Угораздило же меня застрять на этом Паршивом острове. Поначалу было не так уж плохо: герой, победитель знаменитого Ле Чака, гроза морей… Но потом мои истории приелись, и мне все чаще стали говорить мои же товарищи-пираты: «Слушай, малыш, пойди погуляй. Сил больше нет тебя слушать».

И в один прекрасный день я понял, что и в самом деле пора пойти погулять. В смысле, уехать с этого проклятого острова, куда глаза глядят. Благо глаза мои глядели не просто в бескрайнюю морскую синеву, а во вполне определенную сторону. А именно в ту, где находилось легендарное сокровище — «Big Whoop» — мечта многих поколений пиратов.

А деньги на то, чтобы нанять корабль, у меня были. И в избытке. Так что я, недолго думая, собрал вещички и, пообещав вернуться c «Big Whoop», двинулся в порт.

И надо же было такому случиться, что прямо на мосту, ведущем в город, встретился мне какой-то добрый молодец и стал денежки за проход требовать. Ну, я, конечно, туда-сюда, ни в какую, сам, говорю, из тебя отбивную сделаю. Короче, остался я без денег и с синяком под глазом. А он, уходя, небрежно так бросил: «Попомнишь теперь Ларго ле Гранда».

Попомню, уж не сомневайтесь. Да так попомню, что, клянусь, очень скоро ему не поздоровится.

И пошел я в город, надеясь, по дороге придумать, как же этому Ларго отомстить. Но очень скоро выяснилось, что мой противник куда серьезнее, чем я ожидал. Оказалось, что он держит в страхе весь город, запретил выход всех кораблей из гавани без его разрешения, а все потому, что был он, ни много ни мало, соратником того самого Ле Чака, которого я упокоил навеки. Точнее, его правой рукой. И как я всем не объяснял, что Ле Чак никогда уже не поднимется из глубин океана, никто не верил. Все предпочитали дрожать, завидев Ларго, и отдавать ему последние деньги.

Ладно, делать нечего, придется прибегнуть к испытанному уже искусству вуду — изготовлению фигурки, которая дает над человеком власть. И отправился я на болота, где жила ведьма, весьма преуспевшая в этом искусстве. Не слишком легким было путешествие, да и хижина ее, прямо скажем, впечатляет: похожа она на огромную нечеловеческую морду то ли с носом, то ли с клювом, нависающую над топями.

Зато внутри — чего только нет. Скляночки, баночки, кувшинчики. Один из них особенно меня заинтересовал: напиток, воскрешающий людей из пепла. Правда, выяснилось, что только на время, да и пепел ведьме надо загодя притащить.

С самой же хозяйкой мы сговорились быстро. Ларго и ей — как кость поперек горла, да только для изготовления куклы вуду надо кое-что, чего у нее нет. А все остальные на острове — трусы. Так что опять мне за всех отдуваться пришлось.

И рассказала ведьма, что кукла должна состоять из четырех компонентов: Нить, Голова, Тело и Мертвец. За Нить сойдет клочок его одежды, за Голову — прядь волос, за Тело — жидкость из этого тела, а за Мертвеца — кусок кости любого из его кровных родственников. На том и порешили.

Проще всего было с костью. Ведь где ее искать, как не на кладбище. Раздобыть лопату — пара пустяков, стоит только как следует посмотреть вокруг широко раскрытыми глазами.

Но где взять все остальное? К самому Ларго не обратишься, значит… Значит, надо идти в город.

Городок был, прямо скажем, необычный. Почти весь на кораблях (за исключением домика плотника), кто в трюме живет, кто в кубрике, а в самом большом корабле — гостиница, в которой Ларго и живет. Один, гад, всю гостиницу занимает. А рядом со стойкой там маленький такой аллигатор привязан — наверно, ждет, пока номер освободится.

В одном из кубриков мне повезло наткнуться на картографа, который был одержим той же идеей — найти «Big Whoop». Правда, записи свои он посмотреть мне не дал (ну, да я ему за это отомстил, стащив одну штучку, без которой он вряд ли сможет обойтись). Зато рассказал легенду о том, как некогда большой торговый корабль «Элэйн» попал в шторм и потерпел крушение. В живых осталось только четыре члена экипажа, и всех их выбросило на остров. По слухам, назывался он Чернильный остров, только вот сам рассказчик в это ну ни капельки не верит. А все потому, что такого острова на карте нет.

