© Д. Лаврова, 2021

© «Центрполиграф», 2021

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2021

Есть время работать, есть время любить. Никакого другого времени нет.

Коко Шанель

Глава 2

Прошло три дня. Телефон молчал. Пока я думала, какие еще свои достижения добавить в резюме, мне позвонили. Я сразу ответила.

– Мария? Добрый день! – Жизнерадостный женский голос в трубке.

– Да, здравствуйте. – Я очень старалась говорить четко.

– Я звоню по поводу работы. Вам сейчас удобно разговаривать?

– Да, конечно, удобно.

– Меня зовут Светлана, компания «Леви Стафф». В данный момент у нас открыта вакансия консультанта по подбору персонала. Мария, вам было бы интересно такое предложение?

– Интересно, – ответила я. – Конечно, интересно, но дело в том, что у меня совсем нет опыта работы. Никакого вообще. Мне бы очень хотелось попробовать, но вряд ли я вам подхожу, да и образование у меня совсем другое…

– Мария, мы сейчас как раз ищем человека без опыта. У нас в компании предусмотрено интенсивное обучение на рабочем месте. Мария, когда вам было бы удобно подъехать к нам на собеседование?

Я была готова бежать в этот же день. Такой шанс выпадает раз в жизни, и его нельзя упустить.

Договорились на следующее утро в десять. Прощаясь, Светлана пообещала отправить мне схему проезда по электронной почте вместе с контактными данными.

Глава 3

Мы живем на соседних улицах. От меня до Димы три остановки на автобусе. А можно дойти пешком за двадцать пять минут. Или за пятнадцать, если срезать путь и пройти «огородами», как говорит мой папа.

Я живу рядом с полуразрушенным кинотеатром «Полярный». Дима живет в конце Ясного проезда – там, где начинается улица Молодцова, рядом с заводом мостовых конструкций. Старый дом в шестнадцать этажей, в торце ряд балконов. Вечно все бельем завешано. Там же находится школа, в которой мы учились.

Когда мы учились в институте и встречались, то виделись почти каждый день. Последнее время видимся реже. Раз в неделю по пятницам. Его родители уезжают на дачу, и я могу остаться на ночь. После работы Дима заезжает за мной, и мы едем к нему.

Дима работает с клиентами, поэтому даже в пятницу ходит в деловом костюме с галстуком. Темно-серый, холодного оттенка. Поправляет очки. Мне нравится его фотографировать, когда он при дресс-коде. Вижу, как девушки заглядываются на него. Я бы не удивилась, если бы узнала, что в него влюблена каждая вторая девчонка с работы. А они, наверное, красотки. В узких юбках и пиджаках по фигуре. Прямо как с картинки! Я, в своих джинсах и толстовке, рядом с ним выгляжу совсем не презентабельно.

– Я нашла работу! – тут же сообщила я при встрече.

– Отличная новость! Когда ты успела, коза? – рассмеялся Дима. – Ты ничего не рассказывала.

– Я никому не рассказывала, – объяснила я. – Боялась сглазить.

– Глупости какие.

– Вообще никому не говорила, даже Нинке. Позавчера была на собеседовании, и меня почти сразу взяли. В понедельник выхожу на работу.

– Совсем взрослая, значит, – улыбнулся Дима, привлекая меня к себе. – Так, а куда взяли? Что за компания?

– А ты угадай, – ответила я, устраиваясь у него на коленях. Больше всего на свете я люблю сидеть у него на коленях и когда он меня обнимает. Мне даже кажется, что объятий никогда не бывает слишком много. Чем больше, тем лучше.

– Ну, наверное, на завод? – предположил он. – Завод «Салют». Нет?

– Нет. Холодно.

– Тогда, может, «Красный пролетарий»? Мы там на практике были год назад. Помнишь?

– Нет. Это не завод. Я нашла интересную работу. С людьми! Как мы и договаривались. Это тебе не шутки. Я пойду до конца.

– Тогда задача усложняется. Мне нужна какая-нибудь подсказка.

– Я буду помогать людям найти работу!

– Кадровое агентство, что ли? – задумался Дима и, показалось, даже погрустнел.

– Да! – рассмеялась я. – Кадровое агентство, в самом центре Москвы. На «Третьяковской». Я так рада! Не ожидала, что меня так быстро возьмут. Это ведь хорошо, что они так быстро приняли решение?

– Ты уверена, что…

– Что?

– Ну, что это твое.

– Я попробую. Вообще, это же так здорово – помогать людям найти работу.

– Знаешь, Коза, это ведь намного сложнее, чем тебе сейчас кажется. Это работа для немного других людей. Для уверенных, настойчивых.

– Вот поэтому я и хочу эту работу.

Я отошла к окну и отодвинула штору. Внизу под окнами, в заросшем овраге, петляла река Чермянка, похожая сверху на мутный ручей. Дима протянул мне бокал с белым вином.

– Пойдем. Не обижайся, Коза, просто подумай еще и не спеши с работой. Тебе надо больше головой работать, ты же умная. Если не хочешь на завод, фиг с ним. Необязательно идти на завод, если училась на инженера. Можно ведь проектировать, чертить там… ты же всегда круто чертила.

– Я никогда не хотела быть инженером, – ответила я. – И сейчас, через шесть лет, не хочу еще больше. Ты сам знаешь, почему я туда поступила. Слышал такую шутку? Цель первого высшего образования – понять, чем ты не хочешь заниматься всю оставшуюся жизнь. Так вот, для меня это не шутка. Я все решила. Перестань уже меня отговаривать!

– Я просто предупредил тебя, что может быть сложно. Я не отговариваю. Просто не хочу, чтобы это стало для тебя неожиданностью.

– Я знаю. Если что-то пойдет не так, я просто проиграю.

Мы договорились, что каждые два-три дня я буду отчитываться Диме о том, как продвигается работа. Что я сделала, с кем общалась, чему новому научилась. Свои отчеты я пообещала подкреплять фотографиями, видео с рабочего места. Думаю, с этим проблем не будет.

Глава 4

Кадровое агентство «Леви Стафф» состояло из четырех человек. Два консультанта по подбору – Света и Катя, заместитель директора София и сам директор Сергей. Супруги Леви, приятные люди.

Сравнивать было не с чем, поэтому все устраивало. Даже нравилось. Мне настроили Интернет и электронную почту, дали ежедневник и стандартный канцелярский набор из нескольких ручек, карандаша, линейки и ластика.

При входе стоял кулер, слева от него коробка чая «Эрл Грей» в пакетиках, банка кофе и большая упаковка овсяного печенья, которую с утра принес Сергей. Девушки подходили со своими чашками и наливали себе чай.

– Тебе у нас нравится, Маша? – интересовался Сергей. Он выглядел чуть старше Софии. Внешность обычная, среднего роста – увидишь в метро, не запомнишь. У него добрый взгляд и приятный голос. Этот мужчина внушал симпатию.

– Да, очень нравится, – улыбалась я, сидя рядом с Софией, пока она настраивала сайты для поиска кандидатов. – У вас очень уютно, почти как дома. – Было неудобно молчать, поэтому я пыталась развить мысль, хотя сказать мне было пока нечего. Я пришла в офис меньше часа назад и еще не успела решить, нравится мне или нет.

– Мы очень стараемся, чтобы было именно так, – сказал Сергей. – Ведь работа – это вторая семья, мы проводим здесь большую часть жизни. Можно сказать, между нами действительно почти уже семейные отношения. Света с нами уже три года, а Катя… Кать, ты в каком году пришла?

– Семь месяцев, – ответила девушка, не поворачивая головы.

– Семь месяцев, – повторил Сергей. – Девочки пришли совсем без опыта, но с большим желанием всему научиться. Маша, вы замужем?

Сергея не было в офисе, когда я приходила на собеседование. Наверное, поэтому ему хотелось узнать обо мне побольше.

– Нет, мне еще рано, – попыталась отшутиться я.

– Да? – удивился Сергей. – А сколько вам лет?

– Двадцать три.

– Почему же рано? Самое время.

Я пожала плечами.

– Встречаетесь с кем-нибудь?

– Да, у меня есть парень, – ответила я.

Этот ответ Сергея устроил, и он больше ничего не спрашивал. Он протянул мне цветную распечатку с принтера из десятка листов.

– Это презентация нашей компании, – объяснил он. – Здесь вся важная информация о нас и наших клиентах. Обязательно почитайте.

– Спасибо, почитаю.

Сергей налил себе кофе и устроился с ноутбуком за столом в углу. Пока София делала копии моих документов и распечатывала что-то по работе, а девушки говорили по телефону, я изучала презентацию компании.

София принесла мне стопку листов и сказала изучить. Описание вакансий. Сверху название, описание обязанностей, потом требования и условия работы. Вроде все понятно.

– Начнем с простых вакансий, – сказала она. – Это директор по развитию бизнеса в банк. Здесь прописаны требования к кандидатам, почитай.

Я читала и отмечала карандашом непонятные слова. Исследование рынка и конкурентов. Поиск идей и партнеров. Совершенствование бизнес-процессов компании. Управление маркетингом, ассортиментом, политикой продаж. Из десяти слов я понимала два. В лучшем случае.

Не успела я дочитать до конца все требования, а голова уже заболела. Я страшно тупила и перечитывала одно и то же по десять раз. Впервые захотелось встать и убежать.

– Почта всегда должна быть открыта, – сказала София, оставив меня один на один с жуткой вакансией. – Пока просто поищи резюме. Ссылки отправляй мне. Не звони, пока я не посмотрю.

До обеда я искала подходящие резюме и отправляла их Софии, чтобы она просмотрела и решила, стоит ли им звонить. Большинство найденных резюме казались мне идеальными, несмотря на сложные требования.

– Позвони вот этим трем, – сказала София, выбрав три наиболее подходящих. – Пригласи на завтра или послезавтра. И помни, ни слова о названии компании. Если они начнут гадать и перебирать названия, на все говори «нет».

Я смотрела на телефон директора по развитию и не решалась его набрать. Не думала, что это будет так. Захотелось спуститься покурить.

– Чего ждем? – спросила София.

– Я боюсь, – честно ответила я.

– Все сначала боялись, это нормально. Сделаешь десять звонков – станет проще. Сделаешь сто – будет еще проще.

Я взяла трубку и набрала номер. Передо мной лежал текст. Приблизительный диалог.

Приветствие. Вопрос. Ответ. Снова вопрос. Вроде все просто. Не нужно ничего придумывать. Все уже готово. Нужно всего лишь дождаться ответа и зачитать по бумажке. Успокаивала я себя, пока мне не ответил недовольный мужской голос.

– Андрей, добрый день! – поздоровалась я.

– Добрый.

– Меня зовут Мария, компания «Леви Стафф». Вы еще в поиске работы?

– Да, я рассматриваю предложения. А что у вас?

– Мы хотели предложить вам вакансию директора по развитию бизнеса, – прочитала я по бумажке. – В банк.

– Какие обязанности в целом? Чем нужно заниматься?

– Ну… это поиск новых клиентов и партнеров, – растерялась я. – И развитие бизнеса.

– Ты хоть сама знаешь, что это? – неожиданно спросил кандидат Андрей.

– Не совсем, – честно проболталась я.

– Тогда это бессмысленный разговор. Давай не будем тратить ни мое, ни твое время. Перезвони, когда будешь знать и сможешь понятно рассказать об этом в двух-трех предложениях. О’кей?

– Хорошо, – согласилась я, краснея до корней волос.

– Можешь прислать мне описание вакансии на почту, я почитаю. Если заинтересует, перезвоню.

– Хорошо.

– До свидания.

Едва я положила трубку, как меня тут же окружили коллеги. Всем было интересно узнать, как прошло мое первое телефонное интервью. Повезло по полной! Мало того что кандидат отказался от предложения, так он еще и нахамил.

– Теперь тебя можно поздравить с боевым крещением, – сказала Катя. – Не переживай так. Кандидаты разные бывают. Мы все через это проходили.

– Но не в первый день, – добавила Света. – Понимаю, что неприятно, но не все такие. Если тебе кто-то хамит, не принимай это на свой счет. Потом вообще перестанешь обращать на таких внимание.

Щеки горели. Я выпила холодной воды и вернулась за компьютер. Да, первое телефонное интервью не удалось. Кандидат попался неприятный, да и сама я была хороша – позвонила, а что предлагать – не знала. Теперь мне хотелось одного – встать и уйти, ничего не объясняя.

Я обзвонила еще несколько человек. Двоих удалось пригласить на следующий день. Я путала слова и постоянно запиналась. Не знаю, почему они согласились прийти. Это были серьезные мужчины сильно за тридцать, долгое время занимавшие руководящие должности.

– Молодец, – похвалил Сергей. – Теперь посмотрим, дойдут ли они до нас.

– А что, они могут не прийти?

– Такое случается каждый день, – сказала София. – В любом случае чем больше людей ты обзвонишь и пригласишь, тем быстрее мы найдем подходящего человека. Ты не обедала сегодня. Пойди поешь в столовую. Кать, сходи с ней.

К четырем часам дня в столовой оставался только пустой суп с картошкой, пара пирожков с яблоками и компот. Я неохотно взяла суп, Катя взяла компот с пирожком.

– Тебе сложно? – спросила Катя.

– Я почему-то думала, что буду помогать людям найти работу, – сказала я.

– Большинство людей, с которыми ты встретишься, напрасно потеряют время. Грустно, но это так. Мы не помогаем людям найти работу, мы ищем дорогостоящих сотрудников для наших клиентов. И самое неприятное… тебе говорили уже?

– Наверное, нет. Что?

– Всем кандидатам, с которыми ты общалась и которые не подошли, нужно позвонить в течение недели и сказать, что вакансия закрылась и чтобы они не ждали. Мы единственное кадровое агентство, которое звонит кандидатам, чтобы сказать, что их не берут на работу. Наши конкуренты так не делают.

К вечеру у меня раскалывалась голова от полученной информации. Как и предсказала Катя.

Меня ломало. Я еще ни разу не испытывала такой усталости. Я еле передвигала ноги. Мне было лень даже думать, не то что говорить. Я была готова расплакаться в любой момент. Похоже, Дима был прав. Это все не для меня. Какие уж там три месяца! Да я и неделю не протяну здесь.

Я решила, что на следующий день просто не выйду на работу, а мобильный отключу.

Глава 5

На собеседованиях, которые я не прошла, меня всегда просили рассказать о себе. Опыта работы у меня не было, а остальное их не интересовало. Даже если бы это было интересно, я бы все равно не сумела сложить связную историю из тех фактов, которые о себе знаю.

Мои родители работали в подмосковном НИИ в конце восьмидесятых. Папа увидел маму в столовой, но сразу подойти не решился. Позже выследил после работы и познакомился – на переходе, где пересекаются улицы Лескова и Коненкова. Напугал. Поженились через четыре месяца, завели кота. Я родилась в конце перестройки.

В три года я пошла в детский сад, а в четыре мне вырвали два передних молочных сверху. Они давно шатались, а под ними пробивались два коренных. Говорили, что молочные зубы надо быстрее выдрать, чтобы освободить место коренным. Иначе они вырастут криво и потом придется долго носить железные пластинки для исправления прикуса.

Воспитатели, родственники, друзья родителей знали об этом. Каждый просил меня улыбнуться, чтобы потом умиляться. Позже они выросли. Прямые, но со щелью. Говорили, что это от бабушки – у нее точно так же.

В семь лет мне подарили Барби.

На самом деле это была просто худая пластиковая кукла. Такую достать было проще, чем настоящую Барби. Волосы-мочалка, лицо симпатичное, руки-ноги не гнутся, одна отваливается – ну и ладно. Но был один дефект. Незаметный, пока она одета. Кто-то помял ей грудь. Одна была вдавлена внутрь, а другая сплющена вдоль. В принципе, ничего ужасного, но при всех лучше не раздеваться.

В остальном кукла ничем не отличалась от других. Можно сказать, жила полноценной пластмассовой жизнью. Общалась с такими же куклами и меняла наряды. У нее было очень много одежды. Бабушки постарались.

Однажды, играя с подружками на продленке, я завернула куклу в свитер и оставила в кустах. Я отбегала на пару минут. Думала, быстро вернусь и заберу ее, но, когда вернулась, куклы уже не было. Остался только мой свитер и куча кукольной одежды, которую не взяли. Я больше удивилась, чем расстроилась. Кому могла понадобиться кукла с кривыми сиськами?

Я искала ее до вечера. Мне помогала девчонка из параллельного класса. Я не видела ее раньше и подумала, что она новенькая. Девчонка переживала больше меня, а куклу мы так и не нашли. Я отдала ей всю оставшуюся одежду. Она не хотела брать, но позже согласилась. Хорошо, что у ее куклы был тот же размер, что и у моей.

Так я потеряла куклу и нашла первую лучшую подругу. Мне всегда нравилось, что у нас с Нинкой есть своя история о том, как мы подружились.

Когда мне было восемь, рядом со мной посадили Симановского. В первый же день он сказал, что у меня желтые глаза – как у козы. Хотя желтые глаза бывают не только у коз, а еще у тигров и кошек. Но это было уже не важно. Мы сидели за третьей партой и почти не разговаривали. С тех пор ко мне прилипло это дурацкое прозвище – Коза.

На козу я не обижалась, потому что знала, что это неправда. У коз глаза круглые и желтые, с длинным зрачком-черточкой. А у меня обычные, светло-карие.

Раз в день я спрашивала у него, сколько времени. Дима носил часы. Большие электронные Casio. Я больше не знала, о чем говорить с мальчишкой в десять лет, но неожиданно привыкла к нему. К тому, что он всегда рядом. Начинала волноваться, когда он опаздывал к первому уроку. Гипнотизировала дверь. Ждала, когда она со скрипом откроется, и появится Дима, держа в руках объемную куртку. Пройдет к нашей парте, поздоровается, сядет рядом. Каждое утро ждала этого момента. Но однажды он не пришел. Заболел. И я целый день сидела одна. А потом еще неделю. Мне не хватало Димы. Я скучала по нему. Тогда я рассказала Нинке, что влюбилась.

