Позвольте вам представить трёх самых успешных охотников за привидениями наших дней.

Хедвиг Кюммельзафт уже много-много лет самый знаменитый эксперт по части изгнания привидений, а Том Томский и Хуго-ПСП, привидение средней паршивости, стали её ассистентами со времени их первого общего и чрезвычайно опасного дела. На их визитных карточках значится: «„Кюммельзафт и Кo“. Изгнание привидений всех видов».

Вряд ли на свете есть привидение, которое устрашило бы наших троих специалистов, но задача, о которой пойдёт речь в этой книге, даже для таких испытанных охотников за привидениями, как «Кюммельзафт и Кo», представляла собой весьма горячее дело в буквальном смысле этого слова.

Итак, я надеюсь, ты сидишь, уютно устроившись в хорошо освещённой комнате – ведь привидения не выносят яркого света, и на тебе надето что-то красное – а привидения, как известно, не любят красный цвет, и хорошо, потому что вот-вот всё и начнётся…

Самыми опасными приключениями всё происходит всегда одинаково: они начинаются совершенно безобидно.

Приятным осенним днём известная охотница за привидениями Хедвиг Кюммельзафт получила письмо. Оно пришло от Альвина Важника, директора респектабельного отеля на морском побережье. В отеле обнаружилось несколько неприятных маленьких проблем, которые можно было объяснить лишь потусторонними явлениями. Поэтому директор Важник просил «Кюммельзафт и Кo» о скорейшей профессиональной помощи, сохранив при этом необходимую секретность.

– Ах, опять унылое рутинное задание! – вздохнула госпожа Кюммельзафт. Однако слова «отель на морском побережье» звучали весьма привлекательно. Провести выходные на море – это всегда приятное занятие. Но так случилось, что на сей раз их ожидания обернулись, к сожалению, большими неприятностями.

Хедвиг Кюммельзафт оповестила своих ассистентов Тома Томского и Хуго-ПСП, собрала необходимое снаряжение для охоты за привидениями и в субботу, пятого октября, встретилась с напарниками в поезде, следующем на Омаровый берег.

Как уже было сказано, всё начиналось совершенно безобидно.

Из-за Хуго госпожа Кюммельзафт забронировала для своей команды всё купе целиком. В конце концов, надо учитывать, что не каждому путешественнику придётся по вкусу вид ПСП, хотя эти привидения считаются одними из самых безобидных в своей категории. В купе Том первым делом задёрнул занавески. Потому что ПСП чрезвычайно плохо переносят яркий дневной свет.

– Можешь выбираться наружу, Хуго, – сказал Том и бросил свой рюкзак на сиденье.

– Ох-ху-ху! Малусть устурожнее, пужалуйста! – глухо огрызнулся Хуго, и вот из рюкзака, колыхаясь в воздухе, показался третий член знаменитого трио охотников за привидениями. – Тьфу, – простонал он. – Как я ненувижу путешествия! Они ужасны!

– Мой драгоценный Хуго. – Хедвиг Кюммельзафт подняла чемодан и положила его на полку для багажа, затем она поставила термос с горячим чаем на маленький откидной столик у своего места. – А ведь я тебе говорила по телефону, что твоё присутствие в этой поездке вовсе не обязательно. В данном случае твоя помощь не так уж и необходима. Мы могли бы обойтись и без тебя. Тем более что валяться на пляже ты наверняка не захочешь, ведь так?

– Ну и шутучки у вас! – Хуго приобрёл свой обычный в состоянии обиды голубоватый цвет и забился на багажную полку.

– Я тоже говорил, что мы справимся без него, – вздохнул Том и плюхнулся на сиденье. – Но ему непременно хотелось с нами.

– Это так типично, – отметила Хедвиг Кюммельзафт. – Все ПСП нестерпимо любопытны!

Госпожа Кюммельзафт достала из сумки две красные кружки, упаковку сахара и слегка помятое письмо. Письмо и сахар она передала Тому:

– Вот, мой юный друг, – сказала госпожа Кюммельзафт и налила чай в кружки.

С багажной полки свесился любопытный Хуго.

– Убери от моей головы свои заплесневелые лапы, – проворчал Том, пытаясь в сумеречном свете разобрать, что написано в письме.

ПСП пощекотало затылок мальчика ледяными пальцами.

– Хуго, отстань! – прикрикнул Том, сердито снял очки и протёр их. – Отвяжись от меня! Из-за твоего дурацкого затхлого дыхания запотевают стёкла.

– Затхлуе дыхание? Затхлуе дыхание? – Хуго беспокойно заколыхался под потолком, да так и завис там, глубоко обиженный. – Это ваш паршивый чай во всём винуват!

Том лишь покачал головой, снова надел очки и прочитал вслух:

– «Многоуважаемый господин Кюммельзафт!» Откуда тут взялся «господин»? – удивился он.

– Так ведь это опять же весьма типично, – объяснила госпожа Кюммельзафт. – В качестве эксперта по привидениям чаще всего представляют мужчину. Глупо, но, увы, типично!

– «Многоуважаемый господин Кюммельзафт, – снова принялся за чтение Том. – Вот уже несколько дней в нашем отеле происходят загадочные явления, которые, к сожалению, не объяснишь здравым смыслом. Из водопроводных кранов совершенно неожиданно начинает течь горячая вода, а система кондиционирования ведёт себя как безумная. Кроме того, по ночам слышны тягостные и неприятные шумы и звуки, и некоторые сотрудники отеля видели странные вещи. Поскольку ваши познания в области борьбы с привидениями пользуются обширной славой, я хотел бы попросить вас как можно скорее избавить нас от этих досадных неприятностей. Правда, я должен, принимая во внимание прекрасную репутацию нашего отеля, заранее просить вас о чрезвычайной деликатности. С дружеским приветом, ваш Альвин Важник!» Эти неприятности тянут на небольшой огненный дух. – Том бросил в свою кружку четыре кусочка сахара, размешал и отпил глоток. – Работы часа на два, я думаю.

– Приблизительно такова же и моя оценка, – сказала госпожа Кюммельзафт. – После этого мы ещё сможем провести на пляже несколько приятных часов. Как ты считаешь? Ведь наш дорогой друг Хуго сможет скоротать это время в подвале отеля?

– Огненные духи – это дукучливые придурки! – презрительно отозвался Хуго с потолка. – Лучше пудремлю-ка я…

– Тихо! – прошептала госпожа Кюммельзафт.

По коридору приближались чьи-то шаги. Дверь купе раскрылась, и через задёрнутые занавески просунулась голова проводника.

– Ваши билеты, пожалуйста!

Госпожа Кюммельзафт с любезной улыбкой протянула билеты. Том бросил озабоченный взгляд на потолок, но Хуго предусмотрительно скрылся за чемоданом.

Проводник пробил билеты дыроколом, вернул их госпоже Кюммельзафт, и, кивнув, уже хотел покинуть купе, но что-то сдёрнуло у него с головы форменную фуражку. Что-то студенисто-холодное, зеленовато-заплесневелого цвета. Проводник испуганно глянул вверх, увидел свою фуражку, зависшую сантиметрах в десяти над его головой, а ещё выше заметил привидение с растрёпанными патлами и ядовито-зелёными глазами, которое злобно таращилось на него сверху.

– Ну и ду-у-урень! – мрачно заметил Хуго и помахал рукой.

После этого он вернул форменную фуражку на голову проводника, дунул бедняге своим затхлым ледяным дыханием прямо в лицо и исчез внутри чемодана.

– Хуго! – гневно пробормотал Том, задрав голову.

Проводник продолжал стоять на месте, трясясь и так громко стуча зубами, что наверняка было слышно и в соседнем купе.

– С билетами всё в порядке, господин проводник? – спросила Хедвиг Кюммельзафт успокоительно низким голосом.

Бедный проводник продолжал дрожать. Он испуганно оглядел купе, но так и не обнаружил больше ни малейших следов плесневело-зелёных конечностей.

– Вы что-то ищете? – Том дружелюбно улыбнулся и попытался придать себе самый непричастный вид.

Проводник провёл тыльной стороной ладони по лбу и пробормотал:

– Следующая остановка – Омаровый берег!

Спотыкаясь, он поспешно, насколько позволяли его короткие ноги, выбежал из купе и со стуком закрыл за собой дверь.

– Ох уж это глупое ПСП! – сердито ворчала госпожа Кюммельзафт. – Хуго, ты что, лишился последних остатков привиденческого рассудка? Позволь тебе напомнить: это не развлекательная поездка!

– Теперь лучше не показывай оттуда носа! – пригрозил Том чемодану на багажной полке. – Одни неприятности с тобой!

– Вы сувсем ничего не пузволяете беднуму привидению, – послышалось обиженное бормотание из чемодана. – Никакой шутучки не хотите пунять! Никакого пустяковуго удувольствия не разрешаете!

Хедвиг Кюммельзафт лишь покачала головой:

– Вот всегда так, когда отправляешься в дорогу с привидением. Возможно, мы ещё натерпимся неприятностей с этим глупым ПСП не меньше, чем с огненным духом господина Важника.

И в этих словах опять была большая ошибка. Но откуда было знать госпоже Кюммельзафт, что директор Важник кое-что умалчивал и что ей не раз потребуется неотложная помощь Хуго?

«Кюммельзафт и Ко» взяли такси до отеля. Хуго опять сидел в рюкзаке Тома и, к счастью, почти всю дорогу там и оставался. Только один раз наружу высунулась его длинная белая рука и дёрнула за ухо таксиста. Но подозрение пало, разумеется, на Тома.

Отель «Жемчужина побережья» действительно располагался прямо у моря. От прибрежного шоссе его отделял большой живописный парк, а на другой стороне с веранды несколько деревянных ступеней вели вниз к частному пляжу, где множество табличек оповещало: «Только для гостей отеля „Жемчужина побережья“».

Тому ещё никогда не приходилось бывать в отеле, а уж тем более в таком роскошном. Единственным, что нарушало идиллическое впечатление, было большое чёрное пятно на крыше. Хедвиг Кюммельзафт вид этого пятна совсем не понравился.

– Странно, – пробормотала она. – Очень странно!

Такси высадило охотников перед входом в «Жемчужину побережья», и по высокой лестнице тут же сбежал вниз гостиничный посыльный, чтобы подхватить их багаж, но госпожа Кюммельзафт с благодарностью отказалась от его помощи.

– Вот это, я понимаю, дом! – с восхищением отметил Том, когда они поднимались по лестнице.

– Я тоже хочу пусмотреть, – бурчал из рюкзака Хуго.

– Ты пока оставайся там, где сидишь! – зашипела на него госпожа Кюммельзафт. – Мне хватило твоих проделок в поезде. Кроме того, ещё слишком светло, ты ничего не разглядишь.

Хедвиг Кюммельзафт вместе с Томом прошли по элегантному холлу к приёмной стойке. У большого камина сидели несколько гостей отеля, но на охотников за привидениями никто не обратил особого внимания.

– Хоть и не сезон, а народу немало, – заметил Том.

Он с любопытством озирался. За приёмной стойкой невысокий полный портье раскладывал по ящикам почту для гостей.

– Доброе утро, – сказала Хедвиг Кюммельзафт с приветливой улыбкой и положила на стойку свою визитную карточку: – Вы ведь представите нас директору Важнику?

Портье мельком взглянул на визитную карточку, вздрогнул и уронил все письма.

«Однозначно заражён привидениями!» – подумал Том. Такие вещи он уже научился безошибочно замечать: бледная кожа, дрожащие мочки ушей, покусанная нижняя губа и, что совершенно типично для огненных духов, лёгкий, едва уловимый запах горелого, исходящий от волос и одежды.

– Одну минуту, пожалуйста! – Портье куда-то убежал, и охотники за привидениями использовали это время, чтобы незаметно осмотреться в холле.

– Если не считать признаков заражения у персонала, то других следов не видно, – шепнула Хедвиг Кюммельзафт.

– Даже пепла нет, – шёпотом подтвердил Том. – И ни одной почерневшей розетки.

– Верно. – Хедвиг Кюммельзафт кивнула. – Всё говорит в пользу безобидного заражения.

Вскоре вернулся портье вместе с директором. Господин Альвин Важник был рослым мужчиной с безупречно расчёсанными усиками, в дорогом костюме и в отполированных ботинках. Прибывшие гости – госпожа Кюммельзафт и Том, казалось, сильно его удивили.

