Рваные тучи заходили на голубое небо, пытаясь затмить два светила — солнце и луну. Буйный ветер подгонял резвого белого коня, несущего Алёшу Поповича. Мчался богатырь по лесу от погони — гнались за ним воины-стражники на быстрых вороных конях. Было их немного — что десяток воинов для храброго русского богатыря! Палицей замахнулся — троих срубил, меч опустил — еще трое сгинули, шлем кинул — остальных не стало. Только не хотел их убивать Алёша Попович! Не вражеские были воины — свои. Не увидел он измену сквозь речи слащавые — спасался теперь от стрел коварных.

Шумел вековыми соснами темный лес, цеплялись их ветви за всадника, мешали ехать ему. Недолго богатырь скакал — настигли преследователи. Стражник-десятник аркан на Алёшу кинул. Меткий оказался — сразу попал. Да только не знал он, что голыми руками русского богатыря не возьмешь! Ловко увернулся от петли Алёша Попович, а потом дернул за веревку аркана — и вылетел всадник из седла. Прямиком в дуб широкий со своего вороного коня угодил меткий десятник. И тут не промазал — точно лбом к стволу приложился и сполз по дубу тому на землю. Споткнулся об него один вороной конь, второй, третий. Остальным догонять богатыря помешало дерево, Алёшей на ходу подрубленное. Сила богатырская его никогда не подводила, смекалка не раз жизнь спасала, да и меч острый всегда исправно служил.

Ушел от погони богатырь Алёша Попович. Ничего другого стражникам не оставалось, как раны свои зализывать. Выехал богатырь в чистое поле, оглядел его просторы широкие и поскакал прочь.

Только не заметил Алёша, как сова из-за туч вылетела и полетела за ним, чтобы непременно его догнать. И догнала ведь! Вцепилась когтями в шлем, чиркнула ими как ножами острыми. Отбил он злобную птицу от себя и понесся дальше. Но сова внезапно впереди коня оказалась и в богатырскую грудь нацелилась. Не спасли доспехи Алёшу Поповича от неожиданного сокрушительного удара. Разве может какая-то птица богатыря остановить? Может, как оказалось. Сбила сова его с коня! Упал на землю богатырь, меч потерял, а конь его к обрыву ускакал. Тут и преследователи подоспели.

Пока они спешивались, вскочил богатырь на ноги, плечи расправил, усмехнулся и приготовился дать достойный отпор стражникам. Двое самых сильных напали на него — но куда им с богатырем справиться! Ловким кувырком Алёша вывернулся и прыгнул на них. Сначала одного подсечкой с ног сбил, затем второго уложил. Двое других из-за спины выскочили, схватили богатыря за руки, а подоспевший десятник обрадовался, меч выхватил и третьим на богатыря побежал. Тут и пришла очередь шлема богатырского. Скинул его со своей головы Алёша Попович — вылетел шлем тяжелым булыжником и в лоб десятнику попал! Свалился тот навзничь и ошалелые глаза на сову уставил, которая летала в синем небе и за битвой внимательно следила.

Богатырю тем временем пришлось еще одну атаку отражать. Раскидал он двух стражников, вцепившихся в него оковами, и быстрым кувырком добрался до своего меча. Только вынул меч из ножен, как из-за спины очередной враг появился. Одним движением отразил богатырь его атаку, двумя ударами меча обезоружил других напавших стражников. Опешили служки, поутихли.

И вдруг стрела полетела! Опомнившийся десятник ее из своего лука выпустил. Метил в богатыря, но не попал. Ловко перехватил на лету вражью стрелу Алёша Попович! Испугался тут десятник не на шутку — заговоренный, что ли, богатырь?! Развернулся и побежал прочь — своя невезучая шкура дороже любых приказов. Только далеко уйти ему не удалось, Алёша Попович рукой запустил в него стрелу — вернул чужое имущество. Вновь не повезло десятнику — и здесь его богатырь обставил. Попала стрела в него — прямо в мелькающие среди сосен штаны угодила. Вскрикнул десятник от боли жгучей и упал. Испугались его сотоварищи, поняли, что не одолеть им богатыря русского. Не справиться им с Алёшей Поповичем, хоть всем войском на него иди. Сбились они в стайку дрожащую, нападать больше не решились.

Тут-то и свалилась с синего неба сова-злодейка! Ударилась оземь — и полетели в разные стороны мелкие въедливые пух и перья. Носы у всех заложило-защекотало, зачихали стражники, поморщился Алёша Попович: кого же так угораздило? И отпрянул. Предстала перед ним сама Варвара! Холодным серебром сверкнул ее княжий венец. Пурпурной синевой затмил свет ее богатый царский наряд. Посмотрела она на Алёшу колдовскими серыми глазами — и усмехнулась. Потом оглядела свое захудалое войско — и нахмурилась. И замерли все, потому что вспыхнул светом на ее груди амулет колдовской. Никто не смог взгляда оторвать от огромного алмаза в золотом кольце. А дальше — больше. Всех оторопь взяла, потому что сам собой из рукава платья Варвары появился длинный белый светящийся кнут…

Очнулся богатырь, стряхнул с себя морок-наваждение. Ему ли с Варварой не справиться?! Да легко. Только не успел он мечом взмахнуть — нос защекотало от пуха нестерпимо, чихнул Алёша раз, затем второй… Понятное дело: когда чихаешь, то глаза закрываешь непроизвольно и соображаешь туго. Тут-то и опустился на его меч кнут ведьминский и лишил храброго богатыря оружия. Навалились на него стражники и скрутили Алёшу Поповича. А к Варваре подвели его белоснежного коня. Почуял тот недоброе, зафыркал, попятился, только отступать было некуда — позади обрыв, — вот и попался он в руки стражников.

— Ну что, — сказала Варвара коню, довольно улыбаясь, — не надоело тебе богатырей спасать?

— Не надоело, — ответил ей… старец седобородый, в которого белый конь тут же превратился. Согнулся он, опираясь на посох, и тяжело вздохнул: — Будь здрав, Алёша.

Зачихал снова богатырь: то ли аллергия на совиные перья его замучила, то ли колдовство заморочило.

— А знаешь что, — прищурилась красавица Варвара, чтобы одной злобной фразой припечатать и храброго богатыря, и его помощника волшебного, — это был…

— Чхи! Чхи! Чхи! — не мог остановиться богатырь.

— Да чтоб тебя! — разозлилась на него Варвара. И снова в ее руке появился магический кнут. Стеганула она им Алёшу Поповича — и превратился он в каменную статую с открытым ртом. — Это был последний богатырь! — прокричала Варвара старику-волшебнику. — Слышишь?! И чего ты добился?! Все зря.

Вздохнул старец, покачал седой головой: мол, все еще впереди. Последнее слово останется за ним. Варвара рассмеялась ему в лицо и приказала стражникам тотчас каменного богатыря в обрыв скинуть. Те взялись резво, да только не получилось у них переместить тяжесть каменную.

Поднять-то подняли — и…

— Не думала, что это будет так легко, — блеснула холодными глазами на старца Варвара и занесла над ним свой светящийся кнут.

Мгновение отделяло старика-волшебника от гибели…

И тут опустили стражники тяжелую каменную статую одному из своих сотоварищей на ногу. Взвыл тот от боли — отвлек злую красавицу. Обернулась она, чтобы посмотреть, что у них там случилось. В этот миг развернулся старец и побежал к обрыву, на ходу серебристой рыбкой оборачиваясь. Пролетела рыбка над берегом — и упала в воду.

Опустилась она на самое дно, где в зеленой мути все они стояли — богатыри сказочные. Все как один каменные, Варварой заколдованные. Кто с поднятым мечом, кто с острой пикой, у кого щит впереди выставлен, у кого рука. Каждый свою злую долю стойко встретил, никто о милости не просил. Стояли каменные богатыри, дно морское охраняя. Проплыла между ними рыбка, словно подбадривала. Только мимо нее на ил морской еще одна тяжелая статуя опустилась. Это Алёшу Поповича удалось-таки стражникам в пучину морскую скинуть. Занял свое место богатырь в каменной дружине.

Нельзя сказать, что у Ивана Найдёнова совсем отсутствовали экстрасенсорные способности. Дожил он до двадцати пяти лет в полной уверенности, что на многое способен. И дело даже не в экстрасенсорике, а в прозаичном умении пробиваться сквозь возникающие препятствия на пути к успеху. Высокий привлекательный парень, тщательно следящий за модными веяниями, неукоснительно соблюдающий правила игры современного лицедейства, шел по тернистому пути наверх упорно, тщательно выверяя каждый свой шаг. Вот и сейчас он стоял перед зеркалом и поправлял последние штрихи своего образа могущественного мага.

Только мало кто знал, что нарочито броский золотой амулет-солнце, рассчитанный на доверчивых зрителей, украшал его грудь только во время магических сеансов. Под одеждой Иван прятал другой, настоящий. Теплая на ощупь медово-молочная капля эпоксидной смолы хранила в себе острую штопальную иглу. Она была ему дороже всех амулетов на свете, потому что помогала верить — прежде всего в себя.

— Светозар, — в гримерный вагончик заглянула девушка-администратор. — На площадку!

Иван тряхнул коротко стриженной светловолосой головой, надел стильные солнцезащитные очки, кожаный плащ-кардиган, посмотрел на себя в зеркало и остался доволен — фактура много значила для популярной передачи «Битва магов». Попасть на съемочную площадку, где меряются силами самые сильные экстрасенсы страны, далеко не каждый может. Он смог.

Иван не в первый раз принимал участие в «Битве магов». Организаторы популярного телевизионного шоу его знали и относились с должным уважением, искренне считая Найдёнова везунчиком. Только не везение ему помогало, а самоуверенность и глупость тех, кто верил ему.

Поначалу их было больше сотни — они собирались на «Битву» со всей страны. Каждый стремился подать себя в лучшем виде, так что фантазии экстрасенсов, соревнующихся за звание лучшего, не было предела. Одни наряжались под восточных шаманов, другие рядились в холщовые балахоны староверцев. Третьи, чаще всего женщины, бряцали многочисленными монисто, подчеркивая цыганское происхождение, считавшееся колдовским. Внешняя атрибутика хоть и была необходимой, мало чем помогала. После каждого испытания магов становилось все меньше и меньше. Иван был уверен, что, когда наступит финальный поединок, он покажет свое превосходство и заберет главный приз!

Убежденность его основывалась не на слепой вере в собственные силы. Нет, для этого Иван был достаточно умен. Слово «битва» он воспринимал буквально и бился за результат всеми правдами и неправдами. Неправд было больше, но победителей не судят. К тому же в его исполнении организаторы программы получали именно то шоу, на которое рассчитывали. Как и большинство участников программы, он ни с кем не сближался, чтобы нечаянно не выдавать собственных тайн. Осторожность и основательная подготовка — прежде всего. На удачу Иван никогда не рассчитывал, опровергая поговорку про русских, любящих фразу «авось прокатит».

То ли еще будет! Иван распрямил плечи, приняв горделивый философский вид, который, как он знал, очень нравился девушкам, и, решительно толкнув дверку гримвагона, вышел на улицу, чтобы перейти в ангар, где снимали передачу.

— Светозар! Светозар! — к нему тут же подбежали караулившие его возле вагончика поклонницы. И чего им дома не сидится?! — Можно с вами сфотографироваться?

Иван улыбнулся им снисходительно — отчего же нельзя? Вот она, слава! Пока только две девчонки прибежали, а скоро его толпы караулить будут.

В цехе заброшенного завода снимали очередной эпизод «Битвы магов». В темном сыром помещении валялись груды оставленного бывшими производственниками хлама, среди которого Ивану следовало отыскать нужную вещь. Он был уверен, что ни один волшебник с таким заданием бы не справился — найти иголку в стоге сена невозможно! Вспомнив о своей, Иван почувствовал исходящее от амулета тепло, словно у него действительно внезапно открылись необычные способности. Он приготовился к испытанию.

Нужно было дождаться своей очереди — пока силы в «слепом» поиске пробовала шаманка Ясмина. Бойкая женщина в традиционной одежде народов степей старательно впадала в транс, шепча непонятные заклинания и подкрепляя их действие громкими ударами обшарпанного бубна. Кружась в ритуальном танце, она искала вещь, принадлежащую сидевшей неподалеку девушке. Миловидное создание, явно впечатлившееся экзотической внешностью и странными повадками шаманки, напряженно следило за ее действиями.

За шаманкой, кроме девушки и Ивана, внимательно наблюдала вся съемочная группа.

— Это! — Шаманка остановилась, тяжело дыша, и показала скрюченным пальцем на небольшой предмет, лежащий на полу среди хлама. — Это зеркало принадлежит ей.

На полу действительно лежало маленькое зеркальце. Оно печально поблескивало в неярком свете, словно отрицало возможность своего существования в этом мусоре. Элегантный ведущий программы привычно пожал плечами и обратился к девушке:

— Светлана, это так?

— Нет, — замотала головой та, — я это зеркало в первый раз вижу.

Иван усмехнулся — еще одна неудачница провалила задание. Каждая такая глупая попытка лишь приближала его звездный час.

— К сожалению, Ясмина, — развел руками ведущий, — вы не прошли это испытание.

На воодушевленном лице шаманки появилось нескрываемое разочарование, она обиженно засопела и, вполне возможно, послала проклятия всем присутствующим. Только, судя по преследующим ее неудачам, вряд ли ее проклятия навредят кому-либо, кроме нее самой.

— Стоп. Снято, — сказал со своего места режиссер и кивнул в сторону Ивана: — Готовим Светозара!

Иван всегда волновался перед испытаниями — живой человек все-таки и не шаман. Хотя на этот раз подшаманил — как же выиграть без этого?! Подошедший к нему звукорежиссер достал «петличку», собираясь нацепить микрофон на очередного участника программы. И незаметно, так, чтобы его услышал только Иван, процедил сквозь зубы:

— Это колесо от машины. Оно стоит слева у стены…

— Понял, — тихо ответил ему Иван, своим спокойным невозмутимым видом не выдавая радостных эмоций.

Звукорежиссер кивнул оператору, ведущему. Тот еще раз заглянул в сценарий, вспоминая текст, после чего встал напротив камеры.

— Тишина! Мотор!

— Наш следующий участник — победитель пятой «Битвы магов», — торжественно начал представлять Ивана ведущий. — И возможно, финалист десятой — Белый маг Светозар! Наследник и продолжатель рода древнеславянских колдунов. — Иван вышел на площадку и встал в привычную позу непревзойденного экстрасенса. — Напомним, — продолжил рассказывать о нем ведущий, — что свое детство Светозар провел в детском доме и, несмотря на то что он так и не познал счастья родительской любви, сердце его не очерствело и он творит добро во имя Солнца!

После такой блистательной тирады только и оставалось, что воздеть руки к светилу, то бишь к ржавому металлическому потолку ангара, и начать представление.

— О Хорс, великий бог Солнца! — пафосно начал Иван, закрыв глаза, — укажи дланью своей, пролей свет на предмет, принадлежащий сей деве!

Было бы замечательно, если бы в этот момент ржавый потолок разверзся и в его дырах показались яркие солнечные лучи, точно указывающие на предмет поиска. Да, идеальная получилась бы сцена. Но ничего подобного не произошло, поэтому Иван воспользовался проверенным способом — выдержал долгую театральную паузу, после чего открыл глаза.

— Это что-то бесконечное, — продолжил он свой монолог при полном молчании других, завороженно следивших за ним. — То, что не имеет начала и конца. — Глядя на ближайшее к нему автомобильное колесо с диском, он очертил в воздухе круг. — Не могу понять… Это шар. Нет… Это круг… Круг! — Публика удивленно вдохнула. — Но это не просто круг! Я чувствую… запах резины. Это колесо! — Все ошеломленно выдохнули. Громче всех выразила безграничное удивление Светлана — и тут же прижала руку ко рту. — Я чувствую — оно рядом!

Дальше оставались детали — сущие мелочи, и попытка засчитана. Ивану предстояло ткнуть пальцем в колесо, которое притулилось у стены. Он решил убедиться в своей правоте и посмотрел на Светлану. Физиогномика — чудесная наука! Чего только не прочитаешь на лицах в моменты радости, горя и… чужих ошибок. Иван уловил тот миг, когда девушка посмотрела в другую сторону. Туда, где стояло еще одно колесо! Моментально сориентировавшись, Иван шагнул в направлении ее взгляда.

— Вот оно! — торжественно воскликнул он, указав на второе колесо в помещении. — Это колесо, Светлана, ваше. — Далее следовало завершить свое блистательное выступление эффектной концовкой. Иван незаметно нажал на свой амулет-солнце, и тот начал светиться. Ничего волшебного — батарейки и лампочки. — Бог Солнца сделал свой выбор!

Что же было потом? А потом последовали бурные продолжительные аплодисменты. Представление закончилось, но мало кто понял, что это было представление.

Раздача денежных бонусов прошла во дворе ангара, где Иван встретился со звукорежиссером. Отсчитывая ему купюры, он поблагодарил помощника, оказавшего ему неоценимую услугу. Впрочем, ее стоимость была оговорена заранее. Звукорежиссер ушел, когда Иван неожиданно заметил свидетельницу их сделки. Еще одна участница шоу — ведунья баба Серафима смотрела на него тяжелым пронзительным взглядом, словно взывала к совести.

— Какие-то проблемы, бабуля? — поморщился Иван, прищуривая свои зеленые глаза. Только свидетелей ему не хватало! Все так гладко шло…

— Вижу, — зашептала ведунья, — попадешь ты в другой мир, вижу, дом бегущий спалишь и там смерть свою найдешь…

— А я знаете что вижу?! — перебил ее Иван, передразнивая. — Вижу, жить вам до смерти на одну пенсию в семь тысяч рублей. Хотя нет… шесть тысяч.

Он громко рассмеялся своей шутке, помахал ведунье рукой и пошел к своему спортивному автомобилю, припаркованному неподалеку. Баба Серафима покачала седой головой и что-то неодобрительно прошептала. Возможно, она ругала предприимчивого молодчика, а может быть, жалела его. Только он этого не слышал — сел в свой автомобиль и уехал.

Иван спешил, хотя дома его никто не ждал — разве что случайно задержавшаяся помощница по хозяйству.

1. Первое впечатление — обманчивое.

2. Возраст — не зрелый, 25 лет.

3. Социальное положение — выше некуда, и все благодаря неустанному труду на ниве оболванивания легковерного населения.

4. Внешность — привлекательная, убедительная, артистичная.

5. Психотип — сангвиник, экстраверт, внушает доверие недоверчивым людям и сказочным персонажам.

6. Характер — в меру эгоистичный, лояльный. Нетерпим лишь к глупости и отсутствию чувства юмора.

7. Личная жизнь — разнообразная, малообещающая семейную идиллию.

8. Хобби — интеллектуальные, на грани волшебных, технические новинки.

9. Волшебные навыки — не востребованы, дремлют.

10. Если ему перейдет дорогу черная кошка, то подождет, пока впереди него пройдет кто-то другой. После чего, если рядом окажутся свидетели, прошагает дальше спиной вперед, три раза плюнет через левое плечо, повернется вокруг своей оси…

Гигантский телевизор с внушительной саунд-системой казался не таким уж большим в просторной стильной холостяцкой квартире Ивана Найдёнова. Привыкшая к богатому интерьеру домработница Галя восседала в удобном кресле перед экраном и многозначительно хмыкала, следя за шоу с участием ее хозяина. Вряд ли чудеса, творимые им в популярной передаче, могли удивить немолодую, много чего повидавшую в жизни Галю. Она отлично знала его «суперспособности»! Какую там чужую вещь найти! Да он свои собственные носки каждое утро искал, не помня, куда дел их с вечера. Галя предложила ему как-то раз воспользоваться ясновидением, так только с пятой попытки Иван угадал, что она их в стиральную машинку засунула.

— Поздравляю! — радовался ведущий шоу, обращаясь к довольно улыбающемуся Ивану. — Вы прошли испытания. Белый маг Светозар делает решительный шаг в финал десятой «Битвы магов»!

— Вот ведь жучара, — покачала головой Галя, морщась от громкого звука забивших телевизионный эфир фанфар. — Что-нибудь нормальное показывают вообще?! — И она принялась щелкать по каналам. — Шелупонь на все лады… О! «Магазин на диване»!

— …и, купив нашу умную швабру, — вещала с «дивана» девица привлекательной наружности, несомненно, далекой от уборки помещений, — вы получаете в подарок набор универсальных насадок! — И она показала ухоженными пальцами рекламируемый товар.

Галя принялась пересчитывать насадки и не обратила внимания на пришедшего хозяина квартиры. Иван кинул сумку, снял плащ и подошел к помощнице по хозяйству, которая и при нем не утруждала себя изнуряющей работой.

— Галь, ты что, «Битву магов» не смотришь? — спросил Иван, бросив взгляд на телевизор.

— Да тут интересней, — хмыкнула Галя. — Глупая швабра умную продает.

Иван взял у нее пульт и вернул канал, где показывали шоу с его участием. Но там по экрану уже весело бежали титры, показывая зрителям, сколько народу трудится над созданием происходящих в передаче чудес.

— И не стыдно тебе людей дурить? — усмехнулась Галя.

— А тебе не стыдно за уборку пять тысяч брать? — ответил Иван и выключил телевизор.

При всех своих неоспоримых достоинствах Галя не была трудоголиком, искренне полагая, что работа любит Федота. А ей достаточно лишь обозначить свое присутствие в холостяцкой берлоге удачливого экстрасенса. Она и так тратит на него уйму времени, одна дорога туда и обратно отнимает целый час. Конечно, она присутствует здесь не даром. Бесплатная работа порождает рабство, как говорил философ и флагман революции Карл Маркс. Галя не была пламенной революционеркой, но основателя Первого интернационала в этом вопросе поддерживала.

К тому же Галя довольно долго помогала Ивану по хозяйству, так что могла высказывать свои мысли вслух, не боясь его обид и раздражения. Разве можно обижаться на простую прямолинейную женщину? Кто еще правду парню скажет, как не постоянно общающийся с ним человек? Тем более что у Ивана не было ни одной родной души, а они давно уже свои люди. А какие счеты между своими?

— Работа, работа, перейди на Федота! Ах нет, не перешла. В отличие от некоторых, — фыркнула Галя, — я реально работаю! — И она, не вставая с места, пультом включила «умный» пылесос, который важно заурчал и начал мыть пол.

Только Иван собрался ответить, что так работать может любой робот, как у него зазвонил мобильный телефон. Прения с домработницей пришлось прекратить, потому что неизвестный номер, высветившийся на экране, мог запросто оказаться важным клиентом, упустить которого из-за препирательств с Галей было глупо.

— Белый маг Светозар слушает.

Иван моментально вошел в образ и отмахнулся от Галины, на лице которой заметил осуждение.

Он ушел в другую комнату, чтобы не отвлекаться от разговора. Но быстро разочаровался — звонил не клиент, а администратор программы.

— Здрасьте! — Звонкий женский голос наплевательски, совсем как Галина, отнесся к его магическому титулу. — Это Татьяна, администратор «Битвы магов». Репетиция финала назначена на двадцать четвертое число, в двенадцать, не опаздывайте.

— Понял, спасибо. — Иван отключился и нажал кнопку вызова электронного помощника.

Да, не зря Галина увлеклась магазином, в котором продавали «умную» швабру, — у Ивана весь дом был «умным». Он использовал в быту современные системы, помогающие готовить на кухне и содержать квартиру в порядке. Нажал на кнопку — и пожалуйте, чего изволите — получите!

— Установить напоминание на двадцать четвертое число, — сказал электронному помощнику Иван, возвращаясь обратно в гостиную, где сидела Галина.

— Хорошо, — ответил ему синтезированный женский голос из телефона. — Просто скажите мне. О чем вам напомнить. Мой господин.

— Репетиция финала, — ответил Иван своей электронной помощнице, которая была более покладистой, чем реальная домработница.

— Напоминание. Установлено, — тут же с готовностью доложил синтезированный голос.

— Ты. Когда. Уже женишься. Мой господин? — передразнила голос Галина. — А то так и будешь до старости с телефоном разговаривать!

Иван хмыкнул. Для того чтобы жениться, сначала нужно найти ее — ту, с которой придется всю жизнь идти сквозь огонь и воду, и чтобы она медные трубы в его честь тоже выдержала. А вокруг него сейчас кто? Одни фанатки. Для них он маг, а ведь на самом деле…

— Вот выиграю этот сезон и женюсь. — Он подмигнул ей. — Возможно, даже на тебе.

— Тю, я за тебя не выйду! Ты мне за уборку тогда платить не будешь, — рассмеялась Галина. — Эх, Ваня-Ваня, — вздохнула она, — а случись что со мной, ты ведь один на всем свете останешься! Что делать будешь?

— С телефоном разговаривать, — отмахнулся Иван. Галя говорила правду, он это прекрасно знал. — Лучше давай мой выход в финал отметим, — предложил он, натягивая на лицо улыбку. — Сейчас пиццу привезут.

— Не могу, — отказалась Галина, вставая, — мне внука надо из сада забрать.

Галина очень трепетно относилась к внуку и дочке, которая, насколько знал Иван, жила и работала где-то за границей. Ради внука Галина могла от любого приглашения отказаться, даже если бы ей предложили полететь в Париж.

— Ну как хочешь, — расстроился Иван, которому не хотелось есть в одиночестве. — Только ты такой вкусной пиццы никогда не пробовала! — бросил он ей вслед.

— Пробовала, — хмыкнула Галина, не оборачиваясь, и добавила: — Я ушла. До понедельника!

Когда за домработницей захлопнулась дверь, Иван подумал, что она действительно стала неотъемлемой частью его холостяцкой жизни. В ней удивительным образом сочетались житейская мудрость и пресловутая крестьянская хитрость. Конечно, она не могла заменить Ивану мать, но так сложилась жизнь, что более близкого человека у него не было. Так что, когда в дверь позвонили, он обрадовался.

— Я так и знал, что она вернется! — Иван поспешил открывать. — Передумала?

Но на пороге стоял доставщик пиццы. Мрачный тип в бейсболке с утомленным выражением на полном лице.

— Пиццу заказывали? — сухо поинтересовался курьер и протянул коробку с едой.

— Да. — Иван полез в карман брюк за деньгами. — Кофе хочешь? — То, что за дверью оказалась не Галина, а разносчик пиццы, выбило его из колеи. В другом бы случае он не сделал такого радушного предложения. Иван внезапно испугался своего одиночества.

Но курьер не принял приглашения, пересчитал деньги, развернулся и ушел, оставив его один на один со своими страхами.

Иван сел на подоконник и принялся смотреть в окно, за которым открывался прекрасный городской вид, доставшийся ему за немалые деньги. Да, он умел зарабатывать, умел выживать в суровом реальном мире, будучи в душе волшебником. Только его волшебство пряталось глубоко — так глубоко, что он не часто туда заглядывал. Больше приходилось изворачиваться и приспосабливаться.

Вешать лапшу на уши он научился мастерски. Ему нравилась беззаботная обеспеченная жизнь, ради нее он подстраивался под любые обстоятельства. Псевдоэкстрасенсорика помогала ему зарабатывать хорошие деньги, и пока на этом отрезке жизненного пути его волновали только финансовые вопросы. Как говорится, хочешь жить — умей вертеться. А хочешь хорошо жить — умей вертеть людьми.

Конечно, семья входила в систему жизненных ценностей Ивана. Детство, проведенное в детском доме, не забывалось никогда. Но к серьезным отношениям Иван пока не был готов. Как-то не получалось у него встретить девушку, ради которой он совершил бы подвиг. Безусловно, когда-нибудь она у него будет! Когда-нибудь у него будет и своя семья. Иван искренне мечтал об этом. Только сейчас у него были совершенно другие приоритеты, знаком которых являлся золотой талисман-солнце.

Но чтобы не потерять себя в этом насквозь материальном мире, Иван носил амулет-иголку — частичку того времени, когда он поверил в свои силы и стал победителем. Скоро он одержит еще одну победу! Только отчего ему грустно?

Клиентка вскоре позвонила — недаром маг Светозар маячил на экране с видом героя прошлых и предстоящих побед. Иван приехал в роскошный особняк на Рублевском шоссе при полном параде: в неизменном черном кожаном плаще, который подчеркивал его достаток и востребованность. Со стильной черной сумкой известного бренда — там у него хранились сопутствующие ремеслу товары. С традиционным золотым солнцем на темном свитере. Побрякушка стоила немалых денег, потому что была механической и светилась в нужный момент — когда владелец жал на незаметную кнопку. Под свитером висела игла, но знать об этом клиентке было не обязательно.

Рублевские дамы нравились Ивану слепой верой в сомнительные чудеса. Они были из категории тех людей, которые пресытились всем имеющимся и видели в нем занимательную игрушку и повод для хвастовства. Чаще всего он вел с ними непринужденные беседы, проводя сеансы снятия сглаза, порчи и определения ближайшего будущего. Купит ли муж шубу или подарит новый автомобиль, занимало мозг дам, обращающихся к магу Светозару, гораздо больше, чем вопросы политики и общественной жизни страны. Разумеется, Иван этим пользовался — иначе откуда он брал средства на безбедное существование? С каждым таким приемом уверенность в том, что он может внушить своим клиенткам все что угодно, росла в геометрической прогрессии. И каждый такой случай был лишним подтверждением того, что актерские способности Ивана находились уровнем выше магических. Это не мешало ему искушать рублевских жен тайнами ясновидения и предсказаниями грядущих событий.

Дама, чья глянцевая внешность выдержала не одну пластическую операцию, с каждым разом приближавшую ее к растиражированному модному идеалу, встретила гостя с тревожным восторгом. Иван бегло оценил «жертву» — легковерная мнительная красотка, раскрутить которую для него не составит особого труда.

Биография таких женщин была обычно проста: профессиональная модель или мисс чего-то-там, удачно вышла замуж благодаря внешности. Но с годами она потеряла прежний лоск и приобрела сомнения в том, что любима вечно занятым супругом. Каждый ее день был наполнен страхом, что муж найдет ей замену — более молодую красавицу. И насиженное место придется уступить сопернице. Для того чтобы замены не произошло, в богатый дом вереницей ходили маги, прорицатели, ведуны и прочие представители потусторонних сил. Они приходили тогда, когда уходила вера в собственные возможности.

Иван мастерски и без зазрения совести использовал страхи таких клиенток для собственной выгоды.

Он усадил ее в удобное мягкое кресло, а сам принялся расставлять на небольшом столике свечи. Колдовская символика на зажигалке мага произвела на даму должное впечатление. Она воодушевленно проследила за тем, как огонь, вспыхнув ярким пламенем, зажег обе свечи. В комнате запахло благовониями, призванными успокоить и расслабить клиентку.

— Закройте глаза. Начинаю чистить ореол, — пояснил Иван свои дальнейшие действия и принялся совершать руками пассы. — Чувствуете тепло, которое от ног идет к голове?

— От чьих ног? К чьей голове? — тихо переспросила дама, выполняя его приказ.

— Ну не к моей же, — хмыкнул Иван. — С моей все в порядке. От ваших ног к вашей голове, мадам, — уточнил он и увеличил скорость вращения рук над клиенткой.

— Нет, — изумленно призналась та. — Ничего не чувствую!

— Все намного хуже, чем я предполагал, — сказал Иван и тяжело вздохнул. Нет, дама не могла оказаться достаточно умной особой, чтобы раскусить его шельмовство. Просто вариант номер один дал сбой, и он попробует второй, беспроигрышный. — Протоки, — произнес он с большим сожалением.

— Что с ними?! — испугалась дама.

— Они забиты негативной энергией, — голосом, не терпящим возражений, резюмировал Иван.

— Что вы говорите?! — обомлела та.

— Нет, не могу! — Иван обессиленно опустился на стоящий рядом с креслом стул. — В доме живет человек с очень мощной энергетикой. Своим скептическим отношением он блокирует все потоки бога Солнца.

— Да, Леня. — Дама открыла глаза и принялась жаловаться: — Это мой муж. Говорит, что все это шарлатанство! Но я ему не верю.

— Муж, значит. — Иван едва заметно усмехнулся — второй вариант сработал. Даже неинтересно как-то, драйва нет. Но дело есть дело. Он закрыл глаза и вытянул вперед руку, словно собирался нащупать вредного мужа клиентки. Для верности еще растопырил пальцы. — Собираю энергию, вхожу в транс…

— А мне что делать? Пойти с вами? — засуетилась клиентка.

— Сидите, — приказал ей Иван и вновь принялся изображать отсутствующее присутствие. — Я вижу вашего мужа! — Для достоверности лицо Ивана перекосила пренебрежительная гримаса. — Ох…

Он выдержал трагическую паузу и открыл глаза. Небольшое представление произвело ожидаемый эффект.

— Что?! — схватилась за сердце клиентка.

— Да это, в общем-то, не мое дело… — принял смущенный вид Иван.

— У него кто-то есть? — прищурилась дама, среагировавшая на козни мага вполне ожидаемо. — Женщина?!

— И не одна, — выдал Иван свой незамедлительный ответ.

— А что можно сделать? — прошептала готовая вот-вот расплакаться дама.

«Клиент дозрел», — как говорили умные люди в одном популярном кинофильме.

— У вас есть фотография мужа? — От радости Иван задал идиотский вопрос: у какой жены нет снимка ее любимого мужа? Но дама была сильно расстроена и не обратила на это внимания.

— Пойдемте! — всхлипнув, решительно произнесла она и встала.

На фоне блистательной роскоши других помещений особняка большой каминный зал показался Ивану слишком воинственным. Во-первых, все стены зала были увешаны всевозможными видами холодного оружия. Во-вторых, на портретах известных военачальников — Наполеона, Петра Первого, Александра Невского и других — было изображено одно и то же лицо. Даже Кутузов с черной повязкой на одном глазу походил на хозяина особняка. Фельдмаршал как бы подмигивал: «Да-да, дружище, повезло так повезло». Иван подошел, пригляделся: никаких сомнений — везде один и тот же человек. Вернее, на всех портретах изображена его мрачная физиономия.

— Этот подойдет? — поинтересовалась клиентка.

Иван кивнул.

…Ритуальный черный круг, изображенный на четырех листках бумаги, был щедро располосован пополам и закапан свечным воском. Он призывал магические силы оградить семейную пару от молодых хищниц, встречающихся у бравого полководца на тернистом пути доходного бизнеса. Заплаканная дама верила всему, что говорил ей Иван! Он устал от нее и торопился уйти. С кем поведешься, как говорится, от того и наберешься. Дурости ему только не хватало!

— Ну все. Итого, — принялся подводить результаты плодотворной встречи маг Светозар, — четыре порчи, один приворот и одна защита семейного счастья.

Дама достала пачку пятитысячных купюр и принялась отсчитывать гонорар.

— Спасибо, — вздохнув, поблагодарил ее Иван, беря деньги. И покосился на портрет мужа, внушавший ему нестерпимое желание валить отсюда быстрее, пока не вернулся хозяин дома. — Совет вам да любовь!

Клиентка снова принялась лить слезы по якобы неверному супругу. Но Иван не собирался ее успокаивать и искал повод стремительно попрощаться. Тут вовремя зазвонил его мобильный телефон. На экране высветился незнакомый номер. Он ответил, показывая клиентке, что занят, просто нарасхват! Схватил сумку, плащ и выбежал на улицу. Забыл свечи? Да ладно! Это мелочь по сравнению с полученной прибылью.

Очередная заказчица ждала Ивана в больнице. Он не сразу понял, что ей от него было нужно, — по телефону женщина говорила много, сумбурно и слишком громко. Перемежающаяся восторгами просьба показалась ему незначительной, но он все равно приехал. Женщину, назначившую ему встречу, он заметил сразу, как только вошел в больничный холл, — ее доверчиво распахнутые глазищи были в слезах. Глядя на мага, она сказала:

— Добрый день! Это я вам звонила! Я ваша бывшая… — клиентка замялась. Я ваша бывшая… как сказать… пациентка, — нашлась она и, преданно улыбаясь, добавила: — И очень большая поклонница!

— Чем я могу вам помочь? — обрадовался Иван, входя в образ мага Светозара.

— Да у меня, тьфу-тьфу, — женщина «поплевала» на больничный пол, — все в порядке. Брату моему помощь нужна. Только бахилы наденьте, — понизила она голос и заискивающе пояснила: — Врачам ведь не объяснишь, что у вас чистая энергия.

Иван надел бахилы, после чего клиентка схватила его под руку и повела в больничную палату. Он равнодушно проходил мимо снующих людей, бегающего медперсонала, ковылявших больных, вышедших в коридор, чтобы немного проветриться самим и проветрить палату. Иван шел и морщился. Запахи здесь витали впечатляющие, кроме лекарств пахло нуждой и страданиями. Знакомые запахи. Откуда только? Иван и в больнице-то ни разу не был, здоровье у него отменное.

Привычная суета лечебного учреждения была для него в диковинку. Он никогда не назначал встреч в подобных заведениях — все больше по особнякам ездил.

— Вообще он не очень верит в экстрасенсов, — доверительно призналась клиентка, ведя его в палату к больному.

— Я маг, — поправил ее, гордо распрямив плечи, Иван.

— Ну да, да, — закивала та, соглашаясь с любым его мнением, лишь бы только он помог. — Я ему и говорю: Светозар — маг! — Сникнув, она добавила: — Брата точно сглазили, такое горе случилось…

То, что сюда пришла беда, Иван увидел сразу, как только зашел в палату. Маленький мальчишка, лет шести, не больше, бледный, с хрупкими, как незакаленное стекло, синими венами на тонких руках безжизненно лежал на больничной койке. Рядом с ним сидел понурый отец, судя по всему, брат клиентки. У отца на лице отпечаталось такое несусветное горе, что Иван смутился. Впервые в жизни он не знал, что делать.

— Вот, Светозар пришел! — торжественно объявила клиентка.

— Катя, — устало обратился к ней брат, — давай без этого, а?

Все что угодно ожидал увидеть в палате Иван, только не этого маленького мальчишку, находившегося между жизнью и смертью! Он растерялся и шагнул назад, но клиентка схватила его за руку и потянула к постели больного.

— Он в коме уже полгода, — принялась рассказывать она Ивану. — Врачи ничего сделать не могут. Только на вас одна надежда осталась! Мы любые деньги заплатим…

Какие тут деньги! Он зарабатывал не на горе людей, а на их глупости. Иван передернул плечами, словно отгонял от себя чужую боль.

— Я, — начал Иван, пятясь к двери, — совсем забыл, у меня там другая встреча назначена. Очень срочная! Извините.

— Подождите! Вы куда? Мы же договаривались…

— Извините, — произнес он уже за дверью и быстро пошел по больничному коридору к выходу.

Навстречу снова попадались люди. Только теперь он обратил внимание на их лица — утомленные, потерявшие надежду или, напротив, ожидающие чуда… И еще его преследовали запахи. Мучительно знакомые, колючим ранящим комком заползающие в душу. И тут он вспомнил, где так же сильно веяло безысходностью. Детскими страданиями пах каждый уголок интерната, в котором он воспитывался.

Было это двадцать лет назад.

