Признаюсь сразу, я никогда не мечтал о космосе – ни о полёте туда, ни как о сфере приложения своих каких-либо профессиональных навыков, среди которых биология и журналистика. Но непредсказуемая судьба распорядилась так, что сначала мне довелось стать профессиональным космонавтом-исследователем, а затем заняться журналистским и литературным осмыслением этой необычной сферы человеческой деятельности. На этом пути и произошла очень важная, бесценная для меня встреча с академиком Олегом Георгиевичем Газенко – одним из основоположников космической биологии и медицины, готовившим в полёты за пределы Земли первых животных и многих космонавтов, удивительным человеком, учёным и романтиком. Результатом этой счастливой для меня встречи и стала наша с ним необычная совместная работа, завершившаяся созданием этой книги.

Наш первый разговор о пилотируемой космонавтике состоялся в конце 2003 года в его домашнем кабинете академического дома на улице Петровского, куда я пришёл для подготовки интервью с ним по проблемам и перспективам освоения космоса человеком. Я сразу был очарован интеллигентными манерами, обширными знаниями этого человека, его умением неторопливо, обстоятельно и доходчиво излагать свои мысли, слушать собеседника.

Но задолго до этой встречи произошёл мой неожиданный, сумасшедше интересный и плодотворный поход в космонавтику, который начался в 1989 году. Тогда в нашей стране был объявлен открытый профессиональный конкурс для журналистов, желающих полететь в космос на работающую советскую орбитальную станцию «Мир» в рамках проекта с очень странным названием «Космос – детям». Успешно пройдя творческий, медицинские и прочие отборы, осенью 1990 года я оказался в Звёздном городке на общекосмической подготовке в отряде космонавтов. Полёт советского журналиста не состоялся из-за развала Советского Союза, но полуторагодовое пребывание в столь необычном месте, закончившееся получением квалификации «космонавта-исследователя», и погружение в эту малодоступную для журналиста область деятельности я использовал для сбора информации и написания в дальнейшем книги «Приглашение в космос», которая увидела свет летом 2003 года. В ней я рассказал о жертвах, которые понесли земляне в освоении космического пространства; через свой собственный опыт – об испытаниях, выпадающих на долю тех, кто решит стать космонавтом; о малоизвестных эпизодах наиболее драматичных советских полётов; о практически неизвестных космических испытателях, которые приняли на себя самое тяжёлое бремя определения возможностей человеческого организма, и о своей версии того, для чего человек стремится за пределы Земли.

Естественно, эту свою книгу о космосе – с соответствующими словами на титульном листе и с трепетом в душе – я подарил Олегу Георгиевичу Газенко в первый к нему визит. Подготовленное с ним интервью напечатали в двух центральных российских изданиях, и, получив их в редакциях, весной 2004 года я снова пришел к Олегу Георгиевичу. Вот тут-то я понял большую пользу написания книг! В какой-то момент нашего непринуждённого разговора, когда Газенко с благодарностью принял у меня печатные тексты своего интервью и очень хорошо отозвался о моей книге, он осторожно проговорил:

–  Знаете, у меня для вас есть одно предложение…

–  Слушаю вас, Олег Георгиевич, – ответил я, застигнутый врасплох такими словами и совершенно не представляя, какое мне может поступить предложение от академика Газенко.

И тут он каким-то загадочным и почти заговорщическим тоном поведал, что на протяжении своей жизни, помимо сугубо профессиональной деятельности, связанной с космической биологией и медициной, очень интересовался фантастической литературой на темы полётов в космос и собирал по мере возможности эти произведения.

– Нет-нет, речь идёт не только и скорее даже совсем не о современной фантастике, – прервал он меня, когда я попытался подхватить разговор, вспомнив любимых мною Уэллса, Брэдбери, Лема, Стругацких, – я имею в виду фантастические произведения, написанные в самые разные периоды человеческой истории, в том числе и очень древние. Такие, например, как «О лике видимом на диске Луны» греческого философа Плутарха или «Икароменипп» сирийского писателя Лукиана, созданные ими в начале первого тысячелетия. Ну, и другие, появившиеся до и после этих. Но главное в них то, что эти произведения, поначалу наивно фантастические, потом фантастические и, наконец, научно-фантастические, подготовили научную мысль, а в итоге – и реальный полёт человека в космос.

И он начал выкладывать передо мной явно заранее извлечённые из стеллажей с бумагами и книгами к нашей встрече оригиналы и ксерокопии, распечатанные из Интернета тексты практически неизвестных для меня авторов разных времён.

– Было бы очень важно написать об этом какой-то обзорный очерк, чтобы люди узнали об огромной и разнообразной мыслительной работе, которую проделали писатели разных стран и времён для того, чтобы человечество в определенный момент своей истории вышло в космос, – перешёл он к главной части своего предложения, – но я чувствую, что не смогу этого сделать. Не получится у меня… А вот у вас, я читал вашу книгу, несомненно, получится. Так, может быть, если вам интересно, мы сделали бы это вместе?

Больше всего мне запомнилось и понравилось в том разговоре именно это деликатное «…если вам интересно». Он не просил, не завлекал чем-либо, не давил своим авторитетом и не интриговал, а ненавязчиво увлекал меня и пытался заинтересовать тем, чем определённо болел и был озабочен долгое время. Тем, что, очевидно, считал очень важным и чем очень хотел поделиться со всеми людьми, но не знал точно, как это лучше сделать. Вместе с текстами возникла загадочная красная коробочка из-под фотобумаги «BASF», явленная передо мной с какой-то особой благоговейностью и любовью, на которой рукой Газенко было написано «Космонавтика и научная фантастика». Боже, что это была за коробочка! О ней следует сказать особо.

Как старый добрый волшебник, он стал извлекать оттуда волшебные вещи. Первой появилась с научной педантичностью и аккуратностью – в цвете нарисованная таблица эпох развития человечества с обозначенными на ней узловыми событиями и именами мыслителей, учёных, писателей. Нашествие монголов и бубонная чума, малый ледниковый период и падение Константинополя, Аристотель и Бэкон, Данте и Леонардо, Коперник и Ньютон, Лютер и Циолковский, Эйнштейн и Фридман. Следом – столь же скрупулезно и красочно выполненная таблица под названием Динамика числа авторов Н.Ф., в которой был построен график изменения динамики произведений научной фантастики за все времена: от античности до конца XХ века, усреднённый за период в 20 лет. Далее шли две программные цитаты, крупно начертанные на отдельных листах. Первыми были слова Циолковского: «Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка. За ними следует научный расчёт. И уже в конце концов исполнение венчает мысль». Вслед за ними шла цитата из Брэдбери: «Фантазия – это мечта, а мечта – это сильнейший стимул. Именно поэтому люди сумели овладеть огнём, создать орудия труда и начертать петроглифы. Фантастика – это эстетика будущего, ощущение и предвосхищение будущего». Также передо мной оказалась схема взаимоотношения литературных жанров и схема появления различных литературных произведений древности от Гомера до Лукиана, озаглавленная цитатой из «Одиссеи» Гомера «Жажда вечная неба коснуться». Затем – не менее наглядные и подробные характеристики отдельных писателей с разбором их произведений на фантастические космические темы: Плутарха из Херонеи и Лукиана из Самосаты, француза де Бержерака и англичанина Годвина, немца Кеплера и русских писателей Левшина, Богданова, Циолковского. Отдельные листы были посвящены хронологии становления научной фантастики: от американца Эдгара По и француза Жюля Верна до англичанина Герберта Уэллса и русского Александра Богданова. Особо глубокого разбора на нескольких листах в коробочке Газенко удостоился Константин Циолковский и его главное фантастическое произведение «Вне Земли». Присутствовали в ней и более близкие к современности фантасты – американцы Эдгар Берроуз, Мак Рейнолдс и Карл Саган – оттисками обложек их книг. Причём все эти цветные иллюстрации выполнены были не на бумаге, а на плотной прозрачной кальке, под которую подкладывался чистый белый лист.

Забегая вперёд, скажу, что эта коробочка стала центром нашей работы, поскольку в ней тезисно и хронологически была сформулирована концепция грядущего труда. Уже она одна, на протяжении многих лет собираемая Олегом Газенко коробочка эта, явилась бы несравненным вкладом учёного в нашу совместную работу, в которой мне оставалось лишь прочитать энное количество произведений, осмыслить всё и написать друг за другом несколько очерков. Но мой соавтор самым активным образом участвовал и в обсуждении общего плана работы, и в разработке очередного очерка, и в редактуре его после написания. То есть был настоящим, полноценным и бесценным моим соавтором!

Просматривая первые тексты, записи и с любовью составленные красочные таблицы Олега Георгиевича, которые он выложил передо мной из этой коробочки, я каким-то шестым чувством ощутил важность происходящего. Осознал далеко тянущиеся от него нити. Но, заворожённый очень спокойным тоном моего собеседника и верный профессиональному подходу, который всегда требовал от меня максимально детального ознакомления с любой новой темой, даже самой интригующей, не стал торопиться.

– Да, Олег Георгиевич, мне это интересно, – ответил я ему через несколько минут, – но мне надо взять с собой ваши материалы и дома в спокойной обстановке более подробно ознакомиться с ними.

–  Конечно, конечно. Берите всё, что считаете нужным, – ответил он, загадочно улыбаясь и сделав лёгкий жест рукой не только по направлению к разложенному передо мной на столе, но, как мне показалось, и в адрес огромного стеллажа с книгами во всю стену и до потолка за его спиной…

Потом выяснилось, что удивительный стеллаж этот с не менее удивительными книгами, нередко подписанными удивительными же людьми, продолжался и в спальне Газенко. Как позже оказалось, я был недалёк от истины в понимании этого жеста. Олег Георгиевич не только открыл передо мной огромный мир самых невероятных книг, собравшихся у него в течение долгой и потрясающе интересной жизни, – бывало, я уходил от него, с трудом унося заполненный ими рюкзак за спиной, а потом, закончив работу над очередным очерком, нёс всё назад. Продолжением этого открытия стали мои многодневные бдения в Ленинской библиотеке, где я находил недостающие в библиотеке Га-зенко книги и внимательно читал их, прежде чем составлять план очередного очерка и идти с ним на обсуждение к своему соавтору. Бывало, когда я знакомил его со списком прочитанной мною литературы к очередному очерку, он искренне удивлялся, что удалось найти то или иное интересное произведение автора, о котором он даже и не слышал. Тут меня охватывала законная гордость и радость, оттого, что смог чем-то дополнить составляемую им многие годы грандиозную картину и внести новые краски в общий труд. Олег Георгиевич с редкой щедростью и любовью открыл передо мной и мир своих мыслей о космосе, о человеке в нём, о том, как постигали его писатели и учёные разных времён, как и он сам пришёл к этой необычной профессии. Благодаря счастливой судьбе, я знакомился с помощью Газенко с этим миром, бывало, часами, хотя предварительно мы договаривались о получасовой встрече.

И когда передо мной стал открываться совершенно незнакомый мне доселе и удивительный мир древней фантастики, я быстро понял, что этот мир, в который вдруг решил меня ввести Олег Георгиевич, не просто интересен мне. Но это именно то, чего мне не хватает для составления полноценной картины освоения космоса человечеством, самую последнюю и короткую часть которой я в деталях описал в своей книге «Приглашение в космос» и к которой мне посчастливилось прикоснуться с попаданием на общекосмическую подготовку в отряд космонавтов. И эта, нынешняя удача, конечно же, связанная с первой, была не менее ценная. Потому что гидом в этом завораживающем путешествии был необыкновенный человек Олег Георгиевич Газенко.

В истории человечества ничего просто так не происходит – любое реальное событие готовится первоначально мыслью человека на эту тему. А фантазия – одна из наиболее ярких и свободных форм мысли. Вот с середины ХХ века, с запуском первого искусственного спутника Земли и полётом в космос первого человека началась новая эра в истории человечества. Но это новое в то же время является и естественным, логическим завершением некоего огромного мыслительного процесса, который проходил в умах разных людей разных эпох для того, чтобы в конце концов появились научные открытия, а затем – возможности техники, позволившие осуществить самую дерзкую мечту землян. А первой частью, растянутой во времени на тысячелетия, является именно та человеческая фантазия на космические темы, с которой начал меня знакомить Газенко. Разве мог я отказаться от такого предложения?!

И работа наша началась. Прежде всего, на основании знакомства даже с небольшим количеством литературы, полученной от моего соавтора, и того, что он мне поведал устно, стало ясно, что одним очерком столь большое дело ограничиться не может. Решено было разбить всю человеческую историю на ряд периодов, в каждый из которых входило бы некоторое примерно одинаковое число фантастических произведений на тему полёта человека в космос, появившихся в это время. Выходило, что нам предстоит написать от четырех до шести довольно объёмных очерков, охватывающих человеческую цивилизацию примерно со второго тысячелетия до нашей эры до середины ХХ века – до полёта Гагарина. Основными точками опоры в анализе таких произведений мы выбрали способ передвижения от Земли и цель этого путешествия. Как только определился метод, стало ясно, что нужно делать, и уже через пару месяцев, когда я прочитал все вошедшие в первый период произведения (или получил краткую информацию о них), первый очерк был готов.

Естественно, во время наших творческих встреч разговор съезжал с конкретной темы начатой работы. Он мог коснуться и проблемы существования инопланетян, и пределов физических, физиологических возможностей человека в связи с его продвижением в космос, и увлечения самим Газенко горами, а моей семьей – горными лыжами, и разведения нашими женами цветов на даче. А как-то раз речь вдруг зашла о музыке Вселенной.

– Вы знаете, – сказал тогда Олег Георгиевич, – что она наполнена звуками? И не просто звуками, а гармоничными звуками. Это музыка космоса, которая не всегда и не всем слышна на Земле…

Потом, при подготовке очередного очерка о фантастической литературе 20-х годов ХХ века, я вдруг встретил практически эту же фразу о музыке космоса в «космическом» рассказе одного из самых необычных русских писателей Андрея Платонова. Во время другой беседы он рассказал мне о том, как пришёл к своей профессии и как в середине ХХ века начинались первые работы по подготовке животных к полётам на ракетах. Уже тогда было понятно, что всё идет к полёту в космос человека, и многие из тех, кто были задействованы в этих работах, написали заявление о своём желании участвовать в таком полёте.

– Вы тоже написали такое заявление? – спросил я Газенко.

– Нет, – ответил он.

– Почему?

– Я боялся…

Это было сказано таким доверчивым тоном и с такой почти детской непосредственностью, что я пристальнее вгляделся в сидящего передо мной 86-летнего маститого ученого – прошедшего всю войну и имеющего три ордена Красной Звезды военврача, генерал-лейтенанта, академика, стоявшего у самых истоков космической биологии и медицины. Да, он был совершенно искренен и естественен в этом ответе, он оставался в нём до конца честным человеком и учёным, относящимся и к себе как к объекту исследования! От этой, на первый взгляд, слабости, его человеческий и научный масштаб только вырос в моих глазах. И я совершенно понял его, вспомнив, как испытывал подобное чувство страха в отдельные экстремальные моменты своей космической подготовки, и, бывало, оно появлялось у меня, когда думал о предстоящем полёте на космическом корабле. В другой раз наш разговор сместился на специфические ощущения космонавтов от пребывания в космосе, и я спросил его:

– А если бы вам всё же довелось полететь туда, то какую сверхзадачу вы поставили бы прежде всего перед собой в этой миссии?

Он совсем немного подумал и ответил:

– Увидеть нашу Землю со стороны…

В какой-то момент, кажется, это было во время обсуждения третьего очерка, я понял, что, собранные вместе и, быть может, слегка расширенные, наши очерки могут стать книгой и сказал об этом Олегу Георгиевичу. Он безоговорочно поддержал меня и тут же начал высказывать идеи о важных с его точки зрения иллюстраций к ней. Что, например, неплохо было бы подготовить большую сводную таблицу всех способов фантастических путешествий в космос и разместить их в порядке хронологии, параллельно с основными научными открытиями и техническими достижениями человечества. А также поместить в книге портреты наиболее значимых писателей-фантастов всех времён.

Совместная наша с Олегом Газенко работа над этими очерками, начавшаяся в марте 2004 года, продолжалась практически до последних его дней. Конечно, он сильнейшим образом цементировал эту деятельность и всякий раз заставлял меня проникаться чувством восторга и важности от вроде бы несерьёзных фантазий людей о космических полётах и вообще от того, за что мы с ним взялись. Кроме того, его участие в этом нашем труде, его научный багаж, интеллект, знания и общечеловеческий кругозор создавали ощущение совершенной легкости и изящности, с которой выстраивалась сама работа и окончательный ее продукт, воплощенный в словах, предложениях, страницах и очерках-главах. Мы успели написать четыре очерка, последний из которых я закончил и приготовился нести на окончательный просмотр своему соавтору за два дня до его смерти в ноябре 2007 года…

Этот необычный труд, на который меня подвигнул Олег Газенко и над которым мы самозабвенно трудились три с половиной года, пришлось заканчивать уже без него. Но мы так много говорили с ним о космонавтике и о фантазиях людей на эту тему, так много успели вместе написать и обсудить на будущее, что порой мне казалось, будто я слышу его голос и оцениваю ту или иную пришедшую мне в голову мысль с его позиции. Теперь работа полностью завершена, и наша книга выносится на суд читателей.

Запуск первого рукотворного космического тела (искусственного спутника Земли) в октябре 1957 года произвёл ошеломляющее впечатление и вызвал огромный энтузиазм людей на всей планете. Вскоре последовали другие поразительные достижения, определившие начальный, романтический этап развития космонавтики – первое живое существо в космосе (собака Лайка), первый орбитальный полёт Юрия Гагарина, первый выход в открытый космос Алексея Леонова, первая орбитальная станция, первый шаг на поверхность Луны Нейла Армстронга и многое другое.

Все эти события не только стали определённым итогом эволюции биологической жизни (земной цивилизации), подведением важной черты под пониманием устройства окружающего нас мира, но ещё и точкой отсчёта новой – космической эры существования человечества. Эры выхода за пределы своей колыбели Земли, в которой люди, несомненно, еще лучше поймут этот мир и, возможно, осознают и выполнят своё вселенское предназначение.

«Космонавтика» (от греческих слов κόσμς– «космос» – Вселенная и ναυτικη – «наутика» – кораблевождение) в прямом смысле этого слова означает полёты в космическое пространство, а по сути является использованием совокупности открытий науки и техники для освоения внеземного пространства и его объектов с целью получения новых знаний и удовлетворения нужд человечества. Хотя фактически космонавтика началась в середине ХХ века, становление её идей имеет древнюю и занимательную историю. В ней причудливым образом переплетаются стремления человека познать и описать окружающий мир с поиском средств и способов его проникновения в околоземное пространство. Эти идеи отражались в древних мифах, сказках, легендах, религиозных догмах и литературных творениях. С развитием цивилизации часть из них в силу тех или иных причин исчезла, другие сохранились в виде древних текстов, позднее – в фантастических и научно-фантастических произведениях и, наконец, обрели в ХХ веке стройную систему научно-технических знаний.

Нам, двум авторам, по-разному связанным с космонавтикой, показалось интересным и, возможно, поучительным проследить ход зарождения и развития её идей, особенно в части, касающейся способов и мотивов полёта человека за пределы Земли. Мы решили показать подготовленность новой эры земной цивилизации эволюцией человеческой мысли в этом направлении с самых ранних, доступных для обозрения времён, используя дошедшие до нас литературные и прочие источники на эту тему. Для чего написать серию очерков под общим названием, каждый из которых охватит свой временной интервал. В них будут не только названы и в том или ином объёме пересказаны написанные в этот период фантастические произведения, но и проведён их короткий или более подробный анализ с сопоставлением с реальными научно-техническими и общественными событиями, происходившими в это время в мире.

Предполагалось, что получится три-четыре очерка. Но когда началась работа и мы стали открывать для себя всё новых и новых авторов, погружаться в удивительный мир человеческой фантазии на космическую тему, бьющую сильнее и сильнее от века к веку с разных континентов и из разных стран нашей планеты, то количество их стало возрастать, достигнув в итоге семи. К моменту написания последних очерков естественным образом сложилось понимание того, что выходит у нас пусть необычное, не совсем понятное по жанру, но вполне самостоятельное, практически законченное произведение с уже готовым общим названием и названием отдельных глав, получившихся из каждого очерка. Оставалось лишь слегка причесать весь текст, написать вступление, заключение и найти художника, понимающего замысел авторов. Так родилась эта книга, которая, мы надеемся, поможет понять истоки того, что произошло с человечеством накануне третьего тысячелетия – истоки того, что мы сейчас называем космонавтикой.

Для того чтобы окинуть умственным взором окружающее нас небесное пространство – «дотянуться рукой до неба», как мечтал Овидий, – а тем более оторваться от поверхности родной планеты и подняться ввысь, человечеству потребовалось немало времени. По крайней мере, как полагают археологи, около двух миллионов лет ушло на превращение предшественников человека (древних гоминидов) в человека современного вида – кроманьонца, который появился на Земле примерно 60–80 тысяч лет назад. В условиях непрерывной борьбы за существование, шаг за шагом он совершенствовал средства выживания, обретал более эффективную общественную организацию, развивал способности накапливать внегенетическую информацию, передавая мысли с помощью слов от поколения к поколению.

Однако ещё очень долго древние люди проводили свою жизнь в неустанной заботе об элементарном выживании и едва ли успевали надолго отрывать свой взор от поверхности планеты, на которой появились и вели свой трудный век. Главными объектами их постоянного внимания были предметы, с которыми напрямую связывалась обыденная жизнь: животные и растения, коренья и плоды, мужчины и женщины, дождь и холод. Мы не имеем каких-либо достоверных свидетельств о помыслах наших давних предков, но можем с большой вероятностью утверждать, что не было в их помыслах ничего, связанного с желанием оторваться от поверхности Земли и устремиться в небо к смотрящим на них оттуда Солнцу, Луне или звёздам – ни в реальности, ни в фантазиях на эту тему. Не до того было людям в те далёкие времена!

Древний человек перед звёздным небом

Ситуация изменилась с появлением на Земле первых цивилизаций, примерно после четвёртого тысячелетия до нашей эры, когда такая возможность им предоставилась и потребность в этом появилась. Переход к земледелию и скотоводству, зависящим от погоды и времён года, возможность путешествий без постоянных помыслов об охоте и собирании подножного корма позволили нашим более близким предкам чаще и дольше смотреть на небо.

Там, если не было облаков, они видели то же самое, что видим сейчас и мы: ослепительное Солнце днём, загадочную Луну и россыпи звёзд ночью, а иногда – едва движущиеся непонятные хвостатые точки. Далёкие от истинного понимания открывающейся им странной и завораживающей картины, они толковали её по-своему – в силу сложившихся у них к тому времени понимания окружающего мира и способности абстрактно мыслить. Так рождались представления, которые оформлялись в устойчивые картины мира, называемые мифами. Полагают, что мифы стали складываться в сознании людей несколько десятков тысяч лет тому назад. А те из них, которые в общих чертах дошли до нас, датируются примерно четвёртым-пятым тысячелетием до нашей эры.

Очень древни и чрезвычайно разнообразны мифы о происхождении Солнца (солярные), Луны или месяца (лунарные) и звёзд (астральные). В одних небесные объекты изображаются людьми, некогда жившими на Земле и по какой-то причине затем поднявшимися на небо, в других – их создание приписывается какому-либо сверхъестественному существу. У народов с развитыми мифологическими представлениями центральную группу составляют мифы о происхождении мира, Вселенной (космогонические) и человека (антропогонические). Интересно, что в них наряду с идеей творения мира неким высшим существом присутствуют и такие, в которых мир постепенно развился, эволюционировал из какого-то первобытного состояния – хаоса или мрака, воды или некоего яйца и т. п.

В астральных мифах созвездия и планеты чаще всего представляются предметами или явлениями из непосредственного окружения людей, причём у разных народов они сильно различаются. Например, в древней Вавилонии была создана система из 12 знаков зодиака, которая описывала видимое звёздное небо – позднее она была перенята греками («зодиак» в переводе с греческого означает «животное»). В шумеро-аккадской мифологии – это уже божества, а в кеттской и селькупской – корни деревьев. У тех же греков звёзды и планеты представлялись переместившимися на небо после смерти людьми и даже следами движения мифологических героев.

Довольно развитые астрономические познания доказаны историками для эпохи, начиная именно с четвёртого тысячелетия до нашей эры, когда в Западной Европе и на Востоке появились сооружения, напоминающие древние обсерватории. Помимо пышного мифотворчества, расширение знаний о звёздном небе привело к развитию астрологии – учению о воздействии светил как на судьбы всего человечества, так и отдельных людей. С другой стороны, новые знания о небе над головой подтолкнули к созданию первых материалистических представлений о макромире: появилась ставшая основной на долгие годы система устройства Вселенной Птолемея с Землёй в центре и всего остального вокруг неё.

Однако ни в одной из существовавших картин организации и существования Вселенной не было места реальному, живому человеку вне Земли! Боги, полубоги, ангелы, духи – это, пожалуйста. По-видимому, нет ни одного древнего народа, который не наделял бы подобные создания в своей религиозной фантазии способностью носиться над Землёй и дальше. И языческое, и христианское, и мусульманское небо буквально заселено ими. А вот человеку до поры до времени там места не было.

Возможность путешествия человека за пределы родной Земли, в межпланетное пространство было, видимо, давнишней мечтой, появившейся в отдельных головах представителей человеческого рода. Вероятно, она столь же древняя, как сама астрономия, берущая начало со времён Вавилона и древнего Китая. Образным, возможно, подсознательным выражением этой ранней мечты об ином существовании людей, стремлением и потребностью вырваться за пределы своей планеты, по-видимому, первоначально стали боги и ангелы, изображаемые в мифологии с крыльями и способные легко оторваться от Земли, покинуть её. Сознательно человек тогда ещё не мог позволить себе подобную дерзость. Но она, несомненно, появилась в нём на определённом этапе развития и росла, пока не вырвалась в наивных и примитивных поначалу, потом всё более усложняющихся и детализированных фантазиях, которые впоследствии, с появлением более глубоких представлений об окружающем мире и точных законов его существования, переросли в научную фантастику. Далее – в разработку научных теорий космических полётов, и, наконец, человечество пришло к реальным полётам за пределы Земли, начавшимся, как известно, в апреле 1961 года полётом Юрия Гагарина на реактивной ракете «Восток». Именно этот год, ставший началом космической эры человечества, в нашем обзоре фантастических произведений на эту тему является конечной точкой.

Первая глава охватывает очень продолжительный период человеческой истории протяжённостью несколько тысячелетий, начинающийся примерно с момента появления первых письменных источников (третье тысячелетие до нашей эры) и до времён, предшествующих великим астрономическим открытиям (XVI век нашей эры). Однако за такой огромный период времени было написано всего-то чуть более двух десятков произведений на тему фантастических космических путешествий. Часть фактов, упомянутых в этой главе, приведена по энциклопедическому труду профессора Николая Рынина «Межпланетные сообщения. Мечты, легенды и первые фантазии», вышедшему в 1928 году в Ленинграде.

Видимо, древнейшим повествованием о путешествии человека за пределы Земли, нашедшим отражение в письменности, является эпос неизвестного поэта о полёте на небо царя Этаны, героя шумеро-аккадского предания, дошедший до нас в версиях начала – конца второго тысячелетия до нашей эры. Одна из них была найдена во время раскопок в Ниневии в библиотеке вавилонского царя Ассурбанипала, и в ней рассказывается о событии, якобы имевшем место за три тысячи лет до нашей эры.

Согласно преданию, жена Этаны была бесплодна, а царь очень хотел иметь ребёнка. Поэтому обратился он со своей проблемой к богу Солнца Шамашу, и тот направил его к орлу, знающему, где найти траву плодородия. Орёл поведал Этане, что искомая трава находится на небе бога Ану, и предложил отправиться туда, для чего сесть на него, крепко прижавшись к спине и обхватив руками шею. Поднявшись на несколько миль и достигнув неба, они травы не обнаружили, а бог Ану посоветовал им лететь выше, к матери богов, богине Иштар. Согласно эпосу орёл с Этаной поднялся ещё выше, на такую высоту, откуда уже не было видно Земли. Видимо испугавшись, Этана попросил своего возницу возвратиться назад. Из этого произведения неизвестно, нашёл ли первый мифический космический путешественник искомое на небе, однако данные археологических раскопок подтверждают, что Этана имел сына. О принадлежности же описанного факта вымыслу (если кто-то сомневается в принадлежности подобного творения именно фантастическому жанру и допускает, что древние люди и впрямь могли путешествовать в космос верхом на орле) можно судить по исследованию историков, обнаружившим древние записи, согласно которым Этана был первым царём после Всемирного потопа и правил страной… 635 лет.

Полёт царя Этаны на орле выше неба

Так же с помощью сильных хищных птиц – по версии иерусалимского Талмуда – поднялся в небо другой царь, Александр Великий (Македонский). В очерке из этого писания, появившемся в третьем веке до нашей эры, Александр велел запрячь в трон четырёх сильных птиц, которым три дня не давали еды. Затем он сел на трон и высоко поднял над головой два копья, к которым были привязаны куски мяса. Стремясь к желанной пище, орлы начали поднимать от Земли трон с македонским правителем. На большой высоте ему встретилась птица с лицом человека и приказала вернуться на Землю. Взглянув в этот момент вниз, Александр увидел её в виде маленького помоста, окружённого змеёй – морем. Тогда он опустил вниз копья с мясом, и орлы опустили его на Землю, правда, как гласит предание, настолько далеко от места взлёта, что путешественнику с большим трудом удалось добраться до своего войска. В очерке не говорится о мотивах путешествия, но, судя по всему, таким необычным образом Александр Македонский ещё выше поднял и без того свой почти божественный авторитет в глазах своих подданных, да и в собственных глазах тоже.

В отрыве мифических героев от Земли с помощью птиц нет ничего удивительного – это говорит о конкретно-предметном образе мышления людей того времени. Ведь именно птиц видели они ежедневно и ежечасно легко поднимающимися с земли и исчезающими в небе. Потому птицы или крылья и стали первыми способами полёта, который поначалу, конечно же, не идентифицировался как космический или воздушный. Но всё же по таким признакам, как продолжительность, степень проникновения ввысь и уменьшение размеров Земли во время полёта, мы можем отнести их к космическим.

Пожалуй, нет ни одного хоть в малой степени образованного человека, который не знал бы красивую и трогательную легенду об Икаре, бежавшем вместе со своим отцом Дедалом с острова Крит с помощью самодельных крыльев, скреплённых воском. Дедал благоразумно держался невысоко над водой, к чему призывал и сына, но горячий молодой человек не послушал отца и, получив благодаря крыльям власть над передвижением не только по горизонтали, но и по вертикали, вознамерился взлететь не просто высоко в небо, а прямо к космическому объекту – Солнцу. Поднялся довольно близко к нему, но жаркие лучи Светила растопили скрепляющий крылья воск, и Икар упал с неба, погибнув в море. Об этом в первом веке поведал миру в своих «Метаморфозах» римский писатель Овидий.

Но мало кто знает (особенно это касается европейцев), что Икар имел очень далёких предшественников в древних индийских сказаниях. В великой эпопее «Рамайяна», написанной в середине первого тысячелетия до нашей эры и включающей ещё более древние мифы, рассказывается о двух братьях Сампати и Эатайюсе, которые, соперничая в безумном честолюбии и ища всемирной славы, взлетели с помощью крыльев в пространство по пути Солнца. Летели так довольно долго, но вскоре обессилили, ими овладел страх, началось головокружение, слабость, и они упали на Землю, измождённые и с обожжёнными крыльями, но живые.

Быть может, миф об Икаре более запомнился и остался в памяти большинства людей потому, что в нём герой погибает, а индийские братья – нет? Здесь, пусть на мифическом уровне, но мы имеем жертву космического деяния человечества, а, как известно, отдавшие свои жизни герои остаются в нашей памяти прежде всего.

Впрочем, было бы несправедливо говорить лишь о птицах и крыльях, ставших в первых человеческих фантазиях на тему космических путешествий способом достижения поставленных целей. Древние люди имели дело и с другими предметами, напрямую связанными с полётом или могущими его обеспечить в силу своих видимых или приписываемых возможностей. И авторы фантазий не обходили их в своем выборе.

Так, древнегреческий историк Геродот в пятом веке до нашей эры поведал о полётах в любое место Вселенной гиперборейца Арабиса, которые тот осуществлял с помощью волшебной стрелы. Упомянутый выше римский писатель Овидий написал в первом веке в «Метаморфозах» о герое Фаэтоне, который решил подняться в небо на колеснице, запряжённой конями, но был низвергнут вниз громом и молнией бога Юпитера. И совсем уже необычный способ неземного вояжа дошёл до нас с Дальнего Востока, где, согласно преданию первого века, великий китайский врач и мистик Ма Тсе-ян отправился на небеса средь бела дня, приняв какой-то таинственный «эликсир жизни». Что ж, загадочный и древний Китай и в этой сфере человеческой деятельности демонстрирует свой особый, ни на кого не похожий путь.

Подводя некоторый промежуточный итог под обзором человеческих фантазий в отношении полеётов на небеса и в космос за период от самых далёких времён до начала нашей эры, следует отметить следующее. Несмотря на довольно-таки обширное географическое представительство этих полётов и некоторое разнообразие отрыва в них человека от Земли, все эти повествования носят отчётливый характер мифов, преданий или пересказов оных. Мы не можем привести ни одного ярко выраженного литературного произведения, написанного в это время, где была бы присущая этому жанру развёрнутая фабула с детальным изложением действия. Не можем найти ни одного источника, хотя бы отдалённо напоминающего литературную фантастику, из которой много позднее появится научная фантастика.

