ГЛАВА 1. Добровольная невеста

ГЛАВА 2. Право на месть

ГЛАВА 3. Адюльтер

ГЛАВА 4. Да здравствует король!

ГЛАВА 5. На берегу сладкого моря

ГЛАВА 6. Слуга ее величества

ГЛАВА 7. Morte Et Dabo

ЭПИЛОГ. Обратный отсчет

Эта история началась с того, что женщине причинили боль.

   И глядя на свою шестнадцатилетнюю дочь, я не могла воспринимать ее иначе, кроме как одно из порождений этой боли. Резкой, пронзительной и, что хуже всего, не проходящей агонии, на которую я была обречена уже более двадцати лет.

   Боли, за которую я скоро отомщу сполна!

   В какой-то мере, я уже отомстила за нее. Вот только эта «месть» была мелочной, незначительной и совершенно не болезненной для него. По крайней мере, пока что, когда еще можно все исправить, раскройся вовремя мой маленький обман. Но уже скоро эта капля в море станет в основе разрушительного цунами, которое снесет все на своем пути! Оно и будет моей настоящей местью – тем, что заставит его страдать, а не просто побеситься немного, при этом понимая, что ничего страшного, в общем-то, не произошло.

   Предвкушая, я лишь нежно улыбнулась, глядя на свою пятую дочь. Которой через два с лишним календарных года предстояло выйти замуж за второго принца империи Райяз. На сегодняшний день мои третья и четвертая дочери уже были разосланы в разные уголки галактики как невесты важных политических фигур. Первой суждено было навсегда остаться в империи Вайндоз как императрице, которая обзаведется принцем-консортом. Ее младший брат, единственный сын королевской семьи, так же останется здесь, взяв себе жену соответствующей крови, и будет правой рукой своей старшей сестры. Шестую принцессу муж выдаст замуж немного позже, когда увидит, как эту маленькую черноволосую пешку можно будет повыгоднее использовать.

   Ну, а пока на повестке дня была помолвка Констансионеллы, которая усердно готовилась. И слухи о которой, как ни странно, уже просочились в массы. Мой муж уверен, что проворачивает блестящий хитрый ход, который приведет к его абсолютной победе! И даже не догадывается о том, что послушно копает себе могилу. На краю которой, глядя на него, со злобной улыбкой стою я.

   Проклятье, как же я ненавижу этого выродка! Как меня тошнит от всего, что он сделал со мной!

   Но самое ужасное в моей невыносимой жизни, это понимать: у меня был шанс избежать всего этого ада. Вот только я была слишком молодой, слишком наивной и слишком влюбчивой бестолочью, легко проглотившей свою блестящую наживку!

   Обычно в сказках рядом со словом «принц» обязательно присутствует эпитет «прекрасный». Потому любая (или почти любая) девушка, несомненно, мечтает о принце! Для меня же, в силу моего происхождения, эта мечта была вполне реальной. Ведь я была самой настоящей прекрасной принцессой!

   Когда мне исполнилось семнадцать, я узнала о политическом браке с кронпринцем империи Вайндоз, который организовывали для меня. Таким образом, если этот брак состоится, я окажусь на троне империи, включавшей тысяча восемнадцать планетных систем, среди которых числилась так же Солнечная система. А вместе с ней и Земля, с которой происходило все человечество. Империи, негласно считающейся лидирующей в галактике.

    Тем не менее, этот вопрос еще не был решен до конца. К счастью, я была горячо любимой второй дочерью. Потому родители заверили меня: если первый принц Вайндоза будет мне неприятен, и я не захочу этого брака, они не станут принуждать меня. Даже несмотря на всю возможную выгоду для родной империи Кайстер, и всех сил, чтоб были приложены дипломатами. Так что прежде, чем отправиться в далекий путь как принцесса-невеста, я могла получить то, о чем оставалось только мечтать большинство благородных девушек. А именно – возможность встретиться со своим женихом за долгое время до свадьбы на официальном балу, который давала моя семья. И уже после него, хорошенько все обдумав, дать окончательный ответ.

   Конечно, я не была наивной инфантильной девицей, любившей капризничать, и прекрасно понимала значение слова «долг». Так же, как и то, что никогда не выйду замуж просто по любви. Для девушек вроде меня существовали определенные ограничения в выборе супругов. Потому откажи я кронпринцу Вайндоза, и мне просто предложат выбрать из парочки других возможных кандидатур. По этой причине я решила, что дам согласие на этот брак, если только предлагаемый жених не окажется мерзким типом, при одном только взгляде на которого меня будет выворачивать.

   Настроившись, я дождалась дня бала. И, гордо подняв голову, вышла в главный зал по ковровой дорожке! Длинные черные волосы были уложены в шикарную прическу, по полу стелился шлейф чудесного синего платья, а спокойные голубые глаза выражали уверенность и беспристрастие. Но лишь до того момента, как я увидела своего жениха! Потому что после того сердце пропустило удар, а щек коснулся легкий румянец.

   Этот юноша был не только красив. В каждом его жесте, каждом взгляде нежных аметистовых глаз чувствовалось искреннее тепло и доброта. А улыбка тонких губ казалась такой мягкой и задорной!

   – Рад нашей встрече, ваше высочество Арисия Викориона Парсалбелл, – нежно проговорил принц, склонившись передо мной в изящном поклоне. И прядь его зачесанных назад каштановый волос, выбившись из-за уха, красиво обрамила идеальное лицо. – Кронпринц империи Вайндоз, Ракнид Маригол Лестраарж, к вашим услугам.

   Этот вечер был волшебным. Мы танцевали, играли в бальные игры, соревновались в том, кто съест больше пирожных, и даже ненадолго сбежали в сад, где весело смеялись, пока нас не нашли, заставив вернуться! Ракнид был не просто принцем, а самым настоящим прекрасным принцем – словно в сказке. И когда вечер закончился, а делегация Вайндоза готовилась к отбытию, я вернулась в свои покои с пониманием того, что безнадежно влюбилась в этого юношу!

   Не медля, я сообщила отцу, что с радостью выйду за кронпринца Ракнида. И после этого едва не сошла с ума, ожидая дня свадьбы мучительные тринадцать календарных месяцев! Конечно, мы с ним регулярно общались по видеосвязи, а созванивались еще чаще. Но я все равно ощущала физическую необходимость снова оказаться рядом с ним, услышать его голос вживую, ощутить тепло его руки. А еще, наконец-то, поцеловать. О том, что я не решилась на поцелуй тогда, на балу, сожаление пришло практически сразу. Так что оставалось лишь надеяться на день свадьбы, когда мне представится возможность наверстать упущенное!

   Да, я ждала для своей свадьбы, словно сказки. И когда он наступил, сказка для меня в самом деле воплотилась. Я же была в ней счастливой прекрасной принцессой в роскошном белом платье, которая с трепетом в сердце выходила замуж за своего прекрасного принца, чтобы жить с ним долго и счастливо!

   …Долго и счастливо. Ведь на этих словах все сказки обычно заканчиваются! И моя сказка тоже на них закончилась. Потому что сразу после того, как они прозвучали для всей галактики, на смену сказки лично для меня пришел самый настоящий ночной кошмар, от которого невозможно проснуться.

   Когда официальная часть торжества была закончена, фрейлины проводили меня в комнату, где начались приготовления к первой брачной ночи. Мне помогли принять ванну, вымыли и расчесали волосы, чтобы собрать их в красивую и удобную прическу. Конечно же, нарядили в нежное белье, накинув на плечи невесомый халактик.