Новый год маленький Ваня всегда считал самым лучшим праздником. 31 декабря ощущение того, что волшебство скоро постучит в двери, не оставляло его ни на минуту. Ведь ради этого старались все! Мороз рисовал загадочные узоры на стекле. Метель наметала большие сугробы чистого белого снега. Растущие во дворе туи рядились в пушистые шубки. И в детском доме все старательно готовились к празднику. Нянечки и воспитатели вычищали каждый его уголок, украшая все, что можно, блестящей мишурой и разноцветными надувными шарами. В большом музыкальном зале устанавливали живую елку, украшать которую доверяли только старшим воспитанникам. А утром сначала к малышам, а затем к Ваниным ровесникам приходил настоящий сказочный волшебник — Дед Мороз. От него веяло чудом — не покупным, доступным детям, живущим в семьях, а самым настоящим сказочным чудом, готовым случиться в любую минуту! Стоило лишь Деду Морозу ударить посохом о потрескавшиеся доски старого пола…

Только Ваня был уверен, что зимний волшебник, водящий с ними хоровод, даже не догадывался о том, как горько мальчишке живется в детском доме! Как сильно он хочет обнять маму, прижаться к папе… А вдруг… при этой мысли маленькое сердечко даже замирало… вдруг окажется, что у него еще есть старший брат или младшая сестра? Разве можно было мечтать о чем-то другом, кроме этого?! Нужно было сказать Деду Морозу о своем желании, чтобы он незамедлительно его исполнил. Только вот поговорить с волшебником у Вани никак не хватало смелости. Он был слишком скромным и тихим. И тогда Ваня решил написать ему письмо. Весь день он писал о том, как сильно хочет жить в своей дружной семье! Ваня подбирал слова, чтобы Дед Мороз проникся его мечтой. Он даже надел карнавальный костюм волшебника — балахон с высоким колпаком, чтобы Дед Мороз сразу нашел его в толпе. И он пошел по гулким пустым коридорам детского дома в большой музыкальный зал.

Но дойти до места, где отмечали самый лучший праздник в году, Ваня не успел. На него налетели двое хулиганов, они схватили его за руки и потащили обратно. Он стал вырываться, и письмо к Деду Морозу выпало у него из кармана. Хулиганы подняли листок и прочитали.

— Наш волшебник в Деда Мороза верит! — загыгыкал ртом с выбитым зубом один из них. — Гы-гы-гы! Просит у него маму с папой! Ванька, ты ж тупица, тебя никто не возьмет!

Ваня попытался отбиться от них и забрать сокровенное послание Деду Морозу но не смог. Хулиганы притащили его в подсобное помещение, где уборщица хранила веники и швабры, и бросили в старый шкаф со скрипучими дверцами.

— Не закрывайте меня здесь! — прокричал он им из темноты. — Я вам отомщу!

Второй засмеялся:

— Ой, боюсь, боюсь! И что ты нам сделаешь? Заколдуешь?

Они закрыли дверцы шкафа, заперли его на замок и еще издевательски поздравили через замочную скважину с Новым годом.

Ваня заколотил в дверь, чтобы его услышали и пришли на помощь. Только или музыка играла громко, или поблизости никого не было — уборку сделали еще днем, — никто не помог ему выбраться из шкафа. А там было душно и тесно. И не видно ничего.

Ване пришлось на ощупь изучать обстановку. Хоть и тихий он был, но не такой, чтобы сдаваться на милость победивших. Сначала Ваня, обнаружив ведра, погремел ими немного — никто не услышал. Тогда он стал перебирать швабры с тряпками, прикидывая, как они могут пригодиться, чтобы дверь шкафа открыть изнутри. Никак! Потом Баня нащупал какой-то моток ниток — такими нянечки белье штопали. Ваня хотел отбросить моток в сторону, чтобы он не мешал ему изучать обстановку дальше, только нечаянно чем-то укололся.

Глаза уже привыкли к темноте, и Ваня рассмотрел, что в мотке была большая портновская игла. Ею он и догадался открутить винт запора. Ему пришлось трудно — с непривычки тонкая иголка выскакивала из детских рук. Только он все равно своего добился. Уставший, но довольный, Ваня вывалился из шкафа и выбрался на свободу.

В детском доме стояла тишина, все уже легли спать. Про него никто даже не вспомнил! Никто не кинулся искать мальчишку в праздничную ночь. А если бы он в этом тесном шкафу задохнулся?! Ваня сжал в кулаке спасительную иголку и пошел в спальню.

В комнате тихо посапывали спящие дети. Ваня пригляделся — на его кровати кто-то лежал. Он подошел и поднял одеяло — там оказались подушки, положенные для того, чтобы никто не заметил его отсутствия.

— Хороша подмена, — хмыкнул Ваня и посмотрел на спящих рядом с его кроватью хулиганов. Их довольные лица даже во сне казались злыми и беспощадными. — Ну, сами напросились, — вздохнул он.

Утром следующего дня детей разбудил воспитатель. Он зашел в комнату, включил свет и прокричал зычным голосом:

— Дети, встаем!

Привычно потягиваясь, все стали просыпаться и вставать с кроватей. Предвкушение праздника все еще витало в детском доме — ведь на завтрак должны были дать не только кашу, но и конфеты. Первое января — тоже праздничный день. Дети спешили подняться, чтобы быстрее завершить утренние процедуры и наперегонки кинуться в столовую. Ваня тоже встал — только чинно и не спеша. Он-то знал, что спешить не стоит: здесь, в спальне, тоже случится чудо.

— Не понял, — пробормотал один из хулиганов, пытаясь подняться вместе с матрасом, который отпружинил его назад. — Что это?!

Он сделал еще несколько попыток, но у него ничего не получилось.

Дети замерли и стали наблюдать за происходящим.

А происходило непонятное. Второй Ванин обидчик тоже не смог подняться! Под громкий смех детей они вместе с матрасами упали на пол и, пытаясь от них избавиться, испуганно закричали.

— А я вас предупреждал, — грозно заметил Ваня, ночью пришивший их пижамы к матрасам. — В следующий раз будете знать, как обижать других!

— Колдун! — закричал один, стараясь уползти подальше от Вани. — Колдун!

Второй и вовсе лишился дара речи.

Ваня только усмехнулся и покачал головой.

Так все и было. С тех пор счастливая игла всегда с ним. Иван покрутил ее в руках и ностальгически улыбнулся. Много чего было в его жизни — и плохого, и хорошего. Только с тех пор как появился у него этот амулет, неприятности прекратились. Да и не было у него врагов. Пока. Внутренний голос молчал, как аквариумная рыбка. Да и что могло случиться в большом торгово-развлекательном центре, где у всех забот — прогуляться по бутикам и между делом развлечься?

— Это ты белый маг Светозар?! — голос прогремел над сидящим за столиком Иваном как дюжина шаманских бубнов.

Иван поднял голову и увидел перед собой двух здоровенных парней в строгих костюмах охранников. И здесь его клиенты нашли! Нет магу покоя и отдохновения для души. Всем требуется его незамедлительная магическая помощь. Лучше бы к психологам сходили мозги поправили. С другой стороны, он что, себе враг — состоятельных клиентов терять? Иван кивнул.

Верзилы расступились и пропустили к нему какого-то мужчину. Вроде бы смутно знакомого. Иван пригляделся и обомлел — перед ним стоял «полководец»! Такой же крепкий, невысокий и жутко властный — от одного его злобного взгляда стало нехорошо.

— Ты что моей жене наплел?! — рявкнул муж клиентки Ивану намереваясь расправиться с ним, как с назойливой мухой.

— Минутку, — процедил Иван, быстро пытаясь найти пути выхода из неприятной ситуации.

Мягко сказано — неприятной! В любой момент «полководец» мог кивнуть своим церберам — и из Ивана в ресторане торгово-развлекательного центра сделали бы отбивную. Безусловно, любой шум — к славе, но не о посмертной известности он мечтал!

Иван достал мобильный телефон и сделал вид, что кому-то отвечает:

— Да, Владимир Владимирович… конечно, могу. Хорошо…

Обычно эта фраза действовала на лишних собеседников магически. Мало ли кем мог оказаться Владимир Владимирович! Все-таки белый маг Светозар настоящий, не портретная зарисовка. И на этот раз фраза сработала! Дала возможность Ивану встать и, якобы разговаривая, уйти к выходу.

Охранники с «полководцем», поздно спохватившись, побежали за ним. По пути опрокинули на мужчину стол, столкнули даму в фонтан — они освобождались от любых преград на пути. Иван же бежал без оглядки, ловко лавируя между посетителями центра.

Только на эскалаторе он заметил, что преследователи поднимались следом за ним! А наверху его поджидал муж клиентки. Видимо, поднялся на лифте.

В подобных ситуациях жить хочется как никогда! Особенно когда с тобой хотят немедленно расправиться. Мозги начинают соображать и крутиться быстрее секундной стрелки. Откуда-то из глубин сознания появляется способность к скоростному бегу и беглому чтению. И уже на ходу, резко меняя курс следования, Иван прочитал вывески, мелькающие по пути, и понял — вот оно, спасение! Аквапарк «Семь морей»!

Он бросился в холл аквапарка в надежде затеряться там, но за ним тут же побежали охранники «Семи морей», никого, кроме будущей жертвы, вокруг себя не замечая. Натренированные парни, профессионалы. Наверняка и прыгать через турникет умеют, как он…

Иван не ошибся — следом за ним через турникет прыгнули оба охранника, и погоня продолжилась по территории аквапарка. Иван попытался утешить себя тем, что «полководца» больше не видно, сдулся мужик, но утешение было слабым. Он уже слышал шумное дыхание бугаев и возмущенные вскрики сметаемых ими с пути отдыхающих…

Плавательно-развлекательная зона аквапарка была полна посетителей, купающихся в бассейнах и катающихся с многочисленных водяных горок. Иван решил спасаться бегством вдоль бортика бассейна. Охранники ринулись за ним, роняя в воду тех, кто прогуливался рядом. Особенно не повезло одному парню. Ему пришлось выбираться из воды дважды — сначала его откинул в сторону первый бугай, затем второй отмахнулся от него, выкарабкивающегося из бассейна. Иван не заметил, как охранник обежал бассейн с другого края, и теперь оба телохранителя, медленно приближаясь и радостно улыбаясь, замыкали круг, в котором он оказался. Ловушка!

Как бы не так, прищурился Иван, заметив ближайшую крытую горку. Он шагнул к лестнице, которая вела на самый ее верх, и быстро побежал по ней. Разумеется, охранники направились следом. Сквозь шум аквапарка он отлично слышал громкий топот их здоровенных ног.

Наверху горки Иван осмотрелся. Отступать было некуда — позади бугаи. Но и впереди маячил крепкий мускулистый парень-качок. Когда-то Иван собирался записаться в спортивную секцию и тоже… О, об этом даже вспоминать некогда!

Качок явно не спешил, основательно примериваясь к предстоящему скоростному спуску, словно от этого зависела его дальнейшая судьба. В другой раз Иван обязательно бы извинился — только не сейчас. Он оттолкнул претендента и прыгнул в трубу водного аттракциона сам.

Уши сразу заложило, потому что скорость оказалась запредельной. Тело стало ломить от слишком быстрого перемещения по непонятной поверхности, больше схожей с занозистым деревом, чем с современным пластиком. Каждый поворот трубы болью отдавался не только в ушибленных местах, но и в голове. Иван закричал! Не такого он ожидал от обычной водяной горки. Не такого!

Плюх! — труба выплюнула его… на опушку леса. И вовсе это была не труба.

Первое, что ощутил Иван, оказавшись на мягкой траве, — острую боль в затылке, которым сильно ударился о землю. И он решил, что окружающее ему мерещится. Не мог же посередине бассейна оказаться натуральный оазис! Или мог? Иван поднялся и огляделся. Никаких изысканных красот поблизости не наблюдалось. Зато лес поражал внезапной явью. Птицы щебетали, цветы благоухали, ветви деревьев покачивались в такт свежему летнему ветерку. Красотища! Только где аквапарк?!

Он огляделся еще раз в поисках чего-нибудь знакомого и хмыкнул, остановившись взглядом на дупле. Обычно мыслительный процесс у него шел быстро. Пазлы загадок складывались правильно и, что самое важное, достаточно реалистично. А здесь что такое творится? Получалось, что он вылетел сюда не из трубы водяной горки, а прямиком из этого дупла.

Иван похлопал себя по карманам — мокрые. Да и из него самого, как из постиранного полотенца, воду можно было выжимать. Значит, он точно в аквапарке был и с горки спускался. Куда? В дупло? Сильно же он головой ударился!

Иван подошел ближе к большому ветвистому дереву, своей кроной заслонившему небо, и заглянул в его темное нутро.

Оттуда, как кролик из шляпы фокусника, выскочила лохматая седая голова. Беззубая ухмыляющаяся физиономия, бородатая, колючая, морщинистая, уставилась на него как на родного.

— Наконец-то ты здесь, Ваня, — торопливо сказала голова, растерянно бегая мутными, как туман, глазами по сторонам.

Иван, испугавшись, стукнул по говорящей голове кулаком и отпрянул от нее на безопасное расстояние. Только за извилистую корягу зацепился. Когда падал на зеленую траву, успел заметить, что страшная голова из дупла исчезла. Вроде бы прошел морок. Он облегченно вздохнул. Чертовщина какая-то мерещится после удара!

— Весь в отца, — послышался позади него недовольный старческий голос.

Только этого ему не хватало! Не исчезла никуда голова. Иван обернулся и увидел невысокого сгорбленного старца, сидящего на ближайшем пне. Пазлы складываться отказались: из дупла старик мог переместиться на пень только самым необычным образом — магическим. Получалось, что этот старик — маг. Тогда его лучше называть старцем и больше не обижать, а то и без того он сидит недовольный и за глаз держится. Ахинея какая-то.

— Где я? — попытался узнать у него Иван. Как говорится, плохой мир лучше доброй ссоры. Вдруг старик зла не помнит и что-то дельное скажет.

Но тот продолжил свою игру. Усмехнулся так снисходительно, словно перед ним маленький ребенок стоял, и ответил:

— Где-где — в Белогорье! — И улыбнулся беззубо так радушно, будто всю жизнь Ивана здесь на пне ждал.

— Неужели «полководец» меня из Москвы вывез? — резонно подумал Иван вслух.

Он прикинул, далеко ли Белогорье от МКАДа. Как теперь обратно добираться? На перекладных только. Такси в лес не закажешь — устанешь объяснять, к какой опушке подъехать, чтобы его забрать. Ни один навигатор не справится с такой задачей — прямиком вывезти Ивана отсюда в Москву.

А дед, по всей видимости, грибник, решил Иван. Сильно же этого хлипкого старика помотало, пока он за опятами ходил. Одежда на нем с дырами, будто лес за «тихого охотника» цеплялся, грибную добычу не отдавал… Поношенная шапка явно не на тех режимах стирки освежалась — скукожилась. Борода немыта — видимо, у старика в деревне надолго горячую воду отключили. Не повезло деду! Явно не повезло.

— Ваня, Ваня! — не унимался старец. — Слушай ме… — И замолчал — стал принюхиваться и прислушиваться. — Они уже это… близко! И мое волшебство их не остановит!

ЗАСЕКРЕЧЕНО КОМПЕТЕНТНЫМИ ОРГАНАМИ

Суетливый какой-то дед к нему привязался. Иван передернул плечами. Ну чего пристает?! Ему нужно думать, как из леса выбраться! Столько встреч назначено, столько клиентов, дорога каждая минута, она у мага Светозара недешево стоит. А Иван тут беседы приятельские ведет с малознакомыми личностями. Он отмахнулся от старика и полез в карман за телефоном, моля небеса, чтобы тот после плавания в бассейне не пострадал. Без мобильного телефона Иван как без рук! Все в нем, вся его жизнь, вместе с клиентами и Интернетом. Пешком тридцать километров до столицы дотопать не каждый сможет. А то и больше тридцати. Кто ж его знает? Дед вон какой-то чудной, от крика птицы как от чумы шарахается.

— Тихо, — сказал старец и лег на землю.

Иван тут же вспомнил, что читал в какой-то книге, что раньше ухо к земле прикладывали, чтобы топот коней услышать заранее.

Связи никакой не было, телефон хоть и цел остался, но оказался бесполезен — никому дозвониться нельзя. Да и некому Ивану звонить-то. Не у кого помощи просить. Нет у него друзей. В телефонной книге забиты одни номера клиентов и нужных людей, которые спасать его явно не ринутся. Даже его любимая электронная голосовая помощница в этом случае совершенно бесполезна. По-любому получается, что выбираться из леса придется самому.

Иван принялся раздумывать, в какую сторону ему лучше пойти. Но думал недолго: главное — уйти от чудного старика, пусть тот сам с собой забавляется, а не заблудившихся путников пугает.

Пошел он по тропинке в сторону солнца, рядом с которым отчего-то луна маячила, начал мох на стволах деревьев рассматривать. Там, где его больше, должна быть северная сторона или южная? Забыл!

— Тьфу ты! — выругался в сердцах Иван, перед которым на тропинке неожиданно оказался старец с посохом. — Слышь, Хоттабыч, отвали! — Вот надоедливый старикан. — А то я сейчас возьму волшебную палочку — и ты исчезнешь!

Иван поднял какую-то палку и замахнулся ею на старика — сколько можно терпеть его выходки?! Шел бы себе поганки собирать! Чего прицепился?! Не может помочь — Иван сам справится, так хоть бы не мешался под ногами…

— Опа! — обомлел Иван, глядя на то, как у него в руке вместо палки веточка зеленая колышется. Судя по всему, сорванная с того самого огромного дерева, из дупла которого он вывалился. Что за фокус? Этому должно быть какое-то логическое объяснение. — А-а-а-а! Я понял! Бугаи «полководца» меня все-таки поймали и избили. И лежу я сейчас где-нибудь в больнице без сознания. И это все, — Иван тяжело вздохнул, глядя перед собой, — мне кажется.

— Тебе не кажется, Ваня. — Старец снова каким-то непостижимым образом оказался перед Иваном и поглядел на него добрыми сострадательными глазами. — Это я тебя домой вернул!

— Домой?! — удивился Иван. Совсем старик спятил, черникой объевшись. — Угу. Извини, дед, хвоста нет, а то бы помахал от радости.

— Хочешь хвост? — ласково поинтересовался старец. — Так помаши им, Ванюша!

Если ко всему здесь происходящему, решил Иван, относиться с долей иронии, то рано или поздно мозги встанут на место. Реальность, какая бы она ни была, для него сейчас гораздо лучше любой фантазии. А нафантазировать дед может что угодно. Даже хвост. Иван поглядел себе за спину. Там у него из штанов торчал пушистый хвостище, как у псовой лисицы или енота!

— Что и требовалось доказать, — сказал Иван и повилял хвостом, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям. — Я в коме. Спасибо, дедуля!

— Да чтоб тебя! — всплеснул руками старец и побежал вслед за довольным Иваном, наконец-то нашедшим реальное логическое объяснение своему странному перемещению из бассейна на лесную опушку.

Переубедить Ивана было невозможно. Да и в чем? В том, что в «дорожную карту» аквапарка включили лес с грибниками и открыли новый вид аттракционов? Теперь каждый искупавшийся получает возможность путешествовать по воображаемым просторам земли русской!

А просторы были хороши. Иван зашел на пригорок и невольно залюбовался открывшимся видом.

Высокие холмы чередовались с небольшими, покрытыми яркой зеленью равнинами — чем не подмосковный пейзаж? Шумный лес оставался позади, дальше расстилалась хоть и незнакомая, но вполне обитаемая местность. Вдалеке виднелись жилые строения. Разумеется, не небоскребы, но и за МКАДом люди живут. И как живут! У них тут и воздух чище, и небо ярче, и солнце… Стоп, сказал себе Иван, такого не может быть, чтобы в одно время на небе были и солнце, и луна!

Тем не менее так и было. Солнце с луной словно стремились друг к другу, искажая астрономические познания Ивана. Он точно знал, что двум светилам на одном небосклоне не бывать. Мерещится ему это.

Иван поморщился и принялся рассматривать окрестности дальше. Вдали виднелись серые крыши невысоких изб, ютившихся возле высокой крепостной стены. Она охраняла не их покой. Стена защищала величественный каменный терем, окруженный добротными домами, как князь подданными. Одной стороной крепостная стена стояла на крутом обрыве, внизу текла извилистая река. На заднем плане, где-то совсем далеко, виднелись горы, снежными шапками вершин упирающиеся в облака.

— А ничего у меня в голове, красочно, — подумал вслух Иван.

— Да не в голове это у тебя, а взаправду — не унимался беспокойный старец, суетясь рядом с Иваном. — Да как ты не поймешь? Ты — сын Ильи Муромца! И только ты нас сможешь спасти!

— Чей я сын? — переспросил Иван, припоминая эти имя и фамилию.

— Муромца! — твердил старец, от нетерпения покачивая седой головой — до чего ж непонятливый парень ему попался. — Ильи!

— Отлично, — иронично усмехнулся Иван, — а че не Микки-Мауса?

— Не ведом мне богатырь Микки-Маус, — задумался старец, по лицу которого пробежала тень сомнения.

— Все, дед, уже не смешно, — отвернулся от него Иван и пошел дальше. По прикидкам, к вечеру до селения он наверняка доберется, там спросит, что к чему, поест, поспит, а назавтра такси вызовет.

— Послушай, Ваня! — Старец не выдержал и треснул его по макушке посохом. Сколько можно?! Когда только до этого олуха дойдет, что он в сказку попал?!

— Ты че, дедуля, спятил?! — обиделся Иван, хватаясь за свою пострадавшую дважды голову.

— Много лет назад, — быстро заговорил тот, — твои родители попросили меня схоронить тебя в другом мире…

Иван остановился, повернулся к взбалмошному старику, посмотрел на него внимательно сверху вниз. Солнце с луной, что ли, голову напекли?

— Какие родители? Я детдомовский! — в очередной раз сдерживал себя Иван, чтобы приставшему хлипкому на вид деду пинка не дать. Нет, он уважал стариков, но они же могли кого угодно из себя вывести. — Меня, дед, к твоему сведению, вообще в лесу нашли!

Только тот, вместо того чтобы разочароваться, наоборот, обрадовался.

— Так это я тебя в дупле спрятал! — И снова улыбнулся: мол, самое лучшее место для него нашел.

Час от часу не легче с этим волшебником. Чего еще придумает? Или так и было? Иван повернулся к лесу. Ну да. Там есть дерево. Еще бы ему там не быть, лес же… в нем дупло… Подумаешь, невидаль! Дупло. Из этого дупла Иван в Белогорье вывалился. И встретил его старец, который говорит, что спрятал маленького Ивана в дупле. Все сходится. Хорошая легенда. Только вот он не разведчик. И домой хочет, обратно… В свой привычный комфортный мир.

— Не успели! — Старик внезапно изменился в лице.

Кто куда опоздал, Иван не понял. Вот он точно не успел руку отдернуть, в которую старик вцепился. Нет, может, и неплохой дед человек, только ему явно недостает санаторно-курортного лечения. Отдыхать нужно от воображаемых миров! Иначе крыша поедет вместе с бурной фантазией.

— Это перстень твоего отца, — зашептал ему тем временем старик и надел на палец печатку с изображением солнца, очень похожего на его золотой талисман. — Все, кажись, нашли меня, Ваня! — И старик рухнул на землю.

Иван опешил, увидев торчащую из спины деда стрелу. Ладно бы этим дело кончилось! Дальше — хуже. Раненого деда каким-то дымом заволокло! Когда он рассеялся, старика не было. Исчез. А тут еще прямо на Ивана скакали пятеро всадников! Среди них тот, который в деда стрелу выпустил. Не любил, видимо, приставучих грибников. Да и к Ивану особого трепета парни явно не испытывали — окружили его плотным кольцом и воинственно достали мечи из ножен.

— Так, стоп-стоп, ребят, я ничего не видел, — запаниковал Иван, испуганно зажав свой хвост между ног.

Да тут кто угодно испугается! Пятеро стражников в полной боевой комплектации, готовые сорваться и мечами порубить, скачут на тебя во весь опор. И это явно не кино! И уж тем более не кома. Хотя кто знает, может, после этой встречи он в ней и окажется. И, следует заметить, это лучший вариант, чем гибель.

— Я ничего не видел, меня здесь не было, — продолжал настаивать Иван, скрещивая перед собой руки. Вот он, тот самый момент, когда лучше сквозь землю провалиться, чем к этим ребятам попасть. И отчего он не маг на самом-то деле?! — Э-э- э-э-э, вы знаете, кто я?! — прокричал он наступающим на него стражникам. — Мой отец этот… Илья Муромец!

А, была не была!

— О'кей, — решился он, — подходите! — И Иван принял боевую стойку, подсмотренную им в популярных кинофильмах.

Ладно-ладно, схитрил немного — не занимался он никогда борьбой, но видел, как это делали другие. Пусть не так здорово у него получилось. Пусть у него совсем ничего не получилось и пришлось отступать… Хуже всего то, что он развернулся и побежал в лес, а там по дороге попался ему толстый сук дерева. И совсем плохо стало, когда Иван со всего маху в него врезался. Перед тем как потерять сознание, напоследок пришло ему ясное понимание того, что запахи здесь острее, цвета резче, ощущения ярче. Сказка, одним словом.

Склонившись над Иваном, стражники пожали плечами и надели ему на голову мешок.

Княжеские палаты не пустовали. Трехъярусные хоромы вмещали в себя достаточное количество народу чтобы хозяину терема не бывало в нем скучно. Высокие расписные потолки Тронной палаты внушали величие всякому кто в них оказывался. Затейливая деревянная резьба вызывала невольный трепет перед мастерством художников, постаравшихся ради княжеской славы. Яркие разноцветные балясины на лестницах и диковинные изразцы на печах веселили глаз. Из тусклых оконцев, затянутых слюдяной пленкой, внутрь терема проникало совсем немного Дневного света, так что в оформлении палат преобладал красный цвет с искристой позолотой. Пестрые узорчатые украшения интерьера настраивали на праздничный лад и молодецкие забавы.

Княжая дума сидела в столовых хоромах. Бояре могли целыми днями напролет пить отменный хмельной мед, закусывая его поданными с кухни разнообразными блюдами. Здесь князь устраивал с боярами советы и пиры. Чаще всего оба мероприятия совмещались и дополнялись игрищами и музыкой. Игрища были не просто развлечением, а воинскими тренировками, в которых князь и его дружинники состязались между собой. Правда, смельчаки, готовые бросить вызов самому князю — Добрыне Никитичу, — в очередь не выстраивались.

1. Первое впечатление — уважительное.

2. Возраст — зрелый.

3. Социальное положение — единовластный правитель Белогорья.

4. Внешность — богатырская.

5. Психотип — сангвиник, экстраверт. До смерти не любит чужих советов. В смысле — до смерти советчиков.

6. Характер — компанейский, любит застолья и игрища. При этом беспощаден к своим врагам.

7. Личная жизнь — женат на Варваре. Но жена не стена…

8. Хобби — порабощать зло во имя добра. В совершенстве владеет всеми видами оружия.

9. Волшебные навыки — есть у жены, которая всецело ему предана.

10. Если ему перейдет дорогу черная кошка, то право пройти дальше первой уступит жене. Редчайший случай, чтобы кому-то уступил, — не любит быть вторым. А с Варварой шутки плохи.

Богатырь славился силой и смелостью. Его широкое улыбчивое лицо с темной бородой и усами, с мелкими морщинками возле светлых глаз источало доброжелательность и спокойствие. Каждый день он устраивал пышные застолья, щедро угощая бояр и близких к нему стражников. Всякий стремился попасть на княжескую пирушку, чтобы посмотреть на славного богатыря и набить пузо. Но Добрыня не только угощал гостей яствами — на стену трапезной вешали большой деревянный щит для соревнований в метании меча и топора. Бояре и случайные гости княжеского пира тогда чуть под столы не лезли — только бы их не заставили участвовать в состязаниях.

На крепком щите, отразившем немало атак, был изображен Добрыня, убивающий трехголового Змея Горыныча. Было ли это на самом деле или не было — никто не знал. Но выступать против Добрыни себе дороже — разве что меткими бросками выразить свое несогласие с предложенным сюжетом. И вот в щит сначала один топор вонзился, едва удержался, за ним второй прилетел, но только обухом ударился и отскочил в сторону. Заулюлюкали бояре неудачливым стражникам следом за довольным Добрыней.

— А ну-ка, — сказал богатырь, вставая из-за стола, — давай я попробую! Несите меч.

Встал Добрыня — как гора с места сдвинулась: высокий, сильный, уверенный в себе воин, перед которым никто еще не устоял. Кинул он взгляд на каменную статую богатыря Ильи Муромца, стоявшую рядом со щитом, нахмурился.

— Меч Добрыне Никитичу! — прокричал главный боярин.

Заволновались гости в предчувствии удачного броска. Постоянные участники думы знали, что за приказом последует, поставили чарки на стол, жевать перестали и принялись внимательно следить за Добрыней. Двое стражников принесли ему меч с таким видом, словно сам терем передвигали. Усмехнулся, на них глядя, Добрыня Никитич. Слуги тут же принялись ему завязывать глаза черной повязкой.

— Ой же, что будет! — выдохнул зал.

А Добрыня с закрытыми глазами раскрутил со всей силы свой боевой меч и отпустил на волю. Меч вонзился прямо в глаз Змею Горынычу! Треснул щит и раскололся пополам. Довольный богатырь снял черную повязку с глаз и рассмеялся. Встал над осколками Добрыня, плечи расправил, грудь выпятил: дескать, видели?! Видели, видели — усердно закивали хмельные бояре. Еще ни разу наш Добрыня не промахивался.

— За князя нашего — Добрыню! — угодливо прокричал главный боярин, радостно тряся длинной бородой.

Сидевшие в углу музыканты, будто на них вылили ведро кипятка, резво подпрыгнули и заиграли. Гусли, балалайки, дудки — все дружно затренькали, задудели, прославляя Добрыню, и пир продолжился дальше.

Богатырь снова выиграл первенство. Никому до него не удавалось крепкий щит одним ударом расколоть, да еще с завязанными глазами. Мощь богатырская в единоборствах только оттачивалась. Не осталось в Белогорье человека, равного ему по силам и воинскому умению.

В этот момент и завели стражники в зал Ивана.

— Отпустите! Куда вы меня тащите?! — кричал он, стараясь вырваться из цепких рук двух крепких на вид угрюмых бородачей.

В зале воцарилась такая тишина, что если б комар пропищал, оглох бы от собственного писка. Слишком уж вид был у приведенного странный — иноземная одежда на нем болталась, да и кричал он слишком нагло. Одно его оправдывало — мешок на голове. Похоже, не видел бедолага и не понимал, куда его привели.

— Государь-батюшка, чужеземца поймали, — уважительно обратился один из захватчиков Ивана к Добрыне.

— Говорит, что он сын Ильи Муромца, — добавил второй стражник с ухмылкой.

Добрыня прищурился, внимательно оглядел вошедших. Кто посмел ему пир испортить?! Неужели сын самого Ильи Муромца, заколдованного и в камень обращенного?! Добрыня щелкнул пальцами и приказал стражникам снять мешок с головы Ивана. Мол, негоже сына богатырского в таком виде принимать.

Опомнился Иван, когда с него мешок сняли, только осмотреться не успел — возмущаться начал:

— Не, это уже перебор. Это что, розыгрыш? — И уставился на удивленных присмиревших бояр. А те и не знали, как реагировать на новое развлечение. Такого представления еще не было. Сын богатырский? Или нет? А вдруг и правда сын. Кто его знает. — Меня снимают? — обратился Иван к ближайшему боярину с окладистой рыжей бородой, сидящему за крайним столом.

— Чур меня! — тот от него отпрянул и перекрестился.

— Где продюсер? — принялся требовать Иван, словно пыльным мешком ударенный. Он грозно обратился к Добрыне: — Кто здесь главный?! Дайте мне позвонить! — И стал завязанными руками трясти.

Добрыня нахмурился и направился вытаскивать из стены свой боевой меч. С мечом он подошел к Ивану, грозно на него посмотрел — и вдруг…

— Глазам не верю! — вскрикнул поменявшийся в лице Добрыня Никитич. — Ты — сын Ильи!

У Ивана на пальце блеснул огнем перстень-печатка, подаренный старцем. Заметил его Добрыня и показал свой — точно такой же. Солнце на нем лучами золочеными играло. Перстни были совершенно одинаковыми. Иван пригляделся: точно — словно в одном ювелирном бутике куплены.

Испугались стражники, что промашку сделали — не того за чужака приняли, — стали пятиться. Кто ж знал, оправдывались гримасами, что этот парень — сын Ильи Муромца? На нем же не написано. А вел он себя очень уж странно… Разве что головой ударился.

— Как величать тебя? — спросил Добрыня у Ивана и стал ему мечом веревки на руках перерезать.

— Иваном, — обрадовался тот и расслабился. Наконец-то адекватного мужика встретил. И, забывшись, вильнул хвостом. Заметив испуганную физиономию боярина, он спохватился и спрятал хвост в штаны. И вовремя. Потому что Добрыня Никитич решил представить его собравшимся.

— Встречайте, люди добрые, Иван — сын Ильи Муромца! — прокричал Добрыня и обнял Ивана. Бояре одобрительно загалдели, стали чарками чокаться и за здоровье сына Муромца пить. — Ты где пропадал? — по-дружески хлопнул Добрыня по спине Ивана. — Мы думали, что ты сгинул.

— Ну, — принялся искать ответ Иван, стараясь выкрутиться без потерь, — я там… путешествовал, — внезапно пришла ему в голову идея. Очень неплохая, между прочим, на нее и раньше многие «покупались». — Учился еще. Повышал мастерство. То да се…

Он постарался скрыть свое смущение от незнакомой мало привычной обстановки. Чаще такие декорации Иван видел на разных съемках. Студии были оформлены под расписные терема. Он поднял глаза и огляделся — нет, ни камер не видно, ни помощников режиссера, ни артистов. На съемочной площадке обязательно кто-нибудь знакомый промелькнул бы и его узнал, за автографом бы подошел. Да и запахи… Он принюхался. Ароматы дорогущих блюд. Жареные лебеди на столах. И массовка знатная, на одежду старинную не поскупились. Наверняка из бюджета фильма вылезли. Или это не фильм вовсе? Неужели придется поверить, что это сказка?

— А вот и Варварушка, жена моя! — прокричал довольный Добрыня в сторону открывшейся двери.

Иван сначала обрадовался, что ему больше не придется оправдываться, где он был и что делал. Но, увидев идущую к ним женщину, почувствовал приближение опасности. Ее красота была холодная и отталкивающая. Тонкие губы сжаты, серые стальные глаза насквозь пронзают, а царственная осанка невольно заставляет согнуться. Не гостеприимная, видимо, хозяйка была Варвара, не то что ее муж. Но Иван здесь и не собирался задерживаться.

— Здрасьте, — кивнул он деловито Варваре. — Прекрасно выглядите! — Какой-никакой, а комплимент любой красавице лучше сделать, пока она сама чего не наделала. Скандал устроит или еще чего хуже. Вдруг набросится на непрошеного гостя! С таким видом — запросто. — Очень красивый у вас халат… платье… ну вот это, — он ткнул пальцем в ее дорогое одеяние, — что на вас надето…

И что с Иваном случилось? Раньше он с молодыми девчонками не тушевался, быстро общий язык находил. А тут запнулся и сконфуженно замолчал.

— Это Иван, сын Ильи Муромца, — между тем радостно говорил Варваре ее муж Добрыня Никитич. — Узнаешь? Похож на отца — богатырь! — И он по-отечески потрепал Ивана по волосам.

Иван только и смог что плечами пожать. Ну да, так и есть, этот он самый — сын Ильи.

— Что ж ты, Добрынюшка, гостя изводишь? — прищурилась Варвара. Но голосом таким ласковым сказала, что никто не заметил ее волнения. — Он же с дороги…

— И то правда, — развел руками Добрыня. — Устал Иван наш. Отвести добра молодца в опочивальню!

Бояре закивали: мол, правда ваша — сначала спать уложи, потом накорми, а в последнюю очередь расспрашивай. Или накорми, уложи — но вопросы все равно на потом оставляй. Довольная Варвара кивнула Добрыне и взяла Ивана под руку.

Она быстро вывела его из шумной трапезной. Двое стражников пошли за Варварой как привязанные. В длинном темном коридоре Иван решил начать действовать. Ладно там богатырь — мужик боевого вида и темперамента, а тут женщина — натура жалостливая и мягкая, на уговоры больше податливая.

— Женщина, — обратился к Варваре Иван — и вовремя одумался: тетки-то не любят, когда к ним так обращаются. Чем моложе назовешь, тем лучше будет результат. — Девушка! Я тут подумал — не нужно мне в опочивальню. Вы просто такси мне вызовите, а то…

Варвара словно его не видела, к стражникам повернулась.

— В подземелье его! — и голосом таким произнесла, что он вздрогнул.

А стражники и рады стараться — потащили Ивана куда-то.

— Вы чего творите, женщина?! — закричал он на весь терем в надежде, что Добрыня Никитич, друг его отца, услышит. Только в столовых хоромах снова шальная музыка заиграла, и хмельные бояре загудели. — Какое подземелье?! Э-э-э, не слушайте ее! — принялся Иван отговаривать стражников. — Вождь сказал — в опочивальню!

Только стражники, как каменные истуканы, дальше топали и мрачными физиономиями выразили полную готовность слушать зловредную бабу, а не доводы пленника.

Но полагаться на судьбу-злодейку Иван вовсе не собирался. Если эти чудилы думают, что они в сказке, то он им подыграет. Когда-нибудь это представление закончится, и он им все припомнит. С его-то мозгами придумать ответный прикол не составит труда.

— Вы об этом пожалеете, — пригрозил Иван стражникам, тащившим его по длинному темному коридору.

Как в поговорке — чем дальше, тем страшнее ему становилось. Музыка из столовых хором совсем стихла, голоса больше не слышались, да еще такая темень подступила — как с закрытыми глазами идешь. Впрочем, Ивану путь не надо было искать — его волокли стражники. Он терялся в догадках — чем насолил Варваре, раз она так жестоко с ним поступила?! И пяти минут он не простоял перед Добрыней, как успел стать ее врагом. Или она действовала по принципу «Вали кулём — потом разберём!»? Но с каждым шагом Иван убеждался в том, что может задержаться в мрачном подземелье надолго. Испуг толкал его на активные действия. Пару раз он попробовал вырваться, пару раз пообещал горы золотые. Но на этих конкретных Варвариных холопов никакие его уговоры не действовали.

В подземелье, в его непроглядной темноте, таились зловещие призраки. Длинный коридор терема плавно перешел в тюремный. Помещения стали меньше, потолки ниже, появились решетки по бокам — камеры, в которых содержались пленники. Чем они не угодили жене князя, понять было трудно. Иван обратил внимание на странную тетку в лохмотьях, прильнувшую к решеткам и вперившую любопытный взгляд в нового пленника. Иван инстинктивно отшатнулся от нее: вдруг вытянет когтистую руку и зацепится за него — так отчего-то подумалось. Только в той стороне, куда он шагнул, из тьмы загорелись два желтых глаза. Не человеческие глазищи! Ужас! Тьфу-тьфу!

Стражники подхватили шарахающегося в стороны пленника и потащили дальше.

— …У меня дядя полковник: один звонок — и вам не поздоровится, — попытался он припугнуть их, все еще не теряя надежды каким-то непостижимым образом выбраться отсюда.

Разумеется, никто не обратил внимания на его слова. Вместо этого стражники приволокли Ивана на самый нижний ярус подземелья. Духота, сырость, запахи похлеще, чем на помойке, — и тишина. Кандалы чьи-то забренчали тоскливо, напоминая аккорды шансона. Огляделся Иван, но толком рассмотреть ему ничего не удалось. Настенный факел еле коптил, больше сам себя освещал и здоровенную толстую фигуру еще одного Варвариного опричника. Видимо, главного здесь.

