<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0"
  xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
  <description>
  <title-info>
   <genre>poetry</genre>
   <author>    
    <first-name>З</first-name>
    <last-name>Волконская</last-name>
    <middle-name>А</middle-name>
   </author>
   <book-title>Стихи</book-title>
   <lang>ru</lang>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <nickname>rusec</nickname>
    <email>lib_at_rus.ec</email>
   </author>
   <program-used>LibRusEc kit</program-used>
   <date value="2013-06-11">2013-06-11</date>
   <id>Tue Jun 11 16:44:36 2013</id>
   <version>1.0</version>
  </document-info>
 </description>
 <body>
<title><p>Волконская З А</p>
<p>Стихи</p></title> 
<section>
<p>3.А.ВОЛКОНСКАЯ </p>
<p> Петр Андреевич Вяземский, негодуя на тех, кто готов был считать Москву 1820-х годов только такой, какова она изображена в комедии Грибоедова "Горе от ума", сплошь населенной Фамусовыми, скалозубами, молчаливыми, репетиловьши, князьями тугоуховскими и им подобными, утверждал: "Это разве часть, закоулок Москвы. Рядом или над этой выставленной Москвою была другая, светлая, образованная Москва".  К этой, "светлой" Москве принадлежал литературно-музыкальный салон княгини Зинаиды Александровны Волконской, в котором встречались литераторы, художники, музыканты, любители литературы и искусств. Салоны играли огромную роль в культурной жизни русского общества, так как они в отличие от официальных кружков и учреждений были недоступны для правительственного контроля. Министр просвещения С. С. Уваров поэтому сетовал: "Частные, так сказать, домашние общества, состоящие из людей, соединенных между собой свободным призванием и личными талантами и наблюдающих за ходом литературы, имели и имеют не только у нас, но и повсюду ощутительное, хотя некоторым образом невидимое влияние на современников. В этом отношении академии и другие официальные учреждения этого рода далеко не имеют подобной силы".  Салон Зинаиды Волконской имел не только "ощутительное", но и нежелательное для правительства влияние на современников: это был кружок, в котором царствовал дух свободомыслия, разума и понимания творческих устремлений писателей, музыкантов, художников.  Княгиня Зинаида Александровна Волконская, урожденная княжна Белосельская-Белозерская, родилась в 1792 году. Ее отец был одним из образованнейших людей своего времени, переписывался с Вольтером, сочинял стихи на французском языке, изучал философию и написал философский трактат о возможности познания мира, который высоко оценил Иммануил Кант. Кроме того, он интересовался искусством и хорошо знал его, собирал картины и скульптуры. Волконская выросла в атмосфере высокой культуры, она получила великолепное образование, владела многими языками, занималась живописью и обладала музыкальным талантом и красивым певческим голосом.  Выйдя замуж за князя Никиту Григорьевича Волконского - родного брата декабриста Сергея Волконского, она попадает в круг ближайшего окружения императора Александра I. Но ее не удовлетворяет хотя и блестящая, полная развлечений, но пустая жизнь придворной дамы. Привыкшая с детских лет к умственным занятиям, она занимается литературой, пишет стихи и прозу, для оперы "Жанна д'Арк" она сочинила либретто и музыку и выступила в главной роли. Волконская под влиянием национально-патриотического подъема в связи с Отечественной войной 1812 года изучает славянскую историю, в 1824 году в Париже вышла ее повесть "Славянская картина", рассказывающая историю девушки, которая впоследствии стала матерью легендарного основателя Киева князя Кия; в то же время она работает над повестью о княгине Ольге. Писала Волконская преимущественно на французском языке, но ряд произведений написан ею и на русском.  Последние годы царствования Александра I ознаменовались усилением реакции. Зинаида Волконская уезжает из Петербурга в Москву, подальше от двора. Москва еще в конце XVIII века сделалась прибежищем всех, находившихся в оппозиции к правительству, поэтому здесь, говоря словами самой Волконской, "воздух как будто полегче".  