Потребности промышленности, сельского хозяйства и других отраслей в тепловой, электрической и других видах энергии увеличиваются чрезвычайно быстро. Так, в СССР к 1978 году электровооруженность труда возросла по сравнению с 1913 годом более чем в 53 раза, а энерговооруженность — в 33 раза. Общее потребление электроэнергии в сельском хозяйстве в нашей стране в 1978 году увеличилось почти в 10 раз по сравнению с 1960 годом.

Сегодня наша промышленность потребляет более 60 процентов электроэнергии, а транспорт — почти 8 процентов.

Однако удовлетворение потребностей народного хозяйства в топливе и энергии связано с рядом трудностей, в частности с тем, что все более возрастают затраты на добычу и транспортировку топливно-энергетических ресурсов.

Вот почему чрезвычайно важно сегодня следовать путем рационального расходования энергоресурсов, повышения эффективности их использования. В этой связи предстоит разработать и внедрить энергетически эффективные технологические процессы, создать прогрессивное энергоиспользующее оборудование, расширить систему централизованного теплоснабжения и т. д.

И уже в Основных направлениях развития народного хозяйства СССР на 1976–1980 годы эта задача в определенной мере реализуется. Как известно, за пятилетие предусмотрено снизить нормы расхода котельно-печного топлива на 3–4 процента, электрической и тепловой энергии — на 5 процентов, бензина и дизельного топлива при автомобильных перевозках грузов — на 8 процентов.

Предусматривается снижение расходов отдельных видов энергии, топлива и на более длительный срок.

Вот как могут выглядеть результаты предварительного анализа экономии различных видов топлива и энергии в 1990 году по сравнению с 1975 годом, выполненные специалистами отдельных организаций (стр. 52). Как видно, наибольшая экономия будет достигнута при расходовании котельно-печного топлива, тепловой энергии, энергии на транспорте.

Небезынтересно проследить направления экономии топлива и энергии по отдельным отраслям. Наиболее энергоемкой отраслью принято считать металлургию. Именно в черной металлургии все процессы — от выплавки чугуна и стали до производства полуфабрикатов: тонкого листа, проволоки, полосовой стали — требуют значительного расхода энергии. Экономию топливно-энергетических ресурсов в этой отрасли предполагается осуществлять главным образом за счет улучшения технологии плавки и нагрева металла, увеличения загрузки печей, ввода в действие новых установок непрерывной разливки стали, а также за счет использования рекуператоров при нагревательных и термических печах и улучшения теплоизоляции самих печей.

В цветной металлургии будут внедряться комплексы для автогенной плавки медных и никелевых сульфидных концентратов, что позволит сэкономить более 3,6 тонны условного топлива на тонну меди и никеля.

Что же касается машиностроения, то здесь явно заметна тенденция ускоренного развития приборостроения, электротехнического и электронного производств, весьма выгодных и с точки зрения потребления энергии. В других машиностроительных производствах тоже предпринимаются усилия для сокращения расхода энергии, скажем, за счет совершенствования литейных процессов или процессов механической обработки деталей и т. д.

1 — котельное топливо в промышленности; 2 — тепловая энергия; 3 — энергия на транспорте; 4 — электроэнергия; 5 — вторичные энергоресурсы; 6 — тепло вентиляционных выбросов предприятий; 7 — энергия в сельском хозяйстве; 8 — энергия в коммунально-бытовом хозяйстве; 9 — низкопотенциальное тепло слабонагретой воды, сбрасываемой предприятиями, электростанциями и городскими станциями аэрации.

1 — тепловая энергия, 2 — электрическая энергия, 3 — котельно-печное топливо.

Чтобы снизить расход топлива на транспорте, проводятся исследования и разработки по созданию более совершенных дизельных двигателей водяного и воздушного охлаждения, в том числе многотопливных дизельных двигателей для грузовых автомобилей, газотурбинных двигателей для большегрузных самосвалов, тягачей, магистральных автопоездов и автобусов большой вместимости. Для внутригородских перевозок создаются специальные электромобили. Запас хода до перезарядки аккумуляторов у них составит 80-100 километров.

Как известно, почти все транспортные средства используют нефтяное жидкое топливо. Вероятно, такое положение сохранится до конца нынешнего столетия. Между тем этот вид топлива наиболее дефицитен. Поэтому в дальнейшем предполагается почти полное вытеснение жидкого органического топлива из употребления на стационарных установках. К 2030 году этот вид топлива, видимо, будет использоваться лишь автомобильным транспортом.

В связи с сокращением мировых запасов нефти возникает проблема поиска экономически выгодных способов получения жидкого топлива из угля. Но уголь и сам по себе продолжает оставаться важным энергетическим источником.

Однако наличие внушительных запасов угля в силу целого ряда обстоятельств не разрешает энергетической проблемы.

Дело в том, что перспективы угольной промышленности зависят от многих факторов: степени использования высокоэффективного горнодобывающего оборудования, состояния окружающей среды, возможностей транспортировки угля на большие расстояния, наконец, динамики цен на другие виды топлива. Повышение эффективности добычи угля — весьма капиталоемкий процесс, связанный со сложными техническими и технологическими задачами: внедрением робототехники, гидравлических методов бурения, шахтных стволов, микробиологических методов добычи, разжижением угля на месте залегания и т. д.

За последние годы весьма крупным потребителем топлива и энергии стало сельское хозяйство. Достаточно сказать, что сегодня производство 1 килограмма протеина в молоке требует 25–30 килограммов условного топлива, а 1 килограмма мяса — 12 килограммов условного топлива. В целом же в этом году потребление электроэнергии на селе должно составить 130 миллиардов киловатт-часов.

Каковы же пути экономии топлива и энергии в сельском хозяйстве? Прежде всего этого можно достигнуть за счет оснащения машинного парка более экономичными тракторами, зерноуборочными комбайнами, тракторными прицепами. Важный резерв экономии — совершенствование способов хранения и использования топлива, улучшение нормирования горюче-смазочных материалов. Используя подобные резервы в сельском хозяйстве можно сэкономить к 1990 году несколько миллионов тонн светлых нефтепродуктов.

Дополнительное получение энергетических ресурсов в сельском хозяйстве могли бы обеспечить ветроэнергетические установки. Потенциальные запасы ветровой энергии в СССР огромны, примерно в 65 районах страны скорости ветра не ниже 6 метров в секунду. Ветро-механические двигатели можно использовать для подъема воды в засушливых районах, на пастбищах, при осушении заболоченных мест.

Дальнейшее снижение расхода топлива и энергии в коммунально-бытовом хозяйстве городов связано с развитием централизованного теплоснабжения, с совершенствованием систем отопления и кондиционирования воздуха в жилых и служебных помещениях. Сегодня в нашей стране за счет централизованного теплоснабжения обеспечивается 73 процента потребности в тепле. Эта сеть непрерывно расширяется. Предполагается, что к 1990 году за счет расширения сети ТЭЦ и ликвидации мелких отопительных установок будет сэкономлено до 10–15 миллионов тонн условного топлива.

Для развития теплично-парниковых хозяйств и курортной инфраструктуры весьма перспективно использование тепла подземных термальных вод. На территории СССР уже выявлено более 60 крупных геотермальных источников — в Сибири, на Чукотке, в районе Кавказского хребта, на Камчатке, Мангышлаке и в других районах. К сожалению, использование геотермальной энергии в виде горячей воды пока ограничено: невыгодно подавать ее по трубам на расстояние свыше пяти километров. В 1976 году объем использования термальных вод в СССР превысил 25 миллиардов кубометров, а в 1980 году он должен удвоиться.

Колоссальные запасы тепловой энергии геотермальных вод можно превращать в электрическую. Подсчитано, что, осуществив такое превращение хотя бы с 10 процентами суммарных запасов геотермальных вод (а их содержится в земле около 700 миллионов кубометров), можно покрывать ежегодные потребности человечества в электроэнергии на протяжении более 4 миллиардов лет. В настоящее время действует значительное число небольших по своим размерам геотермальных электростанций: в Новой Зеландии, в Японии, в Мексике, в США. В СССР работают две такие электростанции: Паратуньская и Паужетская. В целом же мощность геотермальных электростанций на земном шаре к концу этого года достигнет 3800 Мвт.

Сейчас в СССР и других странах ведутся активные разработки эффективных методов получения энергии в больших масштабах за счет внутреннего тепла земли.

За последние годы в СССР и ряде других стран стали успешно использоваться солнечные установки для горячего водоснабжения, сушки сельскохозяйственных продуктов и материалов. В целом наша планета получает от Солнца в год в 10 раз больше энергии по сравнению с той, которая заключена во всех видах ископаемого топлива. Поэтому интерес к Солнцу как неисчерпаемому источнику энергии не случаен. Например, в США сооружено около 2000 систем солнечного отопления и горячего водоснабжения для жилых и общественных зданий. Они позволяют экономить от 30 до 70 процентов топлива и электроэнергии.

В нашей стране, в Туркмении работает солнечная электростанция, производятся различные виды гелиоаппаратуры. Испытаны солнечные энергоустановки в Геленджике и Ереване. Результаты испытаний пока не очень утешительны: получение электричества из солнечной энергии обходится еще очень дорого. Поэтому предстоит большая исследовательская работа по повышению экономичности гелиоэнергетических установок. Два весьма существенных обстоятельства препятствуют широкому использованию солнечной энергии в промышленных и бытовых целях. Во-первых, эта энергия во времени непостоянна и преходяща. Во-вторых, не сконцентрирована в одном месте, а равномерно распределена по большим площадям. Первую проблему можно решить, создав аккумуляторы солнечной энергии, которые будут выдавать ее в холодные осенние и зимние дни. Вторую проблему решить труднее, так как в настоящее время господствует принцип централизованного снабжения электрической энергией.

Если говорить о других источниках и путях экономии топлива и энергии, то следует иметь в виду более широкое использование низкопотенциального тепла воды, сбрасываемой предприятиями и электростанциями, а также тепла вентиляционных выбросов. Близко к этому и увеличение доли в энергобалансе вторичных энергоресурсов: газов различных производств (доменного, конверторного, ферросплавного и т. д.), горючих щелоков целлюлозно-бумажных предприятий, тепла, выделяемого при сгорании попутных газов на промыслах, и прочего. Еще один путь экономии— снижение потерь электроэнергии в электрических сетях.

Именно за счет подобных резервов в предстоящем пятилетии предполагается обеспечить существенную экономию топлива и энергии.

ОТ ДЕЙТЕРИЯ ДО МУСОРА

Значительное сокращение запасов углеводородного топлива заставляет человечество осваивать новые источники энергии. И одно из перспективных решений этой проблемы — развитие атомной энергетики.

Количество атомных электростанций все время возрастает, так, в 1972 году их насчитывалось в мире 123 и они производили в год примерно 30 миллиардов кВт электроэнергии. К 1980 году производство атомной электроэнергии увеличится по сравнению с 1972 годом в 10 раз. Новое поколение реакторов-размножителей на быстрых нейтронах, работающих на смеси природного урана и плутония, открывает перспективы получения практически неограниченного количества энергии. Однако, по существующим прогнозам, атомные станции будут давать всего лишь 11–13 процентов всей электроэнергии в мире в 1985-ом и 20 процентов в 2000 году.

Более широкие перспективы использования атомной энергии открываются по мере создания и освоения материалов, способных выдерживать очень высокие температуры, а также при сооружении и эксплуатации малых реакторов низкого давления для производственных нужд.

В СССР использование возможностей атомной энергии приобретает особое значение. В нашей стране создана специальная отрасль атомного машиностроения, развитие которой позволяет расширить строительство АЭС, особенно в европейской части страны. Построены и успешно работают реакторы с единичной электрической мощностью в I миллион киловатт. В ближайшем будущем предусмотрено создание атомных станций с реакторами в 1,5 миллиона киловатт (Игналинская АЭС).

Все это позволяет расширять сферу действия атомной энергетики, в том числе при теплофикации городов и отоплении жилищ, в технологических процессах промышленных предприятий и т. д., обеспечивая одновременно значительное сокращение расхода органического топлива. Роль ядерной энергетики при росте мощности реакторов и повышении их технико-экономических показателей становится все более значительной в общем объеме производства электроэнергии. Так, ввод мощностей и производство электроэнергии на атомных и гидравлических электростанциях позволит к 1990 году снизить потребность в органическом топливе по сравнению с 1975 годом примерно на сотни миллионов тонн условного топлива. Кроме того, резко сократятся размеры перевозок значительного количества топлива из восточных районов страны в европейскую часть.

В последние годы все больше внимания уделяется созданию энергетических установок с МГД-генераторами, которые, как известно, могут работать на газообразном, жидком и твердом топливе. Использование угля в этом случае особенно перспективно. Во многих странах, в том числе и в СССР, имеются значительные запасы низкокалорийных углей. Используя их на МГД-электростанциях, можно достичь кпд 50–55 процентов (по сравнению с 40–44 процентами на тепловых электростанциях). Кроме того, сравнительно высокий кпд способствует снижению «теплового загрязнения» водных источников, уменьшается также загрязнение воздушного бассейна окислами серы и азота.

Существенное место в энергетическом балансе будущего займет термоядерная энергия. Как известно, топливом для термоядерной реакции служат дейтерий и литий, превращаемый в тритий. Запасы их весьма велики. Одной трети грамма дейтерия, содержащегося в 10 литрах обыкновенной воды, с избытком хватит, чтобы удовлетворить среднегодовую потребность одного жителя Земли в энергии. Это эквивалентно энергии, содержащейся в 2 тоннах каменного угля или 2300 литрах бензина. Однако термоядерная энергия едва ли будет стоить намного меньше атомной. По оценкам Международного совета по термоядерным исследованиям, стоимость исследовательских работ и технических разработок составляет примерно 15 миллиардов долларов. Есть основания полагать, что стоимость разработок можно значительно сократить, если проводить исследования на основе международной кооперации.

В прогнозах развития энергетики будущего все большее место отводится водороду как идеальному энергоносителю. Чем же замечателен водород? Во-первых, у него высокая калорийность на единицу массы: она почти в 3 раза превосходит бензин; во-вторых, широкие пределы воспламеняемости в воздухе, что обеспечивает стабильное горение, в-третьих, водород почти не загрязняет окружающую среду. Топки для его сжигания, не требующие дымовых труб, компактны.

В настоящее время развитие водородной энергетики сдерживается дороговизной получения водорода: он стоит примерно в 3–4 раза дороже, чем ископаемые виды топлива. Однако при росте цен на минеральное сырье водород может стать вполне конкурентоспособным энергоносителем.

В ближайшем будущем предвидится создание транспортных водородных двигателей и специальных нагревателей, экспериментальных самолетов на водородном топливе и электробатарей, работающих на принципе соединения водорода с кислородом с кпд 60–70 процентов. Стоит задача — изыскать эффективный и недорогой источник энергии для разложения воды на водород и кислород. Им может стать высокотемпературный ядерный реактор и солнечные установки, а в более отдаленном будущем установки для радиолиза или фотосинтеза с получением водорода при поглощении световых квантов хлорофиллом, а также приливно-отливная энергия океана. Если же говорить о ближайшем будущем, то задача видится в повышении эффективности процесса до 50 процентов одновременно с получением электроэнергии на одной и — той же ядерной установке.

В последние годы стали усиленно изучаться и биологические методы преобразования энергии. Представляет интерес, например, «этаноловый эксперимент» Бразилии, где бензин стали заменять на этанол, получаемый при переработке сахарного тростника (один гектар тростника дает 100 тонн биомассы, из которой можно получить до 150 литров спирта). В ходе этого эксперимента сократились валютные расходы страны, стали решаться некоторые социальные проблемы: развитие экономики отдельных районов, повышение занятости населения.

В ряде стран Западной Европы, США, Австралии предусматривается выращивание растений (трава, водоросли) специально для переработки в жидкое и газообразное топливо (метанол, этанол, метан). Такого рода энергетические плантации рассматриваются как средство снижения затрат на импортируемое топливо.

В США изучается вопрос о производстве энергии на базе лесоводческих хозяйств. В этих хозяйствах выращиваются особые виды деревьев (например, тополь), способные давать новые побеги из пеньков после порубки. Эти быстрорастущие деревья на площади около 12 тысяч гектаров непахотных земель могут обеспечить топливом ТЭЦ мощностью 400 мВт.

Еще одним источником получения энергии служат городские отходы. Переработка мусора на топливо и ценные компоненты особенно эффективна в крупных городах, где на сравнительно небольшой территории могут скапливаться тысячи тонн отходов, которые примерно на 60 процентов состоят из бумаги и растительных остатков. Определено, что из 1 тонны бумажных отходов можно получить 500 килограммов глюкозы, а из нее — 250 литров этилового спирта. Например, одна из чикагских фирм успешно занимается комплексной переработкой мусора. Металлы извлекаются магнитным барабаном, а бумага, пластмасса и остатки древесины используются в качестве топлива. Это топливо смешивается с углем и подается на сжигание.

Идея получения и использования энергии пучка невидимых электромагнитных волн до недавнего времени казалась фантастической. Однако в одной из американских лабораторий продемонстрирована возможность передачи с помощью микроволн большого количества энергии с достаточно высоким кпд. На расстоянии в 1,5 километра удалось передать 30 киловатт мощности с кпд до 54 процентов. Эти результаты многообещающие: если резко возрастет стоимость авиационного топлива, можно будет создавать авиалайнеры, питаемые микроволнами, или низкоскоростные радиоуправляемые самолеты и дирижабли, которые можно использовать в качестве релейных станций между Землей и синхронным спутником связи станций наблюдения за лесными пожарами и для других целей.

НЕ ВЕС, А ПРОЧНОСТЬ

В структуре затрат на производство промышленной продукции на долю материальных ресурсов приходится 73,5 процента. Если снизить материалоемкость хотя бы на один процент, это дало бы народному хозяйству большой экономический эффект — примерно 5,5 миллиарда рублей в год.

Новая техника и технологические процессы позволяют успешно решать эту задачу: повышаются прочностные свойства материалов, осуществляется переход от одних видов материалов к другим, более экономичным, осваивается производство экономичных заменителей, более полно утилизируются исходные продукты. Все это позволило за 1966–1977 годы снизить материалоемкость промышленного производства на 8–9 процентов.

Напомним, что за пятилетие 1976–1980 годы намечено обеспечить экономию проката черных металлов в машиностроении и металлообработке на 14–16 процентов, в строительстве — на 5–7 процентов, экономию цемента в строительстве — 5–6 процентов и лесных материалов — 12–14 процентов.

Конечно, снижение материалоемкости производства отнюдь не сиюминутно разрешимая проблема. Прежде всего она зависит от дальнейшей экономии проката черных металлов, стальных и чугунных литых заготовок. За годы нынешней пятилетки сорторазмеры проката заменены более прогрессивными и экономичными. Достаточно сказать, что в 1977 году объем производства тонколистовой стали толщиной 1,0–1,8 миллиметра вырос по сравнению с 1976 годом на 8,5 процента, увеличился выпуск холоднокатаной динамной стали, гнутых профилей, термообработанного проката.

Это позволило нашей стране по объему производства готового проката обогнать в 1976 году США. К 1980 году выпуск готового проката намечено довести до 117,5 миллиона тонн, увеличив его по сравнению с 1975 годом на 19,1 процента. Что касается наиболее эффективных видов проката — холоднокатаной листовой и холоднокатаной трансформаторной стали, а также проката из низколегированной стали, то их производство увеличится на 45–58 процентов. Наряду с другими факторами это приведет к повышению эффективности использования металла и позволит сэкономить в 1980 году по сравнению с 1975 годом 5,3 миллиона тонн проката черных металлов.

Однако наши машиностроительные предприятия еще недостаточно обеспечены прокатом улучшенного качества — листовым и термически упрочненным, гнутыми и фасонными профилями. И это приводит к значительному перерасходу проката.

Все еще велики отходы черных металлов: ежегодно уходит в стружку до 7 миллионов тонн готового проката. Правда, следует отметить, что эта проблема не в полной мере решена и в других промышленно развитых странах. Так, в США в 1975 году отходы в стежку составили 32 процента всего объема промышленных отходов.

Ученые и специалисты полагают, что отходы металлов можно сократить, если расширить производство точных заготовок, используя при этом прогрессивные методы литья, штамповки, сварки, порошковой металлургии. По подсчетам академика А. И. Целикова, годовой резерв экономии черных металлов за счет рационального и более эффективного их использования может составить 10 миллионов тонн.

Еще один важный резерв экономии материалов заложен в снижении удельной материалоемкости машин и оборудования. Многие виды машин, станков, механизмов, изготовленные в СССР, обладают высокими техническими характеристиками. Но по удельной металлоемкости они нередко уступают лучшим мировым образцам. Высокая металлоемкость продукции связана в значительной мере с тем, что недостаточно развито специализированное производство различных деталей, узлов. Многие машиностроительные заводы сами изготавливают для своих нужд такие детали, как зубчатые колеса, крепежные метизы и т. д. Заготовки, отливки, сварные узлы, полученные подобным образом, имеют более высокую себестоимость и металлоемкость, чем продукция специализированных производств.

Конечно, есть и примеры другого рода. Так, при создании тракторов МТЗ-80 металлоемкость на единицу мощности снижена на 24 процента по сравнению с предыдущей моделью МТЗ-50. И все же резервы экономии металла остаются значительными. Коэффициент использования проката черных металлов в машиностроении в последние годы составляет 0,72. Следовательно, 28 процентов потребляемого металла направляется в отходы. Одна из причин — неоптимальная структура парка металлообрабатывающего оборудования.

Наконец, еще один путь снижения материалоемкости заключается в создании и использовании новых материалов с высокой термостойкостью и конструкционной прочностью. Этот путь особенно наглядно виден на примерах развития электронной, атомной и космической техники:. Да и в ряде основных производств зачастую создаются машины и оборудования, где используются материалы с высокими техническими показателями, в частности легкие сплавы, полимерные материалы и пластмассы.

С каждым годом все более возрастают темпы производства подобных материалов. По имеющимся расчетам, к 1980 году мировое производство алюминия достигнет 27–32 миллионов тонн, а пластмасс — 90-105 миллионов тонн. И в нашей стране быстро возрастает объем переработки пластмасс в изделия и полуфабрикаты. В последние годы этот процесс происходит повышенными темпами. Однако потребности в металле остаются все еще значительными. В 1980 году в мире должно быть произведено почти 900 миллионов тонн стали. При этом производство пластмасс будет расти опережающими темпами по сравнению с выплавкой стали (стр. 55).

Замена металла в широких масштабах на пластмассы и синтетические смолы в значительной мере будет способствовать сокращению удельного расхода металлов, особенно нержавеющих сталей и легких сплавов, снижению трудоемкости в машиностроении, строительстве, сельском хозяйстве и других отраслям.

Снижение материалоемкости, расхода топлива, энергии — поистине всенародная задача. Вопросы экономии топлива, энергии, повышения качества металла и других материалов, снижения их отходов при производстве и обработке станут важной составной частью нового пятилетнего плана.

Шаг за шагом идут в тайгу, в тундру изыскатели, нефтяники, газовики. И уже давно минули те времена, когда первопроходцы подолгу жили в палатках, не имея самых элементарных удобств. Сейчас тем, кто осваивает Север, сразу же стараются создать условия для нормальной жизни и работы.

Ленинградские инженеры и архитекторы разработали несколько типов блок-контейнеров, из которых можно смонтировать самые разнообразные постройки. В частности, дома-комплексы, где жилые комнаты, столовая, клуб и зимний сад размещаются под одной крышей, гаражи, мастерские и другие сооружения. Материалом для стен и перекрытий послужили дерево и алюминий с утеплением из пенопласта. Постройки подняли на сваи, и им не страшны теперь снежные заносы. Наклонные окна с тройным остеклением надежно защищают от холода, не мешая в то же время скупым солнечным лучам проникнуть в комнаты.

Сооружения, выполненные по проекту ленинградцев, уже можно встретить в тюменской тайге, на БАМе, на Амдерме и Диксоне — словом, там, где природные условия суровы, а жить и работать нужно.

«Строительство и архитектура» № 8, 1979 г.

ВОЛНА УКРЕПЛЯЕТ БЕРЕГ

До трех метров в год отнимает Черное море у некоторых участков берега в районе Одессы, и до последнего времени представлялось, что ничем не остановить губительную работу морского прибоя. Но вот специалисты провели серию экспериментов, сперва в лабораторных лотках, а затем в реальных условиях и убедились — остановить волну невозможно, но ее можно укротить и заставить гасить свою собственную разрушительную силу. Для этого нужно поставить на пути волн не железобетон— он под действием морского прибоя постепенно разрушается, — а многослойную подушку из песка, известняка и глины. При определенном соотношении компонентов насыпного берега волна будет его укреплять: под ударами прибоя песок, глина и известняк так перемещаются, что наверху оказываются галька и песок, в которых, как в вате, вязнет сила набегающей волны. Одновременно вода крошит гальку, перетирает песок и создает, таким образом, обширные пляжи там, где был размытый обрывистый берег, грозящий оползнями.

Идея, как говорится, уже прошла проверку практикой — на одном из участков волны уже намыли больше двух километров прекрасного пляжа.

«Строительство и архитектура» № 9, 1979 г.

КОНСТРУКЦИИ ИЗ КЛЕЕНОГО ДЕРЕВА

Недавно на ВДНХ демонстрировалась пятидесятиметровая арка из клееного дерева — по существу, готовая конструкция для перекрытия помещения большой площади. Еще не так давно изготовить такую арку было невозможно, она стала реальностью благодаря использованию именно клееного дерева, которое отличается очень высокой прочностью и стойкостью.

Фреза с торца нарезает куски досок, а затем их склеивают в длинную ленту синтетическим клеем. Несколько таких лент складывают в пакет, который прессуют, обжимают и придают этому пакету, таким образом, нужную конфигурацию. После этой обработки дерево приобретает весьма ценные свойства: оно уплотняется и становится неуязвимым ни для влаги, ни для огня.

