НОВАЯ КНИГА ОТ АВТОРА СУПЕРБЕСТСЕЛЛЕРА «СЛОМАННЫЙ МЕЧ ИМПЕРИИ»!
Тот привычный мир, который возник после гибели Советского Союза рушится буквально на наших глазах. И Евросоюз, и НАТО, и тот «порядок», что воцарился на обломках СССР. Как же глубоко оказались правы те, кто еще двадцать лет назад утверждали: то, что случилось с Советским Союзом еще ждет весь остальной мир! Что ожидает нас и все человечество в грядущие тридцать лет, к середине XXI столетия?
Каковы русские возможности и вероятные сценарии будущего? Что делать русским в мире, который рушится, раскалывается и вопит от адской боли?
Как провести новую индустриализацию России в условиях бурь и потрясений?
1.0 – создание
Долго ли, коротко ли, а с моей первой книги цикла, со «Сломанного меча империи», минуло 22 года. Как раз в момент, когда ваш покорный слуга пишет эти строки. С тех пор была еще целая серия книг о русских возможностях и вероятных сценариях будущего. Что ж, время изменилось. Мои прогнозы стали сбываться в главном: тот мир, что возник после гибели Советского Союза, после 1991 года, начал обваливаться на наших глазах. Рушится миропорядок, казавшийся привычным. Все теряет четкость очертаний и начинает оплывать. И Евросоюз, и НАТО, и тот позорный «порядок», что воцарился на обломках Советского Союза. Рассыпаются Всемирная торговая организация, становится фикцией Организация Объединенных Наций. И то ли ты еще увидишь дальше, мой друг-читатель!
Отлично помню, как все начиналось в 1989-м. 30 лет мелькнули, словно в горячечном сне. И вот нынче начинается новый цикл испытаний. Как глубоко правы те, кто еще тогда говорил: то, что случилось с Советским Союзом в конце 80-х, еще ждет остальной мир!
Что ожидает нас в грядущие 30 лет, к середине XXI столетия? Преисподняя, друзья мои. К тому времени воедино сольются несколько мегакризисов – и хлынут дальше разрушительным селем. Знаете такой грязевой поток, что идет с гор и тащит с собою камни? Это и есть примерная аналогия того, что нас ожидает. Род человеческий ждет нешуточное испытание. Впрочем, мы поговорим об этом дальше и куда как подробнее.
Меня не перестает поражать скоротечность произошедшего. Сказал вам о 1989-м, но на самом-то деле лавина сорвалась в 1979 году, со ввода наших войск в Афганистан. Теперь мы понимаем, как все стремительно развивалось. Всего лишь 12 лет спустя настанет другой черный декабрь 1991 года, расчленение СССР в Беловежской пуще. А до этого будет декабрь 1986-го – первые антирусские беспорядки в стране, в столице Казахстана – Алма-Ате…
А потом последует кошмарный разгром колонн уже российской армии, штурмовавших Грозный в декабре 1994 года, и весь мир обойдет страшное фото тела погибшего танкиста, объеденное собаками. Череп с остатками красного мяса, скалящийся из танкового шлемофона…
Мне в звуках и запахах вспоминается то лето накануне, в 1979-м. Веселая Одесса. Зеленый двор нашего дома – маленький внутренний мирок на проспекте Шевченко, 6/6. Милые детские игры со взрывпакетами и металлическим натрием. Как он эффектно взрывался в воде! И свежий номер «Техники – молодежи», где в гостях у редакции французский журнал «ЭнциклоПиф» и где интереснейшие статьи о будущих орбитальных поселениях, о грандиозном плане развития промышленного роботостроения в СССР, о начале первой пятилетки в 1929-м. Гарун Тазиев рассказывает об исследовании вулканов, на развороте – интереснейшая статья в рубрике «Наш танковый музей». Мы спорим о причинах массовых самоубийств китов, что стали выбрасываться на берег. Саня Бутель высказывает предположение, что на дне океана существует таинственная неизвестная цивилизация, мы вспоминаем статью в «Антологии таинственных случаев». А рядом – все в шляпах и рубашках навыпуск – прогуливаются офицеры – ветераны Великой Отечественной, говоря о чем-то своем. Они еще очень добры, с войны минуло всего 34 года. Она тогда отстояла от нас ближе, чем то лето 1979-го – от зимнего вечера накануне 2020-го, когда я пишу эти строки. Да и тем ветеранам тогда было иной раз почти столько же лет, сколько мне, грешному, нынче…
Тот мир казался незыблемым, сложившимся, вечным. Боже, как он быстро рассыпался в прах! И уже в декабре 1991-го я буду пересчитывать запас консервов и концентратов в нашей московской квартире, кусая локти по поводу того, что не смог обзавестись хотя бы гладким стволом…
Вот и нынешний порядок вещей, многим представлявшийся таким же прочным, уж поплыл-поехал. Наступает штормовое время. Только теперь уже не только для нас, но и для всего мира…
Обрубок Великой России, прозванный Российской Федерацией, подходит к сему историческому моменту отнюдь не в лучшем состоянии. Что мы имеем? Карикатурно сырьевую экономику и пирамидальную маразматическую бюрократию, далеко переплюнувшую советскую. Крысиную, воровскую «илитку», что душит все живое, воруя самозабвенно, как в последний день Помпей. Пирамида ее власти, простите за мой французский, сложена из оплывающего дерьма.
Чего хорошего удалось добиться? Дописывая «Битву за небеса» 31 декабря 1999 года, Максим Калашников заклинал следующего правителя РФ: сохрани единство страны и не дай погибнуть ракетно-ядерному потенциалу!
Будем честными и справедливыми: и то и другое власти удалось. Но себя крысиная «илитка» не забыла – она вознаградила себя баснословными откатами и распилами, умопомрачительными окладами в своих госкорпорациях, квартирами по полгектара, роскошными виллами и яхтами с эсминец величиною. Орава алчных дебилов учинила себе пиры-оргии потребления, напрочь остановив развитие страны. Хотя пропаганда и надсаживается, трубя о великих победах и небывалых достижениях, мы видим, что экономика топчется на месте уже второй десяток лет. И экономика РФ – всего лишь на уровне Испании, размазанная на гигантскую территорию.
Они кричат о том, будто промышленность развивается, что три четверти перерабатывающей индустрии создано после 2000 года. Да, но молчат о том, что наблюдается это потому, что погибло с тех пор в разы больше наукоемких предприятий и перерабатывающих заводов!
Пропаганда вопит о росте «несырьевого экспорта», но скрывает, что за него выдают вывоз из страны сырья – зерна, пиломатериалов, электричества. Или едва переработанного сырья. Вывоз же оружия, разного рода машин, готовых изделий, электроники колеблется в пределах 6–7 %. В 1979 году, отнюдь не самом лучшем для СССР, эта цифра составляла 17,5 %, и экспорт оружия тут не учитывался! И если турки, покупая российское зерно, пре вращают его в муку и макароны, продавая их по всему миру, то расейские крысы даже этого сделать не в силах.
Дорог сейчас в год строится почти вдвое меньше, чем при Ельцине. Или в семь раз меньше, чем в РСФСР при Хрущеве. Сейчас – около 1 000 километров в год. А при Никите Кукурузном и по 11,6 тысячи в строй ежегодно вводили. Это при той архаичной технике и без нефтяных триллионов…
Куда ни ткни – видны прорехи на заду. В 2019-м вице-премьер Борисов заявил, что в РФ нет серийного производства современной микроэлектроники. Интересно, а из чего вы тогда свое чудо-оружие делаете? Безбожно завалены программы по гражданскому авиастроению и судостроению, в космосе пошло отставание даже от Китая. На новые самолеты, заменяющие прежние Ан-2, приходится ставить американские моторы «Лайкоминг» – свое моторостроение убито. А роботизация промышленности? По разным данным, на 10 тысяч работников в РФ приходится то ли два, то ли три робота. В Китае – 49. В Сербии – 110, в Швейцарии – 119. Итальянцы имеют 160 роботов на каждые 10 тысяч рабочих, Соединенные Штаты – 176, Тайвань – 190, Германия – 301, Япония – 305, Сингапур – 398, Южная Корея – 531.
И так – что ни возьми! Если СССР был великой станкостроительной державой, если его станки шли на экспорт в Италию, если мы делали первые в мире лазерные обрабатывающие центры, то теперь в РФ производство станков от советского уровня – статистическая погрешность на самом дне. Даже по энерговооруженности сельского хозяйства РФ – в далекой… хвосте. Всего 2,5 лошадиной силы на гектар. В ЕС и Белоруссии – четыре. С 2000 года парк агромашин в РФ сокращался!
И ведь это при том, что на страну с 2000 года лились золотые дожди нефтедолларов. Три с лишним триллиона. Куда они делись? А вот проели, расточили, пустили на чушь всякую. Превратили в никому не нужные олимпийские и футбольные стадионы, в роскошь начальства, украли, вложили в иностранные ценные бумаги, «засолили» в резервах, больше теперь смахивающих на гробовые. И те шансы, что ваш покорный слуга описывал в своих книгах начиная с 2003 года, оказались бездарно промотаны.
Зато русский город Донецк – в осаде и под обстрелами. Чего раньше и в самом черном кошмаре присниться не могло. И на Украине разрушают памятники героям Великой Отечественной, пока Москва их исправно газом и горючим снабжает…
Чтобы встретить мировой шторм, нужна отличная государственная организация. Система управления. Но и тут, если поглядеть на РФ, полный завал. То, что бюрократия здесь грузна и тупа, полбеды. Она еще и пронизана безответственностью и воровством. Все, что можно, она проваливает. Она – плод многолетнего отбора подлейших из подлых, циничнейших из циничных, умеющих лишь угождать начальству. При этом она страдает невыносимыми спесью и самодурством.
Государственная система РФ давно превратилась в пугало для окружающих. Никаких честных выборов. Подавленное местное самоуправление. Нет важнейшего элемента – независимого состязательного суда, отчего страна превратилась в клоаку беззакония. Зато есть самая отвратительная полицейщина. Огромная орда дармоедов в погонах, занятых не заботой о нашей безопасности, а вымогательством и грабежом, рейдерством и заказными уголовными делами. Эти твари с легкостью ломают человеческие судьбы, швыряя людей на тюремные нары и разрушая то, что они создавали долгими годами напряженного труда. Расейские «суды» не знают оправдательных приговоров, послушно повторяя то, что написало «следствие». Выражение «Басманное правосудие» стало таким же горьким и крылатым, как и старинное – «Шемякин суд». Безмерно расплодившись, стаи силовиков буквально уничтожают все, что еще дышит и работает, захватывая созданные другими предприятия. Причем работают в паре с так называемыми госбанками. Одно лишь это обрекает РФ на низкую живучесть в мировом шторме. Уж о том, что творят с нами правительство и Центральный банк, просто умолчу. Тут никаких американских санкций не нужно. Сами все уморят и по ветру пустят.
Да, в отнюдь не лучшем положении РФ встречает новую глобальную смуту. Можно сказать, в препоганом, как ни лакируй все это пропагандой…
Думаю, что конец нынешней воровской и сырьевой «илитки» предрешен. Так или иначе, но он случится. Допустим, мы с вами смогли не допустить распада РФ и взяли ее судьбу в свои руки. Продули дымящийся ствол маузера. Что дальше? Что делать?
Сейчас вы видим, как одна волна глобального кризиса в XXI столетии сменяет другую. Причем каждый новый пенящийся вал становится все тяжелее по геополитическим последствиям.
Кризис лопания пузыря доткомов, спаливший три триллиона долларов в 2000–2001 годах, вылился в кошмар Манхэттена 11 сентября 2001 года и локальные войны в Афганистане и Ираке. Уж тогда было ясно, что тараны башен-небоскребов в Нью-Йорке – дело рук отнюдь не мусульман, а неких сил внутри Соединенных Штатов. Ведь дальше последовали вторжение американцев и их союзников по НАТО в Афганистан, в 2003-м – американо-иракская война. Зародилась слабая надежда на возрождение имперской мощи США, на «Новый американский век». Последствием той волны кризиса стал и первый Майдан на Украине. Равно как и выход Заатлантической республики из договора об ограничении противоракетной обороны. В этот период на Западе начинаются первые крупные уличные протесты антиглобалистов.
Вторая волна 2008–2010 годов уже потрясла устои, потребовав от американских властей гигантских денежных вливаний в банки своей страны, запуска на полную мощь печатного станка (эмиссии), который и сейчас не остановлен. Геополитическими последствиями сей волны стали смуты и гражданские войны в арабском мире: полыхнули Тунис и Египет, скорчились в пламени гражданских войн Сирия и Ливия, фактически прекратив свое существование как единые государства. На грани смут оказались Иран, Египет и Алжир, едва удержавшиеся на краю пропасти. Опасно забурлила Турция.
Российская Федерация претерпела огромный спад экономики и в итоге десяток лет топталась на месте, а едва восстановив докризисный уровень, опять впала в застой. В 2012 году в ней случились массовые уличные протесты против правящего режима. В ответ на это начался курс на мертворожденное «великодержавие»: усиленное перевооружение, громкая имперская риторика – но при сохранении неолиберально-монетаристского курса, обрекающего РФ на статус вымирающего сырьевого придатка Запада, Китая, Турции.
А цепочки последствий второй волны тянулись все дальше. Украина, испытав страшный спад экономики в 2009–2010 годах, взорвалась вторым Майданом в конце 2013 года. Дальше последовал Крымско-Донбасский кризис, война на востоке бывшей УССР. Кремль потерял Украину, не создав полноценной Новороссии. Он бросил в ад русских Донбасса, полез воевать в Сирию. РФ оказалась в состоянии Второй Холодной войны с Западом, все глубже просаживая свою сырьевую экономику благодаря не столько санкциям Запада, сколько «мудрости» собственных правительства и Центробанка. Страна начала тонуть в нищете и бедности. Цены на нефть упали в полтора раза по сравнению с началом 2014 года. В стране стала расти массовая ненависть к власти. И вот уже президент Путин 15 января 2020 года дал старт второй (с 1985 года) перестройке в уменьшенной с тех пор стране. Затеял перекройку власти в условиях опасного экономического кризиса. Попомните мои слова – болтанку страна получит знатную и надолго, перестройка сама станет фактором нарастания кризиса. Экономический-то курс, что обеспечивает русскую деградацию, оставлен прежним. И вы еще, читатель, узрите все последствия сего шага.
А последствия удара глобального кризиса 2008–2010 годов тянутся все дальше. Теперь уже не только Украина и страны периферии впали в опасное состояния постоянной внутренней смуты. Чудовищное социальное расслоение, наплыв мигрантов и бегство рабочей силы в дешевые страны в результате глобализации вызвали первые бунты белых низов в странах старого Запада, в ядре капиталистической системы. Полыхнул бунт «желтых жилетов» во Франции. Британцы проголосовали за выход из Евросоюза. Американцы в 2016 году выбрали националиста и протекциониста Трампа, который не скрывал планов покончить с либеральной глобализацией и возвращать промышленность в страну. Крах старого мира с неизбежным шоком стал неминуемым. Либеральные жрецы со страхом заговорили о том, что раздел планеты на протекционистские миры-экономики вызовет страшный и всеобщий спад, самую болезненную ломку. В ядре капиталистической системы внутренний кризис принимает самые разнообразные формы. И сепаратизма в том числе. Угроза откола Каталонии от Испании («отделимся – и будем жить богаче!») совершенно реальна. Причем упования сепаратистов до боли напоминают бредни украинских сепаратистов, откалывавших Украину от Советского Союза. Мол, сейчас поднимем прапоры-флаги – и станем кататься, як сыр в масле. Напомнить, чем это кончилось? Но Западу все это еще предстоит пройти. Хотят отделиться Шотландия (от Соединенного Королевства), фламандцы – от Бельгии. И в Италии силен сепаратизм Севера. Там уж и Венеция (область Венето) все сильнее разглагольствует о самостийности. Но любой раскол одной из стран старой Европы может запустить цепную реакцию финансового кризиса.
Везде «элиты» терпят крах, неважно – левые или правые. В нарыв, готовый лопнуть, в зону постоянного социально-экономического бедствия превратилась «социалистическая» Венесуэла. Но бунтуют и жители Чили, «осчастливленной» либерально-монетаристскими реформами со времен Пиночета. Крах потерпели левые режимы в Эквадоре и Боливии. Дрожит от «подземных толчков» Аргентина, мотает Бразилию. Даже Китай оказался под угрозой спада и острейшего внутреннего кризиса, все более утопая в проблемах. Везде «элиты» выказали хамство и спесь, оторвавшись от своих народов и презирая их. Везде вызревают «гроздья гнева» – смуты и бунты. Невиданное дело: в Америке, оплоте традиционной ненависти к социализму и коммунизму, значительной силой становятся политики-леваки. Правда, они тоже способны вызвать крах, но это вопрос уже второй.
И снова катит в глаза опасность следующей волны глобального социально-экономического и политического кризиса. Теперь все усложняется не только зримой угрозой низовых бунтов в самом сердце капитализма, в странах бывшего «золотого миллиарда». Нет, еще подпирает и усиливающееся глобальное потепление, и новый виток технического развития, что делает ненужными десятки миллионов старых рабочих мест. Экономисты с замиранием сердца ожидают, когда лопнет гигантский пузырь на американском рынке акций, дав старт всемирной депрессии. С гибельным для сырьевых стран падением котировок на нефть, газ и металлы, причем на долгие годы вперед. Все усложняется перспективой ожесточенных торговых войн, огораживаний национальных рынков, нарастающим глобальным потеплением. В начале 2020 года, когда пишутся эти строки, глава Международного валютного фонда (МВФ) Кристалина Георгиева заголосила об угрозе кошмарной, второй Великой депрессии, как в 1929 году, указав на чудовищное имущественное расслоение даже в богатых странах. Словно все откатилось на век назад. Да, страшно заканчивается эра реванша богатых, начатая в 1979–1981 годах Тэтчер в Британии, а Рейганом – в США. За 40 лет так называемые неолибералы с их «свободным рынком» поставили человечество на край преисподней.
Третья волна мирового кризиса еще придет. Быть может, друг мой, вы читаете эту книгу многие годы спустя после ее выхода. Наверное, вы уже оцените, насколько тяжелыми и затяжными стали геополитические последствия оной волны. Они-то явно будут покруче, чем каузальные цепи 2008–2010 годов. И вы сами удивитесь тому, какой перетряске подверглось человечество какой-нибудь десяток лет с момента выхода в свет нашей книги.
Но и все эти штормовые валы – всего лишь цветочки. На фоне «ягод» Мегакризиса середины XXI века, чьи черные тучи поднимаются на дальнем горизонте.
Что делать русским в этом мире, что рушится, раскалывается и вопит от адской боли?
Ответ один: придется превращать Российскую Федерацию в страну-ковчег. Вести индустриализацию в условиях бурь и потрясений. Как? Об этом и повествует наша книга.
Почему русским потребуется страна-ковчег? Потому что длинный XXI век еще покажет свой жестокий лик. Как там назвал наш будущий мир Томас Фридман, рисуя проблемы перенаселенной планеты, страдающей от потепления климата? «Жаркий, плоский, многолюдный». Но и без него мы знаем, какая страшная и кровавая перестройка ожидает человечество. Год 2050-й, когда на Земшаре окажется 9,1 миллиарда душ, уже недалек. Для сравнения: в 1940 году насчитывалось 2,3 миллиарда землян. И уже тогда кто-то говорил о нехватке жизненного пространства.
Мир и так ждет мучительная ломка из-за краха Второй глобализации и разделения человечества на новые экономические и военно-политические блоки-империи. Это – попомните мои слова – приведет к первоначальному экономическому спаду у всех без исключения. Добавьте к сему болезненную ломку, вызванную переходом на роботизацию производства многих сфер человеческой деятельности, образование армий «лишних ртов», невероятный рост населения стран нищего Юга, которые и вовсе никому не нужны. Но теперь наложите на сие уродливое разрастание мегалополисов, нарастание нехватки плодородных земель и пресной воды. Добавьте в сие ведьмино варево беснование самого дикого религиозного и этнического фанатизма, падение цены человеческой жизни, массовые психопандемии – и перепад в населенности стран богатого Запада (нового Рима) с нищей цветной периферией. Наложите на это климатическую ломку, засухи и ураганы, введите в уравнение явное расползание ядерного и ракетного оружия по планете. Это ведь в 1945 году ракета Фау-2 и атомная бомба слыли невероятными и немыслимыми для большинства стран чудесами. А теперь даже межконтинентальные реактивные снаряды и ядерные заряды все более превращаются в «оружие бедных». О прогрессе средств уничтожения из разряда биологических и химических мы просто молчим.
Господа и товарищи! Если мир в 1914–1945 годах умылся кровью, познав невиданные дотоле ужасы, то неужели нынешний век фазовых переходов окажется мирным? Да нет, мы узрим и новое Великое переселение народов, и локальные ядерные конфликты, и очаги иррегулярных и регулярных войн, ведущихся уже не столько за нефть, но уже за пресную воду и пригодные для жизни земли. Мы опять станем свидетелями вырезания целых племен и народов. И боевые корабли станут разрезать волны замусоренных океанов, и остатки пластикового мусора будут стучать в их борта. Уже ясно, что отказ ведущих стран мира от космической гонки в конце 1960-х никак не позволяет нам переселяться в новые миры или даже просто создавать «эфирные» поселения в космосе и на Луне. Точно так же человечество, отравленное духом финансового капитализма, не смогло основать и плавучих городов в теплом поясе океанов. Зато, вынеся производства в Азию, оно превратило ее в огромный источник отбросов, покрывающих планету и грозящих уничтожить планктон в океане – основу пищевой пирамиды морской фауны и легкие Земли.
Но – чу! – в зловещую ткань Кризиса кризисов вплетается и угроза моровых поветрий, огромных пандемий. Ударом колокола, пускай и больше паникой, нежели поистине повальным мором, стала вспышка китайского коронавируса в 2020 году. Именно она показала, насколько страшны могут быть действительно смертельные эпидемии для тонкого налета цивилизации. Даже пришедшая из троеградья Ухань вирусная пневмония нанесла страшный удар по мировой экономике, пошатнув принципы свободной торговли и свободы передвижений, общественные институты, саму мораль. Безумие локдаунов-карантинов поставило на грань краха экономики самых богатых стран мира, расстроило их финансы, невиданно увеличила государственный долг Соединенных Штатов и подтолкнула эту страну к порогу буквально гражданской войны. И если она грянет, то коллапс второй экономики планеты весь мир свалит в тяжелейший экономический спад, череду локальных войн, революций и усобиц, катастрофические кризисы стран, чье существование зависит от добычи и продажи сырья. Ибо спрос на него сожмется. Свой ад ожидает и РФ, и Украину с их сырьевыми экономиками.
Мы увидели, как сотни миллионов двуногих буквально сходили с ума от страха и ужаса, как многие были готовы закидывать камнями и жечь автобусы с теми, кого везли на карантин. Мы увидели, как по миру поползли самые дикие и бредовые слухи, как пандемия вируса переросла в пандемию психическую, в массовое умопомешательство, подобные тем, что настигали людей в Средние века. Как в темные, воняющие немытыми телами столетия, люди лишились рационального мышления. Тогда они ничего не знали и не понимали, что бури дуют в силу законов атмосферной циркуляции. Они считали, что бури, равно как и засухи, и эпидемии (о микробах они не ведали), – непременно дело рук колдунов или ведьм, а не действие объективных законов природы. Сегодня невежественные суеверия вернулись в новом обличье. Место ведьм заняли масоны, тайные службы Запада и Китая, «мировое правительство», «комитет трехсот» и проч… А где ведьмы – там непременно жди и охоты на них. Научно-критическое мышление гибнет в паникующем стаде двуногих, не видящих РЕАЛЬНУЮ угрозу.
Сей вирус ведь недаром пошел с рынка, где в Ухане торгуют экзотическими животными. Он – плод рекомбинации вирусов змей и летучих мышей. Китай вообще давно превратился в гигантский природный реактор по рекомбинациям и мутациям вирусов. Огромное скученное расселение, много водоемов, перелетных птиц, свиней и свинарников. (Организм свиньи – вообще отличная ходячая лаборатория, где вирусы, подцепленные от животных, мутируют и приобретают способность перепрыгивать на человека.) Ведь, попадая в тот или иной организм, вирус «разбирается», чтобы потом собраться при воспроизведении. А поскольку в тела заболевших людей и животных попадают и другие вирусы, происходит мозаичная рекомбинация – и получаются новые вирусы, объединяющие особенности и свойства «родителей».
Юго-Восточная Азия и без всяких «секретных биолабораторий» представляет из себя гигантскую фабрику по производству все новых и новых вирусных болезней.
Прочитайте «Пандемию» Сони Шах (издание 2017 года). Это история пандемий, начиная с холеры, которая явилась в мир из прибрежной зоны Бенгалии по мере ее колонизации британцами. В начале XIX века (раньше люди холеры не знали) холерный вибрион перепрыгнул на человека с веслоногих рачков, живших в болотистых лесах Сундабарана, в бассейне Бенгальского залива. Когда колонизаторы начали вырубки мангровых зарослей здесь и попробовали сажать рис, все и началось. Шах описывает то, как сегодня китайцы, едящие экзотических диких животных (по своим идиотским поверьям) сами превратили рынки в лаборатории про рекомбинации вирусов. На этих рынках, где китайцы покупают себе на стол всякую дичину, встречаются животные, которые в реальной жизни никогда не встретились бы. Рождаются новые вирусы, которые могут перескакивать на человека – а затем разноситься по глобализованному миру с помощью потоков грузов и пассажиров, кораблями и самолетами. В 2011-м коронавирус на рынке Гуанчжоу перекинулся с подковоносых летучих мышей на енотовидных собак, китайских барсуков, змей и пальмовых циветт (диких кошек). Все это китайцы поедают, с тем чтобы обрести здоровье диких зверей и еще какой-то фэньшуй. Получившийся в результате рекомбинированный коронавирус стал поражать слизистую оболочку человека: родилась атипичная пневмония. Теперь нечто подобное произошло и на рынке в Ухани в конце 2019-го. Китайские рынки, где экзотические животные с разных концов света дышат, мочатся, испражняются и питаются бок о бок, – клоаки и рассадники новых пандемий.
Но китайские рынки и привычки китаез жрать всякую гадость (согласно их «медицине») – лишь полбеды…
На все это наложите такую веселенькую «приправу», как ускоренные мутации не только прионов и вирусов, но и бактерий, что приобретают стойкость к лекарствам-антибиотикам. Люди, применяя антибиотики на птицефабриках, в животноводстве и, если можно так выразиться, в быту, вызвали мощное перерождение микромира. Микроорганизмы, плодясь с огромными скоростями, обмениваются генетической информацией. Поэтому коли один микроорганизм приобрел устойчивость к антибиотикам, то передает ее остальным видам микрожизни. И теперь мир стоит на пороге новых эпидемий, перед коими привычные лекарства малодейственны. Особый кошмар вирусологов – рекомбинация особо убийственных вирусов, когда они обмениваются генетической информацией. К чему это может привести в знойном перенаселенном мире с растущей антисанитарией?
Не так давно попала в руки прелюбопытнейшая книга американца Натана Вульфа «Вирусная буря» (The Viral Storm). У нас ее перевели как «Смертельный шторм: эпоха новых эпидемий». Вульф – один из создателей центра Глобального прогнозирования вирусных инфекций в Сан-Франциско (Global Viral Forecasting, GVF). GVF заявлен как центр раннего выявления пандемий по всему земному шару. Однако от этого до управления эпидемиями – даже не полшажка. Америка и здесь рвется вперед, овладевая невидимым миром вирусов.
Сам Вульф – фигура незаурядная. Типичный представитель энтузиастов междисциплинарных исследований. Сначала он был приматологом-обезьяноведом, но затем приобрел еще одну специализацию – микробиолога, вирусоведа. Он работал в экспедициях, нашедших природные очаги СПИДа и вируса Эбола, которые первоначально терзали шимпанзе. А поскольку местные негры охотятся на высших обезьян, то и заразились этими вирусами при освежевании и разделке добычи. Сказки о том, что СПИД и Эбола выведены в секретных лабораториях, – именно что сказки. В лабораториях мог ли «доделать» эти вирусы, но их природное происхождение доказано железно. Книгу Вульфа читаешь как продолжение «Охотников за микробами», научного бестселлера Поля де Крюи 1930-х годов.
Вульф показывает, что в современном мире опасность эпидемий растет с каждым годом. Почему? Многие болезнетворные вирусы перешли к человеку от диких и особенно – домашних животных. Попав в наш организм, вирусы изменились. Мы, жители Старого Света (Евразии и Африки) уже принесли свои жертвы и выработали сопротивляемость оным вирусам. Зато мы, белые, превратились в настоящее оружие массового поражения, когда с начала XVI века вошли в контакт с жителями Америки, Океании и Австралии. Принесенные нами болезни выкашивали целые первобытные племена: у них-то иммунитета к «привычным» нам вирусам не имелось. Это отлично описано в труде Джареда Даймонда «Ружья, микробы и сталь».
Но теперь произошел еще один скачок: из-за глобализации, всепроникающего мирового рынка, развития туризма и доступной реактивной авиации в мир скученных больших городов попали новые вирусы, раньше обитавшие в глухих уголках той же Африки. Те, к коим человечество непривычно. Они и создают угрозу новых пандемий с самыми трагическими последствиями.
Вульф приводит пример: птичий грипп, разразившийся в 2003 году, приводил к смертности 60 % заболевших: они умирали от того, что их легкие заполнялись жидкостью. Страшный вирус гриппа-испанки, уничтоживший десятки миллионов людей в 1918–1919 годах, кончался смертью лишь в 20 % случаев. Хорошо, что птичий грипп плохо распространяется от человека к человеку. Это спасло человечество в 2004 году от большой трагедии. Однако в 2009 году появился свиной грипп. Он отличается превосходной распространяемостью, хотя от него гибнет не более 1 % захворавших.
Но вирусы – штука, склонная к стремительным мутациям. Встречаясь в организме носителя, вирусы обмениваются генами. Вполне может быть, как пишет Вульф, птичий грипп станет очень вирулентным, а свиной – гораздо более убийственным. Можно предположить, что оба вируса, встретившись в организме человека или животного, создадут еще один вид смертельно опасного «мозаичного» вируса. Того, что будет и распространяться, как огонь в прерии, и убивать 60 % зараженных.
Жаркая, влажная, перенаселенная Юго-Восточная Азия стала просто огромным биореактором. Тут есть большие и малые свинофермы, где животные пьют воду из теплых грязных водоемов. И массы перелетных птиц – носителей опасных вирусов. Их помет попадает в воду, а из нее – в организмы свиней, каковые представляют из себя ходячие лаборатории по рекомбинации вирусов. Именно в организме свиней возникают мутанты, способные передаваться человеку.
Впрочем, только ли в Азии происходит подобное? Сегодня большинство продовольствия производится в сверхкрупных капиталистических индустриальных хозяйствах. Интересный факт: если в 1967-м в Соединенных Штатах насчитывалось около миллиона свиноферм, то к 2005 году их было немногим более 100 тысяч. Укрупнение и монополизация налицо. В той же Америке всего четыре компании производят более половины говядины, свинины и куриного мяса. В сущности, те же тенденции господства сверхкрупных хозяйств на рынке и в РФ. Они становятся поставщиками торговых сетей-монополистов.
Но именно тут и начинается беда. Огромные фермы Запада – это те же самые огромные «лаборатории», где животных пичкают антибиотиками и гормонами роста. Здесь животные и птица становятся «реакторами», внутри коих рождаются микроорганизмы, устойчивые к антибиотикам, которые затем (через обеденный стол) попадают и в организм людей. Однако пичканье антибиотиками и стимуляторами роста понятно: капитализм требует быстрой прибыли, снижения издержек производства и сжатия времени. В комбикорм тоже добавляются разные химические добавки (вроде китайского антиоксиданта сантохина), которые ядовиты и попадают в мясо. Ну а коль все монополизировано, то монополии не шибко пекутся о качестве продукта. Куда ты денешься, потребитель? Не свинья – все съешь. Ибо дешево предлагаем.
Там же, на огромных фермах-комплексах, в организмы животных попадают вирусы людей (и наоборот), а иногда и вирусы, заносимые птицами. Внутри животных вирусы обмениваются генетической информацией и тоже приобретают новые, «мозаичные» формы. А если животным в комплексах-гигантах дают корм с костной мукой от погибших животных (как было в Англии, где коров покормили такой мукой от овец, погибших из-за овечьей почесухи), то в мясо попадают и вовсе грозные микроорганизмы – прионы. Например, прионы коровьего бешенства (уничтожающего мозг больного), как это было в Британии конца 90-х.
Такими же «фабриками новых пандемий» становятся и современные больницы. «В последнее время медицина столкнулась с целой волной так называемых больничных супермикробов, устойчивых почти ко всем возможным антибиотикам, которые рождаются в условиях медицинских стационаров и заражают без того ослабленных больных…»[1]
Но вот что меня лично занимает: а ведь такую работу по созданию оружия пандемий можно сделать и искусственно, в лаборатории. Хотя это крайне опасно. В конце книги Н. Вульфа узнаю: оказывается, в знаменитой Лос-Аламосской национальной лаборатории США, в этой колыбели ядерного проекта 1941–1945 годов, существует «Банк генов». Электронная база данных фрагментов ДНК, пополняющаяся ежегодно миллионами новых генетических последовательностей. По состоянию на 2011 год сей банк насчитывал более 100 миллиардов фрагментов ДНК. С ним можно сличить любую последовательность генов, выявленных в биологических пробах. Банк позволяет обнаружить: а от чего умер вот этот человек? От известного вируса, уже имеющегося в лос-аламосском банке, – или же от неизвестного, каковой будет «расшифрован» и тоже помещен в хранилище данных.
При этом DARPA, Агентство передовых разработок Пентагона, разрабатывает программу «Предсказание». Ее цель – эффективно прогнозировать естественную эволюцию любого вируса. Как вы понимаете, отсюда до управления эволюцией – всего пара шагов.
Наконец, сам Вульф создал в США центр глобального обнаружения пандемий и их отслеживания – GVF. Причем он описывает, как в Америке можно следить за ситуацией в режиме реального времени, анализируя медицинские запросы в «Гугле» с «Твиттером» и интенсивность медицинских вызовов по мобильным телефонам. Это – четкие критерии вспышек заболеваний.
А теперь сложите кусочки мозаики. Видите, американцы начали осваивать громадный, невидимый мир вирусов. Рывок в информационно-вычислительных технологиях сделал это возможным. Отсюда идет прямой путь к созданию нового оружия тайных мировых войн. Ведь можно будет и создавать новые смертоносные вирусы, и опустошать ими целые страны. Ведь в отличие от прямого военного нападения, от открытого применения ракетно-ядерного оружия доказать факт применения вирусного оружия практически невозможно. При этом того, кого надо, агрессор вовремя вакцинирует, защитив от поражения. Например, у себя дома.
Вульф пишет, что западная наука вплотную подошла к познанию вирусной природы рака. Теперь она понимает, что состав микрофауны в организме человека способен влиять даже на ускорение или замедление его старения.
К чему я это? Да к тому, что мы стоим на переломе эпох. К тому, что враг наш обрел неимоверную силу.
Так что пустыни и руины городов с белеющими человеческими костями нам уже обеспечены. Как и пятна радиоактивных заражений на месте ударов примитивных ядерных боезарядов. Каждые встречи Джи-20, удручающе пустые, ведут дело к такой новой реальности.
Давайте поглядим, где будет расти население и что мы получим к 2050 году. Эфиопия увеличит популяцию с 83 до 174 миллионов душ. Что ж, ждите и нового всплеска пиратства у Африканского рога и в Красном море, и столкновений за воду Нила с египтянами. Ведь Египет распухнет до 133 миллионов жителей. А ему уже недостает воды для орошаемого земледелия.
Вьетнам нарастит свое население с 92 до 112 миллионов человек. Филиппины – с 92 до 140 миллионов. Нищая Мексика пускай не столь впечатляюще, но тоже увеличит население – до 129 миллионов с теперешних 110. Зато население Нигерии возрастет до 289 миллионов человек в 2050 году (155 миллионов на 2009 год). Неописуемо бедная Бенгалия-Бангладеш – это 222 миллиона человек с нынешних 170 миллионов. Пакистан по числу насельников далеко превзойдет СССР 1989 года и даже нынешние США – 335 миллионов (рост со 181 миллиона в 2009-м). Да, это при том, что Синд-Пакистан и теперь терзает нехватка воды и земли. Страна контрастов, Бразилия (привет генералам песчаных карьеров) нарастит популяцию со 194 до 219 миллионов.
Население Индонезии даст рост с 230 (2009 год) до 288 миллионов человек. Индия с ее чудовищным расслоением на разные миры обгонит Китай и достигнет численности в 1,6 миллиарда – с теперешних 1,2. Сама КНР должна вырасти в популяции умеренно – до 1,4 миллиарда с нынешних расчетных 1,3.
Зато японцев к 2050-му окажется изрядно меньше, ибо население Ниппона съежится со 127 до 102 миллионов. Да, невеселое грядущее у бывших потрясателей всей Азии.
РФ при нынешних тенденциях лишится 25 миллионов душ и снизит свое население до 116 миллионов. Зато Соединенные Штаты достигнут планки в 404 миллиона человек (сейчас – 315)[2].
Как видите, именно самые нищие, раздираемые противоречиями, страдающие от жажды и малоземелья страны и станут кипящими демографическими котлами. К чему это приведет? Максим Калашников напомнит, что в 1850-е, когда тогдашняя Япония капитулировала перед слабенькими пароходо-фрегатами янки, никто и представить себе не мог будущих самураев на ревущих истребителях «Зеро» или на торпедоносцах «Накадзима», стартующих с японских авианосцев. Причем такое будущее наступило тогда достаточно скоро…
Первое и самое страшное, с чем столкнется палимый зноем, перенаселенный мир, – с жаждой. С нехваткой пресной воды. С войнами за нее и за плодородные земли. И с голодом в нищем Южном поясе…
Нынешнее недалекое человечество, состоящее наполовину из горожан, не слишком хорошо представляет, насколько мы зависим от пресной воды. И что не иссякание нефти, а именно нехватка чистой несоленой водицы может столкнуть нас в сущий ад. Из 1,4 миллиарда кубических километров воды на планете лишь 1 % – пригодная для нас пресная вода. Если исключить из него малодоступные ледники и подземную воду, то останутся реки и озера – главный источник живительной влаги для питья, бытовых нужд, промышленности и сельского хозяйства. Не будет воды – ждите голода и спада индустрии. Агрохозяйство – самый большой потребитель пресной воды (70 %). Промышленность – 20 %. Бытовые нужды – 10 %.
Мало кто задумывается над тем, сколько пресной воды требуется для поддержания нынешней цивилизации. Скажем, тонна пшеницы обходится в 1 000 тонн воды. Кило мяса обходится в 1,5–1,8 тонны влаги. Производство одного автомобиля – это до 300 тонн воды. Свой «водяной эквивалент» имеют текстиль и пластик, металл и топливо. Даже для добычи нефти тоже требуется вода. А уж для добычи углеводородов из сланцев и подавно!
Первыми забили тревогу американцы. Осенью 2008 года Пентагон в лице Командования объединенных сил США (USJFCOM) выдал в свет любопытный документ. Некую военную доктрину, названную «Среда для действий Объединенных сил» (The Joint Operating Environment – JOE). Это – попытка заглянуть в будущее на четверть века вперед и понять: в какой среде придется воевать и вести операции в мире 2030-х?
Американские военные провидцы не рисуют картины будущего мира в мальтузианском стиле, обезумевшим от голода. Успехи в генной модификации растений и домашнего скота позволяют надеяться, по их разумению, на новую «зеленую революцию». Однако продовольственная проблема обострится в странах, где не хватает плодородных земель, а население быстро растет. Главная проблема четверть века спустя будет состоять в распределении продовольствия. Сможет ли человечество быстро перебрасывать провиант в проблемные регионы? Объединенным силам наверняка придется участвовать в таких операциях, обеспечивая не только переброску продовольствия, но и обеспечение порядка в его распределении.
Другая проблема – это болезни, поражающие сельхозкультуры. Военные аналитики напоминают, что в 1954 году 40 % урожая пшеницы в США было уничтожено болезнью почернения стеблей (black-stem disease). Новая версия этой болезни (Ug99) теперь распространяется в Африке и, возможно, может достичь Пакистана. И это крайне опасно (особенно из-за распространения по миру одних и тех же культур, подверженных одним и тем же болезням). Недуги, поражающие зерновые и картофель, в прошлом неоднократно вызывали голод, внешние и внутренние конфликты, приводили к коллапсам государственной власти. То же самое может быть и в 2030-е. Как показывает опыт, в зонах голода бывает полно вооруженных людей. И это усложняет задачи Объединенных сил на продовольственном поприще.
Прогнозируются и конфликты из-за морских (рыбных) ресурсов. Причем с применением боевых кораблей.
Гораздо более остра проблема пресной воды. Сельское хозяйство занимает долю в 70 % в ежегодном потреблении пресной воды (промышленность – 20 %, домохозяйства – 10 %). Развитые страны намного рациональнее и эффективнее используют воду в агросфере (примерно на 30 % эффективнее), нежели страны бедные. И это в перспективе ведет к тому, что на Ближнем Востоке и в Северной Африке наступит водяной голод. Уже в 2030-е годы ирригация потребует больше воды, чем есть в распоряжении 30 развивающихся стран.
Американцы в 2008 году рассчитали: через четверть века проблема пресной воды станет терзать 3 миллиарда людей. Скудость дождей в засушливых регионах заставляет крестьян использовать подземные воды для орошения полей. Но это ведет к понижению горизонта подземных вод на 1–3 метра в год. Чтобы восстановить эти уровни, нужны столетия. Вот еще одна громадная угроза: истощение подземных вод во многих бедных странах.
Нехватка воды может стать причиной ожесточенных войн и конфликтов. Как пишут авторы JOE, не в последнюю очередь израильско-арабская Семидневная война 1967 года началась из-за попыток Иордании и Сирии перегородить реку Иордан. А сегодня Турция строит плотины на Тигре и Евфрате, отбирая часть их стока и создавая проблемы для Ирака и Сирии. Конфликты из-за пресной воды в ближайшем будущем грозят дестабилизировать целые регионы. Дарфур в Судане, залитый кровью, – это возможное будущее для многих страдающих от жажды земель планеты. С коллапсом государственных систем управления, со вспышками межплеменной и межрелигиозной резни. Вооруженные группы станут драться за источники влаги, на фоне эпидемий, распространяющихся от антисанитарии. Кстати, в третьем мире все это усугубится еще и массами неочищенных сточных вод, извергаемых в природу разросшимися городами с примитивным коммунальным хозяйством и трущобами.
Как решать эти проблемы, аналитики Объединенных сил не пишут. Просто советуют американским командирам действовать в районах жажды, эпидемий и загрязнения максимально осторожно. Чтобы не терять личный состав из-за инфекций.
В январе 2008 года авторитетная американская некоммерческая организация World Future Society («Общество будущего мира») выступила с 10 прогнозами относительно будущего, подчас – до рубежа 2050-х и даже 2080 года. WFS – неправительственная некоммерческая организация, объединяющая 25 тысяч членов в 80 странах мира. Имеет свой журнал The Futurist.
Пресная вода в XXI веке станет тем, чем была нефть в ХХ веке. Дефицит воды, по мнению WFS, будет терзать как развитые, так и развивающиеся страны. Ожидается совершенствование опреснительных технологий. Так, уже сегодня в Калифорнии стоит 13 заводов по опреснению морской воды – чтобы обеспечить 10–20 % питьевых потребностей штата в следующие 20 лет. Опреснительные технологии – вот что станет мировым «мейнстримом». Трудно поспорить с таким пророчеством. Жажда (в дополнение к голоду и дефициту доступной нефти) – вот что ждет человечество на перенаселенной Земле. Русским нужно приготовиться к тому, чтобы отстаивать свои пространства, где сосредоточены 25 % глобальных запасов пресной воды.
Сегодня образовался настоящий пояс регионов, бурлящих молодым и злым населением. Вернее, полумесяц «молодых регионов» – от Андских гор через земли южнее Сахары и далее на Средний Восток, Кавказ и северную часть Южной Азии. Однако рождаемость кое-где идет на спад. Например, в Иране. Причем драматически. Если в 1985 году одна иранка рожала в среднем шестерых детей, то теперь – только двоих. Судя по всему, Кавказ тоже остановит быстрое саморазмножение.
Старый закон истории гласит: чем больше в народе молодых и буйных – тем нация агрессивнее и неспокойнее. Тем более она склонна к войнам и бунтам. К 2025 году высокая доля молодежи сохранится лишь в Африке южнее Сахары, отчасти на Среднем Востоке и на больших островах Тихого океана. Уже сейчас нехватка земли и воды терзает 21 страну с населением в 600 миллионов человек. К 2025 году таких стран будет уже 36, а число душ, попавших в зону голода, дорастет до 1,4 миллиарда. Здесь окажутся Бурунди и Колумбия, Эфиопия и отколовшаяся от нее Эритрея, Малави, Пакистан и остатки Сирии. Особенно страшна нехватка вод в развивающихся странах – до 70 % ее потребляет именно сельское хозяйство. В то же время обеспеченные люди в незападном мире норовят питаться на западный манер, богатой протеином пищей. А ее производство требует еще больше воды и горючего. Да и зерна для откорма скота и птицы тоже. Количество же стран – основных экспортеров зерна на Земле небольшое: США, Канада, Аргентина и Австралия. И если тамошние правительства часть земель отведут на производство сырья для биотоплива, проблема голода резко обострится.
Все усугубится нездоровой урбанизацией, бегством бедных в разрастающиеся грязные супермегаполисы. К 2025 году 57 % населения планеты будут обитать в «каменных джунглях», полностью завися от подвоза продовольствия. К 19 нынешним «мегагородам» в 2025 году добавятся еще восемь. Все они, за исключением одного, будут в Азии и Африке южнее Сахары. Впрочем, рост ждет и здешние небольшие города: они станут расползаться по дорогам (и их перекресткам), а также по береговой линии. И все они – потребители, а не производители еды. Им нужна и вода. К 2050 году уже 70 % землян станут горожанами. А поскольку города третьего мира – экологические монстры, они станут интенсивно загрязнять пресную воду. Опреснение морской воды тоже проблемы не решает: и дорого, и образуется в результате крайне сгущенный рассол, который сбрасывают в моря. Водный голод усугубит азиатская экологическая катастрофа. Ганг в Индии – уже сточная вонючая канава. Притчей во языцех стала река Читарум на Яве (Индонезия), где воды не видно из-за слоя мусора на поверхности – пластиковых бутылок и бытового мусора. Массовый вывод производства с Запада в эту дешевую страну уничтожил реку: ее берега заняли полтысячи текстильных фабрик. Однако близки к состоянию сточных канав река Ямуна в Индии (и тот же Ганг), Буриганга в Бангладеш, китайские Сонгхуа и Желтая река, филиппинская Марилао. Очень неблагополучны Миссисипи в США и река Сарно на юге Италии. Все больше проблем у великой китайской Янцзы, что поит треть населения Поднебесной. И на нее берегах – свыше 10 тысяч заводов. Вообще экологические бедствия и проблема пресной чистой воды весьма связаны.
Впрочем, жажда и проблема пресной воды – сами по себе источник грядущих конфликтов. Разным государствам будет трудно договариваться об использовании общих источников воды. Например, потенциальное яблоко раздора – Гималайский регион, ледниками которого питаются главные реки Китая, Пакистана и Индии. Или, скажем, палестинские территории, где находятся главные водные ресурсы Израиля. Уже очевиден грядущий конфликт между Египтом с одной стороны и Суданом с другой из-за нильского стока. В Египте уже не хватает воды для орошаемого земледелия. Специалисты пророчат борьбу за воду между Китаем и Индией.
Пресная вода
Или вот Ферганская долина в Средней Азии, где уже не хватает воды. После гибели СССР Таджикистан и Киргизия, владея горными реками, теперь не торопятся делиться водой с Узбекистаном. Они хотят вырабатывать электричество на ГЭС, а узбекам вода нужна для выращивания хлеба и хлопка. Амударья и Сырдарья давно исчерпали свои возможности. Да и планы Туркмении строить новый канал, питаемый Амударьей, встречают резкую реакцию Ташкента. Того и гляди, появится новый Тамерлан в Узбекистане – воитель за воду. А там и Китай подоспеет…
Да чего уж об Азии? Пока еще в начальной стадии – конфликт между Соединенными Штатами и Канадой за мелеющие Великие Озера…
Американцы в начале 2000-х прогнозировали не полномасштабные войны за воду, но – конфликты низкой интенсивности. То есть все-таки войны, хотя и партизанско-иррегулярные. Но, как мы знаем, они тоже могут быть крайне истребительными. Этнические чистки и геноцид людям давно и хорошо знакомы.
В 2006 году Дэвид Уосделл (Wasdell) напомнил: недавно (на тот момент) на Иберийском полуострове и юге Франции случилась хоть и не засуха, но маловодье из-за сильной жары. Однако французы совершенно не желали делиться водой с испанцами, отговариваясь тем, что, мол, самим не хватает. Засухи еще не было, но уже замаячил призрак серьезного конфликта за природный ресурс – воду. Сегодня, на исходе 2010-х, мы знаем, что пресная вода становится яблоком раздора в Италии и причиной сепаратизма Падании – севера страны. Он уже не сильно стремится делиться своей водой с центром и особенно югом Италии. Вышла на свет божий еще одна проблема: ускоренного исчерпания подземных горизонтов пресной воды. В той же Италии лишь в окрестностях Рима – более 40 тысяч артезианских скважин. Высасывая воду из недр, итальянцы вызвали обмеление Тибра – его вода уходит под землю. Проблема опустошения подземных вод приняла европейский размах. Не так уж много великих рек в этой части Старого Света, вот и приходится бурить скважины (и не только в Европе нарастает эта беда).
«Нехватка чистой пресной поверхностной воды заставляет многие страны активнее использовать подземные воды. В Евросоюзе уже 70 % всей воды, используемой водопотребителями, берется из подземных водоносных слоев. В Дании, Литве и Австрии грунтовые воды – единственный источник пресной воды для народного потребления.
В засушливых странах вода практически полностью берется из подземных источников (Марокко – 75 %, Тунис – 95 %, Саудовская Аравия и Мальта – 100 %). Подземные водоносные слои залегают повсюду, но не везде они возобновляемы. Так, в Северной Африке и на Аравийском полуострове они заполнились водой около 10 000 лет назад, когда климат здесь был более влажным. В Экваториальной и Южной Африке дела с подземными водами обстоят значительно лучше. Проливные тропические дожди способствуют быстрому восстановлению запасов подземных вод…»[3]
В 2004 году Пентагон предал гласности доклад Питера Шварца и Дага Рэндалла «Вообразим немыслимое», посвященный последствиям климатической «ломки» в ближайшие 20 лет. Конечно, его можно считать очередным «возбудителем общественного мнения», «страшилкой» – такой же, как и «достоверные сведения» об оружии массового поражения у Саддама Хусейна годом ранее. И все же давайте познакомимся с положениями этого доклада повнимательнее. Ибо климат Земли меняется на наших с вами глазах. И уж к середине столетия все эти тенденции наберут ход.
Итак, в силу пока неизвестных доподлинно причин началось «глобальное потепление»: Арктика очищается ото льдов, ледники отступают. Масса пресной воды изливается в океан. Зимы становятся слякотными и малоснежными. Однако это оборачивается не потеплением, а похолоданием. Нарушается течение Гольфстрима, несущее тепло востоку США, Англии, Европе, Скандинавии. На Британских островах, в Голландии и Скандинавии (они ведь рядышком расположены) каждую зиму стоят буквально сибирские морозы. Некогда незамерзающие порты сковываются льдом. Замерзает и некогда теплое Северное море. Расход нефти резко возрастает. Неприспособленные к суровым зимам европейские города начинают вымерзать.
Нарушение привычной циркуляции воды в океане вызывает сильные ветры, приводит к уменьшению выпадения осадков в главных регионах – поставщиках продовольствия. В бедных тропических странах начинается голод, миллионы беженцев уходят туда, где жизнь кажется лучше. Они устремляются в Европу и США. Ураганы сносят дамбы в США и Голландии, вызывая огромные затопления. Уровень моря из-за таяния льдов поднимается.
Европе придется туго: внутри нее образуются потоки беженцев – европейцы из Скандинавии и с севера континента потянутся в более южные районы. А с юга ЕС придется сдерживать орды беженцев из Африки. Впрочем, испытания ждут и Соединенные Штаты. Их климат станет более сухим и ветреным, летом они станут страдать от засух. Производство зерна в США сократится, а это спровоцирует мировой голод. Америка замкнется в себе, используя ресурсы прежде всего для прокорма своего населения, укрепления собственных границ и удержания под контролем американского социума.
Крайне скверно придется Китаю. Зимы в нем станут более долгими и суровыми, лето – более жарким. Голод повлечет за собой хаос и бунты, китайцы обратят взор на энергетические ресурсы РФ. Впрочем, китайцам тоже придется иметь дело с наплывом беженцев из Южной Азии. Такие страны, как Бангладеш, потерпят полный крах. Индия начнет корчиться в муках. Опасная ситуация: три обладателя ядерного оружия (КНР, Индия и Пакистан) окажутся на грани краха и хаоса. Добавим ко всему прочему кризис в тамошней промышленности, что работала на рынки Запада и давала заработки сотням миллионов «дешевых рабочих». Лишившись средств к существованию, эти тьмы китайцев, индусов и пакистанцев обезумеют.
В таком мире неминуемо начнутся войны. Слишком у многих возникнет желание поправить свои дела за счет соседей. Китаю срочно понадобятся южно-сибирские и приморские территории РФ. Восточная и Центральная Европа позарится на Украину, Белоруссию и РФ: ведь там и нефть, и газ, и черноземы, и пресная вода. Японцы сами (или в союзе с американцами) возжелают оторвать Сахалин, заполучив его запасы нефти и газа. Начнутся яростные схватки за бассейны рек, за воду для орошения полей и питья.
Стремясь обеспечить себя энергией, все, кто только сможет, начнут строить атомную энергетику. Но ей всегда сопутствует и ядерное оружие: АЭС – фабрики для наработки плутониевой взрывчатки. Ядерные технологии станут бурно распространяться. Ядерным оружием помимо нынешних его обладателей (США, РФ, Великобритания, Франция, КНР, Пакистан, Индия, Израиль) обзаведутся Германия, Япония, Иран, Египет, Северная Корея. Вполне возможно, появится оно и в Латинской Америке. В неизбежных конфликтах кто-нибудь да и пустит его в ход.
В сошедшем с ума, терзаемом бедствиями мире начинают создаваться неожиданные союзы. Возможно, США и Канада ради выживания сольются в одно супергосударство. Обе Кореи соединятся, создав страну промышленно развитую, высокотехнологичную – и при этом с сильной армией и ядерным оружием.
А это, читатель, уже не «посиделки» в негосударственном фонде. Это – документ Министерства обороны США…
В 2006 году о тяжелых последствиях «зеленой революции» в глобальном сельском хозяйстве (1960–1970-е годы) говорил индийский исследователь П.К. Кесаван (P.C. Kesavan), профессор Фонда исследований М.С. Сваминатана (M.S. Swamina than Research Foundation). Перевод агро сферы на полную механизацию, интенсивное возделывание полей, применение только высокопроизводительных сортов растений и пород животных, широкое использование минеральных удобрений вкупе с ядохимикатами – все это ведет к интенсивному загрязнению окружающей среды, засолению и деградации почв, отравлению рек и озер, уничтожению биоэкосистем. Горький факт: на фоне роста населения планеты площади земель аграрного назначения только уменьшаются, тогда как резервы роста продуктивности сельского хозяйства индустриального типа уже исчерпаны. Его рост сопровождается увеличением сжигания углеводородного топлива, что усугубляет климатические бедствия планеты. По сути дела, ради спасения Земли придется создавать совсем другое сельское хозяйство – биотехноэкологическое…
Редактор «Сайентифик Америкен» Джордж Массер (Musser) в том же 2006-м был встревожен массой выброса углекислого газа в воздушный океан. Хотя богатство человечества растет быстрее, чем эти выбросы (что внушает надеж ду на лучшее), однако в абсолютном выражении объемы выбросов все равно увеличиваются. Конечно, Запад стал использовать более экономичные моторы внутреннего сгорания с увеличенной по сравнению с началом 1970-х годов степенью сжатия топливно-воздушной смеси в цилиндрах. Однако автомобильное загрязнение атмосферы углекислым и угарным газами с тех пор выросло на 23 %! Оказывается, сами автомобили за минувшие 35 лет стали значительно тяжелее, а жители Запада стали ездить на них гораздо больше, чем в начале 70-х. Скажем, в США – на 16 % больше, чем во времена исхода Вьетнамской войны. Оно и понятно: автомобиль – символ и божество общества потребления. Поэтому нужна новая мировая политика: не только наращивать эффективность использования энергии, но и сокращать потребление углеводородного топлива. Массер считает, что во второй половине нового века человечеству, если оно хочет уцелеть, придется построить сугубо устойчивую, ресурсосберегающую экономику вкупе с политикой жесткого ограничения численности человечества. Естественно, с сокращением безудержного потребления…
Тот же 2006-й. Об опасном разрушении почвенного слоя под действием плугов говорил геолог и почвовед Дэвид Р. Монтгомери (профессор Университета Вашингтона в Сиэтле). Особую опасность представляет современное интенсивное земледелие. Даже в высокоразвитых Соединенных Штатах почва губится ударными темпами. Еще в 1930-е годы президент Франклин Рузвельт заявил: «Нация, которая разрушает свои почвы, разрушает саму себя». Красивые слова так и остались словами. Монтгомери привел пример исследований местности в 200 милях к востоку от Сиэтла, в так называемом Пэлоузе (Palouse area). За 60 последних лет плуги уничтожили 5–6-футовый слой почвы (1,5–1,8 м) – со скоростью 1 дюйм (2,5 см) в год. А всего уже разрушена половина плодородного слоя. В Теннесси в некоторых местах утрачено по 4–5 футов почвы за последние 230 лет. Все это – последствия ведения интенсивного, механизированного сельского хозяйства с плужной вспашкой. То есть, несмотря на то что в Америке в 30-е годы было создано специальное агентство по сохранению почв (Soil Conservation System), все равно потеря почвы идет быстрее, чем ее восстановление.
И это – в богатых и культурных США. Что же говорить о более бедных странах, где местному населению приходится выжимать из аграрных угодий максимум урожая и прибыли? Между тем разрушение плодородного слоя – это не только уменьшение возможностей человечества прокормить себя, это еще и превращение огромных районов в пустыни. Пример? Северная Африка, где еще во времена первых римских императоров цвели оливковые рощи и колосились хлеба на полях. Однако уже в III веке н. э. из-за разрушения почвенного слоя сюда пришли пески Сахары. А теперь Северная Африка – это территория с полностью уничтоженной почвой. Нечто подобное грозит теперь и Америке, пока еще основной житнице планеты. Недаром Оклахому уже окрестили Пыльной чашей (Dust Bowl).
Что делать? Необходимо изобретать новое, по терминологии Монтгомери, «устойчивое» земледелие. Среди трех критически важных проблем в обозримом будущем он называет именно такую агрикультуру вкупе с эрозией почв и уничтожением биоразнообразия. Но что это за sustainable agriculture? Монтгомери называет так возделывание многих культур (немонокультурное земледелие) в одном хозяйстве, более широкое использование «древесных культур» вроде оливковых деревьев, которые служат еще и защитниками плодородного слоя, а также использование не однолетних, а многолетних полевых культур. Плюс к тому – еще и непахотное земледелие.
Но такое устойчивое земледелие, отметим уже мы, по урожайности в несколько крат уступает индустриальному, «нефтепрожорливо»-тракторному агрохозяйству. И переход на устойчивую модель села, увы, потребует радикального сокращения не только крупного рогатого скота (он требует зерновых кормов), но числа людей-едоков на планете.
Да, неплохое добавление к перспективе глобальной жажды! Куда двинутся массы населения Ирана, Ирака, Пакистана, Северной Индии, Бангладеш, Афганистана, Узбекистана, Таджикистана, Туркмении и Киргизии, спасаясь от голода и жажды? На север. Под каким знаменем? Под стягом воинствующего ислама. Понятное дело, что голод и жажда большинство уничтожит на месте. Но кто-то и сможет сорваться в новое Великое переселение народов.
Часть переселенцев из Азии попытается прорваться в Европу как нелегальные иммигранты, и поток таковых из Центральной Азии смешается с потоком беженцев из Африки. А остальные (пускай и в лице отчаянных боевиков) двинут вперед, сметая для начала светские режимы в Ашхабаде, Ташкенте, Душанбе, Бишкеке. Но в Средней Азии не хватает воды, мало орошенной земли. Значит, нужно идти дальше, в Казахстан. Но и там с водой плохо. Значит, новые варвары попробуют пойти дальше – в низовья Волги и на Урал, в южную Сибирь! Там, где есть земли, леса и большие реки. И впереди будут идти закаленные почти в семидесятилетних боях афганские боевики: пуштуны, белуджи и узбеки.
Вне всякого сомнения, они используют все возможности для нелегальной миграции в Европу и на наши земли, пустеющие из-за вымирания коренного населения. Что такое наплыв мигрантов (беженцев и выгонцев) из Африки и с Ближнего Востока, ЕС знает уже сегодня. Когда массы народа погонят еще и жажда с голодом в середине сего века, все это покажется сущим баловством на фоне настоящего бедствия. Эксперты прогнозируют, что мигрантами в середине текущего столетия могут стать от 300 до 700 миллионов душ. А это грозит крушением цивилизации.
Кстати, гораздо более серьезной опасностью для нас может стать организованный исход китайцев. В те же Приморье и Забайкалье. Тут не кибитки – тут мотоколонны возможны. Помимо обычных миграции и просачивания…
Все взаимосвязано. Нарастание жажды и нехватки земель на бедном плодящемся Юге – это и голод, и эпидемии с дикой антисанитарией, и слом общественных институтов. А дальше – и кровопролитные «неправильные» войны, фанатизм и садистская жестокость, эпидемии телесные и психические, новое Великое переселение, применение оружия массового поражения, причем уже не только государствами, но и негосударственными игроками. Сие уже никакими силами не отвратить – время упущено.
Строить Россию-ковчег по-хорошему надо уже сейчас. Слишком мало времени осталось до середины Жестокого века…
Меня совершенно не волнует судьба обывателей. Каждому – свое. Глубоко презираю нынешних люмпенов с их растянутыми футболками, пивными брюхами и кроссовками. Туповатые и ограниченные, они ползают на дне. Банальные заботы, убогие мыслишки. Где-то что-то урвать, получить подачку, что-то купить на распродаже или со скидкой, «по акции». Банальные мечты о сладкой жизни, о тачке и смарт фоне, завистливое перелистывание бульварных журнальчиков с иллюстрациями роскоши звезд – «Живут же люди, нам бы так!» Таковы же и их жены, бесформенные расплывшиеся бабы…
Тьфу! Вот дети ваши нам нужны. Мы из них Людей сделаем…
Также мне наплевать на тех странных особей, что целиком уходят в виртуальный мир Сети. Хотите – и погружайтесь вовсе в ваши игры, плавая в ваннах с введенным в желудок зондом, и пусть вас кормят дешевыми смесями. Презираю глупых. Немилосердное будущее и Россия-ковчег приемлют лишь сильных духом и готовых на долгие усилия. На труд и подвиг, как бы высокопарно сие ни звучало.
Давайте представим себе мир воплощенного глобального потепления. Северный Ледовитый океан теперь свободен ото льда, он – аналог холодного, но незамерзающего Северного моря между Норвегией и Англией. В самой Англии дуют муссоны, ураганы приносят красноватую пыль из африканской пустыни. На волнах морских качаются «острова» пластикового мусора. Полоса пустынь разрослась-расширилась. Пески Каракумов и Кызылкумов захватили Калмыкию, вышли к Волге. Степи стали опустыниваться. Пустыни наступают на несчастный Пакистан, захватывают Афганистан с Ираном. Пески Аравии словно движутся навстречу Каракумам, хотя их все равно разделяют горы Ирана и хребет Копет-Даг. И только русла Тигра и Евфрата отделяют их от разрастающихся в Иране пустынь Дешт-э-Лут и Дешт-э-Кевир.
Пустыня Гоби стремится на север, приближаясь к Байкалу, с востока как бы обходя его и вклиниваясь глубоко на север, в русское Забайкалье. Даже в Индии Великая пустыня на северо-западе разрастается. Даже в сердце Турции возникает небольшая пустыня. Аравийская пустыня выходит на берега Индийского океана, окончательно покрывая густонаселенный Йемен. К юго-западу от нее, через Красное море и Оманский залив, опустынивается Африканский рог – с Эфиопией, Эритреей и Сомали. Новая засушливая зона Африканского рога словно движется навстречу наступающей с севера Сахаре. Да, на фоне нарастающего дефицита пресной воды, при угрозе конфликтов Судана и Египта за сток вод великого Нила…
Наступление пустынь
Пески Сахары, точно воины победоносной армии, выходят на южные берега Средиземного моря. Они словно пересекают его и получают первые плацдармы в Европе – новую жаркую и безводную местность на востоке Пиренейского полуострова, а возможно и на Сицилии. Пески Сахары ползут и на юг Африки – опять-таки встречь расширяющимся голодным и засушливым землям и Африканского рога, и Калахари на самом юге Черного материка. Калахари наступает на территории Намибии, Ботсваны и ЮАР. Она вторгается даже в часть Анголы.
Впору говорить о формировании некоей Великой Афро-Евразийской пустыни. Огромное песчаное море Сахары соединяется через Египет и Синай с пустынями Аравии и Ирана, а они – с пустынями Средней Азии и Гоби. Первые – пускай и небольшие – пустыни возникают на северном побережье Черного моря, в Новороссии, на самом юге бывшей Украинской ССР. Пустыня зарождается даже в Китае, к западу от Бохайского залива и к юго-востоку от Пекина.
И это – в мире, где свирепствует водный голод, где миллионы нищих беженцев и выгонцев из Африки и Ближнего Востока рвутся в относительно благополучную Европу. А опустынивание Средней Азии и Казахстана так же гонит людей на Север, в пределы Российской Федерации. Пустыни поставят на грань выживания регионы с самым бурным ростом населения, друзья мои. Считается, что зона голодных земель (а это не только песчаные моря!) не распространяется выше 30-го градуса северной широты и южнее 30 градусов южной. Однако оные пределы будут преодолены.
Если планетарная климатическая ломка продолжится и будет становиться жарче, то нас ждет и замедление движения воздушных масс. Нас ждут стойкие антициклоны, что будут делать зимы – студенее, а летний зной – злее. Помните, какая адская и застойная жара накрыла Москву и центр РФ летом 2010-го, когда воздух еще и наполнял дым от торфяных пожаров? Да и лесные гари в знойном климате станут куда чаще – в дополнение к хищнической вырубке «зеленых легких» планеты. Потепление суши и мирового океана сделает ураганы более сильными и частыми.
Линия снегов в горах станет отступать все выше, ледники примутся таять, уменьшая речные стоки и усугубляя глобальную нехватку пресной воды. Достаточно сказать, что в китайском Тянь-Шане сток вод с ледников с 1964 года уменьшился более чем на 20 процентов, создавая серьезные проблемы для севера КНР. Впрочем, и Альпы в старушке Европе с середины го столетия утратили 54 % площади ледников.
Потепление атмосферы и насыщение ее углекислым газом приведет к тому, что воды Мирового океана станут поглощать двуокись углерода. Да, они просветлеют от этого – но зато начнется вымирание планктона и коралловых рифов. Дело в том, что микроорганизмы с кальциевым скелетом (фораминиферы) – начало пищевой цепочки. Их вымирание усугубится при повышении аппетита куда более крупных обитателей океана: ластоногих, усатых китов, пелагических (живущих в верхних слоях океана) рыб. Все это приведет к сокращению популяции и их тоже. Упадет добыча рыболовецких флотов – но зато освободившуюся нишу займут склизкие медузы. Например, огромные медузы Номура, каковые уже сейчас стали бичом японских рыбаков и распространяются в северной части Тихого океана. Медузы неприхотливы, загрязненный и бедный кислородом океан станет для них раем. А вот у человечества добавится продовольственных проблем.
На наших родных просторах пойдет таяние вечной мерзлоты. Тундра начнет превращаться в топкие плавни. Таяние вечной мерзлоты выбросит в воздушный океан планеты огромные объемы метана и углекислого газа, усиливая мировое потепление.
Напрашивается твердый вывод: обстановка странным образом напоминает начало ХХ века. Но если тогда шла кровавая борьба за передел мировых рынков, за «распечатывание» рынков колоний, причем с помощью долгих и «правильных» мировых войн, то теперь… Теперь прежний миропорядок полетит к черту лишь в силу климатическо-экологической ломки, не считая остальных факторов. Она сметет прежние границы и повлечет за собою массовые переселения сотен миллионов людей. И войны здесь будут иррегулярными, максимум – локальными, с применением маломощных ядерных боеприпасов. Споры о конце капитализма можно прекращать: виден явный и очень страшный его предел. К нему и должна готовиться РФ – чтобы стать тем самым Ноевым ковчегом. Встречать новую эпоху нужно не только с карабином в руках – но во всеоружии Нового курса. Используя и смелые социальные преобразования, и новую урбанизацию, и плоды научно-технической революции. Умные тракторы и комбайны тут не менее важны, чем танки и боевые беспилотники.
Мне понятно, что к середине сего века вся мировая политика изменится до неузнаваемости, повинуясь страшным вызовам и самым драматическим переменам. Считаю, например, что нынешние противоречия с Украиной отойдут далеко на задний план – придется выживать и строить новую цивилизацию вместе. Потому что от потоков беженцев и выгонцев из черных и мусульманских стран рискуют пострадать и великороссы, и малороссы-украинцы. Никакая Европа тут не поможет – она сама скрючится от своей боли и проблем.
В подступающем инферно Российская Федерация имеет неплохие возможности выстоять и даже расшириться. Во всяком случае, теоретически. 40 миллионов заброшенных с 1991 года гектаров пахотных земель. Пояс плодородных черноземов. Причем на долю РФ приходится половина (48 %) их глобальных запасов – 153 миллиона гектаров (1,53 миллиона квадратных километров). Если добавить Украину с ее 9 % мировых черноземов (27,8 миллиона гектаров, 0,278 миллиона квадратных километров), то у нас – большинство таких ценных почв.
У нас есть обширные площади лесов и тайги. На территории одной лишь РФ текут могучие и полноводные реки. У нас – около 60 значительных речных систем. Мы не только о Волге. Тут вам и Обь, и Лена, и Амур, и Енисей с Иртышом, и Днепр с Доном, и Двина, и Ангара… А если считать и Украину-Малороссию (вместе с Новороссией)? Общий с РФ Днепр, Днестр, Южный Буг и Буг Западный, часть Дуная, Северский Донец, Горынь, Десна…
У нас в распоряжении – бескрайние просторы Сибири, пригодные для жизни даже в условиях глобального потепления. С их природными кладовыми. У нас и Русская-то равнина толком не заселена! Доступ к северным морям, Черному морю на юге и Тихому океану на востоке – огромное русское преимущество. Вижу огромные комплексы марикультуры: мы сами (не только в море, но и в прибрежной полосе суши!) можем выращивать ценнейшие биоресурсы – моллюсков, крабов, водоросли. Источник не только обогащенной пищи, но и лекарств, и биологически активных добавок. Мы совершим переход от примитивного вычерпывания моря рыболовецкими «эскадрами» к возделыванию акваторий. К разведению рыб и морской флоры. Возрожденный русский флот обеспечит надежную охрану наших морских владений, прикроет Арктику. Если она освободится ото льдов, то станет возможным маневр ВМС между Кольским полуостровом и Владивостоком. Севморпуть, будучи кратчайшей трассой между Юго-Восточной Азией и Европой (на 20–40 % короче Суэцкого и Панамского маршрутов), заработает в полную силу. Откроются трансполярные пути.
А на суше мы совершим не только футурополисную и транспортную революции. Наше сельское хозяйство превратится в агробиоиндустрию. Это – не только чистые съестные продукты, но обогащенная, здраворазвивающая пища новой эпохи. Это производство естественных лекарств и биологически активных средств из трав и кореньев. Технология холодной углекислотной эскстракции, сохраненная нами со времен Советского Союза, позволяет извлекать из растений их уникальные химические соединения. Вот вам ворота в пленительную, захватывающую, полную смысла жизнь!
Не хватает нам лишь людей и волевого, умного государства, не пораженного проказой цинизма, коррупции и казнокрадства. Не хватает нам своего государства, что, объединяя разделенные с 1991-го русские земли, делает ставку на местное самоуправление, на народосбережение и хозяйственность, на «сосредоточение» и всемерное развитие. Государства, что занимается Делом, а не расплескиванием ресурсов на всякие там Сирию, олимпиады и футбольные чемпионаты. Времени-то до середины жестокого века – каких-то 30 лет! К этому времени тем, кто родился в 2000-м, будет всего 50, эпоху суровых испытаний увижу и я, рожденный в 1966-м. Мне отмерен срок на сем свете до 2051-го…
И понятна стратегия выживания: надо не только обустраивать собственную страну, но и тянуть в нее всех тех европейцев, кому тесно, гнусно и невыносимо в выжившей из ума, потерявшей волю Европе. Нам нужны те, кто готов ехать в великую страну огромных возможностей, в Сверхновую Россию. В страну-ковчег. Нам нужны германцы и скандинавы, южные и западные славяне, кельты и представители романских народов. Даже и англосаксы – тоже нужны. Всех сможем сделать русскими. Здесь можно развернуться, стать аграрием или промышленником, найти интересную работу, строить, обзавестись домом и детьми. Без удушающей «толерастии» и тьмы глупейших предрассудков. Европейцы нам намного желательнее, нежели пришельцы из «засахарской» Африки или с Ближнего Востока. С Востока нам нужны культурные и трудолюбивые персы прежде всего.
Есть Казахстан – возможное убежище для множества людей с Востока. С плодородными почвами, которые можно оживить с помощью высокотехнологичного орошения по израильскому образцу. У русских имеется в распоряжении могучее геополитическое оружие – сток сибирских рек. Всегда можно вернуться к тому, чтобы перебросить часть его в степи и полупустыни Казахстана. На русских условиях, естественно. Здесь можно создать огромную новую житницу, заняв работой миллионы людей. Причем давление на Казахстан с юга и со стороны Китая сделает его лояльным к русским. Мы вам – воду и защиту со стороны русских военно-научных сил. Вы нам – часть хлеба. Китай не сможет с нами здесь соперничать – воды ему самому не хватает. В ходе климатической ломки и нарастания водного голода нам открывается возможность для возвращения контроля над большей частью Каспия. Во всяком случае, не только Астрахань, но и Мангышлак, и Красноводск могут стать нашими оплотами. Возможная экспансия Китая отлично сдерживается с помощью ракетно-ядерного щита, перспективных космических вооружений и воздушно-космического флота. Да и сами русские военно-научные силы.
Эти слова Карел Чапек в 1920-е вложил в уста вождя роботов, Радия. Они верны и нынче.
Нас ждут не только большие испытания, но и великие возможности. Но не для глупых обывателей и не для тех, кто бежал в виртуальные бесплодные миры…
Обозревая возможное суровое будущее в жарком, страдающем от жажды, голода, смут и войн мире, рисуя чертеж нашей империи-ковчега, обратим наш взор на просторы к югу от Уральских гор и к востоку от Волги. На, как бы сказали раньше, киргиз-кайсацкия степи…
Что такое – бывшие степные, целинные земли Казахстана? Читаем прелюбопытнейшие воспоминания из 1985 года, опубликованные Валерием Ярхо в журнале «Загадки истории», № 30 за 2019 год. Итак, окрестности станции Тогузак, Кустанайская область. Фактически – Южный Урал, примыкающий с юга к Челябинской области.
Как пишет В. Ярхо, их, водителей грузовиков и армейских резервистов, бросили на уборку хлебов на давно уж распаханной к тому времени целине.
«Ближайшим очагом городской культуры был поселок Комсомолец, который находился на расстоянии пятидесяти километров. Где-то неподалеку находилось село Шадыксаевка… Что находилось в других секторах пространства, местные жители точно не знали и на всякий случай говорили, что там «ничего нет до самого Байконура». Мнение это базировалось на том, что спустя сутки после запусков космических кораблей с той стороны неизменно приходил ураган, сметавший и уносивший в степь все, что не было надежно закреплено. Дороги туда не было, а попытки доехать степью до чего-нибудь, отправляясь в эту сторону, ни к чему хорошему не приводили.
В дикой степи сгинуть так же просто, как в горной тайге или полярной тундре. Наши командиры… советовали новичкам не покидать асфальтированных дорог. Проселок легко было потерять, заблудившись в том краю, где нет воды, где днем жара, а ночью – заморозки.
Мы уже видели кубанские степи, полные спелой пшеницы, но казахские степи – совсем иные. Малообжитые, огромные – сколь взору хватит до горизонта – пространства, не имеющие конца-края. Сравнить степь можно только с морем. Колосья под ветром и волнуются-то как волны. И это море надо было скосить, обмолотить и вывезти на элеваторы…»
Ярхо вспоминает, что в 1985 году поселок совхоза был правильно спланирован и застроен двухэтажными домами из шлакоблоков и одноэтажными – из белого силикатного кирпича. Здесь были (хвала цивилизации Советского Союза) большой клуб с колоннами, двухэтажная каменная школа, почта, три магазина. Большой яблоневый сад на краю населенного пункта. Именно сюда, на ток близ поселка, поступал поток зерна, который колонны грузовиков везли на железнодорожную станцию с огромным элеватором. «Столько много зерна не видел я ни до, ни после того! Огромные бурты высотой в два человеческих роста растягивались метров на 30–40 в длину…» «Кроме хлеба и картошки, степная земля ничего не родила. Зато там привольно было держать бычков и овец. Дирекция совхоза на прокорм «партизан» каждый день давала бычка и особого расхода в этом не видела. Многие хозяева также держали скотину. Осенью, после расчета по уборке, сдачи бычков и продажи картошки денег у поселковых скапливалось много, но тратить их им было совершенно не на что. В поселковых магазинах продавались водка, рыбные консервы, крупы с макаронами и всякая мелочевка. За всем остальным ездили в Кустанай или Челябинск…»
Увы, уже тогда жизнь здесь была далека от идеала. Обиталось в поселке серо и скучно, кино и танцев было мало, чтобы развеять скуку. Поэтому люди стремились уехать в большие города – в Челябинск или Златоуст. Оставались здесь по большей части высланные по суду из больших городов да женщины трудной судьбы – вернувшиеся из больших городов «разведенки» с детьми. Они вовсю спали с проезжими дальнобойщиками. Здесь многие курили анашу из дикой конопли. Процветали пьянство и половая распущенность среди детей…
А теперь представим иную картину. То же самое – но с нашими дополнениями. Итак, на полях в степи – роботизированные комбайны «Ростсельмаша». Один оператор управляет десятком машин. Ориентация по спутникам «ГЛОНАС» позволяет убирать урожай с изумительной точностью – комбайн не захватывает уже убранную полосу. Система электронного картографирования хозяйства дает повышенную урожайность за счет точного внесения удобрений.
Посмотрите на технику сегодняшнего «Ростсельмаша»: это уже цифровая экономика! Автоматизированные комбайны движутся по картографированным с помощью спутниковой навигации полям. Это – земледелие высокой точности. Уже сейчас комбайны ростовского производства подключены к системе «Агротроник». Все данные о работе машин стекаются в одну базу данных завода. Собственник комбайна может войти туда и спланировать оптимальную работу техники, затраты на нее, минимизировать производственные потери, оптимизировать логистику. Можно наиболее рационально управлять парком своих машин и поднимать эффективность всего хозяйства. Видно все: сколько техника работала, сколько – простаивала, сколько горючего сожгла. Ты замечаешь любой неконтролируемый слив топлива, видишь объемы намолота. Система позволяет вычертить трассы движения комбайнов по полям, причем они планируются так рационально, что расход горючего снижается до необходимого минимума (комбайн ходит буквально на автопилоте). Это же позволяет добиваться самого большого урожая. После того как урожай собран, «Агротроник» позволяет построить карту урожайности, покажет «гиблые пятна», позволит спланировать внесение удобрений и высев на следующий год. На тех «пятнах», где урожай низок, можно провести анализ почвы и внести потом нужные вещества. Так сказать, точечно применить удобрения, без их перерасхода на других участках. (Мы рассказали об умных комбайнах, но на Кировском заводе в СПб делают и смарт-тракторы.)
Экономия топлива — максимальная. Урожай снимается в самые сжатые сроки, зерно не осыпается. Тут создано отличное многопрофильное хозяйство. Лишь часть скота пасется вольно. А рядом действует современное, высокотехнологичное, энергонасыщенное сельское хозяйство, применяющее и «высокоточный» сев по спутниковой навигации, и высокоавтоматизированные животноводческие комплексы. Навоз и отходы попадают на полную переработку в биореакторы, где микроорганизмы превращают все в биогаз для местной энергетики и удобрения на поля. Трудятся модули с калифорнийскими червями.
Люди в поселке работы не теряют: лишь часть зерна уходит необработанной на элеватор и далее — по железной дороге. На месте сверкает на солнце нержавеющей сталью своих биохимических реакторов завод по полной переработке зерна. Он дает не только спирт, но и ценные кормовые добавки. Глюкозу, лизин и глютен. Особенно ценным продуктом выступает лизин: эту полученную из зерна пшеницы аминокислоту вовсю применяют как добавку в корм для крупного рогатого скота, в фармацевтике и производстве косметики.
Тут же работает белобашенная мельница — зерно превращается в первостатейную муку. Здесь делают и отличные макароны. В то же время при животноводческих комплексах производится полная переработка мяса, внутренностей и костей. Здесь делают не только мясо в вакуумной упаковке, колбасы и сосиски. Тут выпускают даже лекарства и биологически активные добавки. Энергию обеспечивают не только отходы, ветровые панели Отарашвили и мини-ядерная установка. Нет, тут есть и природные выходы водорода из недр — с помощью скважины его собирают и подают на газопоршневую электростанцию.
Люди больше не чувствуют себя в изоляции. И дело не только в том, что у них есть Интернет в их купольных домах. Нет, они — владельцы малой авиации. У каждой семьи есть винтолет-гироплан Устинова, позволяющий за час-другой долететь до крупного города. А кое-кто владеет русскими четырехместными самолетами МП-1 — корпус из сверхпрочного и легкого базальтового волокна, толкающий винт в кольце, экономичный дизельный мотор Вуля, широкая, немного сплющенная сверху кабина, точки подвески баков и груза под крыльями — как у старого доброго По-2 сталинских времен. Короткий разбег при взлете и пробег — при посадке.
Впрочем, сама центральная усадьба хозяйства превращается в культурное и производственное ядро «звездного» агробиотехнологического города. Он — один из узлов новой транспортной сети, русского Транснета. В дополнение к прежней железной дороге и автотрассам появляются грузоподъемные гибридные воздушные корабли, скрещение самолета и дирижабля. Обладая грузоподъемностью поезда и скоростью транспортного самолета 1930-х годов, они не требуют аэродромов и дают возможность возить груз в любую точку нашей империи-ковчега. А есть и легкие и дешевые трассы-эстакады, по которым носятся экранопланы Бартини. Что намного доступнее и проще, чем вакуумные трубы Масковой «Гиперпетли». Есть и классические аэропорты, из которых летают не только реактивные лайнеры, но и русские турбовинтовые самолеты, наследники Ил-18. Да, они шумнее будут и помедленнее турбореактивных кораблей (650–700 км/час), то зато изумительны по топливной экономичности.
В этом мире люди перемещаются со скоростями в разы большими, чем на поездах или в автомобилях. Они не привязаны к дорогам, асфальтовым или рельсовым. Они совмещают жизнь вне мегаполисов, на природе с городскими удобствами. И пусть с юга, дыша мертвящим зноем, пытаются наступать пустыни — часть стока сибирских рек предоставляет им пресную воду. Капельные системы орошения обеспечивают самый рациональный расход живительной влаги. Безотвальная обработка почвы предотвращает пыльные бури. Мы создаем свою землю обетованную, порождая нацию творцов и летчиков. Беспилотники-дроны обеспечивают и биологическую защиту наших полей, высаживая пожирателей всяческих вредителей в посевы, и защиту военную. Сюда не прорвутся на джипах с пулеметами никакие бородатые игиловцы или аль-каидовцы.
Кстати, применение беспилотных аппаратов пробовали еще в СССР.
…Над волнующимся полем кукурузы, задорно стрекоча, летит крохотный радиоуправляемый вертолет. Буквально касаясь початков, он выбрасывает из игрушечного фюзеляжа маленькие белые капсулы. Они падают среди колосьев. Из маленьких отверстий картонных шариков выходят «десантники» — мушки-трихограммы. Они — гроза насекомых-вредителей. Словно звездная пехота из романа Хайнлайна, они бросаются на врага — всяких совок, плодожорок, кукурузного мотылька. Трихограммы — всего полграмма «бойцов» на гектар — позволяют не отравлять поля убийственной химией…
Это — будущее? Нет, такое уже было. В Соединенных Штатах? В ЕС? В Израиле? Не угадали — в Советском Союзе. В 1976–1982 годах. В Молдавии. Такое высокотехнологичное, экологически чистое сельское хозяйство создавалось ВНИИ биологической защиты растений совместно со студенческим КБ Московского авиационного института. Этого никак не могла понять советская бюрократия. Ну а потом все попало под обвал страны и нашествие орды «реформаторов». И вы мне скажете после этого, что СССР был отсталой страной? Ведь дроны для села в те времена делались на чисто отечественной электронике.
Вспомнили мы об этом, когда в ноябре 2016 года российский премьер Д. Медведев при скандальных обстоятельствах получил в Израиле подарок: беспилотный вертолетик «Снайпер». Испанский. Для аграриев. А скандал поднялся из-за того, что в подаренном дроне есть электроника, запрещенная к поставке в РФ. Да, низко же мы пали, если то, что делалось в Советском Союзе, теперь нам дарят израильтяне. А в собственной стране на покупку футболистов тратят денег в разы больше, чем на разработку гражданских беспилотников.
А теперь представьте, что все изменилось, и теперь в Русской империи-ковчеге русские гении производят беспилотные летательные аппараты для села. Способные работать стаями, обмениваясь информацией друг с другом. Так, что одному оператору с телематического пульта остается лишь немного подправлять действия всего роя. Это и есть настоящая цифровая экономика. В действии…
Рисуем эту картину, накладывая ее на образ Северного Казахстана (Южного Урала). Однако то же самое можно строить в южной, степной полосе Российской Федерации, от Донского края до Новосибирской области и Забайкалья. В причерноморской степи, которая пока еще «под бандеровцами».
Впрочем, Казахстан — тоже ведь пример, как говорится, в лузу. Ведь эта страна как нечто единое возникла именно благодаря русским, которые включили киргиз-кайсацкие степи в Российскую империю, защитив местные тюркские племена от истребления джунгарами и китайской экспансии. А в СССР казахи получили свою национальную государственность. А вот в самостоятельном плавании с 1991 года они вошли в полосу крайних опасностей. После смерти Назарбаева, бессменного елбасы и последнего руководителя из СССР, Казахстан попадет в свою смуту. Единой нации у казахов нет — опять начнется деление на жузы, племена и роды. С одной стороны напирает могучий научно-промышленный Китай. Он вытягивает к себе самых умных и образованных казахов, коим в Казахстане применить свои таланты трудно. Слишком много коррупции и родо-племенных дрязг, да и экономика местная — сырьевая, отсталая. С другой стороны в нашем варианте поднимается национально-футуристическая Россия, империя-ковчег, тянущая к себе самых умелых и образованных. С третьей стороны, с юга начнут наступать не только пустыни, но и озлобленные исламские боевики, которые, однако, несут проповедь уничтожения старых коррумпированных верхов и отказа от родо-племенного деления в пользу равенства и общности всех в мусульманской умме. К середине XXI века оная тенденция раскалится добела…
Уже сейчас реальное положение дел в Казахстане резко отличается от рекламных образов «степного экономического тигра».
Нурсултан Назарбаев, бессменный глава Казахстана, елбасы:
«Казахов заставляли глотать пыль, потому что мы были колонией России…
Во времена царской России все богатства из земли вывозились, а нам просто оставляли перекопанную землю и заставляли глотать пыль. У нас даже дорог внутри страны не было. А сейчас видели, какую железную дорогу запустили? А раньше такого не было, потому что мы были колонией, — обратился в преддверии дня независимости Казахстана его президент Нурсултан Назарбаев в ходе награждения лауреатов президентской премии «Алтын сапа» («Золотое качество»)[4].
Еще от елбасы:
«Политического союза между Россией и Казахстаном не будет»[5].
«За 150 лет, пока мы были колонией России, казахи едва не лишились традиций, обычаев, языка, религии»[6].
А вот письмо, присланное Максиму Калашникову от читателя из Казахстана в 2016-м.
«Пробыв в разных странах много лет, поразился по возвращении — какая случилась КАТАСТРОФИЧЕСКАЯ убыль русского и русскоязычного населения в Казахстане (тут к русским относят всех не туркестанцев, не мусульман. Чуваши, немцы, осетины, мордва, поляки — все давно сильно обрусели и никак уже от русских не отличаются). Признаки исламизации же повсюду. Куча женщин в хиджабах, паранджах (их тут называют «куколки») и масса бородатых мужчин (не по моде, а по религиозным, разумеется, обоснованиям).
В самой Алма-Ате коренных алматинцев не найти. Даже городские обрусевшие казахи пачками разъехались (в Астану, Москву, большая община в Канаде, куда всяк светский казах хочет перебраться). Алма-Ата наводнена южанами нещадно.
В ряд регионов (Кызылординская, Джамбульская, Южно-Казахстанская, Мангистауская, Актюбинская области) и при советской власти не везде донесли свет просвещения и гуманизма, а после распада СССР именно оттуда хлынул поток переселенцев в города, построенные русскими в КазССР (хоть ныне тут об этом нельзя упомянуть… де они все сами).
Аульные переселенцы с конца 80-х и поныне, активно въезжая в города и выдавливая неказахское население (а зачастую и обрусевших казахов), всеми способами (в первую очередь экономически и административно) привносили с собой бандитизм, чуждые социальные формы взаимодействия, жуткие стандарты поведения (тут даже какие-то брошюры писали о традиции плеваться) и все прочее из мохнатого прошлого.
Разумеется, качество обслуживания, медицина, образование — все вошло в стадию жуткого регресса. Отчасти на госуровне пытаются это решить финансовыми вливаниями, есть много программ (для казахов) учебного обмена, но не помогает. Что говорить… если врач, принимая меня, сказал: «Вы учиться в Санкт-Петербург… а это где?» К слову… Южная Корея через богатую, влиятельную корейскую диаспору распространила существенное влияние на определенные сектора (медтуризм весь на Корею заточен, авторынок тоже схвачен и др.) Хоть корейцев в Казахстане примерно 110 тысяч, но и среди них сильны чемоданные настроения (США, Россия — в первую очередь).
Так вот, именно эти южные казахи, не отличающиеся образованием и культурными нравами, но знаменитые сплоченностью и агрессией, были изначально признаны цветом нации, носителями чистой традиции, хранителями уклада. Как известно, казахи (будучи, честно говоря, довольно рыхлым этнообразованием) делятся на три жуза. Средний жуз в целом (наиболее обрусевший, адекватный и образованный) почти не вписан в процесс государственного строительства и привнесения смыслов в проект национального строительства. Все по лекалам южан (как на Украине по лекалам галичан).
Еще в Мангистауской области выделяются адаевцы. То они себя объявляют самыми «чистыми» казахами, а то и совсем не казахами. Там очевиден сепаратизм (в том числе экономический). Да и кровь там уже была (подавление нормальных требований в Жанаозене). Адаевцы очень агрессивны и часто учиняют драки, поножовщину. Кстати, агрессивные нацэлементы часто заезжают в «оккупированные города» (где много русских) и ночами убивают неказахов. Это абсолютный факт, так убили моего старшего брата вечером на улице. Только в окружении я знаю четыре подобных случая: двое — русские, один — кореец, один — кавказец. На суде мать убийцы нам орала: «Мой сын герой, оккупанта убил!» Ей ничего не было, а нас, возмущавшихся, вывели из зала суда. То бишь сказания про мир\труд\май с казахами на самом деле невероятно далеки от реальности.
