Азамат уже давно мечтал выучить английский, получить МВА и уехать заграницу. На мониторе его компьютера красовалась пальма, белоснежный песок и бесконечный океан. В 30 градусные Астанинские морозы, только эта картинка, согревала и давала надежду, на лучшее.

В один из день сбылась его мечта, он полетел на учёбу в далекую Малайзию. Международный Аэропорт Куала-Лумпур встречал суетой и многоцветной палитрой пассажиров.

Выйдя из аэропорта Азамат ощутил влажность, после прохладного воздуха помещения, тело мгновенно покрыла испарина, футболка прилипла к телу, хотелось пить. Путь до города занял около часа, пальмовые плантации, что тянулись вдоль дороги ни имели начала ни конца.

Малайзия напоминала цветочную оранжерею – столько разнообразных растений и цветов, Азамат даже не мог представить в своем воображении. Климат был влажный и жаркий, идеально подходил для теплолюбивых растений, воткнешь палку, и она расцветет всеми цветами радуги.

К сожалению, Малайзия оказалась не такой радужной и приветливой, Азамату встречались не честные на руки местные жители. Как такового не было единого малайского этноса были: малайцы, китайцы и индусы. Каждая группа имела плюсы и минусы.

Китайцы – двигатель экономики Малайзии. Малайцы неторопливы и сильно надеются на помощь государства. Индусы плутоватые загорелые дельцы, качающие головы как китайский болванчик.

Спустя пару месяцев, Азамат нежился в горячих водах Индийского океана на райском острове Лангкави. Лангкави встречал туристов белоснежным песком и теплой солоноватой водой, все было как на картинке. Однако, картинка не могла передать палитру чувств и эмоций, что обступили Азамата.

Своими глазами Азамат видел тараканов со спичечный коробок, а что стоили ящерицы. Маленькие озорники бегали по полу, станам и даже по потолку.

Запахи Малайзии – это отдельная песня, не подготовленному человеку лучше сразу подготовить пробки в нос. Запах стоит ужасный, особенно возле двухэтажных жилых кварталов. Аромат кари перебивается дурьяном и всеми любимой шиши. Бросишь яблоко в мусорное ведро, на следующий день оно разлагается.

Малайзии имеет экваториальный климат, а это значит каждый день может идти дождь. Многочасовой ливень заставляет водителей скутеров прятаться под мостами и другими укрытиями, сопровождается все это душераздирающими ударами грома. Раскаты грома заставляют дребезжать стекла в окнах и оставляют витиеватые электрические узоры на горизонте.

Не идеальный клиент

 Прекрасный весенний денек, не омрачила даже переменчивая столичная погода. Еще вчера на мобильный поступило пять уведомлений о закрытии всех трасс опоясывающих Астану.

Сегодня же сотни и даже тысячи водителей, как Белоснежка в сказке очнулись от своего оцепенения и пока не закрыли трассу, ринулись прочь из Астаны. Только их пятки блестели.

С отличным настроение я шел на встречу. Судя по первичному разговору мне попался «жирный» клиент. Он хочет заказать четыре проекта! Вот это удача. Должно же было мне повести, в конце-то концов. Единственное, что смущало – клиент едва меня вспомнил, когда я звонил ему час назад.

До этого, вчера, мы с ним очень мило пообщались. Ладно, с кем не бывает.

В предвкушении успешной сделки, я довольствовался чаем и наблюдал за приезжающими к бизнес-центру авто. Внутри, что-то ёкнуло и я внутренним чутьем ощутил, что солидный мужчина выходящий из тойоты двух сотки идет ко мне. Дорогой парфюм, внушительная папка с документами. Все говорило о серьезных намерениях клиента.

После крепкого рукопожатия, он перешел сразу к делу:

– Вы делали бизнес-план для акимата, для получения земельного участка?

– Да, делали.

– Можете показать ваше портфолио.

– Конечно, сейчас! – ответил я и принялся искать аналогичный проект.

Мобильный интернет, безбожно завис. Мои попытки были тщетны. Возможно однажды, я очень сильно обидел мобильного провайдера. Он промолчал, стерпел, и ничем не выдавал своей обиды.

Но сейчас, когда мне понадобился мобильный интернет, чтобы подцепить богатенького клиента, он нанес ответный удар.

Сколько я не пытался зайти в облачное хранилище, ничего не получалось. Пальцы нервно елозили дисплей мобильного, все безрезультатно.  Как бабка от шептала.

– Да вы не переживайте, можно и без этого!  – будто кидая спасательный круг произнес клиент. – Мы с вами разговаривали о четырех проектах, но сейчас у меня горят только два. Причем уже один проект заказал в другом городе.

– Вам виднее, – сипло произнес я.

На душе стало, как-то не так. Да и настроение у меня немного поубавилось. С другой стороны, клиент верит мне на слово, что я профессионал.

– Да кстати, – он продолжил: – Тот проект, что я хочу вам заказать, его мне уже бесплатно разработали в НПП «Атамекен», но это не то. Я вообще сам составляю бизнес-планы. Но сейчас катастрофически не хватает времени.

– Я вас понимаю, – одобрительно закивал я, как китайский болванчик.

– Давайте вы сделаете один проект, а там, я буду заказывать еще.

На этой оптимистической ноте и закончилось наше рандеву. Клиента дал задаток. Я же дал бриф для заполнения. Классические вопросы для составления бизнес-плана.

Точных ответов я не получил, так как клиент очень занятой. Ну если гора не идет к Магомеду, то скорее всего мне самому придется все рассчитывать. Я предоставлю клиенту драфт (рабочий вариант) проекта и он внесет коррективы.

Процесс за семь лет достаточно отработан.

Звонок. Встреча с клиентом. Презентация компании. В случае заинтересованности – подготовка договора. Подписание. Предоплата. Получение первичной информации. Начало разработки проекта. Предоставление драфта (рабочего варианта). Отработка с клиентом. Получение остатка. Завершение проекта. Если того требует проект, сопровождение проекта.

Так примерно выглядит процесс взаимодействия с клиентом. По крайней мере в сфере оказания консалтинговых услуг. Все отработано и четко. Примерно 99% клиентов данный процесс устраивает, и они уходят довольными.