Окинул тот Ивана беглым взглядом и принялся шарить по его одежде. А перед этим достал небольшой мешок, куда затем принялся складывать конфискованное у нового пленника имущество. Ценное, между прочим! Иван попытался возмутиться, да заметил, что над столом этого главного опричника висят такие же похожие мешки. Значит, подумал Иван, процедура у них отлажена четко, сопротивляться бесполезно.

Телефон, ключи от автомобиля и квартиры, портмоне с деньгами — все собрал в мешок тюремщик. Хоть бы зажигалку оставил! Но и ее туда положил, мешок крепко завязал и ко всем остальным повесил.

— Слушайте, — Иван решил поменять тактику, раз с запугиванием этих бугаев ничего не получилось, — может, договоримся? Не обижу. Перстень вон золотой возьмите!

Не жалко ему было подаренного кольца — свободу он ценил дороже. Иван был слишком молод и свободолюбив, чтобы свои лучшие годы провести в заключении. Лучше бы он в дупле дятлом сидеть остался!

Толстый опричник встрепенулся, на его угрюмой физиономии даже появился проблеск мысли. Только ничем хорошим для Ивана это не закончилось. Толстяк схватил его палец и принялся со всей дури перстень стаскивать!

— Больно же! — опешил Иван, к которому пришло осознание того, что договориться с тюремщиками не получится — они все сами возьмут, что ни предложи.

Камера, куда поместили Ивана, не отличалась комфортным разнообразием от других, мимо которых он проходил. Те же темнота, сырость — вода с потолка капала, за час можно ведро набрать. Вонь несусветная и цепи — ими руки Ивана пристегнули к потолку.

В качестве бонуса, судя по всему, Ивану достался скелет прежнего пленника, скучавший в углу тюремного помещения. Это навело его на мысль о постановочных сценах, и в голове вновь замельтешила мысль о розыгрыше. Он криво усмехнулся и шутливо поздоровался со скелетом.

— Да ладно! — обомлел Иван, которому показалось, что скелет кивнул. Мерещится. — Выпустите меня отсюда! — прокричал он громко, не глядя на сомнительного соседа по камере. — Что за бред вообще?! Эй! Есть хочу! Дайте хоть попить!

Ответом ему стал ручеек, весело сбегающий с потолка прямо перед его лицом. Он попробовал дотянуться до воды, но тюремщики все точно рассчитали — ничего у Ивана не получилось. Изощренная это пытка — смотреть на воду, когда хочешь пить.

— Эй! — тогда прокричал Иван. — Добрыню позовите! — Если не розыгрыш, то дела у него плохи. Слишком красноречиво говорил об этом молчащий в углу скелет. — Эй!

— Не ори… — раздался из противоположной камеры недовольный грубый голос.

Иван замолчал и присмотрелся, для чего, насколько мог, приблизился к решетке. Все что угодно он ожидал там увидеть, кроме того, что увидел.

В сумраке подземелья он смог разглядеть силуэт распятого человека. Пытка водой показалась ему сущим пустяком по сравнению с увиденным наказанием. Мало того что мужика распяли — его еще подвесили к потолку цепями по частям. Иван дернулся всем телом, словно захотел убедиться, что его руки, ноги и поджатый от испуга хвост все еще с ним. Нормальные, не замороженные! Мужику вдвойне не повезло — его руки и ноги были отделены от тела и заключены в куски льда. Те куски и висели на цепях вместе с головой, у которой изо льда торчало только лицо. Оттуда и шел низкий мужской голос.

— Совсем плохо выгляжу? — мрачно поинтересовалось лицо. На внешний вид брутальное, с насупленными бровями, тонкими губами и с глазами, в которых тоже затаился лед равнодушия к собственной участи.

Видимо, мужику надеяться больше не на кого было.

— Что они с вами сделали?! — ужаснулся Иван, примеряя на себя его незавидную участь.

— Разделили, — спокойно произнес пленник. — Заморозили. Обычное дело. — И неожиданно признался: — Нога чешется.

Иван поразился, когда увидел, как внутри льда зашевелились пальцы на отделенной от тела ноге мужика. Едва выдавил из себя:

— Ага… Понял — обычное дело. — На самом деле ничего он не понял. Но очень старался вникнуть в положение. Прикидываться слишком понятливым не было никакой нужды, так что он передумал притворяться и решил докопаться до сути. — А как вы разговариваете?! — поинтересовался Иван, озвучив свою догадку про сказочных персонажей. — Вы кто?!

— Кощей я, — представился мужик самым обычным образом, словно сказал о том, что он Василий Васильевич Васильев.

— Неужели?! — не поверил Иван. — Ну да… тот самый, который над златом чахнет? — И улыбнулся своей шутке. Кощей так посмотрел на Ивана, что тот с ним дальше шутить передумал. — Очень приятно, — спохватился он. — Ваня.

— Да знаю я, кто ты, — устало произнес Кощей. — И откуда знаю… Иван, сын Ильи Муромца. Из другого мира.

Иван растерялся. Откуда Кощей, сидя… вернее, стоя… нет, правильней всего — вися в подземелье, мог о нем слышать? И что они все твердят про Илью Муромца? Не было у Ивана отца. Нет, разумеется, теоретически и биологически он был, как же без него. Но какой тогда другой мир? О чем этот мужик говорит? Кощей он — скажет тоже! Тогда Иван — балерина Большого театра.

— Кощей? — не поверил Иван. — Другой мир?

Хмыкнул Кощей в ответ снисходительно: мол, не у всех такая светлая лысая голова, как у него. Есть непроходимые тугодумы, и один экземпляр сейчас как раз перед ним стоит.

— Тебя там спрятали, и вот ты вернулся, — усмехнулся Кощей, решивший поведать истинную историю Иванова детства. — Ну, милости просим.

— Погодите, — возразил Иван, — если мой мир — другой, то здесь что? Я где вообще?

— Где-где, — повторил Кощей устало. — В Белогорье.

И закашлял после этого — простудился. По идее. Кощей бессмертный, но не вечно же здоровый. Посиди во льду — сразу ангину подхватишь, этот еще держится, и не только на своих цепях. Хоть по виду он очень уставший от жизни старик.

Так и прервалась их содержательная беседа. Иван прижался лбом к решетке и буквально заставил себя вынести неутешительный вердикт:

— Белогорье. Богатыри, Кощей… Я что, реально в сказку попал?!

Большая скрипучая телега с водруженной на ней клеткой показалась из темноты наступившей ночи. Стражники, охранявшие въездные ворота в княжеский терем, переглянулись. Кого нечистая принесла? В такой тьме путешествуют только самые отчаянные разбойники. Главный стражник поспешил зажечь факел, чтобы хорошенько рассмотреть непрошеных гостей и уже после того запретить им въезд на княжеский двор. Пусть до утра дожидаются, когда все и всех хорошенько рассмотреть можно! Мало ли что.

Факел стражника осветил тесную клетку с направленными внутрь металлическими шипами, между которыми виднелась скрюченная тень. Так обращались с закоренелыми преступниками, если ловить их пришлось на протяжении долгого времени. Словно бы мстили за непослушание. Мол, мы за тобой бегали-бегали по горам и весям, так и ты прокатись в особенной карете: только на кочке потеряешь равновесие — сразу шип тебе в мягкое место. Но тень держалась бодро, хоть и скрючилась порядком.

— Кого привезли? — поинтересовался стражник у сопровождавших клетку соратников, выступивших из темноты. И поднес свой факел ближе к тени. Та дунула на него — огонь погас. — Чур! Чур меня! — испуганно отпрянул главный стражник.

— Бабу Ягу изловили, — объяснил свой поздний приезд сопровождающий и принялся открывать клетку.

— Добре, — вытер внезапно вспотевший лоб главный. — Скоро всю нечисть изничтожим! — И бросил на пленницу злой суровый взгляд.

Вряд ли озабоченная собственной персоной Баба Яга заметила его злые глаза. Гремя цепью, которой ее приковали, она тяжело спускалась с обоза.

— Баба Яга с возу — кобыле легче, — хмыкнул сопровождающий и передал цепь главному стражнику.

— Изничтожат они! — язвительно проскрипела пленница старческим трескучим голосом. — Ты вошь у себя сначала изничтожь!

— Молчи, старая! — прикрикнул на нее главный стражник, судорожно почесав правый бок, и приказал своим помощникам: — Обыскать ее. — После чего на всякий случай почесал и левый.

К Бабе Яге осторожно подошел щуплый невзрачный стражник, судя по всему, новичок еще в этом деле, и принялся осматривать ее изношенную хламиду. С дырой на дыре, кое-где заштопанная грубыми суровыми нитками, давно потерявшая приличный вид, пахнущая кореньями и сушеными жабами, хломида внушала ему неподдельный страх. Еще больший ужас он испытывал от вида самой Бабы Яги — древней старухи с седой паклей волос и сморщенным, как поношенная туфля, лицом, на котором выделялся длинный нос крючком, цепляющийся за тонкие губы.

Она беззвучно шевелила губами, словно повторяла заклинания и проклятия, что ввергало стражника в еще больший трепет. Но он не мог показать испуг, потому старался вести себя с пленницей равнодушно. Сначала он забрал у нее все склянки. Их нельзя было оставлять — все знали, что Баба Яга отменно варит колдовские зелья. Ее услугами раньше пользовались все, у кого водилась звонкая монета. Следом за склянками в мешок полетели коренья, пучки сухих трав и прочие непотребства.

— Смелей щупай, добрый молодец, смелей, — проскрипела, как телега, на которой ее привезли. Баба Яга щуплому стражнику. — Ой, давно меня не щупали! — резвилась она по-девичьи.

Тот смутился и опустил глаза. Как раз на пояс поглядел, где у старухи висела небольшая связка дохлых лягушек. Стражник замешкался, брезгливо морщась: неужели дохлятину ему тоже придется складировать в мешок с вещами пленницы? Гадость какая!

— Сухарей посушила, — тотчас заметила его нерешительность Баба Яга. Взяла одну лягушку из связки, самую вонючую, и поднесла к носу стражника: — Угостишься?

Тот головой мотнул — только такого изыска ему не хватало — и отпрянул от Бабы Яги.

— Готово! — отрапортовал он.

— В темницу ее, — приказал главный стражник, пытавшийся зажечь свой факел, потушенный дуновением Бабы Яги.

— Сначала щупают — потом провожают, жениться на мне собираешься? — Баба Яга подмигнула щуплому и поплелась следом за ним.

Стражники, с чувством выполненного долга глядя ей вслед, облегченно вздохнули.

Иван не мог смириться со своей участью. Мало того, что очутился в застенках, так еще и оказался в другом мире — волшебном. Это уже двойное невезение. И в сказку верится с трудом — хотя, если приглядеться к висящему в камере напротив его темницы Кощею, магия тут налицо. Кстати, о спящих физиономиях…

— Послушайте, мужчина, — вполголоса обратился к дремавшему сказочному злодею Иван.

— Ну чего тебе? — открыл глаза тот.

— А почему я? — продолжил допытываться Иван. Непременно хотел понять, что с ним происходит. — Почему меня из другого мира перенесли?

— Потому что ты сын Ильи! — ответил ему Кощей. Сколько уже можно повторять, когда каждое слово дается с трудом! Сам бы поговорил отрезанной головой.

И вспомнил тут Иван… такое…

Перед тем как по трубе водяной горки в сказку попасть, он оттолкнул в сторону качка-блондина и прыгнул вместо него сам! Вспомнил Иван и тот явно недружелюбный взгляд качка.

— А если это ошибка? — похолодев спросил он. — Если я не сын?

— Если б ты не был сыном Ильи, тебя б сразу убили, а так, может… — Кощей снова простуженно закашлял, после чего продолжил: — Чуток поживешь…

Иван сделал паузу в разговоре, чтобы обдумать услышанное. Рациональное зерно во всем этом присутствовало. Полностью пазл не складывался, но его отдельные части подходили друг к другу, как Кощеевы руки-ноги к туловищу, а оно — к голове. Вроде бы все ладится, только все равно следует проверить на практике — Кощея как бы сложить.

— Допустим, — начал анализировать Иван, — наши миры связаны. Допустим… значит, мне можно и назад вернуться?

— Чтоб дверь в твой мир открыть, надо великим колдуном быть, — вздохнул Кощей, которого разговор с дотошным Иваном утомлял. Но чем еще заниматься в полной изоляции от интересных собеседников? Приходится довольствоваться тем, кто есть. — Можно, конечно, и силой пробиться — мечом-кладенцом проход прорубить, — пояснил он для особо непонятливых.

— И что же это за меч такой, который пространство между мирами прорубает? — . зацепился тут же Иван.

Кощею некуда было деваться, да и время девать тоже было некуда. И решил он тогда всю правду Ивану рассказать. Ну, почти правду, лишь немного приукрашенную.

— Слушай, — сказал Ивану Кощей, — дело было давно… Жил в Белогорье великий колдун…

…Больше похожий на пытливого изобретателя, приятный внешне мужчина в возрасте, окруженный толпой зевак, бросил перед собой зернышко. Взмахнул он над ним своим волшебным посохом, увенчанным магическим кристаллом, прошептал что-то — и вот уже облачко зернышко полило. А пока дождь шел, из зернышка дерево выросло, зазеленело, зацвело. И появились на нем фрукты! Обрадовались зеваки и побежали за корзинками для спелых сладких плодов.

— И был у него ученик-сирота, — продолжал Кощей. — Умом особо не вышел, но стать хотел таким же великим, как учитель…

Увидел Иван, как вышел с посохом тот ученик, умом небогатый. Совершил он манипуляции, которые до этого проделал его учитель. Только облачко почему-то в тучу превратилось, начался ливень, в выросшее из зернышка дерево ударила молния, и оно упало на чей-то дом. Люди испугались, корзинки побросали и в стороны разбежались. Подошел к ученику колдун, забрал посох и дал ему подзатыльник.

— …И поэтому решил колдун стать бессмертным, — рассказал Кощей. — Он знал, что раз в тысячу лет, в день, когда над Царь-горой луна сойдется с солнцем, нужно вложить магический кристалл в меч…

Колдун нарисовал углем на доске план получения бессмертия — как, во что, куда и чего нужно вкладывать, чтобы вечную жизнь получить. Нарисовал он и солнце, и луну над Царь-горой и задумался: что же дальше? Неловкий ученик так загляделся на рисунок, что доску уронил. Укоризненно покачал головой колдун и дал ему подзатыльник. Потом колдун принялся ковать меч-кладенец, никаких физических сил ученика не жалея. Заставил он его раздувать меха и бегать к наковальне. А сам его подзатыльниками подгонял.

— …Наконец меч был готов, — вздохнул Кощей и стал рассказывать дальше.

Последний удар молота по мечу нанес ученик и, обессиленный, чуть не свалился. Потрудился на славу. Только на чью? Взял колдун меч-кладенец, поднял над собой, представляя, как будет совершать ритуал бессмертия. Да вот только меч еще горячий был, обжегся колдун. Вскрикнув от боли, подпрыгнул — и меч уронил. Вывалился тот прямо в яму подпола. Снова разозлился колдун, дал ученику подзатыльник и полез в яму меч доставать.

— …Но учеником овладела зависть, — грустно заметил Кощей.

Не заметил колдун, пока в яме возился, чем наверху занимался его недалекий ученик, поднял он оружие, встал в яме во весь рост и торжественно вознес над собой меч-кладенец. Тут-то на него и свалилась наковальня.

— Он убил учителя и завладел мечом, — зловещим голосом сказал Бессмертный.

Ученик подошел к яме и посмотрел на то, что осталось от его учителя, а потом спустился и забрал оттуда меч.

— И когда над Царь-горой сошлись солнце и луна, ученик соединил кристалл и меч, — проговорил Кощей, явно довольный рассказом.

Перед Иваном показался ученик на высокой горе. Он вытащил кристалл из посоха учителя-колдуна и, взяв его в одну руку, другой поднял меч. А на небе уже сблизились два светила! На их величественном фоне вложил ученик кристалл в эфес меча. И вспыхнуло небо магическим салютом тому, кто получил бессмертие.

— После этого смерть его была заключена в кристалл. А на землю опустилась вечная тьма…

Слова Кощея заставили Ивана вздрогнуть. Как наяву он все видел.

Поднял голову ученик и посмотрел — солнце не выходит из-за луны, все кругом погружается в беспросветную тьму.

— А ученик стал бессмертным. И звали его Кощей! Это был я, — признался Кощей.

Вот те раз! Иван увидел, как над Царь-горой поднялся силуэт могущественного колдуна. От него повеяло таким холодом, что Иван невольно содрогнулся.

— Потом собрал я войско из всякого сброда, одарил их силой и захватил Белогорье, — воинственно продолжил рассказывать Кощей.

Словно наяву, будто рядом с Кощеем тогда стоял, Иван увидел, как подходят сказочные злодеи. Кощей каждого коснулся мечом-кладенцом — и обрели они невиданную силу. Юркая зеленая ящерица превратилась в трехголового Змея Горыныча. Рак, свистевший до этого на горе, стал Водяным — царем речных и озерных глубин. Старая бабка, промышлявшая знахарством, превратилась в бодрую помолодевшую Бабу Ягу ей в подарок за хорошее злодейское поведение досталась летающая ступа.

А Белогорье уже горит и тонет, народ людской стонет. С одной стороны его Змей Горыныч поджег, с другой его Водяной затопил. Баба Яга свой шалаш в избушку на курьих ножках обратила. Та и принялась куриными ногами атаки стражников отражать, пока Баба Яга внутри пряталась и командовала.

— Жили мы, не тужили, — признался Кощей. — До тех пор, пока, — он пренебрежительно фыркнул, — не появились защитнички людские — богатыри. Илья, Добрыня и Алёша со своей дружиной…

К трону в Кощеевых палатах подошли три богатыря.

— В тяжелой битве богатыри одолели меня и отняли меч-кладенец. — Бессмертный вздохнул.

Посмотрел Иван с ухмылкой, как это произошло. На самом деле подошел к Кощею Илья, дал ему под дых и забрал Кладенец.

— Дабы не искушать себя силой меча, богатыри разделили силу и бессмертие, — прищурился Кощей, начиная открывать великую тайну. — Блеснул кристалл в руках богатыря, который вынул его из эфеса меча. И сразу солнце вышло из-за луны — обрадовался народ. Пока Алёша Попович меня в темницу отвозил, на меч заклятие наложили, и Илья его спрятал, а Добрыня кристалл схоронил…

Увидел Иван, как разошлись богатыри в разные стороны. Илья с мечом в дали далекие ускакал, Добрыня с кристаллом в свой терем ушел, Алёша на аркане Кощея в подземелье увел.

— Без силы меча нечисть ослабела, — признался Бессмертный.

Баба Яга постарела сразу, сгорбилась, избушка ее скособочилась, ступа плесенью пошла.

Водяной стал похож на большой пузырь, плавающий на поверхности. Он и нырять-то стал с трудом. Змей Горыныч извергать пламя разучился, забыл, как огнем плеваться.

— А меня заточили здесь, — мрачно заключил Кощей, расчлененный на части, упрятанные в глыбы льда.

— И где этот меч, которым можно в мой мир вход прорубить? — впечатленный рассказом, спросил Иван.

— А никто не знает, — усмехнулся Кощей.

— Как?! — обомлел Иван. Только что он узнал способ, как переместиться обратно, уже настроился, вдали замаячила надежда — и в результате никто не знает, где меч?! — Как же так?!

— А вот так. Никто. — Кощей сделал многозначительную паузу. В это время перед глазами Ивана промелькнуло множество видений, где его четвертовали, сжигали и пускали пепел по ветру. — Кроме меня. — Кощей, довольный произведенным эффектом, улыбнулся. — Но я… — Он глазами показал на себя и вздохнул: — Сам видишь. Да ты не мельтеши, поспи хоть. Все равно с рассветом тебе голову отрубят. — Реакция Ивана, а он, разумеется, испугался, вдохновила Кощея на дальнейшие угрозы. — Или в камень обратят. — Он недобро усмехнулся. — У нас же в Белогорье добро победило. Богатыри теперь здесь не нужны.

И Кощей, подавая пример Ивану сладко потянулся всем своим расчлененным телом.

1. Первое впечатление — ужасающее.

2. Возраст — никто не считал, бессмертный (написано же выше!)

3. Социальное положение: из князя — в грязь. Бывший правитель Белогорья. Свергнут богатырями во время военной смены режима.

4. Внешность — брутальная.

5. Психотип — флегматик, интроверт. Великий тактик. Работает под прикрытием Бабы Яги и Василисы.

6. Характер — нордический, выдержанный, ледяной.

7. Личная жизнь — в порочных связях замечен был. Холост.

8. Хобби — сочинительство легенд и мифов, размышления о смысле бессмертной жизни.

9. Волшебные навыки — были в несчетном количестве. Будут в несчетном количестве, когда добудет меч-кладенец.

10. Если ему перейдет дорогу черная кошка, то обратит внимание на направление ее движения. Если она пересекла его путь слева направо, то это сулит не беду, а, напротив, удачу. Если кошка прошла к беде — развернет ее и заставит пройти слева направо.

Иван расстроился. Ничего подобного он не ожидал увидеть и услышать. Ладно, в сказку про меч-кладенец еще можно поверить. Мастеровые мужики и не то могут выковать, Иван сам видел на постановках-реконструкциях в Коломенском, как остро наточенный меч одного из них легчайшее перышко перерубал. Но вот про то, что никто, кроме Кощея, не знает, куда этот Кладенец расчудесный задевали, — вранье. А как же тайный сыск и прочие государственные органы следствия?! При желании они и иголку в стоге сена могут найти. Если он вырвется отсюда, то наймет надежного сыскаря, тот отыщет меч, Иван прорубит им выход в свой мир — и прощай Кощей со своими сказками!

— Ну, здравствуй, старая, — тем временем обратился к кому-то Кощей с нескрываемой ехидцей. — И тебя поймали? Я-то думаю — чего плесенью засмердело?

Иван принялся вглядываться в полутемный коридор, по которому мимо них стражники вели древнюю старуху в непотребном виде, словно ею, перед тем как показать добрым людям, долго и упорно вычищали улицы. Бабка какая-то, с длиннющими седыми дредами… Баба Яга?

— Ой, ты тут костями-то не греми! — по-свойски резво огрызнулась старуха. Иван сделал вывод, что ее внешний ущербный вид совершенно не соответствовал характеру. — Я сама сдалася, тут задарма кормют. — Она повернулась к одному из стражников, наиболее толстому, и облизнулась: — Свежантинкой.

Бедолага вздрогнул и чуть не уронил ключи от соседней с Кощеевой камеры, куда собирался поместить Ягу. Та с гордым видом непокоренной жертвы прошла в темное нутро за решетку. Кощей снова задремал, только теперь на его мрачном усталом лице заиграла едва заметная улыбка.

Иван собрался присесть на какой-то камень и в позе великого философа хорошенько все обдумать. Но цепи не предусматривали подобного комфорта, и ему пришлось думать стоя. В любом другом случае многое мог решить один телефонный звонок недешевому адвокату. Только где теперь этот адвокат — а где Иван? И где его телефон…

Он не знал, что в эту минуту его телефон лежал на растрескавшемся от старости столе, за которым сидел стражник. Его довольная физиономия светилась бесхитростным детским любопытством. Толстыми пальцами, один из которых украшал перстень-печатка Ивана, он перебирал содержимое мешка необычного пленника. Добрая половина вещей ему была не знакома, поэтому каждую безделушку он рассматривал с особым пристрастием. Зажигалка его не впечатлила, а вот телефон…

К левой руке стражника была привязана сигнальная веревка, уходившая наверх, поэтому ему приходилось все делать не спеша, практически одной свободной рукой. Ею он и крутил телефон в разные стороны, стараясь разгадать, зачем был нужен Ивану этот странный, непонятный предмет.

— Вот диво-то, — озадаченно бормотал стражник, переворачивая телефон экраном наверх. — Угу, — добавил он и нажал на «иконку» фотоаппарата. Мелькнула вспышка, озарившая небольшое помещение. — Ого! — поразился он и удивленно заморгал ослепленными на миг глазами. — Щучья дочь! Угу. — Он снова нажал на «иконку». Вспышка в очередной раз озарила его бородатое лицо. — Ого!

Княжеский терем погружался в беспокойную ночь. Только хмельной Добрыня Никитич находился в прекрасном расположении духа. Он только что вернулся из столовых хором, где все это время вместе с думными боярами провел в пиру и веселье. Большая, богато обставленная спальня с широкой дубовой кроватью, огромной шкурой убитого им медведя, расстеленной перед ней, манила отдыхом. Добрыня сел на кровать и попытался снять сапог, но у него не получилось.

Сколько он ни кряхтел, сапог так и оставался плотно сидеть на ноге. Сила богатырская не помогла справиться с обувью, а сноровку хмель перебивал.

Варвара улыбнулась, увидев попытки нетрезвого супруга. Она вошла в спальню — с длинными распущенными волосами, натертая ароматными приворотными снадобьями, в красивой шелковой рубашке, — подошла к мужу, присела рядом и помогла ему снять сапоги. Добрыня увидел верную и преданную жену, какой она была для него всегда. Улыбнувшись в ответ, он свалился на постель.

— Ну, как там Иван? Все хорошо? — поинтересовался Добрыня уже сквозь сон.

— Все хорошо, — недобро прищурившись, ответила Варвара. — Ты спи, Добрынюшка, притомился сегодня, — и ласково погладила его по темным кудрявым волосам. — Спи, родной…

Она легла рядом с мужем, но отвернулась от него. Добрыня сразу уснул и не увидел ее зловещей улыбки.

1. Первое впечатление — потрясающее. Еще бы! С неба падает.

2. Возраст — неопределенный, но все еще красавица.

3. Социальное положение — могущественная жена князя.

4. Внешность — царская. Богатые наряды влетают князю в еврокопеечку.

5. Психотип — сангвиник, перфекционист. Расшибется в пух и перья для достижения поставленной цели.

6. Характер — стойкий. Настоящая стерва (зачеркнуто) женщина.

7. Личная жизнь — замужем, безукоризненно выполняет свой супружеский долг.

8. Хобби — манипуляции с магическим кнутом, погоня за богатырями во главе подчиненных опричников.

9. Волшебные навыки — оборотень.

10. Если ей перейдет дорогу черная кошка, то от той мало что останется.

Бабу Ягу тоже посадили на цепи и приковали к стене. Довольные тем, что у них все получилось без особых потерь — а страх, что эта злодейка рода человеческого их сожрет, не считается, — они отправились в служебное помещение. Оставшись одна, Баба Яга не стала дремать, как Кощей, и дожидаться собственной казни на рассвете. Еще чего! Не для того она дала себя поймать Варвариным дурням, а потом тряслась в клетке с железными шипами, чтобы сдаться на милость победителям. Те миловать не станут! Да она в их милости и не нуждается.

Яга склонила голову набок, чтобы ее дыхание коснулось подвешенных на поясе лягушек, и выдохнула. Бойкий зеленый ручеек из воздуха и колдовства, переливаясь крохотными разноцветными искорками, окутал собой связку. Под его волшебным действием одна из засушенных лягушек внезапно потянула свою крохотную лапку, сразу обретшую живой зеленый цвет, затем размяла остальные. Она открыла желтые глаза и моргнула ими несколько раз, всматриваясь в темноту. Крючковатые пальцы Бабы Яги высвободили привязанную к поясу лягушачью лапку. Полностью ожившая зеленая красавица освободилась от веревочной петли и спрыгнула на пол. Искорки погасли, словно ничего волшебного и не произошло. Баба Яга подмигнула лягушке, а та ей в ответ. А дальше случилось чудо…

Лягушка попрыгала к толстому стражнику, сидевшему за столом и игравшему с мобильным телефоном Ивана. Откуда она могла взяться в подземелье? — спросил бы себя стражник, если бы увидел лягушку. И ответил бы сам себе, потому что никого другого рядом больше не было. Да тут такая сырость, что грибы скоро начнут расти, плесень уже цветет и пахнет. И последнее точно не про Бабу Ягу. В отличие от плесени, Баба Яга не просто украшала собой стены тюрьмы, она обдумала каждый шаг, точнее — каждый прыжок своей необыкновенной лягушки. А та уже оказалась за спиной толстого стражника и стала… расти.

На сырой стене подземелья в отблесках факельного огня сначала показалась стройная тень. Немного поколебавшись в отсветах, словно приходя в себя и слегка пошатываясь, она пошла вперед. С каждым шагом тень уменьшалась, а вместо нее появлялась, словно из небытия, молодая и прекрасная девушка. Это была Василиса. О, у этой храброй героини своя печальная история в этой сказке, только расскажет она ее чуть позже. В такой момент нельзя тратить время на рассказы. Надо непременно действовать, и делать это нужно наверняка.

Стражник не подозревал, что творится за его спиной. Он не слышал, как зашуршала сброшенная лягушачья кожа, как скрипнули высокие Василисины сапоги, как бряцнул ее боевой меч, вдетый в ножны на кожаном поясе голубой льняной рубахи. Стражник ни за что бы не догадался, что на него охотится девушка — Василиса была одета, как мальчик. Свои длинные каштановые волосы она заплела в косу и спрятала, чтобы не мешали биться за свободу друзей. Да, Баба Яга была ее другом! А еще Василисе был нужен Кощей Бессмертный.

Она достала заговоренную горошину, которую заранее дала ей Баба Яга, и аккуратно, улучив момент, бросила ее в кружку стражнику. Тогда-то он и почувствовал кого-то у себя за спиной! Толстяк резко обернулся, схватившись за нож рукой, свободной от сигнальной веревки, но никого позади себя не увидел. Василиса успела завернуться, словно одеялом, волшебными переливающимися искрами и превратиться обратно в лягушку. Вспышка — и больше ничего. А маленькую зеленую плутовку, тихо сидевшую у стены, он даже не заметил. Что она ему? Сырость, плесень, лягушки… Неинтересно вовсе.

Другое дело — мешок пленника. Стражник достал портмоне Ивана, покрутил его в руках, додумался, как оно открывается. И — о чудо! Увидел там деньги. Сначала вытащил пачку пятитысячных купюр, поморщился и выбросил пестрые бумажки в огонь камина. После этого он с неподдельной радостью на пухлом бородатом лице достал десять рублей. Монета вызвала у него немой восторг, он даже попробовал ее на зуб и убедился, что радость была не преждевременной — металл крепкий. Решив отметить удачу порцией хмельной медовухи, он отпил из кружки…

…и сразу уснул, упав грудью на телефон пленника — сына Ильи Муромца.

Василиса, в то же мгновение обратившись в прекрасную девушку, забрала со стола стражника ключи от камер и побежала. Тяжелая связка громко бренчала и норовила разбудить всех обитателей подземелья. От этого звука Иван очнулся. Он так и не смог уснуть, старательно сопоставляя прошлое и нынешнее в поисках момента, где совершил ошибку.

— Что за движуха? — подскочил он к решетке. Если что, то он ко всему готов. Участь казненного на рассвете настраивала на решительные действия.

Василиса тем временем добежала до камеры Бабы Яги и принялась искать нужный ключ. Иван обомлел. В подземелье назревал бунт! Какая-то смелая девчонка пыталась вызволить из застенков Бабу Ягу…

И похоже, что она ее освободила.

— Быстрее, Яга! Не могу уже! — простонал ковыляющей к нему старухе Кощей.

— Да иду, иду! Тридцать лет терпел, дурень, а сейчас он не может уже! — прошамкала Баба Яга. Ей и самой не терпелось быстрее завершить начатое дело. А без Кощея все ими задуманное не имело смысла.

Иван молча наблюдал, как бабка и девчонка собирали Кощея по частям. Невероятным образом они оборвали его цепи — Иван глазам не поверил, увидев, как их запросто своим мечом перерубила девчонка. Освобожденные части Кощеева тела прирастали друг другу, как намагниченные. Только Яга прислонила руку к телу — как лед разлетелся на мелкие кусочки, а рука начала сжимать мощный кулак.

— Быстрее, быстрее! — продолжал стонать Кощей.

Иван подумал, что мужик в нетерпении рвется морду набить своим обидчикам, для того и руку разминает. И очень удивился, увидев, что рука Кощея, лишь только к его телу приросла правая нога, разжала кулак и потянулась чесать лодыжку. Бессмертный аж застонал от удовольствия!

— Вставай! — возмутилась его почесываниями Баба Яга. — Чего расселся?! Времени в обрез.

— А-а-а-а, — произнес он довольно с видом, словно только и ждал этого момента. — Десять лет нога чешется!

— Выход нужно искать, — прервала его Баба Яга и, с трудом разгибая заболевшую от натуги спину, вприпрыжку потопала прочь из камеры Кощея.

За ней с боевым видом направилась Василиса, замыкал шествие сказочных героев прихрамывающий Кощей, приноравливающийся к их быстрой ходьбе. Провиси тридцать лет в расчлененном состоянии с затекшими замороженными частями тела! Каждый шаг — как по лезвию меча.

— Змея брать будем? — обернулась к сотоварищам Баба Яга.

— Обойдемся, — резко бросил Кощей. Он вовсе не пекся о благополучии других. Ему для достижения собственной цели было достаточно Василисы и Яги.

И процессия, ступая тихо и осторожно по каменному полу подземелья, прошла мимо камеры Ивана.

— Эй! Уважаемый! — недоуменно прокричал Иван, чувствуя, что останется наедине с соседом-скелетом в лучшем случае до рассвета. — Бабуля! Возьмите меня с собой! — И чтобы уже наверняка взяли, многозначительно добавил: — Я ж этот… сын Ильи Муромца!

Баба Яга даже не оглянулась, девчонка хмыкнула, зато Кощей остановился и задумался. Василиса тут же опротестовала его предполагаемое решение:

— Зачем он нам? — Поспешно уходя, она не собиралась освобождать всех заключенных княжеского подземелья.

Вот вредная девчонка! А Иван о ней сначала так хорошо подумал, она ему с первого взгляда даже понравилась. Глазищи у нее огромные, цвета спелой сливы.

— Тебя кто вообще спрашивает?! — прикрикнул он на девчонку. И, показывая, что не она тут главная, повернулся к Кощею. — Я… я… важные вещи знаю, из своего мира! — В голове тут же закрутился калейдоскоп всякой ерунды, найти в котором нечто важное не представлялось никакой возможности. Потому Иван выкрикнул первое, что на ум пришло: — Физика! Химия! Автомат Калашникова! — И заключил блестящий монолог жалостливой просьбой: — Возьмите, а?

Ну, как сумел.

Кощей внимательно посмотрел на Ивана и принял командирское решение:

— Берем его, пригодится.

И вновь он не проявил милосердие. В его голове за тридцать лет был разработан четкий план действий. Сын богатыря Ильи туда вписывался.

Через пару минут Иван уже шел за Кощеем. Они уже миновали спящего на столе стражника. И все бы прошло как задумала Баба Яга, если бы взгляд Ивана не зацепился за его телефон, видневшийся из-под туши стражника, и зажигалку. Он аккуратно приподнял спящего и забрал свои вещи. Иван уже собрался идти за Кощеем, как внезапно заметил свой перстень. Презентованная волшебником печатка украшала палец стражника. Иван попытался стянуть перстень, но не рассчитал силы. Одурманенный снотворным, страж подземелья от рывка сполз со стула на пол. В этот момент сигнальная веревка на его руке натянулась и где-то послышался громкий звон колокола.

Иван обомлел. Как чувствовал — злющая девчонка тут же обернулась и посмотрела на него с видом «ну и кретин!». Как будто он специально все это устроил.

— Подождите меня! Стойте! — прокричал он и поспешил за побежавшими вперед сказочными героями.

А в подземелье уже слышался топот других ног, за ним последовали предупреждающие рассерженные крики…

Баба Яга выбежала из-за поворота и остановилась, чтобы отдышаться. Не молодая уже по тюремным коридорам бегать — шестисотый год разменяла. Где ее трехсотлетие, когда она игривой птичкой летала от молодых бойких парней! Сейчас вместе с этими молодцами за ней гонятся еще и неприятности, готовые сжить ее со свету!

1. Первое впечатление — пугающее.

2. Возраст — 600 сказочных лет, но все еще думает, что ей всего 300.

3. Социальное положение — нелегальное.

4. Внешность — отталкивающая.

5. Психотип — холерик, экстраверт. Взбалмошна, непредсказуема.

Иван так обрадовался быстрому освобождению, что по инерции пошел за сказочными героями, не задумываясь, куда они его приведут. Он уже почти не сомневался в том, что из привычного мира попал в волшебный, где его явно с кем-то спутали. Только не успел подумать над тем, с кем он связался. Ведь всем известно, что Баба Яга и Кощей — истинные злодеи, приносящие добрым людям одни проблемы. И далеко не сказочные! Баба Яга слыла людоедкой, а Кощей сживал всех со свету. Эта парочка успела прославиться по всем континентам.

Карты путала Василиса! Эта воинственная девчонка никоим образом не относилась к вселенскому злу. Уж в девушках Иван разбирался. Даже когда он опрометчиво ударил ее по голове мешком, она сдержалась. А могла бы силой ответить. Иван убедился в том, что Василиса отлично сражалась и противнику пощады не давала. Кроме того, она была красивой… Нет, это к делу не относится. В теперешнем положении Ивану нужно думать не о женских прелестях, а о собственной судьбе. К примеру, куда его выведет кривая дорожка, по которой они тайком пробираются?

Два злодея и Василиса спасли Ивана от неминуемой смерти. Если бы они замышляли недоброе, то могли бы не тащить его за собой. Оставили бы в камере, где ему на рассвете… Б-р-р-р-р, даже вспоминать не хочется. Какая разница, куда его ведут, лишь бы живым остаться. Из Белогорья самому будет выбраться тяжело — местность незнакомая, оголтелые стражники все как на подбор Соловьи-разбойники, и возглавляет их жена местного авторитета. А у той совсем крыша поехала — в любом чужестранце видит врага. Небось со всеми соседями не в ладу.

Чего же они все хотят?

Иван вспомнил, с каким неподдельным интересом Кощей рассказывал ему про меч-кладенец и свое бессмертие. Баба Яга наверняка тоже мыслит боевыми категориями — и ей Кладенец не помешает колдовскую траву в труху рубить. Василиса-то чего с ними связалась? Загадочная она девушка, непонятная. Иван решил держаться от нее на расстоянии. Если Василисе меч-кладенец в руки попадет, то она возомнит о себе невесть что. Редко какая девушка справится с гордыней от собственного всемогущества. Вот уж кому нужен этот самый Кладенец, так это Ивану. Им он прорубит окно в Москву и окажется дома.

— Быстрее, малахольный! — прикрикнула на него Баба Яга, заметив, что Иван, задумавшись, отстал от их дружного коллектива. И она кивнула в сторону полуразвалившегося бревенчатого домишки: — Нам туда.

Неподалеку от тюрьмы в городе стояла неказистая Избушка, на нее и показала Баба Яга. По шаткой лестнице, готовой развалиться, Иван следом за Бабой Ягой, Василисой и Кощеем зашел в полутемное помещение. Мебели практически не было. А вот разнообразные склянки, банки, горшки, связки сухих жаб и ящериц занимали все поверхности в единственной комнате деревянной избы. Украшала интерьер большая тонкая паутина, любовно сплетенная пауком в унылые для него сказочные вечера.

Посередине, стараясь держаться величественно, стояла старая покосившаяся печка с обшарпанной побелкой. Ее покрывали трещины шириной с палец, а черное от сажи печное нутро, помнившее лучшие времена, благоухало ароматами горелого сухостоя. Судя по всему, блинов в печи давно не пекли.