Сами южане и северных казахов-то за «чистое племя» не держат.
Приведу пример: в Казахстане — как в любом государстве с уродливой системой — живет более-менее лишь три города: Астана, Алматы, Атырау (нефть). Все остальные — как-то, чем-то. Разумеется, народ массами съезжается в Алма-Ату, много тут и северных казахов из Павлодара и Кокчетава, Кустаная. Почти все северные казахи только по-русски говорят, хоть и стараются учить госязык. Южане их постоянно одергивают: «Эй, манкурт, по-казахски говори!» Из-за этого часто все перерастает в матерщину, где уже обе стороны говорят только на русском. Причем нацагрессия исходит явно именно от взрослых\старых казахов, которые были взлелеяны советской властью (их и учили, и в аулы на вертолетах все возили, но благодарности — ноль).
Самое удивительное, что Назарбаев и его узкое окружение, которые эту этнократию плавно-плавно заложили и выпестовали, именно казахами-южанами крайне нелюбимы. То они твердят, что он борщам (русским) продался, то китайцам, то он у них вор, то — узурпатор. Конечно, все это отчасти верно, но масса мыслит исходя из простых радикальных установок. Назарбаев, конечно, очень хитер, нос держит по ветру, кого надо — деньгами подкормит (коих поубавилось). Но его слабости очевидны: коррупция страшная, старость притупляет, нет в окружении ни преемника, ни готовых удержать штурвал. Да и нельзя замкнуть государство на кучку зажравшихся родственников и друганов. Власть совершенно оторвана от народа.
…Часть казахской молодежи жутко «опылена» исламскими эмиссарами (мечети как грибы растут), они с радостью пойдут на любую резню во благо исламского проекта (кстати, по своему укладу абсолютно чуждому жизни кочевника) и на радость арабским монархиям (и тем, кто западнее). Даже речь некоторых ОЧЕНЬ сдобрена арабскими выражениями!
Другая часть казахской молодежи жутко проамериканская: тусовки, инглиш вместо каз\рус, каникулы в Америке и все такое. Им вообще не нужен ни Казахстан, ни казахский язык (который они на дух не переносят), ни все местное (скучно, говорят, культура якобы неконкурентоспособна). Эти требуют либеральных реформ и все в этом русле. Такой молодежи прилично числом, к тому же дети чинуш и ворья — все из этой категории. А исходя из традиции «папа — сыну», именно они присядут в нужные кресла через какое-то время (если будет куда садиться). Поэтому эти две тенденции, обе чуждые современному положению дел, разорвут страну. Уж молчу про радетелей извне.
Вообще, любые моменты, где прорисовывается потеря территорий, любой разговор с переходом на древнюю историю Казахстана воспринимаются национально озабоченными, как красная тряпка. Возможно, только на Украине заходятся в более жутких истериках на эту тему. В новостях ситуацию припудривают, все намного хуже. Схроны, оружие, литература у экстремистов тут повсюду. То там склады с оружием опустошили, то там что-то пропало или ввезли. Мобилизация исламистских элементов высока, и ненависть к власти нарастает (кризис\цены в помощь), поэтому очевидно «бомбанет».
Конечно, надеяться на современную горе-власть в России нет никакой возможности, но план по Казахстану (пока он — еще не горящая степь) должен быть. Разумно в случае переворота введение войск и размежевание по южной границе Карагандинской области и Восточно-Казахстанской.
Тут и сама география на службе: пустыни как барьер. К тому же Казахстан заселен КРАЙНЕ неравномерно и почти все города и население — у границ.
Южный Казахстан, который культурно всегда был Туркестаном, находится в сфере узбекских, исламских влияний, его стоит отпустить пока как культурно чуждую территорию (РАЗУМЕЕТСЯ, ВЫВЕСТИ ОСТАТКИ РУССКОГО НАСЕЛЕНИЯ, коего много еще в Семиречье, чудном крае).
Северный Казахстан, где, несмотря на убыль русского населения, его процент еще очень существен, стоит оформить как зависимое светское государство (псевдосредний жуз, Русско-казахская конфедерация, Южно-Сибирская\Уральская республика — типа того). А из Западного Казахстана есть смысл кроить ресурсные территории, потому что там населения мало, крайне сильна исламизация. А часть тамошних приграничных с Россией городов можно включить в состав последней (Уральск, Ганюшкино и пр.).
Особливо идет уйгурская ирредента в Алма-Атинской области; уйгуры четко отделяют себя от казахов (браки смешанные не поощряются вовсе). Ирредента политически бессильная, но сплоченная и довольно богатая.
Разделение вызовет массу проблем, но раз оно неизбежно, то лучше проводить его по своим чертежам. Иначе при приходе к власти южно-исламистской группировки тут просто будет широкомасштабный коридор для любых бандформирований, наркотиков и прочего (что и ныне уже так). Также присовокупится резня русских и нерусских, дипломатические выпады, да и КНР, думается, что-то может на границе передвинуть под шумок. Поэтому есть смысл столбить важные территории и плавно их русифицировать, чтобы не было волны еще одного распада\отступления. Но это — в идеале. По-моему сугубо личному мнению…»
Так или иначе, но нынешний Казахстан еще ждут свои трудные времена. Огромная масса Китайской империи потянет часть «республики» к себе, как гравитация Юпитера — несчастную комету Шумейкера-Леви. К себе потянет и мир воинственного магометантства. И уж все прелести опустынивания да глобальной жажды Казахстан познает сполна.
Строя империю-ковчег, мы обязаны подумать о северной части Казахстана. Остальные же земли могут стать зависимой от нас территорией. Занятой сельским хозяйством и питаемой нашей водой. Здесь же может образоваться и убежище для азиатских беженцев, уходящих от жажды, голода и смерти на север. Наш санитарный кордон. Наша зона имперского влияния. Здесь мы удержим поток экологических и военных беженцев с выгонцами, превратив их в источник продовольственного снабжения. Китай тут с русскими тягаться не сумеет — воду он предложить не может. А мы — можем, опираясь на нашу Сибирь. Сибирь уже развитую, русскую…
Факт остается фактом: климат Земли меняется, идет потепление и содержание углекислого газа в Пятом океане (атмосфере) перевалило за 400 ррм (частей на миллион). В 1850-е — 250 ррм. Не беремся судить твердо о причинах, но чем больше в воздухе углекислого газа и метана — тем больше тепла сохраняется в атмосфере. Наступает «парниковый эффект», как на Венере.
Возможно, это несет нам новую эру жары и засух. Ураганов, наводнений и непривычных «скачков» погоды. Отвлечемся сейчас от установления точной причины: повинны ли в том насыщение воздушного океана парниковыми газами или же солнечная активность. Зададим главный вопрос: что это принесет русским, если они примутся строить свою империю-ковчег?
Давайте посмотрим на новомодную идею борьбы с «парниковым эффектом» и ростом содержания углекислого газа в воздушном океане Земли — на попытки улавливать техногенные выбросы двуокиси углерода, переводить их в жидкую форму и закачивать в недра планеты. Возьмем проект в Исландии, где работает геотермальная электростанция, использующая пар от вулкана Хейнгидль. Установка CarbFix сжижает углекислый газ, смешивает его с водой и подает смесь на место захоронения. Там мощные насосы закачивают жидкость на километровую глубину, в слой базальтовых пород («Популярная механика», август 2019 года).
Но вот беда: чтобы таким образом связать тонну углекислого газа, потребны 25 тонн пресной или опресненной воды. Что в итоге обходится в 25 долларов затрат на тонну злосчастного «парникового» газа. Берем в руки карандаш и считаем в столбик. Итак, ежегодный объем двуокиси углерода, выбрасываемого в атмосферу благодаря деятельности человека, — чуть более 40 миллиардов тонн (2018 год). То есть, даже если всю планету уставить подобными комплексами, каждый год на это придется тратить триллион долларов и триллион тонн пресной волы! Или, для наглядности, — 1 000 кубических километров ПРЕСНОЙ воды. Годовой сток Амазонки знаете? 6937,92 км3. Годовой сток Волги составляет 254 км3.
Да, очень неплохая идея — тратить столько воды и денег в мире, терзаемом дичайшей нехваткой пресной воды.
Понятно, что для снижения выбросов углекислого газа нужно не просто отказываться от сжигания угля — надобно отказываться от производства эверестов и монбланов одноразовых вещей. Ведь на их производство и приходится транжирить и топливо, и ту же пресную воду, потом еще тратя драгоценные ресурсы на свалки отбросов и их переработку. Требуется снижать «поголовье» самого расточительного и неэффективного вида транспорта — легковых автомобилей. Если в 1986-м по планете бегало полмиллиарда автомобилей, то в 2018-м — 1,2 миллиарда. К 2030-му их будет уже два миллиарда. Страшно подумать о поголовье автомобилей к середине столетия…
Как пишет профессор Лестер Туроу в своем «Будущем капитализма», американец, родившийся в 1990 году, произведет за время своей жизни 1 миллион килограммов атмосферных отходов, 10 миллионов килограммов жидких отходов и еще миллион кило отходов твердых. Чтобы иметь средний американский уровень жизни, он потребит за свою жизнь 700 тонн полезных ископаемых, 24 миллиарда британских единиц тепловой энергии (что равносильно 4 тысячам баррелей нефти), съест 25 тонн растительной пищи и 28 тонн мяса, что равносильно забою двух тысяч животных.
Но попробуйте-ка убедить жителей не только Запада, но и пробужденного Востока добровольно отказаться от возможности жить так же, как и западный средний класс! Начав в 1980-х Великое переселение промышленности из Соединенных Штатов и Европы в бедные теплые страны Азии, хозяева Запада запустили необратимый процесс. Подъем промышленности в Азии породил перемещение туда и финансов мира, и бурный рост нового обывательского, потребительского класса в возникающих мегалополисах и агломерациях. Сотни миллионов жаждущих хорошей жизни пополняют несметную рать пожирателей ресурсов, благодаря коим сонмища фабричных и выхлопных труб превращают Землю в подобие жаркой Венеры. А потом таких новых потребителей станет миллиард, в дополнение к миллиарду Запада. Попробуйте заставить индийцев или китайцев, попавших в разряд зажиточных, не покупать автомобилей. И получите не только «парниковый эффект», но и покрытые слоем пластикового мусора реки и моря. Уже сегодня богатеющие китайцы, уповая на бредовые рецепты своей медицины, создают богатейший спрос на услуги браконьеров, истребляющих ради покупателей из Поднебесной тысячи слонов и носорогов (ради их рогов и бивней), множество исчезающих видов диких животных.
Китай вообще пожирает все, как саранча. Иногда стоит обратиться к истории начала ХХ века, когда Китай был еще слаб. Но и в ту пору китайцы слыли истребителями природы. Ознакомимся с уникальным явлением в мировой литературе: книгами Владимира Арсеньева «Дерсу Узала» (основа — путешествие 1902-го) и «По Уссурийскому краю» (записи за 1902–1906 годы). Произведения военного востоковеда и путешественника Арсеньева есть сплав художественной литературы и точнейших дневников его полевых исследований. И там — полно о китайцах, которые тогда буквально заполоняли Приморье и вовсю его эксплуатировали. Причем именно самостоятельно — ибо сам Китай в те годы был единым весьма условно, его самого нещадно когтили западные державы и Япония. Но китайской народной экспансии это вовсе не мешало, как и варварскому истреблению китайцами природы (только СССР на 70 лет выставит китайцев отсюда, и только после 1991-го они вновь явятся в те же земли). Полистаем издание — В.К. Арсеньев. «По Уссурийскому краю. Дерсу Узала» — Москва, «Правда», 1983 год. Отмечу, что эта книга в РФ к экстремистским не причислена.
Арсеньев рисует одну и ту же жуткую картину в Приморье. Китайцы являются, создают организованные общины, в них выдвигаются лидеры. Китайцы, наплевав на формально русскую юрисдикцию, устанавливают свои законы. Местное население (тазов-удегейцев) они порабощают. То есть загоняют их в долги, зачастую подсаживая на опиум. Потом отбирают за долги жен и детей себе в рабство. Должник тоже пашет на кредиторов. Любое возмущение — и тазов убивают. Китайцы очень любили хоронить туземцев заживо (потом с ними самими это будут делать японские оккупанты в 1930-е). Арсеньев сам видел могилы живьем погребенных, убивших китайца-займодавца. К ногтю прижимают и корейцев. Сами китайцы выжимают из территории все — истребляют уникальную фауну, ищут коренья женьшеня, добывают водоросли и моллюсков. А умирать уезжают в родной Китай.
Вот Арсеньев рисует картинку: его отряд встречает корейцев, которые ловят карликовых оленей — кабаргу. Корейцы, поймав четырех кабарожек, оттаскивают в сторону трех, на съедение воронам. Почему? Да потому, что китайцы платят только за мускусные железы кабарги, а они — лишь у самцов. Китайские скупщики дают по рублю за железу. По словам корейского браконьера, они за сезон взяли 125 кабарожек, и 75 % из них — самки.
«…Куда ни взглянешь, всюду наталкиваешься на хищничество. В недалеком будущем богатый зверем и лесами Уссурийский край должен превратиться в пустыню…» — выводит перо Владимира Клавдиевича.
«У себя на родине китайцы уничтожили все живое. У них в стране остались только вороны, собаки и крысы. Даже в море, вблизи берегов, они уничтожили всех трепангов, крабов, моллюсков и всю морскую капусту. Богатый зверем и лесами Приамурский край ждет та же участь, если своевременно не будут приняты меры к борьбе с хищничеством китайцев…»
Эти строки Арсеньев написал, когда увидел у фанзы китайца сарай, целиком набитый оленьими жилами, связанными в пачки. Килограммов на 700 одних сухожилий. Ибо их охотно покупают в Китае. В том же сарае Арсеньев увидел и сотню шкурок молодых тюленей-сивучей.
«Большего хищничества, чем здесь, я не видел!» — пишет Арсеньев.
Неужели вы думаете, что КНР вот так просто откажется не наращивать потребление своего обывателя?
Новые богачи и просто обеспеченные обыватели тех же Китая да Индии хотят хорошо питаться, они желают кушать мясо. Причем не только птичье, но и свиное, и коровье. Между тем растущее птице- и животноводство тоже выступает как источник выбросов в воздух парниковых газов — метана и углекислого. Приведем любопытную статистику по состоянию на 2018-й.
Уже к этому моменту пастбища и поля кормовых культур занимали четверть площади суши. На питье птице и скоту шло 23 % годового расхода пресной воды, при этом мясное хозяйство дает на сегодня 40 % процентов ежегодных выбросов метана. На 7,5-миллиардное население планеты поголовье крупного рогатого скота составило 1 миллиард особей, свиней — 769 миллионов, кур — не менее 50 миллиардов. В 2018-м эксперты оценили выбросы птице- и животноводства в 8,1 миллиарда тонн в углекислом эквиваленте. То есть в 20 % всей искусственной эмиссии (Роман Фишман. «Новая пища» — «Популярная механика», август 2019 года). Согласно другой статистике в 2014 году человечество съело 62 миллиарда кур, 1,5 миллиарда свиней, 649 миллионов индеек, 545 миллионов овец, 444 миллиона коз и 300 миллионов коров. Всемирное производство мяса всех видов выросло с 275 миллионов тонн в 2007 году до 297 миллионов тонн в 2011-м. Динамика очевидна, к 2030 году объемы производства дорастут до 376 миллионов тонн в 2030-м и 465 миллионов тонн в 2050-м.
Каждый, кто видел огромные зловонные пруды-отстойники современных автоматизированных свинокомплексов, переполненные жидким навозом, понимает, о чем идет речь. Есть проблема и с горами помета от фабрик кур-бройлеров. По сути дела, нужна еще и дорогостоящая индустрия по полной переработке экскрементов птицы и домашних животных. Свиной навоз и птичий помет просто по полям не разольешь, не раскидаешь. Потребна микробиологическая обработка, те же калифорнийские черви для переработки. Все это еще надо потом вывезти на поля для удобрения. Пока никто не решает проблемы комплексно.
Можно забыть о планах всемирного отказа от производства мяса и перехода на кратно менее ресурсозатратное растениеводство (ибо не зря люди традиционно ели крайне мало мяса в доиндустриальную эпоху, вспомните традиционную русскую деревню, где мясо ели лишь по большим праздникам). Богатые и обеспеченные горожане вегетарианцами не станут, а спрос рождает предложение. Отнесем к области фантастики и массовый переход на питание белком, полученным из насекомых. Скорее, так питаться будут вынуждены в нищих странах к югу от Сахары и отчасти — в Азии. Ибо мир не представляет из себя одного социалистического государства с суровой распределительной системой. В богатых и богатеющих странах (Запада и нового «золотого миллиарда» в Азии) и далее станут развиваться комплексы мясного производства, усугубляя не только глобальную жажду, но и повышение содержания в атмосфере парниковых газов. Китай уже сегодня с охотой покупает свинину с титанических свиноферм, что строятся в русском Приморье, вызывающих ненависть местных жителей.
Переход на искусственное мясо из растительных белков? Сейчас много говорят об успехах калифорнийской компании «Невозможные съестные продукты» (Impossible Foods), сумевшей производить дешевую имитацию мяса из растительных белков. Для этого Impossible Foods использует природное соединение — легоглобин, изначально содержащийся в клубеньках бобовых (аналог миоглобина в мышцах). Только американцы получают легоглобин в огромных масштабах с помощью генетически модифицированных дрожжей. Смешивая легоглобин с растительными белками и жирами, компания получает довольно приличную имитацию мяса. Используются при этом белки и пшеницы, и сои. Есть и другие технологии. Например, выращивание мяса из стволовых клеток. Но они все-таки слишком дорого обходятся. К тому же даже самые дешевые технологии производства «растительного мяса» не остановят роста настоящих мясных и птицеводческих ферм. Рынком потребления «мяса из биореакторов» станут опять-таки очень бедные страны и слои населения да идейные «веганы». Что общей картины не изменит. Растущее поголовье домашних птиц и животных продолжит влиять на потепление климата и усугублять проблемы с питьевой водой, обострять нехватку земель для агрохозяйства.
Потому насыщение атмосферы углекислым газом никто в обозримом будущем не остановит. Никакие протоколы — ни Киотский, ни Парижский. Потому самое разумное со стороны русских — приготовиться к новому «углекислому» миру. В конце концов, в потеплевшем климате, да еще и при обилии углекислого газа увеличится плодовитость растений. Сельскохозяйственных тоже. Планете уже доводилось существовать при высоком содержании двуокиси углерода в воздушной оболочке. Причем задолго до появления человека. Например, в пермский период…
«Анализ событий, имевших место в ту далекую эпоху, может пригодиться при прогнозировании ситуации в будущем: если человечество сожжет все имеющиеся запасы ископаемого топлива, содержание СО2 в атмосфере поднимется с нынешних 0,036 % до 0,2 % — то есть примерно до уровня конца палеозойской эры.
Наблюдающийся сейчас рост концентрации в атмосфере парниковых газов, прежде всего диоксида углерода (СО2), нередко называют беспрецедентным и объясняют исключительно хозяйственной деятельностью человека — сжиганием ископаемого топлива. На самом деле это не совсем так. Анализ пузырьков воздуха, запечатанных во льду Антарктиды (такие данные по материалам станции «Восток» имеются за последние 420 тысяч лет), показывает, что содержание СО2 в атмосфере демонстрировало циклические колебания, из которых наиболее значительные, с периодом в 110 тысяч лет (так называемые циклы Миланковича), определяются регулярными изменениями параметров земной орбиты. Современное содержание СО2 — 360 ppm (
Однако в более далеком прошлом наша планета переживала и более серьезные повышения содержания углекислого газа в атмосфере. При этом жизнь на Земле продолжала существовать и развиваться. Так, в конце палеозойской эры, в самом начале пермского периода (примерно 300 миллионов лет назад) на смену очень долго (почти полмиллиарда лет) длившихся холодов пришло глобальное потепление, сопряженное с резким возрастанием содержания в атмосфере СО2 — от уровня, примерно равного современному (250 ppm), до 1 000 ppm, а затем и до 3 000 ppm (то есть почти в 12 раз)…»[7] «Изучение ископаемых остатков растений, произраставших в это время в тропических областях Лавразии, показало смену доминирующих форм, причем по мере потепления все больше распространялись растения с ксероморфными (засухоустойчивыми) признаками, указывающими на их произрастание в засушливых местах обитания…»[8]
Пермский период палеозоя (древней жизни) длился с 298–252 миллионов лет до наших дней. Насыщение воздуха углекислым газом не убило флору и фауну планеты. В этом периоде моря населяют странные и страшные моллюски — с витыми раковинами и осминожьими щупальцами (обилие углекислого газа в атмосфере привело к расцвету всяческих носителей раковин и панцирей). Они буквально выгоняют земноводных на жаркую сушу. Земноводные эволюционируют в пресмыкающихся. Рептилии приобретают гигантские размеры. Но это именно рептилии, а не динозавры. Появляются удивительные существа: зверообразные. Они были теплокровными, покрытыми шерстью (цинодонт) — но не млекопитающими. Они вылуплялись из яиц. Обитали тут и огромные тараканы, и стрекозы внушительных размеров.
Леса на засушливых просторах состояли не только из папоротников (голосеменных), но из хвойных деревьев, гинкго и саговников, похожих на пальмы. Здесь — царство буйных трав и цветковых. Обилие растительности и раковинно-панцирных живых существ насыщало воздух кислородом…
Поэтому человечество выживет в жарком мире, где воздушная оболочка насыщена парниковыми газами. Изменение внешних условий будет не слишком быстрым, но оно подтолкнет эволюцию и вида «человек разумный», и животных, и растений. Конечно, есть изрядная вероятность того, что всяческие бедствия сократят численность человечества. И хотя это — трагедия для «сокращаемых», для планеты в целом это не станет драмой. Ну поглотят пески растущих пустынь некоторые города и высушенные беспощадным солнцем кости погибших — мир от того не погибнет. Вопрос в другом: как великому русскому племени воспользоваться реалиями «парникового мира»? Ведь это и возможно, и необходимо.
В самом деле, территория Российской Федерации (не говоря уж о возможной объединенной империи из РФ, Белой Руси, Новороссии и Украины) содержит огромный потенциал для выживания и развития. Летать на своих авиетках-аэромобилях и на винтолетах-гиропланах мы сможем и в уплотнившейся атмосфере, да и наши гибридные летательные аппараты (новые дирижабли) станут грузоподъемнее. Везде мы сможем раскидывать наши футурополисы-поселения и находить Ларинские аномалии с выходом струй водорода из недр земных. А сдвижение рубежей теплого и умеренного климата на север открывает новые земли для ведения хозяйства. Итак, юг мы спасаем за счет орошения водами сибирских рек, а Север открывается для нового агрохозяйства.
Напомним, что если брать территорию Советского Союза, то площадь тундры — 300 миллионов гектаров. Пески — 68 миллионов гектаров. Мы еще не можем предсказать всех последствий возможного таяния вечной мерзлоты, тут образование болот и топей неизбежно. Однако болота осушаются с незапамятных времен. И образование новых «островов» для жизни и ведения агрохозяйства тут неминуемо. Ведь на нашем Севере полно света. Полярный день летом! И влаги тут вдосталь. Не хватает лишь тепла, а оно грядет.
Обычно мы говорили о русском поясе черноземов, идущем по территории нынешних РФ и Украины. Именно русскому ученому Василию Докучаеву (1846–1903) выпала судьба стать основоположником почвоведения, именно он первым изучил русский черноземный пояс. То есть чернозем горовой (самый черный и жирный), черноземы склонов, коричневатый чернозем долин, белгородские песчанистые черноземы, солонцеватые на Полтавщине и Харьковщине, скелетные и грубые на Южном Урале, эоловые черноземы рыхлых холмиков и почвенных «дюн» под Бердянском. Докучаев первым открыл, что чернозем рождается прежде всего из перегноя степной растительности, из лесса, мела, глины и выветренных гранитов. Позже академик Василий Вильямс (1863–1939 годы) докажет, что чернозем возникает там, где был дерн, обильный травяной покров. А лес с его массой гниющей растительности, наоборот, не только не создает черноземов, но и останавливает их возникновение там, где вторгается в степи[9].
Со времен Докучаева мы знаем о поясах русских почв. Итак, есть область северных боров и лугов с кислыми травами. Здесь — бугры, котловины, ледниковые гряды. То есть моренный ландшафт, след древнего отступившего ледника, ледниковой эпохи.
Южнее лежит полоса лесостепи. Мягкие холмы, извивающиеся небыстрые речки в зеленых долинах, березовые перелески. Здесь в основном — серые лесные земли.
Дальше начинается область степного чернозема. Во времена Докучаева это — каштановые почвы знойных типчаковых степей.
Еще южнее — пояс бурых солонцеватых почв.
А вообще чернозем попадается от Якутска до Индии. Академик Вильямс дополнил Докучаева: на востоке и юго-востоке — тучные глинистые черноземы лугов с раскиданными по ним березовыми «колками» — знаменитая «березовая степь». Например, знаменитая Барабинская степь на юго-западе Сибири, на водоразделе между Обью и Иртышом.
Это — наше огромное национальное богатство. «В черноземах — идеальная комковатая структура. Между комочками глубоко проникает в почву вода; сколько ее ни выпадает, всю поглотит чернозем. Комочки впитывают ее капиллярным, волосным путем, когда она просачивается мимо них по свободным промежуткам. И где-то в глубине она питает грунтовые воды — никогда не упадет сильно уровень и в реках. Все, что нужно растению, все дает черноземная почва; нет плодороднее ее…»[10]
В жарком климате «парниковой Земли» мы в силах сохранить свои черноземы, правильно оросив их с помощью воды из сибирских рек и новейших технологий ирригации. Как в Израиле. Крым снова напоит вода из Днепра. Мы избежим засоления почв. Созданное Вильямсом учение о травопольном обороте (перелоге под парами и травами) предотвратит истощение и деградацию черноземов. Лесозащитные полосы для полей, насаждение сплошного леса на бугристых песках и вообще везде, где нет пашни, борьба с оврагами, не распашка крутых склонов, а насаждение там кустарников, лесков и садов — вот что начинали делать при Сталине. На реках — устранить мели и перекаты, построить систему дамб и водохранилищ, что предотвращают наводнения. Пески покрыть зелеными насаждениями. Создавать правильное соотношение между площадями пашни, лугов, леса и воды. В степях создать систему прудов, которые заодно станут и рыбными хозяйствами. И, конечно, правильно обрабатывать почву. Тогда мы и в условиях глобального потепления сохраним наши главные родящие земли, избежим голода.
А что же севернее? В ходе глобального потепления и там откроются новые возможности. И здесь нам стоит вспомнить труды советского агронома и биолога-селекционера Иоганна Эйхфельда (1893–1989) Именно он с 1920 года осуществил смелый опыт — создания сельского хозяйства на Кольском полуострове, близ Хибин. Благо именно там обнаружились запасы превосходных удобрений — апатитов.
Эйхфельд стал создавать почвы на Русском Севере. Он доказывал: солнца летом, при полярном дне, достаточно, надо лишь породить плодородный слой. Он стал делать это с помощью навоза там, где вечная мерзлота начиналась на глубине уже метра, а то и 80 сантиметров. И почва стала возникать из липко-черной «пасты». В подзолистые, песчаные и супесчаные земли добавлялись органические удобрения, в бедные железисто-песчаные — компосты. В 1932 году в СССР цепь опытных станций арктического земледелия протянулась от Мурманска до Камчатки. Именно Йоганн Гансович впервые стал выращивать в Заполярье картофель, овсы и ячмени, даже пшеницу. Потом — горох, салат, укроп и петрушку. Потом — брюкву, репу, редьку, свеклу, лук, кольраби. Ему удавалось собирать тогда по 300 центнеров картофеля и капусты с гектара.
Именно тут Эйхфельд наткнулся на удивительные эффекты, сделавшие его сторонником академика Трофима Лысенко. Например, брюква и редька, обычно цветущие на втором году, в Хибинах зацвели в первое же лето. Ячмень «взрывался», как писал сам Эйхфельд. Чем более южные культуры он тут сажал или сеял — тем они лучше давали урожаи. А лучше всего чувствовали себя тут культуры из горных районов. В СССР стало развиваться приполярное сельское хозяйство: уже в 1939 году на душу населения Крайнего Севера произвели 74 килограммов картошки, 23 килограмма овощей, 59 килограммов зерна.
Если это удавалось тогда, на простых технологиях той поры, то какие возможности откроются нам на Русском Севере в эпоху глобального потепления? Особенно если скрестить традиции русских селекционеров и современной генной инженерии? Болота уже Эйхфельд научился превращать в плодородные угодья. А основоположник русской селекции и гибридизации Иван Мичурин (1855–1935) добивался продвижения на север теплолюбивых культур, когда молекулярной генетики еще и в помине-то не было.
Напомним достижения Мичурина. Скрещивая дикие и жизнеспособные породы с южными сортами, он смог выращивать абрикосы в 700 километрах севернее Ростова-на-Дону. Потом — в 1100 километрах… Мичурин успешно гибридизировал южный миндаль с уссурийским (за свою жизнь Мичурин вывел почти 350 сортов разных растений). Он смог «осеверить» груши и виноград. Вы представляете, чего можно добиться русским в мире глобального потепления на нашем Севере, совмещая мичуринство и генную инженерию? Пояс заселенности продвинется и к Полярному кругу, и за него зайдет. Мы знаем, что в далеком прошлом и Антарктида была покрыта лесами. Пускай и в крайне облегченном варианте — но нечто подобное возможно и на нашем Севере. Люди и здесь смогут осушить образовавшиеся болота, вести хозяйство и жить, перемещаясь между футурополисами в основном по воздуху. И воздушными же судами (гибридными ЛА) возя грузы. В условиях полярного дня мы получим отличные урожаи. А в пору полярных ночей обитатели сих мест могут и на юг отправляться. Хоть на Мальдивы. Был бы у нас хороший воздушный флот! Может, мы еще освоим строительство плавучих городов — чтобы проводить время в теплых морях. Но это отдельная тема…
По разумению Максима Калашникова, легкой жизни не будет. Но испытания — все-таки не смерть. Предки оставили нам неплохие земли. Будто что-то знали, о чем-то догадывались, когда при царях московских шли через Сибирь, а при Сталине — одержимо штурмовали Арктику.
Глобальная ломка климата, голод, войны, жажда, экономические кризисы и этнические чистки, моровые поветрия и психопандемии сметут прежние границы государств. Сметут мусор «национальных государств» — и приведут к новой эре империй. Выстроить свою империю-ковчег, осуществив русские преимущества — вот наша задача…
Стоит ли бояться того, что сотни миллионов обитателей юга Евразии устремятся на Русь, в ее Сибирь, уходя от жажды и голода? Ведь на их пути — расширяющийся пустынный пояс…
По глубокому убеждению Максима Калашникова, песчаное море, переходящее в растрескавшиеся «плитки» такыров и засушливые полупустыни, хранит русских от массового нашествия гостей с Юга. Песчаный «океан», что, соединяясь с Сахарой, покрывает и Синай, и большую часть Ближнего Востока, переходя через пустыню Ирана в барханы Черных и Красных песков (Каракумы и Кызылкумы), в пустыни Афганистана, а от них — к бескрайним просторам Великой Гоби, волей-неволей отсекает наши земли от перенаселенного азиатского ада…
Допустим, что сотням миллионов жителей Бангладеш и Индии, Афпака и Ирана, да и той же Средней Азии, по мере усиливающегося глобального потепления придется спасаться от жажды (нехватки пресной воды) и голода, от засоления почв и их эрозии. В принципе, им надо двигаться на Север.
В южноуральские и сибирские земли. Там можно будет жить и в жарком мире с насыщенным углекислым газом воздухом. Более того, при потеплении в Сибири разрастется лес, ее плодородные житницы станут чертовски привлекательными. И местные большие реки не иссякнут. Как и сокровища сибирских недр.
«…Когда государь прочел поданную ему генералом Кисовым телеграмму, лицо его стало еще мрачнее.
— Итак, — проговорил он, — со вчерашнего дня нет никакого сообщения с великим князем, моим братом?
— Никакого, ваше императорское величество, и я даже опасаюсь, что скоро телеграммы будут доходить только до азиатской границы.
— Послано ли предписание войскам Иркутского, Якутского и Забайкальского округов двинуться к Иркутску?
— Этот приказ был отдан им в последней телеграмме, которую удалось переправить за Байкал.
— Есть ли еще сообщение с Енисейской, Омской, Тобольской губерниями и Семипалатинской областью?
— Точно так, ваше императорское величество, и в настоящее время известно, что бухарцы еще не перешли за Иртыш и за Обь.
— Есть ли известия об изменнике Огареве?
— Никаких, — отвечал генерал Кисов. — Неизвестно, перешел ли он границу или нет.
— Пошлите немедленно секретное предписание искать его в Пермь, Екатеринбург, Касимов, Тюмень, Ишим, Омск, Колывань, Томск и во все телеграфные пункты, сообщение с которыми еще не прервано.
— Приказание вашего императорского величества будет исполнено, — отвечал Кисов…»
Улыбаясь, читаем этот отрывок из романа Жюля Верна «Михаил Строгов» 1876 года. В коем «татары» (узбеки, таджики и киргизы среднеазиатских Хивинского ханства и Бухарского эмирата, надо понимать — с частью туркмен) вторгаются в нашу Сибирь. Уже тогда это было даже не фантастикой, а фэнтези чистой воды. Отряд русских в тысячу штыков мог гонять десятитысячную рать бухарцев.
Ну а теперь представим, что неровный по краям пояс пустынь расширился. И как жителям бедствующей южной Азии достичь спасительных пределов Сибири?
Им потребуется пересечь пески и такыры, где царят зной, ветер и жажда летом. А зимой — лютый холод. При жажде…
А что такое — путь сквозь Каракумы?
Путь через пески крайне опасен. Даже южные степняки, туркмены, крайне уважали кумли — людей песков. Тех, кто умел странствовать по пустыне. Таким искусством обладали (и обладают!) отнюдь не все туркмены. Не сбиться с пути, найти колодцы — дабы не умереть от жажды… Да и вода в таких пустынных криницах подчас смертельно опасна, надо уметь ее очистить. Вспоминаются строки из дневников одного из участников Каракумской экспедиции 1927 года, Абрама Бродского («В центральных Каракумах» — сборник «На суше и на море», 1987 г.). Биологи и почвоведы ушли в песчаное море, в самые гиблые его места.
Как представить себе движение масс переселенцев из Ирана, Индии, Пакистана, Бангладеш, Афганистана, Средней Азии сквозь пояс пустынь Средней Азии и Казахстана? В виде живых «змей». В головах колонн должны идти боевики, дальше — кибитки с женщинами, детьми и стариками. Да-да, на автомобилях двигаться не получится — топлива взять неоткуда. И тут же — первая трудность: где взять столько лошадей и верблюдов. Просто негде.
Вторая трудность — переселенцы, принадлежа к разным верам и языкам, просто примутся нападать друг на друга. Ведь надо бороться за источники воды, еды и горючего. Да и идти сквозь те районы, где есть местные жители, не очень гостеприимно настроенные к пришельцам-переселенцам.
Третья трудность: по пустыне теоретически можно двигаться по линии автотрасс и железных дорог, построенных в основном русскими (и отчасти — уже после 1991 года). Но воды-то там мало! На движение многотысячных масс местные артезианские скважины не рассчитаны. Придется вступать в бои с местным населением, защищающим живоносные скважины и колодцы. При этом при переходе через пустыни большинство таких «людских змей» попросту погибнет.
Даже если представить такое Великое переселение (чисто гипотетически!), то скорее опасность грозит обитателям среднеазиатских оазисов. Например, Ахалтекинского, жмущегося к горному хребту Копет-Даг в Туркмении, Мервского, Ферганской долины. Или жителям относительно богатых пресной водой Таджикистана и Киргизии. Или обитателям речных долин Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи. Сюда из опустынивающегося Афганистана начнут рваться воинственные ираноязычные племена, привычные к кочевому образу жизни (взгляните еще и на Зону племен или линию Дюрана в Пакистане). Под знаменем радикального ислама они могут угрожать светским коррумпированным режимам некогда русской Средней Азии, а в перспективе — и Казахстана. Однако оазисы сии не так уж и велики.
Такую гипотетическую угрозу Великого переселения русские всегда могут парировать, применив разгром движущихся «живых змей» с воздуха, силами и привычных истребителей-бомбардировщиков, и беспилотных ударных систем, и боевых вертолетов. Главное — создать сильный заслон на пути китайской экспансии, что гораздо более реальна.
Поэтому в реальности великий исход из голодных, терзаемых нехваткой пресной воды, теснимых пустынями земель юга Евразии примет формы просачивания, нелегальной миграции. Подобно наплыву беженцев из Сирии в Евросоюз в наши дни. Поток мигрантов — экологических выгонцев направится по более удобному пути: в турецкую Малую Азию. А оттуда всеми правдами и неправдами — в Европу, причем по Средиземному морю тоже. В грядущем мире страданий от зноя, голода и жажды именно моря становятся «мостами» из бедственных регионов в относительно благополучные. Наша Великая Русь в сем мире окажется защищена полосами пустынь и сухопутных неудобий.
В этом — наш великий исторический шанс на превращение в империю-ковчег. Важно его не упустить и не утратить контроль над своей территорией…
— А вы не опасаетесь того, что до того, как наступит рисуемый вами Мегакризис человечества, мир погибнет в Третьей мировой, ядерной войне? — спросит меня дотошный читатель.
Нет, не боюсь я этого. И Третья мировая уже отгрохотала, только многие сего и по сию пору не поняли. Всегда иронически улыбаюсь, когда медиа поднимают суматошные истерики по поводу того, что вот-вот начнется Третья мировая ядерная война. Или что Америка изнывает от желания начать Большую войну. Которая, кстати, тоже перерастет в атомную бойню, что бы нам там ни говорили. Или что Запад нападет на Российскую Федерацию. Простите, это трескотня для наивных.
Нет, друзья, в ближайшие 30 лет нас ожидают совершенно иные войны и вызовы.
По моему глубокому убеждению, единственный реалистический сценарий уничтожения Западом Российской Федерации — это вызвать в ней разрушительную революцию и гражданскую войну. Как в пору 1918–1922 годов. И войти сюда как интервенты. Как это было в ту Гражданскую, когда силы Запада и Японии высаживались в Мурманске, Архангельске, Одессе, в Крыму и Приморье. Только теперь в гораздо более жестком варианте. Но никакого массированного ядерного нападения США или НАТО на нас не ожидаю вовсе. Почему? Потому что до сих пор не преодолен ракетно-ядерный тупик, в который мир забрел более полувека назад…
Сегодня мы живем в эпоху уже третьего кризиса современного военного искусства. Он до сих пор не преодолен — и потому лично я не опасаюсь страшной всеохватной ядерной войны между сверхдержавами. Ни между РФ и США, ни между США и Китаем, ни Российской Федерации с КНР.
Первый кризис современного искусства наступил в середине XIX столетия. Когда появились винтовки — нарезные ружья, штуцеры. Бившие намного дальше тогдашних гладкоствольных пушек. Они-то нарезными стать еще не успели! Веками артиллерия служила главной силой на поле боя, Наполеон громил колонны вражеских войск залпами стопушечных батарей. Картечь, визжа, сметала наступающие колонны пехоты и рассеивала конницу. Но ко времени Крымской войны 1853–1856 годов оказалось, что штуцеры-винтовки бьют вдвое дальше полета картечи и намного дальше, чем пушки стреляют ядрами, гранатами и бомбами. Стрелки издали выбивали орудийные расчеты, парализуя артиллерию. Да и старые боевые построения, плотные колонны и шеренги, просто расстреливались с большой дистанции.
Однако сей первый кризис удалось довольно быстро преодолеть. Пушки тоже стали нарезными и дальнобойными, появились шрапнель и осколочно-фугасные снаряды, а войска перешли к действиям в рассыпном строю и редких стрелковых цепях. Благо и винтовки стали казно- и многозарядными.
Второй кризис разразился в 1914 году. Пулеметы и скорострельные пушки, колючая проволока и окопы загнали боевые действия в тупик позиционной войны. Попытки сухопутных сил наступать превращались в кровавые массовые бойни, оборона стала сильнее натиска. Выходом из тупика стало появление в 1916 году танков и штурмовых групп, а потом — и пикирующих бомбардировщиков. 1939–1940 годы и успехи немецкого блицкрига, равно как и разгром русскими японцев на Халхин-Голе, показали, что кризис позиционного тупика стал достоянием истории.
Но очень быстро наступил третий кризис современного военного искусства. Ракетно-ядерный. «Правильная», полномасштабная, классически-горячая война между крупнейшими силами мировой политики стала бессмысленной и невозможной. После обмена ударами даже не несколькими тысячами, а даже несколькими сотнями ядерных (а тем паче термоядерных) боеголовок человеческая цивилизация прекратит свое существование. Даже если из-за огромных пожаров не наступит глобального многолетнего похолодания (ядерной зимы), то высотные ветры и струйные атмосферные течения разнесут радиоактивные облака буквально повсеместно. А от хаоса и дезорганизации, что неизбежно наступят, погибнут миллиарды людей. И от лучевой болезни получатся гекатомбы. А дальше — голод, резня, эпидемии, непредсказуемые мутации. В такой войне победителя, получающего выгодный себе миропорядок, не выходило ну никак! И до сих пор не выходит.
Оказалось, что с развитием средств раннего предупреждения, систем управления ракетно-ядерными войсками и подвижных средств запуска баллистических ракет, появлением метких разделяющихся боеголовок и крылатых ракет невозможно обезоружить противника внезапным упреждающим ракетно-ядерным ударом. Все равно противник засечет массовый пуск ракет и успеет ответить — встречным ударом. Да и если грохнуть тысячью боезарядов по позициям стратегических сил другой державы — все равно радиационное заражение планеты окажется роковым. Поэтому уже к 1970 году стало ясно, что надежды на упреждающий удар нет никакой. Даже у китайцев что-то уцелеет в скальных убежищах и горных туннелях — и их ракеты потом прилетят в цель. Да так, что мало не покажется.
В реальности-то последней возможностью провести ограниченную ядерную войну между нами и США было окно 1959–1962 годов. Тогда американские СЯС еще не прятались в шахтах и бункерах, не имелось спутниковых систем раннего обнаружения ракетной атаки, а СССР обладал всего несколькими ракетами Р-7, способными достичь Америки. И стояли они на открытых площадках в Плесецке и на Байконуре, и готовить их к старту приходилось сутками. Большинство бомбардировщиков Ту-95 с ядерными бомбами было бы уничтожено еще над Канадой и Аляской. То же самое ждало и советские подлодки, которые несли ничтожное число ракет средней дальности. Ведь для их запуска тогда приходилось всплывать, что резко повышало уязвимость субмарин.
Тогда можно было быстрым ударом снести неприятельские СЯС, однако на такое не пошли ни Вашингтон, ни Москва. Теперь же эти времена ушли безвозвратно. В нынешней реальности США не решаются начать полноценной войны ни с Ираном, пока не имеющим ядерного оружия, ни с КНДР, чей ракетно-ядерный потенциал — всего один процент от российского. В реальности Индия с Пакистаном боятся развязать ядерную войну друг с другом, прекрасно понимая, что они и друг друга как организованные страны разнесут на клочки, и потом принудительному разоружению подвергнутся. В этом мире любое крупное неядерное столкновение между США, КНР и РФ неминуемо выльется в обмен ударами оружием массового поражения.
Рухнула надежда уничтожить РФ как ядерное великое государство после гибели СССР в 1991-м. Хотя расчет на то, что унаследованные от Советского Союза стратегические арсеналы подвергнутся деградации; на то, что Российская Федерация превратится в нищего «ядерного карлика» с ничтожным стратегическим потенциалом, у Запада явно имелся. И тут даже ярые противники нынешней власти вынуждены признать: команде Путина удалось сохранить ядерную мощь самого большого обломка СССР и начать серийное производство новых МБР. Сам же Запад с 1991 года так и не сумел создать средства молниеносного уничтожения русских ракет на земле и на взлете, равно как и полномасштабной, «непробиваемой» противоракетной обороны Североамериканского континента и Европы.
Даже хваленые крылатые ракеты не смогли стать гарантированным средством для обезоруживающего и обезглавливающего удара. Почему?
Низколетящие крылатые ракеты слишком медленны, чтобы стать оружием первого обезоруживающего удара: на их массовый запуск по целям хоть на нашей, хоть на западной территориях противники успевают среагировать и ответить, пока идущие на бреющем «крылатки» будут часами плестись к целям со скоростью коммерческого авиалайнера. А если применять гиперзвуковые КР, то им-то придется лететь с околокосмической скоростью в верхних слоях атмосферы. Да еще и медленнее, чем баллистические ракеты.
Неужели мы настолько наивны, чтобы думать, что в РФ (или в США) не заметят массового запуска и полета гиперзвуковиков и не успеют ответить атакой старых добрых баллистических межконтинентальных снарядов? И спутниковые, и наземно-радарные системы предупреждения о ракетно-ядерном нападении засекут сотни высотных гиперзвуковых целей — и нападающий получит смертельный контрудар! Ведь, напомню, гиперзвуковые крылатые ракеты не могут лететь низко — они попросту расплавятся в нижних слоях атмосферы (в тропосфере) из-за перегрева. Сопротивления воздуха еще никто не отменял, чай, не на Луне и даже не на Марсе живем. Да и не так скоры новомодные гиперзвуковики, как старые баллистические ракеты.
Итак, скорость гиперзвуковой ракеты «Циркон» (РФ) — 9 тысяч километров в час. Или 2,5 километров в секунду.
Старая американская ракета «Минитмэн» идет к цели со скоростью в 6,7 километров в секунду.
«Тополь-М» — 7,9 километров в секунду.
Старая советская «Сатана» («Воевода») разгоняет свои боеголовки до 7,3 километров в секунду.
То бишь баллистические ракеты быстрее гиперзвуковиков почти троекратно. Так что и здесь — никакого выхода из Третьего кризиса военного дела в наши дни. Не выходит чудо-оружия из «крылаток», даже гиперзвуковых…
На все это наложилось «снижение болевого порога» на Западе. Он панически боится любых больших людских потерь. Против большой атомной войны играет нарастающий страх смерти. Угроза потерять от ядерных ударов даже два-три мегаполиса в США повергает янки в шок. Мы знаем это по истории Карибского кризиса 1962 года. Тогда американцы не решились начать войны, хотя превосходили СССР по средствам ядерного нападения в десятки раз. С тех пор боязнь перед массовыми жертвами в Соединенных Штатах стала еще больше, не говоря уж о Европе. Катастрофическое, жестокое уничтожение даже нескольких крупнейших городов Америки способно привести к развалу их государственной системы и неописуемому экономическому кризису. Смешны бредовые рассуждения тех «профессоров кислых щей» о том, что тайные хозяева Соединенных Штатов, все эти мастера великих лож и крупные финансисты якобы настолько одержимы стремлением к власти над миром, что, мол, готовы принести в жертву часть населения Заатлантической республики.
Правда? Хочется спросить у этих горе-аналитиков и шарлатанов: а вы всерьез считаете, будто ротшильды-рокфеллеры так хотят потом десятилетиями сидеть в подземных убежищах? Ведь превентивный ядерный удар по РФ все равно не предотвращает ответно-встречного массового контрудара русских СЯС. Даже если допустить, что американская ПРО способна сбить при отражении массированной ракетной атаки 200 боеголовок (допущение фантастическое), то и в таком случае на долю американцев придутся сотни пропущенных русских ударов в сотни килотонн каждый. После чего и США прекратят существование как организованная сила, в них воцарятся радиационный кошмар и ад социально-экономического хаоса. Да, если всесильные ротшильды-рокфеллеры, которые в нашей шизофренической конспироложской пропаганде все более приобретают черты средневековых дьяволов, и решатся на ядерное нападение на РФ, то придется им одновременно бить и по Китаю. Ведь в послеапокалиптическом мире, после обмена ударами оружием массового уничтожения между США и РФ, Китай, сохранив нетронутым свой промышленный потенциал, вооруженные силы и изрядную долю населения, просто превратится во властелина мира. Коему никакие американские финансисты, никакие ротшильды с рокфеллерами, не нужны совершенно. Ни в каком качестве. А если бить упреждающе и по КНР, и по нам, то хозяева США, рвущиеся к мировому господству, получат радиоактивный, сошедший с ума мир.
В этом апокалипсисе по Иерониму Босху, в сем кошмаре наяву исчезнут все те рычаги, коими сегодня западная финансовая закулиса хоть как-то управляет событиями на планете. Исчезнут Федеральная резервная система, доллары превратятся в ничто (как и евро, впрочем). Фондовые биржи в Нью-Йорке, Лондоне, в Германии, Японии и Китае умрут. Никому не нужными станут и Голливуд, и глобальные телевизионно-информационные сети. Исчезнут прежние туземно-периферийные «элиты», на корню скупленные Западом. Как вы думаете, а нужно ли ротшильдам, рокфеллерам и прочим финансовым тузам Запада очутиться в послевоенном кошмаре, где они — никто, где появились совсем другие сильные мира сего? Где прежних столпов общества ненавидят за учиненную ядерную преисподнюю и готовы жечь заживо, если поймают? Ведь поднимутся новые «послеядерные» жестокие религии. И при этом еще придется долгие-долгие годы чахнуть в подземельях, убегая от мира, полного смрада разлагающихся трупов людей и животных, засыпаемого радиоактивным пеплом, который будет «фонить» десятилетиями! Кому нужны волны безжизненных морей, где исчез планктон — основа всего живого в мировом океане? А представить себе представителей каких-нибудь мультимиллиардеров рокфеллеров в кабине трактора, засевающих поля семенами из генетического хранилища в Свальбарде, простите, не могу. От смеха под стол падаю.
Существует неразрешимая проблема ядерного оружия как такового: оно крайне грязно и способно убивать все живое даже долгие годы спустя после своего применения. Радиационное заражение обширных земель и огромных акваторий Земли — штука кошмарная. Альтернативой могло бы стать иное, «чистое» оружие массового уничтожения, например, с гипотетическим антивеществом в роли разрывных зарядов. Но пока что это — дело крайне далекого будущего и вопрос непомерных расходов на эпохальный прорыв в физике.
В общем, посылаем всяких конспироведов-шарлатанов куда подальше и мыслим логически-рационально. Нет, друзья, не нужно бояться сегодня мифической тотальной ядерной войны. Самая серьезная угроза безопасности РФ сейчас — именно внутренний экономический и социально-политический взрыв из-за вырождения власти. После чего сюда, на территорию без власти и порядка, могут войти иностранные войска. Третий кризис современного военного искусства дарит нам достаточно долгую отсрочку.
Покуда главные игроки мировой политики могут уничтожить друг друга ответно-встречными ударами оружия массового уничтожения, а обезоруживающие удары невозможны, нам не угрожает тотальный апокалипсис. И большие войны между ведущими державами перешли в разряд фантастики. Таковы последствия Третьего кризиса современного военного дела, ракетно-ядерного тупика. Он длится более полувека и как его преодолеть — пока не знает никто. Сие касается и ПРО — противоракетной обороны.
Попытку преодолеть ядерно-ракетный кризис военного искусства в 1983 году предпринял американский президент Рональд Рейган, объявивший программу создания наземно-космической ПРО, так называемую Стратегическую оборонную инициативу. Или «Звездные войны». Дескать, сможем прикрыть невидимым «куполом» Америку — и сможем угрожать русским (и всем прочим) безнаказанными ядерными ударами. Ибо все ваши попытки стрелять по Соединенным Штатам окажутся отраженными: боеголовки ваши собьют либо в космосе, либо на подлете.
С тех пор скоро минет 40 лет, а Рейганова противоракетная мечта так же далека от воплощения, как и в 1983-м. Оказалось, что создание СОИ даже сегодня, несмотря на огромный прогресс в микроэлектронике, технологиях и искусственном интеллекте, требует таких архизатрат, что разорят даже богатейшие США. Необходимо развернуть несколько боевых платформ на геостационарных орбитах, настоящих космических боевых крепостей, способных наносить удары по наземным, воздушным и космическим целям пучками направленной энергии. Прикрыть эти геостационарные крепости спутниками-защитниками. Но и этого мало — нужно буквально насытить средние орбиты стаями спутников заатмосферного перехвата ракет и их боеголовок, держать в воздухе сотни боевых беспилотников-дронов, развертывая в США множество наземных комплексов ПРО типа «Иджис». Ведь пока такие системы перехватывают боеголовки на подлете к защищаемой цели, а не ракеты на взлете. А к этому нужны тысячи боевых лазеров (летающих на тяжелых самолетах и стационарных) и установок направленного СВЧ-излучения. Неплохо еще держать на орбитах целые эскадрильи многоразовых космических штурмовиков с самолетной посадкой, оснастив их системами выцеливания подвижных и стационарных пусковых платформ баллистических и гиперзвуковых крылатых ракет, которые нужно уничтожать ударами из космоса, не дав им выпустить своих «птичек». А еще неплохо создать сверхмощный гамма-лазер (святой Грааль физиков), чтобы разить цели на Земле с орбиты.
Вы представляете себе, каких колоссальных экономических усилий потребует создание подобной мегасистемы? Сколько на это потребуется десятилетий, напряженнейшей работы ученых, конструкторов и самой высокотехнологичной промышленности? К мегакризису середины века сего такого не успеют сделать ни Америка, ни Китай, ни кто-либо еще, создай они для этого совместные программы с Японией, Южной Кореей и европейцами. Да и то — средства подвижности и маскировки баллистических ракет, набор их ложных целей и постановщиков помех, вывод в космос относительно дешевых спутников — истребителей аппаратов ПРО — способны обесценить все эти титанические труды. Даже просто высотные ядерные взрывы с их мощнейшими электромагнитными импульсами в силах нарушить работу орбитального эшелона ПРО.
По нашему разумению, создаваемые крупнейшими мировыми державами системы противоракетной обороны рассчитаны на отражение атак всякой ракетно-ядерной шпаны, новых ракетно-атомных стран, способных наносить удары десятком-другим баллистических ракет. Эта ПРО рассчитана на противников уровня КНДР, Ирана, Индии и Пакистана, Израиля. Или нацелена против гипотетических ракетных группировок Японии, Германии, Бразилии, Саудовской Аравии, Турции — если они возникнут. Но это, как вы понимаете, отнюдь не выход из главного кризиса классического военного искусства. Все равно война между ядерными гигантами (США, РФ и КНР) остается бессмысленным самоубийством и концом нынешней цивилизации. Потому (и мы видим это уже сейчас) и США, и РФ, и КНР всячески уклоняются от возникновения конфликтов, способных развязать большую ядерную войну. Пропаганда может трубить обо всем, что угодно, но в Сирии Трамп провел очень дозированную атаку «томагавками», всячески избегая ударов по базам РФ и ударяя лишь по сирийскому старью. Да и масштабы ударов американскими крылатыми ракетами в Сирии просто смехотворны перед действительно массированными налетами КР на Ирак в 1991, 1998 и 2003 годах, на Югославию в 1999-м. Такое впечатление, что американцы просто делали вид, обеспечивая плотность атакующих волн настолько низкую, чтобы с ней могла бы справляться ПВО Сирии. Можно побиться об заклад, что и в случае возможных ударов по Венесуэле янки тщательно обогнут российские объекты.
Точно так же и в случае с Америкой и Китаем. Они могут громыхать пропагандистскими барабанами, оглашать мир воинственными кличами и плясать боевые танцы — но в жизни они всячески избегают положений, где могут столкнуться их военно-морские силы. Американцы даже в противостоянии с микроядерной КНДР не решаются на удары по ней. Ибо потерять всего один мегаполис американцам очень страшно.
Да и малые ядерные страны пока что опасаются применять оружие массового поражения первыми. Они-то прекрасно сознают, что если они это сделают, причем первыми с 1945 (!) года, то их после примется растирать в порошок весь мир. При этом усилия объединят и янки, и русские, и китайцы, не говоря уж о других. Представить себе, что Ким Чен Ир (или его аналоги) первыми, без прямой агрессии великих держав запустят ракеты с ядерной начинкой по этим державам, — это что-то из разряда ненаучной фантастики, фэнтези. Это надо, чтобы США, к примеру, начали бы полномасштабные неядерные боевые действия против КНДР или, например, Индии, Пакистана… Однако ни американцы сами, ни блок НАТО на такое не идут. Они нападают лишь на малые неядерные страны. Уже с Ираном они на войну не идут, хотя тот — пока лишь ракетное, но не ядерное государство. Если и возможно применение ядерного оружия в надвигающемся глобальном шторме, то это будет один атомный карлик — против другого. Ну, Пакистан и Индия могут обменяться несколькими ядерными ударами. Сие неприятно, но гибели мира не вызовет. Равно как и мирового атомного апокалипсиса. Наоборот, все мировые игроки начнут принуждать обоих драчунов к миру.
Лишь распад мировых держав, коим опасен комбинированный системный кризис середины века (ведьмина смесь экономического, технологического, психологического, демографического, экологического, земельного и водного), может снять узду с «ядерной мелочи». Тогда, в пору всеобщего помешательства ограниченные ядерные удары могут стать страшной реальностью. Например, на Индостанском полуострове или Ближнем Востоке. Но до критического рубежа есть еще время…
Таким образом, покамест выхода из Третьего кризиса современного военного искусства не найдено. Поэтому классические, «горячие» мировые войны сегодня практически невозможны.
Однако современная наша пропаганда с остервенением бомбардирует нас «утками» (фейками) о скорой ядерной войне. Не замечая того, что частое паникование по сему поводу уже приелось. Восприятие таких «сенсаций»-страшилок давно притупилось и никак не сплачивает электорат вокруг власти и не отвлекает его от насущных проблем. Думаю, что «военно-ядерные» страшилки теперь просто пропускают мимо глаз и ушей. Отмечу только явную деградацию нынешней пропаганды по сравнению с советской. В моей юности СССР не уставал повторять, что никакой «ограниченной ядерной войны» быть не может, что ядерно-ракетная война неминуемо станет концом человечества. Теперешняя пропаганда тут скатилась на уровень американского агитпропа начала 1950-х. Закономерно потерпев крах.
Когда читаешь «высокоумные» рассуждения о том, какой из флотов — китайский или американский? — выйдет победителем в возможном столкновении в Тихом океане, просто смеешься. Да первое, к чему потянется проигрывающий, будет «ядерная кнопка»! Из того же разряда и лясы о том, что российские фрегаты способны драться с крейсерами типа «Тикондерога». В реальности этих боев не случится — по описанной выше причине.
Чтобы вступить в прямое военное столкновение с силами Соединенных Штатов, необходимо обладать решительностью и отвагой на порядок больше тех, что требовались для введения войск в Донбасс и Причерноморье ранней весной 2014 года. Тогда, когда можно было в зародыше пресечь многолетнюю войну и навсегда решить «украинский вопрос». Читатель потому сам может сделать вывод о том, чего стоят все эти статьи об угрозе нашествия армии РФ на Европу, высадок наших войск в Швеции или морского (воздушного, сухопутного) столкновения с американцами.
Но трубадуры агитпропа упорно вещают о грозящей Третьей мировой и некоей Большой войне, что, дескать, где-то рядом. Однако она уже давно закончилась — в 1991-м. Ибо была Холодной. Они небрежно глаголят о том, что США вот-вот начнут новую глобальную войну, как будто не знают о ракетно-ядерном вооружении и о том, что такая война станет самоубийством самой Америки. Такое впечатление, что сейчас на дворе — 1939-й и ничего мощнее, чем «летающая крепость» (или «Юнкерс») с тротиловыми бомбами (варианты: танк, дредноут) в мире нет. Крики о «мировой войне завтра» рассчитаны на совсем уж непритязательные умы пенсионерок, которые сообщений в Интернете не читают. Все это рассчитано на тех, кто понятия не имеет о поражающих факторах ядерных взрывов, радиационном заражении и «ядерной зиме» в случае быстрого обмена сотнями ядерных ударов между США и РФ (США и КНР). Как и понятия о том, что ни у кого на свете нет национальных систем ПРО — противоракетной обороны, способной прикрыть территории своих стран от налета нескольких десятков (даже не сотен!) МБР.
Тупик-то военного дела — вот он, выхода из него еще не создали.
Значит ли все сказанное, что нужно отказаться от ракетно-ядерного арсенала и высокотехнологичных вооруженных сил? Нет, конечно. Просто надо понимать, что они — именно сдерживающий фактор и положение на новом этапе повторяет историю Первой Холодной войны. Есть облаченные в латы гиганты, держащие друг друга на прицеле своих штурмовых винтовок. Тогда — США и СССР, сейчас — Америка, КНР и РФ. Каждый знает — стрелять первым бессмысленно и самоубийственно, мишень успеет застрелить и тебя самого. Поэтому войны становятся периферийными, локальными. Именно на пограничьях и окраинных ставленники тех или иных держав (прокси) ведут бои друг с другом. Причем отнюдь не самым современным оружием. И в этих сумеречных зонах орудуют частные военные компании — наемники — из великих держав.
А вот войны на настоящее сокрушение великодержавных противников перешли в другую сферу: работу на взрыв страны-мишени изнутри. Истощить неприятеля, вызвать обострение внутренних общественных болезней. Вызвать в атакуемой стране социально-экономический крах, многовластие, смуту и гражданскую войну. А потом — войти на территорию расколотого противника как интервенты. По приглашению одного из «правительств». А то и без оного. Вот просто пользуясь хаосом и безвластием у того, кто еще вчера угрожал тебе остриями грозных ракет. В этом нет ничего нового: именно так уничтожали Российскую империю в Первую мировую и СССР в 1991 году. Или почти так: все-таки после взрыва Советского Союза сюда контингенты НАТО так и не вошли. Хотя в 90-е и строили подобные планы. Мировые войны стали холодными, «невоенными», но слишком многие упорно отказываются это понимать. Зря: наш противник действительно нашел способ стратегического уничтожения соперников, причем без риска схлопотать ядерно-ракетный ответ и получить радиационное заражение Земли.
Осознание этой новой реальности потребует от РФ больших изменений и во внешней, и во внутренней политике, и в экономическом курсе. Иначе ей просто не выжить в новой Холодной войне и надвигающемся глобальном кризисе. В такой вот «негорячей» (и внешне совсем «невоенной»), но поистине тотальной Войне важны не только военные арсеналы. Не только твои ракеты-пушки-танки. Тут все зависит от того, насколько развито твое народное хозяйство. Насколько у тебя современная и наукоемкая промышленность, умное и высокоточное сельское хозяйство. В такой тотальной «негорячей» войне важнейшими факторами победы становится то, насколько зажиточен и доволен жизнью твой народ? Строится ли у тебя много новых дорог? Есть ли у тебя нормальные суды, справедливые и состязательные? Какого качества твоя элита — и является ли она элитой, а не просто богатой шпаной при власти? Насколько хороша твоя государственная организация, не проедена ли она самодурством и коррупцией? И есть ли у тебя самого образ будущего, к коему должна идти страна? Готов ли ты и к «горячим» войнам сей эпохи, но не выдуманным пропагандой, а реальным?
Думаю, что каждый в сем свете может оценить шансы нынешней Российской Федерации и в нынешней Второй Холодной, и в идущем мировом шторме.
Но прежде чем закрыть тему, нанесем на картину завершающие мазки. Ведь впервые за тысячи лет человеческой истории мы оказались в мире, где воевать — смертельно опасно. И где уже невозможно, как встарь, сбросить внутренние напряжения во внешнюю войну. Превратить, так сказать, возможную революцию и гражданскую войну в войну завоевательную и «патриотическую».
Еще недавно верхи, столкнувшись с ростом недовольства низов и завалив управление своими странами, могли разрядить все это в «маленькую победоносную войну», послав пролетариев и крестьян на фронт. В определенный момент, в начале ХХ века, война превратилась в мировую. И с 1914 по 1945 год — пускай и с перерывом — десятки миллионов простых людей устилали своими телами поля сражений в Европе, России и Азии. Тонули в кораблях и подводных лодках от Северного Ледовитого океана до Антарктики. Вели грандиозные воздушно-морские битвы на Тихом океане. В пламени, пыли и грохоте сходились танковые лавины. Воздушные флоты налетали грозными потоками, обращая целые города в пылающие руины…
Но в 1945–1957 годах в руках владык мира оказалось сперва атомное, а затем и дальнобойное ракетное оружие. Мировые войны в их привычно-горячем виде стали невозможными. Даже просто большие локальные войны типа Семилетней. Оружие массового поражения оказалось коварным даром для правящих верхушек. Теперь невозможно разрядить накопившееся в обществах напряжение в многолетние организованные бойни с фронтами от моря до моря, невозможно сжечь потенциальных смутьянов в самоубийственных атаках. Уже нельзя переводить экономики в военно-мобилизационный режим, закрывая тем самым свои грехи и преступления — и пожинать на этом огромные барыши.
Кроме того, Станислав Лем еще в 1968 году высказал мудрую мысль: атомное оружие возникло на Земле преждевременно и закрепило разделение человечества. То есть в ходе мировой борьбы сперва должен был возникнуть единственный мировой гегемон. Это было не так уж и несбыточно в середине ХХ века. В самом деле, расправься Германия с нами в 1941-м, она получала под контроль всю Европу. Англия становилась на колени. Большинство территорий в Африке и Азии были бы колониями тех стран, что завоевал Гитлер (или же сделал бы своими младшими союзниками, как британцев после сокрушения СССР). Оставалось додавить потом Соединенные Штаты, что тоже было делом вполне реальным, особенно в союзе с Японией. Ну а дальше вполне можно было разобраться и с Японией: Германия тоже шла прямиком к созданию и А-бомбы, и тяжеловодного ядерного реактора. Вот тогда получался мировой гегемон, и ядерное оружие не разделяло бы мир на разные блоки и империи.
Но вышло иначе. И мир подвергся разделению, и останется таковым к рубежу всемирного кризиса середины века сего. Причем в сочетании с тем, что правящие «элиты» везде вызывают ненависть низов. Везде они погрязли в коррупции и цинизме, везде ведут себя по-хамски и презирают народ, везде так или иначе довели свои страны до опасных кризисов. Везде их мечтают… того. При этом возможность разрядить все это в большую войну исчезла. Благодаря ядерному оружию. Поэтому мир вступил в некий аналог кануна мирового цунами революций, бунтов и смут. Причем почти повсеместно. Планета превращается в совокупность перегретых паровых котлов, готовых взрываться. На все это накладывается грядущий Суперкризис, когда все сольется в один разрушительный поток… Тут уж новыми темными веками в воздухе запахло.
Вот тут для Российской Федерации кроются не только великие опасности, но и великие возможности. Но об этом — позже.
— Но ведь если начнется разрушение и нынешних больших ядерных держав, то и их ядерные запасы оружия могут попасть в руки черт знает кого! — скажет иной читатель. И в самом деле, даже сейчас видно: если, скажем, Великобритания развалится на Шотландию и огрызок Объединенного королевства, то все 200 ядерных боезарядов могут оказаться в руках торжествующих скоттов. База атомарин в Фаслейне и арсенал боеголовок в Кулпорте — это окрестности Глазго. Не факт, что шотландцы отдадут сие оружие, если станут независимыми.
Однако это — все-таки мягкий вариант, Шотландия — страна европейская и цивилизованная. Но все может быть гораздо хуже, если Мегакризис, грянув в середине века, сломает Китай, склонный к разрушительным восстаниям (крестьянским войнам) и периодическим развалам. Или если РФ повторит судьбу первого Советского Союза. Впрочем, и распад США весьма неприятен, если брать судьбу запасов оружия массового поражения. Скажу так: развитие Мегакризиса может привести к самым неожиданным и трагическим последствиям. Вполне возможно, более прочным странам в мировом шторме придется строить планы быстрого изъятия ядерных боезарядов у тех государств, что примутся трещать по всем швам.
Мир разбушевавшегося Мегакризиса может быть совершенно фантасмагорическим. В малоудачном романе Кристофера Приста «Сближение» (2013) изображен мир глобального потепления и всеобщих распадов. В кошмарной реальности на английских островах возникла ИРВБ — Исламская республика Великобритания. Из-за потепления Мирового океана зона тайфунов сдвинулась далеко на север, отчего ураганные ветры избивают ИРВБ, выкорчевывая с корнем целые леса, вынуждая передвигаться по стране в тяжелых броневиках-«мешберах».
Изможденные жаркими суховеями просторы турецкой Анатолии. Бесплодные склоны гор и холмов, пересохшие озера и реки. Почерневшие поля и сгоревшие леса в южной Франции. Следы разрушительных бурь, приводивших к ливневым паводкам и грязевым оползням. Половина Европы превратилась в необитаемую зону, люди жмутся к сузившимся и извилистым полоскам пригодной для жизни суши в Северном и Южном полушариях. Путешествия почти прекратились — все силы уходят на борьбу за выживание.
Фантастика? Но в начале 2020-го, когда пишутся эти строки, Москва испытывает рекордно теплую и бесснежную зиму. А на юго-востоке Австралии, в Новом Уэльсе, бушуют страшные лесные пожары. Пропитанные эфирными маслами, вспыхивают, словно бенгальские свечи, стройные эвкалипты. Число погибших животных идет на полмиллиарда. Удушливые шлейфы дыма тянутся к Тасмании и Новой Зеландии. Ледники последней из белоснежных стали карамельными от частиц дыма. А до этого горели леса Амазонии…
Однако в этой главе мы ведем речь о времени ДО того, как разразится Кризис Кризисов. До этого опасности всемирной ядерно-ракетной схватки не вижу. Более того, военная истерия становится частью стратегии сокрушения хлипкой РФ…
Какое «невоенное» оружие умеет применять наш враг и в Первой, и во Второй Холодных войнах? Сбивание противника на путь «аутоиммунной катастрофы».
Что это такое? При аутоиммунных заболеваниях защитная система организма ошибочно решает, будто тело атакует какая-то болезнь. Иммунитет включается на всю мощь — и принимается разрушать собственный организм. Нечто подобное любят устраивать нам и американцы. Что нужно сделать? Вынудить русских (или кого-то другого) жить так, будто завтра — война. Держать их в таком напряжении долгие годы, вынуждая как можно больше средств бросать на армию и вооружения. А горячей схватки все нет и нет. В итоге страна-жертва десятилетиями тратит ресурсы на оборону, а не на свое развитие. В случае с Советским Союзом мы слишком хорошо помним, как это происходило.
СССР тратил на оборону все самое лучшее. Иногда создавалось впечатление, будто он готовится сразу к двум войнам в параллельных реальностях. С одной стороны, это скоротечная ракетно-ядерная война с Америкой и блоком НАТО. С другой, предполагалась еще одна война, вроде бы тоже с Западом. Но больше похожая на 1941–1945 годы. Когда почти вся экономика переводится на военные рельсы, когда мирные заводы принимаются в три смены гнать военную продукцию, а где-то на фронтах идут ожесточенные бои с огромным расходом боеприпасов, техники, горючего. И как бы нет при этом атомных ударов, которые к черту покончат и с энергетикой, и с транспортной системой. Советский Союз держал на предприятиях изрядные мобилизационные мощности, накапливал материальные резервы и держал тысячи паровозов. Мое поколение видело их на запасных путях еще в 1980-е. Сколько я себя помнил — и до конца 1980-х СССР готовился сразу к обеим войнам, при этом тратя изрядно на противостояние с Китаем и войну в Афганистане.
И все это происходило параллельно с тем, что в стране становилось все больше разбитых шоссейных дорог. Нарастал дефицит товаров. Наши города становились все более серыми и запущенными, подъезды домов наших загаживались. Помните сожженные кнопки лифтов? Недавно посмотрел оперативную съемку КГБ в Ленинграде — слежку за американцем. Меня поразила запущенность города и жуткие выбоины на щербатом асфальте. Люди буквально сходили с ума от дефицита, что начал все более яриться с 1974 года. Народ откровенно спивался, первые талоны на продовольствие появились не при Горбачеве, а при Брежневе, хотя лишь местами. В 1978 году — это Мурманск и Свердловск. В глубинке РСФСР (будущей РФ) в магазинах лежали килька в томате, серые макароны да молочные продукты. И то не все. За вареной колбасой очереди стояли в 1970-х еще. В СССР, если вы жили не в Москве, Ленинграде-Питере и не в закрытых городах, вы годами могли не видеть на прилавках твердых сыров, наборов шоколадных конфет, мяса и мясных консервов. Описывать все это можно до бесконечности. Да, в магазинах были своя бытовая техника и море домашней электроники своего производства, часов и оптики — до горбачевского развала потребительского рынка. Но зато нам все время говорили, что надо крепить оборону.
Символом времени стал советский морской офицер, который в Польше в 1981-м закупал охапками лифчики для жены. Потому что в СССР они были дефицитом. То было так унизительно: сойти на берег с могучего крейсера, насыщенного русской электроникой и самой сложной техникой, — и кинуться в польские магазины. За самым элементарным. Достаточно полистать подшивки сатирического журнала «Крокодил» 1970–1980-х годов, чтобы увидеть, как дефицит вел натиск буквально по всем фронтам. То автопокрышки не купишь, то батареек нет, то гречки…
В итоге граждане СССР просто рехнулись, обезумели от дефицита, что терзал их десятилетиями. И пошли за теми силами, что разрушили и их страну, да и жизни десятков миллионов людей. Еще в начале 1980-х американская пресса называла Вооруженные силы Советского Союза трехсоткилограммовой гориллой, на которую напасть отважится лишь полный безумец. Американцы даже писали, что боятся нас, ибо, мол, в СССР пришли к власти (дело было в 1985-м) люди, которые не воевали в 1941–1945 годах, крови не видели и потому, дескать, могут развязать горячую войну с Западом.
Но этого не случилось! Просто тыл русско-советского военного Кинг-Конга обрушился. Накопив громадные арсеналы самого современного оружия, СССР сперва согнулся от страшных болевых схваток, а потом и разрушился. Люди проклинали и военных, и оборонную промышленность, чему автор сих строк — самовидец. Именно так и сработала «аутоиммунная катастрофа». Годами советским людям твердили о том, что Большая война вот-вот может грянуть и надо думать не о своем чреве, а об обороне. Но война все не начиналась, хотя одно поколение сменяло другое. Власть говорила, что надо жить отложенным будущим, что дальше наступит процветание. Но с середины 70-х становилось не лучше, а все хуже. Нет, никто не голодал, и все вокруг работало, и социальная защита была ого-го… Только люди сатанели от того, что невозможно было купить то того, то этого. В итоге — взрыв страны изнутри…
Сегодня враг применяет тот же самый механизм против РФ во Второй Холодной войне, что разразилась с 2014 года. Снова нам говорят об опасности Большой войны, опять страна вкладывает огромные ресурсы в вооружения. Да, дефицита и очередей за самыми элементарными товарами нет, но зато есть зеркальный вариант: народ нищает. Вокруг — полные прилавки, но денег нет на все это. Пошло обнищание масс. Если в СССР верхушка мечтала договориться с Западом и приватизировать общенародную собственность, то теперь все уж приватизировано и надежд на доброжелательность Края Заходящего Солнца не осталось. Но зато есть другие факторы: дети и богатства «элиты» — на Западе. Страшно лишиться награбленного/вывезенного за кордон и возвращать отпрысков в неуютную РФ. Да и богатства сюда переводить невыгодно: деньги-то при нынешнем экономическом курсе вкладывать в РФ нерентабельно. А то, что вернешь, могут отобрать силовики-рейдеры. Многим в верхушке неуютно, многим хочется договориться с Западом даже ценой разоружения РФ и ее конфедерализации. Так что положение-то опасное сложилось.
Есть еще неприятная разница. Дело в том, что в Советском Союзе все оборонные предприятия задолго до Горбачева имели и гражданскую часть производства. Они делали не одно лишь оружие, а без устали гнали тракторы, мотоциклы, велосипеды, стиральные машины и бытовую электронику, телевизоры, автомашины, медицинское оборудование и так далее. ВПК СССР был «двуногим». Он получал доходы с потребительского рынка. И, как бы ни честили конверсию при Горби, она к началу 90-х была готова дать стране массу архисовременных изделий. Это были и аппараты «искусственная почка», и бытовая техника, и отличное оборудование для пищевой промышленности, и даже суперавтомобиль «Истра», который конструировали инженеры атомной и авиастроительной отраслей. Всего и не перечислишь. Увы, все это попало под обвал СССР и так и не вышло на рынок…
В том подъеме военно-промышленного комплекса, что начался в РФ примерно с 2007 года, кроется смертельный порок: у «оборонки» ныне нет гражданской части. Второй «ноги». А экономика Российской Федерации остается сырьевой. Есть деньги на новое оружие у бюджета — ВПК работает. Упадут цены на углеводороды, казна оскудеет — и «оборонка» встанет. Сотни тысяч людей придется выкидывать за ворота. Причем при нынешнем экономическом курсе правительства и Центробанка ВПК РФ НИКОГДА не сможет производить гражданскую продукцию. Поток импорта забивает все. Вы думаете, в Вашингтоне этого не знают?
Они умело затягивают Российскую Федерацию в режим «автоиммунной катастрофы». Уверен, что именно в этом — главная цель западных санкций. Не истощить валютные резервы страны, а сделать так, чтобы проеденное коррупцией, непотизмом и некомпетентностью государство перешло в военный режим работы. Но при этом — не начинать войны реально. Пусть годами в РФ вся жизнь подчиняется пирамидальной безответственной бюрократии и произволу силовиков. Пускай здесь не будет нормальных судов, а судьи лишь проштамповывают материалы следствия, пусть адвокатов никто не слушает. Пускай народ давят все новыми и новыми налогами и поборами, пусть от них издыхают частные предприятия. Погибает малый и средний бизнес. Пусть как можно больше средств уходит на вооружения, а затраты на образование и науку, здравоохранение и демографию, поддержку отечественных промышленности и аграриев — уменьшаются. Главное — продержать РФ в таком положении как можно дольше, а дальше она повторит участь СССР с его огромными арсеналами, так и не пущенными в ход. Государственная бюрократия Российской Федерации и ее силовой аппарат все более приобретают черты их аналогов из «банановых республик» Латинской Америки 1930–1960-х годов. Дай им полноту власти с полномочиями военного времени — и вороватая безответственная орава сама проворует страну, разграбит ее, покончит с остатками сложного производства в стране. Пересажает и уничтожит самых энергичных, умных и предприимчивых. Всю РФ затянет грязной паутиной кумовства, коррупции и вымогательства. А дальше вытягивается цепочка: «разорение экономики — раскол в «элите» — надлом власти — торжество сторонников замирения с Западом любой ценой — опора прозападной части «элиты» на недовольство нищих низов — капитуляция». И если РФ не разделится, как Советский Союз, то уж придет к началу мирового мегакризиса середины века в опустошенном состоянии, со все той же сырьевой экономикой и демографическим вырождением. Уже с жалкими остатками былой науки и с сильно оглупевшим, неквалифицированным населением.
Главное здесь для того, кто ведет против нас вторую холодную — не начинать горячей войны в реальности. В Вашингтоне это прекрасно осознают. Сужу именно по действиям хозяев США, а не по истерично-глупой западной прессе. Кто знает: не готовят ли они РФ на роль последней добычи как раз к Мегакризису Столетия. Ибо чтобы спастись, подчас надо кого-то съесть. И если учесть, что когда-то гибель Советского Союза избавила Запад от тяжелой системной катастрофы, то аналог в данном случае очевиден донельзя.
Враг четко играет на психологический надлом РФ. Пропаганда РФ закармливает народные массы страшилками об угрозе Большой Войны, круглосуточно вещает о несравненном отечественном оружии и о росте трат на оборону? Прекрасно! В сочетании с тем, что жизнь в стране становится все труднее и беспросветнее, по мере отощания кошельков людей, вместе с ростом цен и платежек за жилье все это начнет играть на озлобление низов. Да, в СССР с его милитаризацией верхи жили лучше низов, и на этом умело сыграли те, кто сокрушал нас. Но в Советском Союзе удобства тогдашней элиты выглядят смешно и по-спартански на фоне кричащей, хамской, показной роскоши бомонда РФ. Особенно когда он призывает народ потерпеть во имя обороны страны и затянуть пояса. Мне доводилось бывать на даче Брежнева. По сравнению с дворцами теперешней государственной знати она — убожество голодранцев. При том, что страна вдвое уменьшилась по населению и промышленному потенциалу. Картины непомерной роскоши этих плебеев, выбившихся из грязи в князи, теперь регулярно доступны низам благодаря Всемирной паутине. Как и картины того, как отпрыски этих хамов прожигают жизнь. Как вы думаете, долго ли ждать того, как призывы такой «элиты» к патриотизму и самопожертвованию во имя России начнут добела раскалять ярость и ненависть подвластных? Представить себе, чтобы в СССР начальство устанавливало себе зарплаты, равные зарплате паре тысяч рядовых работников, немыслимо. Мы не можем представить себе секретаря ЦК КПСС (или члена Политбюро), которые покупают себе стометровые яхты с золотыми унитазами. Или строят себе квартиры в полгектара площади. Однако все это — реальность РФ во Второй Холодной, кануна глобального Кризиса кризисов, когда вопрос встанет о нашем бытии в сем мире.
Но ведь это еще не все. Введите в формулу «аутоиммунной катастрофы» еще один чудовищный фактор. Экономическое самоуничтожение РФ. Упорную работу правительства и Центробанка на опустошение страны и пересечение ее развития. На то, чтобы отечественного производителя извести под корень налогами и тарифами, удавить потоками импорта, непосильными процентами по кредитам — и сужением внутреннего рынка из-за обнищания народа. Отечественный производитель по сравнению с конкурентами из США, ЕС, Китая, Южной Кореи, даже Турции вынужден работать в неимоверно тяжелых условиях. О чем мы еще поговорим подробнее. Если выражаться образно, то наш производитель вынужден биться на ринге в трусах и голыми кулаками против соперников в экзоскелетах, панцирях и с кастетами в руках. Как вы понимаете, все это отнюдь не помогает превращению РФ в развитую и богатую державу с экономикой, стоящей на промышленности, знаниях и высоких технологиях, а не на убогом сырьевом базисе. И работает прямо на истощение РФ в нынешнем противостоянии. Я уже не говорю о глобальном шторме во второй половине текущего столетия. Встретить его в состоянии не крепкого стального корабля с мощной ходовой машиной, а в виде сырьевого плота — плохой вариант…
С 2000 года случилось то, что еще отрыгнется нам на десятилетия вперед. Когда завершилась пора пьяного ельцинского царствования, не изменился общий экономический курс власти. То есть никакого протекционизма — рынок настежь. Вступаем во Всемирную торговую организацию, понижая ввозные пошлины и вывозные — на сырье. К черту развитие своего производства, все лучшее купим на выручку от экспорта сырья. Даже то, что делаем вроде у нас, соберем из импортных узлов (Суперджет-модель). Зачем развивать свое станкостроение, если можно пригласить в страну западные станкостроительные компании? Пускай тут нам строят заводы. И неважно, что при этом вся наука и конструкторство остаются в их руках и за границей. В этом курсе, разбавленном разве что созданием госкорпораций да ростом военных расходов, нет никаких налоговых льгот по налогу на прибыль при вложении ее в собственные предприятия. Зато есть кредиты в разы дороже, чем за границей. Ничтожные субсидии промышленности. Беспредел фискальных служб. Откровенный разбой госбанков, которые отбирают предприятия, работая в паре с продажными силовиками. Заказные уголовные дела.
Все это вкупе и ведет страну к самому бесславному финалу. Научно-техническое отставание РФ, что становится все более очевидным — достаточно взглянуть на сайты с зарубежными техноновинками, — рано или поздно сыграет самую роковую роль. Несмотря на полноводные реки нефтедолларов, пролившихся на РФ с 2000 года, у нас так и не появились важнейшие современные отрасли, мы сидим на импортной игле. Чьи двигатели будут стоять на обновленном Ан-2? Американские «лайкоминги». Чья электроника ставится на спутники ГЛОНАС? Импортная. В декабре 2020 года вице-премьер Юрий Борисов заявил, что своего серийного производства микроэлектроники в стране нет. Интересно, за счет чего тогда российское оружие становится лучшим в мире, в эпоху цифровизации-то? Наши машиностроители вынуждены покупать зарубежные стальные листы и конструкции. Чужие подшипники. И так далее. Но зато на олимпиаду и футбол извели под сто миллиардов долларов. Вместо того, чтобы восстановить на новом уровне важнейшие для русского суверенитета отрасли, деньги вышвырнули на ветер. Вместо того, чтобы использовать приток нефтедолларов для того, чтобы снизить налоги на производство в стране, деньги эти «засолили» в резервах ЦБ РФ и правительства. Хотя вполне можно снизить их до четверти триллиона долларов и оживить свои индустрию и агропром. Мало того, государство, что дерет с нас три налоговые шкуры и тем самым уменьшает внутренний спрос в стране, потом не может эти деньги толком потратить. В этих условиях наращивание военных заказов не спасает экономику РФ, а тянет ее на дно.
Получается работа на врага. На то, чтобы РФ и Холодную войну-2 проиграла, и опрокинулась килем кверху в планетарном шторме грядущего. Считайте это ускорителем в «аутоиммунной катастрофе». Именно экономический курс власти на сегодня и есть главная угроза нашей национальной безопасности, главная причина возможного разгрома страны во Второй Холодной (2014–???). Как-то не хочется, чтобы мы снова превратились в геополитические руины с тускло поблескивающими горами нового оружия. Которое, как и случае СССР, так и не пригодится по прямому назначению. Просто вослед за крушением экономики наступит слом государства, и какое-нибудь неолиберальное временное правительство попросит войска НАТО войти и взять под контроль ядерные объекты и арсеналы бывшей Российской Федерации.
Надо избежать такого поворота событий, сломать тенденцию на самоубийство. То, с чем мы имеем дело в РФ ныне, отнюдь не мобилизационная экономика. А нечто совершенно иное…
Один уважаемый ветеран написал, что в Российской Федерации должна быть милитаризованная экономика. Что, дескать, это просто замечательно, ибо при такой модели государство вкладывает огромные средства в высокие технологии и передовые научные исследования.
В теории это так. Однако подвох кроется в деталях. Мобилизационная экономика, друзья, существует в двух вариантах. В самом дурацком — и в самом умном. Угадайте, какой вариант выйдет у нынешней россинской «илитки», возьмись она за такое дело? Ведь стоит напомнить, как она разгромила Академию наук. А экономику превратила в такое сырьевое позорище, где отечественные передовые технологии никому не нужны, где все новинки покупают за рубежом…
Но мобилизационная модель нам нужна позарез. Только она даст возможность на грянуться навзничь в Холодной войне-2 и встретить преисподнюю середины текущего века. Ведь, читатель, нынешняя Вторая Холодная представляет из себя первые сильные порывы грядущего Земшарного урагана…
Представим себе ситуацию: в нынешней РФ введена мобилизационная милитаризованная (военизированная) экономика в том виде, в коем нам ее рисуют некоторые официозные пропагандисты и даже либералы. Итак, налоги повышены до максимума, у предприятий отсасывается в бюджет почти вся прибыль. Расходы на образование, медицину и науку сокращаются, урезаются статьи ассигнований на мирные инвестиционные программы и поддержку гражданской экономики. Зато растут военные заказы, повышенное финансирование достается силовым структурам. Страна денно и нощно производит вооружения. А народ садится буквально на скудные пайки. Он вынужден довольствоваться грошовыми окладами и минимальными расходами буквально на все. Вполне возможно, появится нормирование потребления, всех обрядят в одинаковую униформу. Как китайцев при Мао. Вся жизнь людей подчинена полновластным чиновничеству и аппарату принуждения. И пикнуть нельзя ничего! Пушки вместо масла, и точка! Враг у ворот и все — для фронта!
Что получится в итоге? Катастрофа. Врагу достаточно, не начиная, естественно, никакой реальной войны, продержать в РФ в подобном состоянии несколько лет — и все само развалится.
Почему? Потому, что экономика, конечно, потерпит крушение. Гражданское производство испустит дух, внутренний рынок будет полностью захвачен иностранными производителями. Внутри РФ практически прекратится строительство дорог, едва станет теплиться возведение нужной инфраструктуры. Продолжится вымирание государствообразующего народа — ибо на «активную демографию» средств не останется. Зато распилы и откаты невиданно обогатят администраторов «оборонки». Зато рейдеры из «правоохранителей» отберут у остатков делового мира масштаба не олигархического все, что еще шевелится и дает какой-то доход. Безответственные чиновные морды в рекордные сроки пустят страну под откос чудовищным воровством и столь же безобразным волюнтаризмом.
Страшнее всего окажется психологический надлом. Верхи РФ (посмотрим правде в глаза), призывая всех терпеть и держаться, возглашая «Все для фронта, все — для Победы!», продолжат трескать омаров и запивать их архидорогими винами. Они предадутся излюбленному занятию: предаваться лукулловым пирам роскоши, строить дворцы и яхты, упоенно запускать лапы в казну. При этом разницы между чиновниками-олигархами и генералами-силовиками здесь не станет, грань сотрется. Очень быстро низы просто раскалятся добела от ненависти к верхам, а военно-патриотическая пропаганда превратится в накачку революционной ситуации. Стоит единству «элиты» треснуть — и начнется аналог горбачевской перестройки пополам с «новым мЫшлением».
Нужна ли нам такая «мобилизационная экономика»? Нет, конечно.
Есть совсем другая, умная и успешная модель мобилизации. В ней производство мирной наукоемкой продукции не менее важно, чем выпуск оружия и боевой техники. Образно говоря, в ней на один новый танк выпускается дюжина высокотехнологичных комбайнов с искусственным интеллектом. Или таких же энергонасыщенных тракторов, умеющих «говорить» с навесными орудиями и со спутниками навигации. В такой модели «умной мобилизации» индустрия выпускает не только межконтинентальные торпеды или крылатые ракеты с атомным двигателем, но и свои роботизированные обрабатывающие центры. Здесь делают не только ракеты, но и свою микроэлектронику, интеллектронику мирового уровня. А не закупают импортные станки даже для оборонки и не вышвыривают деньги на футбольно-олимпийские игрища вместо инвестиций в роботику, как в РФ.
В такой модели не меньше производства оружия важно налаживание отличной работы государственного аппарата. Здесь налаживается отличная работа независимых, выборных судов, развивается местное самоуправление и сильные СМИ. Гражданские организации не подавляются, власть с ними работает в связке. Оное сразу же наносит страшные удары по коррупции, самодурству, силовому рейдерству. Происходит постоянное очищение государства от скверны, вверх выдвигаются самые умные, дельные и патриотичные. Исчезают условия для взрыва страны изнутри, от впадения ее в смуту. На это нацелены и специальные органы борьбы с коррупцией — по аналогии с комиссиями при главе государства в Сингапуре и Гонконге.
Так же разумно выстраивается и экономика. Нет никакого нынешнего российского «раздвоения личности», попытки мешать ведение Холодной войны с членством во Всемирной торговой организации и монетаристским маразмом в духе Гайдара-Чубайса. В стране проводится новая высокотехнологичная индустриализация, экономика перестает быть сырьевой и «первопередельной». Умные люди понимают, что, помимо оружия, в Холодной войне крайне важно производить самостоятельно такие простые вещи, как ткани, одежду, обувь, тем самым давая работу гражданам страны, обеспечивая им зажиточность и устраняя почву для недовольства жизнью. И не отдавая свой внутренний рынок на откуп китайцам, туркам, тайцам, европейцам (как это делает нынешняя РФ). Чем больше в стране гражданского производства — тем больше средств достается оборонке, тем легче передовые технологии из нее перетекают в мирные заводы и фабрики. А не остаются невостребованными, как теперь.
В такой здоровой экономике есть прогрессивная шкала обложения личных доходов — но обязательно при сильных налоговых льготах для предприятий. Тем самым богатых принуждают тратить деньги не на крикливую хамскую роскошь, а вкладывать деньги в старые и новые предприятия, давая работу согражданам, объективно повышая реальные зарплаты — и порождая в стране емкий внутренний рынок, крепкий и большой средний класс. И нет здесь такого маразма, как «плоская шкала» НДФЛ, как в нынешней РФ.
