Все-таки разбился.

Не хотелось открывать глаза, не хотелось шевелиться, даже мысли текли лениво, сумбурно, отстранено. Несомненно, вскоре придется снова окунаться в насущные заботы и выяснять, где я оказался и что делать дальше? А пока я просто сидел в позе медитации, как и возродился, среди окутавшей меня плотным облаком звенящей тишины. И по ощущениям лишняя минутка покоя еще имелась, прежде чем закончатся все необходимые процедуры и эта благостная нирвана, в которой я возник заново телом и душой, вытолкнет меня прочь.

Итак, я все-таки разбился. Насмерть. И не только я. Моих питомцев тоже должно было размазать в кровавую кашу о каменный пол… И судя по тому, что я не чувствую рядом ни Фурии, ни Крохи, так и произошло. В груди словно торчит ноющая заноза. Даже не заноза, а скорее деревянный кол, которым пробивают сердце вампирам. Питомцы давно стали со мной одним целым, без них я чувствовал себя ущербным. Не самодостаточным. Духовная связь — тот еще наркотик, а я, получается, закоренелый наркоман… Петоман? Духоман? Как-то так, в общем…

Но воскрешение… Это было не так, как в прошлые разы в Репликаторе песочницы. Что-то разительно изменилось. То ли я столкнулся с пост-эффектом разных технологий, то ли новичку в Репликаторе песочницы просто необходимо просыпаться в муках, чтобы крепко вбить в сознание необходимость в осмотрительности и в осторожном обращении со своей жизнью. Сейчас же я чувствовал себя несколько иначе.

Наверное, судьба такая — время от времени умирать при падении с высоты, ведь я точно так же разбился в песочнице, когда прикончил предавшего нашу группу клирика и, сцепившись с ним в смертельных объятиях, рухнул в пропасть. Правда, момента удара о скалы при прошлом возрождении я не помнил, память оказалась щадяще купирована.

Да и сейчас боль меня не терзала, но вот память о ней…

Нагоняя приятную истому, Колыбель старалась бережно вымыть из памяти этот трагичный эпизод и зябкая дрожь пережитого ужаса отпускала медленно, нехотя.

Вот уж действительно — воспоминания из прошлой жизни. Буквально. Ведь теперь у меня их несколько этих жизней, успел накопить… Один сейв потратил, но в запасе еще аж шесть. Богатый буратино. И третья смерть. Двадцать четыре часа меня не существовало. Целых двадцать четыре часа длилось небытие и мир вполне обходился без меня. Мошка на деснице господней. И с каждой смертью этот срок будет увеличиваться на шесть часов, пока не достигнет бесконечных величин. Если не закончатся сейвы. Раньше я об этом как-то не задумывался, не до того было. Но ведь и правда — даже с прорвой сейвов запросто можно остаться в забвении. Если погибнуть крайне неудачно. К примеру, как игроки вместе с Лунной Радугой при ее разрушении. Они ведь так и остались в копилке душ навечно. Подумаешь, и вздрогнешь.

Стоп. Негатив ни к чему хорошему не приведет. Таких неприятных моментов будет немало, я в этом ничуть не сомневаюсь. Так что нечего падать духом всякий раз, когда это случается. Кстати, по укладу ВИКСа чудесное спасение должно как-то компенсироваться. В худшую сторону. Хотя и так несладко — питомцы погибли, клан сгинул, и сам я неизвестно где…

И снова стоп. Придержу эмоции. Загоню панику поглубже в темные уголки души, где ей и место. Побиться головой о стенку всегда успею, это занятие нехитрое.

Глубоко вздохнув, как перед прыжком в воду, я, наконец, открыл глаза и медленно повел головой, осматриваясь. И озадаченно хмыкнул. Напряженное ожидание грядущих неприятностей слегка отпустило.

Вид цилиндрического зала диаметром и высотой около десяти метров, светящиеся стены, потолок и пол которого были облицованы медово-желтым янтарем, вызвал чувство узнавания. Конечно, зал был другим, не тем, где я впервые узрел статую богини Дживы, впоследствии разбитую вдребезги суккубой. Собственно, вся схожесть на форме зала и материале облицовки и заканчивалась. Резные барельефы танцующих крылатых фей на стенах замещал более примитивный на вид вариант, представлявший собой цепочку из натыканных по окружности зала выпуклых дисков. А вместо статуи на постаменте из светящегося желтого янтаря восседал я собственной персоной.

Было еще кое-что, отличающее этот зал от зала Дживы: узкая без перил лестница, вьющаяся вдоль стены и выводящая через проем в потолке на следующий этаж. Отлично. Не придется ломать голову, как отсюда выбраться.

Совершенно справедливое ожидание, что на мне будет новичковая одежка, в которой я попал в Лунную Радугу и засейвился в Колыбели разрушенного города, к моему удивлению не подтвердилось. Оказалось, что восстановился мой предыдущий прикид, в котором я впервые появился в Цитадели Крика. Кожаные штаны, сапоги, пояс и куртка от кутюрье Лаиля, панцирь, поножи и наручи моего собственного изготовления из металлизированной кожи крикуна, причем все доспехи весьма покоцанные после схваток в тоннеле. Как запомнилось системой, так и воссоздалось без малейших потуг на ремонт. Из остального имущества рядом на постаменте я нашел только три вещи: меч, курительную трубку и серьгу:

Проверив слот для усиления в рукоятке меча и убедившись, что он пуст, как и предполагалось, с глубочайшим наслаждением отправил оружие за спину с ощущением, что важная часть моего «я» вернулась на место. Серьгу — в мочку левого уха, а трубку — за пояс. Увы, закурить, чтобы задействовать полезные баффы, не выйдет: кисет с табаком, как и кристалл Мгла Бездны из рукояти меча остались там же, где и остальное имущество — на месте моей смерти. Зато восстановилась прочность предметов. Причем у серьги прочность почему-то еще и выросла, если меня не подводит память. И даже восстановились заряды Живой брони. Так что теперь мне известен хотя бы один способ зарядки подобных предметов, хотя и крайне нежелательный — собственным возрождением.

Вообще, своеобразная избирательность у этой Колыбели.

Что я нахожусь именно в Колыбели, это несомненно. Больше просто негде. Возрождение — сложный технологический процесс. В начальных локациях возрождение для простоты осуществлялось в Репликаторах — специально отведенных для этого помещениях. В Лунной Радуге технологии шагнули дальше и игрок распечатывался по молекулам прямо на совмещенной с порталом точке возрождения. Такое совмещение вполне логично для столь сложной технологической начинки — ведь энергии как для переноса, так и для возрождения требуется много. Думаю, выглядит этот процесс приблизительно так же, как и при использовании жертвенника. Разве что для Колыбели материальная основа-жертва не нужна, а потому мощь ее внутренних резервов должна быть весьма высокой, чтобы возрождать игроков в любое время без постороннего вмешательства. Поэтому Колыбель на каждом шагу не встречается.

Но вернемся к немаловажному вопросу об избирательности.

Одежду и привязанные к душе уникальные вещи я закономерно получил обратно. Их Колыбель собрала по молекулам вместе со мной. А все остальное барахло, которое в момент общей привязки к новой точке возрождения было тогда на мне, фигушки. То есть фляга с зельем здоровья, подсумки с кучей добытых в бою кристаллов, серьга от охтанов — все это прошло мимо кассы. Не говоря уже о новых вещичках, полученных после боя с демонами. В том числе пропал и перстень, виновник моего чуть было не состоявшегося спасения — Стезя стойкости. Встроенная в него способность Абсолют оказалась невероятно своевременной и толковой. Развернувшаяся при активации вокруг нас радужная сфера защитила не только меня, но и моих питомцев. Пяти секунд, пока длился эффект полной неуязвимости к урону любого типа, вполне хватило, чтобы прорваться сквозь громыхающий поток рушащихся вместе с нами скал. Пару раз за эти пять секунд я чуть не поседел, когда столкнувшиеся с неощутимой на вид радужной пленкой защиты скалы с бездушной жестокостью пытались раздавить нас в лепешку, но крошились в щебень, или, когда в нас били молнии, по мощи способные испепелить армию. Но мы прорвались. Крича и рыча в три горла, влетели всем скопом в радужное пятно входа и оказались в уже знакомой башне на этаже, где находился центр управления и где я, по наитию, так удачно развернул перед уходом расходник Двери в измерение.

Увы, приземление пришлось как раз на последние мгновения пузыря Абсолюта. И того, что нам досталось после исчезновения защиты, хватило с избытком, чтобы нас буквально размазало по гранитному полу, ведь скорость падения никуда не делась. И черт возьми, хорошо, что это произошло так быстро и вспышка ошеломляющей боли длилась лишь краткое мгновение. Представляю самочувствие, если бы выжил, превратившись в месиво из костей и плоти… И сколько бы на это потребовалось часов, или дней мучительного восстановления. И что после этого стало бы с психикой. Лучше уж так — раз, и труп…

Фурия, подруга боевая… на месте гибели ее тело уже наверняка исчезло, ведь тела погибших растворяются уже через час. И раз она не воскресла тут же, где и я, то логично предположить, что эта Колыбель предназначена только для людей. Точнее, существ разумных, так как представителей человеческой расы в этой Вселенной ИКС крайне мало. Значит, специально приготовленный на случай гибели питомца фиал реанимации сущности, который у меня был с собой перед смертью, уже бесполезен, а расходника для питомцев посложнее я не изготавливал. Не было ни времени, ни возможности. В тот момент от меня и моих действий зависело будущее нескольких сотен разумных существ — дионисситов, ракшасов, коби, охтанов, низуши и далроктов — и мне было не до отвлеченных экспериментов. Судьба фейри тоже пока не ясна. Ведь этому магическому созданию Репликатор не требовался. Учитывая, что Кроха погибала дважды, она должна была воскреснуть гораздо раньше меня. Но я ее не видел и не чувствовал. Иконки питомцев отсутствовали обе. Что-то пошло не так… Может быть дело в точке привязки? Могло ли такое случиться, что ее прежняя точка привязки осталась в Колыбели Лунной Радуги, навсегда исчезнув в хаосе разрушения?

Лишиться фейри — это катастрофа.

Ее способности, как магические, так и ремесленные, значительно повышали мои шансы выживания в этом мире. Стоп. Шансы. Выживание. Способности. Как-то сухо и бездушно. Все это конечно важно, но важнее для меня сейчас почувствовать малышку рядом, без нее так же тоскливо, как и без Фурии. Без нее я какой-то сам не свой… Тревожащая, если задуматься, зависимость. Но с другой стороны, страшнее одиночества, как говорится, только атомная война. А у меня возникло что-то вроде семьи, на которую я всегда могу рассчитывать, ведь питомцы не в состоянии предать.

Итак, мое воскрешение. Чудо нежданное. Почему воскрешение вообще состоялось, я догадывался. По всему выходит, что, надев Связующую диадему Феникса Крика для запуска квеста с печатями, я тем самым привязался к новой Колыбели, о существовании которой и не подозревал. А так как при обыске правой башни цитадели я ничего подобного не видел, то это означает, что сейчас я нахожусь в левой, той самой, куда доступ в прошлой жизни получить не смог. Скорее всего, сыграло роль то, что от мира Лунной Радуги остался лишь его осколок, и этот осколок перешел в мое личное распоряжение, поэтому доступ в башню и открылся. А может, банально сработала сама близость Колыбели и больше возрождаться было просто негде, вот система и сочла…

Да плевать на причину разблокирования и привязки! Учитывая, что Колыбель — это еще и портал в другие миры, если, конечно, аналогия с функциональностью Колыбели из Алмазной Короны справедлива и здесь, то…

В охватившем волнении не заметил, как оказался на ногах. По всему получается, что теперь у меня есть личный портал! И этот вопрос требовал немедленного изучения. В первую очередь необходимо выяснить, как его активировать и куда он может привести. Я пристально оглядел двухметровый янтарный диск, на котором возродился, ожидая хоть какого-нибудь системного сообщения. И после небольшой паузы оно таки появилось, хотя и не то, что ожидалось:

Резкий вдох сквозь стиснутые зубы, кулаки сжались сами собой.

Твою же… Чудом выжив в одной катастрофе, я тут же рискую погибнуть в следующей?! Это что получается, что мое воскрешение чуть не угробило этот осколок реальности?! Нужно срочно выяснить в чем тут дело и перво-наперво необходимо добраться до центра управления и вернуть диадему…

Додумывал эту мысль уже на бегу. Машинально накинув на себя боевые ауры и взлетев по винтовой лестнице из подвала на первый этаж, я оказался в квадратном помещении, которое, видимо, когда-то служило арсеналом. На расстоянии двух метров от стен сплошь шли решетки с встроенными дверцами, за которыми располагались всевозможные стойки и крючки для размещения оружия всех видов и конфигураций. Жаль, что самого оружия и близко не было — лишь пыль и пустота.

Дальше!

Еще один быстрый виток лестницы и я выскочил на второй этаж.

Многочисленные столы, верстаки и опять — пыль, забвение, пустота. Бывшие мастерские, причем очень бывшие. Вот бы сюда всю мою ораву работяг-кобольдов — это ж рай для них, а не мастерская. Коби неприхотливы, привыкли к стесненным условиям работы, а здесь для них есть где разгуляться.

Лестничный просвет, который вел на третий этаж, был наглухо завален крупными каменными обломками, а верхняя часть лестницы скрывалась под нагромождением обломков поменьше. И как еще лестница не обрушилась от такой чудовищной тяжести, ведь на вид она деревянная, в отличие от каменных лестниц, ведущих из подвала? У подножия лестницы тоже валялось немало разнокалиберных каменных глыб, изрядно захламляя немалую часть мастерских. Проделки проклятого демонического змея, который разнес верхушку башни, пока эту тварь ценой собственной жизни сдерживала суккуба Марана (еще одна головная боль)…

Хрустя подошвами по каменному крошеву, я устремился к двери, ведущей на мост между башнями. Рывком откинул засов (чтоб вас, почему заперто изнутри, как же сюда попадал бывший владелец?!), распахнул дверь, издавшую прямо-таки оглушительный скрежет проржавевших петель, и…

И едва не кувыркнулся вниз со второго этажа, в спешке запамятовав, что мост наполовину разрушен тем же змеем, причем разрушен именно с моей стороны. В последний момент удалось ухватиться за дверь. После чего я крепко выматерился, восстанавливая равновесие, отступил на шаг и глянул вниз, прикидывая, как спуститься. На самом деле не так уж и высоко, приземление с восьми метров вполне выдержу без существенных потерь, физические кондиции аватара весьма достойные… И все же я подумал об этом с опаской. Только что состоявшееся воскрешение вносило некий диссонанс в саму необходимость к риску. Любому риску. Да еще и нараставший в воздухе некий гул настораживал…

Задавив в душе нетерпение, я осмотрелся внимательнее.

Вот как, значит, это выглядит на деле — «осколок реальности».

Вид с моей точки обзора открывался совершенно сюрреалистический. Настолько, что дрожь пробирала и дух захватывало. Или это просто воздух такой, что дыхание спирает — сухой, застывший, пронизанный рассеянным светом и наполненный мелкой невесомой пылью от раздробленных камней. Кусок реальности окружала оболочка светящегося и переливающегося всеми цветами радуги кокона астрального барьера — системная надпись сопровождала взгляд, куда бы я ни посмотрел. Здесь не было ни ночи, ни дня. Мягкое свечение оболочки создавало причудливый танец из пятен тьмы и света, позволяя довольно сносно ориентироваться без дополнительных источников освещения. Верхняя граница простиралась в трех-четырех десятках метров от острых шпилей уцелевшей башни, заменяя собой небеса, затем сияющие стенки кокона округло спускались вниз, охватывая весь комплекс целиком, и исчезали за крепостной стеной. Видимо, оболочка замыкалась где-то внизу, под залом с портальной установкой, отхватив солидный кусок скальных пород до самого подножия кургана, на котором располагалась цитадель раньше.

Двор цитадели остался без изменений.

Подножие башни, из которой я выглядывал, подпирала груда обломков. Россыпь разбитых блоков разрушенного пролета моста неряшливым пунктиром тянулась по земле до центральной опоры, поддерживающей уцелевшую половинку, а ворота крепости были измочалены после жестокой битвы и восстановлению не подлежали, только замене. Также двор усеивали обломки и щепки от дротиков, которые бесы метали в защитников цитадели. Все более-менее целое имущество перед массовым исходом из Лунной Радуги успели собрать коби, и сейчас этими дротиками должен быть забит первый этаж правой башни.

Я снова перевел ошеломленный взгляд на светящуюся границу кокона. Мысль о том, что за этим коконом наверняка ничего нет, кроме космической пустоты, продрала до печенок. Вот же попал. Ну а вдруг мигнет… Что-то я сильно сомневаюсь, что смогу долго дышать вакуумом, несмотря на возможности аватары. Вайп будет гарантированный и беспощадный. И хватит ли энергии на еще одно возрождение, когда цитадель и так на грани коллапса? Да и будет ли где возрождаться?..

Коллапс!

Хрена ли я изображаю глазеющего на достопримечательности туриста?! Дело надо делать, пока все медным тазом не накрылось!

Так, спокойно. Поспешать тоже нужно с умом, то есть осмотрительно. Как бы дров не наломать. Припоминаю, что в системных сообщениях перед тем, как Лунная Радуга окончательно разошлась по швам, мелькнуло нечто особенное…

Я открыл нужное окошко интерфейса и внимательно пробежал взглядом, выискивая изменения. И озадаченно нахмурился, поняв, что не узнаю многие описания способностей. В смысле, способности остались те же, но их трактовка, а также отображение прогресса развития — все это где незначительно, а где и существенно поменялось. Увы, времени на тщательное изучение сейчас нет. Я предельно остро чувствовал, как уходят в никуда драгоценные секунды. Поэтому просто отыскал взглядом способность, которую получил последней от своего божественного покровителя:

Черт, не совсем то, что мне показалось. Но все равно отличнейшая способность, несмотря на большой откат. По моему глубочайшему убеждению лишних умений вообще не бывает. А возможность нанести удвоенный урон любой способностью, подчеркиваю — вообще любой, очень даже в тему. Так что спасибо громадное Алану Темному за подарок. Жаль, что именно сейчас на той стороне нет цели для Метки Еретика, так что применить новый скилл пока не получится и спускаться вниз все же придется своим ходом…

Рука сама собой медленно, чтобы не сбить направление взгляда, потянула меч из-за спины. Вроде какое-то движение на уцелевшей половинке моста — то ли порыв ветра что-то шевельнул, то ли… Да какой порыв ветра?! Воздух то стоячий! Присмотревшись, я вдруг понял, что ведущая с недоломанного моста на второй этаж правой башни дверь приоткрыта. И насторожился всерьез. А вот такого не припомню, перед уходом эту дверь я не открывал. Откуда здесь может взяться кто-то еще, кроме меня и моих петов?! Значит, полезнее для здоровья думать, что движение не показалось. У меня тут между прочим, коллапс по темечку стучит в такт учащенному сердечному ритму. Так что не до выяснений, враг это, потенциальный друг, или так, мимо проходил. Впрочем, раз затаился, значит, враг. Чем быстрее под корень сведу и на ноль помножу, тем лучше…

В этот момент меня вдруг словно обожгло — я почувствовал Кроху! Моя малышка была жива, и пребывала в дикой панике. Ей было больно, она звала меня и предупреждала… Всплеск эмоций длился не дольше секунды, но послужил толчком для немедленного принятия решения.

На каждую хитрую задницу, как говорится, найдется болт с резьбой.

Из центра левой ладони вырвалось сияющее насыщенным голубым светом Копье ветра — что-то вроде энергетического стержня длиной около полутора метров и толщиной с запястье. С шипением и потрескиванием электрических разрядов заклинание устремилось к двери башни на той стороне. А так как целил я точно посередине моста, то при его ширине всего в метр промахнуться было невозможно. Так и вышло. Притаившаяся на той стороне в двух шагах от двери тварь явно не ожидала коварного выпада и не успела ни увернуться, ни спрыгнуть вниз, хотя и попыталась. Искрящийся короткими молниями удар (любопытно, визуальные эффекты привычного скилла изменились, став более внушительными) тараном вбил вражину в дверь, сорвав с нее покров невидимости.

Да уж, это точно не друг:

Вырвав из фрейма пустотника пять сотен единиц здоровья и оставив на его груди дымящееся, почерневшее пятно выжженной плоти, Копье ветра гарантированно оглушило тварь на три секунды. Глазам предстало нечто крупное и лохмато-полупрозрачное, причудливая помесь призрачной обезьяны с крокодилом. Тварь судорожно дергала жилистыми конечностями, не в силах предпринять более активные действия. Из широкой раззявленной пасти, усеянной полупрозрачными, но весьма острыми на вид клыками, вырвалось громкое шипение.

Ставки были слишком высоки для расчетливой экономии, а здоровье монстра угрожающе большим — поболее, чем у некоторых элиток в Лунной Радуге. Остро пожалев, что для Душелова нет кристаллов, я без малейших колебаний пустил в ход весь свой небогатый боевой арсенал с необходимой по ситуации ротацией способностей.

Первым делом на 20 секунд активировал Теневое преимущество, разогнав свои скорость и реакцию на 50%. Фактура окружающего пространства мгновенно изменилась: резко обострился взгляд, выхватывая мельчайшие детали. Каждая трещинка на мостовой, каждый камешек вдруг обрели значение. Разрушенный участок моста составлял около двадцати метров, но общая протяженность была не меньше тридцати пяти-сорока метров, а значит, чтобы сработал Теневой прокол, придется сперва перепрыгнуть провал без его помощи. Ну что ж, проверим свои возможности, все равно ничего другого не остается — пан или пропал.

Отбежав назад, насколько позволяло захламленное пространство этажа, я разогнался и сиганул что есть сил в воздух, на лету ударив Копьем пламени.

Крит!

Такого видеть еще не доводилось — Копье пламени, сформированное в такую же пику, как и предыдущее заклинание, но из желто-алого огня, пробило грудную клетку монстра, как самое настоящее копье, и расплескалось языками огня, воспламенив плоть и шерсть вокруг сквозной раны. Отброшенную тварь с грохотом вмазало спиной в захлопнувшуюся дверь башни. Пустотник заревел от боли, но рев тут же перешел в хрип, а тело монстра выгнулось дугой. Хлестнув по мохнатой плоти и навесив на цель Метку еретика, Плеть боли перекрыла монстру весь предыдущий букет пренеприятных ощущений.

А я все еще летел над разрушенным пролетом, крепко сжимая рукоять меча…

Есть контакт! Иконка Теневого прокола мигнула, сообщая о готовности к использованию, но я и без того почувствовал, что уже могу пустить ее в ход. Не долетев пары метров до обрыва моста, я буквально прошил воздух пулей…

Поразительный эффект и удивительное ощущение.

Теневой прокол — это не прыжок, это именно перемещение из одной точки в другую. Мир перед глазами на долю секунды мигнул, и вот я уже там. Подошвы сапог врезались в вековой камень моста, взметнув облако пыли. Стремительный взмах Пламенем и сталь меча, заряженная Обжигающей вспышкой, вспорола твари горло, нанеся благодаря проколу удвоенный урон.

И неожиданно легко обезглавив.

Маслянистая жидкость проступила на пористом по структуре обрубке шеи, словно на влажном поролоне, а тело моба обмякло и сдулось, как проколотый воздушный шар, уменьшившись в объеме минимум втрое.

Весь бой, начиная с момента, когда я ударил Копьем ветра, длился не больше трех секунд. Нанесенный за эти секунды урон вышел невероятным. Но логи боя лучше глянуть позже, сейчас же меня волновало лишь состояние Крохи. Отпихнув тяжелый труп твари в сторонку, чтобы освободить дорогу, я собрался распахнуть дверь и броситься на помощь фейри..

Но мысль о том, что пустотник может быть не один, остановила руку в последний момент. Мысленно попросив Кроху потерпеть, я дал системе команду развеять труп и на пределе нервов просто ждал, пока процесс закончится, постоянно оглядываясь вокруг в поисках опасности и не выпуская рукояти меча из пальцев, прислушиваясь к малейшим звукам за дверью. Но там было тихо. Сигналов от Крохи тоже больше не поступало и все же я чувствовал, что она жива, но какая-то преграда не позволяет ей найти хозяина самостоятельно. Ведь выбраться можно и через незапертую дверь первого этажа. Крылья фейри легко вознесли бы ее ко мне. Воспользовавшись паузой, заглянул в бестиарий и выяснил, что пустотник владеет лишь двумя способностями — Тень пустоты и Звездная пыль. Первую я в действии видел — вариант инвиза, неограниченного по времени. Со второй пока неясно, так как тварь применить эту способность явно не успела и ее описание отсутствовало.

Наконец-то!

Подхватив блеснувший среди праха шестигранник кристалла сущности — единственное, что осталось от пустотника, я рванул на себя дверь. И едва успел отпрянуть: взмах призрачных когтей чиркнул прямо перед лицом, едва не разворотив переносицу. Брызнула крошевом каменная стена, задетая когтями. Ах ты мразь!

Я нырнул мимо смутного силуэта вперед в сумрак зала башни, чтобы обеспечить себе простор для маневра. Вскочил на ноги после переката и, почти не глядя, полоснул мечом воздух там, где должен был находиться пустотник. Простой выпад, направленный интуицией, заставил врага отскочить, а я получил лишнее мгновение оценить ситуацию.

Мы замерли в трех метрах друг от друга, обменявшись яростными взглядами. Такой же лохматый и полупрозрачный, как и первый, только крупнее, выше меня на голову. Эффект внезапности был утрачен и пустотник не торопился, изучая меня, как противника. Уже сообразил, что его сородичу я оказался не по зубам. Умненькая тварь. Я тоже в бой не рвался. Часть способностей в откате, но кое-что, гость нежеланный, для тебя еще найдется. Очки атаки для завершающего удара накоплены не напрасно. Главное, не промахнуться.

А один ли он здесь остался?

Не выпуская врага из поля зрения, я осторожно стрельнул взглядом по сторонам.

Вроде никакого движения.

Где же Кроха? Внутри прямо-таки звенит натянутая струна, сигнализируя, что питомец совсем рядом. Но не вижу, как ни стараюсь…

Вид второго этажа башни ничуть не изменился. Катаклизм, разрушивший целый мир снаружи, на цитадель не повлиял. Сейчас этот осколок реальности сам по себе и его существование зависит всецело от моей расторопности, о чем говорил и пронизывающий все пространство гул, который никуда не делся. Разве что в забранные мутными стеклами узкие окна-бойницы уже не просачивался свет двух лун, как раньше, но освещения хватало в избытке, даже приходилось щуриться, привыкая. Сумрак пыльного, полупустого зала, окантованного ветхими стеллажами с рассыпавшимися в труху свитками, рьяно разгоняло сияние миниатюрного радужного солнца размером с крупный грейпфрут. Оно реяло в метре над полом в нескольких шагах от меня. Дверь в измерение. Через него я сюда и попал, когда обломки Лунной Радуги пытались стереть меня в порошок…

А вон и мое имущество греется под этим светилом, что неудивительно — ведь я погиб прямо на точке выхода. Одежда, превращенная при ударе в лохмотья, и два основательно помятых с виду подсумка с кучей расходников внутри. Надеюсь, они не разлетелись в пыль.

И тут я увидел Кроху.

Крошечная золотоволосая фигурка фейри парила рядом с порталом, залитая его сиянием, что и помешало разглядеть ее сразу. Парила? Нет, она просто висела в воздухе: поникшая фигурка, обмякшие крылышки, пышное облако волос, медленно дрейфующее вокруг тела, словно водоросли на дне реки в потоках воды. Почувствовав мой взгляд, Кроха с заметным трудом приподняла голову и распахнула васильковые глаза, в которых стояли слезы муки. Да что с ней творится! Словно что-то невидимое удерживает ее в пространстве, обрывая любые связи и глуша эмоции, поэтому я ее практически и не чувствую! И это «что-то» явно связано с присутствующей здесь тварью.

Мы с пустотником одновременно пришли к мысли, что паузу пора заканчивать. Как только я вскинул руку для удара Душеловом, враг тоже атаковал. Вот только бросаться вперед он не стал, а просто звучно хлопнул костлявыми ладонями.

Движение рукой, как при броске кинжала. Кристалл сущности негромко хлопнул, превратившись в туманное облачко, и рванулся из пальцев к твари, формируясь призрачным клинком. Но еще до того, как он вонзился пустотнику в грудь, я прочувствовал на своей шкуре действие второй способности твари Хаоса:

Подошвы сапог вдруг оторвались от пола и я медленно взмыл в воздух сантиметров на двадцать, будто гравитация вдруг исчезла. Дернувшись и взмахнув руками, я понял, что своим телом в пространстве больше не управляю. Попытавшись вдохнуть, обнаружил, что и воздух тоже пропал, так как легкие мгновенно скрутило жесточайшим спазмом жгучей боли. Секунда дезориентация и паники, а затем Знак Алана запульсировал, яростно обжег плечо, напомнив о божественном внимании. Новая боль перекрыла прежнюю, привычно очистив сознание от всего лишнего и позволив сконцентрировать внимание на том, что имело значение для выживания.

Вот оно что. Я попал в ту же ловушку, что и моя фейри.

Пораженный Душеловом пустотник, тоже содрогаясь от боли, как паралитик, и скрежеща когтями по каменному полу, медленно, но упорно подбирался ко мне, чтобы закончить начатое. Горбатая фигура в блуждающих по телу пятнах света и тени, сквозь которую пробивались лучи от портала. Связавшая нас полупрозрачная серая нить толщиной с палец пульсировала, как кровоток в такт сердцебиению, перекачивая энергию и жизнь от врага в мое тело. Яростный взмах мечом лишь беспомощно провернул меня в пустоте вокруг оси, сделав только хуже. Пустотник не преминул воспользоваться такой оказией: в отличие от жертвы, он не испытывал затруднений в безвоздушном пузыре. Спину ниже лопаток рвануло болью. Фрейм здоровья резко просел. В отчаянии я попытался извернуться снова, чтобы достать тварь сталью. Но опять неудачно. Пустотник тоже сместился, стараясь оставаться за спиной, и когти в отместку тут же вспороли мне левое бедро. Брызнувшая из раны кровь поплыла в пустоте красным бисером.

Любишь прятаться за спиной, гнида…

По скрежету когтей и колеблющейся в лучах портала тени, которую отбрасывал пустотник, я точно знал, где он находится. Перехватив рукоять меча обеими руками обратным хватом и вложив в выпад Ледяной шквал завершающего удара, я ударил острием клинка вдоль левого бока за спину, едва не пропоров собственную подмышку. И молясь, чтобы длины клинка хватило…

Попал!

Дебафф тут же слетел и пятки ударились об пол. Контроль восстановился. Я резко развернулся, собираясь влепить гаду простым физическим ударом, но оказалось, что это уже не нужно. Пламень разрубил мобу плечо и часть шеи, вогнав и без того тающий от Душелова фрейм жизни глубоко в красный сектор. Забрызгав пол маслянистой жидкостью, монстр сдулся, как и его собрат, и рухнул на пол продырявленной резиновой куклой. Урон прошел просто ошеломляющий и с причиной такого урона нужно обязательно разобраться, как только выпадет минутка спокойствия.

Не глядя на сообщение системы о победе, я закинул меч за спину. Действие дебаффа для фейри тоже прервалось и ее фигурка обессиленно опустилась на ворох моей одежды возле портала. Я облегченно вздохнул. Прямо от сердца отлегло, но расслабляться еще рано. Душелов хоть и не залечил повреждения полностью, но вытянул энергии из врага в достаточной мере, чтобы хотя бы остановить кровотечение и позволить более-менее сносно двигаться. Плотнее ранами займусь позже.

Превозмогая остаточную слабость после Звездной пыли, в два прыжка оказался возле ведущий на мост двери, захлопнув ее и запер на два засова. Прихрамывая на левую ногу, вернулся к порталу и к заждавшимся хозяина вещам. Все, что способно меня усилить, должно быть немедленно надето, так как неизвестно, с кем или чем я могу столкнуться в следующую секунду: верхний и нижний этажи башни еще не проверены. Состояние фейри вызывало тревогу. Жизнь чуть больше тридцати процентов, еще немного, и дебафф пустотника прикончил бы ее, не окажись я рядом. Но ее здоровьем тоже придется заняться позже.

Огорченно чертыхнулся. Обе фляги с настойкой здоровья и водой в момент моей прошлой гибели пришли в полную негодность, так как их раздавило в лепешку. Скорее всего своим весом и приложил сверху. Ну, большая часть имущества все-таки уцелела, и то хорошо. Так, первым делом пора вернуть бижутерию на свои законные места:

Подхватил один из подсумков, торопливо привязал его к поясу… Поймав затуманенный болью взгляд Крохи, вжавшейся в мою потрепанную меховую накидку, виновато обронил:

— Прости, милая, нежности оставим на потом, сейчас некогда. Вот, держи.

Достав из подсумка и оставив рядом с тельцем питомца кристалл сущности для подпитки, прицепил к поясу оружие:

Кисет с табаком и второй подсумок привязывал уже на бегу, бросив на труп пустотника команду развеяться и устремившись по лестнице на первый этаж. Потеря сейва — непозволительная роскошь, поэтому разумно подстраховаться.

На первом этаже тоже ничего не изменилось. Пробежав по узкому коридору среди наваленных штабелями дротиков, куда их собрали коби после битвы, захлопнул дверь и заблокировал засовами. Надеюсь, теперь прием нежеланных гостей закончен, есть более важные заботы, и лишняя драка совершенно ни к чему.

Пронизывающий воздух гул тем временем с каждой секундой становился сильнее. Гул приближающейся катастрофы.

Так же бегом я вернулся обратно на второй этаж и плюхнулся в деревянное кресло с высокой спинкой, стоявшее возле массивного каменного стола, затем торопливо натянул на макушку выуженную из подсумка диадему. Система против опасения откликнулась живо, выдав сообщение в системный чат:

Над каменным столом возникла голограмма цитадели. Мигающие точки на схеме обозначили места, где должны находится энергоисточники. Вот же зараза… так и думал! Один из этих чертовых энергоисточников располагался на верхней площадке левой башни, которая после нападения Змея Хаоса превратилась в груду обломков и восстановлению не подлежала, по крайней мере, моими силами и прямо сейчас. Но второй источник был еще жив, хотя и дышал на ладан, так как его заряд показывал меньше процента от необходимой емкости.

Да чтоб вам пусто было… судьба осколка?! Моя судьба зависит от этого осколка, моя, а не наоборот! Получается, раз о награде ни слова, то наградой является сам шанс остаться в живых?! Жестко. Даже в Лунной Радуге, несмотря на суровый прием, было время на адаптацию, а здесь с места в карьер.

Энергоэлемент, значит… Задачка-то не сложная, универсальными энергоэлементами в этом мире являются кристаллы сущностей или кристаллы душ. К счастью, и то и другое у меня есть… Оставалось выяснить, как попасть на… крышу? Верхнюю площадку? Чердак? Пусть будет чердак для краткости.

Додумывал мысль уже на бегу, торопливо стуча подошвами по ступенькам скрипучей винтовой лестницы. Порывом ветра взлетел наверх, резко затормозил, лихорадочно изучая внутреннее устройство третьего этажа. Ничего нового не обнаружил: узкая кровать, небольшой столик рядом, деревянный сундук чуть в стороне, очаг силы в центре, превращенный фейри в ремесленный алтарь. Метнул к потолку взгляд, но ничего не обнаружил. Купол как купол, никаких следов люка. Да как же попасть на чертов чердак, снаружи, что ли?!

К счастью, самой мысли оказалось достаточно, чтобы привести механизм в действие, все-таки статус владельца, как-никак.

Я резко повернул голову, услышав стаккато каменных щелчков. От пола до свода по стене, с шагом в полметра, выдвинулись узкие, в ладонь шириной, выступы. А в своде проступило круглое отверстие метрового диаметра. Гул нарастал, с пронизываемых вибрацией стен сыпалась пыль и каменное крошево, кое-где даже пошли трещины, пока еще незначительные, но…

Наверное, отчаяние придало сил, так как даже не заметил, как вскарабкался и оказался наверху, лихорадочно оглядываясь вокруг.

Ровная каменная площадка, присыпанная пылью веков и окруженная девятью острыми шпилями с меня ростом. Оболочка защитного периметра с этой верхотуры, казалось, была на расстоянии вытянутой руки — колыхалась над головой полупрозрачным покрывалом, словно гигантская медуза, наполненная космической пустотой. Жуткое ощущение абсолютной незащищенности. Напротив каждого шпиля стояла массивная каменная чаша высотой мне по пояс, в центре каждой характерно светились кристаллы…

Ошибочка — излучали лишь пять из девяти, да и то едва-едва, явно на последнем издыхании… Тьфу, уже четыре! И гул все сильнее. Башню ощутимо потряхивало, того и гляди развалится.

Раскрыв подсумок, я бросился к деактивированным чашам. Кристаллы подходили не все — угадал с третьей попытки, перебирая один за другим. Бросился к следующей. На замену пяти расходников ушло не более двадцати секунд, а гул стоял уже вокруг такой, что впору оглохнуть.

Сообщение заставило на миг растеряться. Какой еще управляющий кристалл, где я его возьму?! Взгляд рванулся вдоль каменных приемников, бегло изучая информацию. Ага, вот она — самая большая чаша, кристалл в ней все еще функционировал, но доживал последние секунды — прямо на глазах трескался и разбрызгивался на мелкие осколки. Пол дрожал, пронизывая подошвы сапог нарастающей вибрацией и заставляя поторапливаться.

Я выдернул останки управляющего кристалла, очистил выемку от осколков, но попытка решить проблему методом тыка на этот раз успехом не увенчалась. Ничто из того, что находилось в подсумках, чаша упорно не принимала — ни кристаллы сущности, ни кристаллы душ. Даже элитный не подошел. В отчаянии попытался запихнуть фиал реанимации сущности — чем не кристалл? Но и его чаша отторгла:

Напряжение такое, что впору волосы на голове рвать. Что же еще у меня есть…

И тут сердце екнуло. Мгла бездны! Я только сейчас сообразил, что в спешке забыл этот кристалл внизу, среди вороха тряпья возле портала. Если он вообще там есть и не рассыпался прахом в момент моей гибели, так как, попадись он мне на глаза, то обязательно прихватил бы с собой.

Я уже почти ринулся к проему, собираясь сигануть в него без всякой лестницы, но затормозил в последний момент на самом краю. Прыгать не пришлось. Из проема, беззвучно мельтеша крылышками — нарастающий гул заглушил жужжание, всплыло нечто светящееся и пыхтящее от чрезмерных усилий. А именно, Кроха собственной персоной. Обхватив ручонками кристалл, который был с нее саму размером, фейри изо всех сил тянула его вверх.

Дальнейшее было делом нескольких секунд.

Кристалл встал в выемку как влитой, сразу налившись ровным янтарным светом.

Гул оборвался. Дрожь прекратилась. Наступила оглушающая тишина. Система что-то вякнула про выполнение задания, но мне сейчас было на это начхать. Где стоял, там и сел, расслабленно откинувшись спиной на каменный шпиль и рассеянно уставившись в колышущееся небо астрального барьера. Дикое напряжение, в котором находился последние минуты, отпускало медленно. И только теперь наружу вырвался глубоко загнанный страх.

Выжил в который раз в этой проклятой вселенной.

Да делай что хочешь…

Теперь уже ясно, что за «сервисное обслуживание» наград не полагалось. Это цепочка заданий для элементарного выживания. Спасибо и на том: подсказки системы сами по себе штука ценная, позволяющая не терять время на домыслы о дальнейших действиях.

Стремительная тень спикировала сверху и почти невесомое тельце фейри плюхнулось мне на плечо. Кроха тут же кинулась мне на шею. Фигурально, конечно. Обхват ручонок у Крохи такой же, как и ее рост — пятнадцать сантиметров. Вот эти пятнадцать сантиметров у меня на шее она и обняла. Да крепко так, на удивление. Я бы ее тоже обнял, да уж больно мала, ухватить не за что, да и как бы не навредить малышке. А на душе-то как потеплело, хорошо так стало, спокойно…

Наобнимавшись, фейри спикировала мне на колено, пред светлы очи хозяина, и встала в позу награждаемого — подбородок гордо задран, плечи выпрямлены, грудь колесом. А ведь заслужила, егоза. Я слабо улыбнулся.

— И чтобы я без тебя делал, Кроха…

— Ага, — согласилась фейри тонким, как комариный писк голоском, карикатурным жестом вытирая крохотной ладошкой несуществующий пот со лба. — С тебя причитается.

— Что?! — От изумления я буквально остолбенел. Впервые на моей памяти фейри заговорила.

— Ага, говорю. — Кроха с деланно-возмущенным видом уперла кулачки в бока и сварливым тоном добавила: — Вот что я сейчас непонятного сказала, а?!

— Бо-осс?

— Не называй меня так. Мы же договорились.

— Не, это ты договаривался, а я так, рядом летала. Не могу понять, чего так над собой измываться. Уже трое суток глаз не смыкаешь!

Я лишь хмыкнул в ответ, не прекращая отжиматься от пола в зале Центра Управления. Полезное занятие, поддерживает тонус в мышцах, ясность ума и медленно, но верно, качает выносливость с силой. А еще хороший способ заполнить свободное время и заглушить беспокойство о своем ближайшем будущем. А легкая усталость — сущие мелочи на фоне главных проблем.

— Слушай, сколько раз уже повторять, что расходники и без тебя доделаю! — Кроха подлетела ближе и возмущенно зажужжала прямиком в правое ухо, чтобы точно донести свою мысль адресату. — И о пустотниках беспокоиться незачем! Цитадель отлично с ними справится сама без твоего драгоценного участия. Может, все-таки поспишь, а?

Сбылась мечта идиота — фейри заговорила. Да еще как. Причем использовала все словечки и обороты, которыми грешил я сам, что совсем неудивительно — с кем поведешься…

По итогам наводящих вопросов память фейри не выходила за рамки моих воспоминаний о Лунной Радуге. Свое детство в песочнице она практически не помнила, и осознала себя, как самодостаточное разумное существо одновременно с возможностью общаться голосом. Теперь моя Кроха — полноценная личность со всеми вытекающими. Конечно, с ней стало куда сложнее, чем раньше, когда она была бессловесным и послушным помощником, зато теперь есть с кем посоветоваться и обсудить самые разные вопросы. И пусть во многих вещах она не разбирается — выше параметров разума не прыгнешь, но озвучивать проблемы вслух бывает полезно. Так подходящее решение частенько находится быстрее. К тому же неизвестно, сколько времени я проторчу в этом осколке, а фейри точно не позволит свихнуться от одиночества. Наоборот, как бы найти способ заткнуть фонтан ее бесконечного красноречия.

Но это я так, ворчу по инерции, а на самом деле действительно рад. Заботиться обо мне святая обязанность фейри и ворчать на нее за это, по меньшей мере, некрасиво. И неблагодарно.

Скосил взгляд на табло: зеленые циферки тикали в правом верхнем углу воображаемого рабочего экрана на расстоянии вытянутой руки, методично отсчитывая время. Насчет трех суток Кроха самую малость приукрасила. Так как в цитадели нет смены дня и ночи, то для собственного удобства пришлось задать времени привычный ритм. И если быть точным, то на ногах я двое суток и двадцать часов.

— Если не поспишь, то усталость может подвести именно в тот момент, когда понадобятся силы! Ну, скажи, что я не права!

Вот надоеда. И ведь она действительно права. Вот только ничего не могу с собой поделать. Забот столько, что сон кажется преступлением. А еще страх. Неотступный страх, что этот чертов осколок вдруг схлопнется, когда я сомкну веки, и не хватит какой-нибудь пары секунд найти способ для спасения.

Закончив еще одну сотню отжиманий, я молча сбежал по лестнице из центра управления вниз. И захлопнул дверь перед носом возмущенно пискнувшей Крохи. Нет уж, бегать я люблю в тишине, без бесконечных нотаций и сетований, а открывать двери самостоятельно, слава Алану Темному, фейри еще не научилась: силенок не хватало…

Шучу, конечно. На самом деле, у нас молчаливая договоренность — как только я за порог, то у фейри рот на замок. Если бы действительно хотела достать, то прислала бы визуальные картинки, как раньше, или третировала бы через клан-чат. В конце концов, могла последовать за мной через разбитые окна-бойницы в ЦУ, но и тут Кроха выкрутилась — сделала вид, что близость защитного поля, нависающего над башней темным пульсирующим покрывалом, ее пугает. Наверное, этой малютке тоже время от времени хочется побыть в одиночестве, как и мне, чтобы спокойно подумать о нашей дальнейшей жизни непростой.

Трусцой преодолев захламленный двор (навести порядок — в ближайших планах), я выбрался из разбитых вдрызг ворот (где взять новые все еще ума не приложу) и отправился по уже проверенному маршруту вокруг крепостных стен двора.

Узкая лента из сухой каменистой земли всего метра полтора в ширину тянулась между шершавой стеной из красного гранита и пульсирующей, словно живое существо, пленкой астрального барьера. Если честно, жутковато двигаться в таком тесном коридоре, но выбирать не приходится, да и подарки иначе не собрать. Заодно, пока нарежу кругов этак пятьдесят при прокачке бега, глядишь, и мысли в порядок приведу. Совмещу приятное с полезным. Снова.

Трофейный кристалл попался шагов через тридцать. От трупа пустотника ни следа. Значит, смерть наступила больше часа назад, успел развеяться. Не прерывая бега, я подхватил кристалл и бросил в подсумок.

Самый большой наплыв тварей случился в первые несколько часов после восстановления источника. Видимо, смерть двух уродцев-первопроходцев здорово разъярила «родственников», тех, кто находился поблизости от осколка, вот и хлынули толпой. Весь периметр цитадели превратился в жутковатый «праздничный салют»: вспышки проникновения шли плотным потоком, заставив нас с Крохой пережить немало неприятных минут в ожидании худшего. Но прорыва так и не произошло. Встроенная в защиту Мгла справилась. После этой волны прием гостей стабилизировался — один пустотник за пару часов, реже — два. То ли цитадель полностью поубивала всех, кто находился поблизости и теперь твари возвращались прямиком с респа, то ли они подтягивались из совсем уж далеких космических просторов. Любопытно, как выглядит пространство за пределами астрального барьера? Но пока заглянуть туда мне не дано. Может быть, смогу позже, с развитием осколка.

К слову говоря, трофейная Мгла Бездны — это невероятная удача. С ее помощью удалось решить сразу две важные задачи. Во-первых, оборона. Возможно, с таким наплывом нежеланных посетителей я бы справился и без мглы, но… Но, скорее всего, враги разнесли бы цитадель по кусочку, прихлопнув меня с фейри, как мух. Никакого тонуса не хватит на бесконечные сражения, а пустотники твари опасные, особенно, в большом количестве. Во-вторых, уничтожая пустотников, цитадель тоже прокачивалась. Дело в том, что когда Лунная Радуга разрушилась, и от нее остался лишь осколок, то все параметры цитадели обнулились и механизмы защиты вернулись в зачаточное состояние. Поэтому для запуска необходимого для обороны и общей жизнедеятельности сервиса требовались не только энергия и материалы, нужен был и опыт. Много опыта. Опыт, конечно, и мне необходим, но сейчас жадничать слишком рискованно. Ведь и кроме пустотников могут какие-нибудь твари пожаловать, намного опаснее, на которых моих возможностей может не хватить. Так что в первую очередь разумно привести в порядок функционал самой цитадели.

Ага, легок на помине.

Я притормозил, чтобы понаблюдать процесс уничтожения врага охранной системой. Наверное, уже сказываются издержки влияния Алана Темного: нравится мне это развлечение, сколько ни смотрю, не надоедает. И вообще, месть дело благородное. Напали первыми — получайте по самое не балуй. Откликаясь на мысленное желание, меч прыгнул в руку и его лезвие красновато загорелось изнутри: эффект усиления от вставленного в слот рукояти расходника на +18 к силе (да-да, все изменилось, в том числе и параметры расходников). На всякий случай. Лучше заранее быть при оружии, чем хвататься за него задним числом. Но вряд ли меч понадобится.

Пятно двухметрового диаметра пошло радужными всполохами, оболочка кокона выгнулась пузырем, уступая натиску твари. Костлявая лапа с длинными узловатыми пальцами просунулась внутрь периметра, затем еще одна, раздвигая образовавшийся разрыв в стороны. Затем в действие вступила Мгла бездны, навесив тик Тлена и Пламени хаоса, от которых плоть горела и гнила одновременно, причем с устрашающей скоростью. Тварь вывалилась в трех метрах от меня на дорожку, воя, корчась от боли и не в силах сдвинуться с места. Все тело пустотника охватил ореол темной плазмы. Упертые сволочи. Мрут, как мухи, но все равно лезут. При первом столкновении мне показалось, что твари не глупы и инстинкт самосохранения им не чужд, но сейчас их поведение это опровергало. Либо я чего-то о них еще не знаю.

Глядя на то, как в муках тает враг, я невольно вспоминал печальную участь Мараны. Скорее всего, у нее имелось частичное естественное сопротивление к этому заклинанию, поэтому после битвы за цитадель оно приканчивало суккубу так долго и мучительно. У пустотника, твари рядовой и примитивной, необходимого сопротивления определенно не было и смерть забрала его гораздо быстрее. Ждать пришлось всего секунд пятнадцать.

Наконец-то! Опыт за мобов отошел цитадели, но счет по головам исправно уходил мне для квеста и опыт за квест, соответственно, тоже достался мне. Кстати, задание Тотальный контроль популяции: Логовища Хаоса сбросилось после разрушения Лунной Радуги, иначе мой опыт сейчас упал бы на 50% от текущего уровня. Ни разу с такими последствиями не сталкивался, поэтому интересно — штраф съел бы накопленный опыт сверх 27 уровня, или я просел бы аж до 26? Совсем не праздный вопрос, между прочим.

Однако, сотня тварей за неполные трое суток! Это два миллиона опыта с хвостиком. Гарантированно взял бы полтора уровня, если бы все захапал себе. Как только цитадель сравняется со мной в уровнях, нужно будет перевести стрелку опыта на себя. Стоп, стоп. Осколок реальности — это мой оплот. Чем он сильнее, тем больше шансов уцелеть и мне. Так что пусть развивается. Но как трудно удержаться от такого соблазна!

Вообще, проведенное в цитадели время я использовал с максимальной отдачей. Облазил и изучил каждый уголок крепости, разобрался с интерфейсом управления. Выяснив досконально текущие и будущие возможности осколка, выработал план дальнейших действий и сейчас претворял их в жизнь.

Отправив за спину меч и скомандовав системе развеять останки, я подобрал кристалл сущности и неторопливо побежал дальше, весьма удовлетворенный пополнением копилки с очками умений. С характеристиками я ведь разобрался еще перед уходом из Лунной Радуги, а вот очков умений мне насыпало за достижения в тот момент, когда распределять их уже было некогда. Реальность рушилась и нужно было уносить ноги. И теперь я находился в раздумье, не решаясь потратить все. На это были причины. Механика и баланс параметров после возрождения в осколке довольно сильно изменились, заставив переосмысливать свое развитие заново.

Моя база сейчас выглядела так:

Да, именно так. Теперь каждая единица выносливости и мудрости давали не по десять, а по сто единиц жизни и энергии. Так что жизнь обычных мобов казалась столь внушительной лишь на первый взгляд. На самом деле они просто соответствовали моим новым возможностям и отвечали условиям нынешней реальности.

Параметры физической и магической защиты тоже подросли — появился новый коэффициент, напрямую привязанный к уровню и составляющий от него десятую часть. То есть все, что получаем от выносливости и мудрости, на моем 27 уровне умножаем еще и на 2,7. Вот поэтому пустотник и не прикончил меня сразу, когда поймал в ловушку Звездной пыли: повышенная защита плюс регенерация от Душелова позволили держать удар куда увереннее, чем раньше.

Изменилась также статистика прогресса и формула расчета привычных способностей:

То есть, прогресс развития способности теперь отображался в процентах, а рядом указывалось, как эти проценты соответствуют очкам умений. И сколько придется их потратить, если вложить вместо прокачки, чтобы закрыть ранг и перейти на следующий. Это нововведение мне пришлось по нраву, так стало гораздо нагляднее. Причем показатель процентов или очков умений на 4 ранге можно было отключить, оставив что-то одно, так как 1% = 1 очку умений. Для наглядности оставил проценты.

Но вот дальше не все так радужно. Судя по новому описанию остальных способностей, более выраженной стала магическая составляющая. Да, еще у Душелова появились дополнительные настройки: раньше по умолчанию автоматически использовались сильнейшие крисы из моих запасов, а теперь стало возможным исключить из расходников элитные кристаллы, ведь редкие ингредиенты куда важнее сохранить для создания астральных расходников.

Теперь разберемся с очками умений. По описанию выше уже понятно, что двадцать пять я без малейших колебаний вложил в Душелова, чтобы получить постоянный, а не временный 4 ранг, как это удавалось делать с помощью Иллюзии совершенства — способности, встроенной в кольцо. От щедрот прошлых достижений после этой операции оставалось еще аж 41 очко. Накопить до сотни для пятого ранга Душелова? Сомнительная перспектива. Во-первых, очки умений в таком сногсшибательном количестве вряд ли еще свалятся на голову вот так запросто. Уникальные достижения на каждом шагу не валятся на маковку. А значит, очки будут капать обычным методом — один на четном, два на нечетном. Плюс еще чуток за какие-нибудь одноразовые квесты, вроде контроля популяции. И все это время, пока я их буду копить, вот вся эта уйма уже имеющихся очков будет висеть мёртвым грузом. На мой взгляд, куда разумнее добить несколько умений до третьего ранга и получить бонусные характеристики, тем самым значительно усилившись в общем плане. Не единым умением, пусть и накрученным, жив игрок, должен быть баланс всех умений.

Ну а пятый ранг, когда приспичит, подниму Иллюзией совершенства: хоть гляну, что он там интересного дает, может и надрываться не из-за чего. Жаль, число зарядов в кольце ограничено. А как не привязанные к душе вещи заряжать пока не выяснил. Так что пока со своим любопытством повременю. Собственно, как заряжать привязанные к душе тоже пока неясно. Возрождение — это самый крайний вариант. На самоубийство ради зарядов сознательно ни за что не пойду. Проще всего с предметами типа уникальный. Они масштабируются с каждым уровнем и с неизбежным обновлением параметров происходит как восстановление прочности вещи, так и перезарядка встроенных в нее способностей.

В общем, хотя и пришел к определенным выводам, но оставшиеся очки умений пока не трогал.

Кстати, теперь ранги общих навыков, таких как бой без оружия, владение мечом (одноручный, двуручный), владение щитом, бегун, собиратель и так далее, очками умений больше не поднимались. Их прогресс достигался только прокачкой и еще раз прокачкой, но это, пожалуй, к лучшему. Меньше соблазнов потратиться, куда не следует. И еще выяснилось, что сверх тридцати вложенных очков умений бонус специализации режется вдвое, поэтому получил не 49%, а 39,5% повышенного урона. Я и не думал огорчаться. Все равно пошло в плюс. Баланс игровой механики неизбежно построен на подобных ограничениях, чтобы не допустить чрезмерного усиления игрока раньше положенного времени. Пределы развития наверняка существуют для всех умений и навыков, просто я до них еще не добрался.

Вообще, поначалу от всех этих изменений голова идет кругом, но постепенно привыкаешь. Как привыкаешь и к мысли, что магическим уроном уже нельзя пренебрегать, как раньше. Это уже не просто довесок к физическому урону, а вполне полноценная характеристика. И базируется она на разуме. Причем именно магический урон благодаря Точности стихий игнорирует 10% сопротивления цели, а это весьма неплохое преимущество.

С другой стороны, хотя все обычные способности теперь намертво привязались к магическому урону, Душелов остался верен физике, и, соответственно, силе. И Ледяной шквал, мощнейший из моих ударов при полностью накопленных очках атаки, тоже. Хоть разорвись, раздумывая, какая характеристика теперь важнее — сила или разум. Впрочем, в Душелове главное не урон, а его исцеление. Плюс дополнительные способности — Месть камикадзе и Хватка лича, — любая из которых в критической ситуации может вырвать победу из казалось бы безнадежного сражения.

Чуть не забыл — все способности от Алана Темного тоже остались завязаны на силу.

Мда…

Встряхнув гудящей от расчетов головой, я пошел на следующий заход вокруг цитадели. Однако, лишь три кристалла за несколько часов? Похоже, проблема с пустотниками постепенно решается сама собой…

В отличие от проблемы со жратвой. Пару кусков вяленого мяса, которые прихватил с собой из Лунной Радуги, давно схрумкал, а больше ничего съедобного в осколке не нашлось. Пустотники точно в пищу не годились. Мерзость. Вонючая, осклизлая, несъедобная. Даже смотреть на их плоть с души воротит. А еще во всей цитадели не оказалось ни глотка воды. Ведь все природные источники остались за барьером, исчезнув вместе с миром, которых их создавал.

Казалось бы, нужно экономить силы и двигаться как можно меньше, пока не найду новый источник пополнения пищи и воды, но на месте не сиделось. Мы часто действуем вопреки кажущейся целесообразности, такова человеческая натура. Кроме того бездействие лишь способствует нагнетанию психологического напряжения.

Признаться, я чертовски скучал по своим соклановцам и друзьям. По добродушно-философскому настрою Дара, по молчаливой поддержке обстоятельного и скорого на действия Жальника, по неизменной преданности ракшаса Рырка, по преисполненному невысказанных тайн взгляду суккубы Мараны… Черт, сейчас я не против поболтать даже с Маштой. Хотя, конечно, с низуши придется что-то делать, в клане оставлять их не стоит, тень предательства всегда будет стоять между нами, как заноза в заднице. Но это потом. А сейчас желание выбраться из осколка и найти тех, кто еще жив, крепло с каждым часом, каждой минутой, превращаясь прямо-таки в маниакальное. Уже ни о чем другом и думать не хотелось. Приходилось к делам внутри осколка возвращаться усилием воли. Подозреваю коварное влияние моего покровителя — видимо, не должен я здесь задерживаться надолго.

Духовную связь удалось запустить заново, но пока только на двоих, так как проблема с воскрешением Фурии стояла весьма остро. И воскресить ее хотелось нестерпимо. Была мысль поймать одного из пустотников покрупнее, думаю, вдвоем с Крохой мы осилили бы эту задачку, но…

Во-первых, закон сохранения массы никто не отменял. Даже самый крупный пустотник по массе вдвое уступает Фурии, которая успела набрать внушительные кондиции перед смертью. Тут одно из двух: либо жертвенник не сработает, либо я получу ущербного питомца, которого придется долго и упорно откармливать и прокачивать заново, а мне и самому тут грызть нечего. Во-вторых, сама мысль использовать для жертвенного воскрешения такую мерзкую тварь, как пустотник, меня коробила. Хотелось найти моба поприличнее, как-то поблагороднее, что ли. Интуитивно чую, что это важно. Вспоминалось, как воскрешал Дара. До самого разрушения локации он оставался без сознания, хотя с виду все получилось отлично. Подозреваю, что суккуба была не самым подходящим донором для этой непростой операции, и очень надеюсь, что негативные последствия этого воскрешения не аукнутся в будущем.

Короче, пока не выберусь из осколка, не будет ни пищи, ни питомца, ни полноценной Духовной связи.

А выбраться отсюда будет весьма непросто.

Стационарный портал бесполезен до тех пор, пока нет привязки к новому миру после разрушения прежнего. Он никуда не вел и выполнял пока только одну функцию — Колыбели. По элементарной логике, чтобы создать новую привязку, нужно посетить новый мир. Замкнутый круг? Не совсем. Благодаря способностям фейри надежда на решение этой проблемы все-таки была. У Крохи к ее 23 уровню накопилось восемь свободных очков умений и четыре из них пришлось вложить в специализацию Артефактор измерений, чтобы добить до 3 ранга, так как именно эта специализация — залог нашего освобождения из осколка. Названия способностей специализации изменились, но суть осталась прежней. В результате мы сейчас имели следующее:

Именно этим малый астральный портал (бывшая дверь в измерение) сейчас и занимался — поиском нового мира. Конкретнее, Лазурных Водопадов, куда отправился мой клан. Надеюсь, я получу обнадеживающий результат раньше, чем загнусь здесь от истощения. Потому что уже почти трое суток по нулям.

Не зря бегаю. Еще сотня хитпоинтов в копилку моей жизни. Кстати, жизнь с энергией подтянулись и у Крохи. Представляю, какие параметры будут у Фурии, как только я ее верну в мир живых. Прямо весь в предвкушении. Будь дикоша со мной с самого возрождения, то вполне вероятно, что отбиться от пустотников удалось бы и без Мглы.

Да уж, уникальный кристалл вывалился из тушки эпической твари. По прогнозам системы в качестве управляющего кристалла он протянет не менее 1000 часов. Немало. А вот обычные трехранговые крисы приходилось менять ежесуточно для поддержки энергосистемы в рабочем состоянии: развиваясь, цитадель жрала энергию исправно. Да и ремесленный алтарь вносил лепту в текущие расходы. Вообще, здорово, что Крохе не пришлось начинать с нуля. Процесс создания алтаря ее очень выматывает, да и времени на это уходит много. И замечательно, что благодаря безжалостной жатве Мглы недостатка в простых кристаллах сущности пока нет. Зато элитных кристаллов и кристаллов душ я прихватил из Лунной Радуги немного и пришлось тщательно продумывать, на что их пустить в первую очередь. После того, как редкие компоненты закончились, Кроха на алтаре ради опыта взялась штамповать простые расходники и, если сам не успею использовать, так соклановцам пригодятся. Всегда нужно думать о будущем, даже если настоящее весьма туманно.

С кланом тоже многое изменилось. Блокировка по 5 уровню снялась и с настройками удалось продвинуться гораздо дальше, чем в Лунной Радуге…

— Бо-осс!

Так, придется прерваться для более важных дел. Я обернулся на знакомый писк, пряча улыбку и натягивая на физиономию строгое выражение.

Подлетев, фейри привычно шмякнулась попой мне на плечо и кокетливо поправила ладошками золотистые пряди волос, прихорашиваясь. На пару секунд взгляд Крохи упал на пленку защитного кокона, пульсирующую радужными разводами энергетических всплесков на расстоянии вытянутой руки, и сразу стал напряженным. Но она сумела справиться с испугом, после чего повернула мордашку и многообещающе улыбнулась.

— А чего я сказать хочу, босс…

— Просил же так не называть.

— Ай, да ладно, — с деланно-беспечным видом отмахнулась Кроха. — Что в этом такого?

— Боссы в подземельях сидят, — проворчал я. — А я Зубоскал. Зуб. Ну, Алекс, на худой конец. И вообще, заканчивай со мной общаться с плеча, а то я так шею скоро вывихну, на тебя оглядываясь. Летать умеешь — вот и летай.

— Хорошо, хозяин, — Кроха потупила взгляд, прикидываясь смирной овечкой, но и не думая приподнимать попу со «взлетной площадки». — Как скажешь, хозяин. Вот как скажешь, хозяин, так и будет. А будет, ясен пень, именно так, как…

— Да хватит тебе. Выкладывай уже, в чем дело.

— О, так мы действительно не знаем, — Кроха ухмыльнулась до ушей, прямо-таки сверкая васильковыми глазищами от предвкушения, что сейчас сообщит мне что-то ну очень страшно важное.

— Кроха!

— Да, босс! Слушаюсь, босс!

— Выпорю.

Как ни странно, угроза подействовала. Хотя не представляю, как бы смог провести данную экзекуцию, если бы захотел взяться всерьез.

— Портал закончил поиск целую минуту назад! — бодро отрапортовала фейри. — А я там, значит, сижу и жду, когда ты отреагируешь. Дай, думаю, сама тебе сообщу. Новость, как ни крути, радостная…

Дальнейшее я не расслышал: сорвался с места так, что фейри снесло с плеча будто ураганом. Несколько секунд спустя я уже стоял на втором этаже башни перед астральным порталом — сияющей над полом хреновиной размером с апельсин, изучая поступившую информацию.

Ага, щас, разбежался. Да что за ерунда происходит? Вообще-то я просил найти Лазурные водопады. На кой мне сдался Небесный Архипелаг?!

Но я не стал торопиться жать ни да, ни нет.

Наверное, упоминание про «наиболее соответствующий» дано не просто так. Может быть, Лазурные Водопады находятся где-то рядом с Небесным Архипелагом и по каким-то причинам портал до него просто не дотягивается? Черт. Новый поиск может вылиться еще в трое суток, а успех точно так же не гарантирован. Да и время действия портала выйдет, а на новый расходников нет. Пожалуй, стоит глянуть хоть одним глазком, что собой представляет этот мир. Хотя бы поискать жертву для возрождения Фурии. И жратву. И воду. Вдруг повезет.

В общем, нужно что-то решать.

Ладно, что еще я здесь не доделал?

Вернувшись к столу и натянув диадему на голову, я пробежался взглядом по последней информации о развитии цитадели. Немного досадно, но опыт цитадели поднимался тяжелее, чем клановый. Все эти два с лишним миллиона, полученные от пустотников, ушли на то, чтобы добраться только до десятого уровня. Зато теперь наконец можно было задействовать зал стражи: функцию, которая уже была у цитадели до обнуления. Бывший страж, вплавленный в центр столешницы и ставший частью системы управления, для этой цели уже не годился, а охрана мне здесь точно не помешает, особенно если придется часто и надолго отлучаться. А еще появилась возможность создать магический водный накопитель. Но все сразу не получится: одна из башен все еще разрушена, а энергии на оба процесса одновременно не хватало. Пришлось выбирать и я решил, что защита сейчас важнее. К тому же у стража цитадели имелась функция ремонтника, а ремонт построек более чем актуален.

Прочитав примечание, что цитадель может создать максимум девять стражей и на каждого уйдет не меньше двенадцати часов, причем вылупятся они первого уровня, я и не думал унывать — без раздумий ответил согласием. Ведь главное — сама возможность создать защитников силами цитадели! И чем раньше начнем, тем раньше получим. Ну а потом придется его воспитывать, дело привычное.

Кто бы сомневался.

Пришлось сгонять на «чердак» и вставить в чаши энергоприемников новые кристаллы. Третий ранг расходников для цитадели все-таки слабоват. Нужно добывать уже помощнее. Хотя раньше хватало и таких, пока цитадель находилась в полноценной локации, а не в осколке со всеми вытекающими. Было время поразмыслить над этим. До этого за поддержанием Цитадели Крика в рабочем состоянии следили стражи — больше некому. Про регулярные рейды по захвату цитадели не забыли? Так вот, кристаллы душ по энергоемкости гораздо выше, чем кристаллы сущности, которые я использовал сейчас. И по всему выходило так, что игроки, сами того не ведая, своей смертью на подступах к цитадели обеспечивали ей гарантированную энергетическую подпитку.

Вернувшись, я занялся сборами. Кроха крутилась в воздухе рядом, но на ее писклявую болтовню я пока не обращал внимания. Важнее было ничего не упустить перед вылазкой, чтобы потом в досаде не рвать волосы на черепе. Еще раз проверив в подсумках необходимые для запланированных операций расходники и убедившись, что все на месте, на минутку задумался…

А, гулять, так гулять, в конце-то концов!

На фоне имеющихся запасов потребовалось не так уж и много очков умений, чтобы добить все свои боевые способности и защитные ауры до 3 ранга — всего-навсего 13 единичек:

За все семь апгрейдов (включая и 4-й ранг Душелова) взял бонусную награду параметрами, в сумме получив 250 дополнительных единиц.

Практика прошлых боев доказала, что у Душелова не всегда будет 30 секунд, чтобы тянуть с цели жизнь с энергией. Каст может прерваться со смертью цели или его могут сбить. А энергии мои способности стали кушать куда больше, поэтому сразу сотню отправляем в мудрость. Да и в разум, учитывая возросший приоритет магического урона, еще полтинник не помешает. Но и про базовую живучесть забывать не стоит. Она понадобится, чтобы на обычных атаках продержаться в бою время, достаточное для отката активных абилок, так что в силу с выносливостью тоже по пятьдесят.

Ну, теперь резервы рангов исчерпаны окончательно. До четвертого ранга все способности будут развиваться крайне неторопливо, своим ходом, а оставшиеся 28 очков умений уже придержу для Душелова. Кстати, пора узнать, что за сюрприз скрывает 5 ранг моей топ-абилки.

Заряд Иллюзии совершенства сработал, как и положено, а вот результат отчасти разочаровал. Я ведь с полной уверенностью ожидал прироста, но величина урона у Душелова ничуть не изменилась. Хотя утешительный приз все-таки имелся: на ближайший час я получил новое дополнительное свойство:

Непонятно, что за Жатва душ. Звучит внушительно, но такой способности у меня нет. Вероятно, это подсказка, что такая штуковина появится на следующем ранге? Поживем — увидим, а пока нет смысла гадать.

Усевшись на пол прямо там, где стоял, я помедитировал с полчасика, закрепляя прибавку и чувствуя, как тело наливается новой мощью, впрыск характеристик произошел весьма значительный. И голод, собака такая, стал куда заметнее, что вполне предсказуемо: перестройка сама по себе съела часть внутренних ресурсов организма. Еще раз прикинул, стоит ли использовать Привязку, встроенную в Мою прелесть? Если погибну в незнакомом месте без возможности вернуться, то хоть не потеряю… Не потеряю что? Что самое ценное из имеющихся предметов? Кинжал? Да, неплохая вещичка, но это не основное оружие и потеря не будет катастрофической, а Пламень уже привязан.

Зарядов-то всего три. И прочность перстня подозрительно соответствует количеству оставшихся зарядов: 30/100 против 3/10. Что произойдет, если заряды закончатся, обнулив прочность? Вопрос не праздный, так как есть нехорошее подозрение, что перстень разрушится. Пока не найду способ зарядить перстень заново, разумно экономить…

И все же, если потеряю сам перстень, то потом локти буду кусать, что пожалел заряда… Но можно просто оставить его здесь в цитадели — чем не решение? И кинжал тоже. И диадему Феникса Крика. Не хватало еще посеять ключ к управлению цитаделью неизвестно где. Таскать его с собой нет ни малейшего смысла. А вот Стезю стойкости со встроенным Абсолютом оставлять никак нельзя, потому что эта способность может спасти мне жизнь. А значит, один заряд все-таки придется потратить.

Поднявшись, я выложил на столешницу то, что решил оставить.

Ну вот, дело сделано и на душе стало спокойнее.

Затем, стоически игнорируя сосущую пустоту в желудке, задумчиво уставился на Кроху, с обеспокоенным жужжанием нарезающую вокруг меня круги. Перехватив взгляд, она истолковала колебания безошибочно, недаром эмпатка.

— Бо-осс? Ты ведь не собираешься оставить меня здесь? Даже и не думай!

Лучше бы ее действительно оставить здесь. И сама целее будет, и за цитаделью присмотрит. Но, черт побери, с Крохой шансы поймать кандидата для воскрешения Фурии гораздо выше. Ее Чаровница обездвиживает противника гораздо дольше, чем Копье ветра или Плеть боли, причем делает это без ущерба для здоровья жертвы.

— Да куда уж я без тебя. Собирай манатки.

— Собирай… что? — удивленно расширила глазищи фейри, столкнувшись с незнакомым для своего лексикона словечком.

Хмыкнув, я придирчиво оглядел себя в последний раз — снаряжение более-менее приличное, все равно ни на что другое материала нет, для Изобретателя работы ведь так и не нашлось. Оружие на месте. Расходники учтены…

Ах да, вот еще что. Сцапав со столешницы меховой мешок, я нацепил его на шею.

— Кроха, брысь на свое место.

— Не люблю я там сидеть! — возмутилась фейри, умудряясь топнуть ножкой прямо в воздухе. — И что это за брысь такое?! Я кто, по-твоему, девушка, или пень колодный?!

— Раньше не жаловалась.

— Еще и издевается! Раньше я не могла пожаловаться! И в этом мешке темно, дурно пахнет, и вообще…

— Хочешь остаться здесь? Или сгинуть в астрале во время перемещения?

— Тьфу на тебя, Зуб. Вот обижусь, и не буду с тобой разговаривать!

Ну, слава Алану.

Кроха с сердитым жужжанием спикировала на мешок и, нарочито громко пыхтя, полезла в горловину. Причем — головой вперед. И еще несколько секунд сверкала голой попой, дрыгая ногами.

Мысленно прикидывая, не забыл ли чего, я понял, что сделал в цитадели все возможное и просто тяну время. Да что тут может случиться за час или два? Мгла бездны еще не пропустила ни одной живой твари. А разведка мне необходима, как воздух. И жажда уже основательно достала, как бы я не пытался себе внушить, что все в порядке, а губы уже трескаются от обезвоживания, предел выносливости имеется и у аватары.

Сияющий «апельсин» упал на пол и с тихим хлопком развернулся двухметровой плоскостью портала: словно причудливое зеркало без отражений, источающее мягкое радужное сияние, от которого блики заплясали по всему этажу.

Красиво. И страшно до дрожи.

Загнав страх неизвестности поглубже, я крепко сжал рукоять Пламеня и решительно шагнул навстречу приключениям.

Всего шаг в неизвестность и мир распахнулся навстречу.

И это, черт побери, не образное выражение. Сразу за зеркалом портала нога провалилась в пустоту, в лицо дохнуло свежестью и прохладой, а в ушах засвистел ветер…

Я падал на облака с многих сотен метров. Из груди вырвался злой и отчаянный вопль такой силы, что ему позавидовал бы коренной индеец, вышедший на тропу войны — слишком уж неожиданно все случилось.

А фейри, чувствуя мою панику, вторила мне пронзительным писком.

Несмотря на вопли, после десятка судорожных телодвижений как-то все же удалось принять горизонтальное положение, расставить руки и ноги пошире, чтобы увеличить площадь сопротивления воздушному потоку и обрести хоть какую-то устойчивость вместо суматошного вращения, когда небо и земля с тошнотворной методичностью каждую секунду меняются местами.

Земля?!!

Взгляд зарыскал по плотному облачному покрову, накрывшему весь мир внизу от горизонта до горизонта. Точно! Вон что-то темнеет среди серо-белых массивов! Что-то крупное и вроде уже просматривается какая-то растительность, тянет мне навстречу ветки из туманных испарений…

Я снова зло матюгнулся. Никакие способности мне в такой ситуации не помогут, кроме Абсолюта. Но для приземления нужна твердь! А эта суша явно пронесется мимо, причем на приличном отдалении! А что под этими облаками — понятия не имею, но вряд ли там ждет мягкая перина. Не везет что-то с экстримом в последнее время, никак не предполагал настолько скорого возвращения в Колыбель цитадели!

— Босс, есть идея! — закричала мне в ухо Кроха. — Босс? Слышишь меня?

Завороженный созерцанием летящей навстречу погибели, я не заметил как фейри выбралась из мешка. И теперь отчаянно за этот мешок цеплялась обеими ручонками, сопротивляясь бешеному потоку воздуха, который полоскал ее тельце, как собака Баскервилей тряпку. Увидев эту картинку, я инстинктивно попытался схватить Кроху и запихнуть в мешок обратно, словно это как-то могло ее спасти, но она ловко прошмыгнула между пальцев. Так, без паники! Мешок для нее — это западня, ее спасут крылья, поэтому сейчас нужно думать только о себе.

— Не цапай меня! — возмутилась Кроха. — И вообще, используй Теневой прокол!

— Нет цели!

— Я! Я буду целью! — закричала Кроха. — Я умею летать, забыл, что ли?! Когда будем рядом с землей, рвану в ее сторону, и ты ударишь меня Плетью боли! Да не спорь, это лучше, чем умереть! Я потерплю, правда, соглашайся, это единственный шанс!

Пререкаться было некогда, все и так решали секунды. План Крохи был понятен — она переместится к земле, я помечу ее Меткой еретика, прыгну к ней, а затем использую Абсолют. На этот раз все нужно рассчитать предельно четко и врубить защиту не рано и не поздно. Если Кроха стартует раньше времени, ее просто унесет воздухом — с такой массой тела она по сравнению со мной пушинка. А если раньше времени врублю Абсолют, то снова разобьюсь как в цитадели. Нужно выждать до последнего…

Сумасшедший план, продиктованный отчаянными обстоятельствами, но другого нет! Черт, Плеть боли может убить Кроху. Ее жизнь хоть и подросла, но и умение от Алана Темного теперь бьет весьма чувствительно, не только парализуя, но и вырывая значительный кусок жизни…

— Пора! — крикнула Кроха и сорвалась с насеста.

Золотистое тельце будто выстрелило в сторону утонувшего в облаках острова, оставляя светящийся янтарный росчерк.

Бей! — донеслось уже по чату. — Я над землей!

Чувствуя себя последней сволочью, я прожал Плеть боли…

Абилка мигнула, но ничего не произошло.

Сообщение системы выжало нервный смешок. Вот так и рушатся наспех придуманные планы.

— Кроха, спасайся! Я тебя найду! В следующей жизни!

— Босс, я тебя не брошу! Слева!!!

Наполненный ужасом пронзительный писк фейри заставил резко, до хруста шейных позвонков, повернуть голову. Суматошная болтанка в воздухе и лихорадочная попытка придумать план спасения лишили нас всякой бдительности и враг сумел подобраться очень близко на расстояние полета стрелы. Почему враг? Да любой моб, который собирается тебя сожрать — это враг.

Напоминающая тощего дракона крылатая серо-зеленая тварь без опознавательных знаков системы вынырнула из облаков снизу, мощно работая широченными кожистыми крыльями. И уже распахнула зубастую пасть, без ложной скромности собираясь проглотить меня целиком. Наверняка засекла жертву с самого момента выпадения из портала и теперь торопилась не упустить дармовой завтрак.

Новый план созрел в долю секунды. Душелов применять нельзя, лишенная маневренности надолго, тварь просто рухнет в облака, повторив мою участь. И Плеть боли тоже не годится…

А потом думать стало некогда, я врубил Теневое преимущество, и замер в ожидании нужного момента.

Совершенно жуткое ощущение — когда прямо на твоем теле как в замедленной съемке смыкаются громадные зубастые челюсти, способные легко перекусить пополам. Но это было необходимо, чтобы войти с монстром в непосредственный контакт и нервы пришлось сжать в кулак.

Копье ветра голубой вспышкой вонзилось в глотку виверны или как там эту зверюгу звать. Сработало! А значит уровень твари оказался не намного больше моего и не пришлось пускать в ход тяжелую артиллерию. Тварь оцепенела, так и не сомкнув челюсти до конца. С треском рвущихся доспехов я вывернулся из клыков и, цепляясь за шершавые, как напильник, костяные выступы на чешуйчатой морде, в три приема забрался гадине на башку. Виверна пронзительно заревела от ярости, приходя в себя. Покрепче обхватив ногами толстую шею и не обращая внимания на впившиеся в плоть до крови костяные шипы, которые усеивали ее шкуру (боль — мой друг), я выхватил Пламень и вонзил лезвие в шею монстру. Удар не получился бы смертельным, как бы я не старался, и даже не повредил здоровье монстру всерьез, но этого и не требовалось. Надавив на меч как на рычаг для управления, я своего добился — зверь заревел от боли, заработал крыльями и повернул башку в нужную сторону, соответственно, изменив направления полета.

Если бы ничего не получилось, то на этом мое приключение пришло бы к логическому концу. Слава Алану, везение еще не покинуло меня полностью.

Остров внизу надвигался очень быстро, и вскоре наступил момент, когда виверна стала не нужна. Более того, с такой скоростью, с какой она неслась, я мог пролететь мимо тверди, а прикончить за столь короткое время ее невозможно — тварь слишком крупная и запас жизненной силы у нее велик. К тому же если сообразит и крутанется вокруг оси, то я не удержусь на ее спине. Но оставлять дееспособного врага позади тоже небезопасно.

Я вскочил мобу на могучую шею, сбежал на шипастую спину, разогнался по ней как по взлетной площадке и ласточкой сиганул как можно дальше. Не забыв напоследок приласкать врага Плетью боли. Воздушная стихия снова приняла в свои прохладные объятия. Несколько секунд виверна кувыркалась рядом метрах в тридцати, мельтеша всеми конечностями. Потом очухалась, широко распахнула крылья, резво развернулась и устремилась ко мне, продемонстрировав отличную аэродинамику и неослабевающий гастрономический интерес. Жадно сверкнули глубоко утопленные глаза в бугристом черепе. Я этого ждал, так что прицелился заранее. Душелов добивал за пятьдесят метров и призрачный кинжал с абсолютной точностью вонзился твари промеж глаз. Ревущая от обиды и окончательно дезориентированная виверна пронеслась мимо, кувыркаясь и тая в устремившихся навстречу туманных струях.

Мне было уже не до нее. Кроха давно потерялась где-то в воздушных потоках. Я ее чувствовал, и знал, что с ней все в порядке, поэтому пора приступить к завершающей фазе сумасшедшего падения.

Поток воздуха бил в лицо, заставляя щуриться до рези в глазах, но нельзя ни отвернуться, ни сомкнуть веки. Я отсчитывал секунды, глядя на приближающуюся землю. Не могу утверждать, что нервы у меня действительно крепкие, но не сплоховал и Абсолют запустил вовремя. Совершенно круглый прозрачный шар возник вокруг меня, мгновенно отрезав шум и напор ветра. Секунда благословенной абсолютной тишины и мы, беззвучно проломив пышную темно-зеленую крону местного дерева, врезались в твердь. Следующего эффекта я не ожидал, так как в прошлый раз Абсолюта не хватило и он исчез в момент столкновения с гранитным полом цитадели. Удара я не почувствовал, как и обещало описание способности — весь входящий урон просто превратился в краткую вспышку и радужные разводы, разрисовавшие поверхность щита. Затем шар отскочил как мяч, пролетел с десяток метров, ударился еще раз, взлетел… и исчез. Время Абсолюта вышло.

И я обнаружил, что снова лечу в пропасть за край тверди.

Даже испугаться не успел — что-то хлестнуло по ногам и груди, руки машинально вцепились в какие-то узловатые и твердые веревки. Несколько секунд я просто качался над пропастью как на качелях, переводя дух и осматриваясь. Видимо, это что-то вроде корневой системы острова — когда-то видел нечто подобное на картинках в своем далеком прошлом. Корни, где толщиной с палец, а где и с мою руку, многометровыми извивающимися хлыстами усеивали отвесный срез края острова, словно шерсть на шкуре гигантского мамонта. И взбираться до этого края было всего несколько метров.

Облегченно чертыхаясь и дико радуясь, что уцелел, полез вверх.

Вот уже и край. Протянув руку, я вцепился в свисающий с обрыва очередной корень, но неожиданно он хрустнул в пальцах и развалился надвое…

Я даже испугаться не успел, что упаду в бездну, как черная мохнатая рука метнулась сверху и с недюжинной силой перехватила мою кисть. С горловым рычанием спаситель рывком вытащил меня наверх и поставил на ноги, причем проделал это с такой легкостью, словно я весил не больше котенка.

И оказалось, что незнакомец тут не один, их трое.

Все в черно-серых кожаных доспехах, на поясах короткие клинки. И двое из них, судя по звериным головам и по специфическому строению тел, не были людьми, скорее — собаки-переростки, научившиеся ходить на задних лапах. Ни перчаток, ни обуви они не носили, демонстрируя четырехпалые, заросшие черной шерстью конечности, штанины заканчивались на мохнатых голенях. Так и просилось на язык подходящее словечко — гноллы. Смотрели они на меня как-то недружелюбно. А вот третий, стоявший позади мохнатой парочки, по телосложению определенно смахивал на человека. Но сказать точнее было сложно — его лицо полностью закрывала кожаная маска с узкими прорезями для глаз, а голову венчала черная шляпа с широкими полями и белой шелковой ленточкой вокруг тульи. Прямо Зорро собственной персоной. Мирными путешественниками, которые пришли на помощь в трудную минуту, этих троих язык не поворачивался назвать. Но приличия нужно соблюдать.