Нинка не удивилась. Мол, об этом и так весь класс догадывался. Дима же красавчик. Он многим нравится. И новенькой Дашке – тоже. Я ревновала и обещала побить ее, если она будет к нему приставать.

Дима играл на синтезаторе YAMAHA и любил кареглазую скрипачку на год старше. Об этом тоже все знали.

Через год Дима перешел в другую школу. Вместе со своей YAMAHA. Я не успела побить Дашу, потому что мы с ней подружились и теперь везде появлялись втроем. Я, Нина, Даша.

В двенадцать я выросла. Быстро и внезапно. За одно лето. Стала длинной и нескладной. Длинным было все, в том числе нос. Длинный и курносый. Когда я плакала, он краснел и опухал, становясь еще больше. Родственники и знакомые говорили, что нос похож на тапочек. Большой и красный.

Еще подростком я знала обо всех своих недостатках. Мне об этом говорили. А когда забывала – напоминали. Всегда находились люди, готовые рассказать, что со мной не так. Поэтому я выросла без иллюзий о своей внешности. Мне никто не говорил, что я красивая. Обычная. В лучшем случае – симпатичная, если улыбаться, не показывая зубы. Или распустить волосы – густые и тоже длинные, как и все остальное.

Когда нам было пятнадцать, Нинка научила меня плести фенечки из ниток для вышивания. У меня хорошо получалось – аккуратно и быстро. Дело нехитрое. Подбирай себе нитки разных цветов и вяжи мелкие узелки один за другим, ряд за рядом. Один вечер у телевизора – и «браслет дружбы» готов. В тот год мы обеспечили фенечками всех желающих, а их было достаточно. Модным веяниям поддавались даже парни.

В десятом классе Дима вернулся в нашу школу. Учился в параллельном классе. Однажды на перемене он подошел ко мне и попросил сплести ему браслет. По-дружески.

В то время я весь год носила одни и те же джинсы и один свитер. Их покупали на рынке перед началом учебного года. Я стирала их каждые выходные.

Я быстро выросла и была одной из самых высоких девочек в классе, стеснялась своего роста, подростковых прыщей и заношенного свитера. Я хорошо училась, но заучкой не была. Дружила и с отличниками, и с троечниками. Просили списать домашку – спокойно отдавала тетрадь.

Сплела фенечки за вечер. Диме понравились. Он носил их, не снимая.

Говорили, что мы похожи, как брат с сестрой. Оба высокие, светлые, худые и нескладные. Даже длинные носы были похожи. Только, в отличие от меня, Дима себя нисколько не стеснялся. Скорее даже наоборот: шумный, немного наглый, болтливый. Учителя называли его клоуном и выгоняли из класса. Он без конца болтал, шутил и громко смеялся. Ну как не влюбиться в такого?

Мы стали приятелями. Я даже не пыталась привлечь его внимание, заранее смирилась с поражением. Дима был популярным. Он гулял с яркими и эффектными девчонками. Но ходили слухи, что на самом деле он по уши влюблен в девчонку из соседней школы с художественным уклоном. Подруги рассказывали, что он покупал ей цветы у метро и дарил утром, перед началом занятий. Мы не знали, как ее зовут, поэтому прозвали просто «художницей».

В неполные семнадцать я готовилась к поступлению. И шла на золотую медаль. Вместе с Нинкой и Дашей. Все предметы давались легко, поэтому я не могла выделить что-то одно. Если быть до конца честной, у меня, наверное, просто не было времени подумать об этом и разобраться в себе. Понять, что мне нравится и что интересно. Учеба в стиле нон-стоп, даже на каникулах и почти без выходных. В моей жизни не было места размышлениям, особенно в старших классах. У меня даже хобби не было. В свободное время я гуляла с подругами и возилась с домашними растениями. Они хорошо росли в нашей квартире. Я не могла запомнить все названия, поэтому давала человеческие имена некоторым цветам.

Родители настаивали, чтобы я выбрала серьезную профессию. Например, инженера. Нашли три института.

На майских праздниках узнала, что Дима тоже будет поступать на инженерный факультет. Узнала название вуза и специальность. Конкурс был небольшой. Подала документы и туда. По результатам ЕГЭ я прошла во все четыре учебных заведения.

Единственное, чего мне хотелось в тот год, – это быть рядом с Димой. Не важно где. Я не боялась оказаться во френдзоне. Можно ведь быть просто старыми добрыми знакомыми. Поздравлять друг друга с праздниками и днями рождения. Здороваться при встрече. Спрашивать, как дела. Иногда созваниваться по старой памяти. Ни к чему не обязывать. Продолжать надеяться на что-то, но уже не так сильно и отчаянно, как в школе.

Нина поступила на факультет информационных технологий, Дашка поступила на стоматологию. Я выбрала инженерный факультет. Подруги отговаривали. Иногда мне казалось, что они знали больше меня.

Я не рассказывала об этом на собеседованиях. Я лишь говорила, что хорошо училась в институте и что у меня не было троек.

Глава 6

Через две недели я почти освоилась с новыми задачами. Я училась искать лучшие резюме, проводить телефонные интервью и приглашать подходящих кандидатов на единственную вакансию, которую мне доверили.

– Маша, возьми в работу еще одну вакансию, – сказала София. – Персональный ассистент. Продолжай искать директора по развитию бизнеса, но и на ассистента пробуй приглашать девушек. Описание у тебя в почте.

– Хорошо, – отозвалась я. – Поищу.

– Мы больше месяца не можем закрыть эту вакансию, – полушепотом сказала Света. – Персональный ассистент члена правления в банк из ТОП-10. Этого ассистента уже три крупнейших кадровых агентства ищут.

– И отдел персонала самого банка, – добавила Катя. – Никто им не нравится. Сами не знают, чего хотят.

– Нужна молодая женщина до тридцати лет, – вздохнула Света. – Со свободным английским и опытом работы от трех лет персональным ассистентом в иностранной компании.

– В крупной компании. От двух тысяч человек. Желательно, чтобы банк или страховая. Кроме того, презентабельный внешний вид.

– В общем, я уже не надеюсь, что мы кого-то найдем.

Глава 7

Подоконник на кухне у бабушки заставлен цветами в горшках. Зеленые пушистые листья с синими ворсинками. Я их помню еще со школы, но не помню название.

Раз в неделю после работы я заезжаю к бабушке. Она работает в школе с углубленным изучением английского языка. Похожа на королеву Елизавету, но преподает не английский, а физику и астрономию. Ученики зовут ее Лидия Васильевна, а дед просто по отчеству. Она отвечает тем же. Васильна и Иваныч. Они знакомы со школы, учились в одном классе. Дед уже давно на пенсии, но каждый день встает в шесть утра, готовит завтрак и провожает бабушку до школы. Три остановки на автобусе, а потом еще пешком. Молодые учителя смотрят на них и умиляются.

Я училась в этой же школе с первого класса и все одиннадцать лет была под присмотром. В семь лет помогала бабушке проверять тетради с контрольными работами. Она проверяла, а я ставила оценку красной ручкой. «Здесь четыре. А здесь пять, Машунь». Я старательно выводила цифры в чужих тетрадях и чувствовала себя особенной. Если мои занятия заканчивались раньше, я приходила в кабинет физики и наблюдала за тем, как бабушка вела урок. Я ничего не понимала, но от этого было еще интереснее.

Учительская внучка. Таких обычно не любят. Одноклассники избегают. Боятся. Не хотят лишних проблем. До сих пор удивляюсь, как мне удалось в школьные годы не стать изгоем и даже завести подруг.

Осенью мне часто снится школа. Как будто я не сделала домашку по русскому и не дочитала третий том «Тихого Дона», а теперь опаздываю к первому уроку. Я окончила школу с золотой медалью, которую с тех пор ни разу не видела. Не помню даже, как она выглядит.

На лето давали задание. Например, список литературы. Я его измеряла в сантиметрах. Складываешь все книги стопкой и измеряешь линейкой. Каждый год стопка становилась выше. Не знаю ни одного человека, который бы честно все это читал.

Однажды задали вырастить цветок, чтобы озеленить класс биологии. Отросток я взяла у бабушки. В ее кабинете было много цветов. К тому же они хорошо росли среди лунных глобусов, телескопов, карт звездного неба и портретов Юрия Гагарина.

Цветок без названия пустил корни, я его посадила и три месяца за ним ухаживала. Красивый получился. Переливался на солнце зеленосиним. За это время я так привыкла к нему, что отдавать его в школу совсем уже не хотелось. Тем более в кабинет биологии – растения там почему-то не приживались. Так цветок остался жить у бабушки дома. Больше десяти лет.

Мы ужинали, после бабушка «женила» чай. Заваренный чай несколько раз переливала из чайника в чашку и обратно. Этот способ заваривания она подсмотрела в каком-то российском сериале. Из тех, что показывают по Первому каналу в будни. Не знаю, в чем был секрет. В хорошем чае или в способе заваривания, но «жененый» чай получался вкуснее и ароматнее, чем обычный. Особенно если правильной температуры. Горячий, но уже не обжигающий.

Бабушка разливала чай и ругала невкусные шоколадные конфеты, подаренные кем-то из учеников на День учителя. Дед принес на кухню старый фотоальбом с черно-белыми старыми фото.

– Знаешь, кто это? – спрашивал дед, показывая фото худой, болезненного вида женщины. – Это моя бабка. А кто она тебе? Прабабка, наверное?

– Прапрабабка, – ответила я. – Дважды пра.

Я уже давно выучила всех людей на этих старых фото. Дед часто мне их показывает, а потом забывает и показывает снова. В молодости он очень много фотографировал и сам проявлял пленки. Поэтому у бабушки просто море красивых фото. Портреты, моя мама в детстве, школьные друзья, родственники. У меня нет такого количества фото, несмотря на то что сейчас с этим намного проще. Недорогую камеру для семейных фото можно купить в любом магазине цифровой техники.

– Иваныч, отстань, – сказала бабушка. – Пейте чай, и Маша домой поедет. Проводишь ее до автобуса, а то темно уже. Маш, я все не могу сообразить. Кем ты все-таки работаешь? – спросила бабушка.

– Ну, это такая компания. Мы оформляем людей на работу, – попыталась объяснить я. Каждый раз, когда меня спрашивают о работе, я теряюсь и не знаю, как лучше ответить. Сложно объяснить это людям старшего поколения.

– Отдел кадров, что ли?

– Да, отдел кадров, – тут же согласилась я. Пусть будет отдел кадров, если это избавит меня от вопросов, на которые сложно ответить.

– Вот так бы и сказали с самого начала. Теперь понятно. Только вот, Маш, как ты там работаешь? Ты ведь училась на инженера, а про кадры ничего не знаешь.

– Я же всего месяц работаю, – сказала я. – И пока не делаю ничего сложного. Со временем научусь. Со мной работают очень хорошие девочки! И начальница хорошая. Они меня учат. Помогают мне, подсказывают. Так что все нормально. И даже английский язык пригодился.

– Они тебя точно не обижают?

– Нет, мы уже подружились, – уверила я бабушку.

Бабушка успокоилась и стала расспрашивать меня про Диму. Как у нас дела и когда мы, наконец, поженимся. Посоветовала быть с ним построже и не позволять лишнего. Я пообещала, что так и делаю.

Собираясь домой, я взяла отросток того пушистого цветка, который вырастила для кабинета биологии в шестом классе. Дома поставила его в воду, чтобы пустил корни.

Мы с Димой планируем жить вместе. Хочу посадить этот цветок и отнести в нашу будущую квартиру. Узнать бы только, как он называется.

Я уверяла бабушку, что у нас с Димой все хорошо, но всего не рассказывала. Кое-что меня все-таки беспокоило. Мы перезванивались каждый день. Переписывались в Ватс-апе. Отправляли друг другу смешные картинки ВКонтакте. Это создавало иллюзию непрерывного общения и обмена. Будто мы все время рядом и всегда на связи. В любое время суток. А потом оказалось, что мы не виделись две недели. И при этом никто из нас не предложил встретиться. Это было так странно и не похоже на то, что было между нами раньше. Мы всегда были на связи, но при этом отдалялись друг от друга. От этой мысли я чуть не заплакала прямо в автобусе и позвонила Диме.

– Дим, увидимся в пятницу? – спросила я, еле сдерживая подступившие слезы. – Я очень соскучилась.

– Как хорошо, что ты об этом сказала, – ответил Дима. – Конечно. Нам нужно поговорить. Слушай, Коза, я сейчас за рулем. Перезвоню тебе через час.

Хочешь свести девушку с ума, скажи ей, что вам нужно серьезно поговорить.

Глава 8

Весь четверг меня не покидало дурное предчувствие. В два часа должен был прийти программист. Мне с трудом удавалось сосредоточиться на работе, мысли то и дело улетали к Диме, и неприятное волнение медленно разливалось по телу. От этого мерзли руки и немного знобило.

Собеседование на директора по продажам неожиданно затянулось дольше часа, поэтому программиста пошла встречать Катя. Она привела его в офис и налила чаю в пластиковый стакан. Ему пришлось ждать минут десять, пока я провожала предыдущего кандидата и распечатывала резюме. У меня не было и пяти минут, чтобы перевести дух. Неудобно заставлять ждать человека, который приехал из Подмосковья.

Программист оказался симпатичным и разговорчивым. Девочки говорили, что такое редко бывает. Обычно они совсем другие – слова не вытянешь. Этот же Иван говорил достаточно долго, но очень связно и уверенно. Мне даже не пришлось задавать дополнительные вопросы. Да я и не знала, что у него спросить, потому что совершенно не разбиралась в программировании. Он так складно рассказывал о своей работе, что я невольно заслушалась.

– Если будем отправлять его к клиенту, – сказала София, когда я вернулась, – нужно будет сказать ему, чтобы оделся нормально. Джинсы – ни в коем случае! Тебя, Маша, это тоже касается. Давно хотела сделать тебе замечание. У нас здесь бывают топ-менеджеры, поэтому дресс-код надо соблюдать даже в пятницу.

– Хорошо, я поняла, – ответила я, отправляя программисту тестовое задание.

Глава 9

Однажды Дашка позвала меня в незнакомую компанию. Нина пойти не смогла, поэтому пошли вдвоем. Компания оказалась странной. Взрослые люди за тридцать и старше встречались по воскресеньям в метро, а после шли гулять по центру Москвы. По пути они покупали самое дешевое вино и пластиковые стаканы. Располагались в сквере у памятника Есенину на Тверском бульваре и шумно пили.

Я ничего не понимала, но после стакана «Арбатского» было весело наблюдать за этими взрослыми нелепыми людьми. Смотреть со стороны и не принимать участия.

Игорь среди них казался самым трезвым и симпатичным.

Ему было тридцать один год. Разница в возрасте казалась внушительной. Меня к нему потянуло с первых минут. Нагловатые большие глаза, каштановые кудри, самоуверенность.

В семнадцать я не умела общаться с мужчинами. Алкоголь делал меня более уверенной, смелой и общительной. Хватало двух бутылок пива, и я уже была готова на все. Я просто напивалась и приставала к нему, а ему это нравилось.

Когда мы с Игорем стали встречаться, мама начала курить. Родителям казалось, что я связалась с плохой компанией, но Игорь напросился на ужин и понравился им.

Мама переживала из-за бабушки. Она знала, что у меня появился парень и что он сильно старше. Это ей совсем не нравилось. Каждый вечер бабушка воспитывала маму. Говорила, что со мной нужно быть строже и что они меня потеряют, если не примут меры. И что парень этот нехороший.

«Ну почему? Ты же этого не знаешь. А он очень хотел познакомиться с нами», – говорила мама.

«Ни к чему нам с ним знакомиться, дочь. А то, что он нехороший, я и так знаю, Анют, – отвечала ей бабушка. – Мне сердце подсказывает».

Я не верила тому, что происходило. Слишком здорово, чтобы быть правдой. Я поняла, что у меня есть парень. Мне казалось, что я особенная. Красивая, умная, интересная и еще десяток положительных качеств. Неуклюжая девочка Маша осталась в прошлом.

Первый секс в новогоднее утро на квартире у Игоря. Хотела предложить ему презервативы, но не успела. Было больно, но терпимо. Я разглядывала его недовольное лицо и не могла понять, нравится ему или нет.

Игорь был разочарован. Наверное, не ожидал, что окажется первым. Я заметила, что с того дня стала менее интересна ему.

Что-то изменилось. Игорь больше не звонил и никуда не звал. Он писал эсэмэски раз или два в день. Я сама звала его гулять раз в неделю – в среду или четверг. Мы гуляли по центру Москвы с шести до девяти, нигде не останавливаясь. Игорь ни разу не предложил зайти в кафе или просто выпить кофе. Казалось, он просто позволяет мне погулять с собой, чтобы не обидеть.

Иногда я приезжала к нему домой. Игорь варил пельмени, потом мы ужинали, а после занимались сексом.

Игорь не предохранялся. Принципиально. Я как-то спросила его об этом, и он тут же все мне объяснил:

– Ученые уже давно доказали, что эти резинки не дают никакой гарантии. Понимаешь, в латексе, из которого их делают, есть поры. А когда резина растягивается в разгар процесса, то все эти вирусы и головастики могут спокойно сквозь них пройти. Из сотни пар, которые пользовались резинками, женщины беременели в половине случаев. Да и удовольствие эта дрянь снижает, романтику убивает.

– Понятно, – сказала я, а на следующий день записалась к врачу, чтобы выписал таблетки. Игорю знать об этом было не обязательно, а детей в восемнадцать лет я не хотела.

Глава 11

В школьные годы Дима не замечал меня. Скромные девочки не пользовались популярностью. Но он говорил, что ему со мной интересно. Мы дружили. Дима рассказывал, что таскает цветы Насте из соседней школы, а она его «френдзонит».

