Я заворожённо смотрела на каплю, которая едва держалась на кончике крана, норовя сорваться вниз и разбиться о железное дно раковины. В открытое окно просачивался приторно-сладкий аромат роз, росших прямо под окном.

– Ольга, ты меня слышишь?! – взревела дрожайше любимая матушка моего мужа.

– Да, Тамара Ивановна? – я оторвалась от созерцания капли и повернулась к женщине.

Высокая, грузная и вечно недовольная – мать моего Олега любила вмешиваться в нашу жизнь и давать советы. Муж снисходительно всё выслушивал и согласно кивал, а вот мне всегда приходилось выдерживать поток ненависти. Я по сравнению с ней выглядела тоненьким стебельком, конечно, и длительные тренировки балерины сказались.

– Ольга, почему мне каждый раз приходится повторять тебе всё дважды?! – казалось, что Тамара Ивановна просто лопнет от возмущения.

– У меня опять начались мигрени, – я прижала ладонь ко лбу и запрокинула голову, показывая, что чуть ли не умираю.

– Я нашла тебе помощницу по дому, – Тамара Ивановна произнесла это так, будто я умоляла об этом её.

– Мне никто не нужен, – злость придала сил.

Тамара Ивановна презрительно скривила свои губы. Всё, сейчас начнётся поток ненависти и лютой злобы, который разнесёт меня в клочья.

– Мой Олежик не может жить в грязи! – визгливо запричитала женщина. – Ты постоянно болеешь, не в состоянии ему даже рубашку погладить нормально. А он ведь уважаемый человек в городе! Постоянно пропадает на совещаниях, а дома его ждёт грязь и одни сплошные неудобства.

Мы с Олегом жили загородом, большой двухэтажный дом в непонятно каком стиле, но с большими колоннами на террасе, двумя балконами и множеством адской лепнины, от которой я шарахалась по ночам. Сразу за домом был сад и мой розарий. Олег поддержал моё увлечение розами, а Тамара Ивановна, жившая в городе, требовала, чтобы мы всё засадили плодовыми деревьями.

– Я справлюсь, и сама… – звонок в дверь перебил меня.

– А вот и Наташа! – всплеснула руками Тамара Ивановна и побежала открывать дверь.

– Вы не имеете права, – сдавленно вымолвила я, не зная, что и делать.

– Олежик уже беседовал с ней, – с гордостью крикнула из холла Тамара Ивановна.

Я почувствовала тянущую боль внизу живота, Олег ничего мне вчера не сказал, видимо, не хотел расстраивать. Он в очередной раз уступил просьбам матери, которая и припёрлась сегодня, чтобы подготовить меня ко встрече с помощницей. Собрав волю в кулак, я поплелась в холл, где женщина уже успела впустить гостью в мой дом.

– Наташенька! Как добралась? – Тамара Ивановна отступила в сторону, и я, наконец-то, смогла рассмотреть девушку.

Высокая, статная, с тяжёлой, чёрной косой, перекинутой через плечо, чтобы лишний раз подчеркнуть округлости груди, длинноногая, с упругой задницей и белозубой улыбкой.

– Ольга, познакомься с Наташей, – захлёбываясь от радости, протарахтела Тамара Ивановна. – Она будет жить в комнате для гостей на первом этаже, вы всё равно ей не пользуетесь.

Тамара Ивановна схватила девушку за руку и потащила за собой, по пути показывая мой дом. Я вернулась на кухню, чёртова капля до сих пор висела на кране, испытывая моё терпение. Сердце гулко застучало в груди, теперь придётся терпеть эту Наташу в своём доме, пока Олег не взорвётся и не прогонит её прочь. Я усмехнулась, открыла кран и набрала в стакан холодной воды. Приторно-сладкий аромат роз наполнился нотками горечи. Что ж, будем танцевать втроём…

Тамара Ивановна провела Наташу по всему дому, пока я скрывалась на кухне. Головная боль усилилась, но пить лекарство не хотелось, после таблеток меня всегда тянуло в сон, а засыпать, когда в доме незнакомка было боязно. Я обхватила себя руками за плечи и принялась раскачиваться, чувствуя, как хочется закричать на мерзкую свекровь и прогнать всех прочь. Но надо держаться. Олег всё время мне это твердит: «Олёсик, мы должны жить, как и другие люди, ничем не выделяться, смеяться и грустить вместе со всеми». Только вот у меня это всегда очень плохо получалось.

Я потянулась за телефоном, набрала номер мужа, но вместо его низкого, хрипловатого голоса услышала долгие гудки. Олег избегал меня! Я не ошиблась, он в очередной раз уступил просьбам своей матери, поставив меня перед новой реальностью на колени.

– Ольга, я всё показала Наташеньке, – проворковала Тамара Ивановна, с превосходством поглядывая на меня.

– У вас очень красивый дом, – промолвила девушка.

Томный, грудной голос, кроткий взгляд – Наташа была воплощением изящества и красоты. Наверное, девушка ещё и рожать сможет сильных и здоровых детишек. Не зря же Тамара Ивановна так старается, конечно, всё для любимого Олежика.

– Спасибо, – я напустила на себя вид равнодушия, хотя внутри всё горело от ярости.

Но с Тамарой Ивановной нельзя было идти на открытый конфликт, ведь Олег всё равно примет её сторону. И я снова ощутила себя запертой в этом огромном доме.

– Девочки, мне уже пора возвращаться, – пропела Тамара Ивановна, наигранно поцеловала меня в щёку и, наконец-то, убралась из моего дома.

Я подошла к холодильнику и распахнула его.

– Олег любит мясо средней прожарки, а я предпочитаю овощи. Поможешь мне приготовить ужин?

– Да! – готовность Наташи быть услужливой и нужной вылилась в очередной приступ мигрени.

Я устало присела на стул, а она засуетилась у плиты. Как же жутко хотелось выпить обезболивающее и хоть ненадолго прилечь, но незнакомка в доме – жди беды.

– Почему вы бросили балет? – Наташа ловко управилась с мясом.

– Травма, – нехотя ответила я. – Неудачно подвернула лодыжку.

– Как жаль, – сочувственно протянула Наташа, что у меня аж зубы заскрипели от злости.

Жаль?! Да я потеряла абсолютно всё! А этой курице жалеет меня…

– Знаете, я раньше посещала танцевальный кружок. Там так интересно было!

Я обхватила голову руками, чувствуя, что больше не в силах справляться с мигренью.

– Вам плохо? – Наташа подскочила ко мне и приложила ко лбу мокрое полотенце.

– Тамара Ивановна тебе сказала, что в кабинет Олега нельзя входить без разрешения, даже если его нет дома? – спросила я, оттолкнув её руку.

Мне всё же пришлось принять две таблетки, иначе просто не выдержу долгий ужин.

– Да, – отозвалась Наташа. – Она мне рассказала, что ваш муж очень строгий.

«Только это»?! – язвительно подумала я, но не стала произносить вслух. Сейчас в этом доме я одна против всех, даже Олег лишил меня своей поддержки.

– Я управлюсь с ужином и сама, – улыбнулась Наташа. – Вам стоит прилечь.

Я усмехнулась, поднялась со стула и молча покинула кухню. Добралась на ватных ногах до спальни, а потом замкнула дверь на ключ, попятилась к кровати, тяжело дыша. Сейчас бы услышать голос Олега, но телефон остался на кухонном столе. Я улеглась на кровать, продолжая напряжённо смотреть на дверь. Кто это Наташа? Разве может красивая, молодая девушка согласиться жить загородом, прислуживая семейной паре?

Я проснулась и рывком поднялась на кровати. Ручка двери поворачивалась из стороны в сторону, но тот, кто стоял в коридоре, молчал, словно хотел тайком пробраться в мою спальню. Липкий страх пополз по телу. Ручка перестала дёргаться, послышались осторожные шаги, незваный гость уходил прочь. Наташа?! Но что ей понадобилось в спальне? Почему тогда она меня не позвала по имени?

– Олег, ты мне сейчас очень нужен! – прошептала я, не в силах подойти к двери.

Неужели мне суждено прятаться в собственном доме?!

Я спустилась на первый этаж, вышла на крыльцо и огляделась – ничего подозрительного, ни одного автомобиля в пределах видимости, ни одного случайного прохожего. Но кто-то же пытался войти ко мне в комнату. Я прошла на кухню, Наташа уже успела накрыть стол на три персоны. Вот, значит, как, не успела прийти в дом, а уже собралась есть за хозяйским столом.

– Ты поднималась на второй этаж минут пятнадцать назад? – спросила я, пристально уставившись на девушку.

– Я была здесь, – опять эта белозубая улыбка и снисходительный тон.

– Кто-то ходил в коридоре, – я не стала рассказывать о попытке войти в мою спальню.

Страх отхлынул, вместо него теперь появилась злость, горькая и неуёмная злость на весь мир.

– Наверное, просто дом ходит, – пожала плечами Наташа.

– Что?! – в моём голосе проскользнула ненависть.

– Ну, дом осадку даёт, – с улыбкой пояснила Наташа. – И, кажется, будто всё вокруг скрипит. Когда Олег приедет с работы?

Я чуть не прикусила язык. Олег?! С каких пор он стал тебе Олегом? И тут мне стало по-настоящему интересно, Тамара Ивановна непросто так притащила эту девку в мой дом. Ухоженная, красивая – Наташа явно посещала салоны красоты.

– Сделай мне, пожалуйста, ромашковый чай, – уставшим голосом попросила я. – Конечно, ты права, спросонья всегда всё мерещится. А у меня с утра голова болела, вот и реагирую на малейший шорох.

Улыбка с лица Наташи странным образом исчезла. Я же уселась за стол по правую руку от места хозяина. Олег левша, так что правая всегда у него без движения. А сейчас мне оставалось только затаиться и ждать.

Наташа поставила передо мной чашку с чаем, я пробормотала благодарность, а потом сделала несколько глотков. Привычный вкус ромашки дополнился сладковатым привкусом.

– Я пью без сахара, – капризно вымолвила я и демонстративно отодвинула чашку.

Глаза девушки недобро сверкнули. Надо же, как быстро она стала показывать свой строптивый характер.

– Сейчас всё исправлю, – Наташа постаралась придать голосу беспечности, но и так было видно, как ей невыносимо тяжело прислуживать мне.

– Спасибо, – я ответила девушке ядовитой улыбкой. – Тамара Ивановна всегда заботится обо мне, вот и тебя где-то отыскала. Как вы с ней познакомились?

– Она хорошо знает мою тётю, – Наташа отошла к раковине и вылила чай. – А мне понадобилась работа, Тамара Ивановна сразу и пригласила к вам.

– Как всё чудесно произошло, – язвительно отозвалась я.

Наташа не успела ответить, раздался звонок в дверь. В столь поздний час я не ждала гостей, поэтому и вздрогнула. Наташа поторопилась в холл, чтобы впустить гостя, только им оказался Олег, и наш вечер втроём начался с его недовольства.

– Зачем было закрывать дверь?! – голос с хрипотцой разнёсся по всему холлу.

– Добрый вечер, – поздоровалась Наташа. – Я ваша новая помощница по дому.

– Знаю, – пробурчал Олег. – Меня сейчас интересует дверь.

– Ольга выходила на крыльцо недавно, наверное, она и закрыла.

Наташа умело пошла охмурять моего мужа, или мне это показалось? Олег влетел на кухню и уставился на меня:

– Оля, что всё это значит?

Высокий, широкоплечий и неприлично красивый Олег склонился надо мной. На его фоне я всегда выглядела хрупкой фарфоровой статуэткой.

– Что именно? – я приложила руку ко лбу, показывая, как сильно болит голова.

– Зачем ты закрыла входную дверь на цепочку? – голос Олега перестал вибрировать от недовольства, он приблизился ко мне и привычно поцеловал в лоб. – Мы же договаривались.

– Случайно, – соврала я, прекрасно понимая, что никогда бы так не поступила.

– Ладно, давайте ужинать, – проворчал он, усаживаясь за стол.

