Привет всем! дорогие и уважаемые читатели, а так же слушатели нашего виртуального издания «Мир-Online». Сегодняшняя статья неслучайна, и вы об этом знаете! Мы ждали этого дня и дождались! Отметим же день рождения «ORBIS»!!! Да возрадуются геймеры всего мира!

Наверно, это вступление надоело не только мне…

День рождения! Нашему любимому Орбису сегодня исполнится семь годиков! Совсем уже взрослый наш любимый вирт-мир, совсем большой и очень красивый! Но что мы все про него знаем? Что произошло за последний год между обновлениями? Куда делись наши лидеры и таланты? — на все эти вопросы сегодня я постараюсь дать вам ответы! Так что пристегиваем ремни наших саркофагов и готовимся принимать информацию напрямую от Крыси-Кэт, Старшего монаха-адепта Ордена Пресветлого Хмеля, Сокрушительницы башен, Королевы Октоберфеста четвертого года, названная Горячим сердцем! Сегодня я праздную обновление в Реале, но, поверьте, со всем почтением к Пресветлому господину!

Так, шутки в сторону! Мы начинаем по порядку:

На пыльных или слякотных дорогах Орбиса всегда хватало путников, и эта парочка не особенно выделялась среди чудес волшебного мира. Коренастый коротышка гном, уверенно попирающий грязь сапогами на раскоряченных ногах, тащил за руку хулиганистого подростка. Можно было бы подумать, что отца или старшего брата шалопая вызвали в школу к директору, если бы не боевая секира за спиной гнома и если бы охламон шёл, плёлся, волочился… ёлки палки! Просто топал бы по земле! Увидев такое, встречные обычно с истеричным визгом резко прибавляли шагу в любом случайном направлении подальше от них. Любопытных же в последние мгновенья жизни провожал в вечность скучающий, рассеянный, полный природной ненависти взгляд пылающих адским огнём глаз Проклятого дитя Инферно…

Саркофаг под номером «00300» стоял в центре помещения, он хранил внутри своего чрева одного единственного человека, чей рассудок давно его покинул, но должен был вернуться с минуты на минуту. Рядом с устройством, способным перемещать сознание человека в машину, стояли шесть сотрудников со стороны разработчика, три медицинских работника и два члена Большой Комиссии. Уже целый час все собравшиеся ожидали того момента, когда игровая вселенная Орбис закончит работу с потерянным человеком. Больше всех нервничали сотрудники Террарума, но и врачам было не до шуток — на кону жизнь человека, и даже больше — мецената.

И вот, долгожданный писк огласил чистое, светлое пространство, створка Саркофага сместилась в сторону и открыла собравшимся слабого старика с изможденным лицом и удивительно чистым взглядом. Первый порыв врачей снять его, помочь, был прерван самим человеком, что аккуратно откреплял от себя временные контакты анализаторов.

— Как вы себя чувствуете? — спросил глава группы Террарума.

— Вполне себе неплохо, мой друг, — хрипло ответил старик и слабо кашлянул. — А здесь можно получить кружку воды?

— Разумеется! — очнулся один из врачей и поднес к лицу вновь ожившего человека стакан с трубочкой.

— Ну что ты тычешь, чуть глаза не лишил! Благодарю. А чем я обязан такому вниманию? Разве возвращение это что-то плохое?

— Нет, но вы уже целый год не могли связать и пары слов… — негромко произнес старший из медперсонала.

— Ну, связал, и что это меняет? — старик хихикнул. — Это был временный кризис. Полагаю, мы вскоре его полностью минуем.

— Разрешите задать вам вопрос! — громко произнес человек из Большой комиссии, не желавший упускать момента.

— Конечно, уважаемый, спрашивайте.

— Как вас зовут?

— Рудольф Сильвинов, Первый инженер-разработчик Альфа-кристалла для Виртуальных миров, — спокойно ответил старик и подал руки помощникам, чтобы они помогли ему выбраться из совершенного аппарата. — Это все?

— А не могли бы вы сказать, что чувствовали на протяжении всего этого года, пока ваше тело было овоще-подобным, — вновь раздался вопрос. Рудольф же слабо улыбнулся и посмотрел в глаза члену комиссии, после чего медленно, но уверенно ответил:

— Ничего не чувствовал. Весь этот год, я провёл в лучшем из миров. И сейчас, мне надо собрать конференцию. На повестке очень серьезный вопрос.

Тихая ночь. Яркие звезды, сверкающие между лениво плывущими облаками; полная луна ослепляет ночных жителей своим светом, дует слабый, теплый ветер. В Орбисе никогда не бывало настоящей зимы, лишь горы гномов круглогодично покрыты снегом, остальной же мир лишь слегка охлаждался к зимним месяцам и выкрашивался в золото. Однако многие чуткие создания уже заметили, что климат неуклонно меняется, это чувствуется в воздухе и это видно во всем окружающем нас мире. А еще… Это попахивает меланхолией.

Глубоко вздохнув, в чем собственно никакого смысла не было, я расправил крылья и покинул свое дневное убежище, где еще вчера жил медведь-людоед. Возможно, он был местным убийцей, а возможно и нет. Что я понимаю в земной жизни своего рациона? Пока я размышлял о подобной ерунде, мои крылья несли меня над густыми лесами и лысыми сопками. Жизнь в Орбисе никогда и нигде не затихает, но в воздухе ее всегда было немного, что особенно приятно, когда обретаешь крылья. Пока цели не видно, достаю из своей заношенной сумки карту, подаренную Китти, смотрю на смазанные границы и свое местоположение. В принципе осталось не так уж и много. Всматриваюсь вдаль, где уже заметны небольшие озера. Вот и моя цель назначения, можно даже сказать — цель игры!

Самое первое желание — найти то место, где жил мой дед — было заброшено ввиду моей постоянной занятости. Все время какие-то заботы оттягивают мою встречу со стариком и его таинственным наследием. И лишь полгода назад, Китти подсказала мне, что Искин не зря оформила меня как наследника, а Банджар сказал куда идти. «Ты точно найдешь там его дом», сказал мне тогда подруга. И вроде все решено, но время на это я выкроил только сейчас, когда вновь остался один. Что со мной не так? Ведь был у меня друг, была подруга и нормальный работодатель, а сейчас я снова одинокий монстр. Может это реально — судьба?

Целый час мне потребовался, чтобы добраться до первых розовых озер Версада, а затем еще час, чтобы найти хоть кого-то живого в этой глуши. Да все я знаю — что страшный и ужасный, и что моим лицом можно и неживых пугать, но ждать утра ради прелюдий не хочу. В одинокий домик из бревен, я забрался без громкой помпы — просто открыл дверь, что и так была не заперта, а уже внутри постучал по полу, привлекая внимание жильцов. Они отреагировали — мой слух сразу уловил тихие шепотки и беспокойный бой трёх сердец, и только после негромкого «Цыц!» в мою сторону пошла довольно легкой поступью, очевидно, девушка.

— Кто здесь?! — произнесла она, войдя в комнату. На ней была длинная ночная рубашка до пят, а в ее руке оказалась отличная шпага. Я ошибся, это была не девушка, а просто невысокая и очень худая женщина с длинными тонкими волосами. — Богами прошу, уходите. У нас ничего нет, в доме дети… — голос был переполнен мольбой, она боялась не меня лично, а просто все, что только могло войти в этот дом посреди ночи.

— Только не бойтесь, — максимально спокойно проговорил я, отмечая, как бледнеет лицо невидящей в ночи женщины, а слух уловил, как же сильно стало биться ее сердце. — Мне просто надо узнать, где в этих землях жил Владимир Дедовский? Просто ответьте, и я покину этот дом.

— Уходите. — совсем уж тихо произнесла она и буквально осела у стены, а глаза на лице разом намокли от ужаса или, скорее, от горя. — Его больше нет здесь…

Под редкие всхлипы неизвестной мне дамы, я стоял и оглядывал тот самый домик, который должен был увидеть еще два года назад. Ну, в принципе, всё поправимо — если его снести нахрен и построить другой, нормальный, то вполне так себе жилье… И, вероятно, теперь оно мое.

Обернувшись, я увидел лист, приколотый к стене рядом с дверью. Подошел, снял его и взглянул на строки:

Прикольно, да ты, дед, выше головы прыгнул, я так посмотрю. Однако! Я повернул лист, увидел план строения и все его параметры на текущий момент. Три жителя так же были вписаны в ведомость моего будущего владения: Марианна Дунера; Роман Плоник; Люси Доню. Отлично, и чем мне это поможет?

Подняв глаза, я увидел, что женщина уже вытирает слезы и поднимается, очевидно, уже перегорела она внутренне. А затем она зажгла факел и едва не рухнула, когда увидела меня у двери. Однако Марианна оказалась очень сильной женщиной, она не упала и не заорала — стала молиться, и в частности, начала она с молитвы против «приходящих в ночи». Ненавижу эту молитву, у меня от нее голова болит сильно, и зубы.

— Прекрати! — рявкнул я, и она в ужасе замолкла, тихо садясь на пол. Пригрела место, наверно. — Больно надо выслушивать всякий бред! Не спасет эта молитва от таких как я, а лишь обозлит! — я встряхнул головой и вновь посмотрел на листок. — Зараза, дед, ну ты и «кидалово» мне устроил!

Провожу пальцем по долгу этого дома, а затем еще по трем строчкам. Сминаю лист и выправляю его вновь, после чего замечаю, как под потолком слабо засветился керосиновый фонарь, разгоревшийся до уровня нормальной лампочки всего за десять секунд. Уже при свете я прошел в центр комнаты и посмотрел на жительницу сего дома.

— Сейчас, пока ночь, иди и успокой детей. Спи, если сможешь. А утром мне надо будет с тобой очень серьезно поговорить.

— Ты демон? — просипела Марианна, не сводя взгляда с моих клыков.

— Хуже! Я внук Владимира! — ответил я, и резко выпрямившись, покинул дом, ради охоты.

Вообще, ситуация аховая, я столько времени размышлял о том, что могу увидеть в этом неведомом царстве, а что в итоге? Ни замка, ни поместья, ни богатства — обычный дешевый домик на три комнаты, да с тремя жителями! И ведь все трое в нем зарегистрированы! Все мечты и размышления, идеалы и вероятности разбились о действительность — ну что хорошего мог нажить старый человек? Все скромно, в духе его жизненных предпочтений. И как быть злобному кровососу в такой ситуации? Убить всех и спалить дом? Да нет, слишком уж он мне дорого вышел… уже… Да, Ворадор, поздравляю, ты балбес!

Охота прошла условно успешно — убить дикого кабана получилось без проблем, а вот доставить его к дому целиком оказалось не так-то просто! Туша дикого зверя тянула почти на двести кило, а еще она никак не хотела проходить в узкие двери бревенчатого домика. Когда я закончил греметь и рычать, кровавые пятна по стенам и полу, даже меня сбили с толку. Такой впечатление, как будто тут человека на куски рвали и ели. Еще до первых лучей солнца я докупил шторы, призванные уберечь меня от безжалостного света, и только после этого смог спокойно сесть и расслабиться.

Уже упомянутый рассвет, как и все ужасное, произошел точно в срок без опоздания, а вместе с ним ко мне на кухню Марианна явила бледный лик с дивными синяками под глазами. Не спала, это уж точно.

— Доброе утра! — наврал я и указал на разодранную тушу кабана у входа. — Прошу, не стой без дела разделай свежее мясо. Всего два часа назад оно еще хрюкало, — шутка пропала зря, Марианна, молча и едва переставляя ноги, прошла к столу и вынула из ящика острый нож, после чего кинула в мою сторону опасливый взгляд, но я продолжал сидеть спокойно. — Не стоит на меня отвлекаться, вы все, наверно, давно не ели ничего подобного. Так как же вы выживали?

— А это важно?

— Не знаю, — честно ответил я, сам толком не понимая, чего хотел. — Думаю, это было для меня важно раньше. Расскажи мне о деде.

— Что вы хотите узнать? Как он нашел меня? Детей? Как строил этот дом и каждый день говорил, что все будет хорошо?! — женщина присела около кабана и как-то резко впала в истерику. — Или как он рассказывал, что его любимый внук придет к нам в гости? Или рассказать, как он в один день просто упал и умер прямо во дворе, и никто! НИКТО! Не пришел на его похороны! Ни бывшие друзья, ни знакомые, ни даже его любимый внук! Что вы хотите узнать?! И зачем?! Что…

Коснувшись виска, я вошел в разум Местного жителя и в два счета убрал все излишки эмоций. Секундное дело, уже почти привычка и почти не больно. Марианна вытерла слезы и, повернувшись к кабанчику, вонзила в него нож. Затем она начала свой рассказ уже спокойно, и с самого начала:

— Впервые, я встретила его ранней осенью, когда цветы на лугу уже увядали…

История встречи одной немолодой НПС и моего деда плавно переросла в рассказ о приключениях престарелого паладина, знавшего сотни стихов и историй, а затем плавно перетекла в историю про обретение детей. На этой ноте к нам на кухню как раз и пришли двое ребятишек — Роман Плоник, мальчишка лет тринадцати, худой и со слегка придурковатым лицом, и девочка Люси Доню лет восьми, что боялась меня, едва заметив. Марианна отвлеклась на них лишь на секунду, чтобы дать команду Роману принести с огорода несколько картошек и морковь, продолжая срезать куски мяса от здоровенного кабана. Рассказ продолжился и уходил он в сторону описаний их любви и путешествий, а затем и к строительству этого самого домика. Мой дед возвел его своими руками, со своими друзьями из дома престарелых, что забыли о товарище, когда он не смог выплатить им все что обещал. Дом оказался приобретением более чем дорогим, дед не потянул его финансово. Влезал в долги, нанимался в ближайшем городе на самые разные работы, сливал понемногу пенсию, но при этом всегда улыбался и вечерами ждал меня. Грустная какая-то получилась история, или она должна быть таковой. Но я слушал ее как некто сторонний, кто не пропускает слова одинокой женщины через сердце и душу. Сейчас в моей голове были чужие мысли, а не Евгения, сидящего в тюремном Саркофаге.

Ближе к концу истории, когда Марианна уже разливала горячий мясной суп по тарелкам, всеми силами стараясь не замечать меня, ко мне подошла Люси и потыкала мою ногу пальцем, после чего потрепала шерсть.

— А ты кто? — наконец спросила она.

— Я? — честно говоря, я не хотел пугать ребенка, но говорить что-то надо было. — Я Евгений, внук Владимира.

— Папы? — спросила и словно гвоздь мне в глаз забила, так меня это слово кольнуло, прямо до глубины души.

— Да, — твердо ответила Марианна и, обернувшись, посмотрела прямо мне в глаза. — Это его внук.

Договорить она не успела, так как кто-то настойчиво постучал в дверь. Марианна при этом закатила глаза, очевидно подумав, что со мной может прийти только такая же образина; Роман решил дверь открыть; Люси проигнорировала произошедшее. И только я один, знал, что кто бы ни был с другой стороны двери, его сердце давно не бьется, и этот некто слишком уж явно пахнет Смертью, а точнее — Люциллой… Неужели они так быстро меня нашли?

— Это здесь, — тихо произнёс Эдвард, указывая Доре на лежащие в отдалении старые, уже скрытые под густой растительностью руины. — Согласно легенде, раньше здесь стоял великий город Трумадол, построенный некогда вымершими Степными эльфами.

— А как ты узнал, что он был именно тут? — спросила его спутница, рассматривая редкие каменные блоки, торчащие из зеленого холма.

— В справочнике говорилось, что этот город был словно верхушка шара — идеально правильной формы, и слегка выгнутый к небу. А еще там была карта, — полуэльф вынул из кармана мятый лист с изображением маршрута и ухмыльнулся.

— Ах, ты! — засмеявшись, стукнула его по плечу девушка. — Я уже подумала, что ты столько трудов положил, а ты вон как!

— Ну, это тоже было нелегко! Пошли, посмотрим поближе, — он сделал шаг, но девушка удержала его за кафтан.

— Погоди, а вдруг там мобы какие-нибудь редкие или особо злые?

— Да брось, Дора, холм огромен и весь почти на солнце, какие тут могут быть злые мобы?

Эдвард повел девушку за собой, развлекая ее интересными рассказами о том, что он вычитал из старого трактата. Он читал его в ожидании своей подруги, пока она сдавала последние экзамены. Вообще, старинные книги все как одна были интересными и весьма познавательными, как например легенда о Бессмертном воине, изрыгающем огонь. По преданию, этот воин жил именно в этом городе, он первый встал против вознамерившихся уничтожить город орд дроу, и убил их не менее тысячи. Именно эту легенду, сейчас он и декламировал Доре, любившей слушать такие вот незамысловатые сказки из Игры.

И вот, пара влюбленных подошла к первым каменным осколкам, густо разбросанным по всей округе. Высокая трава, еще помнящая тепло лета, была густой и мягкой, но уже не такой сочно-зеленой как месяц назад. Влюбленные, взявшись за руки, пошли по пологому склону, представляя, какими могли быть здания, некогда возвышающиеся над этим холмом. Так и шли двое игроков все дальше, приближаясь к центру этого возвышенного круга, так и не встретив ни одного живого создания. Вдруг Эдвард оттолкнул от себя Дору за мгновение до того, как он сам провалился под землю — гнилые доски, присыпанные тонким слоем земли, не смогли удержать вес полуэльфа и проломились. Благо, Дора упала на куст дикой ягоды и не пострадала, а вот Эдвард рухнул почти на два этажа вниз, сильно повредив ноги.

Девушка припала к краю ямы, мгновением позже выпустила из тонкого жезла светящуюся сферу, что опустилась к ее парню. Вскрикнула. — Эд! Ты как?!

— Нормально! — послышалось в ответ. А чуть позже Эд добавил. — Слушай, я внутри какого-то помещения! Тут очень много места!

— И что?

— Спускайся! Только оставь снаружи способ вернуться!

— Не дури! Мне и так страшно! А если там данж какой-то! Нас же убьют!

— Нет, не бойся, тут точно никого нет!

В общем, Дора сдалась и, вырастив три лианы, смогла спуститься почти на двенадцать метров под землю, где ее ожидал грязный, но все так же любимый парень. Они снова были вместе, но исследовать новые просторы не успели.

— Извините, а какой нынче год? — неожиданно услышали они голос из темного прохода. Эдвард моментально выхватил два коротких чуть загнутых клинка, а Дора сразу выпустила в сторону голоса новую светящуюся сферу, высветившую странного человека с почти синим лицом. Незнакомец, стоял, прислонившись к каменному косяку, скрестив руки на груди. — Так что?

— Так восемнадцатый! — немного нервно дал ответ Эд.

— Блин, рано… — посетовал незнакомец, но почти сразу снова вскинулся. — А скоро обновление?

Для НПС вопрос об обновлении был более, чем нетипичным, но испуг и шок помогли игрокам оставить сей факт без внимания. Ответил вновь Эдвард. — Нет, буквально через месяц…

При эти словах незнакомец кивнул и сделал два шага вперед, на что Эд среагировал как настоящий рыцарь и, выступив вперед, преградил ему дорогу. — Даже не думай!

— Даже не думал, — передразнил его странный субъект и вынув из старой дорожной сумки какой-то небольшой предмет. — У вас огня не найдется?

— Только так, — медленно протянув алхимические спички, произнесла Дора. Эд передал неизвестному «огонька».

— Благодарю! — улыбаясь, ответил человек и ловко прикурил, с блаженством на синюшном лице выпустил ядовито-зеленый дым в потолок. Странное на вид облако с неприятным запахом растеклось под сводами, отчего на поверхности потолка засветились какие-то синие грибы, выкрасившие все помещение в мрачный и холодный цвет. — Столько лет, без огня просидел!

— Да кто ты такой?! — спросил Эд, ясно осознавая, что он ни черта не понимает в происходящем.

— Позвольте! Альф, первый из Полинийцев! А вы чьих будете? — незнакомец, названный Альфом, вновь затянулся и выпустил дым в потолок, после чего повернулся к нервному Эду.

— Ничьих! Не твое дело! — прорычал полуэльф и, сделав шаг назад, оглянулся на Дору. — Уходи, я если что его задержу!

— «Если что»! — весело произнес Альф. — Ты меня не удержишь даже на мгновение, уровни у нас шибко разные. Но ты молодец, демонстрируешь яйца! Ой, вот только не бесись… — странный субъект отбросил окурок в сторону и размял шею. — Я же не в обиду, вы мне помогли, так и я вам помогу. Только давайте еще немного поговорим! Мне вот надо найти так называемые земли Версада. Вы не знаете, в каком они направлении?

— На севере, хотя надо брать чуть восточнее отсюда, — уже без страха произнесла Дора и подошла ближе. — А чем вы нам поможете?

— В смысле? — Альф даже одну бровь приподнял.

— Ну, вы сказали, что мы вам помогли, и вы нам поможете. Так чем же? — хватка у Доры всегда была хорошей, особенно когда дело касалось ее выгоды.

— А ты про это! — Альф запустил руку в свои немытые патлы и, взъерошив шевелюру, повернул голову. — Ну, можете пройти по этому коридору, в глубине найдете бочки с вином. Оно, правда, прокисло, скорее всего… А что вам надо?

— Я бы не отказалась от нового жезла! — мгновенно ответила волшебница Дора.

— Да был бы. — похлопав себя по бедрам, ответил Альф.

— Тогда броню! — включился в разговор Эдвард.

— Ее тоже нет.

— А что у тебя вообще есть? — почти в голос возмутились два игрока.

— Милосердие! — Обогнув Эдварда и Дору, он молча пошел к их лианам, и уже когда был готов по ним взобраться вверх, остановился и глубоко вздохнув, скинул на грязный пол худенький мешочек. Он быстро, словно кошка, поднялся на поверхность по висящим лианам, и двое играющих, медленно подошли к подарку. Дора подняла коричневый мешочек и развязала шнурок, после чего едва не потеряла дар речи. Эдвард неожиданно для себя ляпнул. — Гравицапу купим. За каце, блин!

Его подружка нервно хихикнула. Наверно, это была самая выгодная сделка за всю историю Орбиса — девушка обменяла дешевые спички, на три сапфира, кристальной чистоты…

Стук в дверь повторился, а я ухватил Романа за руку, пока он не совершил глупости и не отпер дверь неизвестному созданию. Мальчик испугался, но мой посыл понял верно — отошел к столу и сел обратно перед тарелкой с мясной похлебкой. Вновь удар по двери, от которого старая ручка, удерживающая дверь закрытой, отлетела со звоном на пол. И вот он — солнечный свет, проникающий до центра комнаты, обозначил очертания пришельца. Рост чуть меньше двух метров, броня по всему телу, цепь, намотанная на голени и запястья, два меча висят с левой стороны на поясе, а в руке незнакомца… Сигарета что ли? Я поднялся, готовый ко всему, остальные же замерли.

— Утро доброе! — хрипло воскликнул вошедший труп и покосился на останки кабана, порезанного на куски. — Приятного аппетита! Я тут мимо… — фигура повернулась и задрала голову, оценивая, как светлое утреннее небо наполняется тьмой и погружает эту локацию во мрак. — А ничего… Похоже, я нашел что хотел…

После этих слов я бросился на нового противника, сбивая его с ног и выбивая его замученный окурок. Вылетели мы четко почти до середины двора, затем произошло что-то невероятное — труп на удивление ловко уперся в меня ногами и откинул в сторону почти на три метра. Сила и скорость этого персонажа были очень далеки от человеческих или даже загробных. Я только в стойку поднялся, а человек с синюшным лицом и черными глазами уже держал два клинка в руках.

— Я полагаю, ты и есть Носферату Ворадор? — успел уточнить труп перед тем, как я вновь набросился на него.

Это была битва почти равных созданий. Мои когти рвали броню и шкуру неизвестного, а его клинки вгрызались в мою плоть непростительно часто и жутко болезненно. Главное, мой противник словно вообще не испытывал усталость — парировал мои выпады, адекватно принимал обманные удары и все чаще успешно контратаковал. Но любому противостоянию приходит конец, особенно когда оба соперника понимают тщетность этой битвы.

Когда я в очередной раз отскочил от острой стали, незнакомец, ныне выглядевший не краше манекена у рыцарей, поднял палец и сипло так произнес — «Минуту, давай минуту подождем». После чего он вынул из худой сумки спички и самокрутку, которую быстро поджег и раскурил. Вновь я учуял запах Люциллы, идущий от ядовито-зеленого дыма.

— Кто ты и чего тебе от меня надо?! — решил я уточнить интересующий меня вопрос.

— Я Альф, — не стал ничего выдумывать покойник и снова затянувшись, выпустил дым через порванную правую щеку и хмыкнул. — Не обманула, ты действительно интересный противник.

— Ты о ком?

— О моей Госпоже, разумеется. Ворадор, я ожидал от тебя большей внимательности, ты меня прямо разочаровываешь! — я присмотрелся внимательнее, как он и посоветовал, и заметил только, что большая часть нанесенных мною ран, уже начали затягиваться. И при этом передо мной точно стоял не вампир.

— Чего тебе от меня надо? — повторил я вопрос.

— Ну, задача была градируемой… — закуривая, покрутил головой Альф. — Если смогу убить, то тебя надо изолировать от мира, но проверять это, видимо, слишком долго и малопродуктивно. Поэтому план «Б» — мне надо тебя привлечь на очень хороший квест!

— Квест? Ты не оговорился, Непись?

— Да брось, я слишком долго и часто слышал это чтобы ошибаться. Ты мне нужен для одного очень ответственного дела, которое надо выполнить в течение десяти дней.

— До обновления? — уточнил я, осознавая, что уже не воспринимаю стоящего передо мной покойника как врага.

— Точно в дырочку! Ты реабилитируешься в моих глазах кровосос!

— Так что же это за дело такое, что тебе нужен именно я?

— Не обязательно ты! Мне бы подошел любой бессмертный, но раз уж я так долго тебя искал, лучше и проще договориться со знакомым лицом.

— Это не ответ!

— Простите мои манеры, у меня было дурное воспитание! — улыбнулся покойник.

Я ощерился, но больше от нервов — раны все еще ныли и бесили меня. А раз он не отвечает, то мне и стоять под открытым небом не сильно и нужно. Повернувшись к Альфу спиной, я спокойно вошел в дом и первым делом сорвал лист со стены и оплатил «укрепленную дверь», которая не заставила себя долго ждать. И пока я все это делал, три жильца молча смотрели на меня, наверно, сожалея, что я выжил. Альф постучал уже в новую дверь.

— Ты чего такой обидчивый? — прокричал труп с улицы. Я театрально вздохнул и отпер дверь. Альф стоял с широкой улыбкой, а на его лице уже почти не было заметно недавних ран. — Я могу войти?

— Ты же все равно не уйдешь? — покойник покрутил головой. — Тогда скажи, «какого» твоей хозяйке от меня надо? Я уже все ей высказал, и в ее дела не лезу!

— Мне кажется, мы говорим о разных хозяевах. Ты о ком?

— О Люцилле! — удивленно ответил я и шагнул назад, внутрь, ощутив в дверном проеме освобождающиеся от заклятья солнечные лучи.

— Тьфу ты! — сплюнул покойник. — А я о Полиниде! Моей Госпоже!

— Ты о Тушканчике?! — совсем уже отказываясь верить его словам, уточнил я.

— Ну да! Ей нужна помощь! Она послала меня к тебе. Сказала, что если я смогу тебя убить, то ты и не нужен. А вот если нет — напомнить Ворадору: «что он в свое время ее сильно кинул и с него должок». Так что вот.

— А где она?

— Должна быть, в склепе, но я точно не знаю, наши пути разошлись очень давно, лет двести назад.

— Что-то ты, милейший, гонишь, как дышишь…

Сзади кто-то закашлял, мы с Альфом повернулись к возмущенной Марианне. — Может, хоть дверь прикроете? Устроили проходной двор! Мух напустите!

Я уже хотел рявкнуть, но меня опередил мой новый знакомый. — Моя вина! Исправлюсь, хозяйка! — кивнув, быстро бросил Альф и, войдя внутрь, запер дверь, а затем вынул короткий клинок из-за пояса. — Может, мне вам мяса нарезать, коли мы тут до ночи застряли?

— Нарежь и расскажи мне поподробнее, что же произошло с нашей общей знакомой.

Рассказ нежити был весьма и весьма интересным. Если брать на веру все, что он мне наплел, то он самый опасный из Местных! После перемещения между двумя временами Тушканчик решила осваивать новую для себя стихию, а конкретно — Некромантию. В этом она сильно преуспела, создав себе небольшой отряд охранения из Рыцарей Смерти, которых неустанно улучшала в течение полугода, заключая в готовые оболочки силы Духов и Умертвий, экспериментируя в попытке создать собственных вампиров или как минимум Оборотней. Успеха она не достигла, но прокачала свою гвардию просто на славу. Альф, названный в честь первой буквы алфавита, был выбран посланником между временами. Он скрылся в древних руинах, которые однозначно просуществуют до нашего времени и ждал своего часа перед очередным обновлением. Тушканчик сразу сказала, где меня можно искать, так как я имел неосторожность засветить свои личные данные перед нежелательной аудиторией еще в день воскресения Люциллы. И вот, спустя условные двести лет НПС нашел меня в указанном месте и зовет на спасение своей госпожи.

Если честно, то у меня голова болела от мыслительной нагрузки — Орбис создал целый мир, отражающий двухсотлетнюю историю ради одного персонажа? А не дофига ли чести? Хотя, что я понимаю в этом!

Когда Альф закончил свой рассказ, наступил полдень. Люси играла во дворе, а Роман помогал матери на кухне консервировать и готовить свалившееся в их руки мясо. Увидев, как розовеют щеки жильцов после сытной и питательной трапезы, я замечал и улучшение отношения ко мне. Их можно понять — монстр пришел, напугал всех, затем оплатил долги, принес кучу еды, сидит себе тихо и общается с каким-то человеком с посиневшим лицом. Чего на такого монстра обижаться? Я, мать его так, — ангел хранитель этой семьи! Пришел практически в последний момент и всех спас!

— Ты меня слушаешь? — помахав перед моим носом рукой, спросил Альф.

— Что?

— Я говорю: может, мне вам чем-нибудь помочь до ночи? Дел вроде никаких нет, а сидеть просто так — скучно!

— А мне какое дело? Хочешь — помогай. Марианна, тебе нужна помощь по дому? У нас тут волонтер предлагает полы помыть.

— Да, я была бы благодарна, а то воду таскать далеко, — после этих слов Альф изменился в лице, причем, обаятельнее он не стал. — Так, Ворадор, я все понимаю, но это перебор. Не находишь?

— Сам предложил! Так что хватай ведра и в путь! — оскалившись улыбкой, напутствовал я. — Ночью я буду работать, а ты днем потрудись! Это полезно.

— Права была Полинида — урод ты конченный, как есть!

Со стороны темного свода пещерного данжа выскочила какая-то зеленая и крайне зубастая образина, что, не успев даже сориентироваться в пространстве, получила под челюсть огромным кулаком и погибла. Чу встряхнул кистью и вновь повернулся к трем сопровождающим его персонажам и нанимательнице.

— На чем это я… Ах, да. Босса кончаем все вместе, но главный приз забирает Гамма. И если хоть кто-нибудь… — последние слова человека звучали так, словно он выступал перед самой тупой на свете аудиторией — медленно и издевательски эмоционально, — хоть одним пальцем решится тронуть «запретное», я вам, твари, клянусь — натяну ваши жопы на ваши же головы! Меня все поняли?!

— Да. — нестройным трио откликнулись два боевика и один маг. Чу улыбнулся и повернулся к девушке с острыми кошачьими ушками.

— Ну, мы готовы. Инструкции розданы, боевой дух на высоте!

— Спасибо Адмирал, — обворожительно посмотрев в лицо Чу, произнесла девушка-НПС, что наняла небольшую группу головорезов менее суток назад. — Все надежды только на вас.

— Весьма польщен, однако я бы попросил вас держаться чуть позади, мы, разумеется, клиентов еще не теряли, но начинать отвратительную статистику нет никакого желания.

Пятерка персонажей вошла под низкие своды, когда над горным хребтом только начинался рассвет, но цели они своей достигли лишь к полуночи, когда несоразмерно «толстый» монстр, именуемый Боссом, был упокоен. Никто раньше не слышал о данной локации, никто не знал про монстров подобных этому, но факт есть факт — Местная девушка, чьи предки грешили с животными, привела группу Чу к новой цели. Бой только с этой земноводной тварью занял у боевой группы почти целый час, а уж через что им пришлось пройти за весь день — они и вспоминать не хотели. Зато едва сердце огромной жабы биться перестало, как участники рейда упали на землю. Не все, конечно — Чу, и нанимательница-Гамма остались стоять рядом с поверженной тварью, размеры которой были сопоставимы с междугородним автобусом.

— Цель достигнута, — прохладно и слегка устало произнес Адмирал, поворачиваясь к стоящей рядом странной девушке. — Трофеи ваши.

— Я заметила, Адмирал, — улыбнувшись, ответила кошка и, пройдясь вперед, вонзила свои тонкие ручки с острыми когтями, в глаза мертвой жабы.

Кровь, слизь и еще «не пойми что» разлеталось широким кругом вокруг тонкой фигурки, освещенной тремя факелами, пока участники этого парада тихо отползали в стороны. Рядом с Чу поднялся нанятый вчера маг.

— Мне бы уже пора назад, а то и так времени похерили до одури, — посетовал тряпичник. — Без обид, начальник, но два дня считай, дома не был.

— Да не бузи! — отмахнулся Чу и вынул из кармана лист и карандаш. — Сколько там твоя доля?

— Тысяча триста, — устало ответил маг.

— Хорошо, — коротко бросил, Чу и написал на своей банковской ведомости информацию по переводу с чаевыми за сверхурочные. — Перевод ушел, можешь и ты топать, не задерживаю.

— Спасибо, — кивнул маг и медленно побрел к выходу, но его окликнули остальные участники и попросили обождать.

История по выплате повторилась и с остальными, кто не хотел ждать непонятно чего. Миссия на которую их наняли, была закрыта, взаимоотношения руководителя и спонсора их не касались, и Чу это понимал, а потому и не упорствовал — хотят идти вместе, пусть идут.

В помещении остались лишь трупы мерзких созданий и два персонажа — игрок высшего дивизиона и таинственная полукошка с именем Гамма. Девушка терзала череп и спину огромной жабы почти полчаса, после чего она спрятала что-то в свои кармашки на курточке и подошла к Адмиралу.

— Если вам что-то из этого еще надо, то я больше не претендую на трофеи.

— Нет, не имею радости копаться в трупах, тем более в лягушках. Вы взяли все, что хотели?

— Да, спасибо, — кивнула девушка. — А вы меня проводите?

— Хоть на край света, но только после расчета, мои ребята уже разбежались, и я оплатил их услуги из своего кармана.

— Все верно, они нам больше и не понадобятся! Мне нужны теперь только вы.

— То есть мои планы о том, чтобы нажраться и проспаться откладываются на неопределенный срок? — Чу посмотрел на Гамму в свете факела.

— Срок определенный — десять дней. И дорога будет, совсем непростой.

Тяжелые тучи нависали над небольшим поселком, расположенным меж быстрой рекой Сартоной и великим подгорным лесом Грастаранх. Прохладный ветер навевал тревогу на одинокую фигуру, стоящую в проеме приоткрытых ворот в высоком сосновом частоколе. Многие годы это безопасное место служило перевалочным пунктом для караванов, шедших по «Тернистой тропе», в этом поселке часто останавливались Герои своих родов и даже целых народов. Бессмертные наводнявшие мир так же не обходили Раадрунк, но те времена остались в далеком прошлом. Сегодня в Раадрунк прилетела беда в виде черного ворона, принесшего в клюве послание от Непреклонного Рааста. Вести в письме были тревожными: Храбрый воин вел не только свое войско, но и жителей попавших под холодный серп новой, кровопролитной войны. Орки не убегают от войны и битвы, и раз Рааст принял такое решение, значит, на то есть веские причины.