«Вот дуры», – думала я. И она, и я. Обе.

После школы мы поддерживали приятельское общение. Мы учились на одном факультете, но сталкивались редко. Я всегда была приветлива с ним. Я хотела, чтобы Диме было со мной просто, как с парнем.

Я поздравляла его с праздниками, иногда звонила просто так, поболтать – раз в три месяца, а может, и реже. Долгие разговоры по домашнему телефону стали редкостью во времена Интернета, социальных сетей и смартфонов. Приятным пережитком прошлого.

Я не помню, о чем мы говорили. Обо всем и ни о чем одновременно. Размеренно и незаметно пролетал сначала час, а потом второй, а еще чуть позже кому-то из родителей требовался телефон, и разговор приходилось закончить.

Дима не собирался быть инженером. Совсем. Говорил, что родители настояли, да и конкурс на инженерные специальности был небольшой. Так что поступить оказалось легко. Дима был из тех, кто учился «ради корочки». Учеба давалась ему легко, студенческая жизнь била ключом. Работать по специальности он не планировал. Ему нравились дорогие автомобили. В девятнадцать лет он устроился консультантом в один из автосалонов на МКАДе и начал зарабатывать первые серьезные для студента деньги.

Мне было немного досадно. Где-то в глубине души Дима сам не знал, куда шел. Поступил на инженера, чтобы родители успокоились. А я просто побежала за ним. Наверное, мы стоили друг друга. У меня были мысли бросить все это. Забрать документы. Понять, чего я хочу, и начать новую жизнь. Но это казалось настолько сложным, что я даже не решилась попробовать.

Жизнь продолжалась. В институте я быстро обросла знакомыми и друзьями. Все было очень даже неплохо. Если не усложнять. К тому же я стала встречаться со взрослым мужчиной.

К сожалению, он тоже не любил меня.

Глава 13

С утра до поздней ночи я сижу у компьютера. Смотрю сериалы и туплю в социальных сетях. Засыпаю под утро. Просыпаюсь к обеду. До вечера не умываюсь. Хожу по квартире в пижаме, накинув халат, и почти не ем. Я даже забыла, когда последний раз выходила на улицу. Наверное, на прошлой неделе.

Никогда не думала, что стану одной из тех унылых девушек, которые слишком долго переживают расставание с бывшим. Я не знала, что можно неделями крутить в голове лучшие воспоминания, вести бесконечные диалоги, следить за твоей страницей в социальной сети и каждый день расстраиваться, что от тебя нет ни сообщений, ни писем, ни звонков.

Вспоминать школу, институт, долгие летние каникулы три года назад.

Вспоминать, как два года назад мы целых две недели жили вместе, пока родители уезжали в отпуск, как ты крепко обнимал, запускал пальцы в волосы и называл Машкой. Гладить тебя по голове и по спине. Тебе так нравилось. Ты говорил, это потому, что тебя, наверное, в детстве по голове недогладили. Недообнимали. Родители много работали, тебе не хватало внимания.

Вспоминать, как однажды осенью ты согревал меня, пока мы ждали автобус. Ветер был мокрый и холодный. Сложив ладони, ты дышал мне за воротник пальто. Говорил, что в детстве так мама делала, собирая тебя в детский сад. Чтобы не замерз по дороге.

Вспоминать прошлое лето – каникулы перед последним курсом. Мы знали, что это последнее беззаботное лето, которое мы могли себе позволить. Через год уже все будет по-другому. Окончание университета, работа, взрослая жизнь, в которой уже не будет долгих летних каникул. Так что эти два месяца нужно было использовать по максимуму.

В то лето мы все время были в разъездах. Сначала были две недели в Питере, потом Карелия, а в конце лета – Черное море и Ялта. Мы с друзьями снимали квартиру на Морской улице в двух минутах от набережной.

Сколько фотографий осталось после этих каникул. А впечатлений и воспоминаний и того больше.

Не верилось, что всего этого больше нет и никогда уже не будет. Да, я могла бы еще побороться за тебя, как уже делала это в семнадцать лет. Снять квартиру в твоем районе или устроиться на работу в тот же бизнес-центр… да хотя бы просто остаться добрыми друзьями и поздравлять друг друга с праздниками.

Мне и сейчас казалось удивительным то, что тогда все получилось. Что ты тогда вернулся, и мы были счастливы. На самом деле.

Ты ведь мог не вернуться, и ничего бы этого не было. И тогда бы мое поступление на инженерный факультет было бы абсолютно бессмысленным и глупым шагом – шагом вдогонку, без шага навстречу.

Я не жалела о потраченном времени. Я жалела свои несбывшиеся мечты и неоправданные надежды.

А еще было обидно, что после окончания университета мне так глупо не везет. Мы расстались, с работы выгнали со скандалом и денег не заплатили, а где искать новую работу – черт его знает. Как я ни пыталась найти хоть один положительный момент во всей этой ситуации, увидеть в ней что-то хорошее для себя, ничего не получалось. Хотелось закрыть глаза и спрятаться.

Глава 15

Мне было нечего надеть. На встречу я пришла в темных прошлогодних джинсах, футболке и потертых бежевых угги.

Катя распечатала мое резюме и отвела по длинному коридору в управление по работе с партнерами. Этот офис уже не был похож на кадровое агентство, откуда меня выгнали осенью. В одном помещении сидело сразу несколько десятков человек. Шумно. Столы стоят вплотную друг к другу. Звонят телефоны. Гудят принтеры и сканеры. Все что-то говорят. Кто-то кричит. А кто-то смеется. Самое странное, что мне это понравилось.

Руководителем оказалась девушка всего на пару лет старше меня. Группа Вики состояла из пятнадцати человек. Они сидели друг напротив друга через перегородку и занимали два длинных ряда.

– Садись рядом, я тебе сейчас просто покажу, как мы работаем, – с ходу начала Вика. – Ничего сложного! Смотри на левый экран, здесь всегда открыта электронная почта.

Вика работала быстро и все комментировала. Создала папку на рабочем столе, скопировала в нее документы из электронного письма. Нашла в базе данных проект по номеру из письма, открыла и подгрузила документы на соответствующие закладки. После занесла проект в экселевскую таблицу. Заняло это чуть больше двух минут.

– Это просто отчет, – объяснила она. – В конце дня отправляешь его мне на почту. Норма – сто двадцать проектов. Ребята успевают сделать к обеду. Ну как тебе, понятно?

– И это все? – удивилась я.

– Да, это все, – ответила Вика. – А что, сложно?

– Да вроде нет.

– Но тебя что-то смущает?

– Слишком просто, – призналась я.

– Ну, надо быть очень внимательным. У нас бывают ошибки. Если их много, не будет премии. Давай познакомлю тебя с ребятами, посмотришь, как они работают. Они сидят на скане.

– В смысле? – не поняла я.

– Все то же самое, но документы нужно сканировать, – рассказала Вика. – Они приходят по почте, ребята их сканят, а потом точно так же подгружают в нашу базу. А дальше их уже смотрят наши эксперты. С электронкой работать, конечно, удобнее.

Вика отвела меня к двум парням. Они сидели в конце ряда около сканеров.

– Это Леша, – представила Вика. – А это Миша. Ребята, покажите Маше, чем вы занимаетесь. Хорошо?

– Ты новенькая?

– Пока не знаю. Может быть.

– Короче, ничего сложного вообще. Есть комплект документов – примерно десять листов. Таких комплектов у нас по сто двадцать в день. Сначала мы их сканируем. Штук по пятьдесят за один раз. Вот на этом сканере. Потом загружаем в базу и отправляем на согласование. Вон тем мужикам за перегородкой. Видишь?

За перегородкой находился огромный шумный отдел. Около пятидесяти мужчин от двадцати до шестидесяти лет.

– И это все?

– В общем, да, – ответил Миша. – Еще мы пишем отчеты каждый день и отправляем Вике по почте, а она их проверяет.

– А другие чем занимаются?

– Девчонки? Да то же самое все, только им копии документов по электронке приходят из регионов. В общем, работа простая, спокойная.

– Вы успеваете?

– Первое время не успевали, приходилось задерживаться.

– А сейчас нормально, в три часа дня уже все готово.

– Ничего сложного, короче.

– Ты не бойся, научишься.

– А как же клиенты? Вы с ними не общаетесь?

– Нет, нам почти никто не звонит. Только автоэксперты иногда, если мы косячим. Но они нормальные мужики.

Через десять минут за мной вернулась Катя. Я сказала, что готова начать хоть с завтрашнего дня. Она обещала обсудить это с Викой и перезвонить вечером.

– Так быстро не получится, – сказала она. – Нужно еще, чтобы тебя служба безопасности проверила. А это займет два-три дня как минимум. В крупных компаниях всегда так. Если все пойдет хорошо, сможешь выйти на работу с понедельника. Вике ты понравилась, так что не переживай.

Я посмотрела на свое отражение в оконном стекле вагона метро и брезгливо отвернулась. Выглядела я ужасно. Бледная, мешки под глазами, мышиный хвостик на макушке, прыщ над губой, унылое выражение лица. Сверху бесформенный пуховик, на ногах стоптанные угги. Это будет чудо, если меня возьмут на работу. Если бы такая пришла в таком виде на собеседование, я бы ее не взяла. За этот январь я себя совсем запустила.

Дорога заняла чуть больше часа. Одна пересадка на метро плюс трамвай до дома.

Глава 16

В понедельник утром я стояла у серого шкафа в отделе кадров и смущалась в объектив «мыльницы». Девочка фотографировала меня с вытянутых рук. Фото нужно было для магнитного пропуска.

Сняла и показала мне:

– Пойдет?

– Да, – кивнула я, почти не глядя на экран камеры. Мне редко нравились свои фотографии.

Через полчаса мне выдали пропуск на синей атласной ленте и проводили на рабочее место. Точнее, напомнили, как пройти.

Я открыла стеклянную дверь и уперлась глазами в пустую «Доску почета». В левом нижнем углу висел мятый листок с изображением слона. Он был заключен в круг и перечеркнут наклонной линией, а снизу надпись: «Не слоняться».

Вика уже ждала меня. Она еще раз показала мне на своем компьютере, что и как нужно делать. Только на этот раз я вникала еще сильнее и записывала в тетрадь каждое ее слово.

– Хорошо, что ты все записываешь, – сказала Вика. – Тут все просто, но с первого раза не запомнишь. Девчонки вот не любят записывать, а потом ошибки.

– Я когда записываю, то лучше запоминаю, – ответила я.

– Это удобно, когда есть свои записи. Есть куда посмотреть, если что-то забыла. Инструкции по работе у нас нет пока. Все руки не доходят написать. Тебе точно все понятно?

Я кивнула.

– Ты, главное, не спеши, – предупреждала Вика. – Делай все спокойно и внимательно. Первое время надо работать на качество. А когда освоишься, будешь постепенно ускоряться.

Вика пустила меня на свое место, чтобы я при ней обработала несколько писем из электронной почты.

– Письма приходят в общую папку, – объясняла она. – У каждого в нашей группе есть своя папка. В течение дня я распределяю письма, чтобы у всех была работа и чтобы поровну. Тебе тоже сейчас папку настроим. Ты постоянно молчишь. Ты стесняша?

Я смутилась и покраснела:

– Наверное.

– Не стесняйся, у нас хорошие ребята и девчонки.

Вика проверила за мной работу, а после отвела на мое рабочее место на том же ряду. Я огляделась по сторонам – несколько офисных ламп над столами были украшены длинными бумажными гирляндами. Они свисали прямо над головой моих новых коллег и едва заметно колыхались под шум кондиционера. Гирлянды не покупали. Сами делали. Вырезали из цветной бумаги сотни разноцветных кружков, сердечек, бабочек, звездочек, а потом нанизывали их на нитку и вешали на лампу.

У кого-то над головой висели надписи «С днем рождения» и «Поздравляем», были привязаны грозди воздушных шариков.

Две девушки украшали стол рядом со мной, делали длинные спирали из золотистой бумаги.

– Ты новенькая? – спросила серьезная девушка с короткой стрижкой.

– Да, – ответила я. – Я Маша.

– Оксана, – представилась девушка. – А это Марина, – кивнула она на вторую девушку, которая уже стояла на столе и никак не могла дотянуться до лампы.

– А ты, кажется, высокая. Поможешь гирлянду повесить?

– Легко, – ответила я и уже через минуту стояла на столе. – А у кого день рождения?

– У Лали, – ответила Марина. – Она в отпуске, завтра придет. Познакомитесь.

Этот ряд чем-то напоминал помещение детского сада или школы в период праздников. Разноцветные гирлянды, воздушные шары, бумажные поделки и вазы с цветами.

– Мы всегда украшаем рабочие места коллег ко дню рождения. Это очень приятно. Прямо как в кино.

Мне рассказали, что здесь так принято. Теперь я была самой высокой девушкой в управлении и знала, что каждый раз буду помогать. Украшать рабочие места и развешивать бумажные гирлянды.

Рассказали, что обычно дарят деньги в конверте, а именинник в этот день приносит угощение. Хлеб, колбаса, сыр, оливки, соленые огурцы, газированная вода и немного сладкого.

Руководство обычно заказывало пиццу или осетинские пироги, аромат которых ощущался на всем этаже.

Я сидела между Оксаной и Мариной. Девочки быстро помогли настроить нужные программы, сделать подпись в электронной почте.

Я наблюдала за тем, как они работали. Казалось, они делали это не глядя. Все четко, легко и быстро. Так работали все, кто занимался электронной почтой. Ребятам, которые сканировали документы, было чуть сложнее технически. Само по себе сканирование занимало чуть ли не полдня. Дальше дело шло живее. Мне повезло, что меня назначили разбирать электронку.

– Ты с обедом? – спросила меня Марина.

– В смысле? – не поняла я.

– У тебя есть с собой обед?

– Нет, – пожала плечами. – Я как-то не подумала об этом.

Весь этот день, начиная с утра, я так нервничала, что мне кусок в горло не лез. Обед с собой был последним, о чем я могла думать сегодня. Аппетита не было. Единственное, чего хотелось, – это пить.

– В столовой обедать дорого, – сказала Марина. – И невкусно. Но обедать нужно обязательно. Не будешь есть – испортишь желудок. Бери обед с собой. Мы обедаем в час. Ты была у нас на кухне?

– Еще нет.

– Пойдем, – рассмеялась Марина. – Успеешь еще наработаться.

Кухня была почти настоящей, только без плиты. Стояло два холодильника для домашних обедов, две микроволновки, два электрических чайника, полки с посудой, кофемашина с недорогим кофе и несколько столов. Здесь же можно было налить себе чай или кофе и заодно помыть свой пластиковый контейнер после обеда.

На этой небольшой кухне за время обеда успевали поесть три больших отдела, работавших на первом этаже.

Я налила себе чаю и вернулась на рабочее место. В моей папке появилось три десятка непрочитанных сообщений, которые нужно было обработать. Я тут же взялась за дело. Все было понятно. Все получалось. Но очень, очень медленно. В разы медленнее, чем у девчонок. Я никогда не научусь это делать так же легко.

К трем часам дня Марина и Оксана выполняли норматив. Если не было работы, Вика разрешала сидеть в Интернете и заниматься своими делами.

– Пойдем, я познакомлю тебя с нашим начальством и покажу, где у нас тут что находится, – предложила Вика.

– Пойдемте, – ответила я неуверенно.

– Маш, давай на «ты», хорошо? – улыбнулась она. – Мы тут все молодые и обращаемся на «ты». К тем, кто сильно старше, на «вы» и по отчеству.

– Хорошо, – согласилась я.

Отдельный кабинет в управлении был только у директора. Квадратная стеклянная коробка. Вика называла ее «аквариум». У двери на стене висела блестящая табличка: «Торохов Кирилл Андреевич, начальник управления».

Управление состояло из трех отделов: отдел экспертизы и оценки, отдел по работе со станциями техобслуживания и отдел по работе с годными остатками транспортных средств.

– В нашем отделе две группы, – объяснила Вика. – Группа прикрепления счетов, или группа документооборота. Это мы. И группа координаторов, они общаются со станциями техобслуживания. А это Юльчик, руководитель группы координаторов.

– Привет! – ответила Юлия хриплым голосом. – Добро пожаловать. Надеемся, тебе у нас понравится.

Юлия была блондинкой с ярко-зелеными глазами. Она осмотрела меня с ног до головы и молча вернулась к работе, а я продолжала улыбаться, как дура. По сравнению с Юлей, в ее идеальном узком платье, я выглядела как девочка-подросток, у которой совсем нет денег на хорошую одежду. Я решила: как только получу первую зарплату, сразу куплю себе что-нибудь нормальное из одежды.

Начальником нашего отдела был обросший парень в сиреневой рубашке. Треугольное лицо, узкие глаза, небритый. Напоминал помятого и усталого Ди Каприо. На краю стола лежал его пропуск с фото. Анатолий Баранов.

– Толь, познакомься, это наша новая коллега Маша.

Анатолий посмотрел сквозь меня и ответил на телефонный звонок. Ему было неинтересно.

Вика отвела меня на второй этаж – показала департамент урегулирования убытков; потом на третий этаж – показала колл-центр. На первом этаже показала отдел кадров.

– В общем, это, наверное, все, что тебе нужно знать, – сказала Вика в конце. – Все остальное узнаешь в процессе. Если что-то вдруг не понятно, всегда спрашивай.

Как только я вернулась на место, мне позвонили из отдела кадров и сказали подойти за пропуском. Я накинула пальто, спустилась вниз. Забрала пропуск и вышла на улицу. Здание страховой компании находилось в промзоне, недалеко от Южного речного порта, рядом с авторынком. Пять минут от метро, круглосуточные пробки, гигантские фуры на перекрестках без светофоров.

Обеда с собой я не брала, идти в столовую было поздно. Я пила йогурт и разглядывала свой первый магнитный пропуск.

