Василий Васильевич, а для своих, – ВасьВась – капитан корабля. Пожилой флегматичный кот. Говорит мало, но говорит смачно.

Котя – юнга. Самый младший член экипажа. Непоседа и большая выдумщица. Очень любопытная и бесстрашная. Любит морковь в сахаре.

Хвост – главный механик. Худой кот-невротик. Верит в теории заговора, которые сам же и придумывает. Пессимист, но исключительно добрый.

Мафусаил, он же – Мямлик – кок. Толстенький, нелепый кот, сбежавший от чрезмерной опеки бабушки. Мечтатель. Совершенно не приспособлен к жизни. При этом: честен, добр и отважен. По призванию – ученый.

Солнечные лучи заливали взлетное поле космопорта. Сухой воздух дрожал над разогретым асфальтом. Было пустынно и безжизненно. Только изредка проносилась какая-нибудь машинка, спеша доставить котов на борт взлетающего звездолета, или проползала колонна пыльных грузовиков с оборудованием и провиантом для дальних рейсов. На самом краю огромного поля стоял небольшой кораблик «Летучая мышь». Он явно знавал лучшие времена. Впрочем, по всему было видно, что команда очень любит свое судно. Свежая краска сияла на помятых метеоритными дождями боках, иллюминаторы были тщательно отмыты, а медные перила трапа надраены так, что слепили глаза. Именно к этому кораблю, сгибаясь под тяжестью большого чемодана и не менее громоздкой картонной коробки и рюкзака, брел толстый полосатый кот. Было видно, что он страшно устал. Время от времени кот останавливался, ставил на землю вещи и утирал морду большим клетчатым платком. Наконец он доковылял до трапа и стал неловко подниматься по неустойчивой металлической конструкции. Почти на самом верху бедный кот оступился, неловко взмахнул лапами с поклажей и упал обратно на поле. Трап качнулся, как бы раздумывая, что делать, и тоже рухнул, едва не придавив кота.

На шум из люка корабля выглянули три вполне кошачьи морды. Это была команда «Летучей мыши». Серая пожилая морда принадлежала капитану корабля – Василию Васильевичу, или ВасьВасю, как его все называли. Маленькая лукавая рыжая – его племяннице, юнге Котеньке. А скорбная черная морда украшала механика «Мыши» Хвоста. Команда собралась у входа, с удивлением рассматривая новоприбывшего.

– Это что еще за чудо-юдо? – пробормотал ВасьВась, разматывая веревочную лестницу.

Их странный гость меж тем уже поднялся на ноги и собирал выпавшие из чемодана вещи. В данный момент он боролся с зонтиком. Коварный враг открылся и никак не хотел складываться вновь. Кот кряхтел, фыркал, дергал ручку, в конце концов защемил и вырвал клок шерсти, взвыл и выпустил непокорную вещь из лап.

Налетевший неизвестно откуда ветерок тут же подхватил зонтик и потащил по летному полю. Кот страдальчески заныл и кинулся было следом, но, услышав за спиной смешки, растерянно остановился и повернулся к кораблю.

– Добрый день! – поприветствовал его ВасьВась. – Что здесь происходит?

– Простите, пожалуйста… мне так неловко… извините. – Кот затоптался на месте. – Я ищу корабль «Летучая мышь». Видите ли, мне выдали направление. Там написано: «Явиться на место 0–6». То есть это я теперь так думаю, что 0–6, а сперва я прочитал 0–9. Это совершенно в другом конце космопорта. А еще сегодня такая жара.

– Какой смешной, – прыснула Котенька.

– Подожди, Котя, надо разобраться.

– Меня терзают нехорошие предчувствия, – поджал губы Хвост.

– Скажите же нам, кто вы и зачем вам «Летучая мышь».

– Ой, какой я невежливый. – Кот хлопнул себя по лбу со всей силы и тут же ойкнул от боли. – Я Мафусаил. Меня прислала Ассоциация экипажей космических кораблей.

– Значит, вас прислали на «Мышь»? Зачем?

– Я новый кок. То есть я не совсем кок. Вообще, по образованию я археолог. То есть был археологом. А потом я ушел из профессии. Это длинная трагическая история. Но вы не сомневайтесь, я окончил онлайн-курсы «Космическая кулинария за десять занятий». И потом, я всегда мечтал о космосе.

– Предчувствия меня не обманули! Это недоразумение – наш новый кок. – Хвост всплеснул лапами.

– Хвост, как не стыдно, – сверкнул на него глазами ВасьВась. – Разверни страховочную лестницу. Надо помочь нашему новому другу подняться на корабль.

– Что вы, не стоит беспокоиться. Я сам.

Мафусаил вцепился в лежащий на земле тяжелый трап, приподнял его и тут же уронил себе на лапу. Хвост подошел к новоприбывшему.

– Уважаемый, можно вас попросить об одном одолжении? – строго сказал он прыгающему на одной лапе гостю.

– Конечно-конечно.

– Так вот. Я прошу вас НИЧЕГО, кроме плиты, на корабле не трогать. Ясно?!

– Я вас понимаю, – горько ответил Мафусаил. – Со мной всегда так. Растяпа… Неудачник.

– Ну что вы! – подошел к нему ВасьВась. – Не стоит так говорить. Коты часто преподносят сюрпризы, и себе в том числе. А пока давайте знакомиться. Я – капитан этого судна. Зовут меня Василий Васильевич. Этот грозный тощий котяра – наш механик Хвост. Лучший механик в этой части Галактики, если хотите знать мое мнение. А вот эта егоза – Котя. Принята на корабль юнгой.

– А вас правда зовут Мафусаил? – тут же влезла в разговор маленькая Котенька.

– Правда. Такое дурацкое имя. Сейчас почти не используется. Мои родители были историками, вот и назвали в честь древнего мифического мудреца.

– Были? А сейчас они кто?

– Сейчас их нет, – вздохнул Мафусаил. – Меня растила бабушка.

И тут, как по команде, у него на лапе ожили телечасы. Рядом с котом соткалась голограмма пожилой солидной кошки в длинном черном платье с крупной брошью у воротника.

– Мямлик! Детонька! Ты все-таки улетаешь! – заголосила голограмма. – Ой-вой! Оставляешь свою бабушку на старости лет! Бросил работу в университете. Шапочку дома забыл, которую я связала. А ведь у тебя так болели в детстве уши! Продует в этом космосе, и все!

– Бабуля, – прижал лапы к груди несчастный кот, – я сейчас не могу говорить. Я знакомлюсь с капитаном корабля.

– Мямлик, – хихикнула Котя. – Его еще и зовут – Мямлик. Я помру!

– Как я вовремя позвонила! – обрадовалась кошка. – Товарищ командующий, я бабушка Мямлика. То есть Мафусаила. Я прошу вас, вы следите за его питанием, у него больной желудок. Еще он часто простывает, а уши – его слабое место. Это вы уже слышали… И еще ему обязательно надо заниматься. Он сейчас бросил науку – глупый, опрометчивый шаг. Он одумается и вернется в университет, но ему надо поддерживать форму.

– Бабуля, что ты меня позоришь? – взмолился Мямлик.

– Не беспокойтесь, – вышел вперед ВасьВась, – у нас он будет под присмотром.

– Я вам так благодарна! Он хороший мальчик, но неприспособленный. Мямлик, звони мне с каждой стоянки! Слышишь?

– Слышу, бабуля… и все слышат.

Голограмма мигнула и пропала. Команда переглянулась. ВасьВась подхватил чемодан нового кока и полез по веревочной лестнице. За ним, с трудом удерживая равновесие, поспешил Мафусаил с рюкзаком, затем Котя. Последним поднимался Хвост, с трудом затягивая в люк тяжеленную картонную коробку и что-то недовольно бурча себе под нос.

Через час, когда новому члену экипажа показали судно, команда собралась в кают-компании на совещание. Дело в том, что появление Мямлика практически совпало с возвращением капитана. ВасьВась в очередной раз ходил искать заказы на полет, и вот, казалось, удача наконец улыбнулась – в карманчике капитанского кителя белела бумага от корпорации «Космос».

Кают-компания на корабле была небольшой и делила носовой отсек с рубкой. Однако, если бы кто-нибудь посторонний посмотрел на фотографии обоих этих помещений, он бы вряд ли догадался, что такие разные комнаты могут находиться на одном корабле. В то время как в рубке присутствовало только самое необходимое – два кресла и пульт управления, в кают-компании вещей было даже с избытком. На полу теснились пушистые разноцветные ковры и коврики, стены сплошь были увешаны рисунками и плакатами, у двери стоял потертый красный плюшевый диван. Рядом с ним темно-синяя с золотыми китайскими драконами ширма отгораживала кухонный уголок с плитой, разделочным столом, шкафчиками и люком в холодильную камеру. В центре комнаты стоял деревянный стол на резных ножках, а вокруг него разместились четыре стула, до удивления не похожие один на другой. Видно было, что это помещение любят и очень стараются сделать домашним и уютным. Впрочем, походный дух ощущался и здесь – все предметы были либо прилажены к полу или стенам, либо на них имелись специальные приспособления, позволяющие закрепить их в считаные секунды. Так, спинки стульев специальными ремнями можно было пристегнуть к столу, а подушки липучками цеплялись к спинке дивана. Войдя в кают-компанию, команда стала рассаживаться. ВасьВась занял большой стул с резной деревянной спинкой и удобными подлокотниками. Хвост уселся на практичный пластиковый стул с системой массажа спины, а Котенька взобралась на обитый розовым атласом золоченый изящный стульчик. Четвертый стул – обычный, деревянный, с небольшой холщовой подушкой на сиденье – достался Мямлику.

– Итак, – открыл собрание Василий Васильевич, – всем интересно, удалось ли нам получить заказ. Сразу скажу – удалось.

Команда облегченно выдохнула.

– Нам поручили поставить метки для безопасного пролета кораблей в квадрате ZZZ33-12-В. Замечу, контракт, может быть, и не очень выгодный, но, безусловно, важный. Когда там пойдут грузовые корабли, нас не раз вспомнят добрым словом.

– Ну, когда они еще там пойдут, – протянула Котя, разглядывая на планшетнике карту звездных маршрутов. – Этого ZZZ33 даже на развернутой карте Космического общества нет. Просто какие-то собачьи задворки!

– То, что нам не дают выгодных контрактов, – это заговор, – авторитетно покачал головой механик. – Не знаю, что там к чему, но чувствую: дело нечисто.

– Тебе везде мерещатся заговоры, Хвостик, – отмахнулась Котя. – А все просто. «Космос» все лучшие заказы отдает своим пилотам, а мы так… ни то ни сё. Положение у нас безвыходное. Либо с голоду помирай, либо берись за любую ерунду за три гроша и топливо.

– Что делать, – пожал плечами ВасьВась, – кто-то должен заниматься и этой работой.

– Эх, вот если б у нас были деньги, чтоб самим покупать горючее! Хоть на пару рейсов. Тогда мы могли бы организовать собственное агентство. Брали бы независимые заказы или на свой страх и риск ходили в дальние разведки, – размечталась Котенька.

– Кстати, о деньгах, – поднял лапу Хвост, – что-то у нас неладно со стартовой системой. Боюсь, автоматика полетела.

– Фью-у-у, – присвистнула юнга, – если автоматика – это дорого.

– Да, Хвостик, ты уж почини сам, что сможешь, – отвел глаза капитан, – ты же лучший механик в мире! А уж как ты знаешь нашу «Мышку», ее никто не знает.

– Это да, – потупился польщенный Хвост, – мы с «Мышенькой» друг друга любим. Только и я не всемогущий.

– Ну, как бы то ни было, – подвел черту капитан, – а имеем то, что имеем. Старт корабля назначаю на вечер. Прошу всех приготовиться к полету!

Остаток дня прошел в сборах. Хвост, постоянно поминая собак, возился с автоматической системой управления. ВасьВась руководил погрузкой продуктов и снаряжения, Котя с видом бывалого космического путешественника прохаживалась по кораблю: то сидела около механика, то терлась у люка, помогая капитану отмечать в списке прибывшие товары. Мямлик же был предоставлен самому себе. Он сперва попытался сунуться к погрузке, но тут же попал под тележку, опрокинул ящики с консервами и был вежливо выпровожен ВасьВасем. Подходить к Хвосту он не решился, уж больно сердитым показался ему механик. В конце концов он счел за лучшее отправиться на камбуз осматривать свое хозяйство и не путаться под ногами у такого занятого экипажа. Так или иначе, а к шести часам все основные работы были завершены, и команда вновь собралась в кают-компании. Продукты только что загрузили, поэтому никто не ждал от кока кулинарных чудес.

Открыв печенье и консервированный паштет, коты расположились за уже знакомым нам столом.

– Дорогая моя команда, – взял слово капитан, – через час у нас старт. Поднимем же эти бокалы с молоком за удачу нашего полета, за легкую плазму и успешное крещение космосом нового члена нашего экипажа – Мафусаила. Я уверен, он станет нашим добрым и верным другом.

– Ура! – прокричали все остальные.

Звякнули разномастные чашки и стаканы, булькнуло молоко, хрустнули галеты.

– Теперь даю вводную, – посерьезнел ВасьВась. – На время взлета я беру управление кораблем на себя, Хвост исполняет функции лоцмана. Котя – садится на переговорное устройство, Мафусаил отправляется в каюту и включает режим барокамеры. Это твой первый взлет, мы пока не знаем, как на тебя действуют перегрузки. Не будем рисковать. Все понятно?