Формы конструкций могут быть очень разными, и это дает возможность архитекторам создавать оригинальные деревянные здания. К этому нужно добавить, что деревянные конструкции чуть ли ни в десять раз легче железобетонных, а это резко упрощает монтаж сооружения.

Уже построено несколько больших зданий из деревоклееных конструкций, в частности Дворец спорта в Архангельске. В Калинине начато строительство большого крытого катка.

«Строительство и архитектура» № 8, 1979 г.

ТРАДИЦИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

В Литве принято выкладывать тротуары бетонной плиткой. И надо сказать, что плитка эта имеет определенные преимущества перед асфальтом. Бетон не так страдает от перепадов температуры — не трескается от холода и не размягчается от жары; ремонт плиточного тротуара проще, после ремонта не остаются заплатки и неровности; варьируя размер и порядок укладки плиток, можно получить на тротуаре разные рисунки, которые сами по себе будут служить украшением. Сдерживает более широкое применение плиточного покрытия тротуаров главным образом то, что плитку приходится класть вручную — это и очень тяжелая работа и медленная.

Инженер Я. В. Вилькин предложил простую и удобную машину для укладки плиток — тротуароукладочный комбайн.

Захваты извлекают из контейнера, в котором находятся тридцать девять плит, три штуки. Гидроцилиндры поворачивают плитки в горизонтальное положение, и они оказываются на направляющих полозьях. Оттуда специальные ползуны сталкивают их на песчаную подушку, вплотную к границе шаблона либо к предыдущему ряду уложенных плиток. Продвигаясь вперед, комбайн придавливает плитки своею тяжестью, так что нет нужды и в катке.

И вот вам результат: машина укладывает 39 плиток (один контейнер) за пять минут, а за смену — 2000 плиток, выполняя норму 20 рабочих.

«Наука и техника» № 19, 1979 г.

В. И. Ленин. 1900 год.

Последний год XIX столетия. В. И. Ленин и Н. К. Крупская в ссылке, в Шушенском. В это время нелегально или под псевдонимами появляются работы В. И. Ленина, сразу получавшие широкую известность среди единомышленников и в кругах политических противников.

В марте 1899 года в издательстве М. Н. Водовозовой в Петербурге под псевдонимом «Владимир Ильин» тиражом 2400 экземпляров выходит ленинский труд «Развитие капитализма в России.

Годом ранее, также в Петербурге, под тем же псевдонимом печатается первый ленинский сборник «Экономические этюды и статьи», появляются статьи в журналах «Научное обозрение», «Начало», «Жизнь».

Тогда же на страницах русских энциклопедических изданий публикуются первые справки об Ильине-Ленине. Доктор исторических наук М. С. Волин, например, установил, что в старых дореволюционных энциклопедиях и словарях содержится до 15 биографических справок о Владимире Ильиче.

До недавнего времени считалось, что впервые информация о Ленине появилась в «Малом энциклопедическом словаре» Брокгауза и Ефрона (1900 год).

Эта справка «Ильин Владимир» была опубликована в VII выпуске второго тома, который вышел в августе 1900 года. О времени выхода VII выпуска сообщалось в объявлениях магазина «Новое время» А. Суворина. Но дело в том, что справка о Ленине-Ильине, напечатанная в словаре Брокгауза, не была первой. На рубеже XIX и XX столетий в России появилось сразу несколько энциклопедий, в которых называлось имя Ленина.

В 1898 году приложением к журналу «Научное обозрение» начал выходить «Энциклопедический словарь». Его составителем был редактор журнала, известный писатель, журналист и ученый Михаил Михайлович Филиппов. В первый год вышло только 4 выпуска словаря, всего 12 печатных листов, хотя право издания журнала М. М. Филипповым было передано книгоиздателю П. П. Сойкину, в последующие два года словарь продолжал выходить. Справка «Ильин Владимир» была опубликована в столбце 1417, который входил в 45-й печатный лист 12-го выпуска. Когда же эта заметка увидела свет? Ответить на этот вопрос помогло нам редакционное сообщение, напечатанное в майской книжке журнала «Научное обозрение» за 1900 год: «До 1-го апреля 1900 года вышло 12 выпусков— 45 печатных листов словаря, которые вновь подписавшимися высылаются немедленно». Так документально подтверждается, что не позднее 1 апреля 1900 года в «Энциклопедическом словаре» М. М. Филиппова появилась первая справка о русском экономисте Владимире Ильине-Ленине. Вот ее текст: «Ильин Владимир, новейший русский экономист, автор книг: «Экономические этюды», 1898, «Развитие капитализма в России», 1899, сотрудничая, в журнале «Начало», пишет в «Научном обозрении» и «Жизни» и др. журналах».

В третьем томе словаря М. М. Филиппова в статье «Сисмонди» (столбец 3236) в указателе литературы названа ленинская работа: «В. Ильин — «Экономические этюды».

Об этом словаре директор департамента С. Э. Зволянский в своем докладе министру внутренних дел России указывал, что словарь «должно было бы назвать «социалистическим», так как в нем особенно подробно и тщательно разработаны термины и библиографические указания, касающиеся социализма».

В 1901 году «Энциклопедический словарь» М. М. Филиппова был включен в качестве приложения к журналу «Природа и люди». А все три тома, вышедшие к тому времени, были помечены на титульных листах 1901 годом. Так они и значатся теперь в библиографических справочниках. Вероятно, поэтому первенство публикации сведений о Ленине исследователи отдавали «Малому энциклопедическому словарю» Брокгауза и Ефрона.

И еще об одном издании того периода мне хотелось бы тут рассказать. Просматривая перечень имен, отмеченных на страницах журнала «Исторический вестник» за 1899 год, я обнаружил фамилию «Ильин». Оказалось, что этот ранний псевдоним Владимира Ильича упоминался в связи с незадолго до того времени вышедшим в свет однотомным «Энциклопедическим словарем» Ф. Павленкова. В сентябрьской книжке журнала «Исторический вестник» был помещен подробный разбор указанного словаря. Рецензент, подписавшийся «Пещ», в частности, писал: «Обращаясь к биографическому отделу словаря Ф. Павленкова, мы, к сожалению, должны признать отсутствие тщательной редакции и определенного плана… Благодаря благосклонному вниманию гг. сотрудников и «субъективизму» редактора в словарь попали гг. экономисты Исаев и Сазанов и отсутствуют гг. Туган-Барановский и Ильин (выделено нами. — И. Н.)».

М. М. Филиппов — составитель «Энциклопедического словаря».

Энциклопедический словарь Ф. Павленкова. В этом словаре впервые в 1907 году появились справки: «Ленин», «РСДРП».

В этом словаре М. М. Филиппова в августе 1900 года впервые в дореволюционной России опубликована справка о Ленине — «Ильине Владимире».

О буржуазных экономистах А. А. Исаеве и Г. П. Сазанове было известно, есть о них упоминание и в ранних работах Ленина. Меня же заинтересовал сам рецензент.

В «Словаре псевдонимов» Массанова этот псевдоним имеется: так подписывался Павел Елисеевич Щеголев, тогда 22-летний студент Петербургского университета, уроженец села Верхняя Катуховка Воронежского уезда и губернии.

П. Е. Щеголев (1877–1931) — известный историк и литературовед. За участие в революционном движении в 1899 году дважды арестовывался, а затем был выслан в Вологодскую губернию. За редактирование журнала «Былое» (1906–1907 гг.) был посажен в Петропавловскую крепость. В 1917–1926 годах продолжал редактирование журнала «Былое».

Любопытно, что и во втором издании словаря Ф. Павленкова, вышедшем в 1905 году, была опубликована справка о В. И. Ленине по его псевдониму «Ильин Владимир».

«Энциклопедическому словарю» Ф. Павленкова принадлежит и честь первой публикации биографической справки о Владимире Ильиче по его главному псевдониму «Ленин». Вот ее текст: «Ленин — (псевдон.) лидер фракции социал-демократов «большевиков». Напис. «Историю капитализма в России» (под псевд. Влад. Ильин) много газетных и журнальных статей и брошюр: «Что делать?», «Победа кадетов», «Пересмотр аграрной программы» и др.».

Эта справка была опубликована в 1907 году в «Дополнениях» к стереотипному изданию «Энциклопедического словаря» Ф. Павленкова, «…в котором были помещены сведения, касающиеся бурных дней нашей политической жизни 1904–1906 гг.». «Дополнения» носили явно пропагандистский характер и были уничтожены царской цензурой.

В «Дополнениях» имя Владимира Ильича упоминалось трижды: в статье «Большевики» было сказано — «Лидер фракции — Ленин», в статье «Искра» говорилось, что она основана Лениным; в статье «Российская с.-д. рабочая партия, РСДРП» упоминается, что на II съезде обнаружилось существование «…фракции большевиков или ленинцев» (выделено нами. — И. Н.).

Упомянем, что бессменным редактором всех последующих пяти посмертных изданий «Энциклопедического словаря» Ф. Павленкова (он умер в 1900 году) являлся известный общественный деятель, один из душеприказчиков Ф. Павленкова, критик, публицист, земский статистик Валентин Иванович Яковенко (1859–1916).

Одним из популярных в России периодических изданий был в свое время журнал «Вестник знания» (1903–1918). Приложением к журналу издавались книги, сгруппированные в серии «Общественный университет», «Энциклопедическая библиотека для самообразования» и др. Разделы «Взаимопомощь читателей», «Беседы с читателями» вел редактор и издатель журнала В. В. Битнер — одаренный журналист и талантливый популяризатор науки.

Не без основания царский цензор доносил по начальству, что «Вестник знания» «…ближе всего подходит к программе социал-демократической партии».

Перелистаем одно из его приложений — «Настольную иллюстрированную энциклопедию». Она выходила в 1907–1910 годах. Тираж первых выпусков, весьма значительный то тому времени, 25 тысяч экземпляров.

«Настольная энциклопедия» служила прекрасным справочником по истории освободительного и революционного движения. На ее страницах подчеркивалось значение Парижской Коммуны, разъяснялись слова и понятия «Коммунизм», «Марксизм», «Манифест коммунистической партии», эмоционально говорилось о Карле Марксе. Имя Владимира Ильича Ленина в энциклопедии упоминается неоднократно. Во втором томе есть подробная справка о нем как о лидере большевиков. Вот ее текст: «Ленин — псевдоним лидера большевиков рос. соц. — демократии; автор книги «Развитие капитализма в России», который выпустил под псевдонимом Вл. Ильин (см.) «Сисмонди и наши отечественные сисмондисты», ««Что делать?», много брошюр и журнальных статей в «Искре», ««Заре», затем после раскола в РСДРП в журнале «Вперед», «Пролетарий» и др.».

О Владимире Ильиче сказано и в большой статье «Российская социал-демократическая рабочая лартия». Говоря об Александре Ильиче Ульянове, редакция подчеркивает, что это брат В. И. Ленина. А статья «Социализм» заканчивается знаменательными словами: «Социализм (научный) лежит в основе всего современного рабочего движения, и его приверженцы насчитываются миллионами».

В отличие от словаря Ф. Павленкова в «Настольной энциклопедии» упоминается крупная работа Ленина — «К характеристике экономического романтизма (Сисмонди и наши отечественные сисмондисты)», написанная в сибирской ссылке весной 1897 года. Она была напечатана в журнале «Новое слово» за подписью ««К. Тн.», а затем вошла в сборник Вл. Ильина «Экономические этюды и статьи». Упоминание этой работы дает повод предполагать, что В. В. Битнер был прекрасно осведомлен о псевдонимах, под которыми печатались труды Ленина.

* * *

Сейчас нет энциклопедии в мире, в которой бы не сообщалось биография В. И. Ленина, не приводился перечень его трудов. Тем с большей благодарностью вспоминаем мы редакторов и сотрудников дореволюционных русских энциклопедий и словарей, которые, несмотря на рогатки царской цензуры, первыми назвали дорогое всем нам имя на страницах своих изданий.

На свете не было и нет человека, труды которого имели бы такое распространение, какое имеют произведения В. И. Ленина… Тиражи ленинских книг исчисляются сотнями миллионов экземпляров. Их читают, по ним учатся жить и бороться люди во всех странах, на всех континентах.

Л. И. Брежнев.

Выпуск произведений В. И. Ленина в СССР за 1917–1976 гг. (тираж в тыс. экземпляров). Всего — 500 380: на русском языке — 381 212, на других языках народов СССР—73 767, на языках народов зарубежных стран — 45401.

Сибирь и Дальний Восток занимают почти 13 миллионов квадратных километров. Это более половины территории СССР и десятая часть всей планеты.

Еще первые исследователи, которые шли за Уральские горы на восток, поражались изобилию этой земли, особенно ее минеральным богатствам. Сегодня геологи установили, что в сибирских недрах скрыты важнейшие виды полезных ископаемых. Месторождения нефти и газа, открытые в последние десятилетия в Западной Сибири, значительно повысили обеспеченность страны топливно-энергетическим и химическим сырьем. Растущие потребности в коксующихся углях могут быть удовлетворены за счет расширения добычи угля в Кузбассе, а позже — из месторождений южной Якутии. Необходимые народному хозяйству олово, драгоценные металлы, алмазы способны поставлять Дальний Восток, Колыма и Чукотка, Якутия. Рост энергоемких производств — черной и цветной металлургии, химической и нефтегазовой индустрии — невозможно осуществить без дешевой сибирской электроэнергии, которая будет вырабатываться на гидростанциях и на тепловых станциях, использующих уголь Канско-Ачинского бассейна.

В десятой пятилетке запланировано (и это успешно выполняется) обеспечить за счет природных ресурсов Сибири и Дальнего Востока почти весь прирост производства алюминия и добычи нефти и газа, более чем на 90 процентов — прирост добычи угля, примерно на 80 процентов — прирост производства меди…

Мощные горные системы ограничивают Сибирь с юга.

КАРТА РАЗМЕЩЕНИЯ ОСНОВНЫХ ВИДОВ ПОЛЕЗНЫХ ИСКОПАЕМЫХ СИБИРИ И ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

_{1 — нефтегазоносные площади, 2 — площади залегания каменного угля, 3 — площади залегания бурого угля, 4 — нефть, 5 — природный газ, 6 — каменный уголь, 7 — бурый уголь, 8 — железные руды, 9 — марганцевые руды, 10 — никелевые руды, 11 — вольфрамовые руды, 12 — молибденовые руды, 13 — алюминиевые руды, 14 — медные руды, 15 — полиметаллические руды, 16 — оловянные руды, 17 — ртутные руды, 18 — асбест, 19 — графит, 20 — слюда, 21 — тальк, 22 — фосфориты и апатиты, 23 — БАМ, 24 — железная дорога Москва — Владивосток.}

До Великой Октябрьской революции почти все 13 миллионов квадратных километров территории Сибири и Дальнего Востока в геологическом отношении были «белым пятном». На необъятной сибирской земле работало всего два штатных геолога.

Сегодня изучением сибирских недр заняты 18 геологических управлений и трестов, более 10 крупных головных и региональных научно-исследовательских институтов Министерства геологии СССР, геологические подразделения Сибирского отделения Академии наук СССР. Сотни тысяч геологов ежегодно отправляются в экспедиции по сибирской тайге, северной тундре, дальневосточным горам. На службе разведчиков недр — десятки тысяч автомобилей, гусеничных тягачей, тракторов, буровые установки, передвижные электростанции, самолеты и вертолеты. Все это позволяет в сжатые сроки отыскать и подготовить к хозяйственному освоению минеральные богатства Сибири и Дальнего Востока, привлечь их на службу народному хозяйству нашей страны.

Геологоразведчики сделали практические выводы из указаний и рекомендаций, высказанных Генеральным секретарем ЦК КПСС, Председателем Президиума Верховного Совета СССР товарищем Л. И. Брежневым во время его поездки в районы Сибири и Дальнего Востока, производительные силы которых играют возрастающую роль в экономике страны.

В последнем, только что начавшемся году X пятилетки согласно планам, принятым на XXV съезде КПСС, предстоит расширить сырьевые базы действующих горнодобывающих предприятий. Это означает, что геологи должны разведать новые запасы минерального сырья в традиционно сформировавшихся промышленных районах: Кузбассе, на Урале, Рудном Алтае… Намечено ускорить выявление и разведку новых месторождений нефти, природного газа и конденсата прежде всего в Среднем Приобье и на севере Тюменской области, в Восточной Сибири, Якутской АССР. Геологам предстоит найти новые месторождения руд черных, цветных и редких металлов, строительных материалов, горно-химического сырья, подземных вод.

* * *

Недра Сибири и Дальнего Востока отличаются сложным строением. За всю свою долгую геологическую жизнь, за многие сотни миллионов лет, они не раз претерпевали различные преобразования. Здесь возникали и разрушались мощные горные хребты, появлялись и исчезали моря. На этой территории распространены практически все известные типы горных пород: магматические, то есть образовавшиеся при охлаждении и кристаллизации расплавов, поступивших из глубины, осадочные, те, что возникли в результате отложения продуктов выветривания и разрушения первичных пород под действием солнца, воды, ветра, и метаморфические, рожденные под влиянием высоких температур и давлений в глубоких горизонтах земной коры, куда опускались осадочные породы.

Сибирь с точки зрения геологии сложена из двух крупнейших структур: древняя Сибирская платформа и молодая — Западно-Сибирская. С запада и юга их обрамляют мощные горы: Урал, Алтайско-Саянская система, Забайкальские хребты. Это древние горы, они образовались на ранних этапах геологической жизни нашей планеты, более 500–600 миллионов лет назад. На востоке Сибирской платформы расположены относительно молодые складчатые пояса.

Западно-Сибирская платформа — гигантская геологическая плита — расположена к востоку от Урала. Ее фундамент смят в складки. Сверху он покрыт чехлом морских и континентальных осадков толщиной в несколько километров. В них были обнаружены нефть и газ.

Далее к востоку лежит значительно более древняя платформа. Она занимает всю центральную часть Сибири. Ее фундамент сложен древними метаморфическими породами и залегает на большой глубине. В двух местах он выходит на поверхность в виде выступов: Анабарский массив и Алданский щит. Это древнейшие на земле породы.

Мощность верхнего яруса Сибирской платформы — 3–4 километра, то есть во много раз меньше мощности фундамента. В верхнем слое можно встретить полный набор осадочных и вулканогенных пород — от самых древних до самых молодых. Есть основания считать, что в этом ярусе будут выявлены месторождения нефти и газа.

С восточной стороны к Сибирской платформе прилегает система горных сооружений довольно молодого возраста. Эти горы не старше 200 миллионов лет.

Дальше на Восток геологи выделяют наиболее молодую складчатую зону, которая еще не завершила своего развития. Там продолжается активная геологическая жизнь — землетрясения, извержения вулканов. Эта зона — часть огромного Тихоокеанского пояса — так называемого огненного кольца.

Таким образом, Сибирь и Дальний Восток с геологической точки зрения — район уникальный. Это естественная лаборатория, позволяющая исследовать историю развития всей земной коры.

В ходе геологической истории Сибири и Дальнего Востока образовывались месторождения полезных ископаемых. Процесс сложный, многоступенчатый и длительный. В наиболее древних толщах геологи ищут руды железа и меди, слюду. В более молодых — руды марганца, свинца и цинка, редких металлов, нефть и газ. Наиболее богата месторождениями полезных ископаемых самая молодая эпоха: уголь, нефть, газ, олово, вольфрам, молибден, сурьма, ртуть, редкие металлы, золото, серебро, самородная сера.

* * *

В геологических поисках и разведке наука и производство тесно переплетаются. Они неотделимы друг от друга. Между ними подчас трудно провести границу и сказать: это теория, а это практика. Они совмещаются в каждой геологической работе, начиная с поисков, открытий и кончая разведкой конкретного месторождения. Неудивительно, что в геологической отрасли 40 научно-исследовательских институтов. Советская геология, превратившаяся в развитую научно-производственную отрасль, используя новейшие научные и технические достижения, помогает специалистам успешно вести освоение Сибири и Дальнего Востока, проверять смелые гипотезы и прогнозы.

Больше полувека назад на берег Охотского моря, неподалеку от современного Магадана, высадилась геологическая экспедиция, возглавляемая двадцатисемилетним советским геологом Ю. А. Билибиным. Экспедиция недолго пробыла в негостеприимном крае, но и за это время начальник экспедиции сумел верно оценить богатство здешних недр.

«В результате работ экспедиции, — писал Ю. А. Билибин (впоследствии член-корреспондент АН СССР), — я вынес от Колымы впечатление, как от новой грандиозной металлогенической провинции. Промышленные перспективы ее я оцениваю самым оптимистическим образом…»

Этот прогноз академик С. С. Смирнов назвал «самым ярким среди всех известных геологических прогнозов». К 1936 году «вексель», выданный молодым геологом, оказался полностью погашенным.

Советскими учеными и геологами были обобщены материалы по геологии и рудоносности Советского Дальнего Востока и стран, расположенных на побережье Тихого океана. В результате был выделен грандиозный Тихоокеанский рудный пояс, установлены главные закономерности распределения полезных ископаемых в его внешних и внутренних зонах. Прогноз оказался точным. На основе этого глобального прогноза были открыты рудные районы в Хабаровском крае, Приморье, Якутии, на Чукотке.

Блестящим примером, иллюстрирующим возможности содружества теории и производства, стало открытие алмазоносности Сибирской платформы. Академик В. С. Соболев и геолог А. П. Буров выделили в Якутской тайге перспективные районы. Именно в этих местах и были обнаружены в коренном залегании алмазы. Теперь Якутская алмазоносная провинция знаменита на весь мир.

Триумфом советской геологии можно назвать открытие Западно-Сибирской нефтегазоносной провинции. Весь путь к открытию — от самых общих теоретических предположений до первых нефтяных и газовых фонтанов — сопровождался широким применением новейших достижений в области поиска и разведки месторождений.

Период интенсивных поисковых работ начался примерно в 1961 году, когда выяснилось, что наиболее перспективны центральные районы и север Тюменской области. Были разработаны программа и общий план исследований, поисков и разведки, рассчитанные на привлечение новейших методов, резкое увеличение объемов глубокого бурения. В пределах Западно-Сибирской низменности были пробурены миллионы метров скважин, сейсморазведчики выделили на глубине сотни перспективных структур.

Буровые за Уралом.

Сегодня установлены основные черты геологического строения Западной Сибири, выявлены запасы нефти и газа. Сложные природные условия, суровый климат, транспортные трудности не смогли помешать освоению новой нефтегазовой провинции! В мировой практике нет второго примера такого же быстрого хозяйственного освоения сурового северного края. Высокая концентрация нефтяных и газовых ресурсов, хорошее качество сырья обусловили высокий темп развития добычи полезных ископаемых в Западной Сибири.

В 1964 году были получены первые сотни тысяч тонн нефти, а в апреле 1978 года промысловики рапортовали о том, что народное хозяйство страны получило первый миллиард тонн нефти!

Нефть и газ Западной Сибири помогают и дальше улучшать топливно-энергетический баланс страны, что чрезвычайно важно для дальнейшего развития экономики Советского Союза. В соответствии с долгосрочной программой комплексного развития производительных сил восточных районов здесь создается один из крупнейших территориально-производственных комплексов. Строятся автомобильные и железные дороги, прокладываются нефте- и газопроводы, растут новые города: Сургут, Нефтеюганск, Нижневартовск…

Каковы перспективы нефтяной и газовой Тюмени? Добыча нефти на Западно-Сибирской равнине сейчас идет в основном из мезозойских отложений. Геологи считают, что и в более древних горизонтах — в палеозое — находится нефть. И есть уже подтверждения этому.

Геологический прогноз указывает на север Тюменской области, о котором в решениях XXV съезда КПСС сказано: «Ускорить выявление и разведку новых месторождений нефти, природного газа и конденсата…», этот район уверенно можно считать перспективным.

Возможно, что Сибирская платформа в будущем тоже станет нефтегазоносной провинцией страны. Привлечь ее недра на службу народному хозяйству будет нелегко из-за необычайно сложного геологического строения этого края. Да и природные условия там весьма суровы. Все это заставляет подходить с повышенными требованиями к разработке научно обоснованной стратегии и тактики геологических исследований, и особенно к организации производственного процесса. Опыт геологического освоения Тюмени, вероятно, можно будет во многом использовать и дальше.

Открыть Западно-Сибирскую нефтегазоносную провинцию было нелегко. Природа не помогала разведчикам недр: нефть там не давала о себе знать никакими проявлениями на поверхности. И несмотря на все это, основные ресурсы нефти в Тюменском крае выявили в короткий срок. Таков результат правильной стратегии геологических работ. Западно-Сибирская равнина рассматривалась как единый регион, как единый геологический объект. Были установлены общие черты геологического строения региона, определены наиболее вероятные зоны нефте- и газонакоплений. Генеральный план предусматривал поиски прежде всего крупных месторождений.

Вездеход приходится доставлять по воздуху.

В годы Советской власти в истории освоения Сибири и Дальнего Востока особенно выделяется несколько больших этапов комплексных программ. Это — строительство Урало-Кузнецкого комбината — создание на востоке страны нового индустриального центра. Возведение ряда мощных гидростанций на Ангаре и Енисее. И, наконец, освоение Западно-Сибирского нефтегазоносного района.

Строительство Байкало-Амурской магистрали — новая комплексная программа развития Сибири и Дальнего Востока и, конечно, наиболее грандиозная. Она знаменует новый этап в их освоении.

С геологической точки зрения районы, где пролегает трасса БАМа, уникальны. Она проходит по отложениям всех геологических эпох. Трасса пересекает горные породы самого разнообразного химического состава и происхождения: осадочные, магматические, метаморфические, практически все известные крупные тектонические структуры. В районах, прилегающих к БАМу, найдены месторождения многих видов полезных ископаемых: металлических, горючих, неметаллических, а также пресных, минеральных и термальных подземных вод. Здесь поразительная пестрота грунтов. Трасса проходит по земле, где широко развита вечная мерзлота. Отдельные участки трассы расположены в зоне высокой сейсмичности, что требует проведения обширных инженерно-геологических исследований.