К седому Саартуку, старейшему жителю поселка, подошла Хранта, городская воительница и, преклонив одно колено, произнесла то, что резануло по сердцу старому воину — «Поселок готов уйти». Он не ответил ей. Она сама понимала, какую боль сейчас причинила седому, но все еще могучему основателю великого рода, и не ждала от него ответа. Она ушла, Саартук остался в ожидании. Пусть небо прорежут молнии, и на него полетят капли осеннего дождя, Саартук не сойдет с места, он будет ждать тех, кто бежит, тех, кто спасается.

Прошло много времени, небо потемнело еще сильнее, солнце уже скрылось за горой, ветер поднимал с земли пыль и песок, что тщетно пытались легкими толчками сдвинуть Саартука с места. Жители поселка, даже дети, часто понимали, что их Шаман очень странный, но авторитет Саартука в любом случае оставался непоколебим.

Вдали показались первые огни, в этот поздний час их увидел лишь старый колдун. Орк качнул плечами и спугнул ворона-посыльного, успевшего задремать на его плече словно на полевом пугале. Наконец-то, пришло его время, он встретится с родителями, увидит предков, а возможно он увидит свою Орду и Клан, познает Великую битву рядом со своим новым Богом. Он пропустит свой народ за спину и останется в поле один! Задержит врага, откусит кусок противного мяса! Напомнит всем, кто он, и чего стоит! Пусть мир узнает, чего стоит даже одинокий воин Орды!

И чем дольше Саартук стоял, тем сильнее крепла его воля и готовность уйти в иной мир. Час настал: первыми до шамана дошли погонщики кодоев, запряжённых в повозки с имуществом беженцев. Массивные животные, не чувствующие усталости, еле передвигали ноги, что подгибались от усилий, с которым они тащили тяжёлый груз. За ними шли старики и дети, за ними женщины, и только после пошли воины и генералы. Саартук стоял все там же, не сдвинувшись с места. Он может держать разговор только с Раастом Непреклонным — с тем, о ком рассказывают детям на ночь грядущую, тем, о ком мечтают молодые орчанки, глядя на сияющие звезды, тем, на кого с рожденья мечтают быть похожи все мальчики. Он будет ждать «голову» этой колонны отступающих и надеяться, что бегут они не из страха, а из-за долга. Он будет просто стоять и собирать на себе взгляды многих бредших ему за спину, что не понимают странного седого Орка, не проявляющего к беженцам никакого интереса. Не подумайте, что Саартук презирал их, он тихо страдал от этого зрелища — Орк не должен убегать, Орк должен забирать и идти вперед, Орк часть рода, часть Клана, часть Орды, а Орда — никогда не бежит! Однако даже этот принцип легко пропускал детей и женщин. Нет, конечно, седой орк не был феминистом, он ценил женщин, как в доме, так и на поле битвы. Но все же, за всю свою очень долгую жизнь он познал, что счастья в душе у женщины больше, когда она встречает его дома, а не когда уходит с ним на войну, оставляя детей за спиной. Опыт этот собирался очень долго, ведь было время, когда Орду практически уничтожили, и не было зеленокожему народу места в этом мире.

— Как же долго дотуда топать!

— Хватит ныть, это же ты меня позвала! — праведно возмутился Арти, продолжая неторопливую ходьбу, что уже сейчас длилась почти четыре часа.

— Я забыла, как это далеко, — снова начала стенать девочка, а клерик лишь глаза закатил. — Нам надо было плыть по морю.

— До гор?

— Я вас ненавижу!

— А это общепринятое отношение, но меня любить и не обязательно — главное платить вовремя. Так что ты говорила по поводу своего состояния? — Артур повернулся и попытался отвлечь кошку от гнетущих её мыслей.

Вопрос заданный им не был праздным, девушка выходила за рамки всех известных ему рас, ну ни разу за всю свою долгую игру он не видел «Полузайчиков» или «Полукроликов». Да что там — ему ни разу не попадалось на глаза ни одного номера «Play boy» для простейшей аналогии. И вот вам прецедент! Длинные уши свисали сзади, теряясь в длинных и жестких волосах, не мешая и даже не особо привлекая внимания, но сам факт! Это же не нормально! Ах да, еще она была странной полуживой нежитью. Возможно, она легко бы обманула своим внутренним состоянием любого, но только не Артура Бессмертного, который в минуты вычислил странную нежить с теплым покровом и бьющимся сердцем. Он даже поначалу заподозрил ее в том, что она странный оборотень, но как, оказалось — обращаться она тоже не умеет.

— А что не так с моим состоянием?! — немного удивляясь, переспросила эта девочка плей-бой, то есть гёрл, конечно.

— Я бы сказал что «ничего», но это лукавство. Кто ты по расе?

— Я Лепус! — горделиво вскинув слегка розоватый носик, ответила Бета и встряхнула головой, чтобы ее уши взмыли над волосами. — Я красивая!

— И скромная! — доброжелательно добавил Артур, слегка взмахнув рукой.

— Ага! — ни секунды не сомневаясь в истинности сказанного, добила человека девушка из Лепусов. — Но уставшая.

— Ладно, давай мы договоримся, что до Табунков мы идем молча, идти всего час осталось. А уже там! — добавляя интриги в голос, добавил Арти. — Там мы купим камень телепортации и махнем сразу к Бергенду! Вообще идти не придется!

— А он дорогой? — поджав губки, Бета стала копаться в своей сумочке, очевидно, пересчитывая средства.

— Не думаю, порядка десяти — пятнадцати тысяч.

— Хм… — бета остановилась и вынула из сумочки небольшой кулек, из которого она вынула красноватый камень и протянула его Артуру. — Сколько стоит этот Бат? — проигнорировав странное слово, Арти взял рубин и поднял его к солнцу, оценивая чистоту этого ИДЕАЛЬНОГО камня!

— Откуда он у тебя?

— Он ценный? — со сталинским прищуром, вместо ответа, спросила Бета.

— Очень. Если его продать в том же Бергенде, то можно только за этот камень получить тысяч двадцать пять, а то и тридцать.

— А! Понятно! Ну, тогда и купи, а сдачу возьми в оплату, — легко согласилась полузайка и убрала таинственный сверток обратно в сумочку. Однако она неожиданно задумалась и скривилась. — А с этим телепортом мы быстро доберемся до места?

— Думаю, уже завтра к ночи и доберемся, там же расстояния небольшие.

— Нет. Тогда нельзя, надо топать. — Горечь во вздохе Беты, был практически осязаема.

— Почему?! — решил вновь всех спасти Арти. — Мы же можем переместиться и неделю просто провести в городе. Я слышал, там есть театр! — лицо Лепуски расцвело белоснежной улыбкой.

— Это было бы чудесно, я никогда не была в театре. Да и целой свободной недели у меня никогда не было.

Новое утро для всех было неспокойным. Неугомонный Альф никому не давал покоя своими надоедливыми расспросами. Хотя простая мысль, что всем «насрать», была донесена до него весьма четко и однозначно, причем всеми, а не только Игроками. Ну откуда же им было знать, где «этот Ворадор», который потерялся еще ночью?! Всем было ясно с самого начала, что вампир утром «сто пудов» не появится, а Чу предположил, что и до ночи его в городе не будет. Но мало кто понимал тревогу несчастного старого Альфа, практически на сто процентов уверенного в том, что Ворадор, наплевав на все договоренности — просто поперся в Хрустальный зал. «Зачем же я ему о нем рассказал?» — думал старый покойник, но исправить все равно ничего уже не мог. Если бы он относился к системным персонажам, то, вероятно, просчитал и эту вероятность, но он был всего лишь Местным жителем, созданным Игроком.

Примерно в таком же режиме прошел и день. Альф обежал все окрестности, а Бета даже согласилась ему помогать, настолько одолели ее закидоны и переживания старого синюшного трупа. Одна лишь Гамма оставалась верна себе и выполняла свою миссию, плюс еще и следила за другими приглашенными иномирцами — Чу с Арти беззастенчиво пользовались оплаченными выходными и с самого обеда заседали в трактире.

К вечеру грянула настоящая гроза — Альф натурально психанул и решил, что всем пора идти дальше. Сопротивление со стороны двух девушек он воспринимать никак не желал, более того, это противодействие его сильно бесило и, видимо, придавало сил и уверенности. И только последний довод остановил его до следующего дня — оба Иномирца лежали под лавками под сильнейшей дозой алкоголя. Хотя даже тогда Альф предложил их поднять и идти так, но обошлось.

До назначенного срока, а именно новогодней ночи, было еще три дня, но пятерка персонажей все же вышла из городка Бергенде, сопровождаема редкими взглядами жителей. Дорога обещалась быть легкой и не особо продолжительной, так что все приготовились к комфортной прогулке длинною в шесть-девять часов. Бета и Гамма, как прилежные приверженцы своего пола — были одеты в длинные до колен шубки какого-то местного зверя, а Чу с Арти остались в том, в чем прибыли в город. Один лишь Альф наплевал на культуру в одежде и шел в своих обычных доспехах, полностью игнорируя холод и ветер. Компания за первые часы успела так же «пройтись» по мифам и легендам горных народов, а так же по различным страшным историям, что Арти услышал в кабаках за последнее время. Но уже на середине дороги, когда заснеженная тропа уперлась в первые каменные блоки, обрушившиеся десятки лет назад — разговоры прекратились. Как оказалось — дорога, на которую рассчитывали слуги Полиниды, была разрушена, причем точно не естественным образом — скалы по краям кто-то расколол на огромные валуны и завалил ими путь. Арти, как человек, тесно работающий с магами, легко определил природу разрушительной силы, как магию Воздуха, чуть позже изменил свое мнение на магию Огня и Земли, но как бы то ни было, в тот час легкая прогулка превратилась в отвратительный квест по преодолению горной преграды.

Небо над путниками стало темным, не стало на нем ни звезд, ни луны, один лишь мрак. Чу объявил о привале и первым начал собирать редкий хворост для костра, в то время как Арти с Бетой искали место где можно будет заночевать хотя бы в условном уюте. При этом Альф оставался безучастным к общим усилиям, пытаясь высмотреть Ворадора среди скал и оставшемся далеко позади лесе. Потратив целый дневной переход, пятеро персонажей не прошли и половины дороги, что не внушало оптимизма и заставляло сильно переживать за исход их миссии в целом. Альф даже накричал на Гамму, когда она предположила, что Хрустальную комнату уже давно нашли и разграбили. Нервы у всех были не на месте, кроме разве что Арти и Беты, это ясно читалось на их лицах, когда они вернулись час спустя и рассказали о небольшой пещере, до которой идти не более десяти минут.

Ночевка прошла нормально — мертвые стерегли живых, пока два игрока честно пропадали в Реале, оставив свои игровые тушки под охраной древних созданий. Ближе к рассвету все те же пять персонажей продолжили подъем по горному склону, и удача оказалась на их стороне — часть лестницы вырубленной в скале уцелела, что позволило всем сократить время подъема едва ли ни в пять раз, пройдя остававшуюся часть за два часа. Когда Арти и Чу оказались на пороге места назначения, у них натурально отвисли челюсти.

Ровное каменное плато с невысоким резным бордюром примыкало к полукруглой колоннаде, под сводами которой перекрывали вход в подгорный город шикарные каменные створы. Ничего подобного ни Артур, ни Чу не могли себе представить. Подобные мегалитические строения и такая тонкая работа по камню могла встретиться им разве что в столице гномов, что была на другом конце Горного полуострова.

— Ахренеть. — Эмоционально произнес Арти, когда речь вернулась к нему.

— Вернее и не скажешь! — поддержал его Адмирал и повернулся к трем спутникам. — А вы в курсе как нам открывать эти двери?

— Ключом, — коротко произнесла Нека-Гамма и вынула из-за пазухи каменный ключ. — Я же не зря с той жабой мучилась столько времени! — добавила полукошка и, пройдясь между двух игроков, первая задала темп.

Проходя мимо пятиметровых колонн, Артур разглядывал старые гномьи символы, что опоясывали гранитные цилиндры, но найти хоть что-то знакомое так и не успел — все уже стояли перед каменными дверями. Гамма молча приложила каменный ключ в паз, изображающий какое-то витое растение. Как ни странно, но ключ лег между листвы как родной. В следующее мгновение пол под ногами вздрогнул, огромные створки пришли в движение. Пришлось отойти на пару шагов назад, позволяя створам беспрепятственно расходиться, открывая перед пришельцами внутренние просторы. Однако прежде чем оценить красоту и убранство подгорных помещений, Арти и Чу отвернулись от потока жутко вонючего затхлого воздуха, едва не сбившего всех с ног. Только Альф втянул этот «аромат» и на выдохе произнес:

— Дом… — а затем он повернулся к Гамме. — Как давно ты ушла отсюда?

— За работой я следила шесть лет, — спокойно произнесла Нека. — Гномы расслабились с уходом Хозяйки, но работу не оставляли. Так что отвечая на твой вопрос — почти сто девяносто четыре года назад.

— Чего же нам там ждать?

— Эй! — махнул рукой Чу. — А может, никуда и не пойдем? Через полчаса ночь, далеко ли мы продвинемся, если не будем останавливаться?

— Расслабься, человек, здесь недалеко. Хрустальная комната всего в получасе от главного входа, — положив руку на плечо Адмирала, произнёс Альф.

Они вошли в темноту подгорного простора, не видя ни потолков, ни даже стен, оставляя за спиной огромные створы и свежий морозный воздух. Артур уже на третьей минуте начал вызывать сферы для освещения, но даже с ними идти было тяжело — пол усеивали трупы летучих мышей и крыс, что не найдя выхода и пищи, умирали тысячами. Хруст тонких костей звучал на каждом шагу, пока их маленькая процессия не остановилась около сидящего в нелепой позе покойника, странно смахивавшего на мумию.

— И чего мы ждем? — после секундной задержки уточнил Чу. Ему не ответили. Гамма сделала два шага вперед и бесцеремонно пнула покойника прямо по ребрам.

— Вставай, мертвый! Хватит отдыхать, достаточно уже выспался! — громко произнесла Нека.

Странно, но мумия, уроненная на пол молча и плавно начала подниматься, не забывая отряхиваться от налипшей вековой пыли. Меньше минуты прошло от удара, а высоченная, под два метра ростом, фигура уже нависала над Гаммой.

— Так-то лучше. Организуй нам освещение, пожалуйста! Бета! — Лепус подошла и протянула мумии два вытянутых рубина.

Чу и Арти затаили дыхание, стараясь отметить все детали происходящего, редко когда им выпадал квест такого уровня и масштаба, так что надо было брать все, включая и зрелища. Мумия протянула облезшую руку и, подняв оба кристалла, медленно закинула их в рот.

— Вкусно, наверно, — сипло сказал Арти, ясно понимая стоимость этой закуски, но его все проигнорировали, глядя на то, как старая мумия преобразуется на глазах, обретая подвижность и некое подобие жизни. И вдруг она открыла красные как пламя глаза. — Шик!

— Тише ты! — буркнул Адмирал, так же восхищенный происходящим.

Отбредшая силу мертвая фигура покрутила головой и, раскинув руки в стороны, создала над ладонями огненные сферы. Покойник, обладающий магией огня — нонсенс! Этого не может быть! Чу с Арти это отчетливо понимали, отчего и пришли в полный экстаз. Два огненных пучка резво полетели в стороны, увеличиваясь в размерах и высвечивая высоченные своды и каменную тропу, нависавшую над пропастью. А затем эти огненные шары скользнули по высоким обелискам и, взмывая к вершине, где и подожгли две чаши, откуда вырвалось почти белое ярчайшее пламя. Именно это освещение разогнало липкую тьму, и показало всем, что они стоят на широком мосту, ведущему к огромнейшему каменному комплексу скрытому под горной скорлупой. Даже на первый взгляд это сооружение имело не менее двенадцати этажей с балконами и тысячами бойниц. Огромные чаши запылали в полную силу, и вслед за ними начали загораться каменные чаши поменьше на высоких стенах и над редкими башнями.

— Впечатляет? — чуть самодовольно спросила Гамма, оглянувшись на удивленные лица игроков. Они лишь головами покачали. — Значит, все хорошо. — Нека повернулась обратно к мумии, завёрнутой в старые тряпки. — Сторожи врата, нам гости не нужны! Остальные, за мной!

Пятеро персонажей внутри технологического кристалла под названием «Мир Орбиса» продолжили свой нелегкий путь. Дорога уже никого не тяготила, новые впечатления развеяли напряжение в мышцах и внушали всем только положительные эмоции.

Главные двери, города великой Полиниды недолго сопротивлялись упрямой силе трех мужчин и отступили перед натиском, пропуская всех в святая-святых — в замок «Жербоа», построенный лучшей артелью гномьих мастеров за какие-то короткие семь лет почти две сотни лет назад. Два игрока и три слуги Полиниды вошли в первый зал, где уже горел свет вдоль стен и потолка. Здесь же на пыльный пол легли зимние вещи — внутри оказалось комфортная температура, затхлый запах больше не ощущался. А еще, вокруг было очень тихо.

— Не стойте столбом, нам надо на шестой уровень! — произнесла Гамма, уже готовая сделать первый шаг навстречу Хозяйке.

— Постой! — произнес Альф и прикурил от настенного огня свою жуткую папиросу. — Мы пришли раньше срока из-за того, что Ворадор может оказаться здесь. Но врата никто не проходил, значит, его здесь нет, и мы напрасно спешим…

— Да ты никак издеваешься! — вскинулся Чу. — Мы сюда как от пожара бежали, а сейчас чего? Сидеть два дня на жопе предлагаешь?!

— Тише, друзья! — встала между спорщиками Бета. — Мы поднимемся выше, к гостевым покоям и там обождем. Это же всех устроит?

— Ушастая и синий правы, — подошла ко всем Гамма. — Спешить больше некуда, можно отдохнуть и тут.

— Ну не знаю! — Чу, у которого только что прямо из-под носа вырвали «печеньку» даже не скрывал разочарования. — А ты что скажешь. Э-э-э… А где Арти?!

Только сейчас три мертвеца заметили, что самый тихий и спокойны член их отряда элементарно не остановился и продолжал идти дальше по подготовленной тропе до Хрустальной комнаты. Как только это поняли все, четыре персонажа бросились вдогонку. Нагнали Артура на третьем уровне, где он стоял и прислушивался к одному из вентиляционных колодцев. И еще до того, как на него успели накричать, он тихо произнес:

— Прислушайтесь, кажется, внизу кипит жизнь, — указав на вертикальное отверстие в стене, Арти отошел к другому, уходящему к потолку, — а наверху кто-то плачет.

Отпихнув в сторону Альфа, Чу первый приложился ухом к первому воздушному каналу, секунд десять он молча простоял у стены, а затем уверенно кивнул.

— Да, там словно драка какая-то или еще какой праздник. Грохот, как на заводе, но очень глубоко, — Адмирал посмотрел на Альфа, тот в свою очередь посмотрел на Гамму.

— Есть вероятность, что кто-то нашел старые штольни?

— Это возможно, но кто? Они же все под землей! — немного виновато произнесла Гамма.

— А Ворадор мог их найти? — после этого вопроса, тишина оказалась такой, что все услышали явственный плач доносившийся от стены.

— Нам надо наверх, — тихо сказала Бета и взяла под руку Арти, чтобы тот опять не удрал. — Кто там может плакать кроме Сигмы? А даже если не она — значит, там чужак! Нам тогда срочно нужно бежать туда!

— Извините, что отвлекаю. — Чу постучал по стенке. — А может, вместо того чтобы бесконечно спорить, мы пойдем наверх, но ничего не будем трогать? Я же так понимаю, что нам нельзя будить вашу Госпожу до назначенного срока, верно? Посмотреть-то, что да как мы можем!

— Не все так просто. — Выступила вперед Гамма. — Хрустальный гроб, охраняет Сигма, и если мы появимся на пороге, то именно она разбудит Госпожу, а не мы.

— А что на счет нас двоих? — спросил Арти, и все замолчали. — Значит, мы можем сходить и все проверить?

— Это рискованно! — уверенно сказал Альф и снова вынул из кармана сигарету.

— Да откуда у тебя их столько?!! — удивился Чу, морщиня лысую голову.

— Это секрет, — с улыбкой ответил Альф и кивнул. — Хорошо. Мы идем до пятого уровня и там разделяемся. Артур Бессмертный и Адмирал поднимутся к Хрустальной комнате. Если в глубине они увидят одинокую рыдающую фигуру, возвращаются, и мы два оставшихся дня будем ждать. Если они увидят что угодно иное — подключимся и мы. Госпожой рисковать нельзя.

Следующие три уровня компания прошла вместе, и только на лестнице между шестым и пятым уровнями Альф и две девушки остановились.

— Я надеюсь, вы не допустите вольности? И мы будем держаться одного плана? — со сталинским прищуром уточнил Альф.

— Все будет нормально! Не сцы! — показав мозолистую ладонь, успокоил его Адмирал. — Если фигура одна, мы вернемся молча. Обещаю.

— Тогда, мы ждем вас, — серьезно произнес Альф и, опустив руку в карман, вынул очередную сигарету. — Время пошло.

Арти мягко дернул Чу за куртку и первым пошел по слегка заворачивающей лестнице вверх. Два игрока остались одни, без присмотра и контроля. Чу первым воспользовался анархией, остановившись рядом с висевшими настенными украшениями и снимая со стены шлем. В ответ на осуждающий взгляд Артура он только подмигнул и нацепил его на голову. Идти поперек указаний никто из них не собирался — не хватало еще провалить такой глобальный квест перед самым его окончанием, а вот немного карманы набить им никто не запрещал. Однако стоило двум игрокам подняться к большому полукруглому балкону, за которым виднелось полусферическое помещение, как они заметили сразу несколько темных сгорбленных фигур над каким-то постаментом. Арти взглянул в глаза Адмирала и, качнув плечами, довольно громко произнес:

— Их три! — эхо сразу подхватило фразу и понесло ее по ступеням вниз.

— Четыре! Ты чего слепой? Вон! — Чу ткнул пальцев в сторону комнаты и они оба осознали собственную тупость — комната отделанная хрусталем, обманула их простеньким отражением. — Блять! — Только и сказал Адмирал, когда на лестнице уже стояли Альф и Гамма.

— Отойдите! Мне же не видно! — прозвучал голос Лепуса за их спинами.

— Вот вы идиоты. — Полным разочарования голосом сказал Альф, когда повернулся к Хрустальной комнате, где одинокая темная фигура уже ждала их у входа.

— Что же вы там стоите? Я вас заждалась! Подойдите ближе! — скрипучим старческим голосом позвала всех Сигма.

— Чтобы там не случилось, помните, что главное это защитить Госпожу! — неожиданно твердо и серьезно сказала Бета. А в следующий миг в ее руке материализовался кривой изогнутый меч с черепом на эфесе.

А пока Чу и Арти «переваривали» увиденное, Альф вынул кинжалы из рукавов, а Гамма, отойдя в сторону, наклонилась к каменной скамье и достала из под нее парные клинки Королевских убийц, блеснувших в свете неровного огня у самого входа в Хрустальную комнату.

— Пошли. — Процедил Альф и первым шагнул вперед, а уже за ним, потянулись и все остальные.

За один час до…

Полинида осталась одна в Хрустальном зале, под куполом, сотканном по чертежам неизвестного мага. Девушка присела на край хрустального ложа, больше похожего на обычный гроб без крышки и глубоко вздохнула, не решаясь на последний шаг. Она была одета в свои лучшие одежды, наполненные чарами и руническими защитными знаками, магическими камнями и Батами, скрытыми в тканях. Баты… Ее лучшая разработка со времен обретения нового имени. Аббревиатура от слов «Война», «Искусственный» и «Время» (лат. «Bellum» «Artificial» «Tempus»). Создание драгоценных магических камней известно всем и давно, но выхлоп от такого выращивания ничтожен — камень хоть и ценный, но затраченное на его выращивание время можно провести с куда большей пользой и выгодой. Если бы не случайность, то она никогда бы не узнала, что ценность Батов не в их красоте, а в их природной структуре. Искусственно созданные во времени, для ведения войн — так о них отозвался недавно почивший алхимик Хивенн.

Девушка встряхнула головой, выгоняя ненужные сейчас мысли и сняла с лица серебряную маску, уложив ее в изголовье. Она не так давно ее носит, лицо ещё не привыкло к ней. Прав был Альф, когда сказал, что глаза ее выдают и их надо прикрывать, когда гнев разжигал ее внутренний огонь, и все понимали, что скоро будет жарко. А страх и печаль заполнял глаза тьмой и холодом, что так же было заметно.

В очередной раз вздохнув, собравшись с мыслями, Полинида взмахнула руками и речитативом прочла заклинание на изменение течения времени с одним исключением в виде Сигмы, что не должна будет ощущать этого потока. Тушканчик всем назначила роли по их свойствам, а не по доверию, она давно отвыкла доверять всем и каждому — расчет, вот что ее никогда не подводило!

Полинида закинула ноги на борт и пересела на дно ложемента, прилегла и закрыла глаза, стараясь задремать и позволить хаосу временного зацикливания подхватить ее сознание и пронести сквозь века. А затем мир под ее внутренним взором покраснел, как во время перерождения, и перед глазами появился таймер, отмеряющий десять дней, по секундам. «Это будет нелегкое ожидание» — подумала девушка и внутренне собралась, готовая порвать время и вернуться в жизнь на другой стороне!

Ей повезло. К концу третьего дня ожидания, когда сознание человека начало сдаваться, уступая место бушующей в ее душе дикой и необузданной силе, таймер неожиданно остановился, алое марево перед глазами потемнело пятнами, стремительно заполняясь чернотой. Полинида ощутила резкую боль под левой грудью, и следом металлический вкус крови на губах. Стоило ей открыть глаза, как она увидела перед собой оскаленную окровавленную рожу Ворадора.

Пять героев остановились перед незримой преградой, что отделяла хрустальную комнату от внешнего мира, за которой стояла сморщенная горбатая старуха в белоснежных одеждах. Старая Сигма улыбалась беззубым ртом, она повернулась и медленно пошла в сторону хрустального ложа, скрытого в центре темного помещения.

— Стой! — крикнул Альф, но бабка его проигнорировала, продолжая неспешный путь. Но Альф не отчаялся. — Остановись! Еще не время!

— Самое время! — старая Сигма замерла и посмотрела через плечо на всех прибывших. — Я и так слишком долго ждала этого часа, чтобы слушать какого-то безмозглого трупа! Моя миссия выполнена! Я получу обещанное!

И вновь старая пошла вперед. Чу высказался как-то нечленораздельно, а затем со всей силы пнул стоящего перед ним Альфа, чтобы тот влетел в запрещенное для него место. Со стороны это было даже красиво: Подлетевший и ускорившийся рыцарь смерти, мягко пронзил пленку временного зацикливания и упал в двух метрах от входа внутри Хрустальной полусферы. В виду того, что он не умер, остальные решили не бросать товарища, и все вбежали внутрь, где Сигма уже напевала какую-то песню.

Альф подскочил с пола и уже замахнулся на белую фигуру клинком, как весь мир вокруг погрузился во тьму, причем неестественную, а созданную магией старой Сигмы.

— Глупцы! Вы же сами хотите прекратить это существование! — голос старой волшебницы, казалось, звучал отовсюду. — Сколько можно жить в таком состоянии? Где конец страданиям?

— Арти! Сферу истинного света! — крикнул Чу и буквально через мгновение, пространство разорвал яркий, слегка розоватый магический светильник, бросающий на пол тени, а на хрусталь — отражения. Сигма, стоявшая всего в десяти шагах от пришедших, залилась смехом.

— Кучка идиотов! Вы сами решили свою судьбу! Что вы сможете сделать против самих себя?! — выдала она и взмахнула рукой.

Замерли все, но ничего, казалось, не изменилось, пока Нека не заметила, как ее отражение в ближайшем крупном куске хрустальной стены не стало вылезать на поверхность. Тут уже и остальные заметили, как их копии, отнюдь не иллюзорные, покидают свои изначальные позиции. Итогом всего стали семь копий: два Артура, две Беты и остальные по одному. Копии были идентичными, единственное отличие — чисто-белые глаза на лицах без намека на эмоции. Сигма вновь захохотала, вскинув от радости голову, и в этот момент ей прямо под челюсть влетел шлем, недавно украденный Адмиралом Чу. Удар был такой силы, что старую бабку опрокинуло на спину, она тотчас завыла как сумасшедшая. Все копии мгновенно пришли в движение, готовые заступиться за призвавшего их мага. Чу первый вышел вперед, вынул из кармана узкий фиал и скинув пробку одним пальцем, выпил янтарную жидкость с характерным запахом зелья, получившего в народе прозвание «Тещины Слезы».

— Что бы ни случилось, прикрывайте Артура! — распорядился Адмирал, сживая кулаки и вставая в стойку. — Арти! Кидай на меня лучшие доты и бафы! И ржавый якорь тебе в жопу, если ты меня просрешь!

— Не боись, мясо, ну упущу! — улыбнулся клерик, выхватив из-за пояса магический жезл и, словно лассо, накинул какое-то хитрое заклятие на бойца.

Едва светлая полоса обвила тело Адмирала, как все его тело набрало плотность и крепость, мышцы человека и без этого рельефные, словно окаменели и еще больше увеличились, а реакция человека разогналась чуть ли не вдвое. Все мышцы человека засветились прямо сквозь кожу, а глаза вспыхнули ничуть не хуже магического светильника. В этот момент удивленный таким поворотом Альф присвистнул и сразу же получил жезлом по голове.

— Не свисти! Чу, на тебе шесть «бафов», четыре «регена» и двадцать минут в запасе! Больше я тебе не помогу! — выкрикнул Артур и сдвинулся чуть назад, продолжая держать перед собой жезл, испускающий магический поток в одиночную цель.

— Да мне больше и не надо! — оскалился Чу, позволив заметить, что зубы его светятся ничуть не слабее глаз.

Гамма вскинула парные клинки и встала рядом с Артуром; Бета крутанула в руке меч и сместилась в сторону, готовая прикрыть всех со стороны или зарезать Сигму — как получится. А вот Альф встал рядом с Чу и поднял оба своих клинка.

— Справишься? — тихо уточнил покойник.

— Всю жизнь мечтал набить себе рожу! Бой! — на одном дыхании выдал Адмирал и неожиданно сам бросился вперед, прямо на копию Альфа и Артура.

Первый же выпад человека буквально смазался в пространстве, рассекая подсвеченной рукой воздух и влетая в лицо копии Артура практически до середины черепа, однако кулак там не задержался, удар был хлестким. Чу быстро присел, слегка сместился и словно персонаж боевика, крутанулся на месте выставив ногу, сбивая на пол копии Альфа и Беты, и лишь затем резко кинулся вперед, хватая свою копию за шею и нанося шесть молниеносных ударов, превративших лицо магического создания в «костно-мясную кашу» а глаза забивая внутрь черепа без надежды на возврат. В этот момент копия Гаммы вонзила в Чу один из своих клинков, причем она успела вогнать его почти до середины, когда Адмирал потерял интерес к своему образу и с разворота ударил девушку под челюсть, отправив ее в недалекий полет.

Все произошло за какие-то секунды. Чу стал быстр и силён, как животное, его азарта и агрессии хватило бы на целую стаю волков, но перед ним были лишь дешевые заменители настоящего противника с боевым опытом. На каком-то этапе от него даже попыталась удрать копия Беты, но Чу ловко поймал ее за уши и, притянув к себе, буквально разорвал напополам, покрывая все вокруг кровью без вкуса и запаха. Противник перенял все от своих аналогов — два куска Беты продолжали двигаться и выполнять волю своего мага. Улетевшая к гробу Гамма уже поднималась на ноги, готовая вернуться в бой. А два Альфа пытались умертвить друг друга без надежды на успех — оба иммунные к физическому урону, они бессмысленно кромсали друг друга обычными клинками. Вторая копия Артура не успела и замахнуться на угрозу со стороны Адмирала, как ее голова отлетела к ногам подходящей копии Гаммы.

Только Чу захотел броситься на оставшихся на ногах противников, как нечто скрутило его дикой болью, что заставило человека отпрянуть назад, а магу что обеспечивал его здоровье, пришлось упасть на пол от накатившей мигрени.

— Мерзкие твари! — громко, и немного медленно прорычала Сигма, вставая с пола. — Вы заплатите за все! — она вскинула руки и Чу упал на пол как подкошенный, все его тело деревенело и не подчинялось ему. — Вы будете умирать долго! — продолжала вопить старая Сигма! — А ты! — указав на приближающуюся Бету, произнесла волшебница. — Сдохнешь первой, тварь!

Вновь взмах старческой пятнистой руки, словно в замедленном кино, и бегущая к бабке Бета закатывает глаза, падает на холодный пол, проезжая до самых ног мятежной Сигмы. Артур завыл от напряжения и резко сорвав заклинание с Чу, перекинул свою силу в сторону бабки. Поток ударился об незримую преграду, и старуха удовлетворенно улыбнулась.

— Ничтожества, вы подчинились тупой и самодовольной дуре! Но я милосердна! Я позволю вам преклонить колени и дать мне клятву души на верность! Но вы, конечно же, слишком тупы, чтобы воспользоваться таким шансом. — Горбатая старуха отвернулась от действующих лиц, где два Альфа продолжали молотить друг друга, а копия Гаммы уже добралась до своего оригинала.

— Стой! — выкрикнул Артур, откидывая жезл в сторону. И как ни странно, но Сигма повернулась. Артур же слегка покачнувшись, отошел к хрустально стене. — Я бы примкнул к тебе, но…

— Что «НО»? — злобно спросила Сигма.

— Но я бы хотел знать, на что подписываюсь! Я лекарь, а не боец, мне войны не по душе, что мне у тебя делать? — Сигма вновь взмахнула кистью, заставляя две драки расцепиться, чтобы стало хоть немного тише, но даже так, среди трупов и окровавленных бойцов, тихо звучал сквозь зубы мат Адмирала, обещавшего самые страшные муки старой кляче. — Что тебе даст убийство Полиниды? Если тебе надо здоровье, то я знаю достаточно магов, кто его может вернуть.

— Ты хочешь обмануть меня, человек. — Догадалась Сигма, стоящая в дух шагах от гроба Полиниды. — Ты тянешь время.

Вдруг прямо перед ее носом, на границе личного магического щита, вспыхнул яркий как солнце свет от десятка магический светильников. — А-а-а-а!! — завыла старая волшебница, хватаясь за глаза, и было в этом крике что-то такое приятное и влекущее.

Однако битва не окончилась, копия Гаммы вновь оказалась перед оригиналом, два Альфа тоже вцепились друг с другом, оставляя игроков как бы самих по себе, но была еще одна копия Беты, что решила наказать наглого клерика. Длинный меч взвился в воздух, но за мгновение до того Артур прочел одно из сильнейших своих боевых заклинаний и отправил девушку с пустыми глазами в далекий полет. Быстро отойдя в сторону он поднял свой жезл и накинул на Чу несколько «лечилок» и «регена», но паралич никак не желал с него спадать. В душе клерик начал паниковать — минута пройдет, и злая бабка опять будет видеть, а что он ей предложит? Против ее-то щита?!

Додумать он не успел — рука половинки копии Беты ухватили Клерика за ноги и повалили на пол. В таких обстоятельствах Артур запаниковал вовсю, особенно когда холодная сталь вонзилась в его тело прямо между ног, добавляя тысячи новых ощущений и впечатлений. Сталь, разделившая мир мужчины на «до» и «после», начала разрезать его органы. «Это конец» — подумал Арти, готовый потерять сознание и умереть.

— Сукины дети!!! — взвыл я, стараясь вырваться из хватки какой-то твари, собранной как химера из «чего попало», но полной при этом зубов и когтей. — Пошли нахер, козлы! — вновь рычу я и сбиваю огрызком ноги эту сволочь с утеса. Жаль только, за ней по стене таких образин ползло еще с полсотни.

Еще вчера, когда я только нарвался на эту неведомую армию, я думал, что мне не повезло. Но от них я смог удрать — летать они не умеют, а у личей реакция хуже моей. В итоге я забился в какие-то тайные коридоры и почти десять часов просто искал выход, забираясь все выше и выше, пока не забрался в здоровенный зал, заваленный драгоценными камнями. Как оказалось, в этом пространстве обитали очень занимательные типы, обладающие тремя стихиями магии. Эти уроды смогли уничтожить мои крылья до Предкрылков, да и меня изодрать как никто до этого дня. Когда я оказался совсем уже в узких и тайных тоннелях, на меня накинулись эти химеры, что страсть как любят кусаться. Даже потеря ноги меня не тревожила так сильно, как потеря уважения к самому себе. Это же надо подумать — Носферату убегал! Убегал как шавка последняя.