Наташа подала тушёное мясо с овощами, а потом бесцеремонно уселась по левую руку от моего мужа.

– Оль, может, выпьем вина? – предложил Олег.

Я пожала плечами, он поднялся и вскоре вернулся с бутылкой красного вина. Наташа потянулась к бокала, и их пальцы соприкоснулись. Никакого смущения, словно это привычный жест для них двоих. Олег повернул голову и посмотрел на меня, я ухмыльнулась. Вот кто был настоящим инициатором появления в нашем доме красивой помощницы…

Ужин закончился в гнетущей тишине, моя головная боль прошла, но вот желания мило беседовать с любовницей мужа отпало напрочь. Олег начал злиться, я видела, как он хмурился брови и выпячивал подбородок, значит, жди ядерного взрыва. Лишь Наташа пребывала в полном неведении, глупо улыбалась и ела с таким аппетитом, чтоб мне даже стало завидно.

– Пойду и прилягу, – я поднялась из-за стола и направилась к выходу, желая, как можно быстрее покинуть кухню.

– Хорошей ночи, – вымолвил Олег и устремился за мной.

Я ускорила шаг, ещё не хватало сорваться на него в коридоре, где Наташа могла нас услышать.

– Постой, – прохрипел мне в спину Олег.

Не оборачиваясь, побежала, надеясь его опередить, но, как всегда, он оказался сильнее меня. С лёгкостью отпихнул от двери, не позволив замкнуть на ключ. Я отскочила к кровати и выставила руки вперёд, приготовившись расцарапать ему лицо.

– Дай мне всё объяснить, – Олег плотно затворил дверь и повернулся ко мне лицом.

Опять мы закружились в танце, этот виноватый взгляд и в то же время требовательный, настойчивый. Мне не устоять против соблазна, как ни заламывай руки в беспомощной попытке укрыться от его взгляда.

– Оленька, – жаркий шёпот и шаг в мою сторону.

– Не подходи! – мне надо сохранить ясность ума, чтобы противостоять своему мужу.

– Оленька, – Олег снимает пиджак и рубашку, небрежно их бросает на высокую спинку стула, ещё один шаг, пока неуверенный, робкий, но в голосе мужа уже слышатся повелительные нотки.

– Как давно ты с ней спишь?! – ярость помогает мне собраться с мыслями.

Олег тихо рассмеялся, будто я сморозила очередную глупость.

– Один раз, – он протягивает ко мне руку, чтобы я могла за неё ухватиться.

– Не ври мне! – боль скоро раздавит мою голову изнутри.

– Это вышло случайно, – вкрадчивый голос проникает под кожу.

Я всем сердцем пытаюсь поверить в сладкую ложь.

– Мама попросила помочь ей, я приехал, а потом увидел её соседку, – ещё один шаг, и я уже чувствую, как от его кожи исходит жар. – Я просто пожалел девушку, она была не против, напоила меня чаем, пригласила на свой диван.

– Зачем ты притащил её в наш дом?! – по спине пробежали мурашки, дыхание сбилось, словно пришлось стометровку пробежать.

– Мама попросила, сказала, что ей надо тихое и укромное место, – вымолвил Олег. – Никто не знает, что я был с ней.

Он обнял меня и нежно поцеловал в губы, и моё тело отозвалось на ласку. Я любила своего мужа, любила и прощала. Сколько было у него этих Наташ, а сколько будет потом? Только вот Олег всегда возвращается ко мне.

– Оленька, любимая моя, – Олег подхватил меня на руки и отнёс на постель.

Горячие губы обожгли плечи, он стянул с меня блузку и сдавил ладонями грудь. Как же хорошо, когда любимый рядом. Ручка на двери медленно повернулась. Я обвила руками шею Олега и теснее к нему прижалась. Большой, сильный и только мой. Дверь приоткрылась, тоненькая полоска света из коридора пробралась к нашей кровати. Олег приспустил мои брюки и просунул руку между ног. Я застонала, чувствуя, как его умелые пальцы ласкают меня. На тоненькой полоске света появилась тёмная фигура. Мне бы сказать об этом Олегу, но горячие ладони на моих бёдрах заставляют страх отступить.

– Оля? – он до сих пор спрашивает разрешение, чтобы проникнуть в меня.

Я растягиваю время, заставляя Олега понервничать, перебираю пальцами его чуть отросшие волосы, тяну за мочку уха. Он смотрит жадным взором, от которого моё тело плавится, смотрит и ждёт. Я киваю, и Олег вонзается в меня, подминает под себя и вжимает в постель. Яростно, ненасытно целует в губы, будто это наша первая ночь. И мне остаётся только бесстыдно стонать, наслаждаясь своим маленьким триумфом.

Меня разбудили шорохи за дверью. Воздух стоял плотной стеной, не давая свободно дышать, липкая жара сдавливала грудь. Я протянула руку, но Олега рядом не обнаружила, пришлось подняться с постели. Ночь давила на плечи тревожным ожиданием, а шорохи никак не смолкали. Я накинула на себя шёлковый халат и осторожно выскользнула за дверь.

Дом не спал. Снизу донеслись крадущиеся шаги, кто-то тяжело дышал, явно прикрывая рот ладонью. Липкий страх пополз по позвоночнику. Куда запропастился Олег?! Я прильнула к стене и двинулась к лестнице, оставаться на одном месте было опасно. Конечно, это мог, и Олег бродить по дому. Но зачем это делать тайно?

Я спустилась по ступенькам, затаила дыхание и прислушалась. Чужой запах донёсся до ноздрей. Вор! Я обогнула угол и увидела тёмный силуэт в самом конце коридора. Высокий, чуть сгорбленный, похожий на мужской. Вор открыл дверь в комнату Наташи, лунный свет скользнул по его лицу. Я была готова поклясться, что знаю этого мужчину, но головная боль молнией опалила разум. Я попятилась, готовая в любую секунду сорваться на бег. Мужчина скрылся в комнате Наташи, так и не заметив меня.

Первым делом проверила входную дверь. Заперта. Как же вор смог проникнуть в дом? Я бросилась на кухню, по ногам пополз сквознячок. Дверь во внутренний двор была приоткрыта. Я вышла на улицу и вдохнула полной грудью воздух. Как же сладко, как же нежно пахли мои розы. Я ступила на землю босыми ногами и направилась к розарию. Только там могла почувствовать себя в полной безопасности.

– Оля? – Олег вышел из темноты и схватил меня за руку.

Я чуть не вскрикнула от испуга, сердце бешено заколотилось в груди, но рядом с мужем стало немного спокойнее.

– В доме кто-то есть, – прошептала я, прижимаясь к Олегу.

– Тебе приснилось, – он приобнял меня, а свободной рукой принялся поглаживать по голове. – Ты приняла таблетки перед сном.

– Да, – соврала я, морщась от мигрени.

– Наверное, скоро будет гроза, – промолвил Олег.

– Зачем ты пришёл сюда? – спросила я, чувствуя, что муж мне что-то недоговаривает.

– Хотел убедиться, что всё в порядке, – рука Олега замерла, он тяжко вздохнул и отодвинулся от меня. – Ты следила за мной?

– Не говори глупости, – огрызнулась я.

– А мне кажется, ты взвинчена с самого вечера, – укоризненно выговорил Олег.

Я отступила в темноту, чтобы он не увидел моего раскрасневшегося лица. Сейчас ещё не время устраивать скандалы.

– Оля, не надо так себя вести, – Олег шагнул ко мне, протянув правую руку.

Я снова попятилась, сладковатый аромат наполнился перечными нотками. Ночь снова закружила нас в танце. Я почувствовала лёгкость, словно и не было никакой травмы, вспорхнула и понеслась к кустам роз. Олег устремился за мной, хрипло дыша в спину, поймал меня и прижал к себе.

– Ты только моя, – прошептал он мне на ухо.

– Разве ты не устал за столько лет? – я наклонила голову, подставляя шею для поцелуя. – Не устал видеть меня хмурой и злой?

– Сколько раз мне говорить, что я люблю тебя? – горячий кончик языка прошёлся по моей ключице.

В окнах первого этажа вспыхнул свет. Я вздрогнула, Олег крепче обнял меня, не позволяя выпорхнуть на волю. Мёртвый свет окрасил набухшие бутоны в кроваво-красный цвет, мой розарий в мгновение превратился в склеп.

– Наверное, мы разбудили Наташу, – Олег развернул меня к дому.

– Она и не спала, – недовольно проворчала я.

– И что мы ей скажем? – насмешливо поинтересовался муж.

– Что любим гулять по ночам, – я разжала его руки и пошла к дому, а за мной шлейфом потянулся сладкий аромат роз.

Наташа стояла в дверях, тревожно вглядываясь в темноту. Увидев меня, она дёрнулась, словно плетью по спине получила со всего размаха.

– А где Олег? – пролепетала Наташа.

Я удивлённо изогнула бровь, вопрос был глупым и неуместным.

– Я здесь, —муж положил мне на плечо ладонь, чтобы усмирить мой пыл. – Кто-нибудь хочет чай?

Наташа убралась с прохода, позволив нам, наконец-то, войти внутрь. Я направилась к раковине и взялась за чайник.

– Я сама сделаю, – оживилась Наташа, встав рядом со мной.

Я поставила чайник в раковину и отошла, уступив ей место. Олег уселся за стол, с полуулыбочкой поглядывая на девушку. Я прекрасно знала этот взгляд, но сегодня даже ревности не ощутила.

– Схожу за таблетками, – с этими словами покинула кухню.

У меня будет в запасе десять минут, пока Олег займётся Наташей…

Коридор был наполнен благоуханием роз, приторно-сладковатый аромат оседал на коже. Я нервно облизнула пересохшие губы, и по моим венам тут же потекла сладость с привкусом мокрой земли. Из кухни донёсся смех Наташи, значит, Олег уже принялся её веселить, усыпляя бдительность и подбираясь к девушке так близко, что та уже, даже если захочет, не сможет остановить моего мужа. «Надо быть сильной», – мысленно подбодрила я саму себя и направилась к комнате девушки.

Если Наташа не та, за кого себя выдаёт, то обязательно что-нибудь отыщется. Только вот что?! Я и сама толком не понимала, открыла дверь, а потом забралась в её сумки, стоящие около шкафа. У Наташи было полно времени, но она почему-то не торопилась разложить свои вещи. Почему? Холодок пробежал по позвоночнику, какая же я всё-таки глупая. Наташа явно рассчитывала на другую спальню, более просторную, на втором этаже, с окнами на розарий… Девушка хотела быть ближе к моему мужу.

Я горько усмехнулась и села на постель, чувствуя, как мигрень с неимоверной силой обрушивается на мою бедную голову. В который раз я недооценила хитрость и коварство Тамары Ивановны. Конечно, Наташа была воплощением красоты и здоровья, она могла нарожать Олегу крепких пацанов, и все вокруг станут счастливыми… Надо только избавиться от меня, измученной мигренью и сомнениями.

Руки задрожали от нахлынувших чувств. У меня остался только мой розарий, который никто и никогда не сможет отобрать. Наш дом с Олегом, нет, конечно, не наш, а только мой. Тамара Ивановна упустила один момент, мой муж меня безумно любил. И после очередной ссоры с его неуёмной мамочкой, Олег всё переписал на меня. Я поднялась с постели и подошла к окну, приоткрыла его и полной грудью вдохнула тревожно-сладкий аромат.

Мог ли Олег передумать? Захотел ли он избавиться от меня? И насколько любима сейчас Наташа? Я бы могла ломать голову всю ночь, но тут тени неподалёку от розария ожили и стали двигаться к дому. «Надо предупредить Олега», – подумала я, но так и осталась без движения. Вдруг мне опять всё это мерещится…

Звонок в дверь прозвучал выстрелом. Я вздрогнула от неожиданности и бросилась прочь из спальни девушки, опасаясь быть пойманной. Мне удалось незамеченной пробраться в холл, Наташа испуганно прижимала руки к груди и стояла позади Олега.