   Так меня, в трепете и предвкушении, повели на первую брачную ночь. Вскоре за моей спиной деликатно закрылась дверь роскошной спальни с большой кроватью под красным балдахином. Где у окна, глядя с высоты верхнего этажа замка на ночную столицу, стоял он, мой прекрасный принц.

   – Слушай, Арис, – бросил Ракнид за секунду до того, как обернуться ко мне. – Скажи, до меня ты спала с кем-нибудь?

   – Конечно нет, – опешив, выдохнула я.

   – И сама в себя ничего лишнего не просовывала? Так, интереса ради, – с ухмылкой поинтересовался он.

   – О чем ты? – еще больше оторопела я.

   – Отвечай, – строго выпалил юноша, неожиданно оказавшись рядом со мной, и до боли схватив пальцами мои скулы!

   – Нет, – шокировано пискнула я, ощущая внезапную дрожь в коленках. Что… что вообще происходит?!

   – Значит, ты девственница? – поинтересовался принц, развязывая мой халат, чтобы невесомо провести пальцами по вздрогнувшему животу.

   – Да, иначе ведь быть не может…

   – О, может, еще как может, – хохотнул Ракнид. – Но я рад, что ты в самом деле девственница. Я люблю девственниц.

   – То есть? – растеряно пробормотала я, ощущая, как по коже волнами пробегает мороз.

   – Ведь первый раз девушке всегда больно, – хмыкнул юноша. – Вернее, при желании, больно не только в первый раз. Но ЭТА боль особенная, – прошептал он в сантиметре от моих дрожащих губ. Прежде чем с силой прикусить нежную кожу на моей шее. – И мне это безумно нравится. Ничто не сравниться с этим чувством: когда ты знаешь, что до тебя в эту женщину никто не проникал, и при этом ей зверски больно! – прошипел принц, запустив пальцы в мои волосы, чтобы с силой оттянуть голову назад!

   – Не понимаю… Ракнид, что происходит? – испуганно всхлипнула я, когда с моих плеч легко соскользну шелковый халатик.

   – А что тут такого непонятного? – пожал плечами юноша. – Сейчас тебя трахнут. Жестко трахнут. И от этого я получу удовольствие… а ты, скорее всего, нет.

   – Почему? – слабо выдохнула я, пытаясь понять: ведь это все мне просто мерещится, да? Я потеряла сознание от переутомления, и моя фантазия породила в голове какие-то абсурдные картинки? Именно! Все так и есть!

   – Почему? – протянул принц, с интересом рассматривая мое растерянное, испуганное, непонимающее лицо. – Просто я урод, которому нравится бить женщин. Не советую искать в этом какой-нибудь глубокий философский смысл, – спокойно сообщил он, прежде чем намотать мои длинные волосы на кулак. И, с силой потянув за них, швырнуть меня на кровать!

   Запаниковав, я попыталась спрыгнуть с постели и убежать. Но прежде, чем мне это удалось, на моей щиколотке сжалась крепкая пятерня, которая резко дернула меня за ногу. А в следующий миг я ощутила на своем животе колено, которое с силой упиралось в него!

   – И куда это ты собралась? – ухмыльнулся принц, перехватывая мои запястья, чтобы болезненно выкрутить руки. – Ты уже никуда от меня не денешься. На рассвете ты будешь официально передана «в собственность» империи Вайндоз как жена кронпринца… ну, а до рассвета я, естественно, не дам тебе покинуть этой комнаты. Не волнуйся, мы с тобой отлично повеселимся.

   Я хотела заплакать. А может закричать. Или же плюнуть ему в лицо, ударить и убежать. Хотя, скорее всего – все это единовременно. Вот только вместо того замерла, пораженная взглядом своего палача, и не решалась даже всхлипнуть.

   – Знаешь, сначала я подумывал отодрать тебя раком, – цинично заявил Ракнид, выворачивая мою грудь, словно тряпку. – Но потом решил, что хочу видеть твое лицо в этот момент.

   Я не помнила, когда он снял свои штаны, или сорвал с меня белье. Все, что осталось в моей памяти – это пелена ужаса и внезапная унизительная боль, когда принц грубо раздвинул мои ноги и насадил меня на свой орган! А еще – слезы на моих глазах, усиливающиеся с каждым его остервенелым толчком. От боли все мое лоно попросту онемело, и кроме нее, я не чувствовала практически ничего, в частности – естества моего мужа, берущего с маниакальной улыбкой. И, кажется, он это понимал. Потому что даже в таком состоянии я видела, что ему мало.

   Потянувшись рукой к своим лежащим на кровати штанам, он вынул из них толстый кожаный ремень, декорированный бляхами, драгоценными камнями и металлическими заклепками. Я понимала, что будет дальше, и мечтала о потере сознания! Но ведь мечты не сбываются – сегодня ночью я отчетливо это поняла.

   Прижав ремень к моим губам, Ракнид, с новым грубым толчком, прорычал:

   – Открыла рот!

   На миг мои губы лишь сильнее сжались… а после обессилено расслабились, и сквозь них пролезла черная кожа, граненые каменья на которой до крови разодрали язык и небо. Вырвав рывком ремень из моего рта, принц довольно посмотрел на алые капли, обагрившие каменья жуткой росой, и с ухмылкой провел языком по розовому бриллианту.

   А после нанес удар этим ремнем. Тяжелый, хлесткий, по животу. И, к сожалению, никто, кроме него, не услышал, как я взвыла от боли. Но даже если бы у стен этой спальни не было совершенной звукоизоляции, даже если бы мои крики и слезы достигли еще чьих-то ушей, мне бы никто не пришел на помощь.

   Он забавлялся со мной до самого рассвета. Связывал, бил, и раз за разом насиловал, изливая свое семя в мое ноющее от боли лоно. Когда же сквозь кристально чистое окно проникли первые лучи рассветного солнца, я услышала циничное:

   – Добро пожаловать в семью!

   В этот момент сгорел мой последний мост к спасительному возвращению на родину. Я стала женой кронпринца империи Вайндоз, а значит, мне оставалось лишь две вещи: терпеть все, что этот мужчина захочет со мной делать, и молчать об этом. Потому что попытайся я воспротивиться – станет только хуже. А мне все равно никто не поможет, даже если захочет.

Мои роскошные наряды услаждали взоры придворных, восхищали толпы горожан, и надежно скрывали синяки, которыми, несмотря на лечебные процедуры, регулярно покрывалось мое хрупкое тело. Вот только имелось нечто, что одежда не сумеет скрыть. И что хуже всего, раскрытия этого секрета не избежать, со временем он сам себя проявит. Чего я боялась больше всего на свете.

   Я была беременна.

   От этого человека… от этого урода! Пока что изменения были заметны лишь мне, но не нужно долго ждать. Возможно, меня раскроют даже до ближайшего планового медосмотра. Например, одна из служанок, убирающая мои покои, донесет, что слишком долго не находила в мусорных ведрах использованных средств женской гигиены.

   Рожать от него. Плоть и кровь Ракнида, сейчас росшую в моем теле, копошившуюся в моем животе. Сама мысль об этом вызывала у меня тошноту похлеще токсикоза. День за днем я старалась убеждать себя, что ничего такого нет и быть не может! А если и может, то стоит мне помолчать еще немного, и ненавистный плод в моем чреве просто сам возьмет да рассосется!

   Дрожа то ли от нового приступа волнения, то ли от вызванного беременностью недомогания, я сообщила фрейлинам, что устала, и хочу сегодня лечь пораньше. Услужливо присев в реверансах, девушки пожелали мне спокойной ночи (с поправкой на то, что сегодня Ракнид был в отъезде, ночь в самом деле обещала быть спокойной).

   – Позвольте проводить вас, ваше высочество, – предложила Нильза, красивая платиновая блондинка с лучистыми глазами цвета горячего песка.