Там эти четверо, скорее всего, и нашли «Big Whoop». А карту острова разделили на четыре части, и каждый взял с собой по кусочку. С тех пор их следы теряются, и даже имена неизвестны.

В одном только картограф уверен: если ему когда-нибудь покажут карту этого острова, он сможет без труда определить, где тот находится.

На остальных кораблях не было ничего особенно интересного, если не считать прачечной, которой руководил какой-то полусумасшедший. И я спустился в бар, уютно оборудованный в трюме одного из кораблей.

Дай, думаю, хоть горло промочу. Но бармен уперся — ни в какую: малышам не наливаем. И когда только меня перестанут за маленького считать, сколько же пиратов для этого замочить надо? Вот, скажем, Ларго: все только дрожат при упоминании его имени, я один с ним борюсь, а все «малыш»… Хотел хоть на кухню зайти, посмотреть, что там творится, да он меня не пустил. И тут я вспомнил, что «нормальные герои всегда идут в обход».

Ну ничего, я этому бармену отомщу. И тут появляется Ларго собственной персоной. Чуть из бедняги душу не вытряс — все денег требовал — потом плюнул на стену и был таков. А у меня появилась кое-какая идея.

Через полчаса мне не хватало только одежды и пряди волос. Другого выхода, кроме как проникнуть в логово Ларго, просто не было. Значит, нужно отвлечь хозяина гостиницы. Ну, я его и отвлек. А заодно, как я подозреваю, еще полгорода.

В комнате Ларго был полный бардак. Не успел я даже толком осмотреться, как услышал совсем рядом с гостиницей его голос и выскочил, схватив… Как бы вам сказать, не совсем волосы, что ли. Скорее, заменитель.

На сегодня ларгообразных приключений было достаточно, и я решил заняться барменом. Для начала пришлось поймать крысу, что бегала возле прачечной. Это было не слишком сложно: я поинтересовался, чем она питается, раздобыл это самое и построил весьма примитивную мышеловку. А потом отправил крысу поплавать в любимой похлебке бармена.

Одно плохо, и до сих пор меня мучает совесть: из-за меня вылетела с работы барышня, которую он нанял кухаркой. Зато я в этот момент оказался под рукой и тут же устроился на работу, получив неплохой задаток.

На следующий день я приступил к реализации последней части своего плана. Чтобы раздобыть одежду Ларго, надо, чтобы он сдал белье в прачечную. А чтобы он сдал белье в прачечную, надо его сначала испачкать. А чтобы его испачкать… Впрочем, не сомневаюсь, что вы и без меня прекрасно знаете, как это сделать. Вспомните старые комедии начала века с летящими в физиономию тортами, опрокидывающимися на голову ведрами с водой, выскальзывающими из-под ног коврами. Ну, и так далее…

Забрать белье из прачечной, раздобыв предварительно квитанцию, было парой пустяков. И вот кукла вуду у меня в руках.

Да, сражение с Ларго было красивым — жаль, что вы не могли на него посмотреть. И надо же мне было обмолвиться, что это именно я уничтожил знаменитого Ле Чака. Ларго стал издеваться надо мной, и тогда я выхватил из кармана самое главное доказательство — бороду Ле Чака, до сих пор живую и извивающуюся у меня в руках. В одно мгновение Ларго выхватил ее у меня и с криком, что он долгие годы искал нечто подобное, чтобы возродить своего капитана, кинулся прочь с острова.

А я поторопился к ведьме. И только тогда понял, что на второе сражение с Ле Чаком меня не хватит. Значит, надо скрываться. Но куда? Ведьма ответила, что только «Big Whoop» может мне помочь. Потому что это не только сокровище, но и путь в иные миры, где уж точно меня никто не найдет.

Что ж, «Big Whoop» так «Big Whoop». Тем более, что я и сам собирался его искать, сто мачт мне в глотку. Но только где?