— Благодарю, парни, — осторожно начал я. — Вы спасли мне жизнь…

— Мы спасли твое имущество! — визгливым взлаивающим голосом ответил мой «спаситель» и, выхватив кривые клинки, попытался всадить их мне в грудь.

Хотя и ошеломленный «теплым» приемом, я подсознательно ожидал чего-то подобного, и успел уклониться. В следующий момент в руках вспыхнул Пламень, отражая новый выпад. Троица грабителей шустро окружила меня, прижав к обрыву, чтобы не дать возможности сбежать. На их месте я бы поостерегся так делать. Интересно, почему они так уверены, что я снова не прыгну в пропасть из облаков, чтобы лишить их добычи? У меня же на лбу не написано, что я страшно не хочу этого делать?

Звонко скрестилась сталь, звуки боя далеко разнеслись в тишине острова. Длина моего меча для них оказалась неприятным сюрпризом и заставила увеличить дистанцию, но они были чертовски подвижны, я едва успевал парировать и уклоняться. Черт, все-таки их многовато. Непрерывно рыча и наседая, они заставляли меня постоянно отражать удары мечом, не позволяя самому применить что-нибудь посущественнее. К тому же Душелов и Плеть боли пока в откате.

Улучив момент, я припал на колено, уходя от удара справа, отнял левую ладонь от рукояти меча и влепил Копьем пламени в кожаный нагрудник типу слева. Языки пламени заплясали, растекаясь по доспеху, повалил дым и запахло паленой шерстью. Гнолл отскочил, рыча от ярости и боли. На несколько секунд сократив число противников, я постарался не упустить момент и нарастить преимущество. Резкий выпад из низкой позиции достиг цели. Лезвие перечеркнуло ничем не защищенную мохнатую голень следующего противника, а Обжигающая вспышка усилила удар и рассадила врагу плоть до костей, заставив его упасть. Магия теперь реально рулила.

Заняться гноллом вплотную не позволил третий грабитель.

«Зорро» до этого момента в схватке не участвовал, он просто стоял в кольце, пресекая возможность прорыва и предоставив сражаться своим мохнатым друзьям. Но когда они спасовали, вмешался мгновенно. И сразу стало ясно, что основной игрок здесь именно он, а его приятели просто пешки, мясо для битья. Неуловимое движение рукой, быстрый и ядовитый как укус кобры бросок. Я почти уклонился…

Сила удара отбросила на спину — лезвие ножа пробило левое плечо сквозь доспех, погрузившись по рукоять и быстро распространяя онемение вокруг раны. Рывком поднялся на колени, поднимая меч правой рукой. И тут же получил следующим метательным ножом в живот, навесившим такой же парализующий дот. Внутренности сковало ледяным комком. Дыхание прервалось, в глазах от нестерпимой боли заплясали багровые чертенята. Фрейм здоровья просел на треть. Где же фейри…

Но шутки кончились, они меня здорово взбесили. Больше нельзя выжидать, когда откатится Душелов. Выдернув из ран и отбросив оба ножа, выхватываю из подсумка крис, швыряю его под ноги. Коротко и ярко вспыхивает земля в месте попадания, клановое Знамя защиты мгновенно растекается в стороны, подсвечивая двадцатиметровый участок и усиливая на 30 секунд мою защиту на 15%.

Как же хорошо, что мне не удалось опробовать Теневой прокол на Крохе!

Грабитель-человек слишком ловок, чтобы прикончить его одним ударом, поэтому выбираю гнолла с подрезанными лапами — тот как раз пытается подняться и уже встал на четвереньки. Откатившаяся Плеть боли вытягивает его тело болезненной дугой, гнолл откидывает голову, крайне удобно подставив горло для удара. Прыжок — словно прохладное дуновение смерти. Почти все навыки в откате и накопленные для Ледяного шквала очки атаки приходятся в самый раз. Фонтан крови упругой струей вырывается на пару метров — клинок вспорол горло и перерубил позвоночник, хотя и не снес башку гноллу, как я рассчитывал. Убийство врага запускает клановую Жажду крови, вешая исцеляющий дот на 10 секунд, и я чувствую живительную силу, растекающуюся по венам и изгоняющую оцепенение и боль из ран.

Стремительно оборачиваюсь, рассекая воздух мечом и оставляя за ним в воздухе светящийся шлейф.

И обнаруживаю, что враги исчезли. Какого черта!

Выпрямившись, быстро оглядываюсь по сторонам, и замечаю что-то вроде летающей лодки, которая рассекает воздушные течения метрах в десяти от края острова. Вертикально и горизонтально расположенные по бокам паруса наполнены ветром, толкая суденышко вперед. Сухо хлопает выстрел, но целью являюсь уже не я. Гарпун вонзается в тело мертвеца, и рывком утягивает его в сторону судна. После чего кораблик быстро растворяется в плавающей вокруг острова туманной дымке.

Оставили без трофеев, задницы. Даже метательные ножи успели подобрать. Ловко, ничего не скажешь. Ладно, хотя бы сам остался жив. Что это было вообще? Почему сбежали? Преимущество было на их стороне. У меня ведь даже до Душелова дело не дошло, пустил в ход обычные способности. Так чего испугались?

— А он умеет держать удар.

— Ты проспорил. И будешь должен.

— Знаю.

Ярость еще плескалась в крови кипящим адреналином, и я повернулся, чтобы ударить, а уже потом разбираться, кто там еще пожаловал по мою душу. Прервал выпад в последний момент, поняв, что эти двое мне не угрожают.

Так вот оно что, враги решили, что численное преимущество не на их стороне, потому и ретировались.

Нелюди. Опять нелюди. Представители моей расы страшно редки в этой проклятой вселенной и так досадно, что первый же встреченный мной человек оказался врагом. Хотя, человек ли тот тип — это еще надо проверить.

Они стояли в двадцати шагах с таким видом, словно смотрели представление с самого начала, предварительно заплатив за билеты. Никакого опасения. Никакой угрозы. Просто зрители. Человек-ящер и девушка… Вот, нужное слово наконец попалось на язык — дриада. Любая манекенщица с подиума удавилась бы от зависти при виде ее фигуры. Стройная и тонкая, как юное деревце. И при этом ей явно не приходилось голодать до позеленения, чтобы добиться такого эффекта — всего лишь расовая особенность и нежно-салатовый цвет кожи. Талия — как горлышко кувшина, руки — тростинки, одеяние — курточка и бриджи, словно скроены из темно-зеленой листвы, да так, скорее всего, и есть. Живописно обрамляющие голову и спадающие на плечи волосы, словно тонкие веточки ивы с вплетенными в пряди серебристыми листочками. И лук, который девушка держала в тонких, как соломинки, пальцах, тоже был такой же ажурный и изящный, как она сама. Но игрушкой совсем не казался. О чем говорил и выглядывавший из-за бедра колчан, набитый стрелами. И внимательный, оценивающий взгляд ее зеленых, как у моей Фурии, глаз тоже предупреждал, что с этой дамой шутки плохи.

«Парень» физически выглядел солиднее. Тоже стройный и худощавый, но крупнее девушки раза в три, хотя и не выше ее ростом. Физиономия, покрытая мелкими рыбьими чешуйками и обладающая характерными чертами ящера, не позволила бы ему сойти за мужского представителя дриад, хотя челюсти выдавались вперед не больше, чем у человека. Плотно облегающие тело и конечности доспехи чужака смотрелись не менее причудливо, чем лиственный прикид у дриады. Панцирь, поножи и наручи были словно склеены из искусно вырезанных кусочков от разных ракушек, образуя пеструю мозаику, причем все подогнано так тщательно, что не видно швов. Вооружен этот тип был странного вида полутораметровым копьем, выглядевшим, как поделка из кости. Заметное шарообразное утолщение посередине «древка», сразу за хватом для руки, видимо, служило своеобразным эфесом, а широкий и длинный листовидный наконечник переливался перламутром, словно внутренняя поверхность морской раковины.

Не успел я их толком рассмотреть, как появилось новое действующее лицо.

— Жалкое отребье! Это просто немыслимо — позволить вот так запросто ограбить себя каким-то ничтожным пиратам! Какой смысл давать вам задания, если вы не в состоянии их выполнить?

В край острова с тугим звуком якорем вонзился полутораметровый стальной гарпун, тянувший за собой трос — к острову причалило еще одно судно, вдвое крупнее пиратского. Тоже с горизонтальными и вертикальными парусами, но за собой его тащила буро-зеленая виверна вроде той, с которой я схлестнулся в самом начале, только размером меньше раза в четыре, и не такая опасная на первый взгляд. Наверное, специально одомашненный вид. Свобода крылатой твари была ограничена двадцатиметровой длиной прочного каната, который тянулся от ее шеи к металлическому кольцу на носу кораблика.

Блин, не остров, а какой-то проходной двор.

Не торопясь сходить на берег, с борта судна разорялся еще один гнолл, весьма паскудной наружности. Потрясая кулаками, разевая узкую зубастую пасть и брызгая слюной, этот тип в замызганной кожаной жилетке неопределенного цвета и таких же обшарпанных шортах изрыгал проклятия и стонал по упущенной прибыли. Пока его с невозмутимым видом не заткнула дриада:

— А с чего ты взял, что нас ограбили, Хондрик?

— Что? А? — острые кончики ушей гнолла потешно задергались, выдавая краткую растерянность. — Я видел пиратов, Тамина! И видел, как они отчалили прямо отсюда! Вы же не хотите сказать, что…

— Да. Нас никто не грабил. — Дриада с вполне земным именем Тамина плавным движением руки указала в мою сторону. — Вот этот новичок задал пиратам жару. Им пришлось уносить ноги.

— Ах, какая жа… — Бросив на меня быстрый неприязненный взгляд, гнолл запнулся и живо поправился: — Ну, это другое дело! Значит, я смогу сегодня выполнить план поставок. Так чего тогда ждете?! Мое время дорого! Пошевеливайтесь!

— Мы тебя давно знаем, Хондрик, — со спокойной иронией обронил рептилоид, многозначительно поигрывая копьем. Его отливающие синевой глаза с вертикальным зрачком взирали на торговца с безмятежностью океана. — Пока не сойдешь на берег, ничего не получишь.

— Откуда такое недоверие, Зик! — Гнолл укоризненно покачал собачьей башкой, нервным быстрым движением облизнул длинным языком острые зубы, а затем, сдавшись обстоятельствам, проскочил по мачте горизонтального паруса на берег. Здесь он подхватил небольшие дорожные мешки, которые ему вручил Зик, закинул на борт лодки и совершил какую-то таинственную манипуляцию сперва с рукой рептилоида, а потом с тонкой лапкой дриады. После чего его внимание переключилось на меня.

— Что-то я не видел тебя здесь раньше, чужак.

Я уже сообразил, что этот гнолл по всей видимости является торговцем, а с торговцами лучше сразу налаживать хорошие отношения.

— Вполне объяснимо, уважаемый Хондрик. Я здесь недавно и…

— И сумки у тебя плохонькие, чужак, — бесцеремонно перебил гнолл, с жадным любопытством осматривая мое снаряжение, и даже обнюхивая — впрочем, опасливо держась на дистанции. Трусоватый и хамоватый тип и рыло у него явно в пушку, какие-то темные делишки у него с пиратами. И откуда я появился, его явно не интересовало. — Одно название, а не сумки. Что хорошего можно в таких носить? Непорядок. Впрочем, ценность вещи не всегда определяется ее размером. Может, у тебя как раз имеется что-нибудь ценное для меня?

— Что-то хочешь купить? — дипломатично уточнил я.

— Я о тебе, бесхвостый, беспокоюсь, — Хондрик презрительно искривил пасть, наморщив черный пятачок носа, выглядывавший из свалявшейся шерсти. — Без первого взноса работы не получишь, без работы не будет стимулов и защиты, а без того и другого ты долго на островах не протянешь, быстро сдуешься. Два-три дня, ну пять от силы, и нет тебя. Не пираты, так острова доконают, или заберет Белая мгла, души высосет и обратно ни капли жизни не отдаст. Какой у тебя уровень, бесхвостый? Класс, специализация? Что умеешь руками делать? Пока не пропишешься в системе, и не понять, что ты собой представляешь. Может, ты совсем бесполезный и я зря на тебя трачу время?

— Не ведись, — донесся сзади едва слышный шепот дриады. — Этот проныра просто выколачивает мзду, но тебе это никак не поможет, даже если отдашь все, что есть. Хондрик — мелкая сошка и в поселке отвечает только за перевозки.

— Не зря, уважаемый. Я всегда рад новым знакомствам. Ты Хондрик? А меня зовут Зуб. Думаю, мы теперь часто будем видеться, судя по тому, что я успел увидеть и понять…

— Бесполезен, как кошачья моча, — буркнул Хондрик, вдруг теряя ко мне интерес и отворачиваясь. Выдернув из земли гарпун и закинув его на борт, гнолл в два ловких прыжка вернулся на лодку, заставив ее заметно качнуться под его весом, и дернул за упряжь. Полусонно парящая в воздушных потоках в режиме ожидания виверна встрепенулась и заработала крыльями шустрее. Плавно ускоряясь, лодка устремилась в туманную даль, по длинной дуге огибая остров.

Глядя, как она удаляется, я невольно усмехнулся.

Чем хороши игровые миры — приучают к мысли о видовом многообразии. Если бы я в реале встретил такое существо при походе в супермаркет, челюсть бы отвалилась, да и испугался бы, скорее всего, до предынфарктного состояния, а здесь… Здесь это норма — встретить существо, абсолютно не похожее на все, что видел в прошлой жизни. И отреагировать лишь живым любопытством. Так как с этим существом теперь жить бок о бок и не помешало бы узнать о его привычках и предпочтениях побольше, чтобы ненароком не нажить врага вместо союзника.

Руки все еще немного подрагивали после пережитого и я достал из подсумка трубку, повернувшись к новым знакомым боком уже без опаски. Эти не нападут. Не буду больше экономить на табаке. Пусть заканчивается. Это лучше, чем умереть, не использовав все возможности. К тому же табак наверняка можно найти на острове. Вернее — островах, как обмолвился торговец. Мир ведь недаром называется Небесный Архипелаг. Жутко любопытно, каким образом эти острова держатся в воздухе. И что находится внизу, в этом непроглядном облачном покрове. Не его ли торговец окрестил Белой мглой? Как-то неприятно из его пасти прозвучало о том, что «Белая мгла высосет души». Может, поэтому пираты и не боялись, что я туда сигану? А то очень похоже на окончательную смерть без шанса возрождения. Надо будет хорошенько запомнить, что мне туда ни в коем случае не надо. Да уж, хочется задать целую кучу вопросов, чтобы прояснить новые знания. Какой именно работой они тут занимаются, что было в тех мешках и что такое стимулы? Торговец обмолвился об этом не просто так, выделив слово интонацией. Это не фигура речи, а что-то вполне конкретное. И где, черт побери, находится пункт прописки?

— Мы видели, как ты кувыркался в высоте, — обронил Зик, перехватив мой взгляд, когда я набивал трубку табаком. — Неплохо справился.

— Неплохо справился?

Я начал закипать. Пусть они мне ничего не должны, но я в подобной ситуации наверняка пришел бы на помощь. Ведь получается, что они видели все с самого начала, и все равно остались не причастными зрителями.

— Если бы я не убил этого двуногого пса, то тип в маске…

— Не факт, что ты его убил, — вставила дриада. Губки у нее, хоть и зеленые, обладали изящной формой, но сдается мне, их редко посещала улыбка. Вот и сейчас уголки губ едва заметно дрогнули, лишь обозначая улыбку. — Сам подумай. Сообщение о смерти было?

Манера речи этих двоих, скупая и почти безэмоциональная, все время сбивала с толку, внося в мысли разлад и усиливая ощущение чужеродности этих созданий.

— Нет, — с усилием кивнул я, решив, что злиться на них бессмысленно. Более того — себе дороже. Чужая ментальность, ничего не попишешь. Нельзя относиться к ним, как к людям. Тогда и ожидания не будут срываться. И пока они здесь единственные, кто не настроен ко мне враждебно. И еще: а ведь они все-таки пришли на помощь. Просто драться им не пришлось, пираты ретировались сами. Так что напрасно на них злюсь.

Погоди-ка… А почему тогда сработала Жажда крови? Она ведь активируется только в случае смерти врага. Или не только? Очередная загадка. Мне еще многое предстоит выяснить в игровой механике этого мира. Наконец я затянулся, присосавшись к мундштуку трубки:

Ароматный дымок поплыл в прохладном воздухе заоблачного острова, вытесняя терпкий запах незнакомой зелени и влажной почвы. Совсем другое дело: напряжение ослабло, сознание прояснилось… И стало легче смотреть на фляги на поясах новых знакомцев. Пить хотелось почти нестерпимо, но решил оставаться стойким оловянным солдатиком и не клянчить, чтобы не портить о себе первое впечатление, надеюсь, положительное. Надо было закурить еще в цитадели перед выходом. Экономист хренов. Может, и с торговцем разговор прошел бы иначе.

Судя по безразличным взглядам дриады и рептилоида, трубка не заинтересовала их ни в малейшей степени, поэтому предлагать не стал.

— Все верно, я здесь новичок, — продолжил я разговор. — И как правильно заметил Хондрик, пока не пропишусь на ближайшей точке возрождения, система не заработает, как надо. Я не вижу ни логов, ни ваших имен, ни названия расы, ни… Да ни черта не вижу. Я и так рад тому, что понимаю ваш язык, в прошлый раз было хуже.

Я немного лукавил — некоторые сообщения были, хотя бы взять ауры, но не стал углубляться.

— В прошлый раз? — полюбопытствовала дриада. — А откуда ты, человек?

— Не сейчас, Ина. — Зик останавливающим жестом вскинул ладонь. — Скоро начнет темнеть. А до Рваного Уха еще долго добираться.

— Рваное Ухо? — живо переспросил я. Мне сейчас сгодятся координаты любого населенного пункта, даже если у него такое неприглядное название.

— Поселок, где можно безопасно заночевать, — пояснил Зик. — Хочешь, чтобы мы тебе помогли?

— Не помешало бы. Думаю, что эти пираты поджидали здесь вас, а меня угораздило случайно попасть им на глаза. Так что элементарная благодарность с вашей стороны…

— Смелое заявление, — бесстрастно оборвал меня Зик, — полагаешь, мы не справились бы самостоятельно?

— Понятия не имею, — честно признался я. — Но задачку с пиратами я вам точно упростил.

— Отчасти он прав, — улыбка дриады стала чуть выразительнее. — Отведем его?

— Да, у него есть потенциал, — скупо кивнул Зик. — Давай, следуй за нами. И постарайся делать это молча, скоро стемнеет, а звуки с наступлением вечера далеко разносятся вокруг и привлекают ненужное внимание. Нам же сейчас не до схваток.

После столь многозначительного заявления эта немногословная парочка без дальнейших разговоров растворилась среди деревьев. Была мысль послать их к чертям, остаться и закрепить на местности астральный маяк. У меня все-таки в запасе всего 12 часов, чтобы вернуться, а чертов портал остался где-то в небесах и без «маяка» мне теперь в цитадель не попасть. Но, подумав, решил не спешить. Астральный маяк лишь позволит вернуться в цитадель, а мне важнее настоящая прописка на местной точке возрождения, причем срочно. Это откроет больше возможностей в Небесном Архипелаге. Кроме того, не хотелось делать привязку при посторонних. Цитадель — это мое тайное убежище, а они — чужаки. И не слишком приветливые. Я ничего о них не знаю, так что рановато светить личной инфой, отвечающей за мою безопасность. Но и терять их из виду тоже преждевременно. Других источников информации рядом все равно пока нет, вот и привередничать не буду.

Морщась от саднящей при каждом шаге боли в животе, я двинулся в том же направлении, что и проводники, время от времени с большим трудом выхватывая взглядом их фигуры, мелькающие среди листвы. Нехилая у них маскировка. Причем по максимуму они ее не использовали, иначе я бы их потерял. Дриада, скорее всего, по классу следопыт или охотник, а рептилоид… да фиг его знает. Тикающая клановая хилка неплохо поправила здоровье, но до конца его не восстановила. Раны зарубцевались, но заживать им полностью еще пару часов. Придется потерпеть эти мелкие неудобства. Да где же Кроха? Я же ее отлично чувствую, она явно где-то неподалеку, жива и здорова, судя по фрейму на ее иконке. Но не отзывается ни мысленно, ни в чат. Не ко времени эта загадка.

Не знаю, как местные определяли время суток: облачный слой располагался под нами и на ясном небесном своде уже сейчас вовсю сияли светлячки далеких звезд. И, скорее всего, сияли они так круглые сутки, иначе я ничего не понимаю в астрономии.

К счастью, дорога оказалась не слишком трудной, так что дискомфорт от ран был вполне терпимым. Деревья здесь росли высоченные, с мощными светло-серыми стволами и широкими горизонтальными кронами, укрывающие землю, как темно-зеленые зонтики. Поэтому подлесок был редкий и не путался под ногами. Землю устилал мягкий слой перегноя из веток и опавших листьев, пружинивший при каждом шаге. А кое-где, куда достигал пробивающийся сквозь кроны свет, виднелись подозрительно круглые островки серовато-зеленой травы от двух до трех метров в диаметре, похожие на ведьмины полянки. Там среди травинок сновали светлячки и клубилась темная дымка, намекая на некие загадочные процессы. Думаю, что путь, который прокладывали проводники, не просто так всегда пролегал на значительном отдалении от таких полянок, поэтому решил не проявлять излишнего любопытства. Еще успею выяснить, что это такое. Но сам вид леса мне нравился. Люблю такие места — таинственные и полностью свободные от признаков цивилизации. Здесь и атмосфера всегда особенная, а каждый глоток воздуха, как бальзам, помогает забыть о боли. Даже чувство голода и жажды притупилось. Да и гравитация тут вроде чуток поменьше, чем в Лунной Радуге, потому и шагалось так легко…

И, похоже, именно из-за этой чертовой гравитации или еще из-за каких неизвестных факторов я едва не отправился в пропасть, когда врезался на Абсолюте в землю: отскок вышел чересчур сильным.

Примерно через пару часов, когда я уже начал терять терпение и пресытился по горло загадкой с молчанием Крохи — все сильнее хотелось отправиться на ее поиски, — мы вдруг вышли к краю острова с другой стороны. Поджидая меня, проводники замерли возле обрыва. Я приблизился и остановился рядом, окидывая взглядом открывшуюся панораму. Здесь вид оказался поинтереснее, чем там, куда я попал вначале.

От острова, где я находился, уходила густая цепь мохнатых от зарослей островов поменьше, отстоящих друг от друга где на полсотни, а где и метров на двести. Словно зеленые ступени гигантской лестницы, подвешенной над бело-голубой бездной. А вдалеке, вздымаясь над ними всеми, как айсберг над мелкими льдинками, плавала громада совсем уж гигантского острова, куда больше, чем остров моего приземления. С такого ракурса он выглядел как бутерброд — с массивным темным низом, пронизанным тысячами колышущихся в воздушных течениях корней и тонкой из-за большого расстояния прослойкой зелени сверху. Между некоторыми островами я заметил натянутые канаты и цепи, а кое-где даже были перекинуты подвесные мосты. А вот от моего острова к соседнему ничего не вело, лишь зияла клубящаяся туманными испарениями пустота: океан молочной смеси, разлитой нерадивым молочником.

То ли я кино пересмотрел в прошлой жизни, то ли в игры переиграл с подобным антуражем, но чувство дежавю давило на психику с неимоверной силой. Лучше надо чистить память. Лучше, основательнее и тщательнее надо подходить к делу, если уж за это взялись, а то окружающий пейзаж очень сильно напоминает кадры из фильма «Аватар». Впрочем, понимаю проблему. Память — это основа личности и стереть ее сильнее, чем это было сделано, не разрушив личность, невозможно. Вот поэтому хоть что-то, но помню, хотя эти воспоминания так и остались на грани зыбкого сна. Вроде было, а вроде бы и не было. Вроде со мной, а может, и нет. А поэтому черт с ними, воспоминаниями, хватает и более животрепещущих проблем. Например, что делать дальше.

— Дальше мы тебя отвести не сможем, — заявил Зик, глядя на меня довольно равнодушно. — Вон тот большой остров видишь?

— Его трудно не заметить. Там и находится Рваное Ухо?

— Нет. Тот здоровяк носит название Бдительного. Контрольный форт локации. Обратив внимание на него, я лишь хотел указать направление. Рваное Ухо находится на полпути к форту, примерно в десятке островов отсюда.

— И как туда попасть?

— Прояви смекалку, человек. Ты здесь не первый и не последний новичок. Найдешь способ добраться до поселка без наших подсказок, значит, не безнадежен и с тобой есть смысл вести дела.

— Колыбель находится в поселке?

Тамина и Зик синхронно кивнули.

— Посмотрим, как ты продержишься до утра, — добавил рептилоид. — Дальше будет легче, днем на островах всегда затишье.

— И что же будет ночью?

— Запомни одно — самые неприятные нападения ожидают тех, кто неосмотрительно беспечен, — посоветовала Тамина, глядя на меня блестящими изумрудными глазами и едва заметно улыбаясь. Похоже, хотя бы ей моя судьба не безразлична. По какой-то причине я сумел заинтересовать дриаду больше, чем ее спутника.

— И все? — я не без иронии вздернул левую бровь. — Это вся информация, которой вы готовы со мной поделиться? Бросив новичка на произвол судьбы в незнакомом мире?

— Этого достаточно для того, кто умеет обращаться с оружием, — Зик пожал худощавыми плечами вполне человеческим жестом. — Тебе еще повезло, что этот остров далеко не самый опасный. Если не делать глупостей, то можно избежать многих проблем.

— А что будете делать вы?

— Уйдем, — рептилоид ловко крутанул в руке копье, явно начиная терять терпение. — Ночевать мы будем уже в поселке.

— То ли я чего-то не понимаю, то ли у вас тут припрятан корабль, как у того торговца. И у вас почему-то нет желания брать меня с собой. Интересно, почему?

— Все гораздо проще, — дриада поправила свой фигурный лук, отодвинула за спину колчан, явно к чему-то готовясь. — У нас, как у каждого прописанного в системе бродяги, есть свисток.

— Хватит разговоров, Тамина. Он — никто, пока не доберется до Колыбели.

— Да, но я поставила на него. И сдается, ты проиграешь опять.

— Может и так.

Больше не говоря ни слова, Зик закинул свое копье за спину, так же, как я это делаю с мечом, разбежался и… прыгнул. Это было невероятно. Немыслимо. Его тело метеором взмыло между островами по крутой дуге, издавая свистящее шипение. Несколько секунд полета и я увидел, как он благополучно приземлился на соседнем острове, преодолев пропасть в сотню метров шириной.

— Не обижайся на него, — Тамина тонко улыбнулась, глядя на мое изумление. — Он по-другому не умеет. И удачи тебе.

Разбег. Прыжок. Свист, затихающий вдали. Стройная фигурка дриады зеленой стрелкой по точно такой же крутой дуге унеслась прочь. Воссоединившись, они бегом пересекли островок шириной не более пары десятков шагов и снова сиганули в облака. Вскоре я перестал различать их силуэты, скачущие с острова на остров, как кузнечики. Надо срочно выяснить, что это за «свистки», и заполучить такой же. Наверняка какой-то местный дорожный артефакт, приспособленный для перемещения исключительно между островами. Каков мир, таковы и способы коммуникации.

— Какие же вы вежливые, однако, — проворчал я, разворачиваясь и направляясь обратно вглубь острова. — Прямо душки, а не люди. То бишь, существа. Разумные. Но весьма скрытные.

Настало время выяснить, куда подевалась Кроха. Раз ночью здесь неспокойно, значит, резонно на этот период вернуться в цитадель. И надеюсь, я успею это сделать до того, как познакомлюсь с ночными обитателями небесных островов.

Первый ручеек встретился полчаса спустя.

Он нашелся возле высокого каменистого холма, раздвинувшего величественный лес, будто макушка провалившегося по самые брови великана и сплошь заросшего поверху шевелюрой из непролазного кустарника. Напившись до одури и ломоты в зубах ледяной кристально чистой воды, узкой струйкой журчащей из-под обросших мхом гранитных валунов, и остро жалея, что нет фляги, я двинулся дальше. Настроение заметно приподнялось. Осталось подстрелить что-нибудь съедобное и жить на порядок станет веселее. Но несмотря на голод, ввязываться в случайную драку и терять время пока не хотелось. Вот как только найду Кроху, тогда и займусь охотой, чтобы подкрепить силы не одной Духовной связью, а чем-нибудь посущественнее.

И слава Алану, несмотря на предупреждение новых знакомцев о грядущей опасности, на пути пока не встретилось ни единого живого существа. Тем не менее, я не забывал постоянно мониторить пространство вокруг, держа наготове весь свой арсенал боевых способностей, и обновил защитные ауры, когда их действие закончилось.

Когда холм остался позади и вокруг снова сгрудились древесные великаны, начало темнеть. Лесная «крыша» сама по себе отсекала большую часть небесного света. А когда начали угасать и яркие пятна разрывов среди крон, краски мира заметно потускнели и очертания предметов заметно размылись. Сюда бы Кроху сейчас путеводным фонариком. Впрочем, пока жаловаться не на что, ведь тьма для меня не бывает непроглядной. Пассивный навык Теневой взор, полученный при прохождении логова в Лунной Радуге, еще долго позволит вполне прилично ориентироваться без дополнительных источников освещения. Кстати говоря, раз речь зашла о дополнительных источниках, нельзя не упомянуть о ведьминых полянках. Разбросанные по лесу без видимой системы, с приходом сумерек они озарились неярким, но отчетливо видимым тревожным пунктиром. Предусмотрительно огибая их по широкой дуге, я размышлял о разном.

Например, о том, что прохожу мимо прорвы строительного материала для моей цитадели. Ворота, к примеру, обновить…

Дриада с рептилоидом тоже не выходили из головы. Нет, все-таки эти двое — очень странные личности. Любопытство нулевое. Или у них каждый день новички с небес валятся? Подозреваю, что они вообще со мной разговаривали лишь благодаря неплохо прокачанной харизме. Возможно, без этой харизмы просто развернулись бы и ушли по своим таинственным делам.

Опять же, свистки эти. Ладно, нет у них причин делиться имуществом с незнакомцем, тем более, задаром, но могли хотя бы сообщить, где их можно достать. Что в этом криминального, поделиться элементарной информацией о мире? Да еще заморочили голову своей немногословностью и инностью так, что забыл спросить о главном, ради чего сюда прибыл — слышали они что-нибудь о клане «Охотники за удачей» или нет?

Да и сам я чересчур расслабился, зная, что теоретически в любой момент могу ретироваться в свой ненаглядный осколок реальности. Ключник все-таки, так что врата рая всегда в открытом доступе. Шутка шуткой, но достижение интересное. Все эти три дня между дел я размышлял над довольно лаконичным, но весьма интригующим и многообещающим описанием:

Такие вот делишки. Туманно. Но если хорошенько подумать, весьма перспективно. Поработав ключником по заданию с одноименным названием, я получил способность такой же направленности. Ничто не приходит и не уходит бесследно. За каждое значительное достижение дается не менее значительный пряник. А всего-то требовалось разрушить и без меня загибающийся мир. Ей богу, не собираюсь нести за это моральную ответственность. Условия этого разрушения были заложены в выполнение эпик-квеста. Не я это придумал, не мне и отвечать…

Мда, а все же гложет совесть некий надоедливый червячок сомнений, хотя большую часть существ разумных из этой печальной участи локации мне удалось спасти. Надеюсь, что удалось. В конце концов, без взаимной поддержки мы не вырвались бы из Лунной Радуги, и я по-прежнему чувствовал, что многим крупно задолжал. И как себя не успокаивай тем, что многие обстоятельства не зависят от моих решений и поступков, ничего не изменится, характер и внутренние моральные установки напускной бравадой не переломить. Соклановцев нужно найти. Хотя бы для того, чтобы убедиться в том, что их действительно удалось вырвать из ледяных объятий мертвого мирка, а не лишь в моем воспаленном воображении.

Созидание новых миров с помощью осколков реальностей… Эта строчка в описании определенно давала понять, что осколок Цитадели Крика будет развиваться. Что он не останется в прежних стесненных обстоятельствами границах. Кто знает, вдруг у меня получится восстановить таким образом Лунную Радугу с нуля? Но уже без прежних эпических ограничений? Свой мир в полное и безоговорочное владение. Завораживает. Вдохновляет. И облегчает груз совести. Ату ее, эту совесть, вот же достала!

Думаю, что названия способностей у Крохи в специализации артефактор измерений могли измениться именно из-за моего благоприобретенного статуса Ключника, подстроившись под новые задачи и потребности. Кто-то явно в этой вселенной имеет на меня свои особенные виды и далеко идущие планы. Не Алан ли? Не потому ли он так загадочно молчалив и безучастен, лишь напоминая о себе в особо тревожные минуты жжением печати, что время для настоящих свершений еще не пришло?

А еще я по дороге думал о том, чего не сделал. Задним умом мы ведь все хороши. Такая, блин, сообразительность просыпается, когда, образно говоря, земля под ногами уже не горит.

Вот какого хрена я не врезал виверне Хваткой лича? У меня же четвертый ранг и сейчас эта способность находится в постоянном арсенале! А на тот момент, когда дрался с виверной, ранг и вовсе был пятым благодаря Иллюзии совершенства! Глядишь, заработал бы первый крис в этой локации. Конечно, при условии, что прокнет шанс на изъятие и тварь не шваркнется за край острова в облачную пучину, но все-таки… Человеческий, блин, фактор. Будь в башке компьютер, глядишь, и сообразил бы. Но тогда не был бы я собой. То бишь, человеком со всеми достоинствами и недостатками. Несовершенство заложено в нашу природу и именно оно дает стимул к развитию. Мы учимся на своих ошибках, выживаем благодаря приобретенному опыту успешных решений и продолжаем ошибаться каждый божий день, потому что мир не статичен, он всегда в движении и постоянно подкидывает новые задачи. Хотя всегда найдутся умники, утверждающие, что не ошибаются никогда. Таким верить не стоит, они не понимают ни своей сути, ни природы окружающего мира. Да и в зеркале видят не себя, а выдуманное отражение.

Ладно, теперь ничего не поделаешь. К относительно новым возможностям привыкаешь не сразу, ведь в прошлый раз Хватка лича была у меня лишь на час, благодаря тому же колечку. Увы, когда кувыркался в воздухе и счет шел на секунды, вообще работал на автопилоте. Кстати, только сейчас сообразил, что можно было попытаться маневрировать в падении, изменяя положение тела движением рук и ног, и совсем не обязательно было лупить Кроху… Делают же это как-то парашютисты, оседлав воздушные потоки до раскрытия парашюта. Увы, отсутствие опыта сказывалось и здесь. В первую очередь всегда оперируешь наработанными, неоднократно проверенными на практике навыками…

Да и когда мне там было экспериментировать? А если бы не получилось? Пролетел бы мимо острова, как фанера над Парижем, или унесло бы совсем в другую сторону, и времени исправить ошибку просто не осталось бы. Да и Теневой прокол профукал бы: у него дистанция жесткая, лишние маневры недопустимы.

В общем, что сделано, то сделано. Раз выжил, значит, все было правильно и сомнения — долой.

Да где же, черт побери, Кроха? По фрейму — жива-здорова…

Я резко остановился, вглядываясь в системные иконки, на фоне наступавших сумерек горевших особенно отчетливо. Нет, не показалось. Е-мое, а с тонусом у малышки проблема и серьезная. Катится к нулю. И быстро. Энергия тоже слабеет, но заметно медленнее: все-таки Духовная связь между нами не ради красного словца, и энергообмен работает в обе стороны, поэтому сейчас я свою энергию отдавал фейри. Ну точно, вон и у меня полоска энергии начала потихоньку ползти вниз, и вовсе не из-за быстрого шага. И усталость чувствуется сильнее. Накаркала Кроха. Говорила же в цитадели, что стоит выспаться… Угу, поспишь тут, когда в животе голодный марш играет. Да куда ж столько Крохе понадобилось энергии?!

Я ускорился, выбирая направление по ощущениям. Виртуальная карта мира еще не работала, пройденный путь никак не отмечался и метка Крохи на карте, соответственно, скрывалась чернильной тьмой.

Потом побежал, чувствуя, что могу не успеть.

Мысль перепрыгнуть ведьмину полянку, как нарочно перекрывающую путь между двумя древесными великанами, чтобы не огибать, все же отбросил в последнюю секунду и сделал крюк вокруг деревьев. Не нравились мне эти полянки, ох, не нравились — этот тревожный мерцающий свет, это исходившее от них острое ощущение опасности…

Лес снова расступился, открыв похожую на предыдущую, как две капли воды, гряду холмов. Кроха где-то совсем рядом, рукой подать. И чувство направления на этот раз вело прямо в гущу зарослей на макушке ближайшего холма. Пришлось продираться сквозь них на бегу, проламывая и отталкивая ветви разросшегося выше головы кустарника.

А наверху ждал большой и толстый сюрприз: в очередной раз отпихнув от лица зловредные ветки, я нос к носу столкнулся… с мордой виверны. Ее серо-зеленая башка возлежала на макушке здоровенного, размером с приличный автомобиль, замшелого валуна, глядя на меня тусклым взглядом. Тело твари скрывалось целиком за этим же валуном. Выглядело так, будто зверь поджидал меня здесь в засаде.

В сгущающихся сумерках эффект неожиданности вышел особенно сильным.

Инстинкт бросил в сторону, вспыхнувший усилением Пламень мгновенно оказался в руках. Но виверна не нападала. Зверь даже не шевельнулся, он умирал. Как только это до меня дошло, я закинул меч за спину и осторожно обогнул валун, чтобы увидеть общую картину и понять, какого черта ощущаю Кроху именно здесь.

Чувства не подвели.

Душелов виверну все-таки доконал, пусть и косвенно. Лишившись координации, зверюга так и не смогла вовремя выправить полет и рухнула в лес. Пожалуй, она бы оклемалась даже после удара о землю, тварь оказалась невероятно живучая, но на свою беду упала катастрофически неудачно. Не знаю, какой высоты было это злополучное деревце до того, как виверна обломала ему крону своей массивной тушей и насадилась брюхом на ствол, но из хребта твари торчал двухметровый окровавленный кол толщиной с мою ногу, расщепленный на верхнем конце.

Кроха сидела в позе медитации у зверюги на спине, возле основания шеи, закрыв глаза и прижав миниатюрные ладошки к бугристой шкуре. Укутанное в золотистые пряди собственных волос тельце фейри излучало мягкое янтарное свечение и в наступившей темноте она выглядела словно волшебный фонарик, заключенный в ажурную проволочную решетку. Она едва заметно покачивалась из стороны в сторону и что-то едва слышно напевала под курносый носик.

Вот тут до меня дошло, что происходит.

До сих пор я и не догадывался, что моя Кроха умеет делать такие вещи. Все это время, пока я больше трех часов шлялся по лесу туда и обратно, она поддерживала жизнь виверны. Не позволяя ей угаснуть лишь для одной цели. Но виверна была огромной, а фейри крошечной. И на эту непосильную задачу все ее небольшие силенки уходили до последней капли — ни на мысленное, ни на голосовое общение ничего не оставалось, любой отвлекающий фактор разрушил бы хрупкую от неимоверного напряжения концентрацию. А тонус уже почти замер на нуле. Еще немного, и малышка просто потеряет сознание.

Ощутив мое присутствие, Кроха распахнула глаза, ярко сверкнув синевой. Глянула на меня предельно устало и вытянула перед собой ручонки. Поняв, что ей требуется, я не стал мешкать. Объект для жертвенного воскрешения был просто идеален. Выхватив из подсумка фиал, я поставил его острым концом на шкуру виверны, так, чтобы фейри смогла обхватить его ладошками. Веки фейри тут же снова смежились: она из последних сил старалась не утратить концентрацию, чтобы запустить процесс.

Да! И побыстрее!

К моему величайшему изумлению, в новом списке оказалось два имени, а не одно, как я ожидал:

Так я могу воскресить черепута?! Потрясающая новость. Но так подставлять Дара мне не к лицу, да и Фурия лично мне куда милее. Да уж, способности Крохи — это поистине кладезь необыкновенных возможностей, позволяющие оперировать даже с чужими питомцами. Запомним на будущее.

Да чего тут думать, вон виверна, прямо перед тобой…

Мысли оказалось достаточно для подтверждения.

Выходит, зря боялся использовать фиал на пустотнике в цитадели. Меню стало более продуманным и предупредительным, процесс можно прервать в любой момент, отказавшись от операции и сохранив тем самым уникальный расходник. Другое дело, что не нравилась сама идея с пустотником. Но виверна — самое то. Гроза небес, хищное воплощение крылатой смерти — чем не подходящая основа для обновленной Фурии?

Помня прошлый опыт, я предусмотрительно выбрал местечко среди камней поровнее и уселся, чтобы в относительном комфорте наблюдать за уже знакомым действом.

Воскрешение питомца на первый взгляд не отличалось от воскрешения игрока. Сквозь граненые поверхности кристалла пробилось неяркое свечение, он как бы подернулся туманной дымкой. Меня немного встревожило, что дымка сперва окутала тельце Крохи и только потом растеклась тонким слоем по шкуре виверны. Надеюсь, фейри знает, что делает, и для нее это не опасно, а то как бы не пришлось потом дожидаться и ее воскрешения.

Но вот шкура виверны начала таять, а кристалл, напротив — расти, вбирая в себя плоть жертвы, превращенную в строительный коктейль.

Я все ждал, когда меня привычно скрутит боль, пронизывая каждую клеточку тела, но этого так и не случилось. Вот и первое существенное отличие — процесс воскрешения питомца мягкий, щадящий, в отличие от воскрешения игрока. Он не выворачивал сознание наизнанку, не сплавлял нервы инициатора и донора в единую сеть, и не захлестывал мысли потоком чуждых воспоминаний…

Поторопился.

Знак Алана обжег плечо раскаленным клеймом. Его спровоцировала отнюдь не боль, а ощущение чуждого присутствия, проникшего в сознание. Когда я приручал своих питомцев, то мир вокруг ускорялся, сейчас же все было наоборот, как и при воскрешении Дара. Я видел, как взлетела Кроха с тела виверны, когда ее участие больше не потребовалось — медленно, словно продираясь сквозь невидимый кисель. Каждое движение ее крылышек, обычно размытое для взгляда, сейчас различалось отчетливо. И чувствовал, глядя на зависший в воздухе и растущий кристалл, как преломляется мое сознание от потока чужой памяти. Звериной памяти. Вся жизнь виверны пронеслась перед внутренним взглядом спрессованным потоком. Я чувствовал мощь ее тела, ее неутолимый голод, жажду схваток и воздушных полетов, вкус чужой крови в зубастой пасти…

В какой-то момент все это схлынуло, отступило, и пришло новое ощущение — знакомое, родное. Кристалл, продолжая медленно вращаться вокруг оси и поблескивать гранями в отсветах сияющих с небес звезд, разбух до трех метров в высоту и на два метра в диаметре. От массы тела виверны осталось не меньше половины: крылья, лапы и нижняя часть туловища. Верхняя же стерильно белела костяком ребер и полутораметровым отрезком позвоночника. Да и башка так и лежала на валуне, печально взирая на мир потухшим взглядом.

— Теперь твой черед, босс, — шепнула фейри мне в ухо.

Оказывается, Кроха остаток процедуры просидела на моем плече и, как только процесс закончился, забралась в свой мешок на моей шее и мгновенно уснула.

— Спасибо, малышка, — обронил я, подходя к кристаллу, хотя фейри меня уже не слышала.

Аккуратно взявшись за теплые, будто живые бока, я нажал на кристалл, смещая в сторону. Он сдвинулся неохотно, с заметным сопротивлением, но все же сдвинулся на пару метров. Не хотелось, чтобы Фурия появилась прямо среди останков виверны. И едва отнял руки, как кристалл, будто дожидаясь этого момента, с тихим звоном осыпался тысячей мелких осколков и на поросшие мхом камни тяжело свалилось на бок тело дикоши, едва не отдавив мне ноги. Падение не потревожило ее глубокого сна. Мой друг Дар тоже долго спал после жертвенного воскрешения. Похоже, процесс доводки сознания без возможностей Колыбели — штука длительная и деликатная.

Посчитав разумным пока не тревожить питомца, я присел рядом на подходящий валун. С возвращением в мир живых, бедолага. Как же я тебе рад, словами не передать. И на вид все такая же: крупный пантероподобный зверь, рост в холке около полутора метров. Глаза, утопленные в глубоких впадинах треугольной кошачьей морды, плотно сомкнуты, по могучему поджарому телу гуляет ветерок, тревожа густую и жесткую пепельно-серую шерсть, кончик хвоста возле ядовитого жала проступает в темноте светлым пятном.

Пошарив в котомке, я достал трубку, закурил, обновляя баффы, да и просто успокаивая нервы. Волшебство неземных технологий, не более, и не менее. Не знаю, как там выйдет с кланом в ближайшем будущем, но сейчас я — счастливый человек. Настроение взлетело до звезд, ведь одна из насущных задач уже выполнена. А значит, не зря я шагнул в этот портал, коварно бросивший меня в небеса незнакомого мира.

Так, что там у нас с параметрами Фурии?

Изучение характеристик питомца было бесцеремонно прервано непрошеным вторжением.

— Хей-хо! Нашел-таки тебя, не прошло и года!

Мгновенно оказавшись на ногах, я выставил в сторону появившегося из-за холмов незнакомца засветившийся меч. И радостно встрепенулся — неужели наконец человек?! Ловок, чертяка! Так тихо пробрался сквозь заросли, что я ни звука не услышал!

Но когда незнакомец приблизился и остановился в трех шагах, с любопытством оглядывая меня, питомца и останки виверны, я засомневался в своих скороспелых выводах насчет его принадлежности к человеческой расе.

Затянутый в зеленую кожу легких доспехов худощавый блондин с длинными до плеч волосами и точеными, немного резковатыми чертами лица, чуть выше меня ростом. Фактурная внешность. Да и голос — звучный, хорошо поставленный баритон, легко отгоняющий ночную тишину. Острый взгляд прищуренных, будто от сильного ветра, бледно-голубых глаз, хотя ветерок едва шевелится. Беглая усмешка, тут же скрытая маской напускной приветливости… А может, я просто излишне подозрителен, как обычно. Но до сих пор меня это выручало, и не раз. Из-за плеча незнакомца выглядывал фигурный конец лука, на поясе крепилась обычная амуниция — кинжал, фляга, подсумок, еще какие-то мешочки и… даже не знаю, как называется музыкальный инструмент, похожий на миниатюрную, в две ладони лютню.

— Зуб, да? — блондин улыбнулся, сразу показавшись симпатичнее. — Так ты себя называешь? Непритязательно, на мой взгляд, ну да сойдет и так. А я Михонариум. Уж извини, без прописки в Колыбели приходится знакомиться по-простому. А чем это ты тут занят… Ух ты. Это твой питомец? Или ужин? Я бы пожрал, проголодался зверски, пока тебя искал… да расслабься, никто на тебя не нападает, я пообщаться пришел. Еще поблагодаришь за мои хлопоты.

— Приятно познакомиться, Михонариум.

— Приятно, как же. В первый раз меня видишь и уже приятно. Хитрец. Да убери свой меч, порежешься еще.

Хмыкнув, я закинул меч за спину и уселся обратно на пригретый валун.

— Говорю так ради элементарных приличий, как принято между порядочными людьми…

— Ты на мои уши-то глянь, — блондин небрежным движением откинул волосы слева от головы, продемонстрировав типичное эльфийское ухо с острым кончиком. — Нашел, понимаешь, человека. Или ненароком оскорбить пытаешься? Да шучу я, шучу. Давай-ка костерок сварганим, чтобы атмосферу знакомства поднять на должную высоту, потом и поговорим. Обрисую твою задачу на ближайшее будущее.

— А ты меня ни с кем не спутал, Михонариум? — я вопросительно задрал бровь. — Ведешь себя так, будто мой старый знакомый. Неловко выйдет, если ты что-то напутал, а мне отдуваться. С какой целью ты меня искал?

— Не-не-не, — узкоглазый эльф отмел мои предположения небрежным движением руки. — Ничего я не напутал. Так, я сейчас. Охраняй свою зверюгу, я сам, все сам, всегда сам…

Бормоча под нос, эльф мгновенным ловким движением стащил со спины тощий рюкзак, скинул его на камни и в два шага исчез в темноте. Зашуршало, бренькнула задетая струна, послышался треск. Понадобилось всего три-четыре затяжки из трубки и блондин, вернувшись с внушительной охапкой хвороста, свалил ее в трех метрах от Фурии, посчитав местечко подходящим для кострища. Ещё немного быстрой деловой суеты и особым образом сложенный костерок весело запылал, отгоняя обиженную таким бесцеремонным обращением тьму отсиживаться обратно за камни и кусты.

— Так, на чем я остановился? — Михонариум снял с пояса свою мини-лютню, уселся неподалеку и забренчал незатейливый мотивчик, едва касаясь тонкими длинными пальцами почти невидимых волосяных струн. — А, точно! Добро пожаловать в островную империю гхэллов. Империя эта состоит из сотен мелких родовых союзов, имеющих в составе от одного до десятка островов, и такие союзы гхэллы величают стаями, в полном соответствии со своей природой псоглавых. А сама империя, понятное дело, гордо зовётся Великой Стаей. Псоглавых часто заносит на мании величия, так что не придавай большого значения громким или вычурным названиям. К слову говоря, представители разных союзов друг друга частенько кличут не иначе, как плешивым отребьем, или бесхвостыми выродками, хотя, конечно, далеко не все гхэллы таковы, да и сами соседи далеко не лучше: по большей части те же гхэллы, только стать и окрас иные. Преобладающая популяция данного мира, ничего не поделаешь. Если не сгущать краски, то среди псоглавых встречаются весьма достойные личности, с которыми вполне можно иметь дело. Вот такая достойная личность меня и послала, чтобы присмотреть за тобой до утра. Зовут эту личность Хорка Умный, по должности он является командующим Форта Бдительного или Видящим, на местный лад, и я частенько выполняю для него специфические поручения. Вот как с тобой.

— Я так и не услышал, в чем суть поручения, — терпеливо напомнил я, чувствуя, как от непрерывного словесного потока блондина меня начинает клинить — не успеваю следить за его мыслью. Вот же подвешен язык у человека… то бишь, эльфа, или как там его раса здесь называется — заслушаешься. И где же эта горделивая, даже надменная немногословность, присущая остроухим? Прямо разрыв шаблона.

Михонариум звонко хлопнул в ладоши и коротко хохотнул:

— Браво! Да из тебя, братец, слова клещами нужно тянуть, едва вопроса дождался! Ты случайно не заторможенный по умственному развитию? Да шучу я, шучу! А суть поручения вот в чем. До утра мы общаемся, как старые добрые друзья. Можешь спрашивать меня о чем душа пожелает. На что смогу, отвечу с превеликим удовольствием. Так что пользуйся моментом, сейчас я для тебя все равно что ходячая справочная. Но как закончу с поручением, такой приветливости уже не жди, я разливаюсь соловьем только в особых случаях…

— Ближе к делу. Так для чего ты здесь? Зачем я понадобился твоему Хорке?

— Эээ… Какой же ты неприветливый, человек! Дашь затянуться из трубки? Я передумал, не надо. Ладно, ладно, не буду тебя злить, ночка долгая, ссориться нам не к чему. Зачем понадобился… Дело в том, что в этом мире у каждого свои причуды и у Хорки причуда особенная — он коллекционирует необычные истории. А необычные истории можно услышать от необычных игроков, вот таких, как ты, которые валятся с небес при куче свидетелей.

— Тамина успела обо мне рассказать или ее приятель Зик? А, торговец, наверное, сообщил. — Действительно куча свидетелей. Оперативно доложили. А может, и пираты по своим каналам настучали. — И что дальше? Хорка Умный желает услышать мою историю? И все? Я-то что с этого буду иметь? Или мне уже стоит начинать опасаться грядущих проблем?

— Да я как раз собирался сказать, когда ты меня перебил. Хорка Умный желает, чтобы первым твою историю услышал именно он и никто другой. Есть мнение, что у нашего Видящего особый квест, привязанный к таким историям, а так как случаются они нечасто, то любого, кто перебежит ему дорогу и раскроет тайну твоего появления, ждет суровое наказание: например, ссылка на леви-рудник. Не удивляйся, Хорка занимается этими историями много лет, а любому терпению может настать конец.

— Так вот оно что, — я кивнул. То-то смотрю, эта парочка искателей приключений была такой неразговорчивой. И торговец ретировался подозрительно быстро. А они всего лишь старались избежать гнева этого Хорки. Сурово. Лучше Видящего форта и впрямь не гневить. — И что же случится утром? Он лично прибудет сюда после того, как хорошенько выспится?

— Лучше, — многообещающе ухмыльнулся эльф, одной рукой подкидывая хворост в костер, а другой продолжая щипать струны. Ловко у него это получалось. — Тебе крупно повезло со способом прибытия. Обычно новичкам, из тех что попроще, сперва приходится добираться до ближайшего поселка ради прописки, а уж потом, чтобы первый раз попасть в форт, нужна целая цепочка довольно сложных и длительных по времени квестов. А ты все это проскочил одним махом. Хорка пришлет личный корабль, чтобы доставить тебя в форт. И только представив тебя пред его пытливые очи, я выполню собственное задание. Так что будь добр, даже не пытайся рассказывать о себе. Мне это интересно, но награда важнее, так как Хорка обещал немалое количество стимулов, а твою историю я и позже послушаю, без штрафных санкций, за кружечкой доброго эля в «Когтях и Зубах». Кстати, очень популярная харчевня в форте, рекомендую посещать ее регулярно, если желаешь получать уникальные задания от уникальных посетителей…

— Ну что ж, спасибо за предложение поработать справочником, я такой возможности не упущу. Для начала скажи — мясо виверны считается съедобным, или лучше поискать чего получше?

— Ты ее из-за этого до сих пор не развеял? — эльф понимающе хмыкнул. — Вообще-то, здесь этот зверь зовется варной. Вполне съедобно. Но жестковато. Впрочем, чтобы не прерывать нашего приятного общения, воспользуемся тем, что случай послал.

Отложив музыкальный инструмент на ближайший камень, Михонариум точными и быстрыми движениями кинжала отхватил от ляжки варны несколько полосок плоти. Не успел я сосчитать до десяти, как они уже жарились над костром, нанизанные на прутики и уложенные в рогатки из тех же прутьев. Ловкость и скорость, с которой он все это проделал, искренне восхищала. Потянуло волшебным запахом жаркого. Я невольно сглотнул, делая вид, что проголодался куда меньше эльфа.

— А скажи-ка, гость ночной, ты слышал что-нибудь о таком клане, как…

— Стоп! Не вздумай произносить название клана! — струна лютни, за которую эльф взялся сразу, как только закончил с приготовлением ужина, жалобно и звонко тренькнула, выдавая его внезапную взволнованность. — Ответив на этот вопрос, я уже коснусь твоей личной истории, так что будь осторожнее — сорвешь мне задание, и узнаешь совсем другого Михонариума — не такого приятного, как сейчас. И мой тебе совет — выходи из клана, как бы он не назывался.

— Да с чего вдруг?!

— Причин множество. Первая — закон звена непросто обойти.

— Никогда не слышал о таком законе.

— Хей, насколько же ты зеленый… Помолчи, сам расскажу. Итак, закон звена: если представители клана разделены более чем одним миром и если их в данном мире не менее пяти в группе, то система автоматически создает филиал клана. Но если основа клана находится больше чем за три мира, то есть, «звена», то все преимущества от клана блокируются, и придется развивать их заново своими силами.

Знакомо, подумал я. Уже проходил эту тему в Лунной Радуге. Только тогда еще не знал, что это аж целый «закон звена».

— А если ты совсем откололся от клана, — продолжал Михонариум, созерцательно уставившись в темноту за моей спиной и машинально пощипывая струны — в воздухе разливалась медленная, тягучая мелодию, под стать ночной атмосфере возле уютно потрескивающего костра, — и попал в новый мир одиночкой, то ничего, кроме названия клана, не остается. Не будет ни филиала, ни достижений, ни возможностей набора новых соклановцев, пока снова не воссоединишься со своими.

Ошибочка. У меня было иначе. Наверное, в закрытых мирах «закон звена» работает по-другому — мне удалось собрать клан заново будучи одиночкой. Хотя… может, это стало возможным лишь потому, что формально я являлся Советником клана? И потому автоматически стал главой нового филиала?

Но свои соображения я оставил при себе, помня о просьбе эльфа не говорить лишнего. Что меня более чем устраивало по многим причинам.

— А вот проблемы будут, — развивал тему Михонариум. — С кланом выжить легче, но налоги в казну форта на право находиться в составе любого клана придется платить совершенно драконовские. Дело в том, что гхэллы страшно не любят любое проявление власти, если эта власть не принадлежит их ненаглядным стаям или родовым союзам. Они терпят чужаков на своих территориях лишь для того, чтобы использовать их как рабочую силу для рутинной, а порой и опасной работы. Усиление чужого клана для них, словно нож в печень, ведь это грозит потерей контроля и, соответственно, утратой интереса к выдаваемым заданиям. Поэтому кланы новичков, прибывающие в Небесный Архипелаг, местные стараются раздробить, ослабить, чтоб легче было управлять и диктовать свои условия, держать в ежовых рукавицах, не допуская усиления, и снимать повышенную прибыль с их услуг. Вообще, гхэллы хитры и изворотливы, всегда себе на уме, и каждый считает своим долгом интриговать против всех остальных при любом намеке на преимущество и прибыль. Здесь у многих сборщиков тесная связь с пиратами и контрабандистами, они сливают инфу о месте и времени окончания заданий бродяг с целью грабежа и позднейшего разделения добычи. Квест, естественно, считается не засчитанным и бродягам приходится горбатиться вдвойне, отрабатывая штраф или отдавая собственную долю добытого. Но чтобы работяги совсем уж не впадали в отчаяние, грабят их по определенному графику, позволяя успокоиться и обрасти «жирком».

— Грабят, говоришь, — я усмехнулся, выбивая из погасшей трубки пепел и борясь с искушением заложить следующую порцию табака — очень уж приятный для нервов процесс. — Пираты, с которыми я столкнулся, едва успев появиться на острове, собирались меня прикончить и только потом уже ограбить.

— Брось, пощипали бы чуток, но оставили бы в живых, — Михонариум пожал худощавыми плечами. — Убивать бродяг им самим не выгодно, ну а раны всегда заживают. Если, конечно, не упадешь в Белую Мглу. Никто не знает нижнего мира досконально, сколько и какие там твари водятся. Общеизвестен лишь следующий факт: упав туда, есть шанс не вернуться вовсе, будь у тебя хоть сотня сейвов. Так что мой тебе дружеский совет: если в следующий раз сцепишься с пиратами при неравном соотношении сил, то не жадничай и поделись имуществом.

— Говоришь так, словно сам у них на окладе.

— Не-не-не, я просто взываю к твоему разуму и рациональности. Вещи дело наживное, даже сейвы дело наживное, а вот окончательная смерть — штука печальная и обратного хода не имеет.

Угу, как же, не имеет. Я лично возвращал с того света игрока в Лунной Радуге. Вот только не собираюсь делиться подобной информацией с незнакомцем, и не только из-за условий чужого квеста. Не хватало еще нездорового ажиотажа аборигенов по этому поводу. Кроме того, мне зубодробительных впечатлений и от одного раза хватило, чтобы не повторять подобное воскрешение в весьма протяженном будущем.

— Ладно. Еще вопросик. Надеюсь, более нейтральный. Местечко с названием Лазурные Водопады тебе о чем-нибудь говорит?

Эльф хохотнул, на секунду оставив струны лютни в покое.

— Ты даже не представляешь, насколько велик этот мир, человек. Я могу сотню лет путешествовать по островам, но так и не встретить твоих Лазурных Водопадов и даже не слышать о них. К тому же острова не вечны, сегодня такого острова нет, а завтра может появиться. И наоборот, вчера он еще был, а сегодня уже сгинул в пучине.

— Так и сказал бы, что не знаешь, — разочарованно проворчал я.

— Такой ответ не дал бы нужного представления о сути проблемы.

— Для меня такой ответ лишь породил еще больше вопросов. Допустим, ты не обладаешь нужной мне информацией. Тогда подскажи, где ее можно получить? У Хорки Умного? Любая централизованная власть обязана вести учет прилегающих территорий и присматривать за территориями соседей на случай войны…

— Тогда тебе нужен не форт, тебе нужно во Всевидящее Око. Это столица территориального сектора Великой Стаи, нейтральная территория, где решаются все спорные вопросы между островными союзами гхэллов. Именно там находится главный информаторий. Вот только тебе эти сведения не помогут. Пропуск на рейсовый корабль, который ходит в столицу из Бдительного, стоит миллион стимулов. Обычно такая сумма зарабатывается за пять-шесть лет при условии, что ты не лодырь и будешь вкалывать как проклятый каждый день.

— Предвижу, что без рейсового корабля на простых лодочках или летающих петах в столицу не попасть?

— Да ты просто красавец, догадливый-то какой, — Михонариум иронично улыбнулся. — Будь все так просто, то половина населения уже рванула бы в столицу. Ладно, подводя итог под тему с кланами, добавлю: если будешь сам по себе, без клановых привилегий и ограничений, сможешь заработать на пропуск на годик-другой раньше. Если выживешь, конечно.

— Минутку, — я в который раз глянул сперва на небо, затем пристально всмотрелся в окружающую тьму. Все время, пока длился наш разговор, меня не покидало подспудное ощущение тревоги. — А ничего, что мы вот так запросто, в полный голос болтаем на этом острове? Ночь все-таки. Зик и Тамина предупреждали, что нужно все время быть начеку, чтобы избежать опасности. Они что-то конкретное имели в виду, или…

— Обычная предосторожность, не более. Хотели повысить тебе шансы дожить до встречи со мной. Да ты чего в небо пялишься? Не беспокойся, варны здесь появляются не часто… Впрочем, этот труп, который валяется рядом с тобой, самим своим присутствием утверждает обратное. Да развеешь ты его или нет? Для моей тонкой душевной организации неприятно так долго находиться рядом с останками. Давай так: я сгоняю за хворостом и поищу подольше, а ты развей гада, и припрячь то, что получишь, если так не хочется показывать добычу. Твое право. Все, я ушел.

Прихватив лютню, эльф ретировался. Но не успел скрыться в кустах, как донесся его нетерпеливый вопрос:

— Уже развеял?

— Исчезни минут на десять, тогда развею.

— За мясом присмотри!

— Исчезни, говорю. И выключи маскировку.

— Да исчез уже, исчез… Все сам, всегда сам…

Минутку я вслушивался в демонстративный треск ветвей и треньканье струн, сообщавший, что эльф и в самом деле удаляется от холмов, затем дал команду системе развеять останки виверны. На самом деле, я с этим делом не торопился по двум причинам. Во-первых, хотел попробовать снять то, что осталось от шкуры, но вспомнил, что сам же оставил кинжал в цитадели, а орудовать мечом — форменный мазохизм. Да и момент какой-то неподходящий думать о шкурах, когда более важных забот хватает. Не стоит обременять себя сомнительным сырьем, его ведь еще и таскать с собой придется. Вторая причина — дикоша, она наверняка проснется голодной. Но подумалось, что как-то неправильно получится, если Фурия употребит в пищу останки животного, благодаря которому вернулась на этот свет. Попахивает каннибализмом. Лучше пусть моя киска найдет свежую дичь. А в том, что дикоша найдет, я ничуть не сомневался. Так что решил пойти навстречу просьбе ночного гостя.

Как только плоть варны рассыпалась прахом, я подобрал кристалл и радостно улыбнулся — он оказался элитным. Серьезная была зверюга. Вот и пополнение уникальных расходников, чтобы создать новый астральный маяк.

Кстати, о маяке.

Крайне пространная манера изложения Михонариума действовала на меня затормаживающе. То ли он действительно такой разговорчивый, то ли делал это сознательно — тянул время и усыплял внимание. А может, лютня его виновата, и наигрывал он не просто так. Я крепился, не позволяя себе расслабиться ни на минуту, все время держался настороже. Хотя спать хотелось просто нестерпимо. Но кто знает, чего ждать от этого говорливого эльфа? Так что самое время позаботиться о своем возвращении, если вдруг припечет.

Понятия не имею, как это будет выглядеть, но надеюсь, получу не очередной сияющий «апельсин», как вышло в цитадели с порталом. Иначе спалюсь раньше времени. Но другого момента закрепиться может и не представиться, а путь отхода может понадобиться в любой момент. Придется рискнуть.

Я достал расходник, выбрал в пяти шагах от костра подходящее укромное местечко среди камней и активировал астральный маяк. И облегченно вздохнул: кристалл просто растворился в почве, не оставив после себя никакой видимой отметки. Но эффект превзошел ожидания: вспыхнула виртуальная карта, сразу обозначив все участки местности, где я успел побывать. И вот на этой карте точка с маяком обозначилась четко, а системное сообщение подтвердило успех операции:

О как. Я все-таки получил прописку без посещения местной Колыбели. Недокументированные возможности маяка? Или это уже заслуги Ключника? И даже засчитались последние свершения:

Приняв задание с чувством глубочайшего удовлетворения, я погладил спящую Фурию по грубому меху. Затем снял с рогаток шматок прожаренного мяса, вернулся на свое место и, вгрызаясь в жесткую плоть в ожидании возвращения эльфа, задумался о клане. Информация от Михонариума заставила загрустить. Да уж, больная тема. С кланом у меня вечно одна и та же засада — я его постоянно теряю. То, что список соклановцев весь оставался серым, неактивным, еще ни о чем не говорило. Могло сказываться ограничение по расстоянию для внутриклановой связи. После выхода из Лунной Радуги блокировка по 5 уровню слетела и клановый опыт из запасника ринулся щедрой рекой, сразу взяв планку 16 уровня. Но очки умений, как накопленные за прежние достижения, так и начисленные за новые уровни, я все еще не распределял. Хотя так и подмывало залить сполна очки в дистанционную связь… Кстати, описание и работа клановых умений тоже изменилось. В частности:

То есть в данный момент, на шестнадцатом, я спокойно мог залить 25 очков и открыть 4 ранг — пока не упрусь в следующее ограничение. Увы, простой расчет говорил, что дистанция, на которую распространится связь после этого повышения, для просторов Небесного Архипелага всего лишь плевок против ветра. Так может лучше залить все очки в более полезные навыки, которые сейчас в зачаточном состоянии? В общем, со своими очками умений можно вытворять все, что захочется, в Цитадели Крика тоже могу рулить, как вздумается — осколок мой, без вариантов. Но клановые очки уже не только моя прерогатива. Стоит учитывать пожелания коллектива, которые могут не совпасть с моим видением развития. Да и хватит уже вести этот воз в одиночку. Пусть и у остальных голова поболит ради общего дела. Иначе не замечу, как увязну с головой в текущей хозяйственной мелочевке. Некогда будет ни развиваться, ни познавать мир в путешествиях. Мне и с цитаделью забот хватит по самое не хочу. Может, действительно передать полномочия кланового лидера Жальнику? Как раз удобный момент ввести новые порядки, раз уж мы оказались в новом мире.

Черт… А вдруг я ошибаюсь и мои соклановцы совсем рядом — в том форте, например? Ну и что с того, что Михонариум никогда не слышал о Лазурных Водопадах? Он мог солгать ради неизвестной мне пока выгоды. Вот что сделал бы Жальник, как клан-лидер, на моем месте? Разве первым делом не залил бы очки в дистанционку, все, сколько возможно? Быть по сему!

И ничего. Список состава клана как был серым, так и остался. От разочарования я со всей дури врезал кулаком по камню, на котором сидел, совершенно не почувствовав боли… Ну и к черту. Раз начал тратить, так чего останавливаться? Жальник, как офицер, тоже мог распределить эти очки. И раз этого не сделал, то получается, что рассчитывает на меня. По сути, рассуждая об ответственности, я от этой ответственности уклоняюсь. И где бы мои парни сейчас ни оказались, надеюсь, им это поможет. Мне — точно поможет.

Но тут вернулся Михонариум, прервав мои намерения. Причем вынырнул из темноты совершенно бесшумно, засранец этакий и, свалив рядом с костром новую охапку хвороста, ухмыльнулся до ушей. Ведь если спрошу прямо, то не признается, что следил. А допрос с пристрастием вряд ли получится — у этого типа, как теперь я видел, оказался 43 уровень. Солидный мальчик, аж уважение просыпается. Класс у него тоже оказался любопытным — боевой бард, а раса так и называлась — эльф. Тем проще будет привыкнуть. Но больше никакой инфы о нем я не получил, все остальное было скрыто. Осторожный тип. Прямо как я сам — у меня тоже для общего обозрения в настройках были открыты только ник, класс, уровень и раса. Да и то лишь потому, что отключить эти четыре пункта было нельзя, а так бы оставил только ник.

— Красивая зверюга, — Михонариум в который уже раз глянул на Фурию, не скрывая восхищения. — Всего лишь оценка, я не спрашиваю, как она тебе досталась… Вообще, странно, о том, что у тебя питомец, Зик не говорил ни слова, но они с дриадой вообще существа неразговорчивые. Нет, ничего не говори. Это ты не мне будешь рассказывать… — Он запнулся, уставившись на меня. И не совладал с лицом, отразившим крайнюю степень изумления. — А ты, братец, полон неожиданностей, как я посмотрю. Как тебе удалось?! Ты же не был привязан к системе! И класс твой весьма любопытен… Стоп! Это я себе, не обращай внимания. Я спокоен, спокоен, я ничего не видел, мне на все насра… Помни — твоя личная история пока не для моих острых ушей.

Я тоже напрягся на секундочку. Все-таки спалился, пусть и не напрямую. Сейчас ему рот затыкает квест, но позже вопросы все равно возникнут. А потом подумал — ну и что? Чего я переживаю-то заранее? Шила в мешке все равно не утаишь, так что буду решать проблемы по мере поступления, а не выдумывать заранее невесть что.

— Знаешь что, Лютик.. Тьфу, Михонариум. — Интересно, откуда, из каких далей это словечко всплыло в моей памяти прямо сейчас? Эльф напомнил мне кого-то из прошлого своей словоохотливой манерой общения и постоянным терзанием музыкального инструмента? Неважно. — А расскажи-ка мне о местном мироустройстве с самых азов, а то я уже услышал много непонятных для меня терминов. Стимулы, сборщики, бродяги, леви-рудник… Наверное, многое еще и пропустил.

— Стимулы — это просто. Я покажу, так нагляднее. — Окончательно справившись с изумлением и натянув на физиономию прежнюю маску насмешливого дружелюбия, Михонариум деловито шагнул ко мне. Засучив по локоть левый рукав куртки, он продемонстрировал тыльную сторону запястья, на которой бледно-салатовым цветом светилась строчка цифр.

— Триста тысяч шестьсот пятьдесят один, — прочитал я вслух. — Это и есть стимулы?

— Именно, мой немногословный таинственный друг. Превосходные стимулы жизни, сокращенно — престиж, в обиходе просто стимулы, стимы. Являются как денежной, так и репутационной единицей. Каждому новичку при прописке на Архипелаге делается активная наколка, которая в дальнейшем самостоятельно развивается в соответствии с заработанными стимулами. Часть стимулов можно переводить в репутацию, чтобы улучшить отношения с аборигенами. Для этого выбранное количество стимулов «закрепляется» у Хранителей — особой касты у гхэллов. Они же делают и наколку, кстати. Тратить закрепленные стимулы уже нельзя, а снизиться репутация может только в случае серьезных проступков перед местными властями, не слишком значительные проступки наказываются денежным штрафом. Списание и получение стимулов — продажа имущества, плата за услугу или награда за квест — подтверждается ментально.

— Любопытно. А как насчет остального?

— А, тысяча темнозадых демонов! — эльф подскочил к костру и снял с огня оставшееся мясо, которое уже начало обугливаться. Я виновато хмыкнул — тоже прохлопал этот момент, увлекшись разговором. — Сам, все сам, всегда сам, — ворчал Михонариум, раскладывая прутики со спасенным шашлыком прямо на камне, который ему показался почище остальных. Выбрав приглянувшийся кусок, впился в него белоснежными зубами, прожевал, удовлетворенно кивнул. После чего начал рассказ. Долгий рассказ.

Через пару часов, когда мясо давно было прикончено, и выкурена еще одна трубка, если отбросить все отступления и лишние подробности, картинка местного мироустройства в сознании сложилась довольно упорядоченная.

Итак, Небесный Архипелаг — необъятный по просторам мир, состоящий из тысяч, а может и миллионов летающих островов, парящих над гигантской планетой на многокилометровой высоте. Под островами находится так называемая «граница грез», или Белая Мгла — плотный облачный слой, полностью скрывающий поверхность планеты. О ней известны лишь три непреложных факта: именно оттуда появляются новые острова, именно там обитают невиданной мощи и опасности монстры и именно туда не стоит попадать ни в коем случае, если хоть немного ценишь свою жизнь.

Срок жизни любого острова напрямую зависит от размера — чем он меньше, тем быстрее остров умирает и рушится вниз. Каждый остров, словно живое существо, вырастает на поверхности планеты, а затем с приходом зрелости взлетает и прихватывает с собой часть местности. За новые острова идет непрекращающаяся борьба всех со всеми, так как старые истощаются, добычи на них нет, монстры редки, и эти территории частенько обустроены для обитания самих игроков. Инсты на новых островах контролируют кланы, которые застолбили территорию острова с момента его появления, или те кланы, которые получили такое право от властей.

Типичная инфраструктура большинства союзов Небесного Архипелага следующая.

Хутор: селение из 1—3 семей гхэллов (5—15 жителей), сборщики ресурсов из бедного сословия (знахари, зверобои).

Поселок: 10—15 семей (50—100 жителей), примитивный сервис. Торговцы и ремесленники только залетные. Обработка полей, животноводческие фермы, выращивание садов для алхимиков. При нападении врагов защита территории ложится на самих поселян до подлета стражи из форта.

Форт: это уже что-то вроде города. Форты отличаются по рангам развития, в зависимости от численности жителей и воинского состава. К примеру, на Бдительном, форте низшего, 1 ранга, которым командовал Хорка Умный, проживало и квартировалось не меньше тысячи разумных существ. Форты содержат флот из летучих кораблей, предназначенный для торговли и охраны границ союза, отражения атак неприятеля и расправы с пиратами. Также к каждому форту приписана региональная выработка, где добывается сырье для летучих кораблей — левитационный металл — и где преступники отбывают наказание.

Столица Великой Стаи — Всевидящее Око, являлась по сути фортом 3 ранга и располагалась на самом грандиозном острове сектора, вернее сказать, на самом настоящем небесном материке площадью в тысячи квадратных километров. Только в столицах находятся комплексы из девяти порталов в другие миры: три для локаций от 50 до 80 уровней, три в локации от 80 до 100, и три выше ста. Во все эти порталы частенько наведываются торговцы из соседних миров, но местным уходить можно только в порталы для 50—80, так как выше 50 уровня в Небесном Архипелаге подняться невозможно. И чтобы покинуть мир, нужно заработать миллион стимулов — задачка, зачастую непосильная многим игрокам или затягивающаяся на многие годы.

Новички, попадающие в Небесный Архипелаг, приписываются к ближайшему из поселков, Хранители которых выдают им ежедневные и многодневные задания: сбор ресурсов, истребление опасного зверья, строительные и ремонтные работы, помощь коренным жителям. Задания по степени сложности и длительности делятся на «звенья», «цепи» и «петли». «Звено» — простейшее задание, ограничивается одним островом и сводится к «сходи, добудь, доставь». «Цепь» — маршрут такого задания охватывает несколько островов и состоит из нескольких этапов. «Петля» — многодневное задание. Маршрут может включать несколько десятков островов для выполнения самых разных задач: от разведки территорий до охраны границ и обязательно заканчивается в точке старта…

В какой-то момент «просвещения» я все-таки уснул. То ли сыграла роль наводящая дрему лютня Михонариума, то ли сказалась собственная усталость и избыток впечатлений последних часов. Итог один — я вырубился. Прямо на камнях, невзирая на неудобства. А очнуться заставили приглушенные расстоянием, но все же хорошо различимые звуки боя — рычащие выкрики и лязг стали.

Вскочив с камней, я ошеломленно оглянулся. Светало. Костер давно погас. Михонариум испарился, будто его и не было. И Фурия исчезла. Осознание этого факта обожгло сильнее огня. Но толком испугаться не успел — над левым плечом послышалось знакомое жужжание и сонный голос Крохи пробормотал в ухо:

— Не беспокойся, босс, мы присматривали за тобой.

Мы? Я развернулся вокруг оси. И лобастая башка Фурии осторожно, чтобы ненароком не сбить с ног, ткнулась мне в грудь, обдав горячим дыханием. Дикоша ласково заурчала, выжидающе глядя на меня горящими изумрудами глаз, и я обнял ее за шею, прижавшись щекой к ее загривку. Ох, подросла же зверюга… прямо глаза на мокром месте от избытка чувств…

Звуки боя, казалось, приблизились.

Я выпрямился. Чтобы там не происходило, стоило это выяснить. Вдруг эльф ввязался в какую-то авантюру, или попал в беду, пока я спал? Мне нужен этот Хорка Умный, а Михонариум — мой билет к Видящему.

— Кроха, ты знаешь, что происходит? Куда эльф подевался? Он что-нибудь сказал перед уходом?

— Не-а, — Кроха зевнула, деликатно прикрыв рот ладошкой. — Я старалась не попадаться ему на глаза. На всякий случай. Но бой начался без него. Он как только услышал вопли, так и дунул в ту сторону.

— Умница. Тогда держи, — я протянул фейри кристалл из подсумка, заметив, что ее тонус, несмотря на ночной отдых, все еще оставляет желать лучшего. Похоже, Кроха здорово изголодалась, но терпела и не трогала расходники без моего разрешения. Теперь же сразу обхватила ладошками подношение и вспыхнула звездочкой, поглощая кристалл.

— Фури, готова размяться?

Дикоша утвердительно рыкнула, оскалив внушительные клыки. Больше не медля, я вскочил на ее спину и мы огромными прыжками напролом рванулись сквозь заросли.

Несколько секунд и мы слетели с каменистых холмов, ветром помчавшись по лесу. Фурия выбирала путь не только своим звериным чутьем, взаимная эмпатия позволяла нам действовать сообща, легко избегая встающих на пути препятствий. Здорово было вот так нестись на ней верхом. Крохе на такой скорости на крыльях за нами было не поспеть, а полоскаться флагом, уцепившись за мое плечо, ее тоже не прельстило. Так что пришлось сидеть в самом нелюбимом для себя местечке — шейном мешке, откуда она и выглядывала, пискляво бубня что-то ругательное.

Направление звуков боя сместилось влево и сразу после этого все стихло. Заметив какое-то движение в просвете между деревьев на краю леса, мы скорректировали направление. И вскоре вынеслись на каменистую полосу шириной метров сто, скудно поросшую травой и полностью лишенную деревьев. Эта полоса насколько хватало глаз тянулась вдоль края острова в обе стороны. Дикоша затормозила, впиваясь выпущенными когтями в камни и сухую почву. Нужно было осмотреться и оценить обстановку, прежде чем действовать дальше. В любой момент я готов был отступить при малейших признаках опасности, развернуться и унестись прочь, так как не знал, кто победил, и не сочтут ли победители и нас с Фурией достойной внимания добычей. Благодаря скорости дикоши, маневр отступления можно было произвести за считанные секунды.

Но отступать не пришлось.

По всем признакам сражение закончилось, так что все веселье мы пропустили. И я ничуть об этом не жалел. Десятка два здоровенных гхэллов, вооруженных алебардами и облаченных в доспехи из кожи и металла, обдирали труппы жутковатых на вид существ, части тела которых, казалось, состояли из скрепленных друг с другом узловатых деревяшек. Чтобы рассмотреть павших получше, нужно было подойти поближе, но я пока не спешил. И гхэллы и их умерщвленные противники были не ниже сорокового уровня. Мне с моим двадцать седьмым здесь просто нечего было ловить. Но главное, я увидел Михонариума. Эльф был абсолютно цел и сбору трофеев предпочел оживленную беседу с каким-то худощавым воином невысокого роста, облаченном в невзрачные доспехи из кожи с металлическими вставками. Система не подсвечивала ник очередного незнакомца из-за расстояния, а стоял он ко мне спиной, но даже с расстояния в сотню метров мне показалось, что комплекция у него вполне человеческая. По крайней мере — точно не гхэлл, но на этот раз все же не буду спешить с выводами.

Оба собеседника стояли на фоне воздушного судна, которое улеглось плоским дном на каменистую землю почти на самом краю обрыва. Размер корабля впечатлил. Если сложить вместе сотню тех лодочек, что я видел у пиратов, то может быть, и удалось бы скроить из них один такой кораблик. Выкрашенный в небесно-голубой цвет корпус от кормы до носа составлял не меньше тридцати метров, а высота его была не больше четырех. Я уже заметил, что плоскодонность — характерная деталь для местных воздушных судов, которым приходилось бороздить более беспокойную и эфемерную стихию, чем водные просторы. А значит, по элементарным логическим умозаключениям, такая характеристика как «подъемная сила» важна не только в отношении парусов, но и самого корпуса. Кстати, насчет парусов — их ткань, скроенная «зеброй» из бело-голубых полос, трепетала и весьма звучно хлопала на ветру даже с такого расстояния. Развернутые вширь и ввысь они еще больше визуально увеличивали и без того немаленькие размеры воздушного судна.

Но чтобы получить полное представление об увиденном, нельзя не упомянуть о громадном бледно-оранжевом солнце, на фоне которого находился сам корабль. Сияли паруса, горел светящейся окантовкой корабельный корпус и детали такелажа, даже гхэллы, хозяйничающие на палубе, ходили в светящемся ореоле. Осталось присобачить крылья и получатся ангелы… Не, не получатся, это я погорячился. Ангелы с собачьими головами — это нонсенс. Но красиво до умопомрачения. Да я, оказывается, эстет, ценитель прекрасного. Несмотря на огромные размеры, солнце почти не слепило, приходилось лишь немного щуриться.

То ли Михонариум вспомнил о своих обязанностях, то ли почувствовал мой взгляд — подняв голову, улыбнулся и махнул мне рукой, приглашая подойти. Что ж, не вижу причин заставлять себя ждать…

Стоп. Есть причина. И серьезная.

Уловив смену моего настроения, Кроха зашевелилась, выбралась из спальника и взлетела, со шмелиным гудением зависнув на уровне моего лица.

— Босс? Ты чего? — фейри обеспокоенно заглянула мне в глаза. — Чего так встревожился? Ну да, эти гхэллы — страшноватые типы, но не нападают же. А эльфа мы уже знаем. Трепло, но вполне дружелюбное. Я же чую, что сейчас нам с гхэллами безопасно. И на корабле страсть как хочется побывать? Пойдем, а?

Вот же любопытное создание. Своих крыльев ей уже не хватает — на корабле захотелось покататься.

— А может, он только кажется дружелюбным? — я усмехнулся.

— Обижаешь, босс. Это меня ты чувствуешь только благодаря духовной связи, но я-то природная эмпатка и ощущаю всех живых существ. Миха, конечно, себе на уме, но это практически со всеми так. Ты ведь тоже не торопился делиться с ним подробностями о личной жизни.

— Он сам об этом просил, — напомнил я.

— Ага, ага, а если бы не попросил, то ты тут же выложил бы всю подноготную, так я тебе и поверила.

Я невольно улыбнулся реплике этой острой на язычок егозы, но тут же снова посерьезнел:

— Вот что, малышка, тебе придется вернуться в цитадель.

— Я тебе не малышка! Погоди, что ты сказал?! И не подумаю! — Кроха с негодованием топнула ножкой в воздухе, у нее всегда это получалось очень выразительно.

— Кроха, давай без сцен. Меня эльф ждет. А для тебя есть важная задача.