– «Кюммельзафт и Ко»? – спросил директор. – Которые… – Он осторожно оглянулся и понизил голос: – Охотники за привидениями?

– А вы директор Важник, я полагаю. – Хедвиг Кюммельзафт крепко пожала ему руку. – Я предлагаю не стоять здесь, а обсудить всё в вашем кабинете, хорошо?

Директор растерянно кивнул и привёл охотников в шикарно обставленный кабинет с огромным письменным столом, на котором стояли четыре телефона и маленький аквариум с крохотными рыбками.

– Прошу вас, садитесь, госпожа, э-э…

– Кюммельзафт, – подсказала Хедвиг Кюммельзафт, поставила чемодан и села. – Насколько я понимаю, вы так растеряны, потому что я женщина, да к тому же ещё и пожилая? Но это глупо, забудьте об этом!

Господин Важник раскрыл рот, но тут же его захлопнул.

– По правую руку от меня, – продолжила госпожа Кюммельзафт, – мой ассистент Том Томский. Пусть его возраст не вводит вас в заблуждение. Он весьма опытный охотник за привидениями. Моего второго ассистента я представлю, когда задёрнем шторы. Не будете ли вы так любезны?

– Э-э, да, разумеется! – Господин Важник вскочил и задёрнул шторы.

– Зелёные, – заметил Том. – Все шторы в отеле зелёные?

Директор кивнул. А Том пожал плечами:

– Это неблагоприятно, – сказал он. – Вы ещё должны радоваться, что имеете дело всего лишь с огненными привидениями!

– В самом деле? Э-эм, а почему? – спросил господин Важник, беспокойно пощипывая свои усики.

– Огненные привидения любят все цвета, – объяснил Том. – Но большинство других привидений особенно падки на зелёный цвет. Красный они ненавидят, а зелёный их привлекает, особенно с оттенком плесени.

Директор с тревогой разглядывал свои шторы.

– Сейчас вы это сами увидите, – сказала Хедвиг Кюммельзафт. – Хуго, можешь выбираться наружу. Но будь аккуратен и не перепачкай здесь всё слизью.

– Ну накунец-то! – простонал Хуго и появился из рюкзака Тома в полный рост, весь заплесневело-белый. – О, какая красута, всё зелёненькуе! – зачмокал он.

Директор Важник издал пронзительный крик ужаса и скрылся под письменным столом.

Том ухмыльнулся, а Хуго раздулся от гордости.

– Но господин директор! Что это значит? – Госпожа Кюммельзафт постучала по столешнице. – Выбирайтесь оттуда, не беспокойтесь. Это мой второй ассистент, Хуго-ПСП.

– Но… но… – Голос господина Важника дрожал. – Это же привидение!

– Несомненно, – подтвердила Хедвиг Кюммельзафт. – Давайте теперь обсудим уже нашу задачу?

Директор, помедлив, выбрался из-под стола. На лбу у него поблёскивали капельки пота, а усики выглядели изрядно растрёпанными.

– Извините, я просто не привык к такому! – заикался он, садясь на кресло.

– Ничего-ничего, – нашёптывал Хуго, протягивая господину Важнику свою белую ладонь.

Директор вздрогнул, поскольку пальцы у ПСП льдисто-холодные и чаще всего слегка осклизлые. Господин Важник поспешно вытер руку носовым платком и откашлялся.

– Господин, эм-м, Хуго, насколько я знаю, не похож на наше привидение, – начал он. – Сам я его никогда не видел, но портье и посыльный говорили о чём-то прозрачном, маленьком и красноватом, с запахом серы. Я сам… – Директор снова принялся щипать свои усики. – Я, честно говоря, не очень верю этим сообщениям, поскольку… – Он бросил на Хуго смущённый взгляд: – Не поймите меня неправильно, я, собственно, не верю в привидения. Но потом начались проблемы с горячей водой и, э-э, паром в вентиляции, и всюду висел лёгкий запах горелого, хотя мы нигде не обнаружили никакого огня. Весьма неприятно! – Директор снова откашлялся: – Вы понимаете? У нас отель класса люкс, и дело должно быть исполнено весьма деликатно. Иначе под угрозой окажется наша добрая репутация. Ну, благотворный покой и отдых, сами понимаете!

Хедвиг Кюммельзафт кивнула.

– Есть ли такое место в отеле, где эти явления особенно докучают?

Директор ещё раз откашлялся:

– На четвёртом этаже. На четвёртом этаже… положение несколько проблематично!

– И что это значит? – недоверчиво спросил Том. У него появилось смутное ощущение, что директор Важник что-то утаивал.

– Ну, э-э… – Директор нервно стучал по столу золотой авторучкой. – Я не особенно в курсе последних новостей, но…

– Что именно вы имеете в виду? – спросила госпожа Кюммельзафт, потирая кончик своего острого носа. Она постепенно начинала терять терпение.

Зазвонил второй телефон с левой стороны.

– Сейчас никаких звонков! – пролаял директор в трубку и со стуком положил её.

– И что значит, что вы не особенно в курсе последних новостей? – продолжала допытываться госпожа Кюммельзафт.

– Персонал со вчерашнего дня отказывается подниматься на четвёртый этаж, – пробормотал директор Важник. – Ну да, горничные и посыльные всегда несколько пугливы, не так ли?

– А постояльцы отеля? – спросил Том.

Господин директор пожал плечами.

– Постояльцы… – Он вытер свой вспотевший лоб. – Они не спустились к завтраку. Это ведь не обязательно должно что-то значить? Глупые слухи о привидениях немного напугали их, но причин для беспокойства, я полагаю, нет.

Том и госпожа Кюммельзафт тревожно переглянулись, а Хуго уменьшился вдвое.

– Э-хэ-хэ, как-то это не учень хурошо звучит! – простонало ПСП. – Сувсем даже нехурошо, нет!

Хедвиг Кюммельзафт со вздохом встала:

– Я весьма раздосадована, господин Важник. Крайне раздосадована!

Директор втянул голову в плечи:

– Я думал, ну, не следует ухудшать ситуацию сильнее, чем она есть. Вы понимаете, привлекать внимание гостей…

– Мой дорогой господин Важник, это вы не понимаете! – Госпожа Кюммельзафт стукнула ладонью по столу: – Из-за недостаточной информации мы не смогли оптимально подготовиться. Я могу теперь только надеяться, что мы столкнёмся здесь действительно с небольшой проблемой. – Она посмотрела на Тома: – Как ты считаешь? Можем ли мы решиться на первую разведку или нет?

– Ясное дело, можем! – сказал Том, хотя ему было немного не по себе.

– Хуго?

– Этого дулжно быть достатучно. Огненные духи глупы как паутина!

– Ну хорошо. – Госпожа Кюммельзафт подняла свой чемодан. – Тогда мы сейчас же осмотрим четвёртый этаж. Где можно переодеться?

Господин Важник вскочил с кресла.

– Пожалуйста, вот здесь! – Он провёл троих охотников за привидениями в маленькую смежную комнату и с низким поклоном оставил их там одних.

– Ну что ж… – Хедвиг Кюммельзафт со вздохом открыла чемодан. – Тогда за дело, господа. Надеюсь, оно окажется не труднее, чем мы предполагали.

Когда охотники за привидениями вернулись в кабинет директора Важника, выглядели они довольно примечательно.

У всех троих на голове были пожарные каски, а на носу авиационные очки. У Хуго очки были затемнённые – для защиты от дневного света. Хедвиг Кюммельзафт и Том надели специальные защитные костюмы из термостойкой ткани. А лица и руки они смазали специальной пастой из солнцезащитного крема с фактором 23 и подслащённого оливкового масла. Такая паста, правда, была очень липкой, зато при встрече с огненными духами оказывалась крайне полезной.

Кроме того, госпожа Кюммельзафт закрепила на спине противень, а на поясе повесила ручной пылесос, пакетик с сахаром-рафинадом, пекарские рукавицы и прибор, который походил на фен увеличенных размеров.

У Тома в рюкзаке лежал запас сахарной глазури и другие полезные вещи. В правой руке он держал кондитерский шприц с особенно большой насадкой, наполненный сахарной глазурью красного цвета.

И наконец, Хуго, который, как и все ПСП, испытывал отвращение к теплу, облачился в мешок из термостойкой ткани.

Из мешка торчали только его голова в шлеме, студенистые руки и ноги, защищённые специальными башмаками, как у Тома и Хедвиг Кюммельзафт. Это давало большое преимущество, потому что Хуго в процессе работы не оставлял за собой слизистый след, и его коллеги-охотники не прилипали к этой слизи, что в некоторых ситуациях могло оказаться небезопасным.

Директор Важник уставился на них так, будто это был визит инопланетян.

– У вас ведь наверняка есть лифт на верхние этажи, – сказала Хедвиг Кюммельзафт. – Покажите нам дорогу.

Директор всё ещё таращился на неё, но потом, вздрогнув, опомнился и поспешил к двери кабинета.

– Грузовой лифт, – пробормотал он. – Лучше всего воспользоваться грузоподъёмником на кухне, ну, из-за отдыхающих, вы же понимаете.

Том и госпожа Кюммельзафт обменялись улыбками.

Господин Важник повёл охотников за привидениями по длинному холлу. До них доносились восхитительные ароматы, и Том понял, что проголодался.

– Хуго, полезай-ка лучше в рюкзак, – шепнул он привидению.

– Да-да, ладно, – ответил Хуго и скрылся как раз вовремя, потому что господин Важник уже открывал дверь в гигантскую кухню отеля «Жемчужина побережья».

При виде охотников за привидениями у поваров всё попадало из рук, и в кастрюлях оказались продукты, которым там было не место. Некоторые гости впоследствии жаловались, что куриный суп имел привкус малины, а пудинг отдавал рыбой.

А когда вдобавок белая рука помахала из рюкзака Тома, два старших повара, которые выделялись своими гигантскими колпаками, со стоном упали в обморок. Один из них увлёк за собой три соусницы, и их содержимое пролилось на его безупречно белую куртку.

– Не волнуйтесь, господа! – воскликнул директор Важник. – Это всего лишь охотники за привидениями. Они позаботятся о маленькой проблеме, которая возникла у нас на четвёртом этаже.

Слова директора не успокоили поваров, напротив, их лица стали такого же белого цвета, как колпаки.

– Привидения, господин директор?! – спросил самый полный из них. – Приви… Привидения?!

– Именно, – сказал Том. – Простите, где тут у вас грузоподъёмник? Время-то у нас не резиновое!

– Вот сюда! – Господин Важник прокладывал Тому и Хедвиг Кюммельзафт дорогу сквозь ряды поваров, застывших, словно гипсовые колонны.

Как раз в этот момент всё и случилось. С резким хлопком распахнулась дверца духовки, и оттуда с жутким визгом вылетело ярко-красное, противно воняющее нечто. Куртки и колпаки у пяти поваров в то же мгновение превратились в пепел, и бедняги остались стоять в нижнем белье. Один из поваров, совершенно ошарашенный, держал в руке горящий половник.

Не теряя времени Том достал кондитерский шприц, но скачущие, кричащие, бегущие в разные стороны повара перекрывали ему обзор. Как он ни вытягивался и ни выглядывал, маленький огненный дух затерялся где-то в этом хаосе.

– Что случилусь? – услышал Том из своего рюкзака. – Что за шум пуднялся?

– Вон, Том! – крикнула госпожа Кюммельзафт, отталкивая от себя двоих поваров. – Там, впереди!

Словно ракета фейерверка, светящийся дух прошипел у них над головами, и даже под шлемом Тому стало нестерпимо горячо.

– Только без воды! – предупредила госпожа Кюммельзафт, но было слишком поздно: один из поваров размахнулся и выплеснул на привидение целое ведро воды.

С шипением вода превращалась в пар, соприкоснувшись с колышущимся красным телом. Огненный дух лишь облизнул свои пылающие губы и взвился, полыхая, под потолок. Сверху посыпался чёрный пепел, который падал на колпаки, в кастрюли с супом, а позже противно хрустел на зубах гостей отеля. Повара в ужасе натыкались друг на друга, но Том и госпожа Кюммельзафт наконец освободили себе дорогу.

– Ий-и-и-х-х! – завизжало огненное существо и дунуло на охотников своим горячим дыханием, но выдающаяся специальная паста Хедвиг Кюммельзафт охладила жар до комнатной температуры. Том почувствовал лишь приятную тёплую щекотку на коже.