Однако есть 1% не удовлетворенных клиентов. Этих людей не так-то просто определить на стадии заключения договора. Однако они раскрываются в полной мере во время подготовки проекта.

И о боже, я выиграл бинго! Только не в позитивном, а отрицательном смысле. Этот респектабельный заказчик оказался входил в 1% неудовлетворенных клиентов.

И что тут началось. Кошмар воплоти. Я мысленно стал анализировать ситуацию. Блин… сколько было тревожных звоночков.

Как определить этих людей? Они жалуются на всех. В первую очередь на ваших коллег: «Это не проект, а полная чушь, да я бы сделал лучше» и все в таком роде. Если проскользнет полное неудовлетворение работой других. Это первый звоночек. Ок проехали.

Эти нелюди стараются не оставлять следов. Не думайте, что они умеют летать по воздуху или сгрызают отпечатки пальцев. Все намного проще. Они не будут заполнять ваш бриф. Зачем? Им намного проще все объяснить устно.

Завтра, окажется, что вы их неправильно поняли. А доказательств у вас нет. Так что всегда запрашивайте информацию в электронном виде или на бумажном носителе. В случае чего, клиента можно прижать к стене. Что падла, это твои показания? И мордой в бумагу?

Следующий звонок – человек платит, но немного. Будто отрывает от сердца, ему жалко расставаться с деньгами. Как и в моем случае из четырех проектов я получил только один, но в придачу вагончик геморроя.

Клиенту нужно еще вчера. Он нервничает, не уверен в себе. Передает вам свое напряжение. Вокруг него все горит, он торопиться, психует. Сразу же вспоминается опыт работы в Национальной компании. Одним словом – идиотизм. Примерно то же самое происходит на госслужбе. Вечно бежим, не зная куда и делаем то, не зная, что. При этом постоянно получаем волшебный педаль.

В итоге. Мой клиент, начал названивать по ночам. Когда уладит все остальные дела. Примерно после полуночи. Хорошо. Не айс, но жить можно.

Дальше больше, земельный лот менялся постоянно. То более тысячи гектар, то три сотни. Что мы только не сеяли: зерно, кукурузу, подсолнечник, благо он не предложил бананы. Бананы в Казахстане явно бы не прижились.

Дополнительно с посеву, мы еще выращивали скот: лошади, коровы, бараны.

Он до того меня достал, что я уже начал подумывать об убийстве. Сначала себя, потом его. Мысленно, что я только с ним не делал: жег, расстреливал, колол режущими и не особо режущими предметами, взрывал, выкидывал в окно.

От природы – я белый и пушистый, но тут превращался в зловещее чудовище. Будто бы во мне просыпался маньяк.

А что делать? Когда вы работаете с не адекватом. Я у него выпрашиваю цифры, он молчит. Ставлю свои, он молчит. Ему надо ехать и показывать проект, он начинает орать как резанный. Как так? Ваши цифры неверные!

Бл@ть чувак, а где ты был? Когда я у тебя запрашивал информацию несколько раз?

Ты же сам говорил, что продал лошадь, чтобы дать взятку этой гребаной комиссии в акимате. Так какого лешего? Они будут смотреть твой проект под микроскопом?

Мои доводы отлетали от него, как горох от бетонной стены. Как же тяжело тем, кто в танке.

После недельной работы по проекту, он заявил:

– Верните деньги, или я повешу на вас, продажу своей лошади.

О боже, встречаются же чудаки, через букву м. Скрепя сердцем отдал все деньги. И на будущее зарекся прислушиваться к своей интуиции и тревожным звоночкам.

Какой кайф, когда ты один в кабинете. Марина отпросилась пораньше – в садике у ребенка объявили карантин.  Загребало Артем приболел, скорее всего его накрыл приступ обжорства и последующая диарея.

– Добрый день, к вам можно? – вежливо поинтересовался мужчина за сорок, приоткрывая дверь кабинета.

– Да – да, входите, – ответил я.

– Я от…, – и незнакомец в элегантном костюме, указательным пальцем показал вверх.

– От самого Бога?

– Шутите, – мужчина осклабился – белоснежной улыбкой. – От вашего шефа.

– Слушаю вас внимательно, присаживайтесь! – указываю на свободный стул.

Мужчина вешает промокшее пальто на вешалку и присаживается напротив меня, в руках теребит кожаный кейс.

– Ян Владимирович меня зовут Дмитрий Олегович, я работаю юристом и представляю интересы – одной уважаемой корпорации. Нас беспокоит аварийное состояние дома престарелых по улице Гоголя 32. Не дай бог, что случится со зданием – жертв не избежать! – Он театрально закатывает глаза.

– Прекрасно понимаю вас и вашу обеспокоенность, пожалуй, вы сильно драматизируете ситуацию.

– Вы думаете?

– Пока ничего не могу ответить. Придется изучить более тщательно всю документацию. Может действительно, существует опасность обрушения здания.

– Вот и я о том, же! – посетитель энергично кивает.

– В любом случае, раньше понедельника дать ответ не могу, – уточнил я.

– Буду с нетерпением ждать! – произнес представитель корпорации, протягивая на прощание крепкую руку с идеальным маникюром.

 *****

Хлопнула дверь, оставив меня наедине с самим собой. Что это? Смотрю на черную матовую визитку и еще более черный кейс.

Набираю номер:

– Дмитрий Олегович, вы оставили свой кейс.

– Ян Владимирович вы ошибаетесь, это не мой, а ваш! – и он продолжает: «А если решение будет правильным, то вы понимаете…».

Гудки в мобильном, дают понять, что разговор окончен.

Изучив визитку, на обратной стороне вижу число. Количество нулей приятно удивляет.

И так, что мы имеем на руках. Черный кожаный кейс. Пытаюсь открыть и обнаруживаю деньги. Много денег с американскими президентами. Сколько тут на вскидку? Пересчитал. Пятьдесят тысяч баксов. Офигеть! И всего-то надо – признать аварийным дом престарелых.

«Ян короче, мозги не парь», – произносит Алчность.

Алчность всегда приходит в образе, красивой слегка вульгарной девушки с темными волосами. Мини-юбка, чулки, ботфорты и две косички, а-ля школьница или даже Ло-ли-та!