Команда бодро затрясла ушами, поднялась и двинулась в рубку. Мямлик грустно посмотрел вслед удаляющимся товарищам, быстро прибрал на столе, убедился, что все предметы в кухне зафиксированы, и побрел а свою комнату. Нет, он не ждал, что ему сразу предложат управлять космическим кораблем. Он даже признавал правильность решения капитана, но все равно немного грустил. Тем не менее Мафусаил тщательно выполнил все инструкции: запер дверь, включил систему выравнивания давления, лег на койку и пристегнулся. По внутренней связи зазвучал обратный отсчет. Корабль вздрогнул, заработали мощные двигатели. Мямлик прикрыл глаза и приготовился к старту. Рев двигателей нарастал и становился все пронзительнее, «Летучая мышь» дрожала от напряжения и предвкушения полета. Наконец раздался свист, корабль дрогнул особенно сильно, лязгнул, и все стихло. Мямлик лежал зажмурившись и считал про себя. Ему объясняли, что взлет происходит обычно минут за восемь-десять. Никаких неприятных ощущений у него не наблюдалось, и он внутренне порадовался, что хоть тут ему повезло, – он читал, что десять процентов котов крайне плохо переносят перегрузки. Досчитав до шестисот, кот открыл глаза, отстегнул ремень и сладко потянулся. Можно было идти к рубке. Наверняка, заметив его бодрый и цветущий вид, команда хоть немного изменит свое мнение о нем как о космонавте в лучшую сторону. Он шел по лестнице, когда случайно его взгляд упал в иллюминатор. За стеклом виднелось… летное поле. Кот охнул и бросился наверх. Глухие удары сотрясали запертую дверь в рубку.

– Капитан, что случилось?! – мяукнул Мямлик, подбежав к бронированной перегородке.

– Мафусаил, слава кошачьим богам! – раздался голос ВасьВася. – Мы заперты. Если тебя не затруднит, там снаружи есть кнопка экстренного открытия всех люков корабля. Красная. Нажми ее.

Кот зашарил по стенам. Наконец нужная кнопка обнаружилась. Дверь с глухим стуком отъехала в сторону, и на пороге показалась встревоженная и растерянная команда.

– Где ты был так долго? – напустилась на Мямлика Котя. – Мы целых десять минут тут сидим! Столько времени псу под хвост! Еще немного – и закроют наш взлетный коридор, а уж тогда мы сегодня вообще не взлетим.

– Я не знал… – начал оправдываться кот. – Я думал, мы взлетели…

Котя и Хвост вытаращились на кока.

– Ладно, что вы на него напали? – вступился ВасьВась. – Откуда ему знать, как проходит взлет? И потом, он нас выпустил! Лучше, Хвост, расскажи, что произошло.

– Что произошло, что произошло, – нахмурился механик. – Автоматика барахлит! Чинить надо! Деньги нужны! Вот что произошло. А может, «Мышка» чужих не любит.

Он зыркнул на Мямлика и протопал в механический отсек, погромыхивая сумкой с инструментами. Второй старт через полчаса прошел успешно и стал для кока тяжелым испытанием. Он понял, что входит в те самые злосчастные проценты перегрузочных страдальцев. Когда он в конце концов смог подняться с койки и, шатаясь, приползти в кают-компанию, экипаж уже поужинал. Хвост, неодобрительно косясь на кока, громыхал в мойке посудой.

– Ну ничего, ничего, – мурлыкнул в усы капитан. – Не переживай. Первый взлет у многих так проходит. Хочешь поесть? Мы тебе яичницы оставили.

Мямлик помотал головой и поборол приступ тошноты.

– Я сейчас вам чай с валерианой поставлю, вы не думайте. Мне уже лучше, – просипел он слабым дрожащим голоском.

– Уже сами справились, спасибо, – язвительно заметила Котенька. – Вы идите полежите. А то, не ровен час, в обморок рухнете.

Мямлик еще потоптался и вышел. На лестнице он вспомнил, что хотел взять на камбузе водички, чтобы запить лекарство. Он развернулся и уже собрался толкнуть дверцу, как вдруг до него донесся разговор.

– …Это просто кошмар! Лучше никакого кока, чем такой недотепа! Мы с Хвостом сами можем еду готовить. Правда, Хвостик?

– Котя! Я тебя редко ругаю, но сейчас, если ты не прекратишь так себя вести, мы с тобой поссоримся, – донесся голос капитана. – Он в любом случае старше тебя, у него за плечами университет. А ты что собой представляешь?

– Ладно, ВасьВась, что ты раскричался… Просто над нами смеяться будут. И потом, я уверена, он сам от нас сбежит после первого же полета. Как и все прочие до него. И кстати, про университет отдельная песня. Вон пусть Хвост расскажет, почему наш замечательный кок оттуда ушел.

– Да, я навел справки перед вылетом. Его в университете чокнутым прозвали. Представляешь, носился с идеей, что пирамиды в Мышипте построили пришельцы. А еще археолог!

– Ну… странно, конечно. Как же его приняли в университет?

– Сначала нормальный был. А потом – вроде после поездки на раскопки – вбил себе в голову такую глупость. Якобы он обнаружил древнюю табличку, на которой эти самые инопланетяне рассказывали о своем полете и даже давали координаты своей планеты.

– И что? Где эта табличка?

– Разумеется, он ее случайно разбил, – многозначительно ухмыльнулся Хвост. – В пыль просто раскокал. Остались какие-то черепки, которыми он тряс на всех конференциях, пока его не перестали звать. Ну вот, и тогда наш замечательный Мафусаил разобиделся и ушел из науки. Псих, короче. Еще и криворукий.

Мямлик протер ставшую почему-то влажной мордочку лапкой и начал тихо спускаться к себе. Решено! После рейса он уйдет сам. Глупо было надеяться на что-то.

Корабль меж тем несся сквозь сияющую космическую пустоту. Путь лежал к самому дальнему, тринадцатому космошлюзу. Через него планировалось выйти в гиперпространство[1] и достичь квадрата Z1 – первого и последнего из обжитых районов зоны Z.

– Перевести корабль в режим автопилота, – долетали из рубки команды ВасьВася. – Задать полетный план по проложенной траектории.

Мямлик возился на кухне – готовил завтрак. Гиперпрыжок прошел хорошо. «Летучая мышь» послала регистрационный код на последнюю кошкобазу и вышла в дальний космос. Район был совершенно неисследованным. Последний раз кошки заходили в эти квадраты лет десять назад, да и то неудачно – торговый кораблик «Коготь» успел подать сигнал как раз возле базы, и дальнейшая его судьба была неизвестна. Впрочем, история давняя и не вполне достоверная. То ли был этот корабль, то ли нет – точных записей не осталось. Да и что тут делать торговому шлюпу? Судя по всем расчетам, ни крупных планетных систем, ни богатых железом метеоритных потоков, ни, разумеется, намека на разумную жизнь в этом районе нет и быть не может. Так что для вольных торговцев он бесполезен. Занести сюда может только по ошибке или вот как «Мышь» – по летному неинтереснейшему заданию. Впрочем, если кому и было скучно, то только не Мафусаилу. Несмотря на плоховатое самочувствие и жгучую обиду, полет Мямлика завораживал. Каждую свободную секунду он проводил у иллюминаторов или у космической карты, на которой пунктиром отмечался путь «Летучей мыши». Вот и сейчас он залюбовался открывающейся за стеклом панорамой.

– А чем у нас так пахнет? – наморщила носик вошедшая в кают-компанию Котенька.

– Собаки! – закричал Мямлик, кидаясь к плите.

Масло, которое он разогревал на сковороде, не только уже вполне разогрелось – оно горело! Мямлик схватил кружку с водой и вылил ее в сковороду, Раздался хлопок. Огромный столб пламени взметнулся к потолку, опалив коку усы и мгновенно окрасив стены копотью. Котя в ужасе завизжала. Откуда-то сбоку вынырнула лапа и набросила на плиту ковер. Понесло паленой шерстью, но огонь потух. Мямлик стоял как пораженный громом, бессмысленно таращась на почерневшую стену.

– Кок Мафусаил! Откуда здесь этот допотопный агрегат?! И какая собака учила вас тушить масло водой?! – взревел ВасьВась, приподнимая совершенно погубленный коврик и выключая огонь на маленькой походной плитке.

– Извините, я забыл, что так делать нельзя… А это вовсе не допотопный агрегат. Это мини-кухня! Я ее специально приобрел. Бабушка говорит, что вкусосинтезатор готовит отраву и только на настоящем огне можно сделать честную кошачью еду.

– Так-так, – покачал головой ВасьВась. – Ну вот что. Я не буду указывать, что и как готовить, – это дело кока. Но чтоб к обеду камбуз сиял чистотой, ясно?!

– Так точно, – повесил голову Мямлик.

– Я полагаю, есть снова нечего? – пробубнил, появляясь из рубки, Хвост. – Я пойду за консервами?

– Не надо за консервами, – тихо-тихо попросил кок, – у меня не все сгорело. Я там только гренки хотел поджарить.

Команда в мрачноватом молчании расселась за столом. Мямлик позвенел чем-то за ширмой, хлопнул духовкой и наконец появился на публике. Котя удивленно присвистнула. На подносе стояли: большой кофейник с какао, миска с кашей и блюдо с восхитительными поджаристыми вафлями. Запах ванили и сливочного масла пробился сквозь гарь пожарища. Экипаж набросился на еду. Несколько минут были слышны только стук ложек, довольное урчание да хруст вафель.

– Мямлик! – простонала, сыто откидываясь на стульчике, Котя. – Это не вафли у тебя. Это мышь знает что такое!!!

– Бабушкин рецепт. Она у меня мастерица, – скромно потупился кок.

ВасьВась улыбнулся и окинул взглядом повеселевший экипаж.

А корабль несся вперед и вперед. Уже остались позади квадраты, уверенно обозначенные на карте, и квадраты, отмеченные пунктиром, и даже квадраты, вовсе не нанесенные на карту, а только записанные на ее полях. ВасьВась и Хвост каждое утро анализировали данные приборов дальнего видения и определяли лучший, наиболее безопасный маршрут. Кораблик двигался короткими прыжками, выныривая из гиперпространства, отстреливая маячок, анализируя местность и снова уходя в рывок. Экипаж занимался своими делами: ВасьВась и Хвост по очереди несли вахту, Котя вела записи и наносила маячки на карту, Мямлик осваивался на камбузе. Неделя прошла, как говорил капитан, «в штатном режиме», то есть без происшествий. «Мышь» практически достигла финальной точки своего маршрута, и Хвост уже высчитывал траекторию обратного рейса, а Котенька начала паковать остатки маячков, когда внезапно утром после очередного прыжка ВасьВась пригласил всех срочно подняться в кают-компанию. Встревоженные коты расселись за столом.

– Смотрите сюда. – ВасьВась подошел к иллюминатору и нажал на кнопку.

Жалюзи, закрывавшие до этого иллюминатор, поехали вверх, и перед притихшим экипажем открылась потрясающая картина: практически прямо по курсу корабля лежала звездная система. Яркая звезда сияла в центре, а вокруг нее в бешеном вальсе кружились сотни тысяч обломков планет. Котя охнула и прижала лапки ко рту.

– Да… Вот какие сюрпризы таит в себе Вселенная, – покачал головой ВасьВась.

– А что тут произошло? – непонимающе обвел глазами стол Мафусаил.

– Катастрофа поистине космического масштаба, – покачал головой капитан. – Может быть, необычайно сильный метеоритный поток налетел на планеты этой звезды, а может быть, и еще что-то случилось. Трудно сказать.

– Космическая война… – протянул Хвост.

– Глядите! – вскрикнула Котя. – Там… там… Там ПЛАНЕТА!

Среди мельтешения осколков трудно было разглядеть, как из-за бока звезды выплывал небольшой голубой шар.

– Что тут думать! Вась, миленький, анализатор показывает, что почти со стопроцентной вероятностью эта планета пригодна для жизни. Если мы поставим на ней наш маячок, это же мышь знает какое счастье будет! – подпрыгивала Котенька.

– Как минимум нам обеспечена премия имена Кота Ученого! – мяукнул срывающимся от волнения голосом Мямлик.

– Деньги, слава! Починим «Мышку» в лучшем космодоке! – тер лапы Хвост.

– И как вы предлагаете туда проникнуть? – немного раздраженно спросил капитан. – Это же самоубийство – соваться в такую мышерубку!

– Ну ВасьВась, ну миленький. Ты же самый лучший, самый опытный пилот! Уж кому и спускаться, так только нам, – замурлыкала Котя.

– Стоит рискнуть, – потер подбородок Хвост. – Вон там, смотри, вполне можно проложить летный коридор.

– С нашей автоматикой пытаться рассчитать посадку в таких условиях? Вы с ума сошли. Надо вернуться и доложить об открытии.

– Ага, и наши награды достанутся каким-нибудь пижонам на новеньком кораблике?! А мы побоку?! – встопорщила шерсть Котя.

– А ты предпочитаешь дополнить вот эту собачью свистопляску обломками нашей «Мыши»? Ты хоть отдаешь себе отчет, девочка, насколько рискованно то, что ты предлагаешь?!