— И какая же это задача требует оставить тебя одного и лишить меня предстоящих приключений?!

Я молча снял с шеи спальник Крохи, попробовал натянуть петлю на голову недовольно фыркнувшей Фурии, но голова зверюги оказалась великовата. Пришлось развязать концы шнурка и связать петлю уже на мощном загривке дикоши. И вновь Фурия недовольно заворчала — тесноват получился ошейник, но ни дополнительных ремней, ни веревок под рукой не было, а карман нужен позарез. Вот задача на ближайшее будущее — смастерить специальную сумку для маунта. Уверен, что мне это по силам. И изобретателя заодно качну.

— Бо-осс, а бо-осс? — тоненько протянула наблюдавшая за моими манипуляциями Кроха, давя на жалость. — Ты чего творишь? Я же сказала, что…

— Погоди, Кроха. — Переложив в мешок элитный кристалл сущности, добытый с варны, а следом — астральный ключ, я тяжело вздохнул. — Думаешь, мне легко с вами расставаться? Так что не нагнетай атмосферу.

— С вами? Так ты и Фурию хочешь прогнать с глаз долой?! Как ты вообще можешь так поступать!

Фурия негромко зарычала, вполне согласная с фейри. Мне только семейного заговора сейчас не хватало.

— А ну, цыц обе. Дайте объяснить, а потом уже рычите, коли желание останется. У нас появился недостающий ингредиент для запасного маяка…

— Ты собираешься натыкать по маяку на каждом острове?! Да мы замучаемся выбивать такое количество элитников! Они же не валяются на каждом шагу!

— Кроха! — я немного повысил голос.

— Молчу. — Фейри насупилась, сердито сверкая глазами.

— Конечно, элитки не валяются на каждом шагу, ты абсолютно права. Но запасной маяк нам может понадобиться в любой момент. Это лучший способ исчезнуть и оказаться в безопасности, если возникнет срочная необходимость. Послушай, Кроха. Я не знаю, что может случиться на этом корабле. Я никому не доверяю, пока на это нет оснований. И не хочу потерять Фурию, едва ее воскресив. Она не в форме, ей еще предстоит набраться сил. И летать она в отличие от тебя не умеет. Наш с тобой долг позаботиться о дикоше, верно?

Кроха нехотя кивнула, но сердитого вида не утратила.

— Но сама Фурия в портал пройти не сможет, — продолжал я терпеливо гнуть линию, — нужен кто-то, умеющий использовать астральный ключ.

— Я тебя не брошу, — упрямо сказала Кроха.

— Да понимаю я твои чувства и твое нежелание оставлять меня, но ты и сама знаешь, что я прав. В первую очередь нам нужна цитадель. Мы не можем допустить ее разрушения лишь потому, что пренебрегли возможностью вовремя вернуться и перезарядить расходники ее энергоисточника.

— У нас есть еще аж шестнадцать часов!

— Это хорошо, что ты тоже следишь за таймером, но неизвестно, что будет дальше и сколько займёт путешествие на корабле. Верно?

— Отговорки! Да вон он, остров, рядом! — Кроха возмущенно ткнула ручонкой в сторону острова с фортом, который неподъемной громадой возвышался вдали над островами поменьше. — Всего-то сгонять туда и…

— Не спорю, путешествие в форт может оказаться безопасным, но оно может затянуться. И как мы попадем обратно, если не получим «свисток» вовремя? Если не сможем найти корабль, который нас сюда доставит? Я сильно сомневаюсь, что успею быстро заработать стимулы для оплаты перелета. У меня даже татушки этой еще нет, с помощью которой тут совершают денежные операции. В общем, может случиться любая из тех тысячей случайностей, что происходят всегда в самый неподходящий момент и разбивают самые продуманные планы.

— А разве привязка в форте к стационарному порталу не позволит перебросить в цитадель без всякого маяка?

— Наверное. Но мы ведь этого еще не проверяли.

— Ты можешь погибнуть, если меня не будет рядом, — под натиском аргументов Кроха окончательно сдалась и сопротивлялась лишь для виду. — Духовная связь прервется, как только я окажусь по ту сторону портала!

— Я могу погибнуть, даже если вы обе будете рядом. Но сейвы у меня пока имеются, так что как-нибудь переживу эту неприятность еще раз.

— Но мы с Фурией увеличим твои шансы!

— Этого все равно может оказаться недостаточно.

— Но ты…

— Кроха, это важное задание. А доверить такое важное задание я могу только тебе. Ты ведь у меня особенная. Верно?

— Да, я такая. Я особенная. — Кроха надула щеки от гордости за себя, любимую — все-таки нашел ее слабое место.

— Тогда лети и рули цитаделью. Сделай все в лучшем виде к моему возвращению. Фурия, подчиняйся Крохе. Все, чешите уже!

— Только попробуй без меня умереть, я тебе такое устрою, — напоследок пообещала фейри, с комичной угрозой сверкнув в мою сторону васильковыми глазищами.

Как только Кроха по самые плечи зарылась в густую шерсть на загривке своей приятельницы, чтобы ветром не снесло, Фурия с негромким ворчанием развернулась и унеслась обратно в лес, явно наслаждаясь бегом и полученной свободой.

Я покачал головой и двинулся в сторону корабля. Семь потов сойдет, пока уговоришь. Без жены женатый. И все же абсолютно уверен, что в действительно опасной ситуации никаких споров не будет, как и раньше, когда фейри была бессловесной. А значит и сейчас орать на фейри не стоит, сам же потом десять раз пожалею. Черт. Да у меня язык уже не поворачивался называть Кроху питомицей — она разумное, самостоятельное существо, по роковому стечению обстоятельств связанное со мной неразрывными узами.

Как я уже упоминал, высаженный на остров отряд состоял явно не из обычных воинов: одинаковое снаряжение, одинаково мощное телосложение — словно горошины из одного стручка. Я предусмотрительно обогнул зубастых «товарищей» на приличной дистанции от греха подальше. Когда я проходил мимо одного из таких гхэллов, тот с треском содрал когтистой лапой с трупа врага доспехи, будто грубо вырезанные из кусков древесной коры. Впечатляющий тип. Узкие вытянутые челюсти, усеянные клыками, светящиеся отраженным солнечным светом желтые глаза под рельефно выступающими надбровными дугами, острые подвижные уши, чутко реагирующие на любые звуки. Как и пираты, эти гхэллы тоже не носили ни перчаток, ни обуви — лишь кожаную кирасу с массивными стальными наплечниками, но шерсть у них была не черной, а пепельно-серой, прямо как у моей дикоши, а густая грива позади башки оказалась рыжей с кофейными подпалинами. Острый запах псины, который ни с чем другим не спутаешь, фонил вокруг этого красавца на несколько метров.

Видимо, черношкурые пираты и пепельные воины относились к разным видам, а «коготь» — что-то вроде гвардейца, личная охрана Хорки Умного.

Труп противника система тоже обозначила:

С первого взгляда непросто описать, как выглядело это существо, особенно сейчас, когда оно валялось на каменистой земле, изувеченное ударами алебарды. Антропоморфное, это без сомнения, две руки, две ноги… дальше сложнее. Шершавая серо-зеленая плоть с сизым налетом, словно покрытая тонким слоем плесени, казалась скроенной из подгнившей узловатой древесины. Голова — безглазый пенек с весьма выдающимися рогами, похожими на лосиные. Там, где ее пробила алебарда, выступала прозрачная как обычная вода жидкость. То ли это существо некий древень, то ли особая разновидность прямоходящего жука, черт его знает. Причудливы населяющие ВИКС существа, уже третий мир и всякий раз что-то новенькое.

Когда сдирать с врага стало нечего, гхэлл провел над ним лапой и запустил распыление, заставив останки рассыпаться прахом. Подхватив оставшийся в пожухлой траве кристалл и запихав его в громадный мешок, куда уже были собраны остальные трофеи, воин-гхэлл поднял голову и бросил на меня тяжелый взгляд, в котором медленно остывал азарт закончившегося боя.

Я ускорил шаг, проходя мимо.

Легко подхватив с земли одной рукой тяжеленную даже на вид алебарду, а другой мешок, рослый гхэлл двинулся к кораблю вслед за мной. Вот зараза, специально ведь так делает, юморист хренов — сопит прямо мне в затылок и чуть ли на пятки не наступает. Я благоразумно отступил и пропустил его вперед. Блеснув глазами и насмешливо скривив пасть, тот протопал мимо характерной для гхэллов раскачивающейся походкой и по сброшенным сходням поднялся на борт корабля, подсвеченного системой как Быстроглазый.

— Хей-хо, Зубоскал, куда делась твоя кошка? — дружелюбно поприветствовал меня Михонариум, когда я остановился рядом. — Гхэллы уже заканчивают со сбором добычи, скоро отправимся в путь.

Оказывается, пока я оглядывался и пропускал насмешника, собеседник Михонариума тоже скрылся на корабле.

— Моя, как ты говоришь, кошка, плохо переносит высоту, — сообщил я наскоро придуманную отговорку. — Поэтому отправил ее поохотиться.

— Для самостоятельной охоты у нее уровень маловат, но дело твое. А вообще, толковая идея. Хорка терпеть не может кошачьих, как и все гхэллы. И ждать не любит по пустякам.

— Хорка? Собственной персоной?

— Точно. В своей каюте. Не обольщайся, он здесь не из-за тебя, ты лишь попутная задача. Перед самым вылетом поступили сведения о том, что на дальних островах возле зоны отчуждения были замечены разведчики пожирателей, вот Видящий и решил лично оценить степень опасности. Одно дело — случайные выбросы, и совсем другое — полномасштабный набег созданий Древа Смерти. И надо же такому случиться, что эти жучары оказались прямо здесь, на Потерянных Душах. Не подоспей Хорка со своим кораблем, пришлось бы нам своим ходом давать деру на соседние острова.

— Нет у меня возможности прыгать с острова на остров, — проворчал я. — Пока нет.

— Потому и говорю, что ты счастливчик.

— Мда. Ты хоть представляешь, сколько новых вопросов у меня возникло? Пожиратели, набег, зона отчуждения, Древо Смерти. Ночью об этом не было ни слова.

— Хей, братец, невозможно рассказать все и сразу. Вот сейчас и…

Рев сигнального рога, казалось, раздался прямо над головой, от неожиданности я едва не подпрыгнул. Реакция не укрылась от зоркого взгляда эльфа, он ухмыльнулся и приглашающим жестом указал на борт.

— Все, забираемся на Быстроглазого. Пока не сдам тебя Хорке официально, ты по прежнему на моем попечении. Так что поработаю справочником еще немного, в пути.

Остальные гхэллы после сигнала подхватили набитые добычей мешки и тоже заторопились к судну. Пропустив последнего, забрались на борт и мы с эльфом. «Когти» устроились на скамьях вдоль бортов, а эльф отвел меня к надстройке на корме — капитанской каюте, возле которой и нам нашлось свободное сидячее местечко. Отсюда всю палубу было обозревать весьма удобно. «Когтей» я насчитал ровно восемнадцать. И дисциплина у них была будь здоров — сидели, не издавая ни звука. И алебарды, кстати, все гхэллы поставили в оружейные стойки, сооруженные вокруг оснований трех осевых мачт.

Снова затрубил рог и я наконец увидел горниста. Из-за носовых надстроек непонятного назначения вышел коренастый гхэлл, которого система обозначила как Хорка Умный. Он как раз разжал когтистую лапу и сигнальный рог, выпущенный из пальцев, закачался возле его бедра на пристегнутой к поясу цепочке.

Хорка Умный оказался не таким рослым, как его воины, но более коренастым, широкоплечим. И то ли он был альбиносом, то ли передо мной предстал образец еще одного вида гхэллов. Мех у Видящего был белоснежным, как и его густая, почти львиная грива, ниспадавшая на плечи. В отличие от «когтей», этот гхэлл был полностью облачен в доспешный сет — кираса, наплечники, набедренные щитки, поножи, перчатки, разве что башмаков и Хорка не носил, не признают псоглавые стесняющей походку обуви. И каждая деталь доспехов сияла в свете солнца чистым серебром. Оружия, кроме кинжала на украшенном серебряными вставками кожаном поясе, я не заметил. Но и без оружия фигура этого гхэлла источала первобытную звериную мощь.

— Так вот он какой, Видящий форта Бдительный, — уважительно обронил я вслух. — Какой у него уровень? Я вижу только ник. И почему, кстати, Видящий? Название должности что-то говорит?

— У пятидесятых кроме ника ничего и не увидишь, правила хорошего тона. Расу ты знаешь, класс — антимаг, редкий и интересный класс. А почему именно Видящий…

— Название должности подчеркивает, что Хорка обладает не только хорошим слухом и обонянием, что присуще всем псоглавым, но и великолепной прозорливостью — способностью заглядывать далеко вперед и опережать мыслью течение событий.

Я повернул голову на новый голос, ответивший за Михонариума. Вот тебе и на! Воин, который беседовал с эльфом возле корабля, а теперь тихо появился сбоку, оказался девушкой. И не только.

Симпатичная, но на первый взгляд ничем особо не выдающаяся мордашка, коротко стриженные русые волосы, задумчиво поблескивающие карие глаза и курносый нос, как у моей Крохи. Перед ником не было уточнения «игрок», как в песочнице Дивносада или в Лунной Радуге. Но я почему-то не сомневался ни секунды — она такой же игрок, как и я. Просто подача информации здесь упростилась.

— Привет, Алия. Рад видеть первое человеческое лицо в этом мире…

Скользнув по мне отстраненным взглядом, девушка прошла мимо легкой, энергичной походкой, покачивая длинным копьем в правой руке и позвякивая деталями доспехов куда более примитивных, чем у Видящего — просто кожа, проклепанная металлом. Но и на ее фоне я в своих побитых, исцарапанных и помятых доспехах кустарного изготовления выглядел как бомж. Стыдоба. Ну а чего еще ждать от 27 уровня, да еще учитывая, откуда я выбрался? Ничего, все еще впереди, как только поднимусь в уровнях, то приоденусь.

Однако, реакция девушки меня неприятно озадачила. Я хотел подняться и догнать ее, чтобы поговорить, но эльф удержал, положив руку мне на плечо.

— Еще успеешь познакомиться, не переживай, — успокоил Михонариум. — Зрение у псоглавых оставляет желать лучшего, поэтому для впередсмотрящих они обычно нанимают чужаков. Воинские качества у Алии средние, зато зрение отличное. Так что пока не отвлекай ее разговорами, если не желаешь навлечь гнев Хорки.

Захлопали крылья. Я задрал голову, щурясь. Не знаю, откуда они вынырнули, но к носу судна с небес плавно пикировали крылатые силуэты трех варн, окутанных солнечной короной. Управляли ими тоже гхэллы, помеченные системой как стражи небес, только какие-то худосочные и низкорослые, вдвое меньше любого из «когтей» — видимо, требования по грузоподъемности у варн весьма строгие. Облаченные в легкие кожаные доспехи и вооруженные арбалетами, эти воины ловко управляли своими крылатыми маунтами. Алия метнула каждому из них по очереди концы канатов, намотанные на установленные на носу громадные деревянные катушки. Подхватывая эти канаты, наездники цепляли их крючьями к кольцам на ошейниках варн и взмывали в воздух, заставляя катушки вертеться по мере разматывания. Все происходило быстро и слаженно, что говорило о постоянной практике. Выбрав длину метров в сорок, канаты наконец застопорились. Варны заработали крыльями интенсивнее, пронзительно крича, Быстроглазый дрогнул и сперва медленно, но потом все быстрее зашуршал днищем по обрыву.

— Держись, сейчас будет рывок, — предупредил Михонариум.

Я вцепился в скамью обеими руками и вовремя — перевалившись через край обрыва, судно ухнуло вниз… Душа буквально ушла в пятки, но горизонт тут же выровнялся. Ветер ударил в днище, упруго наполнив горизонтальные паруса. Корабль величаво поплыл по воздуху, удаляясь от острова. Жутковато. Твердь острова, пусть и парящего в облаках, все же казалась надежнее вздрагивающей от каждого порыва ветра палубы.

Все это время я не забывал посматривать на иконки своих питомцев, и когда они окрасились серым, облегченно вздохнул. Духовная связь прервалась, образовав в душе некую пустоту, но фейри с дикошей все же благополучно добрались до портала целыми и невредимыми. Одной заботой меньше. Я снова бросил взгляд на удаляющийся остров, послуживший мне первым пристанищем в этом мире. И вспомнил, что кое-что забыл выяснить.

— Скажи-ка, Михонариум… Эти непонятные хреновины в лесу, что-то вроде ведьминых полянок, которые светятся с приходом темноты — их действительно стоит опасаться?

— А почему, думаешь, остров называется Потерянные Души? — эльф ухмыльнулся, привычным жестом снимая с пояса лютню и касаясь тонкими музыкальными пальцами струн. Мелодичный аккорд звонко разнесся в сразу похолодевшем воздухе. — Это так называемые рифты — нестабильные порталы, разрывы в ткани реальности, ведущие на другие слои бытия. Если попадаешь в них, то можешь вдруг оказаться на соседнем острове, или вообще где-то за десятки километров от форта. И это самый безобидный результат, который многие умеют использовать к своей выгоде. Но рифт также может с некоторой вероятностью отправить прямиком в Белую Мглу. А можно и вовсе угодить в потустороннюю реальность, выход из которой возможен только через смерть.

— Теперь понятно, почему Зик и Тамина обходили их стороной, — озабоченно пробормотал я. — И хорошо, что я последовал их примеру.

— Не-не-не, им просто возиться было уже некогда, — помотал головой Михонариум. — Они же возвращались в поселок, на отдых. А так они как раз эти рифты и фармили.

— Не понял. Ты же только что говорил, что…

— Я озвучил как самые простые, так и самые неприятные варианты, — назидательно изрек эльф. — То, что случается редко, но все же случается. А основная функция рифтов — поставка редких ингредиентов для алхимиков. Но о них раньше сорокового и думать нечего, так что забудь.

Тут мне стало не до отвлеченной информации — я вдруг сообразил, что мы и не думаем разворачиваться. Набравшее ход судно перло по прямой, все больше удаляясь от Бдительного. Вдали уже показались массивы новых островов, проглядывающих среди облачной пелены темно-зелеными кляксами, которых я до этого не видел.

— Погоди, а куда это мы? Я думал, мы отправимся в форт.

— Форт подождет, — эльф улыбнулся, явно ожидая этого вопроса. — Раз пожиратели оказались на острове так близко от крепости, значит, нужно сгонять к Древу Смерти поближе и оценить степень опасности, прежде чем поднимать знамена и собирать все воинство Бдительного. Я же говорю, если это всего лишь случайная группа, то единичной стычкой все и ограничится. Хотя даже на этом «когти» неплохо заработают — свои доспехи пожиратели мастерят из коры Древа Смерти. А этот ингредиент весьма ценится в разных ремеслах. Ну а если нам предстоит скорое отражение полномасштабного набега, то на ближайшую декаду настанут веселые деньки.

— Уговорил, давай-ка поподробнее о Древе Смерти, — я усмехнулся. — Название говорящее и мне интересно, что за ним кроется.

— О, это вечная война, — эльф многообещающе улыбнулся. — Пожиратели — это общее название существ, населяющих Древо Смерти, но там обитает множество видов со своей специализацией. Самые слабые из них трубочники, разведчики пожирателей. Существа быстрые, легкие, доспехи из магически усиленной листвы, чтобы не стеснять движений, вооружение — духовые трубки, костяные кинжалы. Они полуразумны и лишены речи, с остальными общаются эмпатически.

Прямо как моя Кроха раньше, подумал я.

— Дальше, шатуны — это уже бойцы посерьезнее. Их трупы ты видел на острове.

— Посерьезнее? — я не удержался от легкой иронии. — А сколько было потерь среди гхэллов?

— У тебя сложилось неверное представление. Здесь, на личном корабле Видящего, находятся отборные бойцы, элита, поэтому их и называют «когтями». Отряд этих воинов способен выдержать натиск сотни пожирателей, а шатунов на острове оказалось всего полтора десятка. Поэтому потерь и нет. Но ты меня прервал.

— Извини. Я весь внимание.

— Итак, шатуны. Так как ты видел уже ободранные трупы, дам тебе полное описание их вида. На первый взгляд они такие же костлявые и узловатые, как трубочники, но значительно крупнее. Вооружение — палицы, костяные мечи. Облачены в довольно громоздкие доспехи из древесной коры с особой пропиткой, почти не уступающие по прочности стальным, но весьма уязвимые к огню. Вообще, можно сравнить их с прямоходящими черепахами. Тоже полуразумны и не владеют речью. Прозвище им дано из-за характерной походки — смещение рывками с раскачиванием корпуса. Идем дальше. Утилизаторы — носильщики и добытчики пожирателей, их рабочая сила. Шестилапые создания, смахивающие на здоровенных костлявых жуков. Природная хитиновая броня у них такая, что доспехи им не требуются. Из оружия — только лапы и когти, но с их силищей они и когтями способны порвать сталь. В набегах отвечают за переноску снаряжения, а также за доставку на Древо раздобытых в набегах трофеев. Полуразумны, лишены речи, управляются эмпатически. Кстати, нередко можно увидеть ревуна, восседающего верхом на утилизаторе.

— О ревунах ты еще не рассказывал.

— Я как раз к этому подошел, — кивнул Михонариум. — Ревуны — еще один вид пожирателей, их командиры и шаманы в одном лице. Мой тебе добрый совет — если столкнешься с ревуном один на один — беги. И как можно быстрее. По мощи эти твари вдесятеро превосходят любого из наших «когтей», что самое интересное — внешний вид у каждого ревуна всегда разный. Есть мнение, что ревуны — это магические модификации обычных бойцов. Доспехи у них из трофейной стали или зачарованных костей, вооружение — кинжалы, мечи, изредка — трофейные луки или арбалеты. В подчинении ревуна находится несколько сотен трубочников, шатунов и несколько утилизаторов. Издавая характерный рев, слышимый на очень больших расстояниях, ревуны накладывают на своих подчиненных мощные баффы и такие же мощные дебаффы на врагов. Нашу речь они отлично понимают, так как вполне разумны и автономны. И последний, самый важный вид пожирателей — властелин. Информации о властелине почти нет. До сих пор никто и никогда его не видел. Считается, что он командует, не покидая Древа Смерти. А если это все же происходит и властелин возглавляет набег, то свидетелей после него обычно не остается.

— Прямо завораживает. Судя по описанию этих существ и масштабу нападения, это Древо, с которого они появляются, нечто очень и очень большое. Я угадал?

— Совершенно верно. Но лучше разок взглянуть, чем десять раз услышать, и все сам поймешь. Плодятся эти твари быстро и когда давление популяции достигает определенного предела, властелин отправляет их в набег на окрестные острова. Событие случается примерно раз в тридцать-сорок дней. Цели пожирателей всегда разрушительные для островов, поэтому так важно пресечь этот набег в самом начале. Эти твари обдирают острова дочиста, выгребают любые ресурсы, которые попадутся им в лапы — древесину, камень, уникальные растения… Уничтожают и пожирают все живое. А еще они не прочь закусить своими врагами, то есть, нами.

— Каннибалы?

— Не знаю, что такое каннибалы, но ни от твоей, ни от моей плоти они не откажутся, да и гхэлла сожрут за милую душу.

Ну да. Это я промахнулся с термином, каннибалы — это те, кто не брезгует жрать особей своего вида, а пожиратели, получается, харчат чужаков. Однако, как же я угадал, отправив своих питомцев обратно в цитадель — теперь поездка определенно затянется. Печеньку за предусмотрительность.

— Да уж, веселую картину ты нарисовал. Поневоле возникает вопрос — а есть способы заработать миллион стимулов не за несколько лет, а в несколько раз быстрее, чтобы свалить отсюда в более дружелюбные локации?

— Зря так напрягаешься. Отражение набегов — задача для тех, кто достиг сорокового уровня и выше. Тебе до этого далеко и торопиться некуда. Никто не заставляет новичков рвать жилы. Живи себе спокойно, выполняй простые ежедневки. Или вовсе ничего не делай. К примеру, в поселке Рваное Ухо есть тип с ником Магвай, который выбирается из кабака лишь для того, чтобы набить чуток стимулов для выпивки. Поддерживает репутацию с гхэллами на уровне, достаточном для получения более-менее приличных заданий. И ничего, живет. Прыгать выше головы или нет — это каждый для себя решает сам. Вот только сдается мне, сидеть и греть зад на одном месте — не твой путь. Я прав?

— Слишком примитивно, — я задумчиво кивнул. — Скука смертная.

— Вот и я о том же.

— Скажи, а среди пиратов встречаются люди? Среди тех, кто пытался меня ограбить, был тип в шляпе и в маске… ты его знаешь? Он человек?

— С чего вдруг ты об этом заговорил? Пиратство официально не поощряется, так что поосторожнее с вопросами. А так — да, кого только среди них нет. И люди в том числе.

— Так ты знаешь этого типа или нет?

— Встречались. Его ник — Майло Великолепный. Да, он человек. Из «Серого ветра». Когда я последний раз его видел, его уровень подходил к сороковому… Любитель острых ощущений, узких тропинок и темных дорожек. Все время норовит переть против всех сложившихся правил, даже если это ему самому во вред.

— Не самая приглядная характеристика. «Серый ветер» — это клан?

— Ну а что же еще. Причем один из самых влиятельных пиратских кланов. Вообще, пираты — вполне приличные ребята, почти всегда можно договориться без драки, но и среди них встречаются темные личности.

— Но как они зарабатывают стимулы? Ведь валюта здесь одна на всех?

— Ах вот что тебя тревожит. Они — наёмники. Темная работа, темные связи. Отмывают стимулы через контрабандистов. Им все время приходиться быть начеку. Если пират попадает в лапы к стражникам, то лишается всех заработанных стимулов и отправляется на рудник. Минимальный срок наказания — от ста дней и это при хорошем поведении.

— А как они покидают локацию? Не думаю, что пиратам позволено спокойно покупать билет на рейсовый корабль до столицы, как самым обычным гражданам… И что, кстати, мешает добраться до столицы самостоятельно, без этого спец-корабля? Средств для воздушных перемещений здесь хватает — корабли, лодки, летающие животные.

— А ты любопытный тип, Зуб. — Михонариум улыбнулся, перебросил ногу на ногу, располагаясь поудобнее, и снова начал терзать лютню. — Стараешься сразу выяснить все нюансы и возможности. Это похвально. Барьер. Магический барьер не позволит попасть в столицу без пропуска. Каждый год находятся безбилетники, которые проникают на рейсовик тайно. Это они так думают, что тайно. Нередко команда лишь делает вид, что ничего не замечает — тоже своего рода развлечение. Но барьер все ставит на свои места.

— Тогда это чертовски невыгодно — быть пиратом. Проще платить налоги.

— Для некоторых личностей сама возможность заявить протест против системы дороже любых легальных стимулов.

— Смешно. Пираты все равно остаются в системе. Только по другую сторону. Неужели неясно? Должно быть что-то еще, что заставляет этих сорвиголов воевать против всех. Что-то очень существенное.

— Что-то существенное? Может быть, сама жизнь? После достижения 50 уровня им уже не нужно куда-то стремиться. Они просто живут. Кстати, раз уж ты спросил о более быстром способе заработка, то вот тебе мой совет — если попадешь на хороший счет у Хорки, то проси лицензию искателя.

— А поподробнее можно? Вчера ты об этом не говорил.

— Да почему же, обмолвился. Бродяги — это те, кто выполняет обычные задания, все эти звенья и петли. Ску-учно до зубовного скрежета. Они всегда привязаны к определенным маршрутам. А вот искатель имеет право путешествовать на всех островах внутри магического барьера и задания искателям достаются посложнее. Поиск новых островов, разведка их территорий, слежка за нелояльными форту поселками, добыча яиц варн на продажу… Да там много чего. Возможностей больше, контроля за твоими перемещениями меньше. Всяко интереснее, чем жизнь бродяги. И заработок значительно выше. Правда, и на пиратов нарваться шансы тоже немаленькие. Но ты ведь не чураешься разумного риска?

— А у тебя самого лицензия искателя имеется?

— Мне ни к чему, — пожал плечами Михонариум. — Меня устраивает мой официальный статус личного вербовщика Видящего. Нахожу новичков, таких как ты. Присматриваюсь. Определяю потенциал. Даю оценку. И получаю свои честно заработанные стимулы. Мне хватает. И жилы рвать не приходиться.

— Вот как. Выходит, от твоей оценки зависит, получит ли новичок лицензию искателя, или нет?

— О да, братец, — не стал отнекиваться эльф. — Но я за тебя уже готов поручиться.

— С чего такая уверенность? Чем я успел заслужить твое расположение?

— Поведение в непривычных для себя обстоятельствах многое говорит о субъекте. Ты предварительный тест прошел. Держался нейтрально, задавал неглупые вопросы, на рожон не лез, да и сами обстоятельства твоего появления, в которых ты умудрился выжить, это говорит само за себя. Я обычно не ошибаюсь. Это моя классовая специализация — определять потенциал других. Дело за тобой. Когда Хорка тебя позовет, расскажи ему о себе интересную историю. И получишь его благословение на службу. И не лги ему. Если хочешь что-то утаить — промолчи. Он поймет и оценит. Но не лги. Он этого страшно не любит. О, легок на помине. — Михонариум живо поднялся. — Меня Хорка по чату только что позвал. Посиди пока здесь, не шастай по кораблю, гхэллы этого не любят.

И эльф быстрым шагом отправился в носовую часть корабля, ловко лавируя среди мачт и деталей такелажа, огибая рассевшихся на скамьях «когтей» и уклоняясь от торчащих из оружейных стоек лезвий алебард.

Я встряхнул головой, переполненной новой информацией по самое не хочу, и задумчиво уставился на проплывающие вдоль бортов острова. Наверное, раз представилось свободное время, то стоит заняться кое-чем полезным: например, наконец, разобраться с клановыми очками, раз уж решил не тянуть резину и распорядиться ими самостоятельно. И с умением Талисман клана в том числе. Умение уже разблокировано, но я до сих пор не решил, какую способность Крохи из разрешенных системой для ассимиляции перевести в общедоступные. Впрочем, все-таки решил. Пусть это будет Горячая кровь: регенерация здоровья. Доставшееся с достижением проклятье навсегда снизило мою регенерацию вдвое, а Кроха не всегда будет со мной, вот как сейчас. Значит, стоит повысить свои шансы на выживание с учетом сложившихся обстоятельств. К тому же, став клановой, эта пассивка начнет развиваться за счет очков клана, что выгодно как для меня, так и для фейри…

Знак Алана Темного вдруг нестерпимо обжег плечо, заставив вздрогнуть. Мысли разлетелись. Я резко вскинул голову, пытаясь понять, в чем дело и откуда исходит опасность. И моментально оказался на ногах, во все глаза уставившись на развернувшуюся впереди картину: туда, куда ветер и варны несли Быстроглазого.

Это оно и есть, Древо Смерти?!

Бог ты мой Алан… да сколько же километров оно в высоту? Десять? Двадцать? Сотню? А может, мое сознание, цепляясь за привычные представления о деревьях, не в силах постичь истинных масштабов этого явления? Потому что язык не поворачивался назвать ЭТО просто деревом.

Ствол Древа Смерти, вздымающийся из облаков самой настоящей горной пикой, наверное, был не меньше километра в диаметре и, казалось, выходя далеко за пределы атмосферы, упирался широко развернутой розеткой макушки в космическую пустоту. По идее, такая «орясина» должна быть видна с любого острова. Но облачная взвесь, плавающая даже там, где воздух казался чистым, все же как-то умудрялась скрывать Древо из виду, пока к нему не приблизишься на определенную дистанцию. Визуально ствол делился на сектора: каждые три-четыре сотни метров от него горизонтально отходили лучевые ветви, которые тоже простирались над облачным слоем на несколько километров. Плоские и широкие, как проспекты для великанов, эти ветви в обрамлении леса из ветвей поменьше были усеяны угольно-черными листьями, каждое из которых, наверное, было размером с наш корабль. Светлая, цвета топленого молока кора ветвей и угольно-черные листья создавали поразительный черно-белый контраст.

Так вот что такое «зона отчуждения» — островов между ветвями не было, хотя вместиться туда их могло множество без всякого ущерба для простора. Там плавали лишь облака. Все эти острова, как только поднимались из пучин, наверняка тут же уничтожались, чтобы послужить подкормкой Древу.

Ощущение опасности нарастало. Боль от клейма Алана растекалась по плечу, охватывая шею и локтевой сустав. Интуиция буквально вопила — отсюда нужно убираться, причем немедленно! Да где же? Куда смотреть? Что-то словно толкнуло в спину, заставив вскинуть голову, и страх мертвой хваткой вцепился в горло, перехватив дыхание. Почему они не видят?! Почему они не видят, что пожиратели уже атакуют и небо над кораблем пестрит от десанта из черных листьев, скрытых чернотой космоса?

Я бросился вперед, не обращая внимания на недовольно рычавших вслед гхэллов. Хорка Умный, о чем-то негромко беседовавший на носу корабля с эльфом и Алией, резко обернулся. От движения его грива взметнулась белоснежным облаком, серые глаза гневно сверкнули на меня:

— В чем дело, человек?!

Но перехватив мой взгляд, он и сам увидел. Когтистая лапа схватила тяжелый, отделанный серебром рог и поднесла к пасти. Громкий звук разнесся над облаками. Гхэллы вскочили со скамеек, в несколько секунд расхватали свои алебарды и изготовились к бою. Несколько из них ухватились за громадные рычаги: парусные крылья левого борта с протяжным скрипом накренились, а правого, напротив, задрались вверх, и крылатые стражи погнали варн по широкой дуге, заставляя корабль начать разворот. Еще несколько «когтей» принялись срывать чехлы с каких-то громоздких приспособлений на носу.

Бесстрастное сообщение системы и сразу после него с ближайшего листа, массивной черной тенью наплывающего на корабль сверху, посыпался первый десант.

Накрененная при развороте палуба — крайне ненадежная опора, особенно когда ветер гудит с удвоенной силой, разбиваясь о доспехи и нагнетая неприятное ощущение, что меня сейчас вот-вот сдует за борт. Пришлось поспешно ухватиться за угол поворотной платформы ближайшей из двух изготовленных к бою баллист, которые и скрывались под чехлами на носовой надстройке.

Уж не знаю, на что я ему с таким мелким уровнем сгожусь, разве что в качестве пушечного мяса, но отказываться не стоит. Я здесь гость и разумно подчиниться правилам хозяина летающей посудины. К тому же рейд — это всегда преимущество для того, кто находится в его составе.

Сразу после подтверждения запроса иконки рейд-отряда высыпали слева на границе поля зрения — Хорка, Михонариум и Алия возглавляли список, остальных рассматривать было недосуг, так как первые шатуны уже приземлились на палубу посередине корабля.

Сравнение этих существ с прямоходящими черепахами, когда Михонариум описывал их внешний вид, оказалось очень подходящим. Бойцы Древа Смерти молча вскинули здоровенные черные дубины и бросились на ближайших «когтей». Крен палубы привычным к таким маневрам воинам Видящего ничуть не мешал, к тому же корабль уже прошел наиболее крутой участок разворота и палуба выравнивалась. Так что гхэллы не подвели моих ожиданий — лезвия двух алебард с сухим стуком врезались в массивные деревянные доспехи первого шатуна, разбивая их в щепу. Пожирателя отбросило к фальшборту и не успел он восстановить равновесие, как размашистый удар подскочившего ближе гхэлла отправил его в далекий полет в колыхавшуюся внизу Белую Мглу.

Со вторым врагом покончили так же быстро — к месту схватки подтянулись еще трое «когтей» и шатун, успев замахнуться дубиной лишь дважды, да и то безрезультатно, превратился в иссеченную могучими ударами кучу дров.

Вот тебе и на. Я ж палец о палец не ударил… В Лунной Радуге приходилось наносить урон самому, чтобы заработать хоть что-то, а здесь, выходит, работала другая система распределения и опыт за этого моба просто поделился среди членов рейда?! Отличная новость!

За первой двойкой на палубу с деревянным стуком приземлился еще десяток шатунов, и схватка закипела уже не на шутку. Треск сталкивающегося оружия и рычание гхэллов разнеслись по всей палубе. Не всем пожирателям удалось приземлиться удачно — десятка полтора, промахнувшись то ли из-за порывов ветра, то ли не рассчитав скорости своего суденышка, грохнулось прямиком на левый горизонтальный парус. Несколько из них не успели зацепиться и сорвались в бездну, а двое или трое пробили в парусном крыле здоровенные дыры, тоже отправившись в небытие. Зато те, кому повезло больше, побежали к борту, довольно ловко балансируя на мачтах.

Над головой что-то громко затрещало. Быстро глянув вверх, я обнаружил, что на нас падает никем не управляемый лист Древа Смерти, на котором прибыли эти твари. Срубив острым краем макушку средней мачты, лист развернулся на ребро и громадной черной гильотиной под косым углом скользнул вниз…

Едва-едва разминувшись с парусным крылом по левому борту.

Меня зябко передернуло. Представляю, что стало бы с кораблем после потери этого паруса — из-за дыр судно и так стало ощутимо рыскать! Только я собрался облегченно вздохнуть, как над ухом заревел рог. Хорка Умный опять дунул в свою посеребренную цацку. На этот раз я уже находился в составе рейда и увидел наложенный эффект:

Однако, знатное усиление… Поневоле задумаешься над тем, что Хорка умеет, как антимаг: такой класс мне раньше не встречался.

Прямо праздник какой-то. Правда, из-за того, что я чужой на этом празднике, радости в полной мере не ощущаю — не привык прятаться за чужие спины. Чувствую, что если сунусь в бой, то тут мне трындец и наступит. Нужны уровни. Позарез!

Отбросив рог и вскинув над плечом непонятно откуда выхваченный громадный двуручный меч, Видящий без особой спешки двинулся на помощь своим воинам, внушительно позвякивая при каждом шаге сочленениями доспехов и деталями снаряжения. Я поспешно отступил на шаг в сторону, чтобы меня не снесло, словно камешек с пути катящегося валуна. Чертов пятидесятник…

А вот Алия, выставив впереди себя копье с отрешенно-мрачным выражением на лице, и Михонариум, схватившись за лук, остались рядом. Меня что ли охраняют?

— Не дергайся, — подтвердив предположение, Михонариум бесцеремонно толкнул меня еще ближе к станине левой баллисты. — Твой двадцать седьмой против сороковых безнадежен — только под ногами будешь путаться. Не хватало еще за борт улететь. Пока не сдам квест, держись поближе ко мне, сам все сделаю.

— Да-да, наслышан уже — все сам, всегда сам… Но я не твоя собственность, эльф, — проворчал я, все же снимая со спины меч и обновляя защитные ауры. Стоять безучастным зрителем, пока гхэллы и шатуны вовсю колошматят друг друга, было как-то неловко, несмотря на здравое предупреждение.

— Ошибаешься, человек, — ухмыльнулся блондин, одной рукой вскидывая лук, а другой мимолетно касаясь лютни на поясе и извлекая несколько мелодичных звуков. — Стой смирно и не агри пожирателей, иначе любой из них прикончит тебя раньше, чем успею вмешаться.

— Знаю, — я ухмыльнулся. — Просто с оружием наготове чувствую себя немного увереннее. Воином, а не бесполезным куском мяса.

Я с интересом покосился на эльфа — а что, очень даже продвинутый бафф…

А Михонариум взялся за дело всерьез — стрела за стрелой с музыкальным звуком понеслись в ближние цели, насквозь пробивая доспехи шатунов вместе с телами. Сила и точность выстрелов внушала уважение, эльф умудрялся безошибочно попадать во врагов даже среди мелькающих фигур союзников. И все же очень странный класс… Никаких сдвоенных или веерных выстрелов, как у обычных лучников, только одиночные, да еще и под музыкальное сопровождение.

Свалка в центре и не собиралась затихать. Количество шатунов всего за несколько секунд успело почти удвоиться: подтянулись опоздавшие с крыла. Палицы набравших численную мощь пожирателей лупили уже не так безобидно — на моих глазах один из «когтей» под сдвоенным ударом рухнул на колени, получив сразу в плечо и в голову. Впрочем, его тут же прикрыли товарищи, мощным напором алебард отбросив нападающих. Пострадавший псоглавый воин, ошеломленно встряхнув тяжелой башкой, довольно живо поднялся, хлебнул из фляги настойки здоровья и вновь ринулся в бой.

Хорка в этот момент добрался до свалки. Круг «когтей» поспешно разомкнулся, пропуская его вперед. И первым же ударом двуручного меча Видящий отправил ближайшего пожирателя за борт в виде разрубленных половинок. Силен, предводитель псоглавых! К тому же, как я понял, класс или спек Хорки относится к танковым — прямоходящие жучары с первым же выпадом предводителя забыли обо всех остальных и набросились на него. Впрочем, набросились слишком громко сказано. Антимаг вблизи генерировал не только агро, но и накладывал какой-то мощный дебафф, дезориентируя врагов и заставляя их промахиваться раз за разом. А те, что все же попадали по нему, били по доспехам едва-едва, словно сила вдруг покинула пожирателей и они вообще забыли, зачем тут находятся и что делают. «Когти» и без того справлялись неплохо, но мощью предводителя не преминули воспользоваться и азартно врубились тварям в спины.

— Он так и один всех уложит, — хмыкнул я, покосившись на эльфа, — даже размяться как следует не успеет. Только зачем их за борт выкидывать? А лут?

— В воздухе не до лута, — напряженным голосом ответила вместо барда Алия. Она заметно нервничала и я предположил, что ей не часто приходилось участвовать в таких схватках. — Корабль легко можно повредить. Поэтому чем быстрее покончим с ними, тем больше шансов, что доберемся до острова живыми… Воздух слева!

Рядом заскрипела поворотная платформа баллисты. Я обернулся и как раз успел увидеть, как тяжелая двухметровая стрела с громким щелчком унеслась в небо и вонзилась в наплывающий слева еще один «десантный челнок». Короткая мощная вспышка сработавшего заклинания заставила на миг зажмуриться. А когда проморгался, то лист Древа Смерти уже на две трети объяло синим пламенем, которое быстро расползалось по всей поверхности расширяющимися язвами прожженных дыр. Фигурки не успевших высадиться пожирателей посыпались вниз как игрушечные солдатики, быстро исчезая в Белой Мгле. Следом за ними полетели горящие клочья развалившегося листа.

Управлявший баллистой «коготь» удовлетворенно рыкнул, радуясь удачному попаданию. О, да это Мэйх Остроухий, с которым довелось столкнуться на острове. Выхватив из длинного приземистого ящика новый снаряд, стрелок уложил его на направляющие и принялся крутить ворот, чтобы вновь натянуть тетиву орудия. Его мохнатый собрат Корх Меткач, вращая за рукоятки вторую установку и от азарта вывесив из пасти капающий слюной лиловый язык, высматривал следующую цель…

В этот момент все и пошло наперекосяк.

Прилетев откуда-то сверху, короткая стрела вонзилась Корху в глаз. «Коготь» зарычал от боли, отпрыгнул от баллисты и столкнулся спиной с Алией. Девушка была вдвое легче, поэтому неудивительно, что массивный псоглавый сшиб ее с ног. Копьеносица продемонстрировала чудеса ловкости — в падении умудрилась извернуться и вцепиться «когтю» в доспехи, но сделала лишь хуже для обоих — гхэлл окончательно потерял равновесие. Все произошло настолько быстро, что я ничего не успел предпринять. Да и не только я, для Михонариума все это тоже оказалось полной неожиданностью. Он лишь машинально дернулся вслед, да было поздно. Только что гхэлл и копьеносица были рядом, и вот уже с криком исчезли за бортом.

Прошипев сквозь зубы про своих любимых «темнозадых демонов», эльф вскинул лук и начал садить стрелу за стрелой вверх. Я тоже задрал голову, до боли в пальцах стиснув рукоятку клинка. Вот тебе и «еще успеешь познакомиться»… да что за гадство такое! Я совсем не знал эту девушку, но такая бессмысленная смерть поневоле взбесит и зажжет в душе пламя мести. К тому же она была единственным человеком, которого я успел здесь найти! Надеюсь, Белая Мгла не заберет ее сейвы и она сумеет возродиться в Колыбели форта…

Оказалось, пока шатуны отвлекали внимание воинов на палубе, на верхних перекладинах двух мачт закрепилось не меньше двух десятков уродливых как смертный грех трубочников. После чего они из духовых трубок открыли массированную стрельбу дротиками по защитникам корабля. Первая же стрела эльфа сшибла одного из стрелков, который явно в него и метил. Гремя сочленениями как ворох деревянных поленьев, пожиратель грохнулся о палубу и после мощного пинка разъяренного потерей товарища Мэйха Остроухого улетел за борт.

К этому моменту судно полностью закончило разворот и один из стражников на варнах тоже попытался снять кого-нибудь из трубочников из арбалета, но промахнулся. Не прерывая стрельбы, Михонариум отклонился всего на несколько сантиметров и «дружественный» арбалетный болт свистнул мимо его головы. Пока стражи выполняли роль тягловой силы, свобода действий у них была плачевная, а положение для стрельбы назад — крайне неудобным: того и гляди сам слетишь с загривка варны, пока вертишься в поисках цели.

Меня эти твари пока не замечали. Не участвуя в бою и не генерируя агро, я был для них слишком незначительной целью. Вновь окинув быстрым взглядом окружающее пространство над кораблем, я обнаружил, что десантных листьев в пределах видимости уже нет. Миновав Быстроглазого, большая их часть устремилась к ближайшему острову, который проступил впереди по курсу окутанным со всех сторон молочными облаками темно-зеленым массивом. Расстояние в полкилометра — непреодолимая планка, чтобы прочитать название острова. Но это мелочи. Главное, что идем к суше, не уповая на победу в воздушном сражении.

Стрелы эльфа продолжали с безжалостной методичностью находить цели, сбивая врагов с перекладин. И только мне приходилось стоять истуканом, ничего не делая. А ведь в Лунной Радуге я завалил парочку эпических монстров куда покруче этих рядовых пожирателей. Правда, на первого пришлось потратить целый сейв, чтобы уничтожить монстра Местью камикадзе, а на втором крайне вовремя прокнула удача с Хваткой лича, выдернув из его тела кристалл сущности и тем самым прикончив. Не случись этого, и кто знает, стоял бы я сейчас здесь, на палубе этого корабля?

Да хрен с ними, с уровнями пожирателей! Превышают мой на пятнадцать с лишним? Ну и что?! Те монстры преобладали надо мной только на 6 уровней, но зато они были эпические!

К чертям собачьим это бездействие!

В два шага оказавшись возле оставшейся без управления баллисты, я попытался ее развернуть, чтобы сбить уже наложенной стрелой тварей с верхней перекладины мачты. Но где там — то ли платформу от поворота удерживал какой-то неизвестный мне стопор, то ли мне с моим двадцать седьмым не хватило сил, но даже с места сдвинуть ее не удалось.

— Не-не-не! — испуганно заорал эльф, заметив мои потуги. — В стрелы метателя вложен магический заряд! Подожжешь паруса и тогда нам точно конец!

Да, это я не подумал…

Михонариум вдруг отшатнулся, едва не ударившись плечом о баллисту. Скривившись от боли, он выдернул из щеки глубоко вонзившийся дротик — кровь брызнула из раны, потекла по подбородку и проступила на губах.

— Братец, я же сказал тебе — в укрытие! — довольно сердито буркнул мне бард.

Я раздраженно оглянулся. Ну и где тут укрыться? За баллистами толком не спрячешься. Мне что, прямо сквозь ряды сражающихся пробиваться, чтобы позорно заныкаться в расположенной на корме каюте Хорки Умного? Бред в квадрате.

Вместо зелья исцеления этот остроухий тип снова взялся за лютню. И как она ему поможет, спрашивается?! В следующую секунду выяснилось, что барда я недооценил. Да и откуда мне знать возможности этого класса, если раньше сталкиваться с его обладателем не доводилось?

Да он полон сюрпризов, этот бард! А я еще гадал, почему в команде корабля нет ни одного целителя! Бард и есть рейдовый целитель!

Еще один трубочник врезался в палубу всего в двух метрах от меня. Переломанная надвое духовая трубка отлетела в сторону, но сам пожиратель тут же вскочил на корявые лапы и выхватил короткий костяной кинжал. Жизни у твари оставалось больше половины, хотя обломок стрелы торчал прямо из безглазой башки. И по направлению этой башки я отчетливо ощутил, что моб смотрит на Михонариума, явно взбешенный его стрельбой. Рядом рухнул следующий трубочник, повреждённый сильнее первого, но и он заворочался, пытаясь встать. Прямо на него свалился третий, подмяв родственника под себя. А эльф, словно не замечая кучу-малу, продолжал опустошать колчан по мишеням наверху. Зато врагов заметил «коготь». Мэйх Остроухий с металлическим звоном выдрал алебарду из оружейных креплений на боку баллисты и ринулся в схватку, чтобы отвлечь на себя внимание врагов и дать эльфу возможность спокойно работать по целям дальше.

Нет, просто немыслимо оставаться в бездействии, когда враг стоит прямо перед тобой и собирается продырявить твоего товарища! Тем более при поддержке такого мощного союзника, как «коготь»! Пусть агрит, а я как-нибудь пристроюсь за ним, глядишь, моб на меня и не обидится… Бегло определив ротацию способностей и исключив из нее Обжигающую вспышку и Копье пламени: все, что могло воспламенить корабль, я отбросил осточертевшие колебания и ввязался в бой.

Как только Мэйх налетел на трубочника и замахнулся алебардой, я выхватил из подсумка кристалл сущности и бросил гхэллу под ноги, активировав клановое Знамя защиты. Плевать на расточительство — крисы как-нибудь еще заработаю! Доски палубы в месте попадания озарились короткой вспышкой, расширяясь концентрическими кругами, волны света мгновенно растеклись до самой кормы, на полминуты усилив защиту… О как! И не только мою. Оказалось, что пока я нахожусь в составе рейда, боевые массовые способности работают на общее благо, в том числе и клановые, так что я поднял защиту всего рейда!

Мэйх взмахнул алебардой с явным намерением перерубить трубочника пополам, но массивное лезвие лишь врезалось в палубу, выбивая щепу. Промахнувшись мимо поразительно ловко увернувшегося от удара врага, «коготь» тем самым подставился, открыв бок, и в него тут же глубоко погрузился костяной кинжал твари. В ярости Мэйх оглушительно зарычал, из-за бешеного прилива адреналина наверняка не чувствуя боли, и замахнулся снова. Я решил больше не медлить и не ждать, пока он стянет агро на себя, ситуация не располагала к созерцанию. Врубив Теневое преимущество, я перетянул трубочника Плетью боли и заставил его оцепенеть… Прокнув, плеть перескочила на двух соседних уродцев, тоже превратив их на 2—3 секунды в истуканов. Удивляться буду потом… три быстрых светящихся росчерка Пламеня — три самых обычных удара, высекающих из трубочника твердые как дерево куски плоти, чтобы набрать очки атаки для Ледяного шквала…

И снова прокнуло. Под ударом наискось врезавшегося в плечо меча плоть и скроенные из черной листвы доспехи мгновенно покрылись инеем: сработала Заморозка, весьма нечастый эффект завершающего удара. Но меч, само собой, на этом не остановился, и в следующий миг трубочник под натиском стали с треском развалился на бесформенные куски. Все же сражаться под сложенными баффами Дыхания ветра и Теневого преимущества — настоящий кайф, а с рейдовыми усилениями от Михонариума и Хорки — вообще сказка. Трубочники, только что казавшиеся невероятно ловкими и быстрыми, теперь по моим ощущениям едва двигались, будто внезапно одряхлели, и уворачиваться от их медленных и неуклюжих выпадов почти не составляло труда. Долго такое счастье, конечно, не продлится, а откат выжравшего при применении тысячу энергии Теневого преимущества — целый час, так что каждое мгновение нужно использовать сполна.

Еще двоих трубочников мы с «когтем» прикончили за несколько секунд. А когда я обернулся к Михонариуму, чтобы проверить, как там у него дела, то обнаружил, что его окружили еще трое уродцев, заставив забросить лук за спину и отмахиваться кинжалом. Довольно ловко отмахиваться, надо заметить, но сразу трех противников для бойца, заточенного на дистанционный урон, явно было многовато.

Замигавшая иконка перезарядившейся раньше времени Плети боли слегка озадачила, но доискиваться причин было не ко времени. Я тут же нашел ей применение, хлестнув по трубочнику и повесив на него Метку еретика. Мне ведь по-любому необходимо прокачивать божественные способности, поэтому сейчас весьма подходящий момент испытать связку Теневого прокола с Хваткой лича. Мысль тут же претворилась в действие. Свет перед глазами мигнул и кулак с зажатым в пальцах кристаллом, выхваченным из запасов, врезался твари в спину Хваткой лича. Эффект вышел неожиданным. Рука пробила плоть трубочника, погрузившись в него по запястье. Фрейм жизни пожирателя мгновенно скатился в красный сектор, после чего тот испустил дух и сложился бесформенной кучей. Пользуясь эффектом действия последних секунд Теневого преимущества, я в несколько быстрых ударов зарубил еще одного трубочника, а последнего прикончил подоспевший Мэйх Остроухий. Его алебарда со всего размаху саданула тварь сбоку, пригвоздив ее к станине баллисты и разрубив на ней надвое, как полено на колоде для колки дров.

— Неплохо, человек, — лающим голосом обронил «коготь», оборачиваясь и поднимая забрызганную прозрачной жидкостью алебарду.

— Хей, даешь жара, братец! — эльф кивнул, не без удивления глядя на меня. — У тебя точно двадцать седьмой уровень? Не маскировка? И как часто ты можешь применять эту Хватку лича?

— Как думаешь, Хорка не будет против, если заберу крисы с этих трупов? — Я усмехнулся, чрезвычайно довольный эффектным результатом. Оглянувшись на центр корабля, понял, что схватка закончилась и там — «когти» уже обдирали трупы, которые в пылу боя не успели улететь за борт. — Мои запасы заканчиваются, а без расходников такого трюка уже не получится…

— Проклятье на наши головы! — вместо ответа выругался Михонариум, оборачиваясь и хватаясь за рукоятки левой баллисты. — Делай как я и держись изо всех сил!

— В чем дело?

— Да хватайся уже!

С судном явно что-то происходило. Причем что-то нехорошее. То ли мы падали, то ли слишком быстро спускались. Преодолевая нарастающее сопротивление воздуха, я рядом с бардом вцепился обеими руками в баллисту и оглянулся через плечо. Ах вот оно что. Повреждение левого парусного крыла не прошло даром — почти половина полотна превратилась в громко хлопающие под напором ветра лохмотья, подъемная сила упала и корабль вдобавок к падению начал все сильнее крениться на левый борт.

Мэйх поспешно добрался до соседней баллисты, воткнул древко алебарды в оружейные крепления и тоже как следует взялся за рукоятки.

Варны изо всех сил тянули нос корабля вверх, но удержать сам корабль на прежнем курсе было не в их силах, эти крылатые создания служили лишь для ускорения маневров, пока судно находится в полном порядке. В конце концов, повинуясь лающей команде Хорки, стражи отцепили и отбросили тросы с крючьями от колец на шеях своих варн, после чего тревожно закружили сверху. Иначе тяжесть судна утянула бы их за собой.

Бард в своем репертуаре, продолжает удивлять. Интересно, почему раньше ждал — долгий откат?

Отчасти успокаивало, что скорость все-таки казалась не такой уж и катастрофической и мы уже неслись над густо поросшим лесом островом, так что падение в бездну больше не грозило. Но приземление не обещало быть мягким. Здесь лес был совсем не таким, как на острове Потерянных Душ. Деревья оказались низкорослыми, и благодаря желтовато-зеленой листве и форме многочисленных, близко прилегающих к стволу ветвей напоминали здоровенные початки кукурузы. И вот на это «кукурузное поле» мы и пикировали. Разойтись с деревьями без столкновения уже было невозможно, что и подтвердил раздавшийся под днищем треск. Как я ни старался подготовиться к этому моменту, но удержаться не смог. Нос резко подбросило вверх, затем он снова нырнул, глубоко просев среди мелькающих по бокам крон, и меня, как тараном, снесло стремительно надвинувшейся спереди веткой.

Страшный по силе удар мгновенно швырнул в темноту.

Боль, старая подруга…

Именно она заставила меня очнуться.

Я лежал ничком на холодной земле и двигаться не было ни малейшего желания. Судя по таймеру, сознание покидало меня всего на несколько секунд. Правое плечо привычно пекло Знаком Алана: сообщение от моего темного покровителя, что ему не нравится ситуация, но его недовольство ничто по сравнению с тем, что творилось со мной в целом. А чувствовал я себя так, как, наверное, себя чувствует стеклянный стакан после безжалостного удара молотка — все вдребезги. И чтобы собрать воедино все осколки разбегающихся мыслей, требовались значительные усилия тела и духа.

Мда, Абсолют врубить не успел, слишком быстро все произошло. Живая броня не сработала — помяло меня не настолько серьезно, как казалось по ощущениям, здоровье упало всего процентов на пятнадцать. Всего лишь разбил в кровь руки и лицо, да и в грудной клетке будто засел кусок этой чертовой ветки, на которую меня угораздило так неудачно напороться. Подозреваю, что без Песни защиты барда пришлось бы гораздо хуже. Поневоле выматеришься. Корячишься тут, прокачиваешь способности, противостоишь крутым монстрам, а потом вот такая фигня в виде банального тычка физической реальности спускает с небес на землю и вырубает от болевого шока, пусть и кратковременно. Еще и дебафф вон висит внутренние повреждения средней тяжести, прямо смех… Вот только смеяться что-то не хочется, когда харкаешь кровью.

Нужно будет выяснить насчет зелья здоровья — где взять и сколько это будет стоить? Оно особенно нужно вот как раз для таких случаев: когда под рукой нет врагов, на которых можно подлечиться Душеловом. Да и драться в таком состоянии нет ни малейшего желания, надо хоть немного в себя прийти.

Со стоном поднявшись с земли, я кое-как осмотрелся. Не обнаружив ничего угрожающего, нехотя двинулся в том направлении, куда скрылся корабль. Каждый шаг поначалу отдавался болью в теле, но затем природная выносливость аватара начала брать свое и боль пошла на убыль, позволив немного ускорить шаг. Кстати, не стоит забывать, что где-то здесь должны бродить отряды пожирателей. Хорошо еще, что остров с воздуха выглядел довольно большим, напоминая очертаниями гигантский наконечник копья, что, по всей видимости, и дало ему название. На таких площадях не то что отряды, армию можно потерять, так что не обязательно столкнусь с ними сразу…

Над головой захлопали крылья. Резко подняв взгляд, я обнаружил одного из стражей небес, парившего над лесом верхом на варне. Затем впереди среди деревьев замелькали смутные фигуры, но хвататься за меч не пришлось. Я узнал Михонариума в сопровождении двоих «когтей». Что ж, рад, что не бросили на произвол судьбы.

— Хей-хо, Зуб, неужто уцелел? — заухмылялся бард, останавливаясь в отдалении и берясь за лютню. — Ты даже не представляешь, как я этому рад! Ну все, пошли сдавать мой квест, Видящий готов с тобой поговорить. А чтобы двигаться было веселее, лови:

— Спасибо, — я устало приостановился, позволяя токам живительной силы исцеления растечься по телу. — На корабле та же самая Песнь восстановления дала 30%, почему сейчас меньше?

— Глазастый. Все просто: воин использует очки атаки, я же, как бард, очки модуляции, которые накапливаю при простых аккордах и привязанных к ним выстрелах. Так как сейчас было только два очка из пяти возможных, то и результат соответствующий. Давай, шевели ногами, Зуб, хватит с тебя уже справочной информации. Время не ждет. А Хорка — тем более.

— Как антимаг, я способен почуять любую ментальную угрозу за много километров. Проблема в том, что Древо Смерти источает такую мощную ауру зла, что на ее фоне огоньки разума обычных пожирателей просто гаснут, как огоньки свечей на ветру. Их никак не вычленить в этой ауре, будь волна вторжения хоть из тысячи листьев. Именно поэтому мне всегда нужен впередсмотрящий не из гхэллов — с хорошим зрением. Воин Алия не оправдала моих ожиданий. Возможно, потому что этот рейд был для нее первым и ей не хватило боевого опыта.

Даже так? Первый рейд и такой облом? Так вот почему она держалась так отстранено. Алия всего лишь нервничала и ей было не до знакомств и отвлеченных разговоров. Как я ее понимаю… Обидно за девушку.

Прислонившись к шершавому древесному стволу, теплому от солнечных лучей, я внимательно слушал Видящего. Баффы барда подлатали меня неплохо, грех жаловаться, а регенерация почти завершила восстановление. Почти, потому что дебафф внутренние повреждения еще висел, да и тонус пока далек от идеала. Так что опора за спиной облегчала общение.

— Но ты пожирателей почуял. Благодаря своему покровителю. Не так ли?

Я вздрогнул и от острого взгляда белогривого гхэлла это не укрылось. Хорка понимающе скривил пасть. Какого черта? Откуда он знает об Алане Темном? Я же поснимал все доступные галочки, чтобы скрыть о себе как можно больше информации.

Заложив руки за спину, Видящий с задумчивым видом расхаживал передо мной взад-вперед. Двуручный меч он оставил на корабле под присмотром «когтей» и из оружия с собой у него был только кинжал, но менее опасным он от этого не выглядел. Мы вдвоем находились на некотором отдалении от корабля: хотя при приземлении Быстроглазый проделал нехилую лесную просеку, его корпус более-менее уцелел. И сейчас возле него суетились почти все «когти», взявшись за молотки и топоры. Требовалось вырубить окружающий лес, растащить завал из деревьев, образовавшийся возле носа корабля, а заодно вытесать и поставить новые мачты для боковых крыльев взамен сломанных. Гхэллы демонстрировали слаженную работу и хорошие навыки ремонта: им без сомнения уже не в первый раз приходилось заниматься подобной починкой. Стражники на варнах реяли высоко в небе над нашими головами, контролируя территорию и высматривая опасность. Михонариум по распоряжению Видящего скрылся в лесу — предпочел тяготам плотника работу разведчика. То, что не увидят стражи со своим ущербным гхэловским зрением, наверняка заметят острые глаза эльфа.

Хорка специально отвел меня от общей суеты на сотню метров, чтобы разговор состоялся не при свидетелях. Не потому, что не доверял своим «когтям», это вряд ли, просто про некоторые договоренности даже ближайшим подчиненным знать не следует. По крайней мере, я это уединение понял именно так. И не ошибся.

— Ты не привязан к Колыбели форта, но все же привязка у тебя уже есть, — все так же задумчиво продолжал Видящий. — Ты используешь способности, о которых я никогда не слышал. Плеть боли, Хватка лича… Весьма интересно. Твоя защита и урон соответствуют параметрам моих «когтей», хотя ты всего двадцать седьмого уровня. Я приказал Михонариуму оберегать тебя, но оказалось, что ты вполне справляешься сам. Кстати, Михонариум ведь предупредил тебя насчет лжи?

Я машинально кивнул, не сразу сообразив, что таким ответом могу подставить эльфа. Но сейчас меня больше заботило, какие выводы Хорка сделает из полученной в ходе боя информации по рейдовым логам и что за этим последует. Возможно, я и в самом деле погорячился, подравшись с трубочниками. Но шила в мешке не утаишь — рано или поздно об этих способностях ему бы доложили. Не могу же я постоянно таиться и сражаться лишь простейшими абилками. Так может и к лучшему: сразу выяснить, чем мне это может грозить или что я с этого могу иметь?

— Вечно он спешит, — проворчал гхэлл. — Знает, пес брехливый, что полезен мне и моей команде, как никто другой, вот и позволяет себе больше прочих. Допрыгается когда-нибудь. Ладно, с ним потом разберусь, сперва нужно решить, что делать с тобой.

— И почему же со мной обязательно нужно что-то делать? — я напряженно усмехнулся. — На исключительность я не претендую, вполне могу обойтись ролью обычного новичка…

— Видимо, предупреждение Михонариума не слишком закрепилось в твоем сознании, — перебил Видящий, резко остановившись напротив и вперив меня тяжелый взгляд. — Зря. Я знаю о таких, как ты. Когда-то это должно было случиться и со мной — встретить начинающего Ключника. Молчишь? Не ожидал? Тебе еще предстоит многое узнать обо мне и моих возможностях, как Видящего. Будь осторожен в ответах.

Покачав массивной собачьей башкой, гхэлл снова принялся вышагивать туда и обратно.

— Бояться тебе незачем, эта информация доступна только Видящим. Если сумеем договориться, то эта тайна останется со мной. Если не сумеем, то расклад такой — мои гхэллы на всех островах начнут за тобой охоту, пока не поймают и не запрут на леви-руднике. Даже если ты будешь уходить от преследования через смерть, тебя это не спасет — количество сейвов не бесконечно. Может случиться и так, что Белая Мгла отнимет их все разом. А упасть в нее проще простого. Могу швырнуть прямо сейчас, край острова недалеко, и посмотрим, сумеешь ли ты не утратить душу. Допустим, сумеешь. В осколке ты не сможешь сидеть вечно. Чтобы его развивать, нужен постоянный доступ к полноценному миру для добычи ресурсов.

Я мысленно выругался. Ну твою же… Именно этого я и боялся, что стелить он начнет мягко, а падать придется жестко. Вот тебе и покрасовался со своей «исключительностью».

— А зачем мне возвращаться в Небесный Архипелаг после того, что я сейчас услышал? — хмуро спросил я. — Могу поискать и более гостеприимный мир.

— Ты явно еще не пробовал открыть новый портал, — Хорка издал лающий звук и я не сразу догадался, что гхэлл так смеется. — Иначе я не услышал бы этого вопроса.

Да уж, он действительно знает больше, чем я. И что не так с новым порталом? Я что, запер себя в этом Небесном Архипелаге, как только привязал к нему маяк? Или Хорка имеет в виду нечто иное? Все-таки тяжело строить предположения, обладая лишь крохами скудной информации.

— Что конкретно ты от меня хочешь, Видящий? И что такого кроется в Ключнике лично для тебя, раз ты готов сохранить мою тайну?

— Я обладаю кое-какой информацией по Ключнику, которая может приоткрыть для тебя завесу будущего развития. И именно эта информация движет мной при заключении этого соглашения. Такая награда тебя интересует?

— Так что от меня требуется?

— Будешь глазами и ушами на подвластных мне территориях. Это в ближайшей перспективе.

— Шпионом?

— Разведчиком, — насмешливо поправил Хорка Умный. — Ну а когда подрастешь, как Ключник, и как следует поработаешь на меня, придется выполнить еще одно условие, прежде чем я разрешу тебе покинуть мою локацию.

Я хмуро отвел взгляд, задумавшись. Хорка, конечно, не император Великой Стаи, а всего лишь командующий Форта Бдительного, но на территории этих земель он царь и бог, здесь его власть абсолютна и недооценивать его предупреждений не стоит.

— И какое условие?

— Не все сразу, человек. Не все сразу. Задачи нужно решать постепенно. Сперва я должен тебя проверить на благонадежность. Твой рассказ о себе и будет этой проверкой. Кем тебе быть после нее, врагом или союзником, зависит только от тебя самого.

— Я готов принять твое предложение, Видящий. Но у меня тоже будет два условия. Допуск в осколок останется только у меня и моих соклановцев и ни под каким видом не будет принуждения изменить это условие.

— Приемлемо. Я даже освобожу тебя от налогов, пока базой для твоего клана будет служить осколок, а не подвластные мне территории. Алтарь твоего покровителя тоже должен остаться в осколке, в этот мир ты его не выпустишь, нам хватает своих богов. Территории и последователи давно поделены между Горэлом и Йеноху. И поверь на слово, эти боги не любят конкурентов. Каково второе условие?

Подозрение, что Видящий способен видеть характеристики любых игроков, даже если они скрыты системно, окрепло. Если так, при разговоре с ним действительно надо тщательно взвешивать каждое слово.

— Мне нужна лицензия искателя.

— Михонариум посоветовал? — Хорка снова издал короткий лающий смех. — Плут. Чтобы получишь лицензию искателя, нужно достичь тридцать пятого уровня и заработать минимальную репутацию в десять тысяч призовых стимулов. Это закон, который нельзя обойти. Но я и сам намерен предложить тебе эту лицензию, так как это входит в мои планы. Поступим так. Отпускать тебя на обычные задания по стандартному сценарию для новичков не в моих и не твоих интересах, слишком долго. Тем более, что удача сама плывет нам в лапы — набег пожирателей пришелся очень кстати. Как Видящий, я имею право слить тебе часть опыта рейда. Столько, сколько необходимо для достижения тридцать пятого уровня. Но не ожидай, что эта услуга обойдется тебе даром. Итак, правда или ложь? Чем ты готов со мной поделиться, человек?

Хорка снова остановился и вперил в меня тяжелый, пронизывающий взгляд.

Мы были одного роста, но более коренастый и массивный, отчасти благодаря доспехам, Видящий ощутимо подавлял своим присутствием. Харизмы у него не меньше, чем у меня, это точно. Скорее всего, гораздо больше. Мда… С этим парнем действительно шутки плохи. Он поставил меня просто в безвыходное положение. Я понятия не имею, насколько полна его информация об осколках реальности и возможностях их обладателей… Да Алан меня забодай, я сам мало что об этом знаю. А значит, пытаясь недоговаривать, могу попасться на любом неосторожном слове. Ну и надо мне такое? Ловчить, хитрить, утаивать? Носиться с этой тайной, как дурень с писаной торбой? Ради чего? Чтобы нажить врага и связать себе руки в Небесном Архипелаге? Чтобы постоянно бегать от стражников Хорки, где бы я не появился? И сильно ли я продвинусь в поисках при таких условиях существования? Я ведь даже с одним «когтем» не справлюсь, а даже если и справлюсь, врубив Хватку лича или Камикадзе, дальше-то что? Или мне прямо сейчас сигануть в Белую Мглу, не дожидаясь, когда это сделают «когти»? Чтобы избежать драки и сохранить это чертово инкогнито, которое, как только что выяснилось, вовсе не является тайной за семью печатями?

Так может, умнее просто воспользоваться исключительным по сути предложением Хорки без всяких задних мыслей? Закрепив с ним отношения и подняв репутацию, я повышу шанс на получение заданий, которые дают многократно больше опыта, чем стандартные ежедневки в поселках. Не говоря уже о невероятном предложении разом поднять мой уровень до 35! Разве не это моя цель — подняться как можно быстрее, чтобы найти свой клан? Ради этого можно и на ежа голой задницей сесть, потерплю как-нибудь!

К месту говоря, меня по-прежнему не оставляла твердая уверенность, что я должен был попасть со своим кланом в один и тот же мир, и если его здесь не оказалось, то вполне возможно, что это какие-то выверты со временем. Вроде тех, какие происходили в Лунной Радуге. Или я появился здесь значительно позже клана и «Охотники за удачей» по каким-то причинам уже покинули этот мир, или ребята здесь еще даже не появлялись. Скорее всего, второе. В любом случае, чтобы окончательно прояснить ситуацию, мне нужна спокойная обстановка для поисков ответов!

Есть и другие веские аргументы в пользу такого союза, пусть и предложенного с позиции силы. Для Михонариума моя привязка к системе при установке астрального маяка сразу бросилась в глаза. Разумно предположить, что еще не раз и не два возникнут ситуации, когда окружающие по тем или иным причинам узнают обо мне больше, чем того хотелось. И наверняка появятся желающие завладеть цитаделью — от такого убежища вряд ли кто откажется по доброй воле. Неважно, что допуск к цитадели есть только у меня: сумасбродов всегда хватает, которые сперва действуют, а потом думают. Если думают вообще. Хорка же обещает сохранить эту тайну в своих интересах, уж не знаю, каких именно, хотя догадки есть. Более того, для командующего фортом при его возможностях не составит большого труда решить тем или иным способом проблемы с наиболее назойливыми или любопытными деятелями. А то и загнуть раком целый клан, если возникнет такая необходимость. А еще белогривый гхэлл что-то знает об осколках, а мне такой источник информации крайне интересен, даже скажу — насущно необходим. Сплошные плюсы. Большие и подозрительные. Но пока Хорка не получит поводок в виде моего согласия, мне ничего не светит. Кроме крупных неприятностей.

Печать Алана заныла, пронизывая плечо. Но как-то странно, не столько предупреждала, сколько… подбадривала, что ли? Получается, что мой покровитель не против такого расклада и условие с алтарем его не тревожит?

О как…

Сдается, с Видящим действительно стоит иметь дело, пусть и на его условиях. Хотя по способу ведения дел ему куда больше подходит имя не Умный, а Расчетливый, Себе На Уме.

А тайны… да гори они синим пламенем!

Вздохнув, я подтвердил, что принимаю задание. А чтобы точно не ошибиться и не сорвать квест, за точку отсчета рассказа взял песочницу из Дивносада.

Я снова падал и сердце колотилось в груди, как раненная птица в сжимающейся капканом стальной клетке.

Только на этот раз все способности почему-то оказались в откате, а перстень Стезя стойкости со встроенным Абсолютом по непонятно какому расчету остался в цитадели. И теперь, вывалившись из портала на чудовищно огромной высоте, я беспомощно падал на этот чертов остров, без малейшего шанса на чудесное спасение. С каждой секундой остров становился все больше и ближе, а ветер так громко свистел в ушах, что заглушал отчаянный крик, хотя вопил я во всю силу легких…

— Боос! Бо-ооос! Да чтоб тебя!

Весьма чувствительный шлепок по щеке заставил открыть глаза и рывком сесть на кровати. Сперва я ошалело уставился на Кроху, с возмущенным и одновременно обеспокоенным видом жужжащую перед моим лицом, затем окинул взглядом жилой этаж цитадели. Слава Алану, это всего лишь сон, а я по-прежнему нахожусь там же, где и прилег…

Взгляд поспешно упал на таймер. Вот же зараза! И полчаса не прошло, как кошмар заставил пробудиться! Ладно, все равно залеживаться некогда. Хорка со своим рейдом по-прежнему ждет меня на Пустынных Холмах — острове, который мы зачистили от пожирателей последним. Зачистка продолжалась уже трое суток, оставив в памяти массу ярких впечатлений, и за это время удалось вырваться в цитадель только дважды, да и то лишь на полтора-два часа.

Цели Хорки и его пристальный интерес к осколку реальности пока для меня туманны, но он определенно не желал, чтобы мой осколок сгинул в мое отсутствие. Поэтому стоило только заикнуться о необходимости перезарядки энергоисточников или ремесленных алтарей, как рейд тут же отправлялся на перерыв до моего возвращения.

Впрочем, я не злоупотреблял и не жаловался на короткий отдых. И этого вполне достаточно, чтобы разгрести текущие дела и даже немного поваляться в одиночестве на кровати, морально отдыхая от пристального внимания множества чужих глаз, следящих за каждым твоим шагом. И тонус вполне успевал восстанавливаться. Именно в этом и состоит прелесть аватара — нет необходимости в долгом отдыхе. А по-настоящему отдохну после окончания события, когда Хорка выполнит свои условия. Заодно и проверим, насколько твердо его слово и можно ли на него полагаться в дальнейшем.

Машинально коснулся слабо зудящей мочки уха. Только-только закончила регенерировать, какой-то особенно настырный трубочник в пылу схватки умудрился отсечь костяным кинжалом часть уха, я даже не сразу заметил. Позже обнаружил, что кое-чего не хватает — Серьги двух лун. Первое мое приобретение в Лунной Радуге, подарок охтанов, но по параметрам мусор, так что жалеть не о чем.

В целом гхэллы обращались со мной достойно. Как я ни старался драться предельно осмотрительно и лишний раз не подставляться, все равно иногда возникали ситуации, когда я оказывался в гуще отчаянной свалки. Но «когти» не дремали, всегда бросались на выручку и отбивали, не допуская серьезных ранений.

Вообще, тесно пообщавшись с Михонариумом и понаблюдав за поведением гхэллов лично, я пришел к определенному выводу. Угроза Хорки в преследовании, в тот памятный день, когда состоялся наш первый разговор, это вовсе не из-за скверного характера Видящего, а скорее характерная черта всей его расы. Гхэллы во многом парадоксальны и просто не могут не действовать с позиции силы, когда вполне можно просто договориться. В бою любой из «когтей» отдаст жизнь за товарища, а в минуты отдыха, теша звериные инстинкты, не упустит возможности посоревноваться с ним за место в иерархии, самоутвердиться за его счет. Лозунг их жизни — «сильнейший всегда прав!» Но как только возникает опасность, все гхэллы снова единое целое без оглядки на личные боевые заслуги каждого по отдельности. Все это не означает, что я вдруг проникся к псоглавым нежными чувствами, но я хотя бы начал их понимать лучше. И теперь относился с еще большей осторожностью, чем раньше.

— Босс?

Ну да. Тишина и уют. Когда Кроха желает, чтобы ее услышали, то ее пронзительный голосок и мертвого поднимет.

Я поднял валявшийся на полу пояс, достал из подсумка трубку и основательно похудевший кисет. Поколдовав с табаком и зажигалкой затянулся, медленно выпустив голубоватые струйки дыма. Хорошо. И не хочется никуда спешить. Но надо.

— Так что случилось, малышка?

— Ты меня беспокоишь! Орал как резанный! И я не малышка! Сколько раз…

— Ну а я не босс. Ближе к делу, Кроха.

Отложив на табурет трубку, я поднялся с кровати и принялся облачаться в доспехи — панцирь, поножи и наручи скинул на пол перед отдыхом, достало все время ходить упакованным, как консервная банка. Время тикает, поэтому лучше поспешить. Черт, какое же все уже драное, а заменить пока нечем. Прочность вещей никуда не годится.

— Опять падение приснилось?

— Угу. Сотни пожирателей с рейдом завалил, а снится именно эта хрень, как только глаза смыкаю.

— Видимо, самые яркие впечатления, поэтому так и врезались в память, — буркнула Кроха, натянув на мордашку предельно обиженную мину.

— Не спорю, прибытие в новый мир было еще то… А тебе ничего не снится?

— А мне спать некогда, — отрезала фейри и, заработав крылышками, вернулась к ремесленному алтарю, даже спиной умудряясь выражать форменное негодование. — Я тут в поте лица работаю, в отличие от некоторых.

Я печально вздохнул, глядя на Кроху. Сверкает тут, понимаешь, голой попой. Дразнит. Гормоны скоро из ушей попрут. Женщину бы мне, нормального размера… Третий мир и все не с кем завязать близкие отношения. У Алии, кстати, вроде неплохая фигурка. Эльф по своим каналам уже успел выяснить, что девушка выжила, возродилась в Колыбели через двое суток…

Брысь, непрошеные мысли.

Снова вздохнув, я молча натянул на себя панцирь из металлизированной кожи крикуна. Затем пристегнул ремень и проверил, все ли на месте, не отвалилось ли чего, когда снимал. Открутил колпачок фляги и с удовольствием пригубил глоток свежей воды. Флягу одолжил эльф, за что ему отдельная благодарность. А воду теперь можно набирать во дворе, где сервис цитадели вырастил питьевую чашу.

Закончив приготовления, снова присел на кровать и присосался к трубке, задумчиво уставившись на ремесленный алтарь в центре зала — полупрозрачный конус высотой около метра и с основанием чуть меньше метра, сплетенный магией Крохи из кристаллических веточек, листьев и иголок. Красивая штука. Во время работы алтарь мягко переливался всеми цветами радуги, искорки бегали по его причудливым переплетениям живыми огоньками. В углублениях венчающей конус широкой чаши сейчас красновато светились шесть модифицированных кристаллов. Удачно проснулся — еще минуту и их можно забирать.

Недовольство Крохи я очень даже понимаю, да поделать ничего не могу. Она нужна здесь. Кстати, рядом с алтарем лежал довольно вместительный кожаный мешок, набитый драгоценными камнями и кристаллами сущностей, как простыми, так и элитными. Поставка от Хорки. Не задаром, естественно. Схема расчета простая — раз ингредиенты его, то две трети «продукта» придется отдать Видящему для нужд рейда, и только треть я оставлю себе. Расходники измерений в данном случае не в счет, пользоваться ими могу только я и мои питомцы. Конкретно Видящего заинтересовали модификаторы параметров и фиалы реанимации. Насколько я успел понять, на Архипелаге это жуткий дефицит. Меня такое положение дел более чем устраивало, своих запасов все равно нет, крисы третьего ранга уже не подходили под новые требования, а выбивать с мобов кристаллы пятого ранга самостоятельно мне все еще проблематично.

В общем, пока сплошные плюсы — и Кроха развивалась, и сама цитадель тоже развивалась. Использование новых кристаллов с повышенной энергоемкостью увеличило период перезарядки энергоисточника до девяти суток — одной головной болью меньше. Да еще и расходники получались превосходные.

На этой мысли я ухмыльнулся: так просто Видящий свою долю не получит, слишком явно проявилась его заинтересованность в данном вопросе. Грех было упускать возможность не поторговаться. Пободались харизмой, так сказать. В результате вместо первоначально предложенного натурального обмена за каждый расходник я буду получать еще и сотню стимулов. Правда, пока начислять их некуда, активного клейма еще нет, но Хорка обещал вызвать Хранителя из форта прямо в расположение рейда, чтобы не отвлекаться от дела. Так что скоро к божественной печати прибавится накопительная. Глядишь, к сотому уровню буду весь разрисованный, как папуас.

А вот с уникальным заданием от Хорки после всех моих откровений о жизни своей игровой пока облом. Это как-то связано с механикой слива большого количества рейдового опыта одному игроку. Так что будем считать, что у меня сейчас что-то вроде испытательного периода до окончания события с пожирателями. Поэтому я все еще двадцать восьмой, а не тридцать пятый, как было обещано.

Вот такой вот казус.

Без казусов с развитием цитадели тоже не обошлось. Пока я отсутствовал, опыт за ее развитие и ремонт, в частности за завершенный зал стражи и питьевую чашу, достался фейри. Просто потому, что цитаделью рулила в тот момент именно она и система сочла ее подходящей кандидатурой для награды. Я только «за». Крохе край как нужно развиваться, она и так все время отстает от меня, так что давно пора подтянуть ее уровни. Еще Крохе досталось 15% опыта от моего свеженького двадцать восьмого уровня и опыт за изготовление расходников максимально доступного для ее способностей ранга. Все это вместе взятое позволило подняться фейри с двадцать третьего аж до двадцать шестого, что не могло не радовать. Еще больше порадовали накопившиеся очки умений Крохи: их как раз хватило, чтобы наконец добить отстающие артефакторы до третьего ранга. Как я уже упоминал, способности из «стареньких» просто подтянулись по параметрам к возможностям Крохи и пришли в соответствие к требованиям нового мира. Но о них нельзя не упомянуть, чтобы полнее оценить то, что я получил из новенького:

А вот теперь на сладкое:

Шесть малых модификаторов на +30 к силе уже лежали в подсумке и еще шесть, но уже средних универсальных на +45, я сейчас заберу прямо с конвейера.

В общем и целом, жизнь налаживалась, но для наших нужд одного алтаря было уже маловато. С кристаллами пятого ранга время изготовления любой хрени существенно возросло, так что второй ремесленный алтарь необходим как воздух. Жаль, но до сих пор у Крохи получалось создавать алтарь только на основе очага силы, а по схеме второй очаг должен располагаться в разрушенном этаже левой башни.