   – Будьте добры, – кивнула я в ответ.

   В действительности мне хотелось поскорее остаться одной, но отказ показался бы подозрительным. А я не желала лишних подозрений. Особенно с поправкой на то, что большинство (если не все) из этих женщин были послушными песиками моего мужа. Возможно, некоторые даже спали с ним, получая некое извращенное удовольствие от его предпочтений. И, увы, в отличие от меня наверняка отдавались ему добровольно: в таких вопросах важно полное моральное подчинение того, кто присматривает за твоей главной игрушкой. Иначе, того гляди, решит спутать тебе самому все карты в отместку за неприятную ночь.

   Доведя меня до опочивальни, Нильза помогла мне раздеться и, как полагалось, должна была дождаться, когда я вернусь из ванной, чтобы надеть на мое тело мягкую ночную рубашку. Вот только в тот миг, когда платье соскользнуло с моего тела, ее пальцы неожиданно задержались на предплечье. Там, где болезненно чернела большая гематома, тянущаяся до середины лопатки.

   – Ваше высочество, вы счастливы в браке? – неожиданно прозвучал ее голос. И то, как я при этом вздрогнула, ощущая ее пальцы на своей коже, было самым красноречивым ответом.

   – Разве может быть несчастна жена такого мужчины, как наш светлейший кронпринц? – наконец ответила я, напрасно стараясь избежать тончайших ноток сарказма.

   Интересно, что за игру задумал Ракнид? Решил подослать свою псину в попытке вызвать меня на откровенный разговор? Зачем? Возможно, хочет услышать, как я начинаю жаловаться на него, чтобы после показать мне, НАСКОЛЬКО ужаснее он может сделать мою жизнь?

   – Все знают об этом, – прошептала Нильза, расплетая мои волосы, черный водопад которых закрыл синяки на спине и плечах. – Слышат, как вы кричите от боли, когда он приходит в вашу опочивальню. А после – горько плачете, когда уходит.

   – Нет, что вы, крики – от наслаждения, которое он мне дарит. А слезы – от сожаления о том, что наша ночь подошла к концу, и следующей еще придется подождать, – фальшиво улыбнулась я, безрезультатно попытавшись скрыть, как же дрожал мой голос.

   – Тише, ваше высочество. Все будет хорошо, – с искренней лаской шепнула фрейлина, неожиданно укрыв меня в бережных объятиях.

   – Все и так хорошо, не стоит беспокоиться, – пробормотала я, замерев на месте, и лишь ощущая, как нежная рука девушки гладит мои волосы.

   – Почему-то считается, что женщина должна молчать о насилии над ней и безропотно терпеть его, – вздохнула Нильза, опускаясь вместе со мной на край постели. – Причин для этого придумывают много: сама виновата; бьет – значит любит; если изнасиловали и осталась жива – не изнасиловали, а сама позволила. И так далее, и тому подобное. Но главная из них – это стыд. Ведь именно женщине должно быть стыдно, а не тому, кто делает с ней такие мерзости!

   Мне очень хотелось поверить в то, что все это – не какая-нибудь уловка Ракнида, и фрейлина прониклась ко мне искренним женским состраданием. Но даже если так – какая разница? Ничто ведь не изменит того, что моя жизнь – ад, из которого мне уже не выбраться. Разве что…

   – Я знаю, что вы даже не помышляли о самоубийстве, хоть ваша участь и невыносима, – опережая мои мысли, проговорила Нильза на самое ухо. – Все же, вы дочь своего отца, и не можете позволить себе такую слабость. Пусть даже все обстоятельства против вас, и вы вынуждены подчиняться. Готова поспорить, что в глубине души ваш дух не сломлен. И в действительности вы еще способны нанести ответный удар, если только незаметно высвободить из оков хотя бы ваш мизинец.

   О чем она говорит?

   – Арисия, вы хотите освободить свой мизинец? – прозвучало над моим ухом тише шелеста перышка.

   Она почувствовала, как я напряглась и замерла. Как мое дыхание остановилось и даже, казалось, сердце перестало биться в груди.

   – Я прекрасно понимаю, что если сейчас вы решите отвергнуть мое предложение, и позовете стражу, меня казнят. Более того, даже вздумай я убить вас, чтобы вы не подняли шуму, мне не скрыться. Но я иду на этот риск осознанно. Потому что верю: вы сильны. Все еще сильны. Просто эта сила притаилась и с радостью нанесет удар, если только ей дадут на это шанс. У меня есть этот шанс, специально для вас. Вы готовы поверить мне?

   – Да, – сорвалось с моих губ, прежде чем страх взял надо мной верх.

   Пускай.

   Даже если она – пособница Ракнида, которая помогает ему с очередной забавой. Это дало мне хоть маленькую, хоть кратковременную надежду неизвестно на что.

   – Тогда слушайте меня внимательно, – быстро зашептала Нильза. – Я не могу раскрыть вам всего, так как слишком многое поставлено на карту. Более того, и сама многое не знаю. Но могу предложить вам то, чего вы желаете больше всего: месть. За то, что этот подонок сделал с вами и, без сомнения, собирается продолжать делать до конца ваших дней. Только вот не сможет, если вы согласитесь помочь мне, чтобы мы смогли помочь вам! Конечно, еще придется потерпеть, долго потерпеть. Однако за ваше терпение вам воздастся втройне! Потому что однажды вы не только освободитесь от этого мужчины. Не только будете править империей Вайндоз как безутешная в своем счастье вдова императора. Если вы ухватитесь за руку, которую мы протягиваем вам, Ракнид Маригол Лестраарж будет уничтожен. Все, чем его род дорожил на протяжении своего существования, рассыплется прахом прямо у него в руках! И то, что умрет в день его казни, будет лишь пустой, высушенной оболочкой, в которой не останется даже жажды смерти. Но самое главное, все это будет вашей заслугой, вашей местью! Вы ведь хотите этого, верно?

   – Я даже не помышляла о подобных желаниях, – отрешенно проговорила я, в тот миг как Нильза, вздрогнув, напряглась. А после, сжав кулаки, добавила: – До этой минуты.

   – А теперь…

   – А теперь у меня есть цель, ради которой я выдержу все. Если, конечно, это не окажется веселой шуткой кронпринца.

   – Ни в коем случае, – улыбнувшись, заверила фрейлина, проведя ладонью по моей щеке. – В таком случае, если вы согласны… От вас будет требоваться мало, и в то же время – несказанно много.

   – И что же?

   – Думаю, я не удивлю вас, сказав, что главное ваше предназначение в этом замке – рожать, – серьезно проговорила женщина. – Красивых, крепких, здоровых детей кронпринца Ракнида. Наследников престола и выгодные политические партии для укрепления позиций империи Вайндоз. И именно это вы можете изменить.

   – То есть?

   – То есть, наследником престола должен стать бастард, – ухмыльнулась Нильза. – ребенок от мужчины без роду без племени. Так же, как его братья и сестры… до определенного момента. Мы организуем для вас встречи с любовниками, высчитав ваш цикл и гарантировав не только зачатие, но и то, что даже ученые при дворе Лестраарж не обнаружат обмана. Вы готовы пойти на это, Арисия?

   – Конечно! – не колеблясь, выдохнула я. И затаила дыхание. – Вот только…

   – В самом деле? – протянула фрейлина, глядя на мою руку, остервенело вцепившуюся в ткань ночной рубашки на животе. И в ответ я, кусая губы, кивнула. – Как давно?

   – Недавно.

   – И кронпринц, как я понимаю, не знает, верно? – переспросила Нильза дрогнувшим голосом. Когда же я кивнула – вздохнула с облегчением. – Слава высшим силам, похоже, я успела вовремя.