Так говорил капитан, а сам, даже не отдавая себе отчета, уже просчитывал в голове лучшие варианты маршрута. Да и как может быть иначе? Вы бы повернули назад? Вот ответьте честно, смогли бы вы предпочесть славе и настоящему приключению спокойную и достаточно скучную жизнь? То-то же. А коты не так уж сильно от нас отличаются. Нет, есть среди них и трусы, конечно. Но в основном это отважные и рисковые ребята. А уж среди тех, кто выбрал профессию космонавта и, как ВасьВась, много лет бороздит просторы Галактики, вы точно не найдете ни одного слабого в лапах! В общем, совсем не удивительно, что довольно скоро Хвост с капитаном заперлись в рубке и приступили к наблюдениям и вычислениям, а Котя и Мямлик начали готовить корабль к посадке – закрепляли все, что не было приделано к полу или стенам, задраивали люки и переборки, проверяли, в порядке ли аварийная система. Наконец ВасьВась объявил готовность к посадке. Мямлика и Котеньку на время припланечивания отправили в спасательные капсулы. В случае серьезной аварии эти капсулы отстреливались, и шансы выжить у их пассажиров повышались. Начался обратный отсчет.

– Десять, девять, восемь, семь…

Снова, как на старте, взревели двигатели, разворачивая корабль, защелкал кнопками и тумблерами Хвост, прокладывая маршрут, сжал в лапах штурвал ВасьВась.

– Вперед! – мявнул капитан, и корабль рванулся вперед.

Космос ринулся навстречу «Летучей мыши», звезда стремительно приближалась. Вот уже замелькали, проносясь мимо кабины, обломки планет, стукнули по обшивке первые небольшие камушки. Кораблик напрягался и дрожал, закладывая виражи и прорываясь сквозь смертельный дождь. Вот осталась позади орбита, по которой когда-то вращалась первая погибшая планета, вот и вторая уже кружила свою карусель позади «Мышиного» хвоста. Осколки заколотили по кораблю сильнее, «Мышь» проходила последнее, самое плотное на пути к планете осколочное кольцо.

– Осторожно! Справа! – заорал Хвост.

ВасьВась выкрутил руль до отказа, но было поздно. Крупный обломок ударил в хвост кораблика. «Мышь» вздрогнула, всхлипнула, заработала аварийная система. Кабина наполнилась тревожным красным светом, завыла сирена.

– Пробит бак с топливом! – заломил лапы Хвост. – Что делать?

– Что делать, будем после думать! – рявкнул капитан. – Бери управление приборами снижения. Начинаем спуск!

– Мы не сядем с пробитым баком! Сгорим в атмосфере!

– Отставить панику! При вхождении в верхние слои перекроешь горючее.

– Разобьемся.

– Не разобьемся! Снова откроешь баки на высоте десять километров, для экстренного торможения.

– Один шанс из тысячи, капитан!

– И он будет наш.

Коты в полном молчании управляли движением корабля. Мускулы их были напряжены, шерсть стояла дыбом, глаза горели. От слаженных и точных действий сейчас зависело все. Незнакомая планета стремительно приближалась. Бо́льшую ее часть покрывала вода, и только в самом центре, вдоль экватора, тянулся длинный материк, окруженный группами островов. Корабль вошел в стратосферу. Перегрузка вжала пилотов в кресла, запищали приборы, отображая самые высокие значения всех показателей. Хвост перекрыл подачу топлива. Корабль перешел в свободное падение. В ту же секунду раздался щелчок, и корабль качнуло.

– Не отвлекаться! – рыкнул капитан.

Датчик высоты стремительно вращался. Хвост, не отрываясь, следил за мелькающими на мониторе числами. Наконец, когда корабль почти коснулся легких белых облаков, механик потянул топливный рычаг, снова открывая доступ горючего к мотору. Резко включились системы торможения. Котов тряхнуло. От перепада давления у капитана пошла носом кровь, но он, не обращая внимания на боль, изо всех сил налег на штурвал, переводя измученную «Мышку» в бреющий полет. Внизу уже проносились кроны деревьев, едва не царапая брюхо корабля.

– Приготовиться к жесткой посадке! Воздушную подушку под сектор четыре! Приборы в режим касания! – командовал ВасьВась.

«Летучая мышь», напрягая последние силы, дотянула до опушки леса и, неуклюже маневрируя, почти рухнула на поляну. Хвост дрожащей лапой потер морду. ВасьВась сидел не шевелясь.

– Капитан, – позвал механик. – Мы сделали это! Мы сели!

– Не кричи, дружище. Сели – это хорошо, – пробормотал совершенно измученный ВасьВась. – Что с кораблем?

– Сейчас. – Хвост снова защелкал кнопками приборной панели.

Внезапно у него вырвался стон.

– Что такое?

– Капитан, одной капсулы нет…

– Кто? – задохнулся от ужаса ВасьВась.

– Мямлик.

Длинная глубокая траншея тянулась вдоль поля. В дальнем ее конце лежал закопченный металлический цилиндр. Было тихо, только шелестели колосья, волнуемые легким ветерком, да где-то вдалеке свистели птицы. Внезапно раздался лязг, и открылась тяжелая, слегка покореженная при посадке дверца. Из недр цилиндра, пошатываясь, вылез Мафусаил. Он прищурился, привыкая после почти полной темноты к яркому дневному свету, придирчиво ощупал себя, покрутил головой, как бы проверяя, крепко ли она приделана к телу, оглядел свою капсулу и завертелся в поисках «Летучей мыши» и остального экипажа. Корабля не было. Зато вдали на пригорке темнели невысокие домики, от которых к полю тянулась дорога. И по этой дороге в сторону приземления Мямлика уже двигались разноцветные точки. Кот потрясенно задвигал ушами. Неужели инопланетяне? Да нет, с его удачей не наткнуться на разумную жизнь! До сих пор в космосе обнаружили только одну населенную планету. Правда, ее обитателей нельзя было назвать разумными – там жили только бактерии и простейшие одноклеточные организмы. И все же Кодавра (так называлась та планета) принесла открывшему ее экипажу невероятную славу. Именами этих звездолетчиков называли улицы и космические корабли, на них хотели быть похожими котята. А взрослые коты всегда ставили их в пример молодежи. А тут настоящая цивилизация! Голова Мямлика даже немного закружилась от восторга. Впрочем, он быстро взял себя в руки. Сейчас состоится первый в истории контакт двух рас, и именно он, Мафусаил, должен достойно представить свою планету.

Меж тем процессия приближалась. Невысокие зверьки с длинными ушами спешили к месту падения странного предмета. Впереди шел старейшина в длинном одеянии, похожем на халат, и небольшой круглой шапочке с помпоном. Мямлик снял с головы совершенно уже ненужный шлем и только собрался было начать наскоро составленную приветственную речь, как произошло нечто странное. Инопланетяне с громким криком рухнули на колени и начали биться об землю головами.

– О великий бог, ты сошел к нам! Снова сбылось предсказание предков! – голосили странные создания, отвешивая поклоны. – Помилуй нас! Не прогневись, что встречаем тебя без даров! О горе нам, неразумным! Горе!

Совершенно растерянный Мямлик то пытался поднять особенно усердно разбивающего лоб старейшину, то отскакивал назад к цилиндру, подумывая о бегстве. Наконец диковинные звери, видимо, исчерпав запас криков, угомонились и затихли, стоя на коленях с опущенными головами.

– Э-э-э-э, здравствуйте, – пробормотал Мямлик.

– Бог дарует нам здоровье! – вскричал старейшина и снова было нацелился биться в поклонах, но Мямлик твердо подошел к нему, взял за лапу и поднял с колен.

– Дорогой друг, – обратился к старейшине кот, – я глубоко уважаю ваши традиции, но вынужден попросить вас, если возможно, разговаривать со мной стоя. Я пережил тяжелый спуск. И, честно говоря, до сих пор болит и кружится голова.

– Бог велел встать, – бросил через плечо инопланетянин, и вся процессия туг же поднялась на лапы.

– Спасибо! – поблагодарил Мямлик. – Только тут какое-то недоразумение. Почему вы называете меня богом? Я простой кот, меня зовут Мафусаил.

– Ты испытываешь нас, о великий бог, кот Мафусаил, – хитро прищурился старейшина. – Думаешь, мы забыли благодеяния, оказанные нашему народу? Нет! Мы вырезали их в своих сердцах.

– Благодеяния?

– Прости, я не так выразился, – снова попытался бухнуться в ноги инопланетянин. – Благодеяния – слишком ничтожное слово. Вы спасли нашу планету во время смертоносного огненного дождя! Много небесных тел тогда погибло, но наша Кролина осталась и обрела второе имя – Планета сияющего неба! С тех пор мы, кролики, столетиями хранили наследие, оставленное нам богами, строили храмы и приносим положенные дары. И вот опять свершилось давнее предсказание! Боги посетили нас. Слава богам!

– Слава богам! – закричали остальные кролики, отвешивая поклоны.

– Ты говоришь, боги посетили? Значит, я тут не один? Моим друзьям тоже удалось сесть на планету? – обрадовался Мямлик.

– Десять зим назад, о всеблагой Мафусаил, твои друзья на огненной колеснице опустились на Кролину, к нашей великой радости. И сейчас сурово, мудро и справедливо управляют нами. Если ты прикажешь, мы отнесем тебя в нашу столицу, в великий храм остроухих богов, и ты воссоединишься с ними. Слава богам!

– Слава богам! – снова загомонила процессия.

Затем кролики подхватили совсем растерявшегося Мямлика и понесли в свою деревню. Там, несмотря на все протесты, кота усадили в богато украшенные носилки. Восемь молодых кроликов подхватили ручки носилок и заспешили по широкой дороге к синеющему вдали городу.

– Итак, что мы имеем?

ВасьВась и команда сидели за столом в кают-компании.

– Сперва о хорошем: похоже, мы совершили невероятное – открыли планету, населенную разумными существами. Я просматривал данные видеорегистраторов. Отчетливо видны дороги, возделанные поля, села и даже большой город! Переоценить важность такого события просто нельзя! Это прорыв. Но есть две вещи, убивающие всю нашу радость. Во-первых, и в главных, пропал и, возможно, погиб Мафусаил. Я никогда не прощу себе этого. Капитан, который не смог уберечь свой экипаж, не может оставаться капитаном… И не спорьте! – прервал он подавших было голос Котю с Хвостом. – Теперь во-вторых. У нас пробит топливный бак. Механик, доложите результаты обследования.

– Бак пробит по касательной. Повреждены обе оболочки. Потери топлива довольно большие. Пока трудно сказать определенно, я продолжаю расчеты, но возможно самое худшее – топлива на обратную дорогу не хватит.

Над столом повисло зловещее молчание.

– Ну, может быть, не все так мрачно, – наконец нарушила тишину Котя, – может быть, Мямлик жив, а топливо… что-нибудь придумается, а? Правда? ВасьВась?

– Как знать, малышка, может, и придумается… В одном ты права – мы должны надеяться на лучшее. И для начала необходимо попытаться понять, что случилось с Мафусаилом. Хвост, скажи, пожалуйста, у нас есть возможность отследить капсулу?

– Думал уже. Маяка на капсуле нет, ими у нас оборудованы только флаеры, но я засек момент, когда модуль отделился от корабля. По вероятной траектории[2] падения можно высчитать место посадки. Конечно, точность будет низкая, а все-таки хоть что-то. Вот карта, которую я сформировал на основании записей с видеокамер. Если капсула не сгорела в атмосфере, не осталась на орбите и прочее, прочее, то, скорее всего, она где-то на западе от нас.

Хвост посветил небольшим приборчиком, похожим на фонарик, и на гладкой столешнице появились объемные очертания поверхности планеты: были тут и лес, рядом с которым села «Мышь», и поля, и холмы, а на самом краю дымил настоящий вулкан, у подножия которого раскинулся город.

– Ух ты! – присвистнула Котенька. – Настоящий город! А тут, смотрите! Это же пирамида! Боже мой, как здорово.

– К сожалению, район вероятного падения Мямлика на карту не попал. По моим оценкам, он находится еще дальше на западе. Километрах в десяти-пятнадцати от этого вулкана.

– Можно я возьму флаер и слетаю на разведку? – потерла лапки кошечка.

– Категорически нет! – в один голос мяукнули ВасьВась с Хвостом.

– Котя, с настоящей минуты и до поступления дальнейших приказаний ты будешь постоянно находиться на корабле. Все ясно? – отчеканил капитан.

– Ясно-то ясно, что ничего не ясно, – надулась Котя. – Почему всегда, как что интересное, так «Котя, оставайся на корабле»? Это нечестно.

– Зато безопасно. И все! Приказы капитана не обсуждаются.

– Еще неизвестно, что тут за публика, – вставил Хвост. – Скорее всего, они настроены к нам враждебно. Может быть, они вообще дикари и котоеды. А может, и наоборот. Высокоразвитая цивилизация, которая только и думает, как бы поработить какую-нибудь другую расу. А тут ты: «Здравствуйте, дорогие, меня зовут Котенька».

– Вечно ты, Хвост, со своими жуткими прогнозами. А вдруг они дружелюбные? И вообще…

– Хочешь мира – готовься к войне! – поднял лапу механик.

– Ладно, что гадать. Я беру флаер и ночью вылетаю на разведку. Вижу две задачи: поиск Мямлика и определение возможности контакта. Вы остаетесь на корабле. Хвост занимается ремонтом, Котя отслеживает мои передвижения и держит связь. Приказ понятен? Исполнять!

– Так точно! – подтвердили механик и юнга.

И никто не заметил, что Котя скрестила коготки на правой лапке…

К вечеру все было готово: флаер, несколько раз проверенный Хвостом, вывели из грузового отсека, ВасьВась собрал сумку с походным снаряжением, обошел еще раз свой кораблик, потом запрыгнул в кабину и осторожно поднял аппарат в небо. Великолепная ночь укутывала Кролину своей мантией. Все небо было расчерчено яркими линиями – это неслись по своим орбитам осколки разрушенных планет. Серебряный отраженный свет заливал раскинувшуюся внизу землю. Теплый ветерок доносил запахи трав и цветов, но Василию Васильевичу некогда было любоваться пейзажем. Надо было искать Мямлика, и как можно скорее, пока он не попал в скверную историю. Флаер летел невысоко и ощупывал окружающее пространство датчиками многочисленных приборов. ВасьВась напряженно следил за показаниями.