– Простите за поздний визит, но так сложились обстоятельства, – низкий, почти урчащий мужской голос прорвался сквозь плотный аромат роз.

Я не видела говорящего, его закрывала широкая спина Олега. Мой внимание было приковано к Наташе, та тряслась, словно осиновый лист на ветру. Чего же она так боялась?!

– Позволите войти? – и это был не вопрос, а приказ.

Я невольно поёжилась, когда Олег отступил от двери, пропуская незнакомца в мой дом.

– Может, уже скажите в чём дело? – раздражённо спросил мой муж.

Мужчина оказался почти одного роста с ним и такой же широкий в плечах. От цепкого и пронзительного взгляда карих глаз по спине поползли мурашки. Я зажала рот ладонью, чтобы не вскрикнуть от страха. Мужчина резко повернулся к Олегу и Наташе и представился:

– Старший следователь Семён Валерьевич. В соседнем доме обнаружено тело, ведём дознание и опрашиваем соседей. Удивлён, что вы с женой не спите в столь поздний час.

Я напряглась, Олег даже не поправил мужчину, когда тот принял Наташу за его жену. Возможно, стоило закатить скандал, но мигрень и нервное перенапряжение навались на меня. Я присела на ступеньки и обхватила голову руками.

– Ночные чаепития запрещены законом? – недовольно проворчал Олег.

– Нет, – в голосе следователя проскользнуло презрение. – Как и ночные прогулки.

Я посмотрела на Олега, его босые ноги и штанины были измазаны мокрой землёй, впрочем, как мои и Наташины. Слишком много деталей, которые вылились наружу при ярком свете. Я могла наследить в спальне Наташи, но и она оказалась девушкой с душком.

– Раз уж вы прогуливались, то может быть, слышали что-то подозрительное? – спросил Семён Валерьевич.

– Нет, – поспешно ответил Олег.

Наташа замотала головой, а затем всхлипнула и вцепилась в руку моего мужа.

– А вы? – следователь, наконец-то, заметил и меня.

– Кто-то громко разговаривал в саду, – промолвила я. – Это меня и разбудило, а потом мы сели пить чай.

– И какие это были голоса? Вы успели что-нибудь расслышать?

– Оля принимает лекарства, – вмешался Олег. – Она легко могла принять шум листвы за голоса. Я выходил на улицу, обошёл дом, но никого не увидел.

Я развела руки в стороны, мол, всё так и было. Семён Валерьевич отступил к двери, словно собрался уже уходить.

– Хотите с нами почаёвничать? – с улыбкой предложила я, поднимаясь со ступенек.

– Не откажусь, – неожиданно согласился следователь, ответив мне доброжелательной улыбкой.

Я махнула рукой в сторону кухни и промолвила:

– Наташа, поставь ещё один прибор на стол.

Девушка злобно сверкнула глазами и перевела взгляд на моего мужа, тот едва заметно кивнул, и только тогда она поплыла по указанному направлению, покачивая бёдрами. Я усмехнулась, провожая девушку взглядом. Как же быстро она освоилась в моём доме! Олег не сдвинулся с места, а Семён Валерьевич, хитро сощурившись, пошёл вслед за Наташей. Стоило мне ступить два шага, как Олег оказался рядом и схватил меня за горло.

– Зачем? – прохрипел он мне прямо в лицо. – Зачем ты это делаешь?

– Куда ты ходил ночью? – страх смешался со злостью, и мне впервые захотелось вцепиться ногтями в его самоуверенную физиономию.

Олег сжал пальцы сильнее, его ноздри гневно затрепетали, но мне уже было всё равно. Он мог задушить меня сейчас в приступе ярости…

– Чай готов! – крикнула из кухни Наташа, и её голос эхом разнёсся по холлу.

– Отложим до утра? – насмешливо поинтересовалась я у мужа.

– Не забывай, что я люблю только тебя, – Олег разжал пальцы.

Я отступила от него, поправила шёлковый халат, и мы вошли на кухню. Семён Валерьевич уже сидел за столом, поедая печенье с изюмом. Наташа же, заломив руки, поджидала нас. Мы уселись так же, как и во время ужина. Я по правую руку от Олега, а девушка по левую. Семён Валерьевич усмехнулся, растянув губы в кровожадной улыбке.

– Простите за назойливость, но что вы знаете о своём соседе? – поинтересовался следователь.

Наташа вопросительно уставилась на моего мужа. Как хорошо мы знали своего соседа, чтобы его убить?!

– Мы его почти не знали, – Олег выдавил из себя подобие улыбки. – Мы не сильно-то общительные соседи. Я постоянно на работе, а Оля плохо себя чувствует и почти не выходит из дома.

– Поэтому нам пришлось сегодня, точнее, вчера днём нанять помощницу, – ядовито улыбнулась я, кивнув на Наташу.

Щёки девушки покрылись пунцовой краской.

– Как интересно, – произнёс Семён Валерьевич.

– Наташа – хорошая девушка, – вступилась я за неё.

Олег напрягся, дёрнул правым плечом, словно хотел отгородиться сейчас от меня и моих слов.

– Дорогой, ты же предварительно провёл собеседование с Наташей? – мой голос наполнился приторно-сладкой горечью.

Девушка опустила руки на колени и выглядела нашкодившей девчушкой, которую поймали с поличным.

– Оля, – в голосе мужа проскользнули стальные нотки, он злился, внутри него бушевало пламя, но внешне ещё оставался спокоен.

Семён Валерьевич отставил в сторону чашку и пристально уставился на Олега, ожидая ответа.

– Дорогая, я же не мог пустить в наш дом человека с улицы, – усмехнулся муж, не сводя глаз со следователя.

Я повернула голову к Семёну Валерьевичу и с придыханием восторженно произнесла:

– Видите, какой у меня заботливый муж!

Наташа нервно рассмеялась, ещё больше поставив Олега в неловкое положение. Я взяла свою чашку и сделал глоток, наслаждаясь чудесным ароматом бергамота.

– Мы не лезем в чужие дела, – медленно произнёс Олег, растягивая согласные. – И соседей не пускаем в свой дом. Мы любим тишину и покой.

Я накрыла своей ладонью его руку и ободряюще улыбнулась. И это было правдой, мы с Олегом относились к тем людям, которые держатся подальше от других. Зачем нам чужие тайны, когда полно своих?

Наташа не выдержала, вскочила со стула и метнулась к мойке, повернувшись к нам спиной.

– Всем бы таких нелюбопытных соседей, – задумчиво проговорил Семён Валерьевич. – У вас красивый дом.

– Спасибо, – сквозь зубы ответил Олег.

– Благодарю за чай, – следователь поднялся из-за стола. – Я вам оставлю номер своего телефона, вдруг что-то вспомните.

– Навряд ли, – презрительно фыркнул Олег.

– Конечно, давайте, – я приподнялась и протянула следователю руку, в моей ладони очутился колкий прямоугольник.

– Хорошей ночи, – с этими словами Семён Валерьевич покинул нашу кухню.

И мы остались втроём: я с натянутой улыбкой, Олег, нервно покусывающий губы, и Наташа, сгорбившаяся и несчастная.

– Оля, – обратился ко мне муж.

– Я устала и хочу спать, – я грубо перебила его, допила чай и поднялась из-за стола.

– Хорошо, поговорим утром, – не стал настаивать Олег.

Я остановилась в дверях и взглянула на него, как ни крути, он всё ещё мой муж… мой любимый муж. Уже в коридоре я услышала, как Наташа что-то жарко шепчет Олегу, и мне показалось, будто её голос наполнен жгучим ядом. Пришлось задавить в себе желание вернуться на кухню и устроить разборку наглой девице, но вместо этого, собрав волю в кулак, направилась в свою спальню. Я закрыла дверь и схватилась руками за горло, долгая ночь превратилась в нескончаемую пытку. Разве я могла хоть что-нибудь изменить?! Конечно… нет.

Ждать Олега стало просто невыносимо. Воспалённый разум рисовал картины, как он укладывает Наташу прямо на кухонном столе, страстно целует её губы и шею, задирая халатик. Я шумно выдохнула, прогоняя дурное наваждение. Как заставить себя думать о чём-то другом? Я заметалась по спальне, словно раненый зверь, пойманный в смертельную ловушку.

Страх овладел мной, и головная боль стала просто оглушающей. Я вошла в ванную комнату и включила кран. Может, мне стоит встретиться со следователем и рассказать ему всю правду? Горькую правду нашей совместной жизни с Олегом… Я усмехнулась, сбросила халат и сорочку на пол, а потом забралась в ванну. Горячая вода коснулась кожи, заставив вздрогнуть от колких ощущений.

– Оля? – Олег вошёл в спальню, его шаги были едва слышны, лишь горячее и сбивчивое дыхание в темноте.

Я вытянула ноги в ванной, вода громко всплеснулась, и муж быстро определил, где меня искать.

– Ну, что за дурная привычка сидеть в темноте? – укоризненно вымолвил он, переступив порог ванной комнаты.

– Не надо, – устало попросил я, и Олег не стал включать свет.

Я почувствовала, как он присел рядом с ванной на пол, а потом опустил руки в воду и начал медленно массировать мои ступни.

– Оля, я не хотел тебя расстраивать, – тихо вымолвил он.

– Но всё равно сделал это, – в моём голосе проскользнули истеричные нотки.

– Наташа ничего для меня не значит, – как же всё-таки хорошо находиться в кромешной темноте и не видеть, как мой муж ухмыляется.

– Ты снова начинаешь это делать, – презрительно произнесла я.

Олег крепко сжал мою лодыжку, пришлось стиснуть зубы, чтобы не закричать от боли.

– Оля, – почти нараспев проговорил он. – Не усложняй нам жизнь.

– Не надо было приводить в дом постороннего человека, – я всё же не смогла сдержаться от язвительного замечания. – Ты сам нарушил правила!

Рука Олега сместилась по моей ноге до колена.

– Оля, не зли меня, пожалуйста, ты же знаешь, чем всё это может закончиться! – от хрипловатого голоса мужа по спине поползли мурашки, даже тёплая вода не спасла меня от озноба.

– Она мне не нравится, – нехотя призналась я. – Вынюхивает, заглядывает в запертые комнаты. Зачем?!

– Наташа пытается привести дом в порядок, – ладонь Олега очутилась на моём бедре. – Оля, тебе стоит сходить к доктору, пусть выпишет сильнодействующее обезболивающее. Хочешь, утром отвезу тебя в город?

– Нет, – меня затрясло от злости.

Олек прекрасно знал, как тяжело я переношу поездки, и всё равно предложил. Оставить Наташу одну в доме?! Это было выше моих сил.

– Оля, – Олег подобрался к самому сокровенному месту, принялся поглаживать пальцами, и я расслабилась, доверившись его рукам. – Завтра утром я сам отвезу тебя к доктору и буду с тобой на приёме. Ты согласна?

– Да, – прошептала я в ответ, чувствуя, что больше не могу противостоять его ласкам.

Олег поднялся, а затем помог мне выбраться из ванны, взял полотенце и бережно обмотал меня им. Он подхватил меня на руки и отнёс в постель, ночь легла на наши обнажённые тела, укрывая от чужих взоров. Я снова слышала крадущиеся шаги в коридоре, но Олег не позволял мне отвлечься, вонзаясь в меня снова и снова…

Утро выдалось хмурым, мигрень буйствовала в моей голове, заставляя морщиться от громких звуков. Я спустилась на кухню и застала там радостную Наташу, та успела приготовить на завтрак кукурузную кашу и сварить кофе. Одну чашку. Только для Олега. Я даже слова вымолвить не успела, как пришёл мой муж и уселся за стол.

– Доброе утро! – визгливо поприветствовала его Наташа и поднесла чашку кофе.

Я подошла к раковине, взяла чистый стакан и налила холодной воды.

– Что приготовить на ужин? – Наташа хлопотала вокруг моего мужа, брызжа слюной от восторга.

– Поджарь стейки из говядины, – попросил Олег, хмуро скользнув по мне взглядом.