– Ну погоди! – крикнул он и выплеснул на пылающего духа столько сахарной глазури из кондитерского шприца, что тот сразу стал похож на свадебный торт. Госпожа Кюммельзафт подскочила к Тому и включила свой ручной пылесос.

Облепленный глазурью огненный дух отчаянно пытался упорхнуть прочь, но так сильно отяжелел, что не мог двигаться. Он становился всё тоньше и тоньше в тяге пылесоса госпожи Кюммельзафт и ещё пытался найти спасение в вентиляционной трубе, но Том молниеносно, выбросив вперёд руку, защищённую пекарской рукавицей, сцапал духа, который был теперь всего лишь душком, и засунул в термос.

– Ур-р-ра! – завопили повара и принялись подбрасывать в воздух колпаки, один из которых, к сожалению, упал в томатный суп. Под усиками директора Важника появилась улыбка облегчения.

– Да, всё получилось, – сказала госпожа Кюммельзафт. – Подниматься на четвёртый этаж нам теперь не понадобится.

Но Том ткнул напарницу в бок.

– Я так не думаю, – прошептал он и указал на розетку: – Взгляните-ка!

Из розетки змеились маленькие молнии, которые сопровождались противными фиолетовыми облачками дыма. Охотники за привидениями с тревогой переглянулись.

– Что… что… эм-м… это могло бы значить? – нервно спросил господин Важник.

– А то, что заглянуть на четвёртый этаж всё-таки придётся, – ответил Том и почувствовал странный спазм в животе. – Вот, возьмите пока это, – сказал он и сунул в руки растерянному директору термос с огненным духом. – Итак, где у вас грузоподъёмник?

– Я предлагаю подняться только до третьего этажа, – сказала госпожа Кюммельзафт, когда охотники уже стояли в лифте. – А дальше подкрадёмся по лестнице. Согласен?

Том кивнул и нажал на кнопку.

– Мужно мне накунец-то выбраться утсюда? – Из рюкзака показался недовольный Хуго. Он с удивлением огляделся: – Что же тут делается? – Лифт рывком пришёл в движение, и Хуго шлёпнулся о стенку.

– Спасите! – простонал он. – Пумугите! Что пруисходит?

Том захихикал:

– Это лифт, дурачок!

– Уй-ю-юй! – Хуго сердито дунул Тому в лицо затхлым дыханием. – И для чего он вуобще нужен?

– Тсс! Тихо! – Хедвиг Кюммельзафт с тревогой смотрела на свои ноги: – Вы ничего не заметили?

Том посмотрел вниз. Под подошвами его ботинок становилось тепло, даже горячо. К счастью, у него, как и у госпожи Кюммельзафт, в обуви была алюминиевая фольга, свёрнутая в тринадцать слоёв, да и подошвы были специальные.

– Что это? – спросил Том шёпотом.

Пол лифта раскалился уже докрасна и начал пузыриться.

– Я разваливаюсь на части! – жалобно стонал Хуго, паря под потолком лифта. Но и там не было прохладнее.

– Осторожно! – крикнула госпожа Кюммельзафт, и они с Томом крепко вцепились друг в друга. Лифт ехал всё быстрее, как будто его подталкивали.

«Сейчас мы вылетим через крышу!» – подумал Том. Он зажмурился, но от этого стало только хуже. Том открыл глаза и увидел, как огненные пальцы проникают сквозь раскалённый пол лифта прямо у его ног. Он с криком отпрянул.

Показался один палец, ещё один и ещё – и вот уже вся рука целиком, огненно-красная и дымящаяся. Цап! Она пыталась схватить Тома за ногу.

Хуго завис под потолком и выл как собака. Но госпожа Кюммельзафт прыгнула вперёд, прикрывая собой дрожащего, дико топающего ногами Тома, и забросала огненную руку кусочками сахара. Словно испуганные червяки, пальцы отдёрнулись и с шипением скрылись под полом.

Лифт быстро поднимался всё выше, затем резко затормозил и со свистом понёсся вниз, а потом снова загромыхал вверх. Охотники за привидениями отчаянно пытались удержаться на ногах. Том то и дело колотил по экстренному тормозу, но ничего не происходило. Потом, совершенно внезапно, с ужасным рывком, от которого они чуть не упали на раскалённый пол, лифт остановился. И теперь, поскрипывая, висел на канатах.

– Что… что теперь будет? – прошептал Том.

Дверь с шипением открылась, и в лифт заглянула поистине отвратительная огненно-красная голова с глазами, словно лампочки, и ухмыльнулась. Она раскрыла свою гигантскую пасть, и жёлтое призрачное пламя лизнуло ноги Тома.

– Сахарная глазурь! – крикнула Хедвиг Кюммельзафт. – Выпускай, Том!

Дрожащими пальцами Том впрыснул остаток сахарной глазури прямо в огненную пасть.

Чудищу это совсем не понравилось. У него началась ужасная икота, от которой содрогался лифт, словно он был детской погремушкой. Госпожа Кюммельзафт выхватила из-за спины противень и ударила жуткое привидение по голове. С отрыжкой голова растворилась в воздухе.

Дверь со стуком закрылась, и лифт со скрежетом и скрипом повис теперь где-то между этажами.

– Становится прохладнее, – прошептал Том. Он всё ещё немного дрожал. Его кондитерский шприц опустел, противень Хедвиг Кюммельзафт, помятый, валялся на полу.

– Тьфу, да это уж тучно был какуй-то ненурмальный огненный дух! – ругался Хуго, опускаясь на пол.

– Да уж действительно! – Госпожа Кюммельзафт закрепила у себя за спиной противень. Вид у неё был очень рассерженный. – Этот Важник так основательно преуменьшил все опасности, что мы чуть не кончили жизнь в виде ароматических палочек. Ему придётся нам всё объяснить, если мы выберемся отсюда. – Кончик её носа пламенел от ярости. – Что думаешь, Том? Куда нам ехать – вверх или вниз?

Том снял очки, протёр их, что было затруднительно сделать липкими, перепачканными сахарной глазурью пальцами, и снова надел.

– Вверх, – твёрдо произнёс он.

– Вверх?! А пучему вверх? – Хуго возмущённо махал ледяными пальцами перед носом Тома. – Пучему меня никто не спрашивает, а?

– Да ты же всё равно сразу спрячешься, как только запахнет жареным! – ответил Том.

– Нехурошо, сувсем нехурошо! Ну как хутите! – Хуго скрестил свои белые руки на груди. – Тогда сами и пуджаривайтесь от этуго неведумо чего. Я вам не пумощник! Нет, у меня есть гордусть! – И с этими словами он скрылся в рюкзаке.

– Дай мне запасной кондитерский шприц! – потребовал Том.

Белая рука Хуго высунулась из рюкзака и бросила шприц Тому в голову. Том лишь ухмыльнулся и ещё раз нажал на кнопку третьего этажа. Лифт рывком пришёл в движение и со скрежетом стал подниматься вверх.

– Мой дорогой Том, – сказала Хедвиг Кюммельзафт. – Ты на редкость храбрый молодой человек. Я и мечтать не могла о таком ассистенте, как ты!

– А, пустяки, – пробормотал Том и застенчиво поправил очки.

Лифт остановился. Но не на третьем этаже, а на четвёртом.

С тихим скрипом дверь лифта открылась. Фиолетовый дым заполнил кабину. Пахло чем-то отвратительным, сладким и одновременно горелым. Том закашлялся.

– Надо зажать нос, – распорядилась госпожа Кюммельзафт.

– Вот, пужалуйста. – Хуго достал из рюкзака два зажима и высунулся наружу, шмыгая носом. – Я вуобще не знаю, чего вам не нравится. Пахнет так приятну, учень приятну!

– Разве что для привидения, – сказал Том, – а для меня это прямо-таки ядовитая вонь! – Из-за зажимов на носу его голос звучал странно, да и голос госпожи Кюммельзафт был не лучше.

– Взгляни-ка на это! – прогундосила она Тому.

Том осторожно высунул голову из лифта. Его глаза горели и слезились от фиолетового дыма. То, что он заметил, вызывало серьёзную тревогу. Лифт находился в конце длинного коридора с множеством дверей. На ковре кремового цвета были выжжены устрашающего размера следы. Но ещё более жутко выглядели стены и двери, из которых вырывались языки пламени. Они потрескивали и воняли, заливая коридор красновато-фиолетовым светом. Единственное окно в торце было перепачкано чёрной сажей. Настенные светильники между комнатами были бесформенно расплавлены, как и номерки на дверях.

– Мой дорогой Том, я предполагаю худшее, – пробормотала Хедвиг Кюммельзафт.

– Огненный дух третьей категории? – прошептал Том.

– Как минимум! – так же шёпотом ответила госпожа Кюммельзафт. – Меня, правда, страшит нечто совсем другое. Это подозрительно походит на… Нет, об этом лучше вообще не думать.

Том с тревогой посмотрел на напарницу, но Хедвиг Кюммельзафт не дала ему возможности обдумать свои слова. Она решительно вышла в обгорелый холл и шагнула прямо в гигантское пламя.

– Идём, молодой человек! – позвала госпожа Кюммельзафт Тома. – Это не что иное, как призрачный огонь. Он не представляет никакой опасности благодаря нашей специальной пасте.

Дрожащими пальцами Том поправил очки и последовал за ней. Госпожа Кюммельзафт была права. Пламя сомкнулось у Тома над головой, капли огня падали с потолка на шлем, но единственное, что он чувствовал, – это лёгкое щекотание на коже, неприятное, но выдержать его можно. Том огляделся: все комнаты были закрыты, ручки покорёжены и раскалены. Из рюкзака послышалось бормотание Хуго. ПСП было слишком любопытным, чтобы всё время оставаться в укрытии. В конце концов Хуго уже выглядывал из-за плеча Тома.

– Чистая рабута! – отметил он.

– Фу, гадость! – прошептал Том. – Тебе непременно надо выпускать мне прямо в нос своё гнилое дыхание? Здесь и без тебя достаточно воняет.

– С твуей дурацкой прищепкуй на носу ты всё равно ничего не чувствуешь, – пролепетал Хуго. – Знаешь, ты звучишь, как Дональд Дак! – Его радостный смех прозвучал зловеще.

– Хуго! – зашипела госпожа Кюммельзафт. – Давай уже приступай к делу. Облети все комнаты и посмотри, нет ли там постояльцев.

– Чту? Я? – Хуго тотчас скрылся за плечом Тома. – Сквузь двери? Да я же самым жалким образум испарюсь!

– Какое там! – Госпожа Кюммельзафт упёрла руки в боки. – Ты же привидение. Тебе это ужасное пламя ничего не сделает. Тем более в мешке, в который ты запакован. Итак, за дело!

С ворчанием Хуго поплыл по коридору и скрылся за первой запертой дверью.

– Там никого, – оповестил он, вынырнув из комнаты. – Один сплушной кавардак, только без пустояльцев.

Хуго залетал во все комнаты подряд, и везде было одно и то же. Гости бесследно исчезли. Лицо Хедвиг Кюммельзафт всё больше омрачалось.

– Подтверждаются мои худшие опасения, – пробормотала она, когда и в последней комнате Хуго никого не обнаружил. – Самые худшие. Том, держись подальше от розеток!

– Поче-почему? – заикался Том. Кажется, и ему постепенно отказывало мужество.

– Я объясню потом, когда мы спустимся вниз, – ответила госпожа Кюммельзафт. – А сейчас уходим. Только на сей раз по лестнице.

Они почти дошли до лестницы, как вдруг услышали стук. Охотники обеспокоенно огляделись.

– Это вон из того шкафа, – прошептал Том, показывая на один из бельевых шкафов рядом с лифтом.

Они осторожно вернулись назад. Снова раздался стук.

Госпожа Кюммельзафт одним рывком, держа в руке пылесос, распахнула дверцу шкафа.

В углу, среди постельного белья и стопок полотенец сидел, скрючившись, посыльный. Его била такая дрожь, что металлические пуговицы униформы звенели, стуча друг о друга, как кастаньеты.

– Ах ты боже мой! – Госпожа Кюммельзафт осторожно вытащила худощавого паренька из кучи белья. – Как давно вы здесь прячетесь? Должно быть, уже чувствуете себя как поджаренный цыплёнок?

Посыльный вымученно улыбнулся, но не смог произнести дрожащими губами ни слова. Без помощи Тома и госпожи Кюммельзафт он не мог держаться на ногах.