– Так-так… – бормотал он, – странно. Сейсмическая опасность растет, риск извержения вулкана. Нехорошо. Очень нехорошо. Вон как дымит курилка. Ну да будем надеяться, что обойдется. Город… вижу. Большое скопление жителей. Развитой промышленности нет – воздух чистый. Дорога на запад.

ВасьВась заложил вираж, облетая город на безопасном расстоянии, как вдруг прямо над ухом кто-то взвизгнул:

– Ух ты! Смотри-ка! В городе праздник!

Капитан вздрогнул, как будто его ударили по спине плеткой, и медленно, боясь поверить в происходящее, повернулся. Из-за ящика с оборудованием выглядывала Котя.

– Котя! Что ты тут делаешь?!

– Ой, ВасьВась… Я… ты понимаешь…

– Понимаю! Ты снова меня не послушалась. Это мышь знает что такое! Я тебя накажу! Я тебя! – бушевал кот.

Котенька сидела, потупившись, пережидая разразившуюся бурю. Когда капитан поутих, кошечка аккуратно придвинулась к нему и положила лапку на плечо:

– Ну ВасьВасенька, не сердись.

– Не сердись? Да ты знаешь…

– Знаю. Прости, пожалуйста. Но я совсем-совсем не могла остаться на корабле. Вдруг тебе понадобится помощь, а никого рядом нет? Первый контакт – это ведь такой риск! Я, может быть, за тебя переживала.

– Ох, Котя, избаловали мы тебя, – покачал головой капитан.

– Ну теперь-то что говорить? – повеселела Котя. – Ты лучше глянь на город. Видишь, там какая-то процессия с факелами идет по главной улице. А пирамида-то! Пирамида! Прям как в Мышипте. А на вершине костер. Красиво!!!

– Красиво, но нас это пока не касается. Смотри лучше сюда. Похоже, приборы засекли район с аномальным составом воздуха. Вероятнее всего, это остатки топлива и продукты горения верхнего слоя обшивки капсулы.

Кот прибавил газа, и флаер, мягко набирая скорость, рванул в указанном направлении. Город стал стремительно удаляться, а под брюхом машины замелькали возделанные поля и небольшие рощицы. Достаточно быстро наши герои достигли места падения капсулы и посадили свой аппарат рядом с ней. ВасьВась заглушил двигатель и, откинув колпак флаера, выпрыгнул на землю. Черный обугленный цилиндр лежал на краю поля. Дверца была открыта. Около нее виднелись букеты цветов, венки и блюда с фруктами. ВасьВась аккуратно обошел разложенные дары, глянул внутрь аппарата и совсем уж было решил вернуться на флаер – подумать, что делать дальше, и связаться с Хвостом, – как вдруг Котя кинулась к люку.

– Вылезай! Руки вверх! – зашипела кошечка, встопорщив шерсть на загривке и выставив вперед, как пистолет, гаечный ключ. – ВасьВась, там кто-то есть!

Капитан отодвинул Котеньку от люка, сам напружинился, прыгнул внутрь и через мгновение вновь появился в открытом люке, держа за длинное ухо молодого кролика. В свете прожектора они оглядели друг друга. ВасьВась разжал лапу, а кролик, тонко взвизгнув, упал на колени.

– О! Великий новый бог! Не наказывай меня, молю, – зарыдал малыш. – Я забрался в колесницу твоего брата из любопытства.

– Еще один непослушный исследователь, – покачал головой ВасьВась. – Здравствуй, малыш. Я не собираюсь тебя наказывать.

– Бог желает мне здоровья! Ура!!! – обрадовался кролик.

Тут же немного осмелел и, хоть и оставался на коленях, стал с интересом оглядывать капитана, флаер и выглядывающую из кабины Котю.

– Какой миленький! – тут же промяукала юнга.

– Скажи мне, инопланетянин, – обратился к кролику ВасьВась, – почему ты называешь меня богом?

– А как же мне тебя называть? – удивился малыш. – С древних времен наша раса поклоняется великим остроухим богам, спасшим нашу планету от смертельного космического дождя. Боги научили нас возделывать поля, обжигать глину, строить жилища, даровали нам алфавит. Наши предки вместе с богами построили великую пирамиду, на вершине которой мы поддерживаем огонь. Да, многим мы обязаны вам!

– Так, понятно, – погладил усы ВасьВась. – И теперь боги вновь посетили вас, правильно?

– Истинно так, о великий! К нашей радости. Боги снова с нами. Десять зим назад к нам спустились всеблагие Брыс и Когтян, а сегодня – великий Мафусаил и вот вы.

– Какие еще Брыс и Когтян? – заинтересовалась Котя.

– Подожди, – оборвал ее ВасьВась. – Сперва надо познакомиться с нашим новым другом. Скажи мне, как тебя зовут? – обратился он к кролику.

– Мое недостойное имя Диски, – поклонился малыш.

– Очень приятно. Я Василий Васильевич, а это – Котерина. Вот что, Диски, проводи-ка нас в деревню к взрослым и, если можно, найди нам какие-нибудь плащи с капюшоном.

В то время как ВасьВась пролетал мимо города, а Котя так неосторожно обнаружила себя, Мямлика как раз вносили в столицу. Бывший археолог был просто в восторге от раскинувшегося перед ним города.

– Боже мой, какая древность! – восклицал он, прижимая лапки к груди. – Принцип построения арочных перекрытий, похоже, здесь еще не открыт. А керамика уже очень и очень развита. А это что? Неужели пресс для получения масла?! А колесо? Вами изобретено колесо? А тягловые животные у вас есть? А каков принцип городской планировки? По звездам? – теребил он своих провожатых.

Надо сказать, что его появление тоже вызвало в городе небывалый ажиотаж. Кролики, заслышав новость о прибытии нового бога, спешили ему навстречу. Они аплодировали, выкрикивали восторженные приветствия, кидали в воздух цветы и пели песни.

Центральная улица, по которой двигалась процессия, постепенно расширялась, дома становились все выше и богаче, и, наконец, показалась городская площадь. Она была поистине великолепна! С одной стороны ее ограничивала пирамида, на вершину которой вела выложенная цветным мрамором широкая лестница. Напротив пирамиды на небольшом возвышении стоял храм. Каменные колонны в виде рыб поддерживали деревянную крышу, выкрашенную красной краской. За колоннами виднелись богато украшенные резьбой двери, ведущие во внутреннее помещение. Носильщики аккуратно опустили паланкин с Мафусаилом у подножия храма и, кланяясь, отошли в сторону. Мямлик выбрался из повозки и затоптался на месте. С одной стороны, он опасался войти в храм без приглашения, а с другой – понимал, что, видимо, именно так он и должен поступить в качестве бога. К его радости, проблема внезапно решилась. Послышался удар гонга, храмовые ворота дрогнули и беззвучно отворились. На пороге появился кролик в синем бархатном халате и диковинной шапочке с кошачьими ушками. Кролик поклонился Мямлику, затем обвел площадь лапкой, как бы призывая всех к тишине:

– Великие и всеблагие Брыс и Когтян просят новоприбывшего войти в священный храм остроухих богов! Всем остальным приказано разойтись по домам. Слава богам!

– Слава богам! – откликнулись кролики и тут же с великой поспешностью стали пятиться с площади.

Не прошло и минуты, как площадь перед храмом опустела. Мямлик с удивлением взирал на это поспешное бегство.

– Надо же, как они вас слушаются… – наконец обратился он к храмовому служителю.

– Иначе не может и быть, – льстиво заглядывая в глаза Мафусаилу, проговорил кролик. – Воля богов – закон. Любое ослушание строго наказывается. Вы еще сможете убедиться в этом сами. Или вы уже сейчас хотите кого-нибудь наказать? Эй, стража!

– Нет-нет, что вы, – замахал лапами кот. – Ко мне все так мило отнеслись. Да и в противном случае я бы не стал… А что же мы стоим, наверное, надо войти? – перевел он странный и неприятный разговор на другую тему.

– У богов нет слова «надо», есть только «хочу», – склонился кролик. – Если вы желаете, в храме все готово к приему столь высокого гостя.

Мямлик передернул плечами и решительно вошел в открытые двери. Темный коридор, лишь немного освещенный чадящими в углах факелами, упирался в еще одну пару дверей, на этот раз вполне кошачьего размера. Мямлик толкнул створки и невольно зажмурился. Великолепный, почти полностью раззолоченный зал был полон света. Огромные масляные светильники как бы очерчивали путь от двери к дальней стене, у которой под синим украшенным бриллиантовыми звездами балдахином на двух тронах расположились коты. Правый кот – тонкий, бежевый, с черной полосой посредине морды и ярко-зелеными глазами, – сидел, слегка откинувшись на спинку и лениво обмахиваясь большим веером. Левый – черный, крупный, с порванным ухом и массивной челюстью, – наоборот, был страшно возбужден. Он напряженно подался вперед, как бы готовясь в любой миг вскочить и кинуться на вошедшего.

– Жрец, ты свободен, – мяукнул бежевый. – Мы поговорим с уважаемым пришельцем и завтра на площади возвестим нашу волю.

Сопровождавший Мямлика кролик низко поклонился и быстро нырнул обратно в коридор, тщательно прикрыв дверь. Мямлик с любопытством оглядывал зал. Рисунки на золоченых стенах настолько его поразили, что он даже на время забыл, зачем сюда явился.

– Так-так, и откуда это к нам занесло такого гостя? – внезапно мурлыкнул, недобро посверкивая глазами, худой бежевый кот.

Мямлик вздрогнул, оторвался от разглядывания фресок на стенах и смущенно поклонился хозяевам храма:

– Простите, такие интересные настенные росписи. Совсем как в Мышипте! А ведь мы на другом краю Галактики. Я, видите ли, в прошлом археолог. Впрочем, вы, наверное, не знаете, кто такой археолог. Ах! Это неважно! О чем я, вообще?! Дорогие жители иной планеты, позвольте от имени населения Китана приветствовать вас. Меня зовут Мафусаил.

– Мы не просто «жители планеты». Мы – боги. И, разговаривая с нами, положено падать на колени, – грубо буркнул черный кот.

– Конечно-конечно. – Мафусаил неловко опустился на пол.

– Хорошо. А теперь скажи, где корабль, на котором ты прилетел. Только говори правду! Мы немедленно повелим отнести нас на указанное тобой место, и горе тебе, если ты нам соврешь и корабля там не окажется.

– Простите, боюсь, что не смогу ответить на ваш вопрос. Я ничего не знаю о судьбе нашей «Летучей мыши». Похоже, что спасательную капсулу, в которой я находился, по какой-то причине отстрелило от корабля. Что было дальше, я не знаю.

– Он врет! – яростно мяукнул черный, приподнимаясь на троне. – Я шерстью клянусь, что он врет!

– Подожди, Брысик, – поднял лапу второй хозяин храма. – Разве ты не видишь, что наш новый друг простодушен и не способен на обман? Скорее всего, он говорит правду. Ведь ты говоришь правду, пришелец?

– Конечно! Вы можете найти капсулу в поле на границе с лесом, где-то километрах в десяти западнее города.

– Ну вот видишь. Он искренен с нами. Сейчас он скажет нам, оборудована ли капсула маячками или устройством, позволяющим связаться с кораблем.

– Откуда вы знаете про маячки и датчики? – удивился Мямлик. – Понял… Вы не боги…

– Ну хватит кривляться, – рыкнул черный котяра. – Мы – такие же боги, как и ты. Да поднимись ты с колен, олух! Я шутил.

Мямлик растерянно переводил взгляд с одного кота на другого.

– Зачем ты так груб с нашим гостем, Брыс? – снова замурлыкал бежевый. – Он растерян, немного испуган. Это понятно. Иди сюда, Мафусаил. Присядь.

Кот махнул лапой в сторону невысокой скамеечки, стоящей рядом с помостом, на котором располагались троны богов.

– Для начала, чтобы не было путаницы, давай мы представимся. Я – Когтян, а это – Брыс. Мы торговцы. Не очень удачливые, надо признать. Лет десять назад наш кораблик залетел в эту проклятую систему и потерпел крушение.

– Он разбился оттого, что ты не слушал моего совета и полез на эту собачью планету! – раздраженно буркнул черный.

– Зачем препираться сейчас? Главное – это факты. А они таковы: в силу ряда обстоятельств мы с коллегой оказались на Кролине без корабля и без надежды вернуться домой. Поэтому мы так заинтересованы, скажем так… в твоем корабле. Так как можно с ним связаться?

– Не знаю, – пригорюнился Мафусаил. – Честное слово, не знаю. Капсула была самая простая. Ни переговорного устройства, ни приборов я не заметил. Кроме того, она повреждена. Я и сам, по правде говоря, не без потерь пережил это приземление. До сих пор кружится голова. Хорошо еще, что инопланетяне так дружелюбны. Они мне очень помогли! Кстати, а почему они считают вас, да и меня, богами?

– Эти полоумные кролики? – хохотнул Брыс. – Да они кому угодно готовы поклоны бить. Здесь есть легенда, что в древние времена Кролину спасли от разрушения остроухие боги. Вон они намалеваны на стенах. – Кот обвел лапой залу. – Потом эти боги научили древних кроликов обрабатывать землю, строить дома, подарили алфавит и улетели. Но! Остроухие обещали вернуться. Ну вот, увидев нас, кролики решили, что сбывается древнее пророчество. Умора!

