Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.

Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...

Автобус № 38 почти подошел к концу своего дневного маршрута, оставалось всего две остановки.

В тот день Коул Бреннер сидел на среднем сиденье, а не на заднем, как обычно. Школьный автобус был одним из самых новых и длинных в округе Мангрум, длиной , и вмещал 72 пассажира. В тот момент в машине находились только три человека: Коул, Билли Макдональд и водитель, мисс Андерсон.

- Держись, Билли, - крикнула мисс Андерсон. Воздушные тормоза "большой синей птицы" зашипели, и все подались вперед на своих сиденьях, когда автобус замедлил ход, а затем постепенно остановился. Мисс Андерсон потянула рычаг рядом с приборной панелью, замигал знак "СТОП" и откидывающиеся двери одновременно открылись.

Билли, один из "ботаников” средней школы округа Мангрум, поправил рюкзак, собрал охапку учебников (социология, математика, физика) и пошел по узкому проходу между сиденьями. Коул ухмыльнулся и выставил ногу, намереваясь подставить мальчику подножку, но мисс Андерсон уставилась на него в сверхширокое зеркало заднего вида.

- Не смейте, мистер Бреннер! - предупредила она. Ее голос старался звучать хрипло и властно, но Коул слышал, что скрывалось за этим. Слабость и неуверенность. И, он надеялся, страх.

Коул хитро ухмыльнулся и неохотно убрал ногу. Билли прошел мимо, боясь даже взглянуть на громилу. Простое признание того, что он был там, могло вызвать гнев гораздо худший, чем игривая подножка. Это все равно случится завтра или послезавтра, либо в уединении мальчишеского туалета, либо на уроке физкультуры, когда они будут играть в вышибалу.

- Пока, Билли, - ласково сказала водитель. - Хорошего вечера.

Уши Билли Макдональда покраснели, как, впрочем, и всегда, когда с ним разговаривала женщина.

- До свидания, мисс Андерсон. Вам того же.

Потом мальчик спустился по крутым ступенькам, вышел из автобуса и зашаркал через лужайку к своему дому. Рычаг потянули, дверь закрылась, и автобус снова ожил, унося их к следующей остановке. Дом Коула находился в полмили по Ньюсом-Бранч-роуд.

Пока автобус грохотал, Коул сидел совершенно неподвижно и смотрел в затылок водителя. Он ненавидел мисс Андерсон. Ненавидел эту женщину до глубины души. Единственное взаимодействие, которое он когда-либо имел с ней, было негативным. “Мистер Бреннер, успокойтесь!”, “Мистер Бреннер, оставьте его/ее в покое!”, “Мистер Бреннер, я НЕ хочу слышать такие выражения в своем автобусе!” Она была его водителем автобуса с шестого класса, и ни разу не сказала ему ни одного приятного слова. Конечно, он никогда не давал ей повода для этого. Коул был первоклассным засранцем и задирой, и он это знал. Жестокость и запугивание, вот что было у него на уме.

Да, Коул презирал ее даже больше, чем директора или учителей в школе. Даже больше, чем своих родителей, если такое возможно. Но он хотел ее. Не только в сексуальном плане, но и для других желаний. Темных желаний. Он устал от случайных кошек или собак. Они могли кричать, но не могли говорить. Он жаждал диеты, состоящей из умоляющих, отчаянно взывающих к милосердию, которое он не хотел или не мог дать.

Пока автобус ехал по проселочной дороге, Коул обдумывал все, что знал о Тине Андерсон. Она была невзрачна, как старая тряпка: светло-каштановые волосы, очки с толстыми линзами, узкое лицо с острым носом и слабым подбородком. Но ее тело было неплохим. Красивые сиськи и круглая попка... Но ведь ему было семнадцать, так что он вполне мог посмотреть на полое бревно в лесу и возбудиться. Мисс Андерсон была известна в обществе как тихая и замкнутая женщина. Она не была замужем. Она ходила в церковь. Даже вела занятия в воскресной школе. Он знал об этом не понаслышке. Сам же Коул никогда в жизни не был в церкви.

