Автобус провонял прогорклыми бутербродами и соляркой, кондиционер сдох часа два назад, а Кейти Блейн давно не чувствовала себя так прекрасно. Милуоки остался далеко позади, и для неё, её мамы и сводного брата начиналось долгое благодатное лето. «Теперь у нас всё будет хорошо! – повторяла про себя Кейти. – В Новой Шахте». Ей казалось, что само название городка говорило о том, что это прекрасное место для начала новой жизни.

Мама с закрытыми глазами сидела у окна. На журнале, который она читала перед этим, лежал пакет шоколадных драже. Кейти осторожно перетащила пакет к себе на колени и подкрепилась тремя конфетками. Всё равно они вот-вот растают на солнце. Опустив голову как можно ниже, чтобы никто не видел, она смяла серебристую обёртку и облизала пальцы.

– Детка, ты хоть когда-нибудь перестаёшь жрать? – Слова сидевшего через проход Джея ударили Кейти, словно пощёчина.

Она испуганно оглянулась: лишь бы мама не услышала! Ну почему Джей такой злой? Уже два года у них были общие родители, общий дом – общая жизнь, наконец! – а он по-прежнему не упускал случая поиздеваться.

Проклиная себя за смущённый румянец, Кейти в ответ показала язык – но было поздно. Всклокоченная белокурая шевелюра Джея снова нависла над книгой с научной фантастикой. Он читал её всю дорогу.

«Думай о чём-то хорошем, – приказала себе Кейти. – Думай о Новой Шахте». И она принялась в сотый раз представлять себе новую жизнь. Там непременно есть главная площадь – такие площади обязательно имеются во всех маленьких городах, верно? – в обрамлении высоких деревьев. И библиотека, и ратуша, и собор, и большой магазин. Наверное, рядом будет ещё и кондитерская, в которой румяные продавщицы предлагают шоколад, сваренный по старинному семейному рецепту. А в центре площади обязательно должен быть фонтан! И летняя сцена для оркестра. Ну конечно, определённо там будет играть оркестр!

– Кейти, ну как не стыдно! – Миссис Блейн выпрямилась и отняла у девочки пакет с конфетами. – Я купила это на случай, если нам придётся долго ждать пересадки, а не для того, чтобы ты слопала всё одна. Ты хоть представляешь, сколько калорий содержится в одной такой конфетке?

Кейти сердито вздохнула. Ей совсем не хотелось об этом задумываться.

– Я съела совсем немного, – возразила она, – всё равно они давно расплавились.

Миссис Блейн скомкала пакет и кинула на пол, решив:

– Значит, они вообще несъедобные, – и устало добавила: – Ох, какая духота! От такой жары меня так и клонит в сон. – Внезапно её настроение переменилось, и она обняла Кейти за плечи: – Мы скоро приедем, детка. А у дяди Фрэнка сможем как следует поужинать и отдохнуть. Наверняка в Новой Шахте будет не так жарко. Недаром же он на четыреста миль севернее Милуоки.

– Дядя живёт в центре города? – Кейти представила себе дом из красного кирпича с белыми ставнями. Ну, белый дом с колоннами тоже ничего.

– Я не знаю. До этого письма от него уже много лет не было ни слуху ни духу. И я уверена, что он отчаянно нуждается в нашей помощи – иначе бы не написал. – Мама достала из сумочки платок и промокнула лоб. – Когда мне было столько же лет, как тебе, он регулярно приезжал в Милуоки по делам, и всегда останавливался у нас. Они были лучшими друзьями с твоим дедушкой Трейнором. Я помню, что дядя Фрэнк был весёлый и общительный и всегда привозил мне небольшие подарки. Но всё это ты уже слышала. – Миссис Блейн откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. У неё на лице проступила привычная грустная гримаса. – Ужасно хочется спать, – и уже через секунду она задышала глубоко и ровно.

Когда отчим Кейти, Том Блейн, умер восемь месяцев назад, её мама стала ужасной соней – как будто постоянно искала способ уйти от реальности.

Кейти почувствовала себя совсем одиноко, оглянулась и увидела, что Джей отложил в сторону свою книгу.

– Джей?

Она решила простить ему недавнюю обиду. Гораздо важнее был правильный старт, когда они приедут в Новую Шахту. Но Джей глубоко задумался. Прямой нос, густые брови – он очень походил на своего отца.

– Эй! – Кейти поднялась с места и пристроилась на подлокотнике его сиденья. – Ты дочитал книгу?

– Ага.

– Тебе понравилось?

– Нормально. – На миг его лицо смягчилось. Может, он всё-таки оценил её старания быть дружелюбной?

– Мы уже вот-вот приедем. В Новую Шахту.

– Делов-то.

– И знаешь что? У меня такое чувство, будто я уже была в этой Новой Шахте раньше. Ну, может быть, в другой жизни. И я знаю, как там всё будет. Наверное, это потому, что я всегда мечтала жить в маленьком городке. А ты?

– А я всегда мечтал жить в Милуоки, на родине, – злобно прищурился Джей. – И я никогда не мечтал сломя голову нестись на край света только потому, что какой-то старпёр, которого я в жизни не видел, попросил о помощи. Но разве кого-то интересует, чего я хочу?

Пожалуй, это звучало бы не так ужасно, если бы он кричал, а не цедил слова с ледяным спокойствием. Кейти умела постоять за себя в громких спорах. Однако его спокойствие говорило о том, что она ничтожество, недостойное даже того, чтобы с нею спорить. И он откинулся на спинку кресла с таким видом, словно только и ждал, когда она отстанет.

Толстяк, сидевший рядом с Джеем, злорадно косился в их сторону, явно наслаждаясь ссорой. От его кривой ухмылки стало совсем тошно.

– Ну а мне плевать, что ты думаешь! – выпалила Кейти. – Я очень рада, что всё лето мы проведём в зелёном маленьком городке, где у меня будет целая толпа друзей! И ты бы тоже мог с кем-то подружиться, если бы не хамил всем подряд! – Девочка рывком вернулась через проход на своё место.

Если бы только здесь сейчас оказался Том Блейн… Но ведь если бы Том не умер, они бы не ехали сейчас в Новую Шахту. Их маме не пришлось бы искать себе занятие, чтобы проще было убегать от горестных воспоминаний. Если бы Том был жив, этим летом они бы провели отпуск на Миссисипи или Зелёном озере. Они бы плавали и ловили рыбу. А Кейти даже могла бы научиться кататься на водных лыжах. Пока Том был жив, они были одной семьёй, и выпадали целые дни и даже недели, когда Джей готов был принять их как родных. Он шутил над Кейти – по-доброму, как настоящие братья подшучивают над сёстрами, и они смеялись над этими шутками вместе. Но Том умер, и Джей снова чувствовал себя одиноким и обманутым, как восемь лет назад, когда умерла его мама.

– Мне никто не нужен, – заявил он Кейти, когда она попыталась утешить его после похорон. – Не парься. Я сам о себе позабочусь.

– Из-за чего вы опять с ним сцепились? – шёпотом спросила мама, не открывая глаз. Похоже, она вовсе и не спала!

– Так, ерунда.

– Бедный мальчик, он злится оттого, что его оторвали от этих его ужасных дружков, – она старалась говорить еле слышно. – Только бы он не дулся всё лето, а то ещё обидит дядю Фрэнка. – А тебе не помешало бы причесаться, – добавила она через пару минут. – Мы уже подъезжаем. – Миссис Блейн пригладила свои тёмные волосы и поправила заколки, удерживавшие узел на затылке.

Не отрывая глаз от пыльного окна, Кейти пошарила в рюкзаке в поисках расчёски. Всё, что она увидела – жалкая заправочная станция с одной колонкой, ядовито-жёлтый киоск и за ним – ряд обшитых вагонкой домиков по соседству с высокими деревьями. А дальше, насколько хватало глаз, темнела лесная чаща северного Мичигана – как на протяжении нескончаемых миль их пути. Светлые стволы берез и осин перемежались с вечнозелёными елями и соснами. Обочины дороги пестрели пурпурными, жёлтыми и рыжими луговыми цветами.

– Здесь очень красиво, – сказала Кейти. – Тебе нравится, мама?

– Да, пожалуй, – кивнула миссис Блейн. – Вообще-то я дитя асфальта. И вряд ли смогла бы жить в такой глуши. Но наверняка это будет отличной сменой обстановки на пару месяцев.

– Конечно! – подхватила Кейти. – Это же прекрасно! Знаешь, что я подумала? У нас будет жизнь, как в кино. Я перезнакомлюсь со всеми в округе, и мы будем ходить за покупками в главный магазин, и гулять по площади, и…

Она замолкла, когда автобус круто повернул с шоссе и запыхтел вверх по грунтовой дороге. По обе стороны от неё располагались маленькие домишки. Между дворами, огороженными заборами, на лужайках торчали сараи и брошенные машины. И на всё это указывала деревянная табличка в форме указательного пальца.

– Новая Шахта, – прочитала Кейти. – Ну, наконец-то!

Джей раздражённо покосился на неё, а толстяк снова ехидно ухмыльнулся.

– Наконец-то, – отозвалась миссис Блейн. – О боже!

Кейти разглядывала запертые магазины с обветшавшими вывесками и разбитую мостовую. Большинство когда-то покрашенных в красный цвет, а теперь казавшихся покрытыми ржавчиной домишек выглядели откровенно заброшенными. Но даже у жилых коттеджей вид был жутковатый. Кейти, стараясь совладать с подступавшей паникой, посмотрела в другую сторону. Снова облезлые дома, причём парочка из них вот-вот готова была просто развалиться у них на глазах. Автобус со скрежетом переваливался с боку на бок на колдобинах, объезжая одни и безнадёжно проваливаясь в другие. Но вот он остановился, и в открывшуюся переднюю дверь ворвался раскалённый воздух.

Толстяк уже не скрывал злорадства, уставившись на Кейти:

– Хорошенький зелёный городок? – ехидно поинтересовался он. – А ты чего ожидала? Эта развалина давно уже мертвее мёртвого!

– А где же площадь? – растерянно прошептала Кейти. – Где сквер, и эстрада, и белый собор? Ох, мама, это не может быть Новая Шахта! Не может!

– Не расстраивайся, – миссис Блейн, стараясь не выказывать растерянности, похлопала дочку по руке. – Твои ожидания не оправдались, так бывает. Мои тоже, если уж на то пошло. Но какая разница? Мы же не собираемся здесь оставаться навсегда.

Кейти смотрела на маму и не верила своим глазам. Ей хотелось закричать: «Но как же мы сможем начать новую жизнь в этом месте? Что может быть хорошего в этой мёртвой дыре?» – однако от потрясения у неё перехватило горло.

– Что теперь? – спросила Кейти.

Они стояли на обочине. Чемоданы пришлось поставить прямо на землю, а жара была такая, что даже дышать удавалось с трудом. Автобус давно укатил, грохоча и завывая.

– Полагаю, надо спросить, как пройти к дому дяди Фрэнка, – наконец решила миссис Блейн. – Может, вон там… – и она кивнула в сторону павильона, в окне которого была пристроена картонка с надписью от руки: «Автостанция». А ещё ниже было приписано совсем мелко: «Почта». Рядом висела выцветшая рекламная фотография с автобусом, едущим по берегу бурной реки. – Джей, ты не мог бы…

Мальчик пожал плечами и нехотя двинулся к двери в павильон.

– Давай я тоже пойду, – предложила Кейти.

Только бы не стоять вот так, разглядывая Новую Шахту!

Внутри за прилавком стояла худая женщина и сортировала почту. Несмотря на строго уложенные локоны и толстые очки, она напомнила Кейти девочку, играющую в почтальона. При виде Кейти и Джея женщина не смогла скрыть удивления.

– Если вы хотите забрать почту, необходимо удостоверение личности, – объявила она. – Никто не поверит вам на слово. Наше отделение подчиняется тем же правилам, что и вся государственная почтовая служба, – и она замолкла в ожидании возражений.

– Мы ищем дом Фрэнка Пэндарры, – сказал Джей. – Вы не знаете, где он живёт?

– Так вы его родные. – Женщина как будто не слышала вопроса. – Явились позаботиться о бедняге. Ну да, сходство бросается в глаза. – И она уставилась на Джея, близоруко щурясь: – У тебя нос, как у Пэндарры, а у тебя, барышня, его глаза.

– Но мы вовсе не… – начала было Кейти.

– Кто бы мог подумать, что у Фрэнка вообще кто-то остался, пока мы не узнали, что он позвал на помощь. И вы появились очень вовремя, вот что я скажу. Бедняга совсем больной. Да и норов у него ещё тот! С больными вечно одна история. Взять хотя бы мою мамашу – вот уж злобная…

– Да, мэм, – перебил её Джей. – Вы не могли бы подсказать, где живёт Фрэнк?

– Конечно, могу, – сердито выпалила она. – Я же всё-таки на почте работаю! И определённо могу сказать, что вы брат и сестра. Шила в мешке не утаишь. А уж я всегда вижу, когда родные друг на друга похожи.

Джей как-то сдавленно хрюкнул, и Кейти поняла, что он старается не расхохотаться – как и она сама. Как бы она ни хотела, чтобы Джей был её братом, ни о каком сходстве и речи не было. Он был высокий и тонкокостный, со светлыми волосами. А Кейти – коренастой и упитанной, с тёмной шевелюрой.

– Мы могли бы прихватить почту для Фрэнка, – предложил Джей. – Конечно, если нам покажут, где его дом.

– Вы легко его найдёте. Заверните за угол, а потом поверните наверх, на холм. Дойдёте до самого верха и потом дальше. Увидите большой серый дом – там и живёт Пэндарра. Писем он уже давно не получает. Но вы можете передать привет от миссис Треварты.

Кейти покачала головой:

– А туда не ходит автобус? – Она уже знала ответ, но при одной мысли о том, что придётся тащить в гору тяжеленные чемоданы, делалось дурно.

– Автобус? – повторила миссис Треварта. – Да вы точно из города сюда явились, как пить дать. Единственный автобус в Новой Шахте, – этот тот, с которого вы сейчас сошли. Только автобуса нам в Новой Шахте и не хватало – вот была бы потеха! А вам полезно погулять пешком, – добавила она.

Джей вышел следом за Кейти на солнце. Он молча подхватил два чемодана, а Кейти взяла третий, оставив маме пакеты с покупками. Миссис Блейн поспешила было за ними и растерялась, когда ребята миновали павильон и остановились, с ухмылками глядя друг на друга:

– С чего это вы…

– Та женщина на почте, – хихикнула Кейти. – Она сказала, что мы с Джеем брат и сестра, потому что похожи друг на друга.

– И оба похожи на нашего дядю Фрэнка, – подхватил Джей. Но его улыбка тут же увяла – наверняка он вспомнил, что попал сюда против воли. – Глупая тётка, – фыркнул он и снова поднял чемоданы. И хотя его голос был полон презрения, углы губ предательски кривились, как будто улыбка не хотела сдаваться.

«Может, здесь и правда что-то изменится, – подумала Кейти. – Даже если тот вредный тип не соврал и город давно умер».

Они завернули за угол и оказались у подножия самого крутого холма, который доводилось видеть Кейти. Она бы даже назвала его небольшой горой, с узкой прихотливой дорожкой, кое-где совсем заросшей сорняками. Старые дома с покосившимися крылечками и выцветшими занавесками на окнах перемежались пустырями, заваленными мусором и поросшими лютиками. Дорожка была такой красной, словно сама земля на ней покрылась ржавчиной.

– Эти места богаты железом, – пояснила запыхавшаяся миссис Блейн, – или когда-то такой была, пока рудники не опустели и не закрылись. Наверное, потому и дома покрашены красным – когда в воздухе столько красной пыли, краски не напасёшься.

Кейти сильно сомневалась, что их вообще когда-то перекрашивали. Каждый шаг делал её мечту о милом сказочном городке всё более смешной. И вдобавок эта жара! Кто бы мог вообразить такую духоту в городе, окружённом дремучим лесом, в каких-то пятидесяти милях от знаменитого Верхнего озера?

Они упорно карабкались на холм.

– Надеюсь, вы ничего не напутали, – пропыхтела миссис Блейн. – Вряд ли я смогу подняться ещё куда-то после этой горы.

– Весь этот дурацкий город находится на горе, – фыркнул Джей. – Что тут можно напутать?

– Ох, Джей, ради всего святого… – Голос миссис Блейн как-то подозрительно ослаб.

Кейти посмотрела на маму и увидела, что она еле движется. Плечи бессильно обвисли под тяжестью огромных пакетов.

– Мама, тебе плохо?

Внезапно миссис Блейн села прямо на землю.

– Мама! – испуганно пискнула Кейти. Она встала на колени, обхватив маму руками. – Что с тобой?

– Я… – Миссис Блейн наклонилась вперёд. – Я сейчас отдышусь. Это всё духота… и гора такая крутая… и всё остальное тоже…

– Я пойду поищу воды, – Кейти затравленно огляделась. – А ты побудешь здесь.

Оказалось, что они остановились перед узким красным домом с крыльцом. Передняя дверь была распахнута настежь. Кейти, позабыв про чемодан, побежала к дому.

– Есть кто дома? Пожалуйста! Отзовитесь!

В тёмном коридоре возникло какое– то движение, и Кейти заметила девочку.

– Кто тут?

Девочка была ровесницей Кейти, только худой и нескладной. Она была одета в затёртые джинсы и мужскую рубашку. С одного боку её волосы были уложены странными толстыми буклями, а всё остальное свободно свисало на плечи.

– Чего тебе?

– Моей маме надо воды. Ей стало плохо – или что-то типа того. Прямо перед вашим домом!

Девочка повернулась и исчезла. Кейти прошла следом за ней в просторную кухню с плиткой на полу. Девочка стояла у раковины и доставала стакан.

– Вы приехали помогать Фрэнку?

Кейти так и подскочила от звуков этого хриплого голоса. В углу, возле газового камина, сидела миниатюрная хрупкая старушка. Она была одета во всё чёрное и закутана в шаль, несмотря на жару. Тёмные глаза ярко блестели на круглом и морщинистом, как печёное яблоко, лице.

– Да. – Кейти протянула руку за стаканом с водой, который подала ей девочка.

– Ну, тогда передай от меня Фрэнку, что они всё равно придут, несмотря ни на что, – заявила старушка. – Их не остановишь – ни ты, дорогуша, ни я. Никто не остановит.

Для Кейти это звучало полной бессмыслицей.

– Спасибо за воду, – поблагодарила она и поспешила по коридору.

– А ты передай Фрэнку, что я сказала, барышня! – шелестел за спиной хриплый голос. – Передай!

За это время миссис Блейн успела перебраться на пятачок выжженной травы. Джей поставил друг на друга два чемодана, так что она смогла прислониться к ним спиной и сидела, закрыв глаза. Кейти поднесла стакан к её губам, и она жадно выпила всю воду.

– Спасибо, детка.

– Можете занести её в дом, если хотите.

Кейти подняла глаза: оказывается, девочка шла следом за нею. На полуденном солнце её нелепо уложенные волосы отливали огненно-алой медью.

– Мама, давай мы…

Но миссис Блейн медленно встала, оттолкнув их. Она уже не казалась такой бледной.

– Мне лучше, – сказала она. – Честное слово. Глупо получилось. Но всё равно спасибо, – она посмотрела вперёд. – Мы ведь уже почти поднялись?

– Давай я донесу эти пакеты, – сказала Кейти. И она поспешила подхватить их, пока мама не возразила. – Я отлично справлюсь, правда, – она взяла в другую руку чемодан, а Джей взялся за остальные. Он не произнёс ни слова, но уставился на высокую девочку так, будто увидел инопланетянку с Марса.

– Ох, чёрт, мои волосы, – девочка схватилась за свои букли. – Я пыталась попробовать что-то новое, – покраснев от смущения, выпалила она, – и теперь похожа…

Она умолкла. На физиономии Джея ясно было написано, на кого она похожа.

– У тебя очень симпатичная причёска, – заявила Кейти. – Я люблю рыжий цвет.

Но девочка лишь сердито поджала губы и промолчала. Джей повернулся и пошёл вверх, а миссис Блейн поспешила за ним с виноватой улыбкой.

– Та леди на кухне…

– Моя бабуля, – последовал резкий ответ.

– Она знала, что мы приехали к Фрэнку Пэндарре. Наверное, в таком маленьком городе все друг друга знают. – Кейти совсем не хотела, чтобы это прозвучало так, будто она осуждает местных жителей за назойливость. – Ну, то есть я бы хотела уточнить: что имела в виду твоя бабушка? О чём она говорила?

– Без понятия. – Девочка развернулась и пошла обратно по узкой дорожке. – Она иногда несёт всякую чушь. Не обращай внимания. – Она вошла в дом и захлопнула за собой дверь.

Кейти сердито прикусила губу. Они даже не познакомились. Со вздохом она вернулась на дорогу. Опять этот Джей всё испортил. Ему даже рот открывать не пришлось. Сейчас, на такой жаре, ей не хотелось спорить и объяснять Джею, что она об этом думает, однако Кейти пообещала себе, что непременно вернётся к этому разговору позже. Он только что помешал ей обзавестись новой подругой.

Чем выше они поднимались, тем дальше друг от друга стояли дома вдоль дороги. И город, и дорога кончались на самой вершине. Ухабистая дорога в обрамлении пушистых одуванчиков, усыпанная красным гравием, убегала прямо от них через луг и скрывалась в зелёной роще.

Джей бросил чемоданы и уселся на один из них. Миссис Блейн примостилась на втором.

– Дурдом какой-то! – выпалил парень. – Ты посмотри на этот луг! Та тётка на почте над нами издевалась!

– Хватит! – Миссис Блейн вытерла пот с лица. – Нас и так скоро хватит удар от этой жары, и нечего кричать. Кейти, пойди вперёд по дороге и посмотри, нет ли ещё домов за этой рощей. А мы подождём тут.

Кейти испуганно посмотрела на маму, но послушно пошла вперёд. Её шаги спугнули стайку мелких белых бабочек: они закружились в потоках тёплого ветра, как лепестки цветов. По левую руку острые пики странных алых холмов выстроились в ровную линию, исчезающую под покровом леса.

На краю леса Кейти задержалась. Дорога впереди была похожа на коридор, стенами которому служили тёмные сосны и белоствольные берёзы. Ну и чаща – только медведей не хватает! Или волков… Девочка постаралась взять себя в руки и пошла дальше, стараясь отделаться от ощущения, будто лесные своды смыкаются у неё над головой.

Она едва успела пройти поворот, как уловила некое движение. Перед ней промелькнул олень. Всё произошло так быстро, что Кейти лишь успела восхититься его удивительной грацией. Миг – и снова она одна, затаившая дыхание от восторга.

Она только что видела оленя! Даже Джей не сможет остаться равнодушным, когда услышит об этом!

Ещё два поворота – и роща закончилась так же резко, как началась. Перед девочкой снова открылся просторный луг, только здесь там и сям росли одинокие ивы, поникшие от жары, словно выцветшие зонтики. На дальнем краю луга перед ней высился полускрытый деревьями серый дом с массивным крыльцом, огибавшим одну из боковых стен. Ставни на окнах покосились, а лужайка перед крыльцом заросла сорняками. Если не считать упрямо упиравшихся в небо каминных труб, всё сооружение казалось ужасно ветхим.

На крыльце кто-то сидел в кресле-качалке. Кейти увидела, что этот человек встал, и стало ясно, – это старик. Он проковылял к лестнице и поднял над головой руку. Трудно было сказать: то ли он машет в приветствии, то ли грозит кулаком.

– Эй, девочка! – Голос у старика был ужасно хриплый. – А ну, иди сюда! Я кому сказал?!

Кейт невольно попятилась обратно в тень деревьев. Она ничего не могла с собой поделать. Только не этот дом, твердила она про себя. Только не этот тип с отросшей всклокоченной шевелюрой и лающим голосом. Их путешествие не могло закончиться вот так.

Кейти развернулась и побежала назад через лес, на ходу пытаясь придумать, что скажет маме.

«Я нашла нужный нам дом».