– Да, хоть тут удача нас не оставила. Полное подчинение и абсолютная власть, – улыбнулся в усы Когтян. – Живем – не тужим.

– Но… но ведь это обман! Так нечестно! Надо им открыть правду.

– Что?! – взревел Брыс. – Не вздумай!

– Тихо, тихо, – замахал веером Когтян. – Зачем кричать? Наш гость сам поймет, что это глупая идея. Ты только расстроишь кроликов. Отнимать у несчастных милых малюток веру – это же ужасно!

– Да… конечно. Но обманывать их и дальше… Представляться богами, заставлять их служить себе… – Мямлик передернул плечами.

– Хорошо, – фыркнул Когтян, – ты прав. Однако уже поздно. Наверное, ты хочешь отдохнуть. Завтра на площади мы вместе разъясним кроликам это маленькое недоразумение.

– Ты сошел с ума?! – снова взъярился черный котище.

– Помолчи, – с нажимом произнес бежевый. – Сейчас Мафусаил идет спать. Завтра у нас у всех тяжелый день.

Когтян взял со стоящего рядом столика маленький колокольчик и позвонил. В тот же миг открылась небольшая дверь сбоку от трона, и появился жрец.

– Отведи нашего гостя в спальню и устрой достойно!

Мафусаил поднялся, попрощался с хозяевами и поспешил вслед за кроликом по переходам храмового комплекса. Дверь захлопнулась.

– Мря-уууу! – соскочил с трона раньше такой спокойный Когтян. – Проклятие!

Одним движением когтистой лапы он превратил в лоскуты великолепную ткань балдахина. Брыс в ужасе отпрянул от приятеля:

– Ты чего?

– Чего?! Еще спрашиваешь! Что за идиот свалился на наши головы! «Надо открыть кроликам правду», – передразнил он Мямлика.

– Так ты ж согласился…

– Согласился?! Я?! Ты совсем с ума сошел? Значит, так. Корабль его, скорее всего, разбился, именно поэтому отстрелилась капсула. Да даже если корабль и цел, этот Мафусаил найти его нам не поможет. А значит…

– Значит… – придвинулся к приятелю Брыс.

– Значит, он бесполезен и при этом может быть опасен! – ударил лапой по трону Когтян. – Слушай меня: завтра поступим так…

Храмовая площадь была полна кроликов. Стражники расчистили узкий проход от храма к подножию пирамиды и теперь с трудом удерживали волнующуюся толпу, не давая затоптать красные коврики, которыми выстлали этот проход служки. Атмосфера накалялась, казалось, сам воздух пронизан волнением и ожиданием. Возбуждения добавляло то, что никто толком не знал, чего ждать и с какой целью боги повелели утром собраться на площади. Ясно было только, что это как-то связано со вчерашним прибытием в город нового бога, чье появление, кстати, всю ночь не давало жителям заснуть – кролики думали-гадали, как это может отразиться на их жизни. С одной стороны, конечно, лишний бог под боком не помешает. А с другой… с другой, уж больно непосильные поборы были установлены великими Брысом и Когтяном. Если придется платить еще и на нового бога, то как жить прикажете? В общем, вопросов было много, любопытства еще больше – вот площадь и волновалась, и шелестела, как огромное море. Наконец дрогнули храмовые двери, раздались громкие звуки труб и барабанов, и в окружении храмовой стражи на богатых носилках, поддерживаемых самыми сильными и крупными носильщиками, появились Брыс и Когтян. Их черные бархатные халаты были богато расшиты драгоценными камнями, головы котов украшали высокие цилиндрические шапки. Фальшивые боги важно восседали на подушках, по сторонам не глядели и больше всего походили на памятники самим себе. Чуть позади шел Мафусаил. Свой комбинезон он тоже сменил на халат. Правда, его одеяние было не таким великолепным, как у Брыса и Когтяна. Впрочем, его это совершенно не заботило. Он шел, радостно улыбаясь горожанам, помахивая лапами и даже отвешивая небольшие поклоны. Оставив позади площадь, процессия поднялась на первую широкую ступень пирамиды. Носилки с богами поставили по центру, рядом установили небольшую скамеечку, которую попросили занять Мафусаила. Стража встала по обе стороны импровизированной сцены, а на передний край вышел жрец.

– Слушайте, слушайте, жители Кролины! – закричал он. – Милостивые боги Брыс и Когтян хотят сообщить вам важное известие! Слушайте и запишите их слова в ваших сердцах!

Площадь затихла, вся обратившись в слух.

– Вчера в нашем мире произошло чрезвычайно важное событие! – начал бежевый кот. – Из иных миров к нам прибыл посланец по имени Мафусаил. Внешне похожий на остроухих богов, похожий на нас с Брысом, является ли он богом? Вот какой вопрос, я уверен, задаете вы себе. И вы имеете право на ответ! Ответь нам, Мафусаил, ответь честно, ты бог?

Все глаза обратились к Мямлику. Он встал, неуверенно обдернул халат, и помотал головой.

– Произнеси вслух свой ответ! – потребовал Когтян.

– Нет, я не бог, как, впрочем…

Закончить фразу Мямлик не смог. Сильный подземный толчок сотряс город. Дрогнул вулкан, выпустив хвост тяжелого черного дыма и язык яркого огня, качнулись дома, попадали внутри жилищ вещи. Кролики в ужасе закричали. Даже Брыс и Когтян утратили свой величественный вид и чуть было не кинулись бежать. Впрочем, Когтян быстро взял себя в лапы, обмахнулся веером и крикнул:

– Спокойствие! Боги с вами! Наш гнев сотряс землю, но вам бояться нечего. Он направлен не против наших покорных слуг, а против дерзкого демона, посмевшего осквернить своим присутствием Кролину. Ибо мерзостный Мафусаил не бог, как он сам признал, но демон! Давным-давно вам было предсказано возвращение богов. И вот мы вернулись и дали вам счастье и защиту. Но счастье рождает завистников. Злые силы послали своего гонца! Смерть демону!!! – дико мяукнул кот.

– Смерть демону! – подхватили стражники, хватая совсем растерявшегося Мямлика и скручивая ему лапы веревками.

– Смерть… – немного неуверенно откликнулись кролики на площади.

– Сам ты демон! – внезапно раздался звонкий голосок. – Это тебе смерть!

Когтян прищурил злые глаза и оглядел площадь. В дальнем конце он заметил две фигуры в халатах с капюшонами. Маленькая фигурка рвалась к пирамиде, а более крупная пыталась ее не пустить. Неожиданно стражники, сдерживавшие толпу возле незнакомцев, отпрянули назад. Маленькая фигурка выпрыгнула на ковровую дорожку, откинула капюшон, и все увидели еще одну остроухую головку.

– Это ты демон! Отпусти Мямлика немедленно! – завизжала, кидаясь к пирамиде, Котя (вы ведь уже поняли, что это была она).

– Хватайте ее! – рявкнул Брыс стражникам.

– Отставить! – донесся не менее громкий рык Василия Васильевича.

Капитан тоже вышел к пирамиде. Не торопясь, поднялся на первую ступень и встал рядом с растерявшимися стражами.

– Еще посмотрим, кого надо хватать, – шепнул он застывшему от неожиданности Когтяну.

– Жители Кролины! Много лет вас угнетали и мучили Брыс и Когтян, – закричал он, повернувшись ко вновь притихшей площади. – Они притворялись богами, но разве могут боги быть так злы, и жадны, и беспощадны? Однако теперь вашим страданиям пришел конец. Мы не демоны, мы не боги. Мы прилетели с другой планеты. А вас обманывают проходимцы. Не верьте им.

– Молчать! – яростно зашипел Брыс. – Стража, что стоите? Взять их!

Стражники неуверенно двинулись к ВасьВасю, потом остановились и даже опустили копья.

– Что происходит?! – взвизгнул Когтян. – Хватайте демонов! Они обманывают вас! Они сами хотят захватить власть! Повинуйтесь нам. Мы правили вами много лет. Мы – боги!

– Чем ты докажешь свои слова? – раздались выкрики с площади. – Нам нужны доказательства.

– Ах, доказательства! – скривился Когтян. – Что ж, это честно! Только пусть уж доказательства представляют они. Дорога к источнику вечной жизни – вот что нас рассудит.

Внезапно установилась полная тишина. Кролики крутили головами и чесали уши, обдумывая предложенное решение. Наконец послышались одобрительные выкрики.

– Что это за дорога? – беспокойно спросил ВасьВась у довольного Когтяна.

– Ну… Такая небольшая дорожка, но пройти ее может только тот, у кого в сердце нет зла. Так говорят легенды.

– При чем тут мы?

– Пройдете дорогу – докажете, что вы не демоны. Тогда кролики поверят вашим словам, а нам придется смириться, попросить прощения и уйти.

– А может, лучше вам пройти эту дорогу? – выскочила вперед Котя.

– Может, и лучше, малявка, – рыкнул на нее Брыс. – Только вы тут новички и мутите воду, а мы много лет правим Кролиной! Так что на правах хозяев уступаем вам эту честь!

– Кстати, в конце вас ждет большой приз – вечная жизнь или что-то подобное. Точно никто не знает… пройти дорогу пока не удавалось никому, – злобно ухмыльнулся в усы бежевый кот.

Болезненный лиловый вечер опускался на столицу. Весь день ощущались подземные толчки, а вулкан периодически выбрасывал плотные клубы дыма. Кролики, взбудораженные утренним собранием и грозными природными явлениями, совсем потеряли покой. По натуре добрые и доверчивые, сейчас они не знали что и думать. Жители собирались в группки на улицах и обсуждали новости. Брыс и Когтян заперлись в храме и, казалось, не вмешивались в происходящее. Испытание было назначено на следующее утро. До той поры ВасьВась, Котя и Мямлик на правах полупленников-полугостей были размещены в отдельной комнатке подземелья храмового комплекса. Когда улеглись первые эмоции, наши друзья стали держать совет. Первым выступил, как ни странно, Мямлик. Он поделился сведениями, которые ему удалось собрать: рассказал и о том, как Брыс и Когтян попали на планету, и о том, почему кролики стали им поклоняться. Кроме того, он поделился своими наблюдениями о культуре и развитии кроличьего общества.

– Самое поразительное, – все больше воодушевляясь и, казалось, забыв о грозящей опасности, говорил Мафусаил, – самое поразительное – это близость местной культуры культуре древнего Мышипта. Оставим в стороне самое очевидное – пирамиду. Но росписи стен, но эти изображения богов с телом бесхвостой обезьяны и головой кота! Ведь они просто копируют фрески мышипетских храмов. Нет, это, безусловно, переворот в науке. А главное, это косвенно подтверждает мою гипотезу о том, что в древности Мышипет посетили инопланетяне, и именно они стали прообразами богов. Ох, если б я только не разбил те злосчастные глиняные таблички, мы бы смогли найти путь к родной планете той древней и могучей цивилизации! – Кот в муке зажал уши лапами и застонал.

– Мямлик, Мямлик, прекрати! – дернула его за шерсть Котя. – Сейчас не время. Лучше давайте думать, как нам пройти эту дорогу к «вечной жизни».

– А что нам думать? – пожал плечами ВасьВась. – Информации ноль. Есть дорога. Видимо, опасная, иначе нас туда не посылали бы. Вероятно, в конце действительно спрятан какой-то артефакт. Меня, если честно, больше беспокоят две вещи: просыпающийся вулкан и эти фальшивые боги. Им жизненно необходим корабль – наш корабль. Ох как я волнуюсь за «Мышку»!

– Ну, с «Мышкой» сейчас Хвост. Он ее в обиду не даст, – протянула Котя.

– Это точно, малышка, – погладил ее по голове капитан. – Ладно, предлагаю лечь спать. Это лучшее, что можно сделать в сложившейся ситуации. Силы нам завтра очень понадобятся.

Коты начали укладываться на ночлег, как вдруг неожиданно дверь в их каморку открылась. На пороге стоял Когтян.

– Ну что? Как устроились? Вижу, что неплохо, – насмешливо начал он, выходя на середину комнаты. – У нас с Брысом есть к вам небольшое предложение.

– Не думаю, что оно нас заинтересует, – твердо сказал ВасьВась.

– А все-таки послушайте. Не скрою, ваше появление, а особенно ваше поведение нанесло огромный удар по нашей, скажем так, репутации[3] на этой планетке. Все: даже храмовые стражи, даже жрец, который еще вчера при мне буквально боялся дышать, сегодня начали сомневаться в нашей божественности. Да и не это главное. Нам осточертела Кролина! Осточертели эти добренькие, глупенькие кролики. Мы хотим домой! И нам нужен корабль.

– Я так и знал! – скрестил лапы на груди капитан.

– Вы хотите, чтобы мы взяли вас пассажирами? – подал голос Мафусаил.

– Ха! Это мы возьмем вас пассажирами, если будете паиньками и быстро скажете, где находится судно.

– Вы сумасшедшие? – удивилась Котенька.

– Вовсе нет. Подумай сама. Завтра вы отправитесь по дороге к источнику вечной жизни, и, поверьте, это будет ваше последнее путешествие. Корабль мы, конечно, и сами найдем. Так или иначе, но он должен быть где-то недалеко. Да, возможно, нам придется пережить много неприятных дней, а может, и месяцев. Да, кролики, скорее всего, перестанут нам повиноваться. Но они безобидны и немстительны. Нам ничто не угрожает. Так что, считайте, корабль уже наш. И мое предложение вам – это жест доброй воли.