– У-ху-ху! Да он насмерть перепуган! – С издевательской ухмылкой Хуго ткнул парня в грудь. Тот издал пронзительный крик и хотел метнуться обратно в шкаф, но Том и госпожа Кюммельзафт крепко его удерживали.

– Не бойся, – сказал Том. – Это всего лишь Хуго. Он только притворяется страшным. А на самом деле он вполне безобидный.

– Чту-у-у? – Хуго надулся, но в мешке, в который он был запакован, надуваться получалось плохо. – Безубидный? Ты назвал меня безубидным?

– Оставь эти глупости, Хуго! – строго произнесла госпожа Кюммельзафт. – Перенеси беднягу к лестнице. И только посмей напугать его ещё раз! Понятно?

– Да, да, упять мне прихудится делать самую тяжёлую рабуту, – простонал Хуго, но тем не менее взвалил посыльного на спину.

Парню было уже всё безразлично. Только при первом соприкосновении с бледной спиной Хуго он содрогнулся, потому что она была ледяной.

– Итак, идём, – шепнула госпожа Кюммельзафт. – Надо убираться отсюда.

Охотники шли вдоль коридора, пылающего огнём, и всё чаще оглядывались.

– Хедвиг, – прошептал Том. – У меня странное чувство.

Госпожа Кюммельзафт остановилась и прислушалась.

– Это душ, – сказала она.

Теперь и Том услышал плеск и шум воды, а в промежутках довольное похрюкивание и фырканье. Звучало это ужасно.

– Кто это… кто… принимает душ? – пробормотал Том. – Это же, это…

Ужасный грохот оборвал его на полуслове.

Позади них разверзлась преисподняя. Искры и молнии, огненные шары величиной с небольшую голову вылетали из стен и с потолка.

– Бежим! – крикнула Хедвиг Кюммельзафт.

До лестницы оставалось ещё пробежать мимо пяти дверей.

– А-а-ах-х-хр-р-р! – неслось охотникам вдогонку. Было так жутко, что ноги Тома внезапно стали мягкими, как отварной рис, и подкашивались, а Хуго весь порозовел.

– Бежим, скорее вниз по лестнице! – Хедвиг вытянула из-за пояса странное устройство, похожее на фен, и включила его. Оно звучало как пожарная сирена и дуло холодный воздух навстречу тому, что надвигалось на них из огня.

Это нечто, мерцая, остановилось.

Хуго и Том уже преодолели, спотыкаясь, первые ступени лестницы. А госпожа Кюммельзафт всё ещё стояла наверху. Том обеспокоенно оглянулся. Он только теперь рассмотрел по-настоящему её противника. Это был гигантский призрак, похожий на живое пламя.

Ледяной воздух из фена госпожи Кюммельзафт хоть и мешал ему приблизиться к ней, но, кажется, не доставлял особых неудобств. Он скривил свою жуткую морду в ухмылке, упёрся огненными кулаками в стены коридора и раскрыл бездонную пасть. Горячий вихрь с рёвом настиг госпожу Кюммельзафт и снёс её вместе с двумя ассистентами вниз по лестнице. Только этажом ниже они смогли подняться на ноги, а огненное чудовище всё ещё смеялось над ними, пустое, отвратительное и бездонно подлое.

Хедвиг Кюммельзафт с перепачканным сажей лицом маршировала по холлу отеля, и её белые локоны развевались. Том и Хуго с посыльным на спине едва поспевали за ней, такой у неё был размашистый шаг.

Гости, сидящие на мягких диванах у камина и читающие газеты, содрогнулись при виде охотников за привидениями и расплескали кофе себе на колени. Особенно резкие восклицания вызвала белая фигура Хуго, а кое-кто упал в обморок. Разумеется, самому Хуго это понравилось, а Хедвиг Кюммельзафт было безразлично. Она кипела от ярости, она пенилась от гнева и того и гляди могла лопнуть от злости.

Не говоря ни слова, госпожа Кюммельзафт передала растерянному портье посыльного, который всё ещё слегка дрожал. И затем в сопровождении Тома и Хуго ворвалась в кабинет господина Важника.

Директор стоял за своим письменным столом и кормил рыбок. Когда госпожа Кюммельзафт распахнула дверь, он от испуга уронил баночку с кормом в аквариум.

– Что… что… эмм… что такое? – растерянно спросил он.

– Идёмте со мной! – потребовала госпожа Кюммельзафт и потянула его за галстук к двери.

– Но, многоуважаемая госпожа Кюммельзафт! – запротестовал директор, тщетно пытаясь высвободиться. – Что вообще происходит? Вы устранили нашу маленькую проблему?

– «Нашу маленькую проблему»?! – Кончик носа госпожи Кюммельзафт начал подрагивать. – Я не знаю, вы просто всего лишь глупец или прожжённый лжец? В любом случае мне сейчас необходим свежий воздух, иначе я разорвусь на части!

Она тянула директора, покрасневшего как рак от смущения, через обеденный зал, мимо обедающих гостей, на просторную веранду и потом вниз по ступеням к пляжу. Только здесь, на мягком песке, госпожа Кюммельзафт остановилась и выпустила галстук из рук.

Директор торопливо привёл себя в порядок и растерянно огляделся. На пляже было пусто, если не считать нескольких гуляющих вдали. Небо было серым, а морской ветер дул в лицо мелкой дождевой моросью. Даже Хуго находил такую погоду чудесной после жаровни на четвёртом этаже. Но господин Важник выглядел совершенно несчастным.

– Я ничего не понимаю, дорогая моя! – с обиженной миной он застёгивал свой костюм. – Почему бы нам не вернуться в отель и не съесть чего-нибудь? Здесь мы можем и простудиться!

– Я вам не «дорогая моя»! – заявила госпожа Кюммельзафт, снимая ботинки. – Сейчас мы прогуляемся по пляжу, и вы наконец расскажете мне обо всём, что здесь происходило в последние дни.

– А я немнуго пудремлю, – зевнул Хуго и скрылся в рюкзаке.

Том тоже стянул ботинки и пошёл следом за Хедвиг Кюммельзафт и директором. Его ступни всё ещё горели после огненного приключения, и прохладный песок действовал благотворно. Даже холодный осенний ветер лишь приятно освежал после жара на четвёртом этаже. Правда, Том был бы не прочь что-нибудь съесть.

– «Горячая вода»! – ругалась госпожа Кюммельзафт, передразнивая слова директора. – «Испорченная система кондиционирования»! Из-за вашего бесстыдного преуменьшения нас чуть не поджарили наверху как колбаски! И посыльного, которого мы нашли в шкафу для белья, никто не хватился?

– Посыльного?! – Директор вытряхнул песок из своих ботинок. – Ах, вы знаете, у нас их так много. Если одного не досчитаемся – никто и не заметит!

От этих слов госпожа Кюммельзафт почти лишилась дара речи.

– Знаете, что нам следует с вами сделать? – спросила она угрожающе спокойным тоном.

Господин Важник нервно теребил усики.

– Я знаю, – вмешался Том. – Его следует втолкнуть в лифт и отправить на четвёртый этаж. Пусть посмотрит вблизи на свою маленькую проблему!

Директор метнул злобный взгляд на Тома.

– Предложение, лишённое всякого вкуса, – проворчал он. – Совершенно безвкусное!

– О, а я нахожу его совсем не плохим, – сказала госпожа Кюммельзафт. – И попрошу Хуго моментально его осуществить, если вы сейчас же мне не расскажете всё как есть. О грозе, например!

Том с удивлением прислушался. Директор Важник побледнел до цвета привиденческой груди Хуго.

– Откуда вы знаете?

– Почему вы об этом не рассказали? – ответила вопросом на вопрос госпожа Кюммельзафт и опустилась в плетёное пляжное кресло с тентом.

– Ну, видите ли… – Господин Важник откашлялся и посмотрел на свои ботинки, которые теперь не блестели по обыкновению начищенные, а были облеплены песком. – Совсем не обязательно рассказывать о том, что у нас здесь… эмм… бывают такие сильные грозы. К сожалению, они случаются часто и… эмм… на некоторых постояльцев это действует крайне пугающе. Вы понимаете?… В конце концов мы рекламируем хороший местный климат. Морской воздух целителен в любое время года. Вы понимаете?… Кроме того, – директор провёл ладонью по лбу, взмокшему от дождя, – откуда мне было знать, что гроза имеет для вас особый интерес? – Он чихнул. – Вот видите, я уже простудился!

Госпожа Кюммельзафт с мрачным лицом погружала босые ноги в песок.

– Ну хорошо. О значении грозы в заражении огненными духами вы, конечно, могли и не знать, а мне… – она вздохнула, – мне следовало бы самой спросить об этом. Но из-за вашего безобидного рассказа мне даже в голову не пришло, что мы здесь будем иметь дело с такой чрезвычайной опасностью!

– Чрезвычайной?! – встревоженно повторил директор. – Опасностью?! Что вы имеете в виду?

Том сглотнул и вспомнил огненного духа, который сдул их вниз по лестнице.

– Ваш громоотвод сработал в последнюю грозу? – спросила госпожа Кюммельзафт.

– Не совсем, – признался господин Важник. – Не могли бы мы вернуться в помещение, прошу вас? – И он снова чихнул.

– Боже мой, да вы способны вынести хоть немного морского воздуха? – сердито спросила госпожа Кюммельзафт.

– Я терпеть не могу море, – пробормотал директор, с отвращением глядя на поверхность воды.

– Как понимать, что громоотвод не совсем сработал? – спросил Том. – Сейчас он работает или нет?

– Ведь все ваши красивые телефоны внезапно отключились, – высказала догадку госпожа Кюммельзафт. – Не так ли, господин Важник?

Директор удивлённо посмотрел на неё:

– А вы откуда об этом знаете?

– Значит, правда. Но ведь это катастрофа! – Госпожа Кюммельзафт теребила свои белые локоны. – В итоге нам придётся иметь дело с одним из пяти самых опасных привидений на земле, и с каким же снаряжением мы сюда явились? С детскими игрушками, просто с младенческими погремушками! Единственное моё утешение в том, что против этого чудовища хоть так, хоть этак едва ли что поможет.

Директор Важник посмотрел на неё с ужасом.

Том сглотнул. Ему вдруг стало не по себе.

– И что же это за привидение? – спросил он.

Госпожа Кюммельзафт с глубоким вздохом поднялась из плетёного кресла.

– Это СНЕМОД. Без всяких сомнений. Ещё ни разу за всю мою карьеру я не сталкивалась с этим видом привидений. И видит бог, я бы и на сей раз предпочла отказаться от встречи с ним.

– Как вы его назвали? – переспросил побледневший директор.

Том поднялся и уставился на отель. Здание выглядело зловеще, как ему показалось. В закопчённых окнах четвёртого этажа вспыхивали красные отсветы.

– СНЕМОД, – прошептал Том. – О нет!

– Но что же это такое? – воскликнул директор Важник в отчаянии. – Скажите же наконец!

– Том, объясни ему, – попросила Хедвиг Кюммельзафт и, бросив прощальный взгляд на море, побрела назад к отелю. Остальные последовали за ней.

Том не очень хорошо знал, что такое СНЕМОД. А ведь он основательно проштудировал все тома словаря привидений у Хедвиг Кюммельзафт. СНЕМОД упоминался лишь в двадцать третьем томе, в разделе «Особенно неприятные явления». Эта статья была довольно краткой: шансы пережить встречу с этим привидением равнялись нулю.

– СНЕМОД означает «страшный, неодолимый, молниеносный дух», – объяснил Том, когда они с господином Важником поднимались по ступеням на веранду отеля.

Хуго между тем всё ещё мирно похрапывал у Тома за спиной.

– СНЕМОД материализуется через особенно сильную молнию и проникает в здание по телефонным проводам. Когда он уже внутри, вытравить его, не разрушив всё здание до основания, очень трудно.

Господин Важник от страха чуть не выдрал свои усики.

– СНЕМОД способен испепелять и иссушать людей, – продолжал Том. – Но он предпочитает превращать их в маленьких огненных духов.

– Именно это, предположительно, он и сделал с гостями на четвёртом этаже, – сказала госпожа Кюммельзафт, оглянувшись через плечо. – Сколько их там было?

– Семеро, – слабым голосом пролепетал директор.

Он выглядел совершенно поникшим, когда вместе с командой охотников пересекал благородно обставленный салон. И снова все присутствующие гости обернулись, но никто из них троих не обратил на это внимания.