Фото на нем выглядело теперь еще ужаснее, чем утром на экране розового фотоаппарата. Огромный лоб, маленький подбородок, тонкие губы, розоватое лицо и желтые волосы, стриженные под каре. Я не успела привыкнуть к новой стрижке и собирала волосы в хвост. Фото исказило мои черты и оттенки, сделав совершенно на себя не похожей. Настолько не похожей, что невольно хотелось назваться другим именем. Я допила йогурт и решила быстро покурить. Уходя, я заметила, как за мной издалека следил какой-то невысокий парень в длинной куртке. Он курил и внимательно смотрел, чуть наклонив голову и прищурив глаза.

Глава 17

Первые три дня мне было сложно, а после я поняла, как все устроено, и нашла способы упростить свою работу технически. Оказалось, все то же самое можно делать чуть быстрее, если уменьшить количество лишних движений и пользоваться стандартными возможностями работы с папками. Например, сортировать документы по дате изменения, типу или размеру. Я нашла наиболее удобный для себя порядок действий, который приводил к нужному результату быстрее, чем раньше. Теперь мне казалось, что сложно придумать работу проще моей. К концу второй недели я уже выполняла свой норматив. Сто двадцать заявок в день.

Еще год назад я бы поморщилась и отказалась от такой работы, но только не теперь. В больших объемах монотонной примитивной работы были свои существенные плюсы. Она заметно утомляла и разгружала мозги. А еще она успокаивала нервы и как-то незаметно упорядочивала все внутри.

Глава 18

Мне стало спокойнее. Я вспоминала, какой была еще месяц назад, и не верила, что это была я. Эта новая работа в страховой компании незаметно спасала меня. Я все еще думала о Диме и ждала от него каких-то знаков, но теперь у меня было на это меньше времени. А он и не объявлялся.

– А что, если я перееду? – спросила я маму за ужином.

– Куда ты собралась переезжать? – не поняла она сначала.

– Ну, в квартиру у метро, – объяснила я. – Мне уже двадцать три. Я хочу попробовать жить самостоятельно.

– Только бабушке говорить пока не будем. Она меня до сих пор пытает, почему вы с Димой разошлись. Считает, что ты должна была быть строже с ним.

– Я знаю, – вздохнула я. – Она мне каждый раз это говорит. Не позволять лишнего.

На следующий день после работы я зашла в квартиру у метро. Последний раз я была в ней еще в прошлом году. В день, когда мы с Димой расстались. В комнате все еще стояла наряженная елка. Цветы засохли. Почти все. Никто ведь и не поливал все это время. Выжили только Алеша и пара кактусов. Бархатный цветок опустил свои лиловые листья. Я подумала, что его еще можно спасти, и осторожно полила отстоявшейся водой из бутылки.

Я включила телевизор на кухне и поставила чайник. В этой квартире мне было уютно и хорошо. Я чувствовала себя как дома и не хотела уходить. Это место всегда было для меня своим. Родным. Мне стало так хорошо и на миг даже показалось, что этого месяца и не было вовсе. Что я просто задремала вечером, сидя у окна, и все это мне приснилось. Что скоро придет Дима, и этот вечер и ночь мы проведем вместе.

Потом я пила чай и медленно убирала елочные игрушки. Выбрасывала засохшие цветы и собирала елку. Решила, что перееду на выходных. Тут же написала Нинке и Дашке. Они одобрили это и вызвались помогать.

Глава 19

Весь первый месяц я проходила в джинсах и просторном сером свитере с капюшоном. Дресс-кода не было, к одежде никто не придирался. Да и денег на новую одежду у меня не было.

Это место могло быть идеальным для начала карьеры, получения первого опыта работы и общения в коллективе. Самые молодые еще учились на вечерних отделениях, старались совмещать. Со студентами было легко. Иногда мне казалось, что я снова попала в свои студенческие годы.

Оксана говорила, что быстро привыкла ко мне. Она была рада, что нас посадили рядом. С другими девочками – с Мариной, Лали – они привыкали друг к другу постепенно. Ругались, ссорились и только потом уже становились своими.

Утро Оксаны начиналось с чашки кофе и шоколада. Она постоянно ела что-то сладкое. Вафли, конфеты, печенья, булочки. Если Оксана не ела, то она болтала по телефону с сестрой или мамой. Девочки посмеивались над ней, а Оксана огрызалась.

– Я постоянно ем и треплюсь по телефону, – рассказывала Оксана. – А ты мне ни разу ничего не сказала об этом.

– Что я должна была сказать? – смеялась я. – Не ешь? Помолчи?

– Знаешь, с Мариной мы раньше постоянно ругались из-за этого, а с тобой так просто. Ты какая-то другая. Легкий человек. Жаль, что очень мало таких, как ты.

Как Оксана успевала работать, для меня оставалось загадкой. К трем часам дневной норматив был выполнен, а после Оксана откровенно скучала и доедала запасы конфет и мармеладных мишек.

Она была на пару лет старше меня и работала в управлении по работе с партнерами седьмой год. Перспектив карьерного роста как не было вначале, так и не появилось. На хорошие должности брали людей по знакомству.

Перспективных женихов Оксана тоже не видела. В неполные двадцать семь ее ровесники были уже женаты, а малолетки Оксану не интересовали. Так же как и мужчины сильно за сорок.

– Жаль, что я не решилась уйти отсюда через год, – неожиданно призналась Оксана. – А теперь уже и не решусь, наверное.

Она открывала ящики своей тумбочки и, казалось, что-то искала. В нижнем ящике нашлась открытая упаковка с одной-единственной вафлей внутри. В этот момент лицо Оксаны просияло, а настроение заметно улучшилось. Как немного иногда нужно для счастья. Всего лишь одна ванильная вафля в шоколаде.

– По-моему, все не так уж и плохо.

– Начальство, автоэксперты, выплатники… они не считают нас за людей. Знаешь, как они нас называют?

– Как?

– Прикрепляшки. Единственное, чем мы занимаемся, – это прикрепляем документы в базу. И больше ничего. Зарплату не индексировали уже два года, а повышения можно ждать до пенсии. Максимум, что ты получишь, – это повышение категории. Была специалистом третьей категории – станешь второй категории. На зарплате это никак не отразится, но при этом тебе увеличат норматив.

– Я сейчас сто двадцать комплектов за день делаю. Будет еще больше?

– Да, будет сто сорок.

– Неужели за все время никого ни разу не повысили?

– Один раз только. Точнее, два. Вику сделали нашим руководителем, потому что она здесь дольше всех работает. Десять лет уже. А в прошлом году повысили Лали до ведущего специалиста. Они общаются и переписываются со станциями техобслуживания. Получают раза в два больше, чем мы. Ведущим спецом быть круче. Лали тоже давно работает, лет пять точно. Начальство тогда решило устроить конкурс на это место среди нас. Желающих было немного. Лали вот, Маринка и я. Короче, выбрали Лали – она такая тихая, молчаливая, ее и не слышно даже. Я-то ничего, махнула рукой, а Маринка очень тогда расстроилась. Два дня ревела.

– Понятно. Жаль, что об этом не говорят на собеседованиях.

– Еще бы. Если бы они говорили всю правду, тут бы никто работать не согласился. Возможности карьерного роста есть везде, главное – их видеть. Это дежурная фраза.

Оксана доела вафлю и снова полезла в тумбочку, но больше сладостей найти не смогла. Марина протянула мне и ей по две шоколадные конфеты.

– Просто красивые слова для наивных и неопытных, – продолжала Оксана. – Многие это сразу понимают и уходят, когда появляется возможность. У нас в группе приличная текучка. Постоянно кто-то увольняется, а кто-то новый приходит на его место. Так что, если хочешь развития и денег, не задерживайся здесь дольше чем на полгода.

– Нет ничего более постоянного, чем временное, – прочитав мои мысли, добавила Оксана. – Люди привыкают к месту, коллективу и стабильности, а потом боятся менять что-то в жизни. Вдруг на другом месте будет еще хуже? Боятся рисковать, как я. Я же квартиру снимаю, а поиск работы может затянуться на месяцы. Как мне платить за нее тогда?

Оксана рассказала мне, что доработает до весны, сходит в отпуск и уволится, а после будет спокойно искать новую работу. Она очень надеялась, что будущий муж найдется вместе с новой работой. Когда-то давно, еще до начала работы в страховой, она слышала: найдешь нормальную работу – найдется и любовь. Сама собой.

Эти разговоры меня расстраивали. После них пропадало желание работать, делать больше и к чему-то стремиться. Да и не хотелось мне, чтобы Оксана уходила.

– Кстати, ты говорила, что работала в подборе персонала.

– Да, в кадровом агентстве, – ответила я. – Целый месяц проработала.

– Месяц – это мало. А почему ушла? – присоединилась Марина. – Не понравилось?

– Меня уволили, – призналась я и рассказала им эту неприятную историю. Прошло почти полгода, а я до сих пор вспоминала об этом.

– Ты сама проводила собеседования. Как же это круто! А я семь лет не ходила по собеседованиям, – сказала Оксана. – Даже не знаю, о чем рассказывать. Совсем забыла, как это. Дружочек, может, ты посмотришь мое резюме?

– И мое тоже! – просила Марина. – Я проработала здесь семь лет, а что написать про свои обязанности, ума не приложу. Да и откуда я знаю, какое у меня самое большое достижение?

– Ничего страшного, – успокоила я. – Придумаем, что написать. Пришлите мне свои резюме. Только на личную почту. Я дома посмотрю.

– Нам так повезло с тобой, дружочек.

– Да ладно.

– Я тебе обещаю. Я устроюсь на работу в хорошую компанию и обязательно заберу тебя отсюда. Ты не должна тратить свою молодость на это место.

– Поживем – увидим.

– Через год, – сказала Оксана. – К Новому году. Будь готова через десять месяцев.

Глава 20

Вечером я задержалась на пятнадцать минут и вышла позже. В темноте добежала до метро за три минуты. Я спустилась вниз, не заметив, как рядом со мной оказался Анатолий, начальник отдела.

– Привет! – улыбнулся он. – Домой едешь?

– Привет, – растерялась я. Мне казалось, еще немного – и я потеряю сознание от волнения. – Да, домой.

«Спокойно, – повторяла я про себя. – Все хорошо. Эта встреча не случайна, это подарок и шанс. Главное – ничего не испортить и не сболтнуть лишнего».

– Я тоже домой, – сказал Анатолий.

Мы зашли в поезд. Свободных мест не оказалось. Я прислонилась к противоположным дверям, а Баранов встал рядом. Молчал. Двери закрылись. Он расстегнул сумку, достал книгу и сточенный простой карандаш-огрызок. Открыл ее на закладке где-то посередине и принялся читать.

Вот это облом. Я уже представляла, как он будет со мной говорить, спрашивать меня о чем-нибудь, а я отвечать. Как мы будем болтать до пересадки, узнаем друг о друге что-нибудь новое, а перед выходом он возьмет у меня номер телефона. И что эта случайная встреча в метро станет для меня началом новой и счастливой любовной истории. Но не тут-то было. Баранов уткнулся в книгу. Читал внимательно, иногда подчеркивал карандашом отдельные предложения. Мне оставалось только достать смартфон и сделать вид, что меня это совершенно не задевает. Интересно, по мне заметно, что я расстроена? Мне с детства говорили, что у меня на лбу все написано.

За остановку до Кольцевой Анатолий закрыл книгу, и я смогла прочитать название. Дейл Карнеги. «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей».

– Ну что, пока! – сказал он, выходя из поезда. Вместе с ним вышло еще несколько человек.

Я села на свободное место и едва не расплакалась от обиды. Почему он так делает? Неужели я настолько неинтересна, что со мной нельзя просто поговорить? Я бы расстроилась, даже если бы на месте Баранова оказался любой другой знакомый парень. Игнор неприятен в любом случае. Анатолий был симпатичен мне, хоть мы и не общались на работе, поэтому его отношение сильно задело меня. Моя самооценка была убита.

Этот эпизод показался мне настолько позорным, что я дала себе слово – никому о нем не рассказывать. Даже лучшим подругам.

Глава 21

Оксане и Марине постоянно звонили по поводу работы. Изменение графика оказалось плюсом. Не нужно было отпрашиваться или задерживаться на обеде, чтобы вовремя попасть на нужное собеседование. Они ходили по собеседованиям каждые выходные, если они выпадали на будни, а на следующий день отчитывались мне о результатах. Я старалась поддерживать девочек после неудачных, как им казалось, собеседований. А неудачными они считали почти каждое.

– Дружочек, это было самое ужасное собеседование в моей жизни, – начала рассказ Оксана. – Я о таком только в Интернете читала. Мне так противно. Я ходила в страховую на простую должность. Знаешь, вбивать страховые полисы в систему. Денег обещали чуть больше, чем у нас, и рассматривали людей без опыта. – всхлипывала Оксана. – Это было ужасно.

– Успокойся и расскажи, что они тебе сказали.

– Это было мерзко. Я ждала их почти час. Оказалось, что они вообще про меня забыли. Ну ладно. Сначала со мной общалась девочка из их отдела, на место которой ищут человека. Вроде нормальная. Но потом она позвала начальницу. Огромная бабища. Два стула заняла, наверное. Она стала спрашивать, чем я занимаюсь на своей работе. Я ей все рассказала – про управление, про почту, про счета, акты и стоимость ремонта. А она сказала, что все понятно, и это вообще ни о чем, что я ничего не знаю и им не подхожу. И что денег, которые я указала в резюме, мне нигде не дадут. Сказала, что я, конечно, могу заполнить их анкету, но это, скорее всего, бессмысленно, потому что резюме у меня тухляк.

– Зачем ты вообще туда пошла? – спросила я.

– Так они сами меня пригласили.

– Ты ведь не стала заполнять анкету?

– Нет, конечно. Я так расстроилась, что чуть не расплакалась прямо там. Самое обидное, Машуль, знаешь что? Эта важная жируха была абсолютно права. Мне ведь действительно нечем похвастаться, кроме верности и лояльности нашей компании. Я толком ничего не умею. Разгребать электронную почту много ума не надо. Это и пятиклассник освоит. Мне надо было раньше на это решаться. Хрен я теперь найду нормальную работу.

– Нельзя сдаваться, – сказала я. – Тем более сейчас. Теперь ты обязана найти хорошую работу. Назло этой мерзкой бабе. Понимаешь?

– Угу.

– А теперь вытри слезы и обнови свое резюме.

– Я читала, что надо во всем искать хорошее. Мне хотя бы не придется с ней работать.

– Правильно.

На свое место мимо Оксаны прошла Марина. Молча всучила нам по две шоколадных конфеты.

– Дядя Паша передал, – объяснила она. – Ну, что там у тебя, женщина? Опять облом?

– Угу, – вздыхала Оксана.

– И у меня, – призналась Марина.

За выходные Марина старалась пройти интервью во всех компаниях, куда ее приглашали. Иногда у нее было по два-три собеседования в день. Она ходила для опыта и для уверенности. Боялась пропустить что-то важное.

– Вчера ходила на вакансию секретаря в американскую страховую, – рассказывала она. – Не знаю, зачем ходила, я же не собираюсь быть секретарем. У меня проверяли уровень английского. Я была уверена, что у меня хороший уровень. Но мне сказали, что у меня в лучшем случае базовый. Базовый! В лучшем случае. Так обидно, слов нет. Но это еще не все. Пока я ехала домой, у меня из сумки вытащили мобильный!

– Это знак, женщина, – со знанием дела сказала Оксана, успокоившись.

– Какой еще знак, мать?

– Найдешь работу – купишь новый.

В том, что новые резюме девочек были достойными, я не сомневалась. Им звонили каждый день и приглашали на собеседования. Мы договорились, что после шести вечера, когда начальство уйдет домой, потренируемся в прохождении интервью.

– Оксан, представь, что я менеджер по персоналу и ты пришла ко мне на собеседование. Только не смейся. А Маринка – твой будущий непосредственный руководитель. Расскажи нам о себе так, чтобы мы захотели взять тебя на работу.

– Ой, ну я даже не знаю, что рассказать.

– Марин, у тебя есть вопросы?

– Ты на собеседованиях так же себя ведешь? – интересовалась Марина.

– Да, – кивнула Оксана. – А о чем тут рассказывать? В резюме ведь все и так написано.

– Можно повторить то же, что в резюме, но своими словами.

Мы с Мариной по очереди спрашивали Оксану о нашей работе. В какой информационной системе мы работаем. С какими компаниями. С какими отделами взаимодействуем. Много ли ошибок и насколько они серьезны. Оказалось, что даже про такую простую работу, как у нас, можно рассказать достаточно много. Мы и сами удивились, когда заметили это. Оксана отвечала. Марина записывали все в блокнот.

– Ты слишком зажатая, – объявила Марина Оксане.

– Не зажатая, а сдержанная, – поправила я.

– О’кей. Но информацию из тебя нужно вытягивать. Клещами!

– Если бы ты рассказала все это сама, то произвела бы совсем другое впечатление. Смело говори про нормативы и перевыполнение плана. Не стесняйся похвалить себя.

– Я даже и не думала об этом, – сказала Оксана. – Я думала, что приду и буду просто отвечать на вопросы. А оказывается, нужно рассказывать о себе. Это так сложно.

– Ничего, научишься. А теперь поменяйтесь местами, – предложила я. – Маринка ищет работу, а Оксана ее собеседует.

Девчонки рассмеялись на весь департамент. После шести вечера можно было не сдерживаться. За смех никто не ругал.

– Девчонки, а что это вы делаете? – спросил Миша, только что вернувшийся из магазина.

– Играем в эйчаров, – ответила Марина.

– Хочешь с нами? – спросила Оксана.

– В кого? – не понял Миша.

– В менеджеров по персоналу, – объяснила я. – Мы просто тренируемся проходить собеседования.

– Круто, – оценил Миша. – Можно я просто посмотрю? Так интересно. Послезавтра последний день здесь работаю. Диплом получу, буду новую работу искать.

– Тогда бери блокнот и записывай, – командовала Марина.