По словам главы Совета Торгово-промышленной палаты РФ по инвестициям и кредитно-финансовой политике Владимира Гамзы, сегодня из процесса реального производства в стране выведено средств в реальном пересчете на 120 триллионов рублей. В том числе и в офшоры. Именно это и выступает главной угрозой безопасности страны, намного более реальной, чем мифическая ядерная война с НАТО.
В самом деле, власть призывает возвращать деньги в РФ и вкладывать их дома. Но куда? Все упирается в потоки дешевого импорта. Построишь завод — он разорится. Производить в РФ объективно дороже по издержкам, чем в теплой Азии. Уравнивающих природно-климатические условия ввозных пошлин в РФ нет. Вкладываться в производство продовольствия или сферу услуг? Все упирается в крайне низкие доходы граждан страны. Зато введение разумного и системного протекционизма стремительно изменит положение. Возникнет рентабельность — и деньги потекут в страну. Особенно если вменяемая власть еще и введет в закон о Центральном банке обязанность отвечать не только за уровень инфляции, но и за экономический рост. И тогда мы не поддаемся режиму «аутоиммунной катастрофы» и выигрываем Холодную войну-2 (увы, в Российской Федерации власть поступает в точности наоборот, обрекая нас на истощение и надрыв).
Но в нашем гипотетическом порядке власть принимает АРУК — Акт о равенстве условий конкуренции. Созидая новый мир вместо погибшего СССР, мы честно говорим нашим согражданам: «Братья и сестры! Вы хотите, чтобы у вас были достойные зарплаты и пенсии? Социальные гарантии? Вы хотите, чтобы государство могло достойно финансировать школы, вузы, больницы, науку, культуру?
Тогда вам придется принять наш закон. Все, что ввозится в нашу страну и то, что мы можем делать сами, должно облагаться пошлинами, компенсирующими наши суровые природные условия. Нет, запрета на импорт не будет. Просто он будет дороже на те самые протекционистские меры по уравниванию условий конкуренции. Но зато у вас будет работа, а бюджеты не зазияют дырами.
В противном же случае, открыв рынок настежь, вы будете видеть полные товаров супермаркеты, однако при этом у вас окажутся нищенские заработки. У вас не будет пенсий. Вы не сможете содержать своих детей. У вас будут платные медицина и образование. Выбирайте! Все, независимо от политических окрасов — коммунисты или либералы, националисты или приверженцы глобализма. Жизнь или смерть?»
Поэтому вводится АРУК — конституционный Акт о равенстве условий конкуренции. Практически любое производство в Китае, в странах ЕС или Северной Америки обладает приличным набором субсидий от тамошних государств. В мире уже давно нет «чистого капитализма», в том же машиностроении — оно давно носит субсидированный, полусоциалистический характер даже на частных предприятиях. Аграрий в ЕС обладает внушительными дотациями на каждый гектар своего хозяйства, на каждую голову скота, на каждую яблоню в саду. Точно так же на нашем тракторном заводе в Канаде: государство софинансирует его научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР, R&D), переход на энергосберегающие технологии, повышение квалификации работников. Западные государства и КНР софинансируют участие компаний в международных выставках, платят субсидии производителям агромашин или станков, дотации (до четверти стоимости новой техники!), если у них покупают комбайны или обрабатывающие центры. Поэтому на российский рынок вторгается иностранная продукция, в привлекательной цене которой сидит порой до трети государственных субсидий. Это касается и продовольствия, и техники. Импорт выбивает отечественных производителей с рынка, фактически РФ импортирует к себе безработицу, а экспортирует — рабочие места для китайцев, турок, европейцев и американцев. Если говорить образно, то производители РФ похожи на индейцев, выходящих на бой с конкистадорами. Причем у индейцев — деревянные дубинки и набедренные повязки, а у их конкурентов — стальные латы и клинки, да еще и ружья. Исход борьбы предрешен. Никакого равенства условий конкуренции между нами и иностранцами нет и в помине!
Пока официальные лица РФ не желают этого понимать. Они надменно цедят сквозь зубы: «Работайте лучше, повышайте свою конкурентоспособность, делайте дешевле иностранцев, но такого же качества! Как только Запад снимет с нас санкции, мы прекратим поддержку российского производителя, ибо это — рынок!» При этом государство вводит налог на новое оборудование, держит высокие проценты по кредитам, укрепляет курс рубля, повышает цены на топливо и электричество, раздувает цены на металл, а российские дотации и субсидии — сущие гроши по сравнению с теми же европейскими.
Но как мы можем добиться конкурентоспособности в таком случае? Мы должны ничего не платить работникам? Или собирать наши машины из дерева и картона? Вызывать Гарри Поттера, что взмахом волшебной палочки превратит наши устаревшие станки в роботизированные обрабатывающие центры, сотворит промышленных роботов из воздуха?
Такой маразм продолжается скоро уж третье десятилетие. Пора положить ему конец, иначе просто потеряем страну, как в 1991 году.
Суть нашей инициативы: не опускать «железный занавес» на пути импорта, не создавать тепличных условий для отечественного реального сектора, а УРАВНЯТЬ условия конкуренции.
Суть предлагаемого нами конституционного закона такова: Российская Федерация с помощью общественных объединений промышленников и аграриев бдительно следит за мерами государственной поддержки иностранных производителей. Если там уже есть дотации, субсидии и льготы от государств (или вводятся новые механизмы поддержки), то наша страна отвечает на это такими же мерами. Или же — если на это у бюджета РФ нет средств, если объемы бюджета такого не позволяют — РФ вводит повышенные таможенные пошлины, что уравнивают условия конкуренции. Коль сидит в иностранном тракторе, сыре или помидоре, скажем, 30 % государственных субсидий и льгот — то уплати как минимум такую же ввозную пошлину. Мы внимательно изучаем издержки конкурентов: сколько у них уходит средств на отопление и транспорт? Какая у них оплата труда? И тоже все уравновешиваем.
Хватит мириться с маразмом в управлении экономикой! С сохранением статуса РФ как поставщика сырья, колониального рынка сбыта для сильных соседей и края вечных бедности с безработицей! Это может стоить нам нового развала.
И еще одно немаловажно: те, кто правит РФ, должны научиться искусству умелого сосредоточения ресурсов на действительно важных для борьбы направлениях, не распыляя их и безжалостно сокращая расходы на всякую непроизводительную, лжеимперскую чушь. К сожалению, этому не научились власти брежневского СССР еще в Первую Холодную, а российские повторяют их ошибки. Причем гротескно. Так ведь ни во Второй Холодной не выстоять, ни к Мегакризису середины столетия не подготовиться…
Давайте вспомним: в 1981 году администрация Рейгана принимает стратегию экономического подрыва СССР без риска ядерного взаимоуничтожения. Что для этого делается? Заставить русских нарастить как можно более непроизводительные расходы, лишить нас возможности тратить средства на развитие собственной страны и улучшение жизни граждан Советского Союза. При этом максимально сократив доходы СССР.
Что для этого делается? СССР втягивается одновременно и в дорогую гонку вооружений, и в войну в Афганистане, и в помощь своим союзникам, терпящим экономический крах. Например, тогдашней Польше. Пусть деньги и ресурсы СССР сгорают там, но не вкладываются в собственную страну. Синхронно Америка, работая в паре с Саудовским королевством, обрушивает мировые цены на нефть.
При этом руководство Советского Союза продолжает расплескивать ресурсы. Огромные деньги без всякой пользы сгорают в Олимпиаде 1980 года, хотя, конечно, это — последствия старого, 1976 года, решения. Но Москва решает учинить и дорогой молодежный фестиваль 1985 года, и продолжает массированную помощь ненужным нам режимам в Африке и Азии. Пытаясь при этом вести не очень умную гонку вооружений — по всем направлениям. Забывая об ассиметричных ответах и подчас гонясь за количественным паритетом с более богатым противником. Итог выходит весьма печальным.
Что делает нынешняя РФ? Имея разрушенными или отсутствующими важнейшие отрасли производства, выкидывает на помпезные и бесполезные затеи (Олимпиаду 2014 года, футбольный чемпионат — 2018, саммит АТЭС во Владивостоке, пару универсиад) около 100 миллиардов долларов. Не решив дела в Донбассе, начинает воевать в Сирии, имея невеселую перспективу — потратить почти 200 миллиардов долларов на восстановление ее из руин. В то время как ее собственная экономика — в застое и кризисе, когда вложений жаждет собственная страна. Когда нужно в первую очередь спасать русских от старения и вымирания, начиная грандиозную программу пособий молодым семьям на рождение троих детей, на обеспечение их «заемным» жильем от государства (родил троих — получи жилище в собственность).
Мне запомнилось, как Сталин с началом войны отказался от стройки грандиозного Дворца Советов и металл его каркаса использовал для производства танков. А тот бетон, что предназначался для заоблачной храмины, пошел на возведение заводских корпусов и укреплений. Оно и понятно: главное было добиться Победы, спасти страну от краха, а не строить «имиджевый» Дворец. Я читал о том, как знаменитый Мильх, отвечавший за производство самолетов в Третьем рейхе, ради увеличения их выпуска добился остановки реконструкции Мюнхенского вокзала в 1943 году. Оно и понятно: требовалась мобилизация трудовых резервов, средств и ресурсов на главных в тот момент целях. Все — для фронта, все — для Победы. Универсальный принцип. Ресурсы страны не беспредельны. Если ты слишком много тратишь на грандиозные имиджевые стройки (олимпиады, футбольные чемпионаты, универсиады, трассы и чемпионаты «Формулы-1», конкурсы Евровидения), то неминуемо отбираешь средства и ресурсы у науки, промышленности, конструкторов и инженеров. Которые и куют Победу в новой Холодной войне с Западом.
Да, сегодня (в условиях Крымско-Донбасского кризиса и новой Холодной войны) это не столько танки и самолеты, сколько передовая электроника, станки, лекарства нового типа, свое продовольствие и особенно — те изделия, которым еще нет аналогов в остальном мире. Прорывные новации. Но разве сюда вкладывают львиную долю средств наши власти? Нет! Фонд перспективных исследований в РФ в 2015 году имеет всего 3 миллиарда рублей в год. Затраты на ЧМ-2018 по футболу — в 220 раз больше. Если посмотреть на затраты государства до 2019 года, то приоритет номер один для Кремля — именно футбол. Наука, промышленность, новации — какие-то пасынки и падчерицы, коим достаются крохи. Наша власть грубейшим образом попирает законы мобилизации страны в борьбе, распыляя ресурсы на архидорогую дребедень.
И если Москва хочет не проиграть холодную войну-2 и встретить во всеоружии штормовую середину века сего, ей следует научиться самым элементарным вещам. Занявшись не скрещиванием Сталина с Чубайсом-Гайдаром (великодержавия с неолиберальным экономическим курсом), а строительством экономики ума и прагматизма. Наведения порядка в работе самого государственного организма. Когда собственные чиновники и силовики делают в стране то, о чем мечтают наши враги. Момент-то истины наступит очень скоро…
К сожалению, глава получается невеселой. Можно представить себе, как забегает — и что начнет воротить! — та свора чванливых и неумелых хамов, что представляет из себя россиянская «элита», едва почва заколыхается под ногами. Касается ли это кризисов во Второй Холодной или ударов мирового шторма. Нетрудно представить себе, что еще натворят здешние спецслужбы и правоохранители, что почти за 20 последних лет привыкли не столько блюсти безопасность общества, сколько вымогать, мародерствовать, кошмарить. Опьяненные безнаказанностью, они, видимо, получают садистское удовольствие от того, что могут играючи ломать людские судьбы, отбирать созданное другими — и потом кататься сыром в масле. Смотрите, как они хапают миллиардами, принимая деньги чемоданами в кафе на Лубянке, поближе к службе. Да ведь все они и есть фактор кризиса, не охрана безопасности страны, но одна из главных угроз оной! Да они все вместе и часть РФ погрузили в мир иллюзий…
Вторая Холодная — все-таки предвестие и часть глобального Мегакризиса. Но чего не хватает нынешней «илитке» для того, чтобы справиться с вызовом времени? Умения подняться на уровнем обычного городского обывателя. Автору этих строк повезло с семьей. Мое детство — это умные родители и бабушка, умные книги и географические атласы. Жюль Верн, Арсеньев и классика библиотеки приключений. И захватывающие репортажи Сенкевича в «Клубе кинопутешествий». Чтобы понять, как действовать сейчас и вообще осознать проблемы, необходимо обладать как раз объемным мышлением и фантазией.
Как избежать истощения и опустошения РФ? Для этого нужно пойти на беспрецедентный шаг: покинуть ВТО и ввести новый таможенный тариф. Не прекращая импорта в РФ, но обложив его пошлинами, уравнивающими условия конкуренции. А может ли пойти на это путинская команда? Ведь пока она страдала тяжелым раздвоением сознания. Она пыталась восстанавливать имперскую военную и геополитическую мощь, опираясь на насквозь либеральную модель экономики. На «открытую» экономику фритредерства, бредовую изначально. В этом смысле что Путин, что Ельцин — одно и то же. ВВП все время в речах бичует экономический национализм-протекционизм и, как в свое время Николай Первый воевал за отживший свое монархический абсолютизм, с пеной у рта защищает свободу глобальной торговли. В духе неолибералима.
Бредовая и садистская либеральная теория гласит: любой протекционизм — зло. Надо всем открыть свои рынки. И пусть всякая страна производит лишь то, что выгодно на таком открытом глобальном рынке. Вот вы — электронику, вы — мебель деревянную, а вы вообще побудьте в роли планетарного публичного дома. Ну а вы сырье добывайте. Эта теория полностью антирыночна, ибо ведет к установлению глобальных монополий, а значит — к полной гибели конкуренции и всякого развития. К загниванию и деградации всего мира. К превращению его в одну серую равнину. Все носят одну и ту же одежду, летают на одних и тех же самолетах, едят одно и то же.
Во-вторых, эта теория глобального разделения труда — чистой воды садизм. Ибо в таком мире большинство населения «узкоспециализированных» стран попросту лишнее, ненужное. Им нет занятий! Они вовсе не нужны в производстве.
В Эрэфии оный воспаленный бред исповедуется «элитой». Включая и Самого. Трамп в США оный бред послал подальше и вводит протекционизм. Он дает американцам работу, а стране — реальную независимость.
Чтобы совершить аналогичный поворот, Кремлю сперва нужно вылечить собственную голову. Великодержавность и схватка с Западом во Второй Холодной требуют протекционизма. Экономического национализма. Он, кстати, выполняет важнейшую задачу — русского народосбережения…
У русских есть одна не очень хорошая черта: мы себя недооцениваем, а часто — страдаем самоуничижением. Пример?
Мы веками смогли жить и развиваться там, где для европейца, американца или китайца — просто ад. Мы — уникальная субарктическая, материковая цивилизация. Умеющая жить в условиях полугодовой зимы и даже вечной мерзлоты. Увы, большинство из нас даже не в силах осознать сего преимущества. Если вы прочитаете воспоминания гитлеровского солдата, эльзасца Ги Сайера, о войне на Восточном фронте, то поразитесь, с какими страхом и ненавистью он пишет о русской природе. Океаны снега, леденящий изматывающий европейца холод, невообразимые для западного человека просторы. Но ведь мы-то умеем жить и творить в таких условиях! Без доступа к теплым морям, в условиях морозов и периодических засух. Сама природа закалила русский характер.
Но это имеет и оборотную сторону. Что бы мы ни производили в своих снегах и на своих холодных необъятиях — все выходит дороже. Дороже, чем в Европе и Северной Америке. Дороже, чем в Южной и Восточной Азии. Дороже, чем в Латинской Америке. Даже добытая нефть — и та выходит в Сибири намного дороже, чем на берегах Персидского залива. Давайте посмотрим: чтобы богатый «НОВАТЭК» смог построить завод по производству сжиженного газа на Ямале (в порту Сабетта), государству пришлось на 12 лет освободить предприятие от уплаты экспортной пошлины, налогов на добычу полезных ископаемых и на имущество. А налог на прибыль скинули с 20 до 13,5 %. На треть. Иначе производство было бы нерентабельным. Вот бы такие условия — да всем новым заводам в стране!
Широта Москвы — 55°45′7''.
В Канаде это — уже лесотундра и таежные леса на полуострове Лабрадор. Крупных городов в Канаде на такой широте уже нет. Не говоря уже о местах севернее. А ведь у нас Москва совершенно не считается арктическим городом. По нашим меркам — это почти юг. Чего уж там говорить о Вологде или Костроме? Или о Ярославле? Вологда — это почти южная оконечность Гренландии, страны эскимосов.
Поэтому все, что производят русские, всегда будет с намного большими затратами, нежели любой товар, сделанный где-либо еще. Только благодаря затратам на обогрев помещений, из-за гораздо более капитальных стен наших построек и из-за того, что русский рабочий, чтобы не умереть, должен зарабатывать гораздо больше китайского визави. Или вьетнамского. Или индийского. Разве что в Монголии природные условия так же суровы. С 1991 года все стало только хуже. Одесса, Днепропетровск, Киев, Николаев, Херсон — все они оказались вне Российской Федерации. Самые черноземные и теплые просторы у единственного теплого моря Русского мира — Черного.
Отсюда вытекает беспощадный вывод. Если русские хотят сохраниться как народ, они должны сохранить свою индустрию. Иначе — превращение в порочных, дебильных «голых обезьян». А чтобы производство у нас не разорилось, заливаемое потоками импорта, русским придется ввести всю гамму покровительственных мер. Начиная от высоких импортных пошлин, что уравнивают себестоимость производства во внешнем мире и у нас, — и заканчивая самыми разнообразными мерами государственной поддержки реального сектора. В виде и дешевых длинных кредитов, и субсидий, и налоговых льгот.
Казалось бы, это элементарно. Но, увы, не для нынешней нашей власти.
Что нам говорят либеральные «жрецы экономики», что насиловали страну при Ельцине и насилуют ее сейчас? Они ведь за что выступают с маниакальным упорством? С умным видом и интеллектуальными выражениями? За то, чтобы мы вписались в глобальные производственные цепочки. Мол, современно это! А те, кто говорит о каком-то внутреннем рынке и протекционизме, — мракобесы, дескать. Но ведь на самом деле именно эти лощеные «экономисты» в хороших костюмах — холодные, изощренные садисты. И то, что они предлагают, — это геноцид для нас.
Вопрос элементарен: какие же звенья мировых производственных цепочек разместятся в РФ? Ну, добыча сырья и выращивание зерна — это есть уже сейчас. Но это обеспечит жизнь всего лишь 40 миллионов жителей РФ из 146 миллионов. Не более того. Хорошо, еще 2–3 миллиона — сфера цифровых технологий. Остальным как жить? За счет чего? Им ведь наши правители фактически предлагают вымереть. Да, постепенно, с развлечениями — но исчезнуть с лика земного. Ибо в глобальных производственных цепочках 100 миллионов наших сограждан просто не нужны. Ни в каком качестве. Разве что как покупатели. Но чтобы у них были деньги, они где-то должны работать. А где? Все, что бы мы у себя ни производили, оказывается дороже, чем за рубежом. В условиях совершенно открытой экономики это — смерть производства в стране. Потому что импорт всегда будет дешевле! Да, осуществляется мечта советских обывателей: магазины ломятся от самых разнообразных заморских вещей. Вот только денег на их покупку у десятков миллионов граждан РФ попросту не хватает.
Конечно, глобальные производственные цепочки были бы изумительны и чудесны, живи человечество по законам Эры Встретившихся Рук из романа Ивана Ефремова «Туманность Андромеды». Это когда люди живут в любви и уважении друг к другу, независимо от пола, расы, языка и возраста. Когда ушли в прошлое религии. Когда человечество расселилось в мягком и теплом климатическом поясе, в городах-башнях и на искусственных островах в океане. Когда производство ушло в подземные заводы-автоматы…
Только наш мир иной. Люди разделены по языкам, верам, расам. Они нетерпимы и уничтожают друг друга. И мы — реалисты, мы живем в такой реальности. Стало быть, нам сперва нужно думать о той земле, на которой мы живем. О своей стране. Что есть глобализация по-либеральному? Доведенное до апофеоза, до апогея мировое разделение труда. Каждая страна делает лишь то, что выгодно в мировом масштабе? Но на практике сие означает, что 80 % населения Земли оказывается не нужным ни в каком качестве. Им нет места в сем разделении труда. Нет работы. Нет будущего. Причем не только в РФ, но и в богатых странах Запада, где из-за глобализации погибает средний класс, а рабочие места утекают в «дешевые» страны. В той же Франции белые французы, осатанев от низких зарплат и безработицы, облачились в желтые жилеты и стали бунтовать. С пожарами и погромами. Потому что, как говорил Трамп (о США, но это верно и для всех стран бывшего «золотого миллиарда»), глобализация означает экспорт в Китай рабочих мест, а импорт оттуда безработицы. Трамп в Америке возглавил бунт народа против глобализации и стал вводить протекционистские пошлины — производите все по максимуму дома, иностранцы — ввозите в США не товары, а стройте тут свои заводы. Давайте работу американцам! Во Франции правящий бомонд оказался менее вменяемым. Там французам предложили: хотите работы? Тогда миритесь с низкими зарплатами, соревнуясь за рабочие места с китайцами и вьетнамцами. И получайте повышение пенсионного возраста. Да, и еще Франция будет принимать мигрантов, согласных вкалывать за гроши. Вот белые галлы и взбунтовались.
Но то, что верно для Франции, втройне верно для русских земель. Потому те, кто с умным видом вещает о недопустимости каких-либо ограничений рынка, о встраивании в мировые производственные цепочки — наши враги и откровенные изуверы. Ибо что они предлагают? По сути, сжечь, спалить большинство нашего народа. Почему? Да потому, что ради этого русские должны конкурировать не только с европейцами или американцами, но и с китайцами! И с вьетнамцами, индонезийцами, индийцами, тайцами… В общем, с теми, кто может круглый год ходить в трусах и майке, довольствуясь чашкой похлебки в день. Чтобы в РФ размещались производства, мы должны согласиться на еще меньшие зарплаты, нежели в Таиланде или Индии. И чтобы наши предприятия почти не платили налоги государству. Потому что в Азии, например, инвесторам дают немыслимые налоговые льготы. Мы что, должны делать русских еще более бедными, нежели индийцы с пакистанцами? Упразднить пенсионную систему? Вообще должны перестать содержать науку, образование, медицину, своих стариков? Да в условиях наших морозов, да при том, что сырье и энергия в РФ по ценам вполне сопоставимы с заграничными, все это — просто сжигание русских и иных коренных народов страны в топке «глобальных производственных цепочек»! Гонка вниз, к полной нищете 90 % населения страны! Чтобы Греф с Орешкиным нас похвалили?
Нет! Мы выводим свой закон: «Чтобы русские могли жить и развиваться, им нужно свое производство. А оное может быть у нас лишь в том случае, если государство таможенными пошлинами и другими мерами покровительства реальному сектору уравнивает условия конкуренции РФ с внешним миром!» Проще говоря, у нас не может быть распахнутого настежь рынка. Никогда. И мы должны сделать так, чтобы русский в холодной Вологде и овеваемый теплыми муссонами индиец конкурировали на равных. Лишь набор таможенных, налоговых, субсидийных и прочих мер может уравнять нас по-честному. Не нужно стесняться. Не так давно производители обуви и одежды из Молдавии и Приднестровья попытались рвануться на рынок Евросоюза. Мол, у нас качество — то же, а цены — намного ниже. Их моментально окоротили. Не может быть цена слишком низкой. Понимай: не смей отнимать работу у европейцев. То же самое случилось и с самостийными украинскими мечтателями. Оказалось, что Европа покупает украинские зерно, подсолнечное масло или металл сугубо по квотам. И очень маленьким. Никакого вам открыто-свободного рынка! Вернее, ты свою страну нам открой, а вот мы твой экспорт к нам — квотируем.
Но нашим «экономическим жрецам» в Москве сие как бы невдомек….
Но невдомек ли? Или они только делают вид, будто этого не знают?
Наше мнение — они притворяются…
Избитая глобализацией, РФ если не развалится в итоге Второй Холодной, то рискует сгинуть в штормовых валах грядущего Мегакризиса.
Российской «илитке» катастрофически не хватает еще одного качества — развитого воображения. Как и веры в творческие силы русского народа. Мне случалось общаться с представителями россиянского бомонда. Вы даже не представляете, насколько они примитивны! Невзирая на все свои баснословные богатства. Они обращены в прошлое и страдают неофобией — боязнью всего нового и прорывного. Мысль их заскорузла и зашорена. Видение грядущего для них одно: то, что представляет Запад. В свое они прочно не верят. А это — тоже фактор возможного поражения в битвах и штормах XXI века.
Один из отцов нашей космонавтики, академик АН СССР Георгий Петров (1912–1987) в своем время написал: «Я убежден, что планировать науку с математической точностью нельзя. Даже метод экспертных оценок, когда отбрасываются крайние значения, может быть использован весьма ограниченно, История науки знает примеры, когда отбрасывая «крайних» (сжигая, к примеру, их на костре), наука сама отбрасывалась назад на столетия. И вообще в нашем деле главное не предвидения, а фантазия. Об этом говорил еще В.И. Ленин. Фантазия должна быть главным качеством ученого, она порождает идею, а идея двигает наше знание…» (Цит. по Вл. Гаков «Четыре путешествия на машине времени» — Москва, 1983 год, с. 17).
24 ноября 1970 года в газете «Гудок» вышло интервью величайшего русского фантаста и философа-космиста Ивана Ефремова, тогда еще живого. «Страна фантазия». Ефремов поведал о силе воображения и фантазии. О том, как его рассказ «Тень минувшего» 1944 года разжег разум изобретателя голографии Юрия Денисюка — и он, собственно, и создал голографию.
«И это не в силу какого-то моего пророческого дара. Просто когда вы являетесь ученым довольно широкого плана, то впитываете все, что «носится в воздухе». А потом, обладая некоторой долей фантазии, это не очень трудно представить в уже «реальном» виде. Вот почему я считаю, что фантазия — чрезвычайно ценная вещь. И тут я не делаю никакого открытия, а следую мысли Владимира Ильича Ленина, который прямо указывал, что «фантазия есть качество величайшей ценности…»
Мы часто повторяем эти слова, но не очень вдумываемся в них. А ведь если такой человек, как Ленин, подчеркивает, что фантазия — «величайшая ценность», так это неспроста. И действительно, если бы не было фантазии, то и вообще бы все науки стояли на месте.
По-моему, фантазия — это вал, поднявшись на который можно видеть значительно дальше, пусть порой и в неясных контурах…» — говорил Иван Антонович Ефремов.
Он уйдет из жизни в 1972-м. В тот же год полетел уникальный летательный аппарат самого авангардного из советских авиаконструкторов — Роберта Бартини. Тот самый ВВА-14 «Змей Горыныч» — одновременно и экраноплан, и амфибия, и самолет с несущим фюзеляжем. По сути — транспортная система будущего. Работы над нею свернут после смерти Бартини в 1974-м. Советская верхушка упустит очередной исторический шанс. Из-за скудной фантазии…
Последним советским «лидером» и прародителем всех российско-постсоветских бонз выступает стерильно пустой Михаил Горбачев. Он первым начал корчить из себя великого деятеля, а не быть им. Нет, Брежнев тоже любил лесть и карикатурный культ личности, но он все-таки многое построил и создал. А вот Горбачев уже лишь наслаждался той «сладкой», роскошной жизнью, что давала высшая власть, и лишь разрушал унаследованное. С удовольствием внимая медийной лести по своему адресу. В сущности, то же самое делают и расейские «вожди».
Позднесоветские вожди мало того что не добили США в самый их тяжелый период (1971–1975 годы) — они кинулись их спасать, протягивая руку дружбы и «разрядки» (дух Хельсинки). Видимо, у этих уже полу-обывателей не имелось никакого представления о том, каким может быть мир, где место гегемона занимает Советский Союз. И тут Брежнев, Громыко, Устинов и Андропов предопределили беду. Когда ситуация развернется на 180 градусов и в начале 1980-х СССР попадет в сложное положение, хозяева Америки примутся его дожимать без всякой пощады.
И в этом положении отсутствие кругозора и фантазии у тогдашней «элиты» добило СССР. В распоряжении горбачевцев были великолепнейшие возможности — в виде создания корпораций мирового уровня. Хоть на базе роботостроения Института прикладной математики, хоть на основе производства «голубой крови» (перфторана), хоть на основе экранопланостроения по Бартини и Алексееву, хоть на основе НПО «Молния» Глеба Евгеньевича Лозино-Лозинского (легкий многоразовый авиакосмолет воздушного запуска МАКС, гамма пассажирских и грузовых самолетов-трипланов). Многое могло вырасти из суперкомпьютера «Эльбрус», из криолангистики, из советских биотехнологий, из советского авиадвигателестроения. Можно было строить гибридные летательные аппараты (наследники дирижаблей), использовать роторные двигатели Голубева, электромоторы Шкондина. Впрочем, зачем повторять первые книги Максима Калашникова? Но ничего из этого поздняя КПСС использовать не смогла, тупо сосредоточившись на экспорте сырья. Ефремова партийная верхушка не услышала. Да и слышала ли вообще?
А ведь в том же интервью Иван Ефремов поведал о возможном будущем в русском исполнении. Например, о будущем транспорте. Иван Антонович говорил, что для перевозки грузов по суше хватит и 200 километров в час. Нужны экономичные железные дороги-гиганты с колеей в 6–10 метров шириною, где вагон по грузоподъемности равен среднему сухогрузу. Здесь фантазия русского гения шла практически в том же направлении, что и транспортно-инженерная мысль Германии 1930-х годов с ее проектами трансъевразийских поездов-кораблей. Казалось, бы — реализуй идею в СССР, создай мощную трассу поездов-гигантов между Азией и Европой, заткни за пояс Суэцкий канал и Севморпуть. Ан нет, воображения не хватило. Как недостает его и нынешним предводителям РФ.
Воображение иной раз важнее знания. Сказанное очень верно не только для науки, но и для управления страной в периоды мировых бурь и глобальных сломов старых тенденций. Что, например, противопоставить врагу, который наступает в Холодной войне на фронте экономики, давит санкциями и пытается перекрыть доступ к новейшим технологиям? Убогие отвечают только одним: бряцанием оружия и тем, что Сам лично пускает баллистические ракеты. И что? Западу не страшно, он все равно бьет санкциями, причем издевательски. Как ему ответить по-настоящему? Вводить зеркальные санкции глупо: американские сильные мира сего не хранят своих денег в РФ. Они не покупают тут виллы и не отправляют сюда своих детей.
Ответить можно иным — началом прорывных проектов в науке и технике, способных перевернуть мировую шахматную доску и дать стране мощные средства выживания в глобальном шторме. Скажем, если бы Наполеон, который встречался с изобретателем парохода (и автором проекта подводной лодки) Робертом Фультоном, смог бы оценить тот пароход, что был построен американцем во Франции в 1803-м, то история мира могла пойти иначе. Стоило французам создать эскадру боевых пароходов для того, чтобы захватить господство над Ла-Маншем, — и британский парусный флот не смог бы ничего противопоставить такой новации. Пароходы и железными листами можно было обшить. Англия захватывалась французами. Но Бонапарт не оценил выпадавших ему шансов. А вот Франклин Рузвельт, лидер Америки в 1932–1945 годах, перспективы атомного Манхэттенского проекта, наоборот, оценил верно.
Думаю, что аналогия вам понятна. Конечно, речь идет не о горячей войне, мы уже обсудили ее бессмысленность ранее. Нет, речь идет о новациях, несущих прорыв в новую реальность именно в экономическом развитии. А то и создающих не просто новые рынки, но и новые миры. Обладая гигантскими резервами в валюте, каковые даже не снились СССР, имея громадный профицит казны, власть наша вполне могла бы начать несколько опытных проектов. Затраты на них были бы куда меньше, чем на ЧМ-2018 по футболу.
Что, например? Скажем, можно было начать опытные работы по аэроэстакадному транспорту Бартини-Серьезнова — экраноплану, летящему над простой эстакадой. Этот вид транспорта, уступая в скорости «Гиперпетле» Илона Маска (примерно 400 километров в час против 1 000 километров в час), превосходит проект американца по дешевизне и практичности. Ведь не нужны тут ни труба с ваккумом, ни огромные энергозатраты на электромагниты, обеспечивающие движение. И попробуйте-ка оценить, во что обойдется выкачивание воздуха из «Гиперпетли» или эвакуация пассажиров из транспортного модуля, если что-то случится. Аэроэстакада намного проще и рентабельнее. Зато она могла совершить рывок в развитии страны и многих стран мира.
Можно взять и выше. Потребны мегапроекты, способные дать жизнь и смысл тысячам действительно прорывных инноваций, вобрав их в себя. Помните, как создание космической ракеты потребовало массы разработок: топлива, электроники, связи, новых видов сварки, новых материалов? Это не Сколково, прилаживающееся к сходящей с ума реальности. Помните заглохший в РФ проект «Россия-2045», который Дмитрий Ицков и я пытались инициировать здесь? Он сводится к победе над старением и смертью, к созданию и человека новой расы (долгожителя со сверхспособностями), и возможности «двужизния». То есть создания технологии пересадки мозга человека в биомеханическое тело — что продлевает его дни в сем мире до трех веков.
Здесь должна действовать чисто крестьянская, простая, аки топор, логика. Ну что делать, коли мы за 20 лет сильно отстали в производстве электроники, кораблей, самолетов, автомобилей, станков, энергомашин и прочего? Коли в том же авиапроме уже Бразилия и Китай нас обошли на два корпуса?
Остается одно: обойти весь мир в «производстве» людей будущего. В создании новой расы, новой ступени эволюции человечества. В подготовке «пилотов» для той сложнейшей техники, что уже создана и еще появится в мире. Ибо обычный «человек разумный» уже пасует перед ее сложностью и быстродействием. И в этом нет ничего фантастического: многое для успеха уже создано или возникает на наших глазах. Но пока еще ни одна страна в мире не сделала создание сверх- и постлюдей национальной задачей. Тогда это должны сотворить русские, коим нечего больше терять! Надо выступить системными интеграторами Сверхпроекта и тем самым втянуть в работу над ним не только своих, и но и зарубежных ученых. И все лучшее, что они создают. Ибо сделав «Россию-2045» Шестым приоритетом, мы автоматически получим преимущество над всеми прочими. Мы создадим пространство реализации для лучших мозгов планеты. Недостающие технологии и мощности к нам подтянутся (мы их сможем подтянуть).
Решая грандиозную задачу, мы разом:
— спасем русскую науку, наладив передачу знаний (в ходе решения сверхзадач) от стариков молодым;
— вовлечем в процесс самых энергичных и амбициозных, сиять заставим заново само слово «ученый»;
— привлечем громадные свободные капиталы всего мира в проект, ибо за достижение долголетия, «второй жизни», а то и бессмертия готовы платить многие;
— свою страну обеспечим новыми источниками дохода, заодно с помощью прорывных технологий продлив жизнь самым ценным специалистам;
— создадим совершенно новые сферы деятельности.
Представьте себе, что могут сделать талантливые русские, которые первую часть жизни прожили в обычном виде, а в старости перешли в новое качество (в кибер-тело)! Представьте себе, какие богатства они могут накопить. Или то, сколько новых открытий и изобретений может сделать гений вроде Кулибина (Теслы, Циолковского), получив в распоряжение еще век-полтора активнейшей жизни! Представьте себе, например, мощный толчок развитию космонавтики. Есть старые летчики-космонавты, отлично подготовленные в СССР, которые так и не стали первопроходцами Марса. Есть и тьма фанатиков вроде меня, готовых лететь в космос. Ну, вот дожили мы в обычном человеческом теле до 60, дети наши выросли, на красноватые пески Ареса мы не ступили, а туда хочется…
Пересади их головы (по доброй воле самих людей) в биомеханические тела, и русские киборги смогут уже на нынешних технологиях лететь к Юпитеру и Сатурну. Если ты можешь жить еще два века, то можешь потратить 20–30 лет на дальние перелеты. Или уже сегодня разбить базовые лагеря на Луне — и добывать на ней ценнейшее сырье для термоядерной энергетики будущего, отправляя контейнеры с ним на Землю с помощью рельсотронов, исследуя заодно саму Селену (кстати, при этом сами киборги-добровольцы превратятся в богачей, обеспечив заодно будущие поколения своих семей. А банки охотно дадут им кредиты). Киборги-добровольцы уже на нынешних технологиях смогут основать исследовательские лагери на Марсе. Они смогут работать в глубинах океана.
Проект, втянув в себя финансы со всего мира и дав РФ новые источники дохода, поможет дать молодым русским и дешевые дома, и пособия на детей, и новую инфраструктуру, и предприятия с высокооплачиваемыми рабочими местами. Кому от этого плохо? Киборги есть вторая жизнь людей, они не могут существовать без обычных сапиенсов. Более того, на ось суперпроекта «Россия-2045» логично нанизываются программы создания новых жилищ и энергоустановок, нового села, новой урбанизации, невиданных видов транспорта и связи, прорывного здравоохранения (вернее — уже здраворазвития). Здесь же — создание самоуправления и демократии будущего, нового образования (уже — человекоразвития). Все это в целом создаст спрос на новое станкостроение, пионерные конструкционные материалы, нанотех, интеллектронику и т. д. Все это — ключ к биологическому выживанию русских! Начиная «Россию-2045», мы меняем направление глобальной гонки, становясь лидером в ней. Прыгаем в ведущие из аутсайдеров. Получаем возможность готовить национальные кадры и привлекать к себе лучших специалистов со всего мира. Они тоже помогут русским готовить кадры экстра-класса. При этом промежуточные технологии, что создаются в «России-2045» при решении прикладных задач, подхватываются частными компаниями и становятся основой для создания корпораций мирового уровня. Хоть в роботике, хоть в медицине, хоть в энергетике или домостроении.
Но в РФ этот проект так и не начали, хотя для его старта требовалось на порядок меньше денег, чем на бесполезное футбольное первенство-2018. А ведь он мог означать победу в Холодной войне-2!
Хорошо, возьмем и более приземленную тему. Сегодня, к примеру, антибиотики становятся бессильными. Их бесконтрольным применением человечество дало мощный толчок эволюции болезнетворных микроорганизмов. Огромный микромир переходит в контрнаступление, и пока что у человечества нет оружия против новых пандемий. Если бы в Москве думали, то давно вкладывали деньги в создание лекарств нового типа, а не в бесполезные олимпиады и чемпионаты мира по футболу. Ибо так можно обрести глобальное могущество.
«Очень простое правило предлагает японский ученый И. Фудзи для оценки эффективности действия антибиотиков. Если потребление какого-либо антибиотика в масштабе страны начинает превышать 100 тонн, он перестает быть лекарством, так как бактерии становятся невосприимчивыми к нему.
В качестве примеров Фудзи приводит тетрациклин и хлорамфеникол, утратившие эффективность в 1960-х годах сразу после того, как их потребление перевалило в Японии за 100 тонн. Такая же участь постигла в 1972 году макрорид и пенициллин. То же будет и с цефалоспорином, пришедшим на смену старым антибиотикам. Фудзи призывает японцев не злоупотреблять антибиотиками, чтобы растянуть их действенность на возможно более долгий срок. Беспокойство профессора можно понять: японцы в год потребляют около 750 тонн антибиотиков — гораздо больше, чем все западноевропейские страны, вместе взятые. Из-за этого антибиотики в Японии теряют свою эффективность с такой быстротой, что фармацевтическая промышленность не успевает разрабатывать новые препараты на замену…»
Это заметка из журнала «Техника — молодежи», которую я читал в пионерском детстве в сентябре 1977 года. А вот — обстановка на нынешний день…
Доклад гендиректора Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Маргарет Чен «Борьба с устойчивостью к противомикробным препаратам — время действовать» (Копенгаген, 2012 год) стал мрачной сенсацией. Чен заявила о том, что микроорганизмы приобрели невиданную стойкость к антибиотикам. И о том, что человечество возвращается в прошлые века: к беззащитности перед заразой.
Эти выводы подтвердил доклад «Антибиотикорезистентность: необходимы срочные меры против кризиса…», сделанный в декабре 2014-го Институтом «РЭНД-Европа» и аудиторской компанией KPMG. Как заявляет старший научный сотрудник ГНИЦ профилактической медицины Галина Холомогорова («Коммерсантъ-Здравоохранение», 21 марта 2012 года), нынче стрептококки научились разлагать пенициллин с помощью фермента пеницеллазы. Есть уже виды стрептококков, которые буквально живут на пенициллине. И скоро антибиотики не будут действовать ни на один микроорганизм. Ученые заговорили о супербактериях, которые полностью неуязвимы для антибиотиков.
Итак, на сегодня мы имеем второе пришествие гонореи: антибиотики ее в 30 % случаев уже не берут. Выявлен штамм гонореи Н041, который не берет последняя надежда венерологов — цефалоспорины («Популярная механика», март 2015 года — «Антибиотиковый апокалипсис»).
Огромную сопротивляемость приобрели энтеробактерии (бактерии рода klebsiella) и возбудители псевдомембранозного колита (клостридии). Уже и в РФ отмечены детские смерти от гнойно-септических недугов, вызванных klebsiella.
Становится крайне стойкой к флуконазолу молочница (обратите внимание на навязчивую рекламу средств против молочницы на ТВ: проблема явно разрастается).
Очень страшен золотистый стафилококк: при нарушении иммунитета эти бактерии (они всегда есть на нашей коже и на слизистых оболочках) при попадании в кровь человека вызывают множество напастей, вплоть до менингита. Антибиотики на них не действуют. Но зато ослабляют иммунитет.
В 2012-м заговорили о бактерии NDM-1, способной расщеплять все антибиотики.
Бактерии вырабатывают сопротивляемость к антибиотикам быстрее, чем создаются новые их виды. Обычно разработка и испытания медикамента — это 15 лет. Сегодня, в условиях восторжествовавшего с 1981 года «турбокапитализма» с лицами Тэтчер и Рейгана, частным компаниям невыгодно тратить уйму денег и времени на такие исследования. Не окупаются вложения. Потому последний принципиально новый класс антибиотиков (фторхинолоны) появился в 1980 году. И все! Между тем бактерии NDM-1 нечувствительны даже к самым сильнодействующим антибиотикам, назначаемым как опасное, последнее средство, — карбапенемам.
Да, Фудзи в 1977-м был прав. Только его не услышали…
Плюньте в лицо тем, кто заголосит о каких-то коварных разработках замаскировавшихся под людей рептилоидов в тайных лабораториях ЦРУ. На самом деле все проще. Бактерии — самое многочисленное по своей биомассе население планеты. В нашем теле — в среднем 2 кило бактерий. Общая масса бактерий на планете — примерно полтриллиона тонн.
Не так давно выяснилось, что бактерии разных видов могут обмениваться генетической информацией. И если какая-то из них приобрела стойкость к антибиотику, то это свойство распространяется и среди прочих бактерий. То же самое относится и к другим возбудителям болезней — вирусам, против которых антибиотики были бессильными изначально! Есть еще и такие возбудители, как прионы, которые также по определению «не берутся» антибиотиками.
«Секретными лабораториями» же становимся мы с вами, животноводческие фермы и больницы. Что имеется в виду? Люди, как и предупреждал Фудзи в 1977-м, стали употреблять антибиотики по любому поводу. Даже если болезни (вроде гриппа) носят вирусный характер, где антибиотики эффективны так же, как водяной пистолетик — против пираний. В Европе ушные капли, скажем, — это не советский (русский) борный спирт, а тоже антибиотики. Пожирая тьму антибиотиков по поводу и без повода, прерывая курсы приема лекарств до срока, люди внутри себя вывели штаммы устойчивых к антибиотикам бактерий. Которые, попав в окружающую среду, передали свои приобретенные свойства дальше — бактериям и своего, и других видов.
Все это усугубилось тем, что с 1947 года животноводы и птицеводы богатых стран стали давать антибиотики коровам, свиньям, курам и т. д., обнаружив, что они не только (на тот момент) предотвращают заболевания скотины и птицы, но и увеличивают их суточные привесы. А это — уже прибыли. И вот в организмах мясо-молочных и яйценесуще-мясных тварей божьих тоже образовались «лаборатории» по выработке стойких к лекарствам микроорганизмов. По большому счету, птице- и животноводческие фермы также превратились в реакторы по выработке стойкой заразы. Каковые микроорганизмы из сельского хозяйства стали попадать и в окружающую среду, и к людям — как через самих животных, так и в мясе, молоке и яйцах, идущих к нашему столу. Человеческие и «животные» бактерии стали встречаться и обмениваться генетической информацией. Кстати, то же самое стали делать и вирусы, которые встречаются друг с другом в организмах людей и животных. Благо глобализация весьма усилила процессы движения миллионных масс людей по планете, привела к проникновению экзотических инфекций из джунглей Африки в Евразию и Америку.
Наконец, настоящими рассадниками стойкой к лекарствам заразы стали больницы, а особенно — хирургические отделения. Там — практически идеальное сочетание для ускорения эволюции микромира: поток больных, масса лекарств, впечатляющее разнообразие бактерий и вирусов. Вот там разные виды бактерий встречаются, закаляются в борьбе с многочисленными антибиотиками — и распространяются дальше. Например, синегнойная палочка, вызывающая пневмонию, живет на аппаратах искусственной вентиляции легких.
Словом, человек с 1940-х годов вызвал невиданное ускорение эволюции микроорганизмов. И оказался один на один с неким Солярисом: огромным океаном бактерий и вирусов. Вроде бы неразумных по отдельности, но вкупе составляющих некое сверхсущество-«океан». Теперь он начал против людей успешное контрнаступление. Мы действительно можем столкнуться и с новыми пандемиями, уносящими миллионы жизней, и с огромной смертностью людей после хирургических операций. Ну, как это было до XIX века.
Микроорганизмы продолжают мутировать от лекарств и в момент, когда вы читаете эти строки. Рано или поздно произойдет качественный скачок, и тогда не просто повышенная смертность в больницах нас ожидает, а волны смертельных моров-эпидемий.
Очевидно, что нужно создавать лекарства нового типа. Мы уже писали о том, что есть новые подходы. Что неожиданные результаты дало применение экстракта березовой коры, содержащей бетулин и его спутники. Оказалось, что эти лекарства «берут» и вирусы, и прионы. Мы рассказали о необычных вакцинах академика Черешнева, о лекарствах из фагов (вирусов, уничтожающих бактерии)[11].
Но это, так сказать, русские разработки. Есть и западный вариант ответа. В «Популярной механике» прочел я о том, что команда исследователей профессора Кима Льюиса (Северо-Западный университет, Бостон) разработала антибиотик теиксобактин, который подавляет синтез тех веществ, что нужны для формирования клеточной стенки микробов. При этом теиксобактин действует на небелковые вещества бактерий, а значит — к нему они не могут приспособиться за счет мутаций.
С другой стороны, команда Мэтью Чана (Наньянский технологический университет, Сингапур) научилась использовать кишечную палочку против палочки синегнойной. Процитирую отрывок из статьи в «Популярной механике»:
«В геном «бактерии-бомбы» ввели четырехступенчатую конструкцию. Первая синтезирует белки-индикаторы, которые связываются с сигнальными молекулами, обеспечивающими «чувство кворума» синегнойной палочке и другим микробам-коллективистам, образующим скопления-биопленки, связанные молекулами ДНК. Получившийся комплекс запускает сразу три реакции: синтез антимикробного пептида микроцина S, фермента ДНКазы-I, разрушающей биопленку (оба соединения выделяются в окружающую среду через клеточную мембрану), и комплекса белков, обеспечивающих движение кишечных палочек в направлении большей концентрации «молекул кворума». В результате разрушаются и патогены, образующие биопленку, и отделяющиеся от нее микробы.
…Этот метод является принципиально новой платформой, позволяющей создавать новые противомикробные средства…»
Видите, какой сложности достигла сейчас биоинженерия, смыкающаяся с информатикой и нанотехом? И куда надо сегодня вкладывать деньги?
Мне очевидно, что исследования такой степени сложности, дороговизны и длительности уже не могут потянуть частные (или акционерные, квазичастные) корпорации. Даже транснациональные. Подобные программы создания медикаментов будущего должны взять на себя государства. Как когда-то именно они взяли на себя титанический труд по началу ядерной и космической программ. Частный бизнес пойдет за государством: сначала как подрядчик, потом — как коммерциализатор и «развиватель» созданных новаций.
Страна, первой начавшая такой мегапроект борьбы с болезнями новой эры, со стойкими к антибиотикам заразами, и рванется к вершинам глобального лидерства. Потому что не ИГИЛ и не ядерная война, а пандемии завтрашнего дня и есть реальная угроза миру.
Максим Калашников бы начал такой суперпроект в РФ. Многогранный, по нескольким линиям сразу. С такой постановкой дела: надо прежде всего решить задачу борьбы с резистентными к антибиотикам бактериями, с полностью неуязвимыми для них вирусами и прионами. Нам неважно, как будет достигнут успех: либо «биоинформационными» антибиотиками-2, либо экстрактом березовой коры, либо стрептококковыми вакцинами Черешнева. Мы не допускаем искусственной монополии какого-то одного подхода, какой-то одной школы. Успех достигается в конкуренции за решение задачи, в паралельных исследованиях. Критерий успеха — только практические достижения, воспроизводимые результаты. Ересь, «лженаука»? Плевать! Если работает и показывает действенность раз за разом — значит, это наука, это еще не познанная до конца реальность.
Мне ясно, за счет чего можно финансировать такой Суперпроект. Потому что успех такого проекта — это не только решение проблем защиты здоровья своих граждан, не только захват глобального лидерства на одном из важнейших направлений, не только архиприбыли от захвата совершенно нового рынка, но и разорение старых западных фармкорпораций. Это вам не бесполезные затраты на никому не нужные трансокеанские торпеды или опасные крылатые ракеты с атомными движками.
Но, увы, верхи РФ даже не чешутся, чтобы начать такой Мегапроект. Они поражены неизлечимой обывательщиной. Мещанской ограниченностью.
А ведь все так ясно. Если впереди разверзается бездна, то надо развернуть крылья — и взмыть над преисподней!
Ведь можно не проматывать деньги и не хоронить их в резервах, а развернуть систему суперпроектов, что станут нашими крыльями. Где — скоростной транспорт нового типа, где — достижение сверхдолгой жизни и сверхспособностей, а где и новая фармацевтика. И все они начнут очень быстро окупаться, превращаясь буквально в рассадник новых компаний-чемпионов, быстроногих «газелей». Это вам не хронически убыточные «Убер» и Маскова «Тесла»! Добавьте к суперпроектам сонм программ поменьше. Скажем, насыщение села умными агромашинами и создание умного агрохозяйства с огромным экспортным потенциалом. Постройку крупных океанских экранопланов и переднеприводных судов Масленкина. Или пассажирских стратопланов с несущим фюзеляжем. Или ветропанелей Отарашвили с суперконденсаторами — накопителями энергии. Или лазерные обрабатывающие центры компании «Лазеры и аппаратура» из Зеленограда. Китайцы поступают подобным образом: не на дурные стадионы тратятся, а создают «Оптическую долину» в Ухане и четыре робограда (роботтауна) по всей стране, питомники частных компаний-лидеров.
Разверни сеть таких проектов — и всего через несколько лет в казну хлынут триллионные доходы, причем не от сырья, а от высочайших технологий. Мы начнем прощаться с позорным статусом сырьевого придатка развитого мира. Появятся те доходы, что позволят нам иметь архисовременные военные арсеналы, окутать наши мегаполисы невидимыми небесными сетями противоракетной обороны. Вывести в космос эскадрильи орбитальных штурмовиков, создав на месте старых Вооруженных сил — силы Военно-научные. При этом раскинув по стране созвездия городов будущего — футурополисов, связанных вместе малой авиацией, автострадами и трассами аэроэстакадников.
Это и есть то будущее, что может быть для нас спасительным и победоносным. Но, читатель, будучи человеком уж зрелым, понимаю до боли ясно, что все это совершенно несовместимо с господством сегодняшней россиянской «илитки» и ее предводителей. Убогие и враждебные всему творческими, жалкими кощеями чахнущие над горами злата, они еще успеют нам нагадить и загнать обломок СССР в еще больший кризис. Знаю, какая нелегкая година ожидает нас с вами. Какие еще суровые испытания выпадут на нашу долю. Мне — уж второй раз в жизни.
Не все могу написать в сей книге. Времена уж больно плохие. Но ты, читатель, и сам понимаешь, какая ожесточенная борьба за страну предстоит нам с тобою.
Системные кризисы самой РФ и мировой Мегакризис явно войдут в резонанс. Нас ждет жесточайшая борьба за место под солнцем. Обозревая перспективы Кризиса кризисов, все чаще ловлю себя на мысли о том, что человечество может постичь участь, весьма похожая на антиутопию Герберта Уэллса из романа «Облик грядущего» 1936 года. В ней великий визионер почти точно предсказал начало Второй мировой — в 1940 году. Но в его воображении война затянулась почти до второй половины 1960-х, приведя ко всеобщим одичанию и распадам. Прежние страны рассыпались на кучу вырождающихся ново-феодальных княжеств, боссы коих ведут бесчисленные микроскопические войны. Технологии застыли на уровне 1940-х, старую технику латают-перелатывают. Погибли наука и образование…
В реальности Вторая мировая вышла иной. Но кто знает: а не разглядел ли Уэллс перспективы гибели нынешнего миропорядка в ходе грядущего Кризиса Середины XXI столетия?
Спасти РФ и воссоединить русские земли снова в Великую Россию — задача титаническая.
Но если у нас с вами все получится, если нынешняя безобразная «элита» канет в Лету и мы сможем вести страну по пути развития, то с чего нам начинать? Как готовиться к Кризису кризисов? Начинать, конечно, придется все сразу, по многим направлениям. Примерно как Сталину в 1929-м. Но огромную роль в этом сыграет вдохновление нашего народа яркой Русской Мечтой. Той, которой никогда не сумеет дать нашим родным русам и коренным народам России теперешняя убогая «илитка», бормочущая что-то о «патриотизме». Сперва ведь крылья должны раскрыться именно в Мечте. С этого начнется строительство Великой России-ковчега в мировой буре…
Наверное, эта истина будет верна во все эпохи, читатель. Какая? Если народу твоему предстоит долгий и тяжелый переход, то вести его за собой должна Великая Мечта. Не кнуты и понукания, не голое принуждение, а манящая перспектива придает силы людям, заставляя преодолевать все лишения и испытания. Если впереди у нас — тяжелое и долгое противоборство с вековечным врагом, если за ним встает мрачный призрак глобальной ломки, если будущее мира подернуто дымом пожарищ и озарено огненными отблесками, то как жить без Русской Мечты? Что придаст нам силы для того, чтобы встать и идти всем смертям назло, чтобы не рухнуть поверженными и не быть унесенными порывами глобального шторма? Да только неистовое желание воплотить национальную Мечту. Именно так, с большой буквы.
Избежать испытаний мы с вами не можем. Процесс краха старой реальности, начавшийся с величайшей геополитической катастрофы 1991 года, с развала СССР, неумолимо развивался и ныне набрал ход скорого поезда. И теперь либо мы создадим новый, живительный для себя мир. Либо нас с вами не станет. И если автор сих строк доживет дай бог до середины XXI века, то вам, кто меня изрядно моложе, придется жить и дальше.
Такой Мечты для страны у теперешней сволочной «элиты» РФ нет как таковой. Единственное, о чем она может жалко пропищать, так это словеса об «идеологии патриотизма». Но к чему мне ваш «патриотизм»? Почему я должен быть патриотом урезанной РФ? Ведь наша Россия намного больше, она не в 1991-м на свет появилась. Что я должен защищать? Ради чего сражаться и бороться? Ради фальшивой позолоты вашей мафиозно-сырьевой «государственности», ради вашей возможности вести пиры во время чумы, ради ваших отродий, что бесятся с жиру «в заграницах»? Чтобы вы и дальше могли воровать и грабить? Ради всевластия тупых чиновных морд?
Нет, наша Мечта — иная. И ее нужно создать, соткать. Потому, когда Александр Проханов в 2019-м предложил мне участие в его Академии Русской Мечты (АРМ), сел я за работу. Она в любом случае нужна. А поскольку мы всегда стоим на плечах великих предшественников, то начнем с изучения опыта тех, кто строил Красную империю…
Факт остается фактом: в самом явном (а не в смутно-расплывчатом) виде Русская Мечта была проявлена только в СССР. Идея Третьего Рима при царях оставалась достоянием скорее просвещенных верхов, проникая в низы лишь диффузно. Целостной картины для народа, занятого тяжелой повседневностью, она не давала. Точно так же и Российская империя с ее блестящим Петербургом так и не смогла погрузить народ в воображаемый мир победоносного Русского Завтра. Мы восхищаемся мрачноватым величием Исаакия, похожим на стремительную ракету шпилем Петропавловского собора — но это было лишь начало. Намек на большее. При царях Россия так и не создала впечатляющих произведений о своем грядущем и торжестве Гордого Руса в будущем. Мы не смогли породить тогда великих визионерских романов-фантазий, подобных литературно-футуристическому «взрыву» Жюля Верна во Франции 1860–1890-х годов. Все-таки сказывалось отставание аграрной и полуфеодальной страны от тогдашних флагманов эпохи. Хотя попытки уже предпринимались — стоить вспомнить хотя бы четвертый сон Веры Павловны в «Что делать?» Чернышевского, с его дворцами-фаланстерами из стекла и алюминия. Но то были эпизоды, первые вспышки. Больше о Русской Мечте тогда говорили иностранцы. Хотя бы тот же великий фантаст из Франции.
Роман «Клодиус Бомбарнак» вышел в свет в 1893-м. Одно из малоизвестных сочинений Жюля Верна, оно было вдохновлено постройкой русскими Закаспийской железной дороги. Автор представил, что мы продолжили эту магистраль сквозь китайский Туркестан и довели ее до Пекина…
«….Китайцы, несомненно, принадлежат к очень умной расе, весьма склонной к промышленному прогрессу.
— Я охотно верю, майор Нольтиц, и не сомневаюсь, что в один прекрасный день она станет во главе цивилизованного мира… конечно, вслед за славянской!
— Трудно сказать, что нам готовит будущее, — улыбаясь, отвечая майор. — Что же касается китайцев, то я могу подтвердить, что они весьма сообразительны и обладают удивительной легкостью восприятия. Я лично в этом убедился, когда их видел за работой…»
Горько усмехаюсь, читая этот отрывок. В ХХ веке русские вошли в первую лигу лидеров мирового развития, хотя и не вырвались на первую позицию. И — потерпели катастрофу 1991 года, от коей не отошли до сих пор. А вот китайцы действительно повели борьбу на первенство, и никто в 1978-м, когда они только начали строить смешанную экономику, отходя от коммунистического догматизма, этого не ожидал…
Но вернемся к главной теме.
Почти промышленное производство образов Русской Мечты развернулось именно в раннем Советском Союзе. Пускай и с коммунистической спецификой. Только здесь в результате Красного взрыва погружение народа в мир Мечты оказалось поставленным почти на поток. Что неудивительно: в юной Красной империи устремленность в будущее, дух смелых экспериментов, наука и техника возводились в настоящий культ. Впору говорить о настоящей русско-советской техноцеркви. И хотя позже верхи СССР не сумели удержать сего порыва, изначально Страна Советов проектировалась как держава-первопроходец, что не боится делать исторические свершения первой в мире, указывая путь другим.
В виде потока великой фантастической литературы, кинокартин, живописи, настоящей «футуро-технорелигии» в образе ярких журналов («ТМ» великого Василия Захарченко), сборников «Эврика», «На суше и на море», «Мир приключений». Труды Ляпунова и Гильзина (жанр «репортажей из будущего»). Именно они формировали Образ Будущего. Причем власть слабо поддерживала сей Поток, в ряде случаев его запруживая и даже угнетая его творцов. Однако запас первоначального футуристического импульса был настолько велик, что его хватило вплоть до поздней стадии жизни Советского Союза.
Реальность и буйная фантазия в СССР в начале шли рука об руку. Уже в условиях страшного, кровавого инферно Гражданской войны, невзирая на разгул тифа и костлявую руку голода, красные вожди видели далекие горизонты и всерьез собирались управлять Будущим, заражая его образом широкие массы. Ибо зачем иначе создавать Радиевый институт, как это сделал Ленин? Ведь решение о запуске первого завода по производству радия ВСНХ (Высший совет народного хозяйства) принял в июле 1918 года, а Ленин в октябре того же года распорядился пустить завод как можно скорее. Уже в декабре 1921 года был получен первый советский радий, а через месяц все учреждения Петрограда, занимавшиеся радиоактивностью, объединились в Радиевый институт. Зачем красные в 1921 году создали первенец нашей океанографической экспедиционной науки — Плавморнин, плавучий морской исследовательский институт? Значит, они уже тогда думали об освоении океана, исследованиях трассы Севморпути, об овладении атомной энергией. Комиссию по артиллерийским опытам (КОСАРТОП) создали в 1918-м. Она создала программу производства новых орудий, боеприпасов и приборов. Значит, красные даже в самый тяжелый момент думали о том, чтобы страна имела передовое пушечное вооружение.
В августе 1918 года Ленин поручает Михаилу Бонч-Бруевичу создать Высшее геодезическое управление и государственное предприятие «Аэрофотосъемка».
В январе 1918-го инженер (будущий академик) Генрих Осипович Графтио по поручению Ленина приступает к разработке сметы на строительство Волховской ГЭС. Именно благодаря этому Графтио смогли создать мощную русско-советскую школу гидроэнергетического строительства.
Выдающийся русско-советский физик Петр Леонидович Капица в 1919 году (в разгар голода и Гражданской войны) создает при Петроградском политехе физико-механический факультет, где готовят специалистов еще неведомой миру профессии. Инженеров-исследователей. Советская власть финансирует все это!
Николай Рынин в 1920 году создает в Путейском институте (Петроград) первый в стране факультет воздушных сообщений. Советская власть и это финансирует. Более того, Рынин начинает работу над теорией межпланетных перелетов, и в СССР его десятитомная энциклопедия «Межпланетные сообщения» выйдет в свет в 1928–1932 годах.
Вспомните знаменитую фотографию Ленина на испытаниях электроплуга. Или о том, что знаменитый большевик Артем погиб — но где! На испытаниях скоростного аэровагона в 1921 году (сына его примет в семью Сталин.)
Март 1918 года. Страна уже в хаосе и развале. В ней занимается пламя Гражданской войны. Уже есть голодуха. Всего у юной Советской России — 300 аэропланов. Но 24.03.1918 приказом № 82 Московского областного комиссариата по военным делам создается летно-научная база. Замысел: соединить научные изыскания с практикой. Руководителем «Летучей лаборатории» назначен ученый с мировым именем — профессор Жуковский. Авиаотдел летно-научной базы возглавил другой титан русской аэродинамики — В. Ветчинкин, аэростатический отдел — Н.Д. Анощенко. Начинается совместная работа лаборатории с Расчетно-испытательным бюро при Высшем техническом училище (нынешний МГТУ имени Баумана).
Позднее Владимир Ветчинкин станет основателем русско-советской космонавтики. С 1921-го он занимался проблемами реактивного полета и межпланетных путешествий. В 1925–1927 годах — вопросами динамики крылатых ракет и реактивных самолетов. Ветчинкин провел математический анализ движения ракет при вертикальном подъеме в различных случаях (1935 год), теоретически определил силы, действующие на крыло при сверхзвуковых скоростях полета, потребное количество топлива при различных режимах движения самолета и ракеты (1934–1937 годы). Принимал участие в деятельности Реактивного НИИ в качестве консультанта и эксперта. Государственная премия СССР получена им в 1943-м. Награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени, орденом Красной Звезды. Умер в 1950 году. Именем русского гения назван кратер на Луне.
21 июня 1918 года Ленин подписывает декрет о национализации единственного в стране авиамоторостроительного завода «ДЕКА» в Александровске (Запорожье). Хотя завод оказался разграбленным, большевики все же берут предприятие под надежную охрану. 30 декабря 1920 года начинается восстановление производства.
Июнь 1918-го. В Москве проходит второй Всероссийский авиационный съезд. Хотя магазины уже пусты, хлеб дают по карточкам, а Украина оккупирована немцами. На Дону — очаг антисоветского сопротивления. Но новая власть находит и время, и средства на авиацию. На съезде Жуковский предлагает создать авиатехникум и высший авиаинститут. Советская власть воплощает это в 1920-м, ставя во главе дела Жуковского.
9 октября 1918 года Высший совет народного хозяйства красной России (в лице своего научно-технического отдела) одобряет план создания аэрогидродинамического научного центра.
1 декабря 1918 года. Проклятый немецкий шпион и наймит Ленин поддерживает решение Совнаркома о создании ЦАГИ — Центрального аэрогидродинамического института. Во главе ЦАГИ становится коллегия во главе с Николаем Жуковским и будущей суперзвездой мирового авиастроения — Андреем Туполевым. Общетеоретический отдел возглавляет В. Ветчинкин, помзавом экспериментально-авиационного отдела становится А.А. Архангельский — будущий создатель советских скоростных бомбардировщиков. Последняя машина, в создании коей он участвовал, — Ту-154 (1971 год). При Сталине и репрессирован был, и при нем же осыпан тремя государственными премиями. Заведующим же отделом винтомоторной группы в ЦАГИ назначается еще один титан: гений русского моторостроения Борис Стечкин. Репрессированный, но затем лауреат Сталинской премии (1946 год), Стечкин — создатель турбореактивных двигателей, а с 1962 года — сподвижник знаменитого Сергея Королева. Любопытная деталь: ЦАГИ был первым в мире институтом такого рода, интегрирующим самые разнообразные исследования. И его создали в самый критический для Советской России период!
Весна 1919 года. Страшное время. Нет хлеба. Города замерзают без топлива. На Юге идут бои с Деникиным, с Востока напирает Колчак. Размеры Советской России сжаты до нескольких центральных губерний и «ствола» вдоль Волги. Однако в Москве при Главвоздухофлоте создается комиссия по развитию тяжелой авиации — КОМТА. Уже в расчете на мирное время.
Где один из основоположников русской космонавтики Фридрих Цандер делал свой доклад о проекте воздушно-космического корабля, взлетающего, как самолет, и отправляющего в мировое пространство ракету? На губернской конференции изобретателей в Москве поздней осени 1920 года. Там он час проговорил с вождем Советской республики Лениным. Последнего можно обвинить в ненависти к русскому национализму, в создании условий для раскола СССР по линиям «нацгосударственностей» — но только не в отсутствии живости воображения[12].
В кровавом и голодном 1920 году Съезд советских металлургов постановляет: «Заслушав доклад т. Соколова о значении алюминия для авиации, съезд полагает важным широко поставить электролитический способ получения магния». Для алюминиево-магниевых сплавов. С чем бы это сравнить в масштабах дня сегодняшнего? С тем, как если бы в РФ 1995 года была бы поставлена государственная задача: в кратчайшие сроки построить полукосмическо-полувоздушную авиацию. В том же году новая власть принимает футуристический план ГОЭЛРО — программу электрификации страны. На знаменитой сельскохозяйственной выставке 1923 года в Москве машинное товарищество 29 крестьянских хозяйств Гжатского уезда первым в стране купило трактор — за 225 червонцев.
Красные использовали ту выставку по полной программе. Они пропагандировали будущее электрическо-механизированное село среди крестьян, привезенных в Москву на выставку. До того момента для многих из крестьян вершиной техники казались паровоз и железная дорога. А тут им показывали образцовые совхоз и коммуну: электрифицированную ферму, электрическую лесопилку, электрическую колку дров и механическое производство корма для скота. Им показали реальных коров из коммуны «Луч-1», которые давали надои в 4 тысячи пудов на корову в год, тогда как в среднем крестьянские буренки обеспечивали не более 75 пудов. Как видите, красные создавали для масс реальный, осязаемый образ грядущего. Создавали «острова будущего», как мы выразились бы сегодня, — очаги инновационного развития.
Примеры эти можно продолжать и далее. В них важно одно: уже первые вожаки СССР принялись на деле, в реальности строить будущее Русской Мечты. Производство образов, книг, фильмов и художественных полотен органически дополняло реальную работу. Власть не сводила все к пропаганде и «пиару», говоря нынешним языком. Она не ограничивалась одним лишь созданием красивых картинок. Нет, все дополнялось именно реальной деятельностью. Чем тогдашнее время в корне отличается от сегодняшнего. Сила фантазии, яркость образов помогала увидеть в переделанной паяльной лампе (первом опытном реактивном движке Ф. Цандера) ревущие дюзы космолетов.
Маршевый ритм футуристических стихов Маяковского создавал «несущую частоту». А образы воплощенной Русской Мечты, рождавшиеся в литературе с искусством, воспламеняли воображение, манили, побуждали к действию, порождали новые научно-технические идеи. Благо сама Красная империя была смелым полигоном для социального и научно-технического творчества. Символ Марса — красная звезда — увенчала герб СССР. Фантастика не казалась чем-то далеким и несбыточным. Путь в воображаемые и пленительные миры был открыт: нужно было лишь действовать, трудиться, овладевать знаниями и новыми технологиями. Потому рассмотрим-ка то, как начиналась космическая эра в русской истории.
«Напрасно думают, что она (фантазия. — Прим. авт.) нужна только поэту. Это глупый предрассудок! Даже в математике она нужна, даже открытие дифференциального и интегрального вычислений невозможно было бы без фантазии. Фантазия есть качество величайшей ценности…»
Знаете, чье это высказывание? Нет, не Жюля Верна и не Герберта Уэллса. Это — мысль Владимира Ульянова-Ленина. В раннем СССР фантазия превратилась в могучую творящую силу, скрещенную с практикой!
Наверное, самый хрестоматийный пример влияния фантастики на реальность — маленький рассказ о воздушных торпедах, который вдохновил Шуру Расплетина. В будущем — создателя русских зенитно-ракетных систем. И, наверное, науке еще предстоит исследовать то действие на реальность СССР, что оказали величайшие фантастические романы Алексея Толстого «Аэлита» (1923 год) и «Гиперболоид инженера Гарина» (1927 год).
«Академик Л.А. Арцимович, известный советский физик, участник атомного проекта и руководитель работ по управляемому термоядерному синтезу, обратился однажды с таким пожеланием к писателям-фантастам: дайте читателям хотя бы раз в пять лет одну вещь, подобную «Аэлите»…»[13]
Инженер Голев, испытывавший один из первых советских локаторов-радаров летом 1941 года в осажденном гитлеровцами Таллине, радировал в августе того страшного года в Ленинград, сообщая о перехвате сигнала тамошней РЛС: «Анта, Адели, Ута…» Эти слова-позывные он взял из фантастического фильма Протазанова «Аэлита» 1924 года[14]…
Романы Толстого говорили: даже разоренная войною страна, сосредоточив усилия в нужном направлении, может вырваться в космос и достичь другой планеты, построив металлическое «яйцо» восьми метров в высоту и шести — в поперечнике, достигающее скорости в 500 верст в час — благодаря реактивному двигателю на порошке взрывчатого вещества небывалой силы. Все технические неувязки и неточности перекрывались живостью и яркостью образов грядущего. Точно так же и «Гиперболоид инженера Гарина» рисовал полную реальность овладения энергией теплового луча (предвосхищение мощных боевых и промышленных лазеров). С помощью этих лучей можно пробить земную кору и овладеть всеми богатствами недр — и при этом совершить всемирную коммунистическую революцию. В романе была намечена, но не развита еще одна тема: овладение ядерной энергией…
Именно романы Алексея Толстого сыграли роль сильнейшего ускорителя русского развития. Они вдохновили первопроходцев советской космонавтики. Да и кто не мечтал отправиться на Марс и спасти Аэлиту? Разгромив к чертовой матери модернистско-декадентский режим Тускуба? Я сам из этих. В моих фантазиях звенья штурмовиков Ил-2 врезались в эскадры легких воздушных кораблей марсиан…
В 1925 году выходит в свет роман «Межпланетный путешественник» забытого нынче фантаста Виктора Гончарова. В нем мы видим реальность Земли 2022 года, созданную русскими-творцами СССР. «Коммунары живут в коттеджах, построенных тут и там среди парков и лесов, на берегах чистых озер. Живут очень долго, поскольку универсальный антисептик убил вредоносные микроорганизмы, сокращавшие жизнь человека. Все говорят на эсперанто (опять всепланетный язык!), предпочитают воздушный транспорт (дирижабли, аэропланы, безмоторные планеры) и занимаются наукой…»[15]
Случайно или нет, но после выхода «Аэлиты» в свет в стране начинается буквально космическая лихорадка. Фантазия прямо воздействует на реальность! Центральное бюро по исследованию ракетных проблем в СССР возникло в 1924 году. В том же году при военно-научном обществе Академии Воздушного Флота (будущей ВВИА имени Жуковского) появляется секция реактивного движения. В ней делал доклад о межпланетных перелетах профессор Михаил Лапиров-Скобло (1889–1947 годы), один из авторов плана ГОЭЛРО, энтузиаст космонавтики. Увы, последние годы жизни (с 1937-го) он провел в заключении…
Лапиров-Скобло и другие в 1924-м создают еще и Общество межпланетных сообщений. После первой же лекции в Политехническом музее — при забитом зале! — в общество вступают 200 человек[16]. Фридрих Цандер — там же. В 1924-м в Тифлисе (Тбилиси) на конкурсе летающих моделей аэропланов всех поражает миниатюрный ракетоплан Туркестанова…
В 1927 году ярый последователь Циолковского, профессор Николай Рынин (1877–1942) начинает работу над серией книг (энциклопедией) «Межпланетные сообщения». И государство издает эти книги, девять томов! В том же году 8 февраля в Москве на Тверской, 68 проходит первая международная выставка моделей межпланетных аппаратов. В 1929-м при Ленинградском институте инженеров путей сообщения организуется научно-исследовательская группа ракетчиков. В 1931-м при Осовиахиме (будущем ДОСААФ) создают ГИРД — группу по изучению реактивного движения. При этом энтузиаст космонавтики Фридрих Цандер не брошен властью — он трудится старшим инженером в центральном конструкторском бюро Авиационного треста. ГИРД создает инженерно-конструкторские курсы по ракетной технике. Две аналогичных группы появляются и в ВВИА имени Жуковского. ГИРД в апреле 1932-го располагается в подвале на московской Садово-Спасской, 19…
Из ГИРД вырастет могучая советская космонавтика. Именно там начнут работу титаны ракетостроения — Королев и Победоносцев…
Мы достаточно подробно показали магию образов Русской Мечты на одном примере. Не будь романов «красного графа» Толстого (наложенных на подвижнические труды Константина Циолковского) и первых групп фанатиков-энтузиастов, зараженных космическими видениями творцов тогдашней Русской Мечты, — и не было бы всей нынешней космической отрасли. Не было бы чем грозить Заатлантической республике и всему блоку НАТО из нынешнего Кремля. Хорошо бы осознать это «элите» нынешнего циничного, бескрылого, лишенного воображения времени.
Но от большого, но частного примера перейдем к рассмотрению советской Суперфабрики Русской Мечты в общем. К тому, как работала Красная Техноцерковь, создавая целый поток победоносных миров нашего Завтра.
…Это огромное культурное наследие русских и до сих пор лежит под спудом, его упорно не замечают и пытаются отправить в небытие. Ибо оно противно низменной природе сырьевых трупоедов и казнокрадов. Но распечатывание сей сокровищницы и ее творческое развитие — огромный прорыв в русском сознании. Обретение Мечтой образной плоти. Это те самые Свитки Ивана-дурака. Дар Ветер и русский сверхчеловек — против нежити и архаики «Игры престолов».
Лишь в СССР возникла целая Суперфабрика Русской Мечты. Великая фантастическая литература, переплетаясь с научно-популярными журналами, книгами и фильмами, погружала гражданина Советского Союза в удивительные миры того грядущего, в коем хотелось жить и работать. В миры осуществленной Русской Мечты, где величайшие победы в науке и технике сочетались с торжеством Правды, той самой социальной справедливости. Все это не было бегством от реальности: культура становилась мощным ускорителем вполне вещного, материального развития огромной страны, страны-планеты. Воистину, производство Русской Мечты в СССР стало неким Потоком. Опыт сего еще предстоит изучить.
Создатели Страны Советов отлично понимали роль образов будущего и фантастики для рывка страны вперед. Сам Ульянов-Ленин был когда-то глубоко впечатлен романом Альбера Робида «Двадцатый век. Электрическая жизнь» (1890 год) Большевик Богданов написал «Красную планету» (о путешествии на Марс) в 1908-м. Так что изначальный толчок для расцвета жанра в Советском Союзе дали очень сильный.
То, на что не могла ответить закостеневшая марксистско-ленинская философия, человек Советского Союза наших поколений находил в великих произведениях фантастики СССР. Коли мы называем суперфабрику Мечты, мощно поднявшуюся в Красной империи, некоей Техноцерковью, то ее «отцами» и духовными вождями можно считать Алексея Толстого, Ивана Ефремова и Александра Беляева, ранних Стругацких. Рядом с ними можно смело ставить Владимира Савченко. Быть может, чуть пониже в иконостасе Техноцеркви занимают места лики Аскольда Якубовского, Севера Гансовского, Георгия Гуревича, Александра Казанцева, Кира Булычева, Генриха Альтова, Игоря Росохватского, Георгия Мартынова, Григория Адамова — и так далее. Вплоть до авторов отдельных повестей и рассказов.
Мы не пишем литературоведческое исследование. Мы вспоминаем те манящие, дух захватывающие миры, в которые попадал советский мальчишка. Подчас он даже не помнил авторов прочитанных взахлеб произведений. Но в «Гиперболоиде инженера Гарина», прикоснувшись к великолепной прозе Серебряного века, он видел мир, где пала несправедливость, где очистительный огонь красной революции привел к торжеству тружеников над паразитами. В романах Александра Беляева он бывал не просто на орбитальной станции, а в настоящем космическом «эфирном» поселении — звезде «КЭЦ». То есть в орбитальном граде имени великого Циолковского. И здесь же читатель исследовал тайны Луны вместе с героями романа…
Беляев готовил души наши к великим прорывам: овладению ядерной энергией, пересадке органов, телевидению. Он показывал возможности управления поведением огромных масс людей с помощью того, что сейчас бы назвали психотронными генераторами. Он впервые показал возможность пересадки мозга в другое тело, исследовав острейшие коллизии человеческого сознания при этом. А созданный воображением Беляева Ихтиандр, человек, способный дышать под водой, и по сию пору будоражит воображение…
Но то был лишь самый первый слой невыносимо притягательных миров, куда попадал тот, кто потом становился ученым-исследователем, конструктором, инженером, высококвалифицированным рабочим. Русско-советская фантастика создавала некий интегральный мир СССР — мирового победителя. В нем ты погружался в глубоководном русском батискафе и охотился на гигантского кальмара-архитевтиса, охраняя китовые стада. В нем ты исследовал болота Венеры (до 1965 года считалось, что это — планета густых джунглей и вечных дождей) и находил в них упавший космокорабль загадочной внеземной цивилизации. Благодаря всем этим авторам мы садились на анамезонном звездолете на планету вечной ночи, под лучи инфракрасной звезды. Или пронизывали пространство на ЗПЛ — звездолете прямого луча. Ты пересекал моря на суперсубмарине «Пионер». Путешествовал в недра планеты на подземоходе. Передавал энергию через ионосферу, попутно посрамляя врагов, завистников, предателей. Ты ехал в вездеходе сквозь марсианские пылевые бури и обнаруживал подземные города давно погибших марсиан, встречал загадочных фаэтов с погибшей планеты между орбитами Марса и Юпитера. Мчался в скоростных поездах по эстакадам — и шагал по улицам невиданных городов-садов будущего. Наших городов! Парил над ними на флайерах-аэромобилях. Вступал в контакты с иным разумом. Побеждал смерть. Захваченный в плен бездушными инопланетянами, поднимал восстание на звездолете-тюрьме, вступая в союз с другими разумными существами. Крушил жестоких феодалов на далекой планете, будучи прогрессором. Или побеждал жестоких спрутов-мутантов, ставших разумными и получившими дар телепатию, умение ломать волю людей…
Этот совокупный мир Русской Победы буквально затягивал в себя. Многие так или иначе отдали дань научной фантастике. Программа развития победоносной русско-советской цивилизации изложена в уже забытой книге Валентина Иванова (русского националиста и автора культовой «Руси изначальной») — в романе «Энергия подвластна нам!» (1952 год). Сперва — овладеть неисчерпаемыми океанами внутриатомной энергии. Затем — рассматривать старение человеческого организма как болезнь, которую можно победить. И победить смерть! Породив, по сути, расу русских сверхчеловеков, способных летать между звездами. Что это, как не продолжение традиций русского космизма Циолковского и Федорова? Обрести бессмертие — и дотянуться до звезд, распространиться по Вселенной. Уже превратившись в нечто большее, нежели нынешний «гомо сапиенс».
Такая раса может легко отразить астероидную угрозу Земле. Она сумеет управлять климатом и даже в Арктике построить города под прозрачными куполами. Она отправит в небытие энергетику нефти, газа и угля. Все остальное для нее — сущие пустяки. Перегородить дамбой Татарский пролив между Сахалином и материком, приведя к потеплению климата Приморья? Чисто инженерная задача, которую позволит решить и дешевая ядерная энергия, и огромные машины. Оросить Каракумы и Кызылкумы? Пожалуйста! А завтра мы овладеем тайной гравитации и сможем парить в небесах. Но попутно мы сможем целые районы Земли обратить в заповедники, где будут бродить возрожденные мамонты, мегатерии и прочая фауна раннего кайнозоя.
Именно эта гигантская, сетевая, распределенная Суперфабрика Мечты ковала и формировала наше сознание в великом Советском Союзе. В том числе — и сознание автора сих строк. На запасе ее энергии мы до сих пор боремся с силами Тьмы и расчеловечивания, не теряя пламенной веры в будущее нашего народа.
В отличие от омертвевшей к тому времени официозной марксистско-ленинской философии фантастика в те годы рисовала мир нашего будущего (возможного!) торжества. Ставила смелые социальные опыты, хотя и воображаемые. Чего стоит только то общественное устройство, что изобразил Иван Ефремов в своих великих «Туманности Андромеды» и «Часе быка»! Или в детских вроде бы книжках — «Незнайка в Солнечном городе» и «Незнайка на Луне» Николая Носова.
Но фантастика была лишь первым контуром, порождавшим великий Поток Русской Мечты.
Нельзя не сказать о военной фантастике времен Сталина — о жанре, совершенно исчезнувшем после 1945 года в нашей литературе. Но в 1930-е годы она тоже воспламеняла воображение нашего народа и побуждала к смелым прорывам в науке и технике.
Такой стала и книга Владимира Владко 1934 года — «Аэроторпеды поворачивают назад».
В 1934-м Владимир Владко издаст книгу «Аэроторпеды поворачивают назад». О попытке Запада уничтожить СССР с помощью беспилотных самолетов с боезарядами, этаких предтеч крылатых ракет — «томагавков». Удивительно, но ассистента профессора — генерала Ренуара, создателя воздушных торпед, зовут Сергеем Гагариным. Злая ирония истории? Впрочем, в романе Владко нападение планируется на 4 часа утра, в июне. Тень будущего, уловленная автором?
И вот под прикрытием воздушных армад волна аэроторпед идет на Москву. Генерал Ренуар наблюдает за операцией из летающего командного пункта, громадного автожира-гироплана.
Но Советский Союз наводит на атакующие воздушные армады врага лучи странных прожекторов…
Применив самые инновационные виды техники и разложение тыла противников, СССР наголову разбивает Запад и Японию, вызывая мировую революцию[17].
Итак, книжная фантастика выступала лишь первым контуром Сверхфабрики Русской Мечты. Второй же контур составляла фантастика кинематографическая. Обычно считается, что первым прорывом стала экранизация Протазановым «Аэлиты» в 1924 году. Но это не так: фильм-то получился обывательско-приниженным, отчего сам автор «Аэлиты» его откровенно ненавидел.
Нет, первый эпохальный скачок совершил великий режиссер Василий Журавлев (1904–1987). Когда юный Максим Калашников с восторгом смотрел одну из первых голографических картин, стереофильмов СССР (на нынешнем новоязе — 3Д-кино), «Всадник на золотом коне» 1980 года, он тогда еще не знал, что режиссер фильма — легендарный Журавлев. Тот самый, что создал действительный прорыв в новую на тот момент реальность — ленту «Космический рейс» 1936 года. Да-да, ту самую, что консультировал сам Циолковский и рисовал чертежи космического корабля. В сем фильме СССР 1946 года отправляет экспедицию на Луну. Причем ракета взлетает по эстакаде на фоне Москвы будущего, панораму коей создавали лучшие архитекторы страны. Невесомость в картине сняли так достоверно, что ее передаче дивились реальные космонавты 1970-х…
Да, то был прорыв — с колоссальным воздействием на умы и сердца миллионов людей. Космос изображался чем-то уже близким, достижимым. Уже через 10 лет! Увы, адские испытания Великой Отечественной легли между кино 1936-го и гагаринским стартом 1961-го…
В 1935-м на экраны выходит «Гибель сенсации» по мотивам романа Владимира Владко «Роботари идуть». Режиссер Александр Андриевский (1899–1983) снимает картину о том, как идеалист Джим Рипль создает роботов для того, чтобы избавить людей от тяжелого труда. Но капиталисты замещают ими живых рабочих, выбрасывая их за ворота. И когда рабочие начинают бастовать и бунтовать, правители превращают роботов в колонны безжалостных убийц-карателей. В попытке их остановить погибает сам Рипль. Но восставшие рабочие перехватывают управление роботами. А значит, берут власть — и дальше роботы будут служить людям…
Потом Андриевский станет одним из основоположников советского стереокино. А Владко в 1939 году создаст потрясающую повесть «Потомки скифов» — о том, как советские люди попадают в громадный подземный мир, где до сих пор живет племя скифов и потомки их пленников-эллинов. И еще в 1934-м мир увидит его «Аэроторпеды поворачивают назад»…
Перенос литературной фантастики на экран напрашивался сам собой. Тем более что советский кинематогрраф не боялся самых дерзких экспериментов. Все восторгаются «Броненосцем «Потемкин»«Эйзенштейна, а вот по мне куда больший прорыв — фильм «Новый Гулливер» 1934 года Владимира Птушко. Первое в мире кино, где живой актер совмещался с кукольными мультипликационными персонажами (аналогичный прием применит Карел Земан в Чехословакии лишь в 1955-м!). Сам Бог велел СССР снимать и ярчайшие фантастические кинокартины. Эпопеи, космические оперы, блокбастеры! Но дальше была тяжелейшая война и годы подъема страны из руин.
Поэтому, увы, следующий прорыв в фантастическом кино произошел лишь в 1961-м, с выходом в свет фильма «Планета бурь» Павла Клушанцева (1910–1999). Приключенческой картины о русской высадке на Венеру, которая потрясла во ображение всего мира и самого Джорджа Лукаса сподвигла на создание «Звездных войн». То было потрясающее сочетание изобретательных спецэффектов, приемов съемки и игры замечательных актеров. Увы, в СССР этот фильм практически не показывали с 1970-х годов. Новатор Клушанцев ушел по большей части в научно-популярное кино и книги о космосе для детей и юношества. А ведь этот фильм с успехом прошел в 28 странах мира, его откровенно воровали, переозвучивая и включая его фрагменты в свои поделки. Вот только на Родине Клушанцева не оценили.
И здесь можно говорить о колоссальном провале правителей СССР. Они не смогли поставить на службу Русской Мечте такое мощное орудие культуры, как фантастическое кино. Поразительно, но параллельно с настоящим взрывом литературной фантастики у русских то же самое наблюдается и у американцев. Но при этом у янки все это перетекает в яркое фантастическое кино. Пускай они сегодня и кажутся наивными, но качество их росло от года к году. А вот в СССР так и не смогли показать мира своей восторжествовавшей мечты. С ее городами-футурополисами среди тайги и лесов, поразительными летательными аппаратами, прекрасными новыми людьми в невиданном раньше обществе. Книги в Красной России опережали кинематограф, фантастику стали рассматривать как «низкий стиль».
Ревущие, отмеченные эпохальными достижениями СССР в космосе 1960-е, черт возьми, в фантастическом кино оказались для нас практически упущенными. Американцы времени не теряют, у них с 1966 года по телевидению идет сериал «Звездный путь» («Стартрек»). У нас — ничего подобного. В 1967 году выходит на экраны крайне неудачная, малобюджетная экранизация «Туманности Андромеды». В 1963-м одесситы выпускают «Мечте навстречу» — ленту о контакте СССР с иной цивилизацией. Но эти фильмы не дают представления о грядущем нашей державы. Так, немного футуристических декораций — и все. Положение явно сродни состоянию с кинофантастикой в нынешней РФ…
Однако и в этом виде кинофантастика СССР зажигала умы и сердца юных. Следующего явления — лент «Москва — Кассиопея» и «Отроки во Вселенной», снятых в 1973 и 1974 годах, — пришлось ждать слишком долго. Но они все-таки были детскими. Их режиссер Ричард Викторов (1929–1983), смог совершить еще один прорыв под стать достижениям Журавлева и Клушанцева лишь в 1980-м, в картине «Через тернии — к звездам». Вот там и была показана жизнь в СССР XXI века. Великий фильм и до сих пор смотрят. Но этого уже было мало, чтобы противопоставить триумфальному шествию американской кинофантастики «Звездных войн», стартовавших с 1977-го. Вышедший на экраны в 1972-м «Солярис» Тарковского — все-таки не о русских, его действие происходит далеко-далеко от Земли. А остальные попытки СССР снять кинофантастику не очень впечатляют. Провальные «Акванавты» 1979 года. Прекрасный, но детский мультфильм «Тайна третьей планеты» Рувима Качанова. Даже «Гостья из будущего» Павла Арсенова (1984 год), хотя и показывала Москву 2084 года, хотя и до сих пор вызывает щемящее чувство ностальгии у моего поколения, не закрывала зияющего провала. Образ воплощенной Русской Мечты в ее советском, красном варианте словно скрылся в тумане.
К тому времени сами верхи СССР не имели такого образа в собственных головах. Померк «коллективный разум» поздней КПСС. И думали уже совершенно о другом. Можно сколько угодно издеваться над ними за это, но разве в нынешней РФ мы не видим практически той же картины? Вы можете назвать хоть одну кинематографическую работу о великом будущем страны после катастрофы 1991 года? В этом отношении РФ удручающе бесплодна, ее население воспринимает те образы, что создаются в Голливуде, на «фабрике грез» враждебной нам цивилизации.
Факт остается фактом: в мир победоносного будущего страны в 70-е и в начале 80-х годов нас погружала именно русско-советская фантастическая литература. Она несла факел Русской Мечты. Никакие планы пятилеток и отчетные доклады генсеков КПСС на очередных «исторических» съездах оной миссии не выполняли. А сильнейшего эликсира Русской Мечты в виде ярких кинопроизведений СССР остро не хватало. И как только на кинорынок страны ворвалась западная кинофантастика, она в мгновенье ока завоевала умы масс. Навязала им свое видение Будущего.
Но это вовсе не означает, что советская сокровищница обесценена. Ведь литературный контур Суперфабрики Русской Мечты тогда усиливали и другие контуры. Иные части красной Техноцеркви. Именно такой опыт предан в Российской Федерации (Беловежской России) забвению. И забвению преступному…
Что ж, продолжим изучать опыт ближайших наших предков, сумевших сделать Русскую Мечту одним из могучих факторов побед и свершений Советского Союза. Не поняв анатомии сего чуда, мы и сейчас получим поражение с последующим — и уже окончательным! — распадом. Мы все и всегда будем стоять на плечах титанов — наших славных отцов и дедов…
Если считать с появления романа «Аэлита» (1923 год) до времени, когда Русская Мечта в советском изводе утонула в струях тошнотно-блевотного самобичевания и саморазрушения (1988 год), то мощная Суперфабрика грез о победоносном грядущем проработала примерно 65 лет. И, как мы знаем, русско-советская фантастическая литература выступала как магия. А что есть магия? Воздействие информации на материальный, вещный мир. Служа первым контуром Сверхфабрики Русской Мечты, наша книжная фантастика зажигала умы и сердца, побуждала к энергичному участию в развитии огромной страны. Она производила те самые грезы, что толкали вперед отечественные науку, технику, производительный сектор экономики. Целый корпус текстов, целая сеть совершенно разных авторов создавали ту самую «интерсубъектную реальность», о которой говорит модный нынче израильский мыслитель Юваль Ной Харири. Ту самую бесплотную веру, живущую в умах миллионных масс. Ту самую идею, что, овладев народом, превращается в материальную силу.