– Семеро! – Хедвиг Кюммельзафт покачала головой. – Ещё и это. Одного мы поймали, значит, остаётся шесть. Кто знает, где они прячутся?! Кстати, где термос находится в настоящий момент?

– На моём письменном столе, – пролепетал господин Важник.

– Хорошо, – кивнула госпожа Кюммельзафт, – тогда присмотримся к пленнику получше.

Термос стоял у аквариума. Хедвиг Кюммельзафт надела пекарскую рукавицу, осторожно отвинтила крышку и выудила пленника наружу. Он выглядел бледным и сонным.

– В термосе сухой лёд, – объяснила госпожа Кюммельзафт. – Это охлаждает пыл огненного духа и не приводит к соприкосновению с водой. Подойдите, пожалуйста, ближе, господин Важник. Не могли бы вы опознать в этом духе кого-то из ваших исчезнувших постояльцев?

Директор пугливо приблизился к ней.

– Да, конечно! – ошеломлённо воскликнул он. – Это же госпожа Эльфи Ротермунд. Она приезжает в наш отель уже несколько лет подряд, всегда в октябре. Невероятно! – Господин Важник подошёл ещё ближе: – Она очень изменилась – к худшему, надо признать.

– Том, мой дорогой, – госпожа Кюммельзафт вернула огненную госпожу Ротермунд в термос и крепко завинтила крышку, – отправь факс господину Либлиху. Попроси немедленно скопировать всю информацию о СНЕМОДах, какую он найдёт у меня в специальной литературе, и прислать в отель. Я опасно мало знаю об этих чудовищах!

– Сделаю, – ответил Том и бросился к приёмной стойке, где стоял факс.

Господин Либлих был хорошим другом и надёжным помощником «Кюммельзафт и Ко» с тех пор, как охотники за привидениями избавили его от ужасного ПКП (привидения крайне противного).

Том быстро написал сообщение.

Когда он примчался обратно в кабинет директора, Хуго как раз проснулся и, позёвывая, парил под потолком. Господин Важник снова кормил рыбок, а госпожа Кюммельзафт сидела на краешке письменного стола и нетерпеливо покачивала ногой.

– Как только поступит информация от господина Либлиха, – обратилась она к директору, – я напишу список вещей, которые понадобятся нам до наступления темноты. Кроме того, немедленно оповестите отдыхающих и весь персонал отеля об угрожающем положении. А Том проследит за тем, чтобы вы опять не преуменьшали опасность так бессовестно!

– Что?! – Господин Важник отшатнулся от пожилой дамы, как будто она была СНЕМОДом. – Что я, по-вашему, должен?… Оповестить отдыхающих?! Вы что, с ума сошли?! – Он энергично замотал головой. И никак не мог перестать мотать ею. – Нет! Нет! Этого вы не можете от меня требовать. Только через мой труп! Это станет моей погибелью, неужели вы не понимаете? Это меня окончательно разорит! Нет, нет и ещё раз нет!

– Хорошо. – Госпожа Кюммельзафт пожала плечами. – Как вам будет угодно. Тогда всех оповестит Хуго.

– Я с удовульствием! – пропел Хуго и, полный радостного предвкушения, полетел к двери кабинета.

Директор со скоростью шаровой молнии преградил ему путь.

– Стоп! – крикнул он. – Стоп! Я сделаю. Хотя это подлый шантаж, я сделаю всё, что вы от меня требуете.

– Так-то лучше, – сказал Том. – Или вы полагаете, что гости отеля будут платить вам, даже когда их превратят в огненных духов?

Директор Важник посмотрел на термос с госпожой Ротермунд, устало вернулся к своему письменному столу и снял трубку телефона по правую руку от него.

– Созовите, пожалуйста, всех гостей отеля, – сказал он угрюмо. – Да, разумеется, всех. И персонал тоже. Через десять минут в салоне. Я должен сделать одно важное сообщение.

После этого господин Важник положил трубку и упал в своё кресло.

– Распорядитесь, чтобы все розетки на первом этаже заделали сахарной глазурью, – приказала госпожа Кюммельзафт. – Иначе СНЕМОД услышит всё, о чём пойдёт речь, а мы этого не хотим, не так ли?

– Сахарной глазурью!.. – прошептал господин Важник. – Все розетки. Сахарной глазурью. Кажется, я схожу с ума!

Восемьдесят три человека собрались в салоне «Жемчужины побережья»: гости, повара, горничные, посыльные и все остальные, кто оказался в этот момент в отеле. Когда директор Важник с непрерывным покашливанием сообщил, что в нескольких этажах у них над головами по комнатам носится гигантский огненный дух, эти восемьдесят три человека восприняли его слова по-разному.

Том насчитал восемнадцать обмороков, сорок один случай стремительного бегства, сопровождаемого спешной упаковкой чемоданов или немедленным увольнением, три случая буйного помешательства и шесть требований о возмещении ущерба.

Осталось всего пятнадцать человек: два повара, две горничных, один посыльный и десять гостей, которые по разным причинам были не готовы покинуть отель.

Среди этих людей был посыльный, которого охотники за привидениями освободили из бельевого шкафа. В благодарность он предложил им свою помощь, что показалось Тому весьма примечательным. Повара решили, что раз одного маленького огненного духа они выдержали, то незачем убегать и от большого. Горничные не желали терять работу из-за якобы привидения. Из десяти оставшихся гостей шестеро придерживались мнения, что в их скучном отпуске наконец-то произойдёт хоть что-то интересное, а четверо не верили в привидения и считали, что это самое настоящее надувательство.

В то время, как директор Важник меланхолически смотрел на убегающих гостей, Том и госпожа Кюммельзафт с нетерпением ждали сообщение от господина Либлиха. Для Хуго это было слишком скучно, поэтому он пугал гостей, собирающих чемоданы, а после немного порылся в подвале отеля.

Когда наконец пришёл факс от господина Либлиха, Том и госпожа Кюммельзафт сидели в холле отеля на уютном диване перед камином.

– Проверь, есть ли тут поблизости розетка, – попросила госпожа Кюммельзафт.

– Две, – сказал Том, оглядевшись. – Но обе заделаны сахарной глазурью.

– Хорошо, тогда прочитай, пожалуйста, вслух. Я не захватила с собой очки.

На первой странице господин Либлих написал: «Выдержки из „Большого словаря привидений“, том двадцать третий».

Ниже следовало:

Том поднял голову:

– Это факс номер один. Мне продолжать читать?

Хедвиг Кюммельзафт кивнула, глядя на каминный огонь.

– Худо дело, худо, – бормотала она.

Том взял в руки второй листок от господина Либлиха. Сверху стоял подзаголовок: «Выдержка из „Вех изучения привидений“».

Том прервался и удивлённо поднял голову.

– Вот это, – сказала госпожа Кюммельзафт, – весьма интересно!

– А мы-то запрещали нашему Хуго оставлять за собой следы слизи! – воскликнул Том.

– М-да, очень жаль, – ответила Хедвиг Кюммельзафт.

Том продолжил читать:

Том и госпожа Кюммельзафт переглянулись.

– Теперь всё понятно, – сказала госпожа Кюммельзафт. – Вот как мы сможем это сделать. Правда, нашему дорогому другу ПСП придётся поработать.

Том ухмыльнулся: Хуго это не понравится.

– Где он, кстати? – огляделся вокруг Том.

Госпожа Кюммельзафт показала наверх. Со второго этажа доносились пронзительные крики и глухое завывание Хуго.

– Пусть пока немного порезвится, – ответила госпожа Кюммельзафт. – И знаешь что? Давай-ка мы пойдём съедим что-нибудь, пока дело не дошло до настоящей работы. Согласен?

– Да, согласен, – вздохнул Том. – Мой желудок уже давно занимается чревовещанием, я не успеваю слушать.

– Хорошо! – Госпожа Кюммельзафт поднялась и поправила свою пожарную каску. – Но сперва зайдём к господину Важнику. У меня есть для него одно маленькое поручение.

Они нашли господина Важника у приёмной стойки, где гости всё ещё один за другим сдавали ключи от номеров. Бедный директор был бледен как мел, так что его самого можно было принять за привидение.

– Господин Важник, – окликнула директора госпожа Кюммельзафт, подойдя к нему. – У вас же здесь наверняка есть винный подвал, не так ли?

Господин Важник озадаченно поморщился:

– Разумеется. А вам-то что? Это привидение, пожалуй, вряд ли…

– Нет-нет, – успокоила его госпожа Кюммельзафт. – Наоборот. Уж туда-то, насколько я теперь знаю, его вряд ли занесёт. Итак, давайте использовать винный погреб как убежище и место для собраний. Я хотела бы, чтобы вы отправили туда всех оставшихся в отеле людей, поскольку лишь вопрос времени, когда СНЕМОД сменит этаж, а мы не можем охранять все комнаты. Кроме того, дайте всем внятное разрешение использовать для защиты при контакте с огненным духом бутылки с шампанским и вином.

– Час от часу не легче! – простонал директор. – Вы хотите сказать, что эти привидения можно изгнать, разбивая бутылки об их головы?

– Глупости! – фыркнула госпожа Кюммельзафт. – По нашей информации алкоголь отпугивает их, так что не надо ёрничать. Мы ведь можем на вас положиться, да?

Господин Важник только закатил глаза.

– А теперь мы пойдём есть, – доложил Том. – В случае, если Хуго появится здесь, вы сможете направить его к нам?

– Ах да, и ещё кое-что! – Госпожа Кюммельзафт понизила голос: – Нет никаких причин так отчаиваться, дорогой директор. У нас есть хорошие шансы решить вашу маленькую большую проблему в ближайшем будущем.

– Что?! Правда?! Как? – Директор Важник тут же слегка порозовел.

– Тсс! – Госпожа Кюммельзафт приложила палец к губам. – Всё остальное потом, – и удалилась с Томом в обеденный зал.

Они заказали самый большой обед в меню – разумеется, за счёт заведения – и, жутко голодные, съели всё, включая десерт. Хуго к этому времени так и не объявился.

– Ох уж это привидение средней паршивости, такое падкое до удовольствий! – Госпожа Кюммельзафт огляделась. – Нам не следовало давать ему тёмные очки. Тогда он хотя бы в течение дня вёл себя чуть получше.

В столовой были заняты ещё только два стола. За одним сидела пухленькая рыжеволосая дама по фамилии Мутценбахер. Она считала появление огненных привидений удачным отпускным сюрпризом и не хотела ничего пропустить. За другим столом спорили между собой господин и госпожа Хвастуновские. Они остались в отеле, потому что приняли эту историю за чистейшее мошенничество. Оба были такие загорелые, что походили на сушёные фрукты. Время от времени они бросали сердитые взгляды на охотников за привидениями. Но тем это совсем не мешало.

– Какая удача, что остались два повара, – сказал Том, набия рот десертом.

– Должно же нам повезти хоть в чём-то!

Госпожа Кюммельзафт взяла третью порцию малинового пудинга и полила его сверху аппетитным шоколадным соусом. Внезапно она выпрямилась и спросила:

– Ты чувствуешь запах?

Том принюхался:

– Пахнет палёным, – с тревогой отметил он.

– Вот именно. Такая досада! Даже за обедом нет покоя. – Госпожа Кюммельзафт вскочила. – Быстро! – крикнула она остальным гостям. – Прихватите из буфета пару бутылок шампанского и весь сахар, какой сможете найти. У нас сейчас будут гости!

Госпожа Мутценбахер воодушевлённо захлопала в ладоши и побежала к буфету. А Хвастуновские не двинулись с места.

– Это смешно! – заявил господин Хвастуновский, прихлёбывая минеральную воду. – За дураков нас держите?

Запах горелого становился сильнее.

Том взял в руки кондитерский шприц, а Хедвиг Кюммельзафт поставила на стол три бутылки шампанского и полную сахарницу.

– Если алкоголь действует на СНЕМОДа, – прошептала она Тому, – то он подействует, может быть, и на маленьких духов, а я полагаю, что именно с ними нам сейчас придётся иметь дело.

В тот же момент три пустых стола поднялись в воздух. Скатерти превратились в пепел, а из-под горящих ножек столов вылетели пять маленьких огненных духов. Крича и шипя, как петарды, они метнулись к гостям.