– Не совсем так. Судя по тому, что свой корабль вы погубили, с летными навыками у вас не очень. Да и десять лет без практики тоже не добавляют уверенности в том, что вы сможете прорваться за пределы этой смертоносной планетной системы, – прищурился ВасьВась.

– Может быть, – раздраженно бросил Когтян. – В любом случае у нас есть шансы.

– Ну вот что, – решительно сказал капитан, – я вам не доверяю! Если даже я вас и возьму на свой корабль, то только на особых условиях. Во-первых, вы должны повиниться перед жителями этой планеты и вернуть им все дары… ну, за исключением съеденного, конечно. Нехорошо, что первый контакт наших цивилизаций начался с обмана. Вы обязаны загладить свою вину не только перед кроликами, но и перед нашей планетой, которую вы опозорили! Во-вторых, на время полета ваша свобода будет несколько ограничена. И наконец…

– Хватит, хватит, – замахал лапами бежевый кот. – Остановитесь. Я все понял. Счастливо оставаться, высокоморальные дураки!

Он нервно хлестанул хвостом себе по бокам и вышел, громко хлопнув дверью.

– А может, надо было согласиться… – нарушила установившееся молчание Котя.

– Они бы нас обманули, – проговорил Мямлик. – Узнали бы, где корабль, захватили его, а нас оставили на Кролине. Неужели ты не видишь, что за фрукты эти «боги»?

– Да, я тоже так считаю, – поддержал кока ВасьВась. – Вообще, влипли мы в историю, да? Но держим хвост пистолетом! Еще посмотрим, кто кого. А сейчас – отбой. Надеюсь, теперь нам не помешают выспаться.

Мафусаил опустил в ведро с водой факел, и комнату заполнила темнота, которая раньше пряталась по углам.

Утро выдалось хмурым. Подземные толчки, хотя и несильные, всю ночь сотрясали столицу. Дым вулкана затянул окрестности. В воздухе пахло гарью и серой, а сдвоенная звезда – местное солнце – окрасилась красным и смотрела на город воспаленным недобрым глазом. На рассвете пленников храма подняли и, не дав толком ни привести себя в порядок, ни даже перекусить, повели из города к грозной горе. Длинная процессия растянулась по дороге, бегущей от центральной столичной площади к подножию вулкана. Впереди под бой барабанов и рев труб на носилках ехали боги. Пышные одеяния и яркие флаги, которые несли слуги, выглядели не совсем уместно в этой тревожной удушливой атмосфере. Вслед за богами, окруженные стражниками, шли наши друзья. А позади них длинной вереницей тянулись зеваки – горожане и жители окрестных деревень. У подножия горы широкая мощенная булыжником дорога обрывалась, и дальше наверх вела небольшая утоптанная тропа, растущие вдоль которой деревья и кустарники были украшены разноцветными лентами. Носилки остановились, слуги развернули их спиной к горе и лицом к пленникам и публике. Брыс кивнул крупной головой, как бы передавая слово своему напарнику. Когтян откашлялся и начал свою речь:

– Сегодня у нас великий день. Мы собрались на этом священном склоне, чтобы узнать правду! Пришельцы посмели обвинить нас в обмане! Нас – богов, что правят вами вот уже десять лет. Богов, которые сошли в ваш мир, как и было обещано легендами, и которые хранят и лелеют ваш покой. Это страшное обвинение прозвучало. Наши сердца наполнились болью, а в ваши змеей вползло позорное недоверие. Мы видим это. Мы читаем в ваших душах, как в открытых книгах. И теперь только испытание рассудит, кто прав: мы или эти подозрительные незнакомцы, которых ваши боги без малейших колебаний объявляют демонами! Итак, пришельцы, перед вами две двери. Та, что открыта, – вход. Та, что закрыта, – выход. Древние тексты гласят: «Только чистый помыслами сможет пройти по тропе до конца и обрести источник бессмертия. Только правдивый откроет последнюю дверь». Идите же по тропе, идите и докажите, если сможете, свою правоту.

Снова ударили барабаны, толпа с напряженным вниманием следила за развитием событий. ВасьВась, Котя и Мафусаил, помахав на прощание кроликам лапами, стали подниматься по тропинке к открытой двери в подгорные галереи. Захватив у входа несколько факелов и бросив прощальный взгляд на долину и город внизу, коты решительно шагнули в пещеру, и темнота сомкнулась за ними, как смыкаются волны моря над брошенным в пучину камнем. Наши путешественники, хоть и могли видеть в темноте, все-таки зажгли огонь. Уж больно беспросветным, больно густым был этот вечный мрак подземелья. Коты миновали первую пещеру и вышли в узкий коридор, уводящий в глубь горы. Неверный свет факелов метался по плохо обтесанным стенам. Пол покрывал толстый слой пыли, кое-где виднелись россыпи мелких камушков, вероятно, осыпавшихся со стен и потолка коридора. Подземные толчки почти прекратились, однако тут было неспокойно. Гору наполнял гул, чувствовалось легкое волнение, как будто огромный зверь дрожал под землей в лихорадке, и всхлипывал, и жаловался на болезнь. Коридор плутал и извивался, то уводил вниз, то карабкался наверх. Раздваивался, закладывал петли, упирался в тупики. ВасьВась не раз похвалил себя за предусмотрительность. Дело в том, что утром, проходя мимо потушенного камина, он набил карманы своего халата холодными угольками и теперь мог делать на стенах пометки, чтобы не заблудиться в этом жутком подземном лабиринте. Внезапно, когда путники уже совсем потеряли счет времени и перестали ориентироваться в пространстве, коридор расширился и коты оказались в огромном зале. Свет факелов едва достигал противоположной стены, которая, кстати сказать, отличалась от всех остальных. Дело в том, что в ней было три прохода, и вход в каждый из них выглядел по-своему. Крайний проем слева был достаточно большим, ровной прямоугольной формы, а по его краям тянулся золоченый орнамент в виде переплетенных цветов и трав. Средний проход казался во всех смыслах средним: ни большой ни маленький, без украшений, ничем не примечательный. Но самым любопытным был, без сомнения, правый вход. Низкий, узкий, полукруглой формы, он изображал пасть какого-то жуткого монстра. Острые зубы, выкрашенные белым, обрамляли рот чудовища, а по полу почти до середины зала тянулся красный раздвоенный на конце язык.

– Мяум-мня-а… – протянул ВасьВась. – Сложный выбор.

– А что тут думать, – встряла Котя, – конечно, нужно идти в золоченый проем!

– Только не туда! – заспорил капитан. – Ты же слышала, что говорит легенда. До конца доберется только «чистый помыслами», или как там… В общем, на богатство и пышность клевать не стоит.

– А я не на богатство, а на красоту клюю, – надулась кошечка.

– Мафусаил, а ты что молчишь? – обратился к коку капитан.

– Видите ли, я не вполне уверен в своих выводах… Обратите внимание, что чуть выше дверей виднеются какие-то буквы. Не могли бы вы посветить? Вдруг там что-то важное.

– Действительно! Надпись. Ну-ка…

Коты пересекли зал, и ВасьВась поднял факел повыше. Через всю стену шла полустершаяся от времени надпись: «Кто чист душой и ввысь стремится, тот к жизни новой возродится».

– Ерунда какая-то, – встопорщила шерстку Котенька.

– Да нет, не ерунда. Видишь, опять про чистоту помыслов что-то, – буркнул старый кот.

Внезапно пещера дрогнула. Подземный толчок сотряс гору. С потолка посыпались камни. Котя взвизгнула и прижалась к капитану.

– Собаки! – выругался ВасьВась. – Только этого не хватает. Друзья, нам надо как можно скорее выбираться отсюда. Нельзя забывать про опасность извержения! Оказаться под землей, когда оно начнется, – верная смерть. Предлагаю двинуться по среднему пути, положившись на нашу удачу.

Он уверенно направился в центральный коридор. Котя поспешила за ним, и только Мямлик нерешительно, как бы нехотя и сомневаясь, покинул большой зал. Коридор, в который они попали, шел прямо и был достаточно просторным, с гладким полом и потолком. На стенах чередовались широкие светлые и узкие темные полосы. Коты быстро продвигались вперед. Постепенно они стали замечать, что проход идет вниз. Поначалу почти неощутимый, уклон постепенно становился все круче. Внезапно впереди выросла стена.

– Тупик… – растерялась Котя, недоверчиво ощупывая стену.

– Опасность! – мяукнул Мямлик.

Он схватил за лапы юнгу и капитана и дернул назад. И как раз вовремя. Огромная решетка выехала из стены и отгородила кусок коридора, в котором только что стояли коты. Быть замурованными в тупике! – что за ужасная участь ждала бы несчастных!

– Бежим! – закричал капитан.

Коты вскачь понеслись вверх по проходу. Насколько легок был спуск, настолько же тяжел оказался подъем. Лапы скользили на плитах пола. Одна за другой из темных полос на стенах выезжали решетки, отсекая все новые и новые куски коридора. Коты бежали, напрягая последние силы. В довершение бед снова начались подземные толчки. Коридор зашатался, как палуба корабля в шторм. Сыпались камни. Плиты под ногами разъезжались и шли трещинами. Вот, наконец, и спасительный зал. ВасьВась выбежал в центр и остановился, разжигая новый факел взамен брошенного в спешке у гибельного тупика. Котя и Мямлик обессиленно опустились на дрожащий пол у выхода из прохода. Особенно сильный удар сотряс гору. Пещера с глухим стоном вздрогнула. Огромная трещина расколола надвое пол, отсекая капитана от остальной команды.

– ВасьВась! – закричала в ужасе Котя, зажимая лапами ушки.

– Я иду, девочка! – крикнул капитан и приготовился к прыжку.

В этот миг очередной толчок качнул землю. Раздался взрыв. Котя завизжала. Какая-то сильная лапа подхватила ее и втянула в «чудовищный» коридор. В ту же секунду огромная гранитная глыба рухнула в центр пещеры, а затем и целая лавина камней хлынула с потолка.

– Я никуда не пойду! Там ВасьВась! Мой ВасьВась! – плакала, сидя у заваленного входа в коридор, Котенька. – Зачем ты утащил меня сюда, Мямлик?

– Ничего… Ничего… Может, он и выжил, – неловко утешал ее Мафусаил.

Толчки прочти прекратились. Пыль, поднявшаяся после обвала, осела. Кот и котенок сидели в самом начале третьего, страшного хода из зала. Сначала они пытались разбирать камни, хотели добраться до того места, где стоял их капитан, но очень быстро поняли, что такая работа им одним не под силу: годы и годы должны были уйти на то, чтобы расчистить погребенный под тоннами камней зал, да и не сделать это без специальной техники и помощников. Время шло, зажженный Мямликом после обвала факел начал чадить и плеваться, явно собираясь погаснуть. Бывший археолог аккуратно и ласково приобнял юнгу:

– Котенька, нам нужно идти.

– Куда? Да и зачем? Я лучше лягу здесь и спокойно умру от голода, чем тащиться по этим проклятым смертельным коридорам!

– Котя, так нельзя… Нам нужно пройти эту дорогу до конца.

– Зачем?!

– Ну, во-первых, ради кроликов. Брыс и Когтян не должны их больше обманывать. Мы докажем свою правоту и освободим их. Во-вторых, ради ВасьВася. Ведь он хотел, чтобы мы это сделали! Значит, нам нельзя его подвести. А еще вспомни о Хвосте, о «Летучей мыши». Как они без нас? Ну и наконец, мы должны доказать самим себе, что чего-то стоим. Вот… я так думаю.

Мямлик смутился и замолчал. Котенька подняла к нему заплаканную мордочку и, наверное, впервые с момента знакомства внимательно рассмотрела кока.

– Мямлик, а ты сам веришь, что мы сможем дойти до конца? Тем более по этому проходу? Тем более… – Котя замялась.

– Тем более со мной, ты хотела сказать, – невесело усмехнулся кот. – Да, я – неудачник. Я неловок, я – растяпа. Но я не привык опускать лапы. Вот так-то. А что до коридора – так именно по нему, мне кажется, и надо идти.

– Почему?

– А ты вспомни, что было написано в зале. «Кто чист душой и ввысь стремится, тот к жизни новой возродится». «Возродится», понимаешь?

Котенька покрутила головой. Мямлик встал и начал прохаживаться взад и вперед, как, наверное, он ходил во время чтения лекций в университете:

– Видишь ли, Котя, практически все древние народности на нашей планете верили, что кот может получить сверхъестественные способности, погибнув, а потом возродившись. Вспомни хотя бы сказки, в которых героя поливали мертвой, а затем живой водой, после чего он оживал, полный невиданной силы. Древние коты-охотники устраивали целые ритуалы приобщения к магии. Как правило, начиналось все с того, что молодого кота скармливали чудовищу. Конечно, не по-настоящему. Монстра рисовали или делали из веток. Вот как здесь, пасть страшилища – это вход в коридор.

– То есть ты думаешь, что мы на пути обретения какого-то древнего могущества?

– Ну… мы слишком много знаем, чтобы продолжать верить в сказки и все эти ритуалы. Но то, что эта дорога сооружалась кроликами, которые имели подобные верования, мне представляется весьма вероятным.

– А ты ничего… – протянула Котя. – Много знаешь, и вообще.

– Это моя профессия, – пожал плечами Мямлик. – Ну, пошли. Нам нужно выбираться из утробы этого монстра.

Он помог Коте подняться, и они осторожно двинулись по коридору. Похоже, в своих предположениях Мямлик был недалек от истины. Во всяком случае, роспись стен весьма натурально воспроизводила внутренности животного. Они прошли сердце, легкие и заплутали по узкому коридорчику, изображающему кишечник.