Первый шаг в этом направлении сделал греческий писатель и философ-моралист Плутарх из Херонеи в своём произведении – диалоге «О лике, видимом на диске Луны» в конце первого века. Хотя в его творении и нет путешествующего в космос человека, оно заслуживает своего места в нашем списке, потому что этот автор впервые в художественной форме построил космогоническую концепцию окружающего людей мира с определением в ней места человека. Это оригинальное литературное изложение различных научных теорий того времени о природе мира, свойств Луны, Солнца, а также взглядов на природу и свойства индивидуальной человеческой души. В произведении Плутарха (он, кстати, был членом знаменитой платоновской Академии) трём уровням вселенской иерархии Солнце – Луна – Земля соответствуют три уровня человеческого существа ум – душа – тело. Солнце занимает главенствующее положение, выполняя функцию бога, – даёт и забирает ум. Луна состоит из звёздного и земного вещества – она получает от Солнца ум и даёт человеку душу. Земля занимает нижнее место в этой иерархии – она бездушна, пассивна и находится в подчинении. Она не даёт ничего, забирая себе и возвращая Солнцу и Луне то, что взяла для порождения человека: ум и душу. В этом произведении с Земли на Луну путешествуют только человеческие души, однако намечается отчётливая картина взаимодействия трёх космических тел, определяется место человека среди них и как бы даётся система координат для грядущих фантазий о космических подвигах человека.

Путешествие Мениппа к Луне и Солнцу

Лукиана можно считать центральной фигурой в производстве фантазий о космических путешествиях людей за весь рассматриваемый нами период человеческой истории длиною в четыре тысячелетия. Не только из-за того, что этот писатель находится примерно в его хронологической середине, но и потому, что подобных его искромётным и разнообразным произведениям на эту загадочную тему мы не сможем найти ни у кого более. Помимо всего прочего этот автор весьма плодотворно вобрал в своём творчестве лучшие приёмы предшественников и продолжил традиции наиболее ярких писателей античности.

Так, первым зафиксированным литературным произведением в человеческой истории о стремлении людей к расширению познаний об окружающем их пространстве является «Илиада» Гомера. Этот знаменитый грек за 750 лет до нашей эры воспел легендарный поход корабля «Арго», по назвнию которого стали называться оказавшиеся на его борту морские путешественники, а впоследствии уже от «аргонавты» пошли названия и воздухоплавателей, и исследователей океанских глубин, и космических путников: аэронавты, акванавты, космонавты и астронавты. А Лукиан, продолжая эти традиции, написал поразительное произведение о путешествии в космос целого морского корабля с экипажем, который не только достиг Луны, но и оказался вовлечённым в настоящую космическую войну. И это во втором веке нашей эры! В своём необычном для того времени произведении, нарочито названном «Правдивая история», он с самого начала предупреждает, что всё это – чистой воды вымысел, и далее, явно пародируя некоторые приёмы и персонажей своих знаменитых предшественников, даёт такую волю фантазии, что у неискушённого читателя голова может пойти кругом.

Космический вояж морского корабля с экипажем посредством штормового вихря

На морской корабль с несколькими десятками человек на борту налетает во время плавания страшный вихрь, который забрасывает его на высоту в 100 лье, где судно подхватывает ветер, и через семь суток путешественники попадают на Луну. Её правитель ведёт войну с правителем Солнца за возможность переселения на Утреннюю звезду самых бедных своих подданных. В звёздные сражения вовлечены и жители Млечного Пути, и Большой Медведицы, и некоторых других звёзд. Приняли в ней участие и путешественники с Земли. Размаху космических баталий, названиям и внешнему виду их участников, а также приёмам ведения ими боёв позавидовали бы иные режиссёры современных фильмов о звёздных войнах! Хотя, кто знает, может быть, именно «Правдивая история» Лукиана из Самосаты, написанная почти две тысячи лет назад, и подсказала некоторым из них сюжеты умопомрачительных фантастических кинолент, как на самого этого писателя, несомненно, оказало влияние бессмертное произведение писавшего задолго до него Гомера.

Между тем нельзя не заметить, что лукиановские космические путешественники – нетипичное явление в анализируемом нами долгом периоде человеческой истории от появления письменности до середины второго тысячелетия нашего времени. На каком бы континенте нашей планеты и на какой бы стадии развития общества мы его ни рассматривали, заметно сильное влияние религиозных представлений. Потому в населённое богами, ангелами или демонами надземное пространство или к космическим объектам летают либо обожествлённые представители рода человеческого, либо цари, либо приближённые к богам люди. В крайнем случае – особо выделяющиеся или героические личности. Как тут не вспомнить героя Фаэтона, сурово наказанного богом Юпитером за попытку оторваться от Земли?! Поэтому естественным образом воспринимается целая вереница космических миссионеров из религиозных книг разных времён и разных народов.

Космические перемещения дематериализацией тела

Христианская Библия, написанная во втором веке нашей эры, даёт сразу несколько персонажей, покидающих Землю и отправившихся на небеса. Это пророк Илья, Богоматерь и, конечно же, Иисус. Первый поднялся туда на огненной колеснице, запряжённой огненными конями, другие же просто вознеслись.

Не остался в стороне и мусульманский Коран, описавший семью веками позднее путешествие пророка Магомета из Меккского храма в Иерусалимский. А затем – через семь небес к трону бога. Согласно Корану, он был проведён через небесные страны ангелом Гавриилом верхом на крылатом существе Борак, которое имело голову женщины, туловище лошади и хвост павлина.

Своё место в начавшемся задолго до наступления нашей эры великом деле фантастического освоения космоса наивными методами занимают сказочные персонажи из преданий различных народов, появившихся в более близкие к нам исторические времена.

Две арабские сказки, датируемые десятым веком, знакомят нас с персонажами, которых фантазия авторов отправляет в небо каждого своим способом. Один из космических вояжей совершает знаменитый Синдбад-мореход в своём седьмом путешествии, где он попадает к людям, у которых каждую весну отрастают крылья и они обретают способность летать. Герой упрашивает одного из них взять его с собой и поднимается с ним от Земли, уцепившись руками за пояс. Они поднялись так высоко в глубину небесной лазури, что Синдбад отчётливо начал слышать пение ангелов. Восхищённый таким явлением, он произнёс имя Аллаха, и тогда возница, оказавшийся на поверку демоном, стремглав спустился к Земле и сбросил своего седока у высокой горы. В другой сказке «Волшебная история коня из эбенового дерева» мы узнаем о новом, поистине сказочном способе космического путешествия. Персидский царевич сел верхом на волшебного деревянного коня, нажал на нём особый гвоздик, и тот понёс человека ввысь. Летели они так долго, что почти долетели до Солнца. Видя, какая его ждет ужасная участь в небесных краях, царевич нашел другой гвоздик, нажал на него и благополучно возвратился на Землю.

К сказочным героям – покорителям космоса примыкают персонажи персидского поэта Фирдоуси и арабского историка Табари, о которых они рассказали в своих произведениях в одиннадцатом веке. Фирдоуси в сборнике «Шахнамэ» знакомит нас с персидским шахом Кэй-Каусом, который, подчинив себе всю Землю и духов на ней, решил по наущению главы злых духов Иблиса завоевать ещё небо, Солнце и Луну. Соорудив аппарат в виде трона со стойками, к которым привязали четырёх голодных орлов (привет от Александра Македонского!), он сел в него, поднял над головой шест с кусками мяса, и орлы понесли его в нужном направлении. Высоко взлетев, Кэй-Каус, однако же, умерил свой воинственный пыл и, ограничившись выстрелом в небеса из лука, спустился на Землю. Герой Табари, арабский правитель Нимврод точно так же – на троне, поддерживаемом четырьмя грифами, – поднимался в небеса для сражения с богами, и дело у него тоже закончилось стрельбой в их сторону из лука.

Не теряются в ряду сказочных похождений к космическим объектам и герои русских народных сказок, появившихся в книжном виде в середине восемнадцатого века, но сложенных, видимо, в начале второго тысячелетия. Героям этих произведений свойственны довольно простые, но нередко и своеобразные способы достижения Луны, Солнца или звёзд. В сказке «Солнце, месяц и Ворон-Воронович» старик налегке, пешком отправляется к Солнцу и Месяцу, которые женаты на его дочерях. В сказке «Ведьма и Солнцева сестра» Иван-царевич сначала, спасаясь от ведьмы, достигает терема Солнцевой сестры верхом на коне, а в следующий раз умело использует для этого путешествия тёмную силу. Герой затевает с ведьмой спор: кто больше потянет на весах, тот другого и убьёт. Он первым садится на весы, а когда на противоположную чашу ступает ведьма, заведомо более тяжелая, Ивана подбрасывает вверх с такой силой, что он прямиком попадает на небо к Солнцевой сестре. Длинный путь человеческой истории, на котором родились и развивались первые примитивные фантазии человечества о космических путешествиях, поочередно выражаемые то в мифических, то в религиозных, то в литературных, а то и в сказочных формах, плавно и логично завершает герой сочинения представителя зрелого итальянского Возрождения знаменитого итальянского писателя Людовико Ариосто – Астольфо. В поэме «Неистовый Роланд», написанной им в начале XVI века, этот достойный рыцарь совершает полёт на Луну, где якобы находится всё, потерянное на Земле. Отправляется он туда вместе со святым угодником Иоанном на колеснице пророка Ильи, запряжённой четвёркой коней. И решается на такое предприятие для того, чтобы найти там разум главного героя поэмы Орландо и часть своего разума. Они успешно поднимаются в небо, где оказываются сначала в области огня, зной которого умеряется присутствием святого мужа, а затем попадают «в обширный мир Луны, поверхность которой блестит, подобно светлой стали…». Там он находит искомое и привозит пузырёк с утраченным разумом своему другу.

Колесница с Астольфо и Иоанномна Луне

Плавно – потому что по прошествии столь продолжительного отрезка земной цивилизации, как охваченные нами почти четыре тысячи лет, в течение которых каких только способов путешествия в космос древние фантазёры нам не являли, можно было бы ожидать чего-то более оригинального, нежели колесница. А логично – поскольку автор из Центральной Европы Ариосто использовал уже применённый за полтора тысячелетия до него Овидием этот же способ покидания Земли Фаэтоном, правда, на этот раз всё закончилось благополучно – без разящих стрел богов и неудавшейся космической миссии. Впрочем, в очередной раз не обошлось без помощи святого. И всё это – одна из характерных черт большинства «космических» произведений прошедшего перед нами огромного куска истории от появления на Земле письменности, которая показывает, на каком уровне познания окружающего его мира находилось человечество в течение этого срока. Другой его очевидной особенностью является то, что, несмотря на довольно-таки приличное внешнее разнообразие способов покидания Земли, придуманных авторами, есть совершенно отчётливое единое игнорирование ими вполне реальных физических проблем (за исключением, пожалуй, осознаваемой время от времени опасности от солнечного огня), с которыми неминуемо должен столкнуться человек, покидающий свою родную колыбель. Но о чём тут говорить, если о Земле, о космосе и о себе люди знали еще так мало?! Главное же, несмотря на неоднородность развития разных континентов и разных народов, на расцветы цивилизаций и уничтожение многих из них в страшных войнах, на большие религиозные различия, мысль о неземном существовании человека, раз появившись в сознании людей и запечатлевшись в письменности, больше уже не покидала их. Она беспокоила авторов, будоражила их фантазию, рождала всё новые и новые произведения и постепенно готовила новый этап в человеческой истории, который наступил в XVII веке, с эпохой первых великих астрономических открытий.

Начиная вторую главу книги об истории идей космонавтики, мы хотим напомнить читателям о нашей главной цели. Нами движет желание проследить, как в процессе развития человеческой цивилизации в сознании людей появилась и эволюционировала дерзкая мысль об отрыве от родной планеты и путешествии к другим космическим телам, которая в том или ином виде запечатлелась в письменности и дошла до нас. Особое внимание мы уделяем способам и мотивам полётов человека за пределы Земли.

Если первая глава охватывала огромный период истории примерно с двух с половиной тысячелетий до нашей эры (с того момента, когда родилось первое фантастическое повествование о путешествии человека за пределы Земли и дошло до нас в письменном виде) до начала XVI века нашей эры, то второй период будет намного короче. Всего-то от начала XVII века до середины XIX века. При этом количество произведений (соответственно, и количество авторов, что подарили нам подобные произведения), ставших предметом нашего упоминания или подробного анализа, окажется примерно таким же. Это связано прежде всего с тем, что общее количество фантастических произведений (а вместе с ним и космических) с определенного момента начало быстро расти. Однако описание путешествий в космос в этот период имеет существенные отличия от того, что было ранее. В первую очередь это касается понимания авторами сложностей подобных путешествий и новых способов их осуществления.

Как ни странно, но примерно за столетие, отделяющее окончание нашего первого условного периода от второго, не было написано ни одного «космического» произведения. Видимо, не до того было людям в последние десятилетия Средневековья. Чем же оказались заполнены для них эти годы?

Мы не будем останавливаться на таких значительных и, без сомнения, интереснейших событиях для отдельных народов, государств и даже целых континентов, как раскол в христианской Европе, внесённый прогрессивным богословом Мартином Лютером, и последующая реформация церкви на этом континенте. Как столкновение цивилизаций в Америке (европейцев с ацтеками) и в Азии (монголов с индийцами). Как чудовищные зверства Ивана Грозного и расширение им российской державы. Как религиозные войны в Европе и даже рождение там современного театра. Войны, жестокости и культурные достижения всегда сопровождали людей в их земной жизни.

Для нашего понимания эволюции человеческой мысли в области продвижения в космос намного более важно то, что к концу XVI века, благодаря великим географическим открытиям, стала понятна структура поверхности планеты. Вслед за этим взоры наиболее пытливых исследователей обратились к небесному своду – к манящей и загадочной картине звёздного неба, которая столь же сильно приковывала к себе внимание и первобытного человека, и людей ранних цивилизаций, мыслителей античных времён и Средневековья. Только тогда плодом их наблюдений и мыслительной деятельности являлась картина устройства мира с Землёй в его центре, а творческий процесс в части описания небесных путешествий заканчивался созданием различных мифов или наивными фантазиями вроде полёта к Луне или Солнцу на орлах да колесницах.

Теперь человек имел более широкие и объективные представления как о своей родной планете, так и о физических законах, а на вооружении у него был замечательный инструмент – телескоп. Потому и стал он пристальнее и продолжительнее наблюдать звёздное небо, желая составить объективную картину этого удивительного и во многом непонятного для него явления. И результат пришёл очень быстро. Наступила эпоха великих астрономических открытий. Люди впервые смогли внимательно рассмотреть поверхность Луны и пятна на Солнце, обнаружили другие планеты нашей Солнечной системы, определив их размеры и удалённость от нас, получили представление о чудовищных расстояниях до звёзд. В результате чего стало ясно, что Земля наша вовсе не является центром, вокруг которого обращаются видимые планеты и звёзды, в том числе и Солнце. А последовавшие вслед за этим открытия законов небесной механики заставили людей пересмотреть ставшие религиозной догмой теории Аристотеля и Птолемея и осознать сложность окружающего их мира. Вот имена этих первых исследователей космического пространства: поляк Николай Коперник, итальянец Галилео Галилей, датчанин Тихо Браге, немец Иоганн Кеплер. Тем не менее устоявшаяся и очень удобная для церкви ложная картина устройства Вселенной долго еще не пересматривалась ею и насаждалась в умы людей. Итальянский мыслитель Джордано Бруно был в 1600 году сожжён инквизицией за еретическое, по её мнению, утверждение, будто Земля вращается вокруг Солнца.

Да только так уж устроен думающий человек, что если разумная мысль сформулирована им и получает объективные подтверждения, то ничто уже не остановит его в продвижении к истине и отстаивании её – никакие трудности и опасности. Поразительно совпало, что именно в это время другой выдающийся европейский мыслитель и учёный, открывший чуть позже законы движения планет, писал необычное произведение, в котором не только опрокидывались религиозные догмы относительно устройства мира, но и совершалось удивительное даже для начала XVII века путешествие на естественный космический спутник Земли Луну.

Это сравнительно небольшое по объёму, но чрезвычайно насыщенное уникальными расчётами и разнообразными закодированными посланиями сочинение знаменитого немецкого астронома и математика Иоганна Кеплера, названное им «Сон, или Посмертное сочинение о лунной астрономии». И хронологически, и по смыслу оно заслуженно стоит первым в нашем очерке о фантастических космических творениях людей с начала XVII и до середины XIX века. Автор писал его с 1593 года, подверг первоначальную рукопись серьёзной переработке после прочтения диалога «О лике, видимом на диске Луны» Плутарха, сопроводил подробными примечаниями с 1620 по 1630 год. А впервые «Сон» был напечатан только после смерти Кеплера в 1634 году. В каком-то смысле его можно считать предтечей научной фантастики, и уж во всяком случае, это произведение является первым астрономическим сочинением, в котором окружающий мир (в том числе и наша Земля) и происходящие в нём явления описываются такими, какими их видит наблюдатель, находящийся на другом космическом теле (Луне).

Последовательный пифагореец, Кеплер всегда искал гармонию в устройстве мира, и открытые им законы движения космических тел не только соответствовали этой гармонии, но и дали строгое научное понимание движения планет нашей Солнечной системы. Он был учёным до мозга костей. Потому, задумав изложить свою фантазию на космическую тему, не мог позволить себе использование для вымышленного им путешествия человека за пределы Земли такие явно бредовые идеи, как крылья птиц, божественные колесницы или силы стихии, которые с успехом эксплуатировали его литературные предшественники. Научные познания того времени не давали даже слабых намёков на реальные способы передвижения в космическом пространстве, и Иоганн Кеплер, интуитивно понимая, что если это и возможно, то только на основании научных достижений, связывает свой способ именно с ними. Он осторожно (время-то ещё какое – в Европе жгут людей за гелиоцентрические идеи) называет науки духами, указывая, впрочем, в примечании ко «Сну», о каких науках идёт речь: в числе девяти основных называет метафизику, медицину, этику, астрономию, геометрию, арифметику.

Для своего космического путешествия учёный избрал весьма необычную форму. Он последовал совету чародейки: закончив долгие наблюдения звёзд и Луны, отправился спать. И во сне ему привиделось, будто он читает принесённую с ярмарки книгу, в которой герой совершает путешествие на наш спутник через рассказ одного из духов. Напомним, что под словом «дух» или «даэмон» автор подразумевает вовсе не какое-либо сверхъестественное создание, а одну из названных им в примечании наук – науку о небесных телах астрономию, поскольку слово это происходит от созвучного греческого слова, переводимого, как «знать». Выясняется, что духи частенько помогают людям путешествовать на наш космический спутник и большое внимание уделяют проблеме их доставки на Луну (коих переносить туда чрезвычайно трудно и опасно для их жизни), определяя физические параметры потенциальных космонавтов: «Мы не берём с собой в компанию людей вялых, тучных или болезненных, но охотно берём с собой тех, кто проводит время, непрестанно упражняясь в верховой езде, или часто совершает плавания в Индии, кто привык питаться сухарями, чесноком, вяленой рыбой и прочей малоаппетитной провизией». Далее Кеплер устами духа ставит физические и физиологические проблемы такого космического путешествия: расстояние до Луны, сила притяжения Земли и Луны, разрежённый воздух, температура. А затем, наделив наш спутник атмосферой и жителями, автор красочно и математически точно описывает, как видятся наблюдателю с Луны (причем из разных её зон) Земля, Солнце и звёзды, какой протяженности там дни, ночи и т. п. «В одних местах Вольва (Земля) стоит прямо над головой, – пишет он в своём произведении, – в других склоняется к горизонту, но для любого места высота её (над горизонтом) остаётся неизменной. Тем, для кого Вольва всегда склоняется к горизонту, она всегда кажется горой, объятой пламенем».

Появление этой предельно завуалированной и загадочной книги о реальном космическом пространстве и человеке вне Земли имело самые разнообразные последствия и значение. Во-первых, оно послужило поводом для обвинения в то время матери автора в колдовстве. Во-вторых, книга оказала серьёзное влияние на многих последующих авторов этого жанра. И, наконец, именно такой, какой описал её Иоганн Кеплер, увидели нашу Землю американские астронавты, ступив на поверхность Луны в 1969 году – через 350 лет после написания им этих строк.

Луна и соблазн хотя бы в фантазиях побывать на нашем космическом спутнике не давали покоя не только учёным мужам. Представители той самой христианской церкви, которая сожгла в 1600 году за космическую ересь Джордано Бруно, тоже брались ради этого за перо. В двадцатые годы XVII века, в то время когда Кеплер составлял примечания к своему «Сну», английский прозаик и епископ Герифордский Фрэнсис Годвин написал выдающееся для церковного деятеля произведение «Человек на Луне, или Описание путешествия туда».

Такой увидел герой Кеплера Землю с Луны

Лунное путешествие Гонзалеса на лебедях

Его герой испанец Доминго Гонзалес совершает полёт на наш спутник с помощью прирученных диких лебедей, соорудив для них специальную упряжку и удобное сиденье – для себя. Следуя завоёвывающей все большее количество умов науке того времени, в частности гелиоцентрической модели мира Коперника (в чём автор признаётся отдельной строкой), Годвин обозначает в этом путешествии некоторые его физические особенности, в том или ином виде согласующиеся с реальным полётом к Луне. Дорога туда и обратно занимает у него 12 и 9 дней соответственно. Поднимаясь всё дальше от Земли, Гонзалес обнаруживает, что наступает момент невесомости. Все небесные тела вращаются у него вокруг своей оси. Земля с Луны показалась путешественнику больше, чем Луна с Земли. Сила притяжения на Луне оказывается меньше земной.

Вместе с тем в лунной утопии английского епископа присутствует масса фантастики, свойственной этому жанру и духу того времени. Он наделяет Луну пригодной для жизни атмосферой и населяет жителями-гигантами, которые весьма преуспели в устройстве своего общества. В частности, больших успехов добилась их медицина и вообще естественные науки. Найден «философский камень», а мир и спокойствие достигаются ранней диагностикой потенциальных преступников и высылкой их сразу после рождения на Землю, в Северную Америку. Одним словом, это рай, о котором можно только мечтать: в природе царит вечная весна, всё там растёт без стараний человека, самые смертельные раны у людей заживают сами собой, и умирают они, когда приходит пора, без страданий. Видимо, поиски и описание такого рая, столь желанного и недостижимого на Земле, и стали главным побудительным мотивом для создания Фрэнсисом Годвином своего произведения, которое впервые увидело свет только после его смерти, в 1638 году.

Куда более консервативным в отношении возможных способов полёта на Луну оказался другой английский богослов и философ, епископ Честерский Джон Уилкинс. Он написал два философских трактата, давших рождение жанру научной популяризации. В «Рассуждении о новом мире и другой планете», вышедшем так же, как и сочинение Годвина, в 1638 году, он тоже высказывает предположение об обитаемости нашего спутника и о полётах к нему в будущем. В другом произведении, «Магии», напечатанном десять лет спустя, Уилкинс разрабатывает способы подобных космических путешествий: с помощью ангелов, мысленных усилий, летающих колесниц и взобравшись на спину гигантских птиц с острова Мадагаскар. Как видим, всё это – перепевы методов фантастических вояжей в космос, неоднократно встречавшихся в аналогичной литературе в античные времена, а затем и в Средние века.

Настоящий прорыв в способах достижения космоса осуществил известный военный прозаик, драматург и поэт, один из самых ярких, острых и парадоксальных сатириков-гуманистов французского Возрождения Сирано де Бержерак. В своей философской утопии «Космическая история государств и империй Луны», написанной в 1656 году, он являет красочный фейерверк фантастических вариантов полётов на Луну, о каждом из которых следует сказать особо, поскольку неукротимая фантазия этого человека того заслуживает.

Попытка Бержерака достичь Луны на 36 ракетах

Притяжение Луной человека , обмазанного бычьими мозгами

Однако фантазия Сирано на этом не успокоилась, и он описывает еще несколько удачных способов достижения Луны. Так, встреченный им там святой Энох попал на Луну с помощью двух сосудов, которые он наполнил дымом от огня, герметически закупорил и привязал себе под мышками. Дым, устремляясь кверху, но не имея возможности проникнуть сквозь металл, стал толкать сосуды вверх и вместе с ними поднял святого человека. Приближаясь к Луне, он освободился от этих сосудов, начал падать на нее, но от удара его спасла широкая одежда, в которую врывался раздувающий её ветер. Еще один, крайне оригинальный способ достижения Луны использовал пророк Илия. Он извлёк из огромного магнита притягивающее вещество, превратил его в шар среднего размера и, расположившись в лёгкой железной колеснице, стал бросать этот шар вверх – магнит притягивал к себе колесницу вместе с седоком, и так он продолжал делать много раз, пока не достиг сферы притяжения Луны. Третий встреченный им там землянин – европеец из Кастильи – добрался с помощью птиц (несомненное свидетельство знакомства автора с космическим произведением Фрэнсиса Годвина, героя которого он, видимо, просто перетащил в своё сочинение). И, наконец, возвращение Сирано де Бержерака с Луны на Землю состоялось при помощи чёрта – когда тот схватил богохульника на Луне, а автор ухватился за него, чтобы вырвать из опасных объятий, и они втроём понеслись к Земле.

Цель же путешествия Сирано на Луну и то, что он там нашёл, не отличаются особой оригинальностью. Сделал он это для разъяснения людям, что Луна – это обитаемый мир. Его он там и обнаружил в виде истинного райского общества, лишённого пороков и преступлений, обитатели которого занимаются писанием стихов (ими же и расплачивались за всё, а питались запахами) и философствованием. С некоторыми из тамошних мыслителей-философов путешественник с Земли ведёт беседы на материалистические (о структуре окружающего мира) и идеалистические (о Боге, душе) темы. В лунном рае, помимо прочих занятных и удивительных персонажей, оказались и упомянутые выше богоугодные земляне Энох и Илия.

В другом, незаконченном космическом произведении «Государства и империи Солнца» Сирано де Бержерак использует ещё четыре способа внеземного путешествия. Полёт по примеру облаков – обвязанный множеством склянок, наполненных росой и нагретых Солнцем, человек притягивался к Светилу. Подъем с использованием принципа разрежённого воздуха – создав герметичный аппарат, внутри которого солнечные лучи производили разрежение, а впускаемый туда снизу воздух толкал всю конструкцию вверх. Передвижение силой воли – нечаянно повредив в полёте свой герметичный аппарат, автор продолжил движение, обращая к Солнцу свои печальные взоры и напряжённые помыслы. И, наконец, последний способ путешествия на Солнце французского сатирика, который оказался стар, как мир: одно из путешествий туда он совершил при помощи четырёх орлов, которые схватили его за руки и за ноги и перенесли в нужное место.

Лунная утопия Сирано де Бержерака, стала яркой предшественницей всех произведений сатирической научной фантастики и оказала влияние на многих последующих авторов этого жанра. Кроме того, высказанная им идея передвижения по воздуху с использованием нагретого воздуха предвосхитила реальные подъёмы на монгольфьерах почти на сто лет. А описанная возможность космического путешествия человека с помощью многоступенчатых ракет блестяще реализовалась через триста пять лет и продолжает служить людям в освоении космоса в третьем тысячелетии.

Впрочем, возможно, приоритет в идее использования ракет для подобных целей принадлежит не ему. В Китае существует предание о местном чиновнике Ван Ху, жившем в начале XVII века и обладавшем горячим желанием исследовать небеса. С этой целью он смастерил нехитрую конструкцию, состоящую из двух больших воздушных змеев и каркаса в форме седла между ними, где было размещено 47 ракет, которые поджигали 47 рабочих. На этой машине, вместе со всем своим имуществом любопытный китаец с шумом взлетел в небо и исчез в чёрном дыму навсегда.

Один из предложенных Бержераком способов космического путешествия почти столетие спустя оригинально использовал и развил немецкий автор Эберхард Киндерман. В 1744 году вышла его книга с длинным названием «Быстрое путешествие на воздушном корабле к небесам, дабы узнать, правда ли, что Марс 10 июля этого года явится в первый раз за время своего существования с некоторым спутником или Луною». В ней он отправляет пятерых своих героев (названных по именам органов чувств) в космос на корабле из легкого сандалового дерева, подъёмную силу которому обеспечивали шесть металлических шаров. Из них первоначально воздух удалялся нагреванием, а внизу располагались краны, через которые в шары подавался наружный воздух, толкавший всю конструкцию вверх. Любопытно, что кроме воды и пищи, необходимых в столь долгом путешествии, автор оригинально позаботился о решении проблемы разрежённого на больших высотах воздуха. Для этого его герои берут с собой грибы, пропитанные водой, которые надо держать на большой высоте у носа при дыхании. Путешественники благополучно достигают спутника Марса, спускаются на него, знакомятся с местными жителями, живут там некоторое время и таким же образом возвращаются на Землю.

Махолёт Левшина

Однако мы немного забежали вперёд и чуть не упустили целую серию фантастических космических путешествий, которые были написаны на протяжении полутора столетий разными авторами из разных стран, но объединены одним, мистическим способом путешествия в космос – с помощью неких таинственных гениев или полёта души человека отдельно от тела. Последний способ вроде бы перекликается с аналогичными лунными путешествиями душ людей, описанными Плутархом в конце первого столетия в его знаменитом диалоге «О лике, видимом на диске Луны». Однако теперь, в XVII и XVIII веках, появилось принципиально новое качество: души отделяются не от умерших, а от живых людей. По окончании же космического странствия они возвращаются в свои тела.

Открыл эру подобных космических экспедиций немецкий монах и учёный Анастасиус Кирхер произведением «Экстатическое небесное путешествие на Луну и ряд планет после превращения в дух при помощи гения Космиэля», которое было напечатано в Риме в 1656 году. Его герой Теодидактис посещает в таком виде несколько планет нашей Солнечной системы, включая Сатурн, и везде находит разумную жизнь.

В 1692-м вышла книга отца Даниэля «Путешествие в мир Декарта». Автор якобы узнает у Декарта дивный секрет разделения души с телом и как она, на время покинув свою оболочку, может уноситься на далёкие расстояния, а потом возвращаться к телу, которое в это время будто бы спит. И его душа совершает полёт на Луну.

Аналогичную экспедицию предпринимает и душа шведа Эммануэля Сведенборга в его философском трактате «Миры нашей Солнечной системы и миры звёздного неба», написанном в 1758 году. Она летает по звёздному небу, посещает Луну и планеты Меркурий, Венеру, Марс, Юпитер, в то время как тело автора в ожидании души остаётся в Стокгольме.

Семью годами позже выходит объёмное произведение голландки Марии де Румье «Путешествие милорда Сетона по семи планетам на крыльях одного духа и на атомах» в семи томах. В нём англичанин Сетон и его сестра Манима посещают известные планеты, а также Луну и Солнце при помощи гения Захиэля, который для облегчения перелёта обращает их в мух, а затем на каждом космическом теле придаёт путешественникам вид местных жителей. К Юпитеру они летят на группе цепких, сплотившихся между собой атомов. По возвращении на Землю оказывается, что Манима вовсе не сестра Сетона, а грузинская принцесса, и он женится на ней.

И, наконец, в 1808 году во Франции появляется сочинение Кофрин-Рони «Путешествие Гиперболюса на планеты» в пяти томах, в которых герой – сын мага и персиянки – также посещает различные планеты нашей Солнечной системы, начиная с Луны и кончая Сатурном, при помощи гения.

Особняком стоит написанное в 1750 году необычное космическое творение выдающегося деятеля французского Просвещения, философа, историка, прозаика и поэта Вольтера – философско-сатирическая повесть «Микромегас». В ней автор описывает космическое странствие гигантского (ростом в 32 километра) обитателя звезды Сириус Микромегаса на разные планеты Солнечного мира, в том числе на Землю. Пользуясь силами их тяготения, законами притяжения и отталкивания небесных тел, при помощи луча света и кометы он достигает Сатурна. Там встречает местного жителя ростом в 3 километра и приглашает его к дальнейшему путешествию. Они перепрыгивают на кольцо Сатурна, затем – на проходящую мимо комету. Пролетев на ней около 600 миллионов километров, космические странники встречаются со спутниками Юпитера, а затем высаживаются на саму гигантскую планету. Через год они достигают Марса и вскоре оказываются на нашей Земле, на берегу Балтийского моря. Хотя в этом произведении и отсутствует какое бы то ни было космическое деяние человека, являющееся главным объектом нашего литературного исследования, оно заслуживает внимания потому, что это одно из первых в мировой литературе описаний концептуального переворота в сознании, связанного с прибытием на нашу планету инопланетян-гигантов. Выведенное в «Микромегасе» столкновение с космическими масштабами даёт читателям возможность более трезво, объективно оценить место человека во Вселенной и начать всерьёз задумываться о проблемах возможного контакта с другими космическими цивилизациями, что через два столетия станет одной из главных тем научно-фантастических произведений о космосе.

На противоположном полюсе стоят несколько произведений различных авторов (в том числе не менее знаменитых, чем Вольтер), которые в своих литературных творениях на внеземную тему вернулись к сказочным формам.

Оригинальную космическую историю путешествия на Луну подарил нам в 1781 году немецкий автор Рудольф Распе в знаменитых «Удивительных путешествиях барона Мюнхгаузена». Его герой, находчивый и удачливый барон Мюнхгаузен, запустил в медведя топориком, который в итоге залетел на Луну. Раздосадованный такой потерей барон вспомнил про турецкий боб, имеющий свойства расти очень быстро и высоко. Посадил боб в землю, и тот вырос так высоко, что зацепился за один из рогов Луны. По стеблю боба Мюнхгаузен проворно вскарабкался на неё, нашёл топорик, но, собравшись назад, обнаружил, что солнечный зной сильно засушил гигантское растение и по нему невозможно спускаться. Тогда он сплёл из найденной на Луне соломы верёвку, один конец которой прикрепил к Луне, и начал спуск. Достигнув нижнего конца верёвки, зацепился за него левой рукой, в правую взял топор, отрубил им верхний конец верёвки от Луны и привязал его к нижнему концу. И так делал много раз, пока не спустился на Землю. Герой Распе совершает и второе сказочное путешествие на Луну с помощью урагана, поднявшего его корабль на тысячу миль над водой. Но оно, напротив, не отличается оригинальностью и является прямым повторением «Правдивой истории», написанной Лукианом из Самосаты во втором веке нашей эры. Здесь мы ещё раз убеждаемся в воздействии творчества писателей разных эпох друг на друга. Тем более что способ возвращения героя первого путешествия с Луны на Землю отчасти перекликается с одним из способов достижения Луны, предложенным неистовым Сирано де Бержераком, – тем способом, при котором космический путешественник движется в пространстве с помощью выставленного вперед магнита, притягивающего железную колесницу.