«Я видела дядю Фрэнка».

И тут в голове у неё загремели слова, которые пришли ей в голову ещё там, на остановке, когда она впервые увидела Новую Шахту сквозь пыльное окно.

«Джей был прав. Нам тут нечего делать. Нужно немедленно возвращаться в Милуоки!»

– Старина Фрэнки чуть не умер тут с голоду, совсем один! – Дядя Фрэнк снова сидел в своём кресле-качалке на крыльце и не умолкал ни на минуту с тех пор, как появились Блейны. – Вчера я звонил в город, заказал хлеб и суп на обед – и до сих пор ничего не принесли! Поэтому я обращаюсь к тебе, барышня. Заставь их пошевелиться наконец!

Кейти сидела на ступеньках крыльца, выполняя мамин приказ: «Побудь с дядей Фрэнком, пока я осмотрюсь». Судя по всему, быть с дядей Фрэнком означало сидеть и молчать. От попыток старика пригладить волосы пятернёй они растрепались ещё сильнее, и вся его тощая фигура содрогалась от возмущения. Просто удивительно, как в таком измождённом состоянии человек умудряется так громко жаловаться!

Несмотря на потоки слов, Кейти чувствовала себя ужасно одинокой в сгущавшихся сумерках. Лес на краю луга наливался мрачными тенями, к которым тянулись силуэты ближних ив. Ей казалось, что Милуоки с её прежними подругами остались в десятках тысяч миль отсюда.

Из головы никак не шла мрачная высохшая старушка, с которой она столкнулась по дороге сюда. Что там она шептала? «Передай от меня Фрэнку, что они всё равно придут, несмотря ни на что. Их не остановишь – ни ты, дорогуша, ни я. Никто не остановит». Кейти хотелось, чтобы дядя Фрэнк хоть немного успокоился – может, тогда он сумеет растолковать, что это значит?

– Ты бы лучше сама сходила в магазин, барышня. В этом доме давно нечего есть. – Старик так хлопнул рукой по подлокотнику, что Кейти подскочила. – Как бишь тебя зовут?

– Кейти. Кейти Джейн Карсон Блейн.

– Ну, вот и сходила бы с этим мальчишкой – как бишь его зовут?

– Джей. Он мой сводный брат, дядя Фрэнк. Он наверху – наверное, отдыхает. Понимаете, он устал. – Ей было неловко за то, как грубо вёл себя Джей, когда миссис Блейн пыталась их познакомить. – Завтра ему будет лучше.

– Какое мне дело! – Тощие руки сердито взмыли в воздух. – Вы двое спускайтесь в город и принесите поесть. И чем раньше, тем лучше.

Распахнулась входная дверь, и при виде миссис Блейн у Кейти вырвался вздох облегчения. Мама показалась ей оживлённой. Собственно, ради этого они и притащились в Новую Шахту – чтобы у мамы появилось дело, ради которого ей пришлось бы отвлечься от горестных мыслей. Дом дяди Фрэнка выглядел ужасно, а мама – ужасно занятой!

– Сегодня никто никуда не идёт, – заявила миссис Блейн. – В буфете полно консервов, дядя Фрэнк. Нам этого хватит до завтра.

Кейти показалось, что дядя Фрэнк расстроился.

– Это всё мальчишка-разносчик из магазина. Он всё от меня прячет. Я искал, но не нашёл ни крошки.

– Наверное, он старался сделать, как лучше, – возразила миссис Блейн, окидывая взглядом двор. Её улыбка нисколько не потускнела, несмотря на убогий вид вокруг. – Уже почти пять часов, – заметила она. – Скоро будем ужинать. Ты можешь идти, Кейти. Я хочу поговорить с дядей Фрэнком.

– Я разберу чемодан. – Кейти только рада была убраться отсюда.

Прихожая с отделанными панелями стенами была просторнее, чем её спальня дома. У стены примостились старинные часы высотой в добрых два метра, с застывшим маятником. За ними в темноту уходила лестница, а в противоположной стене двустворчатые двери открывались в длинную гостиную. Вид у неё был такой, будто туда годами не ступала нога человека.

Кейти на цыпочках пробежала по коридору, ведущему в столовую. Дальше была кухня, с широким столом, застланным клеёнкой, крашеными полками, чуланом, газовой плитой и – чудо из чудес! – совсем древней дровяной печкой. Кейти не удержалась: отворила дверцу духовки и заглянула внутрь, чувствуя себя настоящей ведьмой из сказки.

В кухне царил полумрак, застоявшийся воздух был горячим и душным. Кейти захлопнула духовку и вернулась в столовую, а потом заглянула в приоткрытую застеклённую дверь библиотеки. «По крайней мере, книг тут хватает», – сказала она про себя, проводя пальцами по рядам корешков. Но даже книги её не обрадовали. Этот дом подавлял заброшенностью, ветхостью и… чем же ещё? Она не могла отделаться от странного предчувствия: что-то случится! Этот дом, забытый посреди луга в вымирающем городе, был полон мрачных тайн.

Наверху сумрачный коридор делил пополам второй этаж. Кейти сунулась было в первую же открытую дверь, но задержалась: в конце коридора ей почудилось какое-то движение. Там кто-то есть! Кто-то невысокий, темноволосый, в джинсах и футболке. Кейти со всхлипом вздохнула. Это надо же было догадаться повесить так зеркало в полный рост! Придётся запомнить, иначе она каждый раз будет обмирать от испуга, поднимаясь наверх.

В хозяйской спальне стоял мамин чемодан. Чемодан Кейти нашёлся в соседней спальне поменьше. Там стояли продавленная кровать, платяной шкаф с кривым зеркалом и тумбочка. Синий ковёр насквозь пропылился, а обои с розочками пошли пузырями в углах. Кейти распахнула настежь два окна и раздвинула занавески в надежде впустить сюда хоть немного воздуха.

В дверях появился Джей и заявил:

– В этом сарае нет даже кабеля. Как тебе нравится: застрять посередине полного нигде, да ещё без телика?

У Кейти тоскливо сжалось сердце. Она тоже будет страдать без телевизора, но всё же меньше, чем Джей.

– Слушай! – Он бесцеремонно плюхнулся на кровать и застонал, когда в спину вонзились пружины. – Давай ты поговоришь с ней – ну, с твоей матерью? – Кейти заметила, что он абсолютно серьёзен. – Уже всем понятно, что её затея провалилась. И нам тут нечего делать. Этот старикашка вовсе не выглядит больным, и вдобавок он вам не родня. Так с чего она носится с ним, стоит ему заговорить о сиделке? Это просто глупо.

Кейти осторожно опустилась на кресло-качалку с дырявым сиденьем.

– Много лет назад Фрэнк был для мамы как родной, – сказала она. – Мама была совсем маленькой, когда его сын погиб из-за несчастного случая. А его жена умерла задолго до этого. И мама говорит, что дядя Фрэнк очень изменился, когда потерял сына. Наверное, ему было очень тяжело. Он писал им пару раз, но больше никогда не появлялся в Милуоки.

– Ну вот пусть и топает в дом престарелых. – Джей резко сел. – Так многие делают.

– Может, он и отправится туда, когда-нибудь позже, – сказала Кейти. – Но ему бы хотелось как можно дольше оставаться в собственном доме. И ты же знаешь, как мама хотела уехать этим летом из Милуоки…

– А я не хотел! – Джей зло хлопнул по подушке и несколько раз чихнул, вдохнув пыли. – Мы собирались отремонтировать байк Дуга Крокера и ещё планировали кучу дел. – Он сердито уставился на Кейти. – Ты и сама не хочешь здесь зависать, ведь так? Скажи честно!

– Я… – Кейти отвернулась, не желая выдавать свои чувства, – я не знаю, – наконец сказала она. – Всё сразу пошло не так, как я представляла, но в любом случае сейчас мы не можем бросить дядю Фрэнка.

Она улыбнулась как можно приветливее, в надежде вызвать ответную улыбку у Джея.

– Может, ты тоже найдёшь здесь, чем заняться, – предположила она. – Просто надо сперва осмотреться. Кто знает, может, нам здесь ещё и понравится.

– Ни за что. – Джей даже сжал кулаки. – Лучше я просто сбегу домой.

– Ты не можешь!

– С чего это ты так уверена? Сиди здесь сама и протухай, если так хочется, малявка! А у меня на лето свои планы!

Разговор был окончен. И он совсем не походил на то, как говорят между собою брат и сестра. Джей выскочил из комнаты, а Кейти откинулась на спинку кресла. Девочка невольно скривилась, когда дверь грохнула так, что содрогнулись стены.

Несмотря на все жалобы на невыносимый голод, дядя Фрэнк едва прикоснулся к супу, который мама Кейти приготовила на ужин. Дядя Фрэнк сидел за столом и дремал. Даже Джей не мог больше отрицать, что старик болен.

Миссис Блейн положила рядом с тарелкой блокнот, собираясь составить список дел.

– Прежде всего необходимо навести чистоту в доме, – заявила она. – Вы двое завтра можете начать со своих спален, а потом поможете мне внизу. Здесь всё нужно привести в порядок и проветрить.

– Ну вот, только уборки не хватало! – Кейти искоса глянула на Джея, но тот вообще её не слушал. – Мама, ты же не заставишь нас пахать целый день! Я собиралась пройтись по городу и посмотреть, есть ли здесь другие ребята.

Одна девочка здесь точно жила, Кейти помнила о том, как они встретились по пути на холм, только вот проблема: она не желала дружить с Кейти.

– Конечно, ты успеешь пройтись, – заверила дочку миссис Блейн. – Но сначала немного поможешь с уборкой. – И она обратилась к Джею: – А ты чего нос повесил? О чём задумался?

Джей молчал, не поднимая глаз от тарелки. Кейти заёрзала от неловкости.

– Ты же понимаешь, что я не собираюсь заставлять вас работать дни напролёт, – продолжала миссис Блейн, делая вид, что ничего не замечает. – Я хочу, чтобы вы как следует отдохнули этим летом. Вы сможете гулять – исследовать окрестности, как вам угодно. На новых местах всегда интересно.

Джей кивнул и проглотил ложку супа.

Дядя Фрэнк со звоном уронил свою ложку в тарелку.

– Он заснул, – прошептала Кейти. – Мама, он почти ничего не ел.

Миссис Блейн взяла дядю Фрэнка за руку, и его взлохмаченная седая голова вздрогнула.

– Ты не хочешь пойти спать? – ласково спросила она. – Если сейчас нет аппетита, я приготовлю перекус позже.

– Устал, – пробормотал старик, оглядываясь с таким видом, будто не узнаёт никого за столом. Он встал, неловко оттолкнув кресло, и миссис Блейн кинулась ему на помощь.

Каково это: чувствовать себя старым, немощным, рассеянным, неспособным поспевать за тем, что творится вокруг? Внезапно Кейти вспомнила, что собиралась его кое о чём спросить. Это была загадка, разрешить которую мог только сам дядя Фрэнк.

– Дядя Фрэнк, по пути к вам мы встретили вашу старую знакомую. Это была худая пожилая леди, которая живёт неподалёку.

– Нэнси Трелони, – чертыхнувшись, буркнул старик. – Явилась сюда со своей семейкой из Корнуолла в тот же год, что и я. И всю жизнь прожила в том доме. Вот так.

– Да-да, и она просила вам кое– что передать, – затараторила Кейти. – Она сказала так: «Они всё равно придут, несмотря ни на что». И ещё сказала: «Их никто не остановит». Что бы это могло значить?

Старик резко выпрямился, и в глубоко запавших тёмных глазах засверкали отвращение и гнев.

– Вечные сказки выжившей из ума деревенщины! – рявкнул он. – Я не желаю слушать эту чушь, ясно тебе? – И внезапно он поник. – Она всегда была сумасшедшей, эта Нэнси, – сказал он. – Болтает глупости без конца. Не обращай на неё внимания. – И дядя Фрэнк, шаркая, пошёл вон, поддерживаемый под локоть миссис Блейн, наградившей дочку весьма суровым взором.

– Ну и как тебе это? – Кейти едва дождалась, пока они отойдут подальше. – Видел, как он вскинулся, когда услыхал, что ему передала та старушка?

– Пожалуй, он прав – у старухи поехала крыша, – равнодушно сказал Джей.

– Но ты же видел: он явно понял, что она хотела сказать! – возмутилась Кейти и сердито откинула с лица упрямую тёмную прядку. – Ты что, ничего не заметил? Он отлично понял, что имела в виду миссис Трелони, и это его разозлило. Ему это совсем не понравилось.

– Ну и что?

– А то, что это единственное интересное, что случилось здесь с той минуты, как мы вышли из автобуса, – выпалила Кейти. – И это настоящая загадка! – Она откинулась на спинку стула и подвела итог: – Может быть, в молодости у дяди Фрэнка и Нэнси Трелони случился роман. Может, они поссорились и переженились на других, но она всё равно его не разлюбила, а сейчас пытается предупредить о какой-то опасности.

– А может, у тебя тоже поехала крыша, – отрезал Джей. – Меньше всего это похоже на любовное послание – скорее, на угрозу, – он смерил Кейти издевательским взглядом. – Ну ты и насочиняла! С тобой не соскучишься!

– А что в этом плохого?

– Наверное, ничего. – Джей ухмыльнулся, и какое-то время они сидели молча. Потом Джей пожал плечами. – Но только ты со скуки выдумываешь проблемы на пустом месте. Потому что понятия не имеешь о том, что значит настоящие проблемы.

Из его тона следовал вывод, что уж он-то знает, о чём говорит. Кейти подождала: наверное, теперь он объяснит, что его тревожит, но Джей решительно отодвинул стул и встал:

– Ладно, пока.

Кейти не спеша доела консервированный горошек, оставив напоследок сладкий сироп. Она не сомневалась, что прикоснулась к тайне. Джей может издеваться сколько угодно, но тайна поможет ей хоть немного оживить тоскливое лето, предстоящее в этом гиблом месте.

Она заглянула в банку, убедилась, что там осталась последняя горошинка, и прошла через кухню к задней двери. В таком месте непременно должны быть свои тайны. Тесное крыльцо плыло, словно плот, в море луговой травы. Кейти спустилась на нижнюю ступеньку и залюбовалась закатом. На таком лугу наверняка водятся кролики, и мышки, и всякие другие зверюшки. Может, даже змеи! Она попятилась обратно на крыльцо, но гнилые доски подломились, она оступилась и упала. Вот только что она любовалась лугом. А в следующую секунду уже растянулась во весь рост на траве. От удара заныли рёбра.

Девочка хотела было подняться, но замерла на месте. Откуда-то снизу донёсся стон: горестный звук, который тут же прекратился. Она оглянулась и снова прижалась ухом к земле. Тишина. Однако пока она лежала вот так, не шелохнувшись, земля задрожала у неё под руками.

Кейти подскочила, как ошпаренная, и вернулась на крыльцо. Она ворвалась в заднюю дверь и чуть не налетела на маму, только что вошедшую в кухню.

– Кейти, ради всего святого! Дядя Фрэнк не может заснуть. – Она устало опустилась в кресло. – А ты ещё и расстроила его не на шутку, – мама продолжала, не замечая, какой у её дочери взъерошенный вид. – Чтобы больше никаких вопросов о загадочных посланиях, понятно? У дяди Фрэнка слабое сердце. Ему нужны покой и тишина, и никаких стрессов.

Кейти затравленно оглянулась, как будто в открытую дверь вот-вот могло ворваться какое-то чудовище.

– А Джей где? – не унималась миссис Блейн. – Ему тоже не мешало бы следить за своим языком!

– Он ушёл к себе. – Кейти перевела дух, стараясь успокоиться. – Я вымою посуду.

У неё язык не повернулся рассказать маме о том, что случилось. По крайней мере, не сейчас. Прежде всего потому, что мама скорее всего ей не поверит. А кроме того, у неё на руках и так выживший из ума старик и строптивый пасынок, о которых нужно заботиться. Вряд ли ей захочется узнать о «Чем-то Загадочном», скрывающемся на заднем дворе дяди Фрэнка.

– Ты сумасшедшая, – Джей встал и вытряс из волос травинки. – Я ничего не услышал. Только жуки гудят.

– Ну, – Кейти сидела на нижней ступеньке крыльца, – вчера вечером ты бы наверняка услыхал кое– что жуткое. И я не сумасшедшая! Я слышала что-то, вот на этом самом месте. А потом земля затряслась.

– Кейти! – окликнула её из дома миссис Блейн. – Может, ты наконец уберёшь свою постель – и тогда будешь свободна. И чем это ты там занимаешься?

Кейти вскочила и старательно сделала вид, что вытряхивает пыль из покрывала.

– Давай пойдём гулять? Может, опять увидим оленя.

– Может. Не знаю.

У Кейти вырвался горестный вздох. Она всё утро старалась поймать момент, чтобы рассказать Джею о вчерашнем событии, и вот теперь он ей не верит. Понурившись, девочка вернулась в дом. Могла ли она и вправду просто придумать какие-то подозрительные звуки из-под земли? И эту дрожь? Честно говоря, при ярком свете дня всё это действительно казалось нереальным.

Мама сидела за обеденным столом и составляла список покупок. После всех утренних хлопот она выглядела утомлённой, но довольной. Очищенный от пыли ковёр приобрёл приятные краски, и сама комната пахла лимонной мастикой. Даже дядя Фрэнк в своём кресле казался более бодрым. Седые волосы были причёсаны, а физиономия так сияла, будто по ней прошлась одна из щёток миссис Блейн. Картину дополняла яркая шаль, прикрывавшая его колени. Однако старик избегал смотреть на Кейти и с тревогой следил за её мамой.

– Я хочу сама спуститься в городок и пройтись по магазинам, – заявила миссис Блейн. – Сегодня не так жарко, и я должна знать, на что здесь можно рассчитывать. Я принесу продукты на сегодня, а на завтра закажем доставку. Дядя Фрэнк, тебе чего-то хочется?

– Нет. – Судя по его виду, вопрос застал дядю Фрэнка врасплох. – Мне всё равно.

– Но есть же какие-то твои любимые блюда?

Старик задумался и наконец с ехидцей заявил:

– Можно подумать, ты умеешь печь корнуоллский пирог.

– Корнуоллский пирог? Да, я слышала про такое, но…

– Ну значит не умеешь. Толку нет от того, что ты слышала. Готовить печево надо уметь.

– Это ведь какое-то старинное блюдо из Корнуолла, верно?

– Ага. Берёшь мясо, картоху, лук и репу …

– Репа?

– Репа! – выговорил старик по слогам. – Могла бы и про это слышать, раз уж слышала про корнуоллский пирог! – Он помолчал. – Ну, пожалуй, я бы съел кусочек цыплёнка, – закончил он на удивление миролюбиво.

– Значит, я приготовлю жареного цыплёнка, – с облегчением решила миссис Блейн. – Кейти с Джеем тоже понравится. – И она пристально глянула на дочь: – А куда пропал твой брат?

– Он вышел осмотреться.

– Вы разве никуда не собирались сегодня вдвоём? – Мама моментально встревожилась.

– Не знаю. Может, ещё пойдём погуляем.

– Звучит неплохо.

Плохо или нет – Кейти была бы довольна уже тем, что Джей вообще соизволил с ней куда-то пойти. Только бы не торчал у себя в комнате, изобретая способ побега обратно в Милуоки.

– Это место настоящее нигде! – заявил он позднее в ответ на новое предложение прогуляться. – Полный ноль! – Однако всё же спустился следом за нею с крыльца, желая посмотреть на обитателей рощи, отделявшей от города дом дяди Фрэнка. «Ну же, олень, выходи, не прячься!» – молилась про себя Кейти. Она так мечтала о чём-то интересном – о чём угодно! – лишь бы Джей перестал ненавидеть Новую Шахту.

Однако оленя они не увидели. И едва они вышли из рощи на другом краю луга, Джей начал отставать.

– Давай хотя бы до вершины дойдём, – уговаривала его Кейти. – Я хочу посмотреть, действительно ли там такой крутой подъём, как мне показалось вчера.

Так и было. Ухабистая грунтовая дорога вилась у них под ногами, как алая лента. На полпути вниз, напротив дома, где жила семья Нэнси Трелони, фигуры в синих джинсах перебрасывались мячом.

– Если упустят мяч, бежать придётся всю дорогу вниз! – заметила Кейти. – Весело!

– Да кому нужен этот мячик? Ты только глянь, какая штука!

Джей показал на другую сторону улицы. К покосившемуся крыльцу был прислонён тяжёлый чёрный мотоцикл. Его сверкающее совершенство абсолютно не вписывалось в окружающую действительность.

– Пошли, – приказал Джей. – Надо взглянуть.

Кейти с охотой повиновалась. Но не успели они поравняться с мотоциклом, передняя дверь распахнулась, и на крыльцо вышел долговязый парень в джинсах и чёрной футболке. Он небрежно скользнул взглядом по Блейнам и отвернулся.

– Стой здесь, – велел Джей. – Я с ним поговорю, – и он пошёл через дорогу, вздымая красные пыльные смерчи на каждом шагу.

Кейти следила за ним, затаив дыхание. Вот бы Джей подружился с хозяином мотоцикла! Может, тогда он перестанет думать о возвращении в Милуоки?

Один из игроков в мяч присел перевести дух на щербатом бордюре, вытянув ноги перед собой. Это оказалась внучка Нэнси Трелони. Сегодня её красно-рыжие волосы были уложены совсем гладко, за исключением одной тонкой пряди. Она запрокинула голову и оглянулась на Кейти через плечо.

На другой стороне улицы Джей увлечённо болтал с парнем в чёрной футболке. Кейти стало ясно, что сводный брат забыл о её существовании. Она пошла вниз по дороге, переступая самые глубокие трещины и огибая брошенную разломанную трехколёсную тележку. Девочка следила за её приближением.

– Привет! Я Кейти Блейн. Спасибо, что помогла нам вчера.

– Ерунда, – с прохладцей отвечала девочка. – Твоей маме уже лучше?

– Она в порядке. – Кейти уселась на бордюр, обхватив колени руками. – Просто вчера была жуткая жара, да ещё этот холм такой крутой с непривычки.

– Вы не здешние, – отметила девочка таким тоном, будто в чём-то их обвиняла.

– Мы из Милуоки. И здесь я никого не знаю. – Кейти так и не удалось сохранить равнодушный тон. И она решила быть откровенной: – Довольно тоскливо одной, знаешь ли.

– Я Джоан Трелони, – девочка немного смягчилась. – А твой брат-воображала неравнодушен к мотоциклам?

– Он от них без ума. Наверняка он сейчас уговаривает того парня дать ему прокатиться.

– Дохлый номер, – заверила Джоан. – Скип Полдин в жизни никого не катал. Считает себя царём горы, не иначе. – Она развернулась лицом к Кейти и улыбнулась с удивительной теплотой: – Вы надолго в Новую Шахту? Если хочешь, покажу тебе, что тут как. Библиотека у нас совсем маленькая, зато битком набита романами в мягкой обложке. В миле отсюда Вторничное озеро, и там хороший пляж. И два раза в неделю по вечерам кино в школьном спортзале, – тут её лицо снова помрачнело. – Наверное, для тебя это отстой – кино в спортзале.

– Вовсе нет! Может, сходим туда как-нибудь. Мы сюда приехали на всё лето.

– Ну, зато твой брат-воображала наверняка скажет, что это отстой. – Джоан вскочила и характерно наклонила голову, повторяя интонации Джея: – А что, малявка, в этом отстойном городе все ходят с такой копной на голове?

Кейти хихикнула и сменила тему:

– Это твои братья и сёстры там играют?

– Тощий пацан – мой брат Эд, а рыжая – моя сестра Лиллиан. Остальные – мои кузены. Малютка Пэтти – она дома, с мамой и бабулей. И ещё у меня старшая сестра живёт с мужем в Хэнкоке, а брат служит во флоте. Папа работает на лесопилке. – Джоан перевела дух. – А у тебя большая семья?