У господина Хвастуновского испарилась с губ минеральная вода, а у госпожи Хвастуновской расплавилась в руке вилка. Пылающими пальцами огненные духи стали дёргать их обоих за волосы – после чего парик господина Хвастуновского упал на пол и превратился в пепел. Затем духи обсыпали их сажей с головы до ног.

– Встряхните шампанское и откройте его! – крикнула Хедвиг Кюммельзафт госпоже Мутценбахер, которая с открытым ртом и бутылкой в руке замерла у своего стола.

Пенг! Пробка ударилась о потолок, и шампанское выплеснулось на горячие дряблые тела огненных духов. Они попадали на пол, жёлтые, как ломтики лимона, и заметно остывшие.

– Принесите мне термосы! – крикнула госпожа Кюммельзафт посыльному, который словно окаменевший стоял, прислонившись к стене. – Быстро!

Том схватил сахар и посыпал им огненных духов, лишившихся боеспособности.

Госпожа Мутценбахер отбросила пустую бутылку из-под шампанского, энергично подскочила к столу и погребла маленького огненного духа, который шипел на её тарелке, под горкой сахара.

– Чудесно! – крикнула ей госпожа Кюммельзафт. – Вы просто природный талант!

Госпожа Мутценбахер разрумянилась и сравнялась по цвету со своими рыжими волосами. Хвастуновские дрожа забились под стол.

– Шампанское – это стопроцентный успех! – воскликнул Том, натянул пекарские рукавицы и поймал двух огненных духов, которые как раз хотели, пошатываясь, удрать сквозь стену. Они были тёплые, как свежеиспечённые булочки.

– Сколько у тебя? – спросила Хедвиг Кюммельзафт.

– Двое!

– И у меня двое! – Госпожа Мутценбахер с помощью салфетки извлекла ноющего огненного духа из мороженого.

– Значит, вместе с моим будет пять, – сосчитала госпожа Кюммельзафт. – Госпожа Ротермунд уже в термосе. Итак, из малышей теперь не хватает только одного. – Она огляделась по сторонам. – Да где же термосы?

Посыльный, который должен был их принести, так и стоял, прислонившись к стене.

– Том, беги в кабинет директора! – крикнула госпожа Кюммельзафт. – Там стоит несколько термосов, я их уже подготовила. Да поторопись. Я не знаю, когда эти мелкие бесенята опять разогреются докрасна.

С рекордной скоростью Том нёсся через холл отеля, держа в каждой руке по дряблому лимонно-жёлтому духу.

– Мне некогда! – крикнул он, проносясь мимо оторопелого директора. Ворвавшись в кабинет, Том сунул своих пленников в два подготовленных термоса, а три других зажал под мышкой и побежал назад. Он появился как раз вовремя.

Пленники госпожи Мутценбахер уже снова подрумянились до оранжевого цвета. Когда духи были надёжно заперты в термосы, рыжеволосая дама первым делом налила в стакан воды и остудила обожжённые пальцы.

– Ох, это было захватывающе! – вздохнула госпожа Мутценбахер.

– Как мы благодарны вам за помощь! – Хедвиг Кюммельзафт пожала ей руку.

– О, не стоит благодарности, – скромно пролепетала госпожа Мутценбахер.

Хвастуновские всё ещё сидели под столом. Том и госпожа Кюммельзафт оставили их там и понесли термосы в кабинет директора Важника. Как раз в тот момент, когда они пересекали холл отеля, по лестнице слетал Хуго с пожарной каской в руке и цилиндром на голове.

– Ты появляешься, как всегда, вовремя, – встретил его Том. – Где ты был? И откуда у тебя эта шляпа?

– Тебя это сувсем не касается, ф-фу, – прошелестел Хуго и влетел в кабинет директора Важника. – Но если вам так уж неубходимо знать, то на третьем этаже дела сейчас обстоят хуже некуда. Пустояльцы разбежались, всё горит и вуняет! Я еле оттудува сбежал. Только шляпу и успел прихватить. Прямо так кубарем и скатился с лестницы.

– А на втором этаже? – Госпожа Кюммельзафт поставила термосы с духами на письменный стол. – СНЕМОД там?

– Не-е-е! – Хуго, переваливаясь с боку на бок, подобрался к аквариуму и распугал рыбок господина Важника.

– Хорошо. – Хедвиг Кюммельзафт со вздохом опустилась в директорское кресло. – Тогда у нас, я надеюсь, есть немного времени. Прежде всего у тебя, Хуго.

– У меня? А я тут при чём? – Хуго слегка порозовел.

– При том, что нам понадобится много слизи ПСП, – сказал Том и ухмыльнулся: – Несколько бочек. Снимай-ка башмаки и принимайся за работу!

Всю вторую половину дня Хуго провёл, колыхаясь над ванной. Когда снаружи стемнело, ванна была до краёв наполнена блестящей липкой слизью ПСП, а у Хуго уже болели ноги. В дурном расположении духа он забился в шкаф, пока Том и госпожа Кюммельзафт набирали в вёдра результат его усилий.

Одно ведро они отнесли в подвал, чтобы обмазать слизью дверь винного погреба. Все шестнадцать человек, включая директора, уже собрались там, поскольку госпожа Мутценбахер и Хвастуновские так подробно изложили события в обеденном зале, что даже самые закоренелые отрицатели существования привидений уже не чувствовали себя в безопасности в своих комнатах. Но, как всегда говорила Хедвиг Кюммельзафт, про привидения ничего нельзя предсказать заранее. Поэтому каждый из собравшихся в подвале получил по бутылке шампанского – самого дешёвого сорта, разумеется, – и по сахарнице. Ближайшая ночь могла оказаться весьма и весьма неприятной. В этом никто не сомневался.

Четыре ведра слизи ПСП стояли теперь за приёмной стойкой, чтобы позже её размазать. И наконец Том и госпожа Кюммельзафт вынесли несколько вёдер на пляж. За ними, зевая, тащился Хуго. Красное солнце висело низко над горизонтом, и волны с тихим чавканьем облизывали влажный песок.

– В отеле везде отключили воду? – спросила Хедвиг Кюммельзафт. – Как бы наш СНЕМОД не подкрепился под душем.

– Не беспокойтесь. Всё отключено, – ответил Том.

Закатное солнце погрузилось в море, и по волнам разлился жидкий огонь.

– Сейчас прилив. Вода ещё поднимется, так что нет смысла фиксировать кромку пляжа. – Госпожа Кюммельзафт провела носком черту на песке: – Вот до сих пор, Хуго. До этой черты СНЕМОД может дойти, но дальше – ни шагу. Вылей всю слизь, а когда он явится, ещё добавь сверху свежей. Если он нырнёт в море, мы все пропали. Понятно?

– Да-да, не такуй уж я бестулковый, – обиженно пыхтел Хуго. – Ваше дело только выманить его сюда. Об устальном я пузабочусь!

– Будем надеяться, – пробормотал Том и посмотрел на отель. Окна третьего и четвёртого этажей полыхали изнутри огнём, и на мгновение ему почудилось, что подозрительное красное мерцание виднеется уже и в окнах второго этажа. Но, когда Том пригляделся внимательнее, мерцание исчезло.

– Итак, проложи свой след, Хуго, – велела госпожа Кюммельзафт. – И смотри за тем, как бы не обронить даже каплю слизи на лестницу. Он должен выбрать именно этот путь, ясно?

– Да мне, может, уже и слизи не хватит! – Хуго гулко расхохотался.

– Оставь свои глупые шуточки, – осадила его госпожа Кюммельзафт. – Мне не до смеха, когда речь идёт об этом привидении. Пошли, Том, позаботимся теперь о холле и салоне.

Но Том стоял как вкопанный и смотрел на второй этаж.

– Глядите, – прошептал он. – В четвёртой комнате слева. Там кто-то ходит со свечой!

Госпожа Кюммельзафт и Хуго повернулись и посмотрели вверх. Том был прав. За четвёртой балконной дверью ярко вспыхивал огонёк, и тёмная тень перемещалась по комнате.

– Это комната Шеммельмана! – воскликнула госпожа Кюммельзафт. – Он в подвале ворчал, что забыл в ванной свою вставную челюсть. Но не сумасшедший же он, чтобы из-за этого снова подниматься наверх?

В комнате Шеммельмана теперь загорелся свет.

– Да он с ума сошёл! – объявил Том. – Как быть? Может, нам с Хуго быстро вытащить его оттуда?

– Только без меня! – Хуго даже съёжился. – Я устал от пруизводства слизи.

– Да брось ты, не притворяйся, – сказал Том. – Мы быстренько слетаем, схватим Шеммельмана и отправим его обратно в подвал. Иначе неизвестно, как он нам может встать поперёк дороги.

– Ну ла-а-адно, – простонал Хуго, подхватил Тома и полетел к балкону господина Шеммельмана.

Они ещё не долетели, как вдруг балконная дверь распахнулась, и господин Шеммельман с криком перегнулся через перила. В левой руке он сжимал бутылку шампанского, а в правой – вставную челюсть.

– На помощь! – завопил господин Шеммельман. – Помогите, тут этот ду-ду-дух!

Над ним нависла пылающая рука.

– Хуго, быстрее! – крикнул Том.

СНЕМОД высунул огненную голову из балконной двери, ухмыльнулся и потянулся раскалёнными пальцами к господину Шеммельману.

– Пошёл вон! – крикнул старый господин и рванул пробку из бутылки. Плопп! Пробка плюхнулась в песок под балконом, а пенистая струя шампанского выстрелила в огненную руку.

– А-а-а-а-а-а! – взревел СНЕМОД и стал слизывать с пальцев шампанское гигантским языком. При этом он непрерывно угрожающе рычал.

СНЕМОД, казалось, даже не заметил Тома и Хуго. Он всё ещё, шипя и фыркая, облизывал свою руку. У господина Шеммельмана от ужаса глаза вылезли из орбит, когда он увидел парящего над балконными перилами Хуго. От страха он чуть не полетел вниз.

Том одним прыжком очутился на балконе.

– Не бойтесь! – крикнул он. – Это всего лишь ПСП!

ПСП?! Том едва успел произнести эти три буквы, как СНЕМОД резко вскинул голову. И Том снова уставился в жуткие глаза духа. На сей раз они были чёрные как уголь и мрачные как преисподняя. Коленки Тома начали слегка дрожать.

– Хуго! – крикнул он и трясущимися пальцами схватился за кондитерский шприц, но из него не выжалось ни капли глазури. – Хуго! – Том даже захлебнулся в панике: – Неси нас вниз, быстро!

– Он скрылся, – прошептал господин Шеммельман хриплым голосом. – Ваш призрачный друг пропал!

Том недоверчиво оглянулся, но так оно и было. От Хуго не осталось и следа. Сердце Тома бешено заколотилось.

СНЕМОД по-прежнему неотрывно смотрел на охотника. Теперь он облизывал уже не пальцы, а губы. СНЕМОД дохнул на Тома, и лицо стало покалывать под слоем защитной пасты, как будто в него вонзались тысячи горячих иголок.

– Что-о-о ты там сказа-а-а-ал про ПСП? – прошептал СНЕМОД. Том никогда в жизни не слышал ничего страшнее этого шёпота. – И где-е-е же твоё дурацкое ПСП? Я превращу его в па-а-ар!

– Ничего у тебя не выйдет! – словно белый дым, из-под балкона вынырнул Хуго и провел по перилам слизистыми пальцами. Его колышущиеся руки обвили Тома и господина Шеммельмана, а затем он поднял их обоих и унёс прочь.

СНЕМОД неистово ревел им вслед, но едва он попытался протянуть свою руку через перила, как с жалобным воплем отпрянул и стал чесаться так, будто его кусали блохи.

– Ху-ху! – победно вскричал Хуго. – Ху-ху-ху! Вы только пусмотрите на него!

Солнце уже погрузилось в море и окрасило небо алым цветом. Но СНЕМОД на балконе побледнел и исчез, словно кто-то погасил свет.

Хуго опустил Тома и господина Шеммельмана на песок рядом с госпожой Кюммельзафт.

– Господин Шеммельман, как вы могли устроить нам такие неприятности? – ругалась охотница за привидениями. – Моим ассистентам из-за вас пришлось рисковать жизнью. Жизнью и головой!

– Но моя челюсть?! – воскликнул господин Шеммельман, поднося к носу пожилой дамы свои зубы. – Она же мне нужна!