Последним великим произведением фантастики Советского Союза становится роман «За перевалом» («Племя людей») Владимира Савченко (издан полностью в 1984 году). Именно здесь Савченко, непризнанный титан жанра (1933–2005) изо бразил совершенно новое общество 2166 года, причем достаточно проработанно. Книжный контур работал буквально до самого прихода Горбачева.
Увы, все это слабо поддерживал второй контур — кинематограф. Однако существовал и третий контур, каковой как бы переводил фантастические планы в разряд реальных, достижимых. И это — уникальное достижение Красной цивилизации. До сих пор толком не изученное. Совершенно отсутствующее в нынешней РФ.
Как это было устроено? Фантастические книги и фильмы как бы перетекали в издания, где речь шла об абсолютно реальных достижениях, проектах и планах великой Страны Советов. Фантастика в них соседствовала с жизнью, серьезной наукой, историческими очерками и реалистической литературой.
Например, в журнале-альманахе «Искатель» фантастика шла рука об руку с приключенческими рассказами и повестями, особенно на сюжеты из Великой Отечественной. То есть создавалась спайка: вот — живая память о великом подвиге 1941–1945 годов, слава Победы, а вот — грядущие исторические победы и свершения. И есть мост между ними.
Существовал жанр книг-репортажей из будущего (увы, при Брежневе с 70-е угасший). Скажем, творил в сем жанре блестящий популяризатор науки и техники Карл Гильзин (1910–1977), исследователь и изобретатель. Господи, да его книга «В небе завтрашнего дня» 1960 года, посвященная будущему авиации, свела с ума не одного мальчишку! От самолетов с вертолетами и гиропланов-автожиров — до экзотических ионолетов и звездолетов с фотонными двигателями, такова была тематика. Причем Гильзин показывал реальные этапы возможного завоевания СССР неба. Авиация у него плавно выходила в космос, сперва в ближний, а затем и в дальний. «Электрические межпланетные корабли», «Двигатели невиданных скоростей», «В необыкновенном мире», «Путешествие к далеким мирам», «Полет на Луну» — вот его труды.
Рядом с ним творил футуролог Борис Ляпунов (1921–1972). В юности — активист (в 1943–1948 годах) секции и отделения подготовки и технического осуществления ракетных и космических полетов (ПТОРКП) Авиационного научно-технического общества студентов (АНТОС МАИ). Примечательно, что Борис Ляпунов создал первый в СССР «репортаж из будущего». Было это в 1954-м, когда он в содружестве с известными фантастами Георгием Гуревичем, Юрием Долгушиным и Владимиром Львовым создал очерк о полете на Луну в 1974-м. Все это опубликовал серьезный журнал «Знание — сила», выпустив номер якобы за ноябрь 1974-го. В 1955-м «Трудрезервиздат» выпустил все это отдельной книгой «Полет на Луну». Так тогдашняя Русская Мечта причудливо перетекала из фантастики в реальность.
Перу Ляпунова принадлежит помимо всех прочих его книг и труд «Мечте навстречу» (1957 год). Читатель погружался в мир 2024-го. Тут вам и строительство отечественной орбитальной станции, и полет на Марс, и создание обсерватории на астероиде Эрос. Картины освоения богатств Луны перемежались с образом строительства межзвездного флота, изменения климата Марса (его терраформирования, превращения в пригодную для жизни планету), создания искусственных планет. Книги Ляпунова захватывали: мы находим в них и поселения в виде дирижаблей, крейсирующих в тропосфере Земли, и машины для путешествий в подземном мире…
Все сходится. Именно Борис Ляпунов писал сценарий для кинорепортажа из будущего Павла Клушанцева «Дорога к звездам» (1957 год). А гений Клушанцев затем в 1962-м выпустит в свет художественный фильм «Планета бурь», взорвавший мозги целого поколения. Сам Ляпунов в 1958–1960 годах ведет рубрику «В мире мечты» — в популярнейшем журнале «Юный техник» (попробуйте-ка найти аналоги всего этого в нынешней РФ!)
Настоящим явлением отечественной культуры стал выход в свет в серии «Эврика» потрясающей книги «Гомо акватикус» (человек подводный) Александра Чернова в 1970-м. И я зачитывался этим гимном строителям подводных домов на Западе и в СССР, акванавтам. И тоже грезил будущим покорением гидрокосмоса, освоением биологических ресурсов океана. Где их не примитивно вылавливали, а выращивали…
Все это подкреплялось неустанной работой центров создания научно-популярного, познавательного кино. «Центрнаучфильм» и «Леннаучфильм» выдавали сотни нехудожественных лент, причем такого качества, что нынешние «Дискавери» и «Нэшнл Джиогрэфик» отдыхают (советский «научпоп» был крайне динамичен и насыщен, ибо не имел дешевых драматических эффектов и вечных повторений теперешних познавательных фильмов Запада, рассчитанных на туповатых особей с «клиповым сознанием», постоянно переключающих каналы ТВ). Регулярно выходили в свет выпуски кинотележурнала «Хочу все знать!». Для школьников издавался и одноименный литературный альманах в твердой обложке (любимое чтение автора этих строк, последний известный мне выпуск — 1988 года). Причем в этих сборниках статьи о современной науке и развитии СССР сопровождались описанием перспективных планов во всех сферах деятельности огромной страны.
А каким могуществом в воздействии на души и умы людей обладал ежегодный сборник «На суше и на море»! И здесь, вместе с очерками о великих стройках СССР, о его грандиозных проектах, вместе со статьями о разных странах мира, на фоне великолепнейших статей об истории, географии и природе родной державы неизменно присутствовала научная фантастика. Вместе с короткими интересными сообщениями «Факты, догадки, случаи». Снова перебрасывался мостик из мира грез о грядущих победах и триумфах Русской Мечты в реальность текущую, в окружающую жизнь. Ты понимал: вот сегодня мы возвели Саяно-Шушенскую ГЭС с ее беспримерной плотиной, подняли в воздух самый большой на свете воздушный корабль «Руслан». А завтра мы так же деловито высадимся на Марсе, овладеем энергией термояда, создадим подводные фермы. Да, боевой фантастики Сталинской эры явно не хватало, но и то, что имелось, впечатляло. И опять-таки — тщетно искать аналоги всего этого в современной Российской Федерации. Она ведь и Мечту-то свою представить пока не смогла…
И все это сопровождалось выпуском бесчисленных научно-познавательных книжек по специализированным темам, телевизионными викторинами, прекрасной телепередачей «Очевидное — невероятное» Капицы-младшего. Или ежемесячной передачей «ЭВМ» — «Это вы можете», где свои воплощенные разработки представляли изобретатели и «самодельщики» (аналога «ЭВМ» в РФ также не существует, все потонуло в потребительском дебилизме и обывательщине). Создавался настоящий универсум, поистине вселенная Русской Мечты, были видны пути ее исполнения!
Но был в третьем контуре Сверхфабрики красной Русской Мечты журнал, что стоит особняком. «Техника — молодежи». Эпохи его редактора Василия Захарченко (руководил «ТМ» в 1949–1984 годах). Сей журнал буквально перевернул жизнь десятков миллионов пассионариев. Вот здесь Мечта прочно соединялась с реальностью — и превращалась в тяговый двигатель невероятной мощи. Василий Захарченко (1915–1999) смог создать явление не просто русско-советской, а мировой культуры.
Его журнал просто уносил вас в захватывающие дали. Деловые репортажи с советских заводов или из научных лабораторий перетекали репортажи с космических орбит или из подводных домов. Здесь самые маститые советские академики отвечали на вопросы о настоящем и будущем своих направлений, делились своими мечтами о том, что надо бы сделать в грядущем. Здесь публиковались невероятно интересные проекты — хоть подводных хозяйств, хоть туннелей для «запряжения» сурового новороссийского ветра, боры, в турбины для выработки электричества, хоть космических кораблей для дальних миссий. Здесь говорили о будущем медицины и самого Человека. И одновременно здесь публиковались самые сенсационные гипотезы, таинственные случаи в истории. Здесь не боялись говорить о встречах со снежным человеком и контактах с инопланетянами, о таинственных способностях человеческой психики (сам Вольф Мессинг давал здесь интервью!), о телепатии и телекинезе. Здесь рассказывали о наших соотечественниках с паранормальными способностями, об исследованиях биополя, об оружии будущего. Тут шли дискуссии о победе над старением и смертью, о создании расы сверхлюдей будущего. То был все тот же русский космизм. Обо всем и не расскажешь! Номера зачитывали до дыр, собирали их подборки за многие годы. Василий Захарченко не боялся публиковать Ивана Ефремова, который помаленьку впадал в опалу после триумфальной «Туманности Андромеды». «ТМ» обнародовала роман великого русского визионера в 1957-м. Захарченко опубликовал и роман «Час быка» в 1968-м — через три года он попадет под запрет аж до 1988-го. Впрочем, именно публикация первых глав романа Артура Кларка в начале 1984 года, его «Космической Одиссеи-2», и стоила Захарченко должности. Уже при генсеке Андропове, гнобившем и Ефремова до самой его смерти в 1972-м.
Фантастика в «ТМ» непременно присутствовала — и обретала жизненную плоть. Да, все говорило: мы можем сказку сделать былью, Мечту — завтрашней повседневностью. В журнале бился мощный пульс жизни динамично развивающейся страны. Василий Захарченко выступал непременным участником передачи «Это вы можете». 1960-е стали расцветом «ТМ». «Я все время говорю молодежи: ребята, читайте старые статьи! Это собрание огромного количества новых идей. Все забыто, люди начинают заново повторять идеи, которые были высказаны еще в шестидесятые годы…» Это говорил академик РАН, директор Института проблем передачи информации, Александр Кулешов (интервью журналу «Кот Шредингера», декабрь 2015 года). Я давно знаю, что нынешние люди по дерзости замыслов по сравнению с советскими и западными людьми ревущих 1960-х — бескрылые, черви, ужи. Тогда мысль опережала технологические возможности. А сегодня эти возможности есть — но кастрирована фантазия, творческая смелость. Поздний западный капитализм и расейский сырьево-ростовщический феодализм плодят неполноценных червей, ненавидящих науку и технику. Ищите вдохновения в славной эпохе, а не в нынешнем убожестве.
«ТМ» всегда обладала смелостью мышления и способностью заглядывать за горизонт. Профессор Георгий Покровский, который в 1976-м публиковал в журнале «Техника — молодежи» статью о строительном использовании ядерных взрывов, в 1937-м появляется в «ТМ» с проектом воздушных торпед — беспилотных самолетов-снарядов с ракетными двигателями. По сути дела, с идеей телеуправляемых крылатых ракет. Покровский мечтал о крейсерах СССР, вооруженных такими аэроторпедами, которые подорвут военно-морскую мощь Запада и Японии[18]…
«Техника — молодежи» выступала как мощнейший излучатель Русской Мечты в народную толщу. Она щедро сеяла в нем семена уверенности в национальных силах, вдохновляла на самые смелые новации и творческий труд. Сходные задачи выполняли журналы «Знание — сила», «Наука и жизнь», «Моделист-конструктор», «Радио», «Юный техник». Они ведь тоже прекрасно создавали связь между самыми смелыми фантазиями и реальностью.
Такова была советская Фабрика Национальной Мечты, сломанная в 1991-м. Наша Техноцерковь. Многие упрекают ее за то, что она была слишком замкнута на собственно науку и технику, исполняя беспрерывную «космическую оперу», оставляя вне дискурса вопросы философские, смысловые. Но разве могло быть иначе? Попытка выхода в эти сферы могла тогда навлечь обвинения в антисоветчине. Однако мы легко можем представить себе все то же самое, но совмещенное с русской философией, с идеями Беловодья, нового града Китежа, Третьего Рима. Со смелой футурологией и возрожденной военной футуро-фантастикой, (горький факт: СССР не породил ни единого произведения с планом победы в Первой Холодной войне 1946–1991 годов и ни единого плана переустройства мира после победы над Западом). К сожалению, всего вышеназванного не случилось. Да и при брежневщине Мечта все больше покидает страницы интересных изданий. Не получилось скрестить детище Захарченко с «Памятью» Владимира Чивилихина. Но и то, что было, глубоко потрясает.
Да, аналога трехконтурной Суперфабрики Мечты, потока создаваемых образов победоносного грядущего страны, что имел СССР, и близко не имеет Российская Федерация. Хотя вроде бы и денег полно, и мощь телевидения безмерно возросла, и потрясающе реалистические спецэффекты в кино делать позволяют, и Интернет появился. Но все это расходуется на сущий балаган. Наполеновские заявленные планы вроде высадки на Марсе всех смешат — ибо в стране с неофеодальными порядками и сырьевой экономикой в такое мало кто верит.
СССР, имея свой генератор Мечты, в корне отличался от нынешней РФ тем, что в нем действовала мощнейшая научно-промышленная сфера. Тем, что Советский Союз производил практически все самостоятельно. Да, все это было далеко от идеала, оставлял желать лучшего сам хозяйственный механизм. Но при всех недостатках в стране существовала огромная армия технарей: исследователей, конструкторов, инженеров, квалифицированных рабочих. Действующие заводы и фабрики, видите ли, давали работу науке, образованию и даже культуре.
РФ, сведя экономику к сырьевой трубе и производству морально устаревшего оружия, лишила себя науки и образования. Без новой, футуристической индустриализации их не спасти, какие бы средства в них ни вливались. Без главного «ствола дерева», реального сектора, эти «ветви» засыхают. Вырождаются. И по той же самой причине РФ не имеет той Суперфабрики Мечты, которой располагал Красный гигант. Пропаганда РФ ходульна, она оторвана от почвы. А потому балаганно-примитивна и вызывает лишь издевку. Ну а сама власть не в силах начать новую индустриализацию — для этого потребно принципиально менять курс. Вводить протекционизм. Чему Кремль яро противится. Он пытается вытянуть все за счет военно-промышленного комплекса, а это — предопределенное поражение. На одном ВПК далеко не уедешь. Ибо советская «оборонка», помимо оружия, задолго до Горбачева производила еще и высокотехнологичную мирную продукцию. Чего напрочь лишен «одноногий» ВПК РФ. Впрочем, сие — отдельная тема, и на оную как-нибудь потом потолкуем.
Логика выживания РФ в новом немилосердном веке, логика превращения РФ в Великую Россию ясна до боли. Нужно уйти от статуса сырьевого придатка развитого мира, грубо поправ нормы Всемирной торговой организации, очистить страну от скверны воровства, от чиновного самодурства, перейти к народовластию. Вот тогда мы сможем воздвигнуть новую Сверхфабрику Русской Мечты. Ведь ее советский аналог не умер целиком. Просто он оказался погребен под мегатоннами грязи и пошлости. То, что осталось от Красного гиганта, и сегодня во многом можно пустить в ход.
Но как? Об этом — дальше…
По сути, мы с вами со скрипом, налегая на кремальеру, открываем проржавевшую дверь старого арсенала. Мы откопали вход в него, засыпанный постсоветскими недочеловеками, яро ненавидящими все то, что содержится там, за входом в забытый бункер. Что там, на стеллажах в темноте? Последнее чудо-оружие Советского Союза. Его великая фантастическая литература. Залежи самых дух захватывающих сюжетов и образов будущего. Те самые протоколы Иванушек-младшеньких, что прошли через советское горнило. Нам здесь уютно: ведь мы вошли в наши детство и юность. Луч нашего фонарика выхватил контур башнеобразного фотонного звездолета, белый скафандр с шевроном «ССКР» на рукаве, в углу холодно и зло блеснули глаза отарка — разумного медведя со сверхчеловеческим интеллектом.
Здесь — мир тогдашних наших грез о победе и нашем могуществе.
Это Иван Ефремов. «Час быка». 1968-й…
Все это может оживить Русскую Мечту, все это — прокладка курса в победоносное грядущее, все еще ждет своей экранизации. Что здесь? Вот с героями «Аргуса-12» Аскольда Якубовского (1927–1983) мы оказываемся на планете с буйной биосферой, где есть и живая плесень, и монстры-моуты, и летающие медузы, что плюют ядом. Мы преследуем Отто Штарка, умного преступного технократа, что пытается скрестить свое тело с могучими механизмами боевого робота невероятной силы. Стать киборгом, гибридом органического и кибернетического. И преследует Штарка тот, кто из обычного человека превращен в Аргуса, в звездного судью. Его шлем и жилет наделяют русского космонавта и телепатией, и даром внушения, и невероятной силой, задействуя скрытые резервы обычного организма…
Сколь раз, перечитав эту повесть, Максим Калашников — в юном возрасте — вперялся взглядом в ночное бездонное небо нашего Юга. И звезды манили. И Луна, что в морской бинокль представала серовато-пепельной, покрытой кратерами и цирками, будоражила воображение…
Или вот пронзительная повесть Кира Булычева (1934–2003) «Половина жизни», что вышла в свет в 1973-м. История медсестры Надежды, что прошла войну и в 1952-м была похищена инопланетными роботами, собиравшими образчики фауны с разных планет на свой автоматический корабль. Там, в плену, она остается человеком и встречает товарищей по несчастью — разумных существ-трепангов. И вместе они решают захватить корабль-робот…
Обо всем этом узнает экипаж русского корабля, перехвативший мертвый, замерзший корабль в дальнем космосе. Он несет следы борьбы — разгромленный центральный компьютер, замерших роботов-слуг, обугленный след на стене от выстрела импульсом энергии, один пустой эллинг от кем-то угнанного катера-разведчика… И оборванный дневник Надежды…
Только годы спустя экспедиция, вернувшаяся с планеты «трепангов», привозит стерефото памятника на площади необычного города. Земной женщины в мешковатом платье, держащей на коленях инопланетянина. Оказывается, она погибла при попытке захватить корабль — именно ее испепелил робот, — пытаясь спасти еще одно разумное существо. Но она помогла трепангоподобным добраться до катера, и они смогли бежать из космической тюрьмы…
Да, я плакал, когда ребенком прочитал повесть. Как и многие другие. Она затрагивает самые глубинные струны души. Если ее экранизировать сегодня — то получим шедевр мирового уровня.
А рассказы Севера Гансовского (1918–1990)? Ведь каждый из них — сюжет потрясающего кино. Не берусь передавать удивительную силу ума этого человека, его глубочайшую философичность и гуманизм. Здесь могут курить в сторонке и простенький американский «Стартрек», и «Звездные войны»…
Не хочу обидеть память ни одного из великих фантастов СССР. Своего часа ждут талантливые (иных не нужно!) экранизации «Часа быка» Ефремова, нового варианта его «Туманности Андромеды», «Страны багровых туч» ранних Стругацких, «Ледяного телескопа» Климова, потрясающие повести визионера Савченко… Да всех и перечислить-то трудно — настолько велика пока еще скрытая сокровищница.
Российский кинематограф убог, банален и пошл. Его делают какие-то неполноценные, что вращаются в кругу жалких сюжетов. Ненавидя все высокое и мечтательное, они снимают убогие поделки. О домработнице, ставшей женой богача — и спровадившей его на тот свет. О пирушке начальства в блокадном Ленинграде. О вечно пьяных советских командирах-дебилах, посылающих бойцов на верную смерть, и злых смершевцах. О вечных ментовско-бандитских войнах, от коих уже выворачивает. Новейшие комедии РФ превосходят американские по тупости и примитивности. Даже если они силятся снять «эпопеи» с огромными бюджетами, у них выходит халтурный «Викинг». Кажется, кинематограф оказался в руках некрофилов и пошляков. Понятно, почему этот зловонный поток никогда не станет Русской Мечтой. Ясно, почему он не может породить воображаемых притягательных миров. «Звездные войны» или какой-нибудь «Властелин колец» будет нещадно побивать киноподелки придонных тварей с убогими душонками. Поглядите на то, как тягомотная «Игра престолов» увела за собою десятки миллионов зрителей в РФ. Хотя сериал — о воображаемой нежити и небыти, что засасывает нас в пространство новой архаики. Тянет назад, в глухие и слепые века, в зловоние Средневековья, в мир интриг, сожжений заживо, пыток, жестоких казней и «траха». В мир, где большинство обречено на барщину и оброк, на жалкое существование в убогих лачугах полуголодных деревень. Разве это может сравниться с лучезарным миром «Туманности Андромеды»?
Голливуд играючи уводит «постсовка» в свой универсум, куда более яркий и манящий. Ибо в расейском кино не только сюжеты плоски и ничтожны — и режиссерская работа отвратительна, и персонажи непрорисованы. Да и актерская великая школа русских ныне загублена. Кого может прельстить алогичный и психопатичный «Левиафан»? Или плоско-обывательские «Елки» с «Бабушкой легкого поведения»? Когда же партачи-халтурщики (или рехнувшиеся баре) снимают ленты о Великой Отечественной, то тут хоть всех святых выноси — одна уголовная феня и неизменные палачи НКВД, что лишь мешают обычным людям выиграть войну. Вы видели, во что выродился Михалков? Мы видим уже не войну, а некие представления вырожденцев, никогда в армии-то не служивших, о той Войне. Где они все поступки наших предков мерят по себе.
Вы знаете о том, что молодежь в РФ все более воротит от таких «фронтовых» фильмов? Что она смеется над такой «духоскрепностью» и считает их архаикой? На фоне того, что американские роботы-роверы работают на Марсе, а космические станции янки исследуют Плутон, спутники Юпитера и Сатурна. Совершая посадки на них…
«Мастерам» россиянского кино нравится все превращать в грязь. Их, видимо, просто корчит от всего возвышенного. Мечтательного. Пронизанного идеями русского космизма. Они все превращают в дешевый стеб и гэги. Потому они и не замечают сокровищ отечественной литературной фантастики. Ибо разве могут летать ужи, пресмыкающиеся в грязи и прахе? Все идейное, пассионарное просто-напросто враждебно червям разложения. Помяните мое слово: они испоганят память о Великой Отечественной так, что молодые начнут опять, как в каком-нибудь 1990-м, измываться над светлой памятью дедов наших. Какая там Русская Мечта! Одни помои, духовные или интеллектуальные, вечные чернухи с порнухами. Потому до сих пор и не востребовано грозное оружие фантастики, что таится в нашей национальной культуре. Потому и лежит под спудом сей волшебный арсенал. Прав был Иван Ефремов, когда в 1971 году писал:
И столь же изумляет меня то, что это потенциально могучее оружие культуры, что способно поднять дух нации и наполнить сердца народа нашего страстью к рывку в космические выси, в упор не видит и государственная бюрократия РФ. Что она финансирует поток киноблевоты. Впрочем, о чем это я? Ведь они — всего лишь выбившиеся из грязи в князи отродья 90-х, всего лишь обыватели во дворянстве. Дегенераты, впитавшие в себя замашки уголовных «быков» с золотыми цепями на шеях. Неужели можно ожидать высоких порывов и космических саг от свиней, упершихся рылами в корыта? Они подсознательно чуют, что племя творцов с ними покончит — а потому и «культуру» создают под стать себе. Чтобы творцов вообще не возникало. И мечтателей. И пассионариев.
Столь же жалки и попытки церковных кругов создать альтернативы Голливуду и Диснею. В итоге-то получаются «Дети против волшебников». Не менее убогая архаика, способная лишь насмешить теперешних молодых. Молодые-то предпочитают сериал «Черное зеркало», где «Нетфликс» вводит в пугающие порой, но захватывающие реалии кибернетического Завтра. Сможет ли нынешняя власть открыть дверь забытого чудо-арсенала, засыпанного землей и кучами культурного мусора? Сумеет ли породить истинную кинофабрику Русской Мечты? Вопрос судьбоносный. И, кажется, вы сами знаете ответ на него…
А ведь начиналось это зарывание русского оружия космической Мечты, самого дискурса о возможном великом будущем, еще в позднем СССР. По мере того как эпоха бури и натиска скрывалась в тумане прошлого, как страну затягивала бюрократическая ряска, фантастика выталкивалась в разряд «несерьезного жанра». А как же иначе? СССР помаленьку превращался в страну «взрослых и серьезных» мещан, коим главное — не к звездам лететь, а «устроиться в жизни», обставить квартирку. А зачем «взрослым и солидным» какие-то мечты? В сей реальности начальник райпищеторга или работник торговой базы считались намного круче какого-нибудь академика. Или космонавта. Джинсы, «жигуль», чешский хрусталь в полированной стенке, финский сервелат стали важнее Великого Кольца. Расчленение СССР стало логическим завершением сего процесса. И та мещанская нелюдь, что готова была разменять великую страну на копченую колбасу и японский «видик», стала властью. И что с того, что на место «Жигулей» и румынского гарнитура пришли яхты с сексодромами, квартиры за 5 миллиардов рублей и «Бентли»? Убогие-то запросы по сути остались теми же. Только теперь они стали «августейшими».
О том, что в СССР упустили фантастическую киноиндустрию, вы уже знаете. После его гибели воцарившаяся мразь уничтожила и великую русско-советскую мультипликацию, еще одно могучее средство для переведения нашей фантастики в зрительные образы. Ну а дальше все фантастическое наследие, всю эту блажь про далекие миры просто засыпали всяким хламом.
А теперь снова нужна Русская Мечта…
«К 2000 году, я уверен в этом, заявит о своем рождении новая наука — подводная агрономия и, если хотите, подводная генетика. Баренцево море, Балтийское, Азовское, северо-запад Черного моря, их многочисленные заливы станут угодьями морских совхозов. На глубинах до 100 метров, где много солнца и теплая вода, агрономы и механизаторы — подводники в скафандрах — на юрких подводных машинах будут разводить полезные растения и животных и создавать новые формы. Только на больших глубинах, где темно, где температура всего 1–2 градуса и развитие жизни заторможено, не будет подводных нив и огородов…» — так говорил член-корреспондент АН СССР Лев Зенкевич[19].
Что делать? Тут не надо быть когнитарием-когом шестого уровня, чтобы понять — для начала нужно хотя бы экранизировать нашу великую фантастику. Да, с совершенно другими режиссерами. Но это — вопрос иной работы. Сперва нужно воодушевить собственный народ, открыв ему не голливудские, а русские миры…
Не нужно быть Сократом, чтобы понять и другое: при этом и в стране реальная жизнь изменится. В РФ должна начаться новая, футуристическая индустриализация. Чтобы заводы, фабрики и лаборатории поднимались, а не очередные футбольные стадионы. Чтобы миллиарды не в олимпиадах сжигались, а в дело шли. Ради чего придется такой же протекционизм вводить, как и дядюшка Трамп в Америке. И кредитно-финансовую политику по Глазьеву. Да и еще многое чего сделать придется. Только тогда новая Русская Мечта ляжет на благодатную почву. Только тогда появятся новые свитки Иванушек-дураков. Новые великие грезы о новой земле и новом небе…
Нет, просто воспроизвести ту Сверхфабрику Мечты, что так впечатляла в СССР, нельзя. Дух времени изменился. Появились новые технологии и средства воздействия на умы и души. Но, согласитесь, даже на мультимедийных ресурсах фантастические романы, фильмы и всякие игры на их основе должны соседствовать — как и в старой доброй «Технике — молодежи» — со статьями и видео о новейших отечественных предприятиях, научно-технических разработках и технологиях, за которые перед всем миром не стыдно. А еще лучше — чтобы весь мир им завидовал. Тут, знаете ли, «Газпрома» и «Роснефти» радикально недостаточно. Тут, знаете ли, Сколково не прокатывает, как и «Роснано» Чубайса. Тут надо создавать нечто принципиально новое.
Вот тогда и в новые русские звездолеты зритель поверит. Да и не только русский зритель, друзья. Для этого нужна «сущая безделица»: на деле изменить жизнь в стране. Сделав ставку на совсем других людей…
И. Ефремов — Э.К. Олсону, 1969 г.
«<…>Некомпетентность, леность и шаловливость «мальчиков» и «девочек» в любом начинании является характерной чертой этого самого времени. Я называю это «взрывом безнравственности», и это, мне кажется, гораздо опаснее ядерной войны. Мы можем видеть, что с древних времен нравственность и честь (в русском понимании этих слов) много существеннее, чем шпаги, стрелы и слоны, танки и пикирующие бомбардировщики. Все разрушения империй, государств и других политических организаций происходят через утерю нравственности. Это является единственной действительной причиной катастроф во всей истории, и поэтому, исследуя причины почти всех катаклизмов, мы можем сказать, что разрушение носит характер саморазрушения.
Когда для всех людей честная и напряженная работа станет непривычной, какое будущее может ожидать человечество? Кто сможет кормить, одевать, исцелять и перевозить людей? Бесчестные, каковыми они являются в настоящее время, как они смогут проводить научные и медицинские исследования?…»
В одном из моих снов ко мне пришел другой Максим Калашников — из параллельной реальности. Там, где все иначе. Он вошел в мой дом, приветственно вскинув руку…
Господи, такой же, как и я! Какая красивая у него куртка! Словно из замши, с красивым орнаментом, расшитая рядами бусин… Из чего, из слоновой кости, что ли?
— Нет! Это под мамонтовую кость сделано, хорошая имитация! — рассмеялся мой альтер-эго, по-медвежьи меня обняв. — Это наша дизайнерско-одежная компания «Гиперборея» делает, Куснирович с его «Боско да Чильеджи» от зависти все локти искусал. Знаешь, в чем фишка? «Гиперборейцы» взяли реконструкцию одежды из могил древнего поселения Сунгирь — и разработали линию одежды…
— Постой, ты хочешь сказать, что они взяли за основу одежду тех, кто жил 30 тысяч лет назад у самого края ледника, в нынешней Владимирской области? — изумляюсь я.
— В точку, копия моя, в точку! — улыбнулся странный гость. — В нашей Великой России недостатка в воображении нет. Летим на крыльях фантазии. Эта фирма теперь взялась за линии одежды древних наших предков — вятичей, кривичей, полян, древлян, радимичей… Отсебятина, конечно, но как работает. А на экспорт (да и дома у себя) продаются линии одежды готов, аланов, вандалов, норманнов, кельтов, гуннов, печенегов с половцами, тевтонов, скифов, сарматов. Огромный успех имеем, близнец мой по иной реальности, доложу я тебе. Ученые-археологи и реконструкторы вовсю работают, пищу для модельеров обеспечивая. Культурную экспансию на Запад ведем. Будешь смеяться: под эту волну стали и комбайны с автопилотами в Европу продавать. «Половец» из Ростова хорошо пошел, с роторной системой и приданными беспилотниками-самолетиками…
— Да ты что!
— Эх, тебя на фестивали у горы Гасфорта под Севастополем бы взять! Там — ежегодные слеты самодельщиков-авиаторов, легких летательных аппаратов и конкурс аэромобилей. Готовимся к массовой авиатизации, перемещаться между нашими новыми усадебными городами передвигаться. Помнишь, по Уэллсу? И тут же у нас — праздники исконной Европы. С теми же готами, маркоманами, свевами и кельтами. Хотели еще проводить фестиваль подводных домов и мини-подлодок, но одесситы себе забрали. Зато Севастополь теперь — очаг нового приборостроения и создания умных энергетических сетей. Чалому памятник при жизни таки поставили, как ни отбивался…
— Да, хоть краем глаза бы увидеть, — вздыхаю я, вспоминая нынешнюю гору Гасфорта, — ты сам-то летать научился?
— Да так, на винтолете-гироплане Устинова, по-детски… — скромничает Калашников-2.
— Погоди, а что с Украиной, Донбассом?
— Что? — поднимает брови мой альтер-эго. — В 2014-м быстро ввели войска и помогли появится независимой Новороссии, с Крымом в ее составе. Специальную операцию готовил командующий Сил специальных операций, генерал-полковник Квачков, два специальных командования создал — в Ростове и Белгороде. А знаешь, кто у него начштаба? Стрелков.
— Игорь Иваныч?
— Игорь Иванович, он самый. Уж генерал-майор. Операцию провели по всем канонам молниеносной войны. Укры даже не пикнули, не успели «Мама!» крикнуть. Новороссия — и Донбасс, и Приазовье, и Причерноморье — до Днестра, до Тирасполя и Бендер. Свидомиты как увидели, что сила двинула, — остолбенели. Войну пресекли в корне. В Одессе никто заживо не горел. Запад посоветовал комитету Турчинова не дергаться, не злить русских. Сам ведь перелякался. Половина ВСУ перешла в армию Новороссии, перебежали местные чиновники. В руках новороссов оказались все гавани, вся металлургия, весь уголь и почти вся химия. Моста в Крым строить не пришлось, трубопроводы теперь не надо ни через Турцию, ни через Болгарию тянуть. В руках у нас оказалась треть газотранспортной системы бывшей Украины. Помнишь Орловку, где мы были в 1984-м? Она теперь наша. Вместе с газотранспортным узлом. Теперь и новые нитки через Новороссию проектируются.
— И что, войны вообще не было?
— Да по мелочи, в Кировоградской области только. Там народные командиры выдвинулись. От Одессы границу отодвинули, к Новороссии землицы прирезали еще. И знаешь что? Это в вашей реальности всех полевых командиров Донбасса уничтожили «украинские ДРГ». И у нас Иваныч предложил идею и осуществил ее: выдвинувшихся в партизанско-ополченческих действиях вожаков ввели в специальную Военную организацию при Силах спецопераций. Ну как большевики сделали в 1921-м, когда с Польшей продолжали тайно воевать. С той стороны правосеки пытались просачиваться и диверсии делать — их быстро перебили. С беспилотников уничтожали, подпольные сети вскрывали…
…Усевшись на диван, Калашников-2 прочел мне целую лекцию. Санкции Запада получились примерно такие же, как в нашей реальности. Перспективы ядерного конфликта с русскими на Западе испугались до смерти. Европа теперь все больше старается наладить отношения с Москвой, вопреки воплям из Вашингтона. Она же силу уважает. А в федеративной Новороссии, что слилась с Приднестровьем, теперь готовится референдум о воссоединении с РФ…
— Что, и Янек во главе?
— Не! — смеется Калашников-2 — Кому нужно это пугало? Смайнали его. Кстати, Пашка Губарев — глава Верховного Совета Новороссии. А в Москве давно курс не то что в твоей реальности. Протекционизм, новая индустриализация. Глазьев рулит Госбанком РФ, премьером — Савченко. Навального во главе Счетной палаты поставили. Она теперь подконтрольна парламенту…
— А президент кто? — ахаю я.
— Никогда не угадаешь, — подмигивает гость…
Мы говорим еще долго — и переходим к главному. К тому, что без Мечты и воображения нынешней РФ не выстоять во Второй Холодной войне…
Не так уж много правителей мира оставили внятный образ того будущего, в которое они вели или ведут свои народы. Тех, кто смог нарисовать свои варианты национальной Мечты.
Пускай и черные, зловещие, но все-таки последовательные планы оставил Гитлер. Дело не только в его «Майн кампф», где он рисует планы экспансии на Восток (как альтернативы борьбе Германии с Британской империей). Гитлер смог создать свой вариант фабрики мечты: каждый немец знал, что он в случае победы получит такие-то поместья в России (в бывших, как мечтали тевтоны, РСФСР, Украинской ССР и Белоруссии), сколько к ним будет прилагаться местных работников, фактически — невольников. Немцы неплохо разработали планы колонизации наших земель, составили проект гигантской железнодорожной магистрали с могучими локомотивами и вагонами-кораблями. На сознание немцев умело воздействовали проекты перестройки немецких городов, тканевой урбанизации по Готфриду Федеру (россыпь малоэтажных городов), образы реальных заводов-садов с социальной инфраструктурой (реальные предприятия Мессершмитта и Хейнкеля с зелеными зонами, с удобными коттеджами для работников). В той Германии была своя научно-техническая футуристика.
Образ новой Римской империи, сшитой автострадами, скоростной авиацией и дополненной промышленностью на передовых технологиях, создал и Муссолини в Италии. Да дуче и воплощал некоторые мечты.
«Муссолини осушил 7,7 миллионов гектаров болот, ввел культуру риса и в производство, и в питание итальянцев, Италия из импортера продуктов питания стала их экспортером, а через 10 лет, в 1933 году в Италии был получен урожай зерновых 82 миллиона тонн. Оцените этот подвиг: всего 40 миллионов итальянцев (включая стариков и детей) под руководством Муссолини получили этот урожай на земельных площадях Италии, меньших по площади территории одного только региона России — Северного Кавказа. Это рекорд сбора зерновых всей бывшей Российской Империи с ее 160 миллионами населения, которая якобы «кормила весь мир». Это то количество зерна, которое способна вырастить в самый урожайный год только вся нынешняя Russia после 80 лет развития техники и технологии сельского хозяйства. Достижения Муссолини — это вам не удвоение ВВП… за счет роста мировых цен на нефть…» — пишет Юрий Мухин[20].
В 1930 году правительство Бенито Муссолини в Италии решило освоить 72 тысячи гектаров в гнилой болотистой местности южнее Рима. Это место всегда было рассадником малярии, осушить его планировали еще императоры Юлий Цезарь и Нерон. Муссолини (а дело было в условиях жестокого мирового кризиса) поручил организацию работ графу Валентино Орсолини Ценчелли. В рекордные сроки, используя труд 25 тысяч рабочих, граф осушил гиблое место с помощью сетки больших канав, расчистил землю — и уже в ноябре 1932 года на этих землях стали появляться первые фермы. Накануне нового 1933 года Муссолини торжественно основал первый в сем районе город — Литтрию. Было прорыто 400 километров водоотводных канав, проложено 600 км новых дорог. К 1935 году на возрожденных землях возникло три тысячи аграрных хозяйств и появилось еще два городка: Сабаудия и Понтиния (Александр Широкорад. «Италия — враг поневоле», гл. 18). И до сих пор юг Италии питается с помощью того водовода, что при Муссолини протянули от озер Ломбардии до Калабрии. В 1924-м первая автострада в мире открылась именно в Италии…
Неплохим визионером выступил и Франклин Делано Рузвельт, один из величайших президентов США и творец Нового курса, по сути — основатель ядерно-космической, глобальной Америки. Накануне своего прихода к власти (1933–1945) он пишет книгу «Глядя вперед», где накладывает на традиционную американскую идеологию (идеал «американской мечты», всемирного мессианизма и белого протестантского Града на Холме) еще и электрический мир будущего.
В той книге Ф.Д. Рузвельт нарисовал свой образ Электрического Мира. Итак, американцы будут переводить промышленность из городов в сельские районы. «Дешевая электрическая энергия, хорошие дороги и автомобили делают такое сельско-промышленное развитие возможным…»
Рузвельт писал, что перегруженные и перенаселенные фабрично-заводские районы, сложившиеся в эпоху господства парового двигателя, — анахронизм в век электричества, когда источник энергии можно расположить вдали от места производства. Он говорил о городах и промышленных уголках без дыма и копоти. О том, что все будет обеспечиваться электроэнергией и она станет средством для кардинального переустройства быта в городе и деревне. Обращаясь к международной энергетической конференции в 1936-м, Рузвельт сказал: «Это нелогично — верить, что в нашем овладении электрической энергией кроется потенциально соответствующая промышленная и социальная революция; возможно, эта революция происходит, но мы ее не осознаем…»
Думаю, что Рузвельта Второго вдохновил пример Ленина с его грандиозным планом электрификации России — ГОЭЛРО (1920 год).
23 июля 1934 года, беседуя с Гербертом Уэллсом, товарищ Сталин заявил: «Несомненно, из всех капитанов современного капиталистического мира Рузвельт — самая сильная фигура». (И. Сталин. «Вопросы ленинизма», изд. 10-е, с. 601). После инаугурации Ф.Д.Р прошло всего четыре месяца. Но Сталин явно читал книгу Рузвельта «Глядя вперед», вышедшую в свет в начале 1933-го и уже тогда выдержавшую четыре издания. Рецензируя Рузвельтову книгу, нацистская «Фелькишер Беобахтер» провозгласила: «Многое места в его книге Looking Forward могли бы быть написаны национал-социалистом. Во всяком случае, можно предположить, что он чувствует значительное родство с национал-социалистической философией». С приязнью глядел на нового президента США и Муссолини. Прочитав предвыборную книгу Рузвельта «Глядя вперед» (некий аналог книги Трампа «Снова сделать Америку великой»), дуче с жаром сказал: «Этот парень — один из нас. Обращение к решительности и мужской трезвости молодежи страны, при помощи которого Рузвельт призывает своих читателей к борьбе, напоминает способы и средства, которыми фашизм пробудил итальянский народ». Муссолини особенно нравилось то, что Рузвельт не собирается экономику «бросать на произвол судьбы» и практически действует в сем направлении как фашист. «Настроение, сопровождающее эти резкие изменения, без сомнения, напоминает фашизм», — писал Муссолини.
Надо сказать, что образ будущего (с роботами, с радиофицированным человеком) рузвельтианская Америка нарисовала и на всемирной выставке «Мир завтрашнего дня» (работала в 1939–1940 годах). Посетителей Дворца электричества приветствовал говорящий робот. Здесь можно было увидеть футураму города США 1960 года, действующие макеты автодорог будущего, модель ракетного порта. «Особый интерес публики вызывали последние достижения в авиации, первые телевизоры, магнитофоны и кондиционеры, люминесцентные лампы, нейлоновые чулки и т. п. Подлинной сенсацией стал первый говорящий робот, представленный в павильоне фирмы «Вестингауз электрик»[21]
Именно там был представлен образ человека будущего: свободная одежда, на голове — короной — радиоантенна. Да, будущая мобильная связь была угадана верно.
Образ страны, которая достигает дальних рубежей, оставил президент США Кеннеди. Его дополнила впечатляющая футуристическая всемирная выставка в США 1964 года. С жилищами, транспортом, космосом будущего.
А что с нашими правителями? Они, увы, вышли скупыми на образ Русской Мечты, на свою картину грядущего. Русские императоры не смогли его создать. В СССР первым попробовал породить этот образ Ленин, оставивший после себя план ГОЭЛРО. Сталин, как мы уже знаем, выстроил целую Фабрику Мечты из литературы и кино, создал волшебный мир выставки ВСХВ (будущей ВДНХ). Да и очень умело представил достижения и планы СССР на всемирных выставках в Париже (1937 год) и Нью-Йорке (1939–1940 годы).
— Как ни парадоксально это звучит, но из советских вождей после Сталина лучше всех по части работы Фабрики Мечты выглядит Никита Хрущев, — продолжает Калашников-2, раскуривая кубинскую сигару. — Да, он принимает ту самую программу КПСС 1961 года, что планирует удвоение национального дохода к 1970-му, а построение коммунизма — в 1980-м. Но он имел на то полное право: СССР лидирует в космосе, при Хрущеве ежегодные объемы жилищного строительства увеличиваются пятикратно, с 10 до 50 миллионов квадратных метров! Идут эксперименты с новыми технологиями — вплоть до пластмассовых домов. Да и экономика СССР несется вперед на всех парах, американцы завистливо вздыхают при виде наших темпов.
Да, наломал дровишек Никита Кукурузный немало. Но при Хрущеве, как известно, происходит настоящий взрыв русско-советской научной фантастики, создаются фантастические кинофильмы, восходят звезды и Ефремова, и Стругацких. А помните, как он хорошо использовал те же всемирные выставки? Например, «ядерную» ЭКСПО в Брюсселе 1958 года?
Да, то был образ тогдашней Русской Мечты. Ее лозунг: «Мы живем в 1958 году, в год технологических чудес, когда можно все!» На выставку мы повезли все, чем только могли похвастать, — достижения науки, культуры, искусства. Экспозиция павильона посвящалась теме «Мир и Труд» и включала 18 разделов. Кроме того, павильон был буквально набит станками и иными механизмами — образцы техники всех видов — как натуральные, действующие экземпляры, работу которых можно было наблюдать воочию, — шагающий экскаватор, катер с подводными крыльями, автоматические станки, так и макеты. Быт советских людей был представлен двумя образцово-показательными квартирами. На выставку привезли копии первого спутника и лунника, модели атомохода «Ленин» и новейших пассажирских самолетов, угольные комбайны и станки-станки-станки. В сам огромный павильон вместилось не все — площадь перед ним была задействована под стоянку разного рода техники — грузовых автомобилей, тракторов, автобусов, комбайнов.
Число посетителей превысило 30 миллионов человек. Бельгийская пресса называла наш павильон «павильоном № 1». Сам павильон сверкал стеклянными стенами и выглядел внушительно. Театральность здесь была сведена к минимуму. Здание — коробка, названная прессой «Парфеноном из стекла и стали». Архитекторы и строители многих стран отметили необычность архитектуры и оригинальность конструкции. В конструкции — инновация, скрытая для широкого зрителя, но явная для архитекторов и строителей, суть которой заключалась в том, что «здание не имело фундамента и буквально висело на 16 мачтах-опорах»…[22]
Именно на этой выставке мы показали кибернетический протез руки, управляемый биотоками человека. Медали получили наш пассажирский турбовинтовой авиалайнер Ту-114 и знаменитый Ил-18, грузовой воздушный корабль Ан-10, вертолеты Ми-4 и Ка-18, самоходный комбайн СК-3, Волжская ГЭС. Красногорский мехзавод (КМЗ) получил Гран-при за оригинальные сменные объективы отечественной разработки: МР-2 Руссар, Мир-1, Таир-11, Таир-3, МТО-500 и МТО-1000. Дипломы почета (Diplome d'Honneur) получили образцы специализированной продукции КМЗ: электронный микроскоп ЭМ-5, высокоскоростная киносъемочная камера ФП-22 и камера для исследований полярных сияний C-180. Иностранцы отметили наградой телевизор «Темп-3».
Надо сказать, по сравнению с такой экспозицией павильон РФ на ЭКСПО-2010 в Шанхае был удручающе пуст. Как, впрочем, и павильоны других стран. В отличие от трех павильонов Китая…
Но не будем отвлекаться: при Хрущеве Фабрика Мечты работала хорошо. Стратегии партии и государства отменно дополнялись литературой и искусством. Хрущев даже оставил план развития гражданского общества: органы МВД дополняются добровольными народными дружинами, официальная наука — народными конструкторскими бюро, а классические театры — театрами народными.
Зато потом начинается спад. Власть прибирают к рукам те серые человекоподобные в костюмах, те самые чиновники, которые — «взрослые» и на фантазии смотрят, как на опасную блажь. Те самые особи, чей образ вывел легендарный советский капитан-полярник и писатель Константин Бадигин. Есть у него такой персонаж — товарищ Подсебякин. Из породы «Как бы чего не вышло» и «Мы проверим и перепроверим». Вот для этих тварей идеалом стало рабское копирование всего западного и японского (рисковать и придумывать не надо, уже кто-то рискнул).
Советские выставки теряют яркость. Для журнала «Техника — молодежи» вводится… лимит на подписку. Хотя, казалось бы, нужно наоборот: как можно шире распространять мощное средство создания Русской Мечты. Такие же лимиты вводятся и для других умных журналов. Подсебякины начинают гробить нас, превращая в туповатых серых обывателей-потребителей. Начинается дефицит книг: великих произведений тех же фантастов на прилавках магазинов нет.
Этим отмечена эпоха Брежнева (1964–1982 годы), что правил, опираясь на узкий круг приближенных (шеф КГБ Андропов, министр иностранных дел Громыко, премьер Косыгин, глава Верховного Совета Подгорный). Именно в это время кинофантастика СССР отмечается весьма редкими фильмами.
Никаких больше ярких «репортажей из будущего». У СССР даже нет плана победы в Холодной войне и послевоенного переустройства мира. Зато есть откровенное заискивание перед Западом, даже когда он ослабел и готов просить о пощаде (первая половина 1970-х). Когда роли переменятся и в начале 80-х США перейдут в наступление, они миндальничать с нами не станут — начнут дожимать СССР…
Подсебякины, коронованные тупицы и мещане, доводят Советский Союз до деморализации и катастрофы, предавая его. Они же составляют «элиту» обломков СССР, всех этих «постсоветий». РФ тут — ярчайший образчик. Подсебякины породили следующую генерацию «инволюции», вырождения. Они и до сих пор уверены: дело русских — добывать и продавать сырье, а все технически сложное — покупать у развитых стран. Максимум — приглашать сюда иностранные корпорации, пускай открывают в РФ сборочные производства. Хоть автомобилей, хоть станков. Уже после Ельцина скончались электронная индустрия, гражданское авиастроение, судостроение, станкостроение, страна попала в полную зависимость от иноземных технологий добычи нефти и газа…
Никакого образа Русской Мечты пьяный Борис (Ельцин, 1991–1999 годы) создать не мог. Но и Владимир Путин не смог построить фабрики Русской Мечты. План Путина остался курьезом (его никто не видел). Так называемые майские указы хоть 2012-го, хоть 2018-го так и остались бюрократическими документами, что, как говорится, ни уму, ни сердцу. Ни одного фильма о великом будущем Российской Федерации не появилось. Ни художественного, ни в виде «репортажа из будущего» в стиле Клушанцева.
Удивительно, но Москва тут проиграла новому президенту Украины Зеленскому, что до своего президентства создал киноэпопею «Слуга народа». Какой-никакой, а план торжества Украины и образ ее победоносного будущего, воплощенной мечты о вхождении в Европу и победе над коррупцией. Можно сколько угодно говорить о том, что в кино — несбыточный популизм и ненаучные фантазии, это не отменяет горького факта: РФ не дала даже такого образа Русской Мечты. Например, такого, где РФ проводит индустриализацию, строит города будущего — и возвращает Украину. Даже для возвращенного Крыма внятного плана грядущего попросту не существует…
— Если это положение не исправить, я не дам за судьбу РФ и ломаного гроша… — невесело усмехается Калашников-2. Скинув, наконец, свою «сунгирку», он блаженно растягивается в кресле: — Еще одна геополитическая катастрофа, порожденная отсутствием воображения у власти…
…Ты не хуже меня знаешь, зачем нужна АРМ — Академия русской мечты. Такова уж наша национальная особенность: маниакально-депрессивный характер русских. Либо мы воодушевлены и сворачиваем горы, подчас не чувствуя ни ран, ни боли, ни голода, ни жажды, мирясь с нуждой и тяготами жизни. Либо мы впали в глубочайшее отчаяние и самих себя считаем ошибками Господа Бога, совершенно опуская руки и покоряясь року. Нам нужен смысл жизни, Мечта, за которую не жаль и жизнь отдать…
Калашников из параллельной реальности произносит монолог, пристально глядя на меня.
— Знаю, близнец, — отвечаю ему. — Такую особенность своего народа мы с тобой невольно нащупали в воспоминаниях гитлеровских вояк о 41-м. Кто-то из них метко выразился: мол, мы никогда не могли угадать, будут ли вот сейчас русские драться ожесточенно, до последней капли крови, дойдет ли дело до рукопашной — или же они надломленно поднимут руки вверх и покорным стадом побредут в плен.
А русский врач и демограф Игорь Гундаров уже в наши дни блестяще доказал, что русским необходимо воодушевление. Нечто, что нас завораживает и манит, чего хочется пламенно, страстно. Ибо в противном случае мы впадаем в жестокую хандру, парализующую депрессию. Гундаров со статистикой в руках показал, что у нас смертность от всяких там причин выше, чем у народов с таким же небольшим ВВП на душу населения. Вроде бы они так же бедны, и алкоголя в среднем потребляют не меньше нашего, и курят — а мы мрем побольше их. И детей рожаем куда меньше. Зато когда к нам приходит чувство окрыленности, все волшебным образом изменяется. Примером наш исследователь взял резкий взлет рождаемости в Ленинграде после снятия блокады в 1944-м…
— Блестящий пример! — хлопает в ладоши мой гость. — Потому нынешним русским без большой Мечты, что покоряет сердца и захватывает воображение, просто никуда. Страна иначе угаснет чисто в силу демографических причин, не считая всех прочих напастей. Для этого и нужно создавать Академию русской мечты. Кстати, она в моей реальности давно работает. И я, знаешь ли, в нее вхожу…
Он с жаром рассказывает мне о его АРМ. О том, как в Академию, созданную почти по-азимовски, входят писатели и ученые, промышленники и аграрии, художники и режиссеры, инженеры и конструкторы. Но только не чиновники…
— Академия у нас буйно разветвилась и превратилась в весомую общественно-политическую силу. Мы, конечно, не японское тайное Общество черного океана, все-таки русские — не дети богини Аматэрасу, но мы прогрессируем — смеется «параллельный» Калашников. — Ставка на великую нашу фантастику совершенно верна, но с одним лишь критическим дополнением…
…Всякая Русская Мечта густо замешана на идее Правды, справедливого общества. Нашего Беловодья или Китежа. «Социальная справедливость» — термин какой-то выхолощенный, разбавленный. Нет, нам подавай торжество над паразитами и кровососами! И лишь к этому — звездолеты…
— …Никакие космические дали сами по себе не отвлекут русских от теперешнего зловонного болота, близнец мой! — закончил гость из параллельной реальности, рубанув воздух рукой.
— Да, полностью согласен. Ни единая Академия русской мечты не выживет в мерзости сырьевой экономики и при господстве свихнувшихся от роскоши и чувства безнаказанности чиновников, — киваю в ответ.
Святая правда. Никакая идея, хоть Третьего Рима, хоть Третьего проекта, хоть Града Китежа, не имеет почвы без образа жизни в Правде. Без уничтожения дичайших неравенства, беззакония и несправедливости. И вся великая русская фантастика начиналась именно как поход за Правдой, как захватывающие истории победы честных тружеников над сворой псов и палачей. «Аэлита» Алексея Толстого — восстание рабочего люда на Марсе, во главе которого становится бесшабашный пассионарий, красноармеец Гусев. А в «Гиперболоиде инженера Гарина» самоотверженный, аки самурай, чекист Шельга поднимает восстание в мире, который, казалось, покорен злым гением Гарина. В руках повстанцев оказываются страшные гиперболоиды, и не помогают ни бомбардировки мятежных кварталов газовыми бомбами с аэропланов, ни убийства активистов специальными агентами полиции.
Идея создания общества Правды, страны, где творцы и труженики уничтожили паразитов, где они фанатично, подвижнически творят новую реальность, — вот что проходит не красной нитью, но целым корабельным канатом сквозь нашу фантастику. И она же обязана пройти через Академию Русской Мечты. Мы не можем рассчитывать на тот ресурс, что был у японцев век с лишним назад: когда ради величия Японии и покорения ею всего мира — причем совершенно бескорыстно, не требуя ничего взамен! — готовы были жертвовать собой даже рикши. Не помышляя ни о какой социальной справедливости. У русских первой половины ХХ столетия тоже имелся схожий ресурс. Достаточно вспомнить, как люди, не получая ни копейки, создавали основу космонавтики по вечерам, после работы. В подвале на Садово-Спасской, дом 19, где в 1932-м обосновалась ГИРД — Группа изучения ракетного движения. Энтузиазм сталинских времен творил чудеса, дотоле немыслимые. Что в мирном строительстве, что на поле боя. Но при этом фанатические усилия наши тогда питались идеалом нового, справедливого общества, что мы строили.
Русские устроены иначе, нежели японцы. Они не желали совмещать борьбу за имперское величие с неправдой в обществе еще в начале ХХ столетия, послав подальше борьбу за священный Царьград в Первую мировую. Они предпочли повернуть штыки, чтобы бороться за землю с помещиками. И сейчас повторяется та же история. Поглядите на нынешнюю русскую фантастику: она посвящена в основном «попаданцам» в прошлое. Они то переигрывают Великую Отечественную, то спасают СССР в 1991-м. Настроение понятно: страна зашла не туда, угодила в тупик или в гиблое место. Надо выводить ее оттуда, хотя бы и в своем воображении. Впрочем, произведения о переигрывании то Русско-японской, то Первой мировой — того же поля ягоды.
Только образ победившей Правды в силах увлечь за собою миллионы сердец, побудить к самоотвержению и яростному труду. А вот на этой твердой основе можно разворачивать и новую Империю, и научно-техническую революцию с новой индустриализацией, и космическую экспансию. Именно с ней может повенчаться наш великодержавный национализм! Потому что ныне живущим важно не только то, что можно и нужно совершить, но и зачем это делать. Дать им смысл жизни. Потому и надо скрестить Русскую Мечту и порыв к Правде, к новому обществу.
В условиях нынешней РФ сие — задача, прямо скажем, не из легких…
Но если такое скрещение состоится, то успех будет громадным. Безверие и апатия уступят место кипучей деятельности. И тут фантастика, старая и молодая, вышедшая на видеоэкраны или оставшаяся в книгах, сослужит свою великую службу. Ведь она очень динамична и целеустремленна, она поднимает на щит деятельных, храбрых, умных. Это вам не надломленные, вечно мятущиеся, лишние люди русской классики. Нет, никто не призывает отправлять русскую классику в архивную пыль, но разве герои Достоевского, Тургенева или Льва Толстого способны сейчас кого-то воодушевить? Вот тут и потребна буйная наша фантастика. Боевая и космическая, научная и промышленная.
Смелая и бесшабашная, она может дать не просто образы грядущего, а ответы на множество вопросов. Кем мы станем? Как победим скверну и нелюдь, что нас пока душат? Как прорвемся в космос — и как поднимем Русь из запустения и вымирания? Как объединим русов всех трех ветвей, великороссов, малороссов-украинцев и белых русов? Что сделаем с Украиной? Как решим проблемы Северного Кавказа? Как преобразим Сибирь и ее дальневосточные рубежи? Как будем побеждать в войнах новой эры — и кого побеждать? Как мы создадим новую расу, став полубогами? И как роботы не убьют людей, а дадут им новое могущество, откроют им гигантские новые сферы деятельности? И как мы встретим жестокую, невероятно бурную реальность второй половины XXI века, когда Земля буквально вскрикнет? Время невиданных жажды, голода, нехватки плодородных земель, свирепой климатической ломки и психических пандемий? Ведь придется спроектировать новую Русь как некий Ноев ковчег, как Империю последней надежды человечества…
Русско-советская фантастика занимает во всем этом особое место. Потому что она — самая близкая к нам по времени Русская Мечта, самая технически продвинутая. Помните, как страны Западной Европы строили свою цивилизацию, опираясь на тексты, предания, обычаи и образы Римской империи? Даже на ее материальные остатки, на фундаменты ее зданий и на ее города? Ведь Европа буквально росла на остатках Древнего Рима, питаясь его эгрегором, его наследием. И материальным, и бесплотным.
Такую же роль для новой Великой Руси сыграют тексты наших фантастов эпохи бури и натиска 1950–1960-х. Ибо позже наступает эпоха торжествующего мещанства и маленьких людей с мелкими страстишками. А фантастика порывается из-под этой коросты отдельными яркими протуберанцами. Конечно, при экранизации старых романов их придется иной раз осовременивать (все-таки технологии ушли вперед). Но это не меняет дела в принципе. А иной раз можно не осовременивать старые тексты — есть ведь и жанр парового панка. Или дизель-панка. Приключения в иных, параллельных мирах. Сталинская боевая фантастика, скажем, имеет неплохие перспективы в мультиплиации-анимации. Было бы желание задействовать волшебную сокровищницу русских грез.
Но что есть у фантастов СССР прежних времен — так это продуманность, основательность, солидность их фантазий. Именно это делает их аналогами древнеримских авторов для тех, кто строил Запад (европейскую и американскую цивилизации). Ушедшие в мир иной, но продолжающие жизнь в своих книгах титаны красной фантастики жили в стране отнюдь не сырьевой, а индустриальной, инженерной, научно-технической. И это давало им невероятную силу — по сравнению с временами нынешними, крикливыми, легковесными и балаганными, временами твиттера и прочих пустопорожних болталок. Нам придется преодолевать последствия наших «темных веков», последствия господства постсоветских трупоедов и сырьевиков, отбросивших русских далеко назад. По сути, нам предстоит некий аналог Возрождения-Ренессанса. И если гуманисты Европы с XIV века пили мудрость из античного источника (великого наследия римлян и эллинов), то нас вдохновят и направят тексты красных провидцев.
— Видишь ли, мой альтер-эго в этой «неправильной» реальности, фантастика — часть культуры. А что она такое? Этакая библиотека, сокровищница знаний, в которую можно заглянуть, сталкиваясь либо с кризисом, либо с опасными вызовами времени. В конце концов, человеческая культура содержит опыт предков, что с вызовами и кризисами имели дело ничуть не реже, нежели мы. А фантасты славны тем, что мысленно ставили эксперименты с теми вызовами, что находились далеко за горизонтом. В отличие, кстати, от «серьезной науки» и обычных литераторов. Ой, как полезно поискать у них нужные идеи для новой Русской Мечты! Наши с тобой библиотеки — и в твоей реальности, и в моей — очень похожи. У тебя вон тоже вижу «Рождение Шестого океана» Гуревича…
— Да, он самый. Недавно перечитывал, — киваю в ответ. — Особенно мне понравились его идеи о научно-исследовательском институте грядущего, совмещенном с опытным заводом. И со скрещением его то ли с монашескими скитами, то ли со сталинскими «шарашками»…
— Ну как же, помню! — смеется в ответ мой гость. — Ученый, который полностью освобожден от каких-то прозаических, бытовых забот. Работай на могучую страну, давай новые технологии ее мощно развивающейся наукопромышленности. Гуревич грезил об этом еще в 1960-м…
В «Рождении Шестого океана» Георгий Гуревич действительно предлагал создать все это в Новосибирске. Этакий Энергетический институт. В общежитиях — роскошные номера. Все, что нужно ученому для жизни, доставляется по лифтам внутренней доставки. В номер — еда, напитки, книги. Обратно — белье в прачечную, письма на почту, грязная посуда, прочитанные книги. Отлично обустроены лаборатории свободной планировки, и там тоже есть внутренняя система доставки. Знай себе, работай и не отвлекайся на бытовую суету…
Модели по чертежам изготавливают автоматические станки. Испытания новых образцов максимально автоматизированы, электронно-вычислительные машины — компьютеры — делают расчеты и печатают таблицы. Человеку остается лишь делать выводы. Создается конвейер изобретений, рутинные операции с исследователя снимаются полностью. И никаких житейских хлопот: только работай и давай результат.
Научный руководитель ставит героям романа условие: решите проблему передачи электричества без проводов на тысячи километров, через ионосферу. Для этого вы полностью уходите в некий «монашеский затвор», полностью сосредотачиваясь на работе. Никакой личной жизни! Подъем в шесть утра, зарядка, душ и завтрак. Потом — работа. Все необходимое сделает опытное производство. Каждые два часа работы — перерыв на физические упражнения. Перед сном — прогулка. И так — два года подвижничества. Цель — создать то, чего еще нет ни у кого в мире.
— Да, просто поразительно. Особенно если учесть то, что Гуревич писал свою книгу в 50-е, одновременно с развертыванием в США такого мощного «мозгового треста», как корпорация RAND, — отвечаю я. — Фантаст Гуревич ничего не знал о практике американцев 1950-х, однако они делали нечто подобное. Столкнувшись с тем, что Советский Союз обгоняет их в космосе, испытав шок и трепет после запуска русскими первого в мире искусственного спутника Земли в 1957-м, владыки Америки почувствовали, что космические ракеты Советского Союза — это боевые межконтинентальные снаряды. Каковые могут поразить и Америку, и их самих в их же логове. Атлантический и Тихий океаны, веками служившие американцам этакими крепостными рвами, как бы перестали существовать.
Вся геополитика вмиг перевернулась. Это раньше можно было считать себя в относительной безопасности. Ну кто в мире может построить могучие флоты, с их авианосцами, линкорами и крейсерами, чтобы разгромить авианосные, грозные эскадры Заатлантической республики? И чтобы потом — быть может! — высадить войска в Центральной Америке, создать там плацдарм — и уже оттуда наступать на США посуху? Такие планы с 1920-х годов лелеяла Японская империя, одержимая идеей своей избранности, строившая мощный флот и развернувшая огромную шпионскую сеть в Мексике, в районе близ Панамского канала, на Гавайях и даже в Калифорнии. Но в великой битве на Тихом океане американцы пустили ко дну грозные японские армады, свели на нет отчаянные атаки смертников-камикадзе, показали на японцах адскую мощь ядерного оружия и поставили Японию на колени. Казалось, бояться США некого. Британская империя разваливалась и даже помыслить не могла о том, чтобы бросить остатки своего океанского флота с ядерным оружием против гегемона — США. Западная Германия тоже едва оправилась от разрушений, плелась в хвосте Америки и флота не имела. А Советский Союз, будучи грозной сухопутной силой, ресурсов на строительство океанского флота не имел. Как и красный Китай. Потому янки могли не бояться: советские дальние бомбардировщики с ядерными бомбами (Ту-95) они посбивают еще над Канадой, советские корабли и даже подлодки потопят на дальних подступах. Никто не сможет нанести ни ядерных, не термоядерных ударов по землям Соединенных Штатов. А вот они — смогут.
Появление у нас дальнобойных космических ракет в 1957-м моментально перечеркнуло старую геополитику и упования на военно-морскую мощь англосаксов! Америка перестала быть неуязвимой. Ее теперь можно было достать с помощью баллистических ракет, систем обороны от массированной атаки коих нет и по сию пору. Полетели к черту все планы янки по авиационным ядерным бомбардировкам СССР. И тут хозяева Америки крепко призадумались. А ведь государственная бюрократия США, оказывается, чертовски близорука и неповоротлива! Значит, нужно расковать интеллект и воображение интеллектуалов. Создать им условия и параллельные структуры, а не только добавить ассигнований на научно-техническое образование. Поэтому начинается расцвет «фабрик мысли» и антибюрократических моделей развития. Если почитать мемуары Дэниэля Эллсберга, в 1950–1960-е работавшего в РЭНД-корпорации, то увидишь почти то же самое, о чем мечтал Гуревич в своем фантастическом романе.
Эллсберг в своей «Машине Судного дня» вспоминает о том, как уволился из Корпуса морской пехоты в 1957-м и был принят в Гарвардское общество стипендиатов. В нем младшие стипендиаты три года могли заниматься ЛЮБЫМИ исследованиями по своему усмотрению, получая офис, бюджет на исследования и командировки, а еще — зарплату старшего преподавателя Гарварда. Они могли слушать разные курсы, но их не принуждали писать докторскую диссертацию и защищать ее! Поразительная для СССР реальность. А уж о нынешней РФ и говорить не приходится. Именно там Эллсберг принялся изучать теорию принятия решений в условиях неопределенности. Именно в Гарварде его приметили и пригласили в РЭНД-корпорацию. Бороться с русскими превосходством.
Очень быстро Эллсберг узнал, что богатые США могли первыми выйти в космос, намного превосходя Советский Союз на самом начальном этапе. Так, в 1946-м, когда наша страна еще лежала в руинах и была обречена пережить голод 1947-го, зародыш РЭНД-корпорации, Project RAND (часть конструкторского отдела корпорации «Дуглас Эркрафт компани») предложил создать космический аппарат, который можно было бы запустить на орбиту в 1952 году. Но государственная машина США оказалась слишком тупой и скаредной, чтобы разглядеть перспективность проекта. В итоге янки испытали потрясение, когда СССР первым вышел в космос в 1957-м.
Но они очень быстро сделали выводы. Гуревич мечтал об академических институтах-заводах как об очагах свободного научного творчества? Мол, государство только подхватывает и развивает сделанные ими прорывы? Хозяева Америки возложили такую же миссию на параллельно-государственные «мозговые тресты», свободные от опеки ограниченных бюрократов.
— Я тоже его читал. Согласись, воображаемый вариант Гуревича и покруче будет, и поуниверсальнее, — усмехнулся Калашников-2. — Удивительно, что писатель, ничего не зная о практике США, сам породил идею русского научного института, который одновременно и опытный завод, и обитель для творца (где тот освобожден от всех бытовых забот), и «фабрика мысли» одновременно. Так, чтобы до предела сократить путь от мечты до ее воплощения. Ибо мечта без воплощения безжизненна. Жаль, что Советский Союз не смог реализовать то, о чем мечтал писатель. Эх, не хватило нам тогда и энергичных, наделенных воображением людей во власти, и здоровой смешанной экономики, где есть и здоровая конкуренция, и частная инициатива, подкрепленная государственными мегапроектами. Однако представить такое в СССР вполне возможно. Ведь обитель творцов-подвижников окружала работающая промышленность множества отраслей. Она востребовала новые технологии, изобретения, проекты. А вот в нынешней РФ строить такую «машину мечты и новых знаний» бесполезно: сырьевой экономике решительные прорывы не нужны, а имеющиеся госкорпорации невероятно тупы и ленивы…
— Опять соглашусь с тобой. Но посыл Эллсберга, как и Гуревича, очевиден: бюрократия слишком скаредна и узколоба, чтобы понять, какие разработки, люди, проекты и мощности просто есть в наличии и что из них можно скомбинировать! Для этого и нужны обители творчества, которые и содержатся государством, и при этом не подавляются оравой идиотов-начальников, — горячусь я. — Вот чем ценен для Русской Мечты сегодня вариант покойного уже советского фантаста. Чиновничье самодурство, слабоумие — враг любой нации, а русской — особенно.
Ты знаешь печальный пример уже бывшего ректора Сахалинского госуниверситета Игоря Минервина? Того, кто хотел сделать основой развития острова именно университет?
— Печальный? — изумленно вскинул брови мой близнец. — Вообще-то в моей реальности Игорь — губернатор Сахалина. Благодаря ему остров перестал быть просто поставщиком нефти и газа. Он управляет островом с помощью спутниковой обсерватории, от его глаза ничего не укроешь. На Сахалине уже есть первые наземные комплексы марикультуры, где выращиваются ценнейшие моллюски, те же устрицы, где трепангов разводят. Ставится их глубокая переработка. Браконьеры, уничтожающие и рыб, и крабов, подавлены. Сахалин движется в разряд одного из мировых центров морских биотехнологий, университет выпускает не только спецов с высшим образованием — тут, как в Швейцарии, дают и рабочие специальности наивысшей квалификации. Этой зимой у Игоря погостил, сам видел комплексы марикультуры и даже в чанах выращенных устриц с ним едал. Минервин — такой же, как и мы с тобой, такой же вечный мальчишка-хулиган, помешанный на будущем и научной фантастике, неисправимый мечтатель. Сахалинскую мечту воплощает. Помнишь «Подводных земледельцев» Александра Беляева? Минервин и на Курилах первые центры марикультуры ставит, ему Москва помогает. Между островами и материком теперь не только теплоходы ходят, но и экранопланы типа «Акваглайд» летают. Тридцатиместные…
— Так то — в твоей ветви реальности. А у нас Минервина с его планами и первым опытным центром марикультуры выкинули из ректоров СахГУ… Кожемяко постарался. Мол, будет у нас только нефть, газ, рыба да сельское хозяйство. Расейская бюрократия успешно пожирает наших Иванушек-дураков с их смелыми планами-мечтами, хоть на Сахалине, хоть в любом другом краю. «Акваглайды», говоришь? Так у нас компанию, что их создавала, успешно угробили, дальше пятиместной маломореходной машинки дело не пошло. Сбили Рубена Нагапетяна и его команду «АТТК» на самом взлете еще в 2010-м. А ведь они тогда смогли разработать проекты плавучих полуподводных отелей «Анаклия», которые можно отбуксировать куда угодно…
— Тем важнее выстроить Академию Русской Мечты в вашей реальности, — покачал головой второй Калашников. — В нашей реальности тоже не все идеально, еще работать и работать над исправлением страшных последствий 1991-го. Но у нас АРМ выступает очень важным фактором движения вперед. Конечно, не единственным. Есть еще и покровительственные таможенные тарифы, и активная промышленная политика, и творческая кредитно-финансовая сфера, и большие созидательные проекты. Но Академия служит великой направляющей и притягивающей силой, выразителем национальных чаяний, «сместителем баланса» в живительную для жизни народа сторону. Она превращает воображение в могучую сотворяющую силу, делает ничтожной и жалкой серую обывательщину. Она помогает нам заменять мертвящую бюрократию на смелую делократию, чинуш — на настоящих технократов с живым воображением…
Мы долго говорим на тему миссии АРМ, покрывая бумагу наглядными набросками. Мысль о том, что основательность работы советских мечтателей и фантастов еще сыграет огромную роль в нашем национальном возрождении, глубоко укоренилась в наших умах…
Давайте возьмем всего один пример такой интеллектуальной основательности. Летом 2019 года правительство Медведева выдвинуло идею сокращения рабочей недели до четырех дней. Дескать, заработки при этом сохранятся, но зато, мол, это как бы создаст новые рабочие места. Ведь роботизация же пришла, работать людям столько уже не надо. Это, конечно, вызвало шквал издевательских комментариев. Ага, вы и так уже довели экономику до состояния, при котором заводы вынуждены работать по три дня в неделю, — и пытаетесь подать это как невероятное достижение. Какое может быть сокращение рабочей недели (да еще и при сохранении зарплаты!) в стране — сырьевом придатке Запада и Китая, где своей наукоемкой индустрии — кот наплакал?
Но давайте сравним цирк-шапито правительства Медведева, которое лишь поручило ведомствам разобраться в целесообразности введения четырехдневки, с умным размышлением в романе Г. Гуревича «Рождение Шестого океана» (1960 год). Вот как он описывает это устами академика Ахтубина, своего литературного героя:
Вы скажете, что сегодня техника воплотила мечты 1960 года? Что уже существуют мобильные умнофоны с видеосвязью, что есть системы автоматического проектирования и управления, что компьютеры давно занимаются бухгалтерией и вообще вселились буквально во все вещи? Что давно уже никого не удивишь ни плоскими плазменными видеопанелями, ни техникой с управлением голосом. Да, это так. Техника, казавшаяся фантастикой накануне полета Гагарина, теперь выпускается серийно и практически всем доступна. Да — но импортная, а не наша. А что будет производить нынешняя Эрэфия при четырехдневке-то? На чем зарабатывать? На сырье могут прожить миллионов 40 населения. А остальные 100? При том что при макроэкономическом курсе, который в принципе неизменен с 1992 года, в РФ погибает любое сложное производство. Консервируется статус сырьевого придатка Запада и Китая.
Смотрите: в книге Георгия Гуревича страна сначала невиданно наращивает производительность труда, становясь мощнейшей державой научно-технического, передового, роботизированнного производства, — и лишь после этого переходит к сокращению рабочей недели и созданию общества досуга. Да и то с созданием не менее мощных социальных механизмов, избавляющих людей от праздного вырождения. То есть воплощалась футуристическая идея, высказанная Сталиным в работе «Экономические проблемы социализма» 1952 года.
А в РФ превед-медведы предлагают нам сокращение рабочей недели в выродившейся экономике нефтегазовой трубы с позорно низкой производительностью труда. В стране, где оказалось убитым производство своих промышленных роботов и компьютеризованных обрабатывающих центров. Обратите внимание: жалкие нынешние бонзы не хотят в реальности увеличить число рабочих мест, установив протекционизм, как Трамп в Америке, не создавая рентабельность производства и не вызывая тем самым приток триллионов «беглых денег» в русскую экономику, а всего лишь имитируя процесс «бурных инноваций» и порождая чисто бумажный рост занятости. Ну и как их после этого называть? Вонючие имитаторы и «делатели вида».
Умные люди думали о сокращении рабочей недели и роботизированном обществе досуга и позже. СССР не дал четкого и внятного ответа на вызов роботизации, хотя советские интеллектуалы отлично видели опасность массовой праздности. Только в социалистической Болгарии (она до 1989 года называлась НРБ) с 1979 года пытливая молодежь предприняла смелый опыт. Она решила смоделировать жизнь в мире, где человеческий труд полностью вытеснен роботами. Максима Калашникова сей пример очень впечатлил еще в 1984-м. Именно тогда я и прочел о нем в книге В. Бусленко «Наш коллега — робот».
«…В Болгарии, в городе Пловдиве, существует молодежный клуб «Прогностики и фантастики — 2001».
…Юноши и девушки из клуба «2001» убеждены, что XX столетие останется в памяти человечества как век специализации, ибо в грядущем не будет места так называемым узким специалистам. Сегодня мы еще восхищаемся, скажем, хорошим инженером за его профессиональные качества, часто не задумываясь об остальных плюсах и минусах. Завтра же такое станет немыслимым. Общество все более нуждается в гармоничных личностях, ведь люди создаются обществом, а оно, в свою очередь, создается людьми. Недаром девиз пловдивского клуба гласит: «Гармоничная личность — основа гармоничного общества!»
Клуб вот уже несколько лет ведет «Эксперимент-2001». Этот эксперимент — необычный турнир: юноши и девушки гоняют на велосипедах, плавают наперегонки, состязаются на легкоатлетических дорожках, увлеченно играют в футбол, баскетбол, теннис, шахматы, собирают разрезанные на мелкие кусочки фотографии, столярничают, оценивают свой глазомер (определяют вес и расстояние на глаз). Наконец, каждый пишет реферат на одну из сорока предложенных тем, взятых из самых различных областей знаний! Такое многоборье, несомненно, весьма удивило бы стороннего наблюдателя, но, как заявляет председатель клуба, здесь таких нет, ибо именно в их отсутствии и заключается суть эксперимента. Это не показные соревнования перед публикой, а просто конец недели, проведенный «в духе будущего» интенсивно и разнообразно. Два дня, на протяжении которых человек проверяет себя, пробует свои силы в различных областях, открывает для себя радость гармоничного развития личности. Найти путь к воспитанию такой личности — вот в чем идея эксперимента…»
Глава клуба, Николай Близнаков, в 1982-м рассказывал, что когда «материальные блага начнут производиться при минимальном участии человека, его общественная ценность будет определяться не профессиональным мастерством, а другими качествами — силой творческого воображения и мощью творческого мышления, всесторонней образованностью и безграничной любознательностью, душевным богатством и духовными интересами, вниманием и чуткостью к людям, способностью к общению… Да почему бы и не физической красотой? Сегодня мы еще восхищаемся, скажем, хорошим инженером за его профессиональные качества, нисколько не задумываясь об остальных «плюсах» и «минусах». Завтра такое станет немыслимым. Общество все больше нуждается в гармоничных личностях: люди создаются обществом, а оно, в свою очередь, создается людьми…»
Да, в те времена Болгария не была такой нищей аграрно-сырьевой провинцией ЕС, какой она стала сейчас (вернувшись к своему досоветскому статусу), а одним из мировых центров производства персональных компьютеров «Правец». Клуб и эксперимент погибли в 1989-м. Но каким он был захватывающим, елки-палки!
Но как побудить людей жить именно так? Как спасти их от впадения в отупляющую праздность и психопатологии? Ведь нынешний человек порочен и несовершенен. То, что он получит даром, цениться им не будет. Мы это хорошо помним по истории Советского Союза. Помню я пустые спортзалы и библиотеку в профсоюзном пансионате конца 80-х. Зато — пьянки в номерах.
Именно Академия Русской Мечты и должна найти ответ на самые жгучие вопросы. Как решить проблему и сохранить Человека, побудив его расти до звезд? В сверхчеловека, в новую расу радостных и сильных великанов? В человека богоподобного? А не в глупый придаток к глупым соцсетям? И почему мечты Георгия Гуревича так и остались мечтами? А СССР пал добычей отвратительных обывателей? И что было порочного в нашем варианте социализма?
Поговорим об этом дальше. Одно ясно: еще в Советском Союзе нужна была положительная сегрегация, позитивная евгеника. Надо было отделять людей нового типа (творцов) от «ветхих людей», обывателей. Создавая для неоантропов, будущей расы сверхчеловеков, целые анклавы, открытые для «свежей крови». Браки умных и творческих мужчин и женщин дали бы крайне умное и энергичное потомство, новую расу русских сверхлюдей…
— Моя… то есть наша с тобой старшая дочь сказала умную вещь, — Калашников из параллельного мира задумчиво потер виски. — Мол, папа, ваша фантастика интересна, но в ней по большей части действуют герои-концепции. Даже у Азимова в «Академии и Империи» персонажей можно спутать одного с другим. А хочется видеть живых персонажей, со всеми их страстями. Это сейчас важно…
— Прекрасно, когда сильный интеллект совмещается с женским вниманием к психологии! — смеюсь в ответ. — Мы с тобой все-таки слишком «изуродованы» советским культом науки и техники. И помрем, поди, все теми же пионерами. Юными техниками, Электрониками. Да, нам в фантастике были интересны сюжет и новые идеи. Устройство межзвездного корабля и всякое экстремальное действие захватывали нас. Мы до конца жизни будем ломать голову над тем, что же все-таки было внутри того чужого звездолета-диска, что нашли герои «Туманности Андромеды» на темной планете. Но людям важно теперь и другое. Они хотят и человеческих страстей, и ответа на вопрос: «А ради чего нам все это надо делать?»
— Однако тут у нас есть неплохие шансы! — мой гость поднимает глаза долу. — Грех схематичности людских образов в фантастике не нов. Но ведь основоположники ее — да хоть тот же красный граф Алексей Толстой — оставили нам ярчайшие и тонко прописанные образы людей во всей палитре их страстей. Тут тебе и мятущийся инженер Лось, и рубака-революционер Гусев. А разве Ефремов не тщательно вырисовывал своих персонажей?..
Да, проблема есть. Она непременно встанет и при экранизации нашей фантастики — и прежней, и новой. Нужны очень сильные произведения, никак не конъюнктурная халтура. Постмодернистская тошнота здесь не пройдет. Как и создание круга «блатных авторов».
— Мы вышли из положения так, — делится Калашников-2. — Для людей развитых и умных — произведения сложные, на уровне «Соляриса» Андрея Тарковского. Или его же «Сталкера». А детям и тем, кто попроще, — полные действия и штампов боевики. Люди ведь неравны по развитию интеллекта, каждому нужно предложить то, что ему по вкусу и по способностям. Да и не всегда штампы вредны. Вспомните-ка детективы о майоре Пронине знаменитого Льва Овалова.
Не дай боже учреждать какую-нибудь госкорпорацию «Главгосмечта»… Академия Русской Мечты да будет общественной. Бюрократия, особенно нынешняя, все задавит. Или утопит в китче и безвкусице, в «распиле» бюджетного бабла. Пускай сами академики и зрители-читатели выступают судьями…
Мы с тобой, близнец, не сильны в метафизике и философии, в мифах, что должны сплотить наш народ. Хотя и родились мы уже во второй половине 1960-х и росли уже при брежневском застое, когда колбаса для большинства стала важнее звездолетов, мятежный и неуемный дух первой половины ХХ века осенил нас. Он жил в сотнях книг, в массе журналов и разнообразных фильмов, что сформировали нас. Нам реактор, новый источник энергии, завораживающий образ города будущего и до сих пор представляются вещью куда более важной, нежели миф, нежели теология или метафизика. Мы просто не можем представить себе, как можно не жаждать полетов к звездам, как можно не хотеть строить футурополис или познавать непознанные тайны природы? В этом, увы, не только наша сила, но и слабость…
Наморщив лоб, Калашников-2 собирается с мыслями и немного устало произносит:
— Именно в Академии Русской Мечты и должен произойти синтез русско-советской Техноцеркви с высшими смыслами. Мы свою лепту внесем, но сила наша — в единении с иными творцами Мечты, что оперирует совсем в иных сферах. Только так, а не иначе, ибо невиданная сила мифа очевидна. И тогда воображение станет такой же производительной силой, как и наука. Но на пути этом АРМ поджидает немало опасностей. Особенно в вашей текущей реальности.
Мечтателям советской эпохи приходилось намного легче. Уж чем-чем, а царством разнузданных мародеров и сырьевых лодырей СССР никогда не был. Грезы и мечты выдающихся визионеров тогда подпитывались всей окружающей жизнью, пускай и не идеальной. Жили и развивались сильная промышленность, Большая Наука. А теперь придется строить АРМ в среде чужой и невероятно враждебной всякой великой Мечте. Придется решить эту весьма нетривиальную задачу…
Академия Русской Мечты — замысел, по сути, прекрасный. Подобный той самой Академии из знаменитейшей трилогии Айзека Азимова, Академии, что возрождает погибшую империю, вновь поднимая ее из мутных волн вырождения и вторичного варварства. Но мы должны без всяких иллюзий сознавать всю опасность АРМ в нынешней Российской Федерации. Потому что ее ждет явное отторжение со стороны господствующей в стране «элиты» (беру это слово в кавычки). Ибо по сути своей большинство ее откровенно враждебно всякой мечте, направленной в смелое, творческое Будущее. По сути своей такая «элита» — это суперобыватели-потребители, образ коих вывели братья Стругацкие в романе «Понедельник начинается в субботу» (1965 год). Образ кадавра с ненасытными «материальными потребностями», который сжимает пространство вокруг себя и останавливает время, вызывая взрыв.
Ненасытные и алчные, кадавры наших дней превращают все вокруг себя в пустыню. Увы, кадавры теперь у нас не только вверху. АРМ по определению попадет в не самую дружественную для себя среду.
Академия Русской Мечты создается для того, чтобы наша несчастная страна вырвалась из гиблой топи сырьевого угасания и совершила решительный рывок вперед и вверх. Но эта гиблая топь — сущий рай для постсоветской «знати». Кадавры Стругацких и есть нынешняя расейская «элита», ворующая и опустошающая страну ради безудержного личного обогащения. Эти существа ненасытны, воруя сотнями миллиардов и даже уже триллионами. Новая промышленность, наука и техника, образование — все проваливается в их бездонные утробы. Они воруют даже тогда, когда сама их жизнь зависит от участи РФ в новой Холодной войне. Ибо не могут иначе. Как вы понимаете, кадавры, даже получив под контроль одну седьмую часть суши и ядерно-ракетный арсенал, в теперешней Холодной войне обречены на поражение. Даже те немногое ресурсы, что имеются у РФ, они прожрут и расхитят. Они сами разорят страну и ее по ветру пустят. Разве вгрохать сотню миллиардов долларов в олимпиаду и футбольный чемпионат в то время, как у тебя погибло производство микроэлектроники, — это не по-кадавриному? Но этим существам очень хорошо.
Ибо в теплом болоте им хорошо и привольно. Плевать кадаврам на состояние промышленности, науки, образования, культуры. Начхать на то, что народ стареет и вымирает. В самом деле, к чему эти ненужные «совки», которые лишь вычитают энные суммы из барышей от вывоза за рубеж нефти, газа, угля, металлов и прочего сырья? К чему строить какие-то новые заводы и фабрики, давая работу миллионам этих серых совков-неудачников, что не дорвались до кормушки? Ведь эта промышленность станет отбирать у нас то самое сырье, что можно без особого труда гнать за кордон — и иметь свои миллиарды нефтедолларов? Новая индустриализация с ее прорывными технологиями есть смертельная угроза для кадавров, этого племени имени Подсебякина. Она, образно говоря, осушит болото, где извиваются и блаженствуют эти гады, уничтожит столь милую им среду обитания. Здесь, в теплой жиже коррупции и казнокрадства, с притоком доходов от примитивной торговли сырьем, так уютно. А вы, вражины, пришли с какой-то АРМ и пробуете осушить нашу трясину, рай земной!
Кадавры неким животным чутьем осознают, что никчемны и что любая успешная русская индустриализация, любое следование подлинно Русской Мечте породит мощные и умные отряды общества, которые с ними, кадаврами, покончат. Наукоемкая индустриализация — это миллионы сплоченных и квалифицированных техников да инженеро-рабочих, собственно инженеров высочайшего уровня, конструкторов, исследователей. Это когорта выдающихся промышленных вождей и сонм руководителей умного агробиопрома. Это целая армия предпринимателей в области научно-технических новаций. И все это подпирается возрожденными университетами, техническими и гуманитарными вузами, поднимающимися научными центрами. И везде — волевые и образованные люди, не поддающиеся примитивным пропаганде и балаганным «политтехнологиям». Понимающие свои миссию и интерес, способные к самоорганизации, умеющие зарабатывать, а не есть с руки сырьевого начальства. Все они — твердая почва для национал-патриотических, красных и даже национал-социалистических движений.
Страшно создавать своих собственных могильщиков! Корыстный, шкурный, классовый интерес диктует другое: во что бы то ни стало сохранять сырьевую экономику, реальность вокруг Трубы. А народ — низводить на уровень разобщенных и нищих дебилов, жаждущих подачек и вульгарных развлечений. Что, это грозит стране бесславной кончиной? Так кадаврам плевать на страну. Да сгинут собственные промышленность, наука и образование! Продадим сырье, а все, что нужно, купим на Западе. Какая, к черту, Русская Мечта? Мечта — это очередные хоромы стоимостью в бюджет среднего российского райцентра да новая импортная яхта величиной с легкий крейсер. С пятью сексодромами…
Немудрено, что такая «элита» страдает лютой ненавистью ко всему новому, что могут создать сами русские. Все новое — только на Западе, мы ничего сами создать не можем, надо все там покупать. Если не на Западе, так в Китае. В крайнем случае — рабски копировать. Или приглашать сюда иностранные компании, дабы поднимали нам, скажем, станкостроение. Мечтатели и визионеры, грезящие о какой-то русской суперпромышленности и городах-садах, — опасные безумцы. Смутьяны. Все их изобретения и проекты — под сукно. Или же просто — утопить в безвестии, удушить безденежьем. Опасен всякий самостоятельный и предприимчивый. Малое и среднее предпринимательство — удавить к черту! Пусть экономика состоит из неповоротливых госкорпораций во главе с менеджерами-кадаврами, из барахолок с китайским ширпотребом и сетей иностранного происхождения. Хоть «Макдональдса», хоть «Ашана». Расплодить ораву все душащих чиновников, породить орды силовых структур, занимающихся в основном грабежом, рейдерством и вымогательством.
Нет среды, более враждебной реинкарнациям Циолковского, Цандера, Королева, Челомея, Яковлева и Туполева, нежели вот эта реальность. Здесь в колыбели погибнут великие изобретатели или ученые. Здесь Мечту ведет на плаху торжествующий Обыватель. Зачем далеко за примером ходить? С 1999 года и по самый 2014-й на страну пролились целые Амазонки сырьевых доходов. Советские вожди о таких не могли и мечтать. Более трех триллионов долларов в общей сложности. На эти деньги можно было поднять совершенно новую промышленность, умное сельское хозяйство, покрыть страну сетью самых разнообразных путей сообщения, включая и самые футуристические. А за подъемом реального сектора следовали бы подъем науки и образования, с ним теснейше связанных. Дело было за малым: ввести не либеральную, а протекционистскую, активную промышленную политику (как это делает Трамп). Снизить налоги на предприятия (за счет сырьевых доходов и введения прогрессивной шкалы обложения личных доходов). Дать и производителю, и потребителю долгие дешевые кредиты. Запустить систему государственных проектов развития (аналогов ядерного и космического). Вложить больше денег в новую инфраструктуру, науку, образование и медицину, наладить в стране нормальную судебную власть.
Но нет! Триллионы словно проскочили сквозь страну. Более сотни миллиардов долларов было омертвлено в совершенно бессмысленных для развития страны, помпезных «проектах» типа Сочинской олимпиады, чемпионата мира по футболу 2018 года или саммита во Владивостоке. Деньги выкинули буквально на ветер, ради «создания впечатления», причем на фоне потери русскими и гражданского авиастроения, и моторостроения, и производства современной электроники (длинен сей список). Не была предпринята ни единая попытка осуществить какой-нибудь принципиально новый проект. Например, в наземном транспорте. Причем эффект Сочинской олимпиады растворился в воздухе буквально сразу, как и Олимпиады-80 при Брежневе. Никто не признал нас белыми и пушистыми, наоборот, как и в 1980-м, началась новая Холодная война. Но для нас нет никакой загадки: кадавры лучше сожгут в помпезных непроизводительных затеях триллионы рублей, нежели пустят их на новую индустриализацию. Да профинансировать полет на Марс и то было бы полезнее! Получили бы фонтан новых технологий. Примечательная деталь: общественное движение «Россия-2045», предложившее государству проект создания фактически новой цивилизации, где люди смогли сломать биологические механизмы старения и возобновили космическую экспансию (попутно создавая города будущего на Земле), не нашло никакого отклика. Хотя, по сути, это мечта и Циолковского с Федоровым, и многих советских фантастов. А что получилось? Куча дорогих спортивных объектов, которые пожирают деньги на свое содержание, не обеспечивая русским ни рабочих мест, ни новых технологий, ни нужных товаров. Особенно на фоне нынешнего мучительного застоя в экономике.
Везде мы видим ненависть к новому — неофобию. Полное неверие в творческий гений своего народа. То самое ненавистное Сталину раболепие перед всем западным — налицо и во всей отвратительности. Даже новый официальный патриотизм, что расцвел с 2012 года, направлен исключительно в прошлое, в прошлое и еще раз в прошлое. Нам тысячи раз и на все лады рассказывают о великом подвиге советского народа в Великой Отечественной, расписывают полет Гагарина в 1961-м, показывают пожелтевший от времени скафандр Леонова 1965 года, каменеющие от времени чучела Белки и Стрелки.