– Ты её всю вчера видела, – отвечала Кейти. Она следила за тем, как Скип Полдин выкатывает на дорогу свой мотоцикл. За ним хвостом тащился Джей. – Моя мама, конечно, и Джей, сводный брат. Мой родной отец умер, когда я была совсем маленькой, а приёмный – то есть родной отец Джея – умер прошлой осенью.

– А как насчет Фрэнка Пэндарры? Он, что ли, тебе не дядя?

Кейти пришлось объяснять, что дядя Фрэнк – друг семьи, а не родственник.

– Всего три человека, – пробормотала Джоан. Было очевидно, что это не укладывается у неё в голове. – Получается, когда у вас на столе индейка, тебе всегда достаётся ножка. Эй, ты только посмотри! – Она с удивлением следила, как Скип Полдин садится на мотоцикл, а Джей устраивается у него за спиной. Мотор взревел. Затем массивная машина описала крутую дугу на развороте и устремилась вниз с холма. Игроки в мяч прыснули в стороны с сердитыми криками.

– Видала? – сказала Кейти. – Я же говорила тебе, он прокатится.

– Чтобы старина Скип допустил кого-то к своей драгоценной машинке? Такого не было никогда! – заявила Джоан. – Наверняка решил выпендриться перед пацаном из большого города. На нас он орёт, как ненормальный, стоит только глянуть в сторону его колымаги. Ничего хорошего от него не жди.

– То есть?

– Он же бешеный, – Джоан пожала плечами. – Зайдём ко мне попить колы?

Кейти пошла следом за ней в дом. Она хотела узнать побольше об этом Скипе Полдине и ещё хотела снова поговорить с бабушкой Джоан. Если уж дядя Фрэнк не пожелал растолковать ей смысл странного послания, может, она разберётся в этом сама?

Гостиная показалась слишком тесной, чтобы вместить всю родню Трелони, перечисленную Джоан. Огромный диван, два заваленных барахлом кресла, телевизор и длинный кофейный столик, заставленный фотографиями в рамках, занимали здесь практически всё пространство. Столовая тоже была забита мебелью, зато кухня поражала порядком и чистотой. В прошлый свой визит Кейти не успела ничего рассмотреть толком. Сегодня она увидела высокую, румяную маму Джоан, раскатывавшую на столе тесто, пристроив на сгибе локтя маленькую дочку. Одна крошечная розовая пяточка топала по тесту на столе.

– Рада познакомиться, – сказала миссис Трелони. – Мы слышали, что вы приехали в Новую Шахту. Это хорошо, что теперь наверху со старым Фрэнком кто-то есть. Бедняге плохо одному. Милая, угости свою подругу чем-нибудь. А у меня скоро будут готовы Братцы Джек, – она усмехнулась, увидев недоумение Кейти. – Братец Джек – так мы зовём земляков из Корнуолла, и ещё это наше любимое блюдо. Каждый братец Джек обожает Братца Джека. Вот хоть у дяди Фрэнка спроси. – Она взяла стакан и принялась вырезать из раскатанного теста аккуратные кружочки.

– Ты передала Фрэнку мои слова, барышня?

Кейти обернулась и увидела Нэнси Трелони, так и сидевшую в своём углу у камина. Ножки кресла были подрезаны так, чтобы её конечности не висели в воздухе, и казалось, будто старушка сидит на корточках.

– Ты сказала ему, что они всё равно придут?

– Да, я ему сказала, – отвечала Кейти, – хотя и не поняла, о ком шла речь.

– Стукалки, – сказала Джоан так, будто это всё объясняло. – Бабуля их ужасно боится. Говорит, они стали здорово злые.

– Что ещё за стукалки?

Джоан достала из пузатого древнего холодильника две банки колы и протянула одну Кейти.

– Стукалки… – она задержалась, словно ожидая, когда Кейти рассмеётся, – стукалки – злые призраки, которые живут в шахте. Когда шахтеры погибают, иногда их души застревают в шахте, и они продолжают копать и стучать по стенам, хотят вырваться наружу. Бабуля считает, что стукалки в Новой Шахте проснулись, потому что скоро исполнится тридцать лет тому случаю. – Девочка кивнула Кейти: – Спорим, ты считаешь это всё ерундой.

– Милая, – с укоризной сказала миссис Трелони, – ты не должна обижаться. В стукалок давно никто не верит. Да и откуда нам знать правду? – Женщина ловко подхватила лопаточкой кружок теста и положила на противень. – Бабуля переехала сюда из Корнуолла совсем маленькой. Там все верили в стукалок, вот и она в них верит.

– А ты послушай, что я скажу, милочка! – воскликнула бабуля Трелони, сердито сверкая глазами. – Они всё ещё там, внизу, можешь не сомневаться! Мелкие злые бесы с горящими глазами и зубастыми ртами. Копают и копают вот под этим самым холмом, и только пуще злятся, потому как не могут выйти. Только и ждут, как бы всё тут разнести…

Кейти вдруг охнула. Банка с колой выскользнула из пальцев и грохнулась на пол. Жидкость растеклась по потёртому линолеуму.

– Ох, извините, пожалуйста!

Джоан выхватила из раковины полотенце и промокнула лужу.

– Не беда, – сказала она. – Погоди, дам тебе другую банку.

– Вот видишь, бабуля? – воскликнула миссис Трелони. – Твоя болтовня испугала подругу Джоан. Это всё твои злые духи… Смотри, какая она бледная! – Она погладила Кейти по плечу испачканной в муке рукой. – Это всего лишь деревенские небылицы, милая. Бабулю с Джоан хлебом не корми – дай порассказать всяких ужасов. Не надо им верить.

– Но… но я верю, – пролепетала Кейти. От возбуждения у неё перехватило дух. – Я верю, что в шахте действительно есть стукалки, миссис Трелони. Должны быть. Понимаете, я сама кое-что слышала прошлым вечером. Прямо под землёй во дворе у дяди Фрэнка!

Малышка Пэтти загукала, нарушив повисшее на кухне молчание.

– Ты нарочно так говоришь! – воскликнула Джоан. – Зачем ты дразнишь бабулю?

– Вовсе нет! – возмутилась Кейти. – Я слышала стукалок вчера вечером. Честное слово!

– Не слышала!

– Тише, тише, – вмешалась миссис Трелони, – если Кейти показалось, что она что-то слышала…

– А вот и нет, она действительно их слышала. – Бабуля Трелони сверкнула глазами и захлопала в ладоши, как маленькая. – Умница! Хорошая девочка! Говоришь, слышала их во дворе у Фрэнка?

– Да. – Джоан пригвоздила её к месту таким взглядом, что Кейти уже пожалела о своей откровенности. – Я не поняла, что это было – мне показалось, что началось землетрясение. Там был такой звук… как будто кто-то сто– нал…

– Да, да, – подхватила бабуля. – Это они! Копают прямо под домом у Фрэнка, точно! Бедный мальчик, он хочет вернуться домой!

– Бабуля! – Теперь уже и мама Джоан испугалась не на шутку.

– Какой мальчик? О ком это вы? – спросила Кейти.

– Да сынок Фрэнка, кто ж ещё? Кеннет, вот как его звали. Его засыпало обвалом тридцать лет назад, и так он там и остался! Я его нутром чую – и он, и его дружки – все хотят вырваться оттуда. Тридцать лет они копали, и вот теперь это случится. Ты скажи Фрэнку…

– Ох, нет, – вырвалось у Кейти. – Я же не знала, что у дяди Фрэнка сын погиб в шахте. Какой ужас! – И она вспомнила, как исказилось лицо старика, когда накануне она передала сообщение от Нэнси Трелони. Он даже слушать её не желал – а как же иначе? Стоит только подумать, что твой любимый сын погиб и переродился в злого духа, который рвётся обратно на землю… Кейти передёрнуло. – Бедный дядя Фрэнк!

– Это случится очень скоро, – заявила бабуля Трелони, с трудом выползая из своего кресла. – Стукалки вырвутся наружу! И тогда никому не поздоровится – я это чую!

Кейти в ужасе смотрела на старушку, которая словно впала в транс. Сухие кулачки сжались, а взгляд был устремлен куда-то в пустоту. Миссис Трелони подскочила к матери и помогла ей вернуться в кресло.

– Перестань, бабуля, – уговаривала она старушку, – ты же знаешь, что ничего такого не будет. А ты только напрасно тревожишься. Девочки собрались погулять, – она выразительно глянула на Джоан и Кейти, – и не надо им портить настроение, хорошо? Вот умница!

Всё ещё сжимая банки с колой, девочки поспешили на крыльцо. Через минуту к ним присоединилась миссис Трелони.

– Наша бабуля совсем старенькая, – обратилась она к Кейти. – Она всегда любила всякие истории, а сейчас может только сидеть в кресле и выдумывать свои собственные небылицы. Так ей жить веселее. Тебе не стоит принимать её слова всерьёз.

Но Кейти мучилась от сознания вины за свои неосторожные слова.

– Наверняка дядя Фрэнк уже слышал эту историю про своего сына и стукалок, – возразила она. – Он ужасно разозлился, когда я передала ему предупреждение от вашей бабули.

– Ещё бы ему не слышать! Бабуля давно твердит об этом всем встречным-поперечным. Как только вспомнила, что нынче летом будет ровно тридцать лет с того обвала в шахте. И как только Фрэнк вернулся из больницы, она умудрилась выскочить из дома, пока никто не видел, и отправилась прямиком к нему – предупредить о том, что случится. Ты же понимаешь, что никто её не слушал, но она всё равно стоит на своём. – Миссис Трелони пристально посмотрела на Кейти. – Она хорошая женщина, Кейти. Просто старые истории делают её жизнь интереснее, вот и всё. Она в них нуждается. – После этого женщина вернулась в дом, и вскоре девочки услышали её негромкий голос, доносившийся с кухни.

– Так или иначе, – сердито произнесла Джоан, – если бы ты не ляпнула, будто правда слышала стукалок, бабуля бы так не завелась. Я люблю слушать её ужастики, но хотя бы не притворяюсь, будто в них верю.

– Но я не притворяюсь! – возразила Кейти. – Я действительно что-то слышала. И если это были не стукалки, то что? Вот тебя там не было – ты бы тоже поверила.

Кейти посмотрела вниз с холма в надежде увидеть, как из-за поворота выезжает мотоцикл Скипа Полдина. Ей хотелось сейчас же вернуться домой и извиниться перед дядей Фрэнком за то, что так расстроила его вчера. Никогда в жизни никто не заставит её больше передавать послания, смысла которых она не понимает.

– Скип, поди, всю округу решил исколесить, – заметила Джоан, проследив за её взглядом. – Наверняка старается пыль в глаза пустить твоему брату. – Она задумалась, глядя на Кейти, пока не пришла к какому-то решению. – Если ещё не передумала гулять, могу составить компанию.

Оставив под дверью пустые банки из-под колы, девочки не спеша направились вверх по дороге, погружённые каждая в свои мысли.

На вершине Джоан свернула налево и повела Кейти вдоль покосившейся ограды. Перед ними под лёгким ветром колыхалась трава, словно морские волны. Внизу как на ладони был виден городок, притулившийся на склоне холма: выгоревшие красные дома, разделённые лужайками с пожухлой травой и яркими пятнами вывешенного на просушку белья.

– Когда мой папа был маленьким, это был симпатичный городок, – сообщила Джоан. – Он говорит, как картинка из календаря.

Кейти сорвала одуванчик и завязала узлом стебелёк.

– И отсюда открывался классный вид. Не такая…

– Не такая помойка, – закончила за неё Джоан. – Я же знаю, что ты думаешь. Раньше в Новой Шахте хозяйничала горнорудная компания, и их дела шли отлично. Таких городков, как наша Новая Шахта, было полно в округе. Их называли шахтёрскими поселениями. Но когда случился обвал, они заявили, что жи́ла всё равно уже выработана почти до конца, а чтобы заново открыть добычу, нужно вложить прорву денег. И оно того не стоит. Дома продали по дешёвке, чтобы люди могли в них оставаться, а сами убрались восвояси. Папе было всего пятнадцать, а он уже пошёл работать на лесопилку, чтобы семью прокормить. И с тех пор тут остались почти одни старики, которым податься больше некуда. – Она махнула рукой в сторону конических красных вершин, на которые Кейти обратила внимание накануне. – Вон там кучи отработанной породы. А за ними – сама шахта.

Кейти набрала полную грудь воздуха, напоённого пряными ароматами трав, и ей стало лучше. Она так хорошо представила себе прежнюю Новую Шахту – городок с картинки из календаря – как будто сама здесь когда-то бывала. И он был ничуть не хуже того, о котором она мечтала в автобусе.

– Мне нравится этот луг на самой вершине, – призналась она. – Наверное, я бы ходила сюда каждый день, если бы здесь жила.

– Если бы ты здесь жила, то только и думала о том, как бы сделать отсюда ноги, – возразила Джоан. – В точности как я – вот только школу окончую. – И она добавила уже мягче: – Конечно, я буду скучать по дому и ни за что не поеду куда-нибудь в большой грязный город. Постараюсь найти симпатичный городок, где есть работа и много моих ровесников.

Далеко внизу взревел мотоциклетный движок.

– А вот и они, – заметила Джоан. – Наверное, тебе пора.

– Да, лучше я пойду, – согласилась Кейти, однако ей уже не хотелось так быстро заканчивать прогулку. Она пообещала себе, что как можно скорее снова придёт на этот луг.

Когда девочки вернулись на дорогу, мотоцикл как раз только выезжал на холм. Он с рычанием переваливался на колдобинах, виляя на дороге и оставляя за собой облако пыли, пока не затормозил напротив дома Скипа Полдина. Ребята спрыгнули на землю, и Скип достал из багажника кусок ветоши. Он встал, сложив руки на груди, и придирчиво следил за тем, как Джей стирает слой пыли с чёрных полированных боков.

– Вот, полюбуйся, – сердито заметила Джоан. – Скип заставил его расплатиться за удовольствие.

– Наверное, Джей считает, что это справедливо.

– Ну ещё бы! – Джоан замедлила шаги, поравнявшись с парнями, и крикнула: – Эй, мистер Полдин! Запиши меня в очередь прокатиться! Вот только батрачить на тебя я за это не буду!

– Попробуй сунуться к этой машине – пожалеешь! – Судя по голосу, Скип был не намного старше Джея. С презрительной гримасой он посмотрел на девочек и заявил: – Вот так парочка! Морковка на ножках и кусок сала!

– А ну извинись! – Джоан с угрозой шагнула вперёд, но Скип лишь издевательски расхохотался.

– Завтра в десять, – обратился он к Джею, который стоял красный как рак и отряхивал тряпку от пыли. – Чтобы был как штык. Мне-то всё равно, я и один поеду.

Кейти поспешила вверх на холм, не желая, чтобы кто-то заметил слёзы обиды у неё на глазах. Она знала, что не похожа на кусок сала, но слова Скипа Полдина были очень обидными. И как Джей терпит общество такого мерзкого типа?!

– Эй, Кейти! – окликнула её Джоан. Оказывается, она шла позади. – Не хочешь завтра сходить на шахту? Бабуля говорит, там привидения.

– Не знаю. – Кейти отчаянно старалась, чтобы голос не дрожал. – Может, надо будет маме помогать.

– Да не бери ты в голову этого Скипа. – Джоан замедлила шаги. – Ему только дай над людьми поиздеваться.

– Я и не беру, – соврала Кейти. – Кому какое дело, что там бормочет какой-то урод?

Шаги за спиной остановились, и дальше Кейти пошла одна. Ну вот. Она справилась. И ей наплевать. И хватит с неё этой Новой Шахты – до конца лета.

Она решила, что может провести остаток лета, читая книги в библиотеке у дяди Фрэнка – даже если придётся прочесть все до одной. А в сентябре она вернётся к подругам в Милуоки и даже думать не станет об этом городишке.

Ветер словно дожидался её на вершине холма: взъерошил волосы и охладил щёки. Она не спеша пошла к роще, сердито вытирая глаза.

– Эй, может, подождёшь немного? – окликнул её Джей.

Но Кейти даже не посмотрела в сторону брата, когда он поравнялся с ней.

– Ты бы только видела, что этот парень творит с мотоциклом на дороге! – воскликнул он. – Вот это круто!

– Он настоящий урод. Век бы его не видать.

– Да ладно, чего ты взъелась? – неловко хмыкнул Джей. – Шуток не понимаешь, что ли?

– Я бы вообще не связывалась с таким гадом, – сказала Кейти. – И уж точно не стала бы перед ним прогибаться.

– А кто прогибался? Я сам предложил протереть его байк.

– Вот посмотрим, что мама скажет, когда узнает, что ты ездил без шлема.

Джей больно схватил её за руку: они встали, сердито глядя друг на друга.

– Слушай, – голос Джея предательски дрогнул, – если настучишь своей матери, только вы меня и видели: и ты, и она, и этот город! Я наконец нашёл, чем заняться со Скипом – и он вовсе не такой плохой, как ты себе вообразила! Так что держи рот на замке и не лезь не в своё дело!

Кейти вырвалась и пошла дальше. Ну вот, теперь угрозы. Сперва оскорбления, потом угрозы.

– Да плевать мне на тебя, – выпалила она. – Если собрался свернуть себе шею – скатертью дорожка!

У неё никак не укладывалось в голове, что каких-то двадцать четыре часа назад она всерьёз надеялась, что это лето наконец-то сплотит их и они станут любящей дружной семьёй.

Скип Полдин нёсся прямо на Кейти на своём огромном мотоцикле. Руль грозно торчал, словно грозные оленьи рога, а движок рычал, словно дикий зверь. Всхлипывая от ужаса, Кейти подобрала камень и швырнула прямо в ухмыляющуюся физиономию Скипа. Но едва камень взмыл в воздух, лицо водителя изменилось, и теперь уже на неё нёсся… Джей! Кейти с визгом отшатнулась, и мотоцикл проскочил мимо, обдав волной горячего воздуха. Она замерла на месте, не в силах шелохнуться, хотя слышала, как скрипят тормоза и он разворачивается, чтобы наехать на неё снова. Земля задрожала, и из глубины донёсся глухой стон…

Кейти охнула и села в кровати. Где она? Что происходит? Она рухнула обратно на подушку и уставилась в потолок.

– Это просто дурацкий сон, – громко произнесла она, однако ладони у неё вспотели от страха. Она всё ещё была во власти кошмара: чувствовала, как дрожит земля, и слышала грозный рёв мотора. «Очередной сюрприз этого лета, – горько подумала девочка. – Кошмары!» Дома ей никогда не снились никакие кошмары.

А вокруг царили звуки сельского утра. Птицы свистели, щёлкали и пели на все лады, жужжали насекомые и стрекотала какая-то мелкая зверюшка: то ли белка, то ли бурундук.

Из-за двери в комнату Джея раздавались оглушительные аккорды его любимых «Битлз». Кейти поплелась по коридору в туалет, наблюдая за своим отражением в зеркале. Кажется, она немного похудела? Кейти чувствовала, что точно похудела – что бы там ни болтал Скип Полдин. Она всегда худела, когда была в плохом настроении.

Внизу она застала маму за приготовлением завтрака для дяди Фрэнка: он всё ещё не вставал с постели, оставаясь в своей тесной комнатке позади гостиной.

– Ему лучше? – с тревогой спросила Кейти.

– Надеюсь, – миссис Блейн ловко нарезала треугольниками свежие тосты, – хотя он почти не говорит. Но я уверена, что он рад, что теперь в доме кто-то есть. Он очень надеялся, что быстро поправится, когда вернётся из больницы, но жить одному оказалось слишком тяжело. У этого старика много плохих воспоминаний.

Кейти насыпала хлопьев в тарелку и потянулась за молоком.

– Где ты сегодня будешь убираться? – спросила девочка. – Если хочешь, я могла бы помочь.

– Спасибо, но сегодня уборки не будет. – Миссис Блейн недоверчиво подняла бровь. – Как только доставят вчерашний заказ, я займусь выпечкой. Хлеб, кекс, может быть, пирог – что-то такое. Дядя Фрэнк совсем отвык нормально питаться, и я хочу найти способ восстановить его аппетит. С тестом я справлюсь сама – но спасибо, что предложила. Тебе, наверное, лучше побыть с новой подругой. Или заняться чем-то вместе с Джеем. Кстати, он ещё не встал?

– Дверь у него закрыта, – сказала Кейти, но тут зазвонил телефон, и она обрадовалась предлогу выйти из кухни.

Ни про Джоан, ни тем более про Джея ей говорить не хотелось.

– Привет! Это Трелони, твоя ненормальная подруга с холма.

Кейти от неожиданности не сразу собралась с ответом.

– Ну, вспомни, та, которая морковка!

– Ага, – Кейти прислонилась к стене, – а я… кусок сала. – Несмотря на все усилия, голос дрогнул от обиды.

– Извини, не хотела напоминать о вчерашнем… Хочешь пойти посмотреть на шахту? – Джоан решительно перебила её попытку извиниться. – Или можем искупаться во Вторничном озере, если ты согласна.

– Давай на шахту, – решила Кейти. – Если там действительно водятся настоящие привидения…

– Самые настоящие. Вот хоть бабулю спроси. Давай встретимся на вершине холма.

Кейти вернулась на кухню. От неожиданной смены настроения она готова была пуститься в пляс.

– Может, я бы всё-таки не отказалась от помощи, – поддразнила её мама. – Похоже, этот звонок вдохнул в тебя энергию.

– Да! – не отрицала Кейти. – Мы с Джоан отправимся исследовать территорию!

– А Джей с вами?

– Не думаю, что он захочет с нами. – Ну вот, половины хорошего настроения как не бывало. – У него свои дела.

– Например?

– Не знаю. – Кейти поспешно доела хлопья и отнесла тарелку в раковину. – Он тоже вчера нашёл себе друга.

– Это кто-то приличный?

– Да не знаю я! – не выдержала Кейти. – Я с ним не знакома.

– Вот и нечего так переживать. Ступай и развлекайся. Ты же знаешь, я вовсе не лезу в ваши дела. Я просто хочу, чтобы это лето было хорошим для всех нас.

– Я знаю. – Кейти обняла маму и выскочила из дома, пока та опять не приступила к новым расспросам.

Небо нахмурилось, и порывистый ветер предвещал дождь. Спустившись по лестнице, Кейти задержалась. Оглянувшись – не смотрит ли мама? – она встала на колени и прижала ухо к земле.

Тишина. Ни звука. Неужели она и правда вообразила тогда эту дрожь? Постепенно издёвки Джея и недоверие Джоан делали своё дело, и стукалки бабули Трелони делались всё менее реальными. «Может, я сама, как их бабуля? – размышляла девочка, отряхивая джинсы и направляясь вокруг дома. – Может, мне просто скучно, и я придумываю себе всякие страхи».

Вскоре они были уже у подножия холмов, красные склоны которых были изрыты дождями и поросли сорняками. Далее виднелось здание шахты с окружавшими его низкими пристройками.

– Она как надгробие какого-то чудища, – задумчиво произнесла Кейти. – Ничего удивительного, что твоя бабуля говорит, будто там есть привидения.

– А это и есть надгробие, – Джоан искоса взглянула на шахту. – Надгробие для всех шахтёров, которые погибли под обвалом. Сначала был взрыв, а потом завалило сразу два уровня. Вот почему никто даже не пытался откопать их тела. – Джоан осторожно обошла груду ржавого железа. – Пошли. Надо успеть до дождя.

Над вершинами деревьев, которыми была обсажена территория шахты, уже плясали молнии. Превосходная погода для охоты на призраков. Когда на красный гравий упали первые тяжёлые капли, Джоан припустила бегом. У задней стены здания шахты она показала на ряд высоких окон.

– Вон то окно. Помоги мне подкатить вагонетку к стене.

Дождь припустил ещё сильнее, и молнии стали бить чаще. Не обращая внимания на потоки воды и мокрые волосы, девочки подкатили к стене тяжёлую вагонетку, и Джоан ловко влезла на неё. Ставня неохотно поднялась, и девочка засунула голову внутрь.

– Ладно – теперь подтолкни меня!

Кейти подтолкнула, и Джоан влезла на подоконник, а потом обернулась.