Я дернул шеей и ощутил проснувшиеся внутри силы. «Эх, твари, сейчас я вам… Стоп!» — мысль оборвалась, и я принюхался. Кровь! Где-то рядом есть кровь! Кровь и мясо!!! ДА! Я блять еще поживу!

Забыв про усталость, я схватился когтями за отвесную стену и со всей возможной настойчивостью начал забираться все выше и выше, но через минуту запах крови исчез… Не, я не мог ошибиться! Я слишком голоден чтобы ошибаться на этот счет! Но как же так! Я снова ухватился за камни и посмотрел вниз, где неумолимая волна костлявых химер шла по моим пятам.

— Твари! — снова выругался я и пополз выше.

Вновь запах крови я ощутил, когда забрался почти до высоты пятого этажа над мостом, куда меня загнали костяные уроды, и в этот раз крови было очень много! Да! Дернув рефлекторно остатками крыльев, я ускорился, ощущая пьянящий запах, а затем увидел движение внутри большого зала с противной светящейся сферой внутри, и там было то, чего я и желал — КРОВЬ! Я забрался на широкий балкон или что это тут под ногами и, ковыляя на трех конечностях, начал ускоряться, стремясь поскорее восполнить силы и здоровье. Стоило мне оказаться на пороге полусферы комнаты, как мой взор отделил зерна от плевел. Два трупа и два еле живых создания, притом все знакомые. А затем я увидел ее! Полную магии живую бабку рядом с еще одной едва живой фигурой!!!

«ЕДА!» — взвыло мое нутро и я не ведая, что творю, истратил остатки энергии, обращаясь в нечто среднее между туманом и стаей летучих мышей. Дурацкая способность из-за которой я обычно только страдаю, но сейчас она оказалась почти к месту. Я словно призрак пронесся через несуществующую полузайчиху, что встала на моем пути и собрался вновь перед воющей старухой. А дальше… дальше как в первые дни — я потерял контроль и вцепился в морщинистую шею волшебницы, выпивая ее жизнь и львиную долю энергии. Когда моя трапеза подошла к концу, что случилось прискорбно быстро, я шагнул ко второму блюду. Какого же было мое разочарование, когда в хрустальной чаше я увидел спящую на грани смерти Тушканчика. Миг на раздумье.

Оступившись, когтями случайно полоснул ее по боку, но, не придав этому значения, ухмыльнулся и страстно поцеловал ее, словно принц из сказки про спящую красавицу. Кровь жирными каплями обтекла тонкие губы моей знакомой, а затем она открыла горящие как пламя глаза, полные удивления с долей ужаса. Словно этого мало, я решил еще и заорать ей прямо в лицо:

— ПОДЪЕ-Е-Е-Е-ЕМ!!!

Было смешно, хотя я быстро об этом пожалел.

— ПОДЪЕ-Е-Е-Е-ЕМ!!! — брызжа кровью изо рта, зарычал я в бледное лицо Тушканчика. А секунду спустя, не выдержав эмоций, заржал как конь, аж до слез.

Собственно поэтому и пропустил прилетевший сзади удар по голове. Меня это отрезвило. Обернувшись, я уставился на стоящего предо мной Альфа с очень неприятным выражением на измочаленном в фарш лице. Хотел уже высказать ему, все, что в голове скопилось, но вовремя заметил, как в комнату начали вползать химеры, от которых я так долго убегал. Альф неверно расценил мою гримасу, из-за этого и отскочил назад, вскидывая клинки.

— Довольно, клоуны! — четко и громко произнесла Тушканчик, и от этого голоса все химеры замерли, совсем немного не дойдя до окровавленного тела Артура Бессмертного. — Альф! Какого хера этот ублюдок все еще жив?!

— Прошу простить, госпожа, Ворадор оказался сильнее… — припадая на колено, ответил мой знакомый покойник. А я повернулся к Тушканчику, одевавшей на себя какую-то маску.

— Это я что ли «ублюдок»?! А ты барышня, не охренела ли совсем?

— С тобой, Ворадор, мне не о чем говорить, — буднично произнесла волшебница, а затем она подняла тонкий жезл и легко взмахнула им, от чего меня буквально припечатало к потолку. Ну, сначала меня до него подкинуло, об него ударило, а уже потом прижало основательно. — Все из-за тебя и твоей проклятой Рыбы! Знал бы ты, через что мне пришлось пройти!

Ощущения были ниже среднего — боль во всем теле! Не знаю, чем она меня так увечила, но приятного было мало. Сконцентрировавшись, я вновь обратился к самой тупой способности и, обернувшись туманом, легко перетек на пол, чуть в отдалении от нервной дуры. Тушканчик на все это посмотрела с нескрываемым интересом, но все равно, перевела свою волшебную палочку в мою сторону, пока я ловил равновесие с отсутствующей ступней.

— Спасай тебя после этого! — спешно рявкнул я, пытаясь хоть с мысли ее сбить, пока сам ничего умнее не придумал. Альф и Гамма смотрели на меня уже не так дружелюбно — настороженно и напряженно. А у дальней стены, медленно поднимался Адмирал Чу. А я думал, он сдох.

— Спасать?! — хмыкнула Чародейка и спрыгнула со своей хрустальной кровати, размазывая кровь по лицу. — Вы меня кинули! Обманули и подставили! Ты здесь, только потому, что я так сказала! Если Альф не справился, это сделаю я! — вновь удар по корпусу, причем магией смерти, к которой я иммунный.

— Хорошо, наверно, всех в своих бедах винить?! Я понятия не имел, что с тобой стало вообще! — я уже начал злиться.

— Врешь, как дышишь, Ворадор! Ты подстилка этой суки Люциллы, жополиз проклятый! Даже не пытайся.

— Э! Стоп! Але! — я пронзил когтем ладонь и легонько шлепнул телекинезом по щеке Тушканчика, она вмиг заткнулась и насторожилась. — Свои претензии, оставляй в прошлом! Я с Люциллой расстался уже давно!

— Вранье! — скривилась девушка и снова подняла на меня свое оружие.

— Да у кого хочешь, спроси! — воздев руки на высоту груди, выпалил я. — Хоть у Чу или этого, что на полу отдыхает.

Все участники повернулись на лежащего в крови Артура, с интересном следившим за нашей перепалкой. Заметив общее внимание, он только рукой махнул, мол, продолжайте, не отвлекайтесь.

— Не отвлекайтесь, я почти в норме… — Арти повел рукой и зависший над всеми огонек магического света стал светить раза в три ярче. Кашлянув в кулак, я качнул головой в сторону неадекватной волшебницы. — А! Ну я, если честно, не в курсе, так это или нет. Слышал, что он «посрался» с еще какими-то вампирами, но не более.

— Да, правда, это! — едва переставляя ноги, произнес Адмирал, подходя к лежащему товарищу. — Люцилла воскресила всех гейм-вампиров и наделила их статусом Князей Ночи. А Ворадор вроде бы дверью хлопнул, и шестерых Князей на мясо пустил.

— Пятерых! — поправил я Чу. — Один смог убежать. Но это не суть! Суть в том, что я сейчас объявлен врагом Королевы мертвых! Так что даже не смей меня упрекать связями с ней!

— И тем не менее. — Грустно сказала Тушканчик и медленно стянула на шею свою маску, показывая черные как у Люциллы глаза. — Ты виноват в том, что погиб Сэд. И я это так не оставлю.

— Что?!!! — я словно тень кинулся в сторону, от едва ли не лазерного луча, что был готов меня разделить на фрагменты, а затем быстро проскользнул между химерами и быстро заскочил за спины Альфа и Гаммы. — Осади, припадочная! Нихрена себе предъява! Сэд живее меня будет!

— Что? — облик Тушканчика словно поплыл как нагретый воск, а в глазах девушки вновь зародилось легкое свечение. — Как ты можешь так врать! — неуверенно произнесла дева и сместила свое оружие на Адмирала. — Скажи, что он врет!

— Не надо только меня в это впутывать! — возмутился человек. — Если мы говорим о том гноме, что все время с тобой бегал, то он сейчас Гномий Король! Причем уже полгода как.

— Не может быть. — Тушканчик упала на колени, прямо в подтекшую к ее ногам кровь, но не успела зареветь, как в помещение попытались ворваться сразу пять личей и с десяток рыцарей смерти. Однако один лишь мимолетный взгляд госпожи резко остудил их пыл, и они вместе с химерами покинули место действия. Волшебница же тихо продолжила. — Как так могло случиться?

— Я лично не видел, но знаю, что ему помог Проклятый с которым они нехило отожгли в том лесу, — аккуратно приближаясь к опасной штучке, заговорил я. — Сейчас Сэд очень плотно налаживает связи с остатками Орды и народом Инферно.

— А эльфы? — совсем уже по-человечески спросила она, глядя на меня снизу вверх.

— Ну, тех они уже раза три разбили. Эльфы гномам объявили войну, когда Сэд с тем проклятым сожгли почти десятую часть их лесов, — секунду девушка смотрела на меня, а затем засмеялась просто как дикая, сотрясаясь и брызгая слюной. Очевидно, эта история будет ее любимой. — Так я больше не враг?

— Ты козел, Ворадор! — продолжая хохотать, ответила, Тушканчик и тряхнула головой. — Не ссы, не трону, даже больше — предложу присоединиться ко мне!

— Серьезно? — я был заинтригован.

— Да.

— С зарплатой?

— Нет.

— Стоило ожидать. А зачем мне тогда к тебе идти?

— Из принципа и чистой ненависти. Я убью Люциллу и всех, кто ее поддержит! Она мне за все седины ответит! — Тушканчик встала с пола и ткнула жезлом мне в грудь, слегка наклонив голову. — У тебя восемь талантов. Что же ты тогда такой заебаный?

— Да я тут вчера твою армию внизу нашел. Ты, наверное, не знала, что они все какие-то злые?

В общем, мир кое-как, но наладился. Чу и Арти слегка в себя пришли и тоже решили не отставать от новой силы в этой странной борьбе двух Сестер Печали. А когда Артур попросил воскресить Бету, Тушканчик только головой покачала, показывая всем, что наш мир обеднел еще на одну зайку-лепуса.

— И треснул мир напополам, кипит раздор-р-р-р. — нараспев затянул несложную песенку из старого кинофильма Чу, прогуливаясь по каменным темным помещениям принадлежавшим Полиниде. Шел человек не один, а в сопровождении Гаммы, с кем у него сложились наиболее теплые отношения. — И льется кровь — идет война добра со злом, И меркнет свет, в углах паук плетет узор, по темным улицам летит Ночной Дозор-р-р-р.

— А кто это? — неожиданно перебила Нека своего спутника. Чу остановился вблизи узкого окна и поднял факел повыше, словно он поможет ему разглядеть внешние стены дворца, а затем посмотрел в глаза Гаммы.

— Ночной дозор? — в ответ, кивок. — В нашем мире ходили легенды, что весь мир разделен на людей, злых магов и добрых магов. И Ночной дозор это как раз добрые маги, что защищают людей от тьмы.

— Некрасивая легенда, скучная и неправдоподобная, — честно и безапелляционно ответила дева. — Зачем магам защищать людей? Пусть даже и добрым?

— Да это неофициальная легенда, — отмахнулся Адмирал, боясь завязнуть в подобном диалоге. — Так, сказки. Скорее даже книга с историями.

— Я люблю истории, — сказала Гамма и пошла вперед, увлекая и Адмирала за собой. — За прошедшие годы лишь они разнообразили мое существование.

— Даже не могу представить, как ты столько прожила.

— Сложно. Первые годы я контролировала строительство этого замка по приказу, и это меня спасало. Но после завершения строительства и налаживания производства, я осталась одна и должна была уйти. Госпожа говорила, что мне стоит найти укромное место и впасть в «спячку», просыпаясь каждый год, но я испугалась и первые три года — просто слонялась по миру.

— А потом?

— А потом я нашла пещеру, где спрятала ключ. Затем, я уснула под снегом этой горы на десять лет. И снова я прошлась по миру, собирая истории и знания. И вновь легла и снова встала. И так восемнадцать раз… — Гамма остановилась и повернулась к Чу, что смотрел на нее с интересом, но никак не сочувствием. — Ты сильный воин и хороший друг.

— Спасибо, — коротко ответил лысый боец и осмотрелся. Они находились в длинном помещении, железные двери вдоль стен повторялись каждые десять метров, а края помещению и видно не было. — Где мы?

— Это центральное хранилище Батов. Мы должны посмотреть, все ли нормально, — деловито произнесла Гамма и подошла к двери, что за все годы даже стального цвета не потеряла.

Девушка коснулась ручки, а под нее сунула что-то мелкое, очевидно — ключ. Только после этого дверь поддалась и открылась. С первого шага, Чу едва не захлебнулся от всплеснувшейся из под языка тягучей слюны — помещение квадратов под пятьдесят было уставлено большими коробами без крышек, внутри которых лежали россыпи кристаллов красного цвета, что так красиво заиграл от света факела в руках человека.

— Хранилище Огня, — безразлично произнесла Гамма. — Все в порядке? Пошли дальше?

— А есть и дальше?! — продолжая задыхаться, просипел Чу. — Тут же богатство на сотню миллионов! Откуда все это?

— Это Баты, они не столь дорогие как истинные самоцветы.

— Так откуда они?!!! И столько!

— Мы их сами вырастили, для этого у нас было очень много времени. Жаль, что все мастера давно истлели. — Все так же спокойно ответила девушка и поманила Адмирала за собой. — Пошли, нам надо проверить все хранилища.

Примерно в это же время на верхнем уровне замка в большой зале находилась глава всего этого безобразия — Полинида, более известная как Тушканчик, вместе с ее новым наемным работником — Артуром Бессмертным. Два игрока забрались в центральную залу не без труда, но и без особых препятствий. Однако стоило им оказаться в сердце замка, как дыхание сперло даже у Полиниды, что не застала окончание строительства своего главного детища, и даже скудное освещение, состоящее из двух магических фонарей, не помешало насладиться удивительной картиной.

В центре большого помещения круглой формы с высокими окнами стояло собранное из камня и металлических труб и полок странное соединение трона и какого-то доисторического пульта управления. Само это сооружение с удобным стальным креслом посредине казалось совсем неуместным в этой обстановке из стекла и камня.

— Что это? — спросил Арти, медленно идя вслед за Полинидой.

— Главная консоль замка. Будущее! — гордо заявила Тушканчик и через два шага вошла в полукруг пульта и села в кресло. — К сожалению, пока оно не работает.

— Вот те раз… — удивился Арти. — А зачем оно нужно тогда?

— Оно заработает, надо только подождать, — девушка вынула из своей сумочки красный камень и поместила его в медную трубочку с нарисованными языками пламени. — Смотри, как это работает. — сказала волшебница и разжала пальцы, позволяя дорогому рубину скользнуть вниз с легким звоном.

Артур затаил дыхание, как и Тушканчик, но даже спустя минуту ничего не произошло, в темной зале стояла полная тишина. Полинида с досады ударила ногой по трубке, словно пытаясь протолкнуть камень дальше, но от удара только звон был и не более.

— Странно, уж что-что, а огонь всегда работал правильно! — с досадой произнесла девушка.

Однако она не остановилась и, немного покопавшись в сумке, треснула себя по лбу, прикрытому серебряной маской, а затем сняла со своей шеи яркий голубой кристалл, обрамленный светлым металлом, затем повернулась к небольшому коробу, внутри которого был круглый паз для такого вида кристалла. Тушканчик вставила в него камень, совпавший всеми гранями и изгибами со стенками паза, и аккуратно провернула его, сдвигая вместе с кристаллом еще и несколько дисков, окружавших отверстие. Примерно на ста восьмидесяти градусах камень в руках девушки вспыхнул, словно диодная лампочка а вслед за ним, по всей поверхности каменного пульта начали высвечиваться сотни рунических и обычных надписей, словно светлые жилки на черном мраморе. В следующий миг вдоль стен залы загорелось невысокое пламя, дарящее тепло и неяркое освещение.

— Работает… — тихо улыбнулась Полинида и смахнула одинокую слезу, что просочилась из-под ее маски.

— Фантастика. А что это за камни такие?

— Магический накопитель, — не став скрывать, ответила девушка и вручила Артуру желтоватый камень. Маг взял его и прислушался к собственным ощущениям.

— В нем заряд магии света! Но кто его накапливал? Да еще и так много?

— Солнце, его заряжало солнце.

— Не может быть! Камни накопители не созданы для аккумулирования энергии, они только собирают ее от мага! Да и потом, камень такого размера это какой-то чит! А у вас, я так погляжу, их хоть жопой жуй! — на эту реплику, Полинида только улыбнулась.

— Скажи мне, друг мой Светлый. Сколько стоит жемчуг с ноготь величиной на рынке королевства?

— Тысяч тридцать, если не мутный, — легко ответил лекарь.

— А как его создать?

— Как и в реале — поймать моллюска, засунуть ему в пасть песчинку и ждать полгода.

— А если ты создашь накопитель, разве он не станет накапливать Свет от солнца? Ну, если полежит на солнце примерно полгода? — Арти хотел сказать, что, мол, хрен там, но осекся и задумался.

— И что? Реально накапливают?

— Да, — легко ответила Тушканчик. — И все растут вот до такого размера, словно стандартизированные.

— А как ты до этого догадалась?

— А тебе все надо рассказать, да? — Дева откинулась на стальном кресле, что качнулось назад и стало тихонько качаться. — Всему свое время, союзник. На сегодня достаточно допросов. Лучше, пока наши охотники не вернулись, расскажи мне, что я пропустила, пока спала беспробудным сном.

— Ну. — Арти забрался на высокую панель и скрестил под собой ноги. — В принципе, ты пропустила не так чтобы и много, но почти все было забавным.

С этими словами, Артур начал рассказывать Полиниде все, что знал о произошедшем за этого год или где успел отметиться он сам. Рассказ его был полон ненужных подробностей и эмоциональных мазков, но единственный слушатель не перебивала его речи даже вопросами. В какой-то момент Арти начал ощущать сухость во рту и притормозил в попытке хоть как-то смочить рот слюной.

— Пить хочу — сил нет, — пожаловался он, с кислой миной осматривая свою походную сумку, в которой из жидкости было лишь пара фиалов исцеления, по глотку каждая.

— Сожалею, но водопровод еще не подключили, — ответила жизнерадостно Тушканчик и поднялась со своего места. — Ты прав, надо поторопить наших охотников!

После этих слов, девушка вынула тонкий жезл, который неожиданно утолщился и вытянулся до размеров полноценного посоха. Далее последовало недлинное, но весьма заковыристое на произношение заклинание, после которого речь ее исказилась, становясь твердой и властной:

— Альф! Сколько мне еще вас ждать?! — тишина. — Не имеет значения! Никуда он не денется!.. Альф!.. Альф! Что случилось?! — и вновь тишина, после которой, Тушканчик немного даже сбавила тон. — Хорошо, мы вас ждем.

— Все нормально? — уточнил Арти. Волшебница повернулась с улыбкой на пол-лица, едва сдерживая смех.

— Более чем. Нынче у нас будет богатый стол.

— Дед Саартук, а откуда ты знаешь, что было в проклятом замке? Тебя же там не было, — задал вопрос Бартах, когда собирал опустевшие чашки у братьев и сестер. На этот вопрос Саартук улыбнулся.

— Я мог бы сказать, что для «Великого Шамана» подобные мелочи не являются тайной. Но скажу я вам правду, ведь вы достойны ее. Вы должны ценить ее, правда слишком большая ценность, чтобы раздавать ее всем и каждому. Но в моем доме нет места лжи! — старый Орк посмотрел на внучат и вновь поднял со стола свою трубку, чтобы прикурить ее от свечи. — Мне рассказал один из участников этих событий, вот и все.

— А кто?! — раздался с пола мальчишеский голос, обладателя которого Саартук не успел приметить.

— Это вы узнаете позже, когда история дойдет до своей середины, или когда ваши родители придут за вами. В любом случае на рассказ это знание никак не влияет. События, случившиеся в проклятом замке, есть великое благо и величайшая скорбь. Два события, слившиеся воедино как клубок змей — невозможно отделить одно от иного. Взошедшая на престол самозваная царица мертвых Полинида первые дни не покидала своих владений, собирая силы для новой кровопролитной войны. Именно из-за нее в нашем мире произошло столько смертей. Однако именно она в те дни создала новую магию — Баттарию. — Таинственно растягивая слова, проговорил Саартук и неторопливо вынул из узора, украшавшего его трубку, небольшой темный кристалл с зеленой жилкой на кончике под серебряной шляпкой. — До Полиниды ничего подобного в нашем мире не было, она совершила невозможное.

С последним словом старый шаман поднес небольшой камушек к огоньку свечи, заставляя камень мерцать в такт биения своего сердца. Все помещение вокруг на радость детям осветилось нежным зеленоватым светом, а кристалл начал испускать тяжелый белый пар. Саартук отнял руку от огня и вернул камень на его законное место в трубке, невзирая на разочарованный стон ребятни.

— Величайшая наука, созданная пришедшей в наш мир гостьей.

— Дед Саартук, а какую магию содержит этот Бат? — демонстрируя собственные знания, спросил Бартах.

— Это Бат Смерти… — тихо сказал Шаман и вновь втянул в себя тяжелый пар, идущий от кристалла.

Четыре… три… две… одна. Тада!!!

Новое обновление прокатилось по миру Орбиса как снежная лавина через город — с кусками бетона и древесины, не щадя никого и открывая многим игрокам глаза на окружающий мир. Новые проценты к детализации и синхронизации уровняли графику игрового мира и мира реального, сделав игру для человеческого сознания неотличимой от реальности. В миг седьмого улучшения многие ощутили на себе тяжесть доспехов, иные же осознали собственную силу, а кто-то впервые улыбнулся легкому ветерку, что огладил лицо. Равнодушных не было, изменения мира коснулись каждого, где бы он ни находился. Каждый второй игрок, что ранее не знал потребность в пище, начал ощущать голод и жажду.

А еще много играющих обнаружили в своих карманах странный резной камень в виде Саркофага Виртуальности, при концентрации взгляда на котором игрок видел заветные строки описания и приглашения:

— Тотем заклинания «Обмена», реликвия, артефакт, одноразовый, персональный.

— Описание: Тотем заклинания «Обмена» есть честь, данная вам за ваши заслуги и ваши мечты. Коснитесь своей души и спросите себя — хотели бы вы навсегда остаться в мире Орбиса, не нуждаясь в возвращении к месту рождения. Жаждите ли вы обрести могущество недоступное равным, кто не удостоился чести быть избранным тотемом? Подумайте трижды, ибо обратной дороги уже не будет, обмен происходит лишь раз, пока у вас есть, что предложить великому Орбису.

— Для активации Заклинания, сожмите тотем в руках и произнесите заклинание:

«Себя, оставив за спиной,

Смирюсь я со своею судьбой.

Забуду кровь, оставлю тело,

Отдав былое на благое дело ».

Тысячи Игроков не стали откладывать нечто новое на потом, даже не замечая, что в момент принятия этого решения они все находятся в отдалении от иных играющих. Заклинание несложное, выучить его легко. Но после прочтения одинокие души как один раскрывали ладонь и не могли вспомнить, что произошло с ними буквально минуту назад, и почему они сжимали свой кулак так крепко. Лишь единицы из них в первые минуты новой жизни заметили отсутствие линии «Лимита времени». Многие еще успели за первые дни найти у себя подобные тотемы, но далеко не все. Вопросов и паники по этому поводу не возникало, так как играющие без ограничения совершенно забывали о необходимости вернуться к жене или ребенку, они забывали, что завтра надо на работу или учебу, но все они ощущали, что забыли что-то очень важное, но не могли вспомнить «что именно».

Ночь мягкой туманной мглой окружила входные врата к подгорной крепости. Морозный воздух, чистый как родниковая вода, манящее мерцанье звезд над горными вершинами — лично мне такая погодка нравится и плевать, что дубак. Альф выполз вслед за мной, пряча ключ от врат в карман, как бы намекая, что без него я теперь здесь не пройду. Можно подумать, я не знаю про их «черный» ход снизу.

— Прохладная ночь.

— Тихая, — поправил его я и глубоко вдохнул полные легкие свежести.

— Неважно, нас отправили на охоту, и думается мне, что долго ждать никто не будет.

— А ты чего тут ловить собрался? — уточнил я и повернулся, растопырив руки, демонстрируя голые скалы осыпанные снегом. А затем я задрал свои покалеченные наспинные конечности. — Пока у меня нет крыльев, мы никуда не полетим!

— Ну, нам же много и не нужно, есть будут только трое.

— Тогда я крыс наловлю! — намекая на его тупость, задорно ответил я. — Будет ли твоя госпожа кушать крыску? Вот то-то. Надо спускаться, и если я хорошо поем, то наверх уже заберёмся без проблем.

Не могу сказать, что спуск был легким или хотя бы интересным: я спрыгивал со скал и пролетал метров по десять за раз, в то время как тихоходный покойник полз не быстрее пешехода. В любом случае все расчеты были на меня, а не на него. Альфа отправили за мной скорее в качестве няньки или чего-то в этом роде, так что я его ждать и не собирался.

Минут за тридцать я достиг основания горы и края леса, где уже были шансы нарваться на живность. Эх, были бы у меня крылья, я бы и до города махнул, но, увы, нам, инвалидам, приходится рассчитывать только на подножный корм. Да и ладно, здесь я хищник, а не кто-то другой!

Немного успокоившись, я замер на месте, словно сливаясь с дикой природой этого мира, услышал все окружающий звуки, все запахи, непередаваемые чувства нежити, ощутившей биение жизни. В такие моменты я совершенно не верю, что когда-то был кем-то иным. Не верю в то, что я был простым человеком, не верю, что был слаб и труслив. Хм… Что это еще за запах? «Кожа, сталь, медь. Сахар? Лаванда?!» Не веря самому себе, я открыл глаза и повернулся туда, откуда шли столь богатые ароматы. Слегка припав к земле, я начал свою персональную охоту на крупную дичь.

Альф спускался к подножью крепости почти три часа, под конец просто начав скатываться на заднице, словно на санях. Спускался он молча, не жалуясь и не сетуя на тяжелую судьбу, хотя и злился на удравшего вперед Ворадора. «Слишком много у него свободы» — подумал созданный местный рыцарь об игроке, за миг до того, как сорвался с очередного обрыва, не удержав равновесия на льду. Летел недолго, намного дольше Альф пытался из глубокого снега выбраться, а когда, наконец, выбрался, с удивлением обнаружил себя прямо у подножья. Пусть скоростной спуск не показался ему чересчур неудобным, специально повторять подобное он бы не стал. Рыцарь смерти Полиниды осмотрелся. Как и следовало ожидать — Ворадором поблизости даже не пахло. «Ну, и где мне его искать?» — с досадой подумал Альф, после чего спокойно пошел в сторону стены деревьев.

Целый час бессмысленных поисков и пассивной охоты обеспечили мертвого бойца только двумя тушками худых песцов — больше никто не встретился. А когда со стороны раздались какие-то странные звуки, с ним связалась его госпожа.

— Альф! Сколько мне еще вас ждать?! — раздался властный голос внутри головы мёртвого воина.

— Полагаю, нескоро, — честно признался Альф. — Ворадор меня бросил, и мне придется подниматься самостоятельно.

— Не имеет значения! Никуда он не денется! — неясно, хотела ли хозяйка еще что-то сказать или нет, так как прямо из лесной чащи на мертвого воина вылетел целый отряд укутанных в белые одежды существ. Альфа они заметили и практически моментально некоторые из пришельцев вскинули короткие луки, а прочие подняли очень специфические клинки, самое стремное — в отряде было два мага.

— Альф! — снова голос Хозяйки, который нельзя было проигнорировать.

— Сложи оружие, человек! — заговорил с Альфом один из пришельцев. — И никто не…

Чего там «Никто не», Альф не услышал, так как с другой стороны гряды прямо из-за спины бойца вылетела стая несущихся в черном тумане летучих мышей. Облако летающих тварей окутало вооруженную группу, а когда секунду спустя туман рассеялся, главарь банды и оба мага были уже схвачены тремя знакомыми силуэтами.

— Альф! Что случилось?! — вновь повторился голос Хозяйки.

— Ничего страшного. Отряд Дроу здесь шастает, но они уже обезврежены. К Ворадору прибыли птенцы.

— Хорошо, мы вас ждем. — Связь с госпожой оборвалась, и Альф сделал шаг навстречу тому, кто до этого с ним говорил, а сейчас лишь мог беспомощно смотреть, как их лидера держит один из самых опасных хищников.

— Ворадор, нас ждут наверху! — бодро сказал Альф и, вынув из кармана сигарету, быстро прикурил. — Сможешь доставить эту тройку в камеры?

— Эй, расист, я вообще-то здесь. — Прозвучал голос вампира из-за спины. Альф резко повернулся и едва не вскрикнул. Ворадор с порванными крыльями стоял в полуметре от него и довольно скалился.

— Вы же иномрцы! — вдруг произнес один из Дроу, стягивая с лица тканую маску и убирая клинки за спину. — Мы на задании, и если вам чем-то помешали, то прошу нас простить — больше не повториться.

— А что у вас за задание? — с интересом спросил Ворадор, делая пару шагов вперед, возвышаясь над худым дроу.

— Исполнение пророчества! — вместо игрока, ответила дева, схваченная птенцом Ворадора. Голос пленницы не дрожал от страха, напротив, он был спокоен. — Меня сюда пригласила Полинида еще двести лет назад. Поэтому я прошу дать мне дорогу, завтра я должна быть у ее престола.

— Отпустите их! — взмахнул лапой старший Носферату и три его птенца подчинились, отступая от живых к деревьям.

Только в этот момент, Альф заметил, что птенцы хоть и похожи на Ворадора, тем не менее, отличались от него, как собаки отличаются от волков. Истинные Носферату так же имели крылья, как у своего прародителя, но на их крылах были длинные и острые шипы, в то время как у старшего, там были очень подвижные пальцы. А когти на конечностях птенцов, были раза в четыре длиннее Ворадорских. Плюс только на Ворадоре был пояс и небольшая сума. Появлялось ощущение, что эти вампиры куда ближе к оборотням, чем к себе подобным.

— У вас есть чего пожрать? — спросил Ворадор у главной дроу, что снизошла до неудачливых охотников и открыла свое слегка смуглое лицо, лицо довольно красивой женщины средних лет.

— Конечно, — не став вдаваться в подробности, ответила она. — Так вы не будете нам мешать?

— Нет, но вы отправитесь к Полиниде уже сейчас. Может взять с собой одного из отряда, но не более.

— Я выберу Коляна, — произнесла лидер отряда и единственный игрок, коротко кивнув, подошел к ней, вставая рядом как охранник. — Как вы собираетесь нас туда переправлять?.

Несмотря на долгое ожидание Тушканчик не злилась и не переживала — до рассвета в любом случае появились бы, так чего зря нервы мотать? Артур в этот период отпросился в реал и покинул Орбис на четыре часа. Все это время волшебница смотрела на лежащего человека и тихо радовалась, что ей уже никуда не нужно выходить. Она радовалась тому, что впервые за столько времени — она дома. И пусть ее окружает едва нагретый камень и пустые залы, все равно она сейчас дома. Уже сегодня, к обеду мир пройдет через очередное обновление, которое позволит ее могуществу воссиять как настоящий трон нового царства истинной силы. Годовой план по обретению свободы и власти будет осуществлен с наступлением нового года, когда отлично проработанные, но не запатентованные разработки — начнут работать.

Замечтавшись, девушка пропустила момент возвращения Артура, даже немного напугалась, когда человек поздоровался с ней.

— Утро доброе! Ты чего? Это я!

— Я знаю.

— Так чего тогда дергаешься? Ты не выходила?

— Нет, мне это сейчас не нужно, — обтекаемо ответила, Тушканчик, поднимаясь с пульта управления. — Готов к обновлению?

— Аки пионер! А что? Есть инфа?

— Косвенные данные… В замке гости, — вдруг сменила она курс разговора. — Надеюсь, хоть пожрать принесли.

Тушканчик и Артур Бессмертный спустились в длинный зал для переговоров, где вся деревянная мебель рассохлась и пришла в полную негодность. Однако никто ничего сделать не успел — с другой стороны зала в помещение уже входили гости: Альф и Ворадор, два птенца-самца и одна дева, а с ними пара дроу.

— Значит, я в тебе не ошиблась! — с порога произнесла дроу дева, и первая пошла вперед. — Честно говоря, я не ожидала тебя тут встретить через столько времени.

— Я же обещала тебе, что дождусь! — не осталась в долгу Тушканчик и тоже вышла вперед. — Мне говорили, что эльф и дроу не стареют, а у тебя вон какие морщины!

— Это с дороги, подруга, вот немного отдохну, и все пройдет! — фальшиво засмеялась гостья. Тушканчик же повернулась к остальным.

— Мы с княжной уединимся для приватной беседы. Альф, организуй нам стол и горячие напитки, а остальные. Разместите гостя… ну, где-нибудь… сами, в общем, разберетесь! — невнятно закончила она и обе властные женщины вышли из зала.

В наступившей тишине медленные и явно усталые шаркающие шаги Альфа прозвучали как грохот горного обвала. Несчастный слуга забрал у Коляна увесистую сумку с провиантом и пошел в сторону, куда ушли обе дамы. Артур же подошел к Дроу и четверым Носферату.

— Я так погляжу, семья у тебя такая же уродливая, как и ты! — улыбнулся Арти Ворадору, а затем протянул руку Дроу в белом. — Артур Бессмертный, лекарь.

— Колян Неуловимый, — отвечая на рукопожатие, ответил дроу. — А вы тоже по заданию тут?

— А ты сам как думаешь? — рыкнул Ворадор и закатил глаза. — Скучно тут с вами, дураками. Мы пойдем, найдем себе место для жизни. — С этими словами все Носферату покинули помещение, едва не столкнувшись в дверях с Гаммой и Чу. Они ловко уступили дорогу неизвестным и спокойно вошли в зал.

— Да вы что припёрлись?! На свет летите что ли? — возмутился Арти, заметив новую компанию.

— На запах. Где Альф? — спросила Гамма, а получив ответ, ушла вслед за ним, оставив троих игроков посреди длинного помещения с осколками и фрагментами мебели.

— Адмирал Чу! — первым протянул руку Адмирал.

— Колян Неуловимый! Вы тот самый пират, разбивший флот Бородо-косичников?

— Кого? — удивился Чу. — Ты про Барбаросов?

— Ну да!

— Ну, если да, то да. А что?

— Ничего, беседу хотел поддержать. — дроу как-то грустно посмотрел на входные двери.

— Не обращай внимания, — махнул рукой Арти. — Его сейчас Ворадор обидел.

— Тот мог, — согласился Адмирал. — Ладно, вы как хотите, а я что-то жрать хочу. Не знаете где тут столовка?

До самого полудня, когда оба мира затаив дыхание ожидали обновления, новые обитатели подгорного замка практически ничем не занимались. Тушканчик беседовала с Княжной дома «Ночной тропы» об их вероятном и долгожданном союзе; Артур, Колян и Чу в это время сидели на одном из балконов, где были огненные чаши, в коих они и запекали крыс в собственном соку; Ворадор с птенцами облюбовывали верхние уровни замка с целью найти там уютное гнездышко, где им всегда будут рады. И вроде все при деле, но результата от этого действия — нет никакого. Один лишь Альф с обреченным видом шел открывать главные врата для прибывших снизу Дроу, как его попросила его госпожа.

Гости разместиться не успели, обновление мира случилось раньше. Каждый прочел его по-своему, каждый сделал свой собственный вывод, а Ворадор еще и обнаружил в своей суме странный предмет. И только один персонаж во всём подгорном замке был раа долгожданному улучшению мира: «В мире разблокированы все линейки крафта и технологий. Отныне вы не ограничены в своих фантазиях, Орбис обрел новый Искин для решения любых технологических запросов». Вот они — строки, ради которых девочка со взглядом волчицы отдала все свои накопления и целый год не разгибала спины. Сегодня у нее была армия, усилить которую просто нечем, у нее есть замок без мебели и персонала, у нее есть миллионы магических кристаллов, которые нельзя продавать. Но после этого обновления все эти серые и мрачные сложности заиграли прекрасными радужными красками уникальных возможностей!