Сколько времени стражи потратят на его восстановление, пока неизвестно, на это влияло множество факторов. За трое суток зал стражи успел произвести пятерых помощников. Работая с редкими перерывами на подзарядку, первый успел подняться до десятого уровня, а последний, вылупившийся часа два назад, еще ничего толком не умел и только учился простейшим операциям — как ребенок, едва вставший на ноги, учится ходить. Так что приходилось очень тщательно выбирать, что изготовить в первую очередь. Первый маяк с учетом ускоряющих эффектов Кроха сделала примерно за 9 часов, по сути, урезав потенциал элитного кристалла, который мы добыли с варны. Фейри не виновата, она всего лишь добросовестно выполняла мое распоряжение. Это мне надо было как следует подумать. Но в спешке, торопясь к кораблю, я не учел существенного нюанса: ранг расходника всегда соответствует рангу слабейшего ингредиента. А так как в башне на тот момент имелись только «трешки», то Кроха послушно слепила маяк из того, что было. В результате мы получили такой же маяк, как и на острове Потерянных Душ. И который я, кстати, уже использовал, активировав на Пустынных Холмах, чтобы не мотаться за десятки километров к первому и быть поближе к месту нахождения рейда. Зато на следующий маяк пошли кристаллы пятого ранга и после активации он будет действовать тридцать дней. Сейчас он лежал в моем подсумке, как неприкосновенный запас.

Идем дальше:

Да-да. Кроме Списка Мертвых, предназначенного для разумных существ, оказывается, существует еще один — Список Забвения, исключительно для питомцев. И возник он только после потери моих подопечных.

И вновь жирные плюшки напоследок:

Черт побери, я прямо-таки кожей чувствовал, что получу нечто подобное! Даже в пляс тянет пуститься от избытка эмоций! Поневоле закрадывается мысль: а не подкидывает ли система рецепты в соответствии с ожиданиями, учитывая все, что я успел натворить за это время и чего успел достигнуть? И получил бы я Ключника, если бы у Крохи не оказалось специализации артефактора? Вполне возможно, что заработать Ключника — все равно что пролезть в игольное ушко, слишком много уникальных факторов должны сплестись в тесный узел.

Но вернемся к нашим баранам.

Итак, групповое воскрешение оказалось хоть и сложнее по рецепту (ума не приложу, где добыть 6 кридов: с пожирателей они не падали, разве что снова идти на поклон к Хорке, да не хотелось влезать в лишние долги), но гораздо выгоднее по процессу и результату. Да, воскрешенный будет «пустым», вообще без сейвов, что само по себе довольно опасно, но зато я сохраню собственные сейвы. Та-дам! Во-вторых, мой покровитель по описанию должен позаботиться о том, чтобы мне не снесло крышу. Благослови тебя, Алан Темный! Правда, сперва нужно довести репутацию до доверия, чтобы процесс вообще стал возможным, но это уже не за горами. Как показала практика, Плеть боли с учетом ее быстрых откатов оказалась по прокачке божественной репутации самой профитной способностью…

Так, стоит, пожалуй, подробно коснуться и этой темы, раз подвернулась оказия: божественные способности после системного обновления в Цитадели Крика жрали прорву энергии. Действовать приходилось с осторожностью, но я не стал упускать возможности их прокачать. И сейчас их прогресс выглядел следующим образом:

Да-да, при каких обстоятельствах эта штука срабатывает до сих пор неясно, но тот факт, что эта способность наконец отразилась в божественном списке — уже заметный прогресс. А насколько эта абилка мощная, я убедился еще в Лунной Радуге, завалив при ее непосредственном воздействии элитного защитника первородного пламени: исключительно могучую тварь, которая едва не перебила всех защитников цитадели. Идем дальше:

В воздушном бою на корабле Видящего Плеть боли, перескочив на две дополнительные цели, восстановилась вдвое быстрее — я это запомнил. И протестировал в боях на островах. Это действительно не было случайностью. Позже, когда выпали свободные минутки отдыха, прикинув соотношение репутации и ранга умения, я сумел вывести вполне логичную формулу дальнейшего роста абилок. По всему выходило, что от каждого ранга урон плети прирастает на 5%. И ровно столько же добавляет каждый шаг в репутации: нейтралитет, интерес, благосклонность, доверие и так далее (ни одна из моих репутаций выше благосклонности еще не поднялась, но Михонариум шепнул, что следующим будет именно доверие).

Итак, 10% от второго ранга плети +15% от благосклонности с Аланом Темным и получаем искомые 25% от текущего урона. Сходится.

Воспользовавшись выведенной выше формулой, легко разложил на будущее развитие и этого умения по пятый ранг включительно:

Шаг прироста от ранга: 5, 10, 15, 20, 25 сек

Шаг прироста от репутации: 5, 10, 15, 20, 25 сек

Текущая длительность: 5+15=20 сек. Сходится!

Шаг прироста от ранга: 5, 10, 15, 20, 25 метров.

Шаг прироста от репутации: 5, 10, 15, 20, 25 метров.

Текущая дальность: 5+15=20 метров — снова в яблочко!

В итоге после трех суток, наполненных множеством напряженных схваток, я очень серьезно поднялся по репутации со своим покровителем и почти вплотную придвинулся к доверию:

И вот здесь пришлось решать очередную загадку.

В ходе боев с пожирателями прогресс рейдового задания Защитники форта Бдительного выглядел следующим образом:

Попутно, кстати, выполнился контроль популяции по трубочникам и шатунам, пополнив копилку очков умений на две единички, но сейчас речь идет о репутации, разобраться с этим моментом было для меня куда важнее.

По элементарным расчетам для такого результата мне потребовалось бы использовать Плеть боли не меньше 5—6 тысяч раз, а Теневое преимущество и Теневой прокол хотя бы по 50 раз каждое. Так откуда, спрашивается, такое охрененное количество репутации с Аланом, если ласты склеили всего несколько сотен целей и далеко не всех из них я одарил «божественными ласками»? Угу, пришлось поломать голову. Даже учел, что когда плеть прокает по двум-трем целям сразу, то получаю по единичке репутации за каждую. Потом заметил, что, когда срабатывает Великий уравнитель, репутация от любой примененной в этот момент способности тоже увеличивается в несколько раз. Но все равно не сходилось. И очень сильно не сходилось, что меня подсознательно беспокоило. Не сходилось до тех пор, пока не вернулся в цитадель, и не обнаружил, что…

— Босс? Ты опять заснул, что ли? — Я поднял взгляд, вопросительно уставившись на фейри. Та деловито отрапортовала: — Расходники готовы. Заберешь или мне их возле алтаря оставить?

Живо поднявшись, я подхватил стоявший у изголовья кровати меч, подошел к алтарю и вставил в заранее освобожденный слот рукояти расходник нового типа.

Вот этим и хороши универсальные модификаторы. Имея под рукой всего один расходник, я мог повысить любую характеристику по своему выбору! Шик! Согласившись на силу, с чувством глубокого удовлетворения полюбовался результатом:

Следующий средний универсальный модификатор отлично вписался в слот кинжала Коготь Змея. Теперь оставлять его в цитадели смысла не было, а его урон был для меня неважен: вещь просто послужит носителем модификатора. И пока я его ношу с собой, бонус будет действовать (главное, не забывать о закрепляющей медитации): +45 силы, +6% шанса удвоенного критического удара.

Оставалось лишь пожалеть, что на данный момент, кроме меча и кинжала, других шмоток со слотами для усилителей нет. Увы, но, кроме кристаллов сущности и ингредиентов для алхимиков, с пожирателей ничего другого не падало. Михонариум посоветовал после завершения события наведаться в форт и хорошенько прибарахлиться. Еще у меня прямо руки зудели поработать с изобретательством, но пока ни материалов, ни времени на лишние эксперименты не было. Ведь основная награда от Хорки будет только после окончания набега. Так что придется обходиться своими силами и прокачиваться, как получится…

— Видящему будешь говорить о новом рецепте? — мрачно поинтересовалась фейри, наблюдая за моими манипуляциями.

— Все равно просечет, — я ссыпал остальные расходники в подсумок. — Возникнут вопросы. Заработанное доверие терять не стоит. Разве что пока не использовать эти расходники… Но тогда какой в них смысл? Заряжай алтарь еще раз на средние универсальные модификаторы. Дай-ка я тебе помогу…

Я потянулся к мешку возле алтаря, но Кроха тут же спикировала на него как коршун на добычу, закрыв своим тельцем. И сердито пнув меня по руке, запальчиво крикнула:

— Я сама! За это тоже опыт идет! Топай уже, вижу, что снова куда-то намылился, вот и не мозоль глаза!

— Как пожелаешь, малышка, — я пожал плечами, с трудом сдерживая улыбку. — Фурия где? По-прежнему охотится на пустотников?

— А где же еще. Ей тоже нужно качаться. И покормить бы уже не мешало. То, что ты принес с собой, она давно слопала, а пустотники по-прежнему несъедобные. Что ж ты за хозяин такой! На голодном пайке нашу дикошу держишь! Туда нельзя, сюда нельзя, сидим тут взаперти…

— Кроха!

— Да молчу уже, молчу… Хотя нет, фигушки! Не буду я молчать! На-до-ело!

Да-да, я страшный и жестокий рабовладелец. Отвернувшись и уже не сдерживая ухмылку, я отправился вниз, предоставив Крохе в гордом одиночестве сотрясать воздух возмущенным писком. Новые усилители требовали повышенного внимания при изготовлении и непосредственного присутствия создателя хотя бы в начале процесса, так что на какое-то время избавлюсь от ее причитаний. Надо бы еще не забыть помедитировать, чтобы новые параметры от усилителей в оружии включились в системные расчеты, но это потом.

С клановыми умениями я, кстати, давно разобрался, еще в первый день рейда, использовав одну из многих пауз, когда мы перемещались от одного острова к другому на корабле и все равно заняться было нечем. Поднял ранги умений везде, где это позволила система. В результате получилось вот что:

Да, фейри окончательно записалась в талисманы клана, поэтому это тоже добавило неплохие эффекты к уже имеющимся:

Вдобавок, после проведенного анализа расчетного времени и фактического, выяснилось, что само присутствие Крохи возле ремесленных алтарей за счет усиления вложенных в специализацию очков умений ускоряло их работу на 30% (максимум от возможного). Вот поэтому Кроха и нужна была в цитадели, как воздух. Ведь в результате производство любых расходников сокращалось вдвое от времени любого рецепта.

На десятом и пятнадцатом уровнях клан получил новые умения (увы, чем выше становился уровень клана, тем реже прирастали способности):

После всех распределений вышло, что осталось еще 43 свободных очков умений. Собственно, главная загвоздка крылась именно в так называемых «шагах открытия рангов», накрепко привязанных к уровням клана. Чем выше уровень клана, на котором появляется умение, тем выше открывается следующий ранг для его прокачки. К примеру, ранги умений, в которые я с удовольствием влил бы часть очков, открывались только на 20, на 30, а где и на 40 уровне. Печаль. Можно, конечно, прямо сейчас влить 25 очков в Ауру возмужания или в Перерасчёт, 4 ранг для них уже доступен, так как эти умения были самыми первыми… Но надо ли? Не слишком ли жирно для таких умений, учитывая, что пока я один, опыт от меня клану идет смехотворный? И не лучше ли подождать хотя бы до 20 уровня, когда откроются ранги у других, более полезных в данный момент умений?

Да уж, грустно и досадно, что этими преимуществами некому воспользоваться. Ведь кроме меня и питомцев в Цитадели Крика больше нет ни одной живой души.

На нижнем этаже, который система цитадели превратила в зал стражи, сейчас все выглядело по-другому. Во-первых, все запасы наваленных здесь после битвы с демонами дротиков уже исчезли, а по периметру стен на фоне темно-красного гранита золотистыми пятнами проступили технологические «гнезда»: пять из них сейчас пустовали, так как все стражи были заняты работой во дворе, и еще четверо сформируются в ближайшем будущем. В этих гнездах стражи производили подзарядку за счет энергоисточника цитадели, когда вычерпывали свой энергоресурс. Куда, спрашивается, подевались дротики? Элементарно. Их переработали стражи. Кроха, лично встречавшая появление каждого новенького, заверила, что они все без исключения начинали с древесины. Видимо, этот материал для обучения был для них наиболее легким. Собственно, дротик — метательное оружие, представляющее собой несколько уменьшенное и облегченное копье. Доставшиеся от демонов дротики были не длиннее метра. Будь они больше, то такие тщедушные по комплекции создания как проводники лжи не смогли бы их метать с такой силой и точностью, какие они продемонстрировали при нападении. Даже наконечники у этих дротиков были из дерева — довольно прочные, видимо, магически обработанные. Так что от них ничего не осталось.

Поглощенную древесину стражи использовали для ремонта исключительно деревянных «изделий». В данном случае, все ушло на ворота цитадели, их удалось восстановить процентов на 20. И только добравшись до пятого уровня, стражи самостоятельно переключались на поглощение каменных обломков, оставшихся от разрушенного моста и верхнего этажа левой башни…

Но сейчас я спустился сюда не для этого. Решил проверить, как обстоят дела с тем самым «неизвестным фактором», благодаря которому моя репутация с Аланом взлетела так быстро. Присев на корточки возле круглой каменной дыры двухметрового диаметра в центре зала, я заглянул вниз. Каменная площадка «лифта» покоилась внизу, открывая взгляду просторный зал.

Вот там и происходили таинственные изменения. На месте расколотой вдребезги янтарной статуи богини Дживы, покровительницы животворящих сил природы, клубились туманные сгустки, формируя нечто новое, пока еще без определенных очертаний. Но я уже знал, что именно вскоре здесь увижу. Еще бы не знать, теперь это помещение система подсвечивала как Храм Алана Темного. Не дождавшись милостей от своего единственного неофита, Алан определенно решил взяться за дело сам. И даже незаконченный, этот храм уже оказывал влияние на рост моей репутации с покровителем. Даже как-то жутковато загадывать, чего ждать от него дальше. Пока Алан оказывал мне молчаливую поддержку, ничего не требуя взамен, но рано или поздно этот статус-кво может измениться. Как бы потом не оказалось, что Хорка Умный — наименьшее из моих зол. Все-таки, Алан — бог боли и коварства. Темный бог. Поневоле задумаешься…

Ладно, время дорого.

Порывисто поднявшись, я быстрым шагом вышел во двор и остановился возле питьевой чаши, сформированной в виде двух сложенных ковшом каменных ладоней все из того же красного гранита. Эта чаша вместе с невысоким постаментом выросла посреди двора в мое последнее отсутствие. Наполняя флягу прозрачной ледяной водой, которая, по всей видимости, конденсировалась прямо из воздуха, я еще раз окинул двор хозяйственным взглядом. Все стражи в данный момент трудились над мостом: шарообразные сгустки темно-синей энергии, выпускающие красные искры и выбрасывающие короткие черные щупальца протуберанцев. Задержав взгляд на самом упитанном, сантиметров тридцать в диаметре, я бегло пробежался по его описанию:

Всегда интересно наблюдать, как кто-то работает за тебя. Древняя как мир шутка. Молодцы, «ребята», все подросли на уровень, пока я дрых. Трудятся не покладая… чего они там не покладают? Разбирают мусор на составляющие кирпичики из молекул и наращивают материал на новом месте они, похоже, именно этими энергетическими щупальцами. Буквально распечатывают слой за слоем, как 3D-принтеры.

А еще у этих «ребят» имелся, само собой, боевой режим. Только с такими уровнями в бой лезть рановато. Хотя они и пытались. Как только сквозь барьер продирались пустотники, стражи бросали свои дела и самоотверженно бросались в драку. Но Фурия почти всегда успевала первой, поэтому охраной в основном она и занималась. Она практически не выбиралась из-за стен, курсируя вдоль периметра словно ангел смерти — с ее великолепным чутьем, скоростью и реакцией хищника, умноженным на Смертельный укол, Взрывную атаку и Метаморфа она не оставляла пустотникам ни малейших шансов. Дело в том, что в мое отсутствие Кроха приняла довольно опрометчивое и небезопасное решение, отключив Мглу бездны и предоставив дикоше разбираться с непрошеными визитерами своими силами. Ну еще бы, я ведь сам же ей и позволил порулить цитаделью. Но решение себя оправдало, поэтому ругаться не стал. Сейчас Фурия не отставала от меня — тоже двадцать восьмой уровень. Поднялась бы и больше, если бы не перекрыли кислород системные ограничения: жаль, но уровень питомца не может превышать уровень хозяина.

Кстати, Кроха наябедничала, что как ни пыталась заставить стражей заняться конкретно левой башней, чтобы побыстрее добраться до нового очага силы, они упорно возвращались к мосту. У этих созданий оказался свой алгоритм ремонта, ничего не попишешь. Двор уже очистился — ни одного каменного обломка, все сырье пошло на восстановление мостового пролета, соединяющего обе башни на уровне второго этажа. Так что вскоре ходить к стационарному порталу будет вполне удобно, без прыжков диких бабуинов, какие приходилось совершать до этого. Как и в мастерские. Вот там-то обломков еще хватало. Но проблема уже вставала в полный рост. Эффективность стражей была далека от идеала: при разборке часть материала просто превращалась в тепловую энергию, так что вскоре сырье придется искать вне осколка реальности.

Мда, вообще Кроха права, рабочих рук катастрофически не хватает. Да и защитников цитадели необходимо побольше, нельзя все обязанности взваливать на хрупкие плечи фейри. Я бы и рад взять ее с собой, но кто тогда будет заряжать алтарь и следить за энергоисточником? Не говоря уже о солидном сокращении времени производства. Как ни крути, а было бы здорово побыстрее найти свой клан. Одни малыши-коби чего стоят. Эти трудяги самим своим присутствием, как и фейри, уменьшают время любых производственных процессов…

Коби…

Зацепившись за мысль, я вызвал Список Мертвых и внимательно пробежался взглядом по именам и расам. Так, это уже интересно — аж двенадцать имен коби! Не думал, что столько носатиков погибло при штурме цитадели, они же прятались за стенами и изо всех силенок избегали боя. Стопроцентные пацифисты. Раньше мне было не до Списка, но после того, как фейри разучила новый рецепт, все изменилось. Да, именно этих малышей надо будет воскресить первым делом, все остальные подож…

Неожиданно.

Я замер, осмысливая предложенное системой задание. Шикарно, конечно, и спасибо сердечное, но что это за срок такой драконовский? Допустим, криды третьего ранга я одолжу у Хорки, а большего для моих соклановцев с учетом их уровней по Лунной Радуге и не требуется. Накидываем по 12 часов за ранг и получаем 36 часов. Уже половина отпущенного срока. Ах да, чуть не забыл поделить время изготовления пополам: 18 часов звучит гораздо лучше. Но возникает проблема посерьезнее. Допустим также, что, зарядив алтарь на изготовление фиала в ближайшие часы, я тут же отправлюсь искать добровольцев…

Мда, пора заводить друзей… Иначе кто по доброй воле согласится отдать свой сейв для жертвенного воскрешения? Видимо, придется найти способ эти сейвы купить. И, кажется, я уже знаю, что смогу пообещать будущим кандидатам в жертвы. Но как я их найду за 72 часа? Я тут все еще практически никого не знаю, а из знакомых имен только Алия, Зик, Тамина, Михонариум… Точно. Михонариум. Хитрый эльф. Нужно срочно посоветоваться с ним. Он наверняка сможет подсказать что-нибудь путное. Он вообще парень толковый и после того, как Хорка засчитал ему квест за мой счет, словоохотливости не потерял, хотя и грозился. Натуру сложно изменить. Внутренняя потребность эльфа просвещать новеньких перла из него, как пар из перегретого чайника.

Интересно, что произойдет, если я не успею выполнить это задание в срок? Раз штраф в нем не фигурирует, то, скорее всего, система просто не предложит его повторно. А сейв и опыт в таком количестве лишними точно не будут. Так что нужно ловить удачу за хвост!

Я бегом вернулся в Центр Управления на второй этаж. Кроха как раз разделалась с загрузкой алтаря и спускалась вниз, чтобы снова атаковать меня настырными требованиями взять с собой. Как ты сама говоришь, милая, фигушки. Немного досадно, что не успел попрощаться с Фурией, та тоже обидчивая. Хотя и не такая, как Кроха…

Все потом! Время!

— Бо-оос?! — удивленно протянула Кроха, поняв, куда я направляюсь. — А как же…

Но я уже сиганул в зеркало астрального портала. Мгновенная вспышка и вокруг вместо сумеречного освещения осколка реальности сгустилась серая ночь, разреженная слабым сиянием далеких звезд. И повисла звенящая тишина. Ветер лениво гулял по пересохшей до каменного состояния почве, тревожа прах уничтоженной растительности. Остров отбили от пожирателей в последний момент, когда они уже собирались подорвать его семенем Древа Смерти, и оправится он еще не скоро.

Да какого хрена, куда делся рейд?! Ведь вся орава гхэллов всего два часа назад находилась здесь, а сейчас ни их, ни корабля! Даже кострище еще не остыло: пепел алел в темноте здоровенной круглой лепешкой, исходя слабым дымом.

Уловив едва слышный шорох за спиной, я резко обернулся. И успел заметить блеснувшее острие алебарды, летящей в лицо.

Мгновенное отклонение корпуса и разрыв дистанции отскоком — инстинкты сработали раньше разума. Алебарда с металлическим лязгом врубилась в сухую почву, выбив из нее фонтанчики пыли, снова взлетела и… легла в походное положение на плечо Мэйха Остроухого, который и оказался нападающим. Его коренастая фигура казалась в сумраке более массивной и угрожающей, чем при дневном свете, но после этого единственного выпада «коготь» преспокойно развернулся ко мне спиной и бодрой трусцой устремился прочь.

Не на шутку разозленный, я пару секунд глядел ему вслед. Лезвие выхваченного меча разгоняло сумерки багрово-желтым свечением, и душа прямо-таки жаждала пустить оружие в дело. Чертов Мэйх, из-за него пришлось потратить Теневое преимущество! Он уже второй раз устраивает мне такую проверку — бьет, когда не ожидаю, но в первый раз он хотя бы не караулил у маяка. Никак не может поверить, что на своем двадцать восьмом я не уступаю ему в силе и скорости реакции? Гхэллам лишь бы подраться, а там хоть трава не расти!

— Быстрее, Зубоскал, — глухо донесся удаляющийся рык. — Рейд ждет!

Вот же хрен мохнатый, еще и поторапливает. Чертыхнувшись вполголоса, я отправил меч за спину и припустил следом, ориентируясь среди предутренних сумерек и сгущающегося тумана благодаря ночному зрению и ясному свету звёзд с безоблачного неба. Когда-нибудь ты у меня допрыгаешься Мэйх, я человек терпеливый и долго запрягаю, но уж потом… Жаловаться Хорке — дело неблагодарное, уважения такой поступок среди псоглавых не прибавит, так что придется рано или поздно разбираться с Мэйхом самому. После набега — в самый раз.

Я уже и сам нашел на мини-карте, где находится рейд. Не так уж и далеко, всего в десятке километров от нас, на Большой Лапе. Мы там уже побывали вчера. Тогда на острове пришлось уничтожить небольшой отряд трубочников, а сейчас наметилось что-то посерьезнее, раз Хорка Умный не стал меня дожидаться. Пожиратели хоть и кажутся безмозглыми, но на самом деле весьма хитрые и сообразительные твари, особенно их командиры. И методы их набегов за бесчисленные годы сражений отработаны до полного автоматизма. Опустошая острова со скоростью смерча, они при нападении защитников форта и явном перевесе сил противника приносят в жертву одного из своих, его смертью открывая портал на свое чертово Древо и перекидывая туда все собранные ресурсы. И обычно успевают закончить переправку до того, как их бойцов порубят в капусту и превратят в сырье для алхимиков. Михонариум рассказывал, что бывало еще и тела погибших игроков умудрялись иной раз прихватывать. То ли жрали их, то ли пускали на подкормку своему ненаглядному Древу. А еще дважды мне пришлось участвовать в уничтожении актиса — пробужденного семени Древа. Впечатляющая штуковина. Выглядит такое «семечко» как бронированная шипастая шишка на два метра в длину и метр в диаметре, а таскают их на спинах специально подготовленные для этого действа утилизаторы. Как только пожиратели сбрасывают актис со спины твари, то оно пробуждается и тогда приходится рубить его силами целого рейда, пока оно находится еще в первой, относительно медленной стадии набора сил. Иначе потом беды не избежать…

За минуту миновав уцелевший после набега небольшой подлесок, мы с «когтем» выскочили к обрыву и я увидел неустойчиво вздрагивающий в струях ветра кораблик сборщика. Теперь стало ясно, куда так торопился Мэйх. На время набега все суденышки подобного типа рекрутировались для сбора и переправки добычи в форт, так как боевые корабли заваливать добычей чревато: потеря маневренности и высоты хода до добра не доводят. Сорвав с места рейд, Хорка позаботился оставить для меня Мэйха в качестве сопровождающего и средство для переправы. И на том спасибо, хотя я бы предпочел Михонариума, но эльф такой один и рейду без него не обойтись.

Не сбавляя шага, Мэйх прыжком перемахнул на кораблик и немалая тяжесть его веса заставила палубу вздрогнуть от носа до кормы и слегка просесть. Лениво планировавшая в воздушных потоках метрах в двадцати над кораблем варна что-то хрипло и неприязненно каркнула в ответ на рывок связывающего ее с судном каната. Я прыгнул следом, как в поверхность барабана гулко ударив подошвами в тонкостенную деревянную палубу. И торопливо плюхнулся на ближайшую скамью — суденышко закачалось куда сильнее прежнего, того и гляди перевернется и отправит мое бренное тело в величаво проплывающие внизу облака. Мэйх уселся напротив, поставив алебарду древком между ног. Хозяином судна оказался тщедушный гхэлл в потрепанной одежке. Глянув на его ник, я хмыкнул — именно с этим типом довелось познакомиться три дня назад, при столкновении с пиратами. Как только мы с «когтем» устроились на борту, сборщик прикрикнул на варну и та с шумным хлопаньем крыльев резво потянула судно прочь от острова.

— Привет, Хондрик, — я кивнул сборщику. — Давно не виделись.

— Что ты делал на острове, человек? — гхэлл уставился на меня с жадным любопытством, суетливо обшаривая взглядом мои подсумки и снаряжение, но не углядев ничего интересного и в этот раз, разочарованно искривил зубастую пасть. — Почему…

— Дела рейда тебя не касаются, сборщик, — бесцеремонно оборвал его Мэйх, угрожающе оскалив зубы. — Гони варну!

— Можно и повежливее, я знаю свою работу, — огрызнулся Хондрик, но дальше навязываться поостерегся и уселся спиной к нам на носовую скамейку. Я уже знал, что все «добропорядочные» гхэллы носят двойное имя — Хорка Умный, Мэйх Остроухий — и так далее. Раз у сборщика было иначе, значит, он в чем-то серьезно провинился, а потому лишний раз нарываться на недовольство «когтя» не рискнет, чтобы не уронить репутацию, как говорится, ниже плинтуса. Внешне он тоже не изменился: замызганный жилет и такие же драные штаны заставляли его выглядеть неприкаянным бомжом.

— Мэйх, не хочешь объяснить, что происходит?

Хондрик не обернулся на мой вопрос, но я видел, как он живо навострил чуткие уши, даже его затылок излучал жгучее любопытство. Досужие разговоры по чату, особенно в боевой обстановке, Хорка запрещал, так что придется «когтю» выкручиваться вслух, предварительная информация мне не помешает.

— Разведка засекла ревуна, — Мэйх повернул голову и весело оскалился, всем своим видом демонстрируя преотличнейшее настроение. За мой счет поднял, собака такая. Любая стычка для псоглавых лучше, чем стопка водки для человека. Но новость меня обрадовала и приглушила злость.

— На Большой Лапе? Наконец-то. Значит, набег подходит к концу?

— Обычно — да. Если сумеем прикончить ревуна быстро и чисто, остров еще поживет, а мы хорошенько кутнем в форте, отметим победу.

— Отлично. Этот набег уже начал меня утомлять. Кстати, Мэйх, если еще раз ткнешь в меня своей палкой, я не стану останавливаться.

— Палкой? — гхэлл выдал характерный лающий смешок. — Ты ловок, человек. И не робкого десятка. Мне нравится тебя дразнить. Ты так забавно злишься.

— А если бы я не успел отскочить? Что сказал бы Хорка Умный на это?

— Ничего бы не сказал. — Мэйх ухмыльнулся еще нахальнее. — Отрезал бы мне уши. Медленно. Но ты же отскочил. Я бил не в полную силу. А теперь тихо. Не отвлекай.

Поднявшись, «коготь» подался ближе к носу, встал за спиной сборщика и уставился вперед. Я остался на месте, все и так было видно отлично. У людей нет таких проблем со зрением, как у псоглавых. Да и лодку незачем раскачивать лишний раз… Довольно непросто привыкнуть к тому, что под ногами постоянно колышется бездна, независимо от того, где нахожусь — на корабле, или на островах. Так что старался об этом не думать, хотя первые дни то и дело продирало ознобом между лопаток. Все время казалось, что или корабль ухнет вниз, или остров развалится.

Чуть не забыл! Весьма подходящий момент наконец помедитировать. Вообще медитация интересная штука. Вполне можно обойтись и без нее, распределенные статы в любом случае усвоятся сами собой, но без медитации это происходит довольно медленно — не больше тридцати статов в час на моем уровне. А еще нужно учитывать нюансы: статы аватары и статы в вещах это две разные стороны медали. Мои личные характеристики, усвоенные самим телом, уже никогда не терялись. Баффы и дебаффы, заставляющие физику программируемой плоти реагировать почти мгновенно — совсем другое дело, но это временное явление, и речь сейчас не об этом. Так вот, прибавка от усилителей в мече и кинжале (сила +90) тоже сама собой плавно встроится в аватар примерно часа за три. Но если усилитель закончит действие или я отложу вещь с усилителем в сторону, а то и, хуже того, утрачу ее, то эти добавочные параметры также плавно начнут убывать, пока не исчезнут.

Так что с медитацией все-таки лучше, чем без нее — быстрее получаешь преимущество. Поэтому я постарался отрешиться от лишних мыслей, заставил течь их медленно и спокойно, позволив организму заняться преобразованием в соответствии с полученными усилениями.

А вообще странно, что у меня нет до сих пор самой способности Медитация. Было бы неплохо ее получить и максимально развить. Но мечтать, как говорится, не вредно…

Ночью острова на облачной равнине выглядят как черные кляксы на безбрежном море из серого киселя. Вчера карта островов была несколько иной. Процесс медленного дрейфа никогда не замирает и острова постоянно находятся в движении. Сильно их местоположение обычно не меняется, особенно если погода спокойная, без сильных ветров, но благодаря воздушным течениям расстояния между ними каждый день иные. Вдобавок все острова находятся на разной высоте, образуя причудливый многоярусный мир, и бывает, что несколько островов выстраиваются ступеньками и можно путешествовать с одного на другой даже без «свистка». Если, конечно, не боишься разбиться. Или, промахнувшись, улететь в Белую Мглу. Мда, а «свистка» я так и не получил, для этого нужно пройти обучение в форте… Крайне нужная вещь для данной реальности, состоящей из островов. Не раз наблюдал, как гхэллы совершали лихие прыжки прямо с корабля на остров и сразу врубались в схватку, чтобы зачистить от врагов берег и позволить безопасно приземлиться кораблю. Изготовлением «свистков» занимается Хранитель в форте. Работают эти штуковины от кристаллов сущности, как от батареек, а расходуется энергия кристаллов в зависимости от веса самого игрока и дальности прыжков…

Михонариум летную механику островов объяснил предельно просто — содержанием в их массивах вкраплений левитационного металла или левимета, как обычно его называли местные. Чем больше вкраплений, тем выше поднимается остров. Но с течением времени, когда сила левимета начинает истощаться, остров может опуститься ниже остальных, а потом и вовсе уйти в бездну. Именно поэтому добыча левимета на многих островах, богатых иными ресурсами, запрещена. Чтобы продлить им жизнь.

Самое любопытное в том, что особенности левимета, заставляя отталкиваться острова друг от друга по горизонтали — как только они входили в зону взаимного влияния, — одновременно притягивали все прочее по вертикали. Так что если остров в силу каких-либо причин оказывался над другим, например, вследствие разыгравшейся небесной бури, то это могло привести к беде. Само собой, безопасно пролетать над островами можно только на очень большой высоте, причем не только кораблям, но и животным. Именно по этой причине разбилась о Потерянные Души варна, моя первая жертва в этом мире, с которой я схлестнулся в воздухе. Дезориентированная Плетью боли, она оказалась в зоне притяжения острова и это решило ее судьбу. Та же причина едва не отправила в бездну и меня, когда заключённый в кокон Абсолюта, я врезался в твердь острова и отскочил как теннисный мяч. И именно поэтому Быстроглазый едва не развалился на запчасти, когда его занесло на территорию Каменного Копья: в нормальных условиях корабли всегда швартовались только с краю острова, а на высоте менее пятисот метров над твердью летали только самоубийцы.

Кстати, местные судна делились в основном на три типа. Пиратские, самые легкие и быстрые, бравшие на борт не больше трех существ и обходившиеся без тягловой силы варн, а потому порой непредсказуемые в управлении и самые опасные для команды, относились к типу «перышко». Судно сборщика тянуло на «крыло» и поднимало кроме трех-пяти пассажиров приличное количество груза. Корабль Быстроглазый, принимавший на борт целый рейд со всем снаряжением, относился к типу «парус». При таком количестве парусов подобное судно было видно издалека, в отличие от более мелких суденышек. Такие же суда снаряжались для рейсов во Всевидящее Око, столицу Великой Стаи.

Пока я медитировал и раздумывал над природой островов, впереди по курсу проступило темнеющее среди облаков место назначения — остров Большая Лапа. Довольно обширный по площади поверхности остров второго ранга действительно напоминал конечность гхэлла — с северной стороны широкой холмистой «ладони», превращенной пожирателями в пустыню, выступало четыре каменистых мыса, напоминающих когтистые «пальцы».

Так, а это уже интересно. Я привстал со скамьи, пристально вглядываясь в быстро приближающийся остров. В клубящемся вокруг него тумане все отчетливее проступали корпуса нескольких больших кораблей, уже приземлившихся на край и покинутых командами. И чем ближе становился остров, тем больше я этих кораблей насчитывал. Над ними кружила целая стая варн. Стражи небес в наземных боях не участвовали и всегда оставались для охраны.

Вчера среди островов таких «парусов» курсировало не меньше полутора десятков, каждый со своим рейдом, а «крыльев» было столько, что я и сосчитать не пытался. Работа нашлась многим: опыт и добыча на таком событии всегда привлекали массу народа. В основном на зачистку каждого острова хватало составов одного-двух рейдов, но бывало, когда остров оказывался большим или пожирателей чересчур много, тогда рейдам приходилось объединяться до четырех-пяти. Сейчас же, насчитав на краю Большой Лапы сразу десятка два «парусов», я понял, что дело предстоит серьезное, раз потребовались объединенные усилия такого количества бойцов…

Черт. А ведь бой уже шел. Без меня. Теперь я это видел — осциллирующие вспышки магии в разных частях острова, разгоняющие предрассветный сумрак. В отличие от рейда «когтей» в других рейдах маги имелись. Ничего не попишешь, особенности класса Видящего накладывали свои ограничения на состав рейда. Его мощные пассивные ауры на сопротивление любому магическому влиянию сильно урезали возможности не только чужих, но и своих магов, поэтому Хорка предпочитал обходиться бойцами-физиками. Зато бойцы у него были отборные. А Михонариум, в силу особенностей своего класса бард, по игровой механике наименее конфликтующего с антимагом, вполне заменял целителя.

Снижаясь, варна захлопала крыльями и нос «крыла» дернулся, устремляясь по пологой дуге вниз. Еще несколько сотен метров и мы приземлимся рядом с Быстроглазым, которого я уже разглядел на краю обрыва. Руки так и чесались взяться за меч, но еще рано, нетерпение лучше приглушить.

Мэйх нагнулся, вытаскивая из-под скамьи короткий массивный арбалет типа «пиявка». Наложил стальной болт, который вынул из цилиндрического пенала на поясе, и взвел натяжной рычаг, приводя арбалет в боевое положение. В воздушном бою, когда палуба кишит пожирателями, гхэллы предпочитали обходиться алебардами, но для сражений на островах в обязательном порядке прихватывали с собой арбалеты. Для такой экономии имелось по меньшей мере три уважительные причины. Сталь в этом мире была дефицитом и стальные арбалетные болты, улетевшие за борт, вернуть уже невозможно. Далее, плохое зрение гхэллов не позволяло им быть приличными стрелками, поэтому их стихией стала рукопашная. И последнее: болты смазывались специальным сильнодействующим ядом, который приберегался для особых случаев — для замедления роста пробужденного актиса…

Закончив приготовления, Мэйх ухмыльнулся и заявил:

— Эта драка не твоя. Останешься с кораблем.

— Что? — я возмущенно вскинулся. — Тогда зачем было меня сюда тащить?

— Видящий приказал. Нельзя находиться слишком далеко. Система не засчитает смерть ревуна. Пришлось тащить поближе.

— Ты же видел, что я не уступаю «когтям».

— Это не мой приказ, — Мэйх пожал широкими плечами, заставив стальные наплечники шевельнуться словно крылья. — Впрочем, я тебе не нянька. Мне лишь приказано доставить тебя на Лапу. Что будешь делать потом, уже не мое дело. Решай сам. Только не забудь, что ты ценен для Видящего, пока жив.

— Нянька, — глумливо фыркнул Хондрик. — Отличная кличка.

— Еще раз пасть раскроешь — выкину за борт, — рявкнул на него Мэйх, мгновенно приходя в ярость, и сборщик заткнулся, торопливо опустив голову ниже растрепанной холки и демонстрируя тем самым покорность и послушание — характерный среди гхэллов жест по отношению к вышестоящим.

— Пробиться будет непросто, — заметил я, разглядывая мини-карту; отображающие рейдовых бойцов зеленые точки горели примерно в середине острова. — Там все кишмя кишит от пожирателей.

— Любой бой — прекрасная возможность для развития навыков. Так ты идешь? Или тебе больше по душе сидеть в компании с этим презренным трусом и собирателем падали? — Мэйх ткнул концом арбалетного болта в сторону сборщика, на что тот, затравленно оглянувшись, еще ниже опустил голову и сильнее прижал уши.

— Твоя компания мне тоже не приглянулась, не обольщайся, — усмехнувшись, я демонстративно положил ладонь на рукоять кинжала, прекрасно понимая, что гхэлл меня подначивает на драку. Но я все равно не собирался оставаться в стороне от сражения.

Мэйх коротко рассмеялся, закинул арбалет за спину с помощью крепящейся к плечу специальной петли, поудобнее перехватил древко алебарды и… сиганул с борта. Вот же лихач неистовый. До края острова было еще не меньше сотни метров, но глазомер опытного в таких делах «когтя» не подвел. Несколько секунд свистящего полета и воин с отчетливо слышным лязгом доспешных элементов приземлился в двух метрах от обрыва и сразу со всех лап рванул вглубь острова.

— Чтоб тебя когда-нибудь ветром сдуло мимо края, — с неприкрытой ненавистью пробурчал ему вслед Хондрик. — Чтоб у тебя заряд прямо в полете закончился. Чтоб ты…

— Не зевай, Хондрик! — прикрикнул я на сборщика. — Сажай корыто! У меня «свистка» нет. Живее!

— Еще один вожак нашелся на мою голову, — проворчав, гхэлл тем не менее взялся за дело и лающая команда заставила варну резко спикировать вниз, потянув кораблик за собой. Всего несколько секунд снижения и тягловый зверь, приземлившись на край острова, неуклюже побежал по суше, потешно перебирая короткими кривыми лапами и раскачиваясь из стороны в сторону как утка. Полной остановки я дожидаться не стал; как только «крыло» оказалось над твердью, спрыгнул с борта и рванул вслед за Мэйхом, несущуюся прочь фигуру которого уже почти стерли сумерки.

Столкновение с первым противником произошло спустя минуту отчаянного спринта. Гхэллы хоть и не такие шустрые, как ракшасы, но все же отличные бегуны, наверняка сказывалась «собачья» родословная. Поглощенный бегом по пересеченной местности, лавируя среди холмов, перепрыгивая камни и овраги, я изо всех сил старался не потерять из виду проводника, с которым никак не удавалось сократить дистанцию.

И едва не пропустил смертельный удар.

Громадная шипастая лапа вынырнула из-за нагромождения камней и стремительно опустилась сверху, едва не пригвоздив к земле. Спасла набранная к этому моменту скорость. Заметив опасность, перекатом через голову ушел вперед и земля позади вздрогнула от удара. Прыгнувший в ладонь меч вспыхнул яростным заревом, быстрый разворот, снова уклонение и Плеть боли заставила тварь на секунду остановиться, застыть в новом замахе. Утилизатор собственной персоной — громадный костлявый жучище, высовывающийся из-за холма словно тяжелый танк, с задранными вверх передними боевыми лапами, усеянными длинными и острыми как бритва шипами. Покатая как валун морда — ни глаз, ни жвал, характерных для жуков, просто утыканный короткими обонятельными шипами таран вместо башки, словно набалдашник громадной палицы. Стоит зазеваться и тварь сплющит тебя многотонным прессом, раздавит в лепешку. В хитиновом панцире торчали всаженные по самое оперение стрелы, рядом с ними дымилось едкими испарениями обширное кислотное пятно, а средняя правая лапа безжизненно волочилась по камням, почти оторванная у основания. Жук явно побывал в бою, потерял своего седока и груз и я нарвался на него случайно, когда он спасался бегством. Но он все еще был крайне опасен для сражения один на один, да и за спиной его оставлять нельзя. Бегают они быстрее и людей, и гхэллов, так что о проводнике пришлось забыть и ввязаться в бой.

Я устремился по широкой окружности, огибая утилизатора против часовой стрелки и не позволяя прицелиться для нового удара. Жук стряхнул оцепенение плети и, как многотонный бульдозер, начал разворачиваться вслед за мной. Камни и земля полетели в стороны из-под его лап, он словно гусеницами разворотил всю верхушку холма. Хорошо, что кто-то уже успел его покалечить, мне меньше работы. Раз справа у него повреждений больше, то этой стороной стоит заняться в первую очередь. Копье пламени жахнуло в заднюю правую лапу. Секунду казалось, что заклинание сорвалось. Хитин лишь задымился, но я видел, что дот висит, пожирая вражескую плоть. Не сбавляя скорости, я принял на шаг ближе и впился туда же лезвием Пламеня с Обжигающей вспышкой. Удушливо завоняло паленым. Удачно: проскочил крит и огонь жарко вспыхнул, охватывая все среднее сочленение лапы, разрубленное почти наполовину. Я заметил это лишь краем глаза, так как не останавливаясь, продолжал нестись по кругу и в следующую секунду оказался уже слева. Жук дернулся, скорость вращения его корпуса замедлилась, но агрессивности он не утратил, продолжая выискивать меня чувствительными антеннами лап и усиками безглазой башки. Теневой прокол сработал как надо. Свет мигнул и я снова оказался справа, проскочив сквозь тушу утилизатора. Вложив в размашистый выпад силу разворота вокруг оси и удвоенный проколом урон Ледяного шквала, с громким «чпок!» буквально сбрил поврежденную конечность. И едва успел отскочить, как на то место, где я стоял, жук рухнул на бок, снова заставив землю вздрогнуть.

Из почвы вдруг с шумом вырвались зеленовато-коричневые щупальца, обвили еще целые конечности твари плотными путами и намертво притянули к поверхности. В косо нависшее над землей жучиное брюхо со змеиным шипением впилось сразу несколько длинных стрел с дрожащим оперением. Я отскочил в сторону, разворачиваясь в боевой стойке. Несколько гибких худощавых фигурок смутно проступили из сумерек примерно в пятидесяти метрах. Дриады. Их глаза сияли изумрудами, а волосы развевались на ветру серебристой листвой, отблескивающей звездным светом. В руках эти стройные и изящные создания держали длинные фигурные луки. Целый рейд дриад! Я слышал о таком, хотя довелось столкнуться только сейчас. И ник одной из них оказался знакомым — Там Ина, она тоже стреляла по утилизатору. А я-то при первой встрече решил, что у нее вполне земное имя, но выходит, просто неверно услышал произношение, а подсказки системы тогда были еще недоступны.

«Жук» молча дергался, пытаясь освободиться, и не понимая, что с ним уже все кончено. Реагируя на тщетные потуги жертвы, лозы сжимались все крепче с противным резиновым скрипом и хитин твари уже хрустел от давления. Сверкнув радужным сиянием, в поджарое брюхо рядом со стрелами гулко ударил метровый дротик, погрузившись почти по самую пяту. Тонкий как волосяная нить трос на его конце тут же задрожал, натягиваясь до звона. Наконечник с чавканьем выдернулся, разбрызгивая черную жидкость, и унесся обратно к обладателю телекинетического копья.

Удар копьем принадлежал Зику. Его подсвеченный системой силуэт проступил рядом с Там Иной. Все верно — там, где дриады, там и дреланы. Они принадлежат к разным расам, но по словам Михонариума каким-то образом дополняют друг друга, а потому всегда неразлучны.

Жук затих, прекратив скрести землю лапами. Сообразив, что у меня отняли победу, я лишь хмыкнул. Конечно, хотелось бы завалить такого противника самому, но видимо, дриады и охотились за жуком с самого начала. И нарвавшись на меня, утилизатор просто замешкался и позволил себя догнать. Ладно, все равно некогда заниматься трофеями, адреналин требует выхода. И хорошо, что удалось обойтись без Хватки лича. Откат у абилки долгий, в отличие от простого Душелова, а мне умение еще пригодится.

Приветливо помахав Там Ине и Зику рукой, я сорвался с места и снова устремился в сторону своего рейда, ориентируясь по зеленым меткам на мини-карте. Мэйха теперь уже не догнать, но хотя бы соединиться со своими. Столько слышал о возможностях ревуна, так хотя бы взглянуть на него одним глазком, пока тот еще жив.

Еще несколько очагов схваток пришлось обогнуть по дуге, а где и проскочить прямо сквозь ряды сражающихся, попутно снеся голову замахнувшемуся палицей шатуну и разрубив плечо трубочнику. Если увязну в бою, до своих так и не доберусь. Кого там в этих схватках только не было… В основном гхэллы, но мелькали и люди, и дриады, и дреланы, и кто-то еще, кого толком рассмотреть не успел. Голубоватые вспышки молний, шипящий свист стрел, зеленоватые смерчики природной магии дриад и щупальца побегов, хватающих врагов за ноги и ломающие им кости. Чавкающие удары алебард, мечей и палиц, калечащих плоть и доспехи всех видов, звон оружия, крики азарта, боли и ярости — какофония закипевшей по всему острову битвы становилась все яростнее и громче.

Выскочив на макушку очередного холма, я наконец увидел центр побоища. И на несколько секунд взволнованно застыл, оценивая масштабы и выискивая взглядом своих.

О, да. Тут было на что посмотреть.

Пожиратели все-таки успели пробудить актис. С расстояния в сотню метров, несмотря на сумрак предутренних часов, семя Древа Смерти было видно отлично. Шипастое нечто вздымалось среди холмов, выбрасывая наливающиеся массой и силой извивающиеся отростки, отсвечивающие красноватым заревом. Вся эта шевелящаяся хрень напоминала вылезающего из земли спрута размером с рейдовый корабль. И это было только начало. Актис продолжал неудержимо расти ввысь и вширь, впитывая жизненную силу острова, разрывая корнями твердь и вздымая вокруг себя уже целый вал перемешанной с камнями почвы.

Вокруг него шло сражение и фигуры бойцов казались фигурками пигмеев на фоне исполина. В этом ревущем и грохочущем месиве битвы невозможно было подсчитать точное количество сражающихся. По беглым прикидкам примерно сотни две пожирателей защищало актис, все еще удерживая вокруг него плотное кольцо, и не меньше сотни нападающих старалось это кольцо прорвать в нескольких местах.

Вот как, значит, выглядит финал события… Не менее впечатляюще, чем армия демонов, атаковавшая Цитадель Феникса Крика в Лунной Радуге. Накатывающий волнами рев, разрывающие сумрак холмистой равнины мерцающие вспышки под начинающим светлеть звездным небом, стальной гвалт оружия — при таких масштабах поневоле ощутишь себя незначительной пешкой в очень большой игре.

Битва внезапно догнала меня сзади кипящей заклинаниями и ударами оружия волной, захлестнула, завертела среди сражающихся. Отряды шатунов и трубочников, сквозь которые я прорвался минуту назад, вдруг как-то сразу оказались вокруг. Уклонение от летящей в голову костяной палицы, удар мечом, отскок, Плеть боли, уклонение… Сильный удар в спину швырнул лицом на камни. Превратив падение в перекат, я снова оказался на ногах и мигом развернулся лицом к противнику…

Противнику? Какой-то рослый воин неизвестной расы в неказистых, избитых до полной потери прочности кожаных доспехах широкими шагами уносился прочь, оставив после себя отчетливый запах тлена. Год не мылся, что ли?! Или в могильнике каком-то спать любит? Этот тип меня и толкнул, практически сбив с ног.

Я лишь успел возмущенно глянуть ему вслед, как снова вынужден был отбиваться от налетевшего шатуна. Но едва тот занес палицу, как сразу две стрелы впилось ему в череп, заставив брякнуться наземь одеревеневшим поленом. Ловкий, как черт, трубочник проскочил мимо, стараясь зайти мне за спину, но сам попался на ту же уловку: между его лопаток вонзился перламутровый дротик, насквозь прошил корявое тело, выскочил на полметра из груди, со скрипом выдрался обратно и унесся к владельцу телекинетического копья. Надо будет потом найти Зика и поблагодарить — это он со своими амазонками… то бишь, дриадами, преследуя волну пожирателей, вовремя оказался рядом.

Где же этот чертов ревун?

Едва задав себе этот вопрос, я тут же его увидел, когда главгад нанес очередной массовый удар:

Внезапно навалившаяся слабость заставила покачнуться. В глазах заплясали темные пятна. Вот же зараза этакая — мы же в сотне метров от сражения и все равно эта тварь дотянулась заклинаниями! Я упал на колено, воткнув лезвие меча в землю и опираясь на него всем телом, как на костыль. Пятой части здоровья и энергии как не бывало, столь резкий перепад буквально выбил почву из-под ног. И не только у меня. Почти всем вокруг резко поплохело, движения бойцов замедлились, некоторые даже упали. И поднялись уже не все — на моих глазах палица шатуна, не упустившего своего момента, со всего размаху опустилась на затылок одной из незадачливых дриад, с отчетливым хрустом проломив череп. Шатуна тут же растерзали, но дриада так и осталась лежать на земле бездыханным телом.

Рука машинально зашарила в подсумке, затем я спохватился. Фиалов реанимации души у меня еще не было — большое упущение, но изготовление маяков казалось важнее… Я ничем не мог ей помочь, пусть дриады сами позаботятся о своей подруге, должен же кто-то в их рейде заниматься воскрешением. А потому просто выбросил эту смерть из головы и, использовав возникшую паузу, когда никто не пытался проломить череп мне самому, снова двинулся бегом в сторону кипевшей в центре острова битвы.

И грянулся наземь: тяжелый удар сзади под колено заставил полететь кубарем. Откатившись в сторону, я наугад взмахнул мечом и отбросил шатуна, который как раз собирался прыгнуть сверху. Тварь не пожалела своей палицы, швырнув ее, как снаряд, и теперь, истыканная сзади стрелами, с располосованной лезвием Пламеня грудью, кинулась на меня с одним костяным кинжалом. Стройный силуэт дрелана возник сзади пожирателя и выстреливший наконечник его убийственного копья заставил голову шатуна взорваться, словно гнилая тыква. Труп шатуна еще падал, а дрелан, оказавшийся вездесущим Зиком, стремительной тенью промелькнул мимо. Черт побери, хочу в свой клан побольше дреланов и дриад! Надо будет заняться этим вопросом…

Боль под коленом заставила поморщиться. Поднялся на ноги я уже не так быстро, как раньше, шипы палицы сильно раскроили мышцы, кровь теплыми струйками стекала по голени, пропитывая разорванную штанину и ремни наголенника. Взгляд метнулся по полю боя в поисках подходящей жертвы для Душелова и…

И я, наконец, увидел ревуна.

Похоже, до этого командир пожирателей просто сражался с другой стороны растущего как на дрожжах актиса, а сейчас динамика битвы вынесла его в поле моего зрения. Здоровенный тип в темных облегающих, как бинты мумию, одеждах, с причудливым костяным гребнем на голове, верхом на особенно громадном костлявом жуке. Гхэллы из моего рейда первыми прорвали кольцо пожирателей, чему я ничуть не удивился: ведь это отборные бойцы самого Видящего, — лишь пожалел, что это произошло без меня. И ревуну, само собой, пришлось отреагировать лично, чтобы заткнуть брешь.

Тут-то он и нарвался на Хорку Умного.

Двуручный меч шагнувшего ему навстречу белогривого вожака блеснул отсветами красноватого сияния, источаемого актисом, и жук упал на бок, подрубленный, как хилое дерево топором дровосека. Ревун ловко соскочил наземь, оказавшись великаном высотой в два человеческих роста, и нависнув над Видящим, попытался врезать ему таким же здоровенным, как и он сам, посохом. Пассивки антимага наверняка вызывали у врага серьезные затруднения в применении заклинаний, так что ему пришлось сойтись в рукопашной. Зато Видящий оказался в выигрышном положении: ведь по классу он и был бойцом ближнего боя. Посох ревуна скрестился с громадным мечом белогривого гхэлла и с отчетливым треском, слышным даже с такого расстояния, отлетел прочь. Хорка Умный не уступал по мощи ревуну!

И тут что-то пошло не так.

Яркое иссиня-желтое пламя вдруг охватило растущее семя Древа Смерти с одного бока и стремительно поползло по его извивающимся отросткам, распространяясь по всей его поверхности с ураганной скоростью. Несколько мгновений и все семя уже пылало гигантским костром, источая столб черного дыма. Защитники форта Бдительного бросились прочь врассыпную и все равно жар успел охватить нескольких бойцов, не говоря уже о пожирателях. Те горели, как сухие деревяшки, катаясь по земле в корчах боли. Ревуну тоже досталось. Одежда на его спине вспыхнула, но этот тип самообладания не утратил. Его посох с устрашающей силой опустился на голову ближайшего шатуна, буквально вбив его в землю. Шагнув на его место, ревун… просто исчез. Это и есть жертвенный портал?! А как же теперь завершить событие?!

Все к кораблю! Живо!

Прилетевший по чату рейда приказ Хорки Умного заставил отбросить лишние мысли прочь. Я вспомнил, как Михонариум говорил что-то про огонь, когда рассказывал про актис. Точно — нельзя допускать воспламенения семени, иначе всем наступит большой и веселый привет… Что конкретно имелось в виду, я так и не узнал: наш разговор с Мэйхом в тот момент был кем-то прерван, а позже я забыл к нему вернуться. Но вряд ли что-то изменилось, а значит, пора делать ноги.

Как назло, вокруг ни одного живого пожирателя. Досадно, я упустил свой момент, так и не использовав Душелов, слишком уж все сумбурно получилось. Прихрамывая, я развернулся и последовал общему примеру. То есть драпанул. Не просто же так приключилось все это повальное бегство…

Мимо пронеслась толпа бойцов всех участвовавших в битве рас, мелькнули силуэты нескольких «когтей», легко обгоняя меня и быстро растворяясь впереди среди холмов. Чую, опять останусь один на один со своими проблемами. Дался мне этот ревун! Сидел бы сейчас спокойно на корабле, а «когти» зарабатывали бы для меня достижение. Так нет же — поперся, больше всех надо. Сейчас бы весьма пригодилось Теневое преимущество, но до отката еще десять минут. Чертов Мэйх!

Когтистая лапа с силой хлопнула по плечу, заставив обернуться. Не думал, что так обрадуюсь этому мохнатому засранцу Мэйху Остроухому. Легок на помине. Его насмешливая морда оказалась прямо напротив моего лица, выдыхая тяжелый запах нечищеных зубов. Похоже, он все еще отвечал за меня перед Хоркой. Стянув с плеча арбалет и повернувшись ко мне спиной, «коготь» рявкнул:

— Садись на закорки, пока я добрый! Быстрее!

Упрашивать себя не заставил и мигом залез гхэллу на спину, вцепившись руками в наплечники, а ногами обхватив пояс. В следующий миг Мэйх сорвался с места и встречный ветер сразу разбавил острый запах псины, шибанувший в нос от холки. Даже не предполагал, что нагруженный моим весом «коготь» способен нестись с такой скоростью. Но мы все равно отстали, все остальные давно уже исчезли впереди за складками местности.

— Что происходит, Мэйх? Кто поджег актис?! Зачем?!

— Потом! — рявкнул «коготь», перепрыгивая овраг и устремляясь в ложбинку между двумя каменистыми холмами.

И верно, лучше потом расспрошу, пусть бережет дыхалку. Донимать Хорку по рейдовому чату тоже не рискнул, приказ есть приказ. Было бы проще, если бы он или Михонариум состояли в моем клане, в клановом чате я сам распоряжаюсь — когда, что и кому говорить… Угу, размечтался.

Несколько минут бешеного галопа и земля вдруг содрогнулась под ногами с такой силой, что «коготь» едва не свалился в оказавшийся на пути очередной овраг. Но все же успел отчаянным прыжком взвиться в воздух и благополучно приземлился на другой стороне. И припустил еще сильнее, хотя казалось, уже и так несся изо всех сил. Не думаю, что смог бы угнаться за гхэллом, даже будь нога цела. Собственно, уже все почти зажило, но слезать я и не собирался, сразу отстану. Еще четыре минуты до перезарядки Теневого преимущества, но это всего двадцать секунд ускорения, а значит, уже не панацея в сложившихся обстоятельствах. Своеобразная выпала ночка: в драку несся как ошпаренный, а обратно приходится улепетывать еще быстрее.

Дрожь под ногами и не думала прекращаться, а лишь нарастала. Происходило что-то явно жуткое. Какие-то сумасшедшие по силе толчки и удары заставляли содрогаться весь остров целиком, словно утлый кораблик под штормовыми волнами. А ведь остров был весьма немаленький, второй ранг как-никак. Актис так расшалился, что ли? Но он вроде горел, семя гибло в огне, ему определенно не до «шалостей»…

Какого черта… Это крен, или мне кажется? Крен острова?! Черт, Мэйху и в самом деле становилось выбирать дорогу труднее. Поверхность земли впереди начала задираться, словно приходилось бежать в гору и уклон возрастал все сильнее. Гхэлл даже отшвырнул алебарду и арбалет, чтобы облегчить ношу. Его дыхание становилось все более хриплым, надсадным и ему было уже не до сохранения оружия. Оказывается, есть предел выносливости и для «когтей». Не выдержав, я приподнялся на спине Мэйха и кое-как оглянулся через плечо, что при зубодробительной тряске на его горбу было не так-то просто.

— Сиди смирно! — прорычал Мэйх.

Угу. И сопи в две дырки.

Лучше бы не оглядывался. Сердце мгновенно заколотилось от дикого прилива адреналина, хотелось соскочить со спины Мэйха и удариться в паническое бегство самому. Редко когда увидишь настолько жуткую картину, запечатлевшуюся в памяти застывшим кадром. Я-то, наивный, полагал, что после Древа Смерти масштабами меня уже не поразишь. Но попробуй тут не удивиться, когда из бездны Белой Мглы лезет какая-то просто немыслимая по размеру тварь, напоминающая по общим очертаниям гигантского летающего спрута! И вот эта тварь, навалившись на дальнюю часть острова всей своей массой и вздыбив противоположный край, как корму тонущего «Титаника», тянулась к горящему актису широкими, как скоростная автострада, многокилометровыми щупальцами!

Как-то совсем некстати мелькнула совершенно сумасшедшая мысль, что нужно было не убегать, а наоборот, броситься монстру навстречу, чтобы ударить его Местью камикадзе, как тогда, в Лунной Радуге, я ударил элитного защитника первородного пламени… Угу. И рухнуть в бездну вместе с островом. Чего только в панике не вообразишь. Нет уж. Обойдусь без неоправданно смертельного риска, тем более, что эта тварь в сотни, нет, в тысячи, а то и в десятки тысяч раз крупнее того демона и совсем не факт, что способность вообще сработает на такой немыслимо гигантской цели…

Слава Алану, мы с Мэйхом наконец вырвались за крайние холмы и впереди показался обрыв. Все «паруса» и «крылья» давно уже парили в воздухе, над ними носились тягловые варны со стражниками, а внизу не затихал многоголосый свист: опоздавшие бойцы прыгали на борт своих кораблей прямо с обрыва, используя силу «свистков». Хондрик со своим суденышком, само собой, давно уже смылся.

Тут я к своему ужасу осознал, что мне не на чем преодолевать разверзшуюся между островом и Быстроглазым пропасть шириной в сотню метров. И попытался спрыгнуть со спины несущегося скаковой лошадью гхэлла. Но тот крепко, как стальными тисками обхватил лапищами мои ноги и соскочить не позволил.

— Мэйх, сними меня, живее! — заорал я на «когтя». — У меня нет «свистка»!

— Сиди! — хрипло зарычал гхэлл. — Не дергайся!

— Я поставлю маяк и уйду сквозь портал! Да стой же! Мэйх, чтобы тебя разорвало! Стоо-оой, скотина!

Даже и не думая снижать скорость, а наоборот, выжав все возможное на последнем десятке метров, он все-таки прыгнул. Красиво так прыгнул. Взмыл по высокой дуге, как снаряд, выпущенный из баллисты… Со свистом. Моя душа ушла в пятки, сердце оборвалось, а интуиция орала благим матом, что ничего не выйдет. Так и оказалось — свист начал слабеть. Сила прыжка иссякла раньше, чем Мэйх рассчитывал. Не достигнув высшей точки предполагаемой траектории, мы пошли на снижение как подбитый бомбардировщик — тяжело и неуклюже. И сразу стало ясно, что мимо борта мы промахнемся.

Понял это и «коготь».

Но не раздумывал ни секунды.

Мэйх вскинул свои мощные лапы, схватил меня за плечи так, что хрустнули кости, и… и швырнул вперед. Я даже заорать не успел, выстрелив, как камень из пращи. Мгновенье испуга и множество крепких рук подхватили меня на лету и шмякнули на палубу Быстроглазого. Оттолкнув помощников, я живо развернулся к борту и глянул вниз, хотя и так все было предельно ясно.

Мэйха и след простыл. Исчез среди клубящегося внизу тумана, словно его и не было. Рейдовую иконку воина накрыла багровая аура со стилизованным черепом. Да и острову пришел конец. Он уже почти сгинул в облаках; оседлавший его монстр продолжал с немыслимой силой тянуть «добычу» за собой вниз. Край, с которого мы только что прыгали с Мэйхом, погружался в бездну, как верхушка тонущего айсберга в океан.

— «Свисток» не выдерживает двоих, — бесстрастно пояснил за спиной Хорка Умный, понимая, о чем я сейчас думаю.

«Боливар не выдержит двоих», — всплыла в памяти странная фраза, которую, видимо, я когда-то слышал в далеком прошлом. Лезет же в голову всякая хрень… Наверное, она каким-то образом соотносилась с текущим моментом. Я обернулся к Видящему, чувствуя, как внутри горит злость от неоправданной потери.

— Если бы вы не бросили нас с Мэйхом…

Серебристые доспехи Видящего были сильно помяты, на правой стороне морды запеклась кровь от рваной раны, пропитав белую шерсть багровой кляксой. Рядом с вожаком стояли такие же уставшие и побитые «когти», неодобрительно разглядывая меня и скаля зубы.

— Тебя не было в моих планах сражения, — холодно парировал Видящий. — Мне некогда было следить за твоими перемещениями. Ты должен был оставаться на корабле.

Эмоции угасли. Он прав. Я еще не готов для таких приключений.

— А где Михонариум? Я не видел его баффов…

— Там же, где и Мэйх Остроухий. В Белой Мгле. Следуй за мной, ключник, пора поговорить более обстоятельно.

Хорка Умный тяжеловесно развернулся и двинулся в сторону кормовых надстроек, где находилась его каюта.

Я еще раз бросил сожалеющий взгляд на облака, плывущие под заметно набирающем ход кораблем. Ветер упруго надул паруса, заскрипели под нагрузкой детали такелажа. Замешкавшийся рассвет наконец выбрался из-за горизонта, озарив оживающий на глазах мир теплым желтым сиянием.

Жаль, что не все сегодня смогут это увидеть.

Как только мы вошли в каюту, Видящий жестом пригласил за круглый стол в центре помещения, намертво прикрученный за стойку к палубе.

Усаживаясь на табурет, я прошелся оценивающим взглядом по обстановке. Слева располагалась оружейная стойка с личным оружием Видящего (несколько мечей ему под стать и кинжалы), справа — довольно вместительный сундук для хранения наиболее ценных вещей, позади стола — устланный меховыми шкурами топчан для отдыха. Ничего лишнего, все по-спартански просто и функционально. Было бы любопытно заглянуть в этот сундук, будь на то разрешение, но и сам стол представлял для меня живой интерес. Поверхность деревянной столешницы, на которую падал свет из специально проделанной для этой цели круглой дыры в потолке, оказалась рельефно вырезанной и художественно разукрашенной картой территорий Форта Бдительного. А ее край служил естественной границей этих территорий, имитируя тот самый магический барьер, о котором я уже был наслышан. Самой примечательной деталью, само собой, было Древо Смерти, поперечный срез которого выглядел как большая девятилучевая звезда в центре карты — кружок ствола в обрамлении гигантских ветвей. Концы этих ветвей упирались в пунктир окружности, обозначавший границу зоны отчуждения, где не имелось ни единого островка, а между этой границей и границей магического барьера простирался широкий «бублик» жилых территорий, наверное, с тысячами островов. Невозможно определить истинное количество с первого взгляда.

Только я было подумал, что какому-нибудь умельцу после гибели Большой Лапы придется карту исправлять, как она преподнесла сюрприз. Пятнышко погибшего острова погрузилось в стол, словно вдавленная клавиша, и бесследно растворилось на деревянной поверхности, а соседние с ним пятнышки островов начали медленное сближение, чтобы заполнить образовавшуюся пустоту. Обалдеть. Да это не карта, а некий аналог магического монитора и острова показываются почти в реальном времени! Нечто подобное я видел в сервис-центре Цитадели Крика, когда первый раз примерял диадему в Лунной Радуге. Там кристаллы двигались сквозь камень столешницы вокруг синхронизатора, словно планеты вокруг светила. По всей видимости такая же технология.

Табурет жалобно скрипнул под тяжестью массивной туши Хорки, усевшегося за стол напротив меня. Пока я рассматривал карту, он уже пристроил свой здоровенный меч на оружейной стойке. Оторвав взгляд от карты и встретив изучающий взгляд Видящего, я невесело усмехнулся:

— Видимо, я должен принести извинения за необдуманные действия…

— Это уже неважно, — Хорка небрежным жестом когтистой лапы оборвал мою речь, так и не дав покаяться. — Главное, что ты жив, а без потерь не обходится никогда. Награду получишь в Форте, как я и обещал. А сейчас обсудим твои дальнейшие задачи.

— Минутку. А когда успел погибнуть Михонариум? Пока вы дрались с ревуном, его иконка была цела.

— В самом конце, — Видящий досадливо скривил пасть. — Похоже, эльф забыл перезарядить свисток и банально не допрыгнул до корабля, как и Мэйх. Тот еще раздолбай, за вами всеми глаз да глаз нужен, ведете себя, как безответственные щенки, никак не повзрослеете.

Действительно, жаль. Разговор с эльфом теперь откладывался на неопределенное время. Придется обойтись без его ценных советов и разобраться с ситуацией самому.

— Мэйх не допрыгнул из-за меня, — ради справедливости напомнил я.

— Он должен был остаться с тобой, но истолковал мой приказ так, как захотел, — отрезал Хорка. — За что и поплатился, исправляя собственную ошибку. Остается надеяться, что Белая Мгла не заберет их обоих.

— Ну, здесь не столько Мэйх виноват, сколько тот, кто поджег актис и сорвал задание, позволив ревуну смыться. Кому это понадобилось? Это что, сделали сами пожиратели, чтобы погубить защитников форта?

— Запомни на будущее — пожиратели ненавидят огонь лютой ненавистью, — веско сообщил Хорка. — Поэтому ни при каких обстоятельствах не будут иметь с ним дело. Нет, это сделали не они. А кто — это еще предстоит выяснить и подозрения у меня имеются. Жаль, что логи боя не всегда отражают то, что желаешь увидеть, — Хорка усмехнулся. Вообще усмешка псоглавого — не для слабонервных, всяко зубов больше, чем у человека, да и пасть такая, что руку можно перекусить. — Но ты ошибаешься, задание не сорвалось, а лишь отложено до следующего раза. С новым набегом это упущение с ревуном мы наверстаем и задание закроем. А пока пусть повисит, кушать оно не просит.

— Рад это слышать. — Прямо от души отлегло. Почти все пункты в задании на данный момент выполнены, без галочки осталось только убийство ревуна и было бы действительно жаль потерять награду. — Значит, не зря старались. Скажи, Видящий, если с Древом Смерти такая головная боль каждые тридцать-сорок дней, то может, его проще уничтожить? Наверное, есть способы?

Это я исподволь попытался напроситься на легендарное задание: раз покровительство Видящего свалилось мне на голову, так почему бы им не воспользоваться? Увы, не вышло.

— Проще? — во взгляде Хорки скользнуло неподдельное изумление. — Нет. Такую мощь уничтожить невозможно, можно лишь сдерживать. Более того, Древо Смерти — неотъемлемая часть экономики Архипелага, настолько привычная и естественная, что без этого наш образ жизни немыслим. Ими усеян весь Небесный Архипелаг. Высшими Хранителями еще в незапамятные времена вокруг каждого Древа создан магический барьер, чтобы не допустить распространения влияния фракции Смерти, вторгшейся в наш мир из других планов, и не погубить окружающий мир. Моя задача, как Видящего, — успешное отражение набегов и сохранение сложившегося баланса сил внутри одного из таких барьеров. Если пожирателям удастся одержать верх и уничтожить форт, а затем захватить и уничтожить все острова внутри барьера, то случится коллапс. Магический барьер не выпустит силы Смерти наружу, но для экономики Великой Стаи эта часть мира будет утрачена. Бывает, Совету из Высших Видящих во Всевидящем Оке удается вовремя собрать достаточно бойцов из свободных зон, чтобы восстановить прежний порядок жизни внутри захваченного периметра. А бывает, что и нет. Это сложная задача и не всегда выполнимая. Тогда на карте Небесного Архипелага появляется очередное мертвое пятно. Чем больше образуется таких пятен, тем большую угрозу это представляет для всего мира…

Хорка прервался на несколько секунд, с задумчивым видом барабаня когтями по столу. Затем нехотя признал:

— До сих пор я справлялся со своими обязанностями Видящего безукоризненно, но иногда возникают обстоятельства, при которых баланс нарушается и без участия пожирателей. Такой занозой в хвосте для меня является клан «Серый ветер». Подозреваю, что это возгорание — их рук дело.

— Пираты? — я сразу навострил уши, впитывая свежую информацию. А ведь у меня тоже мелькнула такая мысль и признание Хорки подтвердило, что мыслю я в правильном направлении. Логика элементарная — те, кто участвовал в таких набегах уже не раз и не два, не самоубийцы и прекрасно осведомлены о том, что делать можно, а что нельзя. Но ведь и пираты не первый день в этом мире и все расклады им тоже известны. Только цели у них другие. Какие? А вот сейчас и выясним.

— Да. — Хорка поднялся и принялся с мрачным видом вышагивать по каюте взад-вперед, заложив руки за спину. Доспехи его скрипели и позвякивали на каждом шагу. Мастерам в форте придется изрядно над ними потрудиться, чтобы убрать множество вмятин и пробоин, полученных во время боев. Да и мне край как нужно подобрать что-нибудь поприличнее в том же форте. Надеюсь, там найдутся подходящие вещи на мой уровень. — Если бы эти мятежники занимались отражением набегов наравне с моими бойцами и прочими наемниками, меня бы мало волновало их существование. Островов тут для всех хватит, а полезную работу и они волей-неволей выполняют — зачищают свои острова от опасного зверья, сдают ресурсы через моих контрабандистов, стимулы-то всем нужны. Не желают зарабатывать стимулы законным способом и платить налоги — их выбор. Пусть тешатся иллюзией свободы от обязательств. — Хорка усмехнулся. — Но их заботит лишь собственное благополучие любой ценой, а их эксперименты представляют серьезную угрозу для безопасности тех, кто вынужден сосуществовать с ними в пределах барьера.

— Что за эксперименты?

— Ты увидишь последствия этих экспериментов на подлете к форту, — с мрачной усмешкой пообещал Хорка. — С некоторых пор «Серый ветер» нашел способ давления на форт, чтобы усилить свое влияние внутри периметра среди таких же отщепенцев, как и они сами, и подорвать авторитет официальной власти. Смертники «Серого ветра» уже трижды доставляли на мой остров семена Древа Смерти. Каждый раз в ответ на карательные рейды на присвоенные их кланом острова. Семена удалось уничтожить, но треть площади острова Бдительного безвозвратно разрушена и он уже не отвечает необходимым параметрам безопасности. Форт рано или поздно придется переносить на более подходящий остров. Это сложная операция и я все еще надеюсь, что делать этого не придется. Но рейды на «Серый ветер» пришлось прекратить, пока я не узнаю, как им это удалось — захватить семена Древа Смерти.

— А в чем заключается сложность? — я отпил глоток воды из фляги, чувствуя, что от таких новостей тянет закурить, но решил не наглеть в каюте самого Видящего. Потерплю.

— В чем сложность… В том, что до сих пор это считалось невозможным. — Дойдя до стенки каюты, Хорка развернулся резче обычного и с треском вспорол когтями нижних конечностей доски палубы. На меня упал тяжелый взгляд Видящего, в котором чувствовался сдерживаемый гнев. — Да будет тебе известно, ключник, что встретить семя Древа Смерти можно только в одном случае — столкнувшись с утилизатором во время набега. И семя важно уничтожить раньше, чем оно упадет со спины твари на землю, если нет — приходится уничтожать уже в процессе роста, что, конечно, сложнее и опаснее. Ты видел это сам…

— А отобрать семя у жука нет способов? — я уже понял, к чему Хорка ведет разговор. Он сам горит желанием отплатить «Серому ветру» той же монетой, только пока не знает, как к этому подступиться. Интересное дельце наклевывается. Кажется, я опять угодил в гущу событий и набег пожирателей это всего лишь цветочки.

Сквозь дверь каюты донесся громкий скрип мачт, захлопали паруса и палуба ощутимо накренилась. Быстроглазый совершал привычный маневр, огибая очередной встречный остров по краю. Машинально сместив центр тяжести, Хорка наклона словно и не заметил: сказывалась привычка. А я на всякий случай ухватился руками за край стола, чтобы не сползти с намертво прикрученного к палубе табурета.

— Захватить можно. — Недовольный тем, что я его перебил, белогривый гхэлл на миг показал острые зубы, но тут же спрятал. — Сохранить нельзя. Суть в том, что пока семена не отделены от Древа, они пребывают в спящем состоянии. Забирая семена, пожиратели проводят специальный ритуал пробуждения и доставляют на острова уже активированными. Как ты видел сам, рост семени ураганный. Оно мгновенно впитывает все силы острова, набирает массу за его счет и заставляет опуститься в Белую Мглу, чтобы укорениться на поверхности нижнего мира, о котором нам ничего неизвестно, кроме того, что там, в Белой Мгле, водятся самые опасные твари в Небесном Архипелаге. При достижении определенной массы ростка включается защитный механизм материнского Древа, которому не нужны конкуренты на своей территории, а я имею в виду всю территорию внутри барьера. И актис все равно гибнет, сохраняя тем самым устоявшееся равновесие. И точно так же семя гибнет, если в ближайшие после активации часы не попадает на почву острова. Тем интереснее выяснить, как эту проблему удалось обойти «Серому ветру». Ведь свои атаки на форт они провели между набегами. Понимаешь, о чем я?

— Пожалуй, да, — я кивнул, внимательно выслушивая рассуждения Хорки. Хотя с ходу разобраться в местных хитросплетениях непросто, сказывается недостаточная осведомленность, кое-какие выводы мне сделать все же удалось. — Получается, если пираты добыли семена во время набега, то все-таки нашли способ их сохранить. Как-то законсервировали, что ли. Стабилизирующая аура?

— Я думал над этим, — раздраженно мотнул головой Видящий, разметав гриву. — Но такие заклинания мне неизвестны.

— А если пробраться за семенами на само Древо Смерти? А потом ваши Хранители придумают, как их активировать?

— Невозможно, — снова отмел мое предположение Хорка. — Тысячи существ, населяющих Древо, защищают его и не позволят к нему приблизится вплотную.

— А если натравить на Древо кракена?

— Кракена?

— Просто подходящее словечко всплыло в памяти. Я имею в виду ту здоровенную тварь, которая утянула остров в бездну. Уверен, что появление этой твари сразу после воспламенения не случайное совпадение.

— Верно. — Хорка задумчиво кивнул, затем шагнул к сундуку и, с треском окинув массивную крышку, достал оттуда вместительный кувшин из серебра и две пузатых серебряных чарки. — В горле пересохло. Составишь компанию?

— С удовольствием. Кстати, не возражаешь? — посчитав нашу беседу достаточно доверительной для некоторой вольности с моей стороны, я показал Хорке трубку, которую достал из подсумка.

— Валяй. — Гхэлл разлил по чаркам светлую пенистую жидкость, сразу наполнив пространство каюты характерным запахом спиртного. Жестом указав на одну чарку мне, задрал голову, опрокинул содержимое своей в пасть, словно воду, и со стуком поставил опустевшую посудину на один из островов карты-столешницы. После чего снова отправился мерить каюту шагами.

— Эта тварь у нас называется дегустатором или облачным охотником. Это-то меня и беспокоит. При уничтожении семени Древа Смерти недаром строжайше запрещено применять любые заклинания, связанные с огнём, иначе на запах горения появляется облачный охотник, обитающий в Белой Мгле. Хранители считают, что вещества, которые содержатся в этом семени, необходимы для выведения потомства охотников, поэтому тварь не в силах проигнорировать такой сигнал, а чуют они его за сотни километров.

Я по-быстрому набил табаком Молчаливую подругу — табака в кисете осталось на раз, — раскурил и с удовольствием сделал затяжку, запустив ауры Умиротворения и Прикосновения божественной силы. Хорошая все-таки штука. Сразу ясность в мыслях наступает. Причем без малейшего вреда для здоровья, естественная регенерация влегкую прочищает весь организм, разрушая любые токсины.

— Попробуешь? — Я протянул трубку Хорке, но тот покачал головой, отказываясь. Ответный жест, увы, не удался, как и очередная хитрость. Впрочем, Видящий и так относился ко мне достаточно доброжелательно.

Признаться, Хорка Умный — интереснейший тип. С каждым днем он все больше вызывал у меня уважение и симпатию. Разговаривал он властно, без телячьих нежностей — должность обязывала, но и без лишнего давления, как вышло при первой встрече. Бесполезного трепа не любил, а потому без всяких церемоний обрывал того, кто на его взгляд чересчур увлекался. Но что действительно необходимо знать, терпеливо объяснял. И ни малейшего высокомерия, несмотря на то, что он является командующим форта, а я всего лишь игрок без особого статуса. Создавалось устойчивое впечатление общения на равных, хотя я и понимал, что не стоит забывать, кто он и кто я. В общем, своего Хорка не упустит, но и плохого не предложит. И со всеми своими «людьми» или с теми, кого взял под свою опеку, как меня, обращался достойно, строго, но справедливо. Это не плешивый Хондрик, жадный, глупый и назойливо любопытный. Это Хорка Умный, Видящий Форта, вожак целой локации, белая кость и весьма могучая личность, как в плане личных качеств, так и в боевом эквиваленте. Вспомнить хотя бы, как он на равных бился с ревуном, который бойцов рангом пониже раскидывал, как игрушечных солдатиков. По сути Хорка — мини-босс. И мне жутко любопытно было бы глянуть одним глазком на его истинные параметры и умения. Но это, конечно, недосягаемо.

— «Серый ветер» зашел слишком далеко, — продолжил белогривый. — Воры явно рассчитывали покончить с островом вместе со мной. Это уже тянет на войну. А в войне все средства хороши.

— В том числе и семена Древа Смерти в качестве козырной карты, — с пониманием кивнул я. — Послушай, Видящий…

— Когда вдвоем — просто Хорка, — усмехнулся гхэлл. — Иногда я тоже не прочь расслабиться. Как и любой из моих воинов.

— Понимаю и ценю, — снова кивнул я. — Но я вот о чем. Что, если заслать одного из твоих воинов на само Древо и поджечь семена прямо на ветви? Наверняка для такой лихой вылазки найдутся отчаянные смельчаки. Кракен, то бишь дегустатор, не устоит и припрется за своей законной добычей. С такой-то мощью, как у этих тварей, утягивающих в бездну целые острова, им вполне по рангу пободаться с обитателями Древа. И под шумок, пока с ним разбирается охрана, твои воины захватят столько семян, сколько понадобится? Без потерь наверняка не обойдется, но чем не план? Главное, тщательно проработать все детали…

— Хороший план. Но ты не первый, кому он приходит в голову. Самая главная проблема при приближении к Древу Смерти — Аура Смертного Истощения, которую оно распространяет вокруг себя. Никто из живущих на островах не сможет выдержать эту ауру больше нескольких минут. Неважно, какая у тебя сила и здоровье — аура бьет в процентном соотношении от твоих параметров. Поддержка лекарей не поможет, зелья и эликсиры не спасут. Просто умрешь от слабости, пытаясь сделать по ветви очередной шаг, даже если никто из защитников не будет тебя атаковать. Именно эта аура и создает свободную от островов зону отчуждения, так как отталкивает любые объекты, на которых присутствует жизнь.

Занятно.

Затянувшись еще разок, я решил получить удовольствие по полной программе и пригубил жидкость из предложенной чарки, которую система обозначила как «кислин: вино из листьев одноименного растения, произрастающего на островах Небесного Архипелага». И едва не задохнулся. Чертов кислин оказался крепким, как водка, и таким кислющим, что челюсти мгновенно свело до самой шеи. Язык и нёбо тоже онемели. Стоически стиснув зубы, я переждал спазм мышц и аккуратно, словно гранату на боевом взводе, опустил чарку обратно на стол. Нафиг. Нафиг. Хорошо хоть сумел сдержать на лице невозмутимую мину. Вполне обойдусь трубкой. А Хорка пил его как воду. Бррр….

— Зна… Кх-хе. — Так, глубокий вдох и выдох, вот, уже лучше. — Значит, дегустатору при всей его мощи тоже ничего не светит. Неудивительно, что эти твари так рвутся добыть семена, когда те оказываются вне зоны отчуждения. А на самих пожирателей, само собой, эта аура не действует. Ладно, я все понял. «Серый ветер», значит. Хочешь, чтобы я попытался втереться к ним в доверие? В таком случае сразу вижу серьезную проблему. Мне будет трудно прикинуться несправедливо обиженным, если я получу тридцать пятый уровень после первого же набега. Это сразу бросится в глаза любому, у кого есть хоть капля мозгов.

— На этот счет можешь не беспокоиться, Зубоскал.

— Прости, но я привык покороче — просто Зуб.

Не прерывая шага, Хорка кивнул.

— По прибытию в форт я поручу своему доверенному Хранителю, Форэку Мудрому, обучить тебя умению по маскировке сущности. Прикинешься снова двадцать восьмым и будешь жаловаться всем встречным на несправедливое обхождение. Говори, что вздумается: что я выкинул тебя из рейда за нарушение приказа, обделил добычей, не засчитал задание. Мои бойцы все подтвердят. Да и сами распустят необходимые сплетни в харчевнях форта.

— А не слишком опасно засылать меня в «Серый ветер», если я для тебя так ценен, как ключник? — не без иронии поинтересовался я.

— Мои Хранители считают, что при достижении определенного порога развития ключника уничтожить крайне сложно, — покровительственно осклабился Хорка. — Я пока не знаю, достиг ли ты этого порога, поэтому начнем с малого, с разведки и проникновения, пока ты не разберешься со своими способностями и осколком реальности сполна. Я тебя утешил?