Он уже был облачён в деловой костюм, а я всё ещё бродила по дому в халатике.

– Оля, поторопись, – раздражённо обратился Олег ко мне. – Я не люблю опаздывать.

Я усмехнулась, значит, мой визит к доктору был спланирован заранее.

– Хорошо, – сейчас стоило притвориться послушной женой, чтобы не вызывать у Олега лишних подозрений. – Дай мне десять минут.

Он едва заметно кивнул, я бросила стакан на дно раковины и покинула кухню, чувствуя, как дрожат руки от нахлынувшей ярости. Олег снова опередил меня на шаг…

Я открыла шкаф, рука сама потянулась к красному платью. Только вот сегодня не стоило его надевать, для кого-то этот цвет был проявлением агрессии, а для меня он олицетворял свободу. Именно в красном я была, когда Олег впервые увидел меня на сцене. Свет струился вокруг меня, а я кружилась, свободно переставляя тонкие ножки, порхала, летя на яркое пламя. То прекрасное время безвозвратно ушло, а мне осталась лишь горечь и приторно-сладкий аромат моих любимых роз.

Я сняла с вешалки платье бежевого цвета, которое отобрало у меня последние капли былой красоты, стянула волосы на затылке в тугой пучок, а потом спустилась в холл. Олег уже нетерпеливо прохаживался вдоль двери, засунув руки в карманы. Наташа поглядывала на него из кухни, облизывая свои чувственные губы. Я гордо задрала подбородок, но ни моё появление, ни грациозная походка не привлекли внимание мужа. Олег был полностью погружён в свои мысли.

– Я готова, – мой голос прозвучал напряжённо и даже немного истерично.

Наташа презрительно фыркнула и скрылась на кухне, прикрыв за собой дверь. Олег повернул голову и уставился на меня, потом его взгляд прояснился, и он кисло улыбнулся:

– Ты сегодня красивая.

– Спасибо, – раздражённо отозвалась я.

Разве можно быть красивой в бесцветном платье?! Я превратилась в тень самой себя, ничего не осталось от моей молодости. Олег взял меня за руку, легонько сжал, и мы вышли на крыльцо. Капли росы свисали с острых шипов роз, и в утренних лучах их аромат стал неимоверно сладок и притягателен.

– Олечка, как голова? – заботливо спросил Олег.

Я скривила губы и ответила:

– Тебя я точно переживу…

Олег тяжко вздохнул, и до самого города мы не проронили ни слова. Я смотрела в окно и старалась успокоиться, ведь встреча с доктором надо вести себя очень осторожно и осмотрительно. Мне выпишут очередную ударную дозу лекарств, которая размягчит моё сознание до состояния картофельного пюре. Тогда Олег сможет беспрепятственно развлекаться с Наташей…

Я повернула голову и пристально посмотрела на мужа, его верхняя губа приподнялась в оскале. Ничего хорошего это не предвещало.

– Что ты думаешь о том следователе? – спросила я, когда мы уже подъезжали к поликлинике.

– Тебе он понравился? – ответил вопросом на вопрос мой муж.

Я пожала плечами и отстегнула ремень безопасности.

– Оля, я видел, как ты вчера с ним флиртовала! – Олег со всей силы ударил ладонями по рулю.

Я вздрогнула и втянула голову в плечи, затравленно озираясь. Только бы никто на нас сейчас не обратил внимания, иначе всё могло стать во много раз хуже.

– Успокойся, – я прикоснулась дрожащей рукой к его предплечью, провела пальцами по изгибу локтя и добралась до запястья. – Ты же обещал отвести меня к доктору. Олег, я одна не пойду…

Он шумно выдохнул и закрыл глаза, видимо, начал считать до десяти. Я затаилась, чтобы не потревожить хрупкое спокойствие, воцарившееся в салоне автомобиля. Надо всего лишь немного подождать. Я горько улыбнулась, вспомнив, как доктора мне это тысячу раз обещали после травмы лодыжки. Но время не вылечило меня.

– Пойдём, – Олег потянулся к ручке и открыл дверцу.

Я вышла следом за ним, поправила платье, а потом двинулась к стеклянным дверям поликлиники. Даже со стоянки чувствовался больничный запах, от которого живот тут же скрутило. Олег проигнорировал мой страх, схватил за локоть и заставил идти вперёд.

Стоило переступить порог поликлиники, как голова раскололась от дикой боли, перед глазами всё поплыло, и я могла двигаться только благодаря мужу. Он быстро довёл меня до нужного кабинета и посадил на одну из лавочек рядом с какой-то болезненной старухой, а сам заглянул к доктору.

– Надо же, такая молодая, а уже по врачам бегает…

Я отвернулась, чтобы ни видеть и ни слышать старуху, казалось, что живот прилип к спине, да и дышать было трудно. Олег вернулся за мной, помог подняться, и мы вошли в кабинет. Запах дезинфицирующих средств ударил по обонянию, даже в горле запершило. Олег заботливо усадил меня на стул, а сам навис надо мной, и его огромная тень поглотила меня в одну секунду.

– Спасибо, – промолвил доктор скрипучим голосом. – Дальше мы с Ольгой поговорим наедине.

– Ей может стать плохо, – Олег явно не собирался меня оставлять одну.

– Тогда я позову вас, – ответил доктор. – Подождите свою жену в коридоре, пожалуйста.

И это «пожалуйста» прозвучало приказом. Олег недовольно фыркнул, но всё же покинул кабинет. Я вздрогнула, когда дверь громко захлопнулась за моим мужем, но сразу стало легче дышать, словно с моих плеч свалился тяжёлый груз, не позволявший мне распрямиться.

Доктор внимательно посмотрел на меня, а потом промолвил:

– Ваш муж заботится о вас.

Я мысленно представила, как голосовые связки доктора перемалывают песок, видимо, поэтому на выдохе и получается скрипучий звук. В висках огнём отозвалась пульсация, мигрень снова подбиралась ко мне.

– Он считает меня сумасшедшей, – усмехнулась я, прекрасно зная излюбленные приёмы Олега.

– И что послужило причиной вашего появления в моём кабинете? – поинтересовался доктор.

Я чуть было не вспылила, ведь Олег заранее договорился о встрече. И эти вопросы, словно глупая игра, начали действовать на нервы.

– Я хожу по ночам, – пожала плечами, чтобы скрыть свою неловкость.

Мало ли что Олег мог наговорить доктору, мне стоило проявить осторожность.

– Насколько сильно болит голова?

Я на секунду задумалась, запах дезинфицирующих средств отвлекал и уводил в сторону. Наташа, когда вышла из кухни, её руки, конечно, стоило заметить это сразу, она ведь и комнату свою хорошо прибрала. Лишь поэтому я не почувствовала ничего, кроме своих любимых роз. Неужели они с Олегом заодно?!

– Боль жгучая, – вымолвила я, устало взглянув на доктора, поднесла руки к лицу и показала на виски. – Обычно здесь жжётся, а потом голову сдавливает, словно раскалёнными щипцами.

– Мне придётся выписать вам более сильнодействующее лекарство, – в голосе доктора проскользнуло сочувствие.

– Мне опять надо будет пройти обследование? – ужаснулась я.

– Нет, – поспешно отозвался доктор, немало удивив меня. – В этот раз я могу сразу назначить лечение.

– Спасибо, – план Олега мне стал понятен, просто опаивать меня лекарством, после которого я буду только спать и даже снов не видеть.

Доктор выписал рецепт и объяснил, что нужно делать с ним дальше. Я ещё раз его поблагодарила и смогла улыбнуться, а потом поторопилась уйти. Олег тут же подскочил ко мне в коридоре, заботливо перехватил руку, лишая возможности даже на шаг отойти от него.

– Как всё прошло? – понизив голос, спросил он.

– Как и всегда, – огрызнулась я, головная боль нарастала и утягивала в пучину раздражения.

– Оля, – с нежностью прошептал Олег. – Это всё ради тебя, любимая.

– Оставь цирковое представление для Наташи, – я ускорила шаг, надеясь выскользнуть из его крепких объятий, но Олег быстро притянул меня обратно, заставив идти в ногу с ним.

– Ты мне так и не ответила на вопрос…

– Наташа что-то скрывает в своей комнате, – выпалила я, понимая, что Олег до сих пор думает о следователе.

И я тоже думала о Семёне Валерьевиче, его волевом подбородке и сильных руках. Это был хищник, взявший кровавый след.

– Оля, ей ничего от нас не надо, – разозлился Олег.

– А ты не находишь странным, что сразу же после её переезда к нам в соседнем доме произошло убийство?!

– Не кричи, – Олег вытолкал меня на крыльцо.

– Не бойся, здесь мы можем говорить свободно, – усмехнулась я. – Тут никто нас не подслушает.

– Оля, давай, пожалуйста, без драмы! – Олег потащил меня к автомобилю.

Я запнулась и упала, разбив колено до крови, боль протрезвила мой разум, мигрень отошла на второй план, а на глаза навернулись слёзы.

– Прости, – Олег наклонился и подхватил меня на руки, бережно прижал к своей груди. – Прости меня, любимая.

Я закрыла глаза и позволила себя отнести к автомобилю. Нам всё равно уже никуда не деться друг от друга…

– Отвези меня в парк, – попросила я, когда Олег усадил меня на переднее сиденье.

– Может, лучше домой? – он провёл ладонью по моему лицу, успокаивая и лаская одновременно.

– Хочу прогуляться среди живых людей, – холодно ответила я и оттолкнула его руку.

– Но я опоздаю на работу, – укоризненно вымолвил Олег.

– Мне всё равно, – я потянула на себя ремень безопасности. – Придумаешь разумное объяснение, это у тебя очень хорошо выходит.

Олег со злостью захлопнул дверцу с моей стороны. Ничего, я со всем справлюсь, как это делала и раньше. Олег уселся за руль, взглянул на меня и презрительно хмыкнул. Я выдержала паузу, зная, как его бесит моё молчание, а потом спокойно произнесла:

– Мне понравился следователь. Приятный мужчина во всех отношениях. Надеюсь, он ещё заглянет к нам.

Олег плотно сжал челюсти, заскрипел зубами, кое-как справившись с приступом ревности, громко проговорил:

– Ты играешь с огнём, Оля!

– Так не раздувай пламя, которое не сможешь погасить, – выкрикнула я ему в лицо.

Олег отвернулся, и мы снова замолчали.

В парке в столь ранний час было немноголюдно. Я направилась по дорожке к небольшому пруду, откуда доносился птичий гомон. Олег следовал за мной неотступно и молчал, показывая, своё недовольство.

– Когда мы гуляли с тобой в последний раз? – поинтересовалась я, приблизившись к железному мостику.

– Оля, – Олег вплотную приблизился ко мне и приобнял за плечи, словно хотел согреть. – Ты же сама ненавидишь поездки в город. Сколько раз я предлагал съездить хотя бы в соседний город?

– Разве? – мне не хотелось признавать правоту мужа.

Головная боль намертво меня приковала к дому и розам. Я до панического ужаса боялась оставить свой сад на попечение незнакомых людей. За розами же нужен особый уход. Кто их вовремя польёт? Кто сможет подрезать увядшие цветы? Никто!

– Если хочешь, то я возьму отпуск, – предложил Олег, подтолкнув меня на мостик.

– Нет! – воскликнула я.

– Испугалась? – язвительно поинтересовался он.

– Я никогда не позволю, чтобы Наташа хозяйничала в доме одна, – я сделала несколько шагов, перебарывая внутренний страх.

Там под мостиком плескалась мутная вода, а утки надрывно кричали, будто проклиная меня и Олега. Интересно, как быстро начнут действовать новые таблетки?

– Я хочу завести собаку, – украдкой посмотрела на Олега, он сразу нахмурился и отрицательно покачал головой.