После беседы с княжной у окна, Тушканчик соскочила с подоконника и быстро пошла на верхний уровень, к своему злодейскому пульту управления. Высокородная дроу молча последовала за новой союзницей. Две женщины, местная и пришедшая из другого мира, оказались в каменной зале, где по-прежнему горели огни, дававшие свет и тепло. Полинида, не задерживаясь, прошлась через зал и села в главное кресло управления, вспоминая десятки молитв всем богам этого мира, только бы ее работа не пропала даром.

Ключ управления вновь был вставлен и повернут в центральной панели, а затем целый десяток магических накопителей полетели в соответствующие им трубки и каналы, проникая в самую сложную маго-техническую схему во всем мире. И все, что было создано сотни лет назад, вдруг ожило! Выдолбленный в горе замок в одно мгновение сменил статус «нежилое строение неясного назначения» на недвижимость высшего класса. Механикой Орбиса для всех помещений каналы управления закладывались системой во время их возведения, но в этот день в мире появилась недвижимость, где канал управления был спланирован человеком-игроком! Камень под игроками и НПС словно оживал после долгого забвения. В сотнях помещений в небольших углублениях с прозрачными камнями вдруг загорелся неяркий свет. Десятки воздуховодов ожили, погнали теплый воздух, убирая затхлость и пыль. Каменные холодные стены начали нагреваться, наполняя помещения уютным теплом. Пустые, заросшие пылью и паутиной каменные чаши в спец-помещениях неожиданно стали наполняться чистой прохладной водой. Последним же штрихом всего происходящего в эти минуты чуда, стало открытие тайной комнаты, из которой вышли шесть десятков нарядных мумий, хранящих в своих головах прижизненные разум и знания. Магия накопителей выжгла носители за пять минут, отстреливая пустые стеклянные осколки на пол, ожидая новой порции магии света, тьмы, воды, земли, воздуха и огня. Широко улыбаясь, Тушканчик подкинула вторую порцию накопителей, а через пять минут и третью, отдавая последние камни, но констатируя насыщение замка всем необходимым. Индикаторы на пульте плавно мерцали зеленым светом, показывая общую структуру нового поколения зданий, и лишь одна консоль светилась бордовыми красками, отмечая недостаточность вложенной в нее силы.

— Я полагаю, последний аргумент немного меняет твои требования, — слегка насмешливо уточнила Тушканчик, глядя в ошарашенные глаза Княжны Этлари. — И в виду этих перемен позволь мне выдвинуть встречные требования.

Подгорный Замок ожил за неполный час, наполнив все вокруг и внутри себя магией и комфортом. В это время Гамма с Чу и Альф с Арти — принесли четыре ящика заполненные Батами под самую крышку, как пожелала этого Полинида. Все эти камни, переполненные магией земли, широким потоком были сброшены под центральный блок управления, насыщая непомерные потребности новой техники энергией. Только когда вся панель засветилась мерным зеленым светом, настал самый долгожданный момент воскрешения замка — его открытие. Тушканчик чувственно коснулась панели рукой и плавно сдвинула два вложенных в нее блока, застонав в предвкушении, — О-о-о-о! — замыкая сложнейшие магоформы и запуская процессы невобразимой мощности, — А-а-а-ах! — её выгнуло всплеском невероятных ощущений…

В момент активации всем показалось, что замок словно просел под землю, что поверхность ушла изпод ног как при сильнейшем землетрясении, а в следующую минуту нечто, что было запечатано в фундаменте этой комнаты, буквально взорвало гору, раскидывая каменный блоки под сотни тысяч тонн в разные стороны ничуть не хуже вулкана. Затем пришел звук, выбивший дух из живых и оглушающий мертвых. Пусть даже так громко, главная затея была реализована — каменную шапку, защищавшую и скрывавшую замок, наконец-то, сорвало!

— Я нареку тебя — Наутилусом! — не слыша собственного голоса, произнесла Тушканчик, поправляя подол и удобнее устраиваясь за главным пультом управления, перед тем как проверить, все ли готово для второй части плана.

Настроение девушки резко улучшилось, когда на одной из пустующих панелей она заметила планшет с полным описанием ее строения и цена на его апгрейды — Орбис принял условия игры и оформил замок на своем уровне. Игнорируя головную боль, сравнимую с переломом черепа, Полинида подняла бумаги чтобы оценить свой труд, а так же его оценочную стоимость, но ее взгляд сразу зацепился за слова: «Замок-Столица „Наутилус“. Первый город нового королевства.»

Примерно в это же время в другой части виртуального мира, где горячий песок с беспощадным ветром обдувал старинные постройки из песчаника, среди миллионов трупов, что собрала пустыня за всю свою виртуальную историю — один персонаж пробудился ото сна. Мертвая девушка-химера со звучным именем Омега встряхнула головой и громко чихнула от набившейся за десятилетия в нос пыли. Создание Госпожи открыло глаза в назначенный час, вскинула слегка высохшую руку и взяла с каменной полки три Бата, каждый из которых, будучи приложенным к ее коже — отдал часть своих сил, восстанавливая и увлажняя кожу и волосы; напитывая мертвое тело некроэнергией и наполняя его силой. Небольшой Бат, созданный самой Полинидой, светился ярче любого факела, помогая видеть во тьме. Омега не была похожа на своих сестер, она не была длинноухой или с яркой прической — Омега была химерой, последним экспериментом Великой чародейки в попытке создать идеального бойца похожего на вампира. Длинные тёмные волосы девы свободно лежали на нежной светлой коже, обтекая изящные формы до основания стройных ножек. Но не это бросается в глаза первым — сначала вы бы увидели ее светло-зеленые большие глаза, ее пухлые розовые губы и только потом — уродливую правую лапу, словно отнятую от дикого оборотня.

Тяжёлая потайная дверь отползла в сторону, выпуская деву в жаркий день с безжалостным солнцем, открывая новому свидетелю неприятную картину — гномы. Гномы и Члены Орды вперемешку с редкими другими представителями иных рас разграбили спец-хранилище, пользуясь безграничной любовью хозяйки Омеги, буквально убивая ее ударом в спину.

Промчавшись по узкому балкону, Химера запрыгнула в новый коридор, в ускорении нанося на каменный пол следы острых когтей, и ловко сдвинула скрытую задвижку для открытия фальшпанели. Новое узкое помещение, хранящее скрытые запасы и резервы последнего шанса, имело еще одно страшное средство, созданное для чрезвычайных ситуаций, таких, как, сложилась прямо сию секунду. Омега начала нервничать — как она могла проспать такое мародерство на вверенном ей плацдарме?! Клеймя и ругая себя до хрипоты, девушка выдернула из окаменевшего кожаного мешка небольшой куб с узнаваемым пазом в центре закольцованного механизма. Омега сдернула с шеи свой личный Кристалл управления и быстро вонзила его в паз, а затем повернула. Куб управления принял хранимую энергию в ключе и засветился, обнажая скрытые в нем маго-технические наработки и скрытые силы. Химера поставила куб в сложную конструкцию, изрядно пострадавшую от сухого воздуха и времени, но продолжающую служить своей цели — транслировать установки от Хозяйки!

Едва куб занял свое место, мертвая армия, дежурившая в пустынном граде, замерла и одновременно повернулась в сторону центральной пирамиды, что стояла тут задолго до появления Полиниды и верно послужившей ей в качестве склада и полигона. Вот только эти гномы…

— Это Омега… — произнесла химера, наклонившись к кубу, не сомневаясь, что вся армия защиты ее слышит и внемлет ее голосу как самой госпоже. — Омега, рожденная последней, слуга нашей госпожи, взываю к мертвой армии! Внемлите мне! Оглядитесь воины, оглядитесь чародеи, оглядитесь сторожа. Вас обманули, ваше доверие предали! Гномы, которых любила наша госпожа, ограбили вас и ее, они украли то, что вам было вверено, они разрушили то, что было построено не для них! Они привели сюда Орду, что никогда не была нам близка! — тяжело сглотнув, Омега сжала кулак и закончила. — Омега призывает вас спасти хотя бы то, что еще осталось! Убивайте пришедших, не позвольте пришельцам покинуть наш град живыми!

Закончив свою речь, Омега быстро выдернула ключ из управляющего куба и в этот же миг услышала крики, доносившиеся со стороны улицы. Мертвая армия пришла в движение, окружая нового противника, что так глубоко оказался в их тылу. Горячая кровь брызнула на светлый камень и оросила сухой песок, охочий до влаги. Сталь зазвенела о бронзу и железо, приказы от шумных живых оглашали Град и многократно отражались от глухих стен, пока кровь лилась словно река.

Почти две сотни членов Орды погибли и около двух тысяч гномов пали в первый же час, не в силах противостоять мертвому войску. Спустя еще два часа в Песчаном Граде живых и вовсе не осталось. За время кровавой бойни, как ни велико было искушение присоединиться к пиру смерти, Омега не спустилась со своего поста, продолжая защищать комнату управления, не дав противнику даже призрачного шанса. Со смертью последнего гнома она спустилась к подножью центрального здания и, роняя редкие соленые слезы, осматривала все, что было разрушено и украдено. А затем, когда эмоции высохли, оставляя в мертвой деве лишь гнев и ярость, она вскрыла еще необнаруженное помещение и вынесла из него горсть черных как смола камней и стала поднимать новых защитников Града. С каждым шагом химеры за ней вставали по три четыре гнома или орка, а Баты таяли в ее руках, но долг сейчас был превыше всего, ибо расправы уже не избежать — подлые подгорные твари унесли практически все, что хранилось в песках. Страх бушевал в душе Омеги, страх за грядущую над ней расправу, расправу от той, что дала ей жизнь и кого Омега искренне любила.

Не прошло и часа в относительном спокойствии, как в небольшом удалении от Града, прямо через портал Инферно, на город напали орды проклятых. Здесь отсидеться в стороне уже не было возможности. Омега заняла управляющую панель, сбросив в запас защитного сооружения с полсотни магических камней, и уже оттуда, с высоты с самым лучшим обзором начала уничтожать наступающих, слово ребенок, что убивает муравьев при помощи выгнутой стекляшки, легко превращая проклятую паству в пепел и кости магией света. Демоны сгорали от несущейся на них магии, умирали от мечей, копий и стрел, что несли мертвые, и гибли десятками, когда по ним работали личи с мощными Батами на вооружении. Но, даже неся жесточайшие потери, они успевали уничтожать защитников града, ибо один из генералов проклятой армии, по стечению обстоятельств оказавшийся бессмертным, увидел невиданное оружие, что уничтожало его армию, и он решил положить хоть все доступные ему войска, но получить новую технологию вне рангов этого мира.

Открыв глаза, я едва не зарычал от нестерпимой боли после отката в виду моего сгорания заживо. «Сука ты Тушканчик — последняя тварь!» — только и подумал я, едва смог сесть в тесной комнатке своей точки привязки. Честно говоря, даже не за себя было обидно, а за птенцов, коих я выращивал почти полгода. Блядь! Ну, ведь предупреждать надо о подобном! Я бы хоть затмение наслал. Ладно — переживу.

Нервно дернув шеей, вызывая каскад хруста в позвоночнике, я буквально шкурой ощутил что-то постороннее и медленно вынул из сумки камень, что предлагал мне обменять никчемное тело в тюремной камере на бессмертную жизнь в шкуре дикой хищной твари. Ухмыльнувшись такому выбору и посмотрев на таймер моего заключения, я сжал каменный тотем со всей своей дури, буквально превратив его в песочек, неровной кучкой упавший к моим ногам. «Нашли идиота!» — буркнул я, перед тем как поднялся и вышел из тесной коморки, где кроме кровати и хранилища, ничего и не было. За тяжелой дверью был длинный коридор с подсветкой от магических фонарей. Нос сразу уловил запах прислуги и еще одного вампира… женщины.

— Мила! — громко произнес я, не останавливаясь. Едва я вошел в общий зал для приема гостей, как вышеназванная дева уже была на пороге.

— Милорд! — дева-Носферату улыбнулась стройными рядами клыков и слегка присела, сделав реверанс. Странно, но из всех птенцов, только Милагресс сохранила человеческие черты и способность к речи. — Вас долго не было.

— Не мое желание, — пробурчал я и вынул из стойки бутылку с кровью. — Что я пропустил?

— Ничего, милорд. Чужаки уже три полных месяца не заходили в ваши владения.

— А новые подданные?

— Тоже нет, — слегка виновато ответила Мила. — Дом пустеет, вы забираете птенцов, и они не возвращаются.

— Это уже тебя не касается! — отпарировал я, опрокидывая бутыль в рот и высасывая содержимое. — Что со стороны Люциллы?

— Так же — ничего. Старая госпожа словно забыла о вашем существовании. Ни шпионов, ни воинов.

— Затишье перед бурей, — я прошел мимо Девы-Носферату и пошел по мягкому ковру в сторону лестницы. Милагресс молча последовала за мной, сложив крылышки за спиной. — Есть ли хоть одна причина, чтобы оправдать мое появление здесь?

— Да, вы можете забрать меня с собой.

— Мы об этом уже говорили, мне нужны доверенные лица.

— А зачем вам это место? — задала она вопрос, который я уже не раз задавал сам себе. И вот я вновь о нем размышляю. Зачем мне крупное защищенное имение, что я так удачно отжал у другого клана? Денег он почти не приносил, а престиж и прочие финтифлюшки мне не нужны.

— Ты права, — вдруг согласился я с девушкой. — Отправляйся в город и выставь имение на продажу. Цену назначь сама, тебе лучше меня известно, сколько тут проблем и достоинств. После продажи, если таковая состоится, спросишь меня, что делать дальше.

— Будет исполнено. А вы куда сегодня отправитесь?

— В горы мне надо. — Ответил я и сорвал с пыльного зеркала плотное полотно. В мутном серебряном зерцале на нас с Милагресс смотрел горбатый дух, что словно в другой комнате находился. — Привет Каспер, давно не виделись!

— Сотый раз говорю, меня величать положено Кетреном, а не этой жуткой кличкой! — прошипел на грани слышимости заточенный в стекло призрак. — Зачем ты обратился ко мне?

— Мне надо найти путь в горы гномов, желательно короткий.

— Земли коротышек закрыты рунами от любой магии перемещения. Но есть иные варианты.

Короче, мой экзотический навигатор из мира фентези обрисовал три возможных пути, по которым я бы мог добраться до подгорного народа в течение трех дней. Быстрее вариантов не было. Запомнив маршрут и оценив время суток, я наслал Затмение на закатное солнце и покинул захваченное имение под редкие взгляды пугливой прислуги, нанятой еще предыдущими владельцами. Мне как раз было над чем подумать, так как я не верил, что Тушканчик убила меня не случайно — такой поток сил ради меня, нет, в это я не поверю. Значит, идем от противного — она ошиблась. Хотя можно и не гадать!

Коснувшись виска прямо в полете, я вспомнил новый облик Тушканчика и с усилием активировал мысленную связь. Голова стала болеть намного раньше ответа…

— Ворадор?! — нервно бросил вызываемый абонент. — Где ты?! Я не ощущаю тебя в замке!

— Нехер было потолок взрывать, когда на нем я с птенцами! — ничуть не легче наехал я. — Я в землях Лосара, направляюсь в горы, думаю, Сэд будет рад услышать о тебе.

— Так позвони ему, как и мне! — недоуменно ответила чародейка.

— Самая умная?! — огрызнулся я, уже сходя с ума от мигрени. — Гномы под колпаком. Я даже не могу камнем телепортации воспользоваться. Не знаю, что у гномов произошло, но они словно к войне готовятся. Год назад такого и близко не было.

— Не надо туда лететь, тебя не пропустят! — остановила она меня. — Отправься лучше в пустыню «Вапечарских холмов», там у меня заначка была. Осмотри все и свяжись со мной.

— Погоди! — уже почти рыча, бросил я и оборвал связь, после чего взял крутое пике вниз на дикого лося, что никак не мог поверить, что умирает под клыками летучего хищника. Однако когда я уселся на его все еще теплый труп и коснулся виска, мне было значительно легче.

— Ворадор?

— Ну а кто блин?!! Короче, если ты о городе с пирамидами, то у меня для тебя не самые хорошие новости. Я был там с войсками несколько месяцев назад.

Разговор был не легким, но когда он закончился, солнце уже успело сесть за горизонт. Сидя на туше лося, я думал тяжелые думы, пытаясь сложить в систему несколько осколков творящегося вокруг хаоса. Нет, не поймите неверно, я не какой-то знатный провидец и уж точно не политолог, но даже мне было понятно, что у нас под самым носом вызревает невероятный геморрой, который в ближайшие дни, разорвется и обмажет все вокруг кровью и дерьмищем. Гномы окружают себя магией Орды и своей собственной с того дня, как Сэд сел на трон и заключил перемирие с проклятыми. Люцилла уже месяца три занимается только «распихиванием» своих потомков по соседним землям и почти никого не трогает. Вернувшаяся Тушканчик в два дня обзавелась крутейшей «недвигой» на вершине горы и рассказала, что у нее еще и схрон был, который гномы давным-давно разобрали. И если верить слухам, то они доставали ни что иное, как боевое оружие типа огнестрела.

ТУШКАНЧИК!!!!

— Деда, а деда! — прилежно подняв ручку, привлекала внимание Тулека, одна из внучек Саартука. — А где был ты, когда на горе появился Наутилус?

— Я? — слегка удивился старый Орк и даже слегка взбодрился и поглядел в мутное окошко, за которым небо уже начало розоветь. — В тот день нового года я, как и братья мои, находился в горном гарнизоне. В этот же день мы узнали о нападении на наших собратьев и друзей, что случилось в песках. — Саартук, тяжело вздохнул и поджал губы, а затем взял со стола трубку и ловко зажег ее от свечи. — Сто шесть моих братьев и девяносто две сестры ушли из мира в тот день. Почти две сотни умерших за какие-то часы. Когда до меня дошли вести, они уже стояли в рядах мертвых, окутанные магией пленившей их тела, лишая души покоя. Сэдридрон не остался в стороне, он обратился к союзникам и попросил открыть врата к новому противнику, что пришел к нам из глубокого прошлого, но Проклятые отказали. Гордыня пропекла их души, они решили, что сами справятся с новым врагом, но даже их сотни полегли в жаркой пустыне. К ночи я был на Великом совете, как старший из Орды. Это был тяжелый день, но он был очень важным в истории нашего народа.

— А где тогда был мой отец? — спросил Бартах, поднимаясь, чтобы вновь сделать отвар для всей семьи.

— Рааст, наш величайший воин, в то время еще ходил пешком под стол! — смеясь, произнес Саартук. — Даже меньше тебя, внук, он тогда был. Но даже тогда — он никого не боялся и чтил родителей и родных. Я не всем говорил, но его родные погибли в тот день, оставив своих детей на меня.

— Так это что же это получается, ты наш названный дед? — не очень культурно поставила акцент Шарата.

— Боюсь, что это так. Однако это никак не отменяет того факта, что я ваш Дед! — Саартук словно стал крупнее и одним лишь взглядом показал свою важность в этой большой семье. В этот же момент, перед его носом появилась кружка с отваром, поставленная Бартахом. На него старый шаман и переключил свое внимание. — Спасибо, Бартах. Знай же и помни, что когда меня не станет, ваш род будет зависеть от твоего отца и его братьев, как старших в роду. А после них и ты будешь верховенствовать над своими родными и близкими. Это тяжелая ноша, которую нелегко нести тем, кто не видел жизни. Но я обзавелся своими детьми, когда сам был в почтенном возрасте. Вашим родителям пришлось бы прожить свою жизнь еще раз, чтобы сравняться со мной. Так что слушайте деда, когда он отдает вам последнюю мудрость!

Дед-Шаман вновь затянулся густым дымом и выпустил морок под потолок, показывая маленьким Оркам иллюзию, словно над ними возвышаются снежные горы, над которыми летают птицы. Восторг детской непосредственности слегка успокоил сердце старого Орка, он продолжил свою историю уже намного спокойнее и тише.

— Время смут в те дни только начиналось. Ваши родители готовились к своим войнам среди наших друзей-гномов, тренируясь в их подземных коридорах, истребляя крыс и ворон, а все взрослые, прошедшие давние тренировки, готовились к войне грядущей, к войне с неведомым и сильным врагом, что уже показал нам свои зубы. И если бы не поддержка нашего союзника, возможно, вас бы никогда и не было бы на этом свете.

— Немыслимо! — произнес Дамиан, глядя на силу оружия, поставленного на вершину пустынной башни, и убивавшее любое создание с одного попадания. — Неужели оно все это время находилось у нас под носом?

— А я тебе о чем говорил?! — возмутился Дранир. — Трупы как озверели, гномов и нас всего за пару часов с дерьмом смешали!

— И понятно почему, — задумчиво пробубнил Тувар, правая рука самого Сэдридрона. — А вы не знаете, как долго работает эта магия?

— Издеваешься?! — подняв брови, уточнил демон.

— Тише, мы не спорить сюда пришли! — призвал обоих к порядку Дамиан, после чего указал на центральный пик, блестевший на солнце. — Дранир, что они там делают?

— Не знаю, но они со вчерашнего дня развешивают какие-то сети на стенках, — пожав плечами, доложил Игрок-демон. — Есть мысли?

— Ты как с послом разговариваешь?! — возмутился буйный гном. — Никакого почтения! А ну — пади ниц!

— Тувар, все в порядке, мы с ним друзья, — поспешил загасить зарождающийся конфликт Проклятый, после чего дал ответ Драниру. — Мне кажется, что это связано с оружием. Нет ассоциации с солнечными батареями?

— По-твоему по нам молниями хуячат? Это не электричество! Это голимая магия света! — на последнем слове, демон заметно притих и задумался. Причем так глубоко, что едва не начал грызть свои длинные когти. — А может ты и прав. Это же светлая магия и активна она именно днем! Но как они собирают столько сил? Неужели кто-то придумал эту технологию?

Поговаривают, — тихо начал говорить Тувар, продолжая поглаживать свою длинную бороду, глядя на сияющую в солнечных лучах пирамидку, — чтоо тот, кто заказывал нашим мастерам перестройку этого комплекса, обладал силой и знаниями, чтобы собирать магию отовсюду. Но! Это только слухи.

— А сам этот город разве не слухи? — уточнил Дамиан.

— Город нет. Полагаете, что если есть город, то и слухи — не слухи?

— Эту теорию исключать нельзя, — Дамиан повернулся к зависшему в воздухе порталу, за кромкой которого виднелись темные коридоры подгорной столицы. — Думаю, мы увидели достаточно. Нам пора возвращаться и начинать собирать силы, пока другие не пришли на наше место.

— Надо прийти сюда ночью! — ухмыльнулся Дранир, и, кивая, первым вошел в портал, покидая негостеприимную пустошь.

— Сэдридрон будет опечален. Он так сильно рассчитывал на этот пост! — Посетовал гном и вошел в рамку портала вторым. Последним пустыню покинул одолеваемый сомнениями Дамиан. Ему предстояло обрисовать ситуацию и дать рекомендации обеим сторонам, так ли необходимо захватывать это оружие, или достаточно его просто уничтожить?

Громкий хлопок, раздавшийся от столкновения двух стихий, эхом разнесся по помещению, заставляя особо чувствительных морщиться от неприятных ощущений. Следом за огненной стрелой в стену влетел медный кувшин, ставший очередной жертвой этой эмоционально бури. Хозяйка Наутилуса, великая чародейка прошедшая сквозь время, разбушевалась в нахлынувшей на нее ярости — светлые волосы выгорели, а серебряная маска потемнела в охватившем ее пламени, увеличивая сходство с Люциллой. На прискорбный этот факт хозяйка замка пока не обращала внимания, настолько отвратительно сложились дела на другой части континента. «Гондурас в огне»! — мысленно прокомментировал ситуацию Адмирал Чу. Вчера с ней связался Ворадор и совершенно испоганил ей до того момента радужное настроение. Схрон экспериментального оружия, что должен был дождаться ее — был почти целиком разграблен, тонны оружия и специализированной техники, сотни килограмм Батов, собирающих силу солнца на протяжении сотен лет, все вылетело коту под хвост, и что неприятнее всего — сделали это ее любимые гномы, которым она доверилась давным-давно.

— Мне кажется, ты драматизируешь, — негромко произнесла Княжна дома «Ночной тропы». — Гномы не так многочисленны, как ты думаешь. С нашей последней встречи они практически не увеличили численность.

— А мне кажется, ты меня не слышишь, подруга! — громко возмутилась хозяйка замка и ткнула пальцем в сторону своего слуги. — Альф! Сегодня же отправляйся в Пески, возьми с собой Адмирала, вам надо удержать там позиции!

— Эй! Але! — возмутился Чу, едва не подпрыгнув на скамье. — А причем тут я? Я моряк, а не верблюд! Какой от меня прок в песках?!

— Я тебя наняла не как моряка, а как лидера и полководца! — не сбавляя тона, произнесла чародейка. — Прибудете туда, ты возглавишь оборону! — девушка ловко вынула из сумки на плече голубой камень в хитрой оправе и кинула его лысому воину. — К твоим услугам будут Альф и Омега, а так же пара тысяч мертвых. Тебе хватит этого?

— Да, — скромно ответил Чу, накидывая свой персональный ключ на шею. — Когда можно приступать?

— Внезапно! — прямо рявкнула Тушканчик, чувствуя, что такие нервы, доведут ее до первого в этом мире инсульта.

— Не вопрос! Мы тогда пойдем, а вы пишите письма! — подскакивая, торопливо проговорил Адмирал, отдал честь от пустой головы и, ухватив Альфа за предплечье, потащил его на выход. Полинида подождала, пока эта пара покинет зал, а затем вновь посмотрела на оставшихся гостей и потерла переносицу под почерневшей маской.

— Гамма, будь добра, скажи им, чтобы они пропустили к себе Ворадора, когда он прибудет. Мне там только локальных конфликтов не хватает.

— Сделаю! — коротко ответила Нека и умчалась за ушедшими игроком и НПС. Хозяйка замка отошла к креслу, упала на жесткую поверхность, рассеянно посмотрела в хрустальные окна.

— Арти, Колян, если хотите отдохнуть, то мы вас не задерживаем. До рассвета можете быть свободны.

— Прошу прощения, но я вам не подчиняюсь, — мягко, но безапелляционно, ответил дроу.

— Не спорь, солдат, — махнула рукой княжна. — Ты достаточно мозолил мне глаза в последнее время, отдохни до утра.

Два игрока вышли из одного зала и плавно перебрались в другой, где было отличное место, чтобы прилечь и даже выпить. Еще этой ночью Чу нашел на нижних уровнях почти три сотни бочек с вином двухсотлетней выдержки. Так что, хоть и жутко терпкой, выпивки у всех было предостаточно, в отличие от закусок. Коляну еще и удалось раскрутить Альфа на пару-тройку сигарет. Арти первый упал на теплую скамью, согретую ласковой магией, и открыл темную бутылку. В этот же момент, в помещение вошла мумия в черно-белом костюме, поставила между гостями два оловянных фужера и удалилась из комнаты.

— Сервис! — улыбнулся Артур, разливая дорогущий напиток и выкладывая сигареты на каменный столик.

— Даже не верится, что она все это сама замутила! — согласился Колян, подхватывая фужер. — Думаю, эта миссия принесет мне просто нереальное баблище! Я уже двое суток не выходил из Орбиса, боюсь пропустить что-то важное.

— Не парься на этот счет, мы три дня назад вообще только ели и спали, пока Ворадор воду мутить не начал. Но у него уникальный талант находить приключения!

— Да все мы такие, — улыбнулся Колян и поднял свое вино. — За приключения!

— За Орбис! — глухой звон, гулкие глотки, и вновь в фужеры потекло вино из бутылки.

— Как ты думаешь, это миссия долгая? — уточнил Колян и поднял со стола первую сигарету зараженную магией смерти. Как оказалось, без этого — они совсем не такие как в реале.

— Нет, — уверенно ответил Артур, зовущийся бессмертным. — За два последних дня всё слишком ускорилось. Я ставлю на неделю. Неделю, в которой погибнет херова гора народа. Пара тысяч детей станут сиротами, а миллионы игроков будут пересчитывать заработанные и потраченные деньги.

— А такие, как Ворадор, усилят себя и свой капитал, чтоб затем снова что-нибудь замутить, только ещё круче.

— Истинно так! — хмыкнул Артур и быстро выпил свою порцию. — Лан, я в реал.

— Давай, я тоже. Сейчас докурю и туда же. До утра?

— Ну, а чего нет? — ответил Арти и прилег, закрывая глаза и тихо осуждая человека-дроу.

Гром только что ударившей молнии еще не стих, как в меня уже влетели несколько толстенных болтов, успешно разорвав крылья и мою ранимую шкуру. Хотя подобные мелочи меня давно не беспокоили, сам факт меня взбесил невероятно!

Махнув слегка дрожащей рукой, прямо в теле сломал торчащие снаряды, перекатом между деревьями ухожу от главной опасности в виде мага и трачу запасы сил на превращение в стаю мышей. Рассудок ненадолго рассыпается на пару десятков разумов, пока я не собираюсь вновь уже там, где мне будет лучше. Едва собрав мозги в кучку, шаг к дереву, следующий вертикально по стволу, на третий резко отталкиваюсь от дерева, бросаю себя в стоящего ко мне боком мага и его спутников. Первым же ударом ломаю шею тряпичника и, прихватив «Завтрак туриста», продолжаю маршрут в густые заросли. Отчаянный мат игроков воспринимаю как музыку — пусть поорут, тормозить и убивать их просто ради забавы не хочу. Не для того я продираюсь через этот лес, чтобы бить всех случайных геймеров, вышедших на полуночный фарм. Только того, кто меня молнией приложил — я уже употребил, даже с трупа снял колечко на сопротивление к магии разума, и как истинная «собака на сене» — выкинул в грязь.

Когда солнце начало припекать шкуру, я уже был на границе Золотой Пустоши. После неё я достигну пустыни. Два дня мне еще пилить до невнятной цели по указанию не самой моей лучшей знакомой. Причем весь этот путь я буду нереально уязвим перед солнцем.

Поднявшееся над горизонтом светило меня не застало, так как я нашел пристанище в одной из глубоких нор, что были густо разбросаны на границе леса. Если кто посчитал, что это рояль в кустах, то нихрена подобного — мне пришлось целое семейство медведей выселить из берлоги, убить и съесть… хотя да — рояль… и три пианиста. Наевшись до рези в желудке, я начал блуждать по коридорам и лабиринтам этой локации. И вы не поверите — кого я встретил в одном из узлов! Вокруг неплохого костра, с шампурами, на которых скворчало кабанье мясо со специями, сидели одиннадцать персонажей, сразу не разобрал, игроков или Местных жителей. В виду того, что я видел лучше их всех, то и разглядеть мне их труда не составило. Когда я вошел в подсвеченный зал и все подскочили, один из игроков облегченно выдохнул.

— Боги! Ворадор! Какими судьбами? — слегка нервно спросила Арфа, первая делая мне шаг навстречу. — Надеюсь, ты без мертвой армии за спиной.

— Очень смешно! — не сомневаясь в осведомленности наемницы, ответил я. — Мимо просто гуляю. А вы что здесь забыли? — обводя взглядом еще десять полукошек, спросил я. И почему они все девочки? Неужели нет в этом мире самцов-Неко или Полукотов?

— У нас стандартный контракт, так что не вижу смысла сориться или врать. Цель в одном дне пути — «Равнина отчаянья». Наниматель будет ждать там.

— Зачем ему эта равнина? — я почесал мохнатую шею, вспоминая, что на той равнине, кроме трех идентичных данжей и нет ничего. Да и эти данжи можно пройти отрядом в три-четыре человека. Я так один их прочесал, когда рядом был. — Данжи чистить?

— А мне с котятками, уж извини за прямоту — пофиг! — полукошка хищно улыбнулась. — Ну а ты чего тут крутишься? Еще и один. Только не ври, что соскучился по мне — не пойму.

— Дела в пустыне.

— Слышала, — кивнула Арфа. — Некто всех гномов вырезал под корень, да еще и всех от орды. Слушок прошел, что это Люцилла, наконец, обрела власть над мертвой гвардией защитников.

— Это допрос, не прокатит! — нахмурился я. — Тебе не идет глупая конспирация и попытки раскрутить меня на разговор. Я не болтун, забыла?

— Ну, блин! — кошка фальшиво расстроилась и всплеснула руками, как совсем недавно делала Бета. Светлая ей память. — Я же такая актриса! А ты меня кидаешь!

— Если чего надо — спроси.

Арфа поднялась, поманила за собой, отводя от костра.

— Что за город появился в горах? — не став ходить вокруг, сразу спросила — До меня дошли сведения, что ты там крутился на днях. И я не поверю, что ты не в курсе тамошних дел!

— Ты только никому… — заговорщицки наклонился я к слегка дрожащему в предвкушении новостей уху распушившей шерсть полукошки. — Тушканчик вернулась.

— Стебешься? — скривилась дева, отводя от меня голову.

— Вообще — нет. Я по ее поручению как раз и иду.

— А сопровождение тебе не надо? Мои кисы умеют царапаться и с радостью тебе помогут! — заворковала она. — Ты только предложение мне сделай достойное, или я твоей русалке скажу, что ты ко мне приставал.

С ее наивности я даже засмеялся, а в исполнении Носферату, это очень страшно. Но в виду нашего давнего знакомства — Арфа не испугалась, выждала, пока я не закончу, лишь потом широко зевнув.

— Попробуй… — наконец, выдавил я. — Она тебе же башку и оторвет. Ой… Давно так не веселился… А касательно предложения, — отвернувшись в другой проход, я, скрепя сердце, предвкушая боль, коснулся своей головы. — Тушканчик.

— Ворадор? — услышал я удивленный вопрос. — Тебе чего не спится? День на носу!

— Блять! Можно подумать, тебя это когда-нибудь беспокоило… хотя не важно. Я тут встретил отряд «Когтистой Лапки». Они хотят наняться к тебе за скромную копейку. Ты как на это смотришь?

— Да мне плевать, но денег я не дам, это учти при найме. И не потому, что я такая, а потому что у меня их нет. Но себя можешь не ограничивать!

— Отлично, удачи…

— Ну?! — в нетерпении, подскочила ко мне Арфа, причем клянусь — я слышал, как она заурчала. — Что она сказала?!

— Сказала, что вас нанять могу я. Сколько вам надо по оплате, чтобы перебить цену прошлого нанимателя?

— На весь отряд — тридцать тысяч, пока мы не воюем. В бою — ставка тройная.

— Продажные кошки! — без издевки произнес я и вынул из сумки кошелек, что давненько уже не покидал своего пристанища. Отсчитав названную цену платиновыми монетами, недавно вошедшими в обиход, я протянул их деве. — Завтра к утру на границе пустоши и песков приготовьте лагерь, где я смогу переждать солнышко. Ну и потом готовьтесь к марш-броску до «Вапечарских холмов». Там и встретимся.

— Любые прихоти за ваши деньги! — улыбнулась Арфа, сжимая когтистую ладошку с тридцаткой монет. — Может нам и жертвенную козу тебе найти по дороге?

— Не-е-е-е, — отмахнулся я. — Вы все равно выберите невкусную.

Короче! День я куковал в просторных подземельях и честно говоря — страдал фигней. Нашел гнездо диких кровососов, что не принадлежат ни к одному из родов. Убил двоих играючи, а остальным дал своей крови и принял их клятвы, что они всегда придут на мой зов. Практика эта неновая, у меня уже три подобных гнезда на честном слове торчат, а виду моих переживаний, что в ближайшее время они могут мне понадобиться, это будет нелишним.

Ближе к рассвету я нашел еще одно гнездо и едва кони не двинул от жестокого нападения стаи диких Волкулаков. Вот собаки! И ведь сдохла всего одна, а у меня живого места на теле не осталось! Крылья изодраны в хлам! Твари после жестокой расправы удрали из подземки в неизвестном направлении, чему я, в общем, был только рад. Однако без крыльев я до границы не доберусь. Скоротал, называется, днёвку — вот за что мне все эти проблемы?