Терпеливая ведьма сказала, что взяла для меня в библиотеке острова Фэтт книгу «Big Whoop: Невостребованный золотой дождь или миф?». И рассказывалось в ней о том, что вся эта история с четверкой моряков, о которой поведал мне картограф — чистая правда. Звали же их Рэпп Скаллион кок, Малыш Линди — юнга, мистер Роджерс — первый помощник и капитан Марли. Сам «Big Whoop» и в самом деле хранится на Чернильном острове, и безопасность его охраняют многочисленные ловушки.

Далее же судьба моряков сложилась следующим образом. Рэпп построил хижину на Паршивом острове. Вскоре он погиб от неосторожного обращения с огнем, а дом пришел в запустение. Я и сам видел его на пляже, все заперто, не подкопаешься.

Малыш Линди отправился на Башмачный остров и вскоре разбогател. Одна незадача — несколько лет назад он потерял от гангрены руку.

Роджерс избрал для себя остров Фэтт, где занялся не совсем обычным бизнесом: стал торговать самодельным грогом. Пока внезапно не исчез.

Капитан же увлекся регатами и таинственным образом пропал во время гонки на кубок Америки. Надо сказать, что его яхта почти всегда приходила первой.

Что ж, информации более, чем достаточно — пора плыть на поиски кусочков карты. Однако единственный корабль на острове, который мог в скорое время выйти в море, принадлежал капитану Ужасу. Все бы ничего, и с Ужасом можно поплавать, да только тот уже давно не решается отправиться в плавание. Боится. Когда в одном из путешествий его с помощником схватили каннибалы, от его друга осталась пара глаз, которую он вставил в ожерелье и с тех пор постоянно носил в морских походах, считая, что оно приносит удачу. И вот ожерелье пропало.

Догадались бы вы, чем его заменить. Я, Гайбраш, отважный победитель Ле Чака и подлеца Ларго, догадался. Заплатив за проезд, я взошел на корабль.

Первым делом я расспросил капитана обо всех островах, на которые он мог меня доставить. Выяснилось, что на острове Фэтт существует фашистский диктаторский режим, который возглавляет жирная свинья губернатор Фэтт (в точности этого описания я потом и сам не раз мог убедиться).

На Башмачном острове куча французов, праздник круглый год, и управляется он самым замечательным губернатором всех времен и народов Элэйном Марли.

Мне было интересно порыться в библиотеке, и я отправился на Фэтт. И, как выяснилось, очень зря. Потому что Ле Чак уже успел объявить награду за мою голову и по прибытии меня сразу же бросили в тюрьму.

Выбраться оттуда труда не составляло, но на самом острове оказалось на редкость мало интересного. Разве что библиотека, где я наконец-то смог поподробнее прочитать про заинтриговавшее меня зелье ведьмы, да еще рулетка.

Признаться, я и не подозревал, что в душе настолько азартный игрок. Я мог бы просадить все деньги, когда вдруг почувствовал, что меня попросту дурят как младенца. Приложив мозги, я в конце концов выиграл кучу денег, приглашение на вечеринку к губернатору Башмачного острова и билет в цирк, но, скажу честно, мозгов для этого потребовалось немало.

Помогло только то, что я как-то в детстве играл в игру, которая называлось игрой в сумасшедших. Правила просты: те, кто знает, как играть — больные, кто не знает — врачи (а что вы удивляетесь — никогда не сталкивались с врачом, который знает о болезнях куда меньше вас?). Врачи задают любые вопросы, а больные по очереди на них отвечают. Задача врачей — поставить диагноз. Так вот, весь фокус в том, что больные всегда отвечают на предыдущий заданный вопрос, стараясь при этом ответить как можно более завуалировано, чтобы врачи не сразу догадались. И здесь было нечто подобное.

Наигравшись всласть, я отправился в библиотеку. Не подумайте худого: возвращать книгу про «Big Whoop» мне и в голову не пришло. Порывшись в каталоге, я взял почитать книжонку про вуду (жаль, что она оказалась ориентирована на куда более опытных магов, чем я) и томину с интригующим названием: «Почему люди не должны писать трилогии?» По крайней мере, если понравится, у меня будет возможность взять там же еще два тома: «Почему люди не будут читать трилогии?» и «Почему люди все-таки пишут трилогии».