Чуть позже наш смех привлек еще и Лешу. Я не думала, что их заинтересует эта затея. Изначально идея казалась мне дурацкой. Я была уверена, что никто не захочет принимать в этом участие, но, на мое удивление, ролевая игра помогла разрядить обстановку и скоротать время.

Через час подошла Лали. Она не принимала участия. Просто тихо сидела рядом и внимательно смотрела. Мне казалось, она скептически относилась ко всему этому. Не верила, что это может как-то помочь ребятам с работой. Если честно, я и сама слабо в это верила.

Лали была такой же высокой и худой, как я. Только она этого не стеснялась, а всячески подчеркивала. Всегда на каблуках. Одежда дорогая. Джинсы от Кельвин Кляйн, например. Деловой костюм сидел идеально. Девчонки говорили, что Лали шила его на заказ, поэтому он так хорошо на ней сидит. Но это дорогое удовольствие. В общем, Лали была почти как модель. Она сильно отличалась от остальных специалистов. А свой обед она носила в бумажном пакете с надписью Chanel.

Три часа пролетели незаметно. Я чувствовала себя приятно уставшей и довольной.

Собираясь домой, Леша и Миша попросили меня посмотреть их резюме. Марина пообещала переслать им свое. Должность одна, описание обязанностей то же самое. Мне было не жалко. В глубине души я радовалась, что эта мелочь оказалась кому-то нужна.

Пока я ехала домой, мне ВКонтакте написала Лали и тоже попросила помочь.

Глава 22

Мне снилось, как два года назад мы внезапно собрались и улетели в Крым на неделю осенью, прихватив ноябрьские праздники. Мы снимали квартиру на втором этаже частного дома в Ялте. Каждый день куда-то выбирались. Набережная, утром и перед сном. Горы. Море. Экскурсии. Городской рынок. Купить баранину, специи для плова, гранатовый сок и вино.

Мы возвращались на микроавтобусе с экскурсии по заповеднику «Царская охота». День выдался особенно прохладным, тем более в горах. Водитель остановил машину у небольшой палатки на одном из витков горного серпантина. Женщина продавала мед, травяной чай и вязаные шерстяные носки. Мед и чай можно было попробовать, а потом купить с собой.

Этот горячий чай из горных трав был очень кстати в этот холодный вечер. Я такого ни разу не пробовала. Эти горы, сумерки, лес, Дима рядом, стакан с дымящимся чаем. Это был тот самый момент счастья – я успела его заметить и запомнить таким, как есть.

Я даже купила с собой несколько пакетов этого чая, но ни разу его не заваривала после. Забыла.

Я проснулась и нашла эти пакеты с чаем, привезенные из Крыма. Достала заварочный чайник, положила четыре ложки с горкой и залила кипятком. Этот чай не имел ничего общего с тем ароматным напитком, который мы пили в горах. Теперь это было просто сено, залитое кипятком. Не более.

Выходные теперь случались у меня каждые два дня. Я не знала, чем себя занять. Раньше я жаловалась, что с выходом на работу у меня совсем не хватает времени на себя. Теперь же я просто не знала, куда деть это огромное количество свободного времени, которое внезапно на меня свалилось. Любимого хобби у меня не было. Учеба осталась далеко в прошлом. Работа занимала теперь большую часть жизни. Выходные друзей редко пересекались с моими, а новый парень так и не появился.

Эти два дня заслуженного отдыха я просто не выходила из дома. Отчасти я все еще боялась столкнуться с Димой и его новой девушкой. Мы жили в шаговой доступности друг от друга, ходили в одни и те же магазины, теми же дорогами, ездили на тех же автобусах. Мне казалось, встречи будут неминуемы, но за три месяца года мы не столкнулись ни разу.

Я все еще скучала по нему. Еще недавно мне казалось, что я пережила этот болезненный разрыв. Выжила и пришла в себя. Я ошиблась. Стоило мне снова взглянуть на наши старые фото, зайти на его страницу, вспомнить студенческие каникулы и путешествия, как серая тоска тут же накрывала с головой. Не так просто забыть того, кто зацепил тебя пятнадцать лет назад.

Наверное, это было лучшее, что случилось со мной в жизни. Я была уверена в этом. Но уже третью ночь подряд мне снился этот дурацкий травяной чай в крымских горах.

Глава 24

С понедельника место Марины заняла Оля. Высокая и стройная брюнетка. Почти копия Марины, только с прямыми волосами. Вика познакомила ее с коллегами и остановилась около меня.

– Машуль, мне сейчас нужно к врачу отойти, – сказала Вика. – Сможешь рассказать Оле, чем мы занимаемся?

– Конечно, расскажу, – обрадовалась я. От скуки я готова была схватиться за любое поручение, лишь бы не разгребать электронную почту.

– Отлично, – улыбнулась Вика. – Маша работает уже достаточно давно. Она тебя всему обучит. Учетную запись тебе уже подключили. Так что сразу сможешь начать работать. А Маша за тобой проверит.

– Хорошо, – кивнула Оля и крепче прижала к себе объемный бумажный пакет.

Раньше мне никогда еще не приходилось обучать других, поэтому я чувствовала себя неуверенно. Несмотря на то что могла выполнять свою работу, закрыв глаза. Ко мне часто обращались за помощью. Я все знала, но не понимала, как это правильно объяснить. Так, чтобы меня поняли. Я начала вспоминать, как меня учила Вика.

Я просто показывала Оле, как работаю. Я делала все в десять раз медленнее и объясняла каждое свое действие. Оля внимательно слушала и хмурилась, но ничего не записывала.

– Я и так все запомню, – сказала Оля. – Это же легко.

– Попробуешь сама?

– Давай.

Оля оказалась сообразительной, но не очень внимательной. Она быстро поняла, что к чему, и набрала скорость. Я проверяла за ней и просила исправить ошибки. Она переживала. Снова хмурилась, но исправляла.

– Мне так нравится! – вдруг призналась Оля. – Супер. Так легко! И сколько нужно за день сделать?

– Сто пятьдесят, – ответила я.

– Это реально?

– Реально, но не сразу.

В час мимо нашего ряда на обед потянулись автоэксперты. Дядя Паша отстал и зашел к нам.

– Работы много? – спросил он, кивая на экран с почтой.

– Хватает, – ответила я. – Пока справляемся.

– Это хорошо, – одобрил он и добавил шепотом: – Новенькая?

– Да, – кивнула я.

– А ты обучаешь, значит?

– Ну да, Вика попросила.

– А как зовут? – снова зашептал дядя Паша.

– Это Оля. А это дядя Паша, – представила их друг другу. – Ой. То есть Павел Игоревич.

Оля рассмеялась.

Дядя Паша поклонился и, улыбаясь, ушел на обед.

– Такой смешной, – улыбнулась Оля.

Глава 25

У Иры я была в обед.

– Машечка, ты такая грустная, – вместо приветствия сказала Ира, целуя меня в щеку.

– Я не грустная, – ответила я. – Просто немного устала. До девяти вчера работала.

– Какой ужас, и ради этого учиться шесть лет, – причитала Ира. – Но знаешь, что мне в тебе нравится?

– Что?

– Что, когда все плохо, в любой ситуации ты всегда находишь себе занятие, умеешь себя отвлечь. Работа твоя вот, например. Я бы так не смогла, наверное.

Грустной я была не только из-за усталости, но еще и потому, что не любила навещать Иру и ее мужа. Каждая встреча с ними выворачивала меня наизнанку, а после я еще три дня приходила в себя. Маме было неудобно заходить к ним по дороге с работы, так что забирать оплату за месяц чаще всего приходилось мне.

– Кстати, я собираюсь восстановиться в институте и доучиться. Еще работу бы найти. Не представляю, как ее искать. Сейчас же нормальную работу только по знакомству получить можно. Машечка, ты же вроде в каком-то кадровом агентстве раньше работала. Может, у тебя остались связи?

– Ну, я попробую узнать, – ответила я. – Посмотрю, что можно придумать. А кем ты хочешь устроиться?

– Инженером, конечно, – сказала Ира. – Что я, зря, что ли, училась?

– Понятно.

– Как у тебя с личным, Машечка? – спрашивала Ира на кухне, наливая мне чай. Сама она жарила блины. В квартире было на удивление тихо. Дети спали.

– Никак, – честно ответила я. Мысль о том, что можно соврать, пришла уже после.

– Неужели ты никому не нравишься? – удивилась Ира. – Ни за что не поверю! Так нельзя. Ты уже давно одна. Надо тебя с моим братом познакомить. У меня в друзьях посмотри. У него черно-белая детская фотка, зовут Влад. У него давно нет девушки. Напиши ему обязательно. Сама. Только не говори, что я тебе сказала. И как я раньше тебе не предложила?

– Я пойду, наверное, – ответила я. – Покурю только.

Для меня наши встречи с недавнего момента стали мучением. И дело было не только в Ире. Меня тихо и с улыбкой доводил ее муж Дэн. Поэтому я старалась не задерживаться у них дольше чем на полчаса. Убегала, ссылаясь на важные дела.

Я вышла на балкон. Там уже курил Дэн. Я не хотела с ним сталкиваться, но курить хотелось сильнее. На первый взгляд Денис казался простым и прямым парнем. Он работал на двух работах, чтобы прокормить свою растущую семью. Иногда его единственный выходной в неделю выпадал на будни.

– Наверное, ты уже привыкла.

– К чему? – не поняла я.

– Быть одной, – ответил Дэн. – Пора смириться, что так будет всегда.

Последнее звучало как предсказание. Я ничего не ответила. Потушила сигарету, выбежала в коридор. В закрытой комнате заныл ребенок. Я схватила куртку и, не прощаясь, захлопнула дверь. Сбежала вниз, перепрыгивая через ступеньки. Не хватало еще разрыдаться перед ними. Хорошо, что деньги забрала сразу, а то пришлось бы возвращаться.

Мне казалось, что эта парочка меня ненавидит. Что им нравится меня доводить. Что ковыряние в моих ранах, срывание болячек причиняет им какое-то садистское удовольствие.

Я уже знала, что после этой встречи буду приходить в себя еще два-три дня. Я чувствовала себя жалкой. Насколько это вообще возможно. По дороге домой я зашла в круглосуточный магазин на первом этаже соседнего дома и купила бутылку вина.

Я выпила полбутылки, а остальное спрятала в тумбочку письменного стола. Глупо, но я хотела дать себе шанс. Если сейчас позвонит Андрей и начнет ко мне приставать, я не буду сопротивляться и соглашусь на все, что он предложит.

Андрей вел себя так, будто я ему нравлюсь. Если так, то почему бы не попробовать встречаться с ним?

Андрей рассказывал, что заметил меня сразу, когда только я пришла работать в страховую компанию. Он нашел мой профиль на корпоративном портале. Узнал имя с фамилией, адрес электронной почты и добавочный номер телефона. Позже выследил, с кем я общаюсь. Узнал, что я сижу рядом с болтушкой Мариной. Сначала Андрей наблюдал за нами, а однажды на кухне, наливая себе чай, Марина сама заговорила с ним. Так они начали общаться, а позже он увязался за нами, когда мы шли к метро после работы. Андрей на это и рассчитывал.

Иногда мы вместе обедали. Встречались на кухне, пили чай. Гуляли рядом с офисом в перерывах или когда не было работы. Андрей казался мне странным. Он ходил за мной полгода, прежде чем узнать номер телефона.

Теперь он звонил каждый вечер, даже в выходные. Как будто проверял, не начала ли я с кем-нибудь встречаться, хорошо ли я себя веду, все ли идет по плану.

Так получилось и сегодня. Андрей позвонил в восемь вечера:

– Приветули. Я тут подумал. Может, встретимся завтра?

– Ну, давай, – неожиданно согласилась я. Старалась отвечать быстро, пока не передумала. – А может, сегодня?

– Сегодня? – удивился Андрей. – Я буду свободен после девяти вечера. Давай в десять? Приезжай ко мне. Ты не пожалеешь!

– Угу, – устало отозвалась я, допивая остатки вина прямо из бутылки.

Через два часа я сидела на кухне у Андрея. Мне было уже достаточно, но он налил еще виски и разбавил колой. Он ни разу не спросил, где я живу, на кого училась, что люблю, чем увлекаюсь. Влюбленные парни ведут себя по-другому. Так мне всегда казалось.

Пять лет после института он работал без отпуска, купил родителям квартиру, себе машину. Он считал, что с девушками, как и в работе, нужно быть смелым и наглым. Вода камень точит. Упорство, настойчивость и уверенность.

Я ошиблась. Андрей не был влюблен в меня. Как человек или друг я его тоже не интересовала. Он просто хотел меня трахнуть и не умел принимать отказы.

Я возвращалась домой после двенадцати на такси. Меня тошнило в темноте у подъезда. Никто не видел, но мне было стыдно. И да, я жалела, что решила дать себе этот глупый шанс. Наверное, Денис был прав. Я безнадежна.

Хватит судорожно искать себя. Сядьте, успокойтесь, вспомните, где вы видели себя в последний раз. Скорее всего, вы там и сидите.

Интернет

Глава 27

Если меня не повысят, у меня есть план Б.

Ежегодная оценка персонала длилась с начала марта до начала июня. Три месяца. В этот период оценивали всех сотрудников, которые работали в компании больше года.

Я работала в управлении по работе с партнерами два года. Я уже знала процедуру оценки. Для обычных сотрудников ничего сложного. Ответить на несколько тестовых вопросов. Оценить самого себя. Потом на эти же вопросы отвечает непосредственный руководитель. Третий этап – обсуждение оценок. Сотрудник и руководитель назначают встречу, чтобы сравнить ответы на вопросы, обсудить несоответствия и составить план развития до конца года.

На этот разговор у меня были большие надежды. Я работала третий год. Из тех, кто работал со мной в управлении два года назад, никого не осталось. Уволились, перевелись в другие отделы, ушли в декрет. Я держалась дольше всех. Я обучала новичков, писала инструкции, составляла регламенты. Год назад нам расширили функционал. Теперь мы не только разбирали электронную почту и сканировали документы, но еще и заводили в базу страховые полисы. По просьбе отдела обучения я составила тесты для проверки знаний по нашей должности. С этого года их стали использовать в рамках ежегодной оценки персонала. Еще мы с Викой написали личный план вхождения в должность, по которому я уже год обучала всех новеньких. Все шло нормально, но в конце прошлого года Вика ушла в декрет. Руководителем группы вместо нее никого не назначили. Нашим начальником стала Юля. Теперь моя судьба в компании зависела от нее.

Я долго готовилась к разговору о результатах оценки. Выписала все свои достижения за два года работы. Если это можно так назвать. Я надеялась. Я была уверена. Если место Вики свободно, то его нужно занять. Хотя бы на время ее отсутствия. Три года по уходу за ребенком – это внушительный срок. Тем более я знала, что Вика на это и рассчитывала – готовила себе замену.

В целом Юля оценивала меня положительно. Наши оценки совпадали почти по всем компетенциям. Мы быстро это обсудили и перешли к самой главной части.

– Маш, ответь мне на один вопрос, – улыбнулась Юля. – Кем ты хочешь быть?

– Ну, я работаю здесь уже третий год, – начала я. – Дольше всех, наверное. Я хочу и дальше развиваться в этом направлении.

– Понимаешь, в этом направлении очень сложно развиваться, – сказала Юля. – Оно достаточно специфическое. И узкое.

Мне казалось, Юля делала вид, что не понимает меня.

– Я это знаю, – ответила я. – Вика ушла в декрет больше года назад. И ее место пока свободно. В целом я знаю, чем она занималась, и мне это очень интересно. Тем более я очень устала от рутинной работы.

– Я тебя услышала, – вздохнула Юля. – Я поняла, о чем ты говоришь, но здесь я могу тебе сразу сказать, что ты не готова быть руководителем группы.

– Почему?

– Ты повесишься от такой работы, – объяснила Юля. – Здесь же нужно говорить весь день. Вика ведь была не только вашим руководителем. Она курировала еще и региональных специалистов. Обучала их дистанционно, всегда была на связи. Это не так просто, как выглядит со стороны. Я думаю, тебе не подошла бы такая работа. Все дело в твоей коммуникации.

– Но… я бы могла научиться.

– В нашем отделе перспектив нет. Тебе лучше развиваться горизонтально. Работать головой и с документами. С цифрами. С данными. Подумай об этом. Какая область была бы тебе интересна? Я запрошу у отдела персонала список открытых вакансий, и мы можем вместе посмотреть. Можно попробовать в бухгалтерию. На начальную позицию. Или в урегулирование убытков.

Я почти не слушала ее. Я нервничала целый день и теперь чувствовала себя уставшей. Столько работы было проделано. Столько надежд было на этот разговор, а он оказался бесполезным.

Нинка давно мне говорила, что если хочу повышения, то это нужно обязательно обсудить с начальством, иначе оно само не догадается. Если человек молчит, значит, его все устраивает. Под лежачий камень вода не течет. Нинка давно подбивала меня на этот разговор, а я все не решалась. Мне казалось, если я хорошо и долго работаю, то начальство это заметит и само повысит меня. Но начальство молчало. И теперь мне было понятно почему. Я просто не подходила. Я недостаточно коммуникабельная. И мне лучше работать с документами. Все это звучало как приговор и уверенности в себе не добавляло.

– Нам нужно поставить тебе цели на ближайшие полгода, – продолжала Юля. – Во-первых, изучи правила ОСАГО. Я это всем пишу в план развития. А во-вторых, у нас есть инструкции и памятки по работе. Ты давно их не обновляла. Нужно их актуализировать, собрать в один файл и сделать оглавление с гиперссылками.

– Зачем?

– Это будет «база знаний» нашего отдела, – сказала Юля. – Это новый проект нашей компании. Очень удобно, когда вся информация собрана в одном месте. Займись пока этим.

– Понятно. Хорошо, я все сделаю.