– Сейчас бы она вам – в состоянии огненного духа – уже не понадобилась! – Госпожа Кюммельзафт с тревогой посмотрела на балкон господина Шеммельмана. Там не было и следа от СНЕМОДА. – Не нравится мне это, – прошептала госпожа Кюммельзафт. – Он впадёт в бешенство, в ярость. Надеюсь, вниз он пока не спустится. Иначе наш план пойдёт прахом! – Она схватила Тома за руку: – Идём, надо распределить слизь по всему отелю. Хуго, а ты подготовь всё здесь, на пляже.

– Ясное дело! – сказал Хуго, расслабленно шлепая по песку. Всюду, куда ступали его белые ноги, оставались следы блестящей слизи.

Том и Хедвиг Кюммельзафт поспешили вместе с сокрушённым господином Шеммельманом назад к отелю. Пока они пересекали обеденный зал, старик вставил челюсть в рот.

– Шеммельман, немедленно отправляйтесь в винный погреб, – приказала госпожа Кюммельзафт, когда они вошли в тёмный холл отеля. – И передайте всем, что, если я ещё кого-нибудь увижу здесь, наверху, я собственными руками превращу его в огненный дух!

Господин Шеммельман метнулся прочь, и теперь Том с госпожой Кюммельзафт стояли в холле одни. Запах горелого заметно усилился.

– Начнём! – сказала госпожа Кюммельзафт. – Мы не можем терять ни секунды. Я думаю, СНЕМОД так зол из-за своего поражения на балконе, что он вот-вот явится вниз, так что нам даже не придётся его выманивать.

Они достали из-за приёмной стойки вёдра со слизью и стали большими кистями мазать пол перед всеми дверьми. Только дверь в салон, через которую можно было выйти на веранду и на пляж, осталась свободной от слизи. Потом они обмазали все плинтусы, ковры и стены, а под конец погрузили руки в уже почти пустые вёдра.

– Фу, гадость! – простонал Том. – Как противно! Надеюсь, когда-нибудь я смогу смыть это с себя.

Бок о бок они стояли в дверях, ведущих в салон. Во всём огромном отеле царила мёртвая тишина.

– Кажется, СНЕМОД немного струхнул, – прошептала Хедвиг Кюммельзафт. – Не думала я, что он заставит нас так долго себя ждать.

– По мне, так пусть он лучше не торопится, – шёпотом ответил Том и вдруг почувствовал, что с каждой минутой становится всё теплее. На него дохнуло жаром духовки.

– Это он! – крикнула госпожа Кюммельзафт.

И СНЕМОД явился.

Сперва потолок поменял цвет. С него сыпалась сажа, и коричневые горелые пятна расползались по нему как тушь по промокашке. Затем пламя заплясало вниз по стенам, поползло, подобно омерзительным тварям, со всех сторон к Тому и Хедвиг Кюммельзафт. Дверь лифта распахнулась, и оттуда вырвались клубы жёлтого дыма, едкого и зловонного. Охотники за привидениями быстро зажали носы прищепками, что было не так просто сделать скользкими от слизи пальцами. Они не сводили глаз с лифта. Но СНЕМОД оттуда так и не показался.

Он прыгнул с потолка. Раскалённый докрасна и огненный, дух упал вниз, и впервые охотники за привидениями отчётливо увидели весь его облик целиком. Кривые и короткие ноги СНЕМОДа с трудом удерживали его громоздкое тело. Руки свисали до колен, а огромная голова без шеи была зажата между сутулыми плечами.

– З-з-з-р-р-р-р-х-х-х-х-х! – прорычал СНЕМОД, оскалив зубы, и испытующе осмотрелся. Его пылающий взгляд остановился на Томе и госпоже Кюммельзафт.

Ноги Тома так и рвались бежать, прочь из отеля, лишь бы подальше от убийственного жара и этого жуткого огненного духа, который, казалось, увеличивался с каждым своим вдохом.

Но Том остался стоять, как они и договаривались. Охотники были приманкой, чтобы выманить огненный дух наружу, на мягкий песок, где слизь Хуго ввергнет его в пируэты.

План, казалось, их не подвёл. Тяжело топая, СНЕМОД двинулся на охотников. Но на третьем шаге его огненные лапы ступили в слизь Хуго. Дух с рёвом поднял ногу, бешено зачесался и яростно выдохнул пламя на Тома и госпожу Кюммельзафт.

– Слизистый привет! – выкрикнул Том. – Слизистый привет от нашего ПСП!

– Ш-ш-ш-ш-р-р-р-р-а-а-а-а! – взревел СНЕМОД и метнулся к охотникам за привидениями.

– Бежим! – крикнула госпожа Кюммельзафт.

Тому не пришлось отдавать команду дважды. Бок о бок они побежали через салон, опрокидывая стулья, мимо столов и цветочных горшков, пока не очутились на веранде. На пляже, поблёскивая в лунном свете голубовато-белым, их поджидал Хуго.

Том и Хедвиг Кюммельзафт, запыхавшись и кашляя от дыма, сбежали по ступеням на пляж. Они уже чувствовали затылками горячее дыхание СНЕМОДа, но обернулись только тогда, когда очутились рядом с Хуго. Словно огромный огненный шар, СНЕМОД спрыгнул на кривых ногах с веранды на песок, прямо в центр круга, который Хуго нарисовал своей мерцающей ПСП-слизью. Пыхтя, он огляделся, метнулся влево, метнулся вправо – и не нашёл выхода.

– Ну, как тебе это нравится? – глумился над ним Хуго, довольно потягиваясь в лунном свете.

СНЕМОД с рёвом прыгал по песку всё быстрее и быстрее, пока не начал вертеться как юла. При этом он страшно завывал. И с каждым оборотом вокруг своей оси становился всё тоньше и длиннее, пока от него не осталось ничего, кроме вихревого огненного столба, который поднимался в небо всё выше и выше.

– Сейчас! – прошептала госпожа Кюммельзафт. – Сейчас всё случится!

Но вдруг, совершенно неожиданно СНЕМОД поднял свои пылающие руки, и его ревущее вращение затормозилось, он разом сжался и остановился. Огненный дух неподвижно замер, повернувшись спиной к охотникам за привидениями. Затем он стал тёмно-красным, настолько тёмным, что в ночи можно было различить лишь его очертания.

Хедвиг Кюммельзафт потянула Тома за руку на несколько шагов назад, Хуго тоже больше не парил так близко к огненному духу.

Они слышали лёгкое урчание, тёмное и угрожающее. Затем СНЕМОД развернулся, раскрыв пасть, и что есть силы дунул на слизистый след Хуго. Его дыхание было горячим, словно жидкий огонь.

Том заслонил лицо ладонями. Кожа пылала, глаза слезились, а волосы стали такими горячими, словно были готовы вспыхнуть в любой момент. Хуго с воем отпрянул.

– Осторожно! – крикнула госпожа Кюммельзафт. – Он пробивается!

СНЕМОД продолжал дуть, но всё больше сжимался. Однако и слизь Хуго тоже изменилась. Она шипела и дымилась, а затем, совершенно внезапно, превратилась в пепел.

Том и госпожа Кюммельзафт в ужасе пятились назад и уже стояли по щиколотку в воде. Теперь СНЕМОД был не выше Тома, но зато свободен. И всего лишь в нескольких метрах от него море накатывало на песок, который раскалился от горячего дыхания огненного духа.

– Ну-у-у погоди-и-и-те! – закричал СНЕМОД и прыгнул, дымящийся и зловонный, в воду, погрузился огненным телом в волны. Словно столб огня, он разрастался в ночном небе, становясь всё выше и выше, пока не достиг такого размера, что заслонил собой луну.

– Гр-р-ра-а-а! – грозно взревел дух и простёр огненные руки.

Внезапно за левым коленом СНЕМОДа показалось нечто плеснево-зелёное, колышущееся.

– Хуго! – закричал Том. – Хуго, уходи! Убирайся! Быстро!

Но Хуго и не подумал слушаться. Он помахал Тому и госпоже Кюммельзафт и медленно поднимался вверх по СНЕМОДу. Хедвиг Кюммельзафт качала головой, не веря своим глазам.

– Он же превратит Хуго в пар! – в отчаянии крикнул Том. – Надо что-то делать!

Но Хедвиг Кюммельзафт только пробормотала:

– Это ПСП что-то задумало. Но что?

Между тем СНЕМОД обнаружил Хуго. Он оторопело смотрел на ПСП сверху вниз. По сравнению с гигантским огненным духом, который стоял в воде, всё ещё разрастаясь и полыхая, Хуго выглядел как белый носовой платок, которым играл ветер.

– А-а-а-а, ПСП! – прорычал СНЕМОД. – Я тебя сейчас превращу в пар! Да, испарю!

Огненными лапами он шлёпал по себе, надеясь прихлопнуть Хуго как назойливую муху. Но ПСП всякий раз ловко уворачивалось.

Тома бил озноб. Даже море окрасилось кроваво-красным от призрачного света СНЕМОДа, и Хуго выглядел безнадёжно потерянным, вертясь вокруг могучих кривых ног. Но у ПСП, казалось, было прекрасное настроение.

– Испарить меня? Испарить?! Я буду хухотать! – крикнул Хуго гулким голосом.

Он взлетал всё выше и выше, уворачиваясь от огненных пальцев, которые яростно пытались его изловить, пока не оказался над огненной гривой СНЕМОДа.

– Будь здуров, прутивный! – прошелестел Хуго и плюнул на голову гигантскому духу, прямо в макушку.

СНЕМОД пронзительно закричал, надулся, как пылающий аэростат, и лопнул с таким взрывом, что все окна «Жемчужины побережья» потрескались. Миллионы огненных искр посыпались в море. Хуго отлетел на пляж и плюхнулся на песок рядом с Томом.

– Невероятно! – ахнул Том. Красные искры всё ещё сыпались с неба дождём. Ночь сверкала как при большом фейерверке.

– Ну, видели, как я его, а? – спросил Хуго и раздулся от гордости.

Его тело в нескольких местах было немного обожжённым, но в целом Хуго сиял безукоризненным привиденческим здоровьем.

– Я не могу понять! – воскликнула госпожа Кюммельзафт. – У меня в голове не укладывается. Откуда ты знал, что твой плевок окажет на чудовище такое действие?

– Ах это! – Хуго расслабленно летал у охотницы перед носом. – Да это же было ясно!

– Ничего не ясно! – воскликнул Том. – Откуда ты знал?

Хуго ухмылялся:

– Кугда вы рассказали про мою слизь. Тут и стало ясным всё дело. Ведь моя слюна гураздо слизистее и более клейкая. Пунятно теперь?

– Ах ты ловкач! – Хедвиг Кюммельзафт дружески ткнула Хуго в его водянистое тело. – Почему ты нам ничего не сказал?

– Путому что я люблю сюрпризы! – воскликнул Хуго и сделал кувырок в воздухе. – А ведь это же был настуящий сюрприз, разве нет?

– Ещё какой, – вздохнул Том. – Он чуть не погубил нас, твой сюрприз. Так что подумай, пожалуйста, в другой раз о том, что я не так сильно люблю сюрпризы, как ты. Договорились?

– Ты мне всё удовульствие испуртил! – огорчился Хуго и постучал по носу Тома своим ледяным пальцем.

И потом трое охотников за привидениями усталые, но счастливые вернулись в отель.

Том получил задание известить обитателей винного погреба об изгнании СНЕМОДа. Радость была оглушительная, и один из поваров посадил самого младшего охотника за привидениями себе на плечи и торжественно отнёс его в холл отеля. Директор Важник объявил «Кюммельзафт и Ко» пожизненными почётными гостями «Жемчужины побережья».

Затем все спасённые устремились на пляж, где в ночном воздухе ещё поблёскивали красные искорки, и там всей компанией ели, пили, танцевали, пели, и таким образом отпраздновали удачное изгнание огненных духов. Правда, Хуго нашёл, что человеческое пение большими группами звучит куда более ужасающе, чем любое завывание привидений. Том тоже так считал, поэтому они оба сидели на песке чуть поодаль от шума и смотрели на море, где лунный свет отражался в волнах дорожкой из серебра.

Госпожа Кюммельзафт и директор Важник тоже не праздновали вместе со всеми. Они проверили весь отель и установили, что «Жемчужина побережья» теперь действительно была свободна от привидений – если не считать одного крошечного огненного духа, которого они обнаружили в стакане для зубных щёток и без особого труда поймали.