Перечислим лишь наиболее крупные рудные районы и месторождения, прилегающие к трассе БАМк. Север Бурятской АССР благоприятен для поиска месторождений цветных, черных и редких металлов, ценного нерудного сырья. Месторождение Молодежное — редкое по количеству и качеству очень ценного минерала асбеста. Магистраль облегчит доступ к этому месторождению. В Иркутской области она пересекает районы, перспективные на нефть и газ.

Удоканское месторождение меди подготовлено к освоению. Оно расположено вблизи трассы. Рядом геологи нашли уголь и строительные материалы. Такое удачное сочетание полезных ископаемых позволит построить в этих краях крупный горно-обогатительный комбинат. К северу от Удокана, в Чаро-Токкинском междуречье, выявлены железные руды.

Алданский район Южной Якутии уже давно занимает видное место в обширном хозяйстве нашей страны. С давних пор здесь ведется добыча золота, слюды. А сейчас в Алданском районе на сравнительно небольших расстояниях друг от друга обнаружены залежи высококачественного каменного угля, железных руд и вспомогательного нерудного сырья. Таким образом, на юге Якутии, между Беркакитом и столицей БАМа Тындой, возможно создание горнопромышленного узла. Уральскую руду и кузнецкий уголь разделяют тысячи километров, а здесь, на юге Якутии, расстояние между рудой и углем чуть более 200 километров.

На востоке зоны БАМа расположен один из важнейших олово-рудных районов страны — Комсомольский, где в 50-60-х годах я работал в замечательном коллективе комсомольской геологоразведочной экспедиции. Нами были открыты и разведаны месторождения Солнечное, Фестивальное, Перевальненское, Соболиное и другие. Коллектив экспедиции за эти работы был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

* * *

Сбываются пророческие слова В. И. Ленина о том, что «горные богатства Сибири представляются совершенно необъятными».

Строительство и освоение крупных шахт, рудников, горно-обогатительных комбинатов, металлургических заводов — это начало будущих больших городов и поселков, которые появятся вокруг новых предприятий. Разведанные месторождения часто служат первоначальным импульсом в освоении новых районов. Многие ранее необжитые суровые земли к востоку от Урала включаются в полнокровную жизнь всей страны.

В настоящее время объединять все многообразные проявления неосознаваемой деятельности мозга одним термином «бессознательное психическое» явно непродуктивно. Сферу неосознаваемого следует разделить по крайней мере на две большие группы явлений, за одной из которых можно сохранить традиционное название «подсознательное», а вторую за неимением лучшего термина целесообразно обозначить как «сверхсознание» (по К. С. Станиславскому) или «надсознание», если воспользоваться выражением психолога М. Г. Ярошевского. Существуют минимум четыре признака, четыре критерия, позволяющие классифицировать и различать явления, относящиеся к под- и сверхсознанию. Рассмотрим каждый из этих признаков.

То, что хранится в памяти, и то, чего недостает. Подсознание оперирует тем, что уже имеется в мозге в готовом виде, но до поры до времени недоступно сознанию, то есть еще не стало знанием, которое может быть передано другим. Опытный врач иногда способен поставить правильный диагноз, только взглянув на больного. При этом он не в состоянии объяснить, какие именно, признаки болезни — цвет лица, походка больного, окраска белков его глаз, характерная мимика или манера речи — сыграли решающую роль в интуитивном заключении о болезни. Все эти признаки заболевания уже хранились в памяти врача, накопленные в процессе многих лет его общения с больными. Точно так же мозг пианиста или рабочего высокой квалификации хранит автоматизированные навыки движений, и сознанию нет нужды контролировать каждый этап осуществляемых действий. Все это относится к сфере подсознания.

Иное дело — творчество. Хотя память Д. И. Менделеева была наполнена знанием свойств множества химических элементов, там не было ни периодического закона, ни менделеевской таблицы. Нужна была «подсказка», не имеющая прямого отношения к химии (в данном случае роль подсказки сыграло раскладывание пасьянса), чтобы недостающее звено, разрыв в логической цепи оказались заполненными и возникла гипотеза о повторяемости свойств элементов, расположенных в порядке нарастания их атомного веса. Здесь мы встречаемся с деятельностью сверхсознания.

Подсознательное нередко либо было осознаваемым (вторично неосознаваемые двигательные навыки, которые ранее контролировались сознанием), либо может стать осознаваемым. Так, врач психотерапевт может помочь больному осознать истинную причину его безотчетной, смутной тревоги, подробно проанализировав все обстоятельства жизни своего пациента. Деятельность сверхсознания контролю сознания не подлежит. Сознание, аккумулировавшее опыт, накопленный человечеством, слишком консервативно, чтобы его допустить к процессу рождения новых гипотез, новых догадок и предположений: «гадкий утенок», противоречащий здравому смыслу и существующим представлениям, будет заранее умерщвлен, не вылупившись из яйца.

Означает ли сказанное какое-то принижение сознания, умаление его роли в творческой деятельности человеческого мозга? Ни в коем случае! Во-первых, сознание производит отбор порожденных сверхсознанием гипотез, проверяет их истинность или ложность путем сопоставления с действительностью и с тем, что уже достигнуто человеческим разумом. Но сознание— отнюдь не пассивный контролер, выбраковывающий псевдооткрытия. Именно сознание активно ставит вопрос перед познающим действительность умом, в значительной мере предопределяя направленность «психических мутаций», призванных заполнить разрыв в логической цепи.

Читатель, наверное, уже заметил, что мы проводим аналогию между «творчеством природы» — возникновением новых форм живых существ и индивидуальным творчеством человека. Известно, что процесс биологической эволюции включает в себя изменчивость генетических мутаций и последующий естественный отбор их жизнеспособных вариантов. В творческой деятельности мозга роль мутаций играют гипотезы, догадки, озарения, роль мутагенов (факторов, способствующих мутациям) — те самые «подсказки», о которых мы упомянули выше, а функцию отбора осуществляет сознание, вооруженное практикой и ранее накопленными достижениями науки. Идею о сходстве «творчества природы» с творческой деятельностью человека в разное время высказывали К. А. Тимирязев, К. Поппер, Р. Докинс и другие исследователи.

Сохранение и развитие. Тенденции сохранения и развития образуют диалектически противоречивое единство процесса самодвижения живой природы. В индивидуальном поведении эти тенденции обеспечиваются соответствующими потребностями, одни из которых направлены на сохранение субъекта, группы, сообщества, принятых в этом сообществе норм и т. п., а другие — на развитие, совершенствование, усложнение, освоение нового и непознанного. Подсознание тесно связано с потребностями первого типа, сверхсознание способствует развитию в самом широком смысле этого слова.

Проиллюстрируем деятельность подсознания примером, заимствованным у И. Кона. Я завидую другому человеку, но знаю, что зависть есть чувство, противоречащее этическим нормам, в соответствии с которыми я воспитан. И тогда я подсознательно начинаю искать в этом человеке действительные и мнимые недостатки, которые оправдали бы мое неприязненное к нему отношение и примирили чувство неприязни с сохранением этических норм.

Иное дело — деятельность сверхсознания. Когда Иван Карамазов спросил у Алеши:

— Как следует поступить с генералом, затравившим ребенка собаками?

«Расстрелять! — тихо проговорил Алеша, с бледною, перекосившеюся какой-то улыбкой подняв взор на брата.

— Браво! — завопил Иван в каком-то восторге, — уж коли ты сказал, значит… Ай да схимник! Так вот какой у тебя бесенок в сердечке сидит, Алешка Карамазов!

— Я сказал нелепость, но…

— То-то и есть, что но… — крича/¹ Иван. — Знай, послушник, что нелепости слишком нужны на земле. На нелепостях мир стоит, и без них, может быть, в нем совсем ничего бы и не произошло» (Ф. М. Достоевский).

Это неожиданное для самого Алеши «расстрелять!», эта «нелепость», на которой тем;не менее «мир стоит», опрокинули нормы христианского всепрощения, столь глубоко усвоенные Алешей, во имя более важных, хотя и не осознаваемых им норм и ценностей, отказ от которых несовместим с развитием человеческой цивилизации. Должны ли быть осуждены нацистские судьи, не составлявшие, а лишь исполнявшие законы третьего рейха? — спрашивал Стэнли Креймер в фильме «Нюренбергский процесс». Казалось бы, доводы адвоката логически безупречны: судьи невиновны, и их осуждение — лишь произвол победителей, для которого совсем не обязательна процедура суда. Принять решение здесь можно, только сломав сами нормы, положенные адвокатом в основание защиты, и наше сознание принимает и санкционирует это единственно возможное решение, подсказанное интуицией.

Схема результатов опытов с опознанием эмоционально нейтральных и эмоционально значимых сигналов при их кратковременном предъявлении.

_{1 — порог опознания сигналов, вызывающих чувства раскаяния и вины в связи с преобладанием мотива «для других»; 2 — порог опознания эмоционально безразличных сигналов; 3 — порог опознания сигналов, вызывающих эмоцию страха на базе мотива «для себя» (феномен «психологической защиты»).}

«Для себя» и «для других». Социальные потребности человека образуют еще две большие группы, которые для краткости изложения мы назовем потребностями «для себя» и «для других». Деятельность подсознания явно тяготеет к потребностям первой группы, функции сверхсознания объективно и преимущественно ориентированы «на других».

Э. А. Костандов определял пороги опознания слов у лиц, совершивших противоправовые поступки. Слова демонстрировались на экране очень короткое, но постепенно увеличивавшееся время. Ту минимальную продолжительность экспозиции, при которой субъект успевал прочесть и повторить предъявляемое слово, называют порогом опознания. Список слов включал как слова безразличные для наблюдателя («дерево», «небо», «стол» и т. д.), так и слова, эмоционально окрашенные, связанные с проступком («месть», «суд», «нападение» и т. п.). Оказалось, что одни испытуемые опознают эмоциональные слова раньше нейтральных (то есть порог их опознания понижен), а другие — позже нейтральных (повышение порога). Если рассматривать минимальное и максимальное время опознания эмоциональных слов в качестве границ зоны, где функционирует сознание, то одни слова окажутся над этой границей, то есть «сверх сознания», а другие — под ней, то есть «под сознанием».

Есть основания предположить, что повышение порогов происходило в тех случаях, где у испытуемого преобладали эгоистические мотивы «для себя»: страх перед наказанием, стремление его избежать и т. п., что и проявлялось в феномене «психологической защиты», когда мозг стремится как бы оградить психику от нежелательных внешних сигналов. В случаях, где доминировали потребности «для других» — чувства раскаяния и вины, — чувствительность, наоборот, повышалась, и слова, напоминавшие о содеянном, воспринимались раньше всех остальных. Не так ли в романе Достоевского «Преступление и наказание» преследовал Раскольникова звук колокольчика, а в каждом ничтожном событии мерещился намек на совершенное им преступление? Присущее человеку чувство вины принципиально отлично от страха перед наказанием.

Разумеется, приведенный нами пример с изменением порогов — лишь самое элементарное проявление функций под- и сверхсознания в деятельности физиологических механизмов восприятия. И все же этот пример знаменателен. Ведь все, относящееся к подсознанию — автоматизированные навыки, запечатления непроизвольной памяти, конфликты между некоторыми побуждениями и социальными нормами их удовлетворения, — принадлежит лично субъекту и служит только ему. Деятельность сверхсознания исходно затрагивает интересы других. Результаты познания и творчества превратятся в бессмыслицу, если они будут принадлежать одному лишь познающему субъекту. Ломка старых норм и замена их новыми, уточненными и более совершенными нормами социальна по определению, ибо у общественного человека не может быть норм, существующих только для него. В сущности, сверхсознание представляет один из психологических механизмов, благодаря которому объективные потребности развития общества трансформируются в мотивы поведения отдельного человека.

Биологическое, социальное и идеальное. Известный австрийский психолог Зигмунд Фрейд полагал, что структура человеческой психики состоит из трех основных компонентов. Это сфера биологических влечений («Оно», по терминологии Фрейда), сознающее «Я» и «Сверх-Я», где сосредоточены социальные нормы поведения, усвоенные субъектом. По отношению к суверенной личности «Сверх-Я» (и его производные: совесть, чувство вины и т. п.) выступает как репрессивное начало, как орудие подчинения индивида обществу, его запретам, его велениям. Вот почему для рационального «Я» давление «Сверх-Я» не менее чуждо и опасно, чем темные инстинкты «Оно», среди которых преобладают половое влечение и агрессивно-разрушительные импульсы, направленные на хранителей норм, будь то отец или вожак первобытной общины. Что касается творческого начала в психической деятельности мозга, то оно возникает, по Фрейду, как средство примирения противоборствующих сил «Оно» и «Сверх-Я». Для теории Фрейда оказалось вполне достаточно подсознания.

Категории сверхсознания нет места в системе представлений Зигмунда Фрейда, как нет в ней и самостоятельной группы идеальных, духовных, познавательно-творческих потребностей. При анализе творчества Фрейду не оставалось иного выхода как вновь обратиться к конфликту между биологическим «Оно» и социальным «Сверх-Я», к трансформации («сублимированию») подавленных сексуальных влечений.

Однако конфликты возникают не только между материально-биологическими потребностями субъекта и социальными нормами их удовлетворения. На примере Алеши Карамазова мы могли убедиться, что конфликт между ранее усвоенными нормами и действительностью, между общепринятым и тем новым, что принесло с собой более глубокое познание этой действительности, может оказаться не менее острым и напряженным. Вот в этой-то «горячей точке» соприкосновения социального с идеальным и возникает феномен сверхсознания, закономерно отсутствующий в системе Зигмунда Фрейда.

С точки зрения марксизма «…высшими культурными и нравственными ценностями являются те, которые в наибольшей степени содействуют развитию общества и всестороннему развитию личности» (П. Н. Федосеев. Культура и мораль. «Вопросы философии», 1973, № 4, стр. 36). Этим высшим ценностям, накопленным человечеством на протяжении столетий, должно быть обеспечено надежное хранилище от превратностей и противоречивости сиюминутных влияний. Массовое «промывание мозгов» не раз в истории демонстрировало свою эффективность, в короткие сроки склоняя широкие круги населения той или иной страны к следованию за реакционными лозунгами. Искаженное таким образом сознание отступало на второй план перед распаленными инстинктами вседозволенности. Но всегда оставались люди, способные противостоять «освобождению от химеры, называемой совестью», и продолжающие прислушиваться к ее голосу.

О ПОЛЬЗЕ ИЛЛЮЗИЙ

«Люди только по той причине считают себя свободными, — писал Бенедикт Спиноза, — что свои действия они сознают, а причин, которыми они определяются, не знают…» Уместно спросить: почему люди в полной мере не осознают причин совершаемых ими действий! Потому, что эти причины сложны, противоречивы, трудно доступны объективному анализу? Или потому, что неполная, лишь частичная осознаваемость мотивов представляет объективную необходимость организации поведения? Мы хотим остановиться на значении последнего предположения.

Наши поступки объективно определены присущими каждому из нас генетическими задатками и условиями воспитания. И это способно породить субъективное чувство полнейшей безответственности, продиктованной убеждением, что за мои поступки отвечаю не я, но мои воспитатели, сформировавшая меня «среда». Длительная эволюция, а затем процесс исторического развития социального человека должны были «спрятать» от сознания субъекта определенные стадии организации его поведения подобно тому, как столь же необходимо было исключить вмешательство сознания в первоначальные этапы творчества. Именно субъективное чувство личной свободы выбора (который в действительности определен всем предшествующим воспитанием) побуждает человека вновь и вновь спросить себя: а прав ли я, поступая таким образом? О важности воспитать в человеке способности всесторонне анализировать свои поступки хорошо написали супруги Л. и Б. Никитины: «Мы стремимся воспитать ребенка так, чтобы в сложных случаях он научился действовать не из страха или какой-то выгоды, не по принципу «наших бьют!» и не потому, что «хочу, чтобы было по-моему!», а по справедливости. Чтобы умел оценить каждую ситуацию, решить, кто прав, кто виноват, на чьей стороне выступить».

Развитие науки не разрешило мнимое противоречие между детерминизмом (причинной обусловленностью) поведения и свободой выбора, а сняло эту проблему как неправомерно поставленную. Надо только помнить, что сама обусловленность человеческих поступков носит не абсолютно жесткий, но вероятностный характер, поскольку выбор зависит от большего или меньшего диапазона вариантов, подлежащих отбору. Поясним сказанное примером. Если я выбираю только между вариантами А и В, то я исходно не могу выбрать наилучший вариант С просто потому, что этот вариант мне неизвестен, не припоминается, не подсказан опытом или воображением. Следовательно, в практике воспитания надо формировать не только критерии отбора, но и запас возможных вариантов поступка, склонность к всестороннему рассмотрению сложившейся ситуации, различных последствий того или иного решения.

Вместе с тем способность к самоанализу может обернуться и рефлексией, бесконечным перебиранием доводов «за» и «против». Для такого рассудочного анализа очень часто просто не хватает времени. И тогда потребность, устойчиво доминирующая в структуре данной личности, диктует не требующее доказательств, интуитивное решение, которое воспринимается субъектом как «веление совести», «зов сердца», «внутренний судья».

Представления о свободе воли и свободе выбора как феноменах, противоречащих безусловной зависимости поступков человека от его природных задатков и (в решающей мере) от условий воспитания, давно уже несовместимы с научным подходом к анализу человеческого поведения. Вместе с тем чрезвычайно важным и объективно существующим моментом организации поведения являются субъективно ощущаемая свобода выбора, чувство личной ответственности за поступок, способствующие более всестороннему и обстоятельному анализу его возможных последствий.

Эта столь полезная и жизненно необходимая иллюзия обеспечивается специальным механизмом, частично скрывающим от сознания субъекта его истинные мотивы. И хотя, по утверждению Л. Фейербаха, «я упрекаю себя только в том, в чем упрекает меня другой», и хотя совесть есть лишь «память общества, усвояемая отдельным лицом» (Л. Толстой), «презирать суд людей нетрудно; презирать суд собственный невозможно» (А. С. Пушкин).

Совесть — исторически изменчивая и социально детерминированная норма удовлетворения потребности «для других», присущая данному конкретному человеку. «Угрызения совести» — отрицательная эмоция, связанная с неудовлетворением этой потребности. Если субъект терпит неудачу в достижении какой-либо эгоистической цели «для себя», будь то вещь, карьера и т. п., он может испытывать досаду, огорчение, злость, зависть и т. д., но совесть здесь ни при чем. Если же оказалась не удовлетворена потребность «для других», если я подвел, обманул, получил что-то для себя за счет другого, может возникнуть (к сожалению, не всегда!) отрицательная эмоция, которую мы называем «угрызениями совести», «чувством вины» и т. п. Становится ясно, что совесть есть не формальное знание норм, а присущая личности потребность следовать этим нормам. Путь к формированию совести лежит через формирование развитой потребности «для других», через способность к сочувствию и сопереживанию. Об этом много раз говорил В. А. Сухомлинский: «Искусство облагораживания ребенка и подростка высшими чувствами и переживаниями является искусством сопереживания».

Механизм совести освобождает поведение от непосредственных сиюминутных регулирующих воздействий социального окружения, переносит эти воздействия как бы внутрь субъекта. «Когда никто не увидит и никто не узнает, — писал В. Г. Короленко, — а я все-таки не сделаю, — вот что такое совесть». Необходимо подчеркнуть, что совесть — это отнюдь не память о возможном наказании или предстоящем вознаграждении за поступок, и об этом тоже не раз говорил Сухомлинский: «… очень важно, чтобы положительная общественная оценка достоинств личности выражалась не в премиях, наградах и т. п., не сравнением достоинств одного с недостатками другого. Такая оценка вместо коллективизма воспитывает детский карьеризм, опасный тем, что он таит в себе духовный заряд на всю жизнь: из маленького карьериста вырастает большой негодяй». Кнут и пряник могут научить способам избегания кнута и кратчайшему пути к добыванию пряника, но совести они не сформируют.

Ограниченность наших знаний о всей сложности и всем многообразии присущих человеку потребностей подчас приводит к поверхностному суждению об истинных причинах того или иного поступка. Как часто, встретившись, скажем, с подростком, который без всякого видимого повода ударил случайно встретившегося прохожего, мы склонны рассуждать о «безмотивной агрессивности». Но эта агрессивность «безмотивна» только для нас. На самом деле здесь нередко кроется уродливо деформированная потребность утвердить или повысить свой групповой ранг среди сверстников, поднять свой престиж в глазах неформального лидера микросоциальной группы.

Столь же упорно мы призываем воспитывать «потребность в труде». Но труд — лишь средство удовлетворения тех или иных потребностей. Трудится в поте лица своего и стяжатель, одержимый жаждой накопительства. От мотивов труда зависит его социальная и личностная ценность. Для того, чтобы деятельность приносила человеку радость и удовлетворение в процессе ее осуществления до получения конечного материального результата и социального одобрения, должны быть соблюдены два условия: субъект должен обладать достаточно высокой квалификацией, и эта деятельность должна содержать в себе элементы познания и творчества.

Только квалифицированный труд способен стать деятельностью «для других». Такой деятельностью не может, скажем, быть труд малограмотного врача, какими бы человеколюбивыми мотивами он искренне ни вдохновлялся. С другой стороны, только познавательно-творческое начало превращает труд в самоосуществление индивида, в самореализацию его способностей и задатков. Поэтому именно квалификация и творчество должны быть предметом забот воспитателя для того, чтобы труд действительно превратился в первейшую жизненную потребность, о которой говорили классики марксизма.

Здесь мы встречаемся с подлинно диалектическим взаимодействием сознания и сферы потребностей, которые лишь частично и далеко не в полной мере осознаются субъектом. Бессмысленно апеллировать к сознанию, призывая воспитуемого поступать хорошо и не поступать плохо. На этом пути терпели крах все утописты прошлого, а в наши дни обнаруживается столь малая эффективность, например, антиалкогольной пропаганды. Вместе с тем именно сознание человека представляет единственный реальный путь к сфере его потребностей, с тем чтобы они формировались в интересах общества и гармонического развития личности. Удовлетворение социально ценных потребностей вызовет положительные эмоции, которые обязательно повлекут за собой обратное усиливающее влияние на породившие их потребности. В сущности, так и поступают все талантливые воспитатели от Макаренко и Сухомлинского до энтузиастов — организаторов летних трудовых лагерей и военно-спортивных игр. Не проповедями оперируют они, не разъяснениями типа «что такое хорошо и что такое плохо», а вовлечением подростков в богатую впечатлениями, романтическую по форме и общественно ценную по содержанию деятельность, привлекательную самим процессом ее осуществления, где самое обыденное, трудное и прозаическое становится источником положительных эмоций, в том числе радостного «преодоления себя», успехов собственной воли.

Рисунок прибора для изучения функций двух полушарий мозга. Названия или изображения предметов коротко предъявляются на левой или правой сторонах экрана, а сами предметы расположены так, что испытуемый может их узнать только на ощупь.

ПАТОЛОГИЯ НЕОСОЗНАВАЕМОГО

Дальнейшее изучение сферы под- и сверхсознания чрезвычайно важно для понимания истоков нервно-психических заболеваний. Фрейд был первым, кто открыл роль неосознаваемого психического в невротических заболеваниях человека. Это открытие легло в основу специального метода лечения — психоанализа, когда врач в беседе с больным вскрывает неизвестную больному психологическую причину его болезненного состояния. На важность такого рода анализа указывал И. П. Павлов: «…надлежит отыскать вместе с больным или помимо его, или даже при его сопротивлении, среди хаоса жизненных отношений те разом или медленно действовавшие условия или обстоятельства, с которыми может быть с правом связано происхождение болезненного отклонения, происхождение невроза».

Но, по Фрейду, привести к неврозу мог только конфликт между биологическими инстинктами («Оно») и социальной цензурой «Сверх-Я». Непереносимый для сознающего «Я» конфликт вытесняется в подсознание и образует ядро невроза, невидимо тлеющий очаг патологического процесса. Такой трактовки механизма невротических заболеваний сегодня уже недостаточно.

Например, психологам и врачам известны две разновидности хронического отрицательного эмоционального состояния. В первом случае человек ощущает постоянное неприятное напряжение, раздражительность, приступы безотчетной тоски, неудовлетворенность собой. Если это состояние (его называют фрустрацией) переходит в болезнь, оно может обернуться депрессией тоски, когда человек страдает от пустоты, бесцельности и безрадостности жизни. Во втором случае субъект испытывает хроническую тревожность, ощущение какой-то неясной угрозы, нависшей над ним беды, хотя видимых причин для подобных опасений у него нет. В клинике похожее состояние характерно для депрессии тревоги. Каковы происхождение, внутренний механизм этих двух в равной мере неприятных, но отличающихся друг от друга явлений?

Можно предположить, что в первом случае мы имеем дело с хроническим неудовлетворением потребностей роста, развития в широком смысле этих понятий. Во втором — с неудовлетворенностью потребности сохранения уже имеющегося, уже достигнутого субъектом. Тревожность — это страх перед возможной неудачей. Фрустрация— огорчение в связи с отсутствием успехов.

Кстати, депрессии редко возникают в связи с неудовлетворенностью биологических и даже социальных потребностей. Как правило, депрессия оказывается следствием неудовлетворения потребностей высшего, идеального типа. Не разлука с близким человеком сама по себе, не крах карьеры или служебная неудача, а крушение веры в ценности, которые казались незыблемыми, утрата смысла своего существования порождают глубокое отчаяние и отказ от поисков выхода из создавшейся ситуации. Ясно, что схема конфликта между биологическими влечениями и общественными запретами здесь уже не работает. Многие разновидности депрессий можно рассматривать в качестве «болезни сверхсознания», подобно тому как истерия долгое время была классическим примером «болезни подсознания».

Болезненные состояния, затрагивающие деятельность под- и сверхсознания, требуют существенно различных методов психотерапии. Если в случае подсознательного конфликта успех лечения во многом зависит от осознания этого конфликта (психоанализ), то осознание причин депрессии эту депрессию не устранит. Здесь необходима переориентация личности на систему новых ценностей взамен утраченных и всемерное вовлечение субъекта в действенную борьбу за достижение новых целей.