Во дворе, куда я вышла покурить после разговора с Юлей, меня уже поджидал Андрей. За два года он успел вырасти до начальника отдела и взять в ипотеку квартиру на северо-западе Москвы.

– Дорогуля, чего такая загруженная? – спросил он, протягивая зажигалку.

– Мне предложили перевестись в бухгалтерию, – ответила я. – Или в урегулирование убытков. А я не хочу.

– Пфф. Нечего там делать. Переводись ко мне в отдел.

– Ты не понимаешь. Я была уверена, что меня сделают руководителем группы, когда Вика уйдет в декрет.

– Почему не сделали? Вы говорили об этом?

– Ну, я не уверенная в себе, – перечисляла я. – До сих пор стесняюсь, недостаточно общительная, а там надо весь день говорить по телефону, обучать новичков из других городов. В общем, проблемы с коммуникацией. Это так называется.

– Ну это легко исправляется, дорогуля, – сказал Андрей. – Я знаю, что тебе нужно делать.

– Что?

– Нужно сексом заниматься. Сразу и уверенность появится, и язык развяжется. Я дело говорю. Обращайся.

– Ладно, мне работать надо.

Какой же все-таки странный этот Андрей. Вроде неплохой парень, а такой противный. Особенно эти его словечки. «Дорогуля». «Приветули». Интересно, он действительно такой мерзкий на самом деле или просто делает вид, что хуже, чем есть? Как бы там ни было, он раздражал меня сильнее, чем когда-либо. Мысль о том, что он хороший парень, не давала мне прямо послать его, да и не умела я это делать. Я просто не умела быть грубой и жесткой, когда это было необходимо. Другая на моем месте послала бы Андрея еще два года назад. Я же делала вид, что не обращаю внимания, но внутри меня все тряслось от злости. С каким бы удовольствием я послала его на три буквы, будь у меня чуть побольше смелости и уверенности.

Я затушила сигарету и вернулась в офис. На часах двадцать минут восьмого. До конца рабочего дня оставалось еще полтора часа.

В почте новое сообщение от Юли. Она пересылает мне комплекты документов и запросы от смежных отделов с одной и той же фразой: «Маша, возьми в работу».

Глава 28

По выходным в будни я хожу гулять. До соседнего дома и обратно. На первом этаже работает круглосуточный магазин. Небольшой, но там есть все нужное. Молоко, крупы, макароны. Нет только свежего мяса. Зато хороший выбор крымских вин и прочего алкоголя. Я часто покупаю белое сухое. И джин-тоник в жестяной банке. Помню, как в девятом классе нам с Дашкой и Нинкой хватало одной этой банки перед школьной дискотекой, чтобы почувствовать себя крутыми. Главное, зажевать пачкой мятного «орбита», чтобы классная не догадалась.

Кассирши в магазине уже узнают меня и даже не просят показать паспорт перед тем, как продать мне бутылку вина. Кажется, у меня проблемы.

Глава 29

После часа у Валерии я поехала к бабушке и всю дорогу думала о том, что же такое навык. Я засыпала в вагоне метро, и мне снилось, что я читаю об этом в Википедии, но ничего не могу понять. Никогда раньше я не чувствовала себя такой уставшей, как после часовых консультаций у психолога. Всего час. А казалось, что я отработала двенадцать часов без перерыва на обед.

Валерия рассказывала мне, что многие клиенты приходят к ней на консультации вечером в будни, после работы. Она восхищалась этими людьми, их желанием разобраться во всем, найти ответы на свои вопросы, измениться к лучшему. Сеанс у психолога – это не разговор с подругой, во время которого ты отдыхаешь, расслабляешься и получаешь положительные эмоции. Консультация у психолога – это серьезная работа, на которую нужны силы, время и желание. Теперь я понимала, о чем она говорила. Мне было тяжело. Внутри меня что-то менялось. Трансформировалось. Ломалось. Умирало и возрождалось снова. Эти разговоры причиняли мне боль. Вскрывали старые раны. Но отказаться от них я была не готова.

Я приближалась к подъезду старой девятиэтажки. Дед увлеченно мастерил что-то на балконе и не видел, как я подошла, набрала код и открыла дверь. Позвонила. Бабушка все еще работала в школе и к пяти часам была уже дома.

Пока бабушка накрывала на стол, дед показывал новые фотографии, которые сам распечатал на принтере.

– Посмотри на этот дом, – говорил дед. – Не видишь ничего странного?

– Да вроде нет, – пожала я плечами. – Это ваш дом сбоку. Когда идешь со стороны детской поликлиники. А что с ним не так?

– Смотри.

Дед достал линейку. Крыша и фундамент дома не совпадали. Если с крыши опустить перпендикуляр вниз, то будет заметно, что стена дома отклонилась на несколько градусов. На фото это два-три миллиметра. Их и не заметишь, если вздумаешь проверить.

– Знаешь, почему так происходит?

– Почему?

– А как ты сама думаешь? – улыбался дед. – Ты ведь инженер.

– Думаю, наверное, потому, что дом старый уже.

– Нет, Машечка, дело не только в этом. В Румынии было землетрясение, – рассказывал дед. – Давно. В 1977 году. Очень сильное. Это все его последствия. У нас качались люстры. Шкафы сами собой открывались. Посуда гремела. Страшное дело! Пойдем, я тебе чего покажу.

Дед убежал в комнату, а потом на балкон. Я пошла за ним. Балкон был уставлен домашними растениями. У окна стояли четыре старых будильника. Все четыре не работали и показывали разное время. На балконе дед нашел пустую железную банку от леденцов и аккуратно поставил ее на пол – на ту часть паркета, где не было ковра. Коробка медленно покатилась к порогу балкона.

– Ну, что я говорил! – радовался дед. – Дом наклонился. Это не шутки, а эти капитальный ремонт в этом году задумали делать. Это нормально?

– Иваныч, отстань от ребенка! – кричала с кухни бабушка. – Идите за стол, суп стынет.

– Это еще не все, – сказал дед, пропустив мимо ушей слова бабушки. – Сейчас пойдем, я тебе еще покажу.

По дороге на кухню дед остановился у входной двери. Железная дверь была закрыта, а первую не запирали. Дед отодвинул ее в сторону и оставил. Пару секунд дверь не двигалась, а после медленно вернулась на место.

Я ела свой любимый суп. На курином бульоне с картошкой и рисом. Я почти пришла в себя после сеанса у психолога. Мне стало хорошо и спокойно.

– Машунь, тебе бы поярче одеваться надо, – сказала бабушка. – И сапоги бы другие купить, а то эти совсем страшные стали. И волосы. Не стригись так больше. Тебе лучше с прямыми, а то растрепанная ходишь. Тебе так хорошо было со стрижкой.

– Я знаю, – вздыхала я. – Пойду в отпуск, постригусь.

– Когда отпуск?

– Через три недели.

– Съездила бы куда-нибудь, а то давно нигде не была.

– Мне сейчас не с кем ехать, а одной как-то не хочется.

– Ну, как знаешь. Я бы на твоем месте поехала бы одна. Как у тебя с работой? Никто не обижает?

– Почему меня должен кто-то обижать? – улыбнулась я. Иногда мне казалось, что бабушка читает мысли. Меня не обижали открыто и явно, как это делают дети и подростки. Меня просто не замечали, а это было еще обиднее.

– Ты тихая девочка, скромная, – объяснила бабушка. – Всякое бывает. Таких не очень любят. Надо быть чуть посмелее. А я все никак не пойму. Маш, чем ты занимаешься?

– Я работаю с документами. Договоры, счета, страховые полисы.

На самом деле я и сама уже не знала, чем я занимаюсь на работе. Я была занята почти каждую минуту. Я много всего делала, но при этом ничего не умела. Я работала третий год, но все еще была «девочка ни о чем» и «девочка-сканер». Мою работу нельзя было назвать каким-то одним словом, которое было бы понятно каждому. И школьнику, и ровеснику, и пенсионеру. Если бы я стала руководителем, мне было бы намного проще объяснить, чем я занимаюсь.

Вот есть бухгалтер. Есть программист. Сотни разновидностей продавцов. Есть архивариус. Юрист. Кадровик. Учитель. И еще много кто есть. С ними все понятно. Сказал, что ты бухгалтер, и всем сразу все ясно. Секретари и те умели намного больше, чем я.

– Наверное, я буду искать другую работу, – проговорилась я. Неуверенно прошептала и тут же пожалела об этом.

– Маш, ты чего, даже не думай об этом. Держись за свою работу. Какая уж есть. С работой сейчас туго.

– Это да, кризис, – согласился дед.

– За работу надо держаться. Работа – кормилица.

После обеда мы вернулись в комнату. Дед дремал на балконе. Бабушка дремала под сериал по Первому. Я помыла посуду, поставила чайник и свернулась в кресле. Заснула незаметно, как часто делала в школе, а потом в институте, когда приезжала после занятий.

Мне снилось, как нас снимали на камеру в конце четвертого класса. Снимали целый день. На физре, на уроках английского, на переменах. В конце дня у каждого взяли небольшое интервью. Всего три вопроса. Почти одинаковые. Чем занимаешься в свободное время, где будешь проводить каникулы, кем хочешь стать, когда вырастешь. По ходу беседы вопросы иногда менялись и добавлялись новые.

Меня спросили: «Как ты думаешь, почему бабушка работает в школе?» Я ответила: «Потому что ей нравится». По смеху и улыбкам окружающих я поняла, что сказала какую-то глупость, и тут же покраснела. На видео это было заметно. Бабушка сказала потом, чтобы я не обращала внимания, что я все правильно сказала, и ей действительно нравится учить детей. Всю свою сознательную жизнь я не задумывалась об этом. А теперь, в почти двадцать шесть, мне стало это интересно.

– Ба, а ты почему решила стать учителем?

– Когда я училась в школе, у нас был очень хороший учитель, а мне легко давалась физика и математика. Вот так и решила.

Когда я собиралась домой, бабушка обмолвилась, что устала и пора бы уже уходить на пенсию «по-настоящему». Фактически она давно была пенсионером, но уже больше десяти лет продолжала работать.

Я вышла из подъезда, прошла три шага и обернулась. Бабушка стояла в окне, отодвинув штору, и махала мне рукой. Я махала в ответ. Так было всегда. С детства. Сколько я себя помнила.

Глава 30

Сначала мы с Олей подружились. С ней сложно было не подружиться. Всего за пару недель она успела стать своей на всем управлении по работе с партнерами и в соседних отделах. Оля подружилась с автоэкспертами. Она не отказывалась от коньяка после шести, заразительно смеялась и могла поддержать разговор на любую тему, даже ничего не зная о предмете.

Она подружилась и с дядей Пашей. Оля стала всеобщей любимицей. Меня восхищали эти ее качества. Легкость, общительность. И в то же время я завидовала. И безумно злилась на себя за то, что не могу быть такой же. Я не понимала, что такая звезда могла забыть в нашем отделе.

Оля окончила школу в Париже при посольстве России. Она свободно говорила по-французски и по-английски. Окончила экономический факультет МЭСИ и курсы при МИДе. Этой девушке было что рассказать о себе.

Сначала у Оли не получалось. Все три месяца испытательного срока Оля не могла выполнить норматив полностью. Не успевала. Делала ошибки по невнимательности. И очень переживала из-за этого. Боялась, что уволят. Позже научилась.

А потом появилась Женя. Я обучила ее. Оля и Женя везде ходили вместе. Рядом сидели. Вместе ходили за чаем. Вдвоем бегали в магазин. Вместе уходили на обед.

Когда я приходила утром, они уже были на месте. Я здоровалась, но мне никто не отвечал. Сначала я думала, что мне показалось. Но позже поняла. Меня просто не видели. Не замечали. Неприятно. Обидно. Несправедливо. Я не думала, что когда-нибудь такое случится со мной. Я много читала про сложности адаптации в новом коллективе и на работе. Вредные коллеги. Гадкие начальники. И прочие неприятные люди. Я думала, что готова ко всему. Я работала третий год в одном и том же отделе и думала, что успешно пережила адаптацию еще два года назад. Каждое утро стало испытанием. Продолжать здороваться. Быть вежливой, несмотря ни на что. Не показывать, что мне больно, что я задета. Я вспоминала себя двухлетней давности. Вспомнила тех ребят, с которыми начинала работать. Маринка, Оксана… и не узнавала себя. Теперь, спустя десятки месяцев, я снова чувствовала себя беспомощным новичком. С которым никто не говорит. Которому никто не помогает. И каждый день, пока не написала заявление, это маленький бой. Плюс один. К чему только?

Мне не с кем было обедать. В три часа дня я выходила из офиса и шла до ближайшей палатки, одиноко стоявшей недалеко от промзоны. Покупала питьевой йогурт и булку. Это был мой одинокий обед. Я ела и невольно вспоминала Марину. Она бы это точно не одобрила. Нужно нормально обедать, а не сухомятку жевать.

Поэтому сегодня я решила пообедать нормально. Рядом с нашим офисом не было магазинов. Ближайший был рядом с метро, десять минут пешком. Зато было много столовых и кафе, набитых под завязку в три часа дня.

Пришлось зайти в «Сабвей» через дорогу, напротив авторынка. Купила сэндвич, зеленый чай и села за стойку, лицом к окну. Моим стабильным состоянием была усталая грусть. Я обедала и переписывалась ВКонтакте.

Глава 31

Утром температура поднялась до тридцати девяти. Мне вызвали врача на дом и выписали больничный. Я выпила прописанные таблетки, укуталась в одеяло и провалилась в сон перед телевизором.

Проснулась под вечер, когда с работы вернулась мама. Принесла еще таблеток, капли в нос, спрей от кашля. И малиновое варенье. Температура снизилась до тридцати семи, но пробился сухой кашель.

– Ты лечись, главное – малину ешь. Таблетки пила утром? Тебе с работы не звонили?

– Я сама позвонила. Сказала, что больничный до понедельника. Если выпишут, выйду во вторник. Кажется, они не очень довольны. У нас не принято брать больничный.

– Ну и условия у вас. Заходила сейчас к твоей подруге, – рассказывала мама. – Заплатили за прошлый месяц. Послезавтра съезжают.

– Да? – удивилась я. – А почему?

– Говорит, что она в положении и им теперь нужна более просторная квартира. Нашли в Бутово, в новостройке.

– Уже третий?

– Ага, а институт так и не окончила. Теперь уже и не окончит, наверное.

Любимая квартира снова была свободна, и это радовало. Я решила, что к лету обязательно переберусь в нее жить, как и хотела сделать два года назад.

Глава 32

Я вышла из офиса и медленно побрела к метро сквозь заснеженный бульвар. Я перешла дорогу и ускорила шаг. Вниз под горку я почти бежала. Несмотря на слабость, я радовалась. Мне предложили новую работу. И еще это новость о закрытии «Леви Стафф». Я много думала об этом все это время. Часто возвращалась к этой ситуации. Вспоминала, переживала, заходила на их сайт, следила за ними в социальных сетях. Читала отзывы в Интернете. Не могла забыть. Я даже загадала желание. Если я сама не могу добиться справедливости, то пусть это сделает за меня кто-нибудь другой. Пусть их оштрафуют, закроют и оставят без денег. Не знаю, как так получилось, но мое желание сбылось.

Чтобы не терять день, я решила доехать до страховой и сегодня же написать заявление на увольнение по собственному желанию. Мне так хотелось что-то поменять в своей жизни, что я решила не дожидаться выписки.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Оля, когда я появилась в офисе и разблокировала компьютер. Она жевала сэндвич и смотрела на меня удивленными глазами. – Ты же на больничном.

– Я на пять минут, – ответила я. – Сделаю кое-что и вернусь домой. Юля здесь?

– На обед ушла.

На внутреннем портале компании я нашла образец заявления на увольнение и пустила его на печать. Написала на одном дыхании. У меня даже рука не дрогнула. Раньше мне казалось, что это будет сложно, что я не смогу. Но я смогла. Первый смелый шаг я уже сделала. Осталось только дождаться начальницу. Надеюсь, что разговор с ней не будет слишком долгим.

Ее не пришлось долго ждать.

– Привет, Маш. Тебя что, уже выписали?

– Нет, больничный до пятницы.

Я взяла заявление, подошла к столу Юли и протянула ей.

– Я увольняюсь.

– У тебя температура? – не поняла Юля. – Это шутка?

– Нет, я серьезно.

– Послушай, Маш, ты сейчас не здорова. Тебе нужно лечиться и отдыхать. И поменьше нервничать. Давай я сделаю вид, что ты не писала это заявление, а я его не читала. Если твое решение будет все еще актуально, мы с тобой поговорим об этом на следующей неделе, когда ты закроешь больничный.

– Мы уже поговорили, – вздохнула я. – На прошлой неделе. И я тебя услышала. Я больше не хочу и не могу так работать.

– Но мы могли бы организовать перевод в другой отдел. Например, в бухгалтерию или в урегулирование убытков, выплаты проводить.

– Я не хочу в бухгалтерию. И в выплаты тоже не хочу.

– Ладно, как знаешь. Жаль, конечно. Ты хороший специалист. Иди домой. Я подпишу заявление и передам в отдел кадров.

Глава 33

В сменном графике две недели пролетели незаметно. Я доделывала свои задачи и собирала вещи. В тумбочке пять ящиков, и в каждом что-то лежит. Я выбрасывала черновики, старые исписанные блокноты и тетради, распечатки с принтера, копии документов. Прошлогодние вафли, старые конфеты тоже отправились в мусорное ведро. Сломанные наушники, настольный календарь за позапрошлый год, упаковка травяного чая из Крыма. Зачем я его сюда принесла?

Брать с собой было нечего, кроме длинной вязаной кофты, которой я спасалась от кондиционеров, и разросшегося кактуса в чашке. Правда, еще были бежевые туфли на шпильках из магазина «Центробувь». Удивительно, как за два с лишним года я не успела обрасти кучей ненужных вещей. Я ухожу почти с пустыми руками. Во всех смыслах.