— Избушка без хозяйки — сирота неприкаянная, — лирично обронила Баба Яга, принявшись хозяйничать. Домовитой она никогда не была, но свою Избушку, судя по трепетному к ней отношению, очень любила.

Иван решил, что она накидает на стол чего-нибудь съестного. Но та принялась возиться со своими склянками. Что в них хранилось, разглядеть было невозможно — слой пыли прятал от лишних глаз не только снадобья. Пылища была везде. Иван с тоской вспомнил свой «умный» дом и домработницу Галю. Ее бы сюда переместить не помешало вместе с «умным» пылесосом.

Бабу Ягу хаотичное положение дел в собственной избе полностью устраивало. Ивана же, напротив, возмущало.

— И что дальше? — поинтересовался он, бочком пробираясь в более чистый угол. — Они нас здесь не найдут?

— Может, и найдут, — подмигнула гостям Баба Яга. — Но пусть сначала догонят! — И она дружелюбно похлопала рукой по деревянной стенке. — Гони, родимая!

Возможно, жители Белогорья, увидев, как на их глазах обычная на вид деревенская изба встает на ноги и начинает разминку, не удивились бы. Обитатели сказок все же ко всему привычные.

Потрепанная Избушка на курьих ножках стряхнула с себя маскировку — лишние бревна и доски, поправила съехавшую набок дырявую крышу, заскрипела ставнями и единственной дверью и отправилась в путь. Легко и грациозно она побежала по улице, постепенно увеличивая скорость, как бегун на марафонской дистанции. Из этого Иван сделал вывод, что Избушка предусмотрительно рассчитывала свои силы, значит, убегать от врагов Бабы Яги ей приходилось не впервой.

Мимо Ивана мелькал нехитрый городской пейзаж столицы Белогорья, жители которой только начинали просыпаться. Бежали мимо него деревья и перелески, разбегались из-под куриных ног лесные звери. Все дальше и дальше уносила Избушка на курьих ножках беглецов от княжеских подземелий. Казалось, никто и ничто ее не догонит.

На большом княжеском ложе безмятежным богатырским сном спал Добрыня Никитич. Что снилось ему после раздольного веселья, никому было не ведомо. Рядом с мужем отдыхала Варвара. Ее сон, в отличие от богатырского, был чутким. Только раздался по всему Белогорью сигнальный колокольный звон — она сразу открыла глаза. Верный колокол грозным набатом сообщил ей о сбежавших врагах. Но снова подвели стражники — не уследили за пленниками. Что ж за бойцы ей достались?! Ни на что не годные. Все приходится делать самой.

Варвара не стала будить мужа и, тихо выбравшись из постели, быстро пошла к окну. От подбежавшего к ней стражника, попытавшегося что-то шепнуть ей на ухо, Варвара резко отмахнулась. И без него все понятно. Как чувствовала, что задуманное разгильдяйством испортят.

Подходя к раскрытому окну, она перешла на бег, подпрыгнула, взмахнула одеждами, и они обратились в крылья, а сама Варвара — в сову. Грозная птица пролетела прямо над каменной статуей богатыря Ильи Муромца. Она кинула на него жесткий взгляд: мол, в камень стрелять — силы терять, есть живее добыча, которая скоро станет моею. И вылетела в окно.

Варвара рассмотрела весь город, облетев его так быстро, как никакая другая птица ни за что бы не смогла. Услышала она, как колокольный перезвон разносит весть о сбежавших пленниках по всем постам. Увидела Варвара, как по городу носятся стражники с факелами — рассвет часто бывал мутным. Днем с огнем искать беглецов приходилось. А чуть дальше — уже за городом — рассмотрела она бегущую Избушку на курьих ножках. Там-то, сомнений у Варвары не было, и скрылись бывшие пленники. Она свистнула стражникам, показала, куда скакать нужно, и полетела впереди всех.

Иван поражался — Избушка неслась по городу со скоростью олимпийского чемпиона, с разбегу преодолевая препятствия холмистой пересеченной местности. На каждом броске-рывке вся ее утварь подпрыгивала, рискуя разбиться вдребезги, но удивительным образом опускалась обратно на полки в целости и сохранности. Склянки, жестянки и бутылки будто привыкли к подобному обращению — или притерпелись. Лишь вязанки сушеной травы тряслись и осыпали беглецов пылью и мелкими семенами. Домочадцы внутри Избушки тоже тряслись и перекатывались из одного угла в противоположный, набивая синяки и шишки.

1. Первое впечатление — приземистое.

2. Возраст — не поддающийся точному определению. Дендрохронология отдельных бревен показывает более пятисот лет.

3. Социальное положение — приватизированное жилье.

4. Внешность — бревенчатая, неказистая, сучковатая, задиристая.

5. Психотип — флегматик, интроверт. Не взбалмошна, предсказуема.

6. Характер — домовитый, покладистый. Куда Баба Яга чего положит, там то и лежит.

7. Личная жизнь — одинокая, все время отдано Бабе Яге и ее приключениям.

8. Хобби: трясти бревнами по пыльной дороге, убегая от врагов хозяйки.

9. Волшебные навыки — совершает забеги на короткие дистанции, отбивается куриными ногами от врагов Бабы Яги.

10. Если ей перейдет дорогу черная кошка, то… Избушка на курьих ножках хоть и подвижная, но не трамвай. Кошку объедет, с собой позовет, накормит, напоит, спать уложит, разбудит. Будет с кем ночью в прятки поиграть.

Иван, пролетая через всю комнату, попытался зацепиться хоть за что-нибудь. Он уже столько раз приложился о старую печь, что та наверняка внесла его в список личных врагов. И надо же было такому случиться, что он случайно ухватился за талию Василисы! Но та так зыркнула на него своими сливовыми глазищами, что он быстро отдернул руку.

Что она там себе вообразила, Иван не понял. По всему было видно, что самооценка у девчонки зашкаливает. Подумаешь, дотронуться нельзя, фифа какая!

Василиса тем временем с обиженным видом со всей силы отпихнула Ивана от себя. Избушка на курьих ножках в это время совершала очередной кульбит. Все совпало для роковой случайности — время, место, действия. Иван отлетел от Василисы прямо к двери, которая болталась, то открываясь, то закрываясь. Одной рукой он зацепился за расхлябанный засов на двери, а другой принялся беспомощно описывать круги в пыльном воздухе. Когда Иван завис над летящей под ним землей, ему показалось, что пришел конец света. Он уже прощался с жизнью, чувствуя, как засов — последнее, что его связывало с Избушкой, — отрывается. Миг — и Иван упал бы на землю и разбился. Даже если б остался жив, то попал бы под копыта коней стражников и его б затоптали.

В самый последний момент его схватил за руку Кощей.

Одним рывком он втащил Ивана обратно в Избушку, заслонив собой. Тут же ему в бок жалящими без разбора осами впились несколько стрел догоняющих Избушку стражников.

— Избушку вести — не костями трясти, — проворчала Баба Яга и стала пробираться к печи. Колдунья-зельевар, она не собиралась отдавать себя на растерзание прихвостням Варвары. Тем более, когда оказалась у себя дома.

Пока Иван приходил в себя, Василиса дулась, Кощей пытался вытащить из себя стрелы, Баба Яга решила действовать. Погоня — это плохо. Когда-нибудь ее старая Избушка выдохнется, и тогда стражники накинутся на легкую добычу. Она не могла этого допустить. Столько всего ради свободы Кощеевой сделала, придется еще немного поднапрячься.

Она засунула голову в печь. Говорят, что все хорошо видно со дна колодца. Баба Яга наверняка бы добавила, что из печи видно еще лучше. Она сразу заметила преследовавшую их белую сову. Варвара снова возглавила свое войско опричников и жаждала победы.

— Вот же зараза летучая! — рассердилась Баба Яга, для которой Варвара всегда была как горсть перьев в горле, и принялась отдавать команды Избушке: — Левее, правее, левее…

Избушка на курьих ножках выполняла все команды Бабы Яги, виляя из стороны в сторону. Сове было чрезвычайно трудно в нее попасть.

А Баба Яга с Василисой уже затаскивали в печное нутро большой котел с крышкой. Иван следил за тем, как Яга, заправский наводчик по движущимся целям, снова сунула голову в печь и стала ловить подходящий момент.

— Попалась! — мстительно проговорила она и, резко высунувшись из печи, достала из кармана склянку. Белый порошок тут же попал в печь, после чего Баба Яга быстро закрыла заслонку печи и прокричала: — Держись!

Громкий пушечный залп последовал за ее криком, оглушив всех, присутствующих при этом восхитительном зрелище.

Это из трубы с грохотом вылетел котел с крышкой и, поравнявшись с совой, подбил ее закопченным боком. Сова от удара рухнула прямиком в него, и крышка захлопнулась, закрыв внутри злобную птицу. Вместе с докучливым содержимым котел свалился под копыта лошадей. Те от испуга встали на дыбы, скидывая с себя стражников, и началась неразбериха. А когда пыль и шум улеглись, Избушка на курьих ножках была уже далеко.

— Кажись, оторвались, — усмехнулась Баба Яга, выглядывая вместе с Кощеем в открытую дверь и не обнаружив никого из стражников. Для новой власти они были взбунтовавшимися изгоями, погоня за которыми могла продолжаться до бесконечности.

Ивану снова не повезло — он упал. На этот раз прямо на Василису.

— Вот же свалился на мою голову! — злилась Василиса, спихивая с себя Ивана. Мало того, что этот «богатырь» рухнул на нее — так еще и обнял! Видать, от испуга!

Он на нее не обижался. Слова Бабы Яги о том, что они оторвались от погони, были гораздо важнее Василисиного недовольства.

Пора было задуматься о том, что делать дальше. Только Избушка продолжала бежать рысцой, словно заранее знала, куда и зачем ей нужно торопиться.

В княжеском тереме все проснулись. Б тронном зале возле князя собралась боярская дума. Все слышали переполох, но толком никто ничего не знал. Добрыня восседал на троне, он хмурился, держался за голову и прислушивался к разговорам:

— Кощей сбежал…

— Что теперь будет…

Когда в зал царственной походкой в богатом одеянии вошла Варвара, Добрыня поднял руку и приказал боярам умолкнуть и не мешать ему слушать жену.

— Не галдите! Голубушка, что случилось? — ласково поинтересовался он у Варвары. Она всегда была для него опорой.

Варвара, оглядев бородатых советников мужа, усмехнулась и, сдвинув соболиные брови, прищурилась.

— Предали нас, Добрыня! — сказала она мужу, которого боготворила.

Ради него Варвара могла всех врагов уничтожить — только расправа должна была быть скорой, не терпящей отлагательств.

— Кто? — помрачнел Добрыня и сурово посмотрел на присмиревших бояр. Те были готовы по привычке под столы залезть от княжеского взгляда.

— Иван! Сын Ильи, которого ты обогрел да досыта накормил, — ответила Варвара и повернулась к боярам: — Освободил он Кощея — и Бабу Ягу в придачу.

Вздох испуга и отчаяния прокатился по залу.

— Как же так? — опечалился Добрыня. Встал князь с трона и подошел к каменной статуе своего друга — богатыря Ильи Муромца. — Прости, Илья, — обратился он к каменному изваянию с явным сожалением, — не сберег твоего сына от нечистой силы. — И приказал верной Варваре: — Отыскать беглецов!

Зашептались бояре — сначала тихо, потом в голос, — стали повторять про измену Ивана, сына Ильи. Когда Варвара мужу кивнула — дескать, в лепешку расшибусь, а приказ княжий исполню, — думные бояре и вовсе шуметь начали, возмущаться. Толку от их возмущения было мало, Добрыня знал, что надеяться может только на жену.

На опушке леса Избушка на курьих ножках по команде Бабы Яги остановилась на привал. Никуда привалиться у нее не получилось, сосны да ели не выдерживали тяжести ее многолетних бревен. Пришлось Избушке стоймя стоять, одно удовольствие получать — сначала одну ногу другой почесала, затем другую. Ей пришлось столько оттопать, что чуть мозоли себе не заработала.

По шаткой лестнице из нее вышла вся команда беглецов. Василиса ловко спрыгнула вниз, за ней спустился Кощей, в котором еще торчали стрелы. Баба Яга свистнула — и к ней подлетела ступа, на которой она спустилась из Избушки как на лифте. Иван спускаться не спешил. После произошедшего ему требовалось время осознать, что случилось. Но его мысли возвращались к тому, что, вполне возможно, дальше будет еще хуже.

— Вынь стрелу, — обратился Кощей к Василисе, подставляя ей свой раненый бок, — щекотно! — Он бы и дальше терпел — что ему, бессмертному! — только стрелы быстро идти не позволяли.

Иван растерянно посмотрел по сторонам. Наименьшей проблемой был лес, с виду обычный, глухой и непроходимый, но не такой опасный, как город с «комфортабельным» княжеским подпольем. Проблемой были Кощей, Баба Яга и Василиса, с которыми он совершенно не знал, как себя вести. Они могли отчебучить что угодно.

— Ну я и попал, — подумал он вслух. По глазам попутчиков сразу понял, что сказал это зря, и добавил: — Хоть экология здесь получше, — и для достоверности втянул носом роскошный еловый воздух. При этом душой он не кривил нисколько.

— Слышь, берендюк, — обратилась к нему Баба Яга, с самого начала настроенная по отношению к нему с предубеждением, — чего стоишь? Сигай вниз! Хотя нет, подожди… — Она задумалась. Вернее, задумала явно нехорошее. — Возьми в избе казан и соль там на полке прихвати.

Вот оно, подумал Иван, начинается. Но кивнул и вернулся в избу.

В комнате было сумрачно, пыльно и грязно. После того как Избушка пробежала несколько верст, утварь перемешалась, соль рассыпалась — к ссоре. Иван достал зажигалку, радуясь, что ему удалось вернуть незаменимую в путешествиях вещицу, и принялся ею освещать полутемное пространство.

Казан он нашел на полке и поразился, как посудина удержалась на месте во время спасительного бега. Упади такая пароварка кому-нибудь на голову — мало не покажется. Иван поднял зажигалку повыше и принялся искать соль. Должна же быть еще одна пачка, решил он, ведь все бабки натуры запасливые. Он пересмотрел дюжину склянок, банок и мешков — было все что угодно, кроме соли. Видимо, Баба Яга сидела на бессолевой диете. Ссориться с ней Иван не хотел. Он еще толком не опомнился от приключений, чтобы выдерживать атаки сказочных героинь. Разумеется, он не Ивашка, которого, судя по сказкам, она однажды чуть не съела. Его она в свой беззубый рот не запихнет — подавится. Но и накалять атмосферу не в его правилах. Попросила — все, что надо, он принесет.

Иван поднес зажигалку к очередной полке — и…

…и случайно поджег паутину, свисающую с потолка.

Он замахал руками, пытаясь сбить набирающее силу пламя. Откуда ему знать, как нужно тушить паутину?! Галя, хоть и не была трудоголиком, паутину в доме никому плести не позволяла. От его взмахов пламя заколыхалось из стороны в сторону и лизнуло пучок сухой травы, висевший поблизости. Иван схватил кочергу и попытался снять горевший веник со стены, чтобы выбросить в открытую дверь. Но…

Он промазал. Снять горевший веник у него получилось, но вот выбросить наружу — нет. Сухой пучок, весь охваченный пламенем, попал в кучу ветоши. Вот тут-то и начался настоящий пожар.

Баба Яга, напевая себе под нос заклинания на хорошую погоду, как раз складывала ветки для костра. Внезапно ее что-то стукнуло, она остановилась и стала соображать, где взять огонь, чтобы сварить обед.

— Это ты хорошо придумал, Костлявый, — обратилась она к Кощею, облизываясь, — этого доходягу с собой взять! — И, не оборачиваясь, кивнула в сторону дома, где возился Иван. — Ща им пообедаем!

Кощей сидел на камне. Василиса вытаскивала из него стрелы, складывая их в кучку. А к ним уже подползал запах гари. Его опередил Иван. Он выскочил к ним сам.

— Это… — замешкался он, показывая на избу, из которой валил дым, а в окнах весело плясали огненные всполохи губительного костра, — там у вас что-то горит. Я захожу, а оно уже горит…

Кощей, Василиса и Яга повернули головы к Избушке на курьих ножках и обомлели. Яга схватилась за сердце и истошно прокричала:

— Горлица моя!

Горлица горлицей, но у Избушки вовсю горела горница.

Баба Яга с прытью, которой в столь почтенном возрасте от нее никто не ожидал, заскочила в Избушку и принялась героически бороться с пламенем. Вовремя поняв, что огня ей не одолеть, она принялась выкидывать в окошко самое ценное, что там оставалось и еще не успело сгореть. Василиса с Кощеем ловили пожитки Бабы Яги. Все были озабочены спасением того немногого, что удалось выкинуть на опушку и не разбить. Силы на ругань с Иваном, виновником пожара, никто не тратил.

Он, чувствуя свою вину, тоже не терял времени даром — бегал рядом и пытался потушить разбушевавшийся огонь своим длинным плащом. Но кожа быстро воспламенилась, и Ивану пришлось, отбросив плащ в сторону поискать что-то более подходящее для тушения пожара. Хотя бы ведро с водой! Но вряд ли бы оно помогло, потому что его горящий плащ попал прямо в ступу, притороченную к боковой стене Избушки на курьих ножках, и вдобавок к избе загорелась еще и ступа. Иван кинулся спасать ступу!

Полыхающая Избушка, глядя на все это, поддала Ивану ногой и в панике побежала прочь. Где-то посередине дремучего леса плескалось большое холодное озеро… Добежит ли? Спасется?

Иван тоскливо посмотрел ей вслед, и в его голове прозвучал голос бабы Серафимы, участницы «Битвы магов»: «…вижу, попадешь ты в другой мир, вижу, бегущий дом спалишь и смерть там свою найдешь».

Что-то похожее на пророчество и произошло. Дальше — гибель?

Иван обомлел. Руки у него опустились. Тут-то и подбежала к нему со спасенной метлой разъяренная Баба Яга.

— Сожгу тебя и сожру, марамошка! — воинственно прокричала она и принялась лупить Ивана метлой.

— Бабуля, хорош! — Благодаря ее нападкам Иван решил, что не умрет, вопреки всем предсказаниям. Но не будет же он с бабкой драться, в самом-то деле. Яга от горя драться начала, на живых людей кидается…

— Говорю ж я — сожрать его надо! — обратилась она к Кощею. Потеря любимицы всколыхнула в ней всю злобу, готовую выплеснуться крутым кипятком на виновника пожара. Ее сморщенная физиономия покраснела, «дреды» зашевелились, даже хламида на ней, казалось, встала дыбом.

Жутко комичное зрелище. То есть и жутко, и смешно одновременно. Надолго ли Иван живым останется с такой старушечьей агрессией?

А Баба Яга яростно продолжала лупить Ивана и спорить с Кощеем по поводу горячего обеда.

— Хватит, — осек ее Кощей, которому надоели распри. — Остынь, Яга! Он нам нужен.

— Этот?! — удивилась она, но нападать прекратила. Ссориться с Бессмертным — себе дороже. Но любопытство прорвалось: — Зачем?

— Затем! Меч-кладенец добывать будет, — сказал Кощей и многозначительно посмотрел на Ивана. Баба Яга ничего не поняла. — Богатырь он, — объяснил Кощей. — Сын Ильи Муромца.

Баба Яга с Василисой переглянулись и пожали плечами. Разумеется, ничего подобного они услышать не ожидали. Такое признание.

— Точно! — обрадовался их заминке Иван. — Нельзя меня жрать, я ж богатырь! — И для достоверности расправил плечи и выпятил грудь. Не качок, конечно, но сила имеется.

— Этот плюгавый?! — не поверила Баба Яга, тыча скрюченным пальцем в его расправленную грудь. Уж она-то за свою долгую жизнь стольких богатырей перевидала, что различала их с ходу.

— Ну, — вздохнул без тени сомнения Кощей, — какой уродился. — Он не собирался затевать прения по поводу Ивана. Сказал — сделали. Такой был характер у бывшего правителя Белогорья.

Баба Яга недоверчиво скривилась, а потом рассмеялась своим скрипучим голосом. Ивану стало не по себе — вдруг не послушает Кощея и захочет сожрать? Он не дастся, будет до последнего мирным путем защищаться. Но если понадобится показать силу, то покажет.

— Ой, — отмахнулась от Кощея смеющаяся Василиса, — не смеши!

— Не, а че вы ржете? — обиделся Иван. Ладно, он им сейчас докажет.

Иван окинул быстрым взглядом пространство вокруг себя и ничего лучшего не нашел, чем метлу, которой его Баба Яга лупила. Он взял метлу и с криком «Видали?!» сломал ее о свое колено. Потом обвел глазами присутствующих и победно усмехнулся. Баба Яга от такой наглости почти потеряла Дар речи. А когда пришла в себя, накинулась на Ивана с кулаками:

— Ты мне метлу сломал! Шаврик тупоголовый!

Только после этого выпада Яги и снисходительной усмешки Василисы Иван понял, что в очередной раз промашка вышла.

— Я не сильно ее сломал, — принялся оправдываться Иван, стараясь соединить две части друг с другом. — Сейчас починю. — Но ему снова пришлось обороняться от нападавшей на него Бабы Яги.

— Тихо! — прервал их разборки Кощей. — Значит, так. — Голос его был суров. Все притихли. — Поутру пойдем к Белым горам. — И повернулся к Ивану: — Там меч-кладенец схоронен. Ты нам его раздобыть поможешь, а я тебя обратно отправлю!

— Супер! — обрадовался Иван. — Погнали!

Он был готов пронестись стрелой до Белых гор, чтобы достать меч, вручить его Кощею, а самому отправиться обратно в свой мир. Его тираду никто не понял, но энтузиазм Ивана, сына Ильи Муромца, Бабу Ягу с Василисой озадачил. Иван видел, что они могли бы еще с ним поспорить, но не стали — побоялись Кощея.

И все принялись собираться, копаясь в пожитках Бабы Яги в поисках нужных вещей. Вернувшись к тому что осталось от ее Избушки, Баба Яга снова принялась горевать.

— Выпороток криворукий! — причитала она, ворочая обгорелые сундуки и корзинки. — Горлицу мою спалил! — стенала она, собирая банки и бутылки со снадобьями и ядами. — Баламошка пустоголовый! — Баба Яга понюхала опаленный пучок колдовской травы и с недовольным видом откинула его в сторону. — Мордофиля никчемный! — И принялась перебирать пожитки. — Тюрюхайло!

При этом слове Баба Яга зловеще покосилась на Ивана, и тот отпрянул к Василисе.

— Надеюсь, она не заклинание читает?! — поинтересовался встревоженный Иван у Василисы.

— Да, — хмыкнула она, — заклинание. В козла превращает!

Иван инстинктивно схватился за свою макушку. А что? Один «добрый» старик хвост ему уже подарил. Только рогов от «милой» старушки ему не хватает до полного комплекта.

— На, — сунула ему в руки какую-то склянку Василиса, заметив его испуг, — выпей. Отворот.

— Да ладно! — прищурился Иван, не обнаруживший у себя на голове лишних наростов.

— Как хочешь, — фыркнула Василиса и отвернулась, делая вид, что ей совершенно все равно, вырастут у Ивана рога или нет. И стала дальше как ни в чем не бывало собирать вещи.

Иван поглядел на злющую Бабу Ягу, грозившую ему всеми карами, вздохнул — мало ли что — и открыл склянку. Оттуда пахнуло горечью и медом. Он принюхался — вонь несусветная. Разве такое можно пить? От этой дряни на лету небось комары дохнут. Но, решив, что он не комар и вряд ли подохнет от одного глотка, сделал его — и поморщился…

— Гадость какая! — выразил свою мысль вслух Иван, поворачиваясь к Бабе Яге.

Та от мощного звука его голоса отлетела на несколько метров и плюхнулась на землю, удивленно ощупывая свою спину. Неожиданно, однако. Голос у Ивана стал трубным, громким, сногсшибательным! Даже Кощей, который сидел, как всегда, в стороне от команды, подскочил и стал озираться.

— Гадо-о-о-о-ость… — разнесло услужливое эхо по сказочному лесу неестественно громкий голос Ивана. — Ка-а-а-а- ка-а-а-а-ая…

Птицы перестали щебетать и испуганно смолкли. Только одна не испугалась. Белая сова как раз на верхушке сосны сидела и оглядывала лес в поисках беглецов. Трубный звук-то и подсказал, где они прятались.

А Василиса, глядя на изумленного Ивана, пораженного Кощея и пострадавшую Бабу Ягу, прыснула со смеху.

— Башка твоя дубовая! — разозлилась на Ивана Баба Яга, вставая и растирая спину.

Иван хотел возразить и пожаловаться на Василису, которая ему снадобье дала, но побоялся рот открыть. Вдруг старушка снова на ногах не удержится? Преклонный возраст все-таки не располагает к подобным кувыркам. И он будет виноват в еще одной неприятности. Ему пришлось жестами показывать на коварную Василису. Мол, это она склянку со снадобьем дала, не виноват он.

— Так это, — вырвалось у него снова очень громко. Листва на деревьях затрепетала, а с ближайшей ели осыпались иголки. Иван тут же замолчал и прикрыл рот рукой.

Василиса еще больше расхохоталась. Иван разозлился и кинул в нее первым, что под руку попало — связкой сушеных грибов. Василиса собралась ответить, но их остановил Кощей.

— Смешно тебе, да? — обратился он к девушке. — Только мы от погони ушли, от беды избавились! — пристыдил ее Кощей, напоминая о том, что сейчас время делу, все потехи после.

Василиса присмирела, успокоилась, больше дразнить Ивана не стала.

— Что за люди пошли, — проворчала Баба Яга, протягивая доверчивому Ивану еще одну склянку с мутным содержимым. — Все в рот норовят затянуть. На, остолбень, пей отворот.

Иван долго размышлять не стал, сразу выпил то, что ему Яга дала. С громогласным голосом не слишком вольготно до Белых гор идти. А если он домой такой вернется? Ни один врач его не вылечит. И не поверит, когда он признается, что трубным басом его наградила Василиса, а снадобье сделала Баба Яга. Кощей Бессмертный был не при делах, но при сем присутствовал.

— Раз, раз, — прошептал Иван, пробуя свой голос на громкость. Прежний! Тьфу-тьфу! — Ты нормальная вообще?! — накинулся он на Василису, но Кощей их снова остановил.

— Собираемся! — Он посмотрел на небо, оценивая летную погоду. — В ступе полетим, и так время потеряли.

Когда они все забрались в полуобгоревшую, но спасенную ступу встали тесно, чтобы поместиться, Иван попытался обнять Василису — чтобы придержать: вдруг свалится с высоты.

Полет на высоте не состоялся. Баба Яга дважды хлопнула по ступе, приказывая той взлетать. Ступа приподнялась на десять сантиметров от земли, тяжело пролетела несколько метров и обессиленно опустилась.

— Похоже, перегруз, — усмехнулся Иван, раздосадованный тем, что во время полета ему не придется удерживать Василису за талию, потому как сам полет отменяется. И обратился к Василисе: — Кое-кому не мешало бы на диету сесть.

— Кого съесть? — не расслышала Баба Яга и с надеждой на разрешение посмотрела на недовольного Кощея.

Василиса только улыбнулась. Ну что с ним поделаешь?!

1. Первое впечатление — восхитительное.

2. Возраст — Бабе Яге о таком даже и не мечталось.

3. Социальное положение — из работящих крестьян.

4. Внешность — красота, которая спасет мир.

5. Психотип — интроверт. Преследует цель спастись от колдовства Варвары.

6. Характер — дерзкий, порывистый, склонный к феминизму. Девиз: враг ее врага — ее друг. Потому и примкнула к Кощею и Бабе Яге.

7. Личная жизнь — как в болоте, уж слишком часто приходится лягушкой оборачиваться.

8. Хобби — спорт и военное оружие. Владеет любым видом вооружения.

9. Волшебные навыки — оборотень, превращается в лягушку.

10. Если ей перейдет дорогу черная кошка, то Василиса легко перепрыгнет через нее, обернувшись лягушкой, и отправится дальше. Ничто и никто не помешает ей двигаться к намеченной цели!

Путь до Белых гор занимал значительное количество времени. Тем более что идти пришлось пешком сквозь густой туман. Ступа отказалась лететь с превышением веса, подняв над землей одну только Бабу Ягу. Яга больше не ругалась, летела и отдыхала, обмахиваясь огромным листом лопуха словно веером.

Занимался новый день вновь обретенной свободы. Лес вскоре закончился, и команда путников вышла в поле, где туман рассеялся. Кощей шел впереди, руководя общей обстановкой и отдавая четкие приказы. В основном он шел молча, тщательно обдумывая план дальнейших действий. За ним бодрой походкой шагала Василиса, меч бил ее по ногам, но она не подавала виду. Он не мешал ей идти вперед. Иван все больше удивлялся стойкости хрупкой девушки, привычной к тяготам войны и походов.

Иван верил Кощею. У главного сказочного злодея был довольно внушительный, хоть порядком изношенный вид. Его лысую голову продолжала венчать корона бывшего правителя, сам костюм тоже когда-то шился в княжеских мастерских. Неутраченное чувство превосходства и всегда прямая спина выдавали в Кощее правящую особу. Иван толком не знал, какую цель преследовал бывший правитель Белогорья, кроме той, что искал меч-кладенец и оборонялся от Варвары. Ивана больше интересовала собственная судьба — Кощей обещал вернуть его в его мир.

Мысль о возращении домой обрадовала и воодушевила Ивана. Стал оглядываться по сторонам, любуясь сказочными красотами места, раз уж сюда попал. Пусть в памяти останется что-то прекрасное, кроме подземелья и бешеных скачек внутри жилища Яги. Он пропустил ступу с летящей в ней Бабой Ягой и посмотрел на цветы, растущие вдоль дороги. Шедшая впереди Василиса не раз оглядывалась на чудесные растения, благоухание которых разносилось по всему полю. Иван решил сорвать для нее цветок и преподнести его в знак примирения. Конечно, явно они не ссорились, но и не подружились.

Иван протянул руку к яркому цветку. Он совершенно не ожидал, что это милое создание раскроет свой бутон, словно собачью пасть и схватит его ладонь!

— Больно же! — пробормотал он, стараясь освободиться от цветка, но тот заглатывал руку все больше и больше. — Э-э-э-э, так не бывает, — попытался здраво рассудить Иван.

Ему пришлось упасть и упереться коленом в землю, чтобы не быть сожранным зловещим цветком. Но как только он присел, другие «очаровательные» создания раскрыли свои пасти-бутоны и принялись кусать Ивана за все подвернувшиеся им места. Тут уж он не стал церемониться и заорал так громко, чтобы ушедшие вперед товарищи его услышали.

Ивану повезло, что к нему быстро вернулся Кощей и ударами меча порубил вредные растения. Иван снял с себя обрубленные цветки, которые стали обыкновенными, и на глазах смеющейся Василисы отбросил их в сторону. «Чего смеется?! Ради нее старался, между прочим!» — подумал Иван, но вслух выразил только благодарность спасшему его Кощею.

Борьба с плотоядными растениями выбила Ивана из сил. Он плелся за отрядом последним, всеми силами пытаясь сохранить боевой вид. Ему не хотелось выглядеть в глазах других слабаком.

— Слушайте, — наконец он так устал, что еле ворочал языком, — может, привал? — Все обернулись и посмотрели на него с укором: мол, слабак. — Не, — нашелся Иван, — я за нее волнуюсь, — и кивнул на Василису. — Притомилась же барышня.

Василиса многозначительно хмыкнула — с чего это вдруг? И на его глазах, обернувшись лягушкой, ловко вскочила на плечо Бабы Лги и вместе с ней полетела в ступе. Изумленному Ивану даже показалось, что лягушка ему подмигнула.

Вот же хитрюга, подумал он, еле передвигая ноги.

— Есть отличная идея! — Вдруг ему в голову пришла мысль, как остановить отряд и немного отдохнуть. — Смотрите! — Иван обогнал ступу и достал свой мобильный телефон. — Это я! — Он сфотографировался и показал экран телефона со снимком Кощею.

Тот весьма заинтересовался фотографией. Довольный тем, что тоже может чем-то удивить, Иван сфотографировал Кощея. Бессмертный вскинул брови, глядя на свой портрет в маленькой безделушке, и хмыкнул. После такой оценки Кощея фотосессию потребовала Баба Яга. Василиса скромно стояла в стороне, и Иван сфотографировал красавицу. Приятно, что фото Василисы останется у него в телефоне…

Отрывающуюся и дистанционно управляемую руку Кощея использовали как палку для селфи. С ее помощью получилась отличная фотография, на которой сказочные герои вместе с Иваном улыбались, словно впереди их ждало безбрежное счастье, и они знали об этом.

— Движемся к болоту Водяного, — скомандовал Кощей, когда все отдохнули.

Стражники прибыли на место привала беглецов уже после того, как те ушли. Это Варвара указала им путь.

Спешившись, десятник решил все-таки посмотреть, не осталось ли улик, показывающих, в какую сторону они отправились. Он поддал ногой ветошь Бабы Яги, и из нее вывалилась склянка с бурой жидкостью, которая от удара пролилась ему под ноги. И на глазах у изумленных товарищей нога десятника… превратилась в дерево, а его выросшие вмиг корни тут же ушли под землю.

Стражники, увидев, к чему привело любопытство десятника, дружно захохотали. Никто не бросился на помощь. Да и чем можно было помочь бедолаге, когда вовсю действовало колдовство!

Из ушей и носа десятника потянулись веточки со свежей зеленой листвой. Внезапное озеленение товарища еще больше рассмешило стражников. Они перестали заниматься поисками следов и принялись веселиться. Листва на десятнике стала гуще, и на веточках появились мелкие красные цветочки. Не дожидаясь, пока те станут ягодками, десятник запаниковал и принялся их срывать.

— Наш дуб дал дуба, — потешались над ним одни сотоварищи.

— Орешником стал, — подтрунивали другие. — Глядите, какой у него на носу орех растет.

Все разглядывали десятника, когда на опушку на вороном коне въехала Варвара, сверкая серебряной короной и драгоценным амулетом. В нем отражались, переливаясь всеми цветами радуги, солнце и луна, приближающиеся друг к другу. Она оглядела поляну и поняла, что беглецов уже и след простыл.

— Скрылись! Успели! — Варвара бросила гневный взгляд на своих опричников. Те притихли и виновато опустили головы. — С такими разгильдяями немудрено сбежать.

Она посмотрела на несчастного, превратившегося в дерево. На ее красивом лице появилась злорадная ухмылка. Растяпа. Поделом! Это ему расплата за любопытство, а остальным — урок за дурость и лень.

Колдунья могла одним жестом вернуть стражнику жизнь, но проехала мимо. Этим она показала, что такая участь ждет каждого, кто будет плохо выполнять ее приказы. Даже с таким непутевым войском Варвара была очень сильна и не сомневалась, что настигнет беглецов.

— Решили, что провели? Не на ту напали, — усмехнулась она.

Впрочем, теперь нападать будет она сама.

Болото, где обитал Водяной, находилось в густом непроходимом лесу. Сюда из широкой бурной реки на постоянное место жительства его сослали богатыри. Здесь теперь он прятался от козней Варвары. Мало кто забредал в эту лесную полутемную чащу, даже звери обходили ее стороной. Зато заповедное местечко было хорошо знакомо Бабе Яге — она собирала тут коренья колдовских растений и особо ядовитые грибы. Иван первый раз в жизни видел такие — не грибы, а здоровенные грибищи!

Комаров и мошек, странное дело, рядом с болотом не наблюдалось. Зато затхлой сыростью и гнилью несло знатно. На мутной поверхности зеленой жижи плавали роскошные кувшинки и лилии. Иван после недавнего горького опыта стал настороженно относиться к внешней красоте здешних цветов — в любую минуту от них можно было ждать подвоха.

Иван решил, что болото находится на пути к Белым горам и Кощей просто захотел сделать здесь привал. Он расслабился, стараясь восстановить силы. Топать десятки километров в день до попадания в сказку Ивану еще не приходилось. И еще отчего-то ему стало важно не казаться слабаком перед Василисой. Эта удивительная девушка никак не выходила у него из головы. Увидев, что она, с распущенными волосами, сидит на большом валуне возле самой кромки воды, решил к ней подойти.

Его остановили притаившиеся в кустах Кощей и Баба Яга, шикнув на него, чтобы не мешал. Чему?

— И чего она там расселась?! — поинтересовался Иван, глядя, как Василиса расчесывает свои красивые длинные волосы. Раньше она не распускала косу, прятала волосы — и вдруг…

— Тихо, дурья башка! — отмахнулась от него Баба Яга. — Водяного она ждет.

Кощей оказался разговорчивее и объяснил Ивану, что к чему:

— В былые времена ему каждый год самую красивую девушку из окрестных деревень приводили, чтоб он не лютовал и людей в болотах не топил. Боялись его…

Кощей рассказал, что когда-то с помощью меча-кладенца превратил обычного рака в Водяного. Ему подчинялись все морские, речные и болотные существа. Он мог вызывать цунами и штормы, затягивать ряской любые водоемы. Неограниченная морская власть сделала его любителем изысков. Водяной благоволил к вкусной пище и красивым женщинам. Даже сейчас, находясь в ссылке в вонючем болоте, он оставался гурманом, страдая по той красивой сладкой жизни, которой его лишили богатыри. Сейчас Водяной хоть и превратился в стареющего лысеющего нытика, стремительно набирающего лишний вес, интереса к противоположному полу не утратил. Красивые женщины были его большой слабостью. Мало кто из них смог устоять против столь обаятельного мужчины. Да и Водяной ради красавиц мог пойти на все.

— Без него нам Смерть-реку не перейти, — добавила Баба Яга.

Под водой стремительно проплыла чья-то тень. Она приблизилась к валуну но затем быстро повернула в обратном направлении, а болото забурлило, и его поверхность пошла пузырями.

Иван обомлел. Сейчас вылезет несуразное чудище, и ему придется отдать Василису?! Хороши же у них законы в сказочном государстве! Правильно сделали богатыри, что Водяного сюда загнали. И зря Кощей их на болото привел. Василису терять нельзя — хотя бы потому, что она хорошо дерется. Может быть, еще и щи варит, только Иван в этом сильно сомневался.

— Нельзя же так! — возмутился Иван, представляя, как Водяной начнет утаскивать Василису в болото. — Опасно девушку с таким чудовищем оставлять…

Но ему не дали договорить, Кощей затянул его в кусты, а «добрая старушка», треснув Ивана по голове палкой, приложила свой кривой палец к губам: мол, сиди тихо, а то больно будет. Угрожала, чтоб она трижды сгорела.

Все разом притихли, потому что в этот момент над болотом показалась голова Водяного. Иван по ней определил дальнейший внешний вид будущего жениха Василисы. Толстый русал с рыбьим хвостом вместо ног выглядел скорее комично, чем устрашающе. Было видно, что Водяной знать не знал, что такое диета, и питался много, скверно и однообразно. Его маслянистые глаза пробежали по Василисе, пухлые губы растянулись в довольной улыбке.

— О! Аппетитная! — изрек Водяной, нырнул и тут же вынырнул возле валуна.

Василиса тоже ему улыбнулась, причем слишком, по мнению Ивана, призывно. И чего она добивалась? Он не знал. Неужели действительно решила связать свою Жизнь с болотом? Что она тут будет делать? Ряску в паштет своим мечом рубить?

— Повелитель рек, озер, болот и морей приветствует тебя, краса ясноликая! — торжественно представился Водяной, как будто его могли перепутать с кем-то другим.