Но все мы понимаем, что это — «безопасный» патриотизм. Без усилий, забот и хлопот. Ведь понятно, что «эффективные манагеры» никогда не смогут совершить то, что сделали сталинские наркомы и генералы, что в те времена эти кадавры отправились бы к стенке. Да они и сами отлично ведают, что не способны ни на что, сравнимое с прорывом СССР в космос (достаточно взглянуть на судьбу космических программ РФ). Поэтому они повернули голову народа только в прошлое и греются в лучах чужой славы. Так удобнее. Ни за что не отвечаешь, ничего не делаешь, лишь погружаешь подданных в приятные виртуальные миры. Пока твои соперники сажают исследовательские станции на спутники Юпитера и Сатурна, на ядра комет. Пока их марсоходы ползают по Красной планете, а межпланетные разведчики фотографируют загадочный Плутон. Когда ночное светило исследуют китайские и индийские лугоходы. Вы помните последний мировой успех отечественной космонавтики? Увы, это было давно — в 1986-м. Тогда станции «Вега» смогли перехватить комету Галлея и первыми в мире передать изображение ее ядра. С тех пор — ни-че-го! И пока в РФ в бессчетный уж раз призывают ликовать по поводу триумфа 12 апреля 1961 года, практически весь мир обгоняет РФ в космосе. И по части новых космических кораблей, и передовых ракет-носителей, и систем с самолетной посадкой.
Такой «патриотизм» с повернутой назад головой понятен. Ведь если заявлять какие-то внятные планы на будущее, да еще и с яркими образами Мечты, то ведь придется отвечать за их выполнение (или срыв). Кому ж это нужно? Лучше гордиться прошлыми победами Сталина, Хрущева и Брежнева. Это ведь они когда-то напрягались и добивались успехов. А мы, кадавры, лишь позируем на фоне ракеты «Восток», созданной в 1957-м. Или в миллионный раз продемонстрируем корабль «Союз», конструкция коего восходит к 1967-му. Ну, а толпе дадим виртуальный наркотик, заставив ее переживать славу давно минувших дней.
Мне напомнят затертое до дыр «Без прошлого нет будущего»? Отвечу мудростью когов-когнитариев: «Без славного настоящего и победоносного будущего прошлое исчезает»!
Нет ничего плохого в том, что ты увлекаешься прошлым. Но лишь в том случае, если ты снимаешь с себя белоснежный комбинезон и выходишь из «чистой комнаты» нанотехнологического или электронного завода, чтобы поехать на игры реконструкторов. Нет ничего худого в том, что ты, возвращаясь после работы оператором с группой комбайнов-роботов, по дороге (летя на своем аэромобиле-гироплане) слушаешь аудиокнигу о Курской битве. Или, сидя в своем умном доме-усадьбе в футурополисе, смотришь кино о штурме Берлина. Ибо ты победоносен в текущей реальности.
А вот если ты живешь в сырьевой стране, управляемой сбродом из алчных кадавров, пользуясь всем импортным, то вечный уход в минувшее — сродни принятию морфия умирающим. Ибо если ты не подкрепляешь старые победы новыми, в текущей реальности, то твоя история становится никому не интересна. Она воспринимается как бормотание выжившей из ума старухи. Да было ли это, мол, вообще? Или кремлевская пропаганда все придумала? Вы понимаете, что на молодежь РФ УЖЕ НЕ ДЕЙСТВУЮТ ни парады-марши на 9 мая, ни поток халтурно-шизофренических кино (уже не советских) «про войну», ни культ 12 апреля 1961 года?
И это уже давно описано великой русско-советской фантастикой.
В 1977 году в «Мире приключений» прочел будущий Максим Калашников отличную повесть Кира Булычева «Нужна свободная планета». Есть там эпизод: попадают земные странники в один из миров. В нем все запущено и разрушается. Почему? Потому что каждый вечер все население планеты отправляется в прошлое, на концерт великой певицы Кавалии Чух. Забывая о реальном мире. Но наши встречают диву в одном из перелетов…
«И Удалов, не жалея времени, подробно изложил Кавалии Чух события, которые имели место на планете, одурманенной ее искусством. Кавалия Чух слушала затаив дыхание. Она была так растрогана рассказом Корнелия, что прослезилась и только минут через десять смогла взять себя в руки и заявить:
— Я сегодня же, немедленно, откладываю все дела и лечу на ту планету. Вы мне открыли глаза, Корнелий Иванович!
Как только я могла так заблуждаться в людях? В благодарность за такое теплое отношение я готова петь там двое суток подряд…
— Ни в коем случае! — прервал ее Удалов. — Именно этого делать вам не следует. Они же вообще переселятся в прошлое! Поймите же, что планета находится на краю гибели!..
— А что же делать?
— Вы должны поступить иначе. Я предлагаю вам объехать по очереди все их крупнейшие города и спеть на стадионе в каждом из них. И взять с них слово, что они перестанут ездить в прошлое, а будут заниматься своими текущими делами и терпеливо ждать, когда вы приедете к ним собственной персоной…»[23]
Погружение в Вечное Прошлое — это страна РФ, пораженная «синдромом Кавалии Чух».
Вот именно с этим и должна решительно бороться Академия Русской Мечты. Мы должны покончить с совершенно позорным положением, когда с 1999 года, после погромного правления Бори-Алкаша, первые лица РФ ни разу не заявили ни одного внятного стратегического плана развития страны. Все — какие-то частности и мелочи. Множество деревьев, а не лес в целом. Но пока положение никак не исправляется. Нам говорят о цифровизации экономики. Но разве она возможна без новой индустриализации, а значит — без протекционизма? Но Москва мечет в протекционизм проклятия, сохраняя гибельный курс: в экономике и финансах — все ту же «либеральную» гайдаро-чубайсовщину, во внешней политике — попытки изобразить великодержавие в духе русских царей или Сталина. Такая смесь приведет лишь к одному — к истощению страны и ее подрыву. Что, в сущности, мы уже отчасти и наблюдаем — с 2008 года РФ пребывает в застое, обнищание и недовольство граждан нарастают.
Ничто не заменит кропотливого труда власти по обновлению Российской Федерации и ее индустриализации. Никто и никогда не сумеет заменить корпус текстов и фильмов о победоносном будущем страны ни скучным перечислением «малых дел» в докладах, ни грубо сработанными мультиками Минобороны о чудо-оружии. Особенно когда все умные понимают, что враг бьет страну по тылам, не применяя оружия, разрушая ее экономику с помощью российских же правительства и Центрального банка. Когда ясно, что показанные нам гиперзвуковые планирующие боеголовки так и останутся неиспользованными и не спасут РФ от внутренней смуты, как не смогли спасти Советский Союз его грозные арсеналы. Никакое чудо-оружие не поможет стране, коли в ней полыхает огонь системного кризиса, если «элита» упоенно грабит РФ, если ее гражданам не хватает ни рабочих мест, ни перспектив в жизни, а им предлагают то футбол со стадионами, то предания старины глубокой. Нужно решительно поворачивать все к серьезной и напряженной работе по обустройству собственной земли. Но этого никак не происходит! Вы помните настоящую истерию после футбольного мундиаля 2018-го, когда СМИ взахлеб требовали открытия «академий футбола» повсеместно? Ну да, им же важнее ноги, а не мозги и не новейшие технологии…
Да, в такой среде Академию Русской Мечты ждут нешуточные испытания. Придется биться с махровыми обывательщиной и неофобией. Причем кровно заинтересованными в том, чтобы ничего не менялось…
Казалось бы, попав из 2014 года в условия войны на истощение с опасным, богатым и развитым врагом, бомонд РФ должен мобилизоваться. То есть — побоку все ненужные затраты. Каждую копейку — в дело! Первоочередные статьи расходов — в развитие своего производства. Не только оружия (оно ведь бесполезно в экономической войне), но прежде всего — мирной продукции. Любой — сыров и хорошей колбасы, обуви и одежды, тракторов и комбайнов, станков и гражданских летательных аппаратов, кораблей и лекарств, электроники и стройматериалов. Принцип один: все, что ты можешь, производи сам, отдавая как можно меньше средств на импорт. Создавая как можно больше рабочих мест для своих граждан. Как можно больше пополняя свою казну за счет того, что не только сырье добываешь, но и производишь множество современных сложных изделий. А если ты производишь — то жадно требуешь от науки и конструкторов тысяч новых разработок. Итак, финансирую все, что позволяет снизить расход энергии и сырья, заменить труд живых работников (в РФ не хватает людей!), что позволит производить что-то совсем новое, прорывное. Чем не только импорт заместишь, но и на глобальный рынок с первостатейным товаром выйдешь.
Ты столкнулся с тем, что чем больше вывозишь из РФ зерна — тем больше падают мировые цены на хлеб? Тогда перерабатывай зерно! Из зерна надо делать муку и мучные изделия, те же макароны. Зерно нужно перерабатывать на новейших автоматизированных биотехзаводах, получая из него и спирт, и ценнейшую аминокислоту, лизин. И клейковину-глютен, незаменимую для производства самой качественной муки. И корм разных видов для скота и домашней птицы. Словом, все те товары, что очень ценятся на мировом рынке и позволяют зарабатывать втрое больше, нежели на вывозе сырья — зерна. Ибо ведь дело доходит до национального позора: лизин, столь любимый приверженцами здорового образа жизни, РФ закупает в Китае. Где его делают из нашего же зерна. Так трать деньги не на чемпионаты мира по футболу и не на разорительные, пустые олимпиады, не на покупку американских долговых бумаг и не на идиотскую войну в Сирии, а софинансируй с бизнесом предприятия по переработке того же зерна.
Это же элементарно! Азбучные истины. Но только — не для кадавров.
Посмотрите, как они себя ведут. Верховная власть строит себе бесчисленные дворцы и резиденции. Выкидывает триллионы рублей в спортивные игрища. Вкладывает четверть валютных резервов РФ в американские трежериз. Вице-премьер Шувалов возит своих собачек в Англию на личном авиалайнере. Генералы и полковники МВД/ФСБ воруют деньги тоннами (как начальство ворует и тратит на бесполезную роскошь, можно рассказывать на сотни страниц. Давайте опустим то, что все и так уже знают). Но зато такая власть режет ассигнования на науку и научно-технические программы.
Поведение начальства рангом поменьше лишь копирует вакханалию воровства и расточительства самой-самой верхушки. Помните, как гражданин Сиенко, возглавляя потонувший в долгах «Уралвагонзавод», закатил вечеринку на свой день рождения на 10 миллионов рублей? При том, что у него рабочие из-за задержек с зарплатой на митинги выходили? Как вы понимаете, представить такого Сиенко, финансирующего изобретателя с прорывной разработкой, которую можно применить на заводе, немыслимо. Вот прокутить миллионы — это пожалуйста. Но чего вы хотите, если моды и модели поведения в РФ задаются кадаврами? Кутить, раскидывать деньги, потреблять — но только не вкладывать в дело. Даже в условиях изнурительной борьбы с Западом. Знаете, что меня поражает? Поведение этой «элиты» как карикатурных «новых русских» 90-х. Помнится мне история с тем «новорусским», что в те годы велел наполнить ему бассейн шампанским и принял сию ванну, заплатив за все пару сотен тысяч долларов. Но чем отличался от него присланный в Донецк из Москвы «премьер», который с ходу прикупил себе портфель крокодиловой кожи, нацепил на пузо пистолет Стечкина и затребовал себе лучший номер в отеле? Где требовал себе ежевечерне и бабу, и виски? Он сразу же «завел на себя» часть денег, хотя в тот момент гарнизон Славянска изнемогал в борьбе с превосходящими силами карателей, не имея подчас самого элементарного…
Как ведут себя чада этих отвратительных существ — рассказывать никому не нужно. Каждый день об этом читаем. Юные вырожденцы, бесящиеся с жиру и считающие себя «белой костью». Да они уже и по-русски-то с трудом разговаривают. Ничтожества, купающиеся в миллионах, но с куриными мозгами. Как говорится, из змеиных яиц цыплята не выводятся, а яблочко от яблони недалече падает. Даже если бы не было никакой «крымской» Холодной войны, РФ переворачивалась в случае смены поколений кадавров у власти. Неужели кто-то всерьез может ожидать, что такие кадавры смогут привести несчастную РФ хотя бы к ничьей в нынешней Холодной войне?
Миссия АРМ — громко бить в тревожные колокола и предлагать выход из положения. Во избежание нового 1991 года. После коего мы уж никогда костей не соберем…
«В природе путем изменчивости и естественного отбора могли создаваться и создаются прекраснейшие формы животных и растений. Человек, овладев этим путем, сможет творить такие же прекрасные формы в неизмеримо более короткие сроки, а во-вторых, сможет создать и такие формы, каких не было и какие не могли появиться в природе и за миллионы лет».
Угадайте, кто это изрек? Рэймонд Курцвейль, маститый футуролог? Не угадали. Современное светило генной инженерии? Опять мимо. Это Трофим Денисович Лысенко. В докладе на сессии ВАСХНИЛ 23 декабря 1936 года.
Знаете, а я бы повторил сегодня опыты Лысенко, проверяя их с помощью новейших технологий молекулярной генетики. Не доверяя «разоблачителям» 60-х, все объявившим «шарлатанством». Больно впечатляющие результаты обеспечивал Трофим Денисович. Оно и понятно: вся великая страна тогда буквально кипела от энергичной деятельности. СССР создавал одновременно и передовую авиацию, и тяжелую промышленность, и сильную науку. Ковал арсеналы — и учил миллионы людей. Поднимал свое судостроение — и занимался смелыми изысканиями. Так же самозабвенно экспериментируя с социальными структурами. После войны был начат Великий план по преобразованию природы. А спорт делали массовым, а не «элитарным», с выплатой баснословных гонораров пинателям мячей.
В такой атмосфере все играло на смелую фантазию визионеров. Существуй Академия Мечты тогда — ей было бы намного легче. Ее влекло бы вперед сильнейшее течение.
В нынешней РФ нашей Академии придется идти против него. Несмотря даже не поддержку сверху. Потребуется немалое напряжение воли, чтобы выдержать испытание…
К сожалению, беда намного больше, чем представляется многим. Кадавры заразили своими настроениями, своею неофобией и многих внизу общественной пирамиды. Разжалованные из повелителей машин в нищих клиентов китайских барахолок, лишенные передовой промышленности, нынешние россияне тоже деградировали. При этом неважно, кем они считаются — либералами-навальнятами или коммунистами. Апатия, неверие, ненависть к Мечте, к науке и технике поразили многих.
Казалось бы, левые-красные должны ратовать за рост производительности труда, за новейшие технологии. Но часто слышишь от них: «Роботы лишают нас работы!». Ну да, по такой логике надо разрушить железные дороги и водопровод с канализацией — создать рабочие места для извозчиков, водовозов и золотарей. Поломать комбайны — дать работу жнецам с серпами и цепами. Взорвать ткацкие фабрики — пусть холстины ткут миллионы домашних хозяек. И так далее.
То и дело слышишь истеричные вопли: «Не нужно нам городов будущего, космоса, генной инженерии! Вы сперва туалеты приличные сделайте!» Прозападные либералы норовят всякое изобретение объявить шарлатанством, обливая все русское грязью и молясь на иностранное. Впрочем, то же самое можно услышать и среди левых. Подчас от националистов можно услышать о том, что русские неспособны производить конкурентоспособную продукцию серийно. Мол, китайцам уступаем. Комплекс национальной неполноценности, страх воображать и мечтать, удручающая приземленность, сдается мне, вбиваются в подкорку. Плодя миллионы душевно надломленных и обозленных на весь свет.
Перевернуть такие настроения, снова окрылить людей — вот задача АРМ. И не только ее. Принимаясь за работу, мы должны представлять ее размах.
Свидетельства самого тревожного положения дел в стране можно продолжать. Разрастается лишь бюрократия, как и ее воровские аппетиты, впрочем. Решительный поворот всего курса государства на обустройство страны, создание ясного Образа Будущего — вот одна из важнейших задач АРМ. Весьма трудная задача…
Спираль времени совершила очередной виток, и вот мы попали во Вторую Холодную войну. Для автора сих строк такое происходит повторно в его жизни. Но, как и в Первую Холодную, уменьшенная страна встречает вызов в состоянии настоящего застоя.
Русским нужно выйти из него. Иначе Холодная война-2 завершится для нас поражением, причем на сей раз — окончательным, смертельным. Академия Русской Мечты просто обязана стать орденом яростных борцов с застоем. Критикуя — предлагай, не так ли?
Кто поспорит с тем, что для победы во Второй Холодной (да и просто для национального выживания) Российской Федерации нужен тот самый прыжок в разряд научно и промышленно развитых стран? То самое слезание с сырьевой иглы? Но, к сожалению, РФ с 1999 года все глубже на нее насаживается. Хотя первые лица государства все время твердят с трибун: мы должны избавиться от сырьевой зависимости, должны, должны… Но этого не происходит! Давайте обратимся к неумолимым цифрам. В 1999 году на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР, по-бусурмански — R&D) в РФ потратили чуть более 1 % валового продукта. В 2018-м — 1,1 %. Конечно, с тех пор процент стал куда весомее, но показатель все равно позорно низок.
«…По оценкам аналитиков ВШЭ, по расходам на НИОКР Россия заняла 10-е место в мире, в 2016 году их величина составила $39,9 млрд. Возглавляют рейтинг США с показателем $511 млрд, Китай ($451,2 млрд) и Япония ($168,6 млрд). Доля же затрат на науку в ВВП в России составила 1,1 % (34-е место в мире), что существенно ниже, чем в странах-лидерах — Израиле, Южной Корее, Швейцарии и Швеции, где она составляет 3–4 %. США и Китай, имеющие наибольший объем внутренних затрат на НИОКР, по их доле в ВВП занимают 11-е и 15-е места (2,74 и 2,12 % соответственно)…»[30]
Да, это национальный позор: имея четвертый в мире по численности корпус ученых (после КНР, США и Японии), по доле расходов в валовом продукте съехать в четвертый десяток! Оно и понятно: правящая в РФ «знать» смертельно ненавидит все, что не связано с сырьем, а если нет промышленности — нет и спроса на ученых. И на фундаментальщиков, и на прикладников. В РФ нет широчайшего софинансирования государством тех НИОКР, что ведут промышленные корпорации. Да и мало у нас наукоемкой-то индустрии осталось. «Оборонка» положения не спасает, тут сильный гражданский сектор потребен. Именно в него должны перетекать те передовые технологии, что рождаются в оборонпроме. А мирный сектор индустрии, получается, душат. Вот и выходит, что призывы высшего руководства РФ к слезанию с сырьевой иглы — одно, а реальная жизнь — совсем другое. Очевидно, сложившееся в РФ государство органически не в состоянии построить экономику знаний и наукоемкого производства. Ну как ни приказывай стае крыс — она никогда в бобров не превратится, хатки и плотины строить не начнет. И так же бесполезно пытаться из кучи клопов и тараканов сделать трудолюбивый муравейник.
Подтверждений тому — выше всех пределов. Мы отлично помним, как Владимир Путин призывал в посланиях начала 2000-х покончить со статусом сырьевого придатка и перейти на рельсы высокотехнологичного развития. Он заклинал: «Инновационное развитие или смерть!» в 2008-м, передавая пост Медведеву. Говорит он то же самое и теперь, дополняя все это лозунгом цифровизации. Да только звучит сие как глас терпящего бедствие.
Налицо коллективный, угрюмый, молчаливый саботаж всяких попыток изменить участь самого большого обломка СССР. И саботажник сей — государственный аппарат РФ, ее «элита Трубы», превратившая государство в свою приватизированную организацию. Все это, как вы понимаете, прямой путь к поражению во Второй Холодной, войне на измор и истощение. Мы с отчаянием наблюдаем, как Китай со свистом уходит вперед, словно он мчится на гоночном авто, а мы — плетемся на телеге с запряженной в ней клячей. Мы скрипим зубами, когда видим, как американцы порождают роботизированную индустрию-4.0, и никакие гиперзвуковые ракеты не могут компенсировать поражения в такой гонке. Нам до боли понятно, что для начала нужно построить «экосистему» промышленного развития страны, для этого выстроив и экономический национализм (протекционизм), и новую налоговую систему, и систему доступного (длинного и дешевого) кредита, и привлечь в страну те триллионы долларов, что из нее утекли (для чего нужен все тот же протекционизм). Но государство упорно отказывается от всякого протекционизма. Огромный, набрякший монстр нынешней государственной системы РФ, хмуро молча и ожесточенно сопя, топчет наше будущее. Попытка изобразить Франклина Рузвельта и развернуть некий аналог Нового курса (строительство новых дорог, мостов, школ) за счет повышения налогов (чего напрочь не было при Рузвельте, который использовал эмиссию долларов!) закономерно убивает экономику и уже приводит к нарастаниям низового протеста. Особенно после дурацкого повышения пенсионного возраста, которое не решило ни единой проблемы, зато добавило кучу новых.
Хрестоматийный показатель органического слабоумия постсоветского государства — судьба «имиджевых мегапроектов» типа сочинской олимпиады или ЧМ по футболу. Как вы уже знаете, расходы на круг по «имиджам» (пусканию пыли в глаза) превышают 100 миллиардов долларов. То есть практически эквивалент примерно 30 лет войны СССР в Афганистане. И оставили после себя оные «мегапроекты» не процветающие предприятия с сотнями тысяч работников, с роботами и конструкторскими бюро, а множество дорогих и бесполезных «белых слонов» — стадионов и спортивных сооружений. А они ничего не производят и только пожирают кругленькие суммы на свое содержание. Пока шли стройки, ВВП РФ увеличивался. Стройки завершились — и стали только убавлять ВВП. Если бы прежде стадионов построили бы архисовременные заводы, получилось бы как раз наоборот.
Причем этот маразм воспроизводится и на местном уровне — ибо в областях глядят на Москву. В 2014 году случилось Максиму Калашникову побывать на Брянщине. Заехав в маленький город Трубчевск, увидел я стройку огромного ледового дворца. Центр «облагодетельствовал». Он через партийную программу «Единой России» строит в нищих городах и городках роскошные ледовые дворцы, бассейны, физкультурно-оздоровительные комплексы. Вроде бы — хорошо, а на деле выходит сущее издевательство. Вот в Трубчевске Брянской области с бюджетом 2014 года в 27 миллионов рублей в год (менее одного миллиона долларов на тот момент) строится хоккейно-конечный дворец в 200 миллионов рублей стоимостью. Равный восьми годовым бюджетам города! Через пару лет этот монстр должен будет содержаться за счет города. Но на какие деньги? Он же просто разорит казну муниципалитета. При том что наполняемость дворца будет ничтожной: молодежи мало, а платить за занятия ей нечем — рабочих мест нет, зарплаты мизерны. И это безумие со строительством спортивных сооружений идет по всей Руси…
Как нам рассказал наш товарищ с Северного Кавказа, идиотизм сей сравним по затратам с вышвыриванием триллионов на футбол. Все эти бассейны и дворцы возводятся в тот момент, когда детей в детские сады устроить невозможно. Там — очередь. Не хватает мест. Взятки давать приходится. И в первую голову нужно — ради преодоления демографической катастрофы и повышения рождаемости — сначала строить садики и обеспечивать работой отцов семейств.
«Элита» РФ тупо повторяет тот кретинизм, коим Запад уже переболел, от коего уже отказался. Он ведь тоже пытался заменять выводимые в Китай производства на деловые и развлекательные центры, на стадионы. Полностью провалившись. Ибо старая промышленность должна заменяться только более современной индустрией, альтернативы производству нет, постиндустриализм оказался бредом сивой кобылы. «Экономика впечатлений» — всего лишь пустышка.
Для примера возьмем судьбу американского умирающего мегаполиса — Детройта. Он может быть моделью страны. Столкнувшись с падением автомобильного производства, городские власти в 70-е пробовали спасти город за счет строительства огромного делового центра компании «Форд». В результате города не спасли, а «Форд» выкинул около 400 миллионов еще тех долларов (равнозначных трем нынешним) на ветер, подведя компанию к грани краха. Уж лучше бы истратил эти деньги на роботизацию своих заводов и создание транспорта будущего.
Погорев на деловом центре (убогая стратегия замены заводов на ульи для офисного планктона), Детройт в 2000 году построил у себя гигантский бейсбольный комплекс «Комерика Парк». В расчете на то, что он будет привлекать потоки туристов. Естественно, ничего из этого не вышло. Но Детройту показалось мало: в 2015 году наполовину трущобный город построил еще и огромный ледовый дворец для хоккейной команды «Детройт Ред Вингс» («Красные крылья Детройта»). С тем же провальным результатом. Один черт все это не заменило доходов от работающей промышленности — и город продолжает издыхать.
Власти РФ в точности повторяют ошибки властей Детройта, загромождая страну гигантскими спортсооружениями и превращая бывшие заводы в хипстерско-клерковские обиталища.
Немцы тоже попытались прекратить погибший промышленный Рур в парки для креаклов-дегенератов. Вломили бешеные средства, например, в Эмшер-парк с искусством, развлечениями, образованием, экологическими проектами и социальным жильем. Но в итоге экономическая депрессия в Руре так и не прекратилась. Креаклы, знаете ли, не заменяют рабочих с инженерами, развлечения и эколожство — современной индустрии. Толпы современных элоев, ползающих среди величественных остатков Индустриальной эры, знаете ли, оказались чертовски бесплодны. Элои вообще — глупые вырожденцы (читайте Уэллса).
Итоги всем этим жалким потугам заменить реальный сектор на развлечения, офисы и спорт подводит Брент Райан, профессор факультета градостроительства Массачусетского технологического института:
«…Возьмем деловые центры: недавно экономист Хейвуд Сандерс убедительно показал, что они не являются донорами бюджета, а напротив, «сжигают деньги». То же и со стадионами, на которые власти выделяют большие бюджетные субсидии. Но бейсбольный стадион, на котором проводится семь-восемь матчей в году, не может быть окупаемым. Академические исследователи доказывают неэффективность таких инвестиций, но для политиков наличие сильной команды со стадионом — видимая часть успеха их деятельности…»
Футуролог и историк Максим Калашников (Владимир Кучеренко) — не экономист Сандерс и не имеет диплома экономиста, но о том же самом — основываясь на элементарной логике и здравом смысле — пишет вот уже второй десяток лет. Но расейским верхам — хоть кол на голове теши. Они продолжают громоздить в РФ спортивные храмины и клепать морально устаревшее оружие.
Нужно ли более наглядное доказательство того систематического преступления против будущего, что творится в РФ ежедневно и ежечасно, причем уже не первое десятилетие? Ей-богу, я бы просто написал бы на маленьких листочках бумаги то, что в Российской Федерации нужно сделать в первую очередь на те же 100 миллиардов условных единиц. Ну как на экзаменационных билетах. На одном: «Реконструировать ветхие системы ЖКХ». На другом: «Наладить свое производство современных двигателей для самолетов, судов, автомобилей, комбайнов и тракторов». Записи бы потребовали множества листочков. «Построить современное производство микросхем», «Поднять подшипниковую промышленность», «Возродить современное станкостроение», «Сделать линейку современных гражданских воздушных судов — от дальнемагистрального лайнера нового типа и до пятиместных аэромобилей». «Поднять из руин судостроение». «Насытить сельское хозяйство умными комбайнами и тракторами русского производства». «Наладить отечественное производство дорожно-строительной техники». «Создать современную биотехнологическую индустрию». «Создать свое производство оптоволоконных систем связи». «Поднять производство русских современных лекарств». Так бы вышла солидная стопка листочков.
А потом бы перемешал бы их так, как экзаментатор на столе тасует билеты, — и, закрыв глаза, вытащил бы наугад листочек. Или два. Чтобы направить именно туда те деньги, что были омертвлены в «имиджевых мегапроектах». Толку вышло бы раз в сто больше!
И не надо кивать на Китай, что тоже проводит олимпиады с огромными затратами. Ведь КНР поступила умно: она провела первые Олимпийские игры у себя лишь в 2008-м, после 30 лет успешного построения передового производства у себя дома, УЖЕ став одной из двух сверхдержав мира. Москва стала вышвыривать деньги на свои мундиали-олимпиады ДО ТОГО, как смогла построить у себя передовой реальный сектор, еще пребывая в статусе сырьевого захолустья Запада и Китая. Имитация великодержавия — против реальной жизни, против развития, против будущего наших детей!
Сегодня китайцы построили у себя Оптическую долину в троеградье Ухань: там развиваются инновационные производства лазерных станков и оборудования. Китайцы в момент, когда пишутся эти строки, создают у себя в стране четыре робограда — роботтауна. Там будет производиться силами частных фирм вся гамма роботов, начиная с промышленных, для работы на заводах. Каждый робоград совместит в себе научно-технические разработки, производство роботов и торговлю ими, их сервис — и заодно еще и питомник новых роботостроительных компаний. Например, это будут делать в провинции Чжэцзянь (там создана компания «Чжецзянь робот индастри») и в Циндао, куда уже уходит из РФ пермская компания «Промобот». Как объяснил ее создатель Олег Кривокурцев, у нас дома кое-как научились обеспечивать стартовое, «посевное» финансирование, а вот второй стадии, в виде вложений сотен миллионов долларов в расширение компаний, так и не освоили. Вот и приходится уходить в Китай, чтобы там вырасти в предприятие мирового уровня.
Да, теперь в РФ завелось много футбольных стадионов. Но покажите-ка мне компании «Роботостроение Брянска»! Или «Гиропланы Воскресенска». Или «Приборостроительная корпорация Севастополя». Или «Лазерное станкостроение Зеленограда». Или хотя бы «Льняные продукты Вологды». Их нет. А в Китае — есть.
В РФ тоже есть: непонятное «Роснано», что само себе ставит задачи, само их выполняет — и перед собою же и отчитывается. На казенный кошт. И еще имеются орды чинуш, что на любое предложение русских исследователей и научно-технических предпринимателей твердят: «Это невозможно, невозможно, невозможно!» — ни черта не предлагая взамен и уповая на закупку иностранного. Ах да, еще и Сколково забыли, откуда многие уже уходят. Ибо ничего принципиально нового там создать невозможно.
Выводы? Их всего два.
Первый: имеющийся государственный аппарат по природе своей не может обеспечить ни слезания с «сырьевой иглы», ни новой, наукоемкой индустриализации, потеряв для этого не только 90-е годы, но и последующее двадцатилетие.
Второй: потери времени, как и нарастающий маразм государственной машины РФ, настолько велики, что спасти страну могут только крайне нетривиальные действия. Действия смелые, в духе стратегии чуда.
Вы спросите: а что может сделать для этого слабая, состоящая из одних умников-патриотов Академия Русской Мечты? Да это же элементарно! Сперва надо хотя бы обнаружить имеющиеся в стране возможности, людей и их разработки — и создать хотя бы гипотетический образ антикризисных действий. Чтобы люди, независимо от их общественного положения, могли увидеть ИНОЕ, альтернативу. Ведь уже понятно, что для спасения страны нужен принцип опричнины: создания параллельных имеющемуся государству территорий и структур, которые смогут совместить в себе и смелое свободное творчество, и научно-промышленное предпринимательство, и настоящую охоту на коррупцию. Все это может вовлечь в себя самую умную, патриотичную и пассионарную молодежь, вырастить новую, подлинную элиту, дать ей реальное Дело изначально! Причем именно опрично-параллельно от нынешнего государства-кретина. Скаредного там, куда вкладывать средства критически важно, зато щедрого без меры и по-барски расточительного там, где не надо!
Вы скажете, что есть военный технополис «ЭРА» (элита российской армии) в Анапе, детище членкора РАН Михаила Ковальчука? Да, это здорово. Но «ЭРА» предназначена прежде всего для военных разработок, гражданский сектор для ее научных рот вторичен. При этом сами Вооруженные силы РФ так и не превратились в Военно-научные силы, не стали полигоном для использования тех прорывных технологий энергетики, жизнеобеспечения, строительства, связи, передвижения, что могут использоваться в гражданской жизни. Да и сама «ЭРА» со всеми ее природоподобными технологиями и разработками по части искусственного интеллекта как бы висит в воздухе, не опираясь на мощные русские индустрии — на то же станко-, машино-, самолето- или судостроение. На «Газпроме» с «Роснефью» далече не уедешь…
Нет, нужны гораздо более глубокие — и опричные! — преобразования. Которые из системы очагов Будущего затем сольются в один Новый порядок, причем на всю страну. Какие?
Давайте дадим волю нашей фантазии. Или мы — не Академия Русской Мечты? Когда-то отцы-основатели СССР бросили в мир лозунг: «Сделаем науку могучей производительной силой!». Мы, подхватив его, провозглашаем: «Воображение есть власть и невероятная производительная сила!»
Зажмурьте очи и представьте…
Невиданный авиалайнер с как бы сплющенным сверху, распластанным фюзеляжем, двойным килем и прямыми крыльями постепенно набирал высоту. Мощно и уверенно гудели его три турбореактивных ПС-90А, упрятанные в три тоннеля в задней части фюзеляжа. Облачный покров оказался далеко внизу. Пилот истребителя МиГ-31М, сопровождавший тяжелый воздушный корабль, поневоле любовался его необычным силуэтом и «аэрофлотовской» раскраской — синей полосой вдоль белоснежного корпуса. Как он красив, этот «Мясищев-60» с несущим фюзеляжем! Высотомер показывал, что пассажирский опытный лайнер лег на эшелон в 15 тысяч мет ров. На такой высоте обычно летают либо военные самолеты, либо бизнес-джеты богачей. Солнце ослепительно сияло на фоне невыносимо красивой, уже бледнеющей голубизны. Если забрать еще выше, то синева сменится чернотой — и ты увидишь звезды днем. Впрочем, уже на этой высоте видно, что Земля внизу выпуклая, шарообразная…
Обычные-то гражданские лайнеры летают куда ниже, на 9–11 километрах, в самом высоком слое тропосферы. А это — уже стратосферный корабль, стратоплан!
…Внутри просторного внутреннего салона шум почти не ощущался. Главный конструктор самолета М-60 «Катунь» приник к иллюминатору, вслушиваясь в малейшие звуки, издаваемые фюзеляжем. Открылась дверь пилотской кабины, в салон, буквально сияя, шагнул второй пилот.
— Вышли на эшелон, Дмитрий Семенович! — сообщил он. — Легли на курс, идем на Бельбек…
— Вольно, Дима, вольно! — махнул рукой Главный конструктор и пригладил седую шевелюру. — Занимайтесь… И дайте РДО в Москву — «Идем в стратосфере!»
— Есть дать РДО! — пилот вновь исчез в кабине.
Расстегнув воротник рубашки, седовласый человек блаженно откинулся в кресле. Черт возьми, есть еще одна победа — привет из великого Советского Союза! Страна первой в мире выпустит на рынок пассажирские стратопланы с несущим фюзеляжем. Возродив самый дерзкий проект уже покойного Мясищева. Полет на той высоте, где пока шастают лишь маленькие «лирджеты» миллиардеров, сразу же обеспечивает выигрыш в топливной эффективности почти в полтора раза. Ведь сопротивление разреженного воздуха стратосферы намного меньше, нежели в тропосфере. Тут даже, казалось бы, не самые современные моторы ПС-90 сразу же, скачком, обходят детища «Роллс-Ройса» и «Пратт энд Уиттни». А если ЦИАМ обеспечит более современные движки — то тем более. А это — качественный скачок русской гражданской авиации. Прорыв! Это вам не нелепый «Сухой-Супержет», на 80 процентов свинченный из импорта, и даже не МС-21. Это прыжок вверх сразу на три ступеньки!
Импульс шифрованной радиограммы со скоростью света метнулся в Москву. Пилот МиГ-31 еще раз прошел над лайнером. Оператор в задней кабине перехватчика снимал репортаж с дух захватывающими видами…
— Великолепно! — Верховный отложил в сторону свежий номер «Сверхновой реальности». — Хорошо сработано.
— Параллельно прошел сюжет по первому каналу, товарищ Верховный, — удовлетворенно откликнулся глава имперского Агентства передовых разработок, сидя за столом напротив правителя. — Вызвать президента РАН?
— Не надо, Игорь Витальевич, — поморщился его собеседник. — Не следует перегибать палку. Ты же наше национальное дуроломство знаешь. Кинутся угождать — и погонят брак. Начнут нам действительно шарлатанов из страха поставлять. Ничего — они читать тоже умеют. Пусть академик Бастионов лично мылит шею своему главе Комитета по псевдонауке. Нехай сами шевелятся — не для того мы их когда-то от сырьевых мародеров спасали…
Верховный еще раз довольно хмыкнул, погладив номер ежедневной газеты, которую шутливо называл «Штурмовиком НТР». Статья-расследование вышла хорошей. Она повествовала о том, что Агентство передовых разработок — АПР — выдвинуло перед наукой конкретную задачу: нужна технология, способная на десятки процентов снизить себестоимость отопления административных и промышленных зданий. Одним из претендентов выступили вихревые теплогенераторы компании «Энергия будущего». Естественно, Комитет по псевдонауке во главе с незабвенным академиком Санько разразился гневной статьей в своем вестнике, объявившей эту технику лженаучной. Но корреспондент газеты выяснил, что Комитет не устроил ни единого выезда своих экспертов на работающие объекты и не провел ни одного реального испытания техники, рождая свое заключение исключительно в кабинете, из головы Санько. Статья сообщала, что это, наоборот, сделала Академия естествоиспытателей — конкурирующая государственная структура, созданная недавно. И оказалось, что непонятный пока эффект есть — при кавитации вода действительно выделяет тепло. Более того, сравнительные испытания показали, что экономия по сравнению с обычными электрическими обогревателями-кипятильниками дает почти двукратный выигрыш. Оказывается, эта техника уже успешно прошла два отопительных сезона в зданиях Опытных заводов столичного технополиса, ею уже пользуются на ряде складских терминалов, она обогревает жилые корпуса нескольких частей Военно-научных сил. Газета задавала резонный вопрос: РАН живет на средства налогоплательщиков и должна исследовать непознанное. Как она может так поступать, отрицая очевидно обнаруженное новое явление вместо того, чтобы его исследовать и объяснять? И вообще — сама РАН жалуется на большие затраты каждый отопительный сезон. Не воспользоваться ли ей самой новыми генераторами?
— Мы тоже проведем открытые испытания, — заверил Верховного глава АПР. — И вынесем результаты на публику.
Руководитель страны еще раз улыбнулся. Он хорошо помнил тщедушного, носатого главу Комитета по псевдонауке с вечно пугливым, бегающим взглядом. Ох, и достанется же ему от начальника за такую работу! Кажется, в здании на Ленинском проспекте не приняли всерьез разговор о том, что РАН нужен центр опытной проверки новых изобретений и открытий.
…Зуммер интеркома запел на высокой ноте. Верховный ткнул кнопку — звонил президент РАН.
— Соедините… — коротко бросил правитель.
Президент Академии звонил именно по этому поводу и приносил свои извинения за подчиненного.
— Полноте, Евгений Владимирович! — пробасил Верховный в трубку нарочито добродушно. — Вы же понимаете, что такие вещи не могут оставаться без изучения. Времена изменились, мы на науку средств не жалеем. Если нужно — то и институт создадим, и проблемную комиссию. Нам нужны новые фундаментальные знания. В 1940 году Урановую комиссию создали — а мы с тех пор побогаче стали. Работайте, товарищ Бастионов, а мы поддержим.
Что? Конечно, мы всячески поддержим укрепление и расширение вашей Секции прикладных проблем. С тех пор, как страна прекратила транжирить деньги на стадионы и заграничных футболистов, средств у нас стало вдоволь. Так что о финансировании прошу не беспокоиться. Главное — нам нужны результаты, товарищ Бастионов. Проявляйте инициативу, тревожьте нас, не бойтесь взбаламутить спокойствие.
Рад был слышать, Евгений Владимирович. До свидания!
— Ну вот, процесс пошел, — насмешливо поделился впечатлениями с собеседником Верховный. — Вот что делает крест животворящий, если не о горных лыжах думать и не дурные стадионы строить. И не на черных футболистов бабки спускать. Как, оказывается, немного нужно для счастья…
— А главное — мы конкретные задачи ставим, — согласился глава АПР. — Мне тут подумалось: именно это и двигает науку вперед. Страшно подумать, что ждало знаменитого Торричелли, будь в его времена Комитет по псевдонауке…
— Ты это о том, как он атмосферное давление открыл? — улыбнулся Верховный.
— Точно так! Великий Эванджелиста Торричелли в 1643 году неопровержимо доказал, что воздух имеет вес, а все мы живем на дне огромного воздушного океана, испытывая его давление. Воздух — и что-то весит? Не может что-то весить невесомое, это противоречит здравому смыслу и повседневному опыту миллионов людей! Торричеллиева мысль казалась тогда дикой и не сразу была принята учеными даже после открытия великого итальянца. До Торричелли незыблемым считался «физический закон» Аристотеля: природа не терпит пустоты. То есть согласно ему вода будет подниматься вслед за поршнем в трубе всасывающего насоса на любую высоту. А когда, кажется, герцог Тосканский решил поднять воду для своих фонтанов вверх, то оказалось, что выше 10 метров поршень засосать водичку не в состоянии. Именно тогда Торричелли, заменив воду гораздо более тяжелой ртутью, доказал, что атмосфера давит на нас со знаменитым показателем в 762 миллиметра ртутного столба, затягиваемого в вакуумную трубку. Разрушив мертвящий «закон» «неоспоримого авторитета», Эванджелиста смог породить огромное новое направление в физике, двинул вперед познание мира, подарил миру барометр, чем привел к развитию и метеорологии, и дальнего мореплавания, и физической географии. Да и не перечислить всех последствий, что дало тогда всего одно открытие.
А если бы тогда существовал идиотский Комитет по псевдонауке при тогдашней РАН? Жутко подумать! Какие-нибудь академики Круглин или Санько провозгласили бы Торричелли лжеученым, нарушающим фундаментальный закон Аристотеля. Причем объявили бы, даже не выехав на объекты и не поприсутствовав при его опытах. Так, на основании бумажных сообщений приговор бы состряпали. И выгнали бы Торричелли из науки. Но, слава богу, был герцог Тосканский, которому нужно было решить конкретную задачу — запустить фонтаны. И ему было плевать, нарушает ли Торричелли какие-то фундаментальные законы науки или нет, лишь бы система заработала. Послал бы он гипотетических санько-круглиных куда подальше — и сделал бы Эванджелисту придворным ученым. Что, в общем, в реальности и случилось. Никакие шипения церковников насчет того, что непогрешимость Аристотеля, признанного папами величайшим авторитетом, не помогли.
— Ну да, выступим-ка в роли нынешних герцогов Тосканских, — засмеялся Верховный, срезая кончик гаванской сигары. Он закурил, со смаком выпустил в воздух струю голубоватого ароматного дыма. — Хоть Энгельс русских откровенно не любил, но, шельма, умен был. Как он там изрек? Одна потребность промышленности в решении практической проблемы может двинуть науку вперед дальше, чем десяток университетов! Прав был, черт немецкий. Передовая промышленность — вот повивальная бабка прогресса. Ну, а как дела с Бутоновым идут? — спросил он и выслушал ответ, откинувшись в кресле.
Верховный давно понял, что Западный мир не примет реакторов Сергея Бутонова, уехавшего при Путине в Германию, даже если все проверки покажут их подлинность и работоспособность. Ибо если бы хозяева «свободного мира» всерьез хотели бы иметь технологию низкоэнергетического ядерного реактора с бутылку величиной, то засекретили бы эти работы уже в начале того года, а Бутонов продолжил бы работу негласно в закрытой лаборатории либо Пентагона, либо какой-нибудь гигантской международной корпорации. А потом его реакторы появились бы внезапно, как снег на голову. Тогда уже Верховный понял, что никаким американским правящим кругам, никаким Ротшильдам или Рокфеллерам не нужно подобное открытие, потому что оно ведет к слишком большим переменам. К потрясения основ их власти и богатства. Да, исследования по физическому бессмертию они профинансируют — но только не работы по овладению запасами дешевой и огромной энергии. И именно в этом — слабость архитекторов Вечного Рейха. И шанс для русских.
— …Бутонов на тайных переговорах требует буквально золотых гор и твердых гарантий, — говорил глава АПР.
— Обещайте ему все! — махнул рукой Верховный. — Миллиарды, поместья, земли. Ну, расстанутся со своим имуществом еще парочка расейских сановных воров — так они же воры, низшая раса, расходный материал. Даже в бюджет не залезем. Одарим нашего гения-возвращенца замком во Франции, скажем. Или в Англии. У нас их теперь много, «подаренных»-то. Мы теперь, поди, не беднее папского престола будем. Так что полномочия, считайте, получили от меня. По этому вопросу приму в любое время дня и ночи: ставка в игре слишком высока. А обманет нас Бутонов — ледорубом угостим. Шучу, однако! Но чутье мне говорит: не обманывает он, наткнулся все-таки на чудо. Слишком много видел до этого, уже интуиция выработалась…
— Вас понял, товарищ Верховный, — кивнул головой его собеседник. Чутье и ему подсказывало: успех где-то рядом. — Как у вас с программой «Агрополис» дело движется? — ворвался в мысли Игоря голос Верховного.
— Пока нормально движемся, товарищ Верховный, — отрапортовал директор агентства, — Сводим в него все, что можно, все, что повышает производительность и продуктивность, позволяя обходиться минимумом людей. Все — начиная от комбайнов-роботов и новых летательных аппаратов и кончая технологиями повышения урожайности. Ростовские беспилотные комбайны управляются одним оператором — десяток. Так же хорошо показывают себя и автоматические энергонасыщенные тракторы «Кировец». Все это интегрируется в информационную систему управления агрокомплексами — в «Агротронику», тоже детище «Ростсельмаша».
Задействуем технологию водоочистки «ЗФ» и строим завод по производству протиевоей, «легкой» воды по ее технологии. Она очень повышает продуктивность животноводства. Смеляков там у нас генконструктором, он дело туго знает. Но проблемы возникают…
Игорь вкратце доложил: вода из кавитационно-вихревой установки Черкаса действительно повышает урожайность растений. Экономия на удобрениях — колоссальная. Но вот пробовали поить этой водой кроликов — так плоды буквально разрывали чрева самок. Так что тут еще нужно изучать механизмы, да и людям эту воду употреблять рановато. Хотя один из разработчиков поил этой водой новорожденного сына — и тот рос очень быстро, поражая всех размерами. Но изобретатели — известные экстремалы.
— Потому, товарищ Верховный, покамест ничего для прессы не даем. Изучаем действие воды на живые организмы, за сыном того изобретателя наблюдаем, обследуем, — закончил Игорь.
— Правильно делаете, — одобрил глава государства, прищурив глаз от дыма сигары, — тут наверняка нужно еще много работать. Но для технических культур, для льна нашего уже сейчас можно установки в ход пускать. Кто активно занимается проблемой?
— Вторая Академия, считайте — Владислав Жигалов, — задорно ответил Игорь. — Ну, Влад спуску не даст. Он еще поставит РАН перед фактом, заставит признать новые эффекты.
А Верховный дружески пожал Игорю руку и тоже рассмеялся.
— Эх, Игорь, иногда дух захватывает, — промолвил он. — Мы давно наткнулись на целый пласт совершенно безумных, внешне очень простых и дешевых технологий вроде этой кавитации. Помню, как Делягин говорил об их принципиальной нерыночности, некапиталистичности. Что они существуют где-то между господствующими направлениями, между информационными и нанобиотехнологиями. Но мы даже не представляли до конца, что это за золотая жила для нашего национального возрождения. Для этого стоило создать центры экспериментальной проверки подобного…
Верховный словно запнулся. Вихрь мыслей и ощущений захватил его. У него были неразвитые зачатки необычных способностей, подчас его память, в которую вторгались импульсы текущих впечатлений, могла воскресить в его мозгу то, что он видел и слышал много-много лет назад. Иногда Верховный мог на какой-то миг вспомнить даже запахи, стоявшие тогда в комнате или на улице. И в этот момент он словно возвратился в тело мальчишки 1977 года. На какой-то краткий миг пахнуло летним жарким днем, запахом книг из большого шкафа. Вспыхнула в памяти обложка журнала с большим аэропланом на нем. Книжка о приключениях Аргуса, написанная Аскольдом Якубовским. Роскошное издание о Марсе и будущих полетах на него — Клушанцева. Волна какой-то дикой радости нахлынула в грудь Верховного, уже далеко не молодого человека. Ощущение того, что детские мечты исполняются и он созидает тот самый новый мир, о котором так грезил тогда.
«Да, мы — когнитарии, коги. И нам очень хорошо быть вместе. Мы начали действовать среди погасших, опримитивленных, не умеющих мечтать и создавать миры леммингов, слепых простецов», — мелькнула мысль. — «Но мы отвечаем за них. Мы даем им и мечты, и новую жизнь, и новые занятия. И тогда лемминги превращаются в людей, у коих глаза горят и плечи расправляются…»
После развала СССР на территории так называемой «новой России» образовалась действительно новая историческая общность: бывшие русские — безвольные, циничные, разобщенные, не верящие в дерзкие прорывы и ненавидящие всех, кто на них способен. Беспомощные перед властью, глупые лемминги с обывательским мышлением, продажные в душе своей. Озабоченные только мелким потребительством. Эти лемминги покорялись любой мало-мальски организованной силе и никогда не могли восстать. С ними можно было делать все, что угодно, и именно поэтому власть на обломках Союза так долго удерживало племя откровенных мерзавцев и грабителей. Теперь же нужно было из этих живых мертвецов, из этого распавшегося народа создать новый, живой и сильный народ. Сталину почти удалось родить живое дитя от мертвой матери — старой России, умершей в 1917-м. Но он не успел завершить своего великого дела. Теперь его нужно закончить им, когам.
Верховный вдруг вспомнил, как где-то в середине 2010-х пересекся на одном из великосветских раутов с финансистом не из последних, парнем на 15 лет младше. Его тогда поразило до глубины души то, как человек 1981 года рождения, который должен был относиться к уже потерянному поколению, с ужасом говорил о том, что студенты вузов 2010-х годов — уже умственно недоразвитые. Не умеющие ни читать, ни связно выразить свои мысли, ни стремиться к большой цели. Молодой финансист тогда сказал, что не удивится приходу нового Сталина. Ибо эти молодые уже ни на что не годны, их нужно просто сгонять в трудовые армии — чтобы хоть какая-то польза от них была. На строительство дорог, на приведение в порядок ландшафтов.
«Пожалуй», — подумал Верховный. — «Но даже леммингам нужно дать интересные занятия. Для этого и надо создавать внешне простые технологии, которыми смогут пользоваться и они. Пусть строят новые города для самих себя. Пусть они не станут лишними. Их детей мы все равно сформируем так, как нужно для будущего. Но править всегда будут умные — коги, когнитарии. Познающие и мыслящие самостоятельно, не лемминги, живущие тем, что внушают им СМИ. Пусть коги станут как боги. Те светлые, те вечные мальчишки, что не знают слова «невозможно». Они и овладеют технологиями уже не Шестой, а Седьмой технологической эры!»
Возвращаясь к себе в маленьком, но уютном вагоне метро-2, директор Агентства передовых разработок задумчиво листал старый-престарый сборник фантастики, подаренный ему Верховным. «Формула невозможного», изданный в Баку в 1964-м. Здесь нашлась сущая жемчужина, памятник ревущих 60-х — работа знаменитого Альтова-Альтшулера «Машина открытий». Того самого автора ТРИЗ — теории решения изобретательских задач.
Тогда, еще во времена Хрущева, Альтов предложил создать Машину открытий, вообразив ее в XXII столетии на спутнике Юпитера, Ганимеде. Там должен разместиться мощный электронный мозг — система суперкомпьютеров. И еще — роботы и гибкие автоматические производства, равно как и огромные исследовательские установки. Вплоть до сверхмощных ускорителей элементарных частиц-коллайдеров. Там же — и мощная энергосистема.
Итак, супермашина становится целой отраслью науки — физики.
«Оснащенная мощнейшим исследовательским оборудованием, не разделенная ведомственными и иными барьерами, способная к молниеносному обмену информацией, лишенная присущей человеку инерции мышления и работающая круглосуточно, машина эта приобретает новое качество — динамичность. Путь, который физика проходит за десятилетия, Машина открытий пройдет в течение нескольких часов или дней…» — грезил тогда Альтов.
Не имея предрассудков, не ведая шкурных интересов в виде сложившихся научных школ, не желающих лишаться статуса, Машина открытий в самые короткие сроки перебирает множество вариантов исследований. Она получает конкретные задания. Скажем, собрать новые данные о строении вещества, найти практически пригодные способы хранения энергии без потерь. Или создать вещество с отрицательной массой, победив гравитацию. Машина сможет строить сразу несколько вариантов одного и того же опыта. Цикл познания и создания новых технологий сжимается до предела. Сделав важное открытие (против которого не попрут никакие инквизиторы и никакие «признанные авторитеты»), Машина открытий сама скорректирует программу исследований: повернет их в наиболее интересном, неожиданном направлении. Этот цикл пойдет по программе, которую человек, не зная еще о новом открытии, просто не мог предусмотреть. Главное, что все делается беспрерывно и без проволочек: здесь нет никаких задержек в публикации статей в серьезных научных журналах, нет субъективизма рецензентов и каких-то там ведомственных интересов.
Машина, сделав открытие или открытия, быстро закажет новое оборудование для прорывного цикла и сможет проходить за считанные месяцы тот путь познаний, что обычная, человеческая физика, проходит за десятилетия. Ибо нет сопротивления косности, не нужно ждать вымирания прежнего поколения ученых со своими блоками и тараканами в мозгах. Если же таких мегамашин несколько — на разных лунах Юпитера — и каждая разрабатывает свою отрасль науки, то они обмениваются информацией постоянно. И очень скоро порождают самые фантастические технологии…
Пробежав глазами текст, Игорь испытал сильнейшее возбуждение. Да, черт возьми, ведь в стране, по сути, создается некая Машина открытий! Пускай еще не на Ганимеде, пускай без огромного Электронного мозга, но все эти Агентство передовых разработок, обе академии (старая и новая), новые университеты и высокотехнологичные предприятия — это мечта Альтова, построенная на Земле и из людей. Здесь органично соединяются огромные академические институты и лаборатории энтузиастов, частных предприятий. Программа «Россия-2045» с ее работами по отключению механизма биологического старения — и космическая отрасль. Принципы работы здесь сходны: обмен сведениями, неожиданные открытия, конкурирующие структуры, не дающие признанным светилам науки почивать на лаврах и забивать новое. То, что иной «дикий гений» делал стихийно, вручную, убивая годы на прошибание стен глупости и зависти, здесь уже делается автоматически и конкурентно.
«Это и есть наше оружие победы…» — подумал технократ-ког из Сверхновой России.
Господи, сколько же еще непознанного остается вокруг! Сколько еще удивительного, сулящего громадное могущество нашей нации и всему человеческому роду можно было бы исследовать, если бы не проклятая заскорузлость мышления, если бы не академическая спесь и не эгоизм академиков!
Сколько прошло с 1920-х годов, когда австриец Шаубергер задумался: а каким это образом рыбы в холодных, стремительных горных реках могут удерживаться против течения, едва шевеля плавниками и хвостами? Каким образом лосось может не только преодолевать страшной силы потоки быстрых рек, поднимаясь к их верховьям и даже выпрыгивая при этом из воды? Хотя те же реки могут волочь с собою камни? Каким образом сердце, будучи всего с кулак величиной, может прокачивать кровь сквозь все сосуды человеческого тела, даже сквозь самые мельчайшие капилляры, если общая длина всех кровеносных путей в нашем организме — 200 тысяч километров? С этим не справились бы мощнейшие насосы. Ответа на эти вопросы Большая наука не дала и почти век спустя.
Шаубергер предположил, что мы имеем дело с загадочными вихревыми процессами. Что именно некие вихри, образуясь благодаря плавникам и чешуе, наделяют рыбу такой энергией. Что и кровоток возможен благодаря той же физике вихрей. Шаубергер и открыл явление выделяющегося из воды тепла при ее завихрении. Но как же в начале XXI века официальная наука старательно не замечала тех, кто шел путем австрийца! Как ее новая инквизиция старалась уничтожить и погрести заживо тех, кто занимался вихревыми исследованиями, полями кручения и прочим! Насколько нужна именно здесь Машина открытий.
Игорь вздохнул. Он помнил и то, как в его детстве американское аэрокосмическое агентство НАСА созналось в том, что не знает, почему летает тяжелый шмель с его эфемерными крылышками. Что согласно науке шмель летать решительно не может. Но он же летает! И тут мы, быть может, тоже имеем дело с таинственными вихревыми процессами.
Но если их познать и поставить себе на службу, то можно добиться невиданного могущества! Вот почему он, Игорь Авдеев, будет совершенствовать и крепить возникающую систему новой русской науки.
Непознанного еще очень и очень много. Вот уже целые десятилетия нефтяники ищут, находят и разрабатывают «черное золото» в тех породах, где его по теории органического происхождения быть вообще не может. А нефть-то находится, причем и на сверхбольших глубинах, как показало сверхглубокое бурение на Кольском полуострове, что вел Советский Союз. Значит, нефть — это не остатки древней жизни, а то, что образуется в недрах планеты. Но как? И это нужно объяснять, исследовать. Вот зачем нужна теперешняя, еще сильно упрощенная по сравнению с мегамашиной Альтова-Альтшулера, русская система новой научно-технической революции. Потому что нужно сломить сопротивление предрассудков, косности, эгоизма. Потому что нужно первыми в мире выйти к новым знаниям, сжав циклы работ. Первыми в мире зажечь звезду новой научной революции. Причем именно на Русской земле.
Потому что это — ключевая позиция. Потому что здесь ты добиваешься всего. Пусть планета горит и кружится, покрываясь огненными шрамами войн и распадов, пусть кровь льется в Северной Африке, на Ближнем Востоке, в Средней Азии. Пусть осыпается с краев Евросоюз, где разваливаются целые страны. Пусть Америку и Китай, сцепившихся в торговой войне не на жизнь, а на смерть, колотит острейший внутренний кризис. Пускай накатывает на мир тьма нового варварства. На сем фоне русские коги должны создать Страну Солнца. Оплот развития.
Новые технологии дают нам выигрыш во времени. Они — огромная экономия сил и средств, идущих на обеспечение каждодневной жизни, высвобождающих ресурсы на грандиозные программы: космических полетов, достижения физического бессмертия, постройки новых городов, получения новых научных знаний, орошения пустынь. И те же технологии делают возможным новый общественный строй, строй свободы, счастья и развития человека. Именно они позволяют создать из отгоревшего, распавшегося русского народа новую нацию — сверхновых русских. Фантастическая программа возрождения Руси тянет к себе лучшие мозги из всех прочих стран, к нам идут ученые и недостающие технологии. К нам переселяются те белые европейцы, которые стали в своих странах лишними — из-за того, что им нет работы, из-за кошмара толерантности, из-за наплыва азиатских мигрантов. Тьма нового Средневековья останавливается на русских рубежах, и мы поднимаемся, крепко становясь на ноги, пока все остальные падают. Тем ближе миг нашего торжества, когда все русские земли вновь воссоединятся, когда быть русским станет престижно, когда угасающая, но еще способная на многое Германия пойдет на союз с новой мировой державой. Русским Союзом…
Пискнул аппарат правительственной мобильной связи. На табло высветилось: «Идем в стратосфере!»…
Будущее наше пока лежит во мгле, история его пока не написана. Еще неведомы нам ни исход Второй Холодной войны, ни ход той страшной ломки, что ждет человечество у экватора века сего. Но тем важнее обладать Академией Русской Мечты. Она ведь — не что иное, как штурманская рубка для плавания в еще неизведанное. Да, именно АРМ, поскольку нынешняя государственная машина не годится ни на роль навигатора, ни даже на роль впередсмотрящего.
Оно бессильно выстроить и стратегию успешной борьбы в Холодной войне-2, и ответить на вызовы времени. Такова беспощадная реальность. Одна надежда — на АРМ.
Наблюдая ход событий Второй Холодной, давно сыплю нецензурными словами. Такое впечатление, что все повторяется. Практически все ошибки, сделанные Советским Союзом с 1979-го, РФ воспроизводит с упорством слабоумного. При том что страна теперь куда меньше и запас прочности у нее далеко не тот, что у брежневского СССР. Сами посудите.
Янки с 1980 года добились того, чтобы СССР терял громадные ресурсы для своего развития и решения внутренних проблем, сжигая их во внешнеполитических делах. То есть в Афганской войне, в помощи кризисной Польше, на поддержке многочисленных нахлебников в Африке, Азии и Латинской Америке.
Сегодня Российская Федерация распята на сетке из широт и долгот между Сирией и Донбассом с Крымом. Завязнув и там, и там. Причем с перспективой потратить более 200 миллиардов долларов на восстановление разрушенной страны. Вернее, той ее части, что осталась у Асада. Ибо нефтегазовое Заевфратье — в руках курдов, поддерживаемых США, и операции по его овладению даже не намечается. Что становится полным аналогом того бремени содержания «союзничков» СССР в Африке, например. Да, еще надо ублажать Турцию. Она, конечно, покупает у РФ зенитные системы и вроде как истребители тоже, но с лихвой вернет эти деньги на транзите российского газа по «Турецкому потоку». Да и АЭС в Аккую, надо сказать, РФ тоже строит за свой счет. При этом надо тратиться на содержание и кое-кого на постсоветском пространстве.
Аналогия полная. С той лишь разницей, что Советский Союз занимал 10 % в глобальном валовом продукте, а РФ — менее 2 %. И если СССР не критически зависел от экспорта нефти (будучи промышленно развитой державой), то РФ зависит от вывоза сырья критически. Доля внешней торговли в ВВП СССР середины 80-х — 15 %, у нынешней РФ — почти 40 %.
В 1980-е американцы, стремясь подорвать СССР, добились падения мировых цен на нефть (с 1985 года) почти втрое. Они делали все, чтобы доходы Союза снизились, но зато выросли непроизводительные расходы. Для чего нас вынуждали не только спасать экономики других стран, но и втягивали в дорогую гонку вооружений.
Сегодня мы видим практически то же самое. Да, нефть упала в цене всего в полтора-два раза, но зато это чувствительнее для страны, нежели тогда. При этом есть фактор, коего не было у Союза: массированный вывоз средств из страны за рубеж. Причем силами и самого государства, и предприятий, и частных лиц. Да и от импорта РФ зависит в разы сильнее, чем Красный гигант. Да, и прибавьте сюда чудовищные коррупцию с казнокрадством, которые намного перевешивают таковые явления в Советском Союзе, негибкость ее экономики и бесхозяйственное использование ею ресурсов.
И самое главное: в отличие от СССР, Российская Федерация имеет экономику, которая фактически не растет с 2008 года. Пошло отсчитываться фактически «второе потерянное десятилетие». Темпы роста экономики мизерны, они периодически сводятся на нет девальвациями рубля. А это равносильно отсроченному поражению и последующей катастрофической тряске страны. Что в начальных стадиях мы наблюдаем уже сейчас.
Да, Владимир Путин, в отличие от Брежнева, Андропова и Горбачева, ведет себя на внешней арене намного более решительно и даже брутально. Намного лучше действует и государственная пропаганда, опирающаяся на горький опыт масс относительно «миролюбивого Запада» в 90-е и даже позже. Официальная пропаганда, щедро финансируемая, смогла создать для большинства некий иллюзорный мир, где нас все боятся и мы всех побеждаем, но… Но реальный мир все чаще врывается в виртуальный. Все чаще люди больше думают о том, что их карманы пусты, что нет ни достойно оплачиваемой работы, ни перспектив подняться по социальной лестнице, нежели о великодержавности. «Крымский фактор» полностью исчерпан во внутренней политике, причем и в самом Крыму с Севастополем тоже. Неспособность власти обеспечить рывок в индустриализации страны, справиться с застоем в экономике начинает ломать все успехи во внешней политике и пропаганде.
Все меньше действуют на аудиторию рассказы о том, что Запад то и дело сжимается в страхе и шоке от успехов РФ в производстве оружия. Получается, что вроде как в Пентагоне от пролетов наших самолетов и успешных испытаний оружия наблюдается чуть ли не массовый мор от инфарктов и грузовики там уж должны вывозить трупы скончавшихся от страха целыми штабелями. Но… С перепугу Запад не ослабляет ни санкционного давления, ни новой гонки вооружений.
Запад точно так же, как и в 1980-е, совершенно не собирается совершать прямое военное нападение на нас. А зачем ему рисковать гибелью в ядерной войне? Ведь при любом раскладе хоть в 1980-е, хоть нынче война с русскими стремительно перерастет в обмен массированными ударами ракетно-ядерных сил. После чего и США, и НАТО, и РФ прекратят свое существование как организованные структуры, а мир ждет экологически-радиационная катастрофа. Запад резонно убежден, что сможет вызвать экономическое истощение РФ, каковое перейдет во внутреннюю смуту. После чего остаток СССР можно снова разрезать и окончательно разоружить.
С моей точки зрения, РФ действительно соскальзывает к поражению, хотя власть и притормаживает его изо всех сил. Однако действия правительства и Центробанка РФ, наоборот, помогают врагу. Распахнутая настежь экономика (никакого системного протекционизма!), повышение налогов и поборов, недоступный, дорогой кредит — все это откровенная работа на надрыв русской экономики, на взрыв страны изнутри. На все это накладывается прогрессирующая управленческая беспомощность госаппарата, тонущего в коррупции, некомпетентности и безответственности, в полной несогласованности усилий разных частей власти. Недаром же В. Путину приходится постоянно переходить на мелочное «ручное управление», то и дело переквалифицируясь в управдома.
Рождается вопрос: а есть ли у власти в РФ хоть какая-то стратегия победы в Холодной войне-2? Помимо упования на то, что нужно переждать, пересидеть — а там все как-нибудь авось рассосется и успокоится? Личный ответ М. Калашникова: такой стратегии нет. Хотя уж первые лица говорят, что противостояние с Западом пришло на десятилетия, этих десятилетий у РФ, лишенной стратегии и угодившей в экономическую стагнацию, попросту нет. Считаю, что роковым ударом для страны станет эскалация торговой войны между США и Китаем, что вызовет и сильнейший экономический спад как у дерущихся, так (как цепная реакция) и во всем мире. А это на долгие годы собьет цены на сырье и прежде всего — на углеводороды. Что станет для Москвы крышкой гроба…
Но нас совершенно не устраивает такой исход. И если государство не в силах создать стратегию успешного завершения Второй Холодной, то этим должна заняться Академия Русской Мечты. Свободная от бюрократической косности и от неолиберально-монетаристских предрассудков. Времени у нас не так уж много, положение крайне серьезно. И печальный опыт Советского Союза буквально вопиет: АРМ необходимо создавать немедленно!
Те, кто пережил поражение нашей страны в Первой Холодной, и те, кто внимательно изучал ее ход, прекрасно знают, что верхи СССР сдались, не использовав и половины возможностей для борьбы. Зато Соединенные Штаты почти полностью использовали те немногие рычаги, какими располагали к 1981 году.
Вот самый простой и наглядный пример. С 1985 года мировая цена на нефть стремительно ныряет вниз, валютные поступления наши резко сокращаются. Происходит сие благодаря тому, что администрация Рейгана убеждает Саудовское королевство резко нарастить добычу нефти и залить ею мировой рынок. СССР в этой ситуации безвольно опускает руки…
Но ведь был возможен иной вариант! В 1984 и в 1986 годах афганские душманы, щедро финансируемые Саудами, нападают на наши пограничные заставы. То есть атакуют уже территорию Советского Союза. И в то же время еще продолжается ирано-иракская война (1980–1988 годы), персы пытаются атаковать танкеры в Ормузском проливе и Персидском заливе. Очевидный ответ СССР?
Первое: в глубокой тайне оснастить сотни ракет средней дальности типа «Пионер» обычными боеголовками, то же самое сделав и с крылатыми ракетами Х-55 воздушного базирования. Так, чтобы в 1987 году, скажем, объявить Саудовскую Аравию спонсором террористов и организатором агрессии против Советского Союза. И в течение двух дней нанести массированный удар неядерными боеголовками ракет по нефтяным промыслам, перекачивающим узлам, трубопроводам Саудитского королевства. Благо, вся нефтедобыча оного сосредоточена на нефтяном поле Гавар в Восточной провинции. Ну а для усиления эффекта СССР мог поставить в кредит Ирану противокорабельные крылатые ракеты — чтобы лучше по танкерам стреляли. Это тут же вызывало подскок мировых цен на нефть раза в три. Обеспечивая СССР и валютные поступления, и выигрыш времени.
При этом прецедент имелся: объявив Ливию обителью и финансистом международного терроризма, Соединенные Штаты в апреле 1986 года нанесли ей сильный удар с воздуха (операция «Огонь в прерии»). И никакой мировой ядерной войны от этого не разразилось. Москва это проглотила.
Так почему же Заатлантическая республика решилась ударить по Ливии, а СССР по Саудовской Аравии — не решился? Почему Кремль Иран не смог использовать в геополитической схватке? Нет, тут все изменой советской верхушки не объяснишь. Тем более что и раньше, до Горбачева, Союз тоже вел себя то пассивно, то чертовски неизобретательно. С 1980 года он так и не попробовал провести мало-мальски значительных операций на подрыв доллара. Пакистан открыто нам гадил. Но разве тогдашний Кремль предпринял хоть одну попытку подорвать его изнутри или столкнуть его с Индией? Обладая богатейшим запасом научно-технических разработок, Москва даже не попробовала войти в альянс с японцами или с теми же финнами, чтобы создать коммерчески успешные продукты — и ударить по американским корпорациям. Разработок ведь хватало: от авиационной и космической техники — и до знаменитой «голубой крови», перфторана. И до Горбачева СССР оказался поражен непозволительной леностью мысли и безволием.
Здесь тоже все давней изменой, коренившейся в верхах, не объяснишь. Скорее, неповоротливая бюрократическая власть просто не могла представить себе, что можно было вести борьбу именно так. А не только клепать горы оружия и формировать бесчисленные дивизии, пораженные полууголовной дедовщиной и пофигизмом офицерства (говорю со знанием дела: сам служил в 1985–1987 годах срочную). Мозговые центры СССР, включая не только ЦК КПСС, но и Генштаб, и КГБ СССР, и Академию наук, не справились с вызовами времени. Потому что начальство сих структур никак не относилось к числу вечных мальчишек и хулиганов, подобных Сталину, Рузвельту или Черчиллю. Они были слишком «серьезными», дряхлыми душой, чтобы придумать нетривиальные ходы. Что, впрочем, можно сказать и о высшем руководстве СССР — Политбюро ЦК КПСС. Можно вспомнить, как «мозг» Советского Союза не додумался додавить США в критические для них 1971–1975 годы, начав протягивать им руку дружбы и разрядки. Когда в плохое положение в начале 1980-х угодил СССР, американцы миндальничать не стали — они принялись нас жестко давить. Вот тут-то и вспоминается мудрость о том, что подчас воображение — важнее знания. У американцев его явно оказалось больше, чем у нашего распрекрасного начальства.
Советскому Союзу не хватило своей Академии Мечты. Той, что работала как бы и вместе с государственным аппаратом, и параллельно ему. Так сказать, опрично. А вот у Америки такие «фабрики мысли» нашлись. Вот и сейчас РФ плывет по течению, пытаясь в ответ на экономический застой показывать картинки чудо-оружия. Что есть путь в никуда.
В самом деле, а что мы теряем? Почему бы не создать АРМ и не попробовать создать стратегию победы в нынешней Холодной войне?
Ведь нет безнадежных положений. Изобретательные и острые умы всегда найдут слабые точки врага. Ведь не бывает неприятеля без уязвимых мест. Как и всякая война, Холодная ее разновидность требует бешеной работы ума и воображения. Тягаться с Западом на его условиях бессмысленно: экономика США на порядок превосходит российскую. О сравнении с совокупным Западом вообще молчу! Тут у нас хребет сломается. Без очень смелых, безумных (на взгляд заскорузлого «взрослого») ходов не обойтись. Война, как говаривал Наполеон, есть сгусток всех искусств и наук, и Холодная — тоже. Значит, надо придумывать нетривиальные операции, нанося противнику удары оттуда, откуда он их и представить не в силах. Суворов смог уйти от превосходящих сил французов через Альпы, совершив безумие и невозможное. Немцы нанесли поражение англо-французам, ударив им в тыл танковыми и механизированными соединениями сквозь Арденны, считавшиеся непроходимыми для бронетехники. Наплевав на то, что «это невозможно». И так же красные полки ворвались в Крым, переправившись через гиблый Сиваш, откуда их белые никак не ждали. Аналогии понятны?
И хотя в постсоветском Кремле любят поговорить об «асимметричных ответах», на деле их практически не видно.
Между тем АРМ могла бы здесь сказать свое слово. Скажем, смена экономического курса РФ, введение русского варианта протекционизма, решительная замена неолиберальных садистов-монетаристов в правительстве и ЦБ РФ на адептов активной промышленной политики в духе Глазьева-Бабкина-Серебрякова нанесли бы Соединенным Штатам удар намного более сильный, нежели тихоходная крылатая ракета с ядерным двигателем. Ведь она, во-первых, уязвима, во-вторых, опасна для самой РФ (учения с этими ракетами проводить нельзя, заразишь радиацией свою территорию), а в-третьих, и не нужна. Ибо делалась она с допущением того, что территория Америки якобы наглухо закрыта системой ПРО, способной сбивать сотни баллистических ракет, летящих на цели в США. Но такой ПРО у нашего врага нет и вряд ли появится в обозримые десятилетия. Система «Звездных войн» (всеобъемлющей ПРО) настолько дорога и сложна, что способна пустить под откос экономику даже сверхдержавы (именно поэтому янки ограничиваются либо очаговой ПРО, либо системами для перехвата лишь нескольких ракет, бессильными против любого массированного их налета). Так к чему делать дорогое и опасное оружие для обхода несуществующей американской ПРО «понизу»? Наоборот, такие «избыточные» виды оружия разорят тебя самого. А вот новая индустриализация РФ и системный протекционизм — это реальный выход из застоя и победа в противостоянии. Причем с наполнением национального кошелька, а не с его опустошением.
Упали цены на энергоносители, угрожая экономическому положению РФ? Ну так давайте придумаем, как гнать за рубеж не просто природный газ, а продукты его глубокой переработки, увеличив свои доходы кратно. Или вот вывозить за рубеж не просто зерно (предмет особой гордости Кремля, сей экспорт — чистый вывоз сырья), а поставлять за кордон муку и макароны, как Турция это делает, используя наше же зерно. Или поставить сотни заводов по полной переработке зерна — в белки, крахмал, глюкозу, спирт, ценные виды корма. Что тоже увеличит доходы страны. Особенно если задействовать тут частно-государственное партнерство и использовать для этого нефтяные доходы. А не омертвлять их в избыточных финансовых резервах. Ну зачем нам полтриллиона в валюте? И 200 миллиардов за глаза хватит.
Коль уж зашла речь об этом, то можно снизить налоги на предприятия, отменить налог на добычу полезных ископаемых и акцизы на топливо, но ввести прогрессивную шкалу подоходного налога, вызывая мощный приток денег в строительство новых заводов и фабрик. А если налоговых поступлений на первых порах не хватает, то можно пополнять бюджет за счет тех самых резервов. Если же у тебя еще и покровительственные таможенные пошлины, то ты имеешь доход от высоких пошлин на вывоз сырья из страны и такую выгодность производства в РФ, что в нее хлынут те деньги, что вывозились из нее с 1992 года. А иностранные компании вместо ввоза сюда готовых товаров примутся ставить в нашей стране заводы по их производству. Все это, разом взятое — сильнейший контрход во Второй Холодной.
Точно так же можно, обратив усилия разведки внутрь страны, найти те прорывные разработки, которые можно профинансировать и развить. Как раз для того, чтобы нанести удар по корпорациям и банкам неприятеля. А для развития дела — опять-таки войти в союз с японцами, южными корейцами или еще с кем-то. А тот ход, что мы с С. Кугушевым предложили еще в «Третьем проекте»? Пригласить в РФ тех, чьи разработки затираются на Западе и в Азии, чьи новации большие корпорации покупают и кладут «под сукно» — и обеспечить им здесь и финансирование, и защиту. В обмен на долю собственности в производстве. Так ты получишь не только сильнейший рывок в развитии страны, но и корпорациям врага сильные удары нанесешь.
А можно и создать самую сильную и защищенную криптовалюту мира. Скажем, империал. Опираясь на всю силу Российской Федерации.
А если на государственном уровне начать программу «Россия-2045»? Это ведь вызов будущего. Итак, мы знаем, что каста правящих глобалов вкладывает деньги в изменение себя и превращение себя (антилюдей) в новую расу долгоживущих господ. Общество же будет разделено на касты, станет неорабовладельческим. Капитализм сознательно трансформируется в такой строй. Для производства нужно не более чем 10 % от нынешнего населения Земли. Остальных — под нож. Разными способами.
Мы с Дмитрием Ицковым, начиная проект «Россия-2045» в 2010-м (бессмертие по Циолковскому, создание расы победивших смерть и начавших космическую экспансию), предложили наш вариант будущего. Цивилизацию звездолетчиков, Нейромира. Мы предлагали сделать «2045» мегапроектом в РФ. Вместо идиотских олимпиад и футбольных чемпионатов. Проект создания расы новых людей — бессмертных начат на Западе. Чем опасен его успех? Тем, что «элиты» прочего мира отдадут любые деньги, предадут кого угодно, любого Путина на блюдечке господам Глобалам принесут, лишь бы получить доступ к долгой жизни. Обладание технологиями победы над старостью — это новая власть над миром. Я об этом написал в «Мировой революции-2.0» (конец 2013 года). Причем доступ к ним господа глобалы дадут не всем: иногда даже большие деньги не помогут.
Если в РФ начать мощный проект «2045», мы можем опередить противника и предложить миру свой вариант Будущего. Безоговорочно победив в Холодной войне-2. Если во всем мире боятся поставить великую цель — это должны сделать мы. «Россия-2045» — вот подходящая суперпрограмма. Создание нового человечества, причем по нескольким линиям. Скажу больше — это создание новых земли и неба, обретение высшего могущества и бессмертия.
Если у нас многое погибло в науке, технике и промышленности, то только постановка фантастической задачи, организация этого дела и помощь государства создадут потрясающий эффект: русские начнут втягивать в себя гениев и разработки со всего мира. Выступят организаторами великих работ и конечными сборщиками. Одно лишь это катапультирует нас на новый уровень развития, превратит в мировую державу, даст цивилизационное лидерство. Здесь окажется востребованным все: новая космонавтика, новая энергетика, нанотех, психология. В проект «Россия-2045», проще говоря, органично вписываются и полет на Марс, и новая ядерная энергетика Острецова, и аэромобили «Ларк», и «Новая Гардарика» Крупнова (футурополисная, усадебная урбанизация), и прорывные технологии образования, и робототехника, и медицина-здраворазвитие новой волны, и ускорители элементарных частиц. Более интегрирующего буквально все проекта сейчас просто не существует! И те продукты и технологии, что будут создаваться в ходе осуществления проекта, сами по себе станут выгодными коммерческими проектами, основами для создания десятков растущих компаний! Все — и протезы, управляемые биотоками, и новые лекарства, и новые конструкционные материалы, и необычные, но удобные жилища…
Ничего подобного в мире на государственном уровне тоже нет. Именно в этом — шанс русских. Понимаю, что нужна изрядная государственная смелость, чтобы решиться на такое. И необузданное воображение, воспитанное золотой эрой научной фантастики. Но в том и характерная черта нынешнего кризисного времени: в этом мире — дефицит не денег, ученых или технологий. Нет! Здесь — острая нехватка смелости, фантазии и воли. Неспособность слишком многих не только сказать: «Воображение — к власти!», но и свершить это.
Хотите видеть уязвимые места нашего врага?
«Лучшие умы моего поколения думают о том, как заставить людей нажимать на рекламные баннеры. Это полнейшая чушь!» — Prime Russian Magazine (ноябрь — декабрь 2011 года) передает слова Джеффа Хаммербаха, бывшего главы исследовательского отдела «Фейсбук».
И действительно: если технологические титаны недавнего прошлого, корпорации вроде «Оракл» или «Сан», оставили после себя богатое наследие в виде реальных разработок и (в свое время) новейших технологий, то что оставит после себя какой-нибудь «Групон»? «Кучу истекших купонов и почтовых сообщений?» — вопрошает журнал.
Наступило время бесплодия и пустоцветов. И в знаменитой Кремниевой долине — тоже. Вот что пишет в статье «Силиконовый тупик» известный инновационный предприниматель, глава фирмы «Когнитивные технологии» Ольга Ускова[32]:
«…У нас принято преподносить США с ее Силиконовой долиной как идеал инновационной политики, к достижению которого необходимо стремиться изо всех сил. Именно поэтому мы уже видели неоднократные попытки ее воссоздания в российских условиях, которые не приводили ни к каким существенным результатам.
Однако если рассмотреть ситуацию, сложившуюся сегодня в американской инновационной сфере, то видно, что порядка 90 % инвестиций происходит исключительно в виртуальные проекты…
…Стоит сказать, что «шаткость» американской инновационной модели отчетливо ощущают и сами разработчики. Силиконовая долина уже не является центром устремлений наиболее талантливых и успешных специалистов. Наоборот, сейчас там отчетливо наблюдается кадровый отток. Причем уезжают не только иностранцы, которые видят, что в их родных странах созданы не менее благоприятные условия для инновационного предпринимательства. Чемоданные настроения наблюдаются и среди коренных американцев, которые видят больше возможностей для реализации своих идей в странах, не столь сильно пострадавших от экономического кризиса.
Стоит ли устанавливать у себя такую систему экономического развития, которая, собственно, и привела к мировому кризису?
В этом случае в первую очередь необходим анализ сложившейся ситуации и полученных результатов, а не слепое копирование бизнес-схем.
Чужой опыт может быть успешен только при определенном наборе условий, которые не всегда возможно воссоздать в условиях другого национального менталитета. К тому же, перенимая чужой опыт, мы поневоле принимаем игру по чужим правилам, в результате чего шансы на победу у нас существенно сокращаются. Не лучше ли попытаться найти свой путь инновационного развития, тем более у России есть значительный успешный опыт в сфере развития высоких технологий. В советское время мы уже совершили фатальную ошибку, отвергнув стратегию развития собственных ЭВМ на основе отечественных аппаратных разработок в пользу программной платформы IBM. В результате это поставило крест на развитии отечественной электроники и предопределило существенное отставание нашей страны от Запада в области компьютерной техники. Не следует повторять эту ошибку еще раз…»
Ольга Ускова стопроцентно права. Сколково — уже отстой, ибо копирует модель, давно зашедшую в тупик. В РФ «реформаторы» с благоговением, аки молитвы, бормочут слова о «венчурах» и «стартапах», не замечая того, что вся эта муть уже не работает. Нам говорят, что американская инновационная система отсеивает 99 % предоставляемых проектов. Но почему, вы не пытались разобраться? Да не потому, что эти проекты плохи: просто большинство из них имеет срок реализации более трех лет — и это звучит как приговор. Вот почему в нынешнем мире процветают аутичные, психические неадекватные Марки Цукерберги с их «фейсбуками», но никак не новые Сергей Королев или Вернер фон Браун. Мы уже видим, как Сколково страдает тем же отбрасыванием прочь 99 % проектов.
Что такое — не более трех лет? Это значит, что при современных «рыночных» условиях — существуй они на Западе и в СССР в 1930–1970-е годы — НИКОГДА не могли бы появиться ни ракеты, ни космические аппараты, ни ядерная энергетика, ни компьютеры, ни электроника, ни Интернет, ни мобильная связь. Да ничего не могло бы возникнуть — ибо везде срок окупаемости от начала работ до выхода коммерческих продуктов исчисляется 20–30 годами. Везде в начале этих прорывов стояли государственные деньги и программы. Вспомните: первый старт жидкостной ракеты — 1933 год. Первый успешный спутник связи — 1962 год. Первый полупроводниковый транзистор — 1947 год. Первый коммерческий транзисторный приемник Акио Мориты — 1964-й. Начало работ над Интернетом — 1969-й (в рамках государственной, а не частной программы). Появление широкодоступной Паутины — середина 1990-х.
Сам бог велел нам победить за счет создания своих прорывных проектов. Таких, как «Россия-2045». Дело Академии Русской Мечты — предложить подобные направления Холодной войны-2 государству. Ибо оно само на подобное не способно. Но лишь тот, кто не плывет по течению, а создает его, и может победить. Ему не страшна мгла грядущего.
Сегодня Вторая Холодная выступает как самый страшный вызов для нас. Мы обязаны найти стратегию победы в ней. В противном случае русских больше не будет, а нам неинтересен тот мир, где мы исчезнем. АРМ — важнейшая часть Нового курса для Российской Федерации.
В самом деле — что мы теряем от такой попытки? Ничего. А вот приобрести можем целый мир.
Вы можете представить себе, какие горизонты культурной экспансии откроются для русских, начни они «Россию-2045»? Попробуем вообразить себе возможный киноблокбастер, покоряющий мировые экраны. Итак, «Схватка в Сидонии», господа…
Начало фильма: борт русского космического корабля «Заря». Время действия — 2040 год. Корабль летит к Марсу для высадки в загадочном районе планеты: пустыне Сидония. Здесь фотографии еще в 1970-е годы обнаружили загадочное «лицо» — группу скал, похожую на обращенный к небу лик. Но это не единственные загадки Сидонии. Здесь фотоснимки обнаружили так называемый «объект город» — группу скал с очень ровными гранями к юго-западу от «лица». К востоку от «лица» — странная «площадка» над кратером. Уж не остатки ли это древней цивилизации? Не таят ли эти странные скалы таинственные находки — артефакты исчезнувшей цивилизации?
Именно для этого на Марс летит первая русская экспедиция, состоящая не из людей, а из трех киборгов. Из тех, кто сознательно решил в конце своей биологической жизни расстаться со старым физическим телом, пересадить свой живой мозг в искусственное биомеханическое тело и улететь в длительную — на годы — марсианскую миссию. Миссию, ставшую важнейшим государственным делом Сверхновой России. Три киборга — новые человеческие сущности с тремя разными судьбами, перипетии прошлого коих мы узнаем по ходу фильма.
Командир корабля — Игорь Волков. В первой жизни — советский космонавт и летчик-испытатель (аллюзия к Игорю Волку). Трагедия его заключается в том, что он — один из пилотов для советской программы «Буран». Он всегда мечтал отправиться к другим планетам Солнечной системы. В детстве и юности читал захватывающие советские научно-фантастические романы о приключениях в космосе. «Год в звездолете», «Сестра Земли», «Фаэты», «Гианея», «Туманность Андромеды». Показываем надежды 1980-х — вплоть до проекта марсианской миссии. Показываем хронику посадки первого испытательного варианта «Бурана» (1985 год), где конструктор Глеб Лозино-Лозинский, похожий на профессора Саммерли, обнимает летчика-испытателя. В ликующую толпу с помощью компьютера вводим лицо молодого Волкова — будущего киборга.
Но страна СССР рухнула, погибли программа «Буран», стала скучно-коммерческой и мелкой космонавтика. Погиб дух 60-х, дух Гагарина. Волков пытается заниматься авиабизнесом (легкие самолеты, альтернатива автомобилям) — но попадает в криминальные разборки. Он искалечен. Он понимает, что больше никогда не сможет летать. И он решает стать киборгом, чтобы улететь на Марс, исполняя свою давнюю мечту. Уже в Сверхновой России. Волков по-русски фанатичен и мечтателен.
На борту его корабля «Заря» — оборудование для марсианского базового лагеря, вездеход, научное и археологическое оборудование.
Второй член экипажа — Иван Калиниченко, в первой жизни — инженер и писатель. Он моложе командира Волкова. И он также — носитель великой космической мечты. В недавнем мире (то есть — в наши нынешние дни) ему было плохо и душно в атмосфере сытого потребительства. Мещанства. Ограниченности. Нежелания творить новое. Иван Калиниченко — поборник создания новой цивилизации. Бредил городами будущего, новыми видами транспортами, следующей ступенью эволюции человека. Он в свое время примкнул как адепт к проекту «Россия-2045». И решил сознательно стать киборгом (когда ему повалило под 70 лет). Прошел переподготовку на киборг-космонавта.
Через Ивана Калиниченко мы узнаем переживания человека, обретшего новое биомеханическое тело. Картины прошлой жизни раскрываются по ходу фильма. Огромное влияние на юного Калиниченко производят в детстве советские фильмы «Планета Бурь» и «Москва — Кассиопея». Мы используем их кадры как воспоминания. Калиниченко любит романы Станислава Лема.
Третий киборг-космонавт — обрусевший американец Ричард Хаугланд (аллюзия к автору «Тайной миссии НАСА» Хогленду). Он всю жизнь занимался исследованиями космических снимков Марса и Луны. Доказывал: там видны загадочные объекты. Воевал с НАСА, скрывающим информацию о чужих цивилизациях. Чтобы исполнить свою мечту, Хаугланд уезжает в Сверхновую Россию, чтобы на старости лет переселиться в киборг-тело и пройти космическую подготовку. Россия для него — надежда на исполнение мечты.
Хаугланд — носитель догадок о существовании внутри НАСА и американского государства некой оккультной тайной организации, членами коей были фактический основатель НАСА, Вернер фон Браун, его американские покровители, воротилы финансового бизнеса и медиа Соединенных Штатов. Эта организация еще в конце 1950-х решила скрывать от всех находки следов иных цивилизаций, если они обнаружатся на Луне или Марсе.
Хаугланд воспитан на романах Хайнлайна и Артура Кларка. Он ненавидит современные фэнтези с их эльфами, хоббитами и драконами. На мысль стать киборгом и лететь на Марс его наталкивает роман Кларка «Встреча с медузой». История искалеченного пилота, который сознательно становится киборгом и летит туда, где не может выжить обычный человек, — в атмосферу Юпитера (страшные бури и чудовищная сила тяжести). Именно Хаугланд исследует загадочные фотографии Сидонии и предлагает миссию именно сюда, в центр тайны.
Мы рассказываем историю создания Сидонийской миссии и проекта «Россия-2045». Показываем, как создавался проект корабля «Заря». Киборги предстают как выход из космического тупика. Ведь их корабли не нуждаются в такой радиационной защите, как корабли с экипажами из людей. Киборгам не нужно сложное медицинское оборудование и тренажеры для поддержки мышц и костей при длительных полетах в невесомости. Им не нужно столько воды и кислорода, у них нет продуктов жизнедеятельности, как у обычных сапиенсов-космонавтов. Корабль киборгов потому более вместителен, он тащит с собой оборудование для миссии на Марсе и базовый лагерь. Более того, корабль оборудован ядерной силовой установкой (космическая программа дает новое дыхание отечественной атомной отрасли).
Фильм исподволь покажет, что те технологии, что созданы для экспедиции, пойдут в дело на Земле, изменяя жизнь всех людей к лучшему.
Фактически еще одним героем фильма становится правитель Сверхновой России — президент Святослав Поморцев. Правитель — проектировщик будущего. И его соратники — люди не только русские, но и других национальностей. По ходу фильма мы покажем эту Сверхновую Россию — с демократией четвертого поколения (делиберативная демократия, нейромир), городами будущего — футурополисами, новыми видами транспорта, новыми медициной и энергетикой. Эта Россия превращена в Мекку для гениев всего мира: здесь воплощаются самые смелые проекты. Она создала новое Союзное государство с Украиной и Белоруссией.
Вокруг Поморцева собираются яркие личности: инициатор и душа проекта «Россия-2045» Тимур Гоцман, футуролог и начальник Стратегической администрации президента Сергей Слегин, глава «Роскосмоса» Булат Галимов, начальник разведки страны, интеллектуал нового типа и жесткий администратор Виктор Сибиряков. Они не киборги — они просто очень умные люди. По сути дела, самураи Развития.
Крупными мазками мы рисуем облик нашей будущей страны.
Именно этот круг подхватывает замысел экспедиции на Марс. Разведчик Сибиряков распален планами и работами Хаугланда. Сначала он — приверженец теории того, что американцы не высаживались на Луну в 1969–1972 годах. Он предлагает разоблачить американцев новой экспедицией. Но его переубеждают. На самом деле на Луне янки были — просто затем умирающая капсистема свернула подобного рода программы, углядев для них угрозу господства для новой элиты. Выясняется, что во время последней экспедиции на Луну в декабре 1972-го (экипаж Юджина Сернана) в районе кратера Витрувий обнаружил странный камень, похожий на голову робота. Это фото в цвете показывает Хаугланд.