   – Что вы имеете ввиду под «вовремя»?

   – То, что сейчас это еще можно исправить, – тихо прошептала она, нырнув рукой в потаенный кармашек платья. – Мы предвидели такую возможность и подготовились.

   – Это… таблетка для химического аборта? – задрожала от волнения я, глядя на небольшую пилюлю в разжавшейся руке фрейлины.

   – Если, конечно, вы согласны на подобное и не откажетесь, потому что хотите этого ребенка…

   – Неужели похоже, чтобы я хотела ребенка от НЕГО? – напряженно протянула я, глядя на желтую таблетку в прозрачной, слегка серебристой упаковке.

   – В таком случае, все прекрасно, – нежно улыбнулась Нильза, поцеловав меня в щеку и вложив пилюлю в мою руку. – Она была разработана специально для вас в секретных лабораториях тюрьмы «Звездный крест». Через час после того, как выпьете ее, вы пойдете в туалет и для чертового зародыша все будет кончено! Более того, не пройдет и суток, как ваш организм полностью очистится от любых следов прервавшейся беременности. И уже в следующем месяце вы снова сможете понести. Вот только у этого ребенка будет уже другой отец. Через три недели я принесу вам пилюли, которые следует пить, чтобы избежать возможных неприятностей в виде новой беременности от кронпринца Ракнида.  Остальное же будет лишь вопросом ловкости и времени! Потому спрашиваю в последний раз: вы не передумали?

   Вместо ответа я, улыбнувшись, достала пилюлю из упаковки и проглотила ее. Даже если это яд – плевать! Лучше умереть, надеясь на месть, чем продолжать год за годом жить без надежды, боясь сделать малейший шаг.

   – Замечательно, ваше высочество, – улыбнулась в ответ фрейлина, прижав к губам мои ладони. – В таком случае, мне пора идти, будет странно, если я задержусь здесь слишком долго. Вы сумеете сами подготовиться ко сну?

   – Конечно. Все будет хорошо, – заверила я. В действительности, конечно же, убеждая в этом саму себя.

Я понимала, что некая группа заговорщиков одной из империй просто использует меня в своих интересах. Что им в действительности нет никакого дела до моей боли и страданий – наоборот, они играли им на руку, давая мне повод сотрудничать с ними.

   Тем не менее, этот повод был весомым. И достаточным для того, чтобы я согласилась на их условия. Причина проста: вне зависимости от того, какими были их планы, в одном они более чем совпадали с моей основной целью. Я мечтала увидеть разбитого, уничтоженного мужа, и ради этого готова была побрататься даже лично с Дьяволом.

   Как и было оговорено, через три недели Нильза передала мне упаковку таблеток, которые я надежно спрятала в своих покоях. Правила приема были просты: по одной в день, с самого утра, перед завтраком. Это стопроцентно гарантировало то, что даже если Ракнид в овуляцию закачает в меня литр своего семени, я не понесу. И в то же время, достаточно мне было не выпить таблетку утром в определенные дни цикла – появлялся шанс беременности.

   С тех пор я, принимая таблетку за таблеткой, просто ждала. Ждала дня, в который фрейлина незаметно шепнула мне на ухо:

   – Завтра утром не пейте таблетки.

   Я даже не кивнула в ответ, но Нильза поняла меня без слов и знаков.

   Вчера муж как раз вдоволь наигрался со мной, а сегодня уехал из замка на четыре дня. Потому после утренних и вечерних процедур, которые снимут синяки, моя кожа еще некоторое время останется чистой. Но когда Ракнид вернется, он, безусловно, захочет насытиться, поставив новые… что станет отличным прикрытием для внезапной беременности.

   Конечно, я не строила иллюзий на счет того, что этот мерзавец блюдет супружескую верность! Ему просто нравилось истязать именно меня. Если он некоторое время не избивал меня, то чувствовал скуку. И другие женщины, увы, не способны были в полной мере насытить его садистские желания.

    Как мне успели рассказать, парень активно развлекался с самого наступления половой зрелости. Причем мнение женщины, которую он хотел, его не особо волновало. Более того, Нильза сообщила мне занятную деталь: несмотря на это, кронпринц до сих пор не обзавелся ни одним бастардом. Девушкам, с которыми он спал, люди из охраны сразу же давали выпить средство экстремальной контрацепции. По слухам, одна такая хитрая девица попыталась сделать вид, что приняла препарат, но в действительности спрятала таблетку за щекой. Видимо, думала таким образом выбить себе денег и положение в обществе. Вот только закончила тем, что на третьем месяце ее нашли и насильно сделали аборт, при этом пригрозив, в случае проявления лишнего гонору, и вовсе казнить.

   Очевидно было одно: что сам Ракнид, что люди из его окружения, понимали – никаких бастардов (особенно первенца) у наследника престола появиться не должно. Все его дети обязаны быть рождены в браке, от законной жены, будущей императрицы Вайндоза.

   Но у меня на это были другие планы.

   Как известно, провести во дворец постороннего – дело довольно хлопотное. А притащить в покои жены кронпринца незнакомого мужчину – и вовсе гиблое. Потому те, кто работал с Нильзой, пошли другим путем: решили вывести из дворца меня.

   Для начала мне организовали прикрытие. И когда я увидела, насколько оно было тщательно подготовленным, то еще раз убедилась в степени серьезности намерений моих подельников!

   В покои провели служанку. Которая, сняв с воротника шпильку для голографической маскировки, оказалась точной моей копией! Конечно, первый же тест ДНК развеет обман (если, конечно, его не будут проводить нужные люди). Но для того, чтобы никто не заметил отсутствия жены кронпринца сегодня ночью, этой особы с измененной внешностью было более чем достаточно. И готова поспорить, сегодня к ее помощи прибегали не в последний раз.

   Что меня вполне устраивало.

   – Выпейте, ваше высочество, – сказала Нильза, протягивая мне безликую белую пилюлю. – Этот препарат был разработан в лабораториях «Звездного креста» специально для вас по нашему заказу. Он не только гарантирует зачатие сегодня ночью. Но так же обеспечит надежную генетическую маскировку для будущего ребенка: ни один тест ДНК не выявит, что отец – не Ракнид. И, конечно же, малыш будет внешне его копией!

   – Но как тогда вы со временем раскроете, что наследник престола – бастард? – удивилась я, проглотив таблетку.

   – Не волнуйтесь, это всплывет, когда нам будет нужно, и не оставит никаких сомнений, – подмигнула фрейлина. – Просто доверьтесь нам до конца, и вы увидите падение своего мужа!

   Переодев девушку в мою ночную сорочку и оставив подмену спать в большой мягкой постели, меня нарядили в ее одежду и прикололи к ней ту самую шпильку. Взглянув в зеркало, я и сама не узнала себя. Тем не менее, все равно едва справлялась с волнением на пути к выходу из дворца.

   Когда в мои легкие ворвался воздух ночных улиц столицы империи Вайндоз, я не поверила тому, что дышу ним, здесь и сейчас. Несколько минут, пока сопровождающие вели меня по городу, я просто пыталась осознать то, что происходит. И лишь после, справившись с этими мыслями, впервые за весь день действительно подумала о том, что собираюсь сделать.

   …Если все это, конечно же, не особо изощренный план похищения…

   Изменить Ракниду. С мужчиной, которого раньше никогда не видела. О котором до сих пор не имею малейшего представления! Впервые лечь в постель с кем-то другим.

   Кто не будет бить и унижать меня.

   Но значит ли это, что мне должна понравиться предстоящая ночь? И важно ли в действительности, понравится мне с ним спать, или нет?