Литературно-музыкальный салон Зинаиды Волконской в Москве становится одним из самых замечательных культурных центров. "Все в этом доме,- писал П А. Вяземский,- носило отпечаток служения искусству и мысли" Постоянными посетителями салона были многие замечательные писатели: Карамзин, Жуковский, Баратынский, Дельвиг, Вяземский, Языков, Денис Давыдов, Веневитинов, Киреевские, ссыльный польский поэт Адам Мицкевич. Здесь поэты и писатели читали свои произведения, часто написанные специально для чтения в салоне, тут рождались новые творческие замыслы. Поэт А. Н. Муравьев пишет о Зинаиде Волконской: "Литераторы и художники обращались к ней, как бы к некоему меценату, и приятно встречали друг друга на ее блистательных вечерах, которые она умела воодушевить с особенным талантом".  После подавления восстания 14 декабря 1825 года дом Зинаиды Волконской один из очень немногих аристократических домов, где не отреклись от осужденных и от прежних идей. Возвращенный из ссылки Пушкин в первый же день приходит к Волконской. В ее доме Москва провожает княгиню Марию Волконскую, уезжавшую в Сибирь за мужем.  Многие поэты посвящали Зинаиде Волконской стихи. Лучшее принадлежит Пушкину: </p>
<p>Среди рассеянной Москвы, При толках виста и бостона, При бальном лепете молвы Ты любишь игры Аполлона. Царица муз и красоты, Рукою нежной держишь ты Волшебный скипетр вдохновений, И под задумчивым челом, Двойным увенчанным венком, И вьется, и пылает гений. </p>
<p> Царствование Николая I, начавшись с расправы над декабристами, продолжалось усилением репрессий против всех проявлений свободомыслия. За Зинаидой Волконской был установлен тайный полицейский надзор. Московский воздух перестает быть легким. В 1829 году Волконская уезжает из России в Италию. Там она и умерла в 1862 году.  Литературные произведения Зинаиды Волконской, как стихи, так и проза, отличаются какой-то особой изящностью, но в них нет оригинальности, они повторяют темы и мысли, ставшие традиционными для романтизма. Они не оставили заметного следа в истории литературы. Зато ее салон и сама ее личность имели огромное значение для русской культуры 1820-х годов, благодаря ей и вдохновляющей атмосфере ее дома были созданы произведения, которые стали гордостью русской литературы. </p>
<p> МОЕЙ ЗВЕЗДЕ </p>
<p>Звезда моя! свет предреченных дне.й, Твой путь и мой судьба сочетаваег. Твой луч светя звучит в душе моей; В тебе она заветное читает. И жар ее, твой отблеск верный здесь, Гори! гори! ве выгорит он весь! </p>
<p>И молнии и тучи вевредимо Текут, скользят по свету твоему; А ты все та ж... чиста, неугасима, Сочувствуешь ты сердцу моему! Так в брачный день встречаются два взора, Так в пении ответствуют два хора. </p>
<p>Звезда души без суетных наград Преданности, участий сердобольных, Волнений, слез, младенческих отрад, Звезда надежд, звезда порывов вольных, Забот души, сроднившихся со мной, Звезда моей мелодии живой! </p>
<p>Звезда моя! молю мольбой за{вета! Когда в очах померкнувших, любя, Зовущий луч уж не найдет ответа, Молю, чтоб ты, прияв мой жар в себя, Светя на тех, кого я здесь любила, Хранящий взор собою заменила! </p>
<p>1831. Рим </p>
<p> ДРУГУ-СТРАДАЛЬЦУ </p>
<p>Ты арфа страданья, Ты арфа терпенья, Ты арфа с душой! </p>
<p>Твой дух, твои струны Поют хор мученья. Напев их: аминь! </p>
<p>Терпи, моя арфа! Звучишь ты надеждой, Пророчишь ты рай! </p>
<p>И ангел скорбящих Твой голос узнает И встретит тебя... </p>
<p>"1838" </p>
<p> НАДГРОБНАЯ ПЕСНЬ  СЛАВЯНСКОГО ГУСЛЯРА </p>
<p>Уж как пал снежок со темных небес, А с густых ресниц слеза канула: Не взойти снежку опять на небо, Не взойти слезе на ресницу ту, </p>
<p>У Днепра над горой, высокой, крутой, Уж как терем стал новорубленый: Ни дверей в терему, ни окна светла, А уж терем крыт острой кровлею. </p>
<p>Кровля тяжкая на стипах лежит, А хозяин там крепким сном заснул, Как проснется он,- то куда пойде!? Как захочет он на бел свет взглянуть, </p>
<p>Пожелает он гулять по граду,А в глазах земля и в очах земля! </p>
<p>Как прозябнет он,- где согреется? Сыро в тереме,- а ни печи нет, И не высохнут стены хладные. Ах, вы хладные, стены тесные! </p>
<p>Для чего вы тут, для чего у нас? Зима бабушка! ах, закрой ты их Своей рухлою, белой шубою! Ты, млада весна, зеленой фатой! </p>
<p>"1836" </p>
</section>
</body>
</FictionBook>