Выясняется, что во время экспедиций марсианских автоматов-вездеходов США их камеры видели немало загадочного. Странные холмы правильной формы и странные якобы камни.
Тогда русские решают лететь сразу на Марс — экипажем киборгов. И исследовать Сидонию, подробные снимки которой скрывают заговорщики внутри НАСА. Рождается план миссии. Торможение корабля для полета на Марс нужно сделать оригинально: используя пролет через разреженную атмосферу Красной планеты. Это — проект сына инженера НАСА Аркадия Архангельского (Андрея Архангельского). Его отец Аркадий, выпускник МАИ, в 1980-е годы отрабатывал эту систему посадки для советского проекта. Но с развалом СССР ему пришлось уехать в США, где он стал инженером НАСА. Но теперь сын уехавшего, Андрей, возвращается работать в Россию. Он несет с собой мечту своего отца, в детстве зачитывавшегося «Аэлитой» Алексея Толстого.
Миссия планируется как важнейшая государственная миссия.
Мы показываем то, как она рождается и развивается.
Шеф русской разведки Сибиряков вскрывает существование тайного оккультного общества в недрах американской элиты и самого НАСА. Он понимает, в противоборство с какими силами придется вступить.
…Миссия русских вызывает беспокойство в тайном обществе — «Братстве Ориона» — в элите США.
Мы покажем то, как оно возникает, заставляя сердца конспирологов учащенно биться. Покажем, как и кто основал НАСА — и как туда перешли гитлеровские ракетчики во главе с фон Брауном, работавшим в СС. Они еще в 1943-м мечтали о дальних миссиях и кораблях с атомными двигателями. Немцы спеваются с американскими членами тайных элитных обществ типа «Черепа и костей». Они ненавидят русских, а не просто коммунистов. Мы даем историю знаменитого доклада Института Брукингса 1959 года: там содержится рекомендация скрывать находки следов иных цивилизаций на ближайших к Земле небесных телах.
Мы рассказываем историю того, как президент Кеннеди в 1962 году, за пару месяцев до убийства, предлагает русским совместный полет на Луну под влиянием фильма Уолта Диснея — где космонавты видят развалины на Луне (руины древнего города). Фильм подлинный — он снимался как пропаганда будущей космической программы. Кеннеди успевает сделать предложение Хрущеву (игровые эпизоды), но убирают и Хрущева, и Кеннеди.
Тайное общество действительно скрывает сенсационные находки, ибо считает только себя сверхлюдьми, а всех остальных — быдлом. Мы рассказываем историю о том, как возникает сговор между американской и позднесоветской верхушкой (пакт в Довилле) о прекращении дальних пилотируемых миссий. Мол, слишком дорого. Внедряются в массовое сознание мемы: космос — слишком дорого? Зачем лететь на Марс? Людям не место в космосе. Лучше никуда не летать. Воспитывается массовое стадо ненавидящих космос дебилов-потребителей, которые деградируют умственно.
Братство Ориона обеспокоено планами Сверхновой России — полетом на Марс и устройством лагеря в Сидонии. Оно рождает коварный план: уничтожить русскую экспедицию.
Начинается борьба разведок. Нашим врагам удается выведать план миссии и проект корабля. «Орионцы» разрабатывают план: уничтожить «Зарю» в космосе. Так, чтобы никто и ничего не успел передать. Ибо миссия грозит опрокинуть их планы мирового господства и сохранения власти старой элиты над людским стадом.
Показываем тайные заседания в их храме. В Богемской роще. План коварного врага: запустить под видом исследовательских аппаратов (якобы для радиолокационного картографирования Марса) эскадрилью спутников-убийц. Они должны обнаружить русский экспедиционный комплекс на аресоцентричной орбите и поразить его ракетами «космос-космос» в автоматическом режиме. Для подстраховки в Сидонии (тоже под видом научного аппарата) должны сесть две АМС типа «Ордварк» (аллюзия к «Викингу» 1976 года, садившемуся на Марс). На самом деле они понесут на борту боевых роботов-убийц. Они — носители искусственного интеллекта — призваны обнаружить русскую экспедицию и уничтожить ее (ракеты, плазменные резаки).
Но наша разведка с применением самых фантастических методов (вплоть до применения людей-телепатов Г. Рогозина) проникает в планы противника. Однако не полностью. Не удается вскрыть план с атакой на околомарсианской орбите.
С опережением срока на год на Марсе высаживаются роботы-убийцы. Они движутся по красным пескам планеты — вокруг остатков странных, сильно эродированных механизмов. На фоне холмов — пирамид на самом деле. На фоне сильно выветренного Сфинкса — но на Марсе. На орбите вокруг Марса разворачивается эскадрилья спутников-ракетоносцев.
Развивается боевик. После долгого перелета к Марсу (воспоминания, экскурсы в прошлое, параллельное развитие событий на Земле) на околомарсианской орбите экспедиционный комплекс «Заря» атакован спутниками-убийцами. Драма. Но уничтожить весь комплекс не получается. Командир — пилот от Бога — Волков успевает отделить от комплекса посадочный корабль аэродинамической формы (летающее крыло) и уйти на Марс.
Наш экипаж садится на равнине Сидония. Разбивает базовый лагерь. Но к нему устремляются ждавшие здесь русских киборгов чужие роботы-убийцы.
Наши принимают бой. Полное опасностей путешествие на марсоходе к району «лица» и странных холмов («города»). Гибель Калиниченко в схватке с роботами-убийцами. У наших есть оружие, ибо разведка все же поработала. Наших спасает начавшаяся пыльная буря. Проникновение в тайну древнего здания на Марсе. Удивительные находки и всяческие ловушки, оставленные древними. Тела марсиан. Что-то вроде знаменитого загадочного звездолета-диска в советском фильме «Туманность Андромеды».
Кульминация: экспедиция передает на Землю, на международный форум, кадры руин. Остатки древнего шагающего механизма рядом с ними. Видео разбитого древнего купола из необычного стекла. И обломки современного вражеского робота-убийцы — терминатора — атаковавшего нашу экспедицию.
Пресса Сверхновой России разоблачает чудовищный заговор. Мировой скандал. Мир потрясен. Россия добивается триумфа, невиданного со времен Гагарина. Бандеровские националисты на Западной Украине массой записываются в русские. Русский — это звучит гордо, теперь все хотят если не быть русскими, то «делать жизнь с них».
Но это — и триумф честных американцев в лице Хаугланда. Радуются его единомышленники в США.
Русские сообщают о скором полете обычного экипажа в район кратера Витрувия на Луне: на место высадки американского экипажа в 1972 году…
Киборги остаются на Марсе. Они дождутся спасательной экспедиции. Они приступают к захватывающим поискам и исследованиям на Красной планете…
Продолжим линию размышлений об Академии Русской Мечты и ее роли в преобразовании страны. Плоха та греза, что не подкрепляется делом. Как превратить воображение в могучее орудие национального возрождения? Попробуем дать немного воли собственной фантазии…
— Красивы, чертяки! Разворачиваются, как линкоры в море, — Верховный отнял от бинокль от глаз.
Роторные автоматические комбайны с бело-красными корпусами производства «Ростсельмаша» шли по полю строем пеленга, немного отставая один от другого. В конце они закладывали плавные развороты, продолжая двигаться среди колышущихся полос колосьев. И всем этим управлял всего один оператор.
Верховный, стоя на помосте под тентом, с интересом наблюдал за работой молчаливого сосредоточенного паренька у пульта с дисплеем. Схематические комбайны плыли по его полю. Ткни на каждый курсором — и увидишь, насколько полон его бункер, какова влажность зерна, сколько топлива расходует умная машина… Как они держат строй, обмениваясь друг с другом радиосигналами.
— Видите, как комбайны экономно идут? — пояснил первому лицу глава совета директоров завода, Константин Бабкин. — Ни один не заедет на чужую полосу. Да и сами полосы друг друга не перекрывают. Уборка идет быстро и точно, здесь мы имеем двадцатипроцентную экономию топлива. Навигацией служат спутники «ГЛОНАСС»…
Оператор что-то переключил — и экран показал рельефное, затянутое в математическую координатную сетку, поле. Так, судя по всему, оно представляется автоматическому зрению одного из комбайнов. Оранжевой полосой протянулась проложенная трасса.
— Красота, — кивнул Верховный Бабкину. — Теперь у нас не будет проблем с тем, чтобы поднять 40 миллионов гектаров пашни, что оказались заброшенными с 1991 года. Людей не хватает? А роботизация на что?
— Да, товарищ Верховный, — согласился Бабкин. — У нас заброшенные и поросшие молодым лесом земли сельхозназначения — целая Германия по площади. Целая европейская страна, причем из немаленьких…
Верховный снова поднял бинокль к глазам, любуясь панорамой огромного, современного агробиокомплекса. Вот парящие над полями беспилотные дроны-БПЛА. Ох, сколько у них функций! За полями, уже чуть в дымке, поднималась бело-голубая башня местной электростанции, стоявшей прямо в неглубокой впадине — Ларинской аномалии, на месте выхода струй водорода из глубин земли. Даровой газ стекался в пробуренную скважину с укрепленными стенками — и дальше закачивался насосами в серебристые резервуары. Он питал моторы силовой станции, а уж она приводила в движение электрифицированные фермы и завод по глубокой переработке зерна, мельницу и макаронную фабрику. Перейдя к второму экрану, Верховный включил вид на комплекс, открывающийся с беспилотных «стрекоз». Удовлетворенно крякнул. Ему нравилось то, что такие комплексы поднимались в стране. Вот во что выливались покровительственный таможенный тариф, приток возвращающихся в страну денег и дешевые кредиты под символические проценты. Да и прогрессивный налог на личные доходы, введенный вместе с широкими податными льготами на предприятия. Чтобы не платить «прогрессивку», богатые вкладывали прибыли в новые комплексы, комбинаты, заводы, научно-индустриальные комплексы.
Возрождающейся нации нужны рабочие места. Вот они! Народу потребна качественная, обогащенная пища, целебная, укрепляющая здоровье. Так вот она! Все, что собиралось с полей страны, что выходило с ее ферм, подвергалось глубочайшей переработке. Вплоть до получения из выращенного лекарств и биологически активных добавок. А в пищу добавлялись экстракты лекарственных растений и естественных пряностей. Глаза-камеры дронов показали Верховному прекрасно распланированный поселок из домов-коттеджей на одну семью, утопающих в зелени садов, аккуратные корпуса фабрики по производству углекислотных экстрактов, модульные цеха пищевых производств. А вот гидробиологические, рыбоводческие комплексы, по сути — огромные аквариумы с регулируемой средой. А вон там, дальше — длинные «ангары» животноводческих роботизированных ферм, гофрированные коробки и сверкающие нержавейкой узлы полной переработки биологических отходов. Тут работают микроорганизмы и калифорнийские черви, выдавая отменные удобрения и биогаз, питающий еще одну энергостанцию.
Казалось, вся страна отныне стала одной сплошной стройкой. Впечатления теснились в сознании Верховного. Он вспоминал то, как, выбрасывая сизые облачка дизельного дыма, с конвейера Питерского тракторного сходили огромные энергонасыщенные тракторы «Кировец». Красные великаны, насыщенные электроникой — умная техника для умного агропрома. Он вызвал в памяти щегольски спроектированные, аккуратные «шкафы» лазерных обрабатывающих центров «Лазеров и аппаратуры», создававшей технику и для «печати» сложных металлических деталей. Внутренним взором видел стапели со строящимися русскими авиалайнерами в Самаре. Пробуждение народа отчетливо отливалось во все эти стройки и свершения. Таял в воздухе проклятый комплекс национальной неполноценности, что терзал славное племя русов так много десятилетий. Русская Мечта зримо и быстро обретала плоть…
… — Мы с тобой обязаны пройти по лезвию бритвы… — Мозговик приложился к кислородной маске. Он продолжал работать за письменным столом, даже будучи безнадежно больным. — Капитализм, конечно, дерьмо. Но и Советский Союз — никак не идеал. Блестяще выиграв войну, его экономика с треском проиграла мир. Задумка-то была верной: сознательно строить тот новый строй, что должен сменить капитализм. Однако исполнение стало крайне неудачным. Как там кто-то удачно сказал? Бутон, который раскрыли насильственно. Вместо того, чтобы породить формы организации производства, которые посрамили бы частно-капиталистические по части качества и эффективности работы, коммунисты просто отменили частную собственность. Конечно, у Сталина иного выхода просто не имелось. Но вот после войны все недостатки вышли на первый план. Лишенная частной инициативы, наша экономика стала экономикой вечных дефицитов, она все время отставала от западных конкурентов во всем, ступив на дорогу повторения их задов. Внедрять новые технологии приходилось с превеликим трудом. В конце концов, советские граждане просто сошли с ума от того, что в продаже не имелось то того, то этого. Они начали падать ниц при виде витрин западных торговых центров, когда попадали за границу. Дети советских дипломатов и журналистов, работавших в Европе или США, попросту не желали возвращаться в СССР. Доступность жилья, образования, медицины, вся родительская забота государства о своих гражданах, полное отсутствие безработицы, все эти профсоюзные здравницы с кипарисами в Гаграх — все перестало цениться людьми и разбивалось вдребезги о пустые полки магазинов. О необходимость унижаться и доставать буквально все из-под полы. Хамоватые и надменные торговые работники превратились в королей жизни, карьера рубщика мяса в продмаге прельщала молодых больше, чем полеты к звездам. Невозможность купить свободно в государственных магазинах килограмм мяса, голову твердого сыру или набор шоколадных конфет привела миллионы людей к гигантскому психическому срыву, к безумию разрушения собственной страны…
Верховный отлично помнил те годы. И слова бодреньких пропагандистов о том, что мясо и хорошую колбасу можно свободно купить на рынках или в магазинах потребкооперации. Да, где стоили они в два-три раза дороже, чем в государственной торговле. А когда твоя зарплата — 160–180 рублей в месяц, есть весьма существенная разница: покупать кило мясца по два с лишним целковых за килограмм — или за пять-шесть, как на одесском Привозе. Будь экономика СССР более гибкой и менее подверженной идеологическому маразму, тысячи частных предприятий могли бы взять в аренду миллионы гектар угодий, закупить оборудование и нанять работников, не боясь истеричных обвинений в «эксплуатации человека человеком» — и насытить рынок хоть мясом и колбасами, хоть сырами и брынзой. А по большому счету, применяя тот же принцип, можно было наполнить рынок своими джинсами и модной обувью, отменной красивой одеждой, электроникой и мебелью. Навсегда покончив с длинными очередями, что длиннющими змеями вытягивались у магазинов задолго до Горбачева, избавившись от полных тоски и зависти взглядов миллионов людей на витрины валютных магазинов «Березка». Но ради борьбы с «эксплуатацией человека человеком» в жертву сперва принесли сначала здравый смысл, а потом — и великую страну. Очумев от вечной нехватки самого элементарного и бытовой неустроенности, граждане Союза учинили самоубийственный разгром своей же Родины.
Верховный не любил вспоминать кошмар агонии СССР, которую увидел, когда ему едва перевалило за 20 лет от роду. От тех картин и образов, от обиды и унижения тошнило до сих пор. В душе поднималась темная ненависть к глупым советским «вождям». Китайские коммунисты оказались намного умнее. Они поняли, что нужно строить смешанную экономику, где есть и план, и социалистическая часть, и многообразие форм собственности, включая и очень сильный частный сектор. Помимо государственного, артельного и кооперативного. Сие, конечно, вызвало кровавую конвульсию в Пекине 1989 года, но трагедия та меркнет на фоне страшного распада Советского Союза, миллионов беженцев, миллионов убитых, искалеченных, уничтоженных нищетой, болезнями и депрессией на фоне разрушенных до основания отраслей — плодов крови и пота многих поколений. В конце концов красный Китай, отказавшись от коммунистической, твердолобой ортодоксии, вырос в одну из двух сверхдержав планеты, обскакав даже Советский Союз в его лучшие годы…
— А сможем ли мы вывести ту прекрасную мечту об обществе Правды и творчества на новую орбиту? — спросил Верховный у Мозговика.
— А разве она несовместима со смешанной экономикой? — вопросом на вопрос ответил собеседник, зябко запахнув шелковый халат. — Наоборот, мы дадим ей новое дыхание! Никакой ненавистник не сможет больше язвить: «Эй, мечтатели, у вас магазины пустые!» Потому что они теперь полные. Потому что теперь люди могут честно зарабатывать, причем много. Потому что если государственная бюрократия хлопает ушами, если государственные предприятия неповоротливы, то новатор всегда сможет найти себя в частном секторе.
Зато наш Новый курс, покончив с сырьевым позорищем россиянских времен, снова рождает легионы, тумены, рати людей, что станут основой и для коммунистических, и для национально-великодержавных общественных сил, партий и движений. Индустриализация рождает миллионы техников, рабочих высоких разрядов, инженеров, конструкторов, ученых-прикладников и фундаментальщиков, вливает свежие силы в университеты, вузы и школы. Поднимаются сильные и богатые научно-индустриальные, промышленные и агропромышленные круги, яро враждебные ростовщичеству, финансовым спекуляциям. Это ведь только в убогих мозгах левацкой рвани все они — капиталисты, озабоченные лишь прибылью, и на одной доске оказываются и банкир, и машиностроитель. Мы-то с тобой знаем, что нужно любить делать машины, чтобы заниматься этим не шибко прибыльным делом, не бросить завод ради более доходных и легких занятий. Все эти общественные силы, раздавив старую ростовщическую, сырьевую и казнокрадческую «знать», поведут страну к новым высотам. Потому что они завязаны прежде всего на внутренний рынок, потому что намерены жить в Великой России, а не в Лондоне, потому что им нужен зажиточный народ, способный покупать то, что они производят.
То, что мы с тобой делаем, в корне, совершенно изменяет страну, самое умонастроение народа. Отбрасываются оголтелые, невменяемые крайности — и прозападная либерастия, и левацкая шиза. Происходит синтез всего полезного, живительного для нации. Вот тут люди опять верят в свои силы и способности, поднимают глаза от земли к небесам, опять начинают мечтать. Смотри, как наша Академия Русской Мечты породила целую тенденцию в культуре, целый поток новых кино и увлекательных книг, компьютерных игр и даже комиксов, музыки и живописи! Мы понимаем, что новые технологии и порожденные ими формы социальной организации несовместимы с капитализмом, они убьют его. Но у нас это случится органически, в ходе конкуренции нового и старого. Наш помидор нальется соками и вкусом, он будет алым и зрелым, как любимое тобой «бычье сердце», и мы не станем заставлять людей кушать зеленые помидоры, как это было в СССР. Вернее, в СССР-1. Ибо мы с тобой, если вникнуть в суть процесса, сооружаем СССР-2. Без идеологического маразма, без догматических шор и слабоумия. Пусть расцветают все цветы, и лишь практика — критерий истины…
В речах Мозговика, таких спокойных и размеренных внешне, крылась нешуточная страсть. Словно могучая река, введенная в бетонное русло и запряженная в турбины гидростанции, эти речи подпитывали решимость Верховного. Да и приятно было поговорить с человеком умным, жизнь свою положившим на благо страны.
Налюбовавшись картинами жизни в агробиокомплексе, Верховный отправился в столовую — перекусить и потолковать с хозяевами. Так, по-простому, с котлетами, картошкой и кувшинами любимого морса.
Именно там он и поделился с аграриями и машиностроителями своей идеей. Нужно не просто вернуть в оборот 40 миллионов заброшенных после гибели Советского Союза гектаров земель. Нет, это ведь действительно приличная страна по площади, и она должна стать некой «опричной территорией», открытой для социальной инженерии.
— Нет, никаких агрохолдингов с сотнями тысяч гектаров, никаких новых латифундистов мы не допустим! Не для того мы их дробили и национализировали, как о том мечтал Грудинин в 2018-м! — говорил Верховный. — В ходе гражданской войны в Соединенных Штатах, в 1862-м, американские власти начали политику гомстеда. По закону всякий гражданин США, не воевавший на стороне Юга, мог не купить, но взять себе в пользование пустующие земли на Диком Западе, но не более 64 гектаров (160 акров). Заплатив за это всего 10 тогдашних долларов. Если поселенец в течение пяти лет строил на участке дом и начинал вести хозяйство, то мог перевести землю в свою собственность бесплатно. Ну или же он мог просто заплатить государству доллар с четвертью за акр. За неполные 40 лет в стране раздали почти 600 тысяч гомстедов в 800 миллионов акров общей площадью.
Это вам не позорная раздача на Дальнем Востоке по одному гектару на рыло, как было еще вчера, здесь подход был основательным…
…Обед стремительно перетек в интересную дискуссию. Идея оказалась достаточно безумной, чтобы принести успех в близкой перспективе. В самом деле, в такой вот «стране внутри страны», на опричном принципе, можно развернуть футурополисы — усадебные города, привлечь сюда не только местное население, но и переселенцев из тех коренных народов Европы, коим тошно и тесно в нынешнем Евросоюзе, убийственно толерантном и тесном. Пусть едут к нам кельты, скандинавы, германцы, представители романских народов и славяне южной и западной ветвей, да те же англосаксы! Всем откроем перспективы и сделаем русскими уже во втором-третьем поколении! Заодно создав огромный рынок для машиностроения, транспорта, перерабатывающей промышленности. Да и чем больше народу в стране — тем более емкий внутренний рынок мы имеем, тем быстрее наше развитие…
Идея явно имела успех. Она вдохновила агромашиностроителя Бабкина. В самом-то деле, сейчас, при всех наших необъятных ширях-просторах, нагрузка на один трактор в стране составляет 247 гектаров. А в в США — 38 гектар, во Франции — 14 гектаров. Один зерноуборочный комбайн у нас приходится на 354 гектара, в США — на 63 гектара, а во Франции — на 53 гектара. Оттого мы не успеваем убрать богатый урожай за пару недель, теряя на осыпании хлебов никак не менее 10 процентов. А если начать еще и программу насыщения русской техникой и того, что есть, и новых-старых 40 миллионов гектаров? Если там строить новые пути сообщения, элеваторы и хранилища, перерабатывающую промышленность?
Да и затраты на это не столь уж фантастичны. В свое время один скандальный публицист в РФ (дело было еще в 2011-м) прикинул, что трамплин в Сочи, к той самой пропавшей впустую олимпиаде-2014, стоил 8 миллиардов тогдашних рублей. Так вот, это эквивалентно возврату в оборот примерно 250 тысяч гектаров земли. Возврат в оборот 40 миллионов гектаров земли, по расчетам сердитого публициста, — это всего лишь 160 трамплинов, или 0,8 Олимпиады в Сочи, или примерно 0,8–0,9 от футбольного чемпионата 2018 года, или 8 планируемых чемпионатов СНГ по футболу. «Может быть, пора заканчивать с экономическим кретинизмом, который откровенно разоряет нашу страну?» — писал смутьян тогда.
— Прошу понять, что «заброшенная Германия» у нас существует островками и островами, раскиданными по стране в поясе умеренного климата. Значит, необходима целевая государственная структура именно под такое великое дело. Вы бы взялись за то, чтобы возглавить проект, стать главой министерства, что создается на время, под задачу? — спросил глава государства у Константина Бабкина.
— Неожиданное предложение, — агромашиностроитель потер подбородок в раздумье. — У меня есть время подумать? Во всяком случае, команда для такого имеется. И у Сергея Серебрякова, директора Питерского тракторного, плановое развитие не только сельского хозяйства, но и всей страны — просто конек…
— Подумайте, подумайте… — засмеялся Верховный. — Дело крайне ответственное. Люди Дела должны понимать, что национальная мечта не может существовать чисто умозрительно, как далекий туманный образ. Так мы до Манилова с его храмом уединенного размышления скатимся, с его воздушными замками. Нет, мечту нужно воплощать чуть ли не каждый день, своим упорным трудом, хоть на пядь, но приближая ее месяц за месяцем, год за годом…
Прервем здесь полет нашей фантазии — на короткое время — и обратимся к рациональному размышлению.
Ведь никакой фантастики в таком мегапроекте «второй страны». Итак, первая часть плана борьбы с экономической смертью запущена: мы умно запустили эмиссию — в виде кредитов реальному сектору, причем длинных и под низкие проценты. Введение системного протекционизма привело к тому, что в РФ потекли выведенные прежде деньги, превращаясь в собственно капитал — в предприятия. Мы сделали больше: принудили естественные монополии заморозить тарифы. Предприняли простой, лишенный идеологии, прагматичный шаг. Президент вывел все инвестиционные затраты естественных монополий (ЕМ) из их ведения и решил: свести их в руки нового Росплана, не позволять включать в тарифы инвестиционную составляющую. Все инвестиционные программы ЕМ — только после их обоснования и защиты в Росплане, причем за счет государства, за счет его кредитов и бюджетных ассигнований. Полностью исключить дорогое спонсорство ЕМ (например, на содержание спортивных клубов), радикально улучшить качество менеджмента в ЕМ, беспощадно бороться с коррупцией в них. Мы проводим новую политику: восстановить «Единую энергосистему» страны на новых условиях, остановить катастрофический рост тарифов на электричество, примерно наказать авторов «реформы» электроэнергетики (Чубайс и Ко). Превратить естественные монополии (газовую, электрическую, железнодорожную, жилищно-коммунальные) в особые структуры с жестко фиксированными тарифами. Вывести все их инвестиционные затраты в ведение государства.
Все статьи инвестиционных и ремонтных расходов мы покроем из бюджета страны и за счет низкопроцентных кредитов государственных банков. Но — только после тщательного изучения представленных нам планов инвестиций, с полным исключением из них «спонсорских» затрат на содержание СМИ, спортивных команд, политических партий и т. д. Мы на корню пресечем покупку естественными монополиями непрофильных активов и попытки установить запредельные зарплаты их руководству. Тем самым мы остановим рост тарифов, обуздаем инфляцию в стране и покончим с диктатурой «кочегаров» над промышленниками, учеными, университетами и т. д. Естественные монополии, как и в СССР, снова станут слугами, а не господами. Такой вариант намного экономнее нынешнего: мы, конечно, тратим часть денег из казны. Но при этом бюджеты всех уровней экономят за счет того, что тарифы не растут. Да и доходы государства растут потому, что после прекращения «тарифного террора» принимаются расти обрабатывающая, наукоемкая, легкая индустрии, агропромышленный сектор, торговля, строительство. Чтобы ускорить такой рост, я вывожу страну из ВТО и ввожу избирательный протекционизм. Благо, санкции Запада дают мне стопроцентное оправдание такого шага.
И следующий наш ход совершенно логичен: начать агропромышленный суперпроект. Добиться полного самообеспечения страны продовольствием и стать его экспортером. Вернув в оборот 40 миллионов гектаров пашни, что в РФ забросили с 1991 года, и превратив их в полигон создания Русского Будущего. С нынешними супертехнологиями на это нужен минимум людей: мне не надо возвращать на село десятки миллионов душ. Современное высокотехнологичное энергонасыщенное сельское хозяйство, применяющее «высокоточный» сев по спутниковой навигации и высокоавтоматизированные животноводческие комплексы, позволит мне обойтись от силы миллионом работников. Зато мы резко улучшим платежный баланс страны: не придется тратить по 30–40 миллиардов долларов в год на импорт снеди. При этом каждое рабочее место в агропроме — это три-четыре рабочих места в городе. Включая не только перевозку, хранение и сбыт произведенного, но и «пищевку», и биотехнологическую индустрию, и машиностроение.
В «золотое звено» не просто агропромышленного, а нового цивилизационного суперпроекта и должна направляться эмиссия в виде длинных и дешевых кредитов. Благо, в принципе программа такого проекта существует и в виде документов («Дорожная карта развития сельского хозяйства РФ» Партии дела Константина Бабкина и «Новое село» Василия Мельниченко), так и на практическом уровне (работа команды белгородского губернатора Евгения Савченко).
Мы беспощадно «обрезаем» бессмысленные расходы. К черту астрономические затраты имиджевые затеи! Не окупающие себя олимпийские объекты — разобрать на стройматериалы! Олимпиадами и прочими «игрищами ложного престижа» мы займемся лет через 30, когда новую мощную страну возведем. Один стадион «Зенит» в СПб — это средства на возвращение в оборот миллиона гектаров нашей земли. А пока все силы и средства — на самое неотложное. В агропромышленный суперпроект. Тем более что он «аграрный» — только по названию. А на деле он выступит как мощное дело по формированию нового будущего России. Ведь успех предприятия резко ускорит наше развитие, даст заразительный пример успеха остальным территориям.
Чего мы добьемся, запустив такой опричный мегапроект?
Первое. Фактически мы создаем суверенную рублевую систему, отныне не привязывая эмиссию к притоку долларов.
Второе. Чтобы осуществить мегапроект, мы с вами развиваем множество смежных отраслей. Здесь нужны околоземные аппараты разных назначений? Еще как! У нас комбайны — все с космической навигацией. И мы убираем весь урожай в стране за две недели, не теряя миллионы тонн зерна.
Тут нужна легкая авиация? Да! И для сельхозработ (даже на мотодельтапланах), и как замена автомобилей для аграриев, живущих в своих усадьбах и агробиополисах, и как медицинская скорая помощь (благо, У-2 так использовали еще при Сталине).
Здесь требуются сотни тысяч современных комбайнов, энергонасыщенных тракторов и тракторов поменьше, всевозможных навесных орудий? Да! Мы произведем их в РФ и Белоруссии. Более того, мы снова, как в СССР, примемся за производство техники для пищевой индустрии. И тем самым спасем ВПК, который на выпуске только военной продукции не выживет. К черту Минсельхоз РФ, который занимается лишь селом, да и то — частично! У нас возникнет Госагропром, который занимается всем в комплексе. Вплоть до агромашин, оборудования и развития сельских территорий. Это будет аналог Спецкомитета при правительстве СССР в 1946–1953 годах — детища Лаврентия Берии.
Русским нужны тысячи новых элеваторов, холодильников, транспортно-снабженческих центров? Да! Вот их и будем строить вместо стадионов, с помощью государства кооперируя агрохозяйства и создавая цивилизованные оптовые рынки. Технику станем поставлять прежде всего неосталинским МТС — машинно-тракторным станциям. Так, чтобы она эксплуатировалась с наибольшей отдачей, максимально рачительно и не «висла» бы на шее аграриев. Точно так же мне нужно развивать и производство всевозможных удобрений, воссоздавать центры селекции и генетики (избавляясь от импортной зависимости).
Державе потребны новые дороги отличного качества? Да! Иначе я не смогу вывозить выращенное. И наша власть создает Агрогушосдор: главное управление строительства шоссейных дорог при суперпроекте. Мы применяем здесь давно имеющиеся технологии прокладки дорог с долговечным покрытием, что не требует ремонта подчас десятилетиями. Базальтовое покрытие, серобетон Жеребина — все идет в дело. Заодно и страна получает решение транспортной проблемы. И железные дороги мы тянем, и речной флот возрождаем. Параллельно тянем оптоволокно и системы беспроводного Интернета. Нам надобны центры инноваций в агропомоме? Да! И мы их строим, таща туда самые передовые разработки, нужные для дела.
Нужно воздвигать поселения нового типа — агробиополисы, аккуратные и культурные, как немецкие городки? А при них — предприятия полной переработки сельхозсырья, летные поля, ангары для легкой авиации, сама авиация? Да! Великой России потребны «созвездия» таких агробиополисов вокруг «культурно-деловых ядер»: старых городов и вновь сооруженных центров. Где тебе и образование, и банки, и сервис, и медицина передового типа, и культура с развлечениями? Да, нужны!
Агробиополисы становятся центрами местного самоуправления: и вот наш народ из толпы жвачного «электората» становится нацией сильных и ответственных граждан. Мало того, самоуправление, подмяв под себя тупых и вороватых чиновников, жадно требует самых последних новаций. Причем во всех областях. Системы очистки воды и технологии «вечных» дорог? Давай — они же наши деньги экономят! Технологии переработки отходов и переработки их в биогаз и топливо! С руками оторвем. Появились установки Цветкова (низко энергетические ядерные реакции), способные давать там свет и тепло безопасно и дешево? Давай сюда. Давай нам установки по обработке воды и биофотоники, что повышают урожайность растений, продуктивность птицы и скота. Новые технологии диспансеризации и медицины, что лечат быстро и надежно? Годится. Новые способы школьного обучения? Давай-давай! Нам детей в жизнь выводить. Технологии дешевого домостроительства? Нужны, как воздух. Ибо мы сами собой правим, а не ходим стадами под чиновниками. Владимир Ларин нашел места выхода на поверхность струй водорода из недр планеты? Пробурим сборные скважины и поставим газопоршневые электростанции, электрифицируем наши жилища, фермы и заводы.
Наладив сей процесс, новая власть запустит «цепную реакцию». В агробиополисах начнет расти рождаемость: ибо в индивидуальных домах, да при своем деле и приличных доходах папы с мамой — и семьи крепче, и деток больше. На смену пьяному Васе в замызганном ватнике идет хорошо сложенный Иван в яркой «альпийской» куртке или в бараньем полушубке, привычный и к комбайну с электронным управлением, и к кабине личного гироплана (вариант — самолета на воздушной подушке). Нет орд мигрантов: в самоуправляемых футурополисах они практически не нужны. Нет этнокриминальных диаспор: с сильными, зажиточными и вооруженными гражданами не забалуешь. Именно здесь — как и по всей стране — должны появиться выборные судьи и начальники местной полиции (централизованные органы МВД оставим для борьбы с самой организованной преступностью, что имеет характер и межрегиональный, а иногда и международный).
10 лет такой политики — и мы увидим, как в тех же агробиополисах возникли и биотехнологические компании. Стали селиться своими «слободами» айтишники и инженеры-конструкторы. Оно и понятно: жить на природе хорошо, питаться натуральным — еще лучше. Работай и твори. На море захотел? За часов пять с семьей на своей авиетке долетишь.
В этих же агробиополисах возникнут предприятия по переработке биомассы, использованию древесины, производству лекарств, одежды и обуви. Съездим в Галкинское к батьке Мельниченко. У него помимо ферм и полей из залежей местного доломита делаются отличные строительные, теплоизоляционные, фильтрующие материалы. Шубы шьются. Поедем дальше. У кого-то реакторы по производству нанотрубок уже стоят. А у кого-то ведущие университеты филиалы открыли. А вот тут, на технологиях покойного Владимира Попова, из песка и глины, делаются сверхпрочные керамические конструкции. А это — и строительные материалы, и сантехника, и «вечные» трубы. А при мясокомбинатах — биопром процветает, используя железы, кости, кровь животных.
Да у нас теперь вообще — новая страна.
Чтобы запустить такой суперпроект, я, как проектант, использую и социальные технологии. Скажем, мне нужно задействовать пассионарную, обездоленную при нынешней системе молодежь? Я говорю ей: «Вот вам новые земля и небо. Вот — путь честно, своим трудом, получить себе и дом, и дело, и хорошо оплачиваемую работу, и перспективы для себя и семьи. Мы создаем Армию молниеносного развития, аналог немецкого Трудового фронта, рузвельтовского Гражданского корпуса реконструкции и советских стройотрядов сразу. Перед вами лежат 40 миллионов гектаров, новая целина, что надо поднять. Эта земля — уже ваша. А завтра вашей станет вся Великая Россия. Как видите, мы зовем вас не к сохе и не к лошадке в бородатую архаику, а в высокотехнологичное Завтра. С наукой и техникой. Работая, вы получите и дома, и будущее. От меня — средства, стройматериалы, техника, оружие, центры обучения. Вы же создадите не только передовые хозяйства, но и выборный суд, и честные правоохранительные органы в своих новых городах».
В рекордные сроки я получаю рати молодых штурмовиков Развития. С их помощью, опираясь на них, я смогу буквально вырезать прежнюю «элиту» сырьевиков и воров, конфискую награбленные ими богатства и пущу их в Развитие. На моей стороне — уже не только погасшие, теряющие силы пенсионеры, а самая юная и боевая часть социума. Очень скоро мы обнаружим, что наши агробиополисы (а шире — вообще усадебные футурополисы) притягивают к себе миллионы европейцев. Пусть азиатская и африканская миграция выдавливает таких людей к нам. Мы их сделаем русскими. Причем уже на следующем поколении.
Агропромышленный проект стал бы первым шагом в штурме Грядущего.
А параллельно с ним нам сам бог велел развивать иные мегапроекты. Скажем, постройку опытных трасс: струнной — по Юницкому. И аэроэстакадной — по Серьезнову. Посмотрев, насколько они эффективны (а это — затраты, равные всего парочке футбольных стадионов), и отобрав жизнеспособную технологию, мы примемся за строительство сети сверхскоростного надземного транспорта. Гораздо более дешевого и выгодного, чем заморские поезда на электромагнитной подушке. Накину на пространства Евразии сеть Транснет — где люди и грузы за час могут покрыть по 300–500 километров. Ведь адепты Русской Мечты не боятся собственного творчества, не подражают рабски Западу, не страшатся искать русский путь. Тем более что новый транспорт и агропрому дюже полезен, и футурополисной урбанизации. Чтобы можно было, выйдя из кабины «умного» комбайна или с роботизированой свинофермы, на выходные махнуть в большие древние города.
То же самое мы примемся делать в станкостроении, аэрокосмосе, энергетике, образовании. Более того, я знаю, что в мире Грядущего лишь тот станет великим и богатым, кто первым создаст новую жизнь, новые ее стили, новую цивилизацию. А потому мы объявим государственным проектом инициативу «Россия-2045» — проект победы над старением и смертью, создания расы сверхлюдей будущего. Ибо хотим, чтобы наш народ стал такой расой. А уж «2045», как мощный локомотив, вытянет на себе тьму смежных подпрограмм. И сам станет источником коммерческих «попутных» новаций буквально во всех областях человеческой деятельности. От коровника до межпланетного корабля.
Вот — наша альтернатива безрадостному ожиданию у моря погоды. Наш план творения Великой России. А начинать нужно с агропромышленного суперпроекта. Ведет-то он не к амбарам с гармошками — к нации свободных граждан, к сверхчеловеку и звездолетам…
— Армия молниеносного развития, АМР… — задумчиво произнес Мозговик, чертя аббревиатуру на листе бумаги. — А может, лучше назвать Армией Русской Мечты? АРМ? Звучит по-ефремовски, буквы одни и те же, вижу в этом скрытый смысл.
— В общем, подумаем, — откинулся в кресле Верховный, сняв китель. — Давно смекаю, что Академия Русской Мечты должна расширяться, приникая во все сферы жизни. Обретая помимо умной головы еще и органы исполнения своих планов. Пока у нас все выходит стройно и взаимосвязанно. Посмотри: «Россия-2045» и Новая целина друг друга как бы поддерживают и усиливают, словно две цепочки ДНК, сращенные «мостиками» биохимических связей. Но и другие проекты точно так же интегрированы в общее дело. И космический, и «Новая авиация», и станкостроение, и «Новый русский флот», и электронный проект, и новые транспортные коридоры, и «Новая Гардарика»… Я уж не говорю о программах развития тех же Арктики и Дальнего Востока. Или о Второй Академии наук. Спору нет, у отдельных проектов есть свои ответвления, подчас слабо связанные с двумя первыми. Так пускай развиваются…
Верховный положил набросок своей схемы перед Мозговиком. Тот, снова припав к кислородной маске, кивнул:
— Да даже марсианская экспедиция создаст такие технологии, что пригодятся потом нашим футурополисам или агробиологическим комплексам! — одышливо выговорил он. — Нет, мы будем ткать такую сеть, что продолжит работать даже тогда, когда нас не станет.
У нас есть очень сильная сторона: все наши проекты связаны с новой индустриализацией, производством, опорой сперва на национальный рынок и лишь потом — на внешние рынки. Почему все время проваливался проект превращения Севморпути, о котором все время твердили с 1992 года? Почему египтяне, расширив Суэцкий канал, тогда оставили Российскую Федерацию у разбитого корыта? Да потому, что у сырьевой РФ не было своего торгового флота! Потому что советские великие пароходства в распыл пустили! А как только у нас свой торговый флот начал подниматься, мы добились своего — стали прежде всего сами перевозить грузы между Азией и Европой, добавляя в их поток то, что сами произвели. Не одно лишь сырье! Наши мегапроекты изначально построены на первенстве русского производства…
— Спасибо тебе, ты хороший ход подсказал, — Верховный, поднявшись, приобнял друга за плечи. — Если уж русские прозевали производство всяких мобильных электронных устройств, если тут рынок уже переделен между янки, китайцами и южными корейцами, то нужно производить то, чего нет ни у кого. И то, что реально может дать человеку новую, качественную жизнь. Вроде тех фильтров для воды, что наделяют ее необычными свойствами, дают пьющему и выносливость, и быстрое восстановление сил, и крепость здоровья…
— Так ведь это лежало на поверхности, — Мозговик похлопал Верховного по ладони. — Если ты одержим мечтой о возрождении своего Отечества, то всегда что-нибудь выдумаешь. Главное, чтобы такая мечта была твоей натурой, стержнем души. Чтобы она, как говорится, и уму, и сердцу… А не была лишь очередным текстом, написанным каким-то политтехнологом для произнесения во время очередного послания. А насчет Академии Русской Мечты есть кое-какие соображения. Только клубом высоколобых она быть не должна…
Верховный с интересом разглядывал распечатанный для него план. Капитул АРМ лишь венчал возможную структуру Академии. Под ним находились и временные проектные команды, и негласный союз деятелей искусств, и Агентство передовых разработок, и Банк Развития, и Вторая РАН. Тут же — прогнозная сеть, этакая разведка будущего, система «мозговых трестов». Институт развития, где исследователи скрупулезно изучали опыт форсированной индустриализации Сталина и СССР, организационно-экономические находки Нового курса Рузвельта, Третьего рейха и Муссолини. Равно как и опыт Японии, Китая, Южной Кореи, интересные организационные и экономические достижения «азиатских тигров». А изучая чужой опыт, внимательно следили и за опытом отечественных промышленников и аграриев, умных мэров и губернаторов, создавая дельные предложения уже во всероссийских масштабах.
Дальше смелое воображение Мозговика рисовало небольшие, но крайне важные «параллельные» Вооруженные силы — Военно-научный корпус. Он соседствовал с Национальной сетью борьбы с коррупцией, подчиненной строго главе государства, с системой временных делократических министерств, создаваемых под решение конкретных задач. Особый подотряд составляли структуры отбора кадров с использованием психотехнологий, центры их подготовки и расстановки, причем в первую очередь — в судах, прокуратуре и следственных органах. Сюда же вошла и орденская Дума единственного в стране ордена — Великой Руси. Все прочие ордена, появившиеся в стране после 1991 года, отменялись как профанации и пустые медальки, вручаемые невесть кому и черт знает как. Аналог французского Почетного легиона, орден Великой Руси имел четкие градации — от младшего офицера до генерала Ордена. Именно его Дума, а не бюрократы, решали, кого награждать и в какую степень возводить. Каждому орденоносцу полагалась денежная рента от государства. Потому Орден был действительно орденской структурой, системой отбора лучших из лучших — и еще один кадровый резерв для государства. Ведь кадры, как свидетельствует история, решают все.
А далее шли корпорации — члены АРМ и предполагаемая молодежная армия развития…
— Это основа, тут еще доработка требуется, — пояснил Мозговик. — Но принцип уже ясен…
— Создать аналог двух правительств, как при Сталине после войны? Одно — для текущих дел, а второе, Спецкомитет Берии, как кабинет для управления перспективными проектами? — спросил Верховный.
— Именно так, — Мозговик посмотрел другу в глаза. — Разве ты не имел возможности убедиться в том, что на бюрократический аппарат полностью опереться невозможно. Такова уж природа администраторов: их не только текучка заедает, убивая всякую фантазию. Они ведь еще так или иначе начинают бороться друг с другом, подсиживать начальство, чтобы вскарабкаться по лестнице карьеры. Подчас они убивают и затаптывают важнейшие начинания, если это противоречит их узкоцеховым, ведомственным или личным интересам. Тут уж придется разделить функции: привычному правительству — повседневность и рутина, на долю АРМ — управление изменениями, прокладка курса в грядущее. И мы же должны создать круговорот кадров. Если мы берем на государственную службу того, кто показал блестящие успехи в управлении заводом, компанией или городом, то потом его нужно отправлять работать в наши «фабрики мысли», в систему АРМ. Чтобы он, обладая огромным практическим опытом, не только напитался футурологией и знаниями планетарного масштаба, но и сам принял участие в создании проектов Будущего. А после такой работы он снова может уйти работать куда-нибудь в министерство иди снова в бизнес, в производство, транспорт, торговлю. Так Русская Мечта получит самую прочную основу, живость и стойкость…
— Я все-таки кое-что добавлю от себя, — Верховный, взяв мягкий карандаш, начертал на схеме ответвление от союза деятелей искусств, завершил его овалом и вписал в него: «Фабрика грез». — Кино, как известно, важнейшее пока из средств воздействия на умы!
— Просто не решился выделять его в отдельную структуру…
— Зря, батенька, зря! — Верховный скрестил руки на груди. — Мы уже делаем первые шаги в документальном кино, производим фильмы-репортажи из будущего. Но этого мало! Нужны еще и полноценные художественные картины, экранизация великих произведений классической русской фантастики, равно как и новой…
— Хочешь, я тебе ход в кино подскажу? — Мозговик хитро подмигнул. — Надо дать новое дыхание кинематографу о Великой Отечественной. Ведь потоки кошмарного бреда и китчевой халтуры, что хлынули на экраны сперва к 60-летию Победы, а потом к ее 70-летию, сработали «в обратку». Киноделы и халтурщики обесценили подвиги наших предков, вызывая тошноту и у молодежи, и у просто умных людей любого возраста. Если мы не хотим нового повторения настроений конца 1980-х — «лучше бы сдались немцам и сейчас пили бы баварское пиво» — необходим новый ход. Да он объективно нужен: за последние десятилетия события Великой Отечественной обсосали со всех сторон, по тысяче раз рассказали о штурмовиках Ил-2, «Катюше» и танке Т-34. Предлагаю нетривиальное: снимать кино с попаданцами из нашего прекрасного будущего на Войну! Так мы сразу двух зайцев застрелим: и найдем незатертую форму для сохранения исторической памяти, и Русскую Мечту покажем…
— И новую породу кинорежиссеров со сценаристами выведем! — с апломбом подхватил глава государства…
Верховный проехался курвиметром по раскрытому развороту огромного атласа. Потом провел прибором еще раз, черкнув цифры в раскрытом блокноте. Хмыкнул, глядя на циферблат.
— Стало быть, крылатому «Томагавку», коли американцы запустят его из своих позиционных районов ПРО в Румынском Девеселу или польском Редзиково, лететь до Москвы со скоростью в 880 километров в час — где-то два часа с небольшим из Румынии, а из Польши — минут на пять меньше. Расстояния практически одинаковые — примерно по 1800 километров…
— Так точно, товарищ Верховный, — подтвердил Генерал. — Не зря американцы ставят на каждой базе ПРО по 24 пусковых установки противоракет Мк41, из которых на самом деле можно стрелять «томагавками»!
— И это вы считаете стра-а-ашной угрозой? — глава государства поглядел на Генерала с нескрываемой иронией. — Современные средства ПВО, спутники и самолеты дальнего радиолокационного дозора засекут даже низколетящий «Томагавк» задолго до того, как он достигнет окрестностей Москвы. Я еще покурить успею, прежде чем войну пиндосам объявить и отдать приказ на массированный ракетно-ядерный удар. Мы даже момент пуска «томагавков» можем засечь, если создадим спутниковую группировку, что постоянно держит их базы ПРО у ляхов и мамалыжников в поле зрения. Вы думаете, американцы пойдут на самоубийство? Первыми начнут ядерную войну? Мы ведь все равно успеваем нанести ответно-встречный массированный удар, пока «томагавки» еще даже до Москвы не долетят…
Генерал смущенно опустил голову. С прежним руководством такие доклады проходили, а тут… Вдруг его осенило:
— Но, товарищ Верховный, базы ПРО США в Польше и Румынии можно уничтожить, нанеся по ним удары нашими ракетами «Искандер» из Калининградской области в первом случае, и гиперзвуковыми ракетами «Кинжал» с борта МиГ-31 — во втором случае…
— Василий Сергеевич, — Верховный, скривившись, почесал лоб. — Вы что, предлагаете нанести первый удар по американским базам? Упреждающим порядком? Вы понимаете, что предлагаете мне первым начать войну, которая перейдет в ядерную, с участием не только американских ракет, но и британских (а у них — все таки 200 боезарядов), и, возможно, французских?
— Никак нет…
— Думайте, коллега, прежде чем говорить, — глава государства присел на край стола. — Ну, допустим, америкосы заболели слабоумием и разместили 48 крылатых дозвуковых ракет в Девеселу и Редзиково, решив нанести коварный первый удар. И даже решились на это, выпустив свои «томагавки» по Москве и нескольким нашим центрам управления. Хоть по Севастополю, до коего им лететь около часа. И что даст ваш удар ракетами «Искандер» или «Кинжал» по их базам, если крылатые ракеты уже успели стартовать? Ни-че-го! Ибо какой смысл громить уже пустые пусковые установки? Если же так, то мы все равно засекаем и массовые пуски американцев, и летящие на нас «томагавки», один черт успевая ответить ударом баллистических ракет. В чем тогда смысл игры американцев? Ведь тот же самый удар крылатыми ракетами они могут нанести со своих самолетов над Европой, с надводных кораблей на Балтике, с подводных лодок на той же Балтике или в Арктическом бассейне, наконец… Да хоть из территориальных вод прибалтийских бывших наших братьев. Оттуда даже ближе. А благодаря нашим государственным «стратегам» 2014 года стрельбу «крылатками» по Москве можно провести с рейда Одессы. Вам напомнить, сколько их несет на борту всего один эсминец типа «Орли Берк»? Кстати, и лететь им хоть с одесского рейда, хоть от берегов какой-нибудь Клайпеды до Кремля изрядно ближе!
— Товарищ Верховный, но ведь они могут разместить в позиционных районах ПРО действительно противоракеты! — Генерал отер пот со лба. — Это ведь нарушает ядерно-стратегический баланс в их пользу…
Верховный рассмеялся. Заложив руки прошелся по кабинету с дубовыми панелями. Задумчиво потрогал огромный глобус, подаренный командующим Дальней авиацией.
— Сколько противоракет нужно, чтобы гарантированно сбить русскую баллистическую межконтиненталку или даже ракету средней дальности? — спросил он, лукаво прищурившись.
— Две… — нехотя выдавил из себя военный.
— Насколько я понимаю в арифметике, максимум американцы способны сбить 24… Ну пускай — 32 наших ракеты, — Верховный жестом пригласил Генерала присесть на стул. — И насколько это сдвинет стратегический баланс, если мы можем бросить в атаку из Сибири 400 ракет с подвижных установок? И учтите: они-то полетят не через Европу, а через Арктику, по трансполярному маршруту, с кучей ложных целей и генераторов постановки помех. Я не считаю того, что мы запустим из других районов. Из той же Владимирской области. Эти ракеты европейские базы ПРО американцев перехватить не могут ну никак! Слышите меня? Даже если они такие же базы в Канаде и на Аляске понатыкают, мы легко справимся с этой угрозой, просто произведя несколько сотен межконтиненталок на подвижных стартах, да еще с разделяющимися головными частями, да с рыскающими по курсу и тангажу боеголовками! И это обойдется мне дешевле, чем производство этих ненадежных и тихоходных «буревестников» с атомными двигателями. Или этих монстров… Торпед «Посейдон». Пока они еще до целей дотелепают!
А баллистические птички поразят цели в Соединенных Штатах за какие-то полчаса после старта. Причем гарантированно, да еще и с большим ущербом. Вам рассказать, насколько воздушный ядерный взрыв над мегаполисом губительнее, чем взрыв ядерной торпеды на мелководье? В любом соревновании «ПРО США — русские РВСН» я положу пиндосов на обе лопатки. Потому как нарастить группировку «тополей-М», «ЯРСов» или «сарматов» мне и проще, и дешевле. На что вы у меня ассигнования просите, Василий Сергеевич?
— Товарищ Верховный, но ведь они под видом противоракет могут развернуть у румын с поляками новейшие гиперзвуковые крылатые ракеты — и нанести ими первый, обезглавливающий удар по Москве! — всплеснул руками Генерал, краснея лицом…
— Да успокойтесь вы! — Верховый налил стакан воды из графина и подал пожилому военному. — Прошу вас, не надо меня пугать словом «гиперзвуковое»! Это сродни очередной мании — вроде массового помешательства на йоге или рентгеновских лучах. Это мне еще напоминает то истеричное помешательство, что маршал Тухачевский развел вокруг безоткатных динамо-реактивных пушек Курчевского. Мол, к черту всю ствольную нарезную артиллерию, ставим пушки Курчевского везде. На танки и корабли тоже. Недаром Тухачевского к стенке поставили. Правда, зачем было и Курчевского туда же? Впрочем, политическая полиция никогда не отличалась честью, совестью и настоящим патриотизмом, ей бы побольше дел сварганить и чинов новых заработать. Но да бес с нею, вернемся к гиперзвуковой лихорадке. Скорость нашего крылатого снаряда «Циркон» какова, не в махах — в километрах в час?
— Около 9 тысяч километров в час, товарищ Верховный…
— Так… — первое лицо пощелкало клавишами настольного калькулятора «Электроника» (Верховный питал слабость к советским восстановленным вещам). — Значит, скорость «Циркона» — 2,5 километра в секунду. Так?
— Выходит, так… — кивнул головой Генерал, настораживаясь.
— А скорости баллистических ракет, которые и у нас, и у янки с конца 1950-х, знаете? Мне тут Академия Русской Мечты справочку подготовила, — глава Великой России открыл переплетенный доклад. — Итак, американская ракета «Минитмэн» — 6,7 километра в секунду. Наш «Тополь-М» — 7,9 километра в секунду. Старая добрая «Сатана» — 7,3. Давным-давно снятая с вооружения советская ракета средней дальности Р-12У — 3,8 километра в секунду. Американская межконтинентальная ракета морского базирования «Трайдент», как и наша «Булава», — 6 километров за секундочку.
И где здесь какой-то принципиальный прорыв, товарищ Генерал? Я вам не прежние руководители, мне красивую гиперзвуковую «лапшу» на уши не навешаешь. Молчите! Я договорю. Спору нет — «Циркон» может с расстояния в 1000 километров бить американские и любые другие авианосцы. Отразить его очень трудно. Тут он — идеальное оснащение для русской морской и ракетоносной авиации, для кораблей УРО. Но как стратегическое оружие гиперзвуковые крылатые ракеты — тупик тупиком! Они же не могут далеко лететь, они разрушаются из-за перегрева корпуса в плотных слоях атмосферы, Василий Сергеевич! «Циркон» имеет охлаждающуюся рубашку под оболочкой в виде топлива с добавкой воды — оно циркулирует как охладитель, нагреваясь перед тем, как попасть в специальный реактор и в камеру сгорания прямоточного движка. Но этой системы надолго не хватает! На 400 секунд, Василий Сергеич, — и только! Меньше семи минут полета? А дальше наступает чудовищный нагрев от трения о воздух, температура доходит до 10 тысяч градусов. Этого не выдерживает никакой материал на сегодня, никакой! Мечты фантаста Савченко, нейтрида, пока что не изобрели…
— Чего не изобрели?
— Да ладно, неважно… — отмахнулся, поморщившись с досадой, Верховный. — Дело в том, что гиперзвуковая крылатка вынуждена лететь на высоте свыше 20 километров, иначе ей не выдержать. И она медленнее баллистической ракеты вдвое-втрое, и маневрировать не может толком — ибо разрушится. Она теряет малозаметность привычной крылатой ракеты, потому как не может лететь на бреющем на гиперзвуке, в самом плотном слое воздуха.
А значит, все эти сказки о том, что ее невозможно перехватить и сбить — именно что байки для туповатой толпы и недалекого постсоветского начальства. Разве американская система ПРО «Эгида»-Aegis, что ставят и на кораблях, и теперь уже на суше, не сбивает боеголовки баллистических ракет на подлете к цели, хотя они летят быстрее «Циркона» в два-три раза? Сбивает! А значит, может сшибить и летящий в стратосфере маломаневренный «Циркон». Он ведь в облаке раскаленного воздуха летит, в плазме? Стало быть, ему крайне трудно видеть свою цель, радиоволны плазму не любят. То же самое можно сказать и об аэробаллистической ракете «Кинжал» — ее также можно сбить. И о маневрирующем боевом блоке «Авангард», который есть всего лишь автоматически рыскающая боеголовка без двигателя. «Авангард» виден, как летящий по небу болид, вошедший в воздушный океан метеорит. Значит, и его можно сбить современными системами ПРО-ПВО. Так что никакого чудо-оружия тут нет. И нет никакого качественного рывка по сравнению со старыми добрыми баллистическими ракетами.
В отличие от гиперзвуковых ракет баллистические ракеты — а они ведь тоже гиперзвуковые! — могут бить на три, пять, восемь, на десять тысяч верст! В разы дальше! Потолок гиперзвуковых крылатых ракет — оперативно-тактический уровень, около тысячи километров. И противокорабельная борьба. Такая штучка, запущенная из Польши или над нею, до Москвы-то просто не дойти рискует…
В теперешние времена словосочетание «гиперзвуковое оружие» — это просто модная тема. Хайповая, если на новоязе. Гиперзвуковое оружие появилось в мире в 1957 году, с рождением межконтинентальных ракет. Ибо любая их боеголовка, входя в воздушный океан после перелета в космосе по суборбитальной траектории, идет на цель именно на гиперзвуке!
— Мы не будем больше заниматься гиперзвуковым оружием, товарищ Верховный? — уныло спросил Генерал.
— Узнаю русское метание из крайности в крайность! — глава государства саркастически посмотрел на собеседника. — Будем заниматься, будем! Потому что это не только морское оружие, а путь к созданию больших летательных аппаратов, способных выскакивать в космос — и снова возвращаться в воздушный океан. К воздушно-космическим силам не по названию, а по сути…
— Разрешите доложить? — Генерал собрался, как перед прыжком в воду.
— Разрешаю! — кивнул Верховный.
— Если так, то под видом противоракет вероятный противник может развернуть в Польше и Румынии ракеты средней дальности. Они могут нанести обезглавливающий удар по Москве за считанные минуты…
— Вот! — Верховный поднялся и воздел руки долу. — Наконец-то! Именно этого расклада я от вас и ждал, товарищ Генерал! Вот истинная угроза, а не какие-то там архаичные «томагавки» или хайповые гиперзвуковые крылатые ракеты. Эти, академики — русские мечтатели, даже посчитали. Если принять скорость американской баллистической ракеты средней дальности за скорость «Минитмэна» в 6,7 километра в секунду, то из Польши она достигнет Москвы — если учесть взлет и разгон — минут за шесть. Мы действительно можем не успеть среагировать. Во всяком случая, я лично, если стану торчать в Москве. Придется рассчитывать на автоматические системы ответного удара или на своих заместителей — со сложным механизмом передачи командования в случае моей гибели от ядерной атаки…
— Я был совсем мальчишкой, когда янки начали развертывать свои ракеты средней дальности в Европе типа «Першинг» и те же «томагавки»… — тяжело вздохнул Генерал. — В 1983-м тогда все началось. Амеры из договора о запрещении РСМД 1987-го вышли в 2019-м. Сейчас немцы могут заартачиться, а вот бывшие друзья по Варшавскому договору, всякие румыны, поляки, болгары и даже венгры — тем могут принять американские ракеты средней дальности. Это же возможность кинжального огня, стрельба в упор! Ракеты средней дальности становятся стратегическим оружием против нас, товарищ Верховный, факт… Даже если мы свои средние-то развернем, равноценного ответа не выйдет… Возьмем под прицел ну Румынию, ну Польшу… А вот США — не получается. Держать на ближних подступах подводные лодки можно, конечно, но американские у них на хвостах висят. Начнут наши открывать шахты для пуска — получат торпеды в корму, не успев отстреляться. И держать в воздухе на дежурстве дальние бомбардировщики — дорого… Да и они тоже уязвимы…
Генерал покачал головой и опустил взгляд. Верховный хрустнул костяшками пальцев. Снова хмыкнул…
— Видишь, Василь Сергеич, — глава государства перешел на «ты», — кризис. Но мы об этом тоже покумекали. Потому и устроил тебе эту баню. Есть ответ на такой вызов, есть…
С металлическим жужжанием опустились жалюзи на окне. Свет погас. Верховный включил плоский экран на стене. Вспыхнул призрачный свет, и Генерал увидел на дисплее смоделированный на компьютере город, словно разрезанный широкой рекой. Изображение приблизилось, стало объемным…
— Это Новосибирск, — пояснил Верховный. — Здесь мы оборудуем еще одну, компактную столицу. В случае ракетно-ядерной войны с Америкой или даже с Китаем все полетит к черту. Организованные государства окажутся разрушенными и у нас, и у них. Не получится, как в Великую Отечественную, — чтобы в тылу работали заводы с мальчишками и женщинами у станков, а мы бы руководили бы войной из бункеров. Вести войну придется тем, что накопили загодя. Командовать будет практически некем после ракетной бури. Но этого и не нужно: главное — чтобы из Европы ракеты средней дальности не достали. А мы оттуда могли бы скомандовать нанести удар возмездия и по США, и по европейцам. Чтобы знали, что сожжен будет не только Вашингтон, но и Варшава, и Бухарест, и любой, с чьей территории по нам открыли огонь. Этот фактор подействует ой как отрезвляюще!..
Вспыхнул свет, и Верховный, опершись на стол своими толстыми, как деревья, руками, емко и кратко изложил замысел. Итак, вторая столица в Новосибирске, хорошо прикрытая ПВО и ПРО, становится мощным фактором не только сдерживания противников, но и развития страны. Потому что это курам на смех — когда во Владивостоке уже вечер, в Москве — ранее утро. А Новосибирск расположен прямо посередине русских часовых поясов. Уходя из Москвы, превращая Новосибирск в сильный научно-промышленный центр, мы обрубаем на какое-то время прогнивший клубок старой московской бюрократии, погрязшей в тупости и алчности, получаем шанс строить управление с чистого листа.
При этом усиливается сибирская группировка РВСН. Мало того, она становится длинной и весьма точно бьющей рукой державы, получая на вооружение еще и ракеты с обычными боеголовками. Ими можно точечно уничтожать любого врага на огромных расстояниях, затем используя ракеты с истекающим сроком годности для космических запусков. А дальнейшие работы приведут и к созданию баллистических ракет, способных бить по движущимся целям и в океане. Дальнобойные ракеты с обычными «головами», но повышенной точности, смогут работать в спарке с Силами специальных операций, что могут отыскать врага и навести на него неожиданный удар, в связке с беспилотными разведчиками…
— А если Новосибирск окажется под прицелом китайских РСД? — спросил Генерал.
— Тогда придется резервную столицу в Норильск перетаскивать… — рассмеялся Верховный. — Конечно, идеального варианта в природе не существует. Тут уж постараемся политическими методами работать. Китайцы особой воинственностью не отличаются. И тоже понимают, что им большая ядерная война счастья не принесет. Рассчитываем на то, что янки разместят свои ракеты средней дальности против КНР в Японии и на Тайване. Это заставит Пекин дружить с нами…
Верховный снова прошелся по кабинету. Взяв стул, присел рядом с Генералом.
— Времени у меня мало, подробнее на совместной с АРМ коллегии Минобороны поговорим. Я тебе, Сергеич, по-простому скажу. У страны ресурсы не безразмерные, много сейчас дерьма разгребать за старой-то властью приходится. И демографией заниматься, и миллионы людей переучивать на новые профессии, и жилье строить, и целые отрасли производства вновь поднимать. Хоть то же моторостроение! Знаешь, как изношено жилищно-коммунальное хозяйство? Вот то-то. И здравоохранение тоже нужно финансировать. Дороги строить, черт возьми, узкие места в сети железных магистралей расширять…
Пойми: ну не можем мы швырять деньги на ненужные системы вооружений, сметкой надо работать. Изобретательностью брать. Покуда действенного щита против массированных ударов РВСН у бусурман нет, они на нас не нападут. Обгадятся от страха — потому что знают, что применю ядерное оружие. Да и мы на них не нападем первыми. Равновесие страха мы обеспечили.
Надо использовать эти годы, чтобы страну оживить и снять с сырьевого кола, товарищ Генерал. Вот что в приоритете. У Гитлера, говорят, пунктик имелся. Бзик. Он страшно боялся того, что немцам придется голодать, как в Первую мировую, что придется гнать женщин на заводы. Но и у меня есть свой пунктик, и ты его поймешь, мы же с тобой одного времени ягоды, все помним…
Помнишь, как в Союзе-то, до зубов вооруженном, люди зверели от пустых полок магазинов? Когда талоны на колбасу в Мурманске появились за семь лет до Горбатого, в 1978-м? И в кузнице советского оружия, в Свердловске, тоже? Когда рацион людей в некоторых местах уже в 1980-м состоял из макарон с яичницей? Это ведь СССР и сгубило. Озверение людей от изматывающего, душу иссушающего дефицита. Они сами кинулись ломать страну, не помогли тогда все наши распрекрасные боевые арсеналы. А ведь и возможен и обратный вариант, нам обоим тоже известный: когда страна клепает горы оружия и в магазинах вроде бы все есть — а у людей нет ни денег, ни работы. Потому что экономика на сырьевой Трубе сидит и не хватает гражданской промышленности, у народа нет ни достойных заработков, ни жизненных перспектив. Ведь и так можно страны окончательно лишиться, Василий Сергеевич.
Очень прошу это понять. А поняв — думать по-новому и делом заниматься, а не балаганом. Давай уж защищать страну от настоящих, а не выдуманных угроз. И оружие требуется делать нужное, а не пропагандистское. Зачем повторять проекты 1950-х годов, если время ушло вперед? До появления у нашего врага боевых геостационарных платформ, способных бить по целям на Земле пучками энергии по сверхпроводящим каналам, пройдет еще немало времени. До тех пор нам, не транжиря ресурсы попусту, нужно совершать новые научные открытия и на их основе создавать технологии, мир переворачивающие. Тот же сверхмощный гамма-лазер нам нужен, тот же термояд, горячий и холодный, та же антигравитация или наделение человека сверхспособностями. Иначе ему в мире искусственного интеллекта не выжить, не сохраниться.
Очень прошу крепко поразмыслить над моими словами…
Прервем полет нашего воображения и вновь опустимся на грешную землю. В текущую реальность. Будем реалистами настолько, чтобы понять: без АРМ страна просто не справится с вызовами, что обступают ее со всех сторон. Если говорить очень просто, то наша Академия должна не только зажечь путеводную звезду, но и ответить на те проклятые вопросы, перед коими пасует государственная бюрократия. Как, впрочем, и традиционные политические силы.
Их ведь очень много! И вечно «заметать их под ковер» не получится.
Например, как сделать так, чтобы гонка вооружений не разоряла экономику, не истощала нас, но превратилась в мощный локомотив обогащения страны, ее развития? Хотя ответ в принципе ясен: требуется превратить Вооруженные силы в полигон для применения таких технологий и разработок, которые преобразят и мирную жизнь. Сделать армию и оборонную индустрию Великим ускорителем развития.
Вот пример, что лежит на поверхности: армия США во Вторую мировую применила революционные на тот момент технологии быстрого и дешевого строительства. После войны это превратило американцев в нацию домовладельцев. А фруктовые соки из армейских рационов перекочевали на обеденные столы американцев, породив пищевую индустрию нового (на тот момент) типа. Война привела к тому, что в повседневную мирную жизнь хлынули антибиотики, нейлон, радиолокация, телевидение, малая авиация и доступные по ценам автомобили…
Точно так же и русские Военно-научные силы (я вижу нашу армию именно в таком варианте) должны смело применять новую энергетику, новые конструкционные материалы, прорывные технологии строительства, автоматизации и компьютерного интеллекта, революционную медицину (от нанобиотеха — до нового прочтения старых «травных» рецептов). И предприятия «оборонки» должны не просто получить гражданскую часть производства, дополняя ракеты, например, умными стиральными машинами или автомашинистами поездов, но и породить оружие высшего уровня. Которое в одном режиме — оружие, в другом — выгодный гражданский бизнес (таковы уже спутники дистанционного зондирования планеты).
Как это сделать? Для Академии Русской Мечты открывается обширное поле деятельности.
Можно продолжить линию таких судьбоносных вопросов. Попробуем написать их столбиком.
— Каким будет новое общество, что идет за капитализмом, как избежать сваливания в новое кастово-рабовладельческое общество? Как совместить справедливость и эффективность?
— В каких новых сферах деятельности занять людей, чьи места займут роботы и системы с кибернетическим интеллектом?
— Каким образом переломить тенденцию к старению и вымиранию нашего народа?
— Как сделать так, чтобы избежать массового «цифрового слабоумия» и упадка человека при распространении систем искусственного интеллекта?
— Как спасти человека от вырождения в дебиловатую и порочную обезьяну о двух ногах и без шерсти, как породить породу людей более высокой ступени развития, нежели нынешние сапиенсы?
— Как встретить жесточайшие испытания нынешнего столетия, когда мы столкнемся с острейшей нехваткой пресной воды и плодородных земель, с растущими пустынями и пренеприятнейшими последствиями потепления климата? Как сделать Великую Россию империей-ковчегом в новом «потопе»?
— Какое направление научно-технического развития должны задать русские, а не просто покорно плестись за его нынешними лидерами? Какую этику мы создадим под эти достижения НТР?
— Как совместить интересы нации, ее государства — и растущую «цифровую открытость»?
— Как излечить наше общество от исторического СПИДа — казнокрадства, коррупции, чванства и обособления верхов?
— Что предложить русским вместо дебильных социальных сетей западного образца, что наши мессенджеры смогут предложить людям такого, что они предпочтут именно их? (В свете позорного поражения государства в схватке с «Телеграмом» Дурова — вопрос далеко не праздный.)
— Как превратить нацию в сильнейший коллективный разум, а не в стадо нежинеспособных тупиц, ведомых глупыми и самонадеянными пастырями? Как создать подлинное народовластие, лишенное пороков классической западной схемы «представительной демократии»?
— Какой миропорядок мы предложим человечеству после страшных торговых войн, распада Второй глобализации и жесточайшей природно-климатической ломки?
И так далее.
Ответить на такие вопросы без Академии Русской Мечты, без скрещения контуров науки и воображения, попросту немыслимо. Будущее напоминает Максиму Калашникову жутковатую анфиладу. Или аркадную компьютерную игру. Поборол чудищ в одной комнате — надо идти в следующую. Где тебя ждут новые монстры и опасности. И ничего не поделаешь: надо побеждать. Или ты обречен.
Тут крайне важно соединить усилия обоих полушарий нашего мозга. Левое полушарие — это рациональное мышление, способность воспринимать словесную информацию, оперировать цифрами, мыслить логически. Правое — полушарие символов и образов, эмоций, воображения, фантазии, интуиции.
Всплеск такого наблюдался в XIX веке, когда в молодой Америке создавались соединенные общества науки и искусства. Когда ум людской был воспламенен открытием Фламмариона — каналами на Марсе. Когда дирижер оркестра Морской пехоты Филип Суза мог написать одержимый «Марш прохода Венеры через солнечный диск» — и столь же одержимо дирижировать его исполнением. Тогда же молодой Тесла совмещал поэзию и высокую науку…
Нет ничего более далекого от «цивилизации» рассеянных, не умеющих концентрироваться на чем то-то более пяти минут обитателей соцсетей, нежели мир таких Прометеев. И если мы хотим покончить с новой тьмой и вновь сделать человека великаном, нам нужны именно разносторонние люди. Да, с поправкой на возросший объем знания, но — с той же силой интеллекта, со стремлением к поиску. Должны работать оба полушария мозга: и у отдельных людей, и у общества в целом.
Сталин тоже совмещал индустриализацию и разностороннее развитие СССР с новым искусством. Посмотрите не только фантастический «Космический рейс», но и «Аэроград». Или «Новую Москву», увы, не вышедшую на экраны. Еще сильнее оба полушария старался соединить Хрущев.
Нам, пережившим цинично-мещанские 1970-е, катастрофические 1980-е, лихие 90-е и последующие застойно-сырьевые годы, предстоит в кратчайшие сроки воскресить Русскую Мечту и создать дееспособную ее Академию. Дабы РФ превратилась в Великую Россию. Нам нужен объединяющий большинство Образ Будущего.
Существующий птичий базар партий норовит растаскивать общество на частные вопросы и ложные приоритеты. Они какие-то односторонние. Что твои узкие специалисты, каковые, как говаривал Козьма Прутков, подобны флюсу. Нам все время предлагают тьму ложных альтернатив. «Сначала нужно выстроить институты демократии, покончить с коррупцией — и только потом можно что-то строить и производить!» — уперто твердят одни. «Нет, сейчас нужно заниматься промышленностью с инфраструктурой, а до учреждений демократии мы дойдем потом!» — яростно брызжут слюной другие. Третьи утверждают, будто нам надо выбирать между сильной и большой страной — и демократией, свободой личности. Мол, либо то, либо другое. Четвертые с пятыми яростно ломают копья по поводу того, надо ли нам придерживаться русских традиций — или же превращаться в младших европейцев, в западников второго сорта?
Мы решительно отметаем всю эту чушь! Долой гомон птичьего базара и бестолковщину!
По нашему глубокому убеждению, нельзя по отдельности очищать страну от коррупции и поднимать экономику, биться за права граждан и за независимый суд, выступать за великодержавие и драться за справедливость. Нет, нужно делать все и сразу, потому что все взаимосвязано. Нам нужна процветающая страна, откуда железной метлой выметены казнокрады и взяточники, профессиональные «реформаторы»-разрушители и лицемеры. Иначе как мы сможем справиться с нищетой народа, как поднимем наши передовые предприятия и обустроим наши города и села? При этом мы хотим жить в огромной единой стране, свободной от бюрократического маразма, где столица не высасывает регионы, где власть не передается по наследству. Где царят законность и порядок, где есть хорошие дороги, а люди — зажиточны, уверены в себе и свободны. Где нет продажной «судебной системы», а выборы — честны и прозрачны. Мы видим нашу страну современной, научно-промышленной — но при этом суверенной и сильной. Той, что не будет служанкой ни Запада, ни Китая. Мы хотим жить по правде и справедливости, открывая возможности для каждого честного и трудолюбивого человека. При этом жить по-русски, по нашим вековым традициям, гордясь своей богатой историей.
Наш идеал — крепкий семьянин, что живет в своем доме с любимой супругой и тремя детьми. Человек Дела, работающий на современном предприятии или в научном центре, ведущий свой бизнес. Неравнодушный гражданин без ветра в голове, ответственный и надежный, сильный и умом, и телом. Самодостаточный, образованный, преданный своему призванию, способный достойно содержать семью.
Нам придется решать сложнейшие задачи «новой сборки» России не последовательно, а синхронно. Чем-то это напоминает подвиг нашего великого народа в первой половине ХХ века. Помните? Когда одновременно надо было заниматься и строительством передового производства, и электрификацией, и культурной революцией. Справились тогда — справимся и сейчас.
Мы не желаем выбора из двух зол: либо — положение рабов при бюрократии, банкирах и сырьевых магнатах (но с Крымом), либо — пресловутые свободы, но при условии сдачи страны Западу и ее дальнейшего распада, отказа от нашей цивилизационной самобытности. Наш патриотизм отлично сопрягается с народовластием и самоуправлением. С Крымом и остальной Новороссией. Мы считаем, что наш народ сам может превращать российское сырье в самые лучшие и передовые изделия, не делая РФ сырьевым придатком США, ЕС, Китая или даже Турции. Для этого у нас есть все: и огромные природные ресурсы, и умный, трудолюбивый народ-созидатель.
Совместить все это, проложить курс в такое Будущее, вдохновив наш народ на великий поход именно в такое Завтра, — и есть миссия Академии Русской Мечты.
Если мир будет напоминать кровавый дом умалишенных, погибающий от зноя, голода и эпидемий, то выстоять в таком инферно, породив новую техноцивилизацию, смогут лишь те, кто обладает стальной несокрушимой волей, высочайшим интеллектом и невероятной силой воображения. Теми, кто не боится быть первопроходцем и творить Грядущее. Причем на уровне государственной власти! Нужно спаять воедино знание и фантазию. Именно в этом — миссия Академии Русской Мечты. Сплавить воедино науку, искусство и власть! Никак не иначе. Иначе — смерть медленная, страшная и позорная.
Никогда в жизни не встречался с Вл. Гаковым (Михаилом Ковальчуком), тем самым философом фантастики и борцом с неофобией, что родился на 15 лет раньше меня. Но его книга «Четыре путешествия на машине времени» 1983 года уже тогда потрясла меня до глубины души и формировала как футуролога. Вл. Гаков тогда писал о том, как прозорливости приходилось вести тяжелую войну со слепотой и тупостью. Как косные твари, сидящие в начальственных креслах, норовили давить все новое и спасительное, причем это не только пионеров авиации и космонавтики касается. Как когда-то признанные эксперты объявляли бредом и шарлатанством радиосвязь и телефон, комбайн и летательный аппарат тяжелее воздуха, атомную энергию и космическую ракету. Вся она, нечисть, есть и сейчас, когда ради спасения от Мегакризиса человечеству нужен невиданный рывок вперед в науке и технике. Ибо не в движении к сохе, бороде и курной избе — наше спасение, а в порыве к звездам, бессмертию, сверхчеловеку и океанам новой энергии! Спасибо, что вы сформировали нас, Вл. Гаков!
Академия Мечты — вот наше чудо-оружие. То, что снимет блок в мозгах и заразит миллионы душ самыми дерзкими мечтами.
Не будем выписывать Мечту во всех деталях — это бессмысленно, а то и смешно. Жизнь в любом случае богаче нашего нынешнего воображения. Всего предугадать при всем напряжении сил не сумеем. Да и не не стоит сего делать: будущее подобно огромному собору, что строится усилиями огромных масс людей. Неизменными останутся лишь главнейшие несущие конструкции. Соединение священных традиций, овеянных веками — и самых смелых научно-технических прорывов.
В этой работе автор предпринял лишь первую попытку подойти к теме. К роли, месту и даже примерному наброску Академии Русской Мечты. Так сказать, поднес бинокль к глазам и попытался обозреть далекий горизонт. И верным ли путем вела его фантазия — рассудит время. Да и вы, дорогой читатель.
Одно могу сказать с полной уверенностью: спокойной жизни нам не суждено. Сей век еще принесет нам самые суровые и жестокие испытания. Мир подходит к грандиозной ломке, к какой-то реинкранации дымного и кровавого, чертовски длинного XVI столетия. И только люди высшего типа, коги-когнитарии, в силах победить в этой войне всех против всех.
Но это, право, — отдельный разговор. Академия же Русской мечты должна возникнуть!
Быть сильнее ночи! Советская Русская Мечта против новых «темных веков».
У Русской Мечты есть еще одна миссия. Сегодня нет недостатка в мрачных, апокалиптических пророчествах насчет середины и второй половины XXI века. О времени, когда уже точно человечество получит нехватку пресной воды и плодородных земель. Авторы с каким-то сладострастием ожидают массовых жертв и впадения человечества в новую архаику, некое второе издание Темных веков.
Тут-то Красная Русская Мечта, что вдохновляла наших ближайших предков, и способна на великое возращение. Так, чтобы яркие лучи Красной звезды прорезали мрачную ночь безнадежности. И здесь порой достаточно обратиться к богатейшему наследию эпохи «великого взрыва» 1930-х — и продолжить то, что в СССР пробовали начать, однако не сумели продолжить из-за Войны.
Их достаточно много — этих деятелей, что с какими-то садомазохистским удовольствием описывают грядущий финал. На днях прочел очередные влажные фантазии архаика. Итак, добыча сланцевой нефти в США падет, быстро образуется дефицит нефти в мире. Ибо и привычные ее промыслы истощатся, а новых нет. Цена нефти скакнет до 200 долларов за баррель, мировая экономика провалится в жесточайшую депрессию, начнет развертываться клубок последствий. Поскольку термоядерного синтеза не создадут, люди будут вынуждены возвращаться к паровикам и конной тяге. В финале планету ждет крах мегаполисов, резкое сокращение численности населения — и возврат рода людского к патриархальному сельскому хозяйству. К миру сильных физически мужчин-плугатарей…
Все это приобрело уже самый навязчивый характер. Бред, конечно. Уж на русских-то просторах нефть точно останется — и топливом мы себя всегда обеспечим. Максим Калашников не считает уж богатейших угольных месторождений Эльги и Элегеста, еще мощные Нерюнгри, Кузбасс и Донбасс. Производство синтетического топлива из угля уже на современных технологиях, подземная газификация — вот еще одна русская подстраховка. Не нужно нам будет возвращаться к сохе и лошадке, в курные избы, к каше в бороде. Тем более что и вернуться-то нам не дадут. Великий наш народ индоарийского корня, свое могущество он еще недавно зиждил на науке и технике. Он был повелителем машин. Если в реалиях нового времени отказаться от них, от передовых технологий, от научных знаний — к чему призывают нас иные «русские патриоты» — нас завоюют народы, что из архаики и не уходили. Хотя бы и волны мусульман. Или умные и многочисленные китайцы, кои от науки с техникой явно отказываться не собираются.
В СССР золотого его века бытовала глубочайшая убежденность: «Мы можем все. Если тот или иной проект не противоречит законам физики и химии — мы воплотим его. А чего не хватает — изобретем или откроем!» Именно эту историческую, непоколебимую уверенность в своих способностях и силах и должна возродить Академия Русской Мечты. Нам нужно скрупулезно изучить наследие наших же (и не только наших!) 1930-х. Ибо есть проекты, что Советский Союз лишь начал, наметил, но не смог развернуть. Что-то оказалось прерванным Великой Отечественной. Ну а после нее смелые футуристические начинания оказались оттесненными далеко на задний план необходимостью поднимать страну из развалин, перебрасыванием сил и средств на атомно-ракетную гонку с Западом. А для чего-то просто не хватало тогда нужных технологий.
Если совершить такое сейчас, русские смогут не только рассечь на куски накатывающий мрак Темновековья, но и обрести новую цивилизационную силу. Да и Русской мечте сие обеспечит жизнь. Потому как мечта без дел, без шагов и даже шажков к ее воплощению попросту мертва.
Такой шанс выпадал Советскому Союзу в 1970-е и 1980-е годы. Именно тогда и можно было вернуться к прерванным взлетам времен Сталина, начать строительство альтернативной цивилизации и развить те направления НТР, от которых отказался Запад. Так сказать, изменить направление гонки. Но советские вожди оказались слишком убогими по части фантазии, слишком «взрослыми» и «солидными». Средств-то и ресурсов хватало. Как сакраментально выразился кот Матроскин, «у нас не денег не хватает, а мозгов». Кстати, подобная ситуация повторяется и нынче.
Обратиться же есть к чему. Давайте возьмем роман Григория Адамова «Победители недр» (1937 год). Сюжет незатейлив: СССР строит корабль-подземоход, который должен пробиться поближе к горячей мантии планеты — и доставить туда могучие темоэлектрические элементы. Те, что превращают жар земных недр в даровое электричество. А оно обеспечит Красного Гиганта океанами дешевой и чистой энергии. К чему это мы? Нет, не к тому, что нынешняя РФ должна строить такой подземоходный корабль и создавать термоэлектрические батареи — Адамов их все-таки переоценивал. Нет, в романе его есть деталь: сам проект рождается в интересной структуре — не в «серьезной» Академии наук и не в коридорах наркомата-министерства, в КНЭ — научном клубе новой энергии…
Сам роман автор этих строк читал в 1980-м. Сама идея Клуба новой энергии, свободного от бюрократического слабоумия и шкурничества, с тех пор крепко засела в моем мозгу. По сути — некоего гибрида из «фабрики мысли» и Второй Академии наук. Ведь СССР такую структуру так и не создали. Кстати, строки из 1937 года стоит почитать нынешним полоумным либерально-глобалистским фанатикам, уповающим лишь на солнце да ветер…
— Д-да… пока без гарантии абсолютной ровности, — неохотно подтвердила Малевская…»
Читайте, эколожцы, читайте. И вспомните поля ветряков в Евросоюзе, которые до сих пор убыточны и сидят на дотациях…
Но вернемся к нашей теме: к необходимости расковать Мечту, дать простор поиска творцов во имя процветания нашего Отечества. Если КНЭ не было все эти годы — то почему бы не создать его сегодня? Нет, не премию «Глобал энерджи», от коей никакого толку, а именно как центр «безумных» поисков — причем не только энергии?
Нехватка воображения у власти погубила Советский Союз. Сегодня она губит Российскую Федерацию. Снова денег полно, а фантазии и мозгов — ноль.
Нам скажут: «Ну ведь в РФ имеется Агентство стратегических инициатив, и оно разработало НТИ — Национальную технологическую инициативу!»
Да? А вы ее читали?
Вообще-то АСИ — это даже хорошо. Все-таки какой-то аналог американского DARPA. Но ДАРПА создает будущее, американцы не боятся делать все первыми в мире, не оглядываясь ни на кого. А вот может ли это делать АСИ с ее НТИ? И вот тут нас ждет разочарование. Читаем начало пресловутой «Инициативы»:
«…Перед Россией остро стоят задачи преодоления «ресурсного проклятия», диверсификации экономики и повышения ее глобальной конкурентоспособности.
Решать эти задачи предстоит в условиях разворачивающейся глобальной технологической революции, которая будет неуклонно набирать обороты в течение ближайших 10–15 лет. Появление беспилотного транспорта, персонализированной медицины и питания, нейротехнологий, интеллектуализация энергетики и финансов, создание виртуальных миров изменят парадигму существования человека и базовые принципы функционирования экономики.
Экономики стран, отдельные компании и граждане могут столкнуться с трудностями в приспособлении к новой реальности. Государства должны будут обновлять существующую и строить новую инфраструктуру, адаптировать стандарты и регулирование под нужды экономики будущего, решать вопросы обеспечения технологической независимости. Бизнесу предстоит адаптироваться под новые сервисные бизнес-модели и научиться работать еще более глобально.
Автоматизация и интеллектуализация рутинных операций окажет существенное влияние на рынок труда и возможности трудоустройства. Как нынешним, так и будущим работникам нужно быть готовыми к постоянному обновлению наборов своих компетенций — без этого они из-за замещения человека искусственным интеллектом могут быть вытеснены с рынков труда. За счет массового применения технологических решений на порядок увеличится зависимость граждан от технологий, продуктов и сервисов на их основе и от их производителей. Те страны, которые смогут развить глобальные высокотехнологичные компании, существенно увеличат свое влияние на происходящие в мире события и глобальные процессы. Эти изменения будут происходить в контексте усиления глобализации и ее перехода в качественно новое состояние. Усиление глобализации проявляется в продолжающемся росте трансграничной мобильности товаров, услуг, инвестиций, технологий, инноваций, знаний и человеческого капитала. Одновременно нарастает глобальная конкуренция, в том числе за ресурсы, технологии, таланты. Меняется характер международного разделения труда — происходит переход к модели создания добавленной стоимости в рамках глобальных цепочек, структура которых определяется логикой построения конкурирующих друг с другом торгово-экономических блоков и политических альянсов…»
Наукообразно? Да. Но только размыто. Обычная либеральная муть без четкого образа Русского Будущего. Без указания той великой цели, которой нужно достичь. Нам предлагают приспосабливаться к тому, что делает враг, встраиваться в его «глобальные цепочки» — но не творить свое Будущее, не делать что-то первыми в мире.
Давайте сравним. Когда Сталин повел СССР на глобальное восхождение, он и его команда четко осознавали задачу: Первая Мировая война «недовоевана», неизбежна еще одна всемирная схватка. Она будет войной моторов, авиации, больших скоростей. Значит, СССР должен стать мощной научно-промышленной державой, превратить науку в невероятную производительную силу, совместить НИИ и заводы, овладеть атомной энергией (задача ставится в 1940 году, до войны), выйти в космос (фильм «Космический рейс» — 1936 год).
Хотя при Сталине не писали никакой НТИ, но все знали, что нужно искать, делать и быть мировыми первопроходцами в науке и технике. Почитайте журналы тех времен: они бурлят идеями и проектами. При этом правящая в СССР команда отлично понимала, что стержень всего — индустриализация. Ибо лишь мощный и современный реальный сектор дает жизнь науке (прикладной и фундаментальной), образованию (реальная востребованность классных специалистов) и даже культуре. В сырьевой РФ «технологическую инициативу», получается, проводят без индустриализации страны. Для обывателей технологии, видать, живут какой-то отдельной жизнью, они, выходит, некие идеальные сущности по старику Платону.
Вот Будущее по Максиму Калашникову: мир вошел в новую глобальную войну. Хозяева Запада стремятся сделать США единственной Державой-Островом, защищенным двумя океанами от прочего мира, сброшенного в пучину войн, расколов, смут и архаизации. США становятся центром Великой Глобалии, где создается кастово-рабовладельческое общество (апогей либерализма), а правящая каста становится буквально новой расой. Усовершенствованной с помощью нано-био-информационных технологий и к 2045 году обретающей физическое бессмертие. Видят ли что-то подобное авторы НТИ? Нет, конечно. У них — жидкий «идейный супчик». Они не осознают того, что идет война нового типа. Но и это — еще полбеды. Нет духа дерзости и уверенности в том, что мы, русские, можем все. Что творчество не имеет границ.
Изучая реалии Сталинского рывка, мы то и дело видим, что в стране властвовал дух невероятной уверенности в своих силах и способности творить невозможное. Делать то, что не делал еще никто на свете. Сей дух пронизывает популярную культуру СССР 1920–1930-х годов. Откроем «Воздушный корабль» 1934 года — практически неизвестную современному читателю повесть великого фантаста Александра Беляева. Да-да, того самого, что написал «Человека-амфибию» и «Звезду КЭЦ», трагически погибшего от голода в немецкой оккупации в 1942-м. В этой повести мы видим дерзких планеристов, мечтающих о том, что мощные самолеты смогут поднимать целые поезда из транспортных планеров в стратосферу, где мощные струйные течения позволят перебрасывать на огромные расстояния массы грузов — без всяких затрат топлива. Вот молодой туркмен с помощью русских товарищей предлагает проект: мы, планеристы, научились без мотора летать на сотни километров, ловя восходящие потоки теплого воздуха (термики). Вот наш полигон: мы на темных, покрытых растительностью полях делаем островки из светлого песка и ставим вышки. Солнце, прогревая песок, создает восходящие термики. Вот мы и создадим сеть таких «станций» — и можем летать с грузами и пассажирами на планерах на сотни километров, используя даровую энергию дневного светила. Создав, по сути, аналог парусного флота в авиации..
Планериста Махтума Ханмурадова поправляют старшие товарищи: так летать можно лишь летом и в жаркой Средней Азии. А вот лучше построить цельнометаллические дирижабли, которые, маневрируя по высоте, могут ловить в стратосфере или на верхушке тропосферы ветровые «гольфстримы» — а затем, выключив моторы, везти поклажу и пассажиров на тысячи километров. На даровой энергии воздушного океана! Наивно сейчас звучит, но среди этой наивности есть и ценные зерна, и сегодня актуальные. Вчитаемся в строки Беляева 1934 года, исполненные пламенной энергии творчества и огромной уверенности в том, что наша страна может все — лишь бы гении творили…
Но вот уже и полет в поисках «воздушного Гольфстрима» от экваториальной зоны к Северному полюсу. Профессор Власов изучает космические лучи на большой высоте и грезит об их использовании для искусственной эволюции организмов на стратосферных искусственных спутниках:
Отложим старую книжку. Видите: пускай наивно, но уже в 1934 году советский фантаст Беляев ставил задачу создания расы сверхлюдей. Интересно, может ли она быть поставлена в нынешней РФ? Подобных фантастических повестей и романов в тогдашнем СССР было много. Там открывались совершенно захватывающие горизонты. Люди тех лет, в отличие от нынешних «асишников», не боялись ставить сверхзадачи. А теперь нам предлагается лишь «встраиваться» в чужие «глобальные цепочки». Ничего своего — лишь будьте чьими-то батраками или жалкими субподрядчиками…
Кто-то попробует обвинить меня в том, что приведенные примеры — чисто литературные фантазии. Хорошо, вспомним реальные дела в сталинские 30-е. Именно тогда советское руководство пробует по факту воплотить мечту Герберта Уэллса из романа «Освобожденный мир» (1913 год) — реальность, где люди не привязаны к шоссе, рекам и железным дорогам, широко используя летательные аппараты вместо автомобилей.