— Угу. Рад до потери пульса. Но информация и правда интересная и многообещающая. И наверняка ты говоришь не все, что знаешь. Предпочитаешь придерживать самое важное при себе, чтобы сохранить мою заинтересованность в нашем союзе?

— Многого не могу сказать, не изменив свою судьбу, — весьма загадочно ответил Видящий. — Слишком рано. Посмотрим, какой будет от тебя прок в ближайшем будущем. Если не справишься с первым же заданием, то придется запереть тебя в осколке ради расходников. Они весьма неплохи.

— Не слишком приятная перспектива. Не думаю, что до этого дойдет.

— Надеюсь. Кстати, насчет расходников. Я не мог не заметить, что параметры твоего оружия изменились. Новый рецепт на модификаторы?

Я улыбнулся, воспользовавшись тем, что Хорка сейчас в мою сторону не смотрит. Даже и не рассчитывал, что он не заметит. Но интересно было, когда и как он об этом сообщит. Да уж, лишний раз лукавить с ним себе дороже. Честность выгоднее. Да и как-то приятнее обходиться без лжи, сам не люблю хитрозадых.

— Да. Как раз об этом и хотел поговорить. — Сперва я достал из подсумка четыре модификатора на плюс тридцать, а потом жестом фокусника положил на стол перед Хоркой модификаторы на плюс сорок пять.

Видящий всмотрелся в их описание и на его морде явственно проступило озадаченное выражение. Затем грузно шагнул к столу ближе и аккуратно двумя когтями большого и указательного пальцев, словно опасался, что тот рассыплется в пыль при прикосновении, подхватил один из кристаллов и вгляделся пристальнее.

— Неплохо. Средний универсальный модификатор… очень, очень неплохо. В форте усилителями занимаются алхимики. То, что ты мне сейчас принес, могут создавать далеко не все из них. И судя по тому, что этот модификатор средний, твой потенциал далеко не исчерпан. Ты можешь на этом неплохо заработать. Конечно, через меня, чтобы не выдавать источник происхождения. Да чего душой кривить, я сам куплю у тебя любое количество таких усилителей. Клянусь своим покровителем Горэлом, так и сделаю. По лучшим ценам.

Я мысленно ухмыльнулся, продолжая держать на физиономии вежливую мину. Эка его зацепило. Простые модификаторы не впечатлили, а эти явно произвели фурор. Что ж, надо ковать железо, пока горячо. Сюрпризы у меня еще не кончились.

— Да какая там продажа, — я вздохнул, изображая нешуточную досаду. — Слишком долго расходники изготавливаются, слишком много ресурсов на них уходит, пока хотя бы себя обеспечить…

— Ты еще не понял? — Хорка покачал белогривой башкой, словно не веря, что я сморозил такую глупость. Угу. Люди вообще существа недалекие, гхэллы всех умней и прозорливей. — Ресурсы — не проблема. Выделю все, что необходимо, из запасов форта. Лучше подумай, как можно ускорить производство. Есть идеи на этот счет?

— Собственно, именно к этому я разговор и вел. В моем Списке Мертвых есть трудолюбивые создания, рожденные исключительно для крафта. Называются они коби…

— Исключено, — сказал, как отрезал Хорка, да еще и кулаком по столу пристукнул для пущего эффекта. — Три сейва это слишком много для воскрешения одного трудяги, сейчас ты для меня намного ценнее любого из них, а значит, все сейвы пригодятся тебе самому.

— Не торопись, Видящий, — я отложил прогоревшую трубку и выдохнул последнее облачко голубоватого дымка. Для полного удовольствия не хватало кресла: сейчас бы на спинку откинуться и ноги вытянуть. — Дело в том, что возможности моего питомца за время рейда сильно подросли. Благодаря твоим кристаллам, само собой. Я получил новый рецепт на жертвенное воскрешение и задание к нему. Теперь я могу воскрешать без затраты своих сейвов. Но так как сроки поджимают, то мне нужна твоя помощь для его выполнения.

— А вот здесь поподробнее. — Хорка грузно опустился на табурет и навалился локтями на стол, уставившись на меня. — Скинь описание задания. И рецепта. Мне нужно понимать, о чем ты говоришь.

Скинуть — запросто, мы ведь все еще в рейдовом чате. Но…

— Секундочку. Мне кажется, что наши условия бартера немного невыгодны для меня.

— Да? И что же тебе не нравится? — не думал, что гхэллы умеют вскидывать брови так же иронично, как и люди, но Хорке это вполне удалось.

— Треть от производимых усилителей — слишком малая плата за такую уникальную работу. А вот две трети меня бы вполне устроили…

— Половина. И торг окончен. Скидывай задание.

Что ж, и то хлеб с маслом. Не думал, что вообще получится.

Взгляд Хорки на несколько секунд слегка остекленел, пока он изучал текст. Затем белогривый потянулся к кувшину, наполнил стакан и залпом опрокинул его содержимое в пасть. Меня чуть не перекосило. Такую кислятину — и залпом. Тихий ужас. Челюсти снова свело, на него глядя. Повисло молчание. Хорка так глубоко задумался, что похоже, забыл, где находится. Зато окружающая среда не забывала об этом напоминать; снова заскрипели мачты и наклонилась палуба при очередном маневре. Честно говоря, я ожидал не такой странной реакции, поэтому решил первым прервать затянувшуюся паузу:

— Так мы сможем договориться? Что ты хочешь за шесть кристаллов душ третьего ранга? Вряд ли такие кристаллы здесь имеют большую ценность, а выше мне не нужны. Допустим, три следующие закладки универсальных модификаторов я отдам тебе полностью. Устроит?

— Как думаешь, почему в моей команде нет ни одного воина пятидесятого уровня? — Хорка поднял массивную голову и вперил в меня задумчивый взгляд.

— Это очевидно, — я недоуменно нахмурился, сбитый с толку переводом темы. — Нет смысла сливать опыт тем, кто уже добрался до высшей планки.

— Смысл есть, — веско возразил Хорка. — Позже поймешь. Дело в другом. Дожив до пятидесятого уровня, эти воины доказали, что ум, сила, отвага и удачливость у них не из рядовых. Такие уровни набиваются годами, это элита моего форта и рисковать этими воинами в рядовых походах — преступная глупость. Поэтому для отражения обычных набегов я беру с собой менее ценных воинов, так как без потерь не обходится никогда. Белая Мгла беспощадна, ей все равно кого сожрать.

— Слышу это уже в который раз и поневоле возникает вопрос… Неужто это настолько серьезная проблема — вернуть воина из Усыпальницы, раз уж он так ценен?

— В форте нет Усыпальницы.

Повисла новая пауза. Хорку явно позабавило мое изумление и он ждал вопроса, в котором не сомневался.

— Говоря, что в форте нет Усыпальницы, — медленно проговорил я, — ты имеешь в виду, что ее нет во всей подведомственной тебе локации?

— Усыпальниц нет на всем Небесном Архипелаге, — спокойным тоном окончательно добил меня Видящий. — Забудь про закрытый мир, который ты разрушил, чтобы вырваться из его оков…

Намеренно Хорка это сказал или ему было все равно, но здесь он наступил мне на больную мозоль и я слегка вспылил:

— Да не уничтожал я Лунную Радугу! Условия уничтожения уже были заложены в эту реальность, я лишь толкнул камешек, который и покатился с горы. То есть активировал подготовленную цепь событий, но неосознанно. Я же понятия не имел о последствиях и хотел сделать, как лучше для всех, не только для себя. Так что незачем вешать на меня всех собак…

— Вешать всех собак? — Хорка вопросительно приподнял лохматые брови. — Что это значит?

— Да неважно… Другими словами — несправедливое обвинение. Оборот такой.

— Занятно. Запомни накрепко — Усыпальницы формируются ввиду исключительных условий только в закрытых мирах.

— А как возникают закрытые миры? — я с любопытством навострил уши.

— Не отвлекайся от сути. В остальных мирах все устроено так же, как на Архипелаге, — только порталы и привязанные к ним Колыбели. И именно поэтому я предоставлю тебе воинов для твоего первого группового жертвенного возрождения.

— Что-то я потерял нить твоих рассуждений. Ты только что сказал, что…

— Да. Я предоставлю доноров, потому что у тебя имеется еще большая ценность, чем сейв — Список Мертвых. По сути, это бессмертие, привязанное к тебе лично. Походная Усыпальница. Я хочу увидеть, как это работает. Убедиться, что это действительно работает. Поверь, это взаимовыгодное сотрудничество и я не вижу смысла скрывать своей заинтересованности или принижать ее значение.

Я выбил пепел из трубки на пол, Хорка и глазом на это не моргнул, и спрятал ее в подсумок. Побарабанил пальцами по столу в легком раздумье. В общем-то, предложение Хорки согласовалось с моим запасным планом, но вот эта готовность, с какой он пошел навстречу, едва услышав про мои новые возможности, немного настораживала. Я все еще слишком мало знаю обо всем этом винегрете с воскрешением, как бы тут не крылась какая-то загвоздка.

— Считаю нужным напомнить, что донор должен быть добровольцем, — наконец сказал я. — Приказ здесь не годится. Не я придумал это условие.

— Приказа не будет, — без тени сомнения заверил Видящий. — В «когти» подбираются лучшие представители гхэллов, живущие по законам чести. Добровольцев будет предостаточно. Потеря одного сейва ничто по сравнению с потерей всей жизни.

— Все твои воины настолько самоотверженны, что готовы умереть ради эксперимента лишь по твоему желанию?

— Ты все еще не осознаешь до конца, насколько уникальны твои возможности. Список Мертвых это сочный, жирный кусок мяса для любого разумного существа, не только для гхэлла. Поверь, недостатка в добровольцах не будет. Именно поэтому я запрещаю тебе разглашать эту информацию без моего ведома. Слишком многие захотят попасть в этот список, но не на твоих условиях. И будет смута.

— Что ж, хорошо, — я пожал плечами, не зная, к чему еще придраться. Все шло как по накатанной. — Я рад, что пока наши ближайшие цели совпадают, но столько гхэллов мне не нужно… — И тут меня понесло. — Потому что не все так просто. Первый раз у меня не было выбора и для возрождения человека пришлось использовать суккубу, существо совершенно чуждой нам, людям, расы, да еще и другого пола. Мне так и не довелось узнать, сумел ли тот человек оправиться после такого воскрешения. Теперь я склонен полагать, что расу и пол необходимо подбирать как можно ближе к оригиналу. Михонариум рассказывал, что в форте можно встретить разных существ, вот там я и хочу поискать тех, кто на мой взгляд, годится для воскрешения намеченных кандидатов из Списка Мертвых. Но спасибо за предложение.

На самом деле всю эту пургу насчет соответствия рас доноров и воскрешаемых я придумал с ходу. Но сам же и задумался: а вдруг это действительно так? Неспроста эта мысль постоянно вертелась в сознании. Первым делом я планировал воскресить суккубу Марану, благодаря которой из небытия вернулся Дар, и Чупу — стеснительную девушку-низуши, пожертвовавшую собой в критической ситуации ради спасения остальных. Клятвы и обещания нужно выполнять или не давать их вовсе, только так и никак иначе. Третьим номером шел рейд-лидер ракшасов, самоотверженно погибший в первых рядах на штурме серпантина Цитадели Крика при выполнении моего приказа. Так вот, псоглавый для возрождения ракшаса это еще куда ни шло, а вот использовать такое «сырье» для девушек — душа не лежала, и все тут.

Какое настырное задание, реагирует на мысли и само лезет с напоминанием! Репутацию с Аланом Темным самую малость не добил, это дело поправимое, насчет кристаллов душ тоже пока окончательно не договорился, а третья строчка уже просит особого внимания. Впрочем, почему бы не сделать это прямо сейчас? Итак, Марана, Чупа, Джарук… остальных край как нужно взять из коби. Смотрим. Пробежавшись по именам взглядом, выбрал тех, кто постарше — Карь, Маул, Глип, все тридцатого уровня, максимального для Лунной Радуги. Как только определился с выбором, напротив третьего пункта возникла зеленая галочка. И что теперь, если захочу переиграть, не смогу? Впрочем, пока неважно. Все идет путем.

Хорка заминки вроде и не заметил, а приведенные наспех аргументы, видимо, его вполне устроили:

— Разумно. Выбери тех, кто подойдет для наших целей и сообщи мне их имена. Прежде чем огласишь им все условия, они подпишут со мной договор о неразглашении, а мой Хранитель наложит на них печать молчания. Но предложение в силе. Если к сроку не найдешь кандидатов сам, то получишь моих доноров. А кристаллы душ выдам пятого ранга.

— Не подходит. — Я нахмурился. — Пятый ранг увеличит время изготовления до 60 часов. — Я покосился на таймер обратного отсчета, показывавший цифру 69:24. — Остается слишком мало времени на случайные накладки.

На самом деле благодаря клановому умению ускоритель и самоотверженной заботе Крохи на изготовление жертвенника уйдет не шестьдесят часов, как положено по рецепту, а тридцать, но вдаваться в подробности пока незачем. Запас времени никогда не бывает лишним.

— Других у меня нет, — Видящий снова потянулся к кувшину, но почему-то передумал. — Дальше. Ранее мы договорились, что две трети расходников, созданных из моих ресурсов, будешь отдавать мне. Это касается и жертвенников.

— Мы же изменили условия на 50%?

— Верно. — Хорка ухмыльнулся. — Кислин — сильная штука. Путает сознание.

— То есть отдать тебе три места из шести? — заявление Хорки мне не слишком понравилось и праведное негодование сдержать не удалось. — И что тогда останется мне? Кто тогда будет присматривать за цитаделью в мое отсутствие, кто будет работать? Опять все сведется к моим питомцам? Может, все-таки сойдемся на бартере модификаторами? Мне нужно клан возрождать, ты сам в этом заинтересован, разве нет? Иначе как я ускорю производство…

— Успокойся, — насмешливым тоном оборвал меня Видящий. — Пока мне столько мест не понадобится. Похоже, ты сам забыл, что в Список Мертвых попадают лишь те, кто или погиб от твоей руки, или находился рядом с тобой в момент гибели. За рейд при тебе погибли лишь четверо моих бойцов — Алия, Мэйх Остроухий, Корх Меткач и Михонариум… Судьба любого верного воина мне небезразлична. Вопрос лишь в целесообразности усилий по его возвращению. Раз это стало возможным, я этим воспользуюсь. Алия и Корх уже возродились в форте, лишь не успели принять участие в окончании набега. Что станется с Мэйхом и Михонариумом, узнаем только через два-три дня. Так что места могут и не понадобится. Но если я захочу, чтобы ты воскресил души сгинувших в бездне бойцов, то ты предоставишь мне необходимое количество мест по первому требованию. А так как мои бойцы все выше сорокового, то им подойдет для воскрешения только пятый ранг жертвенника.

— Для Мэйха и Михонариума я и сам выделю пару местечек, если потребуется, — проворчал я, остывая. А он молодец, этот Хорка Умный — действительно заботится о своих. Хороший знак. — Договорились, пятый, так пятый.

— Что еще нужно лично от меня для успешного выполнения твоей задачи?

— Пожалуй, что ничего. Все остальное зависит от меня. Ладно, с жертвенником вроде все разрулили. Осталось узнать, какое задание ты приготовил для меня после этого воскрешения…

— Почему после? — Хорка Умный многозначительно усмехнулся. — За то время, пока создается жертвенник, много чего можно сделать полезного. Жаль, что о новых жертвенниках ты не сказал раньше. Теперь мы на одинаковом расстоянии от обоих астральных маяков. Но через час, как доберемся до Потерянных Душ, там тебя и высажу. Зарядишь алтарь, затем отвезу в форт и получишь остальную награду. А пока у нас еще час лета, и самое время отработать твою будущую легенду для «Серого ветра», чтобы приняли тебя с распростертыми объятиями.

— С дороги, бесхвостый!

Раздраженный рык заставил поспешно отступить в сторону, чтобы пропустить стражника-гхэлла на боевой варне, в блестящих серебром стальных доспехах. Этот тип пронесся мимо с такой скоростью, словно спешил на пожар. Пыль заклубилась за ним столбом, заставив прохожих раздраженно рычать вслед. Пятидесятник. Еще бы — важная птица. Но шутник, однако. Где он тут дорогу увидел, чудило блохастое? И кто бы еще попрекал отсутствием хвоста: все виденные до сих пор гхэллы сами щеголяли без хвостов.

Михонариум говорил, что этот «предмет интерьера» у псоглавых купируется при достижении совершеннолетия, а происходит это на третий год от рождения. Взрослеют местные щенки на зависть быстро по сравнению с человеческими отпрысками. После прохождения специального квеста на инициацию подросток превращается из простого жителя в полноценного игрока, сразу получая тридцатый уровень — минимальный для этой локации. А в память о хвостатом детстве гхэллы с пренебрежением относятся к тем, кто хвостов отродясь не имел. Сомнительное достоинство, но в чужой культуре свои заморочки.

Я пожал плечами и двинулся в прежнем направлении, ориентируясь по метке на мини-карте и внимательно поглядывая по сторонам, чтобы не нарваться на еще на одного такого торопыгу — собьет с ног, потопчется сверху и скажет, что так и было.

Форт Бдительный оказался весьма занятным местом. Пыльным, шумным и хаотичным. А еще было жарковато. Карабкавшееся на небосвод оранжевое солнце щедро прогревало все вокруг, обезвоживая почву острова и выжимая из тел островитян испарину. Даже дувший с утра ветерок как-то увял, заблудившись среди хижин. И как эти стражники терпят жару в стальных доспехах? Маньяки. Мне лично и в кожаном панцире неуютно, организм еще не успел толком перестроиться после зимней стужи Лунной Радуги. По большей части снующие в разных направлениях гхэллы не обращали на меня никакого внимания. Да и что интересного может быть в человеке, да еще такого невысокого уровня? И для первого знакомства с фортом меня это вполне устраивало. Меньше любопытных — меньше проблем, зато сам могу осмотреться и выполнить задуманное без спешки и задержки.

Михонариум называл форт городом и по местным меркам это действительно был город. Но весьма своеобразный. Прежде всего следует отметить, что форт располагался в центре острова: благодаря действовавшим здесь физическим законам так сложнее нападать на него с воздуха. Следующей примечательной особенностью было… полное отсутствие крепостных стен, которые до посещения Бдительного привычно рисовались в моем воображении. А еще внутри царил полный бардак. Всю территорию так называемого «форта» буквально усеивали разнокалиберные хижины, сплетенные из древесных прутьев и обмазанные глиной; здесь такие строения назывались глинниками. Простые гхэллы довольствовались самыми невзрачными и тесными жилищами, позажиточнее — мастера разных ремесел, наставники и торговцы — глинниками побольше и попросторнее, или даже целыми комплексами строений, соединенных переходами. Но материал и для бедняков и для богачей использовался один и тот же — прутья и глина. Причем все это безобразие теснилось друг возле друга без всякого намека на планировку улиц. Никаких тротуаров и мостовых. Пыль столбом. Ходи, где вздумается. Если сможешь. Или скачи, куда пожелаешь. Летать варны над островом не могли, так что стражники гоняли на них, как на обычных наземных маунтах. Что, учитывая строение лап этих животных и их характерную раскачивающуюся походку, выглядело хоть и довольно уморительно, но не безопасно — если такая туша собьет с ног, мало не покажется.

— В сторону, человек!

Я снова отскочил, ударившись плечом о ближайший глинник и проводив неодобрительным взглядом еще одного любителя быстрой езды по тесным закоулкам. Таких вот пятидесятников вроде этого стражника мне эльф настоятельно советовал сторониться, когда рассказывал о форте. Попадешь под ноги — мало того, что сам пострадаешь, так еще и в нападении обвинят. Мне это надо?

— Отвали от моего жилища! — раздраженно рыкнул кто-то изнутри глинника, — шляются тут всякие!

Усмехнувшись, я двинулся дальше.

Чем ближе к месту назначения, тем оживленнее становилось движение. Уверен, сегодня тут курсирует куда больше народа, чем в обычные дни. После отражения набега это неудивительно: желающие получить заслуженную награду сейчас выстраивались в очередь перед Управой — «зданием», где квартировал сам Видящий. Так что забот у Хорки сейчас выше головы. Благополучно высадив на причале, он послал меня к Хранителю форта своим ходом, а для порядка «пристегнул» одного из своих воинов присматривать издали. Если вдруг сцеплюсь с кем из местных, «коготь» отвлечет внимание на себя и наставит драчуна на путь истинный. Слава Алану (или моей осторожности), до сих пор все обходилось мирно. Пока собака лает, она не кусает. Так и с гхэллами — рычать друг на друга у них излюбленное занятие, но если не нарываться в ответ, то драки вполне можно избежать. К тому же в форте между игроками разрешены исключительно дуэли, причем в специально отведенном для этого месте — на Арене. То есть, для схватки необходимо обоюдное согласие конфликтующих сторон. Иначе забияке грозит штраф, а рецидивисту — отбывание наказания на леви-руднике.

С Хоркой мы договорились, что до того момента, пока не найду кандидатов, маячить у Видящего на приемах не буду. Типа, рейд кончился и больше я Хорке не нужен, так как ничем особенным себя не зарекомендовал. Все «когти» это подтвердят хором, даже если напьются в стельку. Алия улетела за борт раньше, чем успела обо мне хоть что-то узнать, Михонариум вряд ли станет болтать лишнее кому не следует — он, как и «когти», по-прежнему на службе у Хорки, и, надеюсь, сумеет возродиться в Колыбели сам. А в общей свалке на Большой Лапе вряд ли кому пришло в голову разглядывать способности низкоуровневого бойца, игроки делом были заняты. Так что все шито-крыто и до завершения изготовления жертвенника я как бы сам по себе. Буду держаться скромно и неприметно и никаких опасных вылазок до возрождения предпринимать не собираюсь, если этого не потребуют особые обстоятельства. Знакомлюсь с миром, тихой сапой вербую игроков в свой клан, ищу кандидатов в жертвы, по возможности экипируюсь, разбираюсь с делами в цитадели: забот хватит.

А вот когда буду готов, то тогда засвечусь перед «Серым ветром» на своих условиях и начнется совсем другая игра. Признаться, не по душе мне эта шпиономания и связанные с этим видом деятельности ограничения. Да и надоело плыть по течению. Так что, как добывать информацию о «Сером ветре», буду решать самостоятельно и по обстоятельствам. И при этом совсем не обязательно совать голову в осиное гнездо лично. Мой Список Мертвых — страховка для любого из моих соклановцев, но никак не наоборот. А значит, мне важно оставаться живым не только ради себя. По крайней мере, пока не выясню досконально все возможности Ключника, о наличии которых упоминал Видящий. И вообще, грамотный руководитель должен распределять задачи по своим подчиненным с учетом их возможностей. Лишь тупица все делает сам, нерационально используя ресурсы.

Хорка после моих требований расхохотался. И… согласился. По его заверению, если Ключник не имеет собственного мнения и воли для самостоятельного принятия решений вопреки давлению со стороны, то это никуда не годный Ключник. Проверял на характер и сообразительность, собака такая…

Я замедлил шаг, заметив в очередном просвете справа кое-что интересное. На карте это место было помечено как общественный рынок, а на деле — площадка радиусом метров пятнадцать, тесно окруженная все теми же хижинами. Принадлежали они самым различным ремесленникам, о чем свидетельствовали как системные надписи на карте, так и торговые прилавки перед каждой такой хижиной. От народа здесь было не протолкнуться. После рейда игроки чинились и пополняли припасы, оживленно торгуясь с хозяевами прилавков.

Рынок — хорошая тема, обязательно загляну, но попозже. Сейчас ведь и заплатить-то нечем, за этим к Хранителю и шел: обзавестись печатью накопителя. Все равно что открыть счет в банке, честное слово.

— Смотри, он все еще жив.

— И вполне здоров. Ты проиграл, Зик. Ты должен ему желание.

Повернув голову, я увидел две пары внимательных глаз — светло-зеленых и зеленовато-голубых. Дриада и дрелан. Девушка-деревце с нежно-салатовой кожей и копной растительных волос с вкраплениями серебристых листьев и парень-рептилоид — гуманоидное существо, обтянутое рыбьей чешуей. Они остановились в трех шагах. Видимо, тоже направлялись на рынок, когда заметили меня.

Радостная улыбка поползла по губам. Прямо как по заказу! Сразу после Хранителя я и сам собирался искать эту парочку, так что теперь время терять не придется. Обнадеживает, кстати, что метки клана у обоих не видно. Впрочем, это еще ни о чем не говорит: так же как и я они могли просто снять галочку, включающую отображение названия клана.

— Привет, Зик, — я помахал ладонью в приветственном жесте. — Привет, Там Ина. О каком желании идет речь?

— Мы так развлекаемся, — бесстрастно пояснил Зик, поигрывая своим убийственным телекинетическим копьем в правой руке, весьма меня впечатлившим в финальном сражении на Большой Лапе. — Если кто-то из нас проигрывает, то выполняет желание предмета спора. В данном случае предмет спора это ты. В пределах разумного, конечно. Хорошо подумай, что хочешь от меня получить. Если желание окажется мне не по силам, то я его аннулирую.

Интересные по виду все-таки расы… очень своеобразные. Чужие. И привлекательные одновременно. Парадокс. Меня вовсе не покоробило, что свое пари они заключали на мою выживаемость. И что с того? Зла они мне определенно не желали. Более того, несколько раз выручили в бою.

— Вот что, друзья. Желание — штука интересная и я непременно воспользуюсь предложением, но сперва…

— Уже друзья? — едва заметно улыбнулась Там Ина, плавным движением изящной руки поправляя за спиной лук, немного сбившийся при ходьбе набок.

— Конечно, — подтвердил я без тени сомнений. — Для меня любой, кто прикрывает спину в бою и не требует ничего взамен, сразу становится потенциальным союзником. Так что примите мою благодарность. Здорово вы действовали в рейде, лично я залюбовался.

Как говорится, ничто не дается так дешево и не ценится так дорого, как обычная вежливость. Но это правило справедливо для моего мира, сработает ли здесь? Зик с Там Иной переглянулись и снова уставились на меня — вроде бы более доброжелательно.

— Так желание будет или мы пойдем своей дорогой, странный ты человек? — уточнил Зик.

То ли мне показалось, то ли в голосе дрелана и впрямь проскользнула ирония. Из-за строения лицевых мышц мимика у дреланов крайне обеднена и улыбка им, в отличие от дриад, совершенно не свойственна. Грубо говоря, нечем им улыбаться, их роговые губы просто не изгибаются привычным для человека образом. Поэтому угадывать проблески истинных эмоций под бесстрастной маской рептилоидной физиономии весьма непросто. Надеюсь, со временем приловчусь, но пока — темный лес.

— Желание будет, — я на всякий случай продолжал вежливо улыбаться. — Но предложение несколько неожиданное, и…

— После рынка мы навестим харчевню «Когти и Зубы», — мягким тоном перебила меня Там Ина, словно извиняясь. — Надеюсь, часа тебе на обдумывание хватит. Иначе потом ищи нас на Рваном Ухе — там жилье для ночевки дешевле, чем в форте.

— Заметано. Буду обязательно. Послушайте, а случайно не знаете, где можно найти копьеносицу Алию? Она у Видящего работала впередсмотрящим и в форте наверняка примелькалась.

— Поспрашивай в «Когтях и зубах», — посоветовала дриада.

Они снова переглянулись, эти странные личности, считающие странным меня, и явно посчитав разговор исчерпанным, двинулись на рынок. Толпа гхэллов их совершенно не смутила и не задержала ни на секунду. Они ввинтились в нее с поразительной ловкостью, ни с кем не столкнувшись и даже не задев, словно площадь вообще была пустой и спустя пару секунд занялись изучением каких-то товаров перед одним из прилавков.

Я задумчиво хмыкнул, затем развернулся и двинулся дальше. Ну и ладно. Главное, договоренность есть, а как вести разговор, разберусь при встрече. Мда, вот только сумею ли с ними хоть о чем-то вообще договориться… Может, просто потеряю время и лучше сделать ставку исключительно на людей? По заверениям барда представители моей расы в форте не такая уж редкость, а общий язык со своими найти определенно легче. Откровенно говоря, даже гхэллов я понимал лучше, но я и терся возле них уже три дня. Черт, как же рядом не хватает Михонариума с его толковыми советами.

Купол Святилища Тайного Пути возвышался над макушками прочих глинников не меньше чем втрое, сложно было не заметить издали. Этакая «курица-наседка» в окружении «цыплят». В святилище вел единственный вход. Посторонившись и пропустив выходившего гхэлла, одетого лишь в собственную серую шкуру и выглядевшего донельзя раздраженным, я шагнул внутрь. Миновав короткий коридорчик, оказался в довольно просторном зале метров на шесть в диаметре. Выкрашенные в белую краску стены и пол освещены лучами небесного светила через круглую дыру в своде. В центре зала располагался портал тайного пути, в данный момент деактивированный — просто утопленная в глинобитный пол шероховатая каменная плита двухметрового диаметра, а по окружности самого зала я бегло насчитал восемь проемов, ведущих в тесные боковые помещения, система пометила их как кельи пробуждения. Ага, вот почему снаружи святилище казалось более просторным, чем вышло на деле — из-за кольца этих самых помещений. Видимо, тот недовольный гхэлл, с которым я столкнулся на входе, только что возродился в одной из этих боковух.

И больше ни одной живой души. Ладненько, пока жду Хранителя, внесу этот портал в базу данных своей личной сети. Давно пора проверить, что из этого выйдет…

— Долго же ты добираешься, чужак.

Раздавшийся справа язвительный голос заставил поспешно обернуться. Брови удивлённо поползли вверх. Из крайнего бокового помещения, колыхнув белой занавеской — под цвет стен, а поэтому и незамеченного сразу, вышел гхэлл, почти как две капли воды похожий на Хорку Умного. Такой же коренастый и белогривый, но ник у него был иной — Форэк Мудрый. Ясно, тоже пятидесятник. Облачен этот тип был в белоснежное полотняное одеяние, напоминающее монашескую рясу, талию обтягивал украшенный серебряной вязью кожаный ремень. Ни снаряжения, ни оружия. Лишь небольшая чашка в правой лапе, от которой тянуло незнакомым травяным настоем. Хлебнув из чашки, Форэк снова уставился на меня пронзительным, требовательным взглядом.

— Прошу меня извинить, Форэк Мудрый. В форте я впервые…

— Ищущий, — бесцеремонно оборвал белогривый. — Тебе разве не объяснили, как ко мне обращаться? Ох уж этот Видящий, слишком фамильярен со своими подчиненными. Я предупрежден о твоем визите, но не тяни мое время за хвост — привязывайся к порталу и подходи в келью.

Белогривый скрылся в помещении, а я без промедления шагнул на каменную плиту, и ее тут же охватило мягкое, едва заметное свечение — без спецэффектов тут никак.

Я нахмурился. Все эти достопримечательности, о которых мне уже было известно благодаря изученной в каюте Видящего и запечатленной в памяти карте, находились в пределах магического барьера. Но озадачило и встревожило не то, что переход обходился чертовски дорого и явно не рассчитывался на низкоуровневых игроков. Я не увидел пункта, на который так надеялся — что-то вроде Цитадели Крика. И как теперь быть?

Так… Еще одна загвоздка. А мне это надо? Если привяжусь здесь, не слетит ли привязка в осколке реальности? Хотя, может именно поэтому я не вижу своего осколка в транспортной сети?

Уловив мои колебания, система выдала следующую строку, разрешающую сомнения:

Мда. Хорка как-то упустил из виду этот момент: забыл меня просветить, насколько Хранитель осведомлен о наших с Видящим планах, так что придется выяснять причину проблемы с осколком самостоятельно. В любом случае я по-прежнему могу вернуться «домой» через один из астральных маяков, а добраться до острова можно как пешком, когда получу свисток, так и на лодке. К месту говоря, не на все расстояния между островами хватало силы «свистков», поэтому снующих на «крыльях» возле пристани форта перевозчиков хватало на всех желающих. Вдобавок, если маршрут протяженный, то путешествие на лодке гораздо быстрее и безопаснее прыжков.

— Долго тебя ждать, человек? — донесся из кельи приглушенный рык Хранителя.

— Иду, Ищущий.

Откинув полог, я шагнул внутрь, с любопытством оглядывая пространство помещения, против ожидания оказавшегося не таким уж и маленьким. Множество тянувшихся по стенам полок были тесно заставлены стеклянными пузырьками, колбами, стаканами, деревянными ящиками, шкатулками и разнообразными приспособлениями самых причудливых очертаний, предназначенными, по всей видимости, для магических опытов. И ни один из этих предметов система так и не подсветила, словно внутри кельи действовала защитная аура, оберегающая информацию от чужих глаз. Скорее всего, так и было.

Ищущий сидел на приземистом табурете возле низкого столика и, как только я появился, когтистым пальцем указал на такой же табурет рядом с собой. На столешнице находилось несколько кувшинчиков и чашек с каким-то серым порошком, среди них лежало несколько небольших ножей и кинжалов для повседневной работы.

— Садись. В форт не часто попадают такие, как ты. Новички обычно проходят через Хранителя на Рваном Ухе, поэтому выдача печатей не является моей обязанностью. Но раз так вышло, сделаю все быстро и без лишних вопросов.

— Как скажешь, Ищущий, — я кивнул, продолжая разглядывать убранство кельи. Вот сразу видно, когда хозяин любит идеальный порядок. Ни пыли, ни хлама, все аккуратно и компактно расставлено по типу предметов.

— Сними наруч с левой руки, засучи рукав и клади руку на стол ладонью вверх! — приказал Форэк, оторвав меня от созерцания. — Живее!

Признаться, наруч я давно не снимал и узлы ремешков стянулись намертво. Пришлось их поддеть кончиком кинжала и потянуть с силой, надеясь, что белогривый не придет в ярость из-за задержки. Нетерпение все явственнее проступало на его морде. Наверняка оторвал своим визитом от архиважных дел. Я и сам не собирался здесь задерживаться — воздух в помещении был буквально пропитан удушливым запахом псины, забивая все остальные.

Как только рука оказалась на столешнице, Форэк накрыл мою ладонь своей лапой, словно наковальня опустилась, а второй рукой подхватил со стола кинжал и полоснул от запястья к локтю, довольно глубоко вскрыв плоть. Я даже дернуться не успел — действовал он быстро. Не успела кровь залить рану, а из подхваченной чашки на нее просыпался порошок и в мгновение ока покрыл руку плотной коркой.

— Терпи. Это будет недолго, — полуприкрыв глаза, Форэк забормотал под нос что-то неразборчивое.

Я усмехнулся. На внешнее вмешательство магического характера плечо отозвалось вполне предсказуемо: в кожу словно впилось раскаленное железо. Благодаря своему покровителю как-то уже попривык к боли; царапина, которую оставил кинжал Ищущего — просто смех. А о процедуре предупреждал бард, предупрежден, значит, вооружен. Кстати, после перезагрузки в осколке в списке сопротивлений появился Болевой порог (сопротивление боли), причем сразу второго ранга, с прогрессом в 86% и блокировкой 20% болевых ощущений. Перезагрузка вообще многое поставила на свои места, так что не зря я все это время терпел мучения.

Пока Ищущий бормотал, погрузившись в транс, порошок на моих глазах втянулся в кожу, а рана бесследно пропала. Рутинное волшебство магических технологий, ага — на коже проступила строчка из семи серых нулей, каждый размером с ноготь большого пальца. Боль — ерунда, а вот зуд, который охватил кожу после этой процедуры…

Резко открыв глаза и вскинув когтистую лапу, Форэк впечатал ладонь мне в лоб. В глазах полыхнуло багровым заревом, и я чуть было не слетел с табурета — успел ухватиться руками за стол… А потом зуд как отрезало.

— Сделано, — удовлетворенно кивнул белогривый. — А теперь приложи-ка к этому свитку руку для подтверждения.

На стол передо мной лег листок желтого пергамента тонкой выделки — почти не отличить от бумаги, на котором красными, как кровь, чернилами было накарябано несколько строчек непонятных символов. О, как. Подозрительно похоже на договор с дьяволом на продажу души…

— Не имею привычки подписывать документы, содержимое которых мне неизвестно, — вежливо, но твердо сказал я Ищущему. Тут, блин, ухо надо держать востро. Не успеешь оглянуться, как загонят в какую-нибудь кабалу. Этого Форэка я пока совсем не знал, вдруг еще тот прохвост, даром что Мудрый.

— Если пожелаешь обучиться грамоте, то найди архивариуса, это несложно, в форте он такой один, а сейчас не трать мое время, — проворчал Форэк, в заметном раздражении приподняв верхнюю губу чуть сильнее и обнажив острые ряды зубов. — Расписка не моя, а от Видящего. Ему-то ты доверяешь, умник?

А, ну это другое дело. Я уже без колебаний приложил пятерню к листку, дав себе твердое обещание, что обязательно воспользуюсь советом Хранителя и загляну к упомянутому архивариусу, чтобы избежать таких щекотливых ситуаций в будущем…

Как интересно — система тут же перевела строчки на понятный мне язык, отобразив справку в виртуальном окошке:

— Лови, бесхвостый.

Чуть не упустил кристалл, который мне бесцеремонно кинул Хранитель. Едва успел прочитать название: малый рейдовый накопитель опыта, как в ладони жарко полыхнуло, и…

Чувство дезориентации выбило из колеи. Я вдруг на секундочку забыл, где нахожусь и что делаю. Очень уж резкий взлет — сразу на семь уровней, такого у меня еще не бывало. А когда проморгался, то увидел, что стал обладателем хоть и запоздавшего, но заслуженного достижения:

Ощущение после подъема было хоть и странное, но отчасти знакомое: словно опрокинул стопку водки на голодный желудок. Эйфорическое опьянение будоражило сознание, растекалось по мышцам. В тело сразу влилось… сколько? Ага, аж 130 единиц, размазавшись по 5 основным характеристикам. И столько же свободных для распределения скопилось в запаснике. Само собой, со свободными буду разбираться в укромном месте, исключительно в цитадели. Надо будет хорошенько подумать, что и куда… Черт возьми! Я тридцать пятый! Даже не верится, что Хорка выполнил обещание! День определенно задался!

Кристалл-расходник, естественно, испарился, словно его и не было. Немного досадно, не успел даже описание прочитать. Я бы от таких расходников в будущем не отказался, но подозреваю, что выдавать их может только Видящий, самолично. Да уж, с ним точно имеет смысл водить дружбу, за такие-то плюшки как малый рейдовый накопитель опыта.

Снова почувствовав зуд, глянул на внутреннюю сторону запястья. Так и есть — теперь печать соответствовала тому, что я видел на руке Михонариума — пять из семи серых нулей проступили нежной зеленью, продемонстрировав цифру в пятьдесят тысяч. Да уж, без печати накопителя здесь никуда и никак, если на нее завязаны все награды.

— А что значит «перевести в призовые»? — я с любопытством уставился на Ищущего. — Знакомый эльф что-то говорил на этот счет, но вскользь, а у Хорки я уточнить не успел, других забот хватало.

— Новичок и есть новичок, — пренебрежительно хмыкнул Форэк. — Это означает, что ты имеешь право указанную в приказе сумму перевести в репутацию с фортом в пропорции пять к одному.

— То есть я получил ровно столько, чтобы хватило на лицензию искателя? И все?!

— Все? Да ты обнаглел, человек! — Форэк без дальнейших церемоний коротко стиснул своей лапой мою левую руку и тут же отпустил.

О как! Перескочить сразу и нейтралитет (100), и интерес (1000), и благосклонность (7500), и на весьма жирном остатке добраться до доверия! Такой репутации у меня нет еще даже со своим божественным покровителем! Но… Я перевел взгляд на печать накопителя — снова по нулям. Как пришли денежки, так и ушли. Со свистом.

— По твоей обескураженной морде вижу, что ты еще не понял, какое везение к тебе свалилось на голову, человек, — Форэк уставился на меня, как на убогого, с такой брезгливой жалостью, что мне остро захотелось чем-нибудь его звездануть. Твердым. Причем побольнее. Вот только поднимать руку на Ищущего — глупее поступка не придумаешь, так что чур меня от таких желаний. — Репутацию в 10000 единиц можно заработать ежедневными заданиями года за три, не раньше, так как заданий на призовые стимулы не так уж и много. И все это время тебе нельзя попадаться на недостойных поступках.

Показательно прозвучало: «нельзя попадаться». То есть, если очень хочется, то делать пакости можно, главное, чтобы никто не видел. Интересная тут культура, однако. Может, именно поэтому и расплодилось столько пиратов?

— Но зачем все так усложнять?! — я пожал плечами, понимая, что Ищущий абсолютно прав и самой репутации в награду уже более чем достаточно, но все равно недовольство просилось наружу. — Получается, на Архипелаге обычной репутации, которая поднимается сама собой за добрые дела, вообще нет? За каждую фигню придется бегать за разрешением к тебе или Хорке?

— Как же нет, обычная репутация тоже есть, — Форэк, еще больше поскучнев, принялся вместо зубочистки ковырять в зубах кинжалом, откровенно демонстрируя, как же ему надоели новички с их непроходимой тупостью. — Можешь прокачивать репутацию хоть с каждым жителем или игроком отдельно. Но за репутацией с фортом нужен особый контроль. Чтобы всякие отщепенцы не накручивали ее сколько вздумается, выполняя рутинные задания, для которых не нужна ни доблесть, ни ум, ни настоящие усилия. Поэтому повышается такая репутация только с разрешения администрации. Что, в свою очередь, дает право игрокам, действительно зарекомендовавшим себя на деле, продвигаться вперед быстрее прочих недоносков, коих здесь хватает.

Ясно. Оказывается, не так все плохо, как показалось, и определенная страховка от нечистых на руку личностей имеется. Ну, тогда жить здесь вполне можно.

— Так, пора заканчивать. — И Форэк подсунул мне следующий свиток:

Пока я изучал информацию, мысленно радуясь нежданным подаркам, а на физиономию напустив каменное выражение, Форэк выложил из ближайшего ящика на столешницу четыре предмета. Знак искателя — серебристая брошь в форме кинжала, толкатель — граненая штуковина размером с кулак, с клипсой для крепления на пояс, в обиходе нареченная «свистком» из-за характерного звука, издаваемого при работе, сумка искателя — невзрачный кожаный мешок с крепежными ремнями и кольцо искателя — небольшое серебряное колечко.

— Быстро все забирай и чеши отсюда, нет времени на болтовню. Да, вот тебе и первое задание, чтобы не скучал… У нашего дрессировщика опять возник дефицит на материал для работы, а раз ты теперь искатель, то и бери это задание, некогда мне других ждать.

— И чего ты так на меня уставился? — осведомился Форэк, с бульканьем наливая в чашку из кувшина травяной напиток. — Я лишь выполняю распоряжение Видящего, все вопросы и претензии к нему.

На этот раз и впрямь трудно было сохранить самообладание. Нет, задание, конечно хорошее. Даже отличное. От таких, епт, не отказываются. Но Хорка, скотина… Поправка — собака белая, незачем скотину оскорблять. Вряд ли это его упущение, скорее всего, наоборот, инициатива. Желает посмотреть, как я справлюсь самостоятельно, без прикрытия его рейда? Вот тебе и отсиделся в форте.

— Ты же понимаешь, что я новичок, этот мир знаю плохо и в одиночку не справлюсь? — Я проигнорировал раздраженный взгляд Форэка, который, похоже, тоже сейчас начнет закипать, как перегретый чайник. Ведь вопреки его распоряжению гость еще не убрался из кельи, а он явно к такому пренебрежению не привык, чертова белая кость.

— Любая проблема — это еще не использованная возможность! — рыкнул Ищущий. — О нюансах задания поспрашивай других искателей, мне тебя просвещать некогда. Наверняка многие из них участвовали в отражении набега и сейчас находятся в форте. Загляни в «Когти и Зубы», там вся ваша братия обычно околачивается. И проваливай уже наконец, пока я тебя сам не вышвырнул!

Я усмехнулся, не двигаясь с места:

— Дай хотя бы пару имен искателей, чтобы было с кого начать.

— Зик! Ранилак! Рист! — Форэк прямо выплюнул эти имена, а его когти с противным скрипом сомкнулись на чашке, расплескивая содержимое на стол, того и гляди раздавит. — Хватит?!

Отлично. Одно имя мне уже знакомо, а значит, задача существенно упростилась. Не знал, что и этот дрелан искатель. Интересно, Там Ина тоже искатель или просто ходит с ним за компанию? Стоп. Брошь искателя! Только сейчас вспомнил, что такая штуковина красовалась на плече Зика, а вот у дриады ее не заметил.

— Благодарю за информацию. Еще вопросик. Мне объясняли, что пользоваться толкателем обучают именно Хранители…

— Тренировочная площадка находится на Рваном Ухе! Наймешь любое летающее корыто на причале, там этих бездельников как пыли! Убирайся!

Не совсем понятно, чего этот Форэк так разнервничался.

— Не могу, — я неторопливо сгреб выданное имущество в подсумок. Туда же запихнул и свернутую в трубочку сумку искателя.

— Ну что еще тебе надо, человек? Мне в самом деле некогда!

— Ты забыл обучить меня обещанному Хоркой умению.

— Вот же прицепился, как репей к хвосту…

Форэк протянул лапу и прижал когтистые пальцы к моему лбу.

— Теперь ты доволен?

— Не совсем, — с предельно вежливым видом сказал я и напомнил о плачевном положении своих дел: — Я не смогу добраться до Рваного Уха, у меня нет на это средств, Ищущий. А значит, не смогу приступить к выполнению задания.

Можно, конечно, потрясти Хорку насчет компенсации, но… Хотя он и нарушил обещание не втягивать меня в авантюры в ближайшие дни, это еще не означает, что для решения любой проблемы я должен бегать к нему в Управу. Это тоже своего рода проверка. Поэтому лучше проявить инициативу.

— Ну да, точно, — Форэк мгновенно остыл и снова зашарил рукой в ящике. — Действительно, чуть не забыл.

И на стол лег еще один «документ»:

Система засвидетельствовала полный и безоговорочный успех переговоров — прибавила единичку харизмы, повысив ее до 16. Давненько у меня не повышалась эта характеристика, есть повод для гордости. Но и терпение у Форэка окончательно вышло. Еще раз цапнув меня за руку, Ищущий перевел стимулы на мою накопительную печать, а затем без всяких церемоний просто вытолкал из кельи. В шею.

Суматошно хлопая крыльями и поднимая пыль столбом, варны с яростным шипением вновь бросились друг на друга. Гибкие зеленовато-бурые тела завертелись юлой, длинные шеи извивались, зубастые пасти клацали, стремясь вырвать из врага куски плоти посочнее. Одна из варн явно была шустрее — на ней все еще не было ни царапины, а ее противник уже заметно прихрамывал, роняя в пыль капли рубиновой крови из прокушенной ляжки.

Хозяева боевых питомцев, гхэллы тридцать третьего и тридцать пятого уровней, расположились по краям ристалищного круга, представляющего собой площадку диаметров метров семь, и лающими командами управляли своими крылатыми бестиями. Впрочем, два десятка зрителей, окруживших импровизированную арену, подняли такой оглушительный гвалт, что эти команды разобрать было почти невозможно.

Именно эта свалка перед «Когтями и Зубами» и помешала пройти внутрь харчевни сразу: не хотелось угодить под удар разъяренных питомцев, или помешать местному развлечению. И обойти не было никакой возможности: теснившиеся вокруг ристалища хижины слишком плотно примыкали друг к другу. Пришлось в ожидании окончания схватки остановиться в нескольких шагах от сборища и тоже изображать зрителя. Воспользовавшись заминкой, я достал трубку. Подходящий момент опробовать новый табак, который удалось раздобыть на рынке — стаканчик стоил всего двадцать стимулов. Или целых двадцать стимулов? В местных расценках я пока ориентировался неважно. Как и в качестве товара. Цвет у этой курительной смеси, называвшейся ритуальные благовония, оказался подозрительный — ядовито-зеленый с синими вкраплениями. И запах был непривычный, немного напоминал ладан. Но выбирать не приходилось, старые запасы все равно подошли к концу.

Вообще, на рынке было много чего интересного — оружие, одежда, доспехи, зелья… Но время поджимало, да и стимулов пока немного, не хотелось тратить второпях. Еще успею вернуться, осмотреться и прицениться как следует.

Наконец трубка разгорелась, и я осторожно сделал первую затяжку…

А ничего. Вполне сойдет. Торкнуло немного слабее, чем от прежнего табака, но вкус приятнее, чем ожидал. Обе ауры повисли как миленькие — и Умиротворение, и Прикосновение божественной силы. Так что табачок работоспособный, не зря торговался с гхэллом-травником.

— Новенький?

Обернувшись, я радостно встрепенулся. И не только потому, что голос принадлежал игроку человеческой расы. Он остановился рядом, тоже пережидая схватку варн:

Да, да, еще одно имя из названных Ищущим. Реально отличный день.

Парень был среднего роста, чуть ниже меня — плотная коренастая фигура, круглое лицо, темные короткие волосы и пышные усы под широким носом. Одеяние — долгополая кожаная куртка, при взгляде на которую я мысленно посочувствовал обладателю. Париться в этом балахоне в такую-то жару несладко. И, кстати, на правой стороне груди приколота серебряная брошь в форме кинжала. На поясе, кроме обычного снаряжения, красовался короткий жезл с массивным костяным набалдашником: такой, глядишь, и вместо палицы сойдет, если приспичит. За спиной — пухлый вещмешок. Маг выглядел вполне бодро, по всей видимости одежда хлопот ему не доставляла, и смотрел на меня с легкой улыбкой, пряча ее в усах. Иногда такое случается — впервые встретив совершенно незнакомого человека, вдруг испытываешь безотчетную симпатию и, похоже, эта симпатия оказалась взаимной.

Свой уровень я скрыл Лживой шкурой еще на выходе из Святилища, поэтому его вопрос прозвучал вполне естественно — а кем я еще могу быть на двадцать восьмом? Но мой уровень явно ничуть не смутил этого мага, что было хорошим знаком.

— Всегда рад, когда наши ряды пополняются, Зубоскал, — Ранилак приветливо улыбнулся в пышные усы и протянул широкую ладонь. Несмотря на доносившийся от сборища гхэллов гвалт, его голос прозвучал весьма отчетливо, словно бы заглушая внешние звуки. Наверное, этот эффект достигался благодаря его специализации погодника.

— Если ты имеешь в виду нашу расу, то я абсолютно согласен, — я ответил крепким рукопожатием.

— Именно так. Как только это безобразие закончится, предлагаю отметить знакомство в «Когтях и Зубах». Ставки здесь делать категорически не советую. Выиграешь или проиграешь, все одно наживешь врагов.

— Я и не собирался. Тотализатор сам по себе штука сомнительная, с учетом же слабого знания местных обычаев встревать было бы неосмотрительно вдвойне.

— Здраво мыслишь. Отойдем. — Мы отошли в сторонку на несколько шагов, но и здесь маг предпочел не повышать голоса, обсуждая местных вояк. — Гхэллы существа азартные, страсть к поединкам — их главная проблема роста, поэтому питомцы у них долго не задерживаются. Рано или поздно сейвы исчерпываются и все. Был питомец — нет питомца. А завести нового довольно проблематично по затратам. Причем эти гады игрокам из других рас тоже проходу не дают, особенно если те с боевыми питомцами. Не отпустят, пока не подерешься. Иначе лишишься всякого уважения, что осложнит дальнейшие отношения с местными. Я вовремя остановился, не стал тратить последний сейв своего кабанчика и душа Мохнатика сейчас дрыхнет в питомнике в ожидании пятидесятого уровня. Моего, само собой. К тому же он сухопутный, толку от него здесь мало, забот много. Островной мир, как ни крути.

— Я уже понял, что бескрылые питомцы здесь не популярны, — кивнул я. — Таких слишком легко потерять. Белой Мгле ведь все едино — душа разумного или сущность питомца.

— Точно. Сам представь — растишь, воспитываешь, защищаешь от множества опасностей, вкладываешь опыт и время, да и душу само собой, тоже… И тут бац — нет пета. И начинай все сначала. Удручающе. Поэтому самые распространенные питомцы на Небесном Архипелаге — варны. Но если ты не служишь в «страже небес» или не используешь варн в качестве маневровой силы для кораблей, то и таких лучше не заводить.

— Тоже не доживут до капа из-за драк?

— Ага. Так что, если не нужны лишние проблемы, то до пятидесятого уровня от питомца на Архипелаге лучше отказаться.

— А что поменяется на пятидесятом? Где гарантии, что, покинув этот мир, не нарвешься в другом на ту же самую хрень?

— Да нет никаких гарантий, — пожал плечами Ранилак. — Фишка в том, что после пятидесятого уровня прокачка уровней останавливается, но опыт продолжает копиться и оседает в запаснике. Поэтому его очень удобно тратить на питомцев, чтобы быстро поднять с нуля. Варны ведь сами по себе довольно-таки ходовой товар. Постоянный источник прибыли для роскошной жизни. Или на билет в столицу, если когда-нибудь возникнет желание покинуть родной мир. Продашь пяток прокаченных варн и купишь билет без всяких зубодробительных заданий.

— То есть как продашь? — недоверчиво переспросил я. — Личного питомца?!

— Угу. Отнять, подарить — нельзя, продать — можно, система это допускает. Достаточно навестить дрессировщика и сможешь отвязать питомца от своей души. Единственная проблема — сперва надо самому дорасти до пятидесятого уровня, иначе дрессировщик с тобой и разговаривать не станет. А на пятидесятом жизнь становится спокойнее, мало кто лезет к тебе выяснять отношения. Сами гхэллы ведь редко стремятся в другие миры, им и здесь хорошо, поэтому достигнув капа, как бы остепеняются. Кстати, самые ценные питомцы — те, которые сами докачены до пятидесяти, у них тоже опыт начинает копиться. Таких иноторговцы в столице, по слухам, с руками отрывают. Уверен, что в своих мирах они отбивают затраты многократно, там ведь совсем другие расценки. А летающий питомец, который после покупки мгновенно подрастает до твоего уровня благодаря запасу опыта, всегда в цене. Это куда выгоднее, чем месяцами натаскивать с нуля, учитывая все риски. Ага! Ну вот дорога и освободилась.

Схватка действительно закончилась. Опустив нос и прижав уши, проигравший гхэлл с совершенно убитым видом стоял рядом с валявшейся в пыли варной. Дохлее некуда, туша покромсана так, что смотреть страшно. А его соперник с довольным оскалом на мохнатой физиономии обходил зрителей по кругу, хлопая по рукам — собирал выигрыш на накопитель.

Проскользнув сквозь толпу, мы наконец вошли в харчевню. Просторный глинник был заставлен изнутри ширмами в художественном беспорядке так, чтобы можно было и от соседей отгородиться и в тоже время спокойно пройти, где вздумается. Как и заведено по местным обычаям, освещалось помещение с помощью дыры в потолке.

Отыскать свободный столик оказалось не так уж просто. Народа было много, в харчевне находилось несколько десятков псоглавых. Но вскоре мы все же приземлились на скамьи, и маг тут же сделал заказ возникшему словно из ниоткуда хозяину заведения — пузатому и важному как вельможа гхэллу с именем Догус Проворный. Величественно кивнув, хозяин тут же исчез.

— Минут десять, не больше, — сообщил Ранилак. — Здесь отличное мясо. И выпивка ничего так. Доверяешь моему вкусу?

— Если угощаешь ты, то конечно доверяю, — шутливо согласился я.

— Догадываешься, почему драки с питомцами проходят именно здесь? — с улыбкой поинтересовался Ранилак, барабаня пальцами по столу.

— Подходящее место собрать зевак? Погоди… Так та несчастная варна пойдет на мясо?

— Местные традиции, — заверил Ранилак. — Но харчевня весьма приличная и мы с друзьями привыкли здесь собираться для обсуждения текущих дел.

Честно говоря, меня передернуло от мысли, что посетители жрут собственных питомцев. Я бы за Фурию глотку порвал любому и не позволил бы прикоснуться к ее телу даже после смерти. Заметив мою реакцию, Ранилак истолковал ее по-своему:

— Да не тушуйся, мы всегда рады новому человеческому лицу, особенно Алия. Она, кстати, о тебе говорила, так что ты удачно подвернулся под руку.

— О как…

Мда. А чего удивляться-то? Девушка-то симпатичная. Пара всегда найдется. И Ранилак здесь в отличие от меня, судя по его уровню, трется давно, а такие вакантные места долго не пустуют. Но царапнуло внутри, неприятно так царапнуло. Размечтался, черт меня дери. Ладно, не стоит смешивать эмоции с предстоящей задачей, дело важнее. В конце концов, свет клином на этой девушке не сошелся. И вот почему маг принялся разливаться соловьем при первой же встрече — благодаря заочному знакомству. А так как пути всех чужаков ведут в эту харчевню, особенно после набега, когда происходит массовый наплыв народа в форт, то несложно предположить, что и я здесь рано или поздно появлюсь.

— И что говорила? Надеюсь, только хорошее?

Кажется, шутка вышла не совсем к месту — Ранилак озадаченно нахмурился.

— Ну ты даешь. Когда бы она успела о тебе это хорошее узнать? Если честно, Алия вся в расстроенных чувствах, очень неудачная у нее смерть приключилась. Хорошо хоть из Белой Мглы вернулась… — маг еще больше помрачнел, но тут же встряхнул головой — видимо, предаваться унынию он не любил. — В общем, Алия лишь обмолвилась, что видела на корабле у самого Видящего человека, которого притащил Михонариум. Тот постоянно таскает к Видящему новичков, и никто не знает зачем. Хорка тебе ничего интересного не поручал?

— Даже если и поручал… я слишком мало тебя знаю для преждевременных откровений. Так что, извини.

— Да, да, согласен, — закивал маг, натянув на лицо обезоруживающую улыбку — прямо чеширский кот. — Осторожность превыше всего. Я не против заполнить этот пробел первым, может, тогда и ты немного расслабишься. А то сидишь с каменной физиономией. Хороший у тебя меч, кстати… Мне вот уникальное оружие вынести из песочницы не удалось, как ни старался. Так, с чего начать? Мое полное имя — Ранилак Найтхейвен. Честно говоря, не помню, мое ли оно на самом деле, но вот чем-то навеяло сразу после появления в Репликаторе, я и не стал сопротивляться, взял. И ничуть не жалею. Вот. Родом я с Новы-2. Слышал о такой планете? Нет? Из системы Новьен? Тоже ни о чем не говорит? И о Галактической Федерации Миров ничего не слышал? Дела-а…

Я отвел взгляд и помассировал ладонью шею, чувствуя себя крайне обескураженно. Все предпосылки к тому, что Земля не единственный мир, населенный человеческой расой, у меня на этот момент давно имелись. Многое уже повидал, перебираясь из мира в мир, и разумных существ различных рас тоже повстречал немало. Должен был уже привыкнуть к этой мысли. И все же сообщение Ранилака почему-то выбило из колеи. Выходит, что мы вообще из разных ветвей и, возможно, по духу он мне не ближе, чем тот же ракшас или псоглавый, и лишь выглядит, как обычный землянин. И такая тоска от этой мысли взяла, что хоть вешайся. До сих пор я и не подозревал, насколько сильна во мне потребность найти подобных себе. И насколько я соскучился по моим первым соклановцам из песочницы — уж те-то наверняка были землянами… Хотя. Твою ж мать… Я ведь так и не спросил. Не принято было в песочнице задавать подобные вопросы. А сейчас уже и не спросишь.

— Какие-то проблемы? — заметив мою гримасу, маг вопросительно поднял брови — получилось у него это крайне выразительно, кожа на лбу собралась гармошкой. Вообще, мимика у него оказалась очень оживленной. Только я сразу почему-то не обратил на это внимания, зато сейчас… Словно лицевых мышц у этого хомо сапиенса имелось гораздо больше, чем у обычного землянина. — Ты сам-то откуда?

— С Земли, — с мрачным видом сообщил я.

— Чего-чего?

— Планета такая, — вздохнул я, вдруг понимая, что на чужой слух название моего родного шарика может восприниматься весьма непрезентабельно. — Называется — Земля. Солнечная система…

— А название твоя система имеет?

— Это и есть название, — пояснил я не без иронии. Похоже, системный переводчик донес смысл названия до чужаков упрощенно, и для их ушей оно прозвучало просто как «звездная система».

— Я смотрю, вы там с названиями особо не паритесь, — Ранилак рассмеялся. — Мне даже понравилось. Просто и без затей. Захочешь — не забудешь. А к какому государственному образованию ваша система относится?

— Да ни к какому. Мы сами по себе.

— Одна планета, и все?!

— Ну да.

Ранилак уставился на меня с весьма удивленным видом.

— Получается, ты с дикой планеты. Видимо, когда-то твой народ откололся от основной ветви развития человечества и цивилизация без технологической подпитки извне деградировала до нуля, прежде чем началось новое восхождение… Нередкое явление. Да не тушуйся, по большему счету сейчас это ни для кого из нас не имеет особого значения. Никакой разницы, кто мы и откуда. Даже не стоит пытаться понять, где наши миры находятся, так как никто из нас не знает, где мы находимся сейчас.

— А вот здесь, пожалуйста, поподробнее. Ты это серьезно говоришь? Что никто не знает, где именно мы находимся и как сюда попали?

— Нет. А зачем это знать? — Ранилак пожал плечами. — Смысл-то какой? Чем тебя не устраивает эта жизнь? Надоело бессмертие?

— Да нет, бессмертие меня вполне устраивает… И, возможно, на Землю меня и не тянет, особенно если учесть, что я почти ничего не помню, но… Сразу после того, как я выбрался из репликатора в песочнице, система лишь любезно сообщила о том, что я нахожусь во Вселенной ИКС. Но что это за игра такая и с какой целью я здесь очутился — мне это все еще небезынтересно. Как я сюда попал? Почему именно я? По каким критериям проходит этот отбор?

— Поверь, все это пройдет, — Ранилак улыбнулся успокаивающе, как несмышленому ребенку, что меня только рассердило. — Все эти вопросы — просто шелуха. Отголоски прошлого твоей личности. Наверное, память подчистили хуже, чем остальным. Но рано или поздно тебе станет все равно. Выживание важнее отвлеченных вопросов о прошлом. Да и жизнь здесь куда интереснее. Разве ты сам так не считаешь?

— Да какого черта, — раздраженно ругнулся я. — Можешь хоть что-то внятное сказать о Вселенной ИКС? Или сам не знаешь ни черта, зато с умным видом изображаешь знатока?

— Не сердись, — Ранилак примирительно поднял ладонь. — Я действительно знаю маловато. Разве что могу сказку рассказать.

— Сказку? Выкладывай. Мне все сгодится.

— Да. Популярная такая сказочка — одна из самых устойчиво мигрирующих по игровым просторам. А почему сказка, потому что подтвердить ее никто не в силах и только тебе решать, верить в нее, или нет.

— Да выкладывай уже, Ранилак.

— Ладно, ладно, не кипятись, — маг ненадолго задумался, видимо, подбирая слова. — Жила-была цивилизация. Древняя, само собой, какие еще могут такое сотворить? Ты ведь знаком с законом энтропии? Ну и взгляд у тебя — словно сейчас придушишь. Шутка. Итак… Как и всякое живое существо, цивилизации проходят схожие жизненные этапы — рождение, становление, старение. И гибель. Причин гибели может быть множество и ни одна цивилизация, какой бы навороченной она ни была, от нее не застрахована. Или губит оружие, набравшее фатальную мощь и уничтожающее целые планеты, погрязшие в военных конфликтах и социальных противоречиях, или цивилизации благодаря технологиям достигают абсолютной стабильности и утрачивают интерес к жизни, к творчеству. К риску. И за разумных существ все делает автоматика. Я вообще-то не мастак такие истории рассказывать, поэтому если путано получится, не обессудь.

— Ничего, говори, как есть. Я разберусь.

— Для удобства будем считать, что благоустроенный мир цивилизации, создавшей Вселенную ИКС или просто Систему, в далеком прошлом завис в глубокой стагнации из-за предельно продвинутых технологий виртуальных миров. Реальная космическая экспансия никого не интересовала, безопасные технологии перелетов пылились за ненадобностью в архивах: зачем напрягаться физически, если совокупность технологий и творческого воображения позволяла создавать любой мир по желанию за считанные мгновения? Вот она, вершина эволюции в виртуальном воплощении. Наиболее успешные образчики таких миров, понятное дело, пользовались повышенной популярностью и быстро заселялись пользователями, чье воображение оказывалось победнее и не способно к яркому творчеству. В таких мирах можно было провести всю жизнь, не выбираясь из капсул глубокого погружения и напрочь забыв, что эти миры искусственные. Видимо, в какой-то момент возникла мода, течение, необходимость — называй, как хочешь, когда пользователям было предложено откорректировать память сразу на входе, чтобы забыть о своем настоящем «я» навсегда и принять новую реальность, как единственно достоверную. Пока не запутал? — маг прервался и уставился на меня вопросительно.

— Продолжай, — поторопил я, уже догадываясь, чем закончится эта «сказка».

— Итак… Тела пользователей умирали от старости, а их сознание оцифровывалось и превращалось в виртуальных призраков. В конечном итоге на этом бы все дело и закончилось, цивилизация погибла бы физически окончательно, переселившись в сеть, а сеть рано или поздно вышла бы из строя, оставив мертвую планету с мертвыми компьютерами. Но, как водится в подобных сказках, нашелся гений, который пошел дальше и создал Систему, бросив в дело все накопленные ресурсы цивилизации. Космические корабли развезли по планетам, когда-то предназначенным для освоения и забытым за ненадобностью, сложное оборудование — порталы и синтезаторы реальности. Порталы позволили осуществить устойчивую межпространственную связь, организовав гиперсеть, а синтезаторы преобразовывали миры, подгоняя под игровые законы, и создавали искусственные тела, служащие аватарами для игроков. Привычная игровая среда, воплощенная в физическую реальность, заставила закипеть жизнь с новой силой. Впоследствии, по мере развития Системы, к ней были подключены и другие цивилизации по всей Вселенной — что-то вроде управляемой цепной реакции… Не исключено, что в первую очередь для перехода использовались умирающие цивилизации, хотя, кто знает… Возможно, подвергалось преобразованию все, до чего дотягивались цепкие лапы Системы. Представь — просыпаешься в одно не слишком прекрасное утро, а вокруг вместо обычного мира — уже игровой. Что молчишь?

— Пока не вижу особого смысла в рассказанном. С таким же успехом, как любая отдельная цивилизация, мог загнуться и ВИКС.

— В этом-то и фишка, — не согласившись, покачал головой Ранилак. — ВИКС устроен так, что в его мирах полной стабильности никогда нет, но алгоритмы саморегуляции не позволяют развиваться самым плохим сценариям. Подумай сам и поймешь, что это действительно так. Говоря иначе, здесь всегда сохраняется поступательное движение без отрыва от основ. А возможности, которые ВИКС дает игрокам, позволяют рано или поздно преодолеть любые внутренние проблемы любого сконструированного мира. Пойми, действительно стоящие личности всегда найдут в Системе занятие по душе и по возможностям…

— Именно поэтому в разных мирах Вселенной ИКС разная игровая механика? Чтобы избежать застоя, заставить постоянно приспосабливаться, искать новые пути и переосмысливать пройденное?

— Вполне вероятно.

— Галактический банк, — задумчиво обронил я. — Знаешь, до меня, кажется, дошло. Просто слишком много сразу новой информации, с ходу не сообразил.

— Что? О чем ты? — недоуменно переспросил Ранилак.

— Ты разве сам не понял? По твоим же словам выходит, что Система представляет собой что-то вроде галактического банка, коллекционирующего все типы ДНК и личностные характеристики существ во вселенной.

— Так-так… — маг озадаченно потер пальцами лоб. — Я правда старался об этом не задумываться, мне как-то фиолетово, но если развить твою мысль… Галактический банк генома… То есть, в отличие от обычных миров, в этой Системе по всей логике вещей не бывает случайных утрат одаренных разумов. Правильно? Несчастный случай, внезапная болезнь, глобальная катастрофа — все это здесь несущественно. Сейвы это мечта о вечной жизни, воплощенная в реальность. Значит, если игрок подавал надежды, то он, скорее всего, будет восстановлен после смерти — в ином месте и времени, пусть даже и не будет этого осознавать. И ничего не вспомнит о прошлом воплощении. Что-то в этом есть. Может, отсюда и наши провалы в памяти? Фуух, у меня от тебя аж голова заболела.

Ранилак уважительно уставился на меня, словно это я, а не он только что с ходу выдал все эти буйные выкладки. Я в свою очередь сидел и офигевал с него. Не голова, а генератор идей. Может, потому и старается лишний раз не задумываться, а то крышу сносит?

— В общем, неудивительно, что многие расы в ВИКСе считают себя потомками основателей Системы и свысока смотрят на остальных — «диких», которые, не обладая необходимыми технологиями, были подключены к системе позже, как сырьевые по ресурсам… разума и генома. Да, да, действительно, что-то в этом есть. — Ранилак выдохнул воздух и оглянулся. — Где же этот харчевник? Провалился что ли? В глотке пересохло…

— И все же не оставляет мысль… — я усмехнулся. — Что все это дурацкий розыгрыш и в следующую минуту я проснусь. Где-нибудь в другом мире.

— Да, у меня такое же было ощущение, когда я услышал эту сказку впервые, — беспечно отмахнулся Ранилак. — Потом просто выкинул из головы и живу дальше. Чего и тебе советую. Мир тут красивый, интересный, скучать не приходится. А до правды ведь все равно не докопаешься. Да и смысл?

— Так ты думаешь, что мы всего лишь копии? — Мысль была несколько… неприятной.

— Не хочешь ощущать себя одним из миллиардов винтиков гигантского механизма, утилизированным Системой для репликации в игре? — Ранилак улыбнулся прежней, легкомысленной улыбкой, видимо, не в силах долго сосредотачиваться на серьезных проблемах. — Не думаю, что стоит переживать по этому поводу.

— И почему же?

— Элементарно, приятель. Даже если мы копии, то все равно уже пошли по другому пути развития. Иной жизненный опыт, иные цели. А потому мы все равно единственные в своем роде. Согласись, так думать гораздо приятнее. Перспективнее. Так что не имеет ни малейшего значения, остался ли кто-то из нас в прежнем мире и существует ли сам этот прежний мир. Теперь мы здесь сами по себе, единственные и неповторимые. И давай завершим эту непростую тему, иначе у меня голова треснет. А если все еще неймется, то лучше Михонариума поспрашивай, барды всегда знают больше других, специализация у них такая. Вопрос лишь в том, захочет ли он ответить…

— Трудновато ответить из Белой Мглы, — я сдержанно усмехнулся.

— Что? — Ранилак изумленно задрал брови. Новость явно оказалась для него неожиданной. — Как это произошло? Когда?!

Ответить я не успел, так как наш разговор был прерван появлением гостей. Перед столиком возникли уже знакомые мне личности — Зик и Там Ина. Не обманули — действительно зашли. Держат слово.

— Привет, Ранилак, — приветливо кивнула дриада моему собеседнику. — Хорошо, что ты здесь, нужно кое-что обговорить. Боюсь, задание, на которое мы рассчитывали, у нас перехватили, так что придется менять планы.

— Перехватили? Кто? — маг задрал брови еще выше, хотя казалось, что выше уже некуда.

— Контракт на яйца варн забрал какой-то искатель из новеньких, — в своей бесстрастной манере обронил Зик. — А какой именно, Хранитель не потрудился объяснить, просто вытолкал нас из Святилища.

— Я таким рассерженным никогда его не видела, — раздвинув дриаду и дрелана плечом, вперед протиснулась третья персона — Алия, которая, оказывается, пришла с этой парочкой чужих. Просто за их спинами я ее не сразу заметил. Девушка с усталым и донельзя разочарованным видом опустилась на скамью рядом со мной, напротив Ранилака. Прислонив копье к ширме за спиной, представляющую собой обтянутую лохматой шкурой деревянную раму, покосилась на меня невыразительным взглядом и с заметным усилием кивнула вместо приветствия.

— Найду этого гада — руки-ноги поотрываю, — Алия тяжело вздохнула. — Настроение и так хуже некуда, собиралась на задании развеяться, но и тут облом! Да что за жизнь такая собачья…

Возник весьма щекотливый момент. Я понял, что если сейчас промолчу, то только хуже станет. Рассказывать о наших с Хоркой планах я никому не обязан, к заданию это прямого отношения не имеет, а команда по-любому нужна. Так что пора готовить почву для переговоров.

— Вообще-то, этот искатель — я.

Вполне ожидаемо, что после этого заявления четыре пары удивленных глаз скрестились на моей физиономии. А рука Алии потянулась обратно к копью — видимо, чисто на рефлексах.

— И у меня к вам есть отличное предложение, — добавил я уже не так уверенно.

Совладав с порывом, Алия отдернула руку от копья и взглянула на меня куда внимательнее, чем раньше, не скрывая вызванного моим сообщением недоверия. Лицо девушки в такой близости показалось очень выразительным. И куда более интересным, чем в тот раз на корабле Хорки. И глаза чертовски красивые — со светло-серой радужкой и рыжей короной вокруг зрачка, они выглядели словно два мини-солнышка с черным ядром. Необычно для человека. Стоп. Чертовы гормоны. Рано увлекаться внешностью, пока ничего не знаешь о характере.

— Если это шутка, — Алия немного отодвинулась, кажется, что-то уловив в моем взгляде, — то не самая удачная для начала знакомства.

— Никаких шуток, — заверил я с самым серьезным видом.

— И как это возможно? — не менее озадаченно, чем копьеносица, поинтересовался Ранилак. — Получить задание искателя на твоем уровне? Ты же здесь всего несколько дней?

Скамьи были довольно вместительные, так что дрелан с дриадой тоже нашли где расположиться. Но в разговор пока не вмешивались, лишь смотрели на меня с заметно возросшим любопытством. Никогда не нравилось быть объектом повышенного внимания, но деваться некуда — придется все это просто перетерпеть.

— А репутация? — выпалила Алия уже с неприкрытой обидой. — С неба свалилась? Вот как так получается, что одним — все, а другим — ничего?! Мне до лицензии, как до столицы пешком, а ты уже ее получил. Вот как?!

— Здесь не совсем подходящее место для подобного разговора, — я настороженно оглянулся по сторонам, отметив, что пока никто из соседей не проявил интереса к нашему столику. Хотя, кто знает. Ситуация с уровнем у меня и правда щекотливая и лишние уши, если придется пуститься в объяснения, мне сейчас не нужны. Особенно уши гхэллов, а слух у них куда лучше человеческого. — Предлагаю обсудить нашу проблемку за пределами форта. Куда вы там собирались, на Рваное Ухо? Может быть там и встретимся через пару часов, а пока просто перекусим и поговорим на общие темы? Я после харчевни собираюсь побродить по форту, ознакомиться с местными достопримечательностями, так как я здесь впервые. И к архивариусу надо забежать. Вы здесь старожилы, сможете дать какие-нибудь полезные советы?

Возле столика наконец нарисовался Догус Проворный, имя которого не слишком соответствовало затянувшемуся ожиданию. Наверное, проворным он был только в молодости. На стол шлепнулись две деревянные тарелки с ароматно пахнущим жареным мясом, посыпанным какой-то зеленью. И я только в этот момент осознал, насколько же я изголодался по нормальной еде. Аж слюной чуть не захлебнулся.

— Догус, будь добр, принеси то же самое и для остальных моих друзей, — попросил Ранилак.

— Мне только зелень, — поправила дриада. — И какой-нибудь растительный напиток.

Понимающе кивнув, хозяин харчевни снова испарился, так и не проронив ни слова.

— Извини, Ина, — Ранилак смущенно хмыкнул. — Все время забываю… Но мы, кажется, отвлеклись. Зубоскал…

— Просто Зуб. Можно — Алекс. — Я с сожалением глянул на свою тарелку и немного ее отодвинул, чтобы запах не сводил с ума. Придется подождать, пока харчевник принесёт заказ для остальных, а возникшую заминку лучше использовать для разговора. Понимающе глянув на меня, Ранилак последовал примеру.

— Чтобы предупредить очевидные вопросы, скажу следующее. Я понимаю, что вам не хочется связываться с незнакомым игроком. Вы не знаете, на что я способен, не знаете, чего от меня ждать в сложной ситуации. Но я уже получил это задание и выгоднее для нас всех просто принять это, как свершившийся факт, без лишних споров и трений. И еще. В лидеры я пока не рвусь. Нет ни соответствующего опыта для выполнения задания, ни знания местности, а ваша компания, как вижу, уже давно сработалась, так что легко уступаю лидерство любому из вас.

— Мы привыкли в этом полагаться на Зика, — мягким, почти певучим голосом сообщила Там Ина, глядя на меня, как мне показалось, с одобрением. Пожалуй, пока двигаюсь в правильном направлении — хотя бы дриада ничего не имеет против.

— Не думаю, что ты нам подходишь, — с неприкрытым скепсисом возразила Алия. — Мы все выше сорокового. А ты всего лишь двадцать восьмого.

— Почти двадцать девятого, — поправил я, немного лукавя. Благодаря Лживой шкуре изменить в настройках уровень — проще простого в любой момент. — Осталось разок плюнуть в любого моба, и подниму уровень.

— Все равно это неприемлемо.

— Хочешь сказать, что группа будет со мной нянчиться, вместо того, чтобы заниматься делом? Прости, если напомню, но я выжил в рейде во время набега, а там все противники были выше сорокового.

— Еще бы не выжить под присмотром целого рейда, — ироническая улыбка Алии без лишних слов говорила, что именно она думает о моем участии в событии.

Чисто по-человечески ее отношение ко мне, «выскочке», было понятно. Ведь к тому моменту, когда она выбралась из Колыбели, набег уже почти закончился и потеря сейва не принесла ей никакой пользы. Кожаные доспехи на девушке выглядели куда невзрачнее тех, в которых она взошла на корабль Хорки. Понятное дело, в набег приоделась получше, а сейчас использовала то, что нашлось под рукой (как-то упустил этот момент в разговоре с эльфом — где, любопытно, они вообще хранят свои вещи? И как здесь обстоит дело с воровством личных вещей?). За Алию говорила ее обида, иначе бы она не завела этот разговор о моем уровне. Вопрос в том, чем это для нее является? Минутной слабостью, или общей чертой характера? Насколько она поддается эмоциям вообще? Насколько управляема в критической ситуации? Все это чертовски важно, когда приходится координировать действия соклановцев.

Именно по этой причине я не собирался вербовать в клан новых знакомых прямо здесь и сейчас. Так же, как и они меня. Я слишком мало их всех знал. Если о боевых качествах Зика и Там Ины некоторое представление уже имелось — это бойцы без всяких оговорок и скидок, то способности Ранилака и Алии, как и их личностные качества, были для меня весьма туманны. С Ранилаком я познакомился только что, парень вроде дружелюбный, но делать выводы пока преждевременно. Да и Алия оставалась для меня загадкой, так как рухнула с корабля в бездну в самом начале боя, никак не успев себя проявить. Само собой, это ничего не значит. В бою всякое случается, от рокового стечения обстоятельств никто не застрахован.

В общем, этот поход будет как нельзя кстати. Проведенные вместе день-два позволят о каждом из кандидатов составить более-менее объективное впечатление. Вот тогда и буду решать, кто из них действительно подходит для моего клана и какими плюшками из длинного списка преимуществ завлекать индивидуально, чтобы провести вербовку успешно. Кстати, вот еще один пункт, причем весьма немаловажный, в пользу вступления в мой клан — гарантированная сохранность личных вещей в осколке.

Мда… А может, и не нужно никакой вербовки? Может, просто купить у них эти чертовы сейвы и воскресить соклановцев, с которыми у меня точно не будет никаких проблем? А в качестве оплаты предложить смертникам расходники, которые здесь, как я уже выяснил, в жутком дефиците? Например, реаниматоры, как для игроков, так и для питомцев? Черт… а как я вообще себе это представляю? Вот если бы мне некая незнакомая личность предложила умереть ради какого-то непонятного ритуала, о котором я слышу впервые, пусть и за ценное вознаграждение, я бы согласился? Что-то сильно сомневаюсь. Чую, проблемы все-таки будут… А значит, тем более не стоит пороть горячку и делать предложение в лоб. К мысли о жертве нужно подвести постепенно, для начала соблазнив боевыми возможностями на своем якобы двадцать восьмом.

Рейд Хорки присматривал за мной, факт бесспорный. Но в драке один на один я побеждал любого пожирателя, а это о чем-то говорит. Тот памятный, самый первый разговор с Хоркой и его утверждение, что я обладаю способностями, о которых он никогда не слышал, а мои урон и защита не уступают его «когтям», заставил меня всерьез задуматься, отчего так получается. Пришлось пообщаться со всезнающим Михонариумом, чтобы прояснить некоторые нюансы, о которых я не подозревал раньше.

На всякий случай напомню, что соотношение уровней противников в бою играет существенную роль. Причем речь идет не о разнице в параметрах, а именно о разнице самих уровней в процентном соотношении. Например, если бы я затеял дуэль с Алией, то в теории ее сорок второй против моего тридцать пятого позволял бы ей наносить урон примерно на 20% больше, чем по противнику равного уровня, а мой урон по Алии, напротив, срезался бы на столько же процентов. Но это верно в голой теории, в реальном же сражении подключается куча дополнительных факторов: особенности класса, уникальные умения, влияние божественного покровителя, еще какие-нибудь фишки, присущие конкретному игроку — все это может существенно нивелировать разрыв, а то и исключить его вовсе.

Следует также упомянуть, что развитие обычных игроков происходит по стандартной схеме: основные умения они получают на протяжении первых десяти уровней в песочнице, затем, до тридцатого, еще по одному умению каждые пять уровней, а после новые умения дает лишь каждый десятый уровень. Негусто? Но еще имеются вещи со встроенными способностями, а также игрок наделяется умениями от божественного покровителя и можно получить нечто особенное за уникальный квест. Так что в принципе для выживания этого более чем достаточно, были бы руки прямые. Но! Несмотря на то, что особенные фишки есть у любого класса, в целом они большим разнообразием не отличаются. И зная класс противника, несложно подобрать, что ему противопоставить. А вот чтобы получить нечто действительно особенное, вроде Душелова, нужно пройти мой путь — не самый приятный и полезный для здоровья и психики, но весьма прибыльный в перспективе. И как-то само собой получилось, что к Небесному Архипелагу у меня сложился уникальный набор умений, с которым можно тягаться на равных с весьма сильными, а порой и грозными противниками.

А еще у меня имелся свободный класс, позволявший развиваться вне привычных схем и рамок. Досконально я так и не выяснил все его преимущества, но кое-что с помощью эльфа и собственных умозаключений наконец прояснилось.

Например, если исходить из стандартной схемы развития, то сразу возникает мысль, что я недополучил многих умений, которые полагались по специализации каждые пять уровней. На самом деле это не так. Система всегда находит, как компенсировать недостаток умений, чтобы не допустить критического перекоса в развитии. Благодаря именно этой компенсации вместо базовых умений начали развиваться уникальные — все тот же Душелов, эволюционировавший в Хватку лича и Месть камикадзе. Да и плюшки от божественного покровителя тоже свалились не просто так — Плеть боли, Теневой прокол, Теневое преимущество. Эльф заверил, что в основном подобные божественные умения игроки получают статичными. Их мощь, конечно, зависит от уровня и репутации, но что на десятом, что на сотом, это будет все тоже самое умение. Мои же способности от Алана развивались более качественно. Плюс? Еще какой. Чую, еще и Великий уравнитель оказывал некое пассивное влияние на мою мощь. Кстати, часть достижений в Лунной Радуге я тоже получил благодаря компенсации. Идем дальше. Защита. По заверению Михонариума физическое сопротивления аватары у меня соответствовало «танковому» классу, а магическое — боевому магу. Еще эльф порадовал новостью, что у свободного класса нет штрафов на ношение доспехов и оружия любых классов, а штраф за ношение вещей выше своего уровня значительно ослаблен — всего 1% вместо стандартных 3% снижения всех характеристик за каждый уровень, превышающий уровень игрока.