Правда, во всём остальном состояние отеля было поистине плачевным. Стены, потолки, мебель – всё обгорело, было покрыто сажей и пеплом. Дверные ручки и номера комнат расплавились, а следы ног СНЕМОДа на коврах вряд ли устранят даже лучшими чистящими средствами на свете.

Когда они ехали вниз на покорёженном лифте, директор Важник разрыдался. Слёзы текли по его щекам и капали с усиков.

– Я разорён! – всхлипывал он. – Полностью разорён!

– Ну-ну, мой дорогой господин Важник, – сказала госпожа Кюммельзафт, сочувственно похлопав его по плечу. – Всё-таки это не повод, чтобы так нервничать. Разве вы не застрахованы?

– От привидений?! – директор шмыгал носом. – Разумеется, нет!

Госпожа Кюммельзафт покачала головой:

– А вот это крайне легкомысленно. Любое большое здание должно быть застраховано от привидений. Они невероятно притягательны для всех видов привидений!

– Но я же не знал! – простонал директор. – Откуда об этом мог знать нормальный человек, я вас спрашиваю?!

Дверь лифта с лёгким скрипом открылась, и они вышли в холл отеля. За окнами на пляже всё ещё продолжалось празднование.

– Может быть, выйдем? – предложила Хедвиг Кюммельзафт.

Но господин Важник лишь печально помотал головой:

– Мне не до веселья!

– Ну хорошо, тогда идёмте в ваш кабинет. Мне так и так надо куда-то запереть вот это. – Госпожа Кюммельзафт подняла вверх пойманного огненного духа. Затем она взяла под руку тихо всхлипывающего директора и мягко повлекла его за собой. – Если вы сварите кофе, то я расскажу вам, что можно сделать, чтобы спасти отель от разорения.

– В самом деле? – Директор удивлённо взглянул на охотницу. – У вас есть идея?

– О да, и я думаю, очень даже хорошая, – ответила госпожа Кюммельзафт.

Господин Важник открыл дверь своего кабинета.

– Приветик, директурчик! – В директорском кресле сидел Хуго, положив на письменный стол свои плеснево-зелёные ноги.

– Давай-ка, Хуго, слезай с чужого места, – сказал Том. Сам он сидел в кресле для посетителей и выглядел очень усталым.

– А что вы здесь делаете? – удивилась госпожа Кюммельзафт. – Не хотите праздновать вместе со всеми?

Том отрицательно покачал головой и зевнул.

– И я тоже, – ответил Хуго и, колыхаясь всем телом, поднялся из кресла господина Важника. – Там пустоянно кто-нибудь рвётся пужать руку и сказать спасибо. У меня уже все пальцы затисканы и разугреты. Прутивно!

Директор Важник направился к кофемашине.

– Дорогая госпожа Кюммельзафт, а не могли бы вы рассказать мне о вашей идее?

– Да, разумеется. – Хедвиг Кюммельзафт запихнула огненного духа в последний пустой термос и села на краешек стола. – Итак, я подумала вот о чём: вы просто сделаете из «Жемчужины побережья» отель с привидениями.

Господин Важник от неожиданности выронил пакет с фильтрами.

– Отель с чем, простите? – переспросил он, стряхивая с ботинка молотый кофе.

– Отель с привидениями, – повторила Хедвиг Кюммельзафт. – Я представляю себе это следующим образом: вы сэкономите большую часть средств на ремонте, если оставите дверные ручки и номера комнат такими как есть, оплавленными. Следы на ковре я бы тоже оставила, они очень эффектно выглядят. Да и в некоторых комнатах я бы не стала вычищать сажу и пепел, пусть это будут комнаты экстра-класса с огненными духами, подлинность гарантирована!

– Я понял. – Директор взволнованно пощипывал усики. – Да, я понимаю, продолжайте!

Хедвиг Кюммельзафт улыбнулась:

– С удовольствием. Далее наймите несколько безобидных привидений в качестве официантов для столовой. Я бы порекомендовала СОВБЕЗОПов (совершенно безобидных привидений). У одного моего друга есть кадровое агентство, и он вам поможет в подборе персонала. В конце концов, спросите нашего дорогого Хуго, не согласился ли он появляться здесь в выходные дни и давать ночные сеансы призрачных явлений. Он для этого очень хорошо подходит!

Хуго был так польщён, что приобрёл лиловый оттенок.

– За уютное местечко в пудвале я впулне гутов!

– А это неплохая идея, – заметил Том.

– Неплохая идея?! – воскликнул директор Важник. – Неплохая идея?! Да это чудодейственная идея! И как мне вас только благодарить, моя дорогая, любезная госпожа Кюммельзафт? – Он горячо обнял её.

– Не стоит, господин Важник, – сказала госпожа Кюммельзафт и мягко высвободилась из его объятий. – Я рада, что дело тем самым приобретает такой хороший поворот. Правда, мы чуть не забыли об одной детали.

Все вопросительно посмотрели на неё.

– Ну ваши гости… – Хедвиг Кюммельзафт показала на семь термосов, стоящих в ряд. – Ведь нам нужно превратить их обратно.

– Да, а это возможно? – удивлённо спросил директор.

– О да. Это не так просто и потребует времени, но вполне достижимо. Нам понадобятся вата, сахарная глазурь со вкусом перечной мяты и немного терпения. Я бы сказала… – Госпожа Кюммельзафт огляделась: – Раз никто из нас так и так не сможет заснуть, давайте доделаем эту работу. Что скажете, господа?

Хуго отказался участвовать в превращении огненных духов. Он считал, что наработался по крайней мере на сто лет вперёд и улетел на поиски уютного местечка в подвале, где будет так приятно вспоминать о своих подвигах.

Остальные активно приступили к делу. Директор Важник принёс все необходимые ингредиенты, а Том и госпожа Кюммельзафт застелили письменный стол газетами, поскольку сахарная глазурь могла оставить липкие следы.

– Готовы? – спросила госпожа Кюммельзафт и надела пекарские рукавицы.

– Готовы, – подтвердили Том и директор Важник. Они тоже надели толстые рукавицы и взяли себе по термосу.

Духи, охлаждённые сухим льдом, производили впечатление заспанных. Они едва шевелились, когда их извлекли из мест заключения.

Том поднёс своего духа поближе к глазам:

– Я думаю, мне досталась госпожа Ротермунд, – сказал он. – Ой, она укусила меня за палец!

– Да-да, – подтвердил директор Важник улыбнувшись. – Госпожа Ротермунд всегда отличалась, я бы сказал, кусачим характером.

Он осторожно разглядывал духа, который шевелился у него в руках.

– О, а у меня явно доктор Клотц-Клебриг, ухо-горло-нос!

– А у меня кто? – Госпожа Кюммельзафт поднесла своего огненного духа под нос директору.

– Это госпожа Штритцельшульц, очаровательная старая дама, хотя в настоящий момент выглядит совсем иначе.

– Итак, – сказала госпожа Кюммельзафт, погружая ватный тампон в чашку, до краёв наполненную сахарной глазурью. – Первым делом обмазываем затылок и плечи. Лицо лучше не трогать, потому что масло перечной мяты может неприятно щипать глаза. Затем смазываем тело и руки, а ноги в последнюю очередь. Разумеется, не обязательно, чтобы каждый сантиметр был покрыт глазурью, но слой следует наносить довольно толстый.

– А что делать, если дух уже обмазан? – спросил директор, глазируя с головы до ног доктора.

– Тогда посадите его на стол, – ответила госпожа Кюммельзафт. – Сахар помешает духу взлететь, и через четыре-пять часов, то есть на рассвете, совершится обратное превращение.

– Очень интересно, – пробормотал директор Важник. Он посадил доктора рядом с аквариумом. Вид у того был злобный. – Должен сказать, я рад, что не оказался среди тех, кого превратили в огненных духов.

Том тоже управился с госпожой Ротермунд и посадил её рядом с засахаренным доктором.

Таким же образом они обработали ещё господина Освальда Шнульцена, известного телеведущего, госпожу Хаммербах и её сына Вольфганга, о которого Хедвиг Кюммельзафт чуть не обожгла себе кончик носа, и господина фон Людериц-Паппенштрунца, который, надо сказать, был настолько неприятным гостем, что господин Важник предпочёл бы оставить его в термосе.

Когда наконец все пойманные огненные духи были засахарены и сидели на письменном столе, Том и госпожа Кюммельзафт почувствовали себя такими усталыми, что всё-таки решили немного подремать. Директор Важник был безутешен оттого, что не мог предложить охотникам по целой, нетронутой огнём кровати, но зато он обеспечил их двумя очень удобными лежаками с шерстяными одеялами и подушками, и с этим двое охотников за привидениями удалились.

Директор вышел из отеля и немного побыл со своими гостями и сотрудниками, которые всё ещё праздновали на пляже.

– Хедвиг, – сказал Том, когда они лежали, укутавшись, на лежаках, – на сей раз мы едва уцелели, ведь так?

– Без сомнений! – ответила госпожа Кюммельзафт и зевнула. – Со СНЕМОДом и впрямь шутки плохи. Как только мы вернёмся домой, я напишу в «Большой словарь привидений», и мы дополним его нашими новыми данными. Они должны стать доступны для всех охотников за привидениями как можно скорее.

Том захихикал:

– Да, но не всем так повезло – иметь среди своих сотрудников ПСП. Откуда бы мы взяли слизь и потом слюну?

– К счастью, это уже не моя забота, – вздохнула госпожа Кюммельзафт и закрыла глаза.

– А правда, что есть ещё четыре вида привидений, таких же ужасных, как СНЕМОД? – спросил Том.

– Конечно, – ответила госпожа Кюммельзафт сонным голосом. – Двоих из них я бы определила как ещё более опасных. Но про них я тебе сейчас ничего не расскажу, иначе ты глаз не сомкнёшь от страха.

– Правда? – пролепетал Том и натянул одеяло до самого носа. – Ещё опаснее? Даже представить себе не могу!

И он тут же заснул.

БОТРЯП – Болотно-трясинное привидение

ВОНДУСТ – Вонючий дух-стукач

ДОП 2 – Диплом охотника за привидениями второй степени

ДОП 3 – Диплом охотника за привидениями третьей степени

ДОП 5 – Диплом охотника за привидениями пятой степени

ДУТИСП – Дух туманных испарений

ДУХИЛОВОД – Дух илистой воды

ДУЧЕВИД – Дух человеческого вида

ДЭП – Датчик энергии призрака

ЗАСМЕР – Завихритель смерчей

ИПБП – Исследовательский пункт по борьбе с привидениями

ИПРИЗ – Исторический призрак

КАТАВЗАМП – Каталог всех замеченных привидений

КЛИНООП – Клиника очистки охотников за привидениями

КОКОЛОВ – Контактно-компрессионная ловушка

КРОКУСД – Крошечный кусачий дух

НЕПРОПРИВ – Негативная проекция привидения

ОБПЗиК – Органы борьбы с привидениями замков и крепостей

ОРУРП – Органы учёта и регистрации привидений

ПКП – Привидение крайне противное

ПОНЕНЕГ – Пояс-нейтрализатор негативного

ПРИМАСС – Призрак маскировочной симуляции

ПРИТЁМПРО – Привидение с тёмным прошлым

ПРИЧЁРС – Призрак чёрной собаки

ПСП – Привидение средней паршивости

РАСМУД – Размытый смутный дух

СНЕМОД – Страшный непобедимый молниеносный дух

СОВБЕЗОП – Совершенно безобидное привидение

ТУДЫДУХ – Туманно-дымчатый дух

ТУФООБ – Туманный формирователь образов

Х. К. – Хедвиг Кюммельзафт

ЦКБП – Центральная комиссия по борьбе с привидениями

Корнелия Функе родилась в 1958 году в городе Дорстен (Северный Рейн-Вестфалия). После школы она изучала педагогику, а затем профессионально работала со множеством неукротимых детей на усложнённых игровых площадках в новом районе Гамбурга. Одновременно она начала изучать книжную иллюстрацию в Университете дизайна. С 1987 года Корнелия Функе работает как самостоятельный автор, она пишет и иллюстрирует книги для детей.

Фредерик Бертранд родился в 1981 году в Миндене и вскоре после этого потерял голову. Он уже несколько лет носится как привидение по Берлину, где в своей жуткой мастерской под душераздирающие звуки орга́на рисует устрашающие картины. Наряду с рисованием он ночи напролёт мастерит и собирает ржавые машины, на которых затем с грохотом и копотью колесит по окрестностям и охотится за монстрами для своей коллекции.