– Фу, как неприятно представлять, что мы в кишках у какого-то чудовища. И интересно еще, через какое отверстие мы выйдем наружу! – Котя, несмотря на подавленное настроение, хмыкнула.

– Да уж, лучше об этом не думать, – согласился Мафусаил. – Впрочем, ставлю на кон свою плитку, что на том конце будет такая же голова, как та, через которую мы сюда попали.

– Двухголовый монстр?

– Да, причем живущий в двух мирах! Одна голова смотрит в мир живых, другая – в мир мертвых. Пройдя через его утробу, мы перемещаемся в священное пространство духов и сможем обрести там награду за смелость и отвагу.

– Круто! Мир духов. А эти древние кролики были фантазеры!

– Еще бы, – улыбнулся Мямлик. – Ну вот, смотри, снова сердце. Скоро мы выйдем.

И действительно в лицо им подул свежий ветер в знак того, что где-то невдалеке их ждет если и не выход наружу, то хотя бы более просторное помещение.

Протиснувшись через узкое отверстие, коты опять оказались в большой пещере. Позади снова была пасть монстра. Вверху сквозь щель в горе пробивались слабые солнечные лучи. Гладкие обтесанные стены покрывали древние фрески. Стаи кроликов с крыльями взвивались с поверхности пещеры и уносились ввысь – туда, под самый потолок, к небу и солнцу. Под сводом пещеры в слабом пробивающемся с поверхности свете Котины зоркие глазки заметили небольшую площадку, за которой явно был очередной проход. Летающие кролики роились там особенно густо, как бы намекая на необходимость посетить именно эту новую подземную галерею.

– Мямлик, гляди! – Котя ткнула в ту сторону лапкой. – Похоже, продолжение пути там.

– Конечно, там! Духи могут возноситься на небо, а мы с тобой теперь духи.

– Ой, смотри, в стене есть какие-то выступы.

Котя ринулась к стенке и уже нацелилась было ухватиться за первый выпирающий камушек, чтобы подтянуться, но ее буквально сбил с ног Мямлик.

– Не надо! – мяукнул он. – Тут может быть опасно. Ну-ка.

Он взял незажженный факел и осторожно тронул им выступ как раз там, куда Котя собиралась положить лапку. Раздался негромкий шорох, но ничего не произошло.

– Вот видишь, – вздернула нос Котя. – Твои страхи напрасны.

– Я вижу то, чего ты пока не заметила, – поправил ее Мафусаил. – Гляди сюда.

Он протянул факел кошечке. В дереве торчала небольшая игла. Котя ахнула и с ужасом посмотрела на свою так счастливо спасенную лапку.

– Ничего не трогай! – еще раз серьезно предупредил ее Мямлик. – Надо думать!

Он стал мерить пещеру шагами, а маленькая кошечка, чтобы убить время, принялась разглядывать картинки, покрывающие стены. А посмотреть было на что – кролики с разноцветными крыльями взмывали с пола к трещине в своде пещеры. Как ни старалась Котя, двух похожих летунов найти не удавалось. Все у них отличалось: и мордочки, и их выражения, и позы, и одежда.

– Надо же, как красиво. Столько кроликов и все разные! Не лень же было придумывать и рисовать. Мямлик, глянь, а тут кот!

– Где? – бросился к ней археолог.

Действительно, среди роящихся длинноухих трудно было заметить совсем неброского с виду кота. Впрочем, был он не так уж прост. Во всяком случае, пара кроликов с поклоном устанавливали у его ног что-то похожее на каменное яйцо, за что кот протягивал им две пары голубых крыльев.

– Жертвоприношение… Как любопытно.

Мафусаил опустился на колени и стал внимательно ощупывать пол возле стены со странным рисунком. Он аккуратно сметал пыль и убирал насыпи мелких камушков. Наконец он вскрикнул и поманил Котю к себе:

– Смотри! – Он указал на каменную плиту пола, в которой явственно виднелось небольшое круглое углубление. – Я практически уверен, что нам тоже необходимо принести жертву, чтобы получить возможность взлететь. Где-то здесь должен быть камень подходящей формы.

– Камень… Тут сотни камней, – расстроенно мяукнула Котенька. – Видимо, свод осыпается.

В самом деле на полу громоздились целые груды булыжников разной величины. Следующий час коты, чихая от пыли, перебирали завалы. Когда лапы и спины уже начало ломить от усталости, Мафусаил радостно мяукнул. В когтях он зажал мраморное яйцо.

– Дай-ка мне, – метнулась к нему Котя. – Прости, Мафусаил, но нам ни в коем случае нельзя его разбить. Это – наш единственный шанс вернуться на поверхность.

Кот, усмехнувшись, вручил ей свою находку. Котенька быстро подбежала к странной плитке и аккуратно установила яйцо в выемку. В ту же секунду послышался шорох, и сверху упала веревочная лестница.

– Мдя… – почесал за ухом Мафусаил. – Я надеялся на что-то более технологичное. Даже не уверен, смогу ли я залезть.

Но делать было нечего. Мямлик начал подниматься первым. Он тяжело пыхтел и отдувался, сильно раскачивал лестницу и неловко цеплялся за перекладины. Несколько раз даже едва не свалился! Но наконец его измученные лапы нащупали выступ. С трудом подтянувшись, он перекатился на твердую поверхность пола верхней пещеры. Тут же над краем показалась головка Коти.

– Ну-ка, что тут у нас? – исключительно бодрым голоском поинтересовалась она. – Ура! Дверь! И золото!

Действительно, в дальней стене была дверь, и что-то подсказывало, что ведет она как раз на поверхность. А по левую сторону в развалившихся от времени сундуках и корзинах лежали настоящие сокровища: золотые самородки, камни, украшения. Даже в слабом свете, пробивающемся из оставленной пещеры, их блеск резал глаза.

– Трогать, конечно, ничего нельзя… – с сожалением протянула кошечка. – «Чистые духом» уж наверняка не должны соблазниться богатством, так?

Мямлик покивал головой, и Котя удрученно вздохнула. Они подожгли последний факел и двинулись к двери. Внезапно лапа Мямлика задрожала.

– Смотри, – хрипло мяукнул он, указывая на правую стену.

Котя перевела взгляд. На гладкой, видимо, отполированной каменной поверхности висела глиняная табличка.

Её поверхность была сплошь покрыта какими-то точками и линиями.

– Древнее искусство? – заинтересовалась Котя.

– Это… это такая же табличка, как та, что я нашел! Какое счастье!

Археолог подскочил к артефакту и начал аккуратно обметать драгоценную находку.

– Котя, держи факел. Я должен снять табличку со стены! Это потрясающе! Мы обязаны доставить ее на Китан и отдать для изучения научной общественности.

Мямлик попытался аккуратно снять табличку со стены. Однако она не поддалась. Кот отступил и озадаченно потер ухо.

Послышался скрип. Тяжелая дверь медленно открывалась. В пещеру хлынул свежий воздух и свет. Коты радостно подпрыгнули.

– Мафусаил, свобода! Мы сделали это! – обрадованно мяукнула Котя.

Мямлик с удвоенной силой схватился за табличку. Он тянул, тряс, пытался поддеть ее концом факела. Внезапно снова послышался скрип. Коты заозирались.

– Дверь! – взвизгнула кошечка. – Она закрывается! Мямлик, скорее на выход.

– Беги! – приказал археолог. – И жди снаружи. Я не могу уйти без таблички.

Котя выскочила за дверь и стала с беспокойством наблюдать за происходящим в пещере. Несчастный археолог, обливаясь потом, пытался справиться с непокорным артефактом. Дверь неумолимо закрывалась.

– Проклятый лабиринт! Хочешь забрать у меня еще одного друга! – хлестанула по земле хвостиком Котя. – Фиг тебе!

Она уперлась лапами в огромный валун и, напрягая все силы, стала двигать его ко входу. С огромным трудом ей удалось затолкать камень в закрывающийся проем. Послышался страшный скрип, и дверь застопорилась. В ту же секунду табличка сама отделилась от стены и рухнула в лапы Мямлика. Он бережно подхватил тяжеленную толстую глиняную плиту и заспешил к выходу.

– Где же все? – спросила Котя.

Коты стояли на горе́ и с удивлением осматривали пустую равнину между вулканом и городом. Там, где раньше теснились кролики, никого не было, только ветер носил обрывки бумаги, оброненные платки и прочий мусор.

– Надо пойти в город и все выяснить, – предложил Мафусаил. – Где вы оставили флаер?

– Да тут рядом. Спрятали на горе.

Они двинулись вдоль подножия вулкана. Хмурое небо мрачно нависало над землей. Дым и серные испарения застилали окрестности. Краски померкли, и котам казалось, что они идут по черно-белой фотографии. Мямлик изнывал под тяжестью таблички, но не бросал ее. Мало того, казалось, он даже боялся половчее пристроить табличку или поменять положение лап, совершенно уже онемевших. Наконец Котя начала подъем по неприметной тропке, которая вывела их на скрытую от глаз полянку на склоне вулкана. Там под наброшенной защитной сеткой стоял флаер. Коты погрузились на борт. Мямлик пристроил свою драгоценную табличку в ранец, накинул на плечи лямки и крепко закрепил ремнями.

– Ух, – донеслось в это время от пульта. – Хвост нас обыскался. Пятнадцать вызовов с корабля. Алло, «Мышь»? Вызывает флаер номер один. Повторяю, вызывает флаер номер один! – замяукала она в переговорное устройство.

– Котя, – донеслось из приемника. – Слава богу! Как вы?

– Хвост, капитан, возможно, погиб. Мафусаил жив. Мы оба направляемся в город. Включаю маяк.

На том конце повисло молчание. Весть о потере ВасьВася сломила механика. Друг детства! Товарищ, с которым столько пройдено!

– Срочно лечу за вами! – наконец взял себя в руки Хвост. – Приборы показывают, что вот-вот начнется извержение вулкана. Предупредите горожан. Необходимо немедленно начинать эвакуацию. Отбой.

Радио щелкнуло и замолкло. Котя положила передатчик и потянулась к рычагам:

– Ну что, Мафусаил, вот мне и доведется поводить флаер. ВасьВась меня учил, но пока не разрешал. Ах, как я мечтала полетать! А сейчас уж лучше б… – Она замолчала и прикрыла лапой глаза.

– Стартуй, Котя, – приобнял ее Мафусаил, – надо спешить.

Флаер легко взял разгон и на небольшой высоте заспешил к столице. А там было неспокойно. Когда Котя и Мафусаил, бросив флаер у городских ворот, вбежали на площадь, они буквально онемели от удивления. Тут вновь толпились кролики. Все взоры были устремлены на пирамиду. Там, на первой широкой ступени, привязанный к столбу и уже даже обложенный хворостом, стоял их капитан. Рядом с ним на столбе поменьше была укреплена табличка «демон». Стражники и жрец неловко топтались на краю ступеньки, а Брыс с Когтяном разводили в большой медной чаше огонь, явно намереваясь потом подпалить от него костер под несчастным пленником.

– ВасьВась, милый! – расталкивая толпу, ринулась вперед Котя.

– Капитан, вы живы! – сгибаясь под тяжестью рюкзака и поминутно извиняясь перед отброшенными Котей кроликами, спешил к пирамиде Мафусаил.

Площадь заволновалась. Кролики с любопытством разглядывали так неожиданно появившихся котов. Видимо, их считали погибшими. А вот фальшивые боги были явно не рады. Они взволнованно заметались по помосту, не зная, что предпринять. Котя с Мямликом, добежав до пирамиды, первым делом разметали сложенный хворост и отвязали ВасьВася.

– Друзья, – наконец повернулся к площади Мямлик, – мы прошли священной дорогой, и, надеюсь, теперь вы нам поверите. Мы не демоны, мы не боги. Мы жители планеты Китан, так же как Брыс и Когтян. Они вас обманывали, и нам очень стыдно, что первый контакт между нашими цивилизациями начался с вранья.

– Чем вы докажете, что прошли священную тропу? – зашипел, растеряв всю важность и показное спокойствие Когтян. – Вы нашли источник жизни? Покажите его!

– Мы прошли всю дорогу. Иначе как бы мы смогли выйти на поверхность? Вход же завалило. Мы оплакивали нашего друга, думая, что он попал под обвал. Слава богу, Василий Васильевич остался жив и вернулся обратно ко входу в лабиринт. Мы же оказались по другую сторону завала и вынуждены были идти вперед. Мы преодолели все опасности и открыли вторую дверь, но не нашли никакого магического источника. Впрочем, мы нашли кое-что получше, – Мафусаил завозился с рюкзаком и аккуратно извлек из него тяжелую глиняную плиту: – Вот! Это карта звездного неба, на которой отмечена дорога к системе, из которой, вероятно, прилетели на вашу планету те, кого вы называете богами. Представители древней могучей расы, они побывали не только на Кролине, но и у нас, на нашей планете Китан!

– Что за ерунду ты пытаешься нам подсунуть, – яростно кинулся на Мямлика Когтян. – Подумаешь, какая-то глиняная табличка!

Он размахнулся и толкнул Мафусаила. Тот зашатался, пытаясь сохранить равновесие, машинально взмахнул лапами. Раздался глухой удар. Табличка упала на каменную ступень и раскололась. Площадь в едином порыве ахнула. Посреди груды черепков сияла звезда. Мямлик одеревеневшими от ужаса лапами разгреб осколки и поднял ее. Необыкновенный синий кристалл ярко светил, озаряя всю площадь.