Осуществляя свою «пробную экскурсию физиолога в область психиатрии», И. П. Павлов пользовался такими понятиями, как «кора головного мозга» и «подкорка» (то есть совокупность мозговых образований, расположенных ниже коры), такими категориями, как первая (образная) и вторая (речевая) сигнальные системы. Сегодня мы знаем гораздо больше и о коре и о подкорке. Сегодня мы знаем, что речь и основанное на ней отвлеченное мышление преимущественно связаны с левым (у правшей) полушарием головного мозга, а оперирование чувственно непосредственными, конкретными образами — с правым полушарием. Согласно результатам, полученным в нашей лаборатории, и анализу сведений, имеющихся в научной литературе, четыре отдела мозга играют ведущую роль в определении стратегии и тактики поведения. (См. «Наука и жизнь» № 2, 1979, стр. 25–26. Подробнее: П. В. Симонов. Потребностно-информационная организация интегративной деятельности мозга. «Журнал высшей нервной деятельности им. Павлова» № 3, 1979.) Удалось показать, что выделение потребности, подлежащей первоочередному удовлетворению, производит система мозговых структур, включающая два основных отдела — гипоталамус и миндалину. Гипоталамус ориентирует поведение в пользу наиболее актуальной доминирующей потребности, а миндалина обеспечивает учет других, одновременно существующих мотивов, которые недопустимо полностью игнорировать.

Оценку возможности (вероятности) удовлетворения потребностей в данный момент и в данной обстановке производит другая система, где главную роль играют передние (лобные) отделы коры и гиппокамп. Для коры важны сигналы высоковероятных событий, в то время как гиппокамп поддерживает реакции и на те сигналы, вероятность подкрепления которых жизненно важными воздействиями невелика.

Посмотрим теперь, что произойдет, если нормальное функционирование этих четырех мозговых структур будет нарушено болезнью вследствие хронического истощения нервной системы, психической травмы, длительного перенапряжения высшей нервной деятельности каким-либо трудноразрешимым конфликтом.

Усиленная активность гиппокампа обернется, по-видимому, состоянием хронической тревоги, когда любое изменение внешней среды будет восприниматься как сигнал какой-то неясной грозящей субъекту опасности. Нарушение функций миндалины затруднит выделение доминирующей потребности. В результате человек оказывается не в силах сделать выбор между конкурирующими мотивами. Крайняя нерешительность, бесконечные колебания, стремление логически оправдать свою пассивность — таковы вероятные симптомы этого дефекта. Болезненное преобладание гипоталамуса, напротив, придает актуальной для данной личности потребности неоправданную императивность, эгоистическое навязывание окружающим своих ни с чем не считающихся интересов. В механизме навязчивых действий и мыслей важную роль, вероятно, играет нарушенное функционирование передних отделов новой коры.

Возникает вопрос: не определяют ли эти варианты патологически измененного взаимодействия четырех «стратегических» структур те основные разновидности неврозов, которые давно были выделены клинической практикой? Мы имеем в виду истерию, психастению, неврастению и невроз навязчивых состояний. Более того, не лежат ли нормальные индивидуальные особенности функционирования тех же самых структур в основе типов нервной системы, описанных еще Гиппократом и подтвержденных экспериментами Павлова? Разве меланхолик (слабый тип, по терминологии Павлова) не склонен к нерешительности, тревоге, боязливости при обостренной чувствительности к малозначным сигналам? Разве холерик (сильный, безудержный тип) не одержим стремлением к удовлетворению доминирующей потребности, мало считающейся с одновременно существующими мотивациями? А флегматик (сильный, уравновешенный, инертный тип), чью активность могут пробудить только сигналы очень важных и высоковероятных событий? А сангвиник, с его склонностью к положительным эмоциям, высокой любознательностью и пренебрежением к неудачам?

Разумеется, эти вопросы пока не имеют экспериментально обоснованных ответов. Мы перечислили их в самом конце статьи, чтобы лишний раз подчеркнуть, как мало еще проникла научная мысль в область неосознаваемого психического. Но эта мысль неутомима и бесстрашна. Подобно тому как наши коллеги опускаются все дальше в глубины океана и штурмуют космическую высоту, исследователи мозга ведут поиск в труднодоступных сферах под- и сверхсознания, осуществляя тем самым завет древних мыслителей: «Познай самого себя».

Повышенная (черный цвет) или ослабленная (штриховка) деятельность четырех отделов мозга вызывает характерные изменения в поведении, сказывается на индивидуальных особенностях темперамента и может привести к болезненным нарушениям психики.

_{ЛИТЕРАТУРА}

_{Бессознательное: природа, функции, методы исследования (труды международного симпозиума), тома 1, 2 и 3. Тбилиси, 1978.}

_{Костандов Э. А. «Восприятие и эмоции». М., «Медицина». 1977.}

Уже много лет ведет журнал рубрику «По Москве исторической». Читателей интересует, какова судьба тех или иных архитектурных памятников, о которых рассказывалось на наших страницах.

В двенадцатом номере журнала за 1978 год была опубликована статья о поселке «Сокол» вблизи Ленинградского шоссе. Построенный в 20-е годы, этот поселок сыграл видную роль в развитии советской архитектуры: здесь впервые были реализованы идеи микрорайонирования, опробованы образцы новых строительных материалов, созданы стандартные типы построек с учетом национальных традиций. Мемориальная ценность поселка поистине уникальна: тут жили видные советские государственные деятели, военачальники, ученые, художники. Недавно Моссовет принял решение о постановке поселка «Сокол» на государственную охрану как памятника архитектуры и градостроительства первых лет Советской власти.

Положительно решился вопрос о сохранении Школьной и Тулинской улиц, составляющих единственную не только в Москве, но и в РСФСР ямскую Рогожскую слободу — памятник градостроительства и архитектуры, связанный с историей русского транспорта. Этот район имеет богатое историко-революционное прошлое. В революционные дни 1905 года здесь действовал Рогожско-Симоновский комитет РСДРП — один из первых в Москве («Наука и жизнь» № 7, 1979 г.).

В июньской книжке журнала в 1979 году была напечатана статья о доме бывшей Немецкой слободы, в котором родился А. С. Пушкин (Бауманская ул., 57). Вот уже почти сто лет ведется полемика, какой дом считать местом рождения поэта. Как видно из последней публикации журнала, спор этот еще не закончен.

Летом 1979 года вопрос о пушкинских местах Бауманского района рассматривался на заседании Президиума московского городского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. Принято решение об организации и финансировании комиссии, на которую возложена задача представить на рассмотрение Министерства культуры РСФСР предложения по реставрации и использованию пушкинских мест Бауманского района. Хочется быть уверенным, что комиссия, привлекая к своей работе широкий круг специалистов, писателей и искусствоведов, изучающих творчество А. С. Пушкина, придет, наконец, к окончательному решению.

Н. ВИЗЖИЛИН.

Страшное, гнетущее зрелище — погибающий сад. Вертолет медленно летит над равниной — и выплывающие из-за горизонта траурной процессией внизу бредут навстречу деревья с желтыми листьями. Не пышным осенним золотом, но мертвенно-лимонной бледностью светятся эти листья — вялые, пожухлые. Это цвет тяжелой болезни растений — хлороза, и означает он, что растениям не хватает железа, без которого не образуется хлорофилл и, стало быть, не идет фотосинтез, не создается растительная плоть. Листья отомрут и упадут на землю, и лесоруб повалит на нее погибшие деревья — на землю, в которой… железа хоть отбавляй! Да, в том-то и состоит парадокс известковых почв, на которых возникает хлороз, что вовсе не отсутствием железа плохи они, а тем, что известь делает этот металл неусвояемым для растений, переводит его в нерастворимые соли.

За вертолетом тянется густой шлейф из брызг, и вдали, за его туманной оторочкой, расстилается оживший, блещущий свежей зеленью сад! Словно фокусник сдергивает покрывало со своей волшебной шляпы, в которой только что было совсем не то, что видно сейчас!

Чудо?

«Чудо!» — авторитетно и единодушно заявили главный механик и главный инженер атомохода «Ленин». Но это уже совсем другая история, тоже, впрочем, сравнимая с исцелением от непобедимой болезни. Короста котлов, тромбоз трубопроводов— так можно ее назвать. В хронической форме она увеличивает расход горючего, снижает кпд всего двигателя, поскольку обросшие коростой стенки котлов плохо пропускают тепло; в обострившейся— грозит авариями и взрывами. Причина недуга — накипь. Надежного лекарства от нее тепловая энергетика так и не сумела найти за двести лет своей истории. В дело шел яд — соляная кислота. Она отмывала соли кальция, магния и железа, из которых состоит накипь, но вместе с тем ранила стенки котлов, и тогда изъязвленный металл становился восприимчивым к другой тяжелой болезни — коррозии.

К такой отмывке — и целительной и губительной одновременно — готовился в мурманском порту атомоход «Ленин», когда из пароходства пришел приказ: отмывку отменить. На борт атомохода поднялись несколько женщин (мы вскоре познакомимся с ними). В срок гораздо более краткий по сравнению с традиционной отмывкой гостьи-искусницы сняли накипь со стенок котлов, и стенки сияли, словно только что изготовленные, без единой язвочки! Более того, оказалось, что после волшебной обработки под действием высоких температур стенки покрываются прочной магнетитовой пленкой — надежной защитницей стали от коррозии.

Вслед за этими двумя историями можно рассказать немало других, столь же чудесных. О том, как перестали обрастать отложениями трубы, по которым нефть поднимается из земных глубин и течет к потребителю. О том, как впятеро удлинилась жизнь вин и коньяков — тот срок, через который они начинают мутнеть и киснуть. О том, как вредные цианистые растворы, издавна применяемые в часовой промышленности для золочения корпусов и стрелок, уступили место безвредным реактивам. О том, как стали неразличимы по цвету ткани, выпускаемые на разных фабриках, хотя раньше этого никак не могли добиться. О том, как цемент стал твердеть то быстро, сокращая срок изготовления железобетонных конструкций, то медленно (это бывает нужно, например, при перевозках раствора, при бетонировании стенок глубоких скважин: бетон должен застыть не раньше, чем опустится на должную глубину).

И в каждой такой истории главные герои будут одни и те же — комплексоны, вещества с волшебными свойствами.

Что же это за вещества?

ГЛАЗАМИ ХИМИКА

Чтобы излечить растения от хлороза, в листья необходимо доставить ионы железа. Чтобы очистить котлоагрегат от накипи, достаточно изъять из образующих ее нерастворимых солей ионы кальция, магния и того же железа — тогда накипь разрушится.

Но доставить ли, изъять ли — ив том и в другом случае прежде всего ионы металла нужно как-то схватить. Что же могло бы сыграть роль клещей для ионов?

Химикам известны органические молекулы, называемые хелатообразующими. «Хеле» — по-древнегречески «клешня». Такие молекулы цепляются за ион металла по крайней мере двумя своими концами. Сравнение верно еще и тем, что образующиеся химические связи между органической молекулой и ионом зачастую неодинаковы, как половинки крабьей клешни: одна связь — валентная, другая — дативная (пояснение этих терминов дается в статье, помещенной ниже).

Но продолжим далее аналогию между миром молекул и миром животных. Представим себе разветвленную молекулу (в этом читателю помогут помещенные на стр. 72 рисунки), которая цепляется за ион металла не двумя концами, как краб своей клешней, а многими, как осьминог своими щупальцами. Вещества с такими молекулами и называются комплексонами.

Внимательно вглядевшись в рисунки, можно подметить характерные особенности молекул-осьминогов. Некоторые из щупалец — валентные. Некоторые — дативные. Когда они вцепляются в ион металла, то тем самым замыкаются циклы химических связей; в этих циклах — по пять, по шесть звеньев. Все это обеспечивает прочность сцепления между ионом и охватившей его молекулой. Эта прочность — отличительная особенность комплексонов.

И когда они отправляются на войну с хлорозом, когда целительным десантом приземляются на известковую почву, держа в своих щупальцах ионы железа, можно не бояться, что они отдадут свою ношу щелочной почве, где железо осядет непотребной для растения солью. Эти комплексоны устойчивы к действию щелочных сред. И когда они движутся по сосудистой системе растений от корней к листьям, можно не опасаться, что им повредят окислительно-восстановительные процессы в клетках растения или воздействия микроорганизмов.

Растворимость в воде — еще одна характерная особенность комплексонов и их солей. Не будь ее, не проявились бы волшебные качества цепких молекул: «не жидкое не реагирует», — так говорится еще со времен алхимиков.

Но вот вопрос: доставив к месту назначения ион металла, молекула-осьминог должна выпустить свою добычу. Значит, прочная дотоле связь должна вдруг стать непрочной? Да, так оно и есть, сколь бы невероятно это ни казалось. Так происходит при лечении хлороза: очутившись в листьях растений вместе с ионом железа, молекула комплексона разлагается здесь под действием ультрафиолетового излучения солнца и выпускает на волю захваченный в плен ион.

Слева: в такой упаковке ионы железа доставляются да листья растений при лечении хлороза. Следующим (показан комплексен, схвативший ион кальция, как это происходит при удалении накипи. Далее: строение «щупалец», которыми молекула комплексона хватает ион металла, обусловливает прочность хватки; по сравнению с предыдущим комплексоном у этого не все «щупальца» состоят из метиленовых и карбоксильных групп, двое образованы фенольными группами, чем обеспечивается более крепкая связь молекулы с ионом металла. Следующий рисунок показывает, что молекулы комплексонов бывают весьма замысловаты.

Еще вопрос: когда требуется извлечь ионы металлов из осадка, как это происходит при удалении накипи, все понятно — ионы переходят в раствор, а тот затем сливается. Но можно ли с помощью комплексонов убрать ионы из раствора? Комплексоны позволяют решить эту задачу своеобразным путем. Молекула-осьминог так обволакивает ион металла, что тот уже никак не проявляет свои нежелательные качества в химических взаимодействиях, как если бы его не было вовсе. Именно так обстоит дело, когда с помощью комплексонов умягчают воду, регулируют затвердевание бетона, добиваются сохранности вин — ведь именно ионы металлов выступают виновниками нежелательных процессов во всех трех случаях. И не только в этих трех. Ионы металлов — деятельная компонента многих химических систем, от смеси реагентов в промышленном агрегате до тонкого букета биополимеров, составляющих живой организм.

Но, очевидно, для каждой из этих систем, для каждого процесса, который желательно оживить или заглушить, нужны особые комплексоны с определенными свойствами. Нефтянику желательно, чтобы они способствовали образованию водно-нефтяной эмульсии и адсорбировались ее капельками. Геолога и металлурга порадовало бы, если бы комплексоны при анализе минералов и переработке руд выхватывали одни ионы и оставляли на месте другие. Энергетик беспокоится о том, что комплексоны, захватившие ионы металлов при умягчении воды для теплоагрегата, рано или поздно разрушатся, когда воду нагреют в котле до высоких температур, а при этом желательно, чтобы осколки распавшихся молекул не выпали в осадок. И каждому из тех, кто применяет комплексоны, хотелось бы, чтобы они не представляли опасности для здоровья людей, давали поменьше отходов, а это оборачивается новыми требованиями к свойствам применяемых веществ.

Выполнимы ли эти разнообразнейшие требования? Да, уверенно отвечают создатели отечественных комплексонов, работники ВНИИ химических реактивов и особо чистых химических веществ — доктора химических наук Н. М. Дятлова, В. Я. Темкина и их сотрудники. В итоге 20 с лишним лет исследований ими создана теория целенаправленного синтеза комплексонов с заданными свойствами.

ГЛАЗАМИ ХОЗЯЙСТВЕННИКА

Для хозяйственников нет языка убедительнее, чем язык цифр. Он трезв и сух, и тем не менее в переводе на него рассказ о комплексонах становится дифирамбом.

Суточный простой энергоблока мощностью 300 мегаватт обходится государству в 20 тысяч рублей. Заменив собой прежние средства очистки и промывки, комплексоны сократили простои энергооборудования с пяти до одних суток, значительно удлинили срок между промывками. Там, где возможна такая замена, общий экономический эффект от нее составляет 8 миллионов рублей в год.

Экономический эффект от применения комплексонов в борьбе с хлорозом в совхозах одной лишь Украины составляет 11 миллионов рублей в год. Если учесть, что это заболевание, кроме Украины, распространено в Молдавии и Средней Азии, на Дону и в Восточной Грузии, в Среднем и Нижнем Поволжье, то приведенная цифра увеличится в несколько раз, если и там в дело пойдут комплексоны.

На одном лишь часовом заводе внедрение комвлексонов в процессах золочения дает экономию в 500 тысяч рублей в год. На одной лишь студии имёни Довженко применение фиксажей на основе комплексонов приносит выгоду в 200 тысяч рублей в год. На Московском и Могилевском заводах, где внедряется обработка вин с помощью комплексонов, ожидаемый экономический эффект оценивается в 200 тысяч рублей в год. Сколько миллионов это дает в пересчете с одного предприятия на всю отрасль! И уж поистине огромными суммами можно исчислить выгоды от комплексонов в таких грандиозных отраслях индустрии, как строительная и нефтедобывающая, где, как уже было сказано, тоже отлично зарекомендовали себя эти чудесные вещества!

Стоит добавить, что есть такие направления техники, где комплексоны вообще не с чем сравнивать по своему экономическому эффекту, поскольку без комплексонов эти направления просто трудно вообразить. Мощный энергоблок сверхкритического давления обладает системой трубопроводов общей протяженностью 20 тысяч метров. Если питательную воду не обрабатывать комвлексонами, препятствующими отложению солей на стенках труб, те оказались бы закупоренными буквально тотчас после пуска.

Есть, наконец, и такие выгоды от применения комплексонов, которые не исчислишь в рублях. Комплексоны, заменившие соляную кислоту в кожевенной промышленности и цианистые растворы в часовой, — это сэкономленное здоровье людей, бесценное достояние государства.

— Люди пишут нам: «Как хорошо, что вы создали такие комплексоны!» — рассказывает Нина Михайловна Дятлова. — Только эти люди не знают, чего стоило нам, чтобы эти комплексоны до них дошли.

Сказанное заставляло поглядеть на дело с новой, чисто человеческой точки зрения.

ГЛАЗАМИ ПСИХОЛОГА

В школьном классе — необычный урок. Учитель предлагает ребятам испытания на ловкость и исполнительность. Одно за другим дает он им несложные задания, и дети, быстро соображая, что требуется от них, выполняют предложенное. Но учитель знает, что все его задания связаны скрытой закономерностью. И не на исполнительность его тест, а на творческое мышление: обладающий им ребенок подметит закономерность и не побоится поотстать в исполнении заданий, чтобы ее понять. Так оно и случается с некоторыми из детей: мучительно разрываясь между желанием быть первыми в выполнении заданий и стремлением познать померещившийся «секрет фокуса», они наконец решительно склоняются ко второму, а через некоторое время они уже обгоняют прежних фаворитов и даже самого учителя: они уже знают наперед, какие задания даст он им, они познали связующую закономерность и жаждут ее применить!

Аналогия с этим глубоким тестом невольно напрашивается, когда узнаешь, что комплексоны были изобретены не в нашей стране. Их первооткрыватель — швейцарский химик Гарольд Шварценбах. Это он обнаружил органические соединения, удивительно пристрастные к ионам металлов. Он же назвал эти вещества комплексонами. В 1936 году их стала широко выпускать фирма «Фарбениндустри». Они хорошо умягчали воду, поглощая из нее соли тех металлов, которые обусловливают ее жесткость. Применяли их и в аналитической химии— для определения целого ряда металлов. Но тут всеядность существующих комплексонов уже мешала: предпочтительнее была бы избирательность.

В 1953 году заместитель директора ВНИИРеа Ростислав Петрович Ластовский собрал трех молодых сотрудниц института — Н. М. Дятлову, В. Я. Тёмкину, И. Д. Колпакову — и предложил им заняться комплексонами: «Многообещающая для аналитической химии вещь!»

Принципы синтеза комплексонов к тому времени были уже достаточно известны, так что нетрудно было сделать всю гамму требуемых реактивов.

Но, видимо, не зря для работы над комплексонами Р. П. Ластовский отобрал именно этих трех сотрудниц, способных, по его мнению, совершить больше, чем простое исполнение предписанного. И как талантливый научный руководитель он не торопил их с исполнением задания, давая время для осмысливания результатов, для назревания той вспышки, которая превратит исполнителей в творцов.

В одно прекрасное время они задались вопросом: «А где еще, кроме анализа, могли бы проявить себя комплексоны? Где на практике может пригодиться их хватка на ионы металлов? Каковы закономерности этой связи? Ведь только зная их, можно отвечать на запросы практики!»

Надо сказать, что существовавшие в то время комплексоны были далеко не готовы к выполнению широких и дерзких замыслов своих исследовательниц. Большинство и технологических и жизненных процессов протекает в водных средах с весьма разнообразными свойствами (питательная вода теплоэлектростанций и питательные соки растений, цементный раствор и опрыскиватель для посевов — все это водные системы). Известные же в ту пору комплексоны были недостаточно растворимы, а их комплексы неустойчивы к воздействию кислот и щелочей.

Но подлинный творец воспринимает препятствие как вызов. Если создать теорию комплексонов, говорила мечта, можно будет придавать им любые желаемые свойства.

Где-то на полпути к поставленной цели исследовательницы встретились со Шварценбахом — это случилось в 1964 году, незадолго до его смерти, на международном конгрессе в Вене. Он прослушал доклад своих преемниц и пожелал встретиться с ними. Родственной душой творческого исследователя он оценил их стратегию: «Сейчас вы не торопитесь давать готовые комплексоны, и может показаться, что теряете время, но вы на верном пути. Найдя закономерности действия комплексонов, нагоните и перегоните других».

Он говорил, как пророк. Научный коллектив Н. М. Дятловой к настоящему времени синтезировал 180 комплексонов. Советская промышленность выпускает 107 из них, в чем значительно превосходит продукцию зарубежных фирм, не уступая ей в качестве.

Любопытно, что эти цифры были бы гораздо скромнее, если бы исследовательницы не отважились однажды восстать против авторитета своего маститого предшественника. В молекулах комплексонов, созданных Шварценбахом, роль щупалец, хватавших ионы металла валентной связью, исполняли карбоксильные группы. Ученый пробовал испытать в той же роли фосфоновую группу и забраковал ее. Но именно на нее сделали ставку химики в поисках комплексонов нового типа, опираясь на результаты по синтезу соединений фосфора, достигнутые школой академика М. И. Кабачника, — и добились успеха.

Успех достигался не одной лишь настойчивостью, верой в свою правоту, но огромным трудом. Вот строки из аннотации, составленной при представлении работы над комплексонами к Государственной премии: «Настоящая работа (1957–1977 гг.) включает в себя синтез новых систематических рядов комплексонов с постепенным усложнением молекулы; глубокое физико-химическое исследование лигандов и образуемых ими комплексов; корреляцию полученных результатов с целью выяснения влияния строения комплексонов на их комплексообразующую способность; разработку теорий действия и закономерностей целенаправленного синтеза; выявление и создание на этой теоретической базе ассортимента комплексонов, необходимых для решения важнейших задач науки, техники и народного хозяйства; технологические разработки, организацию производства комплексонов; создание теоретических основ и методов применения комплексонов и их комплексов, внедрение их в народное хозяйство».

Остановимся лишь на втором пункте этого перечня, возьмем лишь одну его деталь — изучение механизма диссоциации комплексонов. Для этого потребовалось замерить более 5000 констант!

Огромная теоретическая работа, казалось бы, окончена. Достаточно? Нет! Исследователю хочется видеть свое творение в действии. Но этому пожеланию не так-то легко сбыться.

Химики из ВНИИРеа предложили нефтяникам комплексоны против отложения солей в нефтепроводах. Нефтяники запросили на пробу 100 килограммов реактива. Попробовали — и уже на следующий год попросили десятки тонн. Где их выпускать? Мощности подходящих заводов уже заняты, все расписано планом. К тому же, прежде чем новый химикат станет внедряться в практику, медики должны определить его предельно допустимую концентрацию в воде и воздухе. Ждать? А нефтяники еще через год просят уже тысячи тонн комплексона. Столь многотоннажное производство должно вестись уже по принципиально новой технологии, которую еще нужно разработать. Снова ждать? И создатели новых веществ, не доверяясь естественному течению дел, наседают на медиков, сами ломают голову над новой технологией, сватают ее заводу, совершенствуют и удешевляют, что отнюдь не в радость руководителям завода, поскольку им выгоднее произвести продукцию подороже, чтобы выполнить финансовый план… И химики идут к руководителям производственного объединения, идут в министерство, добиваясь своего.

Знали ли они, что каждая их инициатива вернется к ним удесятеренной нагрузкой? Знали. — Но иначе поступать они не могут.

Поставив себе цель, творец чувствует себя ответственным за все, что связано с ее достижением.

И вновь все та же мысль: сколько же труда требует все это, труда неослабного, не вмещающегося в краткий шестичасовой рабочий день химиков, требующего их ума и сердца чуть ли не на все сутки! Что ж, одержимость — тоже одно из характерных качеств творческого исследователя.

В отделе Н. М. Дятловой, где создают комплексоны, такое качество подкрепляется важной чертой этого коллектива: здесь умеют культивировать одержимость. Ты добился хороших результатов? Будет и премия, и публикация, и должностью с хорошим окладом тебя при случае не обойдут. Ты в тупике? Не станут понукать, стоя над душой, — ты ведь и сам не рад застою, не пожалеешь сил, чтобы его преодолеть, разберешься в его причинах до глубин, а это и окупит в будущем твою заминку, когда ты сможешь помочь каждому, кто очутится в подобном затруднении.