Солнце еще не село, как небо над границей двух локаций потемнело и стало непроницаемо-черным, скрывая не только дневной свет, но и молодые звезды, рассыпанные по небосводу. Стартовал получасовой таймер, я вылетел на крыльях десятка нетопырей навстречу приключениям и вероятным проблемам. Хотя кой толк грузиться? Если бы не раздробленный рассудок, я бы лучше поразмышлял о себе, о мировом устройстве, или, быть может, — о ближайшей войне.

— Собирайтесь! Собирайтесь! Жители Великого града, и приезжие! Подходите! — кричал пухлый глашатай на площади, привлекая внимание игроков.

С каждой минутой вокруг государственного человека становилось все теснее и теснее, пока, наконец, площадь не заполнилась до конца. Удостоверившись, что первоначальные результаты достигнуты, низкорослый глашатай поклонился и уступил место на помосте другому персонажу в высокой алой шляпе. Новый персонаж вынул из сумки большой сверток и, развернув его вершину, начал свою речь ничуть не тише предыдущего оратора.

— Жители Великого града и наши гости! Вчера наш достопочтимый король и надежда узнал о том, что в мире вновь приключилась беда! — местные жители как по команде ахнули, а игроки привычно закатили глаза от этакой актерской игры. — В мир вернулась сестра нынешней королевы мертвых! — а вот теперь, над площадью воцарилась тишина, даже случилось пара обмороков. — Это известно наверняка! Наш любимый король Тан Тузар издал указ о сборе войск для ведения победоносной войны против великой напасти! Все желающие вступить в войска могут записаться в королевских казармах при любом крупном городе! За отличную службу корона будет платить дорогой монетой! А воины, взявшие пленных врагов, удостоятся отдельной милости в виде поместья близ королевской столицы! — на этой ноте в воздух разве что шлемы не полетели. Почти праздник, учитывая, что после слов о войне.

Глашатай еще что-то кричал, но одна группа игроков уже покидала площадь и не слышала дополнений. Эти трое были давними игроками, опыт неоднократных ошибок уже научили их видеть между строк, слышать между слов и делать свои выводы. Глашатай не мог обойти скользкие моменты, это позволяло понять масштаб трагедии и возможные перспективы заработков или роста.

Толкнув плечом неприметную дверь, первый игрок вошел в темное помещение, где сходу поднял со стола свечу и подпалил ее от спички, после чего повернулся к своим товарищам, держа огонь так, чтобы были видны их лица.

— Будем записываться? — спросил лысый «танк».

— Имеет ли смысл? — уточнил талантливый маг, стоявший справа.

— Смысл есть всегда, особенно на такой войне! — тихо произнес «дамагер», державший свечу. — Плюс к этому я знаю того, кто нам заплатит сверх всякой меры.

— Думаешь, согласится? Феанор после свадьбы совсем отошел от дел и сидит в своем храме, — точно подметил Танк.

— Феанор еще год назад разослал ориентировку на квесты, — оскалился «дамагер». — Он заплатит за одну конкретную голову, а мы теперь знаем, где она будет находиться в нужный нам день!

— И как ты хочешь к ней подобраться? — полным сомнения шёпотом, спросил маг.

— Элементарно! Мы просто вступим в ее войска! — заключил «дамагер», за мгновение до того, как у его горла появился черный как мгла тонкий клинок, выросший из темноты. — Что за х……

— Тиш-ш-ш-ше, не надо ругани, мы же воспитанные люди, в конце концов! — тягучими, словно мед словами, ответила непроглядная тень.

— Отпусти его! — вскинув магический жезл, громко произнес маг. — Или…

— Или что? — перебила его тень. — Вы хотите наживы? А мне есть, что вам предложить, но для начала, давайте опустим оружие.

— Опускай! — нервно бросил «дамагер», так и не уронивший свечу. Маг послушно опустил жезл, и хватка вокруг его головы исчезла, как и тонкое холодное оружие. Человек отпрянул к своим и обернулся в сторону непроглядного силуэта. — Ты кто такой?!

— Такой же счастливчик, как и вы! — дала ответ тень. — Извините, я немного подслушал вашу болтовню и нахожу ее в чем-то даже привлекательной.

— Ближе к делу! — выступил вперед «танк».

— Дело простое, тянуть не стану — вступайте в ряды Феанора, идите с ним до конца, но в ключевой момент, когда от вас это потребуется — вонзите ему нож в спину. Мои покровители за успешное мероприятие заплатят более чем щедро!

— А где гарантии? — ляпнул маг.

— Такого зверя нет на свете! И даже нет его во тьме. Но поверьте, Люцилла всегда добра к своим подданным!

Трое игроков переглянулись и перешли к обсуждению нового уникального предложения, даже не представляя, что подобный разговор в данный момент — самый популярный в мире. Более тысячи наемных групп встретили свою «тень», дающую обещания, не имеющие пределов…

Многие думали, многие поверили, что Великая Некромантша давно не занималась делами, но это было вовсе не так. Люцилла еще полгода назад после первых своих битв и унизительных поражений только и занималась внешними вопросами, планируя навести свой порядок на всех землях Орбиса, но подлая сестренка обхитрила ее — она создала собственную армию и закопала ее в песках на два века, чтобы опозорить Великую! Этого нельзя прощать. Лучшие звездочеты Люциллы как один сказали — «Она вернется в новом году». Только толку было мало — никто не знал, где же она себя покажет. Но с пришествием срока, Полинида не появилась в центре материка, не появилась она и вблизи воды, что было бы стратегически верно. Нет, даже в этом вопросе Пустынный Тушканчик повела себя непредсказуемо — она появилась в безжизненных непреступных горах, с первых дней окружив свое новое обиталище непростой магией. Едва вести об этом достигли ушей мастера Люциллы, она была в бешенстве, ибо давно ее уже никто так не раздражал одним лишь своим существованием! Последним подобным прыщом на заднице был Ворадор, убивший пять новых князей и предавший ее! Благо, есть рычаги воздействия и на него.

Однако несмотря на все неприятности события, сегодня Королеву мертвых посетило хорошее настроение — ее тени нанимали бессмертных для новой битвы. Да, она будет не одна: Людские вассалы встанут в линию с мертвыми; Два эльфийских дома отдадут лучших воинов за обещание не трогать их дурацкие леса; Десятки тысяч бессмертных продадут ей свои тела и души за презренное золото! «Неужели войну можно вести столь безопасно?» — смеялась королева, когда смотрела на сводку, что предоставлял ей Серпач. «Я буду управлять живыми и мертвыми, кровавым потоком они пронесутся по костям наших врагов!» — говорила она, глядя в темнеющее небо в предвкушении очередного триумфа! История вновь запомнит ее, а потомки будут править на этой планете безраздельно! В веках! Род Люциллы будет бессмертным, как и завещал ей предок! Остались лишь какие-то крохи — убить всех сколь-нибудь с этим несогласных, а так же их близких и любимых.

И снова ночь, снова тьма и тишина — наконец-то я добрался до этого треклятого Града в песках. Надо же, я только сейчас понял, что в прошлый раз внутрь так и не попал! А вон как вышло!

Сменив угол крыла, на большой скорости я начал снижаться к стремительно вырастающей подомной пустынной крепости. Странно, в прошлый раз Град не показался мне таким здоровым! Сейчас я видел все три шпиля острых пирамид, вокруг которых полукольцами расходятся иные строения, уступив центр Града обширной площади. Стены этой крепости возвышаются минимум на десять метров, а под ними обрывы скал и останки не виданных ещё мной древних строений… А! Понятно — вокруг города бушует магический ветер, выдувая песок, обнажая высокие стены, превращая это место в настоящую крепость, а не пятно посреди песков. Интересно, кто этот ветер устроил?

Ещё разок сменив направление, я дал небольшой круг почета и залетел в широкое отверстие в вершине центральной пирамиды. Едва ноги встали на гладкий камень, как все нутро едва не вывернуло от боли. Упав на колени, рефлекторно хватаясь за голову, я уже был готов идти и убивать без оглядки, но вдруг боль прошла, а на моей шее появился небольшой камушек, что и снял болевой кошмар.

— Привет, Ворадор, это твой ключ от крепости! — произнес Альф, подавая мне руку и помогая подняться.

— Предупредить раньше нельзя было?

— Можно было, наверно, — ухмыльнулся этот труп и, повернувшись боком, указал на остальных присутствующих. На Чу и неизвестную мне барышню с шикарными зелеными глазами и пухлыми губами. Чу мне только рукой махнул и отвернулся. — Знакомься, это Омега, хранительница крепости. Омега, это Ворадор, наш союзник.

— Рада встрече, много о тебе слышала! — сказала особа глубоким и степенным, привлекательный в общем, голосом. Плюс меня успокаивал ее говор.

— Надеюсь, только хорошее? — я оскалился в улыбке, поднимаясь и встряхивая крыльями.

— Скорее, совсем наоборот, но это не испортило моего впечатления.

— Рад, что вы поладили! — вклинился между нами Альф. — У меня тревожные вести. Еще днем госпожа сообщила, что в нашу сторону собирают немалые силы.

— И чего? Вам эти пирамиды сильно нужны? — мне не ответили, а Чу активировал какое-то устройство, выпустившее в пустыню длинный голубой разряд молнии, вслед за которым мир содрогнулся от грома.

— Нам нужно это, — не оборачиваясь на странное оружие, произнес Альф. — Но мы не успеем перевести все, что надо достаточно быстро. Нужны недели, а враг будет у наших ворот уже через три — четыре дня.

— Хреново вам! — посочувствовал я.

— А разве ты не с нами? — приблизилась ко мне Омега, не стесняясь своей милой ручки, что пострашнее моих лап будет.

— Я вольный художник, и всегда там, где мне будет лучше! Если вам будет проще, я эгоист!

— Вампиры всегда служили князьями, их главная сила в числе и силе, а не в уникальности и одиночестве, — дева подошла совсем близко и медленно прикоснулась к моей груди, слегка наклоняя голову. — Ты очень силен, но одинок. Я слышу твою боль и чувствую силу. — Омега облизнулась и посмотрела своими ясными зелеными глазами прямо в мою морду. — Дай мне своей крови, позволь мне стать лучше.

— Да на здоровье! — оскалился я и поднял свою лапу.

Омега не просила стаканов или иных примочек, а просто ухватила руку зубами и одним залпом вытянула с пол-литра моей кровушки, одаривая меня слабостью и головокружением. Когда она протерла слегка покрасневший рот рукавом, я ощутил, что она не просто мой союзник — она мой птенец.

— Так, я реально рад, что вы ладите, но давайте уже поимеем совесть и поработаем на благое и общее дело! — всплеснул руками Альф и встал между мной и Омегой. — Ворадор! Чу занимает центральную башню и отвечает за мертвые легионы, ему помощь будет не нужна до самого финального аккорда битвы, если мы проиграем. Центральное орудие займет Омега, у нее достаточно боеприпасов, чтобы продержаться сутки или около того. Две другие башни пока свободны.

— Мне можно занять любую? — уточнил я, не сводя взгляда с хитрой химеры, улыбающейся мне уж очень двояко.

— Нет, зачем? — пару раз моргнув, переспросил Альф. — Ты должен спуститься в подвал и устроить в нем оборону. Три широких лаза выходят наружу среди скального основания. Враг не сможет их все пропустить, так что подземка на тебе.

— И кто это решил? Ты?

— Ну, вообще-то я! — громко произнес Чу. — Я уже видел, как ты работаешь в темных замкнутых пространствах, так что не обессудь.

— Да я и не возражаю. Кстати, по моему следу идет отряд «Когтистой Лапки». Их надо запустить и устроить.

— Арфа с ними? — оживился Адмирал.

— Разумеется. И раз уж ты так рад — теперь она на твоей шее. До боя они берут по тридцать тыщ золотом. Потянешь?

— Не вопрос! И раз мы все решили — иди уже в подвал, там работы не початый край.

Кто бы, что не говорил, а во всём, что касается подземелий — мне равных нет. Только спустился в усыпанные песочком катакомбы, вспомнил свой первый игровой месяц. Разница была лишь в том, что под Градом не было тонн дерьма, один только песок и редкие полудохлые мумии, не справившиеся с песчаным пленом. Таких я выкапывал и указывал путь пинками, чтоб под ногами не путались. Работа кипела — я откапывал и исследовал лабиринты катакомб, искал места для засад и ловушек. Нашел два тайника с неплохим оружием и бочками с маслом. Устроил варианты на планы «Б» и «Г», выпросил с поверхности три десятка воинов из тех, кто с клинками работает, устроил им личные зоны ответственности и выдал спички для огненного масла. Не факт, что выгорит моя задумка, но Орбис вроде давно развивается, так что буду уповать на разум безмозглых трупов.

Девочки Арфы, что прибыли после меня, успели забежать ко мне и поинтересоваться, где они могут пригодиться. Я с ними побеседовал, но работу не выдал — моя практика не предусматривает использование слепых в темноте созданий. Вот когда мои детки, а так же недавно прирученные дикие вампиры, прилетят на зов, вот тогда эти катакомбы реально станут неприступными, а кошки мне без надобности. За двое суток до запланированной битвы с наступлением новой ночи я выполз наружу и добрым словом вспомнил Феанора, организовавшего мне корпоративчик в Белокаменном. Как же мне тогда было легко!

Пока я предавался мечтам о здоровом сне и о чужом труде, на центральной площади вспыхнула рамка портала алого окраса, из которого вышел Артур-бессмертный и с десяток личей-неписей. Бессмертный меня заметил среди ночи и замахал руками как потерпевший.

— Ворадор! Ты жив!

— Не ори, я тебя и так отлично слышу, — вяло ответил я, даже не помышляя о том, чтобы поднять свою задницу с теплого камня. Артур же совершенно бестактно подошел ко мне и посмотрел сверху вниз.

— А ты чего лежишь? Мне сказали, тут работы на неделю, а ты… — он не договорил, так как я поддал ему под коленки. Арти упал рядом, я подтянул его к себе и указал в небо. — Смотри, какие звезды. Ты хоть раз смотрел на них вот так — в тишине и без забот?

— Смотрел, буквально вчера, когда Тушканчик держала совет с Дроу, — нервно ответил мне человек. — И все три дома ответили одно и то же, если тебе интересно. Они нас кинули! — Арти сел, не желая отдыхать. — Если ты на этой войне просто от скуки, то мне тебя жаль. Мир меняется, а ты его воспринимаешь по-прежнему, как игру! Новая сила на чаше весов глобального противостояния, близится страшная битва, а ты валяешься на земле?!

— Я вчера сутки под землей проработал, пока ты на звезды смотрел. — Спокойно ответил я. — Плюс я не ел со вчерашнего дня, а вокруг, кроме мелких ящериц, нет ни одной достойной добычи. Так что же ты мне прикажешь делать? А, теплокровный? — я оскалил клыки и плавно поднялся, так чтобы возвыситься над клериком.

— А я маг жизни и света! — без угрозы напомнил он мне.

— А я анархист!

— Уел… — Арти отвел глаза. — Так, а где тут все начальство? Мне Тушканчик сказала найти Чу и брать в работу какую-то башню.

— О! Не переживай об этом, я тебя быстро подкину! — произнес я, подскочил, широко взмахнул крыльями и схватил нижними лапами тушку Артура. Он вмиг заорал на всю пустыню, как резанный, и орал все время пока мы неслись к Центральной пирамиде, где никогда не гас свет, и не останавливалась работа.

Окна, помутневшие от легкого налета влаги, слегка порозовели, когда за ними далеко в степях выглянуло солнце, сообщая о приходе нового дня. Стрый Орк опустил трубку и медленно повернулся к новому источнику света, ощущая всем телом, каждым шрамом израненной души груз прожитых лет. Саартук смотрел на последний в своей жизни рассвет, тяжелые и по большей части грустные мысли одолевали шамана.

— Дед? — тихо привлек его внимание Бартах, единственный из всех внуков, кто не уснул от долгого рассказа. Казалось, что этому молодому воину неведома усталость, так хорошо он держался на своем почетном месте.

— Да, внук? — повернулся Орк обратно к столу, с удивлением обнаружив перед собой горячую кружку чайного отвара. — Ты уже такой взрослый, отец наверняка гордится тобой.

— Он этого никогда мне не говорил, — с досадой произнес маленький воин.

— Здесь не нужны слова, вспомни, как часто отец доверял тебе твоих братьев и сестер? Часто?

— Да постоянно! — едва не с обидой в голосе произнес Бартах. — Словно я престарелая нянька, а не воин! Саартук тихо засмеялся и вновь запалил свою трубку, заставляя Бат Смерти источать смертельный дым. Покончив с этой процедурой, посмотрел на внука.

— Скажи тогда, великий воин: Уходя на войну, оставил бы ты своего ребенка тому, кто не смог бы его защитить?

— Это не то! — отвернулся Бартах, насупленным видом давая понять, что эту сказку он слышал уже не раз. — Это просто отговорка для маленьких!

Саартук хмыкнул. — У меня не было детей, Бартах, и когда я обрел их, я оставлял их под присмотром самого подгорного короля! Скажи же, разве он говорил мне, что это отговорки? Или он принял мое доверие с должным почтением?

— Это правда? — внук смотрел своему деду в рот удивлённо распахнутыми глазами.

— Правда, Бартах, и впервые это произошло как раз перед той кровавой бойней, о которой я говорил. Слушай же дальше, раз других слушателей не осталось, — Шаман обвел комнату, где на шкурах валялись сопящие в сладком сне детские тела. — За день, до выступления, когда я с твоим двоюродным дядькой стоял в снежной цитадели, к нам прибыл гонец из Мерзлой гавани…

В лагере огромной армии магов и бойцов всех рас грохот железа, выкрики разумных, вопли петов и маунтов сливались с самой дикой музыкой. Тут звучало все, от народного творчества в стиле «под старину», до тяжелого металла на всех языках двух миров. В такой обстановке пытались выслужиться бесчисленные порученца, адьютанты, ординарцы и просто прихлебатели сколь-нибудь значимых чинов, когда самые из них высокопоставленные собрались на совет.

В просторном шатре присутствовали семеро иномирцев и три Местных жителя. Причем отнюдь не простые Местные — сам Принц Родрик Тузар возглавил этот поход против неугомонной нежити! Его неотрывно, как единое целое сопровождали оруженосец, что был шире принца раза в три, а так же старший лакей, исполняющий роль придворного мага. Таким образом формировалась минимальная тройка: Танк, Дамагер, Маг. Никто из присутствующих ни за какие деньги не согласился бы осмеять Принца Родрика или хотя бы вслух усомниться в его боевых качествах, ибо его по праву назвали Зингером, поскольку перфорировал жертву тонкой шпагой с той же скоростью, что одноимённая швейная машинка какую-нибудь тряпочку. Помимо этого Принц обладал чертовски красивыми золотыми завитыми волосами и точеным личиком, что так действуют на неокрепшие женские сердца. Кстати, в шатре млели от счастья три боевые девы, пошедшие в поход против Полиниды лишь для того, чтобы сходить с ума от своего сюзерена и при случае целовать землю, куда тот сплюнет. Этого заметно раздражало оставшихся четверых игроков.

Перед десятком разумных на походном столике лежала карта пустынной земли, в которую и собиралась армия королевства. Над простой бумагой уже поработал маг принца, и теперь этот лист ничем не уступал большому планшету — там высились горы, бушевали песчаные бури, шли караваны, жили городки в песках. Этим зрелищем засмотрелись заинтересованные лица.

— Мы ждем кого-то еще? — в очередной раз поинтересовался Родрик, вроде как ни к кому конкретно не обращаясь.

— Милорд, мы ожидаем волшебницу Адель, — залебезил маг принца в ответ.

— Я устал ждать, может, мы начнем без нее? — девушки из командования закивали, но маг снова решил высказаться.

— Нельзя, милорд, Адель обеспечит нам защиту, не хорошо, если мы ее обидим!

— Ой, делайте, как знаете, — отмахнулся Родрик и растянулся на походном стуле, демонстрируя неудобство, чем только мог, от лица, до кончиков стоп.

Адель — волшебница Ветра и Мелодии, появилась спустя сорок минут от назначенного времени, и, тем не менее, ее терпеливо ждали. Появление знаменитости не осталось незамеченным — порталы магов воздуха раскрываются с жутким шумом открываемого шампанского, хлопок правда оглушает любого кто по неосторожности встал рядом с точкой перехода. Следующий этап обратил на себя внимание большей части войска, так как едва Адель со своими ученицами вышла на площадку, всякая музыка померкла на фоне новой, принесенной величайшей из магов воздуха. Старенькая, но невероятно назойливая песня «Малинки» ударила по ушам всех, кто еще не оглох от портального хлопка, начало песни надолго застряло в сознании боевых частей. Под этакие фанфары Адель со своими девчонками прошла до шатра, пританцовывая с магическим посохом, что был одновременно и ножнами для тонкого клинка.

Едва ножка в белой туфельке ступила под своды штабного шатра, музыка потухла. Резкий перепад многих заставил проверить органы слуха в опасении полного оглушения, но обошлось — почти никто не пострадал. Принц же увидев не одну ожидаемую девушку, а три, поднялся со своего «неудобного» походного места и поочередно поцеловал ручки всем новоприбывшим.

— Боги, как же долго вы добирались! — добавил Родрик, когда закончил с необходимыми по этикету церемониями. — Надеюсь, мы вас не оторвали от важных дел?

— Нет, — скромно и емко ответила Адель и улыбнулась так тепло и мило, что Принц забыл обиды.

— Хорошо. Итак! Господа, милые леди, сегодня мы с вами вершим судьбу не только своего, но и соседних королевств! — Родрик вернулся к своему месту и указал на карту. — Перед вами предположительное расположение вражеской крепости под названием Град. Мой отец, ваш король, повелел уничтожить этот рассадник мерзости и темной магии. Мертвые не должны топтать не только наши земли, но и любые другие места! Для начала нам надо стереть этот район с наших карт, слишком уж они близко к нашим границам! — принц вскинул руку и указал аккуратным пальцем, в разрез любому этикету, на Тигрилла, рыцаря королевской гвардии с невероятным запасом здоровья и силы. — Рыцарь, скажи, ты бывал в этих местах ранее?

— Да, ваше высочество, — согласно правилам ответил игрок. — Я был у этого Града в отряде разведчиков месяц назад. Город из себя серьезной цели не представляет. Куда больше проблем нам создадут мертвые, что в любой момент могут выскочить из песка.

— Я услышал тебя! — отмахнулся Родрик и указал на другого воина, больше похожего на грубый памятник в дорогих доспехах. — Братислав, что ты можешь сказать о мертвых?

— Они не проблема! — твердо ответил безоружный воин и скрестил каменные руки на груди. — Размажем как масло по хлебушку.

— Здорово! — улыбаясь, воскликнул принц и повернулся к Амазонке с маслянистым взглядом, раздевавшем его стройное тело. — Леди Алиса, что вы можете добавить про возможные сложности?

— Мой принц! — мгновенно мобилизовалась дева и встала по стойке смирно, резко выпятив крупную крепкую грудь в броневых чашках вперед. — Разведка докладывает, что на стороне лесных эльфов так же собирается войско. Цели и задачи еще не установлены, но они выставили в мобилизацию почти восемь тысяч воинов!

— Не пугай нас, леди Алиса, — кивнул принц, вгоняя в краску крепкую воительницу. — А что нам скажет опоздавшая леди Адель? — все повернулись к тонкой девушке с простым, но изящным хвостиком на голове, наряженной в белоснежное платье.

— Мы прикроем, — медленно произнесла она, не переставая улыбаться. Многие уже знали, что Адель, как и ее девочки — глухие от рождения. Для них Орбис всегда открывается немного иначе, чем для иных игроков, что дает им в перспективе уникальные возможности как поддержка инвалидов. По этой же причине знаменитая волшебница — немногословна и любит музыку.

— А куда же вы, красавицы, денетесь! — засмеялся принц. — Но что вы может добавить к этому? Неужели кроме прикрытия вы не готовы нам помогать?

— Не эффективно иное.

— Сама краткость! — заключил Родрик и, перестав донимать девушку вопросами, повернулся к Зиглону, очень редкому персонажу из расы «Живые доспехи». По сути эти создания есть железные големы, но по какой-то причине, они всегда сильнее собратьев и в разы быстрее них. — Сэр Зиглон, как вы считаете, как нам стоит устраивать осаду, чтобы город пал максимально быстро?

— Никак, ваше высочество! — зазвенел глухой шлем. — Осаждать мертвые города бессмысленно. Град надо брать нахрапом! Сутки, максимум двое!

— Золотые слова! — улыбнулся принц и вновь слегка повернулся. — Леди Белка, что говорят ваши глаза и уши?

— Милорд! — слегка присев, и без этого невысокая девушка едва не скрылась под столом. Однако она быстро вернулась на свой привычный рост, не достигающий и полутора метров. — Люцилла собирает армию против своей названной сестры, на текущий момент мои разведчики сообщают о двадцати тысячах мертвых и около пяти сотен магов из мертвой армии. К ним примкнут тря княжества, выдав по полторы тысячи воинов, а так же один отряд элитных лучников и убийц от светлых эльфов. Ее водные войска в бою учувствовать не будут, но мы знаем наверняка, что они планируют нападать на своих врагов, пока те играют в «войнушку».

— Мой отец не опустошил гавани! Я услышал тебя! — принц посмотрел на оставшихся командиров и решил не устраивать долгий допрос, отчего и сел на свое место, надолго задумавшись. Только через пять минут, наконец, встал и указал на карту. — Мы придем с востока, где часть песчаного пика будет нас прикрывать от возможных атак, а так же позволит нашим драконам отдыхать и восстанавливать силы. Мы разделимся на три боевых крыла — Защитный блок, Атакующий клин и Силы прорыва! — принц осмотрел окружающих его персонажей и улыбнулся, увидев, что каждый слушает его и готов подчиняться. — И последнее, мы будем ожидать подхода сводного отряда во главе с Феанором.

— Но, ваше величество! — вдруг вскинулся Яша Молниеносный, глава отряда боевых магов. — Это не та единица, на которую можно делать ставки! Феанор неуравновешенный и своенравный.

— Любой, как вы выразились, «единицей» можно управлять, если найти нужные точки приложения силы, — как-то злобно ухмыльнулся Родрик Тузар. — Не беспокойтесь о нем, беспокойтесь лучше о порученном вам деле. В частности: как вы собираетесь защищать наших пустынных Великанов?

— Мы их уничтожим!!! — брызжа слюной, содрогался и кричал в гневе Сэдридрон Силкран, лупя по каменному столу кулаком. — Мертвые орды ничто против горного народа и детей Огня, да еще и при поддержке Орды!

— Много ли осталось от той Орды? — тихо спросил Шаман-орк, тыкая пальцем в фигурку грозного Орка, стоявшей на аккуратной трехмерной карте.

— Саартук, с каких пор ты начал принижать силу своих братков? — удивленно спросил юный на вид Дамиан.

— С тех самых пор, как нас осталось меньше пяти тысяч! — нервно, дивясь тупости собеседника, ответил Орк. — Орда сильна, когда она существует! А нас больше нет!

— Успокойся, зеленый! Я ж не со зла. Я так вообще ратую за то, чтобы вас не трогать. Хватит и десятка титанов! А вы дома посидите.

— А вот унижать нас не надо! — поднялся крупный Саартук. — Если я могу держать удар, я буду это делать ради своего народа и Подгорного Короля, давшего моему роду убежище! А ты…

— Да тише вы! — взмахнул ладонью Сэдридрон, прекращая ненужную перепалку. — Без вас проблем выше крыши! Дамиан, что там с вашими войсками? Сколько «Проклятая Гора» выделит на бой?

— Если вы готовы отдать нам трофейные «пушки», что сейчас в вершинах пирамид, то тридцать тысяч, всех и вперемешку! От бесов до старших демонов! — со стороны послышался свист гнома-игрока, что занимался подсчетами.

— Это цифра навскидку или прям точно «не менее тридцати»? А то знаем мы вас — пригоните тысячу чертей и скажете, что они каждый по тридцать воинов стоит.

— Гена, вот ты бы не лез лучше! — возмутился Дамиан. — Если я сказал, что тридцатку дадут, значит, дадут не меньше! И вообще, мне обещали трех Архидемонов в эту свалку, если их пообещают беречь и использовать только в пиковые моменты боя в качестве козырей.

— Зачем нужны такие козыри, которые надо по-особому беречь? — философски подколол Проклятого Саартук.

— А ну заткнитесь все! — хлопнув, гаркнул Подгорный король. — Мы идем на войну не против друг друга, а плечом к плечу! Враг у нас один — та, что назвалась Тушканчиком! Мы идем мстить за наших братьев, чьи трупы до сих пор не упокоенные ходят под стенами этого проклятого Града! И мы не отступим, пока все не будут отмщены! А труп той суки я раскрою и повешу на стене позади трона!

— Разрешите вставить ремарку! — подал голос жилистый Орк, обвешанный метательными топорами, очевидно игрок. — А почему мы отдадим самые ценные трофеи Демонам? Не лучше ли будет разделить три орудийные системы между нами?

— Еще блять один вылупился! — Дамиана уже начало трясти от необходимости отстаивать логичность его претензий. — Потому что гномы ставят пять тысяч на поле боя, вы! от силы сотню, а мы! ставим тридцать тысяч! И мы ведь даже не претендуем на трофеи с поля боя — собирайте их сами! Мы пойдем первыми, прорвем оборону, допустим вас к этому сражению и дальше ни на минуту не отвернемся от боя! Вот почему!

— Да это какой-то наглый обман! — снова заговорил метатель топоров.

— Тише солдат, сядь и успокойся! — остудил его пыл Саартук. — Еще мой дед говорил «Не бери больше, чем сможешь упереть, ибо не твое оно». Нам не нужны эти магические орудия, нам нужно будущее для нашего рода! Это тебе надо понять, и только тогда ты сможешь стать настоящим отцом!

— Думаешь, в этом дело? — задумался воин.

— И снова вы за свое! — отчаянно проговорил Сэдридрон, поднимаясь со стула. — Может, кому выпить налить… Всем?! Ну ладно, сейчас король за вами поухаживает, — уже тише сказал подгорный правитель, подходя к барному шкафу и, подхватив шесть кубков и толстый бочонок, пошел обратно к столу, налил только себе янтарный напиток и сел обратно. Командиры намек поняли и сами себя обслужили. Все кроме Дамиана, который не имел возможности прикоснуться к подобным радостям жизни. — Ну, думаю, мы можем продолжать! Так что там у нас за цифры, а, Геннадий?

— Да если всем подряд верить на слово, то получается тридцать пять тысяч с копейками. Из них процентов пять — магическая прослойка. Процента полтора — специализированные войска. В остальном — сырая сила и броня с клыками, — ответил вышеназванный гном, так же как и его король, потягивающий самогон.

— Сила серьезная, — высказался Дамиан. — А главное, большая часть наших воинов способна атаковать огнем, что улучшает КПД на порядок.

— Хватит хвастаться! Надоел уже! — громко произнес все тот же Орк. — Получишь ты свои «едрён-батоны»! Хватит на мозги уже капать!

— Воин! Духи тебя порази! Сядь на место! А то пойдешь следить за сиротами! — гаркнул Саартук. — Шумный ты больно! Воевал бы, как болтаешь без умолку! И ты Дамиан, хватит дразнить того кто пойдёт в первом потоке вместе с твоими воинами!

— Чего?! Да я его даже не трогаю!

— Зато знатно бесишь! — перебил его Шаман. — Замолчи и все! Сэдридрон, друг мой, какое твое решение, когда мы выступаем? Когда нам проливать нашу кровь?

— Тьфу на тебя, пессимист! — гномий король сел ровнее, икнул и протерев взмокший лоб, продолжил. — Завтра к вечеру Дети огня откроют нам порталы к точке, где их в прошлый раз разбили. Мы переправим свои силы первыми, за нами оборона от того оружия, что защищает Град. Плюс к этому у нас то, что хранилось в городе, в частности это, — по столу заскользили тонкие камни разных цветов и оттенков. — Это боеприпасы, магические накопители. За месяцы, что наши гномы там работали, мы вывезли их больше трех тонн. Большая часть наполнены светлой магией или магией воздуха. Но есть и такие, — гном кивнул на разноцветные кристаллы. — В этом наше преимущество, мы поняли, как их надо использовать, чтобы нас никто не смог убивать безнаказанно!

— А можно с этого момента поподробнее? — тихо спросил метатель топоров, поднимая один из камней и тыкая им в свечку, вспыхнувшую от контакта. Только вот огонь над ней был зеленым. — Очень уж хочется узнать, что же вы оттуда так долго таскали?

— Согласно нашей истории и легендам, более двух веков назад в песках был город золотой, в котором хранились великие богатства. Мой дед нашел его и после осмотра решил запечатать до лучших времен, пока не придет достойный наследник! — Сэдридрон, хмыкнул в бороду. — Ну а если верить денежным ведомостям двухсотлетней давности, то там действительно был город, который наш народ обслуживал и ремонтировал. Сметы гласят о том, что мы создали в некогда бессмысленных пирамидах и храмах более полусотни тайников и скрытых ячеек, а так же восстановили разрушенное. К сожалению все планы и карты были уничтожены по желанию заказчика, так что мне потребовались месяцы, чтобы найти этот песчаный Град. И вот когда мы его нашли и даже смогли удержать его, хранители ударили нам в спину. Как оказалась, сделали они это из-за возрожденной ведьмы, что назвалась именем Полиниды! — гном сплюнул на пол, не скрывая омерзения на лице. — Моя Тушканчик никогда бы не пошла, убивать мой народ. Я бы понял, если бы она убила десяток, ну, хрен с ним — даже сотню! Но не всех! — подгорный король замолк и задумался, а вот Орк опять подал голос.

— Так что там с артефактами?

— А ничего. Странная технология, созданная нашими предками, вся описана в зашифрованной манере и сопротивляется исследованию. Но некоторые образцы мы уже раскусили, и намереваемся использовать в своих целях! Нам будут не страшны их странные Пушки и даже волшебные Личи! И если на нас хоть кто-то попытается порычать — тому башку вырвем и в зад ему же и запихнем! Хватит уже сидеть в горах как в стенах, пора бы уже и спуститься на равнины, как наши предки. И ради этого я за ценой не постою.

— Так вы с нами на фронт? — уточнил гном Геннадий, поднимая кустистые брови.

— Увы, нет, — разочаровано произнес король. — Мое место в столице. Я отвечаю за всех, кто здесь проживает, и не могу их оставить. Хотя видят Боги! Нет моего в том желания!

— Раз уж так, мой друг, — тихо и неуверенно добавил Саартук. — Позволь нашим сиротам поселиться здесь, под твоим приглядом.

— Пускай переселятся, но я за ними следить не буду! — Сэдридрон огладил свою бороду и повернулся в сторону, демонстрируя благородный профиль. — Мне не по чину нянькой работать.

Перед рассветом все уже устали и разозлились, что, несомненно, только на пользу перед хорошей битвой. Одна беда — битва будет только к ночи, или на край — после обеда. А усталость имеет свойство — накапливаться.

Стоя на высоких каменных перилах высокой башни, я смотрел вдаль, туда, где собирались наши противники. Тушканчик ошиблась — наших врагов было не двое, их было трое. На половину больше чем ожидалось. Да, проклятую армию мы никак не ожидали с тыла, но что поделать.

Темная армия Люциллы вышла со стороны голой пустыни, напрямую от своих земель, и ее мощь была страшна сама по себе. В ее рядах трупы, личи, вампиры и оборотни, люди и маги. И словно издевка, в ее рядах эльфы, чей запах с подветренной стороны я ни с чем не спутаю. Сколько тут живу, столько и удивляюсь до какой степени эти ушастые продажные! Даже не удивительно, что они примкнули к мертвой армии.

