Пожалуйста, Мишка. Будь живым, когда я вернусь.»
«Привет, Мишка!
Идут последние подготовки. Вчера мы были на экскурсии на станции жизнеобеспечения, посмотрели наш будущий дом. Она огромная. Ума не приложу, как они собираются поднять ее в воздух и вывести на орбиту. Все технологии засекречены и на мои вопросы они не отвечают. Уверена, ты бы разобрался.
Официально ее называют Космической станцией жизнеобеспечения имени Циолковского. Сокращенно КСЖ-1. С высоты птичьего полета орбитальный дом похож на гигантское колесо. Говорят, будет все время крутиться, тем самым обеспечивая нам искусственную гравитацию. Она вмещает двадцать членов экипажа и двести жителей. Так нас теперь называют – жители КСЖ-1. Смешно.
Станция поделена на сектора: командный, жилой, медицинский, исследовательский и еще несколько. Есть столовая, спортивный зал, даже библиотека. Но большая часть КСЖ отдана под оранжерею. Цель нашей миссии спасти не только человеческий род, но и растения. Когда дым уляжется, мы вернемся и будем заново озеленять землю.
Большую часть животных и растений укрыли в подземных бункерах. А нас оставили про запас. Если на Земле все пойдет не по плану. Поэтому у нас на борту только все самое необходимое. Фрукты, овощи, злаки. Сельскохозяйственные животные …и мы. Ковчег, одним словом.»
«Привет, Мишка!
Пишет тебе житель КСЖ-1 – Евгения Светлова. Помнишь такую?
Мы уже месяц в космосе. В космосе, Мишка! Представляешь? Как бы я хотела, чтобы ты был сейчас рядом. Чтобы видел то, что вижу я. Ощущал этот трепет. Ты знаешь, я никогда не была мастером слова, поэтому мне сложно описать насколько удивительна наша Земля. Я уверена, что во всей Вселенной не найдется планеты прекраснее.
Единственное, что всех очень тревожит, это резкое уменьшение зеленых участков. Как будто кто-то стирает краски с холста. Ежедневно и безжалостно.
От растущей тревоги нас спасает работа. Ее много. Нас поделили на бригады. Есть медицинская, техническая, экологическая. Меня направили в оранжерею. Не поверишь, я выращиваю водоросли. Хлореллу, если быть точнее.
Представляю, как ты будешь смеяться, когда узнаешь, что вместо того, чтобы гулять в открытом космосе, я целыми днями наблюдаю за зеленой жижей в бочках. Да, не так я себе все представляла.
Но я делаю важное дело. Без хлореллы мы долго не продержимся. Она обеспечивает нас кислородом, очищает воду. Для замкнутой системы жизнеобеспечения, как у нас, это первоочередная задача. Мы ее даже в пищу используем вместо мяса. На вкус не то, но по составу микроэлементов достойная замена. А с мясом у нас напряженка. Земные запасы ограничены, а скотный двор надо беречь. Сонька, кстати, этим и занимается. За курицами следит. Мать-наседка.
Я скучаю по тебе. Надеюсь, ты в бункере. О другом варианте даже думать не хочу. Люблю.»
«Привет, Мишка!
Я все еще болтаюсь в космосе. Уже сбилась со счету какой месяц пошел. Все, что меня раньше восхищало, начинает удручать. Эта хлорелла, выцветающая с каждым днем Земля, одни и те же лица каждый день, одни и те же квадратные метры. Холодная мгла. Чувствую, как она проникает в душу и высасывает остатки радости, светлые воспоминания и чувства. Иногда я просыпаюсь в слезах. Мне снишься ты, но я не могу в деталях разглядеть твое лицо, не могу вспомнить цвет глаз, веснушки на загорелом лице, твою улыбку. Я забываю…
Так хочется узнать, как ты там в подземелье, чем занимаешься, с кем общаешься, о чем думаешь. Вспоминаешь меня или нет.
А что если ты не в бункере? А что если не взяли, если не успел…
П.С. Сонька, в отличие от меня, обзавелась друзьями и, судя по всему, у нее появился молодой человек. Ходит довольная, со мной почти не общается. Говорит, я вгоняю ее в депрессию.»
«Привет, Мишка!