И еще: здесь умеют заражать одержимостью. Как-то раз аспирант из другого отдела пришел к Нине Михайловне Дятловой сдавать экзамен из кандидатского минимума. Как толково он отвечал! Нина Михайловна перетянула его в свой отдел; когда он защитился, ценою чуть ли не скандала выбила для него у дирекции ставку старшего научного сотрудника. Составила для него план работы на докторскую диссертацию. Но, излагая ему тему заманчивого теоретического исследования, видела по глазам: нет в нем ответной искры.

Время шло; он охотно исполнял все ему порученное, с готовностью помогал другим, — но где же свое, что воспламенило бы его? Так думала Нина Михайловна, смотря на него; незаметно для него самого давала ему то одну, то другую возможность зажечься, если уж он не может найти их сам. Верила: как только человек почувствует свою силу, поймет, на что способен, так у него тотчас же появится азарт, который уже не загасишь ничем. Внезапно заболевает сотрудница, проводившая синтез как раз тех веществ, теоретически осмысливать которые должен был предполагаемый доктор. Нина Михайловна предложила ему самому заняться синтезом. «Только не трудно ли будет вам?» — спросила. «Нет, что вы!» — ответил он, сияя. И она сама тотчас почувствовала, что запела в нем творческая струна — неожиданное предложение очертило долгожданное, желанное для него поле деятельности, которое он, самостоятельно исследуя, самостоятельно бы и создавал…

— Но ведь в том-то и смысл работы, чтобы она приносила счастье, чтобы не чувствовалось, будто жизнь прошла попусту, чтобы после тебя что-то осталось! — воскликнула, рассказывая эту историю, Нина Михайловна Дятлова.

— Только зачем же в прошедшем времени? Не рановато ли? — улыбнулась Вера Яковлевна Темкина. — Еще столько работы впереди!

На верхнем рисунке показана «классическая» схема синтеза белка, выясненная на микроорганизмах. Сначала синтезируется информационная РНК, содержащая копию гена, затем по ней рибосома строит из аминокислот молекулу белка.

На нижней схеме — процесс синтеза белка у изученных в последние годы высших организмов. Здесь ген содержит не несущие полезной информации куски — интроны. Поэтому скопированная с него информационная РНК не может сразу идти в дело — она должна пройти еще «монтаж». Специальные ферменты вырезают интроны и сращивают оставшиеся осмысленные участки генетической записи. Только после этого рибосома может построить по РНК молекулу белка.

Но не все согласны с Криком. Японский генетик С. Тонегава, работающий сейчас в Базельском институте иммунологии (Швейцария), указывает, что если бы теория загрязнения была верна, интроны были бы размещены внутри гена случайным образом. Но Тонегава, изучая их расположение в генах иммуноглобулинов (белков, обеспечивающих иммунитет), показал, что интроны находятся на границах между участками гена, кодирующими отдельные части молекулы, которые различаются своими функциями.

Он считает, что в строении мозаичных генов высших организмов отражается их эволюция. Эти сложные гены возникли в результате слияния нескольких небольших, которые синтезировали более простые белки. А интроны, то Тонегаве, — соединительные участки, которыми гены как бы склеивались, соединяясь в один.

Но почему открытие интронов может поколебать центральную догму молекулярной биологии? Предполагают, что, поскольку существуют ферменты-монтажеры, они, возможно, могут вырезать из РНК не только бессмысленные куски, монтируя остальные участки гена в сплошную ленту, но и проводить другой, более сложный монтаж: собирать из осмысленных кусков то одну, то другую комбинацию, в результате чего один и тот же ген будет давать несколько разных белков.

Итак, «один ген — несколько белков»? Утверждать это со всей определенностью, по-видимому, еще рано. Интенсивные исследования интронов ведутся сейчас в нескольких лабораториях мира. Изучается, в частности, способ работы монтирующих ферментов — так они различают интроны и отрезки, несущие информацию. Здесь можно ожидать интересных результатов, важных для практики генной инженерии.

Не все виды перелетных птиц избирают прямую дорогу на юг. Например, скворцы (1) тянутся юго-западным курсом к Испании, кукушки (2) пересекают Средиземное море на широком фронте — от Кипра до Майорки, славки (3), напротив, летят юго-восточным курсом.

Оказалось, что в сентябре, когда свободные стаи славок преодолевают путь к югу Испании, пленницы тоже стремились на юго-запад. А в октябре — ноябре, когда их сородичи летят к югу Африки, у подопытных птиц также менялось направление на юго-юго-восточное.

На основании проведенных опытов доктор Гвиннер считает доказанным, что в организме птиц протекают процессы, определяющие их поведение в осенний период. Причем возникают эти процессы не под действием основных факторов осенней природы — падения температуры, недостатка пищи, удлинения ночи, а под влиянием свойственных самому организму ритмов, биологических часов. Именно они, полагает ученый, предписывают птице, какую из программ поведения и когда следует включить.

Исследователи, однако, обнаружили, что внутренний календарь птиц, участвовавших в опыте, похож на часы, бегущие вперед: цикл изменений в поведении, связанных с перелетами, почему-то замыкается в период более короткий, чем год, — от девяти до одиннадцати месяцев. Предполагается, что птицы, находящиеся на свобода, хотя бы один раз в году корректируют свой внутренний календарь, основой синхронизации, вероятно, служат изменения длительности светового дня. «Поправки» вносятся, когда пернатые находятся в местах гнездовий.

Особенности поведения птиц известны людям уже тысячелетия. Еще в библии записаны наблюдения пророка Иеремии: аист в небе знает свое время, горлица, журавль и ласточка замечают время, когда им надо возвращаться… Но только в последние десятилетия были исследованы воздушные маршруты птиц, а затем внимание ученых заняла их изумительная способность к пространственной ориентации. По образному выражению американского орнитолога Д. Гриффина, эти способности птиц ограничены лишь пределами пространств на планете.

Например, крохотные колибри, которые делают своими крыльями пятьдесят взмахов в секунду, пересекают Мексиканский залив, совершая перелет в 800 километров. Европейские певчие птицы, которые обычно ночью летают на высоте до 700 метров, а днем не выше 400, пролетая в Африку над Альпами, преодолевают пятикилометровые высоты. Дупель или веретенник и кроншнеп поднимаются в Гималаях на шесть, а гуси даже на девять километров. Турухтан, серая мухоловка и кукушка, улетая от европейской зимы, достигают Южной Африки — района мыса Кап. Чемпионы дальних перелетов — ласточки-береговушки: они проводят лето на высоких широтах Арктики, а зимуют в Антарктике.

Достойна удивления экономность расходования «топлива» — жира. Средней по размеру певчей птице на перелет в 50 километров, совершаемый за один час, надо всего одну четверть грамма жира. Летящая стая необыкновенно расчетливо определяет время отлета, высоту траектории, учитывает погодные условия — все это для того, чтобы иметь попутный ветер и максимально экономить запас сил.

Многие виды птиц, прокладывая трассу, используют наземные ориентиры: побережья, горные цепи, речные долины. Видимо, в поиске направления на море птицам помогают инфразвуки, возникающие в полосе прибоя. Они распространяются над континентом и улавливаются пернатыми навигаторами.

Некоторые летят по замысловатым маршрутам. Например, аисты, живущие западнее Эльбы, летят к Гибралтару, чтобы там пересечь Средиземное море, а их сородичи, гнездящиеся восточнее этой реки, минуют широкую часть моря у Босфора. Канадские каменки, предки которых жили в Старом Свете, тянутся не в Южную Америку, а пересекают Северную Атлантику, поворачивают потом на юг и зимуют в Африке. Даже над океанской гладью перелетные птицы уверенно находят нужное направление. Золотистая ржанка летит с Аляски за 4000 километров через Тихий океан на Гавайские острова Многие птицы после таких межконтинентальных перелетов (возвращаются точно «гнезду, в котором они появились на свет. Один английский ученый показал на опыте, как велика способность птиц находить родные места.

Из Англии он переправил буревестник в США, в Бостон. Через 12 с половиной дней он увидел птицу снова в родном районе — она прилетела раньше, чем пришло письмо из Бостона, извещавшее, что птицу выпустили.

Какова же природа способности птиц к такому ориентированию?

Многие орнитологи считают, что скворец имеет врожденную способность придерживаться нужного направления при перелете, ориентируясь на Солнце. Даже заключенные в камеры птицы, отрезанные от внешних ориентиров, вспархивают с насеста осенью преимущественно на юго-запад, а весной на северо-восток. Когда же ученые с помощью зеркала создали фальшивое Солнце, птицы соответственно изменили направление своих порывов.

В отношении некоторых видов удалось доказать, что они в отсутствие Солнца ориентируются по звездам. Это журавли и другие птицы, путешествующие на юг ночью. Если небо затянуто облаками, вероятнее всего, включается внутренний компас птицы, и она находит направление, пользуясь магнитным полем Земли. Другие, может быть, используют ультрафиолетовое и поляризованное излучение. И, как уже говорилось, инфразвуки, возникающие над морем.

По мнению исследователей, птицы живут в ином, чем мы, мире чувств: они слышат, видят и ощущают совсем не так, как человек. Более того, механизмы поведения, справедливые для одних видов птиц, вовсе не обязательны для всех остальных 8800 видов пернатого царства. Почему, например, клест в отличие от многих птиц никогда не возвращается в места, где он появился на свет? Почему одни птицы прилетают с юга точно в определенное по календарю время, день в день, а другие согласовывают возвращение с погодой? Так же загадочно, почему некоторые птицы, несмотря на морозы и недостаток питания, вовсе не покидают севера!

Стая бекасов над Африкой.

Может показаться, что птицы тщательно взвешивают, что выгоднее: лететь или остаться? Мы можем более или менее правильно представить условия зимовки на севере, но немногие знают о трудностях, которые встают на пути перелетных птиц к югу. Крылатые существа — многие весят не более двадцати граммов — гибнут от холода, жары, жажды, непогоды, наконец, разбиваются о препятствия.

Птицы, заканчивающие перелет через Средиземное море, при виде африканского берега не могут считать, что отдых близко. Для них песчаная пустыня Сахара то же, что и пустыня Средиземного моря. Поэтому пернатые странники пересекают и море и пустыню одним безостановочным перелетом. Над самой пустыней, чтобы спастись от ее жара птицы летят на высоте двух тысяч метров. Многие заканчивают этот участок почти полностью обессиленными, исчерпав все запасы «топлива» — жира. У тех, кому его не хватило еще в полете, идет в ход мышечный белок: он разлагается на более простые молекулы, пригодные как источник энергии.

Однако в будущем этот и без того сложный полет может еще осложниться: Сахара расширяется к югу, и длина безостановочного перелета с годами будет расти и расти.

Слева направо: ласточка-береговушка; деревенская ласточка; скворец; кукушка; славка; журавль.

Не только физиология птиц приспосабливается к дальним перелетам. Очень интересен феномен клинового строя летящих птиц. Журавли, кроншнепы, серые гуси и многие другие, пользуясь этим приемом, облегчают полет более слабым птицам: часть аэродинамической нагрузки, встречающей живой клин, берут на себя летящие в его голове более крупные и сильные особи. По подсчетам, клиновый строй в зависимости от числа птиц позволяет в целом снизить затраты энергии до 23 процентов. Этой экономией в большей доле пользуются птицы, летящие в хвосте, а не голове клина, где занимают места сильные члены стаи. Птицы из задних порядков как бы втягиваются вперед струями, созданными взмахами передних.

Покинув материк, многие крылатые путешественники из Восточной Европы перед долгим перелетом над морем останавливаются на островах Эгейского моря. Это опасные места: здесь их ждет соколиная засада. Над береговой линией острова хищники парят глубоко эшелонированной цепью. Стартовавшие по одиночке накануне вечером с материка, с греческого полуострова, птицы, будучи еще над морем, обнаруживают эту страшную цепь. Крохотные существа — по большей части здесь летят певчие птицы — знают: назад для них дороги нет! Впереди внизу побережье, поросшее кустарником, в нем легко укрыться от сокола, если прорваться сквозь строй сильных и быстрых хищников. Птицы взмывают вверх на большую высоту и оттуда разгоняются изо всех сил вниз. Сквозь зону смерти они проскакивают со скоростью падающего камня и прячутся в кустах… С наступлением темноты они начинают свой самый долгий перелет — через Средиземное море и Сахару.

Две тысячи километров насчитывает отрезок над пустыней — он кончается на широте озера Чад. В воздухе путь идет над древними караванными дорогами — для этого у птиц есть серьезные основания. На караванных путях хотя и редко, но разбросаны оазисы, которые могут послужить, если стае понадобится аварийное приземление. В свою очередь, бедуины стараются кочевать, придерживаясь направлений, избранных птицами: они обязательно приводят к оазису.

В последние годы караванные пути привлекают птиц еще одной возможностью — укрыться от бурь: кузова разбитых автомобилей, которых теперь немало валяется у дорог, бесчисленные канистры, ящики и прочее, чем засоряет ныне человек пустыню, служат стаям пристанищем во время песчаных бурь. Птицы хорошо освоили эти новые элементы ландшафта. Один из исследователей — пустыни однажды где-то на дороге остановил свой автомобиль и вышел из него. Вдруг два десятка птиц спикировали через открытую дверцу внутрь машины. Потом еще и еще в дверь и окна врывались стайки птиц. Ученый поторопился к машине и едва нашел себе место — так быстро в нее набивались пичуги… Вскоре началась песчаная буря. Ее приближение птицы чувствуют заблаговременно. Но хорошо, если есть где спрятаться. Самумы губят иногда многие тысячи птиц. Высохшие тельца служат пищей лисицам и другим мелким животным пустыни.

Катастрофы при встрече с песчаной бурей, по-видимому, служат причиной того, что, например, ласточки пересекают пустыню маленькими стайками — по 15–30 птиц. Если бы они летали стаями в десятки тысяч, первая же встреча с самумом могла бы уничтожить целую популяцию. Весной они так же возвращаются малыми группками с большими интервалами. Отсюда, видно, и поговорка: «Одна ласточка весны не делает».

Целая цепь любопытных фактов стала достоянием науки после того, как один из исследователей решил с помощью радиолокаторов проследить путь стаи стенолазов от места их гнездования. Птицы удивили наблюдателя тем, что из района Цюриха направились не прямо на юг, к Африке, а взяли курс на северо-запад — в сторону Парижа. Что случилось? Потеряли стенолазы способность к ориентации?

Вскоре радио сообщило, что в Северной Италии, над которой должна была бы пролетать стая, разыгралась непогода. Исследователь предположил, что стенолазы обладают способностью необыкновенно тонко чувствовать изменение состояния атмосферы, благодаря чему могут издалека, заранее определять опасное для них ненастье. Эти быстролетные птицы, находясь над северными отрогами Альп, еще в зоне хорошей погоды, знали, что обычный маршрут приведет их в район урагана и ливня.

Все другие перелетные сделали в Северных Альпах вынужденную посадку; стенолазы же, пользуясь своей способностью развивать скорость до 90 километров в час, повернули на северо-запад, чтобы обойти фронт плохой погоды. Они пролетели над Францией, Северной Испанией, Средиземным морем и Тунисом. Любопытная деталь: несмотря на протяженные обходные маневры, лишь бы не лететь через непогоду, стенолазы не теряют генерального направления на юг, в Африку.

И так везде, где на их пути оказывается плохая погода, стенолазы обходят ее широкими дугами. Это не просто каприз птиц, любящих солнечное небо. Это жизненная необходимость, поскольку стенолазы добывают свой корм исключительно в воздухе — они питаются летающими насекомыми. Благодаря этому стенолазы имеют важное преимущество перед другими птицами — они кормятся на лету, не делая для этого остановок. Но именно эта же особенность делает стаю стенолазов жестко зависимой от погоды: когда поднимается сильный ветер или начинается дождь, насекомые прячутся в укрытия — корм уходит из воздуха. Некоторые насекомые, правда, спускаются ниже, летают над землей. Это добыча ласточек: стенолазы летают быстрее их, но менее проворны и не рискуют охотиться у поверхности земли. Длительное, без перерывов пребывание в воздухе выработало у этих птиц способность спать в полете, планируя на высоте порядка двух километров.

Аист.

Эту потребность кормиться на лету труднее удовлетворить летом в Европе, где птицы вьют гнезда и выводят птенцов. Потомство вроде бы привязывает родителей к одному месту, однако если погода в районе гнезда становится очень плохой, стенолазы покидают птенцов и улетают за кормом порой за сотни километров в солнечные места. Когда «дома» погода устанавливается, родители возвращаются к сверим проголодавшимся детям. Иногда они вынуждены отсутствовать по нескольку дней.

Способность стенолазов и других птиц прогнозировать погоду — жизненно необходимое свойство. Многие виды давно бы вымерли, если бы не умели уклоняться от встречи с губительными бурями.

Солнечный зайчик остро сверкнул на неспокойной глади моря и через мгновение поблек, расплылся вязью зыбких бликов. Сквозь тонкий, мягко волнующийся слой прибрежной воды солнечные лучи чертят на гладком дне непрестанно сменяющиеся световые узоры.

Эти световые письмена удалось расшифровать совсем недавно, хотя ключом к их расшифровке ученые владели, казалось бы, давно. Этот ключ — законы преломления и отражения света, дифракции и интерференции световых волн. Со школьных лет нам запомнились рисунки из учебника по физике из раздела «Оптика»: световые лучи собираются в фокусе, преломившись в линзе, отразившись в вогнутом зеркале. В достоверности таких рисунков мы не сомневаемся, мы уверены, что за ними стоят строгие математические расчеты, предписывающие, какими по форме должны быть линзы и зеркала, чтобы лучи света собрались в одной точке.

Но вот вопрос: если такие математические предписания и существуют, удастся ли воплотить их в реальных оптических системах? А если даже и удастся, способны ли реальные оптические конструкции навсегда сохранить неизменной желательную форму? Тот же свет, упав на зеркало, чуточку нагрел его — и его идеальная форма исказилась, а пучок отраженных лучей, пусть даже и сходившийся когда-то в одной точке, уже рассыпался… Как теперь описать его строение? И какие возможные конфигурации может вообще принять пучок лучей, отраженных в реальных поверхностях, преломленных в реальных средах?

Одна из простейших возможностей представлена схемой. Лучи, отраженные от фокусирующего зеркала, в районе предполагаемого фокуса складываются в характерное, так называемое каустическое острие. В общем виде строение такой световой поверхности было выяснено еще в прошлом веке, рассчитать же его математически стоило немалых трудов. Без ответа оставался вопрос: какие поверхности такого рода возможны еще?

Ответ на этот вопрос помог дать один из разделов современной математики, который создали в недавние годы советский ученый В. И. Арнольд, французский математик Р. Том и другие. С легкой руки своих создателей это направление математических исследований стало именоваться теорией катастроф. (О ней наш журнал рассказывал в № 12 за 1977 год.) Описать же возникающий узор световых пятен позволил математический метод, разработанный советским теоретиком В. П. Масловым. В область оптических и радиофизических явлений выводы этих теорий впервые перенесли научные сотрудники Московского физико-технического института Д. С. Лукин и Е. А. Палкин[5] и одновременно с ними это сделал работающий в Бристоле М. В. Берри.

Светящиеся узоры, в которые могут складываться фокусируемые лучи, отыскались в наборе диковинных поверхностей, формулы которых диктует теория катастроф (см. рисунки вверху). Надо сказать, что эти математические поверхности представляют собою лишь своеобразный костяк световых узоров, наблюдаемых на опыте. Сам же узор создается в результате интерференции лучей, располагающихся именно так, как предписывает теория катастроф. Чем больше длина волны, тем меньше световой узор напоминает поверхности из теории катастроф; чем сильнее разнятся длины волн лучей, тем более размытой получается вся картина. И напротив — чем короче длина волны света, тем более дифракционные световые пятна сливаются для наблюдателя в те самые поверхности, о которых говорится в теории катастроф. Сходство было бы полным, если взять свет с нулевой длиной волны, но это, к сожалению, случай несбыточный.

Когда оптикам требуется особо однородное (или, как они говорят, монохроматическое) излучение, то в качестве его источника они используют лазер. Четкость интерференционных эффектов обусловлена когерентностью световых волн, то есть их согласованностью по фазе. Излучение лазера отличается и этим достоинством. Луч лазера, падая на отражающую поверхность или пройдя через преломляющую линзу, выписывает в пространстве ту или иную из световых поверхностей, представленных рисунками. Поставив на пути световых лучей фотографическую пластинку, мы получим на ней один из тех световых узоров, которые читатель видит на снимках рядом.

Стоит заметить, что такие фигуры можно наблюдать, и не располагая сложным оптическим оборудованием. Взгляните через забрызганные дождем очки на ртутный фонарь (из всех применяемых на практике источников света он дает наиболее монохроматическое излучение). Перед глазами у вас возникнет мелкая причудливая сетка, сплетенная из завитков, знакомых по помещенным здесь снимкам. Дело в том, что капельки воды, осевшие на стеклах очков, представляют собою своеобразные линзы. Но у них неровная поверхность, оттого и свет, фокусируемый каждой из таких линз на сетчатке глаза, выписывает те узоры, секреты которых недавно разгадали физики с помощью математиков.

Виды поверхностей, предсказываемые теорией катастроф (стр. 122, слева направо): «каустическое острие», «ласточкин хвост», «бабочка», поверхности параболического, гиперболического, эллиптического типа. Справа: световой узор типа «каустическое острие» и результат его расчета на ЭВМ. На снимках внизу представлены световые узоры, соответствующие различным видам поверхностей, показанных выше. Левая колонка (сверху вниз): узор вида «бабочка», узоры эллиптического, параболического, гиперболического типа. Правая колонка (сверху вниз): узоры гиперболического и параболического типа.

На снимках — некоторые из «поющих» рыб Амазонки: хараки, пескада и мандим. Обратите внимание на зубчатый отросток грудного плавника мандима — он служит для воспроизводства чирикающих звуков.

Один из сомов, называемый местными индейцами «пирарара», достигает метра в длину, а весит иногда до ста килограммов. Несколько измененный жаберный аппарат с особо сильными мышцами, обеспечивающими обычно дыхательные движения, позволяет пирараре с силой выталкивать воду и воздух через прижатые жаберные крышки. Раздаются трубные звуки, поразительно напоминающие рев слона. Они слышны на расстоянии до ста метров. Звуки эти, видимо, служат для отпугивания хищников.

Основная промысловая рыба Амазонки — хараки — относится к харациновидным. Самцы хараки имеют по обе стороны от плавательного пузыря специальные мышцы, могущие сокращаться с частотой до ста герц. К нересту они достигают особого развития. Рычащий звук усиливается пузырем и через ткани тела передается в воду. Звук напоминает работу мотоцикла на холостых оборотах, когда водитель все сильнее жмет на педаль акселератора. Хараки совершают в период нереста длинные миграции, на расстояние нескольких сот километров. Самцы следуют впереди самок, собираются в местах нереста и здесь в течение нескольких вечеров устраивают фантастические концерты. Шаллер пишет, что, когда сотни самцов одновременно «заводят мотоциклы», рев разносится вдаль, его издает вся водная гладь. Слушать хор хараки — одно из сильнейших впечатлений, какое может вынести натуралист из посещения бассейна Амазонки.

Пескады (Plagioscion squamosissimum) из семейства горбылевых издают звуки, напоминающие стрельбу из винтовок и пистолетов: Эти «песни» тоже приурочены ко времени нереста.

Сомики мандимы (Rhamdia sebae sebae) имеют два звукопроизводящих аппарата. Их грудные плавники имеют особые отростки. Края плавников и отростков очень острые, зубчатые. Чиркая плавником по отростку, мандим издает резкие чирикающие звуки. Второй звуковой аппарат — такие же мышцы, как у хараки, и звук от него примерно такой же — рычание. Оба типа звуков используются для отпугивания хищников и конкурентов. Зоологов особенно интересуют необычные грудные плавники мандима. Сейчас один из учеников Шаллера занялся изучением этого уникального органа.

Профессор Шаллер указывает, что естественный отбор должен был действовать подобным же образом во всех сильно замутненных реках мира. Действительно, в последние годы поступают сообщения о «шумных» пресноводных рыбах в тропических реках Африки. Азия изучена в этом отношении слабо, но и здесь можно ожидать в ближайшее время интересных открытий в области биоакустики.

По материалам журнала «Kosmos» (ФРГ)

РАСТЕНИЕ ИЛИ ЖИВОТНОЕ?

На фотографиях, сделанных с помощью сканирующего электронного микроскопа, — Dictiostelium discoideum, организм, открытый в 1935 году и сразу заинтересовавший исследователей рядом своих особенностей. Отнесенный к низшим грибам — слизевикам, он очень походит и на одноклеточных животных типа простейших.

Начинает свою жизнь дискоидеум как амеба: растет, передвигается с помощью ложноножек, изменяя форму своего тела, питается бактериями, размножается простым делением.

Но он имеет и еще одну форму размножения. И тогда развитие его идет следующим образом. В определенные моменты отдельные «амебы» начинают группироваться и образуют плазмодий, многоядерную протоплазменную массу. Это неодолимое влечение клеток друг к другу обеспечивает выделяемое ими вещество — акразин. Когда собралось достаточно много амеб — от нескольких сот до нескольких тысяч, — они выделяют фермент акразиназу, разрушающий акразин. И вот что особенно заинтересовало ученых: химическая структура акразина и акразиназы очень близка к структуре циклического аденозинмонофосфата, вещества, играющего фундаментальную роль в передаче нервных импульсов и в гормональной регуляции у высших животных.

В дальнейшем из плазмодия образуется плодовое (спороносное) тело, из которого затем высвобождаются споры, дающие жизнь новым амебам.

Животным или растением следует считать этот организм? Некоторые биологи считают, что надо относить его к простейшим, другие полагают, что вместе со всеми другими грибами слизевики не являются ни животными, ни растениями.

Электронный сканирующий микроскоп позволил запечатлеть некоторые этапы жизни дискоидеума.

1. Отдельные организмы сливаются и образуют плазмодий поперечником от 0,2 до 2,5 миллиметра (х500).

