В 317 солнечный день Сид отправляется на вызов по сигнальной индикации. За его плечами уже 316 должных проверок, не выявивших серьёзных угроз для жителей станции Айланд. И вот, 317 вызов. Изменится ли что-то теперь?
«Ну вот опять…», – подумал Сид, увидев вновь замерцавший индикатор красного цвета. На мгновение парень даже перестал раскачиваться на стуле.
«И ведь всегда в мою смену. Поменяться в следующий раз с Джоном, что ли? Так, ради эксперимента».
Коренастый юноша поднялся и прошёл к капсуле для формирования бионической брони. Внутри капсулы живые организмы наращивались прямо на тело стража до вживлённых отметок под кожей, ограничивающих их распространение. Голова оставалась незащищённой, в отличие от других частей тела, зато никакого дискомфорта для дыхательных путей. Да и разговаривать в маске из биоников было бы довольно сложно, ведь они бы не понимали, что именно в этом области должны расступиться для распространения звука. Так что для защиты этой части тела использовали шлемы старого образца из тонкого титанового сплава. Это казалось наиболее удобным, не смотря на изобилии технологий, поспешно сменяющих друг друга в гонке за первенство в звании «Самая продвинутая цивилизация». Прогресс беспощаден и неумолим, но почему-то не для этой части экипировки.
«Высокие технологии высоки не во всём», – с долей иронии подумал Сид, туго фиксируя шлем ремешком под подбородком.
Сегодня был 317-й световой день, когда Сид заступил на дежурство в южном крыле геостации «Айланд», вблизи созвездия Андомеда.
И ровно 317 случаев поднятой тревоги в этом секторе за весь срок его службы. Навряд ли хоть у кого-то язык повернётся назвать это везением. Все, кто мог бы так подумать, были либо недалекими существами, либо мёртвыми. И часто второе являлось следствием первого.
Сид поспешно шёл к транспортному шлюзу. Рядом со входом стояла широкая стойка с начищенными кобурами и оружием, предписанным по протоколу в подобных ситуациях: интуитивными лазерами. Несмотря на красную светоиндикацию, только страж мог подтвердить реальность угрозы. До получения системой подтверждения в виде голосового набора команды авторизованным лицом, интуитивные лазеры могли только парализовать впереди стоя́щий объект. Это считалось более гуманным по отношению к космическим паразитам, периодически пробирающимся на геостанцию при стыковке с торговыми судами, которые до это черт знает где собирали (а может и вовсе – крали) свой товар. Серьёзного ущерба такие существа не наносили, однако на них исправно срабатывала система тревоги станции. По каким причинам до сих пор никому не удалось откалибровать датчики так, чтобы они не реагировали на подобного рода существ, Сид не знал.
Да и потом, всегда есть вероятность, что кто-то из местных проживающих пробрался в запретный сектор: многим он казался довольно уединённым для плотских утех. Когда много дней находишься на одном судне, хочется разнообразия, видимо, и они успешно его находят здесь.
Пока шаттл петлял по транспортной линии ко входу в сектор на автопилоте, Сид гадал, кто же стал причиной красного кода сегодня: космокрыс или привлекательный (по человеческим меркам) андроид из сектора «7» со своим хозяином? Учитывая, что сегодня нечётный календарный день, скорее всего эта неугомонная парочка. И чего им сдались эти «нечётные» числа? У этих андроидов возможно есть некая своя религия. Может всё дело в любви к устаревшей двоичной системе, кто знает. Всё же парочка продлевала своё существование по досье уже восемь земных циклов, а значит были старше Сида примерно лет на 600. Не ему их судить. Проживет столько же или хотя бы половину, возможно сможет понять, но не сейчас, нет. А может все дело было в том, что сам Сид так и не познал любви, заботясь о карьере?
Движение прекратилось. Сид закрепил в области бёдер двойную кобуру. Подергал проверяя, достаточно ли плотно та села на теле. Ещё раз проверил блокиратор на лазерах и количество зарядов. Все было заряжено и исправно. Страж был почти уверен, что за дверью его не ждёт ничего серьёзного, как и в предыдущие 316 раз. Однако он всё равно выполнил все действия, согласно предписанию. Осторожность никогда не помешает. Глубоко вдохнув и расправив плечи, Сид нажал на кнопку, откидывающую дверь шатла и вышел на платформу.
Здесь было светло и спокойно. На дверях, ведущих в нужный отсек, не было каких-либо видимых серьёзных повреждений, и это было первым хорошим звонком: по крайней мере, никакое огромное чудовище не пытается выбить их по ту сторону. Посторонних звуков также не наблюдалось, а свет светит статично, не уловимо для глаз Сида. Список возможных угроз сужается.
– Айланд, Страж-317 приветствует тебя! – громко проговорил Сид и большой круглый диск на стыке двух стальных дверей принялся вращаться, анализируя стоя́щего перед собой.
В конце концов, движение остановилось. Диск принял бледно-салатовый оттенок, едва заметный на металлическом фоне, и двери гостеприимно разошлись.
– Идентификация прошла успешно, доступ получен. Приветствую тебя, Страж-317.