– Что тебе стоит? – настаивает маленькая искусительница. – Просто дай экспертное заключение и все. Все равно, всю ответственность несет Генеральный директор. Сам же знаешь, какой он особняк себе отгрохал. Там забор почти четыре метра и КПП. А что говорить о домике для гостей, и еще баня с бассейном.

Алчность словно из автомата расстреливает меня, каждое ее пробивает насквозь.

– Ну это же шеф, – пытаюсь оправдаться.

Но она не успокаивается и добивает: «А что у тебя есть за душой? Кроме камней в почках, ипотеки за двушку в панельном доме и в придачу хмурые соседи, такие же лохи, как и ты. Ты только подумай? Старшего сына можешь отдать в лучший ВУЗ города. Дочку устроишь к знаменитому тренеру по гимнастике. А свою сраную двушку продашь, добавишь и купишь четырехкомнатную квартиру в новостройке. Наконец-таки утрешь нос, брату жены. А то она постоянно бубнит, Васечка себе новую машину купил, Васечка с семьей съездил в Испанию, Васечка – то, Васичка – это, тьфу, достала!»

Закончив свою тираду, она как ни в чем не бывало, достает чупа-чупс и начинает его сосать.

«Ян ну ты же не такой», – произносит в противовес моя совесть.

Совесть предстает в образе ангельской девушки. Скромно одетая, без макияжа а-ля деревенская простушка.

– Ян, вы же выросли в интеллигентной семье! – горячо произносит скромняшка. – Ваша мама заслуженная учительница, а папа преподаватель от бога. Вас всегда учили поступать правильно!

– Ага учил, и что? – пытаюсь заглушить голос Совести. – Все мои друзья бывшие троечники, сейчас катаются на новеньких авто!  Я же, полный отличник, до сих пор пользуюсь общественным транспортом. Где справедливость?

– Понимаю, жизнь не справедлива! – произносит Совесть печальным голосом. – Самое главное… что вы спите спокойно. Вы же никогда не брал взятки. Зачем начинать?

От переживания и сложного разговора перестаю ходить по кабинету, присаживаюсь за рабочий стол. Алчность разделались с чупа-чупсом и принялась изучать город сидя на подоконнике, одновременно теребя косички. Совесть в свою очередь, что бы посильнее надавить на меня – взобралась на мой рабочий стол и загородила монитор.

– Совесть ты права! – иронично киваю я. – Вот тебе, что для жизни надо? Ничего. А у меня дети. Перехожу в наступление! Представь, себе, когда к тебе приходит сын и говорит: «Папа у всех моих одноклассников – последний айфон. А у меня дешевая китаеза!». Совесть, что ему ответить? Сынок извини, твой папа очень честный и оттого бедный, мы не можем позволить айфон.

Совесть отходит от монитора в сторонку и начинает нервно ерзать.

– Ну я хотела сказать… – смущенно произносит она.

– Погоди! – Я прерываю ее. – А что ты скажешь? Когда твоя дочь заглядывается на своих подруг, на их модные наряды. Что мне ответить? Почему я не могу купить лучший наряд – для своей принцессы?

– Вот именно! – подключается Алчность, перебравшиеся к этому времени на стол. – Ян ты всегда ходил как нищеброд. Может настало время показать тем, кто вытирал о тебя ноги, что они были не правы. Ян Владимирович должно звучать громко! Помнишь, бабка по материнской линии говорила, что ты из княжеского рода.

– Что-то припоминаю.

– Пришло время, снова возвысить твой род и фамилию – Березиных. – Алчность яростно жестикулирует. – Тебе по судьбе написано – быть хозяином жизни и купаться в роскоши. Подпиши это заключение и все. Бабки сами летят тебе в руки. А этими стариками… им осталось то жить – всего ничего.  Государство у нас богатое – по любому решит эту проблему.

– А если вас посадят? – Совесть, как всегда, не вовремя встревает в разговор. – Вы об этом не думали? Что будет с вашей семьей? Кто будет поднимать на ноги Макса и Танечку. Это же клеймо – позор на всю жизнь.

– Да ладно, какое клеймо, если будет бабло, то можно отмазаться! – елейным голосом произносит Алчность. – Ты же помнишь Ян, как на твоего шефа шили дело и что? Все ок! Работает, бабло гребет еще больше.

– Шеф-то отмазался, а вдруг у вас не получится, – парирует Совесть. – Арест, да еще конфискация имущество, это в конец подорвет и без того бедственное ваше финансовое положение.

«Да… есть о чем задуматься. С другой стороны, если возьму не я, то они предложат другому. Загребало вон какую рожу отъел, только и ждет, когда ему предложат на лапу. Того и гляди рожа треснет. Лапа у него, как и фамилия – только и гребет.»

– Ян… может вам перестать думать о других, – молвит Совесть, сверкая глазами.  – На суде божьем предстанете вы! Там каждый отвечает только за себя.

– Это то да… И отвечать предстоит мне. – Я киваю в знак одобрения. – С другой стороны, мне пожить хочется – по-человееечески. В нормальных условиях, в просторной квартире. Хочется питаться в дорогих супермаркетах. Я уже и не помню, когда икру то ел?

И тут оживает Алчность, стоявшая до этого в сторонке: «Короче Ян, яйца в кулак и действуй! Тебе уже принесли чемоданчик бабла, а обещали в несколько раз больше. Подписывай и все! Главное сразу не палить деньги – продолжаешь жить дальше – как нищеброд. На жену оформляешь ИП и туда же загоняешь баксы. Шито-крыто.»

– А если в налоговой будут задавать вопросы? – уточняю я.

– Скажешь, что у жены тетка померла на Украине и оставила наследство.

– Совесть, а ты что скажешь? – интересуюсь, перед принятием решения.

– Я уже сказала, настолько это все аморально, – и она морщит свой носик.

 *****

«Короче девчата вам спасибо, но я принял окончательное решение», – говорю я сам себе. «И вообще это шизофрения разговаривать со своей Совестью и Алчностью.»

Набираю уже знакомый номер.

– Дмитрий Олегович – это я!

– А Ян Владимирович, рад вас слышать, – раздается в трубке приятный баритон. – Как я понимаю, вы приняли решение.