2. Если степень влажности, освещения и температуры благоприятствует образованию спор, плазмодий заканчивает передвижение. В его центре отдельные амебы начинают взбираться друг на друга, в результате чего из плазмодия вырастает стебель. Другие амебы, залезая по нему наверх, образуют споры. Все это «дерево» может достичь высоты до 5 миллиметров (х550).

3. Некоторые плазмодии только начали развиваться. Другие уже достигли зрелости и могут рассеивать споры (х110).

4. Так выглядит споровая головка (х1800).

5. Споры высвобождаются (х6000). Если они попадают на благоприятную почву (этот слизевик предпочитает навоз), цикл возобновляется: возникает новое поколение амеб, размножающихся путем деления.

_{По материалам французского журнала «Science et Vie».}

Продолжаем рассказ о древних гербах русских городов. В нашей очередной публикации — гербы городов Рязанской губернии. Объяснение символики гербов дано по книге «Полное собрание законов Российской империи». Спб. 1850 г. После названия города в скобках указаны время его основания или первого упоминания в летописи и все названия города. Орфография и пунктуация цитат даны по первоисточнику.

• ДАНКОВ (1571 г.). В красном поле стоящая серебряная лошадь, означающая, что сей город лошадиными ярмарками знаменит.

• ЕГОРЬЕВСК (XV в.). В красном поле, выходящею из облак рукою Святого Великомученика Георгия пронзенный змий.

• ЕЛАТЬМА (год основания неизвестен). В голубом поле распростертый на мачте серебряный парус с золотыми веревками, означающий, что в сем городе обогащаются славными своими парусными полотнами.

• ЗАРАЙСК (начало XIII в.; до конца XIII в. — селение Красный). В голубом поле старая городская башня, освещенная восходящим солнцем, означающим, что сей город новым учреждением паки возобновлен.

• КАСИМОВ (1152 г., до 1471 г. — Городец-Мещерский). В голубом поле корабельное основание, означающее, что из сего места доставляются к строению корабельному принадлежащие леса.

• МИХАИЛОВ (1546 г.). В голубом поле, по имени сего города, два крыла Михаила Архангела.

• ПРОНСК (1186 г., сейчас— поселок городского типа). В серебряном поле, большой старый дуб, означающий изобилие в лесах.

• РАНЕНБУРГ (1702 г., до этого года — село Слободское, с 1948 г. — Чаплыгин). В серебряном поле яблоневого дерева ветви с плодами положены крестообразно, каковыми плодами сей город изобилует.

• РЯЖСК (1502 г.). В серебряном поле построенный на реке ряж, означающий имя сего города

• РЯЗАНЬ (1095 г., до 1778 г. — Переяславль-Рязанский). В золотом поле стоящий князь, держащий в правой руке меч, а в левой ножны. На нем епанча червленая, а платье и шапка зеленая обложенная соболями.

• САПОЖОК (1605 г., сейчас — поселок городского типа). В голубом поле сидящий ястреб: внесение онаго в герб подало причину того, что в окружении сего города никаких других птиц, кроме ястребов нет.

• СКОПИН (XVI в., до 1629 г. — Острожок, Скопинская слобода). В голубом поле летящая птица скопа, означающая имя сего города.

• СПАССК (1629 г., до 1778 г. — село Спасское, сейчас Спасск-Рязанский). В красном поле черный крест.

В XII–XIII столетиях Рязанью назывался центр Рязанского княжества, находившийся в 50 км к юго-востоку от современной Рязани, ныне городище Старая Рязань близ города Спасск-Рязанский. (Согласно последним археологическим исследованиям, Старая Рязань была основана в X веке.) В 1237 году город был разрушен монголо-татарами. В середине XIV века центр княжества был перемещен в город Переяславль-Рязанский, вошедший в 1521 году в состав Московского государства, и переименован в 1778 году в Рязань.

Гербы уездных городов Рязанской губернии были составлены герольдмейстером Волковым в 1779 году, кроме герба Раненбурга, сочиненного в 1781 году.

В верхней части щита всех гербов помещена часть герба губернского (наместнического) города Рязани: «…в золотом поле… серебряной меч и ножны положенные на крест, над ними зеленая шапка, каковая на князе в наместническом гербе. Сие внесено для того, что сей город принадлежит Рязанскому наместничеству».

28 февраля 1778 года была учреждена Переяславль-Рязанская губерния, 24 августа того же года она была переименовала в Рязанское наместничество, а спустя 18 лет вновь преобразована в Рязанскую губернию. Гербы и их описания были составлены в то время, когда Рязанская губерния именовалась наместничеством.

Для города Елатьмы в 1781 году, в связи с присоединением его к Тамбовской губернии, был составлен другой вариант герба. Нижняя его часть осталась без изменения («на мачте серебряный парус»), а в верхней части был помещен герб Тамбовской губернии («В лазуревом поле улей и над ним три золотые пчелы»).

Самым древним по происхождению является герб Рязани — воин с мечом или саблей. В таком виде он изображался с первой четверти XVII века до начала XX века. На государственной печати Ивана Грозного (70-е годы XVI века) эмблема Рязани — конь, но это изображение является единичным. Самое раннее описание герба Рязани есть в «Росписи всем государевым печатям 1626 года», там говорится: «Печать Рязанская: человек, а у него в правой руке меч, да под ним земля». Аналогичное описание эмблемы приведено в указе 1666 года об изготовлении большого государева знамени: «Печать Рязанская, на ней человек, стоящий во одежде, под одеждою бронь, в правой руке держит саблю голую, другою рукою держит за ножны». Этим описаниям соответствует изображение герба в «Титулярнике» 1672 года (см. рис. на 4-й стр. обложки). В более поздних источниках XVIII–XIX веков стали называть человека на гербе Рязани князем. Первое такое описание герба помещено в реестре рисунков гербов для полковых знамен 1729 года — «Рязанский: по старому, князь в епанче и шапке, в руке правой меч, а в левой ножны, епанча красная, платье, сапоги и шапка зеленые, шапка же соболевая, поле желтое». Рязанские краеведы считали, что для герба взято конкретное лицо — князь Олег Иванович, но доказательств не приводили. Возможно, появление на гербе Рязани воина с оружием — как символа борьбы с иноземцами объясняется пограничным положением Рязанской земли, постоянно подвергавшейся вражеским набегам.

«Виллис-МБ» (США). Мощность двигателя 60 л. с.; масса в снаряженном состоянии 1020 кг; длина 3,33 м; скорость 104 км/ч.

ГАЗ-67Б (СССР). Эта машина заметно шире «Виллиса-МБ» (1,72 м против 1,58 м) и более устойчива на поворотах. Мощность двигателя 54 л. с.; масса 1375 кг; длина 3,34 м; скорость 90 км/ч.

«Джип-Вэгонир» (США). Сочетает комфортабельный семиместный кузов обычного легкового автомобиля с шасси повышенной проходимости. У этой машины автоматическая трансмиссия, постоянный (неотключаемый) привод на все колеса и самоблокирующий межосевой дифференциал. Мощность двигателя 238 л. с.; масса 1730 кг; длина 4,66 м; скорость 170 км/ч.

В 1940 году инженеры Р. Хоуви и М. Уили продемонстрировали представителям американской автомобильной фирмы «Виллис-Оверланд Моторе Инкорпорейтед» опытный образец легкой открытой армейской машины. Она была очень низкой — ветровое стекло откидывалось на капот, позволяя легко замаскировать машину в кустах. Машина была довольно легкой (около тонны) и годилась для десанта с воздуха. Машина имела привод на все четыре колеса, большой (220 мм) дорожный просвет и 6 передач, благодаря чему отличалась высокой проходимостью. Простой кузов с плоскими панелями без дверей обещал быть дешевым в производстве и ремонте.

Фирма «Виллис» одобрила машину необычной конструкции и приступила к подготовке ее производства. В 1941 году правительство США разместило большие заказы на поставки для армии таких машин. По одним и тем же чертежам три разные фирмы выпускали автомобили «Виллис-МБ», «Бантам-БРК» и «Форд-ГПВ». За годы войны было сделано 634 тысячи машин. Больше всего оказалось «фордов» модели «джи-пи-ви» (английское название по начальным буквам слов «дженерал перпоуз вийкл» — «машина универсального назначения»); солдаты окрестила их джипами.

Новое слово быстро вошло в обиход и превратилось из названия конкретной модели в термин, который ныне применяют к небольшим легковым автомобилям повышенной проходимости.

Следует заметить, что Хоуви и Уили ничего нового не изобрели. Еще в 1921 году на Абердинском полигоне в США проводились испытания опытных образцов машин такого типа. С 1932 года на вооружение вермахта стали поступать «кюбельзитцвагены»— легковые армейские автомобили повышенной проходимости с упрощенным кузовом.

Немало джипов фирмы «Виллис» было и в нашей армии во время Великой Отечественной войны. Эти, в общем неплохие машины, не лишены были недостатков: малая устойчивость на поворотах, потребность в хороших маслах и высокооктановом, дефицитном в военное время бензине. Этих недостатков не было у советских джипов ГАЗ-64 (1941 г.) и ГАЗ-67Б (1943 г.).

Джипы оказались незаменимыми и в народном хозяйстве. В сельской местности, на стройках, в геологоразведке они зарекомендовали себя с самой лучшей стороны. И сегодня эти машины выпускаются в разных странах двумя десятками заводов, имеют постоянный и довольно широкий спрос там, где сельскохозяйственные районы занимают большую площадь и где есть немало обширных, еще недостаточно освоенных территорий.

За четыре десятилетия своего существования джипы претерпели немало изменений. Прежде всего комфортабельней стали кузова. На некоторых моделях брезентовый складной тент, примитивные сиденья и отстегивающиеся брезентовые боковинки уступили место цельнометаллическим кузовам (ВАЗ-2121, «Джип-Вэгонир», «Тойота-Лэндкруизер», «Рэйндж-Ровер») с удобными сиденьями, надежными уплотнениями против дождя, тыл и и грязи, с эффективной вентиляцией и отоплением. Но первоначальные «джиповские изюминки» остались: привод на все колеса, трансмиссия с 6–8 передачами, большой дорожный просвет.

Привод на все колеса стал возможным после того, как в середине тридцатых годов были созданы шариковые шарниры равной угловой скорости. Именно такие шарниры оказались наиболее пригодными для массового производства, и их относительная дешевизна открыла широкие возможности для применения привода не только к задним, но и к передним колесам.

Нередко привод к передним колёсам делали отключаемым. Считалось, что благодаря этому уменьшается износ деталей трансмиссии и расход топлива. Однако последние исследования в СССР и за рубежом показали, что сочетание постоянного привода на все колеса с межосевым блокирующим дифференциалом обеспечивает меньший расход топлива, чем при варианте с отключаемым приводом на передние колеса. Такая новая схема использована, например, в машинах ВАЗ-2121, «Джип-Вэгонир» и других моделях.

Джипу приходится работать в разных дорожных условиях, и ему порой мало четырех передач трансмиссии. Поэтому на многих моделях {ВАЗ-2121, УАЗ-469, «Тойота-Лэндкруизер») позади четырехступенчатой коробки передач устанавливают демультипликатор — двухступенчатую дополнительную коробку передач.

Чтобы успешно преодолевать грязь, песок, снег, нужно обеспечить хорошее сцепление колес с почвой. Для предотвращения буксования колес применяют не только специальные шины с развитыми грунтозацепами, но еще и блокировку дифференциалов. Конечно, это усложняет и удорожает автомобиль, делает его менее надежным. Поэтому блокировка дифференциалов встречается нечасто.

Водителю джипа при езде по бездорожью подчас приходится манипулировать тремя-четырьмя рычагами (коробки передач, демультипликатора, включения привода передних ведущих колес, блокировки дифференциалов). Сейчас конструкторы стремятся упростить управление трансмиссией джипов. Появились модели с самоблокирующими межосевыми дифференциалами (ВАЗ-2121 и «Джип-Вэгонир») и с межколесными («Фольксваген-Ильтис», «Пух-240ГД» и ЛуАЗ-969М), с кнопочным управлением включения привода передних колес («Тойота-Лэндкруизер»). На некоторых американских джипах с мощными двигателями применена комбинация автоматической коробки передач с постоянным приводом на все колеса и с самоблокирующим межосевым дифференциалом. В этом случае водитель может вести машину, не снимая рук с руля. Устройство удобное, но пока еще весьма дорогое.

«Тойота-Лэндкруизер» (Япония) относится к тому же классу больших джипов, что и «Джип-Вэгонир». У этой шестиместной модели 8 передач в трансмиссии и кнопочное включение переднего ведущего моста. Мощность Двигателя 123 л. с.; масса 1920 кг; длина 4,67 м; скорость 135 км/ч.

Более 30 лет выпускается в Англии «Лэнд-Ровер», автомобиль очень простой конструкции с мощной рамой и зависимой рессорной подвеской всех колес. Мощность дизеля 63 л. с. (для карбюраторного двигателя 71 или 87 л. с.); масса 1535–1730 кг; длина 4,44 м; скорость 105–113 км/ч.

УАЗ-469Б (СССР) в 1972 году пришел на смену одному из популярнейших советских джипов, ГАЗ-69, который выпускался 30 лет. От него УАЗ-469Б унаследовал все лучшие качества: высокую проходимость, надежность, выносливость. Мощность двигателя 72 л. с.; масса 1530 кг; длина 4,02 м; скорость 110 км/ч.

«Пух-240ГД» (Австрия). У этой машины восьмиступенчатая трансмиссия, зависимая подвеска колес не на рессорах, а на пружинах, дизельный двигатель и самоблокирующие дифференциалы обоих ведущих мостов. Мощность двигателя 72 л. с.; масса 1700 кг; длина 4,39 м; скорость 12 км/ч.

Один из самых малых современных джипов — ЛуАЗ-969М (СССР). Машина интересна тем, что имеет независимую торсионную подвеску всех колес, очень большой дорожный просвет (280 мм против 220 мм у большинства моделей) и воздушное охлаждение мотора. Мощность двигателя 40 л. с.; масса 960 кг; длина 3,38 м; скорость 90 км/ч..

«Нива» ВАЗ-2121 (СССР) удачно сочетает высокую проходимость и комфортабельность. У нее постоянный привод всех колес и блокируемый межосевой дифференциал. Среди других конструктивных особенностей модели — несущий кузов, независимая подвеска передних колес, восьмиступенчатая трансмиссия. Мощность двигателя 80 л. с.; масса 1150 кг; длина 3,72 м; скорость 130 км/ч.

«Фольксваген-Ильтис» (ФРГ) с самого начала был задуман как армейский джип, поэтому кузов у него простейшей конструкции с минимумом комфорта. Подвеска колес независимая на поперечных рессорах, дифференциалы обоих ведущих мостов блокируются. Мощность двигателя 75 л. с.; масса 1300 кг; длина 3,89 м; скорость 130 км/ч.

Большие преимущества в отношении повышения проходимости имеет независимая подвеска всех колес (ЛуАЗ-969М, «Фольксваген-Ильтис», М151 «ФИАТ-Компаньола», «Штейр-Хафлингер»). Некоторое усложнение конструкции окупается с лихвой, но пока далеко не все заводы пошли на это.

Большинство джипов оснащается карбюраторными двигателями, но за последние годы более широкое признание начинают получать дизели: они работают на более дешевом, чем бензин, топливе и расходуют его на 20–30 процентов меньше. Дизели уже можно встретить на «лэнд-роверах», «тойотах», «пухах».

Лебедки для самовытаскивания, буксирные приборы, средства преодоления водных преград, защита систем питания, электрооборудования, вентиляции двигателя от затопления — все это в основном необходимо для армейских джипов. Наиболее простое и дешевое оборудование — буксирные крюки, гнезда для запасных канистр и фары-искатели — применяется и на многих неармейских джипах.

Большинство моделей джипов традиционно имеют мощную сварную раму, состоящую из штампованных лонжеронов и поперечин. Она прочна, долговечна, но довольно тяжела. В последнее время наметилась тенденция применения несущих кузовов. В шестидесятые годы завод «Форд» (США) начал производство армейского джипа модели М151 длиной 3 м и массой 1135 кг с несущим стальным открытым кузовом. Известны также модели «ФИАТ-Компаньола» (Италия) и ЛуАЗ-969М с открытым несущим кузовом без рамы. При открытом несущем кузове очень трудно обеспечить достаточную жесткость машины на «ручение — сопротивляемость перекосам. Решение задачи значительно упрощается при закрытом кузове.

Современная тенденция в конструировании джипов — комфортабельная машина с закрытым кузовом и относительно мощным двигателем. Именно таковы модели: «Джип-Вэгонир», «Джип-Чероки», «Плимут-Трейл-Дастер», «Интернейшнл-Скаут», «Форд-Бронко», «Шевроле-Блейзер» (США), ВАЗ-2121 (СССР), «Рэйндж-Ровер» (Англия), «Тойота-Лэндкруизер» (Япония).

Машины с открытым кузовом, брезентовым складным верхом выпускают заводы АРО (Румыния), «Гурхель» (Бразилия), «Дайхатсу» (Япония), ЛуАЗ (СССР), «Ниссан» (Япония), «Пух» (Австрия), «Ровер» (Англия), «Судзуки» (Япония), ФИАТ (Италия), УАЗ (СССР), «Фольксваген» (ФРГ).

Джипы, родившиеся из армейских машин, составляют сегодня специфическую и довольно многочисленную категорию легковых автомобилей. Почти все их модели отличаются ярко выраженной индивидуальностью.

Инженер Л. ШУГУРОВ.

Компактную конструкцию для хранения лыж в квартире предлагает В. Куделин (г. Пенза). Приспособление состоит из трех брусков, верхний из них — фигурный. В нем выпиливаются пазы, как показано на рисунке. Ставятся и вынимаются лыжи одним движением.

Из пишущего узла шариковой ручки можно сделать миниатюрные штепсельные разъемы для перезаписи с магнитофона. К латунному узлу-штырьку припаивается провод, после чего нужное количество штырьков укрепляют в резиновой пробке. Советом поделился В. Змиренков (г. Ленинград).

Тем, кому приходится много работать карандашом, пригодится совет конструктора Е. Белых (пос. Малаховка). Он предлагает две половинки карандашей скрепить металлической трубкой. За счет этого продляется срок их службы, кроме того новый карандаш может иметь разную твердость и разную форму заточки концов.

Н. Сенников (пос. Пижма) пишет, что фуганки с нижним расположением ручки (1) гораздо удобнее в работе, чем с верхним (2). Однако в последние годы в продаже можно видеть только фуганки с верхней ручкой. Н. Сенников предлагает дорабатывать их: срезать заднюю часть корпуса и устанавливать ручку на новый, пониженный уровень.

Если в дне пластмассового стакана просверлить несколько отверстий и повесить стакан над раковиной, то получится удобная малогабаритная сушилка для столовых приборов. Советом поделился В. Касаткин (г. Москва).

Удобную купалку для комнатных птиц можно сделать из стеклянной банки емкостью 0,8–1 литр. На банку надевается полиэтиленовая крышка, и в ней делается отверстие для входа птицы. Купалку подвешивают к клетке на проволочных крючках. Советом поделился А. Лясота (г. Караганда).

Устранить течь в кране, переключающем воду в душ или в ванну, можно очень просто самому, пишет Ю. Жданов (г. Москва). Достаточно вывинтить конус крана и покрыть его тонким слоем воска, какой-либо густой смазки или мыла.

* * *

Обрезанную кромку ковровой дорожки не обязательно подшивать, пишет В. Савельев (г. Казань). Достаточно на обратную сторону нанести слой нитроклея для кожи шириной около 1 см.

ОКРАСКА СТЕКЛА

Мы хотим использовать для облицовки стен отходы и бой стекла. Посоветуйте, как окрасить стекло в различные цвета.

И. НАКОНЕЧНЫЙ, Житомирская область

Можно покрасить стекло с внутренней стороны масляными, цементными, силикатными и другими красками, стойкими к щелочи и свету. Это — мумия естественная, марс красный, окись хрома, ультрамарин, умбра натуральная, марс коричневый, сажа, фарблаки (их около 80 наименований всех цветов), охра и другие.

Целесообразно проверить, как воздействует на краску щелочь: два-три грамма краски насыпают в пятипроцентный раствор каустической соды и через три — шесть часов сравнивают цвет краски с цветом раствора.

Окрашенные стекла крепят цементным раствором марки 400 или 500 (1 часть цемента и 2,5–3 части песка). Раствор консистенции сметаны накладывают на поверхность слоем 5–6 миллиметров и прижимают к стене.

Другой способ — окрашивать не стекло, а цементный раствор щелочестойкими пигментами. Для лучшего сцепления с раствором тыльную сторону стеклянных плиток иногда делают шероховатой: обрабатывают ее пескоструйным аппаратом или покрывают слоем горячего битума марки IV толщиной в полтора-два миллиметра и посыпают крупнозернистым песком, подогретым до 60 °C. Такое покрытие бывает черного цвета.

Можно нанести на внутреннюю сторону плиток слой жидкого стекла (плотностью 1,55 г/см²) и посыпать его сухим песком. Это тоже обеспечивает хорошее сцепление с раствором.

В жидкое стекло для подцветки добавляют известковую муку (она придает белизну) или другие уже названные пигменты. Чтобы жидкое стекло скорей затвердело, к раствору добавляют кремнефтористый натрий (15 % от массы жидкого стекла). Такую плитку можно крепить на любых плотных растворах и мастиках.

Кандидат технических наук В. ИВАНОВ

Как известно, деревья способны срастаться друг с другом корнями, стволами или ветвями.

Срастание корнями — явление довольно обычное. Стволами и ветвями деревья соединяются реже.

В Прибайкальской тайге мы встретили два кедра сибирских, растущих в полуметре друг от друга: длинная ветвь толщиной около 12 сантиметров протянулась снизу вверх от толстого ствола к более тонкому.

Стволы обоих деревьев были повреждены, особенно один из них — подрублен и подпилен со всех сторон по окружности. Обычно окольцованное дерево гибнет. Но у этих кедров была нормальная зеленая крона.

Срастание деревьев изучено учеными-лесоводами еще недостаточно. Однако хорошо известно, что повышается выживаемость сросшихся деревьев, так как между ними происходит обмен водой и питательными веществами. Повышается также устойчивость их против ветра.

Есть в этом процессе и отрицательные стороны: например, через сросшиеся органы больное дерево может заразить здоровое.

Кандидат сельскохозяйственных наук М. ШАРЫЙ

Интерполяция — этот редко употребляемый в обиходной речи латинский термин— означает «подновление». Но можно перевести его и более жестко — «подделка».

Исторической науке известно немало интерполяций. Правоведы, изучая кодексы римских юристов, обнаружили в них множество позднейших вставок. Филологи нашли интерполяции в произведениях Гомера, библеисты — в Ветхом и Новом завете.

Причины таких «подновлений» разнообразны. Есть известное число вполне преднамеренных искажений и подделок, цель которых — навязать древнему документу тенденции другого времени и других авторов. Во многих случаях позднейшие вкрапления порождены наивной убежденностью интерполяторов, что в древнем документе что-то записано неправильно или пропущено, своими вставками они хотели поправить дело. Так, например, византийские юристы, внедряя в старые римские кодексы законоположения своего времени, стремились сгладить обнаружившиеся между ними противоречия и несоответствия.

Сходным образом поступали и некоторые писцы. Некий средневековый копиист, переписывая трактат древнегреческого врача Гиппократа, дополнил его медицинскими сведениями своего времени. Нередко писец, встретив на полях переписываемого свитка пометку неведомого читателя, его дополнения или возражения, механически включал и их в новый экземпляр.

Так разнообразно рождались и накапливались эти специфические подделки. В XIX веке, особенно во второй его половине, интерес к интерполяциям особенно вырос. Вырабатывались приемы их распознания, лежащие главным образом в русле историко-критического метода изучения источника. В частности, если в древнем тексте оказывались разделы, рассказывающие о событиях, которые данному автору никак не могли быть известны (например, если это случилось после его смерти), или имевшиеся там оценки противоречили его религиозно-философским и политическим взглядам, или стиль, фразеология и другие языковые черты данного раздела существенно отличались от языка остального произведения и т. п., то такие места обоснованно оценивались как интерполяции.

Однако своего рода «издержками производства» этого объективного, научного историко-критического метода стало его антинаучное ответвление — предвзятое, гипертрофированное недоверие к источнику. Здесь оценки строились не столько на основе конкретных сведений, сколько на довольно субъективных общих умозаключениях, не стесненных какой-либо единой и строгой методикой. И нередко вместе с гиперкритической «водой» выплескивали и «ребенка» — материалы вполне добротные отбрасывались как подделки.

* * *

Сейчас трудно установить, кто первый отнес все ранние свидетельства о первохристианстве к числу интерполяций. Однако во второй половине XIX века такая точка зрения уже получила распространение.

В сочинениях римских авторов Тацита, Плиния Младшего, Светония и еврейского писателя Иосифа Флавия мы находим первые по времени выразительные, хотя и скупые, сведения о первых христианах.

Несмотря на существенные различия в писательской манере, в приемах отбора и компоновки материала, в общеисторическом кругозоре этих авторов, можно указать и на некие объединяющие моменты. Все они жили в I — начале II века нашей эры и, таким образом, были современниками нарождавшегося христианства. Если взять за точку отсчета последние годы правления римского императора Тиберия, (он правил до 37 года нашей эры, и именно на эти годы евангельская традиция относит свои известные истории о Христе), то Иосиф Флавий родился всего несколько лет спустя, Тацит — лет на двадцать позже, Плиний Младший — лет на тридцать, Светоний — примерно через сорок лет после правления Тиберия. И в их трудах обрисована общественно-политическая и духовная панорама эпохи.

До известной степени эта эпоха может быть названа поворотной в том отношении, что в Римском рабовладельческом государстве происходил коренной поворот от республики к империи, к монархии. При этом вырождались и сходили с арены истории старые ценностные ориентиры, старые этико-нравственные и религиозные установки. Утверждались новые общественные отношения, изображавшиеся придворными панегиристами как возврат к золотому веку Сатурна, как воплощение всеобщего счастья и гармонии. Однако для современников в их повседневной реальной жизни все это оборачивалось отнюдь не идиллией.