   Я не представляла, как это – секс с тем, кто не ставит себе целью причинить тебе боль и втоптать в грязь. Конечно, некогда я была романтичной юной девушкой, читавшей по вечерам любовные романы. Потому знала, что некоторые в самом деле получают удовольствие от постельных утех. Вот только сама не могла вообразить себе ничего подобного, потому что собственный опыт оказался далек от жарких ласк, безудержных поцелуев, вспышек наслаждения, и прочих метафор, которыми пестрили все те книги.

   Потому теперь я внезапно поняла, что сейчас ощущаю не только желание отомстить мужу. Мне хотелось попробовать. Прочувствовать и узнать, как это? И не будет ли мне с этим незнакомцем еще хуже, чем с Ракнидом?

   Вскоре мы завернули в квартал ночных увеселительных заведений. Любовные отели, публичные дома, стрип-клубы, и так далее, и тому подобное. При этом группа богато одетых людей не смотрелась на этих улицах неуместно! Потому что все, кто сновал здесь, выглядели зажиточными жителями столицы. Готова поспорить, что многие из них маскировали свою внешность, чтобы не быть опознанными в подобного рода местах. Конечно, далеко не все из них пользовались шпильками с голографическим маскировочным устройством! Эта технология была не только новой и дорогой, но еще и официально засекреченной. Но для того, чтобы скрыть свою личность во время легких развлечений, подобных радикальных мер и не надобилось. Если, конечно, ты не была женой кронпринца.

   Ничего не говоря, спутники завели меня через черный ход в один из любовных отелей. Пройдясь по его темным коридорчикам, мы оказались в маленькой комнатке, одна из стен которой была обратной стороной зеркала. Сквозь него я увидела сидящего в кресле коридора молодого мужчину в черных штанах и расстегнутой красной рубашке. Проклятье, как же он был красив. Мужественное, и при этом очень обаятельное лицо с мягкими на вид губами, гладко выбритым подбородком и спокойными серыми глазами. Светлые волосы до плеч, собранные в хвост на затылке. А еще – божественное подкачанное тело, от вида которого я невольно облизнулась. Раньше я не видела таких тел вживую. Увы, меня растили в строгости, потому первым обнаженным мужчиной, которого я лицезрела своими глазами, был мой собственный муж. И, естественно, ничего приятного у меня эти воспоминания не вызывали. Пускай тело кронпринца было сильным и тренированным… даже если забыть обо всей ненависти, что я к нему испытывала, он не шел ни в какое сравнение с этим красавцем. Казалось, тело сидящего в кресле мужчины – произведение искусства, созданное для того, чтобы любоваться им… а может даже с наслаждением касаться.

   – Как я вижу, мы угодили вам с партнером? – хитро ухмыльнулась Нильза, о присутствии которой я почти забыла, рассматривая подготовленный для меня подарок.

   – Более чем, – кивнула я, не сводя с мужчины глаз.

   – Его зовут Зарис. Он работает танцором в одном из местных стрип-клубов, и даже не сомневайтесь в том, что он чист – мы проверили его, – сообщила фрейлина, снимая с меня маскировочную шпильку и плащ. – Естественно, абсолютно здоров. Мы сообщили ему, что жена кронпринца, приняв контрацептивны, инкогнито посетила его выступление и возжелала провести с ним ночь. На что он, естественно, с радостью согласился. Конечно, он уверен, что если сумеет вам угодить, вы озолотите его. Так что не сомневайтесь, этот мужчина будет стараться!

   – Отличная новость, – прошептала я, предвкушая, как прикоснусь к этим играющим мускулам.

   – В таком случае, проходите в номер, который мы подготовили для вас. Не переживайте, мы не станем наблюдать. Но если вдруг вам понадобится помощь – охрана будет стоять за дверью, вам достаточно просто позвать. Конечно, они услышат все, что происходит в номере. Вот только почему-то мне кажется, что подобное вряд ли вас смутит.

   – Верно, – отрешенно кивнула я, стараясь не думать в этот момент о забавах Ракнида, во время которых я отчаянно кричала на весь дворец.

   – Что ж, приятной ночи, ваше высочество! И, конечно же, можете наслаждаться этим мужчиной сколько пожелаете, а не только до первой его эякуляции.

   – Благодарю, – проговорила я.

   Минуту спустя я уже стояла посреди красивого номера с приглушенным светом и пыталась решить: мне сесть на кровать, ожидая этого мужчину? Или, может, встретить его стоя? Но прежде, чем я приняла это решение, дверь номера отрылась, и вошел он. Тот, с кем я надеялась впервые в жизни получить удовольствие от секса.

   – Ого, это и вправду вы, – удивленно выдохнул Зарис, на миг замерев в дверном проеме. А после захлопнул дверь, словно испугавшись привлечь лишнее внимание в пустом охраняемом коридоре.

   – Как видишь, – растеряно улыбнулась я, задержав взгляд на его мускулистой груди. К которой захотелось немедленно прижаться обнаженной кожей, ощущая каждый ее рельеф!

   – Просто как-то даже не поверил, что такое может быть, – забормотал мужчина. – Нет, конечно, мои выступления посещали знатные дамы. Но не настолько знатные!

   – Значит, у тебя сегодня счастливый день, – игриво улыбнулась я. – Ты ведь постараешься дать мне то, чего так не хватает несчастной женщине вроде меня? – промурлыкала я, все же решившись подойти к нему и невесомо коснуться ладонью твердых мускулов на груди танцора.

   – А ведь я думал, что страстные объятия принца Ракнида сводят с ума любую женщину, – хмыкнул Зарис, когда я, не выдержав, застонала, почувствовав его руку на своей талии. Которой он чувственно прижал меня к себе, позволяя ощутить бедрами затвердевшее в штанах мужское естество.

   Он пьянил. По-настоящему пьянил. И я, опьянев, не могла даже пошевелиться, хоть больше всего на свете желала впиться в его губы, попробовав, наконец, их вкус!

   – Последнее, что заботит принца Ракнида – это удовольствие женщины в его постели, – тяжело дыша, проговорила я.

   – Сколько раз я уже слышал подобные слова от знатных дам, – покачал головой Зарис. А после, в миллиметре от моих губ, прошептал: – Но ничего, это – одна из тех несправедливостей, которые я могу исправить.

   Я задыхалась. От восторга, волнения, наслаждения! Даже когда Ракнид играл роль хорошего мальчика, нежно целуя меня на нашей свадьбе, я не чувствовала ничего, хоть близко похожего на ЭТО! Полностью покорившись сильному мужскому телу, которое прижимало меня к себе, я парила в невесомости от нежных и настойчивых движений губ, в самом деле оказавшихся мягкими. А еще – невероятно вкусными!

   Когда его горячий язык проскользнул в мой рот, земля ушла из-под ног, и я полностью обмякла в его сильных руках. Которые ловко расшнуровали мое платье.

   – Смотрю, вы в самом деле изголодались по ласкам, ваше высочество, – горячо прошептал Зарис, разорвав поцелуй.

   Изголодалась? Изголодалась? Да я всю жизнь умирала от голода, так ни разу и не ощутив в своем рту хоть крошки!

   Запрокинув голову, я позволила ему приникнуть губами к моей шее, и лишь спустя несколько секунд положила руки на его крепкие плечи, двигая ладонями под рубашкой. Снять ее, скорее избавиться от этой маленькой преграды между моей кожей и его телом!