– Попробуй подпрыгнуть, а я поймаю тебя за рубашку и подхвачу!

Подруги вместе спустились на пол с помощью ещё одной вагонетки, стоявшей, на их удачу, под окном внутри.

– Мой брат Том – тот, который во флоте – показывал мне, как сюда залезать, – пропыхтела Джоан. – Это место должно стоять запертым на все замки, да нашего Тома так просто не остановишь! – Её голос отдавался каким-то гулким эхом, как будто из колодца.

Кейти нервно осматривалась. Помещение под высоким потолком было полно странных теней. Вдоль стен громоздились какие-то ящики и ржавели брошенные инструменты. Перед огромными железными воротами в дальнем конце на узких стальных рельсах стояла вагонетка. Кейти следом за Джоан приблизилась к воротам и робко разглядывала толстые тросы и кабели, свисавшие с потолка по другую сторону решётки.

– Вот эта дыра и есть шахта, – сказала Джоан. – Ты только представь, каково это – каждое утро спускаться туда в железной клети – они эту штуку называют лифтом – и днями напролёт не видеть солнца? Бр-р-р!

Кейти шагнула ближе к воротам. Из глубины пахнуло мертвящим холодом. Она тут же представила, как внизу затаилось неведомое чудище.

– Ага, дождь прекращается, – заметила Джоан. – Вот и хорошо, а то иначе привидений не услышишь.

Кейти поперхнулась, подумав о том, что с нею будет, если ржавые моторы у них над головой оживут, и из шахты поднимется клеть. Как минимум она грохнется в обморок – или вообще растечётся грязной лужей на полу.

– Вот! – прошептала Джоан. – Слышишь?

Из глубины шахты раздался низкий вой. Кейти не выдержала и отшатнулась.

– Стукалки! – шептала Джоан. – Они идут сюда! – И она посмотрела на Кейти, широко распахнув глаза. – Это стукалки идут за нами!

– Это всего лишь ветер в шахте, – неуверенно возразила Кейти. – Ты сама отлично знаешь, – однако по коже у неё побежали мурашки.

А Джоан вдруг помчалась обратно к вагонетке под окном:

– Надо уносить ноги, пока клеть не поднялась! – крикнула она. – Стукалки нас схватят и скинут в шахту, и никто даже не узнает, где нас искать! – Девочка вскочила на вагонетку и полезла на подоконник. – Я вылезу первой и поймаю тебя снаружи, – сказала она. Миг – и Джоан исчезла из виду, оставив Кейти одну в заброшенной шахте.

Кейти вскарабкалась на вагонетку и потянулась к подоконнику. Несмотря на уверенность в том, что Джоан шутит, девочке было очень страшно. И она хотела убраться отсюда как можно скорее.

Позже Кейти так и не могла вспомнить, что заставило её задержаться и оглянуться назад. Вой ветра в шахте затих, но не услышала ли она что-то ещё? Странный звук, что-то вроде рыдания, там, где вообще никаким звукам раздаваться не положено? Как бы то ни было, она оглянулась и заметила какое-то движение над краем шахты. Перед её потрясённым взором в темноте белел овал лица в обрамлении длинных золотистых волос, и поднялась бледная рука. Неясная фигура двинулась вперёд, в скорбном жесте простирая руку к Кейти.

Кейти завизжала. Одним прыжком она оказалась на подоконнике и вывалилась наружу.

– Погоди! – Джоан попыталась схватить её, но не тут-то было.

Извиваясь, как угорь, Кейти рухнула вниз, и девочки повалились на землю.

– Ты опять притворяешься! – Девочки сердито уставились друг на друга с разных краёв вагонетки. Джоан провела рукой по щеке, но только размазала пятно ржавчины. – Ты же знала, что я просто пошутила про стукалок! А теперь пытаешься сама меня напугать! Думаешь, я поверю в любую чушь? Не надейся!

Кейти больно ударилась плечом, когда падала из окна, и в кровь расшибла коленку. Но стоило ей прикрыть глаза, и перед нею снова вставал призрак девочки, в мольбе простирающей руку.

– Я не вру, – твёрдо заявила она. – Я правда видела лицо какой-то девочки с пышными светлыми волосами и её руку. Если кто и врал, так это ты.

Джоан встала и полезла из вагонетки.

– Ну да, я соврала, – буркнула она, спрыгивая на землю. – Но я знаю, что ты всё придумала. Здесь никого не может быть. Это место давно заброшено.

– И всё же она была там – всего пару минут назад. Я её видела! В дальнем углу, над краем шахты.

Джоан устало пожала плечами. Девочки молча вытолкали вагонетку на прежнее место и пошли вокруг здания шахты. За спиной опять заворчал гром, и небо, ненадолго посветлевшее, затянули новые тучи. В неверных отблесках молний окружавшие их постройки казались заброшенными будто тысячу лет назад.

– Давай, не задерживайся, – буркнула Джоан. Она откинула с лица мокрые волосы и решительно зашагала прочь.

– Я говорю тебе правду, – сказала Кейти. – Терпеть не могу, когда меня считают вруньей.

– А я терпеть не могу, когда меня считают дурой, которая готова поверить в любую чушь! – парировала Джоан. – Ты сказала, что что-то там видела. Я сказала, что там ничего нет. Точка.

– Но я слышала звуки из-под земли тем вечером, когда мы только приехали в Новую Шахту, – настаивала Кейти. – И это я тоже не выдумала.

Девочки уже вышли на луг и теперь пробирались по густой траве, подгоняемые в спину ударами ветра. На вершине холма Джоан остановилась.

– Кейти, я не считаю тебя вруньей, – сказала она. – Это же просто… ну, тебе ведь очень хотелось поверить в этих призраков, так?

– Я верю в то, что я вижу, – заявила Кейти. – И уж никак не считаю тебя дурой. Ты не первая, кто говорит, будто я выдумываю. Брат тоже поднял меня на смех, когда я рассказала ему про звуки из-под земли.

– Да ты что? – Неожиданно громкий хохот Джоан мигом разрядил обстановку. – Ну кто бы мог подумать, что мы с ним в чём-то согласимся! – И девочка с лёгкостью понеслась вниз по склону. – Ладно, проехали! – крикнула она через плечо. – Пока-пока!

– Пока. – Кейти медленно повернула к роще.

Дождь снова припустил вовсю, и ей пришлось пригнуться, чтобы крупные капли не лупили в лицо. Раньше она могла только мечтать о прогулке по лугу под летним дождём. Однако сейчас тёплые капли очень скоро превратились в ледяные иголки, да вдобавок молнии били слишком близко. И Кейти припустила бегом через рощу, полную шума и жизни во время грозы.

Кейти крикнула маме, что вернулась, и поспешила наверх, чтобы привести себя в порядок к обеду. Ей совсем не хотелось отвечать на расспросы о том, где она была и чем занималась.

Однако она напрасно тревожилась: сейчас всё внимание миссис Блейн обратилось на Джея. Оказывается, он исчез из дома сразу после завтрака, и с тех пор от него не было ни слуху ни духу.

– Он может быть у своего друга, – осторожно предположила Кейти. – По-моему, они сегодня куда-то собирались.

– Что ещё за друг? – Миссис Блейн строго глянула на дочь поверх кофейной чашки.

– Его зовут Скип Полдин. Он живёт напротив Джоан. И я… ну, не знаю, что это за парень. Я его и видела-то мельком.

– Зато я могу многое предположить по твоему виду. – Губы миссис Блейн сжались в недовольную нитку. – И мне не нравится то, что я вижу.

– Может, они просто сидят дома у Скипа.

Кейти очень некстати вспомнился недавний кошмар, и она представила, как мотоцикл несётся по залитым дождём улицам Новой Шахты. Она посмотрела на дядю Фрэнка, сидевшего на другом конце стола, в надежде найти способ отвлечь маму, но старик был целиком поглощён тем, что собирал в ложку арбузные косточки. Безнадёга.

Тут хлопнула входная дверь, и по лестнице простучали торопливые шаги.

– Джей? – окликнула мама.

Последовала напряжённая пауза, но вот шаги вернулись вниз по лестнице. Джей вошёл в кухню. Конечно, он промок до нитки. И вид у него был возбуждённый и испуганный одновременно. «Точно такой же, как у меня, когда я только вернулась, – догадалась Кейти. – Можно подумать, он тоже увидел призрака».

– Где ты пропадал? – осведомилась миссис Блейн. – Меня пугает, когда ты сбегаешь из дома тайком.

– Я не сбегал. Я просто вышел, – да он и правда был напуган! Кейти отлично слышала нотки страха в его голосе, и вдобавок он то и дело озирался.

– Ступай наверх и переоденься, – велела миссис Блейн. – Ты мокрый, как мышь. А потом я бы хотела услышать, кто такой этот Скип Полдин.

Джей наградил Кейти самым презрительным взглядом.

– Я имею право знать, с кем ты общаешься, – настаивала миссис Блейн. – И я должна знать, где ты пропадаешь. Не забывай, я за тебя в ответе.

– Я сам за себя отвечаю, – судя по стиснутым кулакам, Джей готов был сорваться на крик. – И тебе вовсе не обязательно за меня отвечать. Я не твой сын!

– Неправда, ты мой сын. Мы с твоим отцом…

– Мой отец умер! И больше он не…

– Эй, эй! – Услышав оклик дяди Фрэнка, все трое чуть не подскочили. – Потише, юноша! В моём доме так себя не ведут, понятно? Мой сын, Кенни, никогда себе такого не позволял…

Джей выскочил вон. Кейти подхватилась было за ним следом, но мама поймала её за руку.

– Оставь его. Пусть остынет.

– Но он же плакал, мама! Он вовсе не хотел ничего такого сказать…

– Я сказала, оставь его. – Судя по её виду, миссис Блейн и сама готова была разрыдаться. – Я потом сама с ним поговорю. А можешь вымыть посуду, если хочешь помочь. Мне нужно прилечь…

Её слова прервала телефонная трель. Миссис Блейн поспешила в коридор, ответить на звонок. Кейти подумала, что, наверное, это Джоан, хочет позвать её в город после обеда. Она и правда готова была отправиться куда угодно прямо сейчас, в грозу, лишь бы подальше от этого дома.

Однако, когда мама вернулась, её лицо было белее мела от шока.

– Это звонил шериф! – воскликнула она. – Он спрашивал, есть ли у меня сын и где этот сын был сегодня утром. – Кейти с бешено бьющимся сердцем ждала продолжения. – Сегодня в посёлке возле Вторничного озера видели двух мальчиков, убегавших из летнего домика. Они забрались внутрь через окно и украли какие-то продукты. И они уехали на мотоцикле.

– Полдин, – заявил дядя Фрэнк. – У Полдина есть мотоцикл.

Миссис Блейн посмотрела на Кейти, но та промолчала.

– От него добра не жди, от этого Полдина, – продолжал дядя Фрэнк. – По нему давно ремень плачет, вот так!

– И что… что теперь будет? – Кейти было тошно от страха.

– Не знаю. Шериф сказал, что сам зайдёт поговорить с Джеем, – миссис Блейн рухнула на стул, словно у неё отказали ноги. – Я бы сама с ним поговорила, но вдруг он сбежит, и этим навредит себе ещё больше? Я не знаю, как быть. Просто не знаю…

– А ты надери ему задницу, – посоветовал дядя Фрэнк. – Я бы и сам надрал, да он здоровенный. – Старик встал и потянулся. – Пора мне вздремнуть, – зевая, сообщил он. – Такой развалине, как я, вредно столько суеты.

– Ох, дядя Фрэнк, извини.

В ответ он лишь небрежно отмахнулся. Кейти показалось, что он вовсе не так сильно расстроен, как хотел бы показать. И вообще, даже для стариков немного суеты может пойти на пользу. Она вспомнила слова мамы Джоан: «Она всегда любила всякие истории, а сейчас может только сидеть в кресле и выдумывать свои собственные небылицы. Так ей жить веселее».

И теперь было похоже на то, что Блейны привнесли в жизнь дяди Фрэнка немало разнообразия.

Пока один грозовой фронт, недовольно ворча, убирался за вершины холмов, на смену ему пришёл другой. Дождь не прекращался ни на минуту, и тугие струи словно старались смыть весь луг вниз по склону. Всякий раз, выходя в коридор, Кейти видела закрытые двери в комнаты Джея, мамы, дяди Фрэнка. Она хотела было позвонить Джоан, но передумала. Джоан терпеть не могла Джея и вряд ли проникнется к нему сочувствием.

В конце концов девочка отправилась в библиотеку. Это была самая тесная, а в такую непогоду ещё и самая тёмная комната в доме, однако девочка включила лампу возле массивного кресла и принялась просматривать книги. Она нашла несколько серий приключенческих повестей, выходивших пятьдесят или шестьдесят лет назад. Ещё там была целая полка биографий, напечатанных самым мелким шрифтом, и несколько полок со старыми дневниками, описаниями путешествий и старые атласы. В итоге Кейти выбрала «Гибель Титаника». Судя по описанию на обложке, книга посвящалась ужасной катастрофе. Тема вполне соответствовала её нынешнему настроению.

Через пару часов девочка полностью погрузилась в подробности грандиозного кораблекрушения, случившегося на просторах Атлантики много лет назад. Перед ней словно наяву возник Джон Якоб Астор, миллионер, погибший на «Титанике»: вот он помогает жене и детям забраться в последнюю спасательную шлюпку, отлично понимая, что больше не увидит их в этой жизни. Глаза у Кейти наполнились слезами. Как это ужасно! По сравнению с такой трагедией её собственные горести казались мелочью. Она представила накренившую палубу, на которой отважные музыканты играют прощальный гимн…

Хлопнула дверца автомобиля. Через минуту раздался стук в дверь, едва слышный из-за непогоды.

Кейти затаилась: хоть бы мама услышала и открыла сама! Но стук повторился, девочка отложила книгу и поплелась в коридор. За дверью стоял кто-то высокий. Она отперла дверь человеку, вытиравшему башмаки об коврик и промокавшему лицо большим носовым платком.

– Да тут настоящий потоп, – заметил незнакомец, словно угадав мысли Кейти. – Я шериф Хесбрук. Позволите войти?

– Меня зовут Кейти Блейн, – представилась она, отступая в коридор. – Подождите в гостиной. Я позову маму.

– Я бы лучше поговорил с твоим братом, – сказал шериф. У него было узкое лицо и внимательные глаза, как будто старавшиеся запомнить Кейти надолго. – Конечно, если Джей Блейн – твой брат.

– Сводный. Я за ним схожу. Он наверху.

Неужели Джея сейчас арестуют?! Кейти на подгибающихся ногах поднялась по лестнице, постучалась в комнату Джея и робко окликнула:

– Джей. Выйди, пожалуйста. Шериф хочет с тобой поговорить.

Дверь в мамину комнату распахнулась так резко, словно она только этого и ждала. Зато Джей открыл не сразу.

Мама и Джей смотрели на Кейти, пока снаружи грохотал гром.

– Что ты несёшь? – сердито осведомился Джей. – Кому ещё я нужен?

– Шерифу. Внизу тебя ждёт шериф.

Джей мгновенно помрачнел и ринулся назад, в безопасный сумрак своей комнаты. У Кейти сердце разрывалось: если бы она знала, как ему помочь! Пожалуй, у Джона Якоба Астора было такое же лицо, когда он узнал, что «Титаник» идёт ко дну.

– Что же теперь будет?! – снова и снова крутилось в голове у Кейти, пока внизу, в гостиной, разговаривали шериф Хесбрук, Джей и миссис Блейн.

Потом шериф ушёл, Джей вернулся к себе, дядя Фрэнк всё ещё дрых у себя в комнате, а Кейти с мамой устроились в библиотеке.

– Шериф сделал ему предупреждение. – Голос миссис Блейн звучал устало и глухо. – Дом не пострадал, и хозяин решил не подавать заявление. Джей сказал, что они просто хотели переждать непогоду.

– Так значит, всё обошлось?

– Нет. – Миссис Блейн постаралась сесть прямо. – Нет, всё только начинается. У меня на попечении пятнадцатилетний приёмный сын, который не подчиняется мне и… терпеть меня не может, – тут её голос предательски дрогнул, – и я не знаю, что с ним делать. Я знаю, что он горюет по своему отцу – и я сама горюю не меньше! – но мне никогда не удастся занять в его жизни место Тома. Нам четверым было отпущено слишком мало времени до того, как Том умер – в этом-то и проблема.

– Но это не проблема, – заметила Кейти. – Мы же семья!

– Да уж, семья! – Миссис Блейн встала и похлопала дочку по плечу. – Ну ладно, ты права, – добавила она. – Не вешай нос, Кейти Джейн. Ладно?

– Ладно, – как будто эти слова могли её успокоить.

За обедом Джей вёл себя тише воды, ниже травы, и даже дядя Фрэнк казался каким-то притихшим. Миссис Блейн отважно старалась уговорить хоть кого-то взять добавки ежевичного пирога, ужасалась грозой и восхищалась радугой над Новой Шахтой, засверкавшей на очистившемся от туч небосводе. Кейти представляла себе, каково сейчас Джею, и мамины слова казались особенно бессмысленными.

Едва дождавшись окончания обеда, Джей вернулся к себе и включил музыку. Как только мама вышла на улицу подышать свежим воздухом, Кейти побежала наверх. На стук никто не отвечал, и Кейти открыла дверь без спросу. Музыка со щелчком оборвалась. Джей лежал на спине, уставившись в потолок.

– Мне жаль, что так вышло, – сказала Кейти.

– Спасибо. – Джей даже не посмотрел в её сторону. – Но это не твоё дело.

– Что бы вы там ни натворили, я точно знаю, что во всём виноват Скип Полдин.

– Ничего мы не натворили! – рявкнул Джей, рывком сев на кровати. – Ничего такого не было! Но зато меня заперли дома на неделю! И вдобавок запретили общаться со Скипом!

– Мне жаль, – сказала Кейти. – Я ничего маме не рассказала, только сказала, как его зовут…

– Да какая разница! Хозяин дома разглядел Скипа, и кто-то ещё настучал шерифу, что я тоже был с ним. Мы там ничего не тронули – просто укрылись от дождя. Ах, ну конечно, ещё мы вскрыли банку бобов, пока ждали окончания грозы. Большое дело!

– Но вы же были в чужом доме…

– Да знаю я это! Знаю! – В голосе Джея послышалось отчаяние. – Все только и твердят: отдыхай! развлекайся! И когда я развлёкся, совсем по-другому запели! – И он добавил совсем подавленно: – Твоя мать меня ненавидит.

– Вовсе нет! – охнула Кейти. – Как у тебя язык поворачивается так говорить?

– Да вот так! За что ей меня любить? Я у неё как кость в горле! Лишняя обуза!

– Неправда!

Они уставились друг на друга.

– Рано или поздно, – продолжал Джей, не в силах остановиться, – она решит, что с неё довольно, и пошлёт меня на все четыре стороны. Вот погоди, увидишь. Я был бесплатным довеском, когда они с отцом поженились. Но я не нуждаюсь в няньках. Я могу просто…

В глазах у него стояли слёзы. Кейти отвела взгляд, не желая видеть эту боль. Наверняка этот глубинный страх давно снедал Джея изнутри – с самого первого их дня в Новой Шахте. Кейти всем сердцем хотела бы ему помочь, но не находила нужных слов. Она решила сменить тему:

– А мы с Джоан сегодня ходили на старую шахту. Ну и жуткая дыра!

– И? – Джей прокашлялся.

– И там реально страшно! Ты бы слышал, как ветер воет в шахте! Джоан говорит, это могут быть души горняков, которые погибли там под обвалом.

– Ты совсем чокнутая малявка, – устало заявил Джей, откинувшись на локти. – То одно она слышит, то другое! Прям помешалась на этих призраках под землёй!

– Нет, я не помешалась, – возразила Кейти. – И я слышала звуки во дворе той ночью, что бы ты ни думал. А те, что в шахте – ну да, я знаю, это был ветер. Но там было и кое– что ещё, – она помялась, но всё же решила рассказать. – Когда я уже хотела вылезти через окно из здания шахты, я обернулась и увидела, что на меня смотрит девочка. У неё были длинные светлые волосы, и она так протянула ко мне руку, будто чего-то хотела.

– Ага, ещё один призрак?

– Не знаю. Джоан вернулась и тоже посмотрела, но что бы там ни было – уже исчезло.

– А ты не подумала, что это мог быть кто-то из местных ребят – нагоняли страху на девчонку из большого города? Ты бы лучше писала рассказы про привидения – воображения у тебя хватит на троих. – И он вдруг встрепенулся: – А твоя мать знает, что ты лазила в старую шахту?

– Нет.

– Она хотя бы спросила, где ты была?

– Она знала, что мы с Джоан знакомимся с окрестностями.

– Ну да, только вот не со старой шахтой. Об этом ты ей не сказала. И она не знает, что ты шаталась по заброшенному зданию с дырой в полу глубиной с километр.

– Нет, погоди, – перебила его Кейти. – Это вовсе не было опасно. Перед дырой в полу там есть здоровенные ворота. И мы ничего не сломали.

Джей встал и отвернулся к окну.

– Дело в том, что она не устраивает тебе допрос каждый раз, как ты выходишь из дома. Ты ничуть не хуже меня успела залезть на чужую территорию, однако никто из этого не устраивает историй. Она вообще не ждёт, что ты можешь во что-то влипнуть! Так почему на меня наезжают на каждом шагу?!

«Да потому что ты уже влип! – кричало всё у неё внутри. – И моя мама никогда не воспитывала сына и боится не справиться!» Но в то же время она понимала, что в чём-то Джей прав. Мама была убеждена, что Кейти знает, как вести себя, а Джей – нет.

– Ты мог бы попытаться доказать ей, что она не права, – неуверенно возразила девочка.

– То есть быть паинькой и позволить ей водить меня за ручку! – Он повернулся к Кейти с ожесточённой гримасой. – Стоило мне хоть с кем-то познакомиться в этой отстойной дыре – и вот вам, нам запретили общаться! Да он здесь один живой на всю эту…

– Ну да, а ещё у него есть мотоцикл!

– И это тоже! Я ведь говорил, меня тошнит от этого места! Всё, чего я хочу – вернуться в Милуоки. Но раз уж я тут завис, то буду развлекаться, как мне угодно – и никто мне не помеха! Ни шериф, ни тем более она!

Кейти едва удержалась, чтобы не влепить Джею оплеуху за то, как прозвучало это она.

– Ты настолько тупой, что не в состоянии понять, когда кто-то хочет тебе помочь! – выпалила она. – Смотреть на тебя тошно!

И Кейти выскочила вон, содрогаясь от гнева. А вслед ей летел голос Джея:

– Сама ты тупая! Совсем с катушек съехала! Даже если я тупой, то хоть не настолько, чтобы воображать всякую чертовщину на каждом углу!

Миссис Блейн поднялась наверх через пару часов. К этому времени Кейти уже легла спать. Ей не хотелось общаться ни с мамой, ни с кем-то ещё. Ей просто хотелось побыть одной.

Она слышала, как мама подошла к двери в её спальню, потом в туалет и снова вернулась к двери Кейти. Ручка повернулась, и Кейти закрыла глаза. Через мгновение язычок щёлкнул, и шаги удалились.

По мере того как в доме делалось тихо, его наполняли звуки окружавшей летней ночи. Заухала сова, а об оконную сетку ударялись насекомые. Где-то вдалеке пролетел самолёт. Поскрипывали старые доски. Как ни старалась Кейти заснуть, сон не шёл. Слишком насыщенный выдался день. Призрак светловолосой девочки в шахте, пронзительный взгляд шерифа, злобный оскал Джея – всё снова и снова крутилось перед глазами.

Наконец она сдалась. «Гибель Титаника» так и осталась в библиотеке: раз уж не удаётся заснуть, почему бы не почитать? Девочка встала с кровати и нашарила в тумбочке фонарик, который мама положила «на всякий случай». Открыла дверь и на цыпочках прокралась по коридору.