– Да, принял. Жду вас в понедельник.

 *****

– Ян Владимирович, как мы и договорились деньги на указанном вами счете! – обыденно сообщает Дмитрий Олегович. – А решение?

– Держите, вот оно! – протягиваю завизированный мной официальный документ.

– Хм, решение есть… вижу, – юрист явно в недоумении.  – А что за пункт с предоставлением аналогичного помещения дому престарелых. Мы об этом не договаривались.

– Неужели, – мои брови изящно поползли вверх. – Вы просили меня одобрения – я его дал. К тому же я навел справки о вашей корпорации. Выяснилось, что у вас достаточно пустующих зданий на окраине городе. Думаю, не составит проблем с переносом дома престарелых в одно из них.

– Ну и жук же вы, Ян Владимирович! – произносит на прощанье юрист, прижимая к груди долгожданное заключение.

Было это давно – лет двадцать назад, но тот день, помню, как вчера. Тогда мне впервые в жизни удалось испытать чувство азарта. Я женился во второй раз, в первый не сложилось – «не сошлись характерами», так мы заявили в ЗАГСе. Устроился на работу в ночной киоск – продавал сигареты, алкоголь, соки и жвачки.

Как-то, ближе к окончанию смены, пришёл друг детства – Богдан.

– Серёга, может прогуляемся в центре? – предложил кент.

Несмотря на позднее время, центр был оживлен. Люди сновали взад и вперед возле игровых заведений. Меня всегда привлекал яркие, светящиеся вывески с изображением: рулетки, игральных карт. Они будто манили к себе, зазывали – ну давай попробуй, новичкам всегда везёт!

Одному было боязно шагнуть в неизведанный мир азарта, с товарищем же – страх отступил.

Мне сразу же приглянулись игровые автоматы. Картинки сменяли друг друга – вишенки, арбузики, сливки выстраивались в замысловатые комбинации.

– Будете играть? – поинтересовалась строгая администраторша в тёмном костюме.

– А что делать? – ответил я, неуверенно пожимая плечами.

– Все очень просто, – администраторшу явно раздражали новички. – Меняйте деньги на монеты и бросайте в автомат!

Поменяв деньги, я загрузил машину и ждал… несколько секунд автомат светился яркими символами и вращался. Видимо богиня Фортуна была не на моей стороне, так я впервые в жизни проиграл 20 гривен. Сильно расстроившись отправился домой. Наверно повезёт в следующий, успокаивал сам себя.

Новый день и снова в бой. В этот раз я зарядил побольше. Фортуна временами соблаговолила, я выигрывал, но по итогу дня ушёл в минус. Мой кошелёк был девственно чист. Конечно, обидно, мог уйти с деньгами пока везло, но чувство азарта будто пригвоздило к стулу. Вообще это необыкновенное состояние, когда выигрываешь, тело наполняется гормонами счастья – эндорфинами.

Мне было мало, и я продолжал приходить к игровым автоматом день за днем. Каждый раз веря, что смогу сказать себе – стоп. Встать! Забрать деньги и уйти. Я изучил все возможные выигрышные комбинации. Когда больше закинуть, когда меньше.

Белая полоса везения сменялась черной. Одно было неизменно, чувство азарта все больше и больше поглощало мою душу. Я уже не представлял себе жизнь без автоматов.

Со временем, я начал повышать ставки. Меня уже не интересовали копеечные машины, бог азарта требовал большего. От пятидесяти копеечной машины я перешел на гривневую. Ставки в две, пять и десять гривен для меня стали нормой. За раз я поднимал в десятки раз больше, но и проигрывал соответственно. Мог выиграть до ста тысяч в мгновение ока, так же мог просадить свою зарплату за несколько лет в считанные секунды.

Говорят, что осознание проблемы первый – шаг на пути её разрешения. Но даже понимание, что я стал лудоманом – зависим от игры, мне не помогло.

В вялой борьбе с игроманией, тянулись месяцы, годы – моя жизнь катилась под откос. Сколько раз я обещал сам себе: «Сегодня, не буду играть, вчера это было последний раз в моей жизни». Но уже вечером сидел в игровом зале и заряжал деньгами шайтан машину. Азарт – самый сильный легальный наркотик, ломка такая, что хоть вой на луну.

Как только деньги заканчивались, я сразу искал на новую «дозу», лишь бы побыстрей зарядить и наслаждается чарующим звуками автомата. Сидеть в предвкушении выигрышной комбинации и надеяться на чудо. Друзья, родные, коллеги, что только не предпринимали, чтобы вытащить меня из засасывающей трясины азарта. Я уже не отвечал на звонки, не появлялся дома, избегая кредиторов. Супруга не выдержала и подала на развод.

Единственный человек, который не опустил руки и пытался мне помочь, была моя любимая мама.

– Сынок я слышала рекламу по радио, – начала осторожно мама, зная мой взрывной характер. – В Киеве принимает знаменитый доктор Коваленко. Он проводит кодирование, лечит от алкоголизма, наркомании и игровой зависимости. Давай поедем к нему.

– Мама, я в это не верю, – но не хотелось обижать, самого родного человека, который в одиночку боролся за меня. – Хорошо, давай попробуем. Глубине души я не верил, что одним сеансом гипноза возможно закодировать от игры.

Доктор Коваленко честно отработал свои деньги, внушив мне, что как только я сяду играть, мое сердце не выдержит. Даже заставил подписать расписку, что в случае летального исхода, врач ответственности не несёт. Закодировали мне на всю жизнь, по крайней мере он так сказал.

К сожалению, мое сердце выдержало и продолжало биться. Уже на второй день я сидел в прохладе, ярко освещённого зала казино. Чувство стыда – за потраченное время и деньги, разъедало изнутри, но поделать ничего не мог.

Наконец, взяв себя в руки по рекомендации друзей пошёл к психотерапевту:

– Сергей, ваша игровая зависимость, это не физический недуг, – его взгляд сканировал, будто рентген. – Это все психосоматика, то есть все идёт от головы. Вам надо подыскать замену игре, переключить фокус вашего внимание на другой объект.