Два лика эпохи предстают перед читателем в произведениях упомянутых авторов.

С одной стороны — кровавые распри, бесконтрольное самовластие императоров, произвол непомерно разросшейся государственной бюрократии, жестокость законов, массовый террор и рождаемый этим страх и опасение каждого за свою судьбу. Рабство. Стихийное перекраивание сословий, «перетекание» огромных общественных групп в разряд деклассированных люмпенов с их паразитарным девизом: «Хлеба и зрелищ». Низкопоклонство на всех общественных уровнях.

А с другой, парадной, стороны — огромное победоносное государство, сбившее воедино бесчисленные конгломераты народов, празднующее победные триумфы, устраивающее пышные игры и зрелища, строящее бесчисленное множество величественных храмов, дворцов, парков, триумфальных арок, огромные стадионы, многокилометровые акведуки, грандиозность которых не перестает поражать и сейчас, два тысячелетия спустя.

И вот на этом двуедином фоне в пятнадцатой книге своих «Анналов» римский историк Корнелий Тацит впервые вводит христиан. Что же он о них пишет?

В 64 году нашей эры при пятом римском императоре Нероне в столице случился грандиозный пожар, уничтоживший две трети города. Поползли слухи, что Рим подожгли по велению самого императора, давно замыслившего его перестроить. «И вот, — рассказывает Тацит, — Нерон, чтобы побороть слухи, приискал виноватых и предал изощреннейшим казням тех, кто своими мерзостями навлек на себя всеобщую ненависть и кого толпа называла христианами». Затем Тацит вводит лаконичную историческую справку. «Христа, — пишет он, — от имени которого происходит это название, казнил при Тиберии прокуратор Лонтий Пилат. Подавленное на время это зловредное суеверие стало вновь прорываться наружу и не только в Иудее, откуда пошла эта пагуба, но и в Риме…» И далее следует рассказ о чудовищных жестокостях Нерона по отношению к схваченным.

Когда происходили описываемые события, Тациту было 8–9 лет и кое-что он мог помнить сам. Несомненно, об этих событиях знали его старшие современники, свидетельствами которых он пользовался. Помимо этого, Тацит одно время занимал пост наместника провинции Азия, которая была крупным очагом первоначального движения христианства. Все это побуждает внимательно вслушаться в показания Тацита.

Оценка, даваемая им христианам, отрицательная. Римский сановник, принадлежавший к элите, называет возникшее на другой этнокультурной и социальной почве христианство «зловредным суеверием», «пагубой». Он, правда, не одобряет «изощренных жестокостей Нерона, но в «нормальных» репрессиях против них видит общественную необходимость. Сомневаться в подлинно тацитовском характере такой позиции мет оснований.

В этом отрывке хронология, имена — все отвечает историческим фактам. Наконец, язык, стиль, фразеология абзаца о христианах «и в малой степень не отличаются от остальных (разделов книги. Однако, несмотря на это, тацитовское свидетельство оказалось на некоторое время выброшенным из научного оборота, поскольку сторонники гиперкритического направления сочли его христианской подделкой.

Здесь едва ли возможно и целесообразно перебирать все появлявшиеся и исчезавшие доказательства того, что это подделка.

Так, подозрению подверглось само местоположение отрывка в общей композиции «Анналов», поскольку Тацит будто бы должен был поместить его не здесь, в рассказе о правлении Нерона, а раньше, там, где он описывает правление императора Тиберия (при котором христианство зародилось). Подверглось сомнению и встретившееся в тексте выражение «великое множество». Утверждалось, что этот автор не мог бы так написать, ибо число христиан в то время не могло быть значительным. Указывалось также, что высоко стоявший при дворе сановник и писатель, Тацит не стал бы в своем произведении упоминать какого-то второстепенного чиновника императорской администрации, прокуратора маленькой провинции — Понтия Пилата, он-де и знать о нем не мог.

Как известно, преемственность идей и гипотез — важный движитель науки. Но не менее важна и периодическая их «переаттестация». Идея отнести тацитовское свидетельство к разряду подложных и аргументы, приводившиеся в пользу этого, были подвергнуты такой «переаттестации» и не выдержали испытания.

Новые поколения исследователей не приняли аргумента «нелогичности» местоположения отрывка. Он вполне соответствует логике тацитовского рассказа: автор упоминает христиан не самих по себе, а лишь в связи с поджогом Рима при Нероне. Теперь по поводу аргумента о «великом множестве». Ведь мы не знаем, много ли было в Риме христиан или мало. Кроме этой тацитовской фразы, другими свидетельствами для этого времени не располагаем. Аргумент о подложности обесценивается еще и вот почему. Вчитываясь в текст, мы замечаем, что выражение «великое множество» не жестко привязано к Христианам, но может относиться и к числу вообще всех схваченных в связи с поджогом Рима. Столь же произвольно и утверждение, что Тацит не стал бы в своем сочинении упоминать Понтия Пилата. Как можно это знать?

В данной связи хочется напомнить о находке в 1961 году при раскопках Кесарии Иудейской обломка каменной плиты с латинской надписью I века, где упоминается имя Понтия Пилата. В надписи он именуется не прокуратором, как у Тацита, а префектом. И это малое обстоятельство было некоторыми авторами истолковано как новое доказательство подложности тацитовского текста: такой осведомленный автор, утверждали они, не мог бы допустить этой ошибки.

Не вдаваясь в другие вопросы, вызванные находкой, отметим лишь, что указанное разночтение в титуле имеет отношение только к служебной карьере Понтия Пилата (одно время он мог быть прокуратором, другое — префектом) и никак не служит подтверждением идеи подложности отрывка.

Таким образом, в арсенале сторонников интерполяции оказались два взаимоисключающих аргумента. По одному — Тацит не мог знать даже имени Понтия Пилата. По другому — он не мог не знать даже частностей его служебной карьеры. И всего курьезнее, что эти разнонаправленные стрелы имели задачей поразить одну и ту же цель — доверие к тацитовскому свидетельству.

Несостоятельность идеи о подложности отрывка выступает и при общем рассмотрении текста. Например, как объяснить, если приписать этот отрывок христианскому интерполятору, что тот в столь резких, чернящих, даже оскорбительных выражениях характеризует религию, исповедником которой являлся сам? И каким талантливым ученым — лингвистом, текстологом и т. п. — он бы должен быть, чтобы так неотличимо, скрыв «отпечатки пальцев» другого века, подогнать свою фальшивку под остальной авторский текст? На эти вопросы едва ли можно найти ответ.

* * *

Римский историк Светоний написал о первохристианах две фразы. Одна в жизнеописании Нерона. «Наказаны христиане, — говорится там, — приверженцы нового зловредного суеверия». Можно полагать, что здесь идет речь о том же эпизоде, который описан у Тацита, а поскольку его свидетельство было сочтено подделкой, такую же оценку и так же необоснованно получила и эта фраза.

Другая, помещенная автором в перечень деяний императора Клавдия (предшественника Нерона), гласит: «Иудеев, которые по подстрекательству Хреста заводили некие смуты, он (император. — М. К.) изгнал из Рима». Эта фраза долгое время была камнем преткновения для историков, поскольку не было однозначного ответа, кто этот «Хрест» (латинское «Хреотус») — христианский ли Христос, имя которого здесь искажено, или неведомый нам персонаж, именовавшийся Хрестом — именем весьма распространенным в то время в греко-римском мире. Сторонники мифологической школы держались как раз этого последнего мнения.

Сейчас, после многих десятилетий научных дискуссий, вопрос этот можно считать решенным. Известный советский исследователь И. М. Тронский на основе лингвистического анализа показал, что светониевское написание — это закономерный результат передачи греческих звуков в народно-разговорной латыни, это латинская калька греческого «Христос».

Так и Светоний выпал из обоймы аргументов гиперкритики, и тезис сторонников мифологической школы о «молчании века» (о том, что будто бы все христианские писатели, современники зарождения новой религии, ничего не говорят о христианах) стал еще более уязвимым.

К разряду интерполяций было отнесено также известное письмо Плиния Младшего. Римский писатель, придворный, аристократ одно время он был проконсулом восточной провинции Вифиния и в этой должности вел обширную деловую переписку с императором Траяном. До «нас дошли эти письма и среди них одно, посвященное судебному дознанию относительно вифинских христиан.

Как можно понять из письма, был какой-то анонимный донос. В ходе следствия список обвиняемых сильно разросся. Среди них оказались и люди «нежного», как пишет Плиний, возраста и взрослые мужчины и женщины, рабы и свободные, в их числе и такие, которые обладали правом римского гражданства. Разбирательство велось сообразно правовому статусу каждого. Рабов допрашивали под пыткой, «безумцев». из тех, что обладали правом римского гражданства, Плиний отправлял для суда в Рим, а упорствующих из местных жителей казнил своей властью, отрекшихся отпускал. «Они утверждали, — пишет Плиний, — что вся их вина или заблуждение состояли в том, что они обычно, по определенным дням собирались до рассвета, воспевали, чередуясь, Христа, как бога… После этого они обыкновенно расходились и приходили опять для принятия пищи обыкновенной и невинной… Тем более счел я необходимым под пыткой допросить двух рабынь, назвавшихся прислужницами, что здесь было правдой, и не обнаружил ничего, кроме безмерно уродливого суеверия… Зараза этого суеверия прошла не только по городам, но и по деревням и поместьям, но, кажется, ее можно остановить и помочь делу».

Это письмо впервые в нехристианской литературе дает нам сведения о социальном лице раннехристианских общин рубежа I–II веков, о некоторых сторонах их общественного бытия, организации, о психологическом настрое.

Из ранних, «темных веков» христианства высвечиваются контуры некоего острого жизненного конфликта, в котором обстоятельства схлестнули разных по полу, возрасту, общественному положению людей — от рафинированного римского интеллектуала и государственного чиновника Плиния Младшего до безымянных рабынь.

Обращает на себя внимание свидетельство Плиния о «множестве» людей разного звания, не только в городах, но и о деревнях, подверженных «заразе этого суеверия». Едва ли здесь можно усматривать преувеличение, поскольку письма к Траяну в отличие от других писем Плиния носят деловой и практический характер — государственный чиновник ждет конкретных директив. В одном месте автор письма дает рецепт, «сак лечить недуг: реставрация — старых, приходящих в упадок античных культов и определенный либерализм по отношению к колеблющимся христианам.

Ответ императора (который тоже сохранился) показывает, что в то время еще не было сколько-нибудь оформившейся государственной политики в отношении новой религии. Он пишет, что выискивать христиан незачем; но если поступит донос — наказывать; раскаявшихся помиловать. Рим в то время был веротерпим, христиане вызывали подозрение властей прежде всего как тайные общества, неведомо что замышлявшие. В обстановке брожения, переворотов, противоправительственных заговоров власти подозрительно относились к таким организациям и запрещали их. С другой стороны, во мнении общества, христианство было «безмерно уродливым, — по фразеологии упомянутых авторов, — суеверием». Для античной общественной мысли были странны постулаты об униженном боге, о спасении через страдания и т. п. И это обстоятельство, а также тайный, «катакомбный» характер отправления культа порождали разные слухи и небылицы.

До нас дошло около ста посланий Плиния к Траяну и ответов на них. Таким образом, письма о христианах есть с чем сравнивать. И вот сопоставление лексики письма, фразеологии, грамматического строя, тональности и других составляющих его элементов с остальными письмами показывает, что оно органически принадлежит этой группе. Равно как и ответ Траяна.

На чем же строилась версия о его подложности? Приходится констатировать, что и эти аргументы по природе своей сходны с уже приводившимися. Каждая фраза письма подверглась крайне пристрастному просеиванию сквозь пресловутое сито логики, последовательности.

Нетрудно заметить, что такой подход открывает путь для бесконтрольно-субъективистских оценок. Ибо не существует вневременных и внеличностных эталонов эти у понятий, одинаковых и для древнего автора и для современного критика.

«Нелогичность», «непоследовательность» письма усматривались в том, что в нем «нагромождено» подозрительно много фактов, что есть экскурсы в прошлое, что наместник провинции — сам знаток судебной практики — не стал бы обращаться к императору с таким вопросом, что письмо по своему сюжету стоит одиноко среди других, что в нем есть фразы, которые будто бы выдают тайные намерения автора реабилитировать христиан.

Из всего этого делался тот надуманный вывод, что автором письма был некий христианский интерполятор, укрывшийся под именем Плиния, но он жил настолько позже, что уже смутно представлял себе эпоху, которую описывал.

* * *

Шли годы, и гиперкритика после пережитого ею «бума» стала все больше обнаруживать себя как тупиковое направление, как преграда в познании подлинных реальных событий прошлого. Разрастался поток историко-археологических открытий, разрабатывались все более тонкие методики конкретного анализа, и старое направление постепенно заглохло. В новых крупных работах и зарубежных и отечественных авторов, например, в послевоенных советских академических изданиях трудов Тацита, Плиния Младшего, Светония вопрос о подложности рассмотренных текстов уже полностью снят.

Однако один исторический источник этого же хронологического ряда, свидетельство Иосифа Флавия, оценивался по-прежнему как чистая интерполяция, как совершенно чуждый абзац, вставленный в книгу Флавия позднейшим христианским сочинителем. И следует подчеркнуть, что к этому были серьезные основания.

В дошедшей до нас греческой редакции XVIII книги Иосифа Флавия «Иудейские древности»» есть такой абзац: «В это время жил Иисус, человек мудрый, если его вообще можно назвать человеком. Он совершал чудесные дела и был учителем людей, жадно воспринимающих истину. Он привлек к себе многих иудеев и многих эллинов. Он был Мессией (Христос. — М. К.). И когда Пилат по обвинению наших первенствующих лиц приговорил его к распятию, те, кто с самого начала возлюбили его, остались ему верны. На третий день он явился им снова живой, как о том и о многих, других чудесных его деяниях предвозвестили боговдохновенные пророки. И род христиан, получивших от него свое имя, существует и по сей день».

Нетрудно заметить, что Иосиф Флавий, не христианин, примкнувший в свое время к секте фарисеев — ярых оппонентов Иисуса, отрицавших его мессианскую сущность, — этот Иосиф Флавий не мог о нем написать «он был Мессией».

Не мог он это сделать и по соображениям политическим, ибо в другой своей работе Флавий Мессией называл своего покровителя, римского императора Веспасиана.

Не мог он провозглашать и воскресение Иисуса, ибо как раз фарисеи выдвинули версию (отзвуки которой и поныне сохранились в евангелиях), что исчезновение тела казненного Иисуса Христа объясняется не его воскресением, а тем, что его выкрали приверженцы.

Таким образом, этот фрагмент довольно единодушно признавался чужеродной вставкой, сфабрикованной самими христианами в начале IV века.

Правда, некоторые историки христианства (в их числе и автор этой статьи) склонялись к предположению, что здесь не чистая интерполяция. Что здесь не абсолютно новый по сюжету абзац, а скорее всего видоизмененная, христианизированная редакция первоначального флавинского текста. Такое предположение базировалось на некоторых исследованиях дошедшего до нас текста, а также на том, что раннехристианский писатель Ориген (первая половина III века), очевидно, держал в руках другую редакцию текста Флавия. Ориген дважды заявляет в своих сочинениях, что Иосиф Флавий не считал Иисуса Христом, то есть Мессией.

* * *

Здесь наше повествование пересекается важным открытием, которое только в последние годы стало входить в научный оборот, хотя сделано оно было еще в начале века.

Около ста лет назад российский арабист В. Розен обнаружил во флорентийской библиотеке св. Лаврентия список (копию) рукописи, на которой арабскими письменами было начертано: «Вторая часть истории Махбуба, сына Константина ал Манбиджа, епископа города Манбиджа». И далее сообщалось, что данную копию списал «для себя» некий Саид, сын Абу-ал-Бедра Иоанна, сына Абу-ал-Месиха».

Арабское имя Махбуб эквивалентно греческому имени Агапий, и найденное произведение вошло в науку как сочинение Агапия.

Спустя два десятилетия флорентийской рукописью заинтересовался другой арабист, А. Васильев. В 1902 году он обнаружил в библиотеке св. Екатерины на Синае недостававшую первую часть рукописи. Так к ученым попало сочинение совершенно забытого в исторической литературе автора X века, епископа города Манбиджа на Евфрате, грека по происхождению — Агапия.

Сочинение заключало в себе всемирную историю от «начала создания», от Адама до дней самого автора. Конец рукописи, впрочем, утрачен.

Труд Агапия, интересный и сам по себе, имеет особую ценность еще и потому, что автор вкомпоновал в свое сочинение немало извлечений из древних источников, и из тех, которые дошли до нас, и из тех, что ныне потеряны. Например, он пользуется и известной нам греческой редакцией ветхозаветной части Библии (Септуагинтой), пользуется и каким-то неведомым «сокращенным» пятикнижием на еврейском и сирийском языках. Цитирует известные произведения античных философов и какую-то неизвестную нам греческую хронику. Привлекает он и евангелия, и сочинения некоторых раннехристианских апологетов — Евсевия, Юлия Африкана, и работы позднейших авторов, например, Теофила бар Тома, высокоэрудированного астролога VIII века. Его сочинение, не дошедшее до нас, Агапий, по-видимому, особенно широко использовал.

Так, «со многим старанием… и великим изнурением», как признается сам Агапий, он составил свой труд. Среди вошедших в этот труд извлечений оказалось и интересующее нас свидетельство об Иисусе Христе.

В 1912 году флорентийская рукопись была издана А. Васильевым в Париже на арабском и французском языках. В примечании издатель верно отождествил агапиевскую цитату с текстом из XVIII книги «Иудейских древностей» Иосифа Флавия. Спустя сорок с лишним лет эта публикация была переиздана в Лувене. Но ни первый, ни второй издатель не заметили того, что между известным до сих пор текстом из XVIII книги Флавия и тем, который приведен у Агапия, при общем сюжетном, композиционном, фразеологическом сходстве существуют поразительные несоответствия. Прошло еще полтора десятилетия, прежде чем эти несоответствия были наконец замечены. В специальной монографии, опубликованной в 1971 году на английском языке, исследователь Ш. Пинес провел необходимые текстологические сопоставления и сделал первые выводы.

В русском переводе с арабского текст Агапия читается так: «В это время жил мудрый человек, которого звали Иисус. Весь его образ жизни был безупречен, и он был известен своей добродетельностью, и многие люди среди иудеев и других народов стали его учениками. Пилат осудил его на распятие и на смерть. Но те, кто стали его учениками, не отказались от его учения. Они рассказывали, что он явился им через три дня после распятия и что он был живым. И считают, что он был Мессия, о котором пророки предрекали чудеса».

В начале и в конце отрывка указывается, что так повествует об этом Иосиф иудей (Иосиф Флавий. — М. К.).

Сравнивая этот отрывок из арабской рукописи с тем, который мы приводили раньше, нельзя не заметить, что перед нами тот же самый текст, но в другой, нехристианизированной редакции. Так, Иисус в арабском тексте (в отличие от общеизвестного греческого) не бог, а человек, учитель. На его божественную природу нет и намека. Не упоминаются и иудейские старейшины в качестве обвинителей. О воскресении Иисуса говорится не как о достоверном факте (как там), а лишь как о молве, значительно обесцениваемой указанием на то, что она исходит от его же учеников. Сдержанно и неопределенно упоминается о его мессианстве: «…считают, что он был Мессия…». Это не удостоверяемый Флавием факт, а молва, слух.

Автор явно стремится выглядеть объективным. Он не приверженец этого учения, но он и не очерняет его, как, например, Тацит и его римские коллеги. Он сообщает, что говорят, и ясно отделяет это от того, что ему известно достоверно. А известно ему прежде всего, что у истоков движения, которое впоследствии получило наименование христианства, стоял проповедник, учитель, человек по имени Иисус, которого Пилат осудил на распятие.

В такой редакции этот абзац не вступает в противоречие с политическими привязанностями и религиозной принадлежностью Иосифа Флавия, и не остается никаких доводов для того, чтобы считать его подложным.

Так вошла в мир эта удивительная находка, распутавшая многосложный клубок оценок, мнений, гипотез, накопившихся за столетия существования проблемы. Вероятно, текст, который мы находим у Агапия, — это перевод с перевода. Агапий держал в руках не непосредственно начальную, не дошедшую до нас греческую редакцию флавианского текста, а один из его переводов (например, сирийский, как полагает Ш. Пинес) и уже с него сделал свой.

Такая многоступенчатость, наверное, как это часто бывает при переводах, сместила строй слов, но не содержание. Оно так и осталось нехристианизированным. А то обстоятельство, что этот арабский текст дошел до нас через Агапия, создает ему дополнительное «алиби»: христианский епископ не стал бы, конечно, искажать текст в ущерб христианским постулатам, и, следовательно, таким он был изначально.

Итак, и этот литературный источник, оказавшийся для историков христианства трудным и крепким орешком, показал себя орешком тоже не пустым. Как это теперь, в свете упомянутого открытия, определилось, Иосиф Флавий, ближайший современник зарождавшегося христианства, был осведомлен об этом движении и писал о нем.

* * *

Мы уже упоминали о тезисе мифологической школы относительно «молчания века». В этой формуле заключалось утверждение, что век, к которому христианская традиция относит появление этой религии, ничего об этом не слышал и не знал. Литература того времени будто бы молчит о христианстве. При этом свидетельства нехристианских писателей — Тацита, Светония, Плиния и Иосифа Флавия — отбрасывались как интерполяции, а большая группа христианских произведений — как безоговорочно не заслуживающая доверия, поскольку их писали сами приверженцы этой религии.

Со ссылкой на тезис о «молчании века» строились различные гипотезы. Например, утверждение, что христианство и его литература возникли не в I веке н. э., как свидетельствует традиция, а на столетие позже; что эта религия зародилась — не в Палестине, а в Александрии Египетской и Риме; что евангельские сказания не мифологизированные отображения историко — социальных ситуаций и психологического настроя определенных сообществ, а являются своего рода «калькой «звездного неба», то есть порождены видом и положением на небосклоне светил и звезд в разное время года, что персонажи Нового завета сплошь вымышлены. Получалось, что у истоков христианства вообще нет никаких исторически фиксируемых личностей и никаких реальных событий.

Можно сказать, что сейчас такие концепции преодолены или преодолеваются. Их несоответствие реальным фактам все явственнее проступает наружу.

Ф. Энгельс в своих работах по истории раннего христианства, в частности в большой статье «К истории первоначального христианства», написанной в 1894 году, заострил внимание на том, что возникновение этой новой религии было закономерным историческим процессом, обусловленным самим ходом общественного развития этого региона. Возникновение христианства в конечном счете определяется всей суммой жизнедеятельности определенных сообществ, в которых эта религия складывалась. Ее постулаты, молитвословия, обряды, священные книги порождены не трансцендентным началом, не сверхприродным «божьим глаголом», но произрастают из самого земного бытия. В них отражаются многие стороны повседневной реальной жизни — надежды, опасения людей, потребность в возмездии, воздаянии, раздумья о добре и зле, смерти и бессмертии, прошлом и будущем и т. д.

Другое дело, что отражения эти не адекватны действительности. Они искажены. Они преломлены сквозь призму религиозного сознания, где мифическое и историческое, иллюзорное и действительное пронизывают друг друга, придавая событиям и явлениям неузнаваемый, мистический, призрачный облик. И задача исследователя состоит не в том, чтобы все отбросить, а в том, чтобы с помощью научных методов выявить и распознать те зерна исторической действительности, которые здесь заключены.

Удивительные археологические находки и открытия последних (трех десятилетий явились новым подтверждением правильности научно-атеистической интерпретации евангельских сказаний и персонажей. Сказания о божественной сущности Иисуса, о его воскресении, вознесении и других чудесах, которыми переполнены книги Нового завета, предстают как безусловные мифы, складывавшиеся (как это было и в других религиях) самими людьми, в среде которых в первом веке новой эры формировалось христианство.

Из 40 конкурсных заданий 35 взяты из сыгранных партий и 5 — из шахматной композиции (3 задачи, 2 этюда).

В ответах приводятся продолжения, случившиеся в партиях. Участникам, нашедшим иные пути, ведущие к выигрышу, и указавшим при этом вариант в соответствии с темой очередного занятия, решения засчитываются в полном объеме.

№ 1. Пак-Пятов (1970 г.).

1. f5! ef (угрожало 2. f6; если 1…Лg8, то 2. fg fg 3. Лf7) 2. Л:f5! Сс5 (2… gf 3. C:f5). 3. Kph1. Черные сдались (3…C: еЗ 4. Ф:f8х).

В игре участвуют двое. Играют на специальной доске (см. снимок). Доска разделена симметрично на две половины, на каждой из которых по девять лунок и по одному большому поперечному углублению, называемому котлом. В каждой лунке в исходной позиции лежит по девять шариков, в котел по ходу игры складываются выигранные шарики.

Играть можно и не на доске — нужно лишь как-то обозначить лунки и котел: начертить на бумаге, вырыть в земле. Доска, представленная снимком, удобна тем, что сразу видно, четное или нечетное число шариков лежит в той или иной лунке (это важно для успешного ведения игры). Шариками могут послужить и камешки и спички.

Партия в тогуз-кумалак представляет собой серию чередующихся ходов белых и черных. Ход заключается в том, что игрок берет шарики из любой своей лунки и распределяет их по одному, начиная с этой лунки, сначала по своим лункам слева направо, затем, если шарики не исчерпаны, по лункам противника справа налево, затем, если шарики не исчерпаны и на сей раз, вновь по своим лункам слева направо и так далее. Таким образом, лунки обходятся против часовой стрелки независимо от их цвета.

Исключение: в процессе игры в той или иной лунке может оказаться всего один шарик; в этом случае по желанию игрока ход может делаться из этой лунки, то есть шарик перекладывается в соседнюю справа лунку.