– Смотри, тут медная дощечка, – потянула Мямлика за халат Котя. – Ну-ка, что на ней написано?

Тем, кто придет после нас!Пусть карта вас ведет вперед.И мы надеемся на встречу.Звездой заправьте звездолет.Запас энергии в ней вечен.

– Вот она – вечная жизнь, – благоговейно разглядывая кристалл, сказал ВасьВась. – Вечное топливо! Вечная жизнь звездолета. Какой подарок!

– Но карта, карта, она пропала! – зарыдал Мямлик. – О, я проклятый растяпа. Недостойный, негодный ученый. Казните меня!

– Успокойся, ну что ты… – похлопал его по спине ВасьВась.

В эту минуту послышался рев двигателей. У городских ворот приземлялась «Летучая мышь». Все бросились навстречу кораблю.

Когда осела пыль, поднятая двигателями при посадке, лязгнул, открываясь, люк, выкатился трап и из недр корабля появился Хвост. Механик выглядел несколько растерянным и смущенным. Он явно не ожидал такого внимания. Серый кот неловко поклонился окружившим «Мышь» кроликам и помахал лапой.

– Приветствую жителей планеты, – хрипловатым от волнения голосом обратился он к зрителям. – Мы абсолютно дружелюбны, но если вы планируете нападение, то это… лучше не надо. Вот.

– Хвост! – крикнула Котя, пробираясь к трапу. – Мы тут! Никто не планирует нападение.

– Котя! Мямлик! ВасьВась?! – приветствовал друзей механик. – Мне же сказали, ты погиб.

– Как видишь, нет, – потряс лапу другу капитан. – У нас такие новости, ты просто не поверишь!

– Не поверит. Это точно! – донесся злобный голос Когтяна. – Освободить корабль! Передать управление.

Раздался слабый вскрик. В лапах Брыса билась Котя. К ее горлу был приставлен кинжал.

– Установите в топливную систему свою находку и сдайте ключи! – скомандовал Когтян. – Да поживее, нервы у моего друга не очень. Тем более извержение вот-вот начнется.

И действительно, землю потрясли несколько особенно сильных толчков. Вулкан вскрикнул и выпустил густой дым.

– Хорошо, – кивнул ВасьВась. – Отпусти ребенка.

– Сперва выполните наши требования!

ВасьВась взял из лап Мямлика кристалл, спустился с трапа, откинул крышку над баками и вставил сияющую звезду в топливную систему. Корабль вздрогнул, как бы просыпаясь ото сна. Хвост погладил теплый бок «Летучей мыши», затем в полном молчании подошел к черному бандиту и протянул связку ключей. Брыс толкнул на него Котю и, воспользовавшись замешательством, кинулся по трапу наверх! – туда, где его уже ждал Когтян. Они вошли в корабль и задраили люк.

Кролики окружили наших котов. Кто-то протянул Коте конфету, кто-то вытер мордочку Мямлика платочком. Жители всеми силами старались утешить экипаж.

– Пойдемте с нами, – предложил старый кролик в ярком желтом халате. – Отдохнете, примете ванну, перекусите. Малышка у вас совсем на ногах не стоит.

– Спасибо, друзья, – ответил ВасьВась. – Но сейчас вам надо подумать о себе. Скоро начнется извержение вулкана: лава, выброс горячего пепла. Боюсь, ваша столица обречена. Вам нужно срочно начать эвакуацию. Мы поможем. У нас есть флаер. Можем погрузить детей и стариков. Остальные должны сами без промедления покинуть дома.

Кролики закивали головами и двинулись в город. Уже через несколько минут начался исход жителей из столицы. Колонны кроликов тянулись по дороге, уводящей в сторону океана. С ними шли Хвост и Мямлик – свои места во флаере они, конечно, уступили. Котя и ВасьВась вели до предела нагруженную машину. Вулкан грохотал и бился. Землю сотрясали толчки. Колонна перевалила за холм. Многие кролики оборачивались и бросали последние взгляды на столицу, прощаясь с ней и стараясь навсегда запечатлеть ее в своем сердце. Обернулись и Хвост с Мафусаилом. На фоне просыпающегося вулкана взлетала «Летучая мышь».

Весь вечер и всю ночь шли несчастные беженцы к океану. ВасьВась и Котя на флаере метались туда-сюда, перебрасывая к месту стоянки пассажиров, подбирая уставших, предупреждая жителей окрестных деревень и снова устремляясь к намеченной безопасной точке. Хвост и Мямлик шли в основной колонне, подбадривая по мере сил бедных растерянных кроликов. Они рассказывали о своей планете, пытались развлечь, слушали легенды и песни Кролины. Небо позади них то и дело озарялось огненными сполохами. Наконец вдали показался океан. На высокий обрывистый берег выходили все новые и новые группы беженцев. Земля дрожала. Сзади доносились глухие удары. Внезапно земля дрогнула особенно мучительно. Кролики с криком повалились друг на друга. Небо окрасилось красным. Грохнул взрыв. Воздух, который здесь, около океана, был почти чистым, мгновенно наполнился горячим дымом. Дышать стало трудно. Глаза слезились. Подземные толчки следовали один за другим. Океан вскипал. Огромные волны били в берег, закручивались смертельные воронки. Брызги взлетали в воздух и тяжелым туманом застилали горизонт.

– Началось извержение, – объявил по громкоговорителю из флаера ВасьВась. – Прошу соблюдать спокойствие. Для пострадавших на флаере открыт пункт первой помощи.

Целый день Кролину трясло. Все небо застлал черный дым. Кролики, проявив недюжинное мужество и силу духа, обустраивали свое временное пристанище: они разбились на группы, выбрали старших, наладили питание, раскинули тряпичные шатры, в которых, кстати, воздух был гораздо чище, чем снаружи. И через какое-то время оказалось, что уже не коты помогают им, но, напротив, кролики заботятся о котах. Котеньку вкусно накормили и устроили на ночлег. Мямлику натерли лапы и спину какой-то травяной мазью, и боль, не оставлявшая его еще с пещеры, ушла. Кроме того, его отвели к повозке со свитками, и он совершенно забыл о том, что происходит вокруг, погрузившись в их изучение. А Хвост с капитаном, поняв, что их помощь больше не требуется, провалились в сон.

Со временем извержение пошло на убыль. Датчики на флаере показывали снижение активности вулкана до неопасного уровня. Конечно, под слоем лавы и пепла погибла столица и многие близлежащие деревеньки, но жители спаслись, а это значит, что будет отстроен новый город, разбиты новые сады, засеяны поля! Воздух все еще был наполнен гарью, но океан уже не так волновался. В общем, жизнь возвращалась в свое привычное русло. В лагерь беженцев прибывали гонцы из других крупных городов Кролины. Жители не затронутых извержением деревень присылали беженцам запасы пищи, одежду, плетеные коврики для сна и прочие необходимые для лагерной жизни вещи. Однажды утром ВасьВася разбудил Хвост:

– Капитан, к нам делегация!

ВасьВась вскочил, тщательно вылизал лапы и вытер мордочку, влез в парадный летный мундир (штопаный, но штопка была совсем незаметна!). У флаера стояли старейшины кроликов и бывший жрец. Позади молодые кролики держали корзины.

– Уважаемый Василий Васильевич, позвольте от имени всей планеты поблагодарить вас за наше спасение. Вы уберегли нас от страшной опасности, и мы обязательно сложим песню о вашем подвиге. А пока позвольте преподнести вам то, чем богата наша планета.

Кролики сдернули платки, покрывавшие корзины, и ВасьВасю показалось, что округа вновь наполнилась светом – такой яркой, такой изумительно оранжевой была лежащая в кузовках морковка.

– Кроме того, мы связались с нашими братьями из Рабита – второго большого города Кролины, и они уже готовят для вас достойное жилье. Правда… вот что странно. Гонцы передают, что на поле возле города лежит ваш корабль. Конечно, они что-нибудь напутали, вы же знаете молодежь, – заспешил поправиться старейшина, видя, какое ошеломляющее впечатление произвела эта новость на капитана.

– Вот это да… – протянул Василий Васильевич. – Впрочем, сначала я от души благодарю вас, друзья!

– Морковочка у вас вполне ничего, – влезла неизвестно откуда появившаяся Котя. – Особенно если тушить с паштетом или, скажем, засахаренная.

– Подожди, егоза, – прервал ее капитан. – Уважаемый старейшина, не могли бы вы подсказать нам, где находится Рабит? Сообщение о нашем корабле необходимо проверить!

– Что там проверять? Явно какая-то путаница, – снова высунула нос Котя.

– Хм… может, и путаница, а может… – погладил задумчиво усы Хвост.

Через четверть часа загруженный морковкой и приведенный в полную готовность флаер взял на борт весь экипаж «Летучей мыши», старейшину кроликов и гонца из Рабита, принесшего весть о корабле. Коты на всякий случай тепло простились с новыми друзьями, остающимися в лагере. Мафусаил сделал последние фотографии заинтересовавших его свитков, и аппарат, набирая скорость, устремился на восток, к городу. Котя поначалу теребила то Хвоста, то капитана, приставая с вопросами, как «Мышь» могла снова очутиться на Кролине, но, видя, что взрослые ей не отвечают и сами страшно взволнованы, постепенно отстала, села в уголок и принялась поглощать засахаренную морковку. Через два часа лёта вдали показался город.

– Правьте чуть на север, к тому лесу, – сказал гонец, весь полет сидевший крепко вцепившись в подлокотники кресла и изредка восторженно вскрикивавший на особенно крутых виражах.

Флаер взял указанный курс и, сбавив скорость, пошел низко над равниной к синевшему вдали лесу.

– В тот день, когда земля сотрясалась особенно сильно, в нашем лесу начался пожар, – рассказывал меж тем кролик. – Когда огонь утих, мы пошли оценить потери. Каково же было наше удивление, когда в центре выгоревшего участка мы наткнулись на большую металлическую штуковину, больше всего похожую на перевернутую кружку.

– И вовсе никакая не кружка, а очень даже элегантный корабль, – несколько обиженно буркнул Хвост.

– Подожди, – прервал его капитан. – Продолжайте, пожалуйста.

– Да, собственно, продолжать нечего. Вон она, видите?

И правда, посреди черной проплешины, среди обгорелых стволов, углей и пепла стояла… «Летучая мышь». Ликующий вопль котов потряс флаер. Едва посадив машину, коты бросились к своему кораблю.

– Как же это? Как же это так? – счастливо улыбаясь, одолевала механика Котенька.

Хвост, откинув наружный крышку в машинное отделение, немного покопался внутри, закоротил какие-то проводки, и массивный входной люк с мягким чмоканьем отъехал в сторону.

– Внутрь идем мы с Хвостом! – скомандовал ВасьВась, доставая из флаера пистолеты. – Мафусаил занимает позицию у трапа. В случае появления бандитов открывать огонь по лапам!

Капитан и механик сняли свои пистолеты с предохранителей и нырнули в люк. Какое-то время было тихо, а потом на трапе снова появился ВасьВась. Морда его сияла, усы топорщились.

– Заходите! – весело крикнул он. – Разбойники заблокированы в кабине. Они сидят там уже неделю голодные. Хорошо хоть, вода у них была.

– Да что, в конце концов, произошло-то, ВасьВась? Я помираю от любопытства! – вцепилась в капитана Котя.

– Что-что? – появился на пороге механик. – Автоматика барахлит. Чинить надо. А может, «Мышка» чужих не любит.

Он подмигнул Мафусаилу, и коты залились громким счастливым смехом.

«Летучая мышь», благополучно преодолев пояса астероидов, покинула звездную систему Кролины. Бандиты были переданы кроликам. Их ждал суд. Впрочем, зная доброту жителей планеты, ВасьВась был уверен, что приговор будет мягким. Так что, скорее всего, первая же организованная на Кролину с Китана экспедиция сможет забрать горе-торговцев на родную планету. Потрясающее открытие, пережитые приключения и необыкновенный дар древней цивилизации – все это наполняло котов невероятной радостью.

– Конец нашему рабскому существованию! – разглагольствовала, сидя на своем изящном стульчике в кают-компании, Котенька. – Первооткрыватели населенной планеты! Обладатели вечного топлива. Мы организуем свою космическую контору и будем брать только самые интересные заказы. Уж к нам коты повалят! Правда, Вась?

– Конечно, милая, – усмехался капитан. – Только как же мы обойдемся без кока?

– Как без кока? – подскочила Котя.

– Ну как… Вы с Хвостом были им недовольны, и наш Мафусаил собирался увольняться после первого полета, – развел лапами Вась- Вась.

– Что за ерунда! – взвилась кошечка. – Да я с нашим Мямликом теперь никогда не расстанусь! Он герой! Он настоящий ученый! Ты знаешь, что мы с ним пережили в лабиринте? Ведь ты не уйдешь, правда? – бросилась она к Мафусаилу.

– Правда, Мафусаил, забудь, если что было плохого, – подошел к коку и механик. – Предлагаю тебе свою дружбу.

– Спасибо! – растроганно пробормотал Мямлик. – Конечно, я никуда не денусь. И потом, должен же кто-то вас кормить вафлями. А печь их умеем только мы с бабулей. Но она в космос точно не полетит.

Звездолет уверенно прокладывал дорогу к дому. Впереди котов ждала родная планета, слава и новые приключения.

Гиперпространство – многомерное пространство с четырьмя измерениями и более, позволяющее при переходе в него перемещаться в нужное место со скоростью, превышающей скорость света.

Траектория – линия, по которой предмет движется в пространстве.

Репутация – мнение окружающих людей или кроликов о ком-то.