Уэллс впервые в истории изобразил мир 1959 года, овладевший атомной энергией. Итак, в этом Уэллсовом мире с 1933 года работают небольшие источники колоссальной энергии. Не нужны паровые турбины — человечество получает мощные компактные двигатели. Сначала это вызывает к жизни массовую автомобилизацию. Но вскоре и автомобили уступают место дешевым и доступным винтовым аэромобилям, способным перевозить людей и грузы на большие расстояния с приличной скоростью. При этом массовая легкая авиация (Уэллс рисует именно ее, словно сквозь время увидев нынешние проекты развития дешевых аэрокаров типа «Ларка-4» с пропеллерами и складывающимися крыльями!) не нуждается в дорогих шоссе и автострадах. Аэромобили Уэллса приобретают способность садиться и взлетать вертикально: им теперь и аэродромов-то не нужно. Происходит эпохальный «Прыжок в воздух». Одновременно доступность энергии сделала крайне дешевыми железнодорожные перевозки, стало недорогим производство строительных и новых конструкционных материалов. Теперь возводить жилища и здания, а также снабжать их электричеством стало очень легко.
Быстрое падение стоимости перевозок и массовое распространение личных экономичных летательных аппаратов губительно отразилось на цене земли в самых густонаселенных районах: она стала катастрофически падать, разоряя ее владельцев. Стали падать цены на землю и недвижимость, расположенную у дорог: ведь люди благодаря «Прыжку в воздух» отвязались от ниток шоссе и железных магистралей. Города рассредотачиваются: теперь миллионы людей смогли строить жилье в сотнях миль от деловых и промышленных центров. Но при этом рухнула вся система ипотеки, вся схема обеспечения, на которой стояла мировая банковская система. Аэромобили поставили на грань краха банки и биржи. Все это усугубляется закрытием и разборкой гигантов старой индустрии.
Для тогдашнего СССР с его необъятными бездорожьями это было сверхактуально: стоимость строительства сети автострад и сейчас-то астрономическая. А если шире использовать не авто-, но аэромобили? То есть малую авиацию? Первые опыты ставились с дешевыми и доступными бипланами У-2 (По-2), невероятно неприхотливыми и способными в взлетам-посадкам буквально «на пятачке». Сильно жалею, что таких самолетов не строят в нынешней РФ.
В сборнике Артема Драбкина о ветеранах Великой Отечественной войны вычитал интересный факт — из воспоминаний Елены Малютиной, пилота-бомбардировщика.
Значит, в проклятом тоталитарно-сталинском СССР 1938 года, стране еще вовсе не богатой, легкая авиация уже использовалась для связи между городом и деревнями. Даже, как видите, в режиме медицинской помощи. Можно ли сейчас представить себе, чтобы в нынешней РФ роженицу везли из села в город на небольшом самолете? То есть уже в 1938-м страна старалась вполне инновационно решать проблему бездорожья и коммуникаций, используя не дорогой автотранспорт, а легкую авиацию, сверхдешевые, фанерно-перкалевые бипланы Поликарпова. Они гораздо экономичнее и выгоднее вертолетов. С тех пор технологии далеко шагнули вперед. Давным-давно технически можно строить замену автомобилей — легкие аэропланы или винтолеты-гиропланы короткого взлета-посадки, с экономичными моторами, со спутниковой навигацией и автопилотами, с системами взаимообмена информацией между машинами, с автоматизированной системой управления воздушным движением в отведенных для полетов коридорах. Такие авиетки-авиамобили могут связать отдаленные населенные пункты, городки и деревни. В сочетании с Интернетом и другими инновационными видами транспорта они создали бы новую и относительно недорогую систему сообщений и включения в большую жизнь малых населенных пунктов. Появилось бы и свое моторостроение для легкой авиации (в сегодняшней РФ моторы для малой авиации не производятся).
Но такой программы в РФ до сих пор нет. Чего не скажешь о сталинских временах. 16 августа 1934 года газета «Правда» писала о перелете легких самолетов конструкции Александра Яковлева АИР-6 по маршруту Москва — Иркутск. Заголовок — «За легкий самолет, за местную авиацию!»
А ведь писалось это о машине с мотором в какие-то 100 лошадиных сил! При этом Яковлев, будущий конструктор истребителей Великой Отечественной, работал не по «серьезной» государственной линии, а в системе добровольного общества «Осоавиахим», делая свои «летающие мобили» на бывшей кроватной фабрике. Газета «Правда» его всячески поддерживала. Она же 25 августа 1934-го печатает статью «Советский „воздушный форд”», посвящая ее возвращению звена АИР-6 из десятитысячекилометрового перелета.
Вот — образ мечты из «Освобожденного мира» Уэллса, и грезы эти в Стране Советов пытались воплотить. Любой, кто изучает историю нашей авиации, отлично знает, что в те годы в СССР вели опыты не только с легкими самолетами. В те же годы Сталин, вопреки мнению маститых авиаконструкторов (Туполева), начинает программу строительства летательных аппаратов, у коих вместо крыльев — свободно вращающийся винт. Западное название для русского уха было смешным — автожир. Потому его называли еще и гиропланом, а великий русско-советский вертолетостроитель Николай Камов (1902–1973) предложил отличное имя: винтолет. Сам-то ведь он и пришел к вертолетам, начав с постройки в 1929-м (вместе с Николаем Скржинским) первого гироплана — КасКр-1 «Красный инженер». Но, хотя судьба и перекинула его на вертолеты, Камов до конца жизни стремился вернуть производство именно винтолетов, дополнения к дорогим, сложным в обслуживании и крайне неэкономичным вертолетам.
Винтолет-гироплан может садиться буквально на теннисную площадку — и взлетать с нее. Он не может зависать, как вертолет и не такой быстрый, как самолет-аэроплан. Но зато он крайне прост в обслуживании. По настоянию Сталина (он увидел, как гироплан сел внутри Кремля — и взлетел оттуда) страна начала строить винтолет типа А-7. И он тоже мог стать неким «воздушным вездеходом». Автожиры А-7 успели поработать и как сельскохозяйственная авиация, и как военные разведчики. Однако как военный аппарат гироплан имел врожденные пороки: оказывался крайне уязвим для атак на него сверху и не мог зависать в воздухе, как вертолет-геликоптер. Но зато он отлично подходил на роль того самого аэромобиля для гражданской сферы.
Увы, мечте о массовом воздушном транспорте в СССР сбыться было не суждено. С 1939 года страна ударными темпами готовилась к войне. Яковлева перекинули с легких самолетов на истребители. А вскоре страна должна была десятками тысяч выпускать истребители, бомбардировщики и штурмовики, ресурсов на воплощение массовой авиатизации просто не оказалось. Да и после войны иных забот хватало. Отстраиваться пришлось, самые насущные нужды удовлетворяя. И Холодная война началась — надо было вооружаться…
После ухода Сталина у советских вождей не хватило воображения, чтобы вернуться к планам массовой авиатизации. Хотя в СССР уже были и намного более продвинутые технологии, и развитая промышленность. Помню отчаянный призыв журнала «Техника — молодежи» в 1978-м: давайте возродим лозунг «Комсомолец — на самолет»! Мне, отроку тогда, и то было ясно, что сие — глас вопиющего в пустыне. Племя партократов Подсебякиных, в костюмах, застегнутых на все пуговицы, молча отторгало все подобное. Оно млело, перелистывая западные журналы с рекламой американских лимузинов, да сигареты «Кэмел» покури вало…
Но разве не то же самое происходит и сегодня? Проекты создания массовых и недорогих легких самолетов, выдвинутые после 1991 года и летчиком-космонавтом Игорем Волком, и Виктором Тарховым, и Алексеем Рудниковым, — все остались на бумаге. План создания центра разработки и производства легкой авиации в Жуковском и на базе Экспериментального машиностроительного завода, предложенный Магомедом Толбоевым, тоже потерялся в бюрократических закоулках. Так и не возник центр строительства русских винтолетов в Воскресенске, начатый Виктором Устиновым, учеником Камова. Не полетел легкий турбореактивный аэромобиль «Ларк» — «Жаворонок». Как и самолет-вездеход «Динго». Эх, да чего уж там! Подсебякины торгуют нефтью, пилят бюджет — и им ничего не нужно. Как и обитатели птичьего двора в «Гадком утенке» Андерсена, они мечтать не умеют. Дальше, чем купить импортные легкие вертолеты «Робинсон», их воображение не идет. К тому же, авиабензина в РФ не делают — «робинсоны» буквально вынуждены летать вокруг бочек с импортным горючим. И своих двигателей для малой авиации в РФ не производят…
Вот то, что лежит на поверхности: вернуться к планам 1934 года и сделать наш народ буквально крылатым. Благо есть новые материалы и моторы можно сделать свои, в сотни лошадиных сил. Насытив небо и авиетками, и винтолетами. Современные электроника/авионика, спутниковая навигация, передовые системы управления воздушным движением — все есть.
Именно легкая авиация позволит нам с удобствами жить в Сибири и в Арктике, где обычных дорог не построишь. Именно малые ЛА как воздух необходимы будущими футурополисам — усадебным городам русского будущего. Одни и те же аэромобили позволят людям перемещаться на сотни километров за пару часов, обрабатывать свои поля. А в случае чего эти летающие русские смогут навесить на свои винтолеты, скажем, контейнеры с оружием — и вместе с беспилотными дронами охотиться на каких-нибудь новых душманов. Человек летающий обладает особым характером, своеобразным сознанием. Ему вся эта обывательщина, водка, наркотики неинтересны. Он на мир совсем иначе глядит, он — олицетворение ума, силы и свободы.
Совмести массовую авиатизацию со строительством самоуправляемых поселений с домами на одну семью (футурополисов вокруг предприятий новой индустрии и агробиопрома), впиши все это в проект с возвращением в оборот 40 миллионов гектаров пахотных земель, с новой индустриализацией — и получи на выходе нацию Русской Мечты. Можно и опыт Осоавиахима вспомнить. Прекрасный образец общественно-государственного партнерства. Финансирование этого общества шло по линии государства и от членских взносов, но в недрах общества молодые конструкторы получали возможность делать то, чего не могли (или не хотели) делать большие и серьезные дяди в министерствах и больших КБ. Осоавиахим выступал как питомник кадров научно-технического развития СССР, а не только как массовая школа подготовки пилотов, парашютистов, водителей, связистов, радистов, медсестер и стрелков — будущих бойцов Красной Армии. Великие авиаконструкторы Яковлев и Антонов вышли из Осоавиахима. Он служил как полигон для Будущего. Работал в Осоавиахиме Стратосферный комитет…
«…В Центральный совет ОАХ структурно входили различные тематические секции и комитеты, нацеленные на научные разработки с последующим внедрением. И, понятное дело, занимались ими не трудящиеся массы, а серьезные специалисты. Например, в 1933–1935 годах ОСОАВИАХИМ привлек около трех тысяч научных работников, выдал на-гора 60 исследований, внес 250 экспериментальных предложений, часть которых была одобрена Наркоматом обороны. Входящий в ОСОАВИАХИМ Комитет по изобретательству в одном лишь 1930 году способствовал реализации 500 рацпредложений… А в 1931-м при ЦС ОСОАВИАХИМа была создана — ни много ни мало — секция ракетных двигателей, положившая начало дороге в космос. Существовал и Стратосферный комитет…»[33]
Когда Осоавиахим стал ДОСААФ, все это сошло на нет. Не имеется и в нынешней РФ аналога ОАХ.
В моей библиотеке есть сборник «На суше и на море» за 1976 год, а в нем воспоминания Виктора Сытина (1907–1991), бывшего зампреда Стратосферного комитета ОАХ. О том, как он в 1927-м на самолетах Р-5 боролся с нашествием саранчи на Туркмению — и тогда же с воздуха были обнаружены руины древних поселений в песках. Чрезвычайный уполномоченный по борьбе с саранчой — Чусар — требовал воздушной разведки кулиг — утренних скоплений насекомых, коих можно было жечь и травить химикатами. Интереснейший был человек этот Сытин!
«…Был знаком с К.Э. Циолковским, участвовал в организации постройки опытных конструкций ракет и скафандров, в пропаганде идей Циолковского.
В середине 1930-х годов Виктор Александрович Сытин был заместителем председателя Стратосферного комитета Центрального совета Осоавиахима СССР, работавшего вместе со Стратосферной комиссией Академии наук СССР. В 1937 году руководил стратосферной экспедицией, отрабатывавшей некоторые новые методы определения скоростей ветра, температуры, давления и т. п. на высотах, в том числе предложенные им методы «искусственных облаков» и «искусственных метеоритов», методику автоматического фотографирования на высотах и т. д. …»[34]
Всего одно направление советского строительства Будущего, всего одна биография — а сколько пищи для размышлений сейчас! Особенно когда мы задумываемся над тем, как сделать из РФ Империю-Ковчег в преддверии суровейших испытаний немилосердной ломки мира сего, которая наступит в середине нынешнего века…
Идея проста: сегодня нужно изучить те начинания довоенного СССР, те протуберанцы Красной мечты, что так и не получили развития. Но это — идеи величайшей силы! Мы взяли только одно направление — массовую авиатизацию страны. Ту, что отлично ложится в логику прорывной индустриализации сегодня, в логику переосвоения Руси, дополняя возможную программу новой — футурополисной! — урбанизации. А ведь есть и другие пресеченные историческими обстоятельствами и забытыми в послесталинский период, проекты. Надо их обнаружить, рассмотреть внимательно — и осуществить сегодня. Вот что может сделать Академия Русской Мечты. Ибо ждут нас впереди времена недобрые. Смута всемирная…
Когда-нибудь, надеюсь, наши дети и внуки воспарят над разваливающимся миром, превратившимся в жаркий и кровавый бедлам. Взревут моторы их винтолетов и авиеток, поплывут в небесах гибридные воздушные корабли с гербами Русского Ковчега — СССР-2. Великой России. Пусть плывут грунты на вечной мерзлоте — мы теперь летаем. И живем в сети русских будущеградов — футурополисов. Зорко охраняя свои рубежи, что простираются от вулканов Камчатки и чукотского хребта Омолон до плавней дельты Дуная и берегов Днестра. Славные русы собственным примером показывают всем, как надо спасаться. Как строить сверхчеловеческую жизнь. Принимая при этом на свои просторы миллионы белых европейцев, бегущих из погибающей старушки Европы и готовых стать русскими. Идите к нам, германцы, скандинавы и англосаксы, романцы и кельты, славяне всех ветвей и баски — мы примем всех, кому тошно жить в Европе, заливаемой мигрантами и потерявшей волю. Уже ваши дети превратятся в русских.
Что? Распад Испании и Великобритании вызвал дефолты по государственным облигациям сих несчастных стран — и страшную катастрофу в финансовом мире? Мир безумеет от жажды и зноя? Нас это не касается. Ибо ревут в небесах моторы нашей свободы. Нашей новой жизни. Свободной от маразма политкорректности. Здесь — триумф нашей воли, помноженной на знания и воображение.
Сеть футурополисов и воздушный транспорт становятся основой, материальным костяком нашей Цивилизации Полудня. И у нас достаточно вод, лесов и земель!
Есть один пророческий роман, принадлежащий перу Жюля Верна, сегодня ставший весьма актуальным.
Это — «Необыкновенные приключения экспедиции Барсака». Верн перед смертью успел написать всего лишь пять глав книги в 1905 году. А дальше «Необыкновенные приключения…» дописывал его сын, издав роман в 1919-м.
Итак, в сердце Черной Африки возникает Блэкланд — зловещий «град будущего». Как соединение огромных богатств преступного дельца Гарри Киллера и мощного ума полубезумного гения уровня Теслы — инженера Марселя Камаре. Никому не известный город с высокотехнологичным заводом и передовыми лабораториями, где создано фашистское, кастовое общество. В Блэкланде есть правитель, элита (из гангстеров, Веселые ребята), обслуживающие ее белые свободные граждане и рабы-негры. При этом власть хозяев Блэкланда обеспечивается беспилотными системами, дронами-вертолетами. Они залпами картечи с воздуха могут уничтожить любого противника на дальних подступах. Пилотируемые вертолеты тоже есть. Рабов ловят с воздуха. Господи, и это придумано более столетия назад? Этакое соединение Менло-парка Эдисона, Кремниевой долины, Спарты, ЮАР времен апартеида и Третьего рейха? Причем с дронами наших дней!
«…Это был очень странный город Он стоял на равнине, на правом берегу Тафасассета, реки, совершенно высохшей до того дня, когда воля Гарри Киллера наполнила ее проточной водой; город имел форму правильного полукруга и насчитывал ровно тысячу двести метров с северо-запада на юго-восток, параллельно течению реки, и шестьсот метров с северо-востока на юго-запад. Его площадь, достигавшая, таким образом, пятидесяти шести гектаров, была разделена на три неравные части, окруженные концентрическими неприступными глинобитными стенами высотой в десять метров и почти такой же толщины у основания.
Непосредственно у берега реки, которую Гарри Киллер назвал Ред Ривер, первая секция была очерчена радиусом в двести пятьдесят метров. Бульвар шириной в сто метров, соприкасающийся в двух местах со второй секцией и идущий по берегу реки, пока не встречался e третьей, значительно увеличивал площадь секции, которая достигала семнадцати гектаров. В первой секции обитала аристократия Блекланда, которую со зловещим юмором называли Веселыми ребятами.
За исключением нескольких человек, призванных на более высокие посты, компаньоны Гарри Киллера в момент, когда он основал город, составили зародыш корпуса Веселых ребят. Вокруг первоначального ядра собралась кучка бандитов, сбежавших из тюрем и с каторги, которых Киллер привлек, обещая безграничное удовлетворение их преступных инстинктов. Вскоре число Веселых ребят достигло пятисот пятидесяти шести, и это число не должна было превышаться ни под каким предлогом.
Обязанности Веселых ребят были многообразны. Организованные на военный лад, управляемые полковником, пятью капитанами, десятью лейтенантами и пятьюдесятью сержантами, которые соответственно командовали пятьюстами, сотней, пятьюдесятью и десятью людьми, они составляли армию Блекланда. Война, которую они вели, заключалась в разграблении убогих деревушек и в убийстве тех обитателей, которых не уводили в рабство. Веселые ребята, кроме того, составляли городскую полицию и при помощи ударов бича и револьверных выстрелов управляли невольниками, на которых были возложены все без исключения работы и особенно сельское хозяйство. И, кроме всего, из них же набиралась стража Господина, слепо выполняющая его приказы.
Третья секция, самая удаленная от центра, представляла полукольцо длиной в тысячу шестьсот метров, шириной в пятьдесят метров, оба конца которого примыкали к первой секции и к Ред Риверу; оно тянулось по окружности города, между наружной стеной и второй секцией, где были заключены рабы. В третьей секции обитали под общим названием Гражданского корпуса белые, не вошедшие в первую секцию. В ожидании, пока освободится место в корпусе Веселых ребят (а это случалось нередко, потому что зверские нравы Блекланда приводили к частым стычкам), они «проходили стаж» в Гражданском корпусе, который можно было, таким образом, рассматривать, как чистилище, а за ним следовал рай — корпус Веселых ребят.
Чтобы существовать, члены Гражданского корпуса занимались торговлей, так как только Веселые ребята содержались Господином на казенный счет. Секция Гражданского корпуса была коммерческим кварталом города, там Веселые ребята находили за деньги любые товары, вплоть до самых изысканных предметов роскоши. Товары покупались торговцами у Господина, добывавшего их или грабежом, или, когда речь шла о предметах европейского происхождения, такими способами, о которых знало лишь его непосредственное окружение.
В момент, когда Блекланд появляется в нашем рассказе, третья секция насчитывала 286 обитателей, среди них было 45 белых женщин, стоивших не более, чем их сограждане-мужчины.
Между первой и третьей секциями была вторая, площадь которой достигала 31 гектара, занимавшая все остальное городское пространство. Это был квартал рабов, число которых достигло тогда 5 778, из них 4 196 мужчин и 1 582 женщины. Здесь они и обитали за немногими исключениями. Здесь были их хижины. Здесь протекала их печальная жизнь…»
Но самая интересная для меня лично часть Блэкланда существовала особо. Вчитаемся в строки Верна или его сына:
«…Но кварталы правого берега, которые мы только что кратко описали, не составляли всего Блекланда. На левой стороне Ред Ривера, на берегу, образовавшем холм вышиной до пятнадцати метров, городская стена продолжалась вдоль реки прямоугольником длиной в тысячу двести метров и шириной в триста метров. Эта вторая часть города, немногим уступавшая по величине первой, так как ее площадь достигала тридцати шести гектаров, разделялась пополам высокой поперечной стеной.
В одной половине, расположенной на северо-западном склоне холма, находился публичный парк — Крепостной сад, соединенный Садовым мостом с секциями Веселых ребят и Гражданского корпуса. В другой половине, на вершине холма, находились жизненные центры города.
В северном углу, смежном с парком, поднималось обширное четырехугольное сооружение, окруженное уступчатой стеной; северо-восточный фасад его высотой около тридцати метров, круто обрывался у Ред Ривера — это был дворец, как его обычно называли, — в нем жили Гарри Киллер и девять его старинных компаньонов, возведенных в сан советников. Странные это были советники, которых скорее следовало назвать сообщниками преступлений их главаря.
Странные советники! Их главной обязанностью было проверять, выполнены ли приказы и безапелляционные приговоры никому не доступного и почти невидимого властелина.
Другой мост, заграждаемый на ночь крепкой решеткой, Дворцовый мост, соединял местопребывание Киллера с правым берегом. К дворцу примыкали две казармы: одна — для дюжины рабов, выполнявших обязанности слуг, и для полусотни негров, выбранных из числа тех, кого природные инстинкты влекли к жестокости, и составлявших Черную стражу; другая — для сорока белых, отобранных по тому же принципу, которым доверяли управление сорока летательными машинами, называемыми в Блекланде планерами.
Удивительное изобретение гениального мозга, эти чудесные машины, благодаря усовершенствованиям, о которых вскоре будет сказано, пролетали безостановочно пять тысяч километров со скоростью четыреста километров в час. Вездесущием, которым, казалось, обладали пираты Блекланда, они обязаны были планерам, позволявшим исчезать немедленно после совершения преступлений; на них же основывалось и деспотическое могущество Гарри Киллера…»
«…В самом деле, посредством страха Киллер управлял неведомой империей, столицей которой был Блекланд; посредством страха он установил и поддерживал свою власть. Тем не менее самодержец предвидел возможность мятежа белых или черных подданных. Из благоразумия он построил дворец таким образом, что он господствовал над городом и держал под угрозой пушек жилые кварталы, сад, казарму. Всякое возмущение было бы сигналом ко всеобщему избиению, и мятежники не имели бы возможности убежать. Пустыня представляла непроходимый барьер, и читатель скоро увидит, что, раз попав в это логовище, нужно было отказаться от всякой надежды выбраться из него.
Вдобавок ко всему, Блекланд содержался в чистоте и обладал всевозможными удобствами. Не было у Веселых ребят или в Гражданском корпусе ни одного жилища без телефона. Не было улицы, дома, даже невольничьей хижины без водопровода и электричества.
В окрестностях города, основанного десять лет назад среди пустыни, превращение было еще чудеснее. Песчаный океан, окружавший его повсюду, начинался теперь лишь за несколько километров от городских стен. В непосредственной близости к городу пустыню до самого горизонта сменили поля, возделываемые по наиболее совершенным методам, где год от году лучше росли растения Африки и Европы.
…Нет, Гарри Киллер не владел никаким сверхъестественным могуществом и, предоставленный собственным силам, неспособен был бы осуществить такие чудеса. Но Гарри Киллер был не один. Дворец, где он обитал с теми, которых называл советниками, казармы Черной стражи и ангары для планеров занимали лишь меньшую часть последней секции Блекланда. Среди обширного свободного пространства там были еще строения, целый город, заключенный в первом; постройки, дворы и внутренние сады его занимали девять гектаров. Против дворца возвышался завод. Завод был автономным, независимым городом, который Господин снабжал средствами, который он уважал и которого, не признаваясь в этом даже самому себе, немного побаивался. Он только задумал город, но создан был этот город заводом, завод снабдил его и новейшими усовершенствованиями и сверх всего необычайными изобретениями, о которых Европа узнала лишь на несколько лет позже Блекланда.
Завод имел душу и тело. Душой завода был его директор. Телом — сотня рабочих разных национальностей, преимущественно французов и англичан, избранных среди лучших представителей своих профессий и привлеченных сюда могуществом золота. Каждому из них платили жалованье министра, но зато они должны были подчиняться непререкаемым законам Блекланда.
Среди рабочих были представители всякого рода профессий, но большинство составляли сборщики машин. Некоторые из них были женаты, и в описываемую эпоху истории Блекланда завод насчитывал двадцать семь женщин и небольшое количество детей. Эти честные рабочие, представлявшие странный контраст с остальными обитателями города, жили на заводе, выходить откуда им было раз навсегда строго запрещено. Да если б они и захотели выйти, они не могли бы этого сделать, так как Черная стража и Веселые ребята день и ночь бдительно надзирали за ними. Вдобавок они были предупреждены об этом при найме, и никто не пытался нарушить правило, объявленное при поступлении на работу. В обмен за огромную заработную плату рабочие были отрезаны от мира на все время пребывания в Блекланде. Они не только не могли выходить с завода, но даже не могли никому писать и получать письма извне. Таковы были условия найма…»
«Рабочим невозможно было узнать и даже заподозрить, какой образ жизни ведут обитатели города, о котором у них не было никаких сведений; они лишь в крайних случаях покидали завод — этот маленький уединенный городок. Они жили там в своем кругу; девять невольников и невольниц, пленники, как и они сами, помогали женщинам в домашних заботах. В конце концов, они были счастливее, чем на родине, настолько увлекаясь работой, что иногда не бросали ее вплоть до ночи.
Единственным начальником рабочих был их директор, француз Марсель Камаре, и они были недалеки от того, чтобы считать его богом. Марсель Камаре был единственным обитателем завода, который мог свободно из него выходить и бродить по улицам или в окрестностях Блекланда. Он пользовался свободой, и гулял повсюду, однако из этого не следовало заключить, что он лучше подчиненных знал обычаи города, самое название которого было ему неизвестно.
Один рабочий спросил его однажды об этом. Камаре добросовестно подумал и, к большому изумлению подчиненного, ответил:
— Честное слово… Я не знаю…
И в самом деле, он не позаботился осведомиться о такой «мелочи». Он об этом и не думал, пока ему не задали вопрос…
…Десять лет назад обстоятельства свели его с Гарри Киллером. В это время мечтой Камаре был удивительный аппарат, способный, по словам изобретателя, вызывать дождь: одна из химер Камаре. Он охотно рассказывал о своей мечте всякому, кто хотел слушать. Узнал и Гарри Киллер об этом изобретении, тогда еще существовавшем только в теории. Но в то время как другие слушатели лишь смеялись над подобными глупостями, Гарри Киллер принял их всерьез и основал на них проект, который позже осуществил.
Гарри Киллер был бандитом, но бандитом с широким размахом, — он понял, как много может получить от непризнанного гения. Случай отдал Камаре ему во власть, он блеснул перед глазами ученого осуществлением его мечтаний, увлек в пустыню, где потом поднялся Блекланд, и сказал ему: «Пусть здесь идет обещанный дождь!» И дождь послушно начал идти.
С тех пор Камаре жил в постоянной лихорадке. Все его несбыточные мечты осуществлялись одна за другой. Все химеры осуществлялись на деле. После машины, вызывающей дождь, появились сотни других изобретений; Гарри Киллер получал от них выгоду, а их творец никогда не беспокоился о том, как они применяются.
…Гарри Киллер хотел дождя, и Камаре сделал дождь. Гарри Киллеру нужны были земледельческие орудия, и Камаре создал усовершенствованные механические плуги, сеялки, пропалыватели, косилки и молотилки, которые пахали, сеяли, пололи, косили и молотили без автономных источников энергии. Гарри Киллер потребовал летающие машины, и Камаре дал ему планеры, способные покрывать пять тысяч километров со скоростью метеора…»
Ну а дальше в книге появляются вооруженные вертолеты-беспилотники…
Для 1905–1919 годов — это поистине тень из Будущего, зловещая тень из XXI столетия. Теперь представьте себе такую картину: хозяева Америки добились успеха в осуществлении нынешнего грандиозного плана. США остались единственной державой на острове среди океана хаоса, распадов, смут и гражданских войн, всеобщего озверения и одичания. Нехватка пресной воды, наступление пустынь, сокращение плодородных земель, огромные гиблые мегалополисы — вот язвы и недуги мира. Устоял ли Китай? Может быть. Тогда он и Америка правят миром сообща.
Америка прошла новую индустриализацию, породила Мир Роботов и Новой Энергии, она отгородила свою североамериканскую метрополию с общим населением под полмиллиарда душ протекционистскими барьерами. Правящая каста нового мира обрела Курцвейлево физическое бессмертие (или многовековую жизнь), превратившись в новую расу — высших и сверхразумных. Благо этому споспешествовали успехи в биомедицине, нанотехе и вычислительной технике.
Высшая раса живет именно в таких «блэклендах». Но если в Метрополии соблюдаются какие-то приличия, и рядовые подданные Североамериканской империи еще заняты на строительстве коммуникаций, на облагораживании лесов и создании великолепных ландшафтов; если часть их составляет отлично вооруженную армию Империи и ее флот, то между нею и Поднебесной лежат, по сути, дикие поля, где никаких ограничений и приличий не существует. Территории бывших СССР, Афганистана, Индии, Ирана, Турции, Междуречья, государств Ближнего Востока, Евросоюза… Та же Африка, и черная, и арабская. Огромная Южная Америка. Все это населено одичавшими, деградировавшими людишками, выживающими в трущобах на месте некогда горделивых мегаполисов и в деревнях с натуральным хозяйством. Новому миру не нужно ни столько же сырья, как сегодня, ни стольких рабочих рук, пускай и самых дешевых, неприхотливых. Это — лишняя биомасса, которую нужно сократить в числе. Попутно используя ее для удовлетворения самых низменных, самых садистских, самых сексуально-извращенных наклонностей господ.
Видите эти блэкланды нашего будущего? Те же боевые дроны-беспилотники. Конвертопланы, вертолеты и самолеты всех видов вместе с гибридными летательными аппаратами — потомками цепеллинов. Каждый «блэкланд» представляет собой еще и аэротрополис — в нем есть полноценная воздушная гавань. Все необходимое население «блэкландов» может получить по воздуху, любые продукты и комплектующие. На месте завода Камаре — белоснежные корпуса, в которых — и стереопринтеры, и умные обрабатывающие центры, и роботы. Там есть и порошковая металлургия, и производство нанотрубок, и вообще самых волшебных по качеству материалов. Здесь вообще можно создать все, чего душа возжелает. Прообразы таких производств будущего — Центр масштабного прототипирования в МИСиСе, что создает Владимир Пирожков.
Все это снабжается дешевой и чистой энергией, вырабатываемой то небольшими термоядерными реакторами, то установками LENR. Все жилища имеют доступ в Глобонет, все они — «умные». К услугам господ и их помощников — самые экологически чистые продукты, вкусная пища с целебными свойствами, системы полной переработки отходов. Биоинженерия позволяет создавать живое с заданными свойствами. Каста господ даже восстанавливает флору и фауну прошлого. Между их поселениями протянуты трассы наземного скоростного транспорта. Быть может, и задуманные Маском «гиперпетли» — модули, мчащиеся со скоростью самолетов в вакуумных тоннелях. А может, это — поезда-магнитопланы и эстакадные экранопланы.
Существуют и океанские варианты «блэкландов» — плавучие города в теплом поясе планеты. Представители расы господ могут легко перемещаться из наземных поселений в морские. Или перелетать в обширные зоны отдыха для избранных. Тут вам и пляжи из золотистого песка с пальмами, лазурно-прозрачными водами и купами тенистых пальм. С потрясающими по красоте закатами в Индийском океане. И живописные леса умеренного пояса. И даже тайга. Население планеты планомерно сокращается до максимум двух миллиардов душ. Голод, резня, контролируемые эпидемии косят ненужную биомассу с впечатляющей скоростью. А уцелевшие глядят на расу господ, как на богов во плоти. Никакого исламского террора «блэкланды» не боятся: в них нет никаких мигрантов, никто не может безнаказанно приблизиться к ним, не будучи уничтоженными боевыми роботами или ударами с орбитальных штурмовиков. Любое движение контролируется средствами космической, воздушной, наземной и подводной (акустической) разведки. Мусульмане могут взрывать лишь друг друга и пугать жителей деградировавших, обветшавших остатков старых городов на месте бывшего Евросоюза. Но кому интересны эти облупившиеся трущобы?
«Города богов», грозные, внушающие трепет и восхищение, недаром разбросаны по всей Гее-Терре. Ибо они выполняют еще одну важную функцию: поглощают излишки знати, спасают Империю от «элитного перенаселения». Они ослабляют борьбу за власть в имперских землях. Пусть многие тешат свои властолюбие, садизм и сладострастие в провинциально-колониальных усадьбах. В этом мире все старые религии, все эти христианство и магометанство, иудаизм и буддизм остались лишь у парий, у существ низших рас. Здесь и капитализма уже нет. Только не коммунизм пришел ему на смену, а новое, кастово-рабовладельческое общество. О чем Максим Калашников давно предупреждал…
К сожалению, у нас нет надежд на скорое расселение по иным планетам. Конечно, было бы здорово поступать, как древние эллины: их молодежь могла уходить на кораблях из старых, переполненных полисов на новые Земли — в Северном Причерноморье (нынешней Новороссии), на Сицилии и Южной Италии, в Ионии — на западном побережье Малой Азии. Когда-то так же поступали и на Западе, захватывая и осваивая колонии. Однако пока нам некуда уходить с планеты-метрополии.
Человек плохо приспособлен к дальним космическим перелетам. К великому сожалению, это правда. Конечно, дальняя миссия во Вселенной нынче — совсем не страдания, что приходилось переживать несчастным морякам Васко да Гамы на своих каравеллах или каракках при многомесячном плавании из Португалии в Индию, огибая Африку. Да, в космосе не придется пить тухлую воду, зажимая нос от ее ужасной вони. Героям космического пограничья-фронтира не нужно есть сухарную пыль, «благоухающую» крысиной мочой. По их сырым одеялам не станут ползать черви, их десны не распухнут от цинги настолько, что изо рта понесется зловоние и откусить пищу станет невозможным. Не потребуется срезать гниющую плоть с десен, промывая раны мочой. Белый космический комбинезон, чистота и свежий воздух, белоснежные коридоры умного космического корабля — может ли что-то разительно отличаться от гнилого, затхлого нутра парусных судов прошлого?
Но человек столкнется с другими напастями. Например, с космической радиацией. Откроем познавательный труд С.П. Уманского «Космонавтика сегодня и завтра» (1986 год). Пронизывая радиационные пояса Земли, команда космических путешественников подвергнется воздействию потоков протонов высоких энергий из внутреннего радиационного пояса (он простирается на расстояние до 10 тысяч километров от поверхности планеты). Врезаясь в оболочку корабля, они хотя и теряют энергию, но при этом попадают внутрь кабины. Вызывая в обшивке космического судна сложные ядерные реакции, в итоге коих возникают нейтроны и гамма-лучи, облучающие экипаж.
Дальше корабль попадает во внешний радиационный пояс Земли, где его хлещут потоки электронов. Они, конечно, не могут проникнуть сквозь стенки космического аппарата. Однако, тормозясь в его обшивке, они порождают гамма-излучение. Опять люди на борту облучаются!
А дальше — долгий перелет сквозь открытый космос. Здесь экспедиция сталкивается с океаном галактических космических лучей. От них нас хранят магнитное поле и воздушный океан матушки-Земли, до ее поверхности доходит не более одного процента космолучей. У людей в полете, скажем, к Марсу, такой защиты нет. Кораблю приходится лететь сквозь потоки быстрых заряженных частиц — протонов, ядер различных элементов, электронов. Какое действие они производят? Смотрим выше. День за днем, месяц за месяцем. Вроде бы, доза малая — 0,2 бэр в земные сутки. Но если учесть, что полет к Марсу и обратно продлится около трех лет, то доза облучения выйдет внушительная. Как вам лучевая болезнь вместо цинги?
Но это — в спокойный период. А если во время полета к тому же Марсу произойдут вспышки на Солнце? Каждая термоядерная вспышка на дневном светиле выбрасывает в пространство потоки частиц высокой энергии, лучи ультрафиолетовые и рентгеновские. Что будет с людьми на борту? При особо сильных солнечных вспышках экипаж за считанные часы может получить дозу облучения, близкую к смертельной! Да, питье тухлой пресной воды на борту каравелл, оказывается, не самая жуткая перспектива в жизни.
При полетах в Солнечной системе придется защищать экипаж от галактических космических лучей и от вспышек на нашем желтом карлике. Иначе даже несмертельные вроде бы дозы его способны повредить ДНК космонавтов, вызвать раковые болезни у экипажа. Экранировать экспедиционный комплекс привычными методами, слоем свинца? Скромненькое убежище на троих будет весить несколько тонн. Правда, в 2010 году американцы предложили пластик RXF1 как экранирующий материал. Уж не знаю, как планирует защищать свои команды Илон Маск, но советские ученые в 1980-е предлагали активную электростатическую защиту марсианских кораблей. Из двухслойной обшивки. Наружный слой должен быть заряжен положительно, отталкивая положительно заряженные частицы. Например, протоны или положительно заряженные ионы. Но зато она будет буквально притягивать к себе опасные электроны, обладающие отрицательным зарядом. На этот случай нужна вторая оболочка под первым слоем обшивки, заряженная отрицательно.
А еще придется защищать корабль электромагнитным полем. Так, чтобы положительно и отрицательно заряженные частицы, влетая в него, отклонялись в разные стороны. Но магниты тяжелы. И еще никто толком не знает, как повлияет на команду корабля жизнь в таком магнитном поле.
А поскольку на обеспечение всего этого — как и на собственные немалые потребности — кораблю потребуется ядерная силовая установка, то и от ее излучения экипаж тоже придется экранировать.
Кстати, пока еще электростатически-магнитная защита кораблей существует лишь в проекте. Прежде, чем она станет реальностью, нужно преодолеть множество технологических трудностей.
Но разве это — единственная опасность для экипажа? Вы не забыли о долгом пребывании в невесомости?
Человек тоже к ней не приспособлен. Пребывание в «мире-без-веса» аналогично долгому лежанию в больничной постели. Мышцы начинают слабеть, особенно ножные. Слабеет и сердце, поскольку ему приходится гонять по сосудам невесомую кровь (хотя массу она не утрачивает, но зато сердцу не приходится бороться с гравитацией, перекачивая кровь из нижней части тела в верхнюю, мы же — прямоходящие существа на Земле-то). Человек в невесомости словно дряхлеет. Да и кости становятся ломкими. Чтобы долго летать в том же околоземном пространстве на орбитальных станциях, космонавтам каждый день нужно тратить много времени, чтобы поддерживать себя и физическими упражнениями, и особой диетой. Кроме того, нужно носить специальные нагрузочные костюмы — советские «Пингвины» — со вшитыми в них резиновыми жгутами-амортизаторами. Ну как монахам в веригах ходить надо. Чтобы все время нагружать мускулы тела, не давая деградировать костно-мышечному аппарату. Мало того, нужны еще и «вакуумные штаны» — «Чибис». В них звездоплавателям тоже надо периодически влезать, из «штанов» откачивают воздух — и кровь отливает к ногам. Сердцу приходится прилагать усилия, чтобы перекачивать ее от ног в торс, руки и голову. Этакая замена силы тяжести получается.
А при долгом перелете на Марс нужно делать экспедиционный корабль очень сложным и громоздким. С вынесением жилых отсеков во вращающийся вокруг основного корпуса пояс. Чтобы центробежной силой заменить земное тяготение. Но собирать такой корабль придется на орбите, одним носителем и в готовом виде его на разгонную орбиту не вывести.
В общем, даже для переброски первопоселенцев на Марс понадобятся огромные усилия. Чтобы люди сошли на его поверхность не на подгибающихся, немеющих ногах, не задыхаясь от напряжения, без волос и зубов, выпадающих от облучения. Но даже в самом лучшем случае на Красную планету переселятся от силы несколько тысяч колонистов-фанатиков. Причем по сравнению с жизнью в марсианских базовых лагерях обитание на полюсе холода в Антарктиде при -80 покажется отдыхом в подмосковном пансионате. Во всяком случае, в Антарктиде есть и воды вдоволь, и, самое главное, — земная атмосфера. А на Марсе — разреженная углекислота, атмосферное давление сродни тому, что у нас — на высоте 30 верст, и ночные холода как антарктические морозы. Да еще и пыльные бури.
Других вариантов колонизации иных небесных тел в Солнечной системе нет. Из планет земной группы более или менее пригоден для колонизации Марс. Раскаленная Венера исключена, равно как и Меркурий. Жить на спутниках газовых планет-гигантов? Это — дело еще более далекого грядущего. Да и расположены спутники Юпитера или Сатурна, прямо скажем, не в самом благоприятном секторе нашей планетной системы. Слишком мало солнечного тепла туда доходит.
Чтобы жить на «седьмом материке», Луне, также нужны громадные затраты — чтобы построить подлунные пещеры-города. Больше, чем несколько тысяч человек, туда не перебросишь. В общем, вновь остаются нам холодные и пыльные марсианские равнины. Превратить Марс в подобие Земли, создать ему плотную воздушную атмосферу (пускай и не такую густую, как у нас дома) и перебросить на Красную планету часть ледникового щита Антарктиды, как в «Фаэтах» Казанцева? Боюсь, до такой стадии развития технологий мы дойдем лишь через пару столетий. Да и само терраформирование Марса займет еще столько же. Для нашей же истории и один век — много. Сколько потрясающего воображение прежних поколений стряслось в ХХ столетии, через какие опаснейшие кризисы тогда пришлось пройти роду людскому? Век нынешний тоже выйдет опасным и бурным.
Строительство в космосе огромных искусственных «эфирных островов», огромных космических станций-городов? Нет, тоже не то, пускай даже источником стройматериалов для таких внеземных ковчегов и послужат астероиды. Это все равно, что сейчас уходить на судах в океаны и жить на качающихся палубах. Да и стоимость создания космических суперкораблей-поселений неописуема. Во сколько обойдется создание «жизненного пространства» для одной души в дальнем космосе? Даже подумать страшно. В лучшем случае, так жить смогут всего несколько тысяч отчаянных душ, породив нечто вроде космических монастырей.
К чему я речь веду? Да к тому, что нам еще столетиями придется обитать на Земле. Пока мы не сможем быстро летать на многие световые годы от своего планетарного дома, отыскивая у других звезд планеты с водой и атмосферой, похожей на земную. Космическую экспансию никак не назовешь делом близкого будущего. Жить пока придется на Земле. На тесной, уже перенаселенной планете. Там, где теплеющий климат вызывает нашествие гигантских медуз Номуры, поедающих зоопланктон в Тихом океане. Там, где аргентинские муравьи захватывают Европу, а в нашей матушке-России все больше распространяются энцефалитные клещи, где продвигаются на север природные носители чумы. На Земле, где все меньше хватает и плодородной земли, и пресной воды. Где все больше жестокости, крови и мракобесия.
Так что мечтам о том, что мы сможет ступить на неведомые долы иных миров, увидев на горизонте загадочно-синие горы и ломкие очертания руин нечеловеческих городов, еще долго быть лишь мечтами. Нет, человек не должен отказываться от космических полетов! Хотя бы для того, чтобы остаться человеком, а не деградировать в дебила-потребителя или во «вторичного варвара». Дальние миссии принесут нам создание совершенно прорывных технологий. Мы можем найти корабли и старые экспедиционные лагеря иных цивилизаций где-нибудь на Селене, на Марсе или на спутниках планет-гигантов, обнаружив совершенно чудесные технологии.
Нам еще очень долго придется устраивать свою жизнь прежде всего на Земле. И если мы не хотим жить в мире «черных футурополисов» от Великой Глобалии, то нужно создавать светлые авророполи и футурославли Третьего проекта Максима Калашникова.
Как сказал один из моих друзей, Соединенные Штаты тоже ожидают нелегкие времена. В самом-то деле: роботизация и создание индустрии Шестого техноуклада (или индустрии-4.0, как говорят на Западе) в трехсотмиллионной стране объективно рождает проблему огромного излишнего населения. Роботы заменят не только промышленных рабочих, но и сервисных, обслугу. Вот уже «Амазон» применяет на складах автоматических грузчиков и сортировщиков. Даже в сельском хозяйстве идут пробы тракторов-автоматов и роботов-полевых работников.
Какая же участь отводится тем десяткам миллионов граждан, что неизбежно окажутся не у дел? Ведь не уморят же их голодом, в самом-то деле, не отправят в храмы Нежной Смерти, как в антутопии Ивана Ефремова.
Максим Калашников давно ломал голову над этой загадкой. И вот что получается. Аналог муравейника. Или древнеегипетского социума. Обратите внимание на две отчетливые тенденции в политике западной элиты. Во-первых, она усиленно портит образование, порождая легионы слабоумных, узкоспециализированных особей, больше всего смахивающих на насекомых. Во-вторых, она усиленно насаждает социальные сети, вовсю разглагольствуя о создании неких «коллективных разумов». А на самом деле — аналогов таких коллективных существ, как пчелиный улей или муравейник. Социальные сети становятся средством управления массами простейших, дебилизированных.
Тогда все логично. Итак, основная часть граждан превращается в подобие насекомых с разной специализацией. В немыслящую прислугу при небольшой касте господ. Если брать Блэкланд Жюля Верна — так это аналог черных рабов и белых работников. «Муравьи» должны обслуживать небольшую касту господ. А вот сами господа не только получают нанобиотехнологическое бессмертие, но и невиданно расширенные возможности головного мозга. Техногенная гениальность сопрягается с физическим бессмертием. Оно варьируется — от продления обычной «углеводородной» жизни господина до полутора-двух веков до переселения сознания в искусственное тело. Если последнее, конечно, получится. Но даже первая стадия коренным образом изменит все вокруг: и политику, и экономику, и культуру. Массы опримитивленных двуногих насекомых станут служить касте-расе господ, превосходящих простых смертных так же, как какие-нибудь древние боги. Проблема лишнего населения планеты решается его «бархатным» уничтожением.
Такая модель общества здорово напоминает социум Древнего Египта. Когда миллионы специализированных двуногих работали для того, чтобы обеспечить элиту — жрецов и администраторов-вельмож. Что, в общем, логично — ибо преклонение и трепет перед египетским государством-мегамашиной давным-давно стали частью западной интеллектуальной традиции. Еще с XIX столетия. Только теперь идеал сей позволяют осуществить технологии, невиданно шагнувшие вперед. Оглупление основной массы населения компенсируется развитием умственных способностей у расы господ, и совершенно не зря сегодня на Западе бурно развивается нейронаука. Запад открывает тайны работы человеческого мозга.
Столпы и тузы Соединенных Штатов давно действуют в этом «египетском» направлении. Если вы читали трилогию «Третий проект», то наверняка помните и о «Золотой заре», и о Манхэттенском круге начала прошлого века. Не стану повторять расхожих истин о Бильдербергском клубе. В Соединенных Штатах уже в пору Гражданской войны 1861–1865 годов богатые финансисты начали строить закрытую сеть за спиной официального государства. Чтобы управлять обществом по-настоящему, дергая за ниточки марионеток-политиков и не завися от каких-то там партий или парламентской шелупони.
Именно в ходе той войны на Севере, в поддержку президента Авраама Линкольна, возникает Лига союза. Клуб «элиты элит», замкнутый клуб всемогущих, денежной знати. В него входил, например, знаменитый Джон Пирпонт Морган. Кого допускали в Лигу союза? Богачей с высоким общественным положением — раз. Умных людей, писателей, мыслителей и художников — два. Подающих большие надеж ды молодых людей, коих необходимо привлекать и воспитывать. Особенно ту богатую молодежь, которая еще не понимает, какое место она может занять в американском обществе. Это — три[35].
Хотя речь идет о 1860-х годах, зародыш социальной «расы господ» уже есть и со вполне законченной философией. Полтора столетия спустя формирование «расы господ» идет намного интенсивнее. Причем расы теперь уже и биологически отдельной от подвластных. Теперь ей не нужно слишком большое число подданных на сей Земле.
Военное господство небольшой «расы избранных» обеспечивают футуристические виды вооружений, коим не нужны массовые армии ХХ века. Это не столько ракетно-ядерное оружие массового поражения, сколько сонмища разнообразных боевых роботов и средств неядерного поражения высокой точности, орбитальные бомбардировочные системы и биологическое оружие избирательного действия. Авиакосмический флот завтрашнего дня и гиперзвуковые крылатые ракеты — вот основа военного господства Великой Глобалии.
Насаждается новая мораль, новая этика — «полной прозрачности». Миллионы идиотов сами расскажут о себе все в Интернете, задокументируют каждый свой шаг, показав даже собственную интимную жизнь. Миллионы камер наблюдения позволят осуществлять тотальную слежку. Сверхмощные системы распознавания лиц и обработки данных позволят управиться с делом, казавшимся немыслимым еще в 1980-е. «Прозрачное» стадо будет вести себя абсолютно предсказуемо, исправно реагируя на нехитрые приемы манипуляции им. А все «нестандарные» и ведущие себя «не так», все имевшие проблемы с законом, будут помечены. Любое поведение, отклоняющееся от новых норм — слишком эмоциональная речь, слишком необычное поведение — моментально будут засекаться системами слежения.
Мне скажут, что такой строй — уже никак не капиталистический? Да. Ибо сама верхушка капитализма знает, что время этого строя прошло, что его нужно трансформировать в нечто иное. Ибо в противном случае произойдет катастрофический слом. Только наивные считают, будто господствующий класс при капитализме интересует лишь прибыль. Власть — вот что интересует господ всегда и везде! Просто в XIX и XX веках власть обеспечивалась с помощью прибылей и денег. Но уже во второй половине минувшего столетия элита Запада все шире стала применять все более и более «нематериальные» инструменты господства. Такие, как управление мышлением, вкусами, представлениями низов. Пропаганда сменилась гораздо более тонким контролем над мозгами, искусством управления.
Вы резонно возразите мне: «Однако даже в человеческих муравейниках при роботизации образуется тьма тех, кто не нужен ни в каком качестве. Ни в роли рабочих (они не нужны в мире тотальной роботизации), ни как солдаты (дроны и роботы делают ненужными массовые армии). Как эту проблему будут решать новые-старые господа?»
Да они уже 20 лет назад сказали, что в обществе будущего 80 % людей — лишние. И эти 80 % попадут под политику «титтитейнмента», как назвал ее в 90-е Збигнев Бжезинский. То есть кормления и развлечения. Западные социоинженеры решили, что излишняя популяция должна получить гарантированный доход — некие ежемесячные выплаты. А тратить эти пособия «лишние дебилы» должны на развлечения, им щедро поставляемые.
В принципе, это — всего лишь повторение той политики, что цезари поздней Римской империи вели в отношении римской черни, люмпен-пролетариата. Если вы помните, то римская чернь не желала ни трудиться, ни идти в армию. Императоры ублажали ее раздачей месячных пайков зерна и устройством для нее цирковых развлечений. Самых извращенных — с убийствами людей и диких зверей, с изощренными пытками и казнями.
Та же самая практика будет применена и в отношении пресловутых 80 % населения на том же Западе. Колизея строить не надо, равно как и учинять на его арене гладиаторские бои или сдирание с людей кожи заживо. Зачем? Есть огромный мир виртуальных игр, завтра — уже с полным погружением. Вы посмотрите на то, как уже сейчас миллионы на пространстве погибшего СССР сутками напролет сидят в «Мире танков». А теперь представьте, что сотни миллионов окажутся погруженными в огромные иллюзорные миры. На любой вкус. В них каждый может стать кем угодно, ощущая буквально все, что можно. В таких мирах можно тешить любые страсти — от самых возвышенных до самых низменных. Вплоть до садизма. При этом в материальном мире такие игроки превратятся в хилые, атрофированные тела, погруженные в специальные депривирующие ванны в теплой соленой водой. Тела сии будут питаться специальными кашицами, вводимыми через зонды прямо в желудок.
Отличное решение проблемы! Ведь римским цезарям даже не снились такие возможности. Люмпены в Империи все равно продолжали плодиться: надежной контрацепции не имелось. А в варианте переселения массы «лишних» в игровые миры даже противозачаточные средства не понадобятся. Ведь ушедшие в вечный виртуал не будут иметь никаких семейных уз и никаких сексуальных отношений, кроме виртуально-симуляционных. Оргазмы у них будут искусственными. Да вы сейчас с дамами из чатов пообщайтесь: нынешние интернет-мужчины все больше предпочитают «виртуальный секс» и онанизм, нежели реальные знакомства и свидания. Ибо нормальные отношения — это затраты времени и душевных сил, необходимость завоевывать сердца женщин и самого себя держать в форме, при этом нормально зарабатывая. А в виртуальных мирах секс — сразу, с ходу, без всяких усилий. Во всех формах с изощрениями. И тело у тебя — без усилий идеальное. А в играх ближайшего будущего прямой контакт мозга с компьютером да умелое применение специальных веществ дадут полную иллюзию реальности.
Кто-то будет проводить время в виртуальных интригах, борьбе за власть и сексуальных оргиях. А кто-то будет до бесконечности переигрывать, например, Вторую Мировую. Или Гражданскую — хоть американскую 1861–1865 годов, хоть русскую начала ХХ века. А кто-то погрузится в мир завоеваний Бонапарта. Кто-то — в мир Столетней войны. Хочешь уйти во времена морских походов сэра Дрейка? Нет проблем. Желаете быть пиратом Карибского моря времен расцвета Порт-Ройяля? Регистрируйтесь и играйте. И так далее.
Такая политика за какие-то 70 лет позволит решить проблему лишнего населения в бывших странах «свободного мира». Умерших от старости будут просто забирать из ванн-ячеек. Потомства у них не будет. А весь остальной мир, периферия нищеты, войн и одичания, будет сокращаться с помощью голода, резни и эпидемий. За два-три поколения можно выкосить несколько миллиардов «лишних» голых обезьян. Особенно если эпидемии учинять с помощью хитро сконструированных вирусов. Ибо у новых дикарей, лишенных науки и передовой медицины, не окажется никаких средств защиты от такого геноцида. На освобожденных территориях можно ставить все новые и новые «блэкланды». Футуристические поселения расы господ. Ядром же Великой Глобалии останутся укрепленные, техногенные Соединенные Штаты.
Никакие ярые мусульмане не смогут создать океанских флотов, чтобы угрожать Метрополии, сей кузнице знаний, технологий, богатств и военной силы. Мусульмане не сумеют создать космического оружия. Ракеты с ядерными боеголовками? Метрополия сможет упреждающими, снайперскими ударами крушить любые нежелательные ей центры обогащения урана и наработки оружейного плутония, любые заводы по производству баллистических ракет. Ну а если где и сбой выйдет — так поможет развитая система ПРО. Она уж сумеет отразить удар даже парой десятков межконтинентальных ракет.
Опасаться сопротивления изнутри не приходится. Рабочего класса, способного на такие же опасные выступления и забастовки, как в первой трети ХХ века, больше нет. Новая индустрия будет крайне малолюдной. А обычный «постиндустриальный» обыватель бессилен, разобщен, переменчив в настроениях и податлив на манипуляции. Разве не кончились пшиком акции «Займи Уолл-Стрит» в 2009 году, несмотря на обилие красных знамен?
Ну а дальше можно спокойно дожидаться появления технологий, годных для путешествий во Вселенной.
Таков мир, конструируемый уже сегодня нашим Онтологическим Врагом. Сможем ли мы породить альтернативу этому победоносному Злу?
Да. Создав цивилизацию добрых русских футурополисов. И даже здесь чужие цивилизации дают нам ценные подсказки. Хотя — почему только чужие? Свое ведь надо ценить! Русы прежних времен отнюдь не были глупыми…
Неолиберальные уроды пытаются внушить нам, будто достойная жизнь возможна лишь в бетонных джунглях мегалополисов, в «человейниках» с населением по 10–15 миллионов каждый. Мол, остальное — это провинциальная ограниченность деревень и маленьких городков. Полная чушь! Громадная, нездоровая скученность двуногих в мегаполисах не только убивает человеческое в людях, не только расправляется с рождаемостью коренного народа — она еще и смелость мысли душит. Ибо в «человейниках» идет усреднение людей, превращение их в стадо жвачных, мыслящих шаблонно и зашоренно. А это — смерть для дерзкого научно-технического и социального развития.
Альтернатива чудовищным мегалополисам, этим огромным «человекоубойным машинам», — города-сады.
Будем справедливыми: впервые в Новой истории не русские, но западные мыслители-архитекторы попытались противопоставить городам-«человейникам» концепцию органических и гармоничных городов-садов. Хотя попытки эти и оказались преждевременными.
Первым стал британец Эбенизер Говард в 1898 году. Именно он, восстав против антисанитарии, социального дарвинизма и негуманности современных ему городов, предложил концепцию поселения нового типа. Где городские удобства совмещены с прелестями жизни на природе.
«Идеальный город, или «город-сад», согласно английскому журналисту и социологу, — это небольшое поселение с окружающим его сельскохозяйственным поясом. В соответствии с описанным в книге проектом численность населения нового города должна была составлять 32 тысячи жителей. Города должны были образовывать более крупные группы с единым центром. Общее население такого «созвездия» городов должно было составлять порядка 250 тысяч жителей…»
«…Форма города — круг. Площадь города — 1 000 акров, площадь сельскохозяйственного пояса — 5 000 акров (общая площадь города 6 000 акров). Город пересекают 6 бульваров (шириной 120 футов), деля его на 6 равных секторов. Центральная площадь — место пересечения бульваров — круг площадью 5,5 акра (также сад), который окружен общественными зданиями: ратуша, библиотека, музей, больница и др. Центральный сектор окружает стеклянная галерея — общественный парк со спортивными площадками площадью 145 акров. Сам Crystal Palace — также часть парка, крытая. Здесь проводятся выставки, идет и торговля. При удалении от центра увеличиваются концентрические кольца зданий (каждое окружено дополнительной территорией земли, плотной застройки нет)…»[36]
«Застройка идеального города, по Говарду, должна быть следующей: 5 500 участков размером 20 на 130 футов. Муниципалитет контролирует линию фасадов, чтобы улицы были проницаемыми и ровными, в остальном поощряется проявление творчества в оформлении домов.
Grand Avenue — зеленый пояс 420 футов шириной (по сути, парк площадью в 115 акров). Сюда выходят здания: школы, детские площадки, церкви — внутри пояса, а административные здания, выходящие к авеню, имеют форму полумесяца.
На внешнем кольце города — фабрики, склады, маслодельни, рынки, угольные дворы, дворы древесины и т. д., выходящие на железнодорожные пути (для экономии на транспортировке товаров в центр города и разгрузки внутригородских магистралей, что снижает в конечном итоге стоимость обслуживания дорог). Все промышленное оборудование работает на электричестве, что спасает город от загазованности.
Земля вокруг города не принадлежит частным лицам и, следовательно, не может быть застроена при резком росте численности его населения. В городе, по идее автора концепции, формируется гражданское общество, которое оберегает эти земли от застройки. Единственный способ вырасти для такого города — «выплеснуться» городом-спутником за пределы сельскохозяйственного пояса. Спутники соединяются с центральным городом сетью железной дороги. В конечном итоге вокруг главного города формируется кольцо из спутников. Глобально — формируется гексагональная система расселения определенного района.
Цель всего этого — достижение максимально высокого уровня качества жизни в городах-садах…»[37]
Идеи Говарда оказали глубочайшее влияние на градостроение ХХ века. Они вдохновляли постройку заводских поселков у заводов Форда — и авторов советской концепции агрогородов в 1970-е. Идеи Говарда можно найти и в уникальном районе Москвы, в поселке Сокол сталинских времен, с его домами на одну семью. Но британец опередил свое время: тогдашние технологии еще не позволяли полностью воплотить красивую идею. Не хватало ни Интернета, ни новых видов транспорта, ни высокой автоматизации производств.
Вторую попытку в новой истории предприняли… в Третьем рейхе. Его идеологи не жалели критики по поводу уродливой урбанизации больших городов («нация рождается в деревнях, но умирает на асфальте больших городов»). Взамен немцы тех времен предложили не архаику (всех, на манер Камбоджи Пол Пота 1975–1979 годов, в деревни к мотыгам), а в виде тканевой урбанизации. Она очень сильно напоминала идею Э. Говарда — создать россыпь поселений нового типа, связанным автобанами и железными дорогами. Старые города, теряя часть населения, остаются как культурные ядра, очаги деловой жизни, общения и развлечений, образования и науки.
Эта мечта вдохновляла еще Готфрида Федера в Третьем рейхе. Он еще в 30-е мечтал о поселениях, где снято противоречие между городом и деревней. Причем его наработки вполне актуальны и сегодня. Они и сейчас вдохновляют западных урбанистов.
С 1934 года Федер разрабатывал идею «нового города». Итак, это — поселение до 60 тысяч душ населением, стоящее в живописном месте, среди природы. Но — с электричеством, водопроводом и канализацией, со всеми благами цивилизации. В центре мыслились общественные здания. Только 20–30 % населения здесь обитают в многоэтажных домах на условиях социального найма. Все остальные имеют собственные дома. Либо один дом приходится на две семьи[38].
Сам немецкий футурополис разделялся на ячейки примерно по 3 500 человек: «новый город» Федера мыслился полицентричным. Каждая ячейка имела собственный общественный центр, школу, дом гитлерюгенда, рынок, площадку-форум для общественных мероприятий. Убери нацизм — и получишь прямо-таки идеальное устройство для местного самоуправления! Ячейки-районы управляют своими делами, формируя городской Совет. Люди-домовладельцы, имеющие отличные заработки мужчины, отцы трехдетных семей — ребята и ответственные, и вооруженные. Они с радостью воспринимают нужные инновации для городского хозяйства. Хоть те же вечные полимерные или керамические трубы, хоть установки полной переработки отходов. Никакие чиновники не могут тут раздуть себестоимость ремонта или наводнить город узбеками: футурополиты не позволят. Ибо они все видят. Они здесь — власть.
Империя могла состоять из вот таких самоуправляемых поселений, связанных между собою сетью автобанов. Прекрасный проект для наших дней — особенно если дополнить его легкой авиацией и перспективными видами скоростного грузо-пассажирского транспорта. Империя русского будущего могла бы состоять из очень сильной центральной власти, что опирается вот на такие сильные муниципии. А власть регионального уровня здесь сильно слабеет. Исключается сепаратизм. Зачем футурополитам промежуточное звено в виде губернатора? Его функции ограничены только тем, что действительно необходимо в региональном разрезе.
«Тканевый полис» (назовем его так) Г. Федера сосредотачивал самые высокие здания в своем центре, понижаясь к окраинам. Он был круглым, концетрическим в плане. Его тоже, как и у Э. Говарда, опоясывал агропромышленный пояс, кормивший поселение, занятое передовым производством. Полис делился на четыре сектора — осями «север-юг» и «запад-восток». На западном конце «новограда» проектировались зеленые насаждения, площадки для отдыха, спортивные сооружения, дом молодежи. На восточном конце планировалась индустриальная зона, вокзал и гидротехнические сооружения. На пересечении осей возникал административный центр города. С общественными зданиями и торговыми центрами, органами власти. Основными жителями полиса должны были стать домовладельцы, лишь 20–30 % жилья мыслилась в фонде социального найма. Город состоял из сообществ по экономическим критериям и общественной жизни, которые объединяются в группы более высокого порядка — и так вплоть до ячеек-секций. Маленькие улицы пролегают между сообществами, широкие проспекты — между секциями.
Под стать тогдашним так и не воплощенным проектам футурополисов Германии были и немецкие новые заводы. Вот прекрасный воплощенный проект заводов Мессершмитта 1938 года: не только оснащенные всем по последнему слову техники производственные корпуса, но и аккуратные домики, плавательные бассейны, спортивно-оздоровительные комплексы с бассейнами, парки, отличные дорожки, никакой грязи и неаккуратности. Близка к такому типу и планировка авиационного комплекса Хейнкеля в Ораниенбурге.
«…Вырисовался, наверное, самый совершенный авиационный завод в мире. Он так органично вписался в местный ландшафт, что даже отдельные крупные деревья удалось сохранить.
Завод был разделен на две отстоящие друг от друга территории. На первой расположились восемь цехов… И на этой территории находился учебный центр с общежитием для учеников и главное административное здание. На второй территории, примыкающей к заводскому аэродрому, находились главный сборочный цех, цех предполетной и послеполетной подготовки, тир и склад готовых самолетов…
Рядом с новым заводом возник целый городок из 1 200 двухэтажных домов для рабочих, зданий муниципалитета, школы, театра, гостинцы, кинотеатра и коммунальных служб. Стадион с корпусами спортивного центра стоял рядом с большим крытым плавательным бассейном».
Это описание завода Хейнкеля в Ораниенбурге, построенного в 1937 году, содержится у Л. Анцелиовича в книге «Неизвестный Хейнкель». А как выглядели другие авиазаводы, возведенные в национал-социалистической Германии? Читаем у того же автора:
«Большие и высокие корпуса нового завода отвечали самым высоким стандартам строительства современных машиностроительных предприятий. Их так искусно вписали в складки местности и существующие вековые деревья, что даже на цветном макете казалось, что завод расположился в огромном парке. Завод рассчитывали на значительное увеличение числа выпускаемых самолетов в будущем.…Стройные ряды индивидуальных коттеджей и четырехквартирных двухэтажных домов, здания торгового центра, спортивного комплекса с бассейном и кортами, здание кинотеатра и маршруты общественного транспорта…»
Тот же завод в Ораниенбурге строился по-социалистически, на деньги государства. Но управлять им поставили успешного частного предпринимателя. Но не торговца и не банкира, не добытчика сырья, а технократа и стопроцентного промышленника — Хейнкеля. И он, не будучи собственником завода, получал от государства законное вознаграждение за каждый самолет. Отличная модель совмещения преимуществ социализма и частной инициативы! При том что у Хейнкеля при этом было и его частное производство.
При «Немецком трудовом фронте» работало подразделение «Красота труда», занятое эстетизацией трудовых процессов. Откроем труд А.В. Васильченко «Имперская тектоника. Архитектура III Рейха». Узнаем оттуда, как были построены гигантские производства «Фольквагена» в Вольсбурге. Их проектировал Эмиль Рудольф Мевес. «Индустриальные строения… были компактными, замкнутыми, с гладкими стенами, которые по возможности были лишены всяких украшений и декоративных элементов (нередко в качестве такового выступало только изображение имперского орла или свастики). Прямоугольные блоки индустриальных корпусов и мощные кирпичные пилоны лестничных домов, построенных в позднеэкспрессионистской манере, должны были являть полную противоположность горизонтальным фасадам застекленных офисных зданий.
…Пафос этого гигантского промышленного комплекса становился очевидным всем, когда на город опускалась темнота. Он превращался в море огней и представал ночью как внушительное «световое зодчество»»
Захватывающие воображение сооружения «Фольксвагена» даже подсвечивались (до войны, конечно) прожекторами. И все это совмещалось с самым передовым техническим оснащением производства. Это вам не сочинские стадионы! То были реально бьющиеся «сердца» мощной индустрии, несшей нации богатство, развитость и настоящие, качественные рабочие места! Даже здания заводов должны были пробуждать в сердцах гордость за отечественную промышленность, поражать глаз суровой, но мощной красотой.
Как нам об этом ни горько писать, но заботиться о своих людях немцы умели. Это описание резко контрастирует с заводами, что строились в СССР тех же 30-х. Мы изучали историю челябинских предприятий или Дирижаблестроя — будущего Долгопрудного. Одно и то же: цеха построены, а с жильем — полный швах. Неустроенность. Бараки. Неумелая застройка. Немощеные улицы, утопающие в грязи. Бытовая неорганизованность. Естественно, никаких спортивных сооружений. Только потом, после войны, в СССР заводы стали строить в окружении всего нужного для полноценной жизни. Вот с жильем не дотягивали до нужного уровня. И это понятно: нам не хватало ни времени, ни средств. Нам, в отличие от немцев, приходилось строить заводы в чистом поле.
Но и советские русские все-таки не оставались в стороне. Если вы хотите увидеть то, как стремились проектировать новые города новаторы Сталинской эры, отправьтесь в промышленный пригород Брянска, в Белые берега. Из дневника Максима Калашникова:
«…Главная улица поселка Белые Берега просто завораживает. Желто-белые, обветшавшие, но еще красивые дома, постройки 1929 года и чуть более позднего времени. Улица Ленина — осевая магистраль Белых Берегов.
Белые Берега (Коста Бланка, ежели по-испански) строился при Брянской ГРЭС, гордости Первой сталинской пятилетки. То было воплощение великого плана ГОЭЛРО — электрификации всей России. Сама силовая станция поднялась в 1931-м.
Рядом, перегородив реку Снежеть плотиной, породили живописное Белобережское озеро. С пляжами, излюбленными местами летнего отдыха брянцев, лодочными станциями. С прибрежным парком отдыха и кафе. Рядом с тепловой станцией работали шесть рыбоводческих хозяйств, выпускавших в водохранилище толстолобиков. Они поедали водную растительность, не давая озеру зацветать — и они же радовали рыболовов, шли на стол местным жителям.
Это — мир доброй, созидательной, умной силы. Неукротимого порыва к индустриализации. Мир Модерна, мир Сталина и его СССР. Тут не просто строили тепловую ГРЭС и предприятия при ней. Здесь ковали новую цивилизацию, сначала принявшись возводить прекрасные дома с просторными квартирами. С самого начала думая о людях. Ко всему этому прилагались отличная больница, две школы, физкультурный комплекс, библиотека и дворец культуры, парк отдыха. Здесь все дышит гуманной рациональностью, здесь сделано все, чтобы дать работу и яркую жизнь как можно большему числу тружеников. Чтобы местные ресурсы использовались с полной отдачей. Если бы так же строились и нынешние предприятия!
Белые Берега порождают в груди моей щемящее чувство. Это мир, возникавший на глазах моих бабушки и деда. Это мир, где росли мои мама и папа. Сам поселок спланирован, как Одесса при дюке Ришелье: прямые улицы, пересекающиеся под прямыми же углами. Городок-шахматная доска. Здесь все дышит стилем великих 1930-х. Они проступают даже сквозь нынешнее запустение. Таков мир пленительной мечты наших близких предков из эпохи Огня и Стали. Здесь жили добрые великаны, создавшие Красного гиганта… Мой Советский Союз…
Вижу свидетельства любовного творения нового мира повсюду. Параллельно озеру идет канал — теплая протока. Когда ГРЭС работала, протока была чистой. При ней стоял даже детский бассейн. И дети плескались словно в заботливых руках индустриального гиганта. И гудели ровно его турбины. Но сейчас, после гибели СССР и «реформы» энергетики по Чубайсу, ГРЭС практически мертва. Остановились ее паровые турбины. Заросла и стала сточной канавой теплая протока. Здесь больше не купаются….
Но я могу представить себе, как красиво было здесь тогда, когда Белые Берега жили. Когда в них бился пульс великой промышленной державы. Здесь должна была рождаться следующая за индустриальной русская цивилизация — цивилизация звездолетчиков и сверхлюдей. Мир Фай Родис и Дара Ветра. Но этот порыв убили, макнув в грязь «рынка». Наша задача — воскресить русскую промышленность. Дать новую жизнь Белым Берегам и многим иным градам-весям Руси. И строить новую промышленность вот так же, как когда-то красные исполины творили Белобережское чудо…»
А о чем мечтали тогда же за Атлантикой? На выставке 1939 года в Нью-Йорке было представлено будущее, которое американцы желали видеть в 1960 году. Это — мир высоких, стройных и загорелых людей, прекрасно развитых во всех отношениях. Все — с высшим образованием. Пригородные зоны буквально иссечены автострадами. Автомобили сказочно дешевы. Вокруг — искусственно насаженные леса. Стандартный поселок строится вокруг одной фабрики и сам себя обеспечивает продовольствием. Основные болезни побеждены. Дома — также быстровозводимые, удобные и дешевые. Каждый поселок имеет свой аэродром, но самолетов не видно: они спускаются в подземные ангары. Города соединяются и разъединяются автострадами…»[39]
Перед нами — тоже футурополис, мечта Максима Калашникова. Идея не нова. Нужно ее воплотить сегодня. И если в 1939 году мечтали об энергии из жидкого воздуха, то сегодня ее могут обеспечить сеть новых подземных АЭС с безопасными реакторами в связке с ветровой и солнечной энергетикой, с газопоршневыми станциями на местах выхода струй водорода из недр, с биогазовыми установками и комбинированными теплонасосно-ГТУ-агрегатами. А дальше — полностью управляемые ядерные станции Игоря Острецова, сочетания подкритических реакторов и ускорителей на обратной волне, способные работать на тории и природном уране. И это — один только промежуточный рубеж!
Впечатляющая картина, признаемся. Новое — подчас хорошо забытое старое. Но самое удивительное состоит в том, что все эти идеи городов-садов — практика наших с вами, русских пращуров. Да, это было в доиндустриальную эпоху, но именно мы создали свой тип самоуправляемого города-сада.
Да и планировать свои города-сады русские умели сами. Пускай сие и было в эпоху до промышленности и научно-технической революции. Откроем работу «Память города, скажи» Григория Зеленко и Галины Бельской, опубликованную в альманахе «На суше и на море» за 1983 год.
Итак, планировка русских допетровских городов была свободной, но не стихийной. Скорее, ее можно считать пространственно-модульной. Делались чертежи, сметы и расчеты. Города строились небольшими, в любовно выбранных местах. В смете расчетной единицей делали «тысячу» — тысячу жителей мужского пола. То есть «тысяча» (если считать жен и детей) равнялась 5–6 тысячам душ. Для примера авторы приводят город Елец, полностью разрушенный татарским набегом в 1580-м и возрожденный в 1592 году. Место выбрали новое: на слиянии рек Сосны, Ельца и Лучки (думали о водоснабжении и транспортной доступности). Центр города заложили у слияния Ельца и Сосны. Тут возвели крепость. Большой посад растянули выше по течению Ельца. Так родилась сердцевина города, центральная его структура. Вокруг нее заложили слободы: правильными овалами, напоминающими лепестки цветка, расходящиеся от посада. Каждая слобода имела свое укрепление, формирующее общую систему фортификации города. Высотные доминанты формировали храмы — много в центре и по два-три на каждую слободу. Они были построены на разных высотах, но так, чтобы их видели из каждого двора.
Что вдохновляло русских при планировании своих городов тогда? Градостроительный закон Восточно-Римской империи (Византии), изданный в 878 году новой эры и быстро переведенный на болгарский и русский языки. Там предписывалось: строить поселение на высоком месте, улицы планировать так, чтобы нечистоты не попадали в усадьбы тех, кто живет ниже и так, дабы каждый дом был связан с природой и не заслонял другим вид на городские доминанты (храмы). Окна не должны глядеть в окна соседа, проходы на улицы не могут залезать на участки соседа.
Русские переняли эту человечную и живописную планировку. Такого нельзя было достичь при западной «регулярной» планировке: построенные вдоль улиц дома, один за другим и вширь города, неизбежно загораживают друг другу и виды, и само солнце. Изучая ландшафты (земли, дороги, реки), русы-зодчие намечали кольцо стен с нужным числом ворот, освящали земли под храмы, намечали места для административных зданий, разбивали участки под посады и слободы. Они, в свою очередь, делились между горожанами, а между делянками прокладывались улицы.
То была свободная планировка. Конечно, для условий доавтомобильной эры. Дома в таком городе зачастую стояли под углом к улице. Да и улиц-коридоров в привычном нам виде фактически не было: жилища стояли фасадами к реке, морю, красивому виду. Дом окружали простор и природа. Каждый дом — индивидуален, украшен узорочьем по-своему. То есть нет серой однообразности, среда обеспечивает тебе постоянную смену впечатлений. Идешь по городу — и виды причудливо меняются. Каждый дом — с садом.
А ведь это — тот самый гармоничный, здоровый поход к делу. Сейчас, когда появились технологии децентрализованных систем жизнеобеспечения, все эти принципы могут обрести новую жизнь. Ведь и промышленность становится все более компактной.
Пусть на смену старым станкам придут роботизированные обрабатывающие центры. Главное — чтобы архитектура заводов была впечатляющей. Чтобы рядом с ними были дома для работников, буйная зелень, прекрасные спортивные и культурные сооружения. Рядом с новой русской индустрией должны подниматься наши футурополисы с домами-усадьбами на одну семью! Наши новые предприятия должны быть электрическими. Пускай энергию им дают не дымные ТЭС и даже не газовые станции. Пусть источниками тока и тепла станут новые ядерные станции. Или установки низкоэнергетических ядерных реакций Цветкова. Мы можем использовать и выходы природного водорода из недр Земли (по Ларину). Нам нужно чистое небо над страной. И пускай все это великолепие строится уже не из кирпичей или железобетона, а из сверхпрочной «глины» Попова. Легкой, но металлически прочной, теплоизолирующей. Самые опасные предприятия мы упрячем под землю. Например, химические. Или биотехнологические.
Рядом с новыми, национал-футуристическими заводами будут строиться институты и университеты, техникумы и технические училища. Ибо передовой индустрии грядущего потребны кадры высшего сорта. В будущем университеты, научно-исследовательские центры и заводы составят органически связанные комплексы. А рядом, как я мечтаю, станут наши «орденские» школы, где будет воспитываться и обучаться молодежь. Сильная, умная, неполиткорректная, способная совместить качества воинов и творцов в одном лице. Воплощенный эллинский идеал. Молодежь, презирающая гнилое «новое варварство».
Придет время — и чудеса нанотеха позволят нам выращивать нужные изделия прямо в специальных чанах, по Дрекслеру. Тогда мы сможем разобрать даже роботизированные заводы. Но то будет потом. Пускай в футурополисах рядом с заводами и фабриками новой эры стоят в светлых ангарах авиетки и гиропланы — заменители легковых автомобилей. Пусть эти ядра новой промышленности и футурополисы связывают между собой и гладкие автострады, и эстакады, по которым движутся экранопланы новосибирцев. Возможно, это будет троллейкарный транспорт или «струны» Юницкого — отбор наилучшего варианта произойдет в ходе испытаний. Но совершенно точно промышленные узлы часто будут соседствовать с гаванями больших воздушных кораблей. Видим здесь скрещение дирижаблей с самолетом — гибридные ЛА. Видим мощные турбовинтовые самолеты с несущим фюзеляжем, похожие на одно большое «летающее крыло», построенные из композитных материалов. В этом мире люди, пользуясь новыми видами транспорта и чистой энергией, свободны. Они могут быстро перемещаться на огромные расстояния — и перемещать грузы. Впрочем, железные дороги тоже никуда не делись, как и морской транспорт. Но когда мы овладеем антигравитацией, то породим уже совершенно фантастический транспорт.
Именно таковым станет наше творческое развитие старых идей. Но самое главное: мы совместим такую футурополисную, усадебную урбанизацию с новым народовластием. С подлинным русским самоуправлением.
Итак, представим себе Сверхновую Россию-Ковчег (СССР-2, Русский союз из великороссов, белых русов и малороссов-украинцев). Наша сильная центральная власть, проводящая в жизнь мегапроекты развития и стоящая на страже национальной безопасности, опирается не на подлую бюрократию, а именно на сеть самоуправляемых футурополисов. Старые города превратились в культурные ядра, изрядно потеряв в населении, перетекшем в царство свободы — футурополисы. Мы, их жители, решительны, смелы и полны достоинства. Ведь нами правят не косолапые чиновники-казнокрады, мы сами выбираем себе управленцев и судей, мы сами содержим свою муниципальную полицию. Да, есть и централизованная полиция — для особо сложных и тяжких дел, для борьбы с преступными синдикатами, не знающими ни областных, ни международных границ. Но в основном порядок поддерживают те, кого мы сами выбираем там, где живем.
В Новой Руси (СССР-2) больше нет проклятого вопроса, терзающего нынешнюю РФ. Помните? Наши русские регионы так бедны, потому что все налоги отбирает Москва. Но зато хорошо живут национальные республики. Типа Татарии или Чечни. Потому что они имеют больше прав. Надо тоже сделать суверенные республики из русских областей. А то в этих этно-республиках и живут посытнее нашего, и русскому там наверх не пробиться. Это — игры перед развалом уже не Советского Союза, а РФ…
В СССР-2, в нашей Руси-Ковчеге власть регионального уровня ослаблена до предела. Уничтожена всякая основа регионального сепаратизма. Почему? Да потому, что центральная власть опирается не на региональных «князей», а на местные самоуправления. 50 % налогов идет в Центр (у него — огромные, трудные задачи), а 40 % остается самоуправлениям. Тогда нет никаких вопросов: власть принадлежит тем, кто реально трудится и производит. Природная рента строго централизована, никакой регион на ней не паразитирует — она есть достояние всей нации. А вот доходы от переработки полезных ископаемых — другое дело. Никакого сырьевого безделья, работают все! В таких реалиях власть на местах реально принадлежит тем, кого действительно больше и тем, кто трудится. Тут не выбьешься в начальники лишь потому, что принадлежишь «титульной нации».
Основой основ становится сильное местное самоуправление.
На новую, футурополисную урбанизацию должен быть наложен и новый строй общества! Невозможный в Мегалополии, где люди разобщены, замкнуты в железобетонных клетушках своих квартир. Где многие вырождаются в социопатов и «цифровых слабоумных», пребывающих в рабстве у чиновников.
Очевидно, что привычная система западной «либеральной демократии» зашла в тупик. Хотя ее и подают как нечто архисовременное. Принцип «один гражданин — один голос» вкупе с системой политических партий совершенно не обеспечивают собственно народовластия. Выборы выродились в соревнование бюджетов предвыборных кампаний, а значит, власть оказалась фактически в руках богатых и сверхбогатых. Ибо они и формируют пресловутые бюджеты, контролируют средства обработки массового сознания и пользуются тем, что политические ставленники Больших Денег оказываются почти полностью безответственными перед избирателями на протяжении своего срока правления или заседания в парламенте.
Массовые протестные выступления во Франции («желтые жилеты» с осени 2018-го), голосование за брекзит на референдуме в Великобритании, победа в США президента-националиста и протекциониста Трампа на «бунтовских выборах» 2016-го, совершенно чуждого устоявшейся политической системе Америки, протестно-карнавальные голосования европейцев за комиков и популистов (в Италии, например), оглушительная победа сатирика Зеленского на Украине говорят об одном: правящие верхушки страшно оторвались от избирателей и замкнулись в себе. Избираемые в парламенты партии десятилетиями делали (и делают) то, что в принципе не принимают избиратели. То, что народу глубоко противно. Прежние партии воспринимаются им как продажный междусобойчик. Что, в принципе, относится и к «солидной» (мейнстримной) прессе.
По сути дела, речь идет о кризисе политической системы глобального размаха. О кризисе привычной «либеральной представительской демократии» в самом ядре капиталистической системы. Задача русских — породить совершенно новую модель, причем не «демократии», а народовластия. И здесь недопустимы поистине шутовские «альтернативы» в виде чуть ли не постоянных голосований «по приколу» через Интернет. Ибо это — охлократия. Нынешние общества полны «цифровых слабоумных» (не умеющих построить элементарные логические связи), психически неустойчивых, социопатов и просто безответственных. Непостоянство же и ветреность толпы, ее податливость для масс-медиа и демагогов, сиюминутные страсти и метания известны веками. В таких условиях примитивная «интернет-демократия» выродится в хаос. Ни одного действительно важного, стратегического решения в таких условиях принять не удастся, а правительственные кризисы станут чуть ли не еженедельными.
Все крупнейшие мыслители (включая излюбленного левыми В. Ульянова-Ленина) говорят о том, что массы сами по себе не могут выработать идеологии или проектов Будущего. (Ленин в работе «Что делать?» 1902 года писал, что идеология для рабочих масс приносится группами интеллектуалов извне). По сути дела, тот же вывод делали и многие другие. Народ голосует за тот или иной вариант будущего, что предлагают ему организованные общественно-политические силы. Выработка таких вариантов — дело «мозговиков».
Но нас и это положение не устраивает. Власть в Новой Руси-Ковчеге должна быть подлинно народной. Но для этого и сами массы должны стать организованным НАРОДОМ. Ему нужен опорный костяк. Футурополисы — усадебные города и становятся таковым. Ведь они — самоуправляемые.
Путь бюрократического сплочения «сверху» глубоко порочен. Попытки ХХ века создавать чисто государственные формы сплочения населения (система «октябрята — пионеры — комсомольцы — члены КПСС» в СССР, схожая система «Гитлерюгенд — НСДАП» в Германии и т. д.) провалились. Все огосударствленные «общественные организации» выродились в бездушно-формалистические, лицемерные структуры, выгнившие изнутри. В Третьем рейхе процесс просто не завершился из-за краткости самого эксперимента, а вот в Советском Союзе мы хлебнули плодов бюрократической «организации сверху» полной чашей. Все эти комсомол и партия, формально насчитывая десятки миллионов членов, не смогли спасти страну от распада, в последнем периоде жизни СССР превратившись в кузницы циничных карьеристов и приспособленцев. Можем побиться об заклад, что тем же самым стремительно закончат нынешние новоделы: «Единая Россия», «Молодая гвардия «ЕР», «Наши» и «Юнармия». Нет, этот путь нам не нужен. «Приводные ремни» правящей бюрократии всегда гниют и рвутся.
Что делать? Тут нам есть чему поучиться в собственной допетровской истории. Не слушая тех, кто представляет русскую историю как «варварскую азиатчину» и «вечное рабство». Вопреки мнению крикливых профанов, вся система управления той же Московской Русью не сводилась к всевластию монарха и его ужасного административного аппарата. Такие крикуны не хотят задумываться над тем, каким это волшебным образом смогла сохранить единство тогдашняя страна, каковая в XVI веке даже единого национального рынка еще не сложила, оставаясь разделенной в силу природно-географических условий и полной неразвитости сухопутной дорожной сети. Но мы не только не распались, но и смогли расширить рубежи своего царства-государства.
Если свести секрет такого успеха к самому главному, то московские государи опирались не на разветвленную государственную бюрократию, а на местное самоуправление. На тогдашнее гражданское общество. Люди в городах сами выбирали себе и должностных лиц, и судей.
Эта принципиальная схема оформилась на Руси при Елене Глинской и была развита при правлении Иоанна IV.
Справка:
Русские создали модель земского народовластия, которая, будучи глубоко модернизированной, и станет основой народоправства в Новой Руси. Главный принцип: выбирай того, кого хорошо знаешь и чью деятельность можешь контролировать. И если твой делегат не справляется, плохо отстаивает интересы избравшего его сообщества — его можно отозвать, заменив на более достойного. Так, выбирали сотского (соцкого) от каждых 100 дворов, и он получал право говорить от имени сообщества. Далее сотские из своей среды избирали того, кто мог представлять их на уездном уровне. Уездные представители выдвигали своего уполномоченного на уровень области. И так далее. Ключевым моментом выступало то, что каждый уровень мог отозвать своего делегата за плохую работу. Таким образом в представительные органы выдвигались самые деловитые, толковые, рассудительные и готовые отстаивать интересы своей «земли».
Конечно, идеальной такая система не была в силу слабости тогдашней технической базы. Но сам принцип, проверенный поколениями русских, был совершенно верен и намного опередил свое время. Бюрократия безответственна и не контролируется самим монархом. А вот выборные из народа, которые народом же контролируются и могут быть отозваны нижестоящим уровнем — власть намного более адекватная и ответственная.
Недаром его пытались использовать, пускай и во внутрипартийной жизни, Коммунистическая партия СССР (КПСС). Это — принцип демократического централизма. То есть первичные партийные организации выбирают лучшего из своей среды на районную партконференцию. На районном уровне выбираются лучшие на конференцию областную. С областного уровня — на республиканский, с него — на союзный (всего СССР). Правда, все это выродилось в фикцию, в спектакль.
Сегодняшние информационные технологии позволяют применить такую схему полноценно и в усовершенствованном виде. Так будет выглядеть наша соборность новой эпохи. Новая субъектность нашего народа.
В нашем новом мире мы навсегда покончим с узурпацией нашей власти «чужими» и античеловеками. Именно народ в нашей цивилизации станет источником власти. Народ как совокупность полноправных свободных граждан, обладающих доходами, своим делом, семьями и детьми. Чтобы стать полноправным гражданином, ты должен пройти все ступени взросления и выдержать экзамены на полные гражданские права. Ты сам — а не предприятие за тебя — будешь платить подоходный и прочие налоги. Чтобы чувствовать себя хозяином государства, а не его забитым «младшим сыном», радующимся каждой подачке лукавых вельмож.
Мы исходим из того, что большинство людей у нас — морально здоровые граждане, кои ненавидят современную муть. Все эти глобализм и феминизм третьей степени, «содомократию» и засилье психопатологическо-сексопатологических меньшинств, особей с острыми вывихами интеллекта и разнообразными комплексами скрытой неполноценности. Никогда больше мы не допустим насилия таких меньшинств над большинством, приверженным здравому смыслу.
Мы объявляем войну всяким попыткам Античеловечества (Чужих) навязать нам новее кастовое общество «постдемократии» и «социального кредита», так ярко обрисованное в некоторых лентах сериала «Черное зеркало». Мы отрицаем систему «социального кредита», навязываемую нам. Это когда невидимые хозяева присваивают нам социальные рейтинги — шкалу разделения нас на касты. Прекрасно понимаем, чем грозит подобное. Да, обладатели больших баллов получают доступ к карьере и государственным должностям, к кредитам и хорошей работе. Но как лишиться высоких баллов рейтинга? Нет, это грозит не только пьяницам, лодырям или хулиганам. Баллов нас будут лишать за неодобрительные высказывания о власти и «элите», за нежелание придерживаться мертвящей политкорректности, за поведение, отличающееся от поведения зомбированного стада.
Всему этому мы противопоставляем новое народовластие, новую соборность — Нейромир. Нейромир — это прежде всего самоуправление. Сильная центральная власть плюс самоуправление свободных граждан. Мы строим Империю свободных граждан. Мы строим мир, где много детского смеха. Где наши народы охотно заводят потомство. Бессилие старых моделей решить проблему демографии белых народов очевидно. Мы создаем свой ответ. И если футурополисы с их прорывными технологиями — материально-техническая основа народовластия, то Нейромир (устройство общества по типу нейронной системы головного мозга) есть организационная основа солидаристского, справедливого общества. Это — не власть обособляющихся «элит», а подвижная меритократия — власть самых достойных. Без опасности их замыкания в окостенелую касту. Наш Нейромир можно называть новой властью Советов.
Принцип ее таков же, что и во времена Иоанна Грозного. Пусть люди на местах (в городах и районах) выбирают местные Советы. Или Земства. Там, на низовом уровне, они всех знают и смогут избрать самых достойных да компетентных. А самое главное — избиратели смогут своих делегатов контролировать и отзывать в случае необходимости. А дальше — депутатов в региональные Советы должны выбирать уже не рядовые избиратели, а депутаты (гласные) местных Советов. То же с механизмом отзыва тех, кто на региональном уровне не может достойно представлять «земли». В свою очередь, региональные советы избирают депутатов в Верховный (общенациональный) Совет.
В такой системе возможности выборных манипуляций и махинаций политтехнологов сводятся практически к нулю. Высшая политическая элита не отчуждается от народа. А самое главное — создаются социальные лифты, работающие в двух направлениях: лучшие — получают возможность быстрого подъема в высший эшелон, худшие — угрозу «опускания». Подобная власть не будет принимать тех заведомо идиотских и разорительных для экономики решений, что принимает прогнившая, продажная и тупая власть богатых сегодня. В такой системе власть остается лишь у тех, кто выражает интересы тех, кто их выдвинул. Идешь против народа, тебя избравшего, работаешь плохо — будешь отозван и заменен на более подходящего. Получается система подвижной меритократии.
Подобная Неосоветская Земская власть (без доминирования одной партии) позволит совместить народоправие, самоуправление — и существование единого, централизованного государства. Обеспечение ее функционирования с помощью передовых информационных технологий — тема отдельная, но она достаточно разработана. Отменная система народного представительства (законодательная власть) позволит сформировать ответственную исполнительную власть и создать надзор за выборной судебной ветвью.