Василиса сделала вид, что смущается и радуется одновременно. Но даже Ивану стало понятно, что она всего лишь изображала радость, но ничего подобного не испытывала. Что-то здесь было не так.

Тут на голове Водяного открылась створка раковины, служившей лысине украшением. Оттуда выглянул рак и, склонившись к уху Водяного, начал что-то быстро стрекотать. Разумеется, повелитель болота как истинный мужчина глаз не сводил с красавицы Василисы, слушая рака вполуха. Но что-то в этой стрекотне его насторожило.

— Чего разбулькался? Помедленнее говори. — Рак застрекотал с новой силой. — Уверен? — нахмурился Водяной и повел носом, втягивая воздух. — И правда тиной от нее несет. Вот народ — жабу мне подсунуть хотели! Фу!

Этим самым «фу!» он выразил свое презрение к Василисе, которая тут же вскочила и перестала притворяться.

— Ой, можно подумать, что он богатырь! — уперла она руки в бока. — Ты себя-то в отражении видел?!

Разумеется, девушка не смогла стерпеть нанесенное ей оскорбление. Тем более, как считал Иван, совершенно беспочвенное. Но Водяной, не привыкший, чтобы ему перечили, разозлился. Он схватил Василису за ногу и стал тянуть ее к себе. Испуганная Василиса уцепилась за валун и попыталась освободиться от несостоявшегося кавалера. Тот в порыве злости был готов на все, чтобы наказать строптивую красавицу. Упырь покраснел от ярости и с ожесточением рванул Василису в болото.

Иван не стал дожидаться развязки, выбежал из кустов и кинул в Водяного палку.

— Слышь, выдра! — прокричал он ему, собираясь действовать самым кардинальным образом — замочить его ради Василисы. — Вылезай на берег, поговорим по-мужски!

Палка врезала Водяному по лбу, он отвлекся и отпустил ногу Василисы. Иван подбежал к девушке и помог подняться.

— Скройтесь! — зло бросил им вышедший из кустов Кощей. Снова ненужная перепалка ему чуть весь план не сорвала.

Иван с Василисой его послушались. Ясно, что злить Водяного, в чьей помощи они нуждались, было глупо. Но и он тоже хорош!

— Кощей?! — удивился Водяной, увидев, кто перед ним стоит. — Ну вот от кого я не ожидал…

— Не гневайся, — сказал ему Кощей. — Я по делу…

Иван с Василисой спрятались от Водяного в кусты — пусть теперь с ним Кощей разбирается. Василиса принялась поправлять одежду, которую чуть не испачкала, пока вырывалась из цепких рук болотного царя. Она подняла голову, чтобы что-то сказать Ивану, но промолчала. Тот снисходительно посмотрел на нее:

— Можешь не благодарить, — и, гордый собой, улыбнулся удивленной девушке.

Василиса возмущенно фыркнула и отвернулась. Она признавала, что этот парень ей нравился, но его непомерное самомнение и любование собой ее бесили.

Баба Яга, увидев то, что произошло, принялась копаться в своих спасенных пожитках. Как говорится, без труда не вытянешь Водяного из пруда.

— Говорила костлявому, что ничего не выйдет! Придется самой соблазнять.

— Ну, альтернатива, конечно, так себе, — хмыкнул отошедший от Василисы Иван. Он тер щеку, по которой, судя по всему, ударила Василиса. И вовремя одумался, поняв, что, если еще одна особа женского пола на него обидится, он вернется домой покалеченным. — Бабуся, без обид!

Баба Яга не обратила на его слова никакого внимания, словно знала великую тайну. Она достала из закромов огрызок яблока и склянку со светящейся голубой жидкостью. Взяв сморщенный огрызок, Яга полила его несколькими каплями из склянки, потом поставила склянку на камень и стала внимательно смотреть на огрызок. На ее глазах он превратился в сочный наливной плод! Яга понюхала яблоко и откусила от его крепкого красного бока.

— Хомячить, конечно, сейчас самое время, — иронично заметил Иван, глядя на то, с каким аппетитом ест яблоко Баба Яга.

— …в общем, — заканчивал объяснять Водяному обстановку сложившихся дел Кощей, — если достанем меч-кладенец — освободимся, перестанем по болотам да лесам прятаться. Ну что, согласен?

1. Первое впечатление — сырое.

2. Возраст — скрывает, молодится.

3. Социальное положение — поднялся с самого дна, куда опять опустился.

4. Внешность — яркая, считает себя красавцем, что довольно спорно.

5. Психотип — меланхолик-интроверт. Обидчивый и нежный.

6. Характер — временами самоотверженный, особенно когда рядом появляется красавица, но чаще склонный к вредным привычкам.

7. Личная жизнь — в прошлом бурная, сейчас от случая к случаю: флиртует с теми, кто застрянет в болоте.

8. Хобби — синхронное плавание, водное поло.

9. Волшебные навыки — раньше мог повелевать всем водным миром, сейчас возможности иссохли до тонкого ручейка.

10. Если ему перейдет дорогу черная кошка, то он ее утопит. А чего вы хотите?

Иван прислушивался к разговору двух бывших правителей земель и морей. Ему стал понятен замысел Кощея — вернуть меч-леденец… тьфу Кладенец, и вместе с ним власть. Безусловно, он великий стратег и тактик. Убедить примкнуть к их отряду Водяного, чтобы тот помог перебраться через реку, — отличная идея. Возможно, они б и сами справились, но чем больше народу, тем для них же лучше. Ивану не нравился Водяной, но он был согласен, что для достижения цели все средства хороши. Он был готов помочь Кощею убедить Водяного пойти с ними с условием, чтобы тот не притрагивался к Василисе, иначе Иван ему уши в раковины свернет…

И вдруг…

Когда он обернулся на раздавшийся позади себя шорох, то обомлел.

На месте старой страшной Бабы Яги появилась фигуристая красотка. Одета она была точно так же, как Яга, из чего напрашивался вывод, что каким-то непостижимым образом старуха превратилась в красавицу зрелых лет.

Резко помолодевшая Баба Яга подвязала свою хламиду повыше, чтобы оголить длинные стройные ножки.

Каким-то чудесным образом изобразила декольте, а потом расправила округлые плечи и тряхнула роскошными волосами. Иван даже загляделся на такую красоту!

Молодая Баба Яга, покачивая бедрами, эффектно вышла из кустов и направилась к болоту.

— На старушек засматриваешься? — ревниво спросила Василиса, пристально наблюдая за Иваном. Почему она так болезненно отреагировала на реакцию Ивана, и сама не поняла. Раньше ничего подобного с ней не случалось.

— Да нет, — смутился он, — просто… Вот чисто научный интерес — как это она?!

— Живая вода, молодильные яблоки, — пожала плечами Василиса, — ничего особенного. — В последнюю фразу она вложила двойной смысл. «Ничего особенного» касалось внешности резко помолодевшей Бабы Яги или способа омоложения?

Иван хмыкнул: для сказочных героев это «ничего особенного», а для него — волшебство. Он заметил оставленный Бабой Ягой на камне пузырек с голубой жидкостью, подошел к нему, закрыл крышку и положил себе в карман. Теперь он знал, что там находится живая вода.

В это время у болота Водяной продолжал сомневаться в перспективах присоединения к отряду беглецов, идущих за мечом-кладенцом.

— Ой, не верю я, — морщился повелитель болота, вольготно расположившись между кувшинок, — что выйдет что-то путное. Нам и в нашем болоте неплохо… — Тут к переговорщикам вышла помолодевшая Баба Яга. Увидев ее, Водяной лишился дара речи. Но пауза тянулась недолго, он сглотнул и хрипло добавил: — Живется.

— Ты уверен? — с нажимом в голосе спросил Кощей. — Может, еще подумаешь?

Молодая Баба Яга наклонилась, достала из болота кувшинку и поднесла ее к своему носу. Нос остался прежним, но он нисколько не портил ее красоту, добавляя к образу какую-то изюминку. Она сделала вид, что восторгается кувшинкой, считая ее лучшим цветком на всем свете. План сработал. Водяной стал с восхищением смотреть на стоящую рядом с Кощеем диву.

Разумеется, это не осталось незамеченным для рака. Он снова высунулся из раковины и принялся взволнованно стрекотать. Старый сплетник! Кощей напрягся. Баба Яга пошевелила подолом платья, показывая ножки, и взбила кудри. Этого хватило, чтобы Водяной, не отрывая от нее глаз, схватил рака за клешню и откинул подальше в болото.

— Пойдешь с нами — отдам тебе эту красавицу, — пообещал ему Кощей. Он был готов горы золота отдать, если бы они у него были. Стратегия Бессмертного была беспроигрышной, и Водяной там был одним из ключевых пунктов.

Молодая Баба Яга, чтобы подкрепить обещание делом, послала Водяному воздушный поцелуй. И он поплыл. В том смысле — обольщение дало результат.

— По рукам! — продолжая завороженно смотреть на красотку, ответил Водяной и неожиданно скрылся в болоте.

— Купился, карась пузатый, — хихикнула молодая Баба Яга своим привычным скрипучим старческим голосом.

Говорят, что возраст женщины, какие бы пластические операции ни производила та со своей внешностью, выдает шея. И не только. Еще и голос не молодеет — даже от молодильных яблок. По нему-то и можно определить, сколько веков на самом деле молодящейся красотке.

— Ты, главное, помалкивай, — нахмурился Кощей. — А то без этого пузыря нам Смерть-реку не переплыть.

Молодая Баба Яга, окрыленная успехом, кивнула и залихватски свистнула, повернувшись в сторону кустов.

— Ступу тащите сюда! — приказала она Василисе с Иваном.

Тут с букетом водорослей из болота вынырнул Водяной.

— Это тебе, рыбонька моя, — протянул он «букет» Бабе Яге.

Баба Яга хихикнула, сделала вид, что застеснялась и рада такому замечательному знаку внимания. Она взяла «букет» и щедро улыбнулась Водяному. А что? Может, и не играла она вовсе. В кои-то веки ей букет подарили! Когда такое было? Она и не помнила.

— Как звать тебя, прелесть моя? — настаивал на более близком знакомстве повелитель болота. Давно в этом месте таких красоток он не встречал — а как же его рыбье сердце по ним истомилось…

Кощей кинул на открывшую было рот Бабу Ягу яростный взгляд и сказал:

— Марфа ее зовут. Только вот немая она от рождения!

— Такая красота, да еще и молчит, — чистый клад! — обомлел от счастья Водяной и с видом фокусника выпустил переливающийся радужный пузырь — знак восторга.

Он не уставал восхищаться молодой Бабой Ягой. Продолжил бы любоваться ею и дальше, но тут Иван подвел низко летящую над землей ступу. Появление нового героя, успевшего вступить с ним в противоречие, вызвало настороженность Водяного.

— А это что за головастик? — наконец оторвал взгляд от красотки Водяной и посмотрел на Ивана.

— Это богатырь, — представил Кощей, кивая на Ивана, — сын Ильи Муромца, о котором я тебе рассказывал.

— Измельчали богатыри, — поддел Водяной Ивана. — Год неурожайный был? Что это за богатырь? Так — пескарик. Гы-гы-гы! — Сине-зеленая физиономия Водяного расплылась в насмешке. — Папка-то у тебя был ого-го! — И Водяной вытянулся в струнку нависая над болотной жижей. Этим он показывал свое превосходство — рядом же красотка Баба Яга стояла.

— Жалко, что он тебя к пиву не засушил, — ответил на насмешку Иван и посмотрел на Василису, которая рассмеялась его шутке. А чего тут церемониться? Сначала Водяной Василису чуть не утянул в болото, теперь над ним насмехается.

— Ты мне не булькай! — возмутился бывший правитель, подыскивая неприятные метафоры для дальнейшей ссоры.

— По дороге пособачитесь, времени мало, — остановил их Кощей. Он обратился к Водяному: — Ты в ступе поедешь. Только ее водой наполнить надо. Осталась у тебя еще силушка водой повелевать?

— Спрашиваешь! — хмыкнул Водяной и плюнул бойкой струей. Но она быстро иссякла, и вода потекла между зубов слабым ручейком. — Сейчас только так, — вздохнул Водяной.

— А быстрей лить воду в ступу можешь? — торопил Кощей — ему не терпелось отправиться в путь.

Водяной постарался прибавить оборотов, но напор воды стал лишь чуточку сильнее. Было понятно, что заполнение ступы водой займет продолжительное время.

— А как этот повелитель струи нам поможет? — поинтересовался Иван у Кощея, искренне полагая, что было бы болото — Водяные найдутся. — Просто переживаю за общее дело. Так, знаешь, домой хочется.

— Придет время — увидишь, — ответил ему Кощей и с ухмылкой добавил: — Если доживешь.

Мрачная перспектива, в двух словах изложенная Кощеем, не сломила дух Ивана. Он подошел к Василисе и присел рядом с ней.

Когда беглецы покинули очередной привал, к болоту приехали стражники, возглавляемые Варварой. Она шла по пятам беглецов с упорством гончей, взявшей свежий след. Кощей словно чувствовал ее приближение — вовремя уходил и уводил с собой отряд. Варвара, брезгливо приподнимая подол богатого платья, обошла кусты, где недавно пряталась Баба Яга. Она ничего не нашла и повернулась к болоту.

Затянутое ряской, потемневшее и осиротевшее без Водяного, болото лежало у ее ног грязным половиком. Недолго думая — а время терять в погоне за беглецами, она не хотела, — Варвара выпустила из своей руки волшебный кнут. Сверкающий бич стремительно опустился в жижу, которая тут же пошла пузырями от сильного нагрева. И когда уже казалось, что болото вот-вот закипит, как полный самовар, на берег выпрыгнул рак, покрасневший так, будто сморозил несусветную глупость.

Но ему было не до смущения — его только что чуть не сварили заживо!

Варвара одним взглядом показала, что ей от него нужно. Тот послушно кивнул и принялся стрекотать, показывая одной клешней направление, куда направился отряд под предводительством Кощея.

Она его выслушала, немного подумала, и на ее груди резким ярким светом вспыхнул амулет. Варвара взяла у десятника лук, из ее руки, будто из вены, создалась, выползла белая светящаяся стрела. Она вложила ее в лук и отпустила тетиву.

Путь к Белым горам преграждало высокое каменистое ущелье. Обходить его не было времени — Кощей знал, что их преследовала Варвара со своими опричниками. Перед разделяющей надвое плоскогорье расщелиной команда остановились. Решение пришло быстро. Сначала Василиса обратилась в лягушку и, рискуя провалиться вниз, перепрыгнула на другую сторону пропасти. И тут же вернулась в девичье обличье. Кощей весьма элегантно отделил свою руку от туловища и вместе с веревкой перебросил ее Василисе, второй конец оставив у себя. Та поймала руку и закрепила веревку на горном откосе. Таким образом буквально по веревке отряд поочередно перебрался на ту сторону. Вспоминая свое недолгое студенческое альпинистское прошлое, Иван с трудом преодолел пропасть, стараясь не смотреть вниз и делая вид, что переход через расщелину дался ему легко.

Само ущелье путало их заросшими тропами, на которые уже давно не ступала нога человека. Кощей шел впереди, расчищая путь для остальных. Баба Яга в образе красавицы плелась за ним, охая и постанывая, еле слышно кляня Водяного, который передвигался в ее транспортном средстве. А Водяной, удобно устроившись в наполненной водой ступе, летел следом за ней и продолжал восхищаться красоткой.

— Ну угодил Кощей! — радовался Водяной, не замечая тягот дороги. — Страсть как люблю молоденьких!

Иван с Василисой, шедшие позади него, переглянулись, сдерживая смех.

— Вот вернем Кладенец, — продолжал мечтать вслух сидящий в ступе повелитель морей, — женюсь! — Он с обожанием причмокнул, послав спине молодой Бабы Яги воздушный поцелуй. — Устриц буду разводить… жирных… сочных.

Домечтать ему не удалось, потому что отряд зашел в скалистое ущелье, сплошь усеянное… костями и черепами.

Они валялись вперемешку с мелкими камнями, словно эпатажный дизайнер интерьеров выполнил чью-то навязчивую идею о потустороннем мире.

— Ничего так у вас, симпатичненько, — хмыкнул увидевший все это Иван. — Ремонтах сделать, — он наступил на чью-то кость, и та хрустнула, — кафешечку поставить…

И замолчал. Замолчали все. Встали как вкопанные, потому что прямо перед ними сидело… Чудо-Юдо.

Хорошо еще, что оно сидело спиной!

Сначала можно было подумать, что в ущелье случился завал. Огромный валун свалился с горы, закатился сюда и осел возле очага-пожарища, над которым висел котел размером с дом. То, что в нем булькало и варилось, пахло довольно неприятно. В большущей руке валун держал гигантскую ложку. И да! Он был живым. И от этой массы исходила опасность, которую почувствовали сразу все. Проход вперед им преграждало настоящее Чудо-Юдо. Большая голова с бородавчатым лицом, оплывшими веками и губами — гигантскими пельменями еле ворочалась на толстой шее, торчащей из мощного здоровенного туловища. Ноги — две колонны — могли придавить кого угодно, даже богатыря. Великан помешивал варево с явным нетерпением и наверняка был голодным. Оставалось только молить небеса о том, чтобы пройти у него за спиной незамеченными. Возвращаться назад не было смысла — дальше путь лежал только через ущелье Чуда-Юда.

Кощей приложил палец к губам и показал всем, чтобы шли тихо и не скрипели костями — ни своими, ни теми, что валялись под ногами. Разумеется, и без его команды все поняли, что идти дальше нужно совершенно бесшумно. Кощей двигался размеренно, осторожно. Василиса шла на цыпочках, как-то легко, по-птичьему. Баба Яга изобразила крадущуюся походку кошки. За ней посвистел на ступе Водяной, спрятавшийся в воде. Иван поморщился от звука летящей ступы и прикинул, что если группа провалится, то первой на съедение отправится молодая аппетитная Яга.

Внезапно на мобильном телефоне призывно заиграла мелодия, поставленная для напоминания о грядущих мероприятиях. На экране высветились слова «Репетиция финала».

Это финал, обреченно подумал Иван. Сейчас Чудо-Юдо обернется…

Трясущимися руками Иван попытался выключить телефон. С первого раза сделать этого не удалось. Музыкальное напоминание, раздавшееся в ущелье вместе с коварным эхом, могло мертвого поднять из ада. Что уж говорить о живом Чуде-Юде. Мысленно прощаясь с жизнью, Иван успел поймать на себе взгляд Бабы Яги. По ее свирепой физиономии было ясно — она жалела, что не сожрала его раньше. Теперь сама баба-ягодка-опять могла стать десертом. Взгляд Кощея окатил нарушителя тишины такой волной гнева, что в другой раз Иван точно бы захлебнулся. Сейчас он лишь развел руками, принося свои извинения. Никто не сказал ни слова, все только опасливо переглядывались…

Это не спасло. Чудо-Юдо, по всей видимости не обладающее изысканным музыкальным вкусом, на бравую мелодию охотно повернулось. Огромная одутловатая физиономия гиганта выразила непомерное удивление тем, что кто-то сам шел к нему в руки. Недолго думая, великан встал и шагнул к ним с намерением разобраться с отчаянной компанией. Путь ему храбро преградил Кощей. Все-таки он был Бессмертным.

— Стой, чудище! — грозным предупреждением прокричал он великану. — Перед тобой сам Кощей!

Пафосное представление не помогло. Иван сделал вывод, что не все сказочные герои знают Кощея Бессмертного. Или, наоборот, они знают, что он уже не правитель Белогорья, и больше его не боятся. Чудо-Юдо ответно представляться не стало, лишь повело свиными ушами и с размаху врезало Кощею по лбу своей гигантской ложкой. «Удар был такой силы, что Бессмертный, гремя костями, вылетел из ущелья.

Никто не стал дожидаться неминуемого возмездия за нарушение спокойного ужина гиганта. Хитрая Василиса тут же превратилась в лягушку и спряталась за валуном. Если бы Иван умел превращаться, то видели бы его здесь! Во время возни с мобильником Иван умудрился выронить веревку, которая «вела» ступу. И теперь это средство передвижения было абсолютно неуправляемо. Какое-то время ступа по инерции еще двигалась, но вскоре окончательно потеряла равновесие и…

— А-а-а-а-а! — завопил оттуда Водяной. — Помогите! Как этим корытом управлять?!

И внимание Чуда-Юда тут же переключилось на его мечущуюся в ступе персону.

Воспользовавшись секундной паузой, путешественники спрятались по разным углам пещеры. Не повезло только Водяному.

Расплата за комфортное передвижение настигла его в самый неподходящий момент. Великан, топая ножищами и тяжело переваливаясь, подошел к неприкаянной ступе и наподдал ей, придав такое ускорение, что она опрокинулась. Вода из нее вылилась, и Водяной распластался на каменном полу. Ему хватило ума прикинулся бездыханным и не пускать возмущенных пузырей.

Чудо-Юдо оглядело свое жилище и не обнаружило ничего подозрительного. Видимо, крутые расправы с непрошеными гостями здесь происходили не часто — только когда путники забредали к нему по незнанию. Нужно быть отважным или сумасшедшим, чтобы вторгаться в жилище великана специально.

Иван проводил тревожным взглядом Чудо-Юдо, вернувшееся к очагу с котлом.

За соседним камнем пряталась Баба Яга, к ней прижалась Василиса. Кощей, судя по всему, затаился снаружи и пытался найти способ пройти мимо чудовища с наименьшими потерями. Баба Яга, все еще моложавой внешности, но уже привычно прихрамывающая, осторожно приблизилась к Ивану. Следом за ней припрыгала лягушка. Обе надеялись на Ивана, это читалось по их испуганным глазам.

— Что за монстр? — озадаченно прошептал Иван подошедшей Яге. — Не из ваших, что ли? Может, поговорить с ним?

Услышав возню у себя за спиной, Чудо-Юдо грозно прорычало предупреждение.

— Вот иди и поговори, раз такой умный, — предложила ему обернувшаяся девушкой Василиса. — Эти тоже поговорить любили, — и она показала на черепа и кости, лежащие у них под ногами.

У Ивана перехватило дыхание. Василиса была права, диалог грозил завершиться бедой.

— Братцы, — проскрипел из-под ступы Водяной, — воду разлили. Я без воды долго не протяну! — И он тут же спрятался за ступу, потому что Чудо-Юдо теперь повернуло голову в его сторону.

— Ну что, богатырь, — кивнула в сторону великана Василиса, — давай покажи силушку, одолей Чудо-Юдо!

— Она что, серьезно? — Иван с ужасом посмотрел на Бабу Ягу. По ее виду он понял, что шутить тут никто не собирался. — Так, нам главное сейчас не наломать дров, — отступил он. — Давайте дождемся нашего руководителя и решим. Скажет он: «Иди, Ваня, наваляй Чуду-Юду!» — не вопрос, наваляю. Я же кандидат в мастера спорта по боксу, если что…

— Высыхаю-у-у-у-у, — простонал из-под ступы Водяной.

— Шуруй давай, — завершила спор с Иваном Баба Яга, — а то сожру!

Иван поймал внимательный взгляд Василисы, который стал последней каплей в море его сомнений. Какая разница, кто его сожрет — Чудо-Юдо или Баба Яга? Яга, видя, что он решается на безумно храбрый поступок, довольно усмехнулась. И тут у нее выпал зуб. Вот те раз — возраст берет свое, морок сходит. Скоро Водяной узнает, какая на самом деле перед ним раскрасавица. Пока же тот, находясь между жизнью и смертью, конфуза не заметил. Баба Яга ловко, глядя на отражение в луже, пристроила выпавший зуб обратно. Иван хмыкнул: чем его есть будет — беззубым ртом? Но все равно направился вперед.

Он перешел за другой камень и спрятался за ним. Нельзя кидаться к столу великана с бухты-барахты. Кощей вон как долго теперь соображает своей ушибленной головой. Нужно что-то придумать, решил Иван и перебежал за другой камень. Тот стоял ближе всех к очагу с сидящим Чудом-Юдом.

Иван прикинул скудный арсенал своих возможностей. Он вспомнил, как представлялся доверчивым мнительным людям, большинство из которых составляли женщины, белым магом. Он совершал ритуалы и обряды, и ему верили. А что, если сейчас такой же удобный момент? Сможет ли поверить Чудо-Юдо в то, что его ауру нужно срочно почистить от сглаза? Глядя на огромную голову великана, Иван представил, как проводит над ней манипуляции руками, и содрогнулся. В пакле волос и сомнительных украшений из ветоши на этой огромной голове можно было запутаться навеки. И вдруг…

В волосах великана Иван заметил цветок и принялся рассматривать Чудо-Юдо более внимательно. Тем временем гигант с увлечением орудовал огромным тросом и валунами, высунув от усердия розовый язык. Иван был ошарашен своим предположением: Чудо-Юдо рукодельничало — собирало себе бусы!

— Ого! — отпрянул он от валуна. — Так ты женщина!

Чудо-Юдо, не поворачиваясь к нему снова грозно прорычало.

— Ну ладно-ладно, девушка, — исправил он свою догадку и, подкрадываясь к нему ближе, нечаянно наступил на сухую ветку.

В ущелье с гулким эхом разнесся хруст и повисла тревожная тишина, не обещавшая Ивану ничего хорошего.

1. Первое впечатление — устрашающее и отталкивающее.

2. Возраст — неопределенный. Тому, кто захочет определить, не позавидуем.

3. Социальное положение — жительница гор, с которых никогда не спускалась.

4. Внешность — если приснится, можно не проснуться.

5. Психотип — дикий.

6. Характер — отшельнический, замкнутый, нелюдимый.

7. Личная жизнь — испорченная, полная горького опыта, поэтому предпочитает себе подобных не любить, а есть.

8. Хобби — музыка, отдает предпочтение современным исполнителям.

9. Волшебные навыки — всеядна.

10. Если ей перейдет дорогу черная кошка, то она… ее поймает и сварит. Останутся от кошки ножки да крошки.

Недаром говорят, что в момент опасности человеческий мозг преподносит настоящие сюрпризы в виде спонтанных решений. И они самые верные. Опыт общения с легковерными красотками научил Ивана простым приемам, помогающим настроиться с клиентками на одну волну. Также он знал, что женская чувствительность не зависит от внешности — в душе любая из дам оставалась нежным ранимым созданием, ждущим к себе трепетного отношения. В мгновение ока, пока Чудо-Юдо соображала, что ей делать дальше — копаться в своем имуществе или ловить Ивана, — тот включил у своего мобильного телефона полную громкость.

Хит Стаса Михайлова «Все для тебя» зазвучал в пещере Чуда-Юда.

Иван обрадовался, что великанша не глухая и гуляющее по ущелью эхо усилило песню в несколько раз. Популярная мелодия, любимая миллионами женщин страны, нашла еще одну верную поклонницу.

От внезапного пылкого признания великанша обомлела и плюхнулась на табурет. Очевидно было, что музыка далекой от Белогорья страны ей понравилась. Иван решил пойти ва-банк и вышел из своего укрытия.

Иван, выделывающий танцевальные па перед Чудом-Юдом, делал вид, что поет исключительно для великанши, и та ему верила, раскачиваясь в такт нехитрой мелодии. Он имел ошеломительный успех.

Кощей, войдя в ущелье, увидел увлеченную песней Чудо-Юдо. Великанша сидела к нему спиной, перед ней прыгал с импровизированным микрофоном Иван. Она была полностью поглощена «концертом». Проход оставался временно свободным. Кощей щелкнул пальцами, приказывая команде поторопиться, пока чудовище не спохватилось. Бессмертный явно недооценивал российского певца. Зачарованная Чудо-Юдо благоговейно слушала Ивана и раскачивалась в такт музыке.

А за ее спиной стремительно перемещался отряд, идущий на поиски меча-кладенца. Василиса, проходя, бросила задумчивый взгляд на Ивана, от которого она не ожидала ничего подобного. Храбростью, по ее мнению, он явно не отличался. Зато внезапно проявил смекалку, вполне возможно спасшую всем им жизнь. «Молодая» Баба Яга прошла за ней следом, поглаживая рукой больную поясницу. Ей было легче передвигаться, привычно согнувшись. Но по пятам летела ступа с Водяным, который в любой момент мог заподозрить подлог. Правда, сейчас он стонал, пострадав при падении и сидя без воды.

Когда команда благополучно переместилась, Иван сорвал растущий на ближайшем камне цветок и бросил его великанше. Великанша застенчиво улыбнулась поклонившемуся Ивану и, поймав цветок, тут же отправила его в рот и попробовала на вкус. Решив, что с этой дамой шутки плохи, Иван поспешил догнать своих товарищей.

— А ты, оказывается, и не остолбень вовсе, — изумленно заметила Баба Яга, когда он подошел к ней. — Смекалист.

— Так я сразу и говорил, что пригожусь, — парировал Иван и по привычке похвастался: — Я ж парень-то ого-го!

— Ты это, — растянула губы в подобие улыбки Баба Яга, — нос не задирай! А то сожру.

Кощей тоже остался доволен совершившимся переходом. Иван посмотрел на Василису. Ему было важно знать ее мнение. Василиса просто улыбнулась. Но Ивану этого было вполне достаточно, чтобы чувствовать себя настоящим героем.

В это время в княжеском тереме вовсю шла примерка новых доспехов для Добрыни Никитича. Богатырь не скупился на самого себя, регулярно обновляя наряды. Новую кольчугу выковал талантливый мастер. Добрыня ценил его работу не только за надежную защиту, но и за искусное умение вплетать в броню тайные знаки-талисманы. И сейчас в центре кольчуги сияло, раскинув лучи в разные стороны, солнце — символ богатырского рода. Точно такое было изображено на перстне Добрыни, по этому солнцу он и узнал сына Ильи.

— Жмет, — жестко бросил Добрыня, когда мастер надел на него кольчугу.

— Расширим, — и кузнец ткнул пальцем в изображение, — а здесь украсим золотом…

— Каким золотом?! — возмутился Добрыня. — Я что — баба?! — И богатырь кинул подвернувшуюся под руку деревянную кружку в дремавшего поблизости стражника-десятника. — Ну как? — Тот спросонья недоуменно пожал плечами. — Ну-ка, — приказал Добрыня суетившемуся возле него кузнецу, — накинь на него! — и кивнул на десятника. — Со стороны хочу посмотреть.

Десятник начал крутиться возле окна, со всех сторон демонстрируя новый наряд…

Внезапно в открытое окно влетела белая сверкающая стрела и вонзилась стражнику в живот. Он вскрикнул от боли и неожиданности. Стрела, подобно юркой гадюке, приобретя несвойственную ей гибкость, заползла ему под одежду быстро добралась до горла стражника и обвила его цепкой хваткой. Магическая посланница преобразила испуганную физиономию десятника в прекрасное лицо Варвары.

— Добрыня, — тревожным голосом произнесла колдунья, — они взяли с собой Водяного и идут за мечом-кладенцом!

И вмиг все исчезло. Десятник пришел в себя и ощупал горло. Душившей его стрелы больше не было. Он облегченно вздохнул, но тут же затих — Добрыня стоял напротив него хмурый и задумчиво смотрел в окно.

Горная речушка, быстрым потоком спускающаяся вниз, на первый взгляд не соответствовала своему грозному названию. Хотя блестящие, обкатанные волнами валуны добавляли реке экзотики. Ивана не впечатлил находящийся поблизости глубокий каменный колодец с водой. Пролесок рядом, полянки, небо голубое, горы со снежными шапками, птички поют. Довольно неплохой природный ландшафт.

— Пришли, — мрачно сказал Кощей, ни к кому не обращаясь. — Смерть-река. — После этого он, словно вспомнив, повернулся к Водяному и заглянул в ступу: — Ты как там?

— Быстрее, — простонал в ответ Водяной слабым умирающим голосом, — в воду меня…

Иван подумал, что если у реки погибнет от засухи Водяной, то она самым анекдотичным образом оправдает свое название. Будет причастна хотя бы косвенно к чьей-либо смерти.

— Я-то думал, это Смерть-река, — театрально нагоняя жути, произнес Иван. — А это Смерть-речушка, оказывается, — хмыкнул он и кивнул на Водяного, ступу с которым перемещали ближе к воде. — Зачем нам этот жидкий вообще? Могли бы на ступе по очереди перелететь. — И он стал смотреть на реку, в ласковых водах которой плескались солнечные и лунные лучи.

Кощей вместо ответа поднял с берега камешек и бросил его в воду. Не успел камешек дотронуться до воды, как оттуда выскочила мелкая зубастая рыба. Она вмиг проглотила его и не поморщилась — не успела, потому что из воды выпрыгнула вторая рыбина и проглотила первую! Возможно, обеих рыб с ходу сожрала третья — удивленный произошедшим Иван отвернулся к Бабе Яге.

— Ступа старая, — глухо ответила та. — Выше аршина не взлетит. Они тебя, — и она кивнула на речку, — вместе со ступой сожрут.

— И что за жизнь здесь! — нахмурился Иван. Один другого так и норовит сожрать. И невозможно определить, где находится истинный злодей, а где под маской безобидного добра прячется зло. Все перемешалось как в миксере. Он помнил сказки про Кощея и Бабу Ягу — там все или белое, или черное. И никаких смешений добра и зла. А здесь получается не детская сказка, а реальная жизнь.

Он на всякий случай отошел от берега и стал наблюдать за тем, как из ступы выуживали обезвоженного Водяного. «Долгие проводы — лишние слезы. Нечего в ступе воду толочь», — пробормотала при этом Баба Яга и трижды постучала по ступе ладонью. Емкость послушно перевернулась, выплескивая Водяного прямо в Смерть-реку. Обессиленный Водяной тут же пошел ко дну, с радостью погружаясь в освежительную прохладу. Выражение усталости на его лице сменилось довольной безмятежностью.

Хорошо, что нырнувший Водяной не увидел, как Баба Яга склонилась за упавшим на землю платком, да так и осталась стоять скрюченной — у нее «заклинило» спину. Возрастные болячки все чаще давали о себе знать — значит, действие молодильного яблока ослабевало.

— Ох, согнуло меня, пособи, Василисушка, — обратилась к ней Баба Яга и оперлась на предложенную девушкой руку.

Василиса отвела молодящуюся старуху к колодцу, чтобы та смогла сесть и отдохнуть. Переход был нелегким, все устали.

— Что-то долго жидкого нет, — первым почувствовал неладное Иван, глядя на бурный поток, скрывающий рыб-убийц.

— Дай ему время, — ровным голосом произнес Кощей. Бессмертный всегда верил в успешность своих стратегических замыслов. — Он в этих водах давно не появлялся. Видно, порядок наводит…

— А-а-а-а-а! — ответом им стал громкий вопль выпрыгнувшего из реки Водяного. — Помогите! — Он отбивался от вцепившихся в него акульей хваткой двух зубастых рыб. — Мятеж чистой воды! На отца родного моську разевают! — Он стряхнул рыб в реку и принялся рывками, по-тюленьи, перемещаться к каменному колодцу в поисках спасения. — Никакого уважения — а ведь это я их сюда поселил, — обиженно приговаривал он. — А они…

Бултых! — и Водяной скрылся в каменном колодце.

Все от неожиданности замерли. Такого от бывшего морского властелина не ожидали. Первой «отмерла» стоявшая возле Смерть-реки Василиса и отошла от нее подальше. Кощей озадаченно молчал. Баба Яга медленно приходила в себя после того, как бросивший их на произвол судьбы Водяной нырнул в колодец.

— Ну и как мы теперь до меча доберемся?! — недовольно поинтересовалась Василиса.

— Не знаю, — ответил Кощей, соображая, к чему еще может привести бунт со стороны подчиненных. Пример Водяного был для него более чем убедительным.

— Как это не знаешь?! — взъелась Баба Яга. — Я что, зря с вами здесь по горам лазаю?! Мне, между прочим, уже не двести пятьдесят лет! — Она уперла руки в боки и двинулась на Кощея.

— Тихо, старая, — грозно оборвал ее Кощей. — Подумать надо.

— А чего думать? — рассердилась Василиса. На ее миловидном лице между нахмуренными бровями появилась суровая морщинка. — Все, пришли.

И тут началось…

— Ты вообще не квакай! — надвинулся на нее Кощей. — Знай свое место!

— А ну не тронь ее, пень трухлявый! — набросилась на Кощея Баба Яга. И скорчила физиономию, передразнивая его. — Тут делов на три дня. Освободимся — прятаться перестанем. — И где оно все?! А?!

После печального опыта Водяного с набросившимися на него рыбами Кощей не стал церемониться. Нависнув над Бабой Ягой грозной тенью, он сжал в струнку побелевшие от злости губы. Его ледяные глаза обдали старуху арктическим холодом, а по лицу пробежала жуткая тень беспощадной расправы. Посмевшая ему перечить Баба Яга моментально притихла.

— Тихо-тихо, друзья! — встал между ними Иван. — Давайте не нагнетать обстановку. Мы все сейчас на взводе. Причины есть, не спорю. Но надо помнить, что мы с вами одна команда, в одной лодке плывем.

— Где лодка?! — мгновенно засуетилась Баба Яга, озираясь по сторонам. — Я не вижу здесь никакой лодки! — И повернулась к Василисе: — Где он лодку нашел?

Та в ответ только пожала плечами.

— Ну-у, это я фигурально выразился, — принялся объяснять Иван. — Я просто хотел сказать, что у нас с вами одна… — и он замешкался.

— Ты нам зубы не заговаривай! — возмутилась Баба Яга. — Просто скажи — где лодка?!

— Да нет никакой лодки! — не выдержав, прокричал Иван. — Я просто хотел сказать, что мы должны быть терпимей, толерантнее друг к другу. — И он замолк.

В звенящем и бурлящем от горной реки воздухе повисла пауза.

— То есть, — уточнила Баба Яга, — лодки нет?

Иван был готов ее убить! А еще лучше — сбросить зубастым на корм. Ну что за глупая старушенция!

— Вы как хотите, — расстроенно заявила Василиса, — а я не собираюсь здесь оставаться! Дура я, Кощей, что тебе поверила! — И она пошла прочь, отпихнув вставшего у нее на пути Ивана.

— Чего она так завелась? — попытался понять он, глядя Василисе вслед. Ему стало не по себе из-за того, что она расстроилась.

— Жабой не хочет остаться, — коротко ответил ему Кощей, подходя ближе к реке.

— В каком смысле? — деликатно поинтересовался Иван и пошел за ним. Это же прикольно — превращаться в лягушку, когда захочешь. Ему бы такой волшебный навык!..

— Варвара с Добрыней как-то проезжали мимо деревни Василисы, — начал рассказывать Кощей, приближаясь к самой кромке воды. — И девушка ему приглянулась…

…Случилось это тогда, когда Добрыня Никитич стал всемогущим князем — властителем Белогорья. Народ был рад освобождению от Кощеева правления и встречал Добрыню с распростертыми объятиями. Богатырь в то время разъезжал по всей стране: знакомился, себя показывал — силушку свою великую. В поездках сопровождала его верная жена Варвара. Она неслышной тенью скользила за князем и острым глазом подмечала ТО, что Добрыне было невидимо. Нового князя встречали хлебом и солью, полной чаркой лучшего вина…

Кощей был великим рассказчиком. Вновь, как на экране, Иван увидел те времена и пирушки в честь Добрыни Никитича.