Фонарик давал узкий пучок света. Кейти постояла, убедилась, что вокруг никого, и направилась вниз. Но стоило ей опустить ногу на ступеньку, как за спиной послышался шорох, и спину внезапно окатило холодом. Кейти резво развернулась, направив фонарик на звук. В зеркале на конце коридора отражалась девочка со светлыми волосами. Пока Кейти, не в силах шевельнуться от страха, смотрела на неё, девочка, хромая, шагнула вперёд и подняла руку.

Взгляд девочки из зеркала показался Кейти очень грустным, но в то же время полным решимости. Несмотря на то что мама и Джей были всего в нескольких метрах отсюда, ощущение было такое, что в мире остались только они двое. Девочка что-то говорила, но Кейти не смогла услышать ни слова, как ни старалась. Однако было понятно, что это послание очень важно. Бледная рука поднялась в предупреждающем жесте, и призрак покачал головой. У Кейти вырвался невольный стон: она ничего не понимала.

– Кейти! – Миссис Блейн выглянула из спальни. – Ты как там оказалась? Я думала, ты давно спишь!

– Я… мне захотелось почитать, а книга осталась внизу, в библиотеке. – Кейти опустила фонарик.

Теперь зеркало опустело, и там оставались лишь отражения её и мамы.

– Детка, библиотека в другом конце дома. Сбегай туда, если так хочешь, только тихо. Не разбуди дядю Фрэнка.

Кейти поспешила вниз. Когда она вернулась, коридор был пуст. Вздрагивая от страха, девочка посветила на зеркало. Ничего. Она шмыгнула к себе и закрыла дверь.

Глубокие тени разогнал луч фонарика, дольше всего задержавшийся на зеркале над тумбочкой.

– Мне так жаль, – виновато прошептала Кейти. – Я старалась тебя понять, но не смогла.

Теперь, когда появилась возможность всё обдумать, Кейти испытывала скорее грусть, чем страх. Призрачная девочка показалась ей ужасно одинокой, и явно хотела что-то сообщить. Несмотря на только что испытанный шок, Кейти всё же хотела снова увидеть незнакомку.

«Я действительно видела призрак, – размышляла она. – И не важно, что об этом скажет Джоан, или Джей, или кто угодно. Я видела её дважды, и она старалась мне что-то сказать. Пусть у меня уйдёт на это вся ночь, но я узнаю, что именно!»

Это было последним, о чём она подумала этой ночью.

Кейти крепко уснула.

Когда Кейти спускалась к завтраку, то ожидала, что окружающие заметят в ней нечто новое. Конечно, никто не поверит ей, если она расскажет о девочке, которую видела в зеркале. Ни мама, хлопотавшая над дядей Фрэнком, никак не желавшим допить апельсиновый сок, ни тем более Джей, небрежно развалившийся на стуле и по обыкновению не отрывавший взгляд от тарелки. Кейти нисколько не расстроилась. Она чувствовала, что между нею и девочкой в зеркале установилась некая загадочная связь. Призрак хотел чем-то поделиться, и Кейти могла помочь в этом.

Кейти уже закончивала мыть посуду после завтрака, а дядя Фрэнк клевал носом над чашкой кофе, когда у задней двери появилась Джоан.

– Мама приглашает тебя сегодня на обед, – сообщила она. – Велела передать, что приготовит «Звёздные глаза».

– Что, прости?

– «Звёздные глаза». Это такой корнуолльский пирог. Ма говорит, тебе обязательно надо его попробовать, раз уж ты попала в Новую Шахту.

Кейти жестом пригласила Джоан к столу и налила два стакана молока. Кейти села было за стол, но вскочила и наполнила вазочку овсяным печеньем, которое мама испекла накануне.

– А почему пирог называют «Звёздными глазами»? – спросила она. – Какое смешное название!

– Потому что он очень смешно выглядит, – сообщил дядя Фрэнк. – А ты чья будешь, барышня?

– Я Джоан. Джоан Трелони.

– Дочка Нэнси? – Он присмотрелся внимательнее.

– Её правнучка.

– Ну-ну. – Он взял печенье и обмакнул его в кофе. – Я бы не стал отказываться от звёздных глаз по рецепту Нэнси Трелони, – добавил он. – Она-то крепко держится традиций, – тут он помрачнел, словно припомнил её недавнее послание.

– Но что же это такое? – не выдержала Кейти. – Объясните хоть кто-нибудь! – И она обернулась к дяде Фрэнку.

– Настоящая вкуснятина! – сказала Джоан как ни в чём не бывало. – Я бы ела их каждый день!

– Я тебе объясню, что такое «Звёздные глаза», – снизошёл дядя Фрэнк. – Моя бабка и её бабка до неё готовили такой пирог, когда у нас выдавались худые времена – а это было, считай, всегда. Печешь пирог и разрезаешь на две части. На нижнюю кладёшь рыбу, а верхней закрываешь. Снаружи оставляешь хвостики и головки, так что их маленькие глазки повёрнуты вверх…

– К звёздам! – Кейти передёрнуло. – Ну конечно, «Звёздные глаза». Кажется, я припоминаю, что занята и не смогу прийти к вам на обед. Но спасибо за приглашение.

Джоан хихикнула, а дядя Фрэнк и вовсе улыбнулся.

– А если мы не будем готовить «Звёздные глаза», ты придёшь? – спросила Джоан. – Моя ма может передумать. Честно говоря, она уже готовит кое-что другое.

– Я спрошу. – Кейти побежала наверх, отпроситься у мамы.

Дверь в спальню Джея оказалась нараспашку, кровать была идеально заправлена.

– Он собрался выкосить траву возле дома, – сказала миссис Блейн. – Я вчера нашла в подвале газонокосилку, и она вроде бы работает. Ты же знаешь, что ему запрещено выходить, – добавила она.

Просьбу Кейти разрешить ей пообедать у Трелони мама выслушала равнодушно, вполуха.

– Почему бы и нет, милая. Мы, конечно, будем скучать, но я рада, что у тебя появилась подруга. – Она снова обвела взглядом комнату Джея и вздохнула: – Вот если бы только…

Кейти торопливо обняла маму и побежала вниз, не желая больше думать о том, каково приходится Джею.

Эд Трелони ростом не уступал Джоан, хотя и был на год младше. Они с Лиллиан, уменьшенной рыжеволосой копией старшей сестры, сидели рядом за кухонным столом и быстро поглощали обед, умудряясь при этом непрерывно глазеть на Кейти. Не обошёл её вниманием и мистер Трелони: рослый, загорелый, с густыми седыми бровями над тёмными, как у бабули, глазами. И если бы не искренние улыбки, с которыми они отвечали на каждый её взгляд, Кейти, наверное, было бы очень не по себе.

– Наверное, ты ещё никогда не пробовала наш корнуоллский пирог, барышня? – вставил мистер Трелони, когда в беседе наступила пауза.

И он посмотрел на лежавшее перед ним блюдо с аппетитной золотистой корочкой так, словно попытался представить, каким был бы этот мир без корнуоллских пирогов.

– Никогда, – подтвердила Кейти.

– Ну и что ты теперь скажешь?

– Мне очень понравилось, – Кейти смущённо улыбнулась. – Наверняка намного вкуснее, чем «Звёздные глаза».

Миссис Трелони хмыкнула, а Эд и Лиллиан стали толкаться и хихикать. Явно вся семья была в курсе этой шутки. Малютка Пэтти, сидящая в высоком детском стульчике между матерью и бабулей, громко засмеялась и принялась лупить ложкой по металлическому подносу.

– Ты добавь кетчупа, будет ещё вкуснее, – пролепетала Лиллиан и заалела как маков цвет от собственной дерзости.

– Корнуоллский пирог тем хорош, – произнесла миссис Трелони, – что одно блюдо заменяет целый обед. Мясо, овощи и тесто. Шахтеры брали корнуоллский пирог с собой, когда спускались под землю. И ели его во время перерыва, с чаем.

– В старину пироги были вкуснее, – вдруг заявила бабуля. – Этот тоже ничего, но раньше…

– Всё было лучше, верно, бабуля? – Миссис Трелони нисколько не обиделась.

– Почти всё, – кивнула бабуля. – Но не совсем всё. Взять хоть те же холодильники – теперь не надо бояться, что пикси сквасят молоко или испортят пудинг.

Кейти вопросительно глянула на Джоан.

– Пикси – это такие злые эльфы, их в Ирландии зовут лепреконами, хотя появились они в Корнуолле, – пояснила Джоан.

– Ты больше не слышала стукалок? – строго спросила бабуля у Кейти. – Смотри, он всё ближе, тот день, когда тридцать лет назад случился обвал. Шестнадцатого июля это было. Чёрный день, плохой день для Фрэнка Пэндарры и всей Новой Шахты.

– Бабуля, – миссис Трелони предупреждающе взмахнула рукой, – пожалуйста, оставь ты этих стукалок. Ты же обещала. Нехорошо это – болтать о том, будто сынок бедного старого Фрэнка стал каким-то злобным карликом, ползающим под землёй.

– Это не болтовня! Послушай, что я…

– Ну уж нет. – У миссис Трелони сделался такой голос, что перечить ей никому не захотелось. – Дай Кейти спокойно доесть пирог. И знаешь что? У нас на сладкое заварной крем!

– С клубникой? – Бабуля моментально сменила гнев на милость.

– Сколько захочешь.

Заварной крем оказался ещё одним корнуоллским деликатесом: чтобы его приготовить, цельное молоко нужно было томить при строго определённой температуре и потом снять сливки. Украшенный алыми сочными клубничинами, этот десерт был бесподобен. Кейти наелась до отвала.

– Ну что ж, некоторым бедолагам сегодня ещё работать в самую жару, – сказал мистер Трелони и ласково взъерошил волосы Эду. – А кое-кто может заниматься своими делами. Что скажешь, мистер?

– Пойду играть в софтбол, – сказал Эд.

– А я пойду в город с ма! – заявила Лиллиан.

– Джоан собралась показать Кейти наши пещеры, – добавила миссис Трелони. – Она обязательно должна там побывать.

– Пещеры? – Кейти не очень-то обрадовала перспектива лезть под землю.

– Это не настоящие пещеры, – заверила Джоан. – Просто такие места возле шахты, где земля провалилась.

– Это случилось много-много лет назад, – сказала миссис Трелони. – Понимаешь, грунт иногда движется из-за того, что в шахте вели слишком много раскопок. Порода не выдерживает и проседает. – Женщина ободряюще улыбнулась Кейти. – Мы с мистером Трелони считаем, что это может повториться. Хотя рудник забросили тридцать лет назад, весь холм пронизан ходами, как пчелиные соты. И вполне логично, что рано или поздно земля начинает проседать.

Тут до Кейти дошло, что весь разговор затеян неспроста.

– Вы хотите сказать, что именно это я и слышала в тот первый вечер в Новой Шахте?

– Может, так оно и есть, – ответила миссис Трелони. – Что я действительно хочу сказать – в нашей Новой Шахте призраков не больше, чем в любом другом месте.

– Если бы так, – сердито пробурчала бабуля. – Погоди, сама увидишь.

Кейти подумала, что Джоан могла рассказать родителям о том, что случилось тогда в старой шахте. И, судя по всему, они поверили в призрак белокурой девочки не больше, чем сама Джоан.

– Кейти, обязательно загляни к нам по пути домой, – сказала на прощанье миссис Трелони. – Я приготовила корнуоллский пирог и для твоих родных. – Она обняла Кейти и подтолкнула девочек к двери. – И мы ещё приготовим для тебя «корнуоллскую кузину Джинни»! – добавила она вслед.

– У тебя отличная семья, – сказала Кейти на ходу. – И мама так классно готовит!

На вершине холма она широко раскинула руки навстречу ветру и глубоко вздохнула. Ей действительно понравились Трелони, и она отдохнула душой в их обществе.

Это тёплое чувство сохранилось на весь день, пока они ползали по краям пещер, на самом деле оказавшихся глубокими провалами, заросшими травой. Уже приближались сумерки, когда Кейти направилась назад, к дому дяди Фрэнка, с завёрнутым в фольгу блюдом с пирогом.

На крыльце девочку встретила мама: её губы были сжаты в сердитой гримасе.

– Джей удрал, – выпалила она, не дав Кейти даже поздороваться. – Он исчез ещё утром, сразу, как ты ушла. И вот что я скажу, – её голос звенел от кипевшего целый день праведного гнева, – если он опять влипнет в неприятности, может, даже и лучше, если шериф его арестует! Я сделала абсолютно всё, что могла!

– Но мы же ничего не сделали! Мы просто прокатились!

– Ты был наказан! И удрал тайком, пока я не видела. По-твоему, это называется ничего не сделали?

Кейти примостилась на лестнице, вслушиваясь в яростный спор, разразившийся на крыльце. Она уже много раз была свидетельницей таких перепалок ещё в Милуоки, но сейчас не могла заставить себя просто повернуться и пойти спать. Ей казалось, это будет равносильно бегству с места катастрофы, которая вот-вот случится. Рано или поздно Джей с мамой зайдут слишком далеко и наговорят лишнего. И тогда семья развалится на куски.

– Ну так вот: ты просидишь дома ещё три дня. А если я узнаю, что сегодня ты опять умудрился что-то натворить, то будешь сидеть дома до конца лета. Ты всё понял?

– Я ничего не натворил!

Хлопнув передней дверью, Джей промчался на кухню.

Кейти на цыпочках отправилась к себе. Затем она услышала, как поднимаются Джей и мама, после чего в доме воцарилась тишина. Однако заснуть так и не удалось. Не давали покоя мысли о девочке из зеркала. Кем она была? Чего добивается? А вдруг это грустное бледное лицо можно увидеть в зеркале снова, прямо сейчас…

Кейти терзало ощущение, будто воздух стал каким-то странно тяжёлым. Девочка сжалась в комок и зажмурилась, как делала это совсем маленькой, когда боялась чудовищ под кроватью. Она натянула на голову простыню. Но напряжение только нарастало. Происходило что-то очень плохое. Она расправила затёкшие конечности, на ощупь нашла фонарик и выскользнула в коридор.

В зеркале отразился лишь кружок света от фонарика и её собственное отражение над ним. «Дурочка, возвращайся в кровать!» Она так и хотела поступить, но не смогла. Она почувствовала, как кто-то – или что-то – толкает её в определённом направлении. Сама напоминая призрака, Кейти на цыпочках спустилась вниз и скользила из комнаты в комнату, освещая их танцующим лучом фонаря.

Перед кухней ощущение надвигающегося ужаса стало непреодолимым. У неё тряслись руки, и оттого луч света дико метался из угла в угол. Стол, открытое окно, холодильник. Банка из-под арахисового масла, забытая ею возле раковины. Высокий буфет. И не успела она посветить на буфет, как одна дверца распахнулась. Тихонько звякнули тарелки, как будто по ним провели рукой. Кейти подавилась криком. А затем, не отдавая себе отчёта, почему так поступает, упала на колени и прижалась ухом к линолеуму.

Вот оно! Сперва стон, от которого заломило пальцы, а потом дом стало трясти. Банка из-под масла закачалась на краю раковины и встала неподвижно. Цикады во дворе умолкли и снова застрекотали. Кейти уселась на корточки, стараясь совладать с бешеным сердцебиением.

Преодолев оцепенение, девочка подхватила фонарик и помчалась по дому. Лестница предстала перед нею зловещей громадой и дважды подставила подножку, пока Кейти сумела добраться до верха. Кейти пронеслась по коридору и распахнула дверь в мамину спальню.

– Кейти! Господи, ты меня напугала! – Миссис Блейн дотянулась до выключателя и зажгла ночник, а Кейти рухнула в ногах её кровати. – Ты белее мела – тебе приснился кошмар?

– Я должна тебе кое о чём рассказать, – прошептала Кейти, качая головой. – Вряд ли ты мне поверишь, но…

– А ты попробуй. Всё равно я не могла заснуть.

Слова полились потоком. Кейти выложила всё о том, что почувствовала во дворе в свой первый вечер в Новой Шахте, и о втором случае – этой ночью. Она рассказала, как они с Джоан лазили в пещеры на другом конце луга и о теории миссис Трелони о проседании грунта. Какой-то инстинкт не позволил ей рассказать и про стукалок, однако девочка не могла скрыть своей паники.

– Что-то происходит с этим домом, мамочка, – закончила она. – Как будто на него вот-вот нападут или что-то в этом роде.

Миссис Блейн выслушала её на удивление терпеливо, и лишь когда Кейти умолкла, стала рассуждать:

– Старые деревянные дома всё время скрипят и рассыхаются. И миссис Трелони скорее всего права в том, что из-за выкопанных туннелей в руднике здесь происходят подвижки грунта. Но ведь любое такое движение растягивается на годы, Кейти. Нам пока не о чем волноваться.

– Ты ошибаешься, мама! – настаивала Кейти. – В этом доме мы в опасности. Я это чувствую.

– Ты чувствуешь?

– У меня такое ощущение… – Тут Кейти увидела выражение лица мамы и умолкла.

– Хватит, Кейти, перестань! – прошептала мама. – Ты и меня пугаешь, когда говоришь такие вещи. Это маленькие дети не видят разницы между тем, что они вообразили, и тем, что есть на самом деле, но ты-то уже выросла. Не надо создавать проблемы на пустом месте.

Кейти сокрушённо вздохнула. Ну как ей объяснишь?!

– Пойду-ка я спать. Не бери в голову.

– И ты тоже, – ласково промолвила мама и погладила Кейти по руке. – Не хочу тебя обижать, милая, но мне и так хватает реальных проблем, и совсем ни к чему воображаемые. Ты же понимаешь?

– Конечно. Спокойной ночи, мама.

– Сладких снов, милая. И, Кейти, ты же понимаешь – ни слова обо всём этом дяде Фрэнку.

– Конечно.

Кейти вернулась в свою спальню и долго стояла у окна. Она никогда в жизни не страдала так от одиночества. Она была сейчас более одинока, чем перед появлением Тома Блейна, когда мама работала каждый день и она приходила из школы в пустую квартиру. Более одинока, чем в первую неделю в детском лагере, пока у неё не было ни одной подруги. Более одинока, чем в ту полузабытую ночь в больнице, когда ей удаляли гланды. Сегодня одиночество было совсем иного рода. Никто, кроме неё, не верил в опасность, угрожавшую этому дому, – ведь всё дело в проседающих горных породах, если верить миссис Трелони, или в стукалках, если права бабуля. Ей никто не верил, кроме – и тут её осенило! – кроме призрака девочки из зеркала! Так вот о чём она хотела рассказать! Кейти была уверена, что так оно и есть.

Та девочка пыталась предупредить Блейнов и дядю Фрэнка. Но её никто не слышал, кроме Кейти.

В последующие ночи Кейти заставляла себя ждать как минимум час после того, как все расходились спать. Дождавшись полной тишины, она на цыпочках кралась по коридору и смотрела в зеркало несколько долгих леденящих минут. Но призрак так и не вернулся, да и Кейти больше не ощущала близости надвигавшейся опасности.

– Куда это твой братец запропал? – поинтересовалась Джоан, когда они с Кейти направлялись в крошечную городскую библиотеку Новой Шахты. – Уже который день его не видно у Скипа.

– Он всё ещё наказан, – объяснила Кейти. – Красит окна и чинит ступеньки на заднем крыльце, но по большей части торчит у себя в комнате.

– Вот уж бесится, наверное.

– Он с нами не разговаривает, – призналась Кейти. – Только сердито смотрит и молчит.

– Ну, может, оно и к лучшему, что он сидит дома, – заметила Джоан. – Вчера шериф опять к Полдинам приходил.

– А что случилось? – Кейти почувствовала неприятный холод в желудке.

– Эд говорит, что кто-то разбил в школе окно и испачкал стену краской. И взломали ещё один летний домик. Соседи услышали мотоцикл – вот и подумали на Скипа. Хотя в Новой Шахте полно мотоциклов, но чуть что – всегда вспоминают про Скипа, – и она вдруг задорно улыбнулась. – Бабуля твердит, что вовсе это не Скип, а стукалки. Дескать, они ищут способ выбраться из шахты, может, даже по старым туннелям, и что они натворят бед. Она боится, что они вылезают наверх каждую ночь…

– А на кого похожи эти стукалки? – спросила Кейти. Ей совсем не хотелось думать про Скипа Полдина.

– Ну, стало быть, – Джоан изобразила корнуоллский акцент своей бабули, – росточком с метр, не выше, и башка у них здоровенная, а глазища так и горят, и пасть от уха до уха. Они могут так меняться, что ежли ты подойдёшь к ним поближе, улетят облаком дыма… Эй, у меня идея! – Джоан забыла про акцент. – До шестнадцатого – это годовщина обвала – осталось три дня. Давай сходим в шахту и посмотрим, что там творится.

– Ты же не веришь в стукалок! – фыркнула Кейти.

– Но ты-то веришь!

– Ну и что?

– Давай всё равно сходим. До годовщины. Завтра ночью. Давай, Кейти!

– Ну ладно. – Кейти нервно рассмеялась. – Только ночью не получится – мама не пустит. Ближе к вечеру. Ты не против, если я позову с нами Джея?

– Да он не захочет, – сказала Джоан. – И ты же вроде сказала, что он наказан?

– Сегодня последний день его заточения. И я подумала, что пусть лучше он пойдёт в шахту с нами, чем…

– Чем болтаться со стариной Скипом, – закончила Джоан. – Валяй, я не против.

Однако, как и предвидела Джоан, Джея не заинтересовал поход в старую шахту.

– У меня другие планы, – сказал он сестре.

– Например?

– Это никого не касается.

– Джоан сказала, что шериф снова приходил к Полдинам домой. – У Кейти не очень-то получился небрежный тон.

– И что с того? Скип говорит, что Хесбрук вечно всё валит на него, что бы ни случилось. Он байки на дух не выносит, в этом всё дело.

– Но Скип уже попадался…

– Слушай, Кейти, – перебил её Джей, – ты хочешь как лучше, но ты неверно судишь о Скипе. Он вовсе не плохой… А мне нужен друг – только почему-то всем на это наплевать!

У Кейти разгорелись щёки. В сотый раз она выругала себя за мягкотелость. Хватит уже переживать из-за Джея – пусть делает, что хочет!

Весь остаток дня она не обращала на брата внимания и занималась уборкой в библиотеке. Это было довольно скучно, если не считать неожиданного визита дяди Фрэнка ближе к концу дня.

– Здесь стало уютнее, – заметил он. – Мама у тебя справная. Да и ты тоже не ленишься.

Кейти улыбнулась, стараясь не выдать удивления.

– Я люблю вытирать пыль с книжек, – сказала она. – Трудность в том, что я при этом больше читаю, чем убираю.

Дядя Фрэнк снял с полки книгу и тут же вернул на место. У него явно что-то было на уме.

– Этот ваш парень, – начал он, – он не такой уж плохой. Хотя поначалу-то был с гонором. Да, нос-то задирал, будь здоров. Но я к нему присмотрелся и увидел, что он ровно как я – в давние годы. Он остался без папы, и всё ещё не справился с этим. Вот и я так же себя вёл, когда без родных остался. Я был совсем один и жутко боялся. Никому такого не пожелаешь – злоба на весь свет, только и ищешь, кого бы укусить.

Кейти невольно почувствовала, что глаза наполняются слезами. Это была самая длинная – и самая добрая – речь с той минуты, когда они переступили порог дома дяди Фрэнка. Старик уже давно ушёл на крыльцо и дремал в кресле-качалке, а Кейти всё ещё обдумывала его слова.

Бедный Джей, одинокий и испуганный, обиженный на весь свет и готовый сорвать своё горе на ком угодно. Несмотря ни на что, девочка снова прониклась сочувствием к сводному брату.

– Он вовсе не такой плохой, каким кажется, – прошептала она себе. – Дядя Фрэнк прав. И дядя Фрэнк тоже хороший. Совсем как настоящий родной дядя. – Она улыбнулась этим мыслям и энергично прошлась метёлкой из перьев по ещё одному ряду корешков.

– Дай угадаю: Джей с нами не пойдёт? – Джоан сидела на краю дороги перед домом, вытянув длинные ноги и запрокинув голову.