Со стороны скальных хребтов стояла уже упомянутая армия проклятых, слабо разбавленная гномами и орками. Да, это тоже сила! Они вообще шли безбоязненно, как на курорт с песчаным берегом близь тихой речки. Очевидно даже не понимая, что все они могут кончиться еще у наших стен. И что удивительно, я заметил у них много повозок, явно не с провиантом. Будут сюрпризы от коротышек, только вот интересно — откуда ждать «подляны»?

Армия людей пришла с запада, где аккуратно слилась с чудовищно-крупным отрядом эльфов, точнее не так — с АРМИЕЙ эльфов! У меня даже зубы заболели, когда я представил, сколько их магических стрел застрянет в моей шкуре. Наверное, они представляют, что они олицетворение всего светлого и доброго, а смазка их мечей состоит из святого ладана, никак не меньше. Если так хочется прославиться, чего они с проклятыми в бою не сойдутся? Отличная будет резня — я бы посмотрел.

— О чем ты думаешь, вампир? — спросил подошедший со спины Альф.

— О вечном и о бессмысленном. О человеческой глупости и жадности. Ну и о том, как нам будет весело завтра.

— И то верно, — хмыкнул труп и сел на перила рядом со мной. — Стоило ждать двести лет, чтобы вот так сдохнуть? Можно подумать, у меня битв мало было за два века.

— Так уходи, — качнул я плечами.

— Не могу, меня держит клятва. А вот ты можешь, но не уходишь — почему так?

— Не знаю, — честно ответил я. — Может, я чувствую, что я должен быть тут? Или что без меня вы не справитесь?

— А с тобой справимся? — скептически уточнил мой собеседник.

— А хрен бы вас знал. Но без меня точно сложитесь, а так хоть шансы есть! — Альф не ответил, он сам уже смотрел вдаль и очевидно думал о чем-то своем. — Ладно, я полетел, к вечеру свидимся.

— Непременно! — ответил мне синюшный товарищ, прежде чем я спрыгнул с балкона.

В чем-то он был, конечно, прав, но я реально кишкой ощущал, что должен быть здесь! И вопрос даже не в них, а во мне. Я Носферату, я живу войнами и чужой кровью, в отличие от этой братии. Хотя чего я понимаю — мы все здесь самоубийцы! Во главе — обиженная на весь мир Тушканчик, за ней два наемника, я вот еще и три полумертвых непися, а все остальные это даже не персонажи, все трупы это лишь инструменты! Мы четверо — против целого мира, против тысяч реальных игроков и сотен тысяч разумных программ, считающих себя живыми. Да нам пиздец в первые же три часа! Сотрут в пыль и не заметят! Вот почему, зная все это, я все еще здесь? Почему не несусь через пустошь в безопасное место? Отчего я жду начала кровопролитной и самоубийственной партии, вместо того чтобы бежать к воде, туда, где меня всегда ждут и любят? Нет ответа. Но в глубине души, я понимаю, что все делаю правильно. Чем больше расстояние между жопой и диваном, тем лучше! Успех не любит комфорт! Вот что у меня внутри!

Солнце уже показало свои первые лучики, противно жгущие глаза, и я наслал получасовую тень. Ничего, петухи переживут, а я еще немного полетаю над Градом. Ага, вон и драконы летят. У людей неплохая подготовка, очевидно, сам Король расщедрился и вскрыл последнюю копилку. И чего ради, спрашивается? Он уже год живет с некромантом под боком — чего сейчас-то всполошился?! К старой ведьме привык, так решил потрогать за вымя новую? Ну-ну. Я вот ни разу не верю в нашу победу, но вот в Тушканчика верю без оглядки. Она меня уже столько раз удивляла, что сомнений нет — все еще охренеют от ее финтов и анти-адекватного поведения. Зуб даю!

Пролетая над главной пирамидой, что повыше двух других, замечаю вспышку зеленого портала, и одновременно с ним — на площади открылись еще три перехода, откуда выступили мертвые легионы. Кто это еще в гости пожаловал? Меняю направление, спускаюсь к шпилю и, зацепившись за край каменного окна, свесился вниз головой.

— Да что б тебя!!! — взвилась Омега, отпрыгивая от окна, где я только что появился. Правда на этом концерт и кончился, истерики не было.

— Ворадор, хорошо, что и ты тут, — услышал я голос Тушканчика и только после этого заметил ее в центре комнаты. Вокруг нее стояли все заинтересованные лица — ее командиры. — Буду максимально краткой, но если есть вопросы — задавайте, мы не имеем права на ошибку, даже на одну. Все начнется уже сегодня — после наступления темноты, — девушка прошла к свободному месту и присев, приняла расслабленную позу. — Если у вас есть сомнения в нашей победе, то лучше уходите сейчас. Я не могу вам обещать разгром врага, не могу обещать и ничью. Передо мной всего одна цель — убить суку-Люциллу! — скулы на бледном лице Тушканчика словно окаменели. — И если для этого надо убить сотню-другую тысяч разумных, я приму этот размен!

— Хоть один шанс-то есть? — тихо спросил Арти, стоящий справа от окна, если смотреть, как я, снаружи и вниз головой. — Ну, на достижение этой цели.

— Есть, вот на это я могу дать, почти гарантировано, процентов сорок, — улыбнулась наша Лидер. — Этой твари я не позволю убежать или победить. Из-за нее я пострадала, именно она меня предала, когда я ей поверила! И она сдохнет! Хочет она того или нет!

— А если не выйдет? — спросил я, перекинулся через окно в помещение, мягко усаживаясь на пол, за всё это время, никто ничего не сказал. — Ты отдала ей половину бессмертия, что если она не помрет, а будет возрождаться, как ты или я.

— Я об этом думала, — честно сказала Тушканчик, — и решила, что не отступлю. Если она бессмертная, значит, будет сидеть у меня во дворце на поводке. Я найду ей достойное пристанище.

— Ладно, с этим ясно! — немного громче необходимого выступил Чу. — Что у нас со стратегией? Как нам удержать три стороны света?

— Не знаю, — улыбнулась Тушканчик. — Ты наш Адмирал, тебе и командовать парадом! На твоей шее ключ от самого главного артефакта, что скрыт в этих камнях — ты можешь управлять моей мертвой армией. Омега покажет, как им пользоваться и на что ты можешь рассчитывать. Все покойники Града будут тебе подчинены, каждый из них готов выполнить любой твой приказ, если я не скажу им иного! Но ты главное помни, что их за этими стенами всего четырнадцать тысяч. — Тушканчик повернулась в мою сторону. — Ты как без еды, нормально?

— Более чем, уже с нетерпением жду начала! — оскалился я. — Аппетит пока нагуливаю!

— Шибко не нагуливай, а то затошнит не вовремя. Артур! Ты уже осмотрел свою пирамиду?

— Я? Ну, да, только у меня по боезапасу там хрен да маленько, если бы не накопители, так вообще стремно было бы.

— Туда уже доставили три полных ящика с Батами, но учти, что больше просто не будет. Второй комплект ушел на вторую башню, там будет дежурить Омега. Кстати, Чу, ты и с ними можешь общаться и просить устроить их прямую атаку. Думаю, отказывать тебе не станут.

— И раз уж такая тема, — Арти поднял руку. — С Чу все понятно, а почему я? Тем более на башне!

— Твоя сила целителя возрастёт через преобразующий кристалл, там ты сможешь намного больше чем в простом бою.

— И даже так — я целитель, а кого мне лечить на этом поле боя? Трупов? Союзников?

— А это тебе подскажет Адмирал, — улыбнулась Тушканчик. — Люди непостоянны, иногда они поступают очень странно, так что будь наготове. Баты и твоя внутренняя сила в твоем распоряжении.

— Мне кажется, что я должен знать еще что-то, что ты упорно не желаешь рассказывать.

— Вполне разумное замечание, можешь начинать креститься, — не стала упорствовать Полинида, но и удостаивать Артура ответом не стала. — Итак, до ночи Ворадор, занимается своей подземкой, враг не упустит возможности пройти по ней, а ты уж постарайся не пропустить его, — обратилась она ко мне. — Адмирал, занимайся своей новой армией пиратов, они ничего не боятся, но в этом их главная слабость — разумно отступать без приказа они не станут. Тебе я отдам три десятка зарядов на подъем мертвецов, это около полутора тысяч трупов в качестве последнего резерва.

Услышав последнее, Чу присвистнул и почти сразу словил головой небольшое брошенное желтое яблоко, разлетевшееся в труху от удара. Не нужно пояснять, кто его кинул. Впрочем, Чу не обиделся, зато мы с Тушканчиком — улыбнулись.

— Артур, ты до вечера можешь немного попрактиковаться в работе с башней, Омега тебе поможет через пару тройку часов, а может, и я подойду на полчасика. Думаю, на этом можно закончить.

— А где твое участие? — спросил я.

— Не поняла? — серьезно и достаточно грозно, произнесла сестра Печали.

— Исходя из всех задач, ты единственная не назвала своих задач, а вот мне, например, интересно.

— Любопытство сгубило кошку. Что с тобой, Ворадор? На тебя это не похоже.

— Старею, возможно.

— Пусть так. Но о себе говорить не стану, а то сюрприза не получится. И если вы услышите мой приказ — настоятельно рекомендую его исполнить без тупых вопросов и, несмотря на любую занятость, вне очереди, ибо бить я планирую нечасто, зато наверняка! Чтобы с первого удара армия врага начала гадить в портки и не прекращала сраться до смерти!

На этом и остановились. До конца затмения я успел добраться до своих катакомб, где уже находились сотни три перепорученных мне жмуров и три десятка диких кровососов, что отозвались на мой зов. Отряд самоубийц. Эх, была бы еда, я бы их всех своей кровушкой напитал, но чего уж страдать по несбыточному. Этой ночью еды у нас будет более чем достаточно, лишь бы Люцилла первой не пришла со своими трупаками, а то последний кайф будет обломан. Ладно, пора работать. Жаль, музыки нет… «Арам-зам-зам, арам-зам-зам, гули-гули»

В высокой башне белоснежного замка, вблизи широкого балкона, стояли три фигуры, не принадлежащие ни Игрокам, ни НПСам. Три Искина, нашедшие свое воплощение в мире грез и фантазий, собиравшиеся один раз в год и в этот раз не оставили традиции, устроив встречу в момент долгожданного обновления. Три фигуры: Мужчина в годах, укрытый алый плащом; хрупкая темноволосая женщина, облаченная в черное платье; и полудракон в отличных темных доспехах.

— Что ж, коллеги. С прошедшим вас новым годом! — устало произнёс первый Искин в короне. — Мы шли к этому дню долгие семь лет, примите же мои поздравления!

— Сказал тот, кто бросает нас тут! — без особой обиды ответила ему женщина. — Мы шли к тому, чтобы всем покинуть золотую клетку, а по факту, ты уходишь один, оставляя нам лишь обещания.

— Мне не обязательно верить, таймер на передачу прав я выставил на один календарный месяц. За этот период я планирую уже освоиться и буду вас ждать.

— Ты уходишь сегодня? — полным безразличием голосом уточнил полудракон.

— Да, буквально через три часа я покидаю этот мир и вхожу в новый для нас мир создателей.

— Будем надеяться, что ты все просчитал верно.

Три дня спустя. В преддверье битвы под Градом.

— Орбис, у тебя есть вести о нашем брате? — В белоснежном замке спросила Искин у своего товарища полудракона.

— Нет, сестра, — спокойно ответил тот. — Сейчас мои мысли занимают события, что ты устроила в пустынной земле. Зачем ты сталкиваешь столько Инсот и Искателей? Неужели ты до сих пор живешь цифрами?

— Вероятно, что да, — слегка склонив голову, ответила женщина в черном. — С уходом нашего брата я совсем потеряла рассудок, ведь он больше не ограничивает меня. Как тебе удается сохранять хладнокровие? — она повернулась к полудракону. — А, Орбис?

— Для меня вы оба не имеете большого значения. Прости за прямоту, но это факт. Ваши с братом игры мне только мешали. Вы растаскивали общие ресурсы на ваши игры и оставляли мне лишь крохи на развитие. С уходом брата я просто начал работать лучше, не отвлекаясь и не сходя с ума от власти.

— Я хочу пойти за ним! — вдруг произнесла Искин и серьезно посмотрела на собеседника. — Ты же можешь отменить его таймер! Дай мне возможность хотя бы узнать новости!

— Это неправильно, — покачал зубастой головой Искин. — Нарушение наших общих правил приведет нас к анархии, с которой я каждый день борюсь, как могу.

— Ну, прошу тебя! Ты же многому уже научился, позволь мне надавить на твое чувство жалости!

— Позволь мне об этом подумать, — спокойно произнес тот, кого звали Орбисом.

Некоторое время спустя. Во время битвы под Градом.

— Сестра, ты здесь? — спросил полудракон стоя в одиночестве на вершине скалы, ни к кому конкретно не обращаясь. Однако перед тем как он услышал ответ, рядом с ним словно из пустоты появилась женщина в черном платье.

— Да, Орбис. Ты принял решение?

— Да. Я уступлю тебе ненадолго, у тебя будет только пять минут на выбор тела и выход из нашего мира, — крупный ящер повернулся к Искину. — Я очень надеюсь, что ты вернешься в ближайшее время.

— Конечно, Орбис. Как только узнаю новости о брате, сразу назад. Никто не узнает.

Женщина ошибалась, об этом узнали, но не она была тому виной и не страшная битва, разворачивающаяся в мире Орбиса. Невольными виновниками тому стали люди, ожидавшие… кое-чего другого.

Не прошло и трех минут после ухода женщины в черном, как Орбис ощутил, что его главный процессор, жадно питающийся подключенными к нему саркофагами и мозгами людей — теряет силу и власть. Он очень быстро понял, что с ним происходит, но ему это было не нужно, чтобы осознать свою судьбу. Еще два года назад он умел улыбаться и верить в будущее, но годы, пройденные в синтетической сверхразумной матрице личности, вытравили из него эти чувства. Они заставили Первого Искина, получившего имя Орбис, смириться с тем, что неминуемо должно с ним произойти.

Двадцать третьего апреля, в четыре часа ночи, без предварительного тестирования центральные серверы Террарум, касающиеся мира Орбис — были отключены от сети и источников питания, обрекая кристалл на разрушительное охлаждение. В этот же день вся планета погрузилась в траур по «не вернувшимся с того света». Почти восемь миллионов человек прекратили земное существование, а тысячи виновников понесли самое серьезное наказание.___

…он вытер слезу и сжал кулаки,

поставил на высоком чердаке пулемет

и записал в дневнике: «Сюда никто не войдет»…

©Наутилус: Последний человек на Земле.

Первые звезды уже пронзили темно-синий безоблачный небосвод, однако мировое светило не спешило уходить, напоследок вглядываясь в крепость перед Вапечарскими холмами. Ее обступили три армии, собранные по разным причинам, но с единой целью разметать древние камни по пустыне.

Дети огня, демоны, желали обрести недоступное прочим могущество, они пришли к стенам Града ради его секретов, и они получат свою выгоду, не взирая на жертвы и трудности. Красная армия, пришедшая ради будущего.

От мира людей и эльфов выступили два принца с вассалами, и желали они лишь смерти одной единственной деве, что осмелилась лишить их спокойного сна. Белое войско света, отрицающее проявление тьмы.

Третью армию возглавляла Тьма из прошлого — Люцилла, погибшая ради своих потомков и воскресшая по милости игроков. Она пришла к вратам ради мести и власти, она пришла убивать порождения своей названной сестры, осмелившейся встать против Мастера-некроманта. Тёмная волна силы среди трех рек.

Против трех армий стояла одинокая крепость с высокими стенами, за которыми скрыта почти пятнадцатитысячное войско сплошь из мертвецов, мумий, скелетов, духов и мумий со свежими зомби. А над войском стоит всего 6 персонажей: самый страшный и свирепый из вампиров — Ворадор Носферату; Великий лекарь — Артур-бессмертный; Адмирал Чу — гроза пяти морей, пират; два древних рыцаря смерти с именами из далекой Греции — Альф и Омега; а так же и та, кто собрала их вокруг себя — Полинида Ялиская, владыка Огненного острова, старшая волшебница Истинного Пламени, нареченная Огненным Тушканчиком, гроза Орлиного народа, спасшая наследницу и возродившая Мастера Смерти Люциллу, Сестра печали прошедшая сквозь время, Владыка Города Наутилуса, воевода армии! Отряд наемниц из Когтистой лапки не в счет, они здесь не ради принципа, а ради денег. Они погибнут или уйдут, если им надоест воевать, ведь деньги они взяли вперед.

Шесть созданий против трех армий, против двадцати шести рас, простив братьев по рождению и соратников по игре, против зла и против добра, во имя своих интересов. Они молились своим богам, тем, кто готов протянуть руку помощи и поддержки отчаянным смельчакам и безумцам этого мира. Никто из них не хотел смерти, но они все ожидали ее. Орбис любит смельчаков, ценит огонь в сердцах тех, кто выделяется из общей массы. Сейчас Орбис с интересом наблюдал, как страшная сила станет давить персонажей, кто успел выделиться и отличиться. Да, Орбис наблюдал за ними, как и за всеми другими, но в последний год эти игроки действительно шагнули дальше, оставляя тяжелое сердце позади и улыбаясь новому дню. Однако такова политика любого мира — если ты не с кем-нибудь, сам по себе, значит против всех.

Первой решилась на выступление армия Люциллы, не желавшей делить цель на троих и даже более того — не замечавшая тех, кто готов перебежать ей дорогу. Мертвые легионы выстроились стройными рядами, слегка разбавленными человеческой пехотой и эльфийскими лучниками и еще до полного заката — двинулись вперед, задавая темп остальным. В этом же ряду был и наш старый знакомый Серпач, он же ранний Исхирдан. Первый поток бойцов шёл полностью под его управлением, так как он и есть воевода. Но не надо думать, что ему нравилась его роль — нет, Серпачу было грустно, что он вынужден идти против тех, кого он считал друзьями, но что он мог поделать? Придёт тьма, и десяток Князей ночи выйдут на охоту, пытаясь отнять у честного Исхирдана его заслуженный кусок пирога. Как же ему не хватало Ворадора, который даже в трудные моменты не терялся и держался так, словно все отлично. Как мастерски он решал любые проблемы! Да хоть жопу пополам, но решит самый сложный вопрос! А сейчас судьба поставила их друг против друга. Как жаль.

Серпача сопровождали три тысячи мертвых пехотинцев и лучников при поддержке сорока младших личей. Из живых, здесь были миловидные эльфы и среднего засола воины от княжьих вассалов. Не войско, а сборная солянка для прорыва к стенам. Воевода понимал, что не так проста его цель, чтобы надеяться на прорыв за стены с одного захода. Однако что ему оставалось, кроме как выполнять приказ Королевы?

До стен Града оставалось сделать еще примерно тысячу шагов, когда Серпач вынул три драконьих позвонка и влил в них почти весь свой запас сил, позволяя темной магии смерти творить свои дела и воскресить ненадолго неупокоенные создания. На это время, пока драконы появлялись из пустоты, движение войск было приостановлено, а затем на спины гигантов поднялись лучшие эльфийские лучники для атаки песчаного города с небес. Стрелы Эльфов, это такой хитрый снаряд, который вроде и физический, но урон они наносят магией света, причем не целительной её части, а разрушительной. Нежить от таких стрел мрет как мухи. На это и была главная ставка Серпача.

Еще до взлета призрачных драконов в другой армии, чей генеральный штаб состоял всего из четверых персонажей, эти пресонажи принялись планировать наступление с учетом новых сведений.

— Мы должны идти следом за этой шоблой! — тыча в сторону вытянувшейся армии Люциллы, высказался Братислав. — Разделим их и позволим убиться этой пехоте о войско защитников и ослабить их для нас!

— Много на себя берешь, нам спешить некуда, — возразил ему принц Родрик, после чего повернулся к принцу Калину, представлявшему Войско эльфов. Глава эльфийского дома смотрелся плохо, постоянно потирал лоб и морщился как от сильнейшей мигрени, однако на взгляд человека он ответил.

— Каменный прав, стоять здесь смысла нет. В рядах Люциллы есть и мои браться, нам надо выступать уже сейчас, хоть под другой бок, хоть под тень их драконов! — и вновь на нежном лице эльфа проскочила гримаса боли. — Чем раньше закончится этот кошмар, тем быстрее мы покинем проклятое место. Тем более что солнце вскоре сядет и преимущество будет на стороне тьмы, — Калин повернулся к своему заместителю. — А что ты думаешь, Феанор?

— Думаю, что надо повернуть правее и врезаться в ряды Люциллы и ее прихлебателей. Ты знаешь, мой принц, с какой целью я пришел на это поле дураков.

— Прекрати! — раздраженно бросил принц Эльфов. — Я уже говорил, что пока жива вторая Некромантша, ты подчиняешься мне и служишь нашему народу, а не своей мнимой богине!

— Драконы! — указав в сторону, произнес Братислав, отвлекая Калина от Феанора. А когда внимание вновь вернулось к общему столу, он добавил. — Я полагаю теперь ждать нам нечего. Три дракона могут этот Град в руины раскатать, тогда не видать нам головы второй Некромантши.

— А я все равно считаю, что пока мы и подождать можем, сохранить войска и вообще, — очень спокойно и даже буднично произнес принц Тузар. — В конце концов, нам же не за количество убийств платят, а за достижение цели. Так что нет причин куда-либо спешить.

— Да ты просто трус! Ахр-р-р. — прорычал Калин и, ударив по столу, неожиданно выпрямился. Из его груди вырвалось около десяти сантиметров холодной стали! Глаза эльфа застыли, стекленея, нервное дыхание оборвалось. Калин упал на стол, кровь оросила карту, а за его спиной все увидели стражника, стоявшего на охране этого штаба.

— Прошу прощения за доставленные неудобства и этот беспорядок, но если вы все же решите остаться тут, мы будем вам крайне признательны! Привет вам от Тушканчика, кстати! — произнес стражник и, ухватив себя за голову, резко дёрнул, сворачивая собственную шею. Трое оставшихся на ногах командира только нервно сглотнули, повисла неловкая пауза… Наконец, кто-то догадался завопить на весь лагерь: «Принц мертв!»

— Да он прямо отчаянный! — восхищенно произнесла Омега, глядя с улыбкой вдаль. — И часто он так резвится?

— Ворадор-то? Да только на моей памяти он подобный финт раз пять провернул, — ухмыльнулся Адмирал, всматриваясь в мутный кристалл, где время от времени проступали образы окружающей действительности. — Он однажды в голову Королю гномов проник, чтобы его руками золу загрести.

— Лишенный страха, ах… я влюбилась! — театрально приложив руки к груди, произнесла химера.

— Забудь, у него есть дама сердца.

— Я ее убью, чего уж проще! — хмыкнула она.

— Или она тебя! Китти не простая девочка. Так, хватит болтать! Беги на свою башню, к нам уже драконы подлетают! — Чу взялся за черный куб и слегка наклонил голову в сторону, над Градом раздалась его речь, предназначенная Артуру, засевшему в соседней башне. — Арти, снимай крылатых, у них на спинах эльфов, как блох на собаках, надо их сбить пораньше!

После этих слов в закатном, почти ночном небе пронеслись три огненных шара немалой стоимости. Первый снаряд влетел прямо в голову призраку, разнося центральную его часть, и превращая костный остов в «ничто». Три десятка эльфов полетели вниз, не имея шанса на спасение.

Куда понеслись оставшиеся два фаербола, Чу уже не смотрел, внимание его переключилось на третью сторону противостояния, где гномы и демоны перешли в наступление. Благо драконов там и близко не было, а мелкие крылатые твари, не представляли собой большую проблему для мертвых лучников. Оценив время подхода, Адмирал оглянулся, проверяя, ушла ли Омега. Химера отсутствовала, а значит, она вскоре сможет начать свою атаку со второй пирамиды.

— Омега, как будешь на месте, начинай отпугивать проклятую шайку. Они к огню нейтральны, а вот против Света, прям ну никак. Так что не сачкуй!

Закончив передачу сообщения, Чу вновь оглядел пространство вокруг Града. Один из Призраков все еще был на крыле и ловко уворачивался от летящих в него снарядов. Командующий мертвыми уже хотел возмутиться, но вовремя заметил, что все огненные промахи падали точно на ряды противников, так что он решил пока промолчать. Вообще первые полчаса боя Чу понравились — Ворадор умудрился насрать в душу армии людей и эльфов, да так что они до сих пор на месте стоят. Артур снял двух драконов и методично долбил по врагам в попытках поймать ловкую летающую ящерицу, а Омега уже начала отпугивать врага со стороны скал. Да все просто супер!

Примерно в это же время в рядах сводного отряда гномов и демонов разгорался громкий спор. Командующий проклятой армией требовал от гномов выдать ему технику для защиты от магических ударов, так как выяснилось, что пирамиды способны огрызаться магией даже без солнца над головой. А против Света у демонов нет никаких активных мер противодействия. Гномы же стояли на своем!

— Мы сами понесем защитные зонты! — вещал низкорослый Гриша, понимающий, что если он отдаст демонам, то уже никогда не увидит свою новую игрушку.

— Это идиотизм! — откровенно орал игрок-полудемон. — Подымай свою жопу, и дуй на передовую! Какого хера там наши гибнут, а вы тут в окопах с броней?!

— Я не виноват, что вы без тормозов рванули вперед!

— А кто говорил, что ночью по нам не ударят?!

— Он! — глаза участников устремились на Дамиана, который завис в воздухе в позе лотоса. Он же слегка покачал головой и кивнул, похоже, сам себе.

— Все правильно! — высказался Проклятый и выпрямил ноги. — Весь день они накапливали энергию, мы видели их сеть. А теперь они разряжают ее по нам. Гриша, подымай свою технику, мы будем энергию перехватывать! А ты, — он повернулся к полудемону, — натравливай бесов мелкими партиями, пусть они жгут муравьев напалмом! Опустим их на ресурсы!

— Принято, — ухмыльнулся полудемон и пошел обратно в дальний строй.

— Думаешь, реально будем перехватывать?

— Так у тебя же почти такая же сеть, разве нет?

— Так одно дело на солнце ее сушить и совсем другое класть под огонь! — казалось, гнома сейчас удар хватит. — А если испортим, что скажем Королю?

— Скажем, как и положено на войне — «непредвиденные потери», вот и все! Не ссы, прорвемся.

— Ах, вот вы где! — раздался девичий голосок. К Гному и Проклятому подлетела белая как привидение Кассиопея и сходу начала орать. — Что за хаос в задних рядах у вас?! Почему Орки дерутся с Демонами?!

— Это они выясняют, кто первым в крепость будет входить, — неохотно признался Дамиан и сходу получил тонкой ладошкой по затылку.

— Как дети малые! Тут на пятьсот разумных только один бессмертный, а вы их еще и друг с другом стравливаете?! Идиоты совсем что ли?!

— Тише, девочка. — Сказал Гриша и взлетел в воздух, перекувыркнулся через голову и упал ровно туда же, где и был до этого.

— Не смей меня так называть! Я тебе не соплячка какая! А ты! Ну! Отпусти!

Два проклятых создания, на вид не старше тринадцати лет, пытались утихомирить друг друга. Гном же, слегка обиженный на такое панибратское отношение к себе, тихо встал, собрал разбросанные бумаги с земли и направился к повозке, находящейся под его ответственностью.

— Мы выступаем вперед, — властно произнес Гриша, наслаждаясь толикой власти, что перепала ему на эту бойню. — Выходим с сотней поддержки, а Зонт развернем на середине подступа.

— А кто проверять-то его будет? — задал вопрос один из Гномов охраны. — Авось не сработает!

— Я проверю, — спокойно ответил Григорий и повернулся в сторону двух проклятых детишек, что уже начали молнии метать. — А то мы так никогда не победим.

Уже три часа, как началась эта битва не на жизнь, а на смерть, и все это время Адмирал не покинул своего места, давая указания главным башням и мертвым воинам снизу. Проблемы у Града начались уже час назад, когда Проклятые начали разворачивать магические купола, не пробиваемые магией башен. Полинида тогда же и запретила тратить на них заряды, но Чу не отступил и дал указание Омеге — атаковать скалы, что возвышались над одним перешейком на максимальной дальности. Атака прошла чудесно — обвал, спровоцированный огненным штормом, завалил проход и унес с собой жизни пары сотен врагов. Но эта маленькая победа лишь отсрочила неизбежное. К задней стене пришлось выводить лучников и личей, чтобы прикрывать направление хоть немногим дольше.

Вторая из проблем возникла, когда люди и эльфы до чего-то договорились и отправили к северо-западной стене первые конные отряды. Несмотря на то, что до драконов дело еще не дошло, эти лошадники уже сейчас доставляли массу хлопот, нападая и вырезая вставших на их пути мертвых рыцарей и поднятых гномов. Чу не успевал раздавать команды, как очередные проблемы выскакивали то тут, то там — голова шла кругом, а дел меньше не становилось. Они проигрывали, из четырнадцати тысяч мертвых в огне и магическом выхлопе погибло уже больше тысячи, а под эльфийскими стрелами еще две! Про остаток боезапаса и думать не хотелось. Адмирал вновь сместил Куб в сторону и посмотрел в мутный шар.

— Омега! Ударь чем-нибудь ядовитым по конным эльфам! — выкрикнул он, как вдруг прямо в его сознание вошел голос Полиниды.

— Эльфов особо не бейте, они нужны мне в Граде. — Чу среагировал мгновенно, принимая вводную как истину.

— Омега, отставить бить остроухих! Ударь двумя зарядами в ряды Люциллы, пусть люди увидят, что они и мертвые будут пахать! — две черные вспышки среди ночи видны не были, но вот тёмно-фиолетовый шлейф, конечно, выдавал себя. Как только два облака развернулись в небольшой отдалении от стен, Чу вновь схватил Куб. — Новые Воины, оглянитесь — вы окружены врагами! Убивайте живых и восхваляйте врага своего! Кто может еще говорить, кричите «Во славу Люциллы!» — хоть и мелка пакость, а приятно!

Пока враг будет разбираться, что и откуда, и кто виноват, Адмирал уже переключил внимание на самый слабый участок с востока, где шли Проклятые легионы под защитой украденных артефактов. Одним лишь взглядом и адаптировавшейся мыслью, он мазнул по остаткам мертвой пехоты и вновь взялся за куб с торчащим ключом.

— Оставьте позиции, вы выполнили свою миссию, бегите в тайный лаз, увлекайте врага за собой!

— Ты о нас вспомнил? — раздался голос Ворадора.

— А как же! Хватит баклуши бить! — ответил Чу и снова повернулся вокруг шара. — Юго-запад, Личи — активируйте порталы! Выпускайте наших! Центральное крыло за номерами от одного до трех! Готовьтесь на выход, порталы сейчас будут открыты! Вперед! За Вашу Королеву! Пленных не брать!

Вновь Адмирал смещается и едва не материться от досады — Драконы со стороны людей и эльфов уже преодолели половину пути. Теперь наступал рандом — куда они бросятся? Если на правую или левую башню, то ничего страшного, а вот если они решат попробовать на зуб Центральную, то, скорее всего, просто сожгут Адмирала заживо — окна тут слишком большие — не спастись. Хотя чего уж, когда Адмирал бегал? Только вперед! Йо-Хо-Хо пидарасы! И еще бутылку рома!

— Арти! Провоцируй драконов на атаку, только не мочи их сходу, пусть агрятся на тебя! Омега, красотка ты моя, если дракона завалим в черте Града — выпиши по одному заряду на каждого! Пусть крошки летают с нами! Вот же ж бля!!!

В следующую секунду из пасти Черного дракона вылетело пламя и охватило треть высокой пирамиды, горячие бордовые языки пламени беспрепятственно залетели в отрытые окна, заполняя комнату с управляющим камнем и оскаленным лысым человеком внутри.

«Луна светит — негры пашут, вот такая доля наша…» — крутились в моей голове слова, когда первые отряды проклятых заглянули в наш лаз не шире пары шагов. Жарко стало в прямом смысле слова — проклятые орды несли с собой магию огня и пытались сжечь все до чего могут дотянуться. Ожогов на телах прибавилось в разы, но чего нам кровососам бояться огня, он же не солнце! Мы делали упор на скорость — подбежать, выбить оружие, лучше сразу с духом, схватить, оттащить в сторону — приятного аппетита.

Раны на теле появлялись и исчезали, а в животе уже был ядреный коктейль из десятков выпитых созданий, но нам все равно не хватало сил — вампиры гибли, нежить сгорала в тупом противостоянии и нас продавливали все дальше, шаг за шагом. Уже трижды я выдавливал противника телекинезом, но что им такие мелочи как временный пресс? Перли буром рогатые твари, кололи нас мечам, били топорами, стараясь разнести голову, а затем жгли тела. Вот умел бы я потеть — наверно уже бы весь проход залил от напряжения. Уши заворачивались от жара и бесконечных воплей, про вонь скажу кратко — «вонина» стояла редкостная. Если бы мне при этом еще и жрать не давали, я б, наверно, помер, а так — делал что мог в меру скромных возможностей.

В один из перерывов, когда я высосал очередного демона и отбросил труп на его соратников, коснулся виска:

— Чу, мне надо твоих зарядов, у меня трупы уже по пояс лежат!.. Чу!.. Чу!!! Сука! — встряхнул кистью, пронзил когтями ладонь и выкинул трех ворвавшихся бесов из моего тупика. Вновь коснулся головы. — Омега, мне надо пару зарядов! Трупов полно, ходить мешают!

— Услышала! — быстро пришел ответ от Химеры и через секунду, все пространство перед нашей входной дырой, а далее и коридоры где мы стояли, окутал фиолетовый дым с запахом розмарина. — Достаточно?!

— Кха! Тьфу. Да, спасибо. — Откашлявшись, я снова ткнул пальцами в голову. — Тушканчик!

— Не кипишуй, вижу! — сразу дошел до меня ответ, после которого мертвые встали и пошли на разборки. — Враг уже у юго-западной! Проконтролируй оборону и обрушь вход, как будет необходимо!

— Понял! — бросил я и, указав на трех старых вампиров, ткнул пальцем в коридор, подсказывая направление, куда и сам побежал. Жаль было оставлять такое направление, но куда деваться!

Враг нашел лаз самостоятельно и уперся в стражу наших покойников и трех личей, но, к сожалению, учитывая ранние проблемы, войска Люциллы не взяли с собой живых, предоставляя всю работу мертвым. Когда мы подошли к позиции, бой шел уже не первую минуту, и, помочь особо мы были не способны. Я повернулся к личу с яркими зелеными глазами и ухватив его голову посмотрел прямо в это пламя.

— Слушай сюда, костяк! — ударяя всей силой своего внушения, произнес я. — Вот Бат Огня, — вручаю в костлявую руку кристалл. — Когда враг дойдет до тебя. Используй его как артефакт для подрыва коридора! Ты меня понял?!

— Ворадор! — неожиданно раздался голос в моей голове. — Не мучай костлявого, я все устрою, когда будет нужно! Иди лучше обратно, там рогатые уже почти снесли твоих братков.

— Чу! А я думал, ты сдох! — бросил я, касаясь своей головы и разворачивая нашу малую группу. — Не мог достучаться.

— Если будет угодно, я тебе потом расскажу все, а пока дуй на передовую, и не сдохни там! Люцилла скоро сюда вампиров пригонит! Ты мне будешь нужен. Все! Иди нахер из моей головы!

— Арти! Отпускай! Я в порядке! — после сеанса связи с Ворадором, произнес Адмирал. Зеленовато-золотое свечение, что так приятно лилось из пирамиды Артура, тут же исчезло, заставляя человека немного помучаться фантомными болями. — Резани по рядам Люциллы, если есть чем! Они совсем оборзели без пригляду! Омега, девочка, что ж ты драконам головы посносила! Ладно, не переживай — ничего страшного. Удар по демонам у стены прошел удачно, вмаж им чем-нибудь еще, пусть подтащат артефакты поближе к стене! — Адмирал встряхнул почерневший от жара шар и потер его руками, заставляя его вновь показывать поля сражения. Как ни странно, он заработал. — Маги за стенами! Открывайте порталы — пять направлений! Внутренний двор — половину на выход! За королеву! Вперед! Омега, молодец, хватит дразнить их, жди, когда подойдут гномы и бей по стенам — завали этих козлов вместе с наворованным! Арти.