– Она будет раскапывать землю, – процедил сквозь зубы мой муж. – Оля, я понимаю, что ты злишься на меня. Я вёл себя опрометчиво, но всё ради тебя, любимая! Не усложняй нам жизнь…

Мы остановились на середине шаткого мостика, перекинутого через пруд. Я опёрлась на железные перила и задумалась о том, насколько сильно люблю Олега. И разве наши чувства можно назвать любовью? Мы, словно два куста шипастых роз, оплели друг друга, не давая даже возможности вдохнуть полной грудью. На гладь мутной воды грациозно опустился белоснежный лебедь. Олег накрыл своей ладонью мою руку и нежно погладил.

– Мне подружиться с Наташей? – спросила я, заворожённо наблюдая за красивым лебедем.

– Да, – коротко ответил Олег.

– А что ты собираешься делать со следователем?

– Что-нибудь придумаю, – пожал плечами мой муж. – Обещай, что будешь пить лекарство.

– Хорошо, – улыбнулась я. – Отвези меня домой, пожалуйста.

Наташа стояла на крыльце, нервно заламывая руки. Олег не стал выходить из автомобиля и сразу же уехал на работу. Я подождала, когда автоматические ворота закроются, а потом направилась к дому.

– Как прошёл приём? – Наташа выдавила из себя улыбку.

– Прекрасно! – опять на меня нахлынуло раздражение. Возможно, девушка была ни в чём не виновата, и Олег просто хотел ей помочь. – Выписали новые таблетки. Я устала и хочу выпить чашку горячего чая.

Наташа презрительно скривила губы, ей не нравилось помогать мне, но всё же пришлось усмирить гордыню.

– Что-нибудь ещё? – спросила она таким тоном, будто собиралась налить мне в чашку отраву.

– Надо будет прибраться в кабинете Олега, – я вошла в дом и нарочно не стала придерживать дверь, которая со всей силы ударила девушку по коленкам.

– Но… Ай! – вырвалось у Наташи. – Туда же нельзя входить без спроса Олега.

– Можно, – довольно ухмыльнулась я, глядя, как на коленках девушки расплываются синяки. – Он сам попросил меня.

– Как скажете, – глаза Наташи яростно заблестели.

– Как прикажете, – поправила я её, одарив ядовитой улыбкой.

Девушка кивнула и поспешно скрылась на кухне. Я поднялась на второй этаж, не терпелось снять опостылевшее платье, которое превращало меня в тень самой себя. Толкнула дверь и замерла, глядя на постель, на моей подушке покоилась роза со сломленным и раздавленным бутоном. Нежно-алые лепестки взывали к мести! Я подбежала к кровати, прикоснулась к ним и ощутила безграничную грусть. Одна из моих прекрасных роз стала тленом. Я расплакалась, чувствуя себя совершенно беспомощной.

– Ваш чай готов! – крикнула Наташа, и её голос эхом разнёсся по моему дому.

– Ты за это поплатишься, – злобно прошипела я, смахивая лепестки на пол.

– Вы идёте? – в голосе девушка слышалась неприкрытая насмешка.

Я дрожащими руками достала из пакетика упаковку новых таблеток, приняла одну, даже не запив, а проглотив её. Надо быть сильной, чтобы со всем справиться. Я первой вошла в кабинет, Наташа выждала минуту и только потом переступила порог. Олег в последнее время редко пользовался этой комнатой, хотя раньше любил работать дома. Он сидела за столом, а я лежала на диване и читала книгу, поглядывая на него. Куда подевалось наше прекрасное время?

– С чего мне начать? – Наташа выдернула меня из сладких воспоминаний.

– Как здесь душно, – я приблизилась к окну и открыла его, впустив аромат роз в кабинет мужа.

– Как и во всём доме, – презрительно усмехнулась девушка.

Я посмотрела на её призрачное отражение в стекле, Наташа даже не пыталась играть роль помощницы. Две женщине, запертые в доме. Я повернулась к девушке и улыбнулась.

– Начни с верхних полок, надо убрать пыль и паутину.

– А вы будете следить за мной? – фыркнула Наташа.

– Разве не ты для этого приставлена ко мне? – съязвила я и подошла к бару, встроенному в книжный шкаф.

– Тамара Ивановна предупредила меня, что вы слишком подозрительны и всех ненавидите, – Наташа неумело взмахнула тряпкой, всё же подчинившись моим требованиям. – Вы отравляете жизнь Олежику.

– Олежику?! – меня передёрнуло от отвращения.

Я взяла бутылку сливочного ликёра и открутила крышку.

– Ну, Тамара Ивановна так его называет, – спохватилась Наташа.

– Можешь не притворяться, – я сделала несколько глотков ликёра, облизнула губы и продолжила говорить: – Я знаю, что ты спишь с моим мужем.

Наташа громко расхохоталась. Я устроилась на диване и скрестила ноги, не выпуская бутылку ликёра из рук. Мне даже не было обидно из-за того, что она решила поглумиться надо мной. На Олега много кто из моих подруг зарился, одна даже в открытую пыталась увести его у меня. И что в конечном счёте?! Мы с Олегом до сих пор вместе…

– Ты пытаешься меня свести с ума, – сливочный ликёр придал мне уверенности.

Наташа, наконец-то, прекратила смеяться. И как же мне её разговорить?

– Доктор сказал, что Олежик в прошлый раз приходил вместе с девушкой, – соврала я, приложившись в очередной раз к бутылке.

– Враньё! – скулы девушки опалило ярким румянцем.

– Под описание очень уж подходишь ты, – продолжила я гнуть свою линию.

– Доктор не мог видеть нас вместе, – Наташа повернулась ко мне спиной и с энтузиазмом стала вытирать пыль с полок.

– Ах, прости, – ядовито улыбнулась я. – Ты же приходила к нему одна.

Тряпка выскользнула из рук Наташи. Мне бы тоже расхохотаться, как это сделала она раньше, но что-то весёлое настроение испарилось.

– Вы ничего не понимаете, – в голосе девушки проскочили льдинки.

– Куда мне, – усмехнулась я. – Сижу безвылазно дома, муж приходит только переночевать. А ты молодец, не растерялась, ухватилась за перспективного мужика.

– Вы стали его кошмаром, – Наташа понизила голос и повернулась ко мне.

Взгляд девушки источал лютую злобу, я горделиво вскинула голову, понимая, что сама завела этот глупый разговор.

– Я вынуждена это сделать, – оскалилась Наташа и бросилась на меня.

Я растерялась, её руки сомкнулись на моей шее, перекрывая кислород. И тут мои пальцы ощутили холодное горлышко бутылки. Я размахнулась и ударила девушку в висок, мне на лицо хлынула кровь, такая горячая и обжигающая. Наташа отшатнулась от меня, схватилась за свою голову.

– Добрый день, – раздался голос следователя, словно оглушительный выстрел.

– Помогите! – лживая тварь бросилась к мужчине. – Она пыталась меня убить!

– Добрый день, Семён Валерьевич, – промолвила я, опуская бутылку на пол. – Не думала, что мне придётся защищаться от любовницы мужа.

– Она принимает сильнодействующие лекарства, к тому же напивается до беспамятства, – презрительно выговорила Наташа, прячась за спину следователя. – Мне приходится запираться ночью в спальне, её муж сказал, что она может задушить.

– Ольга, а вы опасная женщина, – Семён Валерьевич мне подмигнул. – Будем составлять протокол?

Следователь повернулся к Наташе, та сразу же сникла.

– Ваше заявление очень серьёзное, как и рана, – Семён Валерьевич протянул руку, видимо, хотел осмотреть висок.

Наташа дёрнулась и с ненавистью проговорила:

– Вы с ней заодно! Я всё расскажу Олегу!

– Олежику, – поправила я девушку. – Желаете выпить со мной рюмочку?

– Не откажусь, – ухмыльнулся следователь.

– Наташа, принеси печенье, – приказала я девушке. – И приведи себя в порядок. А то наш незваный гость подумает, что у нас тут всех убивают без разбору.

Наташа стиснула губы и молча удалилась из кабинета. Как жаль, что она так легко отделалась.

Следователь подал мне руку и помог поднять с дивана.

– На улице чудесная погода, я бы с удовольствием выпил чай на вашей террасе, – Семён Валерьевич хитро сощурился и внимательно посмотрел на меня.

Возможно, он ждал, что я запаникую, предложу дрожащим голосом пройти на кухню, но вместо этого получил от меня улыбку.

– Позвольте, покажу вам свой розарий, – я взяла следователя под руку и повела его прочь из кабинета. – У меня изумительные цветы.

– Это от них такой чудесный запах? – поинтересовался следователь.

– Да, – кивнула я, мы миновали с ним холл и вышли на крыльцо. – Я посадила первый куст, как только мы сюда переехали с Олегом. Тогда у нас даже второго этажа не было.

Ветер принёс от соседнего дома прогорклый запах гари.

– Пожар? – удивилась я.

– Кто-то утром сжёг все бумаги убитого, – ответил Семён Валерьевич. – Вы ничего подозрительного не заметили?

– Олег утром отвёз меня на приём к доктору, – я никак не могла вспомнить, был ли этот запах, когда мы с ним вернулись.

– И Наташа ездила с вами? – уточнил следователь.

– Нет, она осталась дома, – опять одни сплошные вопросы без ответов.

– Вы меня простите, я не понимаю, зачем держать любовницу мужа в своём доме? – мы ступили на подстриженную лужайку.

– Узнала только сегодня, – оправдалась я. – Вы как раз нас и застали за выяснением отношений.

– И что вы собрались делать с ней? – полюбопытствовал Семён Валерьевич.

Мы приблизились к кустам, на цветах осел пепел, отчего бутоны стали клониться к земле, тонкие стебли едва выдерживали тяжесть.

– Убью, – промолвила я, стряхивая чужие тайны на землю со своих прекрасных роз. – Поможете мне спрятать тело?

Следователь рассмеялся, я лишь уголками губ улыбнулась, испытывая досаду. Мои розы снова пострадали.

– Давайте, всё-таки вернёмся на кухню, – попросила я. – Не могу смотреть на пепел.

– Хорошо, – согласился со мной Семён Валерьевич. – Вы что-нибудь вспомнили?

– Мои лекарства заглушают не только головную боль, но память, – грустно улыбнулась я. – Порой мне не хочется просыпаться, потому что все дни похожи друг на друга. Моё время остановилось.

– Вы в курсе, что ваш муж Олег уже неделю находится в отпуске? – спросил Семён Валерьевич. – И на работе он не появляется. Как думаете, где он проводит время?

Я пожала плечами, чувствуя, как щёки горят от ярости. Но, судя по всему, и Наташа не знала о том, что Олег куда-то отлучается с работы. Слова следователя всё усложнили, теперь ведь мне придётся втереться в доверие к помощнице, чтобы всё разузнать.

Мы вошли на кухню со стороны сада, Наташа крутилась у плиты, успев привести себя в порядок. Рану на виске она заклеила пластырем, но её руки всё равно мелко дрожали. Я подошла к девушке и погладила её по предплечьям, а потом сказала:

– Мы решили выпить чай здесь, на улице воняет гарью.

Наташа вздрогнула, словно её в чём-то обвинили, и это не укрылось от Семёна Валерьевича. Я взяла чашки и направилась к столу.

– Наташа, а вы не видели, кто мог прийти утром к вашим соседям? – спросил следователь. – Окна кухни как раз выходят на их задний дворик.

– Нет! – истерично ответила девушка. – Я была занята уборкой.

– Значит, вы находились дома в полном одиночестве? – Семён Валерьевич уселся напротив меня.

Наташа принесла горячий чайник и поставила его на подставку.

– Вспомнила, – щёки девушки покрылись красными пятнами. – Я ходила в магазинчик, который на углу, прямо перед самым поворотом.

– Зачем? – удивилась я.

– За свежим хлебом, – огрызнулась Наташа и удалилась от стола, оставив меня наедине со следователем.

– Как жаль, что дома никого не было, – развёл руки в стороны Семён Валерьевич. – И мы не догадались выставить охрану, не думали, что кто-то прибежит уничтожать улики.

Наигранная беспечность, или действительно нехватка людей? А может быть…

– Ольга, о чём вы задумались? – отвлёк меня от раздумий Семён Валерьевич.