   Когда платье упало на пол, настойчивая мягкая ладонь коснулась моего живота и скользнула вниз, подцепив белье и проникнув под него. Именно тогда я ощутила их: обжигающие, яркие искорки предвкушения, которые игриво плясали под кожей внизу живота. Раньше я никогда не чувствовала подобного, потому лишь смутно догадалась, что это и было оно: желание, разжигающееся с каждой минутой! Оно было прекрасным, и в то же время невыносимым. Потому что единственное, что могло бы его удовлетворить – твердый, выпирающий из штанов орган Зариса, проникающий в мое тело. Вот только для него все еще существовала нелепая преграда: штаны. Которые я, словно дикая кошка, принялась стягивать с танцора!

   Похоже, мое нетерпение забавляло его. Потому что мужчина не стал скорее расстегивать штаны. Лишь сильнее прижал пальцы к самой чувствительной точке моего тела, медленно скользя ними по увлажнившейся плоти. Дразнясь, он игрался с моим языком кончиком своего языка, в то время как его указательный палец проник в меня – всего на сантиметр. Чтобы усилить безумие, захватывающее мою голову шальным торнадо!

   – Сделай это, скорее! – взмолилась я, дрожащими руками сражаясь с его штанами.

   – Тише, ваше высочество, не торопитесь, – ухмыльнулся мужчина, когда брюки, наконец, упали на пол. В нетерпении я обхватила пальцами внушительное мужское естество и попыталась прижать его к себе! Вот только Зарис лишь перехватил мои запястья и завел руки за спину, чувственно захватив губами мой сосок.

   Голова шла кругом от желания. И когда я ощутила спиной прохладные простыни, мне понадобилось несколько секунд, прежде чем я поняла, что танцор положил меня на кровать и навис надо мной. А его член, касаясь головкой моей плоти, раз за разом дразнил, лишь разжигая во мне пламя – настолько жгучее, что боль от нетерпения становилась буквально физической, остро пульсируя меж ног.

   – Я больше не могу, скорее! – простонала я, подаваясь вперед бедрами в надежде самой насадить себя на его плоть.

   – Это приказ, или мольба? – игриво поинтересовался Зарис, проведя кончиком языка за моим ухом. И едва ощутимо соприкасаясь своей кожей с моей обнаженной грудью.

   – Если ты хочешь, чтобы твоя будущая императрица умоляла тебя взять ее, – выдохнула я, тяжело дыша в мягкие, горячие губы танцора. – То да, она будет умолять. Она умоляет. Скорее, прошу.

   – В таком случае, я просто не могу отказать вам, – шепнул мужчина в ответ, направляя свою плоть в мое тело!

   Во мне был другой мужчина.

   Красивый, нежный, страстный.

   И не важно, что он делал это просто ради денег. Для меня причины не имели никакого значения, потому что я хотела почувствовать ЭТО. Неважно с кем и по какому поводу. Просто получить яркий, чувственный секс.

   Который я, наконец, получала!

   Задыхаясь от восторга, я ловила каждое движение Зариса. Упираясь ладонями в постель, он ритмично двигал бедрами, легко скользя в моем теле. Пускай охрана из заговорщиков слышала стоны – я была даже рада этому. Рада тому, что кто-то слышит, как я кричу не от боли и унижения, а от чистого наслаждения!

   Проскользнув руками под мою спину, мужчина приподнял меня за собой. Легким движением он встал на колени, прижал меня к себе и направил ноги, с удовольствием обвившиеся вокруг его бедер. Продолжая разрывать его губы, я положила руки ему на плечи и отбросила стягивающую светлые волосы резинку, чтобы запустить в них пальцы. Такие мягкие! А еще гладкие, словно шелк. Кажется, я за всю жизнь не ощущала такого удовольствия от прикосновения к чему-либо!

   Пальцы Зариса сжали мои бедра сильно, и в то же время бережно – чтобы не оставить малейшего следа. И, наверное, это повергло меня в шок больше всего. Кто-то заботился обо мне в постели, действительно заботился, вместо того, чтобы наоборот сделать больнее и оставить на коже побольше следов, словно закрепляя свое право владеть мною, будто вещью.

   Возможно, именно из-за этой мысли из моих глаз потекли слезы, когда я впервые в жизни ощутила оргазм в постели с мужчиной.

У беременности был один весомый плюс: Ракнид не бил меня. Как только прошло немного времени, и я смогла, не вызывая подозрений, пожаловаться на первые симптомы, придворные врачи подтвердили, что жена кронпринца ждет ребенка. После этого муж почти перестал брать меня. И даже в те редкие ночи, когда ложился со мной в постель… Нет, он не был нежен и ласков. Просто взваливался на меня и грубо делал свое дело. Но при этом не причинял физической боли, которая могла бы навредить будущему наследнику.

   Возможно, я стала слишком черствой. Но мне было даже плевать на то, что за этот мой «отпуск» сполна отдувались другие женщины – любовницы при дворе, служанки, и особенно – невинные девушки из города, которыx принцу дoстaвляли, слoвнo излюбленные лакомcтва.

   Навернoе, я просто слишком много стрaдала сама, чтобы ощущать жалость к кому-нибудь другому.

   К сожалению, все хорошее рано или поздно заканчивается. В моем же случае срок его окончания был хорошо известен и ограничивался девятью месяцами. По истечению которых на свет появилась маленькая здоровая девочка с каштановыми волосами и аметистовыми глазами – точь-в-точь как у «отца».

   Тот день объявили национальным праздником, во время которого Ракнид с отцом выступали с балкона перед народом. Я же лежала в постели, приходя в себя после тяжелых родов, и понимала, что уже через несколько дней, когда мое здоровье поправится, кронпринц поспешит отыграться за все эти девять месяцев воздержания. И проклятье, как же я боялась этого момента!

   – А я могу сразу снова забеременеть? – слабо прошептала я Нильзе, сидевшей на краю моей кровати.

   – Увы, придется немного подождать, – сочувствующе вздохнула фрейлина, взяв меня за руку. – Но обещаю, это случится скоро! Пока что мы должны сделать нечто важное.

   – И что же? – нахмурилась я.

   – Думаю, вам я могу это сказать, ваше высочество, – улыбнулась женщина. И, склонившись над моим ухом, едва уловимо шепнула: – Посадить Ракнида на трон.

   – Вы о… – выдохнула я.

   – Верно, – все так же тихо кивнула Нильза. – Император Картнид пока что не догадывается о своей смертельной болезни. Мы побеспокоились и о том, чтобы он получил свой вирус в десерте, и о том, чтобы регулярно принимал с едой препараты, которые глушат его проявления до того самого момента, как будет слишком поздно что-нибудь делать… даже если предположить, что его медики сумели бы в рекордные сроки найти лекарства. Так что вскоре после рождения «наследницы престола» старый император умрет, уступив место своему сыну. И тогда мы, выждав немного, продолжим нашу игру.

– Значит, сегодня? – переспросила я, пытаясь сделать лицо максимально бесстрастным.

   – Да, ваше величество, – вежливо кивнула Нильза, убирая набок мои волосы, чтобы расстегнуть лежавшее на груди ожерелье. – По плану у вас экскурсия на планету Лаилоон, где вы с мужем пробудете два дня. Вот только император задержится немного дольше, поглощенный оргией, на которую его заманят сразу по прибытию в курортный отель. Вы же отправитесь на безлюдное побережье, сопровождаемые мною и своей охраной, полностью состоящей из наших людей. Вам предстоит до самой ночи наслаждаться волнами, солнцем и песком, прячась от жары в уютном домике на берегу.

   – Ясно, – кивнула я. – Послушай, Нильза, у меня к тебе будет одна просьба, на которой я, все же, настою.

   – Какая же?

   – Тот мужчина, с которым я пересплю. Он ведь будет убит сразу после этого, так?

   – Верно. И наши люди тут же закопают его тело поглубже в лесу, чтобы никто его не нашел.