…В ту деревню, продолжал рассказывать Кощей, где Василиса жила с родней, а родни у нее была целая деревня, и заехал новоявленный князь со свитой. Решили было мимо проехать, да уж больно голубое озеро, на берегу которого располагалось селение, князю приглянулось. Раскинули шатры рядом с деревней и сделали привал. Искупаться бы князю, смыть грязь и пыль дорожную да ехать дальше. Но нет — захотелось ему в саму деревню поехать. Он приказал — все сделали, сели на коней и поскакали.

В деревне Добрыню Никитича не ждали, приезд сюда оказался незапланированным. Все деревенские работали в полях. Лето знойное стояло, покос, нельзя было солнечные деньки терять — корм скоту запасали. Но, увидев пышную процессию, побросали все и побежали вперед. Сельчане нашли каравай, соль и позвали Василису нести все это князю.

Хлеб был сух, соль горька, медовуха кисла. Не понравился прием князю. Зато приглянулась ему юная девушка с большими глазами цвета спелой сливы. Скромница-красавица, каких еще свет не видывал, стояла перед ним и радушно улыбалась. Добрыня смягчился, улыбнулся ответно, принял каравай из ее рук, расцеловал девицу по обычаю трижды и выпил чарку медовухи. Деревенские стали ему про свое житье-бытье рассказывать. Только Добрыня не вникал в их проблемы — не мог глаз от юной красавицы отвести. Залетела она в его сердце непрошеной птахой. Что это было? Он и не понял. Зато все поняла Варвара. Она начала князя уговаривать ехать дальше — заждались, мол, там, где встреча назначена. Добрыня послушал ее, но пообещал деревенским на обратном пути заехать и разобраться во всем. Особенно с той занозой, что в сердце впилась. Когда князь с женой и дружиной из деревни уехали, люди с недоумением развели руками. Ничем им властитель не помог. И они вернулись к своим заботам.

А следующей ночью в деревню на своем вороном коне прискакала Варвара. Она спешилась, встала посредине спящего села и выпустила свое страшное оружие — из ее руки сам собой возник светящийся магический кнут. Варвара стеганула им трижды крест-накрест землю — и стала та камышом зарастать. Княгиня подошла к голубому озеру и превратила его своим кнутом в болото. Никто не то что пикнуть — квакнуть не успел…

— Вот так Варвара из ревности отомстила — превратила всю Василисину семью в лягушек. Когда на обратном пути князь через бывшую деревню проезжал, сказала ему, что не было ничего. Есть одно болото с лягушками, оно и было. Озеро с красавицей примерещилось ему во сне, — заключил свой рассказ Кощей.

— А Василиса?! — обомлел Иван.

— Ее Баба Яга своим колдовством спасла. Теперь Василиса может в человека оборачиваться. И если мы силу не вернем, будет ее семья квакать до скончания лет. Вот она и злится… Ты иди успокой ее, а я как раз рыбки поджарю.

И Кощей засунул руку в воду. Через пару секунд он ее достал, и с уловом — десяток зубастых вцепились в руку, не подозревая, что на этот раз съедят их.

Взволнованный рассказом, Иван подошел к Василисе, которая сидела в сторонке и плакала. При его приближении она сразу стала вытирать слезы — гордая красавица не хотела показывать свою слабость. Иван устроился на бревне неподалеку. Он пришел, чтобы искренне поддержать и ободрить девушку простыми добрыми словами.

— Не помешаю? — поинтересовался он просто из вежливости — при любом ответе уходить не собирался.

— Помешаешь, — привычно фыркнула Василиса.

— Мне Кощей все рассказал, — мягко признался Иван. — Ну, про тебя и Варвару… — Василиса ни слова не сказала, продолжала молчать. Но Ивана больше не прогоняла. — Знаешь, я ведь без семьи рос. — Простые добрые слова сами нашлись, когда он захотел раскрыть ей свое сердце. — В детском доме любил перед сном закрыть глаза и помечтать, что у меня есть отец, мама… И всегда представлял такие ситуации, в которых я им нужен. Думал, вот буду мусор выносить, дома убирать. А они меня за это любить будут.

Иван сделал паузу, вспоминая свои детские мечты — наивные и чистые. Когда они успели отойти на задний план и среди прочих дел перестать быть мечтами? Каждодневная суета подсовывала ему вместо них постоянные погони за успехом и деньгами. А этим душевную пустоту не наполнишь.

— Тогда я не знал, что любят просто так, — продолжил Иван, беря Василису за руку. — Но до сих пор думаю, что если есть шанс любимым людям помочь — расшибись, но сделай! Ты, главное, не сдавайся.

Иван чуть смутился, что было для него впервые, и отвел глаза. И тут вдруг заметил, что рядом с ним в траве спрятался небольшой пушистик — зайчик. И он решил сделать Василисе подарок.

— Смотри, какой мимимишный! — Он взял его и поднес к Василисе.

— Какой? — не поняла Василиса. Она больше не плакала.

— Ну, в смысле хорошенький, — протянул ей зайчонка Иван.

Василиса улыбнулась, взяла зверька и погладила. Иван вздохнул — вроде бы получилось у него девушку успокоить. И вовремя мимимишка подвернулась, да еще такая забавная. У-у-у, глазищи какие у него странные. Так и пышут желтым светом…

— Ты чего?! — бросился Иван к Василисе, когда та, вскочив, откинула от себя забавного зайчика, схватила сучковатую палку и принялась его лупить изо всех сил. — Не бей животное!

Не зайчик то был, не птица — сама княгиня тьмы Варвара предстала перед ними, взъерошенная и злая. Еще бы ей не быть в ярости — простая деревенская девчонка ее палкой отходила! Колдунья вскинула руку — и вылез из нее послушный магический кинжал. Едва успел Иван отпрянуть и спрятать Василису за свою спину, как тот пролетел мимо его уха. Острием задел, больно оцарапал.

— Ай! — вскрикнул Иван и перехватил рвущуюся в бой с Варварой Василису. Силы-то неравны. — Бежим! — крикнул он и не стал дожидаться, пока из Варвариной руки вылезет кнут.

Иван схватил Василису за руку, и они побежали от колдуньи в сторону реки. Варвара лить усмехнулась и спокойно пошла за ними следом, потому что от реки навстречу беглецам уже спешили стражники. Оставался один путь — к колодцу, туда Иван с Василисой и повернули.

Жареной рыбки никому отведать не удалось.

— Валим отсюда! — прокричал подбежавший следом за Василисой к костру Иван. И показал Кощею и Бабе Яге: — Там Варвара!

Те только успели вскочить, как стражники с Варварой уже окружили их лагерь и начали медленно сжимать кольцо вокруг команды Кощея. И отступать было некуда — позади только каменный колодец.

Баба Яга моментально сориентировалась, достала из своей хламиды желудь и бросила в огонь. Пламя тут же поднялось до небес, отрезав проход стражникам. Но и Варвара не дремала — тут же из ее руки вылез белый кнут, которым она это пламя погасила.

«Один-один. Но и здесь силы неравны», — мысленно подвел итог Иван, а вслух крикнул:

— В колодец!

Все быстро выполнили короткий приказ. Последней сиганула в колодец Баба Яга, ступа тут же перевернулась и плотной пробкой закрыла собой отверстие, встав поперек и наискось — не выбьешь.

— Целы? — гулко прозвучал голос Кощея среди барахтающихся в воде членов их малочисленного отряда.

— Где-то здесь Водяной, — пытаясь что-то рассмотреть в темноте, встревоженно сказала Василиса.

— Если б он утонул, мне было бы жаль, — сказал Иван и включил фонарик на мобильном телефоне, который держал на вытянутой руке, чтобы не намочить.

В колодце сразу стало светло. Можно было пересчитать всех плавающих по головам: Кощей, Василиса, старая Баба Яга… Ох, куда же делась ее красота?! И впрямь, подумал Иван, женщинам нельзя волноваться — от этого они стареют. А тут такая экстремальная ситуация — даже волшебство молодильного яблока не выдержало.

— Тут глубоко, — вынырнул к ним Водяной, сидевший в колодце как у себя дома. — До дна аршин двадцать будет.

Бум-бум-бум! — наверху стражники топорами без продыху рубили ступу.

— Изверги, — проскрипела старческим привычным голосом Баба Яга, — мою лебедушку губят!

— Кто здесь? Это чей голос? — удивился Водяной. Вроде бы все те же самые. И принялся оглядываться: — А где Марфуша?

И тут он заподозрил неладное. Баба Яга попыталась отвернуться и спрятать свое морщинистое лицо и рот без переднего зуба — выпал-таки во время прыжка. Только Водяной поднырнул и вынырнул прямо перед ней. Яга ему смущенно улыбнулась, и Водяной догадался, что его жестоко обманули.

— Вы что, совсем буль-буль?! — возмутился он нервно, фыркая фонтанчиком воды. — Подсунули мне воблу сушеную!

Ну какая женщина стерпит подобные оскорбления?! Да ни одна.

— Что значит «воблу сушеную»?! — поперла на него Баба Яга, подплывая вплотную. — Мне всего-навсего шестьсот лет!

— Это на триста лет больше, чем мне! — вел счет Водяной. Что его больше волновало в этот момент — ловушка или исчезновение красотки, он и сам не знал.

— Вот и не ори тогда на старших, — оборвала его Яга, которой больше не надо было Водяного соблазнять. Приплыли, что называется, и не в Смерть-реку, а гораздо хуже. Теперь о другом нужно думать, флирт с Водяным побоку.

— Должен же быть какой-то выход, — Иван прислушался к мощным ударам, какие выдерживала волшебная ступа. Но рано или поздно ее расколют. — Мы же утонем!

— Спокойно, — оборвал его Кощей, — не ори. — Он всегда предпочитал думать в тишине.

— Тебе легко говорить, — возразила Кощею Василиса, которая могла лягушкой обратиться, но переживала теперь и за Ивана, и за всех. — Мы сейчас утонем!

— Вот если бы вы меня не обманули, — сварливо заметил плескающийся рядом с Бабой Ягой, но демонстративно от нее отвернувшийся Водяной, — я бы вам помог!

В колодце повисла напряженная тишина, едва разбавляемая мелкими нервными бульками бывшего болотного властелина. Он все еще злился.

— Есть какой-то выход? Время уходит! — Иван подплыл ближе к Водяному.

— Не знаю! — вредничал тот.

Бум-с! — рядом с ними плюхнулся отбитый стражниками кусок ступы.

— Говори, пузырь! Быстро! — подплыл к Водяному рассерженный Кощей. — Они тебя как рыбу зажарят!

Доводы Бессмертного определенно показались Водяному разумными. Сколько ни выпендривайся, а он с ними в одной западне. Вряд ли Варвара простит ему измену. Не та она колдунья, чтобы кому-то прощать даже маленькие слабости. При этой мысли Водяной бросил взгляд на старую Бабу Ягу и тяжело вздохнул. Не она — сидел бы сейчас в своем болоте в беззаботной тине. Но делать нечего: поддался на женские чары, ласты развесил — вот и получил…

— Там внизу есть подземный ход наверх, — хрипло выдохнул он. — Нужно только камень откатить.

— Не выйдет, — мрачно отрезал Кощей. — Глубоко.

— Эй, ты же повелитель морей! — напомнил Водяному его бывший титул Иван, в голове которого закрутились варианты их спасения. — Сделай что-нибудь с водой! Испари, заморозь… не знаю… выпей!

«А это мысль», — промелькнуло в заинтересованном взгляде Водяного, который не стал дожидаться, когда стражники наверху полностью вытолкнут пробку-ступу. И, тут же нырнув на дно, Водяной лег на спину и открыл рот. В него как в водопроводную трубу начала затягиваться колодезная вода. И с каждым глотком Водяного уровень колодца начал понижаться.

Вскоре вся колодезная вода перекочевала в желудок Водяного. Он раздался в размерах и стал похож на огромный пузырь, готовый вот-вот лопнуть.

— Шевелите плавниками, — просипел Водяной сгрудившимся вокруг него на сухом дне товарищам. — Я долго не выдержу!

Словно в доказательство правоты его опасений из уха у него полилась струйка воды. Другая фонтанчиком потекла из носа. Водяной попытался заткнуть дыры толстыми пальцами, но вода начала литься из другого уха. А тут еще в колодце стало светло, как днем. Это вниз полетели остатки ступы Бабы Яги. Вход в колодец уже ничто не прикрывало.

— Шаврики тупоголовые! — прокричала стражникам Баба Яга, тяжело переживающая утрату любимой помощницы, и помахала им костлявым кулаком.

— Ныряйте в дыру! — не обращая внимания на ее стенания, приказал остальным Водяной.

Кощей с Василисой как раз откатили камень и стояли, разглядывая черное нутро подземного хода. Узкий лаз действительно вел наверх.

— А ты? — повернулась к Водяному встревоженная Василиса. Она поняла замысел Водяного, но как же он ей не нравился…

— Я закрою вход, — грустно вздохнул Водяной. — Все равно не пролезу. Так и знал, что этим кончится.

— Мокрый, ты что?! — нахмурился Иван. Ему было понятно, что задумал Водяной. Варвару нужно остановить, иначе она кинется следом за ними в лаз. Но как? — Сейчас разрулим все! За нас вон, — он кивнул на Кощея, — бессмертный чувак. Колдунья у нас, — Иван показал на Бабу Ягу.

Возможно, он добавил бы пару слов про отважную Василису, только не успел. Его пламенную речь перебил свист летящего куска ступы — последнего, следом за которым тут же полетели смертоносные стрелы. Кощей заслонил рукой голову Ивана. В его руку тут же впились острые посланницы стражников Варвары, одна из которых пробила руку Бессмертного насквозь и остановилась в сантиметре от головы Ивана.

— Идите уже, чего встали! — поторопил их, всхлипнув, Водяной.

Все переглянулись, понимая, что иного выхода нет.

Василиса с Иваном первые скрылись в подземном ходе. Кощей замешкался ненадолго.

— Спасибо. Не забуду, — на прощание отрывисто бросил он и скрылся.

— Да не боись, прорвемся! — Последней к Водяному подошла Баба Яга. Она по-старушечьи улыбнулась ему беззубым ртом. — А потом мы тебе такую девку найдем… — Чем могла, тем подбодрила. А вдруг и впрямь у него наступит «потом»?

У Водяного по щеке пробежала горькая слезинка. Он смахнул ее с видом «мол, нечего тут сырость разводить!». Баба Яга, сама с трудом сдерживая слезы, порывисто обняла огромного Водяного и скрылась в темноте подземного хода.

И в тот же миг в колодце стало темно — это расправила свои крылья сова-Варвара, чтобы опуститься на дно и расквитаться с мятежными беглецами.

Водяной ни в чем не сомневался.

Он давно хотел проявить себя настоящим мужчиной. Длительное сидение в болоте едва не сделало из него раскисшего и всем довольного неженку. Приход к нему отряда Кощея поначалу стал неприятным сюрпризом. Дело скрасило появление моложавой красавицы. Конечно, поначалу в путь, ставший для него последним в недолгой жизни, он отправился ради нее. Всего триста лет прожил Водяной! Всего-навсего триста лет, часть из которых он просидел сложа ласты. И вот теперь ему представилась блестящая возможность помочь друзьям. Таких отважных, умных, целеустремленных друзей у Водяного еще никогда не было. Ради них он мог не раздумывая пожертвовать собой, что и сделал. Эта открывшаяся внезапно жертвенность одновременно и радовала его, и пугала. Пугала тем, что, решившись на настоящий поступок, он мог не выдержать и сдаться на милость победителю. Так уже было. Водяной больше всего на свете сейчас боялся не устоять перед могущественной колдуньей Варварой, один взгляд которой раньше лишал его дара речи.

Он, кряхтя и тужась, перекатился на бок, заслонив своим огромным телом вход в подземный лаз, и собрал силу воли в крепко сжатые кулаки.

В это мгновение сверху на сухое колодезное дно свалилась сова. В разные стороны от нее полетели пух и перья. Пикировка явно прошла неудачно — Варвара сама принялась отплевываться от летающих по колодцу перьев, чем насмешила Водяного. Он обрадовался, что больше не боится ее так панически, как раньше. Даже вылезший из ее руки белый светящийся магический кнут не произвел на него прежнего ошеломляющего действия.

— С дороги. Водяной! — гневно приказала ему Варвара, намереваясь пройти следом за беглецами в подземный лаз.

— А ты меня сдвинь! — грозно булькнул он, всем своим видом показывая, что погибнет, но с места не сойдет.

— Ах так?! — Варвара подняла руку с кнутом, грозя расправиться с наглецом самым решительным образом. От него она не ожидала подобной наглости и непослушания.

— Так! — Водяной запустил в нее струей воды, обдав колдунью с головы до ног. Он был рад, что до последней секунды остался героем.

Грозный бич Варвары ударил его, превращая в огромную каменную глыбу. Мало того, что глыба напрочь закрыла собой проход в лаз — из камня стали сочиться мелкие ручейки. Они быстро набирали силу под напором всей водяной массы — и вот уже из глаз, ушей и носа каменного Водяного стали бить настоящие фонтаны.

Варвара вылетела из колодца с мощным потоком воды, обдав с ног до головы ждущих ее стражников. Они попадали от неожиданности и увидели, как высоко в небе, пытаясь спастись, Варвара превратилась в сову. Но вымокшая до последнего пера птица не смогла удержаться наверху и камнем свалилась в колючие кусты. Мокрая, злая, выплевывая на ходу свои же пух и перья, она направилась к опричникам, стараясь вышагивать гордо, сохраняя княжеское достоинство. По ее свирепому и решительному виду было понятно, что возвращаться в город ни с чем она не собирается.

Из-под вывороченного с корнями старого гнилого дерева первым вылез Кощей. Его мужественный вид порядком пострадал из-за грязи, по которой пришлось пробираться к выходу. Однако состояние одежды мало беспокоило Бессмертного. Его волновал отряд. Он обернулся посмотреть, как из подземного хода выбираются остальные. Иван помог выйти Василисе, та протянула руку Бабе Яге. Переход состоялся. Только вот куда они вышли? И Кощей занялся изучением местности.

— Эх, такого мужика потеряли! — пожалела Водяного Баба Яга. Она не могла забыть его благородный поступок и искренне страдала от потери друга. Остальные тоже переживали, только молча. Кто бы мог подумать, что Водяной — балагур и неженка — окажется героем?

Но нужно было двигаться вперед. Все понимали — Варвара не оставит их в покое, пойдет за ними. Наверняка она уже начала искать беглецов. И не исключено, что наступает отряду на пятки.

— А где это мы? — Иван осмотрелся по сторонам. Местность незнакомая, но ему в Белогорье все незнакомо. И все-таки лучше точно знать, где находишься.

— Похоже, мы на другой стороне Смерть-реки, — ответил Кощей, прикидывая. — За день должны до Кладенца добраться.

И он махнул рукой, приказывая своему небольшому отряду отправляться в путь. Все зашагали, на ходу отряхивая грязь и комья земли. Чистота, безусловно, залог здоровья. Но в их случае залогом продолжительной жизни являлась быстрота перемещения. Тем более что впереди, за лесом, уже виднелись скалистые Белые горы.

Отряд с каждым шагом приближался к намеченной цели. Иван все больше думал о том, как он найдет нужное оружие. Вдали маячила перспектива отыскать меч-кладенец и с его помощью вернуться домой. Любоваться пейзажами Белогорья ему уже порядком надоело. Тем более — играть в прятки с женой всесильного князя. Конечно, он устал.

Из-под ноги Ивана выскочил камень и с грохотом соскользнул в пропасть. Они уже шли по узкой горной тропинке, где неприятные сюрпризы продолжались с завидной регулярностью.

— Кощей, — обратился Иван к ведущему их Бессмертному. — Я вот про меч хотел спросить. Ну, допустим, я его достал — и что? — Иван прекрасно понимал, что у Кощея не было настроения вести непринужденную светскую беседу. Но вдруг кто-то из них свалится с этой горной тропинки в пропасть? А если это будет Кощей, который нырнет туда вместе с тайной использования меча-кладенца? — Как мне домой вернуться? А?

— Достал, марамошка любознательный, — недовольно пробурчала Баба Яга и обратилась к Кощею: — А я предлагала тебе его сожрать! — И сердито посмотрела на улыбающуюся Василису.

— А что тут такого? — пожал плечами Иван. — Должен же я знать, как меня будут возвращать. Может, это больно?

— Да не больно это, — отмахнулся от него Кощей, не поворачивая головы. — Берешь, раз-раз — и все. — Кощей злобно зыркнул на парня, но все же остановился на небольшом пологом «пятачке». Он поднял с земли палку и показал Ивану, что следует делать с мечом. Сначала очертил палкой круг, затем размахнулся и «разрубил» его пополам. — …и ты дома, — заключил он устало.

— И все? — недоумевал Иван. — И никаких там заклинаний типа «ахалай-махалай»?

— Ты о чем? — нахмурился Кощей, не понимая его. — Все просто.

— Чхи! Правда Кощеева, — в подтверждение его слов чихнула Баба Яга. — Проще некуда. Чхи! Чхи!

Иван хмыкнул — видимо, у Яги обострилась аллергия на цветочную пыльцу или ей захотелось чихать от голода. Причина осталась неизвестной. Но ее звонкое чиханье услужливое эхо тут же донесло до вершины ближайшей горы. От неожиданно мощной звуковой волны с вершины съехала снежная шапка и, кажется, спровоцировала камнепад.

— Всем в сторону! — успел прокричать Кощей и шагнул к каменному навесу.

Баба Яга с Василисой успели отбежать подальше. Иван задержался, потому что увидел, как огромный валун летит с вершины прямо на Кощея. Раздумывать было некогда. Иван прыгнул на Бессмертного и толкнул его в грудь. Оба отлетели от опасного поворота. Если бы Кощей остался на прежнем месте, случилась бы беда.

— Жить надоело? — хмуро поинтересовался Кощей, поднимаясь с земли. Он прислушался — грохота больше не было, камнепад вроде прекратился.

— Вас спасал, — смущенно ответил Иван, отряхивая с себя пыль.

— Кого ты спасал? — снисходительно усмехнулся Кощей. — Я бессмертный. — Он немного отдышался, оглядел свой небольшой отряд и отдал приказ: — Ладно, в путь, полудохлики…

Может, Кощей хотел сказать что-нибудь ободряющее, что заставит его команду быстрее двигаться к цели… Может, решил похвалить Бабу Ягу с Василисой за проявленную прыть… Последний валун, решивший покинуть место у вершины горы, свалился точно на него, и огромная сила вдавила Бессмертного в горную тропинку по самые уши. Впрочем, из-под валуна показалась одинокая жилистая рука Кощея.

— Вытащите меня, — глухо, словно из подземелья, попросил он.

Вытаскивали его долго и упорно, умаялись все, поэтому решили сделать привал.

Ночь настала внезапно, накрыв все пространство Белогорья черным нетканым полотном. Пламя разведенного Ягой костра освещало небольшую поляну, на которой устроился на ночлег уставший от перехода отряд. Командующий им Кощей молчал, занимался собой. Его покореженная внешность требовала незамедлительных восстановительных процедур. С одной стороны его головы зияла вмятина, с другой набухла шишка. Процедуры не заняли массу времени. Иван с восторгом наблюдал за тем, как Кощей справился с задачей. Для начала он набрал в грудь воздуха и, закрыв пальцами рот и нос, отправил его во вмятину. Та сразу выпрямилась. Затем Кощей выдохнул — и шишка втянулась обратно.

— Ваша голова! Она такая, такая… — поразился Иван, — такая… — он очертил пальцем перед собой ровную окружность, — круглая!

— Правда? — бросил Кощей.

Иван в замешательстве встал и пошел к Василисе, сидящей в стороне от костра и о чем-то глубоко задумавшейся. Скорее всего, девушку мучала неопределенность будущего своих земноводных родственников. А еще больше — ее неспособность им помочь. Иван захотел ее развеселить.

— Слушай, Василиса, комары достали! — И он принялся отмахиваться от надоедливых мошек. — Ты не могла бы их… — И Иван изобразил, как Василиса-лягушка ловит своим длинным языком комара и отправляет его себе в рот. — Или ты после шести не ешь? — невинно предположил он, рассмеявшись собственной шутке.

Василиса не ответила ему, окатив презрительным взглядом, как ушатом холодной воды, встала и ушла от Ивана подальше. Через мгновение он понял, что сморозил глупость.

— Вот же придурок! — хлопнул Иван себя по лбу и тяжело вздохнул.

Далеко от костра уходить было нельзя — ночь в лесу Белогорья небезопасная. Василиса превратилась в лягушку и, чтобы ее больше никто не беспокоил, упрыгала в кусты. Туда и направился Иван с намерением повиниться за глупую шутку.

На камне за кустами небольшая лягушка любовалась яркой луной.

— Василис, — сказал он, усаживаясь на землю, чтобы его глаза были на одном уровне с круглыми от удивления глазами квакушки. — Ты прости меня…

Василиса наблюдала за трогательной сценой из-за кустов ракитника. — Тупая шутка получилась, — винился перед лягушкой-созерцательницей Иван. — Не хотел тебя обидеть…

— Ква! — громко и с чувством ответила ему созерцательница. То ли «шел бы ты отсюда» сказала, то ли «ладно, так и быть».

— Извини, — продолжил ничего не подозревающий Иван, — не понимаю. Лягушачий — не самый понятный язык…

— Ква! Ква! — На этот раз лягушка ответила слишком сердито. Видно, все-таки ждала принца и боялась, как бы тот не приревновал ее к Ивану.

— Ну, ладно-ладно, — понял он, — я уйду. Только ты не злись.

Иван поднялся и увидел перед собой Василису.

— А это кто?! — обомлел он и показал на созерцательницу.

— Не знаю, — усмехнулась Василиса, — жаба какая-то, — и она засмеялась.

Иван составил ей компанию — действительно, вышло смешно до глупости. С чего он взял, что сидевшая на камне лягушка — это Василиса? Так они же одинаковые все, как капли воды!

— Серьезно, это не твоя родственница? — все еще улыбаясь, поинтересовался он. — А то вы так с ней похожи — видно же, что из одной семьи…

Василиса резко замолчала. Иван тоже осекся.

— Прости, — спохватился он, — опять не то ляпнул. — Ну что с ним сегодня такое?! Как только рядом оказывается эта девчонка, он глупо теряется.

Василиса не стала убегать, просто всхлипнула. И этого было достаточно, чтобы Иван был готов посыпать голову пеплом и каяться во всех своих грехах.

— Все образуется. — Он взял девушку за руку и крепко сжал. — С твоей семьей, Василиса, все будет хорошо! Я уверен в этом. — Он на миг задумался, потом снял с себя амулет-иглу и протянул Василисе: — Вот, возьми.

— Что это? — спросила она, вытирая слезы. Она догадалась, что Иван отдает ей особенную вещь.

— Это волшебный амулет, — сказал Иван и с несвойственной ему раньше заботой повесил заветную иглу Василисе на шею. — Он мне всегда помогал…

В свете луны Василиса посмотрела на него с искренней благодарностью. Ее взгляд задел Ивана. Он наклонил голову, чтобы коснуться ее губ. Василиса привстала на цыпочки, чтобы дотянуться до лица Ивана. Но в этот момент громко заквакала лягушка, и Василиса, почувствовав неловкость, отпрянула.

— А ты не хочешь остаться? — тихо спросила она, заметно волнуясь. Ей захотелось продолжить начатый разговор. — Ты же богатырь. Это и твой мир тоже.

Иван нахмурился — в такой момент ему стало просто необходимо рассказать Василисе всю правду. На всякий случай он оглянулся — не подслушивал ли кто?

— Если честно, — правда давалась ему с трудом, — то это не мой мир. — И Иван признался: — Я не богатырь.

— Как?! — изумилась Василиса. Его признание стало для нее полной неожиданностью.

— Это сложно объяснить, — начал оправдываться Иван. Он страшно не любил это делать. Но ради Василисы… — Если вкратце, то я попал в ваш мир по ошибке, короче — вместо настоящего сына Ильи Муромца.

— Как же ты тогда собираешься достать меч? — насторожилась Василиса.

— Не знаю, — привычно пожал плечами Иван, — что-нибудь придумаю.

— Что ты придумаешь?! — всплеснула руками Василиса. — По преданию меч-кладенец сможет достать только потомок Ильи Муромца! — Глаза Василисы еще больше потемнели. — Если его коснется кто-то другой — сразу сгинет, — добавила она, глядя на погрустневшего Ивана. — Разве тебе Кощей про это не говорил?

Вопрос застал Ивана врасплох. Разумеется, Кощей ему ничего подобного не сообщал. Но Иван решил не показывать истинного самочувствия, которое сразу ухудшилось от такой новости.

— Пф! — фыркнул он. — Конечно, говорил.

Василиса собиралась узнать у Ивана, что он придумает, как справится с возложенной на него задачей. Ведь от Ивана с мечом-кладенцом будет зависеть не только судьба тех, кто окажется рядом, но и тех, кто остался жить в затянутом ряской болоте. Она не могла рисковать, когда дело касалось ее родственников, уставших ждать, пока Варварино колдовство потеряет силу.

Из-за кустов на дорожку лунного света внезапно выступил сам Кощей.

— Хватит тут ворковать, — грубо оборвал он беседу. — Спать пора.

Иван с Василисой замолчали и пошли за ним следом. Им обоим показалось, что они так и не успели сказать друг Другу чего-то важного. Оставалось надеяться, что завтра они обязательно поговорят о том, что их внезапно стало волновать.

Сон блуждал где-то в заоблачных далях и не спешил успокоить Ивана. Он думал о Василисе, о том, что узнал от нее. А тут еще Баба Яга храпела так, что шишки падали с сосен. Откуда в немощной на вид бабульке такая сногсшибательная сила?! Иван пригляделся, не лежал ли рядом с Ягой рупор, усиливающий звук храпа сразу в несколько раз. Нет, рупора рядом не было. Яга сама справлялась, не давая покоя остальным.

Василиса, свернувшись калачиком, делала вид, что дремала. Кощей не спал, просто лежал с закрытыми глазами. Иван ворочался с боку на бок. Ему не давала покоя мысль о том, что раз он не богатырский сын, то не сможет поднять меч-кладенец. А если и поднимет, то вряд ли из этого выйдет что-то путное.

— Кощей, — позвал он Бессмертного. — А, Кощей!

— М-м-м-м-м, — пробормотал тот, открывая глаза. — Чего тебе?

— А долго нам еще идти? Ну, чтоб я морально подготовился.

— Видишь гору? — Кощей указал на черную громадину, одиноко высившуюся над бескрайней равниной. Вершина упиралась чуть ли не в мрачные ночные тучи. Если бы не лунный свет, ничего бы Иван не разглядел. — Вот в ней и спрятан меч-кладенец, — добавил Кощей и зевнул.

— Ладно, — кивнул Иван, решивший выяснить все обстоятельства предстоящего извлечения магического оружия. — Кощей, а Кощей, я по поводу меча. Как его добывают? Объясни хотя бы примерно, — попросил он, — в общих чертах. Ну, чтоб там не сгинуть случайно.

— Да спи уже, — отмахнулся от него Кощей. — Завтра все узнаешь. — И повернулся от него на другой бок.

— О'кей, — вздохнул Иван, — понял.

Он тоже отвернулся от Кощея, чтобы больше не беспокоить его вопросами. Тот был явно не расположен к душевному разговору, а поговорить Ивану очень хотелось. Еще бы! Неизвестность пугала больше всего. Пусть лучше горькая, но правда сейчас, чем туманное будущее завтра. Но поговорить больше было не с кем. Разве что со сверчком, сидевшим поблизости от его руки. Мелкое насекомое выслушало беседу Кощея с Иваном, сверкнуло неестественно желтыми глазами и улетело.

Рассвет встретил Ивана прохладной сыростью. Недаром тут лягушки водятся, подумал он, вставая с травы, обильно покрытой росой. Он тихо прошел мимо Бабы Яги, голова которой была завалена грудой вещей. Видимо, Кощей не выдержал и попытался таким образом справиться с ее оглушительным храпом. Но безуспешно, потому что храп, хоть и не такой громкий, все равно прорывался сквозь тряпки. Проходя возле Василисы, Иван задержался. Она лежала такая беззащитная и прекрасная, что у Ивана сжалось сердце. Сейчас он сбежит и оставит ее на произвол судьбы…

Да, Иван решил сбежать! Куда и зачем, он точно не определил. Но бежать было нужно — меч-кладенец его «раскусит» в мгновение ока, и тогда поминай, как звали Ивана Найденова, вовсе не богатыря. Это нелегкое решение он принял, как только открыл глаза. Мало кому на рассвете хочется погибать, хотя именно в это время проводят в Белогорье казни. Иван хотел жить. Просто жить! Неужели это могло кому-то помешать? Пусть Кладенцы находят настоящие богатыри.

Не может быть, чтобы в Белогорье извели всех богатырей. Куда они делись? Обязательно найдется кто-нибудь настоящий и поможет Кощею вернуть власть, Бабе Яге — прежнюю жизнь, а Василисе — ее близких. Жаль, конечно, девчонку, не заслужила она такой участи, но Иван не виноват в сказочной путанице. Он уже сто раз пожалел, что отбросил качка и сам прыгнул в трубу в аквапарке! Не его этот мир. Иван огляделся и вздохнул — не его. Он привык к небоскребам и суете, а здесь тишина и лес. И мечи, будь они неладны. Нет, ему точно не поднять меч-кладенец. И это значит, что его решение сбежать… хм… уйти — верное.

Он пошел прочь и не заметил, как Василиса открыла глаза и с грустью посмотрела ему вслед. Она не спала, но останавливать Ивана не стала.

Довольный тем, что ушел из лагеря никем не замеченный, Иван попытался определить, в какую сторону ему направиться. Раскидистый куст, возле которого вчера они разговаривали с Василисой, прятал за собой тропинку. Иван вышел на нее — и…

…и нос к носу столкнулся со стражником.

Нужно было бежать в другую сторону! Ах нет, нельзя — и там стояли в засаде воины Варвары. А вскоре показалась и она сама. В шикарном бархатном наряде, словно разоделась на праздник, а не отправилась в погоню, ступая царственной походкой, Варвара пошла прямо на растерявшегося Ивана. Амулет на ее груди засверкал ярче яркого, разбивая клубы утреннего рассветного тумана. Его свет резал глаза.

— Минуточку! — Иван заслонился от него руками и попытался предупредить криком оставленных товарищей. — Быстрее…

Варвара взмахнула рукой. Магический кнут сбил Ивана с ног, не дав предупредить тех, от кого он бежал. Варвара показала ему — от судьбы не убежишь, как ни старайся.

Стражники осторожно подкрадывались к спящим в лагере, ведя с собой связанного Ивана. Варвара грациозно шла впереди, ступая на мокрую траву как на роскошный ковер. Она учла все, кроме одного — Иван был очень упрямый парень и не терял надежду предупредить Кощея. Несколько раз пытался кричать, но дюжий стражник своей огромной ручищей закрыл ему рот. Тогда Иван укусил его за руку, и громко заорал уже стражник, за что Иван получил увесистой дубинкой по голове. Но это было уже не важно. Кощей должен был услышать шум, промелькнула у него мысль, когда он, обмякнув, падал на сырую землю.

Василиса поняла, что Иван решил сбежать. Она не стала его осуждать — каждый поступает по совести. Вот она бы ни за что не ушла и продолжила сражаться за правое дело, чего бы ей это ни стоило. Люди разные, так же как и добро бывает с кулаками, а зло прячется под маской добра. В любой ситуации нужно надеяться в первую очередь на себя… И тут лесное эхо донесло до нее чей-то сдавленный крик. Василиса схватилась за меч, всегда висевший у нее на поясе.

Кощей тоже услышал странный звук и пнул Бабу Ягу, выдающую такие рулады под ворохом тряпья, каким бы позавидовала любая певчая птаха. Она не проснулась. Зато Кощей с Василисой успели встать друг к Другу спиной и принять боевую стойку. Они уже увидели, как медленно со всех сторон к ним приближаются стражники, замыкая круг.

— Где Иван? — бросил Кощей Василисе. Лишние руки в драке никогда не помешают.

— Не знаю, — отрывисто ответила Василиса.

— Вот твой Иван! — Из рассветного сумрака на поляну выступила Варвара.

Она кивнула, и стражник вывел связанного Ивана, показывая его полную немощь. Иван что-то попытался сказать, но до Василисы донеслось лишь его расстроенное мычание. Впрочем, все было понятно и без слов. Далеко убежать Иван не успел, его схватили опричники Варвары. Справились с ним легко, напали неожиданно, пусть теперь сразятся с ними. И Василиса крепче сжала свой боевой меч.

Кощей неотрывно смотрел на амулет, украшающий грудь колдуньи Варвары. А тот уже начинал светиться магическим светом, против которого не могла устоять ни одна могучая сила, даже богатырская. Как завороженный он наблюдал за тем, как из руки колдуньи появляется светящийся кнут, готовый вмиг опуститься на головы несогласных и превратить их в камень. Только вот с ним ей придется повозиться, хмыкнул Кощей. Бессмертного не так просто убить.

Бич опустился на него первого. Кощей не удержался на ногах и упал. Тут же его принялись скручивать невесть откуда появившиеся колдовские светящиеся веревки. Они так туго оплели его тело, что он оказался в коконе. Конец одной из них заткнул ему рот, сделав Бессмертного еще одной добычей Варвары. Кощей дернулся и замычал, видя, как Варвара перевела безжалостный взгляд на Василису.

Кнут вырвал целые куски земли, разрезав траву широкой черной полосой, — Василиса успела отпрыгнуть в сторону. Удивленная ее проворством, Варвара снова занесла кнут над собой, и вновь Василиса смогла от него увернуться. Но тут же последовавший третий хлесткий удар бича все-таки сбил ее с ног. И Василиса упала, откатившись к краю обрыва. На бледном лице Варвары заиграла довольная усмешка — никто еще не спасался от ее грозного оружия. И колдунья направилась к едва удерживающейся на краю обрыва девушке, собираясь ее добить.

Иван подался вперед, к Василисе, но стражники схватили его и повалили, чтобы он больше не дергался, — все равно бесполезно. Бесполезно! Он увидел, как Василиса хрупкой веточкой скользнула по краю и свалилась в пропасть.

Легкая тень досады пробежала по лицу злодейки Варвары — ведь такая быстрая победа помешала ей насладиться местью. Она кивнула стражнику, чтобы тот посмотрел, не зацепилась ли девчонка за выступ. Тот поспешил исполнить ее команду, подошел к обрыву и посмотрел вниз. Там белели острые скалистые камни и текла Смерть-река. Он мотнул хозяйке головой: мол, никого нет. Как и ожидали, девчонка свалилась в реку. Мало чего от нее останется после такого сокрушительного падения.

Варвара была довольна победой. Она даже улыбнулась при виде проснувшейся Бабы Яги, которую разбудил шум боя. Впрочем, самого боя не было, колдунья расправилась с Кощеем и Василисой несколькими ударами кнута.

— Что, — подслеповатыми сонными глазами оглядывая стражников, сгрудившихся возле нее, поинтересовалась Яга, — пора вставать?

— Пора, старая! — усмехнулась Варвара и дала знак стражникам скрутить пленницу.

Пока стражники закидывали связанных по рукам и ногам Кощея и Бабу Ягу на лошадей, Иван неотрывно смотрел на край обрыва, с которого сорвалась Василиса. Он не мог поверить в то, чему только что стал свидетелем. Почему Василиса не может превращаться в птицу. Тогда бы она не разбилась о камни и не утонула бы в Смерть-реке. Даже если Варвара превратилась бы в сову, они еще могли сразиться в воздухе. И неизвестно, кто бы победил, — ведь Василиса отважная и сильная девушка. А так — какие надежды? Иван потерял не девушку, а собственное сердце. Подгоняемый пиками стражников, он бросил прощальный взгляд на обрыв — и вдруг заметил на его краю маленькую зеленую лягушку. Она держала во рту его амулет! Иван подавил радостный возглас, чтобы не выдать Василису.