В обед прислали обходной лист. Его нужно было подписать у Анатолия, а потом ехать в центральный офис – сдать пропуск и получить обратно трудовую книжку.

Я подошла к его столу и молча протянула обходной лист.

Баранов поднял глаза.

– Увольняешься, значит? – спросил он, нахмурившись.

– Увольняюсь, – кивнула я.

– Значит, не понравилось у нас?

– Понравилось, но мне нужно больше, – ответила я, не глядя ему в глаза. – Мне предложили другую работу.

– Да? – удивился он. – И кем ты теперь будешь?

– Тренером буду, – ляпнула я, не успев подумать. – В HR.

Баранов сначала долго смотрел на меня, а потом рассмеялся.

– Тренером?! – повторил он. – Ты подняла мне настроение! Пришли мне приглашение на свой тренинг. Я бы принял участие. Договорились?

Я кивнула, стараясь не заплакать. Анатолий подписал обходной лист и протянул мне. Зачем я только сказала про тренинг? Кто меня за язык тянул? Я удивлялась сама себе. То из меня слово не вытянешь, то выдаю глупости одну за другой. Наверное, в моем случае действительно лучше молчать, чем говорить. Проще сойти за умную.

Я вернулась на место и еще раз проверила почту. Кроме начальника и Юли, никто не знал, что сегодня мой последний рабочий день. Мне хотелось сделать что-то еще. Как будто чего-то не хватало, но непонятно чего. Я хотела поставить логическую точку в этой дурацкой истории с Барановым. Может, написать ему письмо? Совсем небольшое, всего-то два-три предложения. Сказать ему обо всем, что чувствую, и оставить свой мобильный телефон. Вряд ли он будет звонить, но мне хотелось оставить немного места для надежды на чудо. Дать шанс. Какая глупость.

Я закрыла почту, чтобы не искушать себя, и выключила компьютер. Обойдусь без прощальных писем. Если он моя судьба, то мы еще встретимся. Столкнемся в метро, например, или еще где-нибудь. Москва большая, мест много.

Юля ушла на встречу. Оля и Женя ушли на кухню обедать. Самое время, чтобы уйти. Я была даже рада, что все так получилось. Не видела смысла в прощаниях. Ни мне, ни коллегам это не нужно. Лучше уйти без слов, пока никто не видит.

Я оделась, забрала кофту, кактус в чашке и вышла на улицу. До метро шла медленно. Несколько раз обернулась. Я проработала в страховой два с лишним года, а по ощущениям – лет пять, не меньше. Как будто институт заново окончила. Я устала. У входа в метро вспомнила, что забыла забрать свои туфли на каблуках. Они остались лежать под моим бывшим столом. Недоделанная Золушка. Жаль. Туфли были очень удобными, но возвращаться за ними я не стала. Глава 34

Я закурила рядом с велосипедной стоянкой. Первый рабочий день на новой работе. Третья работа за три года, а чувство, как будто впервые. Пожалуй, в этот раз я волновалась еще сильнее, чем в предыдущие. Даже приехала за сорок минут до начала рабочего дня. Боялась опоздать. Переживала о том, как выгляжу.

Недалеко от меня курил мужчина в сером костюме. Двадцать минут назад он обогнал меня по дороге к офису. Слишком симпатичный, и лицо приятное. Наверное, это менеджер по продажам или какой-нибудь начальник. Рядом больше никого не было.

Я докурила, зашла в бизнес-центр и остановилась у лифта. Их было шесть. Каждый обозначен буквой. От А до F. Вместо одной кнопки вызова – целых девять. С цифрами. Я зависла. В прошлый раз, когда я приезжала сюда на собеседование, меня внизу встретила Елена, а дальше мы шли вместе. Я совершенно не помнила, как именно она вызвала лифт. Вернее, я даже не обратила на это внимание.

– Какой вам этаж?

Я вздрогнула от неожиданности и обернулась. Рядом со мной стоял тот самый мужчина. Он умеет улыбаться глазами. Приятный голос. Я смотрела на него и молчала.

– Двадцатый, – ответила я, придя в себя.

– Нужно просто нажать нужные цифры, – объяснил мужчина. – И тебе покажут, на каком лифте ехать.

– Я бы ни за что не догадалась. Спасибо.

Он тоже ехал на двадцатый этаж. На шее зеленый шнурок с бейджем. Фото, имя с фамилией и еще что-то. Наверное, должность. Мужчину звали Александром, а фамилию и должность я прочитать не успела. Было неудобно открыто разглядывать его пропуск.

Я вышла из лифта и огляделась. Не знала, куда идти дальше. Елена говорила, что отдел кадров на двадцатом этаже.

– Вам помочь? – спросил мужчина.

– Мне нужен отдел кадров, – ответила я, крепче прижимая к себе папку с документами.

– На оформление? – догадался он. – Налево будет ресепшен. В девять за вами подойдут.

– Спасибо.

Глава 35

Каждый понедельник Олег чертил новую таблицу зеленым маркером на флип-чате. Слева писал в столбик имена и фамилии сотрудников. Сверху число и месяц – с понедельника по пятницу. Красным подводил диагональную черту в каждой ячейке. Сверху каждый день писали план, снизу – перед уходом с работы – факт. За день нужно было пригласить двадцать человек.

Я сидела рядом с Артемом и наблюдала, как он работал.

Каждый день он приезжал раньше всех, когда офис еще пустовал. Открывал сайты поиска и забирал себе в работу свежие резюме, что успели обновиться за вечер, ночь и раннее утро.

В девять тридцать он пил чай, ходил курить и продолжал поиск резюме. Останавливался, когда их становилось больше сотни.

Перед ним на столе всегда лежал листок с готовым текстом, который нужно было говорить каждому кандидату.

– Добрый день. Алла? Меня зовут Артем, компания «Бизнес-лизинг». Звоню вам по поводу работы. Удобно разговаривать? Работу в продажах для себя рассматриваете?

Пауза.

– Отлично. Хочу предложить вакансию кредитного эксперта, работа на территории наших торговых партнеров – это известные автосалоны и дилерские центры, место работы стараемся подбирать как можно ближе к вашему дому. Алла, насколько интересно такое предложение?

Пауза.

– Обязанности – это общение с клиентами, консультирование по условиям кредитования и оформление документов. У вас будет свое рабочее место в кредитной зоне. График работы у нас гибкий, зарплата состоит из двух частей – фиксированный оклад и бонусная часть.

Пауза.

– Она зависит от количества оформленных кредитов и стоимости транспортного средства. Чем дороже, тем выше процент.

Пауза. Я не слышала, что ему отвечают, но знала наперед весь этот простой диалог.

– Есть. Алла, готовы к нам подъехать пообщаться более подробно?

Пауза.

– Мы находимся на «ВДНХ», десять минут от метро. Описание и схему проезда я вышлю вам на почту. Сможете подъехать завтра к двум? Не забудьте взять паспорт, чтобы вас пропустили в здание. До свидания, Алла.

Артем положил трубку, чтобы через тридцать секунд снова набрать новый номер и повторить заученный наизусть текст.

Чтобы пригласить двадцать человек, Артем делал примерно восемьдесят звонков. Оставшиеся резюме он отправлял коллегам в конце рабочего дня, если им не хватало до плана.

С другой стороны сидела Наташа. Она работала в наушниках с микрофоном. Так удобнее, потому что руки всегда свободны. Наташа не слышала себя и поэтому говорила громче остальных специалистов. Ее было слышно даже в соседних отделах и на кухне. Голос уверенный, текст заученный, все четко, быстро и по делу. Наташа приглашала больше тридцати человек в день.

К двенадцати дня я добавила восемьдесят новых резюме, а Наташа закончила обзванивать моих вчерашних кандидатов и сняла наушники.

– Слушай, а ты молодец, – сказала она серьезно. – Отличные резюме нашла. И как я их сама не заметила? Из двадцати резюме пригласила одиннадцать человек. Остальные отдала девчонкам посмотреть.

За перегородкой встала Лена.

– У Маши такие хорошие резюме! – с чувством поддержала она. – Я пять человек пригласила. Мне даже уговаривать их не пришлось! Где ты находишь таких людей?

– Там же, где и вы.

– Тебе нужно дать нам мастер-класс, – улыбнулась Наташа. – Давай усложним тебе задачу? – спросила она и, не дожидаясь ответа, положила передо мной еще теплый листок с принтера. – Вот тебе текст. Тут ничего сложного. Вакансия та же. Менеджер по продажам. Ты не обязана говорить им всю правду, если они не спрашивают. Твоя задача – пригласить. План – двадцать человек в день. Первые недели, пока учишься, можешь приглашать по десять – двенадцать. К концу второй недели нужно выйти на двадцатку.

– Это вообще реально? – испугалась я.

– Нет ничего невозможного. Ребята делают по сто – двести звонков в день. На десять звонков – девять отказов. Это нормально. Сначала будет сложно, а потом привыкнешь. Чего ты боишься? Ты же работала в кадровом агентстве. Тебе не должно быть страшно. Артем работает третий месяц, делает план к обеду. Да, Артем?

Парень кивнул не оборачиваясь.

Мы с Наташей спустились вниз покурить. На самом крыльце курить не разрешалось. Все курили рядом с велосипедной стоянкой. В обеденные часы было не протолкнуться.

– Артем хороший парень, – сказала Наташа. – Ему нравится Настя с соседнего ряда. Она крутая. Присмотрись к ней. Как она работает. Она тоже внештатник. На три месяца пришла. Дольше оставаться не будет, а зря. У нее хорошо получается. Опыта мало, но есть чему поучиться.

Глава 36

Мы продолжали встречаться с Валерией по вторникам. Встречи пришлось перенести на вечер. Я ездила после работы. К семи часам, несмотря на усталость.

Иногда мне удавалось приехать немного раньше, и тогда приходилось сидеть под дверью кабинета и ждать, пока Валерия закончит с предыдущим клиентом. Стены были тонкими, из комнаты доносился то смех, то отдельные более громкие фразы. Я знала, что это некрасиво, но невольно прислушивалась к чужому разговору за стеной.

Под конец Валерия давала клиентке домашнее задание. Точно так же, как и мне. Две недели назад она просила ее чертить окружности и располагать на них знакомых людей по степени близости. На прошлой неделе говорила про список недостатков.

– …это задание называется визуализация, – доносился голос Валерии из-за двери. – Она творит чудеса, вы уж мне поверьте. Я-то знаю. Она работает!..

Через пару минут уставшая девушка с улыбкой вышла из кабинета. На часах ровно семь. Мне казалось, происходит что-то странное. Зачем Валерия дает нам одинаковые задания?

– Маша, здравствуйте! – приветствовала меня Валерия. – Заходите. Я восхищаюсь людьми, которые приходят ко мне после рабочего дня, – восторженно произнесла Валерия, сидя напротив меня в объемном кожаном кресле. – Представляете, они весь день работали, а после приехали ко мне на сессию, чтобы еще немного поработать. Вы такая же.

– Я перешла на другую работу, – сказала я.

– Правда? Вас можно поздравить. Видите, как хорошо у нас идет работа. Вы не стоите на месте. Если честно, Машуль, я не ожидала, что вы так быстро решитесь на перемены. Чем вы теперь занимаетесь?

– Я работаю в отделе персонала. Ищу менеджеров по продажам. Для колл-центра и автосалонов. Почти две недели уже отработала.

– Я так за вас рада, Маш. Это пойдет вам на пользу. Вот увидите.

– Наверное. Пока мне сложно. Не все получается, но.

Я задумалась. Не знала, как правильно описать, что чувствую.

– Такое часто бывает, когда вы начинаете делать что-то новое. Помните, я вам говорила почитать про навыки? Нужно время и много повторений.

– Да, я помню об этом. Но я о другом. Мне почему-то очень хорошо в этом месте, несмотря на все сложности. Я как будто вернулась домой. Мне нравятся люди рядом. Нам есть о чем поговорить. Мы понимаем друг друга и смеемся над одними и теми же вещами. А есть еще такие, прям вообще классные. Хочется брать с них пример, учиться у них. Сначала я немного сомневалась, стоит ли мне начинать все сначала. Но я не жалею, что уволилась. Сейчас мне намного лучше, чем два месяца назад. Я рада, что оказалась там, где я сейчас. У меня хороший наставник. И руководитель тоже. Знаете, за все время мне никто ни разу не сказал, что я слишком застенчива и не подхожу для этой работы. Или что мне лучше поискать работу с документами. Это так необычно. Мне объясняют, показывают, учат. А я боюсь, но беру и делаю. Повторяю. Говорят, чтобы не переживала. Все получится. Это такое приятное чувство, когда в тебя верят, даже если ты не делаешь особых успехов.

– Знаете, что наше окружение формирует нас? Мы – это среднее пяти человек, с которыми проводите большую часть времени. Маша, вам безумно повезло. Держитесь за них. Рядом с ними вы будете расти. А теперь задание на дом. Я давно хотела вам предложить хорошую технику исполнения желаний. Называется визуализация. Напишите пять своих главных желаний в настоящем времени. А рядом напишите дату и год в будущем, когда оно исполнится.

Глава 38

Я еще не успела прийти на работу, а смартфон уже разрывался от звонков. Семь пропущенных звонков за час, и все от Андрея. Зря я надеялась, что он оставит меня в покое после увольнения. Он продолжал звонить каждые два-три дня, вечером, как будто контролировал, все ли нормально. Иногда я отвечала, но эта проверка начинала все больше раздражать меня. Я могла бы и не отвечать, но каждый раз, когда я не отвечала на звонок, меня резко накрывало чувство вины. Мне казалось неправильным – видеть звонок и не ответить.

В этот раз говорить с Андреем совсем не хотелось. Все мои мысли были о предстоящем разговоре с Олегом.

Я целый час решалась подойти к Олегу и сказать, что увольняюсь. В этот момент я даже начала радоваться, что моя должность внештатная и запись в трудовую вносить не будут. И отрабатывать две недели не нужно. Как удачно все сложилось. Сейчас уволюсь и буду снова искать работу. Спокойную и серьезную.

Я подошла к нему в десять утра.

– Олег, нужно поговорить.

– Пойдем, – сразу согласился он.

Все переговорные на нашем этаже оказались уже заняты, но в коридоре было пусто и тихо.

– Что случилось, Маш? – спросил Олег. Он был значительно выше меня. Приходилось поднимать глаза, чтобы говорить с ним. Непривычно.

– Я подумала, что мне лучше уволиться, – ответила я. – Я работаю уже третью неделю, и у меня ничего не получается.

– Я тебя не отпускаю. Тебе нельзя уходить, Маш. Я вижу, как ты работаешь, стараешься. Ты, может, не замечаешь этого, и тебе кажется, что все напрасно, но ты меняешься.

– В каком смысле?

– Когда ты пришла к нам в отдел, ты все время молчала. А теперь ты стала говорить. Ты говоришь, Маша! Тебя стало слышно. Ты общаешься! Смеешься. Тебя видно! Коллеги хорошо о тебе отзываются.

– Это правда? – не верила я.

– Ну а зачем мне тебе врать? – улыбнулся Олег. – Маш, ты мне очень симпатична. Как человек. И я не могу тебя отпустить. Ты должна продолжать. Твой договор заканчивается через два месяца. Доработай это время. Не делай поспешные выводы.

– Хорошо, – согласилась я. – Я постараюсь.

– И еще, Маш, давно хотел сказать тебе. Ты никогда не смотришь в глаза. Избегаешь зрительного контакта. Посмотри на меня. Я смотрю на тебя, но мой взгляд не бегает. Тебе нужно научиться делать так же. Знаешь, в чем секрет?

– Не знаю.

– Если тебе сложно смотреть в глаза, смотри на макушку, – сказал Олег. – Так проще. Это самое простое. Но в глаза все равно учись смотреть. Сначала хотя бы две секунды. Ты все можешь, Маш. У тебя все получается. Твоя проблема в том, что ты сама придумала себе эту скромность и застенчивость. Знаешь, тебе как будто навязали все это, а ты взяла и поверила. Воспитание, окружение, тебе внушили, что ты такая, но на самом деле ты другая. Ты классная, Маша! Но тебя нужно пинать время от времени. Ладно, у тебя в одиннадцать тренинг. Иди и постарайся принимать активное участие во всех упражнениях. Говори. Не отсиживайся! Чем больше будешь говорить, тем лучше.

А ведь Олег был прав. С детства мне все говорили, что я скромная. Школьный учитель музыки восхищался моей скромностью: «Это самая скромная девочка в школе!» – и не брал к себе в хор. У меня не было голоса. Интересно, а попросилась бы скромная и безголосая девочка в школьный хор, будь она действительно такой уж скромной?

Прошло пятнадцать лет, а я до сих пор была той десятилетней школьницей, которую не взяли петь в хор. Меня удивило, что Олег не считал меня безнадежной.

Я не заметила, как уже начала меняться. Я не выполняла план. Не могла пригласить больше десяти. И все равно менялась. Эти маленькие действия каждый день незаметно лепили из меня нового человека. Со стороны виднее. Наверное. Если уж другие замечали это, то теперь и я сама готова была поверить.

Пока я говорила с Олегом, а потом пила кофе, Андрей позвонил еще пять раз. Наверное, кофе немного приглушил чувство вины, поэтому на его звонки я снова не ответила. Когда же он поймет, что у меня нет никакого желания общаться с ним?

В одиннадцать утра в переговорной уже были заняты почти все места. Я поднялась на двадцатый этаж и прибежала последней, за одну минуту до начала. Едва не опоздала. Поздоровалась и заняла единственный свободный стул у двери.

Я заметила несколько знакомых лиц. Иногда мы сталкивались в лифте, по дороге к офису или в магазине бизнес-центра.

Тренинг вел мужчина в джинсах и сером пиджаке. И то и другое сидело идеально. Слишком симпатичный. Я вспомнила, что ехала с ним в лифте в свой первый рабочий день. Он подсказал мне, как пройти в отдел кадров. Он представился Александром. Ему помогала улыбчивая невысокая девушка. Ее голова едва доставала ему до плеча.