Она выглядела в точности как в тот день, когда Кейти с Джеем в первый раз спустились с холма в город – только теперь улыбалась Кейти вполне по-дружески.

– Я так и знала.

– Ему приспичило искупаться во Вторничном озере, – объяснила Кейти, плюхнувшись рядом. – Я сказала, что он ещё может нас догнать, если вернётся к четырём, но… – Она оглянулась на дом Полдинов и небрежно спросила: – А Скип где?

– Его не видно с самого утра.

Кейти вздохнула. Джей за завтраком сказал, что собрался один прогуляться до озера, а на обед захватит с собой бутерброды и термос. Он так подробно излагал свои планы, что у миссис Блейн не нашлось повода задавать вопросы, хотя было видно, что ей нелегко даётся такое молчание. Но Джей сложил в рюкзак книжку, плеер и бутерброды, окончательно развеяв подозрения. Она даже пожелала Джею хорошо провести день, когда он резво сбегал по ступенькам с крыльца.

– Хоть бы он и правда пошёл один, – заметила миссис Блейн, собирая посуду.

Кейти промолчала, зато дядя Фрэнк озвучил их страхи, пробормотав:

– От этого Полдина добра не жди.

И всё же только то, что Скипа не было дома, ещё не означало, что они с Джеем шатаются вместе. Кейти заставила себя отвернуться от дома Полдинов и сосредоточиться на предстоящем приключении.

– Как мы ни соберёмся в шахту, так обязательно идёт дождь, – заметила она. – Ты только посмотри на небо.

– Отличная погода для охоты на привидений, – подтвердила Джоан. – Или для засады на стукалок, – добавила она с усмешкой. – Зайдём на минутку. Я предупрежу маму, что мы ушли.

Они застали миссис Трелони перед телевизором: рядом на кресле возвышалась целая куча непарных носков. На этот раз она поздоровалась с Кейти без привычного радушия.

– Я уже сказала Джоан и теперь повторяю тебе: мне не нравится, что вы опять полезете в заброшенную шахту. Джоан говорит, ты там натерпелась страху, и это очень нехорошо.

– Ма, да разве хоть кто-то из ребят в Новой Шахте туда не лазил? – обиженно возразила Джоан. – Там нет ничего опасного!

– Ты слышала меня, барышня.

– Но как же мы увидим привидений или стукалок, если не залезем внутрь…

– Привидений! Стукалок! Слышать про них не желаю! Если тебе так скучно без привидений, послушай бабулины небылицы. Вовсе ни к чему таскаться по старым шахтам, когда разузнать о них можно, не выходя из дома.

– Мы только глянем одним глазком и вернёмся, миссис Трелони, – заверила Кейти. – Это совсем не опасно.

– Кейти уже видела призрака в прошлый раз, – поддразнила подругу Джоан. – Правда, Кейти? Девочку с бледным лицом и длинными светлыми волосами.

Кейти неохотно кивнула.

– Я правда её видела. У неё такие пышные золотистые локоны, и когда она шла, то будто хромала.

– Ну ты даёшь, Кейти! Рассказ ещё нелепее, чем у бабули!

– Бабуля не такая уж и нелепая, – прозвучал хриплый голос. Старуха сердито смотрела на них из дверного проёма. – А ты, барышня, говоришь про Мэй Николсон – видать, она вернулась, чтобы предупредить нас об опасности. И я ничуть этому не удивлена.

– Кто такая Мэй Николсон? – тут же спросила Кейти, не обращая внимания на кислую физиономию миссис Трелони. Если бабуле что-то известно про девочку-призрака, Кейти должна расспросить её!

– Ты спроси старого Фрэнка – пусть он сам расскажет, – предложила бабуля. Она с кряхтеньем опустилась в своё кресло. – Тридцать лет назад Мэй Николсон собиралась замуж за его сына, Кенна. Хорошая она была девчушка. А уж Фрэнка любила, как родного отца.

– А что с ней стало? – спросила Джоан.

– Когда разнеслась весть об обвале, она прибежала к шахте, ждать новостей, как сотни наших, – сказала бабуля. – Ждали они всю ночь и следующий день, да. И никто не мог уговорить её уйти, даже когда спасатели оставили поиски. Только Фрэнку удалось её увести – он сказал, что теперь, раз у него нет сына, ему нужна дочь, чтобы за ним присматривать. Да только поздно было. Она подхватила воспаление лёгких, вот как, пока торчала там в непогоду. И вот трёх недель не прошло, как Фрэнк потерял сына, а за ним и Мэй ушла тоже.

– Бабуля, она хромала?

– Точно, хромала. Сломала ногу совсем малышкой, да так и срослась она неправильно. Да это было не важно. Красотка была хоть куда.

Джоан громко хлопнула в ладоши над головой и воскликнула:

– Кейти, значит, ты правда видела призрак! Ну, что ты на это скажешь, ма?

– Я скажу: держитесь подальше от этой шахты. Я скажу, что к ужину ты должна быть дома. И больше ничего не скажу. – Миссис Трелони собрала носки и вышла из комнаты.

– Она не хочет ничего говорить, потому что не может всё это объяснить, – прошептала Джоан. – Бежим, Кейти, попробуем ещё раз увидеть беднягу Мэй! Вот это круто! Пока, бабуля!

Однако на пути к двери старушка поймала Кейти за руку и предупредила:

– Если уж и Мэй Николсон вернулась, это точно из-за стукалок! Она не хуже меня знает об опасности. Ты слушай, что она скажет.

– Обязательно, – пообещала Кейти.

И подумала: «Если бы только ещё я могла заставить прислушаться других!»

– И как мы увидим призрака, если не залезем внутрь? – сердито бурчала Джоан, пока они пересекали луг, направляясь к шахте.

Теперь, после того, что бабуля рассказала про Мэй Николсон, Джоан превратилась в целеустремлённого охотника за привидениями и всю дорогу до шахты оживлённо болтала.

– Мы только глянем в окно и сразу обратно, – решила она. Тут её внимание привлекли тучи: – В прошлый раз, когда ты её видела, шёл дождь. И сейчас вот-вот польёт. А вдруг она вообще появляется только в дождь?

Кейти решила, что стоит поделиться ещё одной тайной и призналась:

– Я видела её ещё раз. Девочка появилась в зеркале, в доме у дяди Фрэнка.

– И ты ничего мне не сказала?! – возмутилась Джоан.

– Ты бы снова подняла меня на смех. – Джоан нечего было возразить, и Кейти торопливо добавила: – И не только ты. Меня опять назвали бы вруньей. Или ненормальной. Ох, Джоан, она была такой грустной – и испуганной. Как будто хотела поделиться со мной какой-то жутко опасной тайной. И, по-моему, я знаю, какой именно. С домом дяди Фрэнка вот-вот случится что-то нехорошее, и Мэй это известно. Вот она и пришла нас предупредить.

Девочки шли, преодолевая сопротивление ветра. Веснушчатая физиономия Джоан сделалась необычно серьёзной.

– Что-то мне не по себе, – сказала она. – Понимаешь, если твоё привидение являлось на самом деле, то и бабулины истории вовсе не небылицы? Может, там правда есть стукалки…

– Нет! – перебила её Кейти. – Мэй Николсон никакая не стукалка. Она добрая и красивая. А стукалок люди могли и правда выдумать в давние времена, чтобы пугать друг друга. Ну, как на Хэллоуин. Мэй когда-то жила в этом городе, и она вернулась, чтобы помочь, а не навредить.

Джоан задумалась, но не успела ничего сказать, как новая молния ударила совсем рядом.

– Давай бегом, а то промокнем! – предложила Кейти.

Они припустили бегом через двор перед зданием шахты и вокруг него, к заднему входу.

– Сегодня придётся взять две вагонетки, – решила Джоан. – Поставим их обе под окно и сможем заглянуть с этой стороны. – Она встала на цыпочки, как балерина, и едва не упала. – Смотри, вот эту мы подкатили в прошлый раз. Давай сначала возьмём её, прислоним к стене, а сверху поставим ту, что поменьше. Получится подобие лестницы.

С первой вагонеткой проблем не было, а вот тележку поменьше пришлось поискать. Наконец девочки проникли в длинное пустое помещение, которое Джоан называла кузнечным цехом. Позади него обнаружились сложенные в штабель старые шпалы.

– Они увозили руду по рельсам, – пояснила Джоан. – А шпалы были нужны, чтобы ремонтировать дорогу. Давай попробуем положить две шпалы одна на другую…

Работа была не из лёгких, и скоро девочки вспотели и запыхались, несмотря на холодный ветер, усилившийся перед грозой. Наконец вторая шпала легла на вершину пирамиды, и Джоан отступила, довольно созерцая результат их усилий.

– Ты идёшь первой, Кейти, – предложила она. – Это ведь твоё привидение.

Кейти быстро вскарабкалась на вагонетку, а затем с большой опаской встала на гнилые шпалы. Она осторожно отворила окно.

– Ну что? – Джоан решительно полезла следом, отчего шаткая пирамида зашаталась.

– Пока ничего.

Девочки перегнулись через подоконник.

– Тут слишком темно, ничего не видно, – прошептала Кейти. От холодного дыхания из глубокого провала её пробрала дрожь.

– Сегодня здесь что-то изменилось, – заметила Джоан. – Ты видишь?

– Вагонетка! – воскликнула Кейти. – В прошлый раз она стояла посередине. А теперь она у самых ворот. Как будто…

– Как будто на ней что-то везли, – Джоан нервно хихикнула. – Или кого-то. Точно как бабуля говорит. Эти старые стукалки вылезают по ночам из ямы и шастают по Новой Шахте, строят козни…

– Перестань, – велела Кейти. – Сиди тихо и жди. И следи за дальним углом, по ту сторону ямы. Там я видела Мэй Николсон в прошлый раз.

Тянулись мучительные минуты. Девочки притихли на своём ненадёжном насесте. Начался дождь, сперва несильный, но постепенно он разошёлся. У Кейти промокли джинсы и кроссовки.

– Ты хоть что-то видишь? – Джоан не выдержала первой. – У меня левая нога затекла, а шея совсем окоченела.

– По-моему, её здесь нет. – Кейти изо всех сил всматривалась в неподвижную темноту. – Вот если бы… – Тут она замолкла и прислушалась: – Что это за шум?

– Дождь по крыше стучит.

– Это не дождь! – возразила Кейти. – Это голос. Слушай!

– Помогите! Спасите! Вытащите нас отсюда!

Девочки вцепились друг в друга, скованные ужасом от потусторонних стонов, эхом отдававшихся в сводах заброшенной шахты.

– Вагонетка! – охнула Кейти. – Смотри!

Старая вагонетка тронулась с места. Она прокатилась несколько метров и с лязгом врезалась в железные ворота.

– Это же стукалки! Ох, Кейти, они идут! Точно как бабуля сказала! – Джоан спрыгнула с вагонетки, и гулкие раскаты грома заглушили последние вопли из шахты.

– Погоди! – закричала Кейти. Она свалилась на землю так неловко, что подвернула ногу. – Я идти не могу, – разрыдалась она. – Что делать?

Тугие струи дождя больно били по рукам и ногам.

– Обопрись на меня и шагай! – крикнула Джоан. – Вставай, Кейти! Я хочу убраться отсюда!

Девочки кое-как обогнули здание шахты, шагая прямо по лужам и испуганно оглядываясь на каждом шагу.

– Лучше нам сразу пойти ко мне, – пропыхтела Кейти. – Я не смогу спуститься с холма.

– И ни к чему моей ма видеть тебя такой, – добавила Джоан. – Она тут же заведёт своё: «Я же тебе говорила». И никогда не поверит, что мы слышали стукалок.

Оказавшись под покровом леса, Кейти попробовала осторожно наступить на ногу: боль немного отпустила.

– По крайней мере, это не перелом. – Она посмотрела на Джоан, в волнении кусавшую губу. – Ты сама-то как?

– Не знаю. – Яркие веснушки только подчёркивали, как сильно она побледнела и явно была на грани истерики. – Ох, Кейти, я до смерти перепугалась!

– Я тоже. – Только теперь, убежав подальше от шахты, Кейти обнаружила, что подруга испугана гораздо сильнее её. «Может, это потому, что я уже видела привидение, – подумала девочка. – Или она сейчас вспомнила все ужастики своей бабули».

– Не стоит здесь задерживаться, – решила Кейти. – Ты можешь позвонить от нас домой – пусть Эд тебя встретит.

Дядя Фрэнк наблюдал с крыльца, как девочки медленно пересекали лужайку перед домом. Он отворил дверь и отступил, давая им пройти.

– У нас тут две мокрых курицы, – сообщил он. – Ну и жалкая парочка!

Миссис Блейн была на кухне. После первых причитаний и ахов она улыбнулась дяде Фрэнку и кивнула:

– Вы совершенно правы. Придётся их выжать хорошенько и повесить сушиться. – Наполнив пакет колотым льдом, мама дала его Кейти, чтобы та приложила к ноге: – Надо снять опухоль.

– Спасибо.

– Две мокрых курицы, – повторил дядя Фрэнк. – Этак и до беды недолго.

Кейти вздрогнула, когда очередная струйка холодной воды стекла по спине. Она скинула мокрые кроссовки.

– И правда, где это вас носило? – поинтересовалась миссис Блейн. – Вы не только промокли, но и вывозились по самые уши.

– Так, просто гуляли. – Кейти сделала вид, что поправляет пакет со льдом. – И я упала.

– Но как ты умудрилась? Ты обо что-то споткнулась?

– Я, пожалуй, пойду, – Джоан бочком стала пробираться к двери. – Ма уже наверняка меня ищет.

– Ты разве не хочешь позвонить Эду? – спросила Кейти.

Джоан отрицательно помотала головой. Она явно предпочитала рискнуть добраться до дома одной, чем отвечать на всё новые вопросы миссис Блейн.

– Не надо. Я мигом, бегом.

Кейти махнула подруге на прощанье, а миссис Блейн встала у двери и смотрела, как удаляется Джоан.

– С вами что-то случилось? – спросил дядя Фрэнк.

Он показался Кейти разочарованным, когда услышал «нет». Лишь бы только он тоже не пустился в расспросы!

Ей следовало помнить о том, что на свете нет никаких стукалок. Просто не может быть, и всё. Но ведь те голоса раздавались из шахты: Кейти была практически уверена в этом. И если это не были голоса стукалок, то чьи же?

Наконец через двадцать минут миссис Блейн решила, что лёд больше не нужен, и сказала, что поможет Кейти добраться до кровати. Вскоре девочка услышала, как вернулся Джей. Она как раз заканчивала ужинать в кровати (гамбургер, картофельное пюре, горошек и молоко), когда он показался у приоткрытой двери в её комнату.

– Как дела? – Его голос звучал равнодушно, но Кейти было приятно, что он вообще потрудился спросить.

– Нормально, – сказала она. – Я упала и подвернула ногу, но сейчас уже гораздо лучше. А как тебе озеро?

– Прекрасно. Вода слишком тёплая, чтобы купаться, и вся покрыта ряской.

– Бр-р-р.

Он протопал к себе в комнату, и в доме наступила тишина. Впервые за это время Кейти пожалела, что у них нет телевизора: ей во что бы то ни стало нужно было отвлечься от последних событий. Требовалось найти им объяснение – причём убедительное, – но ничего в голову не приходило. «Я никогда не поверю в стукалок, – твердила она себе. – Пока не увижу хоть одного из них так же чётко, как видела Мэй Николсон».

Лунный свет заливал комнату, и цикады монотонно стрекотали в саду, а Кейти всё ворочалась в кровати. Она не хотела засыпать. Вдруг ей приснится, как стукалки грозным строем вырываются из зева шахты, а призрак Мэй Николсон пытается их задержать? Или они вырвутся наружу прямо из-под пола в кухне…

«Хватит выдумывать всякие ужасы!» – одёрнула она себя. Однако девочка понимала, что ей не суждено избавиться от этих жутких видений, пока… пока она не вернётся в заброшенную шахту и не выяснит, что же там происходит.

– Мне гораздо лучше. – Кейти продемонстрировала маме, что она совершенно нормально ходит.

Было несколько неприятно, однако опухоль за ночь спала. Во всяком случае, лодыжка окрепла достаточно, чтобы дойти до рудника.

– Тебе нужна сегодня моя помощь? – задавая вопрос, Кейти почти хотела, чтобы мама сказала «да», но миссис Блейн покачала головой.

– Нет, спасибо. Дядя Фрэнк попросил меня разобраться в старых сундуках на чердаке, так что я провожусь там до обеда.

– Тогда я пойду погуляю. Может, соберу букет полевых цветов.

Это было ложью только наполовину. На лугах вовсю цвели маргаритки и ромашки – Кейти надо было лишь вовремя вспомнить про букет на обратном пути.

– А что насчёт тебя, Джей? – спросила миссис Блейн. – Мне бы не помешала пара сильных рук, чтобы выдвигать сундуки из углов, так их удобнее разбирать.

– Я помогу – по крайней мере, вначале.

– Отлично. Дядя Фрэнк сказал, что там где-то есть коллекция марок. И если захочешь – она будет твоей. Он говорит, что большой ценности она не представляет, но для коллекционера-новичка очень неплохо.

– Вот как? – Джею явно было приятно.

– Ну, – робко улыбнулась миссис Блейн, – если уж быть точной, он сказал: «Пусть этот сорвиголова хотя бы на время займётся чем-то безопасным. Лучше копаться в марках, чем носиться по холмам, рискуя свернуть шею».

Джей не удержался и рассмеялся, а Кейти с мамой многозначительно переглянулись.

«Какое это чудо – видеть, как они радуются чему-то вместе, – подумала Кейти. – Может, Джей потихоньку начинает верить в то, что он нужен нам, что мы семья – и нужны друг другу, не только чтобы передвигать сундуки на чердаке. Может, он наконец поймёт, что мы его любим…»

Луг поражал красотой: пёстрое разноцветье плавно покачивалось под лёгким ветерком. Когда ярко светило солнце, заброшенные здания шахты выглядели тихими, сонными и ничуть не страшными. Пока Кейти пересекала двор и огибала здание, перед нею пролетела ярко-жёлтая бабочка.

Вагонетка и шпалы так и остались лежать под окном с прошлого раза. Кейти чувствовала бы себя увереннее, если бы рядом с ней была Джоан, но поскольку миссис Трелони твёрдо запретила дочери заходить внутрь, она не стала звать подругу. Кейти осторожно влезла на вагонетку, ведь на этот раз некому будет подставить ей плечо, если она повредит ногу. Она не замечала, что её колотит дрожь, пока не оказалась наверху и оперлась на подоконник.

Сегодня пустое помещение не было таким тёмным. Вагонетка так и стояла у ворот. Как Кейти ни всматривалась в тёмный угол на дальней стороне провала, она не увидела даже намёка на присутствие Мэй Николсон: ни бледного лица, ни золотистых локонов.

«Ладно, хватит тянуть». Стиснув зубы, Кейти перекинула ноги через подоконник и спрыгнула на вагонетку на другой стороне. Лодыжку прошило болью. Осторожно, стараясь не хромать, девочка спустилась на пол.

Она погрузилась в холодную влажную атмосферу заброшенного здания. Что-то еле слышно шуршало за старыми ящиками и металлической обшивкой стен, а когда она застыла на месте, затаив дыхание, стало слышно, как ветер позвякивает остатками подъёмных механизмов под потолком. На цыпочках девочка приблизилась к вагонетке.

А вдруг внутри скрывается кто-то – или что-то?! Кейти едва справилась с приступом паники. Если стукалки всё-таки существуют, один из них запросто может притаиться здесь, поджидая глупую девчонку, которой хватило глупости явиться сюда совсем одной. Ему достаточно выскочить и схватить её…

Она заглянула внутрь и испытала огромное облегчение. Там было пусто. Точнее, не совсем… Что-то виднелось на дне – какая-то маленькая коробочка.

Кассетный плеер.

Кейти захлопала глазами, наполовину уверенная, что это наваждение вот-вот рассеется. Затем залезла в вагонетку и поудобнее уселась. Так и есть: плеер! И не просто плеер, а очень знакомый ей плеер.

Она нажала кнопку воспроизведения и услышала шелест пустой плёнки. Тогда Кейти отмотала плёнку назад и снова запустила запись.

«Спасите! Помогите! Вытащите нас отсюда!»

Кейти содрогнулась и остановила запись. От этих криков она приходила в ужас даже сейчас, когда уже понимала, что стукалки из заваленной шахты тут ни при чём. Она схватила плеер и вылезла из вагонетки.

Глаза горели от слёз и ярости, пока она вылезала наружу. Шпалы угрожающе закачались, и ей пришлось напомнить себе об осторожности. Но едва её ноги коснулись твёрдой земли, девочка понеслась бегом, забыв про боль в ноге.

– Ненавижу! Ненавижу! И он об этом пожалеет! – Она как раз повернула за угол здания и едва не налетела на Джея.

Они застыли, глядя друг на друга.

– Ненавижу! – выкрикнула Кейти. – Ты просто… просто гадина! Ты ведь за этим пришёл? – Она подняла руку с плеером и кинула его себе за спину.

– Эй! – Джей ринулся было вперёд, но Кейти оказалась на месте раньше и встала над своей добычей, угрожающе стиснув кулаки.

– Хоть бы он сломался! – крикнула она. – Тогда ты больше не сможешь им пользоваться для своих гадских шуток! Представляю, как ты веселился, когда узнал, что я чуть не сломала ногу!

– Это же была шутка, – пытался возражать Джей, отступая назад. – Ты что, шуток не понимаешь? Ты сама всем выболтала, что собралась охотиться на стукалок или как там их называют, и мы просто подумали…

– Мы! – Кейти совсем разъярилась: оказывается, всё было ещё хуже. – Ты и твой вонючий Полдин! Чтобы это ничтожество издевалось над нами с тобой заодно! Какой же ты подлец! И знаешь что? – У Кейти было такое чувство, будто её вот-вот разорвёт на миллион мелких осколков. – Я честно хотела, чтобы ты был моим братом, Джей Блейн! Я думала, ты нормальный парень. Вот же глупая идея! Проваливай в свой Милуоки, хоть завтра, мне плевать! Чем скорее – тем лучше! Видеть тебя тошно!

Кейти пинком сшибла плеер и пошла прочь. Её саму немного испугала глубина испытанной только что ярости. Однако она не могла ничего с собой поделать – стоило представить, как потешаются над ними с Джоан Джей и Скип Полдин – и наружу рвались все злые слова, которые она старалась держать при себе в течение нескольких месяцев.

Она резко обернулась и увидела Джея, шедшего в нескольких шагах позади.

– Кстати, где ты вчера прятался? – осведомилась она. – Надеюсь, не в клети? Даже такому уроду, как ты, должно было хватить ума туда не соваться!

– Сидел за вагонеткой, – буркнул Джей.

– А про озеро всё наврал?

– Нет, не всё. Я правда туда дошёл сначала, но плавать не захотел и почти сразу вернулся. Зашёл к Скипу, и мы поехали проветриться. Я рассказал ему, что вы с Джоан собираетесь в шахту ловить стукалок, и он сказал, что мы должны вас там подкараулить. Он Джоан терпеть не может, она его всё время обзывает. – Джей помолчал и признался: – Это я предложил плеер, не он.

– Нашёл, чем гордиться, – бросила Кейти на ходу.

– Я не горжусь. И я не думал, что ты так сильно испугаешься. Думал, ты поймёшь, что это шутка.

Кейти размышляла: правда ли ему стыдно, или он только притворяется? Она надеялась, что стыдно.

– Я даже надеялся, что ты застукаешь меня на месте. И нарочно передвинул вагонетку.

– Ты со своим драгоценным Скипом.

– Скип был снаружи. Он откатил вагонетку на место, когда я залез, чтобы нельзя было догадаться, что кто-то есть внутри. Он прятался где-то… Чего это ты?

Они уже добрались до луга, и Кейти сошла с тропинки.

– А на что это похоже? Собираю букет полевых цветов. Я сказала маме, что принесу букет, и так и сделаю.