Девчонка не упала в реку — она успела превратиться в лягушку и повисла на амулете Ивана, зацепившись за растущий из скалы росток дерева. Амулет не только спас ей жизнь, но и помог выбраться — лягушка подтянулась наверх по его черному шнурку. Проводив взглядом стражников с Варварой и пленников, она скрылась в траве.

Дорога к месту, где хранился меч-кладенец, отняла еще половину дня. Солнце уже приблизилось к луне и ярко освещало Белые горы. Стражникам пришлось освободить Кощею и Бабе Яге ноги, чтобы они смогли сами идти по узкому ущелью. Самих пленников привязали к лошадям и повели их на веревках. Впереди всех ехала Варвара, опричники спешили за ней. Колдунье не терпелось захватить меч-кладенец. Старая Яга портила ей настроение — еле двигалась, хромала и охала. Кощей шел с мрачным видом — он следовал судьбе, приготовившей ему очередные сюрпризы. Только Иван не смирился с тем, что его поймали и тащат явно на убой.

— Послушайте, Варвара, — громко обратился он через строй к колдунье. — Я вот думаю: что скажет ваш муж, когда узнает, чем вы тут занимаетесь?! — Взывать к совести злодейки было наивно и смешно. Так что Иван решил припугнуть ее гневом мужа. — Вряд ли он обрадуется, узнав, что вы хотите убить сына его названого брата! Так что советую отпустить меня, пока не поздно…

— После того как меч добудешь, — не оборачиваясь ответила ему та, — я тебе язык отрежу.

Интеллигентной беседы не получилось. Колдунья ничего не боялась! Даже собственного мужа-богатыря. Иван не сомневался, что она скрывала от Добрыни свои темные делишки, но придумать, как освободиться от нее, пока не мог.

Отряд миновал ущелье, показалась широкая долина, на одном из ближайших пригорков виднелся ржавый богатырский меч. Он легко мог оказаться Кладенцом! Путники остановились и стали смотреть на то, как отблески солнца играют на его покореженном лезвии. Каждый видел в этом мече свою мечту. Кощей, по всей видимости, надеялся вернуть былое могущество. Баба Яга хотела стать молодой и богатой, Варвара стремилась к полному превосходству. Только Иван в волнении сглотнул при виде богатырского оружия. Ему-то предстояло неслыханное испытание! Стражник толкнул его в спину, грубо предлагая двигаться дальше, чем прервал его грустные мысли.

Они пошли дальше, поднимаясь выше и выше, и тогда Долина мечей предстала перед ними во всем величии. Раскинувшаяся на обширной горной территории, больше схожая с пустыней, Долина мечей полностью оправдывала свое воинственное название. Мечей было сотни, нет — тысячи. Разных: ржавых и искореженных, новых блестящих, еще не отведавших вражеской крови, сломанных пополам или только погнутых, отброшенных богатырской рукой или забытых…

— Слушайте! — присвистнул Иван и обратился к остальным: — Ну вы хоть отдаете себе отчет — их же тут тысячи! Какой из них Кладенец?

Мало сказать, что раскрывшаяся перед ним картина повергла его в шок. Такое коллекционное собрание сбило бы с толку самого Муромца, спрятавшего Кладенец здесь как иголку в стоге сена. Искать его тут можно было до скончания века.

— Вот ты его нам и найдешь, — холодно и жестко пресекла его попытки отступить Варвара.

Она прошла, осторожно ступая по полю, напичканному железом, как улей пчелами. Дотронулась сначала до одного, поводила рукой над вторым, прислушалась к немому металлическому звону третьего…

— Нет, постойте! — вскрикнул Иван, обращаясь к ней. — Как я вам… — И он попытался незаметно увильнуть в сторону от команды.

Его пылкую речь прервал кивок Варвары стражнику и тот ткнул несговорчивого парня копьем в бок.

— Э-э, не надо меня тыкать! — возмутился Иван. — С дыркой в боку я вам ничего не найду. Я же не Кощей Бессмертный!

И он посмотрел на связанного Кощея, стоявшего рядом с Бабой Ягой. Те молчали только потому что не могли говорить из-за кляпа во рту. Так бы они много чего наговорили Варваре. Впрочем, Иван вздохнул: эти двое тоже заинтересованы в том, чтобы он непременно нашел меч-кладенец. Круг замкнулся.

Стражник, исполняя команду Варвары, снова подтолкнул Ивана копьем.

— Да иду я, иду! — огрызнулся тот и пошел вперед. — Ну я попал!.. Так, главное — не сгинуть…

Ступая как по минному полю, Иван двигался медленно, рассчитывая каждый свой шаг. Если верить тому, что рассказывала Василиса и косвенно подтвердил Кощей, то даже если он только дотронется до Кладенца, может превратиться в пыль. Или в камень — хрен редьки не слаще. Их здесь, этих камней, без счета — все небось искателями приключений были. Приходили в поисках Кладенца — и оставались тут валунами. Не о такой участи он мечтал! Не к этому стремился, идя за Кощеем. Ох, как же ему обратно-то вернуться?! Живым и невредимым!

Но нужно было что-то делать — за ним пристально наблюдали, и не только колдунья Варвара.

— Ну, чего возишься?! — не терпелось ей.

— Тихо! — Иван остановился и поднял над мечами руки, словно сканируя энергетику, исходящую от их металла. — Я ищу! А вы, Варвара, своей отрицательной энергией мне всю волну сбиваете.

Она не поняла его пассов и нахмурилась. Иван расправил плечи — ну что она сейчас ему сделает? Руки коротки — даже с кнутом… Так, пора браться за какой-нибудь меч. Нехорошо сердить чужих теток, мужья у которых при власти. Из-за одного такого он уже прокатился из аквапарка прямо в Белогорье. Иван зажмурился и ткнул пальцем в первый попавшийся меч. При этом он сжался так, словно ожидал получить мощный удар током.

— Вроде не сгинул, — выдохнул он, когда ничего страшного не произошло, и потянул меч за эфес.

Ржавый меч почти сросся с камнем, вытянуть его было нелегко. Но Иван не стал сдаваться — раз уж взялся, то довел начатое до логического завершения. А там… Эфес выскользнул из его рук. Иван упал на землю, благодаря провидение, что попал между воткнутых в нее мечей. Только вот рука нечаянно коснулась одного из них. Инстинктивно он ее отдернул и прислушался к организму — никаких превращений не происходило. Руку не обожгло, голова в камень не обратилась, мозги соображали по-прежнему и думали, как его спасти. Ага…

— Нашел! — крикнул он торжествующе и встал с ржавым мечом в руке, которую демонстративно поднял вверх. — Вот он — меч-кладенец!

Никогда еще ему не приходилось брать в руки настоящий меч. Пусть ржавый, гнилой, искореженный, но все же богатырский меч. Жаль, что нельзя сделать приличное селфи с боевым оружием, у которого…

Бряц! — у пафосно поднятого меча неожиданно отвалилось лезвие.

— Ты что, — грубо набросилась на него рассерженная Варвара, — обмануть меня вздумал?!

— Кто, я? — отпрянул от нее Иван, готовясь к бегу по пересеченной мечами местности. — Нет, что вы! — И побежал!

Взбешенная Варвара выпустила из обеих рук светящиеся кнуты и направила их в землю. Те вонзились в каменистую почву, превращаясь в стену из кнутов. Точно такая же стена образовалась перед Иваном, отрезая ему пути бегства. Он остановился, в шоке разглядывая магическую крепость колдуньи.

— А ну ищи меч! — властно прикрикнула она.

После ее слов кнуты стали жалить Ивана как змеи. Ему пришлось перепрыгивать их, чтобы получить меньше укусов.

— Эй! Эй! Эй! — кричал он, уворачиваясь от острых жал. — Хватит!

— Ищи! — снова приказала ему Варвара.

Чем больше она злилась, тем сильнее жалились кнуты. Иван схватил валявшийся рядом деревянный щит и заслонился им от стены, но кнуты подожгли старую деревяшку.

— Женщина! Спокойнее! — попытался образумить ее Иван.

Но Варвара словно обезумела. Она что, приказывала своим кнутам извести Ивана раньше, чем он найдет меч? Какое там «ищи»! Ивану приходилось обороняться от жгущих жалящих бичей первым, что подворачивалось под руку, но те моментально расправлялись с его хлипкой защитой. Он мало надеялся на толстую кривую корягу, которую подхватил при отступлении от кнутов. Но хоть чем-то отбиться от очередного жала злодейки…

И вдруг в его руке коряга начала светиться так, будто в нее попала молния!

На глазах у изумленного Ивана и не менее озадаченных участников поисков коряга стала превращаться в богатырский меч. Иван как раз отбил им подступивший к его ногам язык кнута. И случилось чудо — кнуты как по команде мощным броском вернулись в руки Варвары, а ее саму отбросило на несколько метров. Она зацепилась за камни и на мгновение потеряла сознание.

«Ударная волна» прокатилась по всей Долине мечей, сбивая с ног стражников.

— Кладенец, — ошарашенно произнес Иван, глядя на магическое боевое оружие в своих руках. — Ну-ка, мечи на землю, морды в пол, руки на затылок! — грозно приказал он поверженным стражникам.

И замахнулся на них мечом, который не удержал ровно. Меч-кладенец легко, словно разрезая кусок масла, прошел через валун и рассек его на две части.

— Ничего себе! — поразился Иван, рассматривая четкий острый край разрезанного камня.

Стражники не стали дожидаться, когда и по ним скользнет добытый Иваном Кладенец. Они побросали оружие и легли на землю. Иван кинулся освобождать Кощея и Бабу Ягу. Он очень осторожно перерезал Кладенцом веревки на их руках и вытащил кляп. Баба Яга тут же принялась отплевываться и пинать ближнего стражника.

— Молодец! — похвалил Ивана Кощей, потирая запястья со следами веревок. — Ты снял заклятие.

— Теперь я могу вернуться домой? — обрадованно спросил у него Иван.

Кощей кивнул и протянул руку к мечу-кладенцу. Радостный от того, что ему осталось недолго мучиться в этом неведомом и таком враждебном мире, Иван сразу отдал меч Кощею. Тот принялся с вожделением рассматривать его и гладить. Неизвестно, что бы случилось дальше, — на озаренном великой идеей лице Кощея пронеслась целая буря чувств. Но в Долине мечей послышалось тревожное ржание коня. По всем ее уголкам, отражаясь от металла клинков, разнеслось эхо, опередившее приезд самого главного человека в Белогорье.

На большом богатырском коне, вставшем при виде Кощея с Кладенцом в руке на дыбы, показался сам Добрыня Никитич. Князь соколиным взором осмотрел место боя… Как ни крути, бой был. Жена его Варвара пострадала от Ивана. Хорошо еще, что жива осталась, подумал Иван, видя, как тяжело Варвара поднимается с камней.

— Эх, Ваня, Ваня, — после беглого осмотра осуждающе покачал головой Добрыня Никитич и грозно нахмурился. — Связался с нечистью, — и он кивнул на Кощея с мечом-кладенцом в руке. — Предатель!

После этих слов спрыгнул Добрыня с коня и пошел к Ивану.

— Стойте! — затараторил Иван, отступая. — Я не предавал. Это ваша жена! Это она предательница, — и он показал на Варвару, которая медленно подходила к ним. — Вы сказали — меня в опочивальню, а она меня в тюрягу, и убить хочет! А все из-за меча-кладенца, — Иван кивнул в сторону хмурого Кощея. — И вообще, мне тут порассказывали, что она с богатырями делает!

— Это правда?! — повернулся к подошедшей жене Добрыня.

— Да, Добрыня, — улыбнулась ему Варвара.

— Молодец, Варварушка, — с лица богатыря слетела маска добряка и правдолюба, — справилась! — И крикнул подобравшимся к ним стражникам: — Взять их!

Иван обомлел. Такой реакции он никак не ожидал от богатыря Добрыни Никитича! Как же так?! Его жена… А он… Тьфу! Правду говорят, муж и жена — одна сатана.

— Бей их, Кощей! — прокричал Иван, когда стражники схватили его. Но Кощей словно в ступор впал, только непонимающе пожал плечами. — Кладенцом их бей! — прокричал Иван, видя, что стражники уже связывают Бабу Ягу. И принялся показывать тому, как нужно наносить удары. — Давай, чего стоишь?!

Только Кощей усмехнулся и драться отчего-то не стал.

— Что ж ты, Добрыня, наш уговор нарушаешь? — спросил он князя.

Мирные переговоры устроить решил, что ли?! Иван ничего не понимал.

— Я? — ухмыльнулся Добрыня, приближаясь к Кощею с мечом. — Где ж нарушаю? Все идет как задумывали.

— Нет, — мотнул бритой головой Кощей. — В нашем уговоре ее, — и он показал на Варвару, — не было. Зачем она за нами гналась — убить хотела?

Варвара тоже стала к нему ближе подступать.

— А я не гналась. — Она улыбнулась Кощею. — Я вас подгоняла. А то вы любите поспать да пожрать.

— Да мало ли что, — поддержал жену Добрыня. — Вдруг бы ты удумал меч себе оставить…

— Ах ты, пугало костлявое! — рассердилась на Кощея Баба Яга, до которой дошел истинный смысл этой беседы. — Всех нас продал!

— Закрой рот, расщеколда старая, — оборвал ее Кощей.

Добрыня поднял руку, призывая прекратить ссору.

— Так, тихо! — Он повернулся к Кощею: — Ты меч раздобыл — стало быть, все идет как мы уговорились. Ты мне — меч, я тебе — твою смертушку.

Варвара после этих слов мужа сняла с себя амулет с кристаллом, в котором и была заключена Кощеева погибель, и отдала его мужу. Добрыня хитро прищурился, глядя на реакцию Бессмертного. Тот не выказал никакого волнения.

— Эх ты! — бросил ему Иван, когда Кощей повернулся к нему.

Зачем? Ждал от него поддержки? Иван с укором покачал головой. Всех провел Кощей. Кладенец был нужен ему для других дел. Впрочем, для каких, он никогда правду и не говорил.

А Кощей уже протягивал меч-кладенец Добрыне. А князь ему другой рукой амулет возвратил. Обменяться кристаллом и мечом у них получилось как раз одновременно.

— Теряешь хватку, Кощей, — с чувством торжества, рассматривая волшебный меч в своей сильной руке, произнес Добрыня. Ничто и никто ему теперь не ровня. — Не думал, что будет так легко…

Встревоженный его словами, Кощей посмотрел на кристалл, который в его руке внезапно рассыпался на мелкие песчинки. Морок! Обычное колдовство — как же он так обманулся?! Кощей в изумлении поднял глаза на Варвару. А та откинула бархатный плащ и показала ему на своей груди настоящий амулет с кристаллом. Вздох разочарования пронесся над Долиной мечей…

На самом высоком камне там сидела зеленая лягушка и за всем внимательно наблюдала. Это была Василиса. Она и думать не думала, что их поход за Кладенцом примет такой страшный оборот. Кощей предал. Добрыня враг. Варвара им под стать. Прыгнула лягушка — и в прыжке превратилась в Василису. Выхватила Василиса из ножен свой меч и накинулась на Добрыню.

Неожиданное нападение сбило богатыря с ног. Добрыня упал на камни и выронил из рук меч. Свалился Кладенец прямо под ноги Ивану. Не успел тот очнуться, как еще одним прыжком Василиса сбила с ног и ближайших стражников.

— Меч! — крикнула она ему.

Иван схватил меч-кладенец и направил его острие на Добрыню. А дальше что?

— Дерись! — прокричала ему Василиса и стала отбиваться от нападавших на нее стражников.

— Ты что, Ваня? — ласково сказал Добрыня, а сам свой меч вытащил.

Варвара приблизилась к Ивану, из ее рук появились магические кнуты…

Иван сомневался пару секунд, бросил прощальный взгляд на Василису, а потом очертил вокруг себя мечом-кладенцом круг, разрубил его пополам, как показывал ему Кощей, и почувствовал, как стало меняться пространство.

— Что же ты делаешь?! — прокричала ему в смятении Василиса, образ которой стал уплывать и искажаться.

Вместо нее перед Иваном появился тоннель между двумя мирами — заискрился, заиграл бликами, стал крутиться, уменьшаясь. Нечего было ждать! Бросил Иван Кладенец на землю и прыгнул в тоннель. Опрометью с головой кинулся он в портал, увидев, как с обидой и злостью посмотрела ему вслед Василиса.

Ивана недолго вертело в гулком мерцающем тоннеле. Он смог рассмотреть, как рассерженная его поступком Василиса сорвала амулет-иголку со своей шеи и бросила ее вслед за Иваном. На нее тут же навалились стражники. А брошенный им меч-кладенец с земли поднял Добрыня. Затем портал захлопнулся, издав звук праздничной хлопушки, и все исчезло.

Он свалился с потолка прямо на стул незнакомого уличного кафе. Следом за ним на стол упал амулет-иголка. Иван поднял его и надел на шею. Образовавшаяся в потолке дыра моментально затянулась, скрыв все следы его волшебного перемещения. Иван посмотрел по сторонам в поисках нечаянных свидетелей случившегося на их глазах чуда. Впрочем, в это время в кафе сидели всего несколько человек, которые не обратили никакого внимания на неожиданно появившегося Ивана. Все уткнулись в мобильные телефоны и занимались виртуальным общением. Привычная обстановка. Когда никому нет дела до соседа и тот может делать все что хочет — перемещаться в пространстве, появляться когда ему заблагорассудится, исчезать… Ну уж нет! Никуда он больше из города не исчезнет.

А мегаполис жил привычной будничной жизнью. По улицам носились машины, звенели рельсами трамваи, сновали по тротуарам толпы…

— Добрый день, — к Ивану подошла официантка. Она дежурно ему улыбнулась: — Что будете заказывать? У нас сегодня очень вкусный карамельный капучино.

— Давайте, — кивнул Иван и добавил: — Два!

Как же давно он не пил кофе! Как же долго он скитался по сказочному миру. Как же хорошо дома! Он откинулся на спинку стула и блаженно улыбнулся девушке, сидящей за соседним столиком. Та на миг оторвалась от экрана смартфона и окатила его непонимающим хмурым взглядом. Ничего не изменилось. Ничего. Как же чудесно! По крайней мере теперь за ним не будет гоняться колдунья с идеей-фикс, как бы сжить его со света. И нет в городе двуличного Кощея, своих таких хватает, но они хоть не толкают Ивана на немыслимые подвиги. И зажарить его никто не собирается — Баба Яга осталась в Белогорье. Да пусть теперь хоть подавится! Меч-кладенец, вполне возможно, хранится в алмазной палате терема, там ему и место. Сделал дело — хранись там, где цело. Сделал ли…

Ну уж нет, все это в прошлом.

В его холостяцкой квартире все по-прежнему. Первым делом Иван принял душ, долго плескался и отмывался. С особенным чувством он прикасался к пузырькам и склянкам — осталась настороженность после снадобий Бабы Яги. Потом он надел чистые джинсы, свежую майку-поло и завалился на диван.

— Фу-у, — протянул он довольно, — хорошо…

Ему действительно было комфортно в привычной спокойной обстановке, где темнота не прятала врагов, а тишина не была предвестником зловещего колдовства. Где из кухни доносились приятные запахи еды, а птичий гвалт заменяла современная музыка. В этом мире у Ивана не было ни близких друзей, ни явных врагов. Зато возилась разбуженная его появлением домработница Галя. Это для ленивого холостяка уже было сродни волшебству.

— И где ты лазил? — Она вошла в комнату, держа в руках его грязную порванную одежду. — Покоцанный весь какой-то, — и она кивнула на его пострадавшее от вражеской стрелы ухо.

Ивану была приятна сейчас даже ее глупая болтовня. Он не стал ей ничего рассказывать и обрадовался, когда домработница достала из кармана его грязных штанов телефон. Не потерялся! Там столько контактов… Галя всегда проверяла его карманы перед стиркой и выкладывала оставленные в них вещи. Она положила на стол пузырек со светящейся голубой жидкостью — живой водой.

— А это че? — брезгливо поморщилась она. — Выбросить?

— Нет! — испугался Иван. — Это мне для шоу нужно.

— И где же ты так изгваздался? — продолжала проявлять свойственное ей любопытство домработница.

— Галя, отстань, — устало отмахнулся от нее Иван и закрыл глаза, всем видом показывая, что ему сейчас не до душевных разговоров.

— Стирать все надо, — продолжала бурчать она.

— Галя, я сам, — сказал Иван, поймав себя на мысли, что уже не рад общению с домработницей.

Она фыркнула и ушла. Пусть, подумал Иван, обижается. Он здесь хозяин и может сам решать, на какие вопросы отвечать. Ни перед кем он не обязан отчитываться. Настроение отчего-то стало портиться. Из-за телефона, определил Иван, беря его в руки. Батарея не села, аппарат прекрасно работал. Иван нажал на иконку «фото»…

…и на него уставилась удивленная физиономия стражника, случайно сделавшего селфи. Иван усмехнулся и принялся листать фотоальбом дальше. На экране телефона, сменяя друг друга, проплыли снимки задумчивого Кощея, просчитывающего каждый шаг их недолгого совместного путешествия, рассерженной Бабы Яги, столько раз грозившейся в случае неудач сожрать Ивана. А вот омолодившаяся Баба Яга. Красотка! Правда, на снимке Яга спала с открытым ртом и, как вспомнил Иван, жутко храпела. Он улыбнулся и стал смотреть дальше.

А дальше было селфи Ивана и Василисы. Они оба смеялись и выглядели такими счастливыми. Разве это было на самом деле? У Ивана было ощущение того, что он пропустил что-то очень важное.

Но его мысли перебил внезапно раздавшийся телефонный звонок:

— Алло! Иван? Слава богу! Мы до вас дозвониться не можем! Это из телепередачи «Битва магов», сегодня мы снимаем финал. Вы где?!

Иван промолчал. Вместо слов администратора в его голове закрутилось предсказание бабы Серафимы, участницы битвы: «…вижу, попадешь ты в другой мир, вижу, бегущий дом спалишь и смерть там свою найдешь».

Как же он мог к такому предсказанию отнестись равнодушно! Ведь Избушка и впрямь сгорела. А если теперь вместо него погибнет Василиса? Она осталась в опасности. Нет, не так. Это он оставил ее в опасности.

Иван вскочил с дивана и направился к выходу.

— Галя, — крикнул он, открывая дверь, — я убежал! Ужин можешь не готовить.

— А я и не собиралась, — объявила та, глядя, как за хозяином квартиры захлопнулась дверь.

Посетители аквапарка «Семь морей» стали свидетелями представления, поначалу показавшегося им хорошо разыгранной рекламной акцией. Прилично одетый молодой человек довольно привлекательной внешности перепрыгнул через турникеты, забежал в зону водных аттракционов с таким видом, словно об этом дне он мечтал всю сознательную жизнь. Опрометью кинувшись к горке, он даже не скинул майку и джинсы — желание прокатиться по трубе у парня явно зашкаливало. Посетители смотрели на него, затем по сторонам — в поисках съемочных камер и микрофонов. Но когда парень вылетел с горки прямо в бассейн и ошарашенно уставился на окружающих, те заподозрили неладное. Тем более что камер и журналистов поблизости не наблюдалось, а за нарушителем спокойствия уже шли охранники.

Иван все сделал так же, как в прошлый раз. Расталкивая людей, он прибежал в аквапарк. Стремление быстрее попасть в сказочный мир гнало его через турникеты и скучавших возле них стражей порядка. Он кинулся к знакомому водному аттракциону. Хорошо, что там никого отталкивать не пришлось. Иван прыгнул вниз и полетел по трубе. Повторялось все в точности — он бился боками и головой о стенки трубы и думал о том, чтобы аккуратнее вывалиться на поляну. Плохо, что труба «выплюнула» его в бассейн! Раздосадованный случившимся — а вернее, не случившимся — перемещением, Иван резко хлопнул ладонью по воде. Брызги стали последним аккордом его неудачной попытки исправить роковую ошибку, которую он совершил, вернувшись в свой мир.

Из аквапарка «Семь морей» Ивана прямиком доставили в отделение полиции.

— Мужики, отпустите меня, а? — больше расстроенный не тем, что его задержали, а тем, что переместиться обратно в сказку не удалось, просил Иван. Двое бравых полицейских вели его в «обезьянник». — Ну вы че, не узнали меня? Меня по телику показывают! — Он привел весомый, по его мнению, аргумент. — Видели «Битву магов»?! Я же белый маг Светозар!

— Ну вот и отлично, — усмехнулся один полицейский, подводя Ивана к клетке. — Как раз ауру почистишь в камере.

— И вон тому бомжу поможешь, — хмыкнул, закрывая за Иваном решетку, второй. — Мне кажется, на нем какое-то вонючее проклятие.

Полицейские дружно захохотали и ушли от запертой клетки.

Грустный Иван осмотрелся. Сколько ему придется здесь сидеть? А там Василиса и меч-кладенец, а он, получается, на самом деле богатырь. Раз держал этот Кладенец и ничего с ним не случилось. С любым другим бы случилась беда, если нет в нем богатырской крови… Как же отсюда выбраться? Иван сел на край скамейки, потому что на ней спал бомж. От его тяжелого вздоха тот заворочался.

— Ну, здравствуй, Ваня, — услышал он за спиной.

Иван очень удивился, что бомж знает, как его зовут. Еще больше он удивился, когда увидел, что это знакомый ему по Белогорью старец. Неказистый смешной старик уже не спал, а сидел рядом с ним на лавке.

— Ты?! — ошарашенно спросил старика Иван. — Тебя же убили!

— Ну… — замялся старик, усмехаясь в седую бороду. — Не до конца.

А почему ты тогда не спас меня?! — накинулся на него Иван. — Меня там то убить, то сожрать хотели! А ты здесь прохлаждаешься!

— Я в этом мире схоронился, — принялся оправдываться тот суетливо. — Но меня ж это… схватили, — он показал на клетку. — И посох мой волшебный отобрали…

Иван вспомнил, что видел посох старца — тот как раз возле стола стоял, за которым сидел мрачный дежурный офицер.

— А без него обратно не вернуться, — доверчиво признался старец.

Иван обомлел. Здрасьте — приплыли! А раньше сказать было нельзя, что аквапарк ни при чем?! Он как последний глупец понесся туда прыгать в трубу чтобы попасть из нее в сказку. А все дело, оказывается, в стариковском волшебном посохе. Вот и верь после этого сказочным волшебникам!.. Обидеться, что ли, на этого чудаковатого деда? Нет, нельзя время терять.

Дежурный офицер тем временем решил сделать перерыв в своей ответственной охранной работе. Он нес мимо камеры кружку с горячим кофе, но до стола ее не донес — обжегся и уронил. А когда полез ее поднимать — ударился об стол. Было б логично, если после этого дежурный сел мимо стула. Но и без того хитрому Ивану хватило, чтобы зацепить неудачника.

Иван подошел к прутьям камеры и душевно обратился к дежурному офицеру:

— Брат, а тебя, случаем, не сглазили?

— Что? — не понял дежурный полицейский, но ближе к камере подошел.

— Сглазили тебя, говорю, — заявил Иван, войдя в привычный образ мага. — Нужно срочно порчу снимать!

Дежурный отпрянул, но промолчал. По его задумчивому виду стало понятно, что он колеблется — верить или нет.

— Смотри сам, — принялся накидывать аргументы в свою пользу Иван. — Там еще проклятием попахивает. — И наугад сказал: — В лейтенантах три года ходишь…

Дежурный остолбенел. Иван понял, что угадал, и продолжил:

— И жена ушла…

— Нет, — нахмурился офицер. Чаша весов качнулась в его сторону.

— Нет-нет, не жена, — спохватился Иван, всем своим видом показывая, будто он что-то видит. — Собака убежала? — предположил он.

— Кошка, — побледнел полицейский.

— Вот! — обрадовался Иван. Как здорово, когда среди полицейских встречаются легковерные люди. — Я же говорю — проклятие.

— А ты это, — дежурного покинуло последнее сомнение, — помочь можешь?

— Могу, — заговорщицки кивнул полицейскому Иван. — Но только мне посох нужен. А он у меня дома. Без посоха никак.

— Слушай, так у нас есть, — полицейский кивнул в сторону посоха старца. — Я ща! — и он побежал за ключами.

Не успел Иван перевести дух после беседы, как его уже тряс за рукав старец.

— Значит, это, — сумбурно затараторил дедок, — делаем так… Я открою ход в Белогорье… там освободим Горыныча, и он нам поможет всех остальных спасти. — Старец замолчал и стал рыться у себя по карманам. — Вот, держи это у себя, — он протянул Ивану небольшой мешочек с золотистым порошком. — Это змею силу вернет.

— Слушай, дед. — Иван спрятал мешочек в карман. — Спасибо, конечно. Только я даже не знаю, как тебя звать.

— Как-как, — добродушно улыбнулся старец. — Белый маг Светозар я.

— Да ладно! — обомлел Иван.

1. Первое впечатление — снисходительное.

2. Возраст — ветхий.

3. Социальное положение — бродяжничает, промышляет волшебством.

4. Внешность — ветхая, как одежда.

5. Психотип — трогательно-нелепый холерик, экстраверт.

6. Характер — добрый, располагающий к общению.

7. Личная жизнь — доверенное лицо семьи богатыря Ильи Муромца. Своей семьи нет.

8. Хобби — транзитные путешествия по двум мирам.

9. Волшебные навыки — превращается в животных, открывает портал, спасает Ивана. Магическая сила с годами угасает, не все волшебство срабатывает сразу.

10. Если ему перейдет дорогу черная кошка, то он возьмет ее с собой — спасать мир.

— Ты, наверное, из детства это имя запомнил, — предположил старик. — Когда Илья попросил тебя схоронить…

Память услужливо показала Ивану картины из его прошлого — дупло дерева, рядом с которым стоял богатырь, схожий с каменной статуей возле трона Добрыни, волшебник, но седобородый и старый, и он… мальчишка совсем еще, шести лет… Так это правда?! Все было. Иван — сын Ильи. Тогда что он здесь делает?!

— Вот, — к камере подошел дежурный офицер. В руке он держал посох мага-волшебника — настоящего Светозара. — Пойдет?

— А то. — Иван через решетку взял у него посох и отдал его старцу.

— Э, ты че творишь-то?! — возмутился полицейский. — Ты зачем ему палку отдал?

Он понял, что зря поддался уговорам. Сейчас эти двое совершат что-нибудь такое, за что ему еще три года в лейтенантах придется ходить. Если совсем не уволят со службы. И дежурный офицер принялся быстро открывать ключами камеру.

Старец тем временем очертил волшебным посохом круг на стене, который тут же загорелся ярким пламенем, заискрился, как фейерверк, замелькал радугой цветов.

— Краснов! — тревожно заорал товарищу дежурный. — Вызывай подмогу!

Как чувствовал, что эта парочка пожар в отделении устроит. Как чувствовал…

Ничего больше он не успел подумать, потому что только он распахнул дверь камеры, как старик дотронулся до него своим посохом, и все — свет померк в глазах дежурного, он потерял сознание и свалился.

Но лишь Иван собрался шагнуть на свободу, как из-за угла прибежал Краснов. Увидев лежащего на полу дежурного офицера и распахнутую настежь дверь камеры предварительного заключения, Краснов тут же схватился за кобуру с пистолетом.

Старик Светозар не растерялся. Он «выстрелил» первым — направил на Краснова посох, выпустив магический заряд в голову полицейского, и у того внезапно из-под фуражки стали пробиваться козлиные рога. Бедолага Краснов схватился за новоприобретенное «украшение» и, прочувствовав всю бедственность своего незавидного положения, заорал и убежал прочь.

— Прыгай! — прокричал старец Ивану показывая на огненный круг.

— Сейчас, — отозвался Иван и, ринувшись к лежащему на полу дежурному, обыскал его и забрал одну очень нужную для будущих обстоятельств вещицу.

— Ваня! Торопись, — волновался маг, слыша нарастающий топот бегущих ног.

Иван прыгнул в открывшийся портал и, уже удаляясь, увидел, что на шум сбежалось чуть ли не все отделение полиции. Маг собрался прыгнуть за ним следом — даже уже ногу занес в огненный круг. Но старик не такой расторопный, как Иван. Полицейские схватили Светозара и оттащили от портала. Иван дернулся, чтобы вернуться и помочь старцу, но проход между мирами захлопнулся.

Снова не повезло старику. Или Ивану? Как он один справится с настоящим Змеем Горынычем, от одного вида которого люди впадают в ступор? А если тот его сожжет? Он же плюется пламенем. А говорить с ним на каком языке? Да будет ли слушать? Наверняка и Змея придется уговаривать вступить в открытую борьбу с самим Добрыней Никитичем и его женой — колдуньей Варварой. Тяжела она, доля богатырская, все самому приходится делать.

Быть такого не может! Он снова в тюрьме. В который раз? Правильно, Бог троицу любит — третий раз Иван оказался в тюремных застенках. Снова из разверзшегося потолка он свалился прямо на пол подземелья. Знакомое местечко. Иван вспомнил, как ему, Кощею, Бабе Яге и Василисе с боем пришлось отсюда выбираться. И вот он добровольно сюда вернулся. Не хватает только оркестра с бравурным маршем, торжественно приветствующего безумного храбреца.

Полумрак подземелья не сумел спрятать сидящего возле стены скелета с поднятыми руками, прикованными цепью к потолку.

— Привет, приятель, — досадливо хмыкнул Иван, оглядывая свою бывшую камеру.

Останки прежнего пленника, ручеек воды, бегущий по стене, — так и есть, старик-маг вернул его точно туда, откуда он вырывался. Только на этот раз его тюремная камера была не заперта. Правильно, чего ее закрывать-то? Скелет все равно не убежит. Хотя, находясь в сказке, Иван ни за что не ручался.

— И что дальше? — пожал он плечами, обращаясь к скелету.

Тот промолчал, разумеется. Не на каждом углу в сказке волшебство. Зато мимо камеры как раз проходили стражники. Иван затаился, чтобы они его не обнаружили.

— В следующий раз, — требовательно говорил один из них, — ты Горыныча кормить будешь!

— Чего это? — не соглашался второй стражник, в голосе которого Иван почувствовал тревогу.

— А того! — не унимался первый. — Он мне опять брови спалил.

Оба стражника остановились перед камерой Ивана. Второй поднес ближе к лицу товарища горящий факел и хорошенько рассмотрел его. Убедился, что бровей нет. Так, переговариваясь о заключенном в подземелье Змее, они прошли дальше.

— Понятно, — многозначительно изрек Иван и проследил за тем, чтобы стражники удалились на безопасное расстояние. Он вышел из камеры и направился туда, откуда они шли.

Длинный коридор подземелья привел Ивана к небольшой сырой пещере, вход в которую был закрыт огромным круглым камнем.

Странным показалось то, что вход в темницу не охраняют постоянно. Когда Иван попытался сдвинуть с места камень, у него ничего не получилось.

Зря он понадеялся на свои силы — никакие они не богатырские, тут и вдесятером не справиться. Всей толпой, что ли, стражники пыжатся — освобождают себе проход в драконью тюрьму?

Обошел Иван гигантский валун со всех сторон и нашел щель, через которую стражники — вот лоботрясы! — пролезали внутрь, чтобы камень туда-сюда не откатывать. И хорошо, что у него не богатырское телосложение — здоровяк в такую бы щель не протиснулся, а Иван проскользнул в нее довольно легко.

Он попал в освещенный всего одним факелом коридор, где, как и в подземелье, царил полумрак. Начальник здешней тюрьмы явно экономил на электричестве. Вернее, не тратил зря фитили и огонь, считая, что в тюрьме можно и на ощупь добираться. Все равно пленникам ходить некуда, а сидеть можно и в темноте.

Иван прошел вперед и уже собрался свернуть за угол, как вдруг на стене увидел огромную тень с крыльями. Он остановился и замер, решая, что дальше делать. Со Змеем Горынычем шутки плохи — все это знают. Сожжет, гад, и не поморщится. Главное — успеть ему объяснить, что к чему. Собрал Иван свою волю в кулак и бесстрашно обернулся.

— Не понял, — недоуменно протянул он, не увидев перед собой трехголового гиганта.

Вместо него у плеча Ивана трепыхался трехголовый «воробей». Иван присмотрелся к нему — точно Змей Горыныч, только в миниатюре. Три головы, три пасти, которые должны извергать пламя, длинные шеи — тоже три. Туловище с крыльями одно. Нет, не так — с крылышками, как у цыпленка. И это Змей Горыныч?!

— Хм, слушай, Змей, а взрослые дома есть? — поинтересовался Иван и стал смотреть в глубь пещеры. Вдруг там сейчас заворочается тот, гигантский, ради которого тяжеленным камнем прикрыли вход.

Но мрак скрывал только пустоту. Никто там не возился, не копошился, огнем Ивана не обдавал…

Зато мелкий Змей явно обиделся. Он так и норовил подлететь к Ивану и укусить его за нос. Хорошо еще, что этот «воробей» был прикован цепочкой к стене и не дотягивался до гостя. Иван улыбнулся, глядя на него, и тогда Змей выпустил из одной пасти маленькое пламя. Обжег-таки ему нос.

— А-а-а-а! — схватился за нос Иван. — Такой маленький, а злой!

И отступил назад. Один шаг всего сделал — и так неудачно. Стоящая на полу металлическая миска от нечаянного пинка перевернулась и загремела по каменному полу. Пещерное эхо тут же разнесло шум по всем уголкам. Иван тревожно притих, прислушался. Топота ног не было — значит, он и впрямь был в пещере один. Он и этот… хм… Горыныч.

1. Первое впечатление — разочарование.

2. Возраст — совершеннолетний.

3. Социальное положение — пещерный змей, в недалеком прошлом — покоритель небес.

4. Внешность — трехголовая, крылатая, чешуйчато-перепончатая.

5. Психотип — холерик, экстраверт. Воспламеняется словно спичка.

6. Характер — горячий.

7. Личная жизнь — горячая, он же натура пламенная.

8. Хобби — огненное шоу.

9. Волшебные навыки — исторгает пламя, испепеляет все вокруг себя.

10. Если ему перейдет дорогу черная кошка, то она сбежит от него как угорелая.

— Ничего, сейчас я тебя прокачаю! — И Иван полез в карман за порошком, который ему дал для Змея старец Светозар.

От щепотки золотого порошка, высыпанного на его тело, Змея сначала слегка затрясло. Потом он чуть-чуть надулся и отрыгнул небольшое пламя поочередно из каждой пасти.

— Уже лучше, — поддержал перемены в нем Иван. Все-таки оставалась надежда на Змея-спасителя.

В ответ из ушей Змея вылетели две мелкие струйки дыма, и он затих.

— Не понял, — обомлел Иван. — И все?! А разве ты не должен стать огромным?! — И он руками изобразил наиболее приемлемые размеры. — Похоже, напутал что-то старик, — расстроился Иван.

Поразмышлять над дальнейшими планами у Ивана не получилось. К пещере змея подошла охрана. По всей вероятности стерегли Горыныча постоянно, а теперь стража только ненадолго отлучилась. Один из тюремщиков нос к носу столкнулся с Иваном и заорал как полоумный:

— Тревога! — Сильно стражник испугался.

Иван пожалел, что с ним нет старца. Был бы он здесь, что-нибудь бы придумал. И где его только носит?