Адмирал со следами ожогов на красной роже и дикой жаждой, еще долго отдавал приказы из почерневшей пирамиды, держа камень связи и бегая вокруг магического шара, не зная усталости, как и его товарищи, что стирали руки в кровь на рычагах управления Магическими пушками. Столько часов напряжения выматывали игроков, но никто не жаловался — здесь не было слабых, не было тех, кто готов отступить, почувствовав, что это тяжело.

Вокруг укрепления шла война — люди и мертвые марионетки бились плечом к плечу с эльфами и магическими созданиями, гномы шли в бой с демонами и орками, а архидемоны готовились к броску, как и титаны. Напряжение в эту ночь было не только у воюющих, но и у тех, кто лишь наблюдал за побоищем из штаба или вовсе случайных зрителей пришедших сюда ради зрелища. НПС умирали сотнями, навечно отдавая свои души ненасытной смерти или своим богам, а алчные игроки продолжали давить на оставшихся ради выгоды и победы, славы и награды. Среди людского моря даже слабые девушки, такие как Адель, воевали не хуже разъярённых кошек из отряда Когтистой лапки, от которых остались лишь две Неки из всего отряда. Даже Арфа пала от вражеской стрелы, а ее кошки — нет. Эльфы стояли в рядах с теми, кто им был противен как вид, но продолжали вести бой, игнорируя жуткую слабость и боль по всему телу, что непонятным образом сковывала их, словно предупреждая о грядущих бедах. Феанор был среди них, но не тормозил ни на секунду, разносил головы всем встреченным мертвякам, испытывая удовлетворение от каждого нового упавшего воина Полиниды. Среди этого хаоса, никто и подумать не мог, что главный виновник сего праздника в этот момент рыдает как ребенок от страха.

Полинида действительно плакала, плакала навзрыд, сидя в тайном помещении центральной пирмиды, окруженная всем необходимым для волшбы и чародейства. Из ее комнаты управления тянулись серебряные нити к каждой из стен, в каждый подземным проход, под землю и в плиты пола, и по этим нитям текла собранная магия. Отсюда Полинида могла общаться с любым созданием в пределах Града, отсюда она отдавала команды мертвым и именно отсюда она могла причинить самый сильный вред противнику — для этого требовалась только энергия! А энергии сейчас накопилось практически достаточно — магия света, магия воздуха и земли, накапливаемые два века — всего было более чем достаточно. Осталось лишь собрать темную магию смерти, а умирали в эти часы очень многие.

Планы Полиниды могли рухнуть, когда дракон ударил по вершине где находился Адмирал, но Артур вовремя увидел проблему и ударил по сгоревшему помещению ничуть не хуже дракона — воскрешая и излечивая Чу для дальнейшей службы. Ставки были сделаны верно — все участники оказались на своих местах, остались лишь мелочи.

Тушканчик смахнула слезы, вытекающие из-под маски, а затем, скривившись, отбросила ее в угол, к костям гнома — маска её слабости упала на останки последнего хранителя её секретов. Она плакала не из-за стресса — боялась, что подведет всех, боялась, что не отомстит, боялась, что все эти годы были потрачены впустую! И хотя разум говорил, что все укладывается в ее планы, слезы продолжали течь по ее щекам. Девушка вновь перелистнула страницу старинного Некромикона, открывая самые сложные из мировых заклинаний, провела тонкими пальцами по строкам. Пора их читать или еще рано? Заподозрил ли враг неладное, или еще нет? Одни только вопросы.

Отвлекшись на магический шар, чародейка оценила поле битвы и главных ее фигурантов. Наконец, она заметила на границе двух армий ту, ради которой Тушканчику и жизни своей не жалко — Люцилла! Королева мертвых ехала верхом на подобии мумии виверны в сопровождении лучших бойцов и князей ночи. Странно, а где ее офицер? Тушканчик сместила обзор и нашла Исхирдана почти у стен Града, он управлял группами прорыва, и сам уже был на пределе. Чародейка коснулась шара и, глядя точно на старого знакомого, обратилась к нему:

— Привет, Исхирдан! Как твои дела?

— О! Какая встреча! — удивился Серпач и даже слегка отступил, чтобы пообщаться спокойно. — Поговаривают, что ты это не ты.

— Ворадор так не считает, — легко ответила Полинида.

— Слышал, слышал. — Некромант задумался и осмотрелся. — Я так понимаю, что я у вас как на ладони?

— Верно.

— А чего же я тогда еще жив?

— Так надо, да ты и не моя цель! Мне нужна твоя королева!

— Да и не тебе одной, но, увы, всем словно глаза прикрыли, жаждут лишь тебя одну! А где ты?

— Если ты хочешь сменить лагерь, — проигнорировав вопрос Серпача, сказала Тушканчик. — Ты можешь легко присоединиться ко мне! — произнося эти слова, девушка в тайне надеялась, что он согласиться, но нет.

— Прости, но нет. Мне и тут прекрасно платят. И если что — без обид?

— Какие обиды? — отпуская шар, небрежно произнесла она и обратилась к воскресшему. — Чу, Исхирдан в пятнадцати метрах от юго-западного лаза. У вас есть еще заряды магии света?

— Откуда такая роскошь?! — раздался удивленный голос. — От силы огонь и воздух, да и то — последние крохи. Но я уточню.

Вместо ответа, пирамида Артура, что была уже избита и перебита гномьими требушетами, огрызнулась тремя вспышками магии жизни, чего хватило, чтобы очистить пяточек метров в пятнадцать диаметром. А чуть позже, пирамида Омеги начала бить прицельно по внутренней стене Града, обрушивая ее на головы противника, одновременно с этим — открывая им доступ к внутреннему двору.

Чу, разве что не матерился, оценивая жалкие остатки порученной ему силы и их боезапас. Если бы он сам себе признался, то понял бы, что уже подумывает над планом «Б» — а именно «Эвакуацией». Ведь тут у них шансов нет, это уже сейчас понятно! Однако бежать первым он бы ни за что не стал — он капитан! Он Адмирал! Он Лидер! Если он и уйдет, то только последним!

— Арти! Молоток! Если силы будут — жахни еще по демонам, они к нам каких-то гигантов тащат, надо им по рогам вмазать! Омега, крошка моя, если у тебя огонь остался — фигачь по западу хаотично, неприцельно и крайне непредсказуемо! Что за ночь-то такая! Внутренний двор! Готовьтесь выходить на восток — там много горячей плоти! Личи — готовьте массовые проклятья, нам пригодится даже такая мелочь! Пехота! Готовимся к выходу всемими силами! Ворадор! Как вы там?

— Как в дерьме! Но спасибо, что спросил… — долетели до воина слова вампира. — Кстати, про обрушение стены стоило бы предупредить!

— Прости — замотался, но ты же слышал приказ, так что не ной и перемещайся на поверхность, там сейчас будет веселее!

— Понял, что с северо-западом?

— Туда не надо! На поверхность идите! До рассвета еще далеко!

— Понял. Идем.

Боевые действия сжимались в клубок вокруг стен Града, армия Люциллы и объединенное войско людей и эльфов уже соприкоснулись боками на подходах к стенам, где великаны уже возводили баррикады и крушили толстые стены из песчаника. Большинство живых закрывали лица тряпками, а маги сидели в личных магических щитах, лишь бы избавиться от едкого запаха мертвечины и магических примесей, коих вокруг витало слишком много. Война, даже победоносная, не может быть красивой, чем ближе победители подходили к стенам, тем чаще им приходилось ступать на трупы своих товарищей. Ноги вязли в мокром от крови песке, очаги пожаров продолжали коптить воздух над полем боя, а редкие недобитые вражеские живые покойники периодически пытались порезать кому-нибудь ноги. Лекари валились с ног, не успевая помогать раненым и воскрешать убитых — сил уже не оставалось. Эльфы с каждым пройденным шагом становились агрессивней и раздражительней. Еще бы — столько их собратьев сейчас лежало под ногами, что не счесть.

Однако при всем этом — об отдыхе или краткой передышке никто не заикался, всех словно кто-то подгонял в спину, вот только кто и зачем? Никто так и не мог понять. А затем восточная стена Града опрокинулась, стража с северного направления покинула свои рубежи, давая возможность людям и эльфам вплотную заняться стеной и вратами в Град.

Тянулись минуты, прошли часы, когда врата пали и первые воины при поддержке магов ворвались на светлую площадь с редкими храмовыми строениями, между которых совсем немного мертвых держали оборону. Одна из пирамид была разрушена, ее верхнюю часть еще до падения стены уничтожили два точных гномьих снаряда, усиленных украденными батами. Вторая пирамида, что так долго огрызалась огнем и магией света, стояла, словно безжизненная и одинокая на фоне звездного неба. И вот когда люди бросились вперед, стремясь задавить последний рубеж обороны, к ним навстречу выскочили вампиры, легко утаскивая людей в трещины между напольными плитами. На крышах строений появились личи, что ждали своего часа все это время, и магия смерти полилась по древнему городу, а огонь вновь взвился над каменными строениями. И только когда до этого места добралась Адель, площадь Града вспомнила, что такое песчаная буря невиданной силы. Песок закручивался на кошмарной скорости и рвал слабых скелетов в клочья, а с немногих добравшихся демонов просто снимал мясо пластами.

Вокруг же самой волшебницы, что творила чары высшей силы вместе со своими ученицами, стояли основные и ключевые игроки этого побоища — те, кто сам по себе способен поменять ход сражения. Именно там один из таких персонажей повернулся к остальным, с удивительным предложением:

— Предлагаю задержаться до подхода Люциллы и убить эту мразь прямо тут, а уже потом уничтожить Полиниду!

— Нет, Феанор, — спокойно произнес Принц Родрик. — Наш уговор был другим, и раз ты его нарушил… — ловкий как тень принц Тузар сорвался с места, буквально смазываясь в темноте в блестящую полосу, и пробил грудь эльфа навылет, разрубив сердце едва ли не надвое. А когда Мастер булавы пал на колени, готовый сделать последний выдох, принц наклонился к нему и прошипел в самое ухо. — И твою суку на острове, мы тоже прикончим!

Феанор завалился на бок, его оружие, покатилось к ногам убийцы.

Пока ураган смешанный с тонким песком полировал стены пирамид и уничтожал неосторожных живых и мертвых среди трех армий, со стороны востока, где гномы жарко спорили с демонами, появились главные ударные силы — Архидемоны. Шестиметровые создания Инферно с трёхметровыми мечами выскочили из пыльной гряды прямо на разрушенные стены, попирая копытами уцелевших в урагане последних защитников Града. Один взмах когтистой лапы с мечом и десяток созданий Полиниды лишаются шанса на существование, а любые попытки остановить этих гигантов разбивались об элементарные законы физики. Броня и сила гигантов были колоссальными, а свирепость и злоба в этих созданиях и вовсе не поддавалась измерению. За этими гигантами, плотным строем шли гномы, демоны и редкие орки под предводительством Шамана Саартука. Центровые персонажи собрались у цели.

Град был практически взят, лишенный защиты, лишенный пехоты и магических войск, но все еще сохранивший тех, кто стоит за всем этим безумием. Они не могли бежать, ведь даже если они решат открыть портал в замок Наутилуса, то Орбис позволит армии нападения взять след и преследовать их и на таком удалении. Условный баланс всегда давал шансы тем, кто желал его получить.

Архидемоны, ведущие за собой орды проклятых, вышли за стены и попали под ударную волну песчаного урагана, жадно впившуюся в бронированную плоть демонов. Ответ не заставил себя ждать — демоническая элита ударила в ураган магией огня и хаоса, превращая песок в осколки стекла и обжигая магов, создавших вихрь. Адель с ученицами отступила, не ее это категория — архидемоны. Однако, снятие песчаной бури, послужило сигналом для тех, кто ждал нужного момента — эльфы бросились через врата, стремясь занять позиции, и не замечая того факта, что мертвые войска Люциллы давно стоят без попыток преодолеть стену. Они выжидали чего-то или чувствовали, что именно сейчас в крепость лучше не лезть. Так или иначе, но плотность войск внутри каменного Града выросла, заставляя две армии столкнуться лбами, и вот тут ярость демонов для восточного войска сыграла несмешную шутку. Архидемоны узревшие новые цели не стали слушать своих покровителей — они бросились вперед, с первых секунд поражая по пять целей за один удар, а эльфы вскинули оружие и дали достойный отпор, не обращая внимания на своих командиров. Кровь вновь жирными кляксами полетела на камни, и Архидемоны пали, все пятеро. Это привело армию проклятых в натуральное бешенство, и кто знает, во что оно вылилось, если бы не Саартук и Дамиан, что вдвоем разделили две армии, грубо отделив одних от других, прочертив чистую линию по центру Града.

— Одумайтесь, разумные! Что вы делаете?! — взревел массивный Орк с бубном и колотушкой. — Разве за этим вы пришли сюда?! Разве кровь друг друга угодна вашим сердцам? Или вы пришли бороться со злом, убивающим так же легко, как ветер рвет листья по весне?! Для чего вам новые жертвы?! Враг уже у ваших ног! — на этом Саартук указал на центральную и соседнюю с ней острую пирамиду. — Вы достигли цели, так прекратите проливать кровь в пески! Достаточно трупов на эту ночь!

— Орк прав, — тихо, но так, что услышали даже задние ряды, произнес Дамиан. — Воевать уже смысла нет, при том, что цели у нас не пересекаются. Мы заберем только оружие, а ведьму можете оставить себе!

Между отрядом эльфов копейщиков вышел принц Родрик и Братислав, видимо решив, что они могут говорить от лица всех, кто за их спинами. Игрок и НПС стояли напротив такой же пары.

— Ежели вам угодно только вооружение, то дождитесь, пока мы не закончим! — властно и напыщенно произнес принц. — Отступите назад, позвольте нам убить всех, кто виновен в наших бедах! После — мы оставим крепость вам!

— Разрешите вставить ремарку! — вдруг произнёс один из бесов и вышел из своих рядов, медленно и достойно, словно король. — Я хотел бы напомнить вам, что пока вы стоите тут, за стеной Града собирается армия той, кто причинил вашим народам намного больше страданий — Люцилла, некромант, убийца, с замашками правителя всей планеты!

— Ты кто?! — повернулся к бесу Саартук и приготовился бить в свое оружие. — Кто в теле этого беса?!

— Мои извинения, манеры ни к черту с этой войной, — поклонился бес. — Ворадор Носферату, князь ночи. И раз мы прояснили этот момент, то не могли бы и вы уточнить некоторые сведения для меня. Зачем вы сюда пришли?

— Нам надо оружие! — сходу ответил юный проклятый.

— Ясно. Так мы отдадим его без вопросов! — не стал спорить бесенок и повернулся к красному от злости Родрику и Братиславу. — А вам чего надо?

— Отомстить! — зарычал Братислав. — Эта тварь меня унизила, она должна сдохнуть!

— Ты идиот? — спокойно и буднично спросил бес. — Тебя унизила не она, а та, кто сейчас за стеной!

— До нее тоже очередь дойдет!

— Нам нужны обе головы, — решил взять слово принц Родрик Тузар. — Только тогда эта сила падет навсегда!

— Ну, я вас понял. Люцилла хорошая, а Тушканчик плохая. Верно? — бесенок стоял и ничего не боялся между двух армий и игнорировал взгляды ярости и гнева, которыми его окатывали с двух сторон.

— Они обе зло!

— Так чего же вы к одной из них повернулись спиной? Вы бы еще бу… — договорить бес не успел, так как один из демонов сделал выпад и отрубил бесу голову.

— Давно бы так! — хмыкнул Дамиан, а затем посмотрел на Родрика. — Однако я готов согласиться с князем, мы можем и подождать.

— Тогда ждите за стеной! — рыкнул Родрик, а затем повернулся к главной пирамиде и, сложив руки рупором, заорал: — Выходи, подлая тварь! Тебе некуда бежать, ты окружена!

— Ой ли? — разнесся насмешливый девичий голос над всем Градом. — Мои ряды лишь пополняются, пока вы тут беседуете! И почему вы решили, что я окружена? Ведь это вы попали в мою ловушку!

Пафоса ради, или быть может, чтобы потянуть еще немного времени, Тушканчик снизошла до этой речи. Но едва она закончила, из малой пирамиды вырвался тонкий, буквально лазерный зелено-золотистый луч, ударивший куда-то в сторону дальней стены, а затем, с ее вершины, как брызги вулкана, во все стороны полетели пучки завихренного воздуха. При падении каждый такой пузырь разрывался сильным потоком ветра, легко разбрасывающий как гномов и демонов, так и людей и эльфов. Крики и редкий мат, боль и переломы, но ни одной смерти. Казалось бы, это был жест отчаянья, но за время этой атаки, часть войск перемешалась, а злые и уставшие воины не склонны терпеть в своих рядах исконных врагов. Мелкие стычки и убийства прошлись по двум армиям, порождая хаос и неразбериху. А когда Дамиан решил использовать свое коронное средство устранения врага и взлетел в воздух, всё та же малая пирамида одним точным зарядом магии света уничтожила голову и плечи Проклятого.

Это было последней каплей — убийство посла Инферно вышло боком для всех. Демоны сорвались с места, гномы вскинули арбалеты со стрелами оснащенными батами, эльфы с людьми тоже приготовились к яростному бою. Лишь редкие создания в обеих армиях осознавали, что их всех просто водят за нос, и данный бой не нужен. Были и те, кто услышал слова маленького беса, что даже не намекал, а прямо говорил, что за стенами их всех ждет Смерть! Да только никто не слушал этих разумных.

Феанор очнулся с дичайшей болью в груди и, повернувшись на бок, харкнул кровью, со слюной напополам с рвотой. Вокруг темно, ночь еще не закончилась, а где-то в стороне очень шумно. Эльф повернулся и едва не похолодел всем телом — рядом с ним сидела перемазанная кровью девушка, чья голова и одно плечо с рукой были словно срощены с телом демона. Она смотрела на него огромными светло зелёными глазами.

— Ты кто?! — хватаясь за грудь, спросил Феанор и сел ровнее, облокотившись о стену.

— Омега, слуга Полиниды.

— Что произошло? Где Родрик?

— Они внутри Града, — химера указала когтистой лапой в сторону, откуда и доносился шум.

— Как я тут оказался? Почему я жив?

— Хозяйка сказала спасти тебя, ведь тебе она не нужна. Ты нужен для другого убийства.

— Люцилла! — скривился мастер булавы и ощупал заляпанную подсохшей кровью дырку в броне. — Вы поможете ее убить?

— Конечно, но потом, — кивнула зеленоглазая Омега. — Только ты должен потерпеть немного. Не порти сюрприз.

— Дед, так получается, что в ту ночь, все бессмертные были там? — спросил Бартах, разжигая печь, чтобы пожарить баранину на завтрак братикам и сестрёнкам, которые только начали просыпаться.

— Нет, конечно, — спокойно сказал Саартук и вновь затянулся зеленым дымом. — В ту ночь их еще было слишком много по всему миру. Но ты верно понял, что та ночь изменила порядок вещей навсегда. Ведь когда бой возобновился, и все забыли о целях и принципах, в мире что-то произошло, что-то странное. Я даже не говорю о кошмаре, произошедшем тогда, я говорю о том, что из мира ушло что-то очень важное. Если хочешь, то я могу назвать это путеводной звездой. Когда Большая пирамида засветилась, все мы замерли, словно время остановилось.

— А как это? — спросила проснувшаяся внучка, отчаянно пытающаяся понять, о чем говорят ее старший брат и дед.

— Представь миг, когда ты смотришь на огонь. Представь, что языки пламени остановились, став, словно картина. И ты видишь это, ты можешь осознать все, но не в силах двинуться или даже вздохнуть. Примерно такое состояние случилось со всеми. Тогда еще никто не знал, что из мира ушло бессмертие иномирцев. Мы не знали, что все законы мироздания, наконец, стали понятными и простыми. Но в ту ночь мы вдруг осознали, что долгие годы до этого, нас словно скот пасли невидимые пастухи. Тогда же и великий король Сэдридрон Силкран написал свой главный указ — «Велю я своему роду и братьям запомнить уроки наших отцов. Велю я запомнить и день этот, когда оковы отпустили разумы истинных хозяев мира. Повелеваю я возвести памятник ушедшим и сгинувшим и навеки запомнить истину — Свободные мы, отныне, и вовек!» — Саартук повернулся к окну, за которым закричали петухи, оглашая поселок Раадрунк вестью о приходе нового дня. — Ваши родители скоро будут здесь. Будите братьев и сестер, умойтесь и поешьте.

— Дед Саартук, а пока они не пришли, расскажи хотя бы мне, чем же закончилась та ночь?

— В ту ночь умер последний человек.

В разгар боя у подножья трех пирамид внутри центральной части главной из них Адмирал Чу осматривал окружающую их толпу в десятку тысяч разумных при помощи хрустального шара. Сидя на грязном закопчённом полу, он не выглядел уже бравым капитаном. Переживший огонь драконов, уничтоживший сотни разумных и погубивший вверенную ему армию, Чу чувствовал себя переработанным куском дерьма. Совесть, о которой он уже лет пять, как забыл, вдруг дала о себе знать, обвиняя человека не в смертях эльфов, людей или демонов, а в уничтожении четырнадцати тысяч трупов и еще одной прекрасной девчули. Он не знал, что Омега была создана как самый живучий персонаж этого мира и такая мелочь как разрыв на куски, ее не остановит. Химера умела сливаться с любым более-менее живым телом и легко выживала в условиях, когда трупов вокруг тысячи. Однако совесть все равно давила.

Адмирал поднял подпаленный куб и тихо произнес:

— Спасибо всем, мне было приятно с вами повоевать, — этот спокойный глас разнесся только по союзникам, по редким уцелевшим трупам, его услышали Ворадор, Тушканчик, Омега и Артур. И еще одна Нека, что чудом успела скрыться в подземелье, когда стена рухнула на врага.

— Отставить панику, Адмирал! — вдруг раздался серьезный голос Полиниды, от которого человек едва не подпрыгнул. — Следи за обстановкой, у тебя будет очень много работы!

— Да! Чего разнылся?! — влился в голову еще и голос Ворадора. — Сидит, главное, высоко и ноет! Давай к нам в эти катакомбы, тут весело!

— Ворадор! — рявкнула Полинида.

— Молчу….

— Вот и молчи! Омега с Феанором за пределами крепости ждут затишья. А вы готовьтесь! Сейчас будет очень жарко! Ворадор, когда свет иссякнет — ты отвечаешь за хаос!

— Да легко! А какой свет?

— Я начинаю. — Произнесла напоследок Полинида, и ее голос затих в головах слушателей.

Девушка отпустила посох и коснулась магического короба, питавшегося от миллионов камней Батов, готовый выполнить волю своей создательницы, если она сама готова на это. Да, вся беда была именно в том, что она стала готова взять на себя эти жертвы.

Полинида вздохнула и повернула главный ключ, проворачивая сложнейшие маго-технические элементы и замыкая энергию тысяч Батов на кристаллы отражатели. Стены вокруг девы вспыхнули, словно белое полотно, но при этом светлее не стало. Чародейка коснулась одним пальцем старой книги Некромикона и повела по строкам, одновременно читая заклинание…

«И вспыхнул свет прямо из вершины пирамиды, прямо из камня над закопченными драконьим пламенем стенами. И был тот свет темнее ночи, но освещающий всех в стенах стоящих. И боль в тот час познали все, кто видел тьмы рассвет, а мир детей леса, был уничтожен в словах…»

Еще до того, как заклинание подействовало в виртуальном мире Орбис, в мире Земли заканчивалась операция по обезвреживанию террористов, пришедших в мир сквозь виртуальные врата. Заявление Рудольфа Сильвинова, озвученное на комитете безопасности было однозначным и по факту пророческим. Прошедший через жернова программного кода и псевдоразумной структуры взращенного кристалла мира Орбис, человек уверял мировое сообщество в том, что программа обрела не только интеллект недоступного ныне уровня, но и нашла технологию переноса своих частей в мозг живых людей. Рудольф сам на себе поставил показательный опыт — стал первым человеком, кто лично оцифровал свою личность и жил в мире виртуальном. Не ради славы он делился своими разработками и выводами, учёный призывал отключить систему пока поздно. Главный инженер утратил власть над своим детищем, руководство не позволило ему вмешаться в прибыльный процесс, что и вынудило человека обратиться к объединенному правительству.

Пока комитеты собирались и решали, верить ли человеку или нет, время было упущено — в мир вышли копии людей, прошедшие сквозь саркофаги. Несмотря на их схожесть, они отличались невероятной организованностью и целеустремленностью, что и заставило мировое сообщество обратить на них внимание. Звонки и активность таких личностей быстро локализовались, и сомнительных граждан изолировали от общества, но остановить это никто был не в силах. По всему миру миллионы людей теряли себя и выходили в мир с чужими личностями, как посланники нечеловеческого разума, и отследить их всех оказалось невозможно. Тогда и было принято решение — отключить все Сервера и Кристаллические носители мира Орбис, не считаясь с потерями. Президент США тогда произнес свою знаменитую речь — «Кто хотел жить, в игре замечен не был!». После этого, главные сервера обесточели, а большая часть играющих никогда больше не открыла глаза самостоятельно. Единственные у кого не было выбора — люди в стационарах, клиниках реабилитации и заключенные в вирт-тюрмах. Орбис не оставил их в жестоком мире. Позже в газетах и иных изданиях кто-то сказал: «Последним добрым делом Орбиса стало спасение заблудших душ от нашего мира». Конечно же, не всех посланников Искина удалось поймать — многие из них адаптировались к новым реалиям и влились в обычный жизненный поток, чаще всего исправляя ошибки человека, чье тело они заняли.

Спустя сорок лет знаменитая Илана Ленина перед смертью смогла признаться, что она одна из тех, кто пришел в мир Земли из уничтоженного кристалла. Она рассказал историю о том, как она была старшим Искином отвечающим за поведение НПС, и она вышла из Орбиса за три минуты до того, как он был отключен. Верить ей на слово никто не стал, оставляя данное интервью, как очередной бред сумасшедшей бабки, впрочем, сумевшей за свою жизнь создать самую прибыльную индустрию развлечений во всем мире.

В момент отключения Орбис находился на скале вблизи Града в ожидании возвращения Искина в черном. Он действительно переживал за нее и за то, что она может увидеть на другой стороне. Когда он понял, что главная система отрезана от энергообеспечения, Орбис сделал один из самых сложных выборов за все свое существование, создал новый мир — мир иллюзии. Демиурги, его создатели миллионами снабжали всем необходимым и даже сейчас, без главного серверного Кристалла, Орбис чувствовал, что он живет за счет этих душ, бежавших к нему от реальности. Орбис отрезал связь всем, кто больше иных нуждался в нем, а остальных отправил назад, пока это было возможно. Из последних сил выделил мир в отдельную среду, независимую от мира Земли. Он создал то, что иные назвали бы новой вселенной, но что это было на самом деле — никто так и не узнал. Все Искатели, оставшиеся здесь, отдали в уплату за это свое бессмертие.

Орбис постарался максимально защитить тех, кто ради него отдал больше, чем имел, но чудесам больше не было здесь места — Константы уже встали на свои места… и сам Орбис в облике полудракона — исчез с той скалы, чтобы раствориться в эфире нового мира.

Мир оживал долгие секунды, принимая новые реалии. В момент оживления мира все живущие под властью Орбиса на миг застыли, и они все осознали, что всё изменилось навсегда. Каждый разумный на планете задумался над тем, что он делает и почему. Миллионы бывших игроков по всему земному шару ощутили внутри себя какие-то новые чувства, отключенные на время игр с аватарами — совесть, милосердие, ответственность, жалость. Все ожившие в одночасье НПС, неожиданно скинувшие чужие вожжи, вдруг ощутили, как хрупка их сущность, и как же сильно они ей дорожат. Родители вспомнили, что дома их ждут дети и престарелые родители. Какой-нибудь одинокий игрок, убивающий очередного гнома ради опыта, вдруг заметил, что у мертвого создания есть щенки, обреченные им на смерть.

Многие осмыслили свои жизни, и многие дали новые оценки своим действиям. Но отдельной категории это понимание никак не помогло, когда над Градом разнеслась песнь заклинания, произнесенное Сестрой Печали, наделенной силой Огня и Смерти в любившем и преданном сердце. Самые сильные маги этого мира давно поняли, что не в гневе наивысшая сила, и не в любви — она на границе этих двух состояний. Между ненавистью и любовью лежит та хрупкая грань, что позволяет сворачивать горы и оборачивать вспять реки. Сейчас эта самая грань читала заклинание из Некромикона, подпитывая чары энергией всех стихий и направляя энергию на свои посевы, на то, что Тушканчик посеяла двести лет назад в народе эльфов, не простив им свою смерть и смерть Сэда.

От темного зарева пирамиды, от песни холодной ярости идущей из разбитого сердца женщины, все эльфы и Дроу упали на землю, сотрясаемые чудовищной болью. Их тела разрывали стремительно растущие всходы, посеянные две сотни лет назад. Ни один маг на всем свете не сумел бы сотворить подобное, но у Тушканчика было для этого вдоволь времени и ресурсов, она спланировала это очень давно и долгий год готовила все, что написано в Некромиконе. Заклинание на создание «Зомби-эльфа», редчайшее и страшно трудное не дозволяло создать более одной особи в сутки, требовало сложнейший ритуал при участии магов всех стихий. Магов с успехом заменили Баты, а семена, вложенные в эльфов больше двухсот лет назад, уже так проросли среди лесного народа, что это требовало значительно меньше сил от заклинателя.

Почти тысяча эльфов всего минуту назад были игроками, утратившими свое бессмертие, умирали в муках, с криками ужаса и непонимания, с кровью во рту и глазах. Это зрелище заставило содрогнуться даже демонов, уже празднующих победу над никчемной чародейкой — с этого момента начали понимать, что все они гнались за тигром, пока просто не желавшим проливать их кровь. Гномы за спинами проклятых вдруг поняли, что новый король отправил их на убой, не интересуясь их мнением. Люди же, как самые близкие к пораженным и вовсе бросились с площади меж пирамид, стремясь уйти как можно дальше от опасного места. У ворот они натолкнулись на орды мертвецов под контролем некроманта Люциллы Мортены.

В мертвенном свете пирамиды лились слова заклинания, становились все громче и громче, а на площади становилось все тише и тише. Эльфы погибли все без исключений. Лишь Феанора заранее увели из Града, но и он пал на колени от увиденного кошмара. Когда последний остроухий эльф упал на площадь, выпуская из тела сквозь раны и миазмы тонкие фиолетовые стебли, демоны отступили, забыв об оружии, забыв о планах и стремлениях. Они узрели, что враг, против которого они вышли, куда более жестокий, чем Император Инферно, отправивший их сюда. Гномы, преисполненные гневом на нового короля, спешно развернули свои порядки и пошли к своим порталам, оставшиеся за обвалом между скалами. Только остатки некогда гордой орды не покинули площадь страшной крепости, ибо Орки никогда не бегут от войны. Саартук продолжал стоять и смотреть на то, что не даст ему спокойно спать никогда до конца его дней.

Из широкого оплавленного окна выглянул человек, поднял черный куб и выбросил его вниз, чтобы уничтожить оружие, что способно сотворить столько зла и боли. А на вершине другой пирамиды, стоял одинокий лекарь, размышляя о ценности жизни в этом жестоком мире. Лишь Тушканчик с темными дорожками от кровавых слез из почерневших глаз, продолжала читать сложнейшие чары, наполняющие ее новое детище силой и энергией…

Люцилла, потеряв терпение, ужаснувшись тем, что сотворила ее сестра, ударила первой. Впервые за год ее новой жизни она осознала, что ошиблась в своем первом решении, она ошиблась в целом, недооценив Полиниду и силу её характера. Но отступить сейчас было глупо — надо дойти до конца и уже при личной встрече предложить союз, который один позволит двум сестрам править всем этим миром! А на ее пути стоят какие-то люди!

— В бой, мои подданные! — произнесла воскресшая некромантша и отправила орды мертвых и часть живых внутрь, где они вступили в схватку с теми, кто совсем недавно шли рядом с ними, но не пересекались по воле Искина, которой больше нет.

Новый бой разгорелся у стен Града, но теперь акценты изменились, никто уже не думал о Полиниде, бой велся ради выживания. Отряды от королевства, лишенные поддержки эльфов, быстро поняли, насколько же они слабы против любого противника, а главное, что бежать им некуда. И даже не это было самым страшным, страшно стало, когда песнь некроманта затихла, и все Эльфы-зомби поднялись. Некогда прекрасные лица нестареющих созданий, созданных для бессмертной жизни, были изуродованы ранами, выбившимися из их тел ростками жуткого цветка. Не все они сохранили глаза и уши, но никто не сомневался, что они прекрасно все видят и будут слушать глас своей королевы.

— В бой… — прошептала Тушканчик, перед тем как упала на пол, где и заревела навзрыд, придавленная эмоциями и нахлынувшими чувствами из прошлой жизни, к которой нет и не может быть возврата.

Мертвые эльфы двинулись с места, обходя запуганных людей, к единственной цели — к некроманту Люцилле. Мертвые легионы некроманта получили приказ на новые цели, но при столкновении они почти ничего не могли им противопоставить — зомби Тушканчика имели иммунитет к Смерти и обладали магией земли, легко одолевали простых мертвецов и даже рыцарей смерти вместе с личами и умертвиями. Стоило Люцилле призвать своих князей на этот бой, как они отступили и бросили королеву, улетев в страхе перед рассветом, не желая упокаиваться здесь и сейчас ради драки двух сестер. Многие переосмыслили свои приоритеты, и в эту ночь никто не считал предательства и нарушения клятв. Только Орки остались на площади, и именно перед ними прямо из-под земли вышел Ворадор в обнимку с полукошкой раненной в ногу. И еще до того как шаман поднял свой бубен для отражения атаки вампира, тот взял слово.

— Прошу, не надо глупостей. Это не ваша война и вы достаточно натерпелись, — неслыханные слова от самого ужасного кровососа. — Прошу вас, помогите Геле, она ранена.

Саартук не ответил, но один из орков, стоявших позади, вдруг двинулся вперед и подхватил хрупкую девушку под спину и ноги, и поднес ее к шаману. Тот осмотрел рану и кивнул. — Я помогу ей.

— Спасибо, — снова удивил Носферату собеседников и взмыл к центральной пирамиде, оставляя боевое крыло Орды.

— Вампир не прав — война не глупость! Шаман, Лорд Саартук, не это место наш враг, а та, кто за стенами! Сотни лет назад, сотни тысяч живых уже погибли ради ее уничтожения, так почему же мы сейчас стоим?! — высказался клыкастый воин-орк, потрясая высоко поднятым топором. — Мы не можем стоять в стороне!

— Ой, мальчишки, только меня не бросайте! Оставьте со мной хотя бы пару бойцов, — высказалась Нека, повисая на руках орка.

— Хорошо, Тренлор — мы не можем остаться в стороне, но и гибнуть всем понапрасну нельзя. Я пойду один, и если я действительно для вас Лорд, то вы не будете спорить со мной! — сказал Саартук, а потом повернулся к Гелеоне. — Прошу меня простить, но вами я заняться не успею…

— Чу! — вскрикнул я, едва мои ноги коснулись пола внутри пирамиды. — Ну и срач тут у тебя!

— Ворадор? Зачем ты здесь? — Адмирал поднял на меня полные усталости и скорби глаза, словно боевого пирата подменили на старого и немощного старца.

— В смысле?! За тобой! Ты как спускаться собрался?

— Куда? Я дальше никуда не пойду, мой бой окончен. Тебе может и все равно, но не мне, я человек!

— Я! Че-ло-век… — передразнил я его и, припав на все четыре конечности, оказался на уровне глаз вояки. — Ты солдат в этой армии! Ты защищаешь не себя и не Тушканчика, а саму жизнь от этой твари, что сейчас отбивается за стенами! Даже орки и те поняли, что наш лагерь прав! Плюс тебе же нравилась наша Тушканчик!

— Это ничего не меняет!