Оказалось, что не только я испытываю внутренний дискомфорт от нахождения здесь. Обстановка на КСЖ с каждым днем становится все напряженнее. И это при том что мы не испытываем острого недостатка в пище, кислороде или общении. Так влияет замкнутость, удаленность от дома и туманность будущего. Мы словно в тюрьме. И у многих «заключенных» сдают нервишки. Я вижу, как отъявленные оптимисты превращаются в жалких склочников.
Вчера был ровно год, как мы на орбите. Устроили небольшой праздник, который закончился большим скандалом.
Причиной стало то, что экипаж держит нас в неведении. Не рассказывают, что происходит на Земле. Мы не знаем, когда вернемся и вернемся ли вообще. Нам устроили полный информационный вакуум.
Сегодня наши активисты – не самые умные, зато самые шумные парни – решили прояснить ситуацию. Все началось довольно безобидно, но переросло в погромы. Поначалу их пытались утихомирить, но стадное чувство взяло свое. Начались массовые беспорядки. Люди перестали быть людьми. Они бросались с кулаками друг на друга, на экипаж, кричали, ломали мебель, оборудование…
Мы с Соней спрятались в спальном отсеке и всю ночь слушали грохот за дверью.
Мне страшно, Мишка.»
«Привет, Мишка!
Хаос на борту продолжается. Половина обитателей станции объявила забастовку и не вышла на работу. Они требуют немедленного завершения миссии и возвращения на Землю. Но команда непреклонна. Говорят, еще рано.
Приходится работать за двоих. Утром я на водорослях, вечером в полях. Выращиваю пшеницу и горох. Соня помогает в медицинском блоке, пациентов стало больше. Мало того что после погромов есть пострадавшие, так еще и болеть многие стали. Бортовой врач считает, что заболевания носят психосоматический характер.»
«Привет, Мишка!
Персонал станции не справляется с бастующими. Те перешли к активным действиям. Теперь не только не работают, но и уничтожают то, что делают другие.
Вчера у Сони украли половину куриц. Устроили пиршество. Мне повредили семь бочек с водорослями. Просто так, без причины. От злости и дурости.
А у нас все должно быть четко. Иначе мы не выживем. Продовольствие и запасы кислорода распределены, чтобы хватило всем на несколько лет вперед. А если так и будет продолжаться, количество провизии сократится и уровень кислорода упадет. Неужели они этого не понимают?»
«Привет, Мишка!
Персонал станции заперся в командном блоке, на контакт с нами не выходит. Это еще больше усугубило ситуацию. В жилом секторе полная разруха. Я перебралась в оранжерею, Соня со своим парнем Димой – в медицинский сектор. Склады пустеют. Мы стали бороться за еду и чистую воду. Скотный двор подвергается регулярным набегам, овощи и фрукты даже не успевают созревать, их зелеными срывают. Мне тоже приходится воровать с полей часть урожая и прятать их для нас с Соней. Только поэтому мы еще не голодаем, как многие на станции.»
«Привет, Мишка!
Продолжаю рассказывать об ужасах космического беспредела. Без контроля со стороны экипажа у нас начали появляться негласные лидеры. Причем несколько, они сколотили банды. Ежедневно между ними происходят стычки. Пострадавшим нет конца, есть погибшие. Мы сбрасываем их тела в открытый космос.
Я впервые видела смерть так близко. Впервые столкнулась с жестокостью в такой концентрации. Мне страшно представить, что будет дальше. Я хочу домой, Мишка. Уж лучше погибнуть на Земле от этого яда, чем здесь от рук тех, с кем жил бок о бок. Я думала, что самым сложным будет выжить в космосе, но оказалось, что сложнее не сойти с ума.»
«Привет, Мишка!
Из двухсот человек нас осталось около семидесяти, не считая членов экипажа. Они по-прежнему не вмешиваются в то, что у нас происходит. Мы выживаем сами. Как можем.
К счастью, сейчас все поутихло. Бунтари в основном погибли. Остались те, кто, как и мы, отсиживались по углам, пережидая войну. Забавно, но тихони оказались самыми живучими. Мир все-таки держится не на громогласных ораторах и бесстрашных войнах, а на тех, кто хладнокровно и безустанно делают свое дело. И делают его хорошо, вопреки всему. Я часто сравниваю наш разношерстный коллектив с человечеством в целом и прихожу к выводу, что жизнь на станции четко характеризует общий порядок мироустройства. Есть те, кто борется за власть и влияние. Другие строят прочные взаимовыгодные связи, обмениваются продовольствием и знаниями, помогают друг другу, поддерживают. Есть и те, кто держатся особняком и рассчитывают только на свои силы. Каждая группа как страна, которая живет по своим законам и правилам.