Неоспоримо влияние русских народных сказок на космическое творчество великого русского писателя Николая Гоголя. В его повести «Вечера на хуторе близ Диканьки», датированной 1832 годом, сначала в полёт на небо отправляются злые силы с тёмными намерениями: ведьма верхом на метле поднимается от Земли для умыкания звёзд, а чёрт – чтобы похитить месяц. Затем на звёздное небо верхом на том же чёрте летит кузнец Вакула – месяц он едва не цепляет шапкой, а звёзды перед его взором играют в жмурки. И здесь присутствует явная аналогия с одним из методов космического путешествия знаменитого французского сатирика эпохи Возрождения, герой которого возвращается с Луны на Землю с помощью чёрта.

Довольно схожий с этим, но куда более масштабный по количеству посещаемых космических объектов способ внеземного путешествия избирает для своего героя всего несколькими годами позже француз Боатар в сочинении «Путешествие на планеты». Он пускается в космическую экспедицию в компании с дьяволом на аэролите и посещает с его помощью Луну, Венеру, Марс, Меркурий, Сатурн и Уран.

Полёт Пфааля к Луне на воздушном шаре

Аналогичную картину – домики и города, населённые уродцами, – увидел на Луне герой произведения американского писателя Эдгара По «Необыкновенное путешествие некоего Ганса Пфааля», написанного им в 1835 году и также избравшего воздушный шар в качестве способа передвижения в космос. Но здесь и мотивы отлёта на Луну, и сам подход к этому путешествию оказались куда более серьёзными, можно сказать, по-американски прагматичными и совершенно в духе индустриального времени. Во-первых, покинуть Пфааля Землю заставили непомерные долги перед кредиторами. Во-вторых, в свой полёт, помимо обильного запаса воды и еды, он взял пару голубей и кошку, чтобы наблюдать, что в тот или иной момент экспедиции за пределы Земли происходит с живыми существами. В-третьих, собрав необходимые сведения из астрономии и механики, он основательно подготовил воздушный шар именно к космическому путешествию. Оболочка изготавливалась из кембрикского муслина, верёвок и каучукового лака, а наполнялась она неким газом, плотность которого была в 37 раз ниже плотности водорода и который получался от воздействия кислотой на особое металлическое вещество. Обитаемая корзина окружалась герметичным мешком с несколькими застеклёнными окошками, и в нём имелся аппарат Грима для сгущения воздуха, который затягивал разрежённый воздух снаружи и сгущал его. На дне мешка располагался клапан для выброса наружу испорченного воздуха. То есть герой Эдгара По создал себе пусть несколько примитивную, но вполне целостную систему жизнеобеспечения космического путешествия, что мы не встречали ни в одном аналогичном литературном фантастическом произведении ранее.

Правда, проблемы существенного изменения температуры путешественником в расчёт не брались – от холода его спасло… пальто. А припадок удушья на высоте 16 километров из-за сильного уменьшения внешнего давления и разрежения воздуха, от которого началось кровотечение из носа, ушей и глаз, Пфааль снял… кровопусканием. Но давайте не забывать, что Эдгар По писал свое фантастическое произведение ещё в первой половине XIX века! Этот известный поэт и новеллист первым из американских писателей попытался достигнуть правдоподобия фантастического произведения с помощью научных принципов и сделал это весьма продуктивно. Жюль Верн и Герберт Уэллс – корифеи научной фантастики – единодушно признавали американца своим предшественником. Сам же писатель в примечании к собственному космическому произведению отмечает, что знакомился с другими фантастическими произведениями о полётах на Луну, в частности, с путешествиями героев Годвина и Бержерака. Отмечая, что все они преследуют сатирическую цель сравнения наших обычаев с обычаями жителей Луны, он подчеркивает, что ни в одном из них не сделано попытки придать правдоподобный характер такому путешествию с помощью научных подробностей. Это качество, считает он, достигнуто им самим.

Всё это лишний раз показывает, как относительны понятия в разные времена. Ведь и вправду, использованные Эдгаром По подробности фантастического путешествия его героя к Луне на воздушном шаре создают ощущение его правдоподобия по сравнению с полётом туда на приручённых лебедях или посредством притяжения Луной человека, обмазанного бычьими мозгами, как описывали такой полёт его предшественники двумя столетиями ранее. Однако сам он выглядит довольно наивно с этими подробностями на фоне того, что стало известно науке о Луне, об околоземном пространстве и прочих космических материях к началу XXI века. И наивно – даже в сравнении с первыми по-настоящему научно-фантастическими произведениями того же Жюля Верна, который писал их всего несколькими десятилетиями позднее и который откроет наш следующий очерк.

Завершая рассмотрение очередного временного отрезка человеческой истории протяжённостью в 250 лет, следует отметить, что, хотя в сравнении с предыдущим огромным периодом человеческой истории, уже рассмотренным нами, количество авторов и самих фантастических произведений о космических полётах людей за единицу времени существенно возросло – почти все они вышли из Европы. Нам, во всяком случае, не удалось найти близких по теме произведений этого времени с Востока или из Азии. Героями таких творений становятся теперь не одни лишь святые, цари или герои, а большей частью самые разные люди. Одновременно происходит существенное расширение способов космических путешествий. Если раньше это были только крылья птиц, сила стихии или божества, то теперь появляется большой набор принципиально новых способов. Притом что в некоторых фантастических произведениях на космическую тему ещё присутствуют весьма примитивные способы путешествия за пределы Земли из прошлых времен, а в других – довольно активно эксплуатируются мистические методы, отдельные авторы ставят и по-разному пытаются решить возможные реальные проблемы такого путешествия с помощью способов, основанных на современных научных достижениях. В некоторых фантастических предположениях даже предвосхищаются грядущие успехи человечества в космической области.

И ещё одно важное изменение: если в античные времена подобные произведения писались для критики некоторых явлений жизни земного общества, то теперь, с достижениями астрономии и других наук, конструируется существование различных образов общественной жизни на Луне и других планетах. Наделяя их жителей теми или иными достоинствами или недостатками, авторы излагают собственные концепции идеального устройства разумной жизни или выводят на их примере неприемлемые для себя качества. Также впервые у многих из них появляется осознание проблемы пребывания человека вне Земли и предлагаются примитивные способы её решения. В целом же литературная космическая фантазия в этот период прощается с наивными и примитивными взглядами на возможность космических путешествий и делает решающий шаг вперёд по направлению к научной фантастике, который начнётся со второй половины XIX века и быстро расцветёт самыми яркими красками.

В попытке создать наиболее полную и объективную картину эволюции фантазий человека на тему космических путешествий мы движемся всё дальше и дальше по реке времени – считая от появления первых цивилизаций, а если говорить о современности, то приближаемся к ней. И вплотную подходим к родному нам 20 веку. Очередной, третий отрезок истории будет самым коротким из всех описанных ранее – всего-то в 55 лет, но за это время подобных творений было создано чуть ли не столько же, сколько за все предыдущие века и тысячелетия человеческой цивилизации. В первую очередь это связано с лавинообразным возрастанием с середины XIX века вообще числа фантастических произведений, а также с составлением довольно подробного объективного представления об околосолнечном пространстве (вслед за чем резко активизировался всеобщий интерес к внеземному миру и возможности пребывания в нём человека) и рядом важных открытий в науке и технике, сделанных, в предшествующие этому периоду годы и десятилетия. Что впрямую и определило количество литературных фантазий людей на космические темы.

После создания телескопа, открытия новых планет, законов их движения и определения расстояний до ближайших к нам космических тел к 1680 году (эти достижения науки частично отразились на содержании фантастических произведений предыдущего периода) важнейшим открытием стала формулировка Исааком Ньютоном закона Всемирного тяготения в 1687 году. Этот закон указал на то, что яблоком и Луной, планетами и звёздами управляет одна та же универсальная сила, которую можно описать языком математики. Несколькими годами ранее Эдмон Галлей впервые наблюдал в телескоп странное космическое тело с длинным хвостом, двигающееся по очень вытянутой орбите – комету, названную позже его именем. В середине XVIII века Джозеф Блэк открывает углекислый газ, а в начале XIX века Алессандро Вольта изобретает электрический элемент. Довольно быстро вслед за открытием Вольта, в 1821 году Майкл Фарадей создаёт первый электродвигатель, а ещё через десять лет открывает принцип действия электрической динамо-машины. И уже в 1838 году появляется первый электротелеграф, в 1878-м – первая электролампочка, а в 1879 году – первый электропоезд.

Напомним, что с середины 70-х годов XVIII века, с разработанного Джоном Ваттом в 1774 году первого парового двигателя началась эпоха работы на человека энергии пара, который славно послужил человечеству, и на смену которому с конца XIX века пришло электричество. Казалось бы, почти столетие успешной эксплуатации этого технического достижения на благо людей должно было хоть каким-то образом отразиться в фантастических произведениях на космическую тему этого времени. Кто-то, ну хотя бы один писатель, должен был поведать нам о полёте за пределы Земли с помощью парового двигателя. Как бы не так! Видимо, фантасты XIX века стали большими реалистами, нежели их предшественники, и не захотели использовать это крайне заземлённое и заведомо обречённое в космических путешествиях человеческое изобретение. Но зато уж дали они волю фантазии в использовании электричества, энергии тяготения и комет для близких и далёких космических вояжей!

По праву первого научного фантаста этот период должен был бы открыть выдающийся французский писатель Жюль Верн. Однако, не отнимая у него законного ведущего места в нашем повествовании, мы не можем не упомянуть прежде о двух фантастических космических произведениях, которые появились до великого француза, а значит, хронологически предшествуют ему.

Первое – это короткий рассказ русского писателя Демокрита Терпиновича «Путешествие по солнцу», увидевший свет в 1845 году. В нём автор, не стесняясь, заимствует для своего космического путешествия целый набор приёмов далёких и чуть более близких предшественников по фантастическому цеху. Первоначально его герой отправился в Африку, на гору Атлас, чтобы оттуда посмотреть на панораму всех человеческих слабостей и проказ. Насмотревшись досыта, прилёг на траву и глубоко заснул. Проснувшись, обнаружил себя летящим по воздуху. Задумался, отчего летит, и понял: оттого, что целую неделю, восходя на гору, пил одну только росу, она пропитала всё его тело и одежду, а взошедшее Светило силою своих лучей притянуло его к себе. На Солнце он обнаружил огромных великанов, в тела которых переселялись души людей, умерших на других планетах. Сами гиганты, умирая, превращались в солнечные лучи и снова попадали на планеты. Устройство жизни здесь оказалось во многом совершеннее и справедливее, чем на Земле, но имели место и беспорядки, определяемые тем, что приносили сюда с собой души со своих планет.

Пожалуй, произведение Терпиновича, построенное на использовании приёмов фантастического сочинительства из Плутарха, Лукиана, Кеплера и де Бержерака, заслуживало бы упоминания в нашем очерке лишь несколькими словами… Если бы не одна изюминка, которая не только является изобретением автора, но и протягивает очевидный мостик к последующим авторам, использующим в своих космических путешествиях куда более серьёзные и оригинальные способы передвижения. С Солнца наш герой вознамерился попасть и на другие планеты, первой из которых выбрал Меркурий. Отправляется он туда следующим образом. Забирается в нос к своему другу – местному астроному-великану, щекочет его, предварительно направив нос в сторону Меркурия, тот чихает, и землянин летит в нужном направлении. Неизвестно, ведал ли автор о том, что в момент этого физиологического акта воздушный поток в дыхательных путях человека на короткое время достигает огромной скорости (приближающейся к сверхзвуковой). Но можно точно сказать: сознательно или интуитивно он поставил перед собой серьёзнейшую проблему космического путешествия – проблему преодоления силы притяжения большого космического тела, для решения которой необходим адекватный источник энергии и скорость. Явно пребывая ещё во власти типично русской сказочной литературной традиции (вспомним путешествия сказочных героев к Месяцу на Коне-Горбунке или на небо верхом на чёрте), автор по-своему решил её и предложил совершенно оригинальный двигатель для этого путешествия.

Путешествие героя Терпиновича на Меркурий с помощью чиха из ноздри великана

Мы сознательно не упоминаем ни о каких политических, военных и экономических событиях в мире в этот период, коих было достаточно, потому что фантазии писателей они затрагивали мало, – тем более фантазии на столь неземную тему. Но одно событие обойти нашим вниманием невозможно. Это первая Всемирная выставка, проходившая в Лондоне в 1851 году, поставившая перед собой цель показать все достижения человеческой цивилизации и разместившая экспонаты со всего света. Перед входом на выставку посетителей встречала 24-тонная глыба каменного угля. Далее публика с удивлением взирала на огромный гидравлический пресс, железнодорожные локомотивы и трехколёсную паровую машину. Представленным здесь паровым молотом можно было расколоть простой орех или выковать сложную пароходную деталь. Воображение посетителей поражал установленный французами маленький фонтан из одеколона и статуя королевы Виктории из цинка.

Из Америки приехала скульптура выставленной на продажу обнажённой греческой рабыни и револьвер Кольта. Здесь был представлен «типограф» – предок современной печатной машины и электрический телеграф Сименса. Но особенно удивлял и озадачивал публику экспонат под названием «Мечтатель» – стул из папье-маше, к спинке которого были приделаны два крыла, символизирующие полёт мечты. Одно крыло птичье, напоминающее о светлых помыслах, другое – летучей мыши, олицетворяющее ужасные, потаённые мысли. Композицию дополняло символическое изображение Солнца и мечты – этот экспонат сжато выражал своё воздействие на людей всей выставки, порождающей в их головах мысли и мечты. В том числе и мечты о неземных путешествиях, что отразилось в появлении в этом экспонате крыльев и Солнца. Но если в сознании большинства людей планеты они присутствовали лишь в виде неосознанного, смутного ощущения, то писатели-фантасты взялись за их развитие с вполне конкретных позиций.

Видимо, появившаяся в рассказе Демокрита Терпиновича мысль о нахождении серьёзной силы для преодоления земного притяжения, выраженная им в столь примитивной форме, была не случайна – она стала отражением естественного этапа научно-технического уровня человечества и осознания фантастами этой серьезной проблемы. Уже в 1865 году французский писатель Ахилл Эро написал небольшую книжку «Путешествие на Венеру», в которой представил свою версию такой силы. Для достижения ближайшей к нам планеты он придумал космический корабль, приводимый в движение ни много ни мало «реактивным двигателем». Автор предложил читателям следующую логику такого выбора: если ракета для фейерверков взлетает за счёт реактивной силы, то почему бы не применить её и в космическом аппарате? Это произведение, написанное почти за 100 лет до реального полёта человека в космос на реактивной ракете, можно было бы считать литературным предсказанием этого события, однако, предложив для своего космического путешествия вполне современную идею, Эро совершил и современную же ему принципиальную ошибку. В качестве массы для создания реактивной силы в двигателе была вода, которая во избежание её потери выбрасывалась не наружу, а в большой контейнер – потом оттуда её можно было забирать для повторного использования. Сейчас любому школьнику, мало-мальски разбирающемуся в физике, понятно, что такой корабль вообще никуда не будет двигаться. Но не надо забывать, что мы имеем дело не с учёным трактатом, а с фантастическим произведением, написанным в середине 19 века!

Лунная пушка Жюля Верна

Основательность, с которой герои этого фантастического произведения (а значит, и сам автор) готовились к покорению космического пространства, может сравниться разве что с тем, как готовился реальный полёт человека в космос. Такого мы в литературе еще не наблюдали – ну разве только герой Эдгара По немного потрудился перед полётом на Луну на воздушном шаре). И здесь, помимо детальной научно-технической проработки проекта всего внеземного путешествия, мы видим немало совершенно новаторских идей Жюля Верна, которые напрямую перекликаются с существующими и по сей день подходами в подготовке к полётам в космос. Выстрелу с людьми предшествовали настоящие наземные испытания, при которых сначала в маленький снаряд, который имел двойные стенки с сетью пружин из стали между ними, заключили кота и белку и выстрелили им в сторону морской бухты – животные остались целы. После чего провели еще и восьмидневное выживание человека в будущем космическом аппарате. Автор серьёзно позаботился о безопасности своих космических путешественников. Для компенсации больших перегрузок при выстреле в снаряде существовала тройная система защиты: пружины, вода и матрасы. Была предусмотрена и его герметичность. В самом полёте велась очистка атмосферы с помощью надперекисных соединений щелочных металлов – замечательно, что эти принципы используются в космонавтике и по сей день. Кстати, впервые в фантастической литературе на космические темы автор обратил внимание на токсичное действие углекислого газа и кислорода, описал некоторые физиологические особенности невесомости, отметил разогрев снаряда при прохождении через плотные слои атмосферы. Также впервые для манёвров в космосе применялись тормозные ракеты, принцип которых служит людям в космосе и в наши дни.

Жюль Верн сделал и много другого для того, чтобы его способ отправки людей на Луну заслуживал доверия. Свои расчёты по скорости снаряда он дал проверить специалистам-астрономам. В романе использованы самые последние технические достижения: пороховой заряд из пироксилина, изобретенного за 15 лет до этого; сам снаряд сделан из довольно редкого в те времена сверхпрочного лёгкого алюминия, и он достаточно большой, чтобы за ним во время полёта могли наблюдать с помощью новейшего телескопа. В общем, хоть и вправду бери и отправляй человека в космический полёт из пушки. Однако при всей правдивости многих цифр, вычислений и массы правдоподобных деталей произведение остаётся фантастическим. Реальные расчёты показывают, что не только никакая пушка не даст такой скорости снаряду, но даже при слабом приближении к ней человек погибнет от возникшей чудовищной перегрузки – в момент выстрела из орудия с подобными параметрами вес любого предмета увеличится в 30 тысяч раз. Потому роман и является научно-фантастическим произведением.

Отправляются герои Жюля Верна на Луну с первоначальной целью просто установить связь между ней и Землёй, но уже в полёте звучит нечто другое: чтобы именем США завладеть нашим естественным спутником, присоединить в качестве сорокового штата, колонизовать, заселить, насадив все чудеса науки, искусства и техники. А также цивилизовать селенитов. Правда, осуществить это им не удалось, поскольку на Луну путешественники так и не сели, а лишь облетели её во втором романе «Вокруг Луны», после чего благополучно вернулись на Землю. Видимо, верный своему строго научному подходу к фантастике, Жюль Верн решил не ставить перед героями заведомо нереальную задачу возвращения с Луны. Потому что другого способа старта оттуда, кроме пушечного выстрела, современная наука не давала, построить такое орудие вне Земли было невозможно, а придумать нечто совершенно нереальное ему не давал его литературный метод. И не будем судить автора за явно имперский и патерналистский подход к первой космической миссии, тем более что, возможно, то был просто сатирический взгляд на новую, бурно развивающуюся Североамериканскую страну, проводящую подобную политику в отношении коренных жителей континента. В конце концов, гуманитарные аспекты этого полеёта куда более существенны. Во-первых, объединение людей разных национальностей для космического путешествия послужило поводом для примирения двух американцев, а еще автор особо отмечает, что его космический полёт – это мирное употребление оружия убийства. Не правда ли, этот мотив очень понятен нам, знающим, что реальное покорение космоса стало возможным в первую очередь благодаря разработке реактивных аппаратов, которые были созданы для нанесения разрушительных, убийственных ударов по противнику. Как и то, что сейчас для выведения космических аппаратов в космос нередко используются ракеты, снятые с боевого дежурства! В обоих романах Жюль Верн просвещает читателей относительно существующих космогонических гипотез происхождения Солнечной системы и звёзд. Они воочию представляют прогресс науки и техники того времени, что проявляется не только в развитии основных идей произведений, но и в бесчисленных мелких научных сообщениях, насыщающих романы, и в отдельных их деталях.

В те же годы, когда писался второй космический роман «Вокруг Луны», Жюль Верн задумал и третий, который был закончен к 1877 году. Этот роман называется «Гектор Сервадак», и современники считали его самой фантастической книгой писателя. Действительно, если для первого своего внеземного путешествия к ближайшему космическому телу автор избрал способ, предложенный учёным, то на этот раз путешествие совершается по Солнечной системе, а способ передвижения используется настолько необычный и неожиданный, что во сне не привидится – на комете Галлея.

Здесь автор, отставив в сторону строгие расчёты и научные опоры, явно дал волю фантазии. По его замыслу в один из своих периодических подходов к Земле хвостатая космическая скиталица по необъяснимым причинам прошла настолько близко, что фактически столкнулась с ней, вырвала кусок Африки вместе с сушей, морем, атмосферой, тридцатью шестью людьми и понесла всё это в мировое пространство. В итоге на странном космическом теле диаметром 740 километров образовалась слегка разрежённая атмосфера, уменьшенная в 7 раз сила тяжести и меняющаяся от +50 до -53 градусов по Цельсию температура в зависимости от удаленности кометы от Солнца. Вот в этих необычных условиях на протяжении двух лет течёт жизнь невольных космических путешественников, полная тревог, неожиданностей, открытий и надежд.

Жюль Верн увлекательно рассказывает о разнообразных приключениях группы людей, уцелевших в космической катастрофе, предпринимающих совместные усилия для вы живания в непривычных условиях, и дополняет сюжет некоторыми политическими идеями своего времени в сатирической форме. Кроме этого, несмотря на предельно парадоксальный фантастический сюжет, он всё же не забывает о своём научном методе и насыщает повествование имеющимися в науке астрономическими сведениями о планетах нашей Солнечной системы. И наделяет своих героев настоящим космическим мышлением. Когда появляется угроза не вернуться к Земле, а лететь дальше по Солнечной системе и в другие звёздные миры, француз Сервадак и русский Тимашев не паникуют, а мысленно переносятся в неведомые дали – «…отвергают узкое представление о мире, созданном исключительно для человека, и стремятся охватить всю бесконечную и, возможно, обитаемую Вселенную». Можно считать, что в этом романе фантаст создал прообраз будущего космического путешествия большой колонии землян, где присутствуют разные нации, сословия и есть даже свои Адам и Ева, могущие дать жизнь будущим новым поколениям космической колонии. Но эта идея не получила своего дальнейшего развития, потому что по воле автора комета, описав эллиптическую орбиту в 630 миллионов лье, вернулась через два года к Земле, снова соприкоснулась с ней атмосферой, и путешественники перенеслись на родную планету с помощью воздушного шара.

Любопытно, что когда во время беспримерного космического вояжа разговор у героев романа «Гектор Сервадак» заходит о возрасте планет Солнечной системы, они обращаются к книге соотечественника Жюля Верна, известного астронома, популяризатора науки и прозаика Камила Фламмариона «Рассказы о бесконечном», цитируя некоторые места из неё. Что говорит о большом уважении и доверии, которое испытывал фантаст к учёному.

Однако Фламмарион известен не только своими астрономическими идеями и популяризацией их среди широкой публики. Он также и автор нескольких произведений, в которых в оригинальной форме представлен главный предмет нашего обзора – внеземные путешествия. Но в отличие от Жюля Верна он пошёл в фантастической литературе на космические темы совсем иным путем. Представитель довольно точной науки, основанной на тщательных объективных наблюдениях и точных расчётах, он, видимо, не смог позволить себе отправлять людей в заведомо неосуществимые (пусть и фантастические) авантюры в космос. Поэтому избрал для своих научно-фантастических произведений способ, отдалённо напоминающий тот, что ещё до нашей эры мелькнул в индийской литературе и был разносторонне развит мистическими фантастами в XVII и XVIII веках, – путешествие за пределы Земли осуществляют не сами люди, а их духовные субстанции. Правда, в отличие от своих предшественников по этому методу, используя весьма сомнительный способ космического путешествия, Фламмарион знакомит читателей с реальным устройством Солнечной системы и Вселенной, насколько это стало к тому времени известно науке, и всерьёз рассуждает о множественности обитаемых миров.

Души влюблённых на Марсе

И, наконец, в романе «Урания», вышедшем в 1889 году, Фламмарион являет новую форму духовного внеземного передвижения. С помощью ожившей статуи Урании (музы астрономии) он совершает самое, пожалуй, далёкое из всех описанных до него космических путешествий. Они посещают другие звёздные системы, на которых есть иная жизнь, где живут андрогины – то же человечество, но без смуты и треволнений. Попутно высказывается мысль о бесконечности Вселенной, форм жизни и обитаемых миров в ней, о совершенствовании методов познания космоса на Земле и даже о грядущих контактах с другими цивилизациями. О том, что материальный мир только кажущийся и что в действительности каждое существо состоит из невесомой, невидимой, неосязаемой силы. Урания показала ему и вечность времени. Но всё это, видимо, оказалось настолько сложным для дальнейшего развития, а главное, для понимания массовым читателем, что автор заканчивает своё произведение… пробуждением от сна. Совершенно иную, можно даже сказать, революционную для подобной литературы основу перемещения материальных тел в космическом пространстве предложил в 1880 году английский писатель, поэт и учёный-историк Перси Грег в своём двухтомном произведении «Через Зодиак: история испорченной записи». Его герой, инженер, изучает проблему тяготения и натыкается на мысль о существовании отрицательного тяготения, названного им «апергией». Ему удаётся получить эту энергию и отправиться с её помощью на Марс. Это первое использование в фантастической литературе подобного способа внеземного путешествия. Удивительно, что оно произошло почти два века спустя после формулирования Ньютоном закона Всемирного тяготения. Ведь наука, хоть и не раскрыла природу подобного явления (кстати, не раскрыта она и на начало нашего XX века), но с этим открытием дала чрезвычайно перспективное поле для фантазий на космическую тему. А разве нужно писателям этого жанра иметь разжёванные сути тех или иных явлений природы?! Но они почему-то большей частью предпочитали на протяжении такого огромного времени обращаться либо к совершенно далёким от реальности сказочным космическим вояжам, либо делали крен в другую сторону и отправлялись от Земли с помощью нематериальных сил – духов, души человека. В лучшем случае появлялись произведения, основанные на использовании технических достижений человечества, которые позволяли как-то бороться с силой тяжести, – воздушные шары, пушки или нечто, напоминающее о реактивном движении. Но сама сила Всемирного тяготения, названная позже гравитацией, до сей поры была вне поля зрения фантастов.

Эксперименты Грега с «антигравитацией»

Свой оригинальный вклад в фантастическое покорение внеземных просторов внёс русский писатель, учёный и профессиональный революционер-народоволец Николай Морозов. Находясь в заточении в Шлиссельбургской крепости за участие в покушении на царя, он написал в 1882 году повесть «Путешествие в космическом пространстве», в котором вообще не затруднил себя выбором способа передвижения в космосе. Его герои, несколько мужчин и женщин, летят к Луне на некоем космическом корабле, приводимом в движение непонятной силой. Здесь впервые в фантастической литературе автор говорит об опасности попадания в корабль метеорита, а время года для полёта и его маршрут выбираются с учетом потоков этих малых космических тел в отношении Земли. Значительно подробнее, чем Жюль Верн, описывает он наступающее в космическом полёте состояние невесомости: некоторые ощущения людей, поведение воды и других предметов в ней. Опустившись на Луну, путешественники, не выходя из корабля, берут для последующего анализа на Земле пробы атмосферы и простейших форм обнаруженной там жизни. Они едва не погибают от падения на поверхность Луны метеорита, но благополучно возвращаются на родную планету.

Начавшаяся «эпоха электричества» не могла не оказать влияния на творчество фантастов, и в 1887 году появляется роман француза Андрэ Лори «Изгнанники Земли: компания Селена», в котором он ухитрился организовать своё космическое путешествие, используя для этого и электричество, и принципы Всемирного тяготения, и даже энергию Солнца. Некий известный астроном решил с помощью мощного электромагнита, действующего на основе солнечной энергии, приблизить к Земле Луну для приземления её в удобном месте и дальнейшего использования имеющихся там минеральных богатств. Однако один из участников этого проекта в последний момент, когда Луна была уже совсем близко, испугался его последствий и, желая остановить все предприятие, поменял действие магнита. В итоге произошло нечто иное: герои вместе со всей обсерваторией, откуда ведётся эксперимент, небольшим куском поверхности Земли и несколькими другими землянами переносятся на наш естественный спутник. Они путешествуют по поверхности Луны, не имеющей атмосферы, сделав себе некоторое подобие респираторов, и обнаруживают следы прошлой жизни селенитов – их рисунки, строения. А на Землю возвращаются тем же способом – приведя в действие электромагнит, который начал сближать два космических тела. Заключительная фаза приземления происходит на парашюте.

Космический корабль на солнечной энергии Фораи Графиньи

Явный прототип будущей, так называемой «космической оперы», которая займёт умы фантастов с 20-х годов XX века, предложили своим читателям в 1889 году французские писатели Жорж Ле Фор и Анри Графиньи в сравнительно небольшом романе «Вокруг Солнца» с подзаголовком «Необыкновенные приключения русского учёного». В нём, с одной стороны, присутствует круто закрученный приключенческий сюжет наподобие гомеровской «Одиссеи», с передвижением по всей Солнечной системе, злодеями и воровством идей и женщин, потерями и находками. Даже имя похищенной – Елена – ненавязчиво напоминает древнегреческий эпос. С другой стороны, роман насыщен таким количеством разнообразных способов передвижения в космосе, что с успехом может соперничать по этому показателю с непревзойдённым доселе Сирано де Бержераком.

Тут и первоначальное перенесение людей с Земли на Луну в вагоне-гранате путём выстрела из пушки с зарядом из сильно взрывчатого вещества еленита, а затем – из жерла вулкана. Далее герои направляются на Венеру в аппарате, приводимом в движение солнечными лучами, отраженными от огромного рефлектора. Это первое появление в фантастической литературе идеи «солнечного паруса», которая считается одной из перспективных для будущих космических полётов и в наши дни. Причём, конструируют аппарат на манер двухступенчатой ракеты: первая работает от солнечных лучей, и люди сидят в старом вагоне-гранате, а когда сила лучей ослабевает, эта ступень отбрасывается и спуск на планету происходит в нём. В какой-то момент путешествие продолжается от Меркурия на комете Туттля, которая столкнулась с этой планетой и оторвала от неё часть поверхности. При пересечении кометой орбиты Марса путешественники спускаются на его спутник Фобос на аэростате, едва не погибают из-за отсутствия атмосферы, но их спасают марсиане на своём корабле, представляющем из себя нечто среднее между дирижаблем и аэропланом. Для путешествия на Юпитер создаётся специальный космический аэроплан «Молния», передвигающийся в потоке астероидов посредством всасывания винтом астероидной массы спереди и выталкивания её сзади (что-то сходное с принципом турбореактивного движения), а винт аэроплана приводится в действие электричеством. На этом же аппарате, предварительно облетев Сатурн, возвращаются на Землю.

Могло показаться, что к концу XIX века, наука и техника уже настолько расширили понимание людей окружающего их мира и его законов, а их достижения начали входить в повседневную жизнь, что фантасты навсегда преодолели искус возвращаться в своих произведениях на космические темы к устаревшим, примитивным способам передвижения вне Земли наподобие летающих колесниц, птиц или их крыльев и даже воздушных шаров. Но, как известно, старые болезни и после нахождения радикальных способов борьбы с ними, способны давать рецидивы.

В 1892 году русский писатель Ананий Лякидэ в романе «В океане звёзд. Астрономическая одиссея» отправляется в космическое путешествие в явно неуместном для конца XIX века аппарате – орнитоптере. Это ящик с механизмами, вручную приводящими в действие два расположенных по бокам крыла. Столь же просто решалась и проблема защиты от космического холода – установкой стеклянной будки снаружи и печки внутри. Там же в сгущённом виде в особом резервуаре был запасён воздух для дыхания. Но вот к возможному покиданию аппарата вне Земли автор подошёл вполне по-современному: для этого был предусмотрен каучуковый костюм (по аналогии с теми, что применяли герои Жюля Верна в его «земных» произведениях для вылазок на дно океана) с запасом воздуха и тепла внутри. Для защиты от жары и холода костюмы пропитывались особым химическим составом. Несомненно, тут мы имеем дело с первыми прототипами будущих космических скафандров. В своём примитивном орнитоптере герой совершает путешествие по всей Солнечной системе – посещает Меркурий, Венеру, Луну, Марс, Юпитер и Сатурн со спутниками и даже добирается до Урана с Нептуном, почти везде находит жизнь, в том числе и разумную.

На конец описываемого нами периода приходится появление первых фантастических произведений удивительного человека, который, строго говоря, не являлся профессиональным учёным, но которому суждено было стать предсказателем многих идей, с успехом применённых впоследствии и применяемых людьми в наше время в реальных космических полётах.

В 1893 году учитель из российского города Калуга Константин Циолковский опубликовал (а подготовлена рукопись была в 1887 году) фантастическую повесть «На Луне». Она не отличалась большой оригинальностью, не несла в себе каких-то необычных литературных находок и явно была навеяна «Сном» Иоганна Кеплера. Автор (юноша, увлёкшийся астрономией) однажды просыпается на Луне и совершает вместе со своим другом путешествие по нашему спутнику. Схожая с произведением Кеплера не только по форме, но и по сути – в деталях описывается восприятие человеком на Луне Земли, Солнца, звёздного неба, – она имела и нечто новое. В отличие от Кеплера дается довольно подробное и точное описание физических и эмоциональных ощущений человека от пребывания в мире с существенно меньшей силой тяжести и отсутствием атмосферы. Герои проводят ряд занятных научно-бытовых опытов, основанных на упомянутых физических особенностях этого мира и специфического теплового режима на поверхности Луны, а также предпринимают кругосветное путешествие по ней, следуя за Солнцем – бегут огромными прыжками, то опережая Светило, то чуть отставая, чтобы не замерзнуть или не перегреться от его огня. Наконец у них заканчивается продовольствие, и они засыпают в наступающем холоде, обнявшись и бредя о родной планете, о своих близких, о тепле дома. Проснувшись у себя в постели на Земле, автор узнаёт от врача, что долго спал в летаргическом сне.