Если последний шарик попадает в какую-нибудь лунку противника и при этом количество шариков в ней становится четным, то игрок, сделавший ход, забирает все шарики из этой лунки и кладет в свой котел. Так после первого хода белых из 7-й лунки складывается такая позиция:

Следующий ход делают черные — скажем, из 5-й лунки:

Если при раскладке окажется, что последний шарик попал в лунку противника и количество шариков в ней стало нечетным или же он попал в любую лунку своего цвета, то ход считается без выигрыша. Так будет, например, после второго хода белых из 9-й лунки.

Если в процессе игры в какой-то (но только не в девятой!) лунке противника окажутся два шарика и последний шарик при раскладке попадает в такую лунку, то в этом случае игрок, сделавший ход, забирает все три шарика из этой лунки в свой котел, и этой лунке до конца игры присваивается особое наименование: «туздык». Обозначить ее можно, например, бросив в нее клочок бумаги. В последующем все шарики, попадающие в эту лунку, независимо от того, чей ход, забираются в котел того игрока, кто объявил ее своим туздыком. Каждый из игроков имеет право объявить только один туздык на стороне противника. Туздыки противников не должны иметь одинаковый номер.

Если в процессе игры у кого-то из игроков все лунки окажутся пустыми и ход за ним, то в том случае игра считается законченной, а шарики, оставшиеся в лунках, забираются противником в свой котел, после чего каждый подсчитывает свои шарики.

Выигравшим считается тот, кто набрал в свой котел более 81 шарика (то есть более половины их общего количества). Партия считается окончившейся вничью, если каждый противник набрал по 81 шарику.

РАСЧЕТ ХОДОВ

Чтобы удачно вести игру, важно уметь рассчитывать номер лунки, в которую попадает последний из раскладываемых шариков при своем ходе и ходе противника. Для этого удобен такой прием: сложить номер лунки, из которой делается ход, и количество шариков в ней, а затем из этой суммы:

вычесть единицу, если сумма не превышает десятки (последний шарик попадает при этом в свою лунку, правило неприменимо лишь при ходе из девятой лунки с одним шариком);

вычесть 10, если сумма больше десяти (последний шарик попадает при этом в лунку противника);

вычесть 19, если сумма больше девятнадцати (последний шарик попадает в свою лунку);

вычесть 28, если сумма больше двадцати восьми (последний шарик попадает в лунку противника), и так далее. Критические числа, набранные жирным шрифтом, как легко сообразить, отличаются друг от друга на девятку.

Правильный расчет ходов позволяет умело вести позиционную борьбу — создавать угрозы противнику и защищаться от его угроз, строить ловушки и проводить выгодные жертвы… В подобных комбинациях преследуются в основном такие цели: выигрыш возможно большего количества шариков; выигрыш туздыка; завоевание позиционного преимущества.

Рассмотрим некоторые характерные приемы игры в тогуз-кумалак. Запись ходов ведется так, что сначала отмечается номер лунки, намеченной к ходу, и рядом пишется количество шариков в ней; затем через тире указывается номер лунки, в которую попал последний из распределяемых шариков, и рядом — получившееся в результате количество шариков в ней. Например, запись «513–813» означает, что ход сделан из пятой лунки с тринадцатью шариками, а последний из распределяемых шариков попал в восьмую лунку и количество шариков в ней стало равным тринадцати. Цвет лунки, в которую попал последний шарик, в такой записи не указывается, но это нетрудно понять из контекста записи всей партии в целом. При записи хода, в результате которого выигрываются шарики, вместо тире ставится двоеточие. Такой ход принято называть ударным в отличие от остальных ходов, называемых тихими. Ход, при котором объявляется туздык, отмечается крестиком после записи хода; крестиком же на диаграмме отмечается лунка, объявленная туздыком.

Момент матча в тогуз-кумалак между спортсменами Казахстана и Киргизии. Слева — О. Космокулов (Киргизия), справа — У. Жылкишиев (Казахстан).

СВЯЗКА

Чем большей свободой маневров обладает один из партнеров, тем более в выгодном положении он находится. Поэтому необходимо стремиться медленно, ход за ходом так стеснить противника, чтобы ему оставалось возможно меньше ходов, при которых он не попадает под удар неприятеля.

Рассмотрим для примера такую партию:

1. 79:610 79:610 2. 910–911 911-112 3. 61–73 61-73 4. 411:512 811:94 5. 312–511! Возникла позиция:

Левый фланг черных прочно связан. Им нельзя ходить из первой и второй, третьей и четвертой лунок из-за возможного ответа 5. 213:53 X с выигрышем туздыка. Черные ошибочно сыграли 4… 92-113? Следовало 4… 51–61, чтобы избавиться от связки. Пока черные не предпринимают мер по ее развязыванию, белые стремительно нападают на связанные шарики.

5. 76:314 91:114 6. 92:116 51–61. Попытка освободиться от связки, но уже поздно. 7. 212:414. Теперь белые имеют все основания выиграть партию.

Еще один пример. Ход черных:

Материальные силы обеих сторон примерно равны, за исключением того, что у черных в восьмой лунке находится 19 шариков. Прибавив к этим шарикам еще два, черные могут добиться позиционного преимущества. При ходе из восьмой лунки с 21 шариком последний из распределяемых шариков попадает в первую лунку противника. Это является в дальнейшем предпосылкой для выигрыша туздыка. Черные, сыграв 1… 63—820, хотят использовать этот временный, но вполне реальный перевес, одновременно уводя из-под удара шарики, находящиеся в шестой лунке. Этот на первый взгляд очевидный ход был преждевременным. Белые своим малозаметным ударным ходом 2. 214:62! получают значительное позиционное преимущество. После этого хода позиция черных очень стеснена (вторая, третья и восьмая лунки черных связаны).

У черных нет хорошего хода. Не годится 2… 12–22 из-за 3. 75:23Х. Получив туздык, белые легко выигрывают. Если 2… 21–39, то 3. 94:310 21–31 4. 91:14; у белых явное преимущество. При 3… 820-92 решает 4. 82–93 14-43 5. 76:33Х. У черных имеются и другие ответы, но они не меняют дела.

ВЫИГРЫШ ТУЗДЫКА

Сила туздыка заключается не только в том, что он увеличивает общее количество выигрываемых шариков. Туздык силен и тем, что резко сокращает общее число максимально возможных ходов противника. Туздык является как бы клином, вбитым в расположение сил противника и нарушающим взаимодействие его шариков.

Туздык нередко стремятся выиграть жертвой шариков. Возникает вопрос: за сколько шариков не жаль приобрести туздык? Разумеется, ценность туздыка не постоянна. Многое зависит от позиции, от взаимного расположения туздыков на доске, от того, в какой фазе игры выигран туздык, и т. д. Ценность туздыка повышается по мере приближения партии к окончанию, когда на доске остается незначительное количество шариков. Все же многолетняя практика выработала определенные средние соотношения в сравнительной ценности туздыка и количеством взамен отданных шариков. Если есть возможность объявить туздык ценой жертвы 20–30 шариков, то на это стоит идти. Эта оценка весьма условна, так как многие позиции с туздыком могут подвергнуться иным соизмерениям.

Заметим, что в большинстве партий окончательный исход сражения решается после того, как на доске появляются туздыки. Однако, стремясь выиграть туздык или накопить побольше шариков, следует помнить, что это не единственный путь к победе. Очень многое значит и умелая позиционная борьба, с помощью которой Опытные игроки часто обыгрывают начинающих, думающих лишь о непосредственных приобретениях.

Рассмотрим, как протекала борьба белых за туздык в следующей выигрышной для черных позиции (ход черных):

Белым трудно заметить мотив комбинации на туздык. Но вот черные делают ход 1… 81–92. Ход естественный, позволяющий избавиться от неприятной связки. В ответ немедленно следует жертва: 2. 27–89! 59:48? 3. 613:94. Решающий удар. 3… 82–91. Вынужденный ход. 4. 312:53Х. Вся борьба у противников впереди, но шансы сторон уже равны. Если 3… 52–63, то 4. 810:83Х с позиционным преимуществом белых.

ОКОНЧАНИЕ ИГРЫ

В процессе борьбы силы сторон постепенно истощаются, и игра переходит в последнюю, решающую стадию — окончание.

В этой стадии ведение игры даже в простых позициях требует большой точности. Один неправильный ход может привести к проигрышу.

Рассмотрим позицию (ход белых):

По своей структуре позиция черных выглядит явно предпочтительней. Дело в том, что на стороне черных количественный перевес шариков и в котле и в лунках.

Партия продолжалась так:

1. 72-811 Лучший, наверняка заранее рассчитанный ход. При любом другом ходе лунки белых опустели бы раньше, чем у черных, и те забрали бы оставшиеся шарики. 1. …72–82! 2. 63–82! 82–93! 3. 52–62!! Своевременный ход. При любом другом ходе лунки белых опять-таки опустели бы раньше, чем лунки черных. 3… 81–94? Необдуманный ход; черные потеряли преимущество, показали, что не умеют разыгрывать конец партии. Белые смогут теперь, расчетливо выбирая ходы, добиться ничейного исхода. 4. 33–52 71-81. Черным нельзя играть. 4… 94:32, так как это ведет к проигрышу.

5. 82–91 81-95 6. 72–82 27-81 7. 62–72 81-96 8. 52–62 71-81 9. 82–92 81-97 10. 72–82! 97:63Х.

Вынужденное взятие. Если черные не примут этого дара, сыграв, скажем, 10… 61–71, то белые могут сыграть 11. 62–72, а после этого без труда выиграть партию. Далее партия продолжалась: 11. 11–22 61-71 12. 42–53 71-81 13. 41–54 81–92 14. 32–41 51-61 15. 31–42 61-71 16. 22–31 71-81 17. 21–32 81-93 18. 82–93 21-32 19. 54–82 32-42 20. 42–52 42-51 21. 41–53 51–61 22. 32–41 61-71 23. 31–42 71-81 24. 82–94 81-94 25. 72–82 41-51 26. 53–72 51-61 27. 82–95 61–71 28. 72–82 71-81 29. 42–52 81-95 30. 41–53 31-41 31. 82–96 41-51 32. 81–97 51-61 33. 71–81 61-71 34. 91–98! 71–81 35. 53–71! 81–96 36. 51-6X1 96–51 37. 11–21 91-11. Белые переносят оставшиеся шарики в свой котел. Ничья.

В «стране хобби» поражают контрасты — авиационный инженер собрал громадную коллекцию жуков, а металлург интересуется северо-американскими индейцами. Но часто увлечение является и продолжением основной профессии, одной наиболее разрабатываемой ее ветвью. Знакомство с Л. И. Антроповым — тому подтверждение.

Леонид Иванович — архитектор по образованию. Почти всю свою трудовую жизнь он отдал реставрации древнерусских памятников архитектуры. А основным строительным материалом каменных построек на Руси в продолжение многих веков был, как известно, кирпич. И вот уже свыше двадцати лет Антропов коллекционирует кирпичи.

Интерес к ним у собирателя далеко не праздный. Ведь определив время изготовления кирпича, можно тем самым с большой точностью датировать и время постройки того или иного сооружения, что совсем немаловажно для историков.

Всего в коллекции архитектора свыше 500 кирпичей. Прежде всего бросается в глаза заметное отличие их в форме и размерах. Обращают на себя внимание тонкие, в палец толщиной, квадратные плиты. Это так называемые «плинфы», известные с XI–XII веков, с начала каменного строения на Руси. По размеру плит, по цвету обожженной глины, а следовательно, ее составу можно уже приблизительно определить их возраст.

В XV веке, когда в Москве развернулось каменное строительство, появился кирпич в виде прямоугольного бруска, уже похожий на современный. Кирпича требовалось много, поэтому в разных районах столицы для его изготовления были учреждены так называемые «кирпичные сараи». Размеры кирпичей довольно заметно колебались в зависимости от вкусов заводчиков и заказчиков, от типа постройки, от способа изготовления. На ответственные сооружения шел крупный «государев большой кирпич», раза в два с половиной тяжелее нашего современного. Из подобного кирпича выложены стены Московского кремля. Делали и маленькие кирпичи, они шли, в частности, для выкладки печей.

Разумеется, кирпичи можно отличить не только по размерам и весу. Каждый завод, частный или государственный, метил свою продукцию особыми клеймами. По ним можно достаточно достоверно датировать кирпичи и сооружения из них. Клейм существует великое множество — тут и отдельные буквы, и различные символы в виде зверей, растений и т. д., и фамилии владельцев заводов. Так, Хамовнические заводы ставили на кирпичах клеймо «X», а «Государевы каменные сараи» царя Алексея Михайловича — изображение двуглавого орла. Важность правильного «прочтения» кирпича можно проиллюстрировать следующим примером.

Уголок экспозиции музея русской архитектуры имени Щусева.

Некоторые реставраторы обратили внимание на то, что башни Новодевичьего и Донского монастырей представляют собой как бы смешение двух стилей, двух эпох. Нижние части башен— простые, строгие, верхние же оживлены различными деталями, зубчатыми окончаниями и т. д. В связи с этим было высказано предположение, что верхние части башен более позднего происхождения, они выстроены взамен старых, обветшавших. И поэтому предлагались даже проекты реставрации башен до первоначального состояния — попросту сломать верхние «архитектурные излишества». Л. И. Антропов, исследовав кладку стен, обнаружил, что башни сверху донизу выложены из кирпича с одним и тем же клеймом «Н» — это знак Полевых заводов XVII столетия. Таким образом, он доказал, что все башни строились в одно и то же время и оснований для их исправления нет.

Для укрепления крупных зданий внутрь кирпичной кладки вставлялись металлические связи. Часто на них наряду с заводским клеймом ставили еще и год изготовления. В сочетании с кирпичами такие связи позволяют датировать постройку еще точнее.

Пустотелый кирпич из здания Воспитательного дома. Москва, XVIII век (слева). Справа — плоские кирпичи плинфы из памятников архитектуры Смоленска и Витебска. XII век.

В начале XIX века, особенно после пожара 1812 года, в Москве с новой силой развернулось каменное строительство. Тут уместно привести любопытный факт, связанный с женитьбой А. С. Пушкина. Некоторые специалисты вдруг засомневались в том, что поэт венчался в церкви Большого Вознесения, что у Никитских ворот. По найденным документам выходило, что церковь эта построена в 1848 году, то есть через 11 лет после гибели Пушкина. Антропов, исследуя здание, обратил внимание на клейма кирпичей и установил, что в действительности церковь построена еще в конце XVIII века, а архитектор А. П. Григорьев (о нем и говорили сохранившиеся документы) в 1848 году лишь перестраивал храм, пострадавший в московском пожаре 1812 года.

В 40-е годы прошлого века на размеры кирпича особым указом был установлен стандарт. Примерно таких размеров кирпич и дошел до наших дней. Но многочисленные заводы продолжали клеймить его разнообразными клеймами. Мечта Антропова — создать каталог кирпичных клейм. Он во многом помог бы реставраторам в их работе.

Наряду с обычными брусками в коллекции архитектора имеются и нестандартные экземпляры, например, большой пустотелый кирпич двухсотлетней давности. Его Антропов принес домой во время реставрации Воспитательного дома, расположенного на набережной реки Москвы. Пустотелый кирпич обладает определенными преимуществами — он и легок и требует меньше материала, да и воздух, заключенный внутри, является хорошим теплоизолятором. Правда, в те времена изготовление его обходилось дорого, и он не получил распространения. Теперь же различные модификации подобных кирпичей широко применяются в строительстве.

Сейчас разросшаяся коллекция (кстати, вес ее превысил полторы тонны) нашла свое место в Донском монастыре — филиале музея русской архитектуры имени А. В. Щусева. Антропов вместе с научным сотрудником музея М. В. Ковалевой постоянно совершенствуют экспозицию. Ее изучают и студенты и реставраторы. Старый кирпич продолжает свою службу.

Книг о растениях сейчас выходит немало, и это неудивительно — интерес к природе растет. Вот и еще одна, изданная в 1978 году в городе Горно-Алтайске. Название ее — «Полезные растения горного Алтая». Адресована она специалистам, тем, кто изучает лекарственные растения, занимается их заготовкой, переработкой и использованием. Но основная мысль научной части книги обращена ко всем и к каждому из нас, как постоянно, из года в год не уменьшать бездумным собирательством, а увеличивать биологические запасы ценнейших лекарственных растений.

С автором этой книги читатели нашего журнала уже знакомы — это кандидат биологических наук Геннадий Михайлович Свиридонов. Его статьи «Лесные чаи» (см. «Наука и жизнь» № 7, 1978 г.) и «Таежная снедь» (см. «Наука и жизнь» № 3, 1979 г.) вызвали просьбы читателей продолжить серию материалов о возможностях использования даров природы.

Дарам природы, тем, которыми может воспользоваться любой человек, посвящена значительная часть книги Г. М. Свиридонова. Предлагаем реферат одной из глав — «О ваннах красоты и здоровья».

Водолечение широко используется современной медициной. В различных случаях врачи предписывают лечение пресной водой с различными солями, газовые, минерально-газовые, морские, грязевые и, наконец, хвойные ванны. Итак, из всего растительного царства для водного лечения широко используется лишь хвоя. Между тем пользу принести могут и травяные ванны из многих растений. Такие процедуры доступны всем, у кого в квартирах есть эмалированные ванны.

Травы, конечно же, лучше заготовлять самому, но можно приобрести и готовые в аптеках.

Как только речь заходит о сборе даров природы, тем более о лекарственных, каждый стремится найти то заветное место, где он «единым махом» подправит свое здоровье. В книге пропагандируется другое. Основа основ гигиенических ванн — те растения, которые принято называть сорными, растущие почти везде и никому вообще-то не нужные. Иногда их специально уничтожают. То есть речь идет о ромашках, заполняющих многие участки, и о травах, завоевывающих пустыри, о ветках, веточках и лапках, остающихся на лесосеках или при обязательной ежегодной обрезке ягодников в приусадебных участках. Не выбрасывайте и хвою, осыпавшуюся после новогодних елок, — все, точнее многие, самые обычные растения могут пойти вам на пользу.

Травяные ванны можно разделить на гигиенические и лечебные. Лечебные, естественно, рекомендуется принимать лишь по предписанию врача. Здесь пойдет речь о ваннах для здоровых. Их назначение — очищать, освежать кожу, поднимать тонус, настроение. Травяные ванны — это своеобразный домашний курорт, приятная, освежающая процедура, напоминающая запахами берег реки, то луг, то лесную поляну. Все зависит от того, где собраны травы.

Несколько общих правил: во время приема таких ванн мылом пользоваться не следует.

Травяные ванны делятся на холодные (ниже 20°), прохладные (20–32°), теплые (32–38°) и горячие. Продолжительность приема процедуры при температуре 36–38° не должна превышать 20–25 минут. После этого, чтобы смыть частички трав, надо принять душ.

Нормы расхода трав примерно следующие. Для взрослого человека нужно 2,5–3 килограмма сырого или 500–600 граммов высушенного и измельченного сырья. Отвар приготовить несложно. Сырую или сухую траву заливают 8—10 литрами воды, доводят до кипения на медленном огне и настаивают около часа. Отвар надо процедить и влить в ванну. После этого наливают воду.

Для приготовления ванн используют все части растения, в том числе и грубые, непригодные, например, для лекарственных чаев. Вся наземная часть ромашки аптечной, валерьяны, крапивы, пустырника и многих других. Можно употреблять веточки, ветви, молодые стволики, кору и корни кустарников, используемых в медицине: облепихи, ивы, калины, малины, смородины, шиповника, березы, хвойных деревьев. Это особенно важно учитывать при раскорчевке площадей, занятых этими растениями, или рубке леса.

Достаточно иметь небольшой запас всего лишь нескольких [растений: ромашки, хвоща, крапивы, спорыша, череды… Но если есть возможность, можно составлять и специальные, так сказать, индивидуальные смеси.

Приведем несколько проверенных рецептов.

Есть и более простые рецепты, где все травки берутся поровну. Вот два из них.

А можно взять и просто клок пахучего сена и приготовить из него прекрасную ванну.

Необходимо остановиться еще на таких моментах. Первый — нельзя забывать о том, что если вы целиком вырвете на каком-то участке всю траву, приглянувшуюся вам, то она возобновится лишь через несколько лет, да и то если это место не займут другие растения.

Следует помнить, что в состав травяных ванн входят лекарственные растения. И хотя они при данном методе внутрь организма не попадают, они все равно в какой-то степени оказывают свое действие. Поэтому даже к таким ваннам надо относиться с осторожностью, анализировать их действие.

В продаже уже давно появились экстракты из хвойных деревьев. Надеемся, что появятся составы и из других растений. Они этого заслуживают.

Остается только пожелать вам всем приятных травяных ванн и летом и в любое время года.

Л. СЕРГЕЕВ.

В зарослях озерных трав камыш хорошо выделяется своими безлистными стеблями. Ни рогозы, ни тростники на него не похожи: у них есть листья, а у рогозы так и совсем большие, торчат как сабли. Именно эти травы быстро затягивают мелководье. И когда болото или озеро осушают, они пропадают, уступая место другим растениям.

Долгое время думали, что камыш озерный (Scirpus lacustris) — создание почти бесполезное. В одном старинном ботаническом руководстве так и сказано: «Единственное достоинство этого никуда не годного, как трава, растения — это способность его своими толстыми стволовидными стеблями задерживать проход наносного ила во время весеннего разлива рек, благодаря чему осушенные из-под него места дают прекрасную черноземную жирную почву» (А. Ю. Лашкарев «Иллюстрированная классификация луговых трав», Спб, 1898). Но мягкие, податливые стебли камыша издавна поставляли человеку красивый и прочный материал для плетения корзинок, сумочек и циновок. Можно из сушеных стеблей вязать разного рода чехлы и декоративные поделки. Не зря же латинское название камыша Scirpus восходит к понятию плести, вязать.

А еще камыш озерный должен быть в чести у пасечников. Когда цветет он, а это происходит в июне — июле, с колосков камыша пчелы берут свой хлеб — цветочную пыльцу (пергу). Без перги не вырастить пчелам детку. Сильная пчелиная семья потребляет за сезон до 20 кг перги, собранной с множества разнообразных растений. Например, среди ветроопыляемых пергоносных растений обнаружили не только камыш, но и ольху, вяз, дуб, лещину, широколистый рогоз, лопух, а также сорняки — лебеду, крапиву, щавель. Все они обладают мелкими, тусклыми цветками, раскрашенными в невзрачный зеленый колер.

Растениям болот и прибрежных вод — гидрофитам, — естественно, влаги хватает. Но их корни расположены в тяжелом вязком иле, где почти нет кислорода. Эти растения были бы обречены на гибель, если бы не приспособления, которыми они обладают. Дело в том, что их корни получают кислород для дыхания не через поверхность почвы, а по особой воздухоносной ткани — аэренхиме.

На поперечном срезе стебля камыша озерного за тонким слоем внешних клеток и без микроскопа можно увидеть пустоты — воздухоносные ходы, отделенные один от другого пленочками. Пленочки представляют собой не что иное, как сеть узких клеточек, соединенных в правильные цепочки. Эти цепочки сходятся, образуя воздухопроводящие пучки — аэренхиму. В ткани таких пучков всегда находится воздух. Исследования показали, что при механическом повреждении стебля концентрация кислорода нарушается. Значит, болотное растение само насыщает кислородом воздух межклеточников: он поглощается при фотосинтезе зеленой хлорофиллоносной тканью.

Поскольку воздухопроводящие пучки имеются не только в стебле, но и в корневище, кислород свободно поступает и к этому жизненно необходимому центру, причем доходит до самых отдаленных корней, зарывшихся глубоко в ил, залитый водой. Стало быть, корни болотного растения благодаря аэренхиме — своеобразным «легким» — получают достаточно кислорода для своего дыхания.

Камыш обитает не только по озерам и болотам. Попадается он по мокрым лугам, канавам и в лесу, где посырее. Но встречается там особый вид камыша — лесной (S. silvaticus), с олиственным, полым стеблем, не имеющим воздухоносной ткани. Такой камыш — мезофит, он требует условий промежуточных по сравнению с гидрофитами и растениями засухоустойчивыми (ксерофитами). Ксерофиты, как известно, невелики. Обычно это травы или кустарники. Надземная масса их значительно уступает корневой. Например, у верблюжьей колючки корни простираются на глубину до 20 метров, превышая по длине надземную часть в десятки раз. Кроме того, у ксерофитов очень большая концентрация клеточного сока, развивающая огромную сосущую силу, которая позволяет использовать даже скудный запас почвенной влаги. Мелкая листва, нередко превращенная в колючки, хорошо развитый пробковый слой кроющей ткани, волоски на листьях (предохраняют от перегрева), заглубленные (устьица, свертывание листьев в часы зноя и другие приспособления позволяют растениям пустынь и степей переносить жестокие испытания водного голодания. Ксерофиты ведут непрестанную борьбу эа воду.

Мезофиты требуют рыхлой, хорошо проветриваемой почвы. Затопление для них вредно, ведь их корни для дыхания используют кислород почвенного воздуха. Никакой воздухоносной ткани внутри стебля и корней у мезофитов нет. К тому же на почвах, где застаивается вода, прекращается деятельность аэробных бактерий, там господствуют анаэробные процессы брожения, выделяющие болотные яды — органические кислоты и соли закиси железа. Безвредные для гидрофитов, эти токсины губительны для «сухопутных» растений. Камыш лесной по своей структуре больше тяготеет к мезофитам, его корни размещаются в аэрированной почве, и ему не надо «ухищряться» добывать кислород.

Камыш лесной относится к кормовым растениям. Его хорошо поедают коровы, как свежий, так и в сене. Молодые побеги — излюбленное лакомство оленей. Цветет он, когда лето справляет свой заигрыш, в июне, приблизительно одновременно со своим озерным собратом. Соцветие у него тоже колосковое.

Приглядитесь к этим камышам, разгадайте их зеленую загадку. Не такую уж и простую…

Камыш озерный. На рисунке общий вид растения, разрез цветка, колосок, плод.