– Значит, ты тоже не прочь приврать, – напомнил Джей, однако без своего обычного ехидства. – Ты не хотела, чтобы твоя мать знала о том, что ты лазишь в старую шахту…

– Да заткнись наконец! – Когда же он от неё отстанет?

Но Джей всё стоял по колено в траве и смотрел на неё, сжимая в руках остатки плеера.

– Кейти, я… мне надо кое-что тебе сказать. Если хочешь знать…

– Я знаю, что хочу знать, – отрезала Кейти. – Я не хочу слушать про то, какой Скип Полдин на самом деле пай-мальчик и как мне не хватает чувства юмора, и почему никто не любит бедного тебя! Просто отвали, понял? – Она отвернулась и набросилась на маргаритки.

– Скип Полдин тут ни при чём, – сказал Джей. – Но я отвалю, раз ты так хочешь. В конце концов, кому какое дело?

Когда Кейти снова оглянулась, он уже почти дошёл до рощи перед домом. Его плечи были упрямо расправлены, и он словно вот-вот готов был сорваться на бег.

«Так тебе и надо!» – довольно подумала Кейти. И она с таким усердием набросилась на цветы, что выдрала целый пучок прямо с корнями.

– Его нет! Он не ночевал дома, кровать не тронута! – Миссис Блейн застыла у дверей в комнату Джея, серая от тревоги, и разглядывала аккуратно заправленную постель. – Так он ещё не поступал… Ох, Кейти, где его только носит?

– Понятия не имею.

– Он ничего не говорил о том, что собирается сбежать? Он ведь вчера был на удивление тихим, верно? Даже больше обычного.

– Вчера он не говорил, что собирается сбежать.

«Зато я ему много чего наговорила». Кейти пришлось отвернуться, чтобы мама не видела её лицо. Джей скорее всего уже на пути в Милуоки. Она должна была предупредить маму, что он твердит об этом с самого первого дня в Новой Шахте. И про вчерашнюю ссору следовало бы рассказать.

– Так, я сейчас же звоню шерифу. – Миссис Блейн направилась к лестнице. – И этому Полдину я тоже позвоню. Если они поехали куда-то на мотоцикле и попали в аварию…

У входа в гостиную им преградил путь дядя Фрэнк.

– Что происходит? – спросил он. – Опять что-то с мальчишкой?

– Его не было дома всю ночь. – Кейти увидела, что мама едва сдерживает слёзы. – Ох, дядя Фрэнк, я готова убить его за то, что он так меня напугал, – и всё же, если он сейчас валяется в какой-нибудь канаве, я никогда себе не прощу! Честное слово, я не знаю, как с ним справиться! Что мне теперь делать?

– Тише, тише. – Старик неловко обнял миссис Блейн за плечи. – Давай-ка мы с тобой выпьем чаю, а потом решим, что делать. Вот, умница. Нет ничего лучше, чем чашка хорошего чаю.

Каким-то образом он вдруг оказался главным и уже вёл миссис Блейн мимо столика с телефоном на кухню. Кейти потащилась следом. Девочка впервые в жизни видела маму в таком расстройстве. Мама явно не справлялась с ситуацией. Даже когда умер Том Блейн, она не давала волю эмоциям, позволяя себе плакать только в одиночестве.

– А ну, поставь-ка чайник, барышня, – велел дядя Фрэнк. – И завари свежего чайку.

Кейти послушно принялась хлопотать над чайником, пока дядя Фрэнк усаживал маму в кресло. Он погладил её по руке и предложил свой носовой платок, который достал из кармана свитера. Вода закипела. Кейти поставила на стол горячий чайник и полезла в буфет за чашками.

– Так-то оно лучше, – приговаривал дядя Фрэнк. – Давай, выпей чаю.

– Я должна позвонить шерифу.

– Не спеши. Сперва попей чайку.

Кейти опустилась на стул. Дядя Фрэнк сел последним и шумно прихлебнул чай.

– У меня ужасное предчувствие, – пожаловалась миссис Блейн. – Я так и вижу, что Джей ранен…

– Нет, не видишь, – возразил дядя Фрэнк. – Вляпался в какую-то чертовщину – это как пить дать, но это не значит, что он ранен.

Мама Кейти откинулась в кресле и устало провела рукой по глазам.

– Я так вымоталась, – прошептала она. – Как будто я бьюсь с ним годами и всё равно проигрываю. Наверное, я и правда уже проиграла. В том смысле, что я потеряла его. Ведь он не мой сын, и от этого никуда не уйти… – Она посмотрела на дядю Фрэнка в надежде, что он её поймёт. – Я ужасно злюсь на него, но только потому, что боюсь не справиться. Ради всего святого, я же его люблю, даже когда он доводит меня до белого каления!

– Может, он сел на автобус до Милуоки, – робко предположила Кейти.

– Ох, только не это! – выпалила её мама. – Он что, сказал…

– Я здесь.

Все так и подскочили на месте, а дядя Фрэнк даже опрокинул чашку, и она покатилась по столу, выплёскивая на клеёнку тёмный чай. Джей стоял на пороге. Грязное лицо опухло от укусов москитов. Прямые светлые волосы растрепались. Он шагнул внутрь, не сводя потрясённого взгляда с миссис Блейн. Кейти гадала, как долго он стоял и слушал их разговор.

– Я просто хотел побыть один прошлой ночью, – сказал он. – Извините.

Миссис Блейн несколько раз открывала и закрывала рот, прежде чем сумела выдавить:

– Что у тебя с джинсами?

– Ох. – Джей опустил глаза, словно сам удивился тому, что увидел. – Ну да, я их обрезал. Было слишком жарко.

Он направился было мимо кухни в коридор, но миссис Блейн уже сорвалась с места.

– Ты нас до смерти напугал! – воскликнула она. – Я уже решила, что ты попал в аварию!

– Я же извинился, – нехотя ответил он. – Я лучше пойду переоденусь.

– Не раньше, чем ты расскажешь мне, где провёл эту ночь, – заявила миссис Блейн. – Я хочу знать.

– Не могу! – чуть ли не простонал Джей.

Кейти, её мама и дядя Фрэнк безмолвно следили, как он уходит к себе. Наконец миссис Блейн опустилась на стул.

– Дай ему успокоиться. – Дядя Фрэнк был таким бледным, как будто на утешение миссис Блейн ушли все его силы. – Пойду-ка я вздремну.

– Не забудь принять лекарство, – автоматически отвечала миссис Блейн, не отрывая глаз от двери, за которой скрылся Джей. – Прости нас, дядя Фрэнк, что причиняем тебе столько беспокойства.

Старик лишь небрежно отмахнулся. Он прищурился, глядя на дверь.

– Кто-то едет сюда, – и нетвёрдой походкой удалился в сторону спальни.

Кейти уже знала, кто к ним явился, ещё до того, как пошла следом за мамой открывать дверь в ответ на звонок. На фоне утреннего солнца высокий силуэт шерифа Хесбрука выглядел особенно зловещим. Он кивнул в ответ на приглашающий жест миссис Блейн.

– Ваш пасынок дома?

– Да… а что случилось?

«Вот оно!» – подумала Кейти. От безмерного облегчения, охватившего её в момент появления Джея, не осталось и следа. Она снова услышала свои вчерашние слова: «Я честно хотела, чтобы ты был моим братом, Джей Блейн!.. Вот же глупая идея!» Она наговорила ему таких гадостей, что ночью он просто сбежал и сотворил что-то ужасное, лишь бы доказать, что ему плевать и на неё, и на всех остальных.

– Хотел бы спросить его насчёт пожара, мэм, – сообщил шериф. – Загорелся амбар прошлой ночью.

– Пожар! – охнула миссис Блейн. – Джей никогда бы…

– Я не сказал, что он что-то сделал, мэм, – вежливо возразил шериф. – Но это определённо был поджог – старый амбар сгорел дотла.

– Но тогда почему вы хотите поговорить с Джеем?

– Слишком похоже на прошлый случай, когда я приходил к вам. – Шериф неловко переминался с ноги на ногу. – Кое-кто из соседей уверен, что слышал рокочущий звук мотоцикла перед тем, как всё загорелось. Я уже был у Полдинов… Скипа там не видели со вчерашнего дня. А ваш парень с ним дружит.

– Кто-то пострадал? – не выдержала Кейти.

Шериф так посмотрел наверх, словно был уверен, что Джей притаился там и подслушивает.

– Это роли не играет, – сказал он. – В этот раз никто не пострадал, но могло быть и иначе. Чтобы не дать пожару разгуляться, пришлось мобилизовать всех добровольцев в нашем округе. И если бы не они, выгорело бы не меньше двух гектаров посадок. Считай, полный урожай для одной фермы. Вот уж тогда бы точно кто-то пострадал! – Он шагнул к лестнице. – Я хочу потолковать с вашим парнем.

– Я сама его приведу, – еле слышно сказала миссис Блейн.

Кейти казалось, что ей нечем дышать, застигнутой врасплох между обвинениями шерифа и маминой паникой. Поджог – это тебе не взлом летнего домика и кража банки консервов. Если Джей виновен, он сядет в тюрьму! Кейти проскользнула мимо шерифа на крыльцо. Ей надо было подумать.

Солнечный свет и птичьи трели показались ей такими же неуместными, как весёлая музыка на похоронах. Кейти сунулась было вниз с холма, чтобы поделиться своими горестями с Джоан, но передумала: не стоило распространяться о подозрениях шерифа. В конце концов, он вообще может ошибаться. Если кто-то ночью услышал мотоцикл, это ещё не доказательство, что амбар подожгли Скип Полдин с Джеем. Но если Джей ничего такого не совершал, отчего он вернулся в таком странном состоянии? И где он провёл целую ночь, если не за компанию со Скипом Полдином? Кейти медленно спустилась с крыльца на лужайку, не в силах справиться с терзавшими её грозными вопросами, и сама не заметила, как оказалась на тропинке в роще.

Здесь, в тени, воздух показался ещё более душным, наполненным ароматами хвои. Кейти думала о Джее, и о бедной грустной Мэй Николсон, и о сыне дяди Фрэнка, Кенни, и о самом дяде Фрэнке, однажды пережившем жуткую трагедию. Она вспоминала путь на автобусе в Новую Шахту и свои мечты о новой жизни. «Какой же наивной малявкой я была!» Она уселась прямо в траву, опустила голову на колени и тяжело вздохнула.

Мало-помалу она осознала, что какой-то резкий посторонний запах всё сильнее перебивает сосновый аромат. Кейти пошла на этот запах по дороге и в том месте, где он был сильнее всего, свернула в густой подлесок. Под малиновым кустом валялись скомканные синие тряпки. Девочка развернула их и увидела, что это два куска джинсовой ткани. Две штанины от джинсов. В ноздри ударила острая бензиновая вонь.

Кейти застыла, как будто эти тряпки превратились в змей, готовых ужалить в любой момент. Она услышала, как возле дома зашумел мотор машины шерифа, и затаила дыхание, следя за тем, как автомобиль медленно едет по лесной дороге. Ей ужасно хотелось выглянуть из кустов: а вдруг на заднем сиденье окажется Джей? – но она не решилась. Мотор давно затих вдалеке, а она всё ещё стояла, не в силах двинуться с места, вдыхая ядовитый запах.

Наконец Кейти пошла по дороге домой, не замечая, что щеки её влажны от слёз. И совсем рядом с домом она столкнулась нос к носу с Джеем.

Он застыл, когда понял, что она держит в руках.

– Я так и знал, – потерянно сказал он. – Ну что ж, на этот раз ты добилась своего, малявка. Валяй, звони шерифу и скажи, что известная девочка-детектив и охотница за привидениями раскрыла жуткое преступление!

Кейти опустила глаза на пропитанные бензином тряпки, которые всё ещё держала в руках. От запаха её начало мутить.

– Зачем было поджигать амбар? – спросила она. – Зачем вообще кому-то это делать?

– Ничего я не поджигал! – рявкнул Джей. – Ты теперь мне не поверишь, но это правда! Я не имею никакого отношения к этому пожару.

– Но тогда как…

– Вчера ночью, когда вы все легли спать, я прогулялся к Полдинам. Скип сказал, что собирается прокатиться и что возьмёт меня с собой, если я захочу. Это было круто! Я даже описать не могу. Никто этого не поймёт, пока сам не попробует. Ты как будто летишь между небом и землёй, и дышишь всеми этими травами, и ветер тебе в лицо… – Он умолк.

– Ну и что дальше?

– Мы просто ехали куда глаза глядят, и вдруг ни с того ни с сего Скип свернул с дороги и затормозил перед амбаром. Он снял с багажника канистру с бензином и сказал, что мы сейчас устроим фейерверк. Я сначала думал, он шутит. Потом хотел его остановить, но он велел мне заткнуться. Он сказал, что амбар уже весь трухлявый и никому не нужен, но в нём ещё есть старое сено, и получится крутой пожар. Я попытался отобрать у него канистру, но только облился бензином. Скип зажёг спичку… – Кейти охнула, – и сказал, что если я не уберусь, то тоже стану фейерверком, ему плевать, – Джей побледнел, повторяя эти жуткие слова. – Я-то думал, мы друзья, но… короче, я постарался оттуда убраться. Я оглянулся, когда загорелся огонь, и тогда припустил напрямик через поле, потому что знал: сейчас приедут пожарные. И прежде чем войти домой, ножом обрезал джинсы, чтобы не так воняло.

– Ты вернулся пешком? – Кейти вспомнила, какое измученное и опухшее от укусов насекомых было у него лицо, когда Джей появился дома этим утром. – И не заблудился в темноте?

– Старую шахту было хорошо видно издалека, и я ориентировался по ней. – Джей пожал плечами. – Так оно всё и было, но ты можешь звонить шерифу, если хочешь. Я не надеюсь, что ты мне поверишь, хотя рассказал правду.

– Но я тебе верю, – возразила Кейти. Это верно, в прошлом Джей не задумываясь обманывал её, однако на этот раз она была убеждена, что он не врал. – И мама тоже тебе поверит. Она действительно была в ужасе, когда утром увидела, что тебя нет дома. Она сказала дяде Фрэнку, что ты хороший, и она сказала шерифу… – Кейти вспомнила, с каким каменным лицом шериф поднимался по лестнице в комнату к Джею. – А что ты ему сказал?

– Что я пожара не видел. Что я не собираюсь ни на кого стучать и нечего ко мне приставать с расспросами.

– И что теперь будет?

– Откуда я знаю? Он всё ещё гоняется за Скипом.

Ребята медленно пошли домой.

– Ты правда собралась рассказать ему про джинсы? – спросил Джей. – Наверное, я не обижусь. После вчерашнего…

Кейти потуже скатала обрезки штанин и зашвырнула их как можно дальше в кусты. За последние часы столько всего приключилось, что она почти забыла о старой шахте.

– Наверное, я смогла бы посчитать это плохой шуткой, – неохотно сказала она. – Если бы не был замешан Скип Полдин.

– Но это и была шутка. Ну в смысле, кто ещё верит в этих стукалок – кроме старой миссис Трелони?

– Во всяком случае, не я, – отрезала Кейти. – И не Джоан. Мы просто вернулись в старую шахту, потому что нам больше нечего было делать и потому что… потому что я не верю в стукалок, но верю в призраков, – упрямо заявила она. – И у меня есть на то причина.

Джей поддал ногой гравий на дороге и как-то странно посмотрел на Кейти.

– Я видел её, – сказал он.

– Видел кого?

– Девочку с золотыми волосами. Про которую ты говорила, что она была в старой шахте, когда вы залезли туда в первый раз. Я увидел её вчера, когда вы уже оттуда удрали. Вот о чём я хотел тебе вчера сказать.

– Ты её видел?! – Кейти не верила своим ушам.

– В дальнем углу, за провалом. Я прятался за вагонеткой, положил плеер на край бортика и встал. А потом услышал какой-то звук за спиной – как будто кто-то вздохнул. Оглянулся – а она там.

– Она что-то сказала?

– По-твоему, я вёл с ней светскую беседу? – фыркнул Джей. – Да я вылетел из окна ещё быстрее, чем вы. Плеер у меня выпал, а я вспомнил про него, только когда оказался дома.

Кейти вдруг стало удивительно легко на душе. Джей тоже видел Мэй Николсон! И он не поджигал амбар, он даже пытался помешать Скипу Полдину. Мир внезапно оказался не таким мрачным местом, каким был всего пять минут назад.

Однако следующие слова Джея мигом вернули девочку с небес на землю.

– Если на меня не повесят эту историю с амбаром, я уйду от вас, – сказал он. – Я уже понял, что надо делать. Я могу позвонить той тётке из социальной службы, которая приходила в прошлом году, и она наверняка найдёт для меня место в Милуоки. Приёмную семью. Мне осталось только школу закончить, а дальше я сам себе хозяин.

– Приёмную семью? – растерянно переспросила Кейти. – Но ведь у тебя уже есть семья!

– Это ваша семья. Не моя. Я только обуза и тебе, и твоей матери, вот и всё. Зачем я вам нужен?

– Неправда, мы семья. – Кейти очень старалась, чтобы голос не дрожал от слёз. – Мы семья, Джей! Я же знаю, утром ты слышал всё, что мама говорила на кухне. Она тебя любит. Просто она боится за тебя.

– Ну вот, зато когда меня не будет, ей не надо будет бояться. – Джей поддал камень ногой, отправив его в кусты.

И тут же между стволами деревьев промелькнул изящный бурый силуэт. Блеснули влажные тёмные глаза, махнул белоснежный хвостик. И ребята разглядели, как испуганно замер в кустах рядом с матерью маленький оленёнок.

У Кейти захватило дух.

– Ох, Джей, ты видишь? – прошептала она. – Какая красота!

– Ага, – ответил Джей, но таким тоном, будто мысли его блуждали где-то далеко от этого места.

Кейти сердито прикусила губу. Новая Шахта одарила их самым удивительным чудом, и всё же этого было мало. Она не могла отделаться от странного тоскливого ощущения, что она уже потеряла своего сводного брата.

И снова старый дом встретил её напряжённой атмосферой ожидания. Кейти вспомнила свои ощущения, охватившие её в первый день, когда она перешагнула этот порог.

К вечеру напряжение только возросло.

Джей засел в библиотеке с научно-фантастическим романом в мягкой обложке, привезённым из дома. Миссис Блейн и дядя Фрэнк отдыхали на крыльце. Кейти слонялась по комнатам, каждая из которых казалась ей полной зловещих тайн. Девочка то и дело задерживалась перед зеркалом в конце коридора, но Мэй Николсон так и не появилась. Кейти опускалась на колени и в гостиной, и на кухне, прижимаясь ухом к полу: ничего не слышно. И всё же она не могла отделаться от предчувствия надвигавшейся опасности.

Зазвонил телефон, и миссис Блейн поспешила в дом, чтобы ответить. Джей высунулся из приоткрытой двери в библиотеку и прислушался. «Может, в этом всё дело, – подумала Кейти. – Мы все боимся, что шериф или позвонит, или явится опять. И это мы, а не дом, затаили дыхание и чего-то ждём». Но оказалось, что звонила Джоан, чтобы позвать Кейти на прогулку на Вторничное озеро на следующий день.

В девять вечера дядя Фрэнк вернулся с крыльца, и его шаги в коридоре звучали намного чётче и увереннее. Он миновал Кейти, собиравшую большой пазл на обеденном столе, и проследовал в библиотеку.

– Хочу кое-что сказать тебе, сынок, – объявил он. – Знаешь ли, у меня ведь тоже был когда-то сын.

– Я знаю. – Джей явно был ошарашен: до сих пор дядя Фрэнк никогда не обращался к нему напрямую.

– Он был хорошим мальчиком, но ему не повезло. Так же, как тебе, – продолжал старик. – Умер он совсем молодым, завтра тридцать лет как. Вот ты и подумай об этом, сынок. Тебе много чему можно радоваться – и всё потому, что ты живой. И ты помни об этом, когда опять начнёшь злиться на целый свет, ладно?

– Ладно…

Судя по всему, Джей предложил дяде Фрэнку сесть в старое кожаное кресло. Но тот лишь покачал головой и двинулся дальше по коридору.

– Пора мне прилечь, – проскрипел он. – Устал я что-то. Уж и не помню, когда не чувствовал себя усталым. Но и поговорить с тобой хотел. Ты вовсе не плохой парнишка. И я рад, что у меня в доме снова объявился парень.

На этот раз, проходя через столовую, дядя Фрэнк мимоходом погладил Кейти по голове и буркнул:

– Доброй ночи, барышня.

– Доброй ночи, дядя Фрэнк.

Позже, когда этот утомительный вечер закончился и Кейти уже лежала в постели, она жалела лишь об одном: что не решилась прямо тогда вскочить и обнять дядю Фрэнка. Этот диковатый страшный старик, накричавший на неё с порога, стоило ей появиться в Новой Шахте, превратился в другого человека. Настоящий дядя Фрэнк был добрым и заботливым – ничего общего с тем, каким он показался ей вначале.

«Умер он совсем молодым, завтра тридцать лет как».

Наступала годовщина того самого обвала в шахте, и завтра бабуля Трелони будет высматривать стукалок в каждом углу. Кейти так и не узнала, рассказала ли Джоан дома про голоса, которые они слышали в шахте. Вряд ли. Миссис Трелони скажет, что она вообразила невесть что, а бабуля испугается до смерти. «Завтра расскажу Джоан про плеер и Джея, – решила Кейти. – Когда пойдём на озеро…»

Сон так и не шёл. Старый дом скрипел и трещал под ударами разгулявшегося ветра. Занавески плясали на окнах, и шелестели страницы забытого на столе журнала.

Кровать под нею содрогнулась.

Кейти замерла: почудилось или нет? Но тут она услышала треск, и в коридоре распахнулась дверь. Она выскочила из постели, схватила фонарик и налетела на Джея.

– Что за чертовщина? – воскликнул он. – У меня лампа разбилась. И весь дом трясётся!

– Джей, смотри! – Кейти направила луч фонарика в тот конец коридора, где всё ещё висело покосившееся зеркало. – Вот она!

Из темноты выплывала золотоволосая девочка. Её губы двигались, а глаза были широко распахнуты и полны ужаса. Одна рука неистово жестикулировала.

– Она… она что-то говорит, – пробормотал Джей. – Но я не могу…

По коридору пронесся порыв ветра. Губы девочки снова зашевелились, и вот тихий шёпот проник в коридор, словно это шептал сам ветер.

– Бегите! Бегите скорее!

И тут, не успела Кейти схватить Джея за руку, призрак пропал, ветер утих, а зеркало рухнуло на пол.

– Кейти! Джей! Что тут творится?

В дверном проёме возник силуэт миссис Блейн, и Кейти кинулась к маме в объятия.

– Мама, это ужасно! Дом двинулся с места…

– Ох, Кейти, хватит уже! – Миссис Блейн отшатнулась. – Прекрати истерику и расскажи толком, что случилось.

– Этот дом…

– Ты посмотри на зеркало, – перебил Джей.

Миссис Блейн уставилась на осколки стекла.

– Это ещё что? – сердито воскликнула миссис Блейн. – Что за безобразие? Это зеркало очень дорого дяде Фрэнку – он купил его в подарок на свадьбу своему сыну. Он ужасно расстроится, когда увидит…

Кейти с Джеем молча переглянулись. Сейчас был не самый подходящий момент для рассказов о том, что в этом зеркале они только что видели Мэй Николсон.

– Мама, дом только что пошатнулся, – ответила Кейти. – У меня кровать сдвинулась с места, а у Джея лампа упала. И тут зеркало свалилось со стены. Ты что, ничего не почувствовала?!

– Ничегошеньки! – отрезала миссис Блейн. – Я спала, и вам полагалось делать то же самое! Хватит, Кэтрин Джейн, пора заканчивать этот спектакль посреди ночи.

– Нам надо убираться отсюда, – возразил Джей. – Эта развалина того и гляди рухнет нам на головы.