Два последующих фантастических произведения Циолковского были написаны им очень быстро вслед за первым: «Изменение относительной силы тяжести на Земле» в 1894 году и «Грёзы о Земле и небе» в 1895 году. Это очень странные творения, потому что, в отличие от повести «На Луне», имеющей выраженные фантастический сюжет и приёмы, в них автор как бы читает слушателям всеохватывающую лекцию о расстояниях и размерах во внеземном мире, физических условиях на других космических телах. Фантастичность заключается лишь в том, что он описывает способы жизни на них аборигенов и иногда собственное восприятие пребывания там. При этом способ попадания автора в эти миры с Земли вовсе не рассматривается.

Первая часть «Изменения относительной силы тяжести на Земле» посвящена проблеме создания в межзвёздном пространстве условий для изучения изменения относительной силы тяжести. В ней подробно описано устройство для этого специального сооружения, названного Циолковским «Звёздный домик», и производство опытов в нём. В каком-то смысле это прообраз будущей реальной космической станции, где действительно стали проводиться разнообразные эксперименты, в том числе и связанные с невесомостью. Во второй части автор совершает путешествие по ближайшим к Земле космическим телам – планетам Меркурию, Венере, Марсу и астероидам Весте, Церере, Палладе. Он детально рассказывает о физических условиях существования на них вымышленных живых существ («туземцев»), технических устройствах, способах существования в условиях жары, холода, безвоздушной (или очень ограниченной) атмосферы, малого или почти отсутствующего тяготения, их общении и о своих впечатлениях от всего увиденного. Бросается в глаза восторженное восприятие автором условий пребывания на телах с малой силой тяжести в сравнении с земной. То есть Циолковский литературно как бы обкатывает здесь идею привлекательности существования живого существа (в том числе и человека) в физическом и социальном смысле (более справедливое устройство тамошних обществ) вне Земли.

В «Грёзах о Земле и небе» автор последовательно и очень доступно знакомит читателей с размерами космоса (от земных до Млечного Пути и Вселенной), с законами движения космических тел и Всемирным Притяжением. Тщательно и поэтапно разъясняет, что такое тяжесть и возможное её отсутствие, описывает прообразы центрифуги и создания на Земле условий, схожих с невесомостью. Всесторонне обсуждает возможность такого существования человека и вообще живого существа во внеземных условиях: на планетах и астероидах с иной силой тяжести, атмосферой и температурой, вообще в космическом пространстве. Он рассматривает всю Землю как замкнутую систему жизни, круговорота веществ и пытается обрисовать такую же систему, но в существенно меньших размерах. Конечно же, Константин Циолковский даёт здесь волю своей фантазии, но от чтения этого произведения остаётся непреходящее ощущение того, что автор целенаправленно готовит людей к их будущему существованию вне Земли! Он вдохновенно описывает визит в пояс астероидов некоего путешественника с Земли и его общение с местными жителями. Разнообразные приспособления для жизни там человека в состоянии постоянной невесомости (аналогичные приспособления земляне используют и поныне во время космических полётов на кораблях и станциях), в том числе и способы создания искусственной тяжести. Предложенный им способ передвижения в космосе аборигенов – выстрелом из маленькой пушки в направлении, противоположном желаемому, – отдалённо напоминает реактивное движение, которое Циолковский очень скоро предложит для реального проникновения в космос.

Фантазии Циолковского идут значительно дальше лишь пребывания человека вне Земли и особенностей жизни там туземцев. Он неудержимо фантазирует на тему их космических путешествий на огромные расстояния с немыслимыми скоростями и использованием для питания запасённой энергии Солнца, о полётах к другим солнцам в состоянии длительной летаргии, чтобы выжить в таких далёких путешествиях. Говорит о бесконечном разнообразии жизни в бесконечной Вселенной. Но не теряется в этих своих фантастических космических беспределах, а, возвращаясь к бренной Земле, детально развивает идею создания для научных целей искусственного спутника Земли, наподобие маленькой Луны. Здесь впервые в литературе мы встречаем термин «искусственный спутник Земли» с прямым указанием на то, что «скорость, необходимая для возбуждения центробежной силы, уничтожающей притяжение Земли, должна доходить до 8 вёрст в одну секунду» и что высота полёта должна быть «…вне пределов атмосферы, значит, вёрст на 300 от земной поверхности». И вдобавок Константин Эдуардович описывает «солнечные машины», которые человек сможет применять там в качестве источника энергии.

Нужно ли говорить, какие из этих фантазий Циолковского в прямом или частичном виде воплотились в реальном освоении космоса человеком, которое началось лишь по прошествии 66 лет после написания этих его «Грёз…»?! Однако оставим на время творчество Циолковского, который помимо многих своих блестящих предсказаний в космонавтике первый теоретически разработал принцип освоения внеземного пространства реактивными приборами, – к его фантастике мы ещё вернемся в следующей главе, а пока обратим взоры на произведения других писателей этого жанра.

Впервые появившаяся в фантастической литературе у англичанина Перси Грега в 1880 году идея об использовании в космических полётах антигравитации не исчезла бесследно. Её подхватили и по-своему стали развивать другие авторы.

Сначала это сделал американец Джон Эстор в 1894 году в романе «Путешествие в иные миры: роман будущего», рассказывающем о жизни на Земле в 2000 году. Он описывает большие технические преобразования на планете, коснувшиеся, естественно, и космических путешествий, для которых автор предлагает использовать апергию и даёт своё разъяснение этой силы. Она основана на сочетании положительного и отрицательного электричества с электричеством некоего третьего элемента. Зарядив любое тело надлежащим образом, можно получить полное уничтожение силы тяжести или даже обратное её действие. «Земля скоро станет прескучным местопребыванием, – говорит один из его героев, отправившихся таким способом в космический полёт. – Мне хотелось бы покинуть её для перемены, не навсегда, конечно!..» Как считает автор, для приведения в действие апергии космическому кораблю непременно надо было находиться близко от какого-нибудь крупного космического тела. Потому, собравшись к Юпитеру и Сатурну, трое американцев направились сначала к Солнцу, затем по касательной – к Земле и мимо Луны.

Эту же идею, но в исполнении марсиан взял на вооружение для передвижения в космосе немецкий прозаик и учёный-философ Курд Лассвиц в романе «На двух планетах», написанном в 1897 году. По версии автора наши соседи по Солнечной системе научились преодолевать силу тяготения с помощью особого химического состава, изолирующего тело от тяготения, и стали использовать её для передвижения с огромными скоростями. В частности, они капитально обосновались в районе Северного полюса нашей планеты, откуда без лишнего шума и свидетелей отправляли на Марс земной воздух и солнечную энергию. В лихо закрученном сюжете несколько землян (немцев) попадают на их станцию и на этих кораблях посещают Марс, но изначальный замысел марсиан эксплуатировать ресурсы нашей планеты приводит к серьёзному межпланетному конфликту с применением военной техники и жертвами с обеих сторон. Это произведение является первым в фантастической литературе, где описывается контакт с иной цивилизацией, оборачивающийся таким неприятным образом. При этом вступившие по воле случая в сношение с марсианами земляне оказываются перед невиданным доселе нравственным выбором: лететь на Марс для знакомства с достижениями более развитой космической цивилизации (к чему их приглашают марсиане) или как можно скорее рассказать своим сопланетникам о появлении на Земле чужаков, посягающих на наши ценности? В финале всё завершается справедливым мирным соглашением.

Мысль о возможном посягательстве на нашу планету со стороны коварных марсиан тут же подхватил другой корифей фантастики, англичанин Герберт Уэллс. В знаменитом романе «Война миров» в 1898 году он изложил свою версию вторжения на Землю соседей с Красной планеты, которые попадали к нам в специальных снарядах, выпущенных с Марса, видимо, из мощных пушек. Но тут всё для них закончилось куда печальнее, чем у Курда Лассвица – успешно отражавшие военные атаки людей и уже близкие к установлению господства над нашей планетой, они не выдержали натиска крошечных земных бактерий, с которыми не привыкли иметь дело на своей планете.

В следующем романе на космическую тему «Первые люди на Луне», написанном в 1901 году, Уэллс опять обращается к сюжету, основанному на контакте разных цивилизаций, отправляя своих героев на наш спутник. И снова в качестве способа передвижения избирает принцип антигравитации. На этот раз двое землян летят на Луну в аппарате в виде шара, сделанном из кейворита – особого вещества, открытого учёным Кейвором, которое непроницаемо для любой «лучистой энергии», в том числе и силы притяжения. Учёный отправляется в полёт ради науки, а его напарник, писатель – чтобы написать потом книгу. Передвигается их корабль в космическом пространстве путём открывания и закрывания соответствующих шторок из кейворита – таким образом дается возможность космическим телам (Луне, Земле, Солнцу) воздействовать на него. На Луне, в её глубине, они находят разумную жизнь, устроенную наподобие муравейника, – она справедливее и разумнее земной. Происходит контакт, в котором всё развивается по следующему сценарию: непонимание и агрессия с обеих сторон, общение, знакомство с жизнью друг друга и ужас селенитов от перспективы появления на Луне землян, несущих им войны и разрушение.

К концу XIX века космическая тема оказалась настолько активно эксплуатируемой и проработанной писателями-фантастами, что они стали использовать космос в своих произведениях в качестве места, куда можно легко переносить вполне земные традиции. Особенно в этом преуспели англичане. Так, в 1900 году появился роман Роберта Коула «Битва за империю: рассказ о 2236 годе». Хотя речь в нём и идёт о весьма далёком для года написания будущем, нравы и обычаи цивилизованных землян не сильно от этого меняются – на просторах нашей Солнечной системы разворачивается настоящая война Британской империи, разросшейся до космических масштабов и сталкивающейся с иными цивилизациями. Слава богу, другой англичанин, Джордж Гриффит, использовал внеземные просторы для куда более достойной и уникальной цели – в романе «Медовый месяц в космосе», написанном, в том же 1900 году, он отправил туда молодожёнов в свадебное путешествие.

Электрический корабль Богоявленского на Марсе

Завершает этот короткий, но насыщенный фантастическими произведениями период произведение ещё одного русского писателя Леонида Богоявленского «В новом мире», написанное в 1901 году. Его космический корабль с четырьмя пассажирами был запущен с Земли импульсом, произведённым особым динамо-электрическим механизмом в сторону ставшего весьма популярным у фантастов Марса, чтобы за 180 дней достичь точки, где начинало действовать его притяжение. Аппарат представлял собой трехэтажный конус весом более 100 тонн, в котором действие на людей ускорения компенсировалось уже «опробованными» Жюлем Верном в романе «С Земли на Луну» водными прослойками в корпусе. Подачу кислорода и поглощение углекислоты обеспечивали взятые с Земли химические соединения, на случай холода имелась электрическая печь. Одной из участниц полета была богатая англичанка, которая отправилась на Марс, чтобы забыть горе от потери мужа. Остальные трое – русские учёные – летели из научного любопытства. Впервые в космической фантастике в этот полёт было взято много предметов для знакомства марсиан с земной цивилизацией: фотоаппарат, фонограф, стереоскоп и тому подобное. Марса они достигли через 205 суток, нашли там вполне пригодные условия для своего существования и разумную жизнь в виде карликов, которые посадили их в клетки и выставили на всеобщее обозрение, как в зоопарке. Далее последовал более разумный контакт, понимание, беседы об устройстве жизни на обеих планетах со сравнением, что где хорошо, а что плохо. Местные независимые женщины попытались с помощью англичанки произвести переворот в своем социальном положении: занять главенствующее над мужчинами положение и узаконить для себя безделье и разврат. Но заговор раскрывают, женщин побивают палками, а гости с Земли, дабы избежать подобной же участи, спешно покидают Марс на своём электрическом корабле и через семь месяцев благополучно возвращаются на родную планету.

Подводя черту под очередным периодом нашего исследования научной фантастики, взявшим начало в середине XIX века и заканчивающимся на его стыке с XX веком, мы должны отметить беспримерный, лавинообразный рост произведений на эту тему, если считать на единицу времени. По-прежнему практически все они принадлежат европейским авторам, среди которых появляются писатели, подарившие нам более одного произведения на космическую тему. Во внеземные путешествия теперь, как правило, отправляется не одинокий странник, а целые экипажи, вплоть до настоящих колоний землян. Космическая фантастика становится более научной. Практически все авторы отходят от примитивных, наивных способов путешествий за пределы Земли и, демонстрируя свои знания научных и технических достижений человечества, ведут активный поиск новых, в первую очередь дающих человеку возможность преодолеть главную трудность в таком полёте – силу притяжения планеты. Предлагаются самые разнообразные адекватные идеи, прежде всего основанные на «гравитационно-электрических» принципах.

Удивительно, что при таком разнообразии фантастических способов космических путешествий мы не встречаем ни одного, использующего реактивный принцип движения, который относительно скоро позволит человеку выйти в космос. Есть лишь только отдалённо или в каких-то деталях напоминающие о нём. Даже будущий теоретик освоения космического пространства с помощью ракет Константин Циолковский в своих первых фантастических произведениях не обращается к ним. Зато в большей части произведений в том или ином виде проявляется понимание авторами сложности космического путешествия не только в физическом преодолении силы тяжести – отчётливо видно осознание ими серьёзных проблем пребывания человека в таком полёте: перегрузки, колебания температуры, обеспечение нормального дыхания. Даются и разнообразные способы их решения, иногда и весьма разумные, далёкие от фантастики.

Вслед за всё возрастающим ускорением развития общего человеческого прогресса в науке и технике, начавшимся со второй половины XVIII века с создания парового двигателя, продолжившимся открытием электричества в начале XIX века и постановкой его на службу людям, аналогичный процесс пошёл и в фантастической литературе вообще и на космические темы в частности. К началу XX века, откуда начинается наш очередной очерк обзора подобных творений, их число вырастает настолько, что для сохранения количества анализируемых произведений (и написавших их авторов) примерно в 20 единиц этот период сокращается уже до 28 лет. Что вдвое меньше предыдущего, в то время как количество взятых для анализа произведений, созданных в это время, даже превосходит таковое за предшествующие 55 лет. Однако не эти цифры являются для нас главными при определении границ и центра того или иного периода, а некоторые узловые произведения, написанные фантастами, или реальные события, происходящие в это время в мире.

Буквально накануне очередного нашего временного периода и в первые его годы были сделаны фундаментальные открытия в науке и изобретения в технике, с одной стороны изменившие жизнь людей, а с другой – повлиявшие на их фантазии в области создания произведений на темы космических полётов. В 1888 году Генри Герц открыл радиоволны, в 1895-м Гульельмо Маркони использовал их для беспроводной связи, а в 1901 году он же послал радиосигнал через Атлантику. В 1895-м Рентген обнаружил таинственные лучи, названные его именем, в 1898 году супруги Кюри открыли радиоактивный химический элемент радий. И, наконец, в 1905 году появилась теория относительности Альберта Эйнштейна. Кроме того, в 1914 году началась Первая мировая война, а в 1917-м в России произошла первая в истории социалистическая революция. Это не значит, что ничего более интересного и важного не случилось в мире за эти годы (например, в 1898 году Цепеллин создал дирижабль, а братья Райт в 1903 году осуществили первый управляемый полёт на аэроплане с двигателем), но именно названные открытия и события оказали наиболее существенное влияние на «космических» фантастов и в том или ином виде нашли отражение в их произведениях.

Из-за указанного выше большого количества авторов и существенного сокращения самого обозреваемого периода мы несколько отойдем от взятого нами на вооружение и успешно используемого в предыдущих главах хронологического принципа изложения и, оставляя его в качестве фона, возьмём за основу предметный принцип. Применительно к очередной главе это означает, что главный упор в отборе и анализе фантастических произведений на космическую тему за заявленный период с 1901 по 1928 годы будет сделан на группировке произведений в первую очередь по способу передвижения их героев в космосе. При этом хронология в изложении будет присутствовать как внутри каждой группы, так и в последовательности перехода от одной группы к другой по времени появления в ней первого произведения.

По праву этот период открывает трилогия видного польского писателя, поэта и драматурга Ежи Жулавски «На серебряной Луне», «Победитель» и «Старая земля». В этой трилогии (больше всего это касается двух первых романов) автор блестяще и талантливо реализовал идею путешествия на Луну в снаряде из пушки, впервые высказанную за три десятилетия до него в фантастических произведениях Жюля Верна. В отличие от великого французского научного фантаста, детально разработавшего технологию выстрела обитаемого снаряда из гигантской пушки, отправившего таким необычным образом своих героев к Луне, но так и не решившегося высадить их на поверхность нашего спутника, Ежи Жулавски не стал озабочиваться техническими деталями такого предприятия, а сконцентрировался на совершенно иных проблемах. Он начал свою литературную деятельность как поэт-лирик и драматург и в своей фантастической трилогии сделал акцент именно на человеческом и моральном аспекте космического путешествия в другой мир.

В первой книге «На серебряной Луне», написанной в 1901 году, автор отправляет на Луну в снаряде-вагоне выстрелом из пушки интернациональную экспедицию в составе ирландского астронома, португальского инженера, английского врача, поляка и женщины-индианки. Старт происходит по прошествии ста с лишним лет после смерти знаменитого Жюля Верна. Через шесть недель в том же направлении с Земли отправляется второй снаряд с двумя братьями-французами. Предполагалось, что обе экспедиции погибли, но через 50 лет на Землю прибыли записи в обугленном снаряде, рассказавшие людям о том, что произошло на Луне на самом деле.

Смелый проект, ставший делом всего цивилизованного мира и задуманный с целью получить более подробные сведения о нашем естественном спутнике, не завершился прилунением и гибелью экспедиции. Отважные путешественники, не имевшие возможности вернуться на Землю и изначально обрёкшие себя на гибель вдали от родной планеты, мечтали об обнаружении на обратной стороне Луны мира, непохожего на земной. Места, где можно будет основать новое общество, быть может, более счастливое, чем существующее на Земле. Едва не погибнув от окончания запасов воздуха, оставшиеся в живых четверо из пятерых участников первой экспедиции получили неожиданное пополнение своих воздушных запасов, благодаря прибытию на Луну второго снаряда с этим запасом, правда, его прилунение закончилось гибелью двух французов. В своём снаряде, приспособленном для жизни людей и для передвижения в нём по Луне с помощью особого электромотора, они отправились в путешествие по её поверхности. И в итоге действительно нашли на закрытой от наблюдателя с Земли части Луны удобное для поселения место, в котором была жизнь, вода, уголь, нефть, тёплые вулканические источники. Автор ярко и эмоционально рисует картину существования землян на нашем естественном спутнике, появление, благодаря присутствию в составе экспедиции женщины, новых поколений, и вроде бы действительно получается зарождение нового, более счастливого мира землян вдали от родной планеты. Но в конечном итоге обретённый рай оборачивается трагедией – гибелью почти всех оказавшихся на Луне земных пришельцев. Новые же их поколения демонстрируют явные признаки физического и духовного вырождения, а главный герой заканчивает свои непомерно затянувшиеся дни в глубокой тоске по покинутой Земле, воспоминаниями о её несравненной красоте, а перед смертью посылает туда в снаряде из маленькой пушки свои записи о лунной одиссее землян.

Во втором романе трилогии Ежи Жулавски «Победитель», появившемся в 1908 году, автор отправляет на Луну, 700 лет спустя после первой экспедиции, единственного героя. Старт осуществляется так же из большой пушки в снаряде, но на этот раз он представляет из себя миниатюрную пушку, способную вернуть путешественника на Землю выстрелом с Луны. Землянин встречает здесь расплодившееся потомство первых пришельцев со своей планеты, которые с религиозным экстазом ждут возвращения покинувшего их когда-то «старого человека» – победителя – для спасения от ужасных и невежественных аборигенов, притесняющих потомков землян. Последующие события показывают опасность вмешательства извне в жизнь и порядок, сложившийся на другой планете. Благие намерения героя помочь потомкам своих сопланетников в их тяжёлой борьбе с обитателями Луны, уродливыми и жестокими с точки зрения землян, оборачиваются большими жертвами с обеих сторон. А также – неприятием лунными землянами «справедливых» порядков, принесённых с их далёкой родной Земли, и трагедией самого героя. Он не смог вернуться на свою планету, поскольку в его снаряде туда случайно улетели двое потомков землян, и в итоге был казнен теми, кого хотел спасти.

В последнем романе трилогии «Старая земля», написанном в 1910 году, эти далёкие потомки землян с Луны пытаются реализовать утопию уже на Земле, но всё заканчивается неудачей.

Трилогия Ежи Жулавски – первая в фантастической литературе драма, разыгравшаяся в результате того, что жители Земли покинули свою планету в погоне за новыми знаниями и с желанием обрести рай за её пределами. Также впервые в мировой фантастической литературе автор затрагивает моральный аспект контакта, вмешательства одной (земной) цивилизации в жизнь другой (лунной), в результате которого естественным образом возникает вражда пришельцев с местными жителями, заставляющая их уничтожать друг друга. Впервые ставится серьёзнейший моральный вопрос «Какое мы имеем на это право?», и ответ явно не в пользу пришельцев с Земли.

Вскоре после того, как польский писатель своей драматичной трилогией фактически закрыл в фантастической литературе идею космических путешествий с помощью выстрела снаряда из пушки – чрезвычайно сложную в техническом отношении и опасную для живого существа с точки зрения колоссальных перегрузок во время старта, – умами фантастов овладевает куда более лёгкий и доступный практически для каждого человека способ передвижения вне Земли. Для этой цели предлагается использование силы воли или силы мысли, что в том или ином виде уже мелькало в произведениях писателей на эту тему в разные периоды нашей истории: в 1648 году – как возможный способ передвижения в космосе у англичанина Джона Уилкинса и в 1656-м – как применённый для полёта к Солнцу у француза Сирано де Бержерака. Но на сей раз этот метод используют сразу несколько авторов, и большинство из них разрабатывают его куда более детально, нежели предшественники.

В 1905 году английский прозаик Эдвин Лестер написал роман «Лейтенант Галливер Джонс: его каникулы», герой которого после ссоры со своим армейским начальством отправляется на «декадентский» Марс. Своё путешествие он осуществляет на некоем «ковре-самолете» фактически простым усилием воли. Там он встречает прекрасную принцессу, наблюдает закат и гибель её королевства и затем благополучно возвращается таким же способом на Землю к ожидающей его невесте.

Вслед за ним свою версию использования человеческой силы воли для космических путешествий предложил популярный французский писатель начала XX века Густав Ле Руж. В романе «Узник планеты Марс», написанном им в 1908 году, на Марс отправляется инженер-математик, одержимый идеей познания новых миров и всегда мечтавший о посещении этой планеты. Делает он это, однако, не полностью по своей воле, а по злому замыслу некоего брамина, который нашел способ концентрировать в специальной камере психическую энергию многих индийских факиров и перед необычным путешествием ввёл ничего не подозревающего инженера в каталептическое анабиозное состояние. Несмотря на столь «простой и безопасный» для человека способ передвижения в космическом пространстве, этот автор, в отличие от предыдущего, всё же не забывает о реальной опасности такого путешествия. Он размещает своего героя в герметически закрываемом оливковообразном снаряде из дерева и стали, который внутри обшит двойной оболочкой из асбеста и материи, а также снабжён крепкими пружинами, которые при сжатии раскрывали снаряд.

Одним из доводов заброса инженера на Марс у брамина был следующий: «Его всегда можно вернуть, когда он обогатится знаниями, ещё неизвестными на Земле». Сам же космический путешественник, оказавшийся неожиданным для него способом на Марсе, был готов соответствовать своей первоначальной идее познания новых миров и к самопожертвованию ради человечества. На другой планете он не нашёл новых знаний. Зато обнаружил атмосферу, жизнь на почве и в воде, различных примитивных существ и марсиан, находящихся на первобытно-общинном уровне развития, но лишённых недостатков и мерзостей, присущих развитому обществу на Земле, среди которых пришелец с Земли занял царствующее положение. Во втором романе Густава Ле Ружа «Война вампиров», написанном годом позже, герой посвящает себя освобождению аборигенов, угнетаемых местными вампирами.

Прибытие космического снаряда Ле Ружа на Марс

Существенно дальше в использовании психической энергии человека для полётов в космос пошел русский прозаик, один из пионеров советской научной фантастики Виктор Гончаров, написавший в 1924 году на эту необычную тему дилогию «Психомашина» и «Межпланетный путешественник». У этого автора полёты человека на Луну, Венеру и даже за пределы нашей Солнечной системы совершаются на особой психомашине, которая работает на основе открытого на Луне местными жителями психомагнита, способного поглощать психическую энергию мыслящих существ, запасать и хранить её в особых аккумуляторах. Участие самого пилота в управлении этой машиной заключается в возможности вмешиваться и усиливать её действие своей психоэнергией. Мотивации космических путешественников разнятся: от меркантильных (найти на Луне тяжёлые металлы) до высоких философских (стремление к неизвестному при полёте далеко в космос). При этом общественная жизнь и на Луне, и на двойниках нашей Земли (ушедших от нас на 5, 100 и 500 000 лет), и даже в масштабах нескольких звёздных систем, куда попадает путешественник, изобилует в фантазиях Гончарова классовой борьбой трудящихся с капитализмом, с победой в той или иной степени социалистической революции. А на ушедшем от нас в развитии на полмиллиона лет вперёд двойнике Земли человечество вообще ведёт бесполое существование.

К XX веку были совершены эпохальные открытия в области естествознания, и материальный мир становился всё более понятным людям. Казалось бы, пора уже фантастам, пишущим о космических путешествиях, полностью переключиться на неисчерпаемые возможности научных знаний, оставив в покое сверхъестественное. Однако часть авторов этого жанра так и не смогла освободиться от объяснимо появившегося во второй половине XVII века у мистиков и подхваченного Фламмарионом век спустя, соблазна использовать для передвижения людей за пределами Земли нематериальные силы.

Межзвёздное путешествие астрального образа человека с Дьяволом

Чуть позже аналогичный способ космического путешествия использовал в двух своих произведениях американский писатель, мастер приключенческой прозы Эдгар Берроуз. В 1912 году в его романе «Дочь тысячи джеддаков» капитан Картер легко переносится на Марс, отделившись чудодейственным образом духовно от своего тела – просто устремив взор на Красную планету и сосредоточенно подумав о стремлении туда. Там он погружается в разнообразную местную жизнь, участвует в интригах, боях, влюбляется, добивается любви своей избранницы. Узнаёт о существовании фабрики воздуха и спасает планету, возобновив подачу воздуха после её прекращения (видимо, именно отсюда был взят Голливудом сюжет знаменитого космического боевика «Вспомнить всё»). После чего приходит в себя в пещере на Земле и тоскует по своей избраннице с Марса, мечтая увидеть её. Это происходит во втором романе Берроуза «Бои на Марсе», написанном в 1923 году, в котором Картер через 12 лет снова отправляется на соседнюю планету тем же астральным способом.

Очередное мистическое путешествие в космос осуществляется в романе русской оккультной писательницы Веры Крыжановской «В ином мире», написанном в 1913 году. На Венеру отправляется девушка, недовольная устройством земного мира и тем, что её хотят выдать замуж за нелюбимого человека. Происходит это с помощью вызванного оттуда колдуном некоего Ремфы, близкого идеалу девушки. Выпив таинственного снадобья, она дожидается его появления в облачном шаре и, оказавшись на Венере, находит там души многих землян, в том числе и очень известных, которые существуют в чудесном и гармоничном мире.

Наконец, в 1920 году появился роман английского прозаика Дэвида Линдсея «Путешествие к Арктуру», в котором он столь же мистическим образом переносит своего героя на планету Торманс, где тот переживает серию удивительных приключений, в том числе «спиритуальных», представляющих собой бесконечную цепь неких концептуальных переворотов.

Эпохальное открытие в конце XIX века радиоактивности и радиоактивных химических элементов, приоткрывшее завесу тайны над колоссальной энергией, скрытой внутри атомов вещества, не могло не отразиться в творчестве писателей-фантастов на космические темы. И если открытие подобного масштаба, сделанное Ньютоном во второй половине XVII века (закон Всемирного тяготения) «доходило» до фантастов почти два века, то на радиоактивность они откликнулись куда быстрее – уже через десять лет. В 1908 году вышел удивительный роман русского писателя и экономиста, философа и учёного-естествоиспытателя, соратника Ленина по революционной борьбе Александра Богданова «Красная звезда». Удивителен роман не только тем, что космическое путешествие к Марсу совершается в аппарате, работающем с использованием атомной энергии радиирующего вещества, но и тем, что частицы этого вещества отбрасывались в противоположную от движения сторону. То есть по сути мы имеем здесь дело и с первой фантастической идеей реактивного передвижения в космосе, но об этом способе речь пойдет позже. Для ликвидации эффекта тяготения при движении аппарата в космическом пространстве использовалась так называемая «минус-материя». Удивителен роман ещё и тем, что в нём нашли самое живое отражение мысли о социалистическом преобразовании общества, появившиеся к этому времени в России и Европе.

Леонид летит на этеронефе марисан к их планете

Уже через год после выхода в свет «Красной звезды» Богданова появляется роман американского журналиста и писателя Гаррета Сервисса «Колумб космоса», в котором сами земляне создают аппарат, приводимый в движение атомной энергией. И четверо людей летят на нём к Венере. Любопытно, что двигатель их корабля способен использовать в качестве горючего даже дым от сигарет, которые курят межпланетные путешественники. Цель, которую поставил перед собой изобретатель этого аппарата, – побывать на соседней планете с научной и познавательной миссией. Они летят со скоростью 20 миль в секунду, благополучно достигают поверхности Венеры через 16 суток, находят на ней пригодную для землян атмосферу и примитивную разумную жизнь. Выясняется, что жители Венеры поклоняются Земле как особому божеству и даже приносят ей жертвы. Земляне совершают по планете путешествие, полное приключений и неожиданностей, сопряжённое порой с риском для жизни, но в финале благополучно возвращаются на родную планету.

В 1917 году в США выходит роман «Вторая Луна», написанный беллетристом Артуром Трэйном и учёным, профессором физики Балтиморского университета Робертом Вудом. В нём рассказывается об изобретении неким Парксом удивительного аппарата, названного им «Летучее кольцо», способного передвигаться над Землёй и в космосе с помощью уранового двигателя с реактивной тягой и управлять стихиями посредством мощного потока особых лучей. В аппарате имелись костюмы-скафандры для возможного выхода на Луну в случае полёта туда, а устойчивость в пространстве ему придавала пара гироскопов. Поток реактивного газа мог отбрасываться в разные стороны, также имелась и силовая установка, генерирующая разрушительное излучение. С его помощью изобретатель разрушил горы в Северной Америке и затопил Сахару. Он потребовал от участвующих в мировой войне держав заключить вечный мир, угрожая в противном случае изменить своим оружием наклон земной оси и превратить Европу в пустыню. После этого воюющие государства вступают в переговоры о мире. Из-за случайной неисправности механизма потока лучей Паркс и его товарищи погибают, а аппарат достается американцам. Одновременно выясняется, что некая комета вот-вот столкнется с огромным астероидом, изменит его движение, и тот упадёт на Землю с чудовищными последствиями для нашей планеты. Появляется идея использовать «Летучее кольцо» для полёта к астероиду с целью его уничтожения или изменения курса, и экипаж из четырёх человек (в их числе одна женщина) отправляется для выполнения этой миссии в космос. Для смены уранового цилиндра двигателя они совершают вынужденную посадку на Луну, затем направляются к астероиду и успешно атакуют его чудесным лучом. Тот меняет свою траекторию, отклоняется от направления к Земле, и человечество спасается таким чудесным образом от ужасной гибели.

Очередным произведением, в котором в качестве основной энергетической силы, в том числе и для движения космических аппаратов, является атомная энергия, стал роман советского прозаика, драматурга и журналиста Николая Муханова «Пылающие бездны», увидевший свет в 1924 году. В нём описывается жизнь на Земле в 2423 году, когда в обиход вошли самые удивительные достижения науки и техники и в первую очередь решена проблема энергетики и передвижения, благодаря открытию вещества небулия на Луне и астероидах, главные свойства которого основаны на чудодейственной «лучистой энергии» (радиации). Кроме того, преодолена сила притяжения Земли, выпрямлена её ось, преодолена сила инерции и тому подобное. Начинается война с цивилизацией Марса именно на почве обладания этим самым небулием, который находится на планетоидах, принадлежащих землянам. Она завершается победой землян, а на Марсе вспыхивает гражданская война. Между тем оказывается, что все эти события отчасти были навеяны появлением в Солнечной системе кометы Эреиды, диаметр ядра которой в два раза больше диаметра Солнца. Она грозила столкновением с Марсом, но вмешательство землян с помощью изобретённого ими аппарата воздействия на движение планет, предотвращает страшную катастрофу. В итоге наступает мир на Марсе и между цивилизациями обеих планет. Этот роман стал первой в советской научно-фантастической литературе «красной космической оперой».

Особняком в ряду всех фантастических произведений о космических путешествиях обозреваемого периода стоит созданная в середине этого периода дилогия советского писателя Бориса Красногорского «По волнам эфира» и «Острова эфирного океана». В ней автор успешно и детально развивает идею использования при передвижении в космическом пространстве силы давления солнечного света, лишь заброшенную в фантастическую литературу французскими фантастами Фором и Графиньи в конце XIX века.