   – В таком случае… Раз уж близость со мной сделает меня его палачом, раз уж его кровь все равно будет на моих руках, я не хочу делать вид, будто вся такая чистенькая, потому что кто-то сделал за меня грязную работу. В том, что этот человек лишится жизни, виновата я. Потому позволь мне нести мои грехи до конца.

   – То есть, вы хотите сами убить его? – уточнила Нильза, удивленно вздернув тонкую бровь.

   – Его, и всех остальных мужчин, которых вы еще собираетесь под меня подложить, – утвердительно кивнула я дрожащим подбородком.

   – А сможете? – коварно переспросила фрейлина.

   – Придется.

   – Как пожелаете, ваше величество, – шепнула женщина, выждав паузу, показавшуюся мне целой вечностью.

Первых двух детей Ракнид воспитал сам. И теперь кронпринцесса, вместе со своим младшим братом, являли собой единую слаженную машину. Машину, безгранично преданную своему отцу. А еще – красивую, блестящую, любимую народом. И абсолютно гнилую изнутри.

   Оба отпрыска императорской семьи, повзрослев, не просто походили на «отца», а были его точной копией – что внешне, что по личным качествам. От меня Тантейла взяла лишь рост и телосложение, а Вайсерон и вовсе казался клоном Ракнида, за исключением, разве что, синих глаз. И ничто в их идеальном образе не напоминало о мужчинах, от которых они в действительности были зачаты.

   Испытывала ли я какую-то нежность к этим детям?

   Однозначно нет. Хоть они, в отличие от той же Констансионеллы, не были детьми моего мучителя, я просто не могла любить их. Потому что их души Ракнид сделал идеальным отражением своей собственной души. Муж работал над этим старательно, день за днем, едва каждый из них научился говорить. Не только отбирал нужных преподавателей и утверждал программу обучения, но еще и тратил немало времени на то, чтобы лично беседовать с ними. Когда же дети немного подросли – стал брать их с собой на важные государственные заседания, официальные визиты и в поездки.

   Результатом Ракнид, естественно, был доволен! У него имелось два хорошо выдрессированных щенка, которым предстояло занять его место.

   Вот только это были не его щенки!

   Так же, как две следующие дочери, которых он тоже к себе привязал, дабы получить послушных шавок. Но, естественно, в действительности совершенно не любил, и даже не особо ими интересовался. То же самое касалось пятой и шестой принцесс.

   Стиснув зубы, я наблюдала за своими детьми с благоговейной маской и не могла дождаться для, ради которого терпела свой личный ад долгие годы. И который пережила, не умерев молодой – как, в свое время, мать нынешнего императора.

   После вторых родов Ракнид, естественно, был безумно рад, ведь на свет появился сын! Правда вот, наследником престола он стать не мог – по закону трон передавался старшему ребенку, вне зависимости от пола. Тем не менее, он решил воспитать его верным союзником старшей сестры, который будет воспринимать ее не как соперницу, а как часть своей команды.

   От меня же требовалось всего одно: как можно скорее родить следующего ребенка.

   На этот раз, к счастью, мне не пришлось долго ждать новости Нильзы о моей грядущей беременности. Сейчас им не нужно было делать паузы – как, например, убирать старого императора, чтобы посадить на трон нового. Потому моя встреча с отцом третьего ребенка должна была состояться, когда я окрепну после родов. Так что мне не придется слишком долго терпеть Ракнида в своей постели после того, как врачи позволят мне продолжать исполнять супружеский долг.

   Ожидая этого дня, я вышла в сад впервые после родов. И гуляя по аллеям, невольно задержала взгляд на крепком теле садовника, подрезавшего цветы. Его мускулы были затянуты загорелой кожей, которая красиво переливались в оранжевом свете полуденного солнца. Глядя на его пресс, игравший кубиками, я не выдержала и облизнулась, представив, как касаюсь его кончиком своего языка.

   – Знаете, а мы ведь пытались завербовать его на роль вашего любовника, – тихо проговорила Нильза, склонившись над моим ухом.

   – В самом деле?

   – Да. Но он сделал вид, что не понял намек, – вздохнула фрейлина. – А после начал заливать про то, как счастлив со своей женой, которая недавно родила ему чудесного сына. Как он обожает своего малыша и его мать.

   – Ясно, – пожала плечами я. – Знаешь, мне даже не верилось, что такие мужчины вообще бывают.

   – Согласна, они напоминают какой-то вымирающий вид из далекой галактики, – кивнула Нильза, обмахиваясь голубым веером. – В любом случае, мы продолжаем поиски и обещаем, что выбранный партнер вас не разочарует.

   – Надеюсь на это, – прошептала я, отведя взгляд от садовника, чтоб не дразнить понапрасну свое воображение.

   И как раз в этот момент мой взгляд упал на молодого лакея, совсем мальчишку. Наверное, недавно приступившему к своим обязанностям при дворе.

   – Ваше величество, не желаете свежевыжатого сока? – слегка растерявшись, проговорил он, спешно предлагая мне поднос, на котором стояло несколько стаканов, наполненных яркой жидкостью.

   – Желаю, – прищурившись, кивнула я.

   Взяв один из стаканов, я принялась неторопливо потягивать из него сок. При этом бросая косые взгляды на стоящего рядом парнишку. Да, как есть, зеленый юнец! Даже на подбородке отчетливо виден светлый пушок. Но в то же время, кожа чистая, а лицо свежее, красивое, с плавными чертами. И эти серые глаза – словно осеннее небо, всполошенное перелетными птицами, внезапно сорвавшимися с деревьев.

   – Держи, спасибо, – сказала я с нежной улыбкой, поставив пустой стакан обратно на поднос. А уходя, специально прошла мимо него, легонько зацепив рукой его плечо. И с удовольствием услышала, как за моей спиной раздался грохот падающих на землю стаканов.

   Мне не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, как растерявшийся лакей бросился собирать осколки. Тем не менее, я не выдержала и бросила на него беглый взгляд. И отчего-то ощутила ноющее, искристое чувство предвкушения внизу живота.

   – Я хочу его, – облизав губы, прошептала я Нильзе.

   – Как пожелаете. Мы проверим его, и если все будет в порядке – организуем встречу, – согласно кивнула фрейлина, присев в реверансе. – Хотя знаете, я немного… приятно удивлена.

   – О чем ты?

   – После прошлого раза я опасалась, что вы больше не сможете продолжать и начнете отказываться, не желая делать этого. Потому то, что вы настроены решительно, и даже сами выбрали партнера, меня искренне радует.

   – В этом нет ничего странного, Нильза, – отрешенно покачала головой я. – В конце концов, меня воспитывали далеко не инфантильной дурехой. И я прекрасно понимаю, что когда ты вступаешь в такой заговор, у тебя нет права отказаться и просить дать задний ход.

Лежа рядом со мной на кровати – как есть, прямо в одежде и обуви – Нильза заботливо обнимала меня и гладила черные волосы. А мои глаза смотрели в пустоту невидящим взглядом.

   – Значит, теперь я буду одна, – не шелохнувшись, отрешенно проговорила я.

   Совсем одна.

   Ненужная совершенно никому.

   В замке, где неподалеку, в одних из детских покоев, плакал мой пятый ребенок. И первый – Ракнида.

   – Ваше величество, я покидаю вас не по своей воле. И я бы очень хотела остаться с вами навсегда…

   Лгунья.