Вот и выходит, что по большей части именно в нем, свободном классе, крылась одна из причин моего будущего могущества. Про Ключника пока молчу, это особая тема для разговора, пока весьма туманная.

И напоследок, не стоит забывать про смекалку. Редкая «птица» в перечне характеристик игроков. Из описания следовало, что эта штука «повышает шанс дополнительного роста основных характеристик, шанс критического удара в бою, шанс…» На деле это выливалось в прямую зависимость и мои двенадцать единиц смекалки сейчас давали 12% всех органично вписавшихся в мои параметры приростов, которые я воспринимал как данность, даже не подозревая, что это относится именно к этой характеристике. Михонариум заверил, что это еще не все и смекалка преподнесет мне еще немало приятных сюрпризов в будущем.

Так что жизнь была прекрасна и удивительна. И если как потенциальный союзник я годился для самого Хорки, то уж для компании Зика я был безусловно ценным приобретением. Оставалось лишь аккуратно довести это до их сведения. После чего, закрепив интерес к собственной персоне, можно двигаться дальше.

— Мы видели Зуба в бою, он нуждался в помощи не больше, чем любой из игроков выше сорокового, — вмешалась дриада, опередив Алию, явно собиравшуюся выдать еще одну язвительную реплику. — Я же тебе говорила, что с ним не все так просто.

Копьеносица после этого заявления взглянула на меня уже с меньшим вызовом, видимо, суждениям дриады она доверяла.

— Спасибо за поддержку, — я улыбнулся дриаде. — Но что ты имеешь в виду, говоря, что со мной «не все так просто»?

— Ты появился в небе, а не на острове, как обычно появляются игроки. Это уже само по себе необычно и здесь кроется некая интересная тайна. — Там Ина подняла руку и начала поочередно загибать тонкие зеленые пальчики. — Ты выжил при падении, выдержал схватку с пиратами из «Серого ветра», чем-то привлек внимание Хорки, пережил набег и сейчас, здесь, перед нами, сидишь уже с лицензией искателя. Лично я за совместный поход обеими руками. Посмотрим на деле, что ты за фрукт такой. Что скажешь, Зик? Берем его в свою группу?

— Не вижу причин отказывать, — едва заметно кивнул дрелан.

Хотел было прожать да, но вспомнил, что при вступлении в группу иконки моих питомцев станут заметны для всех. Кроху я еще не готов был демонстрировать, это мое тайное оружие, а вот Фурию рано или поздно придется брать с собой в походы, не вечно же ей сидеть взаперти… Да, да, после того, как предварительная разведка на Потерянных Душах была проведена и мы с Крохой убедились, что стражи отлично справляются со своими обязанностями по переработке сырья, мы оставили на охране цитадели при поддержке Мглы бездны только самого старшего стража. А остальных отправили прокачиваться на остров, заодно выпустив и дикошу. Надо было видеть и чувствовать с каким наслаждением Фурия занялась охотой на мелкое лесное зверье.

Так что я полез в настройки Лживой шкуры, выключил иконку Крохи, и…

Да что ж так не вовремя-то!

С расстояния в двадцать с хвостиком километров эмоциональная окраска Духовной связи почти не ощущалась и именно по этой причине, пока внимание было поглощено проблемами в форте, я прохлопал, что у питомцев тоже какие-то проблемы. И только сейчас увидел, что тонус у обоих опустился значительно ниже среднего. Быстренько отыскав их метки на карте, я обнаружил, что дикоша с фейри находятся в одном месте. Уже легче — Кроха сможет объяснить сразу за обоих, что происходит. Клан-чат на этом расстоянии работал исправно, но не успел я связаться с фейри, как она, почувствовав мое внимание, сама прислала картинку. Перед глазами встала какая-то ложбинка среди каменистых холмов — дикоша лежала в траве пластом, совершенно не шевелясь.

Босс… — донесся тихий голос Крохи. — Нам нужна твоя помощь. У меня кончается энергия, Фурия чувствует себя очень плохо, а трансформация будет длиться еще не меньше часа. Если нас кто-нибудь застигнет в таком состоянии, я не смогу ее защитить.

Я не стал задавать лишних вопросов. Раз фейри не сообщила раньше, значит, полагала, что справится сама. Ведь сам же ее и просил не отвлекать по пустякам, пока буду находиться в форте. Но, видимо, силенок фейри не рассчитала. Что ж там за трансформация такая…

Будь в запасе еще один астральный ключ, честное слово, не пожалел бы и маяка, чтобы активировать его в одной из келий Святилища, где возрождались игроки. Очень подходящее для этого место — и маскировка, и удобство перемещения в форт. Вполне приемлемая замена стационару, если все-таки не разберусь, почему он не работает для осколка. Но ключ-расходник пришлось оставить Крохе, чтобы они с дикошей и стражами в любой момент могли укрыться в цитадели. Поэтому установка маяка ничего сейчас не даст. Придется нанимать «крыло» и добираться до острова самым примитивным способом. А это минут пятнадцать, не меньше. Причем сперва нужно выбраться за пределы форта и несколько километров чесать до пристани, где эти самые кораблики ошиваются.

Я порывисто поднялся на ноги и мне в этот момент было плевать, насколько обеспокоенным выгляжу в глазах присутствующих.

— Прошу меня извинить, но у меня возникли проблемы, требующие немедленного присутствия на Потерянных Душах. Постараюсь решить их побыстрее… Так где состыкуемся?

— Потерянные Души… — в глазах Там Ины мелькнуло удивление. — Это ведь там мы встретили тебя впервые. И что тебе так срочно могло там понадобиться? Погоди-ка… Обычный групповой чат работает только на сотню метров, это значит, что… Только клан-чат бьет на большие расстояния. Причем развитый клан-чат. В каком клане ты состоишь, Зуб?

Быстро соображает, однако. Ну, тогда можно сказать больше, все равно в ближайшее время узнают.

— Дело не в клане, проблемы у моего питомца.

— Питомца? Не понимаю. Ты же прибыл без питомца… мы же сами видели. А в форте ты впервые. Откуда же у тебя питомец?

— Мне правда нельзя терять ни минуты, — я нетерпеливо мотнул головой. — Назовите место для встречи… скажем, часа через два или три.

— Погоди, — Зик поднялся со скамьи, а за ним пружинисто встала и дриада. — Раз у тебя проблемы, мы можем помочь. В форте у нас дела закончены, а Потерянные Души как раз находятся по пути к месту задания.

— Как это закончены! — проворчал Ранилак, недовольно сведя кустистые брови. — А поесть? Неизвестно, когда снова сюда вернемся, не люблю чем попало по дороге питаться.

— Да, мы же ждем заказа, — Алии тоже явно не хотелось вот так вдруг срываться с насиженного местечка, не пообедав. К тому же она все еще дулась на меня, на мой взгляд, совершенно напрасно, за борт ведь не я ее скидывал. Увы, я был свидетелем ее неудачи, а приятного в этом мало. — Нехорошо подводить Догуса, он этого не любит.

— Не возражаю, — спокойно согласился Зик. — Оставайтесь. А мы с Там Иной не голодны. Догоните нас потом.

— Договорились! — подтвердив предложение Зика о вступлении в его группу, я решительно развернулся и быстрым шагом направился прочь из харчевни.

На дорогу ушло больше времени, чем я рассчитывал. Питомцы оказались довольно далеко от астрального маяка, и после того, как мы отпустили «крыло» с гхэллом-извозчиком, пришлось еще не меньше двадцати минут добираться до них бегом по пересеченной местности.

Фурия нашлась в неглубоком каменистом распадке между заросшими зеленью холмами. Зверюга распласталась на боку, примяв травяное пятно среди плоских камней. Кроха по пути морально подготовила меня к тому, что предстоит увидеть, но все равно неприятно екнуло внутри — выглядел мой питомец жутковато.

Приблизившись, я присел на корточки возле Фурии и ласково провел ладонью по ее мощному загривку. Прикосновение заставило дикошу тяжело приподнять лобастую башку. С трудом приоткрыв веки, зверюга посмотрела на меня мутным, полным боли взглядом, и опустила голову обратно в траву. В такой близости Духовная связь заставляла чувствовать ее боль почти как свою собственную. Сказать, что ей было чертовски плохо, значит, ничего не сказать. Такое ощущение, что у нее ныла каждая клеточка тела. Тонус и энергия рухнули до 30%, здоровье держалось чуть выше 50%. Еще бы. На спине дикоши под шкурой вздулся горб, пророс в ее теле, как злокачественная опухоль, поражая окружающие ткани и меняя кости. Новое образование вытянуло из животного силу и массу, преобразуя ее в новые конечности. Никак не предполагал, что последствия жертвенного воскрешения будут именно такими. И глядя сейчас на Фурию, еще больше укрепился в мысли, что доноров для воскрешения соклановцев нужно подбирать как можно тщательнее. Чтобы избежать серьезных проблем в будущем.

Я вызвал окошко с параметрами дикоши, пробежался взглядом по строчкам. Первые три способности остались без изменений — Смертельный укол, Взрывная атака и Метаморф. А вот четвертая — Ездовое животное, исчезла, а вместо нее висела новая строчка:

И еще одна:

Вот такие, епт, пироги. Фурия будет летать. Отличная новость? Да конечно же! Для мира Архипелага эта способность очень кстати! Но… Но мучения, через которые проходила Фурия сейчас, сильно подпортили настроение. И кататься верхом я больше не смогу. А мне чертовски нравилось это занятие! Видимо, когда все это закончится, то строение крыльев не позволит забраться дикоше на спину. Придется развивать собственный бег. Дриада с дреланом по пути сюда придерживались моего темпа, но они явно могли бежать быстрее. Да и Мэйх, почивший в бездне, носился, как лошадь, причем со мной на закорках. До сих пор под впечатлением от мощи этого парня, так что есть куда стремиться.

Кроха, которая сейчас предусмотрительно пряталась в кустах поблизости, тоже находилась на пределе сил — малышка всю энергию слила Фурии, чтобы облегчить перерождение. Ее бы подкормить кристаллом… Но рядом чужаки.

Мысленно чертыхаясь, я повернул голову к спутникам. Зик и Там Ина стояли в двух шагах. По лицу дрелана, как и раньше, мало что можно было прочитать, в его синих, как океанская волна, глазах стояла полная безмятежность. А вот дриада прямо-таки светилась от любопытства, глядя на дикошу широко открытыми глазами, зелеными, как молодые побеги. О как, цвет глаз, оказывается, у них может меняться, отражая эмоции: то изумрудные, как у Фурии, то салатовые. Насколько я успел узнать, дриады тонко чувствуют природные процессы в живых организмах. Ее боевые заклинания мне видеть довелось, но умеют ли они лечить?

— Ина, сможешь чем-нибудь помочь?

— Что? Ах да… — дриада встрепенулась. — Прости, увлеклась. Я слышала о таких питомцах, но видеть еще не доводилось. Быстрых лечилок у меня нет, но могу создать место жизненной силы, это поможет.

— Лучше хоть что-то, чем ничего, — охотно согласился я.

— Не тяни, Ина, помоги питомцу, — поторопил Зик.

Вот тебе и бесчувственный чурбан — страдания животного не оставили дрелана равнодушным, как могло показаться со стороны. Надеюсь, когда-нибудь научусь читать язык тела этого необычного существа, понимать, что у него происходит под чешуйчатой сине-зеленой черепушкой.

— Сдвинься левее, Зуб, сперва мне нужно ее напоить.

О как. Все-таки зря не купил на рынке флягу с зельем здоровья, пожалел стимулов. Там Ина опустилась на колени возле дикоши, прикоснулась к ее скуле и заставила животное через силу снова приподнять морду. Затем влила пару глотков вязкой красноватой жидкости ей в пасть. После чего сместилась на шаг, оттеснив меня еще левее, и прижала обе ладони к мохнатому боку зверя. Пальцы дриады замерцали зелеными искорками, дикоша вздрогнула… и расслабилась. Раздвинув почву и траву с тихим шорохом, вокруг тела питомца выросло несколько светло-зеленых побегов с крошечными листиками, образовав подобие чаши.

Маркеры жизненных показателей Фурии будто нехотя поползли в положительную сторону.

— Спасибо тебе, — я признательно кивнул дриаде.

— На здоровье. Меня вот что озадачило, Зуб, — Там Ина вопросительно глянула в мою сторону, не убирая ладоней с шерсти Фурии. — Я никогда не слышала, что дикоши способны летать. Теряюсь в догадках, что за неизвестный фактор дал ей крылья вместо стандартной сухопутной способности. И почему на двадцать восьмом уровне, а не на тридцатом, как полагается? Что за чудеса? Ничего не хочешь объяснить?

Чем хороша Лживая шкура — уровни питомцев отображаются в соответствие с уровнями хозяина. Но это же создавало и проблему. Величину призового опыта, необходимого для достижения тридцать пятого уровня, Хорка рассчитал с учетом того, что 30% из этих шестнадцати миллионов перепадут моим питомцам. Так что реальный уровень Крохи подскочил до двадцать девятого, то есть в пределах нормы для моей маскировки, а вот Фурия взлетела до тридцать третьего, все-таки коэффициент роста у нее самый выгодный. Вот этот скачок и сшиб ее с лап, запустив процесс преобразования, когда Фурия беззаботно предавалась охоте в лесу на острове, а я собачился с Хранителем в форте и принимал бодрящий душ из халявного рейдового опыта.

— Честно говоря, я сам не все понимаю, — уклончиво ответил я и перевел разговор в другое русло. — А что ты имеешь в виду под стандартной сухопутной способностью? И на каких уровнях питомцы получают новые способности, кроме тридцатого?

— Если учесть, что зверь относится к роду кошачьих… — дриада на секундочку задумалась. — Наверное, какой-нибудь продвинутый прыжок. Не исключено, что твоя Фурия смогла бы перемещаться между некоторыми островами без «свистка», там, где расстояния не слишком большие. Но крылья, пожалуй, даже лучше. А следующие способности будут на 50, 80, 100 и так далее.

— Вот как. То есть, при каждом переходе в локацию постарше, — я снова кивнул, подосадовав про себя, что слишком часто у меня события идут через одно место: ведь получается, что новая способность сожрала одну из старых ввиду их несовместимости, так что вместо пяти остались все те же четыре. Впрочем, плевать, не буду уподобляться тем, у кого по жизненной философии стакан всегда наполовину пустой, лучше порадуюсь, что питомец вообще жив остался.

— Не надо менять тему, — улыбнулась дриада. — Так откуда крылья? Мне это страшно любопытно. И кстати, лучше тебе позвать свою помощницу. Я ее не вижу, но ощущаю с точностью до сантиметра местечко, где она спряталась.

— А вот и неправда! — послышался из кустов тоненький обиженный голосок фейри. — Я хорошо замаскировалась!

Ничего не оставалось, как рассмеяться. Спалились с потрохами.

— Дуй сюда, Кроха. Знакомься с моими новыми товарищами.

— Мне и здесь все хорошо видно, — проворчала Кроха едва слышно.

Дриада с благожелательной улыбкой показала глазами: «иди к ней».

Пришлось топать в кусты. Нахохлившись, как птица в ненастную погоду, Кроха пристроилась в развилке веток у самой земли и выглядела донельзя несчастной. У нее не было сил даже взлететь, крылышки и то поникли и поблекли. Ах ты, бедолага… Пришлось оказывать срочную медицинскую помощь. Я достал кристалл из подсумка, опустился на корточки и протянул фейри. Шмыгнув носом, она спрыгнула с ветки на ладонь и обхватила кристалл ручонками…

— У вас там все в порядке? — обеспокоенно спросила дриада, заметив вспышку света в кустах.

— Да, минутку. — В такой близости мы могли общаться и без клан-чата, так что я перешел на конспиративно-мысленное общение. — Я уже говорил, малышка, что ты молодец?

— Угу, — сразу приободрившись после «замены батареи», Кроха задрала пуговку носа и заложила руки за спину, вся из себя гордая и особенная.

— А что скажешь насчет моих новых друзей? Им можно доверять?

Кроха на секундочку задумалась и деловито кивнула, накидав мне в ответ оттиски своих ощущений, по которым выходило, что дриада с дреланом — мировые ребята. На самом деле в порядочности этих двоих я и так был уверен — Михонариум об этих расах выразился однозначно: никогда не лгут, не ведут интриг за спиной, никогда не присвоят чужое и всегда выполняют обещание. Именно эльф и посоветовал присмотреться к таким игрокам, как к потенциальным союзникам для будущей группы. И именно поэтому я не возражал, когда Зик с подругой вызвались сопровождать меня до Потерянных Душ. Но мне хотелось показать Крохе, что я ценю ее мнение и ее усилия по сохранению нашей триады. Знаю, она и так это чувствовала, но иной раз это просто нужно выразить словом или поступком.

— А как у нас дела со стражами? Больше не появлялись?

— Если бы, — вздохнула фейри. — Тогда бы я сообщила.

Дело в том, что стражи, совершив несколько ходок за материалом и наполовину разобрав довольно нехилый такой каменистый холм, вдруг пропали в цитадели и не появлялись уже больше часа. Случайно, или нет, но это совпало со скачком опыта, который влился в меня щедрой рекой в Святилище. Забота о Фурии заставила Кроху остаться рядом, так что придется уже мне выяснять, что именно случилось в цитадели. И честно говоря, я места себе не находил. Цитадель важнее всего. В том числе важнее здоровья Фурии, будущее всех нас зависит от будущего осколка…

— Бо-осс, да как ты можешь так думать! — выпалила Кроха вслух и надулась, как набивший щеки хомяк.

— А вот нечего мысли подслушивать. — Поднявшись, я вышел из кустов к спутникам и продемонстрировал им ладонь с фейри. — Знакомьтесь. Это Кроха. Обижать не советую. Она сама кого хочешь обидит, мало не покажется.

— Да, я такая, — Кроха еще больше надула щеки, но уже от важности. И уголком губ сдула золотистую прядку волос с сияющего свежей синевой глаза. Наверное, этот жест ей виделся верхом крутости.

— Это… это же не игрок, — Там Ина прямо застыла от удивления, все еще оставаясь на коленях возле Фурии. Глаза ее расширились, посветлели еще больше, а волосы-веточки ее пышной шевелюры зашелестели, словно живые.

— Говорящий питомец… — Зик встряхнул головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. — Да ла-адно…

Взмыв в воздух, фейри бодро зажужжала к дриаде и зависла напротив ее лица. Девчонки с явным интересом уставились друга на друга. Забавно, но только сейчас в их чертах я уловил нечто общее. Тем лучше — наверняка эти двое быстро найдут общий язык…

Мило, но все это слишком затянулось, а у меня не было ни времени, ни желания участвовать в дальнейшей беседе, когда на кону стоит судьба осколка реальности. От нетерпения я уже физически не мог оставаться на месте. Присев возле Фурии, я вынул астральный ключ из подвесного мешка на ее шее и запихнул в поясной подсумок.

— Зик, помнишь твое предложение насчет моего желания?

— Конечно. — Дрелан с трудом оторвал взгляд от Крохи, еще раз встряхнул головой, сосредотачиваясь, и уже внимательно глянул на меня. — Говори.

— Постерегите моих питомцев, мне нужно отлучиться. Ненадолго, надеюсь. Как вернусь, сразу все объясню.

— Договорились. Мы за ними присмотрим.

Едва оказался в зале центра управления, как по ушам ударил тяжелый гул, а подошвы сапог пронзила сильная вибрация. И сразу же замигали строчки экстренных сообщений:

— Стражи! — вскрикнула Кроха, взмывая с плеча и устремляясь к ведущей на мост двери. — Они дерутся снаружи! Надо помочь!

Я выругался. Желание задержаться и обшмонать трупы Майло и Ворукса сыграло бы со мной злую шутку, хорошо, что не стал этого делать! Требование активировать Источник-2 однозначно говорило о том, что первый пункт Капитального ремонта выполнен, что и подтвердил обновившийся после перехода журнал заданий. Видимо, сбой портала форта каким-то образом связан именно с этим фактом.

— Стой! Жди меня!

Мог и не кричать: открыть тяжелую дверь Кроха самостоятельно не могла, а витражные стекла, через дыры в которых фейри могла раньше улизнуть наружу, уже были восстановлены стражами. В сознании молнией мелькнуло воспоминание, как методом тыка удалось зарядить первый источник и пальцы тут же погрузились в подсумок, проверяя, сколько у меня кристаллов. И только сейчас, нащупав твердые грани расходников, сообразил, что сработавшая Месть камикадзе не выжгла все мои запасы, как в прошлый раз, в Лунной Радуге. Да и сейв остался на месте — прокнула вероятность не потратить его при использовании способности. Видимо, поэтому и пренеприятного отката не было. Отлично!

Но кое-чего для уже знакомой операции все же не хватало.

Я мигом взлетел по лестнице на третий этаж, подхватил лежавший возле ремесленного алтаря мешочек с кристаллами и бросился обратно, успев попутно обновить защитные ауры.

— Кроха, не лезь вперед!

Упорно пыхтевшая над непобежденным засовом фейри послушно упорхнула в сторону. Я рывком распахнул дверь, готовясь в ту же секунду влепить Хваткой лича во врага, каким бы он не оказался — за свою цитадель любому глотку порву!

Хватило беглого взгляда, чтобы подтвердились худшие опасения.

А затем я бросился по мосту в соседнюю башню с таким ощущением, словно на горле затягивается тугая петля: вокруг в оболочке астрального барьера множественными вспышками расцветали радужные всполохи, обозначая места проникновения тварей. Я-то надеялся, что больше такого не увижу, но массированное вторжение повторилось. Алан меня сохрани! То ли пустотники собрались с силами, то ли сам факт восстановления цитадели каким-то образом привлек новую волну врагов, словно некие высшие силы проверяли мой осколок на прочность! И если бы не окрепшие стражи, Мгла бездны, ослабленная из-за воздействия на множество целей одновременно, могла и не справиться.

Прорвавшись сквозь барьер сверху, один из пустотников с мерзким влажным шлепком свалился прямо на пути, перекрыв узкую горловину моста.

Костлявое создание с дымящейся и разлагающейся прямо на глазах плотью мучительным рывком поднялось на лапы, слепо уставилось в мою сторону, поднимая когтистую кисть, но сделать ничего не успело. Рядом с мостом всплыл шарообразный сгусток темно-синей энергии и выстрелившие щупальца черных протуберанцев буквально размазали тварь в кисель, брызнувший мутными пятнами на мостовую.

На бегу перепрыгнув останки и рванув дальше, я скользнул взглядом по характеристикам стража, который, расправившись с врагом, тут же устремился к следующему:

Изменившиеся параметры стражей приятно озадачили. Сейчас, заматерев, они прекрасно справлялись и без Фурии, их сверкающие силуэты с треском шаровых молний метались и по двору цитадели, и за крепостной стеной, уничтожая агрессоров. Но нужно поторапливаться: я успел заметить, как низко опустился тонус у расчистившего мне путь стража, а значит, ему вскоре предстоит отправиться на перезарядку. Не сомневаюсь, то же самое ждет и остальных: боевой режим тратил внутренние ресурсы защитников с устрашающей скоростью. Жаль, что их пока только шесть, а не девять.

Дверь левой башни отлетела в сторону, лестница метнулась навстречу, затрещали перила от удара плечом при резком повороте, навстречу распахнулся третий этаж, сверкающий свежесотворенной новизной. Ни грамма пыли на элементах каменных поверхностей… Осматриваться было некогда, и я буквально взлетел по каменным выступам на стене, нырнул в протаявший в потолке проем и оказался на «чердаке». Не обращая внимания на усилившийся гул, сразу занялся делом. Быстрым шагом двинулся по девятиугольному периметру, архитектура которого, как две капли воды, повторяла устройство чердака правой башни. Вскоре все приемные чаши были упакованы кристаллами сущности пятого ранга, а стабилизирующие антенные шпили возле них разгорелись желтоватым свечением рабочего режима.

— Босс, а если управляющего кристалла не подберем? — Припозднившаяся Кроха нарезала вокруг меня круги, наблюдая за моими действиями с испуганно округлившимися глазами. — Придется бросать все нажитое непосильным трудом и спасаться?!

— Не каркай, Кроха, сам боюсь.

Я опустился на колено возле центральной чаши, торопливо достал из мешка элитный кристалл сущности — черт, предпоследний из запасов Хорки! — и поднес к чаше.

— Сверху! Берегись! — пронзительно взвизгнула Кроха.

Усилившийся гул и треск над головой заставили отпрянуть на шаг и глянуть вверх. Здоровенный радужный всполох растекся по куполу астрального барьера прямо над управляющей чашей. Костлявые конечности просунулись внутрь периметра, раздвинув образовавшийся разрыв в стороны и сразу начав разлагаться и гореть от тиков Тлена и Пламени Хаоса.

Ни паники, ни страха, лишь ледяная ярость в душе. Ну уж нет, ты не помешаешь мне отстоять цитадель!

Плеть боли перетянула тварь прямо в разрыве. Парализованный пустотник застрял в барьере, как муха в паутине и края пятна начали снова сходиться, словно огромный капкан.

Как обычно, не самый подходящий момент отвлекаться на системные поздравления.

Не дожидаясь, когда пустотника прикончит Мгла бездны, я от души врезал Хваткой лича, чтобы лишить врага малейшего шанса очухаться. Пустотник глухо завыл, корчась в судорогах и не в силах совершить ни одного сознательного действия. Мутные хлопья его плоти падали вниз, словно пепел от костра, оставляя на полу площадки и на чаше жирные пятна, от которых омерзительно несло застарелой падалью.

В чердачный проем всплыл гудящий и искрящийся страж, но он уже опоздал — тварь издохла без его вмешательства, смертью оборвав действие Хватки лича. Страж тут же уплыл обратно, а разрыв в барьере моментально затянулся, скрыв останки пустотника по ту сторону. Не собираясь дожидаться еще одного непрошеного визитера, я мигом оказался возле чаши и наконец вставил чертов кристалл на законное место. Слава Алану, он подошел сразу и налился ровным янтарным светом.

Гул затих. Как и в прошлый раз после всего этого бедлама, отрезанного, как ножом, наступившая тишина показалась звенящей. Всполохи проникновения погасли. Атака пустотников захлебнулась, столкнувшись с резко возросшей мощью астрального барьера.

— Урааа! — завопила Кроха, выписывая в воздухе светящееся сальто. — Мы крутее всех крутых! Босс, а где моя медалька за защиту родного дома от супостата?

Не обращая внимания на ее экспрессивные восторги, я подошел к краю площадки и расслабленно облокотился на парапет. Все верно, бой действительно закончился. Стражи из-за стен втягивались во двор и гуськом плыли в нижний вход правой башни. Интересно, чем именно вызвано это нападение? Моим скачком на тридцать пятый уровень? Ведь и нападающие в уровнях тоже подросли. Надо будет потом пошарить в окрестностях цитадели: наверняка немало кристаллов валяется бесхозными. Пусть и четвертого ранга, но в хозяйстве все сгодится. Угу, что называется, зажрался. Теперь уже и четвертые недостаточно хороши, после пятых-то.

Глубоко вздохнул и медленно выпустил воздух. Нервная система у аватара, конечно, покрепче человеческой, но все же я морально устал от необходимости существовать на грани фола, когда любой недосмотр может привести к фатальным для меня последствиям. Хочу, епт, в отпуск. Хотя бы на недельку.

Я достал курительную трубку, набил смесью из кисета. Несколько секунд неспешных манипуляций и эффект от первого глотка дыма благотворной волной прошелся по телу, расслабляя мышцы и растворяя напряжение в душе.

Кстати, второй раз отражаю волну пустотников, а система жадничает, не подкидывает задание по обстоятельствам. Видимо, как и в случае с Лунной Радугой до массового приема в клан, для клановых заданий пока нет минимально необходимого количества участников. Я, да Кроха с Фурией — вот и все защитники. Ладно, не стану привередничать, опыт цитадели возрос до 15 уровня, а это уже весьма и весьма неплохо. Да и стражи прокачались на уничтожении пустотников. Самый младший сейчас 11 уровня, старший — вровень с цитаделью. Качественный скачок их параметров произошел определенно сразу после окончания ремонта.

А ведь когда рейды изгоев, ракшасов и дионисситов атаковали цитадель в Лунной Радуге, то ее стражи имели на тот момент тридцатые уровни и, если я правильно понял взаимосвязь уровней и параметров, то выходит, что жизнь каждого стража была не меньше трехсот тысяч. Защита и урон — соответствующие. И стражей тогда было целых девять штук. Неудивительно, что пробиться сквозь такую мощь игроки не смогли и гарантированно умирали на серпантине. Такие боевые возможности грех не использовать для выполнения миссий вне осколка на Архипелаге, но… Как всегда, без ложки дегтя не обошлось. Имелась у стражей парочка существенных изъянов, в противовес их впечатляющим достоинствам. Во-первых, эти могучие создания не имели сейвов, и каждый раз после их уничтожения цитадель будет производить их заново, и соответственно, заново придется прокачивать. Во-вторых, слабостью была их малая автономность. Оставшись без подпитки источников, стражи быстро теряли энергию, поэтому им жизненно необходима подзарядка каждые три-четыре часа. Но охрана из них отличная, вне всякого сомнения. Так что пусть в цитадели и остаются, выполняя свое прямое предназначение. Снова возвращаясь к мысли о Лунной Радуге, я вдруг отчетливо понял, что квест по захвату цитадели был все-таки выполним. Если бы все враждующие фракции сумели договориться и пустить три рейда один за другим, то вполне вероятно, что цитадель пала бы и сценарий ее будущего пошел бы совсем по другому пути. Впрочем, все это лишь досужие размышления, уже не проверить. Да и пустила бы цитадель на свою территорию сразу три рейда? Тот еще вопросик.

Затянувшись еще раз, я наконец просмотрел системные сообщения внимательнее. После подъема репутации с Аланом все возможности божественных способностей возросли на 5%, и это весьма неплохо. А вот Плеть боли подросла значительнее прочих, так как у нее повысился ранг. Вдобавок, появился новый эффект:

И это тоже не все. Новый уровень репутации, не забыли? А значит, наконец, новое умение!

После изучения информации меня охватило двоякое чувство. Выглядит перспективно, но насильственное обращение в веру, пусть и на сутки? Как-то не по душе мне это… Если бы такой эксперимент провели надо мной, то вряд ли я сохранил бы дружественные чувства к экспериментатору. Значит, применение этого умения с большой вероятностью будет плодить потенциальных врагов. Да и что дадут сутки обращения? Ладно, пока торопиться с выводами рано, мало ли какая ситуация возникнет в будущем. В конце концов, это решать исключительно мне — использовать, или нет. Но только применение умения на практике выявит все его достоинства и недостатки по существу. Так что, чую, без эксперимента не обойтись. Главное, хорошенько продумать где, как и на ком.

Мысли прервал какой-то странный шорох — будто рядом что-то волочилось по полу. Опустив взгляд, я обнаружил, что так оно и есть. Не добившись от меня внимания, неугомонная Кроха взялась за дело самостоятельно. С заметной натугой подтянув к проему в площадке мешок с кристаллами, который я забыл возле чаши источника, она перевалила его через край, и… уйкнула вслед за ним, вцепившись обеими ручонками.

Внизу звучно шмякнуло, донесся страдальческий писк, а фрейм жизни фейри мигнул, чуть уменьшившись.

— Кроха? — я наклонился над проемом, выдернув трубку изо рта. — Ты в порядке?

Ответом было молчание, но и так чувствовалось, что фейри серьезно не пострадала. Иначе отголоски боли донеслись бы по Духовной связи. Так как на башне меня больше ничего не держало, я спустился вниз и обеспокоенно оглянулся. Теперь время осмотреться было, но увы, осматривать оказалось нечего. Кроме круглой гранитной плиты очага силы, утопленной вровень с полом в центре помещения, на этаже было шаром покати. Новострой, одним словом. Похоже, мебель это уже забота владельца, а не сервис-центра цитадели. Точнее скажу, когда покопаюсь в «новом функционале», о котором сообщала система.

Невольно улыбнулся, глядя на то, как крошка-фейри тягает из мешка кристаллы размером с нее саму и, подтянув к очагу силы, втыкает их в слоты для расходников. Фейри по собственной инициативе взялась за создание нового ремесленного алтаря, отлично зная, как он нам нужен. Кроме того, я чувствовал, как для нее приятна эта созидательная работа. И помнил, как Кроха в прошлый раз возмущалась в ответ на любое предложение о помощи, поэтому тревожить ее не стал. Лишь поднял и перенес поближе к очагу увесистый, килограмма на два мешок с кристаллами, который после падения так и валялся под потолочным окном. Так питомице меньше придется курсировать туда и обратно.

Мысленно благословив фейри на великие свершения, я уже без спешки спустился в подвал: пора было разобраться с проблемой портала. С виду здесь ничего не изменилось, глазам предстал все тот же цилиндр, облицованный медово-желтым янтарем. Но для точного диагноза нужно глянуть на функционал. Я прошел к плите портала, ступил на нее, и на этот раз ожидания оправдались — ее тут же охватило мягкое свечение.

Губы сами собой растянулись в радостной ухмылке. Еще бы не радоваться — теперь у меня есть стабильный переход в форт в любое время, причем бесплатный, судя по отсутствию упоминания о стоимости, так как переход совершался за счет энергии цитадели, а цитадель принадлежала мне.

Отлично. Кроха свое дело знала, не буду медлить и я.

Последний раз пыхнув трубкой, я поднялся в мастерские и по мосту двинулся в правую башню. Попутно выбил трубку о перила и спрятал ее в подсумок до следующей оказии. От стражей след давно простыл. Все наверняка сейчас сидели в зарядных гнездах. Я помнил, что снаружи меня ждут Зик и Там Ина, но сперва важнее закончить дела в цитадели, так что потерпят.

Усевшись в кресло, взял со столешницы золотой обруч Связующей диадемы и водрузил на голову. Ожидаемо стрельнуло слабым электрическим разрядом, перед глазами развернулся интерфейс цитадели. Так, что тут у нас новенького…

Со Статусом более-менее ясно, хорошая штука, и так как очков умений у цитадели нет, то Статус-2, скорее всего, автоматически получу на далеких старших уровнях цитадели. А вот с Астральными узами не все так просто на первый взгляд. По первому пункту я вроде и раньше был привязан к порталу, и статус владельца уже был подтвержден. Или тут имеется в виду нечто иное? По второму, если я правильно понял, то теперь, куда бы меня не занесло, я всегда буду знать, что происходит в цитадели и это превосходный подарок! Но непонятно насчет привязки. Как это сделать? В настройках интерфейса я подходящих подсказок не обнаружил. Так что, как и раньше, придется это выяснять старым добрым методом тыка, дело привычное.

Задумчиво барабаня пальцами по столешнице, обвел ее внимательным взглядом. За эти дни с момента моего воскрешения здесь ничего не изменилось. В центре выпукло торчит шар синхронизатора, намертво прикипевший к столешнице и ставший элементом дизайна. Слева, на краю стола — чернильница и стило. Сразу за ними стоит тройной подсвечник. Все предметы на вид из одного материала — светло-серый гранит и все неоднократно ощупаны и осмотрены в поисках скрытых функций. Причем и подсвечник, и чернильница прикреплены к столу намертво, составляя с ним единое целое, так что единственным подвижным предметом оставалось стило. Давно намеревался достать какие-нибудь чернила в форте и проверить, что изменится, но забегался и забыл в суете.

Приподнявшись, я потянулся и положил ладонь на шар синхронизатора — теплый на ощупь, как живое существо. Интересно, что он синхронизирует сейчас? Работу обоих источников? В Лунной Радуге этот шарик работал видеотранслятором, но после общего сброса, видимо, эта полезная функция будет доступна еще не скоро. Девять кристаллов по окружности столешницы, которые использовались для калибровки, кстати, давно бесследно исчезли вместе со слотами.

Я изучающе уставился на кристалл астрального ключа, выуженного из подсумка. Из восемнадцати зарядов оставалось только три. Это еще повезло, что стражам заряды не требовались, иначе после стольких ходок туда-обратно расходник давно превратился бы в пыль. Когда отдавал кристалл Крохе, то заранее договаривался, что последний заряд будет использован для возвращения в осколок, чтобы изготовить новый расходник. Но к счастью, теперь доступен стационарный портал и проблема решена. Серьезная проблема. Мысль о том, что случится, если астральный ключ будет случайно утерян, я все это время старательно гнал прочь. Приходилось идти на риск, тут уж ничего не поделаешь. Собственно, еще и поэтому ключ оставлял Крохе, а Кроху на острове вблизи маяка, так шансов посеять ключ меньше, чем мне при моих путешествиях с острова на остров. Но вообще как-то не верилось, что можно лишиться цитадели навсегда из-за какого-то расходника. Для Ключника наверняка есть какие-то лазейки, которые мне пока просто неизвестны… Впрочем, один способ известен. Смерть. Привязка к личной Колыбели возвратит в осколок гарантированно, но это совсем уж крайний случай. В общем, проблема решилась и с плеч упал тяжеленный груз. До этого момента и не подозревал, насколько сильно угнетала эта ситуация.

Взгляд снова вернулся к подсвечнику. Мысленная команда заставила кристаллы в нем озариться ярким желтоватым свечением. Попробовать провести эксперимент, что ли? Если расходник сгорит, то новый ключ можно изготовить на новом ремесленном алтаре. А в форт, если что, вернусь через стационар, там же свяжусь и с членами группы.

Шагнув к подсвечнику, я мысленной командой выключил его, выдернул один из кристаллов и на его место воткнул астральный ключ. После чего, помолившись Алану, включил снова. Два кристалла озарились прежним желтым свечением, третий вспыхнул ярким синим светом, словно огромный сапфир.

Та-дам!

Как и подозревал, подсвечник оказался непрост. Да и не подсвечник это вовсе, а что-то вроде инструмента сопряжения для астральных ключей. Если зарядить его тремя ключами пятого ранга по тридцать зарядов каждый, то хватит надолго. Не говоря уже о существенной экономии, так как каждому члену клана уже не придется раздавать по ключу индивидуально. Да и случайные потери ключей уже не грозят неприятностями — сплошные плюсы.

Счетчик зарядов в специально выделенном окошке интерфейса мигнул и я обернулся, почувствовав появление в башне Фурии. Смесь сильнейших эмоций хлынула на меня волной — злость, усталость, боль… и гордость. Дикоша сверкнула в мою сторону зелеными глазами и широко распахнула громадные кожистые крылья, покрытые серым пухом: в таком виде она визуально казалась в несколько раз больше своего и без того немаленького размера. И картинно замерла на несколько секунд, предоставив мне полюбоваться и оценить ее выстраданную «обновку». Я оценил. Выглядела питомица впечатляюще и не только за счет крыльев. Но также не мог не заметить, что у бедолаги вместо мышц кожа да кости, скелет ходячий, а тонус ниже половины. В два прыжка преодолев разделяющее нас расстояние, зверюга с миллиметровой точностью замерла рядом, а затем аккуратно, чтобы ненароком не сбить с ног, боднула меня в грудь широким, как блюдце носом.

Я ласково провел пальцами по ее густой гриве, тронул край крыла и тут же отдернул пальцы, почувствовав, что дикоше это неприятно. Свежевыращенные конечности отреагировали на прикосновение болезненно, кожа была еще слишком тонкой и нежной. Нужно время, чтобы эти ощущения пропали, и нужна кормежка, чтобы восстановить силы. Как я и подозревал, на спине дикоши теперь удержаться не выйдет: крылья при взмахе просто будут лупить по мне с двух сторон. Да и сама дикоша при таком положении «груза» вряд ли нормально взлетит, если взлетит вообще. Но выход в принципе есть. Можно придумать какую-нибудь упряжь, которую зверюга сможет носить в лапах. А сможет ли она поднять мой вес или нет в полете, это покажет только практика.

Почесывая утробно заурчавшую дикошу за ухом, я пробежался взглядом по ее характеристикам. О, как. Неожиданно. Я полагал, что трансформация сбила положенное Фурии на тридцатом уровне пятое умение, но приятно ошибся. Не раздумывая, поднял очками умений до третьего ранга отстающие, чтобы привести их в соответствие с остальными.

После этих затрат осталось еще восемнадцать очков умений. Когда способности качнутся чуть выше, или когда очков накопится чуть больше, надо будет подумать, какую из способностей поднять до четвертого ранга в первую очередь. Скорее всего, это будет полет… Но забегать вперед не стоит, надо глянуть в действии, что он собой представляет.

Характеристики Фурии тоже значительно поднялись:

Ловкость по-прежнему оставалась ведущей. Бегло прикинув базовый урон дикоши, я с невольным уважением покачал головой. Обычный удар когтями ненамного отставал от удара Пламенем, а если брать урон от способностей, то выходило еще более впечатляюще. Смертельный укол, отработав по полной, съедал у противника почти 15 тысяч жизни, а Взрывная атака за 15 секунд выдавала где-то 23—24 тысячи урона, и это без учета кровотечения, только за счет нанесенных ран. Если учесть, что средняя жизнь встреченных на Архипелаге тварей составляет около 20 тысяч единиц жизни, то становится совершенно ясно, что Фурию непременно надо брать с собой. А для защиты цитадели теперь вполне достаточно стражей.

Уловив мое настроение, Фурия стремглав вылетела из зала, попутно едва не своротив мощным корпусом дверной проем. И унеслась по мосту похвастаться обновкой перед Крохой, все-таки близкие подруги. Сейчас и впрямь не хотелось тратить время на телячьи нежности, нужно было срочно заняться текущими проблемами, а потом убираться из осколка. Но если питомица и дальше будет расти в том же темпе, то вскоре не сможет посещать башню и жить ей придется во дворе.

Перед тем как отправиться вниз, я стянул диадему, чтобы привычно оставить ее на столе, и… остолбенело уставился на серый прах на своих пальцах — все, что осталось от золота и драгоценных камней обруча. Сердце оборвалось. Вещь безвозвратно разрушилась за какую-то ничтожную секунду, пока я перемещал ее от головы к столешнице. И как это понимать?!

Спокойно.

Задавив тревогу, мысленной командой вновь активировал интерфейс сервис-центра и меню послушно развернулось. Так вот что собой представляют Астральные узы. Так и инфаркт заработать можно, предупреждать же надо…

Но так даже лучше. Нет, вру — это вообще идеальный вариант. Теперь никто, кроме меня, не сможет владеть цитаделью и распоряжаться на ее территории без моего ведома. Так что можно забыть про опасения, что некие пронырливые чужаки завладеют Связующей диадемой в мое отсутствие. Еще одна гора с плеч!

Нервно рассмеявшись, я покачал головой и сбежал по лестнице на первый этаж в зал стражи, попутно послав команду на поднятие лифтовой площадки.

Подтверждение вылилось в довольно шумный процесс: часть пола в форме прямоугольника размером со входную дверь со скрежетом уползла в стену, а из образовавшегося проема донеслись громкие щелчки. Окинув беглым взглядом шестерых защитников, сидевших по периметру стен в сияющих золотом зарядных гнездах, я подошел к проему и глянул вниз. Так и думал, из стены одна за другой выдвигались ступеньки. Как только последняя встала на место, я сбежал вниз, со жгучим любопытством осматриваясь вокруг. Но ничего особенного не увидел. Все тот же цилиндрический зал, светящиеся стены, потолок и пол облицованы медово-желтым янтарем… ага, вот: на выпуклых дисках, натыканных по окружности в метре друг от друга, проявились мускулистые мужские силуэты с горящими глазами и разнообразным оружием в руках. Собственно, вот и все изменения. Прищурившись, я уставился на клубящийся туманный сгусток в центре, где, видимо, формировался облик божества. Возникла шкала прогресса: 56%, но ни малейшего упоминания о времени окончания.

Ну и ладно. Все, что мне надо — помедитировать возле алтаря покровителя, чтобы зарядить Теневое клеймо, так что, надеюсь, сойдет и так. Заодно разберусь с полученными еще в форте характеристиками. Заранее решил, что сотню единиц волью в силу и тридцатку в ловкость, осталось лишь закрепить. На секунду заколебался, вспомнив бой с бандой Майло, и сразу ощутил прилив ярости. С этим типом довелось столкнуться всего дважды, но уже терпеть его не мог. Наглая самодовольная сволочь. Такие деятели все свои проблемы привыкли решать с позиции силы, без малейших потуг договориться к обоюдной выгоде…

Плохо. Эмоции могут помешать делу, так что лучше загнать негатив поглубже.

В общем, после боя осталось ощущение, что ловкости уже не хватает, но это не так. Их было пятеро, тут любая ловкость будет казаться недостаточной. Когда сравняюсь с ними в уровнях, будет совсем другой разговор. Да и Фурию теперь буду постоянно таскать рядом, а два бойца — уже не один, тем более, что ловкость у нее ведущая и для баланса нашей связки мне лучше и дальше делать упор на силу. В крайнем случае собственную ловкость можно довольно быстро поднять модификаторами. Сейвов скопилось 6.85, очков умений — сорок, но очки по-прежнему буду придерживать. Очень уж хотелось проверить, что же представляет собой Жатва душ, информация о которой в Душелове появилась после накрутки Иллюзией совершенства. Доступной способность станет скорее всего именно на шестом ранге, а для него нужно сто очков умений. Придется набраться терпения и не тратиться куда попало.

Вообще, на тридцать пятом уровне с учетом прибавки от вещей выглядело все довольно солидно:

Смежив веки, я погрузился в медитацию.

О как! Сколько медитирую, а навык только сейчас возник: подействовала близость к алтарю. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. Сразу мелькнула идея на будущее закреплять прирост к каждой характеристике отдельно, может быть так шанс на бонус сработает с большей вероятностью.

Так быстро?! Стоп. Глянув на таймер, я обнаружил, что десяти минут как не бывало, и закрепление характеристик уже завершилось. Сознание на эти минуты словно провалилось в никуда. Немного странно, но зато быстро.

Ладно, время дорого.

Поднимаюсь с пола, оборачиваюсь и вдруг вижу прямо перед своим лицом Кроху. Тихо жужжа крылышками, она неподвижно зависла в воздухе, глядя мне в глаза непривычно серьезно. Видимо, ждала, пока я закончу.

— Давно ты здесь, малышка? Как дела с ремесленным алтарем?

— Пригласи их в цитадель, — вместо ответа строгим тоном потребовала Кроха.

Не было нужды объяснять, о ком она говорит. Я сам об этом думал и фейри волей-неволей тоже приходилось обдумывать эту проблему вместе со мной.

— Покажи им, чем владеешь, босс. Расскажи, что можешь им дать. С ними не нужно играть в секреты. Они не подведут, верь мне.

— Верю, малышка. Ты же у нас эмпатка, для тебя эмоции как на ладони, и раз ты говоришь…

Да и черт с ними, с последними двумя зарядами астрального ключа. В форт можно вернуться через стационар, так даже будет лучше — сразу соберем всю компанию вместе и отправимся на задание. Кстати, пора проверить, как теперь действует связь между осколком и Архипелагом. И еще, не забыть бы собрать кристаллы, оставшиеся после вторжения пустотников. Решено — пока буду вводить гостей в курс дела, заодно и сбором займусь.

Открыв групповой канал голосовой связи, я обратился к Зику, как к лидеру группы:

— Зик, есть разговор. Снаружи все спокойно?

— Да, нормально, ждем тебя. Где ты? Мы тебя не видим.

— Есть такая штука, называется осколок реальности… Вот в нем я и нахожусь.

— Никогда о таком не слышала, — вступила Там Ина. — Как это хоть выглядит?

— Сами увидите. А о Списке Мертвых слышать приходилось? Нет? Значит, расскажу много интересного. Но сперва прихватите трофеи с Майло и его дружка.

— Уже, — признался Зик. — Не хотелось срываться без добычи, если вернутся их приятели и приведут поддержку.

— Разумно. Сейчас вы увидите портал, ступайте в него смело.

— Постой, Зуб. Ты готов дать обещание, что ни словом, ни делом не навредишь нам намеренно?

— Оставь, Зик, — осадила соратника дриада. — В его питомце — частичка Дживы-покровительницы. Будь Зубу присущи такие черты, как ложь, вероломство, подлость, он не смог бы удержать ее рядом так долго.

— А ты не вводишь себя в заблуждение, строя ошибочные выводы? — возразил Зик. — Ты сама только что сказала — она питомец. У нее не было выбора, оставаться с ним или нет.

— Выбор всегда есть, когда речь идет о разумных существах. Кроха сама по себе — живая рекомендация, — не сдавалась дриада.

Приятно, когда кто-то за тебя вот так горой, но спор мог затянуться и поэтому пришлось вмешаться:

— Зик, Там Ина, даю обещание, что ни словом, ни делом не нанесу вам вреда. Кроха, подтверди.

— Подтверждаю! — важно пискнула фейри, гордая оказанной честью участника переговоров.

— Хорошо, — согласился Зик. — Давай свой портал.

Я внес имена спутников в список доступа и в компании с Крохой отправился на второй этаж встречать гостей.

— «Абсолют» — первооснова мира, первоначало всего Сущего, вечное и неизменное, — выдав определение очередного знака местного алфавита, архивариус Даргарх Знающий слегка наклонился над широким плоским ящиком с белоснежным песком и на его поверхности прочертил замысловатую загогулину указкой из полированной кости. — Повтори, ученик.

Оторвав взгляд от тикающих таймеров, указывающих часы и минуты до окончания важных процессов, я вернулся к учебе.

Моя указка была попроще: замызганная чужими пальцами деревяшка, но для обучения хватало вполне. Правильно нарисовать загогулину получилось со второй попытки. После многолетнего обучения в земных школах и институтах навык к письму, как говорится, зашит в подкорке. Вообще, будь лишняя тысяча свободных стимулов, просто купил бы специальный свиток и выучил бы весь алфавит или, как это называлось по-местному, знакоряд простым прикосновением к этому свитку. Все равно что флешку воткнуть в мозг. Но со стимулами пока дефицит. Поэтому пришлось согласиться на «медленный» способ обучения всего за сотню местных дензнаков и Даргарх взялся просвещать меня лично. «Абсолют», кстати, был не первым знаком, как можно было подумать по названию, а находился ровно посередине в знакоряде гхэллов. Всего их было 52 штуки и добрались мы до него спустя полчаса не слишком сложного обучения.

— Отлично, отлично, теперь следующий знак…

— Минутку, уважаемый Даргарх, вынужден тебя прервать. Возник вопрос, близкий к теме нашего занятия.

— Говори, — архивариус благожелательно кивнул, мое почтительное обращение неизменно находило отклик в его гхэлльем сердце, наверное, потому, что такие, как я, здесь были не частыми гостями. Как описал ситуацию Даргарх, большая часть гхэллов начертание осваивает весьма поверхностно, лишь на уровне навыка знания знакоряда — этого достаточно для понимания рецептов при изучении ремесел. Но во мне Даргарх с первой же минуты разглядел нечто большее, чем обычный ученик, и взялся обучать с большим энтузиазмом, не скрывая, что получает истинное удовольствие от самого процесса. К месту будь сказано, архивариус Даргарх Знающий оказался весьма примечательной личностью, совсем не похожим на основную массу гхэллов — исключительно мирным по характеру и даже, — о, ужас — крайне вежливым. Что довольно быстро вызвало во мне искреннюю симпатию.

Кстати, он тоже был белогривый: в форте вообще все значимые посты занимала элита гхэллов.

— Чернила, уважаемый Даргарх. Смогу ли я на рынке найти чернила, чтобы попрактиковаться в начертании знаков после наших занятий? Или будет правильнее купить чернила в Архивах?

— Совершенно верно, уважаемый ученик. Более того, на складе Архивов можно взять сразу весь набор необходимых для начертания предметов. Минутку, никуда не уходи из зала обучения.

Скрывшийся в коридоре торопливой походкой Даргарх, как и Форэк Мудрый, тоже носил одеяние из белоснежного полотна и подпоясывался кожаным ремнем с серебряной вязью.

Архивы представляли собой комплекс глинников, соединенных переходами в девятилучевую звезду. Помещения по краям служили для вспомогательных нужд, а центральный зал, собственно, и являлся хранилищем для свитков и книг. Я успел этот зал оглядеть лишь бегло, прежде чем архивариус, узнав цель моего визита, повёл меня в комнату обучения. Под нее был отведен отдельный глинник — круглое помещение метров пяти диаметром, в центре расставлено несколько наполненных белым песком ящиков на подставках. И кроме этих ящиков в зале больше ничего нет, чтобы ничем не напоминать о мирской суете и не отвлекать умы ученика и наставника от важного познавательного процесса.

Ну вот, пока Даргарх бегает за набором, есть время прояснить информацию по ремеслам. С Михонариумом в рейде на эту тему толком поговорить не удалось, а вот Даргарх поделился инфой охотно, ему торопиться в отличие от меня некуда.

Итак. В Архипелаге разрешено изучить три вспомогательных ремесла и одно основное. Причем основное ремесло можно выбрать только при достижении третьего ранга во вспомогательном соответствующего профиля. Например, если захочешь стать скорняком, то без шкуродера никак не обойтись, знания по грамотному свежеванию шкур весьма пригодятся. Если привлекает призвание оружейника или бронника — учи оценщика. На Архипелаге значение оценщика повысилось, теперь это сродни горному делу — поиск металлов и драгоценных камней. Планируешь со временем осесть в каком-нибудь тихом и спокойном местечке без беготни по миру — бери начертателя и развивай до счетовода, летописца или законника.

В отличие от закрытого мира Лунной Радуги с ее сервис-центром, здесь получение ремесла начиналось с посещения наставника в форте и выполнения стартового квеста. Квесты на вспомогательные ремесла собой ничего особенного не представляли, а вот с основными ремеслами дело обстояло куда сложнее. Например, достигнув третьего ранга оценщика и возжелав стать оружейником, игрок топал к наставнику-оружейнику и… попадал в длительную кабалу. Освоение ремесла делилось на три этапа — ученик, подмастерье и мастер, соответственно — 1, 2 и 3 ранги и затраты времени на прохождение этих этапов зависело напрямую от способностей кандидата. В среднем ученичество длилось не меньше тридцати дней под неусыпным контролем наставника. В подмастерьях приходилось ходить уже раза в три-четыре дольше. А для того, чтобы стать мастером, необходимо было выполнить экзаменационный квест. И только после этого, получив лицензию мастера, кандидат получал право развивать дело самостоятельно. До этого — полное подчинение и выполнение всех поручений наставника, и само собой, всей черной работы.

Вывод: нельзя нахвататься профессий, как в обычной игре, по принципу «лишь бы было» или «запас карман не тянет». Более того, существует квота на учеников — пока мастер не закончит обучение с одним, следующего брать не имеет права. Причем каждый этап обучения, не говоря уже о лицензии, стоит немалой суммы стимулов.

Без всякого сомнения, главная задача всех этих ограничений — отсеять бездарей и халявщиков и не допустить перепроизводства. Форту нужно ровно столько мастеров, сколько требуется для обеспечения потребностей населения локации, иначе начнется безбожное падение цен (как это в играх и происходит, когда товар никому не нужен). Вот и получается, что в первую очередь аборигены заинтересованы в поставках сырья для своих лицензированных мастеров, а не в низкоуровневых «поделках» нубов, которые это сырье будут лишь переводить на мусор.

Вполне справедливо, что каждая вышестоящая локация дает возможность приобрести лишь ещё одну профессию к уже существующей. При таких затруднениях с освоением и это более чем щедро.

Про изобретателя тут никто ничего не слышал. Причем в моем списке это ремесло уже вычерпало лимит на изучение основных ремесел. Но после того, как выяснились все эти ограничения на ремесла, я и не думал огорчаться. Основными профессиями будет кому заняться в клане и без меня, мне же вполне хватит вспомогательных. Я уже прикинул и выбрал, что мне понадобится. Начертатель — оперирование с рецептами, шкуродер — добыча шкур для экспериментов по изобретательству, оценщик — попутное пополнение запасов для изготовления расходников Крохи. Причем рьяно рыть землю копытами не собираюсь, развивать оценщика и шкуродера буду по возможности, при наличии времени и желания и по ходу выполнения основных задач.

Проблема заключалась лишь в том, что наставники всех ремесел первым делом отсылали к архивариусу для изучения грамоты. И, кстати, начертание было единственной профессией, которая бралась как вспомогательная, а потом, при желании, развивалась в одну из трех основных.

И еще один любопытный нюанс: я выяснил, что научиться что-то делать своими руками любой игрок мог и без мастера. Но! Если ремесло не закреплено системно, то игрок сможет мастерить вещи только обычного типа, вообще без каких-либо добавок, без слотов для усилителей, и далеко не лучшего качества, как ни старайся.

— Как успехи, Зуб?

Я обернулся на знакомый голос и недоуменно нахмурился. Пока занимался обучением, некогда было отслеживать перемещение согрупников по карте, но ведь я их и так предупредил, что буду занят.

— Мы же договорились о встрече на Рваном Ухе, Зик.

— Да мы туда и собирались, — дрелан слегка пожал плечами и отошел на шаг в сторону, пропуская остальных — Там Ину, Ранилака и Алию. — Уже «крыло» арендовали, но пришлось поездку отложить.

— И в чем же дело? Что-то случилось?

Я осекся, обнаружив, что после Алии в зал обучения вошел сам Видящий. Доспехи Хорка уже снял, оставшись в добротном кожаном одеянии — высшего качества даже на вид. На поясе красовался лишь кинжал в серебристых ножнах, в более серьезном оружии в форте белогривый явно не нуждался.

От такого количества посетителей в зале обучения сразу стало шумновато — звук шагов и скрип кожаного снаряжения мигом разогнали царившую здесь благословенную тишину. Представляю, как бы мы сейчас разместились, если бы я еще и Фурию с собой прихватил. Хорошо, что пока оставил ее в цитадели, не хотел светить зверюгу в форте. Ведь наверняка найдутся желающие стравить ее со своими питомцами, а время терять и лишний раз нарываться на неприятности не хотелось. Лучше взять ее с собой в последний момент, когда закончу здесь все текущие дела и свалю с острова.

— Случилось, — веско бросил Хорка Умный, отвечая на мой вопрос. Он прошел в центр зала к ящикам и обернулся к рассредоточившимся возле стен слушателям. — Разведка донесла, что ты уже выбрал группу, Зуб. Утечка информации неизбежна, поэтому нужна страховка. Много уже рассказал своим новым приятелям об осколке?

— Каком еще осколке? — хмуро спросила Алия, которой непонимание происходящего явно не нравилось, но приходилось выполнять волю хозяина форта. Судя по ее вопросу, Зик и Там Ина слово сдержали и, несмотря на давнюю дружбу с девушкой, умолчали о визите в цитадель. Очко в их пользу, хотя и так в них не сомневался. Почти.

— Лишь то, что счел нужным, — я пожал плечами, не чувствуя за собой особых грехов в разглашении. Планы редко выполняются, как задумано, всегда что-то приходится корректировать по ходу дела, а Хорка — личность умная, сам должен это прекрасно понимать. — И только двоим — Зику и Там Ине.

— Да о чем речь? — недоуменно спросил Ранилак. — Прошу меня простить, Видящий, но мы…

— Прощаю, — властно оборвал мага Хорка Умный. — Теперь помолчите, все. И послушайте. Внимательно.

В этот момент из коридора высунулась преисполненная любопытства физиономия вернувшегося хозяина Архивов и Хорка тут же нашел ему занятие:

— Даргарх, присмотри, чтобы нашему разговору никто не помешал.

Архивариус исчез без единого возражения и до меня запоздало дошло, что этот визит был подготовлен заранее, а Знающий, обучая меня начертанию, тянул время до прихода Хорки. И если уж сам архивариус беспрекословно слушался Видящего, то простым игрокам и подавно стоило заткнуться. Так что все смирно уставились на белогривого гхэлла.

Видящий достал что-то из подсумка на поясе и в крепко стиснутом когтистом кулаке неярко полыхнуло.

— Повторяйте за мной, — приказал Хорка, окинув нас тяжелым властным взглядом. — Все, что будет услышано в этом зале, останется тайной до тех пор, пока не будет снято заклятие.

— Все, что будет услышано… — послушно подхватили игроки нестройным хором.

— Любая попытка тем или иным способом снять заклятие и разгласить тайную информацию будет сурово наказана.

— Любая попытка…

— Нарушитель будет лишен жизни, а после воскрешения, если его не заберет Белая Мгла, отправлен на леви-рудник сроком на год.

— А это не слишком? — Алия досадливо мотнула головой, нарушив хор. — Мы даже не знаем, о чем идет речь.

— Не дури, — дернул девушку за локоть Ранилак. — Не время для шуток.

— Мы с Зиком знаем, — Там Ина мягко коснулась ее плеча тонкими, как ивовые веточки пальцами. — Послушай Ранилака, Алия. Дело того стоит.

— Нарушитель будет лишен… — вздохнув, принялась повторять вслед за остальными копьеносица.

— Вот теперь вербуй, Зубоскал, — повелительный взгляд Хорки остановился на мне.

Вот об этом я и говорил — о том, что события редко идут по плану. Вербовка должна была состояться после окончания задания на островах, когда получше узнаю спутников, но ничего не поделаешь, нужно оперативно приспосабливаться к новым вводным.

— Как скажешь, Видящий. — Я вышел на середину помещения, встал рядом с Хоркой и обернулся к группе.

После тренировки ораторского искусства на моих гостях в цитадели с учетом заданных вопросов, повторить условия было уже проще. И в несущественные подробности вдавался меньше. Если возникнут новые вопросы, уточню по ходу дела или позже, когда приступим к выполнению Желтого в крапинку. А присутствие Хорки, продолжающего грозно сверлить взглядом всех кандидатов, обеспечило необходимую тишину и покладистость. Так что растолковать, что к чему, удалось минут за десять.

Первым делом рассказал Алии и Ранилаку об «Охотниках за удачей», о своем осколке реальности и своих возможностях, а затем от души насыпал «пряников», чтобы простимулировать будущее вступление. Осколок реальности не зависим от Архипелага — раз, и это огромнейшее преимущество перед любыми кланами на Архипелаге. Всегда можно заныкаться и отдохнуть, сбежать от врагов, зализать раны. Еще один громадный плюс — отсутствие налогов, кроме клановых налогов на опыт. Это два. Чем больше клан будет выполнять заданий для Видящего, тем быстрее будет подниматься репутация с Хоркой и тем больше будет призовых стимулов, что позволит когда-нибудь раньше других отправиться в столицу, а оттуда в другие миры. Это три. Расходники, которых нет больше ни у кого из кланов в локации — четыре.

Заговорив о расходниках, я выщелкнул из рукоятки Пламеня модификатор и передал для осмотра Алии с Ранилаком. Пусть убедятся, что все сказанное — чистая правда.

Далее. Возможность путешествия по астральным маякам предоставит небывалую свободу перемещения и оперативность в решении задач — пять. И наконец, шестое — Список Мертвых. Попасть в него уже большая удача и, пока я жив, у любого соклановца из списка есть шанс вернуться в мир живых, даже если душу заберет Белая Мгла.

— Это все слишком невероятно, чтобы быть правдой, — недоверчиво обронила Алия, когда я прервался, чтобы выслушать ответы. — Нет, я верю, верю, — торопливо добавила девушка, когда на нее зашикали со всех сторон, — просто сложно сразу все это осмыслить и принять. Да кто ты такой, Зуб, откуда все это у тебя?!

— Расскажу позже, — я отмахнулся от вопроса, сосредоточенный на том, чтобы как можно четче донести до кандидатов в новички заключительную мысль. — Сейчас важно другое. Чтобы попасть в мой клан и получить возможность пользоваться всем вышеперечисленным, нужно выполнить одно очень непростое условие…

— Вот это другое дело, — снова встряла Алия, удовлетворенно кивнув. — Не сомневалась, что так просто подобные плюшки не валятся, теперь все встало на свои места. Прежде чем ты озвучишь это условие, вынуждена уточнить: если мне что-то не понравится, я ведь смогу отказаться от вступления в клан? Информацию сохраню в тайне, само собой.

Предусмотрительная. Не пожелала остаться без пути для отступления. И не боится высказывать свое мнение, несмотря на присутствие Хорки. Мне лично это понравилось. Возможно, из девушки выйдет хороший офицер клана. Но лишний раз построить будущего подчиненного никогда не мешает.

— Постарайся впредь не перебивать, пока не закончу, — прохладным тоном посоветовал я.

— Хорошо, — серьезно кивнула девушка.

— Репрессий не будет. Я прав, Видящий?

Молча следивший за нашими переговорами с какой-то ехидной ухмылкой на зубастой физиономии, Хорка Умный коротко кивнул.

— Решать тебе, как поступать при отказе. Для меня главное — сохранение тайны.

— Значит, так и будет. Алия, если после тест-драйва решишь, что тебе с нами не по пути — вольна отклонить предложение. Остальных это тоже касается. А теперь главное условие вступления в клан… каждому из вас придется отдать по сейву.

— И как ты себе это представляешь? — на этот раз для разнообразия голос подал Ранилак, опасливо поглядывая то на меня, то на Хорку. — Нет, то, что ты предлагаешь, без сомнения стоит сейва, но мне лично пока не доводилось слышать, чтобы сейвы можно было передавать, как расходники.

— Нам придется умереть, — флегматично пояснил Зик, просвещенный на этот счет еще в цитадели. — Меня устраивает. Там Ина тоже согласна. Мы видели осколок реальности своими глазами. Нам он понравился. И нравится все связанное с ним.

— Умереть… То есть как умереть? Снова? Зачем?! Какой в этом смысл? — Алия заметно побледнела, и я ее понимал — она лишь недавно возродилась, а процесс этот не слишком приятный и всегда сопровождается какими-либо важными потерями. Ранилак после такого предложения тоже не остался равнодушным — неосознанно втянул голову в плечи и нервно переступил с ноги на ногу.

— Прости, но смысл есть, — вздохнул я. — В возрождении моих прежних соклановцев. Да, ты правильно поняла, за ваш счет. Только так это и работает, подробнее поясню позже. Принимать решение не тороплю. Время есть. Ответы выслушаю после тест-драйва, которым станет задание Желтое в крапинку. Посмотрим, как сработаемся. Ну и раз обо всем важном сказано, можно расходиться. Как закончу дела в форте, прибуду на Рваное Ухо. Все прежние договоренности в силе.

— Все свободны, — безапелляционным тоном приказал Хорка. — Выметайтесь.

— С радостью, — пробормотал Ранилак, торопливо выходя из зала первым.

Похоже, у мага с харизмой и связанной с ней ментальной защитой дело обстояло хуже, чем у остальных. Справедливости ради, присутствие Хорки Умного давило на всех без исключения, на кого-то больше, на кого-то меньше. Так что обошлось без уточняющих вопросов и спустя несколько секунд в зале никого из кандидатов не осталось.

— Теперь закончим с тобой, — белогривый с той же многозначительной ухмылкой похлопал меня по плечу, тяжелой дланью выбивая пыль из старых доспехов. — Гладко стелишь. Из тебя выйдет хороший лидер. Взять плату за вступление сейвом — хороший ход. Хитрый и жесткий.

— Возможно, сильно задрал планку, но плюсы осколка неоспоримы.

— Нормально. Я лично позабочусь о соблюдении наших взаимных интересов. Малейший намек на предательство и поставлю любого поганца вне закона на всей территории моей локации. Главное, не зарывайся сам, Зуб. Не забывай кто я, и кто ты.

— Забудешь тут, как же, — я вернул ему ухмылку. Раз Хорка находится в отличном настроении, так почему бы не подыграть? Типа, мы не так уж и отличаемся друг от друга, и без свидетелей вполне можем общаться на равных.

— Ладно, получи заслуженное, — изрек Видящий.

— Разведку разрешаю отложить, — добавил Хорка, — пока не проведем жертвенное воскрешение. И сам старайся рисковать поменьше. К тому моменту у тебя уже будут подчиненные, вот и используй их сполна. Доспехи свои пока не меняй, это хорошо, что выглядишь нищим. Позже лично от себя подкину что-нибудь поприличнее, но сейчас маскировка важнее. На сегодня все, возвращайся к текущим делам.

Благосклонно кивнув, Хорка наконец и сам убрался восвояси.

Я глубоко вздохнул, чувствуя, как отпускает напряжение от всех этих переговоров (все-таки я не оратор и не публичный тип, хотя привыкать приходится), и постарался вспомнить, что мне еще предстоит сделать в форте.

Обещание про доспехи приободрило. С трофеями от двух пиратов вышло не густо — Месть камикадзе оказалась ядреной штукой и превратила всю амуницию Майло в решето, разве что на заплатки пустить то, что осталось. Уцелела лишь широкополая шляпа, свалившись с головы Майло, когда он споткнулся в момент удара, да один из кинжалов, выпавших из рук. Часть вещей оказалась привязана к душе, а потому рассыпалась в пыль вместе с его трупом. С Ворукса удалось снять больше — нагрудник, наручи, два кинжала, амулет — но все на 43 уровень, кожаное, обычного типа и весьма потрепанное. Штраф с понижением характеристик на 8% из-за разницы в уровнях как-то не сподвигнул на эксперименты, обойдусь тем, что ношу сейчас, да и демонстративно щеголять в пиратских вещах — лишний раз «Серый ветер» дразнить. А вот из подсумков товарищей-грабителей кое-что ценное все же досталось: десяток крисов, из них парочка элитных, и два крида. Все пятого ранга. Не говоря уже о кридах, которые выпали после развеивания трупов. Можно сказать, что душа Майло буквально оказалась у меня в руках. Забавно звучит. Ну и фляга с зельем с Ворукса уцелела — чего мне как раз не хватало, а вещь была внеуровневой. Кстати, спутники, впечатленные осколком реальности, себе из трофеев ничего брать не стали принципиально — оставили на нужды клана. Перспектива обитания в осколке даже примирила их с потенциальной враждой с «Серым ветром».

Так, подводим итоги. Фляга с зельем имеется, владению «свистком» обучусь на Рваном Ухе по договоренности с Зиком и Там Иной: когда они узнали, что я этого еще не умею, поход сразу был отложен. Квесты на шкуродера и оценщика смогу получить, как только закончу обучение азам начертания, чернила предоставит Даргарх…

Легок на помине.

Архивариус возник рядом бесшумной тенью.

— Продолжим, уважаемый Даргарх? — почтительно спросил я.

— Теперь в этом нет необходимости, — гхэлл произнес это с явной грустью, протягивая мне желтоватый пергаментный свиток в одной руке и сверток с принадлежностями для начертания в другой. — Видящий распорядился не тратить твое время. Разверни свиток.

Я с любопытством выполнил требуемое и пробежался взглядом по незнакомым знакам, которые не успел выучить под руководством архивариуса…

После прочтения свиток рассыпался в пальцах мелкой пылью.

— Не желаю царапать днище, так что причаливать не буду, — уже в который раз сварливо предупредил лохматый низкорослый гхэлл по имени Олукс Пытливый, пока нанятое нами суденышко приближалось к нависающей над краем острова деревянной пристани. — Только недавно ремонт делал, сами должны понимать.

Жуликоватыми повадками этот тип весьма напоминал Хондрика — хитрый взгляд, постоянные ухмылки, но двойное имя свидетельствовало, что хозяин «крыла» — личность относительно порядочная. Или, по крайней мере, пока не пойман на криминале за волосатую лапу.

— Уверены, что мои услуги больше не понадобятся?

— Не понадобятся, — подтвердил я. — Обратно своим ходом доберемся.

По всем расчетам астральный ключ на ремесленном алтаре созреет намного раньше, чем завершится путешествие к гнездовьям варн. Как только это произойдет, Кроха вставит расходник в адаптер-подсвечник и с этого момента в цитадель можно будет вернуться через любой астральный маяк. А так как остров является популярным местом для выдачи продвинутых квестов, то маяк на будущее здесь точно не помешает. В следующий раз сэкономим время на путешествие, ведь добираться до Черепа Властелина на кораблике пришлось больше трех часов. Естественно, Олукс в наши планы посвящен не был, а возвращаться обратно порожняком ему крайне не хотелось.

— Горач Зубастый вас в форт не повезет, — снова настойчиво напомнил гхэлл, — у него на перевозки ограниченная лицензия, его дело переправлять путешественников с Пятки на Череп Властелина и обратно.

— Сделай проще, довези нас до Черепа Властелина сам, — предпринял я еще одну попытку уломать перевозчика.

— Зарабатывать нужно всем, а здесь зона ответственности Горача. Говорил ведь уже, сколько можно повторять! — Гхэлл прижал к черепу уши и слегка оскалил зубы, проявляя признаки крайнего недовольства.

Ранилак прояснил ситуацию по чату, чтобы не ранить чувства лохматого и не портить с ним отношения. На самом деле Олукс боялся, что его обвинят в трусости, так как нежелание довозить до острова было лишь отговоркой. Олукс опасался потерять корабль и расстаться с сейвом, ведь воздушное пространство вокруг Черепа Властелина из-за близкого обиталища варн считалось крайне неприятной зоной. Нападали здесь дикие варны не так уж и часто, но если уж нападали, то в первую очередь погибала ездовая варна. А без нее до тверди было добраться сложнее, без мускульной тяги при слабом ветре «крыло» начинало медленно, но верно оседать в Белую Мглу.

— Олукс, да не напрягайся ты так, — поднимаясь со скамейки, Ранилак улыбнулся и протянул гхэллу руку для рукопожатия, чтобы расплатиться с печати накопителя. — У нас к тебе нет претензий. Ладно, держи уши торчком.

Дремавшая на палубе Фурия тоже вскочила, заставив владельца судна шарахнуться на самый край. Потянулась всем телом для разминки и мощным броском прямо с места отправила себя в планирующий полет — широко распахнувшиеся крылья завибрировали в набегающих потоках воздуха. На дальние расстояния силенок у Фурии пока не хватало, но несколько сотен метров вполне могла преодолеть, как я уже успел убедиться в ходе попутных экспериментов.

Выбрав момент, когда боковой парус проплывал над краем обшарпанного деревянного причала, сложенного из половинок расколотых вдоль бревен, я коротко разбежался и перемахнул на остров. Ранилак поступил проще — трехметровый отрезок между островом и бортом преодолел с помощью толкателя. Потратил заряд криса, зато никакой опасности — у опытного прыгуна практически нет шансов свалиться в бездну. Я же с толкателем прыгать лишний раз не рискнул — без страховочной сетки, натянутой между учебными островами на тренировочной площадке возле Рваного Уха, боязно. Для уверенных прыжков практики пока маловато. Мне этот опыт еще предстояло приобрести, пока я лишь получил от Тарма Мудрого, Хранителя на Рваном Ухе, способность Поющего шага и мог ее прокачивать. Дальность перемещения на каждый ранг заряженного в толкатель расходника сейчас составляла десять метров, так что с расходником пятого ранга и встроенной в знак искателя способностью Попутный ветер я мог махнуть на пятьдесят пять метров. И это было только начало.

Для сравнения: с прокаченным до третьего ранга шагом Ранилак преодолевал больше ста метров. Эффект на прыгунах теперь был виден для меня невооруженным глазом — фигура мага в момент прыжка окуталась едва заметным синеватым свечением, свидетельство работы магического толкателя.

Щелкнув бичом, Олукс заставил варну начать разворот и его кораблик поплыл прочь, приминая днищем курящиеся верхушки облаков. А Ранилак, опередив меня на несколько шагов, двинулся по едва заметной тропинке, теряющейся в густой темно-зеленой траве. Получив мысленное разрешение, Фурия тут же исчезла в зарослях. Моя дикоша не упускала случая самостоятельно исследовать новые территории. Как и планировал, взял ее с собой в последний момент. Как только дикоша прошла сквозь портал и объявилась в форте, сразу на максимальной скорости отправил ее сперва к питомнику, чтобы привязать ее душу в точке возрождения животных, затем к заранее арендованному кораблику, чтобы никто не прицепился с желанием устроить схватку между питомцами. Так как вес и комплекция у дикоши немаленькие, а суденышки перевозчиков имеют ограниченную грузоподъемность, то решили разделиться. Там Ина, Зик и Алия прибыли на Пятку минут за тридцать до нас и уже успели не только договориться с местным перевозчиком о переправке нашей группы на Череп Властелина, но и сами отправились туда первым рейсом. Нам с Ранилаком и Фурией оставалось лишь дождаться своей очереди.

После суматошной суеты форта хутор на Пятке выглядел образцом тишины и спокойствия. Сам островок был небольшим, всего метров шестьсот в поперечнике, и хозяйствовали здесь местные жители весьма бережно по отношению к природе. Утопающий в зелени остров выглядел нетронутым. Несколько глинников, живописно окруженные деревьями и поросшие зеленоватым мхом, казалось, сами являлись частью окружающего леса.

— Меняй уровень, Зуб, — посоветовал маг, коротко обернувшись на ходу. — Пора. Твой двадцать восьмой вызывает слишком много вопросов у тех, кто встречает тебя впервые, а нам это надо? Подними хотя бы до тридцати. Это ведь минимальный уровень для новичков Архипелага.

— А резкий скачок для тех, кто меня уже видел, не вызовет этих самых вопросов?

— Понимаю твою иронию, но нет, не вызовет. Мало ли какие задания ты успел выполнить за это время. Тем более, что до тридцатого опыт набирается гораздо быстрее.

— Хорошо. — Я поправил настройки Лживой шкуры и установил тридцатку. — Вот что забыл спросить — как вы уживаетесь с местными на Рваном Ухе, Ранилак? Часто случаются ссоры? Гхэллы — народ ершистый…

— Все предусмотрено. Гостевой поселок находится в полукилометре от основного поселения, где обитают только коренные гхэллы. Днем на острове затишье, почти все игроки находятся на выполнении заданий, а местные заняты своими делами. Кстати, здесь, на Пятке, живет неплохой кузнец Морлох Железноголовый. Расценки у него ниже, чем у мастеров в форте или на Рваном Ухе. Допустим, твой уник в ремонте не нуждается… зараза, отличный повод для зависти. Молодец, что вытянул такую штуку из песочницы. Конечно, со временем будет доступно оружие и покруче, я имею в виду миры постарше, но здесь, в Архипелаге, легендарок практически не бывает, поэтому лучшее — это уники. Я вот свой жезл каждые десять дней восстанавливаю. А тебе достаточно дожить до обновления уровня и оружие снова в полном порядке, и никаких лишних затрат. Зато для ремонта доспехов Морлох пригодится, когда обзаведешься чем-то получше, чем этот хлам на тебе.

Похоже, волнение о предстоящем задании делало Ранилака более словоохотливым чем обычно. На любой вопрос следовал исчерпывающий ответ. Мне и самому было интересно, насколько быстро успеет сработаться наша пестрая компания с учетом моих возможностей. Да и на возможности спутников в реальных боевых ситуациях неплохо бы взглянуть.

— Ясно. — Комментарий про «хлам» я без малейшего недовольства пропустил мимо ушей. Как не гордись доспехами собственного изготовления, сейчас они уже не отвечали возросшим требованиям. — Сам-то какие профессии практикуешь?

— Качаю только собирательные навыки. Настоящие профессии — это занудно, затратно и просто скучно. Как-то не хочется мне в кабалу к мастеру на сотни дней. Гхэллы конечно народ разный, как и люди, но мастера тут все заносчивые. За редким исключением. Вот Морлох, кстати, отличный мужик. На острове обитает две семьи — Горача Зубастого и Морлоха Железноголового. У каждого по несколько самок и куча детишек, то есть щенков. Все без исключения работают не покладая лап: обрабатывают шкуры, сушат травы, вырезают древки для стрел… Да много чего делают, жить ведь на что-то надо. Ну, а нам, искателям, некогда заниматься профессиями. На островах полно всяких интересных и весьма прибыльных занятий; бери что получше и тащи в форт. Сырье можно и вот на таких хуторах сбагривать, прибыли будет меньше, зато тащить ближе, а значит, больше ходок за день и прибыль в итоге все равно выше. Даром я что ли ради лицензии два года старался, как проклятый, искатель себя быстро окупает.

— Так долго?!

— А мне некуда торопиться. Я понимаю, что после песочницы и этой… закрытой локи, откуда тебя принесло, ты все еще психологически живешь в ускоренном ритме, но рано или поздно новые реалии в сознании утрясутся и начнешь время отмерять иначе, спокойнее.

Ага, как бы не так, усмехнулся я про себя, меряя тропинку широкими шагами и с любопытством поглядывая на проплывающие слева глинники. В зарослях то и дело мелькали мелкие птицы с ярким разноцветным оперением — что-то вроде земных колибри. Эти крохи опыляли не менее яркие цветы, чем и жили. Аромат цветов в воздухе стоял просто одуряющий, духи с таким ароматом, наверное, пользовались бы большим спросом у многих модниц в цивилизованных местах. Волшебное местечко. Поражаюсь разнообразию природы на островах — каждый обладал собственным микроклиматом и уникальной экологией. Словно отдельный террариум, заботливо взращиваемый коллекционером.

На самом деле события на Архипелаге для меня неслись еще быстрее, чем в Лунной Радуге. С первого шага по первому острову чувствую себя, как загнанный зверь, а постоянная необходимость решать сложные вопросы ради дальнейшего выживания уже мозг вымораживает. Отсидеться в цитадели пока нет возможности. Много обязательств, много ответственности перед собой и другими.

— Ведь на самом деле жизнь здесь неплохая, — продолжал Ранилак, двигаясь вдоль селения по обходной тропинке. — Честно говоря, я не понимаю тех, кто рвется изо всех сил в старшие миры, словно там повидлом намазано. Не, оно конечно мне тоже интересно, гипотетически, но не настолько, чтобы ломать привычный жизненный уклад в погоне за новыми плюшками. Ведь к любым обновкам прилагаются и новые проблемы. А я проблем очень не люблю.

— Да ну? — я поневоле рассмеялся. — А зачем тогда согласился вступить в «Охотников»? Без проблем со мной точно не обойдется, это я гарантирую. У меня куча обязательств перед сам знаешь кем, да еще трения с «Серым ветром» наметились…

После связующей клятвы имя Хорки Умного всуе больше не поминали, мало ли кто подслушает со стороны. Самое интересное, разговор теперь нивелировался сам собой, словно подключалась автоматическая подстановка слов. Тут и захочешь — лишнее не скажешь. Удобно.

— Ну да, ну да, — Ранилак тоже хмыкнул. — Это конечно, грустно — столько лишнего внимания. С другой стороны, все эти тайны когда-нибудь закончатся. При поддержке сам знаешь кого клан поднимется и тогда ты уже будешь решать вопросы с приемом куда жестче, чем сейчас. А нам, одиночкам, крыши иной раз все-таки не хватает, да еще на таких супер-льготных условиях. Спасаемся условными альянсами.

— Условными альянсами?

— Ну да. Неофициальные союзы. Системно ничего не дают, просто договор о помощи и сотрудничестве. Все дриады и дреланы, например, состоят в альянсе «Стрелы Равновесия». Там и людей немало, я вот тоже к ним присоединился еще год назад. Никогда не пройду мимо дриады, которой нужна помощь, да и меня никто из альянсовцев не бросит в беде. Но клан со своей базой — это гораздо серьезнее. И весьма выгодно стоять у истоков, когда перспективный клан поднимается, набирает вес и авторитет. А еще подкупает возможность, наконец, по-человечески хранить личное имущество. В глинниках вещи, конечно, охраняются, но стопроцентных гарантий от ворья нет. Поэтому все самое ценное приходится носить с собой, а если нет возможности, то сдаем шмот в хранилище Рваного Уха, под присмотр Хранителя. Там вещи уже не пропадают. Но есть досадный нюанс — за хранение приходится платить. Кроме того, Хранитель не чурается приторговывать информацией о сданных на хранение вещах. Не утаить. Бывает, возникают очень настойчивые покупатели, с которыми лучше не портить отношения и с вещью приходится расставаться против желания. А с твоим… местом хранения эта проблема отпадет. Уже за одно это стоит к тебе присоединиться… Кстати, мы пришли. Дьявол!