Сейчас мы активно восстанавливаем то, что можно восстановить. В надежде продержаться еще какое-то время. Чувствуем себя последними героями космоса.»
«Привет, Мишка!
Команда, наконец-то, вышла из своего укрытия. Нас стало больше, но рук все равно не хватает. Мы не справляемся с объемом работ. То и дело выходят из строя разные системы жизнеобеспечения. Сначала были проблемы с переработкой отходов. Ну и запах тут стоял, никогда не забуду. Потом полетели приборы очистки воды. Спасла хлорелла. Затем перестали работать инкубаторы для яиц. Мы остались без птицы.
Техников у нас мало, да и вообще мужчин на станции теперь раз-два и обчелся. Нам приходится таскать тяжести наравне с мальчиками, разбираться в механизмах, чинить, сверлить, забивать…
Так что по возвращению домой, я вполне смогу самостоятельно построить дом, посадить дерево и …
Кстати, на счет сына. Соня беременна. Ты будешь дядей космического малыша.»
«Привет, Мишка!
Управление сообщило, что к нам отправляют шаттл с Земли. Привезут продовольствие, лекарства, детали механизмов и самое главное специалистов – техников, которые смогут восстановить то, что нам не удалось своими силами.
Насколько я поняла, на Земле дела обстоят куда лучше, чем здесь. А значит, есть шанс, что мы вернемся. Будь моя воля, я бы сделала это уже сейчас. Ведь если там в подземельях все хорошо, то какой смысл в нас. Но приказа возвращаться пока не поступало. Ждем.»
«Привет, Мишка!
Ты не поверишь, что я сегодня узнала. Возвращение на Землю планируется не раньше чем через полгода. И причина вовсе не в нашей безопасности. Хотя угроза для жизни еще сохраняется, Земля готова нас встретить. Кое-кто из членов экипажа проболтался, что целью нашего полета было не только спасение растений и человеческого рода. Но и масштабный эксперимент. Они хотели посмотреть, как группа людей сможет сосуществовать в долгосрочной изоляции. Протестировать систему жизнеобеспечения для дальнейших межзвездных полетов. Сейчас эксперимент на грани срыва, но завершать его не планируют, пока мы не восстановим КСЖ для следующих испытуемых. Только поэтому нам техников и прислали. Навести здесь порядок. Вот так вот, Мишка! Обхитрили нас.
Зато теперь все встало на свои места. А то я раньше голову ломала, как это они за столь короткий срок соорудили полностью работоспособную станцию жизнеобеспечения. Они готовились заранее, до начала конца света. Он их только подтолкнул, смотивировал. Это объясняет и их странное поведение. Почему держались от нас на расстоянии, почему абстрагировались от наших проблем и почему бросили в трудную минуту. Они наблюдали за нами, как за крысами, запертыми в клетке. Мы не спасители, мы подопытные.
Я пообещала, что сохраню эту информацию в тайне. И намереваюсь сдержать свое слово. Ради мира и спокойствия в КСЖ. Нам не нужны больше междоусобицы и распри. Мы должны доделать свое дело и вернуться домой.
Я уничтожу это письмо, как только допишу. И ни взглядом, ни жестом не покажу своего презрения. Я научилась играть свою роль. Хэппи энд совсем близок. Мы скоро будем вместе. Люблю.»
«Привет, Мишка!
Завтра прибывает шаттл. Мы вовсю готовимся к встрече новых членов экипажа. Это знаменательное событие, несмотря ни на что. Спустя три года увидеть новые лица, послушать рассказы о Земле из первых уст, узнать наконец-то, что там происходит…
В глубине души я мечтаю, что они привезут весточку от тебя. Хотя бы пару слов: Я и ЖИВ»
***
«Стыковка прошла успешно», – сообщил механический голос.
Спустя несколько бесконечных минут ожидания на борт КСЖ вступили семь техников с Земли. Иван Устюг, Григорий Пароваров, Николай Воробьев, Александр Баков, Дмитрий Рыков, Святослав Павловский и агротехник Михаил Демин.
– Привет, Мишка!
– Привет, Женька!