В первом романе, написанном в 1913 году, повествуется о докладе в Санкт-Петербурге неким инженером Имеретинским клубу «Наука и прогресс» по поводу созданного им аппарата, приводимого в движение силой давления солнечного света. Главную часть аппарата составляет огромное зеркало из чрезвычайно тонких листов гладкого металла, к которому на раме крепился вагон для пассажиров. Проблема возвращения к Земле решалась снятием давления лучей Солнца, для чего зеркало ставилось ребром к свету или задергивалось чёрной материей, после чего на аппарат начинала действовать только сила тяготения Солнца. Впервые в подобной литературе при строительстве космического пассажирского вагона предусматривалось то, что впоследствии назовут «электронно-вакуумной защитой»: двойные стенки, из которых выкачивался воздух. Проблема дыхания и воды решалась взятием с собой запасов кислорода и водорода, которые использовались в полёте для горения и образования воды. Четверо пассажиров аппарата, получившего название «Победитель пространства», одним из которых была женщина, стартовали к Венере, но попали в поток метеоров около Луны, потеряли зеркало от удара болида и вскоре упали на Землю в районе Ладожского озера.

Во втором романе Красногорского, появившемся годом позже, к Венере летят два аппарата, приводимые в движение силой давления солнечных лучей: русский «Победитель пространства» и аналогичный корабль, созданный недругами из враждебной Германии, выкравшими у русских чертежи. В космосе немцы обстреляли «Победитель», нарушили систему управления зеркалом, и неуправляемый корабль понёсся со скоростью 250 километров в секунду. Он миновал Марс, долетел до Юпитера, откуда направился к Венере. Экипаж сумел посадить на неё свой корабль, нашёл подходящую для дыхания атмосферу, жизнь в виде растений и некоторых животных. Там же встретили и немецкую экспедицию, помирились со своими недругами, и, изучив планету, объединенная экспедиция на восстановленном «Победителе пространства» благополучно вернулась на Землю.

Переходя от тысячелетия к тысячелетию, от века к веку, от десятилетия к десятилетию в истории человечества, читая произведения фантастов о космических путешествиях, написанные в разные времена и в разных странах, не перестаешь удивляться работе мысли их авторов и почти беспредельному её полету в выдумывании всё новых и новых способов преодоления притяжения Земли и проникновения в космос. Способов, то основанных на реальных достижениях науки и техники, то взятых из далеких от них областей, то полностью основанных на мистике. Но нам, живущим в начале XXI века, когда люди Земли сумели не только полететь в космос, но и устроить на орбите планеты долговременные обитаемые станции и ступить на поверхность Луны, особенно удивителен один факт. Тот факт, что мировая фантастическая литература, берущая начало задолго до наступления нашей эры, создавшая столько произведений на космические темы и предложившая читателям феерическое разнообразие способов путешествия за пределы Земли, не родила ещё к началу XX века ни одного полноценного произведения, где был бы представлен способ отрыва от Земли, который в середине XX века привёл человечество к реальным космическим успехам. Да, были смутные короткие упоминания на этот счёт (якобы, состоявшийся полёт в начале XVII века китайского чиновника на 47 пороховых ракетах) и неудачная попытка полёта на Луну героя Сирано де Бержерака в 1656 году на 36 ракетах с горючим веществом и даже полёт на Венеру на ракете с неправильно выбранным принципом работы реактивного движения французского писателя Ахилла Аро в 1865 году. Вот, пожалуй, и всё. Но чтобы появился в каком-либо романе или рассказе полноценный полёт в космос реактивной ракеты, пусть и с минимально разработанным принципом её движения (наподобие хотя бы подробного описания путешествия на воздушном шаре на Луну Эдгара По, не говоря уже об очень похожем на реальность и детально подготовленном полёте к нашему естественному спутнику на пушечном снаряде Жюля Верна) – такого ещё не было.

И вот оно состоялось! В 1916 году была завершена научно-фантастическая повесть Константина Циолковского «Вне Земли», которую автор начал писать ещё в 1896 году. Официальная же его научно-фантастическая деятельность началась в 1893 году с упомянутой в предыдущем очерке повести «На Луне». В силу ряда обстоятельств сначала была напечатана только половина рукописи «Вне Земли», а целиком она увидела свет лишь в 1920 году. В этом программном произведении выдающегося российского мыслителя главными действующими лицами являются шестеро учёных различных национальностей: англичанин, француз, немец, итальянец, американец и русский. Они получают от автора символические имена выдающихся представителей разных стран прошлого: соответственно Ньютон, Лаплас, Гельмгольц, Галилей и Франклин. И это не просто литературный приём, а отражение глубокой мысли и высокой идеи, которыми проникнуто всё произведение русского автора: такую сложную и важную задачу, как освоение космического пространства, человечество сможет осуществить продуктивно и целесообразно лишь коллективно, а не усилиями какой-либо одной, пусть даже очень сильной или богатой страны. Только русский скромно зовётся в его романе Ивановым. Каждый читатель вправе поставить в этот ряд вместо названной автором повести «Вне Земли» самой распространенной русской фамилии того, кого он считает наиболее соответствующим столь прекрасной компании землян – таких в истории российской науки немало. Мы же, авторы этой книги, без раздумий ставим «Циолковский».

Космические путешественники Циолковского

В повести «Вне Земли» люди летят за пределы родной планеты именно для того, чтобы опробовать этот новый способ путешествия в космос. Впервые в летательном аппарате применялась система автоматического управления ракетой, названная автором «автоматический управитель». Для снятия проблем с перегрузками использовались специальные камеры с жидкостями, куда человек погружался на время старта. В летящей ракете впервые для подобной литературы могла создаваться искусственная сила тяжести приданием ей вращения, а также в космическом полёте использовались выращенные на её борту продукты, благодаря растениям и энергии солнца, они же поглощали и продукты жизнедеятельности людей. Кроме того, к самой ракете пристраивали огромную (500 метров) оранжерею для дополнительной утилизации человеческих выделений и получения кислорода, фруктов, овощей. При выходе в открытый космос из ракеты также впервые применялись шлюзовые камеры, выходили в скафандрах на цепочках, и в них были приборы дыхания и поглощения, а также специальные ракеты (орудия) для манёвров в безвоздушном пространстве. Летала ракета на высоте 1000 километров от поверхности Земли. С первой ракеты на Луну отправлялась маленькая ракета (лунный модуль) с колёсами для передвижения по её поверхности, управляемая экипажем из двух человек. Они сели на Луну, совершили кругосветное путешествие по нашему спутнику, нашли разные минералы, примитивную растительную и животную жизнь.

Вслед за первой ракетой с Земли устремляются тысячи других таких же ракет с тысячами людей на борту. Циолковский определяет и главную цель такого стремления людей в космос – они летят туда, чтобы обрести новую жизнь, без страданий и боли, старости и несправедливости. Но желающих полететь оказалось так много, чтосреди них проводили многократный отбор. Он включал испытания на выносливость при пониженном давлении кислорода и вегетарианской диете. Автор упоминает о случайной гибели трёх кандидатов на полёт при ошибке в испытаниях. На специальной исследовательской ракете совершается и путешествие между орбитами Земли и Марса, где обнаруживают множество малых астероидов – строительный материал для будущих космических поселений.

Последовательный пропагандист и теоретик этой идеи, ярко и смело высказанной им в ранних фантастических произведениях и постоянно декларируемой в научных трудах, Циолковский в своей повести подводит оптимистическую черту под первым опытом внеземных полётов словами возвратившихся на Землю первых космических путешественников: «…наши потомки найдут в небесном пространстве приют, счастье и полное нравственное удовлетворение». Вместе с тем следует отметить, что в повести «Вне Земли» автор куда более сдержан относительно перспектив расселения человечества в космосе – он говорит здесь только о пространстве между Землей и Марсом и ставит больше вопросов, чем даёт ответов.

Прозвучавшее первое слово Циолковского о реактивной ракете в научной и фантастической литературе будто стало той самой недостающей массой кристаллизуемого вещества в растворе, после появления которой начинается лавинообразный процесс кристаллизации. Кроме того, что, как говорилось выше, у Циолковского появилось большое количество последователей и изобретателей ракет, одно за другим стали печататься и фантастические произведения на темы полёта реактивных аппаратов. Подавляющее их большинство – в Советской России.

Первым в 1923 году откликнулся поэт, писатель и журналист Александр Ярославский романом «Аргонавты Вселенной». В нём инженер Имеретинский при создании космического корабля отказывается от использования энергии солнечного света, поскольку этот принцип (безусловно, верный в теории) был практически неосуществим при современном состоянии техники, и берёт за основу идеи Кибальчича, Циолковского и француза Эснопельтри о реактивном движении. Созданный им аппарат «Победитель» – это реактивная ракета, двигателем которой является сила, получаемая от разложения радия. Сделана она из прочной стали, имеет для обогрева электрическую печь, а также установки для изготовления искусственного воздуха и очистки атмосферы. В нём предусмотрена радиосвязь с Землей и даже возможность передачи энергии на расстоянии. Говоря о предстоящем полёте на Луну, Имеретинский считает его первым шагом в осуществлении давней и грандиозной мечты человечества о полётах к звёздам и естественным движением развития разума человека и техники в познании окружающего мира. Вспоминает, что, не представляя, как это реально сделать, люди в древности наделяли такими способностями Бога и дьявола. Вместе с ним к Луне летит его невеста, и, как выясняется позже, тайно пробравшийся в неё перед стартом подросток-негритёнок. Оказавшись на Луне, они находят жизнь на ней в глубине кратера, вступают в контакт с более развитыми существами, которые спасают их, и пополняют сократившиеся запасы радия. От них узнают, что жизнь на Землю была занесена с Луны и стала развиваться на ней изолированно, луняне же обратили свои взоры на другие миры, куда и переселились, а Луна – это их складочный пункт космической гавани, где желающие могут ненадолго отдохнуть. Говорят им о таком же светлом будущем человечества, вступлении его в этот вселенский мир. Космические путешественники благополучно возвращаются на Землю, где начинается строительство новых ракет.

В фантастическом жанре проникновения человека в космос с очевидным успехом поучаствовал знаменитый русский и советский писатель Алексей Толстой. В романе «Аэлита», написанном им в том же 1923 году, он отправляет на Марс двух советских людей – инженера и красноармейца. Они летят в аппарате, построенном по принципу ракеты, которая движется за счёт реактивной тяги, создаваемой выбросами из взрывной камеры через специальные каналы продуктов горения чрезвычайно взрывчатого вещества ультрализида. Чтобы ось конуса взрыва совпадала с осями вертикальных каналов горла, поступающий в камеры взрывов ультрализид пропускался через магнитное поле. Скорость движения регулировалась уменьшением или увеличением числа взрывов вещества в камере. В этом созданном на средства республики космическом аппарате инженер Лось летит с Земли от горя, связанного с недавней смертью жены; армеец Гусев – из-за своего неспокойного характера, от стремления к новому. Но в целом у этой экспедиции присутствует сверхидея «проникнуть в небесную тайну». Размышляя также о цели путешествия, инженер Лось говорит: «Мудрость – вот, что нужно вывезти на нашем корабле» – и вспоминает при этом времена путешествий испанских конкистадоров в Южную Америку, вывозивших оттуда материальные ценности.

Движение их аппарата в космосе с субсветовой скоростью около 500 верст в секунду приводит к сильному замедлению времени для путешественников: 19 часов против 30 суток на Земле. Любопытно, что, окунувшись в жизнь цивилизации Марса, они узнают о существующем древнем предании, в котором говорится о приходе на эту планету людей земной расы, погибшей от потопа 20 тысяч лет тому назад. Они прибыли в бронзовых яйцеобразных аппаратах, использующих для движения силу распада материи! Попытка представителей советского государства с Земли, где недавно победил социализм, устроить на Марсе аналогичную революцию местных трудящихся кончается для землян провалом, и, едва не погибнув, они возвращаются на Землю. Автор ничего не сообщает об обретении ими на другой планете искомой мудрости, зато знакомит со щемящей историей любви земного мужчины и женщины-марсианки.

Идея использования реактивной ракеты для передвижения в космосе стала настолько популярной у писателей-фантастов, что вскоре, в 1926 году, в нашей стране появился явно пропагандистский роман прозаика и популяризатора науки Сергея Граве «Путешествие на Луну». В нём автор, предварительно просветив читателей об истории реактивного передвижения, его принципах и устройстве ракеты, в доступной для детей форме описывает путешествие на Луну двух взрослых и мальчика на ракете, приводимой в движение горением смеси кислорода с газом, изобретённым одним из инженеров-путешественников.

Тогда же были написаны три романа немецкого прозаика и энтузиаста космонавтики Отто Гайля «Выстрел в бесконечность» (1925 год), «Лунный камень» (1926 год) и «Путешествие на Луну Ганса Гардта: его удивительные приключения» (1928 год). В них автор с необычной для того времени научной аккуратностью описал путешествие на Луну в реактивной трёхступенчатой ракете. Вместе с таким весьма удачным техническим предвидением его произведения содержали откровенно шовинистические «великогерманские» идеи. В будущем, с вступлением США в войну с Германией, это привело к конфликту издателей американских научно-фантастических журналов, которые активно печатали Гайля, с их читателями.

Во второй половине анализируемого периода в разных странах были написаны научно-фантастические произведения на космические темы, которые трудно отнести к какой-либо группе произведений, исходя из избранного нами предметного принципа – напомним, что за его основу мы взяли способ передвижения за пределы Земли. Поскольку большинство из этих творений можно лишь весьма отдалённо связать с конкретными физическими явлениями или сделанными человечеством открытиями в этой области, мы собрали их в одну группу, в которой способы космического пеутешствий можно определить как экзотические.

Первым из них является роман американского писателя Джона Митчелла «Дремлющий», появившийся в 1917 году. Его герой делает открытие, позволяющее концентрировать и ориентировать в нужном направлении электрические токи, образующиеся в атомах за счёт электронов, генерирующих, в свою очередь, распространяющиеся в пространстве со скоростью света магнитные волны. На основании этого открытия был создан летательный аппарат, передвигающийся с огромной скоростью и фактически игнорирующий силу гравитации, – на нём герой совершает путешествия на Луну и Марс. На нашем спутнике он обнаруживает следы прошлой цивилизации и находит огромный алмаз, помогающий ему на Земле решить все финансовые проблемы, а на Марсе космический путешественник встречает разумную жизнь.

Написанный в 1921 году датским писателем Софусом Михаэлисом роман «Небесный корабль» начинается с того, что подвергшийся газовой атаке во время мировой войны итальянский солдат не умирает, а чудесным образом оказывается на космическом корабле, на котором на Марс отправляется интернациональный экипаж. В составе экипажа, кроме этого итальянца, есть немец, японец, австриец, американец, турок, француз, болгарин и русский. Все они бегут от ужасов и бессмысленности мировой войны и решают обратиться к деятельности, преследующей более высокие цели, нежели истребление и разрушение, начавшиеся на Земле и грозящие привести человечество к вавилонскому хаосу наций. Они отправляются на поиски небесного коммунизма. Их шарообразный корабль «Космополис» передвигается по «радиоспектру Марса», который одновременно и направляет и двигает его, действуя подобно присасывающему диску, излучающему ток по направлению к планете. Преодоление силы тяжести Земли и само движение происходит вследствие усиления этого тока. Кроме того, на корабле активно используется энергия солнечного света – она обеспечивала экипаж светом и теплом, а специальные солнечные моторы вырабатывали воздух, очищали воду. Благополучно достигнув Марса, они нашли лучшую, чем на Земле, атмосферу, разные формы жизни, в том числе и разумную, устроенную более рационально и справедливо. Марсиане прошли через истребительную войну и стали мудрее. В конце книги выясняется, что глотнувший в военном окопе смертельно ядовитого газа и начавший свой космический путь на Земле итальянский солдат найден мёртвым в своем окопе, то есть, что всё это путешествие было лишь игрой его умирающего сознания.

18 августа 1924 года ожидалось великое противостояние Марса с Землёй, во время которого Красная планета должна была приблизиться к нам максимально близко, на 40 миллионов километров. Видимо, это событие оказало серьёзное влияние на фантастов, и именно с ним связывался сюжет их произведений, написанных накануне. Так, в 1923 году российский эмигрант в Германии Николай Тасин представил читателям сочинённый с хорошим юмором роман «Катастрофа», в котором рассказал о нашествии на нашу планету огромных негуманоидов с Марса – зоотавров. Они передвигались с колоссальной скоростью более 33 тысяч километров в секунду, разрушали земные города, истребляли людей тысячами, наводили на них ужас, быстро разжаловали человека из Царя природы в жалкого её раба и «так придавили его страхом, что он уже не решался поднять голову к Солнцу». Хотя в произведении и нет путешествия землян в космосе, но в нём есть эпизод, в котором такой способ высказывается в качестве предполагаемого. Во время обсуждения сложившейся на Земле катастрофической ситуации в связи с нашествием зоотавров, была высказана идея приручить их и использовать в качестве передвижного средства, в том числе, и в космических путешествиях. Правда, дальше идеи дело не пошло, поскольку землянам пришлось сконцентрироваться на спасении от глобального нашествия кровожадных инопланетян.

Не менее любопытный способ покорения космических просторов был использован американским прозаиком, физиком по образованию Ральфом Фарли в романе «Землянин на Венере» в 1924 году. Его герой – учёный-инженер, выпускник Гарвардского университета, занимающийся проблемами телевидения, радиации и распространения радиоволн, – переносится на другую планету посредством радиотрансляции, случайно, во время проведения им опыта по передаче на расстояние небольшого материального предмета. В результате чего он оказался один на один с новым, неизвестным ему миром, населённым кровососущими растениями, гигантскими муравьями и куклоподобными людьми, находящимися у них в рабстве. Он начинает борьбу за освобождение их принцессы, влюбляется в неё и в итоге выходит победителем.

Случайная радиотрансляция человека на Венеру

Оценивая очередной, самый короткий из всех описанных до настоящего момента периодов человеческой истории, можно отметить, что, несмотря на небольшую продолжительность, он не только наиболее насыщен фантастическими произведениями на космическую тему (здесь мы видим последовательное, геометрическое нарастание их числа, начавшееся в середине XIX века), но и изобилует целым набором новшеств. В первую очередь это относится к способам передвижения за пределы Земли. Несмотря на довольно большое разнообразие этих способов, уже предложенных ранее, авторы, видимо неудовлетворённые ими, проявляют чудеса полёта ума и предлагают нам принципиально новые, присутствующие одновременно в нескольких произведениях разных фантастов. Здесь прежде всего надо сказать о полётах на космических аппаратах, работающих на ядерной энергии, порождённых, конечно же, соответствующими открытиями в физике накануне. То же относится и к открытию радиоволн, отразившемуся в нескольких фантастических путешествиях в космос. Иную природу имеет появившийся наконец в произведениях фантастов способ покорения внеземного пространства с помощью реактивной тяги, ракеты. Он, если и присутствовал до этого в головах мыслителей, то лишь в теоретическом виде – в том числе и у самого главного, первого автора этой идеи в фантастическом воплощении Константина Циолковского. А первая реальная жидкостная реактивная ракета Годдарда поднялась в воздух только в 1926 году. Тем не менее именно этот способ космического путешествия стал в обозреваемом нами периоде центральным, а в нескольких произведениях он используется даже в комбинации с ядерной энергией. Выдающиеся физические открытия и технические изобретения человечества, а также начавшийся новый век накануне третьего тысячелетия не только побудили фантастов к использованию этих достижений в своих произведениях, но и заставили их взглянуть на саму мыслительную, духовную силу человека как на возможный эффективный источник энергии. Впервые мы встречаем произведения, в которых передвижения в космосе осуществляются за счёт подобной силы.

Лунная бомба Платонова

Наряду с присутствующими, как и в прошедшие времена, идеями проникновения в космос с целью получения новых знаний, мудрости, материальных ценностей бросается в глаза появившаяся у фантастов неудовлетворенность жизнью на Земле, стремление их героев к другим планетам в поисках более счастливой участи. Конечно, в большой мере это определяется начавшейся Первой мировой войной и характерно для западноевропейских писателей (и совершенно отсутствует у непривычно большого количества американских писателей, творивших в этот период). Но даже на общем фоне вполне оптимистичных произведений первых советских фантастов, обусловленных произошедшей в России социальной революцией, нет-нет да и проскользнёт грустное, а то и тягостное ощущение от земной жизни, которое толкает их героев в космос. Всё больше и больше появляется произведений, в которых за пределы Земли отправляются по-настоящему интернациональные экипажи, состоящие из представителей многих наций. Впервые фантазия авторов ставит землян перед проблемой физической угрозы со стороны того или иного космического тела, которое герои успешно устраняют с помощью имеющихся у них космических аппаратов и оружия. Также впервые в некоторых произведениях обозначается очень сложная проблема контакта с инопланетной цивилизацией, ответственности за вмешательство в чужую жизнь и возможные последствия такого вмешательства. Фантасты с разной степенью серьёзности исследуют эту новую, космическую мораль, лишний раз подтверждая веру людей в то, что они не одиноки в космосе и стремиться туда следует хотя бы ради встречи с носителями иного разума.

В обзоре литературных фантастических произведений авторов из разных стран на тему полёта человека за пределы Земли мы приближаемся к середине XX века. Начавшийся с конца XIX века и не прекращавшийся ни на год бурный рост числа подобных произведений достигает к этому времени своего максимального значения. Поэтому желание сохранить взятое нами с первого очерка количество анализируемых произведений примерно в 20 единиц естественным образом приводит к сокращению охватываемого периода всего до двух с небольшим десятков лет: с 1928 по 1949 год.

Следует отметить, что рост этот происходил, несмотря на уменьшение за это время событий в науке и технике, жизни человечества, которые могли оказать или оказали влияние на количество и содержание подобных творений. Из таковых можно, пожалуй, назвать первый перелёт на самолёте в 1928 году через Тихий океан, финансовый крах в 1929 году на Уолл-стрит (США) и последовавший вслед за ним затяжной мировой экономический кризис, открытие в 1930 году планеты Плутон, начало в 1939 году Второй мировой войны, первое испытание и использование в 1945 году в качестве оружия ядерной бомбы. Из перечисленного только открытие самой удаленной от Солнца планеты можно отнести к научным достижениям, а если иметь в виду фундаментальные открытия науки, то их за это время не было. Очевидно, что помимо необходимого в такой работе полёта собственной мысли, писатели-фантасты, рассказывающие о полётах в космос, с успехом довольствовались научными прорывами предыдущих времён, и на общий тон их произведений в опредёленной мере влияли случившиеся на их глазах большей частью пессимистичные события жизни земной цивилизации.

Существенной особенностью рассматриваемого периода является то, что очень многие авторы произведений на тему полётов человека в космос стали писать об этом на протяжении многих лет, а порой и в течение всей своей профессиональной писательской жизни, не помещаясь в выбранный нами временной формат одной главы. И делают они это в разных литературных формах и нередко – меняя концептуальные основы своих творений. Число произведений на космические темы некоторых авторов достигает нескольких десятков и даже сотен! Понятно, все их даже упомянуть в рамках одной главы становится очень трудно. В связи с чем мы оставили за собой право выбирать для анализа или просто называть лишь то или те произведения подобных плодовитых авторов, которые более всего соответствуют нашим главным критериям в данной работе: наличие в нём способа передвижения в космическом пространстве и цели путешествия туда. Остальные составляющие, конечно, тоже небезразличны нам, но они учитываются по остаточному принципу.

Первым в ряду фантастических произведений на космические темы очередного временного отрезка заслуженно стоит роман американского прозаика и учёного-химика Эдварда Смита «Космический жаворонок», написанный в соавторстве с Ли Гарби в 1928 году. Это первое в мировой научной фантастике основательное описание полёта людей за пределы нашей Солнечной системы. И одновременно начало большого этапа в подобной литературе, получившее название «космическая опера» (по аналогии с заполнившими вскоре телевизионное пространство «мыльными операми»). Она характеризуется острым, захватывающим внимание сюжетом, рассказывающим о приключениях в космосе, стандартным характером героев и почти полным отсутствием правдоподобия. Все это с лихвой компенсируется неиссякаемой фантазией и постоянно поддерживаемым чувством удивительного открытия. Роман Эдварда Смита и Ли Гарби определённо перекликается с творением французских авторов Фора и Графиньи «Вокруг Солнца», написанным в конце XX века и насыщенным захватывающими приключениями в пределах нашей планетной системы, а возможно, и навеян им.

Герои Смита и Гарби отправляются в межзвёздное путешествие на огромном, весом в 3 тысячи тонн корабле «Космический жаворонок», использующем для движения внутриатомную энергию разложения меди, которая позволяла развивать скорость, намного превышающую скорость света. Для этого беспрецедентного межзвёздного вояжа был создан специальный аппарат «объектный компас», с помощью которого проводилась ориентация в космосе и определялось расстояние от корабля до различных объектов. Поддержание нужного направления движения обеспечивали гироскопы. В лихо закрученном сюжете присутствуют все классические атрибуты остро приключенческого жанра, но с космическим уклоном: это открытие учёным всесильного вещества, дающего необъятную внутриатомную энергию, и вовлечение в путешествие миллионера и женщин. А также кража открытия злыми конкурентами, постройка ими второго корабля и полёт одновременно двух космических аппаратов, коварное убийство вдали от нашего Солнца и стыковка кораблей, любовь и интриги. Оставшись в далёком космосе без достаточного запаса топлива, пятеро путешественников в поисках его посещают несколько планет с разным уровнем развития. Некоторые планеты совершенно безжизненны, другие находятся в каменноугольном периоде или, наоборот, содержат высокоразвитую жизнь, где разум господствует над материей и пытается уничтожить землян. В планетной системе, состоящей из 17 звёзд, они находят разумную жизнь, схожую с земной, вступают с ней в дружественный контакт, вовлекаются в междоусобные разборки двух наций, получают топливо и благополучно возвращаются на Землю по прошествии всего девять недель после своего отлёта с неё.

Межзвёздный корабль Смита и Гарби

Почему-то именно 1928 год оказался необычайно плодотворным на новации в области фантазий человека на космические темы. Одновременно с фундаментальным произведением американцев Эдварда Смита и Ли Гарби на другом конце планеты в молодом Советском государстве был написан небольшой по объёму по крайне необычный во многих отношениях рассказ писателя Алексея Волкова «Чужие». Также посвящённый совершенно новой для землян теме межзвёздных путешествий, он, однако, в некотором роде противоположен американскому творению и в отличие от него не имеет прототипов в мировой фантастической литературе. Ощущение такое, что рассказ этот появился на свет на несколько десятков лет раньше положенного ему времени, хотя никаких особо выдающихся космических подвигов жителей нашей планеты в нём не присутствует. Но это произведение заслуживает особого внимания. Итак, в рассказе Алексея Волкова «Чужие» двое советских людей, потерпев кораблекрушение, оказываются на одном из островов около Африки, где сталкиваются с инопланетянами, путешествующими по Вселенной с огромной скоростью и случайно оказавшимися на Земле в результате аварии вблизи нашей планеты их космического корабля – гигантского диска, летающей тарелки. Воспринятые поначалу землянами в качестве враждебных уродов с лягушачьими глазами, они оказались не просто дружественными созданиями, но, благодаря своим передовым технологиям, спасли жизнь одному из них. Затем объяснили, откуда и куда летят, показали свою планетную систему из двух солнц в спиральной звёздной туманности. Вскоре прилетел другой диск и поднял из моря потерпевший аварию аппарат. Один из землян, понимая, что подобная возможность контакта и знакомства с достижениями инопланетной цивилизации представляется, быть может, раз в 1000 лет, решается попросить инопланетян взять его с собой. Они соглашаются, и смельчак отправляется на их летающем диске в межзвёздное путешествие с намерением вернуться на Землю через 10–20 лет.

Герой Волкова перед путешествием на диске инопланетян

В том же 1928 году появился роман старейшего советского фантаста, прозаика и поэта Абрама Палея «Планета КИМ». Он перекликается с «Космическим жаворонком» по жанру космической оперы, но явно носит красный, коммунистический оттенок. В каком-то смысле это произведение открывает целую серию советских «красных космических опер» разных авторов, в которых происходят внеземные путешествия советских людей с разными задачами, но с неизменной пропагандой и торжеством ценностей, свойственных коммунистической идеологии, в техническом отношении основанных большей частью на революционных космических воззрениях Циолковского. В романе Абрама Палея для первых беглых наблюдений и водружения советского флага на Луну отправляется реактивная ракета с экипажем из 11 человек. Они были отобраны из 800 добровольцев – только граждан СССР из-за напряженной международной обстановки и опасения проникновения на ракету иностранного шпиона. Однако в результате ошибки в расчётах путешественники попадают не на наш естественный спутник, а на астероид Цереру. Там основывают коммуну, переименовывают астероид в «планету КИМ», напряжённо трудятся, рожают детей, добывают горючее для ракеты и по прошествии 20 лет возвращаются на родную Землю.

Из этой серии красной космической оперы несколько выбивается повесть советского писателя Сергея Горбатова «Последний рейс „Лунного Колумба“», написанная в 1929 году. В ней автор рассказывает об одиночном путешествии на Луну человека в построенной им реактивной ракете, приводимой в движение открытым им же сверхмощным взрывчатым веществом дианитом. Космический путешественник знакомится с существующей под поверхностью Луны разумной и продвинутой в техническом отношении жизнью. Луняне имеют свои летательные аппараты, запасают солнечную энергию в виде консервированных таблеток, и их космический шарообразный корабль побывал на Земле. Лунные жители пытаются использовать путешественника с Земли для захвата земных воды и воздуха. В дело замешана лунная женщина, сочувствующая ему, оба они умирают, но для нашей планеты всё заканчивается благополучно. Явно навеянное мотивами романов Герберта Уэллса и Алексея Толстого – капиталистического фантаста и весьма независимо мыслящего советского писателя, это произведение было встречено в штыки критикой в СССР.

Космическая миссия ракеты и электронного шара Григорьева для захвата астероида

Ещё дальше в создании красной космической оперы пошёл разносторонний советский фантаст, один из основоположников и ведущих авторов советской научной фантастики, большой и последовательный сторонник идей Циолковского Александр Беляев. В своём первом основательном творении на эту тему романе «Прыжок в ничто», написанном в 1933 году и посвящённом Константину Циолковскому, он отправляет в космос в реактивной ракете большую компанию капиталистов для спасения их в космическом «ноевом ковчеге» от надвигающейся мировой революции. Любопытно, что перед стартом с Земли все 20 избранных проходят подготовку в специальной лаборатории в условиях полёта: невесомость, перегрузки, вестибулярные воздействия. Сначала ракета летит на внутриатомной энергии, а затем, при путешествии к краю Солнечной системы для разгона до скорости в одну треть от световой используются электромагнитные силы. Из-за случайной аварии погибает оранжерея, обеспечивающая пассажиров воздухом и едой, и принимается решение лететь на Венеру. В это время на Земле образуется Мировой союз республик, перевоспитавшихся капиталистов возвращают домой, а плохие остаются на малопригодной для жизни Венере.

В следующем романе Беляева «Звезда КЭЦ», написанном в 1936 году, своё дальнейшее феерическое воплощение находят не только идеи Циолковского, но и идеи всеобщего коммунизма. Описывается время, когда на Земле окончательно победила мировая революция и на ней вообще нет капитализма. На орбите планеты, на высоте 1000 километров от её поверхности функционирует огромная орбитальная станция – Звезда КЭЦ (инициалы Константина Эдуардовича Циолковского), – где размещены оранжереи, исследовательские лаборатории с постоянно действующим штатом сотрудников. Специально сфокусированные в космосе зеркала поставляют на Землю солнечную энергию. Метеоры и астероиды используются в качестве источников полезных ископаемых и стройматериалов на станции и на Земле. На Звезде КЭЦ ведутся научные опыты, есть даже свои заводы – отдельные космические конструкции. С неё совершаются полёты на ракете на Луну и ведётся её исследование.

Орбитальная станция Беляева

Развитию космических идей Циолковского, друга и искренне почитаемого автором учёного, посвящён и роман Александра Беляева «Небесный гость», вышедший годом позже. В нём дано одно из первых в советской научной фантастике описание межзвёздного путешествия человека, которое стало возможным благодаря сближению Солнечной системы с другой звездой.

Если в целом сравнивать советскую фантастику этого времени с американской, то помимо идеологических расхождений в глаза бросается значительно меньший масштаб присутствия нашего человека в космосе и существенно ограниченный определенными рамками сам полёт фантастической мысли. И это имеет свои объяснения. Первую волну советской фантастики убили задолго до начала Второй мировой войны. Если еще в 20-е годы в СССР были изданы первые книги из знаменитой «марсианской» серии Берроуза, предтечи «космической оперы», то после этого железный занавес наглухо отрезал нас от «тлетворного влияния Запада». В искусственно оторванной от мировой и прежде всего бурно развивающейся американской фантастики в нашей фантастической литературе большей частью разрабатывались идеи так называемого «ближнего прицела». То есть те, которые опирались бы на существующую идеологию, на какие-то допустимые реальности или уже проработанные предположения. Таковыми, несомненно, являлись идеи построения самого справедливого коммунистического общества и разработки Циолковского, получившие государственное признание, потому так много их в произведениях советских фантастов этого времени. И в первую очередь они видели свою миссию в литературе в качестве предсказателей и живописцев грядущей счастливой жизни людей. А что, помимо идеологии, может им в этом помочь, как не научные достижения?! Оттого и такие подробные описания космических аппаратов и принципов их движения, обязательное присутствие в них известных научных фактов.

Так, в 1938 году появился рассказ писателя Георгия Адамова «В стратосфере», где описывается регулярный перелёт между Владивостоком и Ленинградом на огромном шаре – термоэлектрическом стратосферном корабле на высоте 200 километров и весом в 65 тонн, движимом реактивной установкой. Корабль получал электроэнергию за счёт термоэлементов, расположенных на его тёмной и освещённой Солнцем сторонах внешнего диска шара. Эта энергия шла на работу различных приборов, подсобных машин и зарядки аккумуляторов, которые отдавали её, когда корабль попадал в земную тень. И конечно, главное предназначение этого космического аппарата было в обеспечении перемещения советских людей через их необъятную страну.

