В канун нового 1922 года молодая Советская Россия еще стонала от последствий гражданской войны, голода и тифа. Москва была занесена снегом, улицы по вечерам почти не освещались, очереди за осьмушкой хлеба выстраивались с рассвета.

В один из вечеров из Боровицких ворот Кремля выехала большая темная машина и понеслась в сторону Лубянской площади и Мясницких ворот. Рядом с шофером Степаном Гилем сидел Владимир Ильич Ленин и, сощурив глаза, задумчиво смотрел сквозь заснеженное стекло кабины на малолюдные тротуары столицы,

На повороте Новой площади, близ Политехнического музея, внимание Ильича привлекла большая желтая афиша: «Межпланетные путешествия. Доклад инженера-изобретателя Фридриха Цандера. Ответы на вопросы. Вход бесплатный».

— Товарищ Гиль, остановитесь на минуту. Прелюбопытная афиша!

Владимир Ильич вышел из машины и долго стоял перед круглой афишной тумбой. Он уже прочел афишу, но все еще сосредоточенно смотрел в одну точку. Затем усмехнулся, покачал головой и вернулся на свое место. Машина рванулась вперед и покатила через площадь, врезываясь в скрипучие сугробы.

— Подумать только, — проговорил Ленин с улыбкой,— в такие дни — межпланетные путешествия! Удивительно, просто удивительно… Послушайте, Гиль, на обратном пути вы опять остановитесь у этой афиши. Не забудете?

— Не забуду, Владимир Ильич. Вижу, вы крепко заинтересовались этим докладом. Может, сорвать афишу? Это просто.

— Сорвать? И угодить в милицию?— Ильич рассмеялся. — Нет, вы меня не толкайте на преступление. А афиша прелюбопытная!

Поутру следующего дня в кабинет Владимира Ильича позвонил комендант Кремля Павел Мальков, бывший матрос с крейсера «Диана», и коротко спросил:

— Вы приглашали инженера Цандера? Можно выписать пропуск?

— Непременно выписать. И проводите его ко мне.

Через несколько минут в кабинет вошел суховатый, болезненного вида молодой человек, в очках и ватной куртке.

— Можно к вам, товарищ Ленин?

Владимир Ильич вышел из-за стола и пошел навстречу гостю.

— Прошу вас, пожалуйте поближе. Здравствуйте, товарищ Цандер! Так вот вы какой…

Ленин крепко пожал руку молодому человеку и внимательно посмотрел ему в глаза. Он с любопытством разглядывал человека, который решился в столь суровые и грозные дни выступить перед москвичами с докладом о фантастических полетах в космос. А гостю в свою очередь было страшно любопытно взглянуть на вождя российских большевиков и главу правительства, который в эти напряженные времена, когда не хватало дров для населения, не было хлеба и одежды для фронтовиков, а больницы и госпитали были переполнены тифозными, заинтересовался лекцией неведомого инженера о межпланетных путешествиях.

— Давайте присядем, — сказал Владимир Ильич и указал на диван, — потолкуем о вашей фантастике, которая со временем перестанет быть фантастикой. Расскажите о себе: кто вы, где учились, как и на чем строите свои лекции. Тема эта всегда меня очень волновала.

— А вы верите, Владимир Ильич, что эта фантастика в недалеком будущем может осуществиться? Или вы находите, как и многие начальники, что лекция о космических путешествиях — забавная, но бесплодная болтовня?

Ленин весело рассмеялся и дружески положил ладонь на колено молодому человеку.

— Пусть вас не огорчает, что некоторые товарищи не верят в замечательное будущее космонавтики. А я вот верю! Глубоко и твердо верю. Пройдет двадцать, тридцать лет, а может, и все пятьдесят, и советский человек, именно советский, совершит это сказочное путешествие. Это будет большим, чудесным праздником науки всего мира. А вы ради бога не обижайтесь на тех, кто иронически слушает вас и усмехается.

— Спасибо, товарищ Ленин… Я очень тронут…

— А теперь, голубчик, подробно расскажите о себе и своих лекциях.

И Владимир Ильич узнал, что в России живут и трудятся несколько десятков ученых, посвятивших себя изучению космоса и разрабатывающих проекты межпланетных рейсов и даже полеты на Луну. И первое место в этой шеренге принадлежит Константину Эдуардовичу Циолковскому.

— Ах, это тот самый Циолковский! Знаю, как же. Сколько ему лет? В каких условиях он живет? Вероятно, нуждается, голодает? Надо непременно выяснить это и помочь ему.

— Это было бы очень хорошо. Ему 64 года, он весь поглощен своей наукой и, кажется, плохо живет.

Ленин встал, подошел к столу и что-то записал на календаре. Затем позвонил по телефону:

— Феликс Эдмундович? Доброе утро. Ленин говорит. Если можете, зайдите ко мне на несколько минут. Да, да, срочно. Жду вас.

Ленин посмотрел на Цандера и заметил, что молодой ученый выслушал его разговор с Дзержинским с напряженным удивлением.

— Вы говорили сейчас с Дзержинским? Председателем ВЧК?.. — тихо спросил Цандер.

— Именно с Дзержинским, — весело рассмеялся Ленин. — А почему бы мне с ним и не поговорить? Неужели вы думаете, батенька, что председателя ВЧК я приглашаю лишь в тех случаях, когда надо кого-либо арестовать. До чего же вы рассмешили меня… Так вот знайте: Феликс Эдмундович не только командует чекистами и не только воюет с контрреволюцией. Он — культурнейший человек.

— Я просто счастлив слышать такие слова…

— Да, да. Я всегда считал, что фантазия нужна не только поэту или художнику. Фантазия необходима и в науке, и в технике, во всей повседневной жизни. Без фантазии немыслима была бы Октябрьская революция!

Молодой инженер, затаив дыхание, слушал Ленина, и румянец вспыхнул на его бледных щеках, Затем по просьбе Ильича он рассказал о своей научной работе, о трудах Циолковского, его учителях и зарубежных ученых, которые тоже занимаются проектированием космических полетов. Например, в Америке некий Роберт Годдар, а в Англии — Джон Уэлш издали книги о межпланетных рейсах. Француз Эсно-Пельтри и немец Макс Валье разработали проекты летательных машин для космических полетов. Но все они отстали от «калужского фантазера» Циолковского.

Вошел Дзержинский, Ленин познакомил его с Цандером.

— Вот что, Феликс Эдмундович, — сказал Ленин после короткой беседы, — надо пригласить сюда Циолковского и помочь ему. И еще: я советую создать общество космонавтов и назвать его так: «Общество изучения межпланетных сообщений». И знаете, кого я выдвигаю в председатели? Вас, Феликс Эдмундович, Именно вас!

— Ну что ж, я не против, Владимир Ильич. Вот познакомлюсь с товарищем Цацдером, приглашу в Москву Циолковского, обогащусь знаниями и… рад возглавить это общество. Спасибо.

— Хорошо, очень хорошо. И не забыть: непременно поздравьте Константина Эдуардовича с Новым годом. Пошлите ему телеграмму. Я очень верю в его поиски, очень.

Рассказывают, что Циолковский, получив поздравление Владимира Ильича, прослезился и хотел в тот же день выехать в Москву. Но неожиданно захворал. Глухота его усилилась. А когда он встал на ноги, ему стало известно, что Ленин тяжело заболел.

Так и не состоялась встреча Ленина и Циолковского, двух великих и смелых мыслителей, глубоко веривших в чудесную и реальную фантазию, осуществленную советскими людьми через сорок лет.