После посещения психотерапевта я долго размышлял, чем можно заменить игру. Пока не представился подходящий случай. Высокая, статная, она стояла на остановке у входа в «Игровые автоматы», кутаясь в клетчатое твидовое пальто. Не знаю кому она улыбнулась, но от этой улыбку, что-то ёкнуло внутри. «Сейчас она сядет в свой автобус и всё, никогда её больше не увижу» – красный от смущения, я приблизился к ней и заговорил.

К счастью моё знакомство совпало с закрытие всех игорных заведений на Украине. Мы начали встречаться, у меня на удивление водились деньги – негде было их просаживать. Через некоторое время она обрадовала меня – я стану папой. Но сразу предупредила, что покончит с собой и ребёнком, если узнает, что я снова играю.

К тому времени, я уже потихоньку втайне играл в нелегальных казино и игровых автоматах. Но её пламенная речь о суициде временно охладила мою страсть к азартным играм. Алкоголик никогда не признает себя алкоголе зависимым, так же и игроман. Невозможно скрыть свою зависимость от близких и родных людей. Взгляд всегда тебя выдаёт. Депрессивный, растоптанный демонстрирует – проигрыш. Ангельский, заискивающий – выигрыш.

После нескольких, относительно неплохих лет совместного проживания мы разругались в пух и прах, и разошлись. Так я по собственной глупости, упустил любимую женщину и своего ребёнка.  Единственным утешением был – алкоголь. Он разрушал мою личность, но заглушал боль потерь.

Затуманенный разум искал женской ласки. Я изучил вдоль и поперёк все сайты знакомств, в поисках той единственной и неповторимой, и вскоре нашёл её. Помимо женщины, я нашел новый узаконенный государством вид игорного бизнеса – Государственное Лото.

Разок сыграл в гослото и всё понеслось по новой. Моя новая пассия, в отличие от предыдущих была спокойна к моей зависимости, а может просто боялась потерять меня. Нет, она отговаривала меня от игры, при этом занимала деньги на погашение долгов. Усугубляя ещё больше, тяжелую ситуацию. Как-то мы пошли с ней к психологу.

Психолог долго смотрел на меня и сказал:

«Сергей вы психически нормальный человек! Понимаете ли, вы, что с таким образом жизни, недолго оказаться на улице? Так как медицина в вашем случае бессильна, могу порекомендовать обратиться к знакомому монаху. Может быть вера поможет вам исцелиться»

Семь дней я ставил свечи, а монах делал вычитки и молился, за мою грешную, одержимую душу. На седьмой день я был в состоянии покаяния, но не раскаяния.

Страх, что проблемы остались, покуда существуют долги, не дал мне поверить в то, что будет все хорошо.

Я верил в Бога на словах, но не признавал его в сердце.

К тому времени, я снова был по уши в долгах и хотел покончить с собой. От страшного прегрешения, удерживала только любимая. Не мог я оставить её вдовой, да ещё с долгами, ей бы не дали житья.

Луч света забрезжил неожиданно. Любимая познакомила меня с бывшим наркоманом, который, по её словам, был на самом дне, а сейчас имеет прекрасную семью и счастливую жизнь.

Не поверив её словам, я пришёл на собрание, где увидел много интересных людей. Мне не верилось, но все они были бывшими наркоманами. Только благодаря Господу богу они смогли побороть страшную зависимость.

Я начав молиться, пришло осознание, что нечистый дух давно овладел моей душой. Темные и страшные мысли роились в моём сознании, а громкие звонки с требованием погашения долгов вгоняли в депрессию ещё больше.

Соблазнительную мысль о самоубийстве гнал сразу. В сказание сказано, что не можем мы отобрать у себя жизнь, дарованную нам свыше!

Что только, я не предпринимал после этого: звонил на теле передачу «Касается каждого», но получил отказ; обращался к экстрасенсу за помощью, но услышав сумму – положил трубку; звонил доктору гипнологу, но он лечил только алкогольную зависимость.

С тех пор утекло много воды, я перестал играть. Жизнь потихоньку начала налаживаться. С долгами я полностью не расплатился, но думаю со временем закрою.

Не бывает бывших алкоголиков. Алкоголик может держаться год, два, десять лет, а потом рюмка водки и всё по новой. У игромана, тоже самое. Не бывает бывших. Я каждый день просыпаюсь и молюсь Всевышнему: «Милостивый государь, убереги меня от лукавого, не позволь поддаться соблазну, сбереги меня и мою семью от скверны».

Каждый день проведенный без игры я отмечаю в блокнот. Заклинаю вас, ради всех святых, если вы ещё не распознали эйфорию азарта, бегите от этого. Не слушайте рекламу, что можно разбогатеть на ставках или в казино. Этого не бывает, а бывают разбитые жизни, семью и души!!!

– Леся… ну Леся.

– Паша ты запарил, что у тебя? – нервно ответила девушка, морща свой носик.

– Ну это… хотел узнать по лингвокультурологии и социолингвистике у тебя что?

– В смысле, что?

– Ну … ты подготовила рефераты?

Паша с умоляющими взглядом смотрел на сокурсницу.

– Сесёлкина, Кривоконь! – донесся с кафедры скрипучий голос. – Вон из аудитории!

– Тамара Васильевна мы все, больше не шушукаемся. – Пытался оправдаться Павел.

– Я уже пятьдесят лет, как Тамара Васильевна. Ничего не знаю, вон из аудитории, и не таких воспитывали. – Бурчала недовольная преподавательница.

Под гробовое молчание группы «ФИЛ-42» Леся и Паша покидают занятие. Недолго думая решают направиться в буфет, любимое место Паши.

– Ну и чудак же ты Кривоконь, – обыденно отзывается Леся.  – Так и быть дам списать рефераты, а что будешь делать с латынью? За сегодняшний косяк, Тамарка тебе просто так автомат не поставит.

– А я натурой расплачусь! – честно признался парень.

– Ну и оболтус, – ничему не удивляясь произнесла девушка.

 Но так было не всегда. Всего четыре года назад, мир для Паши не был столь радужным. Родителей своих он почти не помнил. Отец утонул на рыбалке, когда ему не было и трех. Мать изменилась. Часто рыдала по ночам, пила таблетки, засыпала на кухне. Начала выпивать.