– Голова опять разболелась, – соврала я, чувствуя, как внутри раздувается ярость.

Следователь разлил кипяток по кружкам, и мы принялись пить чай, оставив разговоры на потом. Семён Валерьевич после прекрасного чаепития и пустого разговора ушёл, и мы снова остались с Наташей наедине. Она начала прибираться со стола, а я равнодушно смотрела в окно, повернувшись к ней спиной.

– Вы пожалуетесь на меня Олегу? – спросила она, усмирив свою непомерную гордыню.

– Лишь бы Семён Валерьевич не подвёл Олега к этому разговору, – отозвалась я, обхватив руками свои плечи. – Зря ты, Наташа, приехала в наш дом. Как женщина, я тебя прекрасно понимаю, но Олег вовсе не герой.

– Вы привязали его к себе, – в голосе девушки зазвенели нотки обиды и желчи.

– А ты не думала, может быть, это он не отпускает меня? – горькая улыбка коснулась моих губ.

Я и сама не подозревала, что пепел на моих красивых розах заставит меня посмотреть по-иному на всё происходящее. Сквозь мигрень отчётливо проступил профиль дома и розария, и моё воспалённое сознание дорисовывало огонь. Возможно, это и был самый лучший вариант для нас всех.

– Олег не виноват в вашей травме, – заступилась за моего мужа Наташа.

В тот проклятый день я не спала всю ночь, наше будущее с Олегом летело под откос, а сверху раздавался пронзительный сигнал поезда. Напряжённые тренировки, уставшие мышцы и ужас, навалившийся на мои плечи. Я вышла на сцену, чтобы погибнуть…

– Он никогда и ни в чём не виноват, – я прикоснулась пальцами к стеклу. – Олег всегда идеален, безупречен, но я ему не обуза. Спроси сама его о разводе, и если он захочет, то я подпишу любые бумаги.

– Вы лжёте! – выкрикнула мне в спину Наташа.

– Мне надоела эта бессмысленная война, – я обхватила голову руками и качнулась. – Мы же не звери, и можем прийти к решению, которое устроит всех троих.

– Тамара Ивановна предупредила меня, что вы любите заговаривать зубы, – ехидно произнесла Наташа. – Ловко манипулируете людьми, навязывая своём мнение. Знаете, хорошо, что мы с вами говорим теперь начистоту. Вы отравили жизнь Олегу, опутали его своей ложью и всё время притворяетесь, будто больны.

– У меня головные боли! – раздражённо огрызнулась я, невольно повысив голос.

– Очередная ложь, – насмешливо произнесла Наташа. – Вы прячетесь за лекарствами и мигренью, чтобы вас все пожалели. Вот возьмите этого назойливого следователя, он ведь своими глазами видел, как вы меня пытались убить. И что? Мужчина сразу же встал на сторону больной женщины, которая так ловко умеет притворяться.

Я повернулась к девушке и потрясённо уставилась на неё, не веря своим ушам. Около года назад то же самое пытался мне сказать мой доктор, но потом просто выписал рецепт и перестал вести душещипательные разговоры.

– Как ты смеешь?! – меня затрясло от ярости, а в глазах потемнело.

Я никогда не придумывала свою болезнь, она медленно пожирала меня изнутри, сводя с ума.

– Мне вас жаль, – Наташа горделиво вскинула голову. – Вы настолько сильно погрязли в собственной лжи, что уже ничего не замечаете вокруг себя.

Я почувствовала спазм в горле и выскочила на улицу, приторно-сладкий аромат показался мне удушающим. Меня сейчас мог спасти голос Олега, рука потянулась к карману, чтобы набрать спасительный номер. Я замерла, позволяя головной боли заполонить всё тело. Телефон вывалился из ослабевших пальцев и упал на траву, а я стояла и смотрела на свои любимые розы. Как же так получилось, мой любимый, что мы разменяли нашу любовь на разные мелочи жизни?!

– Оля! – горячие ладони Олега легли на мои плечи.

– Это сон? – спросила я, едва ворочая пересохшим языком.

– У тебя передозировка, – муж обнял меня и нежно поцеловал в щёку. – Пойдём в дом, Наташа уже накрыла на стол, пора ужинать.

Я позволила увести себя из сада, оставив пепельные розы на попечение ветра. Наташа выглядела испуганной и прятала взор, Олег усадил меня на стул и поднёс ко рту стакан холодной воды.

– Пей, Оленька, – голос мужа звучал уверенно и в то же время нервно, словно он усилием воли сдерживал свою злость.

Я сделала несколько глотков и вымученно улыбнулась:

– Сегодня был хороший день. Я просто гуляла по саду, а потом задумалась.

– Наташа, давай уже есть, – распорядился Олег, усевшись во главе стола.

Девушка тут же разложила по тарелкам тушёное мясо с овощами, старательно делая вид, что не видит меня. Было странно ощущать себя живым призраком.

– У нас были гости? – сурово поинтересовался Олег.

Наташа вздрогнула и выронила ложку из рук, та упала и расплескала подливу по белой скатерти.

– Семён Валерьевич приходил, – ответила я. – Кто-то сжигал бумаги во дворе того дома, где было убийство. Семён Валерьевич подумал, что мы с Наташей могли что-нибудь заметить. Но нам было некогда…

– Почему? – Олег повернул голову и пристально уставился на меня.

– Мы убирали пыль в твоём кабинете, – я лучезарно улыбнулась и послала ему воздушный поцелуй.

Удивительно, но головная боль больше не беспокоила меня, словно её никогда и не было.

Олег яростно оскалился, но при Наташе не стал выяснять отношения, и ужин прошёл в довольно унылой атмосфере. Впрочем, мне было всё равно. Головная боль не терзала меня, и все разрозненные кусочки мозаики начали складываться в единую картину. Тамара Ивановна, ослеплённая любовью к единственному сыночку, никогда не замечала его тёмной стороны. Никогда. На любое проявление агрессии и жестокости она находила вполне логичное оправдание. Я горько усмехнулась, в этом мы с ней были очень похожи. Конечно, она изо всех сил старалась сделать Олега счастливым, вот и Наташу ему подсунула, а потом настояла, чтобы он привёл её помощницей в дом. А я ведь мужа заподозрила в заговоре против меня.

– Оля? – голос Олега выдернул из размышлений, я оторвала взгляд от пустой тарелки и посмотрела на него. – Ты уже минуту сидишь и раскачиваешься из стороны в сторону.

Наташа мерзко захихикала, прикрыв рот ладонью.

– Задумалась, – я поднялась из-за стола и вышла в коридор.

Возможно, это и показалось бегством, но мне надо было проверить свою догадку. Я устремилась в спальню, уже на верхней ступеньке чуть не поскользнулась и оперлась рукой на стену. Коридор сразу же наполнился тяжёлыми шагами. Я невольно вздрогнула и прижала руки к груди, всё разом стихло. Улыбка коснулась моих губ, мой дом хранил меня от врагов. Я провела рукой по стене и нашла панель включения динамиков, достаточно нажать на неё, и тревожные звуки начнут терзать израненный разум хозяйки. Так всё легко и просто. Но кто-то должен был заранее всё подготовить. Неужели я ошиблась в Олеге?

– Оля! – муж стоял у подножия лестницы и буравил меня взглядом.

Или опасность угрожала не мне? Я прижала палец к губам и поманила его к себе. Олег укоризненно покачал головой, но всё же подчинился, быстро поднялся и обхватил меня за плечи.

– Что ты сказала следователю?

– Правду, – улыбнулась я и провела ладонью по его щеке.

– Оля, я устал…

Я выскользнула из объятий мужа и поторопилась в спальню, включила верхний свет, и мы увидели на моей подушке бутон пепельной розы.

– Что это? – насторожился Олег.

– Я думала, это ты запугиваешь меня, – я стянула с подушки наволочку вместе с мёртвым цветком. – То шаги в коридоре, то вот такие подарочки.

– Не стоило впускать в дом посторонних, – вспылил Олег.

– Это ты про Наташу? – язвительно отозвалась я.

– Ты матери что-нибудь говорила? – он подошёл к окну и опустил шторы.

– Нет, – пожала я плечами. – Ты же прекрасно знаешь, Тамара Ивановна недолюбливает меня.

– Ты могла бы быть с ней дружелюбней, – фыркнул Олег, плотно притворив дверь.

– Я уверена, что наши разговоры давно уже известны абсолютно всем, – я уже не сомневалась, что в нашей спальне есть микрофон или камера наблюдения, а может быть, и всё сразу.

Уж слишком хорошо враг изучил наш распорядок дня, выбрав наиболее уязвимое место – меня. Я приблизилась к Олегу и обвила руками его шею, мы снова оказались вдвоём против целого мира. Наверное, именно этого всепоглощающего чувства любви мне и не хватало в моём добровольном заточении.

– Как думаешь, кто из нас дичь? – я прильнула к губам мужа, не давая ему ответить.

Он крепко сжал меня и повалил на постель, проклятая ручка двери начала опускаться, но мне не хотелось останавливать Олега. Горячие губы обжигали шею, а его руки уже забрались под моё платье. Я выгнулась под ним и громко застонала, дверь приоткрылась, и длинная тень легла на пол. Олег с рычанием оторвался от меня и бросился к выходу. Наташа тоненько вскрикнула и очутилась в нашей спальне.

– Я хотела спросить, вы будете пить чай? – дрожащим голосом спросила девушка.

– Ты подглядывала? – холодно поинтересовался Олег.

Я приподнялась и поправила задравшееся до середины бёдер платье. Сейчас во мне не было никакой злости к Наташе, каждый боролся за своё счастье, как мог.

– Отвечай! – Олег схватил девушку за руку и дёрнул, заставляя говорить.

– Я просто…

– Олег, – окликнула я мужа. – Не надо вымещать на моей помощнице свою злость.

Наташа недоумённо уставилась на меня. Но я понимала, что девушка действовала не одна. Навряд ли Тамара Ивановна сумела бы в одиночку установить динамики и скрытую панель. А если Олег сейчас вспугнёт Наташу, то мы можем просто не узнать, кто решил поохотиться на нашу добропорядочную семью.

– Извини, – через силу проговорил муж и разжал пальцы, на предплечье девушки остались синяки.

– Наташа, мы через десять минут спустимся, – ядовито улыбнулась я. – Поставь пока чай.

– Хорошо, – девушка сверкнула глазами и выскочила из нашей спальни.

– Чувствую себя дичью, – рассмеялся Олег и направился ко мне.

Олег целовал меня долго и нежно, как в тот день, когда впервые отважился пригласить меня на свидание, тайком пробравшись за кулисы. Он принёс мне розы пепельного оттенка, и их чудесный, сладкий аромат наполнил мою гримёрку. Я была готова танцевать для него одного, Олег улыбался и с восхищением смотрел на меня. Дверь приоткрылась и в гримёрку вошла моя подруга Нина. Конечно, я заметила её хищный взгляд, скользнувший по моему Олегу. Могла ли я тогда предотвратить трагедию?

– Оля, – ласково промолвил Олег, поправляя мои волосы. – Ты готова?

– Да, – улыбнулась я, и мы, взявшись за руки, спустились на первый этаж.

Наташа успела заварить чай и расставить чашки с блюдцами на столе. Я подошла к окну и открыла створки, впустив приторно-сладкий запах роз на кухню. Наташа неодобрительно фыркнула, всё-таки она так и не смогла привыкнуть к этому прекрасному аромату.

– Наташ, что за пластырь на твоём лбу? – сочувственно поинтересовался Олег.

Девушка встрепенулась и с улыбкой ответила:

– Ударилась о полку, когда сметала пыль.

– Это я ей разбила голову бутылкой, – перешла я в нападение.

Олег повернул ко мне голову и изумлённо произнёс:

– Оля?

Я пожала плечами, а потом ответила:

– Она патологическая лгунья.

Наташа прикоснулась к руке Олега, явно ища у него защиту.

– Ваша жена много выпила и потеряла контроль над собой. Вы же сами видели, какая она была в саду, когда вы вернулись с работы.