Правда, у меня не было читательского билета и библиотекарша долго заполняла какую-ту нудную анкету, где я должен был указать имя, домашний адрес… Ну, не Гайбрашем же представляться, когда тебя по всему острову разыскивают.

Оттянулся я на славу, жаль, что только в конце выяснилось — мой читательский билет будет выслан по указанному адресу. Хорошо хоть временную карточку дали. И разрешили как следует осмотреть стоявший в углу макет маяка.

После этого мой путь лежал на виллу губернатора. Уж очень хотелось еще раз взглянуть этой свинье в его заплывшие жиром глазки. Конечно, я ему еще не раз припомню, что он сам меня допрашивал перед тем, как кинуть в тюрьму. Обмануть охранявшую виллу стражу было не сложно, но в покоях самого губернатора ничего интересного не оказалось. Убивать его мне почему-то вдруг стало жалко. Сам не знаю, почему. Так что я только книжечку у него позаимствовал и вернулся на пристань.

Там мое внимание неожиданно привлек одинокий рыбак. Старый враль! Так я ему и поверил, что он ловил рыб вот такой ширины, вот такой вышины. Поспорил с ним ради спортивного интереса на его удочку, что я сумею поймать куда большую рыбину, чем он, и вернулся на корабль.

Что ж, теперь на Башмачный остров, благо имя его губернатора что-то мне смутно напоминало. Этот островок куда более мирный, чем Фэтт. Правда, всякого туриста прежде всего встречает направленное ему в грудь дуло пушки, но, как оказалось, это просто бывший губернатор место работы поменял и теперь оповещает пушечным выстрелом всех жителей города о прибытии почтового корабля.

А магазинчики на этом острове — это что-то. Особенно мне запомнился гробовщик — готов прямо сам в гроб улечься, чтобы продемонстрировать тебе, как там просторно и удобно.

Впрочем, и антиквар тоже оказался на высоте. Чего только я у него не накупил — от замечательной пиратской треуголки до ступицы колеса. Попадете на Башмачный, непременно загляните к нему — не пожалеете. Одним словом, просадил я там почти все деньги.

И тут мне на глаза попался кусочек карты. Неужели той самой, — сердце забилось быстрее, холодный пот побежал по спине. И точно — это карта острова, где зарыт «Big Whoop».

Стараясь не подавать виду, небрежно спрашиваю, сколько стоит. А он и отвечает: шесть миллионов золотых. Да, губа не дура. Попытался узнать, не покупает ли он чего — может, я продам. Покупает. В основном старые мечи, использованных попугаев и мало-мальски ценную бронзу, к которой питает особенную слабость.

Стоит ли говорить, что ничего этого у меня с собой не было. Путешествовать с использованным попугаем в кармане — фу, какая гадость. Тогда я поинтересовался, не согласится ли он махнуться — карту на что-нибудь не менее ценное.

Согласится. Некогда неизвестно где на просторах морей затонул большой-пребольшой галеон под названием «Сумасшедшая обезьяна». Так вот, на носовую фигуру этого корабля он согласен поменять карту. Ладно, попомним.

Гуляя по острову, я выяснил, что мне как раз пора на праздник у губернатора. Однако это оказалась не просто вечеринка, а целый маскарад без специального костюма меня не пустили. Пришлось раздобыть костюм.

Ох, лучше бы я этого не делал. Если когда-нибудь найду того чудика, который наградил меня этим приглашением — голову откручу. Судя по всему, он был человеком с широкими моральными устоями и длинным кругозором. Короче, позвольте не говорить, в какой костюм меня одели. Сам до сих пор по ночам кричу.

К тому же выяснилось, что ничего скучнее этой вечеринки и представить себе нельзя. Во-первых, когда я пришел, эти жлобы уже все сожрали. Пришлось самому пробираться на кухню и, рискуя быть зарезанным поваром с крайне горячим темпераментом, самому искать, что поесть. Во-вторых, хоть бы кто со мной заговорил. Я и так, и сяк — ноль эмоций. Может, костюмчик помешал?

Хотел к губернатору на второй этаж подняться — не пускают. И только я было собрался уходить, как вдруг заметил ЕЕ. Карту! Висит себе преспокойненько на стене, никого не трогает, никому не нужна. Сунул я ее к себе в карман — и к выходу.