– Ребята, для начала предлагаю взять пустые бейджи и написать на них маркером свое имя. Так будет удобнее и для меня, и для ваших коллег.

Коллеги написали на бейджах свои имена и прикрепили их себе на одежду. Я сделала то же самое.

– Отлично, ребята! – улыбался Александр. – А теперь первое задание. Точнее, даже не задание, а просто небольшое упражнение для разминки. Все мы работаем в одной компании, но в разных отделах и департаментах. Многие из вас никак не пересекаются по работе, поэтому не знакомы друг с другом. Это надо исправить. Итак, у вас есть ровно десять минут. Вас тринадцать человек.

– Знаете, как называется такой формат знакомства? – спросила группу помощница. Она прикрепила себе на футболку бейдж с именем Любовь.

– Похоже на быстрые свидания, – ответила рыжеволосая девушка с бейджем Алина.

– Американцы давно это придумали, – продолжил длинноногий парень со второго ряда.

– Совершенно верно, коллеги! – сказала Люба. – Какие вы молодцы, все уже знаете.

Это называется «speed dating». У вас есть десять минут. За это время вам нужно успеть пообщаться с как можно большим количеством людей в этой комнате. Как зовут, должность, чем занимаетесь и чего ждете от этого тренинга. Этого будет достаточно. Готовы?

– Всегда готовы! – выкрикнул рыжий парень в синем костюме.

– Отлично. Время пошло! – ответил тренер, нажимая кнопки смартфона. – Помните, всего десять минут!

В первую же секунду ко мне подскочила девушка с длинными светлыми волосами и челкой. Она выглядела так, будто ей шестнадцать.

– Привет! Меня зовут Рита.

– Привет, а меня Маша. Я работаю в отделе персонала. Три недели уже. А ты чем занимаешься?

– Я ассистент в юридическом отделе.

– Ты будущий юрист?

– Да, через два года им буду. А здесь для того, чтобы. – задумалась Рита. – Я здесь для того, чтобы научиться управлять своим временем. Я учусь, работаю и ничего не успеваю! Еще опаздываю постоянно. Хочу успевать жить. А ты?

– А я здесь… не знаю, если честно. Меня руководитель сюда отправил, а мне интересно. Я никогда не была на тренингах. А так, просто поболтать, пообщаться с людьми, – ответила я. Такие длинные фразы были для меня редкостью последний год.

– Круто! – отозвалась Рита. – Я так же хотела ответить, но постеснялась. Ладно, приятно было поболтать. Пока.

Как только я освободилась, ко мне тут же подлетел рыжий парень в синем костюме и протянул руку.

– Привет! Я Валера, кредитный эксперт, – сказал он, пожимая мне руку.

– Я Маша. Работаю в отделе персонала. Ищу менеджеров по продажам.

– Круто! – рассмеялся Валера. – И как, получается?

– Пока не очень, три недели работаю.

– Понятно! Я люблю свою работу. А ты?

– Я пока не знаю. Сложно что-то любить, если у тебя это не получается. Ты для чего здесь?

– Я? – удивился чему-то Валера. – Тусоваться. Для чего же еще? Терпеть не могу тренинги. Лучше бы работал. А ты?

– Это мой первый тренинг. Руководитель послал. Сказал, что надо.

– Ясно. Ладно, пока! – Валера убежал знакомиться с новым коллегой.

Свободных людей, с кем можно было пообщаться, не осталось. Все стояли парами. Я была одна. Я ощутила смущение и неловкость. Ко мне больше никто не подходил, и мне оставалось только растерянно оглядываться по сторонам. В ожидании, пока кто-нибудь освободится. Люба смотрела на меня как будто свысока. Несмотря на свой рост. Мне казалось, что она меня жалела.

– Если кто освободился, можете смело кричать «Свободная касса!» – прокричала мне Люба. – У вас осталось чуть больше пяти минут.

Прокричать «Свободная касса!» на всю переговорную я не могла. Сразу представляешь себя на месте кассира из фастфуда. Я искала глазами дверь. Мне хотелось выйти. На пять минут. Выйти подождать, пока закончится это дурацкое упражнение. Я развернулась, чтобы пойти к выходу, но тут же столкнулась с Александром.

– Привет, Маш, – сказал он. – Со мной тоже можно пообщаться. Расскажешь о себе?

– Привет, – ответила я, забыв сразу весь свой словарный запас. Хорошо, что я успела сделать записи в тетради. – Я внештатный специалист по подбору персонала. Работаю почти три недели. И у меня ничего не получается. Меня сюда записал мой руководитель Олег.

– Я его знаю, – улыбнулся тренер. – Олег отличный парень. Значит, мы из одного департамента. Что у тебя не получается?

– Приглашать много. Нужно двадцать, а я приглашаю десять – одиннадцать, да и то с трудом.

Меня вдруг прорвало. Я готова была рассказать ему всю свою жизнь, с тех пор как я себя помнила. Я говорила и боялась остановиться.

– Не переживай, ты все правильно сделала. У тебя все получится. Просто дай себе время.

И не останавливайся. Десять лет назад я был самым стеснительным парнем в своем городе, работал на складе и боялся говорить с девушками. Потом пошел учиться на вечернее и нашел работу в кадровом агентстве. Там не было оклада. Только проценты. Я проработал там три года.

Тренер говорил о том, как это решение изменило его жизнь. Закалило, сделало сильнее, увереннее. Заставило развиваться и действовать. Превратило скромного парня сначала в успешного менеджера по продажам, а после в тренера. Нужно обязательно делать то, чего боишься. Делать то, что кажется сложным.

Десять минут прошло. Все уже закончили знакомство, а тренер все рассказывал и спрашивал. Я отвечала, слушала и запоминала каждое слово.

– Нужно стараться делать лучше и больше, чем от тебя ожидают, – сказал он. – Если ты действительно хочешь измениться, работа не может и не должна быть легкой. У меня же получилось. Значит, у тебя тоже получится.

– Коллеги, уже пятнадцать минут прошло! – напомнила нам Люба.

– Если у тебя будут вопросы или нужна помощь, напиши мне. Или позвони. Что-нибудь придумаем. Хорошо?

Я кивнула и вернулась на свое место.

На тренинге для новых сотрудников было собрано сразу все важное и нужное в работе. Презентация компании, видеоистории успеха от директоров департаментов, способы управления временем, постановка правильных целей и планирование.

Мы сделали несколько упражнений в группах и парами. После первого упражнения это далось легче. Я как будто выдохнула и немного отпустила себя. Разрешила себе расслабиться и просто говорить.

Последнее упражнение делали в парах. Мне досталась рыжая девушка Алина. Цели уже были. Оставалось только составить план. Разбить цель на мелкие части.

– Кем ты хочешь быть? – вдруг спросила меня Алина. Было немного странно слышать этот вопрос в свои двадцать шесть лет.

– Я хочу быть открытой и уверенной в себе, – ответила я.

– Это не совсем то. Вот ты работаешь в отделе персонала. Какая у тебя цель?

– На самом деле, когда я еще работала в кадровом агентстве, я очень хотела помогать людям найти хорошую работу, которая нравилась бы им. Но оказалось, что кадровые агентства этим не занимаются.

– Вот, это уже что-то! – обрадовалась Алина. – Значит, в будущем ты сможешь стать карьерным консультантом и вести тренинги. Знаешь, есть тренинги и мастер-классы, где опытные эйчар-менеджеры помогают людям составлять резюме, готовят их к собеседованиям, учат правильно отвечать на вопросы. Думаю, это очень интересно.

– Слушай, я никогда не думала об этом. Знала, что есть такие люди, но… куда мне до них? Вести консультации, тренинги… да я двух слов связать не могу без бумажки!

– Значит, это точно твое.

– Почему?

– Потому что это вызов для тебя.

Глава 39

В понедельник я сфотографировала флипчат с нашими результатами за прошлую неделю. Мои пять приглашенных из двадцати. Я хотела сохранить это фото для истории. Чтобы помнить. Потому что я дала себе слово, что такой унылой цифры рядом с моей фамилией больше не будет.

В нижнем ящике моей тумбочки лежала потрепанная гарнитура. Наушники и микрофон. Подключить не составило труда. Хоть и не новая, но работала нормально. Звук четкий, слышно хорошо.

Я думала об этом все выходные. Единственный выход – это приглашать больше. Например, постараться пригласить тридцать и посмотреть, что будет. Для этого надо найти где-то еще больше резюме. Чтобы найти больше резюме, нужно увеличить количество источников для поиска. Найти еще больше ключевых слов. Улучшить описание вакансии, чтобы привлечь больше кандидатов. Скорректировать презентацию компании и вакансии в телефонном интервью. Больше звонить. Еще больше телефонных интервью. Отмечать каждый звонок, вести свою статистику удачных интервью. Сравнивать и улучшать свой результат. Чтобы потом сделать фото «до и после».

Я анализировала каждый этап поиска и понимала, что со своей стороны могу его улучшить. За два дня я прочитала кучу статей на эту тему. Я так погрузилась во все это, что мне даже ночью снилось, будто я провожу телефонное интервью и стараюсь улыбаться. Чтобы звучать более дружелюбно и приветливо. Как учил нас Олег.

Я решила пробовать разное. Для начала разбила день на три отрезка. С девяти до десяти искала резюме. Следующий час-полтора – прозвон и отправка писем приглашенным. Потом снова поиск резюме. И снова обзвон. И так, пока не уговорю хотя бы двадцать человек. Так я меньше уставала. А за время, что звонила, на сайтах успевало появиться еще несколько десятков свежих резюме.

В понедельник мне удалось пригласить пятнадцать. На десять меньше, чем значилось в плане. Но на пять больше, чем еще в пятницу.

Во вторник получилось двадцать. В среду двадцать три. В четверг тоже. Мой результат стал средним. Я перестала быть слабым звеном. Я больше не выделялась. Было даже чуть обидно, что я не смогла дотянуть до норматива. Всего два человека.

В пятницу у меня было уже двадцать пять приглашений. Я выполнила план. Впервые за месяц. До конца рабочего дня оставалось полчаса. У меня оставалось еще пятнадцать резюме и пять откликов на вакансию. Резюме я отправила Насте. После прозвонила отклики и пригласила еще троих.

Без пяти шесть Артем подошел к флипчату и написал число 25 рядом со своей фамилией. Наташа написала 24. Олег пристально следил за ними из-за перегородки. Рядом с ним крутилась Люба. Принесла ему какие-то документы.

– Ну что, Маш, чем ты сегодня нас порадуешь? – улыбался Олег.

Сначала я написала цифру 2. Сделала паузу и обернулась. Олег перестал улыбаться. Похоже, в эту пятницу ему было не до шуток. Я дописала цифру 8. Число 28 рядом с моей фамилией. Неделю назад это казалось фантастикой.

– Хороших выходных, – улыбнулась я и прошла к выходу.

Еще в понедельник утром мне казалось, что я не смогу. Люди бросали трубки, грубо отказывались, не подходили к телефону. Но к вечеру пятницы все сложилось. Я написала число 28 и почувствовала себя победителем. У меня получилось. Я сделала это. Такого удовлетворения от проделанной работы я ни разу не испытывала в страховой компании. Даже в кадровом агентстве такого не было. Тот первый успех дался мне быстрее и легче, чем эти приглашения. Олег был доволен. Он оказался прав. К тому же треть из моих приглашенных дошли до очного собеседования. Это не могло не радовать.

Многие подходили и спрашивали, что случилось. Не могли понять причину таких резких положительных перемен в моей работе. Я улыбалась и отвечала, что стала делать в три раза больше звонков, а остальное – просто везение. Вот и весь секрет. Я не говорила всей правды. Это было уже слишком личное и к работе не относилось.

За эту неделю я ни разу не видела Сашу, но думала о нем каждую свободную минуту. Его история, которую он рассказал на тренинге, задела меня. Казалось, я смотрела на него и видела отражение самой себя. Той самой, какой могла бы уже давно стать, если бы ничего не боялась и не опускала раньше времени руки. В тот день я поняла, что больше не имею права бояться и бездействовать. Раньше я не знала точно, кем хочу быть. Теперь знала. Точнее, нет. Не знала, а просто увидела и поняла, когда встретила Сашу. Все сложилось в единственный и правильный ответ. Я должна быть как он. Помогать, учить, развивать, делать лучше и быть примером. Теперь я все поняла. Я рискнула и сделала шаг, а дорога появилась сама собой. Я хотела пройти его путь, но своими шагами. Я стану лучше. Я вырасту. Из внештатного ассистента по подбору персонала в хорошего тренера – чтобы видеть, находить и развивать таланты.

Эта встреча стала для меня тем самым «волшебным пенделем». Вместо того чтобы ждать, пока кто-то поможет, разглядит меня и расшевелит, я решила сделать это сама. Пришло время стать той, какой я всегда хотела быть, но боялась, что не получится.

На выходных я сняла все накопленные деньги и записалась на курсы профессиональной переподготовки. Купила несколько книг по управлению персоналом, проведению тренингов и ораторскому мастерству. Разобрала гардероб. Избавилась от страшных заношенных вещей. Заменила новыми. Я больше не хотела и не могла выглядеть как курьер.

В одиннадцать вечера, когда я уже провалилась в сон, на смартфон пришло уведомление из ВКонтакте. Кто-то прислал сообщение. Филипп Зайцев – мы учились в параллельных классах.

Глава 40

Через месяц Олег перевел меня в штат компании на должность младшего менеджера по подбору персонала. Через пять недель после начала работы. Пять недель. Я боялась этого срока. Боялась повторения неприятной истории с кадровым агентством. Поэтому, когда Олег подошел и положил мне на клавиатуру лист бумаги с текстом, я не на шутку испугалась.

– Что это? – спросила я, снимая наушники.

– Это новый текст презентации для группового интервью, – объяснил Олег. – Почитай и выучи наизусть. Завтра в обед расскажешь мне.

– Зачем? – не поняла я.

– Послезавтра будешь вести отборку вместе с Наташей, – сказал он. – Это для начала. Чтобы ты не сбежала. А дальше будешь сама вести.

– Олег, ну… я не смогу.

– Что ты не сможешь?

– Я не думала, что так быстро.

– А чего тянуть? – улыбнулся Олег. – Не хочу это слушать. Ты говорила, что двадцать человек пригласить не сможешь, а теперь приглашаешь больше всех. И что самое клевое, треть из них до нас доходят. Так что учи текст. Завтра проверю.

Меня поставили перед фактом. Оставалось только одно – взять и выучить эту презентацию. Она не такая уж и большая. Около двадцати слайдов. К каждому слайду – свой текст. Главное – просто запомнить, а потом рассказать своими словами. Наверное, так будет лучше.

Артема не было на месте уже полчаса. Насти и Наташи тоже.

Настю в группе любили. Она не держалась за место. Работала не напрягаясь – лучше всех. За все три месяца работы она ни разу не пригласила больше пятнадцати человек. Она мало звонила. Больше половины звонков заканчивались приглашением. Настя тратила на работу около трех часов в день и оставалась самой эффективной из всех внештатников.

Иногда она исчезала куда-то и больше часа не появлялась на рабочем месте. Девчонки двигали ее мышь каждые десять минут, чтобы не успевала сработать блокировка системы и чтобы начальство не догадалось, что Насти нет на месте. Потом она прибегала счастливая.

Иногда мне казалось, что я им завидую. После Димы я ни с кем не встречалась. Даже на свидания не ходила. Ни разу. Никто не звал. Если не считать приставаний Андрея, то мужчины меня не видели. Я начала забывать, как это бывает, когда ты любишь, а тебя любят в ответ. В моей реальности любви не было. Она обходила меня стороной. Приходила к другим, а меня как будто не замечала. Я наблюдала за чужими историями со стороны. Я как бы смотрела один и тот же знакомый фильм. И почти ничего не чувствовала. Я пыталась снова примерить на себя роль любимой и счастливой девушки, какой была когда-то, но не получалось. Не хватало фантазии. Даже в мыслях я не могла представить, что все может быть по-другому. Я никогда не думала, что в двадцать шесть перестану верить в любовь.

Я спустилась вниз, обошла здание и поднялась в магазин на первом этаже. У работников бизнес-центра он пользовался популярностью. Сигареты и свежие булочки раскупались быстро.

Я взяла пакет пряников, сэндвич с курицей и направилась в молочный отдел за кефиром. Обошла полку с чаем и застыла. У полки с йогуртами, держась за руки, целовались Артем и Настя. Я смотрела на них и не могла сдвинуться с места. Как же давно я не целовалась.

У меня с детства хорошая память. Я запоминала сотни бесполезных фактов, дат, вещей и событий. Поэтому совсем неудивительно, что я точно помнила, как давно я не целовалась. Последний раз – осенью, два с лишним года назад, когда напилась и приехала к Андрею. И это было ужасно.

– Привет, Маш, – поздоровался Саша. От неожиданности я уронила пряники на пол. Он поднял их и протянул мне. Артем и Настя уже ушли. – Как дела?

– Наверное, хорошо, – улыбнулась я. – Олег сказал, что мне пора проводить интервью. Мне нужно выучить текст для презентации.

– Когда у тебя интервью?

– Послезавтра.

– Боишься?

– Еще как. Что мне сделать, чтобы не бояться?

– Ничего, – улыбнулся Саша. – Просто сделать. Много раз. Бояться и делать. Другого способа я не знаю. Расскажешь потом, как все прошло.

– Хорошо.

– Маш, а ты где обедаешь?

– Нигде, – задумалась я. – Мы не ходим обедать. Покупаем что-нибудь в магазине, и… и все.

– Пообедаешь со мной?

– Ну, я не знаю.

– Я угощаю.

– Саш, я с удовольствием, но давай в другой раз, – ответила я. – Я не могу сегодня.

Примечания

1

Английское сленговое выражение. Буквально: дерьмо случается. Близко по смыслу к «жизнь несовершенна».

Вернуться