На зов двоих прибежала подмога. Стражники накинулись на Ивана, видимо, соскучились по работе. Принялись сразу руки ему крутить веревками. Мешочек-то с остатками золотого волшебного порошка выпал у него прямо в лужу. Порошок быстро растворился в грязной воде. Иван уже не видел, как Змей Горыныч подлетел к луже и принялся из нее пить ставшую волшебной воду.

В тронном зале княжеского терема все было готово к казни. Добрыня Никитич не стал прилюдно карать на площади преступников — мало ли чего народ в этом деле не поймет, пожалеет еще тех, кому уготована печальная участь. Князь с супругой решили расправиться с пленниками по-домашнему, при своих послушных боярах и стражниках. По их приказу установили в центре зала плаху, на которой верный им палач должен был отрубить головы Кощею, Василисе и Бабе Яге. Впрочем, с Бессмертным такая казнь и не казнь вовсе, но для него Добрыня коварно приготовил особенную расправу.

Притихшие бояре уже собрались на представление, заняли свои места в тронном зале. Самые храбрые — ближе к плахе с палачом, чтобы получше рассмотреть лица преступников и потом рассказать родным, знакомым и всему городу о том, что они видели и слышали.

Стражники окружили пленников и следили за ними. Глаз с них не сводили по приказу Варвары. Хотя те были привязаны веревками так, что даже пошевелиться не могли.

Кощей явно скучал, понимая, что в лучшем случае его снова ждет расчлененное состояние и «апартаменты» в княжеском подземелье. Что может сделать с Бессмертным Добрыня? Тут даже меч-кладенец ему не помощник. Кощею до смерти — какая ирония судьбы! — надоело гибнуть и воскресать по десять раз за побег. Да и сколько можно убегать? Теперь уж больше и незачем. Меч оказался в руках Добрыни, и тот его ни за что никому не отдаст. Какая это мука — бессмертие! От того, что смерть невозможна, приходится столетиями украшать собой тюремные стены вместо плесени. А это то еще испытание для гордого Кощея.

Когда он мечтал о бессмертии, ему виделось другое. Кощей был готов мир перевернуть! Что фактически и сделал, получив власть. Но это не принесло желаемых результатов, да и богатыри его тогда одолели. Добрыня расправится с ним и на этот раз. Как же он устал от собственного бессмертия! Он давно уже перестал бояться, волноваться и радоваться. Его все больше и больше охватывает стылое равнодушие к происходящему. Ледяные оковы сжимают бессмертное сердце, которое превращается в кусок бесчувственного льда. И только один вопрос его мучает сейчас по-настоящему: ради чего он живет? Ради чего это все? Вот Водяному повезло — ему выпал случай пожертвовать собой ради спасения друзей.

Баба Яга, стоя перед плахой, мучительно вспоминала, в какой карман хламиды засунула сыпучий морок. Сделанный из отменной дурман-травы, порошок мог в мгновение ока заморочить головы всем присутствующим в тронном зале. Правда, нужно было еще подумать, как его рассыпать — руки-то связаны. А лягушка-помощница, она же Василиса, стояла рядом, тоже связанная. В другом кармане у Яги была настойка ядовитого плюща. Она прикинула, что можно попросить кого-нибудь из стражников достать ее и дать ей выпить. Нет, не отравить себя хотела Баба Яга, не дождетесь, в ее возрасте никакой ядовитый плющ уже не возьмет. К тому же глотать она его не собиралась, а вот плеваться им — суперзлодейство! Она уже не раз использовала этот трюк — паника охватывала всех вокруг, и в считаные минуты народ в ужасе разбегался куда глаза глядят.

Баба Яга заметила возле себя стражника-десятника и выразительно подмигнула тому: мол, договоримся, давай-ка ослабь веревки… Только тот так испугался ее хитрой изобретательности, что за Василису спрятался. Мелкота! Служивая душонка. Раньше-то, в ее молодые годы, какие богатыри были! Эх-ма!..

Никакой Иван не богатырь, думала Василиса, стараясь не смотреть на плаху с воткнутым в нее топором. А обычному парню такое суровое испытание не под силу. Вот и сбежал он туда, где посчитал, что будет в безопасности. Бросил ее? Так он ничего и не обещал. И Василиса ему ничего не обещала. С самого начала она в нем сомневалась! А то, что меч-кладенец позволил ему себя в руки взять — это чистая случайность. Возможно, колдовство ослабло. Тогда и Добрыня с ним сделать ничего не сможет. Василиса тоже свою родню не спасет, но пока она жива, живет и надежда. А вдруг все не так и Иван — богатырь? Вдруг он вернется? И разберется с этими мерзавцами! А их с Кощеем и Ягой освободит. Бывают же в жизни чудеса.

Не вернется Иван. Предал он их, так нечего и думать о нем. Василиса решила, что в последние минуты жизни враги не увидят ни слезинки на ее лице…

По команде думного боярина глашатаи вскинули берестяные трубы и призывно в них загудели. Под их аккомпанемент вошел в тронный зал князь Добрыня Никитич, облаченный в праздничный красный наряд, поверх которого блестела новая кольчуга, а за поясом висел меч-кладенец. Следом за ним зашла Варвара, жена. Царственной походкой, в пурпурном бархатном плаще и сафьяновых сапожках, она проплыла мимо восхищенных ее красотой и могуществом бояр. Ярче всех драгоценных камней в венце княгини сверкал магический алмаз-амулет, украшавший ее грудь. Она прошла мимо стола, где десятник украдкой обгладывал утиную ножку. Победа победой — а дело к обеду. Варвара так строго поглядела на десятника, что он поперхнулся. Бросил недоеденную ножку на пол и спрятался за товарищей.

Добрыня первым делом подошел к окну. Он посмотрел, как прямо над Царь-горой солнце и луна почти сблизились друг с другом, и остался доволен. У князя на грядущее затмение были большие планы. Обвел Добрыня присутствующих зловещим взглядом и обратился к пленникам:

— Прежде чем вас казнят, я вас порадую. — И кивнул на окно. — Кощей, видишь? — Хмыкнул в ответ Кощей, которому уже давно все было понятно. — Ты же не думал, что будешь один такой? — недобро прищурился Добрыня.

И не стал ждать ответа от Кощея. Некогда ему было — как только луна собой солнце закроет, наступит тот единственный миг, ради которого он все затеял.

Добрыня вынул из ножен меч-кладенец, поднял над собой — показал силу. Зашушукались бояре и стихли. Варвара сняла с груди амулет, вынула из него алмаз и протянула мужу. Бояре замерли в страхе — знали, что случится, но перечить не смели. Но только Добрыня собрался вставить магический алмаз в эфес меча-кладенца, где ему было уготовано законное место, как стражники приволокли в тронный зал захваченного в плен Ивана.

— Государь! — бойко отрапортовал довольный стражник. — Вот тут снова богатырь!

Добрыня кивнул стражникам, чтобы те подтащили к нему Ивана. Откуда он? Ведь сбежал так, что только пятки сверкали.

— Откуда ты взялся? — поразилась Василиса, не зная, радоваться ей или горевать теперь и над его несчастной судьбой.

Иван вместо ответа ободряюще ей улыбнулся.

— Ну и дурак, — вздохнул мудрый Кощей. — Зачем вернулся?

— Не твое дело, — бросил ему Иван с гордостью. — Не все только о своей шкуре пекутся!

Реакция Бабы Яги на его появление осталась для Ивана загадкой, потому что пообщаться с ней он не успел. Стражники кинули его под ноги Добрыне.

— Ну, погоди немного, — усмехнулся Добрыня в черные усы, — а потом мы с тебя и начнем, — и кивнул на палача, который с готовностью схватился за острый топор. — Луна уже начала закрывать солнце! — Добрыня сосредоточился на ритуале, пытаясь вставить алмаз в рукоять меча-кладенца.

— С удовольствием, — поднялся Иван и полез в карман. — Только есть один нюанс! — И он достал пистолет полицейского. — Видал, что у меня есть? — Он направил оружие на Добрыню. — А?! Не простая штуковина, волшебная. А?! Двадцать первый век!

И выстрелил несколько раз в воздух. Сам не ожидал, но попал прямиком в канделябр — в колесо от телеги со вставленными в него свечами.

Бум-с! — колесо свалилось на пол, треснуло, свечи разлетелись, обдав воском притихших зрителей.

Бояре испуганно шарахнулись в стороны, стражники отбежали от Ивана.

— Хм, — недоуменно произнес Добрыня, приподняв бровь.

— Что, страшно?! — Иван вошел в раж и уже размахивал пистолетом. Опыт просмотра многосерийных боевиков помог ему выглядеть внушительно.

Варвара тут же шагнула к мужу, собираясь его защищать. Только Добрыня ее остановил и обратился к Ивану:

— Подожди, не горячись. — И он посмотрел в окно. Там луна солнце почти закрыла, наступило затмение. Мир наполнился магией зла. Самое время алмазу Кладенец украсить. Столько времени и сил на это потрачено…

— Так! — на ходу принялся импровизировать Иван. — Василису и бабусю развязать! А вы все… — и он обвел пистолетом напуганных бояр, что дети малые жмущихся друг к другу. — Ну, уходите! Туда! — И указал дулом пистолета на выход. — Куда-нибудь…

Вот и свершилось. Соединились над Белогорьем два небесных светила. Наступило полное затмение, сумерки заполнили тронный зал. Добрыня не стал терять время зря. Он вновь поднял меч и приблизил к эфесу алмаз…

— Стой! — прокричал ему Иван, понимая, что тот вот-вот закончит ритуал. — Ты что делаешь?! Я стрелять буду! — И он направил пистолет на богатыря.

И тут бешеной птицей Варвара кинулась на Ивана. Она сбила его с ног, и он отлетел от Добрыни. Только при падении случайно все-таки нажал пальцем на курок и выстрелил.

Багровое пятно растеклось по богатырской груди. Слаба оказалась новая кольчуга против огнестрельного оружия — дыра в ней образовалась нешуточная. Добрыня обессиленно закачался и упал, уронив и меч, и алмаз. Возглас горечи и удивления пронесся по тронному залу — месту казни. Казнили, да не того, кого собирались. Побледневшая Варвара злобно посмотрела на Ивана.

— Отошла от меня! — опомнился он после неудачного выстрела. Он ведь и не собирался никого убивать. — Отошла! — И направил дуло пистолета на колдунью.

И вдруг Иван увидел, как Варвара улыбнулась. Бледность сошла с лица, на щеках заиграл румянец. Иван обернулся — и обомлел. Там стоял Добрыня — живой и невредимый. Охнули все в зале, потому что он не просто стоял, а держал в руке меч-кладенец, в рукоятке которого зловеще сверкал магический кристалл. Свершилось. В последние секунды перед смертью Добрыня успел завершить ритуал — и воскрес из мертвых. И наступил тут полный мрак, над Белогорьем нависла тьма зла.

— Э, ты че?! — попятился Иван, глядя на воскресшего Добрыню. — Ты зомби, что ли?

Вместо ответа Добрыня расправил плечи, похрустел своей богатырской шеей, поведя ею из стороны в сторону, словно вновь обрел свое тело.

— Бессмертный он теперь, — глядя на все это, мрачно пояснил Ивану Кощей. — Меч с кристаллом ему бессмертие дал.

— Все, — заключила трагически Баба Яга, с опаской глядя на Добрыню, — добегались!

— А раньше нельзя было сказать?! — искренне возмутился Иван. Он бы сначала меч у Добрыни отнял… Он бы алмаз у него отобрал… Иван принялся стрелять в идущего на него Добрыню — безрезультатно выпустил все пули из пистолета: Бессмертный Добрыня от них отмахивался, как от мелких мошек. Тогда Иван бросил в Добрыню бесполезным пистолетом и приготовился умереть за свободу Белогорья.

— Добрыня! — В тронный зал забежал перепуганный стражник в дымившейся одежде и с лицом, перепачканным гарью. Бешено вытаращив глаза, он прокричал: — Змей Горыныч на свободе!

А вот это уже другой расклад в их игре не на жизнь, а на смерть!

— Горыныч? — нахмурился Добрыня, отступив от Ивана. И посмотрел на Варвару: чего теперь с этим парнем заниматься, когда появилась настоящая проблема?

Кивнула она мужу — и впрямь беда, если Горыныч действительно на свободу выбрался.

— Горыныч! — прокричал, прыгая от радости, Иван. — Дракон! И он со мной! Я им управляю! — И повернулся к Добрыне с Варварой: — Теперь вам точно конец! — победоносно заключил он свой пламенный выпад.

Недолго пришлось ждать боярам и князю появления летающего змея. Тот влетел в зал встревоженным воробьем. Пометался от стены к стене, врезался на лету в удивленного его малыми размерами Добрыню и свалился на пол. Так, кувыркаясь, и добрался до Ивана.

— Это Горыныч? — рассмеялся Добрыня, и его смех подхватили остальные. — Разве это Змей Горыныч?!

Иван понял, что теперь его… нет, не его! Всех, ради кого он сюда вернулся… ничто больше не спасет. Последняя надежда на Змея была, но она не оправдалась.

Наводящий страх и ужас Змей Горыныч, разумеется, должен был быть существом огромным и мощным. Огнедышащий дракон одним своим видом сражал противников наповал. Легендарный змей — самое страшное, что могли себе представить враги Ивана. И вот такой казус. Не помог волшебный порошок старика-мага, как был с птичку-невеличку Змей Горыныч, так таким и остался. Иван на него не особенно надеялся, но все-таки…

— Ничего, ничего, — подбодрил он пытающегося оклематься упавшего Змея, — бывало и хуже.

Хотя, вздохнул ОН, хуже уже некуда. Добрыня, ставший бессмертным, теперь ничего не боялся. Варвара откровенно смеялась над последней надеждой бунтовщиков. Бояре со стражниками их поддерживали. Василиса с Бабой Ягой приуныли. Кощей держался — но по нему никогда не видно, волнуется он или готов сдаться.

И вдруг…

Маленький неказистый Змей Горыныч неожиданно взлетел под самый потолок княжеских хором и выпустил оттуда такую мощную струю пламени, что все обомлели! Широкой рекой пламя растеклось по деревянным столам, те вспыхнули как спички и сгорели на глазах у изумленных приспешников Добрыни. И начались тут переполох и паника.

— Да! — прокричал довольный произведенным эффектом Иван. — Я отец драконов! — И помахал Змею Горынычу, приветствуя его мощь.

— Убейте его! — в ярости пытался перекричать его Добрыня, показывая на летающего по хоромам и все крушащего на своем пути Змея.

Стражники кинулись ловить Змея Горыныча, тыча в него острыми пиками и копьями, лучники принялись выпускать в него стрелы. Чуть друг друга не поубивали, потому что мелкий змей оказался шустрым и юрким.

Многих опалил огонь, извергаемый Горынычем. Стражнику-десятнику повезло, он вовремя успел свой тыл пустым деревянным корытом прикрыть — туда сразу несколько стрел сотоварищей вонзилось. Лучники, будь они неладны, в Змея целились, а едва в него не попали. Но только он убрал корыто, решив, что спасся, предательская стрела жалящей иголкой вонзилась-таки в него. Десятник заорал, держась за пострадавшее место.

А Иван воспользовался суматохой и побежал освобождать друзей. Сначала, конечно, кинулся он к Василисе. На двуличного Кощея Иван посмотрел волком — пусть знает, как он к нему относится. Отвернулся от него и Кощей.

— Привет, — улыбнулся Иван Василисе. — Ну, как ты тут без меня? — Она обиженно молчала, пока он ее веревки развязывал. — Че ты злая такая, как будто тебя казнить собрались? — постарался пошутить Иван.

— Видишь? — обрадовалась его появлению Баба Яга, обращаясь к Василисе. — Хорошо, что я его не сожрала!

Иван освободил руки Василисы и тут же получил «подарок» — храбрая девчонка наградила его хлесткой пощечиной.

— Василиса, слушай. Ну, я запаниковал. С кем не бывает? — Он был готов ее долго убеждать, но обстановка не располагала к долгим разговорам. Неравная битва продолжалась.

Змей легко уходил от преследователей, выделывая такие виражи и пируэты, что у перепуганных бояр, спрятавшихся под оставшиеся столы и следящих за ним, закружились головы. И не просто гонялся Горыныч за стражниками. Жарким огнем плевались все три его головы, обдавая обжигающим душем тех, кто подбирался к нему ближе.

Своего главного врага Змей Горыныч знал в лицо — обманчиво добродушное и приветливое. Отбиваясь от стражников, он окатил князя огромной струей пламени, готовый уничтожить любого, кто в ней окажется. А Добрыня в этот момент успел прикрыться мечом-кладенцом. Меч отразил огненную атаку погасив ее своим магическим клинком. Только вот докрасна накалился Кладенец, и не удержал его в своих руках Добрыня — меч упал и воткнулся тонким острым клинком в пол.

— Нам нужно разбить кристалл в рукояти меча-кладенца! — крикнула Василиса Ивану, показывая на упавший меч.

— Зачем? — быстро спросил Иван, освобождая от пут Бабу Ягу.

— В нем теперь смерть Добрыни заключена, — пояснила Василиса и кивнула на Добрыню — Отвлеки его!

Иван кивнул, торопясь развязать веревки Яги и помочь Василисе. Но она не стала ждать, побежала к мечу — и вдруг через секунду вернулась. Девушка поднялась на цыпочки и поцеловала Ивана. Он зажмурился от удовольствия — значит, Василиса простила ему бегство. Иван разомлел от поцелуя и едва не получил мечом по голове. К счастью, Баба Яга вовремя успела плюнуть в нападавшего стражника ядовитым плющом и сбить его с ног. Иван кивком поблагодарил Ягу и ринулся следом за Василисой, обороняясь от нападавших стражников.

— Эй, — позвал Змея Кощей, — ящерица тупая! Меня не хочешь освободить?

Змей Горыныч отвернулся от десятка спасающихся от него опричников и, подлетев к Кощею, набрал полную грудь воздуха, словно раздувал внутри себя огненные меха. Кощей едва успел спрятаться за столб, к которому был привязан, — Змей выдохнул из одной головы пламя, и оно мигом спалило веревку на Кощеевых руках. Кощей, освободившись, принялся оценивать обстановку. Он не собирался оставаться сторонним наблюдателем, но и сдуру в бой вступать тоже не хотел. Хотя какой это бой? Змей Горыныч такую панику навел, что все спешили удрать из тронного зала.

Змей развернулся и выдохнул на убегающих стражников и бояр пламя, а после погнал их вдоль палат огромного терема. Бессмертный Добрыня с легкостью избавился от ожогов на руках и ринулся к Кладенцу.

— Эй! Добрыня! — крикнул Иван, чтобы его отвлечь. Князь остановился и посмотрел на него. Иван продолжил: — Я тебя на бой вызываю! Как пацан пацана!

— Чего? — не понял тот, но за мечом тянуться перестал.

— Как мужик мужика! — более доступным языком пояснил Иван, понимая, что совершает фактически самоубийство. В его случае выступить против богатыря — как с бурей бороться.

— Ладно, — усмехнулся Добрыня, зная, что расправится с парнем играючи. И потянулся за мечом-кладенцом.

— Э-э-э! Нет! — прокричал ему Иван. — С мечом-кладенцом каждый сможет победить! Давай на равных! — Он решил его взять на слабо: мол, неужели богатырь в своей силе сомневается? — Как богатырь с богатырем! Или ты не богатырь? Че, духу не хватает?

— Да я тебя и коромыслом перешибу! — разгневался Добрыня и выхватил меч из рук ближайшего стражника.

…Если слаб духом и подл человечишка, то как он ни называйся, какой магией ни обладай, от праведного возмездия все равно не уйдет. А если вера в справедливость и твердый дух имеются, то и безрассудство станет настоящим подвигом. Сила — она ведь в правде. И прав не тот, кто силен, а тот, кто за правду борется…

Иван поднял с пола брошенный кем-то меч. Ему было страшно с Добрыней сражаться, но он не паниковал — должен же был кто-то злодея остановить. Кто, если не сын Ильи Муромца? Иван посмотрел на изваяние богатыря, стоящее рядом с княжеским троном. Тот ему будто благословение дал — словно блеснули живым огнем каменные глаза.

Добрыня замахнулся на Ивана и с недюжинной силой опустил на него меч. Любой другой бы не устоял против богатырской руки. А Иван устоял — отбил сильный удар. Он сдаваться не спешил…

Василисе пришлось пробираться к мечу-кладенцу через дерущихся Добрыню и Ивана. Она добежала до меча, схватилась за рукоять и принялась вытаскивать его из пола. Это увидела караулившая мужа Варвара. Колдунья тут же скинула с себя бархатный плащ, под которым оказалась боевая туника, и пошла на Василису. Одним ударом своего меча Варвара выбила Кладенец из рук противницы. Он отлетел в сторону, но Варвара настолько горела непомерным желанием убить Василису, что не обратила на Кладенец внимания. Она накинулась на Василису, пытаясь свалить ее на пол и вонзить меч в самое сердце.

Хорошо, что Змей Горыныч вернулся и стал поливать Варвару огненным потоком. Василиса увернулась от разъяренной колдуньи ловким кувырком и ногами выбила у нее меч из руки.

Василиса быстро провела подсечку — Варвара устояла. Ей бы магическими кнутами биться, да только не было никакой возможности в тереме им развернуться. Она боялась — можно было ненароком Добрыню колдовским бичом зацепить. Вот и пришлось Варваре выкручиваться да прыгать. Впрочем, недаром жена князя возглавляла войско опричников — дралась колдунья мастерски.

А Иван тем временем продолжал неуклюже отражать удары прославленного богатыря Добрыни Никитича. Он и сам пару раз попытался его ударить. Ему бы подучиться — сила, как оказалось, тоже есть.

— И это все, на что ты способен?! — подначивал Добрыню Иван, отражая в очередной раз его мощный удар.

Добрыня рассвирепел! Что же — он не может с парнем справиться?! И то ли злость ему помогла, то ли Иван промашку дал, только врезал ему Добрыня со всего маху. Иван отлетел к стене и сполз по ней на пол. Ни за что он не сдастся на милость победителя. Он еще посмотрит, кто победит.

Василиса старательно продвигалась к заветному кладенцу. Вот он, совсем близко, только руку протяни…

Василиса схватила меч первой. Как вдруг с нечеловеческой силой на нее набросилась Варвара. Колдунья выбила из ее рук Кладенец, и он снова отлетел в сторону. На этот раз отлетел с такой силой, что из него выпал магический кристалл и покатился по полу.

Добрыня наносил Ивану удар за ударом. Тот непостижимым образом, сам тому удивляясь, отбивал их один за другим.

Бац! — и Добрыня разрубил дубовый стол, за который зашел Иван. Чирк! — и богатырь чуть не задел Ивана.

Но Иван не сдавался. Мало того — он над Добрыней еще и подтрунивал. Это приводило князя в ярость.

— Слабоват ты, Добрыня, — насмешливо говорил Иван, отражая очередной удар. — От отца моего, наверное, постоянно получал, да?

— Достали вы меня, Муромцы! — зловеще ревел Добрыня, нападая на Ивана. — Отец твой жить мне не давал! — И ударил мечом по тому месту, где только что Иван стоял. Мимо. — За справедливость был! За добро! — Еще один удар едва не достался проворному Ивану. — Всегда первый! Всегда лучший! — Чуть не настиг его меч Ивана.

А ведь на этот раз Добрыня правду говорил.

В широком чистом поле дрались на мечах, тренируя силушку богатырскую, Илья и Добрыня. Клинки звенели гулко, ударяясь друг о друга. Птицы замерли во ржи, перестали петь. Облака на небе замерли. Солнце с луной тучами закрылись. Только что река вспять не пошла течением своим — где это было видано, чтобы один богатырь на другого со всей неукротимой злобой нападал?!

— Добрыня, — волновался за друга Илья, — охолонись!

— Не указ ты мне больше, Илья! — нападал не него Добрыня яростно. — Надоело мне в твоей тени ходить! Всю славу себе забрал!

— Ну, убьешь ты меня, — спросил Илья бывшего друга. Сразу понял, что бывшего, раз тот признался, всю злобу излил, — а дальше что? — И отразил его удары с легкостью.

— Буду я Белогорьем править! — неистово прокричал Добрыня и снова всей своей мощью обрушился на Илью. — Один править буду!

Качнул головой мудрый Илья, на миг призадумался. А потом показал Добрыне, как нужно нападать, — начал наступать. Он быстро выбил меч из рук Добрыни и толкнул того могучим плечом. Добрыня упал в колосящуюся рожь, а Илья над ним навис и прищурился.

— Ну ничего, — сказал он поверженному Добрыне. — Посидишь в темнице — одумаешься.

Да не заметил, что за их поединком следила белоснежная сова. Она всегда была готова броситься на помощь мужу.

— Илья! — позвала Варвара, рухнувшая вниз и обернувшаяся женщиной.

Богатырь оглянулся и увидел, как из руки Варвары вырвался светящийся магический кнут.

— Жену и сына пощади, — попросил он, предвидя свою участь.

— Нет, — жестко отрезал Добрыня и зловеще улыбнулся.

Илья опомниться не успел, как Варвара ударила его бичом. Добрыня самодовольно улыбнулся.

Все это узнал Иван после, а пока сразу догадался.

— Понятно: комплекс неудачника, — хмыкнул он, отклоняясь от ударов Добрыни. — Вечно второй! Ты поэтому от богатырей избавлялся?! — Злой Добрыня ударил его. Иван отлетел в сторону, но встал и продолжил смело драться. — Бьешь, как расщеколда старая! — И вновь он не успел отразить очередной удар Добрыни…

Оттолкнув Василису, Варваре после тяжелой драки удалось-таки схватить кристалл. Одно движение — и прекратится ненавистный им род Ильи Муромца. Вот она, тяжкая победа.

— Умница, Варварушка, — тяжело дыша, похвалил жену Добрыня.

А когда Варвара шла к Добрыне с кристаллом в руке, то поскользнулась на недоеденной утиной ножке. Она упала в одну сторону — кристалл из ее руки отлетел в другую. И покатился алмаз среди наступившей тишины по всему тронному залу. Он докатился до ноги Кощея и остановился, словно заранее знал, к кому попадет.

Все прекратили драться и подняли глаза на Кощея — в его левой руке был зажат кристалл, а в правой — меч-кладенец. И луна еще солнце загораживала, и ритуал можно было провести. И время было, и меч заветный, и кристалл бессмертия. Он играл яркими лучами в руке Бессмертного, переливался, словно силой с ним делился для великого дела. Алмаз согревал своей магической теплотой, и через стылую кровь она горячим ручьем лилась к ледяному сердцу Кощея. Все замерли, потому что никто не знал, какое решение примет Кощей. Что сделает?

Замерла Баба Яга, потому что знала друга своего закадычного. Кощея Бессмертного. Ради великой идеи тот мог не пощадить любого. Это поначалу он был молодым и глупым, когда рвался к власти. Потом Кощей стал мудрее, осознал, что важно в этом мире, да только занесло его не в ту сторону. Зачем он алмаз со своей смертью у Добрыни собирался выменять на меч-кладенец? Яга не знала ответа на этот вопрос, хотя кое о чем догадывалась… Она стояла и ждала, что Кощей Бессмертный предпримет сейчас. Ей оставалось верить ему безоговорочно. Лишь бы злодей Добрыня в очередной раз не выкрутился. Молчание Кощея превратилось в вечность.

Василиса боялась пошевелиться, чтобы не испугать Добрыню — тот в любой миг мог расправиться с Иваном. Теперь дело за Кощеем. Девушка знала: чародей, прежде чем сделать шаг, три просчитывал наперед. Когда они меч-кладенец заполучили, Кощей его отдал в обмен на свою смерть, заключенную в магическом кристалле. Тогда Василиса решила, что он тоже предатель. Теперь она догадывалась, что к чему, ведь только для одного кристалл бессмертия был нужен Кощею!

Варвара сразу поняла, что собирался сотворить Кощей. Победа была так близка, но ускользнула из ее рук в самый последний момент. Варвара в панике искала выход из ситуации, щурилась и тоже опасалась дергаться, чтобы не спугнуть Кощея, она сейчас что-нибудь придумает. Не успеет он ничего сделать…

Даже Змей Горыныч поутих, повис на потолке, отдыхая и набираясь сил.

Иван лежал с приставленным к его горлу клинком и клял себя за лень. Нужно было не лжеясновидением заниматься, играя в великого мага, а регулярно на тренировки в спортзал ходить. Эх, прощай, Василиса! А ведь у него с ней могло что-то хорошее получиться. Или нет? В смысле, не прощай. Отчего все замерли и напряглись? Что этот предатель Кощей замыслил?

Первым опомнился растерянный Добрыня. Он повернулся и посмотрел на Варвару, сразу придя в себя от ее острого пронзительного взгляда. Одно движение ее бровей внушило ему чувство уверенности. Он перевел взгляд на Кощея и растянул на лице приятельскую улыбку.

— И что ты собираешься делать? — поинтересовался Добрыня у Бессмертного с наигранным равнодушием.

— А что бы ты сделал? — прищурился Кощей, глядя на богатыря-князя испепеляющим взглядом, в котором лед плавился и превращался в огонь. — Мы ведь теперь так похожи.

— Ну, раз похожи, — обрадовался Добрыня, — то всегда сможем договориться.

— А ты не забыл, что твоя смерть — вот она, у меня в руках, — и Кощей крепче сжал кристалл.

Все присутствующие мысленно содрогнулись, но не стали встревать в спор двух бессмертных.

— Это и твоя смерть тоже, — пожал широкими плечами Добрыня. — Хочешь, я ее буду хранить. Хочешь — ты. Кощей, нам, бессмертным, делить нечего! Мир большой, разойдемся. — И он надавил на меч, острие которого соскользнуло Ивану на грудь. — Сейчас только одно дело доделаю.

Миг — и не стало бы Ивана, сына Ильи Муромца. Погиб бы он от рук Добрыни, как его отец. Только меч уперся в амулет-иголку, которая всегда была с Иваном. Смола потрескалась от недюжинной богатырской силы, а иголка плашмя в грудь вдавилась, но острие меча задержала. Захрипел Иван — боль пронзила все тело.

— Не разойдемся, Добрыня, — устало вздохнул Кощей. Все напряглись, почувствовали — то, к чему Кощей стремился все последнее время, сейчас и случится. — Ваня, — обратился Бессмертный к хрипящему Ивану, — ты это… не серчай.

Кощей занес меч-кладенец над Кристаллом, а Добрыня зыркнул на свою жену. Варвара схватила ближайший топор и метнула его прямо в руку Кощею. Кощеева рука вместе с зажатым в ней кристаллом бессмертия отлетела к ногам Добрыни. Тот наступил на нее, усмехаясь. Этим ли слабакам с Варварой справиться?! Добрыня любил красивые жесты. Он эффектно занес свой меч над Иваном. Пора навеки покончить с сыном Ильи Муромца.

Воспользовавшись паузой, Иван схватил свою иглу и воткнул ее в тонкий кожаный сапог Добрыни, которым он наступил на руку Кощея. По тому, как взвыл Добрыня, он понял, что кожа у сапога оказалась не слишком прочной. Добрыня дернул ногой, и рука из-под нее тут же выбралась. Подмигнул Кощей Ивану — поблагодарил так за солидарность в общем деле. А руке своей приказал кинуть ему кристалл. Та размахнулась и бросила Кощею алмаз. Больше не стал рисковать Кощей и сделал то, что задумал давно. Разрубил он кристалл бессмертия на лету одним взмахом меча-кладенца!

По тронному залу прошуршал темный морок, свернулся под высокими сводами в клубок и начал расти на глазах толпы. Вдруг закрутился спиралью и взорвался со страшной вспышкой к ужасу пораженных людей. А когда все рассеялось, вместо Кощея и Добрыни лежали кучки серого пепла.

Баба Яга всхлипнула и отвернулась, чтобы никто не видел ее горьких слез. Гордый Кощей оказался настоящим другом, никого он не предал. Просто Бессмертный решил исправить свою давнюю ошибку, потому и вел их к мечу-кладенцу. Он заранее знал, чем все закончится. Ему бессмертие хуже горькой редьки стало. А уж то, что ради него люди шли на великую подлость, добивало больше любой тюрьмы.

Василисе смотреть по сторонам было некогда — она бросилась на Варвару, чтобы та не успела учинить очередную пакость, и сбила ее с ног. Варвара отлетела к окну, но на ходу обернулась совой и вылетела из княжеского терема. Змей Горыныч обрадовался — наконец-то жертва определилась — и вылетел следом за ней в окно.

А там солнце уже вышло из-за луны! Тьма отступила.

Иван стряхнул с себя пепел Добрыни и встал, расправив плечи. Хотел похвастаться, как раньше, но, увидев бегущую к нему радостную Василису, не стал. К чему? Это их общая победа.

Иван обнял Василису, и они смущенно поцеловались…

Прошло смутное время великого затмения. Солнце с луной над бескрайними просторами Белогорья стали отдаляться друг от друга. Долгое время они не позволят никому провести древний ритуал получения бессмертия. Да и магического кристалла больше нет. Он рассыпался в прах, как Кощей с Добрыней, получившие от него бессмертие. Погибло колдовство Варвары в яростном пламени Змея Горыныча. Тот оказался невелик, да храбр и могуч. Камни стали превращаться обратно в людей. Как Варвара ни старалась мужу угодить да его над всеми возвысить, ничего у нее не получилось. Вновь подтвердилась людская мудрость — на чужом несчастье своего счастья не построишь.

Море забурлило волновыми перекатами, и показались из него белогорские богатыри. Кто десяток лет на дне прохлаждался, кто и месяца, как Алёша Попович, не простоял. Они выходили из воды, рассекая волны, и солнце блестело на их доспехах. Сам Илья Муромец, от каменного плена избавленный родным сыном, позвал их на большой пир.

Лишь только завершилось противостояние Варвары со Змеем, ослабло ее колдовство. Илья очнулся в тронном зале, где каменной статуей себе на потеху выставил его Добрыня. Муромец повел могучими плечами и спустился с постамента к людям. К нему подошел вихрастый парень с иголкой на шее и кинулся обниматься. Удивился Илья — кто такой?

— Сын он твой, Илья, хоть и марамошка, — беззубо улыбаясь, подсказала богатырю Баба Яга.

— Иван?! — обрадовался Муромец и сжал сына в крепких богатырских объятиях.

— Познакомься, отец, — Иван представил ему свою девушку, — Василиса моя.

Обнял их Илья Муромец и одобрительно кивнул.

Тронный зал убрали, плаху Змей Горыныч спалил дотла. Новые столы накрыли разными яствами, честной народ сам пришел, чтобы приветствовать Илью Муромца и Алёшу Поповича. Два друга-богатыря сидели вместе. Рядом с ними — Иван с Василисой, Баба Яга с Водяным в ступе… Да-да! Ушло колдовство и от него. Водяной очнулся в колодце в прежнем обличье, поначалу даже не поверил. А когда ощупал себя — догадался, что раз он жив-здоров, то победили его друзья-соратники.

— Держи, кудрявая, — Водяной протянул старой сморщенной Бабе Яге молодильное яблоко.

Баба Яга усмехнулась, но яблоко взяла, откусила, проглотила и… похорошела. Тут же Водяному его отдала: мол, и ты давай ешь. Водяной сначала хотел обидеться, он же считал себя красавцем-мужчиной. Но какое тут время для обид! Взял он у нее яблоко.

Иван с Василисой сидели рядом и вместе со всеми радовались. Еще бы! Мало того, что живы остались — у Ивана нашелся настоящий отец, а у Василисы вся родня вновь зажила по-людски. Музыканты играли. Служки бегали, блюда с лебедями да щуками только успевали разносить. Зацепил Иван краем глаза одного мальчишку… Нет, он со своей красавицы Василисы глаз не сводил. Но привлек его внимание мальчишка, потому что вспомнился ему другой.

Иван подошел к отцу, Илье Муромцу, наклонился и что-то прошептал. Богатырь одобрительно похлопал сына по плечу…

Москва привычно гудела полуденным уличным шумом, когда Иван шел к зданию больничного комплекса. Большой город жил своей обычной жизнью. В больничном коридоре тоже мало что изменилось — витали те же запахи боли и несчастья, сновали медсестры, огорченные родственники. Палату, где лежал племянник его бывшей клиентки, он нашел быстро. Ноги привели его туда сами. Мальчонка не двигался. По-прежнему окутанный щупальцами современного медицинского оборудования, он лежал с закрытыми глазами. Кома. Ничего не изменилось.

Иван быстрыми шагами подошел к кровати и достал из кармана джинсов пузырек с голубой жидкостью. Он чуть не забыл, что оставил живую воду у себя в квартире. Хорошо, что на пиру о ней вспомнил. Иван откупорил пузырек и влил одну каплю живой воды мальчику в приоткрытый рот. Он успел заметить, как веки ребенка чуть дрогнули…

— А вы что здесь делаете?! — В палату зашла медсестра и набросилась на чужака.

— Извините, — вежливо улыбнулся он. — Палатой ошибся.

Бледный мальчонка открыл глаза и удивленно посмотрел на Ивана. Он ему подмигнул: мол, держись, парень, теперь-то уж точно все будет хорошо! А медсестра подошла к мальчику и охнула от неожиданного «воскрешения» больного.

Иван вышел на столичный проспект и вздохнул. Пусть и в его прошлом останется добро. Да, это все — он обвел взглядом суетливый город — его прошлое. Настоящая только сказка.

Избушку на курьих ножках подлатали. После пожара она успела добежать до прохладного озера и окунуться в него. Пламя погасло. Ущерб, конечно, был. Только Иван сам все в Избушке в порядок привел, кое-что подправил. Не совсем умело — учиться и учиться ему сказочной жизни. Но Иван понятливый, быстро разберется. К тому же теперь рядом с ним помощница — Василиса.

И пошагала Избушка через поля, мимо гор, понесла внутри Ивана с Василисой.

— Слушай, Василис, — спросил Иван, обнимая девушку, — а я точно понравлюсь твоим родителям?

— Да не бойся, — ласково улыбнулась ему Василиса, — понравишься!

— Знаешь, — признался ей Иван, — а мне ведь одна ведьма предсказала, что я здесь, в Белогорье, погибну.

— Ты что, до сих пор веришь в сказки?! — рассмеялась Василиса и шутливо стукнула его по плечу — Иван чуть не вывалился из Избушки. Василиса схватила его за руку и втянула обратно. Они обнялись и рассмеялись. — Гони, родимая! — крикнула Василиса Избушке, и та прибавила скорости.

В холостяцкой квартире Ивана Найдёнова скучала домработница Галя. Огромный плазменный телевизор ее уже не радовал. Одно было приятно — не участвовал больше в «Битве магов» ее прежний хозяин. Что с ним стало? Куда он подевался? Всегда равнодушная, сейчас она переживала, поэтому, услышав звонок в дверь, Галя сразу побежала ее открывать. На пороге стояла… Варвара.

— Ну что ж ты, доченька, не справилась? — сокрушенно покачала головой Галя. Варвара опустила виноватый взгляд и вздохнула. — Ну проходи, — кивнула ей Галя, — чего стоишь?

Варвара зашла в квартиру Ивана, и рассерженная Галя захлопнула за ней дверь.

Подъездное эхо подхватило дверной хлопок женщины и понесло его в дальние дали. Он отозвался в тронной палате, где висел меч-кладенец. Тот грозно звякнул острым лезвием и глухо брякнул рукояткой, зияющей пустым отверстием. Кладенец поймал эхо и отбил его в темное подземелье, где ему самое место.