Сид по привычке улыбнулся в ответ на приветствие даже несмотря на то, что оно исходило от холодной машины, слова которой были определенны программой. Мать слишком хорошо воспитала его, чтобы быть невежливый, даже по отношению к роботам.
Из-за дверей взгляду Сида открывался потрясающий вид. Здесь, в южном секторе, пытались воспроизвести зелёную зону XIX века Солнечной цивилизации. Времени, когда экология нынешнего земного карлика была сильна и многообразна. Когда были парки, вековые деревья и всюду слышалось щебетание странных разномастных птиц. Они не были похожи ни на один из видов в галактике, которых Сиду посчастливилось увидеть за свою жизнь. Во всяком случае он мог судить так лишь по архивным записям, что удалось сохранить перед взрывом Пылающей планеты, расположенной в том секторе.
Если же отделу биоинженерии удалось здесь вырастить приближенно похожие растения того времени, безопасные для большей части видов, населяющих станцию, то с созданием живых организмов решили повременить. В целях безопасности, разумеется. Межгалактический альянс отказался много лет назад от саморазвивающихся систем для управления кораблями, потому что боялся восстаний. Кто знает, чего можно ожидать от древних существ, созданных на базе современных технологий?
По этой причине в секторе можно было встретить разве что андроидов, созданных в соответствии с данными, которые удалось сохранить. Чаще всего это были некие зарисовки скелетов из музеев, которые благополучно спустили самые ценные экспонаты в герметичные капсулы для сохранения хоть каких-то фрагментов истории этого мира. Все вновь созданные кибернетизированные организмы вели себя согласно программе. Каждый вид ходил по заданному закольцованному маршруту, некоторые почти неподвижно сидели на деревьях и расставленных вдоль дороги скамьях для подразумевающихся посетителей.
Сид всматривался в этих роботов, пытаясь заметить возможные отклонения от сценария. Но визуально всё было также, как и всегда. По извилистой дороге страж углублялся всё дальше по местности. Ближе к центральной части Сид заметил, что андроидов стало подозрительно меньше. Движение было менее плотным. Это было немного странно, потому что на каждый квадрант подразумевалось одинаковое количество механических существ для создания более реалистичной картины. Возможно, кто-то вышел из строя? Сид, на всякий случай, снял с кобуры оружие и прошёл в пустующий квадрант.
Эта часть территории имитировала, судя по голографической информационной табличке «Пшеничное поле перед сбором урожая». Некоторые колосья достигали в высоту пупка Сида и немного затрудняли без того неспешное движение. Страж обратил внимание, что кое-где растения уже были примяты, а значит кто-то проходил здесь до него. Или что-то. Это было неправильным: траектория андроидов всегда рассчитывалась так, чтобы не навредить другим экспонатом, в том числе относящимся к агрокультурам. Слишком много ресурсов и сил было задействовано для их создания с последующей демонстрацией.
Вскоре, Сид заметил что-то лежащее среди колосьев. Что-то довольное крупное, размером с механического пса. Подойдя ближе, Страж-317 понял, что перед ним лежал именно такой экземпляр. Внешних очевидных повреждений на андроиде не было, однако он лежал на боку неподвижно. Даже лампы индикации ни о чём не сообщали – они просто погасли. Приблизившись ещё ближе, Сид уловил какое-то странное текучее движение на теле робота. Головой он понимал, что жидкостями машины не оснащали и насторожился.
Бионики. Такие же, что составляли костюм стража. Но откуда они здесь?
Сид присел рядом с андроидом, пытаясь рассмотреть поближе биоников. Они вели себя странно. Ненормально и слишком хаотично, словно пытались проникнуть внутрь андроида. Страж потянул руку к бионикам, чтобы те воссоединились вместе с его костюмам для проведения дальнейшего анализа, но тут произошло невообразимое.
Ужас застыл в глазах Сида под шлемом, когда эти мелкие организмы, соединяясь с его костюмом, принялись уничтожать защитную структуру. На стыке соприкосновения со сторонними биониками мерцали искры, придвигаясь всё выше по руке. Они обнажали бледную кожу Стража сантиметр за сантиметр в считанные секунды.
Что было делать? Стрелять? В себя же?
Сид старался стряхнуть агрессивных тварей со своего тела, пытаясь сформулировать приказ для Айланда. Паника мешала понять, какие действия в данной ситуации Страж был обязан выполнить согласно предписаниям. Изолировать территорию, чтобы предотвратить распространение заразы или же направить образцы прямиков в научный сектор для изучения? Сид не знал и это пугало его ещё сильнее. К подобному в академии не готовили. В одном он был уверен – он хотел поскорее избавиться от этой непредсказуемых и враждебно настроенных тварей.
К несчастью Страж-317 думал слишком долго. Так долго, что не заметил прорвавшихся под шлем враждебных биоников. Первым, что они принялись поражать были глаза юноши.
От внезапной острой боли Сид рухнул на землю, царапая от спазмов шлем в попытках его снять. Страж кричал, но недолго: бионики размножались стремительно, поглощая свежую плоть и размножаюсь. Вот уже новые организмы принялись наполнять ноздри и ротовую полость, препятствуя не только распространению звука, но и дыханию.
В 317 солнечный день своей службы Страж-317 погиб на задании номер 317 в агонии от удушья.