И надо же было, чтоб проклятая собака садовника меня учуяла! Что тут началось! Повязали, карту отобрали, к губернатору отвели.

А губернатор… Впрочем, вам его имя вряд ли что-нибудь скажет. Поговорили мы с ним, так он так расчувствовался, что сказал: «Уважаемый, дорогой, несравненный Гайбраш! Прости меня за то, что я посмел из-за какой-то карты устроить тебе столько неприятностей. Смотри, о великий победитель Ле Чака». И — выбросил карту в окно. Это он, пожалуй, переборщил. Но все равно приятно.

Что было делать — кинулся со всех ног за картой. По дороге собаку с собой прихватил — раз она меня карты лишила, пусть теперь сама ее и ищет. Но подул ветер, поднял старый пергамент, завертел в воздухе и понес, понес… Пока драгоценная карта не повисла, зацепившись за уступ под скалой.

Как я ее оттуда доставал, это отдельная история. По крайней мере, выигранная у этого хвастунишки с Фэтта удочка мне немало пригодилась. Но на этом мои мытарства не окончились — птица выхватила листок из моих рук и унесла в свое гнездо. Я вернулся к губернатору, чтобы попросить о помощи, но того уже не было.

Попробовал справиться своими силами — только весло сломал. Какое весло. М-мм. Ну, какая разница. Главное, что его пришлось чинить у плотника на Паршивом острове. Заодно я отдал бедняге-картографу заменитель монокля и, пока суд да дело, пошел в бар. Посидел, попил коктейли, прихватил кое-что и решил немного поразмяться. Крику, как обычно было, воплей. В общем, я понял, что пора делать ноги.

Зашел к плотнику, взял починенное весло и еще кое-какой инструмент, и вновь на Башмачный. Теперь взобраться на огромное дерево, где было птичье гнездо, трудностей не составляло. Проблема была в другом — как найти карту среди вороха бумажек. Но я же не случайно решил, что искать ее будет тот, кто виноват, что я ее потерял.

А вид, надо сказать, с дерева открывался отличный. Прокопался я там до вечера, спустился, тут меня сон и сморил. Да еще какой сон! Будто бы пришли ко мне мои родители, сказали, что хотят сообщить мне какую-то информацию, превратились в скелетов, и ну танцевать. Да еще и песенку спели. Одним словом, проснулся я в холодном поту.

Проснулся — и снова на Башмачный. Первым делом зашел к гробовщику. Ладно, думаю, раз он такой весь из себя крутой шутник, сыграю-ка и я с ним маленькую шуточку. И что вы думаете — сыграл. Да еще и вещицу полезную раздобыл.

Вообще, надо вам сказать, что островок этот оказался веселым. Чего стоит одно только состязание, кто дальше плюнет. На открытом воздухе, страсти накалены, я победитель, аплодисменты, приз. Да что там говорить, будете на острове, сами попробуете. К тому же приз можно успешно сторговать антиквару. Сам говорил, что любит бронзу — пусть теперь расплачивается.

Но все это время я помнил про главную цель — отыскать «Сумасшедшую обезьяну». Нанять судно не составляло труда, но куда плыть? Ни лоции, ни карты. Впрочем, если ученье — свет, то не может ли оно хоть немного осветить эту проблему? Может, да еще как! Одним словом, носовая фигура была у меня в руках, и я тут же поменял ее на карту. Итак, второй кусок карты лег в карман вместе с первым.

Но где же та часть, что должна была попасть на Паршивый остров? Если пират, живший в башне, давно уже в могиле, значит, надо его разыскать и там. Сказано — сделано. И ведьма мне при этом изрядно помогла. Прах ненадолго обрел плоть, а я навсегда обрел третий кусок карты.

Четвертый надо было искать на острове Фэтт, и я даже знал где. Был один стоявший на отшибе коттеджик, о котором давно уже ходила дурная слава. Говорили, что некогда там жил старый пират, потом он умер, а нового владельца задолбали туристы, причем настолько, что он не поленился отгородиться от острова проливом.