Он также знал, что она живет в тупике на Ньюсом-Бранч-роуд, в доброй миле или двух от его дома. Там, у черта на куличках, в полном одиночестве… где никто не мог услышать ее крик. Если кто-нибудь даст ей повод для этого.

Коул усмехнулся про себя. Его пульс участился, когда он достал что-то из кармана джинсов. Сталь складного ножа была прохладной в его руке. Он открыл его движением запястья, как учил его отец. Конечно, отец никогда бы не показал ему этот трюк, если бы знал истинные намерения сына.

Он посмотрел на лезвие, спрятанное за сиденьем перед ним. Оно было длиной в пять дюймов и острым, как бритва. Он хорошо знал это, потому что часами оттачивал его на точильном камне в мастерской отца. Просто водил лезвием стали взад-вперед, взад-вперед... Думая о мисс Андерсон.

Теперь они были в четверти мили от его дома. Он глубоко вздохнул и встал, держась одной рукой за спинку соседнего сиденья, чтобы не упасть, а другой сжимая складной нож.

- Сядьте, мистер Бреннер! - Голос мисс Андерсон был высоким и гнусавым, раздражающим уши подростка. - Вы не должны стоять, пока автобус не остановится.

Он проигнорировал ее требование повиноваться и продолжал идти. Он держал нож за правым бедром, чтобы она его не видела. Намереваясь достать его только в самый подходящий момент.

- Мне остановить этот автобус, молодой человек?

Коул пошел по центральному проходу между пустыми креслами. Медленно и методично. Ухмыляясь своей жирной, хитроумной улыбкой.

- Мистер Бреннер... Хотите, я позвоню вашим родителям? - спросила она. Она держала свой сотовый телефон в поле зрения, как бы подкрепляя свою угрозу. Теперь ее голос звучал по-другому. Паника? Страх? - Я так и сделаю, вы же знаете. Я уже делала это раньше.

Коул был почти на месте.

Ты никому не позвонишь, - подумал он. - Возможно ты обратишься к своему Богу... за помощью... но он тебя не услышит. Только не там, не в этих лесах. Там будем только ты и я.

Он посмотрел в ветровое стекло. Почтовый ящик рядом с подъездной дорожкой становился все ближе и ближе. Прежде чем она успела нажать на тормоза, он сел на сиденье позади нее, протянул руку и приставил лезвие ножа к ее горлу. Это так напугало ее, что она потеряла телефон. Он выпал из ее руки, отскочил от пола и с грохотом упал на лестничную клетку двойных складных дверей.

- Продолжай ехать, - сказал он. Для пущей убедительности он схватил ее за волосы на затылке и больно дернул назад.

Он видел ее глаза в зеркале заднего вида. Они были большими и удивленными, словно у лани в свете фар автомобиля.

- Что… что ты себе позволяешь?

- Заткнись, - сказал он. - Оставь свои разговоры на потом... когда начнется боль.

Он почувствовал, как нож в его руке дрогнул, когда она сухо сглотнула. Автобус продолжал ехать мимо дома Бреннеров со скоростью тридцать миль в час. Его родителей не будет дома два или три часа, а может, и дольше, если они будут работать сверхурочно. К тому времени он успеет многое сделать, прежде чем они начнут скучать по нему.

- Куда мы направляемся? - наконец спросила она.

- К тебе, - сказал он.

Целую минуту они ехали молча, прежде чем она наконец заговорила снова:

- Ты ведь знаешь, что тебе это не сойдет с рук?

Коул рассмеялся. Он скорее подумал, чем сказал: Ты не сможешь опознать меня... потому что у тебя не будет ни языка, чтобы говорить, ни пальцев, чтобы писать. Ни глаз, чтобы выделить меня из толпы.

Желтый автобус съехал с мощеной дороги на изрытую колеями грунтовую дорогу, по обеим сторонам которой росли высокие сорняки и чертополох. Еще пять минут они ехали по густым сосновым и дубовым лесам, которые составляли южную половину округа Мангрум, и наконец они выехали на поляну, которая вела к дому мисс Андерсон.