Практически одновременно в произведениях американских и советских космических фантастов отразилась идея космических путешествий с целью добычи там отсутствующих на Земле ценных химических элементов или веществ, что, несомненно, отражает наступивший к описываемому нами периоду расцвет на планете индустриальной эры и ощутимо возросшую потребность промышленности в природных ресурсах. Эта тема отчетливо проявилась уже в романе Беляева «Звезда КЭЦ», где полезные ископаемые добывались на астероидах, и она же легла в основу написанного в 1938 году романа советского прозаика Владимира Владко «Аргонавты Вселенной».

Герои этого романа летят на Венеру на реактивной ракете, движение которой обеспечивает специальное взрывчатое вещество прототротил. Помимо добычи отсутствующих на Земле химических элементов инфрарадия и ультразолота (первый даёт много энергии, второй предохраняет металл от коррозии) их задачей является изучение условий межпланетного полёта и влияния на него космических лучей. Энергия на корабле получается за счёт перепада температур на освещённой и затенённой от лучей Солнца сторонах корабля. Она используется для очищения воздуха, освещения, работы всех механизмов, управления кораблём и его двигателями. Заделав в пути пробоину от попаввшего в корабль метеорита, путешественники достигают Венеры, обнаруживают на ней непригодную для дыхания атмосферу, сталкиваются с различными чудовищами и, найдя нужные элементы, возвращаются на Землю через 26 месяцев.

Однако, подробно остановившись на советской фантастике, мы несколько забежали вперёд и незаслуженно оставили бурно развивающуюся американскую, а ведь она, помимо изобретения космической оперы, обогатила фантастическую литературу на космические темы и некоторыми другими новшествами.

Кстати, идея добыть уникальное для нашей планеты и очень нужное землянам редкое природное вещество оказалась в центре сюжета самого раннего произведения признанного короля космической оперы Эдмонда Гамильтона. В его повести «Сокровище громовой Луны», увидевшей свет в 1942 году, он отправляет своих героев на ракете за антигравитационным веществом левиумом на край нашей Солнечной системы – на спутник Урана Оберон.

А пока Эдвард Смит, открывший серию о межзвёздных приключениях «Космического жаворонка», который стал началом и эталоном космической оперы, успешно трудился над продолжениями романа, вышедшими в начале 30-х годов («Скайларк-3», «Скайларк Валерона» и «Скайларк Дюпона»), и другими сериями этого жанра, прочие американские фантасты действовали пусть с меньшим размахом в смысле дальности полетов и количества книжных серий, но зато дарили читателям ничуть не худшие изобретения фантастической мысли.

Так, в романе поэта-песенника Отиса Клайна «Опасная планета», напечатанном в 1929 году, путешествие на Венеру совершается при помощи прибора, принимающего и усиливающего мысленные волны. Оно происходит путём обмена сознаниями двух индивидуумов на разных планетах после вселения сознания в тело двойника по физическому признаку. Нечто похожее мы уже встречали в романе русского писателя Порфирия Инфантьева «На другой планете», написанном в 1900 году, но там путешествие на Марс происходило посредством переселения сознания в чужое тело с помощью гипноза. А у Отиса Клайна появляется вполне конкретный физический прибор, передающий мысленные волны. Причём для волн этих не существует преград в виде пространства и времени. Переместившись таким чудесным образом на Венеру, герой романа оказался в теле раба, а на самом деле – принца, которого сослала на рабский труд всесильная на Венере принцесса амазонок. Он сбегает от тяжкого труда и вовлекается в гущу опасных приключений, борьбы с местными людьми, чудовищами и побед над ними. И в итоге, как и положено в космической опере, становится мужем принцессы и императором Венеры. В том же духе выдержаны и следующие романы этой серии Отиса Клайна: «Принц опасностей», «Порт опасностей» и «Меченосец опасностей», вышедшие в начале 30-х годов.

Другой типичный представитель жанра космической оперы американский прозаик и литературовед Джек Уильямсон в своём самом успешном романе этого направления «Космический легион», написанном в 1934 году, тоже представляет читателям нечто новое в смысле передвижения космических кораблей. Это реактивная ракета, основной движущей силой которой являются некие мощные поля геодинового генератора, вступающего во взаимодействие с пространством. Сами геодины – это по разъяснению автора «электромагнитные геодезические отражатели», дающие кораблю скорость выше световой. Только так и можно перемещаться его героям – «трём мушкетерам» с Земли, которые ведут бескомпромиссную борьбу с негуманоидами из другой звёздной системы, пытающимися занять господствующее положение в космосе. В романе, действие которого происходит на Марсе, Плутоне, его спутнике и планете другой звезды, присутствуют ещё очаровательная девушка (хранительница великой тайны ужасного оружия), отвратительные пурпурные чудовища, борьба имперцев-властолюбцев с демократами, различные предательства и победы. Но помимо этих привычных атрибутов космической оперы в романе «Космический легион» множество научных терминов и понятий, с которыми сталкиваются герои: кривизна пространства и разбегание Вселенной, отрицательная энтропия и псевдогравитация, дезинтеграция и аннигилирование атомов. Невероятное сочетание научной фантастики, космической оперы с романтизмом трех мушкетёров обеспечили этому роману большой читательский успех, который заставил автора продолжить тему в романах «Кометчики» и «Один против легиона».

Один из ярких представителей «золотого века», англоязычной научной фантастики американский прозаик, физик по образованию Джон Кэмпбелл (младший) начал свою писательскую карьеру с подражания Эдварду Смиту и другим авторам космической оперы. Но впоследствии в рассказе «Ловушка» в 1934 году автор обогатил научно-фантастический жанр новым термином в отношении движителя космического аппарата – «гиперпространственный двигатель». А в 1948 году он же написал хрестоматийный рассказ «Тварь» о катастрофическом для землян контакте с вторгнувшимся на Землю инопланетным чудовищем – по этому рассказу впоследствии был снят знаменитый «эталонный» фильм с одноимённым названием.

Оригинальную версию передвижения ракеты в космическом пространстве предложил в своей первой публикации на эту тему в 1939 году видный американский писатель-фантаст, химик и популяризатор науки Айзек Азимов. В повести «Затерянные у Весты» три космонавта оказались в обломке ракеты, в которую попал метеорит, на орбите астероида Веста. У них осталось немного пищи, воздуха на три дня и огромный запас воды в неповреждённых баках. Решая проблему погибнуть вдали от Земли или найти хоть какой-то выход, космонавты использовали физическое свойство воды закипать в закрытой ёмкости при низком давлении в космосе и становиться паром с большим внутренним давлением. Им достаточно было проделать дырку в водяном баке с противоположной от астероида стороны, чтобы корабль под действием реактивной силы от выбрасываемого пара начал медленно двигаться к Весте, на которой была космическая база землян. Этот способ движения в космосе перекликается с предложенным 1865 году французским писателем Ахиллом Эро гидрореактивным двигателем ракеты, летящей к Венере.

А вот в своём романе «Основание» (первом из большой серии произведений о развитии человеческого общества в галактических масштабах), напечатанном в 1944 году, Айзек Азимов предложил совершенно иной концептуальный подход к перемещению в таких пределах. Оно осуществляется за счёт впервые прозвучавшего в фантастической литературе так называемого «гиперскачка» – перехода в «нуль-пространство», в результате которого из одной галактики в другую можно попасть за долю секунды.

Если в творчестве российских фантастов, пишущих о космических путешествиях в обозреваемом периоде, практически отсутствует тема контакта с представителями иного разума (исключением являются лишь нетипичный для советской фантастики рассказ Волкова «Чужие» и повесть Горбатова «Последний рейс „Лунного Колумба“»), то у большинства американских писателей тема контакта с инопланетянами не только присутствует чуть ли не в каждом произведении, но и разрабатывается ими с большим энтузиазмом и разнообразием.

Уже в упомянутом пионерском романе космической оперы Смита и Гарби «Космический жаворонок» земляне в другой звёздной системе встречаются с различными формами разумной жизни, и контакты эти имеют для них различные последствия. От опасности уничтожения со стороны сверхразума до действенной помощи от схожих с нами по уровню развития инопланетян, с которыми пришельцы с Земли ведут очень содержательные философские разговоры о преимуществах и недостатках той или иной цивилизации. Другой представитель этого жанра, о котором тоже шла речь выше, Джек Уильямсон, не ограничился типичным для большинства произведений космической оперы образом коварных инопланетных созданий, пытающихся поработить нашу планету и всю галактику. В своём раннем рассказе «Лунная эра» в 1932 году он описал историю попадания космического корабля в петлю времени, где герой оказывается на Луне в очень далёком прошлом, когда на ней были атмосфера, вода и жизнь. Там он встречается с представителями последней лунной расы, пытающейся спасти испаряющиеся моря и одновременно ведущей борьбу с цивилизацией мозгов, упрятанных в гигантские металлические тела роботов.

В 1934 году появилась первая повесть прозаика и инженера-химика Стэнли Вейнбаума «Марсианская одиссея», в которой он подверг революционному пересмотру считавшийся неопровержимым для западной фантастической литературы взгляд на «жукоглазых чудовищ» – инопланетян как на врагов (идущую от «Войны миров» Герберта Уэллса). Его герои направляются к Марсу на атомной ракете и обнаруживают там, помимо существующей обычной разумной кремниевую форму жизни. Ещё одна местная форма жизни могла реализовывать в нематериальном виде возникшие в сознании людей мысленные образы – так происходила проверка нравственности человека, поскольку реализовывались все его прекрасные и ужасные мысли. Правда, в последовавших рассказах «Планета-хищник» и «Свихнувшаяся Луна» он возвращается к теме враждебности землянам другой планеты и её жителей. Впрочем, вряд ли этому можно удивиться, поскольку прилетевшие с Земли люди озабочены отнюдь не установлением дружественных отношений с аборигенами. В первом случае на Венере они занимаются сбором местных растений, продлевающих земным мужчинам период половой активности, а во втором на спутнике Юпитера Ио – добычей сырья алкалоидов, более ценных, чем опиум.

Необычную и очень оригинальную версию первого контакта землян с инопланетным разумом предложил в 1945 году в коротком рассказе «Первый контакт» один из патриархов американской научной фантастики Марри Лейнстер. Здесь не пришельцы прибывают на Землю и не земляне посещают чужую планету с разумной жизнью – встреча происходит на нейтральной территории. Автор описывает путешествие атомного космического корабля с Земли к крабовидной туманности для её изучения на расстояние в 4 тысячи световых лет от нашей планеты. И там, около двойной звезды, земляне встречают космический корабль другой разумной цивилизации, прибывший в туманность с той же целью. Вступив в контакт, оба экипажа оказываются перед одинаковой серьёзной проблемой последствий такого контакта: довериться иному разуму с положительной перспективой обмена ценной информацией и ведения торговли в будущем или допустить возможность зла против своей цивилизации после установления чужаками координат родной планеты? Неожиданный выход из возникшего сложнейшего тупика предлагает земной психолог: обменяться кораблями, уничтожив предварительно оружие нападения и записи, касающиеся местоположения обеих планет, и вернуться на чужих кораблях на свои планеты. Ведь чужой корабль – это бесценный источник информации о другой цивилизации. И если оба общества решат продолжить отношения, то они снова могут встретиться на том же месте, когда двойная звезда сделает полный оборот в туманности.

Атомный корабль Лейнстера в крабовидной туманности встречается с чужим звездолётом

В появившемся на свет в 1937 году его романе «Зайцем на Марс» рассказывается о строительстве и полётах в космос ракетопланов. В частности, англичанин пишет даже о состоявшемся в 1969 году (!) облёте человеком Луны и о нескольких катастрофах, связанных с полётами на ракетах, в том числе и при посадке на наш спутник. Пятеро его героев летят на Марс на ракете, приводимой в движение взрывчаткой, и вскоре обнаруживают, что вместе с ними в ракете находится «заяц» – девушка. Отправляются они в это путешествие, чтобы, во-первых, выиграть назначенный за такой полёт американским богачом миллион долларов, а во-вторых, в поисках новых знаний. Благополучно достигнув планеты через три месяца, они обнаруживают там умирающую разумную цивилизацию, сосуществующую с созданной ими же цивилизацией насекомоподобных машин. Почти одновременно на Марс прибывает ракета русских, и выясняется, что к подобному вояжу готовились также и в США, и в Германии. Вдали от Земли разыгрывается довольно занятное политическое действо, основанное на разных отношениях прибывших землян к Марсу и к его обитателям. Британцы хотят сделать планету собственностью Британской империи, русские – предложить марсианам создать союз против земных империалистов. Что намеревались сделать американцы – неизвестно, поскольку их прилетевшая к Марсу ракета разбивается при посадке. У девушки возникает любовь и близость с марсианином, но вскоре выясняется, что люди с Земли опасны для местных жителей из-за имеющихся в них бактерий, и, наоборот, местные микроорганизмы враждебны по отношению к землянам. Поэтому англичан заставляют как можно скорее покинуть Марс. Они возвращаются на Землю, и на родной планете вернувшихся космических путешественников то превозносят, то обвиняют в неисполнении миссии, то вообще не верят, что полёт этот состоялся. Через шесть месяцев девушка умирает при родах сына марсианина.

В продолжении этого романа – повести «Спящие Марса», вышедшей в 1938 году, – описываются события на планете после отлёта с неё англичан. У русских при старте случается авария, марсиане временно переселяют их в один из своих мёртвых городов, где земляне обнаруживают погружённых в глубокий и долгий анабиоз марсиан. Это было вызвано перенаселением Марса, оскудением его ресурсов и необходимостью сосредоточить силы оставшегося населения на постройке ирригационных каналов, которые обеспечат лучшую жизнь жителям планеты – вот тогда заснувших можно будет разбудить. Но ни того, ни другого не произошло. По вине русских эти марсиане пробуждаются, узнают о том, что их обманули, и решают отомстить своим соотечественникам-обманщикам. Всё заканчивается трагикомически: на планете назревает крупный конфликт, отремонтированный корабль русских стартует в неизвестном направлении с несколькими марсианами на борту, а русские погибают на Марсе.

Джон Уиндэм отметился также и произведением, связанным с попыткой землян получить инопланетные природные ресурсы. В его рассказе «Человек с Земли» одна из крупных химических компаний отправляет с этой целью на Венеру ракету, на её борт проникает шпион из конкурирующей компании, убивает весь немногочисленный экипаж, но его самого бросают на чужой планете, где он погибает. Через миллионы лет его вместе с другими местными ископаемыми животными воскрешают появившиеся на планете люди, он рассказывает им свою историю, а они показывают ему в телескоп мёртвую Землю, с которой прилетели на Венеру. После чего воскресший чудным образом землянин кончает жизнь самоубийством.

Глубокое, на протяжении всей профессиональной литературной жизни, погружение некоторых американских авторов в космическое фантазирование приводит к весьма необычным содержательным метаморфозам. Таков, например, путь признанного короля и популяризатора космической оперы Эдмонда Гамильтона, упомянутого выше в связи с произведениями, посвященными полёту в космос в поисках природных ресурсов. Название его романа «Звёздные короли», написанного в 1949 году, стало синонимом бесшабашной, динамичной и сюжетно насыщенной космической оперы. В нём присутствуют звёздные королевства, космические бароны, прекрасная и несчастная принцесса, её возлюбленный, переселившийся в тело звёздного принца. Заговоры, интриги, космические битвы, романтическая любовь на фоне Млечного Пути, мгновенные перемещения в пространстве и во времени на 200 тысяч лет, осуществляемые за счёт обмена телами представителей разных эпох. Всё это имело бешеный успех публики, заставивший Гамильтона написать несколько схожих «оперных» продолжений.

Перу этого же автора принадлежит и оригинальный сатирический рассказ «Невероятный мир», написанный в 1947 году, в котором первые двое землян, прилетевшие на Марс, встречают там кошмарный мир невероятных созданий, материализовавшийся на планете после написания на Земле фантастами разнообразных произведений о Марсе, его обитателях и мысленного представления всего этого разнообразия миллионами читателей. Но летательные корабли марсиан не летают, а их убийственное оружие блайстеры не стреляют, потому что всё это глупо сфантазировано писателями. Чудища захватывают поражённых такой картиной людей, сначала хотят их убить за это, но потом под гипнозом узнают от них всё о Земле и отпускают на родную планету. Возвратившись на Землю, космические путешественники обнаруживают там ужасные изменения и кучу разных невероятных тварей – эти марсианские чудища, рождённые фантазией земных людей, использовали содержание мозгов захваченных космических путешественников и материализовали на Земле нечто подобное, отомстив таким образом землянам за их глупые фантазии.

В том же 1947 году Гамильтон написал роман «Звезда жизни», в котором поставил очень серьёзную моральную проблему, возникшую в результате освоения людьми космоса. Учёные открыли планету Алтар рядом с необычной радужной звездой, радиация которой позволяет обрести людям Земли бессмертие. И они не захотели делиться тайной со всем человечеством, решив, что подавляющее число людей не заслуживает такого дара, и запретив туда полёты. Этот дар, по их мнению, для избранных. Они дадут начало новому виду людей – богоподобным, мудрым существам, которые будут управлять галактикой. Но всё вышло не так: дети этих бессмертных оказались больше дьяволами, чем людьми, а их внуки вообще перестали походить на разумных существ.

Похожее перерождение, но в обратном порядке, произошло и с творчеством другого известного писателя Клиффорда Саймака. В первом своём романе «Космические инженеры», написанном в 1931 году, автор представляет читателям достаточно заурядную космическую оперу, однако очень быстро выходит на излюбленные им темы, посвященные идеям контакта с другими разумами, равенства и содружества космических цивилизаций, морали и ответственности разумного существа, вышедшего в космос.

В одном из лучших его произведений романе «Город», созданном в середине 40-х годов, описывается время, когда полёты на другие планеты стали обыденными. Космос манит людей приключениями и новыми возможностями для человека. Так, сын одного из героев летит к звезде Альфа Центавра на звездолёте, построенном его отцом – тот за 20 лет до описываемых событий решил проблему передвижения в космосе со скоростью больше световой. Люди подчинили себе многие планеты Солнечной системы и пытаются овладеть ресурсами Юпитера, для чего используется система преобразования телесной сущности человека под ту, в которой можно существовать на этой смертельной для жизни землян планете. Но, как оказалось, преобразования эти дают им при нахождении на Юпитере новые удивительные возможности тела, органов чувств, ума, при которых они понимают все несовершенство существования на Земле и, не желая возвращаться в прошлое обличье, остаются на Юпитере в поисках новых открытий и контактов с другими цивилизациями. И всё же через пять лет один из первых исследователей планеты возвращается, чтобы рассказать обо всём людям, подарить им рай, совершенство, чудо и будущее. И это становится серьёзной проблемой для человеческой цивилизации: уйти всем в рай, совершенство, и тем самым закончить свою историю на Земле, освободив её для совместно с существующей с людьми цивилизации Псов – или остаться на родной планете? В итоге вопрос решается в пользу ухода на Юпитер.

Таким образом, космические путешествия и освоение других планет являются в романе естественным фоном, на котором возникают и решаются в том или ином виде философские и моральные проблемы бытия и развития отдельных цивилизаций и отношений между ними.

Иную версию смысла стремления людей от Земли предложил самобытный американский фантаст Генри Каттнер в романе «Ярость», написанном в 1947 году в соавторстве с женой Кэтрин Мур. В этом произведении явно отразились ужасы Второй мировой войны и использование в конце её чудовищного по своей силе и последствиям для всего живого ядерного оружия. Действие романа разворачивается на Венере, по прошествии 600 лет после переселения туда человечества в результате разрушения Земли в ходе атомных войн. Наука, сделавшая возможным уничтожение родной планеты, дала людям и возможность осуществлять межпланетные путешествия. На Венере они столкнулись с яростью местной стихии на суше и вынуждены были перейти жить под воду, в специальные Купола. Но такая жизнь в замкнутых пространствах лишала спасшееся на Венере человечество главного – борьбы. Появляются два альтернативных варианта дальнейших действий: осваивать сушу яростной планеты или отправиться к звёздам. Не важно, какой путь будет выбран, главное – что-то активно делать. Они начали борьбу за переселение на сушу Венеры и победили, благодаря присутствию среди них специально созданного для борьбы Бессмертного человека, борца, предводителя, который погружается в сон до того момента, когда людям снова надо будет предпринимать какие-то активные действия для своего спасения. Возможно, переселяться на другие планеты, звёзды или воевать с захватчиками оттуда. Но главное – когда надо будет действовать. Роман заканчивается на том, что человек этот просыпается.

Очередной, ещё более короткий период нашего обзора произведений писателей-фантастов на космические темы по праву завершает творчество самого, пожалуй, чтимого и популярного в США автора научной фантастики, во многом её и сформировавшего Роберта Хайнлайна, продолжавшееся почти полвека! Этот человек успел до начала своей писательской карьеры поучиться в университете и окончить Академию ВМС США, послужить во флоте и поработать на серебряных копях, потрудиться над перспективными инженерными проектами в секретном центре ВМС и даже позаниматься политикой. После чего написал огромное количество самых разнообразных фантастических произведений, в том числе и об освоении космоса. Отставив в большей их части в сторону технические подробности полётов, автор главной темой таких произведений сделал проявление человеческого характера вдали от Земли и влияние космоса на человеческий характер. Она ярко проявилась уже в самых его ранних творениях.

Например, в его рассказе 1940 года «Человек, продавший Луну» предприниматель-одиночка инициирует освоение космоса людьми. А в повести «Уолдо», написанной в 1942 году, речь идёт о гениальном калеке, живущем на искусственном спутнике Земли и изобретающем различные устройства, позволяющие ему компенсировать физические недостатки.

В одном из лучших своих рассказов послевоенного времени «Зелёные холмы Земли» 1947 года Роберт Хайнлайн рассказывает романтически-возвышенную историю слепого космического барда. Во времена, когда происходят регулярные полёты с Земли на многие планеты Солнечной системы на кораблях с ядерным двигателем, описывается подобный обычный рейс к спутнику Юпитера, в котором герой, машинист ракетного двигателя, получает большую дозу облучения от вышедшего из строя аппарата. Его высаживают на Марсе, и он становится космическим менестрелем, зарабатывая на жизнь исполнением песен в разных космопортах и ракетных рейсах в качестве бесплатного пассажира. А во время обратного полёта на Землю, куда его поначалу не хотели брать, спасает корабль и команду ценой собственной жизни.

Космический патруль Хайнлайна на страже порядка в Солнечной системе

Подводя же итог этой главы, следует отметить, что в творчестве писателей-фантастов, пишущих на темы полётов за пределы Земли, основным способом преодоления земного, а порой и звёздного притяжения, становится ракета. Приводящей её в движение силой большей частью служит реактивная тяга, которую обеспечивают горящие, взрывчатые вещества или атомная энергия. При этом даже в такой непродолжительный период времени, как описываемые двадцать с небольшим лет, в фантастических произведениях появляются и некоторые принципиально новые формы и способы путешествия через космические просторы – летающие диски, гиперскачок. Это явно связано с необходимостью преодоления необъятных межзвёздных пространств, которые приходится покорять героям очень многих произведений.

Налицо отчётливая картина разделения писателей на американский и советский лагери (прочие страны практически отсутствуют в этом жанре), каждый из которых по-своему представляет и цели вылазок людей за пределы Земли. У советских фантастов это в основном отражение коммунистической идеологии с коллективной героикой и стремлением за счёт полётов в космос построить справедливое общество. Американцы пишут преимущественно или воспевающие подвиги одного человека, или – остроприключенческие, авантюрные произведения, отражающие индивидуалистические и предпринимательские качества этой нации. Рождается даже новый жанр в фантастической литературе на эти темы – космическая опера, умопомрачительный и полностью отрешенный от реальности сюжет, которой сам по себе становится для них поводом написания подобного произведения. Вместе с тем в творчестве и американского и советского лагерей фантастов появляется и активно используется тема путешествия в космос для нахождения и добычи там природных ресурсов: либо очень редких, либо вообще отсутствующих на Земле.

Весьма показательно и важно то, что в творчестве писателей-фантастов независимо от их принадлежности к той или иной стране возникает мысль о возможности конструктивного контакта с дружелюбными представителями другого разума. Раньше такая встреча большей частью воспринималась как возможный повод для вражды или даже смертельной опасности для Земли и землян. Хотя такая встреча неизменно остаётся актуальной в американских космических операх, всё же во многих произведениях не только меняется взгляд на представителей иного разума как на опасных негуманоидов, но такой контакт начинает рассматриваться как повод понять друг друга и обогатиться новыми знаниями. Эта тема, во многом отстранив техническую проблему полёта в космос, станет в двух заключительных главах центральной.

Когда в нашем обзоре мировой фантастической литературы на тему путешествий человека за пределы Земли мы заканчивали предыдущую главу на произведениях конца 40-х годов XX века, то примерно представляли себе список писателей и их основных творений, оставшихся до окончания нашей работы – до первого полёта человека в космос в 1961 году. Учитывая этот совсем короткий отрезок в 13 лет, мы были настроены закончить на нём наш долгий труд, отобрав из этого, весьма обширного списка наиболее важные и характерные произведения. В конце концов, сколько можно мучить читателей, да и себе пора уже было дать отдых от безостановочного выискивания и чтения всё новых и новых фантастических произведений с последующим их анализом, сравнением, установлением закономерностей или отличий и т. п. Но мы жестоко просчитались. Более тесное общение с ними показало, что количество авторов, пишущих о полётах людей в космос, и число их творений достигло такой величины к этому моменту развития человеческой цивилизации, а, главное, произведения эти оказались настолько разнообразными и интересными, что мы вынуждены были разбить оставшийся отрезок на два временных периода.

Один из них с 1949 по 1957 год, а последний с 1958 по 1961 год. При этом даже с естественным выносом за рамки нашего обзора некоторых авторов (не говоря уже о большинстве творений упоминаемых фантастов, чья продуктивность достигает десятков и даже сотен рассказов, романов и повестей) общее число анализируемых произведений в каждой главе остаётся примерно равным тому количеству, которое мы взяли за основу с самого начала нашей работы – около двадцати.

Отметим, что в очередной, предпоследний временной период с 1949 по 1957 год в жизни человеческой цивилизации практически не произошло никаких значимых событий в общественной, научной или технической сфере, которые могли бы повлиять на творчество фантастов, пишущих о полётах людей за пределы Земли. Разве только начавшуюся в 1949 году так называемую «холодную войну» в отношениях между западными странами и странами сформировавшегося после Второй мировой войны восточного блока во главе с Советским Союзом можно с некоторой натяжкой отнести к ним. Но, видимо, процессы, идущие в сознании людей, фантазирующих на космические темы, могут быть связаны как с происходящим вокруг них, так и полностью развиваться по внутренним законам. При этом необходимо заметить, что если раньше писатели особое внимание уделяли способам космических путешествий и нередко детально описывали эти способы, то теперь всё большее число их перестаёт утруждать себя подобными измышлениями. Они просто отправляют своих героев на ракете, делая главным в своём произведении повод для такого путешествия и нередко строя на нём (или на них) повествование. Поэтому и мы, взявшие изначально за главные критерии в анализе фантастических пуолётов в космос способ внеземного передвижения человека и позвавшие его туда причины, вынуждены были вслед за авторами более останавливаться на последних. Именно мотивы космических путешствий теперь становятся для нас поводом объединения произведений в те или иные группы.

Первым подобным произведением, открывающим очередную главу, по хронологии и по литературному достоинству становится весьма необычное по форме и выдающееся по содержанию произведение видного американского фантаста – прозаика, поэта и драматурга Рэя Брэдбери «Марсианские хроники», вышедшее в свет в 1949 году. В этом сборнике отдельных рассказов и новелл, объединённых одной темой освоения людьми Марса, автор, совершенно не затрудняя себя объяснением способа путешествия землян к Красной планете, останавливается на цели и итогах этих путешествий. И, по-своему разрабатывая давно уже обозначенную в подобной литературе проблему контакта с инопланетным разумом, разворачивает перед читателями философию поведения земной цивилизации по отношению к марсианской. Правда, оговоримся (и Брэдбери тоже не забывает упомянуть об этом), речь у него идёт об американском обществе. В этих новеллах первые миссии землян на Марс, начавшиеся с чисто познавательных полётов, были встречены его обитателями враждебно и уничтожены ими. Далее началось последовательное завоевание-освоение пришельцами чужой планеты с гибелью от земных болезней почти всех марсиан и методичным насаждением на Марсе всего земного: и хорошего, и плохого – последнего, впрочем, в значительно больших количествах. Автор, таким образом, исследует уже поднятую до него в подобной литературе проблему моральной ответственности за вмешательство в чужую жизнь и делает явно пессимистичный вывод из своего исследования. В той форме, в которой это вмешательство осуществляется, оно ничего хорошего не несёт ни Марсу, ни Земле.

Контакт с марсианами по Брэдбери

Любопытно, что, разрабатывая проблему контакта двух инопланетных цивилизаций, Брэдбери использует уже опробованный до него приём реализации в материальном виде другим разумом образов, имеющихся в сознании землян: сначала посредством гипноза, а затем превращением марсианского существа в различные земные человеческие формы – умерших родственников, опасного преступника и т. д. В конце концов, марсиане либо все погибают, либо просто исчезают с планеты, оставив её и свои древние города настырным пришельцам с Земли. На самой же Земле тем временем начинается атомная война, от которой многие с неё и бегут на другую планету, а потом снова возвращаются назад. В финале земная цивилизация всё же перестаёт существовать на своей планете в огне ядерной войны, а на Марс улетают несколько семей землян с детьми, чтобы начать на нём новую жизнь. Они и становятся марсианами.

Эта новая для фантастической литературы тема бегства людей со становящейся непригодной для существования Земли, выведенная Брэдбери в самых последних рассказах своих «Марсианских хроник», практически в одно время овладела умами и некоторых других писателей рассматриваемого периода.

Так, в рассказе «Третья от Солнца» ещё одного американского писателя – прозаика и сценариста Ричарда Мейтсона, написанном в 1950 году, семья землян в преддверии неизбежной ядерной войны на своей планете решает не ждать её начала и непрогнозируемого финала, а бежит с неё в украденном звездолёте. В другом его рассказе 1953 года «Разбитый корабль» трое астронавтов летят на реактивной ракете в космос в поисках новых территорий, пригодных для освоения задыхающихся в тесноте землян. На одной из планет в другой галактике они обнаруживают разбитый космический корабль с мёртвым экипажем, который при ближайшем осмотре оказывается… их собственным кораблём с их же трупами. Командир сначала предполагает, что они попали в петлю времени, и уводит корабль с опасной планеты, дабы не погибнуть такой смертью. Но затем приходит к выводу, что это было телепатическое воздействие на них местных обитателей, опасающихся будущего вторжения пришельцев, и… возвращается на неё, чтобы исследовать по намеченной на Земле программе в интересах человеческой цивилизации.

Двое из поколения , достигшего другой звезды

И, наконец, в том же 1953 году шведский прозаик и поэт Харри Мартинсон (будущий лауреат Нобелевской премии по литературе) написал поэму «Аниара», в которой в стихотворной форме рассказал о полёте на космическом корабле в сторону созвездия Лиры эмигрантов с Земли, которые решили навсегда покинуть свою колыбель, отравленную радиацией. Их ракета была одной из многих, несущих спасающихся от надвигающейся катастрофы людей к планете у другой звезды. Летящие на разных космических кораблях земляне не могли общаться друг с другом, но могли получать сообщения с родной планеты. Они летели много лет, следя таким образом за развитием событий на оставленной Земле и тоскуя по ней, стали свидетелями её гибели, а в итоге их корабль «Аниара» превратился в летящий саркофаг.

Можно предположить, что подобные мрачные мысли в творениях фантастов середины XX века стали естественной реакцией творческих людей на сравнительно недавно закончившуюся Вторую мировую войну, впервые применённое в Японии оружие, созданное на основе открытой незадолго до этого страшной ядерной энергии, и начавшееся в мире очень опасное противостояние двух социально-политических систем.

И подобные творения – лишь гиперболизированные художниками опасения, но в то же время они и серьёзное предупреждение политикам, всем людям о том, что может произойти с Землёй и с людьми, если человечество не одумается, играя в очень опасные игры с ядерным оружием. И игры эти вдвойне опасны, учитывая свойственное человеческому обществу желание время от времени затевать войны. Дополнительным предупреждением в этом смысле, но сделанным совсем в иной форме, прозвучал вышедший в 1950 году первый серьёзный роман выдающегося польского научного фантаста Станислава Лема «Астронавты». Кроме того, в нём была изложена новая версия возможного уничтожения земной цивилизации и выведены важные моральные законы взаимоотношения разных цивилизаций.

В его романе космический корабль землян с устрашающим названием «Космократор», работающий на реактивной тяге атомной энергии (ее даёт полученное новое вещество коммуний), должен был в 2003 году лететь к Марсу, в свой первый полёт. Но новые данные о произошедшей в начале XX века Тунгусской катастрофе резко меняют маршрут экспедиции. Расшифровка информации, содержащейся в найденном на месте взрыва в Сибири странном аппарате, показала, что оставившая его на Земле в результате катастрофы космического корабля венерианская цивилизация задумала уничтожение земной разумной жизни и переселение на нашу планету.

Экспедиция на «Космократоре» отправляется на Венеру, чтобы прояснить ситуацию с этой страшной угрозой и, если таковая существует, устранить её любой ценой. Достигнув Венеры через 34 дня, земляне вначале посылают на неё разведывательный самолёт с одним пилотом, а затем садится и сам корабль. На планете они находят останки погибшей в междоусобной войне развитой местной цивилизации и подтверждения того, что она действительно имела детально разработанный план уничтожения землян радиоактивным облучением с последующей колонизацией нашей планеты. Но разразившаяся на Венере война сорвала эти планы и привела венерианцев к самоуничтожению. Автор подводит читателей к очень важному философскому выводу: существа, посвятившие свою жизнь уничтожению других, становятся причиной собственной гибели, будь они даже самыми могущественными. Экспедиция возвращается на свою планету с мыслью, что земляне примут оставшееся после разрушения венерианской цивилизации хозяйство Венеры, но эта планета – только этап. Со временем человек перешагнёт границы Солнечной системы, пойдёт дальше и шагнёт на тысячи небесных тел, обращающихся вокруг иных светил.