Я не осталась в долгу и проговорила:

– Лучше расскажи Олежику, куда ты сегодня ходила, пока мы с ним были в городе.

Наташ скривилась, но стоило Олегу повернуться к ней, как она напустила на себя благочестивый вид и пролепетала:

– Я была в магазине.

Олег приобнял девушку за плечи и подвёл к столу, усадил на стул и спросил:

– Это который на углу?

– Да, – кивнула Наташа.

Я тоже присоединилась к чаепитию, взяла чашку и поднесла к губам.

– Там, кстати, весёлая продавщица, – Олег под столом протянул ногу и прикоснулся к моей лодыжке. – У неё короткая стрижка и обесцвеченные волосы. Или она их уже перекрасила?

– Нет, – ответила Наташа. – Она всё такая же.

И мне, и Олегу стало предельно ясно, что ушлая девушка не была ни в каком магазинчике. Мой муж зачем-то вспомнил мою подругу Нину, она любила короткие, практически мальчишеские стрижки, подчёркивающие её длинную шею. Олег взял печенье и надкусил его, и я отчётливо услышала хруст ломающихся позвонков.

– В следующий раз обязательно передавай ей привет от нас, – ухмыльнулся мой муж.

– Олег, мне надоели обои на втором этаже, – я поставила чашку на блюдце и с ядовитой улыбкой посмотрела на побледневшую Наташу. – Хочу сделать небольшой ремонт.

– Наташа, тебе плохо? – обеспокоенно спросил Олег и прикоснулся тыльной стороной ладони ко лбу девушки.

– Голова немного кружится, – дрожащим голосом ответила Наташа, глядя на меня с нескрываемой ненавистью.

– Олежик, – я накрыла своей ладонью руку мужа. – Ты не против, если я завтра приглашу дизайнера?

– Оля, сейчас не самое лучшее время, – с нажимом произнёс Олег.

– Будет очень много пыли и грязи, – капризно заявила Наташа. – Вы же сами не выдержите постоянный шум. Только если уедете куда-нибудь…

Я прикусила язык, чтобы огрызнуться, а так и хотелось добавить за нахалку: «Уедете на тот свет». Олег пнул меня под столом, напоминая о правилах игры. Сейчас мы с ним были дичью, на которую охотились недоброжелатели. Я помассировала виски, будто опять разболелась голова. Олег, конечно, прав, нам стоит соблюдать осторожность и вести себя, как и прежде. Но мне до жути хотелось утереть нос Наташе и выставить нахалку из дома, для её же безопасности.

– Олег, попроси завтра Тамару Ивановну навестить меня, – попросила я.

Он нахмурился и укоризненно посмотрел на меня.

– Я соскучилась по твоей маме, – ехидно произнесла я.

– Если хотите, я могу сама позвонить Тамаре Ивановне, – оживилась Наташа.

– Буду признательна, – ухмыльнулась я.

Наташа воспользовалась удобным моментом и выскочила из-за стола, схватила свой телефон и ринулась в холл.

– Зачем? – шёпотом спросил Олег.

– Позвони сейчас своей маме, – я поднялась со стула, обошла его со спины и положила ладони ему на плечи. – Посмотрим, кому на самом деле звонит Наташа.

Олег исполнил мою просьбу, набрал номер Тамары Ивановны и послышались длинные гудки, а потом её сонный голос:

– Да, Олежик?

– Мама, – сладостным голосом промолвил мой муж. – Оля очень плохо себя чувствует после назначения новых лекарств. Ты не могла бы завтра присмотреть за ней?

– Да! – с готовностью выдохнула Тамара Ивановна в трубку.

– Спасибо, мама, – Олег сбросил вызов.

Из холла доносился голос Наташи, она с кем-то возбуждённо разговаривала по телефону. Я наклонилась и поцеловала мужа в щёку. Моя любовь, мы снова вместе.

Наташа с раскрасневшимися щёчками впорхнула на кухню, я уже чинно восседала рядом с мужем, изображая болезную жену.

– Тамара Ивановна сказала, что приедет ближе к обеду, – сообщила девушка, присаживаясь на своё место.

– Как прекрасно, – вымученно улыбнулась я. – Буду ждать её с нетерпением.

– Оля, только не устраивай маме очередной скандал, – строго обратился ко мне Олег.

– С моей головной болью, какие могут быть ссоры? – демонстративно огрызнулась я.

Чай мы допивали в полном молчании. Я видела, какими сосредоточенными стали действия моего мужа, он весь собрался, словно перед прыжком, а венка на шее гневно пульсировала. Но прежде нам следовало выявить помощника Наташи, в одиночку девушка не смогла бы провернуть такое.

Я первой покинула кухню, но подниматься в спальню не стала, накинула на плечи тонкую шаль и вышла во двор, чтобы навестить свои розы. Шаг за шагом, добралась до соседского забора, заглянула в щель и увидела на крыльце дома следователя. Семён Валерьевич разговаривал с высоким мужчиной, который стоял ко мне вполоборота. Хищный нос и заострённые скулы – появилось чувство, будто мы уже с ним встречались. Но только где и когда?

До меня долетели их голоса, но слов разобрать не получилось. Нет, мы точно не встречались с тем мужчиной, но он всё равно мне смутно кого-то напоминал. Сладковатый аромат роз приобнял меня за плечи, я перестала подглядывать и пошла в оранжерею. Узкой полоски света, льющейся из окон моего дома, вполне хватало, чтобы не спотыкаться. Розы цеплялись за мою шаль, словно пытались остановить.

Я замерла на месте и обернулась на громкий звук, тёмная тень спрыгнула с забора и крадучись двинулась в сторону дома. В ярком проёме окна Олег стоял рядом с Наташей, положив девушке руки на плечи. Я знала, что он пытается вести себя так, будто ничего не знает, но всё равно ревность больно кольнула острым шипом в сердце. Моя подруга Нина в открытую флиртовала с Олегом, нисколько не щадя мои чувства. И когда я её упрекнула, она лишь фыркнула в ответ: «На войне все средства хороши». Тёмная тень обошла полукруг света и приблизилась к окну. Я сместилась в сторону, взяла лопату, прислонённую к стенке оранжереи, а потом пошла к дому.

В кармане незнакомца зазвонил телефон, он дёрнулся и побежал обратно к забору. Дверь кухни широко распахнулась, и во внутренний дворик выбежали Олег и Наташа.

– Зачем вам лопата?! – голос девушки прозвучал истерично.

– Хотела куст подкопать, – с невинным видом ответила я, понимая, что это нисколько не вяжется с моим образом вечно больной жены.

– Оля, – укоризненно вымолвил Олег, отбирая у меня лопату. – Ты выпила свои лекарства, которые прописал доктор?

– Да, – кивнула я и зябко поёжилась.

– Пошли, я отведу тебя в спальню, – Олег заботливо приобнял меня за плечи, но его руки ещё хранили мерзкий запах дешёвых духов Наташи.

Девушка напряжённо всмотрелась в темноту.

– Наташа? —окликнул её Олег.

– Она, наверное, кого-то ждёт, – язвительно вымолвила я.

Олег сильнее сжал мои плечи, призывая к молчанию.

– Показалось, что кто-то за забором ходит, – попыталась оправдаться Наташа. – А ведь в соседнем доме больше нет жильцов.

– Если хочешь, то можешь пойти и проверить, – ехидно произнесла я.

Наташа смерила меня взглядом, полным ненависти и… отчаянья. Я ни с чем бы не перепутала такой взор. Так на меня смотрела моя подруга Нина, когда Олег опустился на одно колено и поднёс мне кольцо. Отчаянье. Нина не могла поверить, что Олег выбрал меня.

– Девочки, пойдёмте уже в дом, – поторопил нас мой муж, а меня ещё и подтолкнул, продолжая крепко держать за плечи.

Наташа закрыла дверь и ушла к себе, мы поднялись в спальню, и Олег крепко меня обнял со спины. Я ощутила, как быстро бьётся его сердце.

– Что она тебе сказала? – снова ревность напомнила о себе.

– Ничего интересного, – Олег нежно поцеловал меня в шею. – Будь завтра с моей мамой ласковее. И Оля, я очень тебя прошу, не вспугни нашу Наташу.

Я ухмыльнулась, теперь она стала «нашей».

– Хорошо, мой любимый. Обещаю, что буду предельно осторожна.

– И я потом подарю тебе новый сорт роз, – в голосе Олега проскользнули радостные нотки.

Я согласно кивнула, и позволила уложить себя на постель.

Утром проводила Олега на работу, подождала, когда автоматические ворота закроются, а затем вернулась в дом. Наташа с траурным выражением лица мыла посуду на кухне. Я присела на стул и посмотрела в окно на свои розы.

– Что для тебя значит любовь? – мой вопрос заставил девушку вздрогнуть.

– Как будто вы сами понимаете значение этого слова, – отозвалась Наташа и вернулась к прерванному занятию.

– Я встречалась с Олегом, потому что мне нравились его дорогие подарки, – я приобняла себя за плечи, правду всегда говорить тяжело и горестно.

Наташа презрительно фыркнула.

– Но когда я больше не смогла танцевать, Олег оказался рядом, – я закрыла глаза и снова очутилась на сцене.

Сдавленные возгласы разнеслись эхом по залу. Я попыталась встать, но лодыжка начала распухать прямо на глазах, и пока другие балерины на меня злорадно пялились, а зрители смотрели с сожалением, на сцену выскочил Олег. Он поднял меня на руки и унёс прочь, заслонив своей широкой спиной от всех невзгод.

– Если бы вы не подвернули ногу, то никогда бы не выбрали Олега своим мужем, – Наташа выдернула меня из воспоминаний.

– Я просила его уйти, когда мы были в больнице, – усмехнулась я, глядя в спину девушки. – Но он остался, остался и решил все наши проблемы.

– Тамара Ивановна тысячу раз права, вы просто повесили себя ему на шею, навязали чувство вины, а теперь не отпускаете Олега от себя ни на шаг, – обвинила меня Наташа.

– Ты много не знаешь, – улыбнулась я.

Наташа не выдержала и обернулась, вытерла мокрые ладони полотенцем и приблизилась к столу.

– Значит, не было никакой травмы? – девушка села напротив меня и положила руки на стол.

– Была, – спокойно произнесла я, хотя всё внутри задрожало от нахлынувших воспоминаний, принёсших дикую боль. – Моя лучшая подруга Нина натолкала мне битого стекла в пуанты. Я почувствовала боль и неудачно выставила ногу для прыжка.

– Какая трагедия, – язвительно проговорила Наташа. – Теперь я должна вам посочувствовать?

– Нет, – память услужливо подбросила мне улыбающуюся Нину, подруга пришла навестить меня в больнице, но её внимание было полностью приковано к Олегу. – У тебя есть шанс покинуть наш дом, когда придёт Тамара Ивановна.

– Вы мне угрожаете? – с вызовом спросила Наташа.

– Пытаюсь предостеречь, – и сейчас я была абсолютно честна с девушкой. – Мы с Олегом уже не сможем жить друг без друга, а для тебя все дороги открыты.

Звонок в дверь поставил точку в нашем разговоре, прибыла радостная Тамара Ивановна, обрушив на меня шлейф своих вонючих, дешёвых духов. Я больше ничем не могла помочь Наташе, которая заливалась соловьём перед моей свекровью.

– Оля, ты выглядишь болезненно, – Тамара Ивановна присела за стол, по-хозяйски выбрав место Олега.

– Голова болит, – я картинно приложила ладонь ко лбу, изображая умирающую лебедь.

Тамара Ивановна нахмурилась, видимо, она ожидала, что я всё-таки умру по-настоящему, но опять не дождалась радостного известия.

– Пейте чай, пока он не остыл, – вклинилась Наташа в наш разговор.

– Спасибо, Наташенька, – Тамара Ивановна расплылась в довольной улыбке. – Всем бы такую невестку!

Девушка скромно потупила взор, а я не выдержала и рассмеялась.