- Дом, Милый Дом, - прошептал он ей на ухо. Он слегка повернул лезвие ножа, порезав кожу прямо под ее подбородком.

Она вздрогнула, и ее глаза в зеркале стали еще шире.

Вскоре автобус был припаркован. Мгновение спустя дверь открылась, и они оказались на твердой земле. Место выглядело уютным, как раз то, что можно было ожидать от одинокой женщины. Маленький белый коттедж с зеленой черепичной крышей и маленьким двориком перед домом, полным розовых кустов, клумб и скульптур (гномы, керамические животные, скворечники и кормушки). Справа от дома было несколько хозяйственных построек: курятник, дровяной сарай и крытый навес для машины с газонокосилкой и припаркованным под ней седаном "Ниссан".

- Что теперь? - спросила она. Теперь ее голос звучал как-то странно. Мягкий и с придыханием. Был ли это ужас? Или предвкушение?

- Туда, - сказал он, подталкивая ее к сараю.

Мисс Андерсон шла впереди него, медленно, словно пытаясь подумать... может быть, пытаясь придумать способ сбежать. Он ухмыльнулся и ткнул ее в спину кончиком ножа, чуть ниже правой лопатки. Кровь хлынула под блузку, расширяясь по мере того, как материал поглощал алый поток. Она споткнулась и что-то пробормотала себе под нос.

Что она только что сказала? - подумал он, немного сбитый с толку. - Я правильно ее расслышал? Она только что сказала… - Это очень приятно.?

Они зашагали по траве к небольшому зданию. Справа стояла куча дров, а слева - пень для рубки. В верхушку пня под углом был воткнут топор, старый и красный от ржавчины.

- Пошли! - рявкнул он на нее. - Ты напрасно тратишь наше время. Мне не терпится начать эту вечеринку. А тебе разве нет?

Он смотрел, как она опустила голову, словно в унынии и поражении. Коул ухмыльнулся, оттолкнул ее и пнул в поясницу. Мисс Андерсон хмыкнула и, спотыкаясь, двинулась вперед. Она вытянула левую руку, как будто хотела остановить падение или ухватиться за что-то, чтобы восстановить равновесие.

Он слишком поздно понял, что то, за что она схватилась, было топором.

Коул Бреннер не успел отреагировать. Мисс Андерсон двигалась одной плавной цепочкой движений. Схватившись за ручку топора, выдернула инструмент, развернулась... и направила топор вниз.

Внезапно воздух перед мальчиком стал красным. Брызги… струи... ливень алых капель. Ошеломленный, он посмотрел вниз и увидел, что его правая рука дергается в траве, все еще держа складной нож.

Он почувствовал, как крошечная рука мисс Андерсон схватила его за футболку. Учитывая ее размеры, она обладала большей силой, чем он мог себе представить. Женщина развернула его, и вскоре он, спотыкаясь, брел к сараю...

Он оглянулся через плечо, с колотящимся сердцем гадая, что же пошло не так за такой короткий промежуток времени. Мисс Андерсон весело улыбнулась, ее лицо раскраснелось от возбуждения. Больше всего его беспокоили ее глаза. Они были похожи на камни. Плоские, невыразительные... мертвые. Она поднесла топорик ко рту и провела языком по влажному металлу, сбивая корку, которая, как он теперь понял, вовсе не была ржавчиной. Он в ужасе смотрел, как она крутит ее во рту и жадно глотает.

- Вы были очень непослушным мальчиком, мистер Бреннер, - сказала она сладким голосом, пронизанным ядом и острыми углами. - Пора в дровяной сарай.

Когда Коул приблизился к обветшалому строению, его ноздри раздулись от зловония крови и разложения, а уши наполнились стальным звоном цепей, несущих тяжесть чего-то тяжелого и мертвого... медленно раскачивающегося и поворачивающегося в темноте, которая ждала его внутри.