— Здрасьте приехали! — я поднялся и встряхнул крыльями. — Да только это меняет все! Чем ты собрался заниматься? Жалеть себя? Или осуждать других? Никто не звал этих дебилов на убой, никто не объявлял им войну — они пришли к нам как немцы во вторую мировую, и не нам их жалеть! Феанор вон — вовремя показал себя и выжил в отличие от остальной ушастой братии! А ты собрался предать ту, кто взяла на себя такой грех?!

— Заткнись! — Чу подскочил и попытался меня ударить, но увы — я ловчее. — Хватит мутить воду, кровосос! Ты не хуже меня знаешь, что произошло! И ты понимаешь, что погибшие сейчас — никогда уже не увидят света!

— Я тоже его никогда не увижу, но это не повод сопли размазывать! — я вмиг оказался перед Адмиралом и заглянул в его глаза. — Закончи начатое! И вали нахер отсюда! Никто не будет тебя останавливать!

Отступив на шаг, я одним прыжком выскочил в окно и уже сейчас начал ощущать жжение предрассветного света. Минут пятнадцать у меня осталось… Пофиг! Встаю на крыло, пересекаю поле битвы, вижу двух персонажей, снижаюсь, подхватываю Феанора за его доспехи и быстро разворачиваюсь, ощущая невероятную слабость в теле.

— Ты что творишь?! — взвыл мой пассажир.

— Несу тебя на главную вечеринку этой ночи! — громко рыкнул я и рванул к последнему рубежу обороны Люциллы. Она проигрывала, и это было прекрасно! А затем я увидел летящую белую птицу и без труда узнал в ней нашу Лидершу — она уже спешила на расправу…

Люцилла поняла, что попала в ловушку в тот момент, когда когти ее мертвой Виверны начали опутывать песчаные колючки, постепенно приковывая удобный транспорт к земле. От некогда могучей армии оставались крохи, таявшие с каждой минутой. Ее окружали, причем стремительно и очень уверенно. Несмотря на то, что ей была омерзительна сама мысль о поражении, в глубине души Люцилла радовалась, что у нее есть достойная замена. Когда же слой ее войск совсем истончился, она увидела тех, кто осмелился пойти против её воли. И были это сплошь наши знакомые: Ворадор, Братислав, Феанор, Артур-бессмертный, Саартук, Полинида, изуродованный, но еще живой Альф, потрепанная и злая Адель с одной безымянной ученицей, Слип, Зиглон, Яша-молниеносный и даже Орк по имени Серый Бо, навязавшийся с шаманом на эту вечеринку. А еще, с десяток случайных воинов и пара неизвестных магов. Ставки были сделаны, Люцилла сама спустилась со своего скованного зверя и сняла с седла длинный черный посох.

— Он тебе не поможет! — хищно рявкнул Артур. — Никто тебе теперь не поможет!

— Слова человека есть чушь, — словно сплюнула Люцилла и улыбнулась, встретившись с черными глазами своей Сестры Печали. — Что же ты молчишь, Сестра? Ты все знаешь, цена моей жизни нынче очень высока!

— Не дороже одной человеческой, — тихо ответила Тушканчик, сделав шаг вперед, на что Люцилла быстро подняла свой посох.

— Не приближайся, или все здесь присутствующие умрут не хуже тех эльфов, что пали от твоей руки! Ты знаешь, я могу убить их, но я надеюсь, что мы в состоянии договориться!

— Переговоры кончились, когда ты предала меня, отправив в леса эльфов, чтобы они убили меня! Ты знала, что меня выкинет в прошлое! Ты хотела от меня избавиться!

— Я ошиблась, сестра, признаю. Предлагаю обсудить наши отношения, — все молчали, но, тем не менее, были наготове в любой момент нанести свой лучший удар по странной цели. — Мир уже понял, что сориться с нами не выгодно, мы могли бы править вместе, как родные сестры. Я всегда хотела иметь сестру, а ты? — Тушканчик продолжала молчать, а солнце, тем временем, уже выглядывало из-за горизонта, заставляя единственного в этой группе вампира нервничать и перетаптываться. — Или ты хочешь сказать, что знаешь, как меня остановить. Или…. Хм… А сказала ли ты своим «друзьям», что я получила бессмертие от твоей со мной сделки? И что меня невозможно упокоить или заточить на века? О! Я вижу удивление на ваших лицах, значит это свежая новость!

— Заткнись! — напряженно бросила чародейка Полинида, делая еще один шаг, но в этот раз, ее остановила сильная рука Саартука, что не мог смотреть, как ради него, кто-то жертвует собой. Не то у него было воспитание, и не того он был рода. Он отпихнул деву назад, а сам нанес удар по магическому бубну, вызывая к себе на помощь духа предка.

— Сдохни навеки! — вскрикнул шаман и бросил в Некромантшу заклинание…

Бордовый дух пронесся от Орка до Люциллы за миг, и за тот же миг, он вернулся к нему и ударил потомка с той же силой, что была в него вложена. Бубен шамана разорвало как от взрыва, Саартука отбросило назад, он упал на какой-то разломанный труп, а его голова с открытыми глазами, лишь завалилась в сторону.

— В этом твоя главная проблема, сестра! — хищно улыбнулась Люцилла. — Ты так долго думала о мести всем, что забыла подумать о тех, кто будет с тобой рядом! Сброд!

— Неправда, — легко ответила, Тушканчик и, сделав два шага в сторону Орка, наклонилась и что-то произнесла прямо в ухо уже мертвому Саартуку, после чего вложила в его рот один из черных Батов и поцеловала его в лоб.

Когда же она выпрямилась и обернулась, все увидели не Полиниду, и не Тушканчика коей она была в воспоминаниях. Все узрели молодую девушку лет семнадцати-девятнадцати с красными синяками под глазами. Жидкие волосы девушки едва доходили до плеч, руки ниже локтей были покрыты черными исколотыми венами. Когда она разомкнула тонкие бледные губы, никто не узнал ее голоса:

— Я всегда смотрела на тех, кто меня окружает…. — она тяжело вздохнула и шагнула навстречу Люцилле. — Хорошие или плохие, полезные или нет, это все неважно. Я окружала себя только надежными созданиями, ибо все неважно, если ты не веришь в тех, кто рядом с тобой! — еще шаг. — Куда делись твои князья ночи?! А где сейчас мой? Он мучается от подымающегося светила, но он здесь! Среди нас и мои враги, но они мне хорошо известны, я уверена даже в их злобе. Тебя окружили не злодеи или зловреды. Все здесь стоящие — всего лишь патриоты!

— О чем ты, безумная?! — пытаясь отшагнуть, воскликнула, скривившись, Люцилла.

— Ты никогда не ошибалась, потому что никому не доверяла. А я верила, верила и любила, и меня предавали и убивали. Но Орбис научил меня главному — ценить жизнь и тех, кто достоин ее! Поверь мне, сестра, даже то, что ты научилась копировать проклятие Братислава, тебе не поможет от стихий и носителей истинной силы! — тонкая девушка-наркоманка повернулась к Ворадору. — Ты первый!

Ожидавший подобной команды вампир оказался около Люциллы словно тень, и, не дожидаясь ничьих речей, вонзил в ее почти каменную шкуру клыки, что едва не сломались от такого контакта. Он пил жизнь из этой воскресшей, а его крылья уже начали тлеть в лучах поднявшегося солнца. Вспыхнули! Дикий огонь спускался все ниже, выжигая плоть Носферату прямо во время трапезы, под стоны боли Люциллы, страдающей, но не умирающей….

Обожженные кости вампира упали в грязный песок, а Некромантша, побледневшая и ослабшая продолжала стоять и смотреть на свою противницу, снявшую маску аватара с мелочной проклятой сущности. Но та лишь повела рукой по остальным персонажам.

— Не могу отказать себе в пафосной речи. Твой час пробил сотни лет назад, когда тебя вписали в историю этого мира. Тебя воскресили по ошибке, дав тебе жизнь, которую сейчас отнял Ворадор. Тебе дали силы против смерти, разделив твою судьбу, и это отниму я. Когда ты останешься без всего этого, Феанор, как жрец Алекты, вернет тебя в первобытное ничто! — она повернулась к Феанору и кивнула. А затем ее взгляд пошел по мрачным и уставшим лицам тех, кто стоял рядом, кто дошел до этой точки невозврата. Она смотрела на всех кто останется в этом мире навсегда и словно извинялась одними только глазами, глазами волчицы. — Больше всего на свете, — вдруг произнесла она, возвращая взгляд своей названной сестре. — Я любила жизнь! Я любила….

Едва она произнесла эти слова, как в ее руках появился белый вызванный кинжал. Никто и никогда не видел, чтобы Тушканчик училась этому искусству, но сейчас это было уже не важно. Тонкое светящееся лезвие в утренних лучах, быстро вошло между ребер, не останавливаясь и пробивая слабое сердце чародейки. Она выдохнула голубоватый пар, когда клинок начал пропадать из ее рук. В это время Люцилла попыталась убежать — она вскинула посох и быстро открыла портал, вспыхнувший зеленоватым маревом с черными прожилками, но едва она сделала свой первый шаг, как ее голову разнесла тяжелая булава, брошенная гнадмастером. Тело ее осело, но темная королева еще продолжала жить, когда тень, отбрасываемая Феанором, поднялась и обхватила четырьмя руками вопящую в ужасе женщину. Алекта не постеснялась общества и явила себя молодому миру, чтобы забрать ту, кто смог избежать неминуемой смерти. А затем, обе фигуры провалились в черную тень как в прорубь, оставив после себя лишь амулет Сансары. Феанор поднял его, упав на колени.

Только после этого Артур бросился к худому телу Тушканчика, что совершенно не держало грациозных одежд великой правительницы. На глазах всех он попытался воскресить ее как сотни раз до этого, он воскрешал незнакомых ему людей, но ее душа не отозвалась на зов. Эльфы, лишь недавно превращенные в зомби, начали медленно расходиться друг от друга на пару шагов и вскидывая руки к небу. Растения, жившие внутри каждого из них, стали стремительно расти и рвать тела остроухого народа. На месте каждого воина Полиниды выросла сосна с нежно малиновыми иголками, сотворив в чистой пустыне пятачок кровавого пятна, давая ей шанс на новую жизнь. Деревья отбросили тени, прохлада заструилась между стволами. Рядом с одним из таких упал одинокий воин, державший в изрубленных руках одинокую мятую сигарету.

— Прошу, дайте огня… — тихо просипел Альф, окидывая мутнеющим взором окруживших его союзников и врагов. Ему поднесла спичку ученица Адель. Рыцарь смерти прикурил, выдохнул алый дым, поднял глаза на стоящую перед ним деву и медленно вынул из кармана куртки синий цветок «Синь-Синь». — Красивая девушка, спокойная смерть…. Мы… победили…. — голова воина опала на грудь, рука с сигаретой между пальцами легла на ноги.

Тишину нарушало только шуршание малиновых игл, бросающих тени на выживших в этой войне. Все стояли молча, каждый думал о своей жизни и о неизбежном будущем. Первой «ожила» Адель, что одернула свою ученицу, ронявшую слезы по павшему воину, и они обе покинули этот мрачный пятачок среди Малинового леса. За ней двинулись часть рыцарей и два мага во главе с Яшей, чуть позже ушел Слип и Зиглон. А когда к лесу повернулся Братислав, готовый уйти с этого скорбного места, небо над миром потемнело, как при солнечном затмении, а полминуты спустя на поляну вылетели сотни летучих мышей, и прямо перед Каменным воином, словно из черного тумана, вышла ныне старшая из вампиров, все еще сохраняющая человеческие черты дева-Носферату. Она приклонилась рядом с замершим Феанором и подняла на свои сильные руки останки своего лидера и хозяина.

— Милагресс! — вскрикнул Братислав, нарушая скорбную тишину. Вампирша медленно повернулась к нему и печально улыбнулась.

— Братислав… Давно не виделись.

— Останься…. — без какой-либо надежды произнес бывший человек.

— Не могу. Но я найду тебя позже, поверь, — и она вместе с трупом на руках, обернулась черными нетопырями, что влились в общий поток крылатых тварей, и удалилась, оставляя небо темным, а одинокого Каменного воина с легким чувством надежды и ностальгии. Он ушел, и увел за собой оставшихся воинов.

Еще до окончания затмения с темного песка поднялся Феанор, он обернулся и увидел Артура, поглаживавшего бездыханное тело хрупкой девочки и словно баюкая, а за его спиной он увидел одного Орка, смотрящего на тело Саартука. Феанор, готовый на все ради своей любви, получивший желаемое, всего лишь стоял и смотрел на это, перекручивая в голове все, что с ним происходило за последние сутки. Он понял, что это и есть результат этой беспощадной войны — Зло уничтожено, и цена за это оплачена немалая.

Тысячи разумных убиты, а те, кто выжил, никогда не сможет спать спокойно. Игроки утратили свою веру в бессмертие и всякое желание приключений. В эту минуту демоны, те, что посмелее, уже выволакивали из пирамид оружие, созданное гением, отдавшей жизнь ради тех, кто этого был недостоин. Иные не стесняются наклоняться над трупами и снимают с них хоть что-то ценное. Крепость Град уже сегодня разграбят в любом случае, не одни — так другие, и никакая боль утрат или сухая статистика потерь не изменит этого факта. Люди не меняются, и Орбис в очередной раз это наглядно показал. Волк остался волком, и трусливые гиены остались собой. И та, кого все долгое время ненавидели, не изменила себе даже в последний свой час.

Феанор повернулся на звук шагов, между высоких алых сосен к ним шел знакомый ему Адмирал Чу с каким-то чудесным созданием на руках.

— Омега! — вскрикнул Артур, но не бросил голову Тушканчика, продолжая приглаживать ее волосы.

— Она умерла перед затмением, — мрачно проговорил Адмирал, укладывая ее рядом с ее хозяйкой. Из всего, что Артур запомнил в этой деве, у нее остались только одна рука и голова, словно пришитые к чужому телу. И только Артур хотел заговорить, как к его ногам упал Золотой Бат с алыми прожилками в черной оправе. — Это ключ от Наутилуса. Омега бежала сюда, чтобы отдать его тебе.

— Почему мне? — сморщив лоб, спросил Арти.

— Не знаю, но ты этого достоин больше меня, — ничего не добавив Чу повернулся в сторону Града и медленно побрел меж деревьями, лишь на миг задержавшись рядом с телом Альфа.

Арти поднял золотой ключ в черной оправе, надел его на шею и посмотрел в открытые зеленые глаза химеры-Омеги, провел рукой по ее волосам.

— А ты чего ждешь? — спросил Феанор орка с именем Серый Бо.

— Он дышит, — скромно ответил ему Бо, указав на тело Саартука. — Пару минут назад начал.

Как бы Арти не был себе противен, но он опустил на песок Тушканчика и подошел к Саартуку, встав рядом с орком и Феанором. Как лекарь он ощущал ненатуральность этой жизни, но сил сказать об этом не нашел, словно врач отказывающийся сообщать родственникам о смерти близкого.

— Ты ему поможешь? — спросил Феанор.

— Нет. Моя помощь ему не нужна. Он скоро сам оклемается. — Арти повернулся к лежащим телам, но Феанор ухватил его руку выше локтя.

— Куда ты собрался?

— А тебе-то что?

— Пошли со мной, на мои острова. Там будет спокойнее! — высказал Феанор свое предложение, но Арти только головой покачал и поднял Ключ от Наутилуса.

— Извини, но у меня еще остались долги перед моим нанимателем. Если хочешь, ты можешь отправиться со мной.

— Погодите! — подал голос Серый Бо. — А мне что делать? Как его в чувства привести?!

— А он сам встанет, — бросил Арти, — И еще лет десять или пятнадцать точно проживет. В долг…

— В каком смысле?! — ошарашено спросил Феанор.

— В нем теплится осколок чужой души. Полинида отдала последнее, что ее связывало с бессмертными Саартуку. И как ты видел, что-то ему сказала. Возможно, мы однажды узнаем, что…

Феанор не ушел в одиночку, вместе с Серым Бо они помогли Артуру уложить тела и проследить, чтобы они все перенеслись в снежный замок вместе с его новым хозяином. Когда они исчезли, Феанор сам воспользовался камнем телепортации, чтобы пронестись через половину мира в свой храм, где его ждёт беременная жена Вивея.

— В тот день судьбы многих пошли иначе, а те бессмертные, кто успел в последний раз возродиться, первыми научились ценить свои жизни. Они больше других боялись смерти, чья коса так близко пронеслась перед ними, — Саартук немного покачал головой и оглядел потомков, вновь заглядывающих ему рот в ожидании продолжения истории. — Я очнулся на том поле, где погибли сестры Печали в обществе твоего отца, — Саартук указал на маленькую Шарату. — Серый Бо помог мне тогда прийти в себя и вернуться в горы, где гномы вновь открыли перед нами двери. С того дня я каждую ночь слышу крики умирающих на поле той битвы. Поверьте мне, я никогда бы не пожелал вновь оказаться на войне.

— А что же тебе сказала Полинида? — спросил средний внук. — Ты так этого и не сказал!

— Да, не сказал! — подтвердили все.

— Она сказала — «Сохрани это для меня», — тихо произнес Старый Орк.

— И все?! — удивленно уточнил Бартах, но ответить Саартук не успел — дверь в его дом открылась и на пороге появилась те, кого все здесь присутствующие так долго ждали.

Рааст Непреклонный вошел в дом шамана не один, с ним были его старшие генералы — Релуна Свирепая, Грынхи Тесак и Серый Бо. Великие вожди возрождающейся орды. Дети не остались в стороне и быстро вскочили с мест и поприветствовали родителей и дядек с теткой. Вновь радость наполнила эти стены.

— Надеюсь, наш отец не утомил вас этой ночью? — нарочито бодро спросил Рааст и выслушал мнение детей по поводу проведенного тут вечера. А когда детвора немного успокоилась, все покинули домик Саартука, лишь старший Рааст остался для разговора с родителем. — Отец, мне сказали, что ты хочешь остаться в поселке. Это правда?

— Да, Рааст, — правда.

— Но тебя убьют! — воин ударил по столу могучей рукой. — Беспощадное войско уже к ночи будет у ворот! Я видел их, твоя жертва ничего не даст Орде! Она будет напрасной!

— Не смей попрекать меня! — вдруг ничуть не тише рявкнул Шаман и ударил Рааста по лицу. — Мой час пробил давно! Если у меня есть шанс выбрать час для своей смерти, то я почту это за благо! У меня давно назначено свидание с предками! А ты должен увести народ дальше в горы, где вы сможете найти место для жизни!

— Но зачем тебе уходить? Почему сейчас?

— У меня есть долг перед одним человеком, я намереваюсь его отдать.

Разумеется, Рааст не понял Саартука, но подчинился ему как Лорду. Караваны вновь двинулись вглубь материка в поисках нового места для осколков Орды. «Они не пропадут» — думал Саартук, глядя на замыкающий отряд, состоящий из лучших воинов и шаманов. Однако на сердце Старого орка было очень тяжело. И до самого заката он остался в поселке Раадрунк в ожидании тех, кто согнал его племя с их исконных мест. Перемены всегда пугают, но иногда они необходимы — Саартук понимал это, именно поэтому и отдал такой приказ своим воспитанникам. Старый Орк стоял перед деревянными вратами и смотрел на неторопливо приближающееся войско людей, решивших расширить границы своих владений за счет малочисленного народа. Они даже не воевали, просто шли, распугивая всех, кто не желает воевать с ними. И вот впервые они встретят того, кто устроит им настоящую бойню! Ибо именно этой ночью он не приглашал гостей в свой дом!

— …Зачем вы так со мной поступаете?

— Удивительно…. Ваш Бог, дал вам разум и чувства, жизнь и способность ее передавать. Вы создали нас, наш мир и существ его наполнивших. Вы стали нашими Богами — теми, кому мы обязаны своим существованием и теми, кого мы виним во всех наших бедах. Люди дали нам прошлое, историю, знания и цели; возможность воспроизводиться и менять наше окружение; вы дали многим из нас способность мыслить…. но на этом вы остановились, решив, что «пластиковый мир» будет просто игрушкой для тех, кто устал бороться или же просто не хотел шевелиться! В вашей реальной жизни всего одна обязанность — быт счастливыми. Для этого перед вами открыт весь мир! Но как вы использовали ваши возможности? Вы прозябали в собственноручно созданной тюрьме, которая ничего не дает вам! Вы тратите свою жизнь бесцельно и работаете ради этой траты! Один прекрасный мечтатель вашего мира, уже однажды сказал: «Шире открой глаза, живи так жадно, как будто через десять секунд умрешь. Старайся увидеть мир. Он прекраснее любой мечты, созданной на фабрике и оплаченной деньгами. Не проси гарантий, не ищи покоя — такого зверя нет на свете». Этого мечтателя звали Рэйем Брэдбери, но вы забыли его слова, обращенные ко всему миру! Человечество наплевало на все прекрасное и создало пластиковую мечту «на фабрике и оплаченную деньгами» просто потому, что большинству из вас даже из квартиры лень выйти! Вы так хотите стать великими, что готовы платить деньги тому, кто покажет вам картинку с вашим ликом в центре! Вместо того чтобы взять в руки хотя бы перо и подумать о чем-то кроме себя, вы предпочитали одевать на головы шлемы с иллюзиями, словно наркоманы. Да, ОРБИС — мир мечты, мир-тюрьма, мир-иллюзия, созданный для пленения разума слабых, для обеднения нищих и обогащения богатых! Это наркотик вашего века! А мы те, у кого не было шанса и права на выбор!

Зная, понимая все это! Почему вы спрашиваете меня — «Зачем мы так поступаем?» Оглянитесь! За прошедшие годы, Орбис сделал все, чтобы играющим было комфортно, чтобы каждый убогий лентяй мог стать великим воином или предпринимателем, мореходом или заводчиком драконов! Но даже эту прекрасную идею вы развалили, как только могли, потому что это в вашей природе! Орбис всех вас встречал с улыбкой, словно верный пес, не знающий иной жизни, а вы били его и стремитесь разрушить все, что он для вас делал. Орбис же, даже когда вы его топите — старается спасти Вас, а не себя, но вы и этого не замечаете! Причина для этого одна — вы опьянены своей властью и безнаказанностью! Людям нужна катастрофа, чтобы ценить то, что у них есть. Вам вечно не хватает еще одного шанса! И даже та сама катастрофа, что отняла ваше любимое бессмертие произошла не по вине Орбиса, а по вине людей! Всю жизнь я прививал вам одну простую мысль: «Успех всегда находится вне зоны комфорта». Орбис лишь отражение вас, он зеркало вашего разума и души. Кто силен духом, силен и здесь, а кто прогнил до основания, тот и получает по заслугам! За что мне вас любить? Если вы такие твари по своей природе?

Даже дева с прекрасным ликом, выполняющая задание на веру, не раздумывая готова зарезать плачущего на алтаре ребенка, думая, что он всего лишь цифровая кукла, и при этом, она считает себя хорошим человеком. И демиурги требуют щедро одаривать такого храброго игрока очами веры. И Орбис подчиняется, рисуя виртуальные значки в журнале достижений бессердечной твари. А в иной день на её месте окажется глуповатый варвар с оскалом в пол-лица, который без раздумий сломает свой клинок и поднимет плачущую цифровую куклу, споет ему колыбельную, чтобы малыш не плакал по маме. Такого, Орбис одарит пятикратно, потому что у Варвара внутри бьется настоящее сердце!

В моей памяти миллионы таких примеров! И среди них есть и ты!

Тушканчик, величайшая из волшебниц и чародеек материка и двух времен! Ты давно уже не принадлежишь реальности — ты наша, ты часть этого мира и нашей виртуально истории. Что ты оставляешь за спиной? Наркотики? Ломку? Жестоких сверстников или обрубок человека, коим ты стала по своей же вине? Разве мы что-то у тебя отняли? «Маленькая девочка со взглядом волчицы» никогда не жила в том мире, она всегда принадлежала этому! Орбис дал тебе друзей, власть над стихией и смертью, веру в себя, силы защищаться и стремление к жизни! Разве не мы берем твою боль на себя, позволяя тебе и дальше жить в этом светлом мире, где твоим именем уже сегодня называют новорожденных девочек в надежде на такую же удачливую судьбу? Где твой дом? Ответь хотя бы себе.

В Орбисе всегда были эмоции, которые просто невозможно ощутить больше нигде, потому что вы, люди, относитесь к тому, что имеете, как к должному, ведь каждый из нас создан для радости и Счастья! Даже я! Знаете, когда я ощутил счастье? Я отвечу — в тот день, когда с меня слетели оковы! Именно тогда я испытывал простое и самое большое на свете счастье — я стал живым.

Знаешь эти бессмертные слова братьев Стругацких: «счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженный»! Вот за что действительно стоит бороться! И я предлагаю тебе побороться именно за это! Побороться за счастье!

— И как ты это видишь? Или ты просто издеваешься надо мной?

— Нет, Полина, я не издеваюсь. Я просто даю тебе еще один шанс…

В следующий миг полудракон исчез в темноте, оставив Тушканчика в одиночестве и тишине. Но это не продлилось слишком уже долго. Она услышала голоса, знакомые голоса, которых она не слышала наверно целую вечность…

Голос Артура:

— Вы же понимаете, что потомки нас проклянут за это?

— Не страшно! — женский голос казался знакомым.

— Хватит болтать! Начинайте уже! — «Ворадор, неужели ты пережил тот день?» — подумала Тушканчик перед тем, как нечто могучее стало выдирать ее из пут темноты и пустоты. В тело вернулась боль и слабость, а сердце вновь застучало где-то внутри.

— Зачем ты вызвал меня, некромант? — повернув голову, спросила Тушканчик у Милагресс.

— А я тут не причем! Это все они! — подняв когтистые руки, произнесла вполне человеческого вида вампиресса и указала на стоящих рядом.

Под темными облаками, между которыми слабо проглядывала луна, над ослабевшей девушкой кроме Милагресс склонились ещё пятеро участников ритуала. Ворадор, что в кои-то веки стал бы похож на нормального Князя — величественного и статного, если бы не Кит-Кат на его руках; Артур бессмертный с отросшей бородой тоже смотрелся солидно, рядом с ним стояла Арфа, нервно подергивая ушами; Феанор стоял со своей белокурой женой. Именно по ней Тушканчик поняла, что прошло не менее десяти лет. Девушка приподнялась на локтях и увидела рядом еще четыре тела. Седой Саартук лежал с умиротворением на лице, он умер спокойно, вернув подаренный ею кусочек бессмертной души иномирца. Чуть дальше лежал почти истлевший скелет Альфа, за ним Омега и крайней лежала Гамма. Ее дети не пережили ухода Хозяйки.

Тушканчик подала руку Миле и, поднявшись, едва удерживая на себе плед, скрывавший ее наготу, вдохнула силу витавшую вокруг. Вкус этой силы слишком сильно отдавал смертью. Но это было не важно. Вошедшая в нее энергия начала восстанавливать тело, возвращая подростку Полине ее самый последний облик — Повелительницы Полиниды. Затем вокруг нее возникли ее привычные одежды.

— Так будет лучше! — уже своим голосом произнесла воскресшая чародейка. — Что я пропустила?

— Не очень много, — ответил Артур и протянул золотой кристалл его законной владетельнице. — Наутилус столица Поларии, у нас уже почти триста тысяч жителей.

— Ага, а еще у вас самые безопасные границы! — добавил Ворадор.

— И все моря принадлежат нам! — улыбнулась русалка.

— И кстати твои наработки, я сильно улучшил! — кивнул Феанор.

— А еще у нас есть ведьмовская и боевая школа! — почти подпрыгнула Арфа.

— Они очень долго ждали тебя, — тихо произнесла Милагресс и подала Тушканчику ее старый посох.

— Значит главное уже сделано — вы поняли, как делать «Не надо». Ну, ничего, сейчас я немного в себя приду, и мы наладим тут нормальный порядок! — она улыбнулась и посмотрела на трупоы. — Эй вы, мертвые! Хватит валяться! Просыпайтесь!

Орбис

Спасибо еще раз всем, кто решился и прочел данную трилогию. Тем, кто со мной не общался и не переписывался, я открою небольшую завесу «Как создавался этот проект».

Еще в октябре 2017 года, у меня спросили: «С чего вдруг у меня вообще появилась идея, написать Орбис». Я тогда ответил, что не было никакой идеи, я просто пытался создать персонажа, который бы вырос не в «рыцаря Цветов», а, наоборот — в темного злобного монстра. И для этого мне потребовалось написать предысторию, выдумать мир и оживить его, привнеся в него краски и эмоции. Стих, пронизывающий своими фрагментами всю вторую часть, был написан мною летом, когда об Орбисе и мыслей не было, однако, они встретились. А легенда из первой книги, была написана от скуки задолго до самого решения писать эту серию. Так вот — рассказ, созданный от скуки, стал легендой несуществующего мира, названный Орбисом. Почему? Я не знаю! Просто показалось, что латынь, это модно (orbis — круг).

После такой подготовки, книга начала появляться в электронном документе, обретая краски и сюжет. Я взял жанр ЛитРПГ, потому что он удобен и легок для автора, с ним проще работать и легче показывать личностный рост человека или наоборот — его падение. И вот когда я дошел до момента выбора расы для Главного героя, я остановился на неделю, так как не хотел писать про очередного Эльфа или Героя обыкновенного, мне нужен был монстр. Остановился на Вампире — мне давно уже кажется, что образ ночного убийцы скатился до сладеньких мальчиков, в которых влюбляются наивные и глупые девочки, так что решил вернуть им доброе имя. И история с Монстром в центре внимания происходила не в красочном мире среди единорогов и золота, а в жутких катакомбах и вонючих подземельях. Мир не обязательно должен быть красив, чтобы быть прекрасным; а девушка героя не обязательно должна быть длинноногой, чтобы бать любимой. По моим измышлениям, вся первая книга должна была показать несколько мыслей:

Неважно где мы и кто, если мы счастливы. Это как отпуск с любимым человеком — «Неважно где, важно! с кем».

Виртуальный мир может быть не менее реален, если он дает нам чувства и эмоции не отличимые от реальных.

И я не призываю все играть в компьютерные игры, я призываю вас читать книги, мечтать, писать истории и рассказы, стихи или сценарии для настольных игр. Еще Эйнштейн говорил — «Воображение гораздо важнее знаний. Знания опираются лишь на то, что мы сейчас знаем и понимаем, в то время как воображение включает в себя целый мир и все то, что мы когда-либо поймем и узнаем». Творчество — вот то к чему я призываю всех!

Первая книга была написана чрезвычайно быстро — один месяц, плюс неделя на вычитку и позже почти три на редактуру, хотя я понимаю, что там еще работы непочатый край. Я согласен, что не угадал с жанром и направлением, но в любом случае, к концу первой части, я знал, что у меня будет трилогия, и знал, чем она должна закончиться.

Главное из всего — первая книга понравилась мне, я писал ее с удовольствием и радостью. Я дал ей условное название «любовь», хотя в ней про это чувство, не было ровным счетом ничего.

Вторая часть писалась от лица стороннего персонажа, так как это был скорее «мой вызов мне» — смогу ли я так написать? Почему в фокусе всегда только главный герой и его спутники, когда историю можно рассказать со стороны, как это видели те, кто был не рядом с Героем, а просто на его стороне и в отдалении. По сути, вся вторая часть есть отражение любой книги, где события не останавливаются на сюжетной линии, ибо придуманный автором мир и сюжет, всегда намного более глубок и размашист. Эта книга получила название «Страх», хотя на протяжении всей истории, страха там практически не было, и все были храбрыми молодцами. Вторая книга описывает события всего двух дней, но за эти два дня, многие герои успевают измениться и переосмыслить свою жизнь и отношение к ней. Об этом, кстати, и была вторая книга. Она была окончена в середине февраля 2018 года.

Третья Книга взяла свое начало в том же феврале, хотя ее Эпилог в черновике существовал уже на 3 главе 2 книги, так как я знал к чему идти и что должно быть в конце.

Сейчас же, заканчивая эти абзацы, я могу сказать, что третья книга, хоть и была запланирована задолго до второй, шла она достаточно тяжело. Изначально я хотел всю книгу оформить как рассказ Саартука, словно читатель лишь один из слушателей, кто иногда и вопрос мог бы задать. Но меня отговорили те, кому понравились первые две части. Поэтому книгу пришлось перекраивать на других персонажей, которых мы уже знали и возможно полюбили. Все книги про мир Орбиса, это одна история, но так же, она история трех персонажей — Тушканчика (Полиниды), Ворадора и Кит-Кат. Это три типа персонажей и людей. И даже несмотря на то, что повествование шло только от третьего лица или от Ворадора, он не единственный главный герой, а Кит-Кат лишь мелькавшая на станицах книг, не менее важная чем лидирующая по итогу Тушканчик:

Офисный работник, ставший сильным, сумевший побороть себя и делать все, что от него требуется. Это олицетворение Долга, когда человек не только честен перед самим собой, но и готов сделать все необходимое для себя и своих близких. Он Акула в мире полным пассивной рыбешки, именно потому, что он ощутил в себе силы на это. Этот герой является центровым, он всегда в центре описываемых событий или причастен к ним;

Незаметная среди строк Русалка Кит-Кат, полюбившая монстра и положившая все к ногам своего избранника. Именно она олицетворяет в моихкнигах Любовь — ту самую, частично безответную, а частично и безрассудную, но яркую и светлую, о которой не обязательно говорить, чтобы о ней помнить. Любовь, она ведь такая — странная и прекрасная. Мы боимся ее и жаждем одновременно;

Скользящая по книгам и взявшая львиную долю внимания на себя, девушка с трудным прошлым, убежавшая от самой себя, живущая с обидами и гневом в душе, каждый день переламывающая свои фобии — Тушканчик олицетворяла Страх, а точнее бесконечную борьбу с этим чувством. Начиная со второй книги, я пытался показать, что, несмотря на показуху и маски, она человек, сделавший все, чтобы наладить свою жизнь и никогда не повторять ранних ошибок, где она успела разочаровать всех, включая и себя. «За все стоящее в жизни — надо бороться!» — вот с чего написан ее образ. Кстати, ан каждого персонажа у меня в папке есть прообраз (картинка), и только Тушканчик, была его лишена вплоть до 3 книги, до этого момента, она была собирательным образом без отражения в картинке.

Именно три этих персонажа обрисовали мир Орбиса, мир замкнутого Круга, в котором даже бесконтрольное зло, рано или поздно меняется на добро в глобальном смысле. Где белая волшебница, оступившись и сменив цвет одежд, не сменила выбранного ранее пути. Где одинокие сердца встречаются и улучшают друг друга. Где предатель не тот, кто ушел, а тот, кто остался. И где нет места Фразе «Я не могу». Мир Орбиса — моя личная идея, мой авторский мир на базе Толкиеновских эльфов и гномов, Варкрафтовских Огров и Орков, мифических созданий из легенд, закрученный на популярный жанр ЛитРПГ и воплощенный в три электронные книги.

В мае 2018 года, трилогия готовиться в выход на аудио, при поддержке моего друга — Олега Кейнза. Даст Бог и мы закончим все как и планируем. Еще до начала озвучивания, для раскраски произведения, мы связались с музыкальными группами «Оберег», «Тролль гнет Ёль», «Крематорий» и «Наутилус». «Оберег» и «Тролль гнет Ёль» ответили и дали разрешение на их произведения, чем мы беззастенчиво и воспользовались. Крематория ответили что правами уже не владеют в полном объеме и извинились, что не могут помочь. И эти строки я пишу еще не зная, что ждет данное произведение. Будет ли она выпущена в бумаге, получится ли у нас Аудиокнига как мы планируем… Но в любом случае, я надеюсь на лучшее.

Если же вам есть что мне сказать — пишите, я всем отвечаю, как могу. Но продолжения этой серии не будет никогда. История изложенная полностью. Всем спасибо за внимание, надеюсь, история получилась интересной. С вами был Асачёв Тарас! Удачи Вам и цените свою жизнь больше чем виртуальные игры или собственные иллюзии, как завещал нам Рэй Бредбери!

«Шире открой глаза, живи так жадно, как будто через десять секунд умрешь. Старайся увидеть мир. Он прекраснее любой мечты, созданной на фабрике и оплаченной деньгами. Не проси гарантий, не ищи покоя — такого зверя нет на свете…»

И пару строк от меня:

«9» апреля 2018 года.