Преодолеть его было делом техники. Но вот уговорить владельца показать мне дом так и не удалось. Как я ни рассказывал ему, что он имеет дело с великим победителем ужасного и могучего Ле Чака — все было бесполезно. Пока он сам не полез в ловушку — не предложил мне состязание, кто кого перепьет.

Я с радостью согласился, ведь на этот случай у меня было кое-что припасено. Откуда? Об этом я предпочел бы не говорить. Будете на Паршивом острове, спросите у бармена. Одним словом, мне удалось проникнуть в подвал, где костлявая рука мертвого пирата сжимала последний кусок карты.

Теперь приходилось действовать быстро: я уже чувствовал, как Ле Чак дышит мне в спину. На Паршивый к картографу! Я отдал ему карту, и он обещал выяснить, где находится остров. Вот только попросил сбегать к ведьме за любовным зельем. Но, когда я вернулся, ни карты, ни малыша-картографа уже не было. А на столе виднелись два выцарапанных страшных слова: «Ле Чак».

Душа ушла в пятки. Ведь это значит, что все старания, страдания и проявленные чудеса изобретательности и смекалки — все зря, все пошло прахом. Другой на моем месте давно бы уже упал духом. Другой, но только не я, Гайбраш, великий… Впрочем, я вам, кажется, это уже говорил.

Оставалось только одно: сунуть пасть в голову льва, или как там это говорится? В общем, отправиться в крепость Ле Чака выручать картографа.

Надо вам сказать, что сделана она была на славу. Малыша-то я нашел сразу, подвешенного на цепях, а вот в поисках ключа от них пришлось побродить достаточно долго. Жаль, что две находки произошли одновременно: я нашел ключ, а Ле Чак нашел меня.

До сих пор я по ночам нередко вспоминаю, какую смерть он для нас приготовил. В яме, полной соляной кислоты, куда мы должны были медленно опуститься, когда догорит свеча, и пережжет веревку, которая… Бр-р… Впрочем, что это я так стараюсь — вам никогда не построить столь сложную адскую машину.

Но Гайбраш не был бы Гайбрашем, если бы он не нашел выход из создавшегося положения. Причем такой выход, который позволил мне сразу же оказаться на нужном острове.

Однако где искать «Big Whoop» — ведь карты у меня уже не было. Попытался спросить отшельника, который медитировал прямо рядом с пляжем. А он вопросом на вопрос: «Если дерево в лесу падает и никого нет рядом, то какого оно цвета?» Думать времени не было, надо было копать. Но где? Хорошо хоть попугай оказался куда более сговорчивым и привел прямо к сокровищу.

И тут я, каюсь, не рассчитал свои силы. Когда я пришел в себя, то оказался висящим над бездонной ямой с «Big Whoop» в руках. А потом я упал. Упал прямо в гибельные подземелья Ле Чака.

Тот был наготове. Более того, в его руках была моя кукла — кукла вуду, с помощью которой он старался навсегда изгнать меня в другое измерение. Только получалось это у него что-то неважно.

Кстати, он меня «порадовал» сразу же, как только увидел. Оказалось, что мы родственники. Более того, родные братья. Вы никогда не были братом полуразлагающегося трупа могущественного колдуна и хладнокровного убийцы? Не были — так я вам и не советую пробовать. Пренеприятнейшее ощущение, я вам скажу.

Выход был только один: противопоставить вуду вуду. Благо ведьма научила меня, что для этого нужно: кость родственника, жидкость из тела, кусок одежды и прядь волос.

Один за другим, я добывал все эти элементы, крича от нечеловеческой боли, когда приходилось натыкаться на Ле Чака, и он вновь и вновь мучил меня с помощью куклы.

Но вот, наконец-то, и у меня в руках была кукла проклятого врага. И она работала! Магия столкнулась с магией, воля с волей. И я победил, победил его раз и навсегда. Не верите? Придите домой, включите компьютер, запустите «Monkey Island II». Ведь эти бездельники из «LucasArts Entertainment» сделали ее точь-в-точь по моему рассказу. Разве что только кое-где чуть-чуть переврали. Но я на них за это не сержусь. Ведь теперь не только вы, но и весь мир знает о Гайбраше, великом победителе Ле Чака, отважном мореплавателе… Ой, кажется родители зовут. Ну, я побежал.