В нашем новом обществе мы избежим крайностей как казарменного социализма, так и неограниченного капитализма. Мы используем здесь хорошо зарекомендовавшие себя механизмы ограничения имущественного расслоения и превращения богатства в общественно полезную силу. Например, прогрессивный подоходный налог и высокие налоги на наследство с налоговыми льготами при вложениях в предприятия. Наша экономика совместит в себе социалистические плановость и проектность с частной инициативой, она будет смешанной — многоукладной.
И, конечно, мы сделаем так, что право голоса будут иметь лишь те, кто способен сделать ответственный и рациональный выбор. То есть разработаем систему инициации людей в полноправные граждане. Нашу судьбу не должны определять ни желторотые юнцы, лишенные жизненного опыта, ни люмпен-пролетарии. Конечно же, налоги в Новой Руси будут платить не работодатели, а сами граждане. Это резко оздоровит общественную психику. Люди всеми фибрами станут чувствовать, что это они содержат государство, а не наоборот.
Стройная система новых Советов (или Земств) превратит нынешнее атомизированное и лишенное воли население в возрожденный Русский народ. Народ — субъект истории. Народ — хозяин своей судьбы. Именно он и станет самой надежной опорой для центральной власти. Здоровые органы народно-представительной власти, лишенные партийного эгоизма и партикуляризма, выступят как отличный надзор за исполнительной ветвью власти, за начальством. При такой системе власти проблемы этнократий отпадут: система новых Советов-Земств автоматически обеспечит власть большинства на той или иной территории.
Сильное самоуправление пресечет коррупцию, обеспечит выбор самых лучших технологий для ведения городского и жилищно-коммунального хозяйства. С наибольшей пользой такая власть использует казенные деньги, проведет настоящие конкурсы, не допустит ненужных мигрантов, применит для территории самые экономичные и прорывные технологии. Ибо к чему нормальному самоуправлению лишние затраты на ремонты? В ход пойдет самое совершенное и долговечное, качественное и экономичное. Самоуправление окажется крайне заинтересованным в том, чтобы в их футурополисах или округах-районах появлялись новые предприятия — промышленные, торговые, транспортные и сервисные. Граждане четко осознают связь между своим благосостоянием и расцветом экономической жизни. Уйдут в прошлое иждивенчество, инфантилизм. Зато осуществится принцип выживания в эпоху Мегакризиса — добиваться наибольшего результата с наивысшей экономией сил и средств. С помощью ставки на чудеса смекалки, науки и техники. Вперед, конструкторы, исследователи, инженеры! Ваш час настанет.
Сочетание таких органов народовластия с выборной, независимой судебной властью даст синергетический эффект. Зоркое и деловитое самоуправление Советов-Земств вкупе со справедливым и состязательными судами не даст Национальной Диктатуре загнить и утонуть в коррупции, клановости, самодурстве.
Имея такую основу самоорганизации народа и власть, растущую «снизу», мы можем создать и законодательный орган нового типа — Земский Собор. Мы не оговорились: именно нового, а не архаичного типа. По закону Гегелевой диалектики новая эпоха, отрицая предыдущую, будет схожей с дедовской. То есть она напомнит скорее позднее Средневековье, нежели Новое время.
Русский Земский Собор — не аналог парламентов. Державе нужны План, цель развития — и курс, ведущий к ней. Именно Земский Собор должен определять все это, строго следя за движением к намеченной цели. Причем гибко реагируя на неожиданные препятствия и возникающие новые вызовы. Земский Собор есть орган обратной связи со страной, да и жизнь сложнее любого плана. Коррекции курса неминуемы. В чем-то Земский Собор возродит практику съездов КПСС, задававших планы развития на пять (а в случае с XXVI съездом 1981 года — и на десять) лет вперед.
В Земском Соборе — две палаты. Голос земли — это Верховный Совет, избранный по уже описанному принципу подвижной меритократии. Вторая палата — это Совет Сословий. Сюда должны входить гласные от:
— профессиональных объединений-цехов (отраслевых ассоциаций промышленности, транспорта, сельского хозяйства, информационного предпринимательства, а также — от науки, военных, работников образования и здравоохранения);
— самых крупных политический партий;
— общественных гражданских организаций (обладающих определенным корпусом участников).
Обе палаты должны обладать правом законодательной инициативы.
Такой ЗС должен работать постоянно. Ибо бурная жизнь в развивающейся и растущей Новой Руси требует непрестанной законодательной работы, равно как проверки правильности движения по намеченному курсу. В период работы Национальной Диктатуры необходимо будет вести много соборных расследований того, что натворили предыдущие коррумпированные и антинародные власти, отменять наиболее одиозные нормативные акты или сильно их править, контролировать исполнительную власть в текущем режиме. Ибо даже Иосиф Сталин, лишенный такого органа власти, не мог пресечь тьмы самодурства и откровенного вредительства в «проклятой касте» — номенклатуре. Мы выстроим настоящую симфонию между сильным народным правителем и Земским Собором. Сильная центральная власть опирается на народное самоуправление — вот наша формула исторической Победы.
Пусть весь мир корчится в муках Кризиса кризисов. У себя мы создадим оплот новой, полнокровной жизни. И все нам станут подражать.
— Ага! — скажут нам. — Размечтались! Пускай впереди и Мегакризис с жаждой, зноем и нехваткой земель, но ведь роботизация наступает. Большинство людей и у вас станут лишними, ненужными. И потребуют ежемесячный безусловный доход от государства. Мол, работы нет — содержите нас!
— Ха! — отвечу я. — Не бывать в Новой Руси-Ковчеге (СССР-2) такому позорищу. И вот почему…
Только собрался писать эту главу, как подоспели известия по теме (https://hightech.fm/2017/02/13/china_factory_ robots).
Итак, китайский фабрикант мобильных телефонов сократил число сотрудников с 650 до 60, причем за счет роботизации. Она позволила повысить производительность и качество продукции. Changying Precision Technology уволила 90 % персонала на своей фабрике в Дунгуане, заменив его роботизированными сборочными конвейерами. Автоматизация охватила даже процесс внутренней транспортировки товаров, заработали несколько автономных грузовиков.
В перспективе — сокращение людей вообще до 20 на всю компанию. Оставшиеся сотрудники не занимаются сборкой, они контролируют работу автоматизированного оборудования. Что дала роботизация? Невиданный рост производительности труда — на 250 %, на одного сотрудника приходится теперь от 8 то 21 тысячи произведенных в месяц мобильников. При этом брак и дефекты сократились впятеро.
Роботизацию запланировала и тайваньская компания-производитель айфонов Foxconn. Без работы останутся не менее полумиллиона сборщиков.
Наращивание темпов роботизации уже сказывается на экономике Китая. Дешевая рабочая сила стала цениться меньше, поэтому многие зарубежные компании открывают производство на родине или в других странах, используя роботов вместо реальных рабочих. В этих условиях КНР теряет свое конкурентное преимущество. Решить проблему страна пытается вполне логичным путем — производством еще большего количества роботов…
«…В апреле 2017 года в США близ города Лос-Анджелес состоятся первые испытания робота-строителя, созданного учеными из Университета Южной Калифорнии. Предполагается, что робот возведет двухэтажный жилой дом площадью 186 кв. м с рекордной скоростью, всего за сутки. Это в 200 раз быстрее того, если бы дом строили люди и, что немаловажно, в пять раз дешевле. Просчитав экономический эффект от внедрения инновации, американцы планируют наладить промышленный выпуск строителей-киборгов. Правда, по мнению экспертов, в России, в отличие от США, время внедрения таких разработок пока еще не пришло. Принцип действия робота-строителя напоминает работу струйного принтера, действующего в трехмерном пространстве…»[41]
Словом, тенденция ясна. Роботы делают ненужными от 80 до 90 % нынешних работников. Тут уж и знаменитый Билл Гейтс возопил: мол, надо вводить налоги на роботов так же, как и на живых работников. Иначе не на что будет платить пособия людям…
Есть такая философская шутка: мусульманину не нужно выбирать между двумя женщинами. Если он их любит, то женится на обеих сразу. Если, конечно, ему это по карману. Вспомнил я ее в связи с изучаемой темой. Итак, допустим, что Германия 30-х (где еще нет притока порабощенных людей из завоеванных стран и немцы не расселились по новым колониям своими поместьями) начала роботизацию. Ну, появились у нее такие технологии, опередившие время. Потребность в работниках практически во всех сферах уменьшается в пять раз. Куда девать высвобожденную рабочую силу? Миллионы людей?
Никаких особых проблем у правящей партии не возникает. Итак, мы создаем великую империю? Создаем. Миллионы просто пополнят ряды вермахта, вооруженных сил. Благо роботизация и возросшие экономические возможности позволят сделать такие ВС подвижными, бронированно-механизированными, с огромными воздушным и морским флотами. Нам нужны 80 дредноутов и 20 авианосцев, да еще тысяч 20 бомбардировщиков? Займем на производстве высвобожденных из гражданской промышленности душ. При этом и на армию резервов достанет. Если вы полистаете воспоминания хоть министра вооружений Шпеера, хоть записки знаменитого Мильха, то увидите, что в Германии военные и промышленники вечно бодались друг с другом за людей. Одним нужны были солдаты, вторым — рабочие. А тут это противоречие снимают роботы.
Армией и военной индустрией занятость не исчерпываются. Плюс еще миллионы человек потребуются, чтобы работать с молодежью, готовить ее к роли представителей господствующей расы, делать из нее воинов и распорядителей. Это не считая работ по содержанию в порядке лесов, рек и озер, по возведению грандиозных сооружений и перестройке городов.
В нужный час 70-миллионная страна может бросить в бой 10-миллионнную, до зубов вооруженную армию, каковая примется давить одну страну за другой, словно железный гигант своими ножищами — ореховые скорлупки. На завоеванных землях — уже в чисто социальных, а не экономических целях — завоеватели устраивают свои поместья. Где повелевают на правах уберменшей крепостными из местных. Лишнее население на завоеванных землях истребляется. Господа, обладающие невиданным изобилием прибавочного продукта и беспредельным досугом, могут не только тренироваться, как воины-господа, но и позволять себе разные затеи. Вроде полетов в космос или экспедиций в океанские глубины, вроде постройки плавучих городов. На покоренных просторах можно восстанавливать первозданную природу (в гитлеровской Германии боготворили экологию) и фауну прошлого. Может, гигантских быков-туров, может (если позволяет наука) — мамонтов.
Можно тянуть через имперские просторы широкие железнодорожные колеи, по которым побегут локомотивы с двухпалубными роскошными вагонами, больше похожими на сухопутные круизные лайнеры.
В общем, забав хватит надолго. Пока не наступит внутреннее разложение единственной империи, лишенной соперников и стимулов для развития.
Но это — все-таки фантастика. А как смотрели на роботизированно-автоматизированное будущее мира на Западе во времена, когда Советский Союз пребывал на вершине своего могущества?
Пережив острейший кризис нехватки природных ресурсов, мир кардинально изменился. Он стал планетой кастовых обществ. Вверху — привилегированный класс управленцев и финансистов, ученых и инженеров. Только они имеют полные гражданские права, доступ к высшему образованию и мясной пище, к супермедицине, богатству и высокой культуре. Только высшим доступны спорт и дальние поездки, лыжные и морские курорты. Власть — диктаторская, со всесилием спецслужб.
Низшие слои бесправны. Они — «пролы», большинство из них живет на пособие. Им достаются только пищевые суррогаты и попса. Работу имеет лишь часть из них. Для того чтобы они были покорны, в их пищу добавляются вещества-психотропы, делающие людей легковнушаемыми. Пролам дают только маломерные квартирки и общежития, в транспорте они довольствуются самыми убогими общими вагонами и холодными автобусами. В принципе, низшая каста не нужна ни как рабочая сила, ни как потребители товаров и услуг. Им буквально швыряют объедки.
При этом техника достигает высочайших высот. Кризис заставил человечество изобрести источники новой энергии, сделав ненужными нефть и газ. Изобретен новый наземный транспорт — на маховиках по типу устройств советского ученого Нурбея Гулиа. Есть технологии суперпродуктивного аграрного хозяйства. Есть спутниковая связь и персональные компьютеры с аналогом Интернета. Есть полностью роботизированные производства и биотопливо из отходов. Изобретен способ межзвездных перелетов, причем достаточно дешевый и эффективный для налаживания межпланетной торговли.
То бишь, в принципе на Земле и других планетах можно устроить коммунизм а-ля «Туманность Андромеды». Однако на всех освоенных планетах, как и в метрополии, царят кастовое общество и диктатура. Получается «Антитуманность Андромеды». Почему? Просто высшим в период глобального затяжного кризиса понравилось быть высшими и полубогами. Вот они и решили навечно закрепить новый порядок. Причем для этого использовалась появившаяся в конце ХХ века идеология либерального монетаризма, которая логично ведет к созданию кастовой системы, делая богатых все богаче, а бедных — все беднее.
Таков сюжет романа «Хоумлэнд» Гарри Гаррисона, увидевшего свет в 1980 году. И к этому пророчеству стоит присмотреться повнимательнее. Особенно в свете перспектив ныне развивающегося Глобокризиса.
В наши дни Европа, отвечая на вызов роботизации, старается действовать мягче. Придуман механизм безусловного базового дохода. То есть любой гражданин государства — поскольку работы найти невозможно — получает просто так, за свое гражданство, несколько сотен евро в месяц. Ну, как житель собственно Древнего Рима в его закатную пору получал хлебную выдачу и пропуск в Колизей просто за то, что он — римский гражданин. Например, кандидат левых сил Бенуа Амон во Франции на выборах 2017 года предложил — по 750 евро в месяц всем, начиная с 16-летнего возраста. Локальные эксперименты с таким доходом проводятся в Канаде и Финляндии. Ну чем не решение проблемы лишних людей при всеобщей роботизации-то?
Но это — не выход. Человек должен трудиться, и творить, и зарабатывать себе на хлеб. Иначе он быстро скатится к городской обезьяне. Вы представьте себе сотни миллионов праздных, изнывающих от безделья и бессмысленности своего существования! Им скучно, им хочется чего-то такого, особенного…
Ну, часть, конечно, уйдет в виртуальные миры компьютерных игр. Часть — в наркотические грезы. Думаю, что правящие «элиты» такие варианты вполне устроят. Ведь виртуалы и «нарконавты» просто выключаются из реальной жизни, а потом и быстро вымирают. Но ведь останутся и те, кто будет искать чего-то реального. Часть станет экстремалами, рискующими своей жизнью. Это еще ничего. Пускай прыгают с парашютом с небоскребов и ходят по канату над водопадами. А если кто-то начнет войну с бессмысленным миром, где они живут?
Ладно, с теми, кто ударится в радикальный ислам, справится тотальный видеоконтроль и усиленная полицейская система. Но часть, одурев от дешевых развлечений, пойла и группового секса, стукнется в тайные изуверские, садистские секты. Всевидящее око инфосистем, конечно, не даст таким выродкам сбиваться в жестокие стаи «с жиру бесящихся» (как это было уже в городах СССР 1970-х), но в каких-нибудь частных домах такое вполне возможно. Кто-то стукнется в чистое разрушение. Кто-то, не имея никакого применения своим техническим талантам, займется экзистенциальным террором. А основная масса станет просто «овощами». Элоями из «Машины времени» Герберта Уэллса.
В нынешнем сапиенсе еще слишком много от животного. Ему хочется лениться, сладко есть, жиреть и иногда спариваться с самками, желательно — доступными. Обеспеченная праздность приведет к стремительному вырождению людей. А то и к вспышкам слепого вандализма. Мы не зря вспомнили Уэллса.
«Повсюду наблюдается избыток полных энергии молодых людей, которым современный мир не может обеспечить сколько-нибудь сносной жизни. Их без труда удается подбить на всякие бесчинства, и они легко подпадают под любое влияние, если это сулит им хоть какую-то надежду или развлечение… Жажда власти, безрассудный бунт из-за разбитых надежд…»
Это Уэллс написал в 1941-м.
Но он еще оптимистичен. Ведь может статься так, что мы увидим мир почти без молодежи, стремительно стареющий и угасающий. Под деловитое жужжание и гудение роботов…
Не думаю, что нам нужен такой вырождающийся мир. Требуется нечто иное.
Мы полностью отрицаем концепцию «минимального гарантированного дохода»! Человек современного типа слишком несовершенен, чтобы получать деньги просто так, за безделье. Он должен творить, трудиться или сражаться, в поте лица добывая хлеб свой. Иначе человек превратится в праздного и порочного вырожденца. Запад избрал путь содержания люмпенов за счет бюджета? Это — его проблема. Коль он желает двинуться по пути позднего, императорского Рима.
Помню свое детское потрясение, когда в солнечный прекрасный день в сентябре 1977 года открыл учебник по истории древнего мира. Ну, помните тот советский шедевр с черной обложкой, с аркой из Пальмиры на ней? В разделе, посвященном Древнему Риму, со страницы на меня с немного насмешливым прищуром глядел… тогдашний президент США Джимми Картер, изваянный в античном мраморе. Но на самом деле то был бюст великого Цицерона (или Кикеро, как он звался на самом деле).
Потом, рассматривая бюсты римских сенаторов в Эрмитаже, юный Максим Калашников изумлялся их лицам. Боже, сними с них тоги, обряди в шляпы и костюмы — и можно смело менять табличку «Марк Фульвий Саллюстий, сенатор» на «Марк Проктор, сенатор от штата Техас». Случайно ли это? Да нет. Соединенные Штаты изначально строили себя как наследника Рима, принимая его культурно-идеологическую матрицу. Даже своей парламентско-правительственный холм они нарекли Капитолийским. И ежели Рим деградировал до того, что основная масса обитателей Вечного Города обратились в толпы опустившихся бездельников, за просто так так получавших хлебное содержание и кровавые зрелища в цирке, то, видимо, по схожей дорожке грядет и главная держава Запада. Но нам-то зачем за ней брести?
Нет, друзья, человеку нынешнего типа нельзя быть праздным. Никто не должен получать деньги так просто, ни за что. То, что достается даром, не ценится. Первое поколение советских граждан радовалось профсоюзным путевкам, бесплатной медицине, оплачиваемым отпускам, образованию за счет государства. Второе поколение воспринимало сие как обыденность (а разве может быть иначе?). А вот третьему этого оказалось мало, и оно разгромило собственную страну.
Меня глубоко впечатляет эксперимент в Пловдиве, начатый в 1979-м, эта дерзкая попытка смоделировать жизнь в обществе, где роботы все взяли на себя. Но, ответим себе сами честно: многие ли из наших сограждан, избавленные от необходимости ходить на завод или на службу каждый день, смогут жить, как те болгарские экспериментаторы? Увы, нет. Большинство начнет скатываться вниз, к состоянию вздорных, инфантильных «голых приматов». Большинство людей нуждается в сильном внешнем стимуле, чтобы оставаться людьми.
И если создать нужную общественную систему, где роботизация идет на пользу Человеку, где люди найдут применение себе самим, то рывок сапиенсов в развитии будет просто немыслимым.
С чем можно сравнить роботизацию монотонного, рутинного, отупляющего труда? С неким экзоскелетом для вида «хомо сапиенс». Представляете, насколько вы становитесь сильнее, надев внешний силовой каркас, с его гидравликой и сервомоторами?
Точно так же и роботизация, помноженная на стереопечать, могучие информтехнологии и новые материалы, созданные с помощью нанотеха, позволят нам играючи создавать и основной, и прибавочный продукт. Полностью снимаются старые экономические ограничения для многого.
Скажем, можно создать мощную систему обороны планеты от падения на нее астероидов, подобных Юкатанскому или Попигайскому. От страшной угрозы нашему биологическому виду и самой цивилизации. Прибавочный продукт огромен — и вот мы получаем и космические телескопы, зорких часовых неба, способных загодя обнаружить приближающуюся угрозу. Мы сможем выстроить флот космических кораблей, способных перехватить астероид и увести его прочь, используя космические (световые) паруса или мощные двигатели. Нам не составит труда построить ядерные ракетные двигатели и ядерно-импульсные машины.
Сегодня у нас нет технических препятствий для пилотируемой экспедиции на Марс. Все упирается в дороговизну проекта. Но экономика Шестого и уже Седьмого укладов, оснащенная десятками миллионов «механических слуг», сметает прочь экономический барьер. Мы можем создать у себя практически религиозно-технологическую отрасль — Суперкосмонавтику. Экспансия во Вселенную становится истовой верой, мы летим в глубины космоса не из каких-то экономических соображений, а совершая что-то вроде Крестового похода. И эта отрасль требует огромного числа сотрудников, здесь всего роботами не заменишь. Потребны целая сеть «верфей» и космодромов, промежуточная база на Луне, сонм центров разработок и испытаний новой техники, подготовки экипажей. При этом создание каждого комплекса для дальних полетов — это фонтан новых научно-технических прорывов.
Но, чтобы летать к звездам, требуются эпохальные научно-технические прорывы. Потребная огромная сфера науки фундаментальной и прикладной, отрасль добычи не сырья, а новых знаний. Тех, что станут основой совершенно фантастических технологий. Способных обеспечить нас океанами чистой и дешевой энергии, способных породить истинные звездолеты — способные «протыкать» пространство, использовать «червоточины» Вселенной и, таким образом, преодолевать барьер в виде скорости света.
Но для такой науки требуются миллионы исследователей и громадные опытные установки — те же ускорители элементарных частиц (на новоязе — адронные коллайдеры). Это — целые научные города с настоящими суперпредприятиями. Сегодня люди не могут создавать такой супернауки в силу экономических ограничений. Но вот их больше нет, роботизированная экономика дает нам возможность создать огромную «индустрию» добычи нового Знания. И одновременно такая Меганаука становится громадной сферой занятости. Да, с двумя конкурирующими Академиями наук, о чем мы раньше писали.
Наука простирается вширь и вглубь. В ней трудятся целые армии умных и развитых людей. Масса исследователей занимается не только физикой и химией, но и безбрежным океаном «науки о жизни», сопрягая старые дисциплины в интегральные исследовательские проекты, в междисциплинарные исследования. Наука исследует захватывающее прошлое, причем археология скрещивается с физикой, математикой, биологией, техникой. Господи, сколько еще удивительных находок скрывается в земле! Сколько памятников загадочных, неизвестных пока нам человеческих цивилизаций. Ждут своего объяснения и детального обследования гигантские каменные сооружения, разбросанные по планете и не относящиеся ни к одной из известных нам древних цивилизаций. Эту работу вела Лаборатория альтернативной истории Андрея Склярова, безвременно ушедшего от нас в 2016-м. Но ведь ее нужно ставить на самую широкую основу! Ведь именно Скляров и его команда открыли следы металлических циркулярных пил на блоках, из которых построены египетские пирамиды, и покуда еще никто не объяснил, чьими были те пилы…
Новая археология — тоже огромная сфера исследований и занятости. А если пойти вглубь прошлого, исследуя тайны антропогенеза, прослеживая центры зарождения разных видов древнего человека? Всех этих денисовцев или людей из пещеры Красного оленя? А исследования флоры и фауны загадочных периодов вроде Пермского?
В мире безлюдной промышленности, дающей невиданное дотоле изобилие, наука способна дать работу и смысл жизни сотням миллионов пытливых людей. Необъятны исследования мозга и сознания, внутреннего мира человека, его скрытых сверхспособностей, тончайших «механизмов» живых клеток и наследственности. Мировой океан и атмосфера, запутанные связи экологических систем, тайны языка и взаимодействий между людьми — можно ли все перечислить? Мы можем породить гордое племя исследователей-творцов нового Знания, уважаемых в обществе. Дающих человеческому роду могучее орудие для преобразования своей жизни, для власти над Вселенной. Для того чтобы выйти из тесной земной колыбели нашей расы.
Колоссален сам по себе проект «2045», нацеленный на победу над старением и смертью, на создание расы сверхлюдей. И он самым теснейшим образом связан с экспансией человека во Вселенную, с расселением нас по разным мирам. С созданием совершенно новой цивилизации.
Чтобы существовал такой мир космических сверхлюдей, и потребна роботизация. А чтобы могли жить и творить участники Космического, Меганаучного и Сверхчеловеческого (Россия-2045) проектов, в свою очередь, потребны другие громадные сферы деятельности.
Например, невиданная дотоле по размаху сфера человекостроения. Не просто воспитания и образования, но именно творения человека нового типа: сильного и умного, волевого, способного преодолевать предрассудки и мыслить нетривиально, как гении. Умеющего делать самые невероятные изобретения и открытия, но при этом работать в команде, сотрудничая с такими же, как и он, творцами-бойцами. Человека при этом здорового и гармонически развитого, умеющего в случае необходимости взять в руки оружие и защитить свой мир от орд вырожденцев или тупых религиозных фанатиков. Человека из романов Ивана Ефремова, честного, принципиального, не умеющего пресмыкаться перед начальством. Будущему нужен эллин в новом обличье, совмещающий в себе черты глубокого мыслителя и воина-анта VI века, черты Гагарина, Чкалова и академика Обручева.
А что такое — «человекостроение»? Это не только учебные классы, где на одного педагога приходится не 30 детишек, а 8–10 от силы (но уже в таком мире нам потребуется в три-четыре раза больше самых квалифицированных учителей и сверхоснащенные школы). Это — еще и невиданная по размаху сфера их клубов — военно-патриотических, авиационных и планерных, творческих, научно-технических и туристических (одни только художественные и ремесленные кружки сколько работников потребуют!) А это — не только гигантское число зданий с соответствующим оборудованием, бассейнов и тренировочных комплексов, летных полей и станций юных техников, но и целая армия неравнодушных, увлеченных своим делом наставников и наставниц. И их труд будет уважаем и достойно оплачиваем.
А вот — школы, где учатся самые талантливые дети и где армия умелых педагогов выпускает в мир гениев в самых разных видах деятельности. Если мы получим «отрасль», производящую хотя бы сотни титанов, равных по способностям Тесле, каждый год, то вознесемся к вершинам могущества! Но и в этих «человекостроительных долинах» нужны сотрудники с пламенными сердцами.
Рядом с этим вздымаются к небесам и широко раскидываются по долам новые русские университеты — целые «республики знаний и деятельности», со своими городками и совместными с промышленностью учебно-исследовательскими центрами.
А еще одна сфера, друзья мои, — здраворазвитие и супермедицина. Здесь тоже нужны миллионы отличных специалистов, любящих свое дело. Но прибавим к здраворазвитию еще и россыпь центров по развитию человеческих способностей, где учат использовать огромные резервы нашего организма и сознания.
То будет совершенно новый мир. Сверхпроизводительная роботизированная индустрия уйдет под землю или займет очень компактные корпуса. Но зато в этом мире нужно будет воссоздавать первозданные экологические системы, зеленые леса, чистые озера и полноводные реки. Лишь одна эта деятельность займет огромную армию энтузиастов-геоинженеров и геоморферов. Рядом с ними станут те, кто, используя генную инженерию, возродит древнюю фауну. Будь то шерстистые носороги или мамонты.
Всех этих творцов Будущего, строителей Мира Сверхлюдей нужно снабдить здоровой, целебной и вкусной, свободной от синтетической «химии» пищей и напитками. Теми, что будут обеспечивать профилактику от всяческих недугов и дряхлости, спасать от депрессий и утомления. А это — совершенно новое агрохозяйство, скрещенное с биотехнологиями и новой энергетикой. И здесь найдут себе смысл и дело жизни многие миллионы людей.
И тут же мы увидим гильдию архитекторов-строителей. Используя самые легкие и прочные материалы, легированные нанотрубками, они смогут возводить самые грандиозные и немыслимые сооружения. Головокружительные мосты и виадуки, красиво вписанные в горы и долы, созданные природой. Общественные дворцы и суперздания, о коих мечтали люди 1920–1930-х, станут реальностью. Как и вечные автострады, по прочности превосходящие римские дороги, как и совершенно фантастические виды наземного скоростного транспорта. Вроде аэроэстакадного.
И эта гильдия архитекторов-строителей потребует своей армии людей, увлеченных делом невиданного созидания.
Глазам Максима Калашникова открываются гильдии экстремальных видов спорта, акванавтов и аэронавтов, пилотов и планеристов, яхтсменов и сплавщиков, спелеологов и альпинистов. Все они найдут себе занятия на целую эпоху вперед. Ко всем ним придут ученики и исследователи. Те неисчислимые рати людей, что пока вынуждены крутить гайки на конвейере, сжимать баранки грузовиков или перекладывать бумаги в конторах, обретут новую, интересную и полнокровную жизнь. Все они честно заработают свою долю прибавочного продукта. Никто не будет лишним, всем найдется дело по душе. Сорвиголовы уйдут в экстремалы и воины, умники — в науку, любители природы — в геоморферы, предприимчивые — в бизнес, тесно связанный с наукой, — и так далее. В этом мире праздные и вялые станут презираемыми париями. Жить, словно овощ, не творя и не преодолевая себя, уходить в наркогрезы или в виртуальные миры бессмысленных игр станет постыдным.
Миллионы людей станут новыми ремесленниками, делая штучные, уникальные, красивые вещи. Знаете, как по-английски «ремесленник»? «Артизан». То есть искусник. Тот, кто делает вещи на уровне произведений искусств. Люди будут ценить уникальные вещи, в которые ремесленники-артизаны вложили любовь и душу свою. Снова появятся массы портных, которые станут шить одежду под миллионы придирчивых клиентов. Не массовую — индивидуальную. Огромный мир увлечений-хобби породит миллионы мастеров по восстановлению старых автомобилей, по постройке любительских летательных аппаратов и подводных лодок.
А кто-то осядет на земле и примется выращивать совершенно чистую, без всякой химии, аграрную продукцию. Будет вам древний сыр, мясо без гормонов и антибиотиков, чистый и вкусный хлеб.
Да и сама роботизация породит множество совершенно новых профессий, о коих мы лишь догадываться сегодня можем.
Таким я вижу мой Русский Союз, Сверхновую Россию — СССР-2…
На долгое время вожди и демиурги советской эпохи смогли создать альтернативу деградации. Они отлично знали, что люди — существа еще и стадные, они подчиняются влиянию СМИ, пропаганды и общепринятым взглядам. А как создаются общепринятые взгляды? Правильно: стадные сами думать не умеют, их сознание формируется с помощью медиа и тех вкусов-мод-философий, что навязывают им правящие.
И в СССР создали целую «религию», целый Прометеев культ поклонения науке, технике, скорости, силе. Очень похожий на футуристический культ машин и стремительности поэта Маринетти при Муссолини, но гораздо более глубокий и всеохватный. Да, в СССР никто не имел права не трудиться и получать блага «на халяву» (в этом русские коммунисты в корне отличаются от западных леваков и социалистов). Но при этом считалось самым модным и современным летать на планерах и самолетах-авиетках, прыгать с парашютом, гонять на авто и мотоциклах, заниматься спортом, овладевать сложным оборудованием и по-стахановски совершенствовать свой труд. Ведь фактически стахановское движение — это не перевыполнение плана любой ценой, а движение на повышение производительности труда, за снижение издержек и высокую культуру производства, за научную организацию работы на своем рабочем месте, в цеху или на целом предприятии. Кстати, уже в 1941-м речь шла об автоматизации труда. Подробнее:
http://m-kalashnikov.livejournal.com/2691168.html
http://m-kalashnikov.livejournal.com/2661095.html
http://m-kalashnikov.livejournal.com/2646962.html
Как видите, уже накануне войны пропагандировались вполне «японская» философия труда, развитие автоматизации производства и всяческая его рационализация. Существовало даже ГУТР — Главное управление трудовых резервов, которое учитывало даже небольшие рационализации, придуманные самими работниками. И все это соединялось с культом Нового, Прометеева человека — здорового, сильного и умного. Творца и воина в одном лице. Проповедовалась власть человека над природой, пространством и временем, над материей, над будущим.
Уверен, что это — одна из самых ценных подсказок великого СССР нам, людям эпохи роботизации и безлюдных производств. Нам снова нужен культ труда, творчества и силы. Именно он, именно массовая нетерпимость к праздности, лени или извращенности и должна побудить несовершенных сапиенсов не превращаться в подобие римской черни. Какие новые сферы деятельности мы дадим людям, мы, если вы помните, описали в предыдущей главе. Да, мы обеспечим и шестичасовой рабочий день, и четырехдневную рабочую неделю, дав людям море досуга. Но сделаем так, чтобы и досуг их не становился временем оскотинивания.
Как сделать так, чтобы все не выродилось в мещанский СССР 1970-х? В страну, где хрусталь, финская колбаса и «Жигули» не заменили собою крылья планеров и купола парашютов? Здесь нам понадобится и другой опыт. Не только советский.
Представим себе молодого человека, талантливого биохимика, только окончившего великолепный русский университет. Его, энергичного и способного, еще на третьем курсе заметила частная биотехнологическая компания. Он практиковался в ней, учился у старших товарищей, аки подмастерье — у мастеров в древности. И вот Юра Иванов пришел работать в компанию. Да-да, в том самом мире всеобщей роботизации. Где вроде бы 80 % людей — коли судить по нынешним меркам — не нужны в производстве. Где вкалывают роботы, а не человек.
Компания «Биоцевтика», где трудится наш Юра, например, производит отличные экстракты из пряностей и лекарственных растений для пищевой индустрии, для фармацевтики и косметической промышленности. Шипит холодная углекислота, в облаках морозного пара выливаются из сверкающей сталью автоматической установки экстракты-вытяжки. Однако в ходе своей работы в лабораториях компании обнаруживают самые невероятные химические соединения даже в самых привычных растениях. Например, в ромашке. Интересно, каков механизм их целебного действия на человеческий организм? Юра трудится под началом Сан Саныча, еще советского фитохимика-зубра. А он говорит, что тут — работы край непочатый, что здесь мы вошли в совершенно неисследованную область. Что мы до сих пор толком не знаем, как древние с помощью лекарственных растений ухитрялись врачевать своих современников.
В обычной рыночно-капиталистической экономике частной фирме не под силу финансировать такие исследования. У нее денег на это нет: есть текущая деятельность, нужно обеспечивать рентабельность. Но в нашей креаномике времен роботизации молодой ученый Юра получает только часть зарплаты от компании. Вторую часть ему платит государство. Как ученому, тесно связанному с практикой. Мало того, если компания ведет научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, государство наполовину их софинансирует. Ибо если так работают тысячи предприятий, то хотя бы несколько из них может натолкнуться на совершенно сказочные знания и технологии. Те, что обеспечат такой прорыв, который разом окупит все вложения. Деньги, таким образом, тратятся не на безусловный доход для миллионов деградантов, которые уйдут в виртуальные миры, а на науко-промышленность новой эры. На то, чтобы дать работу миллионам любознательных носителей высокого интеллекта, миллионам творческих личностей. Чтобы поощрить их творчество, их постоянное самообучение и самосовершенствование. И чтобы дать работу именно таким людям, создавая пример для подражания и стимул для учебы для всех остальных.
Деньги вливаются не в разленившиеся, обюрократившиеся НИИ, воспетые в советских карикатурах и кинокомедиях (90 % научных сотрудников на работе разгадывают кроссворды, а трудятся — лишь 10 %), в живую, успешную компанию, которая непременно сможет применить новые знания и технологии на практике. Нет, НИИ и академическая наука в нашем Русском Союзе (СССР-2) никуда не делись. Просто они сосуществуют с такой вот науко-промышленностью роботизированной эры, входят в ней в кооперацию, строят целевые союзы, обмениваются кадрами. При этом те, кто совершает научно-технологические прорывы, получают огромное вознаграждение, становясь богатыми и уважаемыми людьми. Они и выступают как истинная элита. Ею становятся творцы, а не торговцы сырьем и не туповатые чиновники, не футболисты и не эстрадные кривляки. Да и миллионы родителей побуждают своих чад учится и грызть гранит наук, а не гонят их играть в футбол иль в теннис.
Вот и наш Юра увлеченно работает в компании, занимаясь и прикладными задачами, и поисковыми работами. Он разрабатывает новую тему: исследует с помощью новейшей научной аппаратуры и современных методов медицинские рецепты великого Авиценны, ибн Сины. Того самого, что врачевал людей с помощью лекарственных растений. Он — участник государственной программы «Медицина будущего», о чем говорит значок на его лацкане, и потому вторая половина его зарплаты — из бюджета. Но в этой же программе участвует и компания, в которой он трудится. Отчего она получает софинансирование НИОКР от государства и может взять на работу еще двоих-троих ученых-энтузиастов.
Юра становится фактическим лидером молодой команды исследователей. Он с товарищами создает творческие союзы с другими такими же командами из прочих компаний и НИИ, они сообща ведут междисциплинарные исследования. А там такие же юноши с горящими глазами выступают участниками иных государственных программ. Здесь вам и «Россия-2045», и «Космический проект», и «Пища новой эры», и «Новые способности человека»… Образуются творческие альянсы биологов, инженеров, физиков, нанотехнологов, химиков, медиков… А новинки испытывают молодые экстремалы, аквалангисты и полярники, любители горных велосипедов и дальних походов. А что-то начинают применять и летчики, и те бойцы спецназа и подвижных армейских частей, что охотятся на воинствующих мракобесов Юга, норовящих весь мир ввергнуть в вонь и эпидемии нового Средневековья.
В итоге рождаются самые невероятные по эффективности и дешевизне лекарства, бьющие в хвост и гриву старые корпорации западной фармации, выводящие русских в мировые лидеры. Компания превращается в глобального чемпиона. А параллельно возникают вкусная и целебная пища для всех — с биологически активными добавками. Пища, позволяющая победить старение и немощь, обеспечить ясность ума и крепость мускулов. Как и новые, полезные напитки. Наше государство получает огромные доходы. Да и состоит оно из здоровых, сильных и лобознательных граждан. Ленивые и безвольные выбраковываются автоматически.
Саму идею такого механизма Максиму Калашникову подсказал его друг, основатель компании «Биоцевтика» Дмитрий Половинкин. Вы можете легко перенести его на другие области производства. Видите, как из ворот автостроительных предприятий выезжают, например, электромаховичные экипажи? А рядом с верфями, где строятся классические суда, на испытания выходят переднеприводные кораблики, показывающие рекорды скорости и экономичности. Или суда с акульими носами. А вон там уже забегали многофункциональные роботы. А вон там — научились останавливать механизм естественного старения человека.
Умные люди в разных странах мира давно поняли, что деньги государства можно вкладывать не только в государственные структуры, где велик риск их расхищения или бездарного расточения на всякую чушь, но в команды энтузиастов, в успешные частные компании. Туда, где государственные средства не только не пропадут, но и дадут максимальную отдачу. Где их не разворуют через раздутые сметы, а пустят в дело. А конкуренция с такими сообществами и сами государственные структуры, и предприятия сделает и лучше, и гибче.
Вот вам еще один образ того грядущего, которое связано с массовой роботизацией. Грядущего, где лишних людей нет, где все делают дело. Где производство неразрывно соединяется с пытливой наукой. Где нам не грозит массовое вырождение. Где социализм совмещен с интеллектом, творческой этикой и частной инициативой. Где человек не возвращается к обезьяне, пускай и со смартфоном, но поднимается вверх по ступеням эволюции.
Мне, по большому счету, плевать на Запад. Мне, как русскому, важно выживание моего народа. Вот ему бы и нужно бы первым в мире рвануться в новую реальность, создавая ту самую невиданную раньше цивилизацию с технологиями Шестого и Седьмого укладов. Нашу цивилизацию радости и творчества, а не нового рабства!
Но стоит ли повторять прежние мои книги? Ведь если вы их читали, то прекрасно понимаете, о чем здесь говорится. Тот, кто пошлет подальше этот муторный мир с его бесчисленными мобилками, гламуром, очередными социальными сетями, сайтами групповых скидок-купонов и безмерно надоевших тачек, тот и выиграет всю планету. Тот, кто первым сможет (не выбрасывая айфонов и Интернета) создать реальность, где люди станут богами, где возникнут усадебные футурополисы вместо мегаполисов (этих мельниц по перемалыванию человеческого капитала). Где возникнут плавучие города и подводные поселения. Где пустыни станут превращаться в благодатные орошенные земли.
Русский резон в этом смысле прост до неприличия. Если твой народ понес чудовищные потери и ему элементарно не хватает рабочих рук, то спастись он может только за счет того, что овладеет сверхпроизводительными технологиями Седьмой эры. Лишь они могут компенсировать громадное число убогих, немощных и старых в стране. Ну, если вы, разумеется, не хотите заменить русских ордами среднеазиатов.
Так было всегда и в других технологических укладах. Только новые научно-технологические прорывы могли экономить людские ресурсы. Один пулемет Максима заменял собою 50 стрелков из винтовки. Один трактор с навесными орудиями был равен десяткам конных плугов. Кстати, массовая тракторизация началась в США в Первую мировую, чтобы заменить машинами сотни тысяч пахарей-фермеров, мобилизованных в армию. Вот и нам сейчас до зарезу требуется то, что позволит обходиться минимумом работников. А это — не что иное, как технологии Седьмой и даже Восьмой фаз.
Видите ли, читатель, для того чтобы сохраниться как народ, русским придется стать лидером мирового развития — не меньше. А чтобы стать таким лидером, нужно обладать мышлением и психологией лидера. Мы сейчас по уши в дерьме? Плевать — вырвемся! Какие-то дураки злобно шепчут: «Какой космос? Нам бы дороги построить и коровники поставить!» К черту их — мы и в космос полетим, и коровники с дорогами сделаем. Ибо тот, кто замыкается лишь на рутинном и не думает о звездах, навсегда останется неудачником. Никто этого еще в мире не делал? А нас это не волнует! Мы будем первыми — и всем зададим каноны нового мира, всех заставим себя уважать. И пускай нас потом копируют, пусть нам затем подражают.
Это и есть психология и умострой лидера, ведущего. Он никого не копирует, а сам творит новую реальность, не пугаясь неизведанного и сложности задач. Только такие страны и народы выходят вперед, становясь властелинами Вселенной.
На выставке 1939 года в Нью-Йорке было представлено будущее, которое американцы желали видеть в 1960 году. Это — мир высоких, стройных и загорелых людей, прекрасно развитых во всех отношениях. Все — с высшим образованием. Пригородные зоны буквально иссечены автострадами. Автомобили сказочно дешевы. Вокруг — искусственно насаженные леса. Стандартный поселок строится вокруг одной фабрики и сам себя обеспечивает продовольствием. Основные болезни побеждены. Дома — также быстровозводимые, удобные и дешевые. Каждый поселок имеет свой аэродром, но самолетов не видно: они спускаются в подземные ангары. Города соединяются и разъединяются автострадами…[42]
«Не исключено, что мы можем стать свидетелями рождения новой расы, расы мужчин, которыми движет спортивное мастерство, являемое ими на спортивных площадках. Но эту же самую спортивную силу такие мужчины никогда не станут проявлять без лишней на то надобности в обыденной жизни. Это будет физически сильная раса, нравственно и духовно окрепшая. Эта раса не будет знать заката, так как она готова бороться за свои права и физически окажется приспособлена к этому. Люди этой расы будут помогать своему противнику, верх над которым одержат в справедливом спортивном поединке. И они будут бесстрашны в желании устранить несправедливость!»
Так говорил в 1929 году американец Эйвери Брэндедж, энтузиаст олимпийского движения (цитирую по книге В. Васильченко «Нордические олимпийцы»).
В чем Максим Калашников практически полностью уверен — так это в том, что неумолимый закон «спирали развития» приведет к тому, что реалии нового мира напомнят скорее 1930-е, нежели 1980-е. Новое — подчас хорошо забытое старое. То, о чем мечтали наши прадеды и прабабушки, не имея на тот момент нужной технологической базы, станет былью в эпоху всеобщей роботизации. Как создать породу людей, обладающих сопротивляемостью к вырождению и скатыванию в оскотинивающую праздность?
Думаю, что даже спорт в Русской цивилизации станет важной сферой деятельности. Но спорт именно массовый, а не профессиональный.
Пусть профессиональный спорт существует на деньги рекламодателей, болельщиков и жертвователей. Бюджет не должен тратить на него ни копейки. Нам всякие мутко не требуются. При этом собственно спорт у русских никуда не денется. Просто он будет полезным, массовым.
Максим Калашников, например, никогда не смотрит спортивные игрища по ТВ и не ходит зрителем на стадионы. Я предпочитаю годами посещать качалку и бассейн. Как и многие другие. Самому надо заниматься, причем в удовольствие.
Именно на народные спортклубы, бассейны и недорогие стадионы должны идти бюджетные деньги. Причем отказ от архидорогого профспорта позволит построить и содержать в десятки раз больше таких народно-спортивных объектов и структур, нежели сегодня.
Зачем нам нужен массовый спорт, он же — здоровый образ жизни? Для того, чтобы нация была крепкой, выносливой, мускулистой. Не подверженной гиподинамическим недугам обитателей городов. Массовый спорт должен воспитывать силу воли свободных граждан, готовить воинов (свободный гражданин — воин), отличных работников и предпринимателей. Спорт должен давать навыки командных действий и обеспечивать национальное единство. Спорт есть замена алкоголя, наркотиков и табака. Спорт должен носить по возможности утилитарный характер. Каким образом? Режиссер Роман Газенко, служивший срочную еще в Союзе, в группе наших войск в Восточной Германии, рассказал мне о том, что их часть располагалась рядом с частью армии ГДР. И если наши по утрам бегали на зарядку в брюках и майках, то немцы — всегда в полной боевой выкладке. То бишь каждое утро восточногерманский солдат отрабатывал небольшой марш-бросок.
Отличный принцип! С этой точки зрения полезный спорт — двуборье-биатлон. Он готовит сразу и выносливых лыжников, и хороших стрелков. Резерв для армии и возможного ополчения. Я бы еще вернул в биатлон стрельбу из боевой винтовки калибром 7,62 мм, как было до начала 70-х. Точно так же полезно и пятиборье, где совмещаются стрельба, фехтование, конная езда, бег и плавание. Смысл таких видов спорта — не рекорды ставить, а подготовить как можно больше сильных и волевых людей. Нам больше нужны спортивное ориентирование, кроссы со стрельбой и преодолением водных преград. Нам больше нужны любительская легкая атлетика и боевые искусства, причем именно в массовой форме. Качалки тоже нужны — они очень закаляют характер. А для того чтобы люди умели работать и действовать сообща, необходимы командные игры. Цель — получить исполненного достоинства гражданина-бойца, умного и волевого, способного производить здоровое потомство и быть человеком высшего сорта. Интеллектуалам и творцам крепкие мышцы никогда не мешали. Чем лучше кровь омывает мозг — тем плодотворнее творчество. Креаклы — задохлики и извращенцы — нам не нужны. Мне милее сильный и умный обитатель футурополиса — человек гармоничного эллинского идеала.
Такой массовый народный спорт возможен лишь в условиях сильной высокотехнологичной, автоматизированно-роботизированной экономики и разумного протекционизма. Там, где граждане достойно зарабатывают и располагают временем для атлетических занятий.
Политика же нынешней «элиты» РФ — превратить население в нездоровых особей, вынужденных ишачить денно и нощно за грошовые жалованья. Пусть эти безвольные и слабые людишки, обессилев и изнервничавшись, потом дуют пиво и смотрят спорт лишь по ТВ. Оставаясь покорным электоральным стадом.
У нас будет иначе! Да и придумывать в данном случае ничего не придется.
Еще в 1920–1930-е годы люди отличались здравым смыслом и прагматичностью. Их вполне можно привнести в эпоху Меганауки и создания сверхлюдей. Вот что писал французский социалистический журнал «Народ» в 1936 году, воспевая именно массовый (а не профессиональный) спорт: «Представьте себе бесчисленную армию юношей и девушек: сильных, здоровых, закаленных спортом, загоревших на солнце. И все они маршируют правильными полковыми порядками. Они все мобилизуются вокруг красных знамен. И все эти бессчетные батальоны маршируют несколько часов кряду…» (цитирую по «Нордическим олимпийцам» А. Васильченко).
Перенесемся в Германию тех же времен. Там тоже реяли красные флаги, хотя и со свастикой. В 1933 году журнал «Физические упражнения» писал:
«Все наше физическое воспитание должно иметь военно-спортивный характер. Оно должно формировать сплоченные команды, безусловное послушание, пунктуальность — короче говоря, все, что подобает солдатскому духу».
Но думали о подобном и раньше. В 1893 году социал-демократический «Рабочий гимнастический союз» принципиально отказался от стремления к рекордам — как от вредного для здоровья дела. Главное — физическая крепость и здоровье людей. Зачем плодить калек — профессиональных спортсменов, которые теперь обойтись не могут без допингов и целой походной аптеки?
Потому в Германии 1930-х развивался прежде всего прикладной, прагматический — народный — спорт. Как, впрочем, и в СССР. В Союзе спорт делали массовым и военно-прикладным. Он назывался «физической культурой».
«И мы при опасности вмиг
Спортивные сменим снаряды
На шашку, гранату и штык…»
Так пелось в «Марше советских физкультурников». Перед олимпиадой 1936 года глава Немецкой лаборатории стрелкового оружия, отставной генерал Кнут требовал от государства создания множества народных стрельбищ. Именно для военной закалки немецкого народа.
Берлинский спортивный клуб «Комета», как пишет А. Васильченко, организовал соревнования — марш в полной боевой выкладке. Глава немецкого олимпийского комитета Карл Дим провозглашал: «Немец более не может позволить себе быть презираемым. Немец должен требовать, чтобы Германия завоевывала мир. Это должно стать лозунгом для всех наших устремлений в области культуры, науки, искусства, экономики…»
Дим — враг наш, но его философия мне нравится. Ее надо применить для русских.
Даже технический спорт немцы тогда использовали для развития и моторизации страны. 11 февраля 1933 года Гитлер объявил программу национальной моторизации. С отменой налогов на автотранспорт (естественно, только немецкого производства), со снижением налогов на предприятия автопрома, со строительством шоссе-автобанов, с государственным содействием гоночному спорту.
Да, наш вражина действовал очень толково — не сравнить с практикой нынешних властей РФ. В отличие от них, он не покупал гоночные «болиды» за рубежом и не соблазнял народ возможностью в кредит покупать привозные тачки — он поощрял постройку отечественных машин. Причем они делались опытными моделями для мощных двигателей, которые затем пойдут в массовую серию. Строились не трассы «Формулы-1» в Сочи (где гоняют только импортные авто), а сеть четырех полосных автобанов по всей стране. Автопром Германии превращался в не ангары по крупноузловой сборке импортных авто, как нынешние «автозаводы» РФ, а в предприятия полного цикла, производящие отличную автотехнику.
Надо сказать, очень поучительный для нас пример. Пример весьма делового подхода. Такой и надо применять к массовой авиатизации и строительству футурополисов.
Когда-то скандинавы-норманны, попав в древнюю Русь, прозвали ее Гардарикой — «страной городов». Потому что городов было намного больше, чем на родине норманнов — в Дании, Швеции, Норвегии, Исландии. Норманны видели и тогдашние земли Западной Европы. Они были знакомы с Византийской (Восточноримской) империей. Но почему-то тамошние царства-государства скандинавы «страной городов» не назвали, отдав сию честь именно древним русам. Что же поразило суровых, видевших виды викингов? Более чем тысячу лет назад наши предки создали особый тип города: «тканевый», состоящий из усадеб. Тип города органичного и удобного для жизни.
Мы совершим градостроительную революцию, и наши земли назовут новой Гардарикой. Пространством тысяч новых городов-полисов, поселений будущего, что построены, как мечтают Ю. Крупнов и его соратники, на принципах поместной урбанизации. Семейные поместья будут доступны каждому работящему и трудолюбивому человеку. Это — альтернатива вымариванию нас в «либеральных агломерациях», в бетонных джунглях. Такова наша Новая Гардарика. Те самые самоуправляемые общины, на которые может опереться сильная национальная власть.
В новых полисах процветает творчество. Они становятся средоточиями научно-исследовательской и опытно-промышленной работы, совершенно новой агротехники и невиданных ранее центров образования. Футурополисы-будущеграды, возникая вокруг новых, передовых производств, рядом с новыми университетами (где наука совмещается с учебой) и биоагрохозяйствами живут на самоуправлении. В них работает самоуправление, новая Советская власть, гораздо более совершенная чем в СССР. Система подвижной меритократии, описанная в книге «Будущее человечества». Такое самоуправление превращает администраторов в ответственных перед гражданами, полностью подконтрольных им управленцев. Старые города, лишившись части населения, обращаются в культурные и досуговые центры. Они получают новую жизнь.
Раскованная энергия людей творит чудеса. На потеплевшей Земле нужно давать скоту сверпитательный корм? Задействуем посевы амаранта и экструзионные технологии производства корма. Дешево и сердито, и чинуши не мешают. А можно производить и ценнейшие кормовые добавки для стада из насекомых. Лишний раз убеждаюсь в том, каких высот могут достичь русские, если сбросить с их шеи ярмо мафиозного сырьевого квазигосударства и создать нормальное русское проектное государство, что раскует нашу инициативу. Прочел в «Эксперте» о работах архангельской компании «НордТехСад» (Геннадия Иванова), которая производит протеин для прибавок к корму скота из насекомых. Протеин добывают из личинок мушки — черной львинки.
«Благодаря чудесным свойствам мушки черная львинка, которая появилась на земле 400 миллионов лет назад, когда еще и земноводных не было, ее особый синтез белка и жира позволяет наилучшим образом повышать иммунитет животных и людей. После использования протеина черной львинки ежемесячные привесы бычков увеличиваются на треть…»[43]
Работы Г. Иванова, конечно же, у себя дома ни фига не заметили, зато узрели на Западе. Оно и неудивительно: русский решает проблему дорогих импортных добавок к корму. Хотя сухая прибавка из насекомых стоит дороже импортной (2 100 руб/кг), но это — из-за того, что процесс еще не автоматизирован. Но зато за счет лучшей усваиваемости протеина из мушки и лучших привесов скота экономия составляет 12 рублей на кило. В целом расход комбикорма на кило живого веса скота при применении мушиного протеина сокращается на 10 %, а привес увеличивается на 8 %.
Производство безотходное: помет мух идет на удобрения, жир — для косметологической промышленности. Кстати, жир этот может быть отличной мазью при болезнях суставов. Первый опытный завод строят в Литве (члене Евросоюза). С мощностью в 3 тонны протеина в сутки.
А в нашей футурополисной Гардарике — тысячи вот таких новаторов!
В этой Новой Гардарике, раскинувшейся от Старой Европы до русского Приморья, мы развиваем новые виды транспорта. Глядите: рядом с полисом-садом идет трасса скоростного транспорта. Может быть, это — аэроэстакадный транспорт Бартини-Серьезнова. Экраноплан на эстакаде. От футурополиса разбегаются вечные автодороги из базальтового полотна. А может, дорог останется очень мало. Жители полисов будущего станут пользовалься электролетами. Или автожирами-малютками (гиропланами) Валентина Устинова, коим не требуются аэродромы. Или маленькими самолетами русского типа «Жаворонок», что заменят автомобили. Не придется губить много земель и лесов ради прокладки автотрасс. Вся эта летающая техника уже существует.
Что дает новый транспорт? Мы можем за час покрывать сотни километров, перемещаясь в другие города и футурополисы с такой же легкостью, с какой сегодня ездим на метро из одного конца мегаполиса на другой. А если нужно перевозить грузы, то в ход идут большие гибридные (помесь самолета и дирижабля) летательные аппараты. Им не нужны дороги, они совмещают грузоподъемность небольшого корабля и скорость самолета 1930-х годов. Их воздушные гавани у наших футурополисов обеспечат быстрое движение всех нужных товаров или комплектующих. Коренные народы Великой Руси становятся властелинами небес. Мы строим свою аэрократию.
Основу нашей новой цивилизации обеспечит новая энергетика. Не обязательно иметь для этого поля громоздких ветряков. Чистой и доступной энергией нас обеспечат ядерные станции нового типа. Или установки низкоэнергетического термоядерного синтеза (LENR). Или те выходы водорода из недр планеты, что открыл русский геолог Владимир Ларин. Если на таких выходах пробурить скважины, то мы получим возможность питать наши города даровой энергией от газопоршневых электростанций, производить топливные элементы без огромных затрат энергии на добычу водорода с помощью электролиза. В этом мире Новой Руси-Гардарики мы сводим к минимуму потребление нефти и природного газа, переставая насиловать планету и кормить то режимы арабских монархов, то транснациональные нефтегазовые компании. Футурополисы превращаются в средоточия автономных технологий. Здесь самым широким образом используются полная переработка отходов, замкнутое водоснабжение, вся гамма энергосберегающих технологий, включая и тепловые насосы.
Наплевав на эгоистические интересы старых корпораций, граждане футурополисов выбирают самые новые технологии, что несут самое быстрое и недорогое решение проблем. Современные системы водоснабжения и водоочистки, беспроводная сверхширокополосная связь с любой точкой и страны, и планеты через терминал в каждом поместье. Наши полисы обзаведутся децентрализованными источниками киловатт-часов, не пожирая столько тепла, как нынешние панельные коробки. Упадут энергозатраты в жилищно-коммунальном хозяйстве. А новая промышленность, конечно, востребует большие станции — но теперь их будет потребно раза в три меньше, чем в прежнем мире при тех же объемах производства.
Мы больше используем энергию солнца, ветра и текущей воды. Минеральные ресурсы экономятся нашими ядерными мини-установками и станциями на местах выхода струй водорода из глубин Земли. Металл во многих случаях заменили базальтовое полотно и сверхпрочная керамика. Ну а новая промышленность по экономичности и ресурсосбережению бьет все рекорды.
Если принять все силы и возможности общества за 100 %, то сегодня не менее 60 уходит на то, чтобы обеспечить себя теплом, энергией, едой, одеждой. И только 40 остается на все остальное. Мы высвободим океаны ресурсов, человеческого труда, времени и денег. Теперь мы можем инвестировать сверхдоходы в самую лучшую в мире школу. Наши дети смогут читать уже в три года от роду, а программу среднего образования — проходить уже к 14 годам. А дальше — получать суперобразование, что развивает их способности. Причем — в сочетании с занятиями в новых палестрах — атлетических школах. На выходе мы получим прямо-таки древнеэллинский идеал. Человека, развитого и умственно, и физически. Обладающего невероятной жизненной силой и нерушимым здоровьем.
Жители Новой Гардарики свободолюбивы, хорошо тренированы. В каждом доме есть оружие — нарезные карабины, традиционные охотничьи ружья или арбалеты. Сверхновые русские слывут отличными воинами. Они не только хорошие стрелки и разведчики, но и операторы высокотехнологических видов оружия. Привыкшие отвечать за себя в системе самоуправления, работающие в сферах высоких технологий, они сообразительны, инициативны, изобретательны, технически грамотны. Они — именно воины, а не солдаты. Они и войну в случае чего поведут как предпринимательскую операцию — с неожиданными для врага ходами. В Гардарике вообще любят брать качеством, а не количеством.
Высвобожденные ресурсы Новая Гардарика направит в грандиозные программы здраворазвития, строительства транспортных коридоров развития, в научные исследования и космические миссии. Каждое из этих направлений породит мощный поток новых научных открытий и неслыханных прежде технологий. И так — вплоть до невиданных прорывов, что дадут нам сверхмогущество: до овладения энергией термояда, использования магнитного поля земли, создания «человека сверхразумного» и мыслящих людских сообществ, до постройки установок для производства готовых вещей за счет перекомбинации атомов. И так — до освоения Луны, Марса, спутников Юпитера, глубин океана.
Так мы спасем сам род людской из пучины Мегакризиса. И поведем за собою всех. Приняв на свои земли не абы кого, не пришельцев из Азии, но прежде всего — белых европейцев, бегущих к нам.
С чем мы сразу покончим в Великой России-Ковчеге — так это с тем курсом настоящего геноцида, что был развязан в мире с конца 1980-х годов под видом экономической глобализации и «свободы торговли». Наш Новый курс будет покровительственным, протекционистским. Внутренний рынок — наш приоритет на все времена.
Предвижу, что национальные рынки в мире, трясущемся под ударами глобального Мегакризиса, станут особой, защищаемой ценностью. Это видно уже сейчас. А дальше — больше. Русские и союзные нам народы обязаны возглавить сей процесс. К черту либеральные бредни о едином мировом рынке!
Во времена агонии Советского Союза и его расчленения хозяева западного капитализма решили построить рай для себя. Мир глобализации. Мол, давайте будем размещать предприятия свои там, где выгоднее — где теплее, сырье поближе, где рабочие руки подешевле. Если надо — выведем производства из старых стран белого Запада куда-нибудь в Китай или Вьетнам. Для вящего удобства надо в рамках Всемирной торговой организации сильно снизить таможенные барьеры (а то и вовсе их отменить), ради свободного движения товаров по всему белу свету. Равно как и капиталовложений. Дескать, все это — путь ко всеобщему процветанию. Ибо, мол, национальные рынки слишком узки, а тут рынок — весь Земшар. Причем каждая страна в таком порядке специализируется на производстве того, что у нее лучше всего получается. Так сказать, доводим разделение труда до самого предела. Пусть производственные цепочки станут мировыми.
Многие клюнули на эти сладкие речи и даже попробовали насладиться полными прилавками, наводненными дешевыми товарами из Азии. Однако очень быстро пришла расплата. Оказалось, что в реалиях глобализации, при доведенном до предела принципе разделения труда 80 % населения планеты оказывается лишним, ненужным. Ведь для насыщения мирового рынка товарами и услугами со всего мира нужно не так уж много компаний. А остальные остаются без работы и места в жизни. Дешевые товары из Поднебесной, конечно, хороши, но где тебе на них зарабатывать, если твое собственное рабочее место исчезло? Если работы нет и надо конкурировать за нее со вчерашними крестьянами из какой-нибудь Хайнани, согласными вкалывать без выходных и за сущие гроши? Немудрено, что и в богатых странах Запада началось уничтожение пресловутого среднего класса, реальные доходы масс как минимум перестали расти, а богатство стало скапливаться у верхнего одного процента. Русские познали «прелести» глобализации на себе по полной программе.
Сегодня вы видим попытки восстания масс против этой «свободы торговли». Против тех, кто пожал главные выгоды — финансовых спрутов, любителей максимизировать прибыль и снижать издержки. Люди потребовали возвращения в свои страны рабочих мест и ушедшей промышленности, причем ярче всего сие выразилось в победе Дональда Трампа на президентских выборах 2016 года в Соединенных Штатах. Тот не скрывал своих планов разрушения глобализации и отвержения «свободы торговли», изначально сделав ставку на возвращение в Америку индустрии с помощью старого доброго протекционизма. То есть системы таможенных тарифов (и других рычагов государственной политики), что делают более выгодным производство всего, что только можно, у себя в стране. Или принуждают иностранные компании ввозить в нее не готовые изделия, а ставить в США заводы и фабрики по их производству, давая работу и заработки американским гражданам.
Протекционизм (покровительственная политика) станет Новым курсом нашего Русского Ковчега. Ибо без подъема своего нового производства русские просто не сохранятся как народ, распадутся на квазиплемена «вторичных варваров», лишатся науки и образования.
Ни одно из ныне развитых и богатых государств Земли не избегало стадии умного протекционизма. Ни старые Британия и Германия, ни США, ни Япония, ни Южная Корея, ни Китай. Отбрасывая неолиберальные бредни об «открытости рынка» настежь, мы требуем: даешь протекционизм новой эры! Он и есть та точка опоры, которая позволит нам поднять страну из трясины вырождения и застоя. Сделав ее манящим, притягательным полюсом мира.
В жарком, голодном мире, страдающем от жажды и смут, проблема защиты национальных рынков обострится до предела.
Дело даже не в том, что из-за роботизации и сверхэкономных технологий каждая нация будет заинтересована в том, чтобы производить на своей земле все, что только можно, давая работу как можно большему числу граждан. Нет, проблема в рушащемся старом мире окажется куда острее.
Представьте себе реалии Нового и Старого Света, где множество стран распалось фактически и юридически. Огромную Азию, где построенная с 1980-х годов индустрия простаивает из-за того, что Запад восстановил свое производство и больше не нуждается в дешевых государствах-мастерских. Итак, по миру перемещаются потоки разнообразных товаров. Часть из них произведена настоящими рабами из княжеств — обломков прежних стран, где жестокие владыки принуждают забитое население к труду буквально за похлебку. Часть товара идет из стран, где местная валюта девальвируется так же стремительно, как марка в Веймарской Германии начала 1920-х (тот период стал порой невиданной экспортной экспансии для немецких корпораций при отчаянной нужде простых немцев).
Вы хотите, чтобы потоки таких товаров забивали русскую землю, отбирая у нас всякую работу, глуша любые ростки новой индустрии? Тут не помогут никакие цифровизация пополам с искусственным интеллектом, о коих так любят поточить лясы в нынешнем Кремле.
Нам этого не нужно. Нам нужен зажиточный, трудящийся народ. Повелитель машин и техники. А не стадо вырожденцев вокруг Сырьевой Трубы.
Как ни один самолет не может взмыть в воздух, не имея крыльев — несущих плоскостей — так и ни одна индустриализация не может обойтись без покровительственной политики государства.
Во все века принципы покровительственной экономической политики (протекционизма) пребудут незыблемыми. Вот они:
— вывоз из страны необработанного сырья облагается высочайшими пошлинами, зато они почти символичны для экспорта готовых изделий. Не хочешь платить кусачие пошлины — перерабатывай сырье в высокопередельные продукты на Родине;
— точно так же ввоз в страну необработанного сырья — это самые низкие импортные таможенные тарифы, зато высокие — на импорт готовых изделий. Не хочешь их платить — ставь производство в России, будь ты хоть отечественным производителем, хоть иностранной корпорацией;
— аналогично применяются меры нетарифного регулирования — стандарты качества, импортные квоты, санитарные нормы, утилизационные сборы;
— то, что тратится на закупки и подряды из государственного бюджета, должно идти отечественным производителям, создавая рост реального сектора и числа достойных рабочих мест;
— протекционизм — это субсидии государства (как на Западе и в Китае) самым эффективным отечественным производителям, налоговые льготы на вложения собственных средств в модернизацию предприятий, доступные, длинные и дешевые кредиты производителю и потребителям, софинансирование государством новой высокотехнологичной продукции и НИОКР. При этом это не обогащение частных владельцев за счет казны, а наоборот, ее приращение. Например, в РФ по постановлению 1432 в 2012–2019 годах государство, ежели отечественную агромашину покупал наш аграрий, компенсировало заводу 15 % ее стоимости. В итоге и производство тракторов-комбайнов резко увеличилось, и на каждый рубль, что казна тратила на такую субсидию, в нее в первый же год возвращалось налогами 1,6 рубля. Чистый доход! Это не могилы для денег, как прежние колхозы или нынешние госкорпорации.
Протекционизм — не «железный занавес», а возвращение в страну десятков триллионов рублей из оффшоров и «кубышек», это превращение их в тысячи новых предприятий! Ибо теперь, например, строить в РФ заводы, фабрики и агрохозяйства станет выгодным, рентабельность производства восстанавливается. Импорт не запрещается. Хочешь покупать иностранное — покупай. Но плати своеобразный «налог на борьбу с безработицей» — таможенную пошлину, что уравнивает условия конкуренции между производителями в РФ и за рубежом.
Новый курс есть установление справедливых таможенных пошлин, которые уравнивают условия ведения производства и бизнеса в России и у ее конкурентов. Если Бог наделил нас огромными расстояниями и долгими зимами с трескучими морозами, если нашим согражданам для жизни недостаточно чашки риса в день и трусов с футболкой, если нашим конкурентам достались теплые незамерзающие моря и мягкий климат — наши ввозные пошлины уравняют условия конкуренции.
Наши таможенные пошлины будут огромными на вывоз из страны необработанного сырья. Хватит кормить олигархов! Сырье должно перерабатываться внутри страны и обеспечивать работу ее гражданам. Интересы нашего народа — превыше всего. Народ, производящий самые передовые изделия, не впадает в уныние. Он уважает себя сам — и пользуется уважением других народов. Народ-созидатель, а не жалкий потребитель импортного у Сырьевой Трубы, полон веры в свои силы. И нет ему преград нигде…
Мы несем роду людскому идею о праве каждого народа на развитие и на свой собственный исторический путь. Никакого уничтожения национальных особенностей и священных традиций во имя некоего «глобального рынка»! Мы говорим: «Традиции предков и звездолеты/нейросети не противоречат друг другу, они — органическое единство!»
Но прежде всего мы отстаиваем право на свою дорогу в Будущее именно своего народа. Мы представляем перед человечеством психологию крепкого русского мужика. Широкоплечего и высоколобого Дара Ветра, который может и первым в истории в космос слетать, и крепкое хозяйство создать, и чудо исторического прорыва свершить. Это — взгляд на мир крепкого, здравомыслящего мужчины, ответственного отца семейства, свободного от умственных завихрений. Рассудительного, сметливого, работящего, знающего себе цену — и обладающего жизненным опытом. Того, кого в Древней Руси называли кметем. Широк наш национальный тип, в нем есть все: и крепкий, предприимчивый хозяин, и фанатичный творец, и патриот-бессребренник, и монах-носитель пламенной веры, и смелый ученый-визионер, и гений-конструктор, опережающий свою эпоху. В нашем разнообразии — невероятная творческая сила нашего народа.
Мы предлагаем и миру, и своему народу строй справедливости, творчества и труда, свободный от ужасов правого и левого догматизма, без шараханий в крайности. Мы сплавляем в нем и план, и частную инициативу, общественное и личное. Как и подобает умному и работящему отцу семейства.
Испытав ужасы разных политических крайностей, пережив самые безответственные исторические эксперименты, мы сделали исторический синтез. Мы — динамические консерваторы и революционеры в одном лице, сумевшие взять самое лучшее из всех укладов. Главный критерий истины для нас — успех в практическом действии. Мы знаем, как совместить великодержавие — и права гражданина. Военную мощь — и справедливый независимый суд. Безопасность нашего общества — и честные выборы. Могучую центральную власть — и сильное местное самоуправление. Ибо не может быть великих держав, где люди — холопы бесправные.
Мы держим курс на империю народовластия. Не желаем никого принуждать к своему образу жизни. Добившись успеха, выстроив Великую Россию, Россию самой передовой промышленности и умного агрохозяйства, воздвигнув Благословенную Империю свободных граждан, мы обретем невероятную притягательную силу. Ибо решим у себя дома те жгучие проблемы эпохи, перед коими спасовали и Запад, и Восток. Что? Это не вписывается во всяческие «измы»? Нам все равно. Главное — это работает. А спор насчет «измов» оставим, как говорил товарищ Сталин, талмудистам и начетчикам, замшелым догматикам. «Делай, как я!» — таким станет лозунг Великой России. Время «чистых» капитализма и социализма невозвратно минуло, мы творим нечто совершенно новое.
Развиваясь так, мы создадим великую объединенную страну. Протекционизм есть тело для такого национального духа, для такого политического курса.
Наши непримиримые враги — это мародеры и «добыватели трофеев» всех языков и кровей, что уничтожают наши производительные силы, наши традиции, наши веру и культуру, саму жизнеспособность нашего народа. Наши враги — это ростовщики и финансисты-спекулянты, те, что норовят превратить всех нас в «серую расу» стандартизованных, развращенных рабов, лишенных и национальности, и пола, и разума, и памяти предков, и творческих способностей.
Мир — заводам и нивам новой эпохи. Безжалостная война — крикливой роскоши и домам ростовщиков!
Мы будем беспощадно бороться с этими глобализаторами, норовящими выделиться в касту мировых господ, а нас — отправить в электронный концлагерь, на Архипелаг Глоблаг. И мы создадим солнечный мир, где эти твари не выживут, где они вымрут, где воссияет слава творцов и созидателей, Человека Производящего. Где будет звучать звонкий детский смех, где святая любовь озарит жизнь каждого из живущих. Именно для этого и необходим русский протекционизм.
Мы до победного конца поведем борьбу с теми, кто готов сделать 80 % населения «лишней биомассой», разделив наши общества на касты. Против тех, кто, захватив власть, делает ее наследственной собственностью и топит мир в скверне коррупции.
Мы видим впереди не убогий, лишенный разнообразия мир, не унылое болото глобализации, но мир великих империй, «миров-экономик». Мы строим свой, Русский мир. И не хотим становиться чьей-то бледной копией. Ибо свято верим в великие творческие силы нашего народа. Всякий, кто проповедует усреднение, отказ от нашей идентичности, — наш онтологический враг!
Мы знаем, что впереди нас ждет рождение совершенно нового строя. Новой ступени развития цивилизации. Однако мы не намерены насильственно приближать такое будущее. Что тотальная приватизация, что всеобщая национализация отвратительны! Путь в будущее лежит через политику многоукладности, через всемерное развитие реального сектора, через разнообразие форм собственности, через сочетание плана и частной инициативы! Чем больше поднимется в Великой России заводов и фабрик, чем более полные производственные цепочки будут выстроены в нашем Отечестве (а это невозможно без умного протекционизма!) — тем скорее в нем вызреет новый, более совершенный, общественный строй. Тем скорее у нас появятся миллионы энергичных интеллектуалов и профессионалов — рабочих, техников, инженеров, конструкторов, ученых, опоры и строителей общественного строя будущего. И так, своим убедительным примером, мы укажем путь к свету всему человечеству. Сим победим черное Античеловечество ростовщиков и «добывателей трофеев».
И к черту сей бред с выносом производства в «дешевые страны» Азии! Мы не намерены уничтожать свой народ соревнованием с азиатами в дешевизне рабочей силы и вписываться в некие «глобальные производственные цепочки». Тот, кто стремится наладить «экспорт» рабочих мест из России и «импорт» в нее безработицы с нищетой, — враг, подлежащий полному и окончательному уничтожению. Как архитектор нашего геноцида и управляемого вырождения. Мы не собираемся устраивать «гонку вниз» с остальными странами, заставляя русских работников довольствоваться зарплатами меньшими, чем у китайцев, вьетнамцев или индийцев. Мы не допустим такого садизма, а значит — вымирания нашего народа и превращения огромных пространств РФ в пустыни, заселяемые пришельцами.
Более того, мы знаем, что отечественное производство, наука и образование представляют из себя единую «экосистему». Если ты лишаешься своих заводов, фабрик и ферм, то в твоей стране начинается угасание университетов, школ и научно-исследовательских лабораторий. Никакими реформами и финансовыми вливаниями их не спасти. На место высокого знания придут сущие бредни и махровое мракобесие, функциональная неграмотность людей и превращение их в порочный охлос — из сластолюбивых, падких на вульгарные зрелища существ. Ибо только работающие предприятия жадно требуют отличных специалистов, ищут новые технологии, задавая работу прикладной науке. А через нее — и фундаментальной. Поднимая отечественное производство в Империи-Ковчеге, делая собственный рынок первейшей ценностью, мы спасаем национальные ум и душу, обеспечиваем народу благосостояние, перспективы в жизни и уверенность в себе. В этом — залог нашего выживания в планетарном Мегакризисе.
Восстановив выгодность производства в стране, мы приведем к возвращению в нее практически всех выведенных из нее денег. Коим сегодня, по большому счету, не во что вкладываться — любое производство в стране забивает дешевый азиатский импорт. На сегодня это — эквивалент 120 триллионов рублей.
Протекционизм, позволяя максимально задействовать местные кадры в производстве, стремление к предельному самообеспечению (полным оно не будет никогда) дает нам возможность свести к минимуму последствия роботизации и автоматизации, цифровизации производства. Чем больше мы выпускаем сами, от аэрокосмической техники до носков — тем больше у нас рабочих мест, тем меньше мы ввозим к себе безработицу и вывозим свои рабочие места в иные страны. Таким образом, покровительственная политика есть и народосбережение. Чем больше в нашем Отечестве производится и делается — тем больше средств идет в медицину, образование, науку и культуру. Тем больше вложения в Человека. Тем больше его уверенность в завтрашнем дне.
И к бесу эту «свободу торговли»!
Мы рассматриваем неолиберализм-монетаризм, господствовавший в мире с 1980-х годов, как человеконенавистническую, садистскую идеологию. Как обоснование геноцида, причем не менее отвратительное, нежели расистские бредни Гитлера. И если нашему народу было суждено уничтожить черную гадину нацизма, водрузив знамя Победы над Берлином в 1945 году, то теперь нашему же народу необходимо раздавить гадину Великой Монетаристской Глобалии, власть циничных ростовщиков и «промывателей сознания». Пускай «Юнкерсы» теперь сменились на «Боинги» — сути дела сие не меняет. В основе что Третьего рейха, что Глобалии лежит одно и то же. У них — одни и те же прародители.
Никакого «железного занавеса» мы не устанавливаем. Не приплетайте сюда Северную Корею. Русские намного умнее.
Мы обязаны принять конституционный закон «Об обеспечении равных с иностранцами условий конкуренции для отечественных производителей». Очень простой: если в США, ЕС или КНР вводятся те или иные формы господдержки тамошних производителей, то у нас либо:
— вводятся такие же механизмы субсидирования наших производителей;
— либо это компенсируется введением повышенных таможенных пошлин на иностранную субсидируемую продукцию.
Все производственные отрасли страны мы делим на три категории.
Есть отрасли группы А. Убыточные они или нет, они должны быть в великой стране, это — условие нашего выживания. Например, атомная и авиационно-космическая отрасли у нас обязаны быть своими, иначе мы утратим независимость, очень сильно потеряем в общем развитии. Этим отраслям нужна государственная поддержка, и она будет. Военно-промышленный комплекс и производство некоторых видов критически важной продукции — из того же ряда. Группа А — это «священная корова», мы ее должны всегда поддерживать.
Следующий сегмент — группа Б. Те отрасли, которые смогли сохраниться после почти тридцатилетних разрушений. Например, энергомашиностроение, транспортное машиностроение, производство сельхозтехники, фармацевтика, химия. Они смогли удержаться. Здесь мы вводим протекционизм, упрощаем привлечение сюда технологий, средств производства для промышленности группы Б. Сюда же мы пристегиваем те перспективные проекты, которые предлагают не чиновники, а бизнес.
Есть продукция группы В. Это то, что отпускается в вольное плавание. Некоторые вещи производить здесь просто невыгодно. Не будут у нас бананы расти, что нашим детям без бананов сидеть? Да пусть завозятся.
Нам не хватает своих технологий? С помощью таможенных пошлин и налогов мы принуждаем (снова протекционизм!) иностранных производителей не готовые товары на Русь везти, а строить здесь свои предприятия — и производить товары у нас дома. Да, пускай эти заводы будут их собственностью и пойдут на рынок под их маркой. Но это будут именно заводы, а не сараи для крупноузловой, «отверточной» сборки, с заказом комплектующих у нас в стране. Давай работу прежде всего нашим гражданам! Так делало правительство Александра Третьего в Российской империи 1890-х, так делал красный Китай в 1980-е, так поступает ныне Трамп в США. А мы что, дурнее их?
Мы должны победить. А освободив себя, подняв Великую Россию, мы спасем и весь род человеческий…
Мы требуем Нового курса для нашей Родины! Для Русского Ковчега!
Что такое — наш Новый курс?
Это — новые рабочие места и достойные зарплаты для всех, перспективы в жизни, возможность строить ее на десятки лет вперед. Это возможность строить достойное будущее для каждого.
Это природная рента, которая полностью идет на развитие страны и на грандиозное строительство, а не в карманы новоявленных бояр.
Это отмена повышения пенсионного возраста и возвращение возраста выхода на заслуженный отдых в 60 лет для мужчин и 55 лет — для женщин.
Наш Новый курс — мягкая кредитно-денежная политика, как в нормальных странах. Это возможность взять кредит под 3 % годовых и для производителя, и для покупателей. Это возможность быстро обновить наши предприятия, дать работу десяткам миллионов умелых рук и светлых умов для первых, а для вторых — взять посильные ссуды на покупку жилья, автомобиля, мебели, бытовой техники. Рушится ипотечное и долговое рабство, не нужно кормить ростовщиков, выплачивая им изуверские проценты и оставаясь на хлебе и воде.
Это развитие страны и рост благосостояния граждан семимильными шагами!
Новый курс — это изгнание иностранцев и спекулянтов с валютной биржи, это продажа валюты только под реальные внешнеэкономические контракты. Так, что никакой прохвост не сможет, взяв дешевый кредит, побежать с ним на валютную биржу и скупать доллары. Берешь кредит — трать его на Дело, на производство, на покупку прежде всего отечественных товаров. А покупаешь импорт — плати за него и ввозные пошлины, «налог на создание безработицы»!
Наш Новый курс — это полное уничтожение власти серых бухгалтеров-финансистов над всем живым. Мы намерены принять новый закон о Банке России (ЦБ РФ), принудив его отвечать не только за низкую инфляцию, но и за темпы экономического роста, за создание в стране новых рабочих мест! Мы сократим штаты ЦБ РФ, ликвидируем его безответственность при полном всевластии, установим порядок изъятия лицензий у банков только через суд. Мы направим прибыль ЦБ РФ в развитие производства и строительство инфраструктуры, мы создадим суверенную кредитно-финансовую систему, независимую от ФРС США и прихотей иностранных спекулянтов. Мы используем продуктивную эмиссию для кредитования проектов развития и реального сектора!
Новый курс есть замораживание тарифов естественных монополий — газовой, железнодорожной, электрических, трубопроводных.
Новый курс — это никаких повышений тарифов после введения дешевого кредита! Нужно перевооружать естественные монополии? Пиши план, обоснуй затраты, не содержи своих телеканалов и футбольных команд, не строй роскошные офисы и не врубай фантастические зарплаты высшим управляющим. А государство тебе ассигнует нужные инвестиции за свой счет. Закупай на них генераторы, турбины, локомотивы, трубы и прочее нужное для дела, но только их.
Новый курс есть преобразование госкорпораций в государственные предприятия с прозрачной отчетностью о всей хозяйственной деятельности.
Новый курс — это введение прогрессивной шкалы обложения личных доходов при одновременном введении налоговых льгот для предприятий. Не хочешь платить 90 % со своих личных сверхдоходов? Вкладывай их в предприятия, давай работу людям. Для этого налоговые льготы на предприятия вводим.
Тогда никакое мурло не сможет установить себе зарплату в тысячи раз больше, чем у рядовых работников. Потому что будет вынуждено заплатить со своего дохода 90 % налога. Оно не сможет гулять в архидорогих ресторанах, спускать миллиарды на Мальдивах и покупать себе яхты — оно будет вынуждено вкладывать деньги в производство, чтобы не платить драконовского подоходного налога. Мы будем сурово карать тех, чьих расходы превышают официальные доходы. Новый курс есть беспощадная война с крикливой роскошью и презрением к людям, он даже богатых вынудит запрячься в процесс строительства новых заводов и фабрик, создания новых рабочих мест! При этом граждане с маленькими зарплатами вообще освобождаются от подоходного налога.
Новый курс есть беспощадная деоффшоризация экономики. С определенного момента все, что принадлежит оффшорам в стране, конфискуется государством и выставляется на честные торги. Не хочешь лишиться собственности — переводи деньги в РФ до указанного срока, вкладывай их в новые производства, транспорт, строительство, науку, торговлю.
Новый курс — это отмена самых одиозных налогов и поборов, введенных прежней властью. Это отмена акцизов на топливо и налога на добычу полезных ископаемых — при повышении таможенных пошлин на вывоз сырья из страны. Это — литр бензина по 15–20 рублей. Это глубочайшая переработка нефти и газа в России. Это упрощение налоговой системы. Все — во имя развития Великой России и процветания ее народа!
Новый курс — это возможность установить высокие минимальную зарплату и пенсию с ежегодной индексацией. Протекционизм с его бурным развитием производства позволит это воплотить. Мы кровно заинтересованы в том, чтобы доходы народа росли — ибо это обеспечивает рост производства отечественных заводов и агроферм. Чем больше производства в стране победившего протекционизма — тем больше развитие внутренней торговли и сферы услуг, тем больше строится домов, тем больше поступает доходов в бюджеты, тем быстрее развиваются образование, наука, здравоохранение и культура.
Наша новая индустриализация — это ненасытная нужда страны в толковых, квалифицированных и умелых специалистах, это восстановление нормального принципа: «Чем ты более образован и квалифицирован — тем больше зарабатываешь». Это навсегда похоронит нынешний кошмар, при коем наглый невежественный хам (или начальственный сынок) с талантами мародера имеет миллионы и насмехается над инженерами, учеными, изобретателями и квалифицированными рабочими. Новый курс есть восстановление нашего человеческого достоинства и славы честного труда. Не работаешь — не ешь!
Доля вложений государства при Новом курсе в науку, образование и медицину увеличивается в разы.
Мы сурово ограничим миграцию — гастарбайтеры не должны отнимать работу у коренных жителей страны и сбивать уровень зарплат. Они не будут ежегодно выносить из экономики страны десятки миллиардов долларов в свои страны.
Новый курс есть возможность каждому завести собственное Дело, свой бизнес, получив доступный кредит и гарантию того, что его труд не будет уничтожен потоками дешевых товаров из Китая и его сателлитов, из Турции, Таиланда и прочая. Наш внутренний рынок — наше национальное достояние, мы не должны за свой счет решать проблемы иностранцев. Заводи Дело, производи и торгуй, обслуживай — и конкурируй с соотечественниками. На общее благо. Поборы государственных структур резко пресекаются, налоги — упрощаются и снижаются.
Новый курс — это стабильный курс рубля, без провалов и взлетов, это возможность планировать свои жизненные планы и бизнес на годы вперед. Это стабильность цен.
Новый курс — это крепкие социальные гарантии, это создание сильных отраслевых профсоюзов, способных защитить интересы работников на предприятиях всех форм собственности. Снова протекционизм играет здесь ключевую роль. Не будем мы превращать Россию в подобие азиатских «муравейников», где миллионы несчастных вкалывают за гроши, не имея ни пенсий, ни социальных гарантий.
Новый курс — это огромные программы строительства нового жилья, дорог, коммуникаций, мостов и гаваней, аэропортов и линий оптоволоконной связи, обновления ЖКХ, сооружение тысяч архисовременных школ. Это — траты денег государства прежде всего внутри страны, а не на внешнеполитические авантюры и не на разорительные спортивные игрища.
Наш Новый курс обеспечит все это не за счет повышения налогов (как нынешние «нацпроекты»). Нет, громадное инфраструктурное строительство мы обеспечим, пустив на это часть валютных резервов РФ, доходы от экспорта нефти и газа (вообще сырья), прибыль Госбанка, разумную эмиссию, займы у нашего народа, конфискованные у сановных воров богатства! Налоги при этом не только не повысятся — мы их снизим, влив адреналин в жилы отечественного производства. Нынешняя практика национального самоубийства — грандиозные стройки за счет выживания последних налоговых соков из нас с вами — отменяется раз и навсегда!
Новый курс — это огромные вложения в поощрение рождаемости в молодых семьях, беспроцентные ссуды государства им на обзаведение жильем — со списанием трети кредита при рождении каждого ребенка. Это налоговые льготы многодетным семьям.
Новый курс означает рационализацию оборонной политики, отказ от пропагандистско-разорительных программ вооружений (но сосредоточение усилий на самых эффективных вооружениях завтрашнего дня), отказ от выбрасывания десятков миллиардов долларов на льготные кредиты другим странам ценой удушения собственной страны. Это вложения триллионов рублей не в Ближний Восток и не в Африку с Турцией, а в родные просторы. Вся внешняя политика Нового курса должна служить трем главным целям: народосбережению, развитию РФ, ее новой индустриализации — и воссоединению нашего народа в одной стране. К такой России соседи потянутся сами, без всякого принуждения.
Новый курс требует официального признания Донецкой народной республики и Луганской народной республики, а также включения данных республик в состав Российской Федерации, если такая воля будет высказана жителями ДНР и ЛНР на референдуме.
Новый курс — это создание великодержавного народовластия, это сочетание могучей федеративной империи и свободы граждан. В великой объединенной державе нам нужны честные конкурентные выборы, обеспечение прав граждан, верховенство Конституции, справедливый, состязательный и независимый суд. Нам нужны мощное самоуправление нового типа и референдумы по важнейшим вопросам. Народ должен решать, нужны ли нам, например, архидорогие олимпиады и мундиали — или лучше потратить деньги на новое жилье и дороги? На медицину и на поддержку рождаемости?
Мы намерены покончить с порядком, при котором Москва отбирает 70 % налоговых доходов, оставляя на местах крохи. Центральная власть имеет возможность получать иные обильные источники доходов (те же пошлины от экспорта сырья, те же эмиссионные доходы). Поэтому мы намерены ввести порядок Нового курса, в котором Центр (а у него — огромные и сложные задачи) получает, как при Примакове в 1999-м, 50 % доходов. А половину — регионы и муниципальные самоуправления, при этом последние получают приоритет. Тем самым мы избегаем регионального сепаратизма и вскармливания этнократий. Наша формула — «Сильная центральная власть опирается на местное самоуправление». Самоуправляемые местные муниципии сами смогут договариваться друг с другом, станут основой подлинного народовластия и контроля избирателей за своими избранниками.
Таковы самые основные черты Нового курса. Русского протекционизма. Подготовки к эпохе беспощадного мирового шторма…
Вот, друг-читатель, таким я вижу и грозную наступающую эпоху, и русский ответ на такой опаснейший вызов. Излагаю здесь плоды своих многолетних размышлений и поисков. И пускай это и выглядит неким донкихотством, на том стою — и не могу иначе. Издохнет нынешняя мафиозная система — да! Но ведь нужно знать, куда вести страну дальше. Какие бури ожидают ее впереди.
На сем завершаю книгу. Она, конечно, не может дать полной картины грядущего. Да такое и никому сейчас не под силу. Слишком уж непредсказуемо многое там, в бурном и опасном Завтра. Но основные моменты автор попытался осветить. Борьба за нашу с вами жизнь как народа предстоит яростная, неистовая. Всему человечеству предстоит пройти через преисподнюю, Сатана уже раскаляет свою сковороду. Ломка мира, начавшаяся с гибели СССР в 1991-м, теперь становится всеобщей.
Да вы и сами это прекрасно понимаете. Пожелаю нам с вами новой Победы, друзья мои. Рук не покладаем и воли не теряем! Будут крылья — воспарим над адом…
https://www.medikforum.ru/medicine/11742-bolnichnye-infekcii-samye-zaraznye.html
https://www.mirprognozov.ru/prognosis/society/oon-prognoz-nase-leniya-zemli-k-2050-godu/
http://www.vigorconsult.ru/resources/mirovoy-ryinok-presnoy-vodyi/
http://www.apn-spb.ru/opinions/article24974.htm
http://www.apn-spb.ru/opinions/article12075.htm
http://www.apn-spb.ru/opinions/article11397.htm
https://scisne.net/a-2120
Там же.
Подробнее: http://svpressa.ru/blogs/article/125934/
http://samlib.ru/s/sapiga_a_w/tolstoj_aelita.shtml
http://nozdr.ru/militera/prose/russian/mihaylovsky_ng5/01.html
https://testpilot.ru/espace/bibl/pervushin/k-s/2–1a.html
https://www.e-reading.club/bookreader.php/1052635/Vladko_-Aerotorpedy_vozvraschayutsya_nazad.html
https://m-kalashnikov.livejournal.com/2554684.html
https://forum-msk.org/material/society/13577495.html
http://www.mirvistavok.ru/2015–02–25/3124-mir-zavtra-poslednjaja-pered-vojnoj.html
https://nickmix01.livejournal.com/379172.html
https://profilib.net/chtenie/113874/nikolay-koroteev-mir-priklyu cheniy-1977-22-lib-28.php
http://vladimir-putin.net/d4/frame31.htm
http://veche-info.ru/news/6106
http://ac.gov.ru/files/publication/a/13612.pdf
https://www.gazeta.ru/auto/2015/02/06_a_6402957.shtml
https://issek.hse.ru/press/221888720.html
http://expert.ru/expert/2014/26/vremya-sobirat-kamni/
http://www.izvestia.ru/news/508245
https://kamozin100.ucoz.net/publ/inye-stati/unikalnaja_shkola patriotizma_i_masterstva_osoaviakhim/2–1–0–18
https://litvek.com/avtor/124630-avtor-viktor-aleksandrovich-syitin
http://www.berlogos.ru/article/idealnyy-gorod-govarda/
Там же.
https://иван4.рф/реформы/административные/местного-управления/ губная-реформа/
http://npc-news.ru/?p=1225
https://vk.com/@vz-sever-rossii-nakormit-evropu-proteinom