   – …Но те, кто стоят надо мной, дали четкий приказ, – покачала головой Нильза. – Формально я выполнила свое задание. Устроила все так, чтобы вы родили четверых бастардов. И проследила за рождением пятого ребенка – уже от императора. Конечно, изначально планировалось, что под моим надзором родится так же и второй его ребенок. Но вероятно руководство почуяло, что вскоре надо мной может нависнуть угроза разоблачения, не покинь я немедленно двор. А если меня раскроют, то, боюсь, распутают и весь наш заговор. Тогда все, что мы делали, через что прошли, будет напрасно. И то самое, ради чего вы терпели, так и не состоится. Скорее всего, вас тогда даже казнят с первыми четырьмя детьми. Что хуже всего, Ракнид получит официальный повод использовать Ключ от небесно-голубого. Причем этот самый повод вручим ему мы. Вы понимаете меня?

   – Нет, не понимаю, – покачала головой я. – Ты ничего не рассказывала мне ни о ваших планах, ни об этом Ключе.

   – Не важно, ваше величество, – прошептала фрейлина, прижимаясь губами к моей макушке. – Просто делайте то, что и раньше: доверяйте мне и не бойтесь. А еще – подождите немного, потерпите. Обещаю, день вашего возмездия однажды наступит.

   – Хотелось бы в это верить.

   – Все будет. Все обязательно будет! – заверила Нильза, сильнее сжимая меня в объятиях. – А теперь самое главное. Прежде чем уйти, я должна нечто отдать вам, – сообщила женщина, вкладывая в мою руку серебристую упаковку с пилюлей.

   – Что это? – нахмурила брови я.

   – То, что не даст нашим планам обрушиться, – проговорила фрейлина. – Вскоре ваше тело полностью восстановится после родов и Ракнид снова потащит вас в супружескую постель. Но вы, как и в случае с прошлой беременностью, более не будете пить противозачаточные. А значит, вскоре опять понесете от него. И когда вы родите еще одного ребенка, выпейте ее. После этого вы больше никогда не сможете забеременеть. Причина будет выглядеть естественно, да и шестеро «наследников» – более чем достаточно, потому это никого не обеспокоит. Вы просто продолжите жить жизнью императрицы Вайндоза. Нелегкой, мучительной жизнью в блестящей обертке. И ждать. Ждать дня, когда придет наше время сделать свой ход. Главное, помните: оберегайте Констансионеллу. Дочь императора должна оставаться здоровой, целой и невредимой, а главное – невинной до того дня, как мы начнем действовать. Если она лишится девственности раньше положенного срока, появится риск разоблачения.

   – И как долго?

   – Все начнется, когда она отправится на свою свадьбу…

   – То есть, не меньше восемнадцати лет? – прошептала я, в то время как Нильза со всей силы обняла меня, пытаясь подавить завладевшую мною дрожь.

   – Простите, ваше величество, простите, – вздохнула фрейлина, снова и снова гладя мои черные волосы. – Но только так мы сможем сделать все, что задумали. И только так ваша месть этому мерзавцу не провалится. Вы понимаете меня?

   – Да, понимаю, – сухо кивнула я.

   – Тогда будьте сильной. Обещаю, однажды мы снова увидимся! – нежно прошептала Нильза, целуя мою щеку, соленую от пробежавшей по ней единственной слезы.

   Не меньше восемнадцати лет.

   Высвободившись из объятий фрейлины, которая завтра покинет двор и эту планету, я направилась к большому зеркалу, чтобы без ее помощи поправить свое струящееся красное платье.

   Невольно в памяти всплыл матерый солдат имперской армии. Похоже, он был последним мужчиной, в постели с которым мне было хорошо. И последним, заплатившим жизнью за несколько часов моего наслаждения. Странно. В ту ночь мне казалось, что я никогда не забуду его лица. Вот только я забыла! Так же, как лица отцов трех других моих детей. В памяти остались лишь запахи, прикосновения, шепоты голосов и пьянящие ощущения. Возбуждение, забота, робость, неудержимая страсть.

   Но не лица.

   – Ваше величество, позвольте подметить напоследок, – проговорила Нильза, подойдя ко мне и обняв меня за талию со спины.

   – Да?

   – В последнее время в вашем гардеробе стало слишком много красного. Хотя, как мне кажется, синий вам куда больше к лицу. Да и вообще, не пристало женщине ходить лишь в одном цвете. Особенно женщине не ограниченной в средствах. Потому пожалуйста, после моего отъезда посетите портного и..

   – Не буду, – покачала головой я.

   – Не понимаю…

   – Я не буду носить одежду других цветов.

   – Почему же?

   – Потому что я плачущая убийца, скорбящая по своим жертвам. После той крови невинных, что я пролила, у меня нет морального права носить одежду других цветов. Красный цвет моих одеяний будет всю жизнь напоминать мне о моих грехах. О жизнях мужчин, что я забрала в обмен на ночи, проведенные со мной, и детей, которых они мне подарили. Пускай тот солдат, Фриндер, был последним, и более мне не придется совершать ничего подобного. Я не собираюсь через несколько лет соврать себе, что ничего не было, лишь промелькнуло в голове дурным сном. Так что красный цвет – цвет палачей – полностью мною заслужен.

   – Знаете, вы очень непростая личность, – вздохнула Нильза, выпустив меня из объятий. – И это делало вас особо интересной для меня.

   – Не знаю, что на это сказать, потому просто промолчу.

   – Вероятно, это будет лучше всего, – согласилась фрейлина, поцеловав на прощание тыльную сторону моей ладони.

– Его казнили, – спокойно сообщила я, глядя в ненавистные аметистовые глаза двенадцатилетней дочери. Единственной из моих детей, кто в самом деле переняла их от императора Ракнида Маригола Лестраарж.

   Только минуту назад она была растеряна и обеспокоена.

   Только позавчера она была счастлива.

   А сейчас ее губы задрожали. И, наверное, она упала бы на пол, если бы не была шокирована настолько, что остолбенела.

   – То есть, тебя удивляет подобное? – продолжала я, словно не замечая, что все, чем до этой минуты была моя дочь, сейчас разлетается на куски. – Мы с отцом долгое время закрывали глаза на то, что ты водишь дружбу с каким-то сыном садовника. Более того, даже простили ему тот несчастный случай, из-за которого наша драгоценная дочь едва не погибла…

   – В том, что тогда случилось, была виновата я и только я! – сорвавшись, закричала Констансионелла, глядя сквозь меня обезумившими глазами. – Это я его туда потащила, у него не было иного выбора, кроме как подчиниться! Ведь я принцесса, а он – мой подданный! И это именно он спас мне жизнь, не щадя себя! Если бы его не было со мной, если бы я пошла туда одна, то погибла!..

   Ее оборвала пощечина. После которой я с фальшивой нежностью обняла и прижала к груди дочь, снова обратившуюся в статую.

   – Как я уже говорила, мы простили ему даже это, – покачала головой я. – Но того, что этот наглец позволил себе, ни я, ни твой отец, спустить не могли. Конечно, официальная причина его казни была иной. Но мы-то втроем знаем, почему он умер на самом деле, правда? Ну же, Констансионелла Эвериника Лестраарж, скажи это вслух. Назови причину смерти своего друга.

   – Потому что…

   – Ну же.

   – Потому что… потому что я была плохой, непослушной девочкой, – выдохнула принцесса и, обмякнув в моих руках, сползла на пол, а я не стала ее удерживать.

   – Верно, доченька, – кивнула я, глядя на нее сверху вниз. – Ты снова была плохой, непослушной девочкой. И за это мальчишке, с которым ты играла, пришлось заплатить своей жизнью. Ты очень расстроила нас с отцом.  Поэтому пожалуйста, не расстраивай нас больше. Ведь кто знает, что может случиться! Обещаешь, родная?

   – Обещаю, – отрешенно прошептала принцесса бледными губами.