Уже по этому роману видно, что не всё так уж мрачно в мыслях фантастов, пишущих на космические темы в обозреваемый период. Жизнь продолжается на Земле, и в большом числе их произведений внеземное пространство становится огромным и плодотворным полем деятельности землян, точкой приложения их неиссякаемых сил, способностей, талантов и устремлений. Прежде всего это характерно для последователей изобретённой в конце XX века французскими писателями Фором и Графиньи, а затем развитой американцами Берроузом и Смитом космической оперы. Ярким представителем этого жанра в анализируемый период является американская писательница Ли Брэккетт, жена известного фантаста и представителя жанра космической оперы Эдмонда Гамильтона.

В вышедшем в 1949 году одном из лучших её романов «Меч Райанона» земной археолог, занятый раскопками на Марсе гробницы древнего марсианского полубожества, попадает в некий «пузырь времени», и его отбрасывает на миллионы лет в прошлое планеты. Там с ним происходят типичные для этого фантастического жанра приключения: потасовки, освобождение древних марсиан от тирании змееподобных злодеев, а в финале ему достаётся рука и сердце местной принцессы. Естественно, ни о каком вразумительном способе космического путешествия с Земли на Марс речи не идёт – герой просто туда прилетает. Примерно в таком же духе выдержана самая популярная литературная серия писательницы о герое-супермене Эрике Старке: рассказ 1949 года «Город ушедших», романы 1949 и 1951 годов «Королева марсианских катакомб» и «Чёрные амазонки Марса». Родители Старка умерли на Меркурии, а его самого носит по планетам Солнечной системы, где он совершает кучу подвигов, не признавая главенства искусственных законов, а во всём следуя своему внутреннему, естественному закону. Литературная живучесть этого героя на протяжении десятков лет объясняется тем, что вместе с множеством разных грехов он наделён автором ярким и колоритным характером.

Особую и редкую для фантастического произведения сторону человеческой жизни выбрал в качестве главной темы своего романа «Грех межзвёздный» в 1952 году другой американский писатель Филип Фармер. Его герой, живущий на Земле в середине 32 века, связан со своей женой формальными узами, у них нет и не может быть детей, и он не питает к своей супруге никаких чувств. По существующим законам автоматически разорвать такой брак может участие в далекой и долгой межзвёздной экспедиции, и, получив приглашение отправиться лингвистом на обитаемую планету в созвездии Альфы Центавра, он с радостью соглашается. Космический корабль отправляется к этой планете, где задолго до них уже побывала одна земная экспедиция, он летит со скоростью порядка одной трети скорости света, поэтому при разгоне и торможении почти все на корабле погружаются на много лет в анабиоз.

В романе, принесшем автору репутацию непримиримого «иконоборца» и скандального ниспровергателя всех и всяческих запретов, вызвавшем разнообразные комментарии у критиков и привлекшем внимание огромного числа читателей, впервые в мировой научной фантастике описываются полноценные любовные и сексуальные отношения землянина с женщиной иной планеты. Правда, инопланетная подруга представляется ему почти идентичной земной по форме, поскольку хотя и является человекоподобным членистоногим существом, но она максимально приспособилась для отношений с человеческими мужскими особями. Всё это не мешает герою обрести в ней и с ней идеал того, чего мужчине Земли чаще всего не хватает в спутнице жизни вообще и в сексуальном партнере в частности. В итоге этих отношений его инопланетная возлюбленная беременеет, рожает кучу личинок-детей, но сама умирает во время родов. Узнав все подробности про этих существ, герой тем не менее восклицает после её смерти: «Я всё равно любил её… Ведь она была так человечна! Намного более человечна, чем все женщины, которых я знал!»

Иную, но не менее значимую для многих землян сферу деятельности (особенно на Западе) отразили в своём совместном романе «Операция Венера» американские писатели Фредерик Пол и Сирил Корнблат в 1953 году. Их герой вовлекается в грандиозную кампанию агитации добровольцев для колонизации, продажи Венеры с целью разработки тамошних полезных ископаемых. До этого на неё эпизодически летают по делам, связанным с добычей этих самых полезных ископаемых, и отчасти, чтобы полюбоваться местными достопримечательностями. Он попадает в трудную ситуацию из-за включения в борьбу некоего теневого дельца и, спасая свою жизнь, бежит с Земли на Луну, а в итоге всё заканчивается тем, что он улетает со своей возлюбленной на Венеру.

Совершенно неожиданный, но вполне соответствующий по духу предприимчивой и изобретательной американской нации способ использования космоса предложил в своём рассказе «Срок авансом» американский прозаик и учёный-литературовед Уильям Тенн в 1956 году. По его фантазии в космос отправляются так называемые «допреступники» – люди, которые покупают таким образом право на тяжкое преступление, например убийство, которое они пока не совершили. Они передвигаются на тюремном звездолёте и отбывают свой срок авансом на полных опасностей и не освоенных землянами планетах, готовя их для заселения человеком. Выжить в таких условиях есть один шанс из десяти тысяч, но оказывается, что оставшиеся в живых счастливцы, возвратившись на родную планету, теряют интерес к преступлению, ради совершения которого и пошли на такие тяготы. В других рассказах писателя космос, планеты становятся полем деятельности для бизнесменов, чиновников с Земли, где идёт их почти рутинная жизнь. Там же присутствуют типичные для космической оперы атрибуты: инопланетные цивилизации, чаще всего ведущие себя весьма агрессивно по отношению к землянам, галактические войны и т. п.

Примерно в таком же духе выдержано космическое творчество британского прозаика Эрика Рассела. В его раннем антимилитаристском романе «Великий взрыв», написанном в 1951 году, вооруженный флот Земной империи совершает инспекционную миссию по планетам-колониям, где столетия назад укрылись диссиденты различных земных культур: мусульмане, буддисты, последователи Ганди, нудисты и другие. В следующем романе «Оса» 1957 года его герой направляется с Земли со шпионской миссией на одну из планет, управляемых враждебно относящейся к людям сирианской цивилизацией. Автор привычно не даёт никаких принципов движения космического корабля, правда, при посадке на другую планету упоминается использование антигравитационной подушки. Шпион, действующий наподобие быстро жалящей и сильно раздражающей жертву осы, занимается распространением на этой планете листовок и прочими действиями против ведения местным правительством войны с землянами. Его главная задача – делать всё так, чтобы власти замалчивали отмеченные им факты, а общественность со свойственной ей привычкой в противовес властям говорила о них как можно больше. По сути, герой занят свойственной американцам благородной борьбой против тоталитарного режима на другой планете, чтобы отвлечь его силы от борьбы с человеческой цивилизацией в других районах космоса. В том числе герой совершает и несколько убийств, о чём незамедлительно сообщает в расклеенных листовках за подписью вымышленной «Сирианской партии свободы». Всё заканчивается успехом его деятельности на этой планете, появлением на ней отрядов землян и… предложением ему поработать осой ещё на одной планете, враждующей с земной цивилизацией.

Существенным шагом вперёд от космической оперы в сторону большей серьёзности и проработанности возникающих в обитаемом космосе новых политических проблем стал очередной роман известного и необычайно плодовитого (уже упоминаемого нами в предыдущем очерке в связи с его рассказами и романом «Космический патруль») американского писателя Роберта Хайнлайна «Двойная звезда», появившийся в 1956 году. В этом лучшем своём произведении 50-х годов автор с присущим ему интересом к характеру человека и литературным мастерством рассказывает об актере, который оказался волею судьбы вовлечён в межпланетную политическую интригу. В описываемое в романе время человечество освоило Солнечную систему, где создана Великая ассамблея её народов, куда, кроме землян, входят венерианцы, марсиане и обитатели «внешнего Юпитера». В качестве двойника герой прекрасно и очень полезно для всех цивилизаций играет роль пропавшего вначале, а затем и погибающего высокопоставленного политика из этой ассамблеи.

Несмотря на присущий космической опере лихо закрученный сюжет (со сложными взаимоотношениями между различными цивилизациями, убийствами и любовью), роман Хайнлайна, помимо детальной проработки человеческого характера, выделяется из жанра космической оперы ещё и вниманием автора к технологии космических полётов. Так, отправляя героя с Земли на Марс, он даёт весьма оригинальный способ такого передвижения. Сначала с поверхности планеты взлетает ракета на реактивной струе воды или водорода, где нагрев рабочего тела осуществляется с помощью атомного реактора. А вот межпланетные корабли летают на атомной энергии с использованием, как выражается автор, «эйнштейновской теории». И хотя весь роман построен на политической жизни в Солнечной системе, Хайнлайн декларирует главную задачу людей в их продвижении в космос – выйти к звёздам!

В то время как массовые американские и единичные западноевропейские фантасты всерьёз исследовали в своих произведениях проблему покидания человечеством отравленной, погибающей по его вине Земли или мчались к другой планете, чтобы спасти свою, заполняли ближнее, среднее и очень далёкое космическое пространство воинами, шпионами, бизнесменами, авантюристами, политиками и людьми самых разнообразных профессий, проверяя их на физическую прочность и моральную устойчивость в новом для них мире во взаимоотношениях друг с другом и инопланетными существами, советские служители этого жанра шли иным путём. Отрезанные от свободного западного литературного процесса железным занавесом и сориентированные коммунистической идеологией на космосе ближнего прицела, они последовательно продвигали в околоземное или в лучшем случае околосолнечное пространство людей-тружеников, людей-исследователей. При этом не забывали о приоритете в освоении космоса и поразительным образом приближались в своих фантастических описаниях космических полётов к реальным миссиям за пределы Земли, которые начнутся через десяток-другой лет.

Так, писатель Сергей Болдырев в повести «Загадка ракеты „Игла-2“», написанной в 1949 году, рассказал читателям о первом полёте вокруг Земли двух человек, которые летели на реактивной ракете, работающей на топливе, «которым было легче управлять, чем атомной энергией в урановых котлах». Они поднялись более чем на тысячу километров над поверхностью планеты и, двигаясь со скоростью 5–6 тысяч километров в час, попали в аварию, вызванную прохождением через ракету какой-то космической частицы с очень высокой энергией. От этого произошла несанкционированная отдача энергии топливом ракеты, экипажу пришлось осуществить выход в специальном скафандре в рабочий отсек для выяснения причин аварии. Интересно, что по версии автора до этого первого полёта в космос людей туда поднимались беспилотные ракеты, и с ними тоже происходили аварии. Пилотируемый полёт был предпринят для того, чтобы узнать их причину, а также – чтобы исследовать те самые космические излучения, от одного из которых и пострадала первая человеческая миссия в космос. Выработав всё горючее, ракета благополучно спустилась на Землю на парашютах.

Чуть дальше в фантастическом освоении человеком космического пространства пошёл годом позже другой советский прозаик Виктор Сапарин в рассказе «Новая планета». Он отправил в первый полёт к Луне экипаж из трёх человек из советского Института межпланетных сообщений для облёта нашего естественного спутника и снимков её обратной стороны. И здесь есть весьма любопытный факт, говорящий об удивительной способности советских писателей-фантастов будто бы заглядывать в недалёкое будущее настоящих внеземных полётов людей. В какой-то момент повествования возникает странная фотография неизвестного космического тела, которая вызывает живой интерес всех, кто её видит, и это тело воспринимается ими за новую, неизвестную планету. Впоследствии оказывается, что это… наша Земля – её снимок был сделан с одной из первых советских беспилотных ракет. Забегая ещё чуть дальше Сапарина в историю реальных космических полётов второй половины XX века, отметим, что именно вид нашей родной планеты со стороны, связанные с её созерцанием из космоса эмоции станут самыми яркими и запоминающимися ощущениями от пребывания в космосе у его первопроходцев.

Следующий шаг в фантастическом продвижении советских людей в космическое пространство сделал известный советский писатель, учёный-географ и геолог Владимир Обручев, прославившийся ранее своими фантастическими произведениями об открытии неизвестных территорий и форм жизни на самой нашей планете и в её недрах. В 1950 году он написал существенно уступающий этим своим настоящим научно-фантастическим произведениям рассказ «Путешествие по планетам», в котором в форме рассказа самому писателю представил повествование пилота космической ракеты (последнего достижения советской науки и техники) о длительной экспедиции по планетам Меркурию, Венере и Марсу. На всех них была обнаружена в разных формах и развитии жизнь, но разумной не оказалось нигде.

Заметным исключением из довольно однообразной по замысловатости сюжета серии фантастических произведений советских писателей на тему полёта в космос этого времени стал роман русского, советского прозаика Георгия Мартынова «220 дней на звездолёте», вышедший в 1955 году. В нём на планету Марс отправляется советская экспедиция на ракете с атомно-реактивным двигателем, позволяющим развить скорость более 100 тысяч километров в час. В экипаж из четырёх человек приглашают журналиста для подробного описания полёта, фотографирования и ведения специальной астрономической фотосъёмки. Главная цель первой экспедиции на Марс, до которой Советский Союз уже успел осуществить сначала пилотируемый облёт Луны, а затем короткую посадку на неё – научное исследование космических объектов и этой планеты. По пути к ней путешественники пролетели на высоте 100 километров от поверхности Венеры, сфотографировали на ней океан и сушу с растительностью. На случай возможного повреждения корабля космическим телом всюду на нём были разложены специальные пластыри для быстрой заклейки пробоины. Помимо мощных аккумуляторов, обеспечивающих все внутренние потребности работы механизмов и экипажа, на нём имелась фотоэлементная зарядная станция, преобразующая солнечные лучи в электрический ток.

Борьба за приоритет на Марсе между СССР и США

Вот такая космическая опера на советский лад, с подобающим ему счастливым концом. Однако в ней, как в зеркале, отразилась серьёзная реально существующая проблема борьбы двух социально-политических систем на Земле за первенство в политической, военной и всех прочих областях жизни общества. И снова здесь мы видим, как советский писатель успешно заглядывает в очень уже недалёкое будущее, когда борьба за приоритеты перейдёт в космическую область и принесёт человечеству определённые успехи в этой сложной сфере человеческой деятельности.

Казалось бы, к середине XX века, когда человечество уже сделало все основные открытия в области фундаментальных наук, писатели-фантасты не раз успели использовать их в своих произведениях для создания возможностей проникновения в космическое пространство, и уже невозможно придумать что-то принципиально новое в этой области. Как бы не так! На то они и фантасты, чтобы изобретать нечто такое, что никакому ученому или конструктору на ум не придёт, или в крайнем случае использовать комбинации уже опробованных приёмов. Любопытно, что это относится к писателям из разных стран.

В 1949 году американский прозаик и журналист, один из видных представителей юмористической научной фантастики Фредерик Браун предлагает подобную комбинацию, замешанную на загадочных физических и мистических методах. В повести «Что за безумная Вселенная!» его герой – автор фантастических произведений и редактор журнала, печатающего подобные произведения – в результате аварийного падения на Землю экспериментальной ракеты, которая должна была, накопив в космосе огромный электрический заряд, взорваться на Луне, удивительным образом попадает в параллельную Вселенную. Там тоже существует Земля, Нью-Йорк, журнал, редактором которого он работает и даже он сам – в виде двойника. Но всё там как-то иначе. В том числе – земляне воюют в космосе с враждебными им арктурианцами. После массы забавных приключений в новом мире герою выпадает выдающаяся роль ценой своей новой жизни нанести врагам Земли решающее поражение, врезавшись на своей ракете в их главный звездолёт, и перенестись в родную Вселенную. Но для этого перед взрывом и смертью в том мире он непременно должен максимально сильно и образно подумать о своём мире. Что ему удается, и он благополучно возвращается в свою Вселенную, на свою планету.

Значительно более конструктивным путём в создании новых способов передвижения в космическом пространстве пошёл английский прозаик и популяризатор науки Артур Кларк. При этом он дал и прекрасную альтернативу варварскому отношению к родной планете, заставившему многих писателей искать возможности бегства людей со смертельно загрязнённой Земли. В своём романе «Пески Марса», написанном в 1952 году, он, рассказывая об ознакомительном полёте на Марс на новом 150-местном звездолёте знаменитого писателя-фантаста, предлагает новый двухэтапный способ космических полетов. Сначала с Земли до космической станции полёт проходит на ракетах с химическим горючим, а далее он продолжался на атомных ракетах, чтобы не заразить Землю радиацией. Писателю предложили участие в таком полёте в составе экипажа из шести человек, чтобы он сам всё увидел и написал о деятельности этих людей в космосе. В итоге он оказался на Марсе, где колонисты с Земли долгое время решают проблему создания на чужой планете приемлемых для землян условий жизни, скрывая этот проект от Земли. Им удается справиться с этой трудной задачей, превратив спутник Марса Фобос на тысячу лет вперёд в маленькое солнце – в результате этого на Марсе начинают культивировать местные растения, способные освобождать кислород из песка, насыщая им бедную атмосферу планеты. А сам писатель остаётся на новом Марсе, чтобы писать для Земли о его жизни и умножать таким образом на ней число желающих лететь на Марс и работать на нём.

Похожий способ многоэтапного космического путешествия на Луну предложил своим юным читателям в 1954 году советский писатель Георгий Остроумов в рассказе «Лунный рейс». Его экипаж стартует с Земли в ракете с жидкостным реактивным двигателем, работающим на жидком кислороде и другой сильно горящей жидкости. Эта ракета многоступенчатая – она начинает движение с поверхности планеты с помощью тележки-ускорителя, всё управление движением осуществляет автоматика, так как в этих операциях нужна особая точность. Экипаж сначала доставляется к искусственной Луне – околоземной космической станции, представляющей из себя сложную конструкцию из центрального стержня и двух колец на нём. На станции есть большая оранжерея, научные лаборатории, активно используется солнечная энергия. Затем полёт к естественному спутнику Земли продолжается от станции в лунной ракете. Через пять суток экипаж достигает Луны, проводит её геологическую разведку, находит минералы, содержащие свинец, медь, золото и редкие металлы, выбирает место для будущей лунной станции. Возврат на Землю, однако, происходит, минуя орбитальную космическую станцию, с помощью выпускаемых ракетой в атмосфере Земли крыльев. И в этом произведении, описывающем космический полёт совершенно в духе идей Циолковского, многое происходит очень похоже на то, как вскоре в реальности будут проходить космические полёты людей, в том числе и на Луну. Перед посадкой на её поверхность в пассажирской кабине экипаж оставил на орбите Луны баки с топливом в качестве её искусственного спутника. А потом, взлетев с Луны, космонавты пристыковались к ним, перекачали топливо в ракету, на которой вернулись на Землю.

Многоэтапное космическое путешествие Остроумова

Также о двухэтапном способе космических путешествий рассказывает в романе «Туманность Андромеды» в 1956 году знаменитый советский фантаст Иван Ефремов. Его земной звездолёт направляется к планете в другой звёздной системе, переставшей подавать голос в давно установившемся хоре звёздного сообщества многих цивилизаций, чтобы разобраться, что там случилось. Корабль передвигается со скоростью, близкой к световой, с помощью реактивных двигателей, работающих на анамезоне – веществе с разрушенными мезонными связями ядер, обладающем световой скоростью истечения. Внутри же Солнечной системы человечество, по предположению Ивана Ефремова, летало на ионных двигателях, позволяющих развивать скорости до 2,5 миллиона километров в час. Достигнув намеченной цели у другой звезды, экспедиция установила, что цивилизация замолчавшей планеты «погибла от накопления вредной радиации после множественных неосторожных опытов и опрометчивого применения опасных видов ядерной энергии вместо мудрого изыскания других, менее вредных». В романе, насыщенном научными и околонаучными терминами, идеями, с масштабной картиной освоения близкого и очень далёкого космоса, общения и понимания представителей разных звёздных систем, существования галактического союза разных цивилизаций чётко нарисованы контуры счастливого общества коммунизма, охватившего все народы и страны Земли. А глобальную задачу стремления человечества в космос главный герой произведения определяет так: «Цель – не самый полёт, а добыча нового знания, открывание новых миров, из которых когда-нибудь мы сделаем такие же прекрасные планеты, как наша Земля».

Верный высказанному в своём первом произведении высокому предназначению продвижения человечества в далёкий космос польский писатель Станислав Лем пишет в 1954 году новый роман «Магелланово облако», в котором отправляет земную экспедицию за пределы Солнечной системы – к звезде Проксима Центавра. Это событие происходит после 700 лет развития межпланетных сообщений. Нужную для межзвёздного полёта скорость, близкую к скорости света, позволяют достичь открытия «новых видов атомного горючего и методов высвобождения атомной энергии из любого вида материи». Но не это, само по себе тоже оригинальное, фантастическое нововведение получения атомной энергии из любого вида материи является изобретением Станислава Лема в области способов космических полётов, а сам его межзвёздный корабль.

Он строился на специальной космической верфи за 180 тысяч километров от Земли, был размером в километр, принял на борт для межзвёздного полёта 227 человек – пилотов, инженеров, учёных, женщин и детей. Помимо всех необходимых для такого путешествия помещений и устройств, на нём были сады с ручьями и скалами, бывшими частично натуральными, а частично сделанными из видеопластика. В ангарах звездолёта стояли 40 маленьких ракет, предназначенных для полётов на другие планеты и прочих вспомогательных миссий. Получивший характерное название «Гея», что в переводе с греческого означает нашу Землю, он впервые в мировой фантастической литературе и был для оказавшихся на нём космических путешественников фактически частью родной планеты, умело созданной людьми.

За время долгого полёта здесь завязываются любовные отношения, рождаются дети, меняется психическое состояние людей, у некоторых возникает навязчивое желание открыть выходной люк и выйти на свободу, они переживают даже настоящий бунт. Один из учёных разрабатывает теорию существования живого существа при субсветовой и сверхсветовой скоростях движения ракеты и приходит к выводу о большой перспективности таких полётов для остановки процесса старения. Одновременно конструкторы на «Гее» взялись за расчёты ракет такого типа, а кибернетики – автоматов управления ими. Успешно достигнув Проксимы Центавра, они находят там мёртвый корабль с Земли с ядерным оружием и мумиями людей на борту, улетевшиё от родной планеты из-за ошибки в расчётах американских военных более 11 веков назад, и уничтожают его. На планете одного из солнц Центавра они пополняют запасы топлива, а на другой планете обнаруживают разумную жизнь, которая уничтожает несколько разведывательных ракет «Геи» с пилотами. Позднее выясняется, что это было сделано чужой цивилизацией из-за того, что она приняла взрыв мёртвого земного корабля с ядерным оружием за возможную угрозу ей со стороны прибывших сюда инопланетян. Несмотря на эту трагическую ошибку, устанавливается контакт двух цивилизаций, а на одном из астероидов земляне закладывают станцию для будущих трансгалактических экспедиций с Земли.

Но, пожалуй, самый оригинальный звездолёт за всю историю научной фантастики предложил в своих рассказах «Специалист», «Ускоритель» и «Форма», написанных с 1953 по 1956 год, один из ведущих представителей сатирической и юмористической научной фантастики США Роберт Шекли. В них в космос отправляется корабль, члены экипажа которого одновременно являются и… его составными частями. Рождённые на разных планетах Галактического содружества, они выполняют каждый свои специфические роли в передвигающемся со сверхсветовой скоростью аппарате, в совокупности образуют исправный и очень эффективно работающий биомеханизм, к которому в определённый момент на правах важного узла присоединяется и житель Земли.

Составные части звездолёта Шекли

Заканчивая этот анализируемый нами ещё более короткий, чем все предыдущие, отрезок человеческой истории протяженностью всего-то в восемь лет, мы, прежде всего, должны обратить внимание на то, что количество фантастических произведений на космические темы в единицу времени снова существенно возросло. Вместе с уходом в большинстве этих произведениях на второй план описания способа путешествия людей за пределы Земли и выхода на первый план целей таких миссий в творениях целого ряда авторов появляется новый, очень характерный для середины XX века мотив стремления человека в космос. Это невозможность или нежелание находиться на родной планете, ставшей (становящейся) непригодной для жизни в результате деятельности людей (отравление Земли, уничтожение её в результате ядерной войны и т. п.). И люди бегут с неё в поиске новых планет для поселения. Совершенно очевидно, что подобная тема стала отражением прошедшей совсем недавно разрушительной Второй мировой войны, в финале которой против людей было использовано ядерное оружие массового уничтожения. Одновременно, несмотря на фактическое отсутствие в реальной жизни человеческого сообщества в этот период каких-либо фундаментальных научных и технических открытий, фантасты умудряются-таки предложить в своих произведениях очередные новые способы космических путешествий. В том числе способы, направленные на уменьшение загрязнения Земли от использования двигателей с ядерными установками, а также позволяющие преодолевать всё большие и большие космические дистанции.

Между отчётливо выделившимися в предыдущие годы двумя лагерями советских и американских космических фантастов, занявших тогда почти всё литературное пространство этого типа, теперь появляются и очень плодотворно дополняют их отдельные писатели Западной и Восточной Европы. При этом американцы продолжают активно увеличивать масштаб описываемых космических полётов, размах деятельности людей за пределами Земли, а советские фантасты, наоборот, всё больше концентрируются на фантазиях, весьма приближенных к скорым реальным полётам в космос. Особенно любопытно, что последние умудряются при этом чудесным образом предвосхитить в общем плане и даже в деталях многие аспекты этих будущих первых вылазок человека в космос. Появляются и первые намёки на грядущую гонку за приоритет в космических деяниях между двумя социально-политическими системами.

Со смешанными чувствами утомления от долгой работы, радости от неё и грусти от завершения труда, который владел нашими умами более четырёх лет, выходим мы на финишную черту истории появления и эволюции в фантазиях человечества мысли об отрыве от родной Земли и полёте в космос. Начавшаяся с первого письменного свидетельства такого фантастического путешествия человека примерно 2,5 тысячи лет до нашей эры, рождённого в древней Вавилонии, эта мысль прошла через все времена, эпохи, многие страны и континенты и оказалась наконе, на расстоянии вытянутой руки от того события, которое мы избрали в качестве её конечного пункта. События, ставшего началом космической эры земной цивилизации – первого полёта человека в космос в 1961 году.

К концу 50-х годов XX века число литературных произведений на эту тему достигает своего максимума за все обозреваемые годы. Если поначалу избранные нами в качестве количественного критерия примерно 20 работ фантастов рождались в течение тысячелетий, затем столетий, потом веков и десятилетий, то в преддверии полёта Гагарина такое число появилось всего-то за три с небольшим года! Поначалу нам казалось, что, несмотря на такую высокую плотность фантастической литературы за этот период с 1958 по 1961 год, вряд ли можно будет найти в них принципиально новые или даже свежие мысли, особенно в отношении избранных нами с самого начала двух главных критериев фантастического путешествия человека за пределы Земли – способа передвижения в космическом пространстве и его цели. Тем более что в непосредственно предшествующее этому периоду время и в нём самом практически не произошло никаких значимых открытий в области науки и техники или политических и социальных событий в жизни человечества. Пожалуй, только запуск первого искусственного спутника Земли в октябре 1957 года да последовавшие вскоре за ним отправки на околоземную орбиту животных можно причислить к таким событиям. И мы планировали закончить наше исследование периодом с 1949 по 1961 год, включив в него лишь отдельные наиболее яркие произведения последних лет.

Но мы оказались неправы. Количество, а главное, качество произведений на темы полёта человека в космос, рождённые в последние три года, оказались настолько серьёзными, что мы просто вынуждены были писать эту, заключительную главу. Фантасты в очередной раз показали, что для них нет пределов полёта мысли и происходящее вокруг не так уж сильно отражается на содержании их произведений.

Прежде всего следует отметить в них оригинальную эволюцию в них появившейся в предыдущем периоде темы бегства человечества с Земли. Пожалуй, только в коротком рассказе французского прозаика и критика Жерара Клейна «Голоса пространства», написанном в 1959 году, она имеет похожее трагическое звучание. Его герои оказываются сначала на орбите Земли и Луны, а затем Марса, потому что жизнь на родной планете стала для людей невыносимой. Сумасбродство и нетерпимость каждый день грозили войной, а переполненные лечебницы уже не вмещали помешанных. И им захотелось бежать от однообразия, от чумы сумасшествия, которые подстерегали человека на Земле.

Значительно мягче звучит эта тема в романе английского писателя Брайана Олдисса «Без остановки», появившемся годом раньше, в 1958 году. В нём описывается странное существование людей, летящих на огромном межзвёздном корабле неизвестно куда и непонятно зачем. Они охотятся, враждуют, развлекаются, заводят семьи. На корабле огромное количество палуб, комнат и прочих уголков, где растут деревья, лежат болота, обитают разные животные – это настоящий кусочек планеты, летящий в космосе. Здесь присутствуют какие-то странные гиганты и другие разумные существа, с которыми обитатели корабля сталкиваются время от времени и о происхождении которых не имеют никакого представления. Некоторые из космических путешественников начинают задумываться над смыслом и причиной своего существования, и у них появляется мысль, что это какой-то грех праотцов, за который им приходится расплачиваться. В итоге выясняется, что корабль был построен на Земле в XXIV веке, когда люди уже научились летать к ближайшим планетам, но они оказались непригодны для их жизни. И тогда люди решили, что надо изучать планеты других звёзд, так как на Земле человечеству становилось довольно тесно. И вот был снаряжён космический корабль для полёта многих поколений землян к звезде, удалённой от нас на 11 световых лет. Ускорение ему давал реактивный двигатель, использующий выброс тяжелых ионов и обеспечивающий скорость около двух миллионов километров в час. Колонистам предстояло достичь новой планеты по прошествии жизни нескольких поколений, высадиться на ней и размножаться, а также провести сбор информации о планете и забор различных проб с неё для последующего анализа на Земле.

Корабль успешно выполнил эту миссию и давно летит к Земле, неся информацию о новой планете. С момента вылета с родной планеты прошли жизни 23 поколений, а корабль должен был достичь Земли через 7 поколений, но никто на нём не знает, что произошло, куда он летит и что с ними будет. Наконец выясняется, что на исследованной планете они взяли воду, которая оказалась губительной и очень мутагенной для большинства экипажа, отправившегося в обратный путь. В итоге из примерно 400 человек в живых осталось около пятидесяти. И они вовремя достигли-таки Земли, но из-за последствий мутаций от употребляемой инопланетной воды находящиеся на корабле люди сильно изменились – стали меньше размером, быстрее жить. Земной цивилизации необходимо было изучить их, после чего попытаться адаптировать к жизни на Земле. Для всего этого к ним, оставленным на орбите Земли на необычном космическом карантине, не открывая сути происходящего, отправляли с Земли исследователей и психологов, которые воспринимались обитающими на корабле людьми в качестве гигантов и инопланетян. В финале романа вернувшиеся к родной планете и ставшие другими люди узнают всё это, разрушают свой корабль, но остаются в живых и с надеждой вернуться на Землю.

Долгое космическое путешествие героев Олдисса

Ещё более осторожно относительно возможности использования другой планеты для жизни землян высказывается в своем романе «Пояс жизни», вышедшем в 1960 году, советский писатель и ученый-географ Игорь Забелин. В нём рассказывается о подготовке и полёте двух космических экспедиций: американской к Марсу и советской к Венере. Советская экспедиция летит к ближайшей к нам планете, чтобы поддержать только-только зародившуюся там местную жизнь и создать новый форпост жизни во Вселенной, завезя туда земную растительность, которая призвана преобразовать планету и сделать её такой же пригодной для обитания людей, как пригодна на данный момент Земля. В романе не указывается способ передвижения этого корабля, но зато отчётливо обозначается тема борьбы за приоритет в освоении космоса между СССР и США.

Ещё до описанного полёта обе страны по версии автора побывали на Луне. Чуть раньше американской экспедиции к Марсу туда же направился и советский корабль с движущейся лабораторией. Он достиг планеты и начал передавать оттуда ценные данные о физических условиях, обнаруженной растительности и других живых существах. Получается, что СССР вырывается вперёд в космической гонке, да ещё и собирается на Венеру. Учёные не делают из этого проблемы, а вот соответствующие американские службы не могут допустить приоритета СССР и внедряют в советскую команду претендентов на полёт шпиона, чтобы он за всем следил и доносил сведения в американскую Компанию по эксплуатации планет. При этом американцы терпят катастрофическую неудачу в своей пилотируемой экспедиции к Марсу – из-за ошибки в расчётах их корабль пролетает мимо планеты и экипаж погибает. Американский шпион попадает в состав советской венерианской экспедиции и получает от своего руководства приказ взорвать русский корабль, но он перевоспитывается, видя высокую моральную суть советских людей, преимущества советского строя, грандиозность их космических замыслов, и не выполняет приказ.

Бегство Земли от Солнца

Расчёты, проведённые в середине 5-го тысячелетия, показали, что через 10 лет наше Солнце взорвётся и взрыв уничтожит все планеты до Урана. Было принято решение для спасения человечества переместить до этого события Землю и Венеру (на ней тоже было большое поселение землян) за орбиту Урана с помощью гигантских космомагнетических двигателей, установленных на полюсах планет. Люди провели титаническую работу по строительству герметичных подземных убежищ и всей необходимой для их жизни инфраструктуры, спасению жизни океанов и тому подобное. То же самое происходило и на Венере, которая также уводилась от Солнца. На этом пути пришлось столкнуться с серьёзным и драматичным сопротивлением фаталистов, но в итоге обе планеты отправились в грандиозное космическое путешествие. Более точные исследования показали, что солнечный взрыв окажется опаснее, чем предполагали ранее, и обе планеты полетели за пределы Солнечной системы, к звезде, удалённой от Солнца на пять световых лет. Там межзвёздные скитальцы обнаружили две пригодные для жизни планеты и сложную систему взаимоотношений их обитателей. На одной из них жили потомки землян с одного из пропавшего в давние времена звездолёта, но Земле и Венере не было места у этой звезды. В новой звёздной системе, куда они отправились после такой неудачи, их встретила война с еще одними потомками землян из другого исчезнувшего когда-то звездолёта, попавших под психогенное влияние местных чудовищ. Им удалось просветить своих дальних родственников, победить чудовищ и благополучно обосноваться в новом мире.