– А ну-ка замолчи! – напустилась на приёмного сына миссис Блейн. – Мало ты нам морочил голову днём? Я понятия не имею, что случилось, и не желаю ничего знать! Зеркало не могло само по себе свалиться со стены…

– Что случилось? Что происходит? – У подножия лестницы появился дядя Фрэнк.

В слабом свете, льющемся из спальни, у Джея сделался такой вид, словно ему отвесили оплеуху. Кейти на подгибающихся ногах заставила себя подойти к лестнице и сказала:

– Дядя Фрэнк, минутку, мы сейчас спустимся.

– Ты никуда не пойдёшь, кроме кровати! – отчеканила миссис Блейн. – Я объясню дяде Фрэнку, что это вышло случайно, хотя сама не знаю, что я ему скажу.

– Ты можешь сказать ему правду, – Джей произнёс это таким холодным и взрослым голосом, что миссис Блейн умолкла. – Этот дом вот-вот рухнет, что бы ты там ни думала. Вещи падают со стен. И нам надо уходить.

Наконец-то миссис Блейн почувствовала, что что-то не так. Она затравленно посмотрела на Кейти и Джея, потом повернулась к осколкам зеркала.

– То есть никто из вас его не трогал?

– Нет! – воскликнула Кейти. – Оно само упало! И моя кровать сдвинулась с места, мама. Ты бы сама это почувствовала, если бы не спала так крепко.

Миссис Блейн задумчиво надула губы.

– Пожалуй, можно сказать дяде Фрэнку, что дом немного пошатнулся и зеркало упало, – медленно промолвила она. – Мы могли бы пригласить кого-то проверить фундамент.

– Поздно проверять, – возразил Джей. – Надо уносить ноги.

– Да что там такое? – В голосе дяди Фрэнка послышался испуг. – Кто-нибудь спустится сюда?

Миссис Блейн с тяжёлым вздохом пошла вниз, оставив Джея и Кейти в полутёмном коридоре.

– Ты как знаешь, а я ухожу, – сказал Джей. – Ты сама слышала, что… что сказала та штука в зеркале.

– Она не штука! – возразила Кейти. – Её зовут… звали Мэй Николсон! Она собиралась замуж за сына дяди Фрэнка, а когда он погиб, заболела и вскоре тоже умерла. Мне рассказала бабуля Джоан.

– Ну, мне плевать, как её там звали, – отрезал Джей. Но всё же оглянулся, как будто боялся, что призрак может явиться опять. – Она не просто так сказала нам бежать, и я собираюсь так и сделать. И ты бы сделала так же, если бы тебе хватило ума!

Кейти, словно во сне, позволила ему за руку повести себя вниз по лестнице. Однако у дверей они остановились, услышав грозный окрик.

– Куда это вы? – возмущался дядя Фрэнк. – Мой дом в полном порядке! Нечего было слушать Нэнси Трелони и её нытьё про стукалок!

Миссис Блейн вмешалась, нашёптывая что-то успокоительное.

– Ну уж нет! Чтобы кто-то совал всюду свой нос и распускал враки про то, что мой дом упадёт! Ни за что!

Кейти стряхнула руку Джея и шагнула в гостиную. Дядя Фрэнк в измятой пижаме сидел на старом диване с прямой спинкой. Миссис Блейн сидела рядом. При виде Кейти старик стукнул по колену узловатой рукой.

– Это всё ты, барышня! – рявкнул он. – Ты развешивала уши перед Нэнси и носила на хвосте сплетни…

И тут Кейти поняла, что в глазах дяди Фрэнка плещется не только гнев. Она увидела в них страх.

– Дядя Фрэнк, вы же сами почувствовали, как сегодня трясло дом? – выпалила она, стараясь не обращать внимания на яростные взгляды мамы.

– Да ни в жизнь! С моим домом всё в порядке!

Кейти присела на диван рядом с дядей Фрэнком. Джей задержался на пороге, слушая их разговор.

– Я не верю в стукалок, дядя Фрэнк, – начала она. – Честное слово! Я знаю, что никогда бы ваш сын не превратился в злого духа. И я не думаю, что миссис Трелони тоже в них верит. Для неё это скорее такая игра. Но всё же есть ещё кое-что, дядя Фрэнк, и это призрак. Я видела её, и Джей видел её тоже. Мы оба видели её сегодня.

– Кейти, – не выдержала миссис Блейн, – сейчас же замолчи!

– У неё длинные золотистые волосы, – продолжала Кейти, – и она хромает. Сегодня ночью мы с Джеем видели её в том зеркале наверху. И она сказала, что надо уходить сейчас же из этого дома.

Дядя Фрэнк откинулся на спинку дивана так, словно его толкнули в грудь.

– Мэй? – прошептал он. – Ты говоришь, что видела мою Мэй?

– Кейти, всему есть предел! – воскликнула миссис Блейн. – Марш наверх сейчас же!

– И что Мэй тебе сказала?

– Она сказала, что нам надо бежать, – повторила Кейти. – Дядя Фрэнк, в этом доме оставаться опасно, а Мэй Николсон старается нас спасти. Миссис Трелони объяснила мне, что земля над старыми шахтами постоянно движется и проседает. И я слышала и чувствовала это сама – у вас во дворе, а потом ещё на кухне.

– Кейти, пожалуйста! – взмолилась миссис Блейн.

У дяди Фрэнка вырвался долгий хриплый вздох.

– Мэй была мне как родная, – прошептал он. – Сначала сына потерял, а потом дочь, вот так, и месяца не прошло. И теперь ты говоришь, что она вернулась… Коли уж моя Мэй так говорит, лучше вам уходить. Я-то никуда не пойду, но вы ступайте.

– Это зашло слишком далеко, – решительно поднялась с места миссис Блейн. – Дядя Фрэнк, я сейчас согрею тебе кружку молока, чтобы ты успокоился, а потом мы все разойдёмся по кроватям. С меня довольно всей этой ерунды про привидений с их предостережениями.

– Я ведь почувствовал, как сдвинулся дом, – признался дядя Фрэнк. – И сегодня почувствовал, и до того, много раз. Но я никуда не пойду. Это мой дом.

Дядя Фрэнк выпрямился во весь рост, и внезапно его облик наполнился достоинством – несмотря на мятую пижаму и спутанные седые волосы.

– Я хочу, чтобы вы ушли, – объявил он миссис Блейн. – Ступайте сейчас же.

– Но мы же не оставим тебя…

– Я вас сюда позвал, и я вас отсюда выгоняю. Не желаю вас больше здесь видеть.

– Ну что, Кейти, ты довольна?! – воскликнула миссис Блейн. – Добилась своего?

Но тут дом содрогнулся. Миссис Блейн неловко упала на диван, со стола соскользнула ваза, картины на стене закачались. А в прихожей мелодично пробили два раза давно молчавшие старинные часы.

– Давайте уходить, – сказал с порога Джей. – Если так надо, поговорить можно и снаружи.

Миссис Блейн оглянулась, не веря своим глазам. Её взгляд задержался на осколках вазы.

– Может, нам лучше… – Она замялась, но тут же приняла решение. – Дядя Фрэнк, Джей и Кейти правы, нам лучше уйти. Мы спустимся в город и переждём эту ночь – надеюсь, Трелони нам не откажут. А утром мы вызовем строителей, чтобы пришли и посмотрели…

Тут дом содрогнулся снова.

Джей распахнул дверь. Кейти с мамой схватили дядю Фрэнка под руки и попытались сдвинуть с места, но он вырвался.

– Бегите! – закричал он. – Вон отсюда!

– Кейти, – миссис Блейн шагнула назад, – вы с Джеем подождите снаружи. Мы с дядей Фрэнком сейчас выйдем.

– Бегите! – надрывался старик, и его лицо наливалось зловещей краснотой. – Бегите отсюда! Все, все! – И он замахал руками, как будто мог таким образом выгнать их из дома.

Миссис Блейн уступила и позволила Кейти увлечь себя из дома.

– Мы ждём тебя снаружи, – крикнула она через плечо. – Ты же знаешь, что нельзя оставаться здесь одному…

Не успели они выскочить на крыльцо, дверь за ними с грохотом захлопнулась. Ключ проскрежетал в замке, и в окне появилась торжествующая физиономия дяди Фрэнка.

– Нам нельзя его так бросать! – убивалась миссис Блейн. – Он так расстроен, что сам не понимает, что творит! А если у него опять будет инфаркт и он там умрёт?

Но Джей решительно увёл их с крыльца.

– Ты беги за подмогой, – велел он Кейти. – А я постараюсь его вытащить.

– Нет, даже не думай! – испугалась миссис Блейн. – Тебе туда нельзя! Ох, ну что за безумие!

Кейти побежала в город, позабыв о том, что она босиком и одета в растянутую футболку Тома Блейна и шорты от пижамы. Она лишь на мгновение задержалась на опушке и побежала дальше в чуткой темноте, ориентируясь по памяти. На другом конце рощи ей в спину подул ласковый ветер, подталкивая вниз по холму. Она бежала мимо тёмных домов и лужаек, пока не различила на фоне неба знакомый силуэт крыши дома семейства Трелони.

– Джоан! Миссис Трелони! – Кейти постучала в дверь, повернула ручку и обнаружила, что дверь не заперта.

Первым к ней спустился мистер Трелони в вылинявшей футболке и шортах. Джоан с мамой появились следом, а за ними – и Эд, и Лиллиан. Миссис Трелони обняла нежданную гостью:

– Что случилось, милая? Что с тобой?

– Наш дом… – Кейти трудно было говорить, горло перехватило от рыданий. – Дом проседает, он вот-вот рухнет, а дядя Фрэнк отказался уходить! Он даже слушать не хочет…

Мистер Трелони бегом поднялся к себе и сразу же вернулся, уже в брюках и рубашке.

– Я пошёл, – крикнул он на бегу. – Не понимаю, что там стряслось, но всё выясню.

Кейти вывернулась из объятий миссис Трелони и побежала за ним.

– Погоди! – закричала ей вслед Джоан.

Кейти казалось, что она видит нескончаемый кошмар и обречена бежать вечно. Бежать вверх по склону было труднее, к тому же дали о себе знать израненные босые ноги. Кое-где в домах замелькали огоньки, а впереди тяжело топал мистер Трелони. В окнах появлялись испуганные лица соседей.

На опушке рощи Кейти почти догнала мистера Трелони. Он остановился так резко, что девочка врезалась ему в спину.

– Это как понимать? – воскликнул он. – Ты только посмотри!

Кейти смотрела. Старый дом светился всеми окнами в ночи, словно корабль – корабль на гребне волны. Весь фасад наклонился. На дороге перед домом маячила одинокая фигурка мамы Кейти.

– Мама! – закричала девочка. – Где Джей?

– Я… – Миссис Блейн показала на дом. – Я его не удержала. Он разбил окно и пролез внутрь!

Мистер Трелони, прыгая через ступеньку, взлетел на крыльцо и нырнул в разбитое окно. Земля содрогнулась под ногами, и Кейти в отчаянии вцепилась в маму.

– Я пыталась его схватить, – рыдала миссис Блейн. – А он вырвался… ох, Кейти, их там задавит! Я уверена!

Постепенно перед домом собиралась толпа, большинство соседей прибежали прямо в пижамах и халатах. Джоан крепко обняла Кейти, а миссис Трелони стояла рядом с лицом мрачнее тучи.

Дом наклонился ещё сильнее.

– Мой муж внутри? – Голос миссис Трелони прозвучал совершенно спокойно.

Кейти кивнула:

– И Джей, и дядя Фрэнк.

– Всё будет хорошо, – сказала миссис Трелони. – Лишь бы газ не взорвался.

Её слова словно послужили сигналом: в задней части дома глухо бухнул взрыв. Свет в окнах погас, и дом просел, как будто огромное животное присело на задние лапы. Из кухонных окон вырвались языки пламени.

– Сейчас рухнет! – раздался мужской голос. – Смотрите!

Все отпрянули подальше от дома, и тут Кейти различила в окне над крыльцом лицо Джея. Он толкал переднюю дверь, но её заклинило из-за перекошенного крыльца. Кейти вырвалась из маминых рук и побежала на помощь Джею.

– Кейти, нет!

Крыльцо разломилось на две части. Передняя, опиравшаяся на более прочные ступеньки, оставалась на месте, а та, что была ближе к дому, встала ежом. Кейти схватилась за ручку и отчаянно дёргала дверь.

Джей смотрел на неё, белый от ужаса. Куда пропали дядя Фрэнк и мистер Трелони? Кейти дёргала, а Джей налегал на дверь изнутри. Но тут доски крыльца провалились, и Кейти с воплем рухнула в образовавшуюся дыру. Не успела она подняться, как дверь распахнулась, и в ту же дыру рухнул Джей. Мельком Кейти увидела, что на полу в кухне лежит дядя Фрэнк, а мистер Трелони скорчился на коленях и задыхается от кашля. Вокруг них клубился дым. Проём кухонной двери превратился в прямоугольник зловещего пламени.

– Рука, – охнул Джей.

Он рухнул на Кейти, и ей пришлось схватиться за обломки досок, чтобы не провалиться. Но тут чьи-то сильные руки подхватили её, вытащили из дыры и вынесли на лужайку. Через секунду и Джей оказался рядом с нею.

На остатках крыльца суетились тёмные фигуры. Кто-то первым проник в коридор и поднял с пола дядю Фрэнка. Мистера Трелони вынесли следом за ним. Кейти слышала, как рыдает Джоан. Они с миссис Трелони поспешили следом за спасателями.

– Берегись!

Старый дом с оглушительным стоном окончательно провалился. В небо взлетел целый фейерверк искр, а толпа отшатнулась от волны раскалённого воздуха.

– Ох, Кейти, ну как ты могла так рисковать! Ты цела? Джей, ты не ранен? – Во всполохах пожара лицо миссис Блейн блестело от слёз. – Стой здесь, со мной. Никуда не отходи, слышишь?

Кейти приблизилась туда, где на импровизированной подстилке из курток и свитеров лежали дядя Фрэнк и мистер Трелони. Она опустилась на колени на траву и погладила тонкие седые волосы. Гомон толпы, треск огня, сирены пожарных машин – казалось, всё это доносилось через вату.

На следующий день Кейти могла вспомнить только две вещи. Сначала она подняла глаза и вроде бы увидела в толпе Мэй Николсон. Призрачная девочка ответила на её взгляд, улыбнулась и произнесла одними губами: «Прощай!» В тот же миг она пропала, а на её месте оказался Джей: широко распахнутые глаза на измазанном сажей лице. Одна рука безвольно висела вдоль тела. Другая поддерживала маму Кейти.

– Это вы там жили? – Молодой помощник шерифа с любопытством уставился на Кейти. Они с Джоан отступили на обочину, пропуская его машину, однако он задержался, увидев девочек. – Если хотите, можете пойти посмотреть, только за ограду не заходите. Там земля ещё долго будет проседать.

Подруги смотрели, как полицейская машина подпрыгивает на кочках, спускаясь с холма.

– Не очень-то мне хочется на это смотреть, – пробормотала Кейти, однако всё же пошла следом за Джоан через рощу.

По дороге она то и дело спотыкалась: одолженные у Эда Трелони кроссовки были на пару размеров больше. Ещё на ней была надета футболка Эда и старые джинсы Джоан: они едва застегнулись на поясе, зато были сантиметров на десять длиннее, чем нужно. Заколка в волосах принадлежала старшей сестре Джоан, жившей теперь в Хэнкоке.

Как ни старалась Кейти подготовиться к тому, что ей предстояло увидеть, всё равно открывшаяся картина поразила её. Девочки замерли на опушке.

– Ничего себе!

Джоан взяла Кейти за руку, и они вместе пересекли двор, некогда укрытый старушкой-ивой. Перед ними возвышалась изгородь, установленная то ли ночью, то ли рано утром. А внутри неё лишь сизые струйки дыма вились над тем местом, где прежде стоял дом дяди Фрэнка.

Девочки заглянули внутрь, и Кейти подумала, что никогда в жизни не видела ничего страшнее. Зловещие трещины в земле расходились лучами в стороны от места провала, в котором смешались обугленные остатки фундамента, камина и потолочных балок. Повсюду виднелись чудом уцелевшие части дома: обгоревшая дверь, оконная рама без стёкол, лестничный пролёт, но больше всего здесь было пепла. Обвал лишил корней старую иву – дерево рухнуло, простирая над останками дома ветви с пожухшими листьями.

– Как будто здесь бомба упала, – прошептала Кейти.

Она почти не сомкнула глаз в эту ночь, вспоминая то одну вещь, то другую, с которыми распрощалась навсегда. Её любимый голубой свитер с модной надписью. Три книги из городской библиотеки Новой Шахты. Совсем новые коричневые летние туфли. Папин брелок и часы-браслет, подаренные Томом Блейном. Коллекция марок, доставшаяся Джею от дяди Фрэнка. Всё это осталось в яме, вместе с креслами, столами и кроватями, постелями и посудой, коврами и картинами и старинными часами.

– Если хотя бы… – начала Кейти – и умолкла.

Было ли среди этих вещей что-то, без чего она абсолютно не могла обойтись? Мама жива и здорова. Джей тоже, только плечо сильно ушиб, а доктор из больницы в Эшленде заверил их, что дядю Фрэнка можно будет выписать через пару недель. Мистер Трелони очнулся почти сразу, стоило ему очутиться на свежем воздухе, и сегодня уже пошёл на работу. Как ни ужасны были происшествия прошлой ночи, Кейти была уверена, что способна выжить без безвозвратно потерянных вещей. Тяжелее всех будет дяде Фрэнку свыкнуться с мыслью, что его дом рухнул.

– Бабуля собирается прийти сюда посмотреть, что случилось, – сказала Джоан. – Она теперь всем соседям повторяет, что знала, что так и будет. А папа всем рассказал, что твой брат вёл себя как герой. Он говорит, что это Джей вытащил их с вашим дядей, когда они потеряли сознание из-за дыма. Хвалит его не нахвалится. – Она отвернулась от страшной ямы и увлекла за собой Кейти. – Мне вот тоже кажется, что он нормальный. Хотя сегодня утром я чуть не прибила его, когда вы мне рассказали про эту шуточку с плеером. Я правда готова была его прибить, хотя теперь мне тоже это кажется смешным. По крайней мере, я не обижаюсь.

– Я тоже, – сказала Кейти.

И это было правдой. Старые обиды и страхи сменились другими чувствами. И зародились они в те минуты, когда брат с сестрой вдвоём старались открыть дверь в уходившем под землю доме. Ещё никогда прежде они не были так близки, и теперь, пережив те страшные минуты, Кейти словно миновала важную веху. Дядя Фрэнк был прав, когда уверял Джея, что он должен радоваться тому, что жив. Этого более чем достаточно. И если Джей захочет от них уйти, Кейти больше не станет его отговаривать. Потому что где бы он ни был, он навсегда останется её братом. И он тоже не забудет прошлую ночь, она была уверена в этом.

Тем временем девочки дошли до вершины холма Новой Шахты, остановились и посмотрели на городок, раскинувшийся внизу.

– Джей какой-то тихий, – заметила Джоан. – Была бы я на его месте – хвасталась бы всем напропалую.

– Это из-за сгоревшего амбара, – сказала Кейти. – По-моему, он сильно переживает. Он ничего не поджигал – но вдруг ему не поверят?

– Шериф поверит, не волнуйся, – заявила Джоан. – Разве Джей не рисковал своей шкурой, когда спасал моего па и твоего дядю? Вот увидишь, всё будет путём.

– Да ты прямо его фанаткой заделалась! – сказала Кейти. – Кто бы мог подумать!

– Ну, я всегда считала, что он клёвый, – ухмыльнулась Джоан. – Ненормальный, но клёвый. Ну а теперь, раз он герой, я могу простить ему, что он ненормальный.

Кейти очень хотелось, чтобы Джоан была права и всё пошло путём. Прошлой ночью Лиллиан уступила свою спальню Кейти с мамой, а Джей ночевал в комнате у Эда. В тесной тёмной комнатке миссис Блейн шёпотом пообещала дочери, что они вернутся в Милуоки немедленно, как только их отпустит шериф и поправится дядя Фрэнк.

– Мы не можем садиться на шею семейству Трелони, – говорила она. – Я одна вернусь через пару недель и заберу дядю Фрэнка. Он наверняка будет возражать против переезда в Милуоки, и нам придётся постараться его убедить. Я думаю, они с Джеем могут пожить вместе.

Кейти задумалась над тем, что скажет её мама, когда услышит, что Джей хочет уйти от них. Она ужасно расстроится, но станет ли его отговаривать? Может, после вчерашних событий она всё же поймёт, что Джей тоже имеет право принимать решения самостоятельно?

Болтая о том о сём, девочки вернулись домой к Трелони.

– Смотри! – с этими словами Джоан кивнула на дорожку.

Там как раз показались Джей и Эд с тележкой из магазина, нагруженной покупками.

– Спорим, там всё, что нужно для корнуоллского пирога? – сказала Джоан. – Мясо, мука, лук, овощи…

– И репа! – добавила Кейти. – Я знаю.

Они сидели на крыльце у Трелони и смотрели, как мальчишки катят тележку вверх по дороге к дому.

– Что же вы так долго тащитесь? – поддела их Джоан.

Эд скорчил рожу и отнёс в дом два полных пакета. Джей дотащил третий и сел на крыльце, потирая ушибленную руку.

– Мама собралась в больницу к дяде Фрэнку, – сообщила Кейти. – Она утром говорила с врачом, и ей пообещали, что через две недели его выпишут.

– Делов-то.

– Она собирается позже вернуться за ним сюда, – продолжала девочка. – Он будет жить с нами. Он будет… частью нашей семьи.

И тут она, к великому своему удивлению, разревелась. Она рыдала и рыдала, и не могла остановиться, пока Джоан беспомощно гладила её по руке, а Джей елозил на пригорке всё сильнее, готовый сорваться с места. Наконец рыдания стихли, и Кейти почувствовала облегчение, как будто преодолела некий неприятный, но неизбежный барьер.

– Ну наконец-то, – буркнул Джей. – Я уж боялся, нас всех отсюда смоет.

– Не думай, что если кое-кто считает тебя героем, то ты сразу стал самым умным! – Кейти всё ещё вытирала слёзы.

– Героем! Вот смехота! – Он изо всех сил старался не подать виду, как ему приятно. – Герой в пяти минутах от решётки.

– Не светит тебе никакая решётка, – утешила его Джоан. – Не трясись. Мой па тебя не даст в обиду, и к тому же, – она подалась вперёд, перед Кейти, чтобы многозначительно посмотреть на Джея через пряди рыжих волос, – у нас шериф кое-что соображает, хотя он и тормоз!

Бабочка перелетела через дорогу и опустилась у ног Кейти. Бабочки останутся навсегда в её воспоминаниях о Новой Шахте, и полевые цветы, и луговой ветер, и олени, которые живут в роще у дяди Фрэнка. И то, как она сидела здесь на вершине холма, в компании своей подруги и брата.

– Наверное, я могу сам приехать на автобусе и забрать отсюда старика, когда он поправится, – нарочито небрежно сообщил Джей. – Смотря как получится.

У Кейти захватило дух.

– Мама боится, что он не захочет переезжать в Милуоки, – наконец произнесла она. – Ведь его дом здесь, в Новой Шахте.

– Никуда он не денется. – Джей пожал плечами. – Какого чёрта, мы теперь его семья, – и он вскочил, как будто сболтнул больше, чем собирался. – Эй, кто-нибудь скажет, что у нас на обед?

– Мясо, и овощи, и тесто, – завела Джоан.

– И репа, – нервно хихикнула Кейти.

«Моя мама, мой брат и мой дядя», – радостно звенело у неё в голове.

Когда-нибудь сложится и продолжение, но сейчас она для этого слишком голодна.

Бетти Рен Райт – автор множества подростковых книг, в том числе «Убийства в кукольном домике» и «Призрак на чердаке», завоевавших множество литературных премий в номинации «Выбирают дети».

Миссис Райт, неугомонная бабушка, живёт в Висконсине со своим мужем, художником Джорджем Фредериксеном, собакой и кошкой.