Еще несколько шагов и деревья расступились, открыв край острова и еще одну пристань, скроенную по тому же лекалу, что и внешняя, из половинок колотых бревен. Я давно уже подметил определенную закономерность — чем больше остров по массе и площади, тем шире полоса отчуждения между ним и соседними островами. А судя по тому, что вокруг Черепа Властелина тянулся километровой ширины воздушный провал, а сам остров выглядел окутанной туманом и изрезанной горами далекой темной громадиной, он был очень большим. Потому-то здесь и требовалась отдельная переправа. Но Ранилака неприятно поразил не вид острова вдали, а существо, находившееся возле пристани. Маг резко схватил меня за плечо и заставил остановиться.

Застывший высоко в небе оранжевый солнечный диск светил прямо в лицо и я прищурился, рассматривая с расстояния метров в сорок стоявшее к нам вполоборота существо:

Признаться, такие особи мне на островах еще не встречались.

По телосложению этот тип отчасти напоминал ракшаса — прямоходящий, четыре верхних конечности и две нижних… На этом сходство заканчивалось. Тело Риста блестело, словно покрытое ртутью — то ли доспехи, сливавшиеся с кожей, то ли кожа, выглядевшая как доспехи. В облике, в том, как он стоит, низко пригнув голову и сильно сгорбившись, как подрагивают конечности, мгновенно меняя положение без всяких переходов, проглядывало что-то от насекомого. И глаза — черные выпуклые линзы, по две с каждой стороны вытянутой и хищной как у богомола морды. Кисти верхних рук выглядели намного крупнее нижних. Правой верхней, плотно обхватив шестью длинными пальцами поблескивающее сталью древко, существо сжимало что-то вроде полутораметрового копья-трезубца, с толстым цилиндрическим шипом в центре и плоскими, более короткими лезвиями по краям. Нижние сочленения ног линарца были вывернуты назад, как у гхэллов и ракшасов, но излом выражен гораздо сильнее. Блестящий хлыст двухметрового хвоста, гибкий и подвижный, каждые две-три секунды мгновенно менял положение, замирая с неестественной точностью.

Трудно было сказать, куда устремлен взгляд четырех глаз этого существа. Подозреваю, что обзор у него если и не на триста шестьдесят градусов, то уж на двести семьдесят точно будет. Но, надеюсь, он смотрел в сторону Черепа Властелина, пока мы рассматривали его самого.

— Откуда он тут взялся, гаденыш… — с крайне огорченным видом пробормотал в усы Ранилак.

— Если мне не изменяет память, то Рист тоже искатель, так? Значит, получил еще какой-нибудь квест от Хранителя. В чем, собственно, проблема?

— Дело не в том, получил он квест или нет. Ты для начала рассмотри его как следует, может, проникнешься.

— Уже проникся. Выглядит… неприятно. Судя по твоей реакции, характер не сахар? Но какое это имеет значение для нас? Он что, дерется с каждым встречным? Если так, то долго на островах не протянул бы.

— Линарец здесь такой единственный. Опасный тип. Понятие страха ему неведомо. Ссор с ним лучше избегать. Что у него творится в черепушке, иногда не понять, очень уж чуждое для всех нас мышление. Иногда может помочь без всяких причин, а иной раз нападет без предупреждения. И тем не менее, в форте он в целом на хорошем счету. Именно благодаря своей расовой особенности. Он могуч, почти как Хорка, и самостоятельно выполняет рассчитанные на группы задания. Каким ветром его занесло в мир, не предназначенный для этой расы, загадка.

— Не предназначенный для этой расы? И что это означает?

— Повторяю для непонятливых — он здесь такой один-единственный на тысячи островов внутри барьера. Какой-то сбой при переносе или выверт игровой механики. Синтетическая раса. Продукт биотехнологий.

— А разве мы сами не такие же? Продукты, епт, биотехнологий?

— Наши аватары созданы по образу и подобию естественно эволюционировавших существ. А о расе линар известно лишь то, что она изначально создана искусственно. Обрати внимание на его оружие. Энергетическое копье. Видишь центральный шип? В активном состоянии с одинаковой легкостью режет и плоть, и кожаные доспехи, да и сталь не всякая устоит. Крайние лезвия не менее опасны… Щитки на руках разглядел?

— А, так это щитки. Я думал, просто верхние руки крупнее…

— Нет, это что-то вроде латных перчаток, соединенных в одно целое с наручами по локоть. Левый верхний наруч может разворачиваться в стальной щит полуметрового диаметра, в левый и правый нижние встроено по пневмотрубке, одна заряжена шариками с ядовитой начинкой, во второй находятся дозы мощнейшего допинга, под воздействием которого Рист мгновенно превращается в сеющего смерть и разрушения берсеркера. И то и другое линарец пускает в ход без колебаний. Сам по себе яд не смертелен, но вызывает мгновенный паралич примерно на минуту. Согласись, за этот промежуток времени можно прикончить кого угодно. Заряды восстанавливаются не мгновенно, но довольно быстро…

— А что это вы тут делаете?

Обернувшись на тонкий голос, мы с Ранилаком натолкнулись на три пары любопытных глаз, рассматривающих нас без всякого стеснения. На тренировочной площадке Рваного Уха я находился недолго, мы все-таки спешили и щенков гхэллов увидеть так и не довелось. Как-то не сложилось. А сейчас перед нами оказалось сразу трое. По пояс взрослому гхэллу, короткая светло-серая шерстка по всему телу с белыми пятнами на животе, из одежды — лишь кожаные набедренные повязки, да еще и хвостатые, эти отпрыски псоглавых вызывали странное ощущение. Подростки. Конечно, я видел «детей» и в Лунной Радуге — у ракшасов и дионисситов, но все равно сам факт применительно к реалиям игрового мира чем-то обескураживает. Что примечательно — система не обозначила ни их имен, ни класса, ни уровня. А значит, каждому из этих созданий в соответствии с местными правилами меньше трех лет и они еще не инициированы.

— Ждем переправы, — пояснил щенкам Ранилак, с напряженной улыбкой покосившись в сторону Риста.

— А вы смешные! И как вы собираетесь переправляться, стоя здесь? — с комичной серьезностью поинтересовался щенок, у которого белые пятна красовались не только на животе, но и на груди, и на плечах, и который, видимо, являлся в троице заводилой. По разному окрасу можно было предположить, что эти щенки из разных семей. — Поторопитесь, Горач Зубастый уже возвращается. Работы много и ждать замешкавшихся наша стая не будет.

Остальные согласно закивали, явно копируя манеру поведения своих родителей и стараясь выглядеть солидно не по возрасту. Но тут их спугнула Фурия. Громадная по сравнению с щенками голова дикоши плавно и бесшумно высунулась из кустов рядом и фыркнула крайнему в ухо. С испуганным визгом вся троица тут же сорвалась с места и унеслась к пристани.

— Ты поаккуратнее, — посоветовал Ранилак, продолжая улыбаться, как ни в чем не бывало, но это было лишь маской, я видел, как он напрягся. — Тут к детенышам крайне деликатный подход. Лучший способ испортить отношение с гхэллами — обидеть их отпрысков. Однако, мешкать действительно не стоит. Раз щенята уже здесь, значит, их папаша недалеко. Это обычная практика. Игроки на острове сдают сырье сборщику, чтобы освободить руки и продолжить добычу, а щенки ради экономии времени помогают родителям перенести груз с «крыла» к глинникам.

— Ты прав, вижу парус, — кивнул я, бросив взгляд вдаль, где на сероватом облачном слое между островами проступило крошечное, с булавочную головку, беловатое пятнышко, словно капля сильно разбавленного водой молока.

— А хорошее у тебя зрение, Зуб, я вот пока ничегошеньки не вижу, — с легкой завистью вздохнул Ранилак.

Или цветовосприятие другое, подумал я про себя. Даром что ли мы из разных людских ветвей… А может, на зрение как-то влияет сочетание полученных навыков, например, Теневой взор проявляется не только в темноте.

Мы двинулись к пристани, на которой трое щенков крутились вокруг линарца, бесцеремонно разглядывая его со всех сторон. И заодно опасливо посматривая в сторону Фурии, которую я предусмотрительно заставил двигаться за своей спиной. Их любопытство разрывалось между двумя новыми объектами. Впрочем, Риста они наверняка уже видели раньше. Получается, они на всякий случай искали у него защиты от моей дикоши, зверя совершенно незнакомого? Забавно.

Линарец на бурную суету щенков вокруг себя не обратил внимания. Коротким резким движением развернул корпус и голову в нашу сторону и снова замер механическим истуканом.

— Привет, Рист, — с деланным дружелюбием начал Ранилак, когда мы, наконец, вступили на настил пристани. — Извини, что путаем тебе планы, но сейчас…

— Очередь принадлежит Ристу, — перебил линарец вибрирующим механическим голосом, в котором не было ничего живого. Словно заговорил робот.

— Ты ошибаешься, — с вежливой улыбкой продолжил маг, дав мне знак не вмешиваться. — Горач уже переправляет нашу группу прямо сейчас. Этот рейс для нас двоих и питомца. Но, если не возражаешь против компании, то и для тебя найдется местечко.

— Очередь принадлежит Ристу! Рист не любит попутчиков! — Хвост линарца гибкой пружинящей змеей взметнулся над плечом и поблескивающим металлом острием, словно пальцем, ткнул сперва в мага, затем в меня. — Вы Ристу не нужны.

— Ты, кажется, не понял…

— Кого из вас Рист должен убить, чтобы прекратить этот треп?

Однако… Серьезное заявление. Но я промолчал, предоставив разруливать ситуацию Ранилаку. Он лучше знает, как и этого типа, так и местные «культурные» особенности.

— Здесь щенки, приятель, — Ранилак демонстративно перехватил жезл поудобнее. Маг оказался не робкого десятка, хотя сам только что расписывал возможности линарца и его характер. — Предлагаю обойтись без боевых действий.

— Тем более, что остров большой и заданий на всех хватит, — пришлось встать рядом с Ранилаком и дать понять, что в стороне не останусь. А Фурия под прикрытием зарослей по широкой дуге бесшумно двинулась в обход, чтобы зайти к линарцу в тыл. На всякий случай. Но по чату я постарался остудить мага:

Ранилак, зачем лезть на рожон? Пусть летит. Подождем следующего рейса. На кону серьезное дело и час времени ничего не решит. Сам только что говорил, что ссориться с ним не стоит, а драка нам может навредить.

Ты прав. Извини. Но этот синтет уже у всех в печенках сидит и будет лучше, если он останется позади… Я еще не все о нем рассказал.

— Не хватит, — прогудел линарец, поблескивая черными фасетками глаз. — Заданий на всех не хватит. Череп Властелина — не для слабаков. Как только кто-то из вас умрет, остальным понадобится помощь Риста. И Рист должен быть рядом.

— Ты повторяешься, Рист, — вздохнул маг. — В прошлый раз ты тоже надеялся, что мы не справимся, но твои услуги так и не понадобились. Только нервы нам попортил…

— Рист терпеливый. Рист всегда терпеливый, когда кто-то перехватывает его задания.

— Задания не твои, Рист, — с безнадежным видом пожал плечами маг, видимо, такие споры уже случались здесь неоднократно. — Они общие. Кто успел, тот и съел.

Разговор хоть и выходил несколько напряженным, но ничего не предвещало беды и, признаюсь, я на какую-то секунду утратил бдительность. Как-то не верилось, что нападение может произойти в мирной зоне без серьезных на то оснований. Но линарец вдруг развернулся туго сжатой пружиной. И если в спокойной стойке его рост моего не превышал, то в боевой, распрямившись, он стал просто громадным, не меньше двух с половиной метров. Тут же последовали два быстрых как укус змеи движения левой нижней руки… Первый выстрел достался Ранилаку и он едва успел отбить ядовитый заряд жезлом, проявив чудеса ловкости. Второй шарик с ядом, размером с ноготь большого пальца, полетел в меня. Мгновенно активированное Теневое преимущество позволило уклониться и шарик пролетел мимо…

И на этом драка неожиданно закончилась. Словно Рист, проверив наши способности, вдруг потерял к нам интерес. Заметив, что линарец отступил на шаг и сменил боевую стойку на нейтральную, опустив руки и сгорбившись до прежнего размера, я едва успел остановить атаку Фурии, собравшуюся прыгнуть ему на спину.

— Очередь принадлежит Ристу, — прогудел линарец, отворачиваясь с равнодушным видом.

— Он убил Пятнышко! — вдруг завизжал один из щенков за моей спиной. — Совсем убил!

Мы с Ранилаком моментально обернулись. И встревоженно переглянулись, обнаружив распростертого на траве пятнистого щенка. Скорчившись, тот словно уменьшился в размерах, став совсем маленьким, беззащитным, жалким. Один из его то ли братьев, то ли приятелей суетился рядом, дергая то за руку, то за ногу, но толку от этого не было никакого. Щенок не реагировал, его глаза застыли неподвижно. Третий щенок куда-то подевался: наверное, убежал на хутор за помощью взрослых.

— Ты ошибся, малый, это действует недолго, он скоро очнется, — сочувствующим тоном попытался успокоить его Ранилак, но видно было, что маг растерян.

— Пятнышко не дышит! — пронзительно завопил щенок, сжав кулаки и яростно уставившись на мага. — Он мертв! Вы его убили!

И щенок стремглав унесся в сторону хутора вслед за своим приятелем, оставив нас с мохнатым телом несчастного, которой напоролся на предназначавшийся мне заряд линарца. Ловкая подстава, ничего не скажешь. Ювелирный расчет.

Я присел возле Пятнышка и попытался нащупать пульс на горле. Сделать это сквозь шерсть оказалось непросто, и не факт, что искал в нужном месте, все-таки физиология у гхэллов другая. Пришлось наклониться и приложить ухо к груди в надежде услышать сердцебиение. После чего я выпрямился, чувствуя, как на лбу выступает испарина, и открыл чат, так как ответ не предназначался для чужих ушей:

Он прав, Ранилак. Похоже, нам не стоило затевать свару. Из-за нас пострадал детеныш. Какого черта… Ты же говорил, что яд линарца лишь парализует?!

Я сам ничего не понимаю, с таким еще не сталкивался. Наверное, раз он еще не инициирован, то и сопротивления никакого нет… Не представляю, что теперь будет. Вот же попали… Детоубийцам на островах не выжить, а мы в этом принимали участие, а значит, косвенно виноваты… Я прикончу этого линарца!

Не горячись, есть идея.

Торопливо раскрыв подсумок, я отыскал фиал реанимации души, который болтался там все эти дни без всякой пользы. Изготовленный на алтаре еще до того, как я оказался на Архипелаге, с его третьим рангом, он был слишком мал для этой локации, и не срабатывал при попытке реанимации рейдовых бойцов. Но щенок вообще никаких уровней не имел, возможно, что-то и получится. По крайней мере стоило хотя бы попытаться исправить положение, пока местные без лишних разговоров не скинули нас в Бездну раньше, чем мы сумеем объяснить случившееся. Тем самым запоров все наши далеко идущие планы из-за несчастного случая.

Ранилак, присмотри за линарцем, чтобы еще чего-нибудь не выкинул.

Он уже свалил. Исчез сразу после вопля о смерти, хитрая тварь….

К черту линарца. Теперь тихо, не мешай!

Кристалл фиала лег на грудь щенка и я постарался выбросить все лишние мысли из головы, очистить сознание как при медитации. Вышло на удивление легко, все-таки прежний опыт имеет значение. Окружающие звуки притихли, а мир словно отдалился, позволив сосредоточиться целиком на предстоящей задаче.

Получилось! Так, спокойно, осечки нам ни к чему…

Сквозь граненые дымчатые поверхности кристалла пробилось неяркое свечение. Процесс напоминал жертвенное воскрешение, но все же был гораздо проще, быстрее. Как только я убрал от кристалла пальцы, он засиял ярче и сам приподнялся над «пациентом», утвердившись в воздухе вертикально. Свет потек от кристалла на тело щенка, казалось, впитываясь сквозь шерсть и кожу в плоть, а сам кристалл начал таять, отдавая жизненную силу. Когда он исчез полностью и последняя светящаяся струйка погасла на шерсти, щенок судорожно вздохнул, не открывая глаз.

Предупреждая об опасности, знак Алана обжег плечо и я поднял голову.

А затем медленно, стараясь не делать резких движений и держа ладони открытыми, поднялся на ноги. Пока длилось спасение Пятнышка, состав зрителей существенно изменился. В двух шагах справа стоял Морлох Железноголовый — крупный гхэлл, облаченный в стальные доспехи с ног до головы. Сквозь прорези глухого шлема меня гневно буравили желтые глаза, правая лапа кузнеца сжимала рукоять упертого острием в землю двуручного меча, а левая латной перчаткой стискивала плечо Ранилака. И судя по исказившей лицо мага гримасе боли и его бледности, хватка была безжалостной. Но маг сносил боль терпеливо, понимая, насколько шатко наше положение. Еще один гхэлл, Горач Зубастый, затянутый в кожаное снаряжение, с двумя длинными кинжалами в лапах, сверлил меня не менее неприязненным взглядом с другой стороны, а за его спиной виднелось пришвартованное к пристани суденышко. Зубы у этого гхэлла и в самом деле были выдающимися, вполне под стать имени — такой пастью можно запросто перекусить тонкую человеческую шею…

— Отойди от моего щенка, человек! — глухо прорычал в забрало шлема Железноголовый.

Я и сам на всякий случай собирался увеличить дистанцию между собой и кузнецом, так что послушно отшагнул назад, прикидывая возможности гхэлла, если он все-таки под влиянием ослепляющей ярости ринется в драку без дальнейших рассуждений. Не собираюсь позволять себя убивать на основании ложно сложившихся впечатлений. А именно так это и произошло. Ухудшение отношений можно пережить и реабилитироваться впоследствии, особенно если действовать через Хорку, с его силой убеждения и с его беспристрастностью, как судьи, а вот вернуть сейв куда сложнее. Не говоря уже о фатальной потере времени и срыве важнейших квестов. Этого не будет.

— Нашей вины в случившемся нет, Морлох, — по возможности ровным тоном заговорил я, хотя и самого распирала злость на так некстати случившееся разборки. — Отпусти мага, к несчастному случаю он не имеет ни малейшего отношения.

— Вы, чужаки, приходите, когда вас не ждут, — зарычал кузнец, продолжая стискивать плечо Ранилака с такой силой, что из-под когтей уже начала проступать кровь. — Приходите и устраиваете свару там, где не следует, вмешиваетесь в нашу жизнь. А страдаем мы!

— Твой щенок жив, — с нажимом повторил я, заостряя внимание гхэлла на немаловажном обстоятельстве. — Предлагаю обсудить дело мирно. Пятнышко пострадал не от наших рук. Напротив, я его спас.

— Он инициирован раньше времени, не так, как положено!

— Но он жив. Разве не это главное?

— Нет, человек, главное отнюдь не это! С такой инициацией я еще не сталкивался, мне придется везти Пятнышко к Хранителю, чтобы определить его судьбу! И если ни Йеноху, ни Горэл не примут его, мой щенок станет изгоем на островах!

Бывают ситуации, когда попытка проявить вежливость воспринимается как слабость и эта ситуация оказалась как раз из таких. А потому больше я не стал сдерживать собственного раздражения, вызванного несправедливым обвинением.

— Да приди в себя, гхэлл! — рявкнул я, на всякий случай приготовившись врезать Плетью боли. — Если бы кто-то сумел оживить моего друга или родственника, то именно это стало бы для меня главным! Жизнь, а не правила приличия и ваши обычаи! Жизнь, Алан тебя дери! Пока ты жив, можно исправить все и лишь утрата последнего сейва ставит окончательную точку в свершившемся. И то не всегда! Так что не сваливай вину на меня, свару начал Рист, это ему, а не мне было наплевать, где он ее затевает! Мы с Ранилаком на неприятности не напрашивались и мирно ждали своей очереди для переправы! Так может с Риста и спросишь за это безобразие?

Повисло тяжелое молчание. Прокаченная харизма наверняка способна смягчить любую ложь, но правда под ее влиянием убийственно убедительна, а я сейчас говорил чистую правду.

— Он прав, — нехотя признал Горач Зубастый, с каким-то смущенным видом пряча кинжалы в ножны. — Щенок жив, а значит, кто бы не начал свару, проблема исчерпана. И инициация — это наша забота, а не людей. Разберемся сами, Морлох. Забери Пятнышко, а я отвезу этих двоих на остров. Обязательства есть обязательства.

Подкрепленные ворчанием союзника аргументы все-таки достигли сознания Морлоха сквозь пелену гнева. Кузнец отчетливо скрипнул зубами под забралом шлема и наконец отпустил мага. Затем тяжело шагнул ближе к Пятнышку, все еще распростертому на траве без сознания, наклонился и подхватил его свободной рукой за одежку на спине. Тот обвис, словно тряпка. Больше не говоря ни слова, сердитый гхэлл развернулся к нам спиной и потопал в сторону селения.

— Стой, Морлох! — осуждающе скаля зубы, окликнул его в спину Горач. — Щенок твой, а чужак потратил ценный расходник на его воскрешение. Ради справедливости…

Кузнец тяжеловесно обернулся и хмуро обронил:

— Следуй за мной, чужак. Не понимаю, что ты с таким уровнем собрался делать на Черепе Властелина, но где выбирать смерть — это твое личное дело. Я лишь могу в качестве жеста доброй воли немного повысить тебе шансы к выживанию.

На очередного вилохвоста мы вышли на шестом часу пути, когда почти достигли цели нашего путешествия — подножия горной кольцевой гряды. Вилохвостами этих тварей окрестила система, а по мне они выглядели как гипертрофированно большие куницы с длинным крысиным хвостом, на конце которого торчали способные пробить сталь костяные шипы. И хорошо еще, что не ядовитые. Вилохвосты никогда не избегали боя, всегда были не прочь закусить неосторожным игроком и нашей группе приходилось выкладываться сполна, чтобы противостоять силе и свирепости каждой такой твари по отдельности.

Вокруг простирался величественный тенистый лес из зонтичных лиственников. Растущие на приличном расстоянии друг от друга стволы высоких и гладких, метрового охвата у основания деревьев без единого сучка вздымались на два-три десятка метров и только наверху разворачивались пышной плоской кроной, словно гигантская грибная шляпка. Именно там, в этих кронах, вилохвосты устраивали гнезда, обозревая окрестности своих охотничьих угодий на десятки метров вокруг.

Под четким и немногословным руководством Зика порядок следования и обязанности каждого в группе сложились без лишних трений.

Оторвавшись от группы метров на двадцать, в авангарде двигалась Там Ина в сопровождении Фурии. От природного чутья этих двоих и их зоркого зрения ничего не могло укрыться, оба были незаменимыми разведчиками. Как только возникала опасность, с которой дриада или Фурия не могли справиться самостоятельно, группа моментально перестраивалась. Алия шла рядом со мной, всю дорогу она была очень молчалива и задумчива, болтливость не относилась к чертам ее характера. И подходящего случая прояснить наши отношения, которые пока оставались натянутыми, пока не представилось. Присматривающие за тылом Ранилак с Зиком отставали на несколько шагов, время от времени о чем-то негромко переговариваясь без участия чата.

Как раз закончился легкий участок перехода длиною в километр — абсолютно ровная местность, покрытая шелковой зеленой травой высотой по щиколотку, и впереди сквозь просветы между стволами лиственников показалась каменистая россыпь невысокого холма. Там можно было снова попытать счастья сдвинуть с мертвой точки задание по оценщику, по которому мне предстояло найти шесть малых рубинов. Пока же беглый поиск так ничего и не дал, а для более тщательного осмотра не было времени.

Вдруг спереди донесся тихий свист — сигнал тревоги дриады, и тут же последовало подтверждение по групповому чату:

— Вижу следы вилохвоста. Берем его?

— Конечно, — сразу отозвался Ранилак, всегда поспевавший в разговоре раньше всех. — Чем быстрее разделаемся со шкуродерным заданием, тем быстрее целиком и полностью сосредоточимся на главном.

— Посмотрите на следы когтей на стволе, — с заметным сомнением добавила Там Ина. — Этот экземпляр крупнее тех, кого мы уже одолели. Боюсь, намного крупнее. Может, стоит пропустить?

— Работаем, — лаконично сообщил Зик. — Справимся.

— Надеюсь, — тихо хмыкнул я под нос.

Группа уже привычно разошлась редкой цепью. По возможности мы старались использовать для прикрытия стволы деревьев, чтобы подкрасться к гнездовью как можно ближе и не дать себя обнаружить раньше времени.

— Ух ты, а следы и впрямь неслабые, — шепнул по чату Ранилак, выглядывая из-за лиственника в десяти метрах справа от меня и деловито обновляя боевую ауру — по его телу пробежала волна едва заметного фиолетового сияния.

Я молча пробежался взглядом по исполосованному вдоль и поперек стволу могучего лиственника, который возвышался метрах в тридцати впереди. Его серая с коричневыми пятнами кора топорщилась рваными клочьями. Из глубоких разрывов, как старых, так и свежих, сочился вязкий древесный сок: тварь часто бегала по этому стволу вверх-вниз, нещадно используя дерево в качестве лестницы. Действительно, серьезная заявка. После слаженной групповой работы на протяжении нескольких часов у меня и без заверений Ранилака почти не оставалось сомнений, что и с этим противником справимся. И также четко я понимал, что без группы у нас с Фурией шансов против такого врага нет, по крайней мере не на тридцать пятом уровне. Подозреваю, что мастер-шкуродер, выдававший мне в форте первый ремесленный квест, в этот день встал не с той ноги. Или ему просто нравилось поручать задания посложнее именно людям. А потеть приходилось всей группе. Хорошо еще, что группа не против — окончательные решения, по предварительной договоренности, принимал Зик, а не я. Бой и разделка каждого вилохвоста — минут двадцать потраченного времени, но никто не жаловался. Опыт есть опыт, а время пока не поджимало. По всем расчетам мы должны были вовремя успеть выполнить основное задание и вернуться в цитадель для жертвенного воскрешения.

Оглянувшись по сторонам и убедившись, что каждый из соратников уже выбрал позицию, я потянул со спины сперва меч, стараясь шуметь, как можно меньше, затем щит. Откуда щит? Элементарно:

Подарок от кузнеца. Морлох собирался вручить его Пятнышку в день инициации, но пришлось отдать мне. А я ложно скромничать и отказываться не стал — на острове Черепа Властелина лишней защиты не бывает. Ясное дело, кузнец не знал, что у меня тридцать пятый уровень, а я разубеждать не счел нужным и взял, что давали. Ситуация и так была щекотливая, гхэлл мог и передумать. А еще он не преминул поинтересоваться, откуда у меня такие чудесные расходники для возрождения и не могу ли я ему парочку продать. Основа для будущих торговых отношений. Когда понадобится что-то дорогое и дефицитное от кузнеца, будет что предложить взамен.

Хотя забота о группе меня непосредственно не касалась, так как рулил тактикой и стратегией Зик, я все-таки привык контролировать любую ситуацию самостоятельно, чтобы ничего не упускать. Так мне было спокойнее. И по привычке приглядывал за остальными и сейчас. Так, обе боевые ауры в порядке, расходный кристалл наготове — в зависимости от ситуации или брошу Знамя защиты, или ударю Душеловом, — тонус в норме, я сконцентрирован, бодр и готов к действию. Все должно пройти хорошо. Бесшумно подкравшаяся Фурия тихо фыркнула, соглашаясь с моими мыслями. В боевой ситуации ее место рядом со мной, так как я в группе все-таки самый низкий по уровню и полностью со счетов это не сбросить, несмотря на все преимущества свободного класса.

— Ина, давай, — скомандовал Зик, убедившись, что все готовы к бою.

Шагнув из-за укрытия, дриада вскинула лук, выпустила стрелу и тут же скрылась обратно. На все ушла доля секунды. Но теперь нужно было набраться терпения, чтобы дождаться окончания работы заклинания трансформации и каждый из нас замер на своем месте.

У дриады с ее классом страж леса, кроме всего прочего, имелось две весьма полезные способности по призыву временных защитников — росянки и древня. Поэтому постоянный питомец ей не требовался, что по-своему весьма удобно, но по мне как-то бездушно. Вживую росянку я еще не видел, не довелось, но подозреваю, она похожа на того монстра, с которым бился Дар в песочнице при приручении дикоши. По заверениям Ранилака, росянка — пет мощный, опасный, но с существенными ограничениями на применение. Во-первых, для призыва этого существа использовалось специально подготовленное растительное семечко, а на дороге они, само собой, не валяются. Необходимы время и ингредиенты, чтобы подготовить такое семечко заранее. Во-вторых, жизнь росянки длилась три часа, а откат до следующего призыва приходилось ждать сутки. И в последних — защитник передвигался крайне медленно, поэтому создают его обычно перед серьезным боем, чтобы не жертвовать мобильностью группы. Очень ценный помощник, особенно с учетом того, что настоящих танков в нашей группе сейчас нет. Зик — чистый дамагер, Ранилак и Там Ина — тоже, хотя и с более-менее прокаченным контролем, Алия — боец ближнего боя, не способная работать полноценным танком без основного. Вот и выходило, что ближе всего танковая роль в сложившихся обстоятельствах относилась ко мне, хотя низкий уровень и меня превращал в полутанка. Так что стратегия выживания пока у всех одна — в постоянном движении. И у нас это неплохо получалось.

Но я отвлекся, поэтому вернусь к защитникам дриады. С древнем было куда проще, чем с росянкой. Выращивался он за пятнадцать секунд, жил около десяти минут, а откат до следующего призыва длился всего час, так что на этом заклинании можно было не экономить. Расходный материал.

Как только стрела вонзилась в ствол лиственника, серо-коричневая кора в месте попадания сразу шумно пошла волнами и трещинами, обнажая светло-желтую древесину.

Никто из нас пока не видел засевшего в гнезде вилохвоста, но я не сомневался, что он давно внимательно наблюдает за нами из кроны, выжидая подходящего момента для нападения. Так и вышло. На шум от древня из листвы сверху обеспокоенно высунулась остроносая морда, покрытая короткой коричневой шерстью. Черный плоский нос зашевелился, вынюхивая опасность. Маленькие черные глазки злобно уставились вниз, пасть с рассерженным шипением по-акульи раскрылась, продемонстрировав пиловидные ряды острых треугольных зубов. Даже на высоте в двадцать метров башка вилохвоста показалась мне угрожающе крупной для его вида.

«Только матерых нам и не хватало для полной идиллии, — с легкой досадой подумал я. — С обычными и то куча мороки…»

В тот момент, когда трансформация древня закончилась и магически созданное существо принялось с треском выдираться из ствола, часть которого послужила ему сырьем, нервы хищника сдали. С шумом и треском прорвавшись сквозь крону, вилохвост в облаке падающих листьев понесся в атаку на обидчика, творившего с его деревом какое-то непотребство. Причем дунул по вертикальной поверхности, как по горизонтальной, словно гравитация не оказывала на его крупное веретенообразное тело ни малейшего влияния. Из-под когтей мощных коротких лап с дробным стуком полетели клочья коры, раня и без того искалеченное дерево.

В тот же момент мы атаковали, не дожидаясь, пока монстр окажется на земле.

Значительно ослабленная разницей в уровнях с противником Плеть боли всего на мгновение лишила вилохвоста координации, но и этого хватило, чтобы его лапы запнулись и он сорвался с высоты. Зверь тут же очухался и, отчаянно извиваясь, снова попытался зацепиться за ствол. Но успел лишь пару раз ударами когтей вырвать куски древесины…

Приказав Фурии оставаться на месте, мы вместе с Алией бросились вперед, а Ранилак, Зик и Там Ина ударили дистанционно. Главное было сбить твари ориентацию на время всего падения и не дать ей приземлиться удачно, как это уже случалось, чтобы вышибить из врага хотя бы часть жизни при столкновении с поверхностью. Поэтому отработали всеми способностями группы — Стрелы молчания, Копье воздуха, Шоковый дротик, Парализующая молния… Сложность заключалась в том, что бить приходилось преимущественно по лапам, башке и брюху, так как мне была нужна неповрежденная на спине и боках шкура.

Но вилохвост все равно по-кошачьи извернулся всем телом и приземлился на все четыре лапы, использовав природную способность Мягкий прыжок. Ловкость и координация у него оказались просто потрясающие.

Кряжистый и массивный на вид древень, орясина двухметрового роста с морщинистой желтовато-зеленой корой, встал у него на пути и попытался обхватить могучими узловатыми руками… Проскочив мимо, вилохвост, как котенка, отшвырнул его ударом плеча в сторону и рванул к более заманчивой цели. Ко мне. Еще бы, древесина, пусть и магическая, несъедобна, в отличие от живого игрока. Древню сразу крупно не повезло: мгновенно сбитый с корней-ходулей, он с невероятной силой отлетел на родительский лиственник, влепился в него с громким треском и повалился на землю со сломанной лапой.

Швыряю Знамя защиты под морду противника, врубаю Теневое преимущество и начинаю свой бег вокруг него, не позволяя ему зацепить себя ударом лапы, каждый из которых может оказаться фатальным. На земле монстр кажется особенно крупным — по массе втрое больше Фурии и уклоняться приходится на пределе возможностей. Опасный танец, но как показала практика, я быстрее всех в группе наращиваю агро и удерживаю внимание врага на себе, а значит, за неимением лучшего мне и тащить роль танка. Хотя подвижности на фоне спутников катастрофически не хватает и нужно прокачивать бег.

Самым кончиком меча при встречном выпаде удается перечеркнуть метнувшуюся ко мне лапу Обжигающей вспышкой и заставить шерсть на ней задымиться. Кувырком ухожу в сторону, но не успеваю разорвать дистанцию. Акулья пасть вилохвоста с невероятной скоростью оказывается прямо надо мной, собираясь сомкнуться на голове…

Очухавшийся древень вновь кидается в драку и в последний момент хватает уцелевшей рукой зверя за заднюю лапу. Вилохвост на секунду отвлекается, шипованный хвост взлетает хлыстом и словно клинком с громким треском перерубает конечность древня у основания. Его поразительно гибкое тело стремительно закручивается громадным бубликом, да так, что голова оказывается рядом с собственным хвостом и зубы смыкаются на пнеобразной голове защитника. Одно свирепое движение — и голова древня разлетается в клочья.

Вот черт! А ведь бой только начался!

Отшвырнув растерзанное тело питомца, вилохвост мгновенно разворачивается и его злые глазки безошибочно отыскивают меня. Древень еще падает в траву, а я уже разрываю дистанцию, чтобы повысить свои шансы на выживание и дать возможность союзникам внести в бой свою лепту.

Тяжелый удар сзади заставляет монстра вздрогнуть всем телом. Рычать тварь не умеет, поэтому с яростным шипением резко разворачивается к новому обидчику. Зик с приличного расстояния вогнал ему в копчик наконечник телекинетического копья, просадив фрейм жизни процентов на пять и это должно быть чертовски больно. Но развернувшись, зверь оказывается напротив перегородившей путь Алии и девушка без промедления вонзает свое копье прямо в открытую пасть. И тут же прыгает в сторону, чтобы рывком провернуть оружие в ране и нанести как можно больше повреждений.

Высоко подпрыгнув, вилохвост делает оборот вокруг оси. Копье улетает в одну сторону, Алия с криком ярости — в другую. Но зверь ее не преследует. Ранилак бросает ледяную воронку и вокруг врага возникает смерч, заставляющий его замедлиться, а траву под ним мгновенно оледенеть. Разрывающая стрела дриады с мерзким чавканьем входит в глаз вилохвоста по самое древко, нехило убавляя ему жизнь, но тварь по-прежнему еще сильна и опасна.

Такое ощущение, что шум от драки стоит на весь лес и как бы не прибежал на помощь приятель этого вилохвоста…

Моя очередь отвлекать. Как только зубастая морда поворачивается ко мне, ухожу на несколько метров Теневым проколом и с разворота бью удвоенной Хваткой лича. Ага, не понравилось — движения твари еще больше замедлились! Теперь нужно продержаться тридцать секунд, не дать монстру сбить меня с ног и прервать умение.

Зик умудряется где-то неподалеку в траве разглядеть увесистый булыган, который впечатывается твари в загривок и оглушает на долю секунды. Едва успеваю уклониться от хлесткого выпада хвостом — шипы на его конце вскрывают кору и древесину ближайшего ствола с такой силой, что в месте удара образуется дыра с голову величиной. Хватка природы дриады поспевает весьма своевременно: из земли с шумом вырываются зеленовато-коричневые щупальца и обвивают задние лапы вилохвоста плотными путами. Я помню, как такая хватка остановила могучего утилизатора во время набега пожирателей, но у матерого вилохвоста оказывается куда больше ловкости и силы, чем у того жука. Путы громко лопаются, брызжа зеленым соком, и зверь снова на свободе.

В этот момент я понимаю, что такой ценой шкура мне не нужна.

Шумно хлопают крылья, пикирующий силуэт бронированной Фурии с разгона бьет противника в голову, ядовитое жало вонзается ему в шею и, не останавливаясь, дикоша уносится прочь, чтобы не получить хвостом вдогонку…

Удобно устроившись на придорожном камне, я достал Молчаливую подругу, набил чашечку табаком и раскурил. Легкий ветерок подхватил клубы сизого ароматного дыма, смешиваясь с растительными запахами леса. Благодаря неотступному наблюдению Зика мы точно знали, где сейчас находится Рист и с какой скоростью движется в мою сторону, поэтому времени вполне хватало все сделать без спешки. Умиротворение приглушило душевный мандраж, а Прикосновение божественной силы чуток повысило мои шансы на выживание. Жаль, не успел соблазнить трубкой всех своих спутников; им тоже было бы не лишним получить обе ауры. Зик и Там Ина пока на дегустацию продукции местной табачной промышленности не соглашались по этическим соображениям, с опаской относились к Алану, а вот Ранилака и Алию, чувствую, скоро уломаю.

Итак, оставалось всего полтора часа до создания астрального ключа, после чего группа получит спасательный круг в случае возникновения смертельной опасности: достаточно будет в любой точке острова установить астральный маяк.

Жаль, Месть камикадзе истрачена на Майло, сейчас бы эта абилка очень пригодилась против Риста. Что поделать, я пока не умею заглядывать в будущее, чтобы подстраховаться заранее. Да и по-прежнему уверен, что с разбойниками из «Серого ветра» ситуация была весьма сложной и экономить было недопустимо…

После боя с вилохвостом сейчас много чего в откате и это касается не только меня, ведь у большинства самых сильных абилок любых классов откат стандартный — час. Лично мне предстоящую схватку придется строить, исключая Теневое преимущество и Теневой прокол, Фурия будет вынуждена обойтись без Метаморфа и Смертельного укола, а у ребят свои откаты.

У Алии к нашей затее по-прежнему душа не лежала, девушка предлагала поводить Риста за собой, подождать, пока восстановится все, чем мы сильны. Разумно. Но общим голосованием решили не ждать. Нет никаких гарантий, что за это время мы не столкнемся с еще какой-либо опасностью помимо Риста. Возможностей у группы всегда больше чем у одиночки, пусть даже очень сильного, так что справимся. Должны справиться. Ведь ситуация складывается для нас вполне удачно. Рист шел один. Зверья и других игроков поблизости нет. Действовать придется быстро и решительно, без колебаний…

А вот и объект внимания.

В качестве приманки я специально устроился в пятидесяти метрах от изгиба лесной дороги, проторенной множеством игроков за несколько десятков лет существования острова — с того момента, когда он появился из облачной пучины. Густые заросли по обочинам лишали прямого обзора и Рист, наконец, добравшись до поворота и свернув, никак не ожидал, что увидит меня в гордом одиночестве. По заверению Ранилака, это расстояние преодолимо для дистанционного выпада его ядовитых шариков, но, как мы и рассчитывали, он не стал спешить. Линарец был очень любопытным существом и решил сперва выяснить, почему я вдруг превратился в такую соблазнительную мишень. Кроме того, чем враг ближе, тем точнее выстрел, меньше шансов увернуться. Сыграло роль и то, что он был чертовски уверен в собственных силах и имел на то веские основания.

Надо отдать ему должное, бдительности Рист не потерял. Он стоял несколько секунд, изучая обстановку, внимательно осматриваясь вокруг и вслушиваясь в любые шорохи. А я старательно делал вид, что меня его появление никак не беспокоит. Возможно, стоило бы разыграть другой вариант — изобразить внезапный испуг, будто я не ожидал с ним столкнуться и попытаться удрать, тогда Рист бросится вдогонку с меньшими сомнениями… Но мне нужна точность, а при перемещении точность всегда падает, поэтому задуманное может и не получиться. Союзники расположились в заранее условленных точках за сотню метров от меня: с такого расстояния линарец засечь никого не сможет. Опасная для моего здоровья затея, но риск был необходим и просчитан.

Наконец, не обнаружив моих союзников поблизости, Рист крадущимся шагом двинулся ко мне. И, несмотря на ауру Умиротворения, по мере того, как между нами сокращалось расстояние, мне становилось все неуютнее от мощи, которой веяло от фигуры этого воина-берсеркера. Да пребудет со мной Алан, должны справиться. Надеюсь, я не переоценил наши общие силы и не подведу всех своей инициативой. Это было бы крайне паршиво.

Не дойдя десяти метров, Рист вновь застыл, выпустив на волю слух, зрение и осязание. Как и на переправе, сгорбленное в напряженном ожидании тело линарца налилось блеском ртути: защитный боевой режим, превративший поверхность тела в доспех по тому же принципу, что и режим Метаморфа преобразует мою Фурию. И по-прежнему было совершенно непонятно, куда устремлен взгляд двух пар его непроницаемо-черных глаз. Пока он изображал статую, его хвост продолжать жить независимой от тела жизнью и каждую секунду с неестественной точностью мгновенно менял положение. Хвост линарца — что-то вроде органа с встроенными датчиками движения и температуры. Попробуй обмани такое существо с такими сильными способностями к восприятию… И он определенно что-то чует, раз центральный шип его копья-трезубца уже наливается алым светом боевого режима. Дистанция вполне достаточная, чтобы больше не скрывать западни, но нужно дать время своим союзникам.

Оторвавшись от трубки, я выпустил облачко дыма и заговорил:

— Какая любопытная встреча, Рист. Прямо приятная неожиданность. Ты ведь в курсе, что напакостил моей группе, хотя мы тебе не угрожали? Едва не угробил нам репутацию с гхэллами? Есть два варианта, как нам поступить дальше. Первый — ты разворачиваешься и на ближайшие двое суток покидаешь остров. Второй — ты умираешь здесь и сейчас. Что выберешь?

Вытянутая как у крысы голова Риста шевельнулась, и он снова замер. На этот раз я определенно почувствовал, что все четыре глаза изучающе рассматривают меня, а не лес вокруг.

— Ты слишком слаб для угроз, — тихо проскрипел линарец, приподнимая трезубец и направляя острие центрального шипа в мою сторону. — И тебе придется за это ответить. Никто не смеет угрожать Ристу безнаказанно…

— Неплохо сказано, в этом мы с тобой похожи. Я тоже не люблю безнаказанно оставлять подставы, — я усмехнулся, внешне стараясь выглядеть спокойным, но внутренне чувствуя себя туго сжатой и готовой взорваться пружиной.

— Много слов. Пустых слов. Риста пытались убить множество раз, расставляя глупые ловушки. Такие, как сейчас. Но Рист все еще жив!

В следующий миг воин выбросил вперед острие своего трезубца и центральный шип, нестерпимо раскалившись за долю секунды до сверхвысокой температуры, выстрелил мини-солнцем. Чудовищная по мощи вспышка энергии растеклась по возникшей вокруг меня и полностью отрезавшей звук сфере Абсолюта. От буйства разрушительного света я просто перестал что-либо видеть за защитой и на секунду прикрыл глаза, чтобы переждать самую яркую фазу и не ослепнуть.

Интересное все-таки ощущение, когда отрезан от мира внепространственным карманом, не синхронизированном с данной реальностью. Видишь все, что происходит снаружи, как сквозь слегка мутноватое оконное стекло и никак не можешь повлиять на ситуацию, пока не закончатся пять секунд. Эти секунды я потратил с пользой — курительная трубка отправилась в подсумок, щит кузнеца слился с левой рукой, рукоять меча прыгнула в правую ладонь, сам я переместился в низкую боевую стойку, чтобы мгновенно уйти в сторону, если потребует ситуация после исчезновения защиты. Наверняка потребует.

Когда буйство света начало стихать, я обнаружил, что нахожусь на вырванном из самого ада пятачке. Вокруг пузыря защиты горела почва и плавились камни, исторгая плотные клубы черного дыма. Именно этого мы и добивались: не оставляя мне ни малейшего шанса увернуться или отпрыгнуть, Рист разрядил по площади одну из своих самых разрушительных способностей, которая могла испепелить почти любого врага на месте. И повторить этот удар сможет только через час. Именно поэтому игроки с ним предпочитали лишний раз не связываться — сложно выжить после такого «приветствия», особенно если между противниками разница аж в двенадцать уровней. И не будь у меня Абсолюта, бой пришлось бы начинать с дальней дистанции, а там уж как кривая вывезет…

Отреагировав на зафиксированный урон в логах боевого чата, распределенные на равном расстоянии друг от друга зеленые точки союзников на мини-карте на всей возможной скорости устремились ко мне. И глядя на то, как Рист скупыми и точными движениями перезаряжает шип своего трезубца новым кристаллом сущности, я остро пожалел, что ничего не могу сейчас сделать. Как только кристалл встанет в слот для подпитки шипа, разряженное Аннигиляцией до состояния обычной железяки оружие снова приведется в полную боевую готовность и Рист сможет работать Световым лезвием — очень сильным умением, которое режет доспехи как бумагу и восстанавливается раз в тридцать секунд.

Но моя группа успела.

Когда наблюдаешь со стороны, не участвуя сам и абсолютно не слыша звукового фона, скорость схватки просто поражает воображение. Множество разных действий произошло практически одновременно и далеко не все я успел отследить. Там Ина возникла из-за пригорка на границе зрения справа: в красивом летящем прыжке, и выпущенная стрела выбила кристалл прямо из руки линарца. Молния проломившегося сквозь кусты слева Ранилака тут же разрядилась врагу в холку, окутав его тело змеящимися разрядами, но похоже, не возымев никакого эффекта благодаря прокачанному сопротивлению силам стихий или еще какой природной или расовой способности. Зик и Алия появились с фронта. На бегу вырвав из земли заранее присмотренный здоровенный камень размером в две головы и метнув в четырехрукого, Зик тут же упал на колено в специальную стойку, чтобы в нужный момент привести в действие Разрыватель сути — свое уникальное копье со встроенным одноименным умением…

Бой вышел предельно опасным, безжалостным и скоротечным.

Обнаружив, что окружен со всех сторон, Рист не стал тратить время напрасно и сразу доказал, что и с разряженным трезубцем его голыми руками не возьмешь. Сквозь плоть в груди линарца прорвалось алое сияние энергетического ядра, служившего существу сердцем, а все его тело охватила красная аура берсеркера. Полностью перейдя в боевой режим, Рист словно вырос почти вдвое, а его мощь усилилась в несколько раз. Мгновенный анализ опасности, и могучим рывком разорвав прижавшие его к земле корни Хватки природы, линарец отклонился от летевшего в корпус валуна ровно настолько, чтобы позволить ему пролететь мимо и беззвучно врезаться в защитный барьер Абсолюта. Следующую стрелу он принял на мгновенно развернувшийся вместо левого верхнего наруча сегментированный щит. Подскочив с незащищенной стороны Алия попыталась с разгона вонзить ему копье в бок. Перекинув в левую пару рук трезубец, линарец с убийственной точностью заклинил наконечник копья между зубцов и с такой силой крутанул выворачивающим финтом, что отбросил копьеносицу от себя на несколько метров и заставил покатиться по земле.

Мгновенно сократив дистанцию, Рист навис над девушкой и нанес удар трезубцем ей в голову. На пути тройного смертоносного жала из земли тут же вырос ледяной щит, вовремя скастованный Ранилаком, и разлетелся тучей сверкающих осколков. Широкая воронка Вьюги завертелась вокруг врага, покрывая траву и почву ледяной коркой. Древко вонзившейся в спину линарца стрелы вспыхнуло под влиянием внутренней защиты энергетического ядра и рассыпалось пеплом. Откатившись в сторону, Алия едва успела подняться на колени, как линарец снова настиг ее и ударил трезубцем. Вновь взлетевший камень боднул его под правое колено, заставив пошатнуться. Нацеленное в грудь девушки лезвие изменило направление и лишь вспороло ее плечо — но и этого хватило, чтобы вновь как куклу швырнуть копьеносицу на землю.

Абсолют наконец исчез.

Звуки боя шумно ворвались в сознание, вернув привычное ощущение мира. Треск молний и все еще чадящей вокруг почвы, шелест оперения стрел и звонкий «бамц» их наконечников о щит…

Мой черед!

За эти секунды драки линарец успел удалиться метров на двадцать, но это не препятствие для моих дистанционок. Не раздумывая, я метнул ему в спину Копье воздуха. Никакого эффекта. Перепрыгнув зону раскаленной почвы, чтобы обеспечить себя пространством для маневра, я хлестнул Плетью боли. Ага, прочувствовал! Замешательство длилось лишь миг, но копьеносица воспользовалась заминкой врага и из совершенно неудобного положения умудрилась нанести размашистый и точный Режущий удар, глубоко распоров врагу лезвием копья ногу выше колена и окрасив ее такой же красной, как и у обычных смертных существ кровью. Зашипев, линарец прыгнул на девушку, собираясь раздавить ее массой своего тела…

Фурия налетела на него с разбегу, взвившись в прыжке с широко распахнутыми крыльями, явившись на поле боя, как ангел мести из ада. Метаморф еще в откате, но и без него на плечи линарца рухнули почти полтонны живого веса, полосуя плечи и голову зубами и когтями. Алан меня забодай — он выдержал! Выдержал, хотя пятки Риста вдавились в землю от навалившейся тяжести! Выпустив оружие, он всеми четырьмя руками вцепился в живот зверюги и, использовав ее собственную инерцию тела после прыжка, с невероятной силой отшвырнул дикошу прочь.

Призрачный кинжал Хватки лича вошел врагу между лопаток, заставив его вздрогнуть всем телом. Доля секунды замешательства и линарец, поскользнувшись на корке льда, но сумев удержать равновесие, резко развернулся ко мне. Непостижимым образом оброненный трезубец снова оказался в его руках и Рист отвел руку назад в мощном замахе, явно собираясь метнуть оружие, как копье. Удар такого противника мне никак не отбить, это ясно, как день, и я бросился прочь по кругу, вынуждая линарца развернуться к Зику спиной в нужной позиции…

Ожидавший этого момента, Зик воспользовался им сполна.

Выстрел Разрывателя сути почти всегда смертелен, особенно когда нанесен в уязвимое место. Вырвавшийся из копья наконечник с тугим звуком вошел в спину линарца, словно тяжелый топор дровосека опустился на мощный ствол дерева. Жало пронзило тело Риста и разорвало энергетическое ядро, разворотив плоть на груди кровавым цветком размером с голову. Фонтаном выплеснулась кровь, заливая почву и камни вокруг.

За долю секунды до этого удара Рист все-таки метнул свой чертов трезубец.

Не успевая увернуться, я инстинктивно попытался отбиться щитом, понимая, что это лишь немного ослабит сам удар, и одновременно отклоняясь корпусом в сторону с траектории полета оружия…

Но ошибся куда сильнее, чем полагал. Сила удара линарца оказалась сокрушительной, запредельной. Трезубец с оглушительным треском разорвал щит надвое: и деревянную основу, и металл оковки, практически не замедлившись. В следующий миг запястье оказалось между двух острых, как бритва, параллельно сдвигающихся лезвий…

Все еще сжимая ремни разорванных креплений, моя кисть в брызгах крови упала мне под ноги.

Пробуждение произошло скачком безо всякого перехода от сна к бодрствованию. Открыв глаза, я обнаружил, что сидя подпираю стену спиной, а самочувствие предельно паршивое. В венах вместо крови словно пересыпался песок, заставляя сердце надсаживаться от усилий. Да и зрение подводило, будто смотрю через очки из необработанного обсидиана. Мда, лучше бы не пробуждался в таком состоянии…

Рядом горел небольшой костер, теплый поток воздуха играл языками пламени, отбрасывая колеблющиеся тени на щербатые стены довольно просторной пещеры. По ту сторону костра я разглядел двоих — Ранилака и Алию… Стоп. Взгляд упал на левую руку… и на губах замерло проклятье. При оказании скорой помощи от остатков наруча пришлось избавиться, а укороченный рукав куртки мне закатали повыше. И взгляд наткнулся на уродливый обрубок: кисть исчезла вместе с запястьем. Культя была затянута белой затвердевшей коркой, упругой и эластичной, как резина. Благодаря анестезирующим свойствам зелья здоровья боль была слабой, ноющей, как от глубокой болезненной царапины. Вот только царапиной такое жуткое увечье никак не назовешь. И, честно говоря, панику я сдержал лишь усилием воли.

— Он очнулся, — послышался голос Алии.

— Наш герой пришел в себя, — озабоченно-насмешливым тоном добавил Ранилак, поднимая взгляд от разгоняющего окружающую тьму костра.

— Я надеялся, что мне это привиделось. — С трудом оторвавшись от культи, я обвел мрачным взглядом не слишком-то встревоженные лица спутников. Наверное, с их точки зрения такое увечье дело обычное, тем более что это увечье — явление временное. Понимаю, что это в корне меняет отношение к любым ранениям, но я к таким вещам еще психологически не привык. Первый раз, когда меня продырявил насквозь камень из пращи, тоже было больно и мучительно, но часть себя я при этом не терял…

Бросив в мою сторону мрачный взгляд, Алия снова закрыла глаза и предалась отдыху, чем и занималась до моего пробуждения. Куртка на ее плече там, куда пришелся удар Риста, уже была залатана свежими стежками, а рана под доспехом наверняка обработана зельем здоровья, как и моя. Ранилак ворошил прутиком угли в кострище, поглядывая на меня со спокойным любопытством, и его спокойствие явно говорило о том, что ситуация под контролем и все плохое пока позади. Ну и хорошо. Я сейчас не в том состоянии, чтобы заботиться о ком-либо, кроме себя. Внутри томилась странная опустошенность, какая-то эмоциональная заторможенность. Хорошо же меня приложило в этом бою, вот только чем?

К чертям.

Не думать об этом.

Просто не думать. Все путем, я жив и нашу задачу никто не отменял, значит, будем двигаться дальше.

Так, а куда подевались Зик, Там Ина и Фурия?

С вялым интересом отыскал зеленые метки согрупников и питомца в полукилометре от нашей стоянки. Понятно. Двое остались охранять мою бренную бессознательную тушку, а остальные занялись делами. Вообще-то сразу после последнего вилохвоста мы планировали поохотиться на съедобную зверюшку и сделать перерыв, да под руку попался Рист и планы пришлось менять. Видимо, сейчас дрелан с дриадой как раз для общего стола и охотились. Чтобы не терять время, заодно и Фурию взяли с собой. Правильно, в общем. Немного укололо лишь то, что пет сейчас должен по игровой логике находиться рядом и охранять меня, а не шастать неизвестно где без моего разрешения. Дриада на нее скверно влияет, отбивается дикоша от рук…

Тут до меня немного запоздало дошло, что Фурия для меня же и старается. Чтобы подкачивать энергию с помощью Духовной связи, она должна быть сыта, поэтому и решилась доверить защиту моим спутникам. Это сразу успокоило. Моя дикоша это ведь не просто прирученный зверь. Это очень умный и верный зверь. Земных аналогов просто нет. И вообще, Фурия — «девочка» уже немаленькая, питание ей и самой нужно весьма существенное, особенно после боевого режима, а я здесь сколько уже нахожусь? Черт. Судя по таймеру, пошел пятый час, как я в отключке. От логов боя с Ристом не осталось и следа, они исчезают через час, так что восстановить картину боя не удалось. Но вот «хвост» дебаффа, окончание которого и позволило вынырнуть из глубин небытия, я поймал:

Угу. Теперь понятно, почему так паршиво — тонус ниже 30%. И вроде бы голоден, но о еде думать не хочется. Организм протестует против любой попытки двигаться. Круг жизни — подарок от дриады. Потратила приберегаемое на экстренный случай умение: действует тридцать минут, откат два часа. Значит, покинула место стоянки дриада недавно, раз эффект еще действует…

А еще появилось кое-что новое на постоянной основе, и немудрено:

Так траванулся, что аж до второго ранга догнал. Нет худа без добра.

Заодно проверил Метки еретика, которые в ходе боя на Потерянных Душах повесил на гхэллов из команды Майло. Трое выживших все еще находились в десятках километров от нас, причем на значительном расстоянии друг от друга. Разошлись пути-дорожки. Я их все время подсознательно мониторил, эти чертовы метки. Вряд ли «Серый ветер» безнаказанно спустит инцидент с Майло, вполне могут организовать группы для поиска обидчика, но раз пока тревожиться незачем, то стоит вернуться к текущим заботам…

Ранилак подкинул в пламя пару сучьев из кучи поблизости, наверняка хворост пришлось тащить снаружи, и почему-то виновато хмыкнул.

— Извини, Зуб, твою кисть прирастить сразу не удалось, а сейчас от нее уже только прах остался.

— Прирастить? — Я нашел в себе силы вяло удивиться. — Не знал, что это возможно. Хотя, если подумать о наших возможностях к регенерации, это вполне логично… А почему не удалось?

— Яд был очень сильным, именно он отправил тебя в кому и не позволил прижиться конечности. Очень сильный дебафф. Ни у кого из нас нет способностей, чтобы его снять.

— А где мы вообще?

— В безопасности. Тяжелый же ты тип, с виду и не скажешь. Нам с Зиком пришлось тащить тебя попеременно. Там Ине такое не осилить, у дриад все раскачено в ловкость, а Алия была ранена, да и сердита на тебя за эту авантюру. Эмоции.

— Сам такой, — буркнула, не открывая глаз, девушка.

Угу. На одного сердиться легче, чем на всех сразу, тем более легче сердиться на чужака, чем на старых приятелей. Но я ее понимал.

— Можно поточнее, Ранилак? Так где мы?

— Вот ты зануда. Ладно. Помнишь, я рассказывал о скрытом туннеле, по которому мы и собирались изначально оторваться от Риста?

— Так я и думал… Но кое-что мне все же непонятно. В Лунной Радуге я как-то нарвался на ранение куда серьезнее, чем сейчас, и то полной отключки не было. Откуда взялся этот чертов «коматоз»? Когда обсуждали способности Риста, об этом не было ни слова. Хреново у вас разведка работает.

— А это все потому, что раньше мы всерьез с линарцем не дрались. Я лишь могу предположить, что все дело в режиме использования яда. Обычно линарец сперва минусует цели шариками, чтобы потом спокойно добить парализованные жертвы. Но в нашем случае тактику пришлось изменить, так как он понимал, что мы его убиваем. И вкачал в оружие весь яд, какой имелся. Сам понимаешь, любой из нас старается придержать козыри до последнего и Рист по одной ему ведомой причине решил этот козырь использовать на тебе. Или ты чем-то ему особенно приглянулся, или просто так карты легли. Но время в любом случае потеряли: пока с тобой суетились, ночь наступила, а ночью с обузой на плечах тем более шастать не стоит. Опасное время. Сейчас там, снаружи, бродят зверюшки, которые вилохвостов на закуску используют. Через пару часов начнет светать, тогда и двинемся дальше. Зик с Там Иной скоро вернутся, принесут что-нибудь пожрать… Знаешь, вообще-то ты чудом выжил. Яд опасный и концентрация нешуточная. Тебе едва не выжгло нервную систему. Насилу удержали здоровье на 15%. Ниже уже необратимая смерть. Кстати, не знал, что у тебя в серьгу Живая броня встроена, в логах обнаружил. Хорошая штука, отчасти она тебя спасла от яда. И Десятина в кольце искателя тоже сработала к месту. Ну и дриада кое-что умеет, поколдовала тут вокруг, перед тем как уйти на охоту.

— Вижу, — я коснулся пальцами густого ковра из бледно-зеленой травы, пробивающейся ровным пятачком вокруг меня сквозь пол земляной пещеры — материализованный эффект Круга жизни. И заметил рядом с собой свернутую в тугой сверток шкуру вилохвоста. Спутники не забыли и про нее, за что отдельное спасибо, иначе задание накрылось бы медным тазом и пришлось бы его повторять.

— Круг жизни — хорошая штука, но годится только для стационарного использования, — посетовал Ранилак. — Потому и пришлось выбрать безопасное место. Там Ина каждые пару часов обновляла бафф по откату, а когда угроза для жизни миновала, ушла с Зиком. Жаль, что в полной мере эта способность действует только на самих дриад, а для всех прочих работает только в половину силы. Кстати, в клановых способностях «Охотников» лечилки есть?

— Одна, да и то боевая, — не желая пускаться в объяснения, я просто скинул описание Жажды крови в чат. — С Риста что-нибудь полезное досталось?

— Неплохо, может пригодиться, — одобрительно кивнул Ранилак, прочитав описание жажды. — А насчет Риста не обольщайся. Доспехов у линарца, кроме собственной кожи, нет, а все его боевые устройства являются частью тела. Взять с него нечего. Трезубец тоже привязан к душе, так что растворился вместе с ним при распылении. Трофейной флягой с зельем здоровья подлечили тебя и Алию, чего добру пропадать, а из его подсумка удалось добыть два десятка обычных крисов. Линарец — очень неприхотливое существо, все, что добывает, тут же распродает и переводит в стимулы на личный счет.

— Предусмотрительный тип, — я кивнул. — Смерть стимулы уж точно не отнимет.

— Именно. А учитывая его охренительную мощь, грабить его бессмысленно вдвойне.

Мой взгляд вернулся к девушке. Копьеносица свернулась калачиком возле стены на голой земле, подложив под голову вещмешок вместо подушки. Копье она положила рядом с собой и придерживала его рукой даже с закрытыми глазами. По реплике я уже понял, что она не спит, но судя по настроению и позе — определенно не желает вступать в разговор. Но пока я был без сознания, определенно присматривала за мной вместе с Ранилаком. Как бы с ней поговорить по душам, выяснить, что ее гложет и почему она ко мне так негативно настроена? Но это нужно делать наедине и момент должен быть подходящий, чтобы раковина раскрылась, а пока таких моментов не предоставлялось.

— Знаешь, Ранилак, а ведь Алия была права, — я тяжело вздохнул, признаваться в ошибках всегда непросто. — Не стоило так рисковать. О чем я вообще думал, когда решил прикончить линарца? Таких могучих существ, как он, лучше иметь в союзниках, а не закреплять вражду. Нужно было уйти, как вы и советовали.

Алия едва не спалилась — явно хотела открыть глаза, но в последний момент сдержалась, чувствуя, что я за ней слежу. Я невольно улыбнулся.

— Не ошибается лишь тот, кто ничего не делает, — Ранилак пожал плечами с довольно-таки беспечным видом, этого мага вообще, похоже, ничем не проймешь. — Лично мне давно хотелось выяснить, смогу ли противостоять Ристу в схватке. Серьезно — ну любопытно же. Да и Зик тоже хотел проверить свои возможности. Так что дело не только в тебе, мы сами хороши. Ты лишь дал предлог. Могли ведь и отговорить, да не захотели. И признай, за этот бой мы получили о линарце ценную информацию и при следующей стычке будем лучше подготовлены к сюрпризам.

— Да, мы получили о нем информацию, но это палка о двух концах. Он тоже теперь знает, что мы можем ему противопоставить. Да уж… Любопытство сгубило кошку, и не одну.

— О чем ты? Какую еще кошку?

— Поговорка такая. Не обращай внимания. Признаюсь, у меня впечатления от схватки однозначные: по одиночке нам лучше больше не ходить. Любого из нас по отдельности Рист убьет даже не напрягаясь.

— А вот тут ты ошибаешься, — возразил маг, ухмыльнувшись до ушей. — Ты забыл, что я говорил о его эмоциональности.

— Да ладно. Хочешь сказать, что он не будет мстить?

— Не совсем так… Рист несомненно занесет нас в свой список первоочередных целей и постарается прикончить при встрече. Но специально гоняться по всему Архипелагу не станет. Для него это нерациональная трата времени. Ах да, чуть не забыл. Вот что еще досталось с Риста.

Я едва успел поймать предмет, переброшенный магом над костром — неприятно, но до окончания прекращения дебаффа реакция будет подводить, это придется учитывать. Да и действующая рука сейчас одна, обрубком вряд ли можно что-то поймать. Предмет оказался с виду вполне стандартным кристаллом души.

— Нужный ингредиент. Но дорого обошелся.

— Ты присмотрись. Это не обычный крид, а именной.

А ведь и верно:

— Надо же. Никогда такого не видел.

— Признаться, нам тоже видеть такое не доводилось. Сам понимаешь, почему. Каждый день мы линарцев не убиваем. Зато кое-что слышали. Линарец может усваивать собственный кристалл и тем самым возвращать сейв. Уникальная способность и Рист ее единственный носитель внутри Круга. Так что настоятельно не советую этот крид тратить на расходники. Продадим обратно хозяину.

— Любопытно. Получается, у нас есть шанс вернуть отношения с ним в норму? Возврат сейва это более чем рационально.

— Да, я тоже об этом подумал, попробовать стоит. Можешь придержать крид у себя, Зуб. Как бы имеешь право, ведь именно тебя Рист едва не прикончил.

— Я вот еще о чем хотел поговорить, раз бьем баклуши. Появление линарца прервало наш разговор с тобой и Алией, а вы, помнится, хотели мне рассказать нечто важное о божественных покровителях. Неизвестно, когда еще выпадет спокойное время.

— Да, была такая тема, — с готовностью кивнул Ранилак, явно ничего не имея против разговора. — На чем мы тогда остановились?

— На том, что я единственный адепт своего божества, — напомнил я. — И все еще не знаю, как увеличить число божественных союзников. Ты знаешь, как?

— Для начала — просто привести желающих к алтарю, — снисходительно улыбнулся маг. — Но алтарь находится в осколке, а в осколок ты допускаешь только соклановцев и визит для дриады и дрелана был счастливым исключением из-за сложившихся обстоятельств. Я ничего не напутал? Тогда чего удивляться, что последователей у твоего Алана Темного больше нет. Вот наберешь народ… Стоп. Ты же говорил, что тебе нужно воскресить кучу народа, значит, ты уже был в клане не единственным. Как же так получилось, что…

— Раньше алтаря не было, — вздохнул я. — Его только в осколке удалось создать. Вернее, он как-то сам собой возник. Да и события раньше неслись сломя голову, некогда было выяснять нюансы взаимоотношений с покровителем. Тема осталась нераскрытой. Если есть что сказать, то будь добр, давай ближе к делу. Что вы там с Алией имели в виду, насмехаясь, что я до сих пор не знаю, откуда берутся божественные покровители? А должен знать?

— Чем дальше, тем интереснее. — Ранилак состроил недоверчивую мину. — Конечно, должен. Иначе как получилось, что ты адепт Алана Темного, причем в единственном числе?

— Да врет потому что и не краснеет, — Алии, похоже, надоело прикидываться спящей и она не утерпела, открыла глаза и рывком уселась возле стены.

— И тебе привет, — я хмыкнул. — Извини за Риста. Как твоя рана?

— Нечего тут извиняться, — нехотя проворчала девушка. — Не твоя вина, что я самый никчемный воин в группе с самым бесполезным классом.

— Брось, Алия, не наговаривай на себя, — поспешил не согласиться Ранилак, — сколько раз нас выручала…

— Ты знаешь, о чем я. И нечего меня успокаивать, не люблю я этого. Мне не подходит этот класс. Я терпеть не могу ближний бой, но так выпало, что класс мне достался именно этот, уж не знаю за какие грехи! Хрень!

Так вот где ее больная точка и дело вовсе не во мне, вдруг осенило меня.

Вот почему она постоянно ходит такая мрачная и редко радуется жизни. Черт, это действительно серьезная проблема. Неужто произошел какой-то системный сбой в песочнице при определении класса? Сам я психологически вполне комфортно чувствовал себя в ближнем бою, но прекрасно понял отчаяние девушки. Знавал я игроков из прошлой, земной жизни, которые просто обожали схватку лицом к лицу и не признавали обмена ударами с дальних дистанций. Для них в таком бою нет адреналина, нет, как говорится, нерва, нет драйва. Но нередко бывает и наоборот: ближний бой пугает до потери всякого соображения, а с расстояния все видится и проще, и сподручнее. На то и существуют разные классы с множеством разных специализаций, чтобы каждый игрок нашел свою зону комфорта, ту, где возможно полностью реализовать свой потенциал.

— Не понимаю. Ты ведь не через закрытый мир сюда попала? — уточнил я у девушки. — Разве на десятом уровне не было возможности сменить класс?

— Я тогда еще не поняла, что класс нужно менять. — Алия криво улыбнулась, скрывая неловкость. — Не успела понять. Песочница — это ведь детский сад по сравнению с тем, что творится здесь, как-то справлялась. Но чем выше поднимаются уровни, тем тяжелее становится морально. Глупо прохлопала момент, в общем.

Характер у нее, конечно, не сахар, но ее прямота в отношении себя мне определенно понравилась. Не ищет виноватых, это хорошая черта. Да и диалог наконец начал намечаться, что тоже неплохо. Привыкает ко мне, оттаивает.

— А на что-нибудь дистанционное сейчас переучиться вообще реально?

— Смысла нет. — Алия досадливо покачала головой. — Будут серьезные штрафы на владение навыком не по классовому профилю, работать получится только вполсилы. Да и распыление очков умений на новые навыки… нет, не вариант. Если бы было можно сбросить очки умений и распределить заново, тогда еще стоило бы это обсуждать, но в том-то и печаль, что нельзя. В общем, дохлый номер. И закончим эту тему. Мне это… неприятно, ты уж извини. Мы вообще-то твои божества обсуждали, вот давай к ним и вернемся.

Минутку. Но у меня-то класс свободный. И для меня тема с луком, вполне возможно, смысл имеет. Хотя, глядя на то, как дриада постоянно собирает после боя уцелевшие стрелы и заботится о пополнении запаса, а то и сама в свободное время выстругивает древки и ладит оперение с наконечниками… Может, это не такая уж и хорошая идея. Не лучше ли сосредоточить усилия на прокачке дистанционных профильных навыков, которые и так уже весьма сильны?

— Да, вернемся к божествам, — поддержал приятельницу Ранилак. — Начнем с посвящения. Зуб, когда ты получил своего Алана Темного в Храме песочницы, разве жрецы не просветили тебя, как действовать дальше?

— Проблема в том, что в Храме-то я был и испытание проходил. Но никто из божеств на меня не повелся, а жрецы остались немы, ни словечка от них не услышал. Алан — это не мое божество и достался он мне как бы по наследству, вне Храма. — Я хмыкнул. — Поэтому я ни черта о божествах и не знаю. Как вам такой расклад?

— Поясни, — Ранилак навострил уши, уставившись на меня с заметно возросшим интересом. — Как это вне Храма? Разве так бывает?

Не хотелось вспоминать об этой истории с Дедом в песочнице, но пришлось вкратце рассказать, как было дело. Оказалось, что о квесте на убийство ни Ранилак, ни Алия не слышали, хотя прошли через разные песочницы. И то, как мне достался Душелов, их впечатлило. Хотя и не сказать, чтобы это впечатление было приятным.

— Видишь ли, Зуб… — Ранилак многозначительно переглянулся с Алией. — Как и тебя, нас Храм тоже не признал, мы ушли из песочницы пустыми, чтобы позже выбрать божества по душе из чужих, старых богов. Но в предыдущих мирах ничего приличного не попалось, а зверобоги Небесного Архипелага нас тем более не прельщают… Божественные покровители — тема особенная, спешить с ними не стоит, так как при смене покровителя есть большая вероятность нажить себе врага в лице предыдущего, а нам это надо? Так что мы до сих пор бесхозные. Но кое-что пояснить сможем. Так вот, Храм в песочнице предназначен вовсе не для того, чтобы игрок мог выбрать божество.

— Что-то я совсем запутался. И для чего же тогда?

— Игроки не выбирают богов в Храме…

— Да, да, это я уже понял, — нетерпеливо перебил я, — хватит нагонять таинственности, ближе к делу.

— Ладно. Храм создает божества по образу и подобию игроков и в тот момент новички об этом еще не знают. Божественная сущность — это калька их души и личности. И нужно быть особенным, чтобы Храм тебя признал. Именно так возникают новые божества и никак иначе. Когда божество благодаря игроку выходит на игровые просторы за пределы песочницы, то его покровительством уже могут воспользоваться другие игроки, бог соберет паству и усилится. Похоже, ваш Папаша именно такой личностью и был — особенной. Алан Темный — проекция Папаши, и так как божество не может существовать без Первого Адепта, то божество привязалось к тому, кто оказался рядом. То есть к тебе, когда ты убил Папашу окончательной смертью. Ты действительно получил его по наследству и это отнюдь не шутка, не игра слов, как тебе казалось. Честно говоря, я раньше о таких случаях не слышал. Собственно, только у тех, кто создает божество в песочницах, имеются все шансы самому стать божеством: слившись по мере развития с божественной сущностью. Как-то так. Даже не знаю, что еще можно добавить, так как и сам крайне озадачен…

— Зато я знаю, что добавить, — заговорила Алия, глядя на меня с непривычной задумчивостью. — Теперь одно из двух: или божество перекроит твой характер под себя, или верх одержишь ты и божество станет отражением твоей сути и вектором твоего будущего восхождения к божественному статусу. Так что будь предельно осторожен в своих планах и поступках, если хочешь остаться самим собой.

— Он уже остался самим собой, Алия, разве не видишь? — Ранилак покачал головой, удивляясь, что подруга не заметила очевидного. — Уже вышел из этого сражения победителем и перекраивает божество под себя. Алан Темный… Слушай, это имя вполне подходит под божественные умения, которыми ты одарен, но не подходит к твоей сути. В тебе не чувствуется тьмы. Это не мои слова, так сказала Там Ина, а она в этом хорошо разбирается. Так как сама она является адептом Дживы. Она и убедила нас, что нам стоит тебя держаться.

— И эту убежденность ей дала Кроха, я все верно понимаю?

— В точку. По заверениям дриады, частичка Дживы не станет сосуществовать рядом с сосудом темных сил.

— Ты прямо меня успокоил. А то я глаз сомкнуть не мог, сплошь бессонные ночи, так переживал, что я темный, а оказывается — нет. Гора щебня с души…

— Язви, язви на здоровье, это у тебя просто защитная реакция на новости. Нет, правда. Уникальный случай. И мне страшно интересно, во что такой союз выльется впоследствии. Потенциал у тебя просто потрясающий, учитывая все, что ты уже имеешь.

Я усилием воли прервал новую колкость, готовую сорваться с языка. Он прав. Новость и впрямь… ошеломляющая. Получается, моя маленькая война с Папашей еще не закончилась, а лишь начинается по-настоящему? Надеюсь, Ранилак с Там Иной не ошибаются и я действительно одерживаю верх. Но что, если это не так?

— Теперь понятно, почему вы говорили, что у меня два карманных божества, — задумчиво обронил я. — Кроха — буквально, а Алан — фигурально…

Послышались тихие шаги, но никто из нас не насторожился, так как передвижения союзников всеми отслеживались по мини-карте на автопилоте. К тому же я был слишком ошеломлен и переваривал новую информацию, вспоминая и оценивая в новом свете все, что со мной происходило раньше.

В круг света от костра первым вступил вернувшийся с охоты Зик. Он бережно опустил на землю небольшое животное, из мирных. Такие никогда не нападали на игроков сами. Лишь оборонялись в случае нападения на них.

Я не сразу понял, что животное еще живо. Зверек чем-то напоминал земную морскую свинку размером с хорошего пса: короткая гладкая шерстка, бело-рыжий окрас, забавная мордочка с заметно выступающими передними резцами. Определенно травоядный. Лапы у зверька были надежно связаны веревками, но он и не пытался вырваться. Лишь мелко дрожал всем телом и косил испуганным глазом на нас, больших и страшных. Видимо, дриада держала это существо под классовым контролем, хотя я и не видел наведенных дебаффов.

— Тебе нужно восстановиться, Зубоскал, — бесстрастно порекомендовал Зик. — Воспользуйся Душеловом, раз это необходимо. Более действенных средств лечения у нас сейчас нет.

— Одним животным наверняка не обойтись, чтобы восстановить конечность, — проворчал я, поднимаясь на ноги и хмуро глянув на культю. — И как-то это неправильно. Забирать жизнь в бою это одно, но забирать жизнь у беспомощной жертвы… душа не лежит. Но спасибо за заботу, я оценил. Правда, спасибо.

— Не будь чистоплюем, — довольно жестким тоном заметила Алия. — Сейчас все средства хороши для восстановления сил. Кроме того, эта наш завтрак, так что не тяни, мясо еще готовить придется.

— Вот об этом я и говорила, — улыбнулась Там Ина, ее гибкая фигурка в зеленом облачении грациозной походкой шагнула из-за плеча Зика. Весь предыдущий разговор между мной и Алией она наверняка слышала по чату. — Ты не Темный, Зуб. Поэтому ты нам подходишь. Наша Алия не признает такта, но она хороший человек и хороший друг. Я тоже тебе помогу советом. Измени свое отношение. Просто представь, что это живое существо лишь делится с тобой своей жизненной силой. И отнесись к этому с искренней благодарностью. Поверь, в ВИКСе все имеет значение, не только внешние поступки, но и то, как ты сам думаешь о них.

— Хорошо, я понял. Попробую.

Выбирать и в самом деле не приходилось.

Зверек испуганно дернулся всем телом, когда я шагнул к нему и поднял руку, настраиваясь на образ призрачного кинжала… И вдруг понял, что так убивать я не стану. Не могу.

Внезапно чувства резко обострились и я почувствовал, что мы здесь не одни. Вернее, мы с Фурией это почувствовали одновременно. Дикоша мчалась по туннелю, стараясь догнать ночного визитера, которого почуяла издалека, но не успела перехватить. И сейчас этот визитер находился гораздо ближе к нам, чем к ней. А затем я буквально увидел, как в пяти метрах от костра возле скального выступа шевельнулся воздух…

Образ жизни игрока рано или поздно психологически приучает к постоянному риску и готовности к драке. Несмотря на серьезное ранение, переход в боевой режим произошел мгновенно. Некогда было предупреждать остальных, чтобы не лишиться эффекта неожиданности.

Теневое преимущество заставило тьму посветлеть, Плеть боли протянулась к невидимке и обожгла невидимым хлыстом, сорвав покров невидимости, Теневой прокол рывком переместил меня к цели. Инстинктивно я выхватил не Пламень, а Коготь Змея, так как кинжал для такой атаки куда сподручнее. Удвоенная сила удара рукоятью в лицо заставила хрустнуть зубы противника. Захлебнувшись воплем, он рухнул навзничь и я мигом оседлал его грудь. Острый край «Когтя» глубоко вжался в его шею, не оставляя ни малейших сомнений в моих намерениях. Это тип явно не безобидная свинка, предназначенная на убой, а значит, можно не церемониться с тем, кто подкрадывается тайно.

— Ты ведь знаешь, что в таком положении и при таком повреждении всегда происходит крит? Одно движение, и ты умрешь. А теперь отвечай быстро и коротко, кто ты такой и что здесь забыл?

— Норка находится у подножия красной скалы, сами увидите. — Команч остановился на краю изрезанного трещинами каменистого холма, поросшего редкими кустами, и ткнул рукой вперед, указывая направление. — Дальше я с вами не пойду, там уже начнется командная работа, а, значит, мне там делать нечего.

— Значит, пришли, — резюмировал Зик. — Пять минут на привал.

— Да, ладно. В пути всего-ничего и уже устали? — проводник непонимающе покосился на дрелана, но распоряжению уже последовала вся группа. Зик, Ранилак, Там Ина и Алия без лишних слов расселись на выбеленных солнцем валунах. Вокруг их было в изобилии и все гладкие, словно специально предназначенные для отдыха путников.

— Это не для отдыха, — с легкой улыбкой пояснила проводнику Там Ина — я не уставал получать наслаждение от мелодичных звуков ее голоса. — Просто у нас так принято. Перед заключительным этапом нужно минутку посидеть, остыть от путешествия и настроиться на нужный лад для пользы дела.

— Добыча яиц варн это тебе не пару мобов прирезать, — подмигнул проводнику Ранилак. — Здесь расчет не на силу, а на скорость и координацию, на то, что каждый сыграет свою роль на все сто. Да ты и сам все это знаешь не хуже нас. Лучше сгоняй и проверь обещанные нам гнезда, а то, может, и идти дальше уже незачем.

— Как скажете. — Следопыт легким шагом сбежал по пологому травянистому склону и через несколько секунд его гибкая фигура бесследно растворилась в кустах. Говоря бесследно, я имел в виду буквально. Ни одного оттиска подошв на земле, даже травинки остались не примятые. Профи.

Давай, Зуб, не маячь попусту, займись маяком, — сострил по чату Ранилак, прикладываясь к фляжке с водой.

Команч точно ушел, не притаился рядом? — я подозрительно глянул в ту сторону, куда скрылся проводник.

Все чисто, отправился к пещерке, как и обещал, — доложила Там Ина. — У нас с Зиком способности к скрытности не такие продвинутые, как у Команча, но на то, чтобы заметить его вблизи днем, их хватит.

Чистая правда. Навыки скрытности в нашей группе имелись только у двоих. Сила искажения позволяла дрелану неплохо замаскироваться при необходимости среди камней, так как его сила в основном шла от стихии земли, а Единение с природой помогало дриаде становиться почти невидимой в гуще леса, но слабо работало на открытой местности. Полезные способности, но истинной невидимости следопыта они заметно проигрывали.

«Береженого Алан бережет», — так же не разжимая губ, проворчал я. — Ладно, пока делайте вид, что ничего особенного не происходит, о маяке вслух — ни слова.

Я достал из подсумка расходник астрального маяка, выбрал свободный от камней участок — не хватало еще спотыкаться при появлении из портала, — присел на корточки и воткнул кристалл в землю. Активация прошла так же гладко и незаметно, как и в прошлый раз на острове Потерянных Душ — кристалл растворился в почве, не оставив после себя никакой видимой отметки, но оперативно отразился на моей карте.

Отлично. Просто отлично. Маяк теперь действует и это здорово повышает градус настроения. Все это время я подсознательно ждал какой-нибудь непредвиденной осечки, но обошлось.

И текущая информация о работе алтарей благодаря установившейся связи через маяк теперь обновилась. Астральный ключ и групповой фиал жертвенного размена давно изготовились. Предусмотрев эту ситуацию, я заранее договаривался с Крохой, какие расходники создавать следующими. Пока находился в отключке после отравления Риста, пока ночевали в пещере, да топали все утро к горной гряде, Кроха не дремала и выращивала новые расходники:

Жаль, что трофейных кридов после пиратов оказалось только четыре, всего парочки не хватило на зарядку Группового фиала реанимации душ, но лучше одиночный реаниматор под рукой, чем ничего. И запасной астральный ключ весьма в тему, нас скоро станет куда больше, чем сейчас, и движение через порталы увеличится.

Готово, — доложил я группе.

Уверен? — недоверчиво переспросил Ранилак. — Я ничего не заметил.

Так и должно быть. Ты еще не в списке доступа… Вот зараза, мое упущение. Все, теперь все в списке. Мало ли как дальше пойдет, возможно, уходить придется быстро и возиться со списком не будет времени.

О как! Вижу метку… Ух ты, и еще две. Успел ты погулять по островам, Зуб. А ключ точно уже активен?

Да. Кроха давным-давно его зарядила в подсвечник. Ран, угомонись на минутку, дай поговорить с питомицей…

Я мгновенно физически почувствовал, как усилилась между нами связь при активации канала личного чата:

Кроха? Ты как там? Кроха, але?

Отстань, босс, — вяло отозвалась фейри, прислав визуальную картинку, где она дрыхнет почем зря на моей кровати в башне, завернувшись в собственные крылья вместо одеяла.

Ты это серьезно? А я вот помню, что кое-кто перед походом жаждал приключений, вот я и…

Я сплю. Я очень сильно сплю. Отвали.