– Оля! – гневно укорила меня Тамара Ивановна.

– Что же вы Наташу-то проворонили? – язвительно спросила я. – Она же ваша любимая соседка.

– Я с родителями Наташи знакома всего лет пять, они не так давно переехали в наш город, – с сожалением произнесла Тамара Ивановна.

– Наверное, вы и женихов её всех повидали, – подначила я свекровь к разговору.

Наташа напряглась, значит, вопросы попали в цель.

– Не одного хорошего, – печально вздохнула Тамара Ивановна, пожирая печенье из вазочки и запивая его горячим чаем. – Даже тот носатый куда-то запропастился.

Наташа побледнела, поднялась из-за стола и направилась к плите:

– Я подолью вам кипятка.

– Тамара Ивановна, так зачем же вы бракованный товар пытаетесь впихнуть Олежику? – полюбопытствовала я, в упор глядя на свекровь, которая последние два года изводила меня своей заботой о любимом сыне.

Женщина открыла рот, не зная, что мне ответить. Наташа вернулась к столу с чайником и уязвлённо проговорила:

– Вам лишь бы испортить человеку настроение, неважно кому, только бы свой яд сцедить.

В ответ я широко улыбнулась, а Тамара Ивановна всё продолжала молча сидеть, медленно приходя в себя.

Тамара Ивановна буквально через полчаса сослалась на высокое давление и поспешно покинула мой дом, даже толком не попрощавшись с Наташей. Я закрыла дверь, а ключ положила в карман брюк, а затем поправила воротник белой блузы. У Олега был свой комплект, так что в дом он попадёт без труда. Я вернулась на кухню и снова устроилась у окна, поглядывая на свои прекрасные розы. Наташа принялась убирать со стола, полностью игнорируя моё присутствие на кухне.

– Олег не всегда любил розы, – промолвила я, облокотившись на подоконник. – Он мне их дарил потому, что ему продавец сказал, будто девушки без ума именно от этих цветов.

– Мне Олежик привозил охапки полевых цветов, – презрительно фыркнула Наташа, и до меня донёсся звук стукнувшихся друг о друга чашек.

Я улыбнулась, конечно, Наташа пыталась задеть меня за живое, только вот Олег никогда бы не поехал на поле, чтобы сорвать цветов. Он был типичным городским жителем, но судьба распорядилась иначе.

– Как мило, Наташа, – я старалась говорить ровно, но всё равно в моём голосе проскользнула насмешка, из-за чего девушка дёрнулась и отступила к мойке. – Или тут уместно сказать – романтично? Знаешь, Олег умеет угадывать чужие желания, поэтому его бизнес очень успешен.

– Тогда почему вы несчастливы в его доме? – спросила Наташа, понизив голос.

Я обернулась и посмотрела на неё, будто увидела в первый раз. Возможно, так оно и было, ведь передо мной стояла совершенно другая девушка с горящим взглядом. И это была не любовь к моему мужу.

– Это мой дом, – я нервно повела плечом, словно сейчас была вынуждена оправдываться перед ней.

– Но Тамара Ивановна…

– Она много не знает, – я грубо перебила девушку. – Всё имущество Олега давно записано только на меня.

– Вы его заставили?! – изумлённо воскликнула Наташа.

– Нет, – улыбнулась я. – Олег просто меня сильно любит. Он решил, что дом и сад привяжут меня навсегда к нему.

– Он вам изменял, – Наташа попыталась вернуть меня в суровую реальность. – Со мной.

– И сколько раз? – мы впервые подошли к той черте, когда уже было бессмысленно врать друг другу.

Наташа покраснела и отвернулась от меня, только сейчас я видела перед собой не гордую любовницу своего мужа, а убитую горем женщину.

– Вы разрушаете чужие жизни, – глухо промолвила девушка. – Заставляете страдать ни в чём не повинных людей.

Я посмотрела на дверь, ведущую к моим розам, мне было больно слышать подобное обвинение. Вся моя жизнь сводилась только к одному танцу на сцене. Я тренировалась до изнеможения, поэтому и добилась лучших результатов среди таких же девчонок. Да, мне претила мысль быть одинаковой вместе с другими, поэтому я бросила на алтарь танца всё, что имела в тот момент. А потом меня постигло горькое разочарование, когда лучшая подруга из-за ревности к моим успехам и красивому ухажёру подсыпала мне в балетки битое стекло. И только Олег смог вытащить меня из непроглядного мрака.

– Олег не тот, кем кажется, – я приблизилась к двери, ведущей на задний дворик, и замкнула её, вынув ключ и спрятав в свой карман. – И у тебя был шанс покинуть наш дом.

– Вы мне угрожаете?! – расхохоталась Наташа.

– Нет, – я отодвинула стул и уселась за стол. – Знаешь, только сейчас поняла, кого ты мне так сильно напоминаешь.

– И кого? – с вызовом спросила Наташа.

– Мою лучшую подругу Нину, – я смотрела прямо на девушку, поэтому и заметила, как она побледнела и отшатнулась от меня, хотя и стояла далеко. – Нина вознамерилась стереть меня с лица земли. Она подсыпала мне битое стекло в балетки, и когда я вышла на сцену, то произошла трагедия.

– Вы даже сейчас не можете обойтись без пафоса, – презрительно вымолвила Наташа.

– Я получила травму и лишилась возможности танцевать, – грустно улыбнулась я, глядя, как крупные капли срываются из крана в раковину и бесшумно разбиваются о твёрдую поверхность.

– Вы за это убили Нину? – слова Наташи прозвучали обвинительным приговором.

Я поднялась из-за стола и направилась к девушке, та схватила кухонный нож и направила его на меня.

– Не смей ко мне приближаться, тварь!

Я снисходительно улыбнулась, краем глаза уловил за окном движение, ручка двери задёргалась, но не впустила в дом незваного гостя.

– Когда меня выписали из больницы, точнее, когда Олег привёз меня в этот дом, Нина пришла навестить меня вместе со своим другом. Знаешь, у нас тогда и второго этажа-то не было. Олег хоть и хорошо зарабатывал, но он не мог резко вывести деньги из оборота своего бизнеса.

– Убийца! – завизжала Наташа и замахнулась на меня ножом, ручка двери ещё раз дёрнулась, а потом всё разом стихло…

Я пропустила тот момент, когда стемнело за окном, время перевернулось, отшвырнув меня на много лет назад. Громкий крик разнёсся эхом по недостроенному дому, и мне пришлось зажать уши ладонями.

– Оля, – послышался голос Олега. – Просто не смотри, отвернись, моя любимая, моя прекрасная… Не смотри.

– Что с вами?! – Наташа бесцеремонно отдёрнула мои руки, я увидела кухонный нож на столе и инстинктивно потянулась к карману брюк.

– Олег уже вернулся с работы? – спросила я, потирая виски.

Головная боль не вернулась ко мне, это были оглушительные воспоминания, которые выбили меня из реальности.

– Уходи, – я достала из кармана ключ от входной двери и протянул его девушке. – Ты ещё успеешь.

– Я не боюсь вас, – презрительно вымолвила Наташа.

– А зачем меня бояться? – удивилась я.

Мы уставились друг на друга, камень влетел в окно, разбив его, и в этот самый момент послышался звук открывающейся входной двери.

– Вы убили Нину! – сдавленно прошептала Наташа.

Чёрная тень начала пробираться в окно, из холла донеслись громкие шаги, я схватила девушку за руку и заставила опуститься на пол. Лампочка под потолком мигнула и погасла, и весь дом погрузился во тьму.

– Наташа, – едва слышно позвала тень.

Я успела зажать рот девушки ладонью, чтобы она не выдала нас. Олег бесшумно вошёл на кухню и встал перед незнакомцем, сложив руки на груди, Наташа дёрнулась, видимо, хотела дать о себе знать незнакомцу. Мужчины замерли напротив друг друга, неожиданно лампочка зажглась, и теперь я узнала незваного гостя.

– Святослав! – вырвалось у меня, и Наташа задрожала, а затем оттолкнула мою руку.

– Олег, мы тебе сейчас всё объясним, – девушка уверенно поднялась с пола и направилась к мужчинам. – Это Святослав, ты с ним незнаком, но возможно, видел его старшего брата Георгия.

Олег чуть повернул голову и вопросительно посмотрел на меня, свет, идущий от лампочки, задрожал, и вычурные тени заплясали на стенах.

– Георгий был любовником Нины, – промолвила я, обхватывая себя за плечи.

Здесь на полу около мойки было намного спокойнее, чем рядом со взбудораженными мужчинами и глупой Наташей.

– Другом, – огрызнулся Святослав.

– Она призналась в убийстве Нины, – Наташа указала на меня.

– Оля?! – удивлённо вымолвил Олег.

– Прости, любимый, это вышло случайно, – грустно улыбнулась я. – Хотела рассказать Наташе, как Нина издевалась надо мной.

– Я не оправдываю поступков Нины, – глумливо проговорила девушка. – Но мы бы хотели узнать, что произошло с Георгием. Оля ответит только тебе, Олег, пожалуйста, помоги.

– А что потом? – спросила я. – Вы меня сдадите следователю? Или сразу отправите в психушку?

– Вы могли великодушно простить Нину, – вызверилась Наташа. – Она ведь пришла к вам с извинениями, а получила смерть. Мы выяснили, что Георгий в тот день был с ней, он привёз Нину в этот дом, а потом уехал в неизвестном направлении.

– Поэтому следователь зачастил к нам? – голос Олега звучал совершенно спокойно и ровно, словно сейчас он пил чай, оттопырив мизинец.

У меня по коже побежали мурашки, и я прислонилась к мойке, прижав колени к груди. Олег улыбнулся и размял плечи до хруста костей, не сводя с меня пристального взора.

– Я просто хочу увидеть своего брата, – промолвил Святослав. – Живым или… мёртвым.

– Я не волшебник, чтобы исполнить ваше желание, – усмехнулся Олег.

– Пусть она расскажет правду! – повысила голос Наташа.

Олег кивнул и попросил меня:

– Оля, все хотят знать правду. Не молчи, моя родная, говори смелее.

Я судорожно вдохнула сладковатый аромат роз, проникший в дом через открытое окно, и ответила:

– Нина хотела убить меня, её любовник кричал на меня и называл шлюхой, укравшей счастье у его девушки. Она хотела выйти замуж за Олега, а потом кинуть его на деньги. Я помешала их планам, тогда Нина и решилась избавиться от меня. Сперва битое стекло, а потом и нож у моего горла.

Я замолчала, учащённо дыша, в голове раздавались крики Нины и Георгия, полные ужаса и отчаянья.

– И что потом? – поторопила меня Наташа.

– Оля, я люблю тебя, – с нежностью произнёс Олег.

– Мы всегда будем вместе, – улыбнулась я и послала ему воздушный поцелуй.

Мой муж выхватил, припрятанный за поясом, нож и полоснул по горлу Святослава, алые брызги полетели во все стороны под истошный крик Наташи. Девушка попятилась в мою сторону, а Олег резкими движениями наносил удары в грудь мужчины, пока тот не повалился на пол и не забился в агонии. Наташа с воплями подползла ближе ко мне, она больше не орала, а лишь шумно дышала, глядя на моего прекрасного мужа.

– Я дважды предлагала тебе уйти, – я оттолкнула перепуганную девушку от себя.

– Но ты же убийца, – сдавленно прохрипела она, глядя, как Олег медленно поднимается и идёт в нашу сторону.

– Знаешь, я долго не могла примириться с тёмной стороной мужа, – ответила я. – А потом поняла, что не смогу жить без него. Понимаю, это сложно осознать, учитывая наши обстоятельства.

– Он чудовище! – истерично выкрикнула Наташа.

Олег приблизился и опустился на одно колено перед девушкой, погладил окровавленной рукой её лодыжку, поднимаясь к колену и оставляя алый след на коже.

– Любовь – это всё, что у нас с ним есть настоящего, – улыбнулась я и закрыла глаза, вдыхая чудесный аромат роз, смешанный с железным привкусом крови.