Маленький Паша слезно упрашивал маму перестать пить. Но все было тщетно. Одурманенный мозг, только и цепляется что за алкоголь. Когда мать уволили с престижной работы в комбинате, она начал пить пуще прежнего – повышая градус. Исчезли пиво и вино, но появилась водка. Мать устроилась уборщицей в контору. Соседи устали от постоянных попоек и мутных компаний и обратились в органы опеки. Итог – лишение материнских прав.

Свой шестой день рожденья Паша отметил в детском доме. Детский дом сильно напоминал тюрьму. Строгий режим и не менее строгие воспитатели. Многочисленные драки, ссадины и ушибы. К своему совершеннолетию Павел мог похвастаться: крепим телом, жестким характером и шрамом на правой щеке.

Кто бы мог подумать, что на вопрос – чем собираешься заниматься дальше? Он ответит: «Пойду на филологическое отделение, так как хочу повидать мир». Возможно его мечта и не осуществилась бы, но вмешался случай. Благодаря ходатайству директора детского дома, Пашу приняли на филфак.

Паша осознавал, что учится на филфаке без подходящей языковой подготовки невозможно. Сколько раз он благодарил судьбу, что среди важных и чванливых однокурсников ему повстречалась Леся.

Леся ростом едва достававшая ему до плеча – была для него всем. Сестрой, другом, советчиком. Благодаря ей он начал раскрываться: пропали настороженность и опаска. А через год в балагуре и повесе Паше нельзя было узнать бывшего детдомовца. Лишь шрам на правой щеке, напоминал о суровом детстве.

Четыре года прошло с момента их знакомства. Полгода и они получат долгожданный диплом. Больше всего на свете Паша боялся выпуска. Что ему делать? Куда идти? Да и сильно прикипел он к Лесе.

Если первое время он видел в ней сестрёнку, то со временем начал подмечать и другое. Аккуратный носик, милые ямочки на щеках. Миниатюрная Леся манила его все больше и больше.  Как же ему хотелось окунуться в эти русые пряди – шелковых волос. Подхватить на руки ее маленькое хрупкое тельце и бежать за горизонт.

Туда, где они будут одни, где вырастут их дети. Где они будут свободно разговаривать на русском, английском и французском языках. Где будет стоять их симпатичный домик у реки в окружении горных вершин. Где будут пастись козы. Где будет много простора. Где будет любовь.

Но это только в мечтах. Сколько раз Паша пытался признаться Лесе в любви. Сколько раз пытался разлюбить – все тщетно. Будто неведомый магнит тянул его к ней. Словно бумеранг отправленный далеко-далеко, он возвращается назад. Так и Паша – мучился, страдал, но не мог сделать первый шаг.

Возможно Леся и догадывалась о чувствах Павла, но не подавала виду. Лучше сделать и сожалеть, чем сожалеть о несделанном, и Паша признался в своей любви. Леся долго смотрела на Павла своими светло-голубыми глазами и произнесла, – Паша не стоит. Он хотел догнать ее, но ноги будто окаменели. Крикнуть и вернуть, но губы предательски молчали. Вот так и остался стоять Паша один как дурак – наблюдая как исчезает в студенческой толпе – любовь всей его жизни.

Когда же он хотел получить объяснение, он не узнал Лесю. На вопрос, что случилось? – она только отмахнулась и ушла. Дальше больше. Не проходило ни дня, как Леся была сама не своя. Милое родное лицо перестает смеяться Пашиным шуткам, лишь грустная улыбка появляется на миг и исчезает.

 *****

Паша был в недоумении, что происходит с Лесей? Что стало с самым дорогим для него человеком? Может признанием в любви, окончательно оттолкнул ее? Пока в один из дней, он приблизился к ответу. После пары по французскому выходя из кабинета, Леся задумалась и споткнулась о порог уронив папку. Бумажки мгновенно разлетелись по коридору.

– Я тебе помогу, – ринулся на помощь Паша.

– Спасибо Паша, но я сама, – хмуро произнесла Леся.

– Что это Леся? – шокировано пробормотал Павел.

– Не важно, – коротко ответила девушка.

Несмотря на возражение, Паше удалось прочитать диагноз – терминальная стадия хронической сердечной недостаточности. Под диагнозом красовалась круглая синяя печать с фамилией – Орлов Е.А. Зайдя в интернет и осознав тяжесть диагноза Павла прошиб пот, ноги подкосились.

Вот почему Лесю отстранили от физической культуры с начала года. Неужели Леся – настолько больна? Надо разузнать об этом докторе побольше. По фамилии Орлов Е.А. вышло – Кардиохирург Орлов Евгений Аристархович.

Сколько сил и уговоров было потрачено, чтобы попасть на прием к Орлову – лучшему кардиохирургу города. К нему на прием записывались за полгода вперед.

– Молодой человек, что у вас? – строго поинтересовался, невысокий мужчина в роговых очках и накрахмаленном белом халате.

Паша внимательно изучал кабинет кардиохирурга. Со всех сторон висели снимки. Сколько сердец в одном месте, Паше не приходилось видеть никогда.

– Уважаемый? Вы сюда пришли на экскурсию или по делу?

– По делу, – выпалил Паша. – Сесёлкина Олеся.

Евгений Аристархович был тверд как скала. Нарушить профессиональные правила и выдать информацию о своей пациентке Лесе, он категорически отказывался. Лишь упоминание о детском доме, смягчило доктора. Как оказалось кардиохирург и сам был из детдома.

Орлов смягчился и рассказал о страшном диагнозе. О том, что Леся остро нуждается в доноре. Как три месяца находится первой на листе ожидания. К сожалению, нет подходящего донора. Либо есть донор, но нет разрешения от родственников на пересадку. Все упирается в несовершенный закон.

 *****

Сквозь ливень, пересекая город пополам изогнутой улицей, на высокой скорости мчится автомобиль скорой помощи. Ночные огни фонарей мелькают за мокрыми окнами то желтыми, то холодно-белыми неоновыми пятнами.

Первомайские праздники всегда были большим испытанием для службы скорой помощи.

– Василич сколько там натикало?

– Да уже почти час ночи Петрович.