Ладно, отдыхай. Ты молодчина.

Однако. Во дает, егоза крылатая. Это как же надо ухайдокаться, чтобы послать все лесом. Совсем самостоятельной становится, как и Фурия. Даже не знаю, хорошо это или плохо. Но отдых она и впрямь заслужила, так что оставлю ее в покое.

Усевшись на подходящем камне на самом краю холма, я повернулся лицом к горному склону, до которого уже было рукой подать. Признаться, с искалеченной рукой приключения уже не казались такими заманчивыми, как раньше. И вперед гнало не столько желание закончить квест, сколько необходимость вернуться в цитадель для более важного дела. Неприятная это штука — быть одноруким. И немного жутковато наблюдать, как плоть постепенно отрастает, грубо говоря, каждый час где-то по сантиметру: за время пути уже полностью сформировалось отрубленное запястье и часть кисти.

Достав трубку и зажав ее между колен, я потянулся к кисету за табаком. Снарядить трубку одной рукой не так уж сложно, но не очень-то хотелось, чтобы за моими мучениями наблюдали со стороны. А смысла в помощи не видел, сам справлюсь, поэтому и уселся спиной к остальным.

— Колоритный винегрет, — набивая трубку и попутно рассматривая участок кольцевой гряды впереди в сотне метров от холма, куда указал наш проводник, я хмыкнул. — Словно кровь пролилась. Сам камень такой, или…

— Мох, — пояснила Алия за спиной. — Всего лишь мох. Ты прав, красиво.

Я и затылком чувствовал улыбку девушки. Совместное путешествие ее все же как-то успокоило, за эти часы мы притерлись друг к другу, я больше не был для нее случайным чужаком.

— Бывает всех цветов радуги, — охотно добавил Ранилак. — Растет только вблизи мест обитания варн. Чем ярче и насыщеннее цвета, тем ценнее свойства. Красный, к примеру, служит для зелий алхимиков, а желтый прибавляют к дубильным составам кожевники.

— А зеленый?

— Самый распространенный и наиболее бесполезный, — ответила копьеносица. — Впрочем, я всего не знаю, крафт для меня дело темное. Знаете, все-таки странно, что я раньше не слышала об этой норке…

— Твое недоверие похвально, но необоснованно, — отмахнулся Ранилак. — С Команчем мы, конечно, дело редко имеем, но он нас еще не подводил. Ему при таком образе жизни репутация важнее сиюминутной выгоды. Кроме того, нам в любом случае некогда искать новые варианты. Благодаря нашему проводнику мы в курсе о том, что «Серый ветер» идет у нас по пятам.

— Ты преувеличиваешь, — возразила Алия. — Их отряд просто-напросто находится на том же острове, что и мы. А Команч это просто заметил и любезно сообщил нам. Даже не сообщил, а случайно обмолвился, что видел отморозков из «Серого ветра» поблизости. Мало ли какие у них тут дела.

— Наше оружие — время, — сухим и деловитым тоном вставил Зик. — Чем быстрее все сделаем, тем быстрее свалим отсюда и избежим ненужных неприятностей.

— С этим трудно поспорить, — согласился Ранилак.

— А может так случиться, что этих чертовых яиц не хватит и придется искать следующую пещеру? — поинтересовался я, пряча за маской спокойствия глубоко засевшее беспокойство.

— Представь косо разрезанную головку сыра, — предложил Ранилак. — Склон, где гнездятся варны, выглядит примерно так же на всем протяжении внутреннего кольца. Где бы не оказался выход из пещеры, вокруг всегда есть несколько гнезд. Главная проблема — быстро до них добраться, а затем унести ноги. Все нужно успеть сделать за минуту, и мы это уже обсуждали.

Все эти соображения уже действительно неоднократно муссировались по пути, поэтому после этой реплики разговор увял и каждый погрузился в свои мысли.

Закончив возню с трубкой, я наконец сделал первую затяжку и обновил ауры. И вновь уставился на горные склоны перед собой. А там было на что посмотреть. Фурия бесшумной тенью возникла рядом, повернула голову. Встретив ее горящий зеленью взгляд на одном уровне с моим, я невольно хмыкнул и дружески ткнул кулаком в ее горячий пушистый бок, как равный равного. Бог мой Алан, какая же она уже здоровенная. Прямо-таки отцовская гордость за нее берет… Скоро опасных монстров будет брать в одиночку, надо только уровни подтянуть. А все остальное уже и так при ней — когти, клыки и крылья, помноженные на мощные боевые возможности. Но с уровнями у нас обоих пока беда. Таким новичкам, как я, положено пастись на островах вблизи форта, где мобы соответствуют уровню, но я же легких путей не ищу и мне нужно приключений сразу и по полной, епт.

Ясное небо, солнечный денек, пешая прогулка в составе хорошей компании… Казалось, бы, чего еще желать для хорошего настроения? Разве что возможность преследования может слегка испортить настроение, несмотря на фору. Да и увечье совсем не к месту. И еще кое-что — я понял, чего мне не хватает здесь, на Архипелаге. Дождя. Обыкновенного дождя. Небо всегда ясное, ни облачка… Еще бы. Ведь все облака под нами.

Но к делу. Остров оказался весьма непрост, его не ради красного словца назвали Черепом Властелина. В центре острова находится кольцевая гряда невысоких гор общей протяженностью километров сорок. С расстояния эти горы выглядели весьма колоритно — красные, желтые, зеленые лоскуты склонов перемежались, как мозаика живописно скроенного из обрезков одеяла, натянутого на кубики скал. По рассказам спутников эта кольцевая гряда весьма смахивала на древний, давно потухший и разрушившийся вулкан. Вот только вместо кальдеры, коей полагалось быть за этими горами, находился пустотный провал сквозь весь остров в форме человеческого черепа. В самой длинной части он тянулся километров двенадцать, в самой узкой не меньше шести. Так что по сути, Череп Властелина это этакий гигантский летающий бублик. Именно там и гнездились варны: на обрывающихся в бездну внутренних склонах гор. Весьма труднодоступная зона для наших задач и попасть туда можно лишь двумя способами: или преодолеть горы поверху, или пройти их по пещерам. Причем оба варианта одинаково сложны. Поверху горы тщательно охранялись самцами варн. Они парили над центром пустоты и на много километров вокруг присматривали за окрестностями, пока их самки высиживали яйца. Пещеры… Сквозных пещер было предостаточно, как просторных, так и таких, в которые можно протиснуться, лишь следуя друг за другом поодиночке. Но все они были населены монстрами не слабее варн, а где-то и куда опаснее крылатых бестий. Именно к такому проходу нас и привел Команч за вполне приемлемую плату в пять тысяч стимулов.

Команч — прелюбопытный тип.

Сорок пятый уровень, класс — следопыт, раса — человек. Смуглый темноволосый паренек невысокого роста и худощавого телосложения, одежда на вид потрепанная, но добротная. Из вооружения — лук и кинжал, остальное снаряжение типичное для игрока: фляга с зельем на кожаном ремне, вещевой мешок за плечом.

Вообще, страшно удобная штука, этот чат.

Можно формировать послания членам группы как голосом, так и мысленно и система донесет необходимую инфу. А тот, кого мы обсуждаем за глаза, даже не узнает об этом. Ребята еще на ночном привале рассказали о нашем проводнике все, что знали. Команч, по отзывам спутников, что называется, себе на уме. Говорит мало, улыбается редко, но человек дельный, внимательный к деталям и равнодушный к пустому трепу. А еще он псих-одиночка. Чурается любых кланов и предпочитает безвылазно находиться на этом острове. Умудряется выживать там, где полагается путешествовать только в составе сильных групп. Команч отнюдь не был таким сильным бойцом, как линарец, скорее наоборот, слабее любого из нас по боевым возможностям. Он даже не был искателем и выживал лишь за счет своих классовых навыков по скрытности, в которые вогнал все полученные с уровнями очки умений, насколько позволила система. Спасибо Фурии, эти навыки не помогли ему остаться незамеченным в пещере, когда он вышел на нашу стоянку с предложением. Но зато гарантированно спасали от мобов. Лучше него вряд ли кто знал остров, так как большинство нормальных игроков бывали здесь лишь набегами, а мой земляк изучил остров вдоль и поперек, знал каждый камушек и каждую норку. И каждую тварь, которая могла в той норке обитать. Собственно, этим он и был, как говорится, широко известен в узких кругах. Команч торговал услугами проводника и информацией о наиболее безопасных проходах к крылатым бестиям, экономя игрокам силы и время за жизненно необходимые ему стимулы. Чем и жил. Что ж, каждый из нас сам выбирает наиболее предпочтительный образ жизни. А образ жизни Команча вполне соответствовал его нику.

И да, я не оговорился. Приставленный к горлу нож — не самое лучшее начало для знакомства, да и зубы ему рукоятью едва не выбил, но я искренне извинился, когда выяснились все обстоятельства. Кто мне этот человек? Да никто, незнакомец, которого я вижу всего несколько часов, а почему-то греет душу, что мы с одной планеты, даже как-то воодушевляет. Собственно, по нику и возникло подозрение в его происхождении, а первый же вопрос сразу все прояснил. Он тоже был рад, хотя и сдерживал свои чувства, словно боялся какого-то обмана. Реакция немного странная, но не устраивать же земляку допрос с пристрастием с первых же минут знакомства. О прошлой жизни Команч помнил столь же мало, как и я: старое имя — Константин, родной город — Киев. И все. Или просто не хотел вспоминать об этом прошлом и делал вид, что не помнит. Все мы имеем право на свои маленькие и большие тайны.

То, что именно мы попались ему на глаза — несомненная удача. Причем двойная.

Во-первых, информация о безопасных проходах имеет срок годности и уже через несколько часов может стать бесполезной, игровой мир всегда находится в движении. Так что продана информация может быть только одной группе и эта горящая путевка к варнам досталась именно нам. Во-вторых, неизвестному отряду, который, собственно, и зачистил этот проход, чтобы попасть на ту сторону, нужны были не яйца варн, без прямого квеста они бесполезны, а что-то другое. Скорее всего, сам обитатель пещеры и варны к нашему счастью остались не потревоженными. В-третьих… Вся загвоздка заключалась именно в этих «в-третьих» и потому мы сейчас спешили куда сильнее, чем раньше, до ночевки.

Как я уже говорил, Команч очень осторожный тип и прежде чем предложить какой-либо группе услуги, он следил за ней с самого момента высадки на остров. Досконально выяснив все об очередных искателях приключений, он решал, достойны они его внимания, или нет. Мы пришлись ему по душе по двум причинам — во-первых, группу Зика ему уже приходилось водить раньше, месяца два назад, во-вторых, наша расправа с линарцем его впечатлила. У него к Ристу имелись свои счеты. По словам Команча, его услуги несколько раз срывались из-за подстав линарца, которые тот устраивал, чтобы заполучить квест на варн. А это, само собой, отнюдь не улучшает взаимоотношений с обидчиком. Но самое главное, пока он следил за продвижением нашего отряда, он обнаружил также отряд из «Серого ветра». Заметил в тот момент, когда отряд разделился на две группы, чтобы последовать на запад и восток в обход гряды с двух сторон. Само по себе присутствие бойцов из «Серого ветра» на этом острове еще ни о чем не говорило, мало ли какие задания и цели могли их сюда привести, фарм на Черепе Властелина — дело обычное для любых кланов. Да и я не считал себя центром вселенной, чтобы полагать, будто они заняты поиском именно нашей группы. Но мне это показалось тревожным совпадением, так что лучше, как говорится, перебдеть. Что ж, кто предупрежден — тот вооружен. Наш план двигаться по наименее затертому пути Команч одобрил. Тайный туннель, благодаря которому мы сократили несколько часов пути, в «Сером ветре» был не известен, так что у нас сейчас имелась значительная фора. А обратно мы путешествовать не планировали, воспользуемся порталом.

Из пещеры после ночевки мы выбрались за час до рассвета, когда ночные опасности уже миновали, а потом четыре часа находились в пути. В целом, эти часы можно назвать почти спокойными. Ни одной стычки с действительно серьезной тварью, только мелкие и легко устраняемые неприятности, обычное дело при путешествии по игровому миру. И вот теперь цель близка. По заверению Команча, здесь находился один из самых коротких туннелей сквозь гряду: метров четыреста, не больше. Порядок действий уже обсудили. Я, Алия и Ранилак изображаем приманку и отвлекаем внимание тварей на себя, а Зик с Там Иной, как самые ловкие, быстрые и скрытные, похищают яйца. Вообще здорово, что у нас в группе оказалось идеальное количество искателей для задания — трое. У каждого искателя особый мешок как раз для этой задачки и в каждый мешок войдет не больше трех яиц. А нам девять как раз и нужно.

Мда, мне с одной действующей рукой только и остается, что отвлекать внимание. Надеюсь, если сорвусь в бездну, Фурия успеет меня подхватить…

Дикоша почуяла мое настроение и шумно фыркнула мне в ухо, чтобы выразить неодобрение по поводу сомнений в ее способностях. Прости, зверюга, задача явно будет непростой, мало ли как дело повернется…

— Пора. — Черт, я чуть не подпрыгнул! Команч возник в трех шагах от группы, словно из воздуха. — Тоннель чист.

— И яйца никто не трогал? — Алия вопросительно приподняла тонкую бровь.

— На месте. Все тихо. Там довольно удобное расположение гнезд. Справитесь.

— То есть, ты высунулся, глянул и они тебе не оторвали голову? — не отставала от проводника копьеносица.

— Как видишь, — Команч едва заметно усмехнулся. — У меня хороший инвиз. Самцы далеко в небе, самки сидят в гнездах, дремлют.

Честно говоря, я не понимал повышенного недоверия Алии к проводнику. Но, видимо, ее состояние куда лучше понимал ее давний приятель.

— Слушай, постарайся успокоиться. Соберись. — Ранилак положил руку на плечо девушки, проникновенно заглядывая ей в глаза. — Все будет хорошо, обещаю.

— Точного времени зачистки я не знаю, поэтому тоннель может обновиться в любой момент, — деловито напомнил Команч. — Советую поторопиться.

— А какой обычно период? — уточнил я.

— От восьми до шестнадцати часов, — ответила за проводника Там Ина.

По едва заметной тропинке наш отряд цепочкой устремился в ложбинку между холмами и через минуту мы были уже на месте. Горловина пещеры и впрямь оказалась неприметной. Полутораметровая дыра в склоне основательно заросла кустами и можно легко пройти мимо, если не знать, где искать.

— Время нас поджимает, так что будь здесь к нашему возвращению, не шастай по лесу в поисках приключений, — напомнил Зик.

— Даже не надейтесь от меня избавиться, пока не заплатите остаток. Я ведь все равно вас найду, где бы вы ни оказались, — Команч пожал плечами, отступая в сторону и освобождая проход. — Это мой остров.

— Не в этот раз, — я качнул головой. — Упустишь нас и придется ждать следующего раза, когда мы здесь появимся.

— Ох, уж эти загадки, — усмехнулся проводник. — Ладно, жду.

Пригнувшись, первой в тоннеле скрылась Фурия, наш незаменимый разведчик. Затем Алия с копьем в боевом положении, а за ней ловко скользнули в темноту Там Ина, Зик и Ранилак. Я, как покалеченный, двинулся замыкающим, но Команч в последний момент придержал меня за плечо.

— Я подумаю над твоим предложением, — парень смотрел на меня внимательно и спокойно, и его выдержка мне весьма импонировала — перспективный боец. — Но ничего не обещаю. Никто не в силах предать, пока выживаешь один. Я привык.

— Понятия не имею, что тебе пришлось перенести, — я кивнул. — Могу только догадываться. Но надеюсь, ты изменишь мнение, когда получше узнаешь меня и то, что я могу предложить. В любом случае, рад был познакомиться, Команч.

— Взаимно. Ладно, еще потрещим. Двигай.

Три шага в полусогнутом положении и туннель расступился, свод поднялся выше двух метров и дальше я двинулся в полный рост. Игровая механика этого мира редко оставляет пещеры в полной тьме, так вышло и здесь: жилы светящегося кварца тянулись по стенам причудливыми переплетениями, выдавая вполне сносный обзор. По крайней мере, я отлично видел, куда ставить ноги. Жаль, нет времени выполнить задание по оценщику, но может, успею на обратном пути.

Потревоженная эхом шагов нашего отряда гулкая тишина длилась недолго. Минут через десять впереди забрезжил солнечный свет. Догадываюсь, что будь пещера обитаемой, то пробиваться пришлось бы час, а может и больше. Но мы везунчики, кто-то это уже сделал за нас. Даже слегка подозрительно такое удачное стечение обстоятельств, но проводник вроде надежный и причин не доверять ему пока нет. Да и надоело, если честно, подозревать каждого встречного во всех смертных грехах без должных оснований. Паранойя — штука весьма утомительная.

Туннель закончился широкой и косо развернутой к небу каменной воронкой с пологими склонами. Дно воронки представляло собой довольно просторную площадку, заваленную мусором. Обломки ветвей, серо-зеленые обрывки линялой кожи варн и желтоватые клочья от яичной скорлупы были щедро сдобрены сухим пометом. Фурия тут же принялась с живейшим любопытством обнюхивать всю эту дрянь, пренебрежительно фыркая и тряся башкой — запах ей не понравился.

Но я этой вони почти не заметил, захваченный открывшимся видом в бездну.

Кратер изнутри действительно оказался гигантским, несколько километров в диаметре. Взгляду предстал пронизанный солнечным светом и причудливо клубящийся в воздушных потоках облачный слой. Потрясающе красиво, черт побери. Дальние склоны горной гряды терялись в дымке, но чем ближе к нам, тем больше можно было разглядеть деталей. Вот уж хорошее сравнение недавно применил Ранилак — склон действительно был изрыт кавернами с гнездами, как поверхность ноздреватого сыра. Десятки, а, может, и сотни сплетенных из сухих веток гнезд. С расстояния кажется, что они идут сплошняком, но между всеми гнездами не меньше трех-четырех десятков метров. И в каждом гнезде виднеются серые туши дремлющих самок. Ящерообразные варны были теплокровными и высиживали яйца, как обычные птицы.

Над центром воздушного провала на высоте двух-трех сотен метров, лениво помахивая крыльями, реяли десятки присматривающих за территорией варн-самцов. Все, как и рассказывал Команч. И убивать самок, кстати, нельзя. За каждый труп у остальных бестий мгновенно вырастает вдвое агрессивность. Они буквально превращаются в камикадзе и бросаются в драку, полностью отключив инстинкт самосохранения. Так что по плану их придется лишь прогнать с насиженных мест. Обычно самки при атаке срываются в полет, реют над кратером и ждут, пока самцы разберутся с непрошеными визитерами. И у нас будет примерно минута, чтобы совершить кражу.

Будь у нас больше времени, тут можно было бы хорошенько пошарить, — с сожалением посетовал по чату Ранилак, так как вслух говорить было уже нельзя, не потревожив варн. — Бывает, в этом мусоре попадаются интересные вещички.

Отставить разговоры, — оборвал его Зик, осторожно выдвигаясь вместе с дриадой вперед. Скрытность они уже активировали на полную катушку и очертания их силуэтов, залитых солнцем на фоне бездны, слегка размылись. Для мобов же они, скорее всего, сейчас скрылись из виду совсем. — Ждите сигнала, гляну.

Зик высунулся из-за гребня, завертел головой. На мини-карте группы одна за другой возникли несколько зеленых отметок замеченных поблизости гнезд. Затем возле трех из них возникли наши имена — мое, Ранилака и Алии. Лидер группы каждому из нас выделил свою цель, чтобы избежать накладок.

Напомню, варны не любят пещер, — добавил Зик. — Так как твари, которые здесь обитают, зачастую не против ими перекусить. Если все пойдет наперекосяк, то немедленно отступайте в пещеру, сюда они не сунутся! Все, начинаем!

Гибкие фигуры дриады и дрелана стремительно взбежали по противоположным склонам воронки и визуально скрылись из виду, но их метки отлично отслеживались по мини-карте. Как только они замерли вблизи двух гнезд, наступила наша очередь поднимать шум и привлекать внимание.

«Жди здесь», — шепнул я своей мохнатой питомице, похлопав ее по загривку. На что она ответила едва слышным гневным ворчанием, не согласная с отведенной в драке ролью. Фурию мы загодя договорились оставить, как запасной вариант, если у кого-то из нас что-то пойдет не по плану, она вмешается и поможет. Все равно ее уровень маловат, чтобы тягаться с такими врагами в силе и ловкости, только зря убьется.

Вскарабкаться по щербатой поверхности воронки на ее край — секундное дело.

Свое гнездо я увидел сразу, знал, куда смотреть.

Зик уже затаился на корточках под прикрытием камней в нескольких метрах от гнезда в ожидании атаки. В одной руке наготове копье, в другой мешок. Я быстро оглянулся, чтобы посмотреть, как там дела у остальных. Черт!

В отличие от меня Алия по ту сторону воронки медлить не стала. Дистанционок у нее не имелось, поэтому девушка просто швырнула в свою варну заранее приготовленным булыжником. Да, вот так до смешного прозаично. Но сработало. А Ранилак саданул «избранницу» ослепительно желтой молнией: один удар тварь не убьет, но здорово разозлит. Так и произошло, обе потревоженные игроками варны тут вскочили, моментально приходя в ярость.

Изображать зрителя и дальше было нельзя. Я мигом развернулся к своей варне и хлестнул ее Плетью боли. Зверюга с шумом вскочила и высоко вздернула костлявый череп на длинной гибкой шее, с пронзительным шипением высматривая обидчика змеиными глазами с желтой радужкой и черным вертикальным зрачком. Тварь была вдвое меньше той особи, с которой я познакомился в первые секунды своего появления на Архипелаге, но вблизи и эта весьма впечатляла своей физической мощью. Ее туша с распростертыми крыльями перекрыла солнце, и солнечная корона по краям силуэта придала ей еще более угрожающий вид.

По информации из бестиария я заранее уяснил, что близко такую тварюгу нельзя подпускать ни по земле, ни с воздуха. При прямом столкновении ее коронный удар пастью Рвущий укус и Оглушающий хлопок крыльями моментально превратят любого игрока в кровавый мешок из костей и мяса, поэтому действуют обычно хитростью, кайтят тварь за собой и бьют дистанционно. Проблема в том, что обстановка вокруг для маневрирования была крайне неподходящая: справа от меня всего в нескольких метрах находился обрыв в бездну, а слева вздымался крутой горный склон, усеянный зазубренными каменными выступами. Поэтому расчет шел на скорость и задача была отвлечь внимание, а не убить.

И у меня это отлично получилось… Поначалу.

Разница в уровнях между мной и противником превратила Плеть боли просто в раздражающий щелчок по шкуре… Вот черт! Определив угрозу, моя драгоценная варна не стала взлетать, как «подопечные» Ранилака и Алии. Еще шире для равновесия распахнув многометровые крылья, тварюга кинулась ко мне словно разгоняющийся истребитель, скрежеща когтями по скальной поверхности так, что каменная крошка брызнула во все стороны. И широко разинула зубастую пасть, готовясь принять нежданный, но весьма соблазнительный завтрак. То бишь, меня.

По всей вероятности, именно разница в уровнях и сыграла злую шутку. Зверюга просто не восприняла меня всерьез и вознамерилась уничтожить самостоятельно без помощи самцов. Краем глаза я успел заметить, как крылатые охранники в небе отреагировали на возникшую внизу суету и один за другим они начали разворачиваться и пикировать в нашу сторону. Но у меня сейчас была забота поважнее — на меня мчалась разъяренная «наседка».

Копье ветра голубоватым сгустком энергии впечаталось ей в башку и рассыпалось искрами, ничуть не ошеломив, но разозлив еще больше. Варна ускорилась. Двадцатиметровый отрезок между нами она проскочила чуть ли не мгновенно. Теневое преимущество сработало само собой, обостренный смертельной опасностью инстинкт самосохранения плевал на экономию. И все равно я не успел увернуться. Даже не понял, не успел понять, как это произошло. Меня с непреодолимой силой сбило с ног, распластало на камнях, и грудная клетка затрещала под неподъемной тяжестью пришпилившей к скале когтистой лапы, а в глазах потемнело от дикой боли…

Копье пламени слепо и бессильно пыхнуло из ладони, лишь краем подпалив варне шкуру…

А в следующую секунду раздался грозный рев. Могучий удар сшиб варну прочь, заставив ее кувыркаться по склону вниз в объятиях со сцепившейся с ней насмерть Фурией. Все произошло за пару секунд. Шипящая и рычащая куча-мала промелькнула над краем обрыва и сгинула из виду.

— Зуб! Быстрее! Уходим!

Раздавшийся вслух крик Зика подстегнул.

Кое-как поднявшись на ноги, я кинулся вниз на дно воронки. Вся компания уже была здесь, и мы без промедления бросились в спасительный зев пещеры. А снаружи уже кружили десятки разъяренных крылатых тварей. Их шипение и пронзительные вопли неслись нам в спины. Лишь углубившись достаточно, мы перешли с бега на быстрый шаг.

— Не останавливаемся, — сухо бросил Зик, на ходу всунув мне в руки раздувшийся от трех яиц мешок искателя. — Неси, за твоей безопасностью присмотрят те, у кого пока две руки.

— Жаль твою Фурию, — сочувственно обронила Там Ина, следуя сразу за мной. — Сильно тебя варна потрепала? Сейчас нет времени останавливаться для лечения, потерпишь?

— Да. Терпимо.

— Как вообще это произошло?! — с искренним недоумением спросил Ранилак, топая замыкающим. — Ты там заснул что ли, Зуб?!

— Нет. Не заснул. Не будем об этом.

Скорость варны оказалась слишком быстрой. Слишком. Моих параметров ловкости и ускорения Теневого преимущества просто не хватило. И я этого совсем не ожидал, так как раньше выкручивался. Но не в этот раз. И поплатилась за это Фурия, приняв на себя удар за хозяина. Проклятье. Видимо, они действительно сцепились насмерть и ни варна, ни Фурия не выпустили друг друга, пока их обоих не поглотила Белая Мгла. Иконку дикоши залило красным. Я чувствовал в груди боль, словно в сердце засел нож, и вовсе не от удара варны. На оставленные когтями раны мне сейчас было глубоко наплевать. Потерять дикошу снова, так неожиданно и так бездарно…

Так, успокоиться. Немедленно. Задание… Отлично, выполнено. Все девять яиц в мешках владельцев. А Фурию воскрешу первым делом. Кроха мне голову оторвет… Сам себе оторву.

А это еще что за явление? Ну да, об этом ребята и говорили.

Как Зик и говорил, украсть это меньшая часть проблемы. Куда сложнее после кражи унести ноги с острова. Но сейчас нам всего лишь нужно добежать от пещеры до холма с маяком, здесь рукой подать, варны даже среагировать не успеют.

Обратный путь прошел в напряженном молчании и уже перед самым выходом из пещеры Зик деловито напомнил:

— Варны не могут летать над твердью, но бегают они будь здоров, особенно после Метки вора. Если вдруг рядом окажется шальная особь, то отбиваться не советую, лучше убраться подобру-поздорову. А теперь — бегом!

Выскочив из пещеры, мы припустили по усыпанной камнями земле…

Но далеко не ушли.

Ревущая стена багрового пламени вдруг встала перед нами непреодолимым препятствием. Из земли словно выскочили на пятиметровую высоту огненные лезвия, плавя почву и камни. Бег тут же прервался. Мы сбились в кучу, выхватывая оружие и ошеломленно оглядываясь. Нестерпимый жар заставил попятиться. Но пламя было везде: сбоку, сзади. Мы очутились в десятиметровом круге ада и отступать было некуда.

— Это ловушка! — крикнул Ранилак, вскидывая руки над головой в жесте творимого заклинания. — Попробую потушить… Что за черт! Не могу! Не проходит!

Еще бы. Аура безмолвия, которая воцарилась внутри круга, образно говоря, заткнула всем рты. Просто Ранилак не сразу заметил наведенный на нас дебафф.

Круг пламени вдруг раздался в стороны, увеличив площадку вдвое и забрав с собой нестерпимый жар, от которого уже начали потрескивать волосы. А затем прямо сквозь барьер, всколыхнув языки пламени, внутрь шагнула темная фигура. И еще. И еще одна. Их было восемь и все незнакомцы оказались пятидесятого уровня, так как кроме ников другой информации я не увидел. Они без единого слова равномерно распределились внутри барьера, остановившись возле него в опасной близости, словно пламя для них было лишь иллюзорно и никак их не затрагивало. Но оплавленная почва — оставленный барьером след, говорила о другом. Эти ребята намеренно продемонстрировали мощную магию и не менее мощную защиту от нее, чтобы никаких сомнений в их возможностях для пленников не оставалось.

Секундочку. Я сказал, незнакомцы? Не совсем. Среди прочих, новых ников — Кио, Засимка, Доззер, Поскот, Убивашка и Ленивец, я увидел Горада и Антракса — а об этих фруктах я был уже наслышан заочно. «Серый ветер». Вот, значит, как. Упорные ребятишки. И упоротые. Стоило больших усилий стиснуть зубы и сохранить самообладание от такого теплого, точнее, горячего приема. Все-таки переиграли. Все они по виду человеческой расы, а Убивашка, кстати, девушка — лучница в черненной броне, так что не только «ребятишки».

Я покосился на своих. Несмотря на явный перевес во вражеских силах, все на боевом взводе, в руках оружие, лица напряжены. И все мы понимаем, что у нас против таких врагов — ни малейших шансов.

— Так-так, кто это у нас, — с улыбкой насмешливого превосходства заговорил Антракс — высокий, статный воин с рыжеволосой гривой до плеч и загорелым лицом. Упакованный в добротные стальные доспехи, по которым гуляли отраженные от барьера языки пламени, клан-лидер «Серого ветра» левой рукой на уровне пояса держал шлем, формой напоминающий львиную голову. Из-за широкого плеча воина торчала длинная рифленая рукоять полуторного меча с массивным эфесом, но браться за оружие он явно не спешил, абсолютно уверенный в контроле над ситуацией.

— Полная коробочка… Хотя нет, не полная. Где ваша киска? Не выжила? Жаль, жаль, хотелось взглянуть и на нее. Ладно, лица тут для меня все знакомые, кроме одного, вот с тобой и поговорим, Зубоскал. — Хотя улыбка Антракса казалась почти дружелюбной, но остановившийся на мне взгляд отливающих сталью глаз был жестким, холодным. Чудненький контраст. — Наслышан о тебе, наслышан. И мне страсть как не нравится, что ты убил моих людей. Да, да, знаю, что ты скажешь. Мол, ребятишки напали первые. Вы не виноваты, вы лишь защищались. Ага, жизнь такая. Но видишь ли, друг любезный, с моим кланом такие оправдания не работают. Мне попросту на них насрать. В «Сером ветре» мы живем по собственным правилам и чужие приличия нас не интересуют. Так что за такие проступки мы обычно убиваем. В назидание другим. Но сейчас ситуация необычная, верно? Мне крайне любопытно, как задохлик тридцатого уровня смог справиться с моими воинами. Условия простые: ты, Зубоскал, покажешь мне, что именно сотворил с Майло. Не расскажешь, а именно покажешь, чтобы я убедился — это чистая правда, а не приукрашенные россказни моих бойцов. И когда ты это сделаешь, я отпущу всех твоих приятелей целыми и невредимыми. А если не договоримся, то сброшу всех в Белую Мглу. А потом еще раз, если кто-то из вас все-таки выползет из нее на точку возрождения. И еще раз. Столько, сколько понадобиться, пока бездна вас не заберет. Всех. Кстати, тоннель перезапустится через два часа с минутами, так что доставим вас обратно к бездне без проблем. Перед тем как мы зачистили эту пещерку, чтобы подготовить ловушку, тут сидел знатный червячок. Каменный панцирник, слышали о таком? Оцените наши старания и то, сколько бойцов потратило на это свое личное время и усилия. Все ради вас, не благодарите. Впрочем, все эти нюансы сейчас неважны. Хочу услышать главное, ты меня понял?

— Понял, — я отправил выхваченный меч за спину, изо всех сил скрывая растерянность и злость. Меч сейчас не поможет. — И на ком же я должен провести показательное выступление? На тебе? А если тебя постигнет та же участь, что и Майло, то твоя месть усилится многократно?

— Молодец, присутствия духа не теряешь, — Антракс язвительно улыбнулся. — А ведь паршиво, когда понимаешь, что ничего не можешь поделать, правда? Биться будешь не со мной, нет. Для этого, как ты говоришь, показательного выступления я приготовил особенного бойца. Он мне дороговато обошелся, но его смерть для моего клана не имеет значения, расходный материал. Так что развлекайся без малейшего стеснения. Шабл, на выход.

Послышались тяжелые шаги.

Антракс отступил в сторонку и в круг сквозь барьер шагнул… шагнуло существо. Человекообразное существо выше двух метров ростом, с бычьей головой. Широченные плечи, бугрящиеся чудовищными мускулами руки. Громадные пальцы стискивают полутораметровую рукоять двуручного молота, боевая часть размером с приличную наковальню, судя по виду — из камня. Тусклые, избитые и посеченные доспехи глухо звякнули, когда это существо остановилось и равнодушно уставилось на нас мертвенным взглядом блеклых бычьих глаз. Читался только ник — Шабл. И больше ничего. Очередной пятидесятник.

— Дам тебе минутку, чтобы посоветоваться с остальными, — Антракс любезно кивнул.

Мать моя ящерица… — вырвалось в чат от Зика, которому на моей памяти впервые изменило хладнокровие. Я его понимал и мне на ум приходили куда более хлесткие словечки.

Ох, ничего себе… — Ранилак встряхнул головой, явно не веря своим глазам.

Это что, мертвяк? — оторопело спросила Алия, заметно побледнев. — Вы тоже это видите или мне кажется? Он же разлагается на ходу. Как это возможно? Откуда Антракс выкопал эту рогатую скотину?!

Да, я тоже чувствую вонь, — подтвердил я, поморщившись. — Определенно мертвяк.

Есть одно предположение, — Там Ина, пожалуй, единственная из нас сохранила полное и абсолютное спокойствие. — Это создание с острова Мертвецов. Запретная для обсуждения тема, запретный для посещения остров. Но Антраксу, похоже, местные законы давно не писаны. И как он смог подчинить мертвяка — этого я понять не могу, никогда о таком не слышала.

Мы отвлекаемся, — напомнил я. — Неважно, откуда эта дохлятина, нужно обсудить, что нам делать дальше.

Этот пламенный барьер вполне преодолим, — неуверенно заговорил Ранилак. Его глаза блестели больше обычного или пламя, отражаясь в них, заставляло выглядеть его более взвинченным, чем на самом деле. — Урон все равно серьезный получим, но если проскочить быстро, выживем. Главное, снести этого великана, он как раз на пути к маяку.

Снести великана? — горько усмехнулась Алия, в ее глазах все сильнее нарастало черное отчаяние. — Ты явно переоцениваешь наши возможности. Они все пятидесятники. Офицеры клана. Элита. Мы для них просто шелупонь. Слишком большой риск. Мне нельзя… Мне нельзя сейчас терять сейв…

Да никто не хочет терять сейв, — Там Ина пожала узкими плечами. — Нет среди нас мазохистов, но ведь они нас просто так не отпустят… Зуб, показательно прикончить этого монстра сможешь? Видимо, другого выхода нет.

Увы, не смогу. Способность, которой я снес Майло, сейчас в откате. Но у меня есть другая идея.

И чего мы еще о тебе не знаем? — Ранилак бросил на меня быстрый тревожный взгляд. — Выкладывай.

Если я ошибусь и дело примет скверный оборот… приму всех в клан бесплатно, сейв не возьму.

Погоди, надо хотя бы обсудить, что ты задумал…

Все, нет времени обсуждать. Посмотри на Антракса — он явно теряет терпение.

Если я умру из-за тебя, Зуб, то лично убью, — пригрозила Алия.

Договорились.

— Итак, каково твое решение, загадочный ты наш? — нарушил молчание Антракс.

Ситуация паскудная, впору хвататься за любую соломинку…

И у меня такая соломинка имелась. Пока длилось обсуждение, я успел пробежаться еще разок по описанию способности, которую еще ни разу не применял, а потому понятия не имел, как это сработает. И сработает ли вообще. Речь, конечно, шла о Теневом клейме:

Да, да, мне по-прежнему не по душе все эти манипуляции с чужим сознанием, но против компашки Антракса у нас ни малейших шансов. И, признаться, не самый удачный момент для первой практики, сразу на элите, но что остается? Сложить лапки и дать себя прирезать? Нет. Мне позарез необходимо, чтобы мы ушли отсюда живыми. И раз скрывать свою силу уже поздновато, то хотя бы попытаюсь обернуть это себе на пользу.

Я постарался отстраниться от происходящего, выкинуть из головы лишние мысли, как это уже делал раньше, и сразу почувствовал некий сдвиг в сознании. Цвета и краски поблекли, звуки окружения притихли и размеренное биение собственного сердца, и шум крови в венах теперь доносились отчетливо, вытесняя все остальное.

Похоже, это все-таки судьба. Теневое клеймо позволяло охватить девять целей и ровно столько противников сейчас оказалось вокруг. Я плавно повернулся вокруг оси, фиксируя взглядом каждого пирата, и система послушно подсвечивала их силуэты. Это было похоже на невидимую вспышку. Я почувствовал, как могучая сила рванулась от меня к выбранным жертвам. Когда круг завершился на Антраксе, клан-лидер «Серого ветра» вздрогнул, его глаза ошеломленно расширились, а рядом с его именем, как и у остальных, возникла новая пометка:

Результат поразительный. Не зря все-таки зарядил Клеймо возле алтаря, а ведь мог и прохлопать. Но и боль ошеломляющая. Знак Алана словно решил отыграться за несколько часов молчания: грудь и горло горели нестерпимым огнем. Похоже, сразу девять целей в самом начале практики — выше моих текущих возможностей. Что это, как не предупреждение? Нужно убираться отсюда, как можно быстрее. Долго такую боль я вынести не смогу, а если отключусь, кто знает, что произойдет дальше…

В мертвой тишине, отчетливо слыша, как скрипит гравий под подошвами сапог, я подошел к Антраксу поближе и остановился в шаге, глядя ему в глаза. Ну да, паренек в смятении, пытается понять, что происходит и почему у него пропало желание что-либо делать со мной. Это заметно и вполне понятно. Минуту назад, когда он тут разглагольствовал, очень хотелось стереть самодовольную ухмылку с его рожи крепкой оплеухой. Но сейчас, когда он бессилен, гнев пропал, растаял. Вся эта чушь с самоутверждением нужна только слабым духом и не стоит усугублять последствия. Они и без того будут весьма неприятные. Пусть и бескровная, но это лишь временная победа. Необходимая передышка.

— Это невозможно, — Антракс с силой встряхнул рыжеволосой головой, пытаясь сбить наваждение. — Что это за Алан Темный такой, никогда о нем не слышал…

Ничуть не сомневаюсь, что в следующий раз Антракс будет готов и второй раз такой трюк с ним не выйдет. И кто знает, сколько здесь, в окрестностях, его людей на самом деле? Что, если сейчас он сообразит призвать тех, кто не подчинен Алану? И все наше преимущество окажется пшиком.

— Будь добр, потуши огонь, — тяжело обронил я. Хватка Знака Алана, стискивающая горло, изменила голос до неузнаваемости.

Антракс послушно сделал знак Гораду, низкорослому, но крепко сбитому магу с крупным мясистым лицом, в сером кожаном балахоне. Тот кивнул и пламя опало.

— В следующий раз, когда попытаешься меня найти, а ты наверняка такие попытки предпримешь… подумай о более конструктивном подходе, — боль все сильнее скручивала горло спазмами, говорить становилось все труднее. Мой голос уже смахивал на шипение варн, а перед глазами все плыло в багровых тонах. Но нужно держаться и продолжать делать вид, что я контролирую ситуацию. — Поверь на слово, вести со мной дела выгоднее… чем враждовать… А то, что я смогу предложить… не сможет предложить больше никто. Ах да, вот еще что… Эти сутки, пока действует обращение… вся ваша гоп-компания будет находиться здесь, на этом самом месте. Таково мое желание… Так будет лучше для всех нас, уж извини… за отнятое время.

Опасливо обогнув громадину-минотавра, который недоуменно переминался с ноги на ногу, мы в полной тишине двинулись в сторону маяка. Ошеломленные взгляды пиратов из «Серого ветра» бессильно сверлили нам спины.

Насыщенное выдалось утречко.

Даже слишком.

Все-таки игра с Теневым клеймом вышла боком.

Сейчас я уже могу связно мыслить и осознавать сколько времени длилась пытка, но до того, как сопротивление боли доросло до третьего ранга, все было гораздо, гораздо хуже. Собственно, пытка еще не закончилась. Но сейчас боль воспринималась хотя и крайне неприятным, но более-менее терпимым фоном, не подавляющим мысли и желания полностью. В целом же то еще испытание.

Каким образом сюда попал, в цитадель, а затем в Храм Алана Темного, помню смутно. Но отчетливо врезалось в память, что идея была моя и эта идея меня спасла.

Когда я разбился после прыжка в воронку входа в Лунной Радуге, то у меня было похожее состояние после возрождения. Как и тогда, не хотелось открывать глаза, не хотелось шевелиться, а мысли текли отстраненно, словно чужие. После многих часов разрушающей сознание и рвущей душу боли, которая должна была меня уничтожить, хотелось лишь покоя. И все же я вышел победителем в этом сражении внутри себя. Чего мне это стоило и как это аукнется в дальнейшем покажет лишь время.

Началось это почти сразу, как только мы пересекли черту пламенной западни, устроенной нам «Серым ветром». И в том, что случилось со мной, виноваты были вовсе не пираты. Разве что косвенно.

Едва мы удалились на пару десятков шагов, как со мной начали происходить скверные вещи. Знак Алана словно задался целью придушить носителя — горло перехватило так, что дышать стало почти невозможно, а дикая боль ожогом растеклась по коже шеи и лица, заставляя себя чувствовать освежеванным заживо. Фреймы жизни, энергии и бодрости вдруг начали таять с пугающей скоростью, а система никак не отреагировала на этот вопиющий факт, никаких сообщений, никаких иконок дебаффов… Невидимый дебафф? Как это вообще возможно?!

Ноги подкосились на ровном месте от катастрофически навалившейся слабости. Я бы рухнул бревном, но Ранилак с Зиком успели заметить неладное и подхватить под руки. Они же и помогли понять, что со мной происходит, скинув в чат описание дебаффа:

Вот тут и дошло: мне лишь показалось, что меня убивает Знак Алана. Напротив, он предупреждал об опасности и по-своему пытался защитить. Кто ж знал, что все эти темные личности из «Серого ветра» посвятили себя Горэлу, а я принудительно переадресовал их веру Алану. Вот и получил по самое не хочу. Несложно было прикинуть, что при таком дебаффе моя жизнь и энергия уйдут в ноль за несколько минут.

Пришлось плюнуть на риск и отменить действие Теневого клейма, чтобы затем дать деру с максимальной прытью… Но не тут-то было, отмена не удалась. Это оказалось невозможным: то ли из-за воздействия проклятия Горэла, то ли из-за особенностей самой способности.

Затем стало совсем худо.

Строчки системной информации размылись нечитаемыми кляксами, а значит, фрейм жизни упал так низко, что жизнь буквально повисла на волоске. Я все еще чувствовал, что меня тащат под руки, но уже мало что видел. Сознание затуманилось, логическая цепь событий рвалась гнилой нитью, перед глазами нарастала багровая пелена. Не было сил даже схватиться за флягу с зельем здоровья, да и вряд ли это помогло бы. Вместо голоса вырвалось лишь сдавленное шипение. Помог чат. Я не видел, как отражается в чате мысленный посыл, но информация дошла верно, потому что очнулся я уже здесь, возле алтаря Алана Темного. Элементарная логика подсказала, что влияние божественного покровителя сильнее всего возле его алтаря. Сама цитадель тоже внесла свою лепту в мое спасение. Мой дом — моя крепость ускорила восстановление жизни и энергии на 25%, да и Горячая кровь, полученная в аренду от Крохи, тоже подключилась, не говоря уже о Духовной связи. Живая броня потратилась до нуля, но повышение защиты на 30% каждый час всего на минуту в данном случае ничего не решало и заряды сработали вхолостую.

В общем, даже все вместе взятое не отменило разрушительного влияния Горэла полностью, лишь позволило компенсировать отток притоком с незначительным, почти неощутимым преимуществом. И этого хватило, чтобы час за часом постепенно вытащить меня из черной ямы беспамятства, пока я не начал осознавать себя вновь уже здесь, возле алтаря. И если в прошлое посещение процесс медитации у алтаря Алана Темного заставил время сжаться и пролететь незаметно, то в этот раз все было наоборот. Я прожил целую вечность, наполненную болью. Это было настолько мучительно, что, если бы не задание, из-за которого мне ни в коем случае нельзя было умирать, я бы плюнул на сейв. Но у меня имелась куча обязательств и пришлось вытерпеть все. На долгие часы я потерял контроль над тем, что происходит вокруг, не знал, чем заняты мои спутники, что происходит в цитадели, окружающий мир превратился в слепое пятно, сузился до моей оболочки из плоти и крови, терзаемой проклятьем. Разве что теплый огонек Крохи все время ощущался рядом: поспешившая на помощь малышка все эти часы вливала в меня все силы, какие могла, а у меня не было даже сил ее поблагодарить.

Все это время я был уверен, что не смогу уйти от алтаря, пока все не закончится. Но в один прекрасный момент повысился ранг Болевого порога и 10% добавка к предыдущим 20% сотворила чудо. Я смог вернуть внешний контроль. Вполне понятно, что после пережитого я не торопился вновь включаться в жизнь. Тело казалось хрупким, стеклянным — казалось, одно неверное движение и я просто рассыплюсь на осколки.

Вывод: все эти игры с божественными умениями хороши лишь тогда, когда известны последствия. Но, увы, эта информация по условиям игровой системы становится доступной лишь с практикой. Типичная западня, в которую любой игрок вынужден попадать вновь и вновь, учась на собственных ошибках. Возможно, будь у нас в цитадели полноценный лекарь, то все вышло бы иначе, откачали бы меня и без алтаря, а возможно и нет. С божественными проклятиями шутки плохи.

Так, а это еще что?

Прикосновение к плечу, легкая пробежка маленьких ножек. Теплый живой комочек прижался к шее. А затем фейри шепнула прямо в ухо очень тихо и виновато:

— Бо-осс? Ты простишь меня?

От удивления я все же поднял тяжелые, налившиеся свинцом веки и тут же замер, стараясь не испортить момент ненужным движением. Все равно фейри так не увидеть, пока она прижимается к шее, даже если соглашусь окосеть напрочь. Взгляду предстал знакомый янтарный зал, стены сочились теплым желтовато-медовым светом, рассеивая уютный сумрак. Насколько можно было разглядеть из неподвижного положения, резные барельефы по окружности стали более выразительными. Воины с самым разнообразным оружием — копья, мечи, трезубцы, алебарды, луки, даже праща у одного. И проявившиеся лица у этих воинов показались смутно знакомыми. Но пока не могу понять, где я видел этого человека, растиражированного силой алтаря по стенам, кого он олицетворяет. А еще их лица покрывала странная светящаяся паутина, захватывая часть шеи. Кстати, как оказалось, статую Алана я весьма непочтительно подпирал спиной… Но похоже, покровитель пока не в претензии.

— Прости, босс… не видать мне покоя, если…

— Джива тебя сохрани вместе с Аланом, Кроха… За что мне тебя прощать? Ты ни в чем не виновата.

Мда, и голос все еще словно не мой. Какой-то бесцветный, безжизненный. Фреймы жизни и энергии подобрались к 70%, но бодрость всего лишь на 20%. Вояка из меня сейчас никудышный. И слава Алану, что сейчас я в полной безопасности. Удивительное чувство единения с осколком сияло внутри ярким теплым пламенем, согревающим растерзанную душу. Алтарь — великая сила и без сомнения, что это его благотворное влияние.

— Но Фурия… — печально вздохнула Кроха.

От тебя там мало что зависело, — ответил я в чат, так как от собственного голоса с души воротило.

— Я могла применить Чаровницу…

Бесполезная затея. Не те у нас уровни для таких противников.

— Но попробовать стоило!

Кроха, я же сказал — прощать нечего. Тут скорее виноват я, рано Фурию было брать на такое задание. Но очень уж мне хотелось ей поднять уровни, вот и плюнул на осторожность. Так что замнем. Фатального пока ничего не случилось, сейвы у Фурии есть. Воскреснет в питомнике форта, надо только до него добраться лично, таковы правила. Лучше расскажи, кто и чем сейчас занимается.

— А еще ты руку покалечил!

Жужжащая и светящаяся комета фейри унеслась вверх и скрылась из виду в потолочном проеме. Я нахмурился, переводя взгляд на левую руку. Кисть так и не восстановилась из-за проблем с энергией, организм все это время боролся за само существование и регенерация недостающей части тела приостановилась. Жаль, что Кроха все воспринимает на свой счет, будто это ее вина: не оказалась рядом, не сделала все возможное. Напрасно. Нет ее вины ни в чем.

Кроха? Вернись, пожалуйста. Давай поговорим.

Но вместо Крохи меня удостоила визитом Алия. Она спустилась по каменной винтовой лестнице и остановилась на последней ступеньке, так и не коснувшись пола свежеиспеченного храма. Затем уселась на ступеньку повыше, прислонив копье к янтарной стене. И уставилась на меня странным взглядом, словно на незнакомого диковинного зверя, невесть как оказавшегося в шкуре человека.

— Чем дальше, тем любопытнее, Зуб. Последняя выходка едва не отправила тебя на перерождение и все-таки ты еще дышишь. И даже восстанавливаешь здоровье, хотя проклятие по-прежнему действует. Представляю, какие у тебя сейчас преинтересные ощущения. Наверное, под стать лицу. Выглядишь, мягко говоря, так, что в дрожь бросает.

И тебе доброго здравия. Что не так с моим лицом? Извини, что говорю по чату, я пока слаб, неприятно связки напрягать. Но если подойдёшь поближе, то пошепчемся в голос.

— Лучше воздержусь. Думаешь, просто так никто не захотел здесь оставаться? Дела в форте могли и подождать, но твой покровитель…

Еще и с покровителем что-то не то?!

— Не знаю, как это описать… Но как только мы дотащили тебя до алтаря, он выставил всех из осколка. Словно мы ему мешали тебя спасать.

Что значит выставил?

— Навел букет неприятных ощущений. Мы почувствовали себя здесь чужими, нежеланными гостями. Я тоже хотела уйти, но, когда Ранилак, Зик и Там Ина испарились в портале, это чувство исчезло. Видимо, одного чужака Алан готов терпеть, пока ты не очухаешься. Чтобы присмотреть за тобой, если что.

Так вот почему Кроха усвистала. Я прямо облегчение испытал, поняв, что причина не только во мне. Похоже, здесь, возле Алана, фейри находиться было непросто. Все-таки у нее другой покровитель. Дрелан с дриадой тоже покровителя пока не имели, но заранее тяготели к другому божеству и Алан это чувствовал, а значит, от самого их присутствия действительно скорее была бы помеха, чем помощь. Насчет Ранилака не знаю, а вот Алию, похоже, Алан признал своей. Отлично. Нам с божеством давно нужны новые последователи. Да и мне Алия нужна. Чем больше я ее узнаю, тем больше она вызывает у меня симпатию. Хотелось ей как-то помочь, сгладить все эти злоключения с ее классом. И для начала я мог просто предоставить ей возможность морально отдохнуть в осколке от беготни по островам.

После стычки с «Серым ветром», стычки опасной и предсказуемой по последствиям, все мои спутники прошли проверку на доверие. Никто не пошел на попятную, не смылся от греха подальше, не сделал вид, будто оказался рядом случайно и тем более не перешел на вражескую сторону ради сохранения жизни. Что ж, я тоже постараюсь их не подвести.

Знаешь, ты права, — нехотя признал я, решив больше ничего не утаивать от своих. — Я прошел буквально по краешку лезвия. В описании Теневого клейма говорится, что обращенный не способен нанести вред единоверцу, но вы, моя группа, моими единоверцами не были. Так что вам парни из «Серого ветра» могли навалять по самое не хочу. Мой просчет, но ситуация была непростой, легко растеряться и что-то упустить.

— Почему же не наваляли? — Алия озадаченно нахмурилась.

Не знаю. Психологический момент? Не ожидали такого хода? И так как все внимание было приковано ко мне, то… Да не знаю. Просто повезло.

— Знаешь, что мне в тебе нравится, Зуб? Ты не боишься признавать ошибок. Не каждый на это способен, обычно люди склонны винить в своих бедах других. Начинаю думать, что твой клан не зря назван «Охотниками за удачей». И очень хочется надеяться, что нам тоже повезло, когда мы попались на твоем пути. Ведь ты мог завербовать других. Богиня удачи тебя любит, хотя так и не явила свой лик.

Может, мой покровитель действительно в родстве с богиней Удачи, а может, бог Удачи он сам и есть, а имя Алан Темный и все способности, которые он дает, связанные с болью и теневыми уловками — всего лишь маскировка для отвода глаз. Чтобы другие не завидовали.

— Все шутишь. Даже сейчас. Кстати, не забудь поблагодарить Кроху, не будь ее и ты бы не выжил. Самоотверженная малышка. Чуть не надорвалась, пока все эти часы бомбила тебя источником жизни. Практически все запасы кристаллов сущности в цитадели на тебя одного перевела.

Чем-чем бомбила? Какой еще источник жизни… Минутку!

Я вызвал страничку характеристик Крохи. Так и есть, пока меня колбасило не по-детски, Кроха поднялась аж до 32 уровня! А чем хорош тридцатый уровень, напомнить? Новым умением!

Вот так-то. И раз Кроха использовала кристаллы сущности пятого ранга, то это означает, что каждые двадцать пять минут моя регенерация ускорялась в пять раз сроком на две с половиной минуты, концентрируя запас жизненных сил! Вот этот запас и расходовался в провалах между вспышками источника. И если посчитать, сколько времени я здесь нахожусь… Ох ты. Хорошо же меня приложило по времени, раз не заметил, как пролетело более восемнадцати часов. Все эти часы божественное проклятие упорно старалось помножить меня на ноль, но самоотверженная фейри не позволила хозяину слиться. В итоге больше сорока крисов вылетело в трубу. Так малышка из-за этого что ли чувствует себя такой виноватой?! Напрасно. Она спасала мне жизнь, да еще и сама прокачалась почти на два с хвостиком уровня. Даже и не подумаю ворчать о затратах, кристаллы дело наживное. Куда больше заботит психологическое состояние фейри. Столько часов поддерживать мне жизнь, вытаскивая из-за грани, действительно можно надорваться и физически, и морально.

А ведь отличное умение получила фейри. То, что оно не развивается, ерунда, мелочи жизни, и без этого все равно, что толстенный бутерброд с сантиметровым слоем колбасы…

— Ну как, дошло? — поинтересовалась Алия, видимо, заметив на моем лице целый спектр бурных эмоций после этих открытий. — Вот честно, я от твоей пигалицы в искреннем восхищении. Такой замечательный подарок судьбы…

Сам в ауте. В восхищении, говоришь? Прости, но твои эмоции иногда трудно понять. Я вижу скорее мрачную задумчивость.

— Да какая уж есть. — Алия неожиданно улыбнулась приятной, теплой улыбкой, совершенно ей несвойственной. В янтарных отсветах зала лицо девушки вдруг показалось необычно одухотворенным, каким-то неземным… Очень красиво. И привлекательно. Как я не гнал от себя мысль, что девушка уже занята, не смог от нее избавиться. К тому же и Алия ко мне заметно потеплела. Но Ранилак… Щекотливая ситуация. Обижу Ранилака, лишусь и Алии, ведь они вместе. Неподходящий момент думать о личном, когда на кону судьба клана… Но как же все это уже достало — постоянно отбрасывать личное ради общего блага.

Улыбка тебе идет. Делай это почаще, глядишь, и люди потянутся.

— А мне много людей не надо, Зуб. Друзья у меня уже есть. Надеюсь, и мы станем друзьями. И вот еще что… Прости за Команча. Неприятно это осознавать, но скорее всего это он привел «Серый ветер». Слишком уж подозрительное совпадение. А ведь мы за него поручились. Жаль. Команча нужно хорошенько проучить. Избавить его от лишних сейвов.

Нет. Мы не будем этого делать.

— Потому что он твой сопланетник? — Алия понимающе усмехнулась.

Потому что это неправильно. Вражда порождает лишь вражду. Я прекрасно помню, как вы охарактеризовали Команча при нашей первой встрече. Подумай сама, стал бы он подставлять нас по своей воле? Уверен, что он нам не враг. Кроме того, я сделал ему предложение вступить в клан и он обещал подумать.

— Подумать? После такого предательства?! — Алия возмущенно вскинулась, гневно сверкнув глазами.

Нам стоит быть поосторожнее с такими громкими заявлениями. В верности он нам не клялся. А люди нам нужны. Пока я с ним не поговорю лично и не разберусь в ситуации — никакой мести.

— Хорошо. Оставлю пока эти телячьи нежности и перейду к более насущным делам. В общем, пока ты тут клеил ласты, мы решили не ждать, нужно было чем-то заняться. Так что ребята подались в форт, отремонтировать снаряжение, пополнить припасы на рынке, продать лишнее, да и наше задание заодно сдали. На результат твое отсутствие все равно не влияло, а положенную тебе часть стимулов возьмешь у Зика.

Логи событий в операционной вкладке чата давно пропали, но запись в журнале заданий никуда не пропадает, если не удаляешь ее сам. И заглянув в журнал, я убедился, что задание действительно выполнено. Треть уровня и треть сейва добавились в личную копилку, а также имелось сообщение, что свои кровные восемнадцать тысяч стимулов я могу взять у лидера группы.

Зик все правильно сделал. Я не в претензии.

— Вот и славно, а то я переживала, что ты расстроишься…

Ты должна была уже заметить, что я не из обидчивых.

— Да, теперь я это вижу ясно. Тогда вот тебе еще новость. Хорка прислал своего целителя, он ждет допуска в осколок на острове Потерянных Душ. Видящий настоятельно советовал тебе его принять. Пока ты находился в глубоком осадке, тебе нельзя было даже сообщение передать, так что ждет он уже долго. Он тебе еще нужен, или сам уже справишься?

Вот же он упертый, этот Видящий. Мы же договорились, что в осколок будут допущены только члены моего клана, или кандидаты.

— Уверена, ты передумаешь, — Алия хмыкнула. — Это Михонариум.

О как. Это действительно меняет дело. Михонариум — интересный чел… эльф. Чельф? Шутка. Хорошо, что он возродился обычным способом и Бездна пока обошлась без его запасных душ.

Физических усилий от меня сейчас не требовалось, поэтому без промедления открыл системное меню и добавил имя эльфа в список гостевого допуска сроком на сутки, где уже находились кандидаты в сокланы.

— Пойду его встречу, — Алия вскочила, подхватила копье и бегом унеслась вверх по лестнице.

Мда, все меня сегодня спешат покинуть.

Но нового посетителя ждать пришлось недолго и вскоре послышались быстрые легкие шаги.

Михонариум был все тот же — долговязый худощавый блондин с роскошной гривой до плеч, в кожаных зеленых доспехах, с луком за спиной и неизменной насмешливой улыбкой на скуластом лице. Ступив на лестницу, он замедлил шаг, настороженно оглядывая пространство зала. Особое внимание у него, естественно, вызвала статуя Алана Темного. Как и Алия, он остановился на последней ступеньке, занес ногу над полом… Замер. И медленно поставил ногу обратно, словно наткнулся на невидимый барьер. Его лицо приняло озадаченное выражение. Мне тоже стало любопытно. Я не видел никаких аур, запрещающих вход чужакам, но каким-то образом Алан все-таки ограничил доступ к вместилищу своей божественной сущности. В паре метров позади эльфа над ступеньками завис светящийся и потрескивающий шар стража, увязавшегося следом для присмотра за гостем. Цитадель бдила за порядком и без моих распоряжений.

— Хей-хо, увечный ты наш! — звучный баритон эльфа разнесся по всему залу. Не упустил случая подколоть, зараза. — Наконец-то оклемался. Я уж прямо извелся на острове, начал подумывать, что до скончания веков там просижу. Остров, конечно приятный, зелени много и воздух свежий и отпуск мне давно полагается, но…

А ты ничуть не изменился, все такое же трепло. Ближе к делу, эльф.

— Зато ты все такой же бука, человек, — не остался в долгу бард, насмешливо прищурив бледно-голубые глаза. — Тебе, как и в нашу первую встречу, по-прежнему кажется, будто я стремлюсь заглянуть тебе прямо под черепушку, чтобы выведать все твои архиважные тайны? Брось, Зуб, ни к чему такая подозрительность. Я же как лучше для тебя хочу. И кстати, можешь сделать лицо попроще? А то твой вид пугает добропорядочных эльфов, таких, как я.

Да что не так с моим лицом?! Опиши. Зеркала у меня при себе нет. Да и во всей цитадели зеркал тоже нет.

— А тут и описывать нечего. На барельефы глянь, коих вокруг предостаточно. У тебя на лице такая же татуха, как и у этих жутковатых парней. Когда успел обзавестись и зачем? Что она дает, эта светящаяся паутина, кроме пугающего вида?

Мне придется поверить на слово, что вы с Алией меня не разыгрываете. А тебе придется поверить, что я понятия не имею, о чем вы говорите. И никаких особых изменений в себе не чувствую.

— Тогда перейдем к делу. Начнём с того, что тебе привет от сам знаешь кого…

На территории осколка запреты Архипелага не имеют силы, так что называй вещи своими именами.

— Хмм… А ты прав. Это открывает интересные перспективы… Оставишь за мной гостевой доступ? Буду захаживать для дружеских бесед.

Можно поступить проще. Вступай в мой клан. И доступ станет постоянным.

— Ишь ты какой шустрый. Польщен предложением, но ничего не выйдет. По множеству причин. Я служу Хорке, понимаешь? Я значимая фигура в его свите и мой переход в никому не известный клан не останется без внимания, а нам этого не нужно. Да и по личным причинам… Осколок твой, не скрою, прелюбопытнейшая штуковина, но мне как-то полноценный мир милее. Да и служба моя здесь, во внутреннем круге, подходит к концу. Еще три-четыре десятка дней и я смогу взять билет в столицу, подамся в старший мир. И зачем, скажи на милость, мне застревать здесь, вступая в твой клан?

Значит, скоро вырвешься… Рад за тебя. Но почему обязательно застревать? Отправишься в следующий мир, как наш разведчик. И когда мы придем вслед за тобой, то ты уже будешь там старожилом и поможешь нам не наступать лишний раз на грабли.

— Не-не-не, — эльф отмел мое предложение небрежным движением изящной кисти. — Без вариантов. Эти пряники оставь себе, пригодятся, когда кисло станет. Уйду свободным, как и пришел. Никаких кланов. Этой мой выбор и замнем эту тему.

Погоди-ка. У тебя сорок четвертый уровень. И количество твоих стимулов, когда ты мне последний раз показывал свою копилку, явно не дотягивало до необходимой для билета суммы…

— Памятливый ты наш… — эльф многозначительно усмехнулся. — У всех свои секреты и этот не для тебя. Давай уже, поднимай свою задницу и пошли на свежий воздух. Как-то мне здесь неуютно, да и Хорку пора порадовать твоим визитом. Видящий притомился ждать. Ему нужно убедиться, что он не зря сделал на тебя ставку. А еще нужно, чтобы ты утвердил кандидатов в доноры. У тебя ведь по-прежнему двоих не достает. А это можно сделать только лично, не так ли?

Да не могу я покинуть алтарь, пока проклятие не закончится. Вне осколка я не протяну и пяти минут. А в осколок Хорке ходу нет, таковы условия договора. Так что оба перетопчетесь.

— Пять минут, говоришь? Вполне достаточно, чтобы добраться до твоего портала. Ты забываешь, кто такой Хорка и каков у него класс. Кроме того, его божественный покровитель — Горэл и он в курсе твоего проклятия. Так что поднимайся. Если что, я по пути поддержу тебя лечением, но, думаю, этого не понадобится. Что ты там мнешься, Зуб, как красна девица? — Михонариум ухмыльнулся, снимая с пояса лютню. — В отличие от руки язык у тебя вроде цел, если есть что сказать, то говори. А лучше поднимайся, никакие отговорки не помогут. Сыграю тебе пару песенок и побежишь, как новенький. Лови задаток…

Стой. Пока мы здесь, хочу по старой дружбе воспользоваться твоими знаниями, если ты не против.

Эльф рассмеялся, словно я только что ему рассказал забавный анекдот.

— По старой дружбе, которой без году неделя… Ну и хитрец же ты, Зуб. Ладно, спрашивай, пока я в хорошем настроении.

Просвети-ка, друг мой, где возрождаются наши славные пираты, например, из клана «Серый ветер»? Если они будут появляться на официальных точках возрождения, то их тут же возьмут под стражу. Тогда где? Или я чего-то не понимаю?

— А это действительно интересный вопрос. Все верно, возрождение в Форте Бдительный автоматически означает арест и отправку на леви-рудник. На острове Горбатого Великана такая же ситуация, так как там этот леви-рудник и находится. А вот с храмами Йеноху и Горэла сложнее. На территории храмов преследование верующих запрещено, так что там есть шанс воскреснуть и не угодить в лапы стражи. Но после того, как Хорка усилил воздушные патрули вокруг этих островов, чтобы раз и навсегда покончить с преступными кланами на своей территории, они нашли свой способ. Искаженные порталы. Пираты используют их.

А поподробнее? Откуда они взялись?

— Старые форты. Когда форт приходит в негодность, истощаются ресурсы или просто приходит время и остров начинает погружаться в бездну, то форт переносится на новый, а старый бросается на произвол судьбы. И какой-то пронырливый ум нашел карту этих островов, скрытых в верхних слоях пучины, но не погибших окончательно. В общей сети этих порталов нет. Каждый из них сам по себе, поэтому контролировать их невозможно. Привязка к ним для возрождения — уже смертельный риск. Но наши пираты, похоже, давно уже ничего не боятся и на все готовы ради обретения полной свободы.

Так вот что Хорка задумал. Вот почему ему так интересен способ добычи семян Древа Смерти. Они нужны, чтобы уничтожить эти острова и вернуть власть над локацией, не так ли?

— Догадливый ты наш. Вообще-то сам Видящий и должен был это сказать, но теперь отрицать смысла нет. Только на меня не ссылайся. Ладно?

А в чем именно состоит смертельный риск? В том, что эти острова уже наполовину в Белой Мгле и могут кануть в нее навсегда вместе с игроками, которые к ним привязаны?

— Не только. Их ведь не даром называют искаженными. Бездна меняет суть порталов, вырывает из сети и нарушает работу их Колыбелей. Игрок там может возродиться не в своём теле или изуродованный так, что можно сразу отправляться на следующий респаун. Я весьма умеренный любитель острых ощущений, так что такой выбор точно не по мне. Но не у всех такие чувствительные натуры, как у эльфов.

Названия у этих островов сохранились?

— Все не знает никто, но штук пять точно назову. Темная Звезда, Заповедник Крови, Остров Мертвецов, Возвышенный, Длань Порядка…

Стоп. Остров Мертвецов фигурирует в задании на яйца варн. Как это возможно?

— Глупая системная ошибка. Там давно ничего нельзя добывать, да и невозможно, но в заданиях это название всплывает регулярно.

Значит, портал есть и на Острове Мертвецов, — задумчиво сказал я.

— Не-не-не, — замахал руками эльф, — чую куда клонишь, но там возрождение антисоциальных элементов исключено. Говорю же, это место хуже бездны. Никто в здравом уме, даже самые отмороженные на голову пираты, не станет проникать на Остров Мертвецов ради привязки к его порталу. Это смерть в чистом виде!

Расскажи мне подробнее об острове. Это важно.

— Чую своей тощей задницей, что неспроста все эти вопросы, — Михонариум тяжко вздохнул, состроив преувеличенно скорбную мину. — Уговорил. Расскажу, но коротко, а потом покинем осколок. Хорошо? Тогда слушай. Есть давняя история, правдивости которой я не могу подтвердить, так как произошло это полсотни лет назад, а меня здесь тогда не было. В то время форт находился на острове Просветления, а Видящим был белогривый гхэлл Акарх Терпеливый. Именно в его правление случился один из самых губительных набегов пожирателей. Владыка Древа Смерти лично возглавил это вторжение и сокрушил все острова на пути от Древа к форту всего за день, а затем осадил сам Форт Просветления. Силы защитников и остатки волны пожирателей оказались равны друг другу, Акарх Терпеливый сошелся в поединке с Владыкой, но не сумел его одолеть. Уничтожив Акарха, Владыка и сам получил смертельный удар и, прежде чем отправиться вслед за своим врагом в Белую Мглу, проклял остров самым черным проклятием. Все, кто находился на острове в тот момент или кто погиб в ходе великого сражения, а тела их не успели развеяться, после возрождения превратились в живых мертвецов. Не помнящих себя, враждебных всему живому вне острова и не способных этот остров покинуть по своей воле. Перерождения не помогали. Более того, любой, кто осмелится поживиться на этом острове и погибнет на нем, тоже получит автоматическую привязку к измененному порталу и станет мертвецом без возможности вернуться в мир живых…

Я рассмеялся, не смог сдержаться. Михонариум удивленно умолк и я поспешил пояснить:

Прости, что перебил. Но разве ты сам не видишь, что это особая закладка системы на уникальные и эпические свершения, для тех, кто не ищет легких путей? И кое-кто эти пути уже отыскал.

— Ты никак имеешь в виду «Серый ветер»? — живо смекнул Михонариум. — Сумел что-то узнать по заданию Видящего?

Думаю, да. Сдается мне, что в «Сером ветре» наплевали на запрет, на чем бы он не основывался. И живые мертвецы их давно не страшат, особенно после дрессировки.

— Та-ак… — всю шутливость с эльфа как ветром сдуло. — Вставай, Зуб. Тебе нужно поговорить с Хоркой. Немедленно.

Бард пробежался пальцами по струнам, извлекая мелодичные ритмы и накидывая на меня целую пачку оздоравливающих и ободряющих баффов, затем развернулся и убежал вверх по лестнице, тем самым поставив точку в разговоре.

Я с тяжелым вздохом поднялся на ноги и двинулся следом. Но на середине лестницы обернулся. Хотел это сделать в первый же момент, когда осознал, что сижу спиной к почти завершенной статуе, но отчего-то было заранее не по себе от того, что могу увидеть. Сейчас же не утерпел.

Шкала прогресса показывала 94%, а вместо туманного сгустка, который там был раньше, сформировалась человекоподобная фигура. Контуры фигуры еще колебались, струились дымкой, все равно что смотреть на чье-то отражение в затуманенном зеркале. Но черты лица проглядывались уже достаточно отчетливо. По идее, можно было ожидать увидеть облик Папаши, раз божество было калькой его сущности. Или мой собственный облик, раз мне удалось пристроиться к этому колодцу божественных возможностей. Но лицо божества казалось и знакомым и незнакомым одновременно. То ли помолодевший Дед, то ли постаревший я. Сплав бульдога с носорогом. Шутка юмора. Как это понимать, я пока не знал. Впрочем, ломать голову в поисках скрытых козней нет смысла. Алан всегда меня выручал. Всегда был на моей стороне, даже если эта сторона была принята вынужденно. А последний прокол с Теневым клеймом… с кем не бывает, особенно имея на руках скудное описание, в котором не говорится, что объектами для манипулирования чужой волей крайне предпочтительно выбирать тех, кто еще не имеет своего покровителя. Иначе боги сильно обижаются. Так сильно, что навешивают весьма нехилый дебафф, сила которого помножена на число принудительно обращенных неофитов. Чужих неофитов. Тут уж неважно, что обращение временное, так как благодать на срок обращения веры меняет направление своего потока. По сути это является наглой кражей.

Интересно, что случится, когда алтарь будет закончен, и случится ли вообще?

Ну да ладно, проблемы следует решать по мере их поступления.

Заложив большие пальцы рук за пояс из металлических пластин, Хорка Умный стоял напротив, глядя сквозь меня мрачным и отсутствующим взглядом. Видящий пребывал в ярости, это несомненно. Его ярость была контролируемой, ледяной, не мешающей рассудку. И направлена она была не на меня, принесшего неутешительные новости… Но все же было весьма не по себе находиться с ним рядом, когда он в таком состоянии. И чувствовать, как мощь от его закованной в латы фигуры изливается в окружающие сумерки, сливаясь с природой, становясь ее частью.

Проклятье Горэла он снял щелчком пальцев, как только я возник в точке выхода астрального портала на острове Потерянных Душ. Буквально. Поднял лапу, щелкнул двумя пальцами, и боль и гнет последних часов… все это испарилось, оставив лишь неизбежные последствия многих часов, проведенные в борьбе за выживание — моральную и физическую усталость. Покрывающую мое лицо и светящуюся золотом паутину он удостоил лишь беглым взглядом, сразу дав понять, что это его не касается. А вот отчет о нападении «Серого ветра» на острове Черепа Властелина, о том, какие меры пришлось принять, чтобы избежать схватки с их бойцом, а в особенности, кем этот боец оказался, все это, мягко говоря, не оставило Видящего равнодушным.

Время встречи вышло довольно удачным — в небе догорали последние отсветы заката, уступая власть наступающей ночи и воздух темнел. Тени вокруг сгущались, поглощая окружающий рельеф — холмы, рощи, скалы. Когда-то в этом месте я схватился с группой Майло Великолепного, но сейчас все было иначе: все меры безопасности соблюдены и лично мне ничто не грозило. Кроха на правом плече сидела безмолвно, выполняя мою просьбу не вмешиваться в разговор. Фейри твердо решила, что больше меня не оставит, не останется в цитадели, пока я рискую жизнью ради нашего общего благополучия, и выполняла свое решение. Да и личность Хорки Умного вызывала в ней живейший интерес, так что уговорить ее остаться в цитадели я не смог.

Метрах в двадцати вокруг нас с Хоркой в сумраке виднелись мощные фигуры «когтей» с алебардами в лапах; они стояли спинами к нам и пристально изучали окружающую тьму. Никаких костров, факелов, магических светильников — ничего, что могло бы выдать нашу встречу с расстояния. Не сомневаюсь, что за первой цепью выставлена вторая, а еще дальше на местности рассредоточены разведчики под инвизом, чтобы никто не смог приблизиться. Михонариум тоже исчез за оцеплением — сразу, как только стало ясно, что услуги барда больше не понадобятся, он вернулся к разведке. Да и наша беседа с Видящим не касалась его ушей также, как и всех остальных.

— Шабл, говоришь, — наконец обронил Видящий, прервав свои размышления. — Твое описание этого бойца соответствует нику. Значит, все это чистая правда и ситуация куда серьезнее, чем я полагал.

— Думаю, я уже сейчас могу подтвердить наши подозрения насчет участия «Серого ветра» в срыве рейда по уничтожению пожирателей, — добавил я.

— Говори.

— Я вспомнил этот момент, когда увидел Шабла и сопоставив кое-какие факты. Дело в том, что это уже второй мертвец, которого я видел. А первым был мертвец на острове Большая Лапа, там, где так бесславно завершился рейд. Во время боя меня толкнул пробегавший мимо рослый воин неизвестной расы. Все, что я успел запомнить, неказистые, избитые до полной потери прочности кожаные доспехи и отчетливый запах тлена, которому я тогда не придал значения. А потом вспыхнул актис. Нам пришлось спасаться бегством, и я забыл об этом случае.

— Ты прав, — Хорка тяжеловесно кивнул белогривой головой. Чувствовалось, что на душе у него кошки скребут. — Это не просто совпадение. Пираты нашли способ похищать мертвецов с острова. Вот почему я в ярости. Ведь мертвецов не трогали специально.

— Позволь узнать, почему?

— Позволю. Когда-то это был славный форт и множество уважаемых воинов защищали его территорию. Множество моих старых друзей. Все они остались там, когда остров был проклят и назван Островом Мертвецов. Да будет тебе известно, что мертвецы больше не накапливают сейвы, лишь тратят их с каждой гибелью. Безвозвратно. Когда сейвы заканчиваются, воин исчезает навсегда и соответственно пропадает возможность его возвращения в мир живых. Именно поэтому я запретил посещать этот остров, и тем более, вступать в схватку с мертвецами! Теперь Антракс не просто враг Форта Бдительного, он — мой личный враг.

Я усмехнулся. Как говорится, за что боролся, на то и напоролся. Сдается, что в ближайшем будущем Антраксу в локации станет весьма несладко. Молоко скисло, пряники заплесневели, пиво выдохлось, туалетная бумага закончилась. И так далее.

— Если я правильно тебя понял, ты каким-то образом надеешься снять проклятие с острова? — я уставился на Видящего со жгучим любопытством. Судя по всему, дела у нас с ним намечались великие, квесты глобальные, а награды такие, что в одну харю не утащить, только разве что общими усилиями клана.

— Верно, — подтвердил Видящий, задумчиво почесывая когтем за ухом. «Простонародный» жест совершенно не вязался с его обликом могучего властителя, словно он от волнения на секунду забыл о своей роли. — Снять проклятие можно лишь двумя способами. Захватить Владыку Древа Смерти и заставить его сделать это лично. Фантазия, не более. Второй способ ближе к реальности. Нужно уничтожить сам остров. До сих пор для этого не было средств, но я верил, что рано или поздно они найдутся.

— Но разве Белая Мгла не погубит всех мертвецов окончательно, особенно когда они лишатся портала для возрождения? — с резонным сомнением поинтересовался я у Хорки. — Не лишит их всех сейвов?

Видящий шумно вздохнул, обдумывая мой вопрос. Спохватившись, отдернул лапу от башки и засунул пальцы за пояс.

— Я практически уверен, что когда связывающий мертвые души портал будет окончательно уничтожен, то точка привязки автоматически сменится на ближайшую действующую. И игроки возродятся в своем прежнем качестве, вернутся к нормальной жизни.

— Но как Антракс сумел подчинить мертвецов своей воле? Покинуть остров, проигнорировав ограничения системного проклятья?

— Это еще предстоит выяснить, — Хорка Умный угрожающе оскалился, явно адресуя свой оскал Антраксу. — Та-ак, по твоему лицу вижу, что тебе не терпится озвучить некие предположения. Выкладывай.

— Михонариум говорил, что Белая Мгла меняет суть порталов, вырывает из сети и нарушает их работу. Что привязанный к такому порталу игрок может возродиться не в своем теле или измененный до неузнаваемости. Твои лазутчики не доносили тебе о таких изменениях с Антраксом?

— Нет. Но теперь припоминаю: нечто подобное произошло с его магом Горадом. — Хорка сдвинул лохматые брови, мрачнея еще больше. — Еще год назад стало известно, что выглядеть он стал совсем иначе. Что стоит за твоим вопросом?

— Скажи, Видящий, — я усмехнулся, обнаружив, что безотчетно поглаживаю пальцами культю левой руки. — При таких физических изменениях могут достаться необычные способности или качественно измениться прежние?

— Мне неизвестны такие случаи, — покачал головой белогривый гхэлл. — Но это может быть правдой. Да, может. Значит, в «Сером ветре» нашли защиту от проклятья для живых, а затем нашли способ управлять душами мертвецов, чтобы использовать их против меня. Какая извращенная месть… Я должен разобраться со всем этим, как можно быстрее.

— Думаю, я уже разобрался, — я многозначительно улыбнулся.

— О чем ты говоришь?!

— Кажется, ты кое-что упускаешь. Ты сам рассказывал мне об ауре, которая не позволяет приблизиться к Древу Смерти живым. Но является ли она помехой для мертвых, пусть и чуждых Древу?

— Ты хочешь сказать, что «Серый ветер» с помощью мертвецов ворует семена с Древа Смерти? — Хорка вновь нахмурился, шерсть на его морде пошла складками до самого кончика носа.

— Именно. Все указывает на это.

Белогривый гхэлл замер, глядя на меня так, словно только что исполнились его самые заветные желания. И виновником этого свершившегося деяния был никто иной, как я. Затем медленно выпрямился и расправил могучие плечи, когтистая лапа легла на рукоять кинжала. Судя по величественной позе, сейчас должно последовать нечто приятное для меня… Так и оказалось.

— Ты выполнил первую часть задания, Зубоскал, — торжественным тоном объявил Хорка Умный. — И вот твоя награда!

Видящий дал знак одному из своих «когтей», ожидающих в темноте. Звякнув металлом доспехов, воин выступил вперед и вложил мне в руки легкий, почти невесомый на вид пояс для снаряжения из отливающего легкой синевой серебристого металла. Системное описание подарка заставило сильнее биться сердце, затмив радость даже от повышения уровня:

Да, Алан меня забодай! Еще бы не привязать! Еще один масштабирующий предмет в мое личное пользование, да это самый настоящий праздник!

— Видящий, благодарю за столь щедрый подарок…

— Я еще не закончил, — благодушно оскалил кончики клыков белогривый гхэлл, чрезвычайно довольный произведенным на меня эффектом. — Как я уже сказал, у нас с тобой для моей задумки не так уж много времени, прежде чем ситуация с «Серым ветром» станет окончательно неуправляемой. Ты должен выбрать доноров для жертвенного воскрешения. Любой из моих «когтей» пойдет тебе навстречу добровольно. Я уже с ними поговорил. Можешь даже взять Мейха Остроухого и Корха Меткача, с ними ты уже знаком и убедился в их надежности. Но есть и другое предложение. Ко мне, юные воины.

Из темноты суетливой трусцой выбежали две невысокие и тщедушные по сравнению с самим Видящим фигурки и остановились напротив меня. Два щенка. Одного узнал сразу — Пятнышко, тот самый паренек, которого я спас от яда Риста, запустив принудительную инициацию. А второй, Шустрик, наверное, был его братом и раз я видел его имя, значит, он тоже прошел инициацию. Оба, естественно, тридцатого уровня. Детские имена, детские уровни для Небесного Архипелага. Из одежды по-прежнему лишь кожаные набедренные повязки, да еще и нервно дрожащие хвосты тоже при них. Видать, с инициацией все-таки возникли проблемы. Но почему их двое?

— Морлох Железноголовый привел щенков ко мне с просьбой решить их судьбу, — пояснил Хорка. — Хранитель не знал что с ними делать из-за метки, которую ты на них поставил.

— Метки? — я удивленно вскинул брови. — Никаких меток я не ставил. Тем более, что я воскрешал лишь одного щенка и не понимаю, с чего вдруг в ответе и за второго.

— Как видишь, хвосты у обоих еще на месте, что свидетельствует о неверной инициации и отказе Хранителя в посвящении служению нашим богам, — подтвердил мои выводы Хорка. — Но для них еще не все потеряно. Предстоящую задачу я им объяснил, они согласны. Целеустремленность, верность и честь — вот оружие, которого боятся враги и ценят друзья, а лучше всего эти качества воспитывать смолоду, не так ли? Прими этих щенков, и они в полной мере послужат целям твоего клана. Что скажешь?

Хвостатые ребятишки смотрели на меня в четыре глаза с такой жгучей мольбой и такой горячей надеждой, что у меня не повернулся язык сказать «нет», ссылаясь на то, что детишек в качестве расходного материала не позволяет использовать совесть. Пришлось совесть пнуть и загнать куда подальше. Издержки моего земного воспитания давно пора забыть, этот мир живет по другим законам.

— Не могу отказать, — я неловко усмехнулся. — Раз выходит, что прямо или косвенно именно я виновен в том, что они сейчас стоят здесь, передо мной, то значит, что за мной должок. А я не люблю оставаться в долгу.

— Тогда у меня последняя просьба, Зубоскал, — качнул массивной башкой Хорка Умный, явно удовлетворенный моим ответом. — Возьми с собой Михонариума в качестве наблюдателя. Он мне и расскажет, как все прошло.

— Хорошо, Видящий. За мной, юные падаваны.