Нащупанный, но так и не использованный в произведении Карсака чрезвычайно заманчивый для человека способ мгновенного передвижения в космическом пространстве оказался очень актуален для целого ряда писателей этого периода и в разных видах был реализован в их творениях.

Первым к нему обратился упомянутый уже француз Жерар Клейн, но в другом своём произведении, романе «Звёздный гамбит» в 1958 году. Его герой отправляется в космическое путешествие для получения сведений о некоей новой загадочной цивилизации в центре нашей галактики, заключив после принятия дозы наркотика странный контракт с представителем галактического правительства, расположенного на одной из планет звезды Бетельгейзе. Оно не афиширует своё участие в его миссии, но посылает в космическое путешествие с главной задачей обнаружить способ мгновенного перемещения среди звёзд, хотя люди уже научились путешествовать по космосу со скоростью света, но все доступные им технические возможности её увеличения были исчерпаны. Герой решает эту задачу с помощью сочетания «человек – старинная шахматная доска – наркотикоподобное зелье» и начинает успешно передвигаться по всей галактике, обретая при этом возможность перемещаться и во времени. Вдобавок к этому получает и бессмертие. В конечном счёте он передаёт все эти чудесные возможности людям, свергая власть горстки бессмертных правителей на Бетельгейзе и открывая всем тайну истинных творцов, научивших его чудесным возможностям. Творцы – это звёзды, вернее, обитатели звёзд, которые рождаются, живут и умирают вместе с ними. А главной мыслью произведения Клейна становится то, что мы пока ещё дети в космическом смысле, но нам пора расставаться с детством, поскольку небо с мириадами звёзд принадлежит нам.

Мгновенное перемещение земного города на другую планету

Идеальный и самый простой способ мгновенного космического путешествия предложил юным читателям в повести «Путешествие на Утреннюю звезду», вышедшей в 1960 году, советский писатель Виталий Губарев. Поставив под сомнение пределы якобы не только уже известных на Земле скоростей первых космических реактивных кораблей, но и самую незыблемую в этом смысле абсолютную скорость света, он предлагает невероятный доселе в подобной литературе космический корабль мыслеплан, передвигающийся со скоростью мысли. В одно мгновение пятеро его героев, среди которых кроме доброго старика-волшебника ещё четверо подростков, переносятся на этом корабле в виде шара на одну из планет созвездия Волосы Вероники в северной части нашей галактики. На ней оказались пригодные для землян физические условия и разнообразная жизнь в виде растений, насекомых и динозавров. Кроме того, обнаружились одни человекоподобные разумные существа, совершающие небольшие космические путешествия по трём планетам своей звёздной системы, и другие, овладевшие тайной скорости света, летающие к ближайшим звёздам на фотонных ракетах. Обитатели двух планет враждовали друг с другом из-за пригодной для жизни, но необитаемой пока третьей планеты, и земляне стали свидетелями, а отчасти и участниками этой борьбы. Крайне оригинальный метод мгновенного перемещения в космическом пространстве описал в своем романе «Что может быть проще времени» уже не раз фигурировавший в других временных периодах талантливый американский фантаст Клиффорд Саймак в 1961 году. Люди поняли, что человек слишком слаб и несовершенен для обычного путешествия в космос физического тела – летевшие туда умирали от первичной солнечной радиации или от вторичного излучения, которое испускал корпус и детали самого корабля. Они поняли несбыточность своей мечты выйти в космос, добраться до звёзд и… отступили. Но, как оказалось, существовал другой путь – путь путешествия разума с помощью специально разработанной для этого звёздной машины. Путешественник забирался в такую машину, которая позволяла ему высвободить разум, подтолкнуть его в нужном направлении. Благодаря таким путешествиям, исследованиям других миров и сборам новых знаний, на Земле были произведены новые лекарства, способные облегчить страдания людей и вылечить от большинства болезней, новые продукты, ткани, металлы, появились новые архитектурные стили, искусства, развлечения. И вот разум героя романа, совершая путешествие за пять тысяч световых лет, встретил там другое разумное существо, обменялся с ним частями разумов и в таком виде вернулся на Землю. Благодаря столь необычной форме контакта, он сумел снова отправиться на ту же далёкую планету уже без помощи звёздной машины, а лишь усилием своего разума, обогатившегося способностями другого разумного существа, и снова пообщаться с ним. В итоге он научается с помощью вселившегося в него чужого разума, его удивительного опыта путешествия по Вселенной тоже свободно и мгновенно достигать иных планет и своим физическим телом. Этому умению он обучает и других людей Земли, которые хотят учиться, двигаться вперёд, совершенствуясь.

Параллельно с описанием новых форм бегства человечества от своей родной планеты или даже от звезды целый ряд фантастов посвятили свои произведения, если так можно выразиться, будничным космическим деяниям в освоении ближайших к Земле планет. В первую очередь это относится к советским писателям, сделавшим главным объектом космического внимания планету Венера.

В 1959 году Георгий Мартынов в романе «Сестра Земли», ставшем продолжением упомянутого в предыдущем очерке его романа «220 дней на звездолёте», отправил туда советскую экспедицию, закончившуюся обнаружением на Утренней звезде разумных существ. В том же году в повести «Страна багровых туч» своё перо в этом жанре пробуют будущие очень известные и оригинальные фантасты братья Аркадий и Борис Стругацкие.

Опираясь на известные науке сведения о веществе, они описывают путешествие на Венеру советской экспедиции в конце XX века, после 30 лет полётов в космос и на другие планеты. Экспедиция отправляется на ракете «Хиус», чей ракетно-фотонный привод превращает горючее в кванты электромагнитного излучения и даёт скорость выталкивания, равную скорости света. Источником энергии при этом являются либо термоядерные процессы, либо процессы аннигиляции. Благодаря достижениям новой науки мезоатомной химии и построению искусственных атомов, электронные оболочки в которых заменялись мезонными, был создан так называемый «абсолютный отражатель», позволяющий максимально использовать высвобождаемую энергию. Целью экипажа из itcnb человек было испытать этот принципиально новый межпланетный транспорт, провести геологическое обследование открытого на Венере месторождения радиоактивных ископаемых «Урановая Голконда», подготовить там площадку для ракетодрома и установить маяк. С чем она успешно справилась и благополучно вернулась на Землю.

Исключением из советского направления планомерного изучения в фантастической литературе Венеры стала повесть Георгия Гуревича «Пленники астероида», вышедшая в 1960 году. Он описывает историю космического путешествия интернационального экипажа (немцы, американцы, французы, итальянцы и русский) на космическом корабле «Джордано Бруно» в третьей четверти XX века к спутникам Юпитера. Ракета получала электричество от Солнца через солнечные батареи, кислород вырабатывали специальные водоросли. В качестве ракетного топлива использовалось вещество астероидов. Корабль посылается не столько ради науки, сколько с рекламной целью – показать достижения капиталистического Запада. Но фактически экипаж выполняет работы, уже сделанные побывавшими там советскими космонавтами, и ожидаемых сенсаций нет. На обратном пути им попадается астероид, на котором люди никогда не бывали, и командир принимает решение сесть на него. Ракета разбивается, в живых остаются всего три человека – они проводят 4 года на Церере, пока их не находит экспедиция спасения.

Английский ученый и писатель Артур Кларк в своём романе «Лунная пыль» 1960 года вообще не стал далеко удаляться от Земли, а послал экскурсию на луноходе «Селена» по пылевому Морю Жажды на Луне. Экскурсанты – большей частью с Земли, но есть среди них и из лунной колонии землян – попадают в пылевую ловушку под поверхностью нашего спутника, и большая часть романа посвящается спасению 20 узников этой ловушки. В итоге все спасены через неделю плена, а капитан пылехода идёт в свой последний рейс на Луне на новом аппарате «Селена-2» и ожидает перехода на настоящие космические рейсы.

В повести «Дети Земли» в 1958 году на Венеру отправил свою экспедицию советский прозаик и конструктор Георгий Бовин. Его корабль «Уран» имел атомный реактивный двигатель, работающий на выбросе атомов водорода. Кроме того, благодаря имеющимся двум парам крыльев, за счёт их переворачивания он мог быстро превращаться в вертолёт. Его экипаж из шести человек летит на соседнюю планету с чисто разведывательной и исследовательской целью: для разрешения научных проблем обитаемости Венеры, исследования условий жизни на её поверхности, геологического строения, состава атмосферы, изучения напряженности гравитационного и магнитного полей, космических лучей, астрофизических наблюдений. Благополучно долетев до неё, советские космические путешественники облетели Венеру по меридиану, открыли на ней различные формы жизни и едва не погибли от страшного урагана, сев на её поверхность. На обратном пути, уже перед спуском на Землю в корабль врезается огромный метеор, и один из членов экипажа спасает всех, закрыв пробоину своим телом. Заканчивается повесть присвоением всему экипажу звания Героев Советского Союза.

Героизм в космосе – это отдельная серьёзная тема, которой писатели-фантасты из разных стран выделили в своих творениях рассматриваемого нами периода то или иное место или целиком посвятили всё произведение. Причём героический поступок не обязательно связан с риском для собственного здоровья и жизни ради освоения космоса или спасения корабля, экипажа.

Таков, например, роман американца Роберта Силверберга «Вторжение с Земли», созданный в 1958 году. В нём рассказывается об открытии в середине XXI века на спутнике Юпитера Ганимеде примитивных разумных существ и большого количества ценных радиоактивных руд, очень нужных на Земле. Некая Корпорация развития и исследования внеземелья, сделавшая это открытие, организует рекламную кампанию для создания соответствующего имиджа по освоению, а по сути, захвату этих ценных ископаемых для доставки их на Землю и на случай возможного конфликта на этой почве с аборигенами Ганимеда. Одному из сотрудников рекламного агентства предлагают для ознакомления с темой полететь на Ганимед с очередным космическим кораблём, везущим груз для тамошней станции землян. Он прилетает туда, знакомится с ситуацией и… начинает борьбу за срыв ганимедского проекта, обосновывающего на самом деле убийство аборигенов Ганимеда ради блага землян, смело выступив против интересов могущественной компании, на которую работает, ради спасения другой цивилизации. И ему это удаётся.

Совершенно иначе космическую героику изобразил англичанин Джон Уиндэм. В романе «Зов пространства» (цикле новелл по освоению внеземного пространства), написанном в 1958 году, он поведал героическую историю целой семьи Трунов, связавших свои жизни с космосом. У них была странная особенность «впадать в гипнотический транс при одном упоминании о космосе». Первый из них совершает в конце XX века индивидуальный подвиг, ценой своей жизни уводя направленную на орбитальную земную станцию англичан ракету противника. Видимо, этот поступок предка заставляет остальных Трунов мужского рода прочно связать свои судьбы с освоением космоса, и если не умирать ради этого высокого дела, то, во всяком случае, посвящать ему свои жизни. Его сын участвует в XXI веке в строительстве и эксплуатации станции англичан на Луне. Станция появилась на спутнике Земли как форпост защиты интересов Великобритании в космосе в то время, когда на нашей планете разразилась ужасная война, но Трун-сын рассматривает её в качестве трамплина для прыжка человечества дальше в космос. В конце XXI века, после опустошительной войны на Земле его правнук летит на Марс, корабль садится на планету, но из трёх членов экипажа сначала в живых остаётся только он, но затем тоже погибает. И, наконец, его внук, очередной космический Трун направляется в 2144 году с исследовательской австралийской экспедицией из десяти человек на Венеру.

Личному героизму в космосе целиком посвятила свой рассказ «Астронавт» в 1960 году советская писательница-фантаст Валентина Журавлёва. Она очень живо и романтично описала историю полёта к Красному карлику – звезде Барнарда – экспедиции землян с исследовательской целью, которая направлялась туда с субсветовой скоростью и должна была покрыть расстояние в 6 световых лет за 7 лет. Внутри ракеты время сокращалось до 40 месяцев. Топлива было рассчитано в обрез на полёт туда и обратно – на этом и построен сюжет рассказа. На половине пути произошёл внеплановый расход ядерного горючего, и перед экипажем из шести человек встал жёсткий выбор: возвращаться на Землю или лететь к намеченной цели практически без перспектив возврата. Мнения разделились, но решающим оказался голос капитана, который принял решение лететь дальше с мыслью что-то придумать на месте.

Они благополучно долетели до звезды, нашли около неё безжизненную кислородную планету, сделали массу ценнейших открытий о Красном карлике, и капитан нашёл возможность возврата экспедиции на Землю. Ракета максимально уменьшалась в весе, в том числе и за счёт того, что сам капитан оставался на созданной на безжизненной планете базе землян и вёл оттуда сверхрежимный по скорости, но экономный по расходу топлива разгон ракеты, при котором находящиеся в корабле не могли управлять им из-за экстремальных перегрузок. Таким образом, капитан оставался на безжизненной планете у далёкой звезды с минимальным запасом ресурсов прежде всего энергии, ожидая экспедицию спасения. Но в момент разгона корабля от звезды вновь произошло что-то непредвиденное, и для спасения всего плана капитану пришлось задействовать большую часть драгоценной энергии, оставленной ему для существования. Он мог остановить разгон, но тогда его экипаж не смог бы вернуться на родную Землю, и он без раздумий обрёк себя на скорую гибель, написав в предсмертной записке: «Через невозможное – вперёд!»

Особого внимания заслуживает появившийся только в этом периоде в произведениях фантастов не использованный ещё способ передвижения на космических кораблях инопланетян. Практически одновременно к нему обратились в 1960 году два автора: советский и американский. В последнем романе своей космической трилогии «Наследство фаэтонцев» Георгий Мартынов рассказывает о советской экспедиции на Венеру, во время которой люди находят там космический корабль обитателей Фаэтона – погибшей когда-то пятой планеты нашей Солнечной системы. Благодаря сохранившимся на его борту записям, узнают их историю, а двое землян, исследуя найденный чужой звездолёт, случайно запускают его двигатели и стартуют с Венеры. За ними для спасения товарищей отправляется и земной корабль. Улетевшие на «фаэтонце» совершают полёт к астероиду Церере, там у них заканчивается топливо, и через некоторое время их спасает английский звездолёт «Принц Уэльский».

Масштабное литературное космическое полотно с инопланетным кораблём в центре нарисовал в своём лучшем, пожалуй, фантастическом романе середины XX века «Хранители звёзд» уже хорошо знакомый нам американский писатель Эдмонд Гамильтон. Он начинается с описания политического конфликта между американцами и русскими из-за создания США на Луне базы и, в нарушение соответствующей конвенции ООН не допустивших туда международных наблюдателей. Далее американцы приглашают несколько своих ведущих лингвистов для решения некоей филологической задачи, и вскоре выясняется, что они нашли на Луне военную базу инопланетных гуманоидов со звезды Альтаир, разрушенную около 30 тысяч лет назад в результате неудачного для них военного конфликта с какими-то другими разумными существами. На Луне остался звездолёт гуманоидов с двигателем, генератором энергии, системой жизнеобеспечения, навигационными приборами. Филологи приглашены и летят на спутник Земли, чтобы как можно скорее расшифровать найденные записи, понять информацию инопланетян, построить по их чертежам способный летать звездолёт и опередить русских, которые могут тоже попасть на эту базу.

Учёные удивляются и возмущаются, что такая важная находка скрыта от остального человечества, но принимают участие в работе в режиме высочайшей секретности. Однако кому-то удается выкрасть расшифрованные схемы, чертежи и переводы технической документации. Американские спецслужбы обвиняют в этом русских, быстро строят звездолёт и отравляются на нём к Альтаиру, вернее к его третьей планете Рин, откуда появились на Луне пришельцы. Корабль этот ионного типа, и движение в космосе происходит через гиперпространство. Экипаж, составленный из разных специалистов направляется, туда с разными целями: учёные хотят как можно больше узнать о своих возможных предках, об их родной планете, военные – получить передовые технологии и оружие инопланетян, чтобы сделать США ещё сильнее и могущественнее.

Они благополучно достигают планеты Рин и находят на ней регрессирующую цивилизацию, лишенную оружия, звездолётов и передовых технологий – почти туземцев, но с мышлением и памятью развитых людей. Военные не верят в такие утраты когда-то очень развитого общества и продолжают поиски оружия и технологий. И вот в какой-то момент перед ними появляются инопланетяне, которые и привели местную цивилизацию к такому регрессу. Они вступают в контакт с землянами, и из их объяснения становится ясно, что именно они являются передовой галактической цивилизацией, хранителями звёзд, добра и справедливости, а обитатели планеты Рин захватывали планеты и насаждали на них свою жизнь. За что и были наказаны. Землянам открыли альтернативу зла и милитаризма. Хранители звёзд напрямую дали понять людям, что они ещё свою Солнечную систему не освоили, а решили двинуться к звёздам – пока не время им для этого! С этими невесёлыми для них мыслями люди полетели на родную планету.

Инопланетный звездолёт на Луне

Тема контакта с другой цивилизацией является центральной в произведениях авторов этого последнего и самого короткого периода. В том или ином виде она присутствует в подавляющем большинстве из них, но некоторые писатели именно ей посвящают свои произведения, останавливаясь на разных аспектах этого волнительного для землян события или процесса.

Романтической ноткой прозвучала она ещё в рассказе француза Жерара Клейна «Голоса пространства» в 1959 году. В нём земной космический корабль на орбите Юпитера внезапно попал в страшную тряску – экипаж решил, что её вызвало прохождение поблизости огромного метеора. Но это оказался корабль каких-то обитателей космоса, путешествующих по нему со скоростью света, и тряска земного корабля была на самом деле приветственными словами землянам другой, более развитой цивилизации. Этот внезапный и растянутый на земную неделю из-за чудовищной скорости движения корабля инопланетян голос из пространства стал для них подтверждением того, что они не одиноки во Вселенной.

Американский прозаик Пол Андерсон в двух своих произведениях 1959 года пошёл значительно дальше романтических представлений о внеземном разуме и изложил свою версию того, к чему может привести создание на других планетах с иными цивилизациями своих моделей взаимоотношений с ними. В рассказе «Убить марсианина», развивая начатую Брэдбери тему недопустимости варварского отношения к аборигенам других планет, описывается жестокая охота человека, колонизировавшего Марс, на местного жителя ради спортивного интереса. Но будто вся планета встаёт на защиту своего сородича, и, менее оснащённый технически, он выходит победителем. При этом проявляет себя и более благородным, гуманным, нежели агрессивный пришелец, созданием – оставляет землянину жизнь. В повести Пола Андерсона «Сестра Земли» люди построили в чуждой им среде Венеры станцию, с которой ведут с представителями местной примитивной разумной жизни бойкую торговлю, выменивая недорогие земные вещи на местные драгоценные камни. У одного из земных исследователей этой планеты появляется хорошо разработанная идея преобразовать планету на манер Земли, взорвав в её центре атомные бомбы, в результате чего возникнут предпосылки для поглощения углекислого газа местной атмосферы и развития растений, вырабатывающих кислород. Один из героев понимает, чем всё это закончится для местных жителей, и уничтожает станцию вместе со всеми землянами и подготовленным для передачи на Землю опасным планом преобразования планеты. А доверчивых аборигенов Венеры расстреливает из пулемёта, чтобы они навсегда потеряли дружеские отношения к землянам, которые могут еще прилететь, не доверяли им и боролись против возможного вторжения.

Феерическую многоплановую картину космического будущего человечества изобразил в своём романе «Гриада» советский писатель Александр Колпаков в 1960 году. Он рассказывает о полёте землян к центру нашей галактики на огромной, принципиально новой гравитонной ракете, работающей на реактивной силе истечения гравитонов, которая позволяет достичь скорости в тысячу раз выше скорости света. В реакторе ракеты частицы гравитоны распадались с выделением огромной энергии. В квантовом преобразователе она превращалась в тяжёлое электромагнитное излучение высокой частоты, магнитные поля большой силы отбрасывали излучение на параболоид гравитонного прожектора, и он мощным параллельным пучком отражал излучение в пространство. От возникающих при таком огромном ускорении перегрузок астронавтов спасали специальные антигравитационные костюмы. Ракета весом более 80 тысяч тонн была построена с использованием особого вещества нейтронита – самого твёрдого, плотного, инертного и тугоплавкого во Вселенной. Стартовала она в галактическое путешествие с Луны. Всё это происходит в 2260 году, через 200 лет после первых звездоплавателей, когда на Земле установилось самоуправление свободных трудящихся. Земная экспедиция летит к далёкой планете, находящейся от нас за 30 тысяч световых лет, чтобы познакомиться с другой цивилизацией, обменяться с ней опытом познания природы, установить постоянную связь между мирами.

В этом путешествии они наблюдают взрыв сверхновой звезды, пережидают миллионы земных лет перемещения со сверхсветовой скоростью в специальных анабиозных ваннах, сталкиваются с проблемами ориентации, восприятия времени и пространства, через которое летели. На Гриаде звёздные путешественники обнаруживают технократическое общество с властителями и угнетёнными, в котором назревает классовая борьба, и земляне отчасти участвуют в ней. Затем они встречаются на этой планете с представителями другой метагалактики, отстоящей от нашей на 270 миллиардов световых лет. Возраст их цивилизации составляет 75 миллионов лет, общественный строй является высшей ступенью коммунистического общества. Серьёзно преобразовав мир своей звёздной системы, они построили искусственную планету и отправились на ней в путешествие по Вселенной. Они могли передвигаться в космосе, высверливая тоннели и каналы – кратчайшие пути перемещения во времени и пространстве, – но в результате непредвиденного попадания в район чёрной дыры, спасаясь от гибели, израсходовали почти весь запас топлива и вынуждены были найти временное прибежище на Гриаде. С помощью могущественных метагалактиан земляне совершают здесь революцию, отдают власть в руки трудящихся, после чего, побывав с ними на Земле и передав земной цивилизации, прожившей за истекшее время миллион лет полученные на Гриаде знания, летят с новыми друзьями за новыми знаниями в их метагалактику.

Герои Савченко столкнулись с иной формой разумной жизни

Наш долгий исторический обзор фантастической литературы на космические темы заслуженно и достойно, хронологически и по смыслу завершает законченный в 1960 году (за несколько месяцев до первого полёта человека в космос) роман уже фигурирующего в нашем обзоре знаменитого польского писателя, драматурга, критика и оригинального философа Станислава Лема «Солярис». Наиболее удачное, по признанию самого автора, его произведение, в котором описывается долгая и драматичная попытка землян установить контакт с принципиально иной формой разумной жизни на планете в другой звёздной системе, заканчивающаяся в результате этого процесса новым взглядом людей на самих себя и первым успехом во взаимодействии двух форм разумной организации материи.

В этом романе Станислав Лем, немало внимания уделивший в предыдущих своих творениях способам передвижения в космическом пространстве, почти полностью уходит от этого аспекта внеземной деятельности человека и целиком концентрируется на теме контакта с иным разумом. Его герой высаживается с межзвёздного корабля «Прометей», улетающего затем к Альфе Центавра, на космическую станцию землян около странной планеты Солярис, которая вращается вокруг двух солнц. Станция представляет собой диск диаметром 200 метров, с четырьмя ярусами в центре и двумя по краям. Она находится на высоте от 500 до 1500 метров над поверхностью планеты, целиком покрытой единым океаном, и в нужное время приводится в движение гравиторами, использующими энергию аннигиляции. Она имеет специальные радарные установки, включающие дополнительные мощности для быстрого подъёма станции в стратосферу при возможной опасности снизу. Солярис обнаружили более 100 лет назад, сразу поразились постоянству его орбиты около двух звёзд и скоро поняли, что это действие океана планеты каким-то непонятным образом стабилизирует орбиту Соляриса, которая по всем физическим законам не должна быть стабильной. Длительное изучение необычного океана, приведшее в том числе и к нескольким сотням жертв, показывало, что люди столкнулись с какой-то необычной живой субстанцией, живущей по совершенно непонятным для землян законам.

Контакт человека с разумным океаном Соляриса

Но этот процесс неудержимого продвижения в космос становится для людей новым этапом познания самих себя – на новом, более высоком уровне взаимодействия с другим, иначе организованным разумом, – и в конечном итоге приводит их к желанной цели. Прибывший на станцию для выяснения причин происходящего психолог с Земли тоже получает своего гостя в виде биокопии возлюбленной, которая покончила с собой много лет назад по его вине, и он также проходит все стадии моральных и физических мучений. Задумавшиеся над происходящим с ними у далёкой планеты люди предполагают, что непонятно по каким причинам, но океан Соляриса помогает им заглянуть в эти самые тёмные закоулки их разума, а значит, идёт на подобие контакта. В выборе между вариантами воздействия на своего мучителя ещё более жестким излучением и какой-то конструктивной формой взаимодействия с ним (чтобы он прекратил испытывать психику землян посылом им фантомов) они находят неожиданный и, похоже, правильный путь. Принимают решение записать электроэнцефалограмму психолога в момент сосредоточения его мышления на общечеловеческих ценностях, стремлении людей в космос ради новых знаний и совершенствования, а потом, усилив, послать эти данные океану. И через несколько сеансов таких посылов происходит то, чего люди не могли добиться многие десятилетия. Океан будто бы понимает их, во всяком случае, перестаёт мучить посылом гостей, и герой романа, опустившись на островок, образованный океаном, вступает с ним и в необычное физическое соприкосновение. А всё это уже есть не что иное, как понимание одного разумного существа другим – контакт, о котором столько мечтали люди.

Подводя традиционный итог последнего и абсолютно самого короткого (с 1958 по 1961 год) из семи наших обозреваемых временных периодов фантастической литературы на космическую тему, мы должны в первую очередь отметить явное смягчение в произведениях фантастов продолжающейся и здесь темы бегства землян в космос со становящейся непригодной для жизни родной Земли. Более того, она превращается в совершенно новую, очень смелую тему увода ими самой своей планеты от грозящего катастрофой Солнца. И, наоборот, чуть острее и громче звучит в этом периоде политическая проблема в фантастическом освоении космоса – борьба за приоритет в этой области между двумя сверхдержавами Земли.

Несмотря на огромное количество уже описанных ранее фантастических способов перемещения в космическом пространстве, фантасты и в этот короткий период продолжают разработки новых способов таких путешествий, большей частью связанных с использованием атомной энергии или энергии элементарных частиц. Но принципиально новым и наиболее часто (по сравнению с прочими) используемым авторами способом передвижения в космосе становится мгновенное перемещение во Вселенной, практически со скоростью мысли.

Мысль, мечта о полёте за видимые тогда пределы Земли появилась у человека разумного очень давно – видимо, еще до зарождения письменности, задолго до понимания им того, как выглядит не только космическое пространство, но и сама наша планета. И уж во всяком случае, она практически сразу нашла отражение в первых образцах письменности. Сформировавшись в сознании людей, мысль эта уже не покидала человечество, а количество авторов, высказывающих свои фантазии на тему полёта в космос в связанном тексте, как и число подобных произведений, росло со временем в геометрической прогрессии. Если во времена до нашей эры и первые века нашей эры их число составляло всего несколько единиц за столетие, то к моменту первого реального полёта человека за пределы родной планеты оно достигло своего максимума – десятков и сотен за десятилетие.

География подобных творений, хотя и не охватывает все континенты, но достаточно велика и изменчива со временем: поначалу это были только Европа и Азия, а впоследствии компанию им составила Северная Америка. Конечно, общее количество писателей о полётах в космос не так уж и велико по сравнению вообще с фантастами, тем более со всей армией писателей, не говоря уже об общем числе людей, живших на Земле за весь обозреваемый период примерно в 4,5 тысячи лет. Но это не единицы, а многие десятки, если не сотни оригинально и необычно мыслящих людей. И огромный им всем поклон за то, что они давали безудержную волю своей фантазии, не забывали излагать свои мысли в рукописях, а затем – в печатных или иных текстах, которые были восприняты современниками, потомками и дошли до нас!

Фантазируя о путешествиях человека в космос, авторы этих произведений видели поначалу в качестве космонавтов богов, полубогов, ангелов или духов, а впоследствии ими становились самые разные люди. То же самое относится и к эволюции способов передвижения в космическом пространстве. В древние времена ими были только те конкретные средства, что присутствовали перед взором человека в реальной жизни или могли, по их представлению, оторвать его от земли: птицы, их крылья, мощные кони или чудодейственные силы. Эволюция и последовательная смена фантастических способов проникновения человека в космос шли довольно-таки согласованно с развитием цивилизации, процессом познания людьми окружающего мира и открытием физических законов его существования. Порой они просто пересекались в произведениях, которые писали учёные или фантасты, использующие в них достижения науки и техники. Нечто похожее происходило и с пониманием человеческим обществом в целом, и авторами космической фантастики проблем такого путешествия. Если сначала они вообще игнорировались, то со временем на них стали обращать всё большее внимание, а позднее и вовсе выделяли в фантастических произведениях важное место возможному решению таких проблем. Правда, с конца 40-х годов XX века подавляющее число фантастов вообще перестало уделять им внимание, сконцентрировавшись на иных аспектах фантастических космических полётов.

Пожалуй, единственным и весьма озадачивающим несовпадением важного научного открытия о космосе с отражением его в подобной литературе является формулировка Исааком Ньютоном закона Всемирного тяготения и написание первых фантастических произведений о полётах в космос с использованием так называемой «антигравитации» – они появились почти 200 лет спустя после этого фундаментального научного открытия. Особо следует отметить следующий удивительный факт: способ покидания человеком Земли, приведший в итоге к реальному выходу человечества в космос (реактивная ракета), в полном виде появился в этих произведениях лишь в начале XX века, в то время как общее количество прочих, самых разнообразных способов такого путешествия весьма велико.

Причины, заставляющие авторов космической фантастики отправлять своих героев во внеземные путешествия, также оказываются самыми различными. От решения ими сугубо прагматических земных потребностей вроде несчастной любви, желания прославиться или каким-то образом обогатиться с помощью полёта до высокоидейных – например, стремления к новым знаниям или выхода человечества к другим звёздам. Любопытно и очень показательно, что центральным поводом стремления героев подобных произведений за пределы Земли в последние десятилетия перед первым настоящим полётом человека в космос становится мысль о встрече с инопланетной цивилизацией.

С изменением характера фантастических произведений на космическую тему от легенд, мифов и преданий к фантастической литературе, а затем и к научно-фантастической среди авторов таких произведений появились настоящие учёные, в том числе и представители очень точных наук. Самым ярким примером тут является математик Иоганн Кеплер, открывший законы движения космических тел. А одному из них, Константину Циолковскому, разрабатывавшему научные принципы того способа передвижения в космосе, который впоследствии помог человечеству в осуществлении его древней мечты, довелось написать фантастическое произведение, в котором он пророчески представил именно этот способ. Кроме того, он попутно предложил массу деталей такого полёта, которые не только воплотились в первых космических путешествиях людей, но используются ими и поныне.

Несмотря на кажущуюся наивность, легковесность или даже глупость многих фантастических произведений о полётах в космос, значение в целом такой литературы для развития человечества чрезвычайно велико. Во-первых, это вообще разминка и развитие важнейшего нашего природного (или даденного нам кем-то или чем-то) достояния – разума, который уже помог людям в понимании окружающего их мира и освоении поверхности всей нашей планеты. Во-вторых, это реализация неосознанного поначалу, а впоследствии вполне осознаваемого влечения человечества в космос, прокручивание различных сценариев развития событий в этом направлении, подготовка его к реальному шагу от своей родной планеты и в итоге – к наступлению новой, космической эры существования земной цивилизации, которая началась в нашей истории с середины XX века.

Без фантазирования человечеством на тему путешествия в космос не было бы реальных космических полётов! Так что, люди, не сдерживайте себя в этом естественном действии вашего разума – фантазируйте без устали на самые разные темы, в том числе и на космические. Ибо космическая эра в нашей истории только-только началась, и на этом трудном, драматичном, но в то же время необычайно интересном и продуктивном пути нас ждут столь же удивительные, необычные достижения и открытия.

А теперь, когда мы столько времени провели с авторами разнообразных фантастических произведений о полётах человека за пределы Земли, написанными в разные времена и в разных частях света, познакомились с их героями, покорявшими космос с помощью самых удивительных, порой совершенно необычных способов, и узнали их мотивы покидания родной планеты, мы тоже можем позволить себе немного пофантазировать. Нет-нет, не в написании нового фантастического произведения на заданную тему, а в попытке дать свободу своим мыслям в отношении будущих решающих событий в истории человечества, касающихся его продвижения в космос.

Космическое будущее человечества

При этом мысли наши не будут голой фантазией – как и большинство названных в нашей книге авторов, которые в своих фантастических произведениях использовали или учитывали дошедшие до них творения собратьев по перу, современные им научные и технические достижения человечества, мы тоже используем всю полученную нами в процессе подготовки этой книги информацию от космических фантастов. И, сложив её с научно-техническими возможностями начала XXI века, сделаем свой предельно аккумулированный научно-фантастический прогноз.

Во-первых, человечество непременно объединится перед встающими перед ним новыми космическими задачами и будет выступать в их решении (а одновременно и в решении многих земных проблем, что особенно важно для прогрессивного и благополучного развития земной цивилизации) в качестве единого целого. Самый скорый, серьёзный и продуктивный шаг в этом направлении, видимо, будет сделан при осуществлении лунного или марсианского проектов – организации полётов к этим космическим телам с основанием там долговременной базы. Это, скорее всего, произойдёт уже в середине XXI века.

Во-вторых, будет найден и доведён до практического использования принципиально иной (нежели реактивная тяга) способ передвижения в космическом пространстве, основанный, естественно, на новых фундаментальных научных открытиях в области физики строения вещества, пространства и времени – способ, который позволит двигаться в космосе со скоростями, близкими световой, а возможно, и с превышающими её. Это может быть открытие сути гравитации или использование возможностей многомерности пространства. И то и другое вряд ли будет возможно без открытия и освоения какого-то нового вида энергии – гравитации, свойств и взаимодействия элементарных частиц, практического использования известного уже процесса термоядерного синтеза или энергии взаимодействия вещества и антивещества. Подобное может случиться на рубеже XXI–XXII веков.