Звук сирены усиливается, отражаясь от серых кварталов бетонных зданий.

Сколько себя помнил Александр Петрович, он всегда работал врачом на выезд. Как попал сюда еще в интернатуре, так и остался. Коллеги его называли – динозаврам. Так же, как и его водителя Сергея Васильевича и их древнюю карету скорой помощи. Дворники их машины работают на пределе, а двигатель странно тарахтит.

Сколько раз они просили новую машину, однако не судьба. Так и ездили на своей старушке. За многие годы повидали всякого.

Пациент – парень без сознания. Зрачки расширены, на свет не реагируют, пульс – пятьдесят.

Несмотря на поздний час, на улицах города было оживленно. Спортивные автомобили обгоняли карету справа и слева.

– Куда этого? – полюбопытствовал водитель?

– В реанимацию.

 Неожиданно для Петровича пациент находящийся в коматозном состоянии – очнулся. Помимо того, что он очнулся у него в руках появился пистолет.

«Вот тебе на! Сколько лет меня пилила Надя, поехали в отпуск. А я дурак, всё больных с того света вытаскивал. Сейчас походу и сам за ним отравлюсь» – подумал Петрович автоматически поднимая руки вверх.

– Отец да ты не бойся, – бойко произнес больной. – Мы же едим в первую городскую?

Петрович закивал, как китайский болванчик.

– Ну вот и славно, – парень опустил пистолет. – Тут письмо, как приедем передайте его Орлову, это очень срочно.

Петрович взял сложенный пополам лист бумаги.

 Через пять минут раздался голос водителя, – Петрович подъезжаем.

Парень резко вскинул пистолет, приставил его к виску и раздался выстрел. Петровича оглушило, в ушах звенело, повсюду стоял едкий дым пороха.

– Мать мая женщина, – воскликнул водитель, остановив машину и посмотрев назад.

– Он сказал, отдать письмо Орлову, – только и смог произнести побледневший врач, нервно сжимая листок бумаги.

  *****

Только через неделю Леся узнала о случившемся. Она уже попрощалась с родными. Второй день подряд аппарат искусственного кровообращения (АИК) поддерживал в ней жизнь. Ее сердце остановилось навсегда. Леся как фарфоровая кукла лежала под аппаратом, оплетенная со всех сторон инородными нитями.

Клапаны мерно качали кровь, мониторы показывали десятки показателей жизнедеятельности организма.

Евгений Аристархович уже и не надеялся на чудо. Леся ему стала как дочь. Неужели завтра ее последний день? И чудо произошло. Позвонили с Приемного покоя. Сбивчиво рассказали о несчастном случае и письме.

Да, он вспомни имя того парня. Паша, точно Паша. Это он интересовался Лесей. Так это его труп и его разрешение на пересадку? Пути господни неисповедимы.

Операция по пересадке сердца началась в 01:30 и длилась почти шесть часов. Родители Леси не сомкнули глаз, ожидая конец операции. Три раза отец отпаивал валидолом мать. Кажется, они постарели лет на десять.

– Ну и длинная же выдалась ночь. – Произнес уставший, но довольный собой Евгений Аристархович, после проделанной операции. – Бог даст, сердце приживется. Это чистая удача, что появился подходящий донор.

Родители были на седьмом небе от счастья услышав слова доктора. Несколько дней Леся была без сознания. Когда же Леся очнулась и узнала правду она произнесла:

– Какой же ты дурачок Паша, – грустно произнесла Леся.

Сколько ночей она провела в слезах, после признания Павла. Как же ей хотелось сказать: «Дурак, ты не видишь, я тоже тебя люблю. Люблю с первого взгляда. Люблю больше всех на свете. Люблю твою идиотскую улыбки и плоские шутки. Люблю твои сильные руки и робкие прикосновения. Люблю, когда ты серьёзен и когда весел».

Слеза скатилась по щеке Леси, и она продолжила: «Дурак, на кой я тебе такая больная?  Маленькая щупленькая, а ты такой брутальный красивый. Я же не хотела портить тебе жизнь. Не хотела бы, чтобы ты знал, как жить с инвалидом.  Жить с человеком, которому остался месяц, неделя, пару дней, а может часов.»

– Дурак ты Пашка – дурак. – С любовью произносила она, прикасаясь к могилке любимого человека…

Холодный осенний ветер пронизывал до костей. Под ногами хлюпала вязкая жижа. Сильно хотелось согреться и выпить свежезаваренный кофе.

Вот мое спасенье, вхожу внутрь. Тень от тусклых светильников, мягко ложится на пол кофейни. Уставшие посетители молча ожидают в очереди. Только поименные крики бармена, сигнализируют о готовности кофе.

Влюбленные парочки о чем-то мило воркуют, попивая горячий капучино. Кто-то стучит по клавишам ноутбука, давно забыв о недопитом кофе.

Я заприметил девушку, она сидит за круглым, немного обшарпанным столом. Никогда ее здесь не видел. Она молода, красива, только слезы на ее ангельском лице портят всю картину.

– Вам можно составить компания? – она не против.

Присаживаюсь:

– Вас угостить?

– Можно кофе и пироженку, – она отвечает приятным голосом.

Что-то пишет в свой блокнот.

– Что случилось? Почему вы плачете?

– Какой же он гад, изменил с лучшей подругой, я так его любила, доверяла.

– Может все наладиться? Он одумается, – я попытался ее успокоить.

Она продолжала горестно плакать и писать, что-то в блокнот.

Принесли горячий латте и чизкейк. Обжигая губки, она сделала глоток, слезы начали отступать. Чизкейку удалось выправить ситуацию, она даже немного улыбнулась.

Все любят сладенькое, особенно такие милые и привлекательные девушки.

Мы разговаривали часа два, о ней, обо мне. Откуда она родом, как познакомилась со своим парнем, как он ей изменил. Пили горячий кофе. За окном распогодилось, вышло солнышко и осветило новые перспективы в нашем общении…

Я предложил прогуляться в парке. Наш парк прекрасен, в это время года. Осенний листопад пестрил красным, желтым, зеленым цветом. Мы бегали и пинали опавшие листья как малые дети. Позади были обиды, предательства, слезы отчаяния.

Дане должно было исполниться тридцать пять, но она к своему сожалению, до сих пор не обрела желаемое спокойствие… Быть может виной тому были трое детей: мальчики десяти и пяти лет, а также маленькая бандитка, которой еще не исполнилось и двух годиков.

Дане приходилось воспитывать и самого «старшего» – своего мужа. Муженёк, всячески сопротивлялся и оказывал сопротивление воспитательному процессу. Каждый день Даны проходил под копирку. Утром поднять мальчиков, накормить и отправить в школу и садик. После готовка обеда. Дела по дому, ужин, мытье посуды. Единственное время, когда Дана была предоставлена сама себе – с полуночи до трёх. В это время она отрывалась от души, растворяясь в глубинах инстаграма.

Инстаграм – место, где живут «богоподобные» люди. Где супермама, умудряется воспитывать троих детей, при этом в доме чистота, дети воспитаны, а муж миллионер. Место, где стыдно демонстрировать пикник в парке, Мальдивы, как минимум. В волшебном инстаграме, люди выкладывают огромное количество самых изысканных блюд, но остаются стройными и подтянутыми.

После каждого посещения «хвастограма» Дана осознавала, что её жизнь ничтожная пародия, она не дотягивает до жизни «настоящих людей». – Бессильная перед непреодолимыми обстоятельствами, она впадала в тоску. Единственным способом хоть как-то справиться с подступающей депрессией был перманентный скандал, – который она устраивала любимому мужу:

– Милый, а когда мы поедим отдыхать? – начинала она исподволь, – глянь, – Асель укатила с мужем на Сейшелы. Слово за слово и муж уходил из дома, сильно хлопнув дверью.

Однажды, Дана осознала, что ей нужна работа. Она давно, хотела работать, но декрет, дети… Несмотря на свою занятость, Дана умудрялась подрабатывать дистанционно бухгалтером, – но платили немного. Желание заработать подстёгивало, чем только она не пробовала заниматься: делать бонбоньерки на свадьбу, заказ в 150 штук чудовищным грузом лёг не только на неё, но и на близких; обучилась мастерству маникюра и педикюра – не смогла найти постоянных клиенток.

Дана была дипломированным «финансистом», но работа по специальности её не привлекала, хотелось активной деятельности, а не сиденья за столом и корпения над документами. При этом, она не любила «лентяев», то есть всех тех, кто зарабатывал себе на жизнь умственным трудом. Мужа она уже давно считала, человеком пропащим и всячески намекала, что мужчина должен стабильно работать. Ей было абсолютно по барабану, что муж содержал семью вот уже шестой год, сидя дома и выполняя непонятные проекты.

После нового года Дану осенило: «а что, если мне заняться общественным питанием?». Муж оплатил доступ к базе риелторов и стал получать ежедневные предложения о сдаче в аренду: кафе, ресторанов, буфетов и столовых. К сожалению, хорошие заведения могли похвастаться высокой арендной платой. Но одно предложение привлекло супругов. Дана решила действовать и позвонила:

– Добрый день, я звоню по объявлению, – начала разговор Дана. – Хотела бы узнать где находится ваш бизнес?

– Девушка, я не могу вам сразу сказать место, – осторожно ответила хозяйка. – Вы знаете район «Золотого квадрата»?  Подъезжайте завтра в тринадцать, как будете на месте, дайте знать.

На следующий день Дана с мужем и детьми направились на встречу. По дороге семейство немного заплутало, муж начала психовать, но спустя пару минут они благополучно добрались.

Оставив детей в машине, наедине со спасительными смартфонами, супруги направились к загадочной хозяйке бизнеса. Хозяйку звали Алия, она не сильно впечатлила Дану: – маленькая субтильная, как бы её не унесло ветром. Зайдя в бизнес-центр Алия продемонстрировала барную стойку, начала нахваливать, как у неё бойко идут продажи:

– Вы знаете в этом бизнес-центре нет столовой, – грустно произнесла Алия. – Если бы не наша точка, то все сотрудники работающие здесь испытывали бы сильный голод.

– Получается в бизнес-центе кормите только вы? – уточнила Дана.

– Благодаря мне, – продолжила Алия. – Вы можете наблюдать счастливые и сытые лица офисных сотрудников.

Как оказалось бизнес-центр был поделен на две части. В другой половине, Алия также продемонстрировала убитую барную стойку и не работающую холодильную витрину.  За весь свой чудо бизнес она просила всего 400 000 тенге.

– Кстати, – добавила хозяйка. – Аренда здесь мизерная всего 25 000 в месяц за каждую точку.

После проведенной презентации, вдохновленный супруг попытался перетянуть инициативу на себя:

– Может, вы сделаете скидку и продадите две точки за триста, как вам такое предложение?

Алия задумалась, и ответила:

– Я подумаю и дам вам знать.

На этом встреча закончилась. Вдохновленные супруги уже представляли свое радужное будущее – бешеные продажи и нереальные доходы. После того как волна эйфории откатилась к туманным сказочным берегам, супруги начали подсчёт.

Скурпулезный супруг, подвёл итоги:

– Дана смотри, у нас всего на руках четыреста тысяч тенге, помимо этого, нужны будут ещё деньги на оборотные средства, если продавец скинет до трехсот, тогда можно попробовать.

– Милый, – Дану терзали сомнения. – А что если там нет проходимости? Последние деньги спустим в никуда. Давай я завтра с подругой сгоняю в этот бизнес-центр и на месте всё узнаю.

На следующий день Дана в компании близкой подруги, обошла все офисы. Поначалу чувствовала себя неловко, смущалась обращаться к незнакомым людям, но быстро взяла себя в руки, напомнив себе: за место надо бороться. И оказалась права. Выяснилось много интересного. Со слов охранника: «Алия была уже четвертым арендатором. Каждый месяц приходили, новые люди, никому не удалось зацепиться». Одним словом, Алия хотела впарить две барные стойки Дане и покрыть все свои убытки. Без лоха и жизнь плоха.

Смекнув что к чему Дана отказалась от предложения. Однако нашла свою нишу и спустя неделю поставляла комплексные обеды на 25 человек ежедневно. Уставала, не высыпалась, но в 13:00 довольные